Бузинин Сергей Владимирович: другие произведения.

Одиннадцатая заповедь. Прода от 11.04

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
Оценка: 1.43*12  Ваша оценка:

  Сорванцу-ветру наскучило бестолково шнырять по уныло-серому, увешанному свинцовыми блямбами дождевых облаков, небу и он, надеясь хоть как-то развлечься, ринулся к земле. Внизу хотя бы можно сорвать шляпу с прохожего недотепы и вдоволь погонять ее по тротуару. А если попадется жадина, то и обоих. Еще можно задрать юбку какой-нибудь девчушке, или тетке постарше. В обоих случаях реакция обещает быть бурной, хотя и неоднозначной. Правда, нынешние красавицы большей частью предпочитают в джинсах или каких других штанах щеголять, ну да не беда: не выйдет юбку задрать - можно прическу растрепать или какую иную каверзу учудить.
  В предвкушении озорства азартный ветер врезался в обшарпанную двухэтажку с блеклой вывеской "следственный отдел" сбоку от входа и с любопытством заглянул в одно из окон. Понаблюдав пару минут за веселящимися людьми и нелюдями, ветер завистливо ткнулся в мутное, давно не мытое стекло и, не понимая, чему можно радоваться в пасмурный пятничный вечер, вопросительно свистнул в открытую форточку. Потом еще раз, и еще. Но вопрос так и остался без ответа. Если бы у ветра были плечи, он бы недоуменно ими пожал, но плечей у дитя Борея отродясь не имелось, и он помчался дальше.
  А ответ крылся в самом вопросе: вечер пятницы - самое любимое время любого работника, так как выходные еще не начались, а работа уже закончилась. Это вечер создает ощущение радостного облегчения и некую иллюзию свободы. Даже у тех, кому предстоит пахать и в субботу, и в воскресенье... Вечер пятницы и этим все сказано.
  В отличие от ветра Витиш, понаблюдав из открытых дверей за атмосферой разнузданного веселья, озадачиваться философскими размышлениями не стал, а просто вошел в кабинет. С появлением начальства всеобщий разгул бурного веселья сократился до отдельных очагов.
  - Тиха-а-а! - Игорь гулко припечатал ладонью полированную поверхность стола. - Угомонились все! Все, я сказал! - майор угрюмо покосился на оккупированный эльфами угол:
  - Шэра! Прекрати привешивать Ап-Аеру рожки! Если хочешь видеть Келеборна оленеобразным, выйди за него замуж и наставь рога по-полной!
  - Миша-а-а-а!.. - буквально простонал майор, видя, как Канашенков, разведя пальцы в виде буквы "V", натянул на них резинку и тщательно выцеливает кого-то в дальнем углу, - и ты, Брут...
  - А я чё? Я ничего... - деланно смутился Канашенков, прикрывая свободной рукой импровизированную рогатку. Заметив, что начальник сосредоточился на каких-то записях и внимания на него не обращает, Мишка выстрелом навскидку поразил намеченную мишень и, радуясь, что проказа осталась незамеченной начальством, с невинно-наивным видом откинулся на спинку стула.
  -Терещенко! - не отрывая глаз от вытянувшегося перед ним следователя, Витиш скатал тугой комок бумаги и уверенно запустил им в Мишку. Игнорируя удивленно-возмущенный писк подстреленного Канашенкова, майор самодовольно хмыкнул и заговорщицки подмигнул Терещенко:
  - Ты дело Подкалюжного когда в суд направлять собираешься?
  - Не знаю... - уныло буркнул долговязый следователь, пожимая плечами, - там очные ставки нужно проводить, а я боюсь... Очень уж потерпевшие крови хотят...
  - Терпилы по жизни крови жаждут, - недоуменно вскинул бровь Витиш, - а ты им растолкуй, что здесь следственный отдел, а не пункт донорской помощи. С чувством, с толком, с расстановкой. В общем - внятно.
  - Болтать бесполезно, - обреченно махнул рукой Терещенко, - они по-настоящему крови хотят...
  - Не понял? - майор уперся непонимающим взглядом в понуро сопящего следователя.
  - Терпила - Гадраг Роварг, - тоскливо выдохнул Терещенко и, спеша разъяснить, в чем тут соль, затараторил:
  - Он - из клана урук-хай. Его родня спустилась с гор и требует, чтоб я злодея не в суд отправил, а им выдал. Для проведения обряда. Очистительного. А я смотрю, как старейшина ножичком, - показывая размеры клинка, следователь развел руки на метр в стороны, - и такими же зубками клацает, то понимаю, что после обряда очищаться будет весь клан. От крови воришки. - Терещенко зябко передернул плечами и сиротливо шмыгнул простуженным носом:
  - Когда я Подкалюжному постановление о продлении срока содержания под стражей вручал, он мне руки целовать кинулся... Да что там руки! Я с потерпевшей стороной без бронежилета встречаться опасаюсь, а вы говорите - очные ставки, в суд...
  - Ладно, - Витиш угрожающе шикнул на возмущенно забубнивших следователей, - будет вам и дудка, будет и свисток... Перед тем как на очную их свести, - Игорь задумчиво потарабанил пальцами по краю стола, - сходишь к Таурендилу, он тебе пару своих ухорезов выделит, я договорюсь. Но чтоб после этого дело в кратчайшие сроки в суд ушло, понял?
  Терещенко обрадовано кивнул смоляными вихрами и с облегченным вздохом плюхнулся на стул.
  - Продолжим наши игры, - майор неглядя ткнул авторучкой в светловолосого крепыша, мерно посапывающего на плече соседа. - Солодов! Твоя очередь про проблемы горючими слезами заливаться...
  - Про какие проблемы? - непонимающе зевнул Солодов, пытаясь проморгаться ото сна, - нет у меня проблем... С Панченко в понедельник двести семнадцатую закрываем* (ст. 217 УПК - ознакомление обвиняемого с материалами дела, заключительное следственное действие), а Скреботягсу и прочим гоблинам в среду окончательное обвинение предъявлю, и тоже на двести семнадцатую выйду...
  - Здорово! - удивленно восхитился Витиш, - все бы так... Однако, погоди, - начальник задумчиво потеребил мочку уха, - там же вроде главарь не установлен, а ты уже обвинение готовишь...
  - Всех там установили, - Солодов успокаивающим жестом выставил ладонь вперед, - и исполнителей, и атамана... А зовут его, - следователь выдержал почти театральную паузу, - Иванов Иван Иванович...
  - Какой, к оркам, Иванов? - возмущенно вскинулся Ап-Аер, опережая изумленного начальника, - я фоторобот их атамана видел - вылитый гоблин, гоблее морды не бывает...
  - Ты в ИВС*(изолятор временного содержания) спустись и в жизни на его рожу полюбуйся, - весело хохотнул Солодов, демонстрируя оторопевшему эльфу ксерокопию паспорта из дела, - вылитый гоблин, можно сказать - эталон! Зеленошкурые сами путаются. Но при всем при этом - стопроцентный человек, ДНК подтвердило...
  - Доказательства его причастности и вины есть? - Витиш решительно вклинился в дружескую перепалку, - есть. Вот и суд его, болезного, в суд. А человек он там или гоблин - дело десятое. Солодов может продолжать дрыхнуть, а пока товарищ Левашова с нами своими достижениями поделится...
  Тридцатилетняя дама манерами и внешним видом напоминающая Снежную Королеву, неторопливо поднялась со стула, еще более неторопливо раскрыла рабочую тетрадь и начала вещать заунывным речитативом.
  - Достаточно, - скрестил руки Витиш, с трудом сдерживая зевок после десятиминутного доклада, - я рад, что у вас все так хорошо... и-и-и... или так плохо! - быстро брякнул он, заметив недоуменный проблеск в льдинках зрачков Левашовой, - в общем, подробно все обговорим в понедельник...
  Понимая, что и без того мрачное утро начала недели будет окончательно окрашено в траурный цвет докладом Левашовой, он чуть замялся, но, найдя оптимальное решение, расцвел и умильно улыбнулся Королеве:
  - В понедельник Чеширский выходит из отпуска, вот ему и расскажете, а сейчас, - майор запрещающе приложил палец к обиженно надутым губам Левашовой, - мы послушаем Канашенкова. Чего накопал, Миша?
  - Тебе по "потеряшкам" или по депутатской тачке? - вопросительно хлопнул глазами Мишка, раскрывая массивный гроссбух.
  - И того и другого, - прокряхтел Витиш, устало выползая из-за стола, - это хлеба можешь совсем не давать, а сгущенкой и инфой - делись...
  - Хвастаться особо нечем, - тяжело вздохнул Мишка, поднимаясь со стула, - не особо, в принципе, тоже. На данный момент достоверно установлено, что в семи случаях терпил умыкнули на "Лендровере"...
  - Это типа как Иван-царевич на сером волке яблочки тырил? - язвительно хохотнул Ап-Аер, крутя в пальцах пластиковую пульку, выпущенную из Мишкиной рогатки.
  - Тугоухим, слабоумным и непонятливым разжевываю, - снисходительно процедил Мишка, - что при похищениях киднепперы использовали транспортное средство марки "Лендровер Дискавери"...
  - Да Келеборн ничего плохого не... - попыталась защитить приятеля Шэра.
  - Это я самым тупым, - Канашенков стрельнул ехидным взглядом в нахохлившегося эльфа, - разъяснял про машину, а самым сердобольным, - следователь сочувственно улыбнулся Шэре, - напоминаю, что жду их после планерки, с развернутым конспектом по тактике следственных действий... Чегой-то я отвлекся, - Мишка чуть виновато почесал подбородок, развернулся лицом к Витишу и продолжил:
  - Регистрационный номер, соответственно, во всех случаях разный, но на помятое заднее правое крыло и деформированный бампер свидетели указали в четырех случаях. Тачку я в ориентировки забил, но пока без толку. Теперь о фигурантах: кроме того, что семеро из них - нелюди, никаких связующих нитей нет, а похищение двух девчонок вообще ни в какие рамки не укладывается и ни с чем не монтируется... И что примечательно, - устав стоять столбом, Мишка прошелся до окна и обратно, - ни в одном из случаев похищений, что людей, что нелюдей, - Канашенков выразительно покосился на монументально-оскорбленную физиономию Ап-Аера, - никаких требований не поступило. Вообще ни-ка-ких! Пропал бедолага - и тишина, прямо таки - могильная...
  Следователь недоуменно развел руками, не спрашивая разрешения, плюхнулся на свое место и, приняв позу роденовского "мыслителя", продолжил доклад:
  - Я, было, подумал, что имеют место быть криминальные разборки в чистом, так сказать, классическом виде, а нет! Ни один из потерпевших не судим, не привлекался и связей с криминалом не имел. Отдельные личности, - Мишка тишком показал пальцем на угрюмого эльфа, - высказывали предположения о наличии маньяка, но при этом скромно умолчали, что в ряде случаев свидетели болтали как минимум о двоих неизвестных, садившихся вместе с потерпевшими в машину. Трандуила Ап-Шайни вообще трое громил бездыханным в машину грузили. Одно плохо, никто из свидетелей описать внешность этих неизвестных не может. Так что на действия маньяка вся эта котовасия совсем не похожа. А отсутствие требований не дает возможность выдвинуть и отработать какие-либо иные версии... Тупик, однако...
  Мишка с чувством хлопнул себя ладонью по коленке, скорчил расстроенную физиономию и демонстративно-плаксиво шмыгнул носом:
  - Я уж было совсем расстроился, но тут начальство, - Канашенков умильно улыбнулся недоумевающему Витишу, - подкинуло новое дельце... О безвременно почившем депутатском тарантасе, тьфу ты - джипе. Отдельное спасибо надо сказать товарищу Левашовой, - Мишка отвесил подобострастный поклон и, не обращая внимания на спесиво поджатые губы Королевы, восторженно хлопнул в ладоши:
  - Такого красочного описания автомобильного бампера за все время службы мне встречать не доводилось. Поэтому я поехал на место происшествия, провел дополнительный осмотр и при свете дня неторопливо покопался в бренных останках...
  Следователь выудил из кармана полиэтиленовый пакетик с колечком и продемонстрировал окружающим.
  - Дорогое? - делано-равнодушно поинтересовалась Левашова, безуспешно пытаясь скрыть нотки ревнивой зависти.
  - Бесценное! - прикрыв от начальства лицо ладонью, Мишка быстро показал опешившей от такого нахальства Левашовой язык, заложил руки за спину и вновь принялся расхаживать по кабинету.
  - Так как я сам разбираюсь в ювелирке и бижутерии примерно так же, как Шэра в стратегии предварительного расследования, то первым делом отправился я к гражданину Воткину, чтоб вызнать фамилию мастера. Уважаемый Барух Беньяминович меня не разочаровал и направил прямиком...
  - На Малую Алеутскую? - с всезнающим видом небрежно бросил Витиш. - К Флинту?
  - Ага! - простодушно хлопнул глазами Мишка, - На Безымянку. К Льву Исааковичу Ойсмейстеру.
  - И чего тот Мейстер? - любопытно зевнул Солодов и резко ткнул локтем в бок умиротворенно посапывающего Терещенко. - Ну, который Ой?
  - Полностью соответствует фамилии, - коротко хохотнул Мишка, - два раза ойкнул и сдал мастера со всеми потрохами.
  - Флинта? - с надеждой выдохнул Витиш.
  - Катасонова, - отрицательно качнул Мишка и выжидательно уставился на Игоря.
   - Катасонов, Катасонов... - наморщил лоб майор и после минутного раздумья пожал плечами, - что-то знакомое на языке вертится, а что - не помню...
  - Фамилия второй похищенной девочки - Катасонова Оксана Геннадьевна, вот так-то, - катнул желваками Мишка, - и колечко папа Гена влет опознал, он самолично его доченьке склепал. На шестнадцатилетие. А теперь вопрос: что кольцо похищенной девчонки делало в машине депутата?
  - К самому Калатозову, как я понимаю, - подозрительно прищурился Игорь, - ты не совался?
  - Да что я, дурак, с такими вопросами к таким людям? - негодующе фыркнул Мишка. - Неподготовленным? Вот наружка за ним с недельку походит, так, глядишь, и найдутся темы для задушевной беседы...
  - Па-а-а-го-ди-те! - Левашова обдала Канашенкова возмущенно-ледяным взором, - какая такая наружка? Насколько я помню господин Калатозов - потерпевший! На каком основании вы назначаете наружное наблюдение за потерпевшим?! Или процессуальные нормы для вас не писаны?
  - Ой, я вас умоляю, - Мишка скорчил примирительную физиономию, - таки не надо шума! Оговорился, с кем не бывает... Естественно: наружное наблюдение будет вестись за заместителем начальника службы безопасности гражданина Калатозова, небезызвестным вам товарищем с почетным погонялом Гриша-Карабас...
  Канашенков поковырял мизинцем в ухе, заметив осуждающий взгляд Королевы, делано смутился и как бы в замешательстве, громко шмыгнул носом:
  - А непосредственно за Калатозовым они походят как за лицом, входящим в ближнее окружение изучаемого объекта...
  - А за Рудным... - уже не так холодно-агрессивно поинтересовалась Снежная Королева, - то есть за Карабасом, на каких основаниях слежку назначите?
  - Как на каких? - наигранно удивился Мишка. - У меня в производстве имеется дело по факту угона мотоцикла марки "Урал" у гражданина Копендюхина, в материалах дела есть рапорт оперуполномоченного, что к совершения данного преступления может быть причастен товарищ Гриша... Как по мне - исчерпывающее для слежки обоснование.
  Канашенков с презрительной усмешкой посмотрел на хватающую ртом воздух Левашову и добавил:
  - Кстати! Начальник Отдела и прокурор тоже так считают и санкцию на наружное наблюдение дали без разговоров.
  - На этой оптимистичной ноте, - Витиш жестом остановил пытавшуюся что-то сказать Левашову, мы и закончим вечерний рапорт! За работу, господа мои, за работу! - Заметив, что практически все сотрудники возмущенно тычат пальцами в циферблаты часов, Игорь покосился на свои и смущенно пожал плечами:
  - Это я про дежурных... А остальные - кыш по домам!
  
  Солнце, с утра почти летнее, вдруг пришло к выводу, что если у людей выходной, то и ему не грех отдохнуть. И вообще - оно - демисезонное. Поэтому, к полудню светило снизило активность до весенне-осеннего уровня, а после и вовсе скрылось за горизонт. Небо проводило удаляющееся солнце эскортом из облаков в парадных белых мундирах и завистливым взглядом и задумалось над собственной бессменностью. Поразмыслив с полчаса, оно нахмурилось тучами, и даже коротко всплакнуло над своей участью грибным дождиком.
  Капризы погоды и вопли мамаш разогнали малышню по домам. Во дворе остались только дворник Михалыч, две дворняжки с соседней улицы и стайка бабулек, обустроившихся на единственной лавке так надежно, словно они готовились держать оборону. Утеплившиеся старушки, вполголоса перемывали косточки окрестным жителям, обстоятельно лузгали семечки и с подозрением косились на юную парочку, примостившуюся на бордюре песочницы.
  Несмотря на явное малолетство объектов наблюдения, умиления детьми во взглядах бабулек не наблюдалось ни на йоту, только настороженность. Потому как одна из двоих - Полякова-младшая, та еще... девочка. Что твой пацан, всегда в штанах ходит, а в том году Витьке Нестеренко из второго подъезда вообще синяк навесила! Он, конечно, хулиган, но все равно - не девчачье это дело кулаками махать! А приятеля её если раньше кто и видел, то исключительно Фаина Петровна с ее прогрессирующей дальнозоркостью и он показался ей просто жуть каким подозрительным. Ну вот чего, спрашивается, расселись бездельники, чего удумали?.. И непогода им, охальникам, не помеха...
  Обсуждаемая парочка, к вящей досаде бабулек, настороженный интерес к своим персонам нахально игнорировала.
  - Не, ну правда, в первый раз со мной такое, - тоскливо протянула Карина, - что я ключи дома забыла... - Девочка недружелюбно зыркнула на бухтящих в отдалении бабок, сокрушенно вздохнула и подняла виноватый взгляд на Феликса. - Это Глашка мне в спину трещала и воспитательным трепом с мысли сбила.
  Заметив недоверчиво-молчаливый жим Бархатовского плеча, Карина обижено поджала губы, немного подумала и добавила:
  - На ладно, не в первый - во второй... Максимум - в третий...
  - Мря? - ворчливо уточнил Эдмундыч, буравя подругу ехидным взглядом.
  - Скажешь тоже - за неделю, - Карина виновато царапнула землю носком ботинка и выжидающе уставилась на дворовую арку, - за месяц, а тои за два...
  - И что прикажешь теперь делать?
  В ожидании внятного ответа, Феликс обдал налепленные детворою песочные куличики, страждущим взглядом и сглотнул голодную слюну - даже столь неаппетитные предметы вызывали тоскливые гастрономические ассоциации. Судьба у него, наверное, такая - всегда попадать к Поляковым голодным, честно прогуляв обед в интернате. Кысмет, как тетя Шаграта говорит...
  - Не трепыхаться. Бабушка скоро появится, - оправдывающимся тоном обнадежила девочка. - Если она сказала, что придет к часу, то не сомневайся - в двенадцать пятьдесят девять будет на месте.
  Карина, удивленно, словно увидела в первый раз, полюбовалась на перепачканные землей руки и, перехватив задумчивый бархатовский взгляд, отрицательно покачала пальцем перед его лицом.
  - Чтоб замок вскрыть, даже и не думай. Бабуле его по знакомству делали... а какие у нее знакомства, лучше и не догадываться.
  - Я и не думал, - угрюмо буркнул Феликс, смахивая с носа песок и глину, - а если и думал, то только про то, что руки надо мыть и только потом - размахивать...
  - Так негде мыть-то... - уныло вздохнула Карина, - не в луже ведь полоскать?
   - Угу, - угрюмо пробубнил Феликс, обводя взглядом песочные куличики. - Те, кто в курсе, что у них память дырявая, ключи на шею вешают. Или на входную дверь записку с напоминанием лепят.
  Давая выход раздражению, Эдмундыч резко стиснул ладонью только что слепленный Кариной кулич, что-то сообразив, растерянно посмотрел на сочащиеся сквозь пальцы струйки песка и, ожидая возмущенного окрика, внутренне сжался.
  Не пожелав размениваться на расстроенные вопли, девчонка озорно подмигнула приятелю и, игнорируя возмущенный ропот, доносящийся со старушечьей скамейки, плюхнулась посреди песочницы, воздвигая то ли крепостную башню, то ли гигантский кулич.
   Екатерину Георгиевну, вальяжно шествующую по празднично зеленеющей аллейке, ребята узрели одномоментно.
  Бабушка, точнее - дама в расцвете сил и красоты, неторопливо вышагивала, опираясь на аристократическую - кажется, даже красного дерева - трость, но приближалась со скоростью курьерского поезда. Или чуть быстрее. Её наряд в стиле ретро - удлиненное легкое пальто и круглая шляпка с вуалеткой - смотрелись вполне современно, практически, как восторженный писк моды. Хотя, может это и был писк моды, кто эти тренды разберет?
  Карина успела торжествующе ткнуть пальцем в монитор мобильника, показывающего время - точно, без одной минуты тринадцать, чуть снисходительно похлопать Феликса по плечу и только потом над ухом прозвучало едкое:
  - А где цветы, фанфары и прочие атрибуты торжественной встречи? - Екатерина Георгиевна ласково потрепала внучку по затылку и приветливо кивнула Бархатову. - И вообще, чего на улице торчите?
  Карина в который раз покаянно вздохнула и удрученно развела руками.
  - Понятно, - укоризненно причмокнула губами бабушка, - ключи дома забыла, а отмычку ломать жалко... Ты, дружок, - Екатерина Георгиевна озабоченно покосилась на Феликса, - шибко голодный или как?
  - Не шибко, - преувеличенно небрежно отмахнулся Эдмундыч, - я у Каринки шоколадку отобрал.
  - Прям таки и отобрал, - недоверчиво вскинула брови бабушка, с преувеличенной озабоченностью щупая лоб внучки - никак заболела?
  - Ну не отобрал, - не стал спорить Феликс, - спер...
  - Наелся?
  - Да нет, - недовольно шевельнул желваками Бархатов, - Каринке вернул. Уж больно глаза у нее были...
  - Голодные?
  - Нет, трагичные.
  - Ну, скорби неземной в очи напустить, это она умеет, - чуть горделиво усмехнулась бабушка, - в театре наловчилась. Актриса-а-а... - Екатерина Георгиевна о чем-то задумалась и тут же озабочено поинтересовалась у Феликса:
  - Слезу в глаза и голос подпускала?
  - Да нет, - дернул плечом Эдмундыч, переводя недоуменный взгляд с бабушки на внучку.
  - Халтурит девонька...- недовольно причмокнула губами Полякова-старшая. - Хотя сласти эти она без всяких театров обожает.
  Екатерина Георгиевна, проигнорировав осуждающее шипение пенсионерок, в два движения смела перчаткой песчинки с бордюра и присела рядом с Феликсом.
  - Года два тому назад Витька с Федькой, хулиганьё из пятого подъезда, удумали карамельку у неё отнять... - бабушка умолкла, выдерживая вполне театральную паузу.
  - Отняли?
  - Савсэм глюпий, да? - язвительно хохотнула Екатерина Георгиевна, - после той эскапады Витька потом месяц заикался, а Федьки, - бабушка вздохнула с наигранной горестью, - и вовсе теперь с нами нет...
  - Никак до смерти ухайдокала?! - с испуганным восторгом охнул Феликс и уважительно покосился на Карину.
  - Точно - глюпий, - укоризненно констатировала бабушка. - Родители Федькины в другом районе квартирку купили и переехали отсюда от греха подальше... Теперь вся округа знает, что отбирать у маленькой, почти беззащитной девочки конфеты, булочки и прочие мороженки - чревато...
  Услышав перечень лакомств, Феликс не удержался и шумно сглотнул слюну.
  - Потерпи еще немного, сейчас заключительный момент проясню, - Екатерина Георгиевна непринужденно взмахнула тростью, словно фея волшебной палочкой, - и пойдем трапезничать. Прошу прощения за тривиальное замечание, - бабушка повернулась лицом к внучке, - но не объяснишь ли, зачем тебе голова? Чтобы поведать миру столь же банальную истину - "домазабыла"? Или для того, чтоб думать? Хотя бы изредка?
   - Затем же, зачем тебе трость, - Карина с деланным смирением потупила глазки. - Для красоты.
  - Так-таки и для красоты? - скептично поинтересовалась бабушка, опираясь на трость, словно рыцарь на меч.
  - А для чего еще? - недоуменно фыркнула Полякова-младшая. - Что с палочкой, что без, ты носишься так, что наш физрук от зависти чахнет. Так что вывод очевиден...
   - Бабушка-бабушка, зачем тебе такие большие зубы... - слегка разочарованно протянула Екатерина Георгиевна. - Думать головой отказываешься категорически... Тебе с практической точки зрения растолковать или?..
   - Если не для красоты, то для имиджа, - пришел на выручку Карине Феликс. - Как-то раз кто-то мне сказал, что имидж ничто, а жажда все. Врал, зараза?
   - Скорее - недоговаривал. Ведь как сказал классик: в человеке всё должно быть прекрасно: и лицо, и... - бабушка неодобрительно покосилась на пыльные брюки Бархатова и заляпанные джинсы внучки, - и одежда, и душа, и мысли... - Екатерина Георгиевна мечтательно закатила глаза, вздохнула и добавила неожиданно жестким тоном:
  - И кольт сорок пятого калибра. Но это уже не классическая трактовка, это сама жизнь исправила и дополнила, - она небрежным жестом откинула вверх вуалетку и испытующе воззрилась на Феликса и внучку. - Уразумели? Нет?
  Бархатов сдержанно кивнул и покосился на Карину - девочка стояла за спиной Екатерины Георгиевны и, изображая с помощью пантомимы не то лектора, не то ментора, веселилась вовсю. Полякова-старшая кривляний внучки не замечала или делала вид, что не замечает.
   - Ну вот, например, шествую я как-то вместе с... - бабушка улыбнулась воспоминаниям и немного кокетливо поправила выбившийся из-под шляпки локон, - короче, не важно, с кем... Проще говоря идем вдвоем, и не абы где, а по самому Парижу... хотя нет, вам о об этом знать рановато... - женщина задумалась, мысленно что-то пересчитывая, - ага, точно рано. Сроки давности еще не вышли...
  Видимо, устав притворяться, бабушка кинула быстрый взгляд через плечо и разочарованно поморщилась.
   - Поторопилась я тебя в ранг актрисы возвести, поторопилась... - Екатерина Георгиевна скептически поджала губы и укоризненно качнула головой. - И вовсе даже не похоже! Чему только вас в твоей студии учат?.. - Женщина удрученно махнула рукой и, возвращаясь к воспоминаниям, выбила пальцами пару тактов марша на набалдашнике трости.
  - Так о чем я? О! - Екатерина Георгиевна уверенно ткнула пальцем в воздух. - Отдыхала я, значит, как-то раз... хотя, - Полякова-старшая запнулась на полуслове и призадумалась, - тоже нет, неаппетитная история получилась, а у нас по плану обед... - она кинула взгляд на изящные - наверное, тоже изготовленные по знакомству, а то и по спецзаказу - командирские часы на запястье, - не далее, как через полчаса... В общем, поверьте на слово, пожилому человеку, - бабушка показушно-жалобно охнула, - имидж - он штука значимая. Не безделица какая-нибудь. И если у бабушки большие зубы, то она непременно кого-нибудь... м-да... - словно спохватившись, Екатерина Георгиевна достала из ридикюля связку ключей и открыла дверь подъезда.
   - Кстати, об имидже и о Париже, - продолжила она с верхней ступеньки лестницы, дожидаясь, пока Феликс и Карина ее нагонят. - Тот, кого нельзя называть, научил меня готовить восхитительную bœuf bourguignon. Проще говоря, если вы начистите мне лука и морковки...
   - Бабуля! За каких овощей идет речь? - недовольно пробурчала Карина голосом дяди Валеры из семнадцатой квартиры, представлявшегося при встрече, как отставной одессит третьего ранга. - У нас дел за гланды! Сегодня надо бездомную живность в приют пристроить, конспект по химии хотя бы начерно набросать, Клюву помочь с дядькиной мотоциклеткой разобраться, а потом...
   - Погладить шнурки и перевести старушку через дорогу, - понимающе кивнула Екатерина Георгиевна. - А перенести часть дел на завтра ну никак? Гланды воспалятся?
   - Бабуля! - сочувственно протянула Полякова-младшая, - завтра- футбол!
   Бархатов, совершенно не желая демонстрировать свою профнепригодность в чистке овощей, торопливо закивал, подтверждая слова подруги.
   - Ну, коль вы такие занятые будете давиться вчерашней картошкой, - покладисто пожала плечами бабушка и пошла на кухню. На пороге она обернулась, окинула пыльную одежду подростков оценивающим взглядом и многообещающе добавила:
  - А если удосужитесь самостоятельно привести свой внешний вид в порядок, то еще и десертом. Может быть.
   Выполнить бабушкино пожелание оказалось труднее, чем предполагалось: песок категорически не желал расставаться с тканью, глина впитывалась в любые доступные складки, а пятно от строительного вара вообще стремилось заполонить всю штанину. Промаявшись не менее получаса, подростки упрели, как от полудня разгрузочно-погрузочных работ и, сочтя одежду условно-пригодной для торжественного приема пищи, прокрались на кухню. Разогретую и уже порядком остывшую картошку умяли влет и молчком. Даже с Глашкой не поделились. В принципе, она не особенно и клянчила: регулярно высовывалась из избушки и выжидательно поглядывала на холодильник, словно знала наверняка, что скрывается за белой дверцей. Хотя, может, и знала, та еще разведчица...
   Стальное нутро холодильника скрывало настоящее чудо. Узрев громадный торт, на котором кружевных узоров из крема было больше, чем оборок на бальном платье сказочной красавицы, Карина восхищенно ахнула. А Феликс удивленно-восторженно булькнул животом и смущенно зажмурился.
  - У нас по распорядку дня праздник? - проверяя, что перед ней не иллюзия, девчонка украдкой сковырнула край шоколадной финтифлюшки и облизнула палец. - Или торжественная встреча важных гостей? Дедушка приезжает, да?
  - А-а-атставить несанкционированную агрессию! - Екатерина Георгиевна, спасая лакомство от внучкиных посягательств, придвинула торт к себе и принялась нарезать легкими, почти вдохновенными движениями - так художник наносит заключительные мазки на полотно. - Тебе табельное торжество требуется? Возьми календарь и полистай. Там на триста шестьдесят пять календарных дней триста шестьдесят четыре праздника. Но в нашем скромном жилище праздник определенно имеет место быть.
   - День рождения? - недоуменно предположила Карина. - Но чей? У тебя и папы летом, у меня и мамы осенью... У Глашки, разве что, так и неё - в декабре... Вроде бы...
   - Разве я что-то говорила про Глафиру и вообще хоть как-то обозначала видовую принадлежность торжества? - ничуть не меньше изумилась бабушка, придвинула первый кусочек торта Феликсу и начала неторопливо, назидательно:
  - Праздник, товарищ внучка, он не в календаре - в душе. И каждый устраивает его по своему желания и разумению.
  - Эдак кажжый день праждновать мошно, - невнятно пробурчал Феликс, вгрызаясь в кусок торта, словно буровая машина в стену угольной породы.
  - А почему нет? - безмятежно улыбнулась Екатерина Георгиевна, - было бы желание...
  - И средства... - Карина слизала со своей порции весь крем и теперь нацеливалась на еще нетронутую часть Феликсовского куска.
  - Финансово-затратные мероприятия в условия праздника не входят, - невозмутимо парировала бабушка и, пресекая внучкины помыслы, демонстративно пристукнула ложкой по столу, - единственное и основное условие - наличие радости. Я, к примеру, каждое новое утром каждому новому дню радуюсь, а торты, компоты и прочие бриллианты - это так, дополнительные бонусы. Так что рекомендую изменить свою концепцию праздника.
  Заметив, что чаепитие еще не началось, а от отрезанных долек остались только крошки, бабушка наполнила кружки подростков свежезаваренным чаем, придвинула их к подросткам и выжидательно протарабанила пальцами по столу.
  - День рождения - что это такое, по сути? - продолжила рассуждать Екатерина Георгиевна, убедившись, что поедание очередной порции торта идет не на сухую. - Праздник взросления, констатация факта, так сказать. Потому что настоящее взросление приходит только когда начинаешь соображать, что можно делать, чего нельзя, а что - просто необходимо.
  Бабушка протянула Глашке кусочек торта на раскрытой ладони. Птица, словно упрекая хозяйку в издевке, взглянула на женщину с немым укором, горестно, почти по-человечьи вздохнула, деликатно мазнула по крему клювом и, вытянув из избушки бутылочку с машинным маслом, надолго присосалась к горлу.
  - Стараясь выглядеть в глазах окружающих достойно и основательно, - нимало не смущаясь Глашкиной реакции, Екатерина Георгиевна положила отвергнутый кукушкой косок на свою тарелку и продолжила лекцию, - люди напридумывали законов, условностей и ограничений, совершенно не задумываясь над тем, что, большая их часть друг другу противоречит и жить, соблюдая дух и букву всех принятых правил, практически невозможно.
  - Для тех случаев, когда невозможно жить по Законам человечьим, - рассудительно заметил Феликс, явно цитируя кого-то из преподавателей, - рекомендуется руководствоваться Заповедями... - закончив фразу, Бархатов смущенно потупился и добавил, - по крайней мере, Лев Павлович всегда эти Заповеди поминает, когда я напортачу чего. И чаще всего почему-то "не убий" твердит...
  - Ага, - согласно кивнула бабушка, - можно. Правда, их количество люди благоразумно-предусмотрительно урезали до необходимого минимума, да и тот не стремятся соблюдать.
  - Чего ж до минимума? - Карина слизнула остатки крема с блюдца, продемонстрировала пустую посуду бабушке и, не дождавшись реакции, с обиженным стуком поставила блюдце на стол. - Целых десять штук есть, куда больше-то?
  - Вообще-то, товарищ внучка, - лицо Екатерина Георгиевна осветила тихая, усталая улыбка, умудренного опытом человека, - их куда как больше...
   - И все они изложены в строго секретной, только для служебного пользования, инструкции? - Феликс состроил предельно наивную мордашку и уставился на Екатерину Георгиевну умильным взглядом. - И вам, как опытному сотруднику в отставке, известны наперечет. Поделитесь инфой или у нас допуска соответствующего нет?
  - Все гораздо проще и сложнее, - устав смотреть на печальную физиономию Поляковой-младшей, бабушка отрезала от торта еще по дольке, отдала детям и демонстративно спрятала торт в холодильник. - Знать все заповеди невозможно по одной простой причине - наиболее тщательно человек соблюдает те, что установил для себя сам.
   - А ты, бабуль, - растягивая кулинарное удовольствие, Карина нашинковала свою порцию на микроскопические дольки, - какой пользуешься? Или у тебя на каждый день своя Заповедь?
   - Куда мне столько? - наигранно ужаснулась бабушка. - Раньше, бывало и по десятку заповедей в день использовала, а как поумнела, так на все случаи жизни одной довольствуюсь - самой главной. Одиннадцатой. В хороших книжках про нее пишут, а в жизни мало кто о ней вспоминает.
  - Хорошо стреляет тот, кто стреляет последним? - Карина расплылась в улыбке, искрящей превосходством всезнайки.
  - Не угадала, - бабушка немного помолчала и без всякой торжественности или ноток наставничества, просто, по-домашнему произнесла:
  - Из всех решений выбирай самое доброе.
   - Категорический императив! - авторитетно прокаркала Глашка, плюхнув на стол остаток своего угощения. Под испуганный Каринин вздох промасленный пузырек бумкнулся о поверхность стола, покачался на гранях донца и, демонстрируя пустоту, опрокинулся на бок.
   - Это че... - услышав трактовку, Феликс даже поперхнулся, - если я кому по физиономии вмажу, пусть даже за дело, значит, против заповеди пошел, да?
   - А-а-атставить либерально-толерантные страхи! - Екатерина Георгиевна, стукнула по столу пальцем. - Пацифизим ищите в лавке, через три квартала, здесь его отродясь не водилось. Остановить зло, себя и друга защитить - доброе дело, даже и не сомневайся. А вот когда ты свой выбор на страхе, обиде, желании отомстить или еще на какой дряни базируешь - тогда точно заповедь нарушил.
   - Как-то сложно, - задумчиво вздохнул Феликс, без особого энтузиазма ковыряя торт.
   - Сложно, - согласилась бабушка.- Но если одиннадцатую усвоил, до всех остальных сам дойдешь понемногу. Вот была у меня история...
   - Опять шпионская?! - азартно восхитился Эдмундыч. - Хотя, какая разница, один черт... ой!.. все равно не расскажете.
   - Запомните, юноша, - отчеканила Екатерина Георгиевна, - на территории нашего Отечества шпионских историй о деятельности наших сотрудников не водится - только рассказы о разведовательно-диверсионных мероприятиях. Абсолютно достоверные, даже когда придуманы от начала до конца. В пропагандистско-воспитательных целях. Но эту историю рассказать можно, благо гриф секретности с нее давным-давно снят. Если он вообще присваивался...
  Готовясь к повествованию, Полякова-старшая подперла подбородок ладошкой и начала неторопливо:
  - Во времена далекие, теперь почти былинные...
  Едва Феликс успел подумать, что Екатерина Георгиевна весьма и весьма напоминает бабульку-рассказчицу из детских киносказок, только без платка, как отставная разведчица извлекла откуда-то бандану и в два движения повязала себе на голову. Узрев преобразившуюся бабушку, Карина ехидно сравнила её с пиратским боцманом и посоветовала усадить Глашку на плечо на манер флинтовского попугая, но вместо "спасибо" получила звонкий щелбан по лбу и обиженно заткнулась.
  Внося заключительные коррективы в приглянувшийся образ, Екатерина Георгиевна перелила чай в широкое блюдце и, с видимым удовольствием, отхлебнула ароматный напиток:
  - Лет прилично тому назад жили в одном городке два пацана. Ваших, примерно, лет, вашей, - бабушка окинула подростков оценивающим взглядом, - примерно, комплекции, мозгами тоже пользовались так же как вы - редко и неохотно.
  Похохатывая над недовольным бурчанием, Полякова-старшая, ребячась, показала молодежи язык, язвительно хмыкнула, что ей со стороны виднее и продолжила рассказ:
  - Один... - задумавшись, бабушка наморщила лоб, - назовём его "Первый", - весь из себя положительный, практически - лучший из лучших. И спортом занимался, и в школе один из первых: то олимпиаду математическую выиграет, то на литературном конкурсе элегии декламирует... - Екатерина Георгиевна мечтательно закатила глаза. - Дома, соответственно, родителям во всем помогал, к старшими, как положено, - строго уважительно. На улице, бывало, дрался, но либо свой суверенитет отстаивал, либо за слабых вступался... В общем, не пацан, а всеобщая радость и гордость. Второй, - подбирая наиболее точную формулировку, Полякова-старшая ненадолго задумалась, - был если не полной противоположностью первому, то бесконечно далеким от идеала. Потенциал, безусловно, имел, но тормоза отсутствовали напрочь, зато присутствовали тотальная безалаберность и шило в заднице невиданных размеров. При этом учился он средненько, но не потому что дурак, а потому что лениво и неинтересно ему было выше троек прыгать. Да! - подчеркивая немаловажность воспоминания, Екатерина Георгиевна энергично ткнула воздух пальцем, - в отличие от первого, драться любил по поводу и без. В итоге от отправки в спецшколу его отделяло только "тысячепервое, теперьужточнопоследнее, предупреждение". Спасало только то, что в отношении к родителям и старшим второй на первого походил... Это, кажется, было единственное, что их роднило.
  Бабушка отхлебнула остывший чай из блюдца, недовольно поморщилась и щелкнула реле электрочайника.
  - Учиться им довелось в одном классе, поэтому отношения между парнями были натянутые. Не то, чтобы вражда, но второй первого сильно не любил, а первый христианским всепрощением тоже не отличался. Всего там хватало: и зависти, и явного, и неявного соперничества, как за место под солнцем, так и за внимание той или иной девчонки... До дурного доходило: если один на какую красотку глаз положил, так другой тут же между ними влезть пытался. Что Первый, что Второй - одинаково...
  Вспоминая проказы героев, бабушка тяжело вздохнула и укоризненного покачала головой:
  - Много чего еще было, но непосредственно наша история началась с футбола. Оба играли в одной дворовой команде и в тот день игра не клеилась. После очередного гола в родные ворота второй, в сердцах, что есть мочи врезал мячу. Тот набрал вторую космическую скорость, вышел на орбиту и уверенно влетел в не вовремя подвернувшееся окошко... История, в общем-то, типовая и не шибко смертельная, вот только хозяйка разбитого стекла (а заодно и шкафа с богемским хрусталем) была той еще стервой.
  Екатерину Георгиевну явственно передернуло.
  - Визга, крика и телефонных звонков было столько, что участковый нарисовался во дворе через пятнадцать минут, а инспектор детской комнаты милиции через двадцать. Соответственно, разбирательство идет полным ходом. Пацанва пока молчит, но по всему видно, что еще минут пять и Жорка Хилкевич, - бабушка презрительно цыкнула сквозь зубы, - был там один скунсоподобный организм - сдаст виновника органам. А Второй - "на последнем китайском".
  И тут, неожиданно для всех, первый шаг вперед и заявляет, я, мол, стекло, окно и прочие сервизы раскокал нечаянно. Убытки возмещу. А сам на Хилкевича косится и эдак выразительно костяшками пальцев похрустывает...
  Пережидая одобрительный шепот слушателей, Полякова-старшая нетерпеливо побарабанила пальцами по столу. Шепот тут же смолк и женщина продолжила:
  - Тут, собственно, истории и конец. Против общегородской и школьной гордости наша стерва переть не стала, но справочку об ущербе предоставила обстоятельную, вплоть до шпингалета на сервантной дверце.
  Делать нечего - ущерб надо возмещать. Озадачивать родителей материальными проблемами Первый не стал, а просто нашел работу. Благо, парень он был крепкий, а на железнодорожной станции грузчиков вечно не хватало. Вот он и приспособился вагоны ночами разгружать. Ночь грузит, вторую мешки таскает, а на третью - на станцию Второй приперся. Глянул на Первого исподлобья, желваками дернул и тоже принялся мешки таскать. Молча.
  Екатерина Георгиевна неторопливо составила посуду в раковину и, вдоволь наслушавшись недовольного обрывом рассказа бурчания, подвела итог:
  - Ну что получил, что получил? Первый, если не считая многократно возросшего уважения окружающих - ничего. А Второй... получил шанс. И не упустил: и в учебе подтянулся - отличником не стал, но успеваемость ощутимо повысил, и проделки не то, чтобы исчезли совсем, но злость потеряли. Да и с Первым вражда закончилась...
  - Сдается, ба, - скептически сморщила носик Карина, - что приведенная история придумана от начала до конца. Как ты говоришь - в пропагандистско-воспитательных целях. Ну не бывает таких пацанов. Не-бы-ва-ет.
  - Отчего ж не бывает? - невыразительно пожала плечами Полякова-старшая. - И были и есть. Правда, не пацаны уже, это точно: один сейчас - инструктор по рукопашке в одной слегка секретной школе. Другой - майор спецназа ГРУ. И дочка у него неплохая, только вечно ключи от дома забывает.
  - А кто из них был Первый, а кто Второй? - поинтересовался Феликс, игнорируя ворчание Карины, что и так все очевидно.
  - А разве это так важно, кто кем был? - сдержанно улыбнулась бабушка, - по-моему, важнее то, кто они сейчас есть. Следуя Одиннадцатой Заповеди нужно просто жить и делать то, что должно. Жить, не ожидая моментальных результатов своих добрых дел - может статься, что их только твои внуки дождутся, тогда как злое или просто безразличное к чужой судьбе решение, может принести немедленные дивиденды. Жить, не ожидая, что за тобой ринуться толпы последователей - чаще всего на этом пути ты будешь один. Твоя задача не в том, чтобы сделать кого-то лучше, твоя задача самому не стать хуже. Выбирать решение всегда трудно. А выбирать из множества самое доброе и не только выбирать - воплощать его в жизнь - еще труднее. Но возможно. Попробуйте как-нибудь, если захотите.
   - Я попробую, - угрюмо буркнул Феликс, сосредоточенно гоняя ложкой крошки от торта по блюдцу. - Вот только еще бы сразу знать, что и для кого хорошо, а что нет...
  - Ты еще спроси, в чем смысл жизни заключается, - ехидно фыркнула Екатерина Георгиевна, - или чего еще глобального. Ты парень с головой... вроде бы. И душа широкая и светлая. Готовых формул в жизни нет, каждый раз все по-разному. Но сдается мне - ты додумаешься. Ладно, молодежь, вы там, то ли мир спасать, то ли в движке мотоциклетном ковыряться собирались, так что - брысь! Мне ужин готовить надо, папенька твой нынче обещались пораньше со службы прибыть...
  Феликс сбивчиво пробормотал слова благодарности и, бросив косой взгляд на циферблат Глафириных часов, на пару с Кариной унесся из квартиры и на улицу. Время подходило к трем пополудни, а в гараж к Кирпичу они обещали прибыть не позднее двух, поэтому к троллейбусной остановке неслись, словно в школе на зачете. Но закон подлости сработал, как полагается и очередной троллейбус, прощально махнув рожками, стартовал от остановки, едва подростки показались из-за угла. Следующий должен был появиться только через десять минут, и Бархатов с Кариной с чистой совестью оккупировали лавочку. Отдышавшись и переведя дух, Феликс зачем-то оглянулся на дом Поляковых:
   - Ты только ей не говори, но бабуля у тебя мировая.
   - А чего ей говорить? - невыразительно повела плечом Карина, - она и сама об этом прекрасно знает...
   - Во-во, все знает, все умеет, не боится ничего... - Бархатов завистливо причмокнул и тут же заинтересованно покосился на подругу, - или все же чего-то да боится?
   - Не то чтобы боится... - Полякова-младшая зябко поежилась от налетевшего ветра, - Уважает. И не "чего", а "кого". Дедушку.
   - Тоже, небось, легенда спецназа?
   - Легенда, - девчонка горделиво приосанилась. - Только не спецназа - палеонтологии. Он сейчас где-то в Монголии очередную допотопную жуть откапывает. То ли предка всех восточных драконов, то ли яйцо, из которого этот предок вылез...- углядев, выползающий из-за поворота внеочередной тролейбус, - Карина соскочила с лавочки.- Во, наш идет!
   - Ну и чего в этом такого... уважительного? - недоуменно нахмурился Бархатов, совершенно не желая впечетляться. - Ну, динозавр. Ну, кости...
   - То-то и оно, что кости! - с чувством собственного превосходства фыркнула Карина. - Попробуй-ка запомни, как у какой ископаемой твари какая косточка называется, если их чуть не две тыщи! В смысле - косточек. А еще звериков этих, не фига не асисяйных, тоже не одна сотня. Ага! - торжествующе хохотнула Карина, заметив, как задумчиво насупился Феликс, - осознал! Да ты не тушуйся, я, например, даже не все болевые точки у человека помню, а дед - помнит.
   - Болевые точки? - понимающе качнул головой Бархатов.
  - Кости ископаемых, причем по-латыни. А еще, - Полякова-младшая завистливо хмыкнула, - дед по-ихнему ругаться хорошо умеет. Никто ничего не понимает, но экспрессия, - она оттопырила большой палец, - во!
   - А ты на латыни матюкаться умеешь? - совсем по-кошачьи поскреб за ухом Бархатов. - Или хотя бы по-эльфийски?
   - Не-а... А что?
   - Плохо. Мы уже, почитай, на час опоздали, так что от Кирпича не отбрешемся. Придется и его к Одиннадцатой Заповеди приобщать, тогда, глядишь, не прибьет...
  
  - Б-у-у-ум!!! Остервенело лязгнула дверца сейфа в кабинете слева. Дынь-дынь-дынь-шш-шух!!! Радостно пролязгала каретка "Ундервуда" из кабинета справа. Вжи-и-и-у! Мушиные крылья рассекли воздух прямо над ухом.
  Мишка машинально содрогнулся, втянул голову в плечи и с перекошенным, как от зубной боли, лицом страдальчески повел взглядом по сторонам. Сосредоточиться и вдумчиво вычитать материалы дела, было решительно невозможно.
   Солодов в третьем кабинете битый час безрезультатно воевал с сейфом, чью дверцу он непонятным образом погнул во время пьянки на прошлой неделе, Кицуненович за стенкой, в который раз пытаясь выяснить, что же все-таки крепче: его терпение, печатная машинка или нервы сослуживцев, увлеченно терзал винтажную клавиатуру, а его, Канашенкова, безжалостно тиранил солнечный луч, впившийся в Мишкино ухо, словно гиперболоид инженера Гарина во вражеский эсминец. Какое уж тут может быть чтение, да еще и вдумчивое? Грохот, солнце, муха... Муха?
   Установив объект сосредоточения мирового зла текущего момента, следователь свернул картонку скоросшивателя в трубочку и принялся обшаривать воздушное пространство кабинета с методичностью новейшего локатора. Поиски продлились недолго. Нахальное насекомое, презрительно игнорируя импровизированное средство ПВО, зажатое в потной ладони хозяина кабинета, изящно крутанулось в "мертвой петле" и элегантно спланировало на трубку телефонного аппарата. Стараясь не делать резких движений, Мишка медленно замахнулся, но ударить не успел - протяжная трель телефонного звонка согнала муху с места.
   - Канашенков, следствие, слушаю, - раздраженно прохрипел в мембрану Мишка, почти не разжимая губ.
   - Слушаешь - это хорошо, - довольно крякнула трубка голосом Витиша, - значит ухи на месте. Вот ими и слухай: та бутыль коньяка еще цела или погибла во цвете лет?
   - Во-первых, - негодующе прошипел Мишка, пытаясь выследить насмешливо жужжащую тварь, - употреблять спиртное на рабочем месте в рабочее время Положение о Службе категорически не рекомендует, а во-вторых...
   Запеленговав стремительно приближающуюся точку, Канашенков выпустил трубку из рук и от души, с оттягом, влепил картонной трубкой меж фасеточных глаз (может и не туда, но думать хотелось именно так), проследил за пикирующей тушкой и самодовольно ухмыльнулся, озирая трупик поверженного врага.
   - Так что там, во-вторых-то? - придушенно хрипнула мембрана, валяющейся на столе телефонной трубки. - А также, в-третьих, десятых и прочих сотых?
   - А во-вторых, - победоносно улыбнулся Мишка, щелкая клавишей громкой связи, - коньяки у нас отродясь не водились, не климатит им тут...
   - А-а-а?.. - обескуражено проблеял Витиш с другого конца провода.
   - А то вкусное в красивой бутылке, - хохотнул Канашенков, представляя удрученную физиономию приятеля, - это не коньяк, а бренди. И вообще, я его как лекарство по чайной ложечке принимаю. Успокоению нервов, после вас, варнаков, очень способствует А если натурального коньяка хочешь, тогда тебе во Францию надо... или в киоск за углом. Ларек работает круглосуточно, а с режимом трудодня французского посольства ничем помочь не могу... Так что дуй в ларек, так ближе и дешевле.
   - В общем так, Ротшильд Дэламен Авиценович (Дэламен основатель известнейшей марки коньяка, Авиценна и Ротшильд всем и так знакомы), - разъяренно клацнул зубами Витиш, - или ты алкоголь сам в мой кабинет принесешь, или мы к тебе с ревизией завалимся. И чует мое больное сердце, одной бутылкой ты не отделаешься...
   - А мы - это кто? - настороженно, словно пытаясь разглядеть через пластик трубки обстановку в кабинете Витиша, покосился на телефон Мишка. - Ты и Чеширский или ты и Васильев? Или, - следователь побледнел от внезапной догадки, - ты и Кобрина?
   - Почти угадал. Я и Эсгалан Ап Керру (начальник службы НН из ЧМБ). И учти, Эдик категорично заявил, что инфу обменяет только на равноценную компоненту, то есть пищу духовную. Насколько я помню, петь ты не фига не умеешь, да и квенья толком не выучил. Так что заканчивай умничать, хватай бутылку и топай ко мне. Закуску, так и быть, я из Кицуненовича вытрясу...
   Пренебрежительно фыркнув в ответ на угрозы, Мишка брякнул захлебывающуюся короткими гудками трубку на телефонный аппарат и озадачено почесал затылок. В левой тумбе его стола монументально возвышались полдюжины бутылей с престижными марками алкоголя, и Канашенков в упор не помнил, чем именно он угощал Витиша... Помедитировав пяток минут в раздумьях, следователь пришел к выводу, что если он сам не в силах определиться с маркой угощения, то Игорь и подавно не вспомнит. Разделавшись с сомнениями, Мишка ухватился за горлышко бутылки Кондор ХО. Ручаться за ее аутентичность мировому бренду Канашенков бы не рискнул, но массивная квадратура сосуда и громкое название внушали уважение. Преувеличенно-жалобно стеная и ласково поглаживая избранную для заклания бутыль, следователь выполз из-за стола и тут же испуганно мотнул головой: невесть откуда взявшаяся точка (причем - очень жирная), воинственно жужжа, стремилась вонзиться прямо в глаз. Ошалело отмахиваясь от новых атак, Мишка покосился на пол и, не обнаружив мушиного трупика, торопливо зашагал к выходу. Похоже, что пережив контузию, мушиные системы навигации и самоопределения засбоили, и теперь насекомое считает себя штурмовым истребителем. Или вовсе - осой.
  Воскресшее насекомое проводило бегство человека победоносно-презрительным треском крыльев и торжествующе жужжа, спланировало на стол, дабы насладиться плодами победы в виде огрызка бутерброда с вареньем. Пока побежденные не вернулись и не пришибли победителя на фиг.
   Проигравшей стороне было не до реванша: выскочив в коридор, Мишка недружелюбно покосился на стайку посетителей, неуверенно переминавшихся под дверями соседнего кабинета, кое-как задрапировал массивную бутыль полой пиджака и поспешил в гости к Витишу.
  Обстановка в начальственных апартаментах на рабочую не походила даже отдаленно: Игорь блаженно жмурился на диване, Ап Керру вальяжно расплылся в кресле-качалке, водрузив на спинку соседнего стула роскошные, как бы не из крокодиловой кожи, штиблеты.
   - Кончай хаметь, Эдик, - недовольно буркнул Мишка, спихивая ноги эльфа на пол. - Барствовать в свою шаражку вали, а тут не фиг...
   - Какой я тебе Эдик, о, смертный?! - гневно заголосил эльф, пытаясь вскочить с качающегося кресла, но не устоял на ногах и плюхнулся на шаткую седушку. - Славное имя моё - Эсгалан Ап Керру!..
   - Угу, - угрюмо проворчал Канашенков, небрежным жестом расчищая стол от бумаг. - Виталька - забулдыга, тоже требует, чтоб его Ласлегефель Ап Леголасом навеличивали, особенно когда малины на спирту нажрется, а ты с чего?
  Мишка подозрительно принюхался к дыханию эльфа и, не учуяв перегара, приложил ладонь к его лбу.
   - Вроде, не пил и не болен, - задумчиво пожал плечами следователь. - Характерных потертостей от короны тоже не наблюдается... Игорь, - Мишка решительно повернулся к ухахатывающемуся начальнику, - ты опять у Ригенслейв пирожки с грибами спер, а?
  - Не царское это дело - плюшки тырить, да еще и у подчиненных, - презрительно фыркнул Витиш, не удосужившись даже повернуть голову. - Я их честно выклянчил.
  - У Гримсдоттировны? Еду? Выпросил? - прервав работу по наведению порядка, Канашенков недоверчиво покосился на приятеля. - А еще сгонял в ЛепреконБанк и взял беспроцентную ссуду. Ты ври да не завирайся...
  - Ваше недоверие, юноша, - Ап Керру, не рискуя подниматься с кресла, вытянул шею, словно перископ субмарины и демонстративно-обиженно поджал губы, - уместно так же, как гоблин на эльфийской свадьбе...
   - Вот учишь тебя, учишь, - сокрушенно вздохнул Игорь, смерив приятеля укоризненным взглядом, - а толу ноль. Сколько раз говорено, что от кого угодно можно добиться чего угодно. Если правильно аргументировать свою просьбу...
  - Так и знал, что мои промахи - это твоё педагогическое фиаско, - довольно хохотнул Мишка, сворачивая пробку с бутылочного горла. - Ну да Бог с ними, с твоими ошибками, скажи, чего ты Ригенслейв наплел?
  - А-а-а-а, - небрежно отмахнулся Витиш, принюхиваясь к доносящимся из бутылки ароматам, - внеочередное дежурство пообещал. И что за недоверие во взоре? Естественно, не простое дежурство, а на пару с тобой. И не надо меня благодарить... Впадать в обморок тем более не смей! Побудешь благодарным слушателем ее нового опуса, не развалишься. Там более - всего одну ночь. А не нравиться быть слушателем - будь критиком. Если наберешься смелости... Или дури. В общем, чего и как - по ходу пьесы разберешься, а пока - наливай!
  По первой рюмке выпили в полной, если не считать рабочего гула и мушиного жужжания за дверью, тишине. Мишка с почти мистическим испугом косился на дверь, Витиш на Мишку, Ап Керру - на бутылку.
  - Постой паровоз, не стучите колеса, - заметив периферическим зрением какое-то шевеление в районе бутылочного горлышка, Канашенков моментально вышел из транса и звучным шлепком припечатал к столу руку, потянувшегося к бренди, эльфа. - Ты вроде как чего-то рассказать хотел?
  - Имел я желанье поведать о событиях дней недавних, - выспренно провозгласил Ап Керру, но наткнулся взглядом на язвительные ухмылки следователей, поперхнулся на полуслове и огорошено махнул рукой. - И новостями хотел поделиться и поругаться. Вот только выпью и решу, с чего начать...
  - Так чего отвлекаться по пустякам? - теперь уже Витиш перехватил руку эльфа на полпути к бутылке. - Ты решай дилемму, а мы с Мишкой по паре рюмашек тяпнем. Простимулируем твою мыслительную деятельность, так сказать.
  Не отпуская руку Эдика, Игорь обменялся с Мишкой многозначительными взглядами, язвительно отсалютовал эльфу рюмкой и с блаженным видом, смакуя, неторопливо пригубил спиртное.
  - Ругаться! - Ап Керру резко откинулся на спинку кресла и, высвобождая руки из захвата друзей, качнулся назад. Развивая эффект неожиданности, эльф саданул коленом по дну столешницы, на лету схватил вспорхнувшую бутылку за горло и, не выпуская драгоценный сосуд из рук, в два движения откатился на кресле подальше от стола.
  - Я, назгула вам в печень, не просто ругаться буду, я вам всю кровь сверну и по капле выцежу! - начальник наружки щедро отглотнул прямо из бутылки и, пережидая алкогольный ожог, гневно взглянул на опешивших следователей. - Какого орка не предупредили, что один из объектов - спец из внешней разведки?
Оценка: 1.43*12  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"