# Хмелинский кордон в 2012 году

Николай Яковлевич Чуксин

В конце октября 2012 года мне удалось побывать на кордоне, на котором я родился, где прошли мои детство и юность, и которого уже давно нет

## Хмелинский кордон в 2012 году


Хмелинский кордон, помните, принадлежал Хмелинскому лесничеству Горельского лесхоза. Мой отец проработал лесником на этом кордоне с 1943 по 1976 годы, а сам я родился и вырос на кордоне, с него уезжал учиться в Тулиновку и Котовск, с него уезжал в Москву. До 2009 года я каждый год бывал на кордоне, чистил родник, пил из него воду и погружался мыслями в те далекие времена. Открытие Лешенского прервало на время эту традицию, но в конце октября 2012 года у меня опять появилась возможность попасть на родной мне кордон.


Возможность возможностью, но, честно говоря, я не знал, насколько близко мне удастся подъехать к кордону на моей Слонёнке, машине ВАЗ-2114, совсем не предназначенной для того бездорожья, которое мне помнится по прошлым поездкам. Ещё хуже - лесовозные дороги с глубокой колеёй, прорезанной тяжелыми машинами с большими колесами - кто ездил, тот знает, как легко сесть на днище и как трудно потом домкратить и снимать машину. Снимать, чтобы через десяток метров снова услышать нарастающий скрежет железа о спрессованный песок. Почти наверняка знал, что до Крамжая доеду, а оттуда до кордона всего четыре километра.


Самая короткая дорога на Крамжай из Тамбова идет через Татаново. В Татаново надо свернуть с шоссе на Моршанск и повернуть на объездную дорогу в сторону Пензы. По этой дороге надо проехать пять или шесть километров и свернуть влево на Горельский лесхоз. Не доезжая примерно километра до лесхоза свернуть направо на насыпную щебеночную дорогу: она ведет на Орляй, Черную Речку в Лучки, где раньше была контора Хмелинского лесничества. Проехав поселок Орляй, которого давно нет, как и поселка Черной Речки, можно свернуть направо и лесными дорогами попасть на кордон, но ехать так я не рискнул. Поэтому, проехав по щебенке пару километров, съезжаю с неё, вернее, щебенка уходит влево, а мне надо прямо, уже по более мягкой песчаной, но все равно изрытой тяжелыми машинами дороге.


Мне повезло: эта дорога являет собой череду глубоких и протяженных ям, сопоставимых по длине с длиной машины. Обычно эти ямы залиты водой, но поздней осенью вода уходит, так что потихоньку, на второй передаче, осторожно и внимательно, но ехать можно. Через четыре километра встречаю дорогу с Тулиновки на Пихтеляй:

Столько хожено по этой дороге!


Наконец т-образный перекресток: моя дорога упирается в точно такую же, идущую через весь лес от шоссе Тамбов-Рассказово почти до самого Моршанска параллельно реке Цне, отстоя от неё километров на 15-25, такая рокада. Возможно, она и строилась с этой целью, а потом была заброшена и забыта. С небольшим смещением от оси моей дороги с перекрестка уходит дорога на Крамжай: до него отсюда меньше километра.

И опять мне повезло: в заполненных жидкой грязью ямах на этой дороге вязли трактора (рядом находится огромное Крамжайское торфяное болото с открытыми плёсами), но этой осенью дорога вполне проезжая. Ставлю машину в центре бывшего посёлка, там, где встречались дороги на Тулиновку, на Горельский лесхоз, на Большую Талинку и на мой Хмелинский кордон.


Справа от перекрестка, если смотреть в сторону лесхоза, стояла Крамжайская начальная школа. Вот это место:


Территория посёлка, его огороды заняты сейчас вполне взрослыми соснами и берёзовым самосевом. Места, где стояли дома, узнаются по черёмухе, бузине и другим кустарникам, посаженным теми, кого давно нет в живых.


Иду в сторону Крамжайского кордона, на котором лесником был Гаврик Лавилин, учивший меня азам охотничьего искусства - мой отец был совсем равнодушен к охоте, хотя неплохо стрелял с одной руки. Правую руку он потерял на фронте в 1943 году. Это то самое Крамжайское болото, его берег:


Возможно, здесь стоял дом Лавилина:


Возвращаюсь назад. Дорога с Крамжая в сторону Хмелинского кордона наезжена лесовозами, но это и настораживает: глубокая колея в слабых местах.


Решаю вернуться на рокаду, проехать еще два километра, до Горетого болота, а там свернуть направо на Матюхин просек и попытаться по нему приблизиться к кордону. Это Матюхин просек, названный так в честь соратника Антонова по крестьянскому восстанию 1920-1921 года Ивана Матюхина.


Удивительно, но сохранилась трасса лежнёвой дороги, лежнёвки, ведущей от посёлка Шпалорез в Рассказово через весь наш лес. По этой лежнёвке во время войны доставляли шпалы для строительства железных дорог, строевой лес и дрова для отопления.


Подъезжаю к перекрестку, до боли знакомому: здесь я охотился на глухарей. Квартальный столб своей стороной, обращенной к северу, показывает кварталы 165 и 166. С южной стороны, справа от машины, идут кварталы 176 и 177. Хмелинский кордон, как известно, находится в 178 квартале. До него отсюда около километра.


Осторожно двигаюсь вперёд, знаю заранее, что через овраг с безымянным ручьём, находящийся метрах в двухстах от квартального столба, я вряд ли проеду. Этот же ручей чуть ниже, в районе Малой Сявинки, пресекает дорогу, которая вела с кордона на Пихтеляй, и по которой я в возрасте 7-11 лет каждый день, осенью и зимой, ходил в начальную школу. Оставляю машину возле вышки для охоты на кабанов и навеса для их прикормки (в упор стреляют по бедным зверям!), иду смотреть, можно ли проехать через ручей.


Можно, конечно. Но только, если очень-очень надо, или, если Родина прикажет. Сейчас такой необходимости нет. Дальше иду пешком, захватив с собой котелок, топор и кое-что ещё.


В лесу все-таки ведутся какие-то работы: вот сложена деловая древесина, отдельно - дрова. Дальше по просеку - колея, набитая лесовозами и тракторами.


Знаю, что метров через пятьдесят Матюхин просек близко подходит к крамжайской дороге, она справа. Вот она:


Дорога тоже наезжена, но уже перед самым кордоном она сворачивает вправо, на восемьдесят четвёртый просек, вероятно, там большая лесосека. Влево уходит дорога на Пихтеляй, Большая пихтеляйская. В школу мы ходили по Малой Пихтеляйской, конной. Она короткая, всего метров двести, и потом впадает в Большую - машинную дорогу.


А вот и сам кордон. Разросшийся куст черемухи обозначает место, где стоял дом, в котором я родился и вырос.


Сравните фото, сделанное лет тридцать назад:

Тогда еще вполне различим был огород. Теперь на его месте обычный смешанный лес.


А это мост через реку Хмелину, давшую название кордону, и плёс справа от моста. Эта дорога прямо вела в село Большая Талинка, а если сразу за мостом свернуть влево, то дорога выводила на Усть-Хмелину и далее на лесные поселки, которые располагались по реке вплоть до её впадения в Кёршу у Прокудских мостков.


Сравните с фото, сделанным двадцать лет назад с этого же моста:


Видно, что плёс почти не изменился, но почти все деревья вокруг него за это время погибли. И это немудрено: вот снимок того же моста, сделанный в 2008 году:


Юра Холодилин с лопатой стоит у бобровой плотины, построенной зверьками ровно на месте самого моста. Уровень воды резко поднялся, деревья на бывшем берегу попали в воду. Удивляет, что всего через четыре года, когда ушли бобры, а половодье разрушило плотину, плёс вернулся в прежнее состояние. Природа умеет восстанавливать то, что было изменено руками людей ли, бобров ли. Кстати, руки у бобров почти человеческие (снято в Лешенском, где бобров - уйма):


Перехожу через мост и делаю несколько снимков дороги, ведущей в Большую Талинку:


Справа был питомник, заложенный в 1953 году для выращивания бузины на семена, но он просуществовал всего пару лет. Я хорошо помню, как в 1955 году отец с рабочими из Пихтеляя и Усть-Хмелины сажал здесь сосну-двухлетку. Почему-то запомнил Николая Лебедева, рыжего, как Чубайс, парня с Усть-Хмелины: он был среди сажавших. Пару сосенок доверили посадить и мне. То есть, этим деревьям сейчас почти шестьдесят лет.


А бузина не исчезла - её кусты продолжают кое-где расти под пологом высоченных сосен.


Местность не узнаваема совершенно, но высокий дуб в конце перспективы на предыдущем снимке был и изменился мало. Около него направо шла дорога на наш сенокос, а чуть дальше влево уходила дорога на четвертый мост. Мосты тогда строили быстро и всегда поддерживали их в хорошем состоянии. Все они выдерживали вес машины, груженой лесом.

Слева от большеталинской были огороды. Пихтеляй рос, свободной земли не хватало, и некоторые из его жителей сажали картошку здесь - к вящей радости нас: на кордоне в начале мая и в начале сентября появлялись люди, и много.

Кстати, о Большой Талинке. Я не знал тогда, что земли по рекам Талинке и Кёрше стараниями епископа Питирима были приписаны в 1691-1696 гг. к строящемуся Спасо-Преображенскому собору города Тамбова. Деятельный епископ Питирим переселил сюда крестьян из окрестностей Николаевского Чернеева монастыря, приписанного к собору в 1687 году. А мы гадали, почему говор жителей Талинки так сильно отличался от говора жителей сёл левобережья Цны!


Если с моста через Хмелину свернуть налево на дорогу на Усть-Хмелину, пройдя буквально десяток-полтора метров после моста, а потом еще с полсотни метров по усть-хмелинской дороге, то мы попадаем на третий мост - так назывался мост через ручей, правый приток Хмелины. Моста уже нет, но кто-то отважный на подходящей машине штурмовал ручей, и, что удивительно, штурмовал успешно!

Берёзы на противоположной берегу - это уже 318-й квартал Казыванского лесничества. В шестидесятые годы это была обитель тетеревов. Я много охотился в 318-м квартале и знал тогда все нюансы его пространства.


Слева от усть-хмелинской дороги значительная часть территории подтоплена бобрами. Всего четыре года назад плотина была выше по реке, а здесь буйствовала крапива и росла смородина. Теперь - вот:


Справа, под косогором, тот самый родник, ради которого я стараюсь приезжать сюда каждый год и сильно расстраиваюсь, если это не удаётся. Я отчерпываю его, очищаю от наросшего мха и водорослей, чищу русло ручейка, струящегося из сруба. Сам дубовый сруб был поставлен над родником в 1954 году - я помню, как его ставили! Вот, как он выглядел 26 октября 2012 года:


Когда родник очищен, когда вновь наполнился водой, и сделан её первый глоток, далее по ритуалу полагается чай. Костер разложен напротив родного дома, заварка - гриб чага с берёзы, растущей тут же.


Перед уходом последний взгляд направо на большеталинскую дорогу.


И - назад по привычному пути, по дороге, хоженой сотни и сотни раз, мимо деревьев, которые видели меня и босоногим мальчишкой, и подростком с густой шевелюрой, и зрелым мужиком. Вот теперь видят меня старым, седобородым, много пожившим и много узнавшим человеком.


Обращаю внимание на сосну, много лет лежащую на обочине. Снаружи она обветшала, кое-где её смолистое тело превратилось в труху. Но внутри - внутри она по-прежнему крепка.


Естественный трепет: а цела ли машина?


Нет, всё в порядке, цела.


Но куда лежит дорога домой: назад в Москву - или вперёд на Хмелинский кордон?

А до него меньше километра...


31 октября - 2 ноября 2012 года

Москва - Тамбов - Татаново - Крамжай - Хмелинский кордон

Другие материалы из этой поездки на историческую родину ("Из Тамбова" и "Памятник тамбовскому мужику" здесь: http://samlib.ru/c/chuksin_n_j/kordon1-2.shtml и здесь: http://samlib.ru/c/chuksin_n_j/kordon1-1.shtml