Вот прикрою глаза. Потолок провернётся, Опрокинутся стены, топчан улетит. И любимая женщина снова вернётся. Печь растопит, отмоет, накормит, простит.      Валентин Голиненко

* * * В голове перезвон, сердце бьётся неровно, Что-то колет в боку, ноют вены в ногах. Глаз открыть не могу - в них какие-то брёвна. Шах и мат, "а до смерти четыре шага". Телефон на полу жжёт по нервам рингтоном, Как матёрый палач - мол, пора, много дел. Я хватаю его, наклонившись со стоном, С комом в горле хриплю, что, увы, заболел. Позабудьте меня, словно не было вовсе. Я никто и нигде, отползаю во мрак. По дороге домой заглянул к другу в гости, А, что было потом, и не вспомнить никак. Потянул сквознячок, и на миг стало легче. Тут же совесть в галоп: "Что ты, братец, опять? У тебя простатит и опухшая печень, И мотор износился - пора завязать!" Разошлась во весь дух, пилит нудно до рвоты. Дотерплю, зубы сжав - буду знать наперёд. И жена, наконец-то, вернётся с работы, Приберёт, стол накроет и пива нальёт. Если я доживу. <апрель 2014>