# Цвета ответственности и гордости - Прода и окончание

Кот Чеширский

Все комментарии, оценки, замечания и отзывы, пожалуйста, оставляйте в общем файле.

Финальная часть.

Зоркие -- далеко не самые умные и опасные создания, а потому приказывать им довольно просто. А главное, они почти не различают хозяев. Дотянуться мысленной командой до ястреба оказалось легко. Не чувствуя прежнего хозяина, он подчинился без сопротивления, и через секунду коричневая стрела пронзила кроны деревьев, спускаясь ко нам.

Вялые, бесцветные глаза создания равнодушно смотрели на меня, пока я готовил послание. Две связанные нити, черного и желтого, прекрасно подходили к оперению по цвету. Черный -- опасность, желтый -- намек на гильдию. Будем надеяться, что Мастера не обратят на ястреба внимания, пока он не доставит предупреждение Страннице. И если она не поймет его, то это уже ее проблемы.

Фиори печально проводила взглядом взмывающее к небу создание. Пока ястреб сидел на ветке, она несколько раз порывалась погладить его перышки, но так и не решилась. Стоило ей протянуть к созданию руку, как оно обращало на нее внимательный, немигающий взор, пугающий своей сосредоточенностью и безжизненностью. Даже наемников впечатлило поведение птицы. Похоже, то, с какой легкостью я переподчинил ее своей воле, окончательно убедило их в моем могуществе.

Желание бросить все и ускакать прочь уже стало нестерпимым, когда наемники, наконец, закончили обыскивать Мастера. Глядя на переданную мне кучку кристаллов и тощий кошелек, я ничуть не сомневался, что себе они забрали куда больше, чем мы договаривались. В другое время надо было бы устроить разбирательство, но сейчас меня сильнее волновали находящиеся неподалеку Мастера. Да и из города, узнав о происшествии на воротах, могли выслать погоню. А схватка с некстати подвернувшимся желтым Мастером изрядно вымотала и меня, и Фиори.

Подсадив девочку на коня, я запрыгнул следом, не выпуская наемников из вида. Вдруг у кого-то появится желание выстрелить мне в спину. Как-никак Мастер изрядно успел рассказать про мою значимость для гильдий. Цветная защита, до сих пор краснеющая вокруг меня, может быть и выдержит, но проверять, что будет, если в нее попадут пять или больше стрел, совершенно не хотелось. Впрочем, на наше счастье никто из наемников не польстился на возможную награду. Монеты еще надо получить, а таинственный и могущественный Мастер рядом.

Как только мы выехали из оврага, Огонек поскакал быстрей, лихо несясь по узкой тропинке. Продолжать путь к месту встречи с Пунтой теперь не имело смысла. Оставалось лишь погонять коня изо всех сил, чтобы увеличить отрыв от возможной погони. Сомневаюсь, что в Альбивио найдутся Гончие, с другой стороны, после недавних событий я уже ничему не удивлюсь. Гильдии за последние годы стали забирать власть над Регной в свои руки, поэтому сюрпризы могли ожидать нас на каждом шагу.

Сидящая за моей спиной Фиори затаилась, словно испуганная мышка. После схватки девочка выглядела неважно, но времени на остановку и отдых у нас попросту не было. Я и сам себя чувствовал паршиво, вот только поблажку нам никто из-за этого не даст. Ни гильдии, ни король. Обратная дорога до Старого Тракта заняла у нас чуть ли не вдвое меньше времени, чем утром. Ощутив под копытами твердую поверхность плит, Огонек прибавил ходу, перейдя на галоп.

Я отлично понимал, что Старый Тракт -- первое место, где нас будут искать. Именно по нему отправят самый большой отряд. И произойдет это довольно скоро, ведь еще несколько часов и желтая гильдия узнает о судьбе одного из своих Мастеров, который опрометчиво решил поохотиться в одиночку. Да к тому же пытался взять опасных беглецов живыми. Если за беднягу не заступится кто-нибудь из числа Высших, то ничего хорошего ему не светит.

Ясное дело, что отправка погони за нами кем бы то ни было лишь вопрос времени. Вся беда в том, что для того, чтобы ускользнуть, мне требовалось отдалиться от Альбивио, как можно дальше, и только потом пытать счастье по глухим тропинкам. Здесь, в часе езды от городских стен, меня найдут довольно быстро, просто проверив все тропы и дороги, отходящие от тракта. Зато уже к вечеру им придется обшаривать в разы большую территорию, на тщательный осмотр которой понадобится немало людей. Гораздо больше, чем Мастеров и воинов в Альбивио.

Объединив усилия, гильдии могли бы собрать необходимое число охотников, но что-то мне подсказывало, что на такое они не решатся. И это меня ничуть не расстраивало.

А тем временем конь без устали уносил нас на запад, с каждой минутой приближая к границе с Комтией. Туда, куда отправились загадочные беглецы десять лет назад. Уж не вновь ли судьба зло подшутила над нами?

Будто нарочно, солнце жарило все ярче, а на небе не было ни одного облачка, способного дать благодатную тень. Даже скудная преграда крон деревьев, растущих вдоль обочин, не мешала ему, пропекать нас. Даже обдувавший мне лицо поток воздуха был горячим и душным, словно из бани. Даже от земли исходил зной. Казалось, что мы каким-то образом попали в пустыню, простирающуюся далеко на юге

Словно в тон погоде, и мысли роящиеся у меня в голове были обжигающими и тяжелыми. Хотя и мне и не раз приходилось рисковать, но еще никогда я не оказывался так близко к гибели, причем по столь досадной причине. События, последовавшие за похищением Фиори, не в счет, там шла крупная игра между могущественными силами. Ввязаться в нее означало неминуемо быть раздавленным жерновами гильдий и Лордов. То, что нам с девочкой удалось вырваться, иначе как чудом и не назовешь. То ли дело сегодня...

Только теперь, когда злосчастный овраг остался далеко позади, до меня начало доходить, сколь много зависело от простого везения. Получив, благодаря посвящению, власть над столькими цветами, я окончательно уверился, что смогу одолеть почти любого противника. Еще бы, с таким-то преимущество в числе доступных Подлинных цветов. Но совсем позабыл, что опыта и знаний у меня недостаточно для настоящих сражений. Собственно, без помощи Фиори, я бы никогда не выбрался из оврага.

Как бы ни было мне стыдно признавать это, но лишь ее своевременный удар спас нас обоих. А ведь она сильно рисковала, Испивающий Аркан очень опасное творение, и девочка еще легко отделалась -- усталостью, к которой ей, увы, не привыкать. Как же я мог допустить такое, чтобы все решила случайность? Как мог позволить такому произойти?

Раздражающие вопросы и не думали исчезать, заставляя меня вновь и вновь морщиться, вспоминая схватку. На самом деле, план Мастера был хорош и непременно должен был сработать. Главное, чего он добивался, разделить нас, заставить суетиться, тратя время впустую. Если бы не кристалл с Песчаным Вихрем, мы бы ничего не смогли противопоставить стрелам наемников. Но, понадеявшись на свои силы, я поставил под угрозу наши жизни, будучи уверенным, что одержу верх. А получилось наоборот...

Главное, что меня беспокоило -- что же теперь делать с Фиори? Вряд ли мне вновь представится такая удачная возможность оставить ее в надежных руках. И даже если Пунта сумеет вырваться из гильдейской ловушки, она направится куда угодно, только не на запад.

Брать же Фиори с собой в Приграничье мне не хотелось. Те места не зря заслужили недобрую славу, тащить туда слабую, беззащитную девочку было бы верхом безрассудства. Хотя, если вспомнить, как она выручила меня сегодня, еще неизвестно, кому там будет опаснее. Но все равно я не мог взять ее с собой. Что потом? Заботиться о ней, исполнять капризы, опекать? Нет, но и бросить я ее не мог.

Ехать же к Приграничью я собирался по нескольким причинам. Во-первых, именно туда отправились десять лет назад беглецы, одним из которых мог быть Лорд Волпоне. Я не мог не попытаться проследить его путь, чтобы узнать правду о причинах, по которым красная гильдия предала наш род.

Во-вторых, после сегодняшней стычки с Мастером гильдии будут знать, где нас искать. Теперь им не придется рыскать по всем дорогам, ведущим из столицы. Пройдет от силы день, и по нашим следам отправятся сразу несколько отрядов охотников, справить с которыми мы не сможем. Поэтому путь к Новому Тракту или к северным горам нам отрезан, единственный выход -- пробиться через земли Приграничья, несмотря на все опасности, поджидающие нас там.

Солнце уже начало понемногу скатываться с полуденной высоты, а мы по-прежнему скакали на запад. Убедившись, что погоня, если она и есть, не показывается - на этот раз я внимательно следил за небом, выискивая подозрительные точки. Свернул на неприметную, поросшую низкой травой дорогу. На карте, врученной мне Спаде, тоненькая нить отделялась от тракта и шла несколько севернее. Охотникам придется хорошенько порыскать по округе, чтобы найти наши следы.

Напоследок, перед тем как углубиться в жиденький лесок, я достал последний кристалл с запутывающей смесью. Поразмыслил несколько мгновений и решительно освободил заточенные в нем цвета, тут же пустившиеся в неистовый пляс.

Духоте и зною, казалось, не будет конца. Как вдруг внезапно, на еще минуту назад чистом небе появились угрюмые громады туч, степенно выползающие из-за горизонта. Посмотрев по сторонам, я поспешно хлестнул коня. Будто нарочно, вокруг были только редкие низенькие деревца, с обугленными после весенних пожаров стволами и прозрачными кронами, да поросшие высокой крепкой травой приземистые холмы, распластавшиеся вдоль дороги. Укрыться здесь от дождя было негде. Оставалось надеяться, что мы еще успеем найти его.

Холодный ветер зло и хлестко ударил в спину, трепля полы плаща, вздымая в воздух серые столбы пыли. Едва успев прищуриться, я завертел головой в поисках хоть какого-то укрытия. Лучше всего пережидать бурю в крепком, добротном доме, за плотно затворенными ставнями и дверями, возле растопленной печи, слушая рассказы старших, да усмехаясь над утробным завыванием ветра в дымоходе. Одна беда, до ближайшей деревни было часа два езды, и то в обратную сторону, а прямо -- все четыре.

Свинцовые тучи, медлительные лишь на вид, уже заволокли одну половину неба и жадно тянулись ко второй, протягивая свои длинные то ли руки, то ли лапы, то ли щупальца. Посмотрев вверх, я почувствовал себя крохотной мошкой, нечаянно оказавшейся на наковальне. Гигантский молот уже завис над замершим в ожидании, затаившимся лесом и полем.

Умный Огонек сам ускорил бег, но ничего подходящего нам не попадалось. Если уж не дом, то хоть бы сосновый бор или ельник найти, подумал я, провожая взглядом щуплые осины и березы. Первые капли тяжелыми, увесистыми гирями рухнули на пыльную дорогу, оставляя глубокие вмятины в пыли. На поиски укрытия времени уже не было. Придется изобретать на ходу.

Несколько высоких, стройных берез хорошо устроились возле небольшого пригорка, рядом с плотными кустами. Привязав Огонька к одному из деревьев, быстро сбросил мешки и помог спуститься пошатывающейся после долгой скачки девочке. Пока она осматривалась и приходила в себя, я торопливо вылавливал как можно больше синих и голубых полос. Надежный купол уже не сделать -- на это нужно время, зато простенькую крышу, получше иной соломенной, возвести -- много ума и знаний не надо.

Одна за другой длинные ленты укладывались в строгом порядке, чередуясь, укрывая нас от потоков воды, готовых хлынуть в любую секунду. Я успел закрыть большую часть лагеря, когда, будто повинуясь невидимому сигналу, на землю обрушился яростный ливень. Толстые струи, похожие на туго натянутые струны, беспощадно хлестали траву и деревья. Закрепив края сине-голубого шатра на верхушках берез, я с облегчением выдохнул, наблюдая за буйством непогоды.

Впрочем, от холодного, пронизывающего ветра купол не защищал, поэтому мне пришлось отломать несколько нижних веток, чтобы разжечь костер. Когда пламя весело затрещало, правда, не обошлось без небольшой помощи красного, больно сырое оказалось дерево, я сел возле огня и подтянул к себе тюк с провизией. Бросил вопросительный взгляд на Фиори и запоздало сообразил, что с ней что-то не так.

Словно не замечая костра, девочка съежилась, подобрала под себя ноги, обхватила плечи руками. По побледневшему лицу пробежала легкая дрожь. Недолго думая, я сгреб ее в охапку, подтащил поближе к огню. Прикоснулся к ладони и ужаснулся, почувствовав, что она холодна, как лед. Что же ты наделала глупышка, хотелось мне прикрикнуть на девочку. Мало того, что сотворила Испивающий Аркан, так еще и промолчала, что потратила почти все силы на это. Так ведь и помереть несложно...

Истощение -- коварная штука, по неопытности может показаться, что все в порядке, так легкая усталость, да озноб. Вот только заканчивается это порой плачевно, даже для сильных Мастеров. Что уж говорить про самонадеянную девчонку... Скинув с себя плащ, я тщательно укутал ее, обнял за плечи, стараясь согреть. В одном из тюков нашелся небольшой флакончик, припасенный как раз для такого случая. Несколько бледно голубых капель мгновенно растаяли во фляге с водой.

Сперва Фиори пыталась отвернуться от питья, медленно, вряд ли понимая, что делает. Пришлось заставить, преодолев слабое сопротивление, почти силой сделать пару глотков. Спустя пару минут на щеках девочки появился слабый румянец, взгляд стал осмысленным.

- Что же ты натворила, а? - притворно строго спросил я ее, когда она пришла в себя.

Очнувшаяся девочка смутилась, попыталась закрыть лицо рукой.

- Чего молчишь, язык проглотила? Да уж, - добавил я, помолчав. - За помощь, кстати, благодарю, но зачем было Аркан-то делать? И если уж сделала, так хоть бы сказала, что выдохлась.

- Прости, - повернулась ко мне Фиори. - Я боялась, что если скажу правду, ты точно меня оставишь.

Она сказала это с таким виноватым, испуганным видом, что внутри у меня все похолодело. Словно ледяным порывом ветра ударило, волной стыда и жалости. Будто впервые увидел себя и ее со стороны. Крепкий, уверенный в себе парень и юная, еще почти девочка, с надеждой глядящая на него, сильного, горделивого, расчетливого и бесчувственного. Или проще -- настоящего Лорда! Неожиданное открытие холодным комком сжалось в груди.

- А почему именно Аркан? - спросил я, стараясь отвлечься от неприятных мыслей. - Есть же и другие творения, не такие опасные...

Договорить я уже не успел. Внезапно, губы девочки задрожали, и она разрыдалась, повиснув у меня на шее. Теплые струйки смочили рубашку, а я растерянно смотрел на нее и не знал, что сказать.

- Не бойся, все хорошо, все позади, - неумело подбирая слова, попытался я ее успокоить.

Нельзя сказать, что это получилось, но, услышав мои слова, она заговорила. Путано, сбивчиво и до боли искренне.

- Я..., испугалась, что он..., тебя... А я больше не хочу..., не к ним, ни к кому... Только ты... а у него защита..., мне ее сразу не пробить... или тебя вместе с ним..., а аркан, он наверняка точно... Пожалуйста, не оставляй меня, - сумела наконец сказать связно девочка, - я никому больше не верю, пожалуйста!

С ужасом понимая ее, я осторожно, мягко взял ладонь Фиори в свою руку. Попытался медленно отстранить, потому что эти слова резали будто ножи, и в этот момент на меня хлынул поток образов...

Красивая, солнечная комната, похожая на детскую. Куклы, игрушки, разбросаны на полу. Подушки валяются повсюду, разноцветные стекла разбиты вдребезги, из коридора доносится грохот взрывов, воплей и ударов мечей. Бой! Пожилая нянька, склоняется над перепуганной, маленькой девочкой, в которой я узнаю Фиори.

Удар, совсем рядом, дверь слетает с петель, в комнату врываются воины синей гильдии в смятых, окровавленных доспехах. Беззвучно, будто кукла отлетает к стене нянька, над девочкой поднимается меч. В последний момент подоспевший Мастер останавливает воинов. Те недовольно повинуются.

Следующие картины проносятся намного быстрее: детские игры под бдительным присмотром Мастеров, долгие часы обучения. Потом все расплывается: команды, приказы, лишь одно видно четко -- сияющий ошейник, лишающий девочку воли. Отчаяние, безысходность, тоска... И внезапно в открывающейся двери возникает знакомый силуэт, мой силуэт!

Через секунду Фиори испуганно отстраняется, но я этого не чувствую, все внимание приковано к тому, что всплывает с самого дна моей памяти...

Солнечный, погожий день. Чистое небо, роскошная карета во дворе, перед парадной лестницей особняка.

- Мама, я не хочу уезжать в эту школу, ну, пожалуйста, сделай что-нибудь!

Милое, родное лицо склоняется ко мне.

- Помнишь любимую историю, про рыцаря?

- Ага, - радостно киваю я.

- Так вот, чтобы стать таким же тебе обязательно надо выучиться. Ты должен владеть цветами, если хочешь быть настоящим защитником! Хочешь ведь?

- Ну, только если защитником..., - разочарованно протягиваю я, не сводя с нее жалобного взгляда.

И вдруг замечательная идея приходит мне в голову.

- Тогда, как только выучусь, я обязательно стану твоим защитником! И тебя больше никто не обидит.

- Но меня-то есть кому защитить, - улыбается она. - А как же другие?

- Тогда я буду помогать всем, кто оказался в беде! Как настоящий рыцарь, - добавляю я, заметив, как спускается по лестнице отец.

Где-то неподалеку ударила молния, ослепительный зигзаг рассек темное небо, и одновременно с оглушительными раскатами грома, что-то рухнуло у меня в сердце. Рухнула преграда, которую я старательно возводил все эти годы, запечатав все, что напоминало о прошлом. Скорлупа из равнодушия и расчетливости треснула, выпуская чувства и воспоминания, которые, как мне казалось, похоронены навсегда.

При виде тревожно глядящей на меня Фиори я невольно улыбнулся. Почувствовав, как она дрожит от пронизывающих порывов ветра, несмотря на теплый плащ, взмахнул рукой, собирая редкие куски красного. Ярким светом вспыхнуло огненное кольцо вокруг нас, надежно защищая от яростного ветра. Успокоившаяся девочка вновь привалилась ко мне, а я задумчиво посмотрел на небо.

Забыть прошлое трудно, почти невозможно. И все же мне это почти удалось. Почти, потому что появление в моей жизни Фиори разрушило тщательно создаваемую преграду, за которой осталось все, что причиняло боль. Все, что напоминало о прошлом. Все, что мешало жить спокойной, счастливой жизнью. Да только счастливой ли? Стараясь не повторять судьбу отца, я невольно пошел по его стопам, взлелеяв в себе те качества, что он и хотел.

Вдалеке вновь загромыхало, Фиори, вздрогнув, прижалась ко мне сильней. Сам поражаясь возникающим у меня мыслям, я поправил ветки в костре.

- Помнишь, ты просила у меня сказку? - дождавшись кивка, продолжил. - Тогда, слушай. Однажды, в далекой -- далекой стране жила красивая, добрая принцесса. Злые враги отняли у нее престол и заточили в высокой -- высокой башне, которую охраняли грозные стражи. Но они забыли про ее верного рыцаря. Когда ночь окутала город, а стражи задремали, он бесшумной тенью пробрался к башне и открыл замок. Да вот беда, враги оказались хитрей и, заподозрив неладное, собрали всех своих воинов и окружили принцессу и ее рыцаря. Силы были неравны, но он не сдался, твердо встав на защиту госпожи. И в самый последний момент, когда враги уже предвкушали победу, на помощь рыцарю пришли его слуги. Вместе они вырвали принцессу из лап злодеев и ускакали прочь от врагов.

Я замолчал, прислушиваясь к удаляющимся раскатам грома. Ливень понемногу начал слабеть, но пока что вокруг пригорка бурлила настоящая река.

- А что было дальше? - не удержалась Фиори.

- Дальше..., дальше они отправились туда, где врагам было их не достать. В цветущую страну, в которой царит мир и согласие. Чтобы однажды вернуться и покарать злодеев...

Успокоившаяся девочка вздохнула спокойнее. Сказки -- поразительная вещь, жаль, что зачастую чудеса, происходящие в них, так и остаются выдумками. И все же даже в самой небывалой выдумке есть крохотная доля истины.

- Ты точно не оставишь меня? - неожиданно приподнялась Фиори.

- Конечно, нет, - покачал я головой. - Спи спокойно, отдыхай, а потом мы вместе продолжим путь.

- А мы найдем моего отца? - уточнила она.

- Попытаемся, - ответил я, не став уточнять, что спустя столько лет это будет нелегко, да и вообще у меня к нему есть кое-какие вопросы.

Уже буквально через пару минут девочка задремала. Гроза постепенно уходила на юго-восток. В гуще облаков еще изредка сверкало, но дождь уже ослабел, перестали доноситься раскаты грома. Свежий воздух пьянил не хуже вина многолетней выдержки из погребов короля. Вдали тихо запела самая смелая птаха.

Вздохнув полной грудью, я осторожно, чтобы не потревожить девочку, поднялся, заботливо поправил ее плащ. Цепкие коготки боли вновь потянулись ко мне. "Я обязательно стану твоим защитником". Не защитил, не уберег. И будто вновь услышал забытые слова. "А как же другие?"

- Тогда я буду помогать всем, кто оказался в беде, - негромко повторил я, пробуя каждое слово на вкус. - Как настоящий рыцарь...

Одно я знаю теперь точно -- бесполезно и опасно прятать боль в глубине души, запирая вместе с ней бесценные, дорогие сердцу образы. Можно запереть в клетке ненависти и равнодушия самого себя, навеки похоронив все светлое и доброе. Да, боль и страдание неразрывно связаны с радостью и счастьем, но сейчас, обретя и то и другое, я уже не жалел об этом. В кои-то веки я чувствовал, что у меня есть настоящая цель. Не мстить, как хотел бы, наверное, отец. Не выживать, прячась от каждой тени, а жить и радоваться каждому дню, творя добро близким, как хотела бы мать.

Тогда, десять лет назад, я испугался, бросив преданных мне людей. Совершил ошибку. Но сейчас я не повторю ее. Не предам чужого доверия, чужой беззащитности.

Последняя капля упала на купол, прокатилась по нему, нырнула в бурлящий ручей. Гроза прошла, смыла грязь, жару и духоту, оставив после себя чистоту и прохладу. В наступившей тишине громко и весело зазвенела радостная птичья трель, разносясь далеко вокруг. А высоко в небе вспыхнула яркая разноцветная радуга, опоясавшая небо переливающимся полукругом.