Чиркова Вера: другие произведения.

Спасти нельзя оставить 1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa

   Спасти нельзя оставить
   Книга первая
   Сбежавшая невеста
  
  Аннотация
  Как жить, если казавшиеся незыблемой каменной крепостью мечты и замыслы в один миг рассыпалась осколками стекол вдребезги разбитых внезапным ураганом?
  И ничего нельзя изменить или исправить. Даже забыть и то не получится.
  Но страшнее всего другое.
  Отказаться от прежнего пути тоже невозможно, ведь он выбран не тобой. И потому спастись от грядущего ужаса не удастся нигде.
  Ни в собственном доме, ни в родном городе, ни во всем герцогстве.
  Ведь ни один его житель не рискнет пойти против жестокого правителя.
  
  Глава первая
  
  -Войдите. - Леаттия привычно отерла платочком слезы и отвернулась от окна.
  -Добрый день, ваша милость, - в дверях стояла немолодая, очень худая женщина в сером плаще и черных, поношенных шелковых перчатках, - простите за беспокойство, но у меня небольшой вексель.
  -Давайте, - Леа прошла к столу, опустилась на свое место и взмахом руки предложила незнакомке сесть, - когда мать брала у вас деньги?
  -Не брала ваша матушка денег, а купила свечи и полотно, - так и не села посетительница, - Для себя... как я поняла.
  Женщина положила перед Леаттией расписку на шестьдесят серебряных, быстро оглянулась и ловко сунула девушке в руку свернутую крохотным квадратиком бумажку.
  -Что? - госпожа Брафорт ошеломленно подняла взор и увидала сначала умоляющие глаза гостьи а потом и ее палец, прижатый к губам в немой просьбе о молчании.
  -Тут все написано, - склонившись к листку и водя пальцем по строчкам ,начала пояснять незнакомка, убедившись, что девушка все поняла верно и слуг звать не будет. Потом еле слышно добавила: - раньше я прийти не могла... не хотела вас расстраивать.
  -Шестьдесят монет меня не расстроят, - проверив подпись и оттиск печатки, хозяйка достала кошель, и услышала над ухом быстрый шепоток:
  -Прочтите в умывальне и сожгите... умоляю. Иначе мне не жить.
  Не считая забрала монеты, раскланялась и исчезла так же внезапно, как появилась.
  Леаттия разжала кулак, неверяще оглядела нежданное послание и почти сразу увидела свое имя выведенное до боли знакомым, бисерным почерком. Вот этого, совершенно невозможного подарка она никак не ждала от коварной судьбы и сложный букет эмоций, от безумной надежды на спасение до вновь обострившейся боли потери вмиг расцвел в ее душе, заставив едва слышно застонать. Но девушка тут же спохватилась, привычно отерла слезы и, поспешно приподняв подол, сунула конвертик в чулок. А потом решительно направилась в умывальню, и в этот раз запирала дверь с особым вниманием.
  Постепенно успокаиваясь и начиная обдумывать случившееся, графиня с горечью и раскаянием осознала, насколько сильно рисковала незнакомка. Ей вообще сказочно повезло, если бы Леа до сих пор оставалась в неведении, как всего луну назад, она непременно подняла бы шум и погубила и себя и гостью. Но теперь, когда юная графиня успела прозреть и побывать на самом дне пропасти, именуемой безнадежностью, она постарается в точности исполнить все предложения тайного спасителя. Ведь кроме этого непрочитанного послания никакой надежды на избавление от страшной участи у нее уже нет. А если даже здесь Леаттию ждет ловушка, все равно хуже уже не будет.
   Просто не может быть ничего страшнее случайно подсмотренной сценки, вдребезги разбившей жизнь девушки и до сих пор стоящей у нее перед глазами.
  Мать тогда еще держалась, но к вечеру ей стало хуже, и растерявшаяся, перепуганная Леа не нашла ничего лучше, чем попросить помощи у жениха. Разумеется, его светлость герцог Манрех Кайор Брафортский вовсе не сам должен был сидеть возле постели будущей тещи, а прислать лекаря и опытную сиделку, у его невесты к этому времени из всех слуг осталась лишь семейная пара, горничная и повар. Да и эти устроились всего год назад, и проявили необычайное упорство уговаривая матушку их принять. Но лишь после смерти графини Расельены Геборд Брафорт девушка поняла, откуда они взялись так кстати. И где получают основное жалованье, причем вовсе не за обязанности простых слуг.
  А в тот день, не найдя от отчаяния лучшего выхода, Леа накинула темный плащ с капюшоном и побежала во дворец, благо находится он всего в пяти минутах ходьбы.
  Сухощавый и длинноносый дворецкий, смерив невесту господина пронзительным взглядом, лично провел ее в парадную гостиную второго этажа, и настойчиво попросил подождать, у его светлости важный гость.
  И Леа честно ждала, даже в мыслях не допуская возможности выйти из комнаты и лично отправиться искать его светлость. Но вот усидеть на месте не смогла, от волненья за матушку ходила по комнате, и в какой-то момент оказалась возле распахнутой двери, ведущей на галерею, проходящую вдоль всего здания. Безо всякого сомнения шагнула прочь из комнаты, беспокойно прошлась по широкому балкону взад-вперед и, чтобы отвлечься от тяжких мыслей, принялась рассматривать сад и постройки, прикидывая, где будет гулять после свадьбы.
  Полный муки женский крик, раздавшийся откуда-то слева, невольно привлек внимание Леаттии и она опасливо сделала несколько шагов в ту сторону.
  А едва завернув за угол, оцепенела, потрясенная увиденным. За распахнутыми настежь окнами виднелась очень странно обставленная комната, но это припомнилось Леа значительно позже. В первый момент она не могла отвести взора от окровавленной исхлестанной нагой женщины и такого же нагого мужчины, с упоением полосующего ее плетью.
  Леа смотрела на них всего пару мгновений, затем сбежала стремительно, как заяц, за которым гонится стая волков. И только в гостиной, переведя дух, с ужасом поняла, кого ей минуту назад "повезло" лицезреть.
  Собственного жениха, герцога Манреха Кайора Брафортского, приходящегося ей настолько дальним родственником, что этого не могло показать даже родовое древо.
  Вот в этот миг и рухнуло как песочная крепость придуманное ею прекрасное будущее, в котором она сидит на троне рядом с мужем в окружении сыновей и подданных. И хотя сразу Леаттия еще не до конца осознала, чем грозит ей замужество за человеком, развлекающимся таким постыдным образом, но уже ненавидела его так же страстно, как совсем недавно обожала.
  Потому и сделала то, чего ей более всего хотелось, пониже опустила капюшон и ушла из дворца.
  Ринувшемуся наперерез дворецкому, Леа, всхлипывая от пережитого ужаса и омерзения, сообщила, что больше ждать не может, так как опасается не застать матушку в живых. И домчалась до родного дома, не видя ни дороги, ни людей, всего за пару минут.
  Мать была еще жива, но очень плоха, и Леаттия просидела рядом с нею два часа, оплакивая и ее надежды на то, что судьба дочери хорошо устроена, и собственные разбившиеся мечты.
   А потом появился встревоженный герцог, окинул настороженным взглядом комнату, опухшее от слез лицо невесты, и заметно успокоился, начал уверенно раздавать приказы и гонять посыльных. Леаттию отправили умываться и обедать, возле постели умирающей уселась опытная сиделка в крахмальном чепце и фартуке, слуги принялись готовить гостиную и спальни для тех, кто приедет проститься с графиней Брафорт, кровной праправнучкой великого герцога Юлиара Брафортского.
   Никто в герцогстве не знал точно, отчего в древности, после трагической гибели очередного герцога Брафорта, титул и власть наследовали не его дочери, а сыновья троюродной сестры, но спорить с задиристыми вояками Кайорами, имевшими в тот момент под рукой почти трехтысячное войско, не решился ни один человек.
  С тех пор уже почти триста лет потомки Юлиара числились просто графами и постепенно беднели и вымирали. Пока Манрех не пожелал снова соединить разошедшиеся когда-то пути двух старинных родов. Он действовал очень решительно, едва Леаттии исполнилось пятнадцать, приехал с предложением помолвки, уверенно пообещав, что не будет настаивать на свадьбе до третьего совершеннолетия невесты.
  И граф Брафорт вынужден был дать согласие, еще не зная, что дожить до этой свадьбы не суждено ни ему, ни его жене.
  Леаттия горько вздохнула и усилием воли задвинула подальше эти воспоминания. Помочь родителям она уже ничем не сможет, ей теперь как-нибудь спасти бы свою судьбу.
  И ведь и раньше доходили до нее намеки и сплетни, хотя и редко, герцога в Югрете боялись просто до дрожи. Но тогда юная графиня не придавала им никакого значения, народ всегда сплетничает о своих правителях, и зачастую плетет несусветные небылицы. А вот после той, несостоявшейся аудиенции Леа припомнила все. И скоропостижную кончину первой жены Манреха, якобы упавшей из окна в заросли гигантских кактусов, и слишком быстро исчезающих из города герцогских фавориток. Нет, ни одна не умерла, все они уехали по вполне безобидным причинам. Наследство, замужество, уход в монастырь. И ни одна больше не появилась в Югрете.
  Стыдно вспомнить, как глупа и доверчива она была. Впрочем... она и сейчас такая, раз собирается прочесть принесенное незнакомкой с полей вечности письмо и заранее ему верит.
  Но, как вскоре оказалось, не верить не было никаких оснований. В написанной рукой матери записке были намеки на события, которых не могли знать посторонние, а оттиск печатки полностью совпадал с кольцом, которое уже почти луну украшало палец Леаттии.
  Второй листок был исписан незнакомым, нарочито безликим почерком, и состоял всего из пяти четких указаний, каждое из которых графиня сразу же признала непреложным и потому намеревалась выполнить как можно точнее.
  ***
  -Чай будете пить, ваша милость? - заглянула в комнату крепкотелая женщина средних лет со взглядом ищейки.
  - Спасибо Берта, - кротко поблагодарила хозяйка, как обычно сидящая в кресле у окна, - пока не хочу. Схожу в склеп, помолюсь за матушку, тогда и пообедаю.
  -Может, хватит уже истязать себя? Ваша милость скоро на тень станет похожа, - С деланной жалостью вздохнула шпионка, но в ее взоре не промелькнуло и искры сочувствия.
  -Еще несколько дней, ты же знаешь закон, - уныло выговорила Леа, изо всех сил стараясь ни в чем не отступать от сложившегося за эти дни порядка. - Но ты можешь посидеть в зале прощания и выпить горячего чаю, если возьмешь с собой корзинку. Там и в самом деле прохладно.
  -Прихвачу, и на вашу долю, - так же привычно отозвалась Берта, и Леа тихо усмехнулась ей вслед.
  Служанка непременно все возьмет и не забудет бутылочку с малиновкой, которую считает лучшим средством от простуды, даже не догадываясь, что Леа уже высыпала туда несколько порошков снотворного.
  И все остальное успела приготовить, хотя и бегала по спальне как белка. Надела на себя самую простую и удобную одежду, две пары отцовских штанов взамен нижних юбок, а вместо обшитого оборочками и кружевом корсета - три темные блузки и замшевый отцовский охотничий жилет, в карманы которого рассовала все самое ценное. Сверху с трудом натянула юбку для верховых прогулок и самое простенькое и темное из материнских платьев. За последний месяц Леа сильно исхудала, все ее собственные наряды висели, как с чужого плеча, но даже они не налезли на все надетое ранее.
   Потом, начиная задыхаться от духоты и понимая, что иначе нельзя, ведь ей придется изображать довольно плотную Берту, набросила на плечи теплую шаль, в фамильной усыпальнице всегда холодно. И последним, выходя из комнаты, накинула черный траурный плащ, вытащив заранее из его карманов все мелочи и оставив только ключи и свечи.
  Берта ждала хозяйку у выхода, и вид у нее был почти довольный, следовательно бутыль с наливкой уже лежит на дне корзинки.
  
  Повар, замещавший при случае и кучера, и дворецкого, проводил их внимательным взглядом и вернулся к приготовлению фаршированного гуся. Прист слегка сожалел, что непыльная работенка скоро закончится, давно уже ему не выпадало пожить так сытно и вольготно. Подопечная только тихо плакала и пыталась изображать из себя справедливую хозяйку, но даже не думала ни бежать, ни подкупать их с напарницей, наивно позволяя почти в открытую диктовать свои правила. И хотя втайне опытный шпик чуточку сочувствовал худой зареванной дурехе, но был почти уверен, что ничего особо плохого с нею не случится, пока не родит мужу пары сыновей. Ну а каким ликом жизнь повернётся к герцогине к тому времени, не дано предвидеть никому из смертных. О том, что своенравная судьба уже спутала ровные нити прежнего узора, он пока не мог и представить.
  
  Берта шагала все медленнее, и не дойдя до двери в усыпальницу всего пары шагов, неожиданно споткнулась. Потом еще, и едва дотянувшись до стены, вдруг начала оседать. Встревоженная Леаттия бросилась к ней, заглянула в лицо и увидела закрывающиеся глаза шпионки и обвисшую нижнюю губу. Пахнуло малиной и до графини начал доходить весь ужас ее ошибки. Берта явно не стала ждать, пока доберется до места, пропустила рюмочку заранее.
  И сейчас свалится прямо здесь, одним махом разрушив все тщательно подготовленные планы незнакомой спасительницы. А Леаттии придется признаваться герцогу в попытке побега и можно не сомневаться, как он накажет за это строптивую невесту.
  Леа всхлипнула, подхватила Берту под руку и больно ущипнула, пытаясь разбудить хоть на минуту. Шпионка и в самом деле дернулась, приоткрыла мутные глаза и попыталась мотнуть головой, но та снова обессилено повисла. Этих секунд графине едва хватило, чтобы толкнуть тяжелую дверь и пнуть внутрь выпавшую из рук Берты корзину. Затем ей пришлось поднырнуть служанке под руку и на себе втащить в усыпальницу тяжеленное тело. Спина, казалось, вот-вот треснет от навалившейся на нее туши, ноги Берты, волочившиеся по гранитным плитам пола, стали почему-то нескончаемо длинными.
  Всего пять шагов, но они показались Леаттии невыносимо долгим каторжным трудом. Хрипя и задыхаясь, графиня волокла спящее тело и с ужасом ожидала оклика Приста, неустанно следившего за нею с почти нескрываемым пренебрежительным превосходством.
  И Леа его понимала, уж этот прожжённый шпион никогда не стал бы сидеть целыми днями у окна, оплакивая свою судьбу а давно уже был далеко отсюда. Но он где-то этому учился, тренировался... а Леа даже гостиницу снять не сумеет, не говоря о том, чтобы нанять повозку и купить место в обозе.
  Да и бесполезно это, едва Манреху доложат о ее бегстве, он немедленно закроет все ворота Югрета и пошлет своих гвардейцев за всеми покинувшими город обозами и путниками.
  Как собирается решить эту проблему незнакомка, Леа не думала, бросив Берту прямо на полу, девушка плотно прикрыла дверь и тяжело, со всхлипами дыша, обессиленно опустилась на каменную скамью. Но сидела недолго, понимание, как быстро тают надежды на успешный побег заставило вскочить и схватить корзинку. Покопавшись там, Леаттия нашла чайничек с горячей водой, плеснула немного в бокал и сунула в рот одну из пилюль, прихваченных из шкатулки с целебными снадобьями. Лекарство было еще матушкиным и она всегда говорила, что пилюли снимают боль и придают бодрость.
  Ждать, пока снадобье подействует, Леа не стала, неуклюже присев, развязала чепец Берты и тихо ругнулась, рассмотрев, как коротко стрижена ее служанка.
  В глубине ее головного убора лежал скрученный клубком шелковый шарф, и в нем было что-то завернуто. Леа лишь мгновение колебалась, решая, брать его или нет, потом решительно сунула клубок в карман, сразу становясь крутобокой, как селянка. В другой карман она для равновесия положила собственную шляпку, и решительно натянула чужой чепец.
  Затем, так же решительно стащив с Берты простой серый плащ, Леаттия накинула его на себя, послала последнее прости в сторону ведущего в склеп прохода, и моля богов о помощи, открыла дверь наружу. Секунду постояла, с замирающим сердцем оглядывая запущенный сад и начиная понимать, как зря тряслась, таща Берту в усыпальницу. Окон кухни, где остался хозяйничать Прист, отсюда рассмотреть было невозможно, их загораживали ветви начинавших зеленеть деревьев.
  Переведя дух, Леа свернула на дорожку, ведущую вглубь сада, и некоторое время шагала не спеша, с трудом сдерживаясь, чтобы не побежать. Если за их домом следит кто-то еще, кроме подставных слуг, он не должен заподозрить подмены. А Берта всегда ходит неторопливо... хотя теперь Леа понимает, что это всего лишь притворство.
  Простая мысль, что неизвестный наблюдатель давно уже задался бы вопросом, зачем это соглядатайка идет в самую глухую часть сада, и сейчас мчался за ней следом, пришла Леаттии на ум только минуты через две, когда понемногу начала действовать пилюля и действительно откуда-то появились и силы и решительность. А последнее соображение заставило девушку запаниковать, замедлить шаг и несколько раз оглянуться. Выдавать своих спасителей ей хотелось меньше всего, если ее герцог запрет в своих покоях, то их прикажет засечь на площади, и ей уже больше месяца не кажется справедливым такое суровое наказание. Однако погони все не было и Леа двинулась дальше, незаметно даже для самой себя прибавляя ходу.
  К ограде, где с незапамятных пор вывалилось несколько камней, открыв перелаз на заросший кустами и орешником довольно крутой склон оврага, графиня почти бежала. А добежав, остановилась, сраженная насмерть неожиданно сделанным открытием: оказывается герцог про этот тайный ход знал. И даже позаботился о том, чтобы вернуть стене былую целостность и неприступность, об этом свидетельствовал не успевший потемнеть раствор идеально ровной кладки.
  Несколько секунд, Леа, захлебываясь подступившими слезами, смотрела на это свидетельство незыблемости намерений жениха, потом развернулась и побежала вправо, туда, где росла возле стены раскидистая шелковица. Единственное дерево, на которое юная графиня умела влезать без посторонней помощи. И единственное, с которого можно было перебраться на стену.
  -Стой! - догнал ее негромкий, но злой окрик, - куда помчалась?
  - Стою ... - уронив руки, медленно повернулась она к сидящему на стене шпиону, - никуда не бегу.
  -Не стой, иди сюда! Я лестницу спущу.
  -Зачем? - безнадежно буркнула графиня, разом потеряв и силы и желание бежать.
  -Чтобы тебя оттуда вытащить. Да поторопись.
  -Я не влезу по лестнице... - еще неуверенно пробормотала Леа, рассматривая бородатого мужчину в низко надвинутом на глаза пастушьем колпаке, - я лучше по дереву.
  Развернулась и помчалась к шелковице, не обращая внимания на тихую, возмущенную ругань незнакомца. Пусть поворчит, она и сама себя корит. Ну с чего ей казалось, будто принесшая вексель женщина сама намерена встречать беглянку у стены? Чем она смогла бы помочь? Ведь раз они продумали план побега, то непременно должны были проверить, на месте ли перелаз, и не сторожат ли его гвардейцы герцога. И придумать , как Леаттии преодолеть стену.
  Дерево, к которому стремилась графиня, оказалось на месте, и ни одна ветка не исчезла. Видимо никто не мог и предположить, что тихая и скромная графиня додумается лазить по деревьям. Леаттия поспешно сбросила плащ и шаль, свернула тючком и привязала за спину приготовленным шнуром, это действие она продумала заранее, готовясь к побегу. Потом решительно приподняла юбки до колен, заткнула подол за пояс и привычно поставила ногу на нижнюю ветвь. Через минуту она была наверху и уверенно шагала по толстой ветви к стене. Незнакомец уже был здесь, внимательно следил за ее действиями и протянул руку, как только Леа подобралась поближе.
  Спеша оказаться на стене, графиня шагнула чуть шире и едва не оступилась, но крепкая рука вцепилась в ее ладонь, сильно дернула на себя и в следующий миг Леа уже была крепко притиснута к груди незнакомца.
  -Лазать по деревьям ты умеешь, - усмехнулся он, - а вот с выдержкой плоховато. И слишком доверчива. Разве тебе не написали пароль?
  -Написали, - от огорчения прикусила губу беглянка, - но я...
  -Говори.
  -Вечером будет гроза, - и не подумала упрямиться Леаттия.
  Признавать свою неправоту очень непросто, но она этим уменьем обладала.
  -Зато утром будет солнечно, - вздохнул он с откровенным облегчением и графиня снова почувствовала себя наивной неумехой.
  Ведь она не одна рисковала, доверяясь чужим людям, они могли заплатить в случае провала гораздо большим. Герцог никогда не прощал тех, кто осмелился пойти поперек его указов или желаний.
  -Уходим, - пособник уже зацепил за ветку какую-то металлическую штучку, застегнул на талии Леаттии широкий ремень, к которому был привязан второй конец веревки, и подвинул девушку к краю, - Просто держись подальше от стены и поглядывай вниз, чтобы нога не попала между камней. Я сам тебя спущу.
  Перекинул веревку через плечо и столкнул не успевшую и слова сказать графиню со стены. Леа испуганно ахнула, но почти в тот же миг пояс ощутимо дернул ее и графиня заболтала ногами в воздухе.
  -Кричать не нужно, - сердито сообщили сверху и стена, напротив которой висела Леа, быстро поползла вверх.
  Вскоре девушка почти успокоилась и вспомнила, что ей велено смотреть вниз. Попыталась изогнуться и расстроенно стиснула губы, поднятые юбки и набитые карманы - вот все, что ей удалось разглядеть. Ну еще краешек штанин заправленных в крепкие дорожные ботинки.
  Каменистый склон ударил по пяткам неожиданно, но стоявший на стене незнакомец мгновенно придержал веревку, не давая графине упасть.
  Она поспешно пошарила ногами, вставая поудобнее и расслышала тихий приказ:
  -Прижмись к стене.
  Леа немедленно выполнила его, шагнула к ограде, споткнулась и едва не упала, но успела опереться о камень, хотя и ободрала ладонь. Но даже не ойкнула, хорошо осознав за время спуска, как осмотрительно нужно вести себя за пределами своих владений.
  Бывших владений, пора посмотреть правде в глаза. Вернуть все, что принадлежало ей всего несколько минут назад, Леаттии не суждено никогда. Больше она не увидит место, где спят вечным сном ее предки, и не войдет в родной дом, в комнатах и залах которого провела, как внезапно выяснилось, лучшую часть жизни.
  Только в одном случае, если графине Брафорт не удастся уйти далеко, ее привезут сюда, но уже под охраной, как преступницу, и этого нужно постараться избежать любым способом. Даже самым ужасным.
  
  Глава вторая
  
  Прист почувствовал неладное, когда вынул из духовки гуся и поставил на разделочный стол, немного остыть. Берта обычно к этому времени уже являлась, и молча подвигала ему свою тарелку, требуя сложить туда ее любимые части гусиной тушки. Затем он выбирал куски для себя и лишь после этого резал ломтиками оставшееся мясо и красиво раскладывал по блюду, перемежая маринованными овощами и посыпая зеленью. Но и из этого большую часть доедали они с Бертой на ужин, молоденькая хозяйка ела очень мало.
  Подождав несколько минут, Прист снял фартук и накинул куртку, скрупулезно проверив все ли на месте в карманах. Пока неясно, придется ли сюда вернуться, но всегда лучше быть готовым к самому плохому, не придется после жалеть о собственной недальновидности.
  Шагнув за порог шпион оглянулся на румяную тушку, приготовленные овощи и накрытый полотенцем свежий хлеб, усмехнулся и крепко прикрыл дверь. Пусть все остается так, если ничего не произошло, этот гусь никуда от него не денется. Зато в случае беды, никто не сможет даже заподозрить, будто шпион готовился к побегу.
  Дверь в усыпальницу была плотно прикрыта, и едва приотворив ее, Прист убедился в правильности своих действий. Сразу за порогом лежало тело, накрытое черным траурным плащом хозяйки. Неужели Берта ее убила и сбежала? - Мелькнула первая, безумная мысль, но тут же растаяла, едва шпион рассмотрел видневшиеся из-под плаща башмаки напарницы, слишком хорошо ему знакомые, чтобы ошибиться. Он сам время от времени пришивал к их подошвам куски плотного фетра, для бесшумности.
  Значит это графиня убила напарницу.
  И это не было бы особой бедой, если герцогская невеста тоже лежала рядом, в обмороке. Но ее нет, значит девчонка оказалась хитрее, чем он думал. И скорый на расправу Кайор не будет выяснять, чем занимался в тот момент Прист. Мгновенно отправит к палачу и сам придет туда же, опробовать какую-нибудь новую игрушку, после которой узник будет молить богов о смерти. Значит нужно бежать и немедленно, и снова он был прав, присмотрев заранее незаметную лазейку на волю.
  Прист развернулся, закрыл дверь и опасливо озираясь по сторонам помчался к пустой конюшне, где была наружу дверца для навоза. Жалеть о прибыльной работе шпион и не думал, давно зная, что однажды придется бежать, бросив все. Потому и не держал своих ценностей ни в банке, ни в бумагах, а золото прятал очень далеко и надежно.
  ***
  Леаттия не думала о судьбе шпионов, ей хватало волнений о своей собственной. Едва спаситель спустился со стены, жизнь графини сразу стала похожа на охоту, причем зверем была она сама. И одновременно на байку о проделках разбойников, и жертвой тоже была Леа.
  Незнакомец решительно отобрал у спасенной, или жертвы, решить что точнее, графиня пока не могла, и плащ и шаль и оттягивающие ее пояс кошели с золотом и драгоценностями и отцовское оружие. Забрал и шарф Берты и шляпку Леаттии и сложил все в мешок вместе с веревкой.
  А потом задумчиво уставился на графиню и хмуро спросил:
  -У тебя под платьем есть кофта?
  -Да, - бледнея, выдавила графиня.
  -Тогда его лучше снять, с длинными юбками здесь замучаешься. А носить тебя я не буду.
  Леа с тоской оглядела непроходимые заросли прошлогодних репьев и крапивы, тайком потерла уже обожжённую руку и обреченно вздохнула. Она теперь больше не графиня и не наследница знатного рода, а безымянная сирота, и выбирать не приходится.
  -Отвернись.
  -Нет, - подступил ближе незнакомец, - сама ты будешь копаться полчаса, а время сейчас дороже бриллиантов. Я помогу и не смотри так возмущенно. Ты ведь сама приняла решение, и назад хода все равно нет.
  Решительно ухватил подол платья и потянул его вверх.
  Графиня в отчаянии стиснула зубы, понимая как он прав, но не в силах принять сердцем эту правоту. И не имея смелости сопротивляться или спорить.
  А спаситель ловко снял с нее одно платье, одобрительно хмыкнул и почти мгновенно стащил и юбку.
  Едва сдерживая слезы, Леаттия с вызовом уставилась на бородача, и растерялась, рассмотрев с каким изумлением он изучает надетый на нее мужской жилет.
  -Это тоже придется снять, - буркнул спаситель, заметив ее взгляд, и словно ненароком пощупал рукав блузы, - ты натянула всю одежду, какая была в доме?
  -В записке было...
  -Я знаю, сам писал, - умело и стремительно расстегивая жилет, сообщил он, - надеюсь ты ее сожгла?
  -И вексель тоже, - отрешенно кивнула беглянка, - а еще все документы, которые не могла взять с собой и которые не вошли в тайник.
  Говорить о том, что тайник запирала еще матушка, и она же три дня, роняя горькие слезы, жгла свои дневники, письма отца и записки всех предков, которые имели пристрастие к сочинительству мемуаров, Леаттия не собиралась.
  -Понятно, - нахмурился спаситель, заглянул во внутренние карманы жилета, но доставать ничего не стал, туго свернул одежду и отправил в свой раздувшийся серый мешок.
  Взамен достал выцветший синий платок в мелкий горошек и сам накрыл им голову девушки, низко надвинув на лоб и завязав узлом под подбородком. Потом закинул мешок за спину, велел не отставать и направился к тому месту, где раньше в стене был пролом.
  Леа шла следом, раздвигая ветви и сорняки, с каждым шагом все яснее понимая, как сильно была неправа несколько минут назад, огорчаясь из-за потери привычных юбок. Сейчас ей пришлось бы тащить в руках длинный подол, по моде обязанный подметать позади пол, вместо того, чтобы следить, как бы не оцарапаться о сухие стебли сорняков и вымахавшую выше пояса молодую, злую как стая ос крапиву.
  Да и не самая это большая потеря, длинная юбка, обязательная только для самых знатных дам. Богатым горожанкам разрешались наряды покороче, едва прикрывавшие щиколотки, и Леа иногда тайком завидовала им, со всевозможными уловками выбираясь после прогулки из-под испачканного подола. Прислуге во дворцах и замках предписывалось шить платья на палец выше края ботиночек, а селянки и бедные служанки и вовсе носили короче на ладонь и это было правильно, ведь им приходилось частенько нагибаться. И только женщинам, вынужденным путешествовать с обозами, позволено носить мужские костюмы, но надевать к ним короткую, чуть ниже колена юбку.
  А вот ей, последней наследнице славного рода основателей и властителей Брафорта, и такой не досталось, и сжимается от боли сердце и перехватывает непрошенными рыданьями горло от осознания, как сурово расправилась с ней судьба. Но вовсе не сейчас, когда Леа сама выбрала безвестность и бедность, предпочтя их участи жертвы собственного мужа и понимающим взглядам всё знающих слуг и приближенных Манреха. А много раньше, год назад, когда так страшно и непонятно погиб отец, оставив их с матерью без последней защиты и поддержки.
  -Скоро придем, - мельком оглянувшись, буркнул провожатый, резко свернул вниз, в сторону медленной, по довольно широкой Терсны, и пошел еще быстрее.
   Леа привычно прикрыла платочком мокрое лицо и тут же рассердилась на себя за эти несвоевременные слезы. Плакать нужно было раньше, когда она еще не знала, что хранящие род Брафортов духи услышат ее мольбы и пошлют ей способ избежать проклятого союза. Леа с детства не выносила боли и до дрожи боялась и ненавидела тех, кто способен ее причинить. Особенно палачей. И хотя, повзрослев, неохотно приняла неизбежность телесных наказаний, но лишь заслуженных, в ответ на боль и горе, причиненные разными негодяями своим жертвам.
  И тем не менее никогда не ходила на площадь, когда там кого-нибудь пороли и запрещала слугам обсуждать жуткие зрелища, справедливо считая это смакование признаком дурного вкуса и воспитания.
  Графиня задела рукой пышную ветку крапивы, зашипела, получив ее обжигающий дар, и потерла влажным платочком пострадавшее место, запрещая себе раскисать и плакать в самом начале ведущего в неизвестность пути. Не приходилось сомневаться что на новой жизненной тропе поводов для слез у нее будет предостаточно.
  -Сюда, - приподняв низко склонившуюся ветку ивы, скомандовал спаситель, и Леа послушно шагнула на узкую полоску сырого прибрежного песка. - Стой там и не шевелись.
  Девушка пожала плечами и замерла, глядя на Терсну, спокойно несущую мимо нее свои воды. Глупо спорить с единственным из жителей герцогства, отважившимся прийти ей на помощь, а тем более, начинать проверять правильность его действий. Ведь до сих пор все, что делал незнакомец, было вполне разумно, и указания ей он прислал четкие и здравые. Непонятно пока, почему не велел брать с собой никаких запасных вещей и еды, Леа уже не против что-нибудь съесть. Как выясняется, такие прогулки весьма полезны для аппетита.
  Девушка осторожно покосилась через плечо назад, туда, где по ее мнению должен был находиться ее спаситель, и обмерла от ужаса. Поблизости никого не было. Леа даже головой мотнула, отгоняя страшную догадку, единственную из всех возможных идеально подходящую случаю. Ее обманули пронырливые воры, добывшие где-то для образца письмо матери, что особого труда не представляло, матушка до последнего переписывалась с просителями и знатными горожанами.
  А она поверила, и своими руками отдала все, и украшения и деньги, до последней монетки, оставив лишь фамильную печатку на пальце, а на шее - родовой амулет. И теперь ей не на что купить даже кусок хлеба и какую-нибудь одежду. А в таком виде выйти на улицы города невозможно, особенно днем. Да и не найдет она дорогу назад, а если и найдет, то лишь до той же стены, от которой недавно ушла.
  От отчаяния и горя девушке хотелось взвыть во весь голос, но горло перехватил спазм, позволивший лишь тихо захрипеть.
  -Тише, - шикнуло откуда-то сверху, и Леа мгновенно перевела взгляд в ту сторону.
  По склонившемуся к воде стволу в сторону реки осторожно полз ее спаситель, толкая перед собой мешок с вещами. С этого момента девушка не сводила с него взора, пытаясь понять, ради чего он туда залез и почему не мог выйти на берег вместе с нею. А бородач постепенно добрался почти до конца ветви, и вдруг, перегнувшись, опустил мешок вниз. Леа замерла, ожидая всплеска, но его почему-то не было.
  Наверное, мешок не сразу ушел в воду а поплыл, подумала графиня, но утверждать этого не стала бы. Из-за уже выпустивших листочки густых ветвей и прибрежных камышей рассмотреть ничего не удавалось и девушка обреченно вздохнула, начиная догадываться, что следовало распрощаться со своими ценностями заранее, тогда обида жгла бы душу не так остро.
  А мужчина вдруг соскользнул с ветви, повисел на вытянутых руках несколько секунд и исчез столь же бесшумно, как и ее вещи. Сердце Леаттии снова сжалось от страшного предчувствия, но она даже не пошевелилась. Крепко стиснув в пальцах измятый и сырой платочек, упрямо смотрела в ту сторону, куда упал ее загадочный спутник, и терпеливо ждала, сама не зная чего. Секунды текли медленно, как загустевший мед с ложечки, и казалось, вместе с ними замерло все вокруг, медлительная река, утомленный полуденный ветерок и притихшие птицы.
  Камыши раздвинулись неожиданно, выпуская что-то темное, облезлое и неприятное, и графиня невольно отшатнулась назад, почувствовав неодолимое желание бежать отсюда как можно дальше. Но не побежала, помешало какое-то чувство, то-ли врожденная гордость, то-ли надежда, а скорее всего, фамильная невозмутимость, с какой все отпрыски ее рода обязаны встречать неожиданности и неприятности и какой Леа до сих пор в себе не находила.
  Темное, старое дерево выплывало из камышей так же неспешно и неотвратимо, и графиня наконец догадалась, что это такое. Лодка, но и близко не такая, какие она видела со этого дня. С другой стороны холма, на котором стоит их старый дом, громко именуемый замком, построена каменная пристань. Берег Терсны там расчищен, и с набережной к пристани ведет широкая гранитная лестница. Леа с детства обожала там гулять и кататься на лодке, но после смерти отца не ходила на набережную ни разу. И все равно хорошо помнит, как выглядели снующие по реке крутобокие ялы, низкие плоскодонки и белокрылые яхты. Все они сияли свежей краской, стеклами иллюминаторов, полированным деревом кают и начищенной медью всевозможных ручек и болтов.
  А эта словно пролежала на берегу лет двадцать, и странно, что еще не развалилась от дряхлости.
  -Быстро сюда, - сердитым шепотом приказал стоящий на корме бородач и изогнулся, упираясь шестом и подгоняя лодку ближе, - ну!
  Низкий борт плоскодонки оказался в паре локтей от графини, и она вполне могла бы их преодолеть, если бы кто-то подал руку. Но никого, кроме строгого незнакомца в лодке не было, и Леа не могла представить, как ей туда попасть без посторонней помощи. Стояла и смотрела, как двигалась мимо ее надежда на спасение, не в силах решиться на отчаянный шаг, и чувствуя, как от безнадежности начинают дрожать губы.
  -Ну! - грозно рыкнул спаситель, чуть повел шестом, и лодка послушно вильнула к берегу.
  Леа нерешительно наступила ботинком на зыбкую границу суши и почувствовала как подался под ногой мокрый песок. Отпрянула было назад, но не успела. Бородач стремительно нагнулся, схватил ее за предплечье и одним рывком втащил в лодку, бросив к своим ногам, как котенка.
  И тут же отпихнул подальше, перехватывая поудобнее шест. Леа приподнялась, потирая ушибленное колено и, едва сдерживая слезы, с горечью поздравила себя с удачным выбором. Раньше ее бил бы только собственный муж, а теперь, похоже, будут все, кому не лень. Да еще и в ботинке хлюпает, непонятно, как, но она умудрилась зачерпнуть воды.
  -Давай сюда башмаки, - еле слышно приказал бородач, удерживая шестом лодку, - да побыстрее.
  Леа села на черную доску, заменяющую здесь привычные ей скамейки с резными спинками, покорно стянула ботинки и сунула в протянутую ладонь незнакомца. И едва не охнула, увидав как ловко он отправляет ее единственную обувь на берег, туда где она стояла несколько секунд назад.
  -У меня запасных нет, - обреченно проговорила девушка, стеснительно поджимая босые ступни.
  -Знаю, - прошипел спаситель, в несколько взмахов отогнал лодку от берега, закрепил в петлях шест и перебрался на середину развалины, лишь по недоразумению держащейся на воде, - Иди туда, придется немного посидеть в ящике.
  -В каком еще ящике? - охнула Леа, оглянулась и не поверила своим глазам.
  Одна из досок, накрывавшая кормовую часть лодки, была приподнята и под ней темнело отверстие ведущее в крошечный, размером с собачью будку трюм.
  -Тебя будут искать, - покопавшись в снастях, незнакомец достал фляжку, открутил крышку и сделал несколько глотков, - пить хочешь?
  -Нет, - качнула головой Леаттия, понимая, как мало сейчас ее жизнь зависит от ее желаний, - я там не помещусь.
  -Поместишься, - уверенно заявил он, - калачиком. Там лежит плед, ноги прикрой, чтоб не простыть. Но сначала сними печатку и амулет, на тебе где-то маячок.
  И уставился ожидающе, не оставляя девушке никакого выбора.
  Леа горько усмехнулась, смешное объяснение, но спорить снова не стала, сняла последние родовые драгоценности и сунула ему в руку.
  Через пять минут она уже лежала в темном тесном ящике, с тоской поглядывая на маленькую дырку от сучка, единственный источник света и свежего воздуха. Лишь одно давало крохотную и неверную надежду на правильность ее выбора, мешок с платьями и драгоценностями, лежащий рядом с ней.
  

Популярное на LitNet.com  
  В.Василенко "Стальные псы 3: Лазурный дракон" (ЛитРПГ) | | Д.Игнис "Безудержный ураган" (Постапокалипсис) | | Л.Ситникова "Книга третья. 1: Соглядатай - Демиург" (Киберпанк) | | М.Топоров "Однажды в Вавилоне" (Киберпанк) | | М.Атаманов "Искажающие реальность" (Боевая фантастика) | | В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2" (Боевая фантастика) | | А.Михална "Путь домой" (Постапокалипсис) | | Т.Сергей "Дримеры 2 - Наследие падших" (ЛитРПГ) | | Т.Герас "Не выбирая путь. Попаданка: руководство по выживанию." (Любовное фэнтези) | | М.Ртуть, "Во власти чудовища" (Любовное фэнтези) | |

Хиты на ProdaMan.ru Королева теней. Сезон первый: Двойная звезда. Арнаутова ДанаТри прорыва и одна свадьба. Жильцова НатальяНевеста гнома. Георгия ЧигаринаОсвободительный поход. Александр МихайловскийПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаМагия вне закона. Севастьянова ЕкатеринаКорпорация "Тысяча Желаний". Отдел повинностей. Милана ШтормПриключения поттероманки. Исполнившееся желание. Радаслава АндрееваТайны уездного города Крачск. Сезон 1. Нефелим (Антонова Лидия)Божественное волшебство для синего дракона. Евгения Шагурова
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"