# Купидон молча плачет от жалости...

Борис Сергеевич Булатов

Сплю подолгу, фортуной не признанный,

На заре ты меня не буди.

Всё одно - что в Париже, что в Сызрани...

Лишь в теории я эрудит.

В соавторстве с Арсением Платтом


Сторонясь догоревшего факела,

На ребро не позарится чёрт.

И тогда белокрылого ангела

Седина в бороде привлечёт.


Но в преддверии мудрого вечера

Я привычки свои не менял.

И останусь таким же доверчивым,

Даже если обманешь меня.


Купидон молча плачет от жалости,

Но прицельно прищурился глаз...

Сохранив все привычки до малости,

Я рога поменял много раз.


Пир кончается жизненный. Съем десерт

И пора собираться в бега...

Но что в двадцать, что в сорок, что в семьдесят,

Наступаю на те же рога.


Сплю подолгу, фортуной не признанный,

На заре ты меня не буди.

Всё одно - что в Париже, что в Сызрани...

Лишь в теории я эрудит.


Память выхватит нотку мажорную,

Скрасить чтоб исторический срач:

Я на Белом напился по-чёрному,

А на Чёрном был бел и горяч.


Тешит память лихими мгновеньями,

Как от страсти крутился ужом...

После белой минорное пение,

После красного бурный мажор.


Прежде прятали вилки и ножики,

А сейчас и топор на виду...

Но опять мы закрутимся ёжиком,

Если черти поджарят в аду.


А пока тишина, как на кладбище -

Я там часто бываю теперь,

Провожая ушедших товарищей,

И уже не считаю потерь.


Заплутали в ночи ли, в тумане ли -

Нам пора возвращаться домой...

На Земле мы вразнос хулиганили,

Но оставили след стиховой.