# Пугачёвщина

Аноним Katsurini

Есть ли место любви, когда идёт война? Альтернативная история(моя версия событий времени Пугачёвщины) зарисовка сна. Обнова 2 апреля 2014

Мирное соглашение Пугачёва к Екатерине II:

"Негоже столько воевать, потери уже тьма* люду только с моей стороны. Я понимаю, у тебя наёмное войско, не твой народ, но мне жаль человеческие жизни, стоящие на кону, ведь гибнут и невинные в сече нашей. Давай уж мир заключать. А род мой от Александра Невского идёт, такие ж права на престол я имею, как и ты, а может и больше.

хан, которого ты Емелькой Пугачёвым зовёшь."

К договору прилагались две шубы - очень дорогой подарок, ведь рынок пушнины был закрыт долгое время.

* * * * *

Дозор. Смотр войск новым ханом в виду смерти старого. Рядом на лошадях едут два воеводы.

- Ты не думаешь, что тебя постигнет та же участь? - спрашивает Омелько.

- Посмотрим. Катька вообще распоясалась. Наёмников ещё больше набрала, а ещё наших донских казаков, пригрозила чем-то небось, не верится, что купила их, - хан окинул взглядом селение.

- Жаль, уже пошли потери наши с обоих сторон, - сказал второй воевода.

- Послабления больше не будет. Раз мир её не устраивает, будет война. Крестьяне на нашей стороне - это хорошо, но армия из них никакая. Так нас всех перережут и людей не останется. Поэтому обычный люд распустить. Остаются лишь ордынцы, - хан отдавал приказы своим людям.

- А кто наших защищать будет? - вновь вклинился в разговор воевода Омелько, имея в виду конкретное родное селение. Хан тут временно, а он здесь вырос.

- Семьи-то? Надо найти кого-то. Желательно на вид простачка, но не военного, того, кто сможет защитить селян.

- Будем искать, - ответил воевода Богдан.

На том и порешили. И началось новое наступление войск. Тартарию зажимали со всех сторон. С юга прижимали турки, которые перешли на сторону Московии. С севера наёмники зверствовали. Народ массово принимал крещение, по указке хана и переходил на сторону врага. Это был запасной план, чтобы просто выжить. Люди знали по несколько языков. По-русски говорить им запретили. Они вернутся на него в любом случае, будь то власть Московии или Тартарии, но сейчас они могли поставить себя под удар.

С востока наступали китайцы, уже отхватили территории Китайской Тартарии - их куш в этой войне Рюриковичей против орды.

Оставалась только независимая Тартария и остатки некогда Великой Тартарии.

* * * * *

"Шёл степью моряк и тосковал по морю. Шёл он шёл, иссыхал, а всему виною была девица красавица..."

Такую песенку напевал огромный детина, надумавший жениться. Дома у него не осталось, война проклятущая всё уничтожила, что некогда было ему дорого. Братья где-то в орде были, если вообще ещё живы. Он же, как младший, должен был унаследовать отчий дом да за родителями на старости приглядывать. Да не осталось ни дома, ни родителей. Одно радовало, что не успел ещё собственную семью завести.

Внешне он походил на огромного медведя. Руки, толщиною в два пядевых* обхвата, торс тянул на маховую сажень*. Это был кузнец. Привык он с металлом возиться, а там сила нужна. В перерывах практиковал собственное искусство боя коваными для себя мечами.

При всей своей огромности, он мог двигаться бесшумно и быстро. Волосы висели сосульками до лопаток. Давно он уже двигался степью, а водоёмов никак не встречалось. К пеклу он был привычный, ведь в кузне и не такой жар бывает.

Перед взором растянулась полноводная речка. Наконец-то! Раздевшись донага, парень нырнул с головой, охлаждаясь и смывая с себя пот. Вынырнул, сделал глоток. Пить много нельзя. Маленькими глоточками по чуть-чуть.

Услышал в ушах удар сердца. Стал осматриваться по сторонам. Вдалеке виднелся островок, покрытый лесом. Кивнув своим мыслям, юноша стал искать мыльный корень и отмываться. Выстирал свою одежду, надел прямо мокрую. Теперь предстояло натянуть кольчугу. С ней плыть будет тяжелее, но ему не привыкать. А вот шлем придётся снять и положить в суму. Меч никуда не денется.

Всё же путешествовать (своим путём шествовать) без боевого облачения он не рисковал, а то мало ли стрела нечаяно или пуля нового Катерининского оружия вылетит, помирать ему ещё было рановато.

Облачившись и войдя в воду по голову, видел, как от острова отплывают лодки с мужчинами при воевом облачении. Сечь? Которая? В том, что это не наёмники, юноша нисколько не сомневался.

Звенько спрятался в воде, пока мимо проплывали челноки.

Насилу вытерпев нужное время, он вынырнул и, отдышавшись, поплыл потихоньку к острову.

Светить своими боевыми способностями явно не стоило да и за врага принять могут, поэтому по прибытии на берег он разделся просто до сорочки и портков, припрятав воинское облачение на берегу.

Чутьё у него было развито хорошо, даже можно было сказать, что обострилось до того, что задавшись целью, он начинал видеть конечную вещь даже до первой сборки и не зная её назначения.

Вот и сейчас, шёл одному ему ведомыми тропками, останавливался или приседал ровно тогда, когда было нужно, чтобы его не увидели. А потом залёг в кусты, ожидая своего обнаружения. Можно было даже вздремнуть, поднабрав чуть растраченных сил, что он и сделал.

Спустя пару часов именно к этому месту приближалась девушка. В её руках был странный чёрный лоскуток ткани, который она прижимала к сердцу. Внезапно она к чему-то прислушалась, потом случайно споткнулась, выронила вещь, лежащую у неё в руках. Выругалась про себя за собственную неуклюжесть и, собрав в ладонь всё, что растеряла, нагнулась и в таком виде прошла несколько шажков в присядку, пока не скрылась за деревьями. После чего встала и побежала, не заметив, как один лоскуток у неё всё же выпал.

Звенько проснулся уже днём, когда солнышко было над головой. Протёр сонные глаза и стал оглядываться в поисках кого-то, но заприметил лишь странной формы кусочек чёрной ткани.

Покрутил в руках, приложил к носу понюхать, сунул за пазуху подпоясанной рубахи и встал, сладко потянувшись.

Развернулся и столкнулся с препятствием. Что для него какая-то мелкая рыбёшка? Но девушка словно ударилась о что-то твёрдое.

- Ой, - вскрикнула она, потирая своё зашибленное ненароком лицо. - Простите.

Девушка с одной стороны испугалась незнакомца, а с другой, никогда доселе не высовывая носа дальше островка, она и не видела чужестранцев. Предания, которые рассказывались в селении не внушали к ним доверия, но сей странный молодец не особо отличался от их ребят. Такие ж одежды, разве что с вышивкой. Когда-то и они вышивали, да потом ордынцы перестали надевать такой наряд в повседневной жизни, предпочитая просто белые одежды. Да и рвалась такая одежда довольно часто, а рваньё носить было им не по чину. А нового вышитого и не напасёшься на них.

Сей же хлопец был дюжий как хан, статный. Голубые глаза с интересом рассматривали девушку, едва достававшую ему по грудь. Её светло-русые волосы были переплетены в косу и перевязаны красной ленточкой. Серые глазки озорно блестели и проявляли любопытство.

- Не бойся, девица, не обижу.

- Да я и не боюсь, - девушка выпячила грудь, страха, и правда, не было к незнакомцу. Но ежели раньше у неё даже мысль не допускалась такая потрогать выступающие бугры мышц их воевод или хана, то на сей раз замысел это осуществить плотно засел в её головке. - А можно потрогать вас?

У молодого человека, уже отрастившего себе и усы и бороду, такая нескромная просьба девицы вызвала раскатистый смех.

"А он здорово смеётся!" - подумала она.

- Потрогаешь, а дальше что? Чем отплатишь мне? - Звенько проверял её, нисколь не сомневаясь в её нетронутости другим мужчиной.

На личике девушки чувства сменяли одно другое, она и сердилась и хотела его ударить, а в следующий миг предложила угостить пирогами.

После совместного удовлетворения любопытства и голода, оба сидели несколько расслабившись в траве и весело общались. Парень рассказывал, где ему удалось побывать, Белянка же задавала вопосы или отмалчивалась. Про их жизнь нельзя было никому молвить - это их безопасность.

Перед расставанием, когда солнышко уже садилось, Звенько отдал девице лоскуток. Она побледнела, доставая из кармана передника другой такой же, разве чуть больший и с двумя дырочками посередине. Свернула трубочкой отданный кусочек ткани и сшила его тут же, а потом продела кончики в отверстия в другом лоскутке, пришила. Затем свернула и тот трубочкой и соединила стык стежками. В конце были закрыты оба бока цельной вещи, напоминающей амбарный замок.

Кузнец не раз сам такие делал. Почему же на сей раз он не понял, что за вещь перед ним?

Девушка то краснела, то бледнела, пока шила.

- Это что?

- Замок.

-Это я понял. От чего?

- От моего сердца.

- А ключ?

Девушка посмотрела на юношу и сглотнула. Она не могла этого ему сказать. Он должен сам догадаться, ведь он суженый.

Если честно, девушка очень переживала, когда хан велел и ей замок сделать. Девушки хитрили, отдавали сами дужку замка своим любимым. У неё же такого человека не было и ни за кого в селении она не хотела замуж. Да и обычных мужиков там сегодня не осталось, одни старики да увечные. И, как назло, именно сегодня был её день, когда никого здорового там не осталось. А судьба вон как распорядилась. Белянка была рада такому положению вещей, ведь от этого парня она чувствовала себя странно и уходить от него не хотелось. Но уже темнело, ей было пора домой. Замок уже завершён, опасаться больше некого.

Девушка встала, делая последний стежок. Звенько тоже встал, не зная, как ей предложить остаться.

- Ты позволишь расплести тебе косу?

Это могло означать только одно: ни один мужчина боле к ней не притронется как муж. Никто, кроме него.

Она позволила. А он её лентой подобрал свои волосы, завязав сзади хвост.

Это был сговор.

Она убежала тут же по завершении обряда.

- И кто он? - допытывалась женщина, ставшая матерью девушке, Искра - жена воеводы Богдана.

Но Белянка хранила молчание. Не хотелось, чтобы Звенько или ей перемывали косточки. Хотя, возможно, она ошибалась, потому что матушка крыла её такими ругательствами, дурёхой обзывала, связать свою жизнь с хромым, косым или ещё каким калекой, это ж надо было такою уродиться? А ночью мама плакала от безысходности за судьбу приёмной дочки.

На утро девушка собрала остатки еды со стола и побежала на то место, где вчера они виделись, осыпаемая ничуть не меньшей бранью Искры.

На месте его не было и девушка чуть не плакала от разочарования. Внезапно на плечи опустились здоровенные ручища. В первый миг сердце Белянки пропустило удар от страха, но услыхав его голос, она успокоилась.

- Пойдём, надо завершить обряд.

- Но почему сегодня? Ведь никого нет?

- Так нужно, - они шли рядом, ища нормального мужика, который мог поженить их, связав навеки их узами.

По-хорошему, им нужно было благословение, но в виду того, что девушка была сироткою, этого не требовалось.

Они пришли на кухню в главный стан воинский, а не селение. Но там были лишь женщины да калеки. Спросили, где мужика найти можно.

- А чем тебе я не мужик? - вышел Ждан из шатра, у него не было одного глаза, в остальном же он был здоров, хотя для воинской службы уже был негоден. Но тут же умолк, увидев пред собою здоровенного мужика раза в три больше его.

За ним вышли и другие калеки и так же попятились назад, не посмев даже слово вставить.

Белянка шла, понуро опустив голову. Ну где им сыскать нужного человека?

Звенько остановился, увидев приближающихся двух ничуть не уступавших ему в силе и росте мужчин.

У Белянки же текли слёзы по щекам от безысходности.

- Он тебя обидел? - взревел воевода? Белянка вздрогнула от голоса отца.

- Н-нет-нет, - девушка перепугалась не на шутку за своего жениха.

Но оба мужчины больше не глядели на неё, приковав внимание к чужаку.

Парень не испугался, и удар, возникший столь же мгновенно, перехватил, прищурив один глаз. Это была проверка для будущего зятя.

- Проведите обряд свадебный, прошу, - Звенько перехватил и второй удар, и два бугая стояли сцепивши руки и сверлили друг друга взглядами.

- Ты посмел обидеть мою дочь?

- Обидеть? Суженую? Вы в своём уме?

- Тогда почему она плакала?

- Я сказал, что обряд надо обязательно сегодня провести. Мы повстречали ваших калек, а после Белянка расстроилась. - Звенько заметил, что суженой подле уже нет, а воевода зубы ему заговаривает да ударами отвлекает. - Зачем хан увёл её?

- Если ты и правда её суженый, отыщи её, - воевода внезапно отпустил парня, поразившись его наблюдательности. Ведь их схватка была не только проверкою силы и выяснения причины слёз его названной дочки, но и отвлекающим манёвром. Они ведь давно заприметили парочку, но вышли не сразу, договорившись о распределении ролей. Воевода просто не мог по-другому принять в свою семью неизвестного мужчину, не удостоверившись в том, что он сможет её защитить и вызволить из плена. К тому же, им ведь нужен был не только муж для его дочки, но и защитник села. Хан тихонько показал девице следовать за ним и они ушли, оставляя будущих родственников наедине.

Парень в мгновение ока исчез. Перемещается быстро, ничуть не хуже самого хана. Вот только где он такому боевому искусству обучался? Ведь в орде он явно не состоял. Да и вышивка на рубахе говорила о многом, что растился он с любовью своими родителями, которые вели оседлый образ жизни.

Воевода хмыкнул про себя, не о таком зяте он мечтал, но этот уже поражает воображение.

Через пять минут Звенько уже стоял перед шатром хана, ничем внешне не выделяющимся пред остальными. На плече у него была вызволенная из плена девушка, которая была под стражей десятерых молодых дюжих парней в одном из сараев неподалёку, которых Звенько раскидал в мгновении ока.

Хан окинул парочку оценивающим взглядом. Похоже, он нашёл того, кто позаботится о селении. Но захочет ли юноша остаться?

- Садитесь, - протянул хан, показывая на разбросанные на полу подушки.

Молодые расселись по обеим сторонам от главнокомандующего их армией и выполняющего роль наместника в этой войне. Хан был поражён не только силе, наблюдательности молодого человека, но и умению быстро двигаться и подмечать детали.

- Как ты это делаешь? - решил напрямик спросить хан.

- Что именно?

- Всё!

- Что-то отец вбил с детства, что-то сам отточил, а что-то природное чутьё.

- Ты видишь будущее?

- Иногда.

- Что ты можешь сказать о нас?

- Вы уйдёте и продолжите борьбу в Независимой Тартарии. И вы проиграете.

- Почему?

- Не знаю. Просто на картах Тартарии больше не будет. И в истории не останется никаких упоминаний об этой войне. Пугачёв всего лишь останется как предводитель крестьянского восстания. А о вас никогда и не вспомнят.

- А какая судьба ждёт тебя?

- А я останусь здесь, рядом с Белянкой и присмотрю за селянами.

- А дальше?

- Придут наёмники Катерины, но мы всего лишь местные жители, сопротивление оказывать не станем, те посадника своего оставят, обратят нас в веру свою. Так и будем жить, и дети наши и внуки. А правнуки переедут в другой край, затеряются среди тамошних людей.

- Значит, ты не против того, что я попрошу тебя остаться. - Звенько кивнул. - А могу я узнать причину, по которой ты соглашаешься?

- Мой дом сгорел при набеге наёмников в эту войну, пока я ковал железо в кузне. Родители же не вынесли горя, когда узнали, что их старший сын погиб в этой войне.

- Поэтому ты так не любишь войну.

- И поэтому тоже. Дома у меня нет, возвращаться некуда. Я думал где-то осесть, но и тут неплохо.

Обряд свадьбы хан провёл тут же, получив благословение от названных родителей Беляночки.

А к вечеру в селении остались лишь калеки, старики и молодёжь. Свадьбу гуляли сразу десятью парами. После этого хан оставил за главного кузнеца, а сам с отрядом вояк и их семьями, покинул островок.

Когда пришли наёмники, никого не нашли, окромя местных жителей, недалёких, запросто перенявших веру в Христа, в душе кланявшихся родной земле и солнышку. Они оказались хитрее, чем императрица, они продолжили свой род, избежав ненужных потерь, затаившихся и передававших предания и легенды в своих сказках о былинных богатырях, дурачках, не сдавающихся и верящих в то, что добро всегда победит.


Примечания:

тьма* - десять тысяч.

пядь* - расстояние от растопыренного большого пальца до указательного = 17,78 см

сажень* - один обхват - расстояние между концами средних пальцев раскинутых в стороны рук - 1,76м