Чунихин Владимир Михайлович: другие произведения.

Кризис

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
  • Аннотация:
    Права или неправа моя страна?

  
  
  
   Мир в панике. Мир не знает, где остановится Путин. Мир не понимает, чем руководствуется Путин. Путин живет в вымышленном мире. Путин сошел с ума.
  
   Все это мы видели совсем недавно. Это сейчас западный мир относительно спокойно и обстоятельно обсуждает тонкости насаждения санкционной демократии. А тогда этот мир самым натуральным образом оказался в шоке, не зная, что им делать в условиях, когда рушится казавшийся им незыблемым привычный миропорядок.
  
   На самом деле, все это уже было. Просто мир ничего не помнит. Мир ничему не учится. Это, к сожалению, единственное, что он демонстрирует с завидным постоянством.
  
   В сентябре 1942 года Илья Эренбург писал:
   "Немцы озадачены мужеством защитников Сталинграда. Они философствуют: "Почему русские не капитулируют?" Газета "Берлинер берзенцейтунг" ("Биржевая берлинская газета") пишет 6 сентября: "Поведение противника в бою не определяется никакими правилами. Советская система, создавшая стахановца, теперь создает красноармейца, который ожесточенно дерется даже в безвыходном положении. На том же исступлении построена советская военная промышленность, беспрестанно выпускающая невероятное количество вооружения. Русские сопротивляются, когда сопротивляться нет смысла. Они производят впечатление лунатиков, для которых война протекает не на реальной земле, а в мире воображаемых понятий".
  
   "В мире воображаемых понятий".
  
   Не знаю, что можно было сделать большего для развития складывающегося сегодня культа личности Путина, чем это сделала канцлер Германии Ангела Меркель, когда в своем телефонном разговоре с президентом США Бараком Обамой заявила, что Путин живет в воображаемом мире. Нет сегодня в России ничего более высокого для славы любого политика, чем равнение его на советского солдата, отстоявшего Сталинград.
  
   Получается, что безумие Путина исторически родственно в глазах Запада безумию русского солдата, который не понимал, что, когда сопротивляться нет смысла, сопротивляться не надо. А надобно благоразумно сдаться.
  
   Поразительно, насколько неизменным являются представления о России европейского обывателя. Настолько неизменными, что поневоле приходишь к мысли, что произрастают они из глубинных европейских корней, из самой европейской ментальности. Слова Ангелы Меркель и слова безвестного сейчас берлинского репортера разделяют семьдесят два года. А означают они, вне зависимости от ее желания, одно и то же. Согласитесь, что настолько точные совпадения мысленных образов у разных людей, разделенных многими десятилетиями, случайными не бывают.
  
   Примечательно, однако, что для того, чтобы в западных головах появилась мысль о каких-то русских, живущих в вымышленном мире, должна была сложиться определенная ситуация, где явление это стало наиболее заметным. В 1942 году, для того, чтобы появились у них такие мысли, европейцы двинули свои танковые клинья вплоть до волжских берегов. Остается только догадываться, куда и какие европейские клинья выдвинуты сегодня, чтобы в голове Ангелы Меркель появилась мысль практически та же самая.
  
   Только вот, если вспомнить о том, что люди, жившие в воображаемом мире, заставили когда-то поднять руки людей, живших в мире рациональном, то можно понять генетический ужас Запада перед этим самым воображаемом миром. И перед осознанием того, что в этом мире, оказывается, по-прежнему кто-то живет. Отсюда можно объяснить и панику, граничащую с истерикой.
  
   ***
  
   Об Украине сейчас пишут все. Это неизбежно, потому что события, связанные с ней, настолько затрагивают самый болезненный нерв современного мира, что избежать этого нельзя. Тем не менее, постараюсь, по возможности, темой этой не злоупотреблять, полагая, что сказать здесь что-то новое (а тем более, полезное для читателя), вряд ли удастся.
  
   Взяться за виртуальное перо заставила меня потребность в осознании глубинных причин современных потрясений. Для того, в первую очередь, чтобы понимать дальнейший ход событий. Во всяком случае, представлять себе, насколько ход этот ведет нас к гибели или, наоборот, к спасению.
  
   Вместе с тем, хочется понять и обстоятельство неизмеримо более частное, чем глобальные вопросы взаимодействия цивилизаций. Но не менее важное, на мой взгляд, для понимания собственного места в этом мире. Если говорить совсем просто, то права Россия или неправа. А, поскольку я не отделяю себя от нее, то сводится это к еще более частному вопросу о моей собственной правоте. Или неправоте, если на то пошло.
  
  
   Одним из наиболее популярных глубокомыслий, произносимых сегодня в отношении России, является следующее:
  
   "Не может быть такого, чтобы весь мир был неправ, а права одна Россия".
  
   Оно понятно, что под "всем", в данном случае, подразумевается мир только англосаксонский с его дисциплинированными союзниками. Плюс зависимые от них страны третьего мира.
  
   Вместе с тем, такие страны, как Китай, Индия, Бразилия, хотя и не высказываются в ходе настоящего кризиса однозначно и категорически в поддержку России, но и не поддерживают западных обвинений. Что еще более важно, отказываются участвовать в санкциях против нее. Более того, на июльском саммите БРИКС резко осудили американские и европейские санкции против России.
  
   Это, заметим, самые динамично развивающиеся страны мира, то есть страны, за которыми будущее. Плюс еще полсотни стран, воздержавшиеся в ходе голосования в ООН по Крымскому референдуму. Между прочим, самое интересное в этом возникает, когда пытаешься понять причины такого их поведения. Ну не потому же они воздержались, что запугала их Россия? Смешно же. А раз не запугала, значит, их отказ осудить стоит дороже осуждения тех, кто не смеет прекословить мировому правительству.
   Это, впрочем, всего лишь частное замечание, касающееся утверждения об "одной России", которую осудил "весь мир".
  
   Что же касается существа вопроса. На самом деле сегодня все обстоит как раз намного лучше, чем это обстояло ранее, в те моменты, когда этот самый "мир" пытался время от времени Россию уничтожить. Давайте вспомним. В 1812 году была одна Россия. И против нее была вся Европа, за исключением Британии. И нашествие тогда было отнюдь не одних только французов, как мы привыкли считать. Академик Тарле писал по этому поводу: "Хвалился же Наполеон тем, что в русском походе погибло "всего" 50 тысяч "настоящих" французов, а остальные сотни тысяч были немцы, итальянцы, голландцы, поляки, испанцы, далматинцы и т. д." А ведь, вся Европа, это, в реалиях того времени, и есть тот же самый "весь мир". В 1941 году снова была одна Россия. И снова против нее шла почти вся Европа. Вот интересно. То, что почти все страны Европы были тогда против России, это что, тоже свидетельство того, что Россия была неправа?
  
   Да, конечно, "права она или неправа, но это моя страна" (с), с этим нельзя не согласиться. Естественно, мысль эта отнюдь не так проста и линейна, как кажется на первый взгляд. Тем не менее, чеканность и простота этой формулы придает дополнительную силу к осознанию простой, в сущности, истины. Что есть наши и есть не наши. Что за наших надо драться. А не нашим лучше не попадаться под руку. Иначе... В общем, понятно.
  
   Вместе с тем, так уж человек устроен, очень ему нужно чувствовать, что "она права". И, драться за нее все равно надо, но не хочется при этом понимания того, что "она не права". Поэтому, обычное дело, когда обе стороны конфликта уверены, что правы именно они.
  
   Здесь имеет значение и пропаганда, конечно, но немалую роль играет еще и внутренняя готовность согласиться с ней. Особенно, если учесть, что пропагандистские тезисы могут содержать в себе как неправду, полуправду, так и чистую правду. Иначе, кто же такой пропаганде поверит? Вообще говоря, умная пропаганда состоит не из категорических лозунгов, а из аргументов и контраргументов.
  
   Пропаганда может не содержать в себе ни капли лжи. Кстати, простое разъяснение своей позиции тоже может расцениваться противной стороной как пропаганда. Даже если она от начала до конца исполнена вполне добросовестных доказательств. В отличие от недобросовестной пропаганды, где правдивые факты могут быть подобраны односторонне, с игнорированием других правдивых фактов, противоречащих заданным целям. Поэтому, кстати, если пропаганда использует утверждение, что Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот, опровергать это на том основании, что его использует чья-то пропаганда, смешно и глупо.
  
   Отсюда следует, что если мешает мне правильно оценивать ситуацию чья-то пропаганда, то я не должен отвергать ее с порога только на том основании, что это пропаганда, а должен разобраться, насколько верны предъявленные ей доказательства.
  
   Приглашаю поэтому попытаться понять, невзирая на пропаганду той или другой стороны, права она или неправа - моя страна.
  
   Сразу оговорюсь, что не претендую здесь на откровения, которые никогда и никому не приходили в голову. Многое из сказанного здесь общеизвестно, а что-то даже и общепринято. Поэтому предлагаю разобраться в этом общеизвестном спокойно и взвешенно. И, конечно, по возможности, без предубеждений и штампов.
  
   Отмечу также, чтобы в дальнейшем не было недопонимания и связанного с ним обвинения в собственной предвзятости. В мое изначальное понимание объективности не входит признание допущения, возможно для кого-то логичного, о том, что, для блага мира и мировой цивилизации, Россия и русские должны исчезнуть с лица Земли. Неприятие справедливости такого развития событий является единственным проявлением пристрастий автора. Эта точка зрения не означает, впрочем, что Россия и русские имеют какие-то особые привилегии на свои действия или некую индульгенцию на свои собственные грехи. Россия - такая же страна, как и прочие страны. И русские - такой же народ, как и все прочие народы, не имеющий по отношению к ним никаких изначальных преимуществ. Как, впрочем, и заведомых пороков. Не лучше и не хуже, если сказать коротко. В случае, если кто-то полагает такое пристрастие порочным для понимания объективной картины мира, может дальнейшее не читать, поскольку будет обречен на безнадежное разбирательство в конфликте несовместимых мировоззрений.
  
   ***
  
   Для начала рассмотрим один из самых ярких штампов, предъявляемых сегодня пропагандой западного мира. Заключен он в идентификации Путина с Гитлером. И, соответственно, поскольку политику Путина поддерживает сегодня абсолютное большинство российского народа, приравнивание современной России к нацистской Германии.
  
   В сравнениях таких успели отметиться западные министры и главы государств, политики и аристократы. Говоря о возврате Крыма в состав России, они утверждают: "Именно такие методы Гитлер уже использовал в Судетской области".
  
   Так. Оставим пока в стороне Крым и Судеты. Присоединение чьих-то территорий не новость в мировой истории, этим занимались правители всех времен и народов. Бисмарк, например, создал Германскую империю вовсе не цветочками и галантными политесами, а "железом и кровью", по его собственному выражению. Никто его, однако, за это фашистом не называет. И к Гитлеру не приравнивает. Почему же приравнивают Путина? Не потому ли, что Гитлер, это носитель исключительного зла? Не потому ли, что Гитлер, помимо постоянных завоеваний, отметился и другими зверствами, ставшими нарицательно связанными с его именем? И с этими зверствами стараются связать сегодня Путина? И не только Путина, но и Россию?
  
   Замечу здесь, что иногда в связи с этим можно услышать примитивную оговорку о том, что речь идет не о том, что Путина приравнивают к Гитлеру, а о том, что Путин использует те же методы, что и Гитлер. Но это, повторю, оговорка для не очень думающих людей. Ясно же, что, если Путина не упрекают за то, что он действует теми же методами, что и Бисмарк, а упоминают в связи с ними исключительно Гитлера, то речь идет не об упреке в методах. Ясно как белый день, что речь идет о том чтобы совместить в сознании обывателя эти два лица - Гитлера и Путина. Так почему?
  
   Попробуем разобраться.
  
   Не секрет, что жесткие нападки на Путина начались сразу после того, как он объявил о своем решении идти на президентские выборы 2012 года. Протесты против его возврата в президентское кресло, разразившиеся в России осенью и зимой 2011 года, дело, в общем-то, обычное. Кто-то хочет этого кандидата, кто-то нет, всякий имеет право на свое мнение.
  
   Не совсем обычной, хотя и достаточно ожидаемой была отрицательная реакция Запада на его кандидатуру. Медведев все же был в его глазах помягче, с ним можно было легче договориться, была еще памятна история с голосованием в ООН по Ливии, например. С Медведевым и его командой были налажены связи, были наработаны определенные планы и связанные с ними ходы. И вот такой поворот.
  
   Необычность же отрицательной реакции на кандидатуру Путина была связана с тем, что сразу же, грубо и беззастенчиво началось вмешательство Запада в избирательный процесс в России. Это, в общем-то, было привычным на примере других стран. В России же до этого такое, если и применялось, то достаточно тихо и аккуратно. А здесь вдруг громогласно начались заявления западных, в основном, штатовских, политиков. И не только отдельных политиков, но даже и солидных государственных структур. Достаточно вспомнить разнообразные демарши Государственного департамента США по поводу несовершенства избирательного процесса в России. Всем было понятно, в общем-то, против чего и, главное, против кого они были направлены. Накал доходил до таких выражений, что за кадром начинало вопросительно маячить сомнение в возможности считать победителя будущих выборов легитимным главой государства.
  
   Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин является, конечно, фигурой спорной и противоречивой. Продукт олигархического капитала, он и был в свое время выдвинут во главу России именно этим самым капиталом. С ясной задачей обеспечить ему неприкосновенность активов, мир и стабильность различным его группировкам. То, что со временем Путин создал свою собственную, было ожидаемо и логично. В системе, где власть поделена между группировками, победу можно одержать, только возглавляя самую сильную из них. В результате, свой собственный клан помог ему нанести поражение некоторым другим олигархам, когда те попробовали подвести к его месту какие-то свои кандидатуры. То, что поддержка такая требует, естественно, вознаграждения, оборачивается в итоге чьими-то материальными преференциями за счет государства. Это так.
  
   С другой стороны. Сколько-нибудь заметные критики "коррупции и казнокрадства путинского режима" представляют обычно, прямо или косвенно, какие-то другие олигархические группировки, которые также участвуют в тех же самых коррупции и казнокрадстве. Интересы эти они представляют не безвозмездно, конечно, поскольку предположение о бескорыстии кого-то из защитников интересов любого из олигархов может явиться в современной России только лишь поводом усомниться в умственном здоровье предполагающего. Это, кстати, одна из причин того, почему пламенная "борьба" с тоталитаризмом и коррупцией оставляет равнодушным российское общество. Дело не в инертности и покорности народа, как привычно сетуют эти "борцы". Дело как раз в народном уме, который прекрасно видит новых желающих прорваться к кормушке и посидеть вокруг нее, обстоятельно и со вкусом. И просто не желает им приятного аппетита за свой счет.
  
   Надо сказать, что во многом именно деятельность государственных органов Запада, США, прежде всего, публично и активно поддержавших протест так называемого "гражданского общества", сыграла далеко не последнюю роль в том, что народ окончательно отвернулся от критиков Путина. И, как итог, поддержал его на выборах. О том, почему поддержка кого-то Западом во мнении народном является, в отличие от мнения "либеральной" оппозиции, не преимуществом, а неким клеймом, об этом будет сказано несколько ниже.
  
   Комментировать эту деятельность не буду. Тем более, что после выборов тема эта быстро исчезла, как будто ее и не было. Ясно, однако, что сама по себе жесткость позиции Запада в отношении личности Путина не могла не иметь какого-то продолжения. И проявиться должна была при первом же обострении отношений. А обострения начались очень скоро. Сирия, Сноуден, это только наиболее яркие и крупные темы острых противоречий России и Запада.
  
   В этой связи примечательным является тот факт, что сравнение России с нацистской Германией и Путина с Гитлером началось задолго до переворота на Украине. И, соответственно, до того, как на Западе вообще узнали, что существует такой полуостров, под названием Крым. Вслух это сравнение давно уже настойчиво проговаривали наши, так называемые, "несистемные" оппозиционеры. Просто, учитывая их патологическую тягу к свободному от убедительности словоблудию, на это в среде людей трезвомыслящих не обращалось обычно особого внимания.
  
   Наиболее шумными стали демарши, предпринятые "борцами с режимом" в связи с проведением Олимпийских Игр в Сочи. Именно здесь сравнения Путина с Гитлером, а России с нацистской Германией прозвучали наиболее назойливо и крикливо. Самым скандальным в этом хоре прозвучало выступление г-на Шендеровича. Напомню, что в своем блоге он провел сравнение между Олимпиадой в Сочи и Олимпиадой в Берлине в 1936 году. Упомянув фигуристку Юлию Липницкую, г-н Шендерович напомнил о первом немецком чемпионе в легкой атлетике, Хансе Вельке, победам которого радовались в нацистской Германии. Повторю еще раз, что ни о каком Крыме и Судетах речь тогда еще не шла.
  
   Поэтому, когда после известных событий в Крыму западные политики, один за другим, начали вдруг высказываться о Путине, как о новом Гитлере, понятно стало, что питаются эти представления из одного источника. Из одного пропагандистского центра. Просто наши "либеральные" оппозиционеры, в силу своей самовлюбленности и болтливости, слишком рано начали использовать чью-то пропагандистскую заготовку, которую берегли до поры в запасе.
  
   Скажете, конспирология? Скажете, не может быть такого единого центра? Но подождите, не спешите отвергать с порога. Давайте всмотримся в эту ситуацию немного внимательнее. И попробуем ответить всего на один вопрос. А как же единый хор западной прессы, не допускающий, практически, никаких отклонений от генеральной линии тотального обвинения России? Причем, слышали мы этот тотальный хор и в 2008 году, во время войны в Грузии. Слышали мы его во время сочинской Олимпиады. Слышали его во время кризиса на Украине. Слышали после присоединения Крыма. Слышали после сбитого "Боинга". Слышим сейчас. Массированный вброс недобросовестной пропаганды, не допускающий никаких иных мнений, кроме тех, где Россия представляется исчадием ада. Это, что, конспирология? Мы что, ничего этого не видим? Или ничего этого не слышим?
  
   И дело даже не в изначальной враждебности этих публикаций. Бог с ними, никому Россия не обязана нравиться, имеют право иметь о ней какое угодно враждебное мнение. Дело в другом. Подобное единогласие, оно ведь невозможно без координации. Люди не роботы, и кто-то из них может, естественно, иметь какие-то другие мнения, отличные от большинства. Кто-то может ошибаться, наконец. Но ведь не видно и не слышно в этом хоре никаких иных мнений. То, что с течением времени это единогласие начинает перемежаться, наконец, этими самыми иными мнениями, говорит только о том, что тотальная блокада альтернативных точек зрения в таких гигантских масштабах просто невозможна физически. Но вот то, что прорываться она начинает только с течением времени, а в первые дни, недели и даже месяцы характерно как раз абсолютное и тотальное единогласие, говорит о том, что существует в этом процессе единая воля.
  
   Нет? Тогда чем вы объясните вот это, например?
   Бывший президент Чехии Вацлав Клаус в своем интервью влиятельному журналу британских консерваторов "The Spectator" сказал буквально следующее.
  
   "...Если вы спросите меня, идет ли сейчас в Европе наступление на свободу, я скажу "да". Я чувствую, что на меня давят, не позволяя мне высказывать мои взгляды. У меня теперь с этим постоянно возникают проблемы. Внезапно, впервые за 20 лет, я начал сталкиваться со следующей ситуацией: меня приглашают основным выступающим на конференцию, затем организаторы узнают, что у меня есть серьезные сомнения по поводу Евросоюза, однополых браков или украинского кризиса, и говорят: "Извините, большое Вам спасибо, но мы уже нашли другого выступающего". Я с такими вещами сталкивался при коммунистах - но не в так называемой свободной Европе. Политически корректным признается лишь узкий спектр мнений".
  
  
   И дело даже не в том, что кому-то отказывают в праве на высказывание своего мнения в достаточно широкой аудитории. Ну, мало ли, неизвестный человек с улицы, мнение его не интересно или не убедительно. Не профессионально, наконец. Не авторитетно. Откровенно глупое мнение, в конце концов. Но. В данном-то случае, речь идет об одном из известнейших европейских политиков. Вацлав Клаус шесть лет был премьер-министром Чехии, с 1992 года по 1998 год, а затем еще десять лет, с 2003 года по 2013 год Президентом Чехии. Простите, шестнадцать лет на самой вершине власти в одной из достаточно заметных европейских стран, и это человек, мнение которого никому не интересно? Это человек, выступление которого организаторы очередной конференции (где по определению должно подразумеваться разнообразие мнений) по своей собственной воле могут счесть менее авторитетным и интересным для участников, чем доклад какого-нибудь очередного профессора политических наук, коих в мире не сосчитать?
  
   Конечно, можно согласиться с тем, что наш мир, в определенной степени, действительно, безумен. Но в том-то и дело, что безумен он РАЗНООБРАЗНО. А здесь мы видим, как придается ему некое единообразие. Причем делается это с отчетливо видимым применением организационных методов.
  
   Можете, конечно, считать это конспирологией. Но мир вокруг открыт, и делать выводы о процессах, происходящих в нем, не так уж трудно, если отрешиться от предвзятости. Особенно легко делать такие выводы, если вспомнить времена противостояния СССР и Запада. То, что все советские средства массовой информации имели на любые события всего одну точку зрения, объяснялось легко и просто. Эта точка зрения предлагалась им из единого координирующего и контролирующего центра. ЦК КПСС. Одновременно, западные СМИ в то время сильно отличались от советских как раз разнообразием представленных ими точек зрения. Да, была точка зрения господствующая, вызванная фобиями противостояния. Но был представлен и достаточно широкий спектр мнений иных. Это, подчеркну еще раз, в отношении коммунистической страны, десятилетиями являвшейся официально признанным противником (в том числе даже и военным) западного мира. Это вам не сегодняшняя Россия, активно встраивающаяся в этот самый западный мир.
  
   Сегодня же мы видим картину совершенно обратную. Характерную как раз тотальным единогласием западных СМИ, имеющих на Россию и все, связанное с ней, всего одну точку зрения. Разногласия здесь всегда начинаются только с вопроса, насколько сильно надо наказать Россию. Других разногласий нет. В чем причина этого? Или у подобного явления нет никаких причин?
  
   ***
  
   Однако, если уж говорить о предвзятости и непредвзятости, то было бы неправильно не выслушать и другую сторону.
   Можно возразить сказанному. Примерно так. Тот же г-н Шендерович просто предугадал, что новый Гитлер в облике Путина готов пойти по его стопам и далее, просто до поры не показывал себя во всей красе. И вот, наконец, показал. Чем просто подтвердил своими действиями мнение о нем проницательных российских либералов.
  
   Тогда остановимся на этом. И посмотрим, кто и как на самом деле соответствует образу Гитлера в современной политике.
  
  
   Главным содержанием политики Гитлера было стремление к войне. И, через посредство войны, к мировому господству. То, что Россия стремится к мировому господству, это может вообразить себе сегодня только безнадежный идиот, уж извините за грубую форму такого образа. А стремление к войне с мощным блоком заведомо сильнейших государств, для страны, еле сводящей концы с концами, и может, конечно, привидеться кому-то от горячего испуга, но это опять же надежный путь в палату номер шесть.
  
   Далее. У нацистов была идеология избранности арийской расы. Они объявили неполноценными целые народы, над которыми эта раса призвана господствовать. У России никогда такой идеологии не было.
   Она есть у Путина?
   Путин никогда не объявлял народ России избранным, стоящим над другими народами, как это делал Гитлер в отношении народа Германии.
   Кто это делает сегодня?
   Это делает сегодня президент США Барак Обама. Именно он объявил избранным американский народ. А любое подобное утверждение влечет за собой неизбежность некоторых следствий. Избранность кого-то на логическом уровне означает, что все, кто не входит в эту категорию, являются и ниже, и хуже. Другими словами, менее полноценными особями, нежели каста избранных. То есть, попросту неполноценными народами. И провозгласил это президент США не по ошибке и не по путанице в формулировке. Потому что, когда ему возразили, что избранность, это, по существу, один из существенных элементов нацистской идеологии, стал горячо отстаивать свое мнение. Да что там Обама, личность достаточно случайная и экзотическая. Весь политический истеблишмент США встал единым строем на защиту идеи своей избранности. То есть, нацистский этот постулат фактически пропитал американское общество. Ну, если не все общество (простому американцу эта избранность, думаю, просто неинтересна), то его верхушку точно.
  
   Пойдем дальше. В нацистской Германии сжигали книги неудобных авторов. Были запрещены Брехт и Ремарк, Цвейг и Томас Манн, Джек Лондон и Эрнест Хемингуэй, многие другие писатели, неугодные нацистам. Около ста миллионов книг сожгли они по всей Европе.
   Зададимся простым и вежливым вопросом. Какие писатели запрещены в России? Какие книги сжигают здесь сегодня? Может быть, книги г-на Шендеровича?
  
   Скажу. В России сегодня запрещена так называемая экстремистская литература, в том числе, книги нацистских авторов. Это, на мой взгляд, огромная ошибка. С идеями надо спорить идеями, а не запретами. Запрещенная литература существовала в царской России, много это помогло прочности императорского престола?
   Кроме того, это в Германии запрет на нацистскую литературу, возможно, оправдан, поскольку она пропагандирует исключительность германской нации и неполноценность других народов. Во всяком случае, это дело самих немцев, как бороться с такими взглядами.
   В России же, наоборот, такие книги, как "Майн Кампф", например, должны быть в открытом доступе. Потому что откровенно показывают, что нацистский режим готовил славянским народам полное уничтожение. Ведь освоение "жизненного пространства на Востоке", которое провозглашено в этой книге, на практике должно было логично сопровождаться очищением густонаселенных районов от прежних жителей. А как их можно очистить быстро и основательно? Между тем, запрет на такую литературу, получается, прячет доказательства людоедских планов Гитлера в отношении восточных славян. И сегодня, в пору исторических баталий о судьбах России 20-го века, объективно помогает ее обвинителям.
  
   Это, повторю, ошибочный закон, который должен быть пересмотрен. Впрочем, возможно, я неправ. Возможно, здесь есть повод для споров. Так кто запрещает нам спорить об этом? Тем более, что каждый из нас знает, что никто его за эти споры не отправит в концлагерь. Это, что, нацистское государство? Сегодня этот закон есть, завтра Дума проголосует, и его не будет. А где в России костры из книг на площадях? Вы их видите?
  
   Далее. Гитлер совершал чудовищные преступления. Нацисты уничтожали евреев и цыган. Нацисты подвергли тотальному геноциду славянское население. Нацисты создали лагеря смерти, специализацией которых было уничтожение людей. В промышленных масштабах. Сознательно и целенаправленно.
   Где и кого, какой народ уничтожают сегодня в России?
   Может быть, это в России сейчас убивают в душегубках больных детей, как делали это в Ейске просвещенные европейцы? Может быть, это в России вешают и расстреливают? Сжигают живьем целыми селами? Может, это в России обрекают кого-то на голодную смерть, как делали это с жителями Ленинграда бабушки и дедушки сегодняшних евродепутатов?
  
   Да и вообще-то само по себе странно это, называть нацистским режимом способ правления, где полностью отсутствует смертная казнь. Даже не для политических противников, а для тех, кто посягает на жизнь и здоровье других людей, убийц например.
  
   Политические репрессии? Преследования за убеждения? А вы почитайте то, что говорят и пишут наши несистемные оппозиционеры. Ежедневно и ежечасно. Совершенно открыто и безнаказанно. Это нацизм? Да это попросту обеление нацизма.
  
   Получается, что сопоставление или сравнение с Гитлером и его действиями выкладывает на чаши весов, с одной стороны ни с чем не сравнимые преступления, а с другой стороны неугодную кому-то политику неугодного кому-то лица.
  
   Конечно, такое передергивание попросту глупо, поскольку для думающего человека является основанием для сомнений в честности человека, который это утверждает. А потому работает обратно против самих обвинителей.
  
   Впрочем, как выглядят в этом случае такие обвинители, это их собственное дело, а потому для нас не так уж и важно. Но этот подлог, он же еще и предельно аморален. Примерно такой же, как сравнение охоты на пушных зверей с Холокостом. Сравнение такого рода показывает, что в любом споре можно все. А раз можно все, то однажды один из спорщиков берется за оружие. Все ведь можно. Так почему не победить в споре таким предельно убедительным образом?
  
   Кроме того. Последствиями такого сравнения может означать для кого-то убеждение, что Гитлера попросту безвинно оклеветали. Для человека, не знакомого с историей (а таких становится все больше с ужасающей быстротой), сравнение Путина с Гитлером будет означать, что Гитлер не стремился к войне и к мировому господству. Что он считал все народы равными. Что он не применял ни к кому смертной казни. Что он не сажал и не казнил за убеждения. Что при нем в нацистской Германии была свобода слова. Что не было в Германии никаких концлагерей. Что не было никаких лагерей смерти. Скажете, преувеличение? Погодите немного. Пройдет немного времени, и вы увидите еще реабилитацию невинно оклеветанного Гитлера, к этому все идет. В том числе в огромной мере усилиями либеральной общественности.
  
   Почему? Зачем это делается?
  
   А все просто.
   Много лет назад именно западный мир породил и вскормил Гитлера. Именно западный мир вооружил его. Именно западный мир осознанно позволил ему обрести небывалое могущество.
  
   Кстати, возвращаясь Мюнхенскому сговору 1938 года. К часто поминаемому сейчас захвату Гитлером Судетской области. О том, что Европа не должна сегодня повторить политику уступок агрессору.
  
   Запад снова делает вид, что ничего не помнит. Там ведь тогда речь шла не о попустительстве. Не об уступках. В реальности речь шла о соучастии. На самом деле, чехов заставил сдаться не только Гитлер. Если бы все было так просто, как сейчас утверждается на Западе. О том, что Гитлер хотел завоевать Судеты, а Англия и Франция не воспрепятствовали этому. Что было ошибкой, которую они не хотят сегодня повторить. Если бы это было так. Тогда чехи могли бы еще обороняться от агрессора сами, пусть и без помощи Запада. Была объявлена и началась фактически мобилизация. Свыше тридцати чешских дивизий стояли тогда под ружьем, в готовности оборонять свою Родину. Они были хорошо вооружены и могли, и хотели сопротивляться, опираясь на вполне современную систему укреплений. И правительство Чехословакии готово было к вооруженному сопротивлению даже в том случае, если бы их не поддержали западные союзники. Но их взяли за горло. Потому что Запад не просто смотрел со стороны, ничего не делая, как уверяют нас сегодня обличители Путина. На самом деле, Мюнхенская акция была диктатом Запада. Ведь переговоры вели между собой Англия, Франция, Германия и Италия без участия чехословацкой стороны. Чехам было отказано в участии в переговорах. И отказано, заметим, не Германией, а Англией и Францией.
   В конечном итоге, именно Англия и Франция заставили чехов сдаться. Заставили подчиниться Гитлеру под угрозой считать именно чехов зачинщиками войны, в случае, если те вздумают сопротивляться. То есть фактически объявляли сражающуюся Чехословакию своим противником. Именно это и заставило, в итоге, правительство Бенеша капитулировать. Они боялись того, что чехов защитит советская Россия, которая была уже к этому готова, предлагая свою помощь, и придвинув к границе свои дивизии.
  
   Так что, дело вовсе не в том, что Запад уступил Гитлеру. Дело в том, что Запад соучаствовал с Гитлером в переделе карты Европы в своих интересах. А в чьих еще? Не в чужих же?
  
   Да, в результате Мюнхена выиграла Германия, получив Судеты, а вскоре и всю Чехословакию. Это так. Но и Запад достиг тогда всего, чего желал.
  
   Из Сборника "Документы по истории Мюнхенского сговора. 1937-1939".
  
   "218. Телеграмма полномочного представителя СССР в ЧСР в НКИД СССР
  
   30 сентября 1938 г.
  
   Бенеш (президент Чехословакии - В.Ч.) просил меня поставить перед правительством СССР следующий вопрос. Великие державы, даже не спрашивая Чехословакию, позорнейшим образом принесли ее в жертву Гитлеру ради своих собственных интересов. Окончательное решение формальностей предоставлено Чехословакии. Это означает, что она поставлена перед выбором либо начать войну с Германией, имея против себя Англию и Францию, по крайней мере в смысле отношений их правительств, которые также обрабатывают общественное мнение, изображая Чехословакию как причину войны, либо капитулировать перед агрессором. Еще неизвестно, какую позицию займут парламент и политические партии. Оставляя этот вопрос открытым, Бенеш хочет знать отношение СССР к этим обеим возможностям, т. е. к дальнейшей борьбе или капитуляции. Он должен знать это как можно скорее и просит ответ часам к 6-7 вечера по пражскому времени, т. е. часам к 8-9 по московскому.
  
   С. Александровский
  
   Печат. по арх. Опубл. в сб. "Новые документы из истории Мюнхена". М., 1958, с. 150-151.
   1 Настоящая телеграмма поступила в НКИД СССР 30 сентября 1938 г. в 17 час. 00 мии. по московскому времени. Прием и расшифровка телеграммы были закончены на 15 минут позже, чем прием и расшифровка второй телеграммы полпреда СССР в Чехословакии от того же числа, поступившей в НКИД в 17 час. 45 мин. по московскому времени, в которой сообщалось, что президент Бенеш снимает свой вопрос, так как чехословацкое правительство приняло решение о капитуляции (см. док. ? 219)".
  
   "221. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании в НКИД СССР
  
   30 сентября 1938 г.
  
   Сегодня, очевидно, во исполнение вчерашнего обещания Галифакса (министр иностранных дел Великобритании - В.Ч.) меня пригласил Кадоган (постоянный заместитель министра иностранных дел Великобритании - В.Ч.), сообщив основные пункты мюнхенского соглашения (которые, конечно, известны вам из газет), стал настойчиво спрашивать, что я о нем думаю. Я ответил, что о характере моей оценки соглашения Кадоган, вероятно, легко догадывается, и в свою очередь стал спрашивать его о некоторых деталях договора. Из ответов Кадогана, между прочим, выяснилось:
   1. Чехи по мюнхенскому договору имеют право вывезти из сдаваемых районов оружие, амуницию, движимое имущество и т. д., что им запрещалось ультиматумом Гитлера, предъявленным Чемберлену 23 сентября.
   2. Международная комиссия имеет право устанавливать районы, где должен быть произведен плебисцит, не
   335
  
   только в так называемой "зеленой зоне" на карте, приложенной к ультиматуму 23 сентября, но также в некоторой части "красной зоны".
   3. Английский проект гарантии, как разъяснил мне вчера Галифакс, предусматривал в первую очередь гарантии Англии, Франции и СССР. В Мюнхене вопрос был решен иначе: предусматриваются гарантии Англии и Франции, а также (после "урегулирования" вопроса о венгерском и польском меньшинствах) Германии и Италии. Об СССР упоминания нет.
   4. Вопрос о какой-либо экономической и финансовой компенсации для Чехословакии пока никем не ставился. По окончании ответа на мой вопрос Кадоган вновь стал интересоваться моим мнением о достигнутом соглашении. Тогда я решительно раскритиковал соглашение, подчеркнув, что оно окончательно открывает дорогу для развязывания новой мировой войны. Кадоган пытался защищать соглашение, но не очень энергично и в конце концов согласился с тем, что результатом Мюнхена, по всей вероятности, будут новые и гораздо более серьезные европейские осложнения в ближайшем будущем. В заключение Кадоган просил меня без стеснения обращаться к нему или Галифаксу в случае, если мне понадобится какая-либо информация или какие-либо разъяснения в связи с центральноевропейским кризисом.
  
   Майский".
  
   То есть, сами англичане (ну не идиоты же) понимали, что Мюнхенское соглашение угрозу войны вовсе не исключило, как уверял во всеуслышание для публики Чемберлен, вернувшись из Мюнхена в Лондон. Тогда зачем заключали? Зачем заставили чехов сдаться?
  
   Черчилль. "Вторая Мировая война", т. 1.
  
   "...Советские предложения (в ходе Мюнхенских событий - В.Ч.) фактически игнорировали. Эти предложения не были использованы для влияния на Гитлера, к ним отнеслись с равнодушием, чтобы не сказать с презрением, которое запомнилось Сталину. События шли своим чередом так, как будто Советской России не существовало. Впоследствии мы дорого поплатились за это...
  
   ... Мы располагаем сейчас также ответом фельдмаршала Кейтеля на конкретный вопрос, заданный ему представителем Чехословакии на Нюрнбергском процессе:
   "Представитель Чехословакии полковник Эгер спросил фельдмаршала Кейтеля: "Напала бы Германия на Чехословакию в 1938 году, если бы западные державы поддержали Прагу?"
   Фельдмаршал Кейтель ответил:
   "Конечно, нет. Мы не были достаточно сильны с военной точки зрения. Целью Мюнхена (то есть достижения соглашения в Мюнхене) было вытеснить Россию из Европы, выиграть время и завершить вооружение Германии"{30}..."
  
  
   То, есть одной из главных целей Германии было вытеснить Россию из Европы. А что было целью Англии и Франции? Тем более, если они понимали, что Мюнхен Гитлера не насытит? Получается, что та же самая у них была цель, что и у немцев. Потому и проигнорировали они предложения Сталина. Потому и не пригласили к обсуждению чешскую сторону. При чем здесь чехи, если речь на самом деле шла о вытеснении России?
  
   Она и тогда была на стороне Гитлера, эта самая Европа.
  
   В своем движении на Восток Гитлер выполнял ее волю. Он, собственно, и возглавлял в 1941 году Европу (кроме Британии). То есть, возглавлял Евросоюз того времени. И его отношение к России и к русским является вполне традиционным, в русле отношения западного мира к туземцам, проживавшим в их колониях. То, что творили немцы на землях России, было воспитано не Гитлером. Это было воспитано европейской культурой.
  
   Оправдывались потом тем, вроде, что зверства-де чинили эсэс и гестапо, что простые люди в этих преступлениях были ни при чем. Только те миллионные жертвы, которые остались на совести Германии, их ведь убивали как раз миллионы европейцев. Так или иначе, но все в этом участвовали. Или соучаствовали. Иначе не объяснишь чудовищное количество этих жертв, никакими эсэс или гестапо. А вот европейская ментальность, эта материя более существенная, чем уверения, что никто ничего не видел и никто ничего не слышал.
  
   Ментальность кстати, вещь консервативная, а потому трудноизменимая в исторически короткое время. Она и сегодня не может кардинально отличаться от той, что существовала всего лишь несколько десятков лет назад. Никакая словесная косметика, вроде пресловутых толерантности и демократии, изменить очень уж сильно самое существо этой ментальности не могут. Окраска любой вещи любым цветом свойств этой вещи не меняют.
  
   Если понимать это, то понятна и причина того, что, когда сегодня в Прибалтике на государственном уровне чествуют как героев людей, служивших в формированиях СС, Европа по этому поводу молчит. А раз молчит Евросоюз, значит, в целом он разделяет эту политику. Значит, ничего не имеет против чествования эсэсовцев. Ведь воевали эти эсэсовцы против России, и никогда против Запада.
  
   При этом перед глазами у нас имеются примеры того, какой мгновенной и жёсткой может оказаться реакция европейского сообщества на неугодную ему политику входящих в него государств. Значит, могут? Когда это надо им в действительности, то могут. Могут влиять на членов своего сообщества, если проводимая там политика действительно им неприятна.
  
   Значит, если где-то и по отношению к кому-то воздействие такое кажется Евросоюзу излишним, значит, политика такая не кажется им неприемлемой?
  
   Поэтому вполне логичным видится то, что сегодня западный мир привычно продолжает ту же традицию отношения к России и к русским. А чтобы чувствовать себя комфортнее в предвидении карательного смирения России, обвиняют ее в том, что она якобы повторяет прошлые преступления Гитлера и Германии. Путин здесь просто повод, как это ни странно. Серьезный, конечно, но только повод. Не назло Путину это делается. Речь здесь совершенно очевидно идет об отношении к России в целом.
  
   Это вполне объясняет и то, почему сегодня именно западный мир спровоцировал переворот на Украине. Именно западный мир держал за руки Януковича, чтобы тот не смел сопротивляться насилиям, чинимым правыми радикалами, иначе говоря, попросту фашистами. Радикалы эти, которых принято именовать собирательно "Правым сектором", исповедуют откровенно фашистскую идеологию, осужденную, кстати, совсем недавно самими европейскими парламентариями как родственную нацистской. В качестве своих героев украинские радикалы вспоминают тех, кто воевал под знаменами Гитлера в войсках СС. И уж, во всяком случае, объявляют героями пособников и союзников Гитлера, стрелявших в спину тем, кто воевал с ним. Не забудем о том, что не просто популярное, но фактически обязательное сегодня на Украине (если, конечно, заботишься о своем здоровье), приветствие "Слава Украине! - Героям слава!", являлось боевым девизом украинских союзников Гитлера. Аналогом немецкого "Зиг хайль".
  
   Нельзя, конечно, согласиться с тем, что сегодня Украина является полностью фашистским государством. Пока еще это преувеличение. Пока. Но страна эта стремительно фашизируется. Причем в буквально одинаковых по отношению к нацистской Германии формах, вплоть до серьезного обсуждения расовых теорий о чистых свободолюбивых украинцах и монголоидных рабах-москалях, о благотворности их уничтожения, включая женщин - "самок колорадов" и детей - "личинок колорадов". О "недочеловеках", живущих в Донбабве и Луганде.
  
   И огромную роль в этом снова играет именно Запад. Именно его избирательная "слепота", не позволяющая видеть уничтожение мирных жителей, насилие против политических оппонентов, против свободы печати и электронных СМИ, во многом подталкивает и даже провоцирует этот процесс.
  
   Это просто поразительно, насколько похоже ведет себя сегодня Запад по отношению к событиям тридцатых годов двадцатого века. Говоря о том, что они не хотят повторить ошибок Мюнхена 1938 года, они снова стараются вытеснить Россию. То есть, абсолютно зеркально повторяют свои действия того времени.
  
   Получается, ничего не изменилось. Запад снова выращивает, теперь уже на Украине, нового Гитлера. Не персонального, персону какую-то со временем вынесет на поверхность, она не так важна сегодня. Выращивается среда, где персона эта станет новым Гитлером.
  
   А причина все та же. Новый Гитлер, как и старый, нужен для обуздания России. Любой ценой.
  
   ***
  
   Вернемся теперь к вопросу путинских завоеваний.
   Надо сказать, что во всем лихорадочном многообразии версий и догадок, потрясающих Запад вот уже несколько месяцев, как-то совершенно буднично потерялся один простой и незатейливый факт. Заключается он в том, что в тот же самый момент, когда вежливые вооруженные люди внезапно материализовались в ключевых точках Крымского полуострова, абсолютно ничто не мешало и беспрепятственному продвижению регулярных российских войск на территорию не только Крыма, не только Новороссии, но и всей остальной части Украины. Российская армия на границе Украины была тогда в полной боевой готовности. Войска были подняты по тревоге, поскольку, как это известно, проводились внезапные масштабные учения. Это происходило в тот момент, когда аппарат государственной власти в Киеве был разрушен, силовые органы деморализованы, армия небоеспособна, то есть, такому вторжению было практически некому помешать. Запад мог как-то пытаться противодействовать этому только лишь с помощью санкций. Но это, конечно, не могло служить серьезным препятствием для такого вторжения, потому что после Крыма санкции все равно обязательно должны были последовать. И их обязательно должны были в Кремле ожидать и учитывать. Так какая разница, за Крым санкции или за всю Украину?
  
   Между тем, в тот самый удобный и выгодный момент всеобщей революционной анархии российская армия украинскую границу не пересекла. Поэтому очевидно, что подобная акция в условиях, намного менее выгодных для вторжения, не стала бы проводиться тем более.
  
   Для понимания действительных причин той приграничной военной готовности российской армии достаточно обратить внимание на одно громкое политическое событие, сильно напугавшее тогда как Запад, так и Украину. Если помните, Путин демонстративно и молниеносно получил тогда от федерального собрания ненужное ему одобрение возможному использованию вооруженных сил России за ее пределами. А потом, также демонстративно и непонятно зачем отказался от этого одобрения.
  
   То есть, вся эта операция, и концентрация войск, и громкие политические акции, судя по всему, преследовала всего одну цель. Воспрепятствовать любым возможным безумствам с попытками ввода на Украину вообще и в Крым в частности любых иностранных войск. Возможность этого не могла не обсуждаться в кулуарах мировой политики, настолько тогда сразу же обострились отношения. Как видим, цель была тогда достигнута. Противника надо было просто остановить, еще на стадии замысла. Поэтому российские войска логично остались на российской территории.
  
   Между тем, простейший этот вывод доходит до западных политиков с большим трудом. Потому что там уверены, Крым - это только первый шаг Путина к дальнейшим завоеваниям. Простейший вопрос, а зачем нужны эти завоевания Путину, как-то не приходит им в голову. А, раз не приходит в голову им, то не приходит в голову и основной массе нашей "либеральной оппозиции", привычно ждущей интеллектуальных откровений "оттуда".
  
   Точно так же оставались все более невостребованными нетерпеливое ожидание и растущее недоумение патриотической публики на эту же тему, но с другим, естественно, настроением - почему Путин не вводит российские войска в Донбасс?
  
   Для того, чтобы ответить на этот вопрос, надо сначала понять, а почему, собственно, произошло присоединение к России Крыма?
  
   В России многие ограничиваются простым убеждением, что Крым - это российская территория, по недоразумению (а потому, временно) отнятая у России. Путин просто восстановил историческую справедливость, убеждены они. И в чем-то правы, конечно. Только это убеждение не очень отвечает на вопрос, почему именно сейчас? Ну, вот, удобный был момент, ответят они.
  
   Это, кстати, перекликается с горькими упреками неполживой общественности в мародерстве России по отношению к братской Украине. Россию упрекают в том, что она во время пожара у соседа, вместо того, чтобы помогать его тушить, утащила у него какой-то предмет мебели. Конечно, страдания эти откровенно наигранные, вроде смертельных мук симулянта-футболиста, катающегося по газону. Достаточно вспомнить о том, что погорелец утащил к себе эту вещь во время другого пожара, происшедшего несколько раньше. И, вместо того, чтобы вернуть не принадлежавшее ему, бросал время от времени камни в дом обокраденного соседа.
  
   А помогать тушить... Так сосед сам поджег свой дом, да еще и приплясывал рядом, требуя, чтобы все другие плясали тоже. А тот, кто не пляшет, тот нехороший человек, которому доверить тушение нельзя. Посмотрел на это сосед, да и вернул себе свою украденную у него вещь из горящего дома, пока не сгорела она вместе с пляшущим человечком.
  
   Все так. Но, опять же. Почему это произошло именно сейчас? После развала СССР произошло двадцать три года, можно было сделать это и раньше, без особых церемоний. По поводу или без повода, неважно. Главное, что это было возможно всегда. Особенно во времена президентства Ющенко, с его постоянными скандалами и постоянным шантажом России судьбой Черноморского флота.
  
   И еще. Можно было догадаться, что Запад за Крым может ударить Россию очень прилично, а потому обязательно ударит, и как можно больнее. Почему Путин пошел на этот шаг сегодня, когда и без того экономика России не в блестящем состоянии? Ведь настоящие санкции на самом деле могут обернуться для российской экономики очень болезненно. Особенно в долгосрочной перспективе.
   Да, действительно. В чем-то они будут даже полезны, поскольку блокада заставит-таки развивать Россию собственное производство. Но время... На это нужно время. А его надо пережить.
   Нам дадут его пережить?
  
   Здесь вопросы и вопросы.
   А потому, снова. Почему, сейчас?
   Здесь аргумент о восстановлении исторической справедливости ничего не объясняет. А значит, надо искать другие ответы.
  
   Вот, очень популярным на Западе, да и где-то у нас, является объяснение, что Путин мечтает восстановить СССР. И основания для такой догадки вроде бы есть, поскольку когда-то он публично признался, что сожалеет о его разрушении. На Западе, конечно, домысливая его слова, основательно их смысл извратили, превратив это признание в имперские мечтания.
   Тогда как на самом деле речь шла о вещах обычных и само собой разумеющихся. О том, что катастрофа эта повлекла за собой жестокость и насилие, повлекшие жертвы и разрушения. Миллионы людей остались по разные стороны границ новых государств, иногда враждебных друг другу, отсюда неизмеримое количество личных трагедий и поломанных судеб. Количество же беженцев сделало процесс разрушения похожим на войну. Упал жизненный уровень самых незащищенных групп населения. Разрыв экономических связей отбросил совокупную экономику новых стран в далекое прошлое. Как не сожалеть?
  
   В то же самое время любому здравомыслящему человеку ясно, что сегодня вернуть СССР невозможно. По очень простой причине. Нет идейного и революционного подъема. Нет и не предвидится никакой социалистической собственности на средства производства, нет планового хозяйства, нет общественного распределения труда. Нет партии, которая скрепляла собой советские республики.
   И нет уже никаких советских республик. Нет, и никогда уже не будет, видимо, и социалистических республик. Так как могут образовать новый союз несуществующие республики?
  
   И Путин это не просто понимает, но и является, во многом, противником этой социальной модели. Говорю об этом уверенно, потому что помню о том, что он, повторю, является продуктом олигархического капитала. И, если не возглавляет его непосредственно, то во многом определяет в России его судьбу. И эта роль его, по всей видимости, вполне устраивает. Так какое восстановление СССР?
  
   Тогда, возражает кто-то, Путин собирает не СССР, он мечтает восстановить Российскую Империю.
   Но если его слова о сожалении по крушению СССР можно еще как-то переврать в мечты о его восстановлении, то нигде и никогда он не сожалел публично о Февральской революции, разрушившей империю. Так что здесь и для соврать нет никакого пространства.
  
   Да и невозможно это в еще больше степени, нежели восстановление СССР. Потому что СССР добровольно и на равноправной основе образовали советские республики, где у власти были такие же большевики, которые сидели и в Москве. В империи же нет такой цементирующей силы, какой была коммунистическая партия. А что есть? Есть государство Россия, которая, в случае преобразования ее в новую империю будет эти новые территории поглощать. А поглощать можно только медленно, иначе разнородная масса того, что образуется, быстро сдетонирует под напором внутренних противоречий в новых территориях, не говоря уже об их сепаратистах и инсургентах, которых надо переварить тоже. Так, Российская империя собирала под собой земли многие сотни лет. Даже без учета того, что каждая территория, каждый народ, присоединялась при своих, отличных от других, обстоятельствах, при своей особой, отличной от других, нужде... Это ничего, что у Путина нет такого срока?
   И зачем? Сегодня государства богатеют не новыми территориями, а рынками сбыта.
  
   Еще одна гипотеза. Путин собирает в своем государстве всех русских, оказавшихся в других республиках бывшего СССР... Для этого он, как и Гитлер, хочет завоевать государства, где живут его одноплеменники. В качестве доказательства этого выдвигаются слова Путина о том, что присоединение Крыма произошло по причине волеизъявления крымского народа, а так же в целях защиты русского населения Крыма.
  
   Здесь можно упомянуть те же соображения, что и по поводу воссоздания Российской империи, только в профиль.
  
   И ничего так, что Абхазия и Южная Осетия, например, взятые под покровительство Россией, заселены вовсе не русскими? И ничего, что русское население Приднестровья вот уже двадцать лет просит у России присоединения к ней без какой-либо реакции с ее стороны? Так где же здесь собирание русских в одном государстве?
  
   И еще. Защита русского населения, это, конечно, дело правильное.
   Но давайте зададимся вопросом. А зачем завоевывать государства, где, кроме русских, живут и другие народы, составляющие, обычно, большинство населения? У них какие причины быть поглощенными современной Россией? Неужели непонятно, что любое такое присоединение, осуществленное против их воли, не принесет России ничего, кроме грандиозных проблем, чреватых, в некоторых сценариях, разрушением ее самой?
  
   ***
  
   На самом деле догадки эти не имеют, конечно, никакой связи с действительностью. И не только потому, что паника одних парализовала способность мыслить. А мечтательные ожидания других не очень вписываются в реальность. Дело в том, что происшедшие события имеют свою самостоятельную логику, не подверженную чьим-то персональным желаниям. Соответственно, действия российского руководства лежат в ее русле и связаны, естественно, этой логикой.
  
   Поэтому невозможно правильно понять происшедшие события, равно как и представить себе события будущие, рассматривая их в отрыве от исторической взаимосвязи. Изъяном мышления западной стороны и является как раз упорный отказ от признания того, что события эти имеют и взаимосвязь, и историю. Отсюда, соответственно, следует отказ от рассмотрения причинно-следственных связей целого комплекса вопросов, связанных с предшествующими событиями. А потому и сводят они причину нынешнего кризиса к простейшим объяснениям, тем, которые способен воспринять мозг, пораженный страхом. К обидам Путина, например. Или к его имперскому желанию возродить СССР. К параноидальным желаниям обезумевшего от всевластия диктатора. К тщеславному желанию оставить свой след в истории, наконец.
  
   Не знаю, насколько российский президент тщеславен. В данном случае это не имеет особого значения. На мой взгляд, Путин, на сегодняшний день, прагматичен, расчетлив и последователен, этого, я думаю, достаточно. Потому что качества эти имеют положительное влияние на формат происходящих событий.
  
   Но одновременно необходимо понимать и другое обстоятельство, более глубинное. То, что общее направление этих событий не подвластно в полной мере чьим-то желаниям. Дело в том, что свершившееся и то, что еще свершится, не совсем зависит от чьих-то человеческих или даже деловых качеств. Путин ли во главе страны или не Путин, все, что остается любому лидеру в сложившейся ситуации, это придерживаться разумной степени последовательности и твердости поведения. Не более того. Но и не менее, конечно.
  
   Нельзя забывать о том, что само формирование возможного, чаще всего, ни Путину, ни кому другому, сегодня в кардинальной мере неподвластно. По той причине, что вектор развития современных событий закладывался во всем своем многообразии и всей своей сложности задолго до того, как тот же Путин, или кто-то рядом с ним, получили возможность как-то влиять на них.
  
   В частности. Разрушение советской империи явилось катастрофой глобального масштаба. События, которые произошли вследствие этого катаклизма, предотвратить никто из них не мог. Да и никто бы не мог. Потому что происшедшее после этого задействовало в мире огромные силы, несоизмеримые с силами одной только России. Сложившийся сегодня миропорядок явился следствием этих событий. И действовать любой лидер может сейчас только в его рамках, и никак иначе. Политика есть искусство возможного, не так ли?
  
   Давайте вспомним. В 2008 году Президентом России был Дмитрий Анатольевич Медведев, убежденный либерал и западник, в нашем сегодня общепринятом понимании. Но это именно он, в отсутствии Путина (тот был тогда на Олимпиаде в Пекине), принял решение о вторжении российских войск в Грузию. Именно за ним было окончательное решение о признании Северной Осетии и Абхазии независимыми государствами. Кстати, и США тогда возглавлял не "слабак", якобы, коим выставляют сегодня Обаму. Президентом у них тогда был "крутой парень" Джордж Буш. Стальной победитель Ирака, если помните. И что? Как все это отразилось на происходящем? Сравните.
  
   Характерна при этом и такая примечательная деталь. Когда сегодня Путину предъявляют его агрессивные грехи, ему поминают, вольно или невольно, и войну 08.08.08. В уверенности, что это именно Путин совершил агрессию против Грузии и присоединил к себе грузинские территории. И утверждают это не обыватели, которые вчерашнего дня не помнят, а крупные политики. Так, например, высказался недавно Роберт Гейтс, бывший министр обороны США: "В последние годы он (Путин - В.Ч.) обратил свой самовластный взор на ближнее зарубежье. В 2008 году Запад почти ничего не сделал, когда Путин вторгся в Грузию..."
  
   Конечно, на Западе предпочитают не помнить (поскольку и это тоже должно работать на задачу демонизации конкретного человека), о том, что тогда и Президентом России и Верховным Главнокомандующим ее Вооруженными силами был другой человек. Более того, Путин был тогда почти за шесть тысяч километров от Москвы и на решения особо повлиять не мог. Да, он мог высказать свое мнение, мог посоветовать что-то. Или даже настаивать на чем-то. Но решения в таких случаях принимает всегда только один. Тот, у кого в руках ядерная кнопка. Так что, влиял тогда решающим образом на события и определял их ход другой человек. Президент Дмитрий Медведев.
  
   Отсюда ясно, что либерал ты или не либерал, но если тебя поставили в определенные условия, то в момент кризиса ты будешь поступать только лишь определенным образом. Если не хочешь предать свою страну, естественно.
  
   Конечно, сегодня, в условиях убийственной вендетты, направленной Западом лично против господина Путина, поддержка Президента России автоматически становится для любого русского поддержкой самой России. Поскольку, не просто нападают на него, а всемерно его демонизируют не за его личные прегрешения, а вполне откровенно за то, что он жестко отстаивает государственные интересы России, так, как понимает эти интересы абсолютное большинство ее граждан.
  
   Тем не менее, напрасно кто-то рассчитывает, или, наоборот, пугается, что, если не будет Путина, то все пойдет совсем другим путем. На самом деле, будет в президентском кабинете кто-то другой (ну, кроме откровенного предателя или алкоголика, например), события как внутри страны, так и вне ее, изменятся не очень сильно. Потому что имеют они свою логику, свою историю и свою взаимосвязь. А самое главное, события эти являются неизбежным следствием условий, в которых оказалась сегодня Россия.
  
   Дело в том, что речь сегодня идет не о возрождении величия России, не о каких-то собираниях русских земель, восстановлении СССР, державном синдроме или имперском комплексе, и связанных со всем этим завоеваниях. Здесь, действительно, один лидер будет этим заниматься, а другой, пришедший ему на смену, вполне спокойно может от этого отказаться.
  
   Речь же на самом деле идет сегодня о выживании России. В самом прямом и буквальном смысле этого слова. Здесь любой разумный и твердый человек будет поступать совершенно определенным образом. Может быть, даже и значительно жестче, чем это демонстрирует сегодня российское руководство.
  
   Точно так же, будет ли сегодня Россия держаться твердо или даже агрессивно, или будет, наоборот, уступать и каяться во всех мыслимых или немыслимых грехах, санкции к ней применяться все равно будут. В том ли виде, в другом, но будут. Более того. Осмелюсь утверждать, что, если бы Крым не стал российским, санкции возникли бы все равно. Вспомните, как во времена Майдана Россию постоянно обвиняли во вмешательстве во внутренние дела Украины. Это тогда как раз, когда влияние Запада на внутренние дела Украины было неизмеримо сильнейшим, нежели скромные усилия России. Вспомните, как происходила тогда та же самая истерика в западных СМИ, не с Крыма она началась.
  
   Угрозы Януковичу со стороны лидеров западных стран применить к нему санкции в случае попыток остановить тех, кто избивал и убивал как представителей власти, так и простых программистов в офисах.
  
   А ведь от санкций к Украине Януковича совсем недалеко до санкций в отношении России Путина. Да они уже и начинались, даже без учета тех экономических ограничений, которые применялись к России всегда. Первый шаг таких санкций был предпринят во время Олимпиады в Сочи. Или кто-то всерьез полагает, что лидеры США и Европы демонстративно не приехали на Олимпиаду из-за разногласий по поводу нетрадиционных ориентаций?
  
   Россию просто тогда уже готовили к тому, чтобы она отказалась от борьбы за Украину.
  
   Но отказаться Россия не могла.
   Почему?
   Чтобы ответить на этот вопрос, начнем с самого начала.
  
   ***
  
   Для этого придется вернуться во времена распада СССР.
  
   Распад этот был во многом обусловлен разрушением КПСС, являвшейся главной цементирующей силой, скреплявшей Союз. Разрушение же КПСС явилось следствием крушения коммунистической идеологии. Собственно, не идеологии, к ней подавляющая часть населения равнодушно относились всегда. Намного более важным в народном сознании были категории справедливости, которые и провозглашались, вроде, коммунистическим учением. Между тем, явное расхождение между провозглашаемыми словами и каждодневной действительностью, с ее беззастенчивыми стяжательством, привилегиями и неприкасаемостью власть имущих на всех ее уровнях, породило угрюмое осознание несправедливости и обмана. В глазах народа именно они и составляли существо того порядка вещей, среди которого ему приходилось существовать. То, что при этом власти долгое время удавалось обеспечивать относительно приемлемый уровень его жизни, привело к тому, что протест вылился не в крайних формах политической борьбы, а в спокойном цинизме и отвлеченном кухонном остроумии. Впрочем, как это ни покажется странным, но и такого протеста оказалось на самом деле достаточно, Потому что в момент, когда при первом же удобном случае систему основательно встряхнули, народ эту власть защищать не стал, а равнодушно от нее отвернулся.
  
   К этому моменту отношение большей части населения к внешнему миру, а особенно к конкурирующим с СССР западным странам, было достаточно благожелательным. Особенно это было заметно по отношению к США, возглавлявшим противостояние. Это, надо учесть, несмотря на то, что и тогда были "наши" и "не наши", были войны в Корее и Вьетнаме, были схватки по всему миру, был Афганистан. Тем не менее, особой враждебности в советском народе американцы не вызывали. Более того. Следствием несомненного влияния западной культуры, проникавшей в СССР с известными препятствиями (а запретный плод всегда сладок), стала устойчивая мода на "все заграничное". Американское здесь ценилось едва ли не выше всего. Особое значение имел здесь и острый интерес к американской культуре, музыке, литературе, особенно кинематографу. Благодаря им, в основном, Америка тогда, несмотря на противостояние, имела в России несомненный моральный авторитет.
  
   В такой атмосфере западная пропаганда не расценивалась здесь как пропаганда. Пропаганда, это у нас. Пропаганда, это то, что мы слышим в телевизоре и на радио, это то, что читаем каждодневно в газетах. То, над чем мы понимающе посмеиваемся. А на деле ТАМ объясняют все правильно. Они борются не с Россией, а с коммунизмом. Так и нам коммунизм этот липовый не больно симпатичен. Там дерутся с нами, чтобы не было экспорта этого самого коммунизма. Так и нам этот экспорт даром не нужен, только деньги зря туда переводим. Там его боятся, поэтому вынуждены вооружаться, а где-то и применять эти вооружения. А нам зачем эти войны? Нам зачем эти опасности? Нам зачем, чтобы нас боялись?
  
   И получалось потихоньку в сознании обывателя, что главной угрозой миру является СССР с его агрессивным навязыванием другим странам своей идеологии, на практике оказавшейся сплошным надувательством. Получалось, что, если угрозу эту ликвидировать, то мир станет безопаснее.
  
   И вот однажды советский народ отказался от коммунистической идеи. Разговоры о том, что Запад выиграл Холодную или Третью мировую войну (противостояние это каждый называет по своему) необыкновенно популярны, и кажутся на первый взгляд верными. Во всяком случае, последствия оказались такими же, как и после военного поражения, это так. Но если вдуматься в существо вопроса, то на самом деле нет ничего более далекого от реальности. Потому что никто никакую войну не проигрывал. Советский народ сам, добровольно, без какого-либо принуждения извне, отказался от коммунизма. Это не было капитуляцией. Это было попыткой найти новый путь.
  
   Непонимание этого явилось, кстати, очень важным моментом противоречия, определившего то, как понимают положение России на Западе и в самой России.
  
   Между тем, крушение официальной идеологии закономерно привело к гибели коммунистической партии. А именно партия являлась главным стержнем, который скреплял единство Советского Союза. Это, в свою очередь, привело к его скорому распаду, принявшему сразу же характер крушения великого государства. Со всеми его сопутствующими потрясениями.
  
   Но крушение это должно было одновременно устранить постоянный испуг Запада перед советской агрессией, о котором мы так долго слышали. Если страх прошел, значит можно дружить. Без каких-либо препятствий. Эти надежды были весьма популярны тогда, в начале девяностых. Начинается новый мир, полагал тогда российский обыватель. Не будет вражды. Не будет войн. В этом были уверены многие. И имели на это, казалось бы, все основания. Тем более, заплатив такую высокую цену за возможность этой дружбы.
  
   И сразу же началось непонятное. Россия, безусловно, действительно не могла угрожать Западу. Помимо того, что стала активно встраиваться в этот самый западный мир, помимо доброжелательных ожиданий, она чисто физически перестала представлять собой какую-либо угрозу сопредельным государствам. Лишившись союзников по Варшавскому договору, лишившись экономических связей с бывшими республиками СССР, возглавленная сразу же элитами, горячо любившими Запад, Россия осталась совершенно беззащитной. Но это не казалось существенным. Ведь теперь будет мир. Теперь будет дружба.
  
   Казалось вполне разумным, что, если угроза исчезла, то можно ликвидировать структуры, ставшие ненужными. После ликвидации Варшавского договора, получалось, по логике вещей, что НАТО утратило цель своего существования. У этого военного блока, провозгласившего себя оборонительным, исчез не просто главный противник. У него исчезли все противники. В Европе уж, во всяком случае.
  
   Тем не менее, военная организация Североатлантического блока была сохранена. Что уже само по себе казалось тогда немного странным. Потому что это могучая вооруженная сила, оснащенная самым современным оружием. А любое оружие, если вывести за скобки посвященные ему красивые слова, предназначено для того, чтобы убивать. И чем это оружие совершеннее, тем совершеннее оно убивает. Организация, аккумулирующая в себе эти совершенные способы убийства, была после крушения коммунизма сохранена. Означать это могло только одно. То, что создавалась она вовсе не для того чтобы остановить коммунизм. А для чего? Впрочем, тогда об этом не очень думалось.
  
   Ну, что же. Это их дела, не угрожают больше России, и ладно. Только почему-то в связи с этим все чаще стало вспоминаться то обстоятельство, что это не НАТО было создано в противовес Варшавскому блоку. Как-то припомнилось, что, наоборот, это Варшавский договор был заключен для того, чтобы как-то противостоять уже созданному ранее НАТО. И что не очень-то была в этом отношении неправа советская пропаганда. А подобные опасные мысли, они могли завести очень далеко Они могли завести и туда, где получали подтверждения и другие ее утверждения. И неизбежно такой процесс должен был привести однажды к совсем уже крамольным мыслям. О том, например, а пропагандой ли это было? Но все это будет потом. Тогда для этого не было достаточного количества поводов.
  
   Поводы, впрочем, начали появляться очень быстро. И каждый новый день приносил только новые основания для этих мыслей. А вот, что примечательно, поводов к обратным настроениям как-то не находилось. Почему-то их не было.
  
   В Советском Союзе было пятнадцать республик. После его разрушения возникли пятнадцать независимых государств, одним из которых была Россия. Так вот. Ни в одном из четырнадцати государств не было ни одного политического движения, враждебного России или русским, которое не поддерживали бы прямо или косвенно, Запад вообще или США в частности.
  
   Не говорю о коммунистах с их исторической враждой к США. Но даже Солженицын писал еще в 1998 году о том, что
   "Антирусская позиция Украины - это как раз то, что и нужно Соединенным Штатам. Украинские власти подыгрывают услужливо американской цели ослабить Россию..."
  
   То, что сейчас всплыла информация о том, что США вложили в свою пропаганду на Украине пять миллиардов долларов, это, думаю, самая верхушка айсберга. Отразившая, к тому же, работу американцев только лишь в одной республике, пусть и самой крупной. Да еще и по линии достаточно открытой, во всяком случае, связанной с легальными каналами. Мы, впрочем, не знаем досконально, как они тратились, эти деньги. Но мы видим результаты.
  
   В результате этой работы и этих потраченных денег мы наблюдаем вражду к России и к русским. Необходимо отметить, что вражда к России и к русским расцвела на той же Украине задолго до майдана и задолго до Крыма. Так вот. Эти пять миллиардов, как они поработали над этой задачей? И как это сопоставить с тем, что вражду эту культивировали не по отношению к коммунистической идеологии и коммунистам? А к России и к русским?
  
   На фоне этого, НАТО начало вдруг стремительно расширяться за счет приема новых членов, в основном, бывших союзников СССР, и даже бывших его республик.
  
   В октябре 1990 года ГДР присоединилась к ФРГ, являвшейся членом НАТО, значительно усилив его потенциал. Впрочем, самое главное в этом, это даже не потенциал. Самое главное в этом то, что границы стран НАТО придвинулись к границам Советского Союза. Что это означало? Близость к границам вероятного противника в эпоху ядерного противостояния всегда исчислялась подлетным временем ракеты, способной нести ядерный заряд. Смещение границы в любую сторону означает возможность осуществить запуск такой ракеты ближе к цели, чем это было ранее. Ближе, это означает, что подлетное время становится меньше. А это значит, в свою очередь, что меньше остается времени на принятие решения об ответном ударе. А ведь именно возможность ответного удара и держала мир все время в состоянии равновесия, когда ни одна из сторон не рисковала использовать ядерное оружие, потому что понимала, что может получить ответ, от которого не захочешь никаких преимуществ.
  
   Вспомним Карибский кризис 1962 года, когда мир оказался на грани реальной атомной войны. Войну эту СССР начинать, естественно, не собирался. "Просто" Хрущев распорядился разместить советские ракеты на Кубе, поблизости от побережья США. И этот шаг привел США в такую истерику, что от ядерной войны мир отскочил буквально в миллиметре. Почему? Потому что пусковые установки советских ракет расположились вплотную к границам США.
  
   Впрочем, то, что граница НАТО сдвинулась до восточных границ бывшей ГДР, было принято в России, в общем-то, достаточно спокойно, поскольку не было ярко выраженным враждебным актом. Германия воссоединилась, ФРГ была ранее членом НАТО, организация существует, ну не выходить же государству из нее, если оно этого не хочет? Можно было, конечно, потребовать такого выхода, хотя бы из военной организации. Франция однажды это сделала вполне добровольно, и мир от этого не рухнул. А уж за такую цену, как объединение Германии, немцы вполне могли на это согласиться, но кто бы это потребовал, кому это было по плечу? Уж во всяком случае, не тем людям, которые возглавляли тогда СССР.
  
   При этом часто сейчас вспоминаемое в России обещание руководства НАТО и США не расширять далее эту организацию, на мой взгляд, не содержит того смысла, который ему придается. Был бы такой письменный документ, не было его, никакого значения это не имеет. Имеет значение только одно. Дальнейшее расширение, это, безусловно, акт враждебный, есть такое обещание или его нет. Впрочем, раз обещание действительно было, это привносит, конечно, определенную окраску в картину отношений. Поэтому западные попытки представить дело так, что, раз не было письменного документа, значит, обещание недействительно, не совсем понятны с точки зрения логики. Есть бумага, нет ее, обещание-то было. Вопрос ведь в России рассматривается не с точки зрения обращения в суд или еще какую формальную структуру, принимающие только письменные обязательства. Вопрос здесь рассматривается по-другому, а именно, враг нам Запад или не враг. Или, еще точнее, хочет ли Запад быть нашим врагом или не хочет? Совсем ведь просто. Поэтому совсем просто ответить на этот вопрос, если принимать во внимание не слова, а дела. Только лишь дела. Ничего, кроме дел.
  
   Очень популярно у нас в России в определенной среде обвинение в том, что мы всегда ищем врагов. Что мы не можем без них жить. Как будто от обвинения этого само понятие такое - враг, в окружающем нас мире исчезнет. Только вот, от подобных заклинаний эти понятия почему-то никуда не спешат исчезать. Ищем мы их или не ищем, они сами нас находят, слишком уж непростая страна Россия. Дело ведь не в твоем желании жить в мире или вражде. Дело в том, как с тобой хотят жить, в мире или вражде. А потому одно только желание жить в мире не может уберечь тебя от чужой агрессии. Наши эльфы, впрочем, полагают, что одно только их желание жить в мире от вражды их обязательно убережет. Несмотря на то, есть ли вокруг них доказательства вражды. Впрочем, Россия столько за свою историю испытала, что здесь, как нигде, привыкли опираться не на желания или слова, а на факты и доказательства.
  
   А вот доказательства такие появились очень скоро.
  
   В марте 1999 года в НАТО вступили Венгрия, Польша и Чехия.
   В марте 2004 года - Болгария, Эстония, Литва, Латвия, Румыния, Словакия и Словения.
   В апреле 2009 года - Албания и Хорватия.
  
   То, что НАТО расширилось на 12 новых стран, расположенных на север, юг и восток от его старой границы, это стало настоящим потрясением. Ведь для военной организации этой, повторю, была уничтожена ее главная цель, СССР, с его агрессивным, как заявлялось, коммунизмом. Тогда зачем эта машина для убийства стала вдруг так лихорадочно приближаться к границам вовсе не коммунистического государства?
  
   Объяснения вроде были успокаивающие. Причиной срочного роста НАТО называлось, поначалу, во всяком случае, страх бывших союзников СССР перед возможной агрессией России, против которой они совершенно беззащитны. А России тем временем эта агрессия, в общем-то, была ни разу не нужна, поскольку, с отказом от коммунистической идеи, исчезла необходимость к ее распространению вовне. И, значит, была по определению бессмысленной. Кроме того, Россия, в отличие от СССР, потеряла уже к тому времени любые возможности, экономические или военные, к такого рода агрессиям. И это знал весь мир, что характерно. То есть, опасность была явно надуманной.
  
   Но для кого-то такое объяснение было удобным. Достаточно сообщить наивной России, что это испуганные прибалты и поляки (а также испуганные чехи, испуганные словаки, испуганные венгры, испуганные румыны, испуганные болгары) принудили добрых и доверчивых европейцев и американцев принять их в НАТО.
  
   Заметим. Речь идет о приеме в военный союз, который провозгласил себя оборонительным. Но который никогда не вел ни одной войны на территории какой-то из своих стран. Сколько бы войн или военных действий НАТО не вело, воевало оно всегда только на территории других стран. Только.
  
   А ведь в природе военные союзы не бывают нейтральными. Нейтральными бывают только страны. И они никогда не объединяются в такие союзы. В военные союзы объединяются только с какой-то целью. А цель эта может быть только оборонительной или наступательной. Иначе смысл в союзе отсутствует.
  
   Это простое обстоятельство, кстати, намного правдоподобнее объясняет истинные причины стремления в НАТО вновь принятых ее членов. Потому что вступали новые страны не в оборонительный, а, по факту, в наступательный союз.
  
   Так что, декларация мифических "страхов" вполне окупалась тем результатом, что новые члены НАТО получали немалые преференции от участия в самом сильном в мире наступательном блоке. Они становились полноправными членами клуба избранных, от решений которых зависело теперь неизмеримо больше, чем от решений стран нейтрального статуса. Это, безусловно, поднимало геополитическое значение страны. По сути, это счастье мелкого шпаненка, которого приняли в сильную банду. Теперь он, если хотел, мог вести себя как угодно агрессивно по отношению к любому, кто в эту банду не входит.
  
   Впрочем, для здравого понимания существа вопроса вовсе не интересно, что там хотели насмерть испуганные страны и народы. Интересно то, как поступил Запад.
  
   Потому что любому непредвзятому человеку понятно, что обеспечить безопасность этих стран Запад мог совершенно другим путём, не принимая эти страны в НАТО.
   Как? Очень просто. Путём предоставления гарантий. Полновесных гарантий безопасности, высказанных на дипломатическом уровне во всеуслышание. Достаточно было заключить с этими странами договоры о взаимной помощи в случае внешней агрессии, включающие в себя военную помощь, и никто в здравом уме на страны эти никогда бы не посягнул. А уж, повторю, не имея к тому никаких причин и оснований, тем более.
   Или можно было дать им статус облегчённого участия в альянсе, вроде ассоциативного членства или статуса наблюдателей. Можно было принять их не в военную, а в политическую организацию НАТО, наконец. Ясно, что этого с лихвой хватило бы для их безопасности.
  
   В чем различие в этих двух состояниях, страны находящейся под защитой в соответствии с договором, и страны-члена военной организации блока НАТО? С точки зрения ее безопасности, никакой разницы нет. А вот с точки зрения безопасности России разница кардинальная. В стране, находящаяся под защитой договора о помощи, нет военных баз НАТО. В стране, являющейся членом военной организации НАТО, имеются ее военные базы, где можно размещать что угодно. Вплоть до ядерного оружия.
  
   При этом надо дополнительно учесть, что, если вопрос о размещении ядерного оружия еще как-то регулируется правительством соответствующей страны, во всяком случае, в самом узком его составе, то вопрос его применения может никак не быть связан в реальности с желанием этой страны.
  
   Да, понятно, что разместить где-то ядерное оружие, это очень непросто и очень дорого. Здесь нужно с нуля строить и район ракетного базирования, и аэродром стратегической авиации. Связанно это также с дислокацией носителей, развертыванием авиационной и наземной группировок прикрытия, с коммуникациями, безопасностью, охраной. Но в принципе-то вопрос решаем. При наличии соответствующего желания.
  
   Если вспомнить еще раз о Карибском кризисе, то размещение на Кубе собственно ракет заняло чуть больше месяца. Ну, еще, учитывая размещение частей обеспечения и прикрытия - всего три месяца. Это с учетом сугубой секретности, увеличивающей по определению сроки любой акции. Так что, было бы желание.
  
   Короче, в первом случае подлетное время ракет НАТО оставалось неизменным. А после приема этих стран в эту организацию вероятное подлетное время резко сократилось до величин, вполне сопоставимых с надеждами избежать ответного удара.
  
   Запад же лихорадочно потащил эти страны именно в ВОЕННУЮ организацию НАТО. Чем сразу же зачеркнул свои уверения, что речь идет просто об обеспечении их безопасности. Уверения, это слова. На деле же происходило резкое усиление военно-политического союза, имеющего, повторю, ярко выраженный наступательный характер. И не просто усиление, но и выход непосредственно к самым границам бывшего СССР. А, учитывая страны Прибалтики, уже и перешагнув их. То есть, наступательный характер отчетливо наметился в сторону границ России.
  
   А Россия, повторю, являлась страной, не представляющей из себя абсолютно никакой угрозы для окружающих. Как в силу полной раздавленности. Так и в силу, что не менее важно, общих настроений и ожиданий, связанных с приязненными отношениями населения России к тому же Западу.
  
   Необходимо отметить при этом еще одно знаковое обстоятельство. Прием в НАТО проходил по отношению к России настолько грубо и бесцеремонно, что напоминало действия военного победителя по отношению к побежденной стране. Любые попытки даже не воспретить, даже не повлиять, а как-то осознать, как объяснить причины этого процесса, натыкались на такой "аргумент", что Россия не имеет права препятствовать приему в НАТО новых членов.
  
   Да, действительно. Россия возможности воспрепятствовать этому не имела. Но имела право на другое. Россия имела право делать из всего этого свои выводы.
  
   А потом мгновенно, неожиданно и жестко проявилось, как на пленке, ранее спрятанное. Целью-то Запада, оказывается, была вовсе не благородная борьба с вселенским злом, коим называлась все это время коммунистическая страна. Потому что наступила пора избиения Югославии. Страны отнюдь не коммунистической.
  
   Об этой войне много писалось, повторять, думаю, не надо. Причина военной агрессии против Югославии объяснялись многократно, с привлечением всей мощи пропагандистской машины Запада. Все эти объяснения (не всегда и не очень правдивые, как выяснилось позднее) не могли отвлечь от самого главного. От факта. Того самого, который увидел тогда весь мир. И который очень хорошо был понят, наконец, в России. НАТО - это военная машина, легко и без каких-либо комплексов убивающая несогласных. Не защищающая от коммунизма. А убивающая тех, кто почему-то не нравится. Убивающая, повторю, легко и буднично.
  
   Поняв это, в России как-то по-настоящему всерьез вдруг осознали, что военные силы Запада в целом значительно превосходят российские. В частности, вспомнили, что качественный и технологический уровень войск НАТО, в первую очередь американских, заметно превосходит российский уровень. И войска эти способны убивать русских так же легко и буднично, как убивали сербов.
  
   На фоне всего этого произошло еще одно глобальное событие. В 2002 году США вышли из Договора по противоракетной обороне.
  
   Чем был этот договор?
   Это был, в сущности, стержень, на котором держалась вся конструкция военного паритета России и Запада, вся система обслуживающих его договоров и соглашений. Все последующие договоры о сокращениях или ограничениях вооружений заключались с учетом этого основополагающего акта.
   В чем его сущность?
   Вы не усиливаете свою противоракетную оборону. Мы не усиливаем свою противоракетную оборону. Мы оба одинаково уязвимы.
  
   Значит, мы никогда не бросим в вас камень. Потому что у самих за спиной стеклянная веранда.
  
   Что означает этот односторонний выход из договора?
   Это неприкрытая попытка получить преимущества перед Россией. Пользуясь, конечно, её очевидной слабостью. Но это на языке политиков и дипломатов.
  
   А по существу? Что это означает для России? Это означает, что противник начал спешно укрывать свою собственную веранду ставнями. Прекрасно зная, что Россия сейчас сделать этого же не может.
  
   Какие отсюда можно сделать выводы?
  
   Не такая уж это и сложная загадка. Да и не пришлось эти выводы долго искать. Почти сразу же начались известные события, связанные с подготовкой и созданием США европейской системы стратегической ПРО. Ясно любому непредвзятому наблюдателю, что связана эта система в Европе, особенно в восточной ее части, вовсе не с угрозой терроризма или опасностью, исходящей из Ирана, как утверждали "американские партнеры". Ясно, что направлена эта система против России. Потому, хотя бы, что размещение американской ПРО в Польше, например, никак не защищает ни США, ни кого-то другого, от ракетного удара со стороны Ирана.
  
   Не стоит забывать то обстоятельство, что осторожные предложения российского руководства создать совместную, России и Запада, систему ПРО или, на крайний случай, зафиксировать на бумаге западное уверение в том, что эта система не будет направлена против России, неизменно встречали отказ.
  
   Забавно, что с самых первых шагов и до сего дня эта направленность руководителями США и НАТО отрицается. До сих пор утверждается, что к России эта система не имеет никакого отношения. Это при том, что руководители Польши и стран Прибалтики публично и вслух предлагают разместить у себя элементы ПРО в качестве давления именно на Россию. Простодушно опровергая тем самым уверения своих хозяев.
  
   Впрочем, отмечалось неоднократно в стане российских "либералов", что сегодня упомянутая система ПРО в Европе, даже будучи направленной на Россию, не представляет для нее особой опасности. В силу ее технического несовершенства, хотя бы. Но это сегодня.
   Надо сказать, впрочем, что и все иные агрессивные шаги Запада не тревожат российскую либеральную общественность. Под тем предлогом, что ничего Запад не собирается делать с Россией. Что нет у него для этого поводов. Но, если даже такие поводы и появятся, на Россию Запад никогда нападать не будет. Потому что Запад гуманный.
  
   Последняя убежденность несколько странна, конечно, но да Бог с ней. Дело в том, что, даже если согласиться, потеряв на время память, что это на самом деле так и есть, все это сейчас, все это сегодня. А будет еще завтра. Будет послезавтра. Придут другие люди, с другими настроениями. Или даже, возможно, с другим уровнем психического здоровья. А, между тем, в том самом будущем, в тех самых изменившихся обстоятельствах все то, что приобрело НАТО сегодня, останется у него в наличии и тогда. Что будет в других обстоятельствах? Кто это может определить сегодня?
  
   Именно об этом хорошо когда-то сказал Бисмарк: "В военных делах важны не намерения, а потенциал".
  
   То есть, если никто не собирается использовать это оружие сегодня, это не значит, что его никто не использует завтра. Потому что потенциал, заложенный сегодня, вполне можно использовать завтра, когда возникнет такая охота. Это означает, что тебе придется теперь с этим жить. Придется просто находиться все это время под прицелом, в чаянии будущей смены настроения владельца этого оружия.
  
   То есть получается так. Вооруженный человек стоял от меня достаточно далеко. Это было опасно, но у меня была еще какая-то возможность уцелеть. Потом этот человек стал вдруг ко мне зачем-то приближаться, наведя на меня свое оружие. Я стою на месте. Ограбленный и практически безоружный. Он подходит ко мне, шаг за шагом. Кто из нас агрессор? Вот он шагнул вплотную. Его пистолет уперся мне в затылок. Да, если не раздражать убийцу, если заискивать перед ним, встать на колени, то можно это и пережить. Наверное. Но рядом моя семья, в которую точно так же целятся и точно также ставят на колени вооруженные люди. И это я - агрессор?
  
   Впрочем, мне на это вежливо разъясняют.
   "Я всего лишь целюсь в твою жену и твоих детей. Но не стреляю же в них. Откуда тогда в тебе столько агрессии? Как ты не понимаешь, что я не хочу ничего дурного. Что я принимаю близко к сердцу страдания любого человека.
   Моё оружие направлено в твою сторону исключительно в целях защиты демократии и свободы. И ещё потому, что меня попросили твои соседи, которые тебя боятся. А я должен им помогать, потому что они тоже хотят демократии и свободы.
   Разве ты имеешь право запрещать мне делать то, что я считаю правильным? Конечно же, не имеешь. А раз ты пытаешься возражать, отсюда можно сделать закономерный вывод. Ты против свободы и демократии. И в тебе говорит имперское мышление".
  
   Это, заметим, приблизились к моему дому вооруженные люди, которые убеждены в том, что ядерные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки были оправданны. Что это было даже не неизбежным злом, а благом, поскольку "спасло жизни американских солдат и японских мирных жителей".
  
   Можно себе достаточно ясно представить, что кто-то из них вполне способен когда-нибудь впоследствии написать о России то же, что пишет сейчас про Хиросиму. Примерно такое.
  
   "Да, нам пришлось нанести ядерный удар по России. Да, там погибли 50 миллионов человек. Но удар этот был вынужденной мерой, И он, при всей прискорбности этого шага, был совершенно оправдан. Потому что быстро и бескровно принёс нам победу. Спас жизни наших солдат.
   Более того. В конечном итоге, применение ядерного оружия спасло и само население России. Ведь всем нам хорошо известно, что русские всё дальше и дальше скатывались назад, к сталинизму. Что Россия уже стала практически нацистским государством. Вот-вот должен был возродиться там поэтому ГУЛАГ. И снова погибли бы в новом ГУЛАГе сотни миллионов жертв очередного тоталитарного режима.
   А эти 50 миллионов... Мне их жаль, конечно. Вы все хорошо знаете, я часто писал о том, что принимаю близко к сердцу страдания каждого человека".
  
   Иными словами, вся эта ситуация осложняется тем, что в меня целится не просто потенциальный агрессор. Это ещё и агрессор, исповедующий логику оправдания Хиросимы. Мораль оправдания Хиросимы. Эсэсовскую мораль. Как должна относиться к нему Россия, если хочет выжить? Уступать такому до бесконечности - значит погибнуть. Сгореть, как сгорела однажды Хиросима.
  
   И есть здесь, к сожалению, еще одно дополнительное обстоятельство. Этот агрессор ведет себя, как ребенок, нашедший где-то заряженный пистолет. И не понимающий, к чему может привести его игра. Когда они вторгались в Ирак, они, что, не видели, к чему это приведет? В Ливию? В Афганистан? Как можно не просчитать простейшие последствия своих поступков? То есть, это ребенок, не умеющий правильно понять, что произойдет, если пистолет в его руках выстрелит. Будет просто громко и весело.
  
   Так что, вероятность гибели многократно увеличивается еще и тем, что уступать приходится агрессору, не умеющему просчитывать самые простейшие последствия своих поступков. Да к тому же, повторю, отягчённому эсэсовской моралью.
  
   Не так? Может, и не так.
   Но это не мы ставим ракеты возле вашего Нью-Йорка, Парижа или Берлина.
   Что вы, американец, француз или немец, забыли у моего порога? Вам негде поставить ваши ракеты? Вам они обязательно нужны у моей двери?
  
   После развала Варшавского договора остался обширный пояс, разделявший НАТО и Россию. Пояс этот состоял из стран, которые уже тогда безоговорочно и прочно стояли на стороне Запада. Вы имели шанс сохранить их как нейтральные государства, дружественные вам, но нейтральные. Достаточно было просто объявить гарантии их неприкосновенности.
  
   Но вы стали ломать стену, приближаясь к границам России. Так каковы ваши намерения? И почему я должен разгадывать эту загадку?
   Ведь Россия стену не ломала. Стену ломали вы.
   До зубов вооруженный человек.
  
   Вот вы стонете - Россия вам угрожает. Но, помилуйте, разве это я подошёл к вашему порогу?
   Это сделали вы. Это вы, за тридевять земель от своего собственного дома, стучите солдатским сапогом в мою дверь и скулите при этом о пощаде тем, кто остался за теми самыми тридевятью землями. Кому я, будто бы, угрожаю.
  
   Когда-то мы имели глупость предаться иллюзиям, что с вами можно дружить. Да что дружить, просто жить в мире. А потом вы эти настроения убили. Предпочли конвертировать свой былой моральный авторитет в голую силу, жестокую и несправедливую. А в России, повторю, категории справедливости являются одной из основ национального сознания.
   Теперь вы скорбите о росте в России иных настроений.
   А какие у меня могут быть настроения, если целятся в меня и во всё, что мне дорого?
  
   Только не надо про то, что не выстрелите никогда. Детям рассказывайте. У того, кто не хочет стрелять, оружие обычно никуда не направлено.
  
   Всего четверть века назад возникла уникальная возможность сделать этот мир неизмеримо безопаснее вчерашнего дня. За этот небольшой срок вы умудрились сделать его более опасным, чем был он во времена ядерного противостояния Запада и СССР.
  
   Совсем недавно госсекретарь США Керри сделал торжественное заявление, приуроченное к годовщинам последовательных этапов расширения НАТО.
   "США присоединяются к своим союзникам, подтверждая, что двери НАТО открыты для любой европейской страны, которая может взять на себя обязательства и обязанности членства, а также может сделать вклад в безопасность евроатлантического региона".
  
   То есть, прямо заявил, что агрессивные действия против России планируется продолжить.
  
   Так что, в конечном итоге, действия Запада можно объяснять как угодно, какими угодно причинами, сущность их от этого не меняется. А сущность состоит в том, что Запад вообще и НАТО в частности действуют, как противник. Не вероятный, а вполне состоявшийся.
   Не потому, что нам нравится (как говорят) иметь постоянно каких-то врагов. А потому что так обстоит дело в действительности. В реальности. Потому что этому есть убедительные доказательства.
  
   Что меняет осознание этого обстоятельства? Надо ли нам с ними враждовать или тем более, нападать на них? Да ни в коем случае. Это просто данность, а с данностью спорить глупо. Надо просто понимать это. А потому никогда не ждать одобрений с той стороны. Как, впрочем, и переживать по поводу их же укоризн. Торговать. Жить в мире. Общаться. Вежливо общаться. Но помнить. Всегда помнить.
  
   За врагом надо внимательно следить, за каждым его действием. Не испытывать иллюзий по поводу того, что твое собственное миролюбие удовлетворит или успокоит его. Потому что твое миролюбие для него, это доказательство твоей слабости, а, значит, повод для наращивания давления на тебя. До твоей гибели.
  
   Поэтому надо обязательно отвечать на каждый враждебный шаг. На каждый враждебный жест. И на силу обязательно отвечать силой. Независимо от последствий. Быть готовым идти на компромисс, но только тогда, когда и та сторона проявит какие-то признаки готовности к компромиссу.
  
   Надо сказать, что многие из приведенных выше соображений до Запада неоднократно доводились. Правда, без таких далеко идущих недипломатических (но честных) выводов. Наиболее развернуто перечислил их Путин в своей речи, объявляющей присоединение Крыма. Ничего сенсационного в перечисленном в той речи нет, все об этом знают, происходило все это совсем недавно и у всех на глазах.
  
   Показательно, однако, как восприняли эти доводы на Западе. Все тот же американский министр Роберт Гейтс заявил буквально следующее.
  
   "...У президента России Владимира Путина есть давняя обида: он глубоко ненавидит Запад за то, что тот победил в холодной войне. В частности, он винит США в развале Советского Союза, называя его "величайшей геополитической катастрофой 20-го века".
  
   Список претензий у Путина - длинный, и он представил его в полном виде 18 марта, когда произносил речь о присоединении Крыма. Ему неприятно то, что он считает унижением России в 1990-е годы: экономический крах, расширение НАТО с включением в ее состав бывших членов советского альянса - Варшавского договора, согласие России на договор об ограничении обычных вооруженных сил в Европе, который он называет "колониальным", игнорирование Западом российских интересов в Сербии и других местах, попытки включить Украину и Грузию в состав НАТО и Европейского Союза, а также навязчивые нотации западных стран, бизнесменов и ученых о том, как Россия должна вести свои дела дома и за рубежом..."
  
   http://www.inosmi.ru/russia/20140326/218981137.html#ixzz2x3mFbk2L
  
   Что примечательно, в такой оценке американский министр оказался не одинок. Именно так и восприняли на Западе подборку этих аргументов. Как перечень обид Путина. И, соответственно связанных с обидами претензий. То есть, вполне логичные аргументы, объясняющие возникшую для России смертельную угрозу и соответствующие ей причины политики России, представляются там, как несколько обид. То есть, как мелочные капризы.
  
   Тогда как на самом деле, доводы эти, естественно, не имеют никакого отношения к эмоциям, обидам или восторгам. Это - чистая прагматика. Рациональная политика, если угодно. Просто на Западе, потеряв голову от осознания своей силы и обычной безнаказанности, как-то отвыкли заниматься политикой. Дисквалифицировались. Зачем политика или дипломатия, когда достаточно авианосцев или санкций? Примитивному же разуму, не тренированному в изощрениях противостояния, удобно сводить объяснения к чему-то простому и понятному. Избегая сложного и непонятного. Например, удобно считать, что все дело в мелочной обидчивости одного человека. Не будет этого человека, и все снова станет хорошо.
  
   Чувствует ли себя Путин обиженным, не знаю. В данном случае, это опять таки не важно. Потому что считаю изложенное отнюдь не поводом для того, чтобы склочничать с кем-то по поводу каких-то обид. Полагаю их достаточным основанием для аргументов, выражающих не эмоции, а вполне спокойный анализ. Холодную логику, объясняющую побуждения противной стороны. Просто для того, чтобы понимать, как надо относиться к той стороне, которая угрожает мне убийством. При чем здесь обиды?
  
   ***
  
   Впрочем, в интересах сохранения объективности, обязательно надо отметить, что существуют на сказанное и другие точки зрения.
   Так, например, имеется в нашей стране некоторая группа людей, которая никакой угрозы для России со стороны НАТО не видит. И, хотя представлена эта группа в основном современными российскими либералами, предельно опустившими себя в глазах абсолютного большинства российских граждан, это еще не повод для того, чтобы игнорировать ее совокупное суждение. Если подходить к вопросу беспристрастно, то требуется рассмотреть и его. Потому что, а вдруг именно в этом вопросе оно справедливо более, чем изложенные выше доказательства?
  
   Но, прежде чем представить их видение угрозам России, должен оговориться. В их системе координат признается, что в современных условиях для России имеется все же определенные угрозы ее безопасности. Совсем уж полных непротивленцев среди них немного. Только их любимый сарказм о том, что "кругом одни враги" изрекается лишь тогда, когда речь идет об угрозе России с Запада. По поводу же угроз с любых других частей света, наоборот, ощутимо проявляются совсем другие настроения. И поиски врагов здесь имеют как раз самое широкое применение. Здесь врагов усердно ищут уже сами насмешники над "поиском врагов".
  
   Иными словами, опасности, которые в их представлениях угрожают России, это не добавление к тем угрозам, которые несет нам Запад. Это опасности, которые они видят вместо этих угроз. То есть, натовская угроза ими категорически игнорируется.
  
   Основные доводы по этому поводу сводятся к простым истинам, в которые они свято верят. А именно, то, что Запад цивилизован, богат и успешен. Там соблюдаются права и свободы, там демократия. Там гуманизм. А потому Запад не хочет войны. Все меры по расширению НАТО осуществляются в чисто гуманитарных целях, для защиты свободы и демократии.
  
   Кроме того, отстаивается мнение, что сами по себе российские финансовые и технологические возможности излишне малы для подъёма российской экономики. А потому ее успешное развитие возможно лишь в том случае, если страна воспользуется интеллектуальными ресурсами Запада. Отсюда вывод о желательности технологической кооперации с его высокоразвитыми государствами. Этому можно, конечно, возразить, что это имело бы смысл, если бы Запад вел себя по отношению к России хотя бы нейтрально. В ином случае, такие представления, не более, чем благие пожелания.
  
   И, кстати, заимствование на Западе передовых технологий вполне возможно в принципе, даже в условиях не то, что санкций, но и полной изоляции. Чего, конечно, не будет по определению. Но вот индустриализация СССР, проведенная Сталиным как раз в условиях полной изоляции от внешнего мира, велась путем заимствования на Западе, тем или иным способом, самых передовых по тому времени технологий. Заметим, что факт этот состоялся вовсе не в связи с ужасами сталинизма, репрессиями, казнями, удушением свобод и атмосферой страха. Подчеркну еще раз. Итогом индустриализации было не то, что было построено великое множество промышленных предприятий. Главное в этом то, что построенное это великое множество предприятий было оснащено самыми передовыми на тот момент технологиями мирового уровня. И еще раз. Сделано это было в условиях, неизмеримо большей изоляции, нежели мы не только видим сейчас, но и можем себе предположить в обозримом будущем.
  
   Прошу понять меня правильно. Здесь нет призыва к изоляции, нет в ней ничего хорошего. Наиболее удачные условия для развития складываются, конечно, в условиях комфортных и открытых, кто с этим спорит. Речь в данном случае идет о том, что разговоры о невозможности развития при условии изоляции от Запада неверны. Исторические примеры тех, кто сделать это смог, указывают как раз на реальность этой задачи. Работать просто надо. Ну и уметь работать, конечно. А не искать оправданий своему неумению.
  
   Так что, опровергать точку зрения о безобидности Запада и его незаменимости для России не буду, представляю ее оценить самим читателям. Тем более, что выше были уже представлены ответы на некоторые из этих утверждений. Повторяться, я думаю, смысла нет.
  
   А вот интересно посмотреть, что именно видят они в качестве действительных внешних угроз для России.
  
   Одной из главных таких опасностей называется чаще всего экспансия радикального ислама и сопровождающий ее терроризм.
   В связи с этим, либеральная часть российского общества отстаивает, как правило, точку зрения, что политика РФ в отношении Украины критически увеличивает для России опасность терроризма, исходящего от исламских радикальных группировок. Каким образом? После вхождения Крыма в состав России, Запад заморозил сотрудничество с ней, в том числе и сотрудничество своих спецслужб. Это, в свою очередь, резко увеличивает для России угрозу терроризма. То есть, разрыв отношений с Западом является, в их изложении, катастрофой не только в сфере политики и экономики, но и в сфере безопасности.
  
   Так ли это? Терроризм, это, надо признать, опасность не надуманная, потому что действительно угрожает это явление, как Западу, так и другим странам, где имеется мусульманское население. В том числе и России, конечно. Это так. И именно в России, думаю, опасность эту понимают особенно остро. Потому что помнят многочисленные террористические акты в разных ее городах. Так что это действительно серьезная опасность. Особенно, учитывая постоянный рост этого явления, с которым справиться пока никто не может. Не только у нас, но и во всем мире.
  
   Но что порождает радикальный ислам?
   Его порождают, прежде всего, социально-экономические проблемы. Конечно, все здесь намного сложнее, и питает радикализм ряд других фундаментальных факторов, идейных, культурных, религиозных. Но почва, где произрастает все это, она имеет все же социально-экономические корни. Именно они придают радикальному исламу самое угрожающее его свойство. Массовость. То есть, именно это и есть основная база для питания терроризма. Но здесь как раз, для России, эту базу может ликвидировать только сама Россия. Потому что решать социально-экономические проблемы России за нее саму никто не будет.
  
   С другой стороны. Не надо забывать о том, что Запад не только борется с терроризмом, но сам же его и порождает. Потому что для него есть враждебные террористы, но есть и террористы, которых он использует. Более того, есть террористы, которым он помогает встать на ноги. И даже создает.
  
   Бен Ладен, например, в восьмидесятых годах во время войны в Афганистане пользовался всемерной поддержкой США. Впрочем, использование спецслужбами отдельных людей - дело обыденное и не имеющее особого значения. Другое дело, отношения с крупными террористическими организациями.
  
   Имеются доказательства того, что и Аль-Каида изначально создавалась при активной поддержке спецслужб США для борьбы с СССР. В тех же целях создавался в свое время Талибан. Он, правда, создавался спецслужбами Пакистана. Но трудно поверить в то, что, в условиях, когда эти спецслужбы издавна имеют самые тесные отношения со спецслужбами США, последние не имели к созданию Талибана никакого отношения. И, наконец, современный глобальный вызов, террористическая организация, добившаяся в последнее время столь многого. ИГИЛ. Исламское государство Ирака и Леванта. Сейчас, впрочем, она поменяла свое название, подчеркивая этим свои притязания далеко за пределы этих территорий. Сейчас они просто и скромно именуют себя Исламский халифат или, что понятнее для европейского уха, Исламское государство.
  
   Между тем, это только для Запада, вдруг проснувшегося и увидевшего неожиданную и неизвестно откуда появившуюся угрозу, организация эта явилась новостью. На самом деле, ИГИЛ три года воевал в Сирии. И все это время Запад это откровенно устраивало.
  
   А ведь ИГИЛ, это бывшая часть Аль-Каиды, отколовшаяся от нее (вы вдумайтесь) ввиду излишней умеренности последней. И на самом деле, на Западе это было хорошо известно, не совсем же они слепые. Есть у них свои эффективные и профессиональные специальные службы. Тем не менее, там это движение всемерно поддерживали. Пока те воевали только против Башара Асада. Ну, соблюдались, конечно, какие-то внешние приличия. Помощь официально шла в основном Сирийской свободной армии. Но возможности и влияние ее по сравнению с ИГИЛ даже и тогда были настолько малы, особенно после создания Исламской коалиции, что помощь эта в результате предсказуемо оседала именно у последней.
  
   Своеобразную помощь ИГИЛу Запад оказал также и несколько раньше. Ведь когда разрушали Ливию, на возможные последствия привычно не смотрели. А оружие оттуда опять же предсказуемо хлынуло потоком за ее границы. В Мали, например, где очень это порадовало местных террористов. Наряду с ними, получили это оружие в больших количествах и подразделения ИГИЛ.
  
   То есть, питательную почву для всех террористических организаций создавали как раз цветные революции в мусульманских странах. "Продвижение демократии и борьба с тираническими режимами" в странах Ближнего Востока приводили к тому, что авторитарных, но светских правителей закономерно сменяли там исламские радикальные группировки, рвущиеся к большой власти.
  
   Кроме того. Не лишне напомнить о том, что наиболее активными спонсорами массового терроризма являются особо ценные стратегические партнеры США. Саудовская Аравия и Катар. Они, естественно, в связи со своим особым статусом этого партнерства, находятся под покровительством США. Получается в итоге, что США покровительствует глобальному финансированию террора по всему миру, до тех пределов, куда дотягиваются саудовские или катарские деньги.
  
   Так что же мы с вами видим? Все крупнейшие террористические организации создавались при прямом или косвенном участии США. Аль-Каида против СССР, ИГИЛ против Сирии. И все они через определенное время нападали на своих благодетелей, на те же США. Там ведь привычно легковесно игнорировалось, под влиянием сиюминутных соображений, что силы эти имеют фундаментальные цели, предельно опасные для имеющегося миропорядка. Осознав же очередную угрозу, которую они ранее "не видели", США, для борьбы с силами, которые сами они породили, поступают совсем просто. Чтобы минимизировать собственные потери в борьбе со своими созданиями, они создают коалиции своих союзников, призванных разгребать за них плоды их собственной политики.
  
   И вот, в свете всего этого. Будет ли в дальнейшем уменьшаться террористическая угроза? Конечно, нет. Более того. Она, в принципе, в обозримом будущем будет только нарастать. Может ли союз России и Запада против терроризма помешать этому? Нет. Просто потому, хотя бы, что один из союзников сам этот терроризм и порождает.
  
   Можно ли успешно сдерживать терроризм в России? В самом его массовом проявлении, можно. Но если не сидеть, сложа руки, а действовать. Каким образом? Это, опять же, решение социально-экономических проблем, кстати, не только там, где компактно живет мусульманское население, но и во всей России в целом. Это, конечно, трудно, но выполнимо. А, главное, все равно не имеет альтернатив. Поскольку без этого России не выжить в современном мире. И второе, да, это информационный обмен между российскими и западными спецслужбами. Но взвесим значимость обеих этих задач и поймем, какая из них критически важнее для безопасности России.
  
   Впрочем, такого рода сотрудничество с Западом, конечно же, полезно. В такой борьбе нельзя отвергать никакой помощи, это однозначно. Так что же, разрыв связей между спецслужбами России и Запада увеличивают в России угрозу терроризма?
  
   Да, увеличивает. А натовская авиабаза в Крыму с бомбардировщиками "стелс" не увеличивает? Здесь вопрос ведь еще о том, что весомее в смысле масштаба угрозы. Только есть здесь одна ремарка. Натовской базы в Крыму теперь точно не будет. Никогда. А связи со спецслужбами Запада по поводу противодействия терроризму вскоре обязательно будут восстановлены. И это не догадка, это не пожелание. Дело в том, что это только в мозгу либерала такие связи означают добрую волю Запада, который помогает таким образом России избежать террористической угрозы. Бескорыстно помогает.
  
   На самом же деле связи эти являются обоюдными. И вызваны обоюдной необходимостью, а потому, соответственно, обоюдным интересом. Эти связи так же необходимы Западу, как нужны они России. Этот бойкот спецслужб, он, знаете ли, до первого взрыва в лондонском метро. Или в парижском кинотеатре. Так что, вернется Запад к этим связям быстрее, чем к каким-либо другим, здесь и гадать нечего. И скоро. Потому что это для убедительности можно отвлеченно припомнить про какое-то гипотетическое метро. А профессионалы, они думают про конкретную возможность любого теракта заранее. И неполнота информации, из-за которой могут погибнуть конкретные люди, тревожит их намного сильнее нас с вами.
  
   А еще больше это будет тревожить политика, который однажды неизбежно осознает, что, в случае конкретных жертв среди его соотечественников, он может поплатиться своим рабочим местом. Особенно, если выяснится, что люди погибли по той причине, что предотвратить атаку не смогли из-за недостатка информации, инициированную этим политиком. Это ведь один из самых ярких примеров того, как санкции бьют в первую очередь по той самой стороне, которая санкции эти и применила.
  
   ***
  
   Другой внешней угрозой подавляющее большинство либералов называют Китай. Вот прямо так и висит на них эта метка. Просто до того доходит, что если кто-то начинает заводить разговоры о китайской угрозе, сразу можно ставить однозначный диагноз. С вами разговаривает либерал. Почему?
  
   Дело в том, что, на самом деле, китайская угроза для России сильно преувеличена. Потому, во-первых, что численность китайцев, переселяющихся в Россию на постоянное место жительства, традиционно излишне раздувается. Обычно это следствие эмоций и малого знания предмета. Поговорите с любым профессиональным китаеведом, и любой из них, будь он сам трижды либералом, объяснит вам это с цифрами и фактами. Заблуждение это, впрочем, объяснимо еще и потому, что отличить внешне китайца от корейца или уйгура, скажем, может далеко не каждый европеец.
  
   Китайцы приезжают в Россию, в частности, на Дальний Восток, в основном на заработки. Торговцы, рабочие. На постоянное жительство кто-то из них сюда, со временем, конечно, перебирается. Надо сказать, однако, что привлекательность Дальнего Востока для китайского местожительства в России сильно преувеличена. Вот вам, например, предложат на выбор жить в Швейцарии или Монголии, куда вы поедете? Так же и китайские мигранты, они не глупее вас. Намного привлекательнее для тех, кто решил уехать из Китая, это США, Австралия, Новая Зеландия, Индонезия. Сюда едут наиболее охотно. А российский Дальний Восток, с его неразвитой инфраструктурой и резковатым климатом, это больше для сезонных работ, для заработка.
  
   Как, впрочем, охотно ездят в Китай и российские граждане, жители Дальнего Востока. Товары там заметно дешевле, чем в России, поэтому вовсю процветает здесь челночная торговля. Согласно опубликованной официальной статистике пограничных переходов, за прошлый год из Китая в Россию отмечено 900 тысяч пересечений, а из России в Китай 2,3 миллиона.
  
   Кроме того. Увеличение численности китайцев, проживающих на Дальнем Востоке, не является следствием государственной политики Китая. Вот продвижение НАТО на Восток является следствием государственной политики целого ряда стран Запада. А Китай такую политику не проводит.
  
   Тогда почему численность китайцев на Дальнем Востоке все-таки растет? Пусть не в тех огромных масштабах, как нас привыкли пугать, но все же растет? Очень просто. Это является следствием продажности российских чиновников, из корыстных побуждений не предпринимающих против этого ничего. И платит им опять же не государство Китай. Платят им вполне конкретные китайские (и российские тоже, кстати) предприниматели, которым выгодна здесь дешевая рабочая сила.
  
   Может это оказаться в перспективе опасным для государственных интересов России? Может, конечно, особенно, если не обращать внимания на коррупцию именно в этом регионе. Но согласитесь, что, по настоящему опасным это может стать только в том случае, если какие-то сепаратистские проявления этнических китайцев, живущих в России, будут поддерживаться или, тем более, инициироваться со стороны самого Китая. А вот здесь и лежит разгадка, позволяющая трезво оценить эту самую "китайскую угрозу". Потому что Китай никогда в обозримом будущем эту карту в России разыгрывать не будет. Почему?
  
   Для этого достаточно понять главные приоритеты внешней политики Китая.
  
   Является ли таким приоритетом для него заселение Дальнего Востока с целью его присоединения к Китаю? Нет, конечно. Почему? Потому что в случае такой аннексии, держава, имеющая ядерный арсенал, сопоставимый с американским, навсегда превращается в злейшего врага Китая. Это, по-моему, очевидно. Но, может быть, Китаю все равно, будут ли на его северных границах у него враги или будут ли здесь его друзья? Или, по крайней мере, нейтральные по отношению к нему соседи?
  
   Конечно же, Россия для Китая не приоритет. Он тоже, как и Россия, хотел бы развивать отношения больше с США и ЕС, те богаче, там выше технологии и больше ассортимент товаров высокого качества, там больше возможностей. По этой причине, кстати, Китай намного прочнее России привязан к экономике Запада. Сравните. Экспорт в Россию из Китая составляет сегодня всего 2 процента от его общего экспорта. Экспорт Китая в Европу и США составляет суммарно 35 процентов.
  
   Тем не менее, отношения Китая и Запада со временем будут неизбежно осложняться и ухудшаться независимо от чьих-то персональных желаний. И чем дальше, тем острее будет протекать этот процесс. Развитие Китая просто подошло к той грани, за которой Запад и особенно США начинают остро сознавать свое отставание. И без самой жесткой борьбы свое мировое лидерство они не уступят. Будут проигрывать в экономике, значит, будут неизбежно играть против Китая на других полях.
  
   А потому Россия нужна Китаю. Точно так же, как Китай нужен сегодня России. Россия и Китай неизбежно обречены на дальнейшее сближение, безотносительно конкретных политических кризисов. Другое дело, что и у Китая, и у России есть свои государственные интересы, в чем-то не совпадающие, в чем-то прямо противоположные. И вообще свою выгоду для каждой стороны никто не отменял. Все это так.
  
   Тем не менее. Китаю не может быть все равно, будут ли на его северных границах жить его враги или не будут. Руководящие им традиционно осторожные и терпеливые люди понимают, что современная относительно мирная в этом регионе обстановка всегда может смениться на более опасный и острый ее вариант. У Китая на государственном уровне нет каких-то заметных трений с Россией. Но у него есть такие счеты с другими своими соседями, с той же Японией, например. Эти соседи в большинстве своем имеют защиту и покровительство со стороны США. Поэтому, любые конфликты здесь всегда будут иметь перспективу вмешательства этой сверхдержавы. Не на стороне Китая, естественно.
  
   Кроме того, вспомним о главной болевой точке китайской внешней политики на протяжении уже более полувека. Тайвань. Китай никогда не смирится с его независимостью от себя. По крайней мере, оснований к возможному изменению этой позиции послевоенная история этой страны нам не представляет. Поэтому, то, что проблема Тайваня сегодня не имеет громкого звучания, не говорит вовсе о том, что о ней забыли. При любом удобном случае материковый Китай вполне может, наконец, заявить о своих правах на этот остров. В случае же принятия каких-то практических мер в этом направлении, он неизбежно должен будет войти не только в политическое, но даже, вероятно, и в военное противостояние с США и НАТО. Это, понятно, возможный сценарий событий отнюдь не сегодняшнего дня. И даже не завтрашнего. А вот о послезавтра я такой уверенности не проявлял бы.
  
   Необходимо также снова упомянуть, наряду с вышесказанным, грандиозный рост китайской экономики, ставящий его на первые роли в мировой экономике обозримого будущего. Сопровождается это уже сегодня процессами, достаточно болезненными для стран Запада. Активное вытеснение их с обширных рынков не может не сказываться негативно на их собственной экономике. Кроме того, безусловно раздражает их финансовая политика Китая, связанная с переходом международных платежей не через доллар, а через юань. Это ведь не только с Россией Китай торгует через свою валюту. Такую же торговлю Китай ведет с Кореей, Австралией, Новой Зеландией, Бразилией. Не везде целиком пока, но в достаточно существенной части, где-то наполовину расчеты идут напрямую через юань. А это уже не столько экономика, сколько политика. Причем, политика принципиальная.
  
   Уже сейчас в США все настойчивее звучат призывы как-то противостоять все более острой конкурентной угрозе со стороны экономики Китая. А противопоставить этому на экономическом поле вскоре окажется нечего. Останется, однако, то поле, где США всегда имели и будут иметь глобальное преимущество. А именно, военно-политический потенциал. Все это, в сочетании с проблемами, связанными с Тайванем, Японией и другими союзниками США в этом регионе, неизбежно смогут обострить здесь обстановку настолько, что для Китая жизненно необходимым встанет вопрос о его союзниках.
  
   Говоря о росте китайской экономики, нельзя не упомянуть одновременно, что сопровождается он сложнейшими и острейшими внутренними проблемами. Общественными и социальными, прежде всего. И будут эти проблемы дальше только нарастать. Заимствование элементов капитализма, даже при общем руководстве компартии, не может не вызвать в обществе тех же болячек, что видим мы на примере России. Коррупция, казнокрадство, неравенство, сильнейшее социальное расслоение в обществе. Сопровождаться это неизбежно будет ростом недовольства населения. Особенно учитывая, что запросы его в последнее время достаточно сильно меняются, что вызвано значительным перетоком сельского населения в города.
  
   Все это уже само по себе является предметом озабоченности китайского руководства. Но эти проблемы могут явиться также поводом для попыток США проявить свою активность во внутренней жизни Китая. Цветная революция в этой гигантской стране была бы самым лакомым подарком западному миру. Естественно, подготовка условий для такой революции является для США намного более приоритетной, чем в любой другой стране мира, исключая Россию, может быть. Вмешательство Запада во внутренние дела Китая в таком случае неизбежно. Потому, хотя бы, что такого вмешательства не избежали другие страны мира. Почему Китай должен оказаться исключением? Наоборот. Учитывая вполне реальные опасения Запада в отношении роста экономики Китая, такую деятельность можно предвидеть в качестве наиболее вероятного развития событий.
  
   Ясно, что такого рода вмешательство должно будет вызвать резкое недовольство высшего государственного и партийного руководства Китая. А это, в свою очередь, не может не вызвать еще один виток напряженности в межгосударственных отношениях. Наложенные на проблемы, указанные выше, это еще более подтолкнет Запад и Китай на путь конфронтации. Это, как вы понимаете, не пожелание. Это просто моделирование наиболее вероятного хода развития событий.
  
   Одновременно с этим, Россия, это как раз та страна, которой, наоборот, безусловно выгоден стабильный и устойчивый Китай. Поэтому здесь всегда будут оказывать Китаю помощь в отстаивании его суверенитета. Кроме того, по факту, уже сегодня именно Россия, это чуть ли не единственная страна, которая оказывает Китаю активную политическую поддержку. Во всяком случае, то, что касается Европы, это совершенно точно.
  
   Именно поэтому Китай никогда, повторю, в исторической перспективе (по крайней мере, до полного исчерпания конфликта с США и НАТО) не будет стремиться к ухудшению отношений с Россией. Потому что только что изложенное там понимают не хуже, а намного лучше нас с вами. Для Китая нейтральная Россия это уже большая помощь в грядущем конфликте. Возможность же привязать к себе Россию в качестве политического и экономического партнера, это для него несомненный геополитический выигрыш.
  
   Конечно, это не значит, что Китай будет всячески умасливать Россию, жертвуя для нее своими интересами или терпя заведомые убытки. Китай - великая держава, знающая себе цену. Это надо понимать. И с этим надо считаться. Но Китай, в отличие от Запада, не вмешивается в наши внутренние дела. Не указывает, как нам жить. Не спонсирует разрушение государства.
  
   С другой стороны, Россия - это тоже великая держава. Поэтому умасливать Китай ей тоже не надо. Отношения и так придут к взаимному паритету, естественным путем. Но, точно также как Китай не будет жертвовать своими интересами для защиты России, точно также и России не следует жертвовать, в случае необходимости, своими интересами для защиты Китая. Идеальным положением для России был бы вооруженный нейтралитет, сопровождаемый политической и экономической кооперацией с Китаем.
  
   И еще. Когда говорят о сближении России со странами третьего мира, надо иметь в виду, что имеется в виду не только Китай. Это и Индонезия, и Сингапур, Индия, наконец. Даже и Южная Корея. Даже Япония. Это на востоке. Но хорошие перспективы имеют также отношения с Бразилией, Аргентиной, другими странами Латинской Америки. Отрадно понимать, что сегодня Россия не вкладывается исключительно в один только Китай. Китай важен, но важен и весь другой мир.
  
   Либеральная же наша публика все ставит привычно с ног на голову. Присоединение Крыма разрушило отношения с Западом, ужасаются они. В их изложении, Китай - это главная угроза России. А спасти Россию от этой угрозы может опять-таки только союз с Западом. То есть, с США и НАТО. Это теми самыми, которые придвигают к границам России пусковые установки своих ракет. А ракеты эти предназначены для того, чтобы убивать, если кто забыл эту немудреную истину.
  
   Теперь такой вопрос. По китайско-российским отношениям, вроде ясно. А вот, интересно. Как должны реагировать на эту ситуацию страны Запада и США в первую очередь? Думаю, очевидно, что естественной их реакцией должна быть политика максимального отдаления друг от друга России и Китая. Поскольку именно это отвечает жизненным интересам Запада. Там ведь тоже лучше нас понимают, что противостояние с Китаем отнюдь не за горами.
  
   Но как этого добиться? В условиях заинтересованности в процессе обеих сторон сделать это не просто. Набор способов воздействия на обе стороны в области политики и экономики не такой уж и большой. Остается воздействие в сфере пропаганды. Необходимо по возможности сильно вызвать недоверие сторон друг к другу. Самым действенным способом было бы убедить какую-то из сторон (а еще лучше, обе стороны) в том, что возможный партнер замышляет против него что-то угрожающее. Тезис о китайской угрозе для России, постоянно повторяющийся на Западе, вполне лежит в русле этого понятного стремления.
  
   Поэтому, когда мы видим сетования в западной прессе о китайской угрозе, направленной в отношении России, зададимся простым вопросом. А что, для той же британской "Гардиан" или американской "Нью-Йорк Таймс", например, так-таки и свойственны искренние заботы о российском благополучии, что столь сильно они сокрушаются о наличии для России каких-то угроз? Вот прямо так и видится, как ночей они не спят, страшась опасностей, которые угрожают России...
  
   Нельзя не заметить и того, что заботу эту вольно или невольно поддерживают российские либералы. Что, впрочем, предельно логично. Каждый вздох ОТТУДА воспринимается ими как откровение свыше, истина, исполненная сокровенного смысла. Странно было бы, если бы хоть на миг они могли поставить ее под сомнение.
  
   ***
  
   Но вернемся к отношениям с Западом.
  
   Почему так произошло? Ведь, казалось бы, для Запада после крушения коммунизма и распада СССР возникла уникальная возможность. Интегрировать Россию не просто в мировую экономику, но в самый миропорядок, установленный Западом. При этом, учитывая благожелательное отношение к нему не только российских элит, но и большинства российского населения того времени, практически неизбежно Россия становилась бы дружественным для него государством. Для этого, естественно, необходима была добрая воля и понимание того, что у России как у любого государства, могут быть свои собственные интересы. В случае же каких-то разногласий, вызванных столкновением интересов, всегда можно было вести диалог с целью поиска компромиссов, удовлетворявших обе стороны. Можно не сомневаться, что, учитывая силу одной стороны и слабость стороны другой, компромисс этот все равно был бы сдвинут в пользу стороны более сильной, и отражал бы реальное положение вещей. Тем не менее, это был бы компромисс.
   Однако, этого не произошло. Почему?
  
   А не произошло это по очень простой причине. Потому что цели противостояния стран Запада по отношению к СССР были изначально заявлены ложные. Главной целью была вовсе не борьба с коммунизмом. Главной целью была борьба с Россией. Это не значит, впрочем, что борьба Запада с коммунизмом не велась. Велась, конечно. Но велась как инструмент подчиненный. Как борьба с одним из главных орудий, усиливавших на тот момент Россию с точки зрения мировой геополитики. Как впрочем, и самой Россией этот инструмент использовался для усиления своего влияния в мире.
  
   Именно об этом метко и глубоко выразился великий русский мыслитель Александр Александрович Зиновьев, говоря о вкладе в процесс уничтожения СССР русской интеллигенции. "Целились в коммунизм, а попали в Россию". Это о тех, конечно, кто в самом деле изначально не целился в Россию.
  
   Но тогда возникает серьезный вопрос. А почему Запад ополчился именно на Россию? Ведь причин для этого нет, возразит нам любой либеральный оппонент. Впрочем, если кто-то причин этих не видит или, что точнее, не хочет их видеть, это не значит еще, что их нет. Нам же достаточно задаться другим вопросом. А когда это Запад не ополчался на Россию? Для понимания этого достаточно просто оглянуться на историю.
  
   Отношения между Россией и европейской цивилизацией всегда были непростыми, даже в пору их видимого благополучия. При внимательном рассмотрении, складывается отчетливое ощущение, что в пору откровенно враждебного оборота в этих отношениях наружу просто отчетливо проступает то, что подспудно присутствует в них всегда. Сегодня, например, это особенно ощутимо в связи с кризисом, связанным с событиями на Украине. Его подлинные причины, кстати, и невозможно осознать правильно без учета этого обстоятельства.
  
   Естественно, очевидное противостояние двух миров подмечено было задолго до сегодняшнего дня, со времен еще западников и славянофилов. Истоки его изучались глубоко и всесторонне, поэтому останавливаться на них нет здесь особой необходимости.
  
   Вместе с тем, необходимо особо оттенить существенную деталь. Легко заметить, что в упомянутом выше цивилизационном взаимодействии европейского (читай, англосаксонского) мира и России имеется отчетливо выраженный элемент вражды. Это так. Но важно понять, в пределах стоящей перед нами задачи, кто является основным генератором этой вражды. Дело не в эмоциях или обидах, в том, например, кто первый обидел или кто первый обиделся. Важно то, что тот, кто эту вражду генерирует обычно, с большой долей вероятности может рассматриваться стороной нападающей. Соответственно, объект этой вражды может наиболее вероятно оказаться обороняющейся стороной. Это не обязательно будет однозначно именно так. Но вероятность этого намного выше, чем утверждение, обратное этому.
  
   Итак.
   Императрица Екатерина Вторая заметила когда-то, что Россия - это Вселенная, а не обычная страна в европейском понимании. А потому, добавим от себя, эти оба измерения не могут быть поглощены друг другом. Они могут только притягиваться или отталкиваться.
   Исторически сложилось так, что Европа и Россия до определенного времени развивались практически изолированно друг от друга. Это вызвало, естественно, заметные различия между ними, одновременно сопровождавшиеся разницей в экономическом развитии, где уровень европейских технологий оказался значительно выше. Стремление Петра Первого уничтожить эту изоляцию было, на самом деле, вызвано потребностью заимствования передового опыта. Необходимость этого заимствования, естественно, придумал не Петр. Процесс этот начал развиваться еще при его отце, Алексее Михайловиче Тишайшем. Известно, что даже политические враги Петра, царевна Софья и особенно ее фаворит князь Василий Голицын хорошо понимали эту необходимость. С момента осознания этой необходимости и начинается тот момент, когда в России начинают смотреть на Европу, как на вечный и благой источник всяческой мудрости.
  
   Отношение Европы к России было тогда безразлично нейтральным. Торгуют, и хорошо. Платили бы деньги, приносили бы доход, этого достаточно. В России же все больше развивалось преклонение перед Европой. К началу девятнадцатого века столичные дворяне в России даже в обиходе предпочитали общаться на французском языке, о чем тут можно говорить. Конечно, основной части населения, крепостному крестьянству, отношения с Европой были глубоко безразличны, поскольку не затрагивали прямо его повседневных интересов. Но, поскольку было оно абсолютно бесправным, в общественно-политической жизни не имело это никакого значения.
  
   С течением времени, по мере увеличения слоя образованных людей в России, доброжелательный интерес ко всему европейскому только возрастал. Симпатии эти тем более увеличивались со временем, когда все более широко стали распространяться в России левые радикальные идеи. Российская интеллигенция со временем стала видеть в европейском мироустройстве идеал своих республиканских мечтаний. С соответствующей идеализацией своих представлений о Западе. А для самых передовых ее кругов это связывалось и с негативным отношением к своей собственной тиранической стране, доходящем до презрения и даже ненависти к ней. Именно отсюда, кстати, берет свое начало общая родословная нынешних российских "либералов".
  
   Необходимо отметить при этом то существенное обстоятельство, что именно из образованной среды формировался, естественно, тот слой чиновных людей, которые и управляли Российским государством.
  
   То есть, совершенно очевидно, что никакой исконной вражды к Западу в России никогда не было. Ведь даже и резкие слова Пушкина, например, или Тютчева, в отношении Европы вызваны были не враждой к ней, а как реакция на отношение самой Европы к России. Потому что с обратной стороны все обстояло совсем иначе.
  
   Безразличие Запада быстро закончилось, когда усилившаяся Россия получила возможность влиять на европейскую политику. С того времени, когда на европейской сцене появился новый полноценный игрок, появляются и новые расклады в европейской политике. Устоявшиеся отношения начинают изменяться под влиянием этого нового и непривычного фактора. Что вызывает, естественно у кого-то вполне понятное раздражение.
  
   Сразу хочу оговорить, что такого рода враждебность вовсе не говорит об изначальной злокозненности европейской политики. "Англичанка гадит" не потому, что таковы черты ее характера, например. А потому что стремление доминировать в европейской политике и экономике логично приводит ее к противодействию любой силе, которая ей не подчинена. Само же стремление доминировать тоже возникает вовсе не от врожденных черт характера, а от осознания силы, полученной в результате мощного экономического развития. Что бы ни говорилось в теории о благотворности конкуренции, капитал всегда изначально стремился к ее уничтожению. А стремление к экономической монополии на государственном уровне неизбежно приводит к желанию политического доминирования. Нынешний мир является клиентелой англо-саксов, как старых (Британия), так и новых (США). Исходя из этого обстоятельства, воспроизводится и отношение западного мира к России в целом.
  
   Легко увидеть, что после окончания Северной войны (которую, впрочем, вела коалиции государств), за всю историю 18 - 19 веков, Россия ни разу не нападала ни на одну из европейских стран. Семилетняя война, где столкнулись армии Пруссии и России, велась в интересах опять-таки союза европейских государств. То есть это не было проявлением вражды к Европе. Вообще надо отметить ту отличительную черту российской внешней политики, что Россия чаще всего обслуживала интересы Запада, нежели блюла свои собственные. В собственных же интересах Россия вела войны в основном с Турцией, страной, не принадлежащей западной цивилизации.
  
   Одновременно, в этот же самый период западные страны на Россию как раз нападали. Вылилось это окончательно и в полной мере в Крымскую войну, где общее отношение Запада к России получило наиболее откровенное выражение.
  
   В итоге сложились отношения, которые существуют, до определенной степени, до сего дня. Запад относится к России в лучшем случае настороженно. А при первом намеке на попытки России отстаивать свои собственные интересы, обязательно враждебно. Россия же всегда относилось к Западу с плохо скрытым подобострастием, что объясняется опять-таки традиционно сильным преклонением перед ним в ее элитах.
  
   Советский Союз только лишь обострил давно существовавшие, и вражду, и глухое подпольное подобострастие. С исчезновением СССР была убрана только лишь эта острота. Но никуда не делась и не могла никуда деться историческая основа этих отношений. А основа эта покоится на том обстоятельстве, что вражду в отношениях между Западом и Россией генерирует обычно именно Запад.
  
   ***
  
   Вместе с тем, одно только то обстоятельство, что Запад в целом всегда относился к России враждебно или, в лучшем случае, настороженно, не объясняет, конечно, конкретных причин политики Запада сегодня. Это, так сказать, общий фон, на который легли современные реалии и современные потребности различных сил и группировок, из которых состоит этот самый Западный мир.
  
   Дело в том, что и враждебность эта, и настороженность эта, они очень удачно оказались к месту, когда США начали разыгрывать свою карту в отношении старой Европы. Да, как это ни обидно слышать любому патриотически настроенному русскому, вся политическая игра, которая велась после крушения СССР, имела намного более глобальные цели, нежели просто вражда с Россией или даже разрушение России. Это для нас важно. Это для нас вопрос жизни и смерти. Для них это только эпизод в значительно более масштабной политике. Что, в общем-то, учитывая несопоставимость сил по обе стороны противостояния, вполне объяснимо.
  
   Сохранение НАТО после крушения социалистического блока было жизненно необходимым только для одной страны. США. Все остальные страны, получив избавление от прошлых страхов и угроз, вполне могли просуществовать без этого блока. Сытая и спокойная жизнь без угроз или волнений, чем это не привлекательно для старушки Европы? Но у лидера Западного мира были другие планы. Какие?
  
   Надо учесть, что противостояние с СССР и сопутствующая ей гонка вооружений негативно сказались не только на экономике СССР, но и на экономике стран Запада. Просто богатство и сила евроатлантического блока позволили ему перенести эту гонку относительно безболезненно. Тем не менее, и в их экономике начали явственно проступать очертания кризисных явлений. Дошло до того, что в обозримом будущем замаячило нечто сопоставимое со столь памятной на Западе Великой Депрессией тридцатых годов. Но кризис этот был тогда надежно и на достаточно длительное время отсрочен. Помогло этому разрушение СССР.
  
   После крушения СССР и, что не менее важно, блока Варшавского договора, появилось одномоментно огромное поле новых неосвоенных Западом рынков. Экономическое освоение этого поля должно было принести немалые прибыли, размер которых и должен был погасить (до времени, конечно, но кто в такой ситуации думает о времени?) проступающие симптомы начинавшегося кризиса.
  
   Естественно, что все выгоды от освоения новых рынков должны были получить наиболее сильные. Более того. Получив желаемое, они неизбежно выходили на новую цель своего существования. На достижение мирового господства. Ведь новый "однополярный мир", это и есть завуалированное наименование этого старого понятия.
  
   Что такое мировое господство? В чем его сущность? Это, если исключить все второстепенное и сопутствующее, беспрепятственный и предельно дешевый доступ к любым мировым ресурсам. Включая и рынки, естественно, во всей их совокупности. Достигается это, опять же, если кратко, установлением для всего мира своих правил и норм. И, что логично вытекает из этого, применением мер, в случае необходимости, к их неукоснительному исполнению.
  
   При этом не имеет значения, как это называется в современной теории, "мировое лидерство", "мировая гегемония", "мировое могущество" или "мировое доминирование", суть явления остается прежней.
  
   Естественно, что достичь такого размаха господства без принуждения невозможно. Поэтому, необходима сила. Всякие средства хороши, но главной их составляющей должна быть именно сила. А, учитывая глобальные цели, и сила должна быть глобальной. Так вот. Именно для достижения этой цели как нельзя лучше и подходило НАТО, как уже отлаженный инструмент глобального воздействия мирового масштаба.
  
   Поэтому, для США, как признанного лидера Запада, сохранение НАТО было жизненно необходимым. Но и остальные члены этого военно-политического блока охотно согласились со своим лидером. Потому что именно благодаря этому они приняли участие в дележе огромного пирога.
  
   Надо сказать, что цель на тот момент была достигнута. Освоение рынков Восточной Европы (включая Россию, естественно) весьма благотворно сказалось на экономике западных стран, получившей оттуда гигантские прибыли. В результате этого, кризис миновал. Можно добавить, пока миновал, поскольку системные причины его последующего возвращения никуда не делись.
  
   Но все хорошее когда-то заканчивается. Сверхприбыли, получаемые с новых, уже освоенных рынков, начали падать. Экономика снова стала проявлять признаки рецессии. Иными словами, зримо обозначились приметы нового (но все того же) кризиса. Его проявление в 2008 году было уже во многом итогом давно копившихся проблем системного характера, которые не решило, конечно, освоение новых рынков. Тем не менее, когда замаячила угроза новой рецессии, в США пошли старым проверенным путем. Опять стали искать новые рынки. И нашли.
  
   В феврале 2013 года в своем послании к обеим палатам Конгресса Барак Обама заявил, что США начинают переговоры с Европейским союзом о трансатлантической зоне свободной торговли. Собственно, речь шла даже о двух масштабных международных торговых проектах, итогом которых было бы заключение соглашений о транстихоокеанском и трансатлантическом сотрудничестве. В пределах нашей темы существенным будет именно второй договор.
  
   Сущность его в создании единой экономики США и Европы. То есть США понадобился уже весь европейский рынок. Для этого необходима его предельная открытость. Соглашение о трансатлантической зоне свободной торговли в идеале выгодна обеим сторонам, и США, и Европе. Но это в идеале. На практике более дешевые товары США будут иметь на общем рынке большие преимущества за счет своей меньшей себестоимости. А значит, товары европейские, не выдержав конкуренции, будут сокращаться в объемах. Объемы же американских товаров будут, вследствие этого, возрастать. Да, свой кусок некоторые отрасли европейской экономики, конечно, получат. Но в целом, договор в том виде, как предлагают его Европе американцы, много выгоднее США, конечно. И невыгоднее, соответственно, Европе.
  
   Тем не менее, договор этот поражает своим размахом и, соответственно, своими последствиями для будущего мироустройства. Как можно отказаться от таких захватывающих перспектив? Этот приз стоит того, чтобы надолго, казалось бы, забыть о постоянно висящем над головой дамокловом мече нового кризиса, поскольку масштаб европейского рынка сопоставим с американским. Европа - это один из самых больших и прибыльных рынков в мире. Более 500 миллионов потребителей. Совокупная экономика с ежегодным объемом 18 триллионов долларов. Кроме того, единая экономика США и Европы сможет более успешно конкурировать с растущей китайской экономикой. Как, впрочем, и экономиками других развивающихся стран. В чем, кстати, заинтересованы не только США, но и, пусть в меньшей степени, сама Европа.
  
   Межу тем, хотя Европа очень сильно зависит от США в политическом, военном и экономическом отношении, переговоры предсказуемо идут непросто, поскольку затронуты достаточно болезненные темы конкурентных противоречий в различных областях экономики. Кроме того, уже на стадии начавшихся переговоров, США выдвинули множество поправок и требований по широкому спектру технических вопросов, затронутых в предложениях по договору, выдвинутых Евросоюзом.
  
   Вот здесь мы и подошли к существу нашей темы.
  
   Для того, чтобы гарантированно склонить к уступкам европейских партнеров по переговорам, США необходимо сделать их более послушными. Как этого добиться? Очень просто. Поступить точно так же, как поступали США на всем протяжении противостояния с СССР.
  
   Надо напугать Европу внешней угрозой. Сильно напугать. Сплотить ее, обратив против внешнего врага. Возглавив, естественно, (а кто другой может претендовать на лидерство?) общий фронт смертельной борьбы с новым мировым злом. С новым Гитлером. С новым нацистским государством. Естественно, в условиях смертельной угрозы для западного мира, мир этот будет намного сговорчивее в любых переговорах с США, как самой сильной в мире державой, военный и экономический потенциал которой обеспечивает этому миру безопасность и процветание. Кто решится слишком уж сильно возражать своему спасителю в такой обстановке? По любым вопросам?
  
   Но как этого достичь? Пустыми угрозами Европу не очень-то сдвинешь. СССР больше нет. Китай далеко от Европы. Кроме того, необходимо понимать, что сегодня военный потенциал Китая еще не внушает Европе настоящего страха. А опасность нужна нешуточная, такая, чтобы напугать серьезно. Кто подходит на роль угрозы? Объект здесь единственный. Тот, кто имеет самый внушительный ракетно-ядерный потенциал. Получается, что только Россия.
  
   Надо изобразить Россию в образе нового СССР. Надо гипнотизировать окружающих до такой стадии, что действительно начнет кому-то мерещиться, что в России ничего не изменилось. Что снова здесь управляют всем коммунисты. Что снова новое политбюро во главе с новым генсеком вынашивает старые планы по завоеванию Европы. Тогда легко будет и возродить старые страхи.
  
   Обратите внимание, когда сегодня рушат на Украине памятники Ленину, они искренне уверены, что наносят нестерпимо болезненную рану сегодняшней России, которую там многие искренне считают коммунистической страной. Заметим, кстати, что памятники эти никто не трогал во времена проамериканского президентства Ющенко. Или американский сенатор Маккейн, как над ним потешались в России, когда он ответную свою статью (на статью Путина, появившуюся в "Нью-Йорк Таймс") разместил в газете "Правда". Искренне полагая, что это и сейчас главная и самая массовая газета в России. Это как раз и есть следствие этой новой пропаганды.
  
   Но это только половина дела. Другая половина, это предъявить Европе агрессивность России. Задача непростая, потому что Россия не собирается ни на кого нападать. Как сделать так, чтобы старые европейские фобии в отношении русских варваров заработали в полную силу? Решение этой задачи есть. Надо заставить Россию действовать жестко и решительно. Но как этого добиться, если Россия и без того стоит на коленях, выполняя все прихоти Запада? Как разыграть эту карту после того, как Россия приняла и расширение НАТО на Восток, и игрища с европейской ПРО, и многие другие, более мелкие, но достаточно болезненные действия Запада, позволяя себе только бессильные возражения? Рецепт здесь один. Его, кстати, хорошо себе представляли именно американцы, помня о своей собственной реакции, когда советские ракеты оказались на Кубе.
  
   Надо загнать Россию в угол. Поставить ее в такую ситуацию, когда сопротивляться ее заставит, наконец, обычный инстинкт самосохранения.
  
   Понимаю, конечно, что для кого-то это выглядит не очень убедительно в силу сложности, а, главное, длительности воплощения в жизнь подобного замысла. Да, действительно. Курс США на то, чтобы спровоцировать Россию на действия, которые могут встревожить Европу для максимального ее сплочения под американским покровительством, проводился слишком долгое время. С 1991 года, за двадцать с лишним лет, сменилось четыре президента США, два республиканца и два демократа. Проводили они при этом разную политику, иногда отчаянно критикуя своих предшественников и политических оппонентов. Но заметим при этом, что общее отношение к России умудрялось оставаться прежним, плюс-минус небольшие вариации в пределах статистической погрешности. Это факт. И никто его опровергнуть не сможет, как ни будет стараться. То есть, при всех четырех разных президентах основные направления политики в отношении России, глядя из сегодняшнего дня, выглядит, как единая акция. А значит, как воплощение какой-то генеральной, жизненно важной для США общей линии политики.
  
   Чем это можно объяснить? Только тем, что политику такую определяют не капризы сиюминутных колебаний политического курса. Ее определяют государственные интересы. Кто выражает для разных по взглядам американских политиков эти интересы, корректируя в случае необходимости отклонения от них? Видимо те, кто не является публичными политиками, но при этом обладают достаточным влиянием, чтобы к их мнению прислушивались даже на самом верху.
  
   Давайте снова обратимся к истории. Как известно, "у Англии нет своих союзников, есть свои интересы" (с). Так вот. Правительства Британии менялись, а интересы оставались неизменными. Почему? Кто формулировал эти интересы? Кто предлагал свои меры в соответствии с ними? Кто обеспечивал непрерывность основных направлений политики, независимо от партийных пристрастий? Кто, наконец, корректировал политический курс, если какое-то правительство излишне отклонялось от него?
  
   Остается сделать вывод, что это некие силы влияния, которые обычно не очень афишируют себя, но стоят, тем не менее, за спиной у публичных фигур. Обычно это должны быть достаточно уважаемые в правительственных кругах люди, потому что именно на них держится благополучие государства. "То, что хорошо для "Дженерал Моторс", то хорошо для Америки", это ведь не только хлесткая фраза. Это, в обобщенном виде, самое существо взаимоотношений между публичными и непубличными лицами в верхних эшелонах государственной власти. И выполняют их волю политики вполне добровольно и с предельным тщанием не потому, что боятся или куплены. На самом деле публичные деятели выполняют их волю потому, что политику, которую они проводят под влиянием своих авторитетных советников, на самом деле действительно ведет их мир к большей силе. Во всяком случае, это видно на примере Британии в пору расцвета ее могущества. Естественно, так же должно быть и у страны, отнявшей у Британии первенство в мировом лидерстве.
  
   Чтобы ответить на вопрос, кто конкретно представляет эти силы, достаточно задать себе простой вопрос. Кто наиболее заинтересован в беспрепятственном и максимально дешевом доступе к рынкам? Получается так. Сегодня это финансово-промышленные группы, имеющие наибольшее влияние на мировую экономику. Если существует такая вещь как картельный сговор, то почему не может быть такого сговора на глобальном уровне? На том уровне, где это уже не нарушение закона, а высокая политика? Именно одной только этой силе, кстати, возможно сегодня выполнить глобальную по масштабам и сложности задачу. А именно, подчинить себе практически все сколько-нибудь влиятельные мировые средства массовой информации. Кто это персонально, доискиваться здесь не будем, это для данной темы не так важно, не в персоналиях дело. Главное, что такие силы влияния существуют. И к ним внимательно прислушиваются там, где вершится мировая политика.
  
   Так что и США планомерно проводит свою политику, враждебную России, вовсе не из своей злонамеренности. А потому что так надо для достижения большей силы. Одновременно ясно, что в однополярном мире эта сила может быть настолько глобальна, что и являет собой то самое мировое господство. Не больше. Не меньше. Только на этот раз, с учетом современных технологий, это действительно достижимо. И, кстати, почти достигнуто. Почти.
  
   Получается, что волей судьбы России снова выпало останавливать очередного претендента на мировое господство. И снова она не хочет этого делать, снова эту роль ей навязывает сама история. Снова она к этому абсолютно не готова. Как всегда.
  
   ***
  
   В 2008 году саммит Североатлантического альянса в Бухаресте провозгласил, что Украина и Грузия будут приняты в НАТО. К тому времени, когда Запад заговорил о желательности приема в НАТО еще и этих бывших советских республик, ясность в его отношении наступила уже предельная. Они будут убивать, пока не убьют.
  
   Были, конечно, попытки дипломатическим путем разъяснить, что Россия не допустит такого сценария. Но на них никто привычно не обращал внимания. С побежденной страной не разговаривают. Ее ставят перед фактом. Ей приказывают.
  
   И теперь ей приказали смириться с вступлением в НАТО Грузии и Украины. С выходом альянса к самым границам России. С перспективой появления натовских ракет уже и недалеко от Белгорода и Ростова.
  
   Вы знаете, я думаю, что всё ведь могло сложиться для нас в 2008 году совсем иначе. Партия-то была тогда для России абсолютно проигрышная. Представьте себе, что президентом Грузии и тогда был бы старый лис Шеварнадзе. Что никакого Саакашвили на политической арене не было бы в помине.
  
   Используя только лишь одни переговоры, как явные, так и закулисные, обволакивание дипломатической казуистикой, подкупы российских элит, он мог бы добиться много большего. Во всяком случае, такого, чему мало чем можно было противостоять дипломатическими методами. Думаю, в этом случае Грузия и, что намного важнее, заодно и Украина, стояли бы уже тогда на пороге приёма в НАТО. Не декларативного, а самого что ни на есть реального и будничного приема.
  
   Но случилось то, что случилось. Они для нас очень удачно совпали тогда по времени - эти двое, не из больших умников. Буш и Саакашвили. Если бы не их потрясающая глупость, которую они совершили в Цхинвале, всё было бы совсем иначе.
  
   А так, начав силовую операцию, сопровождаемую убийством российских миротворцев, они сами создали ситуацию, где ответ мог быть дан именно на силовом поле. Он и был дан, вполне логично и своевременно. Конечно, нужна была решимость российской власти. Повторю, что проявлять эту решимость пришлось не ястребам, а голубям. И, тем не менее, она была проявлена.
  
   Итогом августовской военной операции 2008 года стала, как известно, независимость от Тбилиси двух новосозданных государств, Абхазии и Южной Осетии. И пусть государства эти почти никем в мире не признаны, что является предметом недалекого зубоскальства либероидов по всему миру. На самом деле, это, в данном случае, не имеет абсолютно никакого значения. Потому что само по себе существование этих государств и непризнание их Грузией означает, что Грузия является государством с неурегулированными территориальными вопросами, чреватыми военным противостоянием. А это, по правилам членства в НАТО, является препятствием для вступления в эту организацию новых членов.
  
   Конечно, при большой охоте правила эти можно было бы изменить. Если бы это зависело только от США, скажем. Но в НАТО входят 28 государств, и любое изменение его устава, равно как и прием в организацию, требует согласия каждого из них. В то же самое время, положение это в устав НАТО закладывалось не в результате отвлеченной игры ума. А по вполне понятному желанию членов альянса по возможности снизить для себя риски быть втянутыми в региональные войны. Таким образом, изменение этого принципа будет означать для каждого из этих 28 государств согласие на свое участие в войне, которая может начаться сразу же после принятия нового члена НАТО, решившего на другой день после вступления решить свои территориальные вопросы с помощью евроатлантической солидарности. Не у всех старых членов НАТО вызывает энтузиазм перспектива нападения в ходе подобного кризиса на ядерную державу...
  
   Так что, если итоги августовской войны 2008 года и не устранили перспективы вступления Грузии в НАТО, то предельно их осложнили.
  
   Одновременно, уже тогда, в разгар событий, связанных с Грузией, понятно было, что главное там остается за кадром. А главным была как раз Украина. Их ведь обе, и Грузию, и Украину, повторю, прочили тогда к ускоренному приему в НАТО. Одним пакетом, так сказать. Так вот. Итоги войны затормозили тогда не только прием Грузии. Именно тогда было громко заявлено о том, что и прием в НАТО Украины тоже является делом отдаленного будущего. Против такого приема выступили тогда Франция и Германия.
  
   Причиной этого решения, был, конечно, наглядный урок, преподанный Россией в грузинской войне. Дело не в технологиях, конечно. Война показала как раз их отсталость у России. Дело не в организации. Россия в очередной раз показала, что по-прежнему архаична и анархична в этом вопросе.
  
   Дело в той степени решимости, которая показала тогда Россия, чтобы не пустить в НАТО Грузию. Поэтому на Западе сработало, видимо, опасение, что попытки интегрировать в НАТО еще и Украину могли обернуться какими-то новыми нестандартными и предельно жесткими ходами государства, обладающего внушительным ракетно-ядерным потенциалом. Кроме того, Западу необходимо было плотно заниматься Грузией, находившейся после войны в глубоком шоке. Достаточно вероятно также, что на западных руководителей произвело впечатление, что решение о критическом противостоянии с Западом принято было тогда именно либеральным руководителем России. Это должно было несколько озадачить, но всерьез, конечно, достаточно глубоких выводов там сделано все же не было.
  
   Понятно, конечно, что при первом удобном случае к планам своим на Западе должны были обязательно вернуться. Поскольку общая задача США по стравливанию Европы и России продолжала оставаться прежней, ее никто не отменял, и отменить уже не мог. Кризис-то, вот он, уже на пороге. А поскольку решения там принимаются не в Европе, а в Вашингтоне, союзникам остается только подчиняться, демонстрируя всячески евроатлантический энтузиазм.
  
   На первый взгляд, представляется несколько странным поведение европейских лидеров, покорно и безоговорочно следующих пожеланиям США даже в ситуации, когда основные издержки такой политики несут именно их страны. Странным потому, что, при всей обработанности Запада централизованной массированной пропагандой, качественный состав лидеров европейских стран просто по определению не может быть настолько слепым, чтобы не понимать, где действительность, а где пропаганда.
  
   Но это странно только на первый взгляд. На самом деле, здесь действует и будет еще действовать целый комплекс причин.
  
   Первое, европейские политики искренне уверены в необходимости придерживаться солидарности с богатейшей и сильнейшей страной мира. Потому что, даже в том случае, если, в данном эпизоде, эта страна в своей политике ошибается даже на взгляд этого европейского политика, солидарность с этой страной окупится в дальнейшем, когда понадобится решать уже другие вопросы, где, сможет помочь именно этот богатый и сильный патрон. То есть, солидарность ставится здесь выше понимания неправильности политики. И в этом, кстати, имеется известный смысл.
  
   Второе. Не надо сбрасывать со счетов личную материальную заинтересованность. Дело в том, что практически все европейские политики лично заинтересованы в безоговорочном лидерстве США.
  
   Об этом упомянул недавно французский генерал Жан-Бернар Пинатель в своем интервью изданию "Atlantico".
  
   "...Многие европейские лидеры получили образование в США. Они входят в американские или трансатлантические "экспертные группы" или фонды, которые во многом финансируют их программы и поездки. Атлантизм сформирован не только схожим мировоззрением и ценностями с американской нацией, но и совокупностью личных интересов многих европейских лидеров, чей уровень жизни зависит от фактического подчинения интересам американского государства...
  
   ... К несчастью для Франции и Европы, Франсуа Олланд, как и часть французской интеллигенции, до сих пор восхищается Бараком Обамой, а Лоран Фабиус (бывший премьер-министр, ныне министр иностранных дел Франции - В.Ч.) долгое время получал средства от американских фондов. Ни тот ни другой до сих пор не осознали, что тем самым они ставят по угрозу стратегические интересы Франции и Европы..."
  
   http://www.inosmi.ru/world/20140725/221894172.html#ixzz38ScXSOZ4
  
   И это, надо понимать, не банальный подкуп или взятка. Это своеобразное обволакивание, которое с самых первых шагов и всю их дальнейшую карьеру сопровождает европейских политиков, с молодых лет, когда они только подавали надежды, и до времен, когда они вырастали в крупные политические фигуры. В результате подобное заботливое внимание становится их привычной комфортной средой обитания. Средой не просто привычной, но само собой разумеющейся. Единственно, на их взгляд, разумной и правильной. Это уже не корысть, хотя и это, разумеется, у кого-то присутствует. По большей части это уже образ мыслей. Мировоззрение.
  
   Ну и, на самый крайний случай, для тех, кто однажды совсем уже срывается с поводка.
  
   3 апреля 2011 года на открытии очередной сессии МВФ и Всемирного банка, директор-распорядитель Международного валютного фонда Доминик Стросс-Кан выступил с полуторачасовой речью. В ней он заявил, что "Вашингтонский консенсус с его упрощёнными экономическими представлениями и рецептами рухнул во время кризиса мировой экономики и остался позади". По его мнению, необходимо было создать новые принципы экономической и социальной политики, отличные от системы принципов "Вашингтонского консенсуса". Доклад этот произвел в международном финансовом сообществе эффект разорвавшейся бомбы.
  
   Через месяц, 14 мая 2011 года в аэропорту Нью-Йорка директор-распорядитель Международного валютного фонда, гражданин Франции, Доминик Стросс-Кан был снят с рейса и арестован в по обвинению в сексуальных домогательствах к служащей отеля, где он проживал. Окружная прокуратура Нью-Йорка выдвинула против него обвинения по шести пунктам, самый первый из которых определял срок наказания в 25 лет лишения свободы. 16 мая его адвокаты предложили выпустить его под залог 1 млн. долларов и подписку о невыезде из Нью-Йорка. Американский судья отказал им в этом, оставив того сидеть в тюрьме. 18 мая Стросс-Кан подал в отставку с поста управляющего директора Международного валютного фонда. В организации сообщили, что это решение сразу вступило в силу. 19 мая решением суда Стросс-Кан был освобожден из тюрьмы и помещен под домашней арест, заплатив залог в один миллион долларов. Затем стало достаточно быстро выясняться, что обвинение против него было выдвинуто ложное. 1 июля 2011 года суд освободил бывшего главу МВФ из-под домашнего ареста. 23 августа того же года Верховный суд Нью-Йорка удовлетворил ходатайство прокуроров и снял со Стросс-Кана все обвинения.
  
   Надо ли говорить о том, что обычно действующие чиновники такого уровня в подобные обстоятельства никогда не попадают. Тем более, по ложным обвинениям. Сегодня этот, совсем недавно еще один из ключевых руководителей мирового финансового сообщества, экс-министр экономики Франции, былой реальный претендент на пост Президента Франции, является председателем совета директоров люксембургской финансовой компании "Лейн, Стросс-Кан и партнеры". И, несомненно, должен еще благодарить судьбу за это. Как думаете, много в мире политиков, желающих повторить его публичную независимость суждений?
  
  И как думаете, АНБ США прослушивает поголовно своих союзников, включая самых первых лиц государств, по причине борьбы с терроризмом? Думаете, сами эти лица не догадываются, что судьбу Стросс-Кана в любой момент может повторить кто-то еще?
  
   Понимаю, что все вышеперечисленное достаточно банально. Тем не менее, изложить все это я счел полезным, чтобы ответить на один простой вопрос, на который, впрочем, иногда почему-то даются ответы, достаточно далекие от правильных. Что ведет, в свою очередь к каким-то неоправданным ожиданиям, которые влекут за собой впоследствии разочарования и нелепые обвинения.
  
   Так чем же было присоединение Крыма?
  
   ***
  
   Это было ответом. Но ответом не Украине, а Западу.
  
   Очевидно, что весь украинский кризис осени 2013 - зимы 2014 года состоял из цепи эскалаций. Как только в противостоянии Майдана и власти возникал малейший намек на компромисс, сразу "почему-то" происходило событие, резко обострявшее ситуацию. Причем завидная точность и своевременность этих обостряющих акций говорила о том, что развитие событий, безусловно, координируется, профессионально и умно.
  
   Наконец, противостояние достигло такого характера, что самому Януковичу стала понятна бессмысленность сопротивления. Договоренности от 21 февраля, когда лидеры украинской оппозиции и представители Франции, Германии и Польши подписали с Януковичем соглашение о досрочных выборах президента Украины, зафиксировали полную его капитуляцию. Более того, по поведению Януковича было уже видно, что он вполне был согласен и на еще более жесткие по отношению к его персоне требования. Например, о переносе досрочных президентских выборов на более ранний срок, на тот же май 2014 года, например. Это, кстати, вполне могли додавить в ближайшем будущем его "европейские партнеры". В качестве последующих шагов.
  
   На первый взгляд, для Запада этот вариант был выгоднее, чем силовая смена власти. Легитимность конституционной ее передачи давала солидное основание к смене курса Украины на еще большее сближение с Западом. Хочу напомнить, что это сближение было инициировано как раз самим Януковичем, если кто забыл. И подписание Договора об ассоциации с ЕС Янукович не отверг, а только отложил. Но даже и без учета этого обстоятельства. Любые выборы Янукович в обозримом будущем неизбежно проигрывал. Любой другой президент, пришедший на его место, был бы гарантированно прозападным, других реальных кандидатов на этот пост среди украинских политиков на горизонте просто не было. И новый президент сразу же обязательно подписал бы этот договор. А подписать его немного раньше или немного позже, так какая разница? Вон его сейчас подписал Порошенко, но уже после переворота и после всех известных потрясений. А если бы он его подписал примерно в то же самое время, но после нормальной конституционной передачи власти, что, этот вариант был бы хуже? Немного раньше, немного позже, какая разница? Конечно, это было бы наиболее выгодным для Запада решением.
  
   Но этого не произошло. Произошел переворот.
  
   Февральский путч в Киеве резко изменил ситуацию. Договоренности были грубо и бесцеремонно нарушены. Думаю, что для людей достаточно беспристрастных, во всяком случае, недостаточно сильно ослепленных очарованием Запада, очевидно, что за переворотом стояли США, назначившие уже накануне событий украинское правительство. С их знаменитым "fuck EU", если припомните.
  
   Показательна реакция на путч Франции и Германии (о Польше не говорю). Денонсация договоренностей, гарантами которых они были, нисколько их не обидела. Даже слова не было сказано по поводу ничтожности их подписей. Что недвусмысленно указывает на авторство путча. То есть, такое авторство, против которого особо и не вякнешь. На него указывало и полнейшее единогласие Запада, с которым в неприлично короткие сроки было признано новое правительство Украины, пришедшее к власти в результате насильственного ее захвата. То, что США и Евросоюз мгновенно поддержали государственный переворот на Украине, и указывает как раз на авторство в этом мероприятии. Более того, с самых первых мгновений они стали буквально до каждой мелочи оправдывать любые действия новых киевских властей по силовому подавлению ими любого инакомыслия в стране.
  
   Так почему США все же пошли на реализацию острого варианта смены украинской власти? Легитимный вариант был все же намного безопаснее и вернее. Отказ от него должен был быть обусловлен очень важными причинами. Какими?
  
   Существует мнение, что вызвано это было стремлением внести раздор и хаос в политическую жизнь Украины. Для того, чтобы в конечном итоге привести события к разрыву экономических связей между Украиной и Россией, коллапсу газотранспортной системы и установлению окончательного барьера между Россией и Европой.
  
   Во многом это объяснение справедливо. Но оно, мне кажется, не учитывает того простого обстоятельства, что тех же самых целей новое киевское правительство вполне реально могло достигнуть и при легитимной передаче власти, в результате все тех же президентских выборов. Степень влияния США на потенциальных фаворитов в президентской гонке на Украине была такова, что гарантированно обеспечивала после выборов сколь угодно враждебное отношение к России.
  
   Так почему они все же заторопились?
  
   Думаю, что наиболее близким к истине является объяснение Михаила Леонидовича Хазина, связавшего быструю и жесткую реакцию руководства США с попытками Януковича заигрывать еще и с Китаем. Напомню, что в начале декабря 2013 года, несмотря на бушующий Майдан, Виктор Янукович совершил всего одну зарубежную поездку. Он посетил с визитом Китай, где заключил договоренности о значительных вложениях в инфраструктуру Крыма общей стоимостью в $15 млрд. Планы эти предусматривали строительство глубоководного порта в районе Евпатории и реконструкцию порта (имеется в виду рыбный порт) в Севастополе. Кроме того, проект предусматривал строительство в Крыму экономической зоны, где должны быть размещены электронные и ИТ-компании, на втором этапе предусматривалось строительство нефтяных комплексов, элеваторов, завода по сжижению газа и других объектов. Строительство должно было начаться в конце 2014 года и закончиться в течение двух лет. Работы должна была вести компания Beijing Interoceanic Canal Investment Management Co, Ltd, известная инвестированием судоходного канала в Никарагуа.
  
   Что здесь вызвало гнев США?
   Проект строительства глубоководного порта "Крым" вблизи поселка Фрунзе должен был стать частью масштабного проекта воссоздания Великого шелкового пути, который провозгласил председатель КНР Си Цзиньпи. Путь этот, проходящий через Центральную Азию, Южный Кавказ и Черное море, должен непосредственно связать Китай с рынками Европы.
  
   Да, конечно, сегодня такие пути свободны везде. И для того, чтобы торговать, не надо восстанавливать древние караванные дороги. Но это, если говорить о сегодня. Чем же не устраивают современные маршруты осторожных китайских руководителей? Дело в том, что все наиболее популярные мировые коммуникации сегодня подконтрольны США. Создание нового Великого шелкового пути является попыткой создать торговую линию между Китаем и Европой, не подконтрольную им. Путь, который США перекрыть не смогут в случае гипотетического конфликта, чреватого всякими санкциями, блокадами, эмбарго.
  
   Кроме того, активно проталкиваемое США Соглашение о трансатлантической зоне свободной торговли с Европой, предполагает как раз вытеснение Китая с европейских рынков. Поэтому новый китайский проект вызывает у США, естественно, сильное недовольство. Тем не менее, помешать ему явным образом они не могут. Нет убедительного повода. К тому же, пойти на жесткий конфликт с Китаем, тем более без всякого приличного повода, они сейчас не готовы.
  
   А вот с Януковичем разговор был другой. Тому, конечно, отчаянно нужны были деньги, которые давали ему китайцы. Но нельзя исключить и того, что Виктор Федорович излишне заигрался в балансирование между разными центрами силы, надеясь поучаствовать в глобальных играх современности.
  
   Но опять же. Зачем спешка? Зачем разрушать старую схему с конституционным путем передачи власти? Дело в том, что, судя по всему, Янукович достиг только принципиального соглашения с китайским руководством, без подписания пока официального межгосударственного договора. Так что спешку можно достаточно логично объяснить необходимостью не допустить его официального подписания.
  
   Кроме того. После подписания договора с Китаем шансы Януковича на президентских выборах могли и вырасти. Все-таки, к российскому кредиту в $15 млрд. к середине 2015 года он мог иметь на руках еще и $15 млрд. китайских инвестиций. 30 миллиардов долларов к президентской компании, это весомый ресурс.
  
   Но даже в случае поражения Януковича. Конечно, новый президент мог бы после вступления в должность, под нажимом тех же американцев, попробовать расторгнуть договор с Китаем. Впрочем, тогда Украине, при всех прочих неприятностях, пришлось бы возвращать кредит. Не надо объяснять, что такое $15 миллиардов для коллапсирующей украинской экономики. И пришлось бы в эту помощь впрягаться самим США. Это для такой богатой страны не очень большая сумма, но деньги умеют считать и там. Особенно в американском Конгрессе, где и без того для нынешней администрации сплошные неприятности.
  
   И самое, пожалуй, главное. Американцы понимали, что пустить в Крым китайцев легко. Но вот выпроводить их потом, когда придет время, будет непросто. А у США достаточно очевидно должны были быть свои виды на этот полуостров. Там хорошо понимали, что после ухода оттуда российского Черноморского флота надо срочно занимать освободившееся место. То есть полагали севастопольскую базу уже практически своей. И вдруг здесь, рядом, появляются какие-то совсем им ненужные конкуренты.
  
   Именно поэтому, насильственный переворот, свержение законной власти, приход к власти сил, не связанных прежними обязательствами государства Украина, давала повод к резкому расторжению всех прошлых договоренностей, которые новые "революционные" силы не признают. Касается это, кстати, и судьбы Харьковских соглашений по Черноморскому флоту. Здесь нелегитимность новой власти играла как раз нужную им роль. Революция не признает долгов старого правительства, не так ли?
  
   Правда, если быть точным, революция, это обычно переворот, который приводит к смене общественно-экономических формаций, или уж, во всяком случае, оформляет победу одной формы собственности над другой. Но очень было надо срочно откреститься от прежних государственных обязательств. Поэтому обычный мятеж, сменивший власть одних олигархов на власть других олигархов, стал именоваться красивым словом "революция". Не только из романтизированной пропаганды, конечно, а по вполне приземленным причинам.
  
   Так или иначе, но команда была дана. "Fuck EU".
  
   Одновременно, есть в этой картине еще один сюжет, лежащий настолько близко к поверхности, что многие по этой причине не желают в него верить.
  
   Давайте вспомним о надеждах украинских элит на вступление в НАТО. Дело в том, что европейское решение 2008 года о прекращении процедур, необходимых к вступлению в альянс, было принято на Украине с таким большим разочарованием, что соответствующие структуры в аппарате государственной власти и управления некоторое время еще не ликвидировались. В чаянии, что НАТО передумает, видимо. И только в апреле 2010 года вновь избранный президент Украины Виктор Янукович ликвидировал межведомственную комиссию по вопросам подготовки страны к вступлению в НАТО и национальный центр по вопросам евроатлантической интеграции.
  
   Надо полагать, что его свержение должно было перезапустить процессы сближения Украины с НАТО, от которых люди, пришедшие к власти после Януковича, никогда не отказывались. Более того, движение за ассоциацию с ЕС со стороны оппонентов Януковича практически сразу же стало самым тесным способом увязываться ими с новыми усилиями по вступлению Украины в НАТО. Это со стороны Украины.
  
   Но и в НАТО эти настроения были на этот раз приняты более благосклонно. За период 2008-2013 годов США провели значительную работу среди своих европейских партнеров по альянсу, заставив их забыть уроки 2008 года. Сценарий "украинской весны" продвигался ими настолько напористо, точно и безошибочно, что исключал, казалось бы, повторение грузинского казуса. Более того, начатая тогда же кампания демонизации России вообще и Путина в частности, облегчала, несомненно, эту задачу. Развитие событий показывало, что загнанная в угол Россия противопоставить этому вселенскому напору ничего не сможет. Для этого у нее просто нет никаких ресурсов. Это и позволило снова начать разговоры о приеме в НАТО Украины, на фоне общего сближения ее с Европой. Благо, люди, рвущиеся к власти на Украине, повторю, никогда от этой идеи даже и публично не отказывались.
  
   Одновременно, прием в НАТО Украины неизбежно должен было вывести российское руководство из адекватного состояния, заставляя его в бессильной злобе перейти к словесным угрозам в адрес Запада. То есть, вводил Россию в жесточайшую словесную конфронтацию с Европой. И острота этой конфронтации должна была непрерывно усиливаться по мере прохождения Украиной последовательных процедур по вхождению в НАТО.
  
   А что Россия?
   Для России, помимо угроз ее национальной безопасности, которую несло в себе вступление Украины в НАТО, существовало и еще одно капитальное соображение. Судьба Черноморского флота. В соответствии с соглашением 1997 года срок пребывания Черноморского флота России на территории Украины заканчивался 28 мая 2017 года. И, хотя это соглашение предусматривало возможность продления этого срока, ясно было, что продлевать его политики, ориентированные на Запад, не будут. Об этом совершенно ясно заявил еще в 2005 году министр иностранных дел Украины Борис Тарасюк, комментируя слова президента Ющенко о том, что статус Черноморского флота России в Севастополе нуждается в пересмотре. Александр Турчинов, который возглавлял тогда СБУ Украины, выразился однозначно о том, что пребывание Черноморского флота России на украинской территории противоречит национальным интересам Украины. В мае 2008 года в МИДе Украины было еще раз официально заявлено, что соглашение 1997 года продлеваться не будет.
  
   После прихода к власти Януковича такое продление реализовать все же удалось. В апреле 2010 года президенты Медведев и Янукович подписали Харьковские соглашения, в соответствии с которыми, срок аренды пунктов базирования Черноморского флота в Крыму после 2017 года продлевался на 25 лет, с возможностью его продления в дальнейшем ещё на 5 лет.
   Тем не менее, процедура ратификации в украинской Раде сопровождалась такими ожесточенными акциями оппозиции, что стало ясно, какая судьба ждет эти соглашения, в случае прихода их к власти.
  
   Судя по всему, перед руководством России встала в этот момент практически неразрешимая задача. Единственный крупный украинский политик, на которого они могли рассчитывать, хотя бы в вопросе невступления Украины в НАТО, своим курсом на евроинтеграцию практически перечеркнул свою прежнюю политику в отношении России. Ведь вступление Украины в ЕС намного теснее сближает ее с НАТО. Не следует забывать о том, что списки стран - членов ЕС и членов НАТО почти идентичны. Что уже само по себе говорит о многом. И пусть реального членства в ЕС Украина все равно никогда бы не получила по причине неподъемности этого груза для европейской экономики. Тем не менее, эта морковка оказалась бы одним их самых привлекательных аргументов к вступлению Украины в этот военный блок.
  
   Остальные же крупные украинские политики вообще находились на противоположном фланге от позиции Януковича, прямо и окончательно заявляя о своей приверженности курсу немедленного вступления Украины в НАТО. И, что не менее важно, являлись категорическими противниками харьковских соглашений о продлении нахождения в Крыму российского Черноморского флота. Можно было не сомневаться в том, что после прихода к власти они приложат все усилия к их одностороннему расторжению. Кроме того, их шумные заявления о своих намерениях подтверждала и простая логика. Потому что вступление Украины в НАТО автоматически делало невозможным базирование на ее территории флота государства, не входящего в этот военно-политический блок. То, что этот альянс, к тому же, еще и по факту враждебен России, об этом можно даже не упоминать.
  
   Такая позиция означала в течение, как минимум, ближайших трех лет потерю для России севастопольской базы, а значит, в перспективе, и ликвидацию ее Черноморского флота, поскольку те морские силы, которые могли базироваться в Новороссийске, на статус полноценного флота претендовать, конечно же, не могли. Более того. Природа пустоты не терпит. Поэтому, в ходе вступления Украины в альянс, сама логика событий должна была привести к появлению в Севастополе военно-морской базы НАТО, слишком уж хорошее для этого место, да еще и с развитой профильной инфраструктурой. Такое развитие событий, повторю, означало бы фактически ликвидацию остатков Черноморского флота России. Это, помимо забот о национальной безопасности, было еще и просто духовно нестерпимо, поскольку позорно перечеркивало двухсотлетнюю историю не то что флота, но и самой России в целом.
  
   То есть события складывались таким образом, что реальная оценка перспектив показывала опять-таки абсолютно проигрышный сценарий для России. Помешать этому было бы практически невозможно. Нет, в случае поражения Януковича на выборах, можно было бы все же попытаться побарахтаться, попробовать сохранить живыми соглашения по Черноморскому флоту. Конечно, пришлось бы искать компромиссы, идти на огромные уступки. Ясно, однако, что все козыри были на руках Запада. Не Украины, с ней бы могли попробовать как-то договориться, а именно Запада. Что усложняло и без того безнадежную задачу многократно.
  
   А потом произошел переворот. И мгновенно возникла принципиально другая ситуация. Шахматная доска оказалась перевернута, фигуры перемешаны. Все возможные ходы российской дипломатии повисли в воздухе, договоренности стали недостижимы. Еще раз повторю. Отсутствие легитимности новой власти, оно ведь тоже оказалось оружием. У России не осталось ни одного шанса даже на ничью. Осталось только покорно сдаться. И бессильно следить в дальнейшем за тем, как победители диктуют ей свою волю. Не Украина, конечно, диктует. Запад.
  
   Вот тогда и был дан ответ. В Крыму. И, конечно, это было ответом Западу, в первую очередь США.
   В чем он заключался? Главной целью было предотвращение возможности для Украины к вступлению в НАТО. Казалось бы, если ставились препятствия к вступлению Украине, то и направлена эта акция была против Украины. На самом деле это был ответ Западу.
  
   Это как раз объясняет и то, почему присоединение Крыма произошло именно сейчас. Потому что именно сейчас Запад совершил необратимый поступок, инициировав силовой захват власти на Украине. И ответ России не был, естественно, никаким имперским проектом, это не было началом восстановления СССР или прочими придуманными сразу же фантазиями. Это было единственно возможным шагом к тому, чтобы остановить Россию на краю пропасти.
  
   В этой связи хочу отметить одну частную деталь. Путина в крымских событиях уличили в том, что он умеет лгать. И на Западе, и в России, его противники сразу же вывели нехитрую формулу. Раз он поначалу отрицал, что в Крыму вежливые вооруженные люди имели отношение к российской армии, значит, любое его дальнейшее утверждение, это очередная ложь. Так почему тогда российское руководство (а подобное утверждал не только Путин, но и другие высшие руководители) так подставилось в этом эпизоде?
  
   Здесь, похоже, проявилось безразличие к личным нападкам, которых следовало из-за этого ожидать. И подчеркнутая демонстрация этого безразличия на фоне следования интересам России.
   Думаю, здесь он решил просто и незатейливо зеркально использовать прием американской дипломатии. Вы, мол, уже десять лет твердите, что европейская ПРО направлена против Ирана и не направлена против России. Ложь ведь демонстративная и циничная. И ничего с этим не сделаешь. Смотрите на нас доброжелательно, произносите эту заведомую ложь, с любопытством глядя, как мы бессильно взываем к вашей совести. А ты мол, докажи. Или, как во время бомбежек Югославии американское правительство отрицало, что используется обедненный уран. Потом уже признали, когда пошли иски от собственных военнослужащих, почувствовавших ухудшение здоровья. Или как госсекретарь США показывал в ООН некую пробирку, доказывая, что у Ирака имеется оружие массового поражения. Вот и российское руководство, судя по всему, решило перенять опыт самого передового государства на Земле. А вот не знаем мы, кто там в Крыму вежливо обеспечивает порядок и спокойствие. Считаете, что российские военные? А вы докажите.
  
   При этом сам факт применения этого приема, в ситуации, когда воевать приходится с неизмеримо более сильным противником, не может вызывать у рассудительного и спокойного человека никакого нравственного отторжения. Потому что так можно доотторгаться и до осуждения полководца за то, что тот в бою обманул своего противника.
  
   Но вот, на мой взгляд, добропорядочного обывателя, делать этого в данном конкретном случае все же не следовало. Потому, что сиюминутная выгода обернулась потом серьезными медийными издержками. Думаю, российское руководство не очень точно просчитало, что последствия такого приема очень к месту сработают в операции общей тотальной демонизации Путина, дав его режиссерам дополнительный эмоциональный, а потому действенный козырь. То, что можно американцам, действительно не очень можно всем другим, как ни стараются наши руководители настаивать на обратном. Кроме того, никто не занимается персональной демонизацией руководства США, где очень пригодились бы обвинения личного характера. Поэтому думаю, что на самом деле имел место банальный просчет.
  
   ***
  
   Конечно, можно возразить, что Путин, приняв решение по Крыму, поддался на провокацию США, которые как раз и добивались какого-то враждебного ответа от России. На самом деле, именно такого ответа там, конечно же, никто не ожидал. И не желал, естественно. Ожидали, похоже, что все ограничится громкими словами, обязательно накаляющими взаимные отношения. Можно достаточно логично предположить, если бы Крым остался украинским, само дальнейшее развитие событий должно было окончательно отторгнуть Россию от Европы, только неcколько позже. Но намного обстоятельнее.
  
   Добиться этого было бы совсем просто. Только в обстановке, неизмеримо более благоприятной для Запада. Достаточно было нескольких "поездов дружбы" в города Крыма, пары сотен русских активистов, сожженных живьем в каком-нибудь из зданий Севастополя. И еще несколько сотен активистов, "исчезнувших" вдруг неизвестно куда. О чем мировое общественное мнение, естественно, никогда бы не узнало. Как сейчас, например, мировая пресса практически ничего не говорит о массовых захоронениях, найденных в бывших расположениях батальонов национальной гвардии Украины. Заметим кстати, что об этом согласно молчат и российские "либералы", начиная с самого их популярного "Эха Москвы". Что особенно бросается в глаза на фоне их "Марша мира", где они призывали не стрелять только одну из сторон. И совсем, почему-то, не призывали не стрелять тех, в чьем расположении нашли захоронения замученных и убитых людей.
  
   Теперь представьте себе, что Крым остался в составе Украины. И здесь неизбежно происходило бы все по этому сценарию. А России на это пришлось бы только бессильно протестовать. Словами. Которые никто бы не услышал. А в ответ на эти протесты Запад применял бы к России те же самые санкции, что мы видим и сегодня. За что, спросите вы? Да вот за это. За эти протесты, идущие вразрез со свободой и демократией, расцветающих на Украине. Ведь протесты эти единогласный хор западных СМИ легко мог изобразить как угрозы и потрясание оружием. За то, что Россия мешает Украине на этом пути, пусть даже и словесно. Или за то, что защищает свой рынок от товаров, хлынувших с нулевой пошлиной из Европы через Украину. Чем не повод для санкций? Тем более, против "нового нацистского государства". И против "нового Гитлера"...
  
   А впоследствии, через год-два, ближе к 2017 году, "возмущенная украинская общественность" могла бы уже применить и военную силу против российских моряков в Севастополе, например. И все равно пришлось бы России на это отвечать. Только было бы в Крыму больше крови. И скорое, повторю, наличие здесь военно-морской базы НАТО. С постоянной угрозой России еще и из южного подбрюшья. Что уже делало вражду практически вечной.
  
   Необходимо отметить, что любое противостояние стравливанию Европы и России в этом случае имело бы значительно меньше шансов. Почему? Да потому что демонизация России шла бы по нарастающей, длительное время и по экспоненте. Сейчас же напряженность с Европой , наоборот, будет со временем снижаться. Пик-то пройден. Конечно, США будет еще на Европу давить. Конечно, будут еще провокации, вроде истории с погибшим "Боингом". Но с течением времени США будет все труднее строить Европу. А самое главное, им все труднее будет Европу пугать российской угрозой. Можно, конечно, но все труднее и труднее.
  
   Так что Крым, это был ответный точечный удар по уже почти победившему западному проекту. Удар в самое уязвимое его место. У Украины сразу же возникла неурегулированная территориальная проблема, мешающая ей вступить в НАТО. НАТО лишилось своей будущей базы в Крыму, сводящей к нулю возрождение Черноморского флота России. Россия получила базу в Крыму, которую она может теперь сколь угодно усиливать и модернизировать. Из будущих отношений между Европой и Россией был выбит клин, делающий отношения между ними враждебными на протяжении целых поколений.
  
   В свете этого, кстати, дальнейшие неполживые рассуждения о неподъемности Крыма для России, о цене, о финансах, об отношении Запада к России, ничего не стоят. Да и смешно это. Для Украины содержание Крыма подъемно, а для России это неподъемно.
  
   Да, конечно. Ничего еще не закончено. США может разместить на Украине свои военные базы и без всякого НАТО, просто на двусторонней межгосударственной основе. Мало ли у них своих собственных военных баз по всему миру. Только любая такая база, это далеко уже не база в Крыму. Совсем далеко.
  
   Кроме того, ответственность за базы разной принадлежности внутри самих США разная. Если произойдет, предположим, некий инцидент с достаточно ощутимыми потерями на базе НАТО, конгресс США выразит свое возмущение. Если такой же инцидент произойдет на базе США, то конгресс выразит возмущение, но одновременно заставит президента эту базу ликвидировать. Отказавшись попросту ее финансировать. Бывали, знаете ли, прецеденты. В Бейруте, например, в 1983 году. А Украина страна не просто неспокойная. Это страна, где брожение будет со временем только усиливаться. Экономический крах, падение жизненного уровня, накаленные политические страсти, свободное хождение оружия, все вместе это создаст такой уровень нестабильности, в котором будет очень сомнительно обеспечить реальную безопасность иностранных военнослужащих.
  
   ***
  
   Заметим. Как и в случае с Грузией в 2008 году, на Украине в 2014 году Запад совершил такую же ошибку. Он пошел на силовой сценарий. И просчитался, снова забыв о том, что вне правового поля может играть не только он. Во всяком случае, настолько решительно и масштабно. Так что, осознав, какую глупость они совершили, там сразу же судорожно вспомнили о правах. Ну что же. Можно поговорить и о них.
  
   Когда сегодня на Западе говорят о нарушении международного права, там в первую очередь имеют в виду постулат о нерушимости границ суверенных государств. А почему, собственно? Ведь международное право значительно шире. Это понятно, что в собственных интересах удобно свести сложную проблему всего к одной ее стороне. Или даже одному вопросу. Но как же быть с другими сторонами?
   Невмешательство во внутренние дела суверенных государств, например.
  
   "Каждое государство обладает неотъемлемым правом выбирать себе политическую, экономическую, социальную и культурную систему без вмешательства в какой-либо форме со стороны какого бы то ни было другого государства". Это сказано в Декларации о принципах международного права.
  
   Между тем, этот принцип давно уже Западом забыт. Более того. Демонстративно и цинично попирается каждый день. Попирается всеми членами НАТО, подписавшими, кстати, упомянутую Декларацию. То, что делается это под предлогом защиты прав человека, например, или продвижения демократии, это ведь не отменяет самого факта нарушения этого принципа. Причины нарушения могут быть разными. Но ни одна из них не отменяет самого факта нарушения.
  
   Или факт дискриминации русского населения в Прибалтике, это нарушение международного права? Между прочим, этот апартеид не просто систематически допускается, но является публичным элементом государственной политики стран, являющихся членами ЕС и НАТО. То, что организации эти относятся к этому нарушению благосклонно, делает все страны входящие в них, соучастниками этого нарушения. Вот так, не больше, не меньше. Но и участники, и соучастники тем временем увлеченно уличают кого-то, ни много ни мало... в том же самом нарушении международного права.
  
   А недавний инцидент с посадкой и обыском самолета президента Боливии Эво Моралеса в аэропорту Вены? Это нарушение международного права? Напомните, кстати, какая из стран ЕС или НАТО вспоминала публично в последний раз об этом совсем недавнем инциденте? То есть, когда нарушение международного права допускается Западом, на это не обращается никакого внимания. Когда нарушение международного права допускает кто-то неугодный Западу, на это обращается внимание самое пристальное.
  
   Впрочем, инцидент с задержанием президента суверенной страны, это ведь только для сего дня диковина. Это для тех, кто не помнит об убийствах и покушениях на убийство политических деятелей и даже глав государств. И это только о тех, в которых публично признались США. Кто там припомнит, сколько попыток покушения на одного только Фиделя Кастро было организовано их спецслужбами (то есть, государством США)? Или это не нарушение международного права? А то, как буквально на днях ВСЕ руководство США в прямом эфире позировало перед телекамерами, наблюдая за убийством старика Усамы бен Ладена на территории другого государства?
  
   Что особо цинично, пиар-акция эта была спешно проведена, чтобы сгладить впечатление от двухдневной давности грязной истории с натовской бомбардировкой дома сына Каддафи. Там были убиты он сам, человек безобидный и нейтральный, никогда не лезший во власть и в политику, о чем, кстати, всем было известно. И малолетние дети, внучка, ей не было пяти месяцев от роду и двухлетний внук главы государства - члена ООН. Ей бы сегодня было три с половиной года, ему было бы пять лет. Кто о них сейчас помнит, три года всего прошло, как убили их взрослые белые дяди из Европы и Америки, 30 апреля 2011 года. Международное право...
  
   Я уже не говорю о происходящих сплошь и рядом военных вторжениях, агрессиях и войнах, которые ведут США и НАТО постоянно против множества стран, которые давно, привычно и буднично происходит у нас на глазах. Натовские бомбежки Югославии, Ливии, вторжение в Ирак, это что, не издевательство над самим таким понятием - международное право?
  
   Гуантанамо, это нарушение международного права? Пытки и насилия, причем одобренные на государственном уровне, это нарушение? Тайные тюрьмы на территории других государств?
  
   О чем мы вообще говорим? То, что мы привычно называем международным правом, давно уже стало некими правилами игры, которые пыталась соблюдать всего только одна сторона. Наша сторона. Россия.
  
   Писатель Юрий Поляков в передаче на "Эхе Москвы" очень удачно, по-моему, прокомментировал эту ситуацию. Ему задали тогда саркастический вопрос.
   "Ну, то есть логика такая: если НАТО нарушает, то мы тоже можем"?
   На что он ответил.
   "Ну, а как можно себя вести? Ну, понимаете, вот, вы вышли на дуэль. Вы вышли на дуэль, человек вынимает вдруг АКМ, а у тебя рапира".
  
   В условиях противостояния с Западом Россия, соблюдающая международное право, всегда будет проигрывать. А Запад, нарушающий это право, всегда будет иметь преимущество. Преимущество автомата над рапирой. Так что, все упреки России в нарушении международного права, это на самом деле требование, чтобы Россия никогда не брала в руки ничего опаснее той же рапиры.
  
   Достаточно часто встречается у наших либералов такой аргумент. Как можно нарушать самим международное право, если мы всегда сами осуждали и осуждаем его нарушения со стороны Запада? Аргумент в известной мере инфантильного сознания, конечно. Почему? Да потому что измеряет в данном случае интересы сторон с точки зрения детской аргументации. Нарушение это плохо потому что плохо. Соблюдение, это хорошо потому что хорошо. Мы осуждаем плохое и защищаем хорошее.
  
   На самом деле, все здесь завязано не на хорошее или плохое, а на вопросы целесообразности. Международное право и возникло как раз в целях установления какой-то целесообразности в отношениях между государствами. В целях ввести все эти вопросы в рамки правил, которых придерживаются все. Если не будет правил, то не будет какой-то предсказуемости в поведении государств. А это всегда ведет к вражде, а значит, к большой крови.
  
   Но есть здесь один важный момент, который обычно, к чьей-то выгоде, забывается. Правила нельзя соблюдать частично. Если ты в них что-то соблюдаешь, а что-то нет, это означает, что ты не соблюдаешь их в целом. И это справедливо, потому что и другая сторона тоже имеет право сказать однажды, что она тоже какую-то часть правил соблюдает, а какую-то, нет.
  
   Впрочем, разговор о правах, правилах, стандартах двойных и тройных, естественно, только лишь маскируют существо дела. Это понимают все. Но произносят не все. Потому что не принято.
  
   Вот как однажды в сердцах прорвалось сокровенное у человека авторитетного в либеральном кругу.
   В эфире на том же "Эхе Москвы" владельцу и главному редактору "Независимой газеты" Константину Ремчукову задали вопрос от оппонирующего слушателя, который написал ему следующее.
   "...Запомните раз и навсегда: боятся не Россию, боятся Америку...".
   На что солидный и обстоятельный г-н Ремчуков, ощутимо вспылив, взорвался вдруг правдой, которую не принято произносить вслух в приличном либеральном обществе ценителей прав и свобод.
   " ...К.РЕМЧУКОВ: Слушайте, ну, я не могу спорить в этих терминах. "Запомните раз и навсегда". Да пошел он в баню, "запомните раз и навсегда". Боятся всех, кто сильный. Я еще раз говорю, чтобы быть сильным, надо совершенно по-другому становиться этим сильным. Вот, кому-нибудь сейчас в голову приходит мысль ввести санкции против Китая, если он 10 раз проедет на площади Тяньаньмэнь на танках против своих политических противников? Там у него все сидят кто под домашним арестом, никакой альтернативной политической деятельности нет. Да вообще никто не смотрит! Если это кому-то доставляет удовольствие еще раз крикнуть про двойные стандарты Запада, то еще раз призываю: не пользуйтесь химерами идеологическими, смотрите на жизнь реальную. Реальная жизнь, как правило, это функция силы..."
  
   Замечательно сказано. В сердцах у матерого либерала вырвалось-таки признание, что реальная жизнь не имеет никакого отношения к высоким словам о международном праве и двойных стандартах. То есть, и они (по крайней мере, наиболее умные из них) в глубине души понимают, что разговоры о праве это только завеса, за которой скрывается голая правда. Прав тот, кто сильнее. И не надо сильного за это обличать. Надо самим становиться сильнее, вот и все.
  
   В одном здесь ошибка. В понимании сущности силы. В том, что сила вообще и сила в данной точке, в данное время - это разные силы. Сила вообще и сила, приложенная с большей решимостью, это тоже разные силы. Представьте себе любого силача-штангиста весом в сто килограмм. И посмотрите, что будет, если на него нападет рассвирипевшая собака весом всего в половину от его собственного. И которая никогда не сдвинет с места даже десятой доли того, что он играючи поднимает. Как думаете, кто победит?
   Так что сила - это не только мускулы.
  
   В связи с этим еще одна разгадка. Поскольку либерал в глубине души понимает и признает, что права всегда только сила, то понятна и та истерика, с которой они встретили знаменитое упоминание атомного оружия в одном из эфиров Дмитрия Киселева. Ведь очевидно, что не от журналиста зависит, применять его или не применять. Поэтому, напоминание о том, что у России имеется могучий ядерный потенциал, это вовсе не призыв к его применению, это просто напоминание о его наличии. Напоминание об очевидном. О данности. А любой репортер, он ведь только в одном случае может оказаться профессионально несостоятельным, с точки зрения общества. Если он лжет. Киселев же сказал правду. О том, что у России имеется ядерное оружие и средства его доставки. И о том, что возможности этого оружия таковы, что оно может уничтожить очень многое. В чем он здесь сказал неправду? В том, что при определенных условиях оно может быть применено? Так ведь оружие на то и оружие, что всегда имеется возможность его применения. И, что самое важное, никто и никогда не должен об этом забывать.
  
   Но вы посмотрите, с каким бешенством встретила либеральная публика эту саму собой разумеющуюся истину. Почему? Потому что, по их глубокому убеждению, Россия не имеет права быть сильной. Россия всегда должна быть слабой, поскольку она не такая красивая, как благословенный Запад. Они давно уже, с материнским молоком, определили для себя, что Запад сильный. А Россия слабая. Выгодно же всегда находиться на стороне сильного. Одно только осознание того, что слабый, иногда, оказывается, не так уж и слаб, уже само по себе заставляет впадать в неконтролируемые реакции. Потому что рушится в сознании картина мира.
  
   В связи с этим еще одна данность, о которой не следует забывать. Сейчас много говорится о том, что украинская политика Путина разбудила НАТО. И что Россия в связи с этим навредила сама себе. Выполняется план по размещению 600 американских военнослужащих на территории Польши и прибалтийских государств. Сюда же из Дании переброшены насколько истребителей F-16. В Брюсселе представители НАТО обсуждают вопрос о возможном пребывании солдат и самолетов в этом регионе на постоянной основе.
  
   В 1997 году Запад обещал России не размещать совместные вооруженные силы в странах Центральной и Восточной Европы, присоединившихся к Альянсу после развала Советского Союза. Это обещание естественно, тоже отброшено в сторону. По причине российской агрессии, конечно. Причины, они ведь могут быть разными. Картина знакомая. Если обещания даются в чаянии будущего изыскания причин к отказу от них, то какая им цена?
  
   Впрочем, пока это только инициатива одних только США. Германия, Франция и Италия выступают пока против размещения здесь подобных вооружений на постоянной основе. Американцы разместили здесь своих десантников в рамках не подчиненной НАТО операции. И, вроде, только до конца 2014 года. Посмотрим. Во всяком случае, прецедент создан. НАТО значительно усилила активность у своих восточных границ и заявила о намерении создать высокомобильную передовую группу своих сил реагирования, инфраструктуру для которых предполагается создать также в Восточной Европе. Между тем, при желании, такие силы могут реагировать не только в целях обороны, но и в целях наступления. То есть, создаются они в ответ на гадательную угрозу, да еще и возникшую в воображении излагающих ее пропагандистов. А использоваться могут в любых других целях. Главное ведь создать подобную структуру, а уж применение им можно найти любое.
  
   То есть, как уже было сказано, если страна вступила в НАТО, на ее территории когда-нибудь обязательно появятся базы НАТО. Под тем или иным предлогом, но они обязательно там будут. Несмотря ни на какие обещания. Это всего лишь вопрос времени. Что еще раз подтверждает, что НАТО давно уже является сугубо наступательным военным блоком. А значит, по определению, агрессивным.
  
   Так что будить НАТО не надо.
  
   Говорится на Западе и о том, что далеко не все члены НАТО соблюдают правила альянса о расходах на оборону в 2% от ВВП. Теперь там много торжествуют по поводу того, что украинские события заставят все 28 стран тратить сюда положенные им проценты. И с насмешкой поглядывают в сторону России, что де она сама себе навредила этим пробуждением НАТО.
  
   Что на это сказать. Пусть расходуют. Только, жаль, что на самом деле этого не будет. Дураков там нет. И деньги там считать умеют, тем более, когда знают, что всегда найдется тот, кто за них заплатит. Потому что военные расходы во многих странах урезались там ранее не просто так, а из-за кризиса. Так ведь кризис никуда не делся, вот он, на пороге. Поэтому, чем больше будут они увеличивать свои непроизводительные расходы, тем скорее обрушится их экономика.
  
   Тем более, что у НАТО и без того подавляющее преимущество над Россией в количестве и качестве вооружений. Хотят сделать стопроцентное, к примеру, преимущество стодесятипроцентным? Да флаг им в руки. Нам, что от такого преимущества, что от другого, одинаково... Безразлично. Почему? Да, просто любое преимущество в обычных вооружениях нивелируется одним аргументом. Ядерной триадой, спасибо нашим отцам и дедам. Будет Россия ее применять в случае поражения в ходе традиционной войны, или нет, еще неизвестно. А вот, кто попробует это узнать? На своей шкуре? Так вот. Пока желающих нет, пусть подрывают свою экономику бессмысленным увеличением военных расходов. Это означает, между прочим, снижение расходов на социальные программы, науку и реальный сектор экономики.
  
   Только понимаю, конечно, что зря мечтаю. Потому что все эти песни о пробуждении НАТО, это ведь, к сожалению, всего лишь пропаганда. На самом деле, НАТО никогда и не спало.
  
   Потому-то еще бесятся наши либералы на слова Дмитрия Киселева. Понимают ведь, что любое военное преимущество НАТО ничего не значит для России. По той причине, что Запад, помня о ее ядерном оружии, не рискнет обрушиться на нее со своим преимуществом в оружии обычном. И очень им поэтому хочется, чтобы там о нем как-то.. ну позабыли, что ли... Обычные сказочные мечты российского либерала, в числе прочих других его мечтаний... А тут грубый Киселев, взял, да и напомнил, что Россия не совсем беззащитна. И сказка стала рассыпаться. Ну, как его за это не ненавидеть? Такую сказку разрушить...
  
   Хорошо, кстати, перекликаются с их чувствами чувства руководителей США. Когда наш постпред в ООН Виталий Чуркин от имени России наложил вето на американский проект резолюции Совбеза по Крыму, с ним эмоционально поговорила постпред США Саманта Пауэр. Она тогда в сердцах выдала совсем недипломатическую фразу, сказанную, естественно, с полным знанием истинного отношения руководства США к России. "Вы проигравшая сторона и не должны забывать об этом!" К этой знаменитой уже фразе она добавила не столь знаменитое, но весьма примечательное. "Поведение Москвы возмутительно, потому что Москва, шантажируя США ядерным оружием, унижает Америку". Просто один в один с реакцией нашей неполживой либеральной тусовки на несколько слов, сказанных Дмитрием Киселевым.
  
   Впрочем, зная обычные повадки руководителей США, да еще когда они чувствуют себя победителями, диктующими свою волю побежденным туземным племенам, можно понять, что на самом деле все было с точностью до наоборот.
  
   Дело в том, что уже более десяти лет в США прорабатывается концепция "молниеносного глобального удара", которой отводится главная роль в современной американской военной стратегии. Концепция предусматривает массированное нанесение удара высокоточным неядерным оружием. В развитие этой концепции, в конце 2012 года Пентагон провёл компьютерную игру, по итогам которой было определено, что в результате удара по "крупной и высокоразвитой стране" с применением 3.500-4.000 единиц высокоточного оружия в течение 6 часов будет полностью разрушена её инфраструктура, и государство лишится возможности сопротивляться.
  
   Похоже, что в ходе Крымской весны, в ответ на угрозу применить против России превосходящие вооружения НАТО, американскому руководству просто напомнили о наличии ядерного потенциала России. Был, все же, судя по всему, какой-то на эту тему разговор, из тех, о которых руководители государств не очень обычно распространяются. Не зря в вендетте Обамы против Путина все это время звучат отчетливые личные мотивы. Чего-то он очень не может ему простить.
  
   Теперь последнее. Учитывая все изложенное, можно теперь ответить и на вопрос, будет ли Путин вводить войска на Украину?
  
   Планы высшего руководства России нам, естественно, неизвестны. Однако, исходя из понимания внутренних мотивов, которыми оно руководствовалось, можно с высокой степенью точности ответить на этот вопрос вполне определенно. Нет, не будет. Потому что незачем. Потому что это противоречит логике.
  
   Своих оптимальных целей в отношении Украины Россия уже достигла. Дальнейшая эскалация ее политики возможна в дальнейшем только в том маловероятном случае, если Запад все же решит во что бы то ни стало втянуть Украину в НАТО. Во всех других сценариях Россия будет действовать только исходя из соображений возможного ослабления напряженности. Думаю, что такая политика будет проводиться обязательно, поскольку разрушает усилия США по стравливанию России с Европой.
  
   ***
  
   Говоря о противостоянии с Западом, нельзя не упомянуть, конечно, и об отношениях с Украиной.
  
   Много можно было услышать за эти месяцы о братстве. О том, что нельзя стрелять в братский народ. Как будто вполне допустимо стрелять в народ, не имеющий с тобой родственных связей. Да ни в кого нельзя стрелять. А вот защищаться можно и нужно.
  
   И много можно было слышать горьких упреков, звучащих с Украины о том, что именно "агрессия России" изменила украинское народное мнение с позиций дружественных на позиции неприязненные, а затем и враждебные. Так ли это?
  
   Давайте вспомним. В 1991 году Украина, как и другие советские республики, вышла из состава СССР и провозгласила независимость. Решение это поддержало большинство жителей Украины, и не только Львов с Киевом, но и земли с преимущественно русскоязычным населением, Донбасс, в том числе. Давайте уж будем до конца откровенными. Всем хотелось отделиться от России. Причина этого была проста. Почти все жители Украины, и украинцы и русские считали, что, отделившись от России, заживут богато и вольно.
  
   Мне до сих пор помнится один рядовой, в общем-то, случай из собственного прошлого. Было это весной 1991 года. Будний день. Обеденный перерыв. Вышел по какой-то надобности на улицу. И там состоялся короткий, но примечательный разговор. Незнакомая женщина, невероятно общительная. Сообщила, что приехала в Москву с Украины. Сегодня целый день промоталась по ГУМу, ЦУМу, каким-то еще магазинам. И как итог сообщила: "У вас здесь в магазинах шаром покати, зря приехала". Потом, подумав, добавила неожиданное: "Пора от вас, от России, отсоединяться". Я даже опешил от такого несоответствия образа озабоченной деловой домохозяйки от столь громких и радикальных политических требований. Даже не требований. А спокойного осознания того, что эта лужайка уже вытоптана, надо переходить на другую.
  
   Для меня этот мимолетный разговор стал впоследствии ключом к пониманию того, что произошло через полгода. СССР развалился на отдельные осколки не только потому, что предали его элиты. Не только потому, что они целенаправленно работали на его разрушение. Но и потому, что этого действительно смутно захотели народы "братских республик". Почему это случилось?
  
   Думаю, дело здесь ни в каком не "угнетении", "ограблении" или "имперском поведении" России. На самом деле, это российские ресурсы, финансовые и материальные, перетекали обычно из России в союзные республики, поднимая там экономику, науку, культуру. Это как раз и отличало Россию от других империй, известных в человеческой истории.
  
   Сыграло здесь роль совсем другое. Все мы помним те времена, тот фантастический и яркий вал пропаганды западного образа жизни, в том числе, богатства и процветания западных стран. Все сразу захотели здесь жить так же богато и счастливо. Но в союзных республиках все было несколько сложнее и запутаннее, чем в России. Там невольно сравнивали, конечно, Россию и Запад. И видели очевидное. Запад неизмеримо богаче бескровной к тому времени, из-за своего хронического донорства, России. И лучше станет жить, если отчалить от этого берега и причалить к тому. Они и отчалили.
  
   Что ж, вольному воля. Захотели жить без России, живите. Но вот беда, связи-то остались прежними. В какие Европы не плавай, а Европа тебя кормить не будет. Сам себя должен кормить. А товары, произведенные на Украине, Европе не очень нужны. Нужны они в основном России. Значит надо с ней торговать. И хотелось бы торговать с той же Европой, да не очень она сама того хочет. Экспорт украинских товаров в одну только Россию примерно соответствует экспорту во все страны Европы вместе взятые. Значит, жизнь заставляет укреплять экономические связи с Россией. Ну, судьба нас рядом поселила, никуда мы от нее не уйдем.
  
   Однако, за все в этом мире надо платить. Запад с самых первых шагов независимости дал понять, что ценность для него Украины будет определяться не ее экономикой или еще чем. Определять ее будет только то, насколько Украина готова враждовать с Россией. Это сейчас общее место, то, что Западу Украина нужна только как инструмент вражды с Россией. Но что, и с самого начала на той же Украине никто ничего не понимал? Все всё понимали. И понимали не только элиты, которым главное было, только дорваться до западных грантов и инвестиций. Понимали это и простые люди на Украине. И согласились с этим. Ради богатой жизни с Западом пусть России будет хуже, ну что же, на то она и Россия. Ведь "Украина не Россия", не так ли? Вот пусть Россия сама и выкручивается из вражды с Западом. А то, что мы Западу поможем, так это наш внутренний выбор. И в наши внутренние дела не лезьте.
  
   Потом пошел всем известный процесс воспитания нового человека с новым украинским сознанием. В результате которого возникла новая историческая общность - человек с искаженным восприятием реальности.
  
   Сколько было сказано, сколько копий сломано по поводу того, что Россия все эти годы не боролась на Украине за свое влияние, что бросила там события на самотек. И никто из критикующих не подумал о том, что, вложи Россия в это дело в десять раз больше тех же американцев, все равно шансов у нее там никаких не было. Потому что этому никак не соответствовал внутренний настрой народа Украины. Еще раз. Пропаганда наиболее эффективна при условии внутренней готовности согласиться с ней. А там согласились, что сытая и богатая жизнь, которая ждет их в Европе, вполне стоит такой малой цены, как вражда с москалями. Бытие определяет сознание, и никакая российская пропаганда не может этому ничего противопоставить.
  
   Да, конечно, поддались таким настроениям не все. Но важно то, что было согласившихся столько, что все годы обретенной независимости именно эти настроения определяли внутреннюю и внешнюю политику Украины. И то, что еще в 2008 году Украина с готовностью согласилась с вступлением в НАТО, то есть, согласилась участвовать в убийстве России, явилось лишь логическим завершением этого массового процесса. Вот такие братья.
  
   Теперь о вмешательствах во внутренние дела. Этим, вообще-то говоря, занимаются все. Но особо отличается таким вмешательством именно Запад. Кризис на Украине показал это наиболее ярко. Потому что во всех "цветных революциях" Запад, если и участвовал, то обычно закулисно. Ну, в России, с определенного момента начал громко обозначать на государственном уровне свою поддержку "несистемной" оппозиции. И только на Украине он без стеснения вышел на сцену в буквальном смысле этого слова, настолько было уже у них ощущение неотвратимости победы. Нигде больше, ни в одной другой стране, ни одному государственному деятелю Запада не пришло в голову выступать на митингах, требующих государственного переворота. На Украине же просто и цинично были отброшены в сторону даже эти лоскутки приличий. Сильному можно все.
  
   На фоне этого, упреки Путину во времена Майдана, что он вмешивается во внутренние дела Украины, звучали как предел цинизма. Впрочем, сильному, опять же, можно все.
  
  
   А вот как, защита интересов своей страны - это вмешательство во внутренние дела чужой? Как думаете?
  
   Вот Украина решила ассоциироваться с ЕС, войдя с ней в зону свободной торговли. Это ее право? Безусловно. Являются попытки соседнего государства воспрепятствовать этому вмешательством в ее внутренние дела? В чистом виде, являются.
  
   С другой стороны. Ассоциация Украины с ЕС фактически изменяет правила игры в экономических отношениях с Россией. Россия несет вследствие этого убытки. Так какая выгода для России сохранять в торговле с ней нулевые тарифы? Чтобы хорошо было Украине, а самим нести потери? Думаю, более логичным для России было бы поступать так, чтобы хорошо было России. А потому, имеет Россия право защищать свой рынок от убытков, вызванных действиями Украины? Думаю. что любая страна имеет право на такую защиту. В чем она заключается? В отмене нулевых тарифов и возвращении к торговле на условиях "обычного" режима наибольшего благоприятствования. Как со всеми другими, в том числе, европейскими, странами. То есть, сейчас торговля с Украиной идет в условиях сверхльготных, намного более выгодных для нее, чем режим наибольшего благоприятствования.
  
   Но такая защита ставит уже Украину, изменившую правила игры с Россией в попытке сближения с Западом, тоже в убытки. Вследствие угрозы таких убытков Украина отказывается от ассоциации с ЕС. Большая часть украинцев убеждена, что это произошло из-за вмешательства России во внутренние дела Украины. На Майдане по этому поводу скачут.
  
   Но есть во всем этом маленький нюанс, который украинцы предпочитают не замечать. Не видеть. Это то, что, если меры России по защите собственного рынка являются вмешательством во внутренние дела Украины, то точно так же попытки нанести убытки внутреннему рынку России со стороны Украины и ЕС (ассоциация, повторю, автоматически включает механизм таких убытков) являются попыткой вмешательства во внутренние дела России. В данном случае, вмешательство России на Украине явилось ответной мерой на вмешательство Украины и ЕС.
  
   То есть, на Украине искренне возмущены вмешательством России в дела Украины. Но предпочитают не осознавать того, что это вмешательство явилось следствием вмешательства Украины в дела России. Что это ответная мера. Что это защита.
  
   И сейчас то и дело приходится слышать упреки в том, что Россия лезет в украинские дела, что именно поэтому у них все так плохо. У них всегда все плохо из-за России. Но простите, а началось все с чего? Украина запросилась в НАТО. Натовские ракеты на территории Украины означают, что они уже у границ России, резко увеличивая и без того уже состоявшуюся угрозу. Для Украины радостное ожидание европейской халявы, в обмен на возможность поубивать москалей натовскими ракетами, дело вполне само собой замечательное. И мешать этому веселью означает вмешиваться во внутренние дела Украины.
  
   Но то, что русские не хотят умирать, а потому готовы этому сопротивляться, это внутреннее дело России. И не надо лезть в наши внутренние дела со своими натовскими ракетами. А раз лезете, извольте получить ответные меры. И не надо при этом ныть про вмешательство. Самим не надо было вмешиваться.
  
   Ребята, говоря о постоянном вмешательстве России, вы забываете самое главное. Вы не проводите самостоятельную политику. Именуя себя незалежными, вы на самом деле с восторгом отдались в полное и безраздельное внешнее управление. Вы проводите политику, которую диктует вам Запад. А мы воюем не с вами, мы обороняемся от натиска с Запада. Запад использует вас, как инструмент вражды с Россией, с чем вы добровольно согласились. Мы отвечаем Западу. Задели не только Запад, но и вас? А что делать? Не надо проводить чужую политику. А проводите, так будьте готовы попасть под раздачу. И ждите, когда Запад вам поможет.
  
   Говорится, что это Россия раскалывает Украину. И снова. Так ли это? Давайте посмотрим. Но не с точки зрения "агрессии России", здесь доказывать что-то, обратное этому, бесполезно в силу промытости мозгов антироссийской пропагандой. Нет. Давайте посмотрим с точки зрения самих народов этих отколовшихся земель. Для начала, чтобы было нагляднее, обратимся к другим примерам. Один случай может быть неубедителен, потому что велик фактор случайности. А если два одинаковых случая? А три? Это уже железная закономерность, не так ли?
   Итак.
  
   Абхазия и Южная Осетия откололись от Грузии в ходе войны. Да. Но, что, жители этих республик были против ухода из Грузии? Они, что, стремятся быть в ее составе, а им в этом мешают русские? Конечно, русские сделали так, чтобы грузины не раздавили абхазов и осетин, это да.
   А Приднестровье. Там жители тоже всей душой хотят соединиться с Молдавией? И им мешают в этом только русские? Кто додумается ответить утвердительно на этот бред? Да. Русские сделали так, чтобы молдаване не раздавили русских в Приднестровье.
  
   Так что Украина, это вовсе не уникальный случай. Это уже третий пример. Украина сейчас на наших глазах раскалывается, точно так же, как раскололись уже ранее Молдавия и Грузия. И причиной этого раскола была не Россия. То есть, русские действительно защитили эти народы если не от уничтожения, то от притеснений и насилий. Но свой-то выбор эти народы сделали сами. САМИ. Почему?
  
   Если в трех случаях подряд происходит одно и то же явление, то можно уже уверенно говорить о закономерности. Значит, причиной стала политика самих этих государств, если эти люди не захотели жить в одном государстве. А какая это была политика? У всех этих трех государств, Молдавии, Грузии и Украины был единый ее смысл. Это стремление к тесному союзу с Западом. И соответственно, поскольку Запад постоянно ведет линию на вражду с Россией, это приводит к уходу от нормальных отношений с Россией. Получается, что именно этот вектор политики и расколол эти государства.
  
   Не Россия. А если Россия, то не своей политикой, она была в любом случае довольно неуклюжей. А Россия явилась объектом притяжения отколовшихся народов в силу простого факта своего существования. По одной только причине своего наличия как государства. Но здесь уж извините. Умирать только потому, что факт существования России кому-то мешает, мы не собираемся. Мы все, каждый в отдельности, будем умирать в силу естественных или неестественных причин. Но Россия будет жить, русские будут жить, куда же без них. Так что, не мечтайте. Не дождетесь.
  
   И получается из всего этого, что все обвинения России в "агрессии на Украине", это просто от бессилия признать, что к этому кризису привела совместная политика украинских националистических элит и Запада. Была бы эта политика иной, народ бы из этих государств не потянулся бы к России. А он потянулся, и это даже при том, что сегодня Россия, это пока еще не самый привлекательный объект притяжения, будем откровенны. Вот и все.
  
   Но политика эта иной быть не могла. Просто в силу того, что Запад, как уже было сказано, изначально проводит стратегию, враждебную России. По этой причине он и поддерживает в бывших советских республиках наиболее антироссийские силы. А это обычно националисты. Получив поддержку Запада, а значит, влияние в политической жизни своих стран, те, естественно, проводят уже политику притеснения своего русскоязычного населения. Или просто, населения, тяготеющего к России. Или просто желающего нормальных отношений с ней. Так что, все логично. Нет никаких загадок в происходящих событиях.
  
   ***
  
   Теперь о том, почему Путин не вводит войска в Донбасс. Или, как модно для кого-то гневно обличать, что "Путинслил". Думаю, изложенное здесь достаточно непротиворечиво доказывает, что намерения такого, как и любого другого вторжения на Украину, не было изначально в природе. Просто потому, повторю еще раз, что обретение Россией Крыма явилось достаточной гарантией того, что прием Украины в НАТО затруднен в необходимой на сегодняшний день мере.
  
   Никакой трезвомыслящий политик не может сегодня всерьез рассматривать любые шаги по присоединению к России каких-то украинских территорий. Первое, и самое главное. На Украине слишком много людей, которые не хотят жить в одном государстве с Россией. Дело, в первую и главную очередь именно в этом. Вторжение российской армии неизбежно вызовет еще больший психоз враждебности к России. Так зачем ей присоединение территорий, населенных в большинстве своем враждебным населением? Снова кровь российских солдат. Снова тягучая партизанская и диверсионная война. Снова бессмысленные материальные потери и без того уже перенапряженной экономики России.
  
   Но ведь кричат все громче "русские националисты" и "русские патриоты" про "путинслил". С обязательным рефреном к этому - "долой". Как-то все привыкли к мысли, что придет русский солдат и будет умирать за кого-то. А этот кто-то будет благодарить его за это. Потом. Может быть. А может, не будет, как настроение ляжет. Нет уж, не надо. Жизни наших солдат, это золотой фонд России. Это ее будущее. Негоже тратить его столь расточительно.
  
  Так что получается, что голос их звучит в унисон с политикой Запада. То есть, в интересах Запада. Что означает в свою очередь, что выступают они на самом деле против российских интересов.
  
   Многие пугаются, что пройдет еще сколько-то там лет, и Украина, под воздействием все более остервенелой пропаганды, станет окончательно враждебной России. Этому, как ни странно, своеобразно вторят российские либералы, утверждающие, что эта рана в отношениях (Крым) затянется еще очень нескоро, если затянется вообще.
  
   Что на это можно сказать. Никакая рана в ЭТИХ отношениях не значит слишком уж много, на фоне других на них ран. Главная рана была нанесена намного раньше, тогда еще, когда украинские братья согласились участвовать в убийстве своих русских братьев. И ничего здесь изменить нельзя. Это их выбор и пусть они с ним живут.
  
   Что до пропаганды, то здесь тоже ничего не сделаешь. А что вы хотели? Идет противостояние с глобальной силой, неизмеримо сильнейшей, чем Россия. Силу эту Россия в конечном итоге все равно победит. Как в 1812 году. Как в 1945 году. Но это будет потом, через тяжелый труд, и, да, что скрывать, испытания. Такого врага победить легко нельзя, это просто нереально. Противостояние с кандидатом на мировое господство раньше вообще не обходилось без большой крови. Так что сейчас мы с вами существуем еще в комфортных условиях. Наше поколение вообще по сравнению с отцами и дедами живет неизмеримо легче. Спасибо им за это. Но будет трудно. К этому надо быть готовым. А кто вам обещал, что будет легко?
  
   И можно услышать тут же обязательные возражения, что никто не заставляет Россию вступать в эту борьбу, что можно отойти в сторону от этого противостояния. Что не надо воевать. Марши по этому поводу проводить, опять же.
  Что об этом можно сказать? И хотели бы, да не можем. Просто потому, что не мы это начали. Просто потому, что Россия опять обороняется.
  
   Вы что же думаете, что в июне 1812 года Россия воевала, потому что хотела не допустить наполеоновского мирового господства? Да нет. Россия тогда мечтала только о том, чтобы уцелеть. Выстоять. А Наполеона добили уже через несколько лет. Когда Россия выстояла.
  
   Или в 1941 году. Что, Россия и тогда мечтала спасти мир от гитлеровского мирового господства? Снова, нет. Россия и тогда мечтала выстоять. Просто выжить. А спасли мир в 1945-м. Только тогда, когда Россия выстояла.
  
   И сегодня мы не мечтаем спасти мир от нового мирового господства нового мирового господина. Сегодня мы снова всего лишь только мечтаем выжить. Выстоять. Уцелеть. И ничего с этим не поделаешь, почему-то все кандидаты в мировые правители упираются обязательно в Россию. Потому что именно Россия почему-то всегда становится главным препятствием к мировому господству. И именно уничтожение России является поэтому главным условием его достижения. А России в этих обстоятельствах остается только одно. Выжить. А значит, сопротивляться изо всех сил.
  
   Тем не менее, есть еще надежда, что продлится все это недолго. На мой взгляд, совмещение санкций к России с необходимостью оказания существенной помощи Украине Европа не потянет. Во всяком случае, достаточно долго. Для того чтобы снизить свои издержки на Украине, им остро понадобится Россия. От России ведь во многом зависит, насколько хорошо будут идти дела на Украине. И, соответственно, сколько денег должен будет вкладывать туда Запад.
  
   Что же касается сегодняшнего дня. И сегодняшней Украины. Сделать что-то может сегодня только один агитатор. ВРЕМЯ.
  
   Реальности жизни, повседневной, а не митинговой или военной. Пенсии, тарифы, зарплаты, цены в магазинах, в общем, то, с чем человек сталкивается в повседневной жизни. А здесь все будет со временем все хуже и хуже. Это опять же, не пожелание. Это осознание неизбежных последствий добровольного разрушения украинцами собственной экономики. Лишения, они, знаете ли, пробуждают дремлющее сознание, как бы сладко ему о чем-то не грезилось. Конечно, будут там постоянно кричать, что живут они все хуже из-за России. Но все это до времени. Потому что особенно болезненно это будет действовать на фоне сегодняшних ожиданий, что вот-вот, и жить они будут богато и в комфорте. Как в Европе. Что Европа поможет. А она не поможет. Именно поэтому Россия сегодня кровно заинтересована в том, чтобы стрельба на Украине прекратилась. И чем основательнее, тем лучше. Чтобы скорее там наступила скучная повседневная жизнь.
  
   ***
  
   И самое последнее. Здесь практически ничего не было сказано о событиях в Новороссии. Сделано это намеренно. О них было написано столько, и столько здесь осталось непонятного и темного, что не рискну излагать здесь какие-то свои суждения. Без точного знания предмета это было бы неправильно. Поэтому, ограничусь самыми минимальными, но необходимыми выводами.
  
   Ясно, что изначально российское руководство вооруженного противостояния там не затевало. После Крыма это было излишне, поскольку воссоединение Крыма с Россией сняло все вопросы. А военное вторжение на Украину был бессмысленным, в связи с изложенными выше соображениями.
  
   На самом же деле, раздел Украины для России совершенно не выгоден. Почему? Потому что России выгодно, чтобы Европа кормила всю Украину, а не какую-то ее часть. Это как гонка вооружений, которая надорвала силы СССР. Украина потребует в себя сотни миллиардов евро безвозмездных вливаний. Это же черная дыра. Запад теперь не может просто так отказаться от поддержания Украины на плаву. Но с другой стороны не сможет поддерживать ее в полном объеме. Другими словами, не сможет реально влиять на стабилизацию ее жизни. Будут, конечно, все это время визжать о руке Москвы, которая дестабилизирует-де Украину. На самом деле дестабилизировать ее будет обнищание населения, если они не найдут этих денег. Если они найдут такие деньги, то рванет недовольство стран Евросоюза. Как тех, где рассчитывали на помощь и не получили ее из-за Украины. Так и стран-доноров, где люди не будут в восторге от того, что вынуждены кормить эту черную дыру. За свой счет, между прочим. За счет своего уровня жизни. Это, конечно, процесс достаточно длительный, не на один год. Что ставит, кстати, в повестку дня и грядущий экономический кризис, чья вероятность только увеличивается от экономических несообразностей, связанных с обоюдными санкциями. И подойдут к тому времени какие-то очередные парламентские выборы в Германии. Или Франции. Или Италии. Как долго после этого просуществует Евросоюз в том виде, в каком мы привыкли его видеть? И как это отразится на НАТО?
  
   Все эти соображения показывают, что военные действия в Донбассе наверняка произошли вопреки его желанию. Тем не менее, произошло то, что произошло. И Путину пришлось как-то реагировать на события, происшедшие помимо его воли. Надо признать, что при всей внешней нерешительности и половинчатости шагов с помощью Донбассу, именно эта помощь и помогла восставшим удержаться на плаву. Так что, "слил", это о ком-то другом.
  
   Здесь просто сработал еще непривычный нам фактор чисто народного движения. Антимайдан, он и должен иметь такой же глубинный характер, как и сам Майдан, выродившийся, правда, в "революцию" одних олигархов против других. А во что выльется Антимайдан, сегодня сказать трудно. Конечно, наверняка делались и делаются попытки как-то организационно влиять на эту стихию. Трудно сказать, что здесь получится в результате. Здесь ведь важно не только то, кто и как влияет на нее извне. Важно еще и то, кто и как там влияет изнутри. От этого и зависит, во что она в результате сформируется.
  
   Одно можно отметить наверняка. Новая реальность с образованием протогосударственности Малороссии меняет, конечно, всю ситуацию. И все прежние соображения и расклады должны подвергнуться серьезному переосмыслению. Понятно одно. Сейчас, когда на Юго-Востоке установился хрупкий и, увы, недолговечный мир, необходимо срочно и всеми мерами оказывать ему самую широкую помощь. Потому что без такой помощи восставшие не выживут. Все, что можно сделать, за исключением прямого участия российской армии в боевых действиях, необходимо сделать в полном объеме. Не обращая внимания, в случае необходимости, на реакцию Запада. Есть вещи важнее любых политических раскладов. Думаю, впрочем, что такая работа так или иначе ведется, независимо от дилетантских советов со стороны.
  
   ***
  
  Так права она или неправа, моя страна?
  
  

Популярное на LitNet.com А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) А.Емельянов "Мир Карика 9. Скрытая сила"(ЛитРПГ) А.Эванс "Проданная дракону"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Освоение Кхаринзы"(ЛитРПГ) А.Дмитриев "Прокачаться до Живого 2"(ЛитРПГ) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"