Cathrine: другие произведения.

Сила императора. Фанфик по Code Geass.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 6.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    На фикбуке опубликован под названием "Так страшно умирать..." Казалось бы, все давно решено. Давно построен план, распределены роли. Но что если в ход событий вдруг вмешается инстинкт самосохранения? Провал реквиема по Зеро. Закончен.

  Два часа до конца
  
  Он ходил по маленькой комнате из стороны в сторону. На лице не было видно ни тени эмоций, но та, что знала его лучше всех, могла рассмотреть страх и волнение в глубине аметистовых глаз.
  Эта комната принадлежала им двоим. Да, императору Священной Британской Империи, человеку, завоевавшему целый мир, подчинившему миллиарды людей мощью гиаса и дамокла, следовало бы жить в гораздо более роскошных покоях, но Лелуш ви Британия этого не хотел. А кто мог спорить с ним теперь? Разве что его вечная подруга, бессмертная желтоглазая ведьма. Но и она тоже не любила больших пространств.
  Именно сегодня должен был быть воплощен в жизнь план, получивший кодовое название Реквием по Зеро. И давно решенное теперь казалось императору... нет, не глупым и даже не ошибочным. Лелуш просто боялся. Боялся умирать. Он снова раздумывал. Перебирал в голове детали своего плана, и, сам того не осознавая, искал возможность спастись. Если бы только найти ошибку! Хоть какую-нибудь. Хоть что-нибудь, позволяющее отменить договор с Сузаку и самим собой. Но в идеально продуманном плане не было даже намека на это.
  Тихий стук в дверь прервал размышления императора, но не заставил заговорить. Нулевой рыцарь не нуждался в приглашении. Даже и сам стук был лишь проявлением вежливости. Ненужной вежливости, ведь Сузаку пришел прощаться навсегда.
  Как всегда немного взъерошенные каштановые волосы, темные круги под глазами, неестественно прямая спина. Будущий Зеро боялся ничуть не меньше. Но на губах все же появилась улыбка. Насквозь фальшивая, но оттого ничуть не менее дорогая для Лелуша. Как же хотел император улыбнуться в ответ! Но не мог. В отличие от рыцаря, несмотря ни на что искренне любившего своего бывшего друга, Лелуш ненавидел Сузаку. Ненавидел за то, что тот останется жив. И за то, что может улыбаться даже сейчас, в последние часы его жизни. Которую прервет своими руками. Да, император ненавидел своего убийцу.
  В этой последней для Лелуша игре они с Сузаку вновь оказались по разные стороны доски, хоть и выполняли один и тот же план.
  
  Час до конца
  
  - Ты сомневаешься. - Уверенно заявила появившаяся на пороге комнаты девушка.
  Император не ответил. Голос мог выдать обуревавший его страх. В первый раз желтоглазая ведьма ошиблась, не поняв истинных чувств Лелуша. Волнения, как ни странно, почти не было, лишь часто-часто билось сердце, будто бы предчувствуя скорую гибель. Смертельный ужас овладел сознанием подростка. Как же жалел в этот миг император, что уже использовал гиас на себе. Всего лишь забыть о скорой гибели, вот все чего ему хотелось . Здесь и сейчас не было ни кровавого императора, ни хитроумного зеро, ни даже язвительного школьника Лелуша. Лишь маленький мальчик с огромными фиолетовыми глазами, заполненными болью и страхом.
  - Лелуш. - В голосе девушки можно было заметить нотки грусти. - Может, ты передумаешь?
  Ему захотелось кричать. Громко, срывая голос, закричать на ведьму, чтобы она не смела предлагать ему такое. Соблазн был настолько велик. А память вновь подкидывала счастливые моменты жизни. Жизни, которая сегодня оборвется. Маленький мальчик внутри Лелуша заливался слезами, оплакивая скорую смерть, но император лишь отрицательно покачал головой, отвечая на вопрос вечной подруги.
  А ведь она бессмертна. И ненависть в желтоглазой девочке вспыхнула как листок бумаги в адском пламени. Но он снова мог сдержаться. Лишь блеснул и тут же погас в аметистовых глазах злой огонек.
  - Нет. - Как можно более твердо. И все же...
  - Понимаю. - Ведьма подошла ближе. Голос ее был спокойным и уверенным. Как раз то, чего так не хватало Лелушу в этот миг. - Я верю в тебя.
  Напряженная струна в громким визгом лопнула. Плечи Лелуша безвольно опустились, по щекам потекли слезы. Он уселся прямо на пол, закрыв лицо бледными руками с тонкими аристократическими пальцами. Даже в этот момент он все еще оставался императором. Желтоглазая ведьма опустилась рядом с ним на колени и просто обняла, не говоря больше ни слова. Теперь говорил он.
  - Я боюсь... знаешь, это страшно... не хочу... умирать... любимая, если бы только... не хочу...
  Одежда, принесенная девушкой, выпала из ее рук. Наверное, это было странно, что одежду императору приносит его подруга, но Лелуш не терпел посторонних в своей комнате.
  Даже император может позволить себе слабость. Пусть только перед смертью. Но время закончилось. Через десять минут перед девушкой, надменно приподняв голову и гордо распрямив спину, стоял ее... любимый? На красивом лице лишь высокомерное равнодушие. И никто никогда не предположил бы, что всего несколько минут назад этот человек рыдал от отчаянья и страха на груди зеленоволосой ведьмы.
  Церемониальное облачение в этот день шло Лелушу больше чем когда-либо ранее. В свой самый последний день император не мог быть некрасивым.
  
  Десять минут до конца
  
  Светящиеся гиасом глаза. Он так и не смог лишить себя последнего оружия, последней уверенности в себе. Он помнил свои слова. Стрелять может лишь тот, кто сам готов быть застрелен. Он и был готов. Но все же...
  Он почти ненавидел себя за это решение. Да, завтрашний день для целого мира ничто по сравнению с одной жизнью. Даже жизнью императора. Его жизнью. И все же понимание этого не спасало от всепоглощающего ужаса. Он прекрасно владел собой. Ни жесты, ни выражение лица, ни голос уже не смогли бы выдать истинные чувства, но глаза все еще отражали страх и ненависть. Зеркало души. Какое точное определение. Он даже усмехнулся про себя. Гиас. Гиас мог решить даже эту проблему. Без скрывающих линз глаза переставали быть живыми, становясь лишь проводником силы короля.
  Королем он не был. Подросток по имени Лелуш был Императором. Власть не перешла к нему по наследству. За власть он боролся и убивал, не пожалев даже собственную мать и сестру. Все это ради завтрашнего дня для целого мира. Вот только теперь император ненавидел мир, ради которого должен умереть. Что будет значить счастье, если он его уже не увидит?
  Лелуш вздохнул, но все же решительно встал. Из зеркала на него смотрел человек с пустыми глазами и презрительной полуулыбкой на бледных губах. Кровавый император. Последний император Священной Британской Империи. Завоеватель, равного которому не видела планета. Сын своего отца.
  Он вдруг подумал, что где-то сейчас надевает зеркальную маску тот, от чьей руки ему суждено умереть. Подумал и из последних сил улыбнулся, вспоминая лицо бывшего друга и верного соратника. Сузаку. Того, кому доверил целый мир и себя самого. Самого ненавистного человека на огромной планете. И в тоже время самого близкого.
  Вспомнил он и зеленоволосую девочку с золотистыми глазами. Любимую? Да. Именно сейчас он осознавал это четче чем когда-либо. Бессмертная ведьма. Испуганная маленькая девочка, так желавшая, чтобы ее любили. Он и любил. На миг позволил себе представить, что могло бы быть, если бы не... Но тут же оборвал себя. Нет никакого если бы. И не может быть.
  Была еще и та, ради которой он все это затеял. Маленькая сестра. Наннали. Такая слабая, но одновременно и такая сильная. Это воспоминание придало сил и уверенности, на мгновение даже отгоняя страх перед смертью. Ведь это все для нее. Он выполнит обещание. Он построит новый мир, пусть и ценой собственной жизни.
  Новые лица мелькали в памяти. Карен, Огги, Ллойд, Корнелия, Нина, Ривал... Сколько же тех, кто останется жить! В новом мире. Добром мире. Без него. Может быть, так будет даже лучше?
  Пусть он навсегда останется в их памяти кровавым императором, дьяволом во плоти. Но они смогут жить дальше и быть счастливыми. В этот раз Лелуш улыбнулся уже почти искренне. Ему было ради чего умирать. Ненависти больше не будет. Ненависть умрет вместе с ним, а те, кто ему дорог, будут жить в новом мире. Разве это не стоит жизни?
  Дверь маленькой комнаты бесшумно закрылась за императором. Время пришло. До конца оставалось десять минут.
  
  Минута до... начала?
  
  Жесткое кресло. Нет, не кресло - трон императора. И хрупкий темноволосый подросток на нем. Вот только кажется так лишь со стороны. Все собравшиеся зрители не видят на медленно движущейся машине мальчишку, ведь для них сегодня умирает последняя надежда на счастье. И на белом троне для них сидит демон. Кровавый император кровавой империи. Что значит белый цвет для того, кто по горло измазан в чужой крови? Кто швырял чужие жизни в грязь по одному лишь желанию. Кто уничтожал чужие души оружием, по сравнению с которым Фреи покажутся детской игрушкой. И красным огнем гиаса горят глаза императора. Пустые, безжизненные глаза демона во плоти.
  Машина движется медленно. За ней следят тысячи, десятки тысяч взглядов. Нигде не слышно криков, разговоров, даже шепота. Лишь дыхание и полыхающие ненавистью глаза людей. Кажется, будто сейчас прорвется невидимая плотина, и воздух наполнится криками злобы и отчаянья, но машина все так же продолжает движение, а люди все также молчат. Все они боятся.
  Но их страх не сравнится со страхом того, кто сидит сегодня на белом троне. Вот только знают об этом очень и очень немногие. Возможно, и вовсе никто. Мысли императора крутятся на всего лишь одной вещи, ведь все остальное вдруг стало совсем неважно. Забылись причины, все то, что заставляло раз за разом рисковать собой и убивать. Осталось лишь слово надо, не подкрепленное больше ничем.
  Ожидание было невыносимо, и Лелуш уже сам мечтал умереть. Только бы не ждать, цепляясь за каждое оставшееся мгновение. Но, не смотря на это, так боялся потерять хотя бы эти, последние секунды жизни. Последние вздохи, последние биения сердца.
  Но вдалеке появляется темная фигура, а сердце императора на миг замирает, чтобы после забиться так быстро, будто пытается сделать как можно больше ударов перед тем как остановиться навсегда. По человеческому морю проносится волна удивления и надежды, но Лелуш не видит этого. Его взгляд не отрывается от одетого в черный, придуманный им самим костюм человека и отблескивающей на солнце непроницаемой маски зеро. Зеро. Ноль. Никто. Под этой маской когда-то скрывал свое лицо и сам Лелуш. Кажется, что это было многие годы назад, хотя прошло всего лишь чуть больше двух месяцев.
  НЕТ. НЕТ. НЕТ.
  Навязчивое слово бьется в голове у темноволосого подростка в белом одеянии. Нулевой рыцарь Его Величества, бывший друг императора приближается, уходя от автоматных очередей, и Лелуш поднимается, чтобы встретить свою смерть, но из горла сам собой вырывается всего одно слово:
  - Умри!
  На целую секунду его убийца застывает на месте. Его рука с оружием, будто отказываясь подчиняться, то дергается вверх, то опускается вниз. Мучительный миг проходит, и скрытые маской губы шепчут:
  - Да, Ваше Величество.
  Вместо того, чтобы проткнуть грудь императора, оружие зеро вонзается в его собственное сердце. По толпе проходит удивленный вздох. Надежда, поселившаяся в сердцах людей с самого появления зеро, медленно угасает вместе с падающим человеческим телом. Глаза Лелуша расширяются от ужаса, но этого никто не видит. Все смотрят лишь на тонкую изломанную фигурку рядом с прикованной сестрой императора. Маска медленно соскальзывает с головы убийцы.
  И в ярко-голубое небо смотрят пустые, мертвые зеленые глаза нулевого рыцаря Его Величества.
  
  Секунда новой жизни
  
  Все вокруг смотрели на черную фигурку у подножия императорского трона, но лишь один человек из многих тысяч не отрывал взгляда от бледного лица самого императора. Зеленоволосая ведьма, а это была именно она, видела алую вспышку заполненных гиасом глаз, и ее губы на миг изогнулись в легкой довольной улыбке. Девушку вполне можно было понять. Сила короля, данная ей Лелушу, действовала лишь один раз, да и зеркальный шлем зеро должен был надежно защитить Сузаку от возможности использовать гиас. Так почему же рыцарь исполнил последний приказ императора?
  Ответ на этот вопрос ведьма, конечно же, знала. Но вот делиться информацией с Лелушем совсем не хотела. По крайней мере пока. Подруга императора всегда любила загадки, ну а ее... На этой мысли девушка неожиданно запнулась. И впрямь, а кто же для нее Лелуш? Очередное развлечение в вечной жизни? Но нет, подросток с аметистовыми глазами стал действительно близок для нее. По-своему, пожалуй, ведьма даже любила его. Вот только были ли чувства взаимны?
  
  Император же в этот момент думал совсем о другом. Миг слабости и бесконтрольных эмоций уже прошел, и теперь Лелуш ви Британия спешно придумывал новый план действий, попутно пытаясь угадать причину внезапно сработавшего гиаса. Когда-то он сам повелел Сузаку жить. Гиас не должен был сработать. Но взгляд вновь натыкался на изломанное тело бывшего друга рядом с закованной в цепи Наннали. Его сестра была абсолютно неподвижна, лишь по щекам текли слезы, а тонкие девичьи пальцы, сжавшие мертвую руку зеро, едва заметно дрожали. Лелуш надменно вскинул голову и с поистине императорским величием опустился на белый трон. Это было единственным, что он мог. Мысли роились в голове, но складываться в единую картину никак не желали.
  Казнить всех тех, с кем когда-то вместе воевал? Убить свою сестру? Снова? Но зачем тогда все это? Отступить? Но как? Они не примут помилования. Любую клетку можно сломать, из любой тюрьмы сбежать. Помилование будет означать мою слабость. Я не могу позволить себе быть слабым сейчас. Будь у меня немного времени, я мог бы инсценировать их смерть. Но сейчас...
  Наверное, император все же принял решение. Бледные пальцы выстукивали четкий ритм на ручках трона, дыхание выровнялось, и даже сердце снова забилось в нормальном для человека ритме.
  Повелительный взмах рукой, и машина медленно, но неотвратимо двинулась вперед.
  
  Зеленоволосая девушка, так никем и незамеченная, скрылась в толпе глазеющих на процессию людей. Теперь тишина нарушалась тихим обсуждением произошедшего, но, вопреки ожиданиям, император не призывал подданных к порядку. Лелуш ви Британия в этот день был непозволительно добр.
  Ведьма еле заметно усмехнулась. Она еще не знала, как будет действовать Лелуш. Впрочем, видеть она это не хотела. Что бы он ни сделал, девушка вряд ли сумеет ему помешать. Да и примет любое его решение. Кровавый император всегда поступал исключительно правильно, но это было не самым важным. Рядом с ним его бессмертная подруга забыла слово скука.
  За миг до смерти
  
  Наннали судорожно сжала остывающую руку Сузаку, будто бы пытаясь поделиться с ним своим теплом. Впрочем, это ничего не могло изменить. Девочка, а теперь, наверное, уже молодая девушка, понимала ситуацию. Несмотря на эмоции, она все еще оставалась дочерью императора Священной Британской Империи. Бывшего императора. Нынешнему Наннали приходилась сестрой.
  А ведь было время, когда девочка и помыслить не могла о том, что ее Лелуш превратится в жестокого убийцу. Он ведь всегда был таким ласковым, заботливым с ней. Даже тогда, когда уже возглавлял террористов, прикрываясь зеркальной маской и прозвищем зеро. Наннали не знала, был ли брат искренен с ней. Наверное, нет. А был ли он вообще до конца искренен хоть с кем-нибудь? Ответ на этот вопрос мог дать только сам Лелуш, но он не спешил это делать. Девочка и не спрашивала.
  Она так и не смогла заставить себя оторвать взгляд от пустых, мертвых глаз Сузаку и посмотреть в лицо своему бывшему брату. После того, что он сделал, Наннали даже в мыслях стала называть его императором. Точнее старалась это делать. В отличие от Лелуша, принцесса никогда не нуждалась в лицемерии и контроле эмоций. Просто не было повода. Сейчас же она как никогда нуждалась в этом, но увы, подобные навыки не могут приобретаться настолько быстро.
  Из аметистовых глаз, совсем таких же как у императора, все-таки потекли слезы. Лишь рыдания Наннали смогла сдержать. Она и вообще сидела, не шевелясь. Малейшее движение прорвало бы плотину самоконтроля, а сейчас девушка не могла позволить себе такую слабость. Слез было пролито достаточно.
  Когда Наннали узнала в кровавом императоре своего брата, когда в первый раз нажала на кнопку выпуска фреи, когда Лелуш, не колеблясь, применил на ней гиас, а она ничего не смогла ему противопоставить. Когда весь мир содрогнулся от деяний хрупкого темноволосого подростка, который когда-то выпускал с ней вместе бумажного голубя. Желание принцессы так и не сбылось. Брат не выполнил своего обещания.
  Впрочем, об императоре девочка старалась не думать. Ее мысли вновь переключились на другого человека. Почти любимого, почти друга. Почему Сузаку пошел против Лелуша? Зачем? Ведь они сражались на одной стороне. И почему так глупо? Ведь Сузаку был личным телохранителем брата, у него были пути гораздо проще и надежнее.
  Сузаку. Для Наннали он всегда был воплощением чести и достоинства. И когда рядом с кровавым императором девушка увидела бывшего друга, сердце чуть не остановилось. Ведь даже те, кто начинал вместе с братом, встали по другую сторону баррикад, так почему Сузаку?.. Рыцарь. Это всегда было его титулом. Тот, на кого всегда можно положиться, тот, кто никогда не предаст. Что же случилось с ним? Неужели Лелуш и на нем применил свою страшную силу? Но нет. Иначе не лежало бы сейчас затянутое в темный костюм зеро переломанное тело Сузаку рядом с ней. Тут, на его месте, должен был лежать совсем другой человек. Наннали и сама не могла понять, была ли она рада тому, что брат выжил. Разумом она понимала - кровавый император не должен жить, но где-то глубоко в сердце еще теплилась так и не убитая до конца любовь к Лелушу.
  Не к тому Лелушу, что сидел сейчас на троне, у подножия которого девушка была прикована, но к тому, что сидел у ее кровати ночами, помогая уснуть и заботливо вытирал с лица пролившийся суп. Был ли еще жив тот Лелуш? Наннали не знала. Испытание властью дано пройти лишь очень немногим. И принцессе было искренне жаль, что ее брат не стал одним из них.
  Наннали знала - она скоро умрет. Но в отличие от императора, она почти не боялась. Слишком сильны в ней были другие эмоции. Смерть Сузаку, предстоящая казнь тех, кто за время войны с Лелушем успел стать близок. Да и жить в этом мире Наннали не хотелось. Брат обещал ей добрый мир. Но кто же знал, что добро он видит совсем не так, как представлялось это его маленькой сестренке.
  
  За миг до... жизни?
  
  - Моя сестра - предатель.
  Тихий, спокойный голос разнесся по площади, и не было ни одного человека, который не услышал бы этих слов. В возникшей тишине даже звук падающей иголки показался бы громким. Люди, затаив дыхание, ждали продолжения его речи.
  Губы Лелуша едва заметно растянулись в насмешливой улыбке. Впрочем, ее никто не увидел.Ненавистное всему миру лицо кровавого императора отображалось сейчас на каждом экране страны, но усмешку на нем могла бы заметить лишь его вечная подруга. Или, быть может, бывший друг, чье тело сейчас лежало у подножия императорского трона.
  Зеленоволосая ведьма тоже этого не видела. Не хотела видеть. Она лежала на широкой мягкой кровати в комнате Лелуша и ждала возвращения любимого.
  Девушка наконец-то определилась со своими чувствами и теперь хотела узнать о чувствах своего избранника. Ну а остальные... Да, некоторые из них были ей симпатичны. Карен или Наннали, к примеру. Но долгая жизнь научила ведьму терять и даже самой убивать тех, кто ей дорог. Никто из тех, кто должен был умереть сегодня, так и не стал для нее кем-то по-настоящему близким.
  Волновалась она лишь за Лелуша. В том, что он останется жив физически, девушка уже нисколько не сомневалась, но вот его чувства вызывали некоторое беспокойство. Бессмертная ведьма вовсе не была уверена, что Лелуш сможет придумать план, в котором его сестра останется жива. Она такого плана не видела и, хотя император всегда славился способностью находить выход из самых безнадежных ситуаций, сомневалась, что такой план и вообще существует. Что же почувствует Лелуш, убивая ту, ради которой все это было затеяно?
  Наннали тоже затаила дыхание вместе с людьми, которые стояли на площади. Она знала, что ее судьба уже решена, но где-то очень глубоко еще горел огонек надежды. Надежды выжить. В этот момент принцесса уже не могла думать ни о ком, кроме себя. Ей вдруг отчаянно захотелось жить. В любом мире. Даже в мире Лелуша. Даже пленницей. Просто жить. Она подняла голову и посмотрела в аметистовые глаза императора с горящими птичками гиаса, но так и не увидела в них ответа на свой вопрос. Эти глаза были пусты. Будто бы ее брат давно потерял душу. Впрочем, девочка давно уже думала, что так оно и есть. Может быть, это и было платой за страшное оружие, подавляющее волю людей?
  Лелуш же сомневался. Что если его план не сработает? Что, если его верный рыцарь не разгадает его намерений? Впрочем, к этому император был готов. Он давно уже привык терять близких людей. Только одну из тех, кто должен был сегодня умереть, Лелуш убить не мог.
  А значит...
  Огромная белая машина все так же медленно двигалась вперед. Тысячи взглядов были устремлены на нее. Туда, где сидел на троне хрупкий темноволосый подросток. Кровавый император. Демон во плоти. Люди ждали. И пауза не затянулась. Лелуш ви Британия улыбнулся. На этот раз открыто. Почти весело, торжествующе. А потом вновь заговорил.
  
  Секунда нового мира
  
  Наннали слушала тихий голос брата, но не могла поверить своим ушам. Неужели этот подросток действительно был Лелушем? Нет, тот Лелуш тоже умел говорить убедительно, но этот... Никогда еще принцесса не слышала ничего более красивого. Этому голосу хотелось верить. А его обладателю - поклоняться. Потому что на троне больше не сидел император. Этот Лелуш был больше чем человек. Здесь и сейчас он был почти богом.
  Наннали, как и люди на площади, не понимала, что именно говорит ее брат. Она вслушивалась в мягкие, завораживающие нотки восхитительного голоса, даже не пытаясь выделить из них отдельные слова и фразы. Зачем? Мыслей в голове не было совсем. Ни у кого. Кроме, пожалуй, самого Лелуша. И... Джереми Готвальда. Потому что в речи императора прозвучало его имя.
  Эту методику Лелуш хотел опробовать уже давно, но даже не надеялся это сделать. Свой гиас, силу короля, как казалось ему до момента смерти Сузаку, император изучил лучше, чем что бы то ни было. Голос, вызывающий у людей восхищение и даже некоторое подобие гипнотического транса, был одним из лучших изобретений Лелуша. Да, он не был ученым, но выдающиеся интеллектуальные способности помогли проанализировать воздействие гиаса на сознание людей и создать аналог, обладающий, впрочем, несколько иными свойствами. К сожалению, такой гиас требовал почти максимальной сосредоточенности и огромных усилий со стороны использующего. Лелуш знал: через полминуты использование гипноза станет невозможным, а еще через шесть сознание просто отключится. Но он должен был успеть. Обязан.
  - ... это великая честь и великая ответственность - избавить мир от предателей, посмевших пойти против Священной Британской Империи. - На площади все так же было тихо, но каждый человек пытался вспомнить. Все знали, что император говорил, но вот что именно он говорил? Ответ на этот вопрос знали лишь два человека. - Джереми Готвальд. Я прошу именно вас стать тем, кто оборвет жизни этих людей.
  Пять.
  Высокий мужчина, с маской, закрывающей один глаз. Склоненная в знак признательности голова. Автомат в его руках.
  Четыре.
  Смертельный ужас в глазах осужденных. Страх во взглядах стоящих на площади людей. Повелительный взмах рукой. Дрожащие пальцы, сжавшие белоснежный подлокотник трона.
  Три.
  Крики боли тех, кто боролся против Императора. Крики ненависти и отчаянья тех, кто устремил взгляды на умирающую надежду этого мира. Кровь на белоснежных одеждах. Легкая улыбка на губах палача.
  Две.
  Медленно удаляющаяся машина. Из последних сил удерживаемое безразличие на лице темноволосого подростка. Кровь его сестры у подножия трона. Звенящая тишина на площади. Искривленные горем и злобой лица людей. Слезы в глазах Ривала и Милли.
  Одна.
  Неестественно прямая спина кровавого императора. Четкие, выверенные шаги. Двадцать восемь. Двадцать семь. Двадцать шесть. Металлический привкус во рту. Тонкие струйки крови из под темных волос.
  Ноль.
  Закрывающиеся двери спальни императора. Беспокойство на лице зеленоволосой девушки в неизменном белом костюме. Опускающееся на пол тело. И едва слышный шепот из приоткрытых губ.
  - Я смог...
  
  Минуты новой жизни
  
  Зеленоволосая ведьма раздраженно нахмурилась, увидев на пороге комнаты императора. Он в который раз пренебрег своей безопасностью, использовав их недавнее изобретение. Про себя девушка даже усмехнулась странности мышления людей. Лелуш ведь не смог умереть там, на площади, но истощил свой организм настолько, что без должной помощи вполне мог умереть здесь и сейчас. К счастью, его вечная подруга прекрасно знала, что делать в такой ситуации.
  Она отвела в сторону темные пряди и поморщилась. Подумать только, кровь из ушей. Это значило, что этот ненормальный гений держал свой гипноз до самого конца. И как еще не свалился перед своими подданными? Впрочем, ответ на этот вопрос ведьма тоже знала. Ну конечно, все операции Лелуша были просчитаны до последней секунды, иначе и быть не могло. Теперь сомнений не оставалось - сестра ее любимого жива, как и остальные осужденные.
  На мгновение девушка даже позволила себе задуматься о том, кто стал исполнителем воли императора, но в уголках полураскрытых губ Лелуша показалась кровь, и это заставило отвлечься от раздумий. Из ящика совсем простого письменного стола, больше подошедшего бы обычному школьнику, ведьма достала закупоренную пробирку с темно-красной жидкостью. Это было даже смешным - по вкусу и цвету регенератор напоминал кровь, хотя в составе выдуманного Лелушем раствора ее, конечно же, не было.
  Миг, и на девушку уже смотрят фиолетовые глаза с птичками гиаса. Их обладатель еще не воспринимал действительность, но несомненно был жив. Больше того, назло целому миру, жить он собирался еще очень и очень долго.
  Лелуш посмотрел в золотистые глаза своей любимой и улыбнулся. Он все-таки справился. А металлический привкус во рту... пройдет.
  
  Наннали открыла глаза и увидела белый, неровно освещенный потолок. Она попыталась восстановить предшествующие сну события, но в памяти упорно всплывали лишь боль и отчаянье. Где-то на краю сознания мелькнуло бледное лицо с аметистовыми глазами - брат. Воображение нарисовало вместо усталого равнодушия презрительно-высокомерную ухмылку, и Наннали вспомнила.
  Тысячи людей, не отрывающих взглядов от тонкой фигурки в роскошном белом одеянии. Алое сияние гиаса в глазах брата. Нет - Императора. Изломанное тело Сузаку рядом с ней, у подножия трона. Повелительный взмах рукой и автоматная очередь, оборвавшая жизни ее друзей. Теплая, вязкая кровь на руках. И боль. Много боли. Искривленные страхом и ненавистью лица. Слезы на своих щеках.
  Чьи-то руки осторожно коснулись ее волос, и принцесса, вздрогнув от испуга, повернула голову. Рядом с кроватью сидел Лелуш.
  
  Жизнь после смерти
  
  - Ты рисковал.
  Кажущееся спокойствие зеленоволосой ведьмы не могло обмануть Лелуша, и он приготовился к долгим спорам. Но ошибся. Девушка только укоризненно вздохнула. А потом улыбнулась. В золотистых глазах появилась несвойственная ей нежность
  - Не оправдывайся. Знаю, ты не мог иначе. Кстати, я тут подумала... - На лице подруги Лелуша появилось мечтательное выражение. - Я тебя люблю.
  - Что? - Наверное, так удивлен император не был еще никогда.
  - Я люблю тебя, что же тут непонятного?
  Лелуш ви Британия мог спланировать идеальную военную операцию, составить безошибочные экономические расчеты, но... Что сказать, когда любимая девушка сама признается тебе в любви? Или не сказать?
  Впрочем, к активным действиям Лелуш был еще не готов. До кровати он добрался лишь с помощью насмешливой желтоглазой ведьмы, и встать самостоятельно будет в состоянии не раньше вечера. В этот момент он как никогда раньше сожалел о своей слабости. Император сделал попытку встать, но окружающий мир вдруг подернулся пеленой тумана, а затем и вовсе исчез, сменившись всепоглощающей тьмой.
  Зеленоволосая девушка молча ждала реакции Лелуша. Она немного не понимала, что вызвало такое удивление. За прожитые десятилетия ведьма давно поняла, что нет никакой разницы от кого прозвучит признание. Этикет и вообще мало волновал ее. Пауза затягивалась. Девушка кинула взгляд на своего избранника и расхохоталась.
  - Да-а... Всякое случалось, что уж говорить. Но чтобы в обморок... Такого со мной еще не было.
  Джереми Готвальд ничего не понимал. План его императора не был выполнен, и нулевой рыцарь погиб. Зачем? Осужденные были живы, приказ его величества не оставлял сомнений. Возможно, целью Лелуша было убийство мифического зеро? Но почему именно рыцарь? И план реквием по зеро... неужели он изначально не должен был быть выполнен? Впервые в жизни Джереми не знал что делать. Он почему-то был рад, что смешная девочка с розовыми кудряшками, бывшая вместилищем души императрицы Марианны, осталась жива. Вот только воевала Аня совсем не на стороне Лелуша ви Британия. Но он приказал не убивать всех осужденных. Приказал так, что сопротивляться было невозможно, даже если бы такое желание вдруг возникло. Рука Джереми будто бы направлялась какой-то незримой силой, в момент автоматной очереди. Благодаря этому ни один из застреленных не был убит и не получил неизлечимых ранений. Но все, абсолютно все потеряли сознание. Да и количество крови не вызвало у людей на площади сомнений. Они думали, что все осужденные погибли.
  Наверное, лишь двое точно знали - это не так. Помощь раненым оказывал тоже Джереми. Никто не должен был догадаться. Может быть, кроме странной подруги Лелуша. Кто эта девушка и откуда она взялась никому не было известно. Но Джереми и не хотел это знать. Если его император не счел нужным рассказать, значит так и надо.
  Решения сына Марианны всегда были правильными. Сомневаться в этом Джереми еще не приходилось. И он надеялся, что в будущем ничего не изменится.
  
  Жизнь после жизни
  
  Лелуш открыл глаза и сел на постели. В комнате он был совсем один, но на столике рядом с кроватью стоял поднос с завтраком: маленькие ватрушки с джемом и стакан апельсинового сока. Только один человек мог зайти в это помещение без его личного разрешения, и кровавый император, кошмар этого мира совершенно по-мальчишески улыбнулся. Тихо, почти неслышно прошептал имя зеленоволосой ведьмы, которая так неожиданно призналась ему в любви, и покраснел, вспомнив собственную реакцию. Да, пожалуй, падать в обморок в ответ на слова любви было несколько необычно. Впрочем, обычным никогда не был ни сам Лелуш, ни его избранница.
  Теперь же императору предстояло проверить выполнение своего плана. Наннали была жива, в этом он даже не сомневался, а вот остальные вполне могли и погибнуть. Это было бы очень неприятно с одной стороны, но как правитель Лелуш не мог не понимать, что подобное стало бы лучшим выходом. Сестра со временем успокоится, ведь, несмотря на всю ее решительность в войне против него, по своей натуре Наннали борцом не была. Однако других осужденных заставить отказаться от борьбы будет нелегко. Разве что гиас. Но и он подействует не на всех. Императору было нелегко принимать такое решение, и все же он точно знал - тех, на ком гиас уже был использован, придется тихо устранить. Труда это не составит, ведь для большинства людей они уже мертвы.
  Проблема оставалась лишь одна. Где-то все еще пряталась Корнелия. Лелуш был уверен, что она жива. И не она одна. Впрочем, найти ее не будет слишком сложно. В его мире бунтовщики уже не смогут сделать многого.
  Император едва заметно поморщился, поймав себя на этих беспечных мыслях. Ему ли было не знать возможности всего одного человека. Ведь когда-то и сам он начинал всего лишь с группкой террористов и только одним оружием - гиасом. Конечно, сила короля немало облегчила ему задачу, но и без нее Лелуш планировал уничтожение Британии. И, надо сказать, его планы вполне могли осуществиться. А значит Корнелию и всех оставшихся бунтовщиков поймать необходимо как можно быстрее.
  Кроме того, раз уж планируемая смерть несколько отложилась, заниматься восстановлением хорошего отношения к себе целого мира Лелушу все-таки придется. На миг в его голову даже пришла мысль о том, что умереть было намного проще, но император постарался сразу ее отогнать. А как просто было скинуть ответственность за планету на Сузаку с Наннали, в то время как самому узнать ответ на вечный человеческий вопрос... Но нет, думать об этом было нельзя. Убив своего бывшего друга, Лелуш сам отказался от своего же плана. Теперь он должен сам отвечать за последствия своего опрометчивого поступка. И никак иначе.
  Гипноз, уже использованный им во время казни оппозиции мог бы помочь, но император решил применить его лишь в случае крайней необходимости. Ведь проблема враждебности людей была далеко не самой главной. В первую очередь следовало разобраться с едва ли не рухнувшей во время войны экономикой.
  Лелуш кинул тоскливый взгляд на огромную стопку бумаг, возвышавшуюся на столе. Впрочем, к этому он вернется немного позже. Сейчас ему предстояло совсем другое дело.
  
  Смерть после жизни
  
  - А что будет с теми, на ком ты уже не сможешь применить гиас?
  Карен была единственной, кто посмел прервать речь императора. Лелушу едва заметно приподнял уголки губ в улыбке. Да, он узнавал девушку, с которой начинал эту войну. Он вспомнил, как заботилась эта девочка, еще даже не закончившая школу, о каждом человеке. Лелуш был стратегом. Он сожалел о жертвах этой войны, но ни один переворот не обходится без потерь. Карен понимать этого не хотела. Каждая жизнь отзывалась болью в ее сердце. И император в который раз поймал себя на мысли, что совсем не знает эту девушку. Ему было жаль, что Карен придется умереть. В памяти всплыла картинка.
  Двое стоят напротив друг друга возле здания школы. Он задает вопросы. Она отвечает. Спокойное лицо, пустые глаза. Страшное оружие в действии. Сила короля. Гиас.
  Лелуш уже применял гиас на этой девушке. Конечно, он еще попытается переубедить Карен. И, быть может, она добровольно присоединится к нему, как когда-то. Но в это император не верил. Шнайзель провел хорошую работу. Да и эти два месяца не прошли бесследно. Девушка больше не видела в нем Лелуша. Не видела и зеро. Перед ней стоял кровавый император, демон во плоти.
  И все же он будет стараться. Но отвечая на ее вопрос, Лелуш нисколько не колебался.
  - Они умрут. Или присоединятся ко мне добровольно. Я дам время на принятие решения.
  Ненависть на лицах бывших осужденных даже была смешной. Но Лелуш нашел в себе силы не отвернуться и не опустить взгляда. Да, это было сложно. Но не шло ни в какое сравнение с тем, что пришлось испытать ему там, на площади. Когда капля за каплей он отдавал собственную жизнь на этот гипноз. За этих людей. За то, чтобы они выжили.
  И внезапно императору стало абсолютно неважно, что чувствуют те, что так осуждающе на него смотрят. Они ничего не знают. Им и не надо знать, ведь теперь большая часть из них будет вести мирную жизнь, абсолютно не связанную ни с политикой, ни с войной, ни с самим императором. Ну а остальные... Решение уже принято. Война не обходится без жертв.
  Лелуш криво ухмыльнулся и поправил съехавшую маску кровавого императора. Как же это ему надоело! Но носить ее придется еще долго. Резкая смена поведения приведет только к беспорядкам. Сумасшедший правитель куда хуже тирана. Люди привыкают к любой жестокости, но не приемлют неизвестности.
  Ставшая привычной за эти месяцы презрительная полуулыбка. Ужас и злость на лицах связанных. Отчаянные попытки освободиться и даже просто зажмуриться в безумной надежде на спасение.
  Тому, кого играл император в этот раз, нравилось все это. Невозможно изображать того, кем не являешься. И это всего лишь темная сторона души Лелуша.
  Лишенные скрывающих линз глаза загорелись красным огнем гиаса. Холодный, равнодушный голос. Не хочется ломать их души, но выхода нет.
  - Исполняйте все мои приказы.
  
  Без права на свободу
  
  Ненавижу его. Нет, я ни о чем в своей жизни не жалею. Лишь о несделанном. И о том, что не смогла предвидеть будущее и понять, кто есть наш лидер на самом деле. Почему он просто не убил? Я бы рада была умереть. Но только не так. Что угодно только не так. Но выбора он нам не дал.
  Мысли Карен были удивительно ясными и понятными. Да и эмоции не вызывали сомнений. Злость, ненависть, отчаянье. Лелушу казалось, будто эти чувства сопровождают его повсюду. Возможно, в чем-то так оно и было. Впрочем, император знал, насколько страшно умирать, и понимал - когда-нибудь все они порадуются, что им не дали выбора. Может быть, и Карен тоже.
  Впрочем, для этой девушки смерть и впрямь была бы предпочтительней. Она боец до мозга костей. Лелуш иногда даже думал, что мирная жизнь станет для Карен куда большим испытанием, чем любая самая напряженная битва.
  В любой системе есть недостатки. Став правителем, Лелуш осознал это по-настоящему. Никогда не бывает, чтобы все оказались счастливы, потому что радость одного всегда горе для кого-то другого. Карен же идеалистка. Она никогда не мирилась с малейшей несправедливостью. Возможно, это пройдет. Возраст. Император едва заметно улыбнулся, наблюдая за начинающими понимать собственную участь людьми. Когда-то он и сам желал утопии. Мечтал, зная невозможность этого. Карен не знала. Не хотела знать.
  Интересно, что гиас подействовал и на нее тоже. Лелуш отчетливо помнил, что уже использовал на ней свою силу. Впрочем, ведь и Сузаку тоже... Но нет, думать об этом было нельзя. Не сейчас. Нет времени на чувство вины и боль потери. Император еще сможет позволить себе несколько часов слабости, но в данный момент это неприемлемо. А вот о повторном действии гиаса нужно будет узнать немного больше. И до этого отпускать дважды подчиненных из вида было бы глупым. Да и вообще следовало бы задержать всех формально умерших. Сначала в любом случае должна быть операция по изменению внешности, потом подробные инструкции.
  С каким удовольствием Лелуш сейчас съел бы пиццу вместе со своей зеленоволосой избранницей... Но нельзя. Сейчас нельзя. И все же императору требовался отдых. Не физический, хотя и о здоровье стоило бы позаботится, особенно после этого гипноза, а моральный. Слишком многое пришлось решать Лелушу за последнее время.
  В который раз он пообещал себе выделить день, а то и не один на что-то более приятное, но где-то в глубине души знал - ничего не выйдет. Опять ничего не выйдет.
  Тяжело быть императором. Лелуш хотел было вздохнуть и откинуться на спинку кресла, но вспомнил о тех, кто находился в комнате. Попытался убедить себя, что не придает значения мнению этих людей, но обмануть себя не смог. Именно поэтому он лишь кивнул стоящему рядом с дверью Джереми Готвальду и вышел за дверь.
  У него оставалось еще одно дело. Пожалуй, самое важное из всех, что он должен был сделать сегодня. Наннали. Сестренка.
  Незаметная дверь беззвучно отъехала в сторону, открывая маленькую комнатушку. В ней едва помещалась большая мягкая кровать и табуретка рядом с ней. Именно на этом жалком подобии стула и расположился кровавый император.
  Он вгляделся в безмятежное лицо спящей девочки и улыбнулся. Впервые за сегодняшний день открыто, без тени высокомерия и презрения.
  
  Без права на чувства
  
  - Хватит страдать, Лелуш.
  Зеленоволосая девушка хмуро уставилась на неподвижно сидящего в кресле хрупкого темноволосого подростка. Она злилась. Этот император совсем не уделяет ей внимания. Ведьма не была глупой, и прекрасно понимала наличие у своего любимого множества важных дел, но обида почему-то никуда не уходила. Впрочем, девушка еще сдерживала себя, когда Лелуш занимался государственными делами, но, увидев его бесцельно сидящим в комнате, пришла в бешенство.
  Эгоистично? Возможно. Но обладательница бессмертия, а в прошлом и гиаса любви давно уже разучилась думать о ком-то кроме себя. И сейчас ей просто не хватало нежности и заботы. Ну это помимо скуки, разумеется. Ее избранник целыми днями пропадал в кабинете, пытаясь справится с навалившимися экономическими проблемами, и приходил в их комнату уже ночью такой уставший, что речь не могла идти даже о разговорах, не то что о чем-то большем. Золотоглазая ведьма понимала его. Но что в это время было делать ей?
  Она даже усмехнулась про себя. За эти три дня девушка съела столько пиццы, что, если бы могла растолстеть, уже весила бы больше центнера. К счастью, в довесок к бессмертию ей была получена и неизменная внешность.
  А он тут сидит, страдает. Чувство вины, наверное. Подруга императора прекрасно знала, что иногда поддержка лишь даст еще больше погрузиться в свои переживания. Лучше всего было бы отвлечь, и ведьма даже знала чем именно. В конце концов он ведь ее любит?
  
  Лелуш ви Британия в этот день был необычайно зол. Это замечали абсолютно все, ведь раньше за сдержанным и холодным императором такого не водилось. Давно привычная надменная маска сменилась нескрываемой злобой. Шарахающиеся во все стороны подданные лишь еще больше подогревали взрывоопасную смесь эмоций Лелуша. Причину этого он знал, но вовсе не спешил устранять.
  У него не было времени. Будто бы ему было мало экономического кризиса! Так нет же, еще в Японии опять вспыхнуло восстание. Лелуш не понимал смысла подобных выражений протеста. Снова что-то взорвали. И чего этим добились? Ну подпортили настроение слегка. Но только император не терпел тех, кто портит ему настроение. Прежний Лелуш, обычный британский школьник, понял бы и простил. Лелуш ви Британия, кровавый император, поступит совсем по-другому.
  Если бы еще сестренка наконец перестала его ненавидеть... Неприязнь Наннали по отношению к нему больно ранила Лелуша, отчего он еще сильнее замыкался в себе, прячась за маску высокомерия и ледяного спокойствия.
  Но как же он устал! И вот, не в силах больше сдерживаться, император решил освободить хотя бы один вечер. И просто отдохнуть. Впрочем, сделать это не получилось.
  Стоило Лелушу только немного отвлечься от дел, как сразу вспомнилась и смерть Сузаку, и подчинение бывших товарищей гиасом. Он понимал, что лишь его страх, нет, его трусость была всему виной. А ведь все могло бы быть совсем по-другому. Лелуш вспомнил мир, который представлялся ему в мечтах, и вздохнул. Все это могло бы быть, если бы...
  -- Хватит страдать, Лелуш.
  Голос его любимой ведьмы отвлек от размышлений. Судя по всему, плохое настроение в этот день было не только у Лелуша. Девушка подошла к креслу, где так уютно устроился уставший император, и спокойно уселась на колени этого самого императора.
  По телу Лелуша прокатилась волна возбуждения. Любимая девушка в непосредственной близости будоражила воображение. Он осторожно коснулся ее губ своими...
  Громкий, настойчивый стук в дверь прервал приятное занятие парочки. Ведьма и император поднялись из кресла. На лицах обоих читалось непреодолимое желание убить незваного гостя.
  На пороге комнаты стоял Джереми Готвальд.
  - Мой император, принцесса Корнелия арестована.
  
  Без права на смерть
  
  Принцесса Корнелия никогда не думала, что попадется из-за такой мелочи. Впрочем, самые грандиозные планы зачастую проваливаются именно из-за мелочей.
  Когда большая часть ее сторонников погибла, а боевой дух выживших оставлял желать много лучшего, девушка решила отсидеться в безопасности, выжидая подходящего момента для нападения и собирая новые силы. Как у любого военачальника, у нее, конечно же, был запасной план действий. И первым пунктом в списке необходимых действий стояло изменение внешности самой принцессы и наиболее заметных ее бойцов. Вот только кто мог подумать, что услугами одного из лучших пластических хирургов мира решит воспользоваться не только Корнелия?
  Разве что Джереми Готвальд. Сам Лелуш не додумался бы расспросить необходимого ему специалиста. Раньше - да. Но не сейчас. В прошлом, когда он еще был зеро, он мог думать лишь о боях и войне против Британии. Теперь на его плечах лежал целый мир. Думать еще и о мятежной принцессе Лелуш не мог. У него просто не было на это времени.
  Впрочем, были у него люди, которые занимались обеспечением безопасности его жизни и власти. Такие как Джереми Готвальд. Раньше был еще и Сузаку. Вот только Сузаку предпочитал выполнять приказы, не принимая решений самостоятельно. Почти идеальный солдат. Лишь некоторая самостоятельность и необходимость осознания целесообразности приказа позволяла Лелушу считать его личностью с именем Сузаку, а не очередным исполнителем. Но даже это не помогло бы, если бы не детская дружба.
  Всего этого Корнелия, конечно, не знала. Однако, когда вместо ожидаемого врача на пороге скрытого убежища появились императорские ночные кошмары, нисколько не удивилась. Принцесса никогда не была склонна недооценивать своего врага. Девушка боролась до последней пули, и даже попыталась убить себя, понимая, что не выстоит, но тщетно. Операцией по ее захвату руководил один из лучших стратегов Британии. Ее старший брат. Шнайзель. И теперь лишь слуга кровавого императора. Корнелия не желала для себя такой судьбы. Вот только выбора ей не давали.
  Зато каково же было удивление принцессы, когда те, кого весь мир считал мертвыми, оказались живы и почти здоровы. Раны на их телах не были смертельны. А как эффектно выглядели тогда, на площади.
  Корнелия даже скрипнула зубами от злости. Ее бывшие сторонники получили самую страшную из возможных кар.Все они были подчинены гиасом кровавого императора. Пока они получили лишь два приказа - не убивать ни себя, ни кого-то другого и не покидать этой комнаты.
  Корнелия такого приказа не получала. Но, несмотря на это, сделать ничего не могла. Из-за введенного в организм неизвестного вещества, девушка даже говорила с огромным трудом, а уж об активных действиях оставалось только мечтать. Кроме того, в кресле неподалеку от двери сидел молчаливый охранник. Мятежная принцесса узнала его. Трудно было не узнать. Скрывающая один глаз золоченая маска, золотисто-медовый блеск второго. Короткие зеленовато-синие волосы. Джереми Готвальд. Тот, что стрелял на площади.
  Дверь комнаты беззвучно открылась. За ней стоял самый ненавистный не только для Корнелии, но и для большей части мира человек.
  
  Право выбирать
  
  Император говорил, но его старшая сестра почти не прислушивалась. Лелуш неплохо маскировал изящными словесными конструкциями очень простую суть. Он действительно давал выбор, и принцесса была бы этому очень рада, если бы... если бы могла поверить в его слова. Смерть в обмен на сведения о ее сообщниках. Выдавать своих Корнелия не хотела, но альтернативой было полное подчинение.
  Впрочем, девушка понимала, что применить гиас Лелуш может и сразу. Тогда зачем? Быть может, это блеф? Возможно, брат не может применить на ней свою силу, потому что уже применял ее раньше. Мятежная принцесса не помнила такого, но почему же тогда он просто не использует гиас? А значит нужно отказаться?
  И все-таки как же не хотелось Корнелии служить кровавому императору! Но это ведь только ее жизнь. Если Лелуш все-таки не имеет возможности ее подчинить, а она выдаст своих сторонников, которые еще могут продолжить борьбу, даже после смерти девушка не сможет быть спокойна. Но как угадать?
  Нет. Нельзя угадывать. Именно сейчас принцесса ясно это поняла. Она не имеет права рисковать доверившимися ей людьми. Сколько труда ей стоило произнести ставшими вдруг непослушными губами слова "я ничего не скажу" знала лишь она одна. А уже через миг была готова умолять об обратном. Но все же сдержалась.
  Лишь сейчас Корнелия обратила внимание на темные круги под глазами Лелуша и чуть ссутуленную спину. Задумалась о том, что случилось, но, одернув себя, злорадно ухмыльнулась трудностям своего врага. Вот только удовлетворения ей это не принесло. Для нее уже через несколько секунд это не будет иметь значения. Ее личность будет уничтожена кошмарным оружием кровавого императора.
  - Уверена?
  Девушка лишь кивнула, не в силах заговорить. Она была уверена лишь в одном - если сейчас произнесет хоть слово, решение будет совсем другим. И если сейчас ее сводный брат будет медлить... Но он не стал. Одно движение руки, и глаза императора вспыхнули красными огоньками гиаса. Лицо, до этого выражавшее лишь усталое спокойствие, будто бы превратилось в странную по своей красоте маску.
  
  Лелуш долго колебался. Он не хотел подчинять Корнелию. Убить ее после этого он уже не сможет - совесть не позволить ему лишить жизни не представляющего опасности человека, но и оставлять в живых сестру он не хотел. Корнелия была приспособлена для мирной жизни еще меньше чем Карен. Кроме того, она просто раздражала императора. Если та же Карен иногда была безрассудно смелой и даже готовой на самопожертвование ради цели, то старшая сестра Лелуша помимо вспыльчивости и непримиримости обладала также некоторым высокомерием и склонностью к жестокости. В отличие от большинства террористов, Корнелия любила убивать.
  Император даже дал девушке выбор. Предложил смерть в обмен на свободу. Но она отказалась. Лелуш знал почему. Конечно же, Корнелия и не думала ему верить. Вот только он слишком устал, чтобы уговаривать. Слишком хотел вернуться в свою маленькую комнату и заснуть. Просто заснуть, обняв самого любимого во всем мире человека.
  Разве многого он хочет? Для обычного человека это было бы очень мало, но для императора стало почти невыполнимой мечтой.
  Дверь опять отворилась. И за спиной Лелуша тенью застыла та, с кем он желал провести вечер. Все сомнения были отметены в один момент.
  - Выполняй все мои приказы.
  
  Право любить
  
  Золотоглазая подруга императора была недовольна. Она стояла за спиной своего избранника и молча смотрела на ту, что владела его вниманием в данный момент. Корнелия ведьме не нравилась. Принцесса недоделанная! Высокомерия в этой высокой девушке с фиолетовыми волосами хватило бы на троих кровавых императоров. Лелуш никогда таким не был. Да, он использовал в своих планах людей, нередко посылая их на смерть, но никогда не считал кого-то ниже себя лишь из-за происхождения.
  Кроме того, ведьма была возмущена моментом ее поимки. Ну вот не могли это сделать на день позже? У ее любимого и без того наблюдался острый дефицит времени, а такая удача как свободный вечер вряд ли выпадет в ближайшем будущем. И так бездарно потрачен, подумать только! Впрочем, девушка небезосновательно надеялась, что эта ночь будет принадлежать только ей с Лелушем. Хотя...
  Ведьма хмуро посмотрела на ссутуленную спину императора. Судя по всему, в мечтах ее избранника первым пунктом стоит долгий и крепкий сон без снов. Девушка была почти уверена, что свои мечты этот недоделанный стратег тоже оформил в виде четкого плана. Нет, стратегом Лелуш был превосходным, но мечты ведьмы были далеко не такими приличными. И сон в них вовсе не входил. А вот кровать очень даже.
  Широкая кровать в маленькой комнате. Мягкий полумрак скрывает очертания предметов. Двумя алыми звездами горит пламя гиаса в глазах хрупкого темноволосого подростка. Тонкие, но сильные пальцы гладят разгоряченное тело девушки. Короткий, страстный поцелуй как олицетворение борьбы, но в этот раз она не намерена сопротивляться...
  Но нет, это - личное. Ведьма чуть приподняла уголки губ в мечтательной улыбке и почти пропустила момент, когда Лелуш наконец-то принял решение. Короткая резкая фраза навсегда обрывала существование мятежной принцессы Корнелии, превращая ее в безвольную марионетку кровавого императора.
  Только почему блестит ненависть в глазах подчиненной? Страх и ненависть в чужих глазах. Искаженное гримасой отчаянья лицо. Что может быть красивее? Кончик языка ведьмы быстро пробегает по губам, невольно реагируя на такие яркие и притягательные чувства. Это видит и так вовремя обернувшийся Лелуш. Лицо его остается невозмутимым, но даже Корнелия чувствует возникшее в воздухе напряжение.
  Еще одна короткая фраза, и двое покидают комнату, превратившуюся в тюрьму для бывших борцов за справедливость. Ни один человек не мог бы сказать, что дистанция между этой парочкой не соответствует приличиям. Никто не увидел бы ни одного лишнего взгляда. И все-таки, каждый встретивший их на своем пути знал, куда и зачем они направляются.
  Широкая кровать в маленькой комнате. Мягкий полумрак скрывает очертания предметов. Прохладно, но этим двоим вполне достаточно собственного тепла. Дверь медленно закрывается, отсекая их от окружающего мира. И усталость отступает, вытесненная совсем другими чувствами... или действиями?
  
  Начало новой жизни
  
  Корнелия ничего не понимала. Изучая гиас императора еще со Шнайзелем, она думала, что подчиненный человек теряет собственную личность, становясь послушной марионеткой, но в себе такого не чувствовала. Брата девушка по-прежнему ненавидела, вот только противиться его приказам больше не могла.
  Одна короткая, мимоходом брошенная фраза, и принцесса больше не могла ни выйти из комнаты, ни даже убить себя. Впрочем, сделать это она не могла и до приказа. Неизвестный наркотик все еще действовал.
  На удивление Корнелии, ничего спрашивать Лелуш не стал. Для него она будто бы превратилась в пустое место. Нелогично, но девушка даже чувствовала некоторую обиду на такое поведение императора, хотя должна была бы напротив радоваться, что момент выдачи ее сторонников отодвинулся. Быть может, за это время они успеют что-то предпринять.
  Конечно, принцесса прекрасно понимала, что бойцам, коими и являлись ее последователи, всегда нужен предводитель. И все же надеялась. А вдруг кто-то не растеряется? Возьмет на себя принятие решений в ее отсутствие? Но это было самообманом.
  Среди всех борцов с кровавым императором роль командира могла выполнить лишь Виолетта, но она была слишком подавлена расстрелом своего любимого. Очень немногие знали, что осужденные на самом деле живы. Вот только их участь была еще тяжелее смерти. Сама Корнелия уже не раз пожалела о принятом решении, пусть и не могла поступить по-другому.
  Интересна была ей и девушка брата. Судя по имеющейся у нее информации, это была та самая бессмертная ведьма, подарившая императору его страшную силу. Никто не понимал, что же до сих пор связывает ее с Лелушем. Лишь сейчас Корнелия поняла. Золотоглазая девочка, прожившая, скорее всего, не одну сотню лет, была именно девушкой брата. Не было произнесено ни одного слова в подтверждение этого, но все было очевидно. Эти двое принадлежали друг другу и никак иначе.
  
  Отношения ведьмы и императора интересовали не только мятежную принцессу. Уже наутро об этом говорил весь дворец. Отличное настроение Лелуша, которое не испортили даже накопившиеся за вечер дела, было только лишним подтверждением слухов. Конечно, о том, что зеленоволосая девушка на самом деле бессмертная ведьма, знали очень немногие, но это было не самым главным. Люди говорили о другом.
  Когда сам Лелуш услышал в новостях предположение о возможном скором появлении в Священной Британской Империи императрицы, он взбесился. Диктатура у него или что? Как они посмели без его разрешения передавать информацию о... Вспомнив прошлую ночь, подросток улыбнулся. Жениться, он, конечно, пока не собирался. Но все же... Шарахнувшийся было министр финансов тут же успокоился, увидев на лице императора мечтательное выражение. Слухи оказались правдивыми.
  А еще Лелушу вдруг пришло сообщение. Еще на старый мобильный телефон, которым он уже давным давно не пользовался. Тот самый, из-за которого тогда еще почти обычный британский школьник получил гиас.
  Привет, Лелуш. Или мне теперь называть тебя по-другому? Мне жаль, что все так получилось, но все же поздравляю с успехами в личной жизни.
  Это был его старый школьный друг. Ривал.
  
  Возвращение в жизнь
  
  Лелуш ошарашенно смотрел на сообщение в своем мобильном. Неужели он совсем забыл про своих друзей? Ведь прошло два месяца, а он так и не вспомнил ни про затейливую Милли, ни про веселого и безбашенного Ривала. Но зачем старый школьный приятель прислал ему сообщение? Неужели просто так, без всякого повода? В это поверил бы школьник Лелуш, но не император, ничего не делавший без причины. Быть может, Ривалу нужна помощь, но он не осмеливается попросить прямо?
  Впрочем, задумываться над этим император не стал. Как и не пришло ему в голову просто ответить на нежданное сообщение. В одиннадцатый сектор отправился элитный десяток солдат Великой Британской Империи. А Лелуша ждала очередная встреча с младшей сестренкой.
  
  Наннали же сомневалась. Брат рассказал ей о невыполненном из-за глупой случайности плане, о том, как страшно ему было тогда, на площади, о навалившихся проблемах... Но что из этого было правдой? И была ли там правда вообще? Этого принцесса не знала. Кроме того, несмотря на то, что отношение Лелуша к ней стало совсем таким как раньше, ее брат все же изменился. Он всегда любил рисковать, строить логичные от начала и до конца планы, рассказывать красивые истории, но вот этой жесткости, которую чувствовала Наннали в каждом слове и движении, раньше не было. От Лелуша исходила какая-то странная аура властности.
  Иногда к принцессе заходила зеленоволосая девушка, которая раньше жила вместе с Лелушем. Впрочем, они и сейчас продолжали жить вместе. В комнате Наннали был телевизор. Оказывается, эта странная девушка чуть ли не невеста ее брата. Она рассказывала принцессе красивые истории о средних веках и даже том самом добром мире, который когда-то обещал создать Лелуш. Еще когда не был императором.
  Вот и сегодня невеста брата заглянула к девочке. Наннали еще подумала, что эта девушка необычайно красивая. Такая хрупкая, но такая сильная и здоровая. Не то что она. Принцесса все еще не могла ходить. Она и к зрению привыкала очень долго. И только по телевизору видела, как выглядит трава, растения, дома. Два месяца она провела в закрытой камере. Девочке казалось, что она сойдет с ума. Серые стены, серая дверь, серая форма охранников с равнодушными лицами. Теперь изменилось лишь немногое. Белые стены комнаты, белая постель, закрытое белыми шторами окно. Она хотела просить брата, чтобы ей принесли хоть что-то цветное. Цветок, игрушку, что угодно. Но просить того, кем стал ее брат? Нет, этого принцесса не хотела. Просто не могла.
  Зеленоволосая девушка снова рассказывала ей историю. Наннали не знала, была ли она правдой, но и не хотела этого знать. Ведь девочке так хотелось поверить пусть даже в эту красивую ложь...
  
  Ривал и сам не знал, что побудило его написать Лелушу сообщение. Он был больше чем уверен - император даже не прочтет написанное, что уж говорить об ответе. Именно поэтому подросток был очень удивлен, когда на следующий день в дверь его комнаты школьного общежития постучались солдаты империи.
  Ривал даже испугался, что его арестуют за неуважение к правителю, но командир десятки всего лишь вежливо попросил проследовать за собой, не оказывая и малейшего принуждения. Правда, на вопрос куда именно не ответили. И даже когда подросток отказался куда-либо идти, солдаты только извинились за беспокойство и вышли за дверь.
  А через несколько минут телефон зазвонил. На экране высветился знакомый номер и полузабытое имя. Ривал уже два месяца не произносил его. Лелуш.
  
  Быть любимым
  
  Зеленоволосую девушку сестра Лелуша раздражала. Слишком уж наивная. Прожившая не одно столетие бессмертная ведьма давно уже перестала делить мир на черное и белое. Плохим и хорошим для нее было лишь то, что плохо и хорошо конкретно для нее. Во многом именно поэтому император и был ей так близок. Да, у него были определенные правила, привитые обществом стереотипы, но война научила Лелуша не только терять близких, но и принимать невозможность однозначного добра и зла.
  Наннали же напротив всегда была лишь на одной стороне. Но ведь она никогда и не жила по-настоящему. Вечная подруга императора вполне могла понять эту идеалистичную девочку, но делать это не хотела. Маленькая сестра Лелуша отнимала время, которое могло бы принадлежать зеленоволосой девушке. Время с ее любимым человеком.
  Впрочем, несмотря на это, ведьма вовсе не хотела ругаться с Наннали. Это было бы глупым, а глупой возлюбленная императора вовсе не была. Она прекрасно знала, что бывает с теми неумными девочками, желающими стать единственным светом в окошке для своего избранника. Очень быстро они остаются одни. Любому человеку нужно личное пространство. У любого человека есть обязанности. И - близкие люди. Дружба с сестренкой Лелуша была для бессмертной ведьмы выгодна.
  Возможно, будь Наннали немного другой, добиться ее расположения стало бы непросто, но на данный момент ситуация сложилась для зеленоволосой девушки крайне удачно. Принцесса чувствовала себя растерянной и одинокой. Из беззаботного детства девочка сразу попала во взрослую жизнь. На войну. А после была покинута всеми. Лишь брат заходил раз в день на полчаса. Уставший и совершенно не расположенный к доверительным разговорам.
  Именно поэтому золотоглазая ведьма так легко смогла войти в доверие к сестре императора. Не слишком взрослая, чтобы отталкивать, но бесконечно мудрая. Готовая выслушать и рассказать добрую историю. Красивая. Достойная восхищения. Немного времени, и Наннали будет восхищаться своей старшей подругой и во всем ей верить.
  Быть может, через некоторое время зеленоволосая девушка даже найдет в себе силы немного изучить экономику. Но этого ведьме не хотелось. Сия наука представлялась ей ужасающе скучной. Графики и цифры всегда навевали ужасную тоску. И все же... Ведь как-то же Лелуш этим занимается?
  Девушка вспомнила случайно подсмотренную сценку и усмехнулась. Ее избранник явно вжился в роль императора.
  - Мне нужны точные данные. - Ледяной голос темноволосого подростка вызвал у его собеседника нервную дрожь. - Все эти "около трех миллиардов" просто отговорка коррупционеров. Точные данные до последнего фунта.
  - Но... - Промямлил толстый мужчина в возрасте, не решаясь возражать в открытую. - Ваше Величество, но на это может понадобится время.
  - Я подожду. - Вкрадчивые нотки в изменившемся голосе испугали министра финансов намного больше, чем испугал бы самый громкий крик. Впрочем, никто еще не слышал, чтобы император кричал. - Понимаете, лорд Кэрруэл, я должен знать за что конкретно я плачу. И пока у меня не будет точной информации о затраченных средствах, вы не получите ни фунта. Это понятно?
  - Да, да, Ваше Величество. Данные будут у Вас не позже завтрашнего утра. - Послушно закивал министр, и удалился, посмев повернуться спиной к императору лишь выйдя из кабинета.
  
  Попытка дружить
  
  Лелуш еще не понимал насколько он изменился. Император слушал болтовню Ривала, последовавшую за длительным выяснением правого и виноватого. Бывшему однокласснику можно было бы довериться, но Лелуш решил этого не делать. О его планах и без того знали слишком многие. Ривал пытался понять, что двигало его другом, задавал вопросы, едва заметно осуждал. Но больше всего он боялся. Слишком уж жуткую славу приобрел теперь тот, кто раньше прогуливал вместе с ним уроки, спеша на очередной шахматный турнир.
  Вообще-то Лелуш всегда был намного умнее своего приятеля. И все же Ривал никогда не завидовал и не пытался превзойти друга. Просто не видел в этом смысла, да и, чего греха таить, был для подобного слишком ленив. Впрочем, скажи ему кто-нибудь еще два года назад, что Лелуш станет кровавым императором, завоевавшим весь мир, и он бы рассмеялся шутнику в лицо. Но все меняется.
  И вот, в мягком кресле напротив растрепанного подростка в школьной форме сидит Император. Ривал не понимал, что говорить бывшему другу, не знал, как уместно себя вести, но старался заполнить неловкие паузы бездумной болтовней. Говорить этим двоим было не о чем. Старшеклассник попытался вспомнить, что обсуждали они раньше, когда оба были простыми школьниками, но так и не смог этого сделать. Встреча была ошибочной.
  Именно поэтому теперь и Ривал, и император размышляли, как бы закончить тягостный разговор. Лелуш не хотел прерывать болтовню бывшего друга и показаться невежливым перед одним из тех немногих на целой планете, кто не считает его вселенским злом. Ну а школьник просто не полагал приличным ссылаться на несуществующие дела, если даже Лелуш этого не сделал.
  Наверное, беседа могла бы затянуться на долгое время, если бы в маленькой, оформленной в теплых тонах гостиной, не появилось еще одно действующее лицо. Кстати, именно она была косвенной причиной этой встречи.
  Ривал сразу заметил, как изменилась атмосфера в комнате. Казалось, даже воздух стал не таким как всегда. Больше не принадлежащим ему - только этим двоим. В голове у студента почему-то мелькнула мысль о Милли, а потом он ощутил легкий укол зависти. Зеленоволосая девушка и император, без всяких сомнений, были идеальной парой. Ривал вспомнил неуклюжие попытки их одноклассницы Ширли привлечь внимание Лелуша и усмехнулся. Так вот, оказывается, какая девушка была нужна этому юному гению.
  А ему самому... Отношения с Милли не ладились. Впрочем, это было вполне понятно. Ривал и сам прекрасно понимал неравенство их положения, но все же надеялся на лучшее. Особенно теперь, когда политика Империи стала более мягкой. Теперь он вдруг внезапно вспомнил все вопросы, что хотел задать Лелушу при встрече. Однако было уже поздно. Он вдруг оказался лишним в этой небольшой уютной комнатке.
  И поэтому он только вежливо кивнул девушке бывшего друга, попрощался с Лелушем, пообещав обязательно зайти как-нибудь в другой раз, и под охраной одного из гвардейцев вышел из комнаты.
  Ему было над чем подумать.
  
  Сила одиночества
  
  - Привыкай, Лелуш.
  Зеленоволосая ведьма грустно посмотрела на закрывающуюся дверь. Ей было проще. Эта бессмертная девушка никогда не имела друзей. Даже после приобретения гиаса ее всего лишь любили. А это одновременно и больше, и меньше. У императора, у обладателя силы короля друзей быть не может. Они остались только вдвоем против всего мира.
  Лелуш тоже понимал это. Он вдруг подумал, что очень давно уже ни с кем не говорил просто так, ни о чем, получая от этого удовольствие. Наверное, с самого момента возврата памяти. Впрочем, были еще фейерверки в академии Эшфордов. Прошло совсем не так много времени, но императору казалось, будто это происходило целую вечность назад. Сколько жизней было потеряно после того. Сколько изменений произошло в мире. Да и в самом Лелуше. Где теперь тот одаренный, но ленивый подросток, прогуливающий занятия за шахматной доской?
  Они просто сидели обнявшись, ловя последние минуты покоя. Вот сейчас какому-нибудь министру обязательно потребуется срочная аудиенция императора. Или очередную глупую бумажку незамедлительно потребуется подписать. Или опять вспыхнет восстание в какой-нибудь провинции. Золотоглазой ведьме так это надоело. И все же любила она именно этого Лелуша. Не беззаботного школьника - императора. Иногда ей хотелось вновь запереться в своих воспоминаниях, но оставить своего избранника совсем одного она просто не могла.
  Хотя ей и было скучно. Смешно сказать, но единственным увлекающим ее занятием стала война. Девушка почти сдружилась со Шнайзелем, заведовавшим обеспечением безопасности Империи и вылетала на обычном ночном кошмаре в самые опасные места. Уже несколько раз ее убивали, но бессмертная ведьма только ругалась на вновь испорченную одежду. Лелуш тоже не волновался за свою возлюбленную. Ей он доверял едва ли не больше чем самому себе.
  - Ваше Величество, в одиннадцатом секторе произошел взрыв поезда. Погибли сто тридцать два человека, больше восьмисот получили ранения разной степени тяжести.
  Ведьма с императором переглянулись и расхохотались, догадавшись о мыслях друг друга. Джереми Готвальд, с некоторых пор единственный, кто смел прерывать отдых Его Императорского Величия, даже удивленно приподнял брови. Никогда еще он не видел Лелуша вот так беззаботно смеющимся, да и его бессмертная подруга очень редко проявляла эмоции.
  - Террористы?
  Заинтересованно спросила зеленоволосая ведьма. С недавних пор террористы вызывали у нее исключительно положительные эмоции, ведь это была реальная возможность поучаствовать в сражении. Какая удача! Она только думала попытаться изучить экономическую ситуацию в мире, а тут новое восстание.
  - По полученной информации ответственность за взрыв лежит на организации рыцарей свободы. Ее лидером до недавнего времени была принцесса Корнелия.
  
  Ревность и математика
  
  - Навещу Шнайзеля.
  Зеленоволосая девушка мечтательно улыбнулась и вышла за дверь. Император же отвлекся от финансового отчета восьмой провинции, провожая удалявшуюся ведьму недовольным взглядом. В последнее время она слишком часто общалась со Шнайзелем. Конечно, Лелуш знал, что его бессмертная подруга увлеклась войной, но все же такой тесный контакт с братом настораживал подростка. Все-таки управление Империей отнимало много времени, и избраннице императора иногда не хватало внимания.
  Кроме того, заведующий безопасностью Империи был красив и сверх всякой меры обаятелен. Да, Шнайзель служил тому, кто в прошлом носил маску зеро, однако верная служба далеко не всегда означает хорошее отношение. Лелуш вовсе не был уверен, что, если представится возможность, брат не отнимет у него единственного близкого человека.
  Император даже подумывал наведаться к старшему братику и приказать... но это было бы неправильно. Его любимая сама должна была принимать решение. Прожившая не одну сотню лет бессмертная ведьма не даст себя обмануть даже такому умному человеку как Шнайзель. Если девушка все же сделает выбор не в его пользу, Лелуш не станет мешать. Он, как никто другой, знал - в любви нельзя принуждать.
  Впрочем, вполне возможно, что все его подозрения и вовсе не имели под собой оснований. В конце концов, его избранница не разу не давала повода сомневаться в себе. Ну а интерес к Шнайзелю вполне мог быть вызван только увлечением сражениями. Почему нет? Лелуш вновь опустил глаза в отчет, и едва не зарычал от злости.
  Опять этот одиннадцатый сектор. Император уже думал уничтожить проблемные острова, но решиться на это было сложно. Фреи были в его распоряжении, но все-таки он колебался. Уничтожать пришлось бы вместе со всеми жителями, а это вполне могло вызвать беспорядки по всему миру, да и доход... Не то чтобы без этого нельзя было обойтись, но экономика после войны и без того пошатнулась. Подавлять восстания, пожалуй, намного дешевле.
  Тем более, что огромная британская армия теперь только этим и занималась. Конечно, ее ряды вполне можно было сократить, учитывая доступные Лелушу фреи и гиас. Можно было бы. Но тогда восстания вспыхнули бы по всему миру. Люди еще не осознавали до конца силу фреи и вовсе не знали о гиасе императора. Деньги же на содержание бесчисленных солдат уходили просто немыслимые.
  Деньги, деньги, деньги... В последнее время Лелуш так устал от них. Стоило ему закрыть глаза, как воображение упрямо рисовало цифры, счета, отчеты и опять цифры. Раньше подросток, наверное, был бы рад получить в свое распоряжение почти неограниченные суммы, но теперь проклинал тех, кто когда-то придумал экономику. И того человека, который ввел в экономику методы математического анализа.
  Несмотря на прекрасное логическое мышление, математику император не любил.
  
  Методы подавления восстаний
  
  
  Зеленоволосая ведьма же и не думала увлекаться симпатичным братом императора. И, если бы Лелуш, вопреки гордости, все же решился бы с ней поговорить, очень удивилась бы его подозрительности. Девушку интересовало лишь восстание в одиннадцатом секторе. Конечно, можно было бы расспросить Корнелию или попросту отправиться в бывшую Японию с огромным количеством военной техники, но это было так скучно. В отличие от своего возлюбленного, подруга императора использовала красивые и необычные комбинации не по необходимости, а просто для развлечения.
  Ведьма прекрасно знала, кто именно руководит мятежниками. Конечно, по части стратегии Виолетта сильно уступала даже Корнелии, не говоря уже о Шнайзеле и Лелуше, но в то же время больше управленцев среди рыцарей свободы не было. Несмотря на любовь к сложным задачам, некоторую информацию от бывшей мятежной принцессы девушка все-таки получила. Она прокрутила в памяти все, что знала о нынешней предводительнице "оппозиции" императора, и довольно улыбнулась.
  Одним из тех, кому еще не успели сделать пластическую операцию, был возлюбленный этой самой Виолетты, Огги Каноме. Золотоглазой ведьме казалась необычайно любопытной битва между этими двумя. Один из самых первых сторонников Лелуша в прошлом и теперь продолжал исполнять все приказы бывшего зеро. Правда с некоторых пор не совсем добровольно. Но так, пожалуй, даже интереснее.
  Именно эту идею подруга императора собиралась обсудить с заведующим безопасностью Империи. Никакого другого интереса к Шнайзелю у нее не возникало и не могло возникнуть. Возможно раньше... Но не теперь. Люди с подчиненной личностью ведьму никогда не привлекали.
  Девушка никогда не понимала тех, чьим смыслом жизни было служение кому бы то ни было. Конечно, старший брат Лелуша был подчинен гиасом, но ситуацию это нисколько не меняло. Как в прошлом глава организации, исследующей гиас, бессмертная ведьма прекрасно знала и его свойства. Не будь у Шнайзеля предрасположенности к служению, он всего лишь выполнял бы приказы. Личность его осталась бы свободной.
  Думать о Шнайзеле возлюбленная императора не хотела. Это было ужасно скучно. Вот только у девушки была и еще одна идея, воплотить которую в жизнь было очень и очень сложно. И помощь заведующего безопасностью Империи могла ей помочь. Все же, что ни говори, а братик Лелуша был несомненно одаренной в плане интеллекта личностью.
  Императору было необходимо развеяться. Сама ведьма никак не могла придумать подходящий способ заставить любимого отвлечься от бесконечного потока государственных дел. Слишком уж упрям был ее избранник. Впрочем, никто другой и не смог бы сделать того, что сделал Лелуш. И теперь, взвалив на себя ответственность за целый мир, бывший школьник не желал найти даже минуты времени для самого себя.
  Отчасти это происходило из-за того, что Лелуш чувствовал себя виноватым во многих свалившихся на него проблемах. Так и не осуществленный реквием по зеро не давал покоя кровавому императору. Ведь если бы все получилось...
  Зеленоволосая ведьма прекрасно понимала: мечта Лелуша о добром мире не стала бы реальностью. Напротив. Уничтоженная диктатура оставляет после себя лишь разруху, а без сильной верховной власти жестокий порядок превратился бы в ничуть не менее жестокий хаос. Вот только ее любимый отказывался это понимать. И девушка никак не могла догадаться почему именно.
  Между тем, все было очень просто. Несделанное всегда тревожит душу. Всегда кажется, будто, получись все так, как было задумано, стало бы намного лучше. Даже если факты упрямо говорят об обратном. Лелуш же, привыкший всегда выполнять намеченное, не сможет успокоиться еще очень и очень долго. Может быть, все оставшуюся жизнь.
  
  Методы отвлечения внимания
  
  - Зачем?
  Хищное любопытство в аметистовых глазах на миг заставило бессмертную ведьму забыть обо всем. Алые отблески гиаса все же мелькали, несмотря на скрывающие линзы. Девушка как-то отстраненно отметила, что еще немного и эти примитивные устройства не смогут подавить силу короля. Нет. Силу Императора.
  Подруга Лелуша зря надеялась просто получить в свое распоряжение власть над пойманными мятежниками. Конечно, можно было поделиться своим планом, но это было далеко не самым лучшим вариантом. Шнайзель, приверженец теории Макиавелли о том, что цель оправдывает средства, поддержал скучающую девушку. Ее идея и впрямь сулила минимальные потери. Но Лелуш... Пройдет несколько лет, и неограниченная власть над миллионами окончательно изменит возлюбленного зеленоволосой ведьмы. Однако сейчас бывший борец за справедливость, до сих пор лелеящий в глубине души мечту об утопии, не примет плана своей избранницы.
  Девушка думала сыграть на занятости и усталости Лелуша, но не получилось. Этот блеск в фиолетовых глазах она знала слишком хорошо. Будь сейчас на месте императора кто-то другой, ведьма солгала бы ему без малейших угрызений совести. Лелуш же был для этого слишком умен.
  Мысли мелькали в голове, но дельные идеи не спешили появляться. Ну что же, для бывшей обладательницы гиаса любви всегда находился способ добиться своего.
  
  А блеск глаз императора относился вовсе не к подавлению восстания. Взгляд его скользил по соблазнительным изгибам идеального тела зеленоволосой ведьмы. Лелуш прикрыл глаза, напоминая себе об огромной стопке бумаг на рабочем столе и о дожидающемся министре образования, о маленькой сестренке, которую не навещал уже третий день и о коррумпированной пирамиде чиновников...
  Но вопреки всему, мысли упорно возвращались к закушенной нижней губе сидящей перед ним девушки и глубокому декольте ее платья. Воображение коварно дорисовавало недоступное взгляду. Разум ушел куда-то вглубь сознания, вытесненный древним как сам мир инстинктом.
  Будто бы случайно алый кончик языка золотоглазой ведьмы пробежал по губам, а шнурок на рукаве платья развязался от неосторожного движения, открывая тонкую кожу с едва заметными линиями вен. Рациональное мышление сказало последнее 'прощай' и мягко удалилось, не оставив и следа былого присутствия.
  Лелуш даже порадовался, что императорское облачение настолько свободно. Быть может, его давний предок рассчитывал именно на такие случаи?
  Мир вокруг перестал существовать, в один момент сжавшись до всего лишь двух людей. Его и ее. А невовремя заглянувший Джереми Готвальд пониманию усмехнулся, поспешно захлопнув дверь.
  Несмотря ни на что, эти двое оставались людьми. Мужчиной и женщиной.
  
  Жизнь после гиаса
  
  Огги Каноме никогда ни в чем не винил бывшего лидера. Сначала зеро был последней надеждой. Да и позже... ни одно серьезное решение не могло быть принято без скрывающегося под маской неизвестного человека. Наверное, никто другой не смог бы добиться столь многого. Да, предательство Лелуша вызвало много неприятных чувств у всех его последователей, но Огги винил во всем только себя. Ведь, если подумать, зеро никогда ничего не обещал. Все, что ожидали от него члены ордена черных рыцарей, они придумали сами.
  Кровавый император использовал их лишь потому, что они сами ему это позволяли. И, судя по тому, что теперь все они оказались подчинены, до этого ни к кому гиас не применялся.
  Многие сейчас ненавидели Лелуша за то, что тот оставил им жизнь, но не Огги. Он был даже благодарен бывшему лидеру за это решение. Подчиняться же... К подчинению мужчина давно привык. Выполнять приказы намного проще чем самому принимать решения.
  Возможно, через некоторое время японец даже сможет начать мирную жизнь. Тем более что политика императора изменилась. Лелуш даже иногда навещал бывших сторонников. Приходил он ненадолго, с неизменными темными тенями под усталыми фиолетовыми глазами. И говорил вовсе не о войне и убийствах. Обсуждал с Тодо и Огги экономику и возможные реформы образования. Это было странно и совсем не вязалось со сложившимся в воображении образом талантливого, но жестокого ребенка, играющего с людьми как с марионетками, что многие были растеряны и пытались понять произошедшие изменения. Огги не пытался. Он, как и раньше, просто принимал существующую действительность как есть, не возмущаясь и не строя долгосрочных планов.
  Мирная жизнь же была его мечтой. Недавно пойманная принцесса Корнелия рассказала, что ей был создан отряд рыцарей свободы. По себя мужчина усмехнулся. Фантазия у старшей сестренки императора была плохая. Опять рыцари. Надоевшее название. Рыцари круга, рыцари особ королевской крови, орден черных рыцарей, а теперь еще и рыцари свободы. Впрочем, главным было вовсе не это.
  После поимки Корнелии остаток группы мятежников возглавляла Виолетта. Огги совершенно точно знал, что именно с этой девушкой он хотел бы строить семью. И именно она могла бы стать матерью его детей.
  В том, что террористы будут пойманы, японец нисколько не сомневался. Он прекрасно знал, кто заведует безопасностью Империи. Против Шнайзеля шансов у Виолетты не было никаких. Оставалось лишь надеяться, что девушку возьмут живой и здоровой.
  Огги даже хотел, наплевав на остатки гордости, просить об этом императора, но тот уже долгое время не появлялся в отведенной для бывших сторонников огромной комнате. Кстати, жильцов там стало намного меньше.
  Очень многим уже сделали операции по изменению внешности, и они отправились строить новую жизнь. Они не забыли свое прошлое, но вернуться к борьбе против императора не смогут уже никогда. Возможно, так будет для них намного лучше.
  Из тех, что начинали восстание вместе с зеро, остались лишь сам Огги и Карен.
  Ей, кстати, даже разрешали видеться с младшей сестрой Лелуша, принцессой Наннали. Поначалу бывший лидер террористов был против этого общения, да и сама Карен не могла простить в прошлом любимого человека. Но потом все изменилось.
  Маленькая принцесса откровенно скучала без общения, а брат с головой ушел в государственные дела. Карен же успокоилась, перестав винить Лелуша во всех возможных бедах.
  Ей нравилось разговаривать с доброй и решительной девочкой, а император наконец-то нашел для сестры подходящую подругу.
  Жизнь бывших борцов за справедливость стала спокойной и безмятежной.
  Но в один из самых обычных дней в дверях комнаты появилась красивая девушка с длинными зелеными волосами, хорошо знакомая большинству присутствующих.
  
  Мечты о жизни
  
  Временная предводительница рыцарей свободы беспокоилась. Ее тихая печаль о смерти любимого человека ушла на второй план вместе с пленением мятежной принцессы. Теперь Виолетта не могла позволить себе погрузиться в свое горе, ведь ответственность за выживших борцов с кровавым режимом против воли легла на ее плечи.
  Тяжелый это был груз. В отличие от императора и его брата Шнайзеля, лидером по своей натуре девушка не была. Даже импульсивная Корнелия, всегда предпочитавшая стратегии тактику, в роли предводителя смотрелась куда уместнее. Виолетта же... она просто хотела защиты. Мирной жизни с человеком, которого считала давно погибшим.
  Молодая женщина в который раз подумала, как сложилась бы ее судьба, не пойди они тогда против девяносто девятого императора Священной Британской Империи Лелуша Британского. Возможно, она смогла бы даже просто жить. Без всяких титулов, власти, сумасшедших денег. Могла бы родить детей, похожих на японца по имени Огги Каноме. Дружить, не опасаясь предательства и видеть императора лишь на телеэкранах.
  Борьба перестала казаться девушке столь необходимой. Император Лелуш оказался вовсе не так уж плох. Он даже сумел всего лишь за месяц вытащить целый мир из пучины очередного экономического кризиса и сильно повысить уровень жизни простых граждан Империи. Теперь ведь больше не было разделения на британцев и остальных. Британцами стали все.
  Виолетта уже не раз думала, что остаток своей жизни хотела бы потратить совсем не на войну, и лишь месть за погибшего возлюбленного да ответственность перед доверившимися ей людьми держали девушку среди рыцарей свободы. Вообще-то они занимались лишь детскими играми. Что значит один взорванный поезд для подчинившего своей воле целый мир?
  Жаль только, что последовавшие за ней этого не понимали. Большинство из них были навными молодыми девушками и парнями, верящими в торжество добра и справедливости. Эта борьба для многих стала смыслом жизни. Виолетта просто не могла оставить этих ребят одних. Да и, что ни говори, внешность у предводительницы рыцарей свободы была запоминающейся. Мирная жизнь невозможна, когда большая часть человечества знает тебя в лицо, а армия императора строит планы по твоему пленению. Или убийству.
  Виолетта оценивала себя вполне трезво. Незаменимой или даже просто нужной она вовсе не была. Гораздо проще для Лелуша было бы сразу избавиться от девушки, тем более что силу гиаса император на ней уже использовал. Правда, Сузаку ведь тоже...
  Но эта информация, вероятнее всего, просто оказалась ложной. Тем более что и сам гиас Лелуша был изучен не до конца. Так на площади во время казни ни один человек не запомнил произнесенных императором слов. Только голос. Похожий на манящую песню мифической сирены, заставляющий забыть про все и видеть в его обладателе больше чем человека.
  Вот только ни одной записи этой речи так и не сохранилось. Во всем безграничном множестве сайтов интернета на одного видеоролика.
  Большинство людей предпочло просто забыть, но Виолетта помнила. Помнила так же ясно как и помнила обезображенное гримасой боли лицо своего возлюбленного и кровь на его одежде. Вот за это девушка не могла простить императора и никогда не сможет.
  Впрочем, вряд ли тот нуждается в ее прощении.
  
  Чужое решение
  
  Девяносто девятый император Священной Британской Империи был недоволен. Впрочем, знали об этом очень и очень немногие. Может быть, только сам Лелуш.
  Подавляющие силу гиаса линзы в этот день не могли полностью скрыть истинные глаза подростка. Ярко-алые огоньки то и дело мелькали в зеркале, куда император заглядывал почти каждые пять минут. Раньше у него, конечно, не находилось времени на подобные глупости, но теперь...
  Отблески гиаса в глазах еще больше злили Лелуша. Он, подобно многим людям, ненавидел показывать свои слабости, даже когда увидеть их не может никто. Кроме того, как правитель целого мира, он просто не имел на это права. Сей факт, несомненно осознаваемый бывшим школьником, также не добавлял спокойствия. Все же, Лелуш был подростком, несмотря на положение в обществе и выдающийся интеллект, а значит ненавидел жесткие ограничения. И нет никакой разницы, что границы эти были уже давно установлены им самим.
  Между тем, император злился вовсе не без причины. Больше того, оная была очень весомой, если не сказать больше.
  В этот самый обычный день абсолютно все мешали Лелушу работать, причем не давая и малейшего видимого повода для претензий. Впервые за последний месяц нынешний правитель величайшей империи просто не знал как занять время.
  Конечно же, он прекрасно знал, кто виноват в творящемся безобразии, но это лишь придавало злости некий оттенок горечи и обиды. Бессмертная золотоглазая ведьма зря взялась решать за своего возлюбленного. Такого император не терпел. Да и просто не мог уложить в голове, что та, которой он доверял больше всего, даже не поинтересуется его мнением. В вопросе его жизни.
  И впрямь, почему нельзя было просто поговорить? Вполне возможно, Лелуш и сам бы признал необходимость отдыха, а также получил возможность спланировать свободный день по собственному усмотрению. Но любимая девушка, ничего не спрашивая, сделала все по-своему, да еще и отправилась к Шнайзелю планировать очередную военную операцию. Ну что же...
  Темноволосый хрупкий подросток улыбнулся. От этой ласковой улыбки золотоглазую девушку, следящую за ним через скрытые камеры, ощутимо передернуло, а стоящий рядом красивый мужчина со светлыми волосами вздрогнул и болезненно поморщился. Служение Шнайзеля не в последнюю очередь предполагало наказание за недовольство его повелителя.
  Ну а император повертел в руке тонкий хрустальный бокал, задумчиво посмотрел на небольшую дверь в гардеробную комнату, и поднялся с кровати. Через несколько минут из комнаты выходил уже самый обычный юноша, напоминающий великого завоевателя лишь тонкой фигурой и цветом растрепанных волос. Аметистовые глаза с ярко-алыми птичками гиаса надежно скрывали темные очки, принадлежащие раньше нулевому рыцарю Его Величества.
  За ним тенью следовал неприметный человечек со смазанными чертами лица. Джереми Готвальд всегда заботился об охране своего императора.
  
  Жизнь среди людей
  
  Мир встретил Лелуша прохладным ветерком и обычным уличным шумом, которого император не слышал уже несколько месяцев. Он все дальше удалялся от роскошного, но мертвого дворца, направляясь вглубь обычного города. Мимо проносились машины, проходили люди, но никто не обращал внимания на темноволосого подростка в черных очках. Лишь некоторые удивленно косились на слишком легкую для поздней осени курточку и изогнутые в мечтательной улыбке бледные губы.
  Ну а сам император вглядывался в незнакомые лица своих подданных, пытаясь угадать их мысли. Это давно забытое развлечение когда-то было одним из его любимых способов проведения времени. Он просто был счастлив. И, как когда-то, еще в другой жизни, чувствовал себя частью этого мира. Этой улицы, этого города, этого общества. Этой страны.
  Он хотел даже зайти в небольшое уютное кафе на пересечении большого проспекта и маленького переулка, но вспомнил, что забыл деньги. Усмехнулся про себя. У императора нет денег на посещение обычной кафешки. Мелькнула даже мысль обратиться за помощью к своему охраннику, которого заметил уже через пять минут после выхода из дворца, однако решил не портить тому карьеру. Джереми Готвальд не терпел в своих подчиненных непрофессионализма.
  Вообще-то, обычно Лелуш и сам выставлял высокие требования. Но сегодня... сегодня он был счастлив. А значит хотел сделать счастливым целый мир. Или хотя бы одного человека, который его охраняет. В конце концов, почему бы на один день не стать немного добрее? Это ведь так просто и так приятно.
  Император засунул руку в карман старой курточки, надеясь найти хоть немного денег. Не то чтобы ему хотелось есть, но как же давно он не ел вот просто так, как обычный человек. Кроме того, великий и ужасный завоеватель замерз. Дворец находился на территории еще старой Британии, а Лелуш очень давно из него не выходил. На улице было холодно. Легкая летняя куртка, защищающая больше от ветра, совсем не грела.
  Впрочем, карманы были абсолютно пусты. Император остановился, загораживая многочисленным людям проход, и задумчиво уставился на вывеску ресторанчика. Кто-то наступил ему на ногу, но, вместо того чтобы извиниться, обругал подростка, вздумавшего стоять посреди дороги. Лелуш приподнял очки и посмотрел в глаза незнакомого мужчины. Секунду наблюдал сменяющееся удивлением а затем и страхом раздражение, а потом вновь скрыл глаза темными стеклами.
  Не слушая сбивчивых извинений, все же направился ко входу в кафе, краем глаза отметив невзрачного человечка, заговорившего с испуганным мужчиной. Конечно, император мог бы и помочь ни в чем, в общем-то, не виноватому незнакомцу, но делать этого не стал. Зачем?
  Почему-то вспомнилась вдруг давно прочитанная где-то цитата.
  "Ничто не обходится нам так дешево и не ценится так дорого, как вежливость."
  Что же, в данном случае дорогую цену придется платить за отсутствие вежливости.
  Лелуш едва заметно улыбнулся и толкнул тяжелую дверь ресторанчика. Тишину помещения нарушил негромкий звон дверного колокольчика.
  
  Предательство ради любви
  
  В большом помещении, предназначенном для пленных мятежников, было тихо. Впрочем, Огги Каноме, погруженный в свои мысли, не заметил бы, наверное, даже звуков взрыва над самым ухом. Он должен был выбирать.
  Выбирать между своей любовью и своим долгом. Подруга императора, странная зеленоволосая девушка, которая только на его памяти должна была уже раз пять быть мертва, сделала ему предложение, от которого очень сложно было отказаться.
  Жизнь самой красивой для Огги женщины на планете Земля оказалась в опасности, и бывший террорист не знал, что ему делать. Воевать против своих? Против той, которую любил больше всего на свете? Убивать товарищей, с которыми в прошлом шел в бой? Или допустить их смерть, оставив операцию по захвату Шнайзелю.
  К брату императора Огги симпатии не испытывал. Он уже знал, по чьему приказу был уничтожен целый город со всеми его жителями, и кто дал Лелушу страшное оружие Дамокл. Да, бывший лидер ордена черных рыцарей только играл со своими людьми, как с шахматными фигурками, но зеро всегда избегал лишних смертей. Хотя...
  Мужчина вспомнил о судьбе японского автономного округа и нахмурился. Впрочем, возможно, и это было необходимо. Ведь и впрямь, после создания такой организации очень многие прекратили бы борьбу. Но все же простить Лелуша за это...
  Да какая разница. Как бы там ни было, император вовсе не нуждался в прощении бывшего сторонника. У него имелось право приказывать, не ожидая отказа. Вот только почему он не приказал? Зачем был дан этот странный и тягостный выбор? Неужели золотоглазая девочка действует самостоятельно?
  Это меняло все. Да, Лелуш играл со своими последователями. И все-таки он всегда преследовал какие-то цели, а его планы всегда оказывались отлично продуманными. Огги доверял бывшему лидеру. Даже сейчас, после всего, что случилось, продолжал доверять. Эта же девочка доверия не вызывала.
  Огги предполагал, что занимается подавлением восстаний подруга императора лишь для развлечения, а к таким людям мужчина питал стойкое отвращение. Убивать можно лишь ради чего-то. Ради своей страны, ради любви, ради денег, в конце концов. Но не для удовольствия. Садистов Огги ненавидел.
  Но и спасти Виолетту... А может даже получить шанс на мирную жизнь с любимой женщиной. Хотя вряд ли после такого она захочет быть с ним. Это ведь предательство. И, сколь благими бы ни были намерения Огги, Виолетта этого не поймет. Еще месяц назад он бы не понял и сам.
  Но у бывшего лидера террористов было время все обдумать и все переоценить. Независимость стран уже не казалась такой необходимой. Япония? А в чем, собственно, разница между японцами и не японцами? Теперь Огги перестал это понимать. Борьба против кровавого императора? Лелуш больше не казался мужчине истоком всех бед. Правителем он стал весьма неплохим, судя по письмам уже начавших новую жизнь мятежников.
  Вот только, чтобы осознать все это, многим понадобилось немало времени. Которого у террористов, каждый миг боящихся за свою жизнь и свою миссию, просто нет.
  Быть может, попробовать дать им это время? Подарить жизнь, отняв свободу? В конце концов, абсолютной свободы не существует. Ну а зеленоволосая подруга Лелуша... что же, в конце концов, какое право судить ее имеет он, Огги Каноме? Он всего лишь попробует спасти любимую девушку. Даже ценой предательства.
  
  Внезапная встреча
  
  Мягкое кресло уютного ресторанчика приняло императора в свои объятия. Он устало вздохнул, вдруг осознав, что совсем отвык долго ходить пешком. Мысли текли как-то вяло, будто продираясь сквозь вязкую патоку. Как ни странно, были они опять о деньгах. Возможно, Лелуш просто привык за этот месяц к подобным размышлениям.
  А может быть, просто рассматривал варианты дальнейших действий. Их было, в общем-то, не так много. Охранник, гиас... все это скучно и совсем не вписывается в избранную на сегодня роль. Роль? Император внезапно поймал себя на том, что даже на отдыхе, в один из немногочисленных выходных, надел какую-то маску. Впрочем, думать об этом было лень.
  Тем более, что в голову подростка внезапно пришла потрясающая идея, как раз вполне соответствующая его образу. Он ехидно ухмыльнулся, рассматривая меню ресторанчика, но, когда к столику подошла симпатичная официантка, ткнул пальцем в какое-то блюдо наугад. Вряд ли еда могла заинтересовать императора, погруженного в построение коварных планов.
  Миссия по завоеванию мира была выполнена, а значит настало время... Лелуш снова ухмыльнулся. Некоторые люди с любопытством косились на так и не снятые в помещении темные очки, но ему было все равно. В конце концов, внимание подданных к своему императору не должно вызывать удивления. Правда, мало кто знал о личности хрупкого подростка, пожелавшего скрыть свои глаза за черными стеклами. И это было прекрасно.
  Великий завоеватель в старой курточке мило улыбнулся проходящей мимо официантке. Какая сказка могла бы получиться! К сожалению всех сказочников, спутница жизни у Лелуша уже была. Он вспомнил золотистые глаза своей личной ведьмы, но тут же разозлился на ее поступок. Хотя, нельзя не признать, решила она очень даже правильно. Вот только Шнайзель, с которым она все время общается, императора раздражал.
  Пожалуй, вдруг подумал Лелуш, братца все же следовало убить. Да, он приносит немало пользы, однако работа у правителя мира и без того нервная, злиться еще и из-за Шнайзеля не слишком приятно. Ну а незаменимых людей не бывает.
  Откуда взялась эта мысль? Подросток нахмурился, пытаясь поймать ускользающую идею. Странно. Никогда раньше император не считал людей только пешками в своих играх, что бы ни думали по этому поводу его бывшие сторонники. И незаменимые люди есть. Наннали, его любимая ведьма, Карен... да много кто. Их нельзя заменить.
  Не потому, что они выполняют какую-то важную роль, а просто из-за чувств, которые испытывал к ним Лелуш. И каждый человек для кого-то незаменим. Так откуда взялась та странная мысль?
  Колокольчик у двери вновь отозвался мелодичным звоном, и в кафе энергичным шагом зашла высокая светловолосая девушка. Она окинула взглядом помещение и застыла на месте. Глаза непроизвольно расширились от удивления.
  - Лелуш?!
  
  Жизнь бывшей аристократки
  
  Жизнь Милли Эшфорд кардинально изменилась уже давно. Наверное, с того самого вечера, когда девушка закончила школу. Конечно, карьера была выбрана ей уже давно, и все было бы отлично, если бы...
  Если бы ее школьный приятель Лелуш вдруг не оказался британским принцем, а потом и императором. Надо сказать, Милли никогда не ожидала подобного от заместителя президента студсовета. Нет, умственные способности этого красивого темноволосого подростка всегда вызывали у девушки восхищение с легким оттенком зависти, но ведь он был так ленив и несобран. Да и сложно было воспринимать старого приятеля, которого, казалось бы, знаешь вдоль и поперек, как главу террористов, поднявших знаменитое черное восстание, и величайшего из завоевателей, покорившего весь мир.
  В прошлом президент студсовета академии Эшфорд не могла понять мотивов, двигавших Лелушем. Он ведь никогда не стремился к власти. Играть и выигрывать - да, но лидерство... нет, бывшего школьника это не привлекало.
  Когда в экране телевизора на месте императорском троне девушка увидела хрупкого темноволосого подростка, удивлению ее не было предела. Лишь потом вспомнились постоянные отлучки Лелуша и внезапно заброшенная игра в шахматы. Тогда школьник начал играть с живыми людьми.
  И все же произошедшее никак не укладывалось в голове. Пусть Лелуш сошел с ума, завоевал мир, утопив его в крови, пусть он стал императором. Но почему месяц назад его поведение так изменилось? Почему его усилиями мир смог выбраться из пучины экономического кризиса в кратчайшие сроки? Почему проведено огромное количество реформ, направленных на улучшение жизни простых граждан? И куда, в конце концов, девалась казавшаяся вечной коррупция?
  Впрочем, о бывшем друге девушка старалась не думать. Сделать это было совсем не трудно, учитывая количество навалившихся проблем. Ведь раньше Милли была аристократкой. Вся жизнь, расписанная по пунктам, просматривалась на годы и десятилетия вперед. Вот только политические изменения в мире очень серьезно повлияли на эту самую жизнь.
  Аристократии больше не существовало. Граф Ллойд, которого девушка давно привыкла считать своим будущим мужем, недавно сделал предложение тихой маленькой девочке из студсовета, сотворившей оружие массового поражения. Работа диктора теперь отнимала огромное количество времени, и Милли даже пришлось переехать в столицу. Друзья... друзей больше не осталось. Ширли погибла во время революции. Лелуш превратился в императора. Нина отдалилась, уйдя в науку и новую любовь. Вот только Ривал по-прежнему был рядом. Но как друг ли?
  Девушка давно поняла, что любит этого смешного паренька и хочет провести жизнь вместе с ним, но, к сожалению, он считал иначе. Разница в положении, которой в новом мире больше не существовало, по-прежнему тяготила бывшего друга императора. Он все никак не мог осознать произошедших изменений. Милли просто устала снова и снова объяснять.
  И вот сейчас, после очередной ссоры с Ривалом, ужасно злая на весь свет девушка выбежала из дома без верхней одежды и решила погреться в кафе. Каково же было ее удивление, когда за маленьким столиком в углу она увидела хрупкого темноволосого подростка в черных очках, подозрительно напоминающего...
  
  Проводник Силы
  
  Император нахмурился и попытался закрыть лицо чуть отросшими волосами, когда в его сторону начали поворачиваться люди. Имя Лелуша было достаточно редким, но очень известным. И вот почему Милли не могла зайти в другой ресторан? Насчет молчания подросток даже и не думал. В этом вся девушка.
  Не такая поверхностная, как кажется с первого взгляда, она, тем не менее, абсолютно не умела молчать или хотя бы думать прежде чем что-либо сказать. Отличная пара для Ривала, точно так же не закрывающего рот ни на минуту.
  Между тем, в ресторанчике воцарилась абсолютная тишина. Узнать в хрупком темноволосом подростке с именем Лелуш кровавого императора не составило труда. Кто-то уронил вилку, и на нем сразу скрестились взгляды всех людей в помещении. Кроме, конечно, Милли и Лелуша. Девушка, нисколько не стесняясь, пристально разглядывала своего бывшего заместителя, ну а сам император медленно снял темные очки, открывая слишком хорошо знакомые людям фиолетовые глаза с красными птичками гиаса.
  Из-за соседнего столика поднялся невысокий человечек со смазанными чертами лица и, подойдя к Лелушу, что-то шепнул ему на ухо, на что тот лишь недовольно скривился.
  
  - Вот видишь, президент, как все получилось. - Грустно усмехнулся император смущенной девушке и обернулся к залу. - Посмотрите мне в глаза, пожалуйста.
  
  Люди начали переводить удивленно-испуганные взгляды в сторону красивого темноволосого подростка с необычными глазами, а через минуту в маленьком ресторанчике вновь воцарилось спокойствие. Каждый человек продолжил заниматься своим делом, про себя удивляясь необычному имени одного из посетителей кафе, совсем не напоминающего кровавого императора. В конце концов, мало ли в мире Лелушей?
  Симпатичная же светловолосая девушка как-то незаметно переместилась за маленький столик, который занимал ее старый приятель. Она молчала, не зная как начать разговор, а ее бывший заместитель вовсе не спешил прийти на помощь. И неудивительно.
  До некоторого момента прекрасное настроение Лелуша довольно-таки резко изменилось. За темными стеклами вновь одетых очков он бросал злые взгляды на окружающих, втайне мечтая кого-нибудь убить. Или хотя бы долго пытать. Впрочем, делать это было нельзя.
  Хотя император и был самодержцем и диктатором, у него имелось очень много внутренних запретов, нарушать которые ради минутной прихоти... Лелуш уже давно научился жизни по законам "надо", забывая о своих "хочу". Никто не сказал бы и слова, уничтожь он сейчас хоть все это кафе, но простой школьник стал императором лишь потому, что умел в нужный момент подавлять свои чувства.
  Хорошо еще, что Милли не могла видеть его глаз. Это зрелище было вовсе не из тех, что стоит смотреть. Проводник силы короля. Без скрывающих линз Лелуш даже самому себе казался давно потерявшим душу демоном. Впрочем, он вовсе не исключал, что так оно и было на самом деле.
  Быть может, платой за обретение гиаса стал не только контракт, заключенный с зеленоволосой ведьмой? Но это император еще успеет узнать. Теперь же он планировал разговор с подругой из прошлой жизни.
  Он не надеялся, что Милли останется его другом, да и не особенно этого хотел, но все же... с прошлым нелегко расстаться окончательно. Особенно, если оно было счастливым.
  
  Особенности восприятия измены
  
  - Президент, мм... да что ты?..
  
  Зеленоволосая ведьма смотрела на экран компьютера, закусив губу от злости и обиды. Несмотря на весь свой жизненный опыт, она так и не смогла понять, почему мужчины изменяют. В конце концов, разве мало давала девушка своему возлюбленному? И чего ему не хватает?
  Впрочем, вопрос был риторическим. Инициатива в данном случае исходила вовсе не от Лелуша, а от этой его светловолосой приятельницы. Позже подруга императора, конечно же, найдет эту девчонку. И тогда та пожалеет, что родилась не во времена инквизиции. Бессмертная ведьма терпеть не могла тех, кто покушался на ее собственность. И ради наказания для такого человека вполне могла использовать самые жесткие методы, от которых вывернуло бы наизнанку даже персонажей произведений небезызвестного маркиза де Сада.
  Сейчас же нужно было просто терпеть. Только сдержаться, не вмешиваться и не устраивать скандал. Лелуш и вообще не должен догадываться о ее знании. Сжатая к кулак девичья ладонь разбила монитор, с которого тут же исчезла картинка уже переходящей от поцелуев к более активным действиям парочки. Кровь испачкала белоснежные одежды ведьмы, заставляя ее поморщиться. Новый комплект в здании министерства внутренней безопасности найти было сложно.
  Боль стала почти привычной, а через минуту и вовсе прекратилась. Бессмертие продолжало работать, несмотря на все желания своей обладательницы. Сейчас девушке хотелось умереть.
  Тот, ради которого она жила, предал ее. Просто променял на какую-то глупую блондиночку легкого поведения. Да, подруга императора прекрасно знала, что измена еще не показатель отсутствия любви, особенно у мужчины, но чтобы вот так, по первому зову...
  Ясно же зачем девчонка позвала его на чай. Тут и думать не надо. А он даже не попытался отказаться от заманчивого предложения. Бессмертная ведьма устало вздохнула. В конце концов, а какое право она имеет считать Лелуша своим?
  Да и вообще значит ли для него хоть немного больше чем девушка для снятия сексуального напряжения? Он ведь никогда и ничего ей не обещал, не давал никаких клятв. Ну а произнесенные слова любви вполне могли быть ложью. За свою очень долгую жизнь зеленоволосая девочка прекрасно осознала, что зачастую слова очень сильно отличаются от реальности.
  В любом случае, об осведомленности своей девушки ее возлюбленный узнать не должен. До некоторых пор ведьма считала, что хорошо изучила Лелуша, но теперь сомневалась. Несмотря ни на что, контроль император не любит. Уж в этом его избранница была уверена на все сто процентов.
  Теперь и у нее, и у него был выбор. В том, что простит измену, девушка нисколько не сомневалась. Ей вполне достаточно будет мести глупой блондиночке, позарившейся на чужое. А вот отношение любимого выяснить просто необходимо. Роль постельной игрушки бессмертную ведьму совсем не привлекала.
  В этом случае ей придется забыть о своей любви. А может быть наконец-то исполнить свое давнее желание.
  Если она и впрямь Лелушу совсем не нужна... что же. Кроме этого темноволосого подростка на земле ее больше ничего не держало.
  
  Интересная прогулка
  
  Лелуш вышел из дома бывшего президента студенческого совета в смешанных чувствах.
  С одной стороны, отказаться от заманчивого предложения симпатичной девушки ему было очень нелегко. Да и искушение немного отомстить своей любимой ведьме оказалось просто огромным. Впрочем, это он сделал и без того.
  Лелуш был на все сто процентов уверен, что его золотоглазая подруга следила за ним через скрытые камеры. И точно также совершенно точно знал, что девушка уже после первого поцелуя перестала смотреть разворачивающееся действо. Все же характер своей любимой император изучил очень и очень хорошо.
  Что двигало Милли он также понимал. Его эксцентричная и эмоциональная подруга тоже захотела отомстить своему избраннику, но, в отличие от Лелуша, готова была идти до самого конца. Вот только не учла, что бывший заместитель откажется стать инструментом в ее плане.
  Император не желал влезать в чужие отношения. Да и вообще считал неприемлемым подобное поведение. Кроме того, Милли никогда не вызывала у него сексуальных желаний, что, впрочем, неудивительно. Слишком уж громкий характер.
  Лелуш ви Британия обычно старался не вмешиваться в чужие проблемы, ведь ему вполне хватало и своих, но теперь сомневался. Быть может, Милли с Ривалом нужно помочь? Еще один подобный случай, скорее всего, навсегда поставит крест на их отношениях. Ведь все-таки раньше эти двое были его друзьями.
  
  Погруженный в эти размышления он не заметил, как дошел до станции метро. Немного поколебавшись, император решил все-таки проехаться на этом транспорте. В столице проживало очень много людей, а Лелуш никогда раньше не бывал среди толпы. Точнее не бывал ее частью - только предводителем.
  Уже возле автоматического турникета вспомнил, что больше не является счастливым обладателем проездной карточки. Денег у него тоже не было, но, в конце концов, почему бы не поступить так, как поступал хоть раз в жизни любой подросток?
  Ловко перемахнув через турникет, император побежал вниз по эскалатору. Вслед ему неслись крики полицейского и ругань задетых им людей. Хорошее настроение, утраченное было в доме бывшей подруги, снова возвратилось, проявившись в широкой улыбке на бледных губах.
  На бегу Лелуш заскочил в закрывающиеся двери поезда и попытался отдышаться. Хорошей физической подготовкой он не отличался никогда. В памяти всплыли случаи, когда слабость чуть не стоила ему жизни, и император в который раз дал себе обещание начать заниматься... но, конечно же, обещание так и останется обещанием. Физкультуру Лелуш ненавидел.
  С некоторым удовольствием он подумал о том, что его охранник не успел заскочить следом. Однако, тут он ошибся. Взгляд вычленил из толпы того самого невысокого человечка, внимательно оглядывающего людей вокруг. Задумавшись, не владеет ли этот подчиненный Джереми Готвальда телепортацией, Лелуш случайно преградил путь к выходу.
  Желающий покинуть вагон тучный мужчина толкнул хрупкого подростка, проворчав под нос что-то ругательное, но император этого уже не услышал.
  Он смотрел только на осколки разбившихся темных стекол его очков.
  
  Частица безумия
  
  Лелуш зачарованно смотрел на безразличных людей, наступающих на осколки темных стекол. Тяжелые мужские ботинки, изящные женские сапоги, маленькие детские сапожки. Эти ноги топтали последнюю память императора о погибшем друге.
  Злости не было. Лишь какая-то странная растерянность, горечь и досада. Это ведь были те самые очки, в которых Куруруги Сузаку встретил навсегда разделившую старых друзей девушку. Те самые, в которых когда-то он ходил на встречу с Ширли. Те самые. Много можно было о них сказать. Пожалуй, лишь эта вещь осталась у Лелуша после смерти нулевого рыцаря. Были еще старые часы, спасшие жизнь тогда еще обычному молодому солдату в день обретения императором гиаса, но они остались в кармане роскошного одеяния, надетого на погибшего подростка. Завещание Сузаку оговаривало этот момент. В том же гробу покоился и знак служения бывшего друга императора девушке, укравшей его сердце.
  Кажется, телохранитель протянул ему другие очки, взамен разбившихся, чтобы люди не увидели глаз императора. Вот только сейчас ему не было никакого дела до людей. Что нельзя было сказать о них. Стоящий на проходе хрупкий темноволосый подросток, глаза которого скрыли упавшие на лицо волосы, вызывал у пассажиров метро сильнейшее раздражение. Кто-то ворчал о невоспитанности подрастающего поколения, кто-то громко прошептал о наркотиках, кто-то попросту толкнул неподвижного императора.
  Это-то и стало последней каплей. Лелуш поднял голову, и обвел окружающую его толпу полубезумным взглядом. Где-то в глубине сознания пытался пробиться разум, но усталость и множество испытанных за день эмоций вылились в неконтролируемую ярость. Случайно перехватившая его взгляд молодая девушка побледнела и отвела глаза, не успев понять, почему ярко-алые отблески кажутся ей такими знакомыми.
  Минуту не происходило ничего. Только люди, узнавая аристократичные черты, поспешно отодвигались, не желая навлечь на себя гнев диктатора. Возле Лелуша образовался большой круг пустого пространства. Тишину нарушал лишь стук колес движущегося поезда.
  Охранник попытался что-то сказать, но один взгляд прервал так и не начатую речь. Подчиненный Джереми Готвальда только достал мобильный телефон, вызывая подкрепление. У него не было инструкций на такой случай.
  Ну а молодой светловолосый мужчина в роскошном мундире с генеральскими знаками отличия уже отдавал распоряжения. В отличие от других людей, он прекрасно знал, что ему делать. Хотя подобный случай и был уникальным, Шнайзель вполне мог просчитать возможные варианты. И, пожалуй, ни один из них не был так уж неприятен.
  Его повелитель не погибнет в любом случае. Ну а кучка людей в вагоне совсем не интересовала старшего брата императора. Конечно, Лелуш в таком случае будет недоволен, но это пройдет. Главное, чтобы он оставался в живых. Все остальное заведующему безопасностью Священной Британской Империи казалось незначительными деталями.
  В конце концов, за те два месяца, что Лелуш создавал репутацию кровавого императора, погибло в сотни раз больше людей.
  Шнайзель хотел было обсудить произошедшее с зеленоволосой ведьмой, с недавних пор превратившейся в его приятельницу, но нашел в комнате для наблюдения лишь разбитый ноутбук с уже засохшими каплями крови на его обломках.
  
  Охрана Его Величества
  
  Телохранитель Его Императорского Величества Лелуша Британского проклинал тот день, когда принял решение работать на Джереми Готвальда. Он с досадой вспоминал утро, в которое зачем-то пошел на работу. Ну что ему стоило взять больничный или просто отгул? Конечно, еще несколько часов назад поводов для этого не было. Да что там, кровавый император почти месяц вообще не покидал дворца. И почему именно в это день должна была случиться такая неприятность?
  Охранник обреченно размышлял, удастся ли ему отделаться увольнением, или его начальник и первый рыцарь круга решит избавиться от ненужного свидетеля императорского гнева, посадив его в тюрьму. Впрочем, даже до самого неблагоприятного исхода неплохо было бы еще дожить. Глядя в полыхающие бешенством алые глаза охраняемого объекта, мужчина очень сомневался, что ему это удастся.
  Конечно, он прекрасно знал о непомерной раздутости слухов про кровожадность девяносто девятого императора Священной Британской Империи. Все то время, что подчиненный Джереми Готвальда хранил безопасность великого завоевателя, тот ни разу никого не убил. Ни самостоятельно, ни путем прямого приказа. Этот хрупкий темноволосый подросток с всегда безразличным выражением лица весь месяц занимался государственными делами. Ни разу еще охранник не видел его развлекающимся.
  Кроме сегодняшнего дня. Началось все очень странно. Император вышел из дворца, зачем-то обрядившись в простолюдина и надев очки с темными стеклами. И долгое время шел вперед, изредка сворачивая на понравившиеся улицы, пристально разглядывая встречающихся прохожих. Судя по всему, он никуда не направлялся и просто гулял, изучая жизнь своих подданных.
  Потом объект остановился возле какого-то маленького невзрачного ресторанчика и о чем-то задумался. Проходящий мимо человек толкнул подростка, но даже не подумал извиниться. Вместо этого он сказал несколько не слишком красивых слов про Его Величество. Но тот лишь приподнял очки, показывая вмиг побледневшему от страха человеку, фиолетовые глаза с красными отблесками, и направился ко входу в ресторан.
  Его охранник слегка задержался, чтобы пригласить незадачливого прохожего посетить правоохранительные органы. В конце концов, столкновение могло быть и не случайным. И, как только император вернется во дворец, его одежда будет тщательно осмотрена на предмет подсматривающих и подслушивающих устройств.
  Впрочем, это было лишь мерой предосторожности. Мужчина с удовольствием присел в кресло за ближайшим к охраняемому объекту столиком и позволил себе немного расслабиться. Как обладатель предупреждающего об опасности гиаса, он мог не волноваться за своего императора.
  От ленивого созерцания меню его отвлек звонкий женский голосок. Точнее произнесенное им слово. Лелуш. Это было имя его объекта. Телохранитель насторожился, хотя и не чувствовал от симпатичной блондиночки никакой опасности. Хотя бы потому, что в сторону соседнего столика начали оборачиваться посетители кафе. Узнать в странном подростке с закрытыми черными стеклами глазами императора оказалось не слишком сложно.
  Мужчина даже решился потревожить Его Величество, посоветовав как можно скорее покинуть ресторан, но тот не соизволил даже ответить. Что же, к такому повороту охранник был вполне готов.
  Тем более, что император нашел не менее действенный выход из положения. Всего пара слов, и люди тут же признали свою ошибку, а девушка, которую темноволосый подросток почему-то назвал президентом, переместилась за его столик.
  Подчиненный Джереми Говальда и не думал прислушаться к разговору. Излишнее любопытство в его деле не может довести до добра. Ну а когда парочка, выйдя из кафе, направилась к жилому дому, даже усмехнулся про себя, по давней привычке оставаясь абсолютно спокойным внешне. Конечно, император зашел в гости к этой блондиночке вовсе не на чай, но никому другому дела до этого быть не должно. По крайней мере, телохранитель собирался в ту же минуту "забыть" об увиденном. Личные дела Его Величества обсуждению не подлежали.
  
  Кровавая игра
  
  Вот только вышел из дома девушки император подозрительно быстро. Поругались? Впрочем - в который раз уже напомнил себе мужчина - никого кроме самого императора это не касалось. Единственной неприятностью стало какое-то странное настроение охраняемого объекта. Вот вроде бы и лицо почти такое же как всегда, холодное, безразличное. Но иногда мелькнет на нем тень улыбки. Или задумчиво нахмурятся темные брови.
  Когда никем не узнанный подросток зашел в метро, телохранитель едва не выругался про себя. Он прекрасно видел замешательство императора перед турникетом, и понял, что великий завоеватель решил попросту перепрыгнуть мешающее препятствие. А значит нужно было спешить.
  Подчиненный Джереми Готвальда, опережая свой объект, быстрым шагом направился к турникетам, приложил магнитную карточку и побежал вниз по эскалатору. Если бы он просчитался, начальник наверняка уволил бы нерадивого подчиненного, не способного уследить за одним лишь человеком, тем более никогда не занимавшимся спортом. Но охранник не просчитался. Хрупкий подросток в темных очках и впрямь забежал в закрывающиеся двери поезда. Встав на проходе, он кинул взгляд на своего наблюдателя, а потом о чем-то серьезно задумался. Именно поэтому на следующей остановке и не подумал отойти от дверей.
  Какой-то пассажир, торопящийся на выход, попытался слегка отодвинуть императора, но тот, не готовый к резкому толчку, покачнулся и чуть не потерял равновесие. Если бы он Лелуш ви Британия начал падать, телохранитель, конечно же, успел бы его подхватить, но вот слетевшие от движения темные очки охранник не предусмотрел.
  На всякий случай он, естественно, взял с собой запасные и слегка тронул за плечо уставившегося на осколки разбившихся стекол правителя. Но тот даже не обратил на это внимания. Только стоял и смотрел. Это продолжалось долго, минуты две, до следующей остановки. Это оказалась пересадочная станция, и люди, конечно же, злились на застывшего перед выходом подростка.
  Если бы инструкция не предписывала сохранять инкогнито до прямого приказа императора, мужчина уже давно закричал бы людям покинуть вагон, не касаясь этого хрупкого темноволосого паренька. Но права он на такое не имел.
  А потом император поднял голову. Под взглядом сияющих алым светом фиолетовых глаз люди отступали все дальше, образовывая большое свободное пространство. Двери поезда закрылись, отсекая последний путь к отступлению. Телохранитель попытался успокоить охраняемый объект, но не смог приблизиться и на метр. Перед ним будто встала невидимая стена. Он защелкал кнопками на мобильном телефоне, вызывая подкрепление, но было уже поздно.
  Злость вдруг исчезла из глаз кровавого императора, сменяясь равнодушным любопытством. Он не сказал ни слова, лишь посмотрел, но лицо стоящего ближе всего человека исказилось в гримасе боли и страха. Шея громко хрустнула в наступившей тишине, а из искривленных губ вырвался крик.
  Темноволосый подросток улыбнулся. Радостно, наивно и как-то очень по-детски. Вагон наполнился испуганными криками и голосами.
  
  - Молчать.
  
  Тихий, вкрадчивый шепот. И новая улыбка. Падающее тело еще одного человека было остановлено телами вжавшихся друг в друга людей, очень хотевших оказаться подальше от полубезумного взгляда кровавого императора.
  
  Иллюзия смерти
  
  Единственным, что не мог понять охранник Лелуша, был его гиас. Телохранитель все так же не чувствовал опасности ни для себя, ни для своего объекта.
  Последний пассажир в вагоне мертвым упал на тела убитых ранее, и лишь сам мужчина оставался живым и невредимым. Он уже приготовился к нестерпимой боли, даже не пытаясь остановить разозленного императора, но почему-то продолжения не последовало. Улыбка на губах темноволосого подростка померкла, а сам он отступил к дверям, равнодушно уставившись на страшную картину.
  Через минуту поезд подъехал к станции. На перроне виднелась одинокая человеческая фигура. Этого человека охранник узнал с первого взгляда. Не мог не узнать. Заведующий личной безопасностью Его Величества Лелуша Британского. И начальник невезучего телохранителя.
  Впрочем - с облегчением подумал мужчина - невезучим он себя назвать не мог. Тем, кто еще несколько минут назад были самими обычными, ни в чем не повинными людьми, повезло намного меньше. Но почему же молчало чувство опасности? Неужели император убил всех этих гражданских осознанно, даже не думая тронуть того, кто может принести пользу?
  И слухи о кровавом императоре оказались реальностью? Но, даже если и так, охраннику было все равно. Он должен был только делать свою работу. Кроме того, несмотря ни на что, правителем император Лелуш оставался очень хорошим. Эта расправа, конечно же, ужаснула подчиненного Джереми Готвальда, как ужаснула бы и любого другого человека, но все же...
  Он был сторонником теории о том, что некоторые люди могут позволить себе многое. Этот странный темноволосый подросток был одним из таких. Наверное, если бы это стало необходимым, мужчина и сам отдал бы свою жизнь за кровавого императора. Не затем ли он служит в охране Его Величества?
  
  Лелуш равнодушно смотрел на сжавшихся в смертельном ужасе людей. За прозрачными дверями уже показалась станция, а на перроне стоял один из самых верных сторонников императора. Наверное, стоило бы стереть память попавшимся под руку в неподходящий момент подданным, но сил на это у подростка уже не оставалось.
  Несмотря на то, что гипноз в этот раз оказался непроизвольным и неконтролируемым, энергии он забрал ничуть не меньше обычного.
  Вообще-то Лелуш был недоволен. Потерянный контроль над своим поведением не добавлял хорошего настроения, а то, что его истерику, пусть и выраженную спонтанным действием гиаса, видели, раздражало еще сильнее. Точнее раздражало бы, если бы на злость оставались силы.
  Но их не было. Именно поэтому Лелуш был просто недоволен. Единственный день отдыха за последний месяц превратился в... Император даже не смог найти слова, чтобы описать этот беспредел. А во всем виновата его любимая девушка. И зачем она только решила так поступить?
  Впрочем, неважно. Теперь Лелуш уже не будет просто мстить. Это слишком глупо. Только серьезный разговор сможет помочь им понять друг друга.
  Если же зеленоволосая ведьма не захочет признать свою ошибку... что же, тогда ошибкой, скорее всего, оказались их отношения.
  
  Одиночество и финансы
  
  Дверь маленькой комнаты бесшумно закрылась за зеленоволосой девушкой в странном белом костюме, перетянутом черными ремнями.
  Сидящий в кресле хрупкий подросток зло выдохнул, пытаясь успокоится. К его огромному сожалению, разговор, на который император так надеялся, так ни к чему и не привел. Упертая ведьма просто напросто пропускала мимо ушей его неоспоримые доводы и веские аргументы. Его подруга не хотела ничего слушать, и на этом кончалась вселенная.
  Иногда умная дальновидная женщина, прожившая не одну сотню лет, вдруг превращалась в капризную маленькую девочку, не желающую осознавать простейшие вещи. Впрочем, иногда это даже придавало ведьме какого-то особенного обаяния. Но не в этот раз.
  Потому что сегодня Лелуш был очень и очень зол. Даже усталость и бессилие вовсе не умаляли его злости. Напротив. Потому что причиной этой усталости была не кто иная как его золотоглазая девушка. Но и это не оказалось главным.
  Нет. Император всего лишь заглянул в отчет министра финансов. В этом мире ничто не могло работать так, как это необходимо, без жесткого контроля. Коррупция стала вечной проблемой Лелуша. Конечно, за взятки сажали в тюрьму и даже казнили, но это не давало требуемого эффекта. Чтобы контролировать каждую область, нужно было стать живой машиной, не отвлекаясь ни на отдых, ни даже на еду и сон. Этого великий завоеватель не мог.
  Раньше он даже и не подозревал, какое количество финансовых операций совершается под надзором государства и даже им самим. Система налогообложения, пусть и выученная за последний месяц буквально до последнего слова, все так же оставалась запутанной и наполненной мелкими зацепками и прорехами, которые небезуспешно выискивали нечестные налогоплательщики.
  Император не мог разбираться во всем самостоятельно. От количества цифр уже чуть не плавились мозги, однако переложить на кого-то ответственность за эти счета он просто не мог. И ведь дело даже не в недоверии. К счастью, у Лелуша была прекрасная сила, позволяющая не сомневаться в честности некоторых подданных. Зато в компетентности... Проверять чужую работу приходилось самостоятельно.
  Потерянный день сказался на общей ситуации очень печально. Причиной же испорченного настроения и экономических проблем целого мира являлась всего лишь одна девушка. Пусть красивая, пусть бессмертная ведьма, прожившая не одно столетие, но какое право она имела решать?
  Если бы подруга всего лишь предупредила заранее, последствия глупого поступка оказались бы гораздо менее неприятными. И Лелуш злился. Мало того, что любимая девушка и не подумала спросить его мнения, так она еще и влезла в его работу.
  Такого император простить не мог. Может быть, он злился бы меньше, если бы ведьма просто признала свою вину. Но эта девчонка...
  Она повела себя просто недопустимо. Больше того - еще и воспользовалась помощью старшего брата Лелуша. Опять. И как только смогла уговорить?
  Темноволосый подросток устало вздохнул и прилег на кровать. Эту ночь ему придется провести в одиночестве, наслаждаясь обществом счетов и прочих важных бумажек.
  Что же, такова судьба императора. А сила короля приносит одиночество. Девушка же... она не так глупа, как иногда желает казаться. Лелуш был абсолютно уверен, что своим поведением ведьма всего лишь желает отомстить ему за несостоявшуюся измену.
  
  Мир закона подлости
  
  Этим утром Лелуш проснулся в одиночестве. Недовольно поморщился, когда солнечный свет достиг его глаз, и нахмурился, вспомнив вчерашнюю ссору. Конечно, он тоже был виноват, пусть и только в том, что не сдержался, начав критиковать свою подругу, но ведь это совсем не повод уходить.
  Впрочем, были и свои плюсы. Император никогда не стал бы императором, если бы не умел находить их в абсолютно любой, даже самой неприятной ситуации. Кто-то мог бы назвать это оптимизмом, но Лелуш давал этому своему качеству совершенно другое определение. Он просто знал, как извлечь выгоду из любого события. Император никогда не надеялся на лучшее. Он сам, своими силами это лучшее создавал. Сложные расчеты и никакого пустого везения.
  Может быть, лишь один раз в жизни ему очень повезло. Однако судьба решила возместить щедрый подарок огромным количеством самых различных неудач. Которые все же так и не смогли сломать этого хрупкого темноволосого подростка.
  Да, мир подчинялся закону подлости. И Лелушу.
  По этому самому закону подлости белое императорское одеяние оказалось безнадежно испорченным. Кто-то, и Лелуш даже знал кто именно, вылил на шикарные одежды целую бутылочку превосходных красных чернил. Со стороны они смотрелись почти как кровь, и зрелище было бы даже красивым, если бы не в этой белой тряпке Лелуш должен был сейчас решать важные государственные дела.
  Помянув недобрым словом свою зеленоволосую подругу, подросток недолго думая надел вчерашний костюм простого горожанина. Неприлично, но разве императору было дело до каких-то глупых приличий? Его ждали министры, просители, Шнайзель с его идеями по интересному устранению мятежников, сестра и, конечно же, бесчисленное множество различных бумаг.
  Кроме того, Лелушу нравилось чувствовать себя обычным человеком. Старая потрепанная курточка, свидетель еще его бытности простым школьником, черные брюки, кем-то искусно подделанные под те, что он носил раньше. Наверное, император бы не заметил подмены, но ему ли было не помнить вшитой во внутренний карман монетки на счастье. Теперь ее, конечно же, не было.
  Лелуш улыбнулся. Он никогда не придавал большого значения одежде. Повторенный гардероб прошлого мало заботил этого подростка, в отличие от коррупции и все еще проявляющихся следов национализма. Если второе со временем просто пройдет, хотя и поддерживалось на протяжение долгих лет, то первое... вечная проблема человечества.
  В желаемый мир коррупция вовсе не вписывалась, но борьба с ней оказалась слишком трудна даже для Лелуша. Возможно, Джереми Готвальд мог бы справиться, но его не интересовало ничто, кроме безопасности своего императора и новых видов ночных кошмаров. Хотя была еще смешная девочка с розовыми волосами. Но об этом заведующий личной безопасностью Лелуша не рассказывал никому. Даже и самой девушке. Личная жизнь могла плохо сказаться на работе, а уж отношения с одной из бывших мятежников и вовсе не приветствовались. Причем только самим Джереми Готвальдом.
  Лелуш никогда не запрещал своим подданным такие вещи. Напротив, он прекрасно понимал необходимость семей и близких людей. Без этого даже самый нелюдимый человек чувствует себя одиноким и потерянным. Такого для своих сторонников император не желал.
  Тем более, что и сам...Вспомнив зеленоволосую ведьму, Лелуш зло сощурился. Вернется. В этом император почти не сомневался.
  Но оказался неправ.
  
  Письмо из ниоткуда
  
  Она не вернулась ни на следующий день, ни через неделю.
  Император, оставшийся без поддержки близкого человека, в одиночку боролся с проблемами целого мира. Поступок любимой девушки разозлил бы его, но сил на злость просто не оставалось. Любое свободное время Лелуш тратил на сон. И все же, он считал, что ведьма была неправа. Она вполне могла понять ситуацию, да и излишние эмоции, обоснованные только переутомлением.
  Но девушка предпочла зациклиться на собственных глупых обидах, даже не пытаясь понять причин поведения своего любимого. Император считал это странным, ведь зеленоволосая ведьма была умна, но все же не пытался выяснить что-либо самостоятельно. Да и зачем?
  Поисками его бессмертной подруги занялась большая часть огромной британской армии. Приказ этот Лелуш отдал с неохотой. Уязвленное уходом девушки самолюбие не давало покоя гордому подростку. До последнего момента он надеялся на то, что его личная ведьма вернется сама, осознав всю глупость своего поступка. Но только она не возвращалась. И тогда император взбесился.
  Все войска были мобилизованы в кратчайшее время. По улицам городов всего мира бродили солдаты. Не осталось ни одного дома, куда не заглянули бы вооруженные люди в темно-серой форме. Однако, все попытки оказались тщетны. Зеленоволосая подруга Лелуша будто бы провалилась сквозь землю.
  Впрочем, во всем были положительные моменты. Императорская армия, занятая поисками ведьмы, все же поймала остаток мятежников, за исключением разве что одной единственной девушки. Предводительница пойманной группировки рыцарей свободы также не была найдена. Впрочем, Виолетта совсем не волновала императора.
  Только его старший брат, светловолосый принц Шнайзель все еще пытался разгадать тайну исчезновения последней мятежницы. Последней из известных, конечно. Кому как не заведующему безопасностью империи было знать, что всегда найдется несколько фанатиков, готовых положить свою жизнь на алтарь революции. Революции, которая никогда не состоится. Уж в этом Шнайзель был абсолютно уверен.
  
  В тот день Лелуш снова проснулся в плохом настроении. И неудивительно. Почему-то кажущаяся ужасно удобной кровать никак не хотела выпускать императора из своих объятий. Под глазами подростка явственно виднелись темные тени, а мозг отказывался работать так, как это было необходимо. Кроме того, вся армия Британии так и не смогла найти всего лишь одну маленькую девушку. Факт этот Лелуша чрезвычайно раздражал.
  Были у императора и другие причины злиться. На письменном столе опять лежала огромная стопка бумаг. И, конечно же, все они требовали немедленного прочтения. Отчет министра финансов по ситуации в двенадцатом и шестом секторах, договор о поставке цветных металлов на государственный завод по переработке в восьмом секторе, данные социологического опроса, результат новой переписи населения, отчет министра образования, совершавшего проверку новой системы обучения школьников...
  И письмо. Среди вороха различных бумаг Лелуш едва не пропустил неприметный белый конвертик без всякой надписи. Вскрыв его, император даже удивленно расширил глаза. На чистом листе черными чернилами знакомая девичья рука написала всего несколько слов.
  Гетто Синдзюку, 18-13.
  Немногие поняли бы смысл написанного на белоснежном листе. Лелуш понял. Не мог не понять.
  
  Последняя встреча
  
  Лелуш знал, что означала присланная любимой девушкой записка. Странное место встречи встревожило императора, однако ожидать предательства от своей зеленоглазой подруги он просто не мог. Наверняка опять какие-нибудь романтические глупости их тех, что так любят все книжные герои и, конечно же, молоденькие девушки.
  Молоденькой бессмертная ведьма вовсе не была, но обладала душой вечного ребенка. Игривого, любящего, иногда жестокого, но неизменно прекрасного. За одну ее улыбку Лелуш, пожалуй, готов был даже отправиться в засаду.
  На место их первой встречи император отправился в одиночку. Вся охрана, приставленная предусмотрительным Джереми Готвальдом, осталась охранять вход в один из заброшенных домов гетто Синдзюку, попав под действие силы короля. Наверное, можно было бы обойтись и без этого, придумав сложный план, но с некоторых пор Лелуш научился тратить собственное время и силы рационально.
  Самый простой план нередко оказывается и наиболее эффективным. После многочисленных военных кампаний император знал это как никто другой.
  В тишине заброшенного здания четкие и размеренные шаги Лелуша казались чем-то чуждым и странным. Воображение любого другого человека уже подбрасывало бы страшные картинки выползающих из темноты чудовищ, но этот темноволосый подросток давно уже не боялся таких вещей. Вместо этого император прокручивал в голове расходящиеся данные прогноза и текущего бюджета одного из государственных предприятий и зачем-то считал шаги.
  Сто восемьдесят пять, сто восемьдесят шесть, сто восемьдесят семь... И вот уже показалась дверь, за которой назначена встреча. Место, где мальчик Лелуш обрел силу короля. Место, где он впервые убил.
  Скрип открывающейся двери. Просторная темная комната и подземный ход, где прятался школьник Лелуш от солдат британской армии. И белое пятно на фоне серых стен. Тонкая девичья фигурка в белых одеждах, перетянутых черными ремешками, длинные зеленые волосы, обрамляющие бледное лицо с огромными золотыми омутами глаз.
  
  - Ты все-таки пришел...
  Беззвучный шепот зеленоволосой ведьмы не был услышан, но она и не надеялась на это. Только смотрела на тонкую фигурку в строгом черном костюме. Так выглядел он в первую их встречу. Только аметистовые глаза еще не горели ярко-алыми огнями в темном помещении.
  Девушка вздохнула и в последний раз с ног до головы оглядела темноволосого подростка, будто бы пытаясь запомнить его навсегда. Впрочем, отчасти так оно и было. Мысли бессмертной ведьмы путались, а сердце билось в ненормально быстром рваном ритме, но на лице не отразилось ни тени эмоций. Ни к чему это было сейчас.
  Только бы все получилось. Эта, одна единственная мысль перепуганной птицей билась в голове избранницы императора. Только бы не случилось ошибки. Только бы они успели.
  Она молча шагнула навстречу своему любимому, чувствуя на себе взгляды сразу нескольких человек. Тех, на кого девушка так надеялась. Тех, кому в этот миг доверила собственную жизнь. Тех, кто волновался ничуть не меньше ее.
  На губах появилась давно спланированная очаровательная улыбка. Засмеялись, казалось бы, даже золотистые глаза. Ведьма плавно взмахнула рукой, приветствуя своего избранника и императора.
  И сразу несколько автоматных очередей оставили на белых и черных одеждах кровавые пятна. Два тела медленно опустились на пол.
  
  - Живи. - Едва слышно прошептала зеленоволосая девушка, из последних сил поднимая ставшую вдруг невероятно тяжелой руку бледного темноволосого подростка и прикладывая ее к загоревшейся на лбу птичке гиаса. - Ты... нужен... тут... Живи.
  
  Император
  
  Черная школьная форма, пропитанная кровью. Бледное лицо, застывшее равнодушной маской. Пустые аметистовые глаза без всякого следа огоньков гиаса. С кончиков тонких, аристократичных пальцев падают на пол и разбиваются об него темно-алые капли.
  Наверное, никогда еще император не был настолько красив. И настолько страшен. Неестественно прямая спина, четкие, размеренные шаги. Тишина. Ни слова не было сказано им.
  На грязном полу - изломанная фигурка в бело-красных одеждах. Зеленые волосы разметались в нелепом беспорядке, а некогда красивое лицо искажено гримасой страха и боли.
  Страх и на лицах телохранителей императора. Страх на лицах стрелявших террористов, что даже не подумали оказать сопротивление. И лишь на лице их предводительницы только горе и отчаянье.
  Четкие, размеренные шаги, нарушающие тишину в полуразрушенном здании. Застывшее равнодушной маской бледное лицо. Засохшая кровь на тонких губах. Сто восемьдесят пять. Сто восемьдесят шесть.
  Яркий солнечный свет. Чистое голубое небо и ласковый теплый ветерок, растрепавший темные волосы подростка в черной школьной форме. Брошенная кем-то баночка из под лимонада валяется среди каменных обломков. Выцветший на солнце светло-серый плюшевый зайчонок возле старого венка с чьей-то фотографией.
  Четкие, размеренные шаги. Вертолет, столица, дворец. Маленькая комната. Пустая упаковка от пиццы. Небрежно брошенная на стуле одежда.
  Застывшее равнодушной маской бледное лицо. Пустые аметистовые глаза. Стопка бумаг на письменном столе. Цифры, счета, прошения, отчеты, донесения...
  Пропитанная кровью строгая школьная форма. Засохшие темно-бордовые брызги на бледных губах.
  
  Его больше нет
  
  - А.. а как там Лелуш? - Впервые за вечер затронула находящуюся под негласным запретом тему красивая девушка с розовато-бордовыми волосами.
  Услышав звуки этого имени, многие из присутствующих нахмурились, а на некоторых лицах даже отразилась тень застарелой ненависти. На несколько долгих минут в комнате воцарилось молчание, но потом спокойная женщина, по старой привычке не выпускающая из рук электронный блокнотик-напоминалку, задумчиво покачала головой, обдумывая ответ.
  - Он? - Каким-то непонятным тоном то ли переспросила, то ли просто произнесла она. - Он Император.
  - И все? - Молодой мужчина с упрямо торчащими вверх волосами и белой повязкой на лбу недовольно искривил рот. - А то мы не знали.
  Его уже было начавшуюся возмущенную речь оборвал строгий взгляд нестарого еще японца, нежно обнимающего за талию смуглую женщину с светло-синими волосами, собранными в необычный высокий хвост. Тем временем жена заведующего личной безопасностью Его Императорского Величества продолжала.
  - В нем что-то сломалось тогда. - Она задумчиво кивнула каким-то своим мыслям, а тонкие пальцы машинально пробежали по кнопкам запоминающего устройства, извлекая негромкие пиликающие звуки. - Но он Император.
  - Но... - Нерешительно нарушила вновь восстановившуюся тишину все та же девушка с розовато-бордовыми волосами. - А как он сам?
  - Его больше нет. - Последовал спокойный ответ. - Есть Император. Но Лелуша нет.
  На маленьком экране появилась цветная фотография, и многие придвинулись, разглядывая изображенного на ней бледного темноволосого подростка с приросшей к лицу безразличной маской. Взгляд ничего не выражающих аметистовых глаз изучал какую-то бумагу. Приглядевшись, в ней можно было узнать недавно вышедший указ об упрощенном налогообложении в сферах продукции с неэластичным спросом.
  - Ну а Наннали? - Прервала неловкую паузу высокая по-девичьи стройная женщина с длинными ярко-фиолетовыми волосами. - Как она?
  - Замуж выходит. - Впервые за вечер улыбнулась обладательница фотографии Лелуша. И задумчиво уточнила. - Через неделю. Беседа бывших мятежников возобновилась и снова стала непринужденной, а наблюдавший за ними хрупкий темноволосый подросток едва слышно вздохнул. Аня была права. Его больше нет.
Оценка: 6.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) О.Иконникова "Принцесса на одну ночь"(Любовное фэнтези) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) И.Головань "Десять тысяч стилей"(Уся (Wuxia)) В.Свободина "Демонический отбор"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Л.Огненная "Академия Шепота 2"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"