Буланова Юлия, Карелин Сергей Витальевич: другие произведения.

Наследник Двух Миров

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс Наследница на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
Оценка: 6.91*46  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Знаете, чего не стоит делать скромному и добропорядочному хозяину магической лавки? Покупать на невольничьем рынке светловолосую красавицу. Ведь может статься, что она окажется эльфийкой, да и вдобавок принцессой. Она обещала, что мне вернется все сполна, если помогу ей. Это оказалось совсем не так. Я получил намного больше... Рабочее название "Владыка Теней". Выходит в издательстве "Альфа-книга" в феврале. Здесь представлена неполная версия.

  Сергей Карелин, Юлия Буланова
  НАСЛЕДНИК ДВУХ МИРОВ
  
  
  ГЛАВА 1
  Удачная покупка
  
  Мейн — столица Эрисара, королевства, расположенного в северной части материка Леррейн. Город находится на пересечении торговых путей. Именно это превратило Мейн в один из самых богатых городов материка. Река Мээр связывает город с морем Ветров, что делает город стратегически важным портом.
  Д-р Роен. Познавательная география
  
  На рынке было шумно. Как всегда, в этот полуденный час он кипел всяким людом, отчаянно торгующимся и покупающим всевозможные товары, в беспорядке наваленные на бесконечных прилавках, за которыми стояли продавцы различных рас. Народ вокруг ругался на всех языках, имеющихся в нашем мире.
  Кстати, он называется Хэйнот. Название это произошло от имени бога, который считался создателем этого мира. Не знаю... но, честно говоря, мне не очень-то верилось в его существование.
  Эрисаром, в столице которого, Мейне, я имел счастье жить, правил слабый и не блистающий умом король. Поэтому все те, кто должен был надзирать за порядком, считали своим долгом его нарушать. Хотя что вы слушаете мое брюзжание? Это я так... сам себе душу изливаю.
  — Свежие рабы! Только что с Коннерта! Наши победоносные солдаты привезли их с острова язычников, который очень скоро подчинится доблестной армии великого Люция VII, короля Эрисара! Мужчины и женщины! На любой вкус и кошелек! Свежие рабы!
  Опять хозяин рынка решил устроить невольничий базар. Вообще-то это не поощрялось официальной властью, но приносило огромные деньги, поэтому все, начиная с короля, закрывали глаза на нарушение написанных несколько сотен лет назад законов.
  Но, по правде сказать, никакой победоносной войны армия Эрисара не вела. Если сорок тысяч закованных в железо латников не могли уже четвертый год справиться с парой десятков тысяч язычников, разбросанных по лесистому Коннерту, какая же она тогда победоносная. Рабы? Так это жертвы тамошних пиратов, которым активно помогала наша доблестная армия.
  Купив дюжину яиц, пучок лука, буханку черного хлеба и фунт сахара, я прибавил к своим покупкам хороший кусок копченого мяса и бутыль вина. Сложил все в плетеную корзину. Сегодня мне выплатили месячное жалованье, и я решил устроить дома скромный пир.
  Пробираясь через толпу к выходу, я вдруг снова наткнулся на то самое место, где продавали рабов. И оттуда мне надо было уходить как можно быстрей. Я так и хотел поступить, но вдруг мои глаза встретились с глазами одной из рабынь.
  Эта была высокая, тоненькая как тростинка девушка, красоту которой я оценил сразу. В Мейне такие не встречались. Местные женщины смуглы и темноволосы, тогда как эта имела белоснежную кожу, длинные серебристые волосы. А ее глаза... странные, светло-голубые, похожие на осколки льда. Казалось, они выпивали из меня душу.
  Я внезапно почувствовал, как быстрее застучало мое сердце. И что-то толкнуло меня в толпу покупателей перед длинным помостом, на котором находились рабы. Рабов охраняли пятеро дюжих молодцев, вооруженных до зубов.
  — Итак, — провозгласил продавец, — прекрасная язычница с Коннерта!
  Его слуги выпихнули вперед красавицу, которая вела себя, надо отдать ей должное, как настоящая королева. Она одарила подручных работорговца презрительным взглядом, а потом, гордо подняв голову, посмотрела на окружавшую помост толпу. Казалось, что не ее продают, а она выбирает, кого из нас ей купить. По толпе пробежал шумок.
  — Начальная цена десять золотых! — объявил торговец.
  Ничего себе! Десять золотых, это немалые деньги... Я, в общем, человек не бедный, но и богатым меня назвать сложно. Правда, на черный день у меня было кое-что отложено, но я старался не тратить этот неприкосновенный запас без особой на то надобности. А сейчас меня словно бы что-то толкнуло вперед.
  — Пятнадцать! — услышал я свой голос и почувствовал, как на меня смотрят десятки глаз.
  — Двадцать! — раздалось хриплое карканье, и я увидел сгорбленного старика.
  Я знал этого человека. Это был Мишер, ростовщик, про него говорили, что он баснословно богат, хотя жил он очень скромно. Я пару раз занимал у него денег на небольшой срок и успел понять, что он крайне неприятный человек. Сейчас он смотрел на меня как кот на мышь, в полной уверенности, что никто не сможет перебить его цену.
  — Двадцать пять! — вынужден был разочаровать я его.
  — Тридцать! — выпалил он, ухмыляясь.
  Девушка всем своим видом выражала полное безразличие к торгу. Складывалось ощущение, будто бы ей вообще нет никакого дела до нас, простых смертных, устроивших всю эту мышиную возню. Голубоглазая красавица смотрела в небо и едва заметно улыбалась нежному ветерку, играющему с ее волосами. Ее словно и не было здесь — на грязном, грубо сколоченном помосте посреди разношерстной толпы.
  — Тридцать пять! — заявил я.
  — Пятьдесят! — словно прочитав мои мысли, заявил ростовщик.
  — Сто! — внезапно пронесся над площадью зычный голос.
  Все как один повернулись к тому, кто произнес эти слова. Незнакомый мне рыцарь в походных кожаных доспехах, с бледным надменным лицом. Рядом с ним переминался с ноги на ногу могучий конь с богатой сбруей. Больше всего меня поразили глаза рыцаря. Они были словно неживыми, какими-то стеклянными, когда я на миг встретился с ними взглядом, мне стало страшно.
  «Не отдавай меня ему! — вдруг возник у меня в голове тихий шепот. — Не отдавай... прошу».
  Я удивленно уставился на девушку, и мне показалось, что она еле заметно кивнула.
  «Вот же демоны!» — выругался я про себя.
  Наваждение какое-то. И как это — не отдавай? Где я столько денег возьму?
  «Тебе все вернется вдвойне», — вновь прошелестел тонкий голосок.
  Вернется? Как же! Да и зачем мне рабыня, пускай даже и такая красивая? Уж чем-чем, а женским вниманием я обделен не был никогда. Так что стоит ли тратить на нее все свои сбережения? Ответ был однозначен. Нет! Поэтому я решил развернуться и уйти с рыночной площади, а еще — забыть о светловолосой невольнице. Это было самым разумным в данной ситуации.
  Вот только оборачиваться, чтобы бросить на нее последний взгляд, мне все же не следовало. Она с такой мольбой смотрела на меня, что мое сердце дрогнуло. Но того факта, что рабыня мне и даром-то не нужна, не то что за пару сотен золотых, это не отменяло. А потом ее глаза наполнились слезами, и я понял, что этот спор разум проиграл сердцу.
  — Двести!
  Теперь уже я стал объектом пристального внимания. Хозяин девушки, видимо не ожидавший, что цена взлетит до такого уровня, жадно потирал руки.
  — Триста. — Рыцарь нехорошо посмотрел на меня, я же демонстративно отвернулся. Кстати, ростовщик, махнув рукой, скрылся в толпе, тем самым признавая свое поражение.
  — Четыреста!
  Демоны возьми это все! Что же я делаю? Это все мои деньги, включая половину полученного сегодня жалованья.
  — Четыреста десять, — словно прочитал мои мысли рыцарь.
  Ну вот и все. Проиграл. Я невесело усмехнулся. Прости, девочка. Мне жаль. Но больше я ничего не могу сделать.
  Но в следующий момент рыцарь дернулся, страшно выругавшись, выхватил меч и бросился в толпу. Я только увидел шмыгнувшего невдалеке от меня мальчишку с увесистым мешочком. Судя по всему, рыцаря банально ограбили. И в толпе у него не было шансов догнать мелкого и юркого вора.
  Однако торговец не растерялся.
  — Молодой человек, — обратился он ко мне, — вы готовы заплатить четыреста золотых?
  — Да, — кивнул я.
  — Тогда девушка ваша! Оставьте адрес, мы вскоре доставим ее вам и завершим сделку.
  Я поклонился и, быстро написав адрес на куске бумаги, протянутой торговцем, поспешил ретироваться, так как излишний интерес сограждан мне был совершенно не нужен.
  И только когда выбрался с рынка, я невольно задумался. А зачем все-таки я ввязался во всю эту историю? Меня до сих пор жег взгляд этого рыцаря. Демоны его побери! Ночью точно кошмары сниться будут. Хотя, если представить, кого мне приведут сегодня вечером, то о кошмарах можно забыть. Но признаюсь, вспомнив лицо девушки, я подумал о том, что вряд ли она из тех, кто подчиняется воле хозяина. Надо же было так вляпаться...
  Вздохнув, я направился домой. Кстати, наверное, мне стоит уже представиться и рассказать немного о себе. Эндрю Ламос. Работаю писарем при городской ратуше, но это занимает мое время лишь до обеда. Кстати, писарь очень уважаемая и хорошо оплачиваемая профессия. Хотя насчет хорошо оплачиваемой я, возможно, преувеличил. Но меня все устраивает. В остальное время я выступаю в роли хозяина небольшого магазинчика оккультных принадлежностей на улице Магов. Она находится в северной части Мейна и представляет собой несколько сотен магазинов, в которых продается все, что имеет хоть какое-то отношение к магии.
  Естественно, мой магазинчик нельзя сравнить с богатыми магическими лавками со стеклянными витринами и охранниками-орками на входе, одетыми в форменную одежду. Нет, он находился почти в самом конце улицы и ничем особо не выделялся. Тем не менее, на отсутствие клиентов я не жаловался.
  В подобных заведениях для покупателей, я имею в виду настоящих покупателей, главное не антураж и вывеска, а качество товаров. Вот насколько я знаю, хозяева самых богатых магазинов на нашей улице торгуют всевозможными «мазями гремучей кобры» и «эликсиром моровой вербены», естественно, по заоблачным ценам. Это, конечно, первоклассные ингредиенты для магических ритуалов, но у меня можно купить ни в чем не уступающие им аналоги, которые стоят раз в пять дешевле. В общем, кто заботится о своих деньгах и не падок на красивую упаковку идет ко мне.
  Кстати, надо заметить, что магия в нашем мире основана именно на ритуалах. Чтобы прочитать самое простое заклинание, нужно предварительно подготовиться, проведя определенный ритуал. Чем сложнее заклинание, тем дольше и сложнее ритуал. Зато так можно подготовить много заклятий, а применять их, просто пользуясь активирующими фразами.
  Но естественно, что в таком большом городе, как Мейн, хватало представителей всех без исключения рас, которые хотели заработать. Поэтому подпольное производство было поставлено на широкую ногу. Но я никогда не поддавался на уговоры каких-нибудь пронырливых типов, которые то и дело рыскали по Магическому кварталу, предлагая за бесценок довольно дорогие ингредиенты.
  Жил я, кстати, в комнатах на втором этаже, непосредственно над собственной лавкой. Моя помощница Слена, некрасивая девица лет двадцати, на неделю отправилась к родственникам в деревню. Вообще-то работала она у меня уже два года, и мне было сложно к ней привыкнуть. Но сейчас я уже не мог представить, что обходился когда-то без помощника... точнее, помощницы. Слена оказалась расторопной и сообразительной и работала не за страх, а за совесть, несмотря на то что жалованье, которое я платил ей, было, мягко скажем, невысоким.
  А вот и мой магазин под неброской вывеской «Магические товары Эндрю Ламоса». Дела у меня в последнее время шли не очень хорошо. Покупателей становилось все меньше и меньше. Кое-кто начинал поговаривать о кризисе в магических областях, но я в это особенно не верил. Временные трудности, и все тут.
  Небольшое заклинание, и дверь распахнулась, пропуская меня внутрь помещения. Сразу скажу, что я не обладаю особым магическим талантом. Ну так, кое-какое простенькое колдовство я сотворить, конечно, смогу, но что-то подобное способен сделать, наверное, любой житель Мейна. Зато я знаю много о снадобьях и травах. И поверьте, среди них встречаются такие, которые можно использовать лучше любой магии.
  — Свет! — произнес я громко, и в магазине вспыхнул свет, озарив его скромную обстановку.
  Надо признаться, что я специально старался придать моему магазинчику налет старины. Именно таким, на мой взгляд, представляют настоящие покупатели солидный магазин оккультных товаров, насчитывающий многолетнюю историю.
  Я прошел за стойку и поставил корзину на пол. Нести ее в кухню мне было откровенно лень. Потом уселся в свое любимое мягкое кресло, которое стояло на небольшом возвышении, откуда мне открывался прекрасный вид на входную дверь и на сам магазин. Что ж... будем ждать покупателей. Обычно они появлялись ближе к вечеру. Достав бутылку с терпким виноградным вином, которое я предпочитал всем другим напиткам, налил себе полный бокал. Залпом осушив его, я открыл книгу, в которой вел учет проданным товарам, и принялся изучать записи за последний месяц. От этого занятия меня отвлек звон колокольчика.
  Я поднял голову и побледнел. В дверях стоял тот самый рыцарь, с которым мне пришлось торговаться. Сейчас я его разглядел как следует. Да... против такого, пожалуй, у меня никаких шансов. Косая сажень в плечах, ростом на три головы выше меня. Волевое лицо с холодными глазами убийцы, которые беспристрастно изучали меня. Наверное, этот рыцарь из тех людей, для кого убить человека — как муху прихлопнуть. Что там моя жалкая магия?
  Но все вышесказанное совершенно не означало, что я должен был пресмыкаться перед своим опасным гостем. Я, знаете ли, получил соответствующее воспитание благодаря моему отцу, про которого часто говорили, что он променял талант боевого мага на талант лавочника, но никто никогда не осмеливался сказать ему это в лицо. Отец не давал спуску никому, и, кстати, именно это и послужило причиной его скоропостижной кончины... но это долгая история.
  — Чем могу служить? — двинулся я навстречу гостю, сжимая в руке «Жезл щита», небольшой амулет, который помог бы мне устоять против первых ударов, в том числе и магических.
  — Эндрю Ламос?.. — протянул рыцарь, и я увидел в его глазах нечто очень мне не понравившееся.
  — Он самый.
  — Ты посмел вступить со мной в торг, и теперь ты забрал мою вещь! — заявил рыцарь.
  — Ну знаете... — У меня даже дух захватило от подобной наглости. Пусть я и не проживу долго, но не смогу удержаться от того, чтобы сообщить этому самоуверенному типу кое-что... — Послушайте, во-первых, это был аукцион, и я совершенно не намерен кому-то уступать то, что, может быть, нужно мне самому! Во-вторых, все было честно, и, если у вас есть какие-то вопросы, можете обратиться в местный суд. Он, кстати, сейчас работает, да и находится всего в двух кварталах отсюда.
  — Не нужен мне твой суд, — скривился рыцарь. — Скоро приведут девку, и я ее заберу. Ты меня понял? Вот тебе компенсация! — Он швырнул мне увесистый мешочек, который я инстинктивно поймал.
  Раскрыв его, я увидел, что он полон золотых монет. И не обычными золотыми, имевшими хождение в Мейне, а полновесными королевскими дублонами, каждый из которых стоил пять обычных монет. И даже по самым приблизительным подсчетам рыцарь давал мне в полтора раза больше, чем я заплатил за невольницу.
  — Мне приятно, что вы так высоко оценили товар, который я купил, только вот вынужден вам отказать. Мне самому она нужна. Прошу прощения и не смею вас более задерживать. — Я бросил мешочек с золотом назад, и рыцарь его машинально поймал.
  — Что? — Он вперил в меня свои холодные глаза и положил руку на меч.
  — Вы на меня глазами не сверкайте, — парировал я, уже придумав план избавления от навязчивого незнакомца.
  Надеюсь, гость не знал некоторых особенностей той части Мейна, в которой находился мой магазин. Здесь повсюду стояли хорошо замаскированные магические ловушки, которые сообщали о любых беспорядках ОБМ — Отряду быстрых магов, который следил за порядком в квартале. К моему облегчению, гость этого не знал.
  — Как ты смеешь? — зашипел он, выхватывая меч. — Я Сантис де Веерон, пятый граф Зотросский, и не позволю всякой швали себя оскорблять!
  — Вот и хорошо, — спокойно заметил я, отступая за стойку и шепча заклинание, активизирующее «Жезл щита».
  — Стой, трус! — рявкнул рыцарь и вскинул меч.
  Я прошептал последнее слово заклинания, и передо мной появился прозрачный щит, который и принял удар меча. Рыцарь с удивлением посмотрел сначала на меч, потом на меня.
  — Ваши магические штучки, — с презрением произнес он. — Все вы одинаковы.
  — Ну извини. За то, что себя убить не дал, — усмехнулся я и принял самый винный вид, на какой был вообще способен. — Кстати, думаю, тебе надо уходить, и быстро.
  — Это почему? — искренно удивился Сантис... какой-то там.
  — А вот почему, — пожал я плечами и облегченно вздохнул. За спиной незваного гостя появились три мага в длинных черных балахонах.
  — Спрячьте меч и пройдемте с нами, — произнес стоявший ближе всех.
  — Еще чего! — Рыцарь развернулся к новым противникам и вдруг рубанул мечом по магу, который говорил.
  Тот со стоном согнулся и схватился за живот. На пол закапала кровь.
  Он явно не ожидал подобной атаки и не успел поставить «щит». У охранников это заклинание могло выдержать даже прямое попадание молнии. Но рыцарь не был осведомлен о подобных вещах, и если в первом случае ему повезло, то далее все было не так просто. Соратники раненого охранника быстро пришли в себя и вместе нанесли мощный удар по врагу.
  Рыцаря, отброшенного назад толчком силы, буквально впечатало в противоположную стену, где он разбил два больших горшка с моей гордостью — родосольскими пальмами. После чего Сантис де Веерон застыл с закрытыми глазами, прислонившись к стене. Маги перевели дух.
  — Кто это? — обратился один ко мне. — Ты его знаешь?
  — Да не знаю я его... — Мне пришлось поведать историю, приключившуюся во время торгов на рынке, правда, немного сглаженную.
  Выслушав ее, маги переглянулись. Тем временем поверженный рыцарем их товарищ поднялся с пола. Прореха в испорченном балахоне позволила мне увидеть, что от раны не осталось и следа. Охранники в совершенстве владели лечебной магией.
  — Вы же его заберете? — осторожно осведомился я.
  — Несомненно, — кивнул маг. — Я с ним еще не закончил... разговор.
  Он вытянул вперед руку, и с нее ударил тонкий белый луч, в свете которого тело рыцаря начало бледнеть и вскоре растаяло. Следом исчезли и двое напарников мага. Прежде чем покинуть меня, он предупредил, что возможен вызов в суд в качестве свидетеля. Я послушно закивал. И лишь когда остался один, наконец-то смог перевести дух. Зная нравы этих магов, я искренне пожалел бедолагу рыцаря. Скорей всего, до суда он не доживет. Но он сам виноват.
  Что ж, надо бы прибраться... Однако навести порядок я не успел. Звякнул колокольчик, и, развернувшись, я увидел свое приобретение в сопровождении двух громил. Она была ослепительна... ни дать ни взять выход королевы в свет.
  
  
  ГЛАВА 2
  Приключения начинаются
  
  Эльфы — мифический народ, населявший, по преданиям, леса на севере Коннерта более полутора тысяч лет назад. Достоверно о них известно немногое. Наиболее полно история народа изложена в «Песне о Коннерте». К сожалению, текст этой песни практически утрачен, осталось лишь несколько фрагментарных списков. Один из них хранится в Публичной библиотеке Мейна, столицы Эрисара.
  Дерис Эрной. Краткий словарь мифов и легенд
  
  — Эндрю Ламос? — поинтересовался один из дюжих молодцев, излишне пренебрежительно, на мой взгляд, рассматривая меня.
  — Да, — ответил я, переводя взгляд на девушку.
  Она же в свою очередь с интересом глядела по сторонам, ничуть не смущаясь тем, что из одежды на ней была лишь легкая полупрозрачная накидка, не скрывавшая ничего из ее прелестей.
  — Получите... — пророкотал второй охранник, и, забрав кошель с деньгами, они тотчас покинули магазин, оставив меня один на один с купленной красоткой.
  Я ничего не мог с собой поделать и жадно разглядывал ее, чувствуя, как во мне просыпается желание. В этот миг она казалась мне еще прекрасней, чем на рынке. Тонкий стан, плавные изгибы, кожа, которая, казалось, светится изнутри. Чувственные губы, созданные для поцелуев. И взгляд... в котором искушенность была смешана с невинностью. Но сейчас, находясь всего в паре шагов от нее, я понял, что ошибся лишь в одном. Она была очень юной. Вначале мне показалось, что она моя ровесница, а теперь я понимал, что ей не больше восемнадцати лет.
  — Есть во что переодеться? — улыбнулась девушка, перехватив мой нескромный взгляд.
  — Э... да... конечно...
  Я бросился в соседнюю комнату, где находился большой шкаф, в котором висела и одежда моей помощницы. Слена отличалась невероятный любовью к всевозможным нарядам. Хотя это, наверное, свойственно любой женщине. Но, открыв дверцы, я, честно говоря, растерялся.
  — Я сама, — промурлыкал у меня за спиной голосок, и, обернувшись, я увидел девушку, внимательно разглядывавшую содержимое шкафа. — Я сама выберу наряд, — повторила она.
  И мне пришлось ретироваться. Я, честно говоря, чувствовал себя немного не в своей тарелке. Мне вдруг пришло в голову, что рабыню-то я приобрел, а вот что с ней все-таки делать, так до сих пор и не решил.
  С этой мыслью я устроился за стойкой и налил себе еще стаканчик. Не успел я его допить, как появилась Она. Я еле сдержался, чтобы не раскрыть от удивления рот. Передо мной стояла ослепительная красавица, которой, на мой скромный взгляд, было место скорее на королевском балу, но уж никак не в магазине Эндрю Ламоса.
  — Не удивляйся, Эндрю... — рассмеялась девушка. — Но ты даже представить не можешь, кому помог сегодня на базаре. Я перед тобой в огромном долгу...
  — Мм... — Моя немногословность, надо полагать, ее порадовала.
  Одно я понял четко. Разговаривала со мной эта девушка так, словно это она меня купила, а не наоборот. Что ж... на то, чтобы прийти в себя, мне потребовалась еще пара минут. В конце концов, я тоже не первый год живу на этом свете.
  — Но...
  Однако мою проникновенную речь так никто и не услышал.
  — Я Элейна. Эльфийка... — произнесла девушка, глядя мне в глаза.
  — Кто? — Я недоверчиво посмотрел на нее.
  Судя по всему, у девушки явно не все в порядке с головой. Да и чего еще можно ожидать от язычницы с Коннерта? Хотя не похожа она ни на язычницу, ни на сумасшедшую. Совсем не похожа...
  — Не веришь? — Девушка нахмурилась и, поправив свои роскошные платиновые волосы, села на стул напротив. — Ах да! Вы же считаете, что эльфы — это миф. Выдумка! Так ведь?
  — Ну... в общем, да, — не мог не согласиться я с этим утверждением.
  Моя рука сама потянулась за бутылкой, и я плеснул в стакан еще немного горьковатой жидкости, которая так прекрасно прочищала мозги.
  — Тогда я расскажу тебе одну историю. — Элейна внимательно изучала меня своими чудными голубыми глазами. — Когда-то давным-давно не было вас, людей. Точнее, вы были, но носились по лесам с деревянными копьями и даже костер разжечь не могли. В это время существовало могучее государство эльфов. Конечно, были еще королевства гоблинов и гномов, тролли, которые населяли горные районы... в общем, все расы, кроме людей. Эльфам был никто не страшен. Могучая магия и изощренное воинское искусство не имели равных в мире. Но, к сожалению, люди оторвались от своих палок и обратили взгляды на своих соседей. Так настал конец эры эльфов.
  — Как же бородатые люди с палками победили магию и воинское искусство эльфов? — ехидно осведомился я.
  — Не все понимали опасность, исходившую от них, — спокойно ответила рассказчица, не обратив никакого внимания на мой выпад. — К тому же вы оказались невероятно хитрыми и сумели за короткое время создать мощную коалицию против эльфов, украв их знания. И быстро учились. Вдобавок плодились как кролики. — Эльфийка поморщилась.
  — Не дерзи, — вновь перебил я ее. — Во-первых, я сам принадлежу к этим... как ты там говоришь? Кроликам? А во-вторых, если бы не я, один рыцарь получил бы тебя сегодня вечером. Кстати, он явился за полчаса до твоего появления. И разговаривала бы ты сейчас не со мной, а с ним.
  — Ладно, Эндрю... прости, — ослепительно улыбнулась девушка. — Спасибо тебе. Ты мне действительно помог. Но необходимо, чтобы ты запомнил: деньги я тебе верну, а вот с мечтами о том, как буду греть твою постель, придется расстаться. Моя семья ведет свою родословную от Великих Королей Древности. Честь для нас превыше всего. И ценится мною она больше жизни. Поэтому ты не можешь рассчитывать на что-либо, кроме обычной благодарности. Но, поверь мне, она будет более чем щедрой. Я даю тебе слово.
  — Один вопрос, — осенило меня. — Насколько я понимаю, у эльфов удлиненные уши. Во всех сказках так говорится. Ты же от человека ничем не отличаешься. И почему тогда я должен верить в то, что ты эльфийка?
  Девчонка весело рассмеялась.
  — Удлиненные, как ты говоришь, — признак плохой крови. У истинных аристократов уши самые обычные, а волосы либо белые, либо черные. — Она провела кончиками пальцев по макушке. Это, видимо, на тот случай, если я плохо цвета различаю.
  М-да... похоже, у девчонки конкретно мозги съехали...
  
  
  ГЛАВА 3
  Странная история
  
  Магия эльфов... что мы можем знать о ней? В своих исследованиях мне приходилось опираться на домыслы и догадки и на не подтвержденные ничем источники, например на пресловутую «Книгу эльфов». Итак, первое: магия эльфов не требует ритуалов, столь необходимых нам, людям. Это магия разума и стихии, как ни странно это звучит, двух противоположных начал.
  Профессор Эльт де Нарт. История магии. Мифы и реальность
  
  Остаток дня пролетел незаметно. Моя покупка вела себя как полноценная хозяйка дома, а ваш покорный слуга... представлялся ей, наверное, слугой. Тем не менее, я был уже готов высказать надменной девчонке, вообразившей себя эльфийкой, все, что я думаю на этот счет, однако она царственно удалилась в мою спальню, заявив, что ей надо отдохнуть и привести себя в порядок.
  Представляете? В моем доме! В моей спальне! Я, честно говоря, так растерялся, что даже не нашел что сказать по поводу столь наглого заявления. Пришлось мне спуститься в лавку. Что в общем-то и к лучшему. Как это ни странно, от посетителей сегодня у меня отбоя не было. Несмотря на будний день, выручка приближалась к рекордной.
  Но время за работой пролетело быстро, и я не успел оглянуться, как настал вечер. Я закрыл лавку изнутри и, тяжело вздохнув, пошел посмотреть, как там поживает моя... ладно уж, гостья.
  Элейна преспокойно спала на моей кровати. Эта картина, признаться, вызвала у меня смешанные чувства. С одной стороны, захотелось лечь рядом, притянуть ее к себе и... ну, сами понимаете. Какого мужчину оставит равнодушным прелестная девушка в его собственной постели? С другой... это было странно. Я полагал застать ее бодрствующей. Хотя и не удивился бы особо, обнаружив, что она заперла дверь. Не могу сказать, что это привело бы меня в бурный восторг. Все-таки, повторюсь, это мой дом и моя спальня! Но именно так должна была поступить молодая девушка. Не могла же она не понимать, что своими действиями провоцирует меня?
  Я, конечно, до насилия никогда не опущусь. Отец в меня крепко вбил, что к женщинам нужно относиться с уважением и даже с трепетом. Но все равно. Не понятно.
  Так кто же ты, маленькая принцесса? Святая наивность — дитя, которое искренне верит, что достаточно сказать «нет» и тебя даже пальцем не тронут? Или опытная соблазнительница и имеешь по паре козырей в рукавах? Не понимаешь, насколько уязвима, или уверена, что сможешь себя защитить?
  И словно в ответ на мой безмолвный вопрос это чудо перевернулось на бок и свернулось калачиком. Ну котенок, и только. Не удержался и подоткнул одеяло. Девушка очаровательно сморщила носик и пробормотала:
  — Дани, я сплю.
  М-да... лучше бы ты оказалась соблазнительницей. Я покачал головой и отправился в кабинет. Это было мое личное убежище, с большим столом, мягким креслом, горящим камином и двумя стеллажами книг. Я всегда выкраивал немного времени, даже если был сильно занят, чтобы просто побыть здесь. Посидеть в кресле, глядя на огонь и потягивая вино, перелистывать какую-нибудь старую книжку... Похоже, сейчас мне требовалось успокоить нервы именно таким образом.
  По пути я захватил бутыль с вином и зашел на кухню для того, чтобы соорудить себе пару гигантских бутербродов с копченым мясом. Добавив к этой закуске еще и четверть головки сыра, я с чувством выполненного долга добрался до кабинета и лишь там, удобно откинувшись в кресле, с бокалом вина и наслаждаясь треском поленьев в камине, немного успокоился. Надо было привести в порядок свои мысли.
  Итак, похоже, я, как всегда, заработал себе проблемы. Мало того что практически все свои деньги потратил, так еще вздорную рабыню получил. Хотя какая рабыня? Принцесса, да и только!
  Я отхлебнул хороший глоток вина. Был бы на моем месте кто другой, он бы точно приструнил эту маленькую нахалку. Но я этого сделать не мог. Характер подкачал, или, скорее, с воспитателем не повезло? Не знаю. Но жесткости мне не хватает. А девчонки из меня даже в детстве веревки вили. Особенно хорошенькие. Вот такой я тюфяк. Спасибо тебе, папа! Но как же складно она про эльфов врала. Аж заслушаешься. Я почти поверил...
  Вскоре от бутербродов остались лишь крошки на столе, а бутылка вина опустела наполовину. И вместе с этим мое плохое настроение куда-то ушло. Я уже подумывал встать и достать какую-нибудь книгу, как вдруг дверь распахнулась и в комнату вошла Элейна. Хотя нет, не вошла. Скорее она величаво и гордо вплыла. Ни дать ни взять августейшая особа... Правда, надо отдать должное, даже скромная одежда, найденная ею в шкафу, смотрелась на ней как дорогой придворный наряд...
  — Ах, вот ты где, — пропела она, одарив меня надменным взглядом и придав прелестному личику выражение «Ее высочество изволит обращаться к простому смертному». — Я искала тебя.
  — И как? Нашла?
  Хмыкнув, она уселась в кресло напротив меня.
  — Пьешь в одиночестве?
  — Не пью, а выпиваю. Это во-первых.
  Выдав эту фразу, я вернул девушке ее же взгляд. В конце концов, почему, собственно, я должен молчать? Это мой дом, мой кабинет и моя девушка... в смысле рабыня!
  — А во-вторых, немного уважения сегодня я заслужил. Ты так не думаешь?
  — Я тебя уже поблагодарила, — заметила Элейна. — Что тебе еще нужно?
  — Мне? От тебя? Ошибаешься, девочка. Мне от тебя не нужно ничего. Ты сама прекрасно знаешь, что это так. — Я покачал головой и сделал маленький глоток. — Кстати, тебе налить? Зря. Хорошее вино. Дорогое. Но не хочешь — как хочешь. Мне больше достанется. Так о чем это я? Ах да! У меня складывается впечатление, что это ты меня купила. И мне это не нравится... А знаешь, уходи. Я тебя отпускаю. Не нужны мне эти деньги, и ничего мне от тебя не нужно.
  Я хлопнул рукой по столу, так что стакан и бутылка подпрыгнули. Девушка вздрогнула, и в ее глазах, как мне показалось, промелькнул испуг.
  — Подожди, Эндрю, — тихо сказала она уже совершенно другим тоном.
  Были в ее голосе и кротость, и нежность, и даже легкий испуг. Вот же актриса! Но талантливая. Этого не отнять. Я рассмеялся:
  — О, я уже Эндрю. Надо же... ты мое имя помнишь! Мне за это, наверное, надо тебе в ножки поклониться?
  — Подожди, выслушай.
  — Не хочу.
  — Но, Эндрю... я прошу тебя. Просто выслушай.
  — Ладно. Только коротко и по существу.
  — Как скажешь. Мое имя Элейна тер Рейс. И я дочь Ноэля и Алисии тер Рейс. Мой род один из самых богатых влиятельных во всем Элверне. Над нами только правитель.
  — И ты, разумеется, единственная наследница всех владений твоего батюшки? И если я доставлю тебя домой, его благодарность не будет иметь границ.
  — Нет. Я не наследница. У меня есть три брата. И благодарность моего отца все же будет иметь границы. Ты должен сам это понимать. Он ведь политик, один из Высоких Лордов. Это по-вашему — герцог. Но скупиться он не станет. Его благодарности с лихвой хватит на то, чтобы покрыть твои расходы, и даже сверх того. Ты только выиграешь, если согласишься мне помочь. И выиграешь немало. Я даю слово чести.
  — Слово рабыни стоит недорого.
  — Я — не рабыня! Я — принцесса из рода тер Рейс!
  — Угу, — кивнул я с самым серьезным видом. — Эльфийская. Но твой отец — герцог. Такое бывает? Интересная система наследования.
  — Моя мать — родная сестра правителя. Она — принцесса. Мы с братьями наследовали ее титул. Видишь ли... у дяди нет детей. И Тамиэль считается его наследником. А мы трое — Натаниэль, Данирис и я — наследники второй очереди. Но все это не так уж важно. Главное, моя семья даст тебе все, что пожелаешь. В разумных пределах, разумеется. Но, думаю, тебе хватит.
  — И для этого от меня требуется...
  — Чтобы ты мне помог добраться до Коннерта.
  — Вот уж не знал, что на Коннерте живут эльфы!
  — Конечно, эльфы там не живут! Эльфы вообще в вашем мире не живут.
  — Я знаю. Кстати, хочешь, я открою тебе страшную тайну? Эльфы вообще не существуют. Они — сказка, миф.
  — А я тогда кто? — наигранно удивилась девушка.
  — Ну тебе лучше знать, принцесса. Ладно, ты только мне на один вопрос ответь. На что тебе сдался этот забытый всеми богами Коннерт, если твои сородичи там не живут?
  Нет, все-таки хорошо, что я решил сегодня напиться. На трезвую голову обсуждать этот бред я бы не смог. А так... мне даже казалось, что рассказанная девушкой история похожа на правду. Местами, по крайней мере.
  — Там находятся врата в мой мир. Именно через них эльфы и ушли в Элверн несколько тысяч лет назад. Понимаешь, о чем я?
  — Понимаю. Допустим, я даже верю в то, что ты — та, за кого себя выдаешь. Ладно. Но как ты оказалась здесь? Или у вас это в порядке вещей, чтобы принцессы по другим мирам разгуливали и их на невольничьих рынках продавали?
  — Меня похитили.
  — Для того чтобы перенести в наш мир и продать? Ты меня за дурака держишь? Ни один вменяемый работорговец на такое бы не пошел. Аристократок похищать — себе дороже.
  — Меня похитили в моем мире. Не знаю кто и понятия не имею зачем. А в Хэйнот я попала случайно. У меня появился шанс сбежать от похитителей. И я воспользовалась им. Но на моем пути вырос нестабильный портал. Я в него упала. Случайно. А ты должен помочь мне добраться до врат в мой мир.
  М-да... странная история. Туманно все это. И опять я что-то должен. Но в любом случае у меня нет ни малейшего желания покидать Мейн. С чего бы вдруг? Мне и тут неплохо.
  — Ну? — требовательно осведомилась она. — Ты поможешь мне?
  — Нет, — покачал я головой.
  — То есть ты будешь по-прежнему жить в этой второсортной лавке? — В ее голосе звучало презрение. — Каждый день одно и то же. И это предел твоих мечтаний? Смотреть, как год за годом проходит твоя жизнь? Что ждет тебя здесь, Эндрю? Ты вообще понимаешь, какой шанс упускаешь? Под покровительством моей семьи ты сможешь добиться многого. В моем мире...
  — А в своем мире, — резко оборвал ее я, — я сам себе хозяин, и не нужно мне ни принцесс, ни королев, ни их богатых родственников. И покровительства мне не нужно. Все! Я устал. И вообще, пора спать.
  — Я не хочу спать! — возмутилась девушка.
  — Это твои проблемы. — Я встал и гордо прошествовал в спальню, где завалился на кровать и сразу погрузился в сон, чему немало поспособствовало выпитое вино.
  
  
  ГЛАВА 4
  Почти семейная сцена
  
  Красота эльфов описана во множестве книг... соглашусь с тем, что они скорей всего действительно красивы. Но почему-то я уверен, что за этой красотой коварство и холодный расчет. Если бы они существовали на самом деле, они бы были самыми лицемерными существами в этом мире. Я в этом уверен... а вы?
  Эмрил Нитог. Философы Мейна. Антология
  
  Я открыл глаза на рассвете, с первыми лучами солнца. Глупая привычка, выработанная еще в детстве. Когда бы я ни лег спать, проснусь все равно очень рано. Мама звала меня жаворонком. То есть мне отец рассказывал. Сам я этого не помню. Я вообще ее почти не помню. Она умерла, когда мне было всего семь лет. У меня даже миниатюрки ее не осталось...
  Эх, что-то грустные мысли меня потянуло с утра пораньше. С чего бы это?
  Ах да! День вчера был... необычным. И не слишком веселым. Во-первых, я потратил почти все свои сбережения, купив рабыню, оказавшуюся избалованной принцессой. Во-вторых, я уже бы и рад от нее избавиться. Демон с ними, с деньгами этими. С голоду не помру, и ладно. Но она же хочет, чтобы я ее домой отвез и сдал с рук на руки заботливым родителям. А для этого нужно плыть на дикий Коннерт. Найти там врата в мир эльфов, пройти в них, добраться до владений ее семьи. И будет мне счастье великое, в виде благодарности семьи тер Рейс.
  А может, и правда поехать? Мир посмотреть, у эльфов погостить? Интересно же. Я же нигде дальше окрестностей Мейна не бывал. Даже к Нитке в гости не собрался съездить. Вот как замуж вышла, так мы и не виделись больше. А она ведь моя двоюродная сестра. И в конце концов, не ей же ко мне ехать. У нее муж, детей двое. Ох, Бездна, о чем я вообще думаю? Какой мир? Какие эльфы? Их же не существует.
  Со стоном спрятал голову под подушкой. Но дурные мысли голову покидать не желают. Идея немного попутешествовать, раз выдался повод, кажется все более и более заманчивой. Но ключевое слово здесь «немного», а не «попутешествовать». Коннерт находится не близко. И путь туда не будет легкой и приятной прогулкой. Потому что наш славный король, чтоб ему... жить долго, с Коннертом воюет. Хотя зачем, вот хоть убейте, понять не могу. Сами коннертцы нам не угрожали. Взять с них нечего.
  Язычники — темный народ, да еще и нищий в придачу. А война — это игра, конечно, достойная монарха, но слишком уж затратная. Но не это главное. Гораздо важней другое. Место, где ведутся боевые действия, опасно для жизни. Потому как ограбить и убить незадачливого странника пытаются все кому не лень. Так что нет, нет и нет!
  Но какое это было бы приключение! Настоящее, как в приключенческих романах. Сколько раз я представлял себя на месте главных героев? Мечтал с головой окунуться в какую-нибудь героическую авантюру. Только было это давно. До того как я стал тем, кто я есть сейчас. Писарем и одновременно с этим владельцем магической лавки, горожанином среднего достатка. Хотя мог бы стать неплохим боевым магом. Все задатки для этого у меня были. Однако, здраво рассудив, я выбрал спокойную, обеспеченную жизнь. Может, и зря. В любом случае, сейчас уже поздно что-либо менять.
  Это, если кто не понял, я сам себя уговариваю быть благоразумным. Потому что искушение слишком велико. Искушение поверить... Ведь такой шанс дается человеку раз в жизни. Шанс в корне изменить свою жизнь, сделать ее интереснее, ярче.
  Я полежал в постели еще несколько минут, но потом решил, что пора все-таки вставать. Сердце и разум вели между собой ожесточенный спор, и я метался, словно мотылек между двумя зажжёнными лампами. Это было странно. В моей крови бурлил коктейль из тревожного предвкушения и азарта. И мне нравилось это ощущение.
  В голове была каша, и безумно хотелось выпить чашечку чая. Вообще-то с этого напитка начинается каждое мое утро. Я отправился на кухню и заварил в маленьком белом чайничке немного листьев черной смородины, ежевики и чабреца, пять-шесть плодов шиповника и столько же ягод черноплодной рябины. Этот рецепт в моей семье передается из поколения в поколение вот уже добрую сотню лет. Отец рассказывал, что его мать — моя бабушка свято верила, что этот чай — лекарство от всех болезней. В том, что это панацея, я лично не уверен, но то, что он очень полезен, у него не отнять.
  Приятный, немного терпкий запах окутал мою скромную кухоньку, мгновенно поднимая мне настроение. Мысли мои с извечного вопроса «Что делать?» плавно перетекли к другому, не менее важному: «Что бы мне такое съесть?» Свой выбор я остановил на большом бутерброде с домашним сыром. Не люблю наедаться по утрам.
  И только я собрался приступить к трапезе, в мое маленькое убежище вплыла Элейна. Обвела сначала кухню, а потом меня надменным взглядом. Хмыкнула. И присела рядом. Я встал, вытащил из буфета еще одну чашку и поставил перед гостьей. Наверное, невероятная наглость этой девушки была причиной того, что у меня не получалось воспринимать ее как рабыню. Глупость, конечно, учитывая то, сколько я за нее заплатил.
  — Доброе утро, — сдержанно улыбнулась она.
  — Угу, — невнятно ответил я, вгрызаясь в бутерброд.
  — Ты можешь есть? — изумленно вздернула бровки эльфийка. — Удивительно. Я думала, что с утра тебя будет мучить ужасное похмелье.
  Я чуть не подавился. Какое похмелье? Я же маг. Да, не слишком сильный, но все же. Неужели она думает, что я хорошее вино от подделки не отличу?
  — И почему, интересно, ты так думала?
  — Ты в одиночку прикончил бутылку вина.
  — И что? Я же «Черную розу» пил. На бутылку специальные заклинания накладываются, убирая все нежелательные последствия. Не знаю, как они это делают. — Кулинарная магия никогда не была моей сильной стороной. — А ты почему не ешь?
  Девушка недоуменно оглядела стол: четверть головки сыра, несколько ломтей вчерашнего хлеба, чайник, нож и две чашечки. А что? Скромный завтрак холостяка.
  — Я не ем такое! Это еда простолюдинов! Сыр... он же ужасно пахнет. А хлеб черствый.
  — К чаю хоть претензий нет?
  Элейна брезгливо двумя пальчиками подняла крышечку заварника и заглянула внутрь.
  — Нет. Чай нормальный. Хотя я и не привыкла к таким напиткам. Но все остальное... Эндрю, я просто не могу это есть.
  — Мне следует подать тебе свежую сдобную булочку? Ягодный мусс? Или фруктовый салат? А может быть, чашечку горячего шоколада и парочку пирожных с заварным кремом? — спросил я с самой нежной улыбкой. — Все, что прикажете, моя госпожа.
  Девушка сдвинула бровки, раздумывая над моим предложением. Все-таки она прелестна, даже когда строит из себя избалованную девочку-аристократку. Немного манерна, на мой вкус, но это придает ей некоторое очарование.
  — Тогда мне, пожалуйста, булочку и мусс. Горячий шоколад не нужно. Слишком много сладкого по утрам — вредно. Я буду чай. Ты ведь уже приготовил. Аромат у него немного резковат. Но, думаю, он будет довольно приятным.
  Я не выдержал и расхохотался. Элейна с укором посмотрела на меня. Ну до чего же она наивна! Неужто и правда думала, что я все это подам ей на завтрак? Да, прямо сейчас побегу в соседнюю кондитерскую, чтобы удовлетворить изысканный вкус юной леди.
  — Вот твои булочка и мусс, — отсмеявшись, указал я на хлеб с сыром. — Еще в буфете есть печенье. Но оно там уже больше месяца лежит. Сырые яйца ты есть не будешь. Но при желании их можно сварить. И все. Деликатесов у меня отродясь не водилось. Завтракаю я всегда скромно. Обедаю в трактире, расположенном неподалеку. Ужинаю... чем придется. Но тоже без изысков. Вот если бы тебя купил ростовщик Мишер... ну тот сгорбленный старикашка, который вначале со мной торговался. Хотя он такой скряга, что, боюсь, вообще посадил бы тебя на хлеб и воду. По крайней мере, я бы не слишком этому удивился. А рыцарю, попасть в руки которого ты так боялась, не составило бы труда обеспечить тебе роскошь, к которой ты привыкла. Ладно, что-то я с тобой заболтался. Мне на работу собираться пора. Вернусь в полдень. И, так уж и быть, принесу что-нибудь поесть. Я ведь правильно понимаю: ты готовить не умеешь?
  Девушка растерянно покачала головой. И почему я не удивлен? Готов спорить, ни к готовке, ни к уборке «ее высочество» никогда не допускалось и понятия не имеет, как это делается. Ох, до чего же эта малышка — полезное приобретение. Прямо нарадоваться на нее не могу.
  — Ладно, с тем, что ты умеешь, разберусь потом. А пока меня нет, сиди дома. В лавку не выходи. Дверь никому не открывай. Я побежал одеваться.
  Улица встретила меня пением птиц, теплом солнечных лучей и гомоном людских голосов. Мейн вообще просыпается рано. Столица все-таки. Горожанки спешат на рынок, чтобы купить молока, масла, свежих яиц и овощей. Булочник с огромным лотком громко расхваливает свой товар. Ему вторит зеленщик. Где-то в отдалении слышится брань двух соседок, снова что-то не поделивших. Лают собаки. Смеются и кричат дети. Стучат по мостовой копыта. Ржут лошади. А когда я подошел к главной площади, куранты пробили восемь раз.
  Так, нужно поторопиться. У меня такое педантичное начальство, что стоит мне задержаться на несколько минут, и господин Ладик полномасштабную истерику устраивает. Вопит, как будто его режут, премии лишить грозиться. Поэтому шаг лучше прибавить.
  А вот и ратуша. Я поднялся по лестнице и, открыв дверь, чуть не сбил с ног низкорослого пухлого мужчину с напомаженными волосами, через которые явственно просвечивает лысина. Голос у него противно-визгливый, а глаза постоянно бегают из стороны в сторону. Кстати, это и есть господин Ладик. Мелкий приказчик, который очень любит строить из себя большого начальника.
  — Ламос! Вы опоздали! Опять! Ну сколько можно? Мне это уже надоело! Я вас премии лишу. А лучше уволю! Еще раз вы придете на работу не в установленный час, а позже...
  Я сделал смущенно-виноватое лицо, кивнул и уставился в пол. Мне прекрасно известно, что он меня не уволит. И он это тоже знает. Работаю я хорошо. Пишу аккуратно, да и почерк у меня красивый. Но пререкаться с этим занудой — себе дороже.
  — Ламос, ну что вы стоите? Вам же нужно сделать копии очень важных документов для господина Даниса. И поторапливайтесь, это срочно!
  Вот еще одна причина, по которой он меня не уволит. Я умею работать быстро. Документы оказались судебными постановлениями непонятно какого года. И зачем они могли кому-то понадобиться? Ума не приложу. Но, с другой стороны, мне деньги платят не за то, чтобы я думал, а за то, чтобы писал. Вот я и пишу. Мне это даже нравится. Я погрузился в свое занятие и не заметил, как пролетело время. Работа помогала не думать о девушке, ждущей меня в моем доме, да и вообще отвлекала от всех проблем. Часы пробили двенадцать раз, когда я закончил последнюю копию и с удовольствием потянулся. Полдень.
  С чувством удовлетворения от хорошо выполненной работы я доложился своему начальнику и отправился в трактир дядюшки Янниса, располагавшийся рядом с моим местом работы.
  На правах постоянного клиента я взял у поваров небольшой глиняный горшок, в который они положили мясо с овощами. Купил буханку хлеба у лоточника. И завершил я свои покупки у мясника парой колец недорогой колбасы.
  Элейна встретила меня на пороге. Только вместо ласковой улыбки на ее лице всеми оттенками играло раздражение. Бровки нахмурены, руки уперты в боки — ни дать ни взять горожанка, встречающая загулявшего супруга. А где аристократизм, интересно?
  Я продемонстрировал корзинку с едой, но, судя по всему, впечатления она не произвела. Мы отправились на кухню, где я показал мои покупки.
  — Эндрю, — горестный стон за моей спиной, — что ты принес?
  — Обед.
  — Эндрю, я не могу это есть!
  Я повернулся лицом к капризной девчонке и с укором посмотрел на нее. Надо же, она чуть не плакала. На миг я почувствовал себя подлецом, обидевшим ребенка, и мне даже захотелось погладить по головке это голубоглазое чудо и угостить конфеткой.
  — Элейна, скажи мне, чем тебе не угодил обед? Завтрак — ладно. Хлеб был действительно вчерашним, а сыр имел специфический запах. Но что тебе сейчас не нравится?
  Девушка замялась, но я терпеливо ждал ответа. Она покраснела, побледнела и наконец тихо выдавила из себя:
  — Понимаешь, колбаса... она с чесноком. А мясо жирное. Мне нельзя есть жирное. Я растолстею и стану уродливой. И надо мной все будут смеяться. К хлебу претензий нет.
  — Вот глупенькая, — рассмеялся я. — Растолстеть от одной тарелки рагу тебе не грозит. А вот если будешь голодать, то начнешь падать в обмороки. Или похудеешь так, что станешь похожей на скелет. Этого хочешь? Садись за стол. Не упрямься. У Янниса так готовят, пальчики оближешь. Садись.
  Элейна послушно села и даже съела немного рагу. Но делала она это с таким мученическим выражением лица, что создавалось впечатление, будто я ее пытаю. Обед прошел в относительной тишине. Мы перебросились всего парой фраз. И меня это вполне устраивало. Не люблю задушевные беседы во время еды. Вот только затишье длилось недолго.
  — Ты подумал о том, что я рассказала тебе вчера? — осторожно начала девушка.
  — Да. И, предупреждая твой следующий вопрос, отвечаю: ни в какой Коннерт я не поеду. Хочешь — отправляйся туда одна. Препятствовать не буду. Я свое слово держу. Но мне там делать нечего.
  — Эндрю, послушай...
  — Нет-нет-нет. Все потом, — красиво ушел от темы я. — Мне пора открывать лавку. Уже опаздываю. Посуду вымыть сможешь? Ах да... совсем забыл: ты же у нас принцесса. Черную работу тебе выполнять не пристало. Ну хоть со стола убери. А я пошел. Мне там, между прочим, еще убираться. В лавку не выходи!
  — Почему?
  — После вчерашнего побоища там может быть опасно, — с самым честным видом соврал я.
  А что еще остается делать? Она же из той породы, что только дай повод — не отстанет. А я тишины хочу. Да, и в лавке действительно стоит прибраться.
  Закончил с торговыми делами я почти на закате. Уставший и голодный. День сегодня выдался не из легких. Мне бы сейчас съесть что-нибудь да посидеть в тишине кабинета с чашечкой ароматного чая, полистать любимую книгу. Мечты, мечты, как же далеки вы от реальности. Стоило мне только войти на кухню, как я услышал женский голос за моей спиной:
  — Эндрю, нам нужно поговорить.
  — А давай сначала поедим?
  — Нет! Эндрю, послушай, ты должен отвезти меня домой.
  — Элейна, я не хочу выслушивать сейчас твои необоснованные претензии. Давай потом?
  Я заметался по кухне. Зажечь светильник, потому что почти стемнело. Растопить печь, чтобы вскипятить воду в чайнике и разогреть остатки рагу. Расставить посуду. Нарезать хлеб и колбасу. Такие привычные, успокаивающие действия. Я часто ужинал вот так. И мне это нравилось. Незатейливо, но зато в тишине. Просто за день так устаешь от людей, что одна только мысль о том, что нужно идти в шумную таверну, вызывала зубную боль. Мое желание немного отдохнуть душой Элейна в расчет решила не брать.
  — Эндрю Ламос, не смей меня игнорировать! — Она возмущенно топнула ножкой. — Немедленно сядь и выслушай! Если уж ты не понимаешь с первого раза, я, так уж и быть, объясню тебе все еще раз.
  — Я не хочу ничего слушать. Я хочу есть.
  — А потом ты захочешь спать!
  — Да. А что в этом такого? Я весь день пахал как ломовая лошадь.
  — И тебе это нравится, — пренебрежительно сморщила носик девушка. — Быть никем. Работать от рассвета до заката, чтобы получать за год меньше, чем стоит одно только мое платье.
  — Твое платье стоит пару медных монет, девочка, — разозлился я. — Ах да... совсем забыл! Оно даже не твое, а моей служанки. А ты — всего лишь рабыня.
  — Я — принцесса! И ничто не изменит этого факта.
  — Да ну?.. — скептически протянул я.
  — Да! — вспыхнула красавица. — А вот ты — дурак, которому судьба дает шанс возвыситься, но который не хочет им воспользоваться.
  — Ну не хочу, — я уже начал звереть, — и что? В конце концов, чего ты ко мне привязалась? Попробуй найти умника, который согласится рискнуть жизнью ради того, чтобы доставить твое высочество в объятия любящих родителей. А я на это посмотрю.
  — Ты — ограниченный простолюдин! Посмотри вокруг. Что ты видишь? Приют бедняка, убогую лачугу. Для тебя счастье — работать не покладая рук, есть грубую пищу и пить дешевое вино. Мне жаль тебя.
  — Замолчи. — Мной овладела ледяная ярость. — Ты не имеешь права так говорить со мной. А еще ты, глупый ребенок, не имеешь права судить или жалеть меня. В том, чтобы работать, нет ничего постыдного. Вот только тебе, за всю свою жизнь не ударившей палец о палец, этого не понять. Я никогда не бил женщин. Меня так воспитали. Но сейчас я хочу тебя ударить. И, боги свидетели, ударю, если ты скажешь еще хоть одно слово.
  Я повернулся спиной к онемевшей Элейне. Потушил огонь в печи. Не хватало еще пожар устроить. Накрыл хлеб тряпицей и убрал его в буфет. Потом обогнул по девушку по дуге, стараясь не встречаться с ней взглядом, и вышел из кухни. Меня просто колотило от злости. Так, нужно срочно выйти на свежий воздух. И успокоиться, пока эта идиотка не довела меня до греха.
  
  
  ГЛАВА 5
  Возвращение рыцаря
  
  Деньги, вот что правит миром. Вам будут говорить о высоких чувствах, о преданности, долге и прочих правильных вещах... но поверьте, этим миром правят деньги. Кто богаче — тот прав. Скажете, это цинично? Нет, это реальность нашей жизни.
  Горд Форрид. Мемуары
  
  Дорога к трактиру заняла у меня немного времени. На улицу опустился вечер, и темнота, слабо разгоняемая уличными факелами, взяла город в плен. Я с трудом подавил злость, появившуюся после разговора с эльфийкой. Эх, наверное, я тоже был в чем-то не прав. Не знаю, что на меня нашло. Однако все мои душевные терзания закончились, когда я открыл дверь таверны. «Неистовый язычник» — не знаю, кому пришло в голову так назвать таверну, — был весьма популярным заведением в торговом квартале магов.
  Достаточно дорогое заведение, чтобы отсеивать всякую шваль. В нем обычно собирались средней руки торговцы, зажиточные горожане, офицеры местного гарнизона и прочая полуреспектабельная публика. У дядюшки Янниса в «Черной кошке», конечно, кормят лучше, но я забыл горшочек. А возвращаться туда без него я не рискну...
  Как всегда вечером, практически все столы были заняты. Но хозяин заведения хорошо знал меня. Я был здесь почти завсегдатаем, да к тому же пару раз помог ему разобраться с кое-какими делами...
  — Эндрю, — возник он передо мной. Хиггинс, как я всегда считал, был типичный примером того, каким должен быть трактирщик. В меру толстым, улыбчивым пройдохой.
  — Приветствую, — вежливо поздоровался я с ним.
  — Ты один?
  — Один, — пожал я плечами и обвел рукой забитую таверну. — Вижу, народу у тебя много.
  — Для тебя, мой друг, — широко улыбнулся он, — всегда найдется местечко.
  Он провел меня к крайним столикам. Несмотря на то что все они были заняты, один из них словно по мановению волшебной палочки освободился. Сидевшие за ним как-то незаметно растворились в зале.
  — Что желаешь? — поинтересовался Хиггинс.
  — Пива. Кувшин, и побольше. А еще закуски к нему.
  — Хм, проблемы? Помощь нужна? Ты же знаешь, я...
  — Не переживай, справлюсь, — улыбнулся я хозяину, хотя у самого на душе кошки скребли. — Неси заказ.
  — Хорошо, сейчас все будет. — Он хотел было уйти, но вдруг остановился. — Кстати, у меня сегодня новый певец выступает. Сейчас начать должен. Говорят, он очень талантлив. По крайней мере, за ту сумму, что я ему заплатил, жду чего-то особенного, говорят, что все плачут, когда он выступает. — Хиггинс удалился.
  Певец? А это интересно. Мне всегда нравились странствующие певцы. Правда, они редко забредали в наш город. У меня даже настроение немного улучшилось. Тем более передо мной появился кувшин и полная кружка пива. И я одним глотком осушил ее, наверное, до половины. Блаженное тепло разлилось по жилам, унося раздражение и обиду.
  — Эндрю, привет! — услышал я рядом с собой голос, и в следующий миг напротив меня плюхнулся толстяк Сноуд.
  Этого пройдоху с широким, постоянно красным лицом я прекрасно знал. Веселая улыбка и острый язык делали его желанным гостем всевозможных посиделок. Уж не знаю, как этот человек еще держался, на его месте я бы давным-давно спился. Однако Сноуд, несмотря на свою страсть к крепким напиткам, отличался весьма здравым умом.
  Я слышал, что когда-то он работал у королевских магов на подхвате, а они абы кого не возьмут. Мы с ним несколько раз сидели за кружечкой пива. И мне был симпатичен этот остроумный человек, пусть и любящий выпить за чужой счет.
  — Эй, официант, еще пива! — крикнул он. — Мой друг хочет меня угостить.
  Он подмигнул мне. Я кисло улыбнулся. Спорить в данном случае было бесполезно.
  — Как дела? — осведомился я у своего гостя.
  — Нормально, — усмехнулся тот. — А вот у тебя еще лучше. Уже весь город знает, как ты прикупил себе красавицу-рабыню, оставив с носом какого-то чужака.
  Я вздохнул. Какой смысл это отрицать?
  — Ну да... было такое.
  — Что-то ты, я гляжу, невесел. — Он внимательно посмотрел на меня. — Расскажи, облегчи душу...
  Не знаю, что со мной произошло, наверное, все-таки мне необходимо было с кем-то поделиться. В общем, я как на духу рассказал ему историю последних двух дней моей жизни. Сам не ожидал от себя подобной откровенности. А закончив, налил себе еще пива и сделал пару глотков.
  Было заметно, что мой рассказ произвел неизгладимое впечатление. Сноуд покачал головой и внимательно посмотрел на меня.
  — Я, конечно, тебе не советчик, но сам-то ты чего хочешь?
  — Не знаю, — пожал плечами я. — Наверное, путешествие — не самое плохое, что может случиться в жизни, и...
  — Это не просто путешествие...
  Я оторопел. Голос у моего собеседника был непривычно серьезным.
  — ...Все гораздо сложнее. Не упусти свой шанс, Эндрю.
  — Ты что-то знаешь об этой «принцессе»? — вырвалось у меня.
  — Нет, — покачал головой мой собеседник, — но из твоего рассказа можно сделать очень интересные выводы.
  — Хм... не знаю. — Я слегка растерялся. — Что ты имеешь в виду?
  — Ничего. Это просто мои мысли, Эндрю. Просто мысли.
  Он одним глотком допил пиво, встал из-за стола и, кивнув мне, ушел.
  Я растерянно смотрел ему вслед. Странное поведение. Не помню, чтобы старина Сноуд вел себя подобным образом. Но переживания на этот счет скоро вылетели у меня из головы.
  На небольшой импровизированной сцене появился певец — седовласый мужчина лет сорока, с усталым взглядом и каким-то невыразительным лицом. В руках он держал небольшую гитару.
  Я сделал большой глоток. Похоже, Хиггинса надули. Не впечатлил меня этот певец. Тем временем раздались жидкие хлопки, певец поклонился и положил пальцы на струны гитары. В таверне зазвучала музыка. Медленная и красивая. Услышав ее, я сразу позабыл весь свой сарказм. Он запел:
  
  Скажи: ты демон или ангел на земле?
  Назад вернуться ты уже не сможешь.
  Раз так, зачем покой тревожишь мне?
  Так кто же ты? И чем мне здесь поможешь?
  
  И если ангел, то возьми с собой
  Туда, где юность весело резвится.
  Мы будем там вдвоем с тобой,
  И бесконечно счастье будет длиться.
  
  А если демон... Что ж... возьми меня
  С собой в огонь мучений вечных.
  Они пусть станут для тебя
  Залогом страсти бесконечным!
  
  Скажи мне: кто ты? Не молчи!
  Я так устал от фальши и притворства.
  В мои глаза ты просто посмотри...
  И уж прости мое упорство.
  
  Когда прозвучал последний аккорд, на некоторое время в таверне повисла тишина. А затем... она взорвалась овацией. Практически все посетители встали со своих мест, аплодируя певцу. Я сам был тронут до глубины души. Не помню, чтобы на меня производила впечатление одна-единственная песня. Голос певца действовал поистине магически... В этот момент я встретился глазами с певцом. Что-то в нем показалось мне знакомым. Он слегка кивнул, и я невольно кивнул в ответ. Затем он вновь заиграл. Я посмотрел на кружку. Она была пуста, как и кувшин.
  Ко мне подскочил официант с новым кувшином. И лишь опорожнив еще полкружки, я почувствовал, что хмель сделал свое черное дело.
  Я был практически пьян. Зато совершенно не вспоминал об Элейне и о том, что произошло за последние два дня. А вот певец меня заинтересовал. Этот человек явно знал меня. Но откуда? Кстати, он уже перешел на более веселые песни. Даже, я бы сказал, весьма фривольные.
  Внезапно меня словно что-то толкнуло изнутри, и я почувствовал тревогу. Хмель слетел с меня в одно мгновение. Я вдруг понял: что-то происходит, и не где-то, а у меня в доме. Не знаю, откуда появилась эта уверенность. Я бросил деньги на стол и поспешил к выходу.
  Ярко светила луна, и я ощущал беспокойство все сильней и сильней. В общем, припустил по улице со всех ног. А когда подбежал к дому, то увидел, что входная дверь распахнута настежь.
  Не чувствуя под собой земли, я взлетел по лестнице и услышал женский крик. Судя по всему, он доносился из спальни. Я бросился в кабинет и достал из тайника магический посох и пару свитков. Они были уже активированы. Я их держал на всякий случай... и, похоже, этот случай настал. Быстро прочитав нужные слова, я с посохом наперевес выскочил из кабинета и налетел на уже знакомого мне рыцаря. Сантис де Веерон собственной персоной.
  Не знаю, каким образом он умудрился освободиться. Но сейчас этот мужчина стоял передо мной, сжимая в правой руке цепь, которая тянулась к наручникам на запястьях Элейны. Девушка посмотрела на меня, и в ее глазах я прочитал обреченность.
  — А, вот и ты, — проворчал рыцарь, левой рукой вынимая меч из ножен. — Отойди в сторону, мальчик, я не хочу тебя убивать, хоть ты и наглец. И тебя непременно стоило бы проучить. Но я спешу.
  — Да? — Несмотря на то что у меня от страха тряслись поджилки, я твердо решил, что не отступлю. — Через десять минут тут будут маги. Не знаю, как ты от них смылся, но теперь тебе гарантировано лет двадцать на местных мифриловых рудниках.
  Рыцарь издевательски захохотал:
  — Не будь таким самоуверенным, мальчишка! Все любят золото. А эта малышка пойдет со мной. Отойди и останешься жить...
  — Ну уж нет! Ты слишком нахален. И за это тебя следует проучить, — сообщил я ему.
  — Что? — проревел тот и бросился на меня.
  Но, как говорится, не всегда более искусным и опытным выпадает победа. Я быстро прочитал нужные слова, и рыцарь завис в добрых двух метрах от пола. Как он ни трепыхался, бесполезно рубя мечом воздух, вырваться ему не удалось. Следующим заклинанием я перерубил цепь. Правда, это было не мое заклинание. Увы, я не отличался большими талантами по этой части, но в принципе кое-что знал, и это «кое-что» неоднократно меня выручало в бою. Рыцарь ничего не мог поделать, и ему оставалось только ругаться, призывая громы и молнии на мою несчастную голову.
  Сантис висел и ругался, пока не появились маги. Честно говоря, я оценил разнообразие его ругательств. Мне до него явно было далеко. Но вот появились маги, и красноречие рыцаря иссякло. Видимо памятуя о первой встрече с ними, он вел себя тихо, как мышка. Элейна беззвучно плакала. Она забилась в угол комнаты и сидела, спрятав лицо в ладонях.
  Маги увели рыцаря, но один из них вернулся в лавку.
  — Господин Ламос, хотел бы вам посоветовать быть настороже, — произнес он, понизив голос.
  — Почему? — вырвалось у меня.
  — Потому что, — натянуто улыбнулся маг. — У этого господина много денег. Очень много денег. И он, скорее всего, уже послезавтра окажется на свободе. Сутки мы его подержим у себя. Все-таки два нападения на дом добропорядочного горожанина... требуют тщательнейшего разбирательства. Но обещать большего я не могу. Вы мне симпатичны, поэтому хочу вас предупредить. Де Веерон, когда снова пожалует к вам, сделает все, чтобы убить. Такие, как он, не прощают щелчков по носу. Будьте осторожны.
  Он откланялся. Я невольно вздрогнул от звука захлопнувшейся за ним двери.
  
  
  ГЛАВА 6
  Судьбоносное решение
  
  Ментальная магия — более ненавистный богам вид магии тяжело придумать. Проклятые богами эльфы, если они, конечно, существуют, несомненно, владеют этой магией. И поэтому, если они существуют, то должны умереть!
  Миен Дирок, жрец бога солнца. Проповеди
  
  Разговор с магом окончательно выбил почву у меня из-под ног. До этой минуты я не думал об этом рыцаре как о личном враге. Я вообще о нем не думал. У провинциальных аристократов, как правило, больше спеси, чем мозгов. Сантис далеко не первый, кого я сдал с рук на руки страже. А раз он сумел выйти сухим из воды после того, как напал на одного из магов (они ведь такого не прощают), значит, у него действительно много денег.
  И его придется воспринимать всерьез. Боги, за что мне все это? Чем я вас прогневил? Неужели мне с этой голубоглазой малышкой проблем мало было?
  Кстати об эльфийке... хорошо, что я о ней вспомнил. Хотя разве о ней можно забыть? Особенно после того, как она превратила мою жизнь в один сплошной ужас. Но, в любом случае, с этой красоткой нужно разобраться. У меня появилось к ней много вопросов. И надеюсь, она мне на них ответит.
  Я оглядел мой магазин. Мебель перевернута. На полу осколки непонятного происхождения. Занавеси и гардины вместо того, чтобы скрывать оконные проемы, валяются на полу.
  Часть пакетов с ингредиентами, аккуратно выложенных мной на прилавок, сейчас валялись на полу в хаотичном беспорядке. Мрак! У меня создалось впечатление, что это не один рыцарь средней комплекции с одной мелкой девчонкой воевал, а отряд кирасиров с полчищем дикарей. Из моей спальни доносились тихие девичьи всхлипы.
  Туда без соответствующего инвентаря я сунуться не решился. Сначала нужно найти кое-что. Ну не могу я смотреть на женские слезы. Не могу, и все!
  — Аптечка, — протянул я, судорожно вспоминая, куда мог ее засунуть.
  Видел же ее совсем недавно. Когда на прошлой неделе старика Варкиса сердечными каплями отпаивал. После того как озвучил цену его заказа. Там была потрясающая настоечка на спирту. Боярышник, пустырник, валериана и что-то еще. Ну и конечно, чуть-чуть магии. Убойная вещь. Я уже не помню, сколько за нее заплатил, то ли два, то ли три золотых. Но она того стоила. Чайная ложка на полстакана воды, и через пару минут от истерики не останется и следа.
  Во только уговорить Элейну выпить эти полстакана было непросто. Девушка ни на что не реагировала, забилась в уголок и тихо плакала. Она напоминала сейчас не котенка, преисполненного осознания собственной исключительности, как обычно, а сломанную куклу. И мне это не нравилось. После пяти минут бесполезных уговоров я не выдержал и сам сделал глоток из бутылочки. Полегчало. И я продолжил уговоры.
  Но даже когда она прекратила заливаться слезами, добиться от нее ответов на мои вопросы я все равно не смог. Каждое слово приходилось вытягивать чуть ли не клещами. Времени было в обрез. И деликатность пришлось оставить до лучших времен. Подхватив девушку на руки, я понес ее в ванную. Прохладная водичка должна быстро привести ее в чувство. Знаю, жестоко. Но что мне еще остается? Я должен понимать, во что, черт возьми, ввязался.
  — А-а-а! — возмущенно возопила она. — Эндрю Ламос, что ты делаешь? Вода ледяная! Ты ужасный, бесчувственный человек, немедленно прекрати! Мне холодно!
  — Да, конечно. Сейчас дам полотенце. Подожди немного.
  — Полотенце? Думаешь, меня спасет одно полотенце? Идиот! Я вся мокрая! Мокрые волосы! Ты знаешь, сколько времени нужно, чтобы высушить их и уложить в прическу?! Мокрая одежда! А это единственное более или менее приличное платье, которое у меня есть.
  — Да. Это аргумент. Пожалуй, стоило сначала тебя раздеть. Но еще не поздно это исправить.
  — Извращенец!
  — Ничего подобного, глупая. Но я тебя прощаю. Потому что ты — ребенок и ничего не понимаешь. Спорим: ты ни разу даже не целовалась?
  — Ну и что с того? — Возмущение Элейны сменилось смущением. — Я не ребенок!
  — Ничего. — Я изо всех сил старался сдержать улыбку. — Ты в порядке?
  — Эндрю Ламос, ты облил меня ледяной водой! Как я могу быть в порядке? Я мокрая! Мне холодно! А ты... ты... у меня даже слов подходящих нет, чтобы тебя охарактеризовать. Ты — бесчувственный чурбан!
  — Повторяешься, девочка. Ладно. Подурачились, и хватит. Быстро переодевайся. Нам нужно поговорить.
  Эльфийка прекословить не стала. Видимо, не до конца отошла от шока. Но переодевалась она, наверное, минут сорок. Я ее не торопил. Отец говорил: «Если женщину торопить, она будет крутиться перед зеркалом раза в два дольше. Просто в отместку тебе». А мне только и оставалось запастись терпением. Когда она вышла из комнаты, на ней было другое платье Слены — серое. Оно было широко в талии и тесно в груди, а еще немного коротковато.
  — Только попробуй что-нибудь сказать по этому поводу, — прошипела она. — Я и так знаю, что выгляжу ужасно. Но остальная одежда сидит на мне еще хуже. А ты испортил единственное нормальное платье!
  — Не испортил, а всего лишь немного намочил. Элейна, давай присядем, и ты ответишь мне на пару вопросов. Хорошо? — Дождавшись неуверенного кивка, я продолжил: — Чего хотел этот рыцарь?
  — Забрать меня.
  — Это я понял. А зачем? Только не говори, что не знаешь. Все равно не поверю.
  — Потому что я эльфийка.
  — Ладно. Ответ принимается. А зачем ему нужна эльфийка?
  — Не знаю.
  — Не ври. И почему он заковал тебя в цепи? Неужели опасался, что не справится с тобой?
  — Я не знаю!
  — Элейна!
  — Нет, не знаю. И не спрашивай меня, Эндрю.
  — Не играй со мной, девочка. Я хочу получить ответы на поставленные вопросы. Так зачем ты ему понадобилась? Учти, если ты сию же секунду не расскажешь мне, я просто подарю тебя ему. Потому что мне не хочется совать голову в петлю и при этом не понимать ради чего. Хочешь уже завтра воссоединиться со своим рыцарем?
  — Нет, — выдохнула девушка, побледнев. — Прошу тебя. Не надо. Только не это. Эндрю, пожалуйста.
  — Хорошо. Я не отдам тебя ему, но ты мне все расскажешь.
  — Ну... понимаешь... эльфы — не люди.
  — Очень логичное заключение, — не сдержал я усмешки.
  — Ты знаешь что-нибудь про нашу магию? Нет? В отличие от людей мы сами и есть магия. Она в нашей крови. И нам не нужны ритуалы, чтобы ее использовать. Достаточно желания и некоторых умений. Нет, далеко не все в моем мире — великие маги. Но магами являемся мы все.
  — Ты слабый маг, — не спрашивал, а скорее констатировал я.
  — Как ты понял?
  — Я, по-твоему, идиот? Тебя продали в рабство. Хотя там, на площади, я слышал твой голос. В своей голове. Это и есть твой дар?
  — Да. Я — ментал. Слабый. Моих способностей хватает только на небольшое внушение. Еще есть стихийники. Они могут воздействовать на внешний мир.
  — И я сейчас нахожусь под воздействием твоего внушения? — осторожно уточнил я.
  — Нет. Я не могу заставить сделать то, чего ты делать совсем уж не хочешь. И держать больше двух-трех минут тоже не могу. Де Веерон этого не знал и решил перестраховаться. Это не обычные оковы. На них какие-то руны. Я не очень хорошо в них разбираюсь, но они полностью блокируют мой дар.
  — А теперь самое интересное. Зачем ты ему понадобилась?
  — Не я, — ответила Элейна, отведя взор.
  — Не ты? — усмехнулся я. — А кто?
  — Мой ребенок.
  — У тебя есть ребенок?
  — Нет, конечно. Эндрю, ты вообще слушал то, что я тебе рассказывала? Мой ребенок будет эльфийским магом. Ментальным или стихийным. Или унаследует оба дара. Такое тоже случается, хоть и редко. И не важно, кто будет его отцом. Ему не нужны будут ритуалы, чтобы колдовать. Но ничто не помешает ему их использовать. Тем более Сантис проговорился, что его хозяину нужен наследник. — Девушка покраснела.
  — Хозяину? А кто хозяин?
  — Его послал какой-то Аларик де Лирон. Я слышала.
  — Ох, Бездна! Я — труп.
  — Ты его знаешь?
  — Не лично. Но наслышан. Аларик де Лирон — седьмой герцог Андарский. Магистр ордена Золотой розы. Расчетливый, алчный, жестокий. Претендует на трон Эрисара. И унаследует его, если с нашим славным королем, не приведи боги, что-то случится до того, как он обзаведется наследником. Этот тип — последний, кому я хотел бы перейти дорогу.
  — Все так плохо?
  — Все еще хуже, чем ты можешь себе представить. И, радуйся, завтра мы отправляемся в Коннерт. Потому что единственное место, где он не сможет до нас не дотянуться, — это твой мир. Если он, конечно, действительно существует! В моем скрыться от него у нас не получится. Ты знаешь, где на этом забытом всеми богами острове находятся твои врата?
  — Примерно. В северной части... наверное.
  — А я-то, наивный, думал, что хуже быть не может. Умеешь ты внушить оптимизм. Но что уж сейчас об этом... На месте разберемся. И последний вопрос. Элейна, ты уверена, что мы сможем пройти через врата, если судьба будет к нам благосклонна и мы их найдем?
  — Конечно.
  — Тогда ложись и попытайся хоть немного поспать. Нас ждет очень тяжелый день.
  — А ты?
  — Не до этого. Я должен собрать кое-какие вещи... Кстати о вещах. На чердаке лежит старая одежда, в том числе и платья моей мамы. Посмотришь завтра. Может, что и подойдет. Только учти: денег у меня очень и очень мало. И тратиться на твои туалеты я не могу. Так что капризничать не советую.
  — Я понимаю, — робко произнесла девушка.
  
  
  ГЛАВА 7
  Сборы в дорогу
  
  Я люблю путешествовать. Я провел в дороге большую часть своей жизни. Но я мечтаю лишь об одном. Как это ни странно, о доме... доме, в котором можно просто сесть и ничего делать... не в этом ли счастье?
  Сайрус Токк. Мои путешествия
  
  Утро встретило меня в кабинете за инвентаризацией артефактов. Тащить с собой все было бы довольно глупо. Ведь по большей части они в путешествии бесполезны. Ну зачем мне может понадобиться свиток с заклятием, насылающим мор на тлю? Или наборы заклинаний, исцеляющих от подагры и радикулита? А таскать на себе лишний груз мне не хотелось. К тому же кое-то из этого можно продать. В моем положении деньги лишними не будут. Что делать с лавкой, я решил еще вчера. Продавать мне ее не хотелось, да и не смог бы я сделать это за один день. А больше времени у меня просто нет.
  У меня на примете был один человек, Рик Соули. Хороший парень. Смышленый. Достаточно порядочный. Да и деловая хватка у него есть. К тому же он — маг, хотя и слабый. Но, вот беда, он — младший сын. Наследство ему не светит, и, думаю, за мое предложение он ухватится руками и ногами. Идея была такова: я сдаю Рику лавку и дом в аренду, он ежемесячно выплачивает мне скромную ренту. То есть не мне выплачивает, а вносит на мой счет. Если в течение пяти лет я не вернусь, он сможет забрать ее себе. Предложение более чем щедрое. Но в данной ситуации мне не остается ничего другого.
  Старые напольные часы пробили шесть раз, и я понял, что следует поторопиться. Времени у меня очень мало, а нужно столько успеть. Поэтому я торопливо покидал в приготовленную сумку свитки, которые мне могут пригодиться и которые я решил взять с собой. И пошел будить Элейну.
  — Подъем! — крикнул я, заглянув в спальню.
  — Что? Сейчас же еще ночь, — пробормотала она, попытавшись укрыться с головой одеялом. Я не дал ей этого сделать.
  — Просыпайся.
  — Ну, Эндрю...
  — Никаких «Ну, Эндрю». Вставай. Одевайся. Я жду за дверью. Не выйдешь через пять минут, сам тебя одену. Хочешь?
  — Не смей!
  — Хорошо. Тогда поторопись. Сначала завтракать. Потом ты идешь на чердак. Я покажу. А мне нужно выйти город.
  — Зачем?
  — Нужно закончить кое-какие дела. Не могу же я все бросить. Но, думаю, смогу освободиться часа через три-четыре. К этому времени я надеюсь, что ты уже разберешься со своим гардеробом. Только не набирай платьев. Балов по дороге посещать мы не будем. Советую остановить свой выбор на моих старых рубашках и бриджах. И не надо морщить носик. Нам предстоит и без того нелегкое путешествие. В том числе пешком. Не хватало еще, чтобы ты всю дорогу путалась в юбках. Много не бери. Потому что свои вещи ты будешь нести сама.
  — Как сама? — уронила челюсть Элейна.
  — Вот так, сама, — ответил я. — Если тебе что-нибудь нужно купить, говори сразу. По дороге в порт заглянем на рынок.
  Девушка кивнула, и мы спустились на кухню. Завтрак прошел в напряженной тишине. Каждый из нас думал о своем. И как мне кажется, мысли те не были очень уж радостными.
  Сразу после того, как убедился, что Элейна благополучно дошла до чердака и не потерялась по дороге, я направился к Рику. Он жил неподалеку. Его отец держал бакалейную лавку, и парень был у него на подхвате. Чисто по-человечески мне было его жаль. Работал младший Соули за троих, тогда как два его старших брата только и делали, что били баклуши. И при этом именно два этих балбеса считались наследниками — надеждой и опорой семьи, а беднягу Рика попрекали каждым куском хлеба.
  — Привет, Эндрю. — Парень встретил меня на пороге их лавки. — Ты чего так рано? Семи еще нет. Мы еще не открылись.
  — А сам-то чего встал в такую рань?
  — Ступеньки скрипеть начали, хотел подлатать. А днем покупатели налетят. Так что единственное, что мне остается, это вставать ни свет ни заря.
  — Тебе?
  — А кому еще? Не отцу же.
  — Так у тебя братья есть...
  — Ты думаешь, Динк или Уилл знают, с какой стороны за молоток взяться, или внезапно воспылали любовью к честному труду?
  — Ну да. От них ничего подобного ждать не приходится. Но, Рик, я к тебе. С предложением. Мне нужно уехать. Надолго. Минимум на год. Возьмешь мою лавку?
  — Эндрю, — парень посмотрел на меня как на сумасшедшего, — приятель, ты допился.
  — Я не пью почти.
  — Тогда докурился.
  — Рик, не мели чушь. Я этой гадостью не балуюсь. Ну так что? Возьмешься?
  И я быстро объяснил суть своего предложения.
  — Шутишь? — уставился на меня Рик широко открытыми глазами. — Это же ты ее, считай, за бесценок отдаешь.
  — Будешь переводить деньги ежемесячно на мой счет в банк Торговой гильдии. Если не вернусь в течение пяти лет, она твоя. Только выплатишь долю Нитарии Терис за дом. Это моя двоюродная сестра. Она живет в деревеньке Северный Вал, недалеко от Шайна. А еще ты проследишь, чтобы она получила деньги, которые накопятся за это время. Это не условие сделки, а моя личная просьба. Сделаешь?
  — Ты так говоришь, будто бы умирать собрался.
  — Я собрался в долгое путешествие. А в дороге всякое бывает. Лучше перестраховаться. Ну так что? Берешься?
  — А на кого я лавку отца брошу?
  — На наследничков. Не дури, приятель. Случись завтра что с твоим отцом, братья выставят тебя из дому в этот же день. И куда ты пойдешь? У тебя сбережения есть? Другая работа?
  — Нет.
  — Вот и я о том же. А если согласишься на мое предложение, при разумном подходе за год накопишь на маленький домик. За два — на домик побольше. Женишься, наконец.
  — Я могу подумать? — нерешительно спросил он.
  — Можешь, — кивнул я. — Минут десять. Ну ладно, пятнадцать. Я тороплюсь.
  — Уезжаешь сегодня?
  — Да.
  — Почему?
  — Да... так обстоятельства сложились.
  — Понятно. А знаешь, Эндрю, а я согласен. Ты ведь тоже в первой половине дня подрабатывал. Вот и я смогу по утрам к отцу заглядывать.
  — Да. Только мне за это платили. А ты будешь за спасибо вкалывать. Впрочем, дело твое. Ладно, бросай свой молоток и пошли к поверенному. Мне еще уволиться нужно и кое-что купить.
  — Провизия нужна?
  — Немного.
  — Покупать тебе ее не нужно. Я соберу и принесу мешок к тебе домой. Нужно же мне хоть как-то тебя отблагодарить.
  — Только не переусердствуй. Много не надо. Мне это на себе тащить.
  — Не беспокойся. Все будет в лучшем виде.
  Визит к поверенному занял почти два часа. После чего я пошел в ратушу. Сначала господин Ладик принялся отчитывать меня за нарушение служебной дисциплины и грозился уволить. А после того, как услышал, что мне только это и нужно, чуть в обморок не упал. Даже жалованье мне повысить предложил. Я извинился, ссылаясь на обстоятельства, и поспешил откланяться.
  По дороге домой зашел к знакомому букинисту и продал ему с десяток старинных свитков. Потом купил несколько пирожков, решив заменить ими обед, и побежал к теперь уже не совсем моей лавке. Рик должен был ждать меня у входа. Внутрь я попросил его не заходить, чтобы не пугать Элейну.
  Приятель стоял в нескольких шагах от своего нового дома и делал вид, будто любуется соседскими азалиями. Обещанный мешок с припасами лежал у его ног. Увидев меня, Рик смущенно улыбнулся:
  — Ну что, давай прощаться?
  — Да, — кивнул я, тоже чувствуя некоторую неловкость. — Удачи тебе на новом месте.
  — А тебе легкой дороги. Все, что ты просил, я сделаю. Но лучше возвращайся домой целый и невредимый.
  — Прощай.
  — Нет уж, Эндрю. До свидания.
  Девушка ждала меня в спальне, с собранной уже сумкой. Она встретила меня приветливой улыбкой и новостью, что среди вещей моей матери нашла все необходимое и покупать ей ничего не нужно.
  Несвойственная эльфийской принцессе покладистость меня немного насторожила. Но размышлять над причинами оной времени у меня не было.
  
  
  ГЛАВА 8
  Морская прогулка
  
  Остров Коннерт отделен от материка Штормовым проливом. Несмотря на свое название, обычно это достаточно спокойное место. До сих пор остается невыясненным, почему именно в этом заливе погода отличается от погоды в остальных районах моря Ветров. Можно даже поверить в легенду, что некогда жившие в нашем мире эльфы магически изменили ее в силу каких-то своих планов.
  Д-р Роен. Познавательная география
  
  Договориться с капитаном шхуны «Кокетка», приятным стариком лет шестидесяти на вид, не составило труда. Звали его Дирк Эрли. Он казался весьма разговорчивым и был рад немного подзаработать. Только предупредил, что каюта будет одна на двоих. Все-таки его судно грузовое, а не пассажирское. Зато отбывает оно буквально через пару часов, да и плата всего два золотых. Тогда как другие капитаны могут запросить в два, а то и в три раза больше. Но если господа спешат, и их не пугает отсутствие роскошных апартаментов...
  Господа спешили. Поэтому я здраво рассудил, что лучше уж убраться из города на скромной «Кокетке» уже сегодня, чем несколько дней ждать пассажирское судно. Каждая минута промедления была риском. И мне очень не хотелось, чтобы нас настиг этот сумасшедший Сантис. Элейну, как ни странно, совершенно не возмутил тот факт, что ночевать нам придется в одной каюте.
  Надеюсь, она понимала, что проводить ночи на палубе под открытым небом я не намерен. Нет, постель я ей, так уж и быть, уступлю. Но потакать глупым капризам не стану. Она и так мне на шею села, принцесса малолетняя. Не дождется. Только раньше, чем мы выйдем из порта, просвещать ее на тему собственных намерений я не рискну.
  Я вообще пребывал в шоке. Моя спутница не капризничала, не прекословила и со всем соглашалась. Даже подозрительно как-то. На мой вопрос, с чем это связано, лишь пожимала плечами и говорила, что так нужно. Может, наконец, в ее прекрасной головке начали появляться умные мысли?
  До моря мы шли несколько часов по реке. Река как река, не особо широкая, с заросшими густым лесом берегами, но когда мы наконец вышли в море, оно произвело на меня неизгладимое впечатление. Я стоял на носу корабля. Яркое солнце. Чарующий шум волн и крики чаек. Соленый ветер. Холодные капли, которые летят в лицо. И безбрежное море... у которого нет ни конца ни края. Это так здорово! Чувствуешь, будто мир лежит у твоих ног, а впереди ждут незабываемые приключения.
  Никогда не предполагал, что водная гладь настолько околдует меня. Если бы знал, давно бы сбежал из дому и стал моряком. Хотя не настолько я и стар. Еще не поздно променять магическую лавку на двухмачтовую шхуну. И я буду стоять за штурвалом собственного корабля, прокладывая путь в неизведанные дали.
  Но если путешествие по реке я перенес спокойно, то спустя час после выхода в море понял, что с мечтами о собственном корабле немного поторопился. Нет, море было прекрасно само по себе. Стихия, что с нее возьмешь? Но резкая головная боль, головокружение и тошнота убивали все ее очарование.
  Мне было плохо. И с каждой минутой становилось все хуже и хуже. При мысли, что плыть нам еще два дня, я готов был уже сейчас сигануть за борт. О том, что же со мной будет вечером, старался не думать. Элейна, которая по виду совершенно не тяготилась качкой, вызывала у меня глухое раздражение. Но я честно старался держать себя в руках. Зависть, а это именно она и была, — чувство недостойное настоящего мужчины.
  Вечером я быстро понял, что вряд ли смогу ночевать в каюте, хоть на постели, хоть рядом. Учитывая накатившую на меня «морскую болезнь», я просто задыхался в темной, душной, пропитанной влагой каюте. Девушка, к моему удивлению, переносила это все совершенно спокойно, несмотря на свою аристократическую изнеженность.
  В общем, я предпочел спать на палубе, выпросив у капитана набитый сеном тюфяк и подушку. На свежем ветре мне стало полегче. Однако команда посчитала, что я несправедливо выгнан из каюты, и смотрела на меня с сочувствием. Тем более Элейна держалась с матросами так надменно, что я лишь качал головой, наблюдая это.
  Со мной девушка по-прежнему была очень мила. Меня это уже начинало немного пугать. Ведь отыграется же за то время, пока ей приходилось изображать «хорошую девочку». В том, что она именно изображала, а не отнеслась к моему состоянию с пониманием, я не сомневался ни секунды. Избалованные принцессы не умеют сочувствовать. Для них нет других людей. То есть другие, конечно, есть. Но мы — простые смертные, и наши беды, мечты и желания для них пустой звук. Потому что на социальной лестнице стоим ниже. И какое дело ледяной красавице до простого парня? Я для нее — всего лишь средство для достижения собственных целей.
  В детстве я зачитывался приключенческими романами и мечтал стать рыцарем. Сражаться с драконами, драться на дуэлях и спасать принцесс. Глупо, правда? Ну что ж... сбылась мечта идиота. Спасаю. Только отчего же мне так паршиво? И ведь не только морская болезнь виновна в этом. Наверное, все дело в том, что приключение оказалось не таким, как я представлял. Да и я сам... не такой. Не храбрец, не воин и не романтик. А кто? Простой лавочник, которому судьба дала шанс стать кем-то большим? Великим героем, например. Угу, посмертно. Только оно мне надо? О боги, чем же я так прогневил вас, что вы посылаете такие испытания? Столько вопросов. И все без ответов.
  Второй день морского путешествия я едва пережил. Солнце палило нещадно. На палубе было жарко. В каюте невыносимо душно. Качка вообще меня убивала. С принцессой мы пару раз сталкивались, но ни один из нас не желал первым начинать разговор.
  К вечеру мне стало немного лучше, и я уже мог стоять у борта, любуясь закатом. Ко мне подошла Элейна и облокотилась рядом о поручни. Я решил ее игнорировать и демонстративно обратил взор в бесконечность морской глади. Не хочу я с ней разговаривать. Ведь ничего хорошего все равно не скажет. Мне сейчас и так довольно паршиво. И смотреть я на нее тоже не хочу. Ледяная красота, конечно, приковывает взгляд, но не более. Девушка должна быть теплой, нежной, доброй, а эта... аристократка малолетняя.
  — Я принесла тебе плащ, — сказала она тихо, почти шепотом. — Становится прохладно. Ты можешь простудиться.
  — С чего вдруг такая забота? Боишься, что моя болезнь задержит твое воссоединение с семьей?
  — Ты злишься на меня?
  — Я? Ну что ты! Как я могу?! — Казалось, мой голос так и сочится ядом. — Ты же моя госпожа и повелительница. И я обязан тебя боготворить.
  — Моей вины в том, что ты плохо переносишь качку, нет. Поэтому я не понимаю...
  — Куда уж тебе понять!
  — Ты очень груб со мной!
  — Имею право. Если бы ты не влезла в мою счастливую, размеренную жизнь, я бы не страдал от морской болезни, а пил чай, сидя возле камина. Ты — мое наказание за все грехи: настоящие, прошлые и, скорее всего, будущие. Из-за тебя моя жизнь полетела под откос.
  — Ты опять напился!
  — К сожалению, нет! Хотя хотел бы это сделать сейчас. Оглянись, принцесса. Я нахожусь посреди моря и плыву в никуда. Я не знаю, что меня ждет за горизонтом. Не знаю, останусь ли в живых. А теперь, извини, я хотел бы немного побыть один.
  — Ты прогоняешь меня?
  — Да.
  — Ну и ладно! Ну и замечательно! Все равно я не хотела с тобой разговаривать! Потому что ты грубый, невоспитанный, ограниченный человек!
  И меня понесло. Честно говоря, если бы не раскалывающаяся голова, тошнота и раздражение, я не стал бы говорить подобные слова. Откуда только они у меня появились, сам не знаю... наверное, злость на всех, а больше всего на Элейну, сыграла свою роль.
  — Твоему высочеству не пристало общаться с таким, как я? Ну да... аристократов в моем роду никогда не водилось. Были уважаемые люди, которые жили в ладу с собственной совестью. Люди, которые добивались всего собственным трудом. Честным, заметь. А твои? Можешь сказать, что череда твоих благородных предков были хорошими людьми? Что гордишься ими не просто потому, что они голубая кровь?
  — И ты считаешь, что аристократ не может быть хорошим человеком? Что им нельзя гордиться?
  — Может. В любом правиле есть исключения. Но власть и богатство, которые достались в наследство... портят. Вот ты, например. Воспользовалась мной без зазрений совести. Моя жизнь, какой бы ничтожной, по твоему мнению, она ни была, оставалась моей жизнью. Хотя о чем это я? Что пытаюсь объяснить избалованному ребенку, который собственные желания всегда привык ставить на первое место? Думаешь, я тебе благодарен? Думаешь, для меня великое счастье и предел мечтаний — прислуживать тебе? Или, может, считаешь, что ты меня облагодетельствовала, взвалив неподъемную ношу по спасению? Ошибаешься, принцесса.
  — Но, Эндрю, ты же совсем меня не знаешь. И я не требовала, чтобы ты мне прислуживал!
  Я отвернулся от девушки и снова уставился на водную гладь. Холодало. Прохладный ветерок остужал разгоряченное лицо, трепал волосы. И, по-моему, немного даже облегчал мои мучения. Хотя нет. Вдруг заговорила моя совесть, и мне стало еще хуже. Ведь Элейна по большому счету не виновата в моих проблемах. Нужно быть справедливым. Она не развлечения ради все это затеяла. Ее же похитили, сделали рабыней и продали. Конечно, девушка воспользовалась всеми доступными ей средствами, чтобы снова стать свободной и попасть домой. И в этом я ее понимаю. Что ей еще оставалось?
  — Прости, — неуклюже попытался извиниться я. — Все навалилось. И я препаршиво себя чувствую.
  Девушка ушла, так ничего не ответив мне. А я еще долго стоял на носу корабля, пока небо не озарилось светом растущей луны. Нужно бы посмотреть, как там Элейна. Хотя нет, пусть отойдет немного... в конце концов, ведь правда же, что она меня втравила в свои проблемы. Хотя я сам поехал. Мог ведь и отказаться... наверное. Тяжело вздохнув, я побрел к своему тюфяку, решив завязывать с самокопанием, а завтра с утра постараться избавиться от раздирающей меня злости на весь мир.
  
  
  ГЛАВА 9
  Менр
  
  Менр — порт на юге Коннерта. Официально принадлежит королевству Эрисар, которое де-юре присоединило остров к своим владениям. Но де-факто власть Эрисара распространяется только на прибрежные города. В центральной лесистой части, где сосредоточено исконное население Коннерта, совершенно иная власть. И почти за десять лет войны Эрисару так и не удалось подавить сопротивление местных жителей.
  Д-р Роен. Познавательная география
  
  Утро принесло небольшое облегчение. И я даже смог спокойно прогуливаться по палубе, не борясь при этом с тошнотой. Элейна не показывалась из каюты, и я, в общем, этому был только рад. Честно говоря, сказать мне ей сейчас было нечего. Побродив по палубе, я занял свое излюбленное место у поручней недалеко от носа корабля.
  Погода казалась прекрасной, ласково светило солнышко, и прохладный ветер обдувал лицо, прогоняя жару. Впереди я увидел длинную полосу берега, которая неумолимо приближалась. Ко мне подошел капитан:
  — Через пару часов будем в Менре, так что можете будить вашу спутницу.
  Я, вздохнув, отправился к Элейне. Она сидела на кровати и задумчиво смотрела в иллюминатор на приближавшийся берег.
  — Через два часа будем в порту, — сообщил я.
  — Хорошо, — тихо ответила девушка, даже не посмотрев на меня.
  — М-да, собирайся, в общем.
  Я чувствовал себя немного не в своей тарелке. Потоптавшись на пороге, я еще раз напомнил Элейне о том, что времени у нас не так уж и много, покинул каюту и вновь поднялся на палубу.
  А девушка, мне показалось, этого даже не заметила. Она находилась в нерадостном расположении духа. И мысли ее были где-то далеко. Но развлекать ее мне ни капельки не хотелось. Самому не слишком весело.
  Прежде чем войти в залив, капитан по магической связи объяснился с двумя фрегатами береговой охраны, и путь наконец был свободен.
  Первое, что бросилось мне в глаза, это грозный форт, высеченный прямо в скалах у входа в бухту. Даже я, лишь по книгам изучавший военное искусство, сразу понял выгодное стратегическое расположение форта. Судя по бойницам, противника ждал весьма неприятный сюрприз. Представьте одновременный залп с двух сторон из магических орудий, а их тут не меньше пятидесяти... никакая магическая защита не поможет.
  Сам порт был раза в три больше порта столицы Эрисара. У меня зарябило в глазах от бесчисленных рядов мачт. Каких тут только не было кораблей, всех видов и всех размеров. Казалось, сюда собрались моряки со всего мира, что отчасти было правдой. Я еще не говорил вам, что Коннерт не просто так показался лакомым куском для Эрисара. Именно тут произрастала вицена — редкая трава, которую маги использовали в своих ритуалах. Она применялась при создании практически всех заклинаний. Чем качественней она была, тем мощнее получалось заклинание. Правда, произрастала она не только на этом острове, но это уже частности. На Коннерте же эта трава встречалась чуть ли не на каждом шагу и была отменного качества. Естественно, король Эрисара поспешил объявить остров своим. Отсутствие поблизости сильных соседей стало еще одной из причин вторжения.
  Тем временем на палубу поднялась Элейна и подошла ко мне. Наш корабль среди прочих встал на якорь довольно далеко от берега.
  — Пришвартоваться не сможем, — сообщил мне капитан, — у меня столько денег нет, да и там все места распределены. Сейчас спустят шлюпку и вас доставят на берег.
  Он выразительно посмотрел на меня, и я, тяжело вздохнув, полез за мешочком с деньгами. Расплатившись, мы с Элейной сели в шлюпку, и четверо дюжих матросов взмахнули веслами. Девушка была сегодня необычайно тиха и задумчива. Я решил не мешать ей и не заговаривать с ней первым. Тем временем пристань приближалась. Наконец шлюпка подошла к низкому причалу, и нас высадили.
  Бурлящий людской поток обтекал нас подобно полноводной реке. Пусть Мейн и столица, но в этом городе я понял значение слова «столпотворение».
  Мы стали пробираться сквозь толпу к воротам, проделанным в высокой и мощной каменной стене, окружавшей город. Я слышал, что король ввел даже дополнительный налог на ее строительство. Что ж, теперь я воочию увидел, куда пошли мои денежки. Вместе с людским потоком мы прошли в ворота.
  Охрана лениво и равнодушно рассматривала народ. Наверное, в Менре все спокойно. Что в принципе не могло не радовать. Итак, миновав ворота, мы оказались на небольшой площади, от которой веером расходились узкие улочки, петляя между домами. Порядок застройки показался мне каким-то сумасшедшим, хаотичным... то ли дело ровные улицы Мейна!
  Я повернулся к Элейне:
  — И куда теперь?
  — В гостиницу, — ответила она. — А завтра утром продолжим наш путь.
  — Нам бы сначала понять, куда мы пойдем... это не Эрисар, это Коннерт. — Подозреваю, что здесь не бывает легких прогулок.
  — Надо раздобыть карту... я смогу по ней определиться.
  — Ясно. Карту, — кивнул я. — Что ж... а ты в этом городе была хоть раз?
  — Не совсем... — замялась девушка. — Нас через него провозили.
  — Час от часу нелегче, — вздохнул я. — Пошли в гостиницу. А там уже разберемся.
  Ближайшей гостиницей оказалось небольшое двухэтажное здание, притулившееся на пересечении двух узких улиц. На вывеске была нарисована кровать и какая-то фигура, лежавшая на ней. Судя по мечу, явно хотели изобразить солдата. Но, видимо, у художника были такие же способности к рисованию, как и у меня...
  Однако внутри гостиница оказалась весьма приличной. Там было довольно чисто и вполне уютно. На первом этаже располагалась таверна, и, несмотря на дневное время, практически все столы были заняты. Мы с трудом отыскали свободное местечко.
  — Любезный, а комнаты у вас есть? — поинтересовался я у подавальщика — молодого парнишки лет восемнадцати.
  — Это к хозяину, — ответил он. — Я его позову. Что будете заказывать?
  Пришлось мне взять все в свои руки. Моя спутница смотрела по сторонам с таким искренним недоумением, что мне даже стало ее немного жалко. Да, тут явно кофе с пирожными ей не подадут. В общем, пришлось Элейне довольствоваться жареной курицей, хлебом, сыром и кружкой вина. Кстати, оно оказалось достаточно приятным. К моему удивлению, девушка не стала капризничать и безропотно принялась поглощать еду.
  От процесса насыщения нас отвлек хозяин гостиницы. Я еле сдержал удивление — хозяином был пожилой гоблин. В столице этим созданиям не позволили бы держать гостиницу, хотя официально они имели такие же права, как и люди. Что ж, видно, здесь более терпимо относятся к разным расам. Гоблины и так красотой не блистали, но подошедший к нашему столику был действительно уродлив. Я даже затрудняюсь описать его.
  — Вам нужна комната? — проскрипел он. — У нас, к сожалению, небольшой выбор. На этой неделе местные маги устраивают свой Сход, поэтому практически все гостиницы забиты. Но одну приличную комнату я вам смогу выделить.
  — Там две кровати? — выпалила Элейна, но, наткнувшись на любопытно-заинтересованный взгляд гоблина, смешалась.
  — Там две кровати, милая барышня.
  Гоблин улыбнулся. Но, по мне, лучше бы он так больше не делал. Элейна вздрогнула.
  — Только они сдвинуты вместе... если надо, их всегда можно раздвинуть.
  — Сколько? — Я решил сразу перевести разговор в практическую плоскость.
  — Один золотой.
  М-да... цены здесь кусались. У меня оставалось всего десять золотых, но я не предполагал, что на Коннерте расценки могут настолько отличаться от столичных.
  Слышал я, конечно, что Менр дорогой город, но не до такой же степени! В столице на один золотой я бы дня три жил в очень хорошей гостинице. Плюс ко всему в еде и выпивке себе бы не отказывал.
  Я вытащил заветный мешочек и расплатился.
  — А у вас карта острова есть? — поинтересовалась Элейна.
  — Есть, — кивнул гоблин, для которого мы, похоже, перешли в разряд почетных гостей. — Не извольте беспокоиться. Все будет... в комнате. У меня одна из лучших гостиниц в городе. — Угодливо поклонившись, он отошел от нашего столика.
  Я посмотрел на Элейну. Девушка молчала, явно о чем-то задумавшись. Даже когда мы, закончив ужин, поднялись за подавальщиком в нашу комнату.
  Она оказалась довольно просторной, а вот две кровати... я чуть не рассмеялся, отдавая должное смекалке хозяина. Две кровати были соединены, но соединены магией. И я, исследовав заклинание, понял, что моих слабых способностей на его снятие не хватит. Бытовая магия никогда не была моей сильной стороной.
  Кстати, именно на кроватях лежала небольшая карта, к которой сразу бросилась Элейна.
  — Так... это не то. И это не то... — бормотала она себе под нос, изучая карту. И даже прикусила нижнюю губу от усердия.
  Я присел рядом. Наконец моя спутница радостно вскрикнула и, оторвавшись от изучения карты, повернулась ко мне.
  — Эндрю, я нашла!
  — Правда? — Я постарался изобразить радость. — И где?
  — Это вот здесь. Я помню это название. Зубы Дракона. Сам посмотри. — Она протянула мне карту.
  Я присвистнул. Противоположная часть Коннерта. Нам придется пересечь практически весь остров. У меня начали закрадываться сомнения насчет нашей миссии. Потому что мы станем идеальной добычей для разбойников. Это я постарался донести до прекрасных ушек Элейны. Но, увы... она была упряма как эрисарский мул. В результате мы чуть снова не поругались, но на этот раз отступила она, заявив, что утро вечера мудренее.
  Спорить я не стал. Мне хотелось хоть немного отдохнуть, и сил на препирательства у меня не было. Вот только это не значило, что мне дадут спокойно лечь. Кровать-то одна. Разделить ее я не смогу при всем желании. Но мне же никто не поверит. Взбалмошная красотка тут же решит, что все это — лишь повод.
  Хотя ничего такого у меня даже и в мыслях нет. Ну не в том я состоянии. Глаза просто слипаются. Думать ни о чем не могу. И единственное, чего мне действительно хочется, — скорее добраться до подушки. Нет, сначала умыться, привести себя в порядок, а потом спать. И желательно, все же не на полу.
  Первой в маленький закуток, в котором стояла лохань и пара ведер горячей воды, пошла Элейна. И провела там почти час. Что было не слишком красиво с ее стороны. Вода за это время остыла, и мне пришлось купаться в холодной. И приятного в этом было мало. Вот так и пропускай дам вперед.
  Хотелось пообещать себе, что больше не буду этого делать. Но воспитание — великая вещь. Как бы я ни был зол или раздражен, переступить через то, что вкладывали в меня родители, я не смогу. Не хочу, чтобы они смотрели на меня с небесных чертогов и стыдились собственного сына.
  Когда я вернулся в комнату, девушка, сидевшая на краю постели, вздрогнула. Но через секунду она справилась с собой, и ее лицо приняло обычное отрешенно-надменное выражение. Потом она встала и отошла на несколько шагов, давая понять, что теперь дело за мной и ее высочество ожидает приведения ложа в надлежащий вид. Для очистки совести я все же попробовал это сделать. И у меня, разумеется, ничего не вышло. Что и следовало доказать.
  — Прости. Не получается. Структура заклинания слишком жесткая. Возможно, я и смогу ее сломать, но на это полночи уйдет, сама понимаешь... оно того не стоит.
  — Я не могу спать с тобой в одной постели!
  — Значит, ты также понимаешь, что на полу я ночевать не буду? Молодец. Все-таки голова у тебя неплохо работает. А теперь серьезно. Я не буду к тебе приставать. Даже пальцем не притронусь. Обещаю. Мы просто ляжем и уснем. Каждый на своей половинке. Только не спорь. Я очень устал и хотел бы отдохнуть. Хоть немного. У нас впереди тяжелая дорога. Несколько недель пути. Понимаешь? Я, конечно, надеюсь, что мы не в последний раз ночуем в гостинице. Но, судя по карте, Менр стоит несколько обособленно и нам предстоит путешествие по территории, где нет никаких поселений, даже захудалой деревеньки. И если уж у меня появилась возможность нормально выспаться, я хотел бы ею воспользоваться.
  — Мы не можем! — Похоже, все мои доводы разбились о стену ее упрямства. — Это немыслимо! Леди Высокого Дома не может...
  — Послушай, — устало начал я, этот концерт мне надоел, — ты девственница?
  — А? Что? Да как ты смеешь?!
  — Просто ответь! — зло рыкнул я.
  — Да, — выдохнула девушка, медленно пятясь от меня.
  В ее глазах зажглись искорки страха. И меня это покоробило. Ведь я не давал ей повода так обо мне думать. Нет, святым праведником я не был. И с невинностью распрощался давным-давно. Но девчонок я не насиловал никогда. Все всегда происходило только по обоюдному желанию и к взаимному удовольствию. И все они уходили от меня с улыбками на лицах, а не в слезах. Чем я вполне обоснованно гордился.
  — Элейна, твоему целомудрию я не угроза. Сегодня по крайней мере. Захочешь сама — всегда пожалуйста. Не захочешь — не трону. В любом случае, решать будешь ты. А теперь давай спать.
  Как ни странно, на этом с разногласиями было покончено. И я со счастливым стоном упал на мягкую перину, заснув раньше, чем моя голова коснулась подушки.
  
  Пробуждение мое было очень и очень приятным. Как всегда, когда просыпаешься в обнимку с симпатичной девчонкой. Ее белокурая головка лежала на моем плече, а ладошка покоилась рядом с сердцем. Мои губы сами по себе расплылись в довольной улыбке. О боги, как же это здорово — встречать рассвет, прижимая к себе столь прелестное создание. Чувствовать ее тепло, слушать размеренное дыхание... Кстати, это она во сне перебралась на мою половину кровати. Так что свое обещание я сдержал. И вообще, все случилось помимо моей воли. Хотя это и не значит, что я был против. Скорее наоборот — очень даже за. Все-таки она мне нравится. Даже взбалмошная и капризная. Любая. Ну не может такая красота оставить мужчину равнодушным. Повалявшись еще минут пять, я осторожно выпутался из объятий моей очаровательной принцессы. К слову, это было не так уж и легко. Отпускать меня она не хотела совершенно, теснее прижимаясь ко мне своим соблазнительным станом.
  Нет, ну вы на это посмотрите! Мало того что намертво в меня вцепилась, так еще и колено мне на живот закинула. Ни стыда ни совести у современных принцесс! Я самодовольно усмехнулся и, не удержавшись, провел кончиками пальцев по ее груди, задрапированной в одну из моих старых рубашек.
  И был вознагражден тихим «ах». Вот ты и попалась. Теперь, малышка, можешь сколько угодно строить из себя ледяное совершенство, но заставить меня поверить в то, что я тебе неприятен, в любом случае уже не получится.
  Кое-как выбравшись из постели, я оделся, умылся и направился вниз. Нужно заказать завтрак, да и новости разузнать не помешает. Кроме того, меня интересовали дороги, которые одиноким путникам следует обходить стороной. Такая разведка обстановки много времени не заняла. Стоило угостить двух старичков, которые уже с утра были навеселе, пивом, и меня просто засыпали полезной и не очень информацией.
  Но зато теперь я знал, что, если мне не хочется сегодня проститься с жизнью, на главный тракт я не выйду, а пойду через лес. И вообще, из города смотаюсь в течение ближайшего часа. Нечего нам тут задерживаться. Внимание только ненужное привлекаем. Слишком уж мы колоритная парочка. Позавтракаем, и в путь.
  Правда, был еще один вопрос — лошади! Я быстро перекусил, заказал завтрак для Элейны и заодно узнал у хозяина, где поблизости можно купить лошадей.
  К сожалению, у меня не так много оставалось денег, поэтому при выборе лошадей пришлось руководствоваться в первую очередь ценой. На мой взгляд, я справился с этим, и две лошадки, приведенные мной во двор гостиницы, оказались не такими уж и плохими. Однако, когда я вывел ее высочество во двор и она увидела лошадей, мне показалось, что она в обморок грохнется.
  — Эндрю, — повернулась она ко мне, не скрывая праведного негодования в голосе, — где ты нашел этих полудохлых кляч? Уж не думаешь ли ты, что я поеду на одной из них?!
  — Думаю, — сообщил ей я. — У нас денег не так много... но если не хочешь, иди пешком.
  Я ждал взрыва, но, к моему удивлению, девушка, не сказав больше ни слова, пошла к лошади. С ума сойти! Неужели исправляется?
  В молчании мы тронулись в путь. В нескольких милях от города я, сверяясь с картой, свернул с главного тракта в лес. Дорога, по которой нам предстояло ехать, была не мощенной, но представлялась мне вполне удобной: достаточно широкой и хорошо утрамбованной. Судя по палящему солнцу и чистому небу, в ближайшие часы дождь нам не грозил. А пока, на мой взгляд, это единственное, что могло затруднить наше путешествие.
  Элейна молчала полдня и лишь во время короткой остановки на обед соизволила со мной пообщаться. А ближе к вечеру принцесса решила удостоить меня высочайшей аудиенции.
  На ночлег мы расположились под вековым дубом, недалеко от небольшого ручейка. Я развел костерок и даже сварил немного каши. То ли во мне внезапно открылся кулинарный талант, то ли прогулка по лесу способствовала аппетиту, но ничего вкуснее я жизни не ел. А девушка, отбросив аристократические манеры, с жадностью поглощала свою порцию. Потом, хоть мне было до ужаса лень это делать, я встал, собрал грязную посуду и пошел ее мыть. Заодно и сам освежусь немного.
  Когда я вернулся, моя спутница сидела рядом с догорающим костром и любовалась языками пламени.
  — Красиво, правда? — тихо, почти шепотом произнесла она.
  Я присел рядом и протянул ей одеяло.
  — Замерзнешь.
  — Нет. Не думаю. Еще достаточно тепло.
  — Ну как знаешь.
  — Да. — Элейна замолчала, а потом заговорила, словно во сне: — Я всегда мечтала сидеть вот так возле костра. Но они никогда не брали меня с собой.
  — Кто?
  — Мои братья и сестра. Они часто гуляли или охотились втроем. А мне в их компании места не было никогда. Конечно, я же младше. К тому же Солия не терпела конкуренции и не переносила, когда внимание родных было направлено не на нее. А после ее смерти Тамиэль и Натаниэль закрылись в своем горе и почти перестали меня замечать. Мне иногда кажется: они не могут простить мне, что я жива, а их любимица — нет. А еще того, что я не могу скорбеть по ней. Моя жизнь стала намного спокойнее после ее смерти. Это ужасно. Но я ничего не могу с собой поделать.
  — Она обижала тебя?
  — Обижала? — усмехнулась девушка. — Это слово не отражает всего ужаса, в который она превращала мою жизнь. Каждый день. Стоило кому-то похвалить меня или обойти ее вниманием, как на мое платье случайно проливался чай или лимонад. Мое рукоделие случайно летело в камин. А сколько раз я случайно падала с лестницы, и не счесть. Но ее все любили. А я... не знаю даже, чего в моем сердце было больше, страха перед ней или ненависти.
  — А ты не пыталась рассказать об этом родителям?
  — Пыталась. И родителям, и братьям. Вот только никто, кроме Дани, моего младшего брата, мне не верил. Они все считали, что я завидую и пытаюсь очернить сестру. Однажды отец даже ударил меня и велел запереть в комнате на целую неделю... А знаешь, я только сейчас это понимаю. Они ведь все были правы. Я завидовала ей. Очень. Мне хотелось занять ее место. Вот только не получилось.
  — Когда она умерла, сколько тебе было лет?
  — Тринадцать.
  Я тяжело вздохнул и устало потер переносицу. Вот что я должен сейчас ей сказать? Как успокоить? Мне, единственному ребенку в семье, не понять войн между братьями и сестрами. Я всегда считал, что иметь большую семью здорово. Можно с кем-то поиграть, с кем-то поделиться секретами. А оказывается, все не так радужно.
  — Элейна, всем хочется, чтобы их любили. И это очень больно, когда ту любовь, которая должна по праву принадлежать тебе, кто-то крадет. А твои родители виноваты в том, что допускали подобное. Детей нужно любить одинаково...
  Я хотел еще что-то сказать, но девушка вдруг резко подскочила со своего места и, пробормотав: «Забудь, что я сказала», — быстрым шагом направилась к ручью.
  Вернулась она через несколько минут и, не сказав мне ни слова, легла на одеяло. Повисло неловкое молчание, какое обычно случается, когда понимаешь, что сболтнул лишнего совершенно незнакомому человеку. Видимо, Элейна сейчас сожалела о своей откровенности. А я... я просто не знал, как на это реагировать. Поэтому мы не сговариваясь решили лечь спать, перенеся тем самым сегодняшние терзания на завтра. Может, в свете солнечных лучей они покажутся нам обоим ерундой, не стоящей внимания? Посмотрим.
  
  
  ГЛАВА 10
  Ловушка
  
  Проклятие Исчезновения — заклинание высшего порядка, требующее огромных затрат магической энергии и долгой подготовки. Входит в число заклинаний, запрещенных Великим Сходом магов, так как само по себе действует на грани реальности, тем самым истощая физический мир и облегчая проникновение существ нематериального мира в наш.
  Дин Красс. Академический учебник магии
  
  Меня разбудили яркие солнечные лучи, настойчиво слепящие глаза. Едва я пришел в себя после сна, как мир вокруг меня внезапно наполнился звуками. Шумела листва. Пели птицы. Только все это вместо того, чтобы привнести в мою душу покой и умиротворение, вызвало лишь глухое раздражение.
  Мне хотелось спать. Со стоном я попытался перевернуться на другой бок и укрыться своим плащом, ночью служившим мне одеялом, но сделать этого не смог. Тело словно онемело. Я ощущал каждый камешек, каждый корешок, больно впивающийся в мою спину. Все-таки ночевки на свежем воздухе и походная жизнь это не для меня. Сейчас я начинал понимать это вполне отчетливо. Точно так же, как и то, что подобное времяпрепровождение скоро станет для меня нормой жизни.
  Я полежал пару минут, проклиная саму идею ночевки в лесу и свои наивные мечты о путешествиях, которые разбились о жестокую реальность, и понял, что пора вставать. Разведу костер, поставлю на огонь котелок, заварю чай, позавтракаем, и, может быть, настроение улучшится? Я медленно поднялся со своего лежака, потирая ноющую шею, и пропел:
  — Проснись, Элейна. Солнце встало. Скорее глазки открывай. Прекрасным днем спать не пристало. Вставай, красавица, вставай!
  Ответом мне была тишина.
  — Принцесса, ну не упрямься. Уже утро.
  Девушка снова не ответила, и я уже решил было подойти к ней, но мой взгляд упал на скомканное одеяло. Похоже, она проснулась раньше меня. Я огляделся. Девушки нигде не было. А вот это уже паршиво.
  — Элейна! Отзовись! Где же ты, глупая девчонка!
  Я вскочил на ноги и, двигаясь по спирали от места нашей стоянки, начал обшаривать все вокруг. Девушка как сквозь землю провалилась. С чего это ей вдруг приспичило прогуляться с утра пораньше? Могла бы предупредить, в конце концов!
  — Элейна, демоны тебя раздери! Отзовись!
  Меня накрыла волна беспокойства, как вдруг я услышал журчание воды и тихое мелодичное пение. Вот она, моя пропажа. Нашлась! Слов песни я разобрать не мог, но хоть направление уловил. Я пошел на звук. С одной стороны, я был не прочь остановиться и хотя бы немного послушать. Голос белокурой принцессы казался мне просто волшебным. В сказках утверждалось, что эльфы могут заворожить человека своей музыкой. Что ж... видимо, есть все же в этом доля истины. Я был очарован.
  Но, с другой стороны, мне хотелось высказать ей все, что я думаю по поводу утренних прогулок в лесу. Чтобы впредь неповадно было музицировать так далеко от места стоянки. А если бы на нее местные дикари наткнулись? Нам практически через весь остров предстоит пересечь. Если за ней так каждое утро бегать, лучше сразу вернуться на материк.
  Но стоило мне увидеть Элейну, как весь мой праведный гнев испарился. Она купалась в ручье. Мое сердце пропустило удар. Мне даже в голову прийти не могло, что женщина может быть настолько прекрасной. И ведь видел же ее уже в той полупрозрачной тунике. Так нет, все равно не могу глаз оторвать. Ее жемчужно-белая кожа словно светилась изнутри. Солнечные блики рисовали на ней какие-то странные, только им понятные узоры. Волосы казались облаком из серебра. Хм... этак я поэтом стану. Что-то не замечал раньше за собой таких талантов. Ничего с собой не могу поделать. Эх, сколько сердец эта вертихвостка еще разобьет. А мое, похоже, почти разбила...
  М-да, но хватит. Нечего губы раскатывать. Мне уже дали понять, что без знатного рода и прочих атрибутов мне не светит. Сидеть бы ей в своем замке да очарованных воздыхателей принимать. Стихи там всякие, поэмы...
  Тут тишину раннего утра разбил женский визг. Я чуть не подпрыгнул от неожиданности и рванулся к ручью, спасать это чудо. Но вместо того, чтобы устремиться ко мне, она кинулась в противоположную сторону. Только бегать по дну ручья — не самая лучшая идея. Два шага, и она упала, с головой уйдя под воду.
  И нет бы подняться на ноги — начала бестолково барахтаться. Там, где вода ей всего по пояс. И судя по судорожным движениям и тому, что она едва успевала сделать глоток воздуха, прежде чем снова уйти под воду, ее надо срочно спасать. Не хватало еще, чтобы она на мелководье захлебнулась...
  Самое неприятное в данной ситуации, что раздеться я просто не успею. Придется прыгать в воду как есть. Но ничего не поделаешь. Наспех стащив сапоги — все остальное высохнет, — я шагнул в ручей. Подхватил девушку и вернулся на берег. Вот только вместо изъявлений благодарности за спасение эта ненормальная начала на меня кричать:
  — Отпусти меня немедленно! Как ты смеешь ко мне прикасаться?! Убери от меня свои грязные руки!
  — Ты тонула!
  — Я не тонула! А ты подглядывал!
  — Я не подглядывал!
  — А что ты делал?
  — Я искал тебя!
  — Именно тогда, когда я решила искупаться?
  — Я же не знал, что ты решишь искупаться! Ты исчезла, ничего не сказав. Надо предупреждать...
  — Отпусти меня немедленно! И не смей ко мне прикасаться! Никогда. И смотреть на меня не смей!
  Тут до меня дошло, что я до сих пор держу ее на руках, крепко прижимая к себе. А из одежды на ней ничего нет. Поэтому пришлось отпустить ее на землю и спешно отвернуться. Мне на самом деле не хотелось ее смущать. Хотя о чем это я?
  Насколько я был знаком с женской логикой, первым делом она решит, что я пристаю к ней. Девушки — весьма своеобразные создания. Они все хотят быть несравненными, прекрасными и желанными. Хотят, чтобы ими восхищались. Но часто делают совершенно нелепые выводы и переворачивают все с ног на голову.
  Так что оправдывайся не оправдывайся, все одно. Поэтому я обычно просто молча пережидал в таких случаях громы и молнии, которые непременно обрушивались на мою голову. Но со временем на ошибках учишься. Однако сейчас, похоже, наступил еще раз на старые грабли.
  — Элейна, ты одета? Я могу поворачиваться?
  — Нет!
  — Я испугался за тебя, когда проснулся и не увидел тебя рядом.
  — И думаешь, это дает тебе право подглядывать за мной? А потом еще и прикасаться ко мне?
  — Я не хотел, но ты тонула...
  — Неправда. Если бы не хотел, то не сделал бы этого.
  — Элейна, давай не будем ссориться. Еще раз объясняю. Ты бы захлебнулась, если бы я к тебе на помощь не пришел.
  — Мне не нужна твоя помощь! Ты ужасный, невоспитанный, бесчувственный чурбан! Знать тебя не желаю!
  — Что? — Я едва не задохнулся от возмущения.
  Мне стоило огромных усилий быть с ней мягким. Но всему же есть предел. И моему терпению в том числе.
  — Девочка, не зарывайся, — сквозь зубы прошипел я. — Я тебе нужен. А ты мне — не очень.
  — Ах ты... человек!
  — Вспомнила... существо второго сорта для вас. Но и человек может быть прав, а не только эльф. Чем больше я вас узнаю, тем больше вы мне кажетесь неблагодарными, капризными и высокомерными созданиями, отчего-то мнящими себя центром мироздания!
  Выпалив это, я зашагал к месту нашей стоянки.
  Далее должен был следовать взрыв. Вот только его не последовало. Видимо, ее высочество решили на меня безумно оскорбиться и перестать со мной разговаривать. Отлично. Если честно, не очень-то и хотелось... слушать необоснованные претензии этой милой особы. И без того настроение — хуже некуда.
  Завтракали мы в гробовой тишине. И даже демонстративно не обращали друг на друга внимание. Я не собирался идти у нее на поводу. В конце концов, это она была неправа. Все утро смотрел я куда угодно, но только не на нее, и активно делал вид, что думаю о чем-то очень и очень важном, прямо-таки судьбы мира решаю. Элейна также не спешила сменить гнев на милость. Ну и демоны с ней.
  Так мы ехали весь день, пару раз останавливались, чтобы немного передохнуть, и один раз, чтобы перекусить. За все это время проронили не более дюжины слов. Хм, посмотрим, насколько ее хватит.
  Широкая утоптанная тропинка, по которой мы двигались, внезапно превратилась в ухоженную парковую дорожку, а на горизонте показалось здание, утопающее в зелени. Этакий трехэтажный зеленый дом с колоннами. Странно... тропа должна была вывести нас к Мендосу. Этот город уступал Менру, но тоже являлся богатым торговым центром. Тем более он находился на территории, которая худо-бедно контролировалась королевскими войсками. Но, по моим расчетам, мы добрались бы до него только к завтрашнему вечеру. И никаких поселений на десять миль вокруг быть не должно, судя по карте. Видимо, она оказалась недостаточно точной.
  Непонятно откуда взявшаяся усадьба сломила упрямство девушки, и она заговорила первая. Правда у меня создалось впечатление, что слова она выдавливает из себя:
  — Что это такое?
  — Не знаю, — пожал я плечами. — Если верить карте, тут должен быть лес.
  — Я чувствую что-то опасное... — Голос у девушки задрожал, и она растерянно посмотрела на меня. — Эндрю, я не хотела, просто испугалась, перенервничала. Прости меня. Пожалуйста.
  М-да... что-что, а извиняться она умеет. Талант. Пару раз ресницами хлопнуть — и все, извинения приняты.
  — Ладно, проехали, — вздохнул я. — Обойдем или заглянем на огонек?
  — Не знаю, но я не хочу туда.
  — Отчего же? — раздался рядом мелодичный женский голос, и мы повернулись в его сторону.
  Перед нами стояла невероятно эффектная женщина лет тридцати. У нее были светло-русые волосы, собранные в сложную прическу из нескольких кос. Глаза напоминали сапфиры. А ее роскошные формы, затянутые в узкое платье, не могли оставить равнодушным ни одного мужчину. И в то же самое время она не казалась вульгарной. Скорее, невероятно желанной. И если в моей спутнице главной чертой было очарование юности, этакая невинная чувственность, то незнакомка являлась воплощением зрелой женственности.
  — Куда ж вы собрались? — тихо рассмеялась она. — Почему не зайдете в гости? У нас редко кто бывает. Меня, кстати, зовут Ариана.
  — А кто вы? — подозрительно осведомился я. — И интересно, почему вашей усадьбы на карте нет.
  — А с чего ей там быть? — улыбнулась женщина. — До нас мало кто добирается. В наших краях нет ничего интересного. Патрули большей частью вдоль берега ходят. Вы первые гости за пару лет, наверное. Как же я вас могу отпустить? Да не переживайте, переночуете и пойдете дальше. Я в дорогу вам припасов дам. Скучно тут, а бросить жалко. Поместье, дом. Ну? Останетесь? — Она посмотрела на нас своими голубыми глазами...
  Мне почему-то вдруг захотелось заглянуть на огонек. Такие же мысли, похоже, были и у моей спутницы.
  — Ну вот и отлично, прошу за мной.
  Ариана повернулась и легко зашагала к дому. Мы поспешили следом за ней.
  Я с любопытством смотрел по сторонам, отдавая должное неизвестному мне садовнику. Деревья, росшие в этом причудливом саду, чередовались с цветниками, засаженными растениями невероятной красоты. По воздуху плыл дурманящий аромат.
  — И вы здесь одна живете? — осведомился я, когда мы остановились перед резными дверьми, ведущими в дом.
  — Не совсем. — Ариана улыбнулась, и у меня чаще забилось сердце.
  Какая-то у нее магическая улыбка... а выглядит она невероятно привлекательной. И судя по всему, является уверенной в себе женщиной, без всевозможных комплексов и заморочек, в отличие от моей принцессы.
  — Прошу, — пригласила нас хозяйка, и мы вошли в дом.
  Внутри все было чисто и аккуратно. Не сказать чтобы богато, но, по мне, уж лучше так. Уютно и со вкусом. Без слепящей глаза позолоты и пушистых ковров.
  Мы поднялись на второй этаж и оказались в большом зале. В центре его стоял длинный стол, накрытый, словно мы попали на пир к королю. От изобилия блюд у меня зарябило в глазах. Добавьте к этому еще фарфоровую посуду и хрустальные бокалы. Элейна широко открыла глаза и сразу преобразилась, превратившись в потомственную аристократку с безукоризненными манерами. Да... талантов у девчонки хоть отбавляй.
  Спустя час, когда мы уже наелись и потягивали отличное вино, Ариана, которая устроилась рядом со мной, усадив Элейну напротив, спросила:
  — Куда вы направляетесь, если не секрет?
  Я открыл было рот, но натолкнулся на предостерегающий взгляд принцессы.
  — Путешествуем, — откашлявшись, объяснил я. — В Мендос идем.
  — Мендос... — протянула хозяйка. — Ясно. Отсюда день пути... Завтра с утра выйдете, к вечеру будете на месте. То есть вы из Менра.
  — Не совсем, — улыбнулся я. Ничего не могу поделать, тянуло меня к этой женщине. — Я родился в Мейне, а здесь мы не так давно, — ответил я, игнорируя яростные взгляды эльфийки.
  — Ох, — всплеснула руками Ариана. — Когда-то и я там тоже жила. Расскажи что-нибудь. У меня такие воспоминания связанные с этим городом!
  Беседа полностью захватила меня. Я совершенно забыл о времени и существовании Элейны и очнулся, только когда усадьбу накрыла ночная мгла. Оглядевшись, я увидел, что в зале мы с Арианой вдвоем.
  — А где?..
  — Девочка захотела отдохнуть с дороги, и ее проводили в отведенную ей комнату. Сейчас уже поздно, и я вижу, что ты тоже устал.
  После этих слов я действительно почувствовал, как у меня слипаются глаза, и невольно зевнул. Ариана хлопнула в ладоши, и в зал вошли двое слуг. Я невольно вздрогнул. Слуги как слуги, только вот их лица были белыми как мел и напоминали посмертные маски. Вот Бездна! Пора мне действительно отдыхать. А то от усталости что-то уж совсем странное мерещится.
  Поблагодарив хозяйку за ужин, я пошел за слугами. Попетляв по коридорам, мы оказались в просторной комнате с двуспальной кроватью под балдахином. Окно, занимавшее, наверное, полстены, было закрыто тяжелыми коричневыми шторами. В углах стояли высокие подсвечники с зажженными свечами. У противоположной стены сиротливо валялся мешок с моими вещами.
  — А где комната моей спутницы? — поинтересовался я у слуг, но те лишь поклонились и ушли, не удостоив меня ответом.
  Я покачал головой. Странные они какие-то.
  Я вновь почувствовал, что меня охватывает дремота, и, с трудом раздевшись, рухнул в кровать. Но буквально через пару часов проснулся от какого-то постороннего звука. Словно кто-то скребся в дверь. Меня невольно пробила дрожь. Прислушавшись, я понял, что мне не померещилось. Ручка двери задергалась, и вновь раздалась какое-то шуршание.
  Так, это мне совсем не нравится. Сон слетел с меня в один миг, и я, метнувшись к своим вещам, достал из мешка нужный свиток. Пара слов, и я был готов встретить любого гостя. Посмотрим, как он против «огненной секиры» устоит.
  — Чего скребешься? — громко произнес я. — Заходи уже...
  Дверь открылась. В проеме я увидел фигуру, закутанную в черный плащ, и сразу понял, что незваный гость обладал магическим талантом. Поэтому недолго думая я вскинул руку, но произнести слово, активирующее заклинание, не успел. Что-то ударило меня в грудь, и в следующее мгновение я провалился в темноту.
  
  
  ГЛАВА 11
  Хозяйка проклятой усадьбы
  
  Если об эльфах мы имеем достаточно информации, пусть и большей частью из источников, которые нельзя отнести к документальным, то о темных эльфах мы не знаем практически ничего. Лишь короткие упоминания в летописях эльфов, которые говорят о сильной нелюбви этого народа к своим темным собратьям. Хотя не подлежит сомнению, что все — и светлые и темные — эльфы имеют общего прародителя.
  Э. Рогт. Эльфы. Правда или вымысел?
  
  Я медленно приходил в себя. Голова трещала, и очень хотелось пить. Что происходит, я представлял себе смутно. И это нужно было исправить. Поэтому мне ничего не оставалось кроме того, чтобы волевым усилием открыть глаза. Осмотревшись, я убедился, что лежу на кровати, которая в свою очередь находится в комнате, любезно предоставленной мне Арианой. С трудом принял сидячее положение и увидел сидящего на краю моей постели человека... хотя нет. Эльфа. Он чем-то напоминал мне Элейну, но был другим. Это сложно объяснить. Но я каким-то шестым чувством понимал, что этот тип опасен. Не конкретно сейчас, а в принципе.
  Красивое какой-то странной, непривычной мне красотой лицо. Резко очерченные скулы. Жесткая линия губ. Упрямый подбородок. Цепкий взгляд. Не слишком высокий рост. Его фигура казалась бы худой и нескладной, если бы не гордая осанка и хищная грация движений.
  — Привет, — поздоровался мой гость, мягко улыбнувшись. — Меня зовут Руалин эн Танар. Я темный эльф.
  — Угу, — глубокомысленно ответил я, словно только и делал в своей жизни, что встречал светлых и темных эльфов.
  — Ты уж извини...
  — Эндрю, — буркнул я.
  — Ты уж извини, Эндрю, но мне пришлось тебя... остановить. Иначе я сам бы валялся сейчас на пороге твоей комнаты в виде обожженного трупа. А мне бы этого не хотелось.
  — Не надо было в дверь ломиться, — потер я ноющую от удара грудь. — Что я должен был подумать?
  — Что мне очень нужно с тобой поговорить. Хотя, признаю, время для светского визита было выбрано не самое удачное, — усмехнулся эльф и, резко посерьезнев, продолжил: — Но сейчас не это главное. Ты и твоя спутница, как я понимаю, ужинали с хозяйкой?
  — Да, — удивленно посмотрел я на него. — А что? Кстати, что ты сам тут делаешь? И зачем...
  — Подожди, — вскинул руку Руалин. — Сейчас я все объясню. Кратко и по существу. Ариана на самом деле не обычная женщина, она ведьма.
  — В смысле маг?
  — Нет. Именно ведьма.
  — Прости мой скепсис, но я немного не в том возрасте, чтобы верить в сказки про страшных чернокнижниц.
  — Ты слышал когда-нибудь о проклятии Исчезновения?
  — Хм, так... вскользь. Это что-то запрещенное? Магия Хаоса, кажется. Или крови. Нет, все же Хаоса.
  — А ты неплохо образован, Эндрю. И да, все мы попали в страшную сказку. На усадьбе, в которой мы находимся, лежит это заклятие. Не знаю, кто его сотворил. Здешней хозяйке не хватило бы для этого ни сил, ни умения, но оно работает. И неплохо работает. Я сам попал в эту ловушку три года назад и... не могу выбраться.
  — А зачем это Ариане?
  — Как бы тебе объяснить? Она что-то вроде хранителя — центра или сосредоточения линий заклятия. Я так понимаю, она питается нашей магической силой и питает ею контур особняка, поддерживая в нем жизнь. Заклинание «Зова» притягивает сюда магов. А ступив во владения этой твари, мы оказываемся запертыми, как мыши в мышеловке. Скажи, ты хочешь медленно угасать, лишаясь собственной сути? Да Бездна с ней, с жизнью. Но эта тварь пьет наши души, оставляя лишь оболочки. А такого я и врагу не пожелаю. Но мало того, эта самая энергия, которую она забирает у пленников, впитывается через ткань заклинания нематериальным миром, так оттуда сюда призрачные твари просачиваются...
  Я покачал головой. Верилось во все это с трудом, но что-то мне подсказывало: Руалин говорит правду. Потому что о таких вещах шутить не принято. А даже если и нет... рисковать собственной душой мне не хотелось.
  — А ты пробовал напасть на хозяйку? — спросил я, внимательно глядя в лицо собеседнику. — Или убить?
  — Пробовал, и не раз. За время моего пребывания здесь это стало чем-то вроде хобби. Других развлечений все равно нет, — горько усмехнулся эльф. — Вот только бесполезно. Она исчезает. Как призрак.
  — А лазейка? Когда можно покинуть это место, ты знаешь?
  — Да. Два раза в год, в дни летнего и зимнего солнцестояния. И тут действительно поверишь в судьбу. Сегодня именно такая ночь. У меня это сделать не получалось, но тогда я один был, а сейчас нас трое. Должно получиться. По крайней мере, шанс упускать нельзя.
  — Не думаю, что мы такая уж помощь. Я хоть и не бездарь, но боец из меня посредственный. А моя спутница вообще ментал, да и то не очень сильный.
  — Это, наоборот, хорошо! — уверил меня собеседник. — Однако время работает против нас. Нам надо забрать девушку. Это твои вещи? — Он кивнул на мешок около стены.
  — Да.
  — Тогда бери их. И поторапливайся.
  Я достал из мешка несколько свитков и спрятал их за пазуху. Еще раз освежив слова, активирующие заклинания, я направился следом за эльфом.
  Мы осторожно вышли из комнаты и отправились в путешествие по темным коридорам усадьбы. Странно, с первого взгляда она казалась небольшой, но, путешествуя внутри нее, я начал сомневаться в том, что могу верить своим глазам. Наконец мы добрались до комнаты Элейны. Я постучал в дверь. Ответили мне только с третьего раза.
  — Кто там? — раздался мелодичный голос эльфийки.
  — Элейна, это я, открой. У меня очень важные новости.
  — Уже прибежал от своей Арианы? — В голосе эльфийки сквозило презрение.
  Ничего себе! Это что, меня приревновали? Очень вовремя. Нет, мне, безусловно, приятно. Но с чувством уместности у этой девчонки явно проблемы.
  — Открой, и поверь, я серьезно. Но если не хочешь здесь остаться до конца своих дней, то можешь и дальше меня игнорировать.
  Тишина. Спустя минуту дверь открылась. Передо мной предстала моя прекрасная спутница. Кстати, на ней была та же самая одежда, что и за ужином.
  — Если ты это говоришь, чтобы... — начала выговаривать мне Элейна и тут увидела эльфа.
  Глаза ее широко раскрылись. Тем временем Руалин отвесил такой поклон, что я невольно позавидовал ленивой грации его движений. У меня бы так не получилось при всем желании. А мягкая улыбка, скользнувшая по его губам, заставила девушку улыбнуться в ответ. Похоже, этот тип ей чем-то приглянулся. И теперь уже я почувствовал легкий укол ревности. Но быстро взял себя в руки. Сейчас не до подобных глупостей.
  Тем временем Элейна впустила нас в свою комнату. Руалин коротко рассказал ей то же самое, что и мне. Но поверила она в его слова тотчас. По крайней мере, недоверия не выказала. И сразу согласилась со всеми доводами. Может, дело было в том, что они оба эльфы?
  — И как ты предполагаешь выбраться? — поинтересовалась она у соотечественника.
  — Ты ментал, — проговорил тот. — Тебе заклинание Пути знакомо?
  — Конечно, оно же базовое...
  — Отлично. Я дам тебе координаты. Ты будешь вести нас, мы будем отбивать атаки.
  — Подожди! Чьи атаки? И куда мы пойдем? И как же наши лошади?
  — Домой пойдем. Это вообще. А конкретно сейчас — просто подальше отсюда. Сейчас усадьбу окружает туман, но этой ночью в нем можно найти дорогу. Для этого надо проложить путь через него. Через контур этого проклятого места. Лошадей придется бросить, если жизнь дорога. Так вы со мной или как?
  Мы с Элейной переглянулись и в один голос ответили:
  — С тобой.
  Девушка быстро собрала вещи, и мы покинули ее комнату. Поплутали еще немного по коридорам, спустились во двор. Честно признаюсь, без помощи Руалина я точно бы отсюда не выбрался. С ориентацией на местности у меня всегда были проблемы. А тут еще и пространство, по-видимому, искривлено. Двор и сад перед усадьбой был пустынными.
  — Нам к тому лесу! — Руалин показал на видневшийся невдалеке лес. — Если доберемся, то мы спасены!
  — А где контур? Я ничего не вижу.
  — Присмотритесь!
  Я пригляделся и действительно заметил полупрозрачные стелящиеся по земле клубы тумана, перегородившие нам путь к лесу.
  — Когда войдем в него, — объяснял нам Руалин, — туман станет густым и почти осязаемым. Идем по нити.
  — По какой нити? — удивился я.
  — По алой. Там увидите.
  Руалин повернулся к эльфийке и что-то произнес на странном певучем языке. Та кивнула и закрыла глаза. В следующий миг я увидел тонкую нить, которая протянулась от Элейны и уходила в туман по направлению к лесу.
  — Может, вы будете на всеобщем разговаривать? — проворчал я. — Не знаю я ваших эльфийских языков.
  Но на мое справедливое возражение никто не обратил ровным счетом никакого внимания.
  — Вперед! — произнес эльф, и мы пошли.
  Едва туман начал танцевать вокруг нас, я почувствовал холод, пронизывающий все мое тело. Белые молочные клубы становились все гуще и гуще. Вскоре я перестал видеть что-либо, кроме путеводной нити, исходящей от Элейны. Кстати, девушка, судя по всему, погрузилась в глубокий транс. Глаза закрыты, движения замедленные. Казалось, она идет словно во сне.
  — Смотри внимательнее, — услышал я голос Руалина рядом с собой. — Мы должны защищать ее. Без ментала нам вряд ли удастся выбраться. Готовь все атакующие заклинания, какие сможешь. Скоро появятся местные стражи. Надеюсь, вдвоем мы с ними разберемся.
  — И что они собой представляют?
  — Увидишь...
  И действительно скоро я их увидел. Первым из тумана на меня выскочило какое-то невообразимое косматое страшилище. Оживший кошмар. Огненный шар сорвался у меня с руки практически сразу. И если бы я его заранее не подготовил, то растерялся бы и не смог атаковать достаточно быстро. А так... пламя охватило тварь, и она растаяла в тумане. Не прошло и двух минут, как появилась вторая тварь, походившая на огромного паука... за ней третья...
  Дальнейший путь напоминал какой-то непрерываемый кошмар. Я только и делал, что бросал заклинания. Такого количества магии я не использовал никогда и вскоре понял, что мой запас подходит к концу. С правой стороны я видел вспышки от заклинаний Руалина. А вокруг по-прежнему стоял белый туман, сквозь который ничего не было видно, кроме нити Элейны.
  — Держись! Осталось немного... — где-то вдали раздался голос эльфа, и тут туман расступился.
  Я увидел эльфа в нескольких шагах от себя и Элейну, все еще пребывающую в состоянии транса. А в пелене тумана образовался небольшой островок, на который легко вступила улыбающаяся Ариана. Сейчас она была не такой, как накануне. Нет, она не превратилась в страшную ведьму с морщинистым лицом и бородавками. У нее не отросли рога или хвост. Но что-то в ней изменилось. Почти неуловимо. Но теперь я... чувствовал, что она не человек.
  — Куда же вы? — Голос ее не потерял мелодичности, оставшись все таким же нежным и певучим. — Убегаете не попрощавшись? Как это нехорошо с вашей стороны.
  — Катись в преисподнюю, тварь, — зло прошипел Руалин.
  — Не хочу, — легкомысленно заявила хозяйка, улыбнувшись. — Мне там никогда не нравилось. А здесь... другое дело. Столько силы!
  И тут я понял то, что до эльфа не доходило вот уже три года. Ариана не ведьма. Она — демоница, порождение Хаоса. И это было очень и очень плохо. Меня накрыла волна паники, потому что я понятия не имел, как бороться с подобными тварями. Но точно знал, что физическая сила или атакующие заклинания будут бесполезны.
  — Я убью тебя, — прорычал эльф, кидаясь на нее с обнаженным клинком.
  — Ты? Меня? Самоуверенный мальчишка! Силенок не хватит. Ни у тебя, ни у этого трясущегося мышонка. — Она посмотрела на меня, и поляну огласил переливчатый смех. — Я рождена кровью и Хаосом. Меня не убить вашим оружием.
  Кровь и Хаос...
  Кровь и Хаос...
  Что-то знакомое.
  Только бы вспомнить. Только бы вспомнить, где я это слышал?
  И тут, словно по волшебству, в моей голове всплыли чьи-то слова: «Порождения Бездны — крови и Хаоса — могут только красть. Жизненная сила неподвластных им, отданная добровольно, убивает». Вот только бы понять, что все это значит? Ладно. Попробуем по порядку. Жизненная сила — это кровь. Наверное. Отданная добровольно — тоже понятно. А вот с «неподвластными» проблема. Все-таки мы во владениях демона. Могу ли я считать себя неподвластным ей? Или все же нет? Но с другой стороны, что я теряю? Слова заклинания вспомнились неожиданно легко. Эх, не зря меня приучили к чтению книг. Теперь мне это пригодилось, тем более что на память я никогда не жаловался.
  Поэтому я выхватил из ножен на поясе ритуальный кинжал и резким движением провел по запястью. Кровь тонкой струйкой полилась на землю. Слова древнего языка сами сорвались с моих губ:
  — Len rua vey cin ter. — Я старался, чтобы мой голос звучал твердо и спокойно. — Len rуa en Ordes. Migel le quan, tey cy indet1.
  
  
  ##1 Я призываю все стихии в свидетели. Я обращаюсь к Хаосу. Прими мой дар и забери свое дитя.
  
  — Замолчи! — взвыла Ариана. — Замолчи! Я приказываю!
  — Len dysted. Fan or mean ieen1.
  
  
  ##1 Я свободен. У тебя нет власти надо мной.
  
  Я вложил в эти слова всю свою силу, всю душу, отрезая страх и сомнения. Им не было места сейчас в моем сердце. Испугаешься или начнешь колебаться, и Хаос поглотит тебя, а заодно и все, что находится поблизости. Кровь, да еще и отданная добровольно, только поспособствует этому. Магия крови слишком уж опасна и непредсказуема, оттого и запрещена на территории нашего королевства. Но сейчас мне терять особо нечего. Лучше умереть так, чем быть выпитым демоном.
  — Владыка?! — удивленно воскликнула Ариана. — Остановись! Что ты делаешь? Ты же нашей крови. Я вижу! В твоих жилах течет Хаос. Остановись, и ты получишь огромную власть. Весь мир будет твоим. Как было на заре времен. Войско Бездны встанет под твои знамена, потомок Ранхара.
  — Fan or mean ieen. Fan or mean ieen, — твердил я словно в бреду, зажимая уши, чтобы не слышать ее слов. — Fan or mean ieen.
  Демоница истошно взвыла, и меня окатило сначала холодом, а потом жаром. В глазах потемнело, и я почувствовал, что куда-то лечу, но кто-то сильно дернул меня, удержав на ногах. Я увидел Руалина и пришел в себя.
  — Бежим! — проорал он и потащил меня за собой.
  
  
  ГЛАВА 12
  И снова в путь
  
  Властелины Хаоса, они же Владыки Теней — по легенде, потомки Ранхара Великого, человека, восставшего против власти перворожденных и создавшего все те заклинания, которые сейчас входят в так называемый «темный сектор». Именно он обучил своих детей и последователей черной магии и назвал их Владыками Теней. Считается, что они могут контактировать с призрачным миром. Однако Третьим Капитулом магов Мейна было доказано, что Ранхар Великий лишь легенда, и скорей всего его прототипом являлся некий маг-изгнанник.
  Дерис Эрной. Мифы и легенды
  
  О боги! Мы смогли это сделать. Мы вырвались.
  Все-таки мчаться по бурелому, ночью — то еще удовольствие. Ничего не видно. Я раз десять был близок к тому, чтобы свернуть себе шею, и чудом этого избежал. Корни, коряги и сломанные ветки деревьев постоянно норовили взять в плен наши ноги.
  Элейна несколько раз споткнулась, поскользнувшись на кочках, покрытых пушистым мхом, и последние полчаса мертвым грузом висела на моем плече.
  Мы упали на землю, едва только выбрались из леса на небольшую опушку. Может, в этом и не было смысла, но оставаться в проклятом месте даже лишнюю минуту никто из нас не хотел. И как только я немного пришел в себя, мы двинулись в путь. Голова болела и кружилась. К горлу подступала тошнота. Я понимал, что это запоздалые последствия потери крови, начинался «отходняк», тем не менее я упрямо продолжал удаляться от этого страшного места. Хотя какое оно теперь страшное? Хаос внял моей мольбе и забрал свое порождение. Вот только слова ее продолжали набатом звучать в моей голове: «Потомок Ранхара... потомок Ранхара... потомок Ранхара». Я прекрасно помнил легенды об этом маге, который посмел бросить вызов перворожденным и создать черную магию и темные заклинания...
  Но этого же не может быть. Просто не может, и все! Ну какой из меня Владыка Теней? Смех, и только. Наверное, эта тварь пыталась таким образом вывести меня из равновесия. Искушала. Да, все именно так и было. Демоны — лживые создания. Им нельзя верить. Так чего же я тогда забиваю себе голову всякой ерундой?
  Сил двигаться не было. Думать — тоже. Главное, мы живы, относительно здоровы и абсолютно свободны. Правда, без лошадей и почти без денег. Но это все казалось сейчас совершенно неважным. Я лежал на высушенной солнцем траве и смотрел в небо, которое заря расцвечивала в золотые и алые тона, гася звезды. Это было так красиво, даже словами не передать. Чудо, да и только. А ведь в сравнении с волшебством рождения нового дня все наши проблемы кажутся такими незначительными.
  И вдруг мне пришло в голову, что ни разу в жизни мне не доводилось просто любоваться рассветом. Как же глупо мы живем. Всю жизнь куда-то бежим, торопимся. А на самые важные вещи времени не остается.
  Я горько усмехнулся собственным мыслям и попробовал отвлечь себя, поглубже вдохнув запах свободы. Руалин уже сидел, привалившись к стволу какого-то деревца. А принцесса, кажется, заснула, свернувшись калачиком и пристроив головку на моем плече. Это было очень приятно. Так и льнет при каждом удобном случае.
  Вот только скажи я это ей, до хрипоты будет спорить и утверждать, что это не так и что у меня чересчур развито воображение. Нет, иллюзий я не питал и сходить с ума из-за этой аристократки не собирался. Зачем мне лишняя головная боль и разбитое сердце? Череды прославленных в веках предков я не имею, богатства — тоже. Да и сам ничего грандиозного собой не представляю. По крайней мере, на героя детских сказок, который в конце обязательно добивается руки прекрасной принцессы, не тяну.
  — Эй, парень, ты там живой? — до невозможности бодрым голосом поинтересовался Руалин.
  — Угу, — ответил я.
  — А подружка твоя?
  — Спит.
  — Это хорошо, — улыбнулся он.
  — Что «хорошо»?
  — То, что спит. Было бы плохо, если бы не спала, а претензии предъявляла или ныла. А так... хоть немного отдохнуть сможем.
  — Ну... да, — протянул я, закрывая глаза в надежде подремать пару минут.
  Но моим мечтам об отдыхе не суждено было сбыться. Руалин, явно жаждущий общения, спросил:
  — Кстати, где ты взял светлого эльфенка?
  — Не поверишь, — я открыл один глаз и скосил его на парня. — На базаре купил.
  Он окинул меня недоверчиво-потрясенным взглядом, а затем прыснул, пробормотав что-то похожее на «Сочувствую». Я тихо рассмеялся. Но потом предельно серьезно спросил:
  — Руалин, какие у тебя планы?
  — Тебе глобальные? На жизнь в целом? Или на ближайшее время? — все еще продолжал веселиться он.
  Я смерил его осуждающим взглядом. Может, конечно, у него такая реакция на стресс. Но все должно иметь границы. Шутки давно кончились, и пора бы уже собраться. Видимо уловив мое недовольство, он спокойно ответил:
  — Домой я хочу. И забыть ваш мир, как страшный сон. А у вас двоих?
  — Вот ее, — я кивнул в сторону спящей девушки, — домой доставить да сдать с рук на руки любящим родителям.
  — Парень, а оно тебе надо? Нет, ты не подумай, мне-то все равно. Даже лучше, если дальше пойдем вместе. И веселей, и безопасней. Но оно тебе надо? Ведь нам не только этот забытый всеми богами остров пересечь придется, но и по нашему миру прогуляться. А там тоже не рай и опасных мест немало. Кто знает, куда тебя занесет?
  — Я это понимаю. Но назад пути мне тоже нет. Хотя... ты же все равно домой направляешься. Ну что тебе стоит захватить с собой это чудо?
  — Ни за что! Ни за какие сокровища! И даже не уговаривай.
  — А что так?
  — Я жить еще хочу. А светлые... знаешь, они какие?
  — Нет.
  — Ты что, вчера ее встретил?
  — Не вчера, конечно, но мы знакомы чуть меньше недели.
  — И за это время ты не понял, что она собой представляет?
  — Э-э-э... мм... ну...
  — Все они капризные, высокомерные гордячки. Все до единой. А эта еще и малолетка ко всему прочему. Я с ней один на один не останусь. Она ведь твое приобретение? Вот ты с ней и нянчись. А меня в это дело впутывать не надо. Другого идиота поищи.
  — А почему ты так бурно реагируешь?
  — А как мне надо реагировать? Я только-только получил свободу. А ты на мою шею девчонку повесить захотел. Причем не простую, а дочь Высокого Дома. К тому же мне у светлых лучше не появляться. Я в юности там у них при дворе знатно развлекся. Ну и с тех пор многие из них жаждут моей крови.
  — Слушай... Ответь на один вопрос. Только честно. Я из-за нее влип в неприятности. Пришлось уходить, бросив почти все. Она обещала, что ее семья возместит мне все убытки. Как думаешь, это правда?
  — Имя ее рода знаешь?
  — Тер Рейс.
  Руалин присвистнул:
  — Да уж... везет тебе, Эндрю. Как покойнику везет. Тер Рейс — та еще семейка.
  Я помолчал несколько мгновений, раздумывая, но все же спросил:
  — Полагаешь, солгала, и вместо того, чтобы наградить, ее достопочтенные родители предпочтут снять с меня голову?
  — Нет. Они обычно держат слово. Если она не пострадает по твоей вине, то могут очень и очень щедро вознаградить за труды. Ты не против, если я скажу тебе кое-что без обиняков?
  Предисловие мне не слишком понравилось. Но, судя по всему, Руалин собирался сказать мне что-то важное и просто хотел, чтобы я его правильно понял.
  — Говори.
  Эльф помедлил, словно пытался подобрать нужные слова, и осторожно начал:
  — Тебе ведь много не надо. Свой дом. Пусть и скромный, но стабильный доход. Ну и так, по мелочи. Ведь я прав?
  — Наверное, — ответил я, напряженно размышляя, к чему он ведет. — А что?
  — А то, что им проще тебе это дать. Тер Рейсы — одна из самых богатых и влиятельных семей у светлых. Для них это так... ерунда. Нет, они, конечно, не белые и пушистые, но по мелочам не размениваются. Так что в этом плане можешь быть спокоен. Не обманут. Хотя держать с ними ухо востро настоятельно рекомендую. И кстати, с вами я путешествую только по этому миру. А в моем нам предстоит расстаться.
  — Почему?
  — Старые счеты с ее старшим братцем. Не смотри на меня так. Я с детьми не воюю и девчонку твою пальцем не трону.
  — А в чем хоть дело?
  — В женщине, в чем же еще?
  — Ах да. Извечная причина вражды двух мужчин. И кто у кого увел подружку?
  — Я у него. Хотя «увел» — это громко сказано. Скорее поддался ее чарам и позволил себя увлечь. Но Тамиэль почему-то смертельно оскорбился. Даже на поединок меня вызвал. Правда, я на дуэль не явился, тем самым разозлив его еще сильней. Но это мелочи.
  — Вы были друзьями? — из праздного любопытства спросил я.
  — Нет. — Руалин скривился. — Чтобы я водился с такими... благовоспитанными... ледышками?! Так низко еще не падал. Но какое-то время мы вращались в одних кругах. И да, я аристократ. Но наследником Дома не являюсь. Так что можешь особо не забивать себе этим голову. Кстати, раз уж мы вместе идем, и раз уж тебе предстоит прикрывать мою спину не один день...
  Я иронично вздернул бровь. Руалин насмешливо фыркнул, а потом серьезно спросил:
  — Как у тебя с фехтованием?
  — Не то чтобы очень. Но с какой стороны браться за меч, я знаю.
  — Буду тренировать тебя на всех привалах. И не вздумай отказываться. Мои учителя были лучше твоих.
  — Я вообще-то маг.
  — Я вообще-то тоже. Не обижайся. Но меня тренировали лучшие из лучших. В нашей семье на образовании экономить не принято. А оружие мне дали в руки, едва я научился ходить. Так что... сам понимаешь.
  — Понимаю. И отказываться не буду. Все-таки нам предстоит не приятная прогулка по королевскому парку, а путешествие почти через весь Коннерт. А ведь места здесь далеко не мирные. Ну и на десерт: я понятия не имею, что меня ждет в этом вашем мире. И думаю, навыки владения холодным оружием мне в любом случае не повредят.
  — Как приятно иметь дело с умным человеком.
  — Слушай... — Я замялся. — Помнишь, хозяйка говорила...
  — О Владыке Теней? — улыбнулся Руалин.
  — Ну да, полная чушь ведь. По большому счету я просто вспомнил заклинание и...
  Руалин пересел поближе ко мне и заговорил, почему-то отводя глаза. Голос его звучал тихо, но очень твердо:
  — Послушай, Эндрю, я достаточно живу на свете и много повидал. Так вот, такие, как она, просто так ничего не говорят. Ариана была уверена в своих словах. К тому же ты что думаешь, кровь любого мага могла совершить подобное? И не забывай, у нее не было власти над тобой. А это уже о многом говорит.
  — То есть ты хочешь сказать, что во мне кровь тварей из Бездны? И что я монстр? Что за чушь ты несешь?! В моем роду все простые люди, никогда ни одного лорда или мага не было. Нет, в смысле, маги, конечно, были. Но не такие, как вы, а ритуальники. Я вообще маг очень слабый... Отец даже подумывал над тем, стоит ли вообще развивать мои способности.
  — Я твою семью не знаю, — эльф поднялся и, потянувшись, смерил меня тяжелым взглядом, — но, Эндрю, ты, возможно, не так прост, как сам о себе думаешь. Я дважды пытался призвать Хаос. И у меня ничего не вышло. Хотя, без бахвальства, считаю себя сильным магом. Демоница лишь посмеялась, сказав, что я в ее власти. Пойми, в моих глазах ты не монстр, ты производишь впечатление вполне адекватного молодого человека. Но это не значит, что в твою родословную не затесался Властелин Хаоса. Тут такое дело... кровь... не важно, на протяжении скольких поколений ее разбавляли кровью простых смертных. Либо она есть, либо ее нет. Ты должен определиться... почувствовать ее. Принять. И пока ты этого не сделаешь...
  — Никогда не сделаю. Знаешь, какие истории ходят у нас про Безумных Владык?
  — Ну... могу себе представить. Они не ведают жалости, и цель их — уничтожение всего живого? — Руалин грустно улыбнулся и покачал головой. — А говорил, что вышел из того возраста, когда верят в страшные сказки. Кстати, о темных эльфах тоже разные истории ходят. И о людях среди эльфов. Только это не делает их правдой. Хотя если бы ты был одним из них... таких в нашем мире осталось немного. И они имеют, конечно, пресквернейшую репутацию. Но сказать, что все они поголовно сумасшедшие? Нет. И особой страстью к разрушению тоже не пылают. Ну да ладно, расслабься. Будем считать, что она, как ты говоришь, несла чушь. Буди свою подругу, я пойду что-нибудь на завтрак добуду. Костер разожжешь?
  Я кивнул, а эльф, улыбнувшись, мягкой крадущейся походкой исчез в лесу.
  
  
  ГЛАВА 13
  Эльфы
  
  На нынешний момент эльфийский язык представлен в учебниках, создатели которых почерпнули все данные о нем из легенд. Думаю, то, что сейчас считают эльфиийским языком, так же далеко от истины, как рассказ рыцаря королевской гвардии о подвигах в боях с дикарями Коннерта...
  Корревал. Сборник анекдотов обо всем
  
  Так... что мне нужно сделать в первую очередь? Наверное, собрать немного хвороста. А Элейна пусть поспит еще немного. Смысл ее сейчас поднимать? Вряд ли в ближайшее время она будет готова к созидательной деятельности.
  Поэтому я решил немного прогуляться по окрестностям, тем не менее держа нашу опушку в поле зрения. А еще нужно было найти воду. Собственно, проблемой это не было, Коннерт испещрен реками, речушками и ручейками. И не пройдя и двадцати шагов, я наткнулся на крошечный ключ. Скептически оглядел свою находку и вздохнул. Набирать котелок придется долго. Это конечно же было лучше, чем ничего, но все же...
  Костер разжечь удалось достаточно легко, а вот приладить над ним котелок — с некоторым трудом. Но терпение вкупе с упорством творят чудеса. У меня получилось. И пока вода медленно разогревалась, я аккуратно разбудил мою принцессу. Точнее, попытался. На просьбы девушка не реагировала, на угрозы отвечала просьбами дать ей еще пять минуточек.
  Я, наверное, добрую четверть часа занимался тем, что пытался поднять и ее растормошить. А она все больше и больше напоминала мне котенка. То есть, не открывая глаз, что-то мурлыкнув, сворачивалась клубочком и снова засыпала. Но, осознав, что все мои потуги бесполезны, я скрепя сердце достал из-за пояса флягу, в которой плескалась ледяная ключевая водица. Девчонка просто-напросто не оставила мне выбора.
  Окрестности огласил писк. А потом гневный вопль:
  — Эндрю Ламос! Что ты натворил?! Я же теперь вся мокрая!
  — Умыться помог.
  — Ты ужасный, грубый, бесчувственный... человек!
  — Угу, — кивал я в такт каждому ее слову.
  Вот только моя покладистость вместо того, чтобы успокоить, ее просто взбесила.
  — Ты несносный! И злой! И... и... и...
  — Вон там бьет маленький ключ. — Я показал на просвет между деревьями. — Даю пять минут на то, чтобы окончательно проснуться и привести себя в порядок.
  Стоит ли говорить, что она провела там раза в три больше времени, чем я ей отвел? Вернулся Руалин с добычей — тощим зайцем. И пока девушка наводила красоту, мы в четыре руки разделали его и бросили в котелок вместе с крупой и кое-какими корешками, найденными эльфом.
  Буквально через пару минут в нем весело забулькало золотистое варево, которое я постоянно помешивал. Не хватало еще, чтобы подгорело. По полянке поплыл аппетитный аромат мясной каши. Скорее всего, именно он убедил Элейну присоединиться к нам. Девушка с независимым видом вышла из тени деревьев и села рядом со мной. И пока я был занят на своей импровизированной кухне, эльфы затеяли светскую беседу. Их звонкие переливчатые голоса звучали для меня музыкой.
  К моему неудовольствию, шла она на их языке, и ничего из сказанного я не понял. На возмущенные взгляды, которые я периодически бросал на них, они не обращали ровным счетом никакого внимания. Когда же они наконец закончили, я саркастично поинтересовался:
  — Ну что? Познакомились? И еще раз: можно при мне общаться на моем языке?
  — Можно, — пожал плечами эльф, а девушка одарила меня ледяным взглядом.
  — Итак? — спросил я у него, игнорируя Элейну. — Что хорошего ты мне скажешь?
  — Мы идем вместе, — ответил Руалин, усмехнувшись. — Я относительно неплохо знаю Коннерт и думаю, что путь проложу лучше тебя. Нет возражений?
  Я покачал головой. С чего бы мне возражать? Манией величия не страдаю. Да и в отличие от него я здесь впервые.
  — Отлично! — Парень жизнерадостно улыбнулся. — Значит, добираемся до Рэнда. Там осматриваемся. Потом покупаем лошадей и...
  — Стоп, — слегка остудил я энтузиазм эльфа. — С лошадьми будет проблема. Денег у нас нет.
  — Хм, — брюнет помрачнел. — У меня тоже нет.
  — У нас есть деньги! — вдруг заявила принцесса.
  Мы оба с изумлением уставились на нее.
  Она с самой похоронной миной протянула руку. На ладони лежала одна сережка. Маленькая такая. Кажется, серебряная. На мой взгляд, это было довольно дешевое украшение. И продав даже с десяток подобных побрякушек, мы не смогли бы купить хоть одну лошадь. Но когда я посмотрел на эльфа, то понял что это не так. Его глаза сияли недоверием и восторгом.
  — Вы уверены? — спросил он севшим голосом. — Насколько я понимаю, цена этой вещицы — несколько тысяч золотых.
  — Сколько? — вырвалось у меня. — Но как ты их сохранила? Ведь...
  — Вы, люди, не знаете истинной ценности украшений, — самодовольно хмыкнула девушка. — К тому же я не настолько бесталанна. Уж просто отвести глаза для меня никогда не было проблемой. Но оценить их по достоинству может только ювелир-эльф. Не хотелось бы продавать ее за бесценок.
  — Есть у меня один знакомый в Рэнде, — сказал Руалин, нахмурившись. — Не эльф, но в драгоценностях разбирается неплохо.
  — Так что вас беспокоит, лорд?
  — Настоящую цену он вряд ли за нее даст. Хотя если поторговаться... можно будет сойтись на приемлемой сумме. Так что если это ваше окончательное решение, принцесса, я этим займусь. — Он протянул руку, но Элейна, словно не заметив этого, отдала украшение мне.
  Я внимательно рассмотрел сокровище, но не нашел в нем ничего примечательного. Обычная побрякушка. Однако сомневаться в словах эльфа у меня не было оснований. Кстати, то, что Руалину она серьги не доверила, приятно грело душу.
  Позавтракав, мы тронулись в путь. Сумку Элейны нес темный, решивший проявить галантность. А ее саму — я. То есть наша красавица так и норовила повиснуть на моем плече. Мне ее благосклонность, безусловно, льстила, но легче от этого не становилось. Все-таки форма моя оставляет желать лучшего. Эльф прав, нужно тренироваться. И желательно, с полной отдачей. Потому что чувствую я себя ужасно: появилась одышка, тело ноет, спать хочется. Можно, конечно, списать это на то, что последняя неделя у меня была очень насыщена событиями. Да и ночной ритуал тоже не мог пройти без последствий. Но это всего лишь отговорки. Я-то знаю, что дело во мне самом. Распустил себя. Забросил тренировки. Вот и потерял форму. И с этим нужно что-то делать.
  Мы шли в молчании. Может, мне и хотелось бы поболтать, но сил не было. Да и дыхания не хватало. Девушка активно делала вид, будто спит на ходу, а Руалин о чем-то напряженно раздумывал. Ну что ж... у меня появилось время немного поразмышлять в тишине. За последние дни на меня столько всего навалилось. Никогда бы не поверил, что жизнь моя может преподнести такое.
  Сначала эльфийскую принцессу, а теперь вот кровь Владыки Теней. Так, я не хочу думать об этом сейчас. Как-нибудь потом — обязательно. А сейчас — увольте. Настроение и без того не самое радужное. Нужно отвлечься. Причем срочно. Небо. Солнце. Зелень вокруг.
  Кивнув собственным мыслям, я решил сосредоточить свое внимание на окружающем пейзаже. Тропинка вела нас через пролесок. И мы слышали, как кроны деревьев шепчутся о чем-то с ветром. Где-то вдали журчала вода, птицы оглашали окрестности переливчатыми трелями. Все это создавало невероятную в своей притягательности мелодию, музыку природы. Скакали повсюду солнечные зайчики, пробившиеся сквозь густую листву.
  Нет, это, определенно, какое-то волшебное место. Стоило заметить, впустить в сердце его красоту, как дышать стало легче. И сил прибавилось. Я улыбнулся.
  — Больше не могу, — простонала Элейна, отцепляясь от моего локтя и падая на землю.
  — Да, — подал голос Руалин. — Пора остановиться. У нас неплохой темп. К вечеру будем в городе.
  Порадовавшись тому, что ночевать мы будем в нормальных условиях, я тем не менее раздраженно фыркнул. Несправедливо! Вот что им стоило озаботиться отдыхом каких-нибудь полчаса назад, когда я о нем страстно мечтал? Так нет же! Стоило открыться у меня второму дыханию, как они заявляют, будто устали. Но делать нечего. Пришлось останавливаться и обустраивать место для отдыха. Девушка безвольно привалилась к толстому стволу дерева.
  — Руалин, — окликнул я эльфа. — Бери чайник и ищи воду. А я пока соберу немного хвороста и попробую обед подогреть. У нас каша осталась. Так что не советую задерживаться, а то не достанется. У нашей леди волчий аппетит.
  — Эх, — усмехнулся он, — ребенок, что с нее взять.
  — Знаешь, ты уже во второй раз называешь ее так. Почему?
  — Потому что она действительно еще ребенок. Несовершеннолетняя.
  — Что?
  Эльф полюбовался моей вытянутой физиономией и расхохотался.
  — Это шутка такая?
  — Нет, — все еще смеясь, ответил он. — Просто у нас другие законы. Но ты не беспокойся. Ты не извращенец. Она почти взрослая.
  — Ты меня успокоил, — ехидно хмыкнул я. — А теперь давай займемся делом.
  Эльф кивнул и, подхватив чайник, направился куда-то в глубь леса. Я пошел в противоположную сторону. Все-таки этот эльф непрост, совсем непрост, хотя и пытается казаться рубахой-парнем. Не то чтобы я ощущал исходившую от него опасность, но быть с ним осторожнее все же стоило. Потому что мы не друзья и вряд ли сможем ими стать. Слишком уж разные. А само слово «союзники» несет в себе оттенок чего-то временного и непостоянного. Не думаю, конечно, что у него есть резон нас предавать. Пока.
  Сейчас нам безопаснее держаться вместе, но потом... кто поручится, что для этого не появятся достаточно веские основания? Может, конечно, все дело в моей разыгравшейся паранойе, но лучше с ним больше не откровенничать. Целее буду. Все-таки я не привык доверять аристократам. Точнее, я привык им не доверять. Они ведь простых людей ни во что не ставят, а канонов чести и благородства придерживаются только в общении с равными.
  Обед прошел в молчании, сказывалась усталость. Но долго отдыхать мы не стали и пошли дальше. Все-таки никому из нас не хотелось ночевать на холодной земле в чистом поле.
  К городу мы подошли, как и рассчитывали, вечером. На небо уже выполз огромный диск луны, хотя было еще достаточно светло. Все-таки середина лета, темнеет поздно. Город предстал как на ладони. И меня он не впечатлил. Невысокие каменные стены, сложенные из белого камня, с коротенькими зубцами и бойницами, расположившимися через каждые двадцать-тридцать метров, окружали достаточно заурядный провинциальный городок.
  Однако когда мы подошли ближе, я понял, что стены служили не парадным украшением, а были насущной необходимостью. Несложно заметить на них следы магического огня. Их поверхность также испещряли следы от ударов снарядов катапульт и баллист. Видимо, городу пришлось изрядно повоевать когда-то. Еще бы, один из немногих крупных городов на Коннерте, превращенных доблестными королевскими солдатами из обычной варварской деревеньки в крепость.
  Слава богам, ворота пока были открыты, и мы присоединились к небольшому потоку людей, входивших и въезжавших в город. Стража, состоявшая из вооруженных до зубов ветеранов, пристально рассматривала входивших. Как ни странно, на нас они не обратили внимания, но, когда мы проходили мимо них, я заметил, как эльф что-то шепчет под нос. Вот оно что! Глаза отводит. Очень своевременно. Расспросы, кто мы такие и что здесь забыли, сейчас, мягко говоря, нежелательны. И это хорошо, что он проявил инициативу. Однако то, что эльф оказался не только стихийником, но и менталом, я все же взял на заметку. Нет, мне тоже не составит труда отвести глаза кому-нибудь. Но для этого мне понадобится соответствующий амулет, который сделать не так уж и просто. А он так... с ходу. Значит, все-таки балуется ментальной магией.
  — Куда теперь? — поинтересовался я у Руалина, когда мы отошли от ворот и углубились по узкой мощеной улочке в город. — Ты же говорил, что город знаешь.
  — В ближайший трактир. Улицы Рэнда ночью... небезопасны, — хмуро ответил Руалин. — Тут всякого отребья хватает. Так что придется идти в «Приют аристократа». Та еще дыра, конечно.
  Услышав название, я удивленно уставился на эльфа.
  — У хозяина хорошее чувство юмора, — с улыбкой пояснил тот.
  — Но если дыра, как тогда с ней? — Я кивнул на измученную Элейну, которая, казалось, потеряла ко всему интерес и машинально переставляла ноги, тяжело опершись на мое плечо.
  — Ничего страшного, переживет. Выбора у нас нет. Как и денег на что-нибудь получше, — махнул рукой эльф. — Идем. Тут недалеко.
  И действительно, через пять минут мы уже входили в двухэтажное каменное здание с гордым названием «Приют аристократа».
  
  
  ГЛАВА 14
  Гостеприимный Рэнд
  
  Рэнд — второй по величине город Коннерта. Когда-то обычная деревушка, окруженная деревянным частоколом. После захвата королевскими войсками отстроена и превращена в мощную крепость. Население более пятидесяти тысяч человек. Постоянный гарнизон пять тысяч солдат и двадцать магов.
  Д-р Роен. Познавательная география
  
  Трактир мне не понравился. Старое обшарпанное здание. Грязные стены. Грязные окна. Грязные двери. Обитые треснувшей древесиной порожки, которые дышали на ладан еще при моем дедушке. Да и публика вокруг... была далеко не самая респектабельная. Но он находился недалеко от главных ворот, и это стало решающим доводом для нас.
  Как ни странно, изнутри заведение смотрелось вполне пристойно. Полы чисто выметены. Столы выскоблены. А две дородные подавальщицы одеты хоть и не слишком скромно, но вполне опрятно. По мне, так жить можно, даже не сильно опасаясь за свои жизнь и здоровье.
  Увидев в дверях нашу троицу, трактирщик — низенький упитанный и отчаянно лысеющий мужик — с энтузиазмом потрусил к нам навстречу. Эльф скользнул вперед, шепнув нам загадочное:
  — Переговоры веду я. Подыграйте.
  Я немного посторонился, пропуская его. Элейна же спала на ходу и вмешиваться в разговор явно не собиралась. Что бы он там ни начал нести, ей на это было наплевать. У меня тоже не было особого желания общаться с хозяином. Местных обычаев не знаю и легко могу попасть впросак. А если так, самое время вспомнить, что молчание — золото, и рот лишний раз не открывать.
  — Здравствуйте, господа! — расплылся он в счастливейшей улыбке, как будто не простых постояльцев, а детей родных встречал после десятилетней разлуки.
  — Добрый вечер, — пропел Руалин высокомерно-снисходительно.
  — Чего желаете? — угодливо поинтересовался трактирщик.
  — Две комнаты на эту ночь. Одну для меня, вторую для моей сестры и ее мужа. Найдется?
  — А как же не найтись, господин? Все будет в лучшем виде. Четыре серебряные монеты, и комнаты ваши.
  — Три. И в оплату входит ужин для нас.
  — Но, господин, позвольте... это же грабеж! Я не могу!
  — Четыре серебряных монеты — вот это грабеж. Но если вы не согласны, мы можем остановиться в каком-нибудь другом месте. Ближайший трактир ведь недалеко? Если мне не изменяет память, всего в нескольких кварталах отсюда. Я прав?
  — Э-э-э... — промямлил толстячок. — Ладно. Три. Садитесь за любой стол, вас накормят, а потом проводят в комнаты.
  Я был, мягко сказать, удивлен. Чтобы кто-то из этой жуликоватой братии согласился уступить четверть от первоначальной цены? Да такого просто быть не могло. Все известные мне трактирщики скорее удавились бы, чем согласились на такое.
  Когда мы сели за стол, Руалин самодовольно усмехнулся и гордо выпятил грудь. Он явно ждал вопросов. Но мне и впрямь было интересно, как он это сделал, поэтому я спросил:
  — Почему он согласился?
  — Так вечер уже, — лениво отозвался эльф.
  — И что?
  — И все, — насмешливо-снисходительно ответил тот. — Утром такой фокус бы не прошел. Понимаешь, Эндрю, дело в том, что нам повезло. Уже вечер, в «Приюте аристократа» есть несколько свободных комнат, а очереди из постояльцев — нет. По крайней мере, я ее не заметил. Вероятность, что они пожалуют поздней ночью, ничтожно мала. Но даже если и так, с них можно взять и двойную цену. Они-то скупиться не станут. Просто потому, что выбора особого у них не будет — либо заплатить, сколько скажут, либо на пороге ночевать. После заката по Рэнду гулять небезопасно. А мы останавливаемся всего на одну ночь и завтра утром уже съедем. То есть трактирщик либо соглашается на меньшую сумму, либо его прибыль перекочевывает к соседу, к которому мы успеем дойти еще засветло. Улавливаешь?
  — Кажется, да. То есть нажиться на нас особо не получилось, но и внакладе он не остался?
  — Да. Но вот за воду придется заплатить отдельно.
  — Какую воду? — не понял я.
  — Вы искупаться не хотите?
  — Я хочу! — встрепенулась девушка. — Я очень и очень хочу! И даже скандала устраивать не буду, только дайте мне возможность привести себя в порядок.
  — А по какому хоть поводу скандал? — насмешливо поинтересовался Руалин.
  — Ты сказал, что являешься моим братом. А Эндрю мужем.
  — И что? — делано удивился тот. — Тебе нельзя оставаться одной. Девочка, мы не дома. Мы в ужасной дыре. Юные леди здесь не водятся. И если не хочешь стать игрушкой для подвыпивших постояльцев, советую держаться поближе к Эндрю. Особенно ночью. К себе я тебя не приглашаю. И знаешь почему?
  — Нет.
  — Вот он, — Руалин кивнул в мою сторону, — больше похож на благородного рыцаря. А я... на тебе не женюсь, что бы там между нами ни случилось. Нет, хочешь согреть мне постель — пожалуйста. Отказываться не буду, но на большее рассчитывать не советую.
  — Прекрати! — рявкнул я, видя, как побледнела Элейна. — Она просто посчитала, что будет в большей безопасности с соплеменником. Ты ведь должен это понимать.
  — А я понимаю, в отличие от тебя, — спокойно ответил эльф. — У самого сестра растет. Небось такая же дуреха. Вот только твоей маленькой принцессе уже не пять лет. И даже не пятнадцать. Пора бы и повзрослеть. Как можно быть столь наивной? И это ментальный маг, читающий в душах? Позор, да и только! Нельзя доверять кому-то просто потому, что он оказался твоим сородичем. Нужно смотреть в суть. И я сказал чистую правду. Не женюсь. А с нее станется влюбиться в собственного спасителя. Чем я не герой девичьих грез? Хорош собой, знатен и даже готов помочь прелестной даме, попавшей в беду. И кому от этого хорошо будет? Ей? Или мне? Эндрю, я буду защищать ее, пока мы идем вместе. Но она — твоя головная боль. Не забывай об этом. Наш план на сегодня: ужинаем и расходимся по своим комнатам. Завтра встаем пораньше и идем искать ювелира. Вопросы есть? Нет? Ну и замечательно.
  Мы с Элейной вышли из-за стола первыми. В молчании поднялись наверх. Показывала нам дорогу розовощекая девица, которая предложила нам за две медные монеты искупаться в специальном закутке возле кухни. Мол, там барышне удобнее будет, да и ей ведра на второй этаж таскать не придется. На том и порешили.
  Как я добрался до постели, уже и не помню. Но проснулся, как всегда, в обнимку с эльфийкой. Нет, это было здорово — чувствовать приятную тяжесть ее белокурой головки на своем плече, ощущать жар ее дыхания... Только вот моя реакция все меньше и меньше походила на реакцию брата. Я ж не железный все-таки! Поэтому прервал эту идиллию и выбрался из кровати.
  М-да... не знаю, насколько меня хватит. Можно было, конечно, перейти в активное наступление, но думаю, что проснувшаяся эльфийка быстро бы все расставила по местам. Причем хорошенько макнув меня носом в грязь. А мне этого не хотелось. Ситуация патовая — как ни крути, останешься в дураках. Поэтому я скрепя сердце решил, что пора заканчивать с этим... сближением. Ничего хорошего все равно не выйдет.
  Она теперь, наверное, думает, что я ее брат... угу... младший. А что? Похоже на то. Ведет она себя со мной хорошо. Не спорит. Не капризничает. Нос не задирает. Даже слушается по большей части. И спокойно спит со мной в одной постели. Вот только она мне никак не сестра! И на платоническую любовь я не согласен. Либо все, либо ничего. А так... не хочу.
  Решив таким образом для себя эту проблему, я умылся и спустился вниз. К своему удивлению, за одним из столов я обнаружил Руалина, который с аппетитом поглощал сытный завтрак. Он тоже увидел меня и махнул рукой, приглашая присоединиться к нему. Я сел напротив.
  — Как спалось? — осведомился эльф.
  — Нормально, — ответил я, поморщившись от ехидной гримасы, мелькнувшей на его лице. — Чего улыбаешься?
  — Да так... ничего. — Теперь на его лице появилось самое невинное выражение, но через секунду он уже повернулся к пробегающей мимо подавальщице. — Эй, красавица, неси завтрак для моего друга! И побыстрей! Мы торопимся.
  Я решил не обращать внимания на его ужимки и принялся за еду, которая в мгновение ока появилась передо мной. Кстати, это была яичница с беконом, присыпанная пряными травами. У меня от одного запаха слюнки потекли.
  — А где наша принцесса? — осведомился он, наблюдая, как я жадно поглощаю завтрак, запивая яблочным сидром. — Спит?
  — Угу, — кивнул я с набитым ртом.
  — А вот и нет! Я уже встала. Сегодня такая замечательная погода. И кстати, что у нас на завтрак? — раздался над моим левым ухом знакомый девичий голос.
  Я обернулся и, увидев Элейну, невольно открыл от удивления рот. Как-то она быстро. А если учесть, что ее еще и не будил никто... Такая скорость для нашей принцессы была, мягко говоря, необычной. Но больше всего меня поразила ее доброжелательность и приподнятое настроение. Ведь в последнее время она была тиха и немного угрюма. После вчерашней отповеди Руалина я из нее слова вытянуть не мог. Теперь же весело щебечет и расточает улыбки. По-моему, эльф был удивлен не меньше моего, но, быстро взяв себя в руки, еще раз подозвал подавальщицу и сделал заказ.
  Судя по всему, он лучше меня знал, что по утрам едят эльфийки, так как девушка лишь одобрительно кивала, а потом даже поблагодарила мягкой улыбкой.
  К этому времени я уже закончил свою трапезу и решил вернуться в нашу комнату. Оставив эльфов общаться между собой на своем родном наречии, я подошел к лестнице, но внезапно дорогу мне преградил трактирщик.
  — Можно поговорить с вами, господин? — Он украдкой огляделся. — Это важно.
  Я, слегка удивленный, позволил отвести себя в сторонку.
  — Что-то случилось?
  — Дело в том, что сегодня утром по всем трактирам прошли чиновники из магистрата. И они просили сообщить, если появится пара — красивая беловолосая девушка с голубыми глазами и темноволосый молодой человек... — Трактирщик внимательно посмотрел на меня и, немного помедлив, продолжил: — Я так думаю, что подобное сочетание достаточно редко. Нечасто в наши края забредают такие красавицы, как ваша жена. Так не вас ли ищут?
  Я почувствовал, как меня охватывает неприятный холодок страха.
  — Скорей всего это ошибка, — поспешил ответить я. — Кому мы нужны? Моя жена любит наряжаться и краситься. Но на самом деле волосы у нее светло-русые. Она уроженка Месхалии. Просто она с детства мечтала быть похожей на эльфийку. А я не вижу в этом ничего предосудительного. Чем жена красивей, тем больший почет мужу. Так у меня на родине говорят.
  Месхалия, насколько я помнил, располагалась на востоке от Эрисара, у подножья Вороньих гор. Не знаю, какие там женщины, но почему не предположить что именно такие, как Элейна. Все равно ведь не проверишь.
  — Конечно, конечно, — закивал хозяин. — Нисколько не сомневаюсь, но вы же понимаете... Я законопослушный гражданин и должен выполнять требования властей...
  — А что может помешать законопослушному гражданину это сделать? — раздался голос Руалина.
  Обернувшись, я увидел стоявшего за моей спиной эльфа.
  — Не удивляйся, Эндрю. Слух у меня отменный. А наш уважаемый хозяин даже на шепот перейти не соизволил, — подмигнул он мне и повернулся к хозяину трактира. — Так вы не ответили на мой вопрос, уважаемый.
  — Одна золотая монета, — угодливо улыбнулся тот. — И я навсегда забуду о том, кто останавливался у меня.
  Мы с эльфом переглянулись. У меня с губ уже готовы были слететь возмущенные слова, но Руалин быстро покачал головой. Я вдохнул, медленно выдохнул и скрепя сердце вынул и кошелька последнюю золотую монету, которая мгновенно перекочевала в руку трактирщика.
  — Я никого не видел, — расплылся в улыбке толстячок, убегая.
  — Надо уходить, — сказал эльф, и мы поспешили к Элейне.
  Девушка уже закончила свой завтрак и дожидалась нас за столом. Руалин перебросился с ней парой фраз, и мы отправились за своими вещами. Спустя десять минут трактирщик провожал нашу компанию нежным взглядом. У меня возникло ощущение, будто он не нас выпроваживал, а горячо любимую тещу, которая решила съездить на пару лет в гости к родственникам.
  — Идем к ювелиру, — объявил нам эльф. — И надо будет сразу убираться из города.
  — Кто же это нас может искать? — вырвалось у меня.
  — А ты не догадываешься? — хмуро поинтересовался эльф, которому мы вкратце поведали во время путешествия по лесу нашу историю. — Ваш де Лирон. Уверен, что это его рук дело. Поставить на уши все трактиры могут немногие. И я не удивлюсь, если его прихвостень уже в городе. Кстати, могу поручиться чем угодно, только мы уйдем, хозяин поспешит донести на нас.
  — Может, тогда сразу уйти? Пока есть возможность, — робко поинтересовалась Элейна.
  — У нас нет денег, — хмыкнул Руалин. — Но это мелочи. Главное, у нас нет лошадей. Как мы будем добираться до портала? А главное, сколько времени это займет?
  И мы отправились к ювелиру. Как оказалось, он жил всего в трех кварталах от нашего трактира. Народу, кстати, на улицах было немного. В основном вооруженные до зубов мужчины. К своему удивлению, я совсем не увидел женщин. Ни одна из горожанок не спешила на рынок с плетеной корзинкой. И это было странно. М-да... похоже, жизнь в этом городе веселая.
  Ювелир жил в двухэтажном доме из белого камня. Руалина слуги сразу признали, и нас без лишних вопросов провели к хозяину. Звали его Юррен. Невысокий человечек весьма непримечательной наружности, а вот глаза его были... необычными. Настолько темными, что казалось, будто сама Бездна смотрит на тебя через них. На мой взгляд, они больше подходили наемному убийце, чем простому ювелиру. Тем не менее он был очень вежлив. А когда увидел то, что мы хотели ему предложить, стал предупредителен просто до неприличия.
  — Прекрасно, прекрасно, — бормотал он, разглядывая сережки. А когда наконец закончил любоваться украшением, алчно уставился на нас.
  — Сколько дашь? — коротко спросил эльф.
  — Хм... — замялся Юррен. — Вещь хорошая...
  — Сколько?
  — Тысячу, — ответил тот осторожно.
  Элейна с негодованием уставилась на ювелира, но он совершенно спокойно выдержал ее гневный взгляд.
  — Смеешься? — издевательским тоном поинтересовался Руалин. — Три. Минимум. И это, считай, за бесценок. Но так как мы давно знакомы... человек ты проверенный. Болтать не станешь. Да и вообще...
  — А знаешь, Руалин, — лицо ювелира вдруг потеряло свою доброжелательность и стало ледяным, — ведь по городу разыскивают молодую девушку. Светлые волосы. Голубые глаза. Говорят, она прекрасна, как эльфийка из древних легенд, и путешествует в сопровождении юноши, уроженца Мейна. Черные волосы. Зеленые глаза. Не думаю, что наш город кишит столь колоритными парами, как твои спутники.
  — Юррен, ты меня знаешь, — нахмурился эльф, и в его голосе зазвучала неприкрытая угроза. — Шантаж тут не пройдет. Или ты меня хочешь обидеть?
  Ювелир вздрогнул и затараторил:
  — Что ты! Я просто уточнил... Две тысячи. Больше у меня нет. Да и не продашь сейчас никому такую вещь. Сам ведь знаешь. Да и кто ее сможет оценить в нашей-то глуши?
  Эльф повернулся к Элейне. Та кивнула.
  — Ладно, давай свои две тысячи, — проворчал Руалин, а ювелир, широко улыбаясь, скрылся в соседней комнате и вскоре вернулся с увесистым мешочком.
  — Пересчитывать, надеюсь, не надо? — желчно поинтересовался эльф, принимая деньги.
  — Обижаешь, Руа! — На лице ювелира появилась столь неподдельная обида, что я еле удержался от того, чтобы не начать аплодировать. Актером Юррен оказался первостатейным.
  — Ну тогда прощай, Юр, — произнес темный, и мы покинули дом ювелира.
  — Пройдоха, — выпалила Элейна, едва мы оказались на улице.
  — Ему положено. Он этим на жизнь себе зарабатывает, — пожал плечами эльф. — Теперь нам надо купить лошадей и провизию. И срочно, я подчеркиваю, срочно убираться из города.
  Конный двор оказался в квартале от дома ювелира. Какой, однако, удобный район. Но перед этим я на секунду заскочил в галантерейную лавку и приобрел расшитую шелком косынку. Нечего принцессе светить своими эльфийскими косами. Деньги у нас были, и на этот раз мы смогли купить достойных лошадей. Серую кобылку-двухлетку для дамы и двух вороных для нас с эльфом. Едва мы оседлали наши приобретения и выехали из конюшен, как в конце улицы появился небольшой отряд стражи, возглавляемый высоким офицером в шлеме с плюмажем.
  — Вот они! Держи их! — заорал он, и отряд бросил к нам.
  Из оцепенения меня и Элейну вырвал крик эльфа:
  — Вперед! Чего встали?!
  И мы рванули с места в карьер.
  Во время этой безумной скачки я думал лишь о том, как бы не свалиться на камни мостовой. Кони неслись по полупустым улицам Рэнда с огромной скоростью. Я считал себя неплохим наездником, но, если бы не эльф, думаю, нас бы обязательно поймали. А так... повезло. Мы сумели оторваться от погони и даже не зашибли никого из прохожих, шарахавшихся в стороны от мчащихся во весь опор лошадей.
  Наша бешеная скачка закончилась на каком-то пустыре. Эльф спрыгнул с лошади, его примеру последовали мы с Элейной. Девушка была бледной, но держалась хорошо. Я сам, честно говоря, чувствовал себя хуже некуда. Единственным, кто излучал оптимизм, оказался эльф.
  — Что носы повесили? — рассмеялся он. — Оторвались, и ладно. Но теперь так просто нам из города не выбраться. Думаю, все выезды сейчас перекрыты и всем стражникам розданы ваши описания. Мы сейчас в бедной части города, тут стража появляется редко. Да и опасны для них подобные прогулки. Так что пока мы в относительной безопасности. Но нам надо решить, что мы будем делать. Идите за мной, тут неподалеку есть одна забегаловка. Пусть и не очень чистая, но в ней не принято спрашивать имена. Только вот что... — Он покопался в своей сумке и, достав из нее потертый длинный плащ, протянул девушке. — Набросьте это, принцесса, и спрячьте под косынку свои волосы. Вам лучше пока побыть незаметной.
  — Зачем это? — вскинулась было Элейна, но, натолкнувшись на наши с эльфом взгляды, что-то пробормотала себе под нос и подчинилась, набросив плащ.
  
  
  ГЛАВА 15
  Цирк, да и только
  
  Есть много парадоксов в этом мире. Но я никогда не понимал одного: негласный договор циркачей не применять магию для своего искусства, который неукоснительно соблюдается до сегодняшнего дня. Странно, вот где магам можно было развернуться. Цирк и магия, на мой взгляд, поистине могучая сила... так что позвольте еще раз выразить свое удивление и непонимание...
  К. Иншен. Цирковое искусство
  
  Что ж, мне представилась возможность сравнить два трактира. «Приют аристократа» по сравнению с тем местом, куда нас привел Руалин, был просто королевским дворцом. Сейчас мы сидели в трактире, который назывался «Черная лилия», и я невольно морщился от запаха немытых тел и пота, который, казалось, пропитал весь просторный зал. Дощатые полы были залиты вином, на них там и сям валялись объедки, и я не видел, чтобы кто-нибудь их убирал. Но практически все столы были заняты.
  Публику в этом заведении я бы охарактеризовал одним словом — сброд! Похоже, здесь собрались бандиты и оборванцы со всего Рэнда. Мы сидели меньше часа, а уже вспыхнуло две драки, которые, правда, были быстро и безжалостно пресечены местными вышибалами, вооруженными до зубов.
  — Что будем делать? — поинтересовался я у задумчивого эльфа. — Как выбираться?
  — Придумаем, — беззаботно отмахнулся он и вновь погрузился в свои мысли.
  Емкий ответ... Я посмотрел на Элейну. Та тоже задумчиво смотрела в свою кружку. Я уже хотел расшевелить это сонное царство, как вдруг посетители достойного заведения «Черная лилия» хором взревели. Этот рев заставил моих спутников очнуться, а я, увидев, кто вышел на импровизированную сцену, оторопел.
  Это был тот самый певец, которого я слушал в Мейне. Седовласый, ничем не примечательный мужчина... но певец он знатный. По крайней мере, песни его я помнил. Есть в них что-то необъяснимое, волшебное. Как же он тут оказался?
  Руалин вдруг подобрался и пожирал певца глазами. Элейна оторвалась от кружки и тоже смотрела на сцену.
  — Ты его знаешь? — шепнул я Руалину.
  Тот медленно кивнул, не отрывая глаз от мужчины на сцене.
  — Да, я его знаю. Это Норфол. Он из наших — тоже темный эльф. Хоть и наполовину. И возможно...
  Его прервали аккорды, зазвучавшие со сцены, и я так и не узнал, что он хотел мне сказать. Но мне это все вдруг показалось неважным. В зале наступила тишина, и меня вновь начала обволакивать музыка и магический голос певца:
  
  Я встречаю тебя во снах,
  На пороге забытой мечты,
  Но надежды рушатся в прах,
  Потому что со мной не ты.
  
  Потому что тает в ночи
  Запах розы, ветра, дождя.
  И колеблется пламя свечи.
  Без тебя, без тебя, без тебя...
  
  Да, я был далеко не святым.
  Пил вино и с другой я делил постель.
  Но и ты ведь была с другим.
  Разве ты не с другим теперь?
  
  Милый друг, ответь: почему
  Ты уходишь с первым лучом.
  Почему ты уходишь к нему?
  Почему ты грезишь о нем?
  
  Почему просыпаюсь один?
  Почему мне забыться нельзя?
  Почему в отраженьях витрин
  Вижу я не других, а тебя?
  
  Я очнулся от грома аплодисментов. Пьяный сброд стоя хлопал в ладоши, приветствуя певца. Слышались выкрики с просьбами спеть еще что-нибудь. Честно признаюсь, меньше всего на свете, я ожидал услышать такие овации. Наверное, он и правда эльф. Люди не могут так петь. По крайней мере, не представляю себе человека, способного тронуть любое сердце — а в зале никто не остался равнодушным.
  А я? Не знаю. Но что-то в словах этой песни разбередило мне душу. Почему-то мне показалось, что он поет про меня. Глупо, правда? Но мне вдруг захотелось хотя бы попробовать удержать Элейну. И это желание росло, как волна, сметая все доводы разума. Я совсем недавно решил для себя держаться от этой девчонки подальше. А теперь? Готов послать все это в Бездну. Пусть шансов на это у нищего простолюдина и нет. Пусть она посмеется. Пусть меня назовут сумасшедшим. Не страшно. Я не буду жалеть ни о чем. Лучше признать свое поражение, чем всю оставшуюся жизнь упрекать себя за нерешительность.
  И я посмотрел на Элейну. Понимал, что, наверное, делать этого не стоит, но все равно не смог удержаться. Она сидела прямо, словно палку проглотила, и не отводила печального взгляда от лица Руалина...
  Все демоны Хаоса! Ну почему? Почему женщины готовы кидаться на шею тем, кому они не нужны? Ведь эльф ясно дал понять, что она его не интересует. Или дело именно в этом? Обида немного отрезвила, и я решил, что так даже лучше. Хочет вздыхать по темному? Пожалуйста. Дело ее. А я забуду об этом помрачении рассудка, как о страшном сне.
  Тем временем певец спрыгнул со сцены и направился... к нашему столику. Местная публика уже вернулась к своему обычному времяпрепровождению. Думаю, ничто не смогло бы надолго отвлечь ее.
  — Руалин, мальчик мой, рад тебя видеть! — Норфол крепко пожал руку эльфу. — Что ты тут делаешь? Кстати, познакомишь меня со своими спутниками?
  Руалин мягко улыбнулся и коротко представил нас:
  — Эндрю и Элен. А это Норфол.
  От меня не укрылось, что он намеренно сократил имя девушки. И мне показалось это странным, потому что до этого эльф ни разу не называл ее так. Но я решил не придавать этому особого значения. Мало ли какие у него причины? Может, он просто сородичу до конца не доверяет.
  Певец кивнул, велеречиво заверил нас в том, что бесконечно рад знакомству, после чего присоединился к нашей компании.
  — Не ожидал тебя здесь увидеть, — усмехнулся Норфол. — Насколько я знаю, ты избегаешь подобных мест...
  — Да, но все меняется. Думаю, я здесь ненадолго. Опостылел мне этот городишко. А что сам-то ты делаешь в этой забегаловке?
  — Плачу по счетам.
  Руалин удивленно вскинул бровь.
  — Когда-то Дэми, сын хозяина «Черной лилии», спас мне жизнь. А сам погиб. Хороший был парень. Веселый. Так вот, перед смертью он просил присмотреть за отцом. Вот я и захожу время от времени проверить, все ли в порядке.
  Норфол замолчал и пристально взглянул на меня. Мне показалось, что его взгляд проник мне в душу. Но это не было неприятно. Наоборот. Я вдруг вспомнил, что именно так смотрел на меня отец.
  — Кстати, мы уже встречались, — сказал он тихо. — В Мейне, по-моему.
  — Да, — кивнул я. — Именно там.
  — Что ж, рад новой встрече. — Он бросил взгляд на Руалина. — Но сдается мне, что у вас проблемы. Раз уж ты ошиваешься в подобном месте...
  — Ты прав, — кивнул тот. — Нам надо выбраться из города. Причем чтобы никто не заметил...
  — А... так это их на каждом углу разыскивают! И что эти дети натворили? Нет, мне просто интересно. Стража как ошпаренная с рассвета бегает. Но самое паршивое в вашей ситуации — они знают, что эта парочка в городе. Как знают и о том, что деваться им некуда. Так что поимка — вопрос времени.
  — Поможешь? — спросил Руалин.
  — Хм, можно что-нибудь придумать... но вслепую я делать ничего не буду. Ты меня знаешь. Так что рассказывайте, что у вас стряслось.
  Я переглянулся с Руалином. Тот поднял руки, показывая, мол, решать вам. Элейна смотрела на меня с робкой надеждой и явно не горела желанием что-либо рассказывать. Я тоже не сказать чтобы жаждал, но понимал, что особого выбора у нас нет. Норфол прав. Наша поимка вопрос времени.
  Ладно, попробуем смешать правду с ложью и не запутаться. А лучше вообще говорить правду, пусть и не всю. Недосказанность может обмануть не хуже самой откровенной лжи.
  — Мы вместе с Элен бежали из Мейна от рыцаря Сантиса де Веерона. Не знаешь такого?
  — Де Веерон? — Норфол задумался. — Нет, не слышал.
  — Он положил глаз на девушку. Причем ее мнением на этот счет не поинтересовался. Донести до него, что леди его ухаживания радости не приносят, мы смогли. Это было трудно... потому что с первого раза он не понял. Суть наших разногласий он вроде бы уяснил, но сильно обиделся. Теперь вот убегаем.
  Руалин одобрительно посмотрел на меня. А что? Краткость — сестра таланта.
  — Хм... — Норфол подозрительно прищурился. — Интересно. Просто так помогаете? Руа, я тебя не узнаю!
  — А что? Весело. Ты же знаешь, Норф, я не люблю однообразной жизни, а тут приключение подвернулось.
  — Понятно, — улыбнулся певец. — Про тебя, Эндрю, не спрашиваю. И так все ясно.
  Девушка слегка зарделась, а я впал в легкий ступор. Что ему ясно? Почему это ей я помогаю? Но тут до меня дошло. И я едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Меня приняли за влюбленного идиота. А краска, появившаяся на щеках принцессы, подтвердила ход ее мыслей. Ну и ладно. Пусть так и думает. Ведь по большому счету мне от его догадок ни холодно ни жарко.
  — А что вы предполагаете делать? Выбрались из города — и куда? Хотя дайте-ка угадаю. Если с вами юная эльфийка и вы на Коннерте, то скорей всего идете к порталу. Так?
  Руалин лишь хмыкнул.
  — Но как ты узнал, что Элен эльфийка? — вырвалось у меня.
  — Ты что же думаешь, мальчик, я не смогу отличить эльфа от человека? Это вы упорно считаете, что мы миф. Но людям вообще-то свойственно не видеть дальше собственного носа.
  Меня уже начинала бесить их главная национальная черта — слепая вера в то, что они венец творения. И я хотел было уже достойно ответить, но Руалин жестом остановил меня.
  — Так что, — поинтересовался он, — ты нам поможешь?
  — А... помогу, — весело рассмеялся певец. — Пошли со мной. Здесь недалеко остановились мои друзья.
  Норфол отошел попрощаться с хозяином, а мы с Элейной воспользовались моментом и набросились на Руалина с вопросом:
  — Можно ли ему доверять?
  — В пределах разумного можно, — кивнул тот. — Но не обольщайтесь. Придется ему заплатить, хоть он ничего и не сказал об этом. По старой дружбе он нас не продаст. Но рисковать просто так не станет. Я знаю Норфола давно, слово он обычно держит. Если сказал, что поможет, значит, поможет.
  Мы покинули трактир, и вскоре к нам присоединился Норфол. Сгущались сумерки, но народу на узких мощеных улочках Рэнда не прибавилось. Вообще, этот город начинал напоминать мне какой-то склеп. Пресквернейшее ощущение, должен сказать. Мы шли за певцом, ведя в поводу лошадей. Пройдя квартал, я увидел большой разноцветный шатер, разбитый на одном из пустырей, которых в этой части города, судя по всему, было предостаточно.
  — Цирк? — удивленно уточнил Руалин у нашего проводника.
  — Цирк, — кивнул тот. — Там отличные ребята живут. Поверь мне, это лучший выход.
  — Да? — В голосе Руалина явственно слышалось сомнение. Похоже, такой вариант развития событий его не слишком вдохновлял.
  Когда мы вошли в шатер, где прямо на арене стоял длинный стол. За ним пировали человек десять мужчин и женщин в каких-то странных костюмах. Веселье шло полным ходом.
  — Норфол! — раздался громкий рык, и из-за стола выскочил здоровенный лысый двухметровый детина в жилетке на голом мускулистом торсе. — Старина! Рад видеть. Каким ветром тебя к нам занесло? Впрочем, не важно. Проходи. Ну что ты как неродной? И друзей приглашай!
  — Подожди, Корр, — остановил мужчину наш спутник. — Надо поговорить.
  — Нет, сначала к столу. Все дела потом. У нас праздник. Мой Рен женится! Проходите! Садитесь!
  — Корр, выпить с тобой за здоровье твоего сына мы завсегда успеем. Но сначала дело.
  Мы отошли в сторонку, и Норфол коротко обрисовал ситуацию старому приятелю, оказавшемуся хозяином странствующего цирка.
  — Хм... — Корр оценивающе оглядел нас, задержав взгляд на Элейне, которая смутилась и попыталась спрятаться за моей спиной. Да и мне, если честно, циркач не особенно понравился. — Можно и подсобить, — кивнул он, оторвавшись от лицезрения эльфийки. — Десять золотых.
  — Три золотых тебе, Норфол, и десять тебе, Корр, — подвел итог Руалин. — Но это надо сделать как можно быстрее. Пока ворота еще не закрыты.
  — Хорошо, — рассмеялся циркач. — Ждите здесь!
  Он отошел и вскоре вернулся с двумя молоденькими девушками: темненькой и светленькой. Конечно, до Эль им далеко. Но тем не менее они показались мне очень миленькими, учитывая, что одежды на них почти и не было, а их ладные фигурки радовали глаз. Я покосился на Элейну. Та хмуро рассматривала циркачек, словно бы измеряла и взвешивала. Наконец она хмыкнула и отвернулась, наверное найдя в них уйму изъянов и заодно убедившись в собственной привлекательности.
  — Это Рилл и Мелинда, они вас сейчас так преобразят, родная мама не узнает. Капелька магии и ловкость рук.
  — Магии? — переспросил Руалин. — А разве вам не запрещено ею пользоваться?
  — Нет, конечно, — кивнул Корр. — С чего бы вдруг? Всем, значит, можно, а нам нет? Это ж бытовая. Запрет лежит только на использовании магии в выступлениях. Или вы на сцену собрались? Тогда извините, ничем помочь не можем.
  Норфол усмехнулся и сказал, что нам надо выбраться из города, а не примкнуть к уважаемым господам-артистам. Мы отправились к дальней стене шатра, где за лавками для зрителей располагались кибитки. По пути мне показалось, что светленькой я понравился, так как взгляды, которые она бросала на меня, были весьма двусмысленными. Элейна хмурилась все сильнее. Ничего, ей полезно. А то начала меня считать своей собственностью. При том что сам я ей не нужен совершенно. У нее, вон, Руалин появился. Она ему, правда, тоже не нужна, но это мелочи.
  Сначала девочки занялись мной. Не знаю, как они все это делали, но, к моему изумлению, спустя полчаса на меня из зеркала смотрела дородная матрона лет этак сорока. М-да... на такую стражи не только не посмотрят, а быстрее из города выставить попытаются. Я лишь присвистнул, но мою попытку потрогать новоприобретенное лицо Рилл сразу пресекла, сообщив, что на ее шедевр можно только любоваться. Все остальное — нежелательно, если, конечно, я не хочу испортить ее работу.
  Элейна отнеслась к собственному преображению с некоторой опаской. Она дважды переспросила, не будет ли она выглядеть так же, как и я. Ее заверили, что она может не беспокоиться, ибо будет выглядеть просто сногсшибательно. Уж мастерицы приложат к этому все усилия. На губах юных прелестниц заиграли злорадные улыбки.
  И я еще раз убедился в том, что женщины невероятно ревнивые создания и больше всего на свете ненавидят чужую красоту.
  Посадив с эльфийку на стул перед круглым зеркалом, девушки принялись за работу. Отрезать волосы Элейна не позволила. Красить — тоже. Но после того, как ей дважды поклялись, что стоит хорошо вымыть голову и краска сойдет, смилостивилась и все же позволила Мелинде немного поколдовать над своими косами. Разревелась, когда Рилл взяла тряпицу, смоченную в отваре ореховой кожуры, и начала обтирать ее лицо, шею и руки. Попросила меня избавить ее от издевательств. Пообещала вести себя хорошо. Когда девчонки рисовали ей родинки и морщинки, она уже умоляла ее спасти и обещала все: от вечной благодарности до звезды с неба. Циркачки переглянулись и убрали зеркало. А жаль... если бы Элейна видела, что они сделали с ней дальше, она бы мне в вечной любви поклялась, только бы я прекратил это безобразие.
  Признаюсь, смеялся я долго. Потому что вместо принцессы увидел своего двойника, только еще более уродливого. Ну ни дать ни взять сестры-тролли. Однако Элейна отреагировала на преображение своей внешности куда более эмоционально, чем я. Раздался визг, от которого я на некоторое время оглох. Мелинда и Рилл в ужасе отпрыгнули в разные стороны.
  — Это что такое?! — закричала эльфийка. — Это называется «сногсшибательно»? Вы что со мной сотворили?
  Дальше шел поток слов на эльфийском языке. Судя по жадному восторгу, с которым Руалин ловил каждую фразу, это были отборнейшие ругательства. Иногда он удивленно выгибал бровь, из чего я сделал вывод, что некоторые грамматические конструкции были ему незнакомы.
  Как мы уговаривали ее не убивать несчастных девушек — отдельная история. Элейна была в том состоянии, в котором кролик может загрызть волка, так что за жизнь и здоровье Рилл и Мелинды я опасался вполне обоснованно. В конце концов, с большим трудом я успокоил Элейну. Хотя принцесса еще очень долго бубнила что-то себе под нос.
  Но, как говорится, все рано или поздно кончается. И в полдень к городским воротам подъехала телега, которой управлял сгорбленный старик. В ней сидели две дородные дамы не самой приятной наружности и конопатый мальчишка лет десяти. Усиленный наряд городской стражи не обратил на них никакого внимания.
  
  Громкий стук в дверь разбудил Норфола. Певец провел веселую ночь в компании Корра и его труппы. По традиции за здоровье молодых надо было выпить, а потом еще и погулять хорошенько. И утром он отсыпался. А принимать визитеров ему не хотелось совершенно. Поэтому эльф с чувством послал незваного гостя туда, куда он заслуживал. Но стук лишь усилился, а потом мощный удар и вовсе снес дверь с петель.
  Мужчина вскочил с постели и, схватив меч, выставил его перед собой. Вошедший в комнату человек был одет скромно, можно даже сказать, со вкусом. Но Норфолу показалось, что он замотан в саван — так от него веяло смертью.
  — Я Сантис де Веерон, — произнес гость, презрительно глядя на меч своего противника. — Ты вчера разговаривал с интересующими меня персонами. И мне нужно знать, где они!
  — Слушай, Сантис, катись отсюда. У меня нет ни малейшего желания разговаривать с тобой.
  — И тем не менее ты все мне расскажешь.
  — Не думаю. А ты покинешь эту комнату или сам, или вперед ногами! — процедил певец.
  — Я не советовал бы столь уверенно об этом говорить, — улыбнулся рыцарь и медленно вынул меч из ножен.
  
  
  ГЛАВА 16
  Ох уж эти аристократы
  
  Литературное наследие эльфов слишком ограниченно, чтобы делать выводы о менталитете этого народа. Несмотря на это, все же позволю поделиться своими мыслями на этот счет, так как прочитал, наверное, практически все известные на нынешний момент литературные памятники. Что ж... гордыня, неуемная гордыня — вот что является основой всей их жизни.
  Кристоф Мейнский. Трактат об эльфийском менталитете
  
  Мы медленно брели по дороге. С Рэндом наша компания попрощалась еще вчера, а сегодня мы планировали пересечь поля, отделяющие его от леса. Они занимали достаточно большую площадь и представляли собой сильно запущенные посадки. Пейзаж навевал на меня тоску. Да и то, что мы вновь остались без средства передвижения, настроения не улучшало. На телеге мальчишка-провожатый отправился обратно в город, а своих только что купленных лошадей мы отдали циркачам в качестве платы за помощь.
  Элейна с самого утра на нас дулась. Личины-то, конечно, исчезли, стоило умыться. В результате наши лица приобрели привычные очертания. Переодеться тоже было несложно. А вот хорошо вымыть голову здесь было негде. Да и отвар ореховой кожуры — средство для кожи, безусловно, полезное, но... это не то, что может сделать женщину красивей. Хотя она мне нравилась и такой — с волосами мышиного цвета и смуглым личиком. Наверное, я дурак. Но что поделаешь?
  Руалин же не замолкал ни на минуту:
  — Знаете, а я давно так не веселился. Как же я соскучился по всему этому! Риск! Погоня! Ветер в лицо! Впервые за последние три года чувствую себя живым! Свобода!
  Я смерил эльфа тяжелым взглядом, но он не обратил на это ни малейшего внимания. По правде говоря, меня его энтузиазм если и не бесил, то раздражал уж точно. Понимаю, пока он был заперт в клетке демона, у него накопилось много энергии, требующей выхода.
  Но лично мне такая его тяга к авантюрам оптимизма не внушала. Все-таки я — человек здравомыслящий и понимаю, что до добра это его, а заодно и нас с Элейной не доведет. Когда кто-то жаждет окунуться в приключение, он становится самонадеянным и беспечным. А это прямой путь к большим неприятностям.
  Да, знаю, я — занудный моралист. Но хоть кто-то из нашей безголовой компании должен прислушиваться к голосу разума и задумываться о завтрашнем дне. Просто так получилось, что кроме меня некому.
  Принцесса, как истинная леди, собственное спасение переложила со своих плеч на мои. С одной стороны, это и хорошо. Я — мужчина. И, что бы там ни было, мне проще ладить с беспомощной барышней, чем с бесстрашной воительницей. Если бы она мной еще и помыкала, точно бы сбежал. Но, с другой стороны, помощи от нее ждать тоже не приходится.
  Руалин... с ним не все так просто. Эльф живет даже не одним днем, а скорее минутой, тем самым мгновением, что отделяет прошлое от будущего. И понять, почему он такой, не так уж и сложно. Смею предположить, что этот парень в своем плену уже смирился с тем, что жить ему осталось недолго.
  Осознание близости собственного конца обычно пагубно отражается на психике. А судя по тому, что я о нем узнал, он и в прежние времена не отличался сдержанностью и рассудительностью. Чудесное спасение только подстегнуло его сумасшествие. Главное, чтобы он им мою принцессу не заразил. А то будет мне... счастье.
  — Мне тогда лет шестнадцать было. И отправились мы вчетвером в Энтон. Я, двое моих приятелей и наш наставник. Но он всего лет на пять нас был старше, так что относился к нам скорее как к младшим братьям. Едем мы, значит, через Зеленые Холмы... — ворвался в мои мысли жизнерадостный голос эльфа.
  Это он уже второй час без умолку байки травит. Я его даже периодически слушаю. А Эль так и вовсе хихикает без конца.
  — ...Лето. Жара. Земля под ногами плавится. Видим, навстречу нам крестьянин бежит. И орет: «Спасите-помогите! Драконы напали!»
  Мы думаем: «Какие, к Бездне, драконы?» — но мужика решили расспросить.
  Выяснилось, что он с двумя приятелями решил отдохнуть немного. Взяли сливовую наливку, закуску и пошли за Черную скалу. Видимо, чтобы жены веселье не испортили. Ну, как водится, выпили. И тут на них напали драконы.
  Мы: «А драконы, какие? Опишите подробнее».
  Мужик: «Страшные».
  Мы: «Да тебя просто на жаре от выпивки развезло».
  Мужик: «Да что б меня? Да ни в жизнь».
  Ну, так как нам все равно по пути было, решили посмотреть на тех чудищ, что крестьянина так напугали. А он сам с нами идти отказался. Сказал, что боится. Ну едем мы дальше. Видим, навстречу нам еще один крестьянин. История та же. Пил с двумя приятелями. Только на этого напали демоны.
  Мы: «А драконы?»
  Мужик: «А драконы на Важека. А на меня — демоны. Спасите-помогите, молодые господа».
  Мы: «Ладно, спасем».
  Мужик: «Ох, благодетели, век помнить буду».
  Едем дальше. Навстречу нам третий мужик. Только орет он: «Кракен! Кракен! Спасайтесь!»
  Мы: «Ты откуда рухнул? Какой кракен? Они же только в морях живут, на сушу не вылезают. А тут не то что моря, на двадцать миль окрест болотца никакого не отыщется».
  Мужик: «Всамделишный кракен! Спасайтесь, молодые господа».
  Нам уже самим интересно, что за зверье такое за той скалой водится. Едем, лошадей подгоняем. Но тут Эристин, наш наставник, резко останавливает лошадь. Прислушивается, потом принюхивается. И все это время орлиным взором обозревает окрестности. Мы притихли, как мыши. С восторгом ловим каждый его жест. А он командует: «Быстро! Все за мной!» — разворачивает лошадь и пускает ее в галоп.
  А когда отъехали достаточно далеко, я его спрашиваю: «А почему мы ускакали? Неужели там действительно дракон, демон и кракен были?»
  Эристин: «Нет, конечно. Но с тем, что там есть, мне в компании малолетних шалопаев сталкиваться не хотелось бы».
  Я: «А что там?»
  Эристин: «А там...»
  Руалин сделал многозначительную паузу, разжигая наше любопытство. Мы с Элейной затаили дыхание. Я и сам не заметил, как начал ловить каждое его слово.
  — А там конопляное поле горит, — выдал Руалин с самым серьезным выражением лица.
  Я заржал. А девушка недоуменно захлопала глазками:
  — Ни и что тут смешного? Я ничего не поняла!
  — А маленьким девочкам понимать этого и не положено, — поддел ее эльф.
  Эль обиженно надулась. Меня это почему-то рассмешило еще сильней. Мне сообщили, что я бесчувственный чурбан. А я довел до ее сведения, что она повторяется. В результате на меня обиделись и отказались со мной, а заодно и с эльфом разговаривать. Девушка вырвалась немного вперед и активно делала вид, что ей и без нас очень весело, а мы ее бесконечно утомили. И не сказать, что мне от этого было плохо. Руалин обладал невероятным талантом рассказывать разные забавные истории.
  А так как принцессы рядом не было, он вполголоса начал рассказывать о своих подвигах на любовном фронте. Не знаю, как я не умер со смеху — до того забавно было слушать про череду его побегов от разъяренных мужей, отцов, а также самих барышень. Восхищаясь Руалином, я немного ему завидовал и понимал, что такие похождения не для меня. Пусть даже наполовину это был вымысел. Я не смог бы так легко относиться ко всему этому. Не смог бы весело и непринужденно убегать от людей, жаждущих моей крови, да еще и наслаждаться этим.
  — Каждому свое, Эндрю, — сказал он, словно прочитав мои мысли. А вполне возможно, они явственно отражались на моем лице. — Каждому свое. Ты еще поймешь, насколько я прав, говоря это. Никогда не примеряй на себя чужую жизнь. И никогда не огорчайся из-за того, что у тебя иная дорога.
  — Да я и не огорчаюсь. Но, наверное, то, как относишься к женщинам ты, более правильно.
  — Не спорю, роковым соблазнителям живется весело. Пока они холосты. А вот благородные рыцари счастливы в браке. Им просто не нужны острые ощущения и связи на стороне. Они создают крепкие семьи. Это мне впору завидовать тебе, Эндрю. Понимаешь, о чем я?
  — Не слишком.
  — Тебе нужно для счастья не так уж и много. Дом, любящая жена, пара ребятишек. Ведь так?
  — Да, наверное.
  — А мне этого будет мало. Даже не так. Это для меня будет клеткой, ловушкой похуже той усадьбы. Но что-то меня потянуло на нудное морализаторство. Непорядок. Слушай вот лучше. Как-то ночью мы с приятелями решили посетить одно очень интересное заведение...
  День пролетел незаметно. Вечером, когда мы остановились на ночлег и поужинали, решено было держать совет. Мы достали карту. После ее изучения нам пришлось признать, что мы попали в очень неприятную ситуацию. С одной стороны, нужно держаться подальше от поселений и больших трактов, потому что нас ищут. С другой — чем дальше мы отходим от этих самых поселений и больших трактов, тем выше вероятность столкнуться с аборигенами. И вряд ли нам окажут радушный прием. Попадать из огня да в полымя не хотелось никому. В конце концов сошлись во мнении, что на ночь мы останемся в лесу. Все равно уже закат через пару часов. Надо и сейчас самое разумное — озаботиться тем, где мы будем ночевать сегодня, а завтра будет видно. До завтра еще дожить надо.
  Я довольно долго не мог заснуть. Ворочался с боку на бок. Мне постоянно слышались какие-то странные звуки. И вообще, на душе было неспокойно. Эта ночь мне не нравилась. Было в ней что-то, что отличало ее от других. Но я списал это на расшалившиеся нервы. Усилием воли попытался расслабиться и почти уже соскользнул в дрему, как темноту, подобно удару грома, раскроил девичий крик.
  
  
  ГЛАВА 17
  Вещий сон
  
  Вечная гончая — магическое создание, для сотворения которой требуется соединение трех стихий. Заклинание высшего уровня, подготовка которого занимает много времени. Существует опасность нападения гончей на своего создателя в случае неверно расставленных акцентов при чтении. Рекомендуется создавать подобное заклинание с двойным, а лучше тройным контролем...
  Дин Красс. Высшая магия
  
  Я вскочил и ошалело огляделся. В паре метров от меня надрывно кричала принцесса. Но самое странное, на мой взгляд, было то, что никто на нее и не думал нападать. Она стояла в нескольких шагах от одеяла, на котором мирно спала еще несколько минут назад, и захлебывалась в рыданиях. Я бросился к ней. Встряхнул за плечи, пытаясь привести в чувство, потом крепко обнял. Когда к нам подскочил растрепанный и сонный Руалин, эльфийка уже тихо всхлипывала, уткнувшись в мое плечо.
  — Что тут у вас происходит? — осведомился эльф, опасливо разглядывая плачущую девушку.
  — Нервы сдали, — предположил я. — Кошмар ей приснился. Вот и вскочила.
  — Да... не приснилось... мне... это, — сквозь всхлипы услышали мы.
  — Что случилось? — вырвалось у меня, а сердце вдруг пропустило удар. — Элейна, объясни же наконец, что стряслось?
  Я еще раз встряхнул ее, но принцесса никак на это не отреагировала. Эльф положил руку на мое плечо и сказал:
  — Подожди, Эндрю, пусть она придет в себя.
  Руалин как всегда сама предупредительность. Чего у этого типа не отнять, так это умение вовремя показать свое обаяние и галантность. И это меня бесит. Тоже мне аристократ! Понимаю, глупо, но ничего не могу с собой поделать. Мы усадили Элейну под ближайшим деревом, и она тяжело привалилась к стволу, но руку мою отказалась отпускать наотрез. Руалин заставил ее выпить вина из бурдюка, прихваченного им у циркачей. Наконец девушка начала приходить в себя, и ее взгляд принял вполне осмысленное выражение.
  — Ну рассказывай, что стряслось, — невесело усмехнулся эльф.
  Девушка вздрогнула и сделала глоток вина, а потом, отпустив мою руку, повернулась к нему.
  Ну что за несправедливость? В бессознательном состоянии девчонка так и льнет ко мне, а стоит ей только очнуться, с темного глаз не сводит! Я встал и пошел к костру, который слабо освещал нашу маленькую полянку. Он почти уже потух. Нужно было подбросить в него хоть немного хвороста. И сделать чай — что-то мне подсказывало, что уснем мы теперь нескоро. И хотя я делал вид, что всецело занят приготовлением ароматного напитка из листьев мяты и цветов ромашки полевой, но слушал очень внимательно. Вот только девушка толком ничего рассказать не могла.
  — Я видела... понимаешь, Руа... я видела сон. Но это было не сном, а скорее ментальной проекцией реальных событий. Это было так страшно. Я сначала не понимала, но потом... и там...
  Элейна постоянно запиналась, сбиваясь, начинала сначала и, снова запинаясь, говорила о том, что сон, который она видела, на самом деле не был сном. Минут через пятнадцать эльф не выдержал и зарычал:
  — Да соберись же ты наконец! Я хочу знать, что конкретно ты видела.
  Принцесса вздрогнула, медленно поднялась на ноги и попятилась от соплеменника в мою сторону, стараясь не делать резких движений. Она смотрела на него с ужасом, как на дикого зверя. И дрожала. Я шагнул к ней и крепко обнял.
  — Ну что ты? Все будет хорошо, — шепнул ей на ушко и погладил по голове, как ребенка.
  Только это не помогло. Эль подняла на меня полные слез глаза и сказала:
  — Ничего уже не будет хорошо. Смотри.
  Ее ледяная ладошка нежно коснулась моей щеки. И мне показалось, будто я падаю. Падаю и растворяюсь. В чем? Какая разница! Сознание меня не покинуло, но одновременно с этим я чувствовал себя не Эндрю Ламосом, человеком, магом, а чем-то большим. Воздухом? Светом? Нет, магией, потоками сил. Невесомым и невидимым. Поэтому так ярко и полно ощущал происходящее. Я мог читать мысли людей и видеть все, даже то, что сокрыто от человеческого глаза. И в следующий миг очутился в просторном кабинете...
  Никем не замеченный, я замер в углу просторного помещения и начал его разглядывать. Лорд Аларик де Лирон, седьмой герцог Андарский, магистр ордена Золотой розы был хозяином этого кабинета. И убранство покоев, выполненное в темных тонах, в некоторой степени отражало противоречивый характер их владельца. Голые каменные стены подчеркивали его аскетизм, а редкие предметы роскоши говорили о том, что он очень любит комфорт и не привык скупиться. Этого человека вполне можно было бы назвать красивым. Высокий рост. Поджарая фигура. Волосы цвета спелой пшеницы. Серо-голубые глаза, которые светились умом. Жесткость, проскальзывающая в каждом жесте, только подчеркивала его ауру силы. Герцог сидел за своим письменным столом, заваленным бумагами — донесениями, личной корреспонденцией, отчетами главного казначея ордена лорда Эйзела Лернетти.
  И у любого посетителя, не слишком хорошо знакомого с привычками и характером лорда-магистра, складывалось впечатление, будто он весьма легкомысленно относится к бумагам. Но только беспорядок этот имел скорее искусственную природу. Некий отвод глаз. Зачем искать тайники, когда вся... абсолютно вся корреспонденция и так валяется неряшливыми кучками на столе?
  Перед герцогом, удобно расположившимся в своем кресле, стоял мужчина — и вещал нудным, монотонным голосом.
  Я вдруг понял, что читаю мысли герцога. Надо же... раньше таких способностей я за собой не замечал. Лорд Аларик не особо-то и вслушивался в речь собеседника. Ну о чем таком важном ему может поведать мастер-наставник, которому доверено обучение юных послушников? Ведь старшему из его воспитанников едва минуло семнадцать лет, а младшему всего лишь пятнадцать. Все они сыновья рыцарей ордена, и, если бы кто-нибудь из них действительно отличился... хоть в чем-то... неважно, магии или воинском искусстве, ему бы давным-давно об этом донесли, но ежемесячные отчеты мастера-наставника вошли в традицию ещё до того, как де Лирон стал магистром. Лучше благосклонно выслушать доклад об успехах и шалостях юных послушников, нежели обижать старика. Выказывать пренебрежение человеку, готовящему будущих рыцарей, крайне неразумно.
  И хотя в своих мыслях герцог был далек от того, чтобы обсуждать с мастером подрастающее поколение, он не забывал благосклонно кивать. Через четверть часа лорд Трис выдохся, и де Лирон, уцепившись за его последнюю фразу о том, что большая часть учебных мечей непригодна для дальнейшего использования, с чистой совестью послал его к главному казначею.
  Окрыленный мастер вылетел из кабинета магистра, уже представляя, в какой ужас придет старый скряга лорд Эйзел от того, что герцог дал высочайшее дозволение на замену не только выкованных боги знают когда мечей, но также на закупку болтов для арбалетов, ну и конечно на ремонт крыши в старом крыле замка, где занимаются практической боевой магией. В ней горе-послушники умудрились проделать огромную дыру. Каким образом они это сделали, даже мастер-наставник понять не смог, хотя на своем веку он повидал многое.
  Аларик де Лирон усмехнулся. Как же мало нужно некоторым людям для счастья... каких-то две-три сотни золотых, и мастер-наставник его чуть ли не боготворит. У него открылось второе дыхание, и он готов с удвоенным рвением исполнять свои обязанности. А ведь герцог был очень зол, когда кузен повесил на него орден.
  Причина этого поступка не осталась для него тайной — таким образом король пытался держать не в меру деятельного кузена в узде. Ведь на самом деле для аристократа самый жесткий поводок это не железные решетки, а обязанности, долг перед собственным владением. Ведь если герцог не может навести порядок в собственном домене, то разве он сможет стать достойным королем? Вот только Люций просчитался. Из нищего, не знающего дисциплины, почти игрушечного ордена, принадлежность к которому считалась пустой, ничего не значащей формальностью, Аларик сделал маленькую боеспособную армию, всецело доверяющую ему и преданную, как свора цепных псов.
  От этих мыслей его отвлек амулет связи. Говорить с ним напрямую имело право лишь ограниченное количество людей. И сейчас это был Сантис, самый верный его слуга, почти друг. Если бы герцог мог позволить себе такую роскошь, как дружба, де Веерон стал бы его другом. Но...
  — Слушаю.
  — Мой лорд, они сумели уйти... я...
  — Рассказывай!
  — Я добрался до Рэнда, как вы знаете, мой лорд. Данные вами полномочия позволили устроить поиск интересующих вас личностей по всему городу. Этот наглец Ламос был в шаге от смерти. Но к ним сейчас присоединился темный эльф... наверное, благодаря этому они стали умнее.
  — Темный эльф? — переспросил магистр.
  — Да, по имени Руалин. Благодаря его знакомым, в том числе и тому самому певцу, о котором я вам докладывал, этим троим удалось ускользнуть, воспользовавшись чужими личинами, которые наложили на них друзья певца — презренные комедианты. Мне пришлось разобраться со всеми, ни один не ушел от моей руки...
  — Меня мало интересует, чем ты занимался в Рэнде и кого ты там убил. Дальше что? Тебе было доверено такое простое дело! А ты его провалил! Я разочарован.
  Лорд Аларик выругался сквозь зубы. Упустил! Нужно было заняться этим самому. Но герцоги не бегают по невольничьим рынкам и не устраивают облавы. Разумеется, если не хотят привлечь к себе ненужное внимание. А герцог не хотел. До поры до времени. Для начала ему необходимо жениться и произвести на свет наследника. Ирония судьбы. У человека, имеющего все, нет самого главного — продолжения. Король, а именно место монарха планировал занять герцог, должен обеспечить престолонаследие.
  Отсутствие у монарха детей — отличный повод для смуты. Да и не станет никто поддерживать его, пока у него не будет преемника, пусть и потенциального. Какой смысл менять Люция на Аларика, когда через какие-нибудь двадцать-тридцать лет снова начнется смута и, возможно, гражданская война? Не так уж и плохо сейчас живется аристократам в Эрисаре.
  А вот с наследником возникла проблема. Много лет назад, когда ему было лет восемнадцать, в него влюбилась Ромия — дочка одного из вассалов его отца. Бегала за ним, словно он медом намазан был. Ну он и не удержался. Девчонка-то хорошенькой была. В общем, через пару месяцев отец ее пришел к своему герцогу с известием. На том, чтобы Аларик непременно женился, не настаивал, ребенка признать тоже не требовал. Просто просил обеспечить.
  Герцог согласился, решив, что это будет справедливо. Отвесил сыну подзатыльник и распорядился, если ребенок родится живым и здоровым, выплачивать некоторую сумму на его содержание. И даже пообещал пристроить в будущем, чтобы нужды не знал. Вассал был решением своего сюзерена более чем доволен. А вот его дочь — нет. Она была уверена, что, раз она носит ребенка, ее обязательно выдадут замуж за любимого.
  Но ей объяснили, что будущие герцоги на бесприданницах не женятся, особенно в столь юном возрасте. И эта дура не придумала ничего умней, как покончить с собой, предварительно прокляв его. Проклятием бесплодия!
  И самое ужасное было в том, что проклятие было неснимаемым. Ведь Ромия принесла в жертву своего еще не рожденного ребенка. Единственной лазейкой, которую удалось найти, была возможность иметь детей от нечеловека. Например, от эльфийки. Вот только где же ее взять? Их добрую тысячу лет в Хэйнот не заносило. И вот такая удача! Девушка. Совсем юная. Да и к тому же красивая, судя по словам Сантиса.
  Нет, он не может ее упустить. Скольких людей придется ему убить ради обладания таким сокровищем, герцога не волновало. Мальчишка, который встал между де Лироном и его будущей женой, сам решил свою судьбу.
  И действовать нужно быстро. Есть один ритуал. Крайне неприятный. Что бы про него ни говорили, маньяком герцог не был и убивал, только когда это было необходимо для достижения какой-либо цели, а не ради развлечения. А сейчас цель у него была. И она оправдывала средства.
  — Скоро у тебя появиться еще один шанс. Жди, — сказал он в амулет и разорвал связь. Потянувшись в кресле, он поднялся. — Эрег! — крикнул он, и в проем открывшейся двери просунулась голова его личного слуги. — Подготовь комнату заклятий и отправь туда главного мага ордена, пусть прихватит прядь волос этого Ламоса... и мальчишку, которого мы поймали на воровстве неделю назад. Пришло время ему платить...
  Слуга кивнул и убежал. Я, задыхаясь от ужаса, в виде бесплотного духа устремился за герцогом, который покинул свой кабинет и по широкому коридору направился к видневшейся в его конце лестнице.
  Вскоре мы очутились в просторной комнате с высокими потолками, без окон. В центре ее светилась классическая пентаграмма. Весь пол был испещрен заклинаниями, написанными черной краской. Я не знаток черной магии, но кое-что читал. Комната использовалась для ритуалов постоянно, если судить по многочисленным рыжим кровавым пятнам на полу и стойкому запаху приторных благовоний.
  Стукнула дверь, и в комнату вошел высокий худой старик с морщинистым лицом, таща за руку щупленького паренька лет пятнадцати, с испуганным лицом. Едва он увидел, где очутился, тут же заорал, но герцог взмахнул рукой, и у парня пропал голос.
  — Начинаем, — обратился де Лирон к старику. — Где то, что я просил?
  — Вот, господин. — Поклонившись, старик протянул герцогу пучок волос. Судя по всему, моих. Во что же еще я сейчас вляпался?
  Тем временем маг положил правую руку на голову мальчишки и что-то забубнил себе под нос. Тот обмяк, и старик с удивительной заботой, осторожно опустил его на пол. Герцог подкинул волосы вверх и заговорил. Признаюсь, его голос заставил меня содрогнуться. Волосы повисли в воздухе и вдруг вспыхнули багровым пламенем.
  Почти сразу пятиконечная звезда ожила. Ее контуры вспыхнули багровым светом, а в центре начал сгущаться мрак. Герцог вытянул руку в сторону лежащего в беспамятстве мальчишки и произнес длинную фразу на неизвестном мне языке. И я увидел, как призрачная дымка от тела мальчишки устремилась к звезде и коснулась темного пятна в ней.
  В комнате стало невыносимо холодно, меня с головой накрыла волна ужаса. Стало нечем дышать, а тело пронзила острая боль. Пришло страшное понимание, что не выдержу тут больше ни мгновения... и в эту же секунду я провалился в какую-то пропасть.
  
  
  ГЛАВА 18
  Вынужденный визит
  
  Итак, господа, говорите, Коннерт населяют дикари? Прекрасно. Тем хуже для них. Я заявляю вам, что хороший дикарь — мертвый дикарь! Кроме тех, кто добровольно сложит оружие и склонится перед нами. И будет работать во славу Эрисара. Ваша задача, чтобы в живых остались только такие. Говорите, они умны, хитры и жестоки? Тогда нам ничего не остается, кроме как стать в десять раз умнее, хитрее и жестче...
  Из речи Люциуса VII на Высшем военном совете
  
  Тишину разбил жалобный всхлип Элейны, и я с трудом смог открыть глаза. Мне не сразу удалось очнуться от наваждения и осознать, что окружают меня эльфы, а не кровь и смерть.
  — Больше никогда так не делай! — зло рявкнул я на девушку.
  И тут же обнял ее, безмолвно прося прощения за свою вспышку. Все же она не виновата. Это хотя и было очень неприятно, но позволило мне понять, что именно нам противостоит.
  — Мы влипли, — хмыкнул я.
  — Так я это давно понял, — лениво протянул Руалин. — Что ты видел? — Эльф мгновенно посерьезнел.
  — Много чего. Если брать самое интересное, то небольшую комнату. Круг из двенадцати черных свечей. В центре его сияющая пятиконечная звезда. Багровое кровавое пламя по контуру. Это Звезда вызова, — отчеканил я. — Я, конечно, не большой знаток черной магии, но это точно была она.
  — Та-ак... — протянул Руалин. — А дальше?
  Я коротко рассказал своим друзьям, что видел до того, как провалиться в беспамятство. Некоторое время они молчали. Элейна смотрела на меня со смесью страха и надежды, эльф хмурился.
  — Ты помнишь заклинания, которые они читали? — наконец спросил он. — Сможешь повторить хоть что-то?
  — Смогу, — немного подумав, кивнул я и попытался пересказать как смог.
  — Ясно, — буркнул эльф. — И знаете, что я хочу сказать? У нас не просто проблемы. У нас очень большие проблемы! Это заклинание Зова.
  — Нетрудно догадаться, — пожал плечами я. — Звезда именно для этого и используется.
  — Ага. Только знаешь, кого они вызывали? Вечную гончую!
  — Кого? — Я невольно закашлялся. — Но это мифическое создание. Я читал об этом существе. Считается, что ее вызов невозможен при нынешнем уровне магии... так, по крайней мере, было написано в моем учебнике.
  — Может, для кого-то оно и мифическое, — хмыкнул эльф, — но для нас оно будет самым что ни на есть настоящим. И призвал ее ваш претендент на престол герцог... как его? Де Лирон?
  — Что теперь будет? — испуганно спросила Элейна. — От этой гончей ведь не уйти.
  — Ну мы еще посмотрим, — подбодрил я ее.
  — Вечная гончая, — эльф вздохнул и посмотрел на меня как на ребенка, — это магическая тварь. Практически неистребима. Она будет идти по следу, пока не настигнет жертву. Ориентируется она по магическим аурам, так что обмануть и запутать ее нереально! Если кто-то решился на ее вызов, значит, этот маг сильно ненавидит будущую жертву.
  — Но зачем? — вырвалось у меня. — Зачем ему делать это? Ведь Элейна нужна ему живой. Я абсолютно уверен, что он не желает ей смерти.
  — Если это так, то жертвы — мы с тобой, Эндрю. Нас она должна убить, а ее привести к хозяину.
  Только тут я заметил, что эльфийка открыв рот слушает Руалина и лицо у нее белое как мел.
  — Ты потише, — шикнул я на приятеля. — Не видишь, как наша принцесса реагирует?
  Не ожидал увидеть, как Руалин смущается, но сейчас он явно был близок к этому.
  — Эндрю, если у тебя есть какие-то заклинания, надо их срочно готовить, — произнес он громко и посмотрел на меня.
  Я кивнул. Запас у меня остался небольшой, так что скоро придется пользоваться магией без свитков. В общем, мы все-таки решили не выдвигаться ночью. Девушка заснула буквально на моих руках. По-моему она настолько испугалась, что даже глаз сомкнуть боялась. Я же потратил большую часть ночи на подготовку заклинаний. Хорошо эльфам, им нет необходимости этим заниматься.
  Утром мы, быстро позавтракав, двинулись в путь. Настроение было невеселое. Еще бы! Кого обрадует, что по твоему следу идет практически непобедимая тварь, от которой почти невозможно защититься. Я подготовил все заклинания, какие смог, но мне почему-то казалось, что вряд ли они помогут против подобного врага.
  Лишь неунывающий Руалин, видимо решив исправиться за ночное нагнетание ужасов, трещал без умолку. Но в этот раз его болтовня была как нельзя кстати. По крайней мере, она нас отвлекала. Однако эльфийка реагировала на его старания лишь слабой улыбкой. Когда он наконец выдохся, я попытался расспросить его о твари, преследующей нас.
  По словам Руалина, невозможно было определить, где она находится. Но в принципе... при большом желании можно создать заклинание, которое должно предупредить нас о появлении врага. Однако для этого нужны ингредиенты, которых у нас, увы, не было. Проще всего отправиться к какой-нибудь травнице в ближайшую деревню. Я слышал, что местные знахарки весьма сведущи в травах. Но где же взять эту деревню? Хотя... после детального изучения карты одна все-таки нашлась. Милях в десяти от места, где мы находились.
  Но что поделать, пришлось сворачивать с пути и отправляться в деревню, которая называлась Вел. И насколько я понимал там, жили только те местные дикари, кто принял власть нашего короля. Были и такие. Не всем, знаете ли, нравится торчать в лесу и питаться чем боги пошлют.
  Добрались мы до нее только к вечеру. Деревня оказалась на удивление большой и богатой. Я рассчитывал увидеть покосившиеся хижины и голодных, замученных аборигенов. Но моему взору предстали ряды добротных бревенчатых домиков и даже некое подобие рыночного ряда. В Веле, как выяснилось, имелись собственная кузня и трактир.
  По большому счету для местных это было лишь питейным заведением, в котором варили отличное пиво. Но пара комнат для нас там все же сыскалась. Хозяин в обмен на одну серебряную и пару медных монеток выделил две комнаты, накормил сытным обедом и снабдил кучей ценных указаний на тему того, как найти местную травницу.
  Ох, лучше бы он этого не делал. Потому что вместо того, чтобы сказать: «Идите прямо. Там увидите колодец. Возле колодца большой дом. Там травница и живет», как нам поведал потом чумазый малыш лет семи, трактирщик полчаса дорогу разъяснял, но результат был обратным. Мы запутались еще на пятой минуте сего увлекательнейшего повествования.
  А мальчишка даже согласился нас проводить. В обмен на политый медом калач, купленный нами у румяной лоточницы за медяк. По пути ребенок нам рассказал об их деревне и самой травнице все, что знал. Оказалось, что зовут девушку Анеша. Живет она с вдовым дядькой и двоюродным братом в своем доме, который достался ей от матери. Но те все равно ее куском хлеба попрекают, хоть она и денег в семью приносит больше, чем они оба. А замуж не вышла, потому что увечной родилась.
  Дом травницы действительно оказался большим. Похоже, она не так уж и плохо тут устроилась. На стук в массивную деревянную дверь сначала приоткрылось окошко, расположенное в центре нее, затем медленно открылась и сама дверь, явив нам здорового парня с мечом наголо. Он подозрительно оглядел нас и, хмыкнув, убрал меч в ножны. Потом проворчал, чтоб мы шли за ним, а сам гаркнул:
  — Анешка! Быстро сюда! Господам травница надобна!
  И к нам вышла девушка лет двадцати — двадцати пяти, одетая очень скромно, почти что бедно, несмотря на то что семья нищей не была. И можно было бы даже сказать — красивая, если бы не печать усталости и почти болезненная худоба. С толстой черной косой, перекинутой через плечо, раскосыми темно-зелеными глазами. И острыми ушками. И тут я понял, почему мальчик сказал, что она родилась увечной. Необразованные жители Коннерта приняли отголосок крови перворожденных за уродство. А травница оказалась наполовину темной эльфийкой. Она сразу узнала в Руалине сородича и очень обрадовалась ему. Даже рассказала о своих родителях, когда наша компания расположилась в просторной светлой комнате.
  Элейна же, к моему удивлению, сидела тихо, как мышка. Вообще, после ночного кошмара эльфийку как подменили. За весь день она даже не огрызнулась, безропотно выполняя то, что ей говорили. Судя по всему, последние события сильно повлияли на нее.
  А мою грудь вдруг сжало тревожное чувство. Опасность... я всегда доверял своей интуиции, и сейчас она подсказывала: что-то не так. Но что?
  Так и не найдя причину своего беспокойства, решил потом разобраться со своими предчувствиями. Тем более что Руалин закончил общение с травницей, и та уже отдала ему туго набитый мешок. Я, признаюсь, не так хорошо разбирался в магии трав, несмотря на то что разбирался в самих травах, но то лишь составные части. А сама магия трав — прерогатива эльфов... но будем надеяться, что темный не подведет. Услуги местной знахарки обошлись нам недешево.
  Принцесса, несмотря на все трения, ранее существовавшие между нами, вообще отказывалась засыпать в одиночестве. И почему-то Руалина она в роли хранителя сна не представляла. Мне, конечно, это было приятно, но я уже твердо решил для себя не связываться с этой аристократочкой. Себе дороже заиметь капризного и взбалмошного ребенка в невесты. Хотя... какие невесты? Я рылом для ее рода не вышел... более того, я человек.
  В общем, после небольшой трапезы в обеденном зале, расположенном на первом этаже, Руалин отправился в свою комнату готовить заклинание. Мне же совершенно не хотелось спать, зато хотелось выпить. Элейна не поддержала мой порыв и удалилась в нашу с ней комнату, оставив меня одного за столом. Кстати, кроме меня и хозяина, маячившего за стойкой, в трактире скромно сидели несколько аборигенов, которые молча потягивали пиво, демонстративно не замечая меня.
  Допив третью кружку, я понял, что с меня хватит и пора идти к себе. Настроение немного улучшилось, а в голове появилась приятная легкость. Но прежде чем зайти в нашу с Элейной комнату, я осторожно заглянул к Руалину.
  Эльф сидел на кровати, и, уставившись в пол, бормотал под нос какие-то слова на своем языке. Решив не отвлекать его, я осторожно прикрыл дверь и вошел в свой номер. Первое, что я увидел, это стоявшего в центре комнаты какого-то бородатого громилу и принцессу, лежащую на полу.
  У меня едва сердце не остановилось. Не раздумывая, я выпалил слово, активирующее заклинание. На мгновение меня ослепила яркая вспышка. И бородач, захрипев, сполз на пол. Я бросился к девушке. Это оказалось моей самой большой ошибкой. Сзади раздались шаги, и на меня обрушилось что-то тяжелое, повергая в темноту и унося сознание...
  
  
  ГЛАВА 19
  Пленники адептов Бездны
  
  Ты Владыка, Хаос — твой дом навечно,
  Он живой.
  Два ты мира обретешь,
  На алтарь один взойдешь.
  Жертвой будет жизнь твоя,
  Темной магии стезя.
  Плата — кровь, а жизнь как смерть...
  Бесконечна круговерть.
  Темные пророчества. Песнь 2 стих 5
  
  Приходил я в себя долго. Сначала была вспышка боли в моей несчастной голове. Вместе с ней вернулись и другие ощущения. И нельзя сказать, что они были приятными. А потом пришло осознание произошедшего. С трудом открыв глаза, я попытался осмотреться. Но вокруг было слишком темно. Пришлось активировать простенькое заклинание «кошачье зрение». Пространство вокруг меня приобрело. Небольшая комнатка. Без окон. Скорей всего подвал, судя по каменным стенам. Грубо сколоченная деревянная дверь, сквозь которую проникает тусклый свет. Когда глаза мои привыкли к темноте, я с трудом принял сидячее положение.
  Беглый осмотр своего тела показал: кроме большой шишки на затылке, никаких повреждений у меня нет. Оставалось выяснить, кто меня похитил и зачем? А еще — где Элейна? И что самое странное, я совершенно не испытывал страха... только жуткую слабость и желание спать.
  И хотя дверь моей темницы представляла почти игрушечное препятствие, а не добротное произведение столярного искусства, обитое железом... в моем состоянии штурмовать ее было бы сущим безумием.
  Мне и дойти-то до нее сложно, не то что попробовать выбить. Но все же я поднялся с жесткого тюфяка, набитого соломой, и, с трудом передвигая ноги, двинулся к единственному источнику света.
  Пять шагов... всего пять шагов. А сердце бьется так, будто я пробежал без остановки пару миль. Я тяжело привалился к каменной кладке стены и, по-моему, ненадолго потерял сознание. Все-таки травмы головы очень коварны. Мысли путались. Ужасно хотелось пить. Но я заставил себя снова подняться.
  Интересно другое, меня заперли в каком-то подвале, но явно не поставили никаких блокирующих магию заклинаний. Это что, умысел, или похитители не знали, что я маг? Ответа я не нашел, но решил кое-что проверить. Я глубоко вдохнул и сосредоточился.
  Тихо зазвучали слова заклинания... дерево начало тлеть, превращаясь в пепел. Пятнадцать минут — и проход открыт.
  М-да... что же это за похитители такие? Хотя я нисколько не возражаю. Мне их неорганизованность даже на руку. Но все же нельзя недооценивать собственных пленников. Это способствует их побегам.
  Я отдохнул пять минут, приводя себя в порядок с помощью той же магии, и, вскоре почувствовав себя более-менее сносно, осторожно вышел в узкий коридор, слабо освещенный чадящими факелами. В нем было влажно и прохладно, создавалось впечатление, что он грубо высечен в какой-то скале.
  Прислушался, но, кроме звука капающей воды и завываний ветра, ничего не услышал. Ни гула голосов, ни шагов... Ничего! Меня что, даже не охраняют? Ну это вообще наглость... Неужели я произвожу такое жалкое впечатление? Даже обидно как-то.
  Тем не менее я решил не терять времени зря и выбираться отсюда. А так как не знал, куда идти, выбрал направление наугад и пошел влево. Мне повезло, оказалось, что выбрал правильное направление. Уже минут через двадцать каменные стены сменились аккуратными сводами, выложенными гладкой серой плиткой. Факелов тоже прибавилось.
  Я пошел медленнее, внимательно прислушиваясь. И наконец услышал звук шагов. В этом месте коридор резко поворачивал направо, и я успел спрятаться в небольшой нише, которую местные строители, судя по всему, оставили именно для таких, как я. Самым удивительным было то, что ее практически не достигал свет. Идеальное укрытие.
  Мимо меня протопали четверо одетых в какие-то лохмотья смуглых типов, в которых я без особого труда узнал представителей коренного населения острова. Очень интересно... похоже, моими похитителями были местные аборигены. Но зачем? Выкуп? Да я никто, и звать меня никак. Но тогда что?
  Надо найти Элейну, а потом уже строить догадки. Но где ее искать?.. Нет, для начала необходимо понять, где я оказался. У меня в запасе было еще несколько магических сюрпризов, а аборигены, насколько я знал, были совершенно бесталанны в колдовстве. Но это не мешало им иметь амулеты против колдовства. Я хлопнул себя по лбу, вспомнив про поисковые заклинания, и тут же болезненно поморщился, потому как моя многострадальная голова ответила вспышкой боли.
  Решив остаться пока в облюбованной мною нише, я быстро сотворил простейшее поисковое заклинание. Представить Элейну было несложно, и вот передо мной появилось подобие призрачной карты. Я некоторое время разбирался в хитросплетениях местных коридоров, но вскоре разобрался, куда надо идти. Приготовив на всякий случай атакующее заклинание, выбрался из своего убежища и отправился в путь.
  Мне несказанно повезло. По пути мне встретился только небольшой отряд из десятка местных. Они были вооружены до зубов, и я едва успел спрятаться. И вот наконец я стою перед дверьми, за которыми, если верить магии, находилась Элейна.
  Двери впечатляли. Щедро обитые позолоченными листами, они выглядели достаточно массивно, и вдобавок я чувствовал наложенные на них заклинания. Но, как и те, что должны были удерживать меня в моей камере, они никем не охранялись. И даже более того. Они не были заперты. Что ж... пока мне везло, но я почему-то медлил, не решаясь войти. Предчувствие говорило, что моя удача на этом может закончиться.
  В общем, я некоторое время боролся с собой и в конце концов решил плюнуть на осторожность. Понимая, что, возможно, совершаю ошибку, легонько толкнул дверь. Она приоткрылась, к моему огромному облегчению, совершенно бесшумно. Я скользнул в образовавшуюся щель и попытался слиться со стеной. За дверью царил полумрак, но я сразу понял, что нахожусь в каком-то огромном зале. Когда мои глаза привыкли к темноте, я увидел, что огромное помещение со сводчатыми потолками, в которые упирались огромные пирамидальные колонны из белого мрамора. И вряд ли все это создали местные жители. На убранстве зала лежал отпечаток глубокой древности. Мраморный пол был покрыт толстым слоем пыли, на котором выделялись следы нескольких человек. И они явно были свежими. Присмотревшись внимательнее, я увидел в противоположном конце зала высокий алтарь из темного камня и людей возле него. Точно сосчитать я не мог, но никак не меньше двух десятков. А усилив магией зрение, едва сдержал испуганный вскрик.
  Над жертвенником возвышался каменный столб, к которому была прикована массивными цепями худенькая девушка с белыми волосами. Не узнать Элейну было невозможно. Она была полностью обнажена. Ее охраняли четверо бородачей, одетых в какие-то подобия кольчуг. Я впервые видел их на местных солдатах. Остальные были не вооружены, да и вид имели крайне заморенный.
  Они расположились шагах в двадцати от алтаря, плотным кольцом окружив старика в грязных лохмотьях, который, стоя на небольшом возвышении, надсадно вещал:
  — Дети мои, пришел наш час! Скоро восторжествует справедливость и в мир этот, погрязший в скверне, явится Владыка! Дети мои, пришел наш час!
  Так. Понятно. На нас напали сектанты. И это очень плохо. Почему? Потому что я не хочу убивать. Не хочу проливать их кровь. Но придется взять на свою совесть предстоящую бойню. Бездна побери все это!
  Понимаю, что выбора у меня нет. И успокоить собственную совесть тем, что убью лишь тех, кто нападет, а значит, сведу жертвы к минимуму, не получится. Фанатики тем и страшны, они кидаются грудью на мечи и умирают с улыбкой на устах, веря в то, что их смерть — ничтожная цена за шаг к общей цели.
  Я не хочу убивать. Но это единственный способ спасть Элейну и спастись самому.
  — Дети мои, — продолжил старик, — сегодня мы принесем в жертву Владыке Теней ведьму! Ибо сказано в пророчестве: «И кровь девы с волосами цвета пены морской и глазами цвета небесного свода ровно в полночь прольется на сии священные камни. И он придет. И призовет нас служить ему. И будем мы служить, выполняя волю его...» Дети мои, жертва уже на алтаре! Сосуд нашего повелителя — тело юного мага заперто в келье.
  «Тело юного мага»? Это они обо мне, что ли? Сюрприз! Я уже не заперт, а тут стою.
  — Так пойдемте, дети мои. Пойдемте в зал для молитв и вознесем хвалу Владыке, чтобы в полночь вернуться и совершить ритуал.
  Я тоже вознес хвалу, но уже всем богам, коих знал. О такой удаче я и мечтать не смел. Сейчас вся эта толпа уберется отсюда совершать молебен, а за это время мне не составит труда вытащить принцессу из этого очаровательного места. Но моим надеждам не суждено было сбыться. То есть толпа-то убралась. А вот четверо в кольчугах — остались. То ли охранять пленницу, то ли под благовидным предлогом решили не принимать участия в религиозных бдениях. Второе было вероятнее. Потому как стоило двери зала закрыться, как здоровяки весело загомонили, а потом сноровисто начали выкладывать на алтарь еду.
  Меня передернуло. Вот же сволочи! У них тут девчонка едва живая на цепях висит, а они ужинать надумали. Краюха хлеба, кольцо колбасы, бурдюк, по-видимому, с вином и что-то еще легли на каменную поверхность алтаря.
  Определив для себя план дальнейших действий, я осторожно двинулся вперед, оглядываясь по сторонам и стараясь ступать как можно аккуратнее. Хорошо хоть у моих сапог мягкая подошва, поэтому я двигался практически бесшумно. К тому же эти ребята заняты поглощением пищи, а к своим непосредственным обязанностям — не для красоты же их сюда поставили — относятся более чем халатно.
  Вот только это не значит, что я смогу легко с ними справиться. Соотношение сил — не то. В схватке со стражей мне остается надеяться только на магию. Но я почему-то был уверен в своих силах. Мне всего лишь нужно...
  Преодолеть сорок шагов, разделяющих нас...
  Подкрасться...
  И напасть...
  Я знаю, что подло бить в спину. Но мне хочется жить. А честная схватка, если честной можно назвать схватку четверо на одного, не оставит мне никаких шансов.
  Бородатые стражи, занятые поглощением пищи, лениво переговариваясь между собой, бросали плотоядные взгляды в сторону Элейны. Она была прикована к широкой перекладине на вершине столба, и поэтому цепи не давали ей упасть.
  Я старался не смотреть на тоненькую фигурку моей принцессы. Потому что стоило только представить, что собирались и уже сделали с ней эти... люди... кровь бросалась в голову. Хотелось разнести все здесь к Бездне. Чтобы камня на камне не осталось. Вот только сил не хватит.
  Аборигены засмеялись какой-то шутке одного из них. Я не знал местный диалект, но догадаться, что они обсуждают, было не так уж сложно. Во мне начала закипать ярость. Отбросив всякую осторожность, я прошептал заклинания и сделал активирующий жест пальцами. Сорвавшаяся с моей руки «волна безумия» обрушилась на врагов. Они не были готовы к атаке, и это сыграло мне на руку.
  Когда на тебя неожиданно обрушивается порыв ветра огромной силы... последнее, что тебя беспокоит, — это откуда он появился. На первый план выходит спасение собственной шкуры.
  Мое заклинание расшвыряло стражей в стороны. Причем двое из них так и не поднялись, растянувшись в живописных позах на мраморном полу. Еще один со стоном поднялся на колени и, схватившись за окровавленную голову, тихо завыл.
  Последний же, как оказалось, пострадал меньше всех. И он, оглушая зал диким ревом, полетел на меня с мечом наперевес. Увы, я не успевал бросить заклинание или хотя бы отскочить в сторону. Не знаю, что меня навело на мысль упасть в ноги нападавшему, но именно это спасло мне жизнь.
  Нападавший кубарем покатился по мраморному полу и, коротко вскрикнув, замер. Его неестественно вывернутая шея навела меня на мысль, что бой закончился моей победой, и я бросился к девушке.
  Пришлось еще раз применить магию, чтобы избавить ее от кандалов и положить на алтарь. Она все еще была без сознания. Хорошо хоть ее одежда валялась рядом. Как отреагирует принцесса, проснувшись голой рядом со мной, мне даже представлять не хотелось. Небрежно смахнув еду на пол, чтобы не мешалась, я принялся за дело.
  Да... одеть женщину — это адский труд. Хотя процесс одевания Элейны мне понравился. Жаль только, что мои восторги не сумела оценить сама девушка. Но я думаю это, наверное, и к лучшему.
  Вскоре эльфийка, уже вполне одетая, лежала на алтаре, а я лихорадочно искал выход из положения. Идти обратно в коридор с бесчувственной девушкой на руках было, по меньшей мере, глупо. Оставаться здесь... тоже неразумно. В любой момент сюда могут пожаловать эти ненормальные. Я уже начал было впадать в панику, как вдруг почувствовал всплеск магии. Приготовившись к атаке, внимательно осмотрел пространство перед собой.
  В том месте, которое я определил, замерцал воздух и, сгустившись, превратился в смутно знакомую мне фигуру мужчины. И только когда фигура кинулась ко мне, я понял, что это Руалин.
  Темный эльф нашел нас.
  
  
  ГЛАВА 20
  Призванный Хаос
  
  Да, дикари, живущие на Коннерте, не способны к магии... зато они достаточно хитры и сообразительны, и у них есть золото. Это значит, что всегда можно нанять магов... Я издал указ о том, что любой маг, подписавший контракт с аборигенами, становится врагом нашего королевства!
  Из речи Люциуса VII на Высшем военном совете
  
  — Живы, — облегченно выдохнул эльф.
  Бросив заинтересованный взгляд на Элейну, он осмотрел разбросанные на полу тела.
  — А ты, похоже, хорошо повеселился. — Эльф кивнул на мертвых стражей. — Я-то, наивный, решил, что вас спасать надо...
  — Надо, — кивнул я. — От помощи не откажусь. Тем более, нам еще как-то выбираться отсюда придется. Лучше расскажи, как ты вообще нас нашел?
  — Как принцесса? — спросил он, еще раз внимательно оглядев дремлющую девушку.
  — Вроде нормально, — пожал плечами я. — Не ранена, по крайней мере.
  — О, ты проверил уже? — ехидно улыбнулся эльф.
  — Слушай, Руалин, — процедил я, — сейчас твои шуточки немного не к месту. Ты так не считаешь?
  — Да. — Он внезапно как-то сдулся и посмотрел на меня странным взглядом. — Извини. Сейчас действительно не время и не место. Но уж такой я. И ничего поделать с собой не могу...
  Ого! За все время нашего путешествия я от него слова извинений не слышал... С ума сойти!
  — Ты лучше расскажи, как нас нашел? — осведомился я.
  — Меня насторожил шум в вашей комнате, — объяснил эльф. — Падать что-то начало, и все такое. Я выскочил в коридор, но никого не увидел. В вашей комнате полный разгром. Похитители оказались очень проворными, и догнать я их, в любом случае, не успел бы. Хотя, наверное, это было хорошо. Мне не удалось бы справиться с ними в одиночку. В окно я увидел, как от гостиницы, таща вас на руках, убегают человек десять. Хорошо хоть у них лошадей не было.
  — Сколько их было? — уставился я на него. — Я только одного увидел. Правда, кто-то меня по голове ударил.
  — Их было много, Эндрю, — покачал головой эльф. — И все, что я смог сделать, это проследить за ними. Удивительно, но похитители даже не спрятали вас. Вы оба так и болтались у них на руках, пока они топали через деревню. Их, похоже, неплохо знают в этих местах.
  — Как я понял, они — сектанты, — просветил я приятеля. — И цель их привести в этот мир Владыку Теней. Чтобы он навел здесь порядок.
  — Понятно теперь, почему к ним никто не подошел. Связываться с сумасшедшими — себе дороже. Особенно если это хорошо организованные вооруженные сумасшедшие.
  — А дальше что было? — вернул я его к теме разговора.
  — Эта толпа спокойно вышла за околицу и зашагала к ближайшему лесу. Мне было несложно проследить за ними до этого самого места. Аборигены спустились сюда вместе с тобой и принцессой. И надо отдать им должное, пещера была замаскирована таким образом, что вряд ли я смог бы ее вообще найти, если бы не ваши похитители. Войти следом за ними мне не удалось, ворота захлопнулись перед самым моим носом. Но это, наверное, даже к лучшему. Все-таки штурмовать подземный лабиринт, в котором полно вооруженных людей, — не самое разумное решение. И мне пришлось применить магию. К сожалению, заклинание портала вещь небыстрая и требует много сил, да и вас еще найти надо было. Правда, тебя я так и не нашел. А вот аура Элейны прямо-таки светилась. Кстати, а ты-то где был?
  — В камеру какую-то запихнули. Недалеко отсюда, — сказал я. — Выбрался сам. Ну а потом уже своим ходом добрался до этого зала...
  — Понятно, — кивнул эльф. — Значит, экраны антимагические стоят. Но в зале их нет. Такую площадь тяжело охватить. Короче, я создал портал и оказался здесь. Но немножко опоздал.
  — Как нам выбраться? Идеи есть? — поинтересовался я.
  — Есть, конечно, — широко улыбнулся эльф. — Я же не просто так возился несколько часов с порталом. Через него мы и уберемся из этого негостеприимного места. Хватай принцессу. Сейчас активирую.
  Он повернулся ко мне спиной и забубнил под нос заклинания. Я бросился к Элейне и, взяв ее на руки, вернулся к эльфу, перед которым уже начинало расти овальное окно портала, мерцающее голубым светом.
  И тут мы услышали нарастающий дробный топот множества ног. В темноте зала замелькали огни факелов. Похоже, местное население узнало о последних событиях, и это им не понравилось...
  — Давай быстрее, — прорычал я.
  Эльф что-то проворчал и повернулся ко мне.
  — Десять минут. Нам придется продержаться десять минут.
  Я снова положил эльфийку на алтарь, и мы с Руалином встали плечо к плечу, закрыв ее.
  — Их не меньше полусотни, — печально сообщил эльф. — И с ними маг.
  — Но разве местные обладают магическими способностями? — изумился я.
  — Нет. Но с чего ты взял, что маг — местный?
  — Весело, — проворчал я, а потом время разговоров кончилось.
  Воздух наполнился свистом множества стрел. Руалин выставил «защитную стену». Стрелы, попадая в нее, вспыхивали и падали на землю. Я уже видел лица приближавшихся к нам врагов. Да, действительно не меньше полусотни... Вооружены чем попало — мечи, топоры, копья. Но их такое количество... нас просто растопчут.
  С усилием отбросив подобные мысли, я сосредоточился на активации заклинания. Сотворенное мной «огненное кольцо», зловеще шипя, окружило нас пылающим барьером высотой в половину человеческого роста. Для нападавших подобная преграда стала неприятным сюрпризом. Добежавшие до огненного барьера остановились, растерянно оглядываясь назад.
  И тут из толпы фанатиков вышел маг. Коренастый, невысокий старик, одетый скромно, но явно не бедно. В правой руке — деревянный посох. В левой — связка амулетов. Он был гладко выбрит, не в пример остальным. Волосы седые, коротко остриженные. А глаза... мутно-серые, будто выцветшие от времени, ледяные.
  Маг внимательно посмотрел на огненный барьер, преграждавший ему путь, и, вскинув вверх посох, что-то громко выкрикнул. Я с ужасом увидел, как ревущее пламя начинает опадать. Моя попытка усилить его провалилась с треском. Все-таки я не боевой маг и не тренируюсь сутки напролет. Раньше так вообще магию применял крайне редко, и сражаться с настоящим профессионалом, а не с недоумками, считающими себя таковыми, мне не приходилось.
  Я чувствовал себя опустошенным, понимая: против этого старика мне не выстоять. Эльф бросил на меня умоляющий взгляд и прошептал:
  — Еще минут пять, не больше. Постарайся сдержать его. Я не могу помочь, я защиту держу...
  Это понятно... лучники не прекращали обстрел, и пол вокруг нас был буквально устлан обгоревшими древками стрел.
  — Легко сказать «минут пять», — огрызнулся я, бросая взгляд на мага. Тот практически расправился с моим барьером, и аборигены уже приготовились к нападению.
  Не знаю, что на меня нашло... из глубины моей памяти выплыли странные слова... словно кто-то подтолкнул меня. Не понимая, что делаю, я выбросил вперед руку и проговорил:
  — Len rua en Ordes.
  Пространство вокруг меня озарилось багровым светом, и я почувствовал, как сквозь меня проходит волна силы, сдержать которую у меня не было ни малейшей возможности. Даже если бы я захотел. Но мне отчего-то не хотелось этого делать. И хотя эта чудовищная волна пугала меня, фанатики казались страшнее.
  Последнее, что я помню, — это хор отчаянных воплей, обрушившихся на меня. Потом пришла блаженная темнота.
  Очнулся я от боли. Кто-то хлестал меня по щекам. Я невольно выбросил вперед руку, отталкивая мучителя, сел и открыл глаза. И увидел все то же подземелье, Элейну, сидевшую на полу, и помятого эльфа, поднимающегося на ноги недалеко от меня. Похоже, это он меня бил по щекам — мелькнула мысль. Но неужели я настолько сильно толкнул его?
  — Очнулся! — радостно подытожил Руалин.
  Я медленно поднялся и еще раз огляделся. Меня вдруг начала колотить крупная дрожь. Вокруг были мертвые тела, обожженные и изуродованные. Подавил подкатывающую тошноту. Одно дело — предполагать, что, возможно, тебе придется убить, и совсем другое — знать, что на твоей совести столько смертей.
  — Неужели это я? — вырвалось у меня.
  — Ты, — подтвердил Руалин мои самые страшные догадки. — Но если бы ты этого не сделал, мы все трое сейчас были бы мертвы. Не время предаваться моральным терзаниям. Нам пора.
  Я увидел ярко горящий овал портала.
  — Он готов?
  — Да.
  — Элейна? — Я перевел взгляд на девушку. Принцесса уже встала, но на ногах держалась с трудом.
  — Я в порядке, — тихо, но твердо ответила она.
  — Ты... — Руалин немного замялся. — Ты выплеснул столько силы! Прошу тебя, не делай так больше. Так вместе с врагами и нас в пар превратить несложно.
  — Это Хаос? — тихо осведомился я.
  Эльф кивнул.
  — Ты пока не можешь контролировать его в полной мере, но научишься. Со временем. А когда научишься... тогда вряд ли кто-то рискнет вступить с тобой в схватку...
  Приятель бросил на меня странный взгляд. Я поежился, почувствовав страх эльфа. Надо же... я думал, он вообще ничего не боится. Принцесса же просто меня обняла... и надо сказать, что это оказалось именно тем, что мне было нужно сейчас больше всего. Ее тепло помогало забыться, не думать о том, что я только что натворил. По крайней мере, она меня не боялась. А еще что-то в наших отношениях изменилось. Но пока я не мог понять что.
  — Хватит обниматься! — рявкнул окончательно пришедший в себя Руалин. — Давайте в портал! И бегом! Сколько я его еще удерживать должен?
  Подхватив принцессу, я недолго думая прыгнул в портал. Мы вывалились из него на какой-то поляне. Элейна вновь обмякла в моих руках, закрыв глаза.
  Да что это такое?!
  Следом за нами из портала вывалился Руалин.
  Я огляделся и понял, что мы оказались на небольшом пустыре. На небе мерцали яркие жемчужины звезд и таинственно улыбалась чаровница луна.
  — Где это мы?
  — В деревне, — ответил эльф. — Если идти быстро, то за четверть часа доберемся до гостиницы, в которой остались все наши вещи. Мы же возвращаться туда будем?
  — Мне бы этого очень не хотелось. Но, как ты справедливо отметил, там остались все наши вещи. А путь предстоит неблизкий, вот только неизвестно, как к этому отнесется трактирщик. Вдруг он один из этих... фанатиков.
  Руалин ни с того ни с сего засмеялся. Я с подозрением покосился на него. Наш эльф и до сего дня был несколько... неадекватен. Но сейчас...
  — Ты чего? — спросил я осторожно.
  — Да так. — Он перевел дух. — Эти недоумки, как я понял, хотели призвать Владыку. И, какая ирония, у них это получилось. Ты пришел.
  — Это не смешно.
  Руалин согласно кивнул.
  — Угу. Не смешно, но это правильно. Они хотели заполучить живого бога, который будет нести справедливость в этот мир. Что ж... желание исполнено. Вот только понимание этой самой справедливости у тебя и у них несколько разнились. — Посерьезнев, он спросил: — Ну что, пойдем? Или подождем рассвета?
  До трактира мы добрались довольно быстро. Девушка почти сразу пришла в себя и остаток пути проделала самостоятельно. Руалин, как оказалось, прекрасно запомнил дорогу, и ничто не мешало ему травить байки о своих похождениях в высшем свете. Я несколько раз пытался заткнуть его. Думаете, преуспел? Этот ненормальный словно и не слышал меня и чихал на мои предостережения, что в этом трактире нас могут ждать.
  — А могут и не ждать, — отмахивался он и продолжал свое веселое повествование.
  Сам бы я даже половину из его шуток не решился пересказать в приличном обществе. Но тем не менее они здорово отвлекали меня от тяжелых мыслей. Кстати, Элейна попеременно то краснела, то бледнела, то тихо хихикала. Ох, и научит он мою принцессу плохому. А я, может, сам хочу этому поспособствовать. Ну да ладно, успею еще.
  Трактирщик, увидев нас, очень удивился. И более того, испугался. До ужаса просто.
  — Не губите, господа! — взмолился он. — Уходите отсюда. За вами же придут они. А если узнают, что я вас укрывал, то всенепременно меня убьют. А у меня дети малые, не губите.
  — Мы за вещами. И продуктами, — резко оборвал я причитания мужика. — Чем быстрее мы это получим, тем быстрее уберемся.
  — Да, — спохватился тот. — Сейчас-сейчас. Все будет. Вещи ваши в подсобке лежат, а еду на кухне можно взять. Только уходите, ради всех богов.
  — Надеюсь, не нужно напоминать, что нас здесь не было? Сегодня ты нас не видел.
  — Не видел, — часто закивал трактирщик. — Ничего и никого не видел, и вообще спал. Крепко так спал. Всю ночь.
  — Да, именно так и будешь отвечать всем, кто спросит.
  — Как скажете, молодой господин, как скажете.
  — А кто эти таинственные «они»? — лениво протянул Руалин.
  Трактирщик мелко затрясся.
  — Их называть нельзя, чтобы беду не накликать. Не губите, молодые господа! — снова затянул мужик старую песню.
  Пришлось отправить его на кухню, собирать припасы нам в дорогу. Бдительный эльф вызвался за ним проследить. А мы с принцессой остались в пустом зале, скудно освещенном парой свечей.
  — Эль, ты как? — заговорил я, но скорее для того, чтобы разбить гнетущую тишину.
  — Ты так странно назвал меня — Эль.
  — Больше не буду.
  — Да нет же, мне нравится. Просто странно.
  Я улыбнулся.
  
  
  ГЛАВА 21
  Путешествие продолжается
  
  Песни темноты — очередной миф глупых фантазеров, вообразивших, что рядом с ними существуют эльфы. В моей академии глупых фантазеров нет. Потому что только из людей, имеющих здравый рассудок, получаются по-настоящему могущественные маги.
  Из речи магистра Деррвина, ректора Магической академии Мейна, на открытии нового учебного года
  
  Ночью, после того как мы выбрались из этой злополучной деревни, снилось мне Бездна знает что. Ввиду последних событий в этом не было ничего удивительного. Но мелодия и слова песенки из сна, признаться, немного жуткой, которую пел тоненький, детский голосок пристала как репей. И я непроизвольно начинал мурлыкать себе под нос:
  
  Раз, два, три, четыре, пять,
  Я иду тебя искать,
  Будь ты эльф иль человек,
  Ты не скроешься вовек.
  Коль найду тебя сейчас,
  Твой пробьет последний час,
  Приготовься. Смерть твоя
  Рядом ходит. Это я!
  
  Это странно, но она меня успокаивала. Мои спутники сначала недоуменно косились, потом стали прислушиваться к словам. И наконец Руалин не выдержал:
  — И после этого ты будешь рассказывать нам, что до недавнего времени считал себя обычным человеком?
  — Что? — опешил я. — Руа, ты чего?
  — Стихи Мервин. Ты только что напевал одну из песен Темноты.
  — Это заклинание? — ужаснулся я.
  — Это детская страшилка. Нет ни одного ребенка в Элверне, который бы не знал их. Но как их можешь знать ты?
  — По моему миру, как оказалось, эльфов бродит... немало. Я мог просто услышать ее. Что в этом удивительного? Лучше расскажите, кто он такой, этот Мервин?
  — Не он, а она, — ответила Элейна. — Это легенда. Никто не знает, кем была Мервин. Но если ребенок потеряется в темноте, то она пойдет искать его, напевая одну из своих песенок. И если найдет, то все будет зависеть от того, какую она выбрала. Может убить, поцеловать, отобрать сердце, ну... и много чего еще. Но есть один способ защититься от нее. Когда остаешься в темноте один, ни в коем случае нельзя плакать, а нужно тихо спеть одну из ее песен. Тогда Мервин подумает, что ты — ее эхо. И уйдет.
  — И как? — протянул я скептически.
  — Помогает не бояться, — рассмеялась девушка. — Вот моя любимая:
  
  Раз, два, три, четыре, пять.
  Я иду тебя искать.
  Не найду, так заколдую,
  А найду, так поцелую.
  Что ни делай, где ни стой,
  Все равно ты будешь мой.
  Можешь прятаться, бежать —
  Я иду тебя искать.
  Раз, два, три, четыре, пять.
  Я люблю с тобой играть!!!
  
  — Своеобразный у вас фольклор, — хмыкнул я.
  — Да, — улыбнулся Руалин. — Но это ты еще не слышал «Песнь о сотворении мира». Вот это правда жуть. А стишки Мервин — так... забавный детский лепет.
  Мы шли медленно и часто останавливались. Слава всем богам, на нашем пути не попадалось поселений, да и люди не встречались. В дороге мы провели несколько однообразных дней, ничем не запомнившихся. Мы просто шли вперед — к цели нашего путешествия. Все же похищение и стычка с магом не прошли бесследно. Даже Руалин, на что уж был неугомонным, едва плелся. Благо хоть вечная гончая не наступала нам на пятки. Может, повезет, и мы успеем сбежать в Элверн до того, как она нас настигнет?
  Единственным моим желанием было упасть и заснуть. Согласен даже отказаться от обеда, только бы поспать немного дольше. Крайне неразумное желание в данных обстоятельствах. Сон, конечно, хорошо, но его одного недостаточно для поддержания сил, поэтому на каждом привале я гнал эльфов в лес. Одного охотиться, другую — собирать хворост. Они сопротивлялись, но делали то, что я им говорил. Не знаю, как такое могло произойти, но я вдруг понял, что стал в нашем маленьком отряде главным. Почти отцом семейства. Странное и незнакомое ощущение.
  Принцесса и аристократ слушаются простолюдина. Кому расскажешь, не поверят. Мало того, Элейна, эта маленькая гордячка, вообще перестала мне возражать. Порой я даже чувствовал себя неуверенно. Странно все это. Я даже спросил у Руалина, почему он безоговорочно принял мое лидерство. Тот пожал плечами и нехотя ответил:
  — Эндрю... как бы тебе это объяснить? Элейна еще девчонка, почти ребенок, и не в состоянии нести ответственность за кого-то. Вот если бы на ее месте оказалась ее сестра Солия, тогда мы бы с тобой по струнке ходили. Эта такая стерва, ты даже себе не представляешь! Старшую тер Рейс братья выдрессировали отменно. Однажды эта юная хищница...
  — Она умерла, — оборвал я его.
  Все-таки меня воспитали в уважении к усопшим, и слушать нелестные эпитеты в ее адрес я не хотел. Все равно встретиться нам не доведется, да и дразнить лишний раз Бездну не стоит. Но Руалин ни капельки не смутился.
  — Умерла? Не могу сказать, что мне жаль. Вседозволенность плохо сказывается на характере, перестаешь считаться с желаниями, да и жизнями других. Так о чем это я? Понимаешь, наша принцесса в сравнении с многими эльфийками невероятно кроткое и нежное создание. Немного капризна, но это издержки воспитания всех аристократов. Она уже все сделала для своего спасения, нашла спасителя. Дальше твоя забота, максимум, что она может сделать еще, — не мешать твоей миссии. А я... ну какой из меня предводитель? В отличие от тебя я — безответственный эгоист, и мне совершенно не нужен геморрой в виде малолетней принцессы и ее верного рыцаря. А ты, Эндрю... ты говоришь и делаешь все правильно. Даже странно как-то... У тебя точно все предки были простолюдинами? Уж больно хорошо ты со всем справляешься.
  Казалось бы, мне только что сделали комплимент. А на душе вдруг так погано стало. Ведь ничего особенного я не совершал. Просто заботился о том, чтобы нам было что поесть и где остановиться на ночлег. Это же не армию через горный перевал вести. А Руалин действительно удивлен. Складывалось впечатление, что обычные люди, по его мнению, тупые мулы и могут только команды выполнять. А вот приказывать или вести за собой — прерогатива благородного сословия.
  Другой неприятный эпизод произошел на одной из тренировок. Эльф решил показать пару приемов. На полноценные тренировки у нас сил конечно же не было, но почему бы не размяться немного, пока в котелке томится каша. Руалин восхитился тем, как легко я все схватываю.
  — Эндрю, может, ты просто не все знаешь о своем происхождении? Кем была твоя мать?
  Тон, которым Руалин произнес эти слова, показался мне издевательским. Наверное, сыграло свою роль нервное напряжение последних дней. Самое паршивое, что мечи у нас были настоящие, а не деревянные, и мы могли бы серьезно ранить друг друга. Но мне в ту минуту было на это плевать. Потеряв контроль, я напал на эльфа. Гнев, бурливший во мне, рвался наружу, и я не смог сдержаться. Руалин сопротивлялся, но где там. Казалось, моей рукой завладели боги, на меня словно озарение нашло. Это был первый раз в жизни, когда я так фехтовал.
  Несколькими обманными движениями совершенно запутал эльфа, а потом перешел в атаку. Он попытался пробить мою защиту, но безрезультатно. На третьем ударе я выбил меч из его руки. Ноги эльфа подкосись, и он обессиленный сел на траву.
  — Так это ты так тонко намекнул на то, что я ублюдок какого-нибудь лорда? — зловещим голосом осведомился я.
  — Эндрю, остынь. Ничего такого я не имел в виду.
  — Я сын своего отца, и голубой крови в моих жилах, слава всем богам, нет.
  — Угу. Зато гордости... Любой принц позавидует. Ты мне сейчас Тамиэля напомнил, только бзик у него немного другой, но он тоже на чистоте крови и чести рода помешан.
  Я отбросил меч в сторону и побрел к костру. Этот эльф безнадежен. Ведь даже если попытаться объяснить, все равно же не поймет. Просто в детстве отец часто рассказывал, как встретил маму. Как они полюбили друг друга. И о том, как познакомились его родители и родители родителей.
  В моей семье чтили предков. И представить, что кто-то из них мог носить рога и воспитывать чужого ребенка... Нет уж, увольте, не хочется мне о таком думать. А ведь по-другому получить голубую кровь простолюдин не может, только через постыдную связь. Я ведь не ханжа. Развлекаться каждый может сколько и с кем хочет. Если уж по обоюдному согласию, то пожалуйста. Но вот дети должны рождаться только в законном браке. Может, кому-то и льстит, что в предках у него затесался какой-нибудь аристократ, а вот мне это неприятно.
  — Что-то случилось? — тихо спросила Эль, присевшая рядом.
  — Нет. Ничего не случилось, — отчеканил я.
  — А почему ты тогда набросился на Руа?
  — Захотелось.
  — Эндрю, так нельзя!
  — Только давай без нотаций, принцесса, — тихо прошипел я, а потом уже громче добавил: — Сейчас обедаем, потом собираем вещи и выдвигаемся в путь, совсем мы расслабились, это не увеселительная прогулка, и чем быстрее мы выберемся с этого всеми богами забытого острова, тем больше у нас шансов остаться живыми и здоровыми.
  — Да, мой командир! — вытянувшись в струнку, отрапортовал эльф с самым серьезным видом.
  — Шут балаганный, — усмехнулся я, не в силах долго на него злиться.
  Элейна хихикнула, прикрыв рот ладошкой. Вот еще одна... головная боль. Она словно нашла во мне идеального старшего брата. Смотрит на меня со смесью наивного восторга и нежности. Бесит!
  «Так это же замечательно, — скажете вы. — Она наверняка в тебя влюбилась». Как бы не так! Эта девушка меня вообще стесняться перестала. Чего только стоила ее просьба помочь ей волосы вымыть! Благо спинку потереть не просила. Но все равно! Это же словами не описать!
  Вчера мы наткнулись на небольшое озерцо и решили устроить себе банный день: искупаться, вещи в порядок привести. Нет, я понимаю, волосы у нее длинные и самой промыть их достаточно сложно. Особенно в прохладной воде. Вот только вы и меня поймите: красивая девушка, стоит перед тобой в одной рубашке. А знаете какую особенность приобретает хлопок, намокая? Он облепляет тело как вторая кожа и становится почти прозрачным.
  Скорей бы ее родителям сдать, иначе ведь доведет до греха. Может, ее поцеловать разок, чтобы вспомнила наконец, что я ей не родственник? Да вот только плохая это идея, потому как неизвестно, к каким последствиям это приведет.
  Ну, допустим, она испугается или обидится. И что? Возвращение к прежней Элейне? Зашкаливающее высокомерие и презрение к нам, простым смертным? Слушать гневную отповедь о том, что ее высочество никак не может до меня снизойти, потому как я представитель низшей расы, — то еще удовольствие.
  А если она ответит на мой поцелуй? Тоже ведь ничего хорошего, потому как, сделав один шаг, остановиться мы уже не сможем. Я не имею в виду, что не смогу сдерживаться и так далее. Но рано или поздно мы окажемся в одной постели. И кому от этого будет лучше? Если не брать в расчет сиюминутное удовольствие и подумать о будущем?
  Я не могу обеспечить ей роскошь, к которой она привыкла, да и просто безопасность. В этом мире она всегда будет мишенью. А в ее... кем буду я в ее мире? Возможно, протеже ее семьи. Да мне даже смотреть в ее сторону не дадут. А при малейшем намеке на взаимную любовь вообще отошлют куда подальше. И это в лучшем случае.
  В общем, как ни посмотри, ждут нас одни неприятности.
  
  
  ГЛАВА 22
  Источник Лиралиэн
  
  Смерть... что есть смерть? Это просто переход в другое состояние, ментальный взрыв, забрасывающий тебя либо в инфернальные слои магического континуума, или на верхние уровни. Но в обоих случаях тебе придется ответить перед богами за свою земную жизнь...
  Из проповеди настоятеля Дифлина Мерта
  
  Отвлекло меня от тяжелых раздумий, в которых я пребывал последние пару часов, восклицание Руалина:
  — Все демоны Бездны!
  — Ох, неужели это оно?! — пораженно вторила ему эльфийка.
  — Что? Где? — Я с тревогой огляделся по сторонам.
  Ничего особенного, из-за чего можно было так орать, не заметил. Но мои спутники стояли как громом пораженные, уставившись на ручеек, исток которого был выложен пирамидкой из крупных камней.
  — И?.. — положил я руку на плечо эльфа.
  Тот перевел на меня лихорадочно горящий взгляд.
  — Эндрю, это же Лиралиэн!
  — И?..
  — Источник, исполняющий желания. Неужели в ваших легендах ничего о нем не говорится?
  — Нет, ни о каком источнике, исполняющем желания, я никогда не слышал.
  — А у нас он упоминается чуть ли не в доброй половине сказок. Тех древних сказок, существовавших еще до того, как наш народ ушел из Хэйнота в Элверн, — подала голос девушка.
  — Знаете, я не хочу вас расстраивать, но, если бы этот ручеек мог исполнять желания, тут бы толпы паломников бродили. А никто ни сном ни духом.
  — Но, может, он исполняет желания только эльфов? — не желал сдаваться Руалин. — Это же наша сказка. Все равно нужно попробовать, вдруг получится? Ведь для этого нужно сделать лишь глоток благословенных вод Лиралиэн.
  — Да пробуй, кто же тебе запрещает? Только чуда особо не жди, сказки на то и сказки, чтобы приукрашивать действительность. Может, у тех, кто в стародавние времена мог сюда добраться, оставалось лишь одно желание — воды попить.
  — А вдруг нет? — улыбнулась Элейна, делая шаг к журчащему ручейку.
  Я пожал плечами и отвернулся. Раз мы все равно тут застряли, устроим привал. Пока эльфы со своим источником экспериментируют, я костер разведу, каши сварю. Все пользы больше.
  Когда повернулся к эльфам, то не поверил глазам. Они оба неподвижно лежали на влажной земле. Я бросился к ним. Гоня прочь самые страшные мысли, я сделал глубокий вдох и проверил пульс — слабый, но ровный. Складывалось впечатление, что они просто уснули. Вот только разбудить их у меня не получалось. Во мне вновь всколыхнулась липкая волна паники.
  — Так, Эндрю, успокойся, — сказал я сам себе.
  И как это ни странно, звук собственного голоса меня немного успокоил. Мысли перестали испуганно метаться.
  — Хорошо, Эндрю, а теперь думай. Эльфы спят, а ты нет. Они пили из этого проклятого источника, а ты не захотел. Значит, дело в воде. Что же делать? Ну для начала нужно перенести этих двоих подальше от ручья и уложить на одеяло, а то мало ли, заболеют...
  Составив, таким образом, для себя план первоочередных действий, я ринулся воплощать его в жизнь. И если с Элейной особых проблем не возникло, она же легонькая как пушинка, то с бесчувственным телом Руалина я провозился минут пять.
  Пару раз мне показалось, что я слышу детские смешки, но я списал это на расшалившиеся нервы. Справившись со спящими эльфами, я задумался о том, что же мне делать дальше. На отравление их состояние совершенно не походило. Значит, дело в чарах, наложенных на воду. Их следы и буду искать. Внимательно обследовал пирамиду из камней. На каждом из них обнаружилось по две руны, итого четырнадцать:
  — Aqe (Вода) — четыре;
  — Lanе (Равновесие) — три;
  — Ri (Связь с тонким миром) — три;
  — Pir (Огонь) — одна;
  — Gea (Земля) — одна;
  — Ar (Воздух) — одна;
  — Te (Подчинение) — одна.
  Вроде бы ничего страшного. Я рассчитывал увидеть «смерть» и «забвение». Это хоть что-то бы объяснило. А так...
  — Как же их разбудить? — Я вновь затеял разговор сам с собой.
  — А зачем их будить? — раздался у меня над ухом детский голосок.
  Я испуганно подскочил и уставился на девочку лет пяти, которая сидела на вершине пирамиды, весело болтая ногами. Она была такой хорошенькой, что я невольно ею залюбовался. Белые волосы заплетены в две порядком растрепанные косички. Бирюзовые глазки сияют восторгом, а маленький курносый носик усыпан веснушками.
  — Ой! — весело воскликнула она. — А ты меня видишь! Правда ведь видишь?
  — Вижу.
  — Здорово! А то меня так долго никто не видел.
  — Маленькая, а ты кто?
  — Я — эльфийка. А ты человек, да? Мне мама рассказывала, что люди страшные и злые. А ты совсем не страшный. Правда, странный какой-то. Другие меня не видели. Да и эльфы тоже. А давай дружить? Тебя как зовут?
  — Эндрю. А тебя?
  — Лиралиэн. Но ты можешь звать меня Лирэ. Это значит...
  — Солнышко, — сказал я.
  — Точно. А откуда ты знаешь?
  Я пожал плечами. Просто знаю, и все. Хотя нет, не просто. Так звала меня мама, когда я был совсем маленьким. Она любила повторять, что «Лирэ» — значит «солнышко». Вот только откуда это могла знать моя мама? Но эта загадка уж точно останется без ответа, потому что Аника Ламос умерла семнадцать лет назад, а родственников, способных пролить свет на это, у нее нет. Поэтому я сконцентрировал все свое внимание на девочке. Она казалась почти живой. Но если присмотреться хорошенько, было видно, что это не так. Она была соткана из света и магии.
  — Как ты здесь оказалась, Лирэ?
  — Меня папа привел и сказал, чтобы я никуда не уходила, но у меня и не получается никуда не уходить, только вокруг ручья. А это так скучно!
  — А твой папа... он где?
  — Тоже уснул, и до сих пор спит. Только я забыла где.
  — А он говорил, что ты должна делать?
  — Угу. Желания исполнять. Вот только у меня не получается. Так чтобы по-настоящему. А понарошку могу. Только для этого заснуть нужно. Это игра такая.
  — И много людей с тобой так играло?
  — Не-а. Люди вообще со мной не играют. А эльфов много.
  — Маленькая, помоги мне, пожалуйста, это мои друзья. И мы очень спешим. Они не могут с тобой играть.
  — Не могут? Жалко. Я не все их желания еще выполнила. А они на меня не обидятся, если я их разбужу?
  — Нет, конечно! — с жаром заверил я. — Еще и спасибо скажут.
  — А может, вы не станете спешить? И ты со мной останешься. Мы играть будем.
  — Маленькая, Солнышко, мы не можем не спешить. Но, если хочешь, я заберу тебя с собой. И ты не будешь больше одна. Только разбуди моих друзей.
  — Правда-правда заберешь? Клянешься?
  — Клянусь.
  Это было безумие. Главный принцип мага, которому дорога его жизнь и душа, гласит: «Никому ни в чем не клянись. Иначе и сам не поймешь, как окажешься у демонов в Бездне». Но и оставить здесь этого ребенка я не мог. А освободить ее по-другому невозможно.
  — Ты правда хочешь освободить мою душу? — Девочка, широко открыв глаза, смотрела на меня.
  — Какую душу?
  — Я могу покинуть это место, если ты освободишь мою душу, — произнесла она, нахмурив бровки. — Моя душа запечатана в этих камнях. И я буду здесь, пока они стоят. Так папа говорил. Но мне тут надоело. Я домой хочу. К маме...
  — М-да, — протянул я, отгоняя все сомнения.
  На меня вновь, как в том самом подземном зале, снизошло понимание. И я осознал, что мне надо делать...
  Эльфы очнулись спустя минуту. Они застонали и открыли глаза.
  — С пробуждением! — приветствовал я их. — Вы идиоты! Хоть бы по очереди эту водичку пили.
  — Эндрю... — простонал Руалин. — А как мы здесь оказались?
  — А что, память отшибло? Руа, приди в себя! Ладно принцесса, но ты-то не кисейная барышня. Вы выпили воду из источника Лиралиэн и уснули. Только во сне могут исполниться все ваши мечты и желания. Это даже пятилетний ребенок понимает, а вы...
  Эльфы дружно покраснели, Лирэ хихикнула. Но, судя по всему, кроме меня, ее никто не услышал.
  — Руа, мне нужна твоя помощь.
  — Что делать?
  Вот чем мне нравится этот парень, так это тем, что он круглые сутки может дурью маяться, смеяться, шутить, но, как только становится необходимо, мгновенно превращается в серьезного и собранного мага.
  — Нужно разрушить это место. Эти камни. Я потом все объясню. Стирай все руны, кроме «Te». С этой разберусь я.
  — Ты ее видишь... — изумленно уставился на меня эльф.
  — Тихо! — Я приложил палец к губам, и он едва заметно кивнул. Но изумление во взгляде не исчезло.
  — Стой, что ты задумал? — подскочила ко мне Элейна.
  — Здесь заперта душа. И ее нужно освободить.
  — Но это невозможно, запечатанную душу нельзя освободить, иначе как ценой жизни. Не смей. Ты слышишь меня? Не смей это делать.
  — Не мешай.
  — Но ты ведь умрешь!
  — Не мешай, Элейна. Я не умру. Все со мной будет хорошо. Да, цена того, что я собираюсь сделать, — жизнь. Но не всегда ее нужно отдавать. Иногда достаточно принять. Не бойся, ладно? И отпусти меня наконец.
  Девушка послушалась, но мой локоть перехватил Руалин.
  — Ты уверен?
  Я коротко кивнул и мысленно поблагодарил воспоминания, всплывавшие в моей голове, но на самом деле, наверное, мне не принадлежавшие. Ритуал оказался довольно прост. Он даже магии особой не требовал, только искреннее желание. Нужно прикоснуться к руне и сказать, веря в это всей душой:
  — Я принимаю тебя.
  И руна «Te» (Подчинение) под моими пальцами превратилась в «Teа» (Родство). Я бросил прощальный взгляд на Лиралиэн и ободряюще улыбнулся. А девочка растаяла, словно растворилась в окружающем мире. И ведь клятвы я не нарушил. Она теперь будет со мной. Ну... по крайней мере, пока не родится.
  — Ты странно выглядишь для человека, совершившего столь безумный поступок, — с ноткой неодобрения бросил Руалин. — Улыбаешься, а должен как осиновый лист дрожать.
  — С чего это вдруг?
  — Ты собираешься вернуть в этот мир потерянную душу.
  — Я? Нет, Руа, я собираюсь когда-нибудь жениться и обзавестись детишками. Уж парочкой-то точно. Теперь я знаю, что моим первенцем будет девочка. И даже имя придумывать не придется. Не надо делать из этого трагедию. Я просто буду любить ее, как и положено настоящему родителю.
  — Легенде о Лиралиэн более тысячи лет. За это время любая душа может стать безумной и в своей кровожадности поспорить с любой тварью Бездны.
  — Руа, не читай мне лекций. Я пока еще с ума не сошел. И не стал бы связываться с безумной сущностью даже для того, чтобы освободить вас. Но Лирэ — ребенок, который, не понимал того, что с ней сотворили. Причем сделал это с ней — родной отец.
  — Но... она же убивала!
  — Не она. Всех, кто здесь умер, сгубила их же алчность. Наши желания часто сами по себе серьезная опасность. Она думала, что это всего лишь игра. Что таким образом делает вас счастливыми. Что вы не просыпаетесь, потому что сами этого не хотите. И, если тебя это успокоит, моя дочь не будет помнить о том, что происходило, пока она была заперта в этом источнике. Она просто родится, как все дети. И ее жизнь начнется сначала. Уж я об этом позабочусь.
  
  
  ГЛАВА 23
  Вечная гончая
  
  Сила духа, сынок, очень важная вещь. Ты можешь сделать гораздо больше, чем предполагаешь. Когда это действительно будет нужно, силы найдутся. Главное — руки не опускать и в себя верить. Тогда все тебе по плечу окажется. Даже то, что на первый взгляд невозможно.
  Тарик Ламос
  
  После того как злополучный источник остался позади, наше передвижение значительно ускорилось. Похоже, магический сон повлиял на моих спутников очень хорошо. Оба они оживились, и усталость, мучавшая всех нас после похищения, куда-то исчезла. У них. А я едва держался на ногах. И все, чего мне хотелось, это упасть и забыться. Хотя бы на пару часов.
  Стоит ли говорить, что оживленная болтовня эльфов и их приподнятое настроение меня бесили? Все-таки мне нелегко далось освобождение этих «деток», которые до сих пор в сказки верят. Да и перенервничал я сильно.
  Последнее время меня не покидает чувство, будто я нянька. Одну спаси да домой отведи. Второго чуть ли не на коротком поводке держи, чтобы не влез никуда, потому как инстинкт самосохранения у него атрофирован.
  У меня никогда не было братьев или сестер. Ровесников, я имею в виду. Поэтому Нита не в счет. Она всего лишь кузина, которая на десять лет меня старше. И с ней мы никогда не были особенно близки. А что может быть общего у мальчишки десяти лет и девицы на выданье? Ничего. Потом она замуж вышла, у нее свои дети появились. И тогда уж ей стало точно не до меня. Впрочем, надо отдать моей кузине должное, она хотя бы находила время, чтобы письма писать. А вот обо мне такого сказать нельзя.
  В детстве мне хотелось быть не единственным ребенком, а старшим. Это ведь не так уж и просто, когда все внимание достаточно строгого родителя направлено исключительно на тебя. И только теперь я понимаю, что значит быть старшим братом. Это адский труд!
  Но самое смешное... я чувствовал, что их отношение ко мне тоже изменилось. Честно говоря, у меня никак не получалось привыкнуть к тому, что Руалин стал слушаться меня беспрекословно, а Элейна чуть ли не в рот глядеть.
  За время нашего путешествия многое изменилось. И прежде всего я сам. Если из Мейна несколько недель назад вышел обычный человек, то сейчас... даже подумать страшно, кем стал скромный лавочник среднего достатка Эндрю Ламос. Владыкой Теней! Кто бы мне такое сказал раньше, я бы долго смеялся, сочтя это отличной шуткой. А сейчас... как-то не смешно. Особенно если учесть ту силу, обладателем которой я внезапно стал. Мне, признаться, становится жутко, стоит хоть на мгновение вспомнить бойню, которую я устроил совсем недавно. И ладно, в тот раз пронесло, своих я не задел, а те другие вполне заслужили своей участи. Но везение не вечно. Фортуна — дама капризная, и слепо полагаться на нее не следует. Нужно учиться управлять своими способностями. Вот только как? Точнее, у кого? Сильно сомневаюсь, что где-нибудь найдется соответствующее пособие. Значит, придется искать учителя. Вот только... где? Среди людей? Вряд ли это возможно. Магия Хаоса в нашем мире находится под запретом, и самые компетентные в этой области маги знают не намного больше меня.
  Среди других Владык? Руалин ведь говорил, что они вполне вменяемы. Вот только это не значит, что эти ребята воспылают желанием мне помогать. Оставался последний вариант. Эльфы. Они же с Владыками бок о бок живут не одну сотню лет. При таком раскладе неизбежно перенимаешь некоторые знания. И в связи с этим протекция семьи тер Рейс мне очень пригодится. Точнее, только на это вся надежда.
  Да... я изменился. Может, повзрослел? Ведь раньше мне ничего не стоило приклеить на человека ярлычок «хороший» или «плохой». Я посчитал принцессу капризной аристократкой, с которой можно разок-другой переспать, при ее согласии, разумеется. А теперь вижу в ней девушку, достойную любви. Причем такой любви, которую я не смогу подарить ей. Все-таки эльф не прав и я не благородный рыцарь. Да и Руалин поначалу показался мне беспечным искателем приключений. Его двусмысленные шуточки и образ циничного и высокомерного повесы не дали разглядеть его настоящего — смелого, почти бесшабашного, но верного собственным принципам. И это мне стоит поучиться у него благородству. Его не то что другом, братом назвать я был бы горд. Но понимаю это только сейчас. А тогда решил для себя, что с этим парнем мы характерами не сойдемся.
  Отвлекла меня от грустных мыслей о том, каким дураком я был, Элейна, вложив в мою ладонь свою маленькую ладошку. Она чуть застенчиво улыбнулась и спросила:
  — О чем задумался?
  — Да так...
  — У тебя было такое грустное лицо. Что-то случилось? Может, ты заболел?
  — Нет, Эль. Все в порядке.
  Руалин догнал нас буквально через секунду и зашагал по левую руку от меня. Беззаботно улыбаясь, он завел разговор о том, что мы скоро будем иметь счастье добраться до тех самых эльфийских врат. По карте выходило, что нам оставалось идти всего пару дней до места, в котором, по словам эльфов, находился портал. И слава богам, пока гончая была достаточно далеко. Точнее, поблизости ее не наблюдалось. Хотя на мой вопрос, может ли она проникнуть через портал в мир эльфов, Руалин однозначного ответа не дал.
  — Я не знаю, Эндрю, — признался он, резко посерьезнев. — Единственное, что могу сказать точно: через портал могут пройти только эльфы. То есть провести они могут кого угодно... теоретически. Вообще-то есть некоторые ограничения. Человек обязательно должен быть магом. Или иметь хоть какие-то магические способности. Если их нет, никакой эльф тут не поможет. А ты думал, почему та травница-полуэльфийка живет здесь? Ее просто невозможно было перенести в наш мир. В отличие от знакомого тебе Норфола. Гончая... сама, без чьей-либо помощи вряд ли сможет проделать это. Да и магия вашего мира отличается от магии нашего. Хотя это существо — создание Хаоса. А Хаос властен над магией...
  Короче, и ответил, и не ответил. Но тем не менее спокойно дойти до портала нам не удалось. Вечером мы остановились на небольшой зеленой поляне, решив ночевать именно там. Руалин принес косулю, а мы с принцессой приготовили обед. Девушка морщилась, тяжело вздыхала, но упрямо продолжала мне помогать. Даже после того, как я сказал, что справлюсь и сам. Она лишь покачала головой и угрюмо буркнула:
  — Я так хочу!
  Настаивать я не стал. Вдвоем получалось действительно быстрее. Мясо вышло просто восхитительным. Запивали мы его теплой водой, в которую я для запаха добавил несколько листочков дикой смородины, обнаруженной возле ручейка. А в это время эльф травил очередную байку. В кои-то веки почти приличную. Про то, как один из его друзей делал возлюбленной предложение руки, сердца и титула, а Руалин оказывал моральную поддержку.
  И тут меня словно кто-то толкнул. Я обернулся и увидел на краю поляны странного зверя, который стоял не шелохнувшись и пристально глядел на нас. Этакий волчара размером с быка. Маленькие красные глазки с ненавистью буравили нас. Эльф заметил, что я пристально смотрю в одну сторону, повернулся, решив узнать, что меня так заинтересовало. И испуганно выдохнул:
  — Гончая...
  Вот и приехали. Я посмотрел на своих спутников. Приятель был белым как полотно. А принцесса, по-моему, вообще дышать перестала.
  — Руалин, — прошипел я, вскакивая на ноги, — я тебя убью! Слышишь? Мы зачем в ту деревню поперлись?! Чтобы ты мог заранее предупредить нас о ее приближении! И что?
  Тем временем гончая, не отрывая от нас пристального взгляда своих красных глаз, медленно двинулась вперед.
  — Эй, Руа, очнись! — окликнул я эльфа. — Или хочешь дать ей собой полакомиться? Я один не справлюсь при всем желании.
  Вроде подействовало. Эльф посмотрел на меня, и я увидел в его глазах смесь страха и надежды. На меня... Здорово, что тут еще можно сказать!
  Темный эльф, маг, который куда опытнее меня, а надеется на человека, который вдобавок ко всему еще и младше его на шесть лет, как я узнал недавно.
  А я ведь и не маг толком. Так... теоретик по большей части. Что я вообще могу? И тут же сам себя одернул: многое могу! Мне вдруг вспомнился мой разговор с хозяйкой усадьбы. Надо попытаться. Тогда у меня получилось. И с адептами Хаоса тоже. Значит, и сейчас шанс есть. Правда, я понятия не имел, с чего начать.
  — Мы справимся, — сказал я скорее себе, чем своим спутникам.
  — Конечно, справимся, — тихо, но уверенно ответил эльф.
  Слава богам, он пришел в себя и занялся делом. Перед гончей поднялась стена зеленого света. Не сказать чтобы это ее удивило. Тварь подошла и стала принюхиваться...
  Я погрузился в себя, стараясь вспомнить хоть что-то из заклинаний, похожих на те, которые я уже применял. И ничего. То есть почти ничего. В голове вертелись лишь обрывки фраз.
  Тем временем это порождение Хаоса как-то по-человечески презрительно фыркнуло и спокойно, можно даже сказать, вальяжно прошло сквозь стену. Я услышал, как виртуозно выругался эльф. Если бы это еще могло нам хоть чем-то помочь.
  Гончая флегматично продолжила свой путь к нам. И тут я понял, что знаю заклинание. Откуда-то из глубины моей памяти начали всплывать слова на языке, казавшемся почти родным. Я чувствовал магическую мощь, заключенную в них. И они сами начали слетать с моих губ...
  Твари это не понравилось. Она что-то невнятно прорычала и медленно, словно крадучись направилась к нам. Однако я продолжал шептать поднимающиеся из глубин памяти заклинания. Ночное небо раскроила молния. Раздались громкие раскаты грома. Вокруг нас троих воздух стал каким-то густым, превращаясь в некое подобие воздушного щита.
  Гончая остановилась, недоверчиво принюхалась и уставилась на меня. А я все еще шептал, мне было все легче и легче вспоминать слова заклинания. Да... именно вспоминать. Когда-то мне был знаком этот язык, а потом почему-то забылся. А сейчас это знание возвращалось ко мне. И я начал упиваться поднимающейся во мне силой. Хотя, признаюсь, немного побаивался ее. Пора переходить к активным действиям. К тому же помощи ждать неоткуда. Эльф беззвучно шевелил губами, но я не заметил, чтобы что-то изменилось.
  — Я помогу тебе держать защиту, — объяснил он, поймав мой вопросительный взгляд. — Но против этой твари я бесполезен. Моя магия ее не берет. Гончая — это создание Хаоса. И надежда только на тебя, Эндрю. Прости.
  — Только на меня... — Я скептически покачал головой и посмотрел на медленно приближающееся к нам чудовище. Его черная шкура словно переливалась всеми цветами радуги, а красные глаза по-прежнему были прикованы ко мне. — Умеешь ты обнадежить, Руа. Хоть бы пошутил, что ли... ты же это умеешь.
  — Сейчас не время шутить. И ты должен трезво оценивать наши шансы.
  — И каковы они, эти шансы?
  — Пятьдесят на пятьдесят. Но я все равно ставлю на тебя.
  — Спасибо, — улыбнулся я и снова погрузился в себя.
  Во мне уже бурлила сила. Странная. Волнующая. Почти пугающая. И такая родная. Нет, ощущения были очень приятными, но я также понимал, что не смогу ее долго удерживать. А память услужливо подкидывала все новые и новые заклинания. И они складывались в слова какой-то песни, смысл которой я почти понимал. То, что я никогда не учил ее, не подлежало сомнению. Осознанно не учил. Но откуда-то знаю их.
  Я уже перестал удивляться. Большую часть этих слов я вообще слышал в первый раз, но инстинктивно понимал их смысл и то, как они действуют.
  Кстати, пора уже показать этому порождению Хаоса кое-что интересное. Мои губы расплылись в торжествующей улыбке. Я выбросил вперед руку, и с моих пальцев сорвался багровый луч, ударивший в гончую. Но в последний момент тварь с визгом отпрыгнула. А на том месте, где она стояла за миг до этого, осталось лишь обожженное пятно. Взревев, гончая стрелой метнулась ко мне.
  Большая глупость с ее стороны. Но она же и не может поступить по-другому. Ее создали, чтобы убить нас. Своих желаний у этого полуразумного существа нет. Ею движет воля хозяина.
  Я взмахнул рукой, и огненный кнут, появившейся в моей руке, щелкнул ее по носу. Визг, раздавшийся следом, оглушил меня. Гончая вновь отпрыгнула в сторону и, отчаянно визжа, с ненавистью уставилась на меня.
  Тем временем я почувствовал, как кто-то осторожно хлопает меня по плечу. Это оказался Руалин, который протягивал мне свой меч.
  — Он заговоренный, в отличие от твоего. Не сломается, — прошептал он. — Попробуй. Как в тот раз, на нашей тренировке. А я буду твоим щитом.
  Легко сказать — попробуй. Но я честно попытался сделать это. И вложил всю свою злость, весь свой гнев в этот кусок железа. И у меня получилось. Когда гончая, низко прижавшись к земле и ритмично стуча по ней хвостом, вновь стала приближаться, меч в моих руках вспыхнул багровым светом, и ко мне пришло спокойствие. Я бросился в атаку.
  Похоже, тварь не ожидала от какого-то человечишки подобной прыти. Чудом она ускользнула из-под моего рубящего удара и метнулась в сторону, рыча и готовясь к новому прыжку. На этот раз от моего огненного шара ей не удалось увернуться. Расплавленный кусок энергии Хаоса коснулся ее бока. Обиженный рев разрезал воздух.
  И если до этого момента глаза гончей смотрели на меня с яростью, но в них еще ощущалось присутствие пусть чужого и злобного, но разума, то сейчас это выражение сменилось слепым бешенством. Правда, лишь на миг. Потом эта тварь резко подобралась и, по-видимому, решила сменить тактику.
  Внезапно она отскочила в сторону и в одну секунду оказалась перед Руалином. Тот беспомощно замер. Защитный купол, поставленный им в последний момент, лишь немного задержал гончую, и она почти увязла в нем. Ее движения замедлились, но тем не менее эльф был обречен. Слишком много сил он вложил в то, чтобы прикрыть меня. На собственный щит у него просто не осталось сил.
  Элейна вообще была близка к обмороку и помочь ему не могла. Да и чем может помочь в данной ситуации ментальный маг, да еще и девчонка к тому же? Только тем, что мешаться не будет.
  Но этот самый щит, замедливший чудовище, помог мне. Я успел добежать до полупарализованной гончей, чьи оскаленные клыки находились уже на расстоянии руки от шеи эльфа.
  В удар я вложил все свои силы, и, надо признаться, получился он отменным. Мой меч, вспыхнув багровым пламенем, разрубил гончую на две половины, которые рухнули на траву и, несколько раз дернувшись, замерли.
  Защитный купол растаял, а я увидел, как из разрубленного тела преследовавшего нас врага поднимается еле заметный багровый дымок, который практически сразу растаял. На меня внезапно навалилась тяжесть. Я медленно опустился на траву. Словно где-то в отдалении я слышал голоса...
  — Осторожно! Положи его сюда. Да... вот так. Руа, что с ним такое?
  — Он выплеснул слишком много энергии. С ума сойти! Развалить ударом меча гончую! Никогда о таком не слышал. Да что там. Я и подумать не мог, что такое возможно! И с жизнью уже прощаться начал, когда она ко мне кинулась. А он...
  — Эндрю... Эндрю, ты меня слышишь? — пробивался сквозь туман в моем сознании нежный голосок моей принцессы.
  Но ответить я не смог. Я вдруг почувствовал себя смертельно уставшим человеком, которому просто необходим отдых. И провалился в небытие.
  
  
  ГЛАВА 24
  Портал в Элверн
  
  Порталы в мир эльфов — столь же глупое суеверие, как и само предположение того, что они существуют. Кто, скажите мне, их видел? Кто может этим похвастаться? И вот на основании того, что у них много ума и опыта научных изысканий, наши шарлатаны из Магической академии уже приняли существование эльфов как аксиому. Нет, господа, это теорема. И ее надо доказать!
  Форр. Философия в будуаре
  
  Утром я чувствовал себя на удивление бодрым. Правда, мои спутники смотрели с опаской, что ли. Даже Элейна. Меня, честно говоря, это задело. Хотя вполне возможно, что я себя попросту накручивал.
  Но после завтрака я попытался выяснить у Руалина, что, собственно, происходит.
  — А что, ты думал, мы сделаем вид, будто и не было ничего? — огорошил меня эльф.
  — Руа...
  — В сражении с гончей ты вел себя как Владыка Теней. Использовал заклинания, недоступные иным расам. Никто не может разрубить пополам вечную гончую. Кроме истинных Властелинов Хаоса, как оказалось.
  — И что? — Я невольно повысил голос. — Что с того? Ну разрубил я эту тварь! Ну использовал заклинания. Я такой, какой есть! И хватит из меня монстра сделать!
  — Извини. — Руалин как-то сник и быстро отошел в сторону.
  — Эндрю, — тихо окликнула меня Элейна.
  Я повернулся к ней. Девушка стояла в нескольких шагах позади нас, растерянно теребя край собственной рубашки. Каюсь, посмотрел я на нее не слишком ласково. Просто, наверное, не успокоился еще. Принцесса сначала вздрогнула, поймав мой раздраженный взгляд, а потом, гордо вздернув подбородок, двинулась на меня. И я вдруг понял: будет бить. И плевать ей, что я старше, сильнее, и вообще, чудовище из сказок.
  — Ты — бесчувственный чурбан! Я за тебя переживала! Всю ночь не спала! А утром ты просыпаешься злой, как сотня демонов, раздраженно на нас зыркаешь! Меня вообще игнорируешь! С Руалином ругаешься! И я совершенно не понимаю, чему ты сейчас улыбаешься?
  — Это его твой пыл рассмешил, — влез с ехидным комментарием эльф. — Ты же сейчас вылитый боевой воробей. Знаешь, это птички такие маленькие. Но очень грозные.
  — Ваша светлость, лорд эн Танар, не соблаговолите ли вы заткнуться? Минут на пять?
  — Как прикажет мне ваше высочество, — отвесил шутовской поклон Руалин и весело подмигнул мне. — Друг, ты почти научил ее ругаться. Я бы снял перед тобой шляпу, но у меня ее нет. Прибить гончую в сравнении с этим — так, мелочь, не заслуживающая внимания.
  Глаза принцессы загорелись опасным огоньком.
  — Ты попал, — флегматично констатировал я, глядя, как Элейна с обманчивой медлительностью направляется к соотечественнику, и ее намерения не оставляли места для сомнений.
  — Эй, Эндрю, держи ее! — завопил эльф, отскакивая на несколько шагов назад. — Она же мне голову оторвет и скажет, что так и было.
  — Я тоже скажу, что так и было. А не надо ее злить. И вообще, сам виноват.
  Под дикие вопли Руалина эти двое пару минут бегали по полянке, дважды чуть не прибив меня. Нечаянно. В пылу сражения.
  — Воробушек, фу! Фу, я сказал! — орал наш друг во все горло, лишь еще больше раззадоривая принцессу.
  Однако мое «фас» Элейна услышала, хотя произнесено это было почти что шепотом. И мгновенно забыла о вредном эльфе, кинувшись на меня. А я что? Ну не отказываться же от такого недвусмысленного предложения. В общем, целовались мы долго. И это было невероятно, восхитительно и просто волшебно.
  А потом Руалин, видимо не выдержав, заявил:
  — Вы это... определитесь уже. Либо прекращайте это дело, и мы дальше пойдем. Либо продолжайте, а я где-нибудь поблизости погуляю часика два. Ладно, три, если так уж настаиваете.
  Нехотя оторвавшись от самых восхитительных на свете губ, я простонал:
  — Ну что тебе стоило просто погулять еще минут десять?
  — Да и так уже час гуляю, — рассмеялся эльф. — Уже и не знаю, чем себя занять, пока вы тут развлекаетесь.
  — Ладно, пошли, — улыбнулся я.
  — Нам осталось немного, — сообщил Руалин, поглядев на солнце и затем внимательно оглядев лес, по которому мы шли. — Так что если все пойдет нормально, сегодня мы окажемся в нашем мире, а ты, Эндрю, в мире чудес. Кстати, вещи я собрал. Благодарить не обязательно.
  Лично я не испытывал особой радости от того, что портал рядом. Признаюсь, мне вдруг совершенно расхотелось идти в этот «мир чудес». В конце концов, Элейна мне нравится... даже больше чем просто нравится, но вряд ли у нас выйдет чего-то путное. Поэтому самым правильным шагом, на мой взгляд, было довести ее до портала и помахать ручкой. А Руалин ее не бросит. Теперь уже точно не бросит. После всего, что мы пережили вместе.
  Тем более что продажа ее украшения снова сделала меня обеспеченным человеком. По крайней мере, мне казалось, что она не станет требовать свои деньги назад. А лично я и предлагать это ей не собирался. В конце концов, это малая плата за мои нынешние страдания. Вот отправлю ее в Элверн и осяду где-нибудь. Забуду про нее, про свои способности к магии Хаоса и буду простым смертным. Женюсь, детишек заведу. Да ведь это действительно мой шанс остаться обычным человеком. И, боюсь, единственный шанс.
  Но когда я смотрел на нее, подобные мысли вылетали у меня из головы. Что ж, надо честно признаться самому себе: Эндрю, ты влюбился по уши. Как это ни сложно, но придется решать этот вопрос как можно скорее. Времени осталось не так уж и много. Точнее, его почти не осталось.
  — Мы практически пришли, — сообщил Руалин, останавливаясь на небольшом скалистом уступе. Кстати, мы последние пару часов мы шли по отвесному берегу вдоль моря. Надо ли говорить, что пейзаж открывался великолепный?
  — И где же он? — поинтересовался я, так как, кроме моря и камней, на нашем пути ничего не наблюдалась. Если не считать густой лес в некотором отдалении.
  — Отсюда ты врата не увидишь, — хмыкнул эльф. — Но скоро мы придем к небольшому скалистому обрыву, выдающемуся в море. Там и находится портал. Естественно, он замаскирован магией, и строили его тысячелетия назад перворожденные. Поэтому нет сейчас на свете магии, которая могла бы сравниться с ним.
  Я кивнул. И не столько потому, что был согласен с приятелем, а скорее для того, чтобы не показаться невежливым. Мол, услышал, осознал, пребываю в восхищении перед мощью Древних. А на деле мне было по большей-то части все равно, кто, как и для чего построит этот портал. Работает — и ладно. Все-таки не хотелось бы, чтобы мои друзья пострадали. Сам-то я в него входить не намерен.
  Но пока еще мы были вместе. Элейна с интересом оглядывалась по сторонам. На ее губах сияла довольная улыбка, а глаза горели. Мне хотелось запомнить ее такой — радостной, непосредственной. И сохранить этот образ в своем сердце. Не удержавшись, я переплел свои пальцы с ее пальцами, и дальше мы шли взявшись за руки.
  Каждый шаг давался мне с трудом. Потому что меньше всего на свете мне хотелось расстаться с моей белокурой принцессой.
  — Ну что ж... — торжественно провозгласил Руалин, когда мы вышли на небольшое плато, заканчивающееся отвесным обрывом. — Вот мы и на месте! Достаточно спрыгнуть с обрыва, и тебя затянет в портал...
  Я осторожно подошел к краю обрыва и заглянул вниз. Где-то вдали, внизу маленькими точками валялись острые камни, о которые яростно бились волны. Высоко. Вот и он. Цель нашего пути — врата эльфов. Правда, я их не вижу, но причин сомневаться в словах Руалина, который утверждает, что достаточно спрыгнуть с обрыва, у меня нет. Хотя что такое доверие? Не каждый, знаете ли, решится сигануть с обрыва на камни в надежде пройти через невидимый ему портал. Я с каждой минутой все больше утверждался в мысли, что принял верное решение. Мне и в этом мире хорошо. Жил же я как-то до этого. А у эльфов... я буду лишним, чужаком в чужом краю. Нет, не хочу!
  Зато Элейна прямо-таки дрожала от возбуждения. Еще бы! После всего того, что она испытала. А тут... родной мир чуть ли не в двух шагах.
  — Мы скоро будем дома! — Девушка с восторгом посмотрела на меня. — И не будет никого из этих ужасных смертных!
  — Хм, — кашлянул эльф.
  А я... а что мне оставалось, я лишь покачал головой.
  — Ой, Эндрю, извини, пожалуйста! Но ты же совсем другой и отличаешься от всего своего племени. И вообще...
  Отлично! Просто лучше не придумаешь! Хорошо же она извиняется.
  — Что ж, ребята... — Я посмотрел на солнце, уже начинавшее свой путь к закату. — Мне только остается пожелать вам удачи. Надеюсь, вы больше не окажетесь в мире, полном этих ужасных смертных. Руа, пожалуйста, пообещай мне позаботиться о ее высочестве.
  Эльф лишь коротко кивнул и отвернулся. А на меня смотрели самые восхитительные глаза, которые я когда-либо видел в своей жизни. И... о, что это... неужели слезы? Нет, моя милая, любимая моя принцесса, не плачь. Потому что я просто не могу видеть грусть на твоем прекрасном лице. Но ты... тебе не дадут быть со мной. И ничего, кроме боли, это нам не принесет. Я согласен ради тебя шагнуть даже в Бездну. Но тащить тебя туда за собой... нет уж.
  — Эндрю, ты должен пойти с нами! — категорично заявила девушка. — Я представлю тебя своей семье, и, поверь, ты будешь богат!
  — Знаешь, — насмешливо протянул я, — великое счастье познакомиться с чванливыми аристократами!
  Естественно! Если у них дочка такая, какие же они тогда сами? Хотя нет. Эль хорошая, добрая. Это даже Руа признал. Но вот надеяться на то, что все ее семейство столь же милое, — верх наивности.
  — Они... — Элейна замялась.
  — Вот видишь, — пожал плечами я. — А богатство... не было у меня его никогда. И я не сильно расстроюсь, если и не будет.
  — Послушай, Эндрю, принцесса права, — неожиданно поддержал ее Руалин. — Пойдем с нами. С твоими талантами ты легко займешь высокое положение в нашем мире, уж поверь мне. Не понравится у светлых — переберешься к нам. У темных тебе всегда местечко найдется. Что тебя тут держит? Лавка в Мейне?
  — Нет, Руалин, — покачал я головой, — не лавка. В Мейн я в любом случае не вернусь. Но это мой мир. В конце концов, я тут родился, вырос. А там, где людей считают отбросами, низшее расой, мне делать нечего!
  Элейна что-то хотела возразить, но вдруг осеклась, уставившись куда-то поверх моей головы. Я развернулся и увидел двух человек, стоявших шагах в десяти от нас. Одного я из них уже знал — Сантис де Веерон. Второй... Аларик де Лирон, седьмой герцог Андарский, магистр ордена Золотой розы, собственной персоной.
  Нет, мне определенно не везет. Вроде бы уже почти дошли. И, что самое обидное, ведь буквально чуть-чуть осталось. Так нет! Принесла же их Бездна.
  Повисла пауза. Мы молча смотрели на двух наших врагов. Они, соответственно, на нас. Взгляд у герцога был тяжелым и, казалось, пронизывал меня насквозь. Но я тоже не лыком шит и смело встретил его взгляд. Посмотрим, кто кого в гляделки переиграет. Никто не переиграл. Наше маленькое состязание завершилось почетной ничьей. И тут герцог заговорил:
  — Вот мы и встретились, Эндрю Ламос! Я рад.
  И вот что странно: он смотрел только на меня, а Элейну и Руалина словно бы и не видел.
  — Я не могу сказать то же самое, ваша светлость, — нагло ответил я, вдруг почувствовав себя легко и свободно.
  Никакого раболепия и чинопочитания я в себе не обнаружил. Впрочем, я и раньше за собой ничего такого не замечал. Лишь ледяная вежливость в обращении к равному. Сантис, похоже, не привык, чтобы кто-то разговаривал так с его господином, поэтому он дернулся вперед, но герцог жестом остановил его.
  — А ты забавный мальчик, — рассмеялся он. — И везучий. До сих пор ума не приложу, как тебе удалось разобраться с гончей.
  — Да что я? — ухмыльнулся я. — Я на подхвате был. — Это все эльф! Он магистр черной магии...
  Друзья ошеломленно уставилась на меня, но промолчали.
  — Эндрю, разве родители не учили тебя не врать?
  — Родители учили меня жить по совести.
  — Что ж, это... достойно. Не всегда разумно, но достойно. А эльф... — Холодный взгляд герцога остановился на Руалине. — Если он магистр, то тем хуже для него. Если он решится встать на моем пути. — Герцог хмыкнул, вновь повернулся ко мне и спокойно сказал: — У вас есть выбор. Вы уходите, оставив мне эту девушку, — он указал рукой на побледневшую эльфийку, — и все остаются живы. Второй вариант печальный для вас. Я убиваю вас и все равно забираю ее.
  — Я лучше покончу с собой, чем стану твоей! — вдруг крикнула девушка. Глаза ее метали молнии.
  — Не так просто убить себя, — улыбнулся герцог. — Мы позже разберемся с этим вопросом. Но это еще не все, что я хотел предложить тебе, Эндрю. Ты удивил меня. Проявил редкие способности. А талантливую молодежь нужно поощрять. Ты можешь пойти с нами и вступить в орден. После того как принесешь присягу на верность мне, разумеется. Это было бы идеальным вариантом. Я не люблю разбрасываться одаренными людьми. Да и эта очаровательная малышка быстрее свыкнется со своим положением, если рядом с ней будет кто-то знакомый. Подумай, Эндрю. Хорошо подумай. Я умею ценить преданность и всегда достойно награждаю тех, кто был мне полезен. А ты со своими способностями можешь оказаться очень полезен. Или тебя смущает то, что придется отдать мне эту красавицу?
  — Смущает, — спокойно ответил я.
  — Я же не забавы ради по всей стране за ней гоняюсь, трачу свое время, магию... Она станет моей женой, а в дальнейшем королевой. Ее ребенок однажды займет трон Эрисара. И если она будет благоразумна... заметь, Эндрю, всего лишь благоразумна, то получит все, о чем только может мечтать женщина. Наряды, украшения... все. Подумай, Эндрю.
  Я решил воспользоваться советом и подумать. Де Лирон терпеливо ждал минуты две, а потом лениво, словно бы ни секунды не сомневаясь в нашем решении, поинтересовался:
  — Так что вы решили?
  — Жить по совести. Руа, Сантис твой! — крикнул я эльфу и вытащил свой меч.
  — Эх, молодежь, — проворчал герцог, и в его руках появился клинок, по лезвию которого сразу побежали голубые всполохи. Я же недолго думая вновь, как при схватке с гончей, сделал лезвие своего меча багровым.
  Лорд де Лирон медленно подходил ко мне, выставив меч перед собой и внимательно следя за мной. Я понимал, что он владеет оружием куда лучше меня. Таких, как он, учили обращаться с мечом с детства, и мне оставалось надеяться только на то, что моя память, которая так выручила меня в бою с гончей, не подведет и в этот раз. И она не подвела. Я вдруг понял, как мне надо сражаться.
  Казалось, мои руки работали сами по себе, а я лишь наблюдал за ними со стороны. Моя атака явно удивила герцога, но он был опытным бойцом, поэтому отбил ее и в свою очередь закрутил своим мечом, выписывая им невероятные фигуры. Для Эндрю Ламоса, жившего когда-то в Мейне, эта атака стала бы последней в его короткой жизни. А для меня теперешнего она была не смертельна.
  Меч стал продолжением моей руки, и я сам поражался появившейся ловкости. Явно без магии тут не обошлось. Отбив изящный выпад каким-то невероятным финтом, я, извернувшись, нанес удар снизу вверх. Герцог замешкался лишь на миг, но этого хватило, чтобы мой меч рассек его камзол. И это место сразу потемнело от крови. Герцог побагровел. Судя по его тяжелому дыханию, он начал уставать. Он явно недооценил своего соперника. Его можно было понять, я сам от себя не ожидал такой прыти.
  Тем не менее мой противник собрался с духом и перешел в нападение. Я еле смогут уследить за мелькающим передо мной мечом, только и успевая отбиваться. Еще немного, и мне не поможет вся моя неведомая сила.
  Однако когда я уже практически попрощался с жизнью, движения герцога вдруг замедлились. Я тотчас атаковал. Если сейчас не выйдет, то мне не жить. И получилось! Один из обрушенных мной на противника ударов достиг цели. Герцог как-то неловко закрылся, и железо легко рассекло броню, мягко, как в масло, впиваясь в плечо.
  Де Лирон покачнулся и рухнул на землю. И только опустив меч, я почувствовал, что меня колотит, а глаза заливает пот. Я смахнул его и с облегчением увидел, что де Веерон с трудом защищается от атак эльфа. И еще ему помогает Элейна — я смог разглядеть тонкие нити ментального воздействия, опутавшие Сантиса.
  Мне она не помогала. Я вдруг почувствовал какую-то странную обиду, но сразу отбросил все эти глупости и бросился на помощь.
  Но не успел. Де Веерон рухнул на колени, удивленно смотря на меч, погруженный в его грудь. Эльф выдернул меч, и наш последний враг растянулся на земле. Мы молча посмотрели друг на друга...
  — Спасибо, Эндрю, — наконец отдышавшись, произнес эльф, и я почувствовал в его словах искреннюю благодарность. — Я бы с герцогом не справился. Я бы и с этим не справился, если бы не принцесса. Ей удалось отвлечь его... немного, но этого мне хватило...
  Девушка улыбнулась.
  — А герцог как? Ты не думаешь покончить с ним? — осведомился Руалин.
  Я посмотрел на бледного де Лирона, который сидел на земле и колдовал над своей раной. Правда, у него это не особо хорошо получалось. Вся спесь с герцога слетела, и сейчас передо мной сидел потерянный и уставший человек...
  — Жить будет. Хватит с меня крови, — пожал я плечами. — Может, еще и королем станет. Причем неплохим, как мне кажется.
  — Он будет мстить, — предостерег Руалин. — Зачем оставлять врагов за спиной?
  — Нет, не будет. — Я покачал головой и крикнул: — Эй, герцог, помнишь, что ты обещал мне?
  — Ну ты и наглец, щенок, — усмехнувшись, прохрипел он. — Хотя... такого, как ты, я бы хотел иметь среди своих людей. Так что предложение в силе. Даже если эти двое уйдут.
  — Нет. Мне твои средства в достижении целей не нравятся. Но против самих целей я ничего не имею. Люций — ничтожество. Он за десять лет правления расплодил казнокрадов и разбойников в мундирах городской стражи. Ты мне не нравишься. Но, кроме тебя, здесь наводить здесь порядок некому.
  — Так что за обещание ты имел в виду? — уже с интересом посмотрел на меня де Лирон.
  — Хорошо относиться к жене.
  — Мальчик, тебе не кажется, что ты несколько непоследователен? Зачем было со мной драться, если собираешься отступить?
  — Я собираюсь сделать тебе подарок, которого ты не заслуживаешь. Если пообещаешь защищать и беречь ее.
  — Обещаю, — твердо ответил мужчина. — Если она не станет плести заговоры против меня или моего ребенка, разумеется.
  — Справедливая оговорка. Но она не станет.
  — Эндрю! — возмущенно воскликнули эльфы, но я не обратил на это ни малейшего внимания.
  — В деревеньке Вел живет молодая знахарка. Она наполовину эльфийка. Ее зовут Анеша. Руа, не смотри на меня так. С герцогом ей будет всяко лучше, чем с дядюшкой, который сделал ее чуть ли не приживалкой в собственном доме. Что ждет ее там? Роль бесправной служанки. И одиночество. Де Лирон не темный крестьянин и не станет считать ее острые ушки уродством. Да, та девушка не столь прекрасна, как Элейна. Но она молиться на него будет. За то, что избавил от участи бездетной старой девы. Герцог в состоянии осознать, какие выгоды сулит ему именно этот брак. И думаю, он достаточно благороден, чтобы достойно относиться к матери своего ребенка. Я прав?
  — Прав, — спокойно согласился де Лирон. — Точно не хочешь примкнуть к ордену? Из тебя вышел бы неплохой верховный магистр. Со временем.
  — Почему? Нет, мне просто интересно. Я тебя чуть не убил. Сказал, что ты мне не нравишься. И вообще, веду себя не так, как должен вести себя жалкий простолюдин перед сиятельным герцогом.
  — Потому что ты верен Эрисару и не позволил личной неприязни руководить собственными поступками. Я способен ценить не только преданность мне лично, но и преданность моей стране. Но, если не хочешь, неволить не стану. И даю слово, что не буду мстить ни тебе, ни твоим близким за то, что произошло до этого часа.
  Я кивнул коротко и повернулся к друзьям.
  — Ну что ж... давайте прощаться?
  Мои спутники перестали улыбаться и насупились. Потом мрачно переглянулись, но все же кивнули. Подошли к краю обрыва и снова повернулись ко мне. В молчании мы простояли около минуты, и я, не выдержав, шагнул к ним. Хотелось на прощание последний раз поцеловать Элейну и, как брата, которого у меня никогда не было, крепко обнять Руа.
  — Ребята, я рад, что судьба свела нас вместе.
  — Мы тоже, — усмехнулся эльф. — И надеюсь, ты меня за это не убьешь.
  — Что?! — только и успел воскликнуть я, как в меня с двух сторон вцепились эльфы, и мы полетели вниз с обрыва.
  
  
  ГЛАВА 25
  Этот прекрасный новый мир
  
  Что есть красота? Кто может оценить, красиво что-то или нет? Кто может взять на себя такую ответственность? А если кто и рискнет, то пусть посмотрится в зеркало... Если вы считаете себя красивыми, это не значит, что другие с вами согласятся. Я думаю, что красота вообще нечто условное — то, что вы хотели бы видеть.
  Избранные цитаты философов. Том 1
  
  Признаюсь, я начал орать с того момента, как мы прыгнули, и не прекращал это делать, когда под моими ногами распахнулась огромная голубая воронка портала. Мое сердце было настолько прочно захвачено холодными когтистыми лапами страха, что я не мог адекватно реагировать на происходящее, а лишь вцепился в руки своих... даже и не знаю кого. Друзьями я бы их сейчас назвать не рискнул.
  Под ногами вспыхнула ослепительная вспышка, и меня обволокло густое облако. Стало трудно дышать, но буквально на мгновение, а затем я оказался сидящим на твердой земле. Осторожно открыв глаза, я огляделся. В глаза сразу бросилось буйство окружавшей меня зелени. Казалось, мне посчастливилось попасть в джунгли заморских земель, которые так любят описывать авторы авантюрных романов. Небольшая полянка, на которой я находился, была окружена зарослями лиан. Рядом с собой я увидел также сидевших на земле эльфов, с опаской смотревших на меня.
  — Какого... — Я набрал в легкие побольше воздуха и выложил все, что думаю о своих так называемых друзьях.
  В выражениях не стеснялся. Похоже, эльфийка не поняла из моего монолога больше половины, а вот Руалин явно проникся моим красноречием. И, видимо, мой разъяренный вид настолько впечатлил на эльфов, что они даже попытались изобразить на своих красивых лицах смесь опаски и раскаяния. Получалось плохо. Раскаяние, в смысле.
  — Эндрю, ты это... не нервничай, — тихо произнес Руалин, осторожно отодвигаясь от меня. — И вообще, это просьба принцессы. Я же не мог отказать девушке.
  Я тяжелым взглядом уставился на Элейну. Но та, как любая женщина, посчитала, что лучшая защита — нападение, перевернув, как это получается только у представительней слабого пола, все с ног на голову.
  — Эндрю Ламос, ты обещал доставить меня к моим родителям! — заявила наглая девчонка. — И не надо ругаться. Я просто не могла позволить тебе нарушить слово. Ты бы потом всю жизнь корил себя за это. Переживал бы, гадая, как мы добрались. Так что мы это сделали исключительно во благо тебе самому.
  — Угу, — важно кивнул Руалин. — И с самыми чистыми намерениями, заметь.
  — Да идите вы все... — прорычал я и, поднявшись на ноги, отошел в сторонку и уселся на берегу ручья, в котором бежала невероятно чистая вода, искрясь в лучах солнца.
  Кстати, погода была просто чудесной. Легкий ветерок, ласковое солнышко и воздух, наполненный незнакомыми, дурманящими запахами.
  А это место казалось воистину волшебным. Передо мной словно бы ожила сказка. Я, созерцая эту невероятную красоту, постарался успокоиться. Вот только у меня ничего не выходило. Сердце колотилось, как бешеное, а мозг судорожно искал выход из этой ситуации. Но не находил и как никогда был близок к панике. Благодаря этой парочке я все-таки оказался в мире эльфов. Хотя, признаюсь, несмотря ни на что до последнего сомневался в его существовании. То есть я, конечно, понимал, что мои... ладно, друзья не из Хэйнота. Но все равно их Элверн, в который они так стремились, был для меня чем-то нереальным. И по правде говоря, я не слишком расстроился бы, если бы все так и оставалось.
  Но вот я здесь. И что мне теперь, скажите, делать? Путешествие к родителям Элейны не внушало мне оптимизма. Но насколько я помнил из рассказов Руалина, так просто вернуться я уже не мог. Нужно дождаться, когда портал станет активен. Потому что на вход он работает лучше, чем выход. Хотя это только слова Руалина. А полностью доверять ему после столь коварного поступка я был не готов. С него ведь станется и умолчать о чем-нибудь, не слишком важном, по его мнению. И исключительно во благо мне. В то, что приятель сознательно решится мне навредить, я не верил ни капельки. Но попытаться меня осчастливить, причем насильно, это он может.
  Мне хотелось выть. А вот ругаться или отлупить не в меру инициативного эльфа уже не было никакого желания. Ну не тянуло меня в этот мир. Не прельщали меня его чудеса и сомнительная честь знакомства с его заносчивыми обитателями. Мне и принцессы хватило. Хотя, как я понял, она вообще невероятно милое и доброе создание. Реликт просто в сравнении с остальными представителями высшего сословия.
  — Эндрю... — раздался голос, и, повернув голову, я увидел, что Элейна садится рядом со мной. С ума сойти! На ее лице было виноватое выражение. По-настоящему виноватое.
  — Да? — коротко отозвался я.
  — Прости меня. Это была моя идея взять тебя с собой.
  — Вот как? Очень интересно. И зачем? Зачем человек мог понадобиться вашему высочеству?
  — Ну... — Эльфийка замялась. — Я думала, что между нами есть определенные чувства...
  — Что? — Я, открыв рот, уставился на принцессу, но быстро взял себя в руки. — И можешь пояснить, какие именно чувства ты ко мне испытываешь? Извини, но сейчас самое время быть откровенными друг с другом.
  — Да, наверное, ты прав, — кивнула девушка. — Это сейчас самое правильное.
  Я не верил своим ушам. Что это случилось с маленькой избалованной аристократкой? Неужели повзрослела? Было видно, что она смущена, но, как мне кажется, говорила искренне. Хотя пока она толком ничего не сказала. Я внимательно посмотрел на нее.
  — Понимаешь... — Девушка вновь замялась.
  — Нет. Не понимаю.
  — Эндрю, ты мне небезразличен, — выдохнула она и с надеждой уставилась на меня.
  — Ты мне тоже небезразлична, — признался я в ответ. Но скорее чтобы подтолкнуть ее, нежели открыть ей свое сердце.
  — И я к тебе очень привязалась.
  — Ты и к Руа привязалась.
  — Да, — не стала отрицать девушка. — Но не так, как к тебе.
  Это было все, что она хотела мне сказать. Больше из нее мне не удалось вытянуть ни слова. Впрочем, на что я надеялся? На исповедь трепещущего сердца? На то, что она сейчас скажет, будто не сможет прожить в разлуке со мной и дня? Но и это было больше, чем ничего.
  И все равно я смотрел на эльфийку и не мог поверить. Сбылись мечты идиота. Хотя почему идиота? Разве я сам не хотел этого? Зачем лгать самому себе? Но тем не менее надо расставить все точки над «i». Поэтому, грустно покачав головой, я начал перечислять:
  — Я буду среди твоих сородичей белой вороной. Просто потому, что человек. Про кровь Владык Теней вообще молчу. А твои родственники... хорошо, если не убьют. А то и это может стать моей наградой! Потому как нет человека — нет проблемы.
  — О чем ты говоришь? — В голосе Элейны звучал праведный гнев. — Семья тер Рейс всегда держит свое слово. Честь превыше всего!
  — Ты в этом уверена?
  — Да! — В голосе девушки звучала такая неподдельная твердость, что я невольно хмыкнул. Но она лишь девчонка. Милый, наивный во многих вопросах ребенок. А вот у ее братьев и отца могут быть совершенно иные жизненные принципы.
  — И что мне прикажешь делать? — обреченно поинтересовался я. — Тащиться по вашей земле, где человек — это непонятно откуда взявшееся, всеми презираемое существо? В надежде получить от твоей семьи благодарность, которую, несмотря на все твои уверения, ты вряд ли можешь гарантировать.
  — Эндрю Ламос, почему ты мне не веришь?! — снова возмутилась девушка.
  Я обреченно махнул рукой. Спорить или объяснять ей что-либо было бесполезно. Наверно, внутренне я уже смирился со всей этой ситуацией. Тем более слова Элейны о наличии у нее каких-то определенных чувств ко мне внушали некую надежду на взаимность. Ведь, если честно, мне очень хотелось, чтобы она меня любила. По-настоящему, как моя мама любила отца.
  — Вы все уладили? — раздался осторожный голос эльфа. — Ты же меня убивать уже не хочешь?
  — Нужен ты мне больно, — проворчал я, демонстративно отворачиваясь.
  — Ну вот и отлично. Кстати, у меня для вас не самая радостная новость. Мы сейчас в землях темных эльфов.
  Элейна испуганно посмотрела на него. От меня не укрылась реакция девушки, и я решил уточнить:
  — Пора начинать бояться?
  — Ну... — задумчиво протянул Руалин. — В принципе нет. Конечно, возможны некоторые проблемы... но все не так страшно, как могло бы показаться на первый взгляд. Я же с вами. Поэтому вас вряд ли ожидают серьезные неприятности. Но мне придется проводить вас до границы земель светлых.
  Элейна сразу пришла в хорошее расположение духа, а я, отозвав эльфа в сторонку, поинтересовался:
  — Послушай, когда я буду возвращаться, ты мне поможешь?
  Тот скептически хмыкнул и внимательно посмотрел на меня.
  — Ты думаешь, что захочешь вернуться?
  — Уверен! Что мне в этом светлоэльфийском клоповнике делать?
  — А она? — Он кивнул на принцессу.
  — Руа, ну ты же должен понимать...
  — Да понимаю я, — отмахнулся эльф. — И ты прав. Если у тебя хватит сил вернуться, я дам тебе амулет. Как только окажешься на территории темных, активируй его и жди. Я приду. Клянусь темной богиней Моррон. Но взамен пообещай, что погостишь у меня немного. Покажу тебе достопримечательности нашей столицы. И это будут не музеи и театры. С сестренкой познакомлю. Она, должно быть, выросла совсем, красавицей стала. Глядишь, и остаться решишь. У нас ведь нравы попроще, и тебе с твоими талантами местечко всегда найдется. Я тебя своему деду представлю. И ты не думай, что мне придется за тебя просить, старик сам за такого самородка, как ты, ухватится руками и ногами.
  — Обещаю. И спасибо.
  Парень улыбнулся и снял с шеи тоненькую серебряную цепочку. И хотя мне все еще было обидно, я понимал, что действительно благодарен ему. Да, он беспардонно утащил меня сюда, проигнорировав мои желания. Но его слова меня немного успокоили. Все-таки приятно осознавать, что ты не один во враждебном тебе мире.
  Мы тронулись в путь. Элейна щебетала без умолку и бросала на меня странные взгляды. Я же старался не обращать на них внимания и решил, что, раз уж мне все равно придется путешествовать по Элверну, надо бы осмотреться. Пути отступления приметить, да и вообще... интересно же. Все-таки это другой мир.
  Лес, который нас окружал, разительно отличался от лесов Коннерта. Все вокруг: небо, земля, вода — казалось неестественно ярким. А уж буйство зелени, буквально перегораживающей нам путь, вообще не поддается описанию. Я считал, что в принципе неплохо разбираюсь во флоре, но пока что не встретил ничего, что можно было бы хоть какой-то классифицировать. Нет, деревья были деревьями, трава — травой. Вот только это были совершенно неизвестные мне деревья и травы. Об их свойствах я мог только догадываться.
  Вековые деревья раскинули над нами свои огромные зеленые лапы, словно желая подарить нам свою прохладу. А в шелесте крон мне слышались игривые перешептывания. Чудилось, этим могучим исполинам не терпится обсудить неожиданных гостей. Со всех сторон раздавались трели птиц. Ласковое летнее солнышко кое-где пробивалось сквозь кроны, образуя столпы света в общем сумраке лесной чащи. Ничего прекрасней я в жизни не видел. У меня даже начало щемить сердце. Казалось, еще немного, и я просто не выдержу первозданной красоты этого места. А вот мои спутники не обращали на волшебство леса никакого внимания, словно и не видели ничего особенного.
  — Руа, — я догнал нашего проводника, вырвавшегося вперед и явно наслаждавшегося прогулкой, — а города тут есть?
  — Есть, — кивнул он. — Но вам туда лучше не соваться. Они находятся южнее. Портал нас выбросил в необжитой части нашей страны. Так что очень скоро ты сможешь пересечь границу и оказаться на родине твоей принцессы.
  — Слушай, приятель, перестань... — простонал я.
  Мне не слишком понравился тон, которым были произнесены последние слова. Создавалось впечатление, будто бы эльф надо мной попросту издевался.
  — Молчу, молчу, — состроил он виноватую гримасу и попытался улизнуть обратно к Элейне, которая шла чуть позади нас.
  Я негромко выругался и придержал его за край куртки.
  — Стой! Почему нам лучше обходить стороной ваши города? Ты же вроде как в гости меня приглашал. Не видишь в этом никакого логического несоответствия?
  Парень бросил на меня угрюмый взгляд и серьезным тоном начал:
  — Слишком уж многих может заинтересовать малолетняя светлая эльфийка, путешествующая по нашим землям без эскорта. Ты да я за достойное сопровождение не сойдем. Да и ты слишком уж приметный. Пойми, одно дело — появиться в столице в качестве гостя семьи эн Танар, и совсем другое — в каком-нибудь захолустье. Тебя могут попытаться убить, просто чтобы избежать проблем, которые ты можешь доставить.
  — Я не совсем тебя понимаю. Каких проблем? Я же простой человек.
  — Угу, — кивнул эльф. — Проще не бывает. Владыка, совесть имей.
  — Как будто это у меня на лице написано!
  — Не написано, конечно. Но...
  — Что? Не мнись, Руа.
  — Понимаешь, Эндрю... ладно, попытаюсь рассказать по порядку. В этом мире живут эльфы и Владыки Теней. Узнать представителя каждой из рас не так уж и сложно. Все без исключения эльфы светлокожие. И большая их часть имеет заостренные уши. У других, исключительно представителей высших аристократических кругов, уши больше похожи на человеческие. У светлых эльфов чаще всего белые, иногда светло-золотистые волосы. Глаза — все оттенки голубого. У темных всегда черные волосы и зеленые глаза. А вот Владыки Теней... не могу похвастаться, будто бы видел кого-то из них. Кроме тебя, конечно. Но, говорят, у них смуглая кожа и черные глаза. А волосы завиваются.
  — У меня зеленые глаза. А волосы не так уж и сильно завиваются. К тому же у меня они довольно коротко острижены.
  — Однако смуглая кожа. Эндрю, здесь людей считают почти что сказочными существами. А Владыки — объективная реальность. И нас с детства учат не то чтобы бояться их, но опасаться уж точно. И подумай сам, на кого похож молодой мужчина со смуглой кожей и вьющимися волосами? А то, что глаза не черные, так можно предположить, что это чары.
  — И что? Часто у вас Владыки по городам и весям разгуливают?
  — Не часто. Но прецеденты были. И мы потом городов как раз таки и недосчитывались. Но ты не думай, что они все поголовно маньяки. Если их не провоцировать, то им на нас плевать. За последнюю тысячу лет не было ни одной масштабной стычки. В дела темных — светлых они не лезут. Сидят себе в своих Серых башнях. А мы руководствуемся принципом «Не буди лихо, пока оно тихо».
  — И ты думаешь, меня попытаются убить? Да меня, судя по твоему рассказу, все эльфы поголовно будут десятой дорогой обходить. Ну чтобы не спровоцировать, не приведи боги.
  — Десятой дорогой тебя будут обходить умные эльфы. А вот дураки...
  — Понятно. Спасибо за предупреждение.
  — И еще, Эндрю... — Руалин вдруг замялся.
  — Не томи, — фыркнул я.
  — Будь осторожен, ладно? И держись подальше от Серых башен. Так... на всякий случай. Понимаешь, их очень мало. И как они отреагируют на твое появление, не решится предсказать никто. Может, встретят с распростертыми объятиями, а может, и нет.
  Я кивнул и снова огляделся по сторонам.
  — Тут очень красиво.
  — Да? — удивленно вскинул бровь эльф. — По мне, так лес и лес. Ничего особенного. Кстати, когда мы доберемся до границы земель светлых, вам надо идти в сторону ближайшего пограничного городка. Учти, он может оказаться достаточно далеко. Направление я покажу. Надеюсь, ты сможешь его держаться?
  Я кивнул. Это путешествие многому меня научило.
  — Уверен, что вас встретят раньше. Думаю, о том, что вы появились, им уже известно. Кто-нибудь из ее родни обязательно помчится навстречу. Скорее всего, это будет один из ее братьев. День-два, и вас обязательно найдут, так что не беспокойся. Но я с вами пойти не могу. Помнишь, я тебе рассказывал про ссору с Тамиэлем? Ничем хорошим наша встреча сейчас не закончится. К тому же я хочу как можно скорее увидеть свою семью. Они небось уже успели меня похоронить. Все-таки я больше четырех лет дома не появлялся.
  — Понимаю.
  — Но если я тебе понадоблюсь, просто позови.
  — Хорошо.
  
  
  ГЛАВА 26
  Серьезный разговор
  
  У меня складывается впечатление, что мужчине легче вступить в бой с каким-нибудь чудовищем, чем признаться в любви. Причем не девушке... это они проделывают довольно часто, чтобы добиться ее расположения или просто из прихоти, а самому себе. Только я не понимаю: почему? Неужели это так сложно?
  Леди Лорэйна Шаор. Размышления перед свадьбой
  
  Приближался вечер, и мы с Элейной решили остановиться на ночлег. Смысла в том, чтобы мчаться, выбиваясь из последних сил, в сторону городка, о котором говорил эльф, я не видел никакого. Лучше уж отдохнуть немного. Тем более, по словам Руалина, скоро должны появиться ее родственники. А принцесса и сама, видимо, очень устала, поэтому и не спорила. С темным мы попрощались несколько часов назад. Он отпустил парочку двусмысленных шуточек и крепко обнял нас обоих, попросив быть осторожнее. А потом мы разошлись в разные стороны. Но у меня на сердце не было печали. Почему-то казалось, что скоро мы обязательно увидимся.
  Разведя костер, я начал колдовать над котелком. Есть хотелось просто невероятно. И чтобы отвлечь себя от мыслей о близящемся ужине, пришлось заставить себя думать о чем-нибудь другом. Например, о том, куда я попал по милости своих спутников. Получалось плохо. Мешал одуряющий аромат почти что доварившейся каши.
  Ну вот я и в Элверне — волшебном мире эльфов. И что? Чувствую себя ребенком, попавшим в сказку. Странно... мне и жутко немного, и интересно, и чувство такое, будто бы все это на самом деле не со мной происходит. Ведь чем дальше, тем страшнее.
  Да и перспективы вырисовываются не самые радужные. Там, в Хэйноте, я был своим, знал законы и традиции. И тот мир был мне домом все двадцать четыре года моей жизни. А здесь... мало того что я чужак и человек, и мало того, что меня любой житель Элверна будет воспринимать как представителя низшей расы, так я еще и имел наглость сблизиться с их принцессой. Но и это не самое страшное. А что же? — спросите вы. Самое страшное то, что и она тоже привязалась ко мне.
  Два дня путешествия по землям светлых эльфов пронеслись как один миг. Наверное, слишком много навалилось на меня впечатлений. Сейчас мне не хватало Руалина. Все-таки за время нашего совместного путешествия я успел привязаться к этому несносному эльфу, его шуткам и бесконечной болтовне. Он отвлекал меня от мыслей о Элейне. Что же я на самом деле испытываю к ней?
  Влечение, нежность, желание защитить и надежду на ответное чувство. Хотя я прекрасно понимал тщетность подобных мечтаний и скрывал их глубоко в своем сердце. Не знаю, любовь это или нет. Скорее, все же да. Но полной уверенности в этом у меня не было. Мне как-то не доводилось любить раньше. Вот, наверное, именно поэтому и сомневаюсь сейчас.
  Сняв котелок с костра, я отставил его в сторонку. Пусть каша несколько минут потомится под крышкой.
  Девушка сидела возле костра, обняв колени и завороженно глядя на танец пламени. Она о чем-то размышляла, и мне не хотелось ей мешать. Поэтому я просто сел напротив нее. Пусть она и принцесса, честно говоря, я ее не воспринимал в этом качестве. Да, капризная, да, избалованная... но мало ли таких женщин? Ее уверения, будто бы ее дядя — правитель эльфов, а старший брат — наследник престола, я воспринимал скорее как шутку. Ну или почти шутку. А ведь это неправильно. Вряд ли ее семья отнесется благосклонно к такой фамильярности с моей стороны. Сильные мира не любят, когда такие, как я, забывают свое место. И не может она этого не понимать.
  Несколько минут я смотрел, как сменяют друг друга эмоции на лице девушки. А потом она перевела взгляд на меня. В нем сейчас читалась усталость, смешанная с решимостью и обреченностью.
  Вот сейчас меня ткнут носом в то, чем я, по мнению большей части эльфов, и являюсь.
  — Эндрю, нам надо поговорить, — сказала она строго.
  — Говори, — ответил я достаточно спокойно, стараясь скрыть обуревающие меня эмоции.
  — Эндрю, я серьезно! — В ее голосе появилось возмущение.
  — Я тоже. Говори.
  Элейна замялась и отвела глаза.
  — Ну что же ты? Смелее.
  — Ты останешься со мной? — тихо, едва слышно прошептала она.
  — Тебя одну точно не брошу. Сдам с рук на руки твоей семье.
  — Я не о том. Эндрю, ну как можно быть таким глупым? Ты останешься со мной, когда мы доберемся до моего дома?
  — Не знаю. Правда не знаю. Это ведь не только от меня зависит. К тому же кем я буду, если останусь? Твоим слугой? Телохранителем? Домашней зверюшкой? Любовником? Не красней. Ты же взрослая, Эль, мы неизбежно окажемся в одной постели, если я останусь с тобой.
  — Но...
  — Что «но»? Я хочу настоящую семью. И не хочу, чтобы женщина, которую я... мм... назову своей, стыдилась меня. Да и тебе придется несладко. Думаешь, твои родители или браться допустят, чтобы ты связала жизнь с жалким человеком? Эль, мы не всегда можем получить то, что хотим.
  — Я никогда не получала то, что хотела! — вспыхнула девушка.
  — Ой ли. Вот не надо сейчас мне доказывать, что ты несчастная сиротка. Вспомни наш разговор в Мейне. Ты яростно доказывала, что моя жизнь — лишь жалкое существование. Дорогие платья, украшения — это то, что я не смогу тебе дать. Мы не будем жить во дворце и блистать в высшем свете, если ты останешься со мной.
  — Мне не нужны балы и украшения.
  — Да? Недавно ты была совсем другого мнения.
  — Нет, просто тогда... Я оказалась одна, в совершенно чужом мне мире, меня продали на рынке как какую-то вещь. И мне было страшно! Мне было очень страшно, я хотела попасть домой и забыть обо всем, сделать вид, будто ничего этого и не было. А ты... Твоя душа показалась мне светлее, чем у остальных на той площади. Ты не желал мне зла. Но и помочь тоже не стремился. Я решила тебя подтолкнуть. Использовать, если уж быть совсем честной. И ты можешь осуждать меня за это.
  — Не могу. Осуждать тебя за то, что ты хотела вернуть свою жизнь? Или за то, что не желала оставаться бесправной рабыней? Я думал, ты лучшего мнения обо мне.
  — Эндрю... — начала Элейна, но я жестом прервал ее.
  — Эль, давай оставим этот разговор. Неактуально. Вот верну тебя родителям, тогда и будем решать, что делать. Но скорей всего я просто уйду. Может, когда ты окажешься дома, снова захочешь забыть все — Мейн, игру в догонялки с герцогом и меня. И найдешь себе достойного — принца какого-нибудь. Знаешь, я ведь тяжело принимал это решение... рискнуть, отправиться в неведомые дали. Не ради богатства, а ради... да что об этом говорить? Я мог просто остаться дома. Отдать тебя этому Сантису. Ведь мог же. Но не отдал. Да только дело сейчас не в этом.
  — А в чем тогда?
  — Прости. Просто навалилось все. Да и мир этот... я не знаю. Ничего не знаю. И обещать ничего не могу. Потому что...
  — Я понимаю. Ты не знаешь, сможешь ли сдержать слово.
  — Нет. То есть да. Точнее, я почти уверен, что не смогу. Во-первых, кто мне позволит остаться с тобой? Твои родители придут от этого в восторг? Нищий парень, который ко всему еще и эльфом не является, претендует на руку их дочери. Да и что я отвечу твоему отцу, когда он спросит, что я смогу дать тебе? Пожениться нам не позволят. А я уже связан словом с Лирэ, помнишь? А значит, мне в любом случае придется уйти. Потому что она должна родиться. Она должна жить. А ты...
  — Думаешь, я не захочу?..
  — А ты жаждешь привести в этот мир потерянную душу — родить ребенка с кровью Владыки Теней?
  — Я не знаю. Эндрю, пойми...
  — Да все я понимаю. Эль, я действительно все понимаю. А ты не желаешь меня даже услышать. У тебя не получится и под родительское крылышко вернуться, и со мной быть.
  — Почему?
  Меня так разозлил ее вопрос, что я не сдержался и выпалил:
  — Ты дура или притворяешься? Сколько можно объяснять?! Твоя семья не придет в восторг от перспективы породниться с человеком. И, уверен, они приложат все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы наставить тебя на путь истинный и открыть глаза на то, что я тебе не пара. Так что, если захочешь остаться со мной, будь готова к побегу из дома. Но это еще не все. Я, конечно, буду делать все, чтобы ты ни в чем не нуждалась. Уж голодать-то мы не будем в любом случае. Да и на служанку, чтобы ты не занималась черной работой, тоже заработаю. Но тебе придется забыть о дорогих нарядах, балах и о статусе принцессы. Женщины не будут приседать перед тобой в реверансах, мужчины не станут склоняться в уважительных поклонах. Потому что ты станешь женой обычного человека, даже не аристократа. Твоя жизнь будет вращаться вокруг маленького домика, наших детей и меня. Ты будешь учить малышей читать и писать, варить летом варенье и вышивать диванные подушечки. Как тебе перспективы?
  Девушка с обидой смотрела на меня и не спешила заверить, что роль добропорядочной горожанки — это то, о чем она мечтала всю жизнь. Оно и понятно. Кому захочется, будучи принцессой, становиться простолюдинкой? Но ее вопрос, заданный самым невинным тоном, вверг меня в ступор:
  — А сколько детей ты хочешь?
  — Троих, — растерянно ответил я и спохватился: — Элейна, ты что же, совсем меня не слушаешь?
  — Почему же, слушаю. Но я тоже хочу троих детей. А балы... жила же я как-то без них до семнадцати лет. Ну и дальше проживу. А дорогие платья... если пообещаешь не заставлять меня носить корсет, то и без них обойдусь. А вот без тебя... Эндрю, я не хочу жить без тебя. Ведь нельзя жить без того, кто владеет твоим сердцем. Точнее, жить-то можно, а вот быть при этом счастливым...
  — Эль, давай все же вернемся к этому разговору немного позже?
  — Нет! Не хочу позже! Хочу разобраться во всем этом сейчас! И не мучится больше. Если я тебе не нужна, моя семья щедро вознаградит тебя, и ты будешь волен уйти куда хочешь. Только не надо перекладывать это на меня. Мол, тебе так будет лучше, ведь ты привыкла к светским развлечениям. Имей храбрость признать, что просто не хочешь быть со мной.
  — Хорошо. — Меня охватила ярость. Словно это я был аристократом, за которым стоял правящий дом Элвирна. — Только на меня не надо все перекладывать. Это самое простое! Я тебе нарисовал картину возможной жизни, потому что не хочу выслушивать упреки или, что немногим лучше, ощущать молчаливое раздражение и недовольство до тех пор, пока «смерть не разлучит нас». Это ты должна принять решение! Ты нужна мне, и я тоже не представляю свою жизнь без тебя...
  Не знаю, уловила ли она то, что я не смог заставить себя произнести вслух. Слово «сейчас». Клясться в вечной любви и верности могут только идиоты. Или те, кто не собирается держать своего слова. Да и ставить крест на собственном счастье, которое, возможно, ждет меня в будущем, мне не хотелось.
  — Бездна! Но я, наверное, лучше понимаю проблемы, которые нас ждут. Ты готова их преодолеть? Ты готова убежать от своей семьи, которая, возможно, будет тебя искать в моем мире? Я не пугаю, я просто стараюсь реально оценить ситуацию. Если готова, то скажи, мы сейчас же повернем назад, пока не поздно, потому что, если ты вернешься в семью, вероятность покинуть ее будет минимальной. Так ты готова?
  Теперь пришла очередь Элейны смущаться. Она замялась и промолчала. Что ж... молчание тоже ответ. Я, конечно, понимал, что поставил ее перед сложной дилеммой и вряд ли девочка, пусть и влюбленная, сможет быстро принять такое серьезное решение... но я не собирался на нее давить. Выбор, который она сделает, должен целиком принадлежать ей. А я? Думаю, забыть мою маленькую принцессу будет тяжело, но время, как говорится, лечит.
  В молчании мы поужинали. Я установил охранное заклинание, пожелал принцессе спокойной ночи и, накрывшись одеялом, попытался заснуть, но, когда я устроился на ночлег, Элейн скользнула ко мне. Слова... у меня не было слов, да у нее тоже. Она обняла меня, тесно прижавшись ко мне, и так мы и заснули.
  
  
  ГЛАВА 27
  Нежданные родственники
  
  Родственники — это хорошо. Родные души, те, на кого можно всегда положиться, те, кто встанет за тебя горой и будет отстаивать честь семьи. Разве не прекрасно ощущать за своей спиной такую поддержку? Только почему-то все мои родственники всю жизнь пытались меня убить! Но это им не удалось, потому что я убил их первым. Разве это не забавно?
  Люций VII. Мысли о власти
  
  Я проснулся первым. Элейна мирно спала, удобно устроившись своей головкой на моем плече. М-да... боги видят мою стойкость к соблазнам! Может быть, хоть на том свете мне это зачтется? Осторожно отстранив девушку, я выбрался из-под одеяла и быстро привел себя в порядок, умывшись в бегущем рядом ручье.
  Хорошо, что едой мы были обеспечены. Руалин умудрился за наше путешествие и поохотиться, и приготовить каким-то своим способом мясо, прекрасно сохранявшееся и, по его словам, не портившееся пару недель даже в жару. А так как ручьи с прохладной и невероятно вкусной водой встречались чуть ли не на каждом шагу, от жажды страдать нам точно не пришлось бы.
  Закончив водные процедуры, я разжег погасший костер и стал готовить нехитрый завтрак. От этого занятия меня отвлек еле слышный шум. Я вздрогнул и, повернувшись, увидел на краю поляны двух гостей с луками на изготовку. Два эльфа. И мне показалось, что они очень похожи на Элейну.
  Тот же разрез глаз, схожие черты лица. Ну о белых волосах и голубых глазах можно не упоминать, это отличительная особенность всех светлых эльфов. И нормальные уши, которые имели только чистокровные аристократы.
  Мы смотрели друг на друга. Луки, которые гости держали слегка опущенными, начали подниматься, и я не выдержал. Ждать, пока в меня засадят две стрелы, я не собирался. Инстинкт самосохранения, похоже, вновь пробудил спящую во мне магию Хаоса. И я вдруг понял, что надо делать. Слова сами пришли в голову.
  Короткое движение пальцев, фраза шепотом, на совершенно незнакомом, но почти родном языке... и я буквально ощутил поток магии, понесшийся вперед. Эльфы не успели пикнуть, как могучая сила подхватила их, сковав невидимыми оковами, и подняла над землей. Я еле удержался от смеха, увидев ошеломленные лица незваных гостей. Они с какой-то почти детской растерянностью и обидой смотрели на меня.
  М-да... сразу видно: непривычно им подобное обращение. Кстати, только сейчас я разглядел их внимательней.
  Один из эльфов был немного выше и сразу мне не понравился своим красивым, бледным и невероятно холодным лицом, на котором даже сейчас застыло надменное выражение, сопутствующее привычке отдавать приказы и распоряжаться людскими судьбами. Он мне чем-то напомнил де Лирона.
  Второй эльф отличался от своего спутника. По крайней мере, он смотрел на меня не как на пробегающего таракана, и мне показалось, что в его глазах я прочитал что-то вроде уважения. Но начал разговор, естественно, бледный. Видимо, потому что был старше.
  — Кто ты? — произнес он мелодичным голосом.
  Но это голос Элейны звучал как музыка, а вот голос эльфа дико раздражал. Несмотря на растерянность, презрение этот парень скрывать и не думал. Что ж... как вы к нам, так и мы к вам. И я, постаравшись вложить в свой голос как можно больше надменности, процедил:
  — Я тот, кто сковал вас и подвесил в воздухе. Что мне мешает, например, швырнуть... — Я повернулся и, поискав глазами подходящее место, указал на огромный, в десять обхватов, вековой дуб. — Вон туда. Как вы думаете? Соберете ли вы после этого свои прекрасные эльфийские косточки?
  — Да как ты разговариваешь со мной? — Глаза бледного сверкнули. — Я принц Тамиэль тер Рейс! И ты находишься на земле, принадлежащей моей семье. Да я...
  — Что ты? — саркастически осведомился я. — Забыл, кто сейчас висит в воздухе?
  Эльф промолчал. И тут до меня дошло.
  — Как, ты сказал, тебя зовут?
  — Тамиэль тер Рейс, — гордо вскинул голову эльф.
  Это ж родственники моей ненаглядной принцессы! Вот попал! Хорошее знакомство вышло, нечего сказать. Я почувствовал подступающую панику, но мне удалось подавить ее на корню.
  — Я вас отпущу, но оружие вы опустите. Оно вам не поможет, надеюсь, вы это понимаете.
  Оба эльфа кивнули, и я щелкнул пальцами. Очутившись на земле, они забросили луки за спины. Ко мне подошел второй эльф, бледный остался за его спиной, настороженно наблюдая.
  — Натаниэль тер Рейс, — улыбнулся эльф. — Я брат этого вспыльчивого принца. Нам, наверное, следует извиниться. Мы не представились и сразу схватились за оружие. Но все же что ты делаешь в этих лесах? Все-таки ты человек... ты же человек, я правильно понимаю? А люди в этот мир попадают не часто.
  — Думаю, кое-кто все вам объяснит! — хмыкнул я.
  — Ой! — раздался испуганный писк Элейны, и я увидел округлившиеся глаза ее братьев. Спустя несколько мгновений девушка уже висела на шее Натаниэля и что-то восторженно лепетала.
  Потом я официально был представлен их высочествам как герой, спасший их сестру от страшной участи и сопроводивший ее домой. И пока девушка сбивчиво рассказывала братьям о наших приключениях, я наблюдал за эльфами. Те радовались и всячески старались выказать свой восторг по поводу того, что видят ее живой и здоровой. Но в глазах их то и дело мелькало недоверие. То есть, как я понял, они как раз за ней и пришли. Их младший брат Дани каким-то образом нашел сестру и указал ее примерное местонахождение. Но, видимо, застать ее здоровой они не надеялись. Душевно здоровой, по крайней мере, судя по тому, с каким вниманием они провожали каждый ее жест и каждое слово. Но Элейна была по-детски счастлива и радостно тараторила, то и дело сбиваясь и перескакивая от одной мысли к другой. Минут через десять Тамиэль мягко улыбнулся и обратился ко мне:
  — Эндрю, моя семья перед тобой в неоплатном долгу. Надеюсь, ты согласишься стать нашим гостем.
  — Почту за честь, — ответил я, слегка погрешив против истины.
  — Хорошо, — кивнул он. — Натан, готовь телепорт. Нам лучше здесь не задерживаться. Граница слишком близко.
  — Мой телепорт не вытянет четверых, — беспомощно развел руками Натаниэль. — Я не рассчитывал на кого-то еще. Только трое.
  Тамиэль нахмурился, но в следующее мгновение на его лицо вновь вернулась маска надменного безразличия.
  — Ладно. Тогда ты берешь сестру, переносишь ее домой и так быстро, как сможешь, возвращаешься сюда. А мы с Эндрю ждем здесь.
  — Нет. Я не оставлю тебя на границе, прямо перед носом темных. Да еще и неизвестно с кем. Без обид, Эндрю. Но мы не знаем ни тебя, ни твоих мотивов.
  Я кивнул. На что тут можно обижаться? В словах Натаниэля был определенный резон. Они ведь действительно видят меня впервые, с чего вдруг им доверять мне?
  — Таль, — продолжил младший эльф, — Лею домой отведешь ты. А потом вернешься. В конце концов, я-то не наследник и в качестве заложника темным не особо и нужен.
  — Может, темным ты и не нужен, — возразил его брат, — но я старше, сильнее, в конце концов, и в случае чего у меня больше шансов остаться в живых. Так что это даже не обсуждается.
  — Я никуда не пойду без Эндрю! — вставила свое слово в перепалку братьев Элейна.
  — Что?! — в один голос воскликнули они, удивленно посмотрев на девушку.
  — Я никуда не пойду без Эндрю, — твердо отчеканила она.
  — Лея, милая, — ласково начал Тамиэль, — ты беспокоишься за своего нового друга, я понимаю. Но так будет лучше всего. Безопаснее. Для нас всех.
  — Ну уж нет! Натан сказал, что не доверяет Эндрю, потому что не слишком хорошо его знает. Так вот, я знаю вас слишком хорошо. И доверять вам у меня нет никаких причин. А уж доверять его жизнь и подавно.
  Эта тирада вызвала во мне смешанные чувства. С одной стороны, щемящий восторг, что она пытается защитить меня. С другой — жалость. Потому что в сравнении с братьями она смотрелась как рассерженный воробей рядом с двумя беркутами. Скорее смешно, чем грозно. И, кажется, она сама это прекрасно понимала. Но, не желая признавать поражение в этой заранее проигранной битве (а что может слабая девушка противопоставить сильным мужчинам?), дерзко продолжила:
  — Я настаиваю!
  — Ты полагаешь, что я могу убить того, кто фактически спас мою сестру? Ставишь под сомнение мою честь? Ты в своем уме, девочка? — вспылил Тамиэль.
  Элейна ответила ему твердым взглядом.
  — С ним может «случайно» что-нибудь произойти. Какое-нибудь несчастье.
  — Ты понимаешь, в чем обвиняешь меня, Лея? — начал багроветь старший эльф.
  — Всего лишь в том, что ты в очередной раз ничего не заметишь.
  — Как ты можешь такое говорить?! — со смесью гнева и обиды воскликнул Натаниэль.
  — А правду легко говорить, — зло огрызнулась девушка. — Вы почему-то никогда не замечали того, как я падала с лестницы. А ведь такое было не раз и не два. Или то, что я постоянно ходила в синяках от щипков Селии. Вы не замечали, как она издевалась надо мной, превращая мою жизнь в сплошной ужас. Так что же помешает вам закрыть глаза на происходящее и в этот раз?
  — Сколько лет прошло, а ты все носишься со своими надуманными обидами, — презрительно бросил Тамиэль, отворачиваясь. — Неужели тебе не стыдно наговаривать на ту, которой уже нет с нами? На собственную сестру!
  — Ах, надуманными?! Ах, наговаривать?! — вспыхнула девушка и шагнула к старшему брату, но я схватил ее за руку, удерживая на месте. Элейна перевела на меня взгляд, полный боли и обиды. У меня защемило сердце от жалости к ней.
  — Эль, тише, — сказал я, привлекая ее к себе.
  Потом крепко обнял и поцеловал в макушку, как ребенка. В конце концов, она и была сейчас маленькой обиженной девочкой, которой не досталось малой доли той любви, которую ей должны были подарить близкие.
  — Теперь ты понимаешь? — спросила она, всхлипнув.
  — Теперь да.
  — Что? — раздраженно поинтересовался Натаниэль.
  — Ничего, — подарив ему ледяную улыбку, отозвался я. — Завтракать, говорю, давайте. Не знаю, как вы, а я есть хочу. Ссориться и предъявлять друг другу претензии будете дома. Здесь для этого не время и не место.
  — То есть ты веришь в то, что она сейчас наговорила?
  — Верю. Почему бы и нет? У меня просто нет причин не верить ей. А дыма без огня не бывает. И если ваша сестра считает, что вы были не самыми лучшими братьями, то... сделайте выводы сами.
  Парни мгновенно посерьезнели. И младший снова спросил:
  — Она нас ненавидит?
  Я тяжело вздохнул. Это они у меня спрашивают? Нет бы с сестрой поговорить. Хотя, судя по тому, что Элейна еще крепче обняла меня и спрятала лицо у меня на груди, разговаривать с ними она не имела никакого желания. Так что пришлось отвечать.
  — Не думаю. Но не оттого, что за вами нет вины перед ней. Просто она не может не любить вас. За то, что вы души не чаяли в одной сестре, а к другой оставались холодны, я осуждать вас не могу. Но неужели нельзя было хоть раз принять сторону младшей? Хоть раз поверить и защитить? Однажды она сказала, что никогда не получала того, что хотела. И я только теперь понял, о чем она говорила. Ей всего-навсего нужна была справедливость. Так нет же, вы всегда слепо принимали сторону своей любимицы. Знаете, за все нужно платить. И за безразличие в том числе. Ладно, давайте завтракать. А решение ваших внутрисемейных проблем оставим на потом. Эль, успокойся. Вот сейчас чай заварим. Кстати, поможешь?
  Девушка медленно отстранилась от меня и кивнула. А я снова развел потухший костер. Благо у нас со вчерашнего вечера остался хворост. В чайник полетели остатки трав, которые я брал с собой еще из Мейна.
  — Странный запах, — брезгливо сморщил нос Тамиэль.
  Я открыл крышку и принюхался. Нет, вроде нормально. Пожал плечами и пристроил рядом с огнем котелок, в котором оставалась вчерашняя каша. Вручил свою кружку братьям Элейны. Гости все-таки. А я потом попью.
  Но эльфы отнеслись к чаю с великим подозрением. И Натаниэль решился сделать осторожный глоток только после того, как девушка опустошила свою кружку наполовину.
  — Что это за гадость? — сморщился он, вручая напиток старшему брату и всем своим видом показывая, что пить это он не намерен.
  — Мята, ромашка, пустырник. Не слишком вкусно, но нервы успокаивает очень хорошо.
  Элейна в подтверждение моих слов закивала головой. А Тамиэль в два глотка опустошил кружку и попросил добавки. Я, пряча ухмылку, повернулся к котелку, висевшему над огнем. Кстати, каша с мясом, которую я пытался разогреть до появления эльфов, стала не просто теплой, а обжигающе-горячей. К моему удивлению, гости-аристократы умяли полкотелка простой деревенской пищи. Сразу видно: несмотря на свою надменность, братья привыкли к походной жизни. Что ж, хоть что-то в них есть человеческое... Смешно звучит в отношении эльфов, не правда ли?
  
  
  ГЛАВА 28
  Новые неприятности
  
  Давайте допустим на одно мгновенье, что эльфы не сказка, не вымысел и они действительно существуют. Но если они хоть немного походят на тех существ, о которых рассказывают столько сказок... то признаюсь вам, не хотел я бы с ними встретиться. И даже более того, врагу такого не пожелаю.
  Эйзел Танис. Философские размышления
  
  Когда завтрак был окончен, мы быстро собрались, и вновь возник вопрос о портале. Но Элейна категорически отказывалась пользоваться им без меня, чем невероятно раздражала обоих братьев, но они пытались скрывать свои чувства. И сомневаюсь, что причиной этого была вспыхнувшая с неистовой силой братская любовь. Скорее уж их сдерживало мое присутствие. И я их прекрасно понимал. Появился какой-то неизвестный, да еще способный двух эльфийских принцев скрутить, особо не напрягаясь. А то, что они до сего дня считали себя очень сильными магами, мною даже не подвергается сомнению. Иначе бы они не оказались в лесу одни. И тут поневоле задумаешься, стоит ли нарываться. Потому как я свою позицию высказал четко. Элейне я доверяю, а им — нет.
  — Что ж, если ты настаиваешь на своем, — проворчал Тамиэль, — придется идти пешком.
  Девушка лишь спокойно кивнула. Оно и понятно. Мы столько уже пешком прошли, что бояться небольшой прогулки, по меньшей мере, глупо.
  — А ты повзрослела, сестренка, — заметил он, и, к своему удивлению, я услышал в его голосе уважение и, похоже, гордость.
  Элейна же лишь фыркнула в ответ и, гордо задрав очаровательный носик, встала рядом со мной.
  — Таль, — с надеждой спросил Натаниэль, — может, ты стихийный попробуешь?
  — Ты с ума сошел? — повысил голос тот. — Угробить нас хочешь?
  — А что... — начал было я, но младший эльф предвосхитил мой вопрос.
  — Стихийный портал создается достаточно легко. В основе его лежит магия четырех стихий. И он может выбросить тебя где угодно. Нет, его конечно же можно настроить. Попытаться, во всяком случае. Но настройка вероятнее даст сбой на сотню-другую миль. И куда ты попадешь — тот еще вопрос. Можешь туда, куда и планировал, а можешь в океан или в какую-нибудь пропасть угодить. Но у нашего старшенького талант. Он действительно умеет их настраивать. Вот только очень уж не любит это делать.
  — Если хотите сунуть головы в Бездну — дело ваше, — прорычал Тамиэль. — Пожалуйста! А я в этом не участвую. И вообще, или мы идем пешком, или ты с Леей активируешь свой портал. Если уж так домой хочется.
  — Знаете, давайте уж лучше пешком, — усмехнулся я. — Лично мне жить еще не пока надоело. Как надоест, я сообщу.
  Он покосился на меня и хотел, видимо, ответить что-то резкое, но сдержался. Хотя, как мне кажется, стоило это ему титанических усилий. Я ему не нравился. И он не особо старался скрыть этот факт. Но, как говорится, его проблемы.
  И мы тронулись в путь. Эльфы чувствовали себя в лесу как дома, и я лишь качал головой, наблюдая, как они двигаются. Ни одного звука... у меня так не получалось. И я даже легкий укол зависти почувствовал. С другой стороны, обувь у них не в пример лучше. А это тоже многое значит.
  Разговорчивостью наши новые спутники не отличались, хотя то и дело бросали на меня заинтересованные взгляды. Однако этим и ограничивались. Правда, их заметно задевало, что Элейна старалась держаться ближе ко мне, словно опасаясь родных братьев.
  А... и демон с ними. Пусть себе молчат. Хуже было бы, если бы, наоборот, трещали без умолку. Так мы шли практически полдня. Лес вокруг нас постепенно менялся. Солнечные лучи, до этого весело пронизавшие зеленые кроны деревьев, исчезли, и дневной свет только слабо просачивался сквозь густую листву. Да и сама листва стала какой-то буро-зеленой.
  Мне становилось не по себе. Не внушало мне это место доверия, и все тут.
  Все больше и больше попадалось деревьев с темными, морщинистыми стволами. Трава под ногами пожухла и представляла собой темный ковер. Я уже не слышал звуков, издаваемых местными обитателями. Не пели птицы, не жужжали насекомые. Даже листья не шелестели. Лишь звенящая тишина и удушливо-сладковатый запах повсюду.
  В общем, находиться здесь мне с каждой минутой хотелось все меньше и меньше.
  Я поинтересовался на этот счет у Элейны, но та не успела ответить. Мой вопрос услышал младший из братьев. В отличие от старшего, который демонстративно держался в отдалении, Натаниэль шагал на расстоянии вытянутой руки от меня. И похоже, ему до жути хотелось с кем-нибудь пообщаться. Но заводить разговор было ниже его достоинства, а тут он вроде как на вопрос отвечает.
  — Мы сейчас находимся в Проклятом лесу. Это, к сожалению, кратчайший путь до нашего замка. Если бы мы стали его обходить, то потеряли бы пару недель. От портала ведь вы отказались.
  — И почему он называется Проклятым? — поинтересовался я.
  — Когда-то этот лес был таким же, как и другие наши леса. Но чуть больше тысячи лет назад разразилась война между темными и светлыми эльфами. Обе стороны использовали запрещенные ныне виды магии. А этот лес стал полем последнего сражения. В результате он изменился. Иногда его называют Мертвым лесом. Обычно он не доставляет проблем и просто наблюдает за теми, кто идет через него. Да и не так уж и часто мы заходим в него.
  — Хм, и кто победил? — поинтересовался я. — Темные или светлые?
  — Никто, — вздохнул мой собеседник. — Победивших не было, а проиграли обе стороны. Хотя... темным досталось все же больше. Приструнили враждующие стороны Владыки Теней, пригрозив, что все наши земли погибнут, превратившись в подобие этого места, если мы сейчас же не остановимся. Видимо, дело было плохо, если целых три семьи объединились для того, чтобы призвать королевства к порядку. Обычно Владыкам до нас никакого дела нет. Заключенный в конце этой кровопролитной войны мир мы сохраняем до сих пор. А этот лес своеобразное напоминание...
  — Но здесь же есть города? — высказал я давно беспокоившую меня мысль. — Не проще ли отправиться туда? Они, наверное, соединены дорогами...
  — Логично, — улыбнулся Натаниэль. — Только до ближайшего городишки добираться еще дольше, чем обходить Проклятый лес. У нас кругом лес, тем более на границах, и дорогу через него проложить сложно... Не переживай, с тобой два эльфийских принца...
  Успокоил, мысленно хмыкнул я.
  — Стойте! — вдруг поднял руку идущий впереди Тамиэль и замер, прислушиваясь к чему-то.
  Я последовал его примеру, а младший принц метнулся к старшему брату.
  — Что? — спросил он шепотом.
  — Кто-то за нами следит.
  Натаниэль огляделся и, закрыв глаза, что-то пробормотал себе под нос. Я увидел, как около его головы слабо замерцал воздух.
  — Да, ты прав, — тихо сказал он, открывая глаза.
  А в следующий миг оба эльфа сдернули луки и принялись хищно всматриваться в заросли, окружавшие нас. Я недолго думая тоже попробовал магически просканировать местность. Но сначала ничего не подозрительного не заметил, а когда уже решил было бросить это бесполезное занятие, увидел десяток темных фигур в коричневых плащах. Лица были скрыты нависающими капюшонами, и разглядеть их не было возможности. Но даже на расстоянии я чувствовал опасность, исходящую от них. Они стремительно приближались к нам, беря нас в плотное кольцо. И это было очень и очень плохо.
  Я сказал об увиденном эльфам, которые с удивлением уставились на меня.
  — Но я ничего не чувствую, — растерянно пробормотал Тамиэль.
  — Приготовьтесь, — рявкнул я, чувствуя, как внутри меня поднимается уже знакомая сила. — К бою!
  Элейна без лишних слов спряталась за мою спину. А принцы среагировали почти мгновенно. Нас окружил прозрачный защитный купол, и в следующий миг в нашем поле зрения появились враги. Эльфы начали стрелять, но, увы, их стрелы не достигали цели. Десять высоких фигур, появившихся из леса, были тоже окружены защитой. К моему удивлению, они были безоружными, но когда я понял, почему они не захватили с собой оружия, у меня на лбу выступил холодный пот.
  Один из нападавших выкинул вперед руку, и за моей спиной прогремел взрыв огромной силы, осыпав нас землей. Я обернулся. В паре шагов от нас чернела воронка. Но братья моей милой принцессы тоже оказались не так уж просты. Тамиэль неуловимым движением спрятал лук и сделал замысловатый пасс. Воздух перед ним замерцал, и на нападавших устремилась «воздушная волна». Я оценил ее мощь, как и наши противники. Троих из них снесло и впечатало в стволы ближайших деревьев с такой силой, что остались лишь обезображенные тела. Другие чудом удержались на ногах.
  М-да... эффектно, но не слишком эффективно. Я усмехнулся и начал готовить всплывшее в моей памяти заклинание. «Черный ветер». Клянусь, до сегодняшнего дня я о существовании такового и подумать не мог. Но мне отчего-то казалось, что оно сработает. Не могло не сработать. А своей интуиции я привык доверять.
  К сожалению, подготовка его длилась несколько дольше, чем я предполагал, поэтому наши противники успели нанести еще один удар. Защита, окружавшая нас, была разорвана в клочья. И если бы не поставленная мной дополнительная «стена», думаю, эльфам пришлось бы очень туго. Тем более что их ответные атаки не достигали цели. Враги неуклонно приближались, обрушивая на нас удары один за другим...
  — Я не знаю, кто это! — крикнул мне Натаниэль. — Но они не слабее нас, и, похоже, дела плохи.
  — Да! — крикнул в ответ Тамиэль, «огненная сеть» которого растаяла в защите противника. — Темные, наверное...
  Я бросил быстрый взгляд на Элейну. Моя принцесса держалась на удивление стойко, хотя я и видел страх в ее глазах.
  — Все будет хорошо, — улыбнулся ей я.
  Видимо, моя уверенность слегка успокоила девушку, но вот ее братья скептически переглянулись. А я тем временем активировал заклинание. И с каким-то отстраненным любопытством наблюдал за тем, как оно раскрывается. Воздух передо мной сгустился, и раздался протяжный трубный звук, от которого кровь стыла в жилах, сменившийся негромким ревом, напомнившим мне треск веток в костре. Только очень больших веток в очень большом костре.
  Нападающие вдруг остановились... похоже, они растерялись, и в следующее мгновение воздух вскипел черным огнем. Бушующие языки магического пламени превратились в сплошную стену, которая с огромной скоростью устремилась к ним. Никакого жара я не чувствовал, скорей наоборот, от нее исходил пронзительный холод. Нападавшие исчезли. Мы не услышали ни звука — все заглушал рев пламени. Еще мгновение, и оно сгинуло без следа. Как и те, кто напал на нас.
  Я тяжело опустился на землю, внезапно почувствовав себя совершенно опустошенным. Заклинание выжало меня досуха, и я еле рукой мог двинуть. А в сознании находился просто из чистого упрямства. Бешеный стук сердца звучал барабанной дробью в висках. Воздуха не хватало. И до ужаса хотелось пить. Я почувствовал, как меня сзади обнимают нежные руки Элейны. Она прижалась ко мне и всхлипнула. А я не нашел в себе сил даже повернуть к ней голову, только прохрипел:
  — Воды...
  Девушка метнулась к моей сумке, которую я сбросил на землю, готовясь дать бой неизвестным врагам. Найдя там флягу, она дрожащими руками поднесла ее к моим губам, и я жадно приник к горлышку, глотая прохладную воду.
  Эльфы смотрели на меня как на какое-то диковинное существо. В глазах у Тамиэля я видел почти уважение. А Натаниэль вообще смотрел на меня с каким-то восторженным обожанием. Именно он первым нарушил наступившее после окончания схватки молчание.
  — Что это за заклинание? Никогда такого не видел. Ты уничтожил одним ударом десять сильных магов! Одним заклинанием! И ни следа не осталось!
  — Оно называется «черный ветер», — устало пробормотал я.
  — Ты спас нас, Эндрю, — вдруг торжественно возвестил Тамиэль. — Сначала ты спас нашу сестру, а сейчас спас и нас. Мой долг к тебе вырос, и, клянусь пресветлым Литаром, я отплачу тебе.
  Я почувствовал, как вздрогнула Элейна. Натаниэль широко раскрытыми глазами уставился на брата. Казалось, они оба не могут поверить в услышанное.
  — Это одна из самых страшных клятв, — услышал я шепот Элейны. — Теперь он ничего не сможет тебе сделать, правда, только до тех пор, пока не отдаст долг.
  И тут меня словно подбросило вверх. Ощущение опасности обрушилось на меня подобно водопаду. Не соображая, что делаю, я вскочил, но не успел произнести ни слова. Время вдруг остановилось. В следующий миг поляна, на которой мы находились, озарилась багровым пламенем и раздался оглушительный взрыв. В глазах стало темно, и я почувствовал, что Элейна, пискнув, вцепилась в меня изо всех сил. Вдали я услышал тихие голоса, напомнившие голоса эльфов, а в следующий миг потерял сознание.
  
  
  ГЛАВА 29
  Из огня да в полымя
  
  Вот почему так происходит? Иногда мне кажется: все настолько плохо, что хуже быть уже просто не может, но потом оказывается, что я ошибался. И вообще, все мои беды от эльфов. Ведь пока я тихо жил в родном Мейне, никаких бед у меня не было.
  Эндрю Ламос. Размышления вслух под неодобрительное сопение двух принцев и хихиканье одной принцессы
  
  В последнее время я все больше и больше утверждаюсь во мнении, что меня прокляли. Потому как ничем другим объяснить мои злоключения невозможно.
  Я, человек, привыкший к спокойной, размерной жизни и комфорту, вынужден драться с вновь обретенными врагами, спасаться бегством сам и постоянно спасать кого-то.
  Еще пару месяцев назад такая жизнь мне и в страшном сне присниться не могла. И вот... Казалось бы, все! Мы наконец-то оказались в этом злополучном Элверне. Даже братьев Элейны повстречали. До столицы — рукой подать. Так нет же! Вместо того чтобы тихо-мирно добраться до дома этих эльфийских аристократов, мы сначала наталкиваемся на шайку разбойников, а потом и вовсе оказываемся непонятно где. И снова до места назначения топать и топать, причем пешком.
  И все почему? Потому что вчера, когда я потерял сознание, к нам на опушку выскочили еще какие-то типы (это мне уже сегодня Натаниэль рассказал), прямо-таки жаждущие отправить нас к давно почившим предкам. Отбиваться от них у моих эльфов сил уже не было, поэтому Тамиэль построил свой коронный стихийный портал, сгреб в охапку меня и Элейну, пнул младшего брата, и вот мы здесь. Кстати про «здесь»... это Бездна знает где. То есть никто из моих спутников точно идентифицировать местность не может. Даже приблизительно. Но все трое сходятся во мнении, что от их земель мы очень далеко. Весело, правда?
  Но вернемся к моим подозрениям. Если бы я не был проклят, то мы бы оказались где угодно, но не здесь. Почему я так думаю? А потому, что сейчас я имел сомнительное счастье, стоя на опушке леса, наблюдать скалистый берег, море и возвышающуюся над горизонтом Серую башню кого-то из Владык Теней. И если наличие первого и второго было мне не особо интересно, то наличие третьего слегка нервировало. И надо же нам было попасть именно сюда!
  Когда я пришел в себя, то первое, что почувствовал, это жуткий голод. Возможно, этому способствовал нежный запах карамели, тянущийся из котелка, над которым склонились Натаниэль и Элейна. Они о чем-то тихо спорили. Их старший брат сидел рядом со мной, бледный и осунувшийся. Видимо, не только меня потрепало.
  — О! Очнулся. — Тамиэль искривил губы в саркастичной ухмылке. — А я думал, до вечера проваляешься.
  — Не дождешься!
  — Это хорошо, что ты пришел в себя, — сказал он уже совершенно другим тоном, посмотрев мне в глаза.
  И было в его взгляде что-то такое, чему я и названия отыскать не могу... что-то человечное, что ли. Сейчас этот уставший и замученный парень не казался мне такой уж сволочью. Нет, в лучшие друзья я его записывать, конечно, не спешил, но и врагом считать уже не мог.
  — Сейчас есть будем. Младшие где-то иртайю откопали.
  — А это что?
  — Фрукт.
  — А что они тогда готовят?
  — Иртайю. В ней мякоти почти нет. Одни зерна. Но если их сварить...
  — Получится что-то похожее на ваш рис, — оторвалась от священнодействия над котелком Элейна. — Натан, хватит ныть! Скоро уже будет готово.
  — Оно уже минут пять как готово! А я есть хочу!
  — Подождешь! У нас только ты сырую иртайю есть можешь.
  Спустя четверть часа мы получили по миске довольно аппетитной золотистой каши. То есть миски получили Тамиэль и я. А младшие едва не подрались за котелок. В общем, я чуть со смеху не помер, когда они его друг у друга отбирать начали. А потом еще раз, когда отмыться пытались.
  Тамиэль, скривившись, пробормотал: «Пока эти дети вырастут, я с ума сойду». Потом демонстративно уткнулся в миску и сделал вид, что его тут нет.
  А я, как только поел, решил провести инвентаризацию нашего имущества. И что тут можно сказать? Результат меня не вдохновил. Припасов не так уж много. Особенно если учесть, что нас теперь четверо, а не двое. Как тут дело стоит с водой, пока тоже не понятно.
  Принцы только руками разводят. Мол, ничего не знаем. Бывать в этих краях не доводилось. Да и как отнесется хозяин башни к нашему вторжению, также остается только гадать. А самое неприятное, что, оказывается, и портал создать нельзя.
  Во-первых, искажения магические от башни, во-вторых, выяснилось, что нужно магическую энергию копить несколько дней. В общем, дела у нас обстоят далеко не самым лучшем образом.
  Вот только, к счастью, теперь это не только мои проблемы. Конечно, Элейна как была, так и остается слабой, беззащитной девушкой. С нее какой спрос? Но в отличие от меня, Тамиэль и Натаниэль кажутся вполне вменяемыми парнями. На рожон лезть не должны, а может, и посоветуют чего. Хотя им я не совсем доверяю. На клятву старшего принца я решил особо не полагаться. Мало ли... А береженого боги берегут. Так что рассчитывать лучше лишь на себя. Целее буду.
  — Ну и что делать будем, ваши высочества? — насмешливо протянул я. — Идеи есть?
  — Он всегда такой? — хмуро поинтересовался у сестры Тамиэль.
  — Какой? — наивно захлопала глазами Элейна.
  — Бесшабашный. Никакого пиетета к высшей аристократии.
  — Угу, — кивнула девушка.
  — И вот мне что интересно: почему?
  Принцесса пожала плечами, а острый взгляд Тамиэля скользнул по моей скромной персоне.
  — Что? — хмыкнул я. — Неужели не понятно? Вот сам подумай. Ты забудешь то, как я обезоружил тебя в первые минуты знакомства?
  — Нет, — твердо ответил принц. — Но я не собираюсь мстить тебе за это.
  — Вот и я думаю, что не забудешь, — кивнул я. — А раз так, какой смысл из себя невесть что строить?
  — Логично.
  — Я о том же. Но повторюсь: что делать будем?
  — А варианты какие? — влез Натаниэль.
  — Вы местность и нравы Владык Теней знаете в любом случае лучше меня. Так что жду ваших предложений.
  — Нужно попытаться уйти от башни как можно дальше, — высказал свое мнение Натаниэль.
  — Мысль разумная, но нам нельзя бежать куда глаза глядят. Иначе попадем из огня да в полымя. Вы хоть примерно представляете, куда нам надо идти?
  — Примерно представляем, — вздохнул Тамиэль. — На запад.
  — Ну хоть что-то. Ладно, пошли, — встал я.
  — Что? — вскинулись принцы в один голос.
  А Элейна, вот умничка, послушно поднялась на ноги и подошла ко мне.
  — Нет, можете, конечно, и тут остаться, — ехидно начал я. — Но ведь только что вы говорили, что нам следует убираться отсюда. Причем в темпе.
  — Эндрю, у тебя инстинкт самосохранения совсем атрофирован?
  — Возможно. А теперь поднимайтесь. Отдыхать ночью будем. И вообще, привал я не объявлял.
  — А с чего это вдруг объявлять о привале должен именно ты? — возмутился Натаниэль.
  — С того, что больше некому. Быстро поднимайтесь, и в путь! До заката не так уж и много времени. А ночью лично я шляться по этим дивным местам не стану.
  Эльфы изумленно уставились на меня. Даже Элейна, похоже, удивилась. Чего это они? И только тут до меня дошло... я разговаривал с эльфами как глава отряда с подчиненными. С принцами! Похоже, последние недели сильно изменили мой характер... М-да, внутренне я приготовился к бунту.
  Тут произошло то, что меня поразило еще больше. Они подчинились. Изумление в их глазах не исчезло, но возражать они не стали. Так что мы двинулись в путь. В определении направлений в лесу я не силен, тут эльфы как дома. Вел нас Натаниэль. Несмотря на то что мне было далеко до эльфов, которые по лесу буквально скользили, я не ударил в грязь лицом, пусть и к вечеру изрядно вымотался. По моим прикидкам, отмахали мы немало. А самое главное — обошлось без происшествий.
  Когда солнце спряталось за горизонтом, мы остановились на ночлег. Разожгли костер и приготовили ужин. Некоторое время мы ели в молчании, которое первым нарушил Натаниэль:
  — Лея, как именно тебя похитили? Или, возможно, ты знаешь что-то о самих похитителях?
  Девушка покачала головой:
  — Нет, не знаю. Они при мне почти не разговаривали. А похитили прямо из спальни.
  — Давай по порядку, — перебил Тамиэль. — Когда?
  — Ты и Натаниэль уехали в столицу к родителям, мы с Дани остались дома. В ту же ночь я легла спать, а проснулась от того, что кто-то вытащил меня из кровати. Я так испугалась...
  — А дальше?
  — Меня связали и заткнули рот. А потом вынесли через тайный ход, скрытый за лиловой портьерой. А я ведь даже не знала о его существовании! Этот ход вел куда-то за пределы нашего поместья. Но было темно, и я почти нечего не увидела. Нас ждала карета. Мы ехали несколько часов, и все это время похитители молчали. Потом мы вышли из кареты, они меня даже развязали и разрешили уединиться ненадолго. А дальше... я не придумала нечего умнее, чем сбежать. Они погнались за мной. Когда я увидела открывающийся портал, то поняла, что остановиться просто не успею. Вот и вся история похищения. Уверена, вы и то больше знали.
  — Мы не знали про тайный ход. И это очень важная зацепка. Значит, предателя надо искать среди приближенных, отмеченных особым доверием отца. Мы это и предполагали, но одно дело подозревать, и совсем другое — знать наверняка.
  — И что же удалось разузнать вам? — поинтересовался я.
  — Мы получили ментальное послание от Дани. Он утверждал, что Элейны нет в ее комнате и он ее не чувствует. Я постарался его успокоить. Сказал, что время ранее и Лея вполне могла проснуться на рассвете и пойти в библиотеку или сад и там заснуть. Такое ведь уже бывало. А через пару часов Данирис еще раз связался со мной. Слуги обшарили весь дом и окрестности, но принцессу не нашли. И тут стало ясно, что это не недоразумение, а похищение. И оставленное на столе письмо, якобы от Леи, что она убежала из дому, чтобы быть вместе с любимым, нас не обмануло.
  — Почему? — удивился я.
  — Ты ее почерк когда-нибудь видел?
  — Мм... нет.
  — Он у нее... специфический. Кроме учителя грамматики, разобрать его не может никто. Даже у нее самой не всегда получается. На все письма вежливости за нее отвечала компаньонка матушки. Так вот, та записка была написана каллиграфическим почерком, да еще и таким языком, каким наша сестра и изъясняться-то не умеет.
  — Угу, — кивнул Натаниэль. — «Отец, матушка, молю Вас о снисхождении. Душа моя рвется к мужчине, коего вы не одобрите. И посему сообщаю, что вынуждена бежать с ним...» И в таком стиле три листа. Предположить за ребенком, который вчера полдня в салочки играл, душевное томление... это как-то слишком. Да и актриса из нее никудышная.
  — Угу, — хмыкнул Тамиэль. — Эмоции она сдерживать не умеет совершенно. Так что у нас были все основания усомниться в ее побеге.
  — Может, хватит? Я вообще-то рядом с вами сижу! И я не маленькая девочка! — Элейна негодующе посмотрела на братьев.
  — Извини, — произнес Тамиэль, однако я не поверил в его искренность. Как считали они сестру маленькой несмышленой девочкой, так и продолжали считать... правда, саму принцессу раскаяние брата удовлетворило.
  — Но в принципе комбинация была достаточно тонкой? — спросил я. — Девушка исчезает. Ночью. Следов борьбы нет. Никто нечего не видел и не слышал. Плюс ко всему есть письмо, якобы все объясняющее. И никто бы не удивился, если бы через некоторое время выяснилось, что Эль стала женой некоего лорда. Предположу, что этот лорд заполучил бы некоторые рычаги воздействия на вашу семью.
  — В кого ты такой умный? — ехидно поинтересовался старший принц.
  — В маму с папой.
  — Хотел бы я с ними познакомиться.
  — Ну если только в небесных чертогах... но я бы на твоем месте туда не спешил, — в шутку ответил я, стараясь за натянутой улыбкой скрыть боль утраты.
  Ведь почти пять лет прошло, а я до сих пор по отцу скучаю. По маме не так. Все-таки, когда она умерла, мне всего семь лет было. Грустно, конечно, но она стала для меня тенью очень давно.
  Повисла тяжелая тишина.
  — Я не хотел напоминать, — несколько смущенно сказал Тамиэль.
  — Ничего. Забыли. Лучше скажи: вы ведь пришли к схожему выводу?
  — Да. И даже примерно представляем, кому могла понадобиться Элейна в качестве жены-заложницы. А вот крыса... не знаю даже, кого подозревать.
  — Ты не против, если я немного порассуждаю вслух? Заняться ведь сейчас все равно нечем.
  — Давай. Будет интересно послушать.
  — Это тот, кто был вхож в ваш дом и гостил в поместье, вероятнее всего, в отсутствие хозяев. Потому что иначе о тайном ходе он бы не узнал. Не думаю, что вы кричите о таком на каждом углу.
  — А почему не один из приближенных, которым отец мог рассказать об этом?
  — Письмо. Я так понимаю, если даже вы не знали о подземном ходе, то уж люди, приближенные к вашей семье настолько, что знают о системе тайных ходов, должны знать, какой почерк у вашей сестры на самом деле, знать о ее характере и привычке изъясняться. Они бы не допустили подобной ошибки.
  — Логично, — кивнул старший принц.
  — А теперь вернемся к нашему подозреваемому, — продолжил я. — Трудно сказать, как он узнал о тайном ходе, но думаю, что есть варианты... Он не слишком близко знаком с Элейной. Знает о ней мало, но решается на похищение. Скорей всего не просто так. Возможно, он даже переписывался с ней... ведь нужен какой-то повод, чтобы письмо было достаточно достоверным. Хотя если она сама писала, то он знал почерк. Поклонников, наверное, у вашей сестры было множество...
  Элейна залилась краской, а ее братцы весело заулыбались.
  — Эндрю, не угадал! — воскликнул Натаниэль. — Наша сестренка быстро давала от ворот поворот потенциальным ухажерам.
  — Эль, неужели ты не переписывалась с поклонниками? Не отвечала ни на какие письма признания в любви или что-то в этом роде? Ни разу?
  Девушка скривилась.
  — Ну... — Она замялась. — Один раз было.
  Братья изумленно уставились на нее.
  — Но не сама! — выпалила она. — Леди Онория писала за меня.
  — Под твою диктовку? — уточнил я.
  — Нет, конечно! Сама она писала. Вот еще, буду я этому Экантею отвечать! Как будто мне заняться нечем. Но леди Онория твердила, что оставлять такие трогательные послания без ответа крайне невежливо. Ей его было жалко.
  — Да... это в стиле старушки Онории, — протянул Натаниэль. — Очень сентиментальная дама. А знаешь, Эндрю, это укладывается в общую картину. И даже многое объясняет. Почерк действительно чем-то был похож на почерк Онории. Она у нас постоянно пишет какие-то романы и заставляет всех их читать. Но вот только... зачем Экантею нас предавать? Не было никакого резона, отец и так склонялся к тому, чтобы выдать Лею за него.
  — Что?! — возопила Элейна, вскакивая на ноги. — Меня?! За него?! Никогда в жизни! Слышите? Никогда!
  — Успокойся, — раздраженно бросил Тамиэль.
  — Да как тут можно успокоиться?! Меня хотели отдать этому слизняку!
  — Хотели, — спокойно ответил старший принц. — Но лично у меня планы слегка изменились. Я был несправедлив к тебе. Пора это исправить. Я даю слово, что тебя не станут заставлять. Я все же имею на отца определенное влияние. Веришь?
  — Да, — почти прошептала девушка, в одно мгновение растеряв весь свой пыл.
  — Вот и умница.
  — Ваш отец хотел отдать ему Элейну потому, что этот ваш Экантей — его союзник?
  — Скорее марионетка.
  — Тогда все понятно. Марионетка просто сменила хозяев. Либо он давно работает на них. Такое возможно?
  — Да. И по возвращении я лично займусь этим типом.
  — Ладно, предлагаю ложиться спать, завтра тяжелый день! — завершил я нашу дискуссию.
  И вновь еле сдержал свое изумление — эльфы безропотно подчинились. А принцесса вновь как-то странно посмотрела на меня.
  
  
  ГЛАВА 30
  Стая Снежных Стражей
  
  Один из законов природы: хищник никогда не станет нападать первым, не будучи уверенным в том, что он победит, или в том, что иного выбора у него нет. Поэтому, друг мой, никогда нельзя выказывать слабости и страха. Пытаясь убежать, вы уподобляетесь его добыче, ибо, как никто другой, хищник чувствует вашу неуверенность и боязнь, тем самым вы как бы говорите ему: давай, съешь меня...
  Вермер Кастолийский. Наставление охотнику
  
  На следующий день, открыв глаза, я почувствовал ломоту во всем теле и даже, как мне кажется, небольшой жар. Казалось, каждая косточка жаловалась и выражала протест против того, что творилось со мной последние два дня. В общем, налицо было переутомление. Я сейчас готов все сокровища мира променять на горячую ванну и мягкую постель.
  Мечты, мечты... Но ничего, вот доберемся до дома моих эльфов, неделю из кровати вылезать не буду! В идеале бы туда еще Элейну затащить. Мне тотчас же представилась невероятно притягательная картина.
  На белом шелке простыней, с разметавшимися по подушке волосами спит моя принцесса. Одеяло сползает вниз, открывая восхитительной формы грудь. Обнаженная ножка выглядывает из-под одеяла. Такое невинное выражение лица...
  Демон меня побери! Нашел о чем думать! Отогнав от себя приятные, но в данный момент совершенно неуместные мысли, я поднялся со своего одеяла и пошел умываться, надеясь, что холодная вода уберет ноющую боль в висках. Но надеждам моим не суждено было сбыться. Стало только хуже. Красота! У меня теперь еще и озноб. А самое обидное — я себя даже излечить не могу. Вот что значит пользоваться совершенно незнакомой магией, которая выжимает тебя буквально досуха. И свитки кончились. Так что мне не остается ничего иного, как терпеть.
  Лучше я сдохну от истощения, чем покажу этим чванливым эльфам свою слабость. Они-то, в отличие от меня, были бодры, свежи и готовы к путешествию. Лишь от Элейны не укрылось мое самочувствие. Женщину трудно обмануть. Но надо отдать ей должное, она не стала заострять на этом внимание, а лишь на мгновение прижалась к моему плечу. И вдруг мне стало так тепло... Даже боль почти прошла. Наверное, есть какая-то магия в прикосновение того, кого... любишь?
  Быстро перекусив, мы продолжили путешествие по лесу. Если честно, мне кусок в горло не лез, но я заставил себя проглотить немного сушеного мяса. Правда, на вкус оно было так себе, но голод утоляло хорошо.
  Сегодня, к моему огромному облегчению, эльфы двигались значительно медленнее. А еще я увидел у них на лицах озабоченность. Да и за луки они хватались чаще, чем вчера. Может, это, конечно, и паранойя, но обстановка располагает. Да и меня не оставляло нехорошее предчувствие.
  — Что-то не так? — негромко осведомился я у Тамиэля, устав вздрагивать от каждого шороха.
  — За нами кто-то следит, — так же негромко ответил он мне. — Мы это чувствуем. Кто-то не живой и не мертвый.
  Но осознание этой фразы у меня ушло несколько секунд. И все равно я не понял, что конкретно он имел в виду и как такое возможно. Ведь есть живые — они родились и могут умереть. Есть мертвые: нежить, неуспокоенные духи, поднятые темной магией, — они все мертвы. То есть в их биографии был факт смерти. И уже неважно когда. Поэтому я счел за лучшее поинтересоваться:
  — Как это?
  — Подобные твари редко встречаются. Они... мм... некий гибрид живого и мертвого. Рожденные от живой самки и поднятого магией мертвого самца. — Принца передернуло, но он взял себя в руки и продолжил: — Это... противоестественно. И мы всегда их чувствуем, если они находятся близко. Обычно это жертвы неудачных магических экспериментов темных или Владык. Как правило, их уничтожают, но есть те, кто успевает сбежать.
  — И что, они опасны?
  — Опасны не совсем то слово, — покачал головой Натаниэль. — Они — сама смерть. А за нами, похоже, стая идет. И это очень плохо.
  — Они что, стаями сбегают?
  — Нет, — тихо ответил старший принц, — но они не мертвые. Эти твари могут размножаться.
  Я покосился на внимательно слушающую разговор слегка побледневшую Элейну и одними губами прошептал: «Все будет хорошо». Она вымучила жалкую улыбку, но кивнула.
  — А самое паршивое то, что мы пока не можем создать портал, — добавил Натаниэль. — И у нас получится это сделать не раньше чем через пару дней.
  — Подожди, — вдруг осенило меня. — Натан, ты не можешь создать телепорт на троих, а на двоих сможешь?
  — На двоих? — переспросил эльф и озадаченно посмотрел на меня. — На двоих можно попробовать, но зачем? Ты что, имеешь в виду...
  — Именно, — кивнул я, — вы с Элейной телепортируетесь и потом нас с Тамиэлем заберете.
  — Эндрю прав, — внезапно поддержал меня Тамиэль, чем вызвал мое невольное уважение. — Вы будете в безопасности, а нам отправите магов в помощь.
  — Нет! — возмущенно возразил Натан. — Ты думаешь, что я не разбираюсь в магии. Как минимум часов десять надо, чтобы восстановить магические контуры вашего местонахождения и проложить портал...
  — Я не пойду! — наотрез отказалась и Элейна, тоже возмущенно смотря на меня.
  В общем, как мы ни убеждали наших спутников, они остались глухи к голосу разума. В конце концов я сдался, а потом и Тамиэль, бормоча себе под нос что-то нелестное про неразумных детей.
  — Я создам портал, — подвел итоги наших споров Натаниэль, — но только для четверых. Если не будет никаких трат энергии, то через сутки. Если будут, то соответственно больше. Думаю, до этого времени мы более точно определим, где находимся.
  Они с девушкой отошли в сторонку, и я остался один на один с их старшим братом.
  — Они нападут? — тихо поинтересовался я, пользуясь тем, что Элейна не слышит.
  — Скорее всего, — хмуро ответил Тамиэль. — Надо постараться не допустить этого. А то даже твои таланты не помогут. Стая просто численностью нас сметет.
  — Паршиво... — протянул я.
  — Сейчас они следят за нами и оценивают. Мы не знаем, сколько их, они не знают, на что мы способны.
  — Так они что, разумны?
  — В какой-то степени. А еще их терпение не бесконечно. В отличие от голода. Думаю, все решится сегодня. Пока они идут за нами, нам нельзя останавливаться и разделяться. Только так есть небольшой шанс избежать нападения. Они обычно нападают на обессиленных жертв.
  — То есть мы будем ночью идти? — робко поинтересовалась Элейна, приближаясь к нам.
  — Придется. Надеюсь, ты не хочешь проснуться в желудке у этих тварей?
  М-да, все веселее и веселее. Судя по похоронным минам на лицах моих спутников, они, похоже, уже присматривают себе место на том свете. А я вот не готов пока это делать. Все-таки эльфы это сплошная головная боль! Надо же, не так давно я вообще не верил в их существование. И на тебе... целых два принца и принцесса. Да уж, ты высоко вознесся, Эндрю Ламос, саркастически усмехнулся я про себя. Правда, может оказаться, что падать с этой высоты будет очень больно. Бездна, как же у меня все болит!.. К своему огромному удивлению, я вдруг осознал, что совершенно не испытываю страха. Что само по себе не могло не радовать. Я могу быть объективным к себе и признаюсь, что особой смелостью не отличался. Особенно если она граничит с безрассудством. Но сейчас мне не было страшно. Немного тревожно — да. Но не более того. Может, у меня лихорадка и жар начали затмевать разум?
  В гробовом молчании мы продолжили путь. Теперь я более внимательнее прислушивался к происходившему вокруг нас и вскоре убедился: нас действительно преследуют. Понятно, что долго это не могло продолжаться. На всю ночь меня лично не хватило. И когда над лесом повисла полная луна, я заявил братьям, что дальше не пойду. Просто потому, что свалюсь через несколько метров. Но у меня создалось впечатление, что они сами ждали от меня подобного. Что ж, эльфы тоже могут уставать. Однако расслабляться нам было рано.
  Братья принялись создавать какую-то хитрую магическую завесу. Я же сел рядом с Элейной, которая сразу опустила голову на мое плечо и задремала. Хотелось последовать ее примеру и забыться хоть на несколько минут, но я усилием воли удержал себя в сознании и постарался вспомнить какие-нибудь заклинания-сюрпризы, так удачно всплывавшие в моей памяти последнее время. Но озарение не приходило. Зато пришла дрема. Окутала меня своим волшебным покрывалом и увела в волшебный мир снов.
  — Эндрю, — услышал я голос Элейны и почувствовал, как она трясет меня за плечо.
  Сон мгновенно слетел с меня. Вскочив на ноги, я принялся ошарашенно оглядываться по сторонам, не совсем понимая, что, собственно, происходит. Стояла ночь, поляну, на которой мы устроились на ночевку, освещал свет луны и маленького костерка. В этом неверном свете я увидел окружавшую нас призрачную завесу. А там, за магическим куполом, были те, кто преследовал нас.
  Их было семь, и эти твари впечатляли. Огромные снежно-белые звери, чем-то похожие на волков, правда, размером с небольшого теленка. Умные золотистые глаза. И внушительный набор клыков, которые они демонстрировали, глядя на нас. Да... таким зубкам позавидовал бы любой хищник. Величественно-прекрасные, но оттого не менее опасные.
  Принцесса судорожно сжимала край моей рубашки и дрожала. От нее буквально исходили волны панического ужаса. Принцы стояли в напряженных позах, готовые в любой момент нанести удар. Я понимал, что мне необходимо последовать их примеру, вот только... наши преследователи казались мне смутно-знакомыми и не вызывали чувства опасности.
  Знаю, глупость, но чувство, будто эти звери не тронут, не отпускало. Про эльфов ничего сказать не могу, а вот меня не тронут. Потому что, когда они смотрели на моих спутников, их глаза горели жаждой крови, а когда на меня — во взглядах появлялось некоторое недоумение. Мол, что это ты тут делаешь?
  А еще мне что-то во всем происходящем казалось неправильным. Но что именно, я понять не мог. Братья нанесли совместный удар, и зеленый огонь устремился через завесу. Не нападение, а так... прощупывание почвы. Звери брызнули в стороны, уходя с линии огня. Пламя растаяло, и они мгновенно вернулись на свои места и начали медленно приближаться.
  К моему ужасу, первая из тварей коснулась защитной стены и спокойно прошла сквозь нее. От меня не укрылись обреченные взгляды, которыми обменялись между собой эльфы. Они еще раз попытались нанести удар зеленым пламенем, но в этом не было ровным счетом никакого смысла. Снежные монстры были быстрее. Но нападать отчего-то не спешили.
  Я заметил взгляд Тамиэля. Он смотрел на меня с надеждой. Нет, этот эльф не собирался просить человека о помощи. Он, наверное, лучше бы умер, если бы дело касалось только его. Но рядом с ним стояли те, кого он любил, те, кого он должен был защищать. Наверное, именно поэтому в устремленном на меня взгляде наследника светлоэльфийского престола было нечто очень похожее на мольбу. А я... не знал, что мне делать.
  
  
  ГЛАВА 31
  Воспоминания
  
  Друг — это не тот, кто обретается неподалеку и по воскресеньям заходит на чай. Это тот, кто живет в твоем сердце, оставаясь там, даже если Судьба разводит вас по разным сторонам света. Друг — это часть твоей души. Но как же это больно, сказать другу: «Прощай». Поэтому я всегда говорю: «До свидания».
  Эрик Маар. Записки путешественника
  
  Стая вела себя необычно. Твари застыли в нескольких метрах от нас и лишь скалились, не пытаясь, однако, напасть. Но более всего меня удивляло в данной ситуации, что они наиболее агрессивно были настроены не к принцам, которые поливали их огненным дождем, а к хрупкой Элейне, которая вот уже несколько минут находилась в полуобморочном состоянии.
  А мой внутренний голос твердил: «Опасности нет. Опасности нет. Опасности нет». И именно это пугало меня больше всего. Они же в мгновение разорвут нас на кусочки, а я даже не попытаюсь защититься? Но меня словно бы за руку что-то держало.
  Отделившись от стаи, к нам приблизился матерый зверь. На голову выше остальных. Я сразу понял по его поведению — вожак. В его умных глазах горело презрение, когда он смотрел на принцев. Затем он угрожающе рыкнул на Элейну, а уж потом посмотрел мне в глаза. В золоте радужной оболочки его глаз я увидел свое отражение. И еще кое-что.
  Моя память вообще странная штука. Она никогда меня не подводила. Лица, события, магические формулы... стоило один раз что-то прочитать, и это намертво застревало у меня в голове. И в то же самое время я не помню почти ничего из того, что происходило со мной до семилетнего возраста. А тут... словно плотину прорвало. Детские воспоминания всплывали одно за другим. Их было не так уж много, но... меня затрясло. Я невероятным усилием взял себя в руки. Это невозможно... однако головоломка сложилась. Мне отчаянно не хотелось в это верить, но разве был другой выход? Поэтому я твердо отчеканил:
  — Никому не двигаться. Не нападать. Стоите тихо и даже не дышите. Эль, медленно, очень медленно отпусти меня и отойди к Натаниэлю.
  Девушка часто закивала, но с места не сдвинулась, лишь еще крепче вцепившись в мою рубашку.
  — Эль, поверь мне. Отпусти меня. Да, вот так. Умничка. А теперь сделай маленький шаг к брату. И еще один. И еще. Молодец. Теперь замри.
  Вожак одобрительно рыкнул, глядя на наши манипуляции, и еще немного приблизился ко мне. Я улыбнулся и опустился на колени. Потом протянул руку, почти касаясь влажного черного носа, и неожиданно хриплым голосом прошептал:
  — Аяши. Привет, малыш.
  Зверь с щенячьим визгом бросился ко мне, пытаясь одновременно обнюхать, вылизать и повалив на спину, хорошенько потоптаться. А я обнял могучую шею, зарываясь лицом в жесткий белый мех.
  — О боги, как же ты здесь оказался, малыш?
  Но вместо ответа Аяши попытался по третьему кругу вылизать мне лицо.
  — Ох, прекрати, — со смехом отстранился я. — Я тоже скучал.
  Умерить щенячий восторг этой туши у меня получилось только минут через пять или десять. Все это время стая с интересом за нами наблюдала, не выказывая агрессии. И наконец я смог взять себя в руки. Поднялся и указал на своих спутников.
  — Аяши, свои. Не нападать!
  Стая тотчас же перестала обращать внимание на эльфов и сгрудилась в некотором отдалении от нас.
  — Мм... Эндрю, — начал Тамиэль, откашлявшись. На этот раз он смотрел на меня словно на бога, сошедшего с небес. — Может, ты объяснишь, во имя Бездны, что происходит? И откуда ты знаешь этого... Аяши?
  — Долгая история, — попытался откреститься от допроса я, но мне не дали.
  — И все же? Нам очень интересно, где пришелец из другого мира мог завести столь... оригинальных знакомых?
  — Ты не поверишь, но в Хэйноте, то есть дома. Когда мне было лет шесть, мама принесла домой сверток, в котором был маленький, еще слепой щенок. Я начал за ним ухаживать. Молоком из чайной ложечки кормил, лужи бесконечные вытирал. Спал Аяши с первого дня в моей комнате. И мы везде и всегда были вместе. Правда, в ту пору он был мосластым щенком и ничем не напоминал сегодняшнего хищника.
  — Но как он нут оказался?
  — Мне бы самому хотелось это знать. Как и то, почему я до сегодняшнего дня ничего не помнил о нем. Просто в один прекрасный день он исчез. И мне это даже странным не показалось. Словно его из моей памяти выжгли.
  — Это как?
  — А Бездна его знает. А потом мама умерла... и нам с отцом вообще не до чего стало. Ладно, все это дело прошлое. А докопаться до того, что произошло семнадцать лет назад, у нас все равно не получится, как бы нам этого ни хотелось. Давайте лучше отдыхать будем.
  Эльфы особого энтузиазма не проявили, но и возражать не стали. А я обвел стаю Аяши взглядом и отрывисто бросил: «Охранять». Снежные Стражи, повинуясь моему приказу, рассредоточились по краю поляны и улеглись отдыхать.
  — Ваши высочества, — насмешливо протянул я, — расходимся по лежакам. Резких движений не делаем. Никуда не отходим. Если что-то надо — будим меня. И вообще, советую воздержаться от всего того, что они могут воспринять как агрессию в мой адрес.
  Я дождался кивков и буквально упал на свое одеяло. Сейчас, когда напряжение спало, на меня накатила такая дурнота, что перед глазами все поплыло. Вернулись озноб, ломота в суставах и головная боль. О том, что через несколько часов придется встать и куда-то идти, мне думать не хотелось совершенно. Видимо почувствовав мое состояние, Аяши лег рядом, подставляя теплый бок.
  Я проснулся, когда солнце было уже достаточно высоко и вовсю припекало. И понял, что чувствую себя вполне сносно. Огляделся и увидел эльфов, сгрудившихся на лежанке Тамиэля. Они тихо перешептывались, бросая на меня раздраженные взгляды.
  — Всем привет, — поздоровался я, потягиваясь. — А почему вы меня не разбудили?
  — Мы хотели, — прошипел сквозь зубы Тамиэль, — но твои звери начинали недвусмысленно скалиться, стоило нам приблизиться к тебе или издать громкий звук. Так что мы уже часа четыре сидим и о жизни разговариваем. Но, Эндрю, я тебя прошу: поднимайся. Я конечно же рад, что они вместо того, чтобы нами поужинать, охраняют твоей сон, но лично меня их компания нервирует.
  — Ладно, встаю, — отозвался я и, еще раз потянувшись, поднялся со своего ложа.
  Через четверть часа мы вышли к скалистому отрогу, с которого отлично просматривалась местность, лежащая перед нами. Безжизненная степь, которую извилистой змейкой рассекала пыльная дорога. Ни одного ростка зелени, лишь голая земля, по которой ветер гонял сухие ветки. И вот что было интересно: в этом месте от убегавшей вдаль дороги шло ответвление прямиком к Серой башне. Я решил проверить догадку, пришедшую мне в голову.
  — Аяши, хозяин?
  Пес завилял хвостом и ткнулся носом в мою ладонь, показывая, что я — его хозяин.
  — Аяши, покажи, где живут эльфы.
  Он, все еще виляя хвостом и, видимо, думая, что я играю с ним, повернулся и уставился на дорогу, ведущую в степь.
  — Аяши, покажи дом! — крикнул я, уже понимая, куда он мне покажет.
  И мой пушистый друг действительно развернулся и помчался к жилищу Владыки Теней.
  — Молодец, мальчик, — похвалил его я внезапно севшим голосом. — А вы, ваши высочества, бегом туда, где живут эльфы.
  — Что это значит? — попытался возмутиться Натаниэль, но был остановлен окриком брата:
  — Неужели непонятно? Это значит, что нам невероятно повезло. Эти звери не дикие. Их дом и, вероятнее всего, настоящий хозяин живет вон в той башенке. А они — охранники, избавляющие владельцев этой земли от незваных гостей. Так что не задавай глупых вопросов и быстрей иди.
  Мы шли несколько часов, лишь изредка останавливаясь. Аяши трусил рядом со мной. Я старался при любой возможности приласкать его, потрепать по холке или просто коснуться жесткого меха. Мой пес словно вспомнил детство и старательно изображал щенка на прогулке. Постоянно вилял хвостом и заглядывал мне в глаза. А его стая бежала в некотором отдалении от нас.
  Но вскоре нашему относительно безопасному — пока мы находились под защитой Снежных Стражей — путешествию пришел конец. Аяши внезапно остановился, удивленно рыкнул и с тоской глянул туда, откуда мы пришли.
  — Я не могу пойти туда, малыш, — грустно улыбнулся я. — Там не мой дом.
  При слове «дом» мой пес несколько раз радостно гавкнул и завилял хвостом. И от этого мне хотелось лезть на стену.
  — Мне нужно туда, где живут эльфы.
  Аяши посмотрел на моих спутников и зарычал. Я же, лишь в глубине души надеясь, но понимая, что моим желаниям не суждено сбыться, спросил:
  — Ты пойдешь со мной? Один.
  Он поднял на меня несчастные глаза, в них читался ответ. Не пойдет. Если бы вместе со стаей, а так... нет. Или если бы я приказал ему следовать за мной. Но разве можно требовать от друга такого?
  — Прости, малыш. Я не могу взять вас всех. И остаться тоже не могу.
  Бездна все побери! Как же мне не хотелось это говорить... Но я сделал над собой усилие и четко произнес:
  — Аяши, домой. Беги!
  Бросив на меня еще один несчастный взгляд, он развернулся и медленно пошел обратно, иногда оборачиваясь, а я пытался бороться с подступившим к горлу комом. Мне казалось, что время повернуло вспять и я снова шестилетний ребенок, потерявший лучшего друга.
  Как же мне хотелось окликнуть его и позвать с собой, но делать этого нельзя. Я не настолько эгоистичен. Все же он не домашний песик, а свободное животное, живущее среди сородичей.
  Первым, как это ни странно, ко мне подошел Тамиэль. Принц положил мне руку на плечо. Я раздраженно посмотрел на него. Он в свою очередь внимательно смотрел на меня. Не знаю, что нашел в моем взгляде этот парень, видимо, что-то нашел. Мне так показалось, потому что он тяжело вздохнул и криво ухмыльнулся. А потом как выдал:
  — Vi estas mia fato. Mi preno viane flano сiam. En mia domo сiam lyo por vi. Еsta.
  С чувством, с толком. Лицо торжественное. И я понял то, что он произнес, хоть я и совершенно не знал эльфийского. Не знаю как, но понял. Мне захотелось врезать ему хорошенько. Просто так, чтобы злость выместить. Но я лишь тяжело вздохнул и повторил за ним его клятву. Вот только не на древнеэльфийском, а на всеобщем. Просто из вредности. Ну и чтобы идиотом себя не чувствовать, произнося всю эту абракадабру.
  — Ты — мой брат. Я всегда приму твою сторону. В моем доме найдется место для тебя. Клянусь.
  — Ты знаешь эльфийский? — вырвалось у Натаниэля.
  — Не знаю, но фразу понял, — пожал плечами я. — Слушай, побратим, а зачем ты это сделал? Мне интересно, за какой Бездной тебе это понадобилось?
  — Захотелось, — нагло усмехнулся он.
  — В связи с чем?
  — Если бы не было нас, ты бы пошел вслед за Снежным Стражем? — ответил вопросом на вопрос Тамиэль.
  — В Серую башню? — ядовито бросил я. — А хозяину бы заявил: «Здравствуйте! Меня мой песик, которого вы последние семнадцать лет своим считаете, в гости пригласил. А тут у вас поживу немного?» То-то местный Владыка обрадовался бы.
  — Не ерничай. Просто ответь: ты бы пошел вслед за Снежным Стражем?
  — Да, — признался я убито. О боги, неужели я такой идиот? Да, именно такой. Видимо, Руалин все же заразил меня своим авантюризмом.
  — Вот именно поэтому.
  — Тебя моя тяга к самоубийству подтолкнула?
  — Нет, — спокойно отозвался старший принц. — Я верю в судьбу, Эндрю. Ничто в этом мире не происходит просто так. Ты спас нас несколько раз, и я чувствую в тебе силу. Силу, по сравнению с которой моя — жалкое подобие магии. В тебе есть что-то... — Эльф замялся. — Что позволяет мне считать тебя моим другом! Элейна, не сдержавшись, вскрикнула. Натаниэль, открыв рот, смотрел на своего брата. А я, я просто положил свою руку на плечо эльфа. Может, я тоже верю в судьбу?
  — 
  — 
  — 
  — 
  — 
  —  Главы 32 - 40 + Эпилог были изъяты.
Оценка: 6.91*46  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Кейн "Дэйхан"(Уся (Wuxia)) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров-2. Легион"(ЛитРПГ) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) А.Минаева "Академия Алой короны-2. Приручение"(Боевое фэнтези) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) Э.Милярець "Сугдея"(Боевое фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Емельянов "Мир Карика 11. Тайна Кота"(ЛитРПГ) В.Каг "Операция "Поймать Тень""(Боевая фантастика) А.Кочеровский "Баланс Темного"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"