Целнаков Валерий Леонидович: другие произведения.

Гордость И Убеждения

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Повесть о школьном учителе в провинции. Тот вариант, когда человек на работе круглые сутки. И это нормальный мужчина, на которого засматриваются и который на такие фишки отвечает. Если есть прокол,он признаётся в ошибке и исправляет, не делая из этого драмы. Исправляет и всё. И мы видим истинные причины и предпосылки ученической любви к нему.

   ГОРДОСТЬ И УБЕЖДЕНИЯ
  
  ПЕРСОНАЖИ:
  
  1 Владимир Алексеевич Антипин, историк, работает в школе, 32 года, был женат, семья уехала в центр, из-за небольших доходов мужа и по инициативе жены,
  2 Елена Николаевна Синицына, географ, 30 лет, замужем, муж математик в той же школе, её дочь Ниночка, 8 лет, учится в другой школе; можно назвать интеллектуальным лидером своего цеха, отношения с Антипиным сложные, она мягче и не так креативна, как Антипин, есть и тайная влюблённость в мужчину сильнее себя, поэтому любых женщин старше семи лет в его окружении отстреливает, кое-что от женской ревности мешает примкнуть к Антипину, она понимает свою слабость, но преодолеть - это выше неё. То есть - она его открытый противник!
  3 Виталий Александрович Синицын, математик, 35 лет, муж Елены Николаевны, обычный почасовик, обычный математик, тайную симпатию жены к Антипину чует и от того подспудно ненавидит его
  4 Илья Никитич Фрумкин, директор школы, 50 лет, протеже начальства, с амбициями, но без хозяина в голове, решения принимает поверхностные, Антипин для него предмет интереса, как администратора, но не более. Почвы для конфликта с ним не видит
  5 Инесса Юрьевна Долгополова, завуч по внекласной работе, 40 лет, массовик-затейник, со всеми дружна и миролюбива
  6 Фаина Иосифовна Заправина, завуч по старшим классам, 46 лет, утонула в текучке и оттуда ни на шаг, простой администратор при учителях - типа: с меня требуют верхи, а я с вас!
  7 Фёдор, врач, около 40 лет, компаньон Антипина по отпускной рыбалке
  8 Ниночка, жена Фёдора, около 36-38 лет, музыкант, вся из себя тонкая и чуточку излишне капризная, но не от вредности, а от доминанты утончённости, с Антипиным хорошо дружна и почти влюблена, а мужу это по барабану и она вне себя от этого
  6 Ольга Иннокентьевна Бестяшнева, филолог в старших классах, 54 года, из старой гвардии, работает молча и особо не конфликтует, внутренне с Антипиным солидарна и по большому счёту поддерживает во всех начинаниях и проявлениях
  7 Тамара Петровна Прудникова, "англичанка", 39 лет, дама с выражением себя в причёске и одежде, профессиональна, но бесплатно не перегнётся, для неё Антипин хорош по-мужски и тянет к нему её интеллектуальная компонента, но честолюбивая ведёт в другую сторону - к деньгам! И она доминирует
  8 Анна Михайловна Девятова, ботаника-зоология-анатомия, 49 лет, обычный предметник, без халтуры, но и без керосина
  9 Иван Демидович Крестов, физрук, 38 лет, из комиссованных офицеров, инициативен и силён, как личность, у него на физкультуру ходят все, в том числе и со справками, на уроках и тренировках - дисциплина и порядок, действует словом и делом, в том числе и проказника за шиворот в тот же миг, его уважают и крутые тоже - мужик! С Антипиным он солидарен по-мужски
  10 Вера, подруга Ивана Крестова, 34 года, живёт в гражданском браке с ним, дружит с Антипиным по-мужски
  11 Светлана Прокофьевна Гончаренко, физик, 24 года, молодой специалист, кадр из собственных учеников, старательна, но ещё слаба, ориентируется на руководство школы и будет лояльна за поддержку
  12 Алла Демидовна Аристархова, химия, 56 лет, одна их старейшин в школе, сильный предметник, больше её ничто не волнует
  13 Иветта Брониславовна Парейкис, - школьный врач, ведёт психологию учебного процесса для преподавателей, а так же приём для родителей трудных детей, 38 лет, протеже местного начальства, профессиональна и амбициозна, в Антипине видит конкурента, по большому счёту он её соперник, поскольку имеет собственное мировоззрение из рода классического, а её мирок - суета в сравнениии с ним
  14 Альбина Тихоновна Сафронова, музыка и пение, 32 года, музыкант по образованию, приватно ведёт фортепиано, в школе по воле обстоятельств, уроки у неё интересны, но двоек неслухам не ставит принципиально - лишь бы ходили и не мешали другим, как женщина Антипина уважает, но втайне от других и вслух всегда ему перечит, война с администрацией ей ни к чему
  15 Надежда Афанасьевна Веригина, история культуры, драмкружки и театр, 62 года, своего рода очажок культуры, но лишь с теми, кто сам этим интересуется, типичный провинциальный уровень
  16 Волховитин - чиновник в управлении образования, около 45-48 лет
  17 Никитина Евгения Алексеевна, мама Нади, 37 лет, экономист, разведена
  18 Надя Никитина, 14 лет, 8 "Б" класс, девочка с проблемами воспитания, замкнутая, внешне непритязательная, средняя и от этого страдает.
  19 Вика Симагина, 14 лет, 8 "Б" класс, средняя девочка по развитию, но внешне звезда класса и школы, родители из служащих
  20 Петька Дмитриев, 14 лет, 8 "б" класс, хорошист, парень без комплексов, но и без особых тонкостей
  21 Маша Гальперина, 15 лет, 8 "Б", отличница,
  22 Тома Файнберг, 14 лет, 8"Б", из обеспеченной семьи, хорошистка
  23 Алла Фёдорова, 14 лет, 8 "Б", середнячка,
  24 Нина Капустина, 15 лет, 8 "Б", из подвала по успеваемости, внешне приятная, но без претензий, знает, где её место в будущем.
  25 Ваня Капустин, 15 лет, 8 "Б", брат-близнец Нины, учится средне, но имеет потенциал роста
  26 Женька Трапезников, сорви-голова, едва натягивают тройки, трудная семья, так что он точная её копия, хорошего в нём почти нет
  27 Дима Хохлов, середняк, флюгер, без хозяина в голове
  
   ОТКРЫТЫЙ УРОК В 8-ОМ "Б"
  
  Владимир Алексеевич Антипин, задержался в кабинете, готовясь к завтрашнему дню, в 8 "Б" должен быть открытый урок истории. Подобрал материалы, проверил проектор, жалюзи на окнах, после этого подогнал то, что хлюпало, скрипело или ненормально работало: на обычном уроке - это потеря темпа, на открытом и вообще катастрофа. За десять лет в школе он выработал собственный почерк и методику. Учебной программы он лишь придерживался, ориентируясь в основном на требования высшей школы. В остальном же следовал тому курсу, который считал в известной мере объективным и говорящим молодому поколению о прошлом страны и прочих культурных окрестностей.
  В дверь постучали, он определил пароль, знакомый учителям, нажал кнопку, замок щёлкнул и дверь открылась. В зеркале на стене он увидел вошедшую, она зафиксировала его внимание на себе и с неотъемлемым атрибутом учителя - журналом прошла в служебную комнату, куда вход только избранным. Хозяин самодельных чертогов мировой истории улыбнулся вошедшей отнюдь не формально и встретил её первым, как и положено мужчине с женщиной:
  - Фаина Иосифовна, день закончился¸ а мы только встретились!
  - Это по нашему гороскопу к добру или к дождю?
  - Думаю, теперь уже всё равно: вы здесь, в руках журнал, в глазах живая мысль, а на лице служебное рвение, они вас красят необыкновенно! - ответил он и в дополнение ко всему поклонился гостье. И та оценила его жест иронией:
  - Правда? - А если это обычная мужская разводиловка, чтобы сбить несчастную женщину с толку? - Что тогда? - Вон их сколько рыдает обиженных и обманутых!
  - Взгляните на себя в зеркало и станет ясно, почему я с вами так и сразу.
  Она обернулась и увидела себя полный рост: женщина с журналом в руках выглядела строго и взволнованно одновременно, что, впрочем, женщинам в школе весьма и весьма присуще. Но здесь и сейчас было и особое нечто, чего она ждала и испытывала только в этом кабинете.
  - Да, вы правы, - качнулась она в согласие с развесистым комплиментом, - к тому же все ушли и я мыслями уже не совсем завуч.
  - Я банален, - продолжал улыбаться мужчина, - но к такому тянет тут же, увидев женское совершенство, - на том же высоком штиле вёл речь мужчина, - без дела и в такую пору вы придти не могли.
  - Спасибо на добром слове, у меня и правда дело. Владимир Алексеевич, - сказала женщина слегка за сорок, одетая по-учительски строго и академично, - только что звонили из управления образования, к вам на открытый урок будут гости оттуда. У вас репутация и наши боссы гордятся, будто сами вас и породили! Потому и шлют наблюдателей из облоно и института усовершенствования учителей. Там затевают что-то к переменам в области и решили подсуетиться, разведав обстановку в школах. От института пять-семь человек, один кандидат наук и остальные в ранге завотделов, сколько придёт к вам, не знаю. Ну и вся методическая каналья из отделов города и области! - Ух, сколько их там!
  - Ветхая эпоха на уроке и такие же гости на "камчатке". - Ничего, Фаина Иосифовна, переживём! И, чтоб им было о чём поговорить, спрашивать буду середняков и двоечников, они не подведут и всё от самой души и сердца, - улыбнулся учитель и завуч повеселела, обычно учителя проверяющих не терпели и отмахивались с использованием самых разных аргументов, с Антипиным таких проблем не было с первого дня в школе.
  - А что у вас там? - поинтересовалась она, поддавшись его настрою. С ним трудно быть иной.
  - Иван Грозный и Малюта Скуратов, - улыбнулся учитель.
  - Доклады будут?
  - Нет, никто за эту тему не взялся, вот если бы про Екатерину Вторую, тогда бы охотники нашлись, а так - извините! Завуч осмотрелась в рабочем кабинете историка и в который раз нашла его вполне ухоженным и более того - похожим на хозяина, ко всему прочему он систематически кварцевал помещение и тут никогда не было обычных для школы ароматов. Чтобы оживить атмосферу грозового озона, он добавлял натуральных экстрактов и по обстоятельствам тут была либо горная тайга, либо тропическая сельва, либо арктическая тундра, либо африканская саванна. Сейчас было как раз то время, когда озон так и шипел изо всех углов, искрясь в самых удалённых точках и на призах разного рода конкурсов по прикладной истории, а надо всем витал дух мягкой крымской хвои.
  В такой атмосфере себя очень уютно чувствовали и портреты исторических лиц, и схемы городов и государств, и фотографии известных царских рескриптов и прочие свидетельства истории. Но большая часть всего этого багажа из справок и карт с атласами и таблиц с правителями и датами хранилась в электронном виде и подавалась на экран с учительского пульта. С эпохи доантичного Шумера до современных булл и речей в Фултоне и прочих трибунах. Фаина Иосифовна приходила сюда подышать свежим воздухом и почерпнуть вечности, чтобы всегда быть молодой. Так делали все, близкие учителю. Кроме избранных изредка заходила уборщица и вытирала всё под надзором учителя. Ученики сюда не входили и школьная жизнь за порогом кабинета обрывалась. Чтобы особо не утруждаться охраной дорогущего и сложнейшего электронно-технического имущества, учитель устроил дистанционный замок на двери и открывал её, не сходя с места. Так же и закрывал, из-за учительского стола в рабочем кабинете входная дверь класса была хорошо видна. Тому способствовало и большое зеркало, висевшее в нужном месте. Ещё одна камера общего обзора висела над учительским столом и он мог видеть из препараторской любые фокусы школьников в режиме реального времени с небольшой памятью на 5-7 минут, если он ненадолго отвернётся.
  - Значит, пятёрок за доклады и четвёрок за критику не будет, а только серьмяжное знание темы. И это минимум, у семи-восьми человек, - продолжила гостья, как бы ведя к итогу завтрашнего дня.
  - Вы правы, никаких пятёрок про альковные дела царицы, зато рутинное и кондовое знание с тройками и единицами. И не менее седмицы опрошенных кроме тех, кому неуд, - подтвердил Антипин и устроился на привычном месте у стола.
  - Неужели эта стерва по-настоящему интересна и нашим ученичкам? - пожала плечами женщина и села напротив в единственное кресло этого кабинета, его Антипин сам отремонтировал, переделав из домашнего, в интерьер современной комнаты оно не вписывалось. Из домов и квартир среди тумбочек, раскладных стульев и шкафов тут было многое, несли приятели и знакомые, знающих проблемы школы хорошо. Кресло было капитально переделано, теперь оно вертелось и меняло наклон спинки, женщина чуточку в нём освоилась и, почуяв слияние с ним по настрою, свою мысль продолжила: - Они же теперь ничего не читают!
  - Зато по ящику идёт всё и там чего только нет. Иногда они несут такую чушь, спросишь - откуда, а в ответ - видели по ящику!
  - Именно по ящику! Не находите, что это про ящик Пандоры?
  - На то очень похоже. Оттуда такое порой вылетает, что и в кошмаре не приснится! Раскручена - это про Катеньку самое точное! - продолжил её мысль мужчина. - Один умник что-то услышал и по секрету довёл до ближних, а те ахнули и потребовали подробностей. Поскольку умник всё это уловил краем уха и мало что понял, то и подробности от души и на всю катушку фантазии. А тут и возрастной интерес созрел. Грозный в этом деле Катерине не соперник.
  - Я как-то в поисковике кликнула эту даму и там вышел список на 20 листов, а про Ваньку - штук пять работ и те советских авторов!
  - История - это не обычная наука, а шибко придворная дамочка и каждое следующее царство всё и вся переписывает под себя. - Поэтому такой бардак!
  - А что про наших правителей скажут через триста лет?
  - Вряд ли их имена сохранятся в будущих хрониках, слишком мелки. Что мы знаем про Смутное время? - Сейчас похожий период. Три-четыре имени и всё, а приводные ремни и влиятельное закулисье только в Оооочень серьёзных работах и все они с грифами доступности и использования. Сейчас, примерно, та же неудачная неделя, что и у вас с этими проверками.
  - Сами проверки - это как бы тест на вшивость и сразу нам ничего не скажут определённо, - сказала гостья, - главное придёт потом, когда кто-то там наверху с кем-то согласует суть и напишет бумагу и в ней всё с ног на голову!
  - Вам ли опасаться резолюций, Фаина Иосифовна? Сколько их было и где те авторы и где вы? - с откровенным сарказмом, сказал Антипин.
  - А если я по другому поводу беспокоюсь, а это лишь прелюдия?
  - Например?
  - Вы давно разведены и женская торсида вся извелась, она желает знать, кто пойдёт с вами под венец? - Только что закончился учительский семинар на эту тему и он чуть не закончился рукопашной, едва растащили! Синицына обещала кое-что остричь Сафроновой, если та со своими подагрическими штучками не уймётся. Я обещала узнать, мне это положено по должности. Так что же с этим? - как бы не совсем всерьёз спросила гостья.
  - Да-а-а, - хмыкнул мужчина, - это проблема, её надо обсудить. Самое время, если мы с вами чайку, муж не заругает?
  - Чай - это хорошо, если из умелых мужеских рук, то он расслабляет, домой не скоро, кое-что надо сделать для встречи "гостей", а муж у меня, сами знаете, какой, - на все вопросы сразу ответила гостья. Она не стала себя торопить, поскольку в обществе Антипина всегда покойно и приятно. Лишнего света тут не бывало никогда: только функциональный и он всегда у рабочего стола, так что гостья сидела в уютном полумраке и потихонечку отходила от школьного напряжения, расслабившись и вытянув ноги в удобном кресле. Вокруг него была джутовая подстилка с ковровым оперением и уют ото всего этого дополнял специфику кабинета. Обычное случилось и с гостьей: туфли сами собой свалились со ступней и женщина пошевелила пальцами, блаженствуя и щурясь от удовольствия. Мужчина не напрягал и давал возможность остаться наедине со своими слабостями. Так бывало не раз и он в обществе своей гостьи чувствовал себя так же уютно, как и она.
   Он вернулся к своим делам и просмотрел намеченное к завтрашним делам, вскоре отметил надлежащую готовность к бою, поднялся и спросил: - Ну, вроде бы всё в порядке, можно и пошабашить. Шабашить вместе с мужчиной, это вас устроит?
  - Почему бы и нет, домой не скоро, а у вас переведу дух и соберусь с мыслями, - ответила гостья. Они выпили мужского чаю, перебросились необязательными фразами и перешли на житейское, женщина чуточку выкупалась в его внимании, рассказав об одном наблюдении. Оказывается в седьмом "В" вероятны семейные катаклизмы: отец одной девочки и мама сына встречаются тайком и школа этому стала прикрытием, поскольку у мальчика проблемы с математикой, а у девочки с физикой и химией. Завуч была по-женски наблюдательна и любовников вычислила.
  - Это, наверное, Таня Елистратова и Витя Соколов? - спросил Антипин и женщина кивнула. - Я этих родителей тоже приметил, мало кто отзывается на записки учителей так сразу. Вот только как женщина мама Вити - это не на обычный вкус мужчины.
  - А что в ней не так?
  - Мой или абстрактного мужчины? - уточнил Антипин, полагая очевидные различия в толковании ценностей.
  - Вы это заметили, значит, ваше видение, сэр!
  - Её хрупкость и угловатость не сексуальна, так бы я выразился.
  - Так и папаша Тани тоже не Аполлон, может поэтому, - заметила женщина.
  - У него умные глаза, я помню, как он слушал наставления своей математички. - Возможно, он в этой даме что-то и увидел другим недоступное.
  - Раз вы его отметили и уже в себе что-то о них выстроили, на чём они остановились сейчас? - Дам справку - это у них ещё с пятого класса. Я всё узнала и сопоставила. Классный руководитель тоже в курсе. - Антипин задумался и развёл руками:
  - Думаю, ей уготована роль тайной жены, такие женщины кроме интимной сути с удовольствием играют роль клуши с цыплятами. И чужую дочь она мужчине подаёт так, что ему интересна и она, мать сына. Забота о ней и что-то особенное чужими глазами так сближает! - Это ничего, что я так откровенно?
  - Думаю, мы можем и без политеса, - отметила женщина, неспешно вкушая чайную церемонию и добавила, - что будет с ними дальше?
  - Как сложится, так и будет, но сейчас для них это исключительно положительные эмоции. И заметьте, такую деталь: у него юная дочь и в дополнение к ней он имеет взрослую женщину, а у неё сын и она получает состоявшегося мужчину. Идеальный вариант для тайного романа. История знает массу примеров небрачных связей у государственных деятелей и наиболее конструктивны они, когда у любовников вот такое особое оперение.
  - А статистика про их завершение есть? - Я математик и цифры для меня не магия, а руководство.
  - Думаю, её никто не вёл, не та публика сейчас в истории. А самому это ни к чему.
  - А хоть что-то в этом деле можно посчитать! - Писаной истории 25 веков с лишком, неужели пусто?
  - Что считать? - Небрачных деток или свергнутые династии?
  - Нет, только так: сошлись или разошлись. Друзья или враги, как в "Короле Лире".
  - Это зависит от глубины чувств. - И только! Если любовь настоящая у обоих, то ничем их роман не заканчивался. Однако такое испытание не всем по силам. Так что...
  - То есть, никакого счёта, а только единички и фамилии?
  - Да, объективно, только это и то не всё. Летописцы всякие бывали и жулья среди них предостаточно. Как и сейчас.
  - А когда это было ярче и сильнее: в эпоху деспотизма или уже с цивилизованными правителями?
  - Цивилизованные деспоты для женщин гораздо привлекательней. - Вы не находите?
  - Вы этот выбор предлагаете мне?
  - Тогда лучше понимаешь предмет изучения, не правда ли?
  - Чай вдвоём и такая абстрактная дилемма?
  - Чай - не вино и наши с вами мысли не отравлены страстью. - Разве нет?
  - Да, он у вас хорош и вкусившие его желают добавки. - Кстати, Вы не забыли тему - деспоты и соблазнённые.
  - Думаю, лучше, когда в плен попадают осознанно. Вы ведь тоже иногда не прочь туда попасть? И это "иногда" случается несколько раз в году. - Разве нет?! - продолжил он и женщина смутилась, пойманная с поличным. Всё же у этого историка с мозгами полный паритет и увидеть тайное ему удавалось не однажды. И они никогда не обсуждали банальности, поэтому и рисковали. Гостья это сделала с удовольствием, поэтому ответила так:
  - Когда есть выбор: смерть или плен, то конечно. Но не факт, что я предпочту почётный плен благородной смерти всякий раз!
  - Женщина в плену - это всегда наложница, вы не забыли?
  - Женщина почти всегда либо рабыня, либо пленница, так что... - улыбнулась гостья и развела руками.
  - И что из этого вам нравится больше?
  - В подобном плане по душе времена Медичи. И интриги тонкие, и подарки несусветные. Ну и чувствования... Тогда они были полнее, назывались собственным именем и протекали возвышенно и без суеты. Нынче о чувствах и чести вслух не принято, разве что со сцены.
  - Не забывайте, что в ту эпоху ещё не рассеялся дух римских культов и культуры. И мы знаем массу свидетельств о том. Вот и вы их запомнили. - Но была и кровь! Не просто интриги, а крутой замес из предательства и крови.
  - Я не историк, а женщина и память у меня избирательная. Лав-стори - это та самая тема!
  - Вот и с этой парочкой так: отца Софронова, который гоняет жену и детей вы не запомнили, хотя это на слуху у всех и давно, а осторожных любовников вычислили, несмотря на их ухищрения.
  - А ведь и вы эту парочку не пропустили. Хотя в детали не вошли. В общем-то, их роман не нашего ума дело, - улыбнулась гостья, - но рано или поздно, это выплывет и вот тогда ...
  - Да, - согласился мужчина и припомнил собственный развод и массу советчиков и заступников. Фаина Иосифовна в тот раз выдержала паузу и обошлась без ханжеских ноток о семье и детях. Видно, и самой было несладко в женской личине и она понимала первопричину, а это главное. С тех пор они основательно дружили, несмотря на разницу в возрасте и прочем. Вот так поболтать с ней было приятно и ему. Но рамок они не пересекали и были на "вы", как и все в школе друг с другом. Хотя иногда и ненадолго у неё срывалось - "Володя", у него - "Фая". Они понимающе улыбались и на том интим заканчивался. В этот раз учителя ещё чуточку посидели, наслаждаясь покоем и пониманием, женщина чуяла, что он не сделает и движения, чтобы уйти первым, а самой этого женского права не хотелось вообще.
  И она подошла к зеркалу. На неё из полумрака кабинета смотрела женщина, тайно мечтающая о себе подспудной. - Как же глубоко всё это сидело!
  - Что ж, наверное, мне пора! - сказала она и взглянула на Антипина. В его кабинете было самое уютное убежище от школьной суеты и житейского кошмара. Тут был другой мир и в нём всё так и отдавало запредельным космосом. Сплошной мрак штор и занавесей помогал переносить на экраны фантазии учеников из дня нынешнего в любую эпоху мгновенно и рыцарские турниры в Саксонии с полным вернисажем зрителей о духе того времени говорили всем своим строем. То же и с Шумером, Ассирией и Вавилоном. - Любая эпоха и нужный настрой! Ну и тишина, тут было тихо, будто в мраморном склепе на большой глубине. Мужчина уловил её колебания и произнёс пароль на доступ к интимному:
  - Фая! - и она обернулась, автоматически переходя в иное состояние:
  - Да, Володя! - он подошёл к ней и остановил. - Что-то ещё? - спросила она и он кивнул:
  - Тебя так и захлёстывает внутреннее, думаю, это к перемене ауры. Фая, сейчас ты прекрасна и это про нас и тебя в большей мере:
  Луна-пьянчужка обновилась,
  А ты вся в тягости от прежней,
  В злодея Вовочку влюбилась:
  - С таким и секс в душе полезней!
  Отдаться, просто прислониться,
  Раскрыть в ночи свои объятья
  И молча в корчах сладких виться,
  И чуять сок сквозь складки платья!
  - разве это не про нас? - и женщина в который раз погрузилась в самые тёмные уголочки своей сути и там было уютно, потому что с ним.
  - Не совсем в деталях, но в принципе - да! И что теперь?
  - Надо её выпустить наружу!
  - Ты знаешь как?
  - Разумеется! - ответил он и взглянул внутрь женщины. Она выдержала взгляд и он освободил её тело от тёплой кофты, затем серой блузки и бюстгальтера. Он задержал взгляд на скрытом одеждой и восхищённо коснулся женских прелестей:
  - Файка, такую грудь грех прятать глубоко! Сколько ею ни любуюсь, не могу насмотреться. В школе такой нет ни у кого. Хоть сейчас, когда тихо, дай ей свободу дышать и чуять себя царской.
  - Так она нравится? - спросила женщина, давно ждавшая подобного и вот он это сделал.
  - Да, - улыбнулся он, коснувшись обеих грудей и склонился к ним, став на колени и не скрывая восхищения, - им не холодно? - она покачала головой и накрыла его руки своими. Прошла минута, затем другая, третья и он сказал:
  - Знаешь, Фая, тебе будет лучше, если блузка без вот этой обузы с лямками. Уверен, вся твоя суть противится такому одеянию. Разве нет? - женщина вздохнула и ответила:
  - Ты так давно считаешь? - мужчина слегка помассировал соски и сказал:
  - Нет, недавно, случайно подслушал, когда в учительской тебя обсуждали. Кто-то тебя видел неглиже и поделился. - Завидуют, сволочи!
  - Придётся и блузки менять, - как бы согласилась женщина.
  - Коленки у тебя тоже изумительные, так что и юбки тоже смени.
  - Так сразу и...?
  - А почему и нет? - Как раз самое время! Комиссия завтра, начальство всякое, кандидат наук во главе всего, ему за пятьдесят и он по-мужски крепок - вот и повод, а потом к этому все и привыкнут. - Идёт? - женщина пришла в себя и, прикрывшись иронией, спросила:
  - А бельё инспектировать не будешь?
  - В другой раз, девушка, в другой! - Ну и мы с тобой друзья, а не любовники и нам достаточно духовного, пусть оно и греховное! - ответил мужчина и приступил к одеванию. Женщина стойко вынесла его хлопоты и приняла пакет с ненужными кофтой и лифчиком. Мужчина накинул куртку и вышел вместе с гостьей. Дверь щёлкнула и закрылась до утра.
  
  День открытых уроков со стороны районного начальства особых разбирательств и нареканий не вызвал, так, кое-что кое о чём. Проблемный 8-ой "Б" мимо проверяющих проплыл не так, чтобы и привычно, но и особо не раздражал. Такие классы бывали в каждой школе, они составляли от трети до четверти проблемного состава учеников в городе и от этого никуда. Урок истории в исполнении Антипина только подчеркнул это, но в умах учеников отразился лишь едва-едва. Учитель вкладывал в головы мальчишек и девчонок нужное и слегка убирал территорию, предназначенную для хранения вечных ценностей. Если, к примеру, подленький Женька Трапезников исподтишка кому-то устраивал "козу", а жертва "козы", поощрённая взглядом учителя, давала сдачу, то Антипин оборачивался к зачинщику свары в самый последний момент. И поднимал того для ответа на какой-то вопрос по сегодняшней теме. Если ответ задерживался, то следующий вопрос Трапезникову учитель добавлял уже у доски, для полного протокола. Обычно дело завершалось единицей, реже, двойкой с записью в дневник. И никаких нудных разговоров и нотаций о морали, высших ценностях, дисциплине и прочем.
  В классе такое расценивалось не всеми однозначно, но в глубине души многие учителя одобряли и при случае выступали в защиту. Это были лучшие ученики и те, кто хоть однажды попадал под его покровительство. То есть, меньше половины. Девочки в него были, если не влюблены, то сильно неравнодушны, а парни к его умствованиям относились не очень одобрительно, особенно те, кому доставалось за лень и прочие доблести показного мужества.
  Антипин прощал рассеянность, неточное знание, непонимание материала, тут же подправляя и указывая на это, но косность, лень и грубость выволакивал наружу и нещадно расправлялся. Кто-то его любил, кто-то не терпел, но уважали все. Он знал о своём предмете предостаточно и подавал его так, что запоминалось тут же и на всю жизнь. И если кто-то на уроке ответить не мог, значит, не слушал, а раскрыв рот, играл роль. Лукавых актёров он тоже не терпел. И потом, этот проблемный класс был его классом. Классное руководство Антипина особо не тяготило, но и не увлекало, он в этом плане был умелым администратором, следящим за успеваемостью и поведением и вовремя нажимающим на нужные рычаги и педали. Про своих подопечных он знал всё, в том числе семейное положение и методы домашнего воспитания. К одним родителям он обращался нередко и запросто, с другими старался иметь дело через казуистику законов, с третьими старался вообще не связываться и все проблемы с их чадушками решал самостоятельно.
  Те, кто сравнивал его с персонажем фильма "Доживём до понедельника", видели, что учитель у актёра Тихонова отличался интеллектуальным снобизмом, замешанным на педагогической парадигме и вселенской абстрактной гуманности. Реальный Антипин был мягок и жесток одновременно. Если разделить учителей на хирургов, вырезающих у учеников вредные чёрточки и наклонности, и терапевтов, эти склонности одолевающие, то Антипин был чистым и очень искусным хирургом. Даже самые отъявленные хулиганы и дремучие двоечники после года-другого в его классе теряли ключевые компоненты своей натуры и поневоле сваливались в разряд беззлобных пакостников. И не мешали работе с остальным классом. Антипин был трезвым прагматиком и романтизма не обнаруживал ни в чём.
  Вскоре после дня открытых уроков в учительской состоялось совещание, где завуч изложила общее мнение комиссии районного начальства. Из соображений корпоративной этики она не выделила Антипина, который проверяющим понравился не только в 8-ом "Б", и не напрягала тех, кто не понравился в принципе. Она дипломатично прошлась по итогам в общих чертах и на процентах успешных показателей в завуалированных выражениях. Но в этой школе коллектив устоялся давно и всё понял нужным образом. Полностью компьютеризированного Антипина выдвинули на "Учителя года" по городу и району. Так сказала молодая руководительница департамента образования. И ткнула дирекцию школы носом на несоответствие остальных учителей требованиям современности. Компьютерным делом в школе владели всего пять человек, в том числе директор, оба завуча, приходящий преподаватель по информатике и Антипин.
  Не прибавило настроения педколлективу и решение начальства обучить всех этому делу. Ропот и глухое недовольство растеклись по учительской. Неожиданно ретроградские настроения учительских масс поддержал и Антипин:
  - В этом деле должен быть чёткий план и обеспеченность ресурсами, тогда будут настоящие плоды, - возразил он, заглянув в присланные районным начальством планы и программы обучения учителей новому делу.
  - Это областная программа и начальству виднее, как это сделать, - ответила Фаина Иосифовна, - там знают ресурсы района и всё это идёт сверху. Из области! - подчеркнула она.
  - Без компьютера на каждом рабочем месте и сети из них этот план мало чего стоит. У нас есть только компьютерный класс с десятком не очень новых машин и это всё! Пусть Геннадий Львович скажет, что необходимо для нормальной постановки дела, - обратился он к программисту из узла связи, приходящему в школу три раза в неделю на уроки информатики. И тот подтвердил правоту Антипина.
  Бумагу из района приняли к сведению, написали для порядка свою петицию, спустили таким образом проблему на тормозах и разошлись. Через несколько недель об этом забудут и всё пойдёт своим чередом.
  
  - Фаина Иосифовна, у меня пара вопросов, - сказал Антипин, когда учительская опустела. Он осмотрел кабинет и отметил, что никто из учителей ничего не забыл и ни за чем не вернётся. После этого щёлкнул замком двери и беседа стала частной. И женщина лишь уточнила:
  - Владимир Алексеевич, это надолго? А то у меня козы недоены, куры некормлены и утки нещипаны? - мужчина развёл руками по-свойски и ответил:
  - Нет, вы повсюду успеете, всего несколько минут. Первое - Файка, на тебя все парни из 10-го "А" запали дальше некуда - блузки и юбки, говорят, у неё теперь самый цимус! В 10-ом "Б" раскол: часть запала на тебя, а другая на Светку Тимирязеву. - Так что из-за тебя будут драться! Не из-за какой-то таньки или соньки, а из-за настоящей и классной женщины в учительском образе. Они себя возвысят до твоего уровня, а не снизойдут до танькиного! - Фаечка, ты прелесть, продолжай их возвышать и дальше.
  - Шуточки у тебя, Вовочка, прямо скажу, боцманские, хотя оно и приятно - такое о себе да из таких ангельских уст, - с нескрываемой иронией ответила завуч, внимательно оглядевшись на окна, нет ли кого с липкими ручками и погаными глазками, - это первая проблема, а вторая-то в чём?
  - А вторая у нас уже общая, оказывается, мы с тобой в тот раз трахались до упада и ты после этого бельё с собой в пакете унесла, оно оказалось насквозь текущим! Это мне твой муж сообщил, нашедши в ванной пакет с криминалом и опросивши глазастых лоботрясов, сторожей и уборщиц.
  - Вот сволочь! - выругалась женщина и нервно обняла себя за плечи.
  - Я бы сказал круче и забористее, но от этого нам не легче. С такими мужиками только один способ - в морду! Поскольку это чистая клевета, а вся грязь на тебе, то тебе и решать: льёт он красные сопли или нет? Я считаю, что он не остановится, если не получит настоящий окорот. - Так да или нет? - женщина задумалась. С одной стороны - Володя прав, теперь муж с неё не слезет, получив аргументы из корзины грязного белья. С другой же - мешать Володю в семейные распри совсем ни к чему.
  - Не знаю, Вовчик, не знаю! - покачала она головой и вздыхая от предстоящего запаха очередной порции грязи. Затем они обсудили проблему более обстоятельно и она согласилась с мужчиной. - Надо дать окорот! И они тут же отправились к ней. По пути он развлекал женщину и откровенно любовался ею: новое одеяние очень красило и возвышало, походка счастливой женщины добавляла блеска, она и сама это чувствовала, когда на неё оглядывались на улице и провожали взглядами. Ну и идея начистить нос мужу возвращала её в юность, когда её любили самые достойные и дрались из-за прелестной Фаечки не однажды. - Когда это было!?
  В таком состоянии приходилось бывать нечасто и в последние годы это связано с Володей. И её женская ипостать возрождалась и взмывала, несмотря ни на что. Дома она около часа просидела на кухне, пока Володя разбирался с мужем. Володя успел до прихода детей от бабушки всё уладить и обошлось без мордобоя, которого она втайне очень желала. Но трусливый муж смог выкрутиться и уцелел. Когда всё было решено, Антипин пригласил её в комнату и выложил условия перемирия. - Если муж предпримет что-то подобное ещё раз, то пощады не будет. Страх - это тоже оружие! - так объяснил ей Володя, когда она провожала его до автобуса.
  - Фая, это он должен бояться тебя, это его штаны должны мокреть от страха вероятной взбучки и удерживать от подлости. - И ты об этом не забывай! - сказал он на прощание.
  - Спасибо, Вовчик! - ответила жена школьного бухгалтера, - на первое время ему и такой профилактики хватит, а потом и сама что-то придумаю. Такое прощать нельзя! И потом - он мой муж!
  - Фая, боюсь показаться радикалом, но опять спрошу: - А почему не развод?
  - А то сам не знаешь: дети! Я бы сразу же после его первого концерта ушла, но была беременна! - Извинился, повинился, я и поверила и потом старая песня, а деток уже двое! А сам не уходит!
  - Да, - согласился мужчина, - это очень серьёзно! Знаю по себе.
  - Володя, не по теме можно?
  - Давай!
  - Я про тех любовников из 7-ого "в". Помнишь, я говорила о них по-бабьи, а ты оценил по-мужски?
  - И что?
  - Я подумала, что всё это не только тупик, но и скандал. Разнести всё это по городу - проще простого. - Нам это к чему?
  - Ты про школу и репутацию или нас с тобой?
  - И то и другое!
  - Даже так?
  - Да! Я же тут завуч и эта часть на мне.
  - И?
  - Вовка, ты догадался, о чём я, разве нет?
  - Допустим, - согласился мужчина, мыслящий в тех же трендах здравого смысла и корпоративной безопасности, что и женщина.
  - Ну, не думаешь же ты, что это сделаю я? - выложила женщина и мужчина грохнул от удовольствия - такое придумает не всякая женщина! И они обсудили предстоящее дело.
  - Файка, а она вынесет это? - Придётся взатяг и по-настоящему, уж больно она субтильная. - И подруга улыбнулась:
  - Вот тут вы, сэр, ошибаетесь в женских ресурсах: она у вас ещё и добавки попросит. Мужчина спорить не стал и они назначили время. Завуч пригласила на беседу, подошёл случайно оказавшийся поблизости историк с вопросом относительно технических средств подачи лекции для родителей и беседа с Соколовой состоялась в кабинете истории. Ей тут же выложили известное среди учителей и кое-что из выплывшего из родительского комитета. И безо всякого перехода на эмоции и женские аргументы Антипин выложил сугубо мужеское и женщина вздохнула, увидев те самые аргументы. Завуч стояла рядышком и со своей стороны подтвердила, что она на её стороне, если что, но вообще надо быть последней дурой, чтобы здесь и сейчас не проверить себя. Соколова дурой не была и таблетку ото всех болезней приняла в кабинете историка, сразу же после напитка типа восточного чая. Фаина Иосифовна решила не уходить и прикрыла тылы, а мужчина выполнил свою работу.
   Особых хлопот с подачей и пониманием мужеского материала не возникло и всё вышло с первого раза. Анюта Соколова оказалась понятливой и сговорчивой родительницей и всё проглотила моментально и буквально. Как и любая нормальная и здоровая женщина, Аннушка имела при себе нужный запас женских причиндал и из медицинского резерва Фаины Ильиничны ничего брать не пришлось. Ну и субтильность - это кажущееся: она не скрипела, а пела и вполне прилично и ревности у Фаины Ильиничны вызвала более чем. Однако она ни разу с диванчика не поднялась, хотя иногда её так и подмывало выдать этой несчастной мамочке на орехи: раз можешь так орать во время таблетки и укола, что мешает упорядочить свой интим на регулярной основе? Хотя Володя обещал особо не увлекаться, а только как доказательство теоремы от противного увести несчастную любовницу от такого же несостоятельного любовника.
  - Как прошло? - спросила коллега после ухода несчастной любовницы.
  - Насчёт добавки ты права, захотела, не выходя из процесса, так что ресурсы у неё отменные.
  - А главное - пациент вылечился?
  - Чёрт его знает, товарищ майор, от одного, кажется - да, на Елистратова она больше не взглянет и из мобильника уберёт, а со вторым проблемы - хочет курс продолжить!
  - Вот, сука! - улыбнулась женщина, - мы ей только диагноз поставили, а остальное - сама, милочка, сама!
  - Надеюсь, ты это ей выложишь в личной беседе, а то мне как-то неудобно.
  - Разумеется, с тобой она наркоманкой станет.
  - Ревнуешь? - спросил он, наблюдая женщину в кресле. В новой юбке и особенной блузке она смотрелась в гармонии и с креслом и всей школой тоже.
  - Немножко, самую малость. Я поражаюсь твоему таланту оставаться учителем даже в охмуряловке чужой женщины! - Ты же её не просто осчастливил собой, ты убедил эту стерву, что она и сама чего-то стоит!
  - Фая, - Антипин поспешно перевёл стрелку на другое, чтобы её ревность испарилась, дав начало иным файлам, где она героиня сезона, - помнится, когда-то ты сама придумывали и шила себе блузки. Они нравились мне и раздражали мою бывшую. У меня все фотографии, где ты в той блузке, исчезли.
  - Принести и показаться в них?
  - Если они целы.
  - И будут ретро-страницы?
  - У нас и так театр двух актёров, добавим новые костюмы и новые коллизии.
  - Хорошо, Вовочка, всё сохранилось, висит в шкафу, в самом уголочке, выглядит отлично и уже давно не модно. Но если прогладить - будет класс!
  - В пятницу у меня окно между сменами, так что премьера темы: Фая и блузка-ретро.
  
  - Кто скажет, - спросил Антипин в 8-ом "Б", - есть ли отличия между войнами России с соседними государствами за последние 200-300 лет и как это соотносится с набегами татарских орд на Русь в раннем средневековье? - он внимательно осмотрел пространство класса, вопрос не был простым и из нового материала ничего напрямую не выудить. - Надо думать. Маша Гальперина могла ответить на любую тему, но после подготовки, эту отличницу историк всерьёз не принимал. Остальные пока не обладали ни интеллектом, ни чем-то другим, что могло бы заменить его.
  - Хорошо, послушаем для начала Тому, - сказал учитель и сделал приглашающий жест девочке из хорошей семьи и с глубокими корнями. Тома Файнберг поднялась и стала соображать вслух, как и учил Антипин:
  - Мы приращивали территорию в новую эпоху, а ордынцы в раннее средневековье. То есть, мы избавились от ига, набирались сил и затем поглощали ордынцев. Тут всё вроде сходится. У них была громадная территория от Забайкалья до Днепра и наши цари стремились к тому же, - привела первые тезисы Тома и мысль застопорилась. Учитель подтолкнул:
  - Кто были ордынцы по сравнению покорёнными городами? - Что они несли на своих копьях и саблях?
  - Наверное, в сравнении с нашими предками они казались дикими племенами, всё же кочевники? - учитель качнул головой и девочка двинулась дальше, поняв главное: - может, это и не совсем уместно, но так же выглядели воины Александра Македонского в сравнении с остальными армиями восточного мира.
  - Кто помнит ту историю? - обратился Антипин к классу и сделал знак девочке садиться.
  - Македонский нёс в мир Востока новую культуру и высшую организацию мироустройства, - припомнил Петя Дмитриев, про античность читавший много и знавший её отлично. - Его армия была и обучена и оснащена лучше любой армии той эпохи, кроме того, царя сопровождали очень умные люди и они показывали достижения Эллады всем желающим. Служить просвещённым правителям во все времена считалось престижным.
  - Никитина, а ты с этим согласна? - поднял учитель девочку со средними данными. Она медленно поднялась и встретила доброжелательный взгляд историка, он как бы подталкивал - выдай им как следует!
  - Судя по тому, как эти народы выглядят сейчас, можно догадаться о том, что было четыре века назад.
  - То есть? - потребовал он конкретности и девочка ответила:
  - В ту эпоху разница между уровнем наших казачков и аборигенами Сибири можно сравнить с тем, что было при Александре Великом и его противниках
  - То есть, можно считать, что это обычные для крупных империй колониальные войны? - Россию ведь больше двух веков считали империей, - спросил учитель и девочка смутилась: вопрос был выше её понимания. И он обратился к классу:
  - Давайте припомним войну Кортеса в Центральной Америке. Там ведь тоже ружья европейских завоевателей были против луков и копий аборигенов. И испанская корона почти бесплатно получила владения от Рио-Гранде до Амазонии.
  - Может, истина в том, что русские не были для аборигенов господами? - ответила Надя Никитина и учитель кивнул.
  - Вот в этом-то всё и дело, - молодчина, Надя! - Русские казаки на завоёванной земле сооружали острог, обустраивали при нём монастырь и шли дальше. Кто-то из казачков оставался в остроге и он становился форпостом мира и культуры русичей на этом пространстве Сибири. Там монахи вместе с казачками двигали нашу культуру аборигенам. Гарнизонов, подобно колониальным форпостам Британии, Испании и Португалии, здесь не было. Если были войска, то они охраняли государственную границу. Но никак не подавляли колониальные бунты! - Вот здесь-то и лежит главное отличие Российской и Британской империй. С аборигенами русичи торговали, жили рядом и присматривались к их образу жизни. А налоги царю-батюшке платили и русичи, и аборигены в равной мере. Какие доходы, такие и налоги.
  - А как же с Кавказом? - спросил Петя Дмитриев, - уж он-то, вы говорили, сам пришёл в Россию. А сейчас там вроде того, что описано у Пушкина и Толстого, разве нет? И везде пишут, что это незавершённый распад империи.
  - Те, кто так говорит, передёргивают и нагло врут! - возразил учитель, - после Октябрьской революции Российской империи не стало в принципе. Национальные окраины от России отвалились почти сразу же. Однако не сами, а им помогли. Но, поскольку революция имела партию с чёткой программой действий, то распродажи российского имущества по бросовым ценам не состоялось. И в ходе гражданской войны границы нового государства почти не изменились. А на нынешнем Кавказе война случилась по той же причине, что и попытки выхода из империи после революции. - Местным князькам, как и в начале прошлого века эмирам и ханам, захотелось стать равными европейским премьерам и президентам. - Кто же такое позволит!?
  - По телевизору только и показывают наших спецназовцев, которые воюют на Юге, - заметил Ваня Капустин, - раз уж по телеку показывают, значит, так и есть. Это же не милиция старушек с зеленью на углах гоняет! - Антипин оценил реакцию класса на этот вопрос и отметил, что не все думают так.
  - Надя, а что ты думаешь по этому поводу? - Ну, насчёт наших правильных парней в кроссовках и бородатых "плохишей" с Кораном? - обратился он к Никитиной, уловив внутренний протест слегка неформатной девочки патриотической волне класса. Всем хотелось привычного - оттянуть момент начала опроса и тем самым его сократить. Антипин мог двоек наставить сразу же и соблюсти формальные принципы так, что не отговоришься.
  - Наше кино про это мне не нравится, - решительно начала девочка, уже заметно набравшая женские формы, но к ним ещё не привыкшая.
  - Почему? - навалился на неё класс, подвигами суперменов отечественного разлива очень гордящийся. Им казалось, что патриотизм в том и выражается, чтобы поддерживать отечественного производителя, киношной макулатуры в том числе. У девочек были фотографии актёров, а парни качали мышцы, чтобы выглядеть так же.
  - Не знаю, - пожала плечами Надя, - в старых фильмах про войну и актёры и герои другие и они мне нравятся, а эти - нет! Что-то в них не то! Даже сравнивать со старыми не хочется, - заявила девочка и подписала себе приговор: в одиночку пошла против класса! - Избиения отдельной соображающей индивидуальности толпой середняков учитель допустить не мог и он, взглянув на часы, решил, что опрос может и подождать, поскольку поднималась тема более важная. И учитель профессионально разложил аргументы юных "патриотов" на составляющие и сравнил с элементами советского кино, тему войны знавшего от корки до корки. Надя при этом становилась соучастницей умелой расправы над толпой, что повышало её личную самооценку, сейчас очень и очень важную для зреющей девушки. И сугубо личного взгляда одобрения и в нужную минуту собственного монолога улыбки для этого вполне хватило.
  К прозвеневшему звонку энергетика класса сильно поубавилась и "патриоты" вернулись к тому, от чего пытались уйти - неграмотности и несостоятельности. Антипин ткнул их туда безо всяких церемоний и жалости. В завершение урока он предусмотрительно внёс раскол в единство класса, выделив умницу Тому Файнберг, уже начавшую ощущать женскую исключительность Вику Симагину и флюгерного Диму Хохлова. Он так поступал не раз и это перемешивало симпатии и антипатии достаточно сильно. Поэтому единства посредственностей в 8-ом "Б" так и не образовалось.
  
   КОЛЛЕГИ АНТИПИНА - СИНИЦЫНА, ПАРЕЙКИС И ДРУГИЕ
  
  Согласно плана Управления образования все школы участвовали в областной программе "Изучи свою малую родину". В ней принимали участие юные географы, знатоки истории и группа по изучению местного фольклора. У программы было небольшое финансирование и некоторое время она шла ни шатко, ни валко: ровно на те средства, что выделены. Но вдруг откуда-то свалились хорошие деньги и школам выдали особые задания. Школа, где работал Антипин, получила тему по изучению истории района в эпоху Александра Невского. Она включала составление полного атласа карт с указанием мест обитания славян и других народов, род занятия каждого, современной тому веку флоре и фауне, а так же основные исторические вехи и имена важнейших государственных и религиозных деятелей.
   Ответственным за составление атласа в школе назначили Синицыну, которая вела географию. Она собрала в своём кабинете заинтересованных из числа преподавателей и началась работа по составлению плана.
  Историческая компонента досталась Антипину. Вообще-то он ту эпоху не очень жаловал, поскольку именно тогда пришедшее на Русь чужеродное православие выпахивало пространство, на котором несколько тысячелетий царило доморощенное язычество. И от свидетельств той эпохи почти ничего достоверного не осталось.
  ...Занимаясь в заочной аспирантуре, Антипин успешно сдал положенные экзамены и прошёл предзащиту по теме "Восточное славянство на рубеже новой и старой эры на материалах раскопок, топонимики и структурной лингвистики в Центральной России". Но высшие инстанции диссертацию завернули под предлогом неполноты исследований и необоснованных выводов. Сведущие люди подсказали Антипину, что именно нужно смягчить и что убрать, чтобы диссертация прошла. Указали и главного виновника торжества: А.М. Ларсон, современное "светило" по части истории славянства. Антипин про него знал достаточно по аспирантуре и его "кочку" зрения тоже, поэтому просто издал свою работу в виде популярной книги, угрохав на это всё время и материальные ресурсы, вследствие чего влез в большие долги. Через полгода скромной жизни в доме передового историка жена хлопнула дверью и уехала к родителям в Москву...
  На этот раз Антипин не стал терять времени на разведку и согласования и сразу же вышел на областной штаб краеведческой программы. Оттуда прислали примерную схему, в которую должна вписаться школа и список ответственных редакторов каждой из тем. По части раннего средневековья главным значился всё тот же А.М.Ларсон. И Антипин тут же позвонил Синицыной.
  - Ленка, - сказал он ей, - переиграй ответственного по истории. Я в атласе буду только исполнителем и лягу под его идеи, какими бы они ни были.
  - Почему? - спросила женщина, призванная руководить таким ответственным делом. С Антипиным она дружила давно и различные альбомы и краеведческие мероприятия проводила с большим удовольствием, поскольку он про свой регион знал всё и ещё больше и не скупился делиться этим ни с кем. Она ездила с ним и его классом на экскурсии и набиралась практического опыта в видении собственной профессии. Школьный автобус весной и ранней осенью часто становился для обоих вторым домом и ученики с удовольствием воспринимали эти экскурсии, где не было недрёманного ока родителей. Так что Синицына имела право на знание истины.
  - Почему? - повторила она и он ответил:
  - Ответственный редактор по истории - мой "лучший друг" Ларсон. Ты про него от меня слышала не раз и самое матершинное. С тех пор у меня к нему ничего не переменилось, так что - извини!
  - Принципы? - чуть не зарычала от досады Синицына: Антипин был лучшим в этой теме и никто в городе с ним даже сравниться не мог и вот, на тебе - принципы!
  - Да, милая, они самые!
  - Ладно, завтра мы это на заседании кафедры обсудим ещё раз и ты сделаешь официальное заявление. И посмотрим, как на это посмотрят другие. Может, у них тоже что-то имеется, чтобы нырнуть в кусты. На следующий день Антипин спокойно пояснил коллегам свою позицию и с ним согласились. Руководство темой поручили Веригиной, которая вела в школе историю мировой культуры и имела небольшую ставку, подрабатывая ещё в двух школах. Антипина перевели в подыгрывающие, но это его устроило. Ген тщеславия в нём имел чёткие зоны влияния и ограниченные полномочия.
  
  Через несколько дней Антипин приготовил своему классу выезд на природу и показал на месте диспозицию сражения в очень давнюю эпоху. С холма у излучины древней реки открывалась живописная панорама.
  - Вот на этом холме стоял русский воевода, а там в самом низу у реки, рядом с дубами, они и сейчас сохранились, были шатры кочевников, - сказал учитель. Даже самые отъявленные любители "оттянуться" и похулиганить здесь свой запал теряли мгновенно, ощутив ещё неиспорченным существом то, что заложено от природы. Ученики общими усилиями нарисовали схему участка и теперь каждый должен написать собственное представление о настрое обоих противников. Одного, пришедшего издалека, и другого, их земляка, возможно, общего предка кого-то из ребят. Окружающие леса, излучина реки, октябрьская дождливая пора, приход противника к месту битвы, численность дружин и конницы с той и другой стороны, настрой бойцов и прочее - вот что должны описать ребят. На всё это даётся несколько дней и никаких ограничений фантазии, лишь бы выглядело убедительно. Ну и о подробностях былого ристалища они поговорили основательно, обсудив и число колонн неприятеля, и количество дружин русаков, вооружение, манеры воинов и прочее. Благодаря публичной дискуссии и расчерченным схемам на песке про диспозиции сторон в головах ребят отложилась вполне зримая картина, которую впору и на холст. Закрепление материала прошло привычно и продуктивно, так что далее всё зависело от литературного таланта каждого ученика.
  Подобное Антипин делал неоднократно и сочинения на историческую тему уже прочно вошли в обиход школы. Грамматика при этом особой роли не играла, лишь бы были логика, аргументы и общая связанность мысли в тексте. Мысли и способность анализировать события - вот альфа и омега таких опусов и потом в классе зачитывались лучшее. Для актива такое было и в корм и в голову, пассиву же хоть чуточку проветривало и разминало присохшие мозги.
  Когда после привычного костра и чаепития начались разговоры об увиденном, Антипин постарался сделать обсуждение всеобщим. Никому отсидеться и отмолчаться не удавалось. Возвращались уже по темноте и кое-кто спал, набегавшись и надышавшись свежим воздухом прибрежного сосняка и электричеством заразительной вольницы. Учителя окружили те, кому хотелось удовольствие общения продлить, и они уточняли собственное видение давней истории, фильмы обсуждались самые разные и учитель пояснял, что в них правда, а что фантастика. Этими любопытными были Петя Дмитриев, Тома Файнберг, Маша Гальперина и Надя Никитина. Надя с начала четверти стала историю выделять и оценки ниже четвёрок не получала. Однако из былой полосы внутреннего разлада она так и не вышла, что-то девочку держало в напряжении и учитель это видел отчётливо.
  
  - Володя, я погорячилась, отдав тему Веригиной, - сказала Синицына Антипину, зашедши к нему после уроков.
  - Лена, это всего-навсего кружковая работа и уровень у неё не выше обычных школьных рефератов. А Надежда Афанасьевна, к тому же, кандидат исторических наук. И работает по этой специальности сорок лет. У неё куча всяких дипломов и грамот за кружковую работу. - В чём дело, я чего-то не знаю?
  - Да, открылись новые обстоятельства!
  - И какая фамилия у этих обстоятельств?
  - Хоренков.
  - Продуктовая мафия решила заняться историей? - Ленка, ты, видно, шутишь?
  - Отнюдь, Вовочка, отнюдь! - Именно он настаивает на твоём имени во главе исторического раздела. В 17-ой школе краеведение работает с городским музеем очень тесно и у них тоже с компьютерами проблемы. Хоренков намекнул, что мы с тобой можем их обставить, и тогда машина с большой оперативкой, запредельной видеокартой и прочими наворотами наша. Иначе вместо обещанного компьютера дадут всего лишь офисный ксерокс - зачем он нам?
  - А про Ларсона ты ему сказала?
  - Разумеется! И он сказал, что сие не твоя печаль, он этого дедушку берёт на себя. Вот так-то, Вовочка. Ну, что - возвращаешься?
  - Нет, милая девочка Леночка! Нет и ещё раз нет! Я для публики на кафедре всё объяснил, мою книжку они не забыли и с нынешними аргументами согласились.
  - А если попрошу я? - Как подруга и женщина?
  - Как подруга ты уже ответ получила. А насчёт женщины я ничего не слышал.
  - Ну и сволочь же ты! - в сердцах воскликнула Синицына и вышла из препараторской. Дверь грохнула так, что реле не сработало и сложное техническое устройство вновь открыло дверь. Антипин закрыл дверь, чуточку покачался в кресле и занялся делами. С Надей Никитиной надо разбираться основательно и до конца, это важнее, чем кампания по изображению патриотизма.
  
  Недавний разговор с Иветтой Парейкис, которая в нескольких школах Центрального района вела психологию семейных отношений для родителей и учителей, дал результат: она согласилась понаблюдать подопечную и посетила несколько уроков. Потом она составила очень детальный опросный лист на пару сотен вопросов и Антипин уже в одиночку продолжил сбор предварительных данных, задавая вопросы даже в ходе уроков. Парейкис просмотрела полученные результаты и в присутствие учителя поговорила с ней о всякой всячине на исторические темы. Вышло это якобы случайно, когда Надя задержалась у Антипина в кабинете, готовя в качестве дежурной классную комнату к завтрашнему первому уроку.
  - С психикой и физиологией зреющей женщины у Нади никаких неувязок нет. У неё домашние проблемы, - сообщила психолог на следующий день Антипину, - основательные и уже давно.
  - Давно - это как? - Пять месяцев или пять лет?
  - Три года и пять месяцев, - полистав свои бумаги, улыбнулась Иветта Брониславна. Антипин к её работе отнёсся и уважительно, и с пониманием сути, обычно на её выводы и рекомендации смотрели как на окончательный диагноз запредельной болезни. И интуитивно учителя старались с ней общаться поменьше. Психолог рядом - всегда негласное свидетельство нездоровья и это стало как бы подсознательной установкой. Сложившийся предрассудок Парейкис хорошо знала.
  - На чём зиждится надстройка её комплексов? - спросил учитель и психолог ответила:
  - Это психологическая неустойчивость и неуверенность в себе, которая типична для неполной семьи такого типа: мама и дочь. Чем основательнее семейные отношения, тем прочнее психика детей. Особенно ярко это выражено в домах, где кроме папы с мамой есть бабушки и дедушки и с ними всё в порядке. А в неполных семьях этого фундамента нет, всё балансирует, как на канате и колеблется будто от ветра или землетрясений, которые следуют одно за другим. Мама и дочь наедине - самая неустойчивая система и там бывают немыслимые крайности от мама-подруга, до ожесточенного соперничества по любому поводу, даже мелочей в дом к празднику. Нервозность и неуверенность в себе - вот функция таких обстоятельств.
  - Вы не хотите в этом убедиться на месте, у них дома?
  - С домашними обстоятельствами надо разобраться, но не думаю, что там всё на поверхности, - ответила она. Девочка, которую она изучала вместе с классным руководителем, не производила впечатления чего-то особенного или явно аномального. У неё есть некоторые проблемы, но ощущение от цельности её натуры было убедительным и об обычной для девочки гармонии личности говорить можно вполне уверенно.
  - Мне бы не хотелось акцентировать внимания у девочки на проблемности её с точки зрения психолога - это вызовет ненужный ажиотаж в классе. Однако исследование надо довести до логического конца. Никитина очень самобытная натура, я не хочу, чтобы её затюкали наши занюханные обстоятельства, - ответил Антипин после раздумий. Он принял решение и теперь шёл до конца, чего бы ему это не стоило. - Хоть чего, но победа со всеми фанфарами должна прогреметь в его и её честь! И взглянул на психолога с испытующим выражением в глазах.
  Психолог Парейкис такого не ждала и неожиданно для себя стала обычной женщиной, беззащитной перед собственной природой. Внутренняя сила, которая так и распирала мужчину, возбудила в ней любопытство и жажду приобщения к ней. Она заразилась мужским вирусом мгновенно. Хотя за время системного исследования проблемной девочки чуть ранее она многое в нём рассмотрела и чуточку разобралась, ничего подобного та работа не предвещала и личного в активе классного руководителя даже не просматривалось. В этот раз всё не так совершенно и Иветта Брониславна смутилась и покраснела. - К тому же она наедине с молодым мужчиной в опустевшей школе и герметика кабинета с запредельной репутацией беспощадного к дамам графа Калиостро вдруг и сразу всплыла в её памяти. О том, что Антипин разведён и с женой отношений не поддерживает, знали все. И про то, что ни одна из женщин, искавших его внимания, так ничего и не достигла, она тоже знала. Мужчина был моложе неё, но сейчас это не имело значения. Взгляд его был так призывен и откровенен, что желание послужить ему в полной мере и несмотря ни на что, пришло само собой. И она в надежде на собственную ошибку подняла глаза, чтобы успокоиться, увидев обычный интерес учителя к её работе.
  Но там было другое. И сердце женщины с удовольствием пустилось в желанное плавание. Всё-таки граф Калиостро - это личность и мифы о его жестокости пахнут сплошной проблематикой. Те дамы, которых он якобы похищал, беззащитными не были и исчезновение вдруг из церкви после вечерней службы больше походило на бегство, поскольку ни потерянных дамских аксессуаров, ни связанной служанки-камеристки, ни свидетелей отъезда закрытых карет и вообще всё тихо и спокойно. Если дама из средневековья не захочет, украсть её не получится никому. Антипин открыл заветный шкафчик и гостья увидела мензурки и пузырьки со снадобьями, о которых столько сплетен.
  - Хотите попробовать? - предложил он, увидев интерес женщины к снадобьям напиткам. Она посмотрела на перечень и увидела одно интригующее название: "Снадобье правдолюбов".
  - Я выпью это и выдам себя с потрохами? - спросила она.
  - Мы выпьем это вместе и вы будете со мной честны в самых мелких деталях, - уточнил он и женщина стала той, которая описана издревле - любопытной. Ничего особого с ней не произошло, а признание - это вежливость гостьи хозяину кабинета. Ко всему, у хозяина никакой корысти и в помине, а лишь профессиональное отношение к работе. Так глубоко ни один из классных наставников не копал и настолько профессионально не ставил задачу.
  
  Поздним утром в субботу на планы грядущих выходных Антипина обрушился звонок домашнего телефона. Он поморщился и решил трубку не брать. Однако через пару минут после этого брякнул мобильник, он взглянул на определитель и увидел, что это Фёдор. Они приятельствовали по-мужски коротко и уже давно. В его доме он был своим человеком, а Фёдор не гнушался холостяцкой кухни, периодически забредая в гости под самые сумерки после напряжённого дня в своей психушке. Иногда он после холостяцкой трапезы со спиртным засыпал на диванчике, предпочтя основательную мужскую беседу далеко заполночь домашнему уюту. И утром они лечились вместе, не имея ни тайн, ни предметов раздора, вариант мужской дружбы был редким и крепким. Летом они вместе выезжали на основательную рыбалку куда-нибудь подальше на неделю-другую, но обычно в пределах Европейской России, чтобы не тратить время на дорогу. Обычно подбиралась компания из полутора-двух десятков таких же рыбаков и с ними дамы, которые постоянно менялись.
  - Володя, у меня горит! - сказал Фёдор. - Мы тут с гостями в деревне и моя Ниночка по тебе затосковала.
  - Привет, - без особого восторга отозвался Антипин, - пристрой к ней кого-нибудь из гостей, а от меня самые лучшие пожелания и всё такое. У меня на сегодня другие планы. Я ей подарю себя чуть позже, как только моя Клио отойдёт от прошлого свидания с Ниночкой. - Сегодня же в её планах только я и моё эго.
  - Я бы не позвонил, но у неё вдруг на душе объявилась хмурь и хмарь и ребята уже начинают жалеть, что ехали в такую даль ради заурядной провинциалки с текущими капризами. - Помнишь Эльвину ди Ченте?
  - Как можно забыть мадонну с носом Паганини!
  - Очень оригинальный носик, - подтвердил Фёдор, - так вот, эта синьора тоже с характером и теперь кроме наживок, крючков и спиннингов ничего не обсуждает. И с Ниночкой у них не сложилось. Прихвати кого-нибудь попроще из ваших учительниц и срочно сюда, чтобы женскую отраву слегка подразбавить. Их надо развести по разным углам! - Ниночка на весь этот вечер твоя, хоть залей её вниманием, но к Эльвине она ни ногой.
  - Тебе нужна Эльвина или чтоб они не поцапались? - Фёдор вздохнул и после паузы ответил:
  - Володя, дело в следующем, с Эльвиной приехал нужный мне кадр из академической науки, а Ниночка положила на него глаз. В другой раз я бы такого фортеля не заметил, но не сейчас - там новая тема и они в РАНе утверждают направление. Это моё направление! - Понимаешь, Вовка, моё! - А этих утончённых дамочек можешь повеселить сам. В любой конфигурации, но чтоб они не путались с моим кадром. Антипин в голосе приятеля почуял отчаяние и вздохнул:
  - Ладно, что-нибудь придумаю. Он полистал записную книжку и прикинул расклады. Через десять минут непрерывного "висения" на телефоне он уговорил Светлану Гончаренко, молодую учительницу физики, на пикник в московском обществе. Подругу она обещала найти сама. Вскоре они сидели в маршрутке и разглядывали друг друга. Антипин рыженькой Аллочке понравился, а то, что Светка на него ничего не имела, придало ей большей решимости и мужчина улыбнулся женскому оптимизму.
  
  - Ниночка, персональный привет! - сказал гость милой женщине, ждущей у ворот. Муж был занят столичными гостями, с удовольствием отделив одну женскую бомбу от другой, имеющей апеннинское происхождение.
  - Здравствуй, Вовочка! - прошелестела интригующим контральто хозяйка домика в деревне и протянула руку. Антипин слегка задержал её и улыбнулся.
  Эта капризуля и неженка ему нравилась и непосредственностью женских проявлений и отсутствием житейских предрассудков, она витала в облаках и спускаться не желала ни под каким предлогом. Ей было чуть меньше сорока, но выглядела лишь слегка за тридцать. Их отношения стали самым чистым продолжением дружбы с её мужем. Она этим пользовалась нечасто, но с видимым удовольствием и на некоторые концерты в эксклюзивных обстоятельствах ходила с ним, а не с мужем. Всякую историческую камерную музыку муж не терпел и звонил Володе, чтобы тот сопроводил эту красавицу на сборище музыкальных маргиналов. Клавесин и прочее она слушала, сидя рядом с другом мужа и с удовольствием делилась эмоциями от удачных мест в концертах. От него она черпала силу и уверенность в себе и воздавала утончённостью и удивительным музыкальным вкусом. Мелодия обычно отражалась на её лице и иногда, чтобы понять суть какого-то наворота из диезов и бемолей, он смотрел на её лицо и получал иллюстрацию непонятного. Впрочем, вкус у неё был исключительным и по остальным частям прекрасного. Собственные музыкальные опусы она иногда испытывала на нём и, глядя в его глаза, понимала глубину воздымаемой волны и ждала того цунами, которого хочется любой женщине. Он её понимал легко, однако возражал:
  - Ниночка, ты прелесть и всё в тебе прекрасно. И я хочу того же, что мнится и тебе. - Но ты жена моего друга! Не тайная любовница и потаскушка, милая Ниночка, а жена друга! Я вполне здоровый мужик и всё женское в тебе вижу и обожаю, но этим, - он крутнул рукой вокруг нижней части тела, - не с тобой!
  И Ниночка соглашалась на безопасные варианты общения, которые тот предлагал. Рамок они не нарушали и самое чувственное, что им доставалось - это нежные поцелуи наедине, которых женщине хотелось ещё и ещё. Взаимная чуткость у них очень быстро перетекла в вариант любви без интима и очень нравилась мужу Ниночки. С чего-то подобного начинались и его отношения с будущей супругой. Он доверял Володе по-большому и жена была по этой части исключительным индикатором. Ниночка тоже в отношениях с его другом продвинулась далеко и с ним она откровенничала легко, с удовольствием и на самые скользкие темы, ну и, не связанные с рутиной дома, обязанностей и семьи, они парили в той части человеческого, где всё прекрасно и очаровательно. Его общество Ниночку оживляло и воодушевляло даже если он приходил к ним с любыми спутницами, коллегами-учителями и товарками по рыбалке и прочему исконно мужскому досугу с женщинами на десерт. Она сама часто бывала такой приправой и не противилась видеть её в чужом исполнении. Свою часть от него она умела заполучить всегда. Поэтому при нужде Фёдор этим пользовался в корыстных целях и звал друга на помощь, тот легко управлялся с Ниночкой и давал ему свободу для разного рода психологических опытов. Профессия у него такова, что дурдом помещался в собственной голове и нужные методики распознавания и целительства он черпал оттуда, а не рекомендаций из Минздрава.
  Девушки¸ приехавшие с Антипиным сегодня, эту даму узнали по портретам на афишах и поздоровались. Появился хозяин и официально вручил жене своего друга, прихватив с собой девушек. Те с удовольствием оставили в обществе историка светскую даму с манерами столичной дворянки. Ниночка чуть потосковала из-за разбитого каприза по приезжему москвичу и переключилась на драгоценного Вовочку, которому прощала всё, лишь бы быть рядом, чуять его дыхание и слышать рассказы из жизни седых веков. Антипин понимал обстановку подобных пикников и к перемешиванию партий собеседников относился очень серьёзно, поэтому "нечаянно" приблизился к Эльвине и дал Ниночке возможность увидеть, что итальянка вполне обычная женщина с известными для южан комплексами, а у северян, среди которых и славяне, то есть и Ниночка, с этим проблемы отсутствуют. То есть, как женщина, она выше и ей нечего беспокоиться.
  
  Итальянка при виде Светланы и Аллочки оживилась и рыбацкую тематику оставила до другого случая, поскольку молодые россиянки производили впечатление провинциальной свежести и неискушённости. Она затеяла какой-то фантастический салат и ей потребовалось женское содействие, чтобы из имеющегося набора продуктов сделать привычную для уроженки Болоньи копеечку, то есть, лиру. Гостьи перекинулись парой фраз и заглянули в холодильник. Вскоре они по-хозяйски резали и растирали недостающие компоненты, а Эльвина интересовалась, съедобно ли это.
  - Мы этим всю жизнь питаемся! - озоровато улыбаясь, ответила Аллочка. Девушки пришлись к месту и вовремя, вскоре к ним присоединилась и хозяйка с Антипиным. Оценив сильно переменившуюся Ниночку, Эльвина решила, что это её тайный любовник. И понимающе улыбнулась Володе. На той рыбалке, что была три года назад, он ей тоже понравился: Володя шутливо чмокнул её уникальный носик, рассеял привычные страхи обладательницы, легко обращался с ней, никуда не заглядывая и ни на что не претендуя. С тех пор её русский заметно прибавил и она могла не только чуять, но и понимать тонкости русской души и лексики. Она имела в Москве несколько точек с пиццериями и ресторанчиками и бывала здесь часто. Приехать к Фёдору, чтобы увидеть Володю, была её идея.
  Ну и вскоре приезжие москвичи плавно перетекли в руки Фёдора. А тот знал, что делать с этими парнями. Хотя Эльвина и была пассией кого-то из москвичей, но делу это не мешало и призовая колбаса в виде непосредственной итальянки всё время искрилась на виду. Главное, чтобы Ниночка ничего не испортила своим характером. С приездом Володи и девушек акценты сменились и настало время для улаживания корпоративных дел.
  После шашлыков с салатами и овощами с собственных грядок Ниночка смягчилась и позволила итальянке пользоваться Антипиным. Она была достаточно проницательна, чтобы догадаться об истинной цели визита этой компании. Живая молодость Светланы и Аллочки москвичей отвлекла от занудливой жены Фёдора и игра в продвинутые и старинные забавы началась сама собой. Ниночка накинула тёплую шаль и подошла к Эльвине:
  - Давайте прогуляемся на речку? - та взглянула на Антипина, с которым только что осталась в желанном тет-а-тете, и пожала плечами:
  - А нас не продует?
  - Для вас найдётся тёплая куртка, - ответила предусмотрительная Ниночка и прогулка состоялась. Дамы настолько разные по конституции и воспитанию, что друг дружке казались чуть не инопланетянками. Дипломатическую миссию по удерживанию Ниночки и итальянки в состоянии мирной беседы и вкушения мужеского духа Антипин выполнил легко, они ушли бог знает куда, развели костёр и обсуждали сплетни про киношных и прочих культурных знаменитостей. Итальянка с удовольствием похвасталась приобщённостью к этой сфере и на простеньком русском для иностранцев поделилась с русаками, те слушали, улыбались, хохотали русскому языку в исполнении итальянки и уточняли, как надо говорить правильно. И одну из её фраз указали, как матерщинный перл. И пояснили, куда и как она это воткнула, указав на пальцах. Итальянка удивилась:
  - Я так сказала?
  - Да, милая Эльвина, я вам его вставил, а Ниночка сделала три оборота!
  - Три оборота и я это вынесла от вас? - уточнила итальянка и Ниночка лукаво подтвердила свои три оборота в женском органе гостьи. Та закрыла глаза, пальцами разыграла сказанное по-русски и расхохоталась. Достоинство музыкантши сыграло роль и теперь гостья с Аппенин не сомневалась: Антипин и Ниночка давние любовники и их обоюдное эстетство тому свидетельством. Так любовничать - это нечто и ей захотелось к ним. Она так и сказала:
  - Я вас не выдам, будьте естественными, только и мне от вас самая чуточка! Ей перепало порядком, поскольку ни Антипин, ни Ниночка не жмотничали и шутили так откровенно, что гостья несколько раз отходила в кустики, дабы охолонуть и не сойти с ума от этой парочки. Она понимала едва ли половину, но сказанное ими - это и музыка и выразительность, написанная на лице и уловленная сердцем. В главном - у них глубочайшие отношения и поэтому Антипин и Ниночка так легко маневрируют в чувственном поле. Эльвина в этом деле понимала хорошо и ей стало ясно, что простой секс для них - давно пройденная проза. Улыбка Ниночки одному только взгляду мужчины - тому свидетельство ярчайшее. Бережность мужчины тоже налицо и музыка его речи возбуждала даже её, гостью на чужом празднике. Эльвина не могла пожаловаться на недостаток внимания к себе, нет, с этим полный комплект, но тепла и тайны в его общении с ней лишь на три сольдо, остальные империалы уплыли Ниночке.
  Их не было чуть не три часа, но муж и разу не вспомнил о жене, занятый друзьями по увлечению. Светлана и Аллочка как-то незаметно для себя стали подружками всего общества и выбирать кого-то одного передумали. Они прислушивались к разговорам, оценивали мужчин на зрелость и прикидывали: смогут ли в такой компании провести часть летнего отпуска? Мысли о замужестве отступили на второй план пред соблазном провести три недели на природе и без пригляда родных.
  Чуть позже, уединившись с другом, Фёдор сказал:
  - Володя, спасибо, я твой должник! Всё вышло удачно и Нинка твоя. Хоть насовсем, хоть до утра, хоть в нежные подруги и навеки.
  - Если б мы с тобой не дружили - тогда да, она изысканна и хороша, ко всему и в моём вкусе. И сегодня она себя превзошла: Эльвина мною пользовалась, а Ниночка понимающе улыбалась и куталась в свою роскошную шаль. Будто я принадлежу ей, а эти игры - это её дань нашим особенным отношениям. Такие жёны - это природная аномалия! - нагло соврал Антипин, выгораживая расшалившуюся сегодня Ниночку.
  - Она иногда и со мной такие фокусы выкидывает, так что я в курсе.
  - И что в них особенного?
  - Я говорю: Нинка, забудь про всё, сейчас ты Вовкина жена, со мной, как с ним, поиграй, ну что тебе стоит, он же поймёт и простит? А она отвечает: - Нет! Ему я изменить не могу!
  - Это только слова или...?
  - И остальное тоже! Иногда в роли твоей дамы она может оставаться несколько дней. Так что твоя она по-настоящему!
  - Но, Федя, я всегда знал Ниночку твоей женой.
  - Ты её не хочешь? - Вовка, да она от тебя течёт за час до визита!
  - Федя, жест роскошный и восточный. - Спасибо!
  - Спасибо - да или спасибо - нет?
  - Из уважения к нашей дружбе я буду её обожать и без этого.
  - Но в этом-то и вся суть излечения Нинки! Я её уже не хочу. - Наелся! А лечение одно - и чем круче и грубее, тем эффективнее, я врач по этим делам и знаю точно.
  - Что, здесь и сейчас? - спросил Антипин, зная Фёдора хорошо и уже давно. Он знал, что говорил и симптомы её болячек ему указывал не однажды. Ниночку надо хорошенечко истерзать и до крови. Дурная вытечет и обновится новой.
  - Нет, в ночь на понедельник. У нас дома. Деток не будет, я их увезу к родителям в деревню и останусь с ними. На репетицию она может и опоздать. Так что приходи после двенадцати за листиком лаврушки, у нас как раз свежая появилась, из венков эллинских олимпиоников. - Сказанное мужем звучало странно, но Володя ему доверял абсолютно и всё же переспросил:
  - Ты уверен?
  - Как никогда!
  
  В понедельник у Антипина первого урока не было и он не сразу отошёл от воспитательного марафона с чужой женой. Они провели вечер и ночь, однако никакого интима, который ему навязывал Фёдор, у них не было, зато выяснения истоков причин мужней ненависти к жене они прошли на сто рядов. Володя прекрасно понимал, что мужская и женская ойкумены устроены по-разному и этой женщине мужчину по своим фантазиям не найти ни за что! - Нужно жить с реальным, сведя к минимуму отрицательные файлы со стороны мужа. Если Федя найдёт женщину и надумает сделать её женой, дело иное, а так - надо уживаться. Ниночка немножко поплакала, она надеялась, что они с Володей займутся другим, однако и здесь её мечты накрылись медным тазом. Чтобы уж совсем не топить эту удивительную женщину, он пообещал, что интим у них будет, но не в условиях войны с мужем. Интим назло и вообще любое дело вопреки здравому смыслу и из вредности - путь в пропасть! Поскольку и раньше их отношения были нежными и сугубо доверительными, то аргументы Антипина Ниночка приняла к исполнению.
  Утром они вместе приняли душ и она смыла с мужчины следы собственного естества, которые передаются вместе с вирусами, иногда даже на расстоянии.
  - Как будто свою кожу снимаю, - сказала она, орудуя на мужском теле мочалкой. Вот так бывало нечасто, но всё же бывало и у них не было друг от друга особых тайн по части физиологии, однако никогда интеллектуальная чувственность, которая только с Володей и пировала, плотскому не уступала и их совесть не мучилась угрызениями. Ему она могла признаться в любой фантазии или капризе и выслушать объективное и необидное в ответ. Ну и Ниночка видела, что причина не в его терпении и выдержке, а в удивительном совпадении векторов чувственности и ойкуменах их обитания. Такая положительная корреляция была не во всём, но даже совпадение трёх-четырёх векторов из тысячи женских - это несомненная удача и таких счастливиц на Земле единицы. Поэтому любые контакты несли положительный заряд.
  - Ты на этой неделе что-то от меня в себе зачинала? - спросил он.
  - Разумеется, и не одно, а много чего! - Ты не Федя и с тобой можно.
  Занимаясь очисткой мужчины очень аккуратно и с любовью, она перестаралась и вызвала у него нешуточную эрекцию. Вдруг и сразу фаллос мужчины стал античной конфигурации, когда Геркулес приходовал четыре с лишним дюжины дочерей местного царя. Несмотря на милые и безгрешные отношения, тело Ниночки вызывало сильное томление и не покрыть её - божья кара за грехи с другими женщинами. Десять дюймов грехов увидишь не каждый день, но и такой соблазнительной она бывает редко. Почему Федя к ей остыл, загадка и он по-мужски не встревал в их семейное не допытывался. Она с круглыми глазами наблюдала несметные дюймы желанности, качала головой и не могла вымолвить слова. Прежние дюймы сегодняшним уступали заметно. Потом всё же Ниночка сказала:
  - Если бы вышло по-моему, это было бы во мне?
  - А где же ещё?! - улыбнулся Володя возможности оттянуться по-мужски.
  - И мы бы ещё с тобой... ну, это...? - пролепетала она вдобавок к движениям, имея в виду фрикции.
  - Да, милая Ниночка! И шум стоял бы до небес.
  - Я готова такое принять без зубовной и прочей боли?
  - Разумеется! - Никакой боли и море неги и удовольствия.
  - Я тебе верила всегда, думаю, ты и сейчас говоришь правду, - ответила она и продолжила мытьё мужского тела. Но у неё тоже кое-что произошло, так оно и должно быть - природа естественна и ей фиолетово, кто чей муж или жена: эрекция транснациональна и надклассова. Обнять и приголубить его ей очень хотелось и в это время она узнала ещё одну, грустную для себя, истину:
  - Нинок, твоё изумительное тело хотят все мужики! - Просто хотят и чтоб толпой. Изнахратить и сделать из него сексуальную машину. И тебе уже после третьего-четвёртого это понравится. А той Нинки, которую мы с тобой лелеем после раздоров с Фёдором, уже не станет. И выбор только за тобой. - Кем быть?
  - И я могу выбирать?
  - Пока ещё - да! - Станешь сукой-извращенкой - уже нет!
  - А хотят-то меня нормальные или невсебешные?
  - Все!
  - Да! - после очень долгих размышлений и диалогов с самой собой изумилась женщина странной истине, которая и возраста не имеет: она вечная.
  - Хорошо, пусть будут эти пятеро в очередь, но первый - ты! - ответила она в итоге размышлений. И реакция Володи её удивила:
  - Ты уверена?
  - Теперь, да!
  - Тут выйдет нескладушка махонькая - после меня им уже ничего не достанется!
  - Но ведь ты уверял, что во мне неисчерпаемые кладези интимного или это ложь во спасение?
  - В нас потаённой страсти злато
  Ресурсы дивные хранит,
  То лес густой, то мёртвых плато,
  То тундра таинством манит
  
  И колдовское мы отыщем,
  И дева станет божеством,
  Её улыбка станет пищей,
  Шалаш из кудрей - страстей дом,
  
  Уста за музыку и оды,
  А тело - всех сокровищ схрон,
  Покровы - шик высокой моды,
  А пуф у тумбы - царский трон.
  
  Строка ответа - шарм писаний
  И вожделенная рука
  Достойней вычурных ристаний,
  А взгляд - целительный указ,
  В нём сокровенное про нас! - выдал мужчина женщине на одном дыхании и потом добавил, но уже не с тем нервом и гораздо тише: - Если ты - сокровенное, то никому больше!
  Женщина слышала всякие признания и позывы к соблазнам, подобное же ей выкладывали впервые. В этих чужих строчках таилось признание в любви. Володя её и лелеял, как красивую игрушку, и любил, как нечто близкое и дорогое. Она с ним дружила давно и эта дружба ни на что принятое между мужчиной и женщиной не была похожа. И ей хотелось естественного перетекания в следующую фазу. Любить глубже и больнее! - Но возглавлять пятёрку на её ложе он не будет. - Жаль, она так надеялась!
  Нина прикрыла свои очи и мысленно обратилась в мифический образ, известный из росписи на амфорах и кувшинах:
   - Женский мазохизм имеет глубокую историю, я сейчас чую в себе фаллос неандертальца. Он такой огромный, всё внутри раздирает и изливается фонтаном океанического кита, я взлетаю на нём ввысь и меня подхватывает ветром. Куда-то несёт, приземляюсь, а там ты! - Хороший сюжет, могло быть и хуже. А перед этим мне скормили мясо бизона, вкусное, - и без перехода, что ей свойственно всегда, заключила: - Ладно, Федя, так Федя!
  
  
  В понедельник после обеда Парейкис зашла к Антипину в кабинет и, слегка перебирая в таинственности, заявила:
  - Говорят, ты с приятелями возил Светочку в гарем мужиков и ей там понравилось. То-то я не могла дозвониться ни домой, ни на мобильник.
  - Знаешь, Ивушка, если бы не жена моего друга, я бы туда поехал с тобой. Эльвине ты бы пришлась по душе. У нас получилась исключительно рыбацкая тусовка. А девочки - это декор. И взрослые женщины там обычно скучают.
  - Я про этих ненормальных наслышана. Твой "любимец" Волховитин просвещает постоянно, - намеренно в пику ему ответила женщина, - но ведь ты - не они, я в этом понимаю достаточно. А вот итальянка у нас - это уже другое. Я просто чую, что она приехала к тебе. Расскажи об этом, что можешь! - потребовала Иветта Брониславна и Антипин в общих чертах поведал о вчерашнем приключении. О том, что они делали с Эльвиной и Ниночкой на берегу речки и как он сумел обернуть в одну шаль итальянку с Ниночкой, он даже не упомянул. Что-то утаённое Иветта всё же уловила, но решила, что поведанного вполне достаточно. И они условились о времени для окончательного планирования операции с Никитиной-старшей. Графики свободного времени совпали на вторую половину среды.
  
  Обсуждение обстоятельств операции прошло очень обстоятельно, мило и деликатно. Когда всё было решено и разложено по полочкам, она сказала:
  - Лучше тебе всё сделать самому. С женщиной она будет вести себя иначе.
  - Думаешь, при тебе она замкнётся? - Вообще-то, Парейкис от других женщин ревнивостью не отличалась, но в своей тонкой работе от этого предрассудка старалась отмежёвываться и быть по-мужски рациональной. Нелюбимого Антипиным Волховитина она держала в стане знакомых именно для этого - он служил эталоном холодной рассудочности.
  - Так вот, о мамочке Никитиной, - сказала Иветта Брониславна, - скорее всего, в её тайниках покоится что-то неприятное и тягостное и его посторонним лучше не знать. А тут мы с анкетами и расспросами.
  - Пожалуй, ты права, - согласился мужчина, - а как бы мы с тобой выглядели, заявившись к ней с бумагами для опроса?
  - Думаю, это можно назвать сладкой парочкой, разве нет? - мужчина полюбовался женщиной и возразил:
  - Насчёт казённого официоза ты заблуждаешься. Если бы ты выглядела, как сейчас, да ещё расстегнула все пуговки, она бы раскрылась, не раздумывая! - Чистота и искренность - это то, что предполагает неминуемую взаимность.
  - Может, так и сделаем? - предложила женщина. Интимная история с ним уже казалась неминуемым шагом. Туда хотелось изо всех сил. - Просто хотелось и всё! Она смотрела на него и ждала. Он не мог не ответить по-мужски.
  - Зачем тебе Волховитин? - неожиданно спросил Антипин и она раскрыла рот. - Прости, но я должен спросить! - Ты и он - это же клинический нонсенс! - вопрос прозвучал и в его мелодике не было ничего обидного, лишь любопытство и мужской интерес. Но между ними такое впервые. Женская околесица его и привлекала и делала невольным соучастником, поскольку мужчины лучше себя чувствуют в саду, возделанном собственными руками. Иветта была изысканным и капризным цветком и к ней он относился с пиететом и уважением, позволяя капризы. Однако, попав в сети его внимания, она становилась так же и частью его ойкумены. А раз так, то и ценности с критериями там его собственные. Волховитин - это его антипод и Иветта сие уже знала. Однако у неё собственная ойкумена и там свои тараканы и скелеты.
  - Назови это служебным романом, - наконец-то нашлась она. - А что, так заметно?
  - Три и два в вашей тайне я сложил мгновенно. Так чем же он тебя заводит? - чем-то от мужской ревности пахнуло на самое сердце женщины и она, едва скрывая волнение, ответила:
  - Не бери в голову, ничего такого. - Тебе он не ровня, и вообще, это сугубо служебные файлы.
  - И всё же меня это напрягает.
  - Спасибо, - ответила она, - я это учту. Похоже, теперь со мной ты настоящий?
  - А ты?
  - Что - я?
  - Рискнуть слабо? - Не на минутку и не второпях.
  - А если у меня такое и такой уже есть? - с отчаянием возразила она.
  - Неужели?! - улыбнулся мужчина, не скрывая иронии.
  - Ну, не совсем такой, - извинилась женщина, - но мне в разное время нравятся разные мужчины, поэтому я их просто коллекционирую. Женщина была очень тонкой и опытной сердцеедкой и своего добилась, Антипин поддался и такой он ей нравился больше. Молодой мужчина в её стане был единственным среди бывалых и зрелых "быков". Теперь его молодость стала иллюзиями её собственной. - А какая женщина без них!
  - Может, мы остановимся? - уже спокойно спросила она, удовлетворённая и умиротворённая, понимая, куда он зовёт. Туда ей хотелось с самого первого года замужества, но не получалось. Не те и не того хотели. - Господи, ну, кто придумал эти оковы морали?
  - Мы остановимся только насытившись, но ведь ты не для того создана и не такова, чтобы стать игрушкой?! - Разве нет? Последние сомнения женщину покинули и она кивнула:
  - Я позвоню. И добавила: - Уже сегодня!
  
   НИКИТИНА-СТАРШАЯ, ПРОЛОГ ОТНОШЕНИЙ
  
  Через несколько дней Антипин созвонился с Никитиной-старшей и предложил встретиться. Ничего особого, пояснил он, речь о будущем Нади. И она пригласила его на вечерний кофе. Беседа с мамой Нади подозрения Антипина подтвердили, женщина была слегка не в себе и едва скрывала это под личиной прохладности и лёгкого эпатажа. Внимательно осмотревшись в доме, он сообразил, что это не всё. Было ещё что-то, чего женщина в себе боится и от этого страдает. Он решил, что стоит задержаться и разобраться во всём основательно. На этот случай у него была профессиональная заготовка, пакетик с листом чёрной смородины и он позвал свою ученицу:
  - Приготовь-ка, Надюша, нам чаю вот с этим, помнишь, как делали на том историческом поле? - девочка кивнула и оставила маму с учителем наедине.
  - У Нади проблемы? - спросила мама, судя по тону, привыкшая в общении с мужчинами ко вторым ролям даже у себя дома.
  - Думаю, они есть у вас и она это перекладывает на себя. Как и всякая женщина. Мне кажется, для неё такая роль не ко времени в пятнадцать-то лет. - Разве нет? - не стал тянуть Антипин.
  - С чего вы взяли? - не сразу нашлась женщина.
  - У меня свои источники, они профессиональные и надёжные, - выдержал дистанцию учитель и мама от дальнейших вопросов воздержалась.
  - То есть, вы пришли воспитывать меня? - сообразила мама и это ей не понравилось.
  - Я бы это назвал иначе - мы убережём наших детей от лишнего в себе.
  - Но ведь она стала лучше учиться и по истории выйдет пятёрка в четверти, что вас так волнует?
  - Она это делает из вредности девичьего характера, поэтому надо сменить мотивы. Надя вполне адекватна миру и может хорошо учиться и без такого экстрима. Ну и стать поосновательнее и поглубже - для женщины это никогда не лишне.
  - Вы не находите, что это вмешательство в мою личную жизнь? - мама подыскала, наконец-то, нужные аргументы защиты, но гость лишь улыбнулся.
  - Евгения Алексеевна, это моя работа, а Надя ваша дочь. У нас общие интересы, так что давайте дружить!
  - Дружить? - повела плечами мама, почуявшая опасность, поэтому в тоне прибавила отчуждения, - Но ведь мы не настолько знакомы!
  - А разве Надя не повод для этого? - не отступался гость и воли в его голосе было предостаточно. Мужского шарма тоже. Он на это не скупился, понимая - иначе не одолеть. Иветта просветила достаточно, чтобы он положение с характером мамы увидел в истинном свете. Поэтому он ломился в расположение женщины, не давая той опомниться. Кажется, получилось - она проглотила комок и вздохнула:
  - Мы с ней стали будто чужими. После развода с мужем она начала меняться и сейчас это уже не та Надя, что раньше, - призналась мама. Врать такому учителю ни к чему, запираться тоже. Он сам пришёл и задал вопрос, которого она ждала. Они ещё немного поговорили и дождались, когда Надя принесёт всё к чаю. Она всё расставила по местам и села рядом с гостем, чтобы видеть маму. Растёкшийся аромат лесной ягоды был густым и располагал к неспешности. Надя аккуратно разлила уже готовое питьё и разложила варенье. Себе и маме в большую высокую вазочку, а ему поменьше, в свою, подаренную деревенскими на день рождения. По тому, как она это делала, мама сообразила, что дочь к учителю чисто по-девичьи неравнодушна. Хотя себя постаралась не выдать. И её симпатия - больше, чем доброе отношение ученицы к учителю.
  Чайная церемония вышла очень деликатной и приподняла градус ауры на должный уровень. Слов почти не звучало, а только междометия о вкусе напитка и ощущениях внутри. У каждого они были особыми и к тому, как это выглядит, прислушивались с удовольствием. И ещё одно: мама вдруг отметила, что её дочь уже женщина. Маленькая и беззащитная, но женщина. И на мужчину рядом с собой она поглядывает с надеждой о помощи. Не совсем то, чего бы хотелось маме, но подспудную ревность она уняла и мысленно воздала всевышнему, что дал дочери хоть такую минутку. В её жизни не было ничего подобного. - Ничего!
  - Ваши корни из нашей округи? - спросил учитель у мамы.
  - Да, наш род из Репелихи. Когда-то, говорят, наша деревня была чуть не городом.
  - Это верно, - подтвердил гость, - только тот город сгорел после набега ордынцев и на пепелище ничего строить не стали. Рядом были посадские дворы, вот с них-то и началась новая Репелиха.
  - И с фамилией Багрянцевы там чуть не каждый третий, - заметила мама. Увидев вопрос в глазах гостя, она пояснила: - это моя девичья фамилия, замуж я вышла уже здесь и после института.
  - У князя Всеволода был такой сотник Багрянцев, он командовал отрядом из местного ополчения. Это, случаем, не ваш предок? - спросил гость и Никитины переглянулись. Мама пожала плечами:
  - Кто ж теперь знает, как оно было.
  - Почему же, мама, а Семёновы говорили, что наш род когда-то был знатным, да потом бог разгневался и покарал за гордыню, - вмешалась Надя, поглядывая на гостя и как бы заручаясь его поддержкой. И мама удержалась от колкости в адрес шибко умной дочери.
  - Слушай их больше! - упрекнула она, но так, для порядка.
  - Ты хочешь узнать об этом получше? - спросил Антипин.
  - Хочу! - твёрдо и в пику маме ответила дочь. В поддержке учителя она не сомневалась. Она ему верила и это меняло всё.
  - Хорошее дело, - одобрил гость и обратился к маме: - вы знаете, Евгения Алексеевна, в этом есть смысл. Знать свои корни так глубоко дано не каждому.
  - А если это окажется кто-то из выродков и незаконных веток того самого семейства, каких в истории немало? - Может, эти забытые тени оставить в покое?
  - Глядя на вас обеих, о безродных думать не хочется, - улыбнулся гость, - судя по вам и Надюше, женщины вашего рода в ряду невест наверняка были на виду. Так что выбирать им приходилось из самых лучших мужчин. И ваше потомство тому вроде памятника.
  - Вы нам льстите, - неожиданно для дочери смутилась мама.
  - Вовсе нет, - возразил гость и взглянул на Надю. Мягко и требовательно одновременно. И дочь первой пришла в себя.
  - Вы подскажете, с чего начать? - спросила она и учитель кивнул. Беседа с мамой предполагала доверительное уединение, но дочь оставлять их не собиралась. Она считала, что имеет на то право, а вот мама нет. Беседа с мамой при дочери перетекла на темы ценностей, которыми должна обладать женщина. Гость был умелым педагогом и по теме прошёлся со вкусом. Мама поддерживала его, но и не более. Что-то ей мешало развернуться по полной программе. Но отчуждения к гостю уже не было и в помине. Антипин решил, что торопиться не стоит, пускай женщина освоится с новым положением. То есть, поймёт, что ей хотят помочь.
  
  - Ну, как прошло? - спросила на следующий день Парейкис, раздеваясь в передней Антипина и отпустив с поводка маленькую болонку, которая любила прогулки в скверике и парке, а тут её затащили в незнакомый дом и это ей не очень-то понравилось. Однако женщина быстро забыла о собачке, поскольку сгорала от любопытства и мужчина обстоятельно ответил на её вопросы. Он смог припомнить и выражение лица Никитиной-старшей и отношение ко всяким нюансам Никитиной-младшей. И оказалось, что Антипин не временный союзник по анкетированию, а единомышленник и квалифицированный коллега, такое у неё случалось крайне редко и она стала изучать материалы.
  Они получились интересными, кое-что он обобщил и она не на шутку увлеклась чужой идеей. Антипин самостоятельно смог соорудить из вчерашней беседы систему заданных ею вопросов, она впечатляла и гостья увлеклась чтением. Писал учитель отменно и читательница легко представила ход визита к Никитиным. Незаметно для себя она устроилась будто дома и с ногами забралась в кресло, прикрыв колени юбкой и откинувшись на спинку. Хозяин дома, пару секунд полюбовавшись гостьей, принёс с кухни графинчик бруснично-клюквенного морса, способствующего мозговым штурмам и вместе с хрустальным бокалом поставил перед ней на тумбочке. Написанное Никитиным было увлекательно по сути и качественно по исполнению, он не упустил ни единой детали из её вопросника, добавил к ним интонации и эмоции анкетируемых и чтение с вкушением мужского морса стало для женщины очень продуктивным. Он по-прежнему любовался гостьей, а она молча и одобрительно принимала почитание, которого нигде больше и не встретить: другие мужчины только тискали и раздевали. Ну и умная женщина - это бонус к её обаянию, поэтому хозяин боялся нарушить интимное свечение гостьи, увлечённой его опусом на темы психологии Никитиной-старшей. Цвет напитка был густым и насыщенным, как и вкус, поэтому впечатление от него было полным и гармоничным.
  - Впечатляет! - сказала Иветта, отложив мужской опус и на чтении поставив точку.
  - Сама женщина или проблема? - улыбнулся мужчина.
  - Ты, въехавший в неё так основательно! И кто из нас психолог, а кто школьный историк? - не дала ему ходу женщина и имея свою линию жизни на эти минуты.
  - Какая училка, такой и ученик! - ответил он и тоже хлебнул из бокала с морсом, намеренно из её бокала и оценил реакцию.
  - Володя, ты со всеми дамами так? - он вопросительно взглянул на неё и она уточнила: - взять хотя бы этот напиток, от которого я вне себя от пылающих мыслей и идей? - Или, к примеру, листки, они пахнут тобой, там чернила иссиня-чёрные, будто из мужского аромата, хотя всегда ты пользуешься принтером и там буковки безвкусные, а?
  - Ивушка, тебе ведь ответ и не нужен, правда? - А морс у меня общий для всех - мозги прочищает ого-го как! Поэтому давай упражняться по мозговой части, а потом как получится. И они занялись исследованием чужой души на расстоянии. Влияния морса на мозги хватило надолго, они в течение часа выпили целый кувшин и таки решили психологическую задачку.
  Собачка в это время в доме всё изучила, обнюхала и ничего неприятного не нашла, после чего успокоилась и признала за Антипиным право касаться своей хозяйки. Визит затянулся и болонка заскучала. С ней не сюсюкались и уже давно не обращали внимания. Тогда она напомнила о себе звонким лаем. Ивушка на неё прикрикнула и пригрозила вонючим мужским шлёпанцем. Болонка обиделась и стала грызть ножку табуретки.
  - Пусть грызёт, - улыбнулся Антипин, - она женщина и всё понимает.
  - Чёрт знает что, - ответила Ивушка, выбравшись из сложностей психологического портрета изучаемой женщины, - мы с тобой могли бы заняться чем-то более интригующим, чем разработка плана, как опутать эту мамашу!
  - И стать, как все? - остановил её мужчина. Ивушка Парейкис была дамой исключительной и претендовала только на лучшее и высшее. Служебные файлы не в счёт! Сегодня она оделась, как на свидание и приготовилась к самому интимному, решив позволить мужчине всё. Но он её своим мужским даже не зацепил. А тут ещё Кукла со своими фокусами и ревностью.
  - Ты прав! Прости. Но всё равно ты должен это увидеть. А то во мне разольётся желчь, ты ведь этого не хочешь? - Видеть её блеклой и унылой Антипину, действительно, не хотелось и они чуточку поиграли. Нашёлся напиток и для интимного тонуса, который ничего не испортил, но удовольствие продлил. Повеселела и собачка, почуяв особый запах и прочее волнительное и хорошо ей знакомое. Она положила голову на лапки и следила за хозяйкой и мужчиной. Было легко, тепло и уютно, будто дома: они тихонечко переговаривались и въезжали в новую для них специфику изучения подноготной женщины-родительницы, игравшей роль амазонки. Наука и частная жизнь переплелись самым причудливым образом и исследование слегка затянулось, но углубилось и продвинулось.
  
  А вот дела с краеведческим альбомом шли с трудом и Синицына нервничала, часто отыгрываясь на "предателе" Антипине. Но он ни слова не сказал в сдачу и все разовые поручения выполнял быстро и качественно, чем ещё больше раздражал куратора проекта. И вот она пришла к нему в конце дня, вся возбуждённая и в то же время по-женски послушная.
  - Володя, прикрой меня, - сказала женщина. Однажды такое уже было и он тогда пережил немало неприятных минут из-за её любопытства и вожжи в одном месте.
  - Хорошо, только утром ты выйдешь из моего дома. И они обговорили совместную легенду. Антипину не хотелось знать, куда она идёт, но Лена не выдержала и призналась сама. - Компьютер должен попасть в их школу!
  - А если обманут? - с участием к её решимости отнёсся Антипин.
  - Ты в курсе всего, так что мы его дожмём, ведь так? - выложила она свой заветный аргумент и мужчина отступился. К утру она так и не появилась, но позвонила на мобильник, пообещав всё рассказать при встрече. Они встретились у газетного киоска рядом с его домом и дальше шли, будто провели вместе не только ночь. Однако о пережитом подругой он и не обмолвился, чуя её настрой. Что-то сложилось не так и он не стал её доставать вопросами. Слезу она не удержала и им пришлось свернуть в скверик, чтоб всё уладить. Доверительность с ним уже сложилась до самого-самого и она выложила неприглядные подробности проблемы.
  Охмурить такого мужика и не вымазаться в грязи - не получалось. Женские козыри подруги Антипин в общих чертах знал и посоветовал, чем достать этого быка. Она прикинула свои возможности и согласилась - Володя глупостей не советовал. К школе они подходили живыми и весёлыми, особенно Лена: парочка историй из арсенала Володи женщину привела в нормальное расположение. Антипин был по обыкновению ироничен и насмешлив, будто и не его она держала цепко за локоток и демонстрировала женщинам эксклюзивную приобщённость. Муж Лены Виталий в течение дня на Антипина поглядывал искоса, но подойти не решился. Она и вышла за него поэтому.
  
  - Иван, - обратился Антипин к преподавателю физкультуры, - присмотрись к Никитиной из моего класса. Её нужно пристроить в какую-нибудь секцию или группу. Если не получится с этим, прикинь что-нибудь другое, ей нехватает движения и вообще реальных физических действий. - Ты меня понял?
  Майор в отставке припомнил его класс и ту самую Никитину. Крепкая, но замкнутая девочка.
  - С чего бы это?
  - Какая-то она неправильная! - Может, стержня нет?
  - Уверен, ты озадачился неспроста.
  - Да, - подтвердил Антипин, - и я не знаю, где зарыта эта собака.
  - Хорошо, я подумаю.
  - Чемпионки из неё не выйдет, но человек должен получиться нормальным.
  - Володя, всё с ней будет в лучшем виде, но раз уж так совпало, то и с тебя кое-что требуется. Вере надо срочно сделать реферат и отослать в институт. Она зашилась на работе и уже опаздывает. Я ей говорил, чтоб она подошла, но девушка стесняется. - Ты же её знаешь.
  - Пусть приходит, - ответил Антипин.
  Вера училась на заочном отделении в экономическом ВУЗе и работала рядовым менеджером в строительной фирме. С Антипиным она дружила, как и Иван и принимала его со всеми мужскими потрохами. Сбежавшую жену Антипина она и не понимала и не одобряла.
  - Ну, что, Верка, начали? - спросил он, после того, как все исходные материалы и заданная тема были изучены досконально. Она кивнула и они в четыре руки принялись за дело. Вера со своего ноутбука вводила на стационарный комп заготовки, а Антипин лепил из них конфетку. Они не отвлеклись даже на обоюдные подначки и шутки пока не завершили.
  Несмотря на позднее время, Иван и не думал беспокоиться о боевой подруге, он на Антипина надеялся и знал, что Вера не пропадёт и к дурному не приобщится. Они пришли к дому Крестова, света нигде не было и Вера, интригующе улыбнувшись, взяла Антипина за руку и тайком и через дворовую пристройку привела в дом. Получилась игра. Вера раньше такого не делала и гость невольно поддался странному капризу. Она плотно закрыла дверь в спальню, задвинула шторку и включила тепловой занавес, чтобы вообще изолировать два мира: спальня с мужем - мир чуждый и столовая с Володей - мир близкий, принимать такого гостя на кухне было не в тон! Приложив палец к губам, она усадила его в столовой и стала выкладывать на стол домашние яства. Спартанский режим Антипина она знала отлично и поэтому устроила ночной пир по-раблезиански. С мужем они сговорились, чтобы тот всё приготовил, а она это подогреет по приходу с Володей.
  Иван так и не проснулся и они всласть наговорились и насмотрелись друг на друга. Вера своего Ванечку любила по-настоящему и не взахлёб, давая тому свободу и возможность самоутверждения. С детьми, правда, не вышло и с ними жил его племянник, у которого погиб отец, а мама вскоре после этого сгорела от болезни. Насытившись всем, Антипин сказал:
  - Верка, ты чудо! - откланялся и через четверть часа был дома и только там почувствовал усталость. Уснул он мгновенно.
  
  - Простите, я знаю, что не вовремя, но, боюсь, другого случая не будет, - раздалось в трубке около трёх часов ночи, сон Антипина не составил и часа. Прошло не меньше минуты, пока он не понял, что лежит в собственной постели и за окном глухая темь. Чуть заметное деревенское оканье с едва ощутимым местным выговором было индивидуальным и он узнал женщину.
  - Да, Евгения Алексеевна, я вас слушаю! - ответил учитель.
  - Мы в тот раз хотели поговорить, но не вышло. Сейчас нам уже никто не помешает, - она сделала паузу и добавила: - я могу придти к вам, вы можете придти ко мне, как лучше? - спросила женщина. Ей было плевать на всё, только бы выговориться.
  - Вы знаете, как меня найти? - спросил он.
  - Знаю, Надя просветила. - Так я выхожу?
  - Да, я вас жду. По голосу женщины он уловил степень подпития, она была вполне приличной, иначе бы на такое женщине не решиться. После визита к ним, он так и не придумал способ продолжить сеанс психоанализа с мамой ученицы. Теперь нужно устроить так, чтобы не было дурных последствий.
  Вскоре Антипин увидел фигуру женщины в арке дома напротив и проследил за ней. Она шла неспешно и не очень уверенно. Видимо, ночная прохлада действовала отрезвляюще и её решительность таяла на глазах. Он спустился вниз и распахнул дверь подъезда. Она тут же упала ему на грудь и всхлипнула:
  - Как вы догадались, ещё немножко и я бы повернула назад! - ей и хотелось защиты и в то же время она боялась. Он её чуточку приободрил и она успокоилась. Оказавшись в его доме, женщина спросила:
  - Дайте чего-нибудь выпить! У меня внутри всё мутит и колотит! - Антипин даже не глазом не повёл на эти слова и она от отчаяния взяла высокий тон: - Володя, умоляю, придумайте что-нибудь! После тех минут натужной беседы в присутствии Нади она многократно пропустила через себя всё произошедшее и поняла, что он пришёл с чистой душой и добрыми намерениями, а она совсем не к месту стала играть в принципы.
  Мужчина оценил элегантную одежду гостьи, лаковые туфли и прочее и решил, что она шла на свидание. То есть, сначала нарядилась и сделала лицо, а потом решилась на звонок. Говорить о важных делах и в отчаянии идут чуть не в шлёпанцах и домашнем платье. Может быть, она хотела к кому-то другому, но не срослось? И вообще, эта дама не в его вкусе.
  - С пьяной женщиной я не могу иметь никаких дел! - огорошил он гостью, усадив в кресле гостиной. Она вздохнула и поморщилась. Могла закатить скандал или устроить истерику. Это хозяин увидел сразу, но на удочку инстинкта не поддался. Теперь он понял, что ни к кому другому в таком состоянии ей не пойти. Значит, судьба дочери для неё важна. - Уже лучше. Надо прямиком и на "ты", раз она начала с "Володи", тогда доверительность выстроится быстрее.
  - Ты выглядишь исключительно, макияж и прочее заняли уйму времени, тебе хотелось произвести впечатление. То есть, ты собиралась к разумному мужчине, чтобы ощутить положительную эмоцию, а не торопилась к кобелю на случку, когда про всё такое совсем неважно! - Или я ошибаюсь? - Она кивнула.
  - А дочь у тебя, Евгения Алексеевна, стоит того, чтобы из-за неё вот так забалдеть, - как бы извиняя взвешенное состояние женщины, констатировал хозяин. Его прямота расположила гостью к следующему этапу откровенности:
  - Да, - выдохнула Никитина-старшая, - ты её знаешь хорошо, она только о тебе и говорит. А я с ней, как последняя стерва! И не могу иначе. - В ней всё Никитинское! Она в мужа всем своим существом. В этого кобеля и пройдоху, чёрт бы его побрал! Если бы ты знал, как я ненавижу всё, связанное с ним, в том числе дом, мебель, утварь. А теперь к этому прибавилась и Надя.
  - И ты решила трахнуться со мной, чтоб досадить ей? - и гостья кивнула. Всё так просто. И он сделал ответный шаг к близости. Но уже настоящей и без дураков.
  - У тебя, Женька, дочь что надо и я бы такой гордился. Она умна и пытлива, женское уже закладывается и в ней твоего немало. Просто она уже самодостаточное существо, хотя сама этого не понимает.
  - Ей только пятнадцать! - удивилась мама.
  - Ты хорошо помнишь её тело? - спросил Антипин.
  - Думаю, да, а что? - насторожилась мама, ей казалось, что вопрос с подвохом.
  - Колени! - У неё будут твои колени. Он чуть обнажил ноги гостьи и приподнял правую голень, удерживая ногу за щиколотку. - Вот этот изгиб у неё твой и ничей больше! Такое зреет долго, сейчас у девчонок с простеньким сложением всё уже сформировано, а у неё ещё по крупицам и крохотным чёрточкам укладывается и шлифуется. Но потом - вот оно, сокровище! - он коснулся этой части её тела и она мужской пиетет ощутила всем существом, - какой Никитин?! - Окстись, Женька! Ошеломлённая гостья не знала, что и думать. Да и не то состояние. И она стала разглядывать собственное тело, будто музейный экспонат. В руках мужчины оно сразу же обрело и вид, и достоинство, нехватало рамы, названия картины и фамилии автора под шедевром. Желание выпить испарилось без следа и из этого дома никуда не хотелось.
  - Ты так её изучил, что заметил и это?
  - Женька, перестань её мучить! - Она твоя дочь на все сто! А нынешние семейные потасовки - это от возраста. У нас в классе она самая взрослая. И в её устройстве ум и инстинкты сочетаются очень удачно, она не мешает проявляться инстинктам, а те не провоцируют на глупости. Такая разумница у нас и во всей школе единственная!
  - Откуда это в тебе? - удивилась гостья, так и не сделав и движения из его рук.
  - Это моя работа, - пожал плечами хозяин, ещё не решив, что делать с женскими прелестями, да и подсознание подсказывало, что гостья могла в любой момент закатить сцену. Женщины во хмелю, да ещё незаурядные, совершенно не прогнозируемы, если их не держать в руках таким вот простым способом.
  - Хорошая у тебя работа, - вздохнула гостья и деланно обиделась, чуть отвернувшись и подставив его глазам ещё кое-что. И, чуточку подумав, задержала дыхание, чтобы спиртное не затмевало другие ароматы.
  - Ты ведь понимаешь, что работу нельзя путать с удовольствиями? - спросил хозяин и гостья согласилась. Её должность экономиста ничего подобного и не предполагала. Секс в кабинете босса и на служебной квартире не давал ни особого удовольствия, ни уверенности в себе.
  - Потрогай и другую коленку, - попросила она и он не стал противиться, учуяв движение навстречу, да и запаха спиртного откуда-то изнутри он уже не замечал. Потом он ушёл на кухню и сообразил невероятный коктейль из кофе и травы-отворота.
  - Пей и думай о самом лучшем в своей жизни! - велел хозяин, подвигая дымящуюся чашку. Гостья инстинктивно подобралась и выбрала самую обворожительную позу, ощущая пиетет мужчины где-то внутри себя. Хотя это была очередная иллюзия: Антипин был только расчётлив и внимателен.
  - Ты уверен, что это и есть то самое средство? - спросила она, приняв чашку и поднеся к устам.
  - Женя, лучшее - оно у всех лучшее и греховные проделки в этот разряд не попадают. Любовь, пусть и тайная - да! Но ничего другого. Пей и думай об этом.
  - А ты о чём будешь думать? - спросила гостья, обретя уверенность. От того раздрая, который и подтолкнул позвонить учителю, не осталось и следа.
  - Могу и о чём-нибудь твоём, - улыбнулся хозяин. Несколько минут царила тишина, аромат чудо-отвара витал над ними и к словам не располагал. Гостья изредка поглядывала на хозяина, но надолго глаз не задерживала. Мужчина был сильным, а ей так не хотелось в подчинение. С сильным мужчиной иначе рядом не удержаться. И она подавила в себе естественную тягу женщины к силе.
  - Отличная вещица, - сказала гостья, отставив чашку, - если не секрет, о чём ты думал?
  - Ты не обидишься?
  - Нет, теперь я в порядке.
  - Ну, как знаешь. Так вот - я думал о Наде. И прикидывал, что нужно для её развития в настоящую и уверенную в себе женщину. Такую, чтобы шелупонь у её ног, наконец-то, это поняла!
  - Я и так знаю, - вздохнула гостья после очень долгой паузы, учитель выразил и её думы. Она едва сдержалась, чтобы не расплакаться от отчаяния, - она мечтает, чтобы вернулся папа и всё стало, как прежде. - Но такое невозможно. Она же про нас с ним ничего не знает! Хоть в этом у него хватило ума не выдать наши отношения.
  - По тому, как ты выглядишь, говоришь и ведёшь себя, я думаю, что мужчина у тебя есть и сейчас. - Она об этом догадывается?
  - Возможно. - Я замечала, что именно в такие дни наши отношения становятся невыносимыми.
  - И вчера был такой день?
  - Да, - без восторга призналась гостья.
  - Как бывает потом? - Всё напряжение спадает до следующего раза или это лишь катализатор страстей?
  - Есть и первое, и второе, и кое-что фирменное: наше, семейное, в такие дни мы воюем, как Монтекки с Капулетти.
  - И пьёшь ты от отчаяния?
  - Да. Я не знаю, с чего начать: она не принимает меня уже давно и ничто из моих рук или уст не имеет ни цены, ни значения.
  - А твоего мужчину она как-то может знать и тем самым реагировать именно на него?
  - И это мне тоже неведомо. Хотя она могла как-то догадаться по звонкам и моему отношению к ним. Он иногда звонит домой.
  - Тебе этот роман надоел или он поддерживает в форме? - чтобы доставить женщине удовольствие, спросил Антипин. Он прикинул, что за такое время она могла и определиться: получалось, что связи больше пяти лет. По нынешним временам - целая вечность.
  - Знаешь, Володя, это и романом не назовёшь. Мы давно работаем вместе, он хороший человек, приличный специалист, умелый менеджер и меня ценит за профессионализм. Мы с ним часто беседуем о развитии нашей фирмы и моё мнение ему интересно по-настоящему. А интим - это вроде взаимной благодарности. Эпитет "взаимной благодарности" прозвучал для Антипина не очень убедительно. Если для женщины секс и мог играть подобную роль в течение нескольких лет, то мужчины в таком положении воспринимают мир иначе.
  - О проблемах с Надей он знает?
  - Да, он обо мне всё знает. Иногда и до того, как я сама об этом узнаю.
  - Бережёт?
  - Думаю, да. Я же говорила, мы знакомы давно и дружим. Я вот так откровенничаю с тобой, а не с ним, впервые. И Антипин едва удержался, чтобы не рассмеяться, поэтому откашлялся, а потом спросил, чтобы вернуть её на землю:
  - А обо мне ты расскажешь? - она на секунду задумалась, как бы отрешившись от благостного настроя.
  - Нет, о себе у тебя никому!
  - Потому, что мы избежали соблазна? И в этом ты оказалась выше себя, ему известной! - Ведь так?
  - Нет, этого я не боюсь. Что-то другое, никак не пойму, что именно.
  - Женщина может излечиться от одного мужчины, только занемогши другим - этой истине сто веков. - Женька, у тебя проблема!
  - Ты знаешь того самого мужчину? - улыбнулась гостья.
  - Я считаю, что ты не сучка, которая без кобеля не может!
  - Я это уже слышала, но ничего так и не переменилось.
  - Может, не было стимула? - Или всё-таки это дамоклов меч?
  - Вот ты представь себя на его месте - ты бы меня так просто отдал кому-то? - упрямо цеплялась женщина за химеры.
  - Хорошо, давай по порядку. И сначала на это взглянем с другой стороны, с твоей. - Разлука с ним в тебе ничего не разрушит? - женщина пожала плечами и ответила:
  - Не знаю, насколько это глубоко, но это сродни привычке курить. Я знаю, что это плохо и вредно, но затянуться хочу и всё тут.
  - И то, что из-за этого теряешь дочь, тебя не волнует?
  - Разве есть другой рецепт? - обречённо спросила гостья и стала старше на целую жизнь. Проявились складки на лице и на поверхность выбралось затхлое спиртовое наследие. Он развернул её вместе с креслом к зеркалу и сказал:
  - Посмотри на себя! - гостья, лишь на мгновение взглянув, тут же отвернулась.
  - Хочешь видеть другую? - спросил он и она покачала головой. Хотелось провалиться сквозь землю. И вдруг всплыло что-то чёрное и парализующее, она из последних сил выдохнула:
  - Налей чего-нибудь! - Или я умру.
  Процесс начался в ту же секунду и она забыла обо всём. Ни о чём подобном Иветта Парейкис не говорила и хозяин опешил от увиденного: такое бывает лишь в кино про колдунов и ведьмаков. Он успел сорвать с гостьи одежду до того, как от неё остались клочья. Потом спеленал своим халатом и навалился сверху, придавив немалым весом. Она визжала и хрипела, извиваясь и брызгая слюной. Ни единого связного слова или фразы, одни междометия и площадной мат.
  Приступ длился несколько минут и сам собой сошёл на нет. В комнате стоял стойкий, чуть не смертоносный, дух, замешанный на липком поте, похмельном угаре и ещё бог знает чем, молодой женщине несвойственном. Антипин ослабил хватку и вытер со лба пот. Он посмотрел на гостью и решил, что самое страшное позади. Члены женщины расслабились и она уснула. Он раскатал кокон халата, вытер тело и лицо гостьи спиртовым компрессом, переложил в постель и сложил разбросанную одежду в аккуратную пирамидку. После этого устроился за компьютером. Нашёл сайт про здоровье и изучил информацию про такие приступы. Полутора-двух часов для реабилитации обычно хватало. Кроме того, утром женщине надо привести себя в порядок и что-то придумать для отмазки, если кто-то её всё же видел у его дома. Около шести утра он стал будить гостью. Чтобы не испугать, делал это очень осторожно и входя в пробуждение через фразы, обращённые к подсознанию.
  
   НОВАЯ НИКИТИНА
  
  - Что я здесь делаю и кто вы? - спросила гостья. Видимо, диалоги с хозяином накануне из памяти вылетели напрочь. Она Антипина не узнавала совершенно и смотрела отчуждённо. На актёрство её поведение совсем не походило. И он ночное происшествие облёк в обтекаемые фразы: не испугать бы!
  - Я вас встретил на улице, мы разговорились и немножко погуляли. Потом вы стали дремать на ходу и мы пришли сюда. Вы выпили чаю и легли в постель. Видно, день выдался тяжёлый, - с равнодушной интонацией местного аборигена ответил хозяин, наблюдая реакцию гостьи. - Она, действительно, ничего не помнила.
  Осмотрев себя, Никитина не нашла на теле ничего криминального и стала размышлять дальше. В памяти её что-то щёлкнуло и привычки нарисовались чётко и без вариантов. - Одежду женщина так не складывает, значит, это сделал хозяин. Скорее всего, он же и раздевал её. Но на лице у него не написано ничего из обычных мужских реакций на женщину. То есть, она с ним не спала. Точнее, он ею не пользовался. Уже хорошо! - И женщина приободрилась, поскольку откуда-то выплыло, что теперь не надо осматривать бельё и прочее и необходимость заглядывать на себя под покрывало отпадает. Хозяин положил на кресло халат, явно женский и фасонистый и сказал:
  - Накиньте и можете принять душ. Остальное в ванной тоже есть, полотенца для волос и для тела разные, для ваших локонов возьмите широкое с бабочкой в центре. И вышел, давая женщине возможность всё проделать, не торопясь.
  И она ею воспользовалась в полной мере. Но ничего криминального не увидела и это повысило градус самочувствия ещё на парочку делений. Надевая халат, она отметила неуют и забитость некоторых мышц, которые так после того приступа толком и не расслабились, но в памяти о том ничего не осталось, только лёгкая забитость и крепатура. Причём, эта штуковина касалась всего тела, будто она с приличным грузом поднялась на Эверест и у неё с собой не оказалось ни полотенца, ни салфеток. Уже под душем она внимательно прошлась по всему телу и отметила, что сексом она не занималась давно, значит и с хозяином квартиры ничего не было. Это её окончательно ободрило и остальное мытьё прошло очень легко и продуктивно. У мужчины было три вида шампуней и она выбрала подходящий. Устройство душевой кабины было простым и она со всеми кранами и рычагами разобралась самостоятельно.
  Хозяин занялся делами по дому и за ночной гостьей следил вполглаза. Когда вода в ванной перестала шуметь, он поставил чайник и приготовил кофе с булочкой. Она вышла с мокрыми ступнями в купальных сланцах, хозяин улыбнулся: полотенца для ног он не держал. Но аккуратно запахнутый халат, сразу же очертивший фигуру, деликатность и склонность к чистоте у гостьи ему понравилась. Возможно, это врождённое. Какой она была в быту раньше, он не знал и теперь наблюдал с интересом исследователя-этнографа к цивилизации шумеров. Он вытер женщине ноги другим полотенцем и она к этому отнеслась со странной покорностью, прислушиваясь к собственной реакции на мужчину. Тело ему доверялось полностью и даже не подумало отклониться, когда он придерживал за бёдра и вытирал ноги. Она чуть прислонилась к нему и почуяла тепло почти во всём теле. То есть, мужчина ему уже нравился. - Когда это произошло?
  - Ну, вот вы и в порядке! - сказал хозяин и подтолкнул на кухню. Запах кофе она уже чуяла. Ранний завтрак прошёл в осторожной атмосфере, где гостья пыталась сообразить, что с ней было ночью. Что заставило пойти на прогулку? Хозяин оказался просвещённым насчёт амнезии и подсказывать даже не пытался. Гостья переменилась во многом, в том числе и говором, теперь он был не местный, слегка "окающий", а среднерусский с едва заметными интонациями речи начала прошлого века. Он вида не подал, только осмотрел тюрбан на её голове и сказал:
  - Хотите фото на память? - Очень живописно! - она качнула головой и не понять: то ли "да", то ли "нет". Он включил весь свет на кухне и достал мобильник. Гостья и на этот раз не попыталась реагировать, будто и не её снимали. Похоже, он рановато её разбудил, решил Антипин, но это в намерениях ничего не меняло. Дальше всё вышло по накатанной в отношениях необязательных и гостья показала себя удивительной женщиной. Сушила волосы под феном, гладила юбку и кофту и простирнула кое-что в ванной она уже в какой-то мере адекватной обстоятельствам и на присутствие мужчины реагирующей мягко и доброжелательно. Её не удивило что, кое-где одежда была надорвана, а швы строчек слишком натянуты. Первой мыслью её было: заменить изношенное. И одежда, едва уцелевшая от борьбы с Антиповым, её ни к чему не подтолкнула. То есть, вещевые рефлексы и рецепторы тоже ничего о ночной схватке не помнят! И хозяин решил представиться, чтобы всё начинать с чистого листа:
  - Моя фамилия Антипин, зовут Владимир Алексеевич, я классный руководитель в школе у вашей Нади. - Вы это помните?
  - Я мама Нади? - и гостья изменилась в лице. Оно потемнело и стало чужим, будто из космоса.
  - А что вы помните? - спросил Антипин, ему положение перестало нравиться окончательно. Скоро идти на уроки, а тут такое! Женщина ещё раз попыталась сообразить: кто она и как сюда попала - тщетно. Ни единой зацепки! И он, извинившись перед гостьей, ушёл в другую комнату и оттуда позвонил Фёдору. В несколько слов Антипин обрисовал положение и попросил совета. Доктор думал недолго и сказал, что скоро приедет. Появился Фёдор через четверть часа и вместе с Антипиным занялся гостьей, это растянулось надолго. Закончив с общим осмотром, он заглянул в глаза, проверил рефлексы и зрачки и сказал:
  - Я думаю, Евгения Алексеевна, что вам нужна временная изоляция. Ваша дочь сойдёт с ума, увидев вас такую. Работа и прочее никуда не денутся, а для дочери душевная травма ни к чему. Женщина уже сообразила, в какую пропасть угодила и теперь молча переживала случившееся без её ведома и воли. Единственный человек, который вызывал доверие на уровне подсознания, так это хозяин квартиры. На этом этапе жизни знакомство с ним тянуло на целую вечность. И она обратилась к Антипину:
  - Вы думаете, стоит так и поступить?
  - Да, я в этом не вижу ничего особого. А с Надей что-то придумаю. Он внимательно следил за реакцией женщины, но там ни единый признак инстинкта матери не шелохнулся. Даже доктор побелел от увиденного: никогда на его профессиональном веку мама не забывала о ребёнке.
  Раньше всех пришёл в себя Антипин, он сказал:
  - Надо бы Надю успокоить на первое время, а там что-то и прояснится. Я сейчас напишу текст, а вы его продиктуете на мобильник. Женщина на автопилоте тотального доверия Антипину кивнула, подождала, пока приготовят текст и без единой эмоции в голосе прочитала.
  Доктор увёз старшую Никитину в клинику, а Антипин отправился к своей ученице, чтобы та сгоряча ничего не натворила. Кто знает, как выясняли отношения мама с дочерью накануне. Он открыл дверь мамиными ключами и прошёл в квартиру. Даже беглый осмотр выявил следы вчерашнего действа. Мама накануне хорошо выпила и почти не закусывала. На столе остались недоеденный салат и кружочки колбасы, вперемежку с сыром и ветчиной. Всё хороших сортов и недавнее. А на подоконнике стояла пустая бутылка джина. То есть, финансовых проблем у неё нет. По тому, что пластиковая пробка с ребристой металлической оторочкой были тут же, стало ясно: открыли и выпили бутылку в один приём. - Вот это да! И Антипин решил прибраться, чтобы девочке ничто не напоминало о вчерашнем.
  Когда будильник в комнате Нади зачирикал птичьими голосами, часы показывали начало восьмого. Девочка поднялась и по обыкновению неглиже отправилась в ванную. Учителя в коридоре она приняла за рецидивы сна и протёрла глаза. Антипин улыбнулся:
  - Всё в порядке, Надюша, я здесь в режиме он-лайн! - девочка ойкнула и метнулась в комнату одеваться. Когда она появилась и приступила с вопросами, он сказал, что всё объяснит потом. Объяснение с чистенькой и аккуратной девочкой прошло суховато и без особых подробностей. Антипин сказал, что мама поздно ночью забежала к нему и объяснила причину срочного отъезда. За окном стояла легковая машина, ей куда-то нужно срочно ехать. Поскольку поздно и ночь на дворе, записку писать некогда, звонить некому, да и мыслей в голове никаких. Надиктовала сообщение и ушла. Как она садилась в машину, Антипин видел.
  Услышав голос мамы из диктофона, дочь немного успокоилась. Мама советовала положиться на Владимира Алексеевича и ничего без его ведома не предпринимать. Последняя фраза немного смущала, поскольку раньше мама к Антипину относилась совсем иначе. А вчерашняя размолвка и вовсе вышла очень резкой. Слов, которые они наговорили друг другу, лучше не вспоминать. И всё же, она с учителем уже не враждует, что уже хорошо.
  Антипин приготовил салат из овощей, разогрел завтрак и они сели за стол. Внешне Надя ничем особо не была обеспокоена и это обнадёживало. Значит, вчерашнее из ряда вон не выделялось, а ложилось в привычную канву домашнего ритма. Покончив с едой и вымыв посуду, дочь всё же судьбой мамы озаботилась. Мама её никогда раньше вот так не оставляла. Если случались командировки, то она знала заранее и дома оставался кто-то из деревенской родни. А тут исчезла ночью и после такой ссоры. Надя не знала, что и думать. Поскольку Антипин её не торопил, она решила кое-что узнать дополнительно.
  - Вы не видели того, кто был за рулём? - спросила Надя и учитель развёл руками:
  - Там темно, фонарей нет, так что и сказать нечего!
  - А этот мужчина был высокий или плотный и маминого роста? - уточнила Надя, надеясь, что это был папа, который изредка появлялся в городе и передавал ей подарки на день рождения. О том, что легенду их появления и реализацию устраивала мама, дочь не догадывалась.
  - По-моему, он был выше мамы. Но я не уверен, он вышел, открыл дверцу, она села и всё это быстро. Но на голове у него ничего не было. Вот тут она передала тебе немного денег, её не будет, возможно, несколько дней. При случае она обещала звонить. Учитель немножко помолчал и потом, взглянув на часы, добавил: - По-моему, пора собираться в школу. Пойдёшь одна или со мной? - ответ прозвучал немедленно:
  - Конечно, с вами!
  Они вышли загодя, поэтому не торопились и обсуждали школьные проблемы. Классу по весне предстояли первые экзамены и эти оценки могли повлиять на аттестат.
  
  - С кем вы провёли эту ночь? - спросила Тамара Петровна Прудникова, преподаватель английского, дама очень модная и неглупая.
  - С женщиной, - ответил Антипин, привыкший говорить правду, если за это не казнят и тут же поправил себя: - с двумя разными женщинами. - А что, видно?
  - Они из вас, Владимир Алексеевич, всю кровь выпили. Видимо, обе ещё те фурии?
  - Зато сколько драйва! - улыбнулся Антипин и женщина тем фуриям позавидовала. Он взял журнал 11-го класса "Б" и пошёл к себе в кабинет, а она посмотрела ему вслед.
  - Что, Томочка, не твой кусочек? - язвительно обозначила её взгляд Сафронова, которая вела в школе музыку и пение. На учительских тусовках симпатии женщин были налицо, поэтому все и всё знали.
  - В эту ночь он трахнул четырёх баб и пришёл на работу сделать это ещё с парочкой, - намекнула она на мечты кое-кого из коллег в приятном возрасте иллюзий.
  - Приходи ко мне в большой перерыв, он будет там на особый настой из зимородка. Это его заказ на деревенскую ягоду. Может, после Моцарта и на тебя позарится! - ответила Сафронова и вышла из учительской. Утро сегодня ничем не отличалось от вчерашнего и учителя так же, как врачи, продавцы и строители, любили и завидовали, враждовали и ревновали.
  К концу учебного дня на мобильник Антипину позвонил Фёдор, он предложил встретиться. Ясное дело, с Никитиной-старшей проблемы, подумал Антипин и назначил время. С Надей они встречались пару раз и девочка сказала, что после уроков у неё факультатив по-английскому. Получалось, что и из школы они пойдут вместе. Девочка к этому отнеслась легко и проблемы с маминой отлучкой на время отодвинулсь на второй план. Осмотревшись у них дома ещё раз, Антипин решил, что одну Надю дома лучше не оставлять. Пока она занималась уроками и домашними делами, он тоже кое-что сделал.
  Встреча с Фёдором прошла невесело. Он сказал, что ситуация и неясная, и нестабильная. Изредка у Никитиной появляются признаки нервных срывов и глухого психоза. С учётом того, как она потеряла память, это наводило на грустные мысли. Антипин спросил:
  - Федя, а если бы я не поторопился её разбудить, что-то могло измениться?
  - Не бери в голову, твоей вины в том нет! Сдвиг произошёл во время приступа. Хорошо ещё, что она вздумала пообщаться с тобой. А так бы с ней неизвестно что было! Представь это в её квартире и девочку рядом. И дочку пришлось бы лечить с ней вместе. Я не большой специалист в нейронах, кладовых подсознания и прочем, поэтому ничего обещать не буду. Механизм амнезии прост, но ни единого рычага им управлять у нас нет. Всё упрятано в подсознании. Как оно общается с подкоркой - не знает никто!
  - И что мне делать?
  - Ждать!
  - На мне её дочка. - Что я могу ей сказать? И как долго всё это продлится, хотя бы приблизительно?
  - Начну с конца: времени на всё про всё не менее двух-трёх недель. Это, чтобы её состояние стабилизировалось и не произошло рецидивов. Вот это время ты и употреби на дочку, чтобы с ней тоже чего-то не вышло. Полагаю, у них это наследственное, раз и девочка со странностями. А говорить придётся об амнезии. Я в журнале её провёл по графе "неизвестное происхождение и место жительства", так для подобных случаев принято, поэтому в городе слухов и пересудов не будет. Пока кто-то случайно её не узнает и потом не разнесёт по всему свету.
  - А если упрятать в какой-нибудь бокс, чтобы туда кроме персонала никто?
  - Тогда её непременно опознают. Расценки в этом боксе не всякому по карману.
  - Придётся рисковать?
  - А что остаётся? - Кстати, тебя она помнит. - Владимир Алексеич! Может, проведаешь? И вообще, принеси ей что-нибудь из дому для перемены одежды. Такой женщине негоже ходить в несвежем.
  Первые два дня Надя у Антипина только ночевала, а потом собрала вещички и перебралась основательно. Девичья фантазия нарисовала радужную картину с маминым бегством и эсэмэсками в её адрес, всё это выглядело таинственно и неопасно. Звонить мама не могла и обращалась к её сердцу, чтобы разобраться во всём. Антипин был рядом и служил надёжным щитом, тексты эсэмэсок для дочери диктовал тоже он.
  - Володя, - зашёл к Антипину Иван Крестов, - у меня хорошие новости, твою Никитину надо обучать самообороне. Это единственное, на что она годится. Командные и технические виды ей не показаны. Я тут и книжку присмотрел в спорткомитете. Антипин взял потрёпанную книженцию и понял, что её изучали многие поколения самбистов.
  - А тренер кто?
  - Ты, кто ж ещё!
  - Я? - Ты, видно, шутишь, я и в институте эту кафедру десятой дорогой обегал!
  - Володя, тебе это нужно не меньше, чем ей! - Верка тебя любит и это её идея.
  - Вера?
  - А кто ещё мог предложить такое? - Антипин поворчал, подумал и... согласился. Всё же не все ревнивые мужья поддаются уговорам и убеждениям, некоторые требовали ответа по-мужски и в тот же час, так что мужская толкотня с махаловкой могла сгодиться и ему. Они начали в тот же вечер, уйдя подальше в бор и там после небольшого разговора о случайностях, от которых надо страховаться, провели установочное занятие. Защита себя под руководством мужчины Наде показалась хорошей идеей. Уже утром он сообразил, насколько удачная мысль посетила Веру: Надя будто обрела внутреннюю опору. Они позавтракали вместе и пошли в школу.
  На третий день Антипин созвонился с боссом Никитиной-старшей и предложил кое-что обсудить. Он сразу сказал, что речь идёт о его экономисте. Тот насторожился и согласился на встречу не сразу. Немного поговорив с ним в его кабинете, Антипин понял, что женщина относительно порядочности мужчины сильно заблуждалась. Видя такое дело, учитель сказал, что у него есть право самому решить эту проблему. Он беспокоится о судьбе своей ученицы и свои возможности через администрацию города знает хорошо. Назначить приличное пособие на время лечения босс решился не сразу. Но Антипин хорошенечко поднажал и сделка состоялась. На учителе лежала миссия по удержанию истории от огласки и справка в кадры от медиков.
  На выходные Надя съездила в деревню и с ней приехала бабушка, она должна присмотреть за внучкой и следить, чтоб девочка была сытой и обихоженной. Денег на первое время было достаточно и голова Антипина слегка разгрузилась. Но только слегка и ненадолго. Вскоре пришлось легализовать пребывание Никитиной-старшей в клинике. Версия о болезни после аварии в автомобиле была нейтральной и убедительной. Но поначалу к ней никого из родни не пускали. Да и больная видеть их не хотела, ей казалось, что у неё поменяли тело и она вообще из другой жизни, про переселение душ она читала и в принципе эту идею разделяла. Откуда это в ней, она не знала. Но при реинкарнации так и должно быть. Она периодически виделась с Антипиным и доверялась ему во всём. Как-то она сказала:
  - Я знаю, что мы с вами не были любовниками. Это сидит во мне прочно. Но кто вы мне? - Почему я вам так безгранично верю?
  - Оставим это на потом. Сейчас актуально другое, надо решить хоть что-то с вашей идентификацией: у вас есть дочь, ей уже 15 лет, вы разведены, ваш любовник пытается от вас откреститься, а родные ждут возможности увидеться. А я только посредник. Надя моя ученица. А с вами мы встречались нечасто. И причиной были ваши личные проблемы. Они мешали Наде учиться и поэтому заинтересовали меня.
  - Я эту легенду знаю наизусть и моё существо к ней равнодушно. Вы понимаете - я ни на одну из этих фраз не реагирую, не обо мне это, ничего знакомого не вижу и на фотографиях, которые показывают врачи, - ответила Никитина, - и в этой связи непонятно, почему доверяю вам больше, чем доктору? Ведь он не может мне желать недоброго уже по определению. И всё же вы на первом месте, почему? - Может, вы мой тайный муж и тело помнит вас, как самое дорогое существо и потому верит во всём?
  - Когда вы пришли ко мне, перейти на "ты" было вашей волей. И мы с вами были очень откровенны. Это вышло от души и взаимно. Возможно, память сохранила что-то из тех эмоций.
  - Любовник у меня, вероятно, всё-таки был, где-то во мне сидит нечто от сладострастия. Но я постоянно примеряю вас, как и других к разным ролям и слушаю голос тела - оно отзывается на вас и только. - Вы и вправду не были со мной близки или это скрывают из медицинских соображений?
  - Вам хочется экзотики? - спросил Антипин и Никитина улыбнулась: реинкарнацию собеседник не признавал совершенно.
  - Но ведь других объяснений нет!
  - Вы знаете, Евгения Алексеевна, устройство наших мозгов таит уйму сюрпризов даже в нормальном состоянии. Так что про экстремальные и говорить не приходится. У вас произошло избирательное отключение памяти. Все системные файлы, кладовочки и сусеки функционируют успешно, чувственные и эмоциональные тоже. Заблокированы только файлы, связанные с рутиной жизни до той самой ночи. С вами произошло нечто, выключившее эту часть вашей жизни. Причём, всё произошло у меня на глазах. Уснули вы озабоченной мамой, а через два часа проснулись уже инопланетянкой. Я не могу представить, почему это произошло.
  - А ведь у нас и отчества совпадают, - неожиданно заявила Никитина. И Антипин отступился.
  Однажды он пришёл с Надей, но женщина встретила девочку настолько отчуждённо, что неловко стало всем присутствующим. Доктор внимательно следил за её реакцией и решил, что к дочери у мамы выработалась отрицательная установка. И после такого душа Надя к маме вновь охладела. Антипин стал связующим звеном и это Никитину-младшую устраивало.
  
  Как-то доктор позвал учителя в свой кабинет и устроил допрос с пристрастием: отношение больной к нему не вписывалось ни в какие каноны. - Чужой мужик дороже дочери, родни и остального мира вместе с докторами и медперсоналом! Ничего не выявив, он решил провести расширенный цикл исследований, в том числе и лабораторные анализы. Антипин прошёл и через это, поскольку и сам хотел знать подноготную метаморфоз с Никитиной. Но ничего особенного медики в нём не обнаружили и отступились. И он продолжал наращивать базу данных у больной, вводя в курс по самым важным проблемам рутинной жизни. А она вращалась возле её дочери, домашних забот и работы. Женщина проявила понимание и ответственность, много работала над собой, читала быстро и выборочно и обнаружила хорошую и цепкую память. Когда он принёс ей некоторые материалы расчётов с её работы, женщина легко разобралась со многим. Однако на фотографиях не узнавала никого. И с остальной публикой своего отделения практически не общалась. Сухая и отчуждённая, она не вызывала желания поговорить. Доктора по служебному долгу и Антипин, чуть не каждый день ходивший по собственному интересу - вот и весь её мир.
  
  Был конец четверти, школа подводила итоги и выходила на плановые рубежи. Кафедра социальных наук плановых показателей не достигла. По этим наукам ученики не хотели знать ничего основательного. И говорили учителям об этом откровенно. Ясное дело, они цитировали мнение родителей, а их-то уж никак не переубедить: нынешняя жизнь и была убеждениями. Класс Антипина занимал привычное место середняков по истории и арьергардное по главным предметам. Одна отличница и три хорошиста при двадцати троечниках и семи двоечниках - вот его настоящее лицо. Класс и проблемный, и выпускной, в девятый класс директор с завучем из него были готовы принять не более десяти-двенадцати человек. Единственная отрада для классного руководителя - это явный прогресс Никитиной. У неё было три четвёрки: по двум математикам и химии, а остальное - сплошной ажур, отлично!
  Работа над патриотическим альбомом завершилась и в школе появился призовой компьютер. Его поставили у Синицыной, которая сумела выйти из положения и без Антипина. Директор стал посматривать на неё, как на кадровый резерв: молода, энергична и имеет покровителей, а это немало.
  На октябрьские праздники намечалась выписка Никитиной из клиники и вопрос её дальнейшего обитания стал ребром. Из-за упорства больной, которое могло перевести её в категорию лиц с серьёзным психическим расстройством, выписка задерживалась и доктор высказал Антипину всё открытым текстом: если она откажется возвращаться в свою семью, то ей припомнят фразы про реинкарнацию и запрячут в другое отделение, откуда самой уже не выбраться. И Антипин провёл с Никитиной разъяснительную работу. Сначала она не понимала сути проблемы, а потом просто согласилась с Антипиным, легко доверившись в очередной раз. Его даже покоробило от её бездумности.
  Дома гостью ждали без особого восторга, подчиняясь лишь долгу. Жалостивая Надина бабушка, тётка Евгении Алексеевны, была простой женщиной и принципов племянницы не понимала. А в Наде метались противоречивые чувства и прежняя обида так её и не отпустила. Отчуждение же Никитиной-старшей от семьи тепла и любви в её адрес не прибавило.
  Так вышло, что дома больная не выдержала и недели. Ушла оттуда она тайком и ночью. Где она провела её, никто не знал, но ранним утром она позвонила Антипину и сказала, что хочет поговорить. И первая же фраза была о том, что ей некуда деться.
  Так она во второй раз попала к Антипину. Он сразу же позвонил родным, сообщил, что Евгения Алексеевна у него и успокоил. Надя спросила, как мама себя чувствует, а тётка - сыта ли. Разбирательства с гостьей он отложил на вечер и после инструктажа о правилах поведения в доме одинокого мужчины ушёл на уроки. На большой перемене в препараторскую подошла Надя и они поговорили, обсуждая случившееся. Для дочери такое поведение мамы ни в какие ворота не вписывалось. И вообще, в мире взрослых всё слишком запутано, сложно и непонятно.
  На этот день как раз выпала тренировка и они занимались в школьном спортзале. Антипин постарался смикшировать неадекватный шаг Накитиной-старшей.
  - Родителей не выбирают, - успокоил учитель девочку, - они для тебя - начало и конец всего. А то, что мы видим сейчас - это игра судьбы. Каждый через это проходит по-своему. Твоя мама вытащила необычный жребий. Но всё образуется, верь мне!
  Вечером хозяин вернулся домой и увидел прибранную квартиру и свежий ужин. Супчик и два салата из овощей. И выглядела гостья, будто на свидании. Косметика в меру и изысканный букет парфюма дополнял картину. Значит, домой она всё же сходила и нужное для женщины в длительной командировке взяла с собой. Пара пакетов и солидная сумка уже распакованы и вещи женщины частично разложены по местам. Юбка уже отвисает, а обувь выставлена рядком. Очень аккуратно и со вкусом. Такое говорит о её намерениях остановиться в этих апартаментах надолго.
  Ужин и прочее из зелени с рынка душевными кризисами и не пахли, да и вообще со времён развода вот так основательно в его доме никто не начинал. А незваная гостья даже не помышляла о том, что у мужчины может быть иная жизнь и интересы. Неясно и то, до какой степени она себе представляет близость с хозяином дома. С инстинктами у неё всё в порядке, женскостью тоже, как и генетическим стремлением нравиться мужчине. Вопрос в том, когда потенциальная женщина потребует мужской опеки в полном формате.
  Он решил, что некрепкое вино ей не повредит. Момент был очень знаковый и требовал соответствующей реакции.
  - За что пьём? - спросил он и она пожала плечами:
  - Бургундское принято пить на ужин вместо минеральной воды. Чирз! - выдала она английскую фразу, которой пользуются в приличном обществе. И хозяин молча проглотил услышанное. Разговор, которого хотел Антипин, не получался.
  - Если бы у меня был дом и тебе пришлось укрываться от житейской бури, я бы не задала ни единого вопроса: мой дом - это и ваш дом тоже! - ответила она на его молчаливую фронду.
  Никитина в его доме присмотрела местечко и уже обустроила. В принципе, ничего особого не произошло, Женька заболела и оказалась совершенно одинокой. Войти в мир и принять обязанности матери она явно не готова, так что его дом - это единственное рациональное решение и она его приняла инстинктивно. Но были и чёткие границы, с которых начали оба - они незнакомы и поэтому пока исключительно на "вы" и со всем остальным тоже.
  
   ОСНОВЫ ЛИЧНОСТИ, ПРИНЦИПЫ И ЕЁ СУТЬ
  
  - Говорят, самые изощрённые и ненасытные любовники обязательно должны пройти палату номер шесть, - сказала Синицына, подсаживаясь к Антипину в школьной столовой.
  - И ты туда же, - лениво отмахнулся Антипин, ковыряя вилкой в тарелке с имитацией плова.
  - Видно, дочка унаследовала свою исключительность от мамочки, - не унималась Синицына. В последнее время она сильно к нему переменилась и вспышки нежности и понимания чередовались с прохладой и отчуждением. Сейчас была нижняя фаза этой синусоиды. Того, что с Хоренковым всё сложилось удачно, она и раньше не скрывала, а теперь вот таким образом тыкала ему в лицо. Антипин немножко прошёлся по её успехам в новом деле и убедился, что Ленка из категории бесшабашных подруг перекочевала в другую. С друзьями так не поступают, подумал он и подставился шуточкам Синицыной. Пусть поизгаляется, а он тем временем подумает об адекватном ответе. Идея мужской мести за измену пришла вскоре и она хорошо коррелировала с тем, что Лена выкладывала во время трапезы. Конструкция идеи в виде эмоционального облака витала давно и теперь вдруг оформилась в чётком плане. Всем своим поведением в последние месяцы Ленка просто напрашивалась на показательный урок.
  Через несколько дней во время обеда он подсел к ней и уже сам поинтересовался, как у Хоренкова с поллюцией и эрекцией и не храпит ли во сне. Синицына на правах близкой подруги с ним обсуждала и не такое и приняла его фразу за знак примирения.
  - Я засыпала раньше, а просыпалась уже под ним. Так что не знаю, - миролюбиво улыбнулась она, надеясь, что он простит и она как-то разместит своё новое "фэ" без ущерба для их прежней дружбы. В нём она нуждалась больше, чем он в ней и это молодую женщину очень напрягало.
  - Вот что, Ленок, у меня через урок "окно" и кабинет будет свободным, если хочешь, потолкуем без спешки, как трое мужиков будут делить твоё тело, чтобы без размолвок и мордобоя, такому похорошевшему прежние рамки не годятся, - сказал он привычным тоном. Такой тон и варианты компромисса ей пришлись по душе, к тому же обнаружилось кое-что в мужеском устройстве Хоренкова и не с мужем же обсуждать его левые номера, никто более для таких откровений не годился. Других дел у Синицыной не нашлось и к Антипину она постучала в назначенное время. Он открыл и она оказалась в полумраке кабинета.
  - Поверни на мой голос и сделай семь шагов! - раздались слова из рабочего кабинета и, завороженная необычным, Синицына закрыла дверь и в возникшей кромешной тьме под его громкий счёт сделала нужные шаги и остановилась по его команде. Было совершенно темно и она поёжилась от неуюта. Как только она сделала лишний шаг, на её плечи упали руки мужчины в тонких перчатках. Она взвизгнула, но было поздно, руки опрокинули её на диванчик и мгновенно стреножили собой, телом и ногами. Она даже дышать свободно не могла.
  - Вовка, ты чего? - испуганно пролепетала она, ещё надеясь, что это какой-то особенный розыгрыш, иногда они шутили так запредельно, что никому такое и не привидится. Но на этот раз всё не так: он утюжил её тело, сдергивая одеяния и оголяя по странной системе и внезапно перемещаясь от шеи до бёдер, а потом к губам и щиколоткам. Она была обнажена почти вся, но от одежды не свободна. - Одежда пеленала, мешала думать и осознанно сопротивляться. Ну и она сомневалась, стоит ли это делать, может выпить это вместе с ним и тут же?
  Что это месть за Хоренкова, она сообразила не сразу. Антипин не сказал ни единого слова, вымещая мужское зло и инстинктивную жажду насилия. Лена пыталась что-то объяснить и смягчить свою участь, но только ухудшала положение. У них с Антипиным прежде не раз случались минуты и часы, когда было уютно, удобно и никто не стоит за дверью, но тогда ничего криминального не происходило. Так, невинные, хоть и волнительные, но игрушки. И вот теперь, когда всё наоборот, он разложил её будто бабочку на этюднике натуралиста. И соитие произошло неожиданно и с такой болью, что она взревела раненой тигрицей. Но он внимания не обращал, а она знала, что её никто не услышит, хоть разлейся на четыре октавы. Потом он перетащил её на пол и терзал до исступления, но в последний момент уволок в кабинет и там она перемерила собой все столы и стулья.
  Через какое-то время она почуяла вдруг вкус к происходящему и стала отвечать взаимностью, но и это не помогло, он пронзил её насквозь и пригвоздил к стене. Было больно и приятно одновременно, но ему лучше слышалась боль и руками он женщину только удерживал, остальное поручая холодным и жёстким стенам и рёбрам шкафов. Лена заводилась сама и теряла сознание, но мука, к которой она стремилась целую вечность, начавшись негаданно, и не думала кончаться. И в просветах этих истязаний она сообразила, что у Антипина больше уроков нет, значит, он волен мучить её до утра.
  - Вовочка, пожалей, я больше не могу! - взмолилась она из последних сил, но тщетно. Она вновь взмыла в воздух и потом очутилась на диване. Вот тут-то в ней и проснулась обиженная судьбой суть. И она выложила Антипину всё, что думала о нём с самого первого дня в школе. Он на слова отвечал действием и ни одно не походило на другое настолько, чтобы женщина смогла приспособиться или увернуться. Это продолжалось ещё два часа и завершилось внезапно. Он оставил её в покое на середине размашистого движения и поднялся. Включил свет и осмотрел себя в большом зеркале, через которое наблюдал за классом. На растерзанную гостью даже не взглянул. Синицына не знала, что делать, то ли прикрывать груди ладонями, то ли убирать с себя мужской сок, которого хватит на легион блудниц со стажем. У неё не было сил ни любить, ни ненавидеть. Всё осталось в ненасытном Антипине.
  - А если я забуду о Хоренкове? - спросила она в надежде хоть на что-то. Антипин только взглянул и она поняла¸ что дело в другом - не забудет он! Мужчина привёл себя в порядок и оставил женщину наедине с самой собой. Три часа секса в экстремальных условиях сделали из женщины пугало. Это написано в его прощальном взгляде. Он даже не указал ей на зеркало.
  Она не смогла привести себя в порядок, как ни старалась. Всё было изорвано, испорчено и растерзано, ни единой уцелевшей резинки и застёжки, ни бельё, ни одежда на ней не держались. - А как она выглядела! - Вся в пыли, мелу и бог знает в чём, водившемся в этом кабинете и препараторской. Лицо было в потёках косметики, а выделения тела напрочь перебивали своими ароматами жалкий парфюм. Из неё текло, как из худой бочки и на чистом полу красовались цветнички её реакции на мужчину. Страстной и жалкой одновременно. Столько страсти она не знала за всю свою жизнь и вот это случилось в один момент. Антипин сорвал на ней все пломбы и раскурочил с таким трудом обустроенные и упорядоченные инстинкты.
  Теперь всё её существо хотело этого мужчину и материло тщеславную Синицыну на чём свет стоит за услугу в тридцать сребреников. Растёртая в кровь поясница помнила о странном вожделении контакта с подоконником, кончики грудей ныли и пронзали воспоминаниями об острых зубах хищника, который вытягивал её плоть до неимоверных размеров и останавливался в самый последний момент и это мгновение пронзало своей истовостью и трепетным парением от спасения. Никогда засосы не доставляли такой боли и неги одновременно, как это было с ним. И никогда её тело не взлетало так высоко, чтобы тут же свалиться в пропасть и там спастись в последний миг. А губы не чуяли таких умелых и утончённых ласок, пронзающих тело до самых пяток. И руки мужчины были поистине всемогущими и нежными одновременно и метали тело, будто пушинку. Прежние партнёры по сексу даже не представляли, что может чуять она и как отзываться на мужчину. Собственно, она и не отзывалась, Антипин её туда только окунал и, дав ощутить вкус, тут же вытаскивал, погружая во что-то другое. Она не успевала придумать кару за это оскорбление, как он наносил новое и так до бесконечности. Обиды накладывались на оргазм и менялись с ним местами. А потом замешивались в некую особую страсть и уже вкупе со всем наваливались на остатки женской сути, чтобы добить и растоптать. Ей нравилась и эта боль и всё, связанное с ним. - Всё!
   Она не знала, как отнестись к этой акции Антипина, но ясно одно - он её из своей жизни вычеркнул! Ничего подобного она не знала, да и не предполагала, что оно может быть. Синицына надолго застыла перед зеркалом¸ разглядывая себя, припоминая всё и укладывая испытанное по полочкам. На уровне инстинкта она чуяла¸ что это нужно хорошо упаковать и сохранить. Подобное бывало в редкой жизни - это она знала наверняка.
  Слёзы перемешались с тушью на ресницах, мешали рассматривать себя и она всё смыла, а потом приняла душ в кабинке, которую устроил Антипин из вентиляционного шкафа. Стало получше, но тут же проявились синяки и ссадины. Они были везде. Не пощадил он и груди с шеей, поставив отметины на самых видных местах. По спине будто прошлись катком, а потом обнажили и протащили по мостовой. Не было живого места на бёдрах и плечах, а промежности и низ живота вообще стали сплошным синяком. Она припомнила те мгновения и горько заплакала: такое мог сделать только очень неравнодушный мужчина. Но он свою любовь выплеснул наружу всю до капельки и она осталась ни с чем. - Выпросила на посошок, называется!
  Синицына нашла в ящике стола иглу с ниткой и принялась за женское снаряжение. Получалось не очень споро и бельё она смогла надеть лишь через час. На глаза попался листок и она его просмотрела, там было её собственное расписание на ближайшие недели и рядом отметки о критических днях на женском календаре. Сейчас было самое удобное время для мести и он ничем не рисковал.
  - Стратег! - прошипела она от безнадёжности и заплакала по-настоящему. Успокоившись, она принялась за прерванный ремонт. С одеждой пришлось повозиться ещё больше и к тому времени она уже успокоилась окончательно. Пока она всем этим занималась, мобильник разрывался, но она не решалась его открыть, понимая, что выдаст себя с головой. О том, чтобы её не искали здесь, Володя наверняка побеспокоился, поскольку в дверь никто ни разу не стукнул. Она дождалась окончания уроков второй смены и ушла, улучив момент, когда у входа никого не было. Всё тело болело и саднило, но главной была внутренняя боль - Вовка указал, кто она есть по-большому счёту. Хоренков по сравнению с ним был мелким лавочником, а она бедной крестьянкой, позарившейся на яркие ленты и стеклянную бижутерию.
  
  Освоившись на новом месте, Никитина-старшая стала жить интересами и делами Антипина. По утрам она вместе с ним занималась гимнастикой, а вечерами релаксацией и аутотренингом. Он был для неё всем миром и семьёй в том числе. Это вскоре изменило и статус самого хозяина - к нему стали захаживать коллеги и знакомые, нередко бывал и Фёдор. В выходные хозяин вытаскивал её на природу и там они бывали одни. Общество в больших дозах гостью утомляло и он эту меру старался выдерживать. Надя приходила два-три раза в неделю и пыталась навести мосты к маме, но тщетно. Поближе к Новому году появилась маленькая проблема: нормы требовали встретить праздник в кругу семьи, но Женька идею застолья с незнакомой бабкой и якобы дочерью приняла в штыки. И он отступился, полагая, что женщина ещё не здорова. Пришлось отказаться от многих предложений и провести новогоднюю ночь наедине со своей квартиранткой, чувствующей себя в его доме достаточно комфортно. Это был сугубо эксклюзивный профилакторий со свободным режимом и она вольна уходить и приходить когда угодно, но ни разу этим не воспользовалась, прижимаясь к дому, как к спасительной субстанции. С другой же стороны, он не мог не заметить прогресса в преображении этой женщины, которая буквально возрождалась из небытия.
  Он знал её давно, но такой не видел никогда, да и вообще она выстраивала себя как бы с чистого листа, совершенно истово и по какому-то особому замыслу. Высшее и генеральное во всём этом доминировало над рутиной. В ней всё стало сугубо эксклюзивным и ни на кого не похожим. Её поведенческие реакции были простыми и искренними, но тоже весьма и весьма необычными. Это проявлялось в любых мелочах и всегда. И он иначе стал видеть собственное поведение и рутинные поступки. Женя была неким удивительным зеркалом, отражающим его внутреннюю сущность. Иногда за это её хотелось прибить, но чаще всё-таки поведение женщины ему приходилось по душе. И он терпел издержки её вынужденного присутствия¸ поджидая приятные мгновения.
  - В женщине, как в природном источнике, достаточно тайны и загадок, чтобы быть щедрой к близким, - говорила она, почуяв его настороженное внимание.
  - Такое возможно лишь, когда она любит, в это время в ней включаются все ресурсы, - осторожно заметил Антипин, присматриваясь к реакции Никитиной. Она мягко вздохнула и тут же проглотила выплывшую на лицо улыбку:
  - Во мне обнаружилось так много всего и разного, что поделиться этими сокровищами я просто обязана.
  - Вы говорите так, будто вчера из Никитиной преобразились в Галатею.
  - Никитиной в себе я и не знаю и не помню. И вам это хорошо известно. А насчёт Галатеи - что ж, хорошая мысль. Я немножко знала Фрину, так что опусы Фидия с неё мне понятны. Но Афину для Акрополя он мог лепить только с настоящей царицы.
  - Что вы имеете в виду? - насторожился Антипин, он спиной почувствовал дыхание той минуты, когда гостья ушла из привычного мира и погрузилась в иной. Женщина уловила его состояние и улыбнулась, уводя в собственную вселенную:
  - В ту эпоху была единственная, с кого можно лепить богиню.
  - Стройная шатенка из Милета?
  - Её чувственность была очень взвешенной и разумной. Фрина не однажды снимала с неё одежды в мастерской и прислуживала им.
  - У них был роман?
  - С Фриной, да! Поэтому она и задержалась у Фидия так надолго и пережила всех наложниц и гетер.
  - Вы участвовали в их играх? - невольно подыграл Антипин.
  - Иногда: мне не нравились его руки. - В них мало нежности.
  - А что говорили об этом другие женщины?
  - Все знают, что он обожал свеженьких юношей из провинции.
  - Но считается, что у Фрины от него было трое детей, разве нет?
  - Это были её дети! - возразила Никитина и взглянула на Антипина, понял ли. То, что она сказала, могла знать только очевидица и современница. - Одного из отцов я знаю лично - это беотиец Меосп! Он был единственным, кто её любил и понимал по-настоящему. О своём сыне от неё, Телемахе, он не забывал никогда! И Антипин впервые поверил в иррациональное.
  - А в ту эпоху у вас были дети? - женщина улыбнулась:
  - Раз я женщина и уцелела до нынешних дней, то они были и тогда: одного сына я родила от игр на симпосии с воином Тимеем, дочь и сына от корабельщика Эния и дочь - это дань уважения Софоклу, её мы назвали Алкея. И вообще всем своим поведением Никитина предлагала закопать рутинную составляющую их мира и жить дыханием души в её новом понимании. И эту глубинность и наполнение женскостью он теперь чуял сам, так могла говорить женщина, зачинавшая много раз с самыми разными мужчинами, в самых неожиданных обстоятельствах. Она знала счастье зачатия, груз и удовольствия вынашивания, боль родов, сладость кормления и ревность мужчин, ждущих своей очереди на неё. Он сам об этом не спрашивал, но она, будучи дамой умной и чуткой, ему об этом поведала очень охотно и обстоятельно. И секс сам по себе для неё был обычной функцией, с зачатием связанный всегда, но и потом как-то его сопровождавшим, То есть, она не бывала любовницей кому-то за вознаграждение или иную плату. В её невинных "воспоминаниях" он видел предысторию зачатий, которую псевдо Женя чтила очень тщательно. Будучи историком по профессии, Никитин не мог уличить её ни в единой мелочи неправды или лукавства: Женя всегда излагала что-то такое, что убеждало уже самой сутью. Она видела давние эпохи так точно, что сомнений у него не вызывала.
  Ничего подобного в жизни Антипина не бывало и он принял её манеру бытия в своём доме. Оно ни к чему не обязывало, но кое-что меняло в привычном укладе. Всё же он надеялся, что когда-нибудь в её подсознании что-то щёлкнет и Никитина станет, как все. Хотя, если честно, такая пришелица из космоса ему нравилась больше. Единственное нерешённое - это Надя. Но с ней у него пока всё складывалось должным образом и он надеялся, что мамин рецидив в дочери не проявится. Хотя кое-что от мамочки в ней проглядывалось отчётливо и Ивушка Парейкис пополняла базу данных на его подопечную всё больше и больше.
  Между тем Никитина-старшая в доме освоилась хорошо и приняла все его правила без раздумий и в следовании его обычаям была гармоничной с собственной философией. О том, что у хозяина могут быть особые планы, она и помыслить не могла, её мышление с общепринятым никак не пересекалось. А вот мысль устроить домашний праздник ей показалась очень разумной и естественной.
  Она в новогоднюю ночь выглядела исключительно и хозяин жалел, что никому не может предъявить такую Никитину. Всё же доктор с одним любопытным коллегой догадался сам явиться к ним и засвидетельствовать своё почтение. На лице гостей после лицезрения нарядной и исключительной Никитиной было написано обращение к хозяину: "Одолжи ненадолго, озолотим!", но на неё можно только смотреть. Поближе к утру пришёл Ваня Крестов с Верой. Антипин давно звал их в гости, но друзьям было некогда. Пообщавшись с гостьей запросто, отставной офицер признался, что такую женщину и он бы никому не показывал - уведут! И пригласил на лыжную прогулку через пару деньков. Гостья легко согласилась. Вера всё время была рядом с Иваном и Женю бабьими флюидами старалась не тревожить.
  - Они вам завидуют! - улыбнулась гостья.
  - Ещё бы: такая конфетка! - ответил хозяин.
  - Но вы её так и не попробовали, - не то с горечью, не то с досадой заметила гостья.
  - А вам не приходило в голову, что мой вкус от вашего может отличаться?
  - В чём? - удивилась гостья, - и литературные, и музыкальные ваши пристрастия от моих совсем недалеки. То же можно сказать о кино и музыке. Ну, и у нас есть общая муза: вы не забыли о Клио? - в истории они и вправду имели много общих точек. Но Антипин был настоящим мужчиной и полностью согласиться с женщиной, ну, просто не мог!
  - Это одна часть меню, а есть и другая. Вы тёмная шатенка с крепкой фигурой, а мне могут нравиться изящные блондинки. Или запашистые и сочные брюнетки. Первые по чётным дням, а вторые по понедельникам.
  - Я думаю, вы меня дразните, - отмахнулась Женя, - по "ящику" всю ночь показывали самых разных ярких дамочек на любой вкус, но вы от них ни чуточки не завелись.
  - Откуда такая проницательность? - удивился Антипин.
  - Вы ведь поверили в то, что я знакома со многими из очень глубокой старины. Будьте последовательны, поверьте и в остальное! Я откуда-то знаю, что у вас есть тайная пассия и она постоянно звонит по утрам. Не по городскому телефону, а на мобильник. Ведь так? - Вы с ней беседуете уже на улице, но я знаю, что она каждый раз спрашивает обо мне. И вовсю подначивает, а вы отмахиваетесь и сердитесь в ответ, а она удовлетворённо смеётся. Ну, и на меня она не похожа ни в чём. Думаю, она и есть ваша природная понедельничная блондинка. - Что тут скажешь?
  И Антипин решил, что интернет может стать тем виртуальным миром, которому под силу перебросить мостик в реалии. Заодно отвлечёт её внимание от Ивушки Парейкис. Она с него снимала многое одним своим присутствием. Для себя Антипин придумал ей прозвище - Светлый лучик. Как Женя проникла в их тайну, он не смел и подумать. А о реинкарнации уже не размышлял так поверхностно. Да и Ивушка к этому относилась с известной долей прагматизма - вряд ли такая идея могла придти в голову каменноголовым потомкам кроманьонцев.
  Женя тонкостям интернетовского мира обучалась легко и вскоре достигла хорошего уровня. Он заманивал её на сайты знакомств и разного рода форумы и корпоративы и ей там понравилось. Интрига и тайна каждого логина увлекала и она стала придумывать для себя разные личины и играла со всеми, кто казался интересным. Вскоре на ящик гостьи посыпались письма и Антипин с интересом наблюдал за тем, что из этого получится. Когда женщина совершенно самостоятельно весь этот виртуальный бедлам из сотен писем самостоятельно привела в систему, он решил, что пора подумать и о работе. Сугубо технической и не очень напряжённой. Финансы у её семьи были очень скромными и доходы состояли из небольшого социального пособия и выплат от бывшего босса, что для настоящих нужд молодых цветущих женщин ничто. Все добытые средства он оставлял для Нади с бабушкой, а Женю взял на собственный кошт. Пока это было ненакладно.
  К весне Женя сильно прибавила и во всём рутинно-практическом и Антипин сходил к её боссу, чтобы тот придумал дистанционную работу. Он выложил на стол результаты прогресса своей жилицы и предложил послушать и посмотреть на видео несколько выдержек из обычных бесед с нею. Босс очень хотел расстаться со своей сумасшедшей пассией, но не получалось из-за жёсткой позиции Антипина. Тот умело его прессовал интимными играми с подчинённой в прошлом и это сыграло. Пришлось дать ей работу по текущим и плановым отчётам. После месяца испытательного срока, она получила карт-бланш и теперь занималась хорошо знакомым делом. Откуда это в ней, она так и не вспомнила. Как-то сам собой вышел и переход на "ты". Вместе с ним произошло и интимное сближение, которое стало катализатором преображения инопланетянки в светскую даму почти без изъянов.
  Особой вехой в жизни новой Никитиной стал Женский День 8 Марта. Она разгребла всё накопившееся в доме Антипина и обустроила по собственной системе, взаимоотношения в том числе. К этому времени все эмоционально-сердечные контакты значились отдельно от служебных, а внутри школьного бедлама чётко разделялись чисто методические от эмоционально-скандальных. И после шумного школьного сабантуйчика, где остались только свои, она сумела сделать утечку единоверцев своего кумира. А это Вера с Иваном, Светлана Гончаренко, Ивушка с Фаиной, Лена без мужа и Альбина Сафронова-музыкантша. Такая компания неслучайных людей собралась впервые и кроме Никитиной собрать их вместе не пришло бы в голову никому. Все они испытывали искреннюю привязанность к хозяину дома, занимая в обществе разные ячейки. В доме Антипина вместе они впервые, а Софронова и вообще с ним в подобные обстоятельства не попадала. Никитина сумела устроить чувственное шоу, запитавшее сердца гостей. Два мужчины на семь женщин - это немного, но они в школе лучшие и женщинам сие очень импонировало, к тому же они были хорошо на взводе, очень вкусны и доступны. Женя себя из списка претенденток на внимание мужчин исключила и сразу же показала, что её цель - быть хозяйкой и служить усладой и салфеткой для рефлексии всем-всем гостям. Когда музыкантша слегка забылась и прилипла к Антипину слишком надолго, Женя оградила Альбину от ревнивиц фразой:
  - А вам никогда не хотелось дать кому-то назло всем и публично? - Если нет, то мне вас жалко, а раз вам боязно, не мешайте смелой! - После этого Альбину не тревожили и наболевшее она выложила без купюр. Дать публично - это круто, но кто ж на такое решится!?
  Глядя на квартирантку вот так близко, многое усвоила и Фаина Ильинична, она к Володе особо не приближалась, в танцах и прочем интимном себя не выдавала, наблюдая обмен впечатлениями и прочее женское без эмоций. Но и она знала, что уровень её отношений с Володей квартирантка оценивает адекватно.
  Праздник вышел семейным и очень интимным, расходились гости под утро и неохотно и Женя уже по каждой из них знала, почему. Когда она всё убрала со столов и принялась за посуду на кухне, к ней присоединился пришедший с разводки гостей Володя и финальный звон вымытой посуды прошёл в атмосфере обсуждения профессиональной тусовки на дому. И хозяин не удержался от фразы, которую не сказать не мог:
  - У меня дома такой бомонд впервые. Самые разные и даже чуточку свои. Спасибо, Женька, это не Восьмое Марта, а 23 Февраля! - она подставилась, убрав мокрые руки за спину, а он чувственно поцеловал. Женщина оценила азарт мужчины и ответила:
  - В гаремах восточных тиранов такого цветничка не встретить - здешние все умницы и очень вкусны. Будь я на месте мужчины, домой отпустила лишь тех, кому надо быть там край и никакой отмазки не придумать!
  - Да, - согласился Володя, - у каждой дома муж, но к нему не хочется! - Это ты увидела хорошо. И если бы мы настояли даже самую малость, все бы остались здесь, чуточку поболтали, привели себя в ночной вид и уснули рядышком.
  - И остаток ночи для каждой перетёк в счастливое утро, когда ни единой домашней рожи и постылого: - Хочу есть и где моя чистая рубашка! - продолжила Женя подслушанной фразой из репертуара гостий, - Володя, у тебя отличные коллеги, с ними интересно жить.
  - В таком составе и ни разу не сбиться на "Я лучше всех!" - я что-то не припомню! - Это твоя аура на них так повлияла! Ты весь этот пир была божеством и они чтили тебя, Женька, именно тебя и одну. А ведь все они поодиночке такие стервы!
  - Что-то в этом есть, ты прав, я их просто развела по разным октавам и вручила наушники, чтобы ненужного не слышать. Они пришли увидеть и услышать тебя. А раз так, то устроить им иллюзию комфорта нетрудно.
  - Как ты это смогла?
  - По наитию. Само вышло, - призналась Женя и по её глазам он понял, что женщина не лукавит.
  - Женя, как считаешь, гаремы начались давно?
  - Что-то во мне говорит, что они были всегда. Только подчёркнутыми и роскошными становились в самый расцвет тирании. Во все эпохи.
  - А наши гостьи тебе гаремных обитательниц не напоминают?
  - Очень даже! - улыбнулась женщина, - гаремное в нас на самом видном месте.
  
  На Первомайский праздник она предложила пойти сама. Но не идти в колонне, а гулять на площади. Шум и толчея её уже не так раздражали и она укрывалась от них за плечом Антипина. Так вели себя замужние дамы с мужьями или очень близкие подруги с сердечными дружками - тогда, кем Антипину была Никитина? - Женя легко отвечала на любезности его знакомых, но к дочери и родным была по-прежнему прохладна, не признавая и не желая сближения. Не всех она принимала и из широкого окружения своего покровителя. Совершенно не сложилось у неё с Ниночкой, женой Фёдора.
  Когда по итогам учебного года Антипину присудили звание лучшего учителя, Женя решила из этого сделать домашнее событие. Вообще подобное светско-представительское у неё выходило легко и по-накатанной, она немножко поведала о неких проблемах в прежние века и с былыми нравами, указывая их достоинства и недостатки. О том, чтобы в составе гостей были друзья и тайные недруги, она высказалась очень доходчиво и убедительно. Антипин даже не подумал противиться её затее. На этом приёме она впервые сыграла роль дамы при мужчине своей мечты. Она очень внимательно отнеслась ко всем гостям и шёпотом сообщала мнение про их сокровенные мысли. Про Синицыну она тоже угадала и сказала, что та хотела бы вернуть всё назад. А Ивушку заговорщически осмотрела и чмокнула в щёку, громко сказав, что ей очень идёт эта причёска.
  - У блондинки должна быть только такая! - прошелестела она и где-то в подсознании гостьи чётко обозначилось несказанное: "Его блондинки!", которое почуяли обе женщины. Но вообще Женя не задиралась и уникальные ресурсы не демонстрировала. В Ивушке она сразу же обнаружила единомышленницу. Та пришла с мужем и по-достоинству оценила ход своей пациентки. Никитина если не выздоровела окончательно, то к тому сильно приблизилась. Примерно такое же мнение сложилось и у Веры с Иваном.
  
  Подошла пора экзаменов, Надя занималась очень старательно и по системе. Нынешняя уверенная в себе Никитина-младшая от прежней замкнутой тихони отличалась сильно, но к этому уже привыкли, а особым отношениям с классным руководителем многие завидовали. Что мама живёт в его доме, знали немногие, как и о том, что у неё особая болезнь. И учитель решил, что будет неплохо, если мама примет хотя бы символическое участие в процедуре экзаменов. Цветы, обеды и прочее. Это снимет напряжение со странной семьи внучки с двоюродной бабушкой при живой маме, а его роль хотя бы в общих чертах приблизится к нормам общества. И на этот раз Женя всё приняла на веру, не задумываясь. Эта часть её существа так и не вышла из дремучего и дремлющего состояния. Экзамены прошли, мама на них "засветилась", слухи и сплетни поутихли, а Надя закрепилась в первых рядах выпускников, из трёх параллелей 8-ых классов устроили два 9-ых класса. Надя попала в лучший из них - 9-ый "А".
  
   ЛЕТНИЕ КАНИКУЛЫ
  
  Начались каникулы и все разъехались кто куда. У Нади особого выбора не просматривалось и она отправилась в деревню. Был привязан к дому и Антипин. Оставить Женю было не на кого. Фёдор говорил, что без надзора её оставлять ещё рано. Июнь прошёл в текучке и прочих заботах по сдаче материалов и ремонту в классе, который Антипин всегда выполнял сам, привлекая специалистов лишь для особо чистовой и деликатной работы. Были у него и две добровольные помощницы: Светлана с рыженькой Аллой. Он им пообещал содействие в устройстве в одну из рыбацких компаний. Его рекомендаций хватило и вскоре девочки уехали на Алтай. Двигались и другие дела, а в июле Фёдор предложил рыбалку в Карелии. И Антипин загорелся - хотелось отдыха, беспробудного сна и ничего-не-делания.
  - Поедешь с нами в Карелию? - спросил он Женю. Уже на второй месяц она обошла бывшую жену по пониманию мужских приоритетов и своему значению в том мире. И он с большим интересом познал тело, которому не одна тысяча лет. Да и поведение этой дамы ни на что из современного не походило даже приближённо. - Она была естественна в собственных проявлениях, но мужское в нём читала влёт и с удовольствием. И он добавил к сказанному: - Мне будет приятно иметь такое чудо рядышком! Ни Цирцее, ни Аспазии тебя не превзойти и современные мужи удивятся - откуда красотка?
  - С тобой - хоть куда! - ответила она.
  - В нашей компании супругов не бывает по определению и первые три-четыре дня все мужики ухаживают за женщинами, демонстрируя себя и не мешая блистать красотке. В эти дни никаких прав собственности, никого не отравишь?
  - Володя, моё имя написано на стене Керамика, разве я могу принадлежать смертному? - прошелестела античная стрела и Антипин поёжился от её смертоносного шелеста, но линию продолжил:
  - Там по ночам холодно, комары круглые сутки и никого в округе!
  - Я не люблю публичные места, - улыбнулась Женя, поджидая следующую заморочку.
  - Палатка протекает всегда, так что неудобств масса, в том числе и переодеваться при всех, а публика эти зрелища любит, как раньше обожали парады на Красной площади.
  - Раз меня лицезрели Афины, полюбят и в Карелии.
  - Слуг и наложниц там не бывает и еду придётся готовить на костре.
  - Про лесную жизнь я в курсе - думаю, за меня не будет стыдно.
  - Мужики в таких местах все до единого не женаты и очень хороши. Я с ними знаком давно и их силу знаю отлично! - Тебе не устоять перед их шармом!
  - Разве это плохо? - Не устоять перед настоящим мужчиной!
  - А если следующую ночь он проведёт с другой?
  - Значит, не пришлась по нраву. Поделом мне и впредь думать надо, кому уступать, а кого полонить. Они пикировались ещё долго и изощрённо, присматриваясь и прислушиваясь друг к другу. И Антипин понял, что подружек на рыбалке заводить не стоит - Женя способна на что угодно, в том числе спихнуть в трясину и утопить на быстрине. Может, лучше отказаться от поездки, слишком уж это рисковое дело? Однако женщина загорелась и через пару дней предложила интересный вариант для базы, который она отыскала в Интернете.
  - Так не терпится накормить собою комариков? - спросил он.
  - Знаешь, Володя, что-то во мне говорит: - это твой вариант, бери его!
  Выезд состоялся через неделю, набралось около двадцати человек, которые разместились на девяти машинах. Ни одна из женщин рыбацкой компании прежде в палатке не жила, со своим партнёром каждая познакомилась по объявлению, лишь Женя была для Антипина почти роднёй. Да и Фёдор тоже чужим не казался. Мужчины меж собой решили, что на Женю давить не будут, пусть себе отдыхает и резвится на пленере. Компания получилась вполне живой и весёлой.
  Поскольку места были новые, неизученные, то и улов появился не сразу. Женя быстро приохотилась к этому делу, возможно, сказались деревенские корни. Она рыбачила со спиннингом и к охоте на рыбу имела что-то врождённое. Умело водила блесну по перекатам, вовремя подсекала, и чуяла, когда играет мелочь пузатая, а когда серьёзная дичь. Так получилось, что они с Антипиным и стояли рядом и ловили больше других. Поскольку особых правил здесь не придерживались, то и расписание было свободным. На стоянке оставляли дежурных, которые готовили, следили за порядком и просто загорали под сеткой из капрона. Под ней было так жарко, что ни одна гнусная тварь туда не забиралась, зато ультрафиолета как в Крыму и Сочи. Парочки уже на третий день отрисовались полностью, бывшие соперницы и соперники друг другу не мешали, развлекались в цивилизованных рамках, но ротация состава всё же происходила. На Женю поглядывали не однажды и делали заходы тоже не раз, но она никого всерьёз не принимала. Если же кто-то из молодых дам делал стойку на Антипина, Женя находила убедительные аргументы и ажиотаж вокруг лучшего рыбака моментально затухал.
  - А если это любовь, а ты её вот так грубо разбила? - как-то спросил Фёдор, после очередного разговора Жени с одной из девушек где-то в кустиках. Женя выглядела очень свежо и молодо, перенесенная болезнь странным образом изменила режим питания кожи и теперь она стала упругой и без единой складочки. Прежней картины структурного разрушения на её теле было трудно даже представить.
  - За любовь надо сражаться, Федя, и хорошо её чуять. И не такой Володька мужик, чтобы на одноразовых сучек размениваться, - холодно ответила Женя.
  - А если эта девочка робка, тонка и вся из себя городская? Это же не молодёжная дискотека в Раменском, где физии непонятливых мусолят о перила и лестницы и такое для всех норма. - У нас приличное общество.
  - Федя, если твоя юная Иннуля поднимет хвост и станет из себя корчить принцессу, ты что сделаешь? - спросила она и мужчина многозначительно улыбнулся.
  - Вот и я о том же, - подхватила Женя, - на всякого пескаря есть окунь, а на того и щучка в речке имеется.
  - В прошлом году к нам одна такая приблудилась, так пришлось посадить на поезд и отправить домой. Тогда мы на Валдае были, это поближе. А вот в позапрошлом, - он задумался и поправил себя, - нет, это было три года назад, так нам попали две невинные девочки. И одна из них досталась мне. Я не знал, что с ней делать. И никто ведь не выручил! - говоря это, он следил за выражением лица собеседницы. Временная категория Женю никак не волновала. И граница памяти и беспамятства отсекалась её осенью минувшего года, после чего были мужья и князья до самой античности. Никакой болезненности или подавленности ни сейчас, ни во время других бесед он не заметил. Обычно в пограничной зоне сознания больные ведут себя неадекватно. А у Жени просто туман забвения. Ведя её историю болезни, он перечитал уйму литературы и служебных сборников, но случаев такого рода ни разу не увидел, история Жени Никитиной была уникальной. И он очень внимательно слушал аргументы женщины с провалами в памяти и громадными ресурсами познаний в истории людей искусства.
  В этот раз Женя предметно и на живых кошечках исследовала психику интеллектуальной виргинии:
  - Наверное, дело не в том, что цела девичья плевра. Думаю, тебя смутила её душа. Будто пустая витрина в шикарном супермаркете.
  - Очень может быть, - подхватил доктор, - вот позапрошлой зимой мы ездили на горнолыжный курорт и среди наших дам в возрасте попались две примерно такие же.
  - Наверняка они вас разыграли, - одними губами улыбнулась Женя, - у женщины в возрасте такого не может быть в принципе. Если, разумеется, она не последняя дура на нашей планете.
  - А если они иностранки? - спросил доктор, почуяв нечто очень важное в логической цепочке.
  - Какая разница? - Все мы устроены совершенно одинаково и языковый барьер тут ничего не меняет. Ты же доктор и знаешь про сознательное и бессознательное всё.
  - С чего ты взяла? - сыграл непонимашку доктор.
  - Я уверена, что современная чукотская девушка из чума и, положим, продвинутая скандинавка поначалу будут мужчине интересны в равной мере. Разве что запах изо рта может смутить.
  - Ну, на стадии ухаживания и приглядывания - ладно! Там играет любопытство, интрига и интерес. А вот в постели неискушённая европейка и мулатка из Бразилии сразу же поставят всё на место. К одной выстроятся очереди поклонников, а другую будут показывать в паноптикуме.
  - Если ты попробуешь обеих по полному списку женского и они окажутся нормальными дамами со всем отлаженным и влекущим, то во второй раз придёшь к европейской. И в третий, и четвёртый тоже. Она тоньше и вкуснее. Да и на пару тысячелетий изящней и желанней.
  - У тебя что - собственный бордель? - изобразил возмущение мужчина.
  - Я же говорила про это, но ты не верил. И чёрную, и краснокожую, и жёлтую женщину я вижу в себе отчётливо. Их во мне по одной-две особи. А белых так и вообще не меньше десятка.
  - Они что - толкаются там, чтоб их заметили?
  - Как-то так, - спокойно заметила Женя.
  - Ну, ты даёшь, - качнул головой доктор, - а от их сплетен уши не вянут?
  - Знаешь, Федя, я только сейчас сообразила, что они все должны звучать на разных наречиях. Но их шепелявых и свистящих голосов я не слышу, во мне звучит смысл сказанного и он будто на эсперанто. Без единой нотки страсти или азарта, а ведь что вытворяют эти стервы!
  - Что? - только и выдохнул доктор, услышанное просто не имело цены.
  - Вьют из мужиков верёвки! - Вот что! Иногда из двух сразу.
  - Картинка в цвете, а голос гнусавого переводчика?
  - По разному. - Иногда размыто и не различить ни тонов, ни контуров.
  - А если ты с Володей?
  - Тогда только он и никого вокруг. Ни мужиков, ни блядей.
  - Будто он с тобой был всегда? - И нынче, и в прошлом и позапрошлом году?
  - Бери больше, я была его женой много-много лет назад. Может, при Петре или Екатерине Великой.
  - У тебя были слуги и воины?
  - И терем отличный, таких ты знать не можешь, про них теперь мало что сохранилось.
  - А ты точно знаешь, что дети от него?
  - Конечно! Трое сыновей и дочь Злата. Каждого мы зачинали на Ильин день и по весне я их рожала.
  - А почему именно так?
  - В это время его кровь имеет самую большую силу, а моя идёт на спад и поклонение. Завязь отличной получается.
  - А в этой жизни не хочешь попробовать?
  - Хочу, но нет знака, - просто ответила Женя. Доктор, затаив дыхание, вкушал откровения женщины, видевшей через века. Всё было очень точно и к месту. Конечно, рутине семейной жизни домохозяйки из Подмосковья в такой обстановке наверх не пробиться.
  Они ещё немножко поговорили и вернулись на стоянку. Антипин шкерил рыбу, девушки были на подхвате и трое мужчин занимались засолкой икры. Процесс очень деликатный - он требовал особого тщания и мужской руки. С доктором они лишь переглянулись.
  Три недели пролетели, как один день, с Никитиной так ничего и не произошло, как и с её возможными оппонентками. Мужчины с удовольствием вкушали её зрелые прелести и слегка завидовали Антипину, имеющему на неё исключительные права. По окончании прощального пикничка устроили что-то вроде ночи на Ивана Купала и прыгали через огонь. Кое-кто воздержался, но не Никитина. В неё будто кто-то вселился и она участвовала во всех языческих игрищах. И только Антипин знал, что сегодня она без белья. Что это значило для неё, он не догадывался, а спрашивать не решился: их отношения и так были слишком эфемерны.
  Утром она погрузилась самой первой и, не чуя превратностей лесной дороги, проспала на заднем сидении большого "Ниссана" почти до обеда. Антипин видел её состояние и уже с самого начала освободил место поудобнее, обустроив его из спальника и палатки. Проснулась она легко и сразу же коснулась Никитина, как бы благодаря за заботу. Когда колонна выбралась на приличную дорогу и остановилась на привал, Женя первой принялась хлопотать по хозяйству вместе с мужчинами. Уминала мясные блюда она с аппетитом и поглядывала на Антипина, который к еде лишь прикоснулся. Ответ она прочла на его лице, усталом и чуть отстранённом. Когда все разошлись по естественным надобностям, она вернулась к нему почти сразу же и спросила:
  - С тебя снять порчу? - и увидела ошалевшие глаза мужчины, с ней ставшего уже не таким безнадёжным атеистом. Она придвинулась поближе. - Я знаю, как устают мужчины и чем их исцеляют. Доверься!
  - Хорошо, - сдался мужчина, конфликтов с ней не любивший. И она стала заниматься тем, что сидело где-то внутри и вдруг вырвалось на белый свет. Через несколько минут Антипин и впрямь повеселел и заулыбался. Она лишь нажимала на известные ей точки, слегка прижимала к ним пальцы, задерживалась там на несколько мгновений и по реакции Антипина решала, что делать дальше. Лишь пару раз она делала повторы, с остальными точками всё вышло с первого прикосновения. Она его не напрягала и ничего особого не возбуждала - только профилактика и разрядка восприятия мира. Когда весь цикл, на её взгляд, был завершён, она взглянула на лицо мужчины и отметила, что хмурь и хмарь испарились без следа, а его суть готова принимать солнечные лучи и благоухание разнотравья лесной опушки. Длинноногие соперницы Женю не раздражали, а сама она казалась лесной феей.
  - Ну, как? - спросили её глаза и он привлёк женщину к себе. Только теперь он сообразил, почему она без белья до сих пор.
  Эта Никитина и рядом не стояла с той женщиной, что считалась матерью Нади. Он принял класс четыре года назад и всех родителей знал отлично, а динамику метаморфоз с ними отслеживал с профессиональным любопытством, составляя пространный банк данных. Он его обновлял постоянно и очень тщательно, отмечая связь с переменами в их детках. В мамочках и бабушках он отмечал даже причёски и одежду. Этой женщины там не было. Мистика? - Но ведь это так, как бы оно ни называлось по-научному.
  Когда компания остановилась на ночёвку у небольшой речки, Женя каким-то чутьём уловила, что здесь есть рыба и уже через полчаса вытащила небольшую щучку. Ещё через час объединёнными усилиями наловили ведёрко и сварили уху. На этот раз виновницей торжества и объектом притязаний стала Женя. Антипин отступил в сторону и дал ей покрасоваться, не спуская глаз и пытаясь уловить малейшие нюансы её доминанта выглядела естественной и вопросов не вызывала - она претендовала на роль королевы бала.
  - У неё доминирует внутренняя установка и поведение полностью в это вписывается, - сказал Фёдор приятелю вполголоса, когда Женя входила в новую для себя роль.
  - Я тоже так думаю, - согласился Антипин, - иногда мне кажется, что всё её поведение - это чёткий сценарий. Грубовато сработанный и неправленый, но чётко сформулированный.
  - А что ты надумал про Ильин день? - Может, стоит рискнуть?
  - Знаешь, Федот, я с ней каждый день рядом и ощущение риска и опасности не проходит никогда. И привыкнуть к этому не могу. И потом, она во мне видит мужчину, единственного в округе. А рядом бродит неприкаянная дочь. С ума сойти от такого, а она даже не шелохнётся! Думаю, раз это сценарий, его стоит прочесть до конца.
  Пока они беседовали, Женя взяла гитару и потребовала внимания:
  - Я сейчас спою нечто, похожее на романс. Но он из нашей старины, сколько ему веков, никто не знает. Помните, у Бояна есть слова про плач женщины на стене города. Думаю, эта баллада о том же. Она склонилась к грифу и чиркнула пальцами по струнам, примеряясь и прислушиваясь. Запела неожиданно глубоким и сильным голосом. И все тут же замерли. От одного её голоса. А потом и баллада подоспела. Женя изредка поднимала голову, находила глаза Антипина и опять углублялась в свою новую роль.
  
   НОВАЯ НИКИТИНА НА СТАРЫХ ПОЗИЦИЯХ
  
  Дом Антипина давно стал для Никитиной-старшей естественным убежищем и постепенно гостья перетекала на положение законной хозяйки. У неё появились собственные доходы и на себя она тратила совсем немного. Зато рубашки и прочее для Антипина стали явлением и обычным и желанным. Обновы для быстро зреющей Нади устраивал он, деликатно обсуждая это с бабушкой и как бы от имени мамы. В деревне за это время Надя загорела и посвежела. Антипин выбрал день и съездил к ней. Доктор поехал с ним и отметил, что девушка - мамина копия, но в особом варианте. Надя была рада видеть Антипина и даже слегка всплакнула, а потом припала к его груди.
  - Надеюсь, вы это простите, - прошептала она, чтобы никто не услышал, - я так соскучилась! Сердце мужчины не могло не ответить взаимностью и он чуточку придержал её у себя:
  - Всё отлично, ты хороша и в порядке, а с мамой дело идёт на поправку! - Похорошевшая девушка слабо шевельнулась:
  - А мне кажется, что она всё больше и больше отдаляется. В том, что так вышло, моя вина на все сто! Потом они обсудили кое-что из общих дел и Надя рассказала о поисках родных корней в далёком средневековье. Она просмотрела церковные книги всей округи, её подпустили к хранилищам и в старинном монастыре и по ним вышла на государственные архивы АН, где могло таиться что угодно. Антипин внимательно выслушал и похвалил за усердие и характер, а потом посоветовал не останавливаться и работу завершить. Деликатную миссию по приобретению новой одежды он решил никому не перепоручать. Доктор же сказал, что лучше это сделать прямо сейчас, поскольку потом у него всё расписано и ... Надя согласилась. Ныне выбор для обнов сильно облегчился и они всё это обустроили в гипермаркете за пару часов.
  Преображённую Никитину-старшую с дочерью решили пока не сводить, а потом, рассмотревши Надю во время примерок и бесконечных прикладываний одежды и обуви, и вообще решили их встречу отодвинуть подальше. Как бы чего не вышло. Надя тоже своенравна и экзотична. Но Антипин знал, что эту волну она гонит специально для доктора.
  - Ты с ней, будто с дочерью, которую бросил на дюжину лет, а теперь задабриваешь подарками, - едко ввинтил заметивший эту игру доктор, - уж мне-то можешь признаться?
  - Ну, если такое приходит в голову врачу, то да - Надя моя дочь!
  В обществе городских умников провинциальная школьница сыграла роль пастушки, встретившей на лужайке настоящих сеньоров. После покупок компания заехала в придорожный магазин и взяла кое-что для небольшого пикничка. У речки они свернули в лес и там устроили презентацию обнов. Надя удержалась на грани дозволенного, а зрители поощряли её фантазии. В деревне она выглядела настоящей инфантой и это отметили все, встретившие её приезд домой. Мужчины подыграли на полную катушку и совокупный капитал юной женщины возрос немеряно. В эту ночь она почти не спала, прокручивая пережитое за день. И она очень ясно видела, что эти взрослые мужчины видят и пестуют в ней женщину. - Могла ли она после такого повестись на дармовщину примитивной страсти, которая поджидала уже давно: один из приезжих дачников обхаживал и увлекал. Теперь она знала свою настоящую цену и ему ничего не перепало.
  
  Подготовку к Ильину дню Женя провела загодя и о том, что сегодня праздник, Антипин понял с минуты пробуждения. Внимание женщины было обволакивающим и тотальным. Завтрак вышёл очень приподнятым и мужчина постарался соответствовать. К обеду должен придти Фёдор с Ниночкой и Иван с Верой. Когда приготовления закончились и Женя мыла посуду, он подкрался сзади. Она его почуяла, но так и не разогнулась, зная, что такую не пропустит ни один мужчина. Она и про них и про себя много чего знала. Антипин обнял женщину и она откинулась всем телом, чуя в нём всё-всё! Руки мужчины скользнули по телу и нашли грудь. Сосочки затвердели тотчас же. Она обернулась:
  - У нас может быть сын, ты хочешь этого? - прозвучало то, о чём предупреждал доктор. В её глазах было такое, что он растерялся. Впервые после той ночи и жуткого приступа. И он рискнул.
  - У моего сына нет отца, у твоей дочери исчезла мама. А что будет с ним?
  - Все они в другой жизни и в прошлом. А мы с тобой вместе и сейчас, и ты знаешь, насколько я тебе близка. У меня были мужчины. Достойные мужчины. Но сейчас я выбрала тебя, Володя. И в этой жизни я тебя не покину. - Такого объяснения достаточно?
  - Это в тебе говорит чувство или рок?
  - Не знаю. Да и какая разница, почему я так выбрала.
  - Женька, - смягчился Антипин, сводя напряжение к обычному для простых смертных, - ты исключительная женщина. Ты помесь стервы с анакондой и гюрзой. От твоего укуса - смерть! - Ты хочешь моей смерти? - женщина выбралась из его рук и одним движением сняла платье. Нежнейший шёлк тонким облачком скользнул к её ногам и она переступила через него, став у окна, чтобы он всё рассмотрел в деталях. - Этому телу было много меньше тридцати. А глазам - неизвестно сколько!
  - Неужели вот это и есть братская могила прежних мужчин?
  - Они не были братьями и их разделяло не одно столетие!
  - Они любили тебя или тело?
  - Тело! - выдохнула женщина.
  - И ты хочешь, чтобы я стал одним из них?
  - Не грассируй почём зря - ты другой совершенно! И моё тело - не твоя цель. Тебе нужна я. Хотя об этом ты ещё не знаешь. Время не пришло, - сказала она и он сдался. Мужское в нём двусмысленностей не терпело.
  Гостей они встретили будто семья и пришедшие женщины с интересом разглядывали загадочную гостью, ставшую здесь хозяйкой. Иван прежде Никитину-старшую в школе тоже встречал, но в этой женщине её не узнавал. Вере она пришлась по душе и они поладили ещё в тот визит зимой. Жена Фёдора всегда была не очень коммуникабельна и из-за своей музыкальности чуточку страдала - неправильный тембр голоса собеседника мог вызвать мигрень, а несоответствие значимости фразы и мелодики звучания приводили к тому, что она зябко поёживалась и покидала компанию. Но так бывало не часто и обычно совпадало с женскими немочами, на этот раз она придумке Жени была рада: повод для интима настоящий и без ханжеских прикрытий морали и двуличия.
  Праздник Ильи-пророка был искони языческим и христианство его лишь унаследовало, поэтому мужчины-безбожники пили за него с удовольствием. Женщинам-язычницам от века налили вина и Антипин с Фёдором в четыре глаза следили за Женей. От того, как пройдут смотрины, зависело многое. Знала ли об этом Женя? - Не знала, но чуяла!
  Она этих мужчин, с которыми стала близка волею рока, и знала, и чуяла, и немножко любила. Забота и внимание обоих были чистыми и незамутнёнными, корысти в них нет, а весь строй души так и веял возвышенным. Брюнеточка Инна, с которой доктор отдыхал в Карелии, была вроде игручей собачки для развлечений и ни на что серьёзное не претендовала, так что ресурсы Фёдора почти не расходовались и сегодня он имел хороший шанс. В Ниночке Женя сразу уловила то, от чего зрелого и умудрёного мужа просто мутило и она поражалась, почему эта музыкантша в жёнах задержалась так надолго.
  Мужчины в компании подобрались настолько разными, что пришедшие дамы буквально загорелись на эту россыпь ума, мужества и силы. Ниночка испытывала себя с Иваном и находила его очень сексуальным. Во время танцев она не чуяла своего веса, настолько сильными были его руки, державшие её бестелесность. Вера легко нашла общий язык с доктором и вместе с ним поглядывала на хозяев. Только Женя выглядела оплотом консервативной верности одному мужчине и недоступности остальным. Антипина даже немножко коробило от этого - у Жени всегда, не как у других женщин. Всё же игра близких друзей предполагала некую свободу от традиций, связи и прочего, не капитального и не фундаментального. То есть, играем во что угодно, но без фингалов под глазами и испорченной причёски. Глубина отношений этой компании такова, что в игрушках они границ не имели. И по окончании игрового сезона в памяти музыка, танцы, застолье и прочее, но ни единого файла с уединением в спальне Антипина. Все знакомы давно и уединялись охотно, отдаваясь и расслабляясь по полной программе. Женя в такой игре с ними впервые, хотя она в курсе и удивления не выказывала. А что может выдать та же Вера или Ниночка - загадка сюжета.
  - А ты бы смогла соблазнить Ивана? - спросил Антипин Женю и та кивнула, будто ей и двенадцати не стукнуло:
  - Запросто!
  - Серьёзно?
  - Ты меня испытываешь?
  - Уже и не знаю, - засомневался Антипин, чувство опасности всегда бродило рядом с Женей.
  - До какой стадии это довести? - уже на другом нерве спросила Женя. И Антипин рискнул:
  - Пока Вера не полезет в драку!
  - А ты?
  - У нас с тобой пари или что?
  - Тогда так: если Ниночка потечёт от тебя, будет самый адреналин-раш. Это моя половина пари. Как она тебе? - в этом была вся Женя, её идеи не тормозили у заграждений.
  - Ладно, - согласился Антипин и они наметили план. Точнее, план Женя имела собственный и ему оставалось лишь присоединиться. Женский ум с логикой и прочими мужским системными категориями старается дел не иметь и обладает эксклюзивными ценностями и мерилами успеха. И вдруг Женя всё вернула назад, отказываясь от схватки и поясняя свои аргументы вот таким образом:
  - Не подумай, что я испугалась, будто он меня растерзает! Нет, Володя, дело не в этом. Ну и Иван - не тот человек, который погибнет из-за какого-то пари, до этого не дойдёт, но! Вот тут оно самое и есть! - Адреналин чистой воды, как у бойцов на арене Колизея и большой палец, решающий судьбу - да или нет. Ниночке не вынести нашей философии первобытного чувствования. Теперь я только твоя и ничья больше. Антипин взглянул на Фёдора, это его вопрос он задал Жене и ему надо знать мотивы отказа. И тот, подсевши к ним, спросил уже сам:
  - Почему? - Это убеждения или что-то другое?
  - Убеждения? - переспросила она и взвесила суть слова. Подумав основательно, она ответила: - возможно, и они. Но я знаю точно - нет, ни с кем более!
  - А то, что? - Что будет с ним, тобою овладевшим?
  - Смерть! - легко улыбнулась она и Володя поверил сразу, а доктор был в тупике: мораль, долг, семейные ценности и прочее - это всё социальное, наживаемое и приращиваемое к личности индивида в обществе. Верность мужчине - в том числе. Ни одна самка в отряде приматов не имела даже признаков верности хозяину гарема и при в отсутствие его на расстояние границ обнаружения обонянием отдавалась другому партнёру без раздумий, лишь имея привычный шлейф ухаживания. - Её удерживал только страх! - То есть, инстинкт. У Жени с её биографией любовницы Софокла и современников Екатерины Второй подобному и прирасти неоткуда. Она от любых мужей рожала без насилия над собой. Почему тогда с близким ей Иваном - нет и этот отказ наотмашь? - Если в основе всего - гордость и прочее, то откуда она в такой женщине? - В каких анналах генетической памяти это заложено?
  - А мы можем это разыграть? Как актёрский этюд? - Он наваливается, а ты сопротивляешься. - Мы не дадим ему победить.
  - Зачем такая травма Вере? - И нашей с ней дружбе придётся тяжко. Я с ней тоже дружу, как и Володя!
  - Я хочу оценить, Женя, мне важно узнать, откуда ты пришла к нам! По реакции и по твоим глазам я увижу многое. А Веру и Нину мы удалим из комнаты. Только ты, я и Иван.
  - Наука, - пожала плечами Женя и добавила, - хорошо. Сейчас ты увидишь то, чего хотел. - Захочет ли Ваня?
  - Захочет, он тоже понимает в тебе многое. Ивану объяснили и он согласился. Антипин увёл с собой Ниночку и Веру, а доктор с Ваней приготовились к опытам. Женя сама объяснила начинающему гладиатору задачу игры: она дорогая гетера и бесплатно не обслуживает, рабов тем более, так что её благосклонность надо взять силой, сломает - она добавит из своих, в противном случае - смерть. Она сказала это так легко, что Иван тут же весь подобрался.
  Чтобы не ломать мебель и ничего в комнате не рушить, они переместились на ковер посредине комнаты. Оба в положение стоя. И доктор рядышком с ними. По знаку доктора они сблизились, произнесли слова роли, немножко прошлись взглядами по телам соперников и мужчина-гладиатор очень быстро оказался сверху. Разорял вход к лону он тоже недолго и в момент, когда победа обоим мужчинам уже виделась реальной и пахнущей, произошло нечто, меняющее борьбу в корне: зубы женщины впились в шею мужчины и стали смыкаться. Она замкнула свою часть тройной цепи объятий и гладиатор стал лёгкой добычей тигрицы. Это доктор увидел сразу и крикнул: - Брэк!
  Мужчина свалился со своей жертвы, а женщина облизнула губы, выравнивая цвет помады и выступившей крови мужчины. Не прошло и минуты от старта, как всё и закончилось. Доктор ещё переваривал и монтировал увиденные кадры в последовательность, но общую суть уже выстроил. Логика такой защиты альтернативы не имеет и наедине эту женщину не одолеть. У неё реакция звериная, на предела скоростей в нейронах и прочих проводах. И там отключено сознание -только инстинкты и никаких паразитных цепочек оценки, доминирующих у сапиенсов. А ещё - умения этих спасительных и в то же время смертоносных движекий. Она всё сделала моментально и без единого лишнего шага. Такое могло быть записано где-то в мышечной памяти и включалось сигналом подсознания. - Как многое оно таит в себе.
  
  - Как тебе это удалось? - спросил Иван, прикладывая к ней клочья и полоски изорванной одежды. Однако тончайший эфир легко стекал вниз, не задерживаясь на теле. Прекрасном и влекущем. Но для него недоступном.
  - С тех пор, как я сделала выбор, другой мужчина ко мне не попадёт - всё дело в моём выборе, - мужчина чуть сузил глаза и понимающе улыбнулся:
  - Всё равно - спасибо, ты, Женька, нечто! А всё это - пусть будет объяснением в любви. Женя кивнула, поднялась и сразу же отправилась в душ. Когда она вышла в другом платье, её ждали. По тому, что она увидела, стало ясно многое, в том числе и глубочайшая взаимная симпатия Веры и доктора. Главным же для Фёдора стал научный подход к проблеме и такая пациентка во главе неё. Уникальная и интересная по своей сути.
  
  ...Вера очень деликатно поведала Ванечке о своих впечатлениях от истории Нефертити и зодчего Эния. Именно эта романтическая связь и дала нам портрет, прошедший через века и тысячелетия. Таких сюжетов память Володи хранила предостаточно и выдавала охотно, тем более близким Вере и Ниночке. Однако Ванечка после опыта с Женей ненадолго выпал из мира и свою подругу понимал с трудом. Как и подруга, ещё витавшая в тенетах любовной истории и его слова в ответ она держала где-то там, куда сама ещё не пришла. И он ещё раз, но уже с красками, признался, что чуть не сгинул от лап настоящей хищницы.
  - Она могла перегрызть мне горло и я бы не дёрнулся! - сказал он Вере.
  - И в этом не было игры? - услышал он откуда-то издали, а не от чуткой и заботливой Веры.
  - Нет, это была настоящая схватка¸ я не забыл запаха смерти - она была рядышком и заглядывала мне в глаза. Эту дамочку я ни с кем не спутаю. И потом, взгляни, вот её зубы у шеи, они в точности там, где сонная артерия, самая малость, сжать эти остренькие зубки и всё! - Меня нет!
  - А со мной ты её не сравнивал? - осторожно куснула Вера. Их роман никогда из рамок взаимной уважительности не выбивался. Хотя прежде у каждого была иная жизнь и интимные манеры.
  - Вы разные совершенно: ты для спасения души, а она для тренировки реакции и инстинктов. После неё можно и на медведя с ножом, и на тигра с дубиной - располосую брюхо или снесу голову в один момент, а после тебя лучше про охоту позабыть, даже на домашнюю птицу, - улыбнулся Иван.
  
  - Раз праздник языческий, значит, нам с высот технологического века пора спуститься к нему и всё без слюны и слезы, - предложил хозяин дома, после небольшой паузы на тосты, возлияния и взаимные признания, - мы давно знакомы и за эти годы притёрлись и притерпелись. Я предлагаю игру в откровенность: мужики, не монахи и на чужих жён засматривались, знаю точно, дамы тоже не из монастыря и по ночам не всегда поют с того голоса и тому солисту. У нас демократия нынче и игру предков можно забанить. - Кто-то будет банить? - спросил он и отщепенцев не оказалось, - тогда кинем жребий, кому про кого говорить ночные грёзы, чтоб всё по закону. Жёны не поют про мужей, а мужья о жёнах. Написали фанты и разделили по группам, мужчины в одной шапке, женщины в другой.
  Женя считалась женщиной Антипина и была не совсем ровней другим по знанию подноготной остальных гостей, но тут и не нужна эта штука, поскольку речь только о фантазиях. Антипину выпала Ниночка, Ниночке достался Иван, а Фёдору Женя. Начинал водить хозяин дома. И он не стал темнить, а выдал Ниночке то, чего она давно хотела публично. - Признания собственной состоятельности! - Всё! Володя очень точно и образно описал физические и душевные прелести Ниночки "от и до" и выдал давнее мужиковское о ней - не выпускать из постели, пока листики не завянут! И по его логике получалось, что эти гиганты секса обсыпались раньше её увядания. Логика и профессионализм учителя были так убедительны, что с его доводами согласились все, мужу пришлось развести руками: хороша маша! Женя, услышав такой панегирик, подумала, что конкурс обольщения чужих дам и мужчин можно завершать, поскольку с Володей в красноречии соперничать невозможно. Однако, так считали не все и игра продолжилась.
  Ниночка с прелестями Ивана была знакома в общих чертах и о нём не мечтала никогда, но жребий - он и есть жребий и она о нём кое-что в себе подсобрала. Хороший мужик, надёжный муж, сильный самец, которого хочется всегда. Ну и его немоту по своей груди она тоже помнила, но решила оставить при себе, про шаловливые ручки поддатого майора она тоже умолчала, а вот губы, которые её втягивали в себя, подобно глаз у катастрофического циклона, она отметила. Получилось вкусно и изысканно, как и сама Ниночка.
  Фёдор в ответ на изыски жены разложил свою пациентку на операционном столе и все услышали сагу об инопланетянке. В его интерпретации Женя выглядела смешением культур ранней античности и века нынешнего без промежуточных вариантов, что называется - всё в одной! И было там столько намешано, что мужей и сотни ей мало! И мужской интерес он в докторский прятать не стал, признав, что эта женщина его волновала не раз и уточнял, какие части особенно.
  Про доктора говорить пришлось Вере и она его рассмотрела с позиций зодчего, попавшего на участок с точечной застройкой между жилых зданий - чужих жён. У него очень внимательные глаза и чуткие руки, глазам доверяешься, а рукам отдаёшься! И любой танец в его объятиях - это всегда катарсис и извержение, поскольку его пальцы только нажимают кнопки, а женщина становится его вещью. И она отметила, что обычно в таких случаях мужская эрекция подтверждала словесную потенцию. И добавила - секс с ним не криминален нисколько, потому что Ниночка не любит доктора, а он её. - Ниночке таким вот образом досталось и от Веры, пусть и косвенно.
  Иван о Жене высказался очень кратко: без миноискателя с ней дел лучше не иметь. А в остальном повторил докторские исследования, но с армейским уклоном. Суть всего в том, что лучшего союзника, чем Женя не бывает! - Не подведёт сама и противника, если ты дал промашку, она угробит наверняка.
  Женя о докторе выдала специфическую миниатюру, где себя изобразила заковыристым романом, а его профессиональным читателем, знающим её устройство и точно знающим, чего хочет сам. А его беседа с пациентом - это перелистывание страниц, подобное избавлению от одежды и любая женщина, лишаясь спасительных покровов, с ним нежна и податлива, поскольку чует его сразу и доверяет во всём. Она выдала вслух то, что чуяла в себе каждая пациентка в его кабинете. И все поняли: драма жены доктора в том, что он настолько пресыщается на работе общением и въездами в душу, что на жену сил не остаётся.
  Самой трудной оказалась тема Антипина: поскольку его хотели все женщины и надежд не теряли, поэтому и обнаруживать истинные намерения не торопились. Ниночка сказала, что дружит с ним без опаски за семью, поскольку Володя никогда границ не переходит, но если бы удалось, то занялась бы с ним не сексом и не ночью, а днём и исследованиями во дворце царицы Клеопатры и Цезаря в Египте: там такие тайны сокрыты. Её все дружно спросили:
  - А что бы делала с ним ночью? - она отвечала, поддразнивая, и не выдав и грамма лжи:
  - Спала, прижавшись к плечу и вкушая интеллектуальное совершенство. Секс - ничто рядом с этим качеством. Женщины и так это знают.
  Вера не стала фантазировать и припоминать забытое и несбывшееся, отметив главное в Володе - понять женщину и не доводить до кипения. Это она знала по себе в сложных отношениях с Ваней, он всегда оставался другом обоим и тайком ублажать себя его достоинствами - негоже!
  Доктор и здесь был как бы на работе и высказался об услышанном, резюмируя сказанное:
  - Ясное дело, все мы не бальзаки и не жорж занды! Но общий тон и окраска фантазий таковы, что будущее у нас есть и оно в нашем взаимном стремлении сблизиться. Я это отмечаю как доктор, увидевший бациллу тайного адюльтера у всех исключительно. Тайный секс с чужим супругом - это реализация запроса на собственную нереализованность. Чужой супруг или супруга рядом и это согревает каждого. И вместе мы не случайно. Положим, на Нине я мог и не жениться, сложись что-то иначе в студенческой молодости и наш брак, как и у большей части интеллигентов, случайный, но с Володей мы друзья несмотря ни на что и этот выбор осмысленный. Как и у тебя, Ваня, тоже. У тебя нет воинских друзей рядом и в школе дружишь только с молодым офицером запасником Володей. Наша общность уже настолько глубока, что попади мы на необитаемый остров в любом сочетании мужчин и женщин, тут же явим семью в каноническом виде и муж станет добытчиком и силовым стержнем, а жена хранителем очага и вдохновителем души. С любой из наших жён мы на острове не закиснем от тоски и обязательно устроим рай в пещере или шалаше и где-то в глубине сознания станем искать ту конструкцию ковчега, который вынесет нас в цивилизацию и там наши прекрасные леди явят себя в полной мере. Если же из островного рая никак не выбраться, она устроит особый эдем, родив деток и мы станем родоначальниками, пока какой-нибудь кортес с бандой пиратов не сожжёт всё это дотла. Я так думаю и уверен, вы, мужики, тоже.
  Мы видим, как совершенно эгоцентричные наши спутницы становятся социально близкими и общедоступными, дружат между собой и заодно со всеми мужиками, что радует и больше с ними нигде не отмечается. Кое-кто из них идёт не совсем в ногу, однако сие простая индивидуальность, но в целом - они наши и мы их хотим сообща. Желание всех мужиков обладать Ниночкой - для меня приятная новость! Как и то, что Женю принимают все и она уже наша. Это похвально. И последнее, дружить семьями - традиция древняя и даже родовая. Женщины, родившие не от мужей, не всегда считались изменницами. У нас извращённое представление о женщине, но оно сложилось и мы с ним живём. Кто-то думает не так? - прервал себя доктор и осмотрелся, Женя подняла пальчик и спросила:
  - А в чём не извращенная суть женщины?
  - Родительница и продолжательница рода - важнейшее, воспитательница деток до начального уровня, второе и тоже важнейшее, хранительница домашнего огня, подруга и прочее по семье с мужем и только после всего этого её общественное положение и социальная жизнь в роду, племени, этносе. Исправность её генетического механизма - это судьба государства и цивилизации. Не тех нарожает, плохо обиходит и воспитает и всё, конец роду! Пропавшие цивилизации - это нам весточка от "неправильных" женщин. Сейчас что-то от прежней иерархии ценностей женщины ещё помнят, но так, вообще и по Женским дням.
  - Могу добавить свои две копейки в эту трёшницу: в гибели цивилизаций больше виновны не женщины у очага не тех и не так выносившие, а мужики у кормила племени и рода. Не туда свернул и всё! И все сразу. И правила игры для них пишем исключительно мы. Так что и извращённость сути о них - это наши с тобой плоды¸ Федя! - сказал Антипин и с ним согласились.
  
  Когда доктор с Ниночкой оказался дома и пришло время ночной беседы, она спросила:
  - Женя неизлечима? - и муж удивлённо поднял глаза:
  - Ты считаешь это болезнью?
  - А чем же ещё? Каждая из нас в чём-то та ещё штучка, но у неё не так всё!
  - Ты о поединке на ковре?
  - Да, любая из нас сопротивление лишь изображала бы, а она явила его в полной пещерной разнузданности.
  - Тебе бы хотелось его в себя? - После всего увиденного?
  - Скажем так, я хочу не только Володю. Вокруг меня суетится столько самцов, что из вредности и сугубо женского интереса чего-то хочется отведать и как бы проверить свои метрономные стандарты. Аромат из нижней части у каждого имеет свой вкус и эта отрава вполне может пригодиться впредь. Но я игнорирую всех и мне даже в голову не приходит изменить ему с поклонниками, которых целое созвездие. А вот с ним это был бы настоящий интим: он и я и никаких методик исследований в ближайшем созвездии. - Я и он!
  - Ладно, пусть будет по-твоему. А насчёт Жени - это не болезнь. Она здорова и физически и психически, а не поддалась Ваньку от уверенности в себе и мужчине, которому хранит верность. Не всякой женщине такое дано, да и Володя мужик очень достойный и ты, ласковая тёлка, в него втрескалась совершенно по делу.
  - Не надо, Федя, так о нас с ним! Я не втрескалась, а он мною не увлёкся. Мы в чём-то близки и этого достаточно для комфорта наедине. Даже если рядом ты и твои приятели-умники!
  - Но секса ты хочешь только с ним и уже очень давно! - Ведь так?
  - Это не жажда соития, Федя, нет! Это другое. Вот оно-то у Жени с ним уже есть!
  - Ты завидуешь или ревнуешь?
  - И не то и не другое. Моё в нём хранится в отдельном шкафчике и туда никто не вхож. И этим он отличается от тебя, твоя душа - это коммуналка с научным уклоном.
  - Как научная идея, во мне давно сидит мысль подарить тебя ему. На месяц, год, навсегда, как у вас с ним получится.
  - Ты думаешь, получится или это просто идея?
  - У вас с ним - да! Он тебя приведёт в порядок, все твои завихрения в его руках станут совершенством. Ты с удовольствием забеременеешь ещё не раз и будешь счастлива новым обличьем и судьбой. В его руках многие женщины преображаются.
  - Все и любые?
  - Нет, не так, ему интересны достойные, а вот с ним и они уже наполовину само совершенство!
  - И я среди них?
  - Разумеется, не знаю, как он дал маху, женившись на этой никчемной москвичке!
  - Да, Федюня, с этой дамой вышла промашка. И по изменившейся Жене я могу сказать про руки Володи то же самое.
  - Но Ванечку вынести на себе и изгваздаться под ним ты тоже не против!
  - И ты поверил? - Глупый, я из вредности это, обычной бабьей пакостности.
  - Нинка, - вдруг переменился доктор, - ты сейчас ничейная, это видно всем.
  - И что?
  - Пусти погреться?
  - Ладно, заходи!
  
  ...- У нас вроде бы ничья, но у меня ощущения чего-то несостоявшегося, - сказал Антипин Жене, - а что думаешь об этом ты?
  - Хочешь честно и по-настоящему или в щадящем режиме? - ответила она.
  - А куда тянет тебя?
  - Не знаю, - откровенно пожала плечами женщина и подошла к зеркалу, чтобы разглядеть следы минувшего получше. Малоискушённый в светских играх Ванечка всё сделал по-настоящему и отметин об этом было предостаточно.
  - Тогда будем говорить на моём языке, - ответил Антипин, наблюдая за женщиной. Она уже замкнулась в себе и некоторого отчуждения почти не скрывала. - Ты желаемого не получила и поэтому вот так прохладна. - Разве нет?
  - Что-то в этом духе, - ответила женщина, так и не оторвавшись от зеркала.
  - Тогда зачем вернулась к пари? - и она горько вздохнула:
  - Я надеялась, что ты, глядя на нас с Ванечкой, Ниночкой поперхнёшься.
  - Ниночка знает меня, а я её уже лет восемь. И у нас многое сложилось так, что Фёдору нет оснований для ревности. Она жена моего друга со всеми вытекающими! Сейчас она получила то, чего добивалась и заслуживала уже давно.
  - Чего же она заслужила? - с некоторым нервом спросила Никитина.
  - Пиетета к телу за тонкую и неприкаянную душу. Она с Федькой и разу не поговорила о том, что мы с ней обсуждаем всегда и в охотку. И так уже лет пять-шесть! Так что твой сарказм на её счёт совершенно неуместен. - Женя, у нас с Ниночкой давняя и настоящая история! Я не ворую у Феди и не обманываю Ниночку! А она не льёт на меня, предначертанное Фёдору.
  - Но ведь она его жена, а не твоя!
  - Ну и что?
  - Ты со всеми жёнами так любезен? - В душе Веры тебя тоже что-то волнует?!
  - Женька, души устроены гораздо тоньше и сложней, чем тела и ты это знаешь. К чему эти сцены? - он сурово взглянул на квартирантку и на этот раз отмёл всё, пахнущее состраданием и душевной лепотой.
  - У неё душа, а меня сексуальные фантазии? - через силу улыбнулась она.
  - Есть и другое различие, - прохладно отметил мужчина, - с каждой из этих дам я знаком много лет и знаю, чего от них ждать. Они же в своей памяти тоже держат немало чего про меня и мои подвиги. А про твою жизнь у Фидия не прочитать даже в умной книжке от пишущих скрижали.
  - И к нему и его окружению ты меня совсем не ревнуешь?
  - Это выглядит совсем не так: твоё тело всегда рядом со мной. Мысленно ты можешь выписывать фантастические вензеля и в постели воображать себя с кем угодно. Но я вижу пределы твоих мечтаний и полагаю, что ты мне верна по-настоящему. - Даже, если бы Ванёк сломил твою оборону. - Услышав это, женщина успокоилась. Фраза значила больше, чем рутинное признание в любви.
  - Чтобы услышать это, я готова и на большее, чем вот такой бедлам! - повела плечами женщина и добавила, - а теперь, Володя, сделай мне несколько компрессов. Ванечка слегка перестарался. И они занялись исцелением тела женщины. Гематомы рассосались очень быстро, припухлости тоже и вскоре её кожа стала свежей и упругой, как и прежде. Занимаясь подобным лечением уже в который раз, Антипин отметил, что её тело устроено иначе, чем у других женщин. И после этого по достоинству оценил фразу о том, что прежние мужчины любили в ней только тело. Оно и в самом деле было волшебным и притягательным. Прокручивая в памяти недавний массаж и компрессы, он получал то удовольствие, которым захлёбывались прежние мужчины этой женщины. - Да, она настоящее нечто, его Женька!
  Она уснула у него на груди, уютно свернувшись и доверившись во всём. Мужчине приятны эти объятия, он старался не беспокоить женщину движениями и уснул в мыслях о ней. Так было очень долго, пока женщина не переменила позу. И только после этого слегка распрямился, но неудобств не почуял: шея не затекла, плечи тоже, а дыхание не потеряло своего ритма, несмотря на немалый вес женщины. Он так же недвижно удерживал женщину рядышком и чуял всем своим существом, что она любит по-настоящему. Все её флюиды были направлены к нему и согревали своим совершенством. И вообще он опасался, что спугнёт в ней что-то сокровенное и она опять станет Никитиной-старшей, неохотно бывающей на собраниях и тянущей лямку любовницы дряхлеющего шефа.
  
  Вскоре из поездки по Алтаю приехала Светлана и тут же пришла к Антипину. Она даже внешне переменилась, стала ярче, смелее и взрослей. Он деликатно обходил острые темы и любовался девушкой, загоревшей на восточном горном солнце. И всё же от одного вопроса не удержался:
  - По-моему, ты заразилась этой вольницей или я ошибаюсь?
  - Во всяком случае, себе в этих обстоятельствах я понравилась. И это не было девичьей иллюзией. - Впервые!
  - Ты была с Тиберием? - спросил он.
  - Да, а как вы догадались? - мужчина многозначительно улыбнулся и от ответа ушёл. Он и рекомендовал Светлану, имея в виду страсть Тиберия к дебютанткам. Теперешняя выпестованная изысками мужского вкуса Светлана была очень хороша и в этом весь Тиберий.
  - На следующий год звали? - сменил вектор мужчина.
  - Несколько человек это сделали втихую ото всех. Да и Тиберия они сильно побаиваются. А он настоящий мужчина.
  - А ты?
  - А что я? - Я просто вошла во вкус! - улыбнулась она, уже не та обидчивая и слабенькая Светка.
  
  Не прошло и недели после этого, как позвонил Фёдор и сообщил об интересной вести: Надю хотела исследовать очень серьёзная научная бригада с кучей аппаратуры и хорошей лабораторной базой. Для этого ей нужно лечь в стационар на несколько дней. Антипин подумал и сразу же поставил условие, что он будет с ней всё время. Иначе Женька могла отказаться. И Фёдор согласился. Женя к предложению обследоваться отнеслась спокойно и главным её условием было непременное присутствие Володи при любых экспериментах и анализах. И он её успокоил, а она в очередной раз ему поверила. На этот раз в её доверии он не заметил и капли бездумности.
  Исследования начались в четверг и продолжались до воскресенья. Их опутали датчиками и проводами и в таком состоянии они пробыли четыре дня. У обоих проверили всё: от крови и естественных выделений, до внутренней секреции и половых функций. Рядом с ними постоянно находилось не менее пяти-семи специалистов, которые менялись каждые три-четыре часа и так круглые сутки. В ходе этого обследования им давали специальное питание, от которого кроме ощущения лёгкого голода не осталось никаких воспоминаний. И Антипин сказал об этом Фёдору. Тот посовещался с научной бригадой и вечером в пятницу Ниночка принесла кое-что из домашнего. Запах Ниночки Женя тут же уловила и уставилась на Антипина. Он улыбнулся:
  - Это я попросил Фёдора, а у него ни подруги, ни любовницы среди кулинаров нет. Только Ниночка! Сейчас мы это съедим и решим, что именно она в нас подкармливает.
  - В тебе-то, ясно что, - приняла эстафету Женя, - а вот со мной - сплошные вопросы. Съев салат из овощей и птицу с картофелем, они сравнили ощущения. Они были в общем сходными - хотелось лечь, снять с себя все эти провода и датчики и предаться удовольствиям.
  Фёдор сказал, что в Жене бригаду интересует всё и выразительно взглянул на приятеля. Каждый раз во время секса за ними наблюдали и снимали самой разной аппаратурой. Все их выделения тут же попадали в аналитическую лабораторию и мгновенно изучались. Уже первые данные повергли бригаду в шок - организм женщины стимулировал мужские выделения и готов энергетически подпитывать любые их функции. А свойства её яйцеклетки делиться и вообще не имели аналогов. Лоно этой женщины вполне могло вырастить в себе до трёх-пяти плодов без особых проблем. Женщина для мужчины была желанной и он легко поддался просьбе бригады. К концу исследований оба порядком устали и психологически заскорузли, поэтому возвращение домой приняли, будто перемену старой кожи на новую. Результаты общего характера с выводами и прочим фундаментальным должны прислать через несколько дней.
  - Как думаешь, - спросил Антипин, - вести будут добрыми или научными? - Женя пожала плечами и не ответила. Она чего-то опасалась и это её угнетало. В конце следующей недели пришёл Фёдор и принёс кучу графиков, таблиц и схем. Отдельно Женя и Володя и сравнительные данные по всем параметрам.
  - Начну с простого, понятного и хорошего, - сказал Фёдор, - организм Жени тоже кое-что запамятовал и возвращает своё состояние к возрасту 20-25 лет. Все функции и прочие показатели у неё именно на этом уровне. В том числе и половая. У тебя, Женя, прежде были проблемы по этой части, у нас есть результаты прошлогодних анализов и прочих обследований и сравнивать мы можем вполне объективно. Так вот, нынче ты чиста и непорочна, как юная девица!
  Слова гостя хозяевам пришлись по душе и остальное они прослушали и просмотрели с удовольствием. В частности, он им показал на одной из распечаток ген любви. Он вёл себя соответствующим образом и стимулировал слегка подуставшие функции организма. А ещё во время касательных контактов пациентов обнаружена очень чёткая и постоянная функция энергетической подпитки от женщины к мужчине. Женщина щедра и бескорыстна.
  - А обратная есть? - спросил Антипин, отдававший женщине предостаточно.
  - Твоя волна к ней идёт в виде высокочастотного электромагнитного излучения и адресована, скорее всего, коре головного мозга. Женская как бы ответная волна к мужчине звучит гораздо слабее и выражена на более низкой частоте, - заметил гость и указал, где это выражено на графиках и схемах.
  В общем, получалось, что в сравнении с прошлым годом прошли серьёзные изменения и у мужчины и у женщины. И эти изменения можно назвать коррелятивными, то есть, взаимными. Гость не стал на этом особо останавливаться, но для мужчины намекнул, что любовь женщины выражена во всех исследуемых параметрах. Значит, она любит на генетическом уровне.
  - Вообще для женщин это явление в принципе нормальное, но не типичное, из числа исследуемых пациенток они не составляют и пяти процентов, - подчеркнул Фёдор, когда Женя отправилась на кухню сооружать что-то, соответствующее значимости момента.
  - То есть, Женька - это сплошная аномалия? - не стал миндальничать Антипин и гость кивнул. Приезжая бригада ничего подобного в одном флаконе раньше не встречала, отдельные отклонения у отдельных женщин отмечались нередко, но чтобы всё это собралось вот так концентрированно и в одной женщине - наукой отмечено впервые!
  - И что теперь? - спросил Антипин. Гость помолчал и ответил:
  - Не знаю, Володя, да и никто не знает. В целом, её организм очень хорош, с психикой тоже утряслось, каких-то показаний к ухудшению нет совершенно. Так что, живи и радуйся жизни, что ещё остаётся?!
  
  Август прошёл в подготовке к учебному году и постепенному вводу Жени в жизнь общества. Накануне первого звонка в школе Антипин вместе с Женей пришёл к её боссу и они поговорили, придерживаясь безопасной для обеих сторон легенды. Если Женя за минувший год действительно изменилась и в ней трудно узнать прежнюю Никитину, то босс с тех пор сильно погрузнел. Планируя этот визит, Антипин понимал, что нынешняя Женя может стать той самой морковкой, которая и обеспечит стабильную работу и доходы. Переговоры были недолгими, прерывались звонками и бестолковыми вопросами секретарши, и завершились восстановлением Жени в прежней должности и с хорошим окладом.
  В конце месяца Антипин приступил к расконсервации своего оборудования и проверке всех систем, а это хлопотно и муторно, но с техникой так всегда. В это время многие из учителей приходили в школу ненадолго и по необходимости. Большей частью необходимость была у тех, на ком висела техника и оборудование кабинетов с проводами, трубами, механизмами, шторами, экранами, проекторами и прочим ломающимся и ржавеющим, языковеды с их плакатами и математики с мелом, линейками и треугольниками там не задерживались. Регулярно ходила в школу Фаина Иосифовна и занималась текущими планами по старшей школе. Так вышло, что муж из школы ушёл и над ней ничто не довлело, поэтому у Антипина она бывала, не тревожась о молве. Появление Жени на их отношения влияло лишь в общих чертах и теперь Фаина Иосифовна очень трепетно относилась к интимным посиделкам, ценя верность мужчины их дружбе, а свою верность несла, как высшую ценность, поскольку мужчина ко всему и великолепный целитель души. Она была здравомыслящей женщиной и понимала, что его в женском школьном гадюшнике надо беречь и пестовать. Такое в голову ложилось немногим и она с сожалением вздыхала на эту тему, не ввязываясь в дебаты о роли мужчин в современной России. Она с ним просто дружила. На этот раз пришла с гостинцем для Жени - баночками варенья самых разных лесных ягод.
  - Фая, я тебя обожаю! - сказал он, увидев такое роскошество, - Женька оближет меня вместе с этими прелестями!
  - Она так любит сладкое? - спросила польщённая женщина и такое чувственное звучание слова "Женька" её не покоробило. Немножко бабьей ревности есть, но самая малость, чтоб не потерять вкуса жизни.
  - Любит, особенно настоящее, лесная ягода - это для Женьки самое то! - ответил мужчина и своим теплом компенсировал произношение имени Жени. Но она видела и чуяла его отлично и в ответ являла истину:
  - Она тебя тоже любит, Вовка! Ой, как любит! Ты за лето возмужал и расцвёл неимоверно. Без бабьего пригляда и внимания такому не бывать. Она из тебя торчит, будто уже часть твоей сути.
  - И в чём это выражено?
  - Твоя прежняя взвешенность стала пахнуть. Я её чую. В ней Женей отдаёт уже заметно.
  - Ты не ревнуешь? - Она тебя тоже чует и спрашивает про детали твоих манер и привычек.
  - Разумеется, ревную, она стала настоящей женой, хотя по сути - квартирантка. Зато - какая! И ты с ней - муж! С первой женой такого я не замечала.
  - Может, это из-за нашей дружбы: раньше ты меня видела издали, а теперь вон у нас как?
  - Знаешь, Володя, наши отношения настоящие и бескорыстные. Они начались с работы: я в тебе увидела талантливого методиста, который все идеи тут же и в дело. У меня планида с математикой такая же и мы с тобой упражнялись, переводя философию античности в изящные математические формулы. Решение теоремы Пифагора наизнанку мы с тобой придумали вместе. Математичка и историк гуляют! - Так и мы с тобой тогда. А при таком раскладе или любовь, или дружба. Значит - всегда глубоко.
  А с ней другое, Женя уже почувствовала себя собственницей. И ей тебя всегда мало. Меня она чует именно поэтому. Как и Ниночку со Светкой и Леной. Ты с ними мужчина и себя даришь щедро. И эту расходную корзину она видит постоянно.
  - Файка, боже, как ты щедра, мила и чувственна!
  - Такая я только с тобой. Я тоже собственница и своё никому больше. Но, глядя на вас с Женей, я понимаю свой возраст. С годами что-то уходит и я становлюсь серой.
  - Для меня ты та же девочка, которая любит коньяк на животе. И я разницы не заметил.
  - Зато другие заметили и сообщили! - выдохнула женщина из себя чужое и ревнивое. Крик неслышным отчаянием вырвался из её души, мужчина его услышал и нажал кнопку. Дверь щёлкнула и закрылась.
  - Не верю! - став в величественную позу, выдал Антипин фразу из театрального классика. И они разыграли сцену с ревизией женского тела, как и когда-то. И оказалось, что газеты и коллеги нагло врут! - У неё всё как надо капает, вспыхивает и льёт и на неё у Антипина все функции индуцируют нужные радикалы в прежних объёмах. Уже после всего она улыбалась и говорила:
  - Вовка, и ведь всего-то чуточка, слова и понимание, а как преображает! Почему это только с тобой? - Другие тоже колготятся и что-то из себя выдают, но кроме смеха никакой аксиомы на них не находится?
  - Фая, я не Зевс и всех подряд не ублажаю! Ты одна из тех, с кем я дружен по-большому. И моё тепло к тебе - это реакция на тебя! Это по меркам чужих людей запретно, но тебе становится легче и я рискую.
  - Хочешь поговорить о Жене и со мной? - уловила его тревогу Фая по чуточку нервному тону. Самую малость, но не своему! Он в чём-то сомневался.
  - Да.
  - Я говорила не раз, что с ней ты переменился. По поступкам и характеру тот же, а лицо, движения, улыбка другие. Я помню, каким ты пришёл к нам десять лет назад, сейчас ты примерно такой же. Я смотрела старые фотографии и там ты нынешний.
  - Тогда мы с тобой ещё не дружили, может, поэтому сегодняшнего ты увидела в том прежнем?
  - Возможно, однако ты мне и тогда нравился. То есть, я смотрела на тебя с позиций охотницы. Тогда мне было чуть за тридцать, а в таком возрасте все женщины хищницы.
  - Воображала себя в постели со мной и давала жару бухгалтеру? - улыбнулся он и она смутилась, пойманная на запретном, будто ей только шестнадцать. Но потом опомнилась и ответила с иронией и уверенным тоном бывалой хищницы:
  - Кем ты, Вовка, себя возомнил? - Я тогда вот таким образом "спала" с самыми-самыми мужиками. С битлами тоже и до их одурения мною! Так что тебе, молодому и зелёному, считай, повезло оказаться в такой компании. А мужу и впрямь пришлось отдуваться за мои фантазии. Ну и я поражалась твоей женитьбе на этой москвичке. - Столько лет впустую! - она вздохнула и припомнила себя на фотографии с воскресника с граблями и того молодого историка с лопатой в школьном саду - какие времена! И он возвратил её в день текущий:
  - Ты своей старшей дочке про нас ничего не говорила?
  - Если и говорила, то ничего особого! - А что?
  - Она стала мне попадаться на улице и в магазинах слишком часто.
  - Здоровается и в глаза заглядывает?
  - Да.
  - Вот сучка! - Она со своим Петей развод затеяла и теперь присматривается, куда бы нырнуть. Ты же у нас вроде как жених. Он благодарно коснулся её тела. И наступила очередная чувственная пауза. В молчании и созерцании.
  - Ну, что, остыла? - спросил он, оценивая состояние женщины, та кивнула и процесс релаксации пошёл своим чередом.
  
  Гостинец от Фаины Жене понравился и она устроила из чаепития сказочную церемонию, которая с ней уже приключалась в замужестве за князем Ильиных при Екатерине Великой. Антипин очень осторожно отвечал и что-то совершал, не в силах отлучиться от наваждения, в котором участвовал. Женя соблюла все нюансы церемонии, назвала все имена и ни разу не смутилась из-за своего более высокого положения, чем у соучастника этой феерии. Она внимательно следила за Антипиным и понимающе уронила:
  - Я была за ним замужем и у нас родились две девочки и три сына. Удивительные создания!
  - Ты его любила?
  - Нет, он был откровенной сволочью. Но в обществе выделялся: высок, красив в меру и по-мужски, другие ко всему глупы и безобразны. А с Вольдемаром можно и поговорить. Он читал много.
  - Родить пятерых от сволочи? - она взглянула на него, будто на инопланетянина и пожала плечами. И Антипин опомнился: - Прости, Женя, я просто ревную!
  - А ведь ты тоже Вольдемар! - улыбнулась она и пригласила поиграть в горелки. Они сыграли несколько сцен костюмного фильма и Антипин убедился, что Женька полностью адекватна и ни единого сбоя в ритуалах и процедурах не допустила. И про все зачатия рассказала в деталях и очень вдохновенно. Именно зачатие наследников и было фишкой женщины высшего общества екатерининской эпохи. И рейтинг женщины в обществе определялся качеством рождённых наследников. В этом участвовали мужчина и женщина и гормональные достоинства участников этих игрищ были на виду и обсуждались тщательно. Это Антипин знал вообще, а с Женей выкупался в деталях.
  - Про наше с тобой, если мы рискнём зачать, ты следующему мужу расскажешь? - спросил он и она легко вернула сдачу:
  - Разумеется. Ведь с тобой у нас была и любовь.
  - Была?
  - Если из века нынешнего, то она у нас есть. Я люблю тебя, Володя! - и от её слов у мужчины замерло сердце. Но и это не всё, она добавила: - Я Фёдору сказала, что ты был моим мужем в ту пору. Нет, Володя, это был другой мужчина! Хоть и с таким же именем. Но ему это ни к чему знать, пусть это будет наш секрет? - Хорошо? - и мужчина кивнул. Общие тайны - это уже что-то!
  
  
  С первого сентября у Антипина начинался учебный год, а у Жени полноценная работа. Надя бывала у него дома часто и старалась уйти до того, как придёт мама. Антипин сказал, что так лучше и девушка с ним не спорила. Он научил её не пулять своей энергией понапрасну. Его любовь и внимание к ней были всегда и поэтому отсутствие мамы из-за болезни особой боли не причиняло. Она могла её увидеть в любой момент, придумав школьную отговорку и придя в его дом. К нему ходили многие ученики, когда шла речь о подготовке к олимпиадам и историческим конкурсам, так что Надя в его доме не была единственной гостьей. Но Антипина она видела гораздо чаще и больше и их отношения уже перетекли в серьёзное качество - он стал ей за папу и маму одновременно и в таком виде это было исключительно продуктивно для зреющей в ней женщины. Такого папу в школе не имела ни одна девчонка и сознание неимоверной общности с этим мужчиной было исключительно плодотворным на подсознательном и физиологическом уровне.
  Девушка взрослела быстро и легенда мамы о папиных подарках вскоре была раскрыта и оценена по достоинству. Отдалившись от неё и живя с бабушкой, она совсем иначе стала оценивать собственную вздорность, принятую за принципы. Антипин фактически был за любящего и любимого папу. Ей было достаточно его взгляда, чтобы круто переложить рули своего характера. В школе статус Нади стал иным и ни единого гадкого слова вслед теперь не звучало. Продолжилась и учёба самообороне по книжке Ивана Крестова. Они встречались в рощице и там проходили тренировки по полной программе, в плохую погоду занимались в школьном спортзале, закрываясь изнутри и выбираясь оттуда через служебный ход. Иван подсказывал некоторые упражнения, изредка корректировал специфику движений и манеру боя и на протеже приятеля во время уроков физкультуры смотрел одобрительно.
  В рутинных заботах и хлопотах прошла осень и наступила зима. Фёдор по-прежнему следил за состоянием Жени и ничего не мог сказать: всё в её организме стабилизировалось и никаких сдвигов к регрессу не намечалось.
  - Может, и не нужно выкапывать ту распустёху ради научного принципа? - как-то сказал Антипин.
  - А ведь эта хороша? - подначил Фёдор.
  - Знаешь, что я думаю об этом? - как бы не заметил его выпада Антипин.
  - Скажи!
  - Это мы её сделали такой!
  - С тремя дюжинами детей и пятью мужьями? - почесал затылок доктор.
  - Дались они тебе, ты на другое взгляни: крепка и здорова, выдержана, организована, знает себе цену и не продешевит, у неё совершенно нет оснований комплексовать, не то что заливать горе в бутылочку, вот и на работе уже себя прежнюю превзошла. И ведь она только подруга!
  - Ну-ну! - Ишь, распелся. Ты сам-то кто? - Медики из Москвы говорят, что ты тоже помолодел на лет семь-восемь! И твоя потенция на уровне двадцатилетних жеребчиков - она восстанавливает объём жидкости до прежнего уже через шесть-восемь минут! Лаборантки аж кипяточком исходили, увидев такое. Ну и Женька мне пару раз показывала, какие лоскуты и полоски ты нарезал из её ночнушек.
  - А ты и поверил! - пропустив про медиков и себя, ответил Антипин, - Это же актриса, каких ни бог, ни сатана не видывали! - он вздохнул и перелистал в себе пару страничек, выйдя на нужную. - Я иногда думаю, что люблю Женьку! С Настей в пору самой любви не было и капельки того, что сейчас с Женей.
  - Как мужчина я тебя понимаю и чуточку завидую, а как доктор весь в сомнениях - зыбкое у тебя счастье.
  
  Как-то в город приехала этническая группа со старинными инструментами и Ниночка по обыкновению позвонила Володе и пригласила на концерт. Он будет в малом зале и там всё принимается совсем интимно, гораздо тоньше камерных концертов в среднем зале филармонии.
  - Я не один, теперь со мной живёт и Женя, - заметил он и она ответила:
  - Пригласи и её, я свою ревность приберу к рукам ради такого случая. Антипин передал предложение Ниночки Жене, но та отказалась.
  - Почему? - И музыка старинная, и общество изысканное! - спросил он.
  - Вся их старина - всего-то стилизованные нынешние моды. Я имитаций не терплю. Так что наслаждайся своей Ниночкой без меня.
  - Если что-то будет не так, ты нас потом не отравишь? - спросил он и она улыбнулась:
  - Я не настолько устала от тебя, чтобы признавать Ниночку соперницей. - Иди на концерт и дай ей понять об этом.
  Концерт прошёл в привычной для Володи и Ниночки атмосфере понимания и взаимной неги и он в который раз отметил, что мог быть женат на любой из них, не теряя в себе ничего. И к концу концерта он настолько проникся аурой своей спутницы, что допускал и одновременное супружество с обеими. - Их ойкумены вообще нигде не соприкасались! Женя встретила его очень приветливо, накормила ужином, выслушала впечатления и потом, уже ночью, осторожно погрузилась в интимное и виртуально растащила всё навороченное Ниночкой, та его тоже любила по-настоящему и была щедра наотмашь. Перепало на удовольствия и Фёдору, Ниночка раззадорила его замечаниями насчёт Володи, на котором следы от деяний его пациентки уже видны даже ей.
  
  Зимняя избирательная кампания коснулась и школы. В её помещениях проходила процедура голосования в органы власти и учителей к этому привлекали часто. Они оставались после уроков и занимались подготовкой к главному делу городской избирательной комиссии, которая давала немножко заработать. Кое-что по этой части выпало и Антипину, поэтому он тоже в ней работал. Женя позвонила с работы насчёт его планов и тот попросил зайти, чтобы потом прогуляться по свежему снегу, тихонечко сыпавшему на вечерний город.
  Когда она вошла и Антипин обернулся, стало ясно и незрячим, что водится у них меж собой. Мужчина улыбнулся, а женщина расцвела. - Как это назвать? - А, собственно, какая разница - выглядело это прекрасно и возвышало всех к тому причастных. Он подошёл к женщине и слегка приложился к подставленной щеке:
  - Подожди чуточку, - она кивнула и расположилась в сторонке. Не обратить внимание на самую неправильную женщину в городе присутствующие не могли и вскоре началась суета с женским чаепитием. Придя в помещение с мороза, Женя принесла свежесть и особый шарм, который с ней не расставался. Ну и особый аромат ощутили все, когда она расстегнула пальто и осталась в изумрудном костюме и длинных ботфортах на ногах. Она сняла шарф и повесила на спинку стула. Чистая и открытая грудь молодой женщины тут же задышала и её выбросы стали править бал. Красивая женщина - это страшное и сокрушительное оружие и Женя это знала отлично. Разобраться с коллегами гражданского мужа она давно хотела. Разумеется, теперешняя Никитина мало кого из них знала в лицо, хотя в домашних беседах Антипин упоминал многих и она, в общих чертах, школьную кухню представляла и отдельные фамилии запомнила. Тон задавала Ольга Иннокентьевна, филолог, она была секретарём комиссии и самой возрастной среди них. Она командовала чайной церемонией, кроме того в её закромах были тончайшего вкуса конфеты, затейливые пирожные и прочее для исключительных случаев. Визит Никитиной тянул на самый высший ранг и она тут же развернула свою самобранку с чистыми салфетками и мельхиоровыми ложечками к новой изящной посуде из собственного дома.
  - Какая партия вам больше нравится? - как бы шутя, спросила у Никитиной Анна Михайловна, ведущая в школе природоведение, в избирательной кампании она подрабатывала, чтобы справить дочери новую одежду.
  - Вообще-то, виги, несомненно, хороши, - заметила Никитина очень серьёзно и как бы по существу, - сидеть на мешках с шерстью намного удобнее, чем на жёстких стульях. И ведь они своих противников пересидели и провели собственную линию по земельной реформе. А вам кто по душе больше? - вернула эстафету вежливая гостья. Женщины переглянулись, затрудняясь принять её, но их спасла вошедшая Синицына, её недавно назначили заместителем шефа местного участка и она входила во вкус власти.
  - А, Евгения Алексеевна! - сразу же заметила она гостью, - что-то вы к нам не заходили уже давненько.
  - Да вот как-то не сложилось, - спокойно ответила гостья. О том, что она мама Нади Никитиной, знали все, о болезни - тоже. Но знать вообще - это одно, а увидеть собственными глазами и почуять сногсшибательный аромат фирменной косметики и парфюма знаменитой городской кукушки - совсем другое дело. И разобраться с её странным недугом захотелось многим. - Но очень боязно!
  - Ну и ладно, сейчас зашли и то хорошо! - свернула родительскую тему Синицына, понимая, что это опасно и перешла на другое. - Как работа, что ваша фирма готовит городу к празднику?
  - Мы запустили новую линию, будет кое-что из овощей. Свежезамороженные и всё местное. Но есть и из тепличек. Свежее, хотя и немного, но оно наше и настоящее, - ответила гостья, больше ориентируясь на ароматы от женщин, чем на неумелые и фальшивые улыбки. Женские ароматы никогда не вводили в заблуждение, это она знала точно. И соблазнительную смесь женского вожделения к Антипину с ненавистью к себе она учуяла тут же.
  - Настоящая любовь не проходит никогда! - Здравствуйте, Евгения Алексеевна, - с чувством пропела вошедшая из смежной комнаты Светлана Гончаренко, потянулась с лёгким объятием к ней и с издевкой взглянула на Синицыну, теперь отрезанную от былого друга и кумира, а потом добавила: - мы привозные помидоры берём редко: они даже не пахнут. Может, потому что фальшивые?
  - Ну, это же не косметика, чтобы с ними по запаху, - возразила Синицына и налила себе кофе. У неё с этим сугубо женским намечалась некая продвинутость и в том, что ей подходит, а что нет, она ориентировалась неплохо. Сейчас она была в тонусе и скандинавская линия в этом хорошо помогала. Хоренков прихоть новой фаворитки взял на себя. Взбучка, которую она получила от Антипина, тоже имела последствия - молодая женщина точно уяснила свою цену и твёрдо держалась выбранной линии поведения. Границы, которые она определила для себя и своих капризов, были скрупулёзно рассчитанными и никогда не нарушались. Урок Володи Антипина пошёл впрок и продажной стервой она не стала. Но в остальном Лена мало изменилась. Бацилла тщеславия и властолюбия отвоевала себе достаточно пространства и теперь молодая женщина твёрдо шла в гору.
  - Разумеется, овощи - не косметика, - подтвердила Светлана, - но у них тоже есть настоящие и фальшивые сорта. Привозные чаще всего из фальшивых.
  - А чем пахнут настоящие? - спросила Никитина.
  - Ну, не знаю, как и описать: они слегка напоминают комнатные цветы, забыла, как их называют. Очень на герань похожи. Приятный запах, вдыхать его нужно понемножку: очень концентрированный.
  - А если разрезать, их мякоть, на ваш взгляд, чем отдаёт? - не отпускала её Никитина.
  - Если они спелые и в самом соку, то я не могу их резать без волнения, мне кажется, что в них кровь. Только без соли. И запах примерно такой же. Никитина внимательно выслушала фразу молодой женщины, уловила её ароматы и сообразила, что в них нет ни нотки фальши. То есть, Светлана чиста. Хотя уже кое-что испытала. Эту женскую опытность она чуяла чем-то внутри себя и ни с чем не путала. Вот на Синицыной, к примеру, особо не разойдёшься - всё измызгано. Хотя парфюм очень солидный, но женскую суть не перебивает совершенно.
  - Поживёшь с моё, - махнула на Светлану Ольга Иннокентьевна, - так тебе все салаты на одно лицо будут, не то, что каждый помидорчик с огурчиком. Ароматами же филолога можно запросто перебить амбре от домашнего самогона примитивной выделки. Откуда взялось это понимание у Гончаренко, та не знала и сама.
  - Вы, верно, наслышаны о царице Египта Клеопатре из династии Птолемеев-Лагидов, - возразила гостья и подошла к окну с раскрытой форточкой, чтобы не задохнуться в провинциальной учительской, - она обеды Марку Антонию готовила сама. Поскольку в то время ритм жизни был иным, то время ужина и завтрака у неё с мужчинами не совпадали. Мясом и рыбой она не занималась, а вот из овощей и фруктов получались настоящие шедевры. И римский консул ел только из её рук. Ничего лучшего из фруктов не готовил никто: свежее, только что разрезанное и с чем-то смешанное - во всём этом было настоящее действо. Ей были ведомы секреты каждого плода и овоща! Ну и все знают, как они любили друг друга - их дети были очень хороши! Особенно близняшка Клеопатры Селена, она зимняя из февральских, а зачиналась из недели тутовых ягод. Так же нежна, как и эта ягода. Марку Антонию очень нравилось окунать ягоду в сливки и кормить Клео из золотой ложечки.
  - А она огурцы режет только для маски на лицо, - едко заметила про Светлану Анна Михайловна, - не попался ей Тиберий Гракх.
  - Антоний у каждой женщины собственный, - повернула в другом направлении Синицына.
  - Мне кажется, это не очень корректное сравнение, - возразила гостья, - Клеопатра и Антоний уникальны и встретились они уже предводителями мира. В то же время история не знает случаев, когда обычная женщина становилась Клеопатрой, а заурядный муж Антонием.
  - Пожалуй, вы правы, одной жизни, особо у нас с вами, на это не хватит, - согласилась Синицына и спросила: - вам коньяк в кофе добавить?
  - Спасибо, нет, - ответила гостья, - а насчёт жизни - это у всех по-разному. Боярыня Морозова весь свой пыл и жизнь в крещенье двумя перстами вложила, а Марфа Варламова придумала способ вышивки, который теперь золотым шитьём называют. И в то же время эту скандальную боярыню знают все, а про золотошвею - избранные.
  - Когда пришла нужда отучить деток от вазы с конфетами, надо же чем-то их отваживать, пока не образумятся, - пришпилила Светлана к одному холсту боярыню и Синицыну.
  - А этого молодца вы, Светлана Прокофьевна, куда повесите? - как бы не поняла её намёка Синицына, указав на нового политического лидера с выбритыми щеками и глазами навыкате. Его портретами в разных позах, ракурсах и компаниях заполонили все свободные стены.
  - Мужчина, Елена Николаевна, должен быть либо в сердце, либо в постели! А этот дяденька ни туда, ни сюда не годится.
  - На себе пробовала, что ль? - резанула Анна Михайловна, продвинутую физичку не терпевшая.
  - По тому, как она на него взглянула, ей по вкусу другие, - вступилась за молодую учительницу Никитина.
  - Может, поделитесь, Светлана Прокофьевна, как оно нынче делается, а то у нас, сирых и немощных, уже заросло от неупотребления, да и в памяти не задержалось! - нарочито скрипучим голосом поддела физичку Синицына, задетая заступничеством гостьи.
  - Вы думаете, вам это пригодится? - улыбнулась Светлана.
  - Авось, да сподобимся, - ответила Синицына, - какие наши годы.
  - Мне кажется, что со времён царицы Савской ничего в этом деле не изменилось, - слегка безбашенно и со звоном в голосе начала Светлана, - поднимаешь ножки повыше и поёшь тонко и проникновенно. Если понравится, вызовут на "бис!", а на "нет!" - и связки присохнут. Там и до лебеды в промежности недалеко. Вот и все премудрости.
  - Чуть резковато, но очень в точку! - оценила её фразу Никитина и поднялась, - запах у вас, Светлана Прокофьевна, чистый и с перезвонами. Извините, мне пора, вот и мой мужчина! - Она обернулась к двери - как будто по мановению руки она открылась и вошёл Антипин:
  - Ты не скучала без меня? - тут же спросил он. Все опешили, глядя на Никитину.
  - Уже - нет! - ответила она с таким чувством, что женщинам стало легко и приятно от одной только музыки её признания. Мужчина потянулся к ней и чуточку зацепил собой, она ответила и всё это было с таким теплом и шармом, что Синицына в который раз простила ему всё, а остальные женщины тихонько взгрустнули. Антипин быстро оделся и вышел со своей спутницей. И что-то в комнате развалилось, будто стержень вынули. Светлана тут же собралась и догнала ушедших Антипина и Никитину.
  - Я с вами, можно?
  - Конечно, Светка, мы тут обсуждаем, куда ехать этим летом.
  - Возьмите меня с собой!
  - Как считаешь, Женечка, стоит её иметь в виду? - спросил Антипин.
  - Она сейчас пахнет так вкусно, что хочется кое-что откусить.
  - Которую из моих частей? - отозвалась Светлана и Женя ответила:
  - Тебе нравится Володя, но ты не льнёшь подстилкой, а являешь лучшее - оно хорошо запаковано и немногим доступно. Такая женщина могла быть гетерой высшего разряда и ты, Светлана, прелесть неделимая. Володя с кем попало не дружит так основательно.
  - Не скажу, что это комплимент, но в нём нет ничего женского, а вы женщина ого-го! - Почему?
  - Ты обращаешься к моему мужчине, я его не только понимаю, Светлана, я уже его частица, вот и выдала как бы его версию, Володя, я права?
  - В основном - да! Наше слияние уже и не слияние, мы взяли кое-что друг у друга, но ты и я - это Вселенные! Смотри, Светка, не обожгись!
  - Я не в затяжку и через тёмные очки, они все из сплетен и наветов, остужают моментально! - ответила девушка.
  - Сплетни, это единственное, что нас соединяет с разными эпохами, остальное у них даже пахнет иначе, - заметила Женя.
  - Чуточку прогуляемся, а потом к нам, хочешь? - обернулся он к Светлане. Она полчаса назад сообщила маме, что пойдёт ночевать к подруге и теперь была свободна, как птица в полёте. Про особую семью из Никитиной и Антипина говорили многое и ей не терпелось испытать себя в новых обстоятельствах. Переполненная всем этим, она просто кивнула. Две женщины и прекрасная погода мужчину настроили на особый лад. И он включился в особую игру, у которой нет ни названия, ни каких-то правил.
  
   РЕЛАКСАЦИЯ СТАРЫХ ЧУВСТВ
  
  На Новый год Антипин после долгий колебаний всё же решился пойти к Фёдору. Там будут его коллеги-врачи и кое-кто из общих знакомых. К Жене в его доме уже привыкли и вопросов не задавали и это его устраивало больше, чем поляризованная публика в школе. На службе Никитина выглядела уверенной в себе и босс к ней боялся подступиться. Но даже преображённая женщина напоминала былое, которое влекло и он иногда вспоминал игры в кабинете, от который оба пламенели и изводили друг друга похабщиной и матершиной. Теперь в её глазах он видел жёлтый огонь, от которого испытывал подспудный ужас. Она и раньше была неслабой женщиной, но теперь сможет растерзать в три приёма. Стул от её руки выскакивал из-под столешницы, как дрессированный. Он знал, что память этой женщины отсекла всё, начиная с середины сентября прошлого года, однако мести за былые унижения очень опасался. Такая могла и убить! - Но она не помнила.
  На романтические приключения Женю не тянуло, она жила при Антипине, ко всему в нём привыкла и на поползновения других мужчин смотрела снисходительно. Теперь на её внимание претендовали многие мужчины и кое-кто из них считал вправе намекнуть о былых развлечениях наедине. На что получали такую прохладу во взгляде, от которой леденели мгновенно. Эти приметы прежней Никитиной её не напрягали и она их как бы и не замечала, как и отношения сослуживиц, которые держала в фазе чисто служебных и необязательных. Вопросы Володи на эту тему она обычно оборачивала в шутку.
  Перед визитом к Фёдору они тщательно готовились и туалет женщины был в точном соответствии с самочувствием Володи, который одевал подругу с особым тщанием и изысками. Ну и кроме одежды они обсуждали и нюансы вероятных бесед и тестовых викторин, неизбежных в доме доктора. Не совсем она понимала и заботу о самовыражении и какой-то странной свободе. По его настоянию, они договорились, что не будут иметь претензий, что бы ни случилось новогодней ночью. А утром начнут год с чистого листа.
  - Чем отличается новогодняя ночь от любой другой? - спросила она.
  - Она знаковая: подводят итоги прошлому, оценивают и прощаются с ним. Ну, и немножко расслабляются от былого напряжения. Иногда в таком состоянии происходят вещи неплановые и неправильные. Вот о них-то я и говорю. У тебя неправильное состояние было слишком продолжительным, поэтому я и сказал о твоей свободе в эту ночь.
  - Ты хочешь, чтобы я трахнулась под присмотром доктора, но без тебя и проводов и графиков на осциллографе и тем самым получила индульгенцию на будущие вольности? - спросила она напрямую. Антипин вздохнул и ответил:
  - Меня это не обрадует, ты знаешь, но у нас разная база данных. Те мужья, что были прежде, для тебя нынешней - пустое место. Мужчины лучше и умнее меня будут попадаться часто и тебя ни за что не пропустят. Узнав что-то от них, через века ты лучше поймёшь и меня. Тебе ясно, о чём я?
  - Разумеется!
  - Поясни.
  - Ты меня любишь по-большому и тебе хочется нашу жизнь устроить сообразно этому. - Но мне никто кроме тебя не нужен. Мужской адреналин я вижу насквозь. И кроме тебя к моему лону никому не добраться. Это во мне вроде пинкода на исключительный доступ. Он благодарно коснулся носом её щеки и тему закрыли.
  Новый год в незнакомом обществе и новой жизни Женя отмечала во второй раз и видела некоторые изменения в своём мужчине: он стал сильнее и глубже, поверхностных страстишек не стало вовсе, но вместе с тем появилась некая трещина в характере. С чем это связано, она ещё не разобралась.
  Они пришли к Фёдору одними из первых и Женя отметила, что муж и жена искренне рады Володе. И Ниночка и Фёдор источали настоящие флюиды удовольствия. Бельё Ниночки было настолько тонким и прозрачным, что Женя уловила весь букет её эмоций по поводу Антипина. В адрес же Жени у хозяйки дома не было ничего недоброго, её она принимала, как неотъемлемые аксессуары Антипина. Щедрость Жени, позволившей получить от Вовочки всё, она оценила по достоинству.
  Народу у доктора собралось порядком и все приходящие первым делом оценивали новое лицо Ниночки, выполненное новой причёской и макияжем, а потом так же дружно разглядывали Женю. Делали это исподволь, чтобы не походить на посетителей зоопарка. Однако получалось так, что Женя сочувствующе смотрела на цивилизованный паноптикум и старалась не обидеть двуногих зверушек.
  Впервые Антипин увидел Никитину в таком состоянии, при котором её невозможно обидеть мимоходом. И выделяло её качество, которого лишены остальные: совершенно необычное, очень острое, почти звериное обоняние. Она как-то сказала Антипину, что некоторые мысли имеют запах и они это проверили на нём. Она "пахнущие" мысли угадывала очень часто, а стерильные ни разу. К этим избранным продуктам человеческих мыслей относились: вожделение, чувство голода, страх, тоска, нетерпение и кое-что ещё. Узнав это, он стал иначе относиться ко многому в её словах и эмоциях. И впредь эту сенсорную чуткость своей подруги старался почём зря не загружать. Ну и его радовало, что Женя, зная истинное мнение кого-то о себе, никак не реагировала на светское лицемерие. - Она его учитывала и всё.
  Фёдор узнал об этом от Антипина и был поначалу ошарашен, а потом провёл несколько контрольных тестов и стал соображать над причинами такого феномена. Новый год он использовал на всю катушку, танцуя, беседуя и не отпуская Женю далеко, чтобы видеть нюансы прямых и обратный связей её личности. Такое внимание мужа к ней даже Ниночку слегка удивило. Она стала поглядывать на них с Женей чаще обычного. Но Антипин её отвлёк от этого, сообщив очередную новость про исторических персонажей. Её опубликовали в солидном научном журнале и широкому кругу любителей грязного белья она недоступна. Ниночка потребовала комментариев и увлеклась ими. Ниночку в основном привлекал голос, звучащий точно в тон с её представлениями о внутренней гармонии, а суть сказанного она часто тут же забывала. Но не всегда и ни ото всех, Антипин относился к числу избранных мужчин, которых она принимала по полному списку и помнила все его истории. Они хорошо ложились на ноты и их суть гармонировала со звучанием.
  - Володечка, - тихонько призналась она ему в удобный момент, - после того раза с тобой мне захотелось от мужчины опять получить всё. И я это сделала.
  - Ты изменила мужу? - с деланным возмущением спросил Антипин.
  - Да, - в тон ему ответила она, почуяв привычный с ним прилив вдохновения от гармонии с понятливым мужчиной.
  - И с кем же, если не секрет?
  - От тебя у меня нет тайн. Хочешь узнать и в самом деле или это светская вежливость? - и мужчина доиграл роль до конца:
  - Нинка, если не признаешься сама, буду пытать! - женщина выдержала паузу, почуяла настрой мужчины и слегка прижалась к нему, чтобы проверить инстинкты. Блюз очень располагал и напряжение мужчины она уловила тут же.
  - На следующую ночь после нашей игры это и случилось, - прошептала она, ожидая следующего хода мужчины.
  - И кто же он? - уже по-настоящему потребовал Антипин. Видеть Ниночку в чужих объятиях было немыслимой и ужасающей фантазией, а в постели и тающей от вожделения - настоящей пыткой для его устоявшихся представлений о тонко устроенном мире.
  - Неужели ты не догадался? - робко улыбнулась она и он всё понял.
  - Господи, какая же ты ненасытная! - сказал он такое желанное и у неё брызнули слёзы благодарности.
  Около трёх ночи Женя почувствовала усталость и они ушли домой. Устроившись в постели, она повернулась к нему и сказала:
  - Вовка, ты счастлив и мне от этого очень легко! - что мог ответить мужчина? Он-то знал, чем полна его душа и мысли.
  После обеда пришли бабушка и Надя. С домашними угощеньями и кухонными деликатесами. Антипина просто взвинтило зрелище мамы-кукушки и дочери под опекой бабушки и, проводив гостей, он напился. Молча и в одиночку. Что об этом подумала Женя, ему было безразлично.
  Утром следующего дня он поднялся с трудом и побрёл на кухню. Там на табуретке сидела Женя и плакала. Тихо и обречённо. Она прижалась к нему и зарыдала в полный голос. Мужчина слушал и утешал. Отрыдав и излившись, Женя горько улыбнулась и покачала головой.
  - Ничего-то у нас не выходит! Хоть в петлю.
  Остаток дня они провели в полузабытье и мучительных раздумьях.
  Вечером он взял себя в руки и уговорил её на прогулку. Она стала перед зеркалом, выбирая наряд. Подумав и оценив себя, Женя надела толстую светлую юбку, зеленовато-серую блузку под вязаную кофту и после этого с помощью Антипина натянула сапоги. Она отошла на середину комнаты и показалась со всех сторон. Мужчина оценил и одобрил сначала взглядом, а потом и действием. После такого хотелось не только жить и радоваться жизни, но и вернуть сторицей. От мужских нежностей она отошла лишь на морозе и через полчаса.
  - Володя, ты знаешь, что я об этом думаю? - спросила она, заглянув ему в глаза. Ей нравилось туда заглядывать и видеть то, что адресовано ей.
  - О чём?
  - О нашей истории, о чём же ещё! - Беда в том, что у нас нет истории. У тебя отдельно есть, у меня тоже, а вот у нас - не-ту! Убрать ту самую дурацкую ночь - и всё!
  - Женька, ты лучшая женщина в моей жизни. Мы есть и пока этого достаточно. Не морочь себе голову!
  - Нет, милый, пока лишь есть ты и я. А нас ещё нет.
  
  Когда Антипин об этой сцене рассказал доктору, тот оживился:
  - Уже что-то! - Вот бы с Ниночкой такое! И он рассказал о её новых фантазиях и придумках¸ от которых голова шла кругом, как и в молодости. Как следует погрузившись в это, Антипин сообразил, что сие есть проекция их странной привязанности на семейную жизнь. Ниночка понимала чем-то внутри себя, что потеряв мужа, расстанется и с Володей. А этого она боялась пуще смерти.
  И Антипин с удовольствием ей помог, встретившись однажды и никому об этом не сказав. Ниночка получила всё абсолютно и благодарно сопроводила своего кумира удобной отмазкой для Жени. Та великодушно приняла эту жертву и ни слова в упрёк не прозвучало. Собственно, тайна - это лишь форма, удобная для мироздания Ниночки и к ней оба отнеслись уважительно. Такое понимание отозвалось в сердце Антипина очень сильно и он вернул всё тут же:
  - Женька, я люблю тебя! - Ты самое чуткое и тонкое создание, спасибо! И женщина лишь благодарно и с пониманием сузила глаза. Она тоже любила и любить этого мужчину пришлось со всеми его аксессуарами. Теперь они её не напрягали.
  
  Жизни в школе без происшествий не бывает в принципе и к ним привыкают, как к данности, однако то, что случилось в 9-от "А", было из ряда вон. Девочка избила парня и тот обливался кровью, а она, дрожа от возмущения и возбуждения, стояла над ним с дубиной. Первой на шум подошла учительница химии Алла Демидовна Аристархова, у которой кабинет был смежным с подсобкой. Она увидела немую сцену с лежащим в углу Трапезниковым и Надей Никитиной. Сюжет инцидента она прочитала на истерзанной одежде и лице Нади, которая буквально клокотала от возбуждения и ненависти. Учительница выставила любопытных за дверь и послала за классным руководителем. Антипин появился через минуту и Надя тут же расслабилась, почуяв родное. Он взял из её рук колотушку и подошёл к Трапезникову.
  - Что тут произошло? - спросил он его, как бы давая шанс спастись. Любая ложь была ему во спасение. Скажи он правду и Антипин найдёт способ загнать его в гроб. Как ни был испуган этот мешок с дерьмом, но инстинкт самосохранения его уберёг, несмотря на желание высказаться о Никитиной.
  - Повздорили, - сказал его устами инстинкт.
  - Никитина, - сухо обратился учитель к ученице, - отправляйтесь в мой кабинет, я с вами разберусь отдельно. Девушка ушла, а с ней и Алла Демидовна. Она проследила, чтобы процедура разбирательства была соблюдена, а конфликтующие оказались по разные стороны барьера. Избитый и напуганный до смерти Трапезников всё ещё лежал в углу и учитель присел рядом на корточках. Он осмотрел записного паскудника, которого в девятый класс пристроил кто-то из влиятельных лиц, прикрываясь неуклюжестью инструкций и законов. - Ничего особого, так: растерзанная одежда, фингал под глазом, общие повреждения и разбитый нос.
  Антипин выложил пишущий мобильник на тумбочку и начал рутинную процедуру расследования. Вопросы и уточнения к ним были простыми и чёткими и требовали таких же однозначных ответов. Когда всё было завершено, он сделал несколько фотографий крупным планом и самого Трапезникова, и разгромленной подсобки. Черепаховую заколку, которая очень нравилась Наде, растоптали, здесь же было и несколько приколок, и оторванный манжет с платья девушки-аккуратистки. Парень по-прежнему сидел, прислонясь к тумбочке и зажимая кровоточащий нос.
  Учитель завершил дело и набросал схему подсобки. Коллизия происшествия оказалась проста, как мир: после урока химии дежурные убирают со столов и моют лабораторную посуду. Дежурили Никитина и Трапезников. Когда они убирали посуду в шкафы, у парня взыграли инстинкты и он напал на неё. Шкаф, куда она ставила штатив с пробирками, распахнут. С него всё и началось. Надя ему отвесила оплеуху, но это не подействовало и началась ожесточённая возня, из которой девушка вышла победителем. Похоже, подобное он проделывал не однажды, уж очень быстро и продуманно всё вышло.
  - А штаны у тебя сами расстегнулись? - спросил учитель, фиксируя на месте происшествия всё. Он ткнул туда дубинкой и ждал ответа. Шестнадцатилетний недоумок сообразил, что убивать сейчас не будут и осмелел. Но не настолько, чтобы подняться перед мужчиной, про него знающим всё. Сидя и одной рукой, поскольку другая зажимала разбитый нос, штаны не застегнуть, а подняться он боялся. Антипин убивал его одним только взглядом.
  - Я спрашиваю, штаны почему расстёгнуты? - Что, язык проглотил?
  Разобравшись с Трапезниковым, он отправил его с Аллой Демидовной к завучу, а сам пошёл разбираться с Надей. С ней было просто и по-семейному. Она посмотрела на Антипина, он на неё и на том официоз завершился. Он прижал её к плечу и похвалил:
  - Молодчина, девочка, зачёт по самообороне сдала на "отлично", так держать! - и желание поплакаться у девушки прошло тут же: похвала перевесила.
  Чуть позже по поводу случая он побеседовал с классом и отметил, что кое-кто из девочек на случай с Трапезниковым реагирует по-особому. Вика Симагина и Жанна Кузьмина в этом заметно выделялись. И он кое-что из былых "непоняток" с ними припомнил. Видимо, именно с этими девочками у него получилось и от безнаказанности он разохотился. Он посоветовался со знакомыми специалистами из милиции и те подсказали макет расследования, чтобы никого не спугнуть и не насторожить. В беседах с девочками Антипин пару раз сделал тестовые акценты на отдельных фразах и проследил за реакцией - эффект был потрясающий: они раскрылись! И он решил, что разберётся с каждой, найдя нужные тон и подход.
  Вика была очень хорошенькой и стройной, это выделяло девушку в разряд школьных звёзд и для её уже выраженного женского самолюбия насилие такого шалопута не могло пройти без следа. С Жанной дело гораздо сложнее: при хорошеньком личике у неё подкачала форма ног и грудь едва оформилась, что её не могло не беспокоить. В этой связи секс в подсобке мог сыграть любую роль. И он решил потолковать об этом с Ивушкой Парейкис. Она подключилась к делу и вскоре выяснилось, что жертв гораздо больше и некоторые из других классов.
  - Володя, это твои девочки, - едва сдерживаясь от волнения, сказала она, - сделай так, чтоб ему тошно стало! А я со своей стороны подтолкну. Пожалуйста, сделай это! - И мужчина понял, что такое не забывается никогда. Боль Ивушки он отлично уловил и правильно квалифицировал.
  Инцидент разбирался на педсовете и Антипин, представив все материалы по этому вопросу, настоял на том, чтобы при любых вариантах дальнейших разбирательств в характеристику Трапезникова внесли этот ярлык - установленные сексуальные домогательства, случаев - не менее 5-7, то есть, тянет на рецидив. С ним под давлением немаленькой партии единомышленников историка согласились все. Впервые публично его поддержала и Лена Синицына, нашедши свои аргументы к теме секса и насилия. И сказала, что с Трапезниковым пора расстаться. Отец паскудника придти в школу постеснялся и прислал жену с бабушкой. Они досаждали Антипина мольбами и просьбами, но Антипин не сделал и шага навстречу. Несмотря на шумиху и показную строгость по поводу односторонней реакции учителей в высших инстанциях предпочли спустить всё на тормозах и перевести Трапезникова в другую школу. Но гиря с сексуальными домогательствами в характеристике охладила лояльность дирекции этой школы и она от "подарка" с нагрузкой тут же отказалась. И об этом стало известно всем заинтересованным, бойкот насильнику обрёл угрожающий характер и солидарность учителей и родителей свою роль сыграли. Теперь кроме ПТУ Трапезникова никуда не брали. Светлана Прокофьевна, которая о подобных Трапезникову знала по собственному горькому опыту, выразилась кратко:
  - В ПТУ он будет в среде себе подобных. Там ему и место. - Серпентарий? - Да, зато обычным ученикам на уроках никто не будет мешать и мы будем заниматься изучением законов природы, а не борьбой за дисциплину.
  Женя об инциденте с дочерью узнала в тот же день, но отреагировала странно: поведение Антипина и Нади одобрила, а вот желание сделать подарок девочке взамен сломанной вещицы назвала потаканиям девичьим прихотям. Она посчитала это признаком слабостей мужчины в общении с женщинами. Антипин ухватился за эту мысль и стал в очередной раз копаться в подноготной Жени.
  - А откуда ты знаешь про нынешних мужчин? - Ведь вся твоя память из веков минувших и далёких!
  - Володя, я не знаю, откуда это во мне, но, поверь, это не вздор! Я уверена в том, что говорю, я никогда не мелю чуши, лишь бы ублажить твой слух! Они у меня были и оставили неизгладимые воспоминания и мысли. Я думаю, что нелюбых у меня не было. Мне кажется, что я бы не смогла жить с таким! Вот ведь и у нас с тобой исключительные отношения и мне ни к чему пятнать их ложью! - со скрытой страстью ответила женщина.
  - Ладно об этом! - Женька, речь идёт о твоей дочери! Поищи в себе получше, может, оно отзовётся.
  - Хорошо, - смягчилась она, почуяв в голосе исключительное, - давай вместе сходим куда-нибудь и возьмём нашей дочери черепаховый гребень! Антипин побеседовал с Фёдором и тот решил, что поездка в ГУМ за покупками ничего в новой Никитиной не сломает. И учитель ухватился за этот шанс, дожимая приятеля привычными аргументами:
  - Может, мы это сделаем вроде семейного культпохода? - Ты с Ниночкой и Славиком и мы с Надей. Славик, по словам Ниночки, на Надю давно глаз положил. И вообще, мы давно не были вместе.
  Поездка прошла удачно, вещицу для Нади выбирали придирчиво и за Никитиной-старшей смотрели как обычно. Она с Надей была предупредительна, заботлива и прочее, но это была реакция на любимицу своего мужчины. Внутренний пиетет в отношении Нади Антипин даже не пытался скрывать. Что-то от ревности в ней увидела даже Ниночка. А Надя воспринимала маму, как потустороннюю и абстрактную субстанцию. Так ей казалось проще для понимания.
  В эту ночь Женя была такой же, как и всегда: юной и разнузданной, ненасытной и пресыщенной, щедрой и бескомпромиссной, податливой и отзывчивой. Возможно, в этом что-то и было помягче и понежнее, но сие уже чистая вкусовщина. И Антипин опять напился. Он начал после возвращения из школы и обычных шалостей с Надей. Она пришла к ним, немножко покопалась в специальных книгах и затем ушла домой. К приходу Жени Антипин уже был хорош. И Женя почувствовала, что здесь была женщина. По раскардашу на книжных полках и запаху на кресле Антипина, она вычислила её: Надя!
  Ещё раз нестыковка дочери и мамы произошла на пикничке, который устроили Иван с Верой и живущим у них семнадцатилетним племянником. К ним пришли Фёдор с Ниночкой и Славиком и Антипин с Женей и Надей. Несмотря ни на что, Женя к Наде не "прилипала" совершенно! Ревности к ней чуть поубавилось, но и только. Антипин был готов провалиться сквозь землю, но Женя даже не прониклась его мыслями на этот счёт. Будто в её голове эта часть полностью раскорчёвана от прошлой жизни и выпахана начисто. Парни ухаживали за Надей, мужчины любовались природой и женщинами, а женщины поддерживали уют и среду культов на земле обитания. На ярмарке женских ценностей и на этот раз Женя выглядела отлично, но теперь она свой имидж смягчила и ни перед кем не задиралась. В то же время и Женя в своём кумире и покровителе Антипине была уверена, а другие мужчины были хором в чужой опере. Как управляться с этими вокалистами, она откуда-то знала очень хорошо.
  
  - Налей и мне! - велела Женя, когда Антипин, вернувшись домой, приговорил уже пару порций водки.
  - Тебе нельзя крепкое! - мотнул головой мужчина.
  - Почему?
  - От него у тебя всё и началось!
  - Что именно? - и мужчина сообщил то, что говорить не должен никогда.
  - Ты была латентной алкоголичкой и Надя это знала. В ту ночь ты пришла хорошо на взводе и приступ случился после того, как я тебя пытался отпоить домашним морсом. Женщина внимательно слушала мужчину и старалась чувственность в себе отключить совершенно, иначе можно сойти с ума. Она в деталях осмотрела ту самую ночь и, зная всё-всё, остановилась на единственном, чего не могла осознать: влиянии морса на подкорку и рефлексы. О своей болезни она прочитала всё изданное и интернетовское. Про реакцию на морс там ни слова.
  - Володя, давай попробуем ещё раз и вместе! Ты и я: водка, морс и прочее по порядку. Женя была настроена решительно и Антипин её понимал. Однако он даже представить не мог, что могло бы произойти на этот раз и крепко задумался. Прошла вечность, но он так и не решился - слишком велик риск. Он понимал, что теперь доктор ему не советчик. И Женя, и Надя были настолько дороги, что урон для одной из них стал бы раной и для его души. Женю он мог потерять навсегда. Доктор предупреждал о разрушительности спиртовых радикалов, попадающих через изъяны организма в пространства нейронов и мозговой ткани.
  Однако Женя нашла нужные слова и он рискнул. Они хорошо поддали, обсудили свою жизнь, нашли её очень содержательной, припомнили шуточки, игры и приключения, выпили ещё и потом полечились тем самым морсом. Женя уснула почти сразу, как и в тот раз, а Антипин стал ждать, боясь уснуть и пропустить момент вероятного приступа. Он мог и не случиться, но мог и превзойти первый случай. Спать хотелось безумно и он пальцами держал глазницы открытыми, чтобы видеть Женю.
  И это произошло. Он мгновенно отрезвел и навалился на женщину. Окрепшая за полтора года немыслимого счастья, она сбрасывала его с себя, как пушинку и орудовала руками и ногами, как тигрица в западне. Он сражался с ней несколько минут и не сразу в движениях обезумевшей женщины почуял усталость. Она говорила то по-русски с волжским говором, то переключалась на харьковскую речь и так же легко переходила на английский и какой-то из арабских языков. Матершина сыпалась в русских и заморских фразах и в её исполнении выглядела привычной вкусовой интонацией. Хорошо, что он, наученный первым приступом, приготовил средства, чтобы сразу спеленать женщину, а то бы не совладал с силой неизвестного происхождения. Когда она покорилась и закрыла глаза, язык ещё что-то невнятное молол и кому-то угрожал. Он долго не решался освободить пленницу, но уже через час от неё ничего кроме глубокого дыхания не доносилось и он распеленал женщину второй раз в новой жизни. О том, что в её истории подобное могло случаться не однажды, он догадывался. Не зря же последний муж исчез без следа.
  Антипин прибрал в комнате, принял душ и уселся в кресло перед компьютером, чтобы просмотреть новости своей епархии. Через четверть часа его сморило и он отправился спать. Что будет, то и будет, подумал он о предстоящем пробуждении Жени. Проснулся он поздно, было воскресенье и никуда спешить не надо. В доме царила непривычная тишина. Такого он уже и не помнил и вот оно случилось. - Тихо, как в склепе.
  Появилось нехорошее предчувствие и оно сбылось - Женя исчезла без следа, будто её здесь никогда и не было. Он хорошенечко поразмыслил о случившемся и первым делом позвонил Фёдору, тот в общем-то не удивился. Он как-то по-особому его успокаивал и приводил научные аргументы и ссылки. Если перевести на житейское, то такое могло случиться в любое время.
  - Значит, мне просто повезло быть с ней этот год? - спросил Антипин.
  - Что-то в этом роде. А поискать её ты не хочешь? - Антипин припомнил мытарства Нади по наведению мостов с мамой и качнул головой:
  - Сдаётся мне, что это дело гиблое!
  Они дали в розыски массу материалов, использовали все возможности и ресурсы, оставалось только ждать и уповать на случай и провидение, могучие и своенравные.
  Прошли недели, затем месяцы и месяцы. Не отыскалась Никитина ни сразу, ни впоследствии и затерялась она в бесконечности российского пространства и завитках всемирной истории.
  Надя заканчивала девятый класс и встал вопрос её бытоустройства. Либо возвращаться в деревню, либо идти в интернат. Оба варианта были ни к чёрту! И над Никитиной взял опеку её учитель. Надя будто ждала этого всю жизнь, раскрылась особым образом и он увидел в ней ту женщину, которая исчезла. Это была пусть и зыбкая тень старшей Никитиной, но несомненная Никитина, дочь своей матери.
  - Ты хочешь её найти? - спросил он и она ответила:
  - Вы хотите об этом честно или вежливо?
  - Ты тоже от неё устала?
  - Мы всегда воевали и только эти полтора года, что она жила у вас, я смогла рассмотреть её издали и получше. Здесь была совсем не она. Возможно, поэтому и исчезла.
  
  С Ивушкой Парейкис они остались в той же степени близки и откровенны. С его подачи она устроила семинар для родителей, который стали посещать не только те, у кого проблемы с детьми. Как-то раз они вместе с Фёдором устроили парный конферанс на темы воспитания и после этого на её семинарах стало шумно и многолюдно. Причины исчезновения любящей и любимой женщины в привычные рамки не вписывалось и для слабых личностей совершенно немыслимы. Фёдор просветил Ивушку насчёт тёмных сторон болезни Никитиной, но и это ничего не проясняло. И ею прочно овладело стремление разобраться в этом узелке профессиональных проблем. Когда на школьном вечере она увидела Надю в новом наряде, что-то её осенило и она сказала Антипину:
  - Ты её никогда не найдёшь, она всё сделала осмысленно и без спешки. А ваша совместная попытка уйти в нирвану - всего лишь деталь давнего и изощрённого плана.
  - Не убедила! - отмахнулся Антипин, про эту историю наслышанный уже от многих умников.
  - Посмотри на Надю, - между тем настаивала Ивушка, - она её дочь во всём и мамины черты я вижу, не только как профессиональный психолог, но и как ревнивая женщина. - Она увела мужчину! Так что у меня на неё сильная и надёжная установка. Я стала чуять её мысли и замыслы, а это уже нечто. Ты помнишь кадастр её запахов и чувств?
  - И что?
  - Я пробовала в этом разобраться неоднократно, но только сейчас поняла, что и у Нади такая же реакция на запахи. Антипин припомнил реакции на самые разные раздражители у своей подопечной, но ничего особого не нашёл. Однако Ивушка была непреклонна - Надя такой же уникум, как и мама. А его мысли и чувства Женя понимала настолько глубоко, что ему не было необходимости их особо аргументировать. Не признавая дочь за свою по-настоящему, она видела чувства мужчины к ней и это позволяло поднять собственные на высшие горизонты. Не могла женщина, которая любит так сильно и глубоко, исчезнуть из каприза и бабьей прихоти. Она что-то замыслила и просчитала и теперь наблюдает за ними издали, сверяясь с собственными планами и координатами. Умная и чувственная женщина не поступит иначе. Даже, если придётся чем-то жертвовать.
  - Ты давно пришла к такой мысли?
  - Она витала в виде хаосе неопределённости и только сейчас обрела некие очертания.
  - Не верю!
  - Почему?
  - Знала бы ты, как она хотела родить нашего сына! От подобного женщина не откажется так просто. Возможно, в следующем году мы бы это и сделали. К тому уже шло и вдруг это! - Нет, Ивушка, только не такое!
  - Хорошо, давай по-порядку. Как личность Женя развивалась в две разные стороны: физиологически к молодости и особому типу возрождения, а интеллектуально и на прочем виртуальном уровне - к особому миру с ведущей женской доминантой. Причём и другие доминанты очень контрастные и глубокие, у обычных женщин такие остроугольные характеры не встречаются. С этим ты согласен?
  - В общем, да, но вряд ли это и было причиной исчезновения.
  - Не торопись. - Я за ней наблюдала давно и очень пристрастно, поэтому часто упускала вещи знаковые и для неё глобальные, зацикливаясь на обычных для женщины деталях макияжа. Поэтому и упустила плавное перетекание твоей Жени в другую ипостась.
  - Все мы меняемся, это в нас заложено и потому перемены принимаешь, как данность, - пожал плечами Антипин, не нашедши в словах Ивушки чего-то эксклюзивного: динамику преображения Жени они с Фёдором изучали постоянно и на всех уровнях. Вряд ли Ивушке ведомо про неё что-то новое.
  - И всё же есть вещи, которых ты не заметил, да и я тоже.
  - Что-то очень глубоко и не на виду?
  - Вот посмотри, как менялись её приоритеты за эти полтора года с тобой. Первая четверть вашего бытия - она начала с того, что выделила учителя своей дочери в объект сексуальных притязаний. Ты говорил, что её визит к тебе в ту роковую ночь был спонтанным, но я убедилась в том, что это не так - разложив всё по полочкам, я увидела, что ты и её желание выбраться из житейского тупика в её сердце и душе совпали. Она пришла искать спасения и ты не выставил за дверь, а это для её подсознания много значило. Я уверена, что эта идея исходит от подсознания и женщина ему просто подчинилась. К тому же идея и выглядит очень привлекательно - молодой, сильный и успешный мужчина.
  - Продолжай, в этом что-то есть, - чуть пережал с мужским шовинизмом Антипин, но она ему простила.
  - Затем она тем же подсознанием увидела, что ты не ищешь в ней корысти и искренне участвуешь в её проблемах обретения себя. Ведь всем остальным это было зачем-то нужно, а тебе - нет! Ты не врач с их заморочками и боязнью ответственности за пациента, не родня с её вечными притязаниями на свою паству, не сослуживец, имеющий свой интерес, не любовник, пылающий от её тела, не приятель с собственными претензиями и обязанностями. - Ты человек со стороны, который не остался равнодушен к её беде! И проявилось это совсем не формально, тогда её чувствования работали в простом сигнальном режиме и никакими эмоциями не было окрашено. И именно тогда, в те минуты, дни и часы подсознание женщины выбрало тебя, как особое нечто: единственно верное и надёжное.
  - Да, что-то в этом есть, но я тогда так и не понял природы её безмерного доверия. Твоя идея насчёт роли подсознания очень хороша. - Продолжай, пожалуйста, - заметил мужчина.
  - Не торопись, не принимай это сразу и потом ты всё равно поймёшь, что я права. Ну, а дальше она под влиянием того же подсознания вкупе с чем-то ещё в своей глубине навсегда отключила файлы прежней Никитиной. Это был риск, которого нормальной женщине не сделать никогда, - сказала женщина и взглянула на мужчину. - Нормальная женщина всегда руководствуется эмоциями. А у Никитиной произошло иначе.
  - То есть, потом всё развивалось по указке и плану подсознания? - уронил мужчина, припомнивший и свои подозрения насчёт жёсткого сценария, о котором они говорили с Фёдором.
  - Да, именно так. Далее было то, что ты и сам знаешь: она ещё раз пришла к тебе и опять ты её не выставил, после чего события стали набирать ход. Ты к ней сначала привык, а затем и принял в качестве особы с большими полномочиями и правами. Заметь, что другие женщины в твоей жизни отошли на второй план. И она это оценила должным образом. Вся первая треть вашего совместного бытия была подчинена механизму психологического и биоэнергетического привыкания и притирки. Женщина в это время очень серьёзно менялась и хорошела во всех отношениях. Мужчина этого не отметить не мог и подсознание, но уже твоё остановило свой выбор на Жене. С тех пор мы с тобой уже не имели ни секса, ни интимной доверительности. Думаю, с другими было то же. Затем она стала твоей женщиной окончательно и с этого этапа уже она влияла на тебя, а не ты на неё.
  - Каким образом? - встрепенулся шовинизм. Мужчина даже не успел сообразить, как эта его штучка встряла в монолог женщины.
  - Я ведь наблюдала не только за ней, но и за тобой. Ты до неё и с ней - это разные психоэнергетические личности. Она добавила твоей психике такую энергию, которая без женщины в мужчине немыслима.
  - И что с нами стало потом? - уколол мужчина женщину, но она простила и это.
  - Она помолодела физиологически и очень созрела в остальных отношениях. Но физиологическая молодость принесла и иное чувствование и мировосприятие. То, что свойственно зрелой и уже рожавшей женщине, в ней отошло на второй план. Сдержанность и покорность судьбе, привычные для женщин зрелого возраста, сменились жёсткой целеустремлённостью молодости и почти беспредельной чувственностью.
  - Ты ей не завидуешь, Ивушка? То, что ей таким образом инкриминируется, присуще блядям высшего разряда и гетерам по убеждению.
  - Ты же сам говорил, что своими прежними мужьями она может доконать!
  - И что!?
  - Ты думаешь, они у неё и в самом деле сохранились в тайниках биологической или генетической памяти?
  - Не знаю, что и думать, - признался мужчина.
  - Вот и я о том же! - Идея с Ильиным днём была проходным элементом и свою роль сыграла - ты видел в ней женщину во всей красе и ни в чём уже не отказывал. Более того, без её энергетики ты уже чувствовал дискомфорт. Это из моих и чужих наблюдений.
  - Ты хочешь сказать, что интим с Ниночкой - это плод Женькиного подсознания?
  - А разве там хоть что-то пахнет тобой? - иронично уронила женщина, не скрывая торжества. И мужчина согласился: та коллизия с Ниночкой действительно ни в какие рамки не вписывалась. Но и ни у кого не вызвала возражений. Более того, Фёдор стал с ним более доверителен и откровенен.
  - Ниночка давно напрашивалась на что-то подобное, - смутился мужчина.
  - И вы бы продолжали миловаться где-то и тайком, но без того бешеного адреналина, что изначально заложен идеей Жениного подсознания, - возразила Ивушка и Антипин согласился. - А теперь о последней части вашей идиллии. Когда она убедилась в том, что с тобой ей комфортно и для дальнейшей совместной жизни у вас есть всё, она стала готовить площадку для обустройства вашего мира, где её компонента будет доминирующей. И убедилась в том, что сие в этой жизни невозможно!
  - Почему?
  - Твоя привязанность к Наде была одной из главных причин её ухода. - Женщина не может делить мужчину ни с кем. Он для неё - альфа и омега её существа. Его блеск и величие - это чаще всего плоды женского ума и фантазии.
  - Но ведь Надя её дочь! - Я это не уставал повторять Женьке!
  - И перебрал с этим, - развела руками женщина.
  - Но в любом случае, я не могу оставить Надю, согласись, это же ни в какие ворота!
  - Вовка, она тебе кто? - Дочь незаконная или ученица в твоём классе?
  - Ты знаешь, теперь она почти что дочь. У нас с ней так сложилось, что отцом для неё я становлюсь по умолчанию.
  - Вовка, ты её любишь! И как дочь, и, немножко, как женщину. Присмотрись к себе внимательно и потом ты это увидишь сам. Женский эгоизм такого не терпит, а уж такой, как у Жени и подавно. Так что её уход был заложен первоначальной идеей подсознания.
  - А мотивы, которыми она руководствовалась, что они из себя представляют?
  - Ты не забывай, что она и в самом деле думает, что её душу реинкарнировали из другого измерения, Надю ей навязывают и тут дело в некоем виртуальном двойнике.
  - Но я-то настоящий или нет?
  - Настоящее всё, кроме неё! Поэтому она и не имеет особых рамок и собственных оценок в поведении и всё время приглядывается к окружению. Потеря памяти на самом деле захватила многие части её личности. Но сознание нового двойника считает, что в его распоряжении находятся все элементы и не пытается найти недостающие. Осознай это и тебе станет понятным в её поведении многое.
  - Ты хочешь сказать, что свою миссию в нашей с ней жизни она выполнила и ждёт моего ответного шага?
  - Ты на верном пути, продолжай.
  - Надо как следует подумать: в этом есть рациональное зерно. А за идею спасибо, я твой должник. Женщина улыбнулась и слегка приголубила мужчину - рядом с ним и ей было до безумия комфортно. И она призналась ещё в одном наблюдении:
  - Женя на тебя повлияла и в этом, ты стал намного привлекательнее в сексуальном отношении. Тебя чуют и хотят все здоровые женщины, я это зову императивой Зевса. И если вы с Женей минувшей ночью вытворяли что-то особое и новое, то на тебе это написано яркими буквами. Секс у вас бывал и ночной и утренний и женщин в зрелости сводил с ума. Хотелось тут же и с кем угодно. Я на этом попадалась и хорошо, что без последствий.
  - Это было не со мной? - слегка нахмурился мужчина и она кивнула:
  - Тобой я не могла рисковать, - и мужчина простил ей такую вольность. Бесподобной женщине простишь и не такое.
  
  Прошло некоторое время и мысль, подаренная Ивушкой, была откатана и апробирована на все ряды. И он неожиданно для себя увидел тягу Нади к чувствованию запахов и их расшифровке. У Жени было нечто схожее, хотя выражено уже в полной мере и ярко. Он отбросил мужскую логику и вооружился женской. Они с Фёдором часто отмечали, что понять женщину с мужских позиций - дело провальное. Фёдор подставлял жену и Ниночка с удовольствием восполняла мужские пробелы в понимании природы женской чувственности и мировосприятия. Теперь она не опасалась себя и была с Антипиным раскована и свободна, это мужчине помогало переводить мужские аналитические критерии и оценки в женские, сугубо чувственные. Ну, а основным поставщиком идей и наблюдений была Ивушка. Они встречались часто и теперь она заняла место отошедшей в сторону Лены Синицыной.
  
  Не менее продуктивно по этой части было и общение с Фаиной Иосифовной, которая сумела удержаться близ Володи в круге первом при абсолютистской тирании Женечки, несмотря ни на что. Она так же периодически пила чай и кофе в его кабинете, и так же беседовала обо всём текущем и волнительном. И так же подставлялась ему, пестуя женскую суть и продляя свою молодость. С ним она и молодела и умнела по-особому, полностью впитывая мужской эликсир, которым щедро одарял Володя. Они дружили и берегли свою дружбу от тягот быта и текучки, в большой школе часто убивающей всё сущее и живое. И она подсказывала вероятные места, где и как могла притаиться женщина в ожидании перемен судьбы.
  - Ты тоже о таком размышляла? - спросил Антипин.
  - Да, было у меня как-то по молодости очень отчаянное положение и уйти от прошлого хотелось больше самой жизни.
  - И как ты пришла к такой идее?
  - Она возникла сама собой. От напряжения и критического состояния души. Но не сложилось и я примирилась почти со всем. А потом появился ты и я уже та, которой ты кое-что даришь и жизнь моя удалась. Оказалось - и надо-то не так много.
  - Можно сказать, что эта идея шла от подсознания или ты рационально всё продумала и решилась на свою идею осознанно? - Ты понимаешь разницу?
  - Тогда я не могла похвастать чем-то осмысленным в этом деле, тем более самоанализом и прочими наворотами. - Это вышло само собой, - ответила женщина.
  - И как это выглядело в общих чертах?
  - Мужчина, любовь и очень продуманное бегство от обстоятельств. Я Женю с тобой видела лишь пару раз и остальное знаю от тебя и учителей, так что этого маловато для выводов. Однако что-то в её поведении напоминает и моё собственное когда-то. Только ей это удалось, а мне нет.
  - Значит и у тебя основа всего - любовь?
  - Да, Володя, без неё женщина - овощ! - Женечка тебя любит и где-то ждёт.
  - Это убеждение в тебе на уровне инстинкта или просчитанное и осознанное?
  - А ты как думаешь? - спросила гостья кабинета и подошла к тому самому зеркалу. Оно так устроено, что приукрашивало женскую суть только самую малость. Это знали все в школе, побывавшие в кабинете и удостоенные чести заглянуть в него в полный рост. То есть, числом не более десяти. Сегодня оно сообщало гостье приятное и ожидаемое, она чуточку сбросила вес, но удержала округлости и упругости. Про округлости она и сама видела, а насчёт упругости подтвердил Володя. А ему она доверяла во всём.
  - Я прочитал твою статью и думаю, что она взорвёт эфир. Так легко и просто о школе пишут литераторы и историки, а ты математик, - вернулся к школьному Антипин. Но гостья вернулась к главному для обоих:
  - Мне тоже хочется её вернуть, ты мне веришь? - спросила она и он кивнул:
  - Ещё как, Фая, ещё как! И они ещё глубже погрузились в мир женских тайн и секретов: умная женщина всегда желанна. Такое свойственно Фае и Жене и поэтому у одной из них он черпал энергию для соединения с другой. И та с удовольствием подставлялась.
  
  Однако от понимания сути женского замысла до точного и удачного шага в нужном направлении прошёл ещё год. После того, как они с Надей увидели её фамилию в списке принятых на лечфак медицинского вуза, он сказал:
  - Надюша, я знаю, как найти маму! - девушка давно избавилась от детских иллюзий, сильно повзрослела, видела в Антипине образец мужского совершенства, поэтому к его словам отнеслась по-деловому:
  - А кто это будет: моя мама или ваша необычная подруга?
  - Мамой она может стать, я думаю, она к этому тоже стремится, но начнём с подруги. - Тебе это интересно? И зрелая девушка стала ребёнком: по маме она очень соскучилась.
  - Конечно!
  И они продумали всё до мелочей.
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"