Булгакова Валентина Николаевна: другие произведения.

Последнее дыхание

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    КНИГА ВТОРАЯ.ПРОДОЛЖЕНИЕ.В ПРОЦЕССЕ НАПИСАНИЯ.

    (Обновлено до 14 главы)Ты веришь, что спасение придет совсем скоро, что твой друг вот-вот позвонит и попросить встретить у вокзала. Но никого нет, ты один на один со своими проблемами, которых становится все больше. Но все меняется - больше нет хороших и плохих. А ты становишься той, за кем ведут тщательную охоту. Кого ты выберешь: тех, кто хочет сохранить твою жизнь,но использовать в своих целях или тех, кто хочет убить для блага всех людей?



Последнее дыхание

  
   Пролог.
  
   Тонкие пальцы сдавливали горло все крепче и крепче. Я не могла пошевелиться, не могла дернуть даже пальцем. Сейчас время для меня словно замерло и приобрело другое значение. Теперь каждая секунда казалась непоколебимой вечностью. И я считала эти мгновения, считала секунды, которые мне осталось провести здесь. В глазах уже стало темнеть - я перестала сопротивляться. Мне оставалось только ждать...
   Дверь открылась, и в эту темную комнату пробрался небольшой ветерок, который заставил меня открыть веки. Никого нет. Стоит ли пытаться опять распутать эти тугие веревки на руках? Нет, потому что я знаю, что стало поздно. Слишком поздно, чтобы была возможность что-нибудь изменить.
   На горле все еще чувствовались тонкие пальцы. Но я знала, что это было только чувство. Оно меня никогда не покинет...
   - Я пришел, - прозвенел над ухом тихий голос, который взорвал во мне тысячу разных чувств.
   - Не стоило... - прохрипела я.
   - Думаешь, что уже поздно?
   - У меня нет сил, чтобы думать.
   Голос засмеялся, будто разряжая эту темноту тысячами искр, но все еще было темно.
   Он вернулся.
   Я ему нужна.
   Я ему нужна, чтобы убивать.
   Холодные, немного потрескавшиеся губы прислонились к тому месту, где недавно были тонкие пальцы. Мне стало больно, потому что я не хотела ничего вспоминать, но он настаивал.
   - Ты сделаешь так, как я этого захочу, - сказал голос. Как же я хотела, чтобы это предложение было вопросом. Но мне уже давно перестали задавать такие вопросы.
   Я боюсь, что все опять обернется против меня. Я боюсь, что снова вернусь в тот круговорот, из которого так сложно выбраться. Я хочу дышать свободно, не хочу подчиняться никому, даже ему.
   Но тот день наступит, я знаю. И тогда точно ничего нельзя будет вернуть назад. Самое плохое то, что его я уже не увижу, потому что это будет мое последнее дыхание, а он не захочет смотреть, как я буду погибать...
  
   Глава 1.
   Мой новый "друг"...
  
   Я сидела на высоком стуле, смотря перед собой - на свое отражение, безобразно искаженное в кривом зеркале. Сколько я уже нахожусь в этом здании? Сколько уже в этом городе, в этой стране? Да и почему я нахожусь именно в этом месте, именно здесь? Я не знаю ответа, я ничего никогда не знаю...
   Прошло всего 2 недели, как я уехала, как бросила свою прежнюю жизнь. Тогда был май, а сейчас, здесь, уже влажный июнь. Кто бы мог подумать, что я буду теперь здесь жить? Леон дал мне всего 300 долларов, фальшивые документы, билет на самолет и оплатил такси. Он просто сказал, что моей жизни грозит опасность, а значит, я должна немедленно уехать. И еще... он сказал, что Мик умер, то есть его убили. Он сказал это быстро, просто, оставив меня одну со своими переживаниями. Леон избавился от меня, как от налипшей ни кстати грязи. Прошло 2 недели, а от него всего одно сообщение: будь осторожна. Я уверенна, что здесь мне точно некого бояться.
   И это занимает мои мысли уже несколько дней подряд. Я думаю о том, что меня, скорее всего, просто обделила судьба. Но эта мысль сразу же заменяется другой, более мрачной. Вот уже вторую неделю я нахожусь здесь, в Ирландии, в маленьком городке Лонгфорт. Ничего мне не мешает просто забыть все, выбросить все из головы и спокойно жить в городе, в котором я абсолютно никого не знаю. Но я не могу отбросить свою прежнюю жизнь, которую столько раз пыталась перекроить по-своему, но судьбе угодно делать только так, как она того хочет.
   Две недели назад я села в самолет с фальшивыми документами, с фальшивым именем, которое даже запоминается сложно. Теперь я Эбигэйл Макларен, родом из Ирландии. Хотя я сомневаюсь, что это имя ирландское. Но люди здесь ничем не отличаются от остальных, такие же угрюмые и несчастные. Несколько нервных часов полета, и я в Дублине. Я даже не знала, что мне делать дальше, куда идти, к кому обращаться. Но ко мне подошла старушка и спросила, не потерялась ли я. А я просто спросила её, где мне нанять квартиру или комнату подешевле, точнее желательно совсем за бесценок. Она дала мне адрес, дала номер дома и имя домохозяйки. Дальше все было как во сне. Я села в автобус, который и довез меня до Лонгфорта.
   К вечеру я уже разговаривала со своей нынешней домохозяйкой. За сто долларов в месяц она дала мне комнату на чердаке, под самой крышей, которая протекает, как решето, во время дождя. Но я большего и не желала за такие деньги. Я вообще не знаю, как продержалась все это время. Я почти ничего не ела, из-за чего потеряла фунтов десять. Теперь выгляжу не лучше наркомана из соседнего дома.
   Лонгфорт довольно красивый город, у него есть красивые места, но есть большой недостаток - это дожди. Тучи, казалось бы, проходят над этим городом не реже раза в день. И мне повезет, если не будет дождя...
   Из моих скудных сбережений осталось еще 68 долларов. Двести долларов я сразу отдала домохозяйке, чтобы два месяца жить спокойно. На моем счету, на телефоне, тоже осталось не так много, как хотелось бы. Иногда мне кажется, что Леон специально отобрал у меня все деньги, чтобы дать мне почувствовать, каково это не жить в роскоши, как жить без знакомых, без друзей, без денег... Зря я ему поверила, зря доверила свою жизнь. Особенно я понимаю это теперь, когда он не отвечает на мои звонки и сообщения.
   Сейчас я сидела в баре по центральной улице Лонгфорта. Меня не волновало то, что мне еще нет 18 лет, что я нарушаю закон, пользуясь фальшивым паспортом. Я уже две недели пыталась забыться и нашла решение. Что может быть лучше выпивки? Никогда раньше не пила и не считала нужным, а теперь мне было просто необходимо забыть весь это день, всю эту жизнь хотя бы на пару часов, хотя бы на день. И я решила, что надо напиться, как это делали на вечеринках мои бывшие одноклассники еще в Америке. Спиртное они доставали подпольно, благодаря одному богатенькому мальчику в нашей школе... Хотя у нас там все были богатенькие...
   На мне белая хлопчатая рубашка, которую я нашла на том самом чердаке, на котором сейчас живу. Она была совсем грязная, когда я её достала из коробки. Но Лена (имя домохозяйки) постирала её мне и разрешила носить. Рукава на конце у рубашки были овиты рюшем, что придавало мне еще более нелепый вид. Я ходила в своих уже старых джинсах, которые давно потерлись на концах от частых луж на улице. На ногах еще были кеды, промокшие насквозь после моей сегодняшней вылазки на улицу. Если бы не длинные спутавшиеся волосы на голове - меня бы давно приняли за мальчика.
   - Я вижу, ты скучаешь? - спросил сбоку от меня гнусавый голос мужчины. Я даже не заметила, что рядом кто-то сел, что теперь за этой барной стойкой кроме меня и бармена есть еще кто-то.
   Этот бар я заметила совсем недавно, потому не часто ходила по столь открытым улицам. Он был непримечателен среди огромных вывесок других баров, которые так и манили своими красными светящимися надписями, но мне захотелось пойти именно сюда, потому что я надеялась, что тут будет мало народу. Я была права. Зайдя, я увидела только молодого человека за барной стойкой, протирающего стаканы, и уже довольно пьяного мужчину за одним из столиков. В здании пахло едким ароматом спиртного и сигаретами. Было темно, так как окна были занавешены темными плотными шторами. В самом помещении был какой-то странный туман, но после часового сидения на стуле этот туман стал не таким заметным.
   - Я не скучаю, - ответила я соседу, даже не повернувшись.
   - А жаль... я бы помог тебе развлечься, - засмеялся мужчина, и от него понесло сильным запахом сигарет. - Будешь?
   Он придвинул ко мне бокал с зеленой жидкостью, похожей больше на какую-то слизь, но в бакалее была трубочка. Видно, это еще можно пить.
   - Это мне? Бесплатно? - удивилась я и, наконец, повернулась к мужчине. Это был уже не мужчина, а какой-то старичок. Я могла так судить по его белым бакенбардам и седым волосам на макушке. У него был довольно солидный вид. Казалось, что может такого человека завести в такое заведение? Только спиртное...
   - Конечно тебе, ты там кого-то еще видишь? - ехидно спросил он.
   - Спасибо, - я потянулась к трубочке и втянула в себя эту странную жидкость. Вкус как у лимона с большим количеством сахара и какой-то горечи. Жидкость мигом растеклась у меня в желудке непередаваемым теплом. Впервые я почувствовала, как холод внутри меня отступает, давая место теплу. Так вот перед чем он не может сопротивляться - алкоголь.
   - Что такая красивая девушка делает тут? - задал самый простой и ожидаемый вопрос "старичок".
   - Пытается забыть свою жизнь, - откровенно ответила я, зная, что больше никогда не пересекусь с этим человеком. Молодой бармен с интересом стал смотреть за нашей беседой, все еще протирая стаканы.
   - Не рано ли? Вот мне пора забыть уже все. Столько произошло! А что хорошего было? Можно по пальцам пересчитать. Понимаешь, у меня в жизни нет никого, кому бы я мог довериться целиком. Столько лет, а я до сих пор не нашел человека, который бы понимал меня без слов! - он одним махом осушил свой бокал с зеленой жидкостью и поморщился. - Ещё!
   - Не представляете, у меня такая же проблема, - саркастически ответила я, все еще потягивая через трубочку зеленую жидкость.
   - Налей, парень, нам что-нибудь покрепче! Это не берет, - "старичок" кинул парню свернутую банкноту, и тот стал возиться еще усердней за своей стойкой.
   Я понимала, что, может, зря завожу эту беседу, этот разговор, но я так долго не могла ни с кем так откровенно поговорить. Да и никто не мог меня понять. А тут рядом с тобой сидит человек, которого судьба обделила не меньше тебя. Я знаю, что его проблемы не такие масштабные, как у меня. По-крайней мере, они не связаны с крудусами. В этом я полностью уверенна.
   - Вы хотите напиться? - откровенно спросила я, допивая последнюю каплю горячей жидкости.
   - Я хочу забыться. Детка, ты ведь тоже? Я тебя угощаю! - сказал "старичок", в то время как на столе оказалось два стакана с ярко красной жидкостью. Не хочу даже думать, что это.
   - Да. Спасибо...
   - Зови меня Элоиз! - я подняла брови, потому имя было довольно странным и знакомым, но сейчас меня больше интересовала бесплатная выпивка и тепло, разливающееся по моему телу.
   - Я Эби, - так я представлялась каждому, кто бы не спрашивал. Так мне было легче запомнить своё "новое" имя.
   - Красивое имя у красивой девушки. Хотелось бы познакомиться с тобой поближе... - сказал мужчина и залпом осушил свой стакан с красной жидкостью, к которой я еще боялась прикоснуться.
   - Элоиз, скажите, что делать, когда жизнь ставит тебя в тупик? - спросила я, пропустив мимо ушей его предыдущее заявление.
   Но мужчина мне ничего не ответил. Он нервно сглотнул и посмотрел на стакан, который теперь был пуст. Бармен же теперь слушал нас вполуха, видя, что на нормальный разговор никто из нас не способен.
   - Подожди, детка. Эй, мальчик, что за прекрасный напиток? Сделай нам еще по парочке! Сегодня я гуляю, да, Эби?
   - Да, Элоиз, - ответила я и, наконец, прикоснулась губам к стакану, в то время, как к моей руке прикоснулась холодная поверхность уже другого стакана, наполненного все той же красной жидкостью.
   Раз глоток, два, три... Кажется, сейчас мой мозг расплавится... Не думала, что этот напиток окажется настолько крепким. Он просто обжег мне горло! Во рту стояла горечь, и хотелось всё выплюнуть обратно. Но когда жидкость достигла желудка, я почувствовала еще большее тепло, которое стало разрастаться с каждым новым сделанным глотком. О том, что я уже несколько месяцев живу наедине с холодом внутри меня, пришла пора забыть. От холода не осталось и следа. Теперь даже эта хлопчатая рубашка, казалось, обжигала меня снаружи. Мне стало жарко, и я расстегнула несколько пуговиц.
   - Похоже, тебе становится жарко, да, детка? - мужчина сел ближе ко мне. Теперь наши плечи соприкасались.
   Мы пили стакан за стаканом, пока мне не стало совсем жарко. Я горела как внутри, так и снаружи. Молодого бармена, похоже, радовало, что мы так много пьем - ему же больше денег достанется. Моя рубашка уже держалась на нескольких пуговицах, которые так и хотелось расстегнуть. "Старичок" все "дарил" мне эти стаканы с красной жидкостью. Им просто не было конца.
   - У вас тут нет кондиционера? - поинтересовалась я у бармена, он только пожал плечами.
   - Тебе очень жарко, детка? - спросил у меня "старичок".
   - Ты просто не представляешь насколько! Мне нужна вода... - я слезла со стула и направилась туда, где, по моему мнению, должен был находиться женский туалет. Если не остановиться сейчас, то мне станет совсем плохо. А сейчас я просто горю...
   - Куда же ты? - мой собутыльник подошел ко мне сзади и крепко обнял за талию.
   Я попыталась убрать его руки, но мои были слишком потные, слишком скользкие, да и сил у меня уже не осталось. Он повернул меня к себе лицом и потянулся к моей шее. Теперь к моему горящему телу прибавилась и дрожь. Я не могла позволить ему со мной ничего сделать... Но руки не слушались меня. Он толкнул меня к стене. Теперь мы стояли в тени, что нас даже бармен не мог увидеть. Все продумано...
   Я еще раз попыталась вырваться, но "старик" еще крепче прижал меня к стене. Теперь я могла почувствовать его тяжелое и сбившееся дыхание на своей шее, его большие руки просто сдавили меня по бокам. Мне стало сложно дышать. Я хотела закричать, но язык просто онемел. Он был слишком мягким, слишком неподъемным, чтобы произнести хоть слово.
   - Н-нет... - прошептала я, и мои ноги опустились. Теперь я была целиком в его руках, не способная даже закричать.
   - Детка, ты такая горячая! Но такая недоступная... - сказал старичок, и мне даже показалось, что он вовсе не пьян.
   А я была пьяна, но понимала, что нужно как-то выбираться. Удивительно, как моя рубашка еще была на мне... Но, похоже, этот "старичок" для начала решил меня окончательно выбить из сил, а уже потом делать со мной то, что хочет.
   - Прости, Элоиз, но этот ресторан не публичное заведение! - послышался приятный баритон спереди меня, но этот гнусный старик не давал мне разглядеть, кто это был.
   Послышался глухой удар, потом словно что-то обо что-то разбивают... В глазах было настолько мутно, что сложно было сконцентрироваться на отдельном предмете.
   Но вот свобода. Собутыльник куда-то делся, давая мне нормально вздохнуть. Я подняла глаза и увидела его - моего спасителя. Этот был тот бармен, что раз за разом подавал нам стаканы с горючей жидкостью. Он помог мне встать на ноги.
   - Ты где живешь? - спросил молодой человек, но я не могла ответить, так как язык все еще был не моим. - Ладно, молчи. Сейчас помогу тебе прийти в рабочее состояние.
   Он заставил сесть меня на стул, потом куда-то отошел. Несколько секунд я была одна, а потом на меня обрушился фонтан.
   - Ты что делаешь?! - возмутилась я, готовая побить человека, который сейчас окатил меня ледяной водой.
   - Ну вот, теперь мы разговариваем. Осталось узнать, где ты живешь. Ну так что? - допрашивал меня бармен.
   Я быстро рассказала ему свой адрес, пока еще язык меня слушался. Бар уже был закрыт, так как стулья на столах уже были подняты. Когда они успели прибраться тут? Моего собутыльника тоже не было видно, хотя может, я не хорошо все осмотрела...
   - Я думал, ты прекратишь напиваться уже после первой рюмки... Но, похоже, тебе понравился этот коктейль, - шипел парень, помогая мне подняться со стула.
   - Ты не понимаешь... - постаралась внятно сказать я. Сознание так и наровилось уплыть от меня, но я понимала, что нужно продержаться до дома.
   Молодой бармен вывел меня на улицу. И здесь снова был дождь. В Лонгфорте это уже становится не удивительным. За несколько минут, пока я стояла и ждала бармена у ближайшего столба, я промокла насквозь. Но спиртное все еще согревало меня изнутри, и холодный дождь не казался уже таким холодным. Он, наоборот, освежал меня, не давая мне провалиться в бессознание. Голова кружилась, поэтому в глазах фонарей казалось в два раза больше. Даже улиц теперь было две...
   Молодой человек помог мне встать, но идти самостоятельно я просто не могла. Ноги, похоже, онемели также, как и язык. Парень перекинул одну мою руку себе на плечо, другой взял меня за талию. Только так мы смогли сдвинуться с места.
   Дорога до дома тянулась просто бесконечно. Я несколько раз пыталась отцепиться от парня и идти сама, но каждый раз падала. Дождь все еще лил, как из ведра. Я попыталась представить, что теперь творится в моей наемной комнате, видимо потоп. В нескольких местах крыша была продырявлена, поэтому на моем чердаке часто было прохладно, особенно ночью. Несколько дырок я заткнула тряпками, но там оставалось еще несколько, до которых я не могла дотянуться.
   Кто думал, что сначала я буду жить в роскошном старинном доме, где у меня своя комната, где есть всё, о чем я так давно мечтала, а потом я окажусь на чердаке за 100 долларов в месяц, с дырками в крыше? Я две недели пыталась с этим смириться, но после очередного безответного звонка Леону, я решила найти работу. Я нашла газету, я даже нашла работу... Но та женщина, что дала объявление в газету - умерла. Я зря тащилась пешком на другой конец города, чтобы просто посочувствовать тем незнакомым мне людям. Я зря надеялась, что мне повезет...
   Поэтому я и решила, что тянуть некуда, что здесь и сейчас я хочу напиться на все свои оставшиеся деньги, а дальше... О том, что было бы дальше - я не хотела думать. В моей жизни было достаточно необдуманных поступков, которые не приводили ни к чему хорошему, но это не переубедило меня. Я по-прежнему верила, что когда-нибудь я сделаю что-то необдуманное, и это не приведет к неприятностям. Можно сказать, что сегодня это у меня почти получилось. Хотя можно сказать, что благодаря алкоголю я поняла, чего же боится тот мерзкий холод в моем теле. Он боится, что я напьюсь, как пьяница. Вот в чем его "ахиллесова пята".
   Сейчас меня вели среди какой-то темной улицы. Я её плохо знала, но этот парень-бармен выглядел довольно милым и безобидным, особенно когда подавал нам бокал за бокалом...
   Вообще-то от алкоголя я надеялась забыть всю свою жизнь, но, похоже, единственный его побочный эффект - это дезориентация. Я не могла понять, на какой улице мы сейчас находились, я даже не могла понять, сколько их, одна или две? Пытаясь смотреть только себе под ноги, я еще больше запутывалась в ходьбе, от чего падала чуть ли не каждые пять метров. Но парень оказался крепким: он ни слова не говоря, ставил меня обратно на ноги, брал за талию и тащил дальше...
   Я жила чуть ли не на окраине города Лонгфорт. Это была старая улица с длинной чередой четырехэтажных домов. В каждом доме было по три подъезда. Каждый подъезд - это несколько жилых комнат, в некоторых были отдельная ванная и туалет, но в большинстве у нас была общая кухня, общая гостиная, общий душ и туалет. Моя домохозяйка Лена была полноватой женщиной, для которой нельзя было определить возраста. Утром ей было все 40, вечером можно было дать уже 28 лет. Характер был тоже... не из лучших. Вообще комната в доме стоит 200 долларов за месяц, но мне она уступила чердак за 100. Она сказала, что если бы не та бабушка, то она меня бы и в дом не пустила...
   - У-у-х, - простонала я, очередной раз упав на колени. Странно, но бармен не спешил меня поднимать. Он смотрел на меня сверху вниз. Его лицо было в тени, и я не могла его разглядеть. Он был одет в обычные джинсы, кеды и кожаную куртку. Почему он мне не помогает?
   Я попыталась облокотиться на дорогу и самостоятельно встать, но ноги были просто неподъемными. Парень стал раскатисто смеяться над моими неудачными попытками. Ну что же, раз он не захотел помочь мне встать, то и не нужно меня больше провожать до дома - сама доползу, ну или подожду, пока протрезвею. Хотя мыслила я довольно хорошо, что не скажешь о моем физическом состоянии. Парень все еще стоял и смеялся.
   - Меня зовут Джейсон, - послышался приятный баритон от парня. Он перестал смеяться и протянул мне руку, будто только что меня увидя.
   - Э... - я не знала, какое имя должна была ему назвать. Паспорт был дома, а сейчас из головы напрочь вылетело то имя, что там было.
   - Эби? Я слышал, ты его говорила Элоизу... - парень все еще хихикал надо мной.
   - Что-то вроде этого, - неуверенно сказала я и схватила руку парня, но он не помогал мне подниматься.
   - Значит, это было не твое имя? Странная ты, - усмехнулся парень и со всей силы дернул меня за руку. Я чуть не перелетела через него, но он вовремя схватил меня.
   - Пожалуйста, помоги дойти до дома. Просто помоги, я заплачу, - простонала я, ощущая, что сейчас снова упаду на колени.
   - Платить? Не надо, ты меня итак хорошо повеселила.
   - У меня есть с собой 3 доллара. Можешь забрать, - все еще предлагала деньги я, хотя знала, что 3 доллара - это не деньги.
   - Перестань. Сегодня я работаю бесплатно.
   Джейсон подтянул меня к себе и снова положил мою руку себе на плечо. Надеюсь, что Лена меня такой не увидит, иначе я лишусь своего последнего жилья...
   Дальше мы шли почти без приключений. Я старалась не смотреть на свои ноги, а смотрела только перед собой. Так мне легче было передвигаться, и я все еще надеялась опознать место, где находилась. В нормальном состоянии от своего дома до центральной улицы я дошла всего за час, в таком состоянии мы можем идти еще дольше.
   Я сильно устала, и алкоголь уже не так меня грел, как раньше. Холод в некоторых местах стал покалывать кожу, отчего пошли мурашки по всему телу. Дождь шел уже не так сильно. Он моросил, создавая на улице эффект тумана. И холоду внутри меня это нравилось. Я чувствовала, как холодные маленькие капли всасываются через кожу. Я была словно губка... Надеюсь, этого не заметит Джейсон.
   Но вот мы уже вышли на знакомую мне улицу. Вдоль дороги тянулись старые, пахнущие плесенью дома. Когда мы стали подходить к подъезду, дождь усилился, а когда дошли до двери, то дождь снова лил как из ведра. Мы снова промокли насквозь, уж я точно. Сейчас мне предстояло самое сложное дело - это в нормальном состоянии прошагать через коридор, пройти к лестнице и завалиться в кровать. Джейсон уже потянулся к звонку, но я его остановила.
   - Открой ключом. Вдруг кто-то спит. Лена убьет меня, - тихо сказала я и отошла от парня, ища в своей сумке ключ. Он нашелся сразу, поэтому под проливным дождем мы стояли не долго.
   Дверь открылась со скрипом, явно привлекая внимание моих соседей. Но, к удивлению, навстречу мне ничья голова не вылезла из комнаты. Я уже хотела перевести дыхание и продолжить путь дальше в свою комнату, как оступилась, поднимая ногу на ступеньку. Это произошло быстро, поэтому я потеряла координацию и уже почти упала с грохотом на лестничную площадку, когда меня сзади подхватили теплые руки и помогли встать на ноги, в который раз уже... Надо будет дать Джейсону хотя бы долларов 10.
   - Будь осторожна... - прошептал баритон над ухом и подтолкнул наверх... Совсем как Леон, совсем как тогда, когда я готова была побить каждого на моем пути, когда меня бросила Эрн, когда меня бросила Кэт... Это заставило меня снова почувствовать ту боль, когда я узнала, что Мика больше нет, что никого уже больше нет... На глаза навернулись слезы.
   - Я живу... на чердаке... - кое-как сказала я, когда мы поднялись на четвертый этаж, и Джейсон стал искать мою комнату.
   - Совсем как приведение, - снова захихикал баритон.
   Я попыталась нормально встать и уже сама дойти до своей комнаты, до которой оставалась всего лишь лестничная площадка и еще одна маленькая лестница. Но я понимала, насколько сложно мне идти, потому что меня швыряло буквально из стороны в сторону. Такое ощущение, будто мне в ноги роликовые колесики вставили, меня постоянно уносит...
   - Дальше я сама смогу дойти, - уверенным голосом сказала я и, ухватившись за шершавую стену, стала продвигаться вдоль коридора. Представляю, как смешно я тогда выглядела...
   - Уверен, что ты не сможешь самостоятельно подняться по лестнице. Ты даже по ровной поверхности пройти не можешь...
   - Не правда... Она не ровная. Ой, - я и вправду за что-то зацепилась и полетела вперед носом.
   Удар оказался не сильным, но он окончательно выбил из меня силы. Теперь я точно одна ни за что не поднимусь по этой маленькой лестнице, ведущей на мой чердак.
   - Я же сказал! - засмеялся парень и подошел ко мне. Он взял меня за локоть и потащил к лестнице.
   Мир окончательно ушел у меня из под ног, когда мы поднимались по ступенькам. Холод внутри меня стал разрастаться так сильно, что стала болеть голова. Надо сделать всего пару шагов... Всего... Дальше я уже ничего не помнила.
  
   Я проснулась от того, что на меня упала капля воды, неожиданно. Я подскочила с кровати, если это можно назвать кроватью... Я спала на старом разложенном диване, заваленном какими-то тряпками. Я даже не стала разгребать это все - просто постелила сверху чистую простыню и положила подушку. А сегодня... Сегодня я просто не помнила, как оказалась дома, как оказалась в постели, и вообще... кто это?!
   Напротив меня сидел парень, на вид лет 19. У него были темные каштановые волосы, которые торчали в разные стороны, некоторые пряди свисали на лицо, но он их не убирал. У него было вытянутое овальное лицо с острыми скулами, потрескавшиеся от холода губы и яркие бирюзовые глаза. Он мило улыбнулся мне...
   - Я Джейсон, привет, - улыбался парень, сидя напротив меня на стуле, у которого так и хотела отвалиться ножка.
   - Привет... Ты... - я попыталась вспомнить, где видела раньше этого парня, но вчерашний день казался мне сплошным черным пятном, а голова просто раскалывалась на части, да к тому же очень хотелось пить.
   - Бармен, который помог тебе дотащиться до дома... Ну и еще помог затащить тебя в... комнату и уложить спать.
   - У-у-у, - простонала я и накрылась одеялом целиком. Мне было стыдно за мое поведение, как бы там я вчера не вела себя. Я напилась так, что практически ничего не помнила. Надо бы дать этому парню деньги, раз он помог мне добраться до дома, а особенно, что помог не лечь на лестнице. Точно, лестница - это последнее, что я помню.
   - Тебе нечего стыдиться. Когда ты... не в себе, то можешь натворить то, что никогда бы в жизни не сделал, - сказал парень, голос которого был похож на баритон, приятный, звучный...
   - Просто... Я никогда не пила. Это было впервые... И, похоже, я немного перебрала, - я еще больше натянула на голову одеяло, так как признаваться себе в том, что ты напился, было еще хуже, чем висеть в таком положении на ком-то.
   - Да ладно тебе! - засмеялся парень. - Я и не таких видал. Да и с тобой было довольно весело... даже очень.
   - Я что-то сделала? - спросила я из-под одеяла.
   - Ну-у-у-у... с чего бы мне начать...
   - Не надо! - я вынырнула из-под одеяла и грозно посмотрела на парня. Нет, вспоминать вчерашнее мне не хотелось. - Просто расскажи, как я так напилась...
   - Лучше не надо! Хочу пить, - просто сказала я и уже собиралась встать, как Джейсон подошел ко мне и поднес стакан с водой. Он же бармен, он уж точно знает, как плохо после такого...
   Я поднесла стакан к губам и уже хотела отхлебнуть, но парень слишком настырно меня осматривал. Он что-то хочет мне сказать? Неужели я правда что-то вчера сделала нехорошее?
   - Тебе тут, кстати, сообщение прислали... Энни, - неуверенно сказал Джейсон и протянул мне мой телефон. Я была просто шокирована... Стакан в мгновение стал очень тяжелым и выскользнул из пальцев. Хлопок разбивающегося стекла, и вода уже красовалась на моих джинсах. Он не мог знать моего имени... Я не говорила...
  
   Глава 2.
   Никому не доверяй...
  
   - Откуда ты знаешь его? - осторожно спросила я, отходя к стене.
   - Что знаю? - Джейсон стал серьезным.
   - Моё имя! Не придуривайся, кто тебе сказал? Кто ты? - я готова была сорваться на крик. Ноги дрожали не меньше рук. Казалось, что теперь точно весь мир настроен против меня. Сообщение? Какое к черту сообщение?! Этот парень знал моё имя, а его никто не должен тут знать, ни одна душа.
   - Это было в твоем сообщении. Я не знал твоего имени. Возьми, - он кинул мне телефон, что я еле успела его словить.
   Дрожащими пальцами я стала искать в телефоне это чертово сообщение. Если это от Леона, то я его убью... Когда он приедет. Нажав заветную кнопку, я начала читать: У меня проблемы, Энни. Я не смогу приехать. Может, недели через 2. Извини.
   И как мне это понимать? Мне предстоит еще две недели быть одной? Какие проблемы? Почему нельзя все решить быстро, скоро? Почему надо ждать...
   Я еще несколько раз прочитала сообщение, будто оно могло таинственным образом измениться. Но буквы оставались те же, а строчки не меняли своего смысла. Вот откуда Джейсон узнал мое имя. А я уже хотела бить тревогу. В Лонгфорте меня никто не знает, как Энге Андельсон, а тем более, как Энни Мор. Для всех я тут Эбигэйл Макларен, девочка, родом из Ирландии. Так меня должен знать и Джейсон, но как ему все объяснить? Он же просто человек, а имя люди меняют в крайних случаях, а фамилии еще реже.
   - Зачем ты читал сообщение? Может, там было то, что никому нельзя знать! - закричала я.
   - Ну важной информации, как мне показалось, там не было. Единственное, что я узнал - это твое имя. Настоящее.
   - Ты не должен его знать. Джейсон, пойми, зря ты вообще со мной связался. Забудь это сообщение, забудь меня и вчерашний день. Ничего не было. Договорились? Я могу дать тебе деньги, если ты так хочешь. Никто не должен знать меня. Я сожалею, что тебе пришлось тащить меня через весь город, - я подошла к сумке и стала искать деньги. Заветная купюра уже была в руке, и я собиралась её вытащить, но Джейсон не дал. Он схватил меня за запястье, не давая шевельнуть рукой.
   - Не надо мне денег. Энни, я не жалею ни о чем, что было. Хочешь, я могу забыть твое имя, могу забыть вчерашний день, но вряд ли я смогу выкинуть тебя из головы. Помнишь тот мужчина, что давал тебе бесплатно коктейли? Он никогда не делает никому подарков. Он здесь вообще приезжий и в бар заходил всего пару раз, но его запомнили все. Он никогда ни к кому не приставал, только если надо было сделать вид. Он хотел тебе что-то сказать вчера, но я не мог ему позволить.
   Я пыталась вслушаться в слова и понять их смысл. Джейсон так быстро мне открылся? Или что это за самоотверженность такая?
   Я смотрела на него, как на пришельца. Именно. Он был пришельцем. Он пришел в мою жизнь так быстро, так ненавязчиво. Он сразу же узнал мое настоящее имя, то, которым меня называют почти все, кто знает. Теперь он знает, что у меня проблемы, что моя жизнь не такая простая, как кажется. И все это за утро, за одно лишь утро...
   - И почему ты не дал ему мне что-то сказать? - спросила я.
   - Потому что он говорит вещи, о которых никто знать не должен. А вчера он слишком много выпил и стал развязчивым.
   - Мафия? - ну а как мне еще можно назвать такое поведение.
   - Нет. Похуже. Денег не надо, - улыбнулся парень и отпустил мою руку.
   В этот момент в дверь постучались, и мы с Джейсоном замерли так, как и стояли. Странно, что мы не слышали, как кто-то поднимается. Лестница, ведущая на чердак, очень скрипит. Я всегда знала, что кто-то сюда идет, когда где-то за дверью лестница начинала скрипеть. Но ко мне ходили редко. Лена иногда поднималась, чтобы узнать, где я нахожусь. Эта женщина чувствовала за меня ответственность, будто была моей мамой. Пусть у нее был и слишком строгий характер, но у нее было сердце, она могла любить.
   - Ну мне можно войти или нет? - закричала за дверью Лена. Так и знала, что это она.
   - Да! - ответила я.
   Домохозяйка, полноватая женщина, ввалилась в комнату. На ней было длинное сиреневое платье с фартуком. Русые и редкие волосы были растрепаны и торчали в разные стороны из её неуклюжевого хвостика. Когда она вошла, одна её бровь взметнулась вверх. Теперь она с удивлением оглядывала парня, стоящего рядом со мной. Ясно, что она его раньше не видела, так как вчера в дом мы прошли незаметно. К незнакомцам Лена относилась отрицательно. У нее была навязчивая идея, что они приходят только для того, чтобы обокрасть её дом. Из-за этого у моих соседей не было возможности протащить какого-нибудь своего знакомого в комнату. За это время, пока тут жила, я слышала не одну ссору домовладелицы и наемников.
   - Здравствуйте-е-е, - протянула Лена, выставляя вперед свою белую и худую руку.
   - Я Джейсон Вальехо. Здравствуйте, - Джейсон подошел к Лене и поцеловал её руку. Культурный, значит...
   - Вальехо? Добро пожаловать в наш дом. Эби, это твой друг? - похоже, фамилия парня её очень удивила, а особенно то, что он находился в её доме, на чердаке.
   - ...да, - немного промолчав, сказала я. Лена знала, что я приезжая и что у меня здесь нет ни родных, ни знакомых. Теперь же у меня за один день нарисовался целый друг.
   - Эби... Ты, наверно, никогда раньше не знала. Сегодня праздник. Первый понедельник июня. Мы собираемся на завтрак и ужин все вместе, всем домом. Сегодня от меня бесплатная еда, - она подмигнула мне и уже перешагнула порог, чтобы выйти из комнаты, но остановилась. - Я не против, если мистер Вальехо тоже придет на завтрак.
   Она вышла, захлопнув дверь. Мы с Джейсоном стояли молча несколько минут, каждый думал о своем. Я действительно не знала, что такой праздник есть в Ирландии. Эта страна для меня до сих пор загадка, так же, как и Россия. Я знаю, что Лонгфорт - это не вся Ирландия, но он не менее загадочен, чем Дублин и другие большие и маленькие города этой страны. И я надеюсь, что здесь нет крудусов. Этих полулюдей здесь просто не может быть. Лонгфорт слишком маленький город для них, здесь просто невозможно скрыться. Хотя Инсенс был еще меньше, но там они обосновались давно, да и необычные происшествия там стали уже давно обычными. Здесь же все по-другому. Люди, проходящие мимо, постоянно бросают на тебя подозрительные взгляды, будто могут читать твои мысли. Пусть это только моя иллюзия, но они действительно так себя ведут.
   - Значит, сегодня будет завтрак? - Джейсон отошел от меня и теперь мило улыбался краешками губ.
   - Если захочешь, то будет и ужин, - ответила я и запихнула вытащенную купюру обратно в сумку.
   - А обеда не будет?
   - Ты так есть хочешь? - удивилась я.
   Джейсон для меня не был другом, он просто случайный знакомый. Я не могу впустить в свою жизнь кого-то еще, кроме тех, кто в ней есть. Я была полностью уверенна в том, что связываться со мной опасно для жизни. Тому было не мало доказательств.
   - Нет, просто делать сегодня нечего. Ты же не против, если я приду еще и на ужин? - спросил Джейсон и повернулся к запыленному окну, в котором очень сложно хоть что-то разглядеть.
   Я была против. Чтобы Лена ничего не заподозрила, придется вести себя с этим парнем, как давно знакомые друзья. Я так не могу, я не могу играть на своих чувствах. Мне хватило пережитых приключений и в Инсенсе. Но отступать уже некуда. Я итак успела напортачить за один день.
   Я стала поднимать с пола осколки стекла. Лена убьет меня за то, что я разбила её вещь. Если ты здесь чем-то и пользуешься, то обязан вернуть все в прежнем виде. Единственное, что я могу - это купить новый стакан.
   - Из-за тебя мне придется потратиться! - недовольно пробурчала я, складывая осколки стекла на тумбочку возле моей постели.
   - Ты про стакан? Он стоит пару центов, - небрежно бросил Джейсон, все еще смотря в окно. Так он мне напоминает Леона. Он тоже небрежно говорит, будто мои проблемы - это просто мои капризы, это не проблемы.
   - Может, для тебя пару центов это вовсе и не деньги. Для меня это большая дыра в бюджете, - всё ещё ворчала я.
   - Дыра? Энни, ты меня удивляешь. Вчера ты готова была потратить несколько долларов на выпивку, сегодня готова была отдать все свои деньги, чтобы я забыл тебя... Может, это ты в мафию замешана?
   - Иди ты... - я сгребла осколки в руку и вышла из комнаты. Настроение испортилось окончательно. Новый друг? Новое знакомство? Лучше бы я вчера переночевала где-нибудь под дверью, чем заводила "друзей".
   Ванная комната была одна на весь этаж. Мне пришлось спуститься и очень тихо пройти по коридору, так как я до сих пор не знала, сколько времени. Домовладелица просыпается рано, очень рано - это я заметила давно. А вот насчет моих соседей такого не скажешь. Ванная была в конце узкого коридора. Ей пользовались одновременно несколько человек - это мои соседи и я. Для меня такой опыт был первым. Ощущение, будто я живу в общежитии. Ванная общая, кухня общая, туалет тоже. Единственный плюс - это дешевая комната.
   Пройдя к двери, я дернула за ручку. Дверь открылась беспрепятственно, поэтому я быстро перешагнула порог и заперла за собой дверь. Лена не разрешает мне пользоваться ванной чаще раза в день, будто боится, что я смогу вылить всю воду из её бака. Так как за воду я не плачу, то пользуюсь самой ванной в редких и крайних случаях. Думаю, не слишком заметно, что я не принимаю душ каждый день. Да и всё это стереотипы.
   Я выкинула осколки стекла в ведро и включила воду, тихо. Раньше я любила включать воду на весь напор, чтобы можно было отгородиться от всего мира. Теперь, если я так сделаю, то мне придется долго отчитываться перед Леной.
   Джейсон Вальехо. Просто Джейсон, просто бармен. Почему Лена так удивилась, почему пригласила на обед совершенно незнакомого человека? Почему она не стала меня ругать? Одни вопросы, а у меня опять нет ответов. Шкатулку с ответами для меня закрыли на замок, а ключ спрятали где-то за пределами нашей планеты. Не уверенна, что когда-нибудь смогу стать прежней Энге, которой не важно было, сколько денег в кармане, сколько дней я еще проведу в этом здании, сколько друзей и знакомых я еще успею потерять. Мне не стать прежней, потому что ты Энге Андельсон давно умерла. Она умерла вместе с бабушкой.
   Я подставила руки под тонкую струю и через несколько мгновений сквозь пальцы уже стекала вода. Я умылась и вытерлась полотенцем, который весел возле зеркала. Мне даже не важно, чей он. Все стало безразлично.
   Я не смотрела в зеркало с тех пор, как уехала из России, как покинула свой дом. Я даже не позаботилась о том, что мои глаза могут поменять цвет с синего на черный, который буквально сливался со зрачком. И я до сих пор не могу точно понять, почему это происходит, почему эмоции крудусов для меня остаются просто эмоциями. Почему я не падаю в обморок, как Эрн? Почему мне не становится душно, когда они начинают злиться? Но я чувствую холод внутри меня, который резко покалывают кожу, заставляя её покрываться мириадами мурашек.
   Зеркало в этой ванной комнате было маленьким, по краям была зеленая рама, покрытая глубокими трещинами. Явно, что оно висит здесь очень давно. Но это ли важно, когда ты платишь всего 100 долларов за месяц за комнату на чердаке?
   Я посмотрела на свое отражение, не похожее на меня. С той поверхности на меня смотрела совершенно незнакомая мне девушка. Я бы протянула ей руку, чтобы с ней познакомиться, если бы не знала, что на самом деле это я. Черные спутанные волосы, которые отрасли чуть ли не до пояса. Когда-то у меня была челка - теперь это просто волосы, которые спускаются по лицу. Лицо измученное, будто я действительно пила месяца два подряд. Под глазами уже нарисовались темные круги, будто их провели тенями. Эрн бы это точно не понравилось. Глаза - они были синими, совсем как у папы. Хотя я уже успела забыть, как по-настоящему выглядел мой отец. Возможно, он ходит по соседней улице рядом со мной с таким же измученным лицом. Возможно, он находится на другом континенте и бесконечно рад, что смог избавиться от моей мамы, от меня... Третьего варианта не дано, точнее я не хочу предполагать что-то другое. Я верю, что папа жив. Так же, как верит в это Эрн.
   Еще раз посмотрев на свое измученное отражение, я заметила что-то блестящее за краем зеркала. Это были ножницы, большие ножницы. Я смотрела на себя в зеркало, медленно переводя взгляд к волосам. Они слишком длинные, слишком мешают. Что меня сейчас останавливает? Ничего. Эрн нет, она уехала в другой город. Я даже не могу ей позвонить. Значит, о моей внешности больше некому беспокоиться.
   Я взяла в руки массивные ножницы. Железные, блестящие, еще новые. Что они делают тут? Лена же должна следить за всеми острыми предметами в её доме. Но, похоже, кому-то удалось их тут припрятать. Включив сильнее воду, я раздвинула ножницы и поднесла их к волосам.
   Черные густые пряди спадали на пол. Я не жалела, а даже, наоборот, радовалась. Когда мои волосы стали чуть ниже плеч, я положила ножницы на раковину и улыбнулась себе в отражении. Мне нравилось мое обновление. Теперь, если еще и перекраситься, то меня и мама родная не узнает. Словно следуя моим тайным желаниям, я увидела на краю ванной небольшой тюбик. Это был тюбик краски для волос.
   Не долго думая, я схватила его. Там было еще достаточно краски, чтобы перекрасить мои волосы.
  
   Через полчаса кропотливой работы, я смывала краску с головы. Я знала, что мне достаточно попадет за мой поступок. Во-первых, я вылила слишком много воды из бака - придется заплатить за воду. Во-вторых, я вполне уже могла пропустить праздничный завтрак. И в-третьих, самая главная моя проблема, Джейсон Вальехо, который ждет меня на чердаке. Хотя, может, уже и не ждет.
   Взяв чье-то полотенце, я стала протирать волосы. Уже на высохших прядях я могла рассмотреть, что теперь из моих темно-каштановых волос, они превратились в угольно-черные.
   Я чувствовала, что поменялась. Я поменялась не только внешне, но и внутри что-то изменилось. Теперь я не буду распускать сопли, не буду плакать, что потеряла близких мне людей. На этом теперь надо поставить большую точку. Стать жестокой? Люди итак жестоки. Я стану сильной.
   Теперь на меня в отражении смотрела девушка с короткими черными волосами, совсем не похожая на ту прежнюю меня. Глаза синие, как и всегда. Взяв с полки у зеркала чью-то подводку, я неаккуратно подвела ею сверху глаза. Этим необычным для меня макияжем, я прибавила себе лет 10 в возрасте.
  
   С целым хвостом волос, я вышла из ванной и тихо прокралась на чердак. В доме еще было тихо, значит, Лена еще не созывала всех на завтрак, но она точно заметила, что воды стало гораздо меньше.
   - Я уже думал лечь поспать, - вальяжно произнес Джейсон, сидя возле окна. - Ого...
   Я понимала, чему он так удивился. Час назад я ушла из этой комнаты совершенно другим человеком. Теперь мне осталось только переодеться и окончательно завершить мой "чудный" образ.
   - Ты стала выглядеть... - Вальехо запнулся, - намного сексуальнее.
   Мне казалось, что сейчас из моих рук выпал мой несчастный хвост отрезанных волос, а сама я будто кол проглотила. Я никак не ожидала такого заявления. Что мне отвечать? Это был комплимент или намек на что-то плохое? Наверно, сложно понять, когда слышишь такое от человека, с которым знакома всего день и о котором практически ничего не знаешь. В такой ситуации вообще сложно думать!
   - Это что? - только и спросила я, будто была первобытным человеком.
   - Ну как тебе угодно. Может быть, это был комплимент, - Джейсон чуть-чуть улыбнулся, изучая меня с ног до головы.
   - А может и не быть? - я все еще подозревала в его словах намек на что-то плохое.
   - Не хочешь сегодня погулять со мной? Покажу тебе одно хорошее место, - серьезно сказал Вальехо.
   - Не хочу, - сказала правду я.
   - Ты многое упустишь.
   - У меня есть дела, - соврала я.
   - У меня тоже. Всего полчаса и ты пойдешь домой.
   - Нет, - отпиралась я.
   - Я зайду за тобой в 2.
   Вот так просто меня заставили согласиться, даже не говоря ни слова. Леон и то так не умел...
   Я попросила Джейсона выйти из комнаты, чтобы переодеться. Мне стало невыносимо жарко. Тот холод внутри меня куда-то спрятался, уступая место теплу, большому количеству тепла. Я думала, что сейчас буквально расплавлюсь. Может, это на улице стало жарко? Что вообще происходит со мной?!
   Отыскав в своей сумочке маленькое зеркальце, которое успела приобрести в Лонгфорте, я взглянула на свое лицо: оно было красное, как у рака. Никогда в жизни я еще так не стеснялась собственных эмоций, собственного поведения, будто я сделала что-то непростительное. Да, я отрезала свои волосы, но... как показал опят, так мне стало намного лучше.
   Переодевшись в чистые джинсы и белую футболку, я вышла из комнаты. Все время, пока я шла - пыталась упокоить себя. Мне до сих пор было жарко, и я так и не понимала из-за чего. Иногда мне кажется, что тело мне не принадлежит. В нем происходят необъяснимые метаморфозы.
   На лбу выступила капля пота - я вытерла её рукой. Всё, докатилась. Теперь я не изнываю от холода, теперь меня бросает в жар.
   Когда я спустилась вниз и прошла по коридору к кухне, я увидела за разделочным столом Лену, кропотливо что-то нарезающую. Пройдя в комнату, я опустилась на высокий стул напротив нее.
   - По-моему, ты слишком много воды вылила, - сказала Лена, не поднимая на меня глаз.
   - Прости. Я заплачу. Мне надо было.
   Лена наконец подняла на меня глаза, и её нож застыл в нескольких дюймах от поверхности стола. Она смотрела на меня, не мигая.
   - Эби? Это точно ты? - она все еще не моргала.
   - Да, Лена. Это я. Решила сменить имидж.
   - Но у тебя были такие красивые волосы... - Лена наконец положила нож и стала моргать.
   - Еще отрастут.
   - Многие уже проснулись. Я почти закончила. Можешь идти за стол.
   Я тихо встала из-за стола. Мне не хотелось завтракать в компании своих соседей и Джейсона. Первых бы я еще перенесла, но не второго. Этот бармен, который тогда в баре казался мне совершенно безобидным, теперь был для меня некой загадкой. Для начала, мне хотелось узнать, почему его фамилия произвела такой эффект на мою домовладелицу. Вполне можно предположить, что его фамилия в этом городе очень распространенная и имеет хорошую репутацию. Но разве бывает все так просто?
   Пройдя в обеденную, я увидела большой стол, за котором уже сидело пять человек. Из них я знала только Джейсона и еще моего соседа снизу. Остальных я, может, и видела, но точно не знала их имени. За столом было еще пять свободных мест. Вальехо сидел с одной стороны, остальные четверо с другой. Выбор у меня был не велик.
   Джейсон похлопал по стулу рядом с собой, давая понять, что я могу сесть рядом с ним. С не очень довольным видом я прошла и села рядом с ним, при этом поздоровавшись со своими соседями.
   - Прекрасно выглядишь, - сказал Вальехо шепотом, который был слышен через весь стол. Мне стало еще жарче. Казалось, что воздух просто накаляется.
   - И тебе доброе утро, - также тихо ответила я.
   Мои соседи бросали на нас заинтересованные взгляды. Тот сосед, что знал меня, сейчас усердно пытался понять, что такого изменилось в моей внешности. Остальные взгляды в основном принадлежали Джейсону.
   Не прошло и нескольких минут, как спустились остальные мои соседи. Каждый зашел и поздоровался и в немом состоянии сел за стол. Лена тоже быстро подошла. Она на подносе принесла тарелки с уже готовым завтраком. Также она потом принесла еще несколько отдельных блюд, вино. Не думала, что какой-то понедельник так отмечается.
   - Я думаю, что следует дать слово нашему гостю. Мистер Вальехо, вы же не против? - слащаво произнесла Лена, поднимая свой бокал вина. Нет, я точно недооцениваю этот праздник. Но свой бокал с вином я так и не трогала. После вчерашних испытаний любое спиртное казалось для меня крысиным ядом.
   - Для начала, хочу всем представиться. Меня зовут Джейсон Вальехо. С Эби мы знакомы совсем недавно, но для меня она стала уже лучшим другом. Ну а в этот день, в первый такой день хочу пожелать, чтобы это лето было не таким, как прошлое, чтобы все нормализовалось и встало на свои места. Думаю, многие меня тут поймут, - он приподнял свой бокал и стал пить глотками. Я лишь только прикоснулась губами, но пить не стала. Красное вино обожгло мои губы. В этой комнате для меня стало слишком жарко.
   - Извините, я выйду? Лена, ты же не против? - впервые я могла воспользоваться добротой Лены. На меня уставилась добрая десятка глаз. Конечно, праздничный завтрак только начался, а я уже сбегаю с него.
   Лена только кивнула головой. Я, поставив свой бокал, быстро выбралась из-за стола и бегом пошла на улицу. Мне нужен был свежий воздух.
   На улице было тепло - не холодно. Погода сегодня на удивление была солнечной, в округе не было ни одной тучи. Теперь я понимала, почему температура тела так повысилась. Я спустилась с подъездной площадки и прошла немного вдоль улицы. Мне показалось или за мной кто-то шел? Я обернулась, но никого не увидела. Но чувство, что за мной следят, осталось.
   Я гуляла, наверно, минут десять, пока мне не стало лучше. Я постоянно оборачивалась и пыталась разглядеть хоть кого-нибудь сзади меня, но улица была пуста. Еще слишком рано, чтобы тут начали ходить люди...
   Стук какого-то металлического предмета окончательно меня убедил в том, что сзади кто-то есть. Я повернулась и стала пристально разглядывать все вокруг. В доме напротив, в одном из подъездов было открыто окно. В другом подъезде была открыта дверь - она всегда открыта. Я стала всматриваться в окна, надеясь, что это кто-то там что-нибудь делает. Но вокруг опять стала сплошная тишина.
   - Слишком тихо, да? - сказал голос сзади меня, и я чуть не закричала. Это был Джейсон, но я слишком поздно это осознала, и с моих губ сорвалось что-то типа всхлипа или полу-крика. Вальехо только озадаченно поднял брови.
   - Ты меня напугал. Как здесь оказался? Тебя не было, - сказала я, отходя подальше от этого парня. Сейчас я стояла в нескольких десятках футов от своего подъезда. Вальехо не двигался.
   - Вышел немного позже тебя. Их компания слишком скучная, а Лена постоянно на меня смотрит, - просто ответил он.
   - Ты - бармен. На тебя смотрят каждый день разные люди, может, и не совсем с хорошими мыслями.
   - Я думал, что барменов всегда любят.
   - Ты мне сразу не понравился, - я должна была отвязаться от этого парня как можно быстрее. Мне не следует заводить знакомств в этом городе, пока не приедет Леон, пока не расскажет мне всё.
   - Просто я не стал угощать тебя бесплатной выпивкой, - Джейсон немного улыбнулся.
   - Зато потом тащил до дома, спасибо. Скажи, как мне от тебя отвязаться? - напрямую спросила я. Лучше уж сразу признаться ему, что не хочу заводить тут никаких знакомств, даже если он понравился Лене. В принципе, она мне никто.
   - Никак, - Вальехо нахмурился. - Я тебе так не нравлюсь?
   - Мы это уже проходили. Спасибо тебе огромное, что помог дойти вчера до дома. Единственное, чем могу тебя отблагодарить - это деньги. Ты их брать не стал, значит, мы в расчете.
   - Энни, почему ты такая упрямая? Обещаю отстать, если сходишь сегодня со мной кое-куда.
   - Не доверяю походам никуда. Сказала же, что моя жизнь не для тебя. Вальехо, просто отвали, ладно? - знаю, что слишком груба с ним, но пусть лучше меня ненавидит, за то приближаться не будет.
   - Если сходишь.
   Я хмыкнула. Никто еще так долго не пытался меня уговаривать куда-то сходить. Обычно все просто хватали меня за руку и вели туда, куда им захочется. Видно, что этот парень не из простых. Может, и правда ему сказать, что я связана с мафией? Возможно, тогда он просто меня испугается и уйдет...
   - Черт возьми, я приехала в этот город, чтобы обрести нормальную жизнь. Понимаешь? Здесь мне не нужны ни друзья, ни знакомые. Я одна! Джейсон, пожалуйста, отвали.
   Похоже, своей "любезностью" я очень сильно удивила этого бармена. Он стоял, и казалось, не дышал. Он просто злился. Я умею доводить людей, и не людей тоже.
   - У меня есть кое-что интересное. Удели мне час.
   Похоже, этого парня ничем не запугать.
   - Если после этого часа ты уйдешь из моей жизни раз и навсегда. Забудешь вчерашний день, договорились?
   Джейсон слишком коварно улыбнулся, будто этот мой договор доставлял ему удовольствие. Он может теперь шантажировать меня вчерашним днем всю жизнь.
   - Да. Раз и навсегда, - ответил Джейсон и без какого-либо предупреждения направился обратно в дом.
   Я так и не поняла, как он появился сзади меня. Если только он специально от меня прятался. Но здесь невозможно спрятаться. Вокруг меня только дома и подъездные площадки. Здесь даже деревьев нет. Как он оказался сзади?
   В раздумьях я зашла в дом. Мне пришлось несколько раз извиниться за мою задержку. За столом были съедены почти все блюда. Бесплатный завтрак никто не пропустит. Нет, я пропущу. Я всегда всё делаю не так.
   Джейсон сидел за своим стулом и задумчиво рассматривал стены. Наверно, где-то он увидел таракана.
   Я прошла за стол и села на свое место. Мне пришлось немного отодвинуть свой стул от стула Вальехо. Мне не хотелось сидеть рядом с ним.
  
   Мне стоило несколько раз напомнить себе о том, что я не завожу себе друзей. Сейчас у Лены сложилось ощущение, что мы с Джейсоном даже больше, чем просто "друзья". Не знаю, чем вызван такой интерес к простому бармену, но мне от этого не по себе. Я не хочу, чтобы домохозяйка делала мне скидку только из-за того, что я знакома с этим парнем. А она сделала. Она сказала, что теперь будет брать с меня всего 75 долларов за комнату! Как я теперь ей должна объяснить, что ничего общего не имею с этим парнем? Это все словно загадочный ребус. Я вижу картинки, я вижу загадочные символы, но не могу собрать эту головоломку в одну целую картину. Я слишком неуверенна в своих догадках, чтобы верить им.
   Сейчас я сидела у себя наверху и ждала, когда за мной заедет Вальехо. Нет, мне не нравилась идея, что теперь я должна буду с ним уехать куда-то на целый час. Я недостаточно его знаю, чтобы доверять. Хотя этот бармен выглядел довольно безобидным, когда протирал стаканы. Но когда он треснул этого мужчину вчера, Джейсон теперь не казался таким безобидным.
   Мое внутреннее чутье подсказывало мне, что я должна держаться от него подальше. Хотя мое внутреннее чутье говорит так почти обо всех. Даже о Леоне. Пусть я и знала его больше, чем Джейсона, но если посмотреть прямо, то я ничего о нем не знаю. Я не знаю, каким образом он стал крудусом, не знаю, что с ним сейчас, не знаю, что там у них происходит. Я не могу понять, что он от меня такого серьезного скрывает. Он ведь отдал мне конверт, в котором решалась моя судьба. Он помог мне спрятаться от крудусов, но как долго я смогу просидеть в укрытии?
   Это все просто замкнутый круг. Зачем мне убегать, если в этом конверте, на том потрепавшемся листе написана вся моя жизнь? Они могут распоряжаться ею как хотят, потому что я родилась вне их закона. Меня не должно быть на этой планете. И они избавятся от меня в любом случае.
   Через мое запыленное и грязное окно было видно улицу, разделявшую наши дома. За два часа по ней прошлось всего несколько человек, но ни одной машины. Джейсон должен был приехать еще пятнадцать минут назад...
   Я открыла свой сотовый телефон и прочитала еще раз сообщение от Леона.
   У меня проблемы, Энни.
   У меня тоже проблемы, Леон. Почему бы тебе не дать мне побольше денег? Почему я доверяю тебе? От тебя ведь хорошего не жди, так? Зачем ты обо мне заботишься, хотя это нельзя назвать заботой. Если я не устроюсь на работу, то не смогу здесь больше жить. У меня не так много денег, чтобы снимать этот чердак до конца своей жизни. Да, пусть тут и осталось не долго жить, но жить, как никак.
   Я посмотрела еще раз свой счет на телефоне и решила отправить Леону ответное сообщение. Пусть знает, что мне не лучше него сейчас.
   Пошел ты к черту, Леон...
   Нет, такое не пойдет. Если я отправлю это моему переводчику, то шансы, что он приедет сюда уменьшатся еще больше.
   У меня тоже проблемы. Приезжай быстрей. И не обращайся ко мне по имени.
   Я отправило это сообщение и удалила черновик и вообще все сообщения с этого телефона. Не хватало еще, что кто-то подберет его и прочтет все это. Тогда у меня будут неприятности.
   За окном послышался гудок. Я быстро натянула на себя олимпийку и положила телефон в карман. Лена проводила меня добрым взглядом, и я еще раз поклялась себе, что никогда не буду пить. Столько проблем из-за одного бармена, из-за нескольких коктейлей...
   Я выбежала на улицу. В проулке между домами стоял белый Rolls-Royce. Мне показалось, что сейчас у меня выпадут глаза. Я не могла поверить, что эта машина та, которая приехала за мной. Еще раз обернувшись на свой подъезд, я увидела, как Лена мечтательно смотрит в окно. Теперь я точно не смогу ей объяснить, что этот парень просто мой бывший знакомый.
   Машина еще раз загудела и Джейсон вышел из нее. Я не могла поверить, что такая машина принадлежит ему, простому бармену.
   - Нет, я не могу поверить. Ты взял её напрокат? - спрашивала я, когда мы уже мчались по дороге к его загадочному месту.
   - Моя, - я видела, как Джейсон пытается сдержать свою улыбку.
   - Нет. Ты же бармен. Бармены столько не получают. Нет, в Ирландии, да вообще нигде они столько не получают! - я смотрела в лобовое стекло, все еще не веря тому, что нахожусь в такой машине.
   - Я не работаю барменом. Это просто развлечение.
   Я захлебнулась своему поражению, полному провалу. Я не ожидала, что этот парень не просто бармен! Он же выглядел, как обычный среднестатистический молодой человек.
   - Нет. Тогда ты точно замешан в мафию. У меня есть еще варианты, но я не могу их тебе озвучить.
   Да, в моей голове уже пронеслось несколько вариантов на счет того, что этот парень был крудусом. К сожалению, я не могу их отличить от обычных людей. Они не имеют на меня никакого влияния.
   Крудус - это что-то вроде получеловека. Я пока точно не поняла, что они из себя представляют. У них нет сердца, хотя я точно не уверенна. Своими эмоциями, которые они испытывают, они могут причинить боль человеку. В некоторых случаях даже убить. Хотя я точно не знаю, сколько надо времени крудусу, чтобы прикончит кого-нибудь. А, ну и еще одна маленькая деталь. Их наградили бесконечной жизнью. Они не стареют, не умирают от болезней. Большего я пока что не знаю. Как ими становятся - тоже не знаю.
   - У меня богатые родители, - гордо сказал Вальехо. Теперь ясно. Богатенький сынок. Таких было сотни в моей американской школе. Но никто их них не подрабатывал барменом в грязном и неприятном баре.
   - Но зачем тебе подрабатывать? - не унималась я.
   - Просто мне нравится. Это как если ты возьмешь и купишь себе мороженное. Понимаешь, просто маленькая радость.
   - Намек на то, что я слишком бедная? Ты мало обо мне знаешь. Не стоит делать поспешных выводов, - огрызнулась я. Мне было неприятно, что он вскользь упоминул о моем нынешнем состоянии. Я знала, что такое быть богатой.
   - Ну да, - протянул он и улыбнулся своим мыслям.
   Все остальное время мы ехали молча. Меня душила злость за то, что в этом бармене не разглядела богатенького сынка. Для него я была лишь одним из приключений, развлечением. Я это знала, потому что часто видела, как в моей американской школе одноклассники часто говорили об одном из своих очередных "увлечений". И мне было не приятно, что теперь я тоже стала этим увлечением.
   Мы заехали за город. Я заметила это, когда дома стали редеть и, наконец, показались зеленые поля. Равнины тянулись на тысячи миль. В горле у меня все пересохло, и я схватилась за сидение, крепко вжавшись в него руками. Джейсон тоже это заметил.
   - Что случилось? - спросил он, бегло взглянув на мое нынешнее положение.
   - Останови машину, - отчетливо произнесла я.
   - Что?
   - Машину останови! - закричала я, и Джейсон резко дал по тормозам, что я чуть не впечаталась в лобовое стекло.
   Я быстро пыталась сообразить, что мне сейчас делать. Я могла выйти из машины, но это плохой вариант. Этот бармен отвез нас слишком далеко от города.
   - Что тебе надо от меня? Я знаю, как развлекаются богатые дети. Я не развлечение, Джейсон. Отвези меня обратно.
   Вальехо уставился на меня в непонимании. На его лице скользило что-то наподобие улыбки. Похоже, я его забавляю.
   - Не бойся. Я тебя везу не за этим. Просто хочу тебе показать одно место.
   - Не хочу смотреть. Я достаточно видела мест в своей жизни.
   По коже пробежали мурашки, прогоняя все события моей жизни за несколько секунд. Я вспомнила абсолютно все, и холод под кожей стал колоть. Мне стало плохо от воспоминаний. На лбу появился холодный пот, и я боялась, что меня сейчас может стошнить.
   - Тебе плохо, Энни, - тихо произнес Джейсон.
   - Я не Энни! - зарычала я, готовая расплакаться. Мы все еще стояли на дороге среди полей.
   - Тогда как тебя звать?
   - Эби, - сквозь зубы сказала я.
   Оторвав руки от сидения, я поднесла их ко лбу и вытерла пот. Мне стало холодно.
   - Но ведь ты не Эби. Ты не откликаешься на это имя.
   - Я Эби! Я родом из Ирландии! И я знаю, что значит быть богатой, а тем более прекрасно знаю, как развлекаются такие, как ты!
   Джейсон замер на месте. Я не смела повернуться в его сторону, но краем глаза заметила движение в мою сторону. Я уже готова была схватить ручку и выпрыгнуть из машины.
   - А какие мы? - произнес Вальехо прямо над моим ухом. Его дыхание было холодное, будто ему тоже было холодно, как и мне.
   - У тебя осталось сорок пять минут. Через это время я должна быть дома. Договор, не забыл?
   Джейсон отпрянул и, не сказав не слова, завел мотор. Мы помчались по одинокой дороге среди зеленых полей. Я старалась выгнать все свои мысли из головы. Я вспомнила Мика, наше первое знакомство. Мне стало плохо. Потом я вспомнила Эрн... Это было пиком. Закрыв глаза, я откинулась на сидение.
   Джейсон, Микки, Эрн, бабушка, папа, Леон, крудусы, договор... Все крутилось в моей голове только из-за того, что Вальехо назвал меня по имени. Он напомнил ту часть меня, от которой я сегодня попыталась избавиться, отрезав волосы и перекрасив их в черный.
  
   Я открыла глаза, когда мы остановились. Мы уже не были в пустой местности. Это была какая-то деревня. Вдалеке виднелись дома, но дорога перед нами вела еще и вправо. Джейсон завернул именно туда, не в деревню. Теперь я следила за дорогой, пытаясь понять, куда он меня везет и смогу ли я отсюда выбраться сама.
   - И куда мы? - спросила я.
   - Туда, где я люблю бывать больше всего. В мой дом, - ответил Джейсон как раз тогда, когда я увидела здание.
   Большое, белое, с множеством окон, от которых отражались лучи солнца. Вокруг дома была аллея и небольшой забор, скорее как декоративный, а не защищающий от воров. Я смотрела на все это, понимая, что родители Вальехо были очень богаты, раз позволили себе такой дом.
   - В дом мы не пойдем. Там слишком скучно. Я тебя проведу в одно место. Там очень красиво.
   - У нас договор. Только час. Я посмотрела на твой дом, теперь вези обратно. Я тебе помог добраться домой. Тем более к ужину я все равно приеду. Может, не стоит зря бензин тратить? - Джейсон вышел из машины и открыл мне дверь. Неохотно, но я выбралась наружу.
   - Ладно. Только не смей больше меня шантажировать. Если хочешь знать, то я не стыжусь вчерашнего поведения. Просто я делаю тебе одолжение.
   Мы пошли по направлению не к дому, а к саду, который был виден за домом. Деревья уже давно приобрели свои сказочные зеленые наряды. Сейчас я уже меньше жалела о том, что поехала с этим барменом. В моей жизни мало было вот таких прогулок, просто прогулок без приключений.
   - Эн, я прожил здесь все свое детство. Это прекрасное место, - сказал Джейсон, когда мы вошли в сад. Он пошел по протоптанной тропинке, ведя меня сквозь деревья. Я даже не заметила, что он так сократил мое имя. Он все равно не называл меня Эби, и в тайне я была этому рада. Это имя ко мне не клеилось, да и я не хотела этого. Наверно, я бы даже попросила Лену называть меня Эн, если бы не знала, что моей жизни грозит опасность, и крудусы могут быть где угодно и случайно услышать мое имя.
   - Джейсон, извини. Я, честно, думала, что ты такой, как и все эти богатенькие дети... - начала извиняться я, но Джейсон поднес свой показательный палец к губам, давая понять, что лучше молчать.
   Мы двигались не спеша, пока не вышли на край. Сад заканчивался неожиданно небольшим обрывом, за котором простирались зеленые поля. Он был прав - это место превосходное. Мне уже достаточно надоел удушающий серый город, а тут чувствуешь себя свободно, словно птица...
   - Я люблю сидеть тут, на склоне и наблюдать, как заходит солнце. Это поистине самое лучшее место, где я бывал, - Вальехо стал спускаться вниз, но я медлила. Меня все еще смущало, что с этим парнем я знакома всего несколько часов, а он уже привез меня в свой дом, показал это место, которое, возможно, он еще никому не показывал.
   - Иди сюда, я не кусаюсь, - засмеялся Джейсон.
   Спустившись чуть ниже, мы сели прямо на траву. Полуденное солнце светило прямо над нами, согреваю кожу. Мне бы хотелось, чтобы этот момент длился вечность. Здесь я забыла всё, что тревожило меня буквально несколько минут назад. Джейсон сидел рядом и, как и я, смотрел на поля вокруг. Все было спокойно, тихо... Не было даже намека на то, что здесь, в этой тиши нас кто-то может потревожить.
   - Джейсон, расскажи о себе, - попросила я.
   - Ты же хотела выкинуть меня из своей жизни? - он поднял брови и удивленно посмотрел на меня.
   - Всего один день можешь в ней побыть, - засмеялась я.
   Атмосфера стала не такой враждебной. Теперь я даже была не прочь завести нового друга, но здравый смысл подсказывал мне, что лучше этого не делать.
   - Договорились, - Вальехо улыбнулся, и мне даже показалось, что мне понравилась его улыбка.
   - Это все мои родители. Не буду говорить, кем они работают, но это место выбрали они. Подальше от душных городов, от серой городской местности, - начал Джейсон. На солнце его коричневые волосы отливали золотым, и, казалось, будто он светится.
   - Хорошее место, ну и дом тоже ничего. Где они сейчас?
   - Они уехали по своим делам. Вечно в работе. Ну и пока их нет, я подрабатываю барменом. Веселенькая работка, - я покраснела от этих слов, вспомнив вчерашнее.
   - Они не разрешают тебе работать? Моя мама была бы только рада, если бы я весь день где-то была, только не дома.
   - Так ты живешь с мамой?
   - Нет. Уже нет. У меня появились проблемы, пришлось уехать.
   - Кто этот парень, что написал тебе сообщение. У тебя что-то серьезное случилось? - Джейсон нахмурился, смотря перед собой.
   - Тебя не должно это касаться.
   - Ты не забыла? Сегодня я могу побыть в твоей жизни.
   Я ничего не ответила, просто молчала. Мне просто не хотелось все заново вспоминать, когда я только смогла освободиться от всех мыслей о прошлом. Доверять Джейсону - это то же самое, если подкинуть монетку и сказать, что если выпадет решка, то я пойду и застрелю себя. Так не пойдет. Моя жизнь итак расписана по минутам. По крайней мере, дату моей смерти уже знают.
   - Пошли перекусим. У меня в доме прекрасная кухня, - Джейсон встал и подал мне руку, но я не стала её брать. Чтобы подняться, мне помощь не нужна.
   Мы прошли в его дом с заднего входа. Как и предполагалось, этот дом был шикарным. Внутри все блестело, и мне даже было неудобно вставать на пол. Внутри в основном все было в светлых расцветках: белое, бежевое, немного бирюзового, еще раз белое. Пол был настолько чистым, что я могла разглядеть в нем мое отражение.
   Я сразу вспомнила, как в доме мамы в Америке люди постоянно все чистили и убирали. Иногда хотелось им сказать, что нечего уже тереть, все итак блестит. Но это была их работа. Они получали достаточно денег, чтобы протирать наш дом и днем и ночью. Представляю теперь, сколько в этом доме служащих.
   Джейсон провел меня на кухню, которая была гораздо больше нашей в Америке. Даже кухня Элеанора в Венеции была маленькая по сравнению с этой.
   Вальехо прошел к холодильнику и стал вынимать оттуда еду. В доме была невообразимая тишина, будто здесь кроме нас никого не было.
   - У вас много слуг? - спросила я.
   - У нас их нет.
   Я удивилась. Как можно такой огромный дом содержать в такой идеальной чистоте. Троим это не под силу, а тем более, когда родители Джейсона часто не бывают дома.
   - Эн, у меня просьба. Сходи в гостиную и принеси мне телефон со стола. Как выйдешь, потом иди прямо к лестнице, потом повернешь налево и увидишь небольшою комнату с камином.
   Я неохотно поднялась со стула, на котором сидела. Не сказав не слова, я пошла туда, куда мне сказали. Это было прекрасная возможность тут осмотреться.
   Да, дом действительно блистал. У меня в голове до сих пор не укладывалось, как они за всем этим следят. Здесь нет ни пылинки.
   Пройдя в гостиную, я сразу направилась к столу, который стоял посреди комнаты. Здесь все было в темных тонах, что не мало меня удивило. Может, мне показалось, что дом такой белый? Но эта комната точно не вписывалась в интерьер. Обои темно-красного цвета, камин вообще черный. Мебель тоже в коричнево-красных тонах. Стол прозрачный, на нем лежал сотовый телефон.
   Я подошла к столу и уже хотела взять в руки телефон, когда мое внимание привлек камин. На нем стояли рамки с фотографиями. Обойдя стол, я стала вглядываться в фотографии незнакомых мне людей, почти незнакомых... На одной из них был Вальехо с девушкой, которую я знала. Я несколько раз закрыла и открыла глаза, но девушка не изменилась.
   Наташа Фейт стояла рядом с Джейсоном Вальехо. Они оба мило улыбались в черно-белой фотографии.
   Мой мозг стал лихорадочно прокручивать все предыдущие события. Дом Фейтов был заброшен несколько десятков лет назад. Наташе тогда было чуть больше, чем мне. Джейсон на фото выглядел также, как и сейчас. Но это невозможно... Наташа ушла давно, а значит, ей сейчас уже около 30 и она точно должна была измениться. Но она такая же, как я её видела на портрете в доме в Инсенсе. Такая же, как и тут...
   Я отошла от фотографии, но не смогла продвинуться дальше двух дюймов, потому что столкнулась с чем-то твердым...
  
   Глава 3.
   Когда мир катится к чертям...
  
   Холод черной змейкой прополз по спине, и я ощутила, впервые ощутила, что мне стало плохо от этого. Мне никогда не нравилась эта моя "сила". Мне не нравилось, что холод жил под моей кожей, но он никогда не причинял мне таких неудобств, но теперь... Я хочу от него избавиться и поскорее.
   Я медленно обернулась и посмотрела на Джейсона перед собой. Его жизнерадостность куда-то улетучилась.
   - Я просто посмотрела на фото, - тихо сказала я, но Джейсон не отреагировал.
   - Это моя сестра, - голос Вальехо был груб, но я пока не могла понять, почему.
   Мы стояли неподвижно несколько минут, пока я не решилась отойти в сторону. Между нами повисла прозрачная стена недоверия - я это чувствовала. Мистеру Вальехо не нравилось, что я смотрела его фотографии. Но даже сейчас, когда я стояла к камину спиной, чувствовала, что-то необъяснимое. Я была уверенна, что на фото та самая Наташа Фейт, чей портрет висел в доме тети, в моем доме. Но этого не может быть, потому что на портрете есть дата XVIII века, и ещё тогда я не могла понять, как Наташа могла жить в XVIII веке. Теперь же все окончательно запуталось.
   - Твоя сестра очень милая, - я выдавила из себя улыбку, чтобы казаться спокойной.
   - Она исчезла несколько лет назад.
   - И сколько тебе было лет? - вырвалось у меня помимо моей воли. Джейсон вопросительно поднял брови. Конечно, для первого, то есть второго, дня знакомства я выгляжу слишком подозрительно. Я слишком много знаю...
   - Всего лишь 16.
   Я быстро взглянула на портрет и заметила одну вещь - Джейсон ни капли не изменился. По спине опять прошелся холодок.
   Нет, он не мог быть крудусом. В этом городе их не может быть, никогда. Леон не стал бы отправлять меня прямо к ним в лапы! Хотя я не настолько хорошо знаю этого переводчика, чтобы безошибочно ему доверять.
   Я сглотнула и посмотрела на Джейсона. Он был спокоен и, похоже, совсем не замечал моей нервозности. Зато я ощущала, как холод расползается по коже.
   - Мне жаль, - ответила я и отошла в сторону еще на несколько шагов.
   - Могу тебе рассказать её историю, если хочешь, - Вальехо сел на диван и пристально смотрел на меня.
   - Расскажи.
   - Четыре года назад мы еще не жили в этом доме. Моя семья жила в другом городе.
   - Так тебе уже 20? - перебила я Джейсона.
   - Да. Это так удивительно?
   - Нет. Продолжай.
   - Нат жила еще с нами тогда. Она приемная дочь моих родителей. Ей было всего 13, мне было 16. Ты себя хорошо чувствуешь, Энни? - спросил меня Вальехо, когда я чуть не упала на пол. Как зовут его сестру?! Нат?! Это сокращенное имя?
   - Все хорошо. Просто голова закружилась. А как твою сестру зовут? Это её полное имя? - нервно спросила я, опираясь на спинку дивана.
   - Наташа... Вальехо. Эн?! - от этого имени ноги свело судорогой, и я покосилась на пол. От чего мне стало так дурно? Подумаешь, что эта девушка так похожа на ту самую Наташу, подумаешь, её зовут точно также. Ведь в этом ничего удивительного?
   Я зря пыталась убедить себя в том, что это все просто совпадение. В моей жизни столько всего произошло, что в совпадения я просто не верю. В этой жизни все взаимосвязано друг с другом. Если ты подозреваешь кого-то в чем-то, значит, есть весомый повод. У меня был этот повод. У меня были веские доказательства того, что Наташа на этой фотографии - это Наташа на портрете у меня дома. Если бы это видела Эрн...
   - Может, вызвать скорую? - испуганно спросил Джейсон, поднимая меня с пола.
   - Не надо, - сквозь зубы сказала я и оттолкнула Джейсона. Теперь я точно решила, что не буду с ним связываться. Я обещала только на один день впустить его в свою жизнь - теперь я об этом жалею.
   - Эн, тебе плохо! - Джейсон хотел помочь мне сесть на диван, но я отошла от него подальше. Нет, пусть он ко мне не прикасается. Не хочу о нем ничего знать!
   Собрав последние силы в кулак, я побежала. Мимо проносились белые стены, лестница. Я поднималась наверх. Главное - подальше от той фотографии.
   Забежав в один из коридоров, я стала поочередно дергать двери, но ни одна из них не хотела открываться. Вот одна дверь, вот вторая... Хоть одна из них открыта?!
   Не успела я подумать, как ввалилась в какую-то комнату. Я даже не успела рассмотреть, что в ней было. Голова стала кружиться, и я сползла по стене. Нет, только не это...
   Меня стало затягивать в темноту. Я сопротивлялась, но это было бесполезно. Темнота внутри поглощала меня. На секунду дыхание перехватило, я стала падать. Да что, черт возьми, со мной происходит?!
   Мне казалось, что прошла вечность прежде, чем я смогла открыть глаза. Эта та комната, в которую я входила? По-моему, здесь стало что-то иначе.
   Действительно, все изменилось. Даже воздух стал каким-то другим. Теперь я поняла, что произошло. Я до сих пор не смогла придумать название моим обморокам, в которых я вижу прошлое, слишком нереальное прошлое, которое показывает моих родственников. Сейчас было тоже что-то типа этого, но я пока ничего не увидела.
   Комната, в которой я сейчас лежала, была с низким потолком, хотя до этого она казалась мне достаточно высокой. В ней висела огромная люстра, и я была уверенна, что если встану, то мне придется нагнуться, чтобы нормально здесь ходить. В комнате были каменные стены - это совершенно не то, это не мог быть тот дом, в котором я находилась. Что-то не так.
   Немного приподнявшись, я осмотрелась. Действительно, это не то. Вокруг нет ни одной мебели, комната была пуста. Сзади меня была массивная деревянная дверь. Я хотела подергать за ручку, но моя рука прошла сквозь дверь. Я же как приведение, совсем забыла об этом.
   Сзади на меня подул ветерок, и я почувствовала неприятное чувство, будто развалилась на миллиарды маленьких частиц, а потом собралась обратно. Сквозь меня прошел человек... Джейсон.
   Я удивленно на него смотрела. Зачем ему быть в этой комнате, здесь же ничего нет?! Но тут опять это чувство - сквозь меня прошли еще люди. Дверь сзади захлопнулась. Передо мной стояли пятеро, из которых я почти всех знала. Сложно не предугадать, что и тут я бы увидела свою маму в молодости. Вот она, стоит передо мной. Беременная... Рядом с ней двое молодых людей, которые держали её за руки. Их я не знала, а вот двоих других сложно было не узнать. Леон и Джейсон.
   Я почти не дышала, ожидая их действия. Но все они молчали и смотрели друг на друга недружелюбным взглядом. Можно было почувствовать в воздухе недоверие, скользившее между ними.
   - Не думал, что все так получится, - начал говорить Джейсон.
   - Вам не стоит противиться. Мы сильнее, нас больше. Джейсон, вы - пустое место. Элоиз только махнет рукой, и вас не станет, - угрожал Леон.
   - Думаешь, все так просто? Думаешь, ваш король настолько силен, чтобы сразить нас? Она - часть нас. Её ребенок теперь наш.
   - Вы не посмеете! Это человек, вы не тронете его! - мама попыталась вырваться из рук парней, но её сил явно было недостаточно.
   - Человек? Думаешь, что там, в твоем чреве человек?! - усмехнулся Джейсон голосом, который был совершенно не похож на его. Это был грубый, резкий, холодный голос. В его глазах читалась вражда. Он был похож на хищника, который готов напасть в любой момент.
   - Она не сможет здесь родить. Вы это знаете, Джейсон. Когда она родит - мы убьем её ребенка, - сказал Леон, и у меня в животе все скрутилось в тугой узел от страха. Отчасти я понимала, о ком они говорят. У моей мамы был один ребенок - это я.
   - Только попробуйте пальцем до него докоснуться, - Джейсон схватил Леона за горло и придавил к стене. Но моему переводчику, судя по всему, не было больно. Ему не нужен был воздух.
   - Убить ты меня не сможешь. Я бессмертен так же, как и ты. Эта война бесполезна, - ровно ответил Леон, и Джейсон отпустил его. Анна все еще стояла, схваченная по обеим сторонам двумя молодыми людьми.
   - Вам осталось жить не долго, - сказал Джейсон и вышел за дверь, оставив Леона и мою маму одних со стражниками.
   Куда катится мир?! То, что я сейчас вижу - реальность? Я не хочу в это верить. Это война, но между кем? Неужели крудусы все не в одной компании? Неужели они группируются, неужели они воюют...
   Я не знала, остаться ли мне стоять или убежать. Мне не хотелось видеть свою маму, беременную мною. Сколько раз я видела непонятные диалоги у себя в голове и не могла понять, что они значат. Теперь все изменилось. Цепочка начала выстраиваться по порядку и, кажется, скоро я узнаю всё...
   Дверь со скрипом открылась и у меня опять появилось неприятное чувство. Через мгновение передо мной стоял Джейсон с непонятной штукой в руках. Он сначала посмотрел на Леона, потом на мою маму. Мне даже не мгновение показалось, что он задержал взгляд на мне, но ведь меня нельзя увидеть. Я отошла подальше, чтобы получше рассмотреть, что было в руках у Вальехо.
   - Это держи при себе, тогда они не смогут забрать твоего ребенка, - он подал эту штуку моей маме, но она не взяла её.
   - Мне ни от кого из вас ничего не нужно, Джейсон. Оставьте меня в покое. Я собираюсь стать человеком!
   - Человеком?! - теперь рассмеялись все, кто был в комнате кроме моей мамы.
   - Пошли вы... - Анна попыталась вырваться из ослабленных рук парней, но даже сейчас ей это не удалось. Парни видно крепкие попались.
   Мне удалось совладеть с собой. Не долго думая, я выбежала из комнаты. Смотреть на то, как моя мама пытается спасти меня от неизвестно кого? Нет, не хочу это слышать, а тем более видеть. Я не верю, что моя мама могла быть так добра ко мне. Хотя это, наверно, только до моего рождения. Потом что-то произошло, что заставило её переменить свое мнение.
   Я бежала по коридорам, которые были совершенно не похожи на те, что я видела в реальности. Это были каменные стены, деревянные старые двери, керосиновые лампы. Где признаки цивилизации?
   Я бежала, пока из легких не вышел весь воздух. Мне пришлось остановиться и отдышаться. В груди появилась ноющая боль, а ноги вообще свело судорогой. Я хотела присесть на пол и отдохнуть, как за поворотом послышались чьи-то голоса. Один из них был мне подозрительно знаком...
   - Я думаю, что мы сможем заключить договор между двумя сторонами с выгодой для всех, - говорила женщина, голос которой был похож на голос моей бабушки. Через мгновение появилась и сама Сьюзи, которой было не больше 40 лет. Она шла с каким-то высоким и коренастым мужчиной. Его скрывала тень, отходившая от лампочек, и я не могла разглядеть его лицо. Он хромал на одну ногу, и в руках у него была трость. Можно подумать, что он был очень старый, раз ходил с тростью, но это было не так. Его голос был четким, громким, уверенным. Он отвечал бабушке с некоторой долей иронии, будто не веря во все то, что он говорил.
   - Неужели? Сьюзи, ты в этом уверенна? Твоя дочь не хочет отдавать своего ребенка не до, не после рождения. Никогда, - отвечал мужчина.
   - Она отдаст, - уверенно сказала бабушка. Они замолчали и остановились.
   - Кто ты такая, Сьюзи? Почему тебя боятся и наши и ваши? - спросил мужчина, кажется, совершенно неожиданно для бабушки. Они остановились в нескольких метрах от меня, но мужчина все еще был в тени.
   - С чего ты взял? Я такой же крудус, как и все вы. У меня нет ничего, чем бы я могла отличаться от вас, - сказала бабушка, и в моем горле все пересохло.
   Она крудус, которого все боятся? Но почему она умерла? Почему все так произошло, ведь бабушка бессмертна! Ведь их нельзя убить!
   - Но ведь тебя все боятся, - еще раз повторил мужчина.
   - Они просто думают, что я носитель д... - бабушка не успела сказать, потому что я стала возвращаться обратно, обратно в реальность.
   Все вокруг закружилось в хаотичном порядке, меня стало затягивать в темноту. В груди все сперло, я не могла вдохнуть. Как же тяжело возвращаться в реальность...
   Казалось, что прошло не больше минуты, как я снова оказалась в комнате. В глазах уже не было мутно, меня не тошнило, а ноги не подкашивались. Я встала и осмотрелась. Это была совершенно другая комната. Теперь тут были ровные стены с обоями, кровать по середине комнаты, письменный стол, обычная люстра, потолки высокие, как и надо. Может, я была вовсе и не в этом доме. Хотя было ли все это реальностью?
   "Было", - сказал мой внутренний голос впервые за столько недель. Я не хотела ему верить, потому что если все это правда, то мне надо срочно уезжать из этого города, надо срочно уносить ноги из дома Джейсона, так как он тоже крудус.
   Я открыла дверь и тихо вышла из комнаты. Я не помнила, как сюда прибежала, по каким коридорам шла. Теперь главное найти выход так, чтобы меня не заметил Вальехо, хотя он наверняка меня уже ищет.
   Пробираясь по стенам, я напомнила себе преступника, в который раз. Почему в этой жизни у меня не может быть все просто? Почему новый знакомый оказывается таким подозрительным? Почему обычный бармен в старом баре вдруг оказался крудусом?!
   Я не могла разобраться в своих мыслях. Чему мне теперь верить? Моим падениям в обморок, при которых я вижу какие-то непонятные события? Ведь человек, когда падает в обморок, ничего не видит, ничего не помнит. Что же со мной тогда? Кто я?
   Мне сразу вспомнились слова крудусов. Они хотели поделить меня. Леон и Джейсон хотели поделить меня. Они хотели, чтобы мама отдала меня им. Только вот одни хотели меня убить, для чего я понадобилась другим? Кто они такие?
   Мне стало страшно. В этом городе я совершенно одна. Если на меня подадут в розыск, если крудусы хоть что-то сделают, чтобы меня узнал весь мир и стал искать, то первым, кто меня сдаст - это Лена. Я уверенна, что я ей ни сколько не мила. Она стала относиться ко мне добрее после прихода мистера Вальехо. Ну а я не собираюсь пользоваться его авторитетом. Я собираюсь от него сбежать.
   Нужно было срочно придумать план, где мне добыть деньги, чтобы уехать в другой город, чтобы поселиться хоть в каком-нибудь доме. Когда ты находишься в чужом доме и при этом пытаешься быть не замеченной - план придумывается очень медленно. Для начала надо было просто выбраться из этой глуши. Зря я не заставила Джейсона сразу отвезти меня домой, тогда бы я ничего не знала, ничего не увидела и не убегала с только что нажитого места. Почему я так его боюсь, ведь в том моем обмороке он был за тех, кто хотел сохранить мне жизнь. Но почему-то мне кажется, что они не собираются меня защищать. Я им просто нужна для их дел. Они хотят сделать меня пешкой в их войне. А вот Леон... Теперь я точно потерялась.
   Он хочет меня убить. Там, где он состоит, есть крудусы, которые хотят от меня избавиться. Но почему он тогда спасал меня от них? Почему он рассказал мне их тайну, ведь он мог просто следовать договору, который мне раскрыл Микки. Что им движет? Какая у него цель? Зачем он послал меня в Ирландию? Явно, что не просто так. Здесь что-то есть, возможно, даже кто-то такой, кому я нужна, живой или мертвой. Мне пора смириться.
   Энге Андельсон, смирись, теперь на тебя ведут охоту...
   Я вышла в огромный холл, в котором было все чисто убрано, а по углам стояли красивые вазы с цветами. Комната тоже была, как и на первом этаже, вся светлая, просто светилась...
   Из комнаты выходили огромные стеклянные двери на балкон. То, что мне нужно.
   Подойдя к перилам балкона, я поняла, что нахожусь на втором этаже, и здесь достаточно высоко. Спуститься безболезненно вряд ли получится, но стоит попытаться.
   Я еще раз проверила себя на наличие в моем теле холода под кожей. Он никуда не делся. Я настолько к нему привыкла, что перестала замечать вечную прохладу, царившую возле моей кожи. Как показал мой опыт, то если во мне есть холод, значит, мои кости могут сами по себе срастаться. Что-то сверхъестественное? Я в этом абсолютно уверенна.
   Измерив шагами весь балкон, я несколько раз попыталась составить план, как мне спуститься с балкона. Я могу просто прыгнуть, но при этом я могу сломать себе все, что только можно. Пока я буду лежать и поправляться, Джейсон явно меня заметит, тем более я создам изрядный шум, и этим привлеку его внимание. Я так же могу просто попытаться сначала спуститься на один этаж с балкона, а там прыгнуть в зелень и убежать куда подальше. Но куда мне бежать? Явно подальше от дома Джейсона, а дальше куда? У меня в кармане ни цента, я даже не взяла с собой сумку и кошелек. Что я буду делать в незнакомой мне местности? Кого мне просить о помощи? Вдруг этот поселок, что недалеко от этого дома, тоже заселен одними крудусами? Как я их узнаю, ведь для них я неуязвима?
   Вопросов накопилось столько, что у меня разболелась голова. Надо было действовать и немедленно! Если я не выберусь отсюда, то я попала. Господи, я такая глупая! Попалась на крючок этому жалкому крудусу. Надо было притвориться, что мне плохо рядом с ним, тогда бы он ничего не заподозрил. Гнусный крудус. Будь они все прокляты со своими возможностями делать человеку плохо!
   Не долго думав, я ухватилась за белоснежные мраморные перилла и перекинула через них ногу. Оказавшись наполовину висячей над землей, я успела пожалеть о содеянном. Я не могу пересилить себя, я не могу спуститься вниз на один этаж. Я трусиха, теперь я это поняла.
   Но мое внимание привлек шорох в холле. Если это Джейсон, то не стоит медлить.
   Раз, и я уже вишу на руках, еле держась за скользкий мрамор.
   Два, я прыгаю в кусты роз.
   Три, голова раскалывается на части от сильного удара. Кожа вся исцарапана и, похоже, у меня сломано несколько ребер.
   Четыре, я встаю кое-как, хватаясь руками за колючие кусты.
   Пять, я бегу сломя голову к деревне.
   Шесть, кажется, я окончательно влипла.
  
   Дорога до деревни оказалась не близкой. Я уже несколько раз хотела упасть от дикой боли в ребрах, ногах и от нехватки воздуха в легких. Но я бежала, пока дом Джейсона не оказался слишком далеко. Я не знала, что мне делать дальше, но я надеялась попросить помощи у здешних.
   Возможно, я ошибаюсь и здесь живут нормальные люди, которые не бессмертны, которые не убивают и которые знать не знают, что неподалеку от них в богатом особняке живет крудус. Господи, как же я влипла.
   Пройдя несколько метров к дороге, ведущей в деревню, я остановилась. Силы иссякли, а рядом нет даже лавочки, чтобы присесть. Я упала на землю возле дороги.
   Мне теперь не важно, что подумает обо мне Лена, если я приду домой очень поздно, если я, конечно, вообще вернусь. Теперь я точно уверенна, что выкину телефон и потеряю всякий контакт с Леоном. Я выкину паспорт, потому что тогда по нему Леон сможет быстро меня вычислить. Можно сказать, что в голове у меня сформировался определенный план побега из города Лонгфорт. Главное, чтобы меня никто не видел. Я убегу куда-нибудь в леса, чтобы меня не могла найти полиция. Стану отшельником. Веселая жизнь получается. Всего за один год она успела пойти под откос. Все из-за того, что я понятия не имела, какое страшное у меня прошлое и чей я на самом деле ребенок. Бабушка решила не посвящать меня в эти планы... Интересно, а папа знает все это?
   Точно, об отце я совсем не думала. Я хотела его найти, как только выпущусь из школы. Но я даже не подозревала, что жизнь так круто повернется, что мне придется бежать. Бежать от жизни, которая мне была уготовлена судьбой.
   Послышался шум мотора, что мгновенно меня пробудило. Я быстро встала и побежала в сторону дома неподалеку. Он был заброшен, так как в нем были выбиты окна, а двери заколочены. Возможно, там и живут какие-нибудь бродяги, но думаю, они потеснятся.
   Я забежала за дом, когда машина мигом пронеслась по дороге. Это была не белая машина и явно не отличалась роскошью. Возможно, это был кто-то из местных жителей.
   В груди стало колоть, и я вспомнила, что сильно ударилась, когда прыгала. Ребра могли сломаться, могли и нет. Я не могла этого понять, так как они явно стали сразу же срастаться, но было больно. Согнувшись пополам, я присела на корточки и стала раскачиваться в зад и вперед.
   В голове кружилась недосказанная фраза бабушки. Носитель чего она была? Что может быть на букву "д"? Дерево, диплом, диск. Бабушка была носителем диска? Смешно сказано. Я не могла подобрать подходящего по смыслу слова. Что могло так испугать крудусов на букву "д"? Ничего. Они бессмертны - им нечего бояться.
   Сзади меня открылась дверь, и я отпрыгнула. Пришлось мигом лететь от нее в другую сторону. Сегодня я шарахалась буквально каждого прохожего. Теперь я даже боюсь стать параноиком, потому что не знаю, кто из людей нормальный, а кто вообще и не человек.
   Я пошла вдоль дороги прямо в глубь деревни. Если я не найду того, кто сможет меня подвезти до города, то придется стать отшельником раньше времени.
   Я добралась до одного из домов и стала вглядываться в окна. Что-то внутри подсказывало мне, что здесь я найду человека, который поможет мне. Но для начала надо придумать, как я здесь оказалась. Не скажу же я, что убежала от Вальехо, который на самом деле крудус, которому неизвестно сколько лет, у которого сестра Наташа Фейт и что все это связано непременно со мной. Скорее всего, тогда меня отвезут не домой, а в психбольницу.
   На выдумки я не была способна. Эрн, вот она могла выдумывать на ходу. Мне же приходилось сильно напрячь свой разум, чтобы что-нибудь сообразить.
   Я стояла возле дома на дорожке. Вокруг были такие же дома, которые отличались только цветом и припаркованной машиной возле них. Странное было то, что на улице не было ни единой души. Все как будто спрятались. Странная деревня.
   Через 10 минут в голове созрела достаточно правдоподобная история. У меня сломалась машина в нескольких километрах отсюда. Я пришла в эту деревню, надеясь, что кто-то поможет мне добраться до Лонгфорта, а там я уже сама справлюсь. По-моему, звучит достаточно правдоподобно.
   Собравшись с силами и умерив боль, я пошла к двери этого дома. Маленький, деревянный одноэтажный дом был почти с краю от дороги. Сама эта деревня была на возвышении, и отсюда прекрасно был виден дом Вальехо, а так же кто и откуда выезжает. Отличное место, чтобы наблюдать за деревней.
   Я постучалась в дверь. Не прошло и минуты, как ко мне вышла молодая девушка, даже можно сказать девочка. На вид ей было не больше 8 лет. Она была на полторы головы ниже меня с чистыми серыми глазами. Она немного засмущалась, увидя меня. Я ей ободряюще улыбнулась и сказала:
   - Привет, кто-нибудь из взрослых дома?
   - Привет, - звонким голосом сказала девчушка. - Они уехали и вернуться только завтра.
   - Так ты что совсем дома одна? - удивилась я. Оставлять маленькую девочку одну дома, да и дом находился на самом краю деревни. Это же не безопасно. Вместо меня мог постучаться кто угодно! Её бы увезли, и никто не заметил!
   - Я уже взрослая, - возмутилась девочка.
   - Если ты такая взрослая, то сможешь мне помочь? - спросила я.
   - Конечно! - я еще больше убедилась в безрассудстве её родителей.
   - У меня далеко отсюда сломалась машина. Я хочу попасть домой, но, похоже, автобусы здесь не часто ездят, - начала свою историю я.
   - Да! - девочка повернулась назад. - Он уехал час назад. Следующий только завтра утром
   Отлично. Значит, мне здесь прятаться от Вальехо до самого утра. Шансы, что он меня найдет, увеличиваются с каждой минутой. Хотя, я пока неуверенна, что он меня ищет, но Джейсон точно уже что-то заподозрил.
   - Поможешь мне? Мне нужно что-то сделать! Пожалуйста. Мне будет очень плохо, если меня кое-кто найдет.
   - Тебя точно кто-то ищет? - для восьмилетней она оказалась слишком смышленой.
   - Я не уверенна. Но к вечеру точно искать будут, - ответила я и нахмурилась. Действительно, я не могла точно оценить ситуацию. Мне нужно было время подумать, но пока такой возможности не было.
   - Тогда, оставайся у меня, - радостно сказала девочка. Я была удивленна.
   - Твои родители точно ругаться не будут? - в душе прокрадывалось чувство слишком подозрительное. Я не могла поверить, чтобы все было так просто. Если я попрошу помощи, то её сразу предлагает восьмилетняя девочка, которая вообще впервые меня видит. Может, у нее с головой все не в порядке?
   - Нет. Они добрые. Только тебе придется спать внизу на диване, потому что у нас нет второго этажа и нет запасных комнат для гостей. Тебе придется рано встать, так как автобус приходит очень рано. Я могу посмотреть его точное расписание. Оно у мамы в ящике лежит.
   Я еще больше удивилась доверчивости этой девочки. Она ведь действительно может впустить кого угодно! Хотя если мне предлагает такую безвозмездную помощь, то я не откажусь.
   - Скажи мне, ты со всеми так?
   - Как так? - спросила девочка.
   - Ну вот так. Ты всех впускаешь в дом, даже не спрашивая, кто они?
   - Ты мне нравишься, - просто ответила девочка. Я была смущена.
   - Ты уверенна? - я не могла поверить в такую доброту. Либо это была детская наивность, либо я совсем отвыкла от общения с детьми.
   Она провела меня в свой дом. Мне хотелось её просто расцеловать. Не каждый вот так просто впустит незнакомого человека в дом, даст ночлег. Не зря я думала, что в этом доме мне помогут.
   Девочку зовут Марис. Ей и правда было 8 лет, и она училась в местной школе. У нее есть папа и мама, еще у нее была сестра старшая, но когда ей было 5, то сестра пропала. Марис сказала, что в тот день её сестра пошла гулять по округе, но так и не вернулась. Родители до сих пор горюют по ней, поэтому они разрешают Марис впускать в дом всех, кого можно. Они надеются, что когда-нибудь придет их дочь. Марис сказала, что я похожа на её сестру.
   Не знаю, что меня смутило в этой истории, но в простое исчезновение людей я уже не верю. Конечно, она могла просто попасть в плохие руки, но это могли быть и крудусы. Особенно, если сестра Марис ушла в сторону дома Вальехо.
   Вариантов исчезновения, действительно, было очень много. Но я не хотела думать ни об одном из них. Печальных мыслей мне хватает.
   - Эби, почитаешь мне? - сначала я даже не поняла, что Марис обращается именно ко мне. Да, я назвала себя таким именем, хотя любое мое вымышленное имя теперь известно Джейсону. За одни день узнать половину моих секретов! Так не умел никто.
   Марис поселила меня в гостиной. Она дала мне подушку и плед. Она даже сумела что-то приготовить на кухне, пока я была занята своей болью и своим заживлением. Ребра были сломаны и сейчас срастались очень медленно. Жаль, что к этой удивительной способности не добавляется изоляция к боли.
   Эта девочка была смуглая. У нее были жиденькие черненьки волосики, небрежно завязанные в два хвоста. Она постоянно улыбалась, будто не зная проблем. Хотелось бы мне быть такой счастливой, не смотря ни на что.
   Дом был не большой. По нему можно было понять, что семья Марис была не богатой, даже бедной. У них было всего три комнаты. Кухня и гостиная были объединены в одну комнату. Ни чердака, ни кладовой, ни второго этажа. Я не могла понять, как еще эта семья могла подержаться тут.
   - Да, Марис, я почитаю тебе. Что ты хочешь? - сказала я девочке, которая примостилась на краешке дивана.
   - Хочу "Алису в стране чудес"! - весело захлопала в ладоши Марис.
   - Тебе нравится эта сказка? - спросила я.
   - Моя любимая. А тебе что нравится? - поинтересовалась Марис.
   - Квантовая физика!
   - Что, что? - переспросила девочка.
   - Шучу, - засмеялась я и погладила Марис по голове. Она казалась мне младшей сестрой, хотя я не хотела бы, чтобы она попала в такую семью, как я. Мы не выбираем наших родителей. Но если была бы такая возможность...
   Я попыталась оттолкнуть от себя такие грустные мысли. Сейчас, когда у меня есть одна спокойная ночь, надо расслабиться и успокоиться.
   - Почитаешь? - более настойчиво спросила Марис и протянула мне книгу.
   Я открыла её на закладке и начала читать с новой страницы.
  
   Теперь оставалось самое трудное: решить, с какого начать. Какой
   какой? Какой - ТОТ, какой - ЭТОТ? - лихорадочно думала Алиса и в конце
   концов отважилась откусить - совсем чуточку! - от того кусочка, который был
   в правой руке.
   И в ту же секунду почувствовала сильный удар в подбородок: он
   стукнулся об ее собственные ботинки!
   Как ни ошеломлена была Алиса, она все же сообразила, что времени
   терять нельзя: надо немедленно откусить хоть чуточку от другого куска, иначе
   она пропала! ,
   Это было ужасно трудно: подбородок бедной девочки так сильно прижало
   к ногам, что она никак не могла открыть рот! И все-таки Алиса ухитрилась
   кое-как откусить и проглотить крошечку...
  
  
   Не успела я дочитать маленький отрывок, как Марис стала засыпать. Видимо, она и раньше читала эту книгу.
   Я попыталась взять Марис на руки и отнести в её комнату, но она оказалась не по силам мне. Да и у меня за этот день иссякли все силы. Грудь до сих пор болела при каждом вздохе. Но я знала, что со мной будет все в порядке.
   Мне пришлось уложить девочку на свою постель. Я накрыла её одеялом. Почему-то мне сразу стало одиноко. Сегодняшний день прошел слишком быстро, слишком много всего произошло и слишком много мне теперь надо осмыслить.
   Я подошла к окну, которое выходило на дорогу. С холма был виден дом Вальехо. В нем не горели фонари. Либо Джейсона нет дома, либо он уже спит.
   Кто он такой? Почему ворвался в мою жизнь без разрешения? Мне это определенно не нравилось. Теперь из-за него у меня проблемы. Да и зачем он приводил меня в свой дом? Показать любимое место? Я бы могла и обойдись без этого. Мне не особо важно, где он любит проводить свое время. Нет, здесь точно было что-то другое. Вероятно, у него был какой-то план. Все имеют на меня планы, будто я вещь какая-то...
   Мне стало неприятно от этой мысли. Захотелось вернуться в Инсенс, но что бы я там делала? Там нет Эрн, а Кэт явно не стала бы со мной общаться после того случая. Я знаю, что зря тогда так поступила. Можно сказать, что этим своим поступком я разрушила все, что так долго создавалось. Мне несколько людей говорили, что я никому не должна рассказывать о крудусах, иначе будут неприятности. Похоже, тогда я не осознавала это в полной мере.
   Отойдя от окна, я посмотрела на мирно сопящую Марис. Я её знаю всего несколько часов, а она уже успела мне так помочь. Я никогда не смогу её отблагодарить. Остается надеяться, что Марис просто не станет рассказывать родителям о том, что я у них ночевала. Теперь каждый мой поступок может навлечь неприятности. Я этого не хочу.
   Я услышала шум мотора и увидела через секунду приближающуюся машину. Белую...
   Сердце сразу ушло в пятки. Я отошла в тень штор, чтобы с улицы меня не было заметно. К счастью, это была не машина Вальехо. Я снова стала спокойной. Можно, конечно, дежурить у окна всю ночь, но смогу ли я? Веки так и закрываются. Сон уже наваливался на меня.
   Походив по комнате, я попыталась отогнать сон, но у меня не получалось. Веки с каждой секундой становились тяжелее. Пришлось взять подушку и лечь на пол рядом с Марис. Сон не заставил себя ждать.
  
   Пробуждения на следующее утро оказалось очень сложным. Марис уже давно встала. Она что-то готовила на кухне, когда я открыла глаза. Передо мной предстал серый отштукатуренный потолок. Я даже немного растерялась, но потом вспомнила, где нахожусь. Вскочив с пола, я быстро стала искать глазами часы.
   - Не бойся. Автобус будет через полчаса. Остановка недалеко, поэтому ты даже успеешь поесть, - бодро сказала Марис, готовя что-то в сковородке. Я была удивлена, что такая маленькая девочка уже умеет готовить. Меня на кухню никогда не допускали. Еду мне приносили в комнату, и только в редких случаях я спускалась сама на кухню.
   - Я думаю, что надо выйти уже сейчас. Мало ли что, вдруг автобус раньше приедет? Где остановка? - я стала собираться, хотя у меня не было ничего с сбой, но поправить одежду стоило.
   - Не приедет. Поешь, хотя сначала умойся. Мама всегда ругается, когда я не умываюсь, - грозно сказала Марис. Мне пришлось повиноваться. Все же эта девочка имела надо мной какую-то власть. Иногда даже казалось, что она намного старше меня.
   Я прошла в ванную комнату и умылась. Марис была права. Если бы я в таком виде вышла на улицу, то было бы очень странно. У меня под глазами нарисовались черные круги от растекшейся подводки. Выглядела я, как привидение.
   - Ну вот, теперь ты выглядишь намного лучше! - крикнула мне Марис, вываливая содержимое сковородки на тарелку. - Это тебе завтрак. Извини, но кроме яичницы я пока ничего не умею готовить.
   - Спасибо большое! - сказала я, когда доела свою порцию яичницы. Ела я быстро, так как все время боялась опоздать на автобус. Мне не хочется здесь находиться еще один день, тем более скоро приедут родители Марис и мне придется уйти.
   Мы быстро помыли посуду и, не ожидая больше ни секунды, вышли из дома. Марис не стала закрывать дверь, так как не волновалась, что кто-то может залезть. Хотя, у них красть там особо нечего.
   Я получше укуталась в олимпийку, так как утром в этой деревне очень холодно. Я засунула руки в карманы и обнаружила там свой телефон. Совершенно забыла про него. Хотя от него толку было мало. Денег на счету почти не осталось, а звонить кроме Леона мне было некому.
   Мы вышли из деревни и стали подниматься вверх по дороге. Марис шла быстрее меня. Она опять улыбалась во весь рот, а я так и не поняла, из-за чего. Неужели они и правда так счастлива? Мне бы её настроение.
   Подойдя к остановке, точнее просто к знаку, который подсказывал водителям, что тут есть остановка. Мы остановились и огляделись. Автобуса еще не было видно, да и машин других тоже. Все еще спали.
   - Эби, я знаю, что тебе плохо, - начала говорить Марис.
   - С чего ты взяла? - удивилась я.
   - Я видела, откуда ты пришла, - у меня остановилось сердце.
   - И откуда же? - тихо спросила я.
   - От них никто не сбегает. Это дом мистера и миссис Вальехо. Эби, там что-то произошло? Почему ты убегала от них? - не зря я думала, что эта девочка странная. Она слишком много знает.
   - Я от них не убегала. Я просто... просто я шла к деревне. У меня сломалась машина, - неуверенно сказала я. Марис слишком умна для 8 лет.
   - Я не верю. У тебя не могла сломаться машина. В любом случае, если бы ты шла по дороге, то автобус шел тебе навстречу. Ты могла бы его остановить. Но я видела, что ты именно от их дома бежала.
   У меня в горле все пересохло. Значит Марис не такая милая, как казалось. Она просто хотела выяснить, что произошло там в доме Вальехо.
   Вдалеке я услышала шум. Автобус уже подъезжал.
   - Марис. Я не бежала от их дома. У меня сломалась машина, - еще раз повторила я.
   Автобус остановился перед нами. Я, не поблагодарив Марис, вбежала в открытые двери. Марис все так же улыбалась, только теперь в её улыбке не было ничего хорошего. Мне стоило сразу стать осторожной, когда эта девочка, не зная меня, сразу предложила помощь. Я села на сидении возле окна, как раз к тому, которое выходило на остановку. Марис стояла.
   - Они тебя все равно найдут, - прочитала я по одним губам маленькой девочки. Хорошо, что автобус тронулся.
   Оглядевшись вокруг, я увидела, что в автобусе почти никого нет. Толька я и еще одна старушка. Мне стало немного спокойнее. Что имела ввиду Марис? Черт, что происходит в этом мире?
   Я сползла немного ниже с сидения, чтобы меня не было видно с окна. В голове был рой мыслей. Все они были не хорошими. Марис, Вальехо, то видение, моя бабушка. Что все это значит?!
   К глазам стали подступать слезы. Мне надоело так жить. Почему я приехала в самый маленький и далекий город Ирландии, но даже в таком тихом городке все так не спокойно?! Почему мне приспичило пойти в этот бар? Почему там оказался именно Вальехо?! Почему он меня проводил, почему именно он узнал мое имя?!
   Я старалась держаться и не плакать, но слезы так и подступали. Я стала вытирать их рукавом олимпийки. Хорошо, что меня никто не видит.
   Прошло немного времени, как автобус снова остановился. Вошли двое молодых людей. Они молчали и явно не знали другу друга. Они сели на разные сидения, совершенно не обращая внимания на остальных пассажиров. Я еще больше укуталась в олимпийку и закрыла глаза. Я не хотела спать, но мне хотелось отгородиться от действительности.
   Похоже, я немного задремала. Меня настойчиво кто-то толкал в плечо. Я открыла глаза и передо мной стояла та старушка, с которой я ехала с самого начала. Она что-то про себя шипела, но я не могла понять.
   - Проснись же, смазливая. Автобус уже приехал в город. Тебе где выходить? - хриплым и грубым голосом спросила старушка у меня.
   - Мне в южной части города выходить, - отозвалась я.
   - Ну так выходи уже! Приехали! - старушка развернулась и поспешила к выходу.
   Осмотревшись, я заметила, что мы действительно стоим, и в автобусе кроме меня никого нет. Быстро встав, я хотела уже выйти из автобуса, но меня не выпустил водитель.
   - Платить не собираемся? - спросил он и ухмыльнулся. Мне действительно нечем было платить. Что он со мной сделает? Отведет в полицию? Только этого мне не хватает.
   - У меня нет с собой денег, - тихо произнесла я.
   - Меня это не волнует. Плати или я позвоню в полицию.
   - Телефон возьмете? - это была единственная вещь, что у меня с собой была. Водитель странно на меня посмотрел.
   - Покажи, - скомандовал он, и я вытащила свой телефон из олимпийки. Водитель уставился на меня так, словно я вытащила из кармана бриллиант.
   - Ему всего несколько недель, - я даже не знаю, зачем это сказала.
   - Давай сюда и проваливай, - я вытащила из телефона сим-карту и быстро вышла из автобуса.
   До дома отсюда идти минут 15. Мне стало еще хуже. Теперь я осталась без телефона. Причем я отдала его, можно сказать, даром. Я могла бы его продать, и у меня были бы деньги.
   Ненавижу Леона! Почему он дал мне так мало денег?! Крудус... чтоб его...
   Через пятнадцать минут я уже вышла на свою улицу и стала подходить к подъезду. Теперь я даже не могла посмотреть время! Нужно срочно искать работу, иначе я не смогу прожить больше недели. Теперь я даже не знаю, приедет ли Леон. Да и он не знает, где я живу! Шансы, что он быстро найдет меня в Ирландии сводятся к нулю.
   Подойдя к своему подъезду, я заметила, что возле него стояла машина. Это была черная, блестящая машина с откидным верхом. У меня в животе сразу все свело. Нет, это не мог быть Джейсон!
   Я даже не знала, что мне делать. Я стояла возле подъезда и поочередно смотрела то на дверь, то на машину. Было сложно понять, зачем в такую рань приехал Джейсон. Возможно, что он тут еще со вчерашнего вечера. Но не думал ли он, как я так быстро окажусь дома, не имея при себе ни цента?
   Глубоко вздохнув, я вошла в дом. Лена уже готовила завтрак. Я попыталась пройти мимо нее, но она меня заметила.
   - Пришла, наконец! - громко сказала она, вытирая руки о фартук.
   - Немного задержалась. Лена, извини, мне надо идти, - я попыталась проскользнуть мимо, но Лена засмеялась. Меня это остановило. Что смешного?
   - Не хочешь спросить, что за гость у нас? Я не спрашиваю уж, где ты была. Но скажи на милость, ты что, успела подружить со всей элитой этого города? - весело спросила Лена, но я её не понимала.
   - И кто у нас? - дрожащим голосом спросила я.
   - Она ждет тебя наверху, - сказала Лена, окончательно выбив меня из колеи. Кто она? Я никого здесь не знаю.
   - Лена, зачем ты впустила её? Я никого не знаю, правда. И Джейсон. Он мне не друг, просто знакомый. Я была не у него сейчас и эту ночь.
   - Она знает тебя. Или, по-твоему, в моем доме живет две Эбигэйл Макларен?! - брови Лены взметнулись вверх. Она начала сердиться. Зря я сказала, что с Джейсоном нас ничего не связывает. Как бы она теперь не выгнала меня из дома.
   Не ответив ни слова, я побежала по ступенькам наверх. Сердце билось с бешеной скоростью. Кто мог прийти ко мне? Кто мог узнать, что меня зовут Эби?! Нет, нет, нет. Такого не может быть!
   Я ворвалась на чердак, замерев на пороге. Я несколько раз мигнула, чтобы понять, что это не сон. Она была тут. Она всегда появляется неожиданно и без причин. Но как... как она нашла меня?
   - Давно не виделись, Энни! - засмеялась она.
  
   Глава 4.
   Проклятая улица...
  
   Я стояла и смотрела на нее. Не может быть такого, чтобы эта девушка смогла меня найти. Это невозможно!
   - Как... как ты тут оказалась? - заикаясь, сказала я.
   - Я очень долго тебя искала. Удивительно, но ты так бесследно пропала. Мне пришлось ходить с твоей фотографией по всему Дублину. Я думала, ты там, - говорила блондинка, будто размышляя про себя.
   - Откуда ты узнала, что я улетела в Ирландию?! Мое имя?! - мне было сложно понять, как Элла смогла так быстро найти меня. Прошло же не больше двух недель, как я уехала из Инсенса!
   - Когда имеешь связи, нет ничего сложного, милая. И все-таки. Кто тебя послал в столь далекий город? - спрашивала непринужденно она, будто не понимала, в чем дело. Элла стояла возле окна в сером грязном платье. Мне казалось, что она выглядит не лучше, чем тогда, когда я встретила её последний раз. Все те же не расчесанные и грязные волосы, синяки под глазами. Она выглядела так, будто работала днями и ночами на какой-то слишком трудной работе.
   - Зачем ты здесь? - я отошла к лестнице, готовая в любой момент убежать из этого дома. Стоп, если Элла так плохо выглядит, то чья это машина у входа?
   - Давно не виделись, - повторила, как попугай, она.
   - Я это уже слышала. Что тебе от меня надо? У меня нет денег и нет желания связываться с тобой.
   - Из-за тебя у меня появились серьезные проблемы, Эн, - уже грубее сказала она. Её непринужденность испарилась, и я чувствовала, что в воздухе повисло напряжение.
   - Я тебе ничего не сделала, Элла. Уходи из моего дома!
   - Это твой дом? О Боже, Эн, ты так и не научилась врать! Я знаю о тебе больше, чем знаешь ты! - кричала девушка, подступая ко мне.
   - Отвали, Элла! Что тебе нужно?! - я уже встала в оборонительную позу.
   - Они теперь хотят убить меня, Эн. Все из-за тебя. Всего пару движений в твою сторону, и ты уже покойник.
   - Ты крудус, тебя нельзя убить! - возразила я.
   - Раньше нельзя было, но теперь... Все изменилось. Появились предатели. Скоро все начнется, - с дрожью в голосе говорила она. Мне хотелось убежать или прогнать Эллу. Мне не хотелось слушать очередной её сумасшедший разговор. Теперь мне точно нельзя оставаться на месье. Она смогла меня найти. Ей потребовалось не так много времени. Значит, что теперь меня еще легче вычислить, особенно если о том, где я нахожусь, скажет Элла.
   - Ты хочешь меня убить? - осторожно спросила я. Глаза блондинки сверкнули. Она точно сумасшедшая!
   - Как ты быстро догадалась, - засмеялась Элла. Что осталось от той аристократичной девушки? Теперь она совершенно беззащитна и, похоже, двинулась умом. Мне хотелось бы все это прекратить, но я не могу. Это не в моих силах.
   - Элла, прошу тебя, уходи, иначе я закричу, - умоляла я.
   - Сначала я тебя убью. Ты хоть понимаешь, что сделала с моей жизнью? Ты разрушила её. Я столько лет жила, никогда не опасаясь, что со мной может что-то произойти. Но вот, в один прекрасный день родилась ты. Мир перевернулся. Человеческая раса смешалась с расой крудусов. Ты понимаешь, к чему это приведет? - как сумасшедшая спрашивала меня Элла.
   - У них есть договор. Я знаю о нем, - сказала я, и глаза блондинки расширились еще больше.
   - Ты его видела? - дрожащим голосом спросила Элла.
   - Я знаю, что в одном из пунктов, подписанных... моей бабушкой... гласится, что как только я узнаю о вас, то... немедленно должна быть... казнена, - мой голос тоже дрожал. Я вспомнила о том, о чем хотела забыть. Этот договор, что оказался в конверте Микки, мне хотелось сжечь, спрятать от глаз. В нем была расписана моя жизнь по минутам. Шаг влево, шаг вправо - это уже смерть. И самое больное - этот договор подписала моя бабушка и моя мама. Я никогда не могла подумать, что Сьюзи будет против меня. Я думала, что она хочет защитить меня. Но я оказалась не права. Под светлой оболочкой скрывалось равнодушие. Равнодушие к моей жизни. Это и заставило меня поменяться. Я не могла оставаться той Энге Андельсон. Мне нужно было стать сильнее. Я уже не могла ни от кого зависеть, потому что не могла никому доверять.
   - Это невозможно... - прошептала Элла, смотря мимо меня. У нее появилась в голове слишком плохая мысль или она радуется, что меня итак скоро убьют?
   - Что невозможно?
   - Ты ничего не знаешь, ничего! Ты даже не подозреваешь... О, Энни, ты ведь... - она снова замолчала, недоговорив.
   - Что?! Скажи хоть одно предложение нормально, Элла! - я подошла к девушке. Теперь она не казалась мне такой страшной, она больше была потерянной.
   - Зря я тебя искала. Уже ничего не изменить, - ровно, как приговор, вынесла она.
   - Я тебя не могу понять.
   - Тебе и не стоит. Все уже решено. Если ты знаешь о договоре... Это все решает. Только скажи, кто тебе его дал, кто показал его? Леон?! - я была удивлена. Леон знал о договоре?
   - Этот человек уже мертв, - на глаза сразу подступили слезы. Мик поплатился жизнью за то, что рассказал мне о договоре? Но ведь я нем узнала уже после го смерти...
   - И кто это? - тихо произнесла Элла, будто боялась, что нас кто-то может услышать.
   - Тебе какое дело? Уходи из моего дома. И лучше будет, если ты вообще забудешь сюда адрес.
   - Я не вернусь итак.
   Она быстро прошагала мимо меня к двери. Её серое платье развивалось от скорости. Я смотрела на её удаляющийся силуэт.
   Действительно, слишком много произошло за один день. Что все это значит? Как понять её слова? Неужели то, что я видела вчера в доме Вальехо правда? Неужели у них, у крудусов, будет война? Но из-за чего? Я не понимаю смысла. Одна группировка хочет меня убить, а другим я нужна живая? Я родилась от крудуса?! Я родилась от крудуса и человека?! Как такое возможно? Ведь если папа человек и если мама к нему что-то испытывает, то он должен был давно умереть.
   Я почти поняла, зачем все это нужно было, зачем нужно было меня постоянно спасать, постоянно следить за мной. Я даже поняла, кто глава в одной из группировок. Это Элоиз. Его имя постоянно ходит на слуху. Его имя слышала Эрн, его имя слышала я. Он - глава крудусов. Тех, которые хотят моей смерти.
   Голова пыталась вспомнить что-то непонятное. Мне казалось, что я упустила из внимания что-то важное.
   Элоиз...
   Точно! Его имя я слышала два дня назад, когда сидела в баре. Но тот ли этот человек? Мало ли сколько Элоизов в этом мире.
   Остался еще один вопрос. Самый важный. К какой группировке принадлежит Леон? Без разницы, я все равно не собираюсь его видеть. К кому бы он не принадлежал - он мой враг. Враг номер один, потому что всегда знает, где можно меня найти, потому что он всегда просчитывает все ходы наперед.
   Моё доверие к Леону лопнуло, как воздушный шарик. Мне больше некому доверять. Крудус, не крудус... Я больше чем уверенна, что во всей этой заварухе участвуют и люди.
  
   Я спустилась вниз к Лене. Мне нужен был совет. Я совершенно запуталась в своих планах, мыслях. Какой толк, если я уйду, раз Элла смогла меня так быстро найти? Я окончательно потеряла надежду на лучшее. Всего три дня назад мне казалось, что жизнь успокоилась, но это было просто затишье перед бурей. Скоро начнется ураган, который я не смогу остановить.
   Лена сидела за столом и крошила зелень на разделочной доске. Она была сосредоточена на своей работе, что её ничего не могло отвлечь, кроме одного - меня. Когда я села напротив нее, она положила нож в сторону и посмотрела выжидающе на меня. Её взгляд требовал "я жду объяснений".
   - У меня серьезные проблемы, - вздохнула я.
   - Я вижу. Но мне-то какое до них дело?
   - Ты можешь мне помочь? - неуверенно спросила я, все таки Лена сильная женщина, и я её немного даже боялась.
   - Смотря какая помощь тебе нужна.
   - Кто такие Вальехо? - потребовала я. Мне действительно надо было узнать о них больше. Кто они такие? Как они пришли в этот город? Кто живет вместе с Джейсоном? Мне надо было знать все об их семье.
   - Значит, ты правда его не знаешь? - она вытерла руки о фартук и положила их перед собой. Костяшки ладоней выпирали из-под кожи. Она напряженно стала сжимать и разжимать пальцы.
   - Нет. Я его встретила всего несколько дней назад в баре. Он согласился мне помочь. Но потом я попросила его, чтобы он ушел, но он остался. Он теперь следит за мной. Я хочу знать, зачем ему это нужно. Вальехо не замешан в мафии? - предположила я и внимательно стала следить за реакцией Лены. Она все сжимала и разжимала пальцы, будто не хотела мне что-то говорить. Её жилы на шее напряглись.
   - Это очень древний род у нас в городе. Это самая знаменитая фамилия в Лонгфорте. О них ходят разные слухи и легенды, но никто точно не знает, как обосновалась здесь эта семья.
   - Значит, они приезжие?
   - Нет. Этого никто не знает. Похоже, их фамилия родилась раньше, чем стали строить этот город, - Лена стала мять свой фартук. Что так разволновало её?
   - Что-то необычное было в их семье?
   - Ирландия разделена на две части. В обеих постоянно велись разные войны. Одна часть хочет независимости от Англии, другая наоборот. Говорят, что семья Лонгфорт были за тех, кто хотел независимости. Но в свою очередь они стояли в рядах тех, кто был за Англию. Когда об этом узнали, то... - Лена вскочила со стула. Она стала ходить по кухне взад и вперед. Эта женщина осматривала каждый угол, ища что-то глазами. - Их убили. Приказали казнить всю семью за предательство английской короны. Говорят, что тогда не выжил никто.
   - И как же тогда сохранился их род, если их всех казнили, всю семью? - удивилась я. Лену передернуло.
   - Около пятидесяти лет назад в городе появился некий мистер Вальехо, который сказал, что он сын казненных. Он смог спастись, потому его семья отправила его в другую страну. С тех пор он живет в нашем городе.
   - И как его звали?
   - Откуда я знаю! Я тебе не исторический справочник. Сходи в библиотеку, может, что-то там еще найдешь об их семье.
   Лена, больше не сказав ни слова, вышла из кухни. Она быстро прошла по коридору и вышла на улицу. Я видела, как она пошла в сторону парка неподалеку. Лена плакала.
   Я сидела, не шевелясь, на стуле. По коже дружным строем прошли мурашки. Холод стал невыносимо колоть кожу. Теперь понятно, почему Лена так испугалась фамилии Вальехо. Старинный род, единственный выживший из всей семьи. Их просто нельзя не уважать. Они явно имеют большое влияние в городе.
   Я прошла в общую гостиную и отыскала на полочке с книгами справочник. Мне нужна была библиотека. Если я хотела все для себя разъяснить, то надо начать с семьи Джейсона. Чем больше я буду знать о нем, тем меньше вреда он сможет мне причинить.
   На 20 странице я нашла адрес библиотеки. Она находилась на самом краю города. Улица называлась "Damn stryd". Не знаю, что это был за язык, но звуки английского здесь были. Мне пришлось вырвать карту из справочника, чтобы дойти нормально до нужной мне улицы. Денег не было, то есть я не хотела тратить те, что у меня остались.
   Поднявшись к себе в комнату, я стала собираться. Теперь нужно быть в полной экипировке, так как я не знаю, чего мне ждать там, на улице. Если крудусы так сильно расплодились, то им может оказаться любой человек, проходящий мимо. Не могу же я падать в обморок при каждом встречном?! Я надела черную водолазку. Пришлось взять с собой фонарик и раскладной нож. Надев кроссовки, я уже хотела выйти, как за окнами послышался чей-то крик. Пришлось бросить свои приготовления и бежать на улицу.
   Мои соседи по дому тоже, видимо, что-то слышали. Мы все вместе вывались на улицу и стали озираться по сторонам, как один из нас тихо заскулили и все обернулись в его сторону.
   На дороге, через подъезд от нас, лежала женщина. Это была Лена! Кто-то из нас тихо ахнул, кто-то забежал обратно внутрь. Некоторые ринулись к Лене. Что произошло?
   Я подошла к столпотворению, что успело образоваться возле женщины. Я не могла разглядеть, что с ней.
   - Она без сознания! Звоните в скорую!
   - Извините, но, кажется, ей скорая не нужна. Она уже приходит в сознание, - кричал кто-то из толпы.
   - Это же Лена! Она хозяйка в соседнем подъезде! - послышались еще охи и ахи.
   Я протиснулась сквозь толпу и увидела бледное лицо Лены. Они тихо дышала почти незаметно для человеческого глаза. Но она не приходила в сознание. Казалось, что ей наоборот становилось все хуже.
   Все вокруг суетились, но никто не мог принять единого решения. Лене становилось все хуже.
   - Да вызовите уже скорую! Немедленно, ей плохо! - закричала я. Кажется, мой голос возымел действие. Кто-то набрал телефон и быстро сообщил, что произошло.
   Скорая приехала через пять минут. Они положили Лену на носилки и увезли. Никто ничего не сказал. Соседи стали расходиться по подъездам. Я тоже пошла в дом.
   Поход в библиотеку придется отложить, пока Лену не привезут обратно. За домом в её отсутствие совершенно некому следить.
   - Наконец-то эта кляча покинула этот дом. Теперь я могу пользоваться водой сколько угодно! - сказал мой сосед снизу. Это был худощавый мужчина, лет 37. Я не знала его имени, но пару раз видела в доме.
   - Ты израсходуешь всю воду. Остальным ничего не останется, - попыталась отговорить его я, когда мы уже зашли обратно в дом. - Кто-то должен поехать к Лене и узнать, что с ней.
   - Не думаю, что к этой старухе кто-то захочет ехать, - ответил мой сосед. Он прошел на кухню и стал шарить в холодильнике, ища себе еду.
   - Если она приедет, то выгонит тебя из дома, - продолжала я, следя за действиями соседа из коридора.
   - Вот именно, что если. Пусть лучше остается там навсегда.
   - Нас выселят.
   - С чего ты взяла? - насторожился сосед. Я прошла на кухню и села напротив него.
   - Потому что у них там знают, что Лена владеет домом. Пока её нет, то они отвечают за него. Если мы что-то нарушим, то нас сразу же выселят, - черные глаза бусинки соседа насторожились. Похоже, он мне поверил.
   - Ты к ней поедешь? - умоляюще спросил он. Видимо, моему соседу совершенно не хотелось выселять из такого жилья, которое стоит очень мало, если посмотреть на другие дома.
   - У меня нет денег на проезд. Я не знаю тем более, где находится больница.
   - Я дам тебе денег, купишь ей там чего-нибудь. Ну и дорогу покажу. У тебя есть карта?
   - Конечно! - я быстро сбегала к себе в комнату и принесла с собой выдранную из справочника карту города.
   - Вот, поедешь этим автобусом сюда. Тебе придется выйти на эту остановку. Она в нескольких минутах ходьбы от дома, - он ткнул мне на улицу, которая находилась чуть ниже нашей. - Потом спросишь у водителя, где тебе лучше выйти, что бы попасть в городскую больницу. Купи Лене где-нибудь по пути фрукты. Вот тебе 10 долларов, - сосед достал свернутую купюру и протянул мне.
   Пришлось немного потрудиться, чтобы привести бумажные деньги в приличный вид. Сосед, взяв с собой охапку еды, вышел из кухни и направился в свою комнату.
   Часы на кухне показывали, что уже почти полдень. Время стало лететь слишком быстро. Да и это утро оказалось не спокойным, хотя приход Эллы мне теперь кажется просто сном. Я до сих пор не могла поверить, что она могла найти меня, что смогла найти место, где я живу и узнать мое имя.
   Я собрала вещи: фонарик, раскладной ножик, карта, деньги, старая сим-карта на всякий случай. Все я положила в свою небольшую сумку. Надев сверху олимпийку, я вышла из комнаты, не заперев даже дверь. Хотя в доме не было Лены, то стоило закрыть все двери и подальше спрятать все самое ценное. Но деньги у меня итак спрятаны хорошо, да и вряд ли кто-то вспомнит, что на чердаке тоже кто-то живет. Шансы, что у меня станут лазить, минимальны.
   В доме стояла тишина, только телевизор в гостиной играл на всю громкость. Пройдя мимо комнаты, я увидела на диване все того же соседа, что желал, чтобы Лена отправилась на тот свет и побыстрее. Когда я проходила, он обернулся.
   - Скажи ей, что мы все очень беспокоимся. Ну и пусть выздоравливает и лежит в больнице, сколько её душе угодно.
   Я усмехнулась. Явно, что здоровья Лене мало кто желает. То, что в доме нет хозяйки, ставит вопрос жительства в нем под вопрос. Если Лена не приедет сюда к завтрашнему утру, то начнутся неприятности. Закончится может не только еда, но и вода и деньги в комнате Лены. Эти соседи могут растаскать все здесь за считанные минуты. Я не хотела бы, чтобы они украли бабушкин кулон или шкатулку Мика. Тем более я не хотела, чтобы кто-то из них нашел Договор. Если это произойдет, то у меня будут еще большие неприятности.
   Выйдя из дома, я успела посмотреть на время. Уже было около часа дня. Утро быстро ушло. Главное, чтобы так же быстро не ушел день, иначе в библиотеку придется идти уже вечером.
   Я быстро нашла ту остановку, о которой говорил мой сосед. Автобус тоже не заставил себя ждать. Войдя, я сразу купила себе билет, чтобы не было потом неприятностей. Я уже итак без телефона. Отдавать все деньги соседа я не собиралась.
   В автобусе было уже много народу. Я нашла только одно свободное место возле пышной женщины. Она томно сидела и, казалось, не замечала никого вокруг. Когда я присела рядом с ней, она немного шевельнула рукой, чтобы дать мне больше места. Я попросила водителя сказать мне, когда будет остановка к больнице.
   Автобус тронулся, когда в машину зашли последние пассажиры. Мест уже не было, да и сам салон уже был достаточно забит. Автобус, кряхтя, медленно ехал по улице. Было невыносимо жарко в черной водолазке и олимпийке. Даже холод под кожей не мог меня остудить.
   Мы ехали минут пятнадцать, когда автобус остановился, чтобы впустить контролера. Все сразу засуетились и стали доставать свои билеты. Даже дама возле меня, кажется, ожила. Она стала копаться в своей маленькой сумочке, постоянно толкая меня руками. Ей не хватало места, чтобы развернуться. Вытирая пот со лба, она, наконец, достала свой билет и сразу же протянула его контролеру. Я даже не заметила, как он подошел. Я тоже протянула ему свой билет. Контролер случайно докоснулся до меня рукой и сразу её отдернул. В том месте, где я до него докоснулась, у него покраснела кожа.
   - Девушка, вам не холодно? - спросил он меня, но я промолчала. Его покрасневшая кожа просто поразила меня. Неужели я такая холодная, что могу оставлять след на коже обычного человека?! Но ведь мне сейчас жарко!
   Женщина возле меня что-то непонятное произнесла и еще больше прижалась к окну. Она меня боится. Это было видно, когда она пыталась отодвинуть свои открытые руки от моих ладоней. Она тоже видела, как мгновенно покраснела кожа контролера.
   Водитель в громкоговоритель проговорил, что сейчас я могу выйти. Я быстро вскочила с сидения и стала протискиваться через людей. Я старалась не касаться их голыми ладонями, потому что не хотела привлекать внимание.
   На улице стало прохладней. В душном автобусе я протряслась почти час. Больница оказалась в противоположной части города от дома, где я жила. Удивительно, как только смогла так быстро доехать скорая помощь. Видно, они были где-то неподалеку.
   Больница была небольшая. Это было двухэтажное серое здание. Сверху двери висела табличка с красным крестом, говорящая о том, что это за здание было перед тобой. В главные двери постоянно заходили и выходили люди. Кто-то шел очень медленно, кто-то же наоборот просто вылетал из здания.
   Я остановилась в нерешительности. Надо было что-нибудь купить Лене. Пусть её и отвезли всего несколько часов назад, но она мне важна. Без нее я не смогу жить в этом городе. Тем более, отчасти, я понимала свою вину в том, что она потеряла сознание. После нашего разговора она ушла в слезах на улицу, потом её нашли уже без сознания.
   Я подошла к киоску с продуктами неподалеку от больницы. Видимо, они имеют большую прибыль. Возле киоска толпился народ.
   Кое-как протиснувшись между людьми, я встала почти у кассы. Схватив несколько апельсинов и яблок, я быстро подошла к весам и стала доставать деньги. Счет мне пробили мгновенно. Чтобы расплатиться, мне пришлось натянуть водолазку на ладони, чтобы никто не смог со мной соприкоснуться голой кожей. Кассирша странно посмотрела на меня. Конечно, на улице была такая жара, но я пряталась под черной водолазкой и олимпийкой.
   В больнице мне пришлось долго узнавать, где лежит Лена. Я не могла вспомнить её фамилию, а когда вспомнила, то у секретарши уже образовалась очередь таких же интересующихся, как и я.
   Больница внутри была такая же серая, как и снаружи. Туда сюда ходили медсестры, кого-то привезли на каталках. Обычная жизнь в обычной больнице.
   Секретарша мне указала номер палаты, куда положили на время Лену. У нее, как оказалось, был приступ. Неужели в этом я виновата? Я всего лишь попросила рассказать мне о Джейсоне, об его семье, ничего же такого...
   - Поверните направо, прямо по коридору, потом налево. Палата 21, - быстро сказала мне секретарша и сразу забыла о моем существовании. Странно видеть людей, полностью погруженных в свою работу. Мне тоже хотелось так же отвлечься от окружающего мира, погрузиться в простые человеческие проблемы. Но такая жизнь точно не для меня.
   Я прошла по указанному пути. Дверь была закрыта. Подойдя ближе, я заметила, что в палате лежит несколько человек, среди них была и Лена.
   Навстречу мне вышел молодой человек. Он был нахмурен, и весь его вид говорил, что он не хочет никого видеть. Он был в белом халате. Я остановила его.
   - Извините, там... лежит женщина, Лена... - я не знала, как мне спросить. Я не являюсь Лене никем, не домработницей, не дочкой, не племянницей. Я ей посторонний человек.
   - Ах да. Приступ стенокардии. Она не скоро еще выпишется. Вы её дочь? - равнодушно спросил врач. Ему следовало бы более вежливее относиться к людям, но похоже он слишком часто видит либо смерть, либо еще какие серьезные заболевания, что ему давно стало все равно.
   - Нет, но я... к ней можно зайти? Она в сознании? - я все еще не пропускала назойливого врача, пусть сначала ответит на все мои вопросы.
   - Конечно. Она пришла в сознание буквально через несколько секунд, когда её привезли. Извините, я могу пройти? - врач стал толкаться, и мне пришлось его пропустить. Он быстрым шагом прошел мимо меня и скрылся за очередным поворотом. Я открыла дверь.
   В меня ударил запах таблеток и стерильных бинтов. В коридоре этот запах не так сильно чувствуется. Лена лежала на койке справа от меня, рядом с ней лежала какая-то другая женщина, но я не стала обращать на нее внимание. Мне нужна была только моя домовладелица.
   Её глаза были устремлены в потолок, а веки чуть опущены. Со стороны можно было подумать, что она спит. Но Лена прекрасно всё видела и слышала. Она сразу заметила меня, как только я вошла. На её лице было ни тени эмоций, в руке у неё была капельница.
   - Как ты? - тихо спросила я, остановившись возле койки Лены. Эта чуть полноватая женщина даже не обернулась в мою сторону, лишь рука немного дрогнула, когда я положила ей на ноги фрукты.
   - Лена, я принесла тебе фрукты. Мы все очень волнуемся, - попыталась искренне сказать я, но Лена только усмехнулась, хоть какая-то реакция на мои слова.
   - И кто волнуется? Они только и хотят, чтобы я поскорее ушла на тот свет, - равнодушно произнесла Лена.
   - Нет. Вот, это фрукты от всех нас. Мы видели, как ты упала...
   - Упала? О моей болезни знал весь дом, но никто и никогда не подходил, чтобы спросить, как я себя чувствую. Подозреваю, что сейчас твои соседи грабят мой дом, ну и твою комнату тоже...
   - Нет. Не думаю, что они будут красть что-то, - очень тихо сказала я. Все-таки, не стоило оставлять своего соседа одного.
   - Ты думаешь, что мы тут все коренные ирландцы? Что все из нас такие чистые? О нет, здесь этим и не пахнет. Подлецы, трусы, воры - это и есть население нашего дома. Скажи мне, разве они сразу вызвали мне скорую? Нет, они ждали, пока я сдохну, - прибор рядом с Леной начал подозрительно громко тикать.
   - Я не ворую. Это я им сказала, чтобы быстрее скорую вызывали. Ты побледнела, - мой голос дрожал. Лена знает всех насквозь. Да и меня она, наверняка, читает, как раскрытую книгу.
   - Os ydynt bob damned! - на непонятном языке сказала Лена. Я отошла от койки, потому что прибор стал тикать еще быстрее. - И что это за жизнь? Толк от меня какой? У меня даже детей нет. Еще и эта болезнь...
   - Успокойся. Ты нам нужна.
   - Нужна? Да какого я вам сдалась?! Ты меня знаешь неделю!
   - Две...
   - Да какая разница, - выдохнула Лена и замолчала. Мне стало жалко её. Я не думала, что жизнь её так потрепала. Я думала, что это старая и злая женщина, но это была маска, за которой скрывался несчастный человек. Так всегда бывает.
   Женщина, что лежала на соседней койке от Лены чуть-чуть приподнялась на локтях. Она выразительно посмотрела на тот прибор, что был присоединен к руке Лены. Я не понимала, чего она от меня хотела.
   Тут Лена начала плакать, а прибор стал пикать так, будто его завели. Женщина плюхнулась обратно на свою кровать. Я ничего не понимала. Через несколько секунд в палату вбежал тот же врач, который совсем недавно отсюда выходил. Он не обратил на меня никакого внимания, только стал что-то проверять у Лены.
   Женщина на соседней койке опять приподнялась на локтях, только теперь она что-то произнесла, но я не поняла ни слова.
   - Что вы говорите? - я подошла к ней ближе. Она позвала меня пальцем, я наклонилась.
   - Она скоро умрет, - очень тихо сказала она. Я удивленно посмотрела на неё. С чего она делает такие выводы? У Лены был просто приступ.
   - У нее всего лишь приступ стенокардии, - отпиралась я.
   - Она скоро умрет, - повторила еще раз женщина и упала на свои подушки. Она вновь забыла о моем существовании и вообще о том, что я сейчас находилась возле её постели.
   Врач попросил меня покинуть палату. Но я так и не узнала ничего важного. На кого оставляет дом Лена? Что нам вообще делать, когда вода закончится, когда они там все разгромят? Без Лены в доме начнется хаос.
  
   У меня в кармане было еще 6 долларов. Я могу сказать соседу, что потратила их все на Лену, тогда я смогу оставить их себе. Раньше бы я на такой поступок не пошла, но теперь у меня нет даже телефона.
   Нащупав в кармане раскладной ножик, я убедилась в своей безопасности, хоть какой-то. Достав карту, с тала изучать лучший и самый быстрый путь до библиотеки. От нее было всего несколько кварталов. Я могла дойти спокойно пешком, но в каком-нибудь из поворотов может оказаться тупик, тогда я буду блуждать в поисках библиотеки до самого вечера. Мне не хотелось возвращаться домой, когда на улице все стемнеет. Мне хватило приключений за эти дни.
   Несколько раз проговорив в голове нужные улицы в очередном порядке, я двинулась в путь. Время действительно шло очень быстро. Мне казалось, что у своей домохозяйки в больнице я провела не больше пятнадцати минут, на самом деле прошел целый час. Скоро начнет темнеть.
   Библиотека оказалась не так близко, да и поблуждать по улицам пришлось. Я два раза попала в тупик, но быстро находила правильный путь. Глаза разбегались от разных вывесок на улицах. Чего только не было, но все заведения не выглядели слишком привлекательно, скорее убожески. Неоновые вывески наоборот отвлекали тебя, заставляя подумать, стоит ли идти в это заведение. Улицы были не широкие, но и не узкие. Здесь блуждали разные люди, навстречу мне даже прошла дама с шляпой на голове. Чем больше нахожусь в этой стране, тем больше удивляюсь.
   Здание библиотеки примыкало прямо к старому бару. Разве такое возможно? Это же приличное заведение, библиотека! Нет, я никогда не пойму их логики.
   Здание из красного кирпича, зашторенные окна, не пропускающие через себя свет, старые рамы - библиотека. Вот так примерно выглядели все здания на любой окраине города. Центр же выглядел более цивилизованнее. На двери висела табличка "открыто". Я поднялась по ступенькам, предварительно проверив наличие фонарика и ножика в сумке. Все было на месте. Я успокоилась.
   Дверь с шумом заскрипела. Передо мной раскинулся небольшой холл с несколькими сидениями и столиком у левой стены. За столом сидела молодая девушка, она читала какой-то журнал. В библиотеке было тихо, как это всегда бывает.
   Завидев меня, девушка встрепенулась. Она поправила свои золотистые локоны и поддернула светло-розовый пиджачок. Зачем передо мной прихорашиваться?
   - Добро пожаловать, мисс. Мы рады вас видеть, - с уэльским акцентом сказала девушка. Я только лишь немного качнула головой в знак приветствия.
   - Я хочу почитать что-нибудь... об истории этого города. Желательно побольше об его жителях.
   - Конечно, конечно. Только вам надо сначала записаться. В читальном зале мы найдем для вас всё, что вы захотите, - фальшиво улыбалась мне девушка. Она обнажила свои ровные и слишком белые зубы, я тоже улыбнулась.
   - Мне о людях. Древние фамилии. Есть что-то такое? - допытывала я.
   - Пожалуйста, пройдите в читальный зал. Там у библиотекаря спросите. Она все вам предоставит. Запишитесь, пожалуйста. Как ваше имя? - она достала на стол маленькую тетрадку с множеством имен и дат.
   - Эбигэйл Макларен, - назвала я свое ненастоящее имя. Пора уже избавляться от него. Так меня быстро смогут найти.
   - Добро пожаловать. Приятно провести время! - она проводила меня прямо по коридору к большому читальному залу.
   В зале пахло старыми книгами, и воздух был слишком сухой. Как здесь книги только не высохли? Слева за большим столом сидела женщина лет 60, на ней был большой махровый платок болотного цвета. Она сидела в очках и тоже читала какой-то журнал. Я прошла к ней.
   - Здравствуйте! - слишком громко для библиотеки сказала я.
   - Чего же ты так орешь? Слышу я тебя. Ну, что тебе за книжка нужна? - женщина сказала так, будто эту фразу она говорит каждый день. В её голосе читалась усталость и нервозность. Кажется, что в этом городе не найти ни одного счастливого человека. Все давно забыли, что такое счастье.
   - Мне что-нибудь об этом городе. Желательно о том, кто здесь жил. История самых знаменитых семей, фамилий. Всё в этом роде, - женщина удивлено на меня посмотрела. Я лишь сделала невозмутимый вид. Ей какое дело, для чего мне понадобилась такая информация.
   Она осторожно поднялась со стула и вышла из-за стола. Она передвигалась медленно. Её опухшие ноги постоянно шаркали по полу. Она прошла к стеллажам, которые возвышались метра на два по правой стороне зала. Библиотекарша зашла в один из проемов между ними и стала копаться.
   - У нас не часто такие книги спрашивают! - донеслось до меня от стеллажей. - Да и таких у нас тоже немного. Я уже и забыла, где они лежат. Они старенькие, никто их не переиздавал. Во-о-о-от... - что-то стукнулось о стол. - В этой есть даже фотографии семей. Думаю, тебе как раз подойдет. Ну вот и еще несколько. Тут тоже о городе и о семьях. Что тебе надо, ищи сама! - библиотекарша вышла из стеллажей.
   - Спасибо, - поблагодарила я и пошла в тот проем, из которого недавно вышла женщина.
   На маленьком столе возле стеллажей лежала целая стопа книг. Одни были маленькие, другие наоборот слишком толстые. Я сразу вспомнила Леона. Он целыми днями проводил в библиотеке. Что он там искал? Или он от меня так прятался? Он боялся, что я стану ходить за ним? Зря надеялся.
   Только сейчас я заметила кое-что. На столе стояла керосиновая лампа, от которой ужасно пахло. У них что нет денег, чтобы провести электричество?
   Я выглянула из стеллажей, чтобы спросить у библиотекарши об этом недостатке, но её уже не оказалось за столом.
   В библиотеке, похоже, кроме меня никого не было. Я предположила, что библиотекарша ушла к той молодой девушке на входе, чтобы не мешать мне. Сев за стол, я стала перелистывать книгу.
   В первой ровным счетом ничего не оказалось, даже о самом городе ничего не было. Зачем мне дали эту книгу? Вторая оказалась уже более интересной. На странице, где было написано о том, как возводился этот город, я и задержалась.
   Здесь были и разные исследователи, и непонятные фамилии, некоторые слова были написаны на валлийском языке, который был похож на английский, но все же это был отдельный язык, и многих слов я не могла понять. Приходилось постоянно перелистывать назад, чтобы прочитать перевод.
   Но и в этой книге ни слова не упоминается о восстании каком-нибудь, о предательстве. Здесь не было фамилии Вальехо, нигде. Я перелистала еще одну книгу, в которой тоже ничего не оказалось. Время шло быстро, а результатов никаких. Я зря потеряла весь день на всякие разборки. В голове все еще крутились слова Эллы. Она никогда не уходит бесследно. Эта девушка постоянно заставляет меня задумываться о том, что она сказала. Ни одного законченного предложения, ни одной ясной мысли. Эллу было очень сложно понять. Хотя я знала одно - сегодня она хотела меня убить.
   Когда прошло полтора часа, мои глаза стали закрываться. Я положила сумку рядом с собой, чтобы постоянно напоминать себе, зачем я пришла и что не должна уходить, пока не найду хоть одно предложение о семье Вальехо. Но меня это жутко выматывало. Короткие волосы стали спадать на глаза, а просто не могла уже держаться. Я открыла еще одну книгу где-то посередине и положила на нее голову. Глаза стали наливаться свинцом.
   Я встряхнула головой и положила рядом с собой стопку книг, облокотившись на них рукой. Так я, по крайней мере, держалась в сидячем состоянии. Но буквы перед глазами стали расплываться, уже ничего нельзя было разобрать. Я заснула.
  
   Меня разбудил противный керосиновый запах. Лампа поблескивала на столе, а книги стопкой лежали под моей головой. Странно, что меня никто не разбудил. Я могла провести здесь много времени.
   К сожалению, ничего не удалось найти в этих книгах... Ни одного упоминания о семье Вальехо.
   Высунув фонарик на стол, я стала готовиться к походу домой, когда мой взгляд упал на раскрытую книгу. Считать ли это везением? Прямо на этой странице, на верхней строчке красивым курсивом была выведена фамилия Вальехо. Я стала читать.
  
   В 1899 году в Лонгфорт приехала семья Вальехо. Это была знаменитая фамилия, её носили многие графы в Англии. Эта семья тоже была под светом софитов...
   ...22 февраля 1910 года вся семья Вальехо была казнена. Не осталось никого. Предателей не пощадили, даже дети были застрелены...
   Джейсон Вальехо, сын знаменитого Пауло Вальехо, был публично застрелен через несколько месяцев не главной площади. Тело не стали придавать земле, так как не было людей, которые хотели хоронить предателя британской короны. Ему было всего 20 лет.
  
   У меня закружилась голова. Этого не может быть! Неужели это тот самый Джейсон Вальехо, которого убили почти сто лет назад?
   Я перелистнула несколько страниц и наткнулась на фотографию, такую же, что стояла у Джейсона на камине. По коже прошли мурашки. Я попала в западню. Теперь я больше чем уверенна, что этот бармен - крудус. Никто не может так долго жить. Никто не может так долго сохранять свою молодость... только они.
   В проем между стеллажами подул сквозняк. Мне стало неприятно. Только сейчас я поняла, что не знаю, сколько времени! Я выбежала в зал, но библиотекарши не было. Свет был выключен. Как она могла уйти и не предупредить меня?! Мне стало страшно. Так не должно быть.
   Схватив свою сумку, я направилась к выходу. В голове кружилась только одна фраза. Был публично застрелен. Джейсон мертв!
   В холле библиотеки тоже никого не оказалось. Дверь была закрыта на ключ. Я подошла к столику секретарши - стала искать тетрадь, в которую она записывала мое имя. Найдя эту потрепанную тетрадку, я вырвала последнюю страницу. Нигде не должно оставаться моё имя, особенно сейчас, когда Джейсон знает его.
   Хорошо, что входная дверь закрывалась изнутри. Я открыла замок и вышла на улицу. На улице уже был вечер, только вот фонари горели не ярко, а неоновые вывески вовсе не горели. Я вытащила свой раскладной ножик из сумки.
   Пришлось значительно прибавить шагу, чтобы быстро выйти на более освещенную улицу. Зайдя в тупик, я поняла - карта осталась в библиотеке. Только я могу быть такой неосторожной.
   С запада подул прохладный ветер, принося с собой капли дождя. Небо быстро заволокло черными тучами. Паника нарастала с каждым новым поворотом. Я не знала, куда мне идти. В темных улицах сложно было различить те дома, которые итак казались мне безликими при дневном свете.
   Я пошла по длинной темной улице. Она спускалась вниз, но я не помню подъема, когда шла сюда. Капли дождя стали чаще, а я опять только в одной тонкой олимпийке.
   Проходя мимо одного из открытых баров, я напустила волосы на лицо. Мне не хотелось привлекать ничье внимание. Возле яркой неоновой вывески стояли низкорослые мужчины. Кто-то свистнул, когда я прошла. Вдалеке от меня послышался громкий шум. Я обернулась...
   - Ну вот и ты! - засмеялся знакомый голос. Джейсон подъехал ко мне на мотоцикле. Мне показалось или он следил за мной?
   - Я тебя не знаю, - чуть ли не плача сказала я, понимая, что рядом со мной сейчас едет крудус.
   - Почему ты ушла? - серьезно спросил парень. Он медленно ехал возле меня. Пришлось прибавить шагу. - Энни, постой!
   - Джейсон, я же сказала, всего один день. Ты уже должен был забыть меня! - я остановилась. Злость накипала. Он еще смеет надо мной издеваться!
   - Ты даже не сказала "прощай", когда уходила. Кстати, как твоя голова? Я видел, как ты летела... - я отошла подальше от дороги. Теперь я почти ползла по одной из стен здания возле меня. Джейсон слез со своего мотоцикла. Я остановилась.
   - Решила, что можешь уйти просто так? - сказал он, подходя ко мне. Его бирюзовые глаза блестели. По моей спине пробежалась змейка страха.
   - Я просто решила уйти не попрощавшись, - выдавила я из себя, когда Джейсон подошел слишком близко. Он был выше меня ростом и загораживал свет фонарей.
   - Глупо было так делать с твоей стороны. Я ведь тогда не сказал самого важного, - его лицо приблизилось ко мне, и я уже чувствовала горячее дыхание на своей щеке.
   Всё изменилось в один момент. Я только увидела, как со стороны бара к нам стали подходить люди. Их было много. Они надвигались на нас толпой. Я не могла различить ни одно лицо. Джейсон схватил меня за руку. Он подвел меня к мотоциклу, быстро надел на мою голову шлем. Тени людей стали быстро приближаться. Страх просто парализовал мое тело. Кто это? Кто эти тени?
   Джейсон что-то проворчал и помог мне сесть на сидение. Сам он сел вперед и завел мотор. Я уже видела, что до одного из человека мне оставалось всего несколько ярдов, как Джейсон надавил на газ. Мы полетели по дороге.
   - Скажи, тебя всегда преследуют одни неприятности? - сквозь проносящийся ветер сказал Вальехо. Он набирал скорость, и мне пришлось обхватить его руками, чтобы не слететь с мотоцикла
   - Это все началось в прошлом году. Джейсон? - осторожно спросила я.
   - Что? - так же осторожно спросил парень.
   - Я знаю, кто ты.
  
   Глава 5.
   Простой обман...
  
   - Извини, что ты сказала? - ветер проносился мимо ушей, донося голос Вальехо отрывками, но я все же понимала, что он говорит.
   - Знаю. Кто. Ты, - по отдельности произнесла я громко, чтобы было понятно. Я чувствовала, как тело Джейсона напряглось. Мы стали ехать еще быстрее.
   - Куда ты меня везешь? - кричала я, когда Вальехо развил недопустимую скорость.
   - Вот сюда! - Джейсон резво стал заворачивать, а я не смогла удержаться за него, тело стало скользить назад, будто сиденье маслом намазали.
   Не прошло и секунды, как Вальехо лихо остановился прямо у самой стены какого-то здания. Я просто впечаталась в него.
   Джейсон осторожно слез с сидения. Я медлила. Мне до сих пор было непонятно, что произошло на той улице. Когда я шла, за мной никого не было. Улицы были пустынны, только у бара было небольшое скопление людей.
   - Ты будешь сидеть здесь? - Джейсон выдернул меня из мыслей. Я сняла шлем и положила на сидение перед собой.
   - Мне надо поговорить. Срочно, - сдержанным тоном произнесла я. Если он тот, о ком я думаю... То просто не знаю тогда, что мне делать дальше.
   - Это кафе. Там есть столики на улице. Сядем, поговорим.
   Мы стали продвигаться по заднему дворику кафе. Здесь пахло тухлой рыбой. Конечно, мы же шли рядом с мусоркой. Джейсона, похоже, ничего не беспокоило. Он даже не боялся, что сейчас узнает обо всем. Я не видела его лица, но по походке можно было сказать, что этот человек уверен в дальнейших действиях, причем не только своих.
   Завернув за угол, мы прошли по узкому коридору мимо двух домов. Видимо, Джейсон знал куда идти. Сколько же лет он прожил в этом городе?
   На улице стало заметно холодней. Температура моего тела тоже опустилась на несколько градусов. Зубы стали стучать, а руки просто онемели. Моя олимпийка меня не спасала. Да и от холода внутри ничего не спасет.
   Мы вышли на освещенную площадку. Перед нами был небольшой навес, а под ним столики. Это место примыкало к небольшому кафе. Запах изысканного кофе донесся из дверей, когда их открывал официант. Он с улыбкой посмотрел на меня и на Джейсона. Мне стало неуютно. Пусть ничего не думает. Я с Джейсоном ничего общего не имею.
   - Вам отдельный столик внутри или снаружи? - официант с подносом и меню подошел к нам, когда Джейсон уже стал садиться за один из столиков. Я стояла немного в стороне. У меня стучали зубы, и я не хотела, чтобы этого заметил официант. Кто знает, я его еще могу не раз встретить в своей жизни. И что он будет вспоминать? Как у меня от холода или страха тряслись руки и стучали зубы? Ни за что.
   - Мы посидим снаружи, - Джейсон улыбнулся официанту и тот подал ему меню. Вальехо приглашающим взглядом посмотрел на меня.
   - Я ни за что не буду здесь с тобой сидеть. Т-ты мне надоел-л, - последняя фраза явно дала понять, что сейчас я превращусь в ледышку.
   - Ну ты ведь кое-что мне хотела сказать, не так ли? Я тебя выслушаю, только в приятной обстановке. Тебе холодно? - Джейсон хитро улыбнулся, смотря, как я вся начинаю трястись.
   - От-с-стань, - проскрежетала я зубами.
   Джейсону пришлось приложить много усилий, чтобы усадить меня за столик. Еще больших потребовалось ему, чтобы я надела его куртку. Со стороны я выглядела как капризная девочка, но эти посторонние люди просто не знают, что за человек передо мной стоит. Им еще повезло, что он на них пока не влияет.
   Куртка Джейсона пахла розами и невероятно притягательными духами. Эти два запаха не смешивались, а как бы существовали отдельно друг от друга. Я постаралась незаметно для Вальехо вдохнуть побольше от его куртки. Он, похоже, действительно не заметил.
   - Ну так что? - протянул мой спутник. Я молчала. Как начать разговор? Я даже представить не могу, что мне говорить. - Значит, молчим...
   Я уставилась на официанта, разносящего заказы другим парочкам. Он аккуратно ставил подносы с едой, но по его походке можно было понять, что ему давно надоела эта работа, что его такая приветственная улыбка вовсе фальшивая. Когда он забирал меню с одного столика, мы нечаянно встретились глазами. В его читалась грусть, тоска, непонимание. Мне не было его жалко. Всем нам приходится сложно, и он не исключение. Раз выбрал такую работу - ничего не сделаешь.
   - Я знаю, кто ты, - очень тихо произнесла я чуть ли не себе под нос, но молодой человек уловил эти еле слышимые слова.
   - Ну и кто же? - Джейсон вальяжно развалился на стуле и с усмешкой стал смотреть на меня, будто все это его очень забавляет. Мне стало обидно, а злость серой тучей навалилась на меня.
   - Я знаю.
   - Я не умею читать мысли, Энни, - насмешливо проговорил он. - Напиши на салфеточке, раз сказать не можешь, - Джейсон пододвинул ко мне салфетку и положил ручку, которая взялась из неоткуда.
   Моя кожа залилась краской. Со мной еще никто так не обращался.
   Я дернула на себя желтую салфетку. Что же, будем играть по его правилам, пока.
   Нацарапав на бумажке слово крудус, я свернула её по полам, чтобы никто не мог увидеть. Джейсон удивленно на меня посмотрел, но я осталась непреклонна. Он открыл салфетку и внимательно прочитал слово. Я уловила на его лице еле заметную улыбку.
   - Что? - возмутилась я.
   - Впервые вижу это слово, - он повернул салфетку и посмотрел на слово в перевернутом состоянии.
   По коже расползлась теплота. Не знаю отчего, но мне стало вдруг очень тепло. Но я не верю, точно не верю ни единому выражению этого лица. Джейсон притворяется.
   - Не надо... Я знаю, кто ты, - просипела я.
   - Хм... Дай подумаю. Это какое-то мифологическое существо? Древнегреческое? - я помотала головой. - Тогда славянское? - я сжала руки в кулаки. - Нет, раз так... то, может, египетский бог?
   - Да пошел ты! - не сдержавшись, я встала и чуть не повалила стол. Этого не может быть! Джейсон крудус! Я видела его фотографию в книге! Его имя было написано! Его тогда убили!
   - Энни, подожди, постой! - он схватил меня за руку и потянул вниз, чтобы я села обратно.
   - Издеваешься, да? Я знаю, вы любите со мной играть. Я, черт возьми, все знаю! Только вот вы не подозреваете этого... - во рту появилась горечь. Тот официант, что разносил подносы, сейчас удивленно смотрел на нас. Его тоже забавляла это сцена, потому что его рот был скривлен в противной улыбке.
   - Эн, угомонись! Я не знаю, о ком ты говоришь. Посмотри на меня! - сейчас Джейсон стоял рядом и тряс меня за плечи. Мне не помогало. Становилось только еще хуже. Я медленно перевела взгляд на его плечо. Не хочу смотреть.
   - Я не верю ни единому твоему слову, - четко произнесла я и вырвалась из рук Джейсона. Мне было абсолютно все равно сейчас, что он делает, что он думает. Я проверила на себе - доверять никому нельзя.
   - Я тебе докажу, что я обычный, - громко произнес Вальехо.
   - У тебя есть родители? - спросила я. У меня уже появился план его проверить. Если он действительно крудус, то сомневаюсь, что он имеет родственников.
   - Конечно, я же говорил.
   - Тогда я хочу их увидеть, - теперь я смогла поднять свой взгляд на Джейсона.
   - Их нет в городе... - ну вот ты и попался, - но они послезавтра приезжают. Можешь прийти и познакомиться.
   Я стояла, не смея пошевелить ни один мускул тела. Неужели я могла ошибаться? Джейсон - человек?
   Официант, который рассматривал нашу сцену около двери, очень тихо стал к нам приближаться. Он был весел и задорно посматривал то на меня, то на Джейсона. Мне стало неуютно под таким взглядом. Я поняла, что сейчас весь мой план провалился.
   На улице забрызгал мелкий дождик, еще больше прежнего. Мне было тепло в куртке Джейсона, но холод... Этот скользкий и омерзительный холод все еще оставался где-то внутри меня. Я не знала способа, как от него избавиться. Это такое ощущение, что в тебе присутствует что-то инородное, не твоё, будто мое тело мне и не принадлежит. Глупо так думать, но Леон и Микки прекрасно видели, как в меня впитался туман. Жаль, что тогда я не могла ничего сделать. Я не могла убежать, не могла скрыться. Меня заперли в том городе, будто я была маленьким зверьком. Но я выбралась. Теперь никто не сможет меня удержать, никто не сможет управлять моей жизнью. Я одна.
   Издалека раздался громкий скрежет, что мы все обернулись. Все, кто был на улице в этом маленьком кафе, обернулись в сторону темной улицы, где не горел ни один фонарь. Оттуда подул сильный ветер, будто кто-то включил огромный вентилятор. Все запахи в мгновение смешались. Нет больше кофе, нет запаха роз.
   Джейсон выложил купюру на стол, хотя мы ничего не успели заказать. Официант с широко раскрытыми глазами смотрел на стол. Он был явно удивлен.
   - Что там творится?! - прошипел Джейсон, смотря в сторону, откуда доносился этот противный звук. Я тоже туда смотрела и в голову прокладывалась тень сомнения, что это все не просто так. В моей жизни странные вещи перестали происходить просто так. Среди всех событий есть связь, которую я так отчаянно пытаюсь восстановить.
   - Отвези меня домой, - я подошла к Вальехо и отдала ему куртку. Мне не хотелось в такой поздний час находиться на улице.
   - Так ты придешь?
   - Да, только отвези.
   - Значит, ты мне веришь? - насмешливым тоном проговорил Джейсон. Он постоянно пытался заглянуть мне в глаза, но я быстро отводила взгляд. По глазам можно прочитать всё, особенно страх. Я не боюсь, просто мне все это надоело.
   - Только отвези домой, - я уже умоляла. Скрежет с улицы усиливался. Он приносился к нам вместе с ветром. Официант, быстро схватив купюру со стола, уже успел скрыться за дверью и повесить табличку "ЗАКРЫТО".
   Вальехо не стал надевать куртку, только закинул её за плечо и стал быстро пробираться обратно к своему мотоциклу, даже не удостоверившись, что я тоже иду.
   Я же бежала за ним. Сейчас абсолютно неважно, кто рядом с тобой, главное, чтобы добраться до дома. Главное, это лечь в постель и забыть весь сегодняшний день хотя бы на несколько часов. Завтра я пойду искать себе новую работу.
   Мне не хотелось уезжать из дома Лены. Там меня приняли. Мне там спокойно... было, пока не пришла Элла. Но о ней я сейчас не думала. Джейсон уже завел мотор. Он подал мне шлем, я уселась сзади, крепко ухватившись за футболку Вальехо и прижав ноги к мотоциклу.
   Мы рванули с места. Мне казалось, что наш разговор не окончен, но у меня пока есть время. Я надеюсь, что есть.
   Мотоцикл несся с огромной скоростью, лихо пролетая между улицами. Город уже мирно спал. В Лонгфорте было как во всех обычных небольших городах. Здесь были свои тайны, своя атмосфера, но когда наступала ночь, то всё становилось обычным. В Инсенсе, когда наступала ночь, все наоборот приобретало таинственность. Здесь не так. И мне это нравится. Новое место - новая жизнь.
   Не знаю, сколько прошло времени, но мы быстро стали приближаться к заветной улице. В домах еще горел свет. В нашем подъезде точно. Нет Лены - нет строгих правил проживания.
   Джейсон остановил мотоцикл прямо перед подъездом, только на этот раз плавно. Меня не отбросило вперед. Я аккуратно отцепилась от футболки Вальехо. Мы так и не сказали друг другу ни слова. Он не поворачивал голову, когда я слезала. Я положила шлем на сидение, но даже тут его поза осталась неизменной.
   - Ну я пойду? - тихо спросила я, стоя позади Джейсона. Он молчал. - Ау? Ты меня слышишь? - я стала сердиться. Что за перемены настроения?
   - Ты мне действительно веришь? - Вальехо резко развернулся как раз в тот момент, когда я слишком близко подошла к нему. Наши лица опять оказались слишком близко друг к другу. Мне это не понравилось.
   - Пока что... верю, - шепотом произнесла я. Мне не хватало смелости взглянуть ему в глаза. Это была как пытка. Под своим пристальным взглядом Вальехо заставлял меня нервничать.
   - Зря, - он засмеялся мне прямо в лицо. Он выплюнул мне это одно единственно слово так, будто облил меня тонной грязи. Издевался...
   - Я смогу доказать, что права. Ты плохой актер, Вальехо. Вы все плохие актеры. Думаете, что живя так долго без эмоций, вы смогли их скрыть? - я подошла еще ближе и осмелилась посмотреть ему в глаза. В них не было ни капли эмоций. Но я не сдавалась.
   - Крудус? - тихо спросил он, все еще смеясь над моей наивностью, но это только он так думал. Я не наивна, не верю его выходкам.
   - Именно, - я развернулась и пошла к подъезду. Мне хотелось обернуться и посмотреть на его выражение лица, но пришлось сдержаться. Я хотела быть сильной ради Эрн, ради Сьюзи, ради папы - я буду.
   Дверь подъезда была открыта, как всегда, только вот не слышалось больше грозных криков Лены, неприличных слов от моих соседей. Только в общей гостиной играл включенный телевизор, а рядом, на диване, мирно сопел сосед, который дал мне 10 долларов.
   Я прошла мимо. Телевизор мне не помешает. Главное, что остальные все молчат. Спокойствие? Наверно.
   Поднявшись в свою комнату, я заперла за собой дверь. Мне никто не должен мешать. Я выложила из сумки фонарик и ножик, сняла с себя олимпийку и кинула её сверху кучи тряпок, лежавших возле кровати. Мне хотелось убедиться сейчас только в одном.
   Я стала рыться в своих вещах, привезенных с собою из Инсенса. Там было много мелочей, но мне нужна была только одна бумага. Это договор. Его передал мне Микки, когда приходил ко мне в последний раз. Он сказал, что я не должна его открывать, пока он не уйдет из моей жизни. Он ушел - я открыла. Там было точное описание моей жизни. Где, как и что я должна делать в определенный возраст. Там было сказано и когда я должна умереть. Они просто поставили две даты через тире. Там было еще много пунктов, но я не читала их. Тот самый важный, последний, в котором и стояла эта дата, стал для меня роковым. Он показал мне мою жизнь с другой стороны. Сейчас я хотела отыскать этот чертов договор и прочесть остальные пункты, но его не было. Нигде. Он пропал.
  
   Утро настало настолько неожиданно, потому что я не помнила, когда уснула. В комнате был полный разгром. Вчера я просмотрела каждый уголок этого сырого помещения, но той заветной бумаги не было нигде. У меня было предположение, что его забрала Элла. Но как она смогла его найти? Я не оставляла его на видном месте. Он был хорошо спрятан. Вчера я настолько устала, что завалилась там, где и искала.
   Оказалось, что я почти несколько дюймов до кровати не дошла, а легла прямо на полу, возле кровати, где был старый, уже давно истертый ковер. Теперь все тело ныло от твердой "постели".
   На улице уже был день. Солнце ярко светило в мое грязное окошко, отчего в комнате был полумрак. Я никогда не хотела наводить здесь порядок, убирать. Неважно, что я здесь живу, что плачу за эту комнату. Она мне не нравится.
   У меня на голове было не лучше, чем в самой комнате. Волосы, которые теперь были чуть ниже плеч, запутались. Мне потребовалось несколько мучительных минут, чтобы распутать ком, образовавшийся на голове. Я надела ту самую блузку, которую надевала, чтобы первый раз устроиться на работу. Надеюсь, что хоть в этот раз мне повезет.
   Я спустилась вниз и, к моему сожалению, на кухне уже было несколько человек. Я надеялась стянуть что-нибудь из холодильника, пока Лены нет, но, похоже, так думала не только я. Мой вчерашний сосед, который испугался выселения и дал мне несколько долларов, уже успел что-то себе приготовить и сейчас воодушевленно ел свою стряпню. Мне стало обидно. Они действительно пользовались плохим положением Лены, им действительно было абсолютно все равно на её здоровье.
   - Привет, сосед, - весело сказала я, подсаживаясь к молодому человеку.
   - А, это ты... Ты только Лене не говори? Я заплачу, если надо. М, а как она там? - дожевывая свою яичницу, произнес сосед. Возле нас крутились еще несколько человек, тоже что-то готовя возле плиты.
   - Она хорошо. Идет на поправку. Скоро приедет, - нагло врала я. Нельзя им давать возможность расслабится.
   - О... ну это очень хорошо.
   - Ты не знаешь, вчера кто-нибудь был на верхнем этаже? - я попыталась спросить так, будто меня это мало интересует.
   - На каком именно? - сосед все еще жевал.
   - Ну там, где чердак. Никто не лазил?
   - Нет! С чего ты взяла?! - он даже подавился.
   - Успокойся. Мне просто надо знать, заходил ли кто-нибудь в мою комнату. Ну так что? Обещаю, что не расскажу Лене о том, что ты вылил всю воду из бака, что включал телевизор и уснул перед ним, что брал еду из холодильника и не выносил мусор, - при этом я загибала пальцы на руке прямо перед носом соседа. Он был удивлен и уставился на меня так, как будто я узнала, где он хранит деньги.
   - Ты... ты не скажешь. Нет? - сосед отодвинул свою тарелку подальше.
   - Ну так что? Заходил кто-нибудь на чердак? - повторила свой вопрос я.
   - Нет. Из наших никто. Только вчера одна блондинка на роскошной машине заходила.
   - А еще что-нибудь видел?
   - Я тогда спускался. Извини, но видел только как она поднималась наверх. Значит, не расскажешь? - у моего соседа стала дрожать нижняя губа. Он нервно поглядывал сначала на свой недоеденный завтрак, а потом на меня.
   - Нет, сосед. Мы квиты, - я похлопала его по плечу и вышла из комнаты.
   Я снова поднялась к себе. Мне все ещё нужна была работа. Мне нужны бил деньги, хоть какие-нибудь. Я итак почти не ела, и потому похудела на несколько футов. Моя старая одежда теперь висела на мне. Я снова взяла с собой карту (уже другую) и фонарик и положила их в сумку. Мой бюджет пусть и медленно, но приближался к нулю. Я теперь не могла позвонить или написать сообщение Леону, и у меня появились две серьезные проблемы. Джейсон и Элла - эти... крудусы мешают мне доживать свои дни спокойно. Когда я приехала в Ирландию, то надеялась тут найти спокойствие и нормальную жизнь, но этот городок не лучше Инсенса.
   В комнате было тихо и спокойно. Царивший здесь беспорядок не мешал думать, не отвлекал. Мне было неприятно думать, что кто-то рылся в этой комнате, что кто-то забрал договор, который так важен мне. Но что я могла сделать? Поставить охрану, носить договор всегда с собой? Нет, это не вариант. Я могла упасть в обморок, меня могли обокрасть. Здесь множество вариантов. И самое плохое - я не чувствую себя в безопасности теперь. Вальехо, Элла разрушили ту тонкую стенку, что отделяла меня от их мира. Теперь все кончено. Я не знаю, что будет со мной дальше, что мне делать. Всю жизнь убегать от крудусов? И куда же мне надо сбежать, чтобы они не нашли меня? Это просто нереально.
   Я нарыла под кучей тряпок в комнате недавно спрятанный кулон бабушки. Серебряная поверхность переливалась в тусклом свете комнаты. Маленькие буквы сзади привлекли мое внимание, я еще раз прочитала надпись: "Семья Петтисет, миссис Сьюзи со своей дочерью Анной, 1895 год". Когда я первый раз читала это надпись, представить даже не могла, в какую историю меня втянули еще с самого рождения. Моя жизнь - это ошибка, за которую уже поплатились некоторые дорогие мне люди. Как мне с этим жить?
   Кулон я повесила себе на шею, представляя, что это мой оберег. Вряд ли он сможет спасти меня от смерти, но надеяться стоило. Еще раз причесав свои непослушные волосы, я взяла сумку и положила туда еще и ножик. Кто знает, что поджидает меня в этот раз?
   Внизу в доме было на удивление тихо, все соседи разбежались по комнатам, а некоторые уехали на работу. Выйдя на улицу, я подняла утреннюю газету. Погода была хорошей, даже очень. Солнце светило высоко над головой, и на небе не было ни единого облачка. От вчерашней ночи не осталось и следа. В газете было несколько объявлений о работе, но они мне не подходили, если только одно... Им нужна была уборщица. Да, это не самая приятная работа в моей жизни, но хоть какие-то деньги для проживания. Найдя адрес на карте, я вышла из дома.
  
   Я шла по тихим и спокойным улицам в центре города. Здесь было много новых зданий, много стеклянных витрин. Здесь был XXI век. Сейчас как раз начало рабочего дня, что несомненно радовало. На улицах было не так много прохожих, никто не обращал на тебя никакого внимания. Это было то, что нужно мне. Пройдя несколько кварталов вниз по главной улице и свернув налево, я вышла в темный переулок, по краям которого мостились подъезды домов. В воздухе витал запах протухших яиц, недалеко пробежала серая и ободранная кошка. Набрав побольше воздуха в легкие, я пошла к тому дому, что нужен был мне.
   Это был старый подъезд с полусгнившей лестницей. Интересно, для чего здесь нужна была уборщица? Я постучалась в дверь. Прошло несколько минут, прежде чем я услышала отдаленные шаги за дверью. Еще несколько секунд, и дверь мне открыла небольшого роста старушка.
   - Здравствуйте! - мой голос дрожал, потому что я боялась представить, что меня ждут в этом жутком квартале.
   - По поводу работы? - на удивление молодым голосом спросила старушка.
   - Именно. В газете было написано, что вам нужна уборщица, - при последнем слове я невольно поморщилась.
   - О да. Спасибо, внучка, что пришла. Никто не хотел устраиваться уже более месяца. Не представляешь, сколько грязи накопилось! Я буду много платить, если будешь хорошо выполнять свою работу, - она хрустнула своими пальцами на руке. Её желтые глаза были настолько безжизненными, что я удивилась, как она еще жива.
   - Сколько мне часов предстоит работать? По каким дням? - спрашивала я.
   - Ты ходишь в школу?
   - Нет...
   - Ну тогда что беспокоишься, или у тебя уже есть ребенок? - я уставилась на старушку.
   - Вы что...
   - Тогда проходи в дом и без вопросов. Как уберешься, уйдешь. Я плачу восемь долларов в день, могу дать в евро, потому что у нас тут больше евро берут. Ну так что? Чего молчишь как рыба? Тебе плохо? Ты сирота? - старушка буквально завалила меня вопросами.
   - Нет, вы что! Все хорошо, мне просто нужно немного подзаработать.
   - Тогда заходи в дом и без вопросов!
   Я немного помялась возле входа, но все же прошла в дом. Это была небольшая комната, по-видимому, прихожая. Стены были обиты деревянными балками наполовину, вторую половину до потолка занимали болотного цвета обои в полоску. Старушка быстро проковыляла в другую комнату, оставив меня наедине с собой.
   Прихожая была высокая и небольшая. Справа от меня стоял старый комод, которому было лет двадцать точно. Некоторые ящики не были до конца закрыты, и из них торчала одежда. Рядом с входной дверью висели крючки с одеждой, а под ними стояла полка с обувью. Я с трудом представляла себе, что может твориться в остальных комнатах. Это сколько же здесь надо будет убираться?
   - Вот тебе шесть евро сразу, чтобы работала. Дверь я закрою, чтобы ты не смогла уйти. Учти, я проверю твою работу. Если уберешь плохо, то в другой день плачу на два евро меньше, - пожилая леди вернулась в комнату с кучей тряпок в руках.
   Я лишь кивнула. Старушка что-то проворчала про себя, всунула мне в руки какую-то одежду, тряпку и распылитель. Невольно поморщившись от запаха, исходившего от вещей, я стала разбирать их. Тут была старая рубашка в клетку, серо-зеленой расцветки, и джинсовый комбинезон, светло-голубой. Не представляю, как в этих вещах убираться, да и откуда они у старушки?
   - Ну чего ты стоишь, как истукан? Тебя что, парализовало? Переодевайся и пошли наверх! - безжизненные глаза старушки стали беспокойно осматривать меня. По моей спине пробежались ровным строем мурашки, что-то тут не так. Я притворилась, что мне стало плохо.
   - Эй, девочка, что с тобой? Если хочешь, я дам другую одежду? - она взяла меня за локоть и стала проталкивать все дальше в дом. В глазах проплывали двери, окна, арка... Я не всматривалась в интерьер этого старушкиного дома. Думаю, что больше сюда не вернусь, сколько бы денег мне не потребовалось. Главное сейчас отработать, а потом просто не приходить.
   Она провела меня наверх в одну из комнат. Удивительно, что это жилище наверху было такое большое. Внизу, сразу из прихожей шел маленький коридорчик, который неразрывно соединялся с гостиной. Не проходя и двух метров можно было упереться в лестницу, ведущую на второй этаж. Слева была арка на кухню. Казалось, что этот дом был очень маленьким, но кто знает, что тут кроется за стенами.
   Наверху был такой же небольшой коридорчик с множеством дверей. Пока мы шли, я насчитала всего три двери. Мы остановились. Тут я смогла осмотреться. В коридоре был полумрак и всего одно маленькое окошко в конце. Свет почти не проникал сюда, и ни одна лампочка не была включена. На стенах красовались все те же обои и деревянные балки. Все было грязно, везде лежала пыль, будто на втором этаже никто и не появлялся никогда. Возможно, старушка предпочитала жить внизу, не утруждая себя походами наверх. Тогда зачем ей нужна уборщица, если здесь все равно никого нет?
   Я все больше пыталась уяснить и придумать оправдание тому, зачем в этом доме нужна уборщица. Нет ни одной веской причины, чтобы её нанимать. Если старушка живет одна, то ей нужно было просто общение. Но ведь у нее должны быть родственники? Ведь должны...
   Меня затолкали в пустую комнату. Старушка проворчала что-то типа того, что эта комната пока что первая. Первая и последняя, я надеюсь.
   Здесь не было ничего, кроме стен и окна. Дверь за мной со скрипом захлопнулась. Я в удивлении стояла возле двери, не понимая ничего. В голове уже прошла инструкция того, что я должна сделать. Просто так от этой дамы не отвертишься. Сегодня я все уберу, что она скажет, но вот завтра, да и вообще, у меня другие планы.
   Я стала снимать с себя свою одежду, одевая потом то, что принесла мне эта старушка. Джинсовый комбинезон был великоват и болтался на мне, а рубашка вообще была мужская. Было неприятное ощущение того, что если я не так повернусь, то все слетит с меня, поэтому я подпоясалась своей олимпийкой.
   Комната, в которой я находилась, была небольшого размера. Она была пустая и очень грязная. Обои еле держались на стенах, поэтому я даже боялась до них касаться. Пол был покрыт тонким слоем старой пыли, единственное окно тоже было грязное. Теперь есть хоть одна причина, почему здесь нужна уборщица - дом надо привести в надлежащий, чистый вид. Скорее всего, его хотели продать.
   Я стала пробираться к окну, стараясь поднять за собой как можно меньше пыли. Здесь бы нужна была не просто сухая тряпочка, а ведро воды и огромная тряпка, которой можно было бы все это вытереть. Что я могла сделать тут с помощью всего лишь одной тряпочки и распылителем? Ничего. Даже окно не протереть.
   Мне было непонятно, то ли старушка была странная и никогда не убирала помещений, то ли она действительно надеялась, что я справлюсь и так. Окно мне открыть не удалось, а наоборот, поднялось много пыли в воздух, отчего сразу захотелось чихать. Но я сдержалась и пулей вылетела из комнаты.
   В коридоре воздух мне показался более свежим и чистым. Здесь не было так много пыли, а более нормальные обои на стенах вселяли уверенность, что тут мне не придется убираться. Я не слышала в доме ни звука. Куда запропастилась эта старушка?
   Пройдя вдоль по коридору, я стала спускаться вниз. Полупрогнившие ступени скрипели под ногами. Почему-то мысли вернулись сразу к Джейсону. Я вспомнила, что завтра мне придется встретиться с его родителями, если они у него конечно есть. А если и есть, как я узнаю, настоящие ли они? Мой план теперь казался просто детским. Я была такая наивная, поверила неизвестно кому. Но мои глаза меня не подводят - там, на фотографии был именно Джейсон, тот парень, которого застрелили. И есть только одно объяснение тому, что он сейчас находится тут, в этом городе - он крудус.
   Спустившись вниз, я заметила, что входная дверь была открыта. Старушка куда-то ушла? Преодолев несколько метров до двери и внимательно осмотрев её, я услышала тихие шаги сзади. Внутри все напряглось. Смогу ли я когда-нибудь жить и не ожидать подвоха от каждого встречного? Думаю, что не в этой жизни...
   Резко обернувшись, я наткнулась прямо на молодую девушку. Это было неожиданно и довольно странно. Что она тут делает? Кто она? Где старушка? Почему девушка кажется мне так подозрительно знакомой? В её чертах лица есть что-то, что просто не может мне быть не знакомым.
   Мы стояли молча и осматривали друг друга. Никто ничего не говорил, да и нечего было сказать. Я её не знаю, она меня тоже. Молодая девушка была чуть меньше меня ростом, сутулая и не слишком красивая. У нее были глаза, в которых не было жизни, глаза... Как у старухи!
   Я отшатнулась к двери. Она осталась стоять на месте и внимательно наблюдать за моей реакцией. Ни один мускул на её лице не дернулся. Она сама была как восковая статуя. От нее веяло холодом, словно она была трупом, но кожа не была мертвенно-бледной. Это была самая обычная девушка, у которой глаза были очень сильно похожи на глаза старушки из этого дома. Кстати, пора бы ей уже появиться.
   - Испугалась? - бодро спросила она, но на её лице не было эмоций. И этот голос, я его уже слышала.
   - Нет. Просто... Я ищу хозяйку этого дома, я уборщица, - ноги сами вели меня к выходу, мне было недалеко от двери.
   - Ты ведь домработница? Я знаю тебя. Твое лицо мне знакомо. Мы никогда раньше не встречались?
   - Нет, ну думаю... Ну что, мне пора уходить. Старушки нет, а значит, что и платить мне некому. Я пошла. Приятно было увидеться! - я выбежала из дома.
   Ноги несли меня подальше от этого ужасного квартала. Знала же, что не стоит мне туда ходить. Пора выбираться из этого города.
   "Давно пора было об этом задуматься!" - прокричал голос внутри меня. Я не считала себя ненормальной, ведь у каждого бывает внутреннее "я", которое любит поговорить? Эрн думала, что я сумасшедшая, и в какой-то момент я ей поверила. Но мне пришлось узнать правду, а вот ей нет. И это хорошо. Эрн - единственный человек, за которого я могу не беспокоиться. Не зная места её жительства, даже не зная, в какой стране она сейчас находиться, мне так жить намного лучше.
   Я бежала, пока воздух в легких не закончился, и мне не пришлось согнуться пополам, чтобы отдышаться. Похоже, что убегать от проблем - это уже моя привычка. Я никогда не смогу встретиться с ними лоб в лоб. Меня постоянно кто-то либо спасает, либо отправляет за тысячи километров от опасности. Точно, о Леоне я совсем забыла.
   Успокоив дыхание, я выпрямилась. Улица, посреди которой я сейчас стояла, напоминала небольшой сквер. Впереди виднелись деревья, высаженные в строго определенном порядке. День давно зашел за полдень, а безжалостное солнце сегодня палило во всю. Тень от зеленых деревьев - как раз то, что мне сейчас нужно. Мне надо разложить все по полочкам, надо разобраться в себе.
   Ровным шагом я направилась к одному из деревьев, тень которого простиралась на полдороги. Итак...
   Леон. Я не знаю, кто он, не знаю, можно ли ему доверять. Точно нельзя. Спас ли он тогда меня от крудусов или же наоборот, направил меня прямо в их логово? На кого он работает? Что ему нужно? Вопросы можно продолжать до бесконечности, но я все равно не узнаю ответа. Эта мрачная и жуткая личность никогда не откроется мне.
   Элла. Эта девушка доставляет мне одни неприятности. С момента её появления в моем доме не случилось ничего хорошего. Она влюблена в Леона? Ну это не мои проблемы, хотя внутри меня сидит гадкое чувство, которое готово задушить эту сероглазую блондинку. Я не ревную её, нет, наверно... Ясно только одно, что эта девушка представляет мне опасность. Она без проблем смогла найти меня всего за две недели. Элла хотела убить меня, но почему-то передумала... Что её остановило? И она ли украла договор?
   Договор. Эта вещь, которую мне оставил Мик после своей смерти. Когда он был заключен? Точно ли все, что там написано? Правда ли его подписали мои мама и бабушка? Я не хочу этому верить... И не поверю, никогда. Бабушка, моя Сьюзи - этот человек любил меня. Она не могла предать меня, не могла подписать этот договор, в котором заключалась моя жизнь. Всего лишь какой-то клочок бумаги... в котором стоит дата моей смерти. Ровно восемнадцать лет. Я не должна прожить ни дня больше. Почему? Почему в этом договоре не сказана причина? Кто знает ответ на этот вопрос?!
   Микки. Его просто нет. Никогда не прощу себе то, что позволила ему уйти. Его образ, его глаза, его жизнь, голос... сколько потребуется времени, чтобы забыть все это? И что он хотел мне сказать, что показать? Кем он был, что он такого сделал, что ему пришлось расстаться с жизнью. Одни вопросы...
   Мне больше не хотелось выстраивать дальше цепочку. Все итак настолько запутанно, настолько все окружено тайнами и загадками. Мне захотелось плакать от своей безысходности. Я одна! Что мне делать? Я ничего не понимаю! Моя жизнь как в клетке. Я мотаюсь на небольшой территории взад и вперед, ничего не могу узнать, увидеть, понять.
   Мимо меня проходили люди, но они словно не замечали меня. И правда, зачем я им понадобилась? Лена была права: мы никому не нужны. Тут слезы накатили градом, я разревелась. Невозможно все держать в себе, невозможно быть сильной, когда стоишь на краю пропасти.
  
   В глазах что-то замеркало, я пыталась отвернуться, но гадкий луч солнца так и наровился залезть в лицо. Пришлось встать с постели.
   Вчерашний день я уже смутно помнила, потому что в голове все беспорядочно смешалось. Когда начало вечереть, я вернулась домой. Соседи о чем-то спорили, чуть не дошло до драки. А вот дальше... Я помнила, что завалилась в кровать, в чем была. Действительно, на мне был все тот же светло-голубой комбинезон и старая клетчатая мужская рубашка.
   Ноги ныли от боли, а голова просто гудела. Вчера я слишком долго плакала, а потом еще пару километров бежала без передышки.
   Я спустилась вниз, в ванную, которая была не занята. Удивительно, но вода была. Значит, мои соседи по дому не такие расторопные и понимают, что без Лены мы тут долго не протянем. Я хорошенько умылась. В немного потрескавшемся зеркале на меня смотрела еще более измученная девушка, чем была раньше. Круги под глазами теперь были настолько яркими, что сложно было их не спутать с фингалами. Кожа была бледная, как у вампира, а глаза... Они снова стали чернеть. Мой истинный синий цвет можно было различить только близко к зрачку. Почему так произошло? Глаза живут отдельной от меня жизнью? Они хамелеоны? Нет, тогда бы я не приобретала способность выживать, даже если меня сломают пополам. Здесь что-то другое.
   Сняв свой комбинезон, я наконец-то смогла принять душ, пусть и не такой горячий, как хотелось бы, но и так сойдет. Почему-то мне казалось, что сегодня что-то произойдет. Жизнь больше не может стоять на месте. Если Вальехо действительно окажется крудусом, то придется бежать. Неизвестно только куда. Если же он действительно человек, самый обычный, только со своими заморочками, то, возможно, я и останусь тут еще на пару дней.
   Прохладная вода стекала по моему телу, заставляя холод внутри меня шевелиться. Казалось, что в моем теле, где-то внутри живет отдельный зверь. Ему не нравится быть в моей шкуре, но мне кажется, что без меня он жить не сможет, так же, как и я без него. Мы стали паразитами. Он пользуется моим телом, я пользуюсь его возможностями. Это что-то сверхъестественное, что не поддается объяснению. Но мне это нравится. Теперь я действительно поняла, насколько мне важно, чтобы ощущение холода было всегда со мной. Оно просто не дает мне расслабиться, не дает потеряться в этом сером мире.
   Выключив кран, я вышла из ванной. Вода незаметно испарялась с кожи, оставляя вместо себя тягучую прохладу. Она соединялась вместе с холодом внутри меня, делая из меня живую ледяную статую. Я чувствовала это шевеление, как кровь начинает замерзать, но это не убивало меня. Не знаю, что это, но оно не позволит мне умереть, пока что.
   Обернувшись полотенцем, я стала прихорашиваться возле зеркала. Я не знала, когда за мной заедет Джейсон, но надо быть к этому готовой. Было непривычно видеть свое лицо, обрамленное короткими черными волосами. Я никогда так коротко не стриглась, даже когда меня об этом просил тренер на физкультуре после одного несчастного случая. Здесь все происходит спонтанно. Я могу совершать необдуманные поступки... Нет, во мне ничего не изменилось, но это только кажется.
   Я вытерлась и снова надела свой комбинезон и рубашку. Свою единственную хорошую блузку и джинсы я умудрилась оставить в доме этой ненормальной старухи или девушки. Опять совершила ошибку, даже не подумав. Нужно было не пугаться этой молодой девушки, а по-хорошему разобраться, забрать свои вещи и нормально уйти из дома, а не нестись сломя голову.
   Я не знала, сколько сейчас было времени, да и это стало иметь для меня небольшое значение. Но в доме была идеальная тишина, что могло означать только то, что в доме все еще спят. Надо будет навестить Лену завтра, если мои планы опять координально не поменяются.
   Как только я поднялась к себе в комнату, в доме раздался оглушительный дверной звонок, который, несомненно, разбудил большинство моих соседей. Быстро сложив в сумку необходимые вещи, я бросилась бежать вниз. Вместе со мной с лестницы слетали еще соседи, торопясь и запахивая свои халаты. Они беспокойно следили за действиями друг друга, ожидая какого-то подвоха. Но его не было. Это пришли ко мне, точнее приехали.
   В проеме двери стоял парень, высокий, брюнет, с бирюзовыми глазами, которые не могли не притягивать к себе взгляд. Он был в кожаной куртке и темных широких джинсах. Я с опаской спустилась вниз к нему. Если он опять на своем мотоцикле, то я точно никуда с ним не поеду. Разбиться где-то за городом мне не хотелось, да тем более, вряд ли бы я разбилась, а вот если Джейсон обычный человек... Я этого не переживу.
   Слетев с лестницы, я с разгона приблизилась к парню и остановилась буквально у его носа, не рассчитав расстояния. Джейсон, не сказав ни слова, развернулся и пошел к своей темно-синей машине, марку которой я не знала, да и не видела никогда. Эта машина была у него раньше или он успел её купить вчера? Судя по его дому, то он или его родители очень богаты. В роскоши он точно себе не отказывал.
   Соседи в молчании провожали нас глазами. В этих блестящих глазах читалась зависть и, явно, кто-нибудь из них пожелал мне разбиться сегодня.
   Обойдя шикарную машину, я потянула за ручку двери, но та не поддалась. Что такое? Что это за шуточки он выкидывает? Я постучала по затоненному стеклу. В ответ мне открыли окошко.
   - Джейсон, не шути. Открой дверь! - я начинала злиться.
   - Мы люди культурные и должны для начала поздороваться, - ровным тоном произнес Вальехо.
   - Я не знаю, как у вас тут надо здороваться. Но если ты так хочешь... Привет, Джейсон, - в двери что-то щелкнуло. Потянув за ручку, дверь бесшумно распахнулась. Я села в темный, обитый кожей салон, в котором опять был аромат роз.
   - Итак, мои родители очень дружелюбные, но не любят некультурных девушек. Я рассчитывал, что ты наденешь... что-нибудь другое, - Вальехо быстро окинул взглядом мой прикид и нахмурился.
   - У меня нет ничего другого. Свою нормальную одежду... - я запнулась, не зная, как сказать мне, что блузка и джинсы остались в доме у незнакомой мне старухе.
   - Ты где-то оставила, верно? Надеюсь, это было приличное заведение, - машина плавно тронулась с места и сразу же стала набирать скорость. Я ничего не ответила Джейсону. Кто я ему, чтобы оправдываться? Не нравится, может меня высадить.
   Спустя некоторое время я заметила, что мы едем не за город, а, наоборот, стремительно приближаемся к самому центру. Моему возмущению не было предела. Я сразу поняла, чего он от меня хочет. Вальехо хочет нарядить меня для своих родителей. Зачем?! Единственное, что мне от них нужно - это подтверждение того, что они не крудусы. Но я пока не знала, как это определить. Нужно было бы взять с собой своего соседа, вот он уж точно нормальный, а если Вальехо крудус, то определить это было бы не сложно.
   Мы свернули на улицу, заполненную разными кафе и бутиками. Мне уже не нравилось это. Даже когда одежду мне выбирала Эрн - это было мучение, что будет сейчас - боюсь предположить.
   Вальехо остановил машину возле одного из неприметных бутиков. Мы все еще не разговаривали друг с другом, но и без слов было понятно, что он от меня хочет.
   Он прошел прямо в магазин, оставив меня возле машины. Ну и пусть покупает себе одежду, я осталась стоять. Но Джейсон заметил это. С довольно серьезным видом он подошел ко мне.
   - Ты сама напросилась в мой дом. Я разрешил тебе даже познакомиться с моими родителями, прими теперь мое условие. Мы купим всего один наряд, чтобы ты смогла показаться в нормальной одежде, - Вальехо говорил это так, будто мне всего пять лет.
   - Эта одежда тоже нормальная! - кипятилась я.
   - Мужская рубашка, о да... Может, ты и в мужской туалет тоже ходишь? Энни, неужели так сложно не сопротивляться?
   - Знаешь, ты меня раздражаешь. Твоя манера разговора просто бесит! Будь либо непроницаемой куклой, либо саркастичным придурком! - взбунтовалась я. Да, может, я и истеричка, но после такой жизни, этого бы следовало ожидать.
   - Успокойся! - Джейсон схватил мои руки. Он так сильно их сжал, что мне показалось, что кровь туда вообще поступать не может. Но мне не было больно. Я, наоборот, успокоилась.
   Мы прошли в магазин. Продавщица с удовольствием подносила нам разные платья, но я от них отказывалась. Нормальная одежда, значит нормальная. Джинсы, футболки - вот что туда входит. Но, похоже, у Джейсона на этот счет были другие взгляды. Он молчаливо то кивал, то отрицал то, что мне подавали, будто это имело какое-то значение. Ни одно из платьев я не собиралась примерять.
   - Что ты хочешь? - когда продавщица поднесла мне еще одно красное с глубоким разрезом впереди платье, Джейсон подсел ко мне на маленькое кресло и очень тихо сказал.
   - Я хочу джинсы и майку.
   - А я хочу улететь на Луну и что? Извините, вот это, кажется, подойдет, - он обратился к продавщице, показывая на темно-фиолетовое платье.
  
   Прошло чуть меньше часа, прежде чем мы с Джейсоном вышли из магазина. Мне уже ничего не хотелось, не хотелось ехать к родителям Вальехо, не хотелось доказывать самой себе, что они крудусы. Магазины меня всегда очень выматывали. Даже погода на улице заметно изменилась: вместо яркого летнего солнца по небу бродили серые глыбы облаков.
   Мы с Джейсоном условились на том, что платье на мне будет не больше пятнадцати минут. Его это вполне устроило, как и меня. Предчувствие того, что что-то должно произойти все равно не покидало меня. Но я не знаю, что мне ждать от сегодняшнего дня.
   Перед тем, как выехать за город, я попросила Вальехо заглянуть в библиотеку. Мне хотелось показать ему, что я была права, что на фотографии изображен он, что его имя было написано в этой книге.
   Облака на небе все больше сгущались. Скорее всего, будет не просто сильный дождь. Просто так ли это происходило или эти черные облака то самое плохое предчувствие? Но разве крудусы могут управлять погодой? Нет, Леон об этом ничего не говорил.
   Библиотека была открыта, но в ней никого не было. Та молодая девушка, что записывала меня в свою книжечку, из которой я потом удачно вырвала целый лист, отсутствовала. Все было тихо, почти.
   В читальном зале явно было слышно какое-то шевеление. Кто-то усердно капался в каких-то бумагах или книгах. Были слышны шелесты. Джейсон не обращал на шорохи никакого внимания. Он, будто тень, следовал за мной после магазина. Вальехо был подозрительно молчалив и угрюм. Он постоянно скрывал свои глаза, не давая мне в них заглянуть, будто он что-то не хотел показывать...
   В читальном зале находилась какая-то женщина, которую я раньше здесь не видела. Видимо, библиотекарши здесь меняются каждый день. Когда мы вошли, она выскочила из своего стола и подбежала к нам. Женщина была небольшого роста и доставала мне только до плеча. Её черные кудряшки спадали ей на плечи и при каждом резком движении подпрыгивали вверх. Она сквозь очки оглядела нас и нахмурилась.
   - Здравствуйте, библиотека закрывается. Вы что-то хотели взять домой или тут почитать? - у нее был тоненький, как будто детский голосок.
   - Здравствуйте. Я хочу посмотреть только одну книгу, которую не давно у вас читала.
   - Конечно, конечно. Вы помните, как она называлась? - библиотекарша снова подбежала к своему столику и стала там копаться в бумагах.
   - Нет... Но я знаю, как она выглядит. Тогда я искала информацию про ваш город, про историю... Ну вот мне и дали несколько книг, - неуверенно сказала я. Чувство напряженности не покидало меня, ну а Джейсон за спиной не прибавлял уверенности.
   - Пройдите в третий ряд от двери. Там стеллаж налево, прямо возле столика. Все книги о городе находятся там. Думаю, вы найдете то, что вам нужно. Желаю удачи, - библиотекарша снова углубилась в свои бумаги, не обращая на нас никакого внимания. Я проследовала в том направление, которое указала кудрявая дамочка. Вальехо ни на шаг не отставал от меня.
   Я быстро нашла ту книгу, в которой недавно прочитала про Вальехо. Как мне помнилось, то тогда она была открыта где-то на середине. Чуть ли не рвя страницы, я с остервенением переворачивала их. Во мне вспыхнула злость, когда на нужной странице я увидела не ту фамилию, которую искала. Текст не изменился ни капли, но вот содержание... Теперь там была другая фамилия и другое имя. Какой-то Йорих О'Конор, которого застрелили через несколько месяцев после того, как убили всю его семью.
   - Этого не может быть... - прошептала я, и Джейсон подошел к книге, чтобы прочесть то, что там было написано.
   - Не совсем похоже на мою фамилию, - насмешливо произнес Вальехо и ткнул пальцем в заглавие.
   - Подожди, тут была еще фотография! Там точно ты! - я пролистала несколько страниц и точно наткнулась на фотографию, только вот на ней были совсем не те люди. - Нет, так не должно! Джейсон!
   - Что? Знаешь, этот молодой человек совершенно не похож на меня, а вот это девушка только отдаленно может напоминать мою сестру, ну или кто там еще должен быть?
   - Я была в библиотеке и нашла в книге информацию именно про вашу семью! И на фотографии был ты и твоя пропавшая сестра! - я со злостью захлопнула книгу.
   - Ты искала информацию обо мне? - наигранно удивился Вальехо.
   - Тебе какое дело?! Можешь не притворяться, - прошипела я и выскочила из прохода.
   Библиотекарша все еще копалась в своих бумагах и даже не заметила, как я выбежала из стеллажей. Мне нужно взять эту книгу домой! Я не могла ошибиться в том, что видела!
   На улице погода сильно изменилась. Тучи заволокли все небо, поэтому на улице стало слишком рано темно. Где-то вдалеке послышались раскаты грома. Гроза приближалась.
   Джейсон вышел вслед за мною. Его настроение явно поднялось, судя по самодовольной улыбке.
   Когда мы выехали за город, стало совсем темно. На стекла машины стал брызгать дождик, который потом превратился в разбушевавшийся ливень. На дороге практически ничего не было видно. У меня в голове несколько раз проскочила мысль о том, что мы можем разбиться, но Джейсон так плавно вел машину, что дорога почти не чувствовалась.
   - Быстро переоденешься и спустишься вниз. Я как раз их позову. Поговори с ними пару минут и можешь идти обратно. Надеюсь, ты докажешь сама себе, что мы все здесь нормальные, - сказал Вальехо, когда на горизонте уже показался его особняк. Не хотела я сюда возвращаться, но это произошло, причем довольно быстро.
   - Сделаю, сэр, - угрюмо ответила я.
   Мы въехали во двор. В доме на первом этаже в некоторых местах горел свет. Нас никто не встречал. Чтобы я не намокла до нитки, Джейсон первым вышел из машины и зашел в дом за зонтиком.
   Белые мраморные стены, большая парадная лестница. Неужели в этом доме живут всего трое? Роскошь, богатство - все здесь пахло этим. Я знаю, как пахнут деньги. Здесь этот запах повсюду, словно купюры мешками затолкали по углам. Но вместе с запахом богатства здесь был и другой аромат. В доме Вальехо пахло розами, еще сильнее, чем от него и чем от салона его машины. Это был приятный аромат, который заставлял дышать меня полной грудью. Я хотела запомнить этот запах.
   Джейсон быстро поднялся наверх, а потом спустился вниз с каким-то пакетом. Он провел меня в одну из комнат на первом этаже.
   - Итак, платье я принес, туфли тоже. Родители ждут тебя в гостиной, - Джейсон уже собрался уходить.
   - Постой! Ты вернешься? Или я сама должна найти дорогу до гостиной? - я уже начала вытаскивать ненавистное мною платье.
   - Вернусь через пять минут, Энни.
   - Меня зовут Эби. Для твоих родителей я тоже Эби, Джейсон.
   Парень ничего не ответил и вышел из комнаты. Я не знала, где находилась. В комнате было темно, а с окон лил слишком слабый свет, чтобы можно было разглядеть, что тут находится. Я быстро стала переодеваться, аккуратно складывая свой комбинезон и рубашку. Я сняла свои измученные кроссовки и надела туфли, что принес Джейсон. Они на удивление подошли мне.
   Ровно через пять минут Джейсон вернулся, уже переодетый в официальный костюм. Он показался в проеме двери, но я не могла разглядеть его лицо - оно было в тени. За сегодняшний день я ни разу не смогла посмотреть ему в глаза, только издалека. Зачем он это делает? Я же не прячу свои глаза, хотя было очень заметно, как они поменяли цвет.
   - В платье прекрасно выглядишь, - сказал Джейсон.
   - Как ты можешь меня видеть, если я нахожусь в темноте? - удивилась я.
   - У меня хорошее ночное зрение, - усмехнулся Вальехо. Он повернулся ко мне спиной. - Пошли, нас уже давно ждут.
   Чувство страха нарастало. Мне казалось, что температура моего тела понизилась еще на несколько градусов. Чего я боюсь? То, что нахожусь рядом с нечеловечным существом? Пора бы уже привыкнуть к сверхъестественному. А если они просто люди и все это волнение зря?
   Мы прошли вглубь дома. Я отчаянно пыталась запомнить те коридоры, по которым мы проходили. Но это оказалось мне не по силам. Вальехо либо специально вел меня такими путями, чтобы нельзя было запомнить дорогу обратно?
   Проходя все дальше, я стала замечать, что белого в интерьере дома становится все меньше. Больше нет того чистого мрамора, нет ярко-светящихся люстр. Свет, наоборот, становился все тусклее, пока на стенах не остались лишь маленькие светильники. Это уже никуда не шло. Что за странный дом?
   Мы продвигались все дальше вглубь дома, пока не вошли в маленькую, но довольно просторную комнату. Здесь стоял только один диван и в камине догорали дрова. Можно было заметить, как прекратился разговор между мужчиной и женщиной, когда мы вошли.
   - Мам, пап, это Эн... Эби, Эбигэйл Макларен, - представил меня Джейсон. Родители Вальехо показались мне слишком молодыми для своего возраста. Она, женщина, была высокой пепельной блондинкой, которой едва дашь двадцать пять лет, отличная фигура, длинные ноги - полный комплект модели. Вряд ли Джейсон мог быть её сыном... А вот мужчина - он уже более был похож на отца. Ему было где-то за сорок, он тоже был высок, даже выше пепельной женщины, хорошо сложен, темные волосы и очень умные глаза. Казалось, что я его чем-то удивила. Он немного нахмурился, но его лицо в ту же секунду приобрело доброжелательное выражение. У него были яркие бирюзовые глаза, которые не могут быть у простого человека... Никогда.
   - Здравствуйте! - я подошла к родителям Вальехо и протянула руку для пожатия. Женщина удивленно на меня посмотрела, а мужчина взял мою руку и поцеловал.
   - Ты девушка Джейсона? - сказал мужчина высоким и приятным басом, смотря в глаза молодому Вальехо.
   - Д-да, - я заикнулась, потому насчет этого мы с Джейсоном ничего не говорили. Я даже не думала, что мне могут задать такой вопрос. - Мы хорошие друзья, - добавила я.
   - Так девушка или хорошие друзья? - теперь старший Вальехо посмотрел на меня. Его глаза были нереально красивы, и по краям радужки шло черное, ярко-черное кольцо.
   - Я обязан ответить на этот вопрос? - Джейсон разрядил обстановку, потому что мне казалось, что еще минуту такого пристального взгляда я не выдержу. Мать Вальехо с недовольством переводила взгляд то на меня, то на Джейсона.
   - Ну что же, может, пройдем и поужинаем? - спросил старший Вальехо.
   - Нет! - слишком резко крикнула я. На меня уставились три пары глаз в недоумении. - Мне просто срочно нужно домой... Очень важный мне человек заболел, и я не могу тут долго оставаться, - попыталась оправдаться я.
   - Ну конечно. Милая Эби, были рады с тобой познакомиться. Жаль, что ты не сможешь остаться с нами. Я думал предложить поиграть в бильярд, - старший Вальехо грустно улыбнулся и еще раз поцеловал мою руку.
   - В другой раз. У вас очень красивый дом.
  
   Я уже успела стянуть с себя платье. Мне не хватало воздуха в легких. Они точно не люди! Не может быть таких глаз. Ярко-бирюзовые, еще и это черное кольцо... нет, таких в природе не существует. Это могут быть линзы, но зачем ему носить линзы?! Старший Вальехо и его жена... Что могло от них достаться Джейсону? Между ними нет никаких сходств. Это словно совершенно чужие люди, которых он пригласил, чтобы сыграть роль родителей...
   Кое-как надев рубашку и комбинезон, я быстро затолкала ноги в кроссовки и вышла из комнаты. Джейсон ждал меня возле двери.
   - Ты с ними даже не поговорила, - грубо сказал Джейсон, но меня сейчас это мало интересовало.
   - Какая разница! Я уже все поняла, веди меня к машине.
   - И что ты поняла?!- Джейсон прижал меня к стене, теперь я могла посмотреть ему прямо в глаза. Они были почти черные, лишь только бирюзовые крапинки напоминали о том, какого цвета были его глаза раньше. Этого не может быть...
   - Ты... обычный человек, - тихо произнесла я. - А теперь отвези меня в город. Мне надо зайти к Лене.
   - На улице ураган. Лучше я отвезу тебя домой, - Джейсон отступил на шаг назад.
   - Мне надо к Лене! - кричала я. На самом деле я собиралась пойти в библиотеку и взять ту книгу. Что-то здесь не так, я не могла тогда видеть другую фамилию и другие лица на фотографии!
   - Мы еще увидимся? - с надеждой спросил Джейсон.
   - Смотря в какой жизни...
  
   Мы с огромной скоростью летели по безлюдной дороге на окраине города. На улице выл ветер, и лил сильный дождь. Дворники на лобовом стекле не успевали работать и было сложно понять, где заворачивает дорога.
   Джейсон отвез меня прямо к больнице. Я постаралась как можно быстрее попрощаться, разрешая еще раз ко мне приехать. Мне срочно нужно было в библиотеку.
   Достав из сумки уже другую потрепанную и старую карту, я, под проливным дождем и сильным ветром, пошла по направлению к больнице. На этот раз дорога оказалась куда ближе и без тупиков, правда погодные условия были ужасные. Я промокла насквозь, но меня это не пугало.
   Библиотека была еще открыта. Та кудрявая дама все еще копалась в своих бумагах. Увидев меня, она только кивнула, давая понять, что помнит меня. Я быстро прошла к нужному стеллажу и отыскала ту самую книгу. С меня ручьем текла вода, она капала с волос на книгу, оставляя в ней разводы чернил. Я села на стул и начала изучать нужную мне страницу. Только когда на книгу упала уже третья капля, я заметила, что от страницы отделился тонкий листик. Дрожащими руками я ухватилась за этот тонкий край и оторвала его. Передо мной оказалась та самая страница с именем Вальехо, которую я видела недавно. Ту же процедуру пришлось проделать с фотографией. Все сходится... Джейсон Вальехо обманул меня, но это был простой обман, на который сложно повестись. Он - крудус, причем такой же, как и я...
  
   Глава 6.
   Дьявольская штука...
  
   День был ужасным. Я еще никогда в жизни так не переживала. Нет, вру. Но мне было неприятно снова это чувствовать. Кажется, будто я нахожусь в клетке со спящим хищником - если шевельнусь - погибну.
   Было где-то пять утра, но я до сих пор не могла заснуть. Всю ночь я провела на кухне в доме Лены, пытаясь понять, что случилось. Возможно, там в доме Вальехо со мной просто плохо сыграло воображение. Но ведь это не так. Все говорит против Джейсона, у меня теперь даже есть доказательства.
   Первое - это его глаза, которые меняют цвет так же, как и у меня. Это точно не совпадение. Второе - это его родители. В них было что-то нереальное, что-то отталкивающее, невероятное. Возможно, они крудусы? Третье - это книга, которая сейчас лежит у меня перед глазами. За сегодняшнюю ночь я, наверно, уже раз сто прочитала место с фамилией Вальехо и столько же раз разглядывала несчастную фотографию. Как это все объяснить? Не знаю.
   Я аккуратно встала из-за стола и направилась к лестнице. Мне нужно было приободриться, хоть что-то сделать, чтобы привести все свои мысли в порядок. Я даже несколько раз успела пожалеть о том, что не стала заводить в этом доме друзей. Мне срочно нужно было выговориться, нужно было рассказать все, что у меня успело накопиться на душе. Я хотела дельного совета от постороннего человека. Была бы здесь Эрн... Думаю, что ей я бы рассказала всё и сразу. Она пока что единственная, кто мог меня понять и поддержать. Но Эрн Хапли уехала, не сказав ни слова. Я не видела её уже около месяца, и это заставляло меня волноваться. Что с ней? Где она? Но в то же время, хорошо, что сейчас она не со мной. Она в безопасности. Но сколько она не знает! Она не знает, что Мик умер, что я нахожусь в другом городе, вообще на острове!
   Руки стали дрожать, когда я поднималась по лестнице. Сверху спускался мой знакомый сосед, тот самый, что дал мне деньги для Лены. Он мельком глянул на меня и остановился.
   - Привет. Неважно выглядишь, что-то случилось? - небрежно спросил он, вряд ли его интересовало моё самочувствие на самом деле, просто поинтересовался ради приличия.
   - Нет, все хорошо... Просто... - может, мне у него спросить совета, - мне нужен твой совет, - я буквально чувствовала, как от удивления глаза соседа чуть не вывалились из глазниц.
   - Не думаю, что посоветую что-то дельное, - осторожно сказал сосед и уже хотел спуститься вниз, но я пригородила ему путь.
   - Нет. Подожди. Я хочу уехать из этого города. Мне нужно потеряться, чтобы никто не мог меня найти.
   - Ты что-то сделала? - сосед еще больше выпучил свои маленькие глаза.
   - Нет же, просто есть люди, - на последнем слове я запнулась, - которые немного мешают мне нормально жить. Я хочу уехать, чтобы они точно не могли меня найти.
   - Тогда тебе надо уехать в большой город, в котором очень легко потеряться. Никто не сможет тебе найти. Ну где-то месяца два ты сможешь ни о чем не беспокоиться, - я медленно выдохнула. Ведь он прав, мой сосед прав.
   - И куда же мне уехать? - тихо спросила я.
   - Думаю, что можно в Дублин. Многомиллионный город. Ты просто затеряешься в толпе.
   Как я была благодарна соседу. Я не знаю, почему сама не додумалась до этой мысли. Ведь на самом деле, найти иголку в стоге сена - не такая уж и легкая задача. Да и этому есть доказательство. В Лонгфорте, в этом маленьком городе, Элла смогла найти меня всего за две недели. Сколько уйдет времени, чтобы найти меня в Дублине? Точно не меньше месяца, если мы, конечно, не встретимся где-нибудь в переулке.
   Мы с соседом разминулись. Я направилась наверх, а он быстрым шагом спустился вниз, будто пытаясь побыстрее от меня скрыться. Меня это несколько не удивляет - люди здесь странные, кажется, что они чего-то боятся. Чего?
   Я прошла всего один проем, и где-то в глубине коридора на втором этаже я услышала тихие шаги. Кто-то постучался в дверь, но ему не открыли или открыли? Я не могла услышать скрип двери. Этот человек еще раз осторожно постучался, но не просто так. В каждом ударе о дверь слышалась точная мелодия, будто она что-то значила для того, кто находился за дверью. Я никогда не понимала, откуда во мне взялось такое большое любопытство. Возможно, оно зарождено во всех людях, но многие просто пытаются ему сопротивляться. Но не я.
   Осторожно, словно серая мышь, я поближе подошла в сторону, где недавно слышала шаги. Теперь там была тишина. Заглянув за поворот, за которым скрывались двери в комнаты, я более уверенно ступила на темную площадку. В какую из дверей стучались? Но мне не понадобилось много времени, чтобы угадать. Только за одной из четырех дверей был слышен приглушенный разговор. Что меня вело к этому преступлению? Я никогда не интересовалась тем, о чем ведут разговоры в этом доме. Все эти две недели мне ни разу не приходилось ничего интересного услышать в этом доме. И я совершенно не знала, что меня ведет сейчас, какая сила.
   Стараясь не скрипеть, я прошла к двери и припала к ней ухом, как последний преступник. Сначала ничего не было слышно, будто собеседники заметили мое приближение, но скоро я услышала два женских голоса.
   - И что ты думаешь по этому поводу? - спросил более молодой голос, более громкий и приятный.
   - Я не знаю. Это не входило в мои планы. Я случайно туда попала! Мне они не нравятся, - с возмущением и негодованием ответила женщина постарше. Я могла так судить, потому голос был тише, чем первый, что я услышала. Этот голос был грубее.
   - Говоришь, что они взялись здесь неоткуда? И кто же им понадобился в этом грязном городишке. Они хотят найти здесь прибыльное дело? Пусть не сомневаются - его здесь нет.
   - Понимаешь, я только вчера проходила возле Стесса! И эти там были. Они что-то спрашивали, кого-то искали. Показывали фотографию чью-то. Говорят, что они ищут его сестру или племянницу... Я уже точно не помню.
   - Ну и что же тебя так удивило? - недоумевая спросила обладательница молодого голоса.
   - Да то, что эта девушка на фотографии и та, что живет у нас на чердаке - это один и тот же человек!
   Я отшатнулась от двери, как ошпаренная. Мою уверенность во вчерашнем дне сдуло, как ветром. Не долго думая, я прошла обратно по коридору. Еще минута и я уже сидела на своем диване-кровате. В голове сразу появился рой мыслей, который я так ненавидела. Он заставляет меня думать обо всем и сразу, запутывая прямую цепочку в тугой узел.
   На чердаке жила только одна девушка - это я. Несомненно, что они говорили обо мне. А я уже думала, что в этом доме меня никто не замечает. Похоже, я была слишком слепа. Взяв подушку, маленькую и грязную, я прижала её к голове. Я не хотела себя задушить, хотела просто попытаться успокоиться. Взяв краешек грязной материи в рот, я стала жевать как сумасшедшая. Во рту сразу появился привкус горечи и соли, еще более противный, чем все мои мысли.
   Нет, на самом деле ничего не стоит догадаться о том, кто меня искал и что им было нужно. Всего одно слово объясняет все происходящее здесь. Крудусы. Они меня искали, я им нужна. Но меня удивляет только одно - как быстро они смогли добраться до меня. Возможно, (в этом, наверно, можно не сомневаться) путь ко мне им подсказала Элла. Она меня ненавидит так, как если бы я была самым противным насекомым в мире, к тому же самым ядовитым.
   В этот момент я вспомнила о подушке, край который все еще находился у меня во рту. Я выплюнула эту грязную ткань, и саму подушку затолкала подальше. Я все же не маленький ребенок, чтобы есть всякую гадость.
   Но теперь я не знала, чем себя занять, пока в моей голове не придумается план. Желательно, чтобы он сформировался сам, не при помощи моего напряжения мозга.
   Я усмехнулась своим мыслям. В последнее время в голову не приходит ничего разумного. Я давно хочу расставить все по полочкам, разложить все мысли в свои "папки" и на свои "полки". Но попробуй что-то сообразить, когда перед носом постоянно что-то происходит и не дает тебе сосредоточиться.
   Куда же делась Энни Мор? Я хочу вернуть ту бесстрашную девочку, которая готова на сумасшедшие поступки ради друзей (подруги), ради себя. Но мне надо отвлечься, срочно.
   Я стала рассматривать комнату. Здесь был бардак, даже больше, но я не могла подобрать к этому синоним. Везде по полу валялись старые вещи, не мои, чужие. Тряпки, заколки, расческа, даже маленькое зеркальце. Если внимательно присмотреться, то можно заметить, что в одних местах "свалки" больше, чем в других. Все это потому, что я искала договор в определенных местах и только, когда отчаявшись, я стала рыться во всем подряд. Моя личная комната, мой чердак - превратился в берлогу какого-то медведя.
   Взгляд медленно перемещался от одной вещи к другой, но мысленно я даже не обращала на все внимание. В голове зрел план, как маленький цветочек, если его полить - он станет расти быстрее. Меня тоже нужно было "полить", дать мне какую-то зацепку.
   И вот она, незначительная, почти незаметная, если не приглядываться. Возле окна, где стоял старый раскосый стул, на запыленном подоконнике лежала зажигалка. Новенькая, может быть и нет, серебряная с узорчиками. Она настолько затерялась в общем хламе, что заметить её почти невозможно. Она точно не моя и точно не могла здесь находиться среди всего, что сюда когда-то притащила Лена. Её могла оставить сероглазая, когда приходила сюда. Но не похожа она на женскую. Мне казалось, что у Эллы все должно быть изыскано, именно по-женственному красиво и привлекательно. А эта маленькая серая штука была совсем не пригодна для использования девушкой. Даже отсюда я могла сказать, что у нее был сложный механизм открывания, приспособленный для мужских рук.
   И это меня осенило. Я быстро вскочила со своего сидения и, спотыкаясь, направилась к подоконнику. Я взяла её в руки, и по спине сразу пробежал рой мурашек. Холодный металл прикасался к коже, но отдавал жаром. В венах и капиллярах сразу забурлила кровь, хотя никакого адреналина я не чувствовала. Просто эта зажигалка...
   Одним щелчком, я даже не поняла, на что нажала, она открылась, и маленький огонек осветил небольшое пятно на окне. С еще более удивленным видом я смотрела, как горит огонь. Он меня завораживал, он был не таким простым. Я видела в нем какие-то узоры, точно маленькие фигурки шевелились. На самом же дело это была просто моя больная фантазия.
   Я захлопнула зажигалку и стала рассматривать загадочные узоры. Они мне что-то напоминали, что-то очень знакомое. И мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, где я видела такие же узоры. Это был бабушкин кулон, подаренный мне Миком.
   Не прошло и секунды, как я опять пробиралась сквозь заваленный пол. Теперь главное было вспомнить, куда я спрятала самые важные для меня вещи. В моем никуда не годном чемодане? Точно не туда.
   Пришлось "прочесать" местность вокруг, чтобы найти тот старый комод, в котором громоздились какие-то непонятные вещи. "Средний", - напомнил мне внутренний голос. И я открыла средний ящик. Подсунув руку под кучу тряпок, я нащупала сначала небольшую шкатулку, а затем кулон.
   Он был все такой же - серебро не потускнело, а узоры оставались на своих местах. Я достала зажигалку из кармана и положила в правую руку, в левой был кулон. Вот две вещи, которые никак не могут быть связаны друг с другом. Но все же... На них были абсолютно одинаковые узоры. Я провела большими пальцами по узорам, чтобы почувствовать эти выемки - они были одинаковы. Очерчивая линии, пальцы двигались в одинаковых направлениях.
   Я не могла понять, почему эти две вещи так похожи. У них разное предназначение, но делал их один мастер и по одному трафарету. Но как, как они оказались у разных людей?
   Зажигалка была Джейсона, хотя я ни разу не видела, чтобы он курил. Кулон был бабушкин - хотя доказательств этому я не имею, если только мое ведение и рассказы Мика. Но разве всему этому можно верить?
   Я села на пол, скрестив ноги. Передо мной лежали странная зажигалка и не менее странный кулон. Эти вещи разные, они противоположны друг другу. Одна должна хранить воспоминания, другая их может запросто сжечь.
   Именно в этот момент я почувствовала эти странные изменения. Они происходили в моем теле. Кровь перестала бурлить, нет того чувства приходящего адреналина. И самое важное - холод отступал. Я не могла поверить своим глазам, то есть своим ощущениям. И раньше тоже такое было, но теперь это было иначе. Холод внутри меня сжимался в комок, будто что-то его блокировало, что-то заставляло его отступать. В мгновение я снова ощущала себя простой девушкой, не связанной никак с чем-то необычным, чем-то магическим. Я стала такой, какой была прежде... прежде чем приехала в Россию, прежде чем моя мама упала с лестницы.
   Меня это пугало. Почему такое происходит? И тут до меня быстро дошло, даже странно, что я так медленно понимаю. Эти две вещи, кулон и зажигалка, они... даже не знаю, как это назвать. Они нейтрализуют все "ненормальное" во мне! Но почему по-отдельности я такого не чувствую?
   Я наклонилась к комоду и затолкала обратно кулон под вещи. Теперь в моих руках была одна зажигалка. И опять эти изменения. Холод стал расти, и появилась дрожь по всему телу. Кажется, моя челюсть упала на пол.
   Я открыла комод и теперь затолкала под вещи зажигалку, а кулон взяла в руки. И опять... Нет, нет, нет! Холод стал сжиматься в комок внутри меня. Не прошло и минуты, как он совершенно исчез, испарился. Он лопнул, как воздушный шарик!
   Кажется, я схожу с ума.
   Я опять достала зажигалку. Теперь эти две вещи были вместе, в одной руке. И опять что-то невероятное! Все опять возвращается. Так я не поняла, они нейтрализуют или возвращают этот чертов холод?!
   Руки начало жечь, а я сама начала задыхаться. Похоже, моему организму не нравится такая смена. Я схватила какую-то непонятную вещь с пола, что-то клетчатое, похожее на рубашку. Этим я обернула кулон бабушки. И холод внутри меня зашевелился от счастья. Надеюсь, я на самом деле не схожу с ума и этому есть объяснение.
   Встав с пола, отчего заныли мои колени, я затолкала зажигалку в карман комбинезона, а кулон положила на дно своей сумки. В голове все еще не укладывалось, что сейчас со мной произошло. Я подняла маленькое зеркальце с пола и посмотрела в него: глаза черные, как уголь. Но это еще ничего не доказывает. Кое-как нарыв среди всего хлама старый увесистый фонарик, я опять решилась на невозможное. Наверно, меня можно назвать мазохистом - в последнее время издеваться над собой стало моим хобби.
   Итак, в кармане зажигалка, глаза черные, и только если приглядеться, можно увидеть синие крапинки. Все на месте. Теперь я могу еще раз проверить свою теорию, только уже при других обстоятельствах. Со всей силы я замахнулась и ударила по левой кисти. Руку сразу пронзила невероятная боль, а в глазах навернулись слезы. Сьюзи бы никогда мне этого не простила.
   Я чувствовала, как в ладони что-то хрустнуло. Моя рука начала неметь, но она не покраснела, не стала раздуваться от боли. Никаких признаков перелома, снова. Не долго думав, я свободной рукой достала из сумки клетчатый куль и кое-как его развернула. Ничего. Я завернула в эту тряпку зажигалку и запихнула в сумку, последнюю закинула к окну.
   Вот теперь я готова была просто закричать. Боль в десятикратном размере вернулась в мою кисть, будто раздирая кожу пополам. Холод в секунду исчез, не оставив после себя и следа. Кисть покраснела и стала, наверно, в два раза больше, чем была. Мне было сложно пошевелить всей правой рукой, не говоря о том, чтобы нормально соображать. Одно было ясно - с кулоном я становлюсь обычным человеком.
   Упав на пол, потому что из-за всего этого во мне уже не осталось никаких сил, я взяла нормальной рукой зеркальце и вновь посмотрела на свои глаза. Теперь мне хотелось плакать, правда не от боли, даже точно не знаю отчего - от счастья ли? Я обычный человек.
   Глаза синие, не яркие, даже слегка серые, хотя этот цвет был все равно не слишком реальным для обычного человека. Я попыталась вспомнить глаза своего отца. Какие они? Такого ли они цвета? А какие глаза у мамы? Я не могла этого вспомнить. Эту деталь словно стерли из моей памяти. Наверно, раньше я никогда не обращала на это внимание. Но ведь мне так часто говорили о цвете моих глаз! С моим любопытством я просто не могла не заинтересоваться этим вопросом.
   Руку снова пронзила дикая боль. Но не это было главным. Я ощутила, как с тыльной стороны ладони стекает что-то теплое. Это кровь. Я умудрилась рассечь себе руку фонарем. Но на нем не было крови - я это даже специально отметила, когда ударила. Все начало сходится. Значит, этот кулон действительно стал обладать этой странной силой - нейтрализовать мой холод и мою способность к восстановлению. А вот почему это стало происходить только сейчас, остается для меня загадкой.
   Мне ужасно захотелось спать, но, вспомнив о своей покалеченной руке, боль в которой стала немного угасать, и о моем подслушанном разговоре, пришлось встать. Голова немного закружилась, так как я до сих пор не ела и не спала целый день. Но физическое состояние волновало меня в последний момент.
   Я спустилась в ванную комнату и взяла в аптечке бинт. Промыв руку под холодной струей, я обмотала ладонь бинтом. Он сразу пропитался кровью, которая, казалось, стала потоком из меня выходить. Пришлось израсходовать весь бинт. Пальцы теперь не сгибались под таким слоем марли, а кость слишком сильно болела при движении.
   Причесав свои волосы и кое-как сполоснув лицо водой, я вышла в коридор. Темная площадка была еле освещена. Сюда не проникал свет из окна в коридоре, а на электричестве сегодня, видимо, решили сэкономить.
   "Нужно уходить!" - прокричал голос внутри меня. Так, раз он не ушел даже при кулоне в моем кармане, то у меня точно раздвоение личности. Ну или я точно сошла с ума. Ни каждый нормальный человек слышит своё внутреннее я, а тем более ни каждый его слушается.
   Но даже теперь я понимала, насколько этот голос внутри меня прав. Если не уйду сейчас, то меня найдут. А если меня найдут... Сейчас мне меньше всего хотелось знать, что со мной сделают.
   Поднявшись в свою комнату, я стала лихорадочно собирать вещи. Что мне понадобится? Деньги, паспорт, вторая футболка и теплая кофта. Я так же положила в сумку шкатулку и завернутую в тряпку зажигалку. Кулон был у меня в кармане. Я натянула сверху на себя олимпийку и обмотала ладонь шарфом, чтобы окровавленный бинт не слишком привлекал внимание. Теперь мне хотелось проверить только одно - если я человек, то крудусы на меня тоже действуют, как на обычного человека. В этом городе мне был знаком хорошо только один крудус - его я и собираюсь найти. А дальше уже буду действовать по обстановке. Возможно, если мне повезет, то я доберусь до Дублина... раньше, чем меня найдут.
   Я натянула сумку через плечо. Она не была тяжелой, но и не слишком легкая, хотя вещей там практически не было. Я опять спустилась вниз осторожно, как серая мышь. Если смогу, то попробую сегодня зайти к Лене и попрощаться. Этому человеку я пока что доверяю целиком и полностью. Надеюсь, она сможет мне что-то посоветовать.
   На первом этаже никого не было, поэтому я прошла незаметно для всех. По моим расчетам, сейчас был почти полдень. Я осторожно открыла дверь и выбралась на улицу.
   Жарко - такой был диагноз погоды. Действительно, над головой ярко светило солнышко, а воздух уже успел достаточно прогреться. Не чувствуя холода внутри себя, я теперь понимала, что в некоторых моментах он бы мне пригодился. Пришлось снять олимпийку и затолкать её в сумку.
   На улице практически никого не было, если не считать серо-коричневую собаку, одиноко бродившую вдоль тени от домов. Она высунула свой язык, с которого струей стекала липкая слюна. Посмотрев на нее, я поняла, что через несколько часов и мне придется высунуть язык от жары.
   Сейчас моей целью было найти Джейсона. Надеюсь, что он будет где-то в городе, где-то в центре. Если крудусы здесь, то и он должен быть неподалеку от них, если не с ними.
   Я быстро двигалась вдоль дороги, сворачивая постоянно направо, чтобы дойти до остановки. Только вот эта была немного дальше той, которой обычно ездят люди, живущие в этом квартале. Но я не хотела напрасно рисковать. Мне всего лишь нужно было снова найти тот бар, с которого все началось. Там я могла хоть что-нибудь узнать о Джейсоне, больше, чем те мои скудные предположения.
   Странно, но погода опять становилась хуже, будто она это делает специально для меня. Солнце каждую минуту то выглядывало из-за серых облаков, то снова скрывалось, словно играя в прятки. Когда я подошла к остановке, то к ней медленным шагом приближался синий автобус.
   Войдя, я сразу оплатила билет (все еще помнила свою неудачную поездку). Водитель удивленно на меня покосился. Я прошла глубже в салон и села практически на самое заднее сидение. Кроме меня здесь было еще трое человек и маленький ребенок, который тихо сопел у женщины на плече. На меня никто не обратил внимание, за что я им была мысленно благодарна.
   Пейзажи за окном меня мало интересовали, а вот люди. Я немного спустилась с сидения, лишь краем глаза выглядывая в окно. Теперь можно было наблюдать за всеми ни о чем не беспокоясь, хотя на каждой остановке я выпрямлялась и немного напускала волосы на глаза, чтобы не слишком сильно выделяться среди окружающих. К моему счастью никого подозрительного не было. Все люди, я надеялась на это.
   Я не следила за временем и не знала, сколько прошло, прежде чем я снова оказалась на знакомой мне улице. Главная, она была переполнена народом. Здесь в каждом уголке было по меньшей мере человека три. В прошлый раз она казалось мне менее многолюдной. Но это даже шло мне на руку. Среди этой толпы меня никто не замечал, только пара бездомных людей шло за мной по пятам до самого бара, пытаясь выпросить денег. Но мне они самой нужны не меньше, чем им.
   Длинная и довольно широкая улица была заполнена магазинами, как и в любом городе. Здесь был центр, пик всего живого в этой местности. По краям улицы стояли разноцветные дома, придавая хоть какую-то веселую атмосферу городу. Бар был чуть ли не в самом конце улицы. Его небольшая вывеска не особо привлекала внимание прохожих. Маленькая дверь скрипнула, когда я вошла.
   Я облегченно вздохнула, когда увидела, что за барной стойкой не Вальехо. Это был другой молодой человек, лет 25. Он весело разговаривал с каким-то мужчиной напротив барной стойки. К моему удивлению, здесь было много народу. Почти каждый столик здесь был занят людьми. У бара осталось только одно свободное место, куда я поспешила сесть.
   - Привет, - выдохнула я, обращаясь к бармену. Он неоднозначно поднял брови, осматривая меня.
   - Вне закона? - сначала я даже не поняла, что он имеет ввиду. Но потом до меня дошло, что он спрашивал про возраст.
   - Не волнуйся, я пить сегодня не буду, - в шутливом тоне сказала я. Мне нужно разговорить этого бармена. Мне нужно было узнать как можно больше информации о Вальехо.
   - Так что тебя сюда привело? - теперь внимание молодого человека переключилось на меня.
   - Здесь работает Вальехо? - будто случайно спросила я, притворяясь, что это помещение мне знакомо.
   - Ты говоришь про Джея? Да, он тут работает, правда по особенным дням и в особенное время.
   - Не понимаю. Кажется, в прошлый раз не было ничего особенного, - я стала водить пальцем по барной стойке, стараясь не смотреть в глаза бармена.
   - Уверяю тебя, в простые дни он тут не появляется! - засмеялся молодой человек, принимая заказ. - На самом деле Джей обслуживает только очень важных клиентов, для которых есть особенные дни. Я думал, здесь все знают об этом.
   - Важные клиенты? - я не понимала, о чем толкует этот парень.
   - Похоже, ты не местная! Слушай, я тут работаю, а если что-то хочешь спросить про Джейсона, то лучше сходи к нему сама. Он ушел минут пять назад на задний двор. Это вот там, - бармен быстро показал мне рукой на запасной проход, и я не стала больше отвлекать его.
   Мое сердце стало бешено колотиться, когда я продвигалась по коридору к запасному выходу. Я боялась с ним встретиться. В кармане в левой руке я неуверенно сжимала бабушкин кулон, проклиная себя за то, что настолько плохо к себе отношусь. Надо любить себя больше и не лезть туда, куда не нужно, подвергая свою жизнь опасности. Но даже эти уговоры самой себя не действовали. Я могла развернуться и уйти через главный выход, не столкнувшись с Джейсоном. Я могла быстро пойти на автовокзал и купить билет до Дублина. Но я все еще продолжала идти по коридору, в котором стоял какой-то едкий запах, похожий на запах газа.
   Вот уже передо мной показалась дверь черного выхода. Кажется, когда я шла по коридору, то видела еще пару дверей. Если получится, то я убегу туда... если успею.
   Сжав в руке кулон, я ногой толкнула дверь и вышла на улицу. В глаза ударил яркий свет, и внутри все замерло, когда я увидела его.
   Джейсон Вальехо стоял возле своего мотоцикла, он был весь в черном: футболка, джинсы, туфли. Он резко обернулся, когда я вышла, и замер на месте. Казалось, что замер не только он, но и все живое вокруг. Я только слышала, как бешено колотится мое сердце, ожидая чего-то.
   Я мельком успела оглядеть местность вокруг: здесь был небольшой дворик с заездом. Сбоку, слева от меня стояли мусорные баки. Сзади здание было не цветным, а обычным - серо-коричневым. Впереди, сзади Джейсона была огромная сетка, футов 6 в длину. В эту сетку были как бы вмонтированы ворота, закрывающиеся на ночь. Если здесь и можно было бы припарковаться, то машинам двум-трем. Сейчас здесь был только мотоцикл Джейсона.
   Мы смотрели друг на друга с минуту.
   - Привет, - очень тихо сказала я, так как голос не мог стать громче, я не могла перекричать бешеный ритм своего сердца. Джейсон не отреагировал. - Ты ведь крудус, Джейсон?
   - Ты так хочешь это узнать? - я уловила взглядом, как Вальехо двинулся чуть-чуть вперед.
   - Да, мне нужно знать правду.
   - Правда причинит тебе боль... Лучше не знать ничего.
   - Я уже знаю, что мне приготовлено, - я еще крепче сжала кулон в руке, - я скоро умру.
   - Тебе рассказали? - удивленно спросил Джейсон, но я не поверила этой интонации, потому что он итак все знал.
   - Мне рассказали про вас, про договор. Я знаю, что теперь меня ищут, чтобы убить, - ну же, Вальехо, почувствуй хоть что-нибудь! Я хочу узнать, как вы причиняете боль.
   - Кто это сделал?
   Его голос утонул во взрыве. Я его услышала одновременно с волной, которая отбросила меня от двери на несколько метров. Мои руки проскользили по асфальту, смягчая мое падение. Правая рука заныла от боли.
   Вальехо бросился ко мне, а я не могла сдержать слез. Мне было ужасно больно, только я пока не понимала из-за чего: либо это эмоции Джейсона причиняют мне боль, либо моя в кровь разодранная и сломанная ладонь.
   - Эн, - Джейсон помог мне встать. В воздухе была пыль и витал жуткий запах гари и газа. Я еле держалась на ногах. И у меня почему-то очень сильно стала болеть спина.
   - Что это было? Джейсон, что это было?! - взревела я.
   - Оно... здание... там что-то взорвалось... Эн, - он снова обратился ко мне. Я не могла держаться на ногах.
   Вальехо помог мне дойти до неразрушенной стены другого здания. Он поставил меня к стене, а сам оперся на стену обеими руки сбоку от моей головы, не давая мне убежать. Да и я, в общем, не горела желанием. Этот внезапный взрыв просто выбил из меня весь дух. Что там произошло?
   Я кое-как подтянулась по стене, смотря на местность впереди меня. Дверь запасного выхода выбило волной. Удивительно, что меня не задело. Из бара шел дым. Хорошо, что я вышла оттуда раньше, чем это произошло.
   Джейсон смотрел прямо мне в глаза. Его радужка была иссиня черной, что означало, что у него эмоции, много эмоций, но я не чувствую ничего. Его способности не работают на мне.
   - Что ты чувствуешь? - спросила я. Вальехо прерывисто дышал.
   - Тебе сейчас просто нереально повезло, что ты необычный человек, Эн! - кричал на меня Вальехо.
   - Но ведь я... - где же это, мне же казалось, что я стала обычной!
   - Ты не знаешь, кто ты, верно? Эн, как же далеко ты зашла... Я просто... - он схватил мое лицо руками, в его глазах читалась ярость, я же просто не могла дышать. Но это были не эмоции Джейсона, не крудуса, это были мои эмоции.
   - Ну... - усмехнулась я. У меня все тело ныло от боли, но я чего-то ждала. Подсознательно, я даже знала, что это и не пыталась отрицать... Он тоже этого хочет, я чувствую.
   В этот момент Джейсон резко прижал меня к стене, его лицо было в дюйме от моего...
   - Для меня ты, как запретный плод, Эн... Я хочу... - я закрыла глаза, - забрать то, что не позволит тебе умереть, пока...
   Джейсон резко вытащил из моей руки кулон бабушки. Я не ожидала такого поворота. Я кинулась за ним, но он быстро вскочил на свой мотоцикл.
   - Кулон твоей бабушки, Эн! Не думай, что с его помощью станешь человеком! Ты просто ничего не знаешь, - кричал Вальехо из-за пыли, он издевался надо мной.
   - Так расскажи мне!
   - А разве у тебя нет друзей, которые сами все тебе расскажут? Ведь кто-то поведал тебе о договоре, о крудусах., - он уже завел мотор.
   - У меня нет друзей! Вальехо, ты врал мне все это время. Я с самого начала знала, кто ты!
   - Я тоже, - он развернулся и выехал со двора.
   Рев мотора на время оглушил меня. Я быстро открыла сумку, пока силы не покинули меня. Где эта чертова штука?!
   Зажигалка выпала из сумки, я осторожно её подняла. В воздухе все еще был запах газа. Возможно, в баре взорвался баллон или труба. Я взяла зажигалку в руку и резко открыла её.
   Холод стал медленно разливаться по телу, только я уже ничего не видела.
  
   Глава 7.
   Послание...
  
   Мне казалось, что я нахожусь в каком-то темном подвале. Но тут что-то мерно пикало, еще слышались отчетливо звуки падающих капель. Я с трудом открыла глаза и увидела перед собой белый потолок с приглушенной люминесцентной лампочкой. Сбоку все еще что-то пикало.
   До меня быстро дошло, что я нахожусь в больнице. Где еще так мерзко пикают приборы, а потолки настолько белые? Да еще этот запах бинтов вокруг...
   Я старалась вспомнить вчерашний день (или уже много времени прошло?). Последнее мое воспоминание кончается на искре моей зажигалки. До сих пор я не могла понять, что меня побудило совершить такой поступок? Наверно, я, как и крудусы, не имею сердца, раз повсюду от меня жди неприятностей, тем более погибают люди, не в чем неповинные люди.
   От моих горестных рассуждений прибор стал еще громче пикать. Сейчас точно кто-то прибежит.
   Не прошло и минуты, как в палату вошла медсестра - молодая девушка, на вид вообще не больше 18. Она мило мне улыбалась и проверяла показания на приборах.
   - Что со мной произошло? - мой голос показался мне слишком хриплым.
   - Не волнуйся, ты уже приходишь в норму, - ну я же не это спрашивала. - Ты пострадала от взрыва в баре... Тебе еще повезло, что была не в центре всех событий. Родилась, наверное, в рубашке. - Медсестра мило мне улыбнулась, но я не хотела огорчать её своей кислой миной. На самом деле я не рождалась ни в одной из счастливых рубашек. Все было с точностью наоборот. - Ну ладно, я не буду тебе мешать. Поправляйся и ни о чем плохом не думай. Я введу тебе снотворное.
   - Постой, - я не хотела сейчас выключаться. Мне нужно было узнать все и сразу, иначе как я потом бесследно уйду из города?
   - Да...
   - Тогда, в баре... там был запах газа. Кто-нибудь погиб? - я просто прижала молодую медсестру к месту своим взглядом.
   - Не думаю. Что тебе захочется сейчас это узнать. Лучше поспи, тебе надо поправляться, - она уже подошла ко мне со шприцом.
   - Нет! - я перехватила её руку своей правой рукой и тут вспомнилась еще одна очень важная деталь. По сути, моя рука, моя кисть, должна была быть в гипсе. Я удивленно её осматривала, будто ладонь вовсе была не моя.
   - Думаю, сейчас в самое время. Завтра все спросишь у главного врача, - девушка ввела мне иголку под кожу, вводя мне в кровь противное вещество, которое сразу заструилось по венам. Я почувствовала, как в голове словно кто-то выключил свет. Мне жутко захотелось спать, и я не заставила себя ждать.
  
   Глаза пришлось открыть резко, потому что мне показалось, что в бессознание я нахожусь слишком долго. Приборы уже были отключены от меня, лишь одна капельница была подключена к моей левой руке. Я все еще находилась в палате, в койке, все в том же непонятном состоянии. Желудок громко ворчал, показывая мне, что в нем достаточно давно не было никакой еды. Но я ждала врача, чтобы можно было все расспросить.
   Не успела я об этом подумать, как коренастый мужчина в белом халате вошел в мою палату. Он быстро окинул меня взглядом и что-то записал у себя в бланке.
   - Ну вот, вы пришли в себя, - слишком бодро сказал врач, будто я на самом деле была при смерти и тут внезапно вылечилась.
   - А сколько я уже здесь дней, мистер...
   - ...мистер О'Донел.
   Наконец-то мне попался человек с истинно ирландской фамилией.
   - Сколько? - я вопросительно взглянула на врача.
   - Всего полтора дня. Это удивительный случай, но вы, мисс, наверно, родились в рубашке. Так быстро от таких травм еще никто не вылечивался.
   Я опять сделала про себя замечание, что на самом деле я не счастливчик из лотереи. Если говорить о жизни, то я с успехом её проиграла, а теперь тяну время с отдачей долга.
   - Вы мне расскажите, что произошло, мистер О'Донел?
   - Конечно. Тогда в баре протек баллон с газом, но никто этого практически не заметил. Как видимо, алкоголь окончательно заглушил остаток здравого смысла у бедных людей. Проходящий мимо парень неаккуратно бросил окурок. Взрыв не заставил себя ждать, - я боялась даже представить, что стало с тем парнем. - В общем, в целом, так сказать, девять погибших от 21 года до 45 лет. Вам действительно повезло, мисс Эбигейл Макларен. Когда вас нашли, у вас всего лишь был ожог второй степени... но сейчас вы полностью здоровы. Удивительно, - последнюю фразу доктор будто добавил специально для себя.
   - Но где мои вещи? - я боялась за то, что полицейские могли забрать все самое драгоценное и не позволить мне выехать за пределы города, пока не кончится следствие.
   - Мисс, они в отделении. Я могу вам их принести, если хотите.
   - Конечно... но... разве я не участвую в следствии? Я же была там! Я же пострадавшая, - не верилось, что меня так просто отпустили.
   - Я не знаю, мисс, но, похоже, кто-то сделал так, чтобы следствие вас не затрагивалось. Я принесу вам вещи. - Доктор поспешно вышел из палаты, наверняка, чтобы избежать моих вопросов.
   Я уже догадывалась, кто тот человек, что вытащил меня из всего этого. Скорее всего, тот же, что и втянул меня во всю эту заваруху. Джейсон. Вальехо словно преследует меня. Явно для этого у него есть веская причина.
   Осмотревшись вокруг, я заметила алое яблоко на тумбочке возле кровати. Не думав даже о том, кто его оставил, я схватила его свободной рукой и вгрызлась в сочную мякоть. Сок заструился по лицу, а на языке почувствовался долгожданный вкус еды.
   Ну что же Эн, ты вляпалась по полной. Никто и никогда в жизни до тебя не мог похвастаться такими приключениями с бессердечными крудусами и сумасшедшими вещами. Я была словно в сказке, только вот сказка была не доброй и явно без счастливого хэппи-энда. Мне осталось жить всего семь месяцев. Не так мало, но и не так много, если сравнивать с жизнью. Хотя, сейчас мне осталось жить гораздо меньше. Меня хотели убить, даже не так - меня убьют, куда бы я не бежала, как бы долго не оттягивала момент встречи с шайкой мстительных крудусов. Они повсюду, словно уже весь мир в их власти. И самое печальное - обычные люди даже не подозревают об их существовании. Загадочные смерти, люди, умирающие без причин - это не просто воля судьбы, это все капризы полулюдей. И им нужна я. По каким причинам они объявили на меня охоту? В своей жизни я ничего плохого не делала, по крайней мере, два года назад точно. А теперь они словно с цепи сорвались.
   Доктор пришел достаточно быстро, неся в руках мои вещи и сумку. Он аккуратно положил все это на тумбочку, отключил у меня капельницу и сказал, что свою страховку я могу забрать у медсестры. Врач быстро удалился из палаты, пожелав мне счастливых дней.
   Встав с постели, я почувствовала, как стали хрустеть кости в разных частях тела. Длительная лежанка точно не для меня. Я с удовольствием скинула с себя больничную сорочку и переоделась в свою одежду. Когда я стала стягивать с тумбочки олимпийку, то на пол мягко приземлилась маленькая бумажка. Только этого мне не хватало. Хотелось уйти, просто сделав вид, что ничего не заметила, но любопытство так и распирало меня. Подняв листик, я прочитала:
   Сегодня в 4 часа я жду тебя с зажигалкой возле твоего дома. Если не хочешь, чтобы крудусы узнали, куда ты направляешься, лучше не опаздывай.

В.

   Даже тут Вальехо не хотел оставить меня в покое. Я еще когда-то сомневалась в том, что он не крудус. Теперь я просто не могла допустить такую ошибку. Они все такие - они все сделают для себя любимого, на чужие чувства, как и переживания, им просто наплевать.
   Скомкав злосчастный клочок, я закинула его под койку. Вальехо думает, что я просто так пойду к нему навстречу, отдам ему все вещи, которые меня хоть как-то связывают с бабушкой, с её миром? С миром Микки? Я поступлю лучше, не приду к нему, не позволю сделать из меня марионетку. Да и откуда он может знать, куда я направляюсь? Дублин... о нем знал только мой бывший сосед.
   Точно, я совершенно забыла о величественной способности крудусов убивать людей своими эмоциями. Джейсон, наверняка этим воспользовался, чтобы напасть на мой след. Опять из-за меня пострадал человек, самый обычный. Я не хочу никому зла, но оно само идет за мной по пятам, разрушая всё вокруг. И мне не уйти от этого.
   Я быстро проверила сумку на наличие важных мне вещей. Всё, включая зажигалку и документы, было при мне. Теперь осталось только одно - незаметно уехать из города.
   В коридоре больницы практически никого не было, а если кто и был, то не обращал на меня никакого внимания. Я двигалась почти бесшумно, склоняя голову, чтобы меня никто не узнал. Подойдя к регистрационной и назвав своё имя, я попросила обратно свою страховку. Мне бы прекрасно жилось и без нее, но кто знает, что будет в Дублине. У меня не было с собой ничего другого, кроме фальшивого имени и фальшивых бумажек. Удивительно, как консульство России и Ирландии пропустило меня на самолет и вообще дало мне визу. Но это все дело рук моего переводчика. Точно, о нем как раз сейчас и стоило беспокоиться...
   - Мисс Макларен? - кто-то вырвал меня из размышлений. Я слышала, как этот кто-то быстро приближался ко мне. Повернувшись, я увидела ту самую медсестру, что недавно проверяла мои приборы.
   - Что-то случилось? - тихо спросила я, не привлекая внимание.
   - Нет, все хорошо. Просто я не увидела, как вы уходили. Это попросил вам передать какой-то мужчина.
   Какой мужчина? Если она под этим что-то плохое подразумевала, то я ни в чем не виновата. Из знакомых мужчин у меня только молодые парни, хотя тех и то так сложно было назвать... По возрасту некоторые крудусы годились мне в дедушки, о других я боялась думать. Если эта записка тоже принадлежала Джейсону, то я выкину её в ближайшее мусорное ведро, даже не прочитав.
   - Сколько ему было лет? - наверно, это один из самых глупых вопросов в такой ситуации.
   - Не знаю, лет сорок... высокий такой мужчина, - видимо, медсестре он не сильно понравился. - У него глаза, как у вас.
   Мне казалось, что я перестала дышать. Этого не могло быть, просто не могло.
   - Как он выглядел?! - я ухватилась за рукава халата медсестры, не отпуская её ни на шаг.
   - Ну лет сорок, высокий. У него еще такие темные густые волосы, темно-коричневые. Он выглядел не важно, в какой-то черной облезлой куртке. Хмурый такой, с прямым носом вроде, и еще небольшой шрам над левой бровью. А, ну еще он был не брит, причем достаточно давно. Разве это имеет какое-то значение? - недоуменно спросила медсестра.
   Для нее никакого значения нет. Но не для меня. Потому что только один человек имеет такого же цвета глаза и волосы, и только этот человек имеет шрам над левой бровью. Мой отец.
   Я окончательно перестала дышать, словно кто-то щипцами стянул мне легкие. Мне было невероятно больно. Мне было больно осознавать, что мой отец был тут, он видел меня, возможно и подходил ко мне. Мы находились друг от друга на расстоянии всего в несколько футов. Я не могла поверить во все это.
   Медсестра удивленно на меня смотрела, пока я все еще держала её за рукав халата. Она, наверно, думает, что я сумасшедшая. Ей не понять моих чувств. Пришлось отпустить бедную девушку.
   - Спасибо, большое спасибо... - тихо прошептала я и выхватила из её рук небольшой белый конверт.
   Я бежала от больницы, от того места, где был он. Только когда бок стал колоть, а воздуха явно не хватало, пришлось остановиться. Я была недалеко от дома Лены. Но я точно не собиралась туда идти, поэтому свернула в ближайший проем между домами.
   Глаза уже стали наполняться слезами, хотя я обещала себе никогда больше не плакать. Спустившись по стенке на холодную асфальтированную поверхность, я стала рассматривать конверт.
   Он был без подписи. Просто желтоватая бумажка, крепко запечатанная. Я не стала терять времени и аккуратно разорвала конверт. Передо мной был небольшой листик, исписанный красивым наклонным почерком моего отца. Я не часто видела, как он что-либо пишет, но эти буквы я узнавала везде. Со смерти бабушки я ни за кем так больше не следила.
  
   Я, наконец, тебя увидел, Энни.
  
   Строки уже стали сливаться перед глазами, и крупная слеза упала на конверт.
  
   Здравствуй, моя дорогая. Энни.
   Прости меня. Я оставляю тебе это письмо, в надежде, что оно окажется именно у тебя в руках.
  
   Моя милая Энни, ты помнишь тот день, я знаю. Анна сказала, что я немедленно должен уехать из города. Она мне ничего не объяснила так же, как и тебе. Я собирался уехать в Англию, к своим друзьям... Энни, я, правда, ничего не знал. Если бы была возможность все изменить... Я бы вернулся в тот день и забрал тебя. Я бы поехал другой дорогой, взял бы другую машину. Но теперь уже поздно - мне ничего не изменить.
  
   Они перехватили меня на трасе. Эти люди... Ты не представляешь, как тогда мне было плохо. Мне хватало одного их взгляда, полного ненависти, для того, чтобы чувствовать, как жизнь уходит из меня. Я просто потерял сознание.
  
   Эти люди забрали меня. Они сказали, что я буду тебя удерживать, что из-за меня ты не сможешь далеко от них уйти. Энни, они хотят твоей смерти.
  
   Пока я был у них, пытался выяснить как можно больше об их планах. Энни, это не люди. Это существа, наделенные сверхъестественными способностями. Они не стареют. И самое главное, я видел, у них нет сердца. Не думай, я не шучу. Энни, пожалуйста, попытайся как можно скорее уехать из этого города. Эти существа хотят тебя найти. Они говорят, что ты, как ядерная бомба. Они боятся тебя, поэтому и хотят убить. Я хотел защитить тебя. Говорил, что ты самая обычная девочка. Но они сказали, что ни Сьюзи, ни Анна не были обычными людьми. Они такие же... Они не люди.
  
   Энни, ты хочешь знать, что было потом со мной? Я сбежал от них. Моей охране эти существа не уделяли должного внимания. Тем более, я нашел способ, как противостоять их убивающей силе. И вот теперь, я постоянно передвигаюсь. Я пытался отследить их путь, твой путь. Они постоянно куда-то идут. Их много, очень много. Они делятся на группы, чтобы найти тебя. Когда ты была в России, они пришли ко мне и сказали, что нашли тебя, что теперь все закончится... Для тебя и для меня. Но там что-то произошло. Поэтому я и смог сбежать. У них, в их зверином обществе, что-то происходит. Видимо, нашелся сильный бунтарь против их порядков.
  
   Я знал, что они тебя все равно не оставят, но я не мог тебя найти. Тот город, куда якобы тебя послала Анна - он не существует. Ни на карте, ни в поисковых системах. Его просто не было. Я до сих пор не знаю, что это. Видимо, какое-то засекреченное место.
  
   Энни, со мной связался молодой человек. Он сказал, что не причинит тебе вреда. Он поможет тебе, только если ты не будешь ему сопротивляться. Я ему верю, потому что это он помог мне встретить тебя здесь. Этот молодой человек указал координаты и как тебя сейчас зовут. Энни, я уверен, он поможет. Хотя он тоже из тех людей... Но он не бунтарь, не тот человек, который нарушает их порядки. Там кто-то другой.
  
   Я долгое время следил за тобой. Ты изменилась, Эн. Они тебя изменили. Мне жаль, что я не могу прямо с тобой поговорить. Потому что они тут, они в этом городе. Эти нашли тебя. Но я отвлек их. Теперь они пытаются найти мой след. И пока они это делают, убирайся из города! Энни, как только прочтешь это письмо - немедленно уходи!
  
   И еще... Тот бармен, Джейсон Вальехо. Я знаю, кто он. Это существо не принадлежит к той группировке, что следит за тобой. Ему нужно кое-что другое. Не верь ему, Энни. Прошу тебя, будь осторожна. Люблю тебя.
  
   Твой всегда верный друг и отец Конан А.
  
   P.S. Не ищи меня. Никогда.
  
   - Нет... - прошептала я.
   Этого же просто не может быть! Это ведь он, действительно он! Мой отец... Он теперь все узнал, даже раньше меня. Но он не рассказал. Ничего мне не сказал! Папа мог бы со мной как-нибудь связаться, когда убежал от них, когда был рядом со мной... всегда. Он предал меня... Он боялся за меня? Ни за что! Если бы он действительно хотел мне помочь, то сделал бы это, когда только освободился от них. Он мог бы забрать меня с собой.
   Для меня это казалось двойным предательством. Я все время жила в неведенье, но никто не осмелился мне ничего сказать. Бабушка говорила, что я не простая, но каким образом это помогло мне?!
   Скомкав конверт и записку, я уже хотела кинуть их подальше в темное пространство, как маленький кусочек бумажки осветился на солнце, и я увидела несколько четких букв. Они были словно чем-то выжжены в бумаге.
   Мистер Градери
   Для меня эти слова ровным счетом ничего не значили. Но что они делают на записке папы? Он ли их оставил? Я никогда не слышала о человеке с такой фамилией и тем более не представляла, где он может находиться. Да и зачем он мне понадобился?
   Подсознание подсказывало, что эти два слова были тут не просто так. Тем более, если бы не моя кратковременная ярость, я бы никогда не смогла их заметить.
   Слез уже не было, как и злости на предательство папы. Теперь я точно не знала, чего хотела. Выжить любой ценой? Да. Ради папы, ради Эрн, ради Микки и моей бабушки. Если последние два поплатились своей жизнью ради моей, значит, я действительно должна жить. Но одновременно мне совершенно не хотелось убегать, прятаться от этих крудусов. Я хотела встретиться с ними лицом к лицу, посмотреть всем им в глаза. Я хотела причинить им такую же боль, как они причинили мне.
   Волна ненависти к этим полулюдям стала расходиться по телу волной. Я ненавидела их каждого, до одного. Любого представителя этого несуществующего рода. Но были исключения. Но их уже нет в живых.
   Точно!
   Если моя бабушка и Микки как-то умерли, если их действительно убили, значит, что они не бессмертны. Существует способ, чтобы убить, вычеркнуть из жизни крудусов. Я и раньше задавалась таким вопросом, но теперь просто не остается сомнений. Есть что-то, чему они не могут противостоять. И я узнаю, что это.
   Волна ненависти достигла своего апогея. Холод внутри меня дрожал, и по всему телу я чувствовала небольшой электрический разряд. Он прокатывался по коже, покалывая её в разных местах. Это было так... необычно. Тут из меня вырвалась словно какая-то волна, ослепив глаза чем-то ярким.
   Меня будто распластали по стенке. Руки и ноги дрожали от страха. Что это было? Приступ ненависти? Но он был осязаем, он был виден мне. Такое уже происходило, когда я жила в доме комиссара. Это было на Новый Год, когда Райану стало плохо. Но я всегда отгоняла мысль, что в этом всем была моя вина. Сердечный приступ, с кем не бывает...
   Но я не могла сказать ничего точного. Все метаморфозы, что происходят со мной - им просто нет объяснения. Возможно, кто-то из представителей крудусов сможет мне это объяснить. И я точно знала, кто бы смог.
   Она всегда это знала, ведь была такая же, как они все. Ей удачно удавалось скрывать это от меня. Она делала вид, что обычная, что просто не терпит меня. Я её раздражала. Она ненавидела меня. Но она все знает обо мне. Оно моя мать - только Анна сможет мне всё объяснить.
   Но как мне её найти? Наша вражда с моего рождения оставила плохой след на наших отношениях. Даже сейчас, когда я нахожусь в довольно трудной ситуации, я бы не смогла попросить у неё помощи. Анна Андельсон для меня просто не существует.
   От этих мыслей мне стало еще хуже. Я сидела на асфальте, прислонившись спиной к прохладной стенке. Я не знала, что мне решить. Что мне делать? Я просто разрывалась. Мне хотелось найти отца, попросить у него объяснения, остаться рядом с ним. Но теперь и я боялась, что могу сделать ему больно. Особенно после того, что случилось сейчас. Эта сила растет, и холод тому подтверждение.
   А еще мне хотелось найти выход из всей этой ситуации. Если бы только можно было избавиться от этой моей странной особенности. Я бы стала обычным человеком, навсегда.
   Поднявшись, я отряхнула с себя пыль. Мне предстояло выехать в другой город, в другое графство Ирландии и затеряться там как можно быстрее. Но я хочу, чтобы меня нашел Леон. Я этого действительно хотела больше всего в данный момент. Мне хотелось увидеть этого ненормального переводчика и потребовать объяснений.
   Я вспомнила своё пребывание в России. Тот день, когда в меня "впиталась" часть тумана. На самом ли деле так было? Ведь я чувствовала, как он пробирается под свитер, проскальзывает через мою кожу, становится частью моей крови, частью меня. Почему это произошло? Может, на самом деле это не из-за тумана? Может, эта способность всегда была во мне, но я не хотела замечать её?
   И опять в голове были одни вопросы без ответов. Сложно было не запутаться во всем этом. Всегда есть недопонимание. И я не понимаю себя... Как будто это мое тело вовсе не принадлежит мне.
   Я вспомнила, что раньше моё внутреннее "я" очень любило дать мне совет, но сейчас оно куда-то пропало. Теперь я точно совершенно одна. Одиночество - это мое проклятие.
   Аккуратно сложив папино послание, я положила его в карман олимпийки. Когда буду ехать в автобусе, постараюсь изучить это письмо. Возможно, отец оставил еще какие-нибудь записи, которых я не увидела.
   На улице стояла слишком хорошая погода для этого острова. Солнце ярко светило над головой, отчего хотелось плотнее укрыться в олимпийку, чтобы тебя точно никто не заметил.
   Мне потребовалось несколько минут, чтобы окончательно успокоиться. Нужно было слиться со здешним народом настолько, насколько это было возможно. Большинство ходило тихо, не спеша. Мне же хотелось постоянно бежать, бежать подальше от этих людей, от этих мест.
   Пришлось приложить немало усилий, чтобы идти спокойно. Я прямо чувствовала, как мои кеды отрываются от земли, как им хочется быстрее идти.
   Отлично, вот я уже стала разговаривать с обувью. Мне уже давно было пора самой лично пойти в психиатрическую лечебницу и признаться в том, что для меня теперь каждая неживая вещь становится живой. Что я вижу синие блики, исходящие из меня, и еще по моим венам течет мерзкий холод. Интересно, насколько бы меня посадили в камеру для особо умалишенных? Наверно, навсегда...
   Я усмехнулась своим мыслям. Действительно, какой здоровый человек будет мечтать о такой камере?
   Я шла вдоль улиц, отчаянно всматриваясь в окружающих. Мне было сложно различить "нормальных" людей от "ненормальных". Крудус или нет - для меня все одинаковы. Вот странная девушка постоянно осматривается по сторонам, кого-то ища в толпе гуляк. Она может быть совершенно обычной, а может быть и крудусом. Её взгляд прошелся по мне. Но она даже не обратила на меня внимание. Для нее я была простая здешняя девушка. И в тайне я надеялась, что точно так же думают и все крудусы, когда ненароком видят меня в толпе. Действительно, что здесь может меня выдать?
   И как только я об этом подумала, то наткнулась взглядом опять на ту девушку, которая теперь почему-то была на другой стороне улицы. Она шла в шаг со мной, постоянно глядя на меня. Краем глаза я видела, как она достает телефон и кому-то звонит.
   Я сделала вид, что меня это совершенно не интересует. Мало ли что ей надо? Но тут по спине прошелся холодок, словно кто-то сверлил меня взглядом. Я обернулась. Теперь эта девушка шла точно за мной. Она нагоняла меня.
   Теперь у меня не оставалось сомнений, что она не просто человек. Страх сковал мне горло. Я не могла даже прохрипеть, не то что закричать. Как она меня нашла? Как она смогла меня разглядеть?
   Мне пришлось прибавить шагу. Я пробиралась сквозь толпу людей. Она точно шла за мной. Она крудус. И она ищет меня!
   Теперь мною окончательно завладел страх. Адреналин рекой полился в кровь. Теперь вместе с холодом по всему телу я чувствовала будоражащую дрожь, которая заставляла меня каждые несколько секунд вздрагивать. Я еще раз обернулась и увидела яркие черные глаза этой на вид обычной девушки. Она криво улыбалась, давая мне понять, что я не смогу бежать. И она была права в какой-то степени.
   Крудусы нашли меня. Теперь они знают, как я выгляжу. Но как они меня нашли?
   Я случайно взглянула в отражение одной из витрин магазина слева от меня. На меня смотрела обычная девушка, вот только глаза были через чур черные. Не просто темно-карие, как часто бывает у нормальных людей, а именно черные, каких в природе не существует. Точно! Я ведь даже не подумала, что когда произошла та вспышка моих эмоций - глаза могли поменять свой цвет. Я давно заметила, что это происходит, когда эта странная сила становится больше меня, завладевает моим телом.
   "Беги!" - кричал мой внутренний голос. А я еще жаловалась, что он исчез.
   Но теперь я точно к нему прислушалась, и через секунду уже перебежала на другую сторону улицы и завернула за угол. Этот район города я плохо знала, и попасть в тупик было очень легко.
   Я вывернула на какой-то заброшенный район. Но ведь мне нужно к центру! Оглянувшись назад, я никого не увидела. Эта девушка больше не преследовала меня. Возможно, она решила, что я простая. Не такая, как они...
   Переведя дыхание, я смогла, наконец, остановиться возле заброшенного сарая. Если мне действительно повезло, то этот крудус принял меня за случайную слишком трусливую местную, а если не повезло, то она позвонила остальным крудусам. Второй вариант мне крайне не нравился.
   Я вытащила из кармана папино письмо и еще раз поднесла его к солнцу.
  
   Мистер Градери
  
   А если это тот человек, который мне поможет? Что, если он мне все расскажет, и папа специально написал его имя именно так? Но где я должна искать этого мистера?
   На листке больше не было никаких зашифрованных записей. Я положила его обратно в карман. Сейчас мне стоило думать не об этом. Любой ценой нужно было попасть на автостанцию и купить билет до Дублина. А если единственный автобус уже отъехал? Что, если мне опять не повезло?
   Последние мысли я откинула в сторону. Если потребуется, пойду пешком. Расстояние то всего где-то семьдесят три мили. Доберусь за неделю. Правда, без еды и воды я на третий день уже упаду где-то посреди дороги.
   Я старалась идти вдоль домов, чтобы не сбиваться с пути. Мне следовало давно выйти из этого района, чтобы спокойно добраться до автостанции, а не блуждать в безлюдной местности.
   Через пару домов я так и сделала. Выйти на центральную улицу оказалось несложно. Я не сильно сбилась с пути и не забрела в тупик. В сумке лежала карта, но я не осмеливалась вытаскивать её. Если люди меня с ней заметят, то точно подумают, что я не местная.
   Через полчаса хождения по наполненной людьми улице, я окончательно поняла, что заблудилась. Можно было идти бесконечно прямо и куда-нибудь все-таки прийти. Солнце в это время светило прямо над головой. На улице стало не удивление слишком жарко. Пришлось снять олимпийку, но даже в комбинезоне и водолазке было слишком жарко, словно кто-то включил на улице отопление. Но я боялась снимать водолазку, так как погода могла в любой момент поменяться.
   - Извините, сэр, вы не подскажите, как далеко отсюда до автостанции? - я подошла к старичку, который сидел на лавке возле дороги.
   - Да, да... Милая, тут всего минут 10 ходьбы. Иди прямо. Станция через мост.
   Ну что же, я действительно не так далеко ушла. На душе стало намного спокойнее, когда я увидела мост и недалеко от него остановку, за которой стояло небольшое здание. Там было не так много людей, но судя по количеству автобусов - это была автостанция.
   За мной уже никто не бегал и не следил. По крайней мере, я так думала. Подойдя к женщине с чемоданами, я осторожно спросила:
   - Извините, мэм. Вы не подскажите, когда будет автобус в Дублин? И где покупать билеты... - но я не смогла продолжить, так как женщина меня перебила.
   - Девочка, он перед тобой. И билет покупают у водителя, если ты не знала.
   Все же, некоторые люди в этом городе особой добротой не отличаются.
   На дороге стоял большой автобус, довольно новый. Стекла ярко отражали солнце, что ничего не было видно внутри салона. Руль был с правой стороны, что для меня стало довольно необычно. Я уже ни раз ездила на автобусе, но так и не смогла привыкнуть к такому странному для меня расположению. Подойдя к автобусу, я стала доставать деньги.
   - Сколько стоит билет? - спросила я у водителя, вальяжно развалившегося на сидение.
   - Для тебя 5 евро!
   Сколько?! У меня всего было не больше 8 евро, но мне нужно было еще как-то жить в большом городе!
   - А если в долларах? - спросила я.
   - Я не беру доллары. Можешь отослать их своему американскому президенту. Я беру только в евро, - засмеялся водитель. Мне хотелось просто придушить его. Он не может обломать мою последнюю попытку скрыться от крудусов! Почему он не берет доллары?! Никто же не против!
   - Дайте нам два билета, - холодная рука коснулась сзади моего плеча. Я знала этот голос. И я знала, кому он принадлежит.
   - Спасибо, я обойдусь! - я попыталась оттолкнуть Вальехо, который мертвой хваткой вцепился в мое плечо. Но он не отпускал. Купив билеты, он толкнул меня в салон. Пришлось повиноваться.
   Мы сели в середине салона. Вальехо уступил мне место у окна, а сам сел рядом. Повисло молчание. Я не хотела ничего говорить. Со мной рядом сидело существо, которому мой отец советовал не доверять. А я всегда слушала своего папу.
   - Ну что же, ты, видимо, решила от меня сбежать. Браво, Энни! Как раз вовремя. Тут везде ходят твои дружки, - нарушил молчание Вальехо. Я не отвечала. - Значит, решила молчать. Эн, - Джейсон схватил меня за руку, - отдай мне зажигалку.
   Джейсона буквально трясло в ярости. Конечно, крудусов не часто обманывают какие-то там простые девочки, на которых их сила не действует.
   Я осмотрелась вокруг. В салоне кроме нас никого не было. Я понимала почему - всем стало вдруг разом плохо. Но Джейсона это не волновало. Его не беспокоило то, что он может убить человека, особенно в таком приступе, когда его просто переполняют эмоции. Он все сильнее сжимал мою руку. Вальехо часто дышал, закрыв глаза.
   - Отпусти! - закричала я, но Джейсон быстро закрыл мне рот другой рукой. Мы сидели теперь в неестественной позе.
   - Прошу, Энни, отдай её мне! Я сделаю все, что скажешь, только отдай, - Вальехо открыл мне рот и расслабил хватку на руке.
   - Отдай кулон моей бабушки, Вальехо!
   - Я не могу. Они тебя убьют, - жалобно простонал Вальехо. Я уставилась на него.
   - О да, они меня убьют и заберут кулон. Ты этого боишься? - с сарказмом спросила я. Играем тут в "кто больше расскажет".
   - Когда он у тебя, ты становишься человеком. Так им тебя достаточно просто застрелить, чтобы ты больше никогда не вернулась.
   Этого Джейсон мог мне и не говорить, я и без него давно это поняла. Как будто моя сломанная рука тогда ничего ему не сказала. Видимо, он не очень догадлив.
   - Это не вариант. Пусть убивают, Джейсон! Они итак убили всех дорогих мне людей. Вы их убили! - я опять готова была сорваться на крик. К глазам уже подступали слезы.
   - Мы никого не убивали.
   - А разве вы, крудусы, не убийцы? Разве вы не убиваете нормальных людей своими эмоциями?! Я это видела и не раз. А сейчас куда все люди из салона делись, скажи? Неужели им всем случайно стало одним разом плохо? Это все ты, это все твоя сущность. Вы не люди!
   - Я знаю это. Но я такой же человек, как и ты. Не заметила? Ты тоже входишь в наш род, - Вальехо внезапно засмеялся. Что его рассмешило? Я не они! Я никого не убиваю.
   - Я не такая, как вы. Я не крудус, - прошипела я.
   - И тебе ни разу не приходила такая мысль в голову? Ты ни разу не давала себе утверждение, что такая же нечеловечная, как мы?
   Я посмотрела в окно, на всех тех людей, что стояли там. Кто-то курил, осторожно стряхивая пепел на асфальт, кто-то сжимал свою маленькую собачку в руках, чтобы та не дергалась. Они все заняты обычными делами. Их не волнует то, что сейчас среди них могут находиться не люди.
   И ведь он был прав. Сколько раз мне уже приходила мысль, что я тоже крудус? Но ведь у меня есть одна отличительная способность. У меня есть сердце.
   - Я не могу отдать тебе зажигалку, пока ты не отдашь мне кулон бабушки.
   - Энни! - Джейсон ударил кулаком сидение перед собой.
   - Что, Джейсон? Не хочешь выполнять мои условия? Ты мне ничего не сделаешь. Вы все такие - думаете, что можете запугать, причинить вред. На самом деле вы ничтожны. Если бы не ваша способность - вас бы давно не было.
   - Этот кулон необычный. Несколько сотен лет назад, когда только появились такие, как мы, Элоиз нашел камень, очень похожий на серебро. На вид ничем не отличается от серебряного драгоценного камня, только вот для нас это не просто украшение. Камень давал нам великую возможность - стать человеком. Понимаешь? Я могу жить вечно, могу молодеть, могу стареть, но не могу находиться среди обычных людей. Но с этим камнем я становлюсь человеком. Как вон те, - Вальехо кинул взгляд за окно. - И я хочу получить зажигалку обратно, так как она из того самого камня.
   Я сидела, почти не дыша, пытаясь усвоить новую для меня информацию. Это просто невероятно. Что это за камень? Как много из него сделано всяких вещей... И насколько широкие возможности для крудуса такие вещи дают. Но у меня не укладывалось в голове, как они могут стать людьми, если не имеют сердца.
   - Значит, ты можешь стать человеком с этой вещицей? Но как же... у тебя нет сердца, - я недоумевала. Еще долго не смогу понять их мир.
   - Она блокирует только некоторые мои возможности. Можно сказать, самую главную и самую неприятную для нас. Ты можешь мне доверять, Энни. Я говорю правду. Раз тебя все равно собираются убить, мне не за чем все скрывать.
   Я молчала. Где-то глубоко внутри ухнуло сердце. Я не знала, что мне теперь делать. Отдать ли Вальехо зажигалку или оставить. Почему она вообще так действует на них? А особенно на меня...
   - И почему же тогда сейчас всем стало плохо? Зажигалка же тут, рядом. Она должна была... нейтрализовать твои силы.
   - Она должна быть со мной. Рядом. Она должна прикасаться к моему телу, - ответил Джейсон. Вот почему он мог работать барменом. Но потом он потерял эту зажигалку и перестал ходить на работу.
   - А кулон? Кулон Сьюзи тоже сделан из этого камня? - мне не терпелось получить ответы на все свои вопросы, но приходилось тщательно обдумывать свои предложения.
   - Кулон... имеет немного другие свойства. И он не со мной. Уже день, как он на другом конце... Так что лучше отдай мне зажигалку, чтобы я смог поехать с тобой. Ты видишь, если я немного занервничаю, то всем будет плохо. И это будет твоя вина.
   Как раз в это время за окном появилась молодая девушка с младенцем на руках. Она шла сюда, в этот автобус, где сейчас находилось существо, которое за несколько секунд может их убить. Я не желала ничьей смерти, и Джейсон это прекрасно знал. Поэтому он и зашел сюда со мной.
   - Но ведь ты можешь как-то держаться? Не испытывать эмоций? Быть просто равнодушным, как Ле... Не важно. Вы ведь можете научиться контролировать себя? - ведь переводчик как-то умел это делать. Он прекрасно держался на людях, и никому плохо от этого не было.
   - Давай подумаем. Ты идешь по улице и видишь красивого молодого парня. Неужели ты ничего к нему не испытаешь? Даже симпатию? А если он посмотрит на тебя... Если обратит внимание, подойдет? Человек всегда испытывает какие-то эмоции, насколько бы сильно не старался себя держать. А с тобой держать себя вообще не удается, - Джейсон спокойно мне все это рассказывал, даже не боясь расплаты. Ведь они должны убить его за это? За то, что он раскрывает мне свои секреты, свои тайны?
   Девушка с ребенком уже подошла к водителю на улице. Она хотела купить билет и вот-вот зайдет сюда. Я не могла больше ждать. Быстро раскрыв сумку, я вытащила зажигалку, нечаянно задев шкатулку. Она немного покосилась и наровилась вывалиться из сумки, но я уже успела достать зажигалку и положить в руки Вальехо. Девушка с ребенком и водителем как раз в этот момент вошли в автобус.
   - Откуда она у тебя? - Джейсон смотрел мне в сумку, пока я запихивала вещи обратно. О чем он говорит? У меня много вещей в сумке.
   - Ты о чем? - ему не надоело все у меня расспрашивать?
   - О шкатулке. Откуда она у тебя?
   - Ты не попугай. Хватит повторять, я уже слышала этот вопрос. Неоткуда. Понял. Я ничего не скажу.
   Вальехо взял пальцами зажигалку и стал крутить перед моим носом. Я не понимала его намерений. Он то открывал, то закрывал её, выпуская огоньки. Потом он потянулся назад, и зажигалка плавно выскользнула из его рук. В мгновение я поняла все его планы.
   Ребенок на руках девушки стал истошно кричать, будто его резали. Он извивался в руках матери, плакал и кричал. Водитель ухватился за сердце и бегом полез в аптечку за лекарствами. Девушка, кажется, тоже готова была упасть замертво.
   Теперь я действительно поняла весь масштаб этой ситуации. Вот какая у них сила. Убивающая, медленно или быстро, заставляющего человека страдать, даже самого здорового. Она нарастает, доставляет боль. Ты думаешь, что с тобой что-то не так происходит. Внезапная боль пронзает каждую клеточку твоего тела...
   Я больше не ждала, а вывернулась и быстро достала из-под сидения зажигалку и положила обратно в руки Вальехо.
   - Мне её подарили, - сдалась я, видя, как женщина и ребенок приходят в норму. Ребенок теперь только всхлипывал от испуга.
   - Кто подарил? - пытал меня Джейсон, и я просто не могла ему не отвечать. Теперь ситуация полностью зависит от него. Когда у него эта зажигалка, он может спрашивать у меня все. И мне придется рассказать.
   - Он такой же, как ты. Он крудус.
   - Где он сейчас? - кажется, что его вопросы не прекратятся.
   - Его нет, - Боже, Вальехо, остановись.
   - Что с ним?
   - Он умер... - с глаз стали капать слезы. Я не хотела плакать, но просто не могла все сдержать в себе. В такой момент легко можно понять, каково быть крудусом. Ты можешь жить только среди своих, чтобы не причинит людям вред. И ты постоянно должен соблюдать правила. Всю жизнь. Бесконечно.
   - Он не мог умереть, Эн, если только у него не было какой-то вещи из брунита. Что у него было? - я чувствовала пристальный взгляд Джейсона на себе.
   - Я не знаю! Он ничего не говорил! Постоянно эти загадки. Он дал мне и кулон бабушки и эту шкатулку. Говорил, что со временем я сама все пойму! И он умер из-за меня! Из-за того, что все это делал, что пытался мне сказать, кто я на самом деле! Почему вы не хотите мне просто рассказать, все рассказать? Что вам терять? - я начала всхлипывать. В глазах все плыло из-за слез. Что сейчас важно, а что нет? Это все не имеет значение. Их нет, Сьюзи и Микка больше нет.
   - Кто-то забрал эти вещи. Их убили не просто так, Энни. У них было что-то важное, слишком важное, - Вальехо обнял меня за плечи, но от этого лучше не становилось.
   - Их убили из-за меня! Их всех убивают из-за меня. Джеки тоже убили, потому что он попытался мне рассказать правду. Они хотели убить Кэт, убить моего отца, Эрн! Почему они делают плохо им, почему не мне?!
   - Существует всего восемь вещей из брунита, того самого камня. Каждый из них по-своему особенный, но для нас они имеют практически одно и тоже действие. Кулон, зажигалка, ожерелье... Элоиз раздал их только самым важным для себя людей. И если его кто-то подводил - он их убивал. И сейчас убивает. Сьюзан Петтисет - она была знаменитостью среди крудусов. Она была правой рукой Элоиза. Возможно, она что-то сделала не так, предала его. Мы не знаем, кто её убил. Все думали, что её никто не посмеет тронуть, потому что она была хранителем д... В общем, это не она. Я не знаю, что там у них происходит. Но Элоиз объявил охоту на тебя. И не только он, - Джейсон усмехнулся.
   - И что ты этим хочешь сказать? Есть еще 6 вещей, способные нейтрализовать ваши способности? - я подняла на него заплаканные глаза.
   - Я хочу сказать, что на тебя они тоже действуют. И твоя бабушка это знала. Но у них что-то произошло. Я не знаю. Никто из нас не знает. Ты им нужна, потому что являешься потомком Петтисетов. Я не хочу тебя оставлять среди них, зная, что они могут тебя убить, что могут завладеть твоей... Эн, ты от меня теперь не отвяжешься.
   - Но моя бабушка... Что она сделала? О чем ты? Хранитель чего она была? - я вспомнила одно из своих видений, где тоже один человек упомянул, что бабушка была хранителем.
   - Это не так важно. Эта шкатулка. Она сделана из камня, в котором был камень брунит. Понимаешь? Если вещь из брунита положить внутрь, то она потеряет свои способности. Она захоронит брунит в себе, как это было раньше... И никто из нас не сможет её открыть. Мы потеряем последнюю надежду на жизнь среди людей.
   - Значит, эта шкатулка очень важна? Для всех вас? Если человек соберет все вещи из брунита и положит их в шкатулку, то все? Вы не сможете стать людьми? - я не могла поверить своим ушам. Джейсон все это мне рассказал.
   Микки хотел это сделать! Он хотел собрать все вещи из брунита и положить в шкатулку. Хотел уничтожить крудусов морально.
   - Нет, мы не сможем стать людьми. Начнутся вещи, о которых лучше не думать. Мы не сможем все время сидеть одни, взаперти. Нам также нужна еда, вода... Жить как первобытные нам не по силам. Крудус все еще имеет человеческие чувства. И от вечного однообразия сходит с ума, убивает... Поэтому Элоиз никогда не держал вещи из брунита вместе. Теперь, я думаю, он об этом сожалеет.
   - У кого остальные вещи? - мои мысли немного прояснились. Возможно, Мик хотел отдать все вещи мне, все бруниты. Он отдал мне шкатулку... Отдал кулон. Но он не успел.
   - Я не знаю.
   - Где кулон?
   - В надежном месте.
   - Так вы делитесь?
   Молчание. Этот вопрос поставил Джейсона в тупик. Он, не осознавая, сам подтвердил, что крудусы делятся. Но кто из них хороший, а кто плохой? Зачем им это надо, когда им вместе было бы жить намного легче. Да и какую цель они преследуют?
  
   Я не помнила, когда уснула. Сейчас я лежала на плече у Джейсона, который наблюдал за проходом в салоне. Что-то произошло - мы больше не едем. От Лонгфорта до Дублина часа 2. Возможно, мы уже близко к городу.
   Джейсон так ничего и не сказал больше. После моего последнего вопроса о группировках крудусов, он замолчал.
   В автобусе все о чем-то переговаривались. Некоторые вставали и выходили на улицу. Что произошло? Джейсон как раз вовремя на меня посмотрел. Он хотел встать. Я тоже.
   Поднявшись, мы так же вышли на улицу. Мы остановились возле какой-то деревни, где с дороги влево вела прилежащая дорога. В деревне было всего несколько уходящих дальше по дороге домов.
   Погода уже значительно испортилась. Вокруг автобуса стояли люди, нервно оглядываясь. Пассажиров было немного, потому что был будний день. Я, как и все, смотрела на водителя, копошащегося спереди автобуса. Что-то внезапно хлопнуло, и из-под капота автобуса повалил густой черный дым. Похоже, мы тут застряли.
   - Ну все, черт бы его побрал. Мотор полетел! Придется вызывать другой автобус, - прокричал недовольный водитель.
   Все возмущенно закричали в ответ. Никому не хотелось в такую промозглую погоду находиться черт знает где.
   - Это Каллионбег, небольшое поселение, - сзади меня подошел Вальехо.
   - Меня не интересует, что это за дома. Мне важнее, когда придет новый автобус! - возмущалась я.
   С самого начала нашего разговора с Джейсоном и до конца мне не терпелось приехать в Дублин и отвязаться от него. Я поняла, что единственный выход избавить меня от смерти - это найти все вещи из брунита. Шкатулка у меня уже есть. Если все это будет у меня, то никто не посмеет тронуть ни меня, ни моих родных и друзей.
   - Пойдем, прогуляемся? - спросил меня Вальехо.
   - Смеешься? Я буду ждать автобуса. Мне нужно оказаться в Дублине как можно скорее. В крайнем случае, я попробую поймать попутку.
   - Здесь нет связи! - закричал водитель из автобуса. Многие сразу стали доставать свои телефоны и водить ими по воздуху, ища связь. В какую же глушь мы забрели? Мы ведь не далеко от дороги. - Придется идти в Каллионбег! Так, я скоро вернусь. Кто не хочет ждать автобуса, может катиться на все четыре стороны. Остальные могут походить по местности.
   Джейсон схватил меня за руку и повел в сторону бесконечных холмов. Конечно, меня всегда удивляла красота Ирландии. Здесь всегда все было зеленым. Зеленый мир, только вот крудусы здесь точно были лишними. Вальехо повел меня к небольшой дороге, ведущей куда-то в зеленую местность. Я упиралась, но он чуть ли не волочил меня.
   - Да куда ты меня ведешь?! - я одернула руку, когда мы уже прошли достаточно большое расстояние, что теперь не был виден ни поселок, ни автобус.
   Хмурое небо становилось еще темнее, угрожая расправиться с нами долгим ливнем. Хорошо, что я захватила с собой сумку и олимпийку. Джейсон молчал и ничего не говорил. Просто шел и вел меня следом за ним. По краям дороги раскинулись бескрайние зеленые холмы. Прохладный ветер обдувал кожу и приободрял. Дорога была неровная, с выбоинами и колдобинами. Но мы все шли и шли.
   Даже через полчаса дорога не закончилась. В голову уже прокрадывались не самые хорошие мысли. Но я не могла не следовать за Вальехо, зная, как он любит мною манипулировать.
   Еще пятнадцать минут, и Джейсон свернул с хорошо проезженной дороги на простую тропу. Местность, казалось, не менялась. Везде ровная или волнистая поверхность. Тучи все больше сгущались над нами, будто поджидая хорошего момента.
   - Мы идем к озеру Оуэл. Это единственное озеро, которое встречается по дороге в Дублин. Если бы ты не спала, то могла его увидеть.
   - И зачем мы туда идем? - недоумевала я. Зачем меня тащить в такую даль?
   - Потому что я должен кое-что проверить.
   - И я обязательная часть всей этой проверки? - недоверчиво спросила я.
   - Еще какая, - Джейсон даже не смотрел в мою сторону. А я уже начала выдыхаться, но ему хоть бы что. Конечно, у него же нет сердца... Бессердечная тварь.
   Когда вдали стала виднеться синяя гладь, мне стало плохо. Я не могла понять, что не так. Ноги просто подкашивались. Мы стояли на возвышении у холма, с которого хорошо было видно озеро, обрамленное небольшой полосой деревьев. Но мне некогда было любоваться природой. Ноги окончательно перестали меня слушаться, и я упала. Джейсон остановился.
   В глазах все стало темнеть. Я теряла сознание, но отчаянно пыталась удержаться на краешке реальности. Я поняла, что со мной происходит. То, что давно меня покинуло. То, что я считала простой мигренью. Но тут же простая местность. Почему это тогда происходит со мной?
   Меня будто засасывало в воронку. Я готова была раскричаться, потому что меня разрывало на кусочки, а во рту почувствовался привкус горечи.
   - Помоги... - кое-как выговорила я это единственное слово и единственное, что успела услышать в ответ, было для меня хуже всех слов.
   - Я так и знал. Энни, не беспокойся, ты увидишь его смерть... - сказал Джейсон.
  
   Глава 8.
   Беспомощная...
  
   Я открыла глаза. Воздух будто поменялся. Теперь в нем беспорядочно летали частички электрического тока. Подняв глаза, я увидела серое небо. Тучи были везде, еще темнее, чем раньше. Единственное, что стало не так - здесь не было Вальехо. Я не могла понять, была ли это реальность или нет. Вроде бы, ничего не поменялось. Но ведь я упала в обморок, так? Значит, здесь что-то произошло. Но я не видела ни людей, ни крудусов. Огромный простор... И тут я услышала пронзительный крик. Не женский, мужской, полный отчаяния.
   Я вспомнила слова Джейсона. Вот чью смерть я увижу. Смерть Мика. Но я не хотела. Мне нужно было выбраться отсюда, потому что мне итак было плохо. Какая разница, увижу ли я его смерть или лет? Мне станет от этого легче? Никогда. Лучше я буду оставаться на месте. Я не сдвинусь с этого клочка земли, если только...
   Меня охватило чувство разваленности. Мое тело рассыпалось на кусочки и снова собралось. Через меня прошел человек или крудус, который даже не подозревает о моем присутствии.
   Я смотрела на удаляющийся силуэт и просто не могла поверить своим глазам. Это был он. Леон был тут. Он бежал со всех ног к озеру. Я не могла понять, был ли он взволнован или же наоборот. Его силуэт удалялся, но я не двигалась с места. И только когда мужской голос опять пронзительно больно закричал, пришлось побежать следом за Леоном.
   С моих глаз уже текли слезы, хотя я пока ничего не видела. Мне не хотелось. Да и откуда Вальехо мог узнать об этой моей способности, ведь я никому не рассказывала.
   Я бежала следом за переводчиком, стараясь ни о чем не думать. Мысли итак были несвязанными, непонятными. Кому хочется еще раз испытать боль? Да и какой толк от этих моих ведений - я ничего не могу изменить.
   Озеро раскинулось голубой гладью передо мной. Я зачарованно смотрела на прозрачную воду. Тишину нарушали только чьи-то стоны и разговоры. Один из людей говорил грубо, с неприязнью.
   Леон остановился возле берега озера. Там, где сейчас находились еще несколько людей. Их было трое. И среди них был он. Его светлые волосы мокрыми прядями спускались по лицу. Глаза были черные и мутные, будто жизнь вот-вот покинет их. Он стоял на коленях перед ними, точнее его поддерживал еще один человек. Другой высокий, с длинными каштановыми волосами стоял возле и что-то шептал.
   Когда Леон подошел к этой маленькой группе людей, человек с длинными волосами обернулся. Меня пронзила дикая боль. Его черты, черты этого крудуса были мне знакомы. И я точно знала, где могла его видеть. Тот день, когда я впервые познакомилась с Джейсоном, со мной сидел еще один человек. Тогда мне показалось, что он в довольно преклонном возрасте, но не сейчас. Его лицо довольно помолодело. Он будто скинул лет тридцать. Это был Элоиз - я точно в этом уверена. Его глаза были ярко-синие, совсем как у меня. Он незаметно кивнул, когда Леон к ним подошел. Переводчик остался стоять в стороне, наблюдая за всем.
   Он что, не может их остановить?! Почему он ничего не делает?
   - Быть предателем не так хорошо, как казалось? - грубо сказал Элоиз. Мне не нравился его голос. Он был без эмоций, выцветший. Элоиз был крудусом.
   - Пошел к черту! - прохрипел Мик и откашлялся. Возле губ у него стекала маленькая струйка крови. Он держался за живот.
   - Ну ну, зачем меня туда посылать? Мне эту силу даровал ангел, а я её подарил тебе. И ты меня предал, не так ли? - Элоиз будто смеялся. Он считал себя Богом? Ему нравилась эта сила? - Леон, скажи, разве ты меня предашь? Ты сделаешь, как он?
   Я посмотрела на переводчика. Я его так давно не видела, но сейчас он мне казался чужим. Его непринужденная поза, словно ему эта сцена тоже доставляла удовольствие, его растрепанные темные волосы, почти одного цвета с Элоизом, и его глаза, ярко-зеленые, изумрудные. Весь его образ говорил о том, что он не сожалеет. Его не волнует судьба Мика.
   Когда к нему обратился Элоиз, он немного кивнул в знак согласия и снова стал смотреть в лицо Микки. В его глазах не было ни страха, ни ужаса, ни сожаления. Он будто знал, что это должно было произойти.
   - Вот видишь, никто, кроме тебя, не хочет меня предавать. И никто, кроме тебя, этого пока не сделал, - Элоиз будто издевался.
   Я непроизвольно бросила взгляд на Мика, и меня парализовало. Он смотрел на меня. Он смотрел мне в глаза, будто знал, видел меня. Казалось, будто воздух вокруг накалился. Ведь меня никто не может видеть. Я, как приведение, появляюсь и ухожу незамеченной. Но Мик меня видел, я была в этом уверенна. И я не могла стоять спокойно под этим взглядом. Время тянулось вечно.
   - Его брат... - прохрипел Мик и перевел взгляд на Леона.
   - Что ты сказал? - переспросил его Элоиз.
   - Его брат, Дон.
   Повисло молчание. Леон теперь не стоял в непринужденной позе. Он всматривался в глаза Мика, ища в них что-то потаенное, что-то, что никто кроме него не должен знать. Элоиз отошел от Микки и подошел к переводчику. Теперь я могла рассмотреть, что сделали с Миком. Огромный нож вошел ему в живот по самую рукоятку. Тот человек, что придерживал его, все еще держал нож. Кровь текла по рубашке Мика и стекала на руки парню. Мне стало плохо, потому что в левой руке Микки я увидела крепко зажатое блестящее украшение. Можно было увидеть, что оно пронизано узорами. И я была уверенна, что они такие же, как на кулоне бабушки и зажигалке Джейсона. Сейчас Мик был человеком, обычным и беззащитным. Он не был бессмертен... Мик умирал.
   - Но ведь Леон найдет своего брата, не так ли? - Элоиз подошел к Леону и положил ему руку на плечо. - Леон найдет и убьет его, так же, как это делаем мы сейчас. Ты ведь сделаешь это?
   Переводчик не обратил на слова Элоиза никакого внимания. Он смотрел в глаза Мику. Между ними происходил безмолвный разговор.
   Почему? Почему все это происходит со мной? Почему я должна прожить этот момент заново? Какой из Богов удостоил меня такой возможностью? Я не хотела видеть ничего из прошлого! Мне не нужна такая способность - вмешиваться в прошлое и ничего не менять. Это просто кощунство.
   - Доделай эту работу, Браун. Нам нужно возвращаться. Джон, пойдем! - это ведь тот самый Джон, напарник Микки! Это он был тогда в классе биологии девять месяцев назад. Напарник убивает своего сослуживца? Неужели ему все равно? Неужели Джону все равно на Мика?
   Джон отпустил руку, и Мик покачнулся, но все еще держался. Он стоял на коленях, он не смотрел на удаляющихся Элоиза и Джона, только на Леона. Почему Мик не бросит эту штуку? Ведь тогда он снова станет крудусом!
   Переводчик тихо подошел к нему и опустился на коленях. Я не хотела приближаться к Мику, но пришлось. Теперь его кровавая рана просто застыла у меня в голове. Струйка крови в уголке рта стала еще больше. Он теряет кровь, безвозвратно. И я в этом беспомощна, я просто наблюдатель.
   Мик и Леон были рядом с водой. Не хватало буквально шага до этой гладкой поверхности. Боже, Леон, помоги ему хоть как-нибудь!
   "Этого не вернуть. Слишком поздно", - мой внутренний голос будто прощался с телом Мика, но я не хотела. Он мне нужен!
   - Я ничего не могу сделать... - очень тихо сказал Леон Мику. Глаза последнего горели просто. Ему плохо, очень плохо.
   - Зато, знаешь, как приятно чувствовать себя человеком? Жаль, что я не услышу последних ударов сердца... - Мик говорил теперь спокойно, правда ему постоянно мешала кровь во рту.
   Я подошла еще ближе и встала на колени возле Мика. Когда я положила свою руку на его, то увидела, как по его коже прошли мурашки. Он повернулся в мою сторону и посмотрел на меня.
   - Она тут, - сказал он, глядя мне в глаза. Я плакала и не могла остановиться. Он видит меня. Я не знаю, почему так происходит, но он видит меня. Моя рука не проходит сквозь его. Я для него материальна.
   Леон посмотрел в мою сторону, но, по-видимому, ничего кроме песка не увидел. Зато он посмотрел на украшение в руке Мика, и его глаза засветились.
   - Я должен это сделать. Я заберу цепочку. Прости меня, - Леон нагнулся, чтобы вызволить крепко зажатое украшение из рук Мика, но тот схватил его за плечо и притянул к себе. Мик очень тихо что-то сказал Леону, но я не могла его расслышать. После этого краткого диалога переводчик поменялся в лице. Он был обеспокоен и удивлен.
   - Она не должна знать. Прости... - сказал Мик, но было непонятно, к кому относится последнее слово. В голову пробрались смутные сомнения, что он обращался ко мне. За что он просит прощение? За что, что умрет сейчас?!
   Леон с силой выдернул из Микки нож и бросил рядом. Из живота Мика ручьем потекла кровь. Она не прекращалась и уже запачкала футболку Леону. Я еще крепче схватила Микки за руку. Мне не хотелось отпускать его. В голове сразу возник тот момент с бабушкой, та последняя минута, которую я провела с ней. Я видела, как уходила из нее жизнь, и теперь я снова это вижу. Это чувство нельзя передать словами. Словно кто-то наполняет тебя пустотой, обрывает все нити, связывающие тебя когда-то с этим человеком. Ты чувствуешь невыносимую боль, но в тоже время все чувства притупляются. Хочется кричать, разорваться на части, но вернуть этого человека, вернуть его душу обратно в тело.
   Слезы застилали глаза. Я видела, как Мик последний раз вздохнул, и его живот опустился. Глаза оставались открытыми. Они приобрели тот цвет, который всегда должны были иметь. Но теперь в этих голубых глазах не было жизни. Они стали стеклянными.
   Леон отпустил тело Мики, и оно упало в воду. Голова утонула в гладкой водной поверхности, но лицо осталось вне зоны касания воды. Он освободился от этой вечности. Ему больше не надо переживать за людей, за причиненный им вред. Мик умер.
   Мне пришлось отпустить его руку, так как она тянула меня в воду. Леон закрыл глаза Мика и отвернулся. Он не хотел смотреть. Что он испытывал, видя его смерть? Способен ли этот бесчувственный человек хоть что-то испытывать?
   Я хотела встать и взглянуть на Леона, но все вокруг снова погрузилось в темноту. Меня разрывало на части, но это было всего лишь мгновение, потому что через несколько секунд я открыла глаза и увидела перед собой расплывчатое изображение Джейсона. Он на корточках стоял возле меня.
   Мне потребовалось некоторое время, чтобы переварить все увиденное. Казалось, что это на самом деле был просто фильм, мне просто кто-то поставил кинопленку на самый ужасный момент. И теперь я очнулась и не могу понять, было ли все это реальностью или нет. Мне вспомнились последние слова Джейсона перед тем, как я отключилась. Он сказал, что я увижу его смерть. Это действительно было.
   Я приподнялась с земли и посмотрела в глаза Вальехо. Что они скрывали? Откуда он все это знает, словно читает мои мысли? Что ему нужно от меня?
   - Когда это с тобой происходит, ты перестаешь дышать, - ровным тоном произнес Джейсон. Мне захотелось ударить его по лицу. Я уже замахнулась, но он успел перехватить мою руку.
   - Чертов ублюдок! Ты все знал! Кто ты такой?! - закричала я в ярости. Мне хотелось, чтобы сейчас проснулась моя сила и шандарахнула его током.
   - Энни, не кипятись. Я просто хочу сохранить твою жизнь. Ты мне нужна живой.
   - Я тебе нужна?! Да пошел ты... Я не собираюсь ни с кем из вас сотрудничать!
   Я встала, слезы сразу полились из моих глаз. Чувства после того, что я увидела, снова накатили на меня. Мне не хотелось видеть это озеро. Вдруг его тело все еще там? Я не переживу. Плача, я шла обратно к дороге, с которой мы успели свернуть.
   ­­- Ты же видела его смерть, так? - Джейсон поравнялся со мной. С самого начала мне нужно было его проводить из дома Лены куда подальше.
   ­- Они же не твои родители, верно? Когда я была у тебя дома, те мужчина и женщина - они не твои родители. Они крудусы, верно? У них глаза... Вас можно выделить из толпы по глазам. Они слишком яркие, не как у людей.
   - Что ты там видела? - уже более настойчиво спросил у меня Джейсон. Он встал мне на пути, загораживая дорогу.
   - Не твое дело! Ты же итак все знаешь! - я хотела оттолкнуть Вальехо, но он опять перехватил мои руки. Правой он достал зажигалку из своего кармана и показал её мне.
   - Если от меня уйдешь, то я пойду в город. Я спрячу эту зажигалку и буду их убивать. Тебе этого хочется? Помнишь ту девушку с ребенком? Я начну с них. Это будет на твоей совести, - он издевался надо мной.
   - Не будет! - протестовала я, отчаянно надеясь, что он Вальехо этого не сделает.
   - Ты отдала её мне. Ты же знаешь свои способности, не так ли? Ты могла меня просто убить. Но ты отдала её мне. Я был человеком, но даже тогда ты меня не убила. Мы же не люди, даже если не причиняем больше вред своими эмоциями. У нас все равно нет сердца. Внутри нас течет пустая кровь, - Вальехо смотрел мне в глаза. Он знал, что я сдамся, не смогу одна ему противостоять.
   - Для чего же я тебе нужна? - этим вопросом я дала немое согласие на все его условия.
   - Мне нужно познакомить тебя кое с кем. Он тебе все сам объяснит, - Джейсон отпустил мои руки. Мы снова пошли по дороге. Мне не было толку сбегать от него. Я не могла позволить людям страдать.
   Эмоции, эмоции... Чувства. Эта ненависть, зависть, любовь... Все это рушит мою жизнь день за днем. Я бы предпочла родиться маленьким полевым цветочком. Мне бы никого дела не было до чувств.
   - И где этот кое-кто? - с сарказмом спросила я. Слезы все еще капали из глаз. Сложно было сдерживаться. Картина Мика, лежащего в воде, покинутого жизнью, все еще висела у меня в голове. Если когда я узнала о смерти Мика, мне стало плохо, то когда я её увидела, почувствовала себя окончательно разбитой.
   - Пока в Дублине, но мы можем опоздать. Он может уехать.
   - Так это он, мужчина? Тоже крудус?
   - Да.
   - Ясно.
   Можно было и не спрашивать. Мне теперь стало стыдно за свою злость на папу. Он все прекрасно понимал, насколько эти существа жестоки. Сложно даже представить, как ему было больно. Он видел меня в их окружении, хотел спасти, забрать, но не мог. Он был обречен, а я беспомощна.
   На небе сгущались тучи, будто подражая моему настрою. Все темнее и темнее. Через полчаса стало настолько темно, что казалось, будто ночь наступила раньше времени. Дорога вилась двойной змеей перед нами. Вдалеке уже можно было разглядеть силуэты домов. Возле дороги все еще стоял автобус, только вот пассажиров не было. Я надеялась, что они уехали, и Джейсон точно теперь не сможет причинить вред тому ребенку.
   Когда мы подошли к автобусу, возле него все еще возился водитель. Он странно на нас посмотрел, распрямился и приподнял руки в знаке сожаления.
   - Второй автобус быстро приехал и уже отвез остальных. Вам придется ждать до завтра. Тут недалеко есть B&B. Можете занять себе номер. Завтра автобус должен быть ближе к вечеру. Вы же не спешите? - водитель переводил взгляд с меня на Джейсона. Я отошла от Вальехо подальше, чтобы водитель ничего не подумал.
   - Нет, мы снимем номер. Спасибо, - Вальехо ответил за меня.
   У меня не было выбора. Денег было всего несколько долларов, которые здесь не так часто принимают. Зачем я тогда послушала Леона и бросила все? Да уж, мне еще далеко до правильных поступков.
   Мы прошли в небольшой поселок. С двух сторон стояли небольшие дома. Они напоминали мне город Инсенс. И это ощущение усиливалось, потому что здесь тоже был Мик.
   - Так ты мне расскажешь, что ты видела? - спросил меня Джейсон, когда мы подошли к мини-отелю. На табличке красиво было выведено название "B&B Cullionbeg House".
   - Мне неприятно это говорить. И откуда ты знаешь, что это?
   Джейсон только посмотрел на меня и подошел к двери дома. Он постучал, и через несколько секунд к нам вышла женщина. Она быстро оглядела нас и мило улыбнулась, пропуская нас внутрь.
   - Рады вас приветствовать в нашем доме! Хотите занять у нас комнату? - она проводила нас в гостиную.
   Обстановка здесь была, как в обычном частном доме. Неужели кто-то согласен из своего жилища делать отель? Мало ли кто может заглянуть... Я посмотрела на Джейсона, подумав о крудусах. Они не покидают мои мысли. Избавлюсь ли я когда-нибудь от их присутствия? Наверное, если только случится апокалипсис. Сейчас мне больше всего хотелось находиться среди обычных людей. Я могла оставить Вальехо и попробовать поговорить с хозяйкой этого дома, но у Джейсона было большое преимущество. Если бы он захотел, то без проблем мог привязать меня к своей руке - я бы все равно везде ходила с ним.
   В мои планы входило как можно быстрее сделать все, что требовал этот крудус. Я готова была встретиться с кем угодно, лишь бы потом уйти от всего этого как можно дальше. Хотелось встретить Эрн. Её небольшое помешательство на моде мне сейчас не хватало определенно. Смогла бы я ей все рассказать, что со мной происходило и что меня ждет? Поверила бы она? Я могла привести ей доказательства, привести её к крудусам, но мне не хотелось делать из нее подопытного кролика. Она не должна вмешиваться в этот мир - тогда она сможет спать спокойно.
   Когда хозяйка повела Джейсона расплачиваться за номер, я смогла нормально оглядеться. Я сидела в небольшой комнате. Окна выходили на дорогу и были завешаны прозрачными занавесками. Около окон стояли два кресла, напротив был маленький журнальный столик с недопитой чашкой кофе. Рамки с фотографиями, посуда и небольшое пианино. Здесь чувствовалась теплая атмосфера, созданная хозяевами.
   Эту атмосферу нарушил приход крудуса. Другие простые люди его не замечают, мне же казалось, что его я почувствую за версту. Он наклонился ко мне и взял за руку. Мы пошли в комнату, отведенную нам.
  
   Здесь была одна двуспальная кровать. Интересно, на что он рассчитывал? Я никогда не лягу с ним в одну кровать, даже если он меня будет шантажировать. Если что, не буду спать всю ночь. Думаю, этого он точно запретить мне не сможет.
   Из-за Вальехо я чувствовала себя какой-то рабыней под властью эмоций. Казалось, что если отойду от Джейсона хоть на шаг, то он сразу пойдет убивать всех, кто только попадется у него на пути. Это была уже моя фобия, личная. От нее сложно было избавиться.
   Пока Вальехо был внизу, я опустилась на мягкую кровать. Казалось, что в ней можно утонуть - здесь точно не меньше трех одеял. Перед глазами сразу встал образ Микки. Его последние минуты. О чем он думал? Что он сказал Леону? И что мне из всего этого рассказывать Вальехо? Ведь он знал об этой моей способности. Возможно, Джейсон сможет объяснить, что это такое. Значит, стоило попытаться его разговорить.
   - Я увидела смерть Микки, - ровным тоном, стараясь не плакать, сказала я, когда Вальехо зашел с подносом в комнату. Он поставил еду на тумбочку и встал напротив меня около стены. - Он был крудусом.
   - Я это знаю. Что еще? - Вальехо пристально смотрел на меня, как на хищника, ожидая подвоха.
   - Он умирал... - я еле сдержалась, чтобы не всхлипнуть.
   - Энни, я не прошу рассказывать, как он умирал. Кто это сделал и как? - разве это не одно и тоже: знать, как умирал человек или знать, кто это делал и каким способом.
   - Тоже крудусы. Его убили они.
   - Да черт возьми, Энни! Как они его убили? У него был брунит?! - Вальехо начал злиться.
   - Он держал его в руке.
   - И как его убили? Как они заставили его взять брунит в руки и держать все это время? И куда он делся потом? - допытывал Джейсон. Он знал, что Микки убили крудусы, но его интересовало совершенно не это. Он хотел узнать про украшение в руке Мика. Хотел знать, как его заставили взять брунит в руки.
   - Я не знаю! - крикнула я.
   - Расскажи все, все, что ты видела! - Джейсон подошел ко мне и схватил за плечи. Нет, меня не сломать...
   - Я не знаю, куда оно делось! Он держал его в руке, когда умирал. Больше я ничего не видела!
   - Но ведь место должно хранить воспоминание целиком, Энн. Ты должна была видеть все, что с этим местом связано. Все подробности, каждый вздох и выдох! Ты же... - он не договорил, поперхнувшись.
   - Кто я? - теперь в атаку переходила я.
   - Ты... Я не знаю. Это сложно, - Джейсон опустился на колени, опустив голову.
   - Так все эти видения правда? Они связаны с вещами и местами, да? Но почему это происходит только в определенных местах? Джейсон, скажи!
   Мне требовались ответы. Сколько я терзала себя этими вопросами, пытаясь понять свою сущность. Когда я была в России, Леон и слова обо мне не сказал. Он будто знал, что со мной происходит и постоянно молчал. Правда? Нет ничего страшнее правды.
   Неужели я монстр? Я настолько ужасна, что меня требовалось убить, как только мне наступит восемнадцать лет? Во мне должно быть что-то ужасное, что-то пугающее не только людей, но даже крудусов. Бабушка и мама подписали договор: согласились лишить меня жизни. Значит, я действительно монстр. Ужасный и пугающий. Я опасна для всех. Но знает ли это мой отец, Джейсон? Почему они так хотят оставить мне жизнь, не дать возможность меня убить? А Леон, он же все знает, тогда зачем же он меня спасает раз за разом? Он же предан Элоизу, а это именно тот человек, который хочет меня убить больше всего на свете. Он подписал договор и составил все "пункты", по которым я должна была жить все эти года. И до прошлого года все выполняли эти пункты беспрекословно. Что-то должно было случиться, чтобы нарушить такой ход событий. Что?
   Пока я размышляла о последних годах своей жизни, Джейсон уже не думал, а смотрел на меня. Он смотрел в мои глаза, пытался что-то разглядеть. Ответы на свои вопросы? В глазах он их точно не найдет.
   - Ты настолько уникальна и необычна. Зачем тебя убивать, когда ты можешь стать оружием?
   Что он только что сказал? Быть чьим-то оружием?! Я не собираюсь быть марионеткой в чьих-то руках, тем более в качестве оружия.
   - О чем ты? Единственное, что я могу - это сопротивляться вашей способности и видеть все эти события в прошлом.
   - Ты не понимаешь. Когда я первый раз тебя увидел, то почувствовал опасность. Ты её излучаешь за милю. Я слышу, как бьется твое сердце и течет кровь. Там что-то не так, будто в тебе сидит еще какое-то существо... - от этих слов Вальехо пошли мурашки по коже.
   - Есть что-то такое... Оно в моем теле, как будто живое. Именно оно спасает меня от вашего воздействия, - я нехотя рассказала это Вальехо, только из-за того, что он мог бы это как-то мне объяснить.
   - Это другое... Знаешь, ты заставляешь меня чувствовать все гораздо сильнее. Все чувства обостряются. Я как лампочка под напряжением. Это невозможно - находиться рядом с тобой. Я могу выкинуть весь брунит и могу быть собой. Но это только с тобой. Только с тобой я слышу, как бьется человеческое сердце, но тело не умирает.
   От этих слов мое сердце бешено забилось. Они слышат, как оно бьется? Каждый мой удар? Я не могла в это поверить.
   Тот, кто слышит, как бьется твое сердце, как течет кровь по венам, залезает в самые потаенные тайны твоей души - твои чувства. И от этого становится неловко.
   - Значит... - мой голос не хотел меня слушаться, - ты чувствуешь себя со мной человеком? - этот вопрос дался мне нелегко. Он не был самым важным, мне хотелось еще многое спросить, так как Джейсон постоянно уходит от ответов или недоговаривает.
   Я представила, что чувствовал Леон, находясь постоянно со мной. Он был человеком. Он не боялся своих эмоций, хотя часто надевал маску равнодушия. Но было несколько раз, когда сквозь эту маску прорывался человек, которого давно убили в нем, уничтожили, заставили забыть свою человечную сущность.
   - Постоянно.
   Я уставилась на потолок, потому что из глаз полился новый поток слез. Как же все сложно и запутанно. Мне и жалко крудусов, но в тоже время я чувствую к ним ненависть. Для них я должна быть чем-то невероятным, необъяснимым. Хотят ли они убить меня, только потому, что из-за меня им приходится вспоминать то, что отняли у них слишком давно? Неужели ради этого стоит отнимать у меня жизнь?
   - Я пойду прогуляюсь? - спросила я у Джейсона, даже не смотря на него. Его признание вызвало во мне бурю эмоций, и я даже боялась представить, что сейчас он слышит, как бешено бьется мое сердце.
   - Хорошо. Только не уходи далеко.
   Я бегом вышла из комнаты. Теперь казалось, что я готова разорваться на миллиарды частиц, лишь бы всего это не происходило. Стать жертвой или не стать? Что мне выбрать?
   Внизу в кресле сидела хозяйка гостиницы - она что-то вязала. Когда я спустилась, она внимательно посмотрела на меня и жестом пригласила сесть на соседнее кресло. Я покорно прошла.
   - Ты чем-то взволнована... - она вопросительно посмотрела на меня.
   - Эби... - я назвала свое выдуманное имя, которое придумал мне Леон.
   - Ну так что, Эби? Выглядишь ты неважно, милая.
   - Вы слышите, как бьется мое сердце? - думаю, этот вопрос показался ей странным.
   - Нет, конечно. У меня же не супер-слух, милая. Думаю, его слышит только тот, кто любит тебя, - хозяйка мило мне улыбнулась. О нет, нет, нет, нет! Не нужно мне вешать эти романтически сопли на уши!
   - Нет, я не это имею в виду. Просто представьте, что существуют люди, которые способны слышать, как бьется твое сердце и течет кровь, слышат это так, как часы. Как бы вы себя чувствовали? - мне нелегко далось это признание, но она была незнакомым мне человеком, вряд ли обратит на мои слова внимание.
   - Мне бы стало не по себе. Почему ты это спрашиваешь, милая?
   - Потому что мне страшно.
   - Здесь можешь ничего не бояться, - женщина снова принялась вязать что-то.
   Я повернулась к окну и стала рассматривать дорогу. Из-за света в комнате почти ничего нельзя было толком разглядеть.
   - Я, наверно, схожу на улицу... - протянула я и направилась к двери.
   - Будь осторожна! - прокричала мне в ответ хозяйка, но я уже вышла.
   На улице было прохладно, даже слишком - это не сравнится с дневным зноем. Зеленые холмы ночью казались бескрайним морем. Лишь только по главной дороге изредка проезжали машины. Это была главная дорога, ведущая из Лонгфорда в Дублин. За ней были только холмы, зеленая бесконечная природа...
   Я прошлась вперед, к дороге. Автобус все так же стоял в свете фонаря. Он казался одиноким и брошенным, беспомощным. Кому он нужен, когда в нем не работает мотор? Так себя чувствовала и я, подходя к нему. Нужна была бы я кому-нибудь, не имея способности сопротивляться эмоции крудусов? Что бы стало с моей жизнью, будь я обычным человеком?
   - Ну что, снова здравствуй, Энге Андельсон, - я обернулась на голос сзади...
  
   Глава 9.Приложение.
   Сказки на ночь...
  
   22 сентября 1949 года
   Недавно у меня родился сын. Я просто не представляю, что может быть лучше этого маленького комочка счастья в нашей колыбели. Теперь я понимаю, для чего живу и дышу. Теперь он - вся моя жизнь. Мы с Мартой счастливы, как никогда. В такие суровые времена Бог преподнес нам подарок. Да возрадуются все...
  

Дневник Джереми Старшего Г.

   Мужчина, лет сорока - сорока четырех, спешно шел по каменистой почве, неся в руках шикарный букет цветов. Он был хмур, так как настроение у него не заладилось с самого утра, но он спешил к жене и сыну. Ботинки шлепали по лужам, разбрызгивая капли в стороны, некоторые из которых падали на брюки мужчины. В этом сыром и промозглом городе никому нет дела до него.
   Он, врач. Простой врач, который спешит на помощь всем, кто его позовет. И сегодня его вызвали, когда на город еще не спустился рассвет. Он оставил сына и жену, даже не попрощавшись. Ему сказали, что человек умирает, что ничего не помогает. Эти люди глупцы, так как следовало вызвать его, врача, когда только появились симптомы, а не когда стало "уже слишком поздно".
   Человек, к которому он пришел рано утром, был болен тифом. Странно, что семья не обратилась раньше, ведь все могло обойтись простой лихорадкой в несколько дней. Но эти дураки, видимо, решили добить своего родственничка и в последний день жизни вызвать врача, чтобы тот констатировал болезнь и безутешно сказал "простите, но уже ничего сделать нельзя". И сколько такое может продолжаться?
   Если человек кому-то не нужен, его убирают. Это можно было сделать просто, даже элементарно. Можно было рассадить человеку череп и списать все на несчастный случай. Но тут бы вызвали опять же врача, специалиста, провели расследование, нашли бы виновных. Но кто хочет оказаться в тюрьме? Именно, что никто. Война давно закончилась, но это только на словах. Многие так и не вернулись с фронтов. И скажите, зачем воевать за чужую страну? Зачем отдавать свою жизнь за того, кто и мизинца твоего не стоит? Поэтому никто не хочет гнить в тюрьме. Сейчас жизнь ценится как нельзя больше всего остального. И любой пойдет на все, лишь бы её сохранить.
   От таких мыслей врачу-мужчине становилось еще более тошно. Надо было сделать более радушный вид, чтобы не напугать маленького мальчика. Майкл - его сын. Ему всего шесть лет. Этот маленький белокурый мальчик с ясными голубыми глазами был для него всем. Его жизнь заключалась только в том, чтобы Майкл был счастлив. Он бы и свою кому угодно продал, только бы уберечь ребенка от всех невзгод жизни. И Марта, его жена, была полностью с ним согласна. Да, и Марта тоже была его жизнью. Он любил её, он всегда хотел её, хотел быть с ней и с Майклом всегда. Но его работа вынуждала большую часть времени проводить не дома. И поэтому он злился.
   Когда мужчина переходил дорогу, навстречу ему неслась женщина. Ей было не больше тридцати. Еще в расцвете сил, высокая, красивая - она бы очаровала кого угодно, но не его, не Джереми Старшего. Её глаза блеснули неистовым цветом, когда она промелькнула мимо него. Он остановился посреди дороги, охваченный ужасом. Слишком странное впечатление произвела на него эта женщина. Он же не собирается заводить любовницу? Он же любит Марту, любит Майкла! И тут его ноги подкосились, словно его кто-то пнул. Но это было не так. Мужчина задыхался.
   Он стоял на четвереньках посреди проезжей части, цветы лежали рядом в луже. А он задыхался. Что-то внутри сковало его горло. Никого не было рядом, но мужчина чувствовал, что его душили, невидимо, без приложения сил. Но как такое может быть? Он же врач! Но мужчина не мог объяснить причину всему этому. Он точно знал, что был здоров, у него не было не бронхита, не туберкулеза, и он точно не мог заразиться тифом от этого несчастного больного. И Джереми повернул голову в сторону и увидел её. Та самая женщина с неистовыми глазами. В ней что-то было не так. Она остановилась и с ужасом смотрела на него. Почему она не поможет?
   - Прости, - будто одними губами прошептала она. Но какое дело врачу до незнакомой женщины, когда он тут умирает на дороге. Нет, он не может оставить своего сына одного! Ему еще столько надо рассказать этому мальчику, сколькому научить. Это просто не могло быть реальностью. Все это был сон, точно сон. Сейчас он перестанет задыхаться и откроет глаза. И тут не будет не того больного тифом, не этой женщины.
   Но реальность была тут, перед ним. Он умирал, так как не мог вздохнуть. Еще несколько секунд и мужчина потеряет сознание, навсегда. Но когда разум затуманивался, врач видел, как та женщина подошла к нему, взяла его под руки и очень тихо произнесла:
   - Прости, я не хотела. Но ты мне нужен. Сейчас все пройдет, только закрой глаза.
   И он послушался её.
   Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем все вернулось обратно. Мужчине казалось, что он умер и оказался на том свете. Но он четко видел перед собой улицу, дома, эту женщину... Точно, что она тут делала? Если это другой мир, то какое ей здесь место?
   Он резко вскочил на ноги, что женщина отшатнулась, и в её руках рассыпалось что-то мерцающее, голубое. Точно, это все был сон. Какая к черту реальность, когда у него тут мигрень началась?
   - Кто ты такая? - мужчина опасливо глядел на женщину. На её глазах были слезы.
   - Я выбрала тебя... - очень тихо произнесла она. Что это значит?
   - В каком смысле? Что со мной произошло? Это был сон? - Джереми огляделся и увидел, что находится недалеко от своего дома. Там сейчас была Марта, был Майкл. Они ждут его. Но где же цветы? Они должны быть где-то тут.
   - Ты больше не вернешься туда, - женщина взяла его руку, но он грубо выдернул её, не понимая, о чем она говорит.
   - Я не знаю, кто вы. Прошу, оставьте меня в покое. Я врач, и если кто-то из ваших родственников не вылечился - здесь не моя вина. Нужно было обращаться раньше, - как мантру произнес мужчина. Ему не первый раз приходилось это произносить.
   - Нет, ты не понимаешь. Я выбрала тебя, потому что ты был человеком, который может держать себя, не смотря ни на что. Джереми, ты теперь не вернешься к семье, - она попыталась еще раз взять его руку, он мужчина отшатнулся и побрел к своему дому.
   - Стой, Джереми, ты их убьешь! Тебе нельзя домой! - женщина побежала за ним.
   - Да черт возьми, ты отстанешь от меня. Видишь, у меня семья, ребенок. Я их люблю. Мне не нужна любовница!
   Как же мужчине надоел этот день. Хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы эта женщина не преследовала его. Что она вообще мелет? Почему он не может вернуться к семье?
   Мало по малу до Джереми стало доходить, что с ним произошло несколько минут назад. Он задыхался, умирал. Если все это не было сном, то сейчас он либо мертв и ходит как труп, либо это действительно другая реальность.
   - Объясни, - мужчина остановился в нескольких шагах от женщины. Он смотрел на свой дом. Там, в просвете между штор мелькала тень. Это могла быть Марта, а мог и Майкл. Как же ему хотелось прижать их к себе, попросить что-нибудь рассказать, чтобы отвлечься.
   - Прислушайся к себе, Джереми. Что ты слышишь, что происходит в твоем теле?
   И мужчина опять послушался её. Он чувствовал, что кровь по его венам стала течь быстрее, словно какая-то ракета. Он шумела, как водопад. И самое главное - не было толчков, ударов, которые проталкивают кровь по венам. Он не слышал своего сердца.
   Глаза Джереми расширились от ужаса. Он думал, что у него точно мигрень. Мужчина очень крепко приложил ладонь к груди, стал щупать, но ничего. Ударов не было, словно и не было самого органа. Потом он приложил пальцы правой руки к запястью на левой и стал давить. Но не было пульса, только какое-то странно ощущение, что его кровь течет по венам так же, как в его доме из крана. Этого просто не может быть.
   - Что за черт? Что ты со мной сделала? Я умер?! - мужчина разбушевался.
   - Успокойся. Теоретически, да. Ты умер. Я убила тебя. Но я же и дала тебе вторую жизнь, более долгую, но более ужасную, чем была у тебя. Ты теперь крудус, - она так спокойно это произнесла. И в какой-то степени Джереми поверил ей, потому что не могли быть у обычного человека такие неистовые... такие демонские глаза. Они были черными, как земля. Вот почему она показалась ему необычной, привлекла внимание - её радужка глаз сливалась со зрачком, создавая такой невероятный эффект.
   - Ты что, ведьма?
   - Нет, я крудус. Меня зовут Сьюзи. Я отведу тебя к Элоизу, и он поможет тебе стать нормальным. Твоя жизнь будет длиться вечно, и никто и ничто не сможет убить тебя...
  
   7 ноября 1955 года
   Я, как врач, могу считать это датой своей смерти. Но это неофициально, потому что я все еще живой, даже слишком живой. Но для всех я мог быть бы мертвым, потому что меня лишили одного из самых главных органов - сердца. Мне всего 44, у меня была прекрасная семья, но я умер. А ведь всего утром я провожал на тот свет бедолагу, думал о том, что семья, его же семья, лишила его жизни, просто избавилась от мерзкой туши. Теперь мне кажется, что лучше умереть так, как он. По-настоящему.
   Сьюзи - она мой ангел смерти и ангел жизни. Она забрала мою настоящую жизнь, мою любовь. Она хочет отвести меня к Элоизу, её предводителю, нашему предводителю. Я уже его ненавижу. Не хочу, чтобы он знал обо мне. Я ведь как маленький ребенок - не понимаю, каково это быть таким существом, крудусом. Моя кровь льется, как бешеный поток. Я могу проколоть себя шилом, и эта красная жижа будет литься из меня, как из настоящего смертного. Но спустя несколько секунд рана затянется. Мой организм, моя сущность - это все не позволяет мне умереть. Наверно, даже если мне отрежут голову, а потом приставят обратно - она срастется с шеей.
   Я назвал бы себя чудовищем, монстром, но во мне остается все человеческое. Но теперь все мои эмоции, переживания... Это мое оружие для выживания. И оно убивает... убивает людей.

Дневник Джереми Старшего Г.

  
   Мужчина и женщина шли по знакомой дороге. Он попросил привести его к дому, потому что Джереми хотел поглядеть в последний раз на свою жену, Марту, на своего сына. Он даже не попрощался с ними утром - думал, что обязательно вернется домой. Но теперь он не может подвергать их опасности, поэтому никогда не встретится с ними.
   Что теперь будет делать Марта? Как она проживет без него? Она же будет надеяться, что он вернется, будет ждать, гадать. А Майкл... он слишком мал, чтобы осознать, что отца больше не будет, что не будет больше того счастья, что царило в их семье.
   Джереми взял с дороги тот самый букет цветов, который бросил на дороге, когда Сьюзан... убила его. Теперь цветы были грязными, мокрыми, как будто говоря о том, кем стал он, муж Марты.
   Ближе к вечеру, когда Марта вышла на улицу, чтобы найти Джереми, он подошел к дому. Вокруг было темно, но в окнах горел свет. Марта оставила маленького Майкла одного. Возможно, сейчас он сидит в его кабинете, кабинете врача, рассматривает книжки, зеркальца. От этого в груди мужчины что-то заныло, но он теперь не мог точно сказать, что это было сердце - его же там нет. Определенно, это чувство было где-то глубоко внутри. Ему следовало похоронить свои эмоции, но прошло слишком мало времени.
   Его жена теперь каждый день выходила на улицу. Она бродила по городу, искала его, Джереми. Она оставляла Майкла одного дома. Марта часто плакала, но её муж не мог подойти к ней. Он был просто наблюдателем. От этого ему становилось еще хуже.
   Он подошел прямо к порогу и положил завядший букет цветов. Не записки, ничего. Он никогда не сможет объяснить своей жене и ребенку, что с ним произошло.
  
   8 декабря 1956 года
   Я не соглашаюсь. Никогда не соглашусь быть в их шайке, шайке крудусов. Джереми Старший никогда не станет монстром. Сьюзан забрала у него жизнь - она теперь его должница. Эта чертова ведьма не понимала, кого она превращает. Я не сдамся, и она понимает это. У нее у самой дочь... тоже крудус, как она. Как Сьюзан могла это допустить? Я лучше бы дал умереть своему сыну, чем сделал бы его таким же, как я. Но она не рассказывает. Говорит, что в её новой жизни нет места воспоминаниям, эмоциям. Врет.
   Сколько раз я видел, как Сьюзан смотрит на меня. Ей становится больно, только я не понимаю, отчего. Она же уже больше двадцати лет крудус. Ей пора бы забыть про свои человеческие наклонности. Жаль, что её не убить. Давно бы это сделал.
   Уже больше года я не видел свою жену и сына. Сьюзан говорит, что с ними все в порядке, что Марта пережила это. Я ей не верю. Марта любила меня, а, может, она до сих пор надеется, что я вернусь. И я вернусь.

Дневник Джереми Старшего Г.

  
  
   Было морозно и холодно. Ноги замерзали, а изо рта вырывалось облачко теплого воздуха. Мужчина и женщина не спеша шли вдоль одной из узких улочек заброшенного города. Здесь был центр города Инсенс, в России. Мужчина не понимал, что они здесь забыли. Да и эта Сьюзан, стала его напарницей. Он отговаривался, говорил, что не будет служить Элоизу, предводителю крудусов. Но как он мог остаться один? Джереми бы точно сошел с ума.
   Они завернули в старую улочку. Там Сьюзан остановилась возле одной двери, выходящей на дорогу. Она постучала три раза, и через секунду дверь отворил маленький старичок. Он лишь раз глянул на женщину и сразу узнал её, так как видно было, как он поклонился ей, словно госпоже.
   - Нам нужен брунит, - без объяснений, словно приказ, сказала женщина.
   - А это кто? - старичок кивнул на Джереми.
   - Это мой напарник.
   - И что он помогает тебе сделать? Убить кого-то? Ты же и сама с этим прекрасно можешь справиться, Сьюзи, - прокряхтел старичок.
   - Для тебя я только Сьюзан, дурак. Мне нужен брунит. Элоиз сказал, что я могу выйти в город. Тебе разве не посвятили в наши планы? Отдай брунит, - снова приказала женщина.
   - Зря вы это затеяли, Сьюзан. Если они вернутся... - но он замолчал, старичок замолчал.
   - Они уже вернулись. Отдай мне кулон. Или это сделают они. Брось, ты же не хочешь их видеть, не так ли? Там твоя жена, если я не ошибаюсь. Ошивается с ними.
   Джереми не мог понять, о чем ведут речь эти двое, словно они говорили на чужих ему языках. Он осторожно глядел на старичка и не понимал, почему тот не принял образ моложе. Возможно, это было сделано специально.
   Кулон через несколько минут лежал в руках Сьюзан. Она очень быстро завернула его в платок и положила в карман пальто.
   Мужчина и женщина вышли с той узкой улицы и остановились возле фонаря. Сьюзан вытащила кулон и развернула его. Она кинула его на землю.
   - Что ты делаешь?! - Джереми не мог понять действий Сьюзан, и отчасти, они его сильно раздражали.
   - Я даю тебе шанс, Джереми. Это брунит. Если ты возьмешь его, то сможешь вернуться в свою семью. Но я не знаю, сколько потребуется лет, чтобы они заметили, что он используется не так, как надо. Понимаешь, есть еще такие украшения. Их всего восемь. Если хоть одно из них окажется не в тех руках - этого человека убьют. Сразу же. Если вдруг они придут за тобой... Я появлюсь раньше. Ты не такой, как мы... Жаль, что я не смогла тебя уговорить встать на нашу сторону. Я сожалею, что сделала тебя таким. Когда я окажусь в недосягаемости для тебя - бери кулон и уноси ноги отсюда.
   - Не понимаю, почему ты помогаешь мне... ты же нарушаешь их закон, ведь так? - Джереми просто потрясла такая доброта Сьюзан.
   - Я его уже десять раз нарушила, скрывая тебя от них. А сейчас я просто подписываю себе смертный приговор, - с сожалением сказала женщина. Но мужчина понял её. Если её убьют, то её дочь останется одна.
   - Надень его на шею, но только когда я буду далеко. Просто этот кулон не только забирает твою способность убивать эмоциями, но и делает тебя уязвимым. И если тебя убьют с брунитом на шее, то ты уже никогда не сможешь вернуться назад.
  
   28 сентября 1957 года
   Я чувствую себя самым счастливым человеком на земле. Меня никто и никогда не сможет понять, потому что никому не дано пройти то, что испытал я. Быть нечеловеком... Я так и не рассказал Марте, что со мной случилось, и почему я отсутствовал.
   Мне пришлось бросить работу. Врач - работа, непременно связанная со смертью, но я вряд ли бы смог видеть, как кто-то умирает. Теперь это рана на всю жизнь.
   Я живу, ожидая их прихода, и молюсь Богу, чтобы этот момент никогда не наступил. Я и Марта поселились в неприметном городке, почти деревне. Я не выхожу наружу, а Марта все время проводит со мной, потому что боится потерять. Сколько боли ей пришлось перенести. Но отчасти, я даже соскучился по Сьюзан. Пусть она и забрала мою нормальную жизнь, но она рискнула всем, чтобы вернуть мне её обратно. Сьюзи терпела меня, не приводила остальных крудусов. Я видел, что она не такая, как они. Даже не как я. В ней есть что-то... необычное, даже для крудусов. Её способности гораздо больше, чем мы думаем - в этом я уверен. И она расскажет мне всю правду, когда я её увижу. Сьюзан доверяет мне, потому что со мной она была целый год, почти ни с кем не общалась, даже со своей дочерью. Она хотела меня натренировать.
   Но я не стал их ручной собачкой, и она это поняла. Теперь я человек, хотя приходится объяснять Марте некоторые мои странности. Ну а Майкл стал бояться меня и Марту. Он стал более скрытен за то время, пока я его не видел. Возможно, дети чувствуют сверхъестественное больше, чем взрослые. Но я всей душой буду оберегать его от крудусов. И не позволю ему стать таким, как я.

Дневник Джереми Старшего Г.

   Майкл сидел в кабинете отца, осматривая все вокруг. Теперь здесь все было по-другому. Отец убрал все свои докторские принадлежности, теперь тут стояли только книги. Он часто сидел тут вечерами и читал. Майкл тоже хотел что-нибудь почитать, но боялся спросить у отца.
   Кабинет был тесным. Здесь было всего одно окно, одно кресло, один стул и одинокий камин, на котором стояла деревянная лошадка, в которую Майкл давно уже не играл, небольшие громко тикающие часы и керосиновая лампа. Стол, окно и проем в стене между окном и камином были завалены книгами, шкатулками и всякой другой ерундой, до которой мальчику не было дела.
   Пока отец выходил на улицу, чтобы подстричь кусты, Майкл забирался на стул, одиноко стоящий возле камина, и осматривал полочки с книгами. Их здесь было около сотни. Майкл уже умел читать, но ему не покупали книг. Отец сказал ему, что сказок в жизни итак хватает. Но он откуда знал? Детские сказки, что ему рассказывала когда-то мама, он уже не помнил. Ему хотелось новых, свежих и не таких похожих друг ну друга.
   Майкл потянулся за книжкой с очень красивой обложкой. Может, пока папы не будет, он сможет хоть чуток почитать? Но когда он почти взялся за корешок книги, стул под ним опасно накренился и мальчик не удержал равновесия. Он полетел в сторону, но крепкие руки успели схватить его и поставить на твердую и не шаткую поверхность.
   - Майкл Джереми Младший, что вы делаете тут с моей книжкой в руках? - строго спросил у мальчика Джереми Старший.
   - Меня зовут не Майкл, а Микки! - мальчик сильнее ухватился за книгу и уже хотел прошмыгнуть мимо отца, но тот быстро разгадал план парня.
   - Сынок, не нужно так высоко залазить. Ты мог упасть и сломать себе что-нибудь, - уже более ласково произнес мужчина.
   Это был 1959 год. Джереми Старший уже привык к своей роли получеловека, полукрудуса. От постоянных эмоций и напряжений в свои 48 лет он уже поседел и отрастил пышные белые бакенбарды. Его жена Марта тоже выглядела не лучшим образом.
   После того дня, когда солидный врач стал крудусом, вся жизнь этой семьи изменилась. Джереми не выходил на улицу и не заводил никаких знакомств. У него было достаточно денег, чтобы прожить безбедно еще пару десятков лет. И он вместе со своей семьей ни в чем себе не отказывали.
   - Папа, расскажи мне какую-нибудь историю... только чтобы она была занимательной и не похожей на мамины, - попросил Майкл, строго глядя на своего отца. И тогда Джереми решил посвятить Микки в свою жизнь.
   - Однажды на нашу Землю снизошел ангел, - начал свою историю мужчина. - Он долго кружил над людьми, высматривая того, кому бы он мог помочь. И вот одна женщина, с умирающим мужем на руках, молилась Богу. Она просила помочь её мужу, потому что не представляла жизни без него.
   Ангел, который был посланником Бога, решил помочь женщине. Но когда он узнал, что творил её муж, он рассердился. Зачем спасть жизнь тому человеку, который отнимал её у других? Который постоянно делал плохо другим, хорошим людям? Но Ангел был слишком добр. Он спас жизнь этому мужчине, но наградил его проклятьем.
   Ангел думал, что это проклятье заставит мужчину опомниться, вспомнить, что он человек, не грязное и жестокое животное. Но тот этого так и не понял.
   Ангел видел, как этот мужчина создает подобных себе людей. Он вырезал сердца и растворял их в воздухе. Он был жестоким и заставлял всех повиноваться ему за то, что тот дает им вечную жизнь... Но этот человек не понимал, насколько он жесток. Даря вечную жизнь людям, которые этого не хотели, он обрекал их на вечные муки. Таких существ прозвали крудусами, потому что это слово означает "бессердечные". То есть такие, как и этот мужчина.
   И вот спустя сотни лет, придет на землю Ангел и вернет душу той, кто сможет усмирить крудусов. Он обречет её в телесную оболочку. Она придет к своему мужу и заставит его раскаяться.
   - Пап, но ведь это неправда? Ангелы же добрые существа. Они не могут проклинать. На это способен только дьявол.
   Мальчик говорил это так серьезно, что Джереми просто не мог не засмеяться. Возможно, он и прав, что это проклятье досталось крудусам от дьявола. Но Сьюзан никогда не рассказывала целиком историю того, как появились крудусы. Это было слишком давно, и она просто не может это знать.
   - Может это и так, сынок. Я не знаю, - ответил отец сыну.
   - А что за проклятье на этих существах? Почему им так не нравится жить вечно? - кажется, Микки задела эта история.
   - Это всего лишь сказка, Майкл. Эта история ненастоящая. Я её выдумал. Ты же хотел такую, чтобы она была не похожа на мамину? Вот тебе и история... Крудусов не существует. И ангелов тоже, - последнее предложение Джереми произнес очень тихо, чтобы это не услышал его сын.
  
   15 июня 1966 года
   Сегодня наступил мой конец. Сегодня пришла Сьюзан. Она сказала, что если я не соглашусь быть с ними, то они меня убьют. И я не согласился. Мне лучше было умереть, чем жить таким вечно. Но всё изменил случай.
   Когда-то давно я рассказывал Майклу сказку про крудусов. Теперь для него это сказка станет явью. Вспомнит ли он мои слова, сможет ли простить меня?
   Сьюзан пришла рано утром, когда Майкла не было дома. И мы видели, как он заходил во двор забрать ведро. Именно тогда она вышла на улицу, чтобы проследить за ним. И я пошел следом за ней. Лучше бы я этого никогда не делал. Когда умирал я, мне не давали шанса умереть по-настоящему. У него же был этот шанс... Майкл мог умереть настоящей смертью, но я не смог отпустить его. Он слишком дорог мне.
   Когда мы со Сьюзан вышли на площадь, я видел, как Майкл перебежал дорогу, но прямо на него летела машина. Если у меня было сердце, оно бы обязательно замерло в тот момент, когда машина сбила моего сына. Он упал на камни, которые проткнули ему грудь. И Сьюзан видела все это. Она просто стояла и смотрела, как умирает мой сын.
   Именно тогда я решился: попросил её превратить моего сына в монстра. Она не соглашалась. Ей нельзя было несовершеннолетних превращать в крудусов, потому что один раз она уже сделала это.
   Но я поставил ей условие. Сказал, что буду вечно служить ей, Элоизу, всем им, если она превратит его, не позволит умереть. И она сделала это. Забрала у меня кулон, завернула его в тряпку и пошла к моему сыну.
   Через пару минут я видел уже не своего сына. Это был ходячий труп, как и я, такой же безжизненный, бессердечный. И его участь была не лучше моего. Потому что Сьюзан дала ему шанс выбирать, изначально знав, что в любом случае превратит его. Она дала мне слово, но соврала. Теперь Мик и я, Джереми Старший, обречены на вечную службу этим жалким крысам. Это и было начало моего конца.

Дневник Джереми Старшего Г.

  
   Глава 10.
   Меняя направление...
  
   Обернувшись на голос, я увидела её. Она всегда появляется так неожиданно и пугает меня.
   Блондинка стояла возле фонаря и разглядывала дорогу. Она даже не смотрела на меня, просто знала, что я есть и стою здесь. Казалось, что она с последней нашей встречи еще больше постарела; волосы запутались в огромный ком, теперь они казались спутавшейся соломой; она была одета в старые потертые джинсы и серую блузку. Я не могла разглядеть её лица, но уже знала, что там был отпечаток усталости. Возможно, она не спала уже несколько ночей. И я заметила одну маленькую странность - она была без обуви. Это сероглазая блондинка стояла босиком на холодном асфальте. Меня это удивило.
   - Я так и знала, что выйдешь на улицу, не сможешь сидеть там... с ним, - произнесла своим насмешливым тоном Элла. Я же лишь дернула плечами. Мне хотелось увидеть её лицо и спросить в лоб все, о чем я сейчас думала.
   - ­­Почему я тебя не заметила? - это первое, что пришло мне в голову. Просто не ожидала её здесь увидеть.
   - Потому что ты просто не хотела никого замечать.
   - Ты за мной следишь? - устало спросила я. В последний раз эта блондинка очень быстро убралась из моего дома, испугавшись, что её убьют. Что тогда она тут делала?
   - Да, слежу.
   - И зачем? Ты же вроде как решила не вмешиваться? - Элла все еще не обернулась ко мне лицом. Мне пришлось разглядывать её голые пятки.
   - Да. Как говорится - жить всем хочется. Но я не могу тебя оставить, - я увидела, как на руке Эллы что-то сверкнуло. Что серебряное и с красивым узором, так похожим на...
   - У тебя есть брунит! - прокричала я, чуть ли не на всю улицу. Меня действительно это удивило. Узоры на толстом кольце Эллы точь-в-точь повторяли узоры на зажигалке и кулоне моей бабушки.
   Блондинка, наконец, повернулась ко мне и одарила изумленным взглядом. Она действительно не ожидала, что я замечу это. И только теперь я увидела, насколько Элла изменилась. Она стала более человечной. Под глазами залегли темные круги, но вот сами глаза больше не были слишком яркие или слишком темные - обычные мутные серые глаза обычного человека. Так вот оно что - сейчас же Элла была человеком, могла находиться среди людей, быть ими. Сколько она времени провела такой, обычной жизнью?
   - Ты знаешь? Ты знаешь, что такое брунит? Кто тебе рассказал?! - Элла подошла ко мне и крепко схватила за плечи, но теперь её руки не так сильно цеплялись за меня. Я запросто могла её оттолкнуть. Но мне не хотелось нарушать нашу связь. Если мне терять больше нечего, то зачем что-то еще скрывать от этого человека-крудуса?
   - Его имя Джейсон... - тихо произнесла я.
   - Вальехо? - удивилась девушка. Она пристально смотрела мне в глаза, будто пыталась выудить из меня что-то.
   - Да, это он. Ты его знаешь? И вообще, Элла, зачем ты вернулась? Ты сказала, что больше не придешь.
   - Я встретила его в Дублине. Он сидел в кафе и ждал кого-то. Сказал, что даст мне то, чего я всегда хотела, только если помогу ему. Я согласилась. Видишь? - она показала мне своё кольцо. - Я только слышала об этом камне и никогда не подозревала, что он настолько хорош. Но от этого не лучше... я все равно не смогу вернуть свою жизнь.
   Элла говорила это с сожалением. Интересно, сколько она уже прожила? Живы ли еще её родители? Свою старую, прежнюю жизнь почему-то каждый из крудусов пытается зарыть как можно глубже, забыть о ней. Лишние эмоции? Скорее всего, это так.
   Я хотела отцепить руки Эллы от себя. Её манера разговора меня пугала - мало ли что она может сейчас сделать. Прошлый раз она хотела меня убить и неизвестно, какие сейчас цели преследует.
   И только теперь я поняла её слова. Элла умеет скрывать самое главное в своем разговоре, умеет переключить тебя от одной мысли к другой. Но теперь я поняла все и услышала все, что она сказала.
   - Кого ты встретила, Элла? Кто это был? Элоиз? - в моей душе прокрались нотки сомнения. Кто еще ей мог дать брунит, как не тот, кто является его полноправным владельцем?
   - Элоиз? - блондинка рассмеялась. - Да я предала Элоиза тогда, когда встала на твою сторону! По-твоему, он из жалости к моей нудной жизни хочет меня прикончить? Или ты так думаешь, потому что у меня есть брунит? Ты не права, Энге. Я встретила Леона.
   При этих словах мое сердце ухнуло куда-то в район ступней. Я отгоняла от себя мысль, что он может приехать сюда, найти меня, помочь. Зачем ему все это делать? Когда-то я подслушала разговор, в котором переводчик ясно сказал, что ему что-то от меня нужно. С тех пор я просто не имела права ему доверять, но все же доверилась. И он бросил меня на произвол судьбы. Оставил одну в незнакомом городе, говорил, что приедет. И он приехал...
   - Молчишь, да? Просто не можешь поверить, что он приехал. У меня было такое же ощущение, когда я его увидела. Но я ему не нужна. Ты его цель приезда на этот остров. Не заметила, что притягиваешь всех к себе, как пчел на мед? - Элла опять хрипло засмеялась, но быстро осеклась.
   - И где он? - очень тихо спросила я.
   - Я собиралась забрать тебя, чтобы привести к нему. И он ждет.
   И что это значит? Что мне вообще теперь делать, когда мною командуют двое людей? Я же не могла разорваться на части. Но и не могла упустить шанса встретиться с Леоном. Мне нужны были его ответы. Уверенна, что переводчик знает больше всех остальных. И самое главное - Элоиз доверяет ему, как никому другому.
   - Я не могу. Элла, пожалуйста, расскажи мне все. Все, что ты знаешь. Расскажи, зачем я им всем нужна. Кто такой Джейсон? Элла, ты ведь знаешь. Если ты действительно любишь Леона, то расскажи мне все. Ведь он же пожертвовал своей репутацией, рассказал же мне о вас. Элла, прошу... - никогда не думала, что стану давить на жалость. Обычно так делали со мной.
   - Только попробуй еще раз заикнуться о моих чувствах! Ты, ведьма! Андельсон, ты ничего не знаешь и не узнаешь! - завопила блондинка и впилась в меня ногтями. Хорошо, что сейчас на ней было кольцо. Она не могла никому причинить вреда.
   - Со мной находится крудус, Элла. Если я закричу, то он придет и убьет тебя. Теперь же тебя можно убить. Хочешь умереть? - я взглянула в расширенные от ужаса глаза девушки. - И даже если ты выкинешь кольцо, он все равно тебя убьет, потому что у него тоже есть брунит. Поэтому лучше расскажи мне все.
   Я чувствовала себя шантажистом. Сейчас я была не лучше Леона или Джейсона, не лучше Элоиза - тоже издевалась над чувствами. Мне было просто необходимо заставить их говорить, иначе никогда не узнаю всей правды, а она мне необходима. Я должна узнать все, пока еще жива. Поэтому я и скрываюсь, подчиняюсь таким, как Вальехо.
   Элла отошла от меня и облокотилась на столб фонаря. Свет падал на её лицо, я видела, как она плакала. Но её слезы были маленькими. Она будто забыла уже, каково это. Элла крудус. Она раньше не имела права плакать. Если только в одиночестве... если только была отшельником, как сейчас.
   - Я предала Элоиза, Энни, - впервые блондинка назвала меня таким именем, - и сбежала. Не хотелось умирать. Вообще, на самом деле... я никогда не принадлежала Элоизу. Не он сделал меня такой, никто из его группы. Меня превратил другой человек. Тот, которому подчиняется твой милый друг Вальехо. Но их я тоже предала, когда пошла против всех. Думала, смогу жить одна. Но сложно жить, когда тебя ищут крудусы с намерением как можно быстрее убить.
   - Зачем ты мне это рассказываешь? Я знаю, что Джейсон не подчиняется Элоизу. Но он знает о моих способностях. Вальехо будто видит меня насквозь. Почему? - мое сердце стало биться чаще, и я подумала о том, слышит его Элла сейчас так же, как если бы с ней не было брунита?
   - Я не знаю... для них я была просто пешкой. Ты видела, когда они приходили за мной. Хотели убить, но если бы нашли тебя, все пошло бы к черту под хвост. А теперь... Леон хочет тебя видеть. И я обещала, что приведу тебя, не позволю уйти за кем-нибудь из крудусов. И сейчас, пока не стало слишком поздно, я прошу пойти тебя со мной.
   - Что ты знаешь о Джейсоне? Обо мне? - ну же, Элла, ты ведь всегда так загадочно говорила. Ты точно что-то знаешь.
   - Джейсон просто крудус. Я его даже ни разу не видела. Просто в том кругу его имя было очень популярным. А про тебя... Знаю, что ты оружие. Ты слишком сильная для нас, что мы не сможем тебе противостоять. И поэтому Элоиз хочет тебя убить, пока не стало слишком поздно, пока ты не превратилась...
   - В кого?! - перебила я блондинку.
   - Я не знаю.
   - Почему ты хотела меня убить? - зло спросила я. Это были не те ответы, которых я ожидала.
   - Потому что думала, что тем самым Элоиз обратно примет меня. Защитит.
   - Но?
   - Но я не могу тебя убить. Не знаю, как это сделать. Хотела просто тебя напугать, чтобы ты не совалась в город, когда туда приехали крудусы. Они не должны были тебя найти, но нашли.
   Значит, на самом деле, Элла просто пыталась меня уберечь. Спасти? Нет, просто не знала, как убить меня, как заставить пойти к Элоизу. Хотела, чтобы я сама сдалась, самовольно пришла и попросила меня убить? Я бы никогда этого не сделала. Не сейчас.
   - Я тебя не понимаю. Если за мной пришел Элоиз, то почему ты не захотела сказать, где я? Я видела его в городе. Он там точно был! - я подошла ближе к Элле, потому что боялась, что нас могут услышать.
   - Я знаю, что он был. Он видел тебя, хотел забрать, но они пришли раньше. Тебя искала не группа Элоиза, а другие. Как думаешь, они бы стали меня хвалить за то, что я привела тебя? Я их предала! Я выдала их секреты и тайны. Это как на войне - предателей не прощают и не помогают им. Я просто не могу искупить свою вину. Но тут появляется Леон. Он дает мне шанс жить среди людей, любить и страдать так, как они... не пряча слез. И что, я разве упущу этот шанс? Еще раз отвечаю тебе, что нет, никогда.
   - Думаешь, что я ради этого уйду от того человека, кто наоборот хочет спасти мне жизнь? Джейсон имеет те же цели, что и я, - по крайней мере, мне хотелось так думать.
   - Леон тоже хочет спасти тебе жизнь, только он никому не служит. Он теперь такой же предатель, как и я. Они тоже хотят его убить, только вот твой переводчик для них слишком умный и слишком много знает, чтобы так просто попасться, - Элла выпрямилась и подошла ко мне. Её мутный взгляд прожигал насквозь. Даже сейчас она имела какую-то скрытую силу, могла напугать, хотя и не могла физически причинить мне вред.
   Я посмотрела на одинокий автобус, будто он мог мне подсказать, что делать. Станет ли Джейсон убивать, если я уйду от него? В отличие от других крудусов, он не пытался что-то скрыть от меня. Я делилась с ним своими тайнами, а он со мной своими. Он многое знал. Но стоило ли доверять ему? Он готов был убить человека, ребенка! Хотел, чтобы я непременно пошла с ним, встретилась с каким-то крудусом. Но что я ждала от этой встречи? Теплых и нежных объятий? Вряд ли они бы стали со мной церемониться, если я им нужна, как оружие.
   - Я согласна, - мой голос был приглушенным. Я сомневалась, запуталась в том, кому можно доверять. Кто монстр, а кто нет.
   - Тогда тебе надо забрать у Вальехо брунит.
   - Никогда! - я подумала о том, что в приступе злости он может убить всех в этом поселении. Без малейшего труда.
   - Но он не может находиться у него. Они итак получили слишком много возможностей! - Элла злилась, ей не нравилось, что я не подчиняюсь.
   - Я только заберу свои вещи. Кстати, ты не знаешь, куда делся мой договор?
   - Договор? Ты о чем? Энни, сейчас ты просто должна забрать свои вещи и брунит.
   Элла хоть понимала, кто такой Джейсон? Я была уверенна, что если заберу его брунит, его зажигалку, то он пойдет по головам людей, беззащитных и ни в чем не повинных людей. Неужели их правила не запрещают им убивать? Они же давно могли покорить Землю, человечество, подчинить себе всех. Разве не власть всем нужна? Власть, деньги - моей маме нужно было именно это. И другим это тоже было нужно, иначе бы не стали меня использовать. Если есть оружие, которого боятся все, то с помощью этого же оружия можно покорить себе всех, вряд ли кто-то полезет на рожон.
   И эта девушка настоятельно требует, чтобы я забрала зажигалку у Вальехо. И он станет убивать людей - это будет моя вина. И я не вынесу больше, чтобы кто-то отдавал за меня жизнь. Мне хватило смерти.
   - Даже не пытайся меня уговаривать. Я никогда не заберу у него брунит, потому что тогда, чтобы найти меня, запугать, он станет убивать ни в чем неповинных людей, - похоже, мой строгий взгляд не убедил блондинку.
   - И что? На свете шесть миллиардов людей, некоторым из которых приходится жить вечно. Должны же мы убивать, потому что не можем уйти из жизни. За нас свою жизнь должен отдать кто-то другой. Это просто, - Элла говорила так, будто для нее чужая жизнь ничто. У меня перехватило дыхание от злости. Скольких она убила? Скольких людей она заставила страдать! Они же даже не поняли, что или кто их убивает!
   - Я встречусь с Леоном, но потом уйду обратно к Джейсону. У нас с ним одна цель, и он хочет мне помочь. Я делаю тебе одолжение, Элла, только чтобы сохранить тебе жизнь.
   На самом деле в моей голове созрел коварный и жестокий план. Мне не было жалко эту девушку, потому что она не ценит жизнь, заботится только о себе. Зачем ей кольцо, если она итак потеряла все человеческие качества? Её смех, слезы, чувства - все это ложное и наигранное. Крудусы прекрасные актеры. Научились подражать человеку, проживая впустую столетия.
   - А ты научилась быть жестокой, девочка, - губы Эллы растянулись в мерзкой ухмылке, словно это была её заслуга, - мне нравится это в тебе. Ты действительно меняешься. Скоро и следа не останется от той пугливой и доброй девочки, которой хотелось разгадать все загадки крудусов. Станешь совсем как мы, - последнюю фразу Элла особенно выделила.
   Я ничего не ответила, просто развернулась и пошла обратно к дому. Никогда не стану, как они. Да, я считала себя монстром, но более добрым, чем были они. Я не могла убивать, пока... И надеюсь, что никогда не доживу до этого дня.
   В доме внизу горел свет, но хозяйки не было, никого не было. Я даже не знала, как мне бесследно уйти от Джейсона. Если он в комнате, то что сказать? Как ему объяснить, что я вернусь? Он не поверит, пойдет за мной. И Элла это заметит.
   Она умрет, если он увидит её. Потому что Джейсон точно расскажет своим, где она находится. Но сейчас я не хотела её смерти. Она нужна мне. И я буду её использовать.
   "Но ты убьешь её", - сказал мой внутренний голос. Но это была не я, не та Энни Мор, что жила во мне раньше. Мысль об убийстве пугала меня.
   Я прошла на второй этаж. Там везде горели лампочки, будто назло мне. Но я шла тихо, передвигалась возле стеночки, чтобы в любой момент можно было уйти в тень, куда не попадает свет. Наша с Джейсоном комната была чуть ли не самая крайняя, что определенно не шло мне на руку. Вальехо не стоит труда за несколько секунд оказаться на улице, но у него не было машины. И я в тайне надеялась, что у Эллы то она точно есть, не пешком же она сюда пришла.
   Но в тоже время я же просто могла все объяснить крудусу и сказать, что мы можем встретиться там, в Дублине, как он и хотел. Но есть один маленький подвох - тот, к кому он меня ведет, может уехать из города завтра, а может, его там уже нет. И неизвестно, в каком потом мне придется ехать направлении. Меня это пугало. Джейсона я и недели не знала, чтобы идти с ним куда угодно. Поэтому лучшим решением было уйти от него сейчас, а потом я могла попросить помощи у Леона, даже у Эллы.
   Но на самом деле больше всего мне хотелось попросить помощи у своего отца. Пусть он и сказал, чтобы я не искала его, забыла... Мне это не под силу. Он единственный человек, кто был со мной рядом большую часть моей жизни. Отпустить его - это тоже самое, что признать его неживым, мертвым. Я же и жила, живу, только ради него. Сейчас папа для меня самый дорогой человек. И я хотела, желала всем сердцем и душой его увидеть хоть раз.
   Открыв дверь в комнату, я сначала оглядела кровать. На ней лежал Джейсон, только было непонятно, спит он или нет. Но его дыхание было ровным, не сбивалось. Либо он не слышал меня, либо действительно уснул, а, может, он и притворяется. Играть - это у крудусов в крови.
   Я прошла в комнату, стараясь сделать как можно меньше шума. Хорошо, что моя сумка оказалась прямо возле двери. Перекинув ремень через плечо, я быстро вышла и прикрыла за собой дверь. Медлить теперь не стоило.
   Пока я спускалась с лестницы, пролетая несколько ступенек за раз, мое сердце будто набирало обороты и с каждым ударом все ускорялось. Мне было страшно, что меня могут заметить, начать спрашивать. Тогда Джейсон проснется и выйдет на шум - тогда все пойдет не по плану.
   Но внизу никого не оказалось. Все та же освещенная гостиная и прихожая. Куда все делись? Хотя меня это волновало в последний момент.
   Я выбежала на улицу и со всех ног направилась в сторону дороги. По моим расчетам, Элла должна была меня ждать там или она подумала, что я не согласилась? Она уехала? Ведь блондинки действительно не было возле дороги, нигде. Я осмотрелась вокруг в поисках человеческой фигуры, но было темно. И тут вдалеке я услышала приближающийся шум мотора. Передо мной остановился старый джип.
   - Садись быстрее! - прокричала мне девушка. Элла сидела за рулем и костяшки слишком выпирали на руке. Она с силой сжимала руль.
   Я скинула сумку с плеча и забралась в салон. В машине пахло смолой и маслом. Эта машина точно не принадлежит Элле.
   - Это же не твоя машина? - хотя мне и не требовалось спрашивать. Элла уже вдавила педаль газа, и мы мчались по одинокой дороге среди холмов. Спидометр зашкаливал, но девушку это не волновало.
   - А где мне свою взять? Я не миллионер! - огрызнулась блондинка. Я посмотрела вниз и увидела, что девушка вела машину так же босиком.
   - Где твоя обувь? - удивленно спросила я.
   - Пришлось отдать какой-то старухе. Она дала мне восемь евро за ботинки. Да и босиком машину намного лучше водить.
   - От кого мы так гоним? Элла, ты могла бы сбавить газу, потому что здесь ездят и другие машины, - сейчас мы как раз проскочили ограничитель скорости.
   - Потому что твой дружок успел уже все понять! - блондинка повернула ко мне зеркало заднего вида: сзади нас по пятам ехала машина, которая набирала скорость. У Джейсона не было машины.
   - Это не он. У Вальехо нет машины. Мы приехали на автобусе, - этим я скорее убеждала себя. Мне казалось, что мы участвуем в каких-то гонках: кто обгонит, тот останется жив.
   - Боже, Андельсон, ты разве не заметила? Дружки твоего парня ехали за вами по пятам. Они его телохранители на тот случай, если ты вдруг откажешься или наоборот проявишь свою могучую силу. Да и они заметили меня, когда я подгоняла машину. Не думала, что они решат припарковаться рядом со мной. Они бы с удовольствием приняли меня за жительницу этого поселка, если бы один из них не знал меня раньше. Черт! - выругалась блондинка, когда автомобиль сзади посигналил.
   Гнать уже было некуда - машина была на предельной скорости. Что она будет делать дальше, что будет дальше делать Вальехо? Столкнет нас или будет так и ехать до самого Дублина?
   Я видела на пальце Эллы кольцо, и мне стало страшно. Если они поймают её, то убьют. У них есть брунит. Вот почему она просила меня забрать его.
   - Отдай кольцо! - я потянулась к руке Элла, но та отдернула её. На горизонте замаячили огни - там был город.
   - С ума сошла, Эн?!
   - Они убьют тебя! Мы не можем потерять брунит! - последнее я точно зря сказала. Блондинка злобно покосилась на меня, будто в момент я стала для нее врагом народа.
   Машина сзади уже шла вплотную к нам: можно было разглядеть водителя, но я нарочно не двигала зеркало, чтобы мне был виден только бампер машины. Мне не хотелось видеть лицо Джейсона. Где-то сзади него показались еще две машины, которые приближались к нам. Элла вдавила педаль газа и резко развернулась на прилегающую дорогу. Нас занесло.
   - Черт!
   Я сильно стукнулась о лобовое стекло, отчего по лбу потекла маленькая струйка крови. Элла же была в полном порядке. Она со злостью сжимала руль и смотрела в зеркало заднего вида. Машина стояла посреди дороги, ведущей в город. Я оглянулась назад, чтобы посмотреть на приближающиеся машины, но их там не было. Ни одной.
   - Где они? - озадаченно спросила я.
   - Они не поедут в город... Не захотят привлекать внимание. Но это только сейчас. Утром они смогут нормально въехать.
   - Что это значит?!
   Элла ничего не сказала, только завела мотор и развернулась на нужную полосу. Теперь мы ехали не спеша, как какие-то туристы. Мне казалось, что за нами следят, но сзади никто не ехал.
   Мое сердце билось еще быстрее, и я не успевала стирать кровь. Рукав водолазки уже был мокрый, поэтому пришлось взять олимпийку и приложить ко лбу.
   - Тебе стоит зашить рану. Заедем в больницу? - поинтересовалась у меня Элла.
   - Нет. Она скоро заживет. Вот увидишь.
   Мне не хотелось объяснять блондинке, что не пройдет и минуты, как от раны не останется и следа. Так и было. Рана затянулась и кровь перестала течь.
   Мы путляли по городу, ища нормальную гостиницу. То есть ту, что была самой дешевой. Ни у меня, ни у Эллы не было достаточно денег, чтобы заплатить за нормальный номер. Да и гостиница нам была нужна либо на окраине города, либо глубоко в центре. Естественно, что ни на какую гостиницу в центре денег у нас не было. Пришлось выбирать самый что ни есть дешевый номер.
   Остановились мы у старого серого здания с потрепанной табличкой "Motel". Оно было настолько серым и тусклым, почти без нормальных окон, что сложно было поверить, что кто-то тут еще останавливается.
   Я открыла дверь и вылезла на улицу. Но Элла не последовала моему примеру. Она опять смотрела в зеркало заднего вида. Я обошла машину и встала напротив окна с водительской стороны. Мне пришлось кашлянуть и постучать пальцами по стеклянной поверхности, чтобы блондинка, наконец, обратила на меня внимание.
   - Извини, - она открыла дверь и вышла на улицу. Я сразу уставилась на её босые ноги.
   - Не хотела тебя прерывать, но ЧТО НАМ ДЕЛАТЬ? - я указала ей на мотель.
   - Я должна тебя привезти уже утром к Леону. Если что-то пойдет не так, то...
   - То что? - мне хотелось вмазать этой девушке, чтобы она быстрее соображала. Будто во время нашей с ней погони ей снесло мозги.
   - Я не знаю. Мы остановимся здесь. Я попрошу перевести нам денег, чтобы заплатить за номер. Я приеду за тобой утром.
   - Что значит утром? Ты оставишь меня тут одну? - мне не хотелось думать о том, что я опять в незнакомом городе остаюсь совершенно одна.
   Слишком резко все изменилось. Так не должно было быть. Элла не должна была появляться, а Леон не должен был меня искать. Я не вещь - не теряюсь, просто скрываюсь или пропадаю из поля зрения. Теперь чувство того, что меня предали, еще больше обострилось.
   Джейсон был не один, ему помогали. На тот случай, если я не соглашусь... Всегда ищи подвох, Энни, всегда. Значит, они все-таки нашли меня? Получается, что зря я убегала из города, боясь попасться в лапы убийцам. Я сделал еще хуже - пошла за теми, которые хотят из меня сделать оружие. А что делают оружием? Убивают, конечно.
   На глаза снова навернулись слезы. Только вчера я видела смерть Микки. А теперь меня обманул Джейсон. Хотя, может, он и не обманывал. Это я его разыграла. Сказала, что пойду за ним, отдала зажигалку, будто в знак моего подчинения. А на самом деле я все равно сбежала. Слишком резко поменяла направление. Запуталась еще больше, чем было до этого. Я не знала, что меня ждет в данную минуту и боялась представить, что может случиться завтра.
   - Девочка, у меня угнанная машина. У меня нет прав. Тем более этот старый джип было легко запомнить. Мне нужно поменять машину и найти деньги, чтобы заплатить за этот чертов номер. Иди уже, занимай, пока они не стали прочесывать город! - шикнула на меня девушка, но я не сдвинулась с места.
   - Ты угонишь машину? И ты же сказала, что они не сунутся в этот город.
   - На машинах нет, но твой дружок может послать кого-то и ножками прочесать город.
   Я больше не стала спрашивать, итак было ясно, что нужно быстрее замести за собой следы. Интересно, сколько эта блондинка сможет проходить босиком? В этом городе не так уж и тепло. Да и как она угонит машину?
   Когда мы заходили в неприметную дверь в мотеле, я заметила, как Элла сняла кольцо и положила в карман. И до меня дошло, каким образом она собирается угнать машину. Хочет припугнуть человека? Тогда мы в этом городе и больше двух часов не продержимся - не каждый здесь ходит босиком и не каждый является блондинкой с длинными волосами и большими серыми глазами.
   Мы заплатили за номер только половину суммы, остальную обязались внести по выезду. Нам сказали, где наша комната и дали ключ. Дальше тот татуированный мужчина просто закрыл кассу и вышел на улицу курить. Я видела через стекло входной двери, как он курит, как дрожат его руки.
   Элла не смотрела на него. Пока мы заказывали номер, она сжимала в руке кольцо, но было видно, как она волновалась. Как только мужчина захлопнул кассу, Элла завернула кольцо в тряпку и затолкала подальше в карман. Она подошла к кассе с обратной стороны дежурного столика и стала чем-то копаться в замке.
   - Что ты делаешь? - я стала с опаской поглядывать на мужчину на улице. Он мог в любой момент повернуться и увидеть, что мы тут делали.
   - Мне нужна мелочь! Вот... - замок щелкнул и касса открылась. Элла вытащила пару монет и захлопнула обратно кассовый аппарат.
   Казалось, что все это сон: погоня, этот город, босые ноги Эллы... Мне хотелось, чтобы это сумасшествие прекратилось. Нужно было, чтобы кто-то притормозил события, поставил запятую в этом бесконечном потоке слов. У меня уже болела голова, но я не могла закрыть глаза. Нужно было за всем следить, за каждой деталью.
   Блондинка подошла к телефону и кинула пару монет. Она быстро набрала чей-то номер, и не прошло и пары секунд, как в трубке послышался голос, знакомый голос.
   - У нас проблемы, - тихо сказала девушка.
   ...
   - Мы в Маллингаре. И они тоже тут... - голос Эллы стал дрожать.
   - Я еду! - Леон крикнул в трубку, и следом послышались гудки. Руки девушки задрожали и трубка выпала, повиснув на проводе. Она опустилась возле стены и заплакала, по-настоящему, как человек. В этот момент как раз зашел тот татуированный человек.
  
   Глава 11.
   Тайны Маллингара...
  
   Я лежала на кровати и считала все свои провалы в жизни. Их было много. То я в восемь лет пошла в балетную школу, чтобы хоть как-то показать бабушке и папе, что у меня есть талант. В результате, я порвала пуанты чуть ли не на второй день занятий. Я с позором ушла из балетной студии.
   И таких моментов в моей жизни было много. Мне не удавалось привлечь на себя внимание простыми способами, а плохие находили меня сами.
   В средней школе все стало гораздо хуже. Богатая девочка, которая всех сторонится, которая не устраивает великих попоек - это была я. Меня не любил весь "свет" моей школы. Я пыталась держаться рядом со "средним" звеном, но не все меня понимали и принимали. В результате, друзей было у меня немного. Да и друзьями их довольно сложно было назвать. Сложно было общаться с детьми, доходы родителей которых не составляли и пятую часть того, что получали мои родители.
   И какое же значение это имеет сейчас? То, что я была в хорошей школе с самыми богатыми детьми нашего штата, сейчас просто как старая кинопленка о каком-то другом человеке.
   Каждое утро я вставала и шла вниз, чтобы там позавтракать с бабушкой и папой. Анна редко присоединялась к нам, обычно в это время уже уходила на работу. Я всегда ходила в школу пешком или ездила на школьном автобусе. От этого непонимание еще больше увеличилось. Подруги... Я часто была одна.
   И тут перед глазами всплыл образ Эрн. Наверно, она была единственной подругой, настоящей подругой. Эрн не знала моей старой жизни. Эта девушка относилась ко мне, как к обычному человеку. В какой-то степени, Эрн пыталась понять меня, мою ситуацию, даже пыталась вместе со мной разгадать все то, что тогда окружало меня в России. Но она быстро сдалась - я не виню её за это.
   Вместе с образом Эрн в голову проник образ Дона Брауна. Вот о нем мне сейчас как раз хотелось думать меньше всего. Во-первых, его невероятная схожесть во внешности с Леоном просто пугала. Это как держать в руках две спички, совершенно одинаковые, только одна из них подделка, фальшивка, которая никогда не зажжется. И как их различить? Я надеялась, что Дон Браун остался в городе Инсенс или где-то в его пределах, хотя последние полгода от него ничего не было слышно.
   Какой он на самом деле? Он крудус? Если да, то почему отбился от "стаи"? Элоиз приказал Леону его убить. Мог ли этим заниматься переводчик, пока меня не было рядом? Он отслеживал своего брата? Нет, в это мне не хотелось верить. Будь у меня сестра-близнец, какой бы плохой она не была, я бы вряд ли смогла её убить. Но насколько хорошо я знала Леона? Если говорить о чем-то темном, загадочном - то это точно говорить о Леоне. Лишь раз он позволил себе раскрыть мне свою тайну... которая перевернула всю мою жизнь с ног на голову. Скорее всего, сейчас он глубоко жалеет об этом.
   Вечером, когда Элла звонила Леону, он ответил, что уже едет. Он должен был быть уже здесь. Но я весь вечер и всю ночь пролежала на кровати, ожидая, пока за окном стемнеет. Наступило мучительное утро, но ни Эллы, ни Леона нигде не было. Могло ли все это быть очередной ловушкой для бедной овечки Энни?
   Я перевернулась на левый бок и посмотрела в окно, за которым уже начал проступать рассвет. Это еще один мой самый большой провал - я не умела ценить жизнь. Готова была броситься в любой огонь, лишь бы достать то, что мне было нужно. Стоит ли перечислять то, что случилось со мной за один учебный год? Этих происшествий мне хватило на всю жизнь.
   Да, и еще один большой минус - моя жизнь, к сожалению, скоро закончится. Сколько бы я не пыталась бегать от крудусов, все равно находила их там, где не следовало бы. Но я узнала, что они делятся на две группировки, которые имеют вполне ощутимые, совершенно несхожие цели. Первая во главе великого и могучего Элоиза, основателя рода крудусов, хотела меня убить, пока мне еще не стукнуло восемнадцать. Вторая, во главе какого-то другого крудуса, о котором я совершенно ничего не знала, хотела сохранить мне жизнь только при условии, если моя способность станет их оружием. Что они собирались со мной сделать? Выкачать всю кровь? Или это не она виновата в том, что на меня не действует сила полулюдей? Этот холод - он же течет по моим жилам, в моих венах и сосудах, делая меня неуязвимой в физическом аспекте.
   Вспомнив все те случаи, когда я пыталась проверить свою эту "супермэнскую" способность, мне пришлось встать с кровати и пройтись вдоль комнаты. Одна только мысль о боли меня пугала. Пытаясь выстроить цепочку событий в одну сплошную и связанную линию, я окуналась в самые плохие воспоминания своей жизни.
   Я подошла к сумке и достала шкатулку, провела руками по её узорам. На этот раз эта штука не вызывала у меня никаких эмоций или воспоминаний. Я рассматривала её со всех сторон. Открывала и прощупывала каждый дюйм внутри, словно могла что-то выискать. И сейчас я действительно пожалела о том, что у меня нет ни одного брунита. Что, если действительно отыскать все восемь вещей и спрятать их тут, внутри? Никто из крудусов не сможет её открыть - так сказал Вальехо. И если он действительно не врал, то у меня есть шанс все исправить.
   Вытащив из кармана папину записку, я с другой стороны вывела карандашом:
   Кулон, ожерелье, кольцо, зажигалка
   Всего лишь четыре вещи из нужных восьми. Как узнать, где другие? Как их достать? Если они у Элоиза, то мне и в жизни не уйти от него живой. Тем более, сейчас с одним из брунитов ходит по городу Элла. Подозревает ли она о шкатулке? Блондинка не знает, что она находиться у меня, но вот Джейсон прекрасно об этом знает. Я даже была уверена, что сейчас о шкатулке знает вся его компания.
   По коже прошлись мурашки лишь от одной мысли, что все бруниты, включая эту шкатулку, окажутся у Вальехо. Там был кулон моей бабушки, я не хотела его терять или отдавать кому-то другому. Он мой.
   Я стала вспоминать все те видения, которые ко мне приходили. Было одно, в котором моя мать и бабушка разговаривали. И слова, всего одно предложение просто врезалось мне в память, словно кто-то высек его на той стороне черепа.
   Никто, кроме нашей семьи не сможет открыть эту шкатулку никогда!
   Руку пронзила боль, и шкатулка вывалилась из рук на пол. Мне казалось или я действительно видела, как бронза стала светиться? Было похоже, что все это еще одно видение, но этого просто не могло быть. Что значат те слова бабушки? Кроме нашей семьи... Семьи Петтисет? Если это действительно так, то к их потомкам относятся сейчас только два человека. И один из них крудус.
   Эта простая тайна, самая элементарная. Если бы я имела сверхчеловеческую память, то давно могла бы обо всем догадаться. Только я могла открыть эту шкатулку, только мне под силу открыть её и положить туда все бруниты, а потом закрыть. И тогда никто не сможет, просто не посмеет меня убить, даже пальцем тронуть. Вот для чего я нужна. Не убивать, а только припугивать. Если Джейсон добудет все бруниты, заставит меня им подчиняться, то Элоизу придется склонить голову перед ними. Всем придется склонить голову! Я не смертельное оружие - просто ключ, открывалка к этой шкатулке.
   Я еще раз посмотрела на шкатулку. Это была не бронза. Этот материал просто внешне очень похож. Ведь можно же сделать подделку, запросто. И бруниты, которые так похожи на материалы из старого серебра. Простой человек никогда не отличит их на глаз.
   Следует, что носить с собой шкатулку, то же самое, что носить сейф с прикрепленным к нему листком с кодом. Вот почему Джейсон не может отпустить меня. Слишком дорога? Делаю его человеком? Можно было еще раз убедиться, насколько хороши крудусы в актерском мастерстве.
   Шкатулка перестала слишком необычно светиться, и я смогла поднять её на руки. Что с ней делать? Зачем Мик отдал её мне, зная, что таким образом дает большой шанс другим крудусам. Да и почему шкатулка оказалась у него, если Элоиз должен был пристально следить за ней? И тем более, эта шкатулка принадлежит нашей семье, не ему.
   В дверном замке что-то скрипнуло. Я мышью метнулась к кровати и еле успела заползти вместе с сумкой и шкатулкой под нее. Не стоит жаловаться на мое неудобное положение. Я кое-как умещалась под кроватью, тем более со всеми этими вещами. И проблема была еще в том, что я не могла понять, кто вошел. Эллу можно было бы вычислить по босым ногам, если она, конечно, не украла у кого-то туфли. Но мое положение на пыльном и грязном полу было настолько неудобно, что подбородок утыкался прямо в сумку, загораживая весь обзор.
   - Энни, ты тут? - голос явно принадлежал сероглазой. Я молчала, боясь даже лишний раз вздохнуть. Хватит ли ей ума искать меня под кроватью или решит, что я должна быть умнее?
   На мое молчание девушка ответила противным мычанием, будто ей кто-то ударил в ребра. Я слышала, как она начала лазить по вещам, ища что-то. Хотела меня найти в комоде?
   Через несколько минут её поиски закончились. Когда дверь с большой силой захлопнулась, я смогла выдохнуть спокойно.
   Вылезая, я думала о том, что сейчас сделала. Зачем прятаться от Эллы, когда она хочет мне помочь, хоть и за определенную плату? Это скорее похоже на то, что я окончательно свихнулась. Не доверять никому - стало моим табу. Да и лежа под кроватью в голове созрел небольшой план. Он заключался в том, чтобы собрать воедино все украшения из брунита и положить их в шкатулку. Саму шкатулку желательно спрятать куда подальше, а самой убраться на другой континент. Только я не представляла, как мне сделать все это.
   Отряхнувшись, я с облегчением выдохнула и закашлялась. Мое шестое чувство подсказывало мне сейчас, что я не одна стою в этой комнате. Медленно обернувшись, увидела того, кого и ожидала.
   Элла никуда не уходила из комнаты. Она просто решила "пошутить", как в фильмах. Жаль, что я об этом не подумала. Стоило потомиться на пыльном полу подольше.
   Блондинка разглядывала меня с ног до головы, словно я статуя какая-то. Было неприятно ощущать её взгляд на себе. Она меня не осуждала, но на её лице была кривая ухмылка. В свои семнадцать лет я вела себя как пятилетний ребенок. Нет, не дождется.
   - Ха ха, - громко произнесла Элла. - Я, конечно, понимаю, что тебе не хватает приключений на свою пятую точку, но зачем прятаться? От меня.
   Я взглянула на девушку: она была одета по-другому; волосы не висели сальными прядями, а радужка глаз ярко светились в черном ободке; на ней был светло-бежевый плащ, запахнутый на все пуговицы; и были сапоги на высоком каблуке. Неужели она все это украла? На её руках я не заметила кольца.
   - Элла, извини, но мне не нужна твоя помощь, - мой голос дрожал, так как я все еще сомневалась в своем решении.
   - А меня это не волнует, Энге. Ты пойдешь со мною. У Леона возникли проблемы, поэтому его приезд откладывается на неопределенное время. Так что ты остаешься со мной.
   - Я должна уйти. Передай Леону привет и скажи, что я рада была его не повидать, - на последней фразе я усмехнулась, сама того не ожидая.
   Блондинка уставилась на меня, не веря своим ушам. Конечно, я только что, фигурально, вырвала у нее из рук последний шанс стать человеком. Не будет меня - не будет её кольца.
   - Прими душ и переоденься в другую одежду, - Элла кинула на кровать скомканную одежду, - и даже не смей сбегать.
   - И что ты мне сделаешь? Я не боюсь тебя.
   - Тебе я ничего делать не буду, но вот тот татуированный консьерж внизу может поплатиться за твой побег. Видишь, колечка на моей руке нет, - девушка показала мне руки, - значит, что я случайным образом могу причинить кому-то вред. Или ты находишь забавным то, что еще пару человек поплатятся за тебя жизнью? С таким количеством, ты можешь жить еще пол тысячи лет.
   Я готова была придушить, раскромсать на кусочки эту сероглазую. Хотелось накинуться на нее и вылить всю свою злость, что во мне накипела. Она сейчас делает то же самое, что делал Джейсон. Конечно, что я удивляюсь? Они ведь когда-то были из одной группы. Одна шайка - одинаковые порядки. Да и я не лучше. Нашла, кому давать приказы.
   Взяв в руки одежду, что принесла мне Элла, я вышла из комнаты в поисках душа. Мне пришлось забрать сумку, так как она скрывала все то, что сейчас лежало у меня в руках.
   Пока я шла в дальний конец коридора, думала о том, что Элла и словом не обмолвилась о Джейсоне. Уже почти утро - Вальехо и его друзья уже могут спокойно заезжать в город хоть целой гвардией. Они точно начнут меня искать или уже это делают. Сколько им потребуется, чтобы прочесать весь город? Может, мне вообще перекраситься в блондинку или подстричься на лысо? Одно воспоминание о моих некогда длинных волосах вгоняло меня в тоску.
   Найдя душ в конце коридора, я попыталась запереть за собой дверь на еле держащуюся защелку. С тех пор, как мне пришлось покинуть дом Лены, моя гигиена заметно пострадала.
   Холодный душ немного приглушил мой пыл. Я вымыла голову и расчесалась.
   Из потрескавшегося зеркала на меня смотрела замученная девушка с огромными синяками под глазами. Моя бледная кожа делала из меня просто зомби. Глаза были синими, не черными, что просто не могло не радовать.
   С мокрых прядей на пол стекала вода. Мне просто не верилось, что теперь я стала такой. Я никогда не заботилась о своей внешности, но любила выглядеть хорошо. Правда не настолько хорошо, как выглядели девочки из моей школы. Но сейчас меня бы там и за бездомную не приняли, а Эрн бы вообще недели на две затаскала бы по салонам.
   Лицо осунулось, стало иметь слишком резкие черты. Я заметила, что теперь была похожа на Анну. Никогда не хотела признавать наше родство, но мне достались почти все её черты. Нельзя сказать, что Анна была страшная, но ведь я особо её не разглядывала. Но мои видения подсказали мне, как она выглядела в молодости или... мне было сложно подобрать синоним к тому, что стало с Анной. Если она бессмертная, значит, не стареет. А если она не стареет, то я просто не могла понять, почему она выглядит на свои тридцать пять. Хотя, мне никто и никогда не говорил точной даты того, когда она стала крудусом. Вообще, все, что касалось моей семьи, часто было под секретом. И сейчас узнать что-то о ней было просто невозможно.
   Среди вещей, что мне дала Элла, были те, которые я бы никогда в своей жизни не надела, включая разноцветную юбку. Моей первой и последней юбкой была балетная пачка. Но ничего не приходилось делать, кроме как надеть на себя весь этот кошмар. Да, Элла принесла мне еще нижнее белье и ботинки. Первая вещь меня особо смущала своей откровенностью и большим количеством кружев. И хорошо, что блондинка угадала с размерами.
   Когда все это было на мне, я не нашла даже, что подумать, насколько мой образ был непривычным. Если я себя не могла узнать в зеркале, то что говорить о Джейсоне.
   Разноцветная юбка, темно-коричневые лосины, высокие носки темно-зеленого цвета, белая майка на тоненьких лямках, тонкий темно-синий вязаный свитер и кожаная куртка, еще ботинки на небольших каблуках - мой образ был далеко от идеального и вообще от того, в котором меня можно было узнать. Хоть юбка доставала мне до колен, что несомненно радовало. Откуда Элла взяла всю эту одежду? Я надеялась, что не украла, потому что есть вариант, что кто-то заметит на мне свои ботинки.
   Еще раз умывшись, я вышла из комнаты. Вещи, включая шкатулку, я кое-как затолкала обратно в сумку. Я пошла вдоль коридора, но не остановилась возле нужной двери.
   Я быстро проскочила мимо и выбежала на улицу. Что мне нужно было? Найти Джейсона и забрать у него зажигалку, заодно узнать, где находится мой кулон. Было сложно заставить себя выйти из здания мотеля и направиться вдоль неизвестной дороги. На табличке дома я прочла: Great Oaks.
   Я шла в сторону главной дороги, как мне казалось. Приходилось делать вид, что я знаю, куда мне идти. На лица людей я почти не смотрела - старалась сделаться незаметней. Чувство дежа-вю не покидало меня, потому что буквально несколько часов назад я делала то же самое, только с другим крудусом.
   На самом деле я ужасно боялась того, что меня ждет впереди. Идти по краю пропасти - рискованное дело. Можно оступиться, упасть... Но смотря в какую сторону ты наклонишься. Цепляясь за жизнь, ты выберешь твердую поверхность. Я же не знала, что мне выбрать. Что в этом мире хуже? Почему нет хорошего и плохого, как в любовных романах? Где тут добро, которое побеждает зло, ведь тут одно только зло. Осталось выбрать только, что хуже.
   Солнце все выше поднималось над городом, и я чувствовала себя глупо в такой одежде. Но на улице было довольно прохладно, а солнце еще не нагревало голову, чтобы прятаться от него в тени, да и слишком рано было. Город еще спал, но я как всегда искала приключения.
   Теперь я могла хорошо разглядеть место, где находилась. Дома здесь были не такие уж и старые, как показалось сначала. Вообще, здесь, похоже, был приличный район. Пройдя дальше вдоль главной дороги, я увидела улицу, где было множество высоких, грациозных и слишком серых домов. Они возвышались как старые статуи в парке, сложно было разглядеть жизнь за этими массивными крышами и окнами. Эти дома казались слишком контрастными на фоне яркой зеленой травы и розовыми деревьями. Но они привлекали внимание этой своей необычностью.
   Я надеялась, что будет не слишком заметно, если я пройдусь вдоль улицы. Мне хотелось отвлечься, пока есть время. Хотя Элла уже могла начать искать меня, но я не так далеко ушла.
   Утро было прохладным, но солнце уже ярко светило из-за горизонта. Я чувствовала себя хорошо, пока в голове не стали появляться странные образы. Одна за другой стали сменяться картинки. Я не могла понять, что со мной происходит. Пришлось остановиться, чтобы не упасть.
   Облокотившись о ствол дерева, я попыталась отряхнуть мысли от этих странных картин. Какие-то здания, люди... что это? Я не знала их. Они были мне не знакомы. Не может же быть это еще одно видение? Оно ведь приходит иначе. Да и я должна хотя бы прикоснуться к какому-то предмету. Но последнее видение пришло не от предмета, а от места.
   Последняя мысль меня пугала. Но это было ничем по сравнению с тем, какую головную боль вызывали эти картинки, появляющиеся с огромной скоростью друг за другом. Дома... горит свет... Это же те самые дома! Опять темнота. Я закусила язык и опустилась на колени, расположившись так, чтобы голова была между ног. Не помогало.
   Через несколько секунд я почувствовала привкус крови - прокусила язык. Но головная боль не унималась. Боже, как мне плохо!
   Картинки, миллионы образов людей и домов. Все это как будто разрезанная на части кинопленка. Их нельзя соединить, они создают бардак, причиняя боль.
   - М-м-м-м-м-м-м... - из меня вырвалось сдержанное мычание. Голова раскалывалась. Что это такое? Что это за место?
   Я попыталась открыть глаза, в надежде. Что хоть что-то изменится. Действительно, дом передо мной стал меняться, преображаться, возле него мелькали люди, много людей. Но это не было видением как всегда. Это что-то непонятное.
   ­- Простите, мисс, вам плохо? - кто-то встал возле меня. Я попыталась открыть глаза.
   Это был мужчина лет тридцати в сером костюме. Мне не хватало сил разглядеть его лучше, так как перед глазами снова поплыли образы, разрывая моё сознание. Что-то не так, не так, не так...
   Я почувствовала, как сознание уходило. Меня стало засасывать в черноту, но я сопротивлялась. От этого мне стало еще сложнее думать, соображать, что на самом деле происходит.
   - Мисс, вам лучше пройти со мной... - кто-то поднял меня за локоть и потащил в сторону дома. Кто это? Что ему нужно?
   - Отпустите, мне уже лучше, - я попыталась вырваться, но меня крепко держали. Сознание так и наровилось ускользнуть, но боль в руке подсказывала, что я еще была тут, в настоящем.
   - Простите, мисс Андельсон, но вам лучше не сопротивляться.
   Так, если кто-то знает мою фамилию - это очень, очень плохо. И тут я слишком резко для себя осознала, что происходит. Крудусы! Этот человек - крудус, иначе он не может знать моей настоящей фамилии. Но кто он?
   Я кое-как выпрямилась и хотела взглянуть на этого незнакомца, но меня резко толкнули в спину. Я упала на пол. Из меня выбили весь дух этим ударом.
   Лежа на паркете, я поняла, что уже нахожусь в каком-то доме. И правда, слишком странно для меня не впутаться ни в какие неприятности.
   В этом доме пол пах смолой и сыростью. Такое сочетание было новым для меня. Поднявшись на локтях, я оглядела помещение. Комната, конечно. Правда, комната совершенно пустая, даже на окнах нет штор.
   Голова все еще болела, но образы уже не так часто беспокоили меня, больше волновало - как отсюда выбраться и вообще, каким образом я сюда попала. Меня привели, бросили. И это помощь? Надо было крепче цепляться за дерево.
   Я села на паркет, внимательно осматривая, где в этом помещении может быть выход. Дверь находилась слева от меня, но не стоило было себя утруждать, чтобы убедиться, что она заперта. И судя по виду из окон - я была не на первом этаже. Неужели у меня настолько болела голова, что мое сознание пропустило мимо себя поднятие по лестнице?
   Ручка двери стала медленно оборачиваться, но я не стала смотреть в ту сторону. Надо быть гордой, пока тебя окончательно не сломали. И только когда этот человек встал передо мной, я подняла глаза. Так и знала, что это был он.
   - Привет, Джейсон, давно не виделись. Как твоя жизнь? - с сарказмом произнесла я. Его глаза просто приковали меня к полу, осуждая меня в моих поступках. И он был зол, слишком зол на меня.
   - Хороший план был, Эби, - сказал Вальехо и сел на корточки напротив меня.
   Не жалея своих сил, я замахнулась и ударила парня прямо в глаз. Такого поворота он явно не ожидал, что свалился на пол. Мой отвлекающий больной маневр удался. Я вскочила и подбежала к двери, с размаху её открыв. Не смотря даже, куда бежать, я бросилась вдоль коридора, ища лестницу вниз. Я опять убегала из дома Вальехо, опять пыталась избежать серьезных испытаний. По мне лучше постоянно скрываться. Но мое счастье закончилось на тупике в конце коридора. В другом конце, облокотившись на стену, стоял Джейсон. Он рукой показывал, что стоило бежать в другую сторону. Мне и без этого жеста все было понятно.
   - Хорошая была попытка, только неудачная. Стоит рассчитывать на интуицию или хотя бы логику.
   Теперь я пыталась взглядом проесть дыру в голове парня. Сзади меня было окно, но я не собиралась делать второй ошибки. Спрыгнув, я не могу рассчитывать на скорую помощь. Везде они - дружки Вальехо, крудусы.
   - Ты так и будешь там стоять и молчать? Я должен отомстить тебе за твой точный удар, - Джейсон все еще говорил с сарказмом. - А знаешь, хорошо, что я оставил зажигалку в кармане, иначе бы синяк под глазом заживал достаточно долго. Ты знаешь? Если к моей коже прикасается брунит, то все повреждения моего тела проходят с такой же скоростью, как и у обычного человека. Ты этого точно не знала, иначе бы давно ударила меня.
   Зачем он все это мне говорит? Чего хочет добиться? Чтобы я жалела, что не ударила его, когда с ним была зажигалка? Она итак с ним, осталось только достать.
   - Мне нужно вернуться, Джейсон, - эти слова я произнесла мягко, намекая, что не собираюсь драться.
   - Ты ведь видела эти картинки, видения? Знаешь, таких "опасных" мест для тебя в городе предостаточно. Заводи хоть в каждый угол, и ты будешь чувствовать себя настолько плохо и уязвимо, что без проблем можно будет убить тебя. Но ведь никому из НАС этого не надо? - слова Вальехо резали слух. Он знает больше, чем кто либо. Он не просто крудус, сколько ему лет? Возможно ли, что он живет дольше, чем я читала тогда в книге?
   - Прошу, Джейсон, отпусти меня. Мы можем встретиться в Дублине. Я приду, обещаю. Мне нужно только вернуться к кое-кому. Я должна встретиться с одним человеком.
   - Тогда проходи в эту комнату, и договоримся, - Вальехо открыл дверь и жестом пригласил меня внутрь. Пришлось повиноваться.
   Он запер дверь на ключ, когда я прошла в комнату. Теперь нет шансов от него уйти - никаких.
   - Этот город для тебя слишком опасен, Эби, - произнес голос сзади.
   - И что прикажешь делать? Я не собиралась здесь останавливаться. Если бы кое-кто не стал меня преследовать, а спокойно дождался в Дублине.
   - Интересно, каким из своих поступков ты дала мне это понять? Ты сбежала. Возможно, если бы ты оставила мне шкатулку... Я бы подумал о том, чтобы подождать тебя в Дублине.
   - Шкатулку, Вальехо? - мне стало смешно. Неужели он думал, что я не сложу два плюс два и ни о чем не догадаюсь. - Я знаю, что являюсь ключом к этой шкатулке. Если я положу туда все бруниты и закрою её, то никто больше не сможет открыть.
   Я повернулась, чтобы посмотреть на Джейсона. Он был крайне удивлен этому заявлению. Что ж, один один. Теперь осталось узнать, что этот парень от меня хочет, ну и поинтересоваться, на какие из улиц мне не следует ходить и по какой причине.
   - О, да ты много чего знаешь. Странно, что кто-то позволил тебя посвятить в такие тайны. Подозреваю, что это ты подслушала в одном из своих видений? Очень занимательно, Эби, расскажи, что ты еще видела.
   Я уставилась на парня, как на сумасшедшего. Откуда он знает о моих видениях, если я никому не говорила о них? Вальехо сел на пол, приглашая меня присоединиться. Я села шагах в дести от него.
   - Во-первых, меня зовут Энни. А во-вторых, я абсолютно ничего тебе не расскажу, пока ты не откроешь дверь, - я поставила свои условия.
   - Открою и даже отпущу тебя к твоей подружке Элле, если ты ответишь на некоторые мои вопросы. Один из них уже прозвучал, - так и знала, что просто так мне не выкрутиться.
   - Джейсон, я действительно не могу тебе рассказать об этом. Эти видения слишком личные для меня. Они касаются моей семьи... - я попыталась давить на жалость, хотя у меня было мало шансов, что это сработает.
   Вальехо молчал, смотря мне прямо в глаза. Он о чем-то думал, о чем-то своем. И от этого взгляда по коже пробежался холодок, тот самый, который живет в моем теле, давая мне сверхъестественные возможности. Я отвернулась.
   - Твои глаза становятся черными, но не как у крудуса. Радужка почти целиком сливается со зрачком, не оставляя от прежних ничего. Почему это происходит? - этого вопроса я никак не ожидала. Я думала, что это он даст мне ответ на этот вопрос, раз Вальехо такой всезнающий.
   - Я не знаю. Так что? Ты меня отпускаешь?
   - Ты не ответила ни на один из моих вопросов. И в доме полно крудусов. Даже если ты еще раз нападешь на меня и каким-то образом сможешь выбраться, дальше первого этажа ты вряд ли уйдешь. Энни, я не хочу тебя убивать или пытать. Мне просто нужно больше знать о тебе, - эти слова Вальехо произнес искренне, но сколько раз я убеждалась, что даже искренность у крудусов наигранная.
   - Джейсон... скажи, почему этот город опасен для меня и вообще расскажи все, что знаешь обо мне. Вообще, откуда ты можешь хоть что-то знать обо мне? - мой голос дрожал.
   - Ты разве не догадываешься? Сьюзан. Её дочь, твоя мать - Анна. Они знали о тебе больше, чем кто-либо другой. И вот кто-то из них и сообщил нам много интересных фактов о тебе.
   На глаза моментально навернулись слезы. Предательство хуже всего другого. Анна не могла обо мне ничего знать, но вот Сьюзи... Бабушка предала меня? Я уже второй раз прихожу к этой мысли, и мне становится плохо. Она не могла... Это мои тайны, её тайны. Она любила меня, помогала... если она что-то и знала обо мне, то почему при жизни ничего не рассказала? Почему она послала Микки после своей смерти? Кто она вообще была в этом замкнутом круге из крудусов?
   - Это неправда. Бабушка умерла задолго до того, как со мной стало все это происходить. А Анна... - я посмотрела на Вальехо, он смотрел мне в глаза, говорил, но без слов. Он отвечал на все мои вопросы просто одним взглядом. Меня предали. Предал родной мне человек.
   - Энни, я знаю, что тебе пришлось очень плохо. Я пытаюсь помочь тебе, но ты не можешь мне довериться. Давай выйдем на улицу, я покажу тебе все, расскажу об этом городе. Но и ты должна поверить мне и все рассказать.
   Джейсон встал с пола и отряхнулся. Он открыл дверь и вышел. Я не знала, что мне думать, поэтому просто встала и пошла следом за Вальехо. На улице у меня больше шансов сбежать, только если мне опять не станет плохо.
   Я не понимала, какую игру мы ведем. Кто задает вопросы, а кто отвечает. Дом, в котором мы были - это тот самый, серый и слишком контрастирующий со всем вокруг. Его серость снаружи отражалась и изнутри. Здесь почти не было мебели, а стены были просто заштукатурены. Спустившись по винтовой лестнице, мы с Вальехо пошли к входной двери. Я не заметила в доме кого-либо еще, но они явно просто не показывались, чтобы мне нельзя было их запомнить.
   Нет, в этой игре не я главная. Хотя я являюсь главной - главной мишенью для всех.
   На улице уже ярко горело солнце, не сильно возвышаясь над нашими головами. Я не помнила, как меня сюда привели, но это место пугало. Голова стала тихо пульсировать. Если эти картинки опять начнут проноситься с огромной скоростью, то второго раза я не выдержу.
   Джейсон вышел на проезжую часть и встал посередине дороги. Было утро, поэтому машин еще не было. Неужели он хочет, чтобы я встала рядом с ним? Я прошлась чуть подальше и встала так же посередине дороги напротив Вальехо. Наверно, со стороны мы казались самоубийцами, ожидающими своей участи с самого утра.
   - Видишь эти дома? Эти улицы? Оглядись! - я осмотрелась. - Маллингар один из городов, который построили мы, крудусы. Дома, улицы - все сделали мы. Ирландия прекрасная страна, в которой было мало переселенцев. Маленький остров, который не предполагает, чтобы здесь было много людей. И этот город тоже должен был стать нашим домом. Энни, ты не представляешь, сколько здесь, на этих улицах, произошло. Поэтому ты и видишь нескончаемые картинки. Здесь нет точных воспоминаний, потому что их было слишком много... Для тебя опасны здесь почти все улицы. Энн...
   Я даже не заметила, как Вальехо подошел ко мне. У меня слишком разболелась голова, чтобы вообще хоть что-то замечать. Но когда Джейсон уже поравнялся со мной, мне пришлось оторвать взгляд от асфальта.
   Холод стал растекаться по телу, заставляя меня дрожать. В голове опять стали мелькать картинки. Они мешали сосредоточиться. Вальехо уже дышал мне на лицо.
   - Прости, что предал тебя...
   Джейсон наклонился и поцеловал меня. Его губы были горячими, но мне было сложно что-то понять. Он обхватил меня за талию и прижал к себе. Холод, холод, холод... он растекается по всему телу... И я отвечаю на поцелуй Джейсона. Запах роз охватил меня, затянул в свою пучину. Я чувствовала, как сильно начинаю дрожать, и что Джейсон все сильнее прижимает меня к себе. И как только я охватила его руками, то осознала, что сбоку от меня стоит человек и смотрит прямо на нас. Я попыталась оторваться, посмотреть, кто это... Но я итак знала, кто это был.
   Он пришел за мной. Я отпустила руки...
  
   Глава 12.
   Дневник...
  
   Я резко отошла от Вальехо на несколько шагов, пытаясь уловить взглядом человека, стоящего сбоку от нас. Он был высоким, с темными каштановыми волосами, которые довольно сильно отросли с тех пор, как я его не видела. Мне показалось, или он что-то прятал за своим длинным плащом. Сейчас казалось, что этот человек - бетмэн и сейчас пришел, чтобы спасти меня. Жаль, что его помощь уже не нужна.
   Я не поворачивала голосу, но мне сложно было уследить за двумя молодыми людьми, которые стоят в противоположных сторонах друг от друга. Тот высокий человек, стоящий на другой стороне дороги - Леон Браун. Тот самый переводчик, который бросил меня одну в Ирландии, который пообещал приехать как можно быстрее. Он все обещал, обещал, обещал, а я доверилась. Как я еще хотела, чтобы он никогда не покидал меня, как это сделал Мик? С удовольствием сейчас бы придушила Леона собственными руками и ни капли не жалела об утрате. Я бы это сделала в любом случае за эти две проведенные здесь в одиночестве и страхе недели.
   И тут я не смогла больше выдержать и развернулась в сторону Леона. Он стоял неподвижно и смотрел только на Вальехо, словно меня тут и не было. Конечно, после такого предательства будет сложно смотреть в глаза человеку. Именно человеку, а не крудусу.
   Переведя взгляд на Джейсона, я заметила, что он смотрит куда-то в уровень живота переводчика. На секунду он перевел взгляд на меня. В его глазах был ужас. Чего он боится? И только я хотела озвучить один из мучивших меня вопросов, как Леон резко выдернул руку из кармана и что-то блестящее промелькнуло в воздухе. Это что-то тут же поймал Вальехо. Не стоило труда догадаться, что это было.
   - Узнаешь вещицу, Вальехо? - надменным и равнодушным голосом спросил Браун. И Джейсон по-видимому сразу догадался, что держать эту вещь в руках небезопасно. Но как только он поднял руку, чтобы положить брунит в карман, прозвучал выстрел.
   Сама того не замечая, я понеслась к Вальехо. И тут прозвучал второй выстрел. Жгучая боль появилась в области сердца, словно его вырвали. И его действительно вырвали, подстрелили...
   Я могла видеть, как Джейсон опустился на колени, захлебываясь своей кровью. Как его руки с дрожью сжимали маленькую цепочку брунита. Его глаза померкли. Из них уходила жизнь. И из меня тоже... Я не чувствовала ничего, кроме жгучей боли в груди. Спустя секунду я так же опустилась на колени, пытаясь вдохнуть глоток воздуха. Но я не могла. В горле застыла противная жидкость с запахом меди - кровь. Я хотела протянуть руку к Вальехо, попытаться забрать у него цепочку, если бы это хоть как-то его спасло. Но все было кончено.
   Пригнувшись к асфальту, я могла наблюдать, как моя кофта и куртка пропитываются алой кровью. Почему я не умираю? Если это действительно был выстрел в сердце, то я бы не смогла протянуть столько времени. Но единственное, что я чувствую - это как течет кровь в моих жилах, пытаясь восстановить кровоток, залатать мою рану, но слишком сложно. Метал внутри моего тела мешает мне залататься, выжить. И холод в теле, который сейчас сосредоточился в груди, не помогает. Но он хоть ненамного тушит тот вспыхнувший во мне пожар...
   Чуть ли не целуя асфальт и пытаясь откашлять кровь, я понимала, что человек, которому я могла доверить свою жизнь, которой теоретически мог еще помочь мне, сейчас выстрелил в меня. Я чувствовала, как душа, моя жизнь пытается покинуть мое тело, но моя сверхъестественная сила не дает ей это сделать. Я мечусь между жизнью и смертью.
   Я попыталась поднять голову и посмотреть на него в последний раз перед тем, пока мои силы не иссякнут окончательно. Мне нужно было убедиться, что он действительно ненавидит меня настолько, что убил меня.
   Но мой взгляд привлекла цепочка в безжизненных руках Вальехо. Почему Леон не подходит и не забирает её? Он вообще еще тут или уже ушел? Не захотел смотреть на мою смерть, наверно. Но как только я пытаюсь дотянутся окровавленной рукой до Вальехо, кто-то сильно дергает меня за волосы кверху.
   - Ты не смеешь это сделать, Эн! - свирепо надо мной закричал Браун. А я-то думала, что он слабак. Все же решил посмотреть, как долго я смогу еще продержаться.
   - Я... тебя... ненавижу! - слова хрипло срывались с моих губ вместе с кровью. Если я и выживу, насколько сильно смогу ненавидеть Леона Брауна, чтобы потом убить его так же, как он сделал сейчас с Вальехо?
   - Ты мне еще скажешь за это спасибо. Поднимайся! - переводчик схватил меня за руки и стал тянуть к верху, но я не чувствовала своих ног. Они больше не принадлежали мне.
   Но как только Леон поднял меня на руки, я почувствовала невыносимую боль и закричала. Я умоляла его отпустить меня, потому что каждая вибрация от ходьбы заставляла меня проходить все круги ада в виде невыносимой боли. Она выжигала мою грудь. Холод в теле выливался из меня вместе с кровью. Он больше не спасает меня.
   - Вытащи её! - кричала я Леону, когда он меня нес. Пуля в моей груди мешала мне выздороветь, и холод, который становился все меньше, заставлял меня думать о скорой смерти. Но никакие мысли не могли заменить разрастающийся огонь в груди, который вскоре перекинулся на все тело.
   - Прошу, вытащи её! - из глаз лились слёзы, не давая мне увидеть, куда меня несут.
   Мне хотелось сейчас провалиться в темноту, упасть в глубокую яму, где нет ничего: ни боли, ни страданий, ни предательств. Та тишина и спокойствие, куда приходят те, кто покинул реальный мир раз и навсегда. Я действительно хотела умереть. Было и это подсознательно или эти мысли возникли из-за бушующего в теле огня, я не могла понять. Казалось, что Энни Мор постепенно сходит с ума.
   В голове проносились все счастливые моменты жизни, но это я пыталась их выудить из своей памяти. Значит, неправда, что перед смертью проносится вся жизнь. Я еле могу сообразить хоть что-то.
   Но мысли текли своим потоком. Я почувствовала, как мое тело погружается в замкнутое пространство - машина. Конечно, меня же надо где-то закопать. Леону надо избавиться от всех улик, сказать Элоизу, что он убил меня и что теперь, если можно, они помилуют его и брата Дона...
   - Прошу, потерпи немного. Нам надо убраться из города, - этот голос показался мне умиротворенным и ласковым. Он точно не мог принадлежать тому убийце, который минуту назад нес меня на своих мерзких руках.
   - Все горит... - мой голос был еще тише и еще более хриплым. Казалось, что говорит какая-то старушка.
   В голову проник образ мой бабушки: она улыбалась мне и пыталась что-то сказать. Я внимательно её слушала, но не могла разобрать слов. Приблизившись еще ближе, я заметила, что из её носа тоненькой струйкой течет кровь. Нет!
   Образ сразу же размылся, возвращая меня в реальность. Это всего лишь галлюцинации, но я не чувствую себя лучше. Пуля в сердце мешает мне дышать, думать, что-то делать. Слезы новым потоком полились из глаз сразу же, как только я попыталась подняться и посмотреть на место, где нахожусь.
   - Прошу, убей меня, - это уже был мой голос, ровный, но немного дрожащий.
   - Я не хочу тебя убивать, Энни.
   - Но ты итак это сделал. Просто дай мне брунит, так будет легче, - голос ломался, дрожал, но я прилагала все усилия, чтобы не сойти с ума, чтобы добиться того, чего хочу.
   - Они едут за нами, извини. Нам надо оторваться, - в голосе Леона были нотки беспокойства. Странно, что он не делал вид, что ему все безразлично.
   Резкий поворот. Кочка или бардюрина. Я подлетела вверх и грудью ударилась о сидение спереди. Боль пронзила все тело и мне показалось даже, что я отключилась. Но это была слишком хорошая иллюзия.
   Браун открыл дверь и взял меня на руки. Я стала вырываться, но моих сил лишь чуть-чуть хватало на простые похлопывания по рукам крудуса. Яркий свет ударил в лицо, отчего пришлось открыть заплывшие глаза. Ничего нельзя было различить, кроме одного - восходящего над нашими головами церковного креста.
   Это было слишком. Зачем окровавленного получеловека-полунеизвестно кого приводить в церковь. Но когда мы переступили порог священного места, я заметила, как холод внутри меня зашевелился с новой силой. Словно из воздуха внутрь, по моим венам с новой, еще большей силой стала разливаться долгожданная и спасительная прохлада.
   С огромного церковного изогнутого потолка свисала красивая люстра. Я пыталась разглядеть узоры, пытаясь отвлечься и набраться сил, которые с новой силой приходили в мое тело. Мы прошлись до алтаря. Искусно разукрашенного золотом. Мне было стыдно находиться в церкви не только потому, что в Бога я никогда не верила, а что я оскверняю своей кровью этот деревянный пол, это священное место для горожан. Почему их нет кстати?
   - Не уходи, - Леон пошел куда-то в сторону. Я хотела подняться, но боль в груди опять заставила меня согнуться и выплевывать окровавленную слюну на пол.
   Это все было неправильно. То, что сейчас со мной происходит, что Леон так неожиданно появился тут, то, что он выстрелил два раза: в меня и Джейсона. Этому должно было быть объяснение, как бы сумасшедшее оно не было.
   Из глаз снова хотели политься слезы, но я уже устала реветь. Это не помогало мне унять боль. Оставалось только ждать. Чего? Просто когда кто-то придет и спасет меня. Это был единственный выход. Ждать спасения или спасителя.
   Вдалеке послышались шаги. Я завертелась, но так и не смогла повернуться в сторону издаваемого звука. Шаги быстрые, очень громкие в этом глухом помещении. Я надеялась, что это был простой человек. Он пришел спасти меня. Но как только перед мои неясным взглядом появилось лицо, все стало ясно. Здесь не найти спасения.
   - Тебе придется терпеть сильную боль, - произнес с сожалением Леон. Интересно, когда он стрелял в меня, он тоже сожалел? Но это было неважно, когда с меня стали срывать верхнюю одежду, обнажая мою грудную клетку.
   - Что ты делаешь?! - я постаралась придать голосу как можно больше злости. Но это не подействовало. Руки все еще срывали с меня одежду, обнажая плечи. Ладони были холодными и дрожащими.
   - Это никуда не годиться, все в крови. Мне придется тебя раздеть.
   От мысли, что меня кто-то увидит полуголой становилось неприятно. Но та пуля, эта боль, этот холод - все смешивалось, делая невыносимым мое состояние. Нет. Стоп. Я не хочу. И дело было не в моей стеснительности. Это церковь, так нельзя.
   - Промой так рану и отвези меня в больницу, пожалуйста, - умоляла я.
   - Энни, ты в бреду. Подумай. Как я тебя отвезу в больницу? Что я скажу копам, а если я не смогу отвезти тебя, не встретив при этом "дружков" Вальехо? Энни, ты сойдешь с ума от боли.
   Последнее предложение я не поняла. Какую боль он имел ввиду? Ту, что сейчас испытываю я или которую испытаю, если его убьют?
   Моё зрение резко прояснилось от ужаса, что если вдруг убьют Леона, то я точно не выживу. Я посмотрела в его глаза, в его лицо, которое сейчас нависало надо мной. Смогу ли я жить, осознавая, что этот парень отдал из-за меня жизнь? Да и вообще, почему я думаю об этом, если никогда даже симпатии не испытывала к этому крудусу. Но эти глаза, ярко-зеленые, как летняя трава, как все эти бесконечные холмы в Ирландии. Они говорят, просят меня послушаться.
   - Сделай это. Но знай, я все равно тебя ненавижу.
   - Ненависть тоже хорошее чувство. Главное, что ты не превратилась в глыбу, - усмехнулся Браун, но было не смешно.
   Леон чуть приподнял меня над полом и одной рукой поддерживал меня за спину. От холодных ладоней по коже прошлись мурашки, но когда я увидела, что вся грудная клетка, мое белье - все было темного алого цвета засохшей крови, мне стало дурно. Любой другой обычный человек давно лежал бы мертвым, но я нет.
   - Смотри мне в лицо, - приказал Леон, и я послушалась.
   Пытаясь отключиться от боли, я стала рассматривать все изменения, что произошли с моим переводчиком. Его волосы отрасли на несколько дюймов и теперь свисали паклями с головы. Его кожа была слишком бледной и с сероватым оттенком. На лбу пролегли четко-выраженные морщины, словно он думал не переставая несколько недель.
   От резкого рывка я закричала, и мой голос пронесся эхом по пустующей церкви. Я смотрела на Леона, а он на меня.
   - Я вытащил, но кровь не останавливается. Мне надо еще раз промыть рану.
   - Только быстрее.
   Холодная вода полилась на меня, сливаясь кровавым потоком на пол. Представляю, что подумают прихожане, если увидят все это. Жертвоприношение какое-то.
   Я почувствовала, как холод сосредоточился в груди и стал заполнять ту боль, что там была. Пожар затихал, давая место прохладе. Я уже смогла сама подняться, но голова все еще кружилась. Леон снял свое пальто и накинул мне на плечи. Я бы предпочла снова надеть свою одежду, не будь она разорванной и мокрой.
   - Мне нужно вернуться к Элле, - я не понимала, зачем мне понадобилось возвращаться к этой блондинке, но стоило отблагодарить, что она наконец организовала мне встречу с Леоном.
   - Зачем тебе к Элле?!
   - Мне надо её поблагодарить! - меня раздражала эта ситуация, словно переводчик не понимал, зачем мне видеть Эллу.
   - Энни, она тебя предала. Это была ловушка. Этот город был для тебя ловушкой. Вся эта игра в предателей и святошей... Она с ними, с Вальехо с самого начала. Лишь один раз она переметнулась на другую сторону. Но я... Она должна была доставить тебя их предводителю.
   Я не верила своим ушам. Как так? Это не могло быть игрой! Элла спасла меня от Вальехо, у нее был брунит. Мы мчались в этот город, прятались. Она звонила Леону, говорила о том, что у нас проблемы. Это все не могло быть игрой. Или могло?
   - Она позвонила и сказала мне, еще около недели назад, что нашла тебя и что знает, где ты. Сказала, что ты согласна стать их сообщницей. Но если я хочу тебя вернуть, я должен буду приехать в Ирландию и отдать им брунит, который у меня был. Я знал, что ты пойдешь с ними, потому что они хотят сохранить твою жизнь, но использовать её так, как хочется им. Я не мог этого позволить, я обещал никогда не бросать тебя, - Леон встал и стал моими вещами вытирать грязный пол возле меня, давая время осмыслить все то, что он сказал.
   Я стала озираться по сторонам. Слева от меня был прекрасный алтарь с образом Иисуса. На минуту показалось, что он живой. Ведь крудусы, их легенда. Эту способность им даровал Ангел. Но если это действительно было так, то Бог тоже существует. Но что за Ангел согласился подарить человеку такое проклятье. Что это был за Ангел?
   - Я не хочу больше тут находиться, - замешкавшись, я все же встала и стала вертеться в поисках выхода. Еще мне нужна была моя сумка, где она? Я уходила вместе с ней, потом меня забрал Джейсон... Он мертв.
   Я рванула с места к главному входу в церковь.
   "Ты его не вернешь!" - прокричал голос внутри меня. Рана на груди все еще кровоточила, но мне было все равно. Только Джейсон мог все рассказать о крудусах, он все знал. Он знает все обо мне. Вальехо не может умереть.
   - Эн!
   Не успела я докоснуться до ручки, как крепкие руки схватили меня и оттолкнули назад. И я была слишком слаба, чтобы сопротивляться. От сильного толчка я упала на пол. Леон присел на корточки рядом со мной.
   - Что ты делаешь?! - закричал он на меня.
   На самом деле в моей голове все смешалось. Где была реальность, я не могла понять. Эта церковь сбивала с толку, включая ту легенду о том, как появились крудусы.
   Я посмотрела на сосредоточенное лицо Леона и мне стало еще хуже. Передо мной был не просто человек, не просто крудус, а убийца. Сколько еще таких людей или нелюдей он убил? Он стал как его брат-близнец. Я до сих пор помнила безумное лицо Дона Брауна, который пытался меня убить своими эмоциями. И тогда мне действительно было страшно, потому что Дон и Леон настолько были похоже, что сложно было понять, кто есть кто... А вдруг сейчас передо мной был не Леон?!
   - Отвечай, что случилось вечером перед домом Сьюзи? Что произошло со мной, когда я стояла с Микки? - я вцепилась в руки как мне казалось Леона и пыталась уловить фальшь в глазах этого крудуса.
   - Ты сошла с ума? Энни, что с тобой? - он непонимающе уставился на меня, но я ждала ответа. Молчание затянулось на несколько минут, пока крудус передо мной не отцепил мои руки и тихо не произнес:
   - Ты впитала в себя часть тумана. Это выглядело так, словно он влился в твою кровь. Ты упала в обморок.
   Это точно был Леон, только он выглядел слишком напряженным. Видимо, вспоминать то, что тогда произошло, ему было не совсем приятно. Я заметила, как черное кольцо вокруг его радужки увеличилось в размерах, отчего зеленые глаза стали более темными.
   - Я думала, что ты мог быть Доном Брауном, - очень тихо произнесла я.
   От этих слов радужка переводчика стала совсем черной. Он злился.
   - С чего Дону здесь быть?! Он тебя знать не знает! У него свои заботы! - я впервые услышала, как Леон так сильно кричал. Я не думала, что воспоминания о брате-близнеце его выводят из себя.
   Теперь в минуты молчания я пыталась перебрать все те воспоминания о Доне Брауне у себя. Когда я его видела и сколько раз? Это было единожды, когда он попытался убить меня. Но мне казалось, что я видела его второй раз... Его голос крутился в голове, это точно был он, но я не могла вспомнить. Что-то мешало, какое-то потрясение, заблокировавшее это воспоминание.
   Ты пожалеешь, что когда-то помешала мне, - прозвучал голос в голове. Эти до жути знакомые слова. Точно!
   - Леон... - Браун обратил свой взгляд на меня, пытаясь понять, сошла ли я с ума или нет, - Дон вернется за мной.
   Эти слова как удар молнии - поразили переводчика в самое сердце или то, что заменяло его. Конечно, этих слов он меньше всего ожидал.
   - О чем ты говоришь? Видимо, у тебя просто шоковое состояние от боли.
   - Нет же! - я поднялась на локти. Теперь кое-что в моих воспоминаниях прояснилось. - Помнишь день, когда были похороны мамы Джонни Эльс? Так вот... я никому не рассказывала, потому что потом я сбежала... Нет, просто. Понимаешь? В ту ночь мне помог Дон. Его голос был в темноте! Он сказал, что поможет мне выпутаться из всего этого, но он сказал, что я пожалею, что помешала ему. Я не придала тогда этим словам никакого значения, потому что было не до этого. Но ведь Дон... Ему не понравилось, что его эмоции на меня не действуют. Мне кажется, что он решит в скором временем найти меня.
   После сделанного вывода перспектива остаться с Леоном меня удовлетворяла в полной мере. Я не знала, кто такой Дон Браун, но даже если судить, что он сделал с Джонни, как издевался над ней - не факт, что он меня погладит по головке.
   - Это самая нелепая вещь, которую я когда-либо слышал, - сказал Леон пренебрежительным тоном. Конечно, в его планы не входит защищать меня еще и от своего брата.
   - Он не смог убить меня! Думаешь, этого недостаточно, чтобы вернуться и попробовать сделать это снова? - я чувствовала, как накалялась ситуация.
   - Он не станет убивать тебя.
   - У него не было мотива, чтобы убить Джонни, чтобы убить её мать, что бы убить всю семью Чэндлер! Но он сделал это! Он убивал каждый год, который провел в городе Инсенс! И я стала той, его первой жертвой, которая даже не почувствовала и капли боли.
   - Он не знает, где ты, Энни. Он о тебе ничего не знает.
   - Он знает. Знал, что они меня стерегут, когда еще... - следующие слова не хотели вырываться из моего горла, - не хотели меня убить.
   - Чтобы убить тебя, ему нужен брунит! И он никогда не сможет его добыть. Тем более... с чего у тебя такие выводы?! Нам уже надо уходить, есть одно незаконченное дело в этом городе. Но завтра мы уже должны быть в Дублине. Нужно найти одного крудуса.
   Я ничего не ответила, так как слов не было. Мне не верят - это было ясно. Мне никто никогда не мог поверить: все мои странные слова и выводы, которые не подчинялись обычной логике человека - все это показывало только одно, что мне пора заканчивать с этим. Но не только у Леона есть незаконченные дела в этом городе. Моей все еще главной задачей было собрать все бруниты и поместить их в шкатулку. Хотя для начала стоило найти сумку. Два брунита было у Джейсона, один у Эллы и как оказалось - у Леона тоже. Оставалось четыре. Где их искать - у меня не было ни малейшего понятия.
   Встав с пола, в чем мне незамедлительно помог Леон, мы вышли из церкви, только вот не через парадную дверь, а через черный выход. Кругом обойдя площадь, мы завернули к неподалеку припаркованной серебристой Volvo.
   Сев туда, я заметила свою сумку на заднем сидении. Если бы Леон понимал, какую ценную вещь я там таскаю, вряд ли бы оставил в машине. Когда мы тронулись, я не задавала никаких вопросов насчет нашего или его дальнейшего плана, но было ясно одно - добровольно посвящать меня в него переводчик точно не хотел.
   Мы проезжали улицу за улицей, петляя среди домов. Я хотела сказать, чтобы Леон вернулся обратно к телу Вальехо, но понимала, насколько это может быть небезопасным. Да и поверить, что его больше нет - было слишком сложно. Всего за несколько дней он рассказал мне столько, сколько не рассказал никто в моей жизни. Вероятно, в их группировке тайны ценились не так сильно, как в той группе, где главным был Элоиз.
   - Элла действительно была с Вальехо? Вот почему она смогла так быстро меня найти. Да и появление Джейсона в моей жизни было слишком резким. Он хотел завоевать мое доверие, но понимал, что я никогда не смогу довериться ему. Поэтому была призвана Элла. Её-то я знала, да и она уже спасала мне жизнь. Скажи, когда она была на вашей стороне? - моя речь была немного несвязной, но это было единственной темой, которую я могла озвучить.
   Леон даже не посмотрел в мою сторону, только вот костяшки на руках стали сильнее выделяться. Наша первая встреча после недолгой разлуки оказалась не такой приятной, как мне представлялась. Все пошло не так с того самого момента, как раздался второй выстрел. Было ли это специально или просто способ защиты - я не имела никакого понятия. Смогла бы я когда-нибудь простить человека за такой поступок? Конечно, нет.
   Мы ехали от силы минут десять, не разгоняясь больше 30 миль/час. И та улица, на которую мы завернули, показалась мне слишком знакомой. И только когда я вышла из машины, то поняла, что я здесь была. Это было не в действительности, в Ирландии я никогда прежде не была, но это было в моих видениях. Еще в самых первых, когда я не могла точно осознать, что это такое. Но ведь именно они оказались самыми значимыми. И эта улица...
   Я взглянула на указатель на дороге, на котором значилось:
   Pettiswood Manor
   - Что это значит? - я вышла из машины как раз в тот момент, когда из нее вышел переводчик. - Что это за улица? Почему Петтисвуд?!
   Мое терпение окончательно лопнуло. Что все это было? Я тут была и помню, что тут моя мама просила помощи у бабушки. Это было больше полугода назад, когда я в третий или четвертый раз упала в обморок. Там я видела мою маму со мной на руках, мне было не больше года. Анна просила помощи у Сьюзи, но та не согласилась пустить её в дом. И тогда мама отдала бабушке кулон. Тот самый, который потом принес мне Мик, в котором была записка от бабушки.
   Я огляделась вокруг, пытаясь вспомнить местность. Тогда район казался мне нежилым, но теперь здесь довольно оживленно. Дома стали выглядеть более опрятно и современно.
   Леон, не обращая на меня никакого внимания, шел вниз по дороге. Машину мы оставили у обочины. Я вернулась к ней, чтобы забрать свою сумку. Странно, что этот крудус не поставил сигнализацию. Надеюсь, что машина его, а не чья-то.
   Я догнала его уже на дороге, которая сворачивала вправо от главной. Переводчик шел не спеша, будто гулял. Он не хотел привлекать внимания. Но когда он стал подходить к заброшенному дому, Леон остановился и обернулся ко мне.
   Нельзя было не помнить этот дом. Одноэтажный, обычный, ничем непримечательный. Он был такой же ветхий и заброшенный, как и в моем видении. Крыша немного накренилась в сторону, и казалось, что она ненароком может обвалиться. Шторы в доме были плотно завешаны, что нельзя разглядеть, живет ли там кто-то или нет. Но судя по состоянию жилища, там точно давно никто не обитал.
   Видимо, мой удивленный взгляд ничего не дал понять переводчику. Конечно, он даже и не знает, что я вижу какие-то там видения из прошлого. После сегодняшнего дня я вряд ли о них расскажу.
   Леон достал ключ из заднего кармана брюк и прошел к входной двери дома, бабушкиного дома. Я следовала в двух шагах от Брауна. Когда мы вошли, в нос сразу ударил тяжелый запах плесени.
   - Ну скажи что-нибудь. Я знаю, что это за дом, - обратилась я к Леону, пока он осматривался.
   - Это дом твоей бабушки. Вообще вся улица когда-то была названа в честь одной знатной семьи этого города. И твой дед именно отсюда родом.
   - Хочешь сказать, что мой дед был ирландцем? ­- удивилась я. Никогда не задумывалась о том, кровь какого рода течет в моих жилах.
   - Именно это и хочу сказать. Этот город некогда принадлежал крудусам... пока население Земли не перевалило за три миллиарда. После здесь оставались только самые стойкие и кто не боялся сопротивляться... Это неважно. Мне нужно кое-что найти.
   Я разозлилась и подошла к самому носу переводчика. Он был выше меня на несколько дюймов, но это не мешало мне с силой, которая только нашлась во мне, толкнуть его в грудь.
   - Объясни мне, черт возьми, что за выходки ты сегодня устраиваешь?! Зачем ты убил Джейсона? Зачем ты стрелял в меня и что мы, черт подери, делаем на улице моих предков?
   Единственное, что произошло, это глаза Леона почернели настолько, что радужка слилась со зрачком. Я больше не боялась пистолета и пуль, хотя это и было неприятным.
   - Элоиз, - резко начал Браун, - думал, что если он убьет тебя в церкви в твое восемнадцатилетние, то тем самым снимет то проклятье, что на него наложено. Оно заключается в том, что он будет жить вечно. Его нельзя убить ничем, включая бруниты. Поэтому все так его боятся. Но и у него есть одна слабость - это ты. По легенде, о которой он сам рассказывал, - Леон прошел в просторную гостиную, соединенную с кухней, - если убить того, кто имеет способность к блокированию нашего проклятья, то все мы перестанем быть бессмертными, иметь специфическую возможность убивать людей эмоциями. Но минус в том, что, снимая это проклятье, он обрекает всех крудусов на смерть. Не забыла? У нас нет сердца. Я не смогу быть человеком без сердца.
   Сказать, что я была удивлена - это ничего не сказать. Этой маленькой подробности об Элоиза я точно не знала. Зато это почти полностью объясняет то, почему Элоиз так жаждет меня убить, а вот другие крудусы так сильно сохранить мне жизнь.
   - Но я не умерла, когда ты выстрелил в меня.
   - И это было моим первым облегчением. Значит, что вся эта легенда, о которой постоянно говорил Элоиз - полная ложь.
   - Может потому, что мне нет восемнадцати?
   - Я долго думал о том, по какой причине тебе разрешили жить именно до этой даты, - Леон рылся в каких-то газетах на журнальном столике.
   - И к какому выводу ты пришел?
   - Что после восемнадцати с тобой случится что-то такое, чего не может простить себе Элоиз. Я не мог узнать, что это, потому что он не до конца доверял мне. Из-за того, что я не убил Дона, он перестал рассказывать мне свои басни о тебе и о себе.
   Леон раскидывал ненужные ему вещи на пол. И только теперь я поняла, что следовало бы приглядеться к этому дому. Ведь я так ценила все то, что мне напоминало о бабушке. И когда у меня ничего не осталось, то здесь можно было бы найти хоть какую-нибудь фотографию со Сьюзан.
   Комната, в которой мы находились, оказалась не такой просторной, как показалось сначала. Справа от меня была маленькая кухонька, в которой с трудом бы поместился хоть один человек. Слева была гостиная, в которой стоял камин, журнальный столик и диван, усыпанный слоем пыли. Я попыталась вдохнуть, но в горле сразу запершило. Я не чувствовала здесь бабушку, словно Сьюзи тут находилась всего пару дней. Но здесь на стенах было много фотографий в рамках, а на столике и камине лежало множество вещей: от газетных вырезок до скуренных сигар.
   Я стала рассматривать фото: здесь была Анна, одна Анна. Сначала было несколько фото Анны, дедушки и Сьюзан вместе, когда моей маме было не больше пяти лет. Потом же пошли фото одной Анны. На некоторых она невероятно была похожа на меня, у нее были такие же длинные волосы, как у меня когда-то.
   - Моя семья довольно богатая, так зачем им был нужен этот маленький дом? - удивилась я, посмотрев на фото Бенжамина и Анны. Дед качал мою маму на качелях, они смеются. Я не могла поверить, что когда-то и они были счастливой семьей.
   - Я не знаю. Твоя бабушка мало рассказывала о своей личной жизни. В основном только о тебе и о том, как тебя защитить, - отозвался мне Леон.
   - Так, значит, это она тебя прислала следить за мной, а не Элоиз?
   - Даже если бы поставили кого-то другого, я бы настаивал, чтобы поставили только меня. Мне пришлось долго учиться выдержке...
   - Но, к сожалению, со мной все твои учения пошли к коту под хвост? - усмехнулась я.
   Леон лишь улыбнулся уголками губ. Мы не ругаемся только тогда, когда он что-то новое рассказывает о жизни крудусов. И я решила продолжить разговор, пока он обыскивал все углы.
   - Зачем бабушка сказала тебе присматривать за мной? Что вас связывало? - спросила я.
   - Она не просила, это был уговор. На жизнь.
   Я уставилась на переводчика. Уговор? Договор? Что там у них вообще произошло?
   - На чью жизнь? - дрожащим голосом спросила я.
   Леон медлил с ответом, потому что я явно задела его за живое. Но мне нужно было знать, для чего устроили эту всю игру, знать все их правила и уговоры.
   - На жизнь моей сестры, - резко ответил Леон и вышел из комнаты.
   Я стояла пораженная, обестыженная. Мне казалось, что я будто случайно подсмотрела за дверью чью-то тайну, личный секрет. Мне и в голову не приходило, что у Леона до меня, до всего этого тоже была семья и своя жизнь. Меня волновало только то, что окружало именно меня. А теперь... В чем был смысл уговора? Как жизнь сестры Леона связана с уговором обо мне?
   Чтобы как-то успокоиться и осмыслить все, я присела на заплесневевший диван и облокотилась на спинку, но что-то мне помешало. Что-то твердое уперлось мне в копчик. Я привстала и вытащила из щели дивана тетрадь. И все мое тело пронзила дикая дрожь, так как я знала, что это было. Холод прилил к рукам, не давая мне нормально взять тетрадку. Это был дневник мамы, только уже сильно обтрепанный и облезлый. С дроджью в руках я открыла первую страницу: и передо мной был неаккуратно оборванный край от страницы. От этого мне стало еще хуже. Я стала листать тетрадь, пока не наткнулась на одну дату.
  
   24 ноября 1911 год:
  
   Дорогой дневник, сегодня наступил тот день, который можно назвать днем моей первой смерти, как сказала моя мама. Но я так и не поняла, что со мной произошло. Это сложно объяснить, особенно то, что я чувствую в области груди. Хотя точнее сказать то, что уже не чувствую. Я - крудус.
  
   Следующие строчки были довольно расплывчатые, видимо тут Анна хорошо проплакалась.
  
   Это сделал он. Моя смерть... он заставил меня страдать, заставил любить его, а потом убил, словно я ничего и не значила для него. Мама была права, когда говорила, что он чудовище. Я знаю, что буду ненавидеть его всю свою вечность. Вся его семья, все, кого я найду - все умрут. И я найду способ, чтобы убить этих чудовищ. Или причиню им дикую боль. Да, боль, дорогой дневник. Это то, что он сделал со мной: лишил жизни, смысла, всего, ради чего стоило жить. И мама сказала, что так как мне нет восемнадцати, то за мной могут прийти. Но он еще успеет поплатиться.

Спасибо, что убил меня, любимый мой.

  
   Следующая прилагалась вырезка из газеты:
  
   Это просто сенсационная новость для старого и доброго штата. Дочь одного из самых богатых в США семейства была убита своим парнем!
   Анна Мишель Петтисет, красивая и умная ученица частной школы в нашем районе, в возрасте 16 лет ушла из жизни, так и не познав всей прелести. Её парень, работающий на тот момент в этой школе (кстати, никто и не подозревал, что она все-таки встречается с этим оборванцем, имя которого было строго засекречено, но все поговаривают, что он был еще тем красавчиком) в порыве страсти, а может и специально, подошел к прекрасной Анне, чтобы поцеловать её. Как говорят очевидцы, он схватил её за волосы и с силой ударил об угол стены. Её череп раскололся от такого сильного удара. И это происходило на глазах у всей школы!
   Никто не ожидал, что этот безобидный красавчик, укравший сердце юной дамы, окажется диким маньяком.
   Анна, нам очень жаль, что именно ты попалась на его удочку. Ты всегда будешь в наших сердцах. Мы знаем, что ты попала в рай. Пусть на твоем дальнейшем пути всегда будет светлый луч, помогающий твоей душе двигаться только вперед.
  
   И как только я дочитала последнюю строчку, входная дверь скрипнула. Раз, еще раз. Кто-то зашел в дом, кто-то посторонний. Потом прогремел выстрел, что-то разбилось. Я схватила старый свитер с дивана и дневник Анны. Следующее, что я услашала:
   - Энни, беги отсюда!
  
   Глава 13.
   Мое новое безумие...
  
   Не медля ни одной секунды, я вылетела из гостиной через веранду, пристроенную к заднему крылу дома. Мысли разбежались в разные стороны сразу, как только за моей спиной послышался еще один выстрел. В кого стреляют? В крудуса? Их же нельзя убить...
   Пересекая маленький дворик по вертикали, я заметила одну важную и слишком приметную деталь - отсюда не было простого выхода. Пусть к чужому двору перегораживал забор в несколько футов высотой. Я слышала, что кто-то за моей спиной тихо что-то говорил. Мне не хотелось оборачиваться, чтобы увидеть чье-то довольное лицо, потому что сейчас я была той мышью, которую загнали в мышеловку. Но обернуться пришлось, так как стоять спиной к врагу было не самым лучшим решением.
   Это была высокая и красивая женщина с длинными пепельными волосами и яркими глазами, радужка которых заключалась в темный, практически черный ободок. Она смотрела на меня с презрением и злостью. Я бы и перепрыгнула этот несчастный забор, только вот выхода все равно не было. Это был дом моей бабушки, и там внутри где-то был Леон. Какой бы жестокой я не хотела быть, его не могла бросить.
   - Ты... - женщина была той самой, которую я видела в доме Вальехо. Она представилась его матерью. Сейчас я была уверенна, что это полная чушь. - Ты убила моего сына!
   Она двинулась в мою сторону, но резко затормозила, когда за её спиной раздалось еще пара выстрелов и что-то загремело. Воспользовавшись моментом, я попыталась проскользнуть мимо нее, но женщина успела схватить меня за руку. Её сил было достаточно, чтобы остановить меня. Она резко дернула меня за руку, притягивая к себе.
   Мне стало дурно. Ноги, руки, все тело дрожало. Я боялась, впервые действительно боялась и осознавала, что эти "люди" могут со мной сделать. Я же такая, такая же, как они!
   - Ты убила моего сына! - она повторила эту фразу, только более тихо. Её лицо было в нескольких дюймах от моего, и я могла слышать её ровное, спокойное дыхание. Глаза не становились черными, а, значит, она на меня не злилась.
   - Это не твой сын! - эта фраза вырвалась у меня случайно. Девушка еще сильнее сжала мою руку. Она смотрела мне в глаза, и я не могла отвести взгляда от этой ненормально яркой радужки. Страх, боль - все отходит на задний план, когда момент и истина встают перед тобой. Сейчас или никогда.
   - Джейсон мой сын, девченка! Я отомщу тебе за то, что ты отняла его у меня, - прошипела мне женщина.
   Мне хотелось сказать ей, что я никогда действительно не хотела смерти Джейсону, что он единственный, кто открывал легко и просто передо мной все тайны. Он признавался в том, чего от некоторых можно ждать месяцами, и даже годами.
   - Я не убивала его, - только и смогла ответить я. Девушка ударила меня по лицу, отчего щека сразу загорелась от боли.
   Сколько страданий и проблем приносит им всем одно мое существование. Не легче ли было действительно оставить попытки спрятаться и просто пойти к Элоизу и попросить меня убить? Но тогда ради чего умерла бабушка, Мик, брат Люси? Стоила ли моя жизнь того, чтобы жертвовать так?
   - О чем задумалась, ведьма? - эти слова заставили вспомнить меня мою мать, потому что только она называла меня так. - Думаешь, я оставлю тебя здесь? Да, мы не собираемся тебя убивать, но не жди простой жизни. Твоя душа не стоит того...
   Мой страх был подобен взрыву вулкана. Сейчас, когда более менее все стало проясняться, мне снова захотелось жить, как никогда раньше. Узнать правду - не это ли является смыслом моей жизни, ни ради этого ли я сбежала из России? Волна страха прокатилась по всему телу, и только теперь я вспомнила о холоде, который всегда во мне таился. Я чувствовала, как он встает на мою защиту, растекается по крови, защищая мое тело ото всех внешних опасностей.
   Но яркая вспышка в глазах затмила все мои мысли. Холод, который был во мне, будто волной окатил мое тело, выплескиваясь наружу. В воздухе витало слабое сияние, нежно-голубое, словно прозрачная тюль загородила обзор передо мной. И все осталось бы неизменным, если женщина напротив меня не ухватилась за грудь.
   Ей нечем было дышать, она задыхалась, находясь в этом заряженном воздухе. Одной рукой, которой она держалась за меня, а другой хватаясь за грудь, она попыталась оттолкнуть меня подальше. Но эта пелена, покрывшая воздух, не давала ей ничего сделать.
   Я понимала весь ужас, все, что сейчас происходило. От этого мне становилось еще хуже, коленки уже сгибались от страха, от мысли того, что все это делаю я. Но женщина все еще задыхалась, а я стояла на месте, прикованная этим зрелищем. Она умирала, я это точно осознавала. Но вместе с этим ко мне пришло осознание, что убиваю её я. Мне хотелось успокоиться, взять себя в руки, но она же хотела меня убить! Она бы могла причинить боль моим близким, да она и причиняла! Она крудус, а это не снимает с нее вины. Сколько людей могла убить эта пепельная блондинка передо мной? Сколько мужчин, женщин или детей полегло перед ней? Это было неправильно, нечестно.
   Вместе со страхом во мне вскипала злость. Я вспомнила, как была в доме индианки Шанти, как чуть не убила её жениха... Из воздуха хлопком исчезло это необычное сияние. Все стало, как обычно, только вот женщина передо мной лежала, содрогаясь в предсмертных конвульсиях. Её грудь еще пару раз вздрогнула, и девушка больше не дышала. Яркая радужка приобрела нормальный цвет, без черного ободка вокруг. Но в этих глазах не было жизни. Эту жизнь забрала я.
   Рука матери, хотя я сомневалась в этом, все еще лежала на моей. Но её пальцы уже не держали меня - просто остались в посмертной хватке. Я отцепила руку. Бездыханное тело наводило ужас, особенно то, что это был крудус, которого сложно убить. Но не для меня.
   Впереди что-то с грохотом упало, и на улицу вылетел Леон. Его рубашка была в крови, а в руке он держал пистолет. Тот самый, которым он убил Джейсона.
   - Энни, уходим! - он подбежал ко мне и схватил за руку, таща в сторону от тела. Он даже не заметил, что женщина мертва.
   - Леон! - я кричала изо всех сил. В голосе была вся моя боль. Надо было что-то делать.
   - Энни, нам некогда. Крудусы не люди - на восстановление конечностей требуется всего пара минут! Уходим!
   - Я её убила.
   В воздухе повисла тишина. Переводчик посмотрел на тело девушки, и в его глазах читался ужас. Он понял, что я имела в виду. У меня не было никакого оружия, чтобы убить её, не было брунита.
   - Нет, не может быть... - Браун приложил окровавленные руки к шее девушки, но этого не требовалось. Её глаза могли все рассказать. Теперь она человек.
   - Что нам с ней делать? - мой голос дрожал. Я старалась не смотреть на тело.
   - Ничего. Они сами об этом позаботятся. Надо сделать только одну вещь... - Леон стал рыться в одежде девушки, перевирая все карманы. И в одном из них он нашел как раз то, ради чего все это было затеяно - брунит. Это было кольцо Эллы. - Вот тебе и доказательство того, что Элла была с ними заодно.
   Леон спрятал кольцо в карман и закрыл глаза девушки.
   - Её звали Сибил. Сибил Кэролл или О'Кэролл. Она была хранителем и старейшиной. Сибил около пятисот лет, - с сожалением сказал переводчик.
   - Хочешь сказать, я убила самого старого крудуса?! - я просто не могла поверить, что эта девушка прожила на Земле половину тысячелетия. И её жизнь закончилась вот так...
   Но шорох возле дома отвлек нас от разговора. Леон побежал в обходную дома бабушки. Последний раз кинув взгляд на мою первую жертву, я побежала за переводчиком.
   Мы двигались настолько быстро, насколько это было возможно, но мы шли не в сторону машины. И это не могло не удивить. Каким образом мы будем передвигаться? Не на своих же двух?
   Но не успела я возмутиться по этому поводу, как переводчик остановился возле дороги. Он смотрел себе под ноги. Обойдя его, я заметила люк.
   - Ты, наверно, шутишь? Ты хочешь спуститься в канализацию? - я смотрела на люк, который уже давно сросся с асфальтом, и возможности открыть его почти не было.
   - Эн, их так много в городе, что проехать на машине не заметно у нас не получится. Нам надо на железнодорожный вокзал. Там поездом мы поедем в один город. Надо найти одного человека, - Браун говорил это так спокойно, словно речь шла о обыденной вещи. Но он, наверно, забыл, что он и все что сейчас происходит - это далеко не обыденные вещи.
   Не сказав больше не слова, переводчик стал ковыряться возле люка. Я не хотела помогать, да и толку от меня не было бы никакого. Пусть для крудуса убивать кого-то - это вошло в привычку, но не для меня. Неважно, насколько все было плохо до или будет сейчас. Я убила живое существо, если их можно так назвать. Разумное живое существо, которое, возможно, не хотело причинить мне боль. Но её слова, её высказывания не могли пролететь мимо ушей. И если этой женщине и было уже пятьсот лет, она должна была знать, что говорит.
   - Помоги, - прорезался чей-то голос сквозь мои мысли. Леон пытался стащить крышку с прохода, но одних его сил было недостаточно.
   - Я не понимаю, как это произошло, - сказала я, пытаясь сдвинуть с места тяжелую крышку.
   - Это должно было когда-то произойти, Эн. То, что случилось в России, было не просто так, - он говорил мне как пятилетнему ребенку, - ты необычная по своей природе.
   Крышка со скрежетом съехала. Из дыры полез противный прелый запах. Я оглянулась вокруг, пытаясь уловить какое-нибудь движение, но на этой улице никого не было. Мы могли спокойно спуститься в проход канализации.
   - Леон, думаешь, я не понимаю всего этого? Почему ты так спокойно это произносишь? Ты когда-нибудь объяснишь свои действия, кроме того, что ты уже успел сказать? - я начинала кипятиться.
   - Залезай! - отрезал Браун. Я послушно начала спускаться.
   Лестница была ржавая и скрипела при каждом шаге. Но спуск был недолгим. Вот уже закрылся единственный источник света сверху, и возле меня через пару секунд стоял переводчик.
   Я точно заметила, что ничего с собой у него не было. Значит, фонариком нам не приходилось орудовать. Пистолет бы в данном случае не дал нам света, если только в конце тоннеля... Смерть давно казалась мне единственным выходом из этой ситуации, но я не хотела, чтобы чужие жертвы были напрасны.
   Леон пошел вперед по длинному и мокрому коридору. Его шаги громким эхом отдавались в ушах, и только так я могла знать, куда идти. Было слишком темно и слишком грязно, а мысли итак были не радужными. Весь этот день превратился в одно черное пятно, смешавшее в себе несколько смертей, включая одну не совсем удачную. Теперь я даже не могла понять, кем на самом деле стала, если смогла убить крудуса. Кто я? Какой-то новый вид человека?
   - Нам далеко идти, на другую часть города. Скорее всего, придется здесь остаться переночевать, - от этих слов у меня прошлись мурашки по коже.
   - Ночевать? Здесь ночевать! О, я, конечно, выгляжу как бомж, но не являюсь им! Ночевать в помойке мы не будем! - впервые я смогла сама хоть что-то указать. Раньше за меня это делали другие, но тогда не было выбора. Сейчас он есть.
   - Ну конечно, ты выглядишь как бомж, иначе я бы не стал предлагать тебе здесь ночевать. Что за шутки, Андельсон? - я опешила от этого заявления.
   Мы стояли в тоннеле, где под ноками что-то постоянно хлюпало, и лучше не знать, что это было. Здесь не было света, я не имела понятия, действительно ли мы идем к железнодорожному вокзалу или это очередная ловушка. Здесь воняло гнилью, человеческими отходами. И после того, как этот крудус чуть не убил меня, убил Джейсона, равнодушно отнесся к той женщине Сибил, он посмел со мной огрызаться. И он назвал мою настоящую фамилию. Я не слышала её с тех пор, как ушла из школы. И сейчас она резала слух. Тут она была не к месту.
   - Это прекрасно, крудус, что у тебя есть чувство юмора, но это не помогает нам выбраться из этого дерьма! Ты! - В темноте я подошла к переводчику и, как могла, толкнула его, - Я доверила тебе свою жизнь, черт возьми! Ты меня предавал, бросал. ТЫ УБИЛ МЕНЯ! Если я когда-нибудь увижу твою сестру, то, не сомневайся, в тот момент я буду испытывать не самые приятные эмоции. Не боишься, что с ней будет тоже самое, что и с Сибил?
   Воздух и без того душный теперь накалился до предела, так что мое дыхание участилось в несколько раз. Я пыталась набрать в легкие как можно больше воздуха, чтобы не выходить из себя. Но рука Леона вдруг оказалась на моей шее. Он душил меня. Вся злость разом отхлынула, и на смену ей пришел страх за собственную жизнь.
   - Эн, я убил Джейсона не для простой шутки. Это было послание, чтобы они знали, что идти за нами будет же хуже для них. А теперь, когда ты убила Сибил, они, возможно, оставят нас на некоторое время. Но не сомневайся, что как только я окажусь за пределами их видимости, они придут за тобой, - Леон говорил шепотом над моим ухом. Я еле различала его голос, так как воздуха в легких категорически не хватало. - А мою сестру ты никогда не посмеешь тронуть, Андельсон. Иначе я тебя собственноручно прикончу.
   Он отпустил руку с моей шеи. Я начала с жадностью глотать этот противный воздух. Сердце колотилось с бешеной скоростью. Остановилось бы оно, если бы я сейчас... была задушена?
   Что-то холодное скользнуло в мою руку. От этого прикосновения холод внутри меня затрепетал и исчез. Я держала в руках цепочку, брунит. Сейчас я была человеком. Слезы непроизвольно стали капать. Я не могла их сдержать. За один день навалилось столько, что нервы просто не могли этого выдержать. Я опустилась на колени, сразу почувствовав неприятную влажность.
   "Не надо...", - говорил голос в голове, но я итак достаточно сумасшедшая, так что слушать его не собиралась. Кому я могла рассказать все свои переживания? На этой чертовой планете рядом со мной не было того, кто мог спокойно выслушать все, что у меня было на душе. Всех волнуют только свои проблемы. Но почему именно мне должна была выпасть эта судьба? Почему?
   Я закрыла глаза. В голове сразу появился образ тех, кто сегодня покинул этот мир. Джейсон Вальехо. Именно с него началось все это. Что было бы, если тогда я не пришла бы в бар? Осталась бы на своем чердаке в доме Лены, спокойно доживая до законного восемнадцатилетия?
   Теперь рыдания сотрясали грудь. Я не могла остановиться и не знала, стоит ли сейчас рядом Леон или уже ушел. Почему бы ему просто все не рассказать, как это делал Вальехо? Почему все не должно быть простым и очевидным?
   - Прости.
   - Что?
  
   - Прости, - еще раз произнес переводчик. - Вот, - он положил мне в руку кольцо, - пока мы здесь, давай будем людьми. Это будет справедливо, нежели мне заставлять тебя надеть цепочку, чтобы ты случайно не убила меня.
   - Но тогда ты не случайно можешь убить меня, если я буду человеком. Разве не так? Брунит меня лишает способностей так же, как и вас... Ты только что чуть не задушил меня.
   Мои аргументы были неоспоримы, но предложение носить каждому из нас бруниты мне нравилось. Я могла не беспокоиться, что кто-то убьет меня, потому что тогда и я могу убить этого человека. Убивать - теперь это было моим новым безумием. Если бы я знала, то отомстила всем крудусам, кто причинил моей семье боль, тем, кто убил мою бабушку.
   - Но у тебя есть пистолет. Прострелить мне голову тебе ничего не стоит, - но я все же пыталась отказаться от идеи ношения брунита.
   - Ты не умрешь.
   - Что?
   - Я никогда бы не убил тебя.
   - Сейчас.
   - Эн, я никогда бы не убил тебя. Я знаю множество способов причинить тебе боль, поранить тебя, но о том, чтобы убить, я никогда не задумывался, - тон Леона стал более доброжелательным, но от этой смены настроения все казалось еще более подозрительным.
   - Я убила крудуса, всего лишь разозлившись на нее, - мой голос дрогнул на слове "убила".
   - Это должно было произойти, - я слышала, как Леон опустился на колени недалеко от меня. Я не могла видеть, но могла слышать его прерывистое дыхание. Но мне не стало легче от его "должно было". Если это так, то мне опасно находиться среди людей.
   - Я могу убить любого... ребенка.
   - Не думаю, что твоя сила заключается в этом. Ты убиваешь только тех, кого боишься. Только тех, кто хочет причинить вред твоей внешней оболочке, - последнее предложение, мне показалось, но оно адресовалось не мне.
   - Я лишь хочу, чтобы все это закончилось. Куда мы поедем? Как мне узнать, кто я?
   - Сьюзан.
   - О чем ты? - я не поняла резкого перехода на личность моей бабушки.
   - Она послала меня защищать тебя. Она рассказала мне, кто ты. Рождена от человека мужчины и крудуса женщины. Несовместимый союз. Это один из главных запретов, о которых постоянно говорил Элоиз. Всех, кто был рожден в таком союзе, мы должны были незамедлительно убивать. Этим детям не дано было право жить.
   - Вы убивали детей? - я не могла поверить, что Леон все это мне рассказывает. Я не видела его лицо и не могла понять, сожалеет ли он об этом или нет. В этой грязи и вони слышно было только наше прерывистое дыхание и тихое капание воды.
   - Я убивал детей. Каждый убитый ребенок от такого союза - это год жизни для моего брата. Я отсрочил его смерть на тридцать лет.
   Я невольно задержала дыхание, а потом сделала глубокий вдох. Тридцать детей. Я сидела не просто с убийцей. Этому крудусу даже вечности в аду было мало для наказания. Но в тоже время, это было ради дорогого человека. Он помогал брату жить. Он помог жить сестре.
   - А теперь?
   - Теперь они не будут следить за ним. Займутся им после тебя. И все это благодаря твоей бабушке. Она знала, что надо Элоизу, чтобы он исполнил твое желание. И он исполнял все до одного.
   - Сколько лет ты знал мою бабушку?
   - Больше полувека. Нас многое связывает. Наши судьбы сплелись, когда мы сами этого не желали. Но теперь Сьюзан мертва, но она оставила после себя внучку, способною изменить мою судьбу.
   Я не могла представить, как пятьдесят лет назад Леон и Сьюзан встретились первый раз, как заключали свои условия с выгодой для каждого. Она рассказала ему то, что не могла рассказать мне. И от этого отнюдь не становилось лучше. К тому ужасному грузу переживаний привесился еще один, более тяжелый, чем все остальные. Пусть со смерти бабушки и прошло шесть лет, но для меня она умерла только вчера. В её смерть до сих пор сложно поверить.
   - Кто её убил? Как? Когда она умирала, то была рядом со мной. Её жизнь прекратилась на моих глазах, и в этом не было ничего сверхъестественного. Она умерла как обычный человек, - этот вопрос всегда волновал меня больше всего. После всех событий сложно поверить, что когда-то ты думал, что любимый тебе человек мог умереть от простой болезни или старости.
   - Она всегда носила с собой кулон, когда была с тобой. Она не могла позволить себе стать крудусом, пока ты рядом. Тогда она еще только думала, что ты не просто девочка. В тот год Элоиз рьяно охотился на моего брата, который слишком много оставил следов после себя. Дон игрался, а Элоиз хотел убрать с дороги этого шута, - Леон тяжело вздохнул, этот рассказ ему тяжело давался. - Элоиз знал, что твоя бабушка сможет найти Дона и привести к нему. Но она отказалась. И... он убил её. Она знала, что так будет. Знала, что не сможет тебе все рассказать. Элоиз... он, он вернул ей сердце.
  
   На Маллингар уже опустился вечер, когда я и Леон подошли к железнодорожному вокзалу. Мы взяли два билета до Дублина. Оттуда мы должны были направиться в другой город. У нас не было с собой вещей, кроме моей сумки. Но и Леон и я держали возле тела брунит.
   Наше купе было пока свободно. И даже когда поезд тронулся, его никто кроме нас не занял. Я не могла находиться с Леоном в одном маленьком пространстве, тем более, когда оба мы выглядели так, словно извозились в грязи, не говоря о том, какой от нас шел запах.
   Я вышла в коридор и облокотилась на подставку возле окна. Мне не было абсолютно никакого дела до проносившихся мимо пейзажей. Тот разговор в коридорах канализации, казалось, был пиком этого дня. Сложно было предположить, что ждет нас дальше. Возможно, мы доедем до того человека, который в чем-то должен нам помочь. Но я не знала ни этого человека, ни что нам от него надо. Знала только имя, Градери. Тот самый, что был написан на письме папы. Они чем-то связаны, и в тайне я надеялась, что увижу там своего отца.
   Напротив меня встал Леон, внимательно разглядывая мое выражение лица. Я посмотрела на него, но он успел отвернуться.
   - Я не сказал, что значит вернуть сердце крудусу. Эту операцию боится любой из нас. Когда мы становимся теми, кто мы есть сейчас, у нас из груди вынимают сердце. Это не буквально. Кажется, что это совершается с помощью магии, но никто точно не знает, что это. Так вот... - Леон повернулся ко мне. Он смотрел мне в глаза, - Из груди вынимают горячее светящееся очертание сердца. Оно словно вместо тебя становится призраком, прозрачным, но его все еще можно почувствовать. Чаще всего после этой процедуры твое сердце относят к Элоизу, который хранит его. Сердце твоей бабушки хранилось у него. И тогда, когда ты была в комнате со Сьюзан, он просто открыл дверь и вернул его.
   - Это сложно понять.
   - Я знаю. Тогда в России я хотел показать тебе, как это делается. Но для меня это слишком сложно. Убивать человека только для того, чтобы показать, как можно убить нас.
   - Ты дашь мне время? - я повернулась к окну. - Мне надо подумать.
   - Да, у тебя есть несколько часов.
  
   Глава 14.
   Мистер Градери...
  
   Поезд ехал слишком быстро, так что всего почти через час мы были в Дублинском вокзале. Выйдя на перрон, я сразу почувствовала на себе несколько возмущенных взглядов. Сейчас бы хорошо помыться и переодеться, но об этом остается только мечтать.
   Леон не разговаривал со мной все это время. Он сидел и смотрел в окно. Иногда я бросала на него взгляд. Выглядел он куда лучше меня, да и более спокойно. Видимо, он знал, что делать в отличие от меня.
   - Нам нужно где-то переодеться, - Леон направился к выходу с вокзала. Я следовала за ним.
   Люди с возмущением отскакивали от нас, но ничего не говорили. Но мне не хотелось знать, о чем они думают. Возможно, о нас, об этой ненормально грязной парочке.
   Мы вышли из вокзала. На улице еще было светло, но закат уже подходил. Небо было чуть розоватым. Леон поднял руку и такси, не как в Америке, просто машина, подъехало прямо к тротуару. Водитель открыл окно и громко сказал:
   - Добрый вечер. Вам куда? - у него был хриплый голос.
   - Отель "The Merrion Hotel", - ответил ему переводчик. Водитель чуть не поперхнулся. Я же не могла понять причины его удивления.
   Мы сели в машину и тронулись с места. Водитель, седовласый старичок, постоянно смотрел в зеркало заднего вида. Он выглядел довольно встревожено и один раз чуть не проехал на красный свет.
   Дублин постепенно погружался в вечернюю зарю, фонари стали слабо светить. Отчасти, этот город был похож на Английские города, о которых рассказывал мой отец. Здесь было мало высоких домов, зато большинство строений казались постройками еще позапрошлого века. Но это было не самым главным. Водитель остановил машину возле небольшого красноватого здания. Рядом с тротуаром стояли довольно дорогие машины, как мне показалось.
   Переводчик заплатил наличными водителю, и мы вышли. Сквозь окна отеля я видела его внутреннее убранство, довольно богатое.
   - Что это? Что мы здесь делаем? - я стояла напротив окна, пытаясь не обращать на богатый интерьер здания.
   - Мы здесь переночуем, завтра утром мы едем в другой город, - ответил мне Браун, но это был не тот ответ.
   - Почему мы в этом отеле переночуем? Почему ты не выбрал другой, более дешевый? - я говорила с расстановкой, пытаясь опять не вскипеть.
   Зачем мы останавливаемся в дорогом отеле, если тут-то нас легко будет заметить. Не каждый простой человек приезжает сюда. А мы уж точно не простые, да и людьми нас сложно было назвать.
   В этот момент я потянула руку к шее, чтобы проверить, что цепочка на месте. После того, что сегодня случилось, я просто не могла позволить себе оставаться на людях без брунита. Я ведь убийца, таких нужно держать не в дорогих отелях, а подальше от людей в каменных стенах с толстой решеткой.
   - Ты не думала о том, что Дублин большой город, где найти нас будет достаточно сложно? Твои документы с тобой? - Леон посмотрел на мою сумку. Я же стала рыться в карманах, стараясь не задеть ничего лишнего. Крудус не должен знать, что у меня с собой шкатулка, в которую я собираюсь затолкать все бруниты и запереть их там навсегда. Но об этой подробности знать не обязательно.
   - Их нет... - я искала во всех карманах этот несчастный паспорт на имя Эбигейл МакЛарен. - Видимо, я их где-то выронила.
   - Выронила?!
   Я ничего не ответила. Паспорт у меня могла забрать и блондинка. Кстати, о ней я практически и не вспомнила за весь день. После появления Леона, смерти Джейсона и Сибил думать об Элле меньше всего хотелось. Если бы не она, я сейчас не мучилась. Я бы просто поехала в Дублин вместе с Вальехо, встретила какого-то человека и убралась подальше от всего этого. Но время назад не повернешь.
   - Только когда я буду говорить администратору, кто ты такая, не обижайся, - этот тон Леона звучал слишком подозрительно.
   Мы вошли в холл, где нас сразу встретил молодой парень, одетый в классическую форму всех администраторов отелей.
   - Добро пожаловать в наш отель. Какой номер вы бы хотели заказать? - с улыбкой сказал молодой человек.
   - Нам номер-люкс, если возможно. И желательно, чтобы никто не беспокоил, - Леон подозрительно улыбнулся парню и посмотрел на меня.
   - Девушка с вами?
   - Да, она моя жена, - вот тут удивился не только администратор, но и я. Кто я там Леону? Мне еще даже восемнадцати нет!
   - Простите, ваша жена? - парень не верил своим глазам, в принципе и я тоже.
   - Да, и желательно, чтобы до завтра нас никто не беспокоил.
   Я непонимающе смотрела не переводчика. Девушка, друг, знакомая, сестра - вот что я ожидала услышать. Но жена - это было слишком.
  
   Идя по коридору, который теперь был целиком в нашем распоряжении до завтра, я делала дыру в затылке Брауна. Он назвал меня своей женой, но это было не самым главным. Паспорт, который он мне предоставил, был на имя Люсинда Доноган-Браун! Там была моя фотография, точнее что-то, отдаленно напоминающее меня. Но самое главное, что местом рождения значилась Китайская Народная Республика! Не удивительно, что у парня бедного чуть челюсть не выпала, когда он посмотрел на мой "паспорт".
   - Кто такая Люсинда? Это ЛЮСИ?! - я пыталась не кричать, но это плохо выходило. Я даже не заметила, как Леон успел повесить табличку "не беспокоить" на наш номер.
   - Возможно, да. Да, это она, - спокойно ответил Браун.
   - У нее еще был брат, так ведь?
   - Да.
   - Она твоя настоящая жена?..
   Леон остановился возле большого белого дивана. Он не отвечал.
   - Да.
   Я подавилась своими же словами, которыми хотела обозвать этого невразумительного крудуса. Из головы вылетело все. И только эхом проносилось одной слово - да. Да, я пойду с тобой на край света. Да, я умру ради тебя. Да, но я никогда не стану твоей женой!
   Вот почему она стала той, к кому он сразу же пошел после нашей ссоры, вот почему они так мило ворковали. И вот почему ей не мешало моё присутствие: он итак был её, по праву. От этих мыслей на глаза выступили слезы, которые мне еле удавалось сдержать.
   - Так... - слова не давались мне, - ты женат? А Элла?
   Блондинка тут была просто предлогом, чтобы прикрыть истинный смысл вопроса.
   - Да, я же сказал. Уже несколько лет, около тридцати, - Леон налил себе в бокал что-то красное.
   Сколько лет? Меня изнутри разгрызало гнетущее чувство и хотелось что-нибудь сломать. Но так как ломать что-то в дорогом отеле не желательно, я просто схватила бутылку с красной жидкостью со стола и залпом стала пить.
   Спиртное обожгло горло, оно было противным, но после десятка глотков все чувства поостыли. Но кто-то вырвал бутылку из моих рук, и жидкость растеклась по плащу, плащу Леона.
   - Что ты делаешь?! - закричал на меня крудус. А скажи я ему, что Джейсон мне рассказал, он бы тоже обрадовался.
   Я никогда не придавала значения тем чувствам, которые у меня были к Леону. Но, похоже, даже после того, что он со мной сделал, сколько раз не бросал, ничего не менялось. Я была уверенна, что это все объяснится. Пусть и не сейчас, а потом. И в тоже время, я до дрожи боялась этих чувств. Это было неправильным для меня, я не хотела этого.
   - Зачем ты пьешь, Энни? - терпеть не могу этот голос, но я рада, что сейчас я именно с ним, а не с кем другим.
   - Просто все, что сегодня произошло - это не для меня. Я поняла, давно поняла, что не хочу такой жизни. Мне было хорошо жить... Одной.
   Я села на диван, не обращая внимание на то, что он был белым, а моя одежда далеко не чистой. Ведь сейчас это мелочь, самая незначительная.
   - Тебя оставить? - тихо спросил Леон.
   - Скажи мне только одно, ты мог бы и не убивать Джейсона? Или это было давно запланировано?
   - Я всегда все планирую заранее.
  
   Очнулась я от яркого света, светящего прямо в глаза. Рассвет давно наступил, но я так и лежала на диване, даже не заметив, как уснула. Сейчас хотелось только поесть и вымыться.
   Наш номер был огромным и все дико напоминало обстановку в моем старом доме, еще в Америке. Это не могло не пугать. Эти колонны, старинные вещи и мебель, картины в позолоченных рамах - казалось, что этот номер оформляла моя мать. В голову сразу стали приходить образы Анны, Сьюзан и Конана. Скоро будет год, как я не видела отца, не слышала его голоса. Я знала, что он был где-то в Ирландии, раз смог меня найти. Почему он не понимает, что с его бы помощью все пошло иначе. Но мне не хотелось в то же время, чтобы сейчас он был со мной, когда мои эмоции перестали быть под моим контролем.
   Я кое-как нашла ванную комнату, размером с целую гостиную. Здесь был прекрасный душ и множество полотенец. Минуя огромное зеркало, я залезла в теплую кабину и сняла одежду, пропахшую канализацией. Её стоило выкинуть, но мне нечего было одевать, хотя я и брала с собой одежду. Но её я оставила в отеле вчера. Казалось, что со вчерашнего дня прошел уже целый месяц. И сейчас в груди чувствовалась пустота. Да, там было сердце. Равномерно качающее кровь, но там не было никаких чувств, а холод исчез с тех пор, как я надела цепочку. Я была пустой оболочкой.
   "Ты не пустая", - в момент, когда ты ничего не чувствуешь, внутренний голос обязательно проявит себя. Иногда мне даже кажется, что кто-то, не я, разговаривает со мной из моего тела. Но это лишь иллюзия.
   Выйдя из душа, я укуталась полотенцем и только тогда подошла к зеркалу. Сначала я не осмеливалась взглянуть в него, но теперь это было необходимо.
   - А-а-а-а-а-а-а! - я отпрыгнула от стекла с криком. Этого просто не могло быть. Я стала ощупывать цепочку - она плотно прилегала к моему телу. Но мои глаза были черными, как угли. Не было даже синих крапинок, как обычно.
   - Леон! - закричала я во все горло. Переводчик не заставил себя ждать. Он вломился в душ и затормозил возле меня.
   - Что случилось? - Браун осматривал комнату и только потом перевел взгляд на меня.
   - Посмотри на глаза! - когда я это сказала, то почувствовала, как по крови стал разливаться холод. Он заполнял собой каждую жилку моего тела, и я содрогнулась. - Мои глаза черные, Леон! Они черные!
   Он смотрел в зеркало на мое отражение. Его взгляд зацепила цепочка. Но потом он снова стал смотреть мне в глаза. Я не могла поверить, что это было со мной. Хотела избавиться от необычности на время? Нет, даже с брунитом я не могла стать человеком.
   - Что... что это значит?! - мой голос сорвался на крик. Я готова была разбить зеркало к чертям. Этого просто не могло случиться. Брунит должен был забрать мои способности.
   - Это только доказывает, что ты не относишься к крудусам, - теперь в голосе переводчика не было прежнего спокойствия.
   - Я могу... могу случайно убить. И ничего мне не поможет, - еле видимые зрачки в отражении стали еще больше.
   - Одевайся, мы едем в графство Кэрри. Билеты уже куплены.
   Леон вышел из комнаты, и я заметила, как он снял кольцо с пальца. Игра началась.
   Машина подъехала прямо к входу в отель, и я вылетела из холла со скоростью света. Я даже не посмотрела на водителя - просто пыталась взять себя в руки. Волноваться в моем случае означало ненарочное убийство кого-нибудь. Но пока еще ничего с водителем не происходило. И я надеялась, что до вокзала ничего и не произойдет.
   Леон сел рядом со мной. Когда машина тронулась, он сжал мою руку. Но это не успокаивало. Даже если и моя сила проявилась только вчера, а сегодня её уже не было - это не значило, что она могла не появится позже. И ни у кого из нас не было объяснения тому, что брунит перестал на меня действовать. Кольцо тоже не действовало. Я предлагала надеть что-нибудь из брунитов Леону, но он напрочь отказался. Сказал, что если что его способность поможет нам, да и на пути нам мог встретиться кто-то из мстительных друзей Джейсона и Сибил. И моя надежда все больше гасла.
   Нам предстояло отправиться в город на окраине Ирландии - Трали. Где-то недалеко должен был жить мистер Градери, но мы не знали, живет ли он там до сих пор. Да и я совершенно не знала, кто это был. Леон ничего о нем не рассказывал. А спрашивать сейчас при водителе-человеке - это подвергнуть его опасности.
   Из-за утренних пробок, мы простояли на двадцать минут дольше, так что на поезд уже бежали. Утром Леон принес мне джинсы с майкой и кроссовки, олимпийка все еще было со мной. В этой одежде мне было относительно комфортно. Особенно, если придется от кого-то убегать.
   К перрону подъехал поезд из восьми вагонов. Наш был первым. Время поездки - четыре часа. Я могла придумать вопросы и предположить ответы, которые даст мне мистер Градери. Но больше всего меня беспокоило то, что мой отец знал его. И я обязана была узнать откуда. Но как спросить об этом, если Леон точно от меня отходить не будет?
   Мы сели в наше купе. К нам присоединилась еще одна женщина. Если мы знали, что произойдет сегодня утром, то купили бы все места в купе. Но теперь мне просто пришлось надеть солнцезащитные очки и пытаться держать себя в руках все время поездки.
   Когда поезд тронулся, я стала волноваться еще больше прежнего. За окном некоторое время пролетали дома и дорога, но потом потянулась сплошная зелень. А время, наоборот, убавило обороты. Я считала секунды, перебирая руками ручку сумки. Женщина уже странно стала на меня коситься, но ей не понять.
   В чем мое предназначение в этом мире? Этим вопросом можно задаваться хоть каждые пять минут, но ответа я так и не найду. Просто для меня моя жизнь ограничена. Я почему-то уверенна, что сколько бы я не пыталась убежать или спрятаться - меня все равно найдут. Элоиз или предводитель других крудусов - думаю, они найдет способ, которым заставят меня прийти к ним. Но если это действительно так, то почему сейчас они все охотятся за мной, если можно просто подождать...
   Я подняла голову и увидела заинтересованный взгляд женщины. Возможно, ей показалось странным, что в поезде я сижу в очках. Но какая ей разница?
   Женщина не переставала кидать на меня взгляды. Когда прошел час, я не вытерпела и, кивнув переводчику, вышла из вагона. Но он последовал за мной.
   - Что ей надо? - нетерпеливо спросила я.
   - Ей просто интересно наблюдать за тобой. Ты постоянно что-то делаешь, будто тебя волнует какая-то очень важная проблема, - ответил Браун.
   - А если это и так, то что ей с того? Она хоть понимает с кем едет в одном купе?
   - Думаю, ты можешь ей сказать о крудусах, но тогда тебе точно не избежать заинтересованного взгляда до конца поездки, - Леона это смешило. - Сними очки, я хочу посмотреть.
   Я сняла, и переводчик сразу нахмурился. Видимо, ему тоже не нравится это. Действительно, кто знает, может я сейчас разозлюсь и убью его, и тогда он не сможет совершить свой коварный план, если у него такой имеется.
   - Что с тобой? - Леон внимательно смотрел мне в глаза. Мне стало не по себе, и я снова одела очки.
   - Просто не надо было давать мне шанса выжить. Как ты говорил? Я от несовместимого союза. Ты бы сам мог убить меня.
   Последняя фраза повисла в воздухе, потому что только что я напомнила Леону о том, что он убивал детей. Но ведь я и есть тот самый ребенок, из-за которого теперь столько проблем. И этого не исправить.
   - Когда-нибудь это все закончится. Тогда ты станешь свободным. Все станет снова, как прежде, до моего появления. Правда, меня уже не будет... - но я буду с теми, кто ушел из этой жизни. И это будет самым правильным решением.
   Я зашла обратно в купе, где на меня сразу уставилась пара глаз. Эта женщина была довольно маленького роста, что её ножки не доставали до пола, когда она облокачивалась на спинку сидения. И это мне стоило удивляться её настолько маленькому росту.
   Леон все еще стоял у окна, не заходя в купе. И наедине с этой женщиной я чувствовала себя некомфортно. Но тут она улыбнулась краешком губ и тихо произнесла:
   - Не стоит прятать свои глаза. Они - зеркало души.
   - Тогда моя душа черная, как уголь, мисс, - ответила я и чуть сняла очки, чтобы показать женщине свою радужку. Женщина чуть вскрикнула и быстро прикрыла рот маленькими ладошками. Она поспешно взяла свою сумку и вышла из купе.
   Через секунду в проеме появился Леон. На его лице не дрогнул ни один мускул. Было похоже, что он каменное изваяние. Только вот, к сожалению, умеет говорить.
   - Что опять? Ты ей что-то сделала? - Леон плюхнулся напротив меня.
   - Просто показала свою душу. Она сама попросила.
   - И как?
   - Ну как видишь, моя грязная душа её испугала, - усмехнулась я. Этот тон мне нравился больше. Когда я могла говорить с сарказмом. Просто так я себя настоящую держу внутри, не давая этой сумасшедшей вырваться наружу.
   Мы почти подъезжали к Трали. Пару раз мимо двери купе проходили люди, высаживаясь или наоборот, садясь в вагон. Я с сожалением провожала их взглядом, завидуя их жизни. Как я не пыталась отвлечься - ничего не выходило. Мысли сами собой появлялись в голове и почти ни одной светлой. Хотя моя жизнь точно такая же, как моя душа.
   Когда мы приехали, на улице накрапывал мелкий дождик. Но тучи с запада грозили проливным ливнем, что на этом острове не редкость. Но нам оставалась самая малость - это найти мистера Градери и допросить его. Только вот о чем его спрашивать? Что вообще мы ищем?
   Когда мы спускались с вагона, Леон подал мне руку, и я сразу представила, как тридцать лет назад он также подавал руку своей жене. Зачем он её бросил? Да и сама Люси почему-то ни словом не обмолвилась, что замужем. Хотя тогда это выглядело бы достаточно странно, с учетом того, что она ходила со мной в школу.
   Вокзал в этом городе состоял из небольшого перрона и маленького здания. Дальше шли леса, дороги и сплошной зеленый ковер. Это было мало похоже на город, скорее деревню. Хотя пройдя дальше по дороге, обойдя эти зеленые кусты, стали виднеться приличные дома и нормальная дорога. И я пошла именно туда, надеясь доехать до места назначения машиной.
   - Энни. Думаешь, крудус выбрал бы дом среди людей?
   - Намекаешь, что я глупая? - отозвалась я.
   - Нет, я намекаю, что нам в другую сторону. Мы пойдем к горам.
   И не нужно было переспрашивать, как крудус, живущий в горах, будет добывать себе пищу. Но, видимо, это в логику не вписывалось.
   - Если тебе сказали город, то почему не назвали точный адрес? Кто, кстати, тебе сказал про этого... крудуса?
   - Он сам сказал мне свой адрес, когда еще был среди нас. Сказал, что сюда он отправится, если станет предателем. Он им стал, значит, теперь он здесь. И он должен нам помочь, - спокойно отвечал переводчик, шагая вдоль дороги.
   Мелкий дождик стал усиливаться. И Леон прибавил шаг. Я еле успевала за ним, так как постоянно смотрела по сторонам. Мне не хотелось, чтобы кто-то нас увидел. Но моё беспокойствие было неоправданно. Людей здесь итак не было. Это навевало некоторые подозрения.
   Вокруг были лишь гладко выстриженные лужайки, и иногда попадались деревья вдоль дороги. Я уже перестала удивлять "изумрудности" этой страны. Но её зеленые просторы не могли надоесть.
   Мы шли около часа, сворачивая на разные дороги. В конце концов, мы стали идти среди холмов, редко заставленных домами. Вот мы свернули, похоже, к одному из домов. Дорога была слишком длинная, засаженная по краям деревьями. Впереди стал виднеться зеленый забор, и вдоль дороги пошел аккуратно подстриженный кустарник, тянущийся непрерывной полосой к самым воротам дома. Слева все было усажено деревьями, а справа был холмистый газон. И тут, на этом участке, было непривычно тихо. В конце дороги стоял одноэтажный светлый домик. Подходя к нему, мое сердце стало стучать с еще большей силой.
   - С чего ты взял, что он живет тут? - спросила я. Уж слишком ухожено все было.
   - Просто тут нет людей. Здесь не стучит ни одно сердце, - ответил мне Леон. Но он никогда не рассказывал мне о том, что тоже слышит, как стучит сердце у людей.
   - Что?
   - Ах да, разве твой покойный друг не рассказал тебе, что крудусы слышат, как стучит сердце у людей? Ну вот, теперь ты знаешь.
   Мы уже почти подошли к дому, как дверь скрипнула, и из дома вышел человек, мужчина.
   - Не говори так о Джейсоне... - только и успела сказать я, как на нас направился ствол ружья. Неужели все крудусы так обороняются от людей? Но ствол был направлен не на меня, а на моего попутчика. И я была благодарна судьбе, что он не надел кольцо.
   Мужчина был пожилым, с седыми бакенбардами и усами. Он стоял в тапочках и халате, с направленным на переводчика ружьем.
   - Я... мы... - начала говорить я, подумав, что за меня продолжит Леон, но он молчал. - Я вас знаю, мистер Градери, - это было первым, что пришло мне в голову.
   - Тогда ты должна знать, что вход на частную территорию запрещен. И кого ты с собой привела? - сердито говорил мужчина. Я заметила, как его серые глаза постепенно становились черными. Тогда я сняла свои очки. Ружье мужчины на секунду дрогнуло, когда он посмотрел на меня, но в следующую секунду дуло было направлено на меня.
   - Я... я внучка Сьюзан Петтисет, мистер Градери. Мне нужна ваша помощь.
   Дождь полил, как из ведра, а сверху раздался удар грома. Я промокла сразу, но все еще не решалась сдвинуться с места. Мне уже не страшно было ружье, направленное мне в голову. Главное, чтобы нам не прогнали. К этому человеку у меня много вопросов.
   Мистер Градери вышел на порог дома, под проливной дождь. Он подошел к Леону и громко произнес:
   - Ты знаешь, что я не желаю видеть вас на своей территории! Зачем ты еще и её привёл?
   - Пришло время. Помнишь наш договор? Никто не предает друг друга, но предатели помогают друг другу. Ты понимаешь, о чем я, - перекрикивая дождь, ответил ему переводчик. Я не могла понять, о чем они говорят. Какое пришло время, и о каком договоре идет речь?
   Но никто их этих двоих не захотел мне ничего объяснить. Сейчас уже можно было разворачиваться и уходить, так как я знала, что раз этот мистер Градери говорит загадками, то и на мои вопросы он ответит так же.
   Мужчина провел нас в свой дом. Он поставил ружье в угол за дверью. Видимо, люди его частые гости. Само помещение было небольшим, но здесь все было также аккуратно, как и на улице. Я стала осматриваться, ища глазами хоть какую-нибудь вещь, отдаленно напоминающую брунит, но на глаза попадались только ненужные безделушки. Мою задержку у входа заметили.
   - Так ты внучка Сьюзан? - спросил у меня мистер Градери.
   - Да.
   - Ну и что ты хочешь от меня узнать? Что из того, что тебе рассказала твоя бабушка, ты не поняла?
   Мне не понравилась его манера разговора. Потому что его вопросы наводили только на одну мысль - он не знал мою бабушку настолько хорошо, как я думала или надеялась.
   - Она ничего мне не рассказывала.
   - Она просто не помнит, - вмешался в наш диалог Леон. Он сидел в кресле возле камина, на другом таком же кресле сидел мистер Градери, и они оба пристально смотрели на меня.
   - Просто... - я посмотрела на переводчика. Он мог хотя бы сказать, какие вопросы желательно задавать, а какие нет.
   - Я предатель, Джереми. И они теперь придут за мной, - Леон говорил это, не смотря ни на кого. Его взгляд был направлен в точку выше моей головы.
   - Это не мои проблемы, Леон. Ты и эта девочка не должны находиться в этой стране. Ты прекрасно знаешь, что этот ритуал Элоиз собирался проводить именно здесь. Отсюда все это пошло.
   Я не могла понять абсолютно ничего. Они говорили так, словно меня и не было в этой комнате. Никакого конкретного предложения. Какой ритуал? Ритуал... моего убийства?
   - Что за ритуал? - резко прервала их я. Пара черных и зеленых глаз уставились на меня.
   - В феврале следующего года, перед твоим восемнадцатилетнем Элоиз хотел убить тебя. И я надеюсь, что ты больше не будешь от них бегать вместе с этим человеком. Лучше сразу пойди к ним. Это будет единственный выход для тебя, - немного резко ответил мне мистер Градери. И я просто не могла не возмутиться.
   - Сдаться? Вы предлагаете мне сдаться, когда ради моего побега люди пожертвовали своей жизнью? Когда моя мать отослала меня в Россию, чтобы защитить! Тогда все, что они делали, теряет всякий смысл. Кто вы такой? - я встала с дивана, на котором сидела все это время. - Вы думаете, что теперь я просто пойду к Элоизу и попрошу убить меня?! Вы просто самый бесчувственный из всех крудусов, которых я встречала. Видимо, мистер Градери, вы слишком много прожили на этом свете. И пойти на смерть пора вам, а не мне!
   Моя тирада закончилась прямо перед носом мужчины. Я тяжело дышала, так как эмоции выплескивались через край. И когда мистер Градери докоснулся до меня рукой, я почувствовала дрожь по всему телу: холод в крови стал течь намного быстрее, словно кто-то подгонял её; в голове стали появляться образы. Я упала на колени, но мистер Градери все еще держал меня за руку. Они оба, Леон и этот мужчина, стояли на коленях возле меня, но их очертания расплывались перед глазами. Мне хотелось сбросить руку этого мужчины, но меня словно уже не было в этом мире. Темнота стала засасывать в свой круговорот. Я чувствовала удушающую тяжесть и не знала, что меня ждет на этот раз. Закрыв глаза, я с высоты упала на твердую поверхность.

***

   Это был тот же дом, в котором я сейчас должна была находиться. Но в отражении прозрачного стекла на картинах я видела не себя, а лишь свое мутное светящееся отражение. Я поднялась с пола и осмотрелась вокруг. Все тоже самое, только вот на диване валялись чьи-то неубранные вещи. И было не похоже, что они принадлежали мистеру Градери. Возможно, в этом воспоминании я увижу семью, которая жила здесь до того мистера.
   Но присмотревшись в фотографии, я поняла, что здесь, сейчас, в этом видении, в этом доме, живет именно он.
   У входа скрипнула дверь, и я повернулась, чтобы посмотреть, кто это вошел. И этого крудуса я ожидала здесь увидеть меньше всего. Высокий блондин с запыхавшимся видом ввалился в комнату. Это был Микки. И видеть его было сложнее всего.
   Его образ почти стерся из моей памяти. Я сама старалась его забыть, заглушить все воспоминания. Его смерть, которую я увидела потом, была как ударом в спину - слишком неожиданно и невозможно больно.
   Он двигался в мою сторону, раскачиваясь из стороны в сторону, припевая про себя какую-то песню. И по мере его приближения, я двигалась назад, к окну. Но и он тоже двигался к окну. Микки остановился в нескольких дюймах от меня. Я боялась дышать, но сердце бешено колотилось о ребра. Пришлось сделать глубокий вдох.
   - Кто здесь? - спросил Мик, и мое сердце пропустило удар и остановилось. Этого просто не могло быть - никто не мог меня видеть. И я вспомнила, как была в видении на маскараде, когда еще бабушка сказала, что моя мать носит в своем утробе меня, отродье. И именно тогда, когда я бежала, то столкнулась с Микки. И этот толчок был ощутимым.
   Я все еще не дышала, потому что боялась, что вздохнув стану видимой для него. Но этого не могло быть. Это не мои воспоминания и не воспоминания мистера Градери... Мистера...
   - Энни? - мое имя послышалось из уст Мика, и сердце забилось с удвоенной силой. Это уже не воспоминания, это просто бред сумасшедшего. У меня слишком хорошая фантазия, что я ей настолько доверяю, строю такие иллюзии с появлением умершего крудуса.
   - Мик... я хочу, чтобы ты меня видел, - тихо произнесла я. Но ничего не произошло. Тогда я посмотрела на свое отражение в маленьком зеркале, висящем в самом углу стены. И мой взгляд встретился с взглядом Микки. Мы оба резко отпрянули от окна.
   - Эн, ты тут? Я знаю, не прячься... - мягко произнес голос.
   Везде, в каждой стеклянной поверхности отражалась я, мое слабое мерцание, словно я огонек какой-то. И Микки тоже это видел. Он следил глазами за каждым моим передвижением. Мне становилось плохо, а на глаза давно навернулись слезы. Я была загнана в ловушку своим собственным сознанием. Это было неправильно.
   Я остановилась возле еще одного зеркала, будто нарочно здесь повешенного, будто меня ждали... Здесь было полно стеклянных поверхностей. И сейчас мне казалось. Что десятки зеркал смотрят на меня, а я вижу там только расплывчатую оболочку. Это была не я.
   Микки медленным шагом стал двигаться в мою сторону, следя взглядом за моим отражением. Я стояла, не шевелясь, только слезы текли с глаз. Он протянул свою руку ко мне, и его пальцы докоснулись до моей щеки. Мы оба вздрогнули, но не отошли со своих мест. Я закрыла глаза, когда Микки кончиками пальцев водил по моей щеке.
   - Я знал, что ты придешь, - шепотом сказал он, наклонившись ко мне. - И скоро я приеду в Россию, чтобы помочь тебе. Пожалуйста... - дверь скрипнула, в комнату кто-то собрался входить, но он медлил. Тогда шепот Мика стал еще тише. - Мой отец всегда поможет тебе.
   И в этот момент в дверь вошел мистер Градери. Я отпрянула от окна и, пригнувшись, подошла к самой двери, где было меньше всего отражающих поверхностей.
   - Что с тобой, Майкл? - угрюмо спросил мужчина, даже не смотря на Мика.
   - Отец, я видел её.
   Мистер Градери на секунду перестал снимать свои ботинки. Он распрямился и стал смотреть в зеркала, но там не было моего отражения.
   - Значит, Сьюзан была права. Её способности растут. И Элоиз это тоже заметил.
   Мир вокруг опять стал втягиваться в темноту, забирая меня с собой. Но в последний момент я успела увидеть календарь на стене, там был июнь 2005 года, как раз тогда, когда моя жизнь пошла под откос.
  
   Название однодневных отелей "Bed and breakfast".
   Название улицы города Маллингар.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Власова "Во тьме твоих желаний"(Любовное фэнтези) М.Топоров "Однажды в Вавилоне"(Киберпанк) Г.Нипос "Надежда"(Антиутопия) Д.Куликов "Пчелиный Рой. Вторая партия"(Постапокалипсис) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Боевая фантастика) А.Квин "У тебя есть я"(Научная фантастика) Э.Никитина "Браслет"(Любовное фэнтези) А.Эванс "Мать наследника"(Любовное фэнтези) Э.Никитина "Браслет. Навстречу своей судьбе."(Любовное фэнтези) В.Старский ""Темная Академия" Трансформация 4"(ЛитРПГ)
Хиты на ProdaMan.ru Сердце морского короля (Страж-3). Арнаутова ДанаПеснь Кобальта. Маргарита ДюжеваНедостойная. Анна ШнайдерВ цепи его желаний. Алиса СубботняяЧП или чертова попаданка - 2. Сапфир ЯсминаКнига 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная КатеринаИнстинкт Зла. Возрожденная. Суржевская Марина \ Эфф ИрПортальщик. Земля-матушка. Аскин-УрмановИзбранница Золотого Дракона (дилогия). Снежная Марина✨Мое бесполое создание . Ева Финова
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"