# Нежданкина радуга

Ната Чернышева

Дорога прорезала желтые поля подсолнечника неровною лентой и казалась на удивление пустой. Аннетин белый мерс шелестел по ней в гордом одиночестве. Странно, но ни одна машина не съехала следом, водители предпочли остаться в медленной душной пробке, которая доползет к городу разве что к вечеру... Девушка пожалела бедолаг, и тут же забыла о них. Аннет по паспорту звалась Анной Леопольдовной Рыльцевой. И паспорт свой ненавидела от души! Какое там рыло на черно-белой фотографии... ужас-ужас. Под стать фамилии. А уж деревенское Анна в сочетании с кошачьим Леопольдовна... В подсолнухах мелькнул ржавый силуэт брошенного жигуленка. Дорога нырнула, съезжая с крутого холма; далеко внизу заголубело озеро, а за озером, над волнистым горизонтом, проступили тупые зубы кучевых облаков. ...Первая неприятность подстерегла мерседес примерно на четвертом километре, считая от озера. Отключился кондиционер. Вторая неприятность километром позже сразила наповал мотор. И уж терзай ключом зажигание, не терзай его, а толку никакого. Аннет ругнулась сквозь зубы и полезла смотреть, что там под капотом. Под капотом, насколько позволяли судить Аннетины познания в автотехнике, все было в порядке. Только заводиться оно не хотело в упор. Третья неприятность сидела в телефоне: связи не было. Ну, а четвертая уже упоминалась: дорога вымерла в обе стороны до самого горизонта... Аннет распрямилась, пнула ногой колесо, процедила сквозь зубы пару строительных слов. Ну что за невезуха, е-мое! Застрять в поле, в самое пекло. Идти пешедралом к озеру не улыбалось совсем, но, похоже, деваться некуда. Там, у озера, домики, живет кто-то. На село не похоже, на усадьбу новорусского тоже. Скорее, маленький хутор, семьи на две-три... Может, помогут. Ладно. Осмотрела сумку, проверила, все ли документы на месте. Фотоаппарат, наладонник. Машину - на сигнализацию, ключи - в карман. Босножки... хм. На шпильке много не набегаешь! Ладно, там видно будет. Кепку на голову и вперед. ...Подсолнухи неспешно уплывали назад, солнце жарило без всякой жалости. Дорога спустилась в ложбину между двумя холмами, озеро на время скрылось из виду. Аннет шла, шла и шла, ожидая подъема, после которого как раз ноги и протянуть... но подъема все не было. Девушка заметила чахлые кустики и древнее, невесть откуда взявшееся бревно, выбеленное солнцем. Села, с наслаждением вытянула ноги. Допила теплую колу, зашвырнула пустую бутылочку в подсолнухи. Пошевелила ступнями. Босиком пойти, что ли? Ага, сейчас. На асфальте хоть блины выпекай, так раскалился... даже смола сквозь трещины проступила. Аннет вздохнула, сползла с бревна и потопала дальше. Всего-то ничего осталось, за холм перевалить, а там и озеро. Прохладная вода, в которую так здорово будет влезть по самое горлышко... Странный цокающий звук, давно уже царапавший сознание, наконец-то обрел материальное воплощение. Аннет глазам своим не поверила! Мираж, решила. Ущипнула себя за руку, - больно. Мираж рассеяться не пожелал... По асфальту цокал копытами красавец конь вороной масти с белой звездою на лбу. За конем скрипела телега. В сознании всплыло невесть откуда непонятное и нелепое слово 'арба'. Правил арбой крепкий чубатый дед с усами. - Здорово,- сказал дед, добродушно жмурясь на солнце. - Заблукала, што ль? Лезай до телеги, подвезу. - Спасибо... Аннет нерешительно подошла к арбе. Не в белых городских брючках лезть в такое. Но куда деваться? Девчоночка-подросток, сидевшая у бортика, протянула измазанную ладошку, оказавшуюся неожиданно крепкой. - Ннно! Конь неспешно тронулся с места. - Нежданка,- окликнул дед, не оборачиваясь.- Гарбуза зрежь! Арбузы лежали в ряд вдоль бортика, крупные полосатые шары. При одной мысли о сочной алой мякоти сладко занемело на языке. Но вежливость не позволяла вот так на халяву лопать чужое. Аннет принялась неловко отнекиваться. Кто б там ее слушал! Девчонка со звучным именем Неждана ловко раскроила арбуз, разрезала на несколько ломтей, протянула один. Аннет сглотнула слюну, затем послала к черту вежливость, взяла и впилась в мякоть. - Отак,- посмеиваясь, сказал дед и воздел палец:- Натурпродукт. Сами ростили... - Спасибо... - Выдкиля ты туточки взялась, городская?- спросил дед. - Машина заглохла,- объяснила Аннет, облизывая пальцы.- И не заводится. А от вас можно будет позвонить? - Можно,- обнадежил дед,- шо ж нельзя? Лошадь наконец-то взобралась на вершину холма и начала спускаться. Вывернув шею, Аннет смотрела на озеро. А там было на что посмотреть! Над половиной озера клубились тучи, летел косой ливень, сверкали молнии. Над второй половиной стоял безмятежный солнечный день. Ливень обрезало ровно посередине, словно кто опустил радужное стекло, отделяя непогоду от веселого дня. Воздух наливался радужным свечением, играл семицветными сполохами. Аннет от потрясения забыла даже дышать. - Нежданка,- строго выговорил вдруг дед.- Не балуй. Ветер ударил в лицо, сбивая дыхание, понес навстречу стену дождя. Радуга исчезла, словно выключили ее. Лишь над Нежданкиной головой трепетало слабое облачко семицветного света. Аннет сморгнула, и наваждение исчезло...

Хорошо в непогоду сидеть в тепле, прихлебывая горячее молоко с медом! Пусть лупит в окна дождь, пусть гремит по крыше ветвями старое дерево. Все это там, за крепкими стенами, за теплой крышей. Молчаливая Нежданка забавлялась с котенком, дразнила пушистого полосатика веревочкой. Звереныш прыгал как акробат. Аннет косилась на девочку. Девушке все казалось, будто над Нежданкиной головой проскальзывают радужные, едва уловимые глазом искры. - Немовля вона,- кивнул на нее дед.- Отродясь гомону с нее ны слыхивали. Ишшо, помню, в люльке лежит, глазками лупает, а и не плачет ни разу... Не ждали мы дивчину на старости лет, то она Нежданка и есть! - Так в город вам надо,- сказала Аннет.- Там уж разобрались бы. - Ны нада нам до городу,- сурово выговорил дед.- Одна беда оттедова прёть, не успевашь отгавкивацца. Аннет с жаром принялась рассказывать - про медицину, про достижения науки и техники, про... - Ты, девка, вумна сильно да не с того боку,- заявил на это хозяин.- У вашем городе добра нема. Якой в чорта добро, коли вы детей за колючку упихиваете и зарас их за фашистов держите? - Это вы о чем?!- изумилась Аннет. - Вона ящик казал,- он ткнул через плечо в отключенный телевизор, древний, как мамонтова кость.- Шо делаится, слов нема. Приходят до хаты и детей ташшат. Гэстаповцы. Аннет что-то такое краем глаза в интернете видела, мелькало. Подписи какие-то собирали, заголовки один другого звучнее, как-то: ювенальные вампиры, ювенальные фашисты, органы опеки ведут геноцид против народа и все такое. Оно ее не трогало абсолютно, во все встревать - голова заболит. Тем более, что родители там сами были виноваты - то чайником горячим ребенка били, то бардак в квартире развели, то в собачьей будке малыша держали, то еще что-нибудь такое же зверское. И как у таких родителей детей оставлять? - Брехня,- отрезал дед.- Вона соседей наших трепали ни за шо, ызвергами на усю страну выставили. Мы-т соседа как облуплена знаем, ны верим той брехне ни разу. Теперя Галка с Данькой у городе за решеткой. Ну дык недолго, Мыкола севодни до них поехал, привезет в обратки... - Не привезет,- заявила Аннет.- Не дадут ему. - Дык не дурень же, ружжо с собой прихватил! Аннет пожала плечами и не стала спорить, хотя тут много чего сказать хотелось. - Можно позвонить?- спросила она, кивая на старый, военных времен, телефонный аппарат. - Шо ж не можно? Звони... Телефон работал. Аннет дозвонилась на техстанцию, где ей грубо посоветовали выглянуть за окно и оценить погоду... уроды, чтоб их всех. Друзья тоже как-то сразу много дел нашли. Тоже уроды. - Эва непогодь как разгулялась...- заметил в унисон Аннетиным мыслям.- Ты, девка, у нас оставайся. Завтрева поутру скумекаем, шо воно дале делать...

Аннет разбудило солнце. Припекло сквозь раскрытую форточку, пришлось спасаться. Со двора несло многоголосым гомоном. Орал петух, квохтали куры, долбил дятел, гоготали гуси, пара кошек выясняла отношения, кто-то крякал не по-утиному... Скрипуче пропела калитка, пропуская гостя. - Здорово, дед Левыч. Не знашь, Рипат-от мой иде балагается? - У пруде з Нежданкой. - От бисова дытына! Зарас умучит мальчонку! - Ны боись, Лурь-Иванна. Твой Рипатко ишшо полетает. Слухай сюда. Не можно вже тута оставаться. Мыкола вернулся, усех привез... Ося крутить пора. - Думай, шо несешь, сивый мерин!- отозвалась женщина.- Нежданка апосля того поляжет дён на восемь! Оно те надо? - А припрутся, усех повяжут?- возразил дед. Голоса отдалились. Аннет оделась и, потягиваясь, вышла во двор. Во дворе никого не было. Только куры деловито ходили, поклевывая сорняки, нагло вылезшие в щели между рассевшейся от времени плиткой. Куда ж все подевались? А, дед в сарае, гремит там чем-то. Аннет выглянула за калитку. Вон она, гостья дедова, уходит себе по раздолбанной дороге... Миниатюрная смуглая женщина в длинном, до пят, нежно-лиловом плаще, совершенно нелепом в летнее пекло. - Погодите,- окликнула Аннет,- извините. Лурь Ивановна, это вы? А скажите... ой! Женщина обернулась. Глянула на девушку совершенно нечеловеческими, в пол-лица, глазами. Выгнула ладонь отталкивающим жестом: - Шо ото прискипалася до мэне? Отчэпысь! В грудь толкнуло упругим невидимым кулаком. Сердце зашлось ужасом, Аннет где стояла там и села, прямо в дорожную пыль. А Лурь Иванна пошла себе, как ни в чем ни бывало, дальше. Черти б ее забрали, гуманоида жукоглазого! Чья-то сильная рука подняла девушку с дороги. - Лурь напугала? За ней не задержится. Аннет только губами хлопала. Боль разливалась в груди, не давала дышать. - Сейчас пройдет, сейчас... Присядь, сюда вот. Аннет с трудом дошла до скамейки, ноги были как ватные. - Не будешь лезть без спросу. - Кто она? Откуда взялась такая? - Лурьванасвипи... что-то такое и еще слогов семь. Откуда взялась - не спрашивали. Беда у нее: сын искалечен. Нежданка возится, но то так, для очистки совести... Мальчишке разве что чудо поможет... - А ты кто?- перебила его Аннет. - Николай. Будем знакомы? Он протянул широкую, как лопата, мозолистую ладонь. Девушка посмотрела на нее, потом на парня. Тот хмыкнул, руку убрал. И только тогда Аннет сообразила, что он, наверное, и есть тот самый Мыкола, о котором дед говорил с этой Лурью... - Что у вас тут происходит?- требовательно спросила Аннет.- Лурь эта ваша... Какие это еще ося вы там крутить собираетесь?! - Неждана - целитель,- пояснил Николай.- Очень сильный. Но с глупой девчонки что возьмешь? Вот и приходится... оберегать. А с властями собачиться нам не можно, силы не те. Кого мог, тех собрал, после радуг ось сдвинем, не найдут. Лурь маяк оставит, не потеряемся. А ты как хочешь. Хочешь - возвращайся, машина твоя заведется теперь. А хочешь - оставайся, не гоним... - Да пошли вы все!- высказалась Аннет, вставая.- С ума еще не сошла, с вами тут пропада... Она осеклась на полуслове. Воздух налился радужным сиянием. Солнце утонуло в семицветных сполохах. По дороге, от озера, поднималась ребячья компания, что-то оживленно между собой обсуждая. Детский смех метался над домами странным заливистым эхом. Нежданка улыбалась, и над ее головой медленно вращалось сияющее колесо радужного света. Неизвестно почему, но колесо это напугало еще сильнее, чем инопланетная физия Лурь-Иванны. Аннет всхлипнула и бросилась бежать, не разбирая дороги. - Куда-а... стой, мать твою! Аннет бежала из последних сил, будто черти за ней гнались. Радужное сияние сомкнулось в плотный сверкающий туман, и бег казался бесконечным и бессмысленным. Но Аннет бежала... и вдруг споткнулась, полетела кубарем на асфальт. Радуга плеснула следом, зажгла мир семицветным огнем. И вдруг пропала, мгновенно, будто выключили ее. Аннет поднялась, потирая ушибленные колени и шипя от боли. Она оказалась в ложбине между двумя холмами, именно здесь ее подобрал вчера - вечность назад!- дед Левыч. ... Подсолнухи неспешно уплывали назад, солнце жарило без всякой жалости. Аннет шла, шла и шла, и наконец-то вышла к своему мерседесу. К своему ли?! Ржавый остов, треснутые стекла... будто машина простояла здесь лет сорок, не меньше. Номер проржавел, но цифры и буквы еще можно было прочесть. Слух царапал странный цокающий звук. Аннет не выдержала, обернулась. Её нагонял вороной конь, впряженный в скрипящую телегу... Конь?! Существо, похожее на коня лишь отчасти, с шестью ногами, и длинным, закрученным винтом, рогом на лбу...