Чупин Олег Евгеньевич: другие произведения.

Сак. Колхоз. Эпизод Љ 1 и Љ 2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Peклaмa
Оценка: 5.03*18  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    С Праздником Победы. От 09.05.2017г.

  САК. Колхоз. Эпизод ? 1.
  01 июля 1940г. Белорусская ССР. Полесская (Гомельская) область. Лельчицкий район. Территория колхоза 'Победа'.
   За столом в кабинете председателя, правлении колхоза 'Победа', сидели и думу думали сам председатель Иванов Максима Порфирьевич, крепкий на вид мужчина 51 года, его одногодок Прохоршиков Сергей Аполлинарьевич, главный колхозный механик, 55 летний бухгалтер колхоза Адомович Олесь Степанович, заведующий колхозной конюшней или мини конезаводом, Сотников Степан Петрович, 57 лет и 'молодежь' правления не достигшие 40-летнего возраста агроном, ветеринар и четверо колхозных бригадиров.
   Основание собраться всему правлению и начать 'ломать голову' появилось благодаря вышестоящим начальникам. Из района пришло указание сформировать из надежных мужиков колхоза возрастом 50-60 лет, отделение, для гарнизона пулеметного ДЗОТа и расчета бомбомёта. А так же оказать помощь в строительстве укреплений, выехавшим из района строителям. Бригада которых должны вскоре прибыть в колхоз.
   Проблем с формированием отделения не представлялось. Набрать умеющих 'работать' с пулеметом и бомбомётом проблем не было. Подавляющая часть колхозников требуемого возраста воевали в Империалистическую, многие и в Гражданскую. Тем более, что в 1925 году в колхозе имелся взвод ЧОНа под командой председателя колхоза Иванова. А потом с двадцать девятого года до передвижки границы в тридцать девятом году, добровольная бригада содействия милиции, так называемый бригадмил. Но в связи с особенностями пограничья, бригадмилцы в основном оказывали содействие пограничным войскам в охране границы, в связи с чем, с руководством двух пограничных застав, расположенных в округе, были налажены превосходные отношения. Не последнею роль в этом принадлежала поставка на заставы свежих продуктов, в виде шефской помощи. Правда после расформирования взвода ЧОНа оружие изъяли. Но благодаря Полеским болотам и обилия в них дичи, охотников в колхозе и других поселений в округи, имелось много, чуть ли не больше чем самой дичи. Соответственно и ружей было не мало, к сожалению, в большинстве, различного вида старья, имелись даже экземпляры времен французского нашествия 1812 года. Так что набрать из свыше пяти сотен взрослых мужиков требуемое отделения можно было без проблем. Другое дело оказание помощи прибывающим строителям. Откуда взять рабочую силу летом в деревне. Вот и сидели прикидывая так и этак.
  -Так, Апонасыч- обратился председатель к Игнату Карповичу, бригадиру строительной бригады, заодно осуществлявший руководством и деревенской 'строительной промышленностью' в виде лесопилки, небольшого кирпичного заводика, известковой печи, смолокурни, щебёночного и каменный карьерчиков.- Давай снимай с клуба свою бригаду, добавь к ним людей с карьеров, кирпичного. С лесопилки и смолокурни ни кого не трогай, пусть работают. Их продукция на строительстве укреплений пригодится. Сергей Аполлинарьевич- обратил внимания Иванов на колхозного главмеха- выдели Апонасычу пару тракторов с тележками и грузовичок, для перевозки нужных грузов.
  Результатом общего 'мозгового штурма' стало формирование бригады колхозников-помощников с автотранспортом, для оказания помощи прибывающим строителям, при возведении укреплений.
   Прибывших после обеда строители, в первую очередь поразили местных своей техникой, на которой они приехали в колхоз. Кран на большом, трехмостном автомобиле не известной модели с прицепом загруженным ошкуренными бревнами и досками разной длины. Колесный трактор с маленькими передними и большими задними колесами с шинами, с навешанным впереди небольшим бульдозерным ножом и таким же небольшого размера экскаваторным ковшом, установленном сзади трактора. Грузовой, другой марки чем автокран, большой, трехмостный автомобиль, видимо большой грузоподъемности, так же не известного колхозникам производителя, с прицепом, груженных бетонными плитами, мешками с цементом и ошкуренными бревнами. Четвертой транспортной единицей был бензовоз, на шасси двухостного автомобиля, так же не известной местным марки, с прицепом-цистерной. А возглавляй маленькую автоколонну двухмостовый, видимо легковой автомобиль, на небольших колесах, с металлическим салоном на всю длину шасси. Буксирующий за собой небольшой одноосный прицеп, с каким-то агрегатом полностью закрытым металлическими панелями. Если бы среди колхозников присутствовал житель СССР или России конца ХХ начала ХХI веков, то он бы опознал в прибывшей технике возглавляющий автоколонну УАЗик-таблетку, в грузовике детище 'КАМАЗа', в автокране одну из модификаций 'Урала', бензовоз один в один походил на ЗИЛ- 'бычок', а трактов на известный большинству жителей конца ХХ начала ХХI веков 'Белорус-петушок'. Да и сами прибывшие несколько отличались от окружающих. И если белорус Карпович в речи чужих строителей, не находил ни чего особенного, то русские Иванов и Прохоршиков, уже через час беседы отметили некоторую особенность в речи прибывших, ранее не встречавшуюся им. Однако документы у прибывших были в порядке, да и сопровождающие из райкома и штаба местного, Мозырского укрепрайона, приехали вместе с ними и ни какого подозрения не выказывали. Попытка оставить прибывших на обед не удалась и через час после прибытия строителей и их сопровождающих в колхоз, автоколонна, увеличившись на бригаду колхозников и Иванова с Прохоршиковым, выехали к месту, планируемого для постройки укреплений. На западной окраины деревни, мотоколонна, не снижая хода, по крепкому мосту, переехала через протекающей по деревенской околице речку Прикордонная, и взяла курс далее на запад, по накатанной полевой дороге, отсыпанной щебнем. Пропетляв между небольшими озерками или большими лужами и малыми рощицами, дорога 'вышла' на луг, легла по нему полукилометровой прямой и уперлась в берег реки, хотя скорее рукотворного канала, судя по прямизне его русла, между парой невысоких холмиков. С правой стороны этот 'прыщ', не более полутора-двух метров высоты, и холмом то назвать нельзя, слева, метрах в пятидесяти от дороги, возвышался более высокий холм, метров пятидесяти-шестидесяти в высоту. Полевка нырнула в русло канала, по броду, отсыпанному округлыми, но уже укатанными, либо, что вернее, утрамбованными, булыжниками, перешла на западный берег и пробежав ещё прямо около пяти сотен метров по лугу, перешла в накатанный просёлок, без всякой щебневой подсыпки и нырнула в заросли ивняка и деревьев.
   Вот на восточной берегу, у брода, колонна и остановилась. Без суеты, деловито, выдавая большую практику в подобных действиях, приехавшие строители приступили к развертыванию своей мини мехколонны для работы. Военинженер из УРа совместно с бригадиром приехавших и парой рядовых строителей, начали разметку на местности будущих укреплений, вбивая по границам планируемого ДЗОТа, блиндажа, потерны, окопов и бомбометных позиций, деревянные колышки. После чего колхозники приступили, по указанию приезжего бригадира, снимать дерн на месте будущего строительства, складывая его в отдалении. А тракторист-бульдозерист-экскаваторщик, с прикрепленными к нему, для помощи, типа подай-принеси, парой пятнадцатилетних колхозных пацанят, на 'прыще', приступил к рытью котлована под ДЗОТ, который к вечеру и закончил, начав копать ямы для блиндажа и потерны, соединяющую блиндаж с ДЗОТом.
  ***
   Пока строители работают, а Иванов с Прохоршиковым и уровским военнинженером обходили и осматривали позиции и окрестности, можно рассказать о колхозе, колхозниках и председателе.
   Колхоз 'Победа' был организован один из первых, не только в районе, области, но и в республики, в далёком январе 1924 году, когда в деревню приехал направленный из самого окружкома демобилизованный краском Иванов Максима Порфирьевич. Хотя и оттянувший дюжину лет армейскую лямку, крестьянский сын из Воронежской губернии, все-таки не забыл крестьянский труд, взявшись за непривычную работу, по организации одного из первых коллективных хозяйств в Белоруссии. Дело шло не шатко не валко, не хотели крестьяне объединяться в колхоз. Видимо 'товарищи' из окружкома, направившие бравого краскома коммуниста в эту дыру на это и рассчитывали, убрав из Мозыря одного из возможных конкурентов за 'теплые места'. Так шло до мая двадцать четвертого года, пока в Мозыре, куда Максим приехал на совещание, среди прохожих не увидел знакомое лицо и не окликнул: -Краском Прохоршиков ко мне!
   Человек окликнутый Ивановым, оглянувшись, узнал его и с распростёртыми объятиями пошел навстречу. Так произошла встреча старых товарищей, после почти пяти лет незнания ни чего о судьбе друг друга. Здесь уместно перенестись еще дальше вглубь, по воображаемой шкале времени и описать некоторые факты.
  ***
   В Русскую Императорскую армию Иванов ушел из своей деревни по жребию в 1909 году, и попал служить в полевую артиллерию. Под конец службы окончил дивизионную унтер-офицерскую школу, и остался на сверхсрочную службу. Империалистическую встретил на сверхсрочной службе старшим-фейерверкером в должности командира расчета трехдюймовой полевой пушки, а уже в феврале 1917 года зауряд-прапорщик, имевший на груди четыре солдатских Георгиевских креста Иванов, командовал огневым взводом в той же батарее, в которой начинал службу в девятом году, под командованием своего старого знакомого, с четырнадцатого года, штабс-капитана Прохоршикова Сергея Аполлинарьевича. В 1907 году Сергей Аполлинарьевич поступил на механическое отделение Санкт-Петербургского политехнического института имени Петра Великого, который в соответствующие время закончил. После выпуска благополучно работал и безбедно жил до августа 1914 года, когда поддавшись патриотическим чувствам инженер Прохоршиков добровольно записался вольноопределяющимся в артиллерию Русской Императорской армии и уже через месяц оказался на фронте, в должности наводчика трехдюймовой полевой пушки. Командиром этого орудия, являлся, сверхсрочной службы старший-фейерверкер Иванов Максима Порфирьевич, с которых Сергей и сдружился, получив с Максимом за год боёв по два Георгиевских креста. Через год, вольноопределяющийся Прохоршиков сдал экзамен на офицерский чин, после которого ему присвоили звание прапорщика, получил под командования взвод, в котором до последнего времени служил командиром первого орудия, а его дружок Иванов, командовал вторым расчетом взвода. В 1916 году в чине поручика, стал командовать батареей, в которой начинал службу, в конце января семнадцатого получил за отличия и очередной чин штабс-капитана.
   Революция разбросала товарищей. Иванов, демобилизованный, как и все в их батарее, поехал домой, но не доехал, вступил в Красную гвардию, потом перешел в создаваемую Красную Армию. А его комбат, обидевшись на сорванные пьяными дезертирами погоны и аненковский темляк, уехал на юг, где и вступил в Добрармию.
   Следующая встреча товарищей произошла в октябре 1920 года, на Каховском плацдарме красных, вернее уже после завершения боёв за плацдарм и наступления Красной Армии на Крым. На одном из освобожденном хуторов, под Мелитополем, в сараюшке Иванов и увидел своего товарища и бывшего командира батареи штабс-капитана Прохоршикова, лежащему среди полутора-двух десятков раненых 'добровольцев'. К тяжелому ранению Сергея, добавился и подхваченный им тиф. И умереть бы ему, кабы так и не ожесточившийся душой в Гражданской войне Максим. Узнав среди раненных своего бывшего командира и друга, он красный командир батареи трехдюймовок, распорядился отправить раненных врагов в госпиталь, а своего друга, сорвав шеврон, погоны и пуговицы с гимнастерки, снабдил справкой на имя своего погибшего взводного, Прохоршикова Сергея Аполлинарьевича, предварительно немного 'поколдовав' с батарейными документами по личному составу. Итогом 'колдовства' стало исчезновения командира огневого взвода краскома Прохорова Сергея Александровича и появления комвзвода РККА краскома Прохоршикова Сергея Аполлинарьевича. После окончания боёв, во время передышки вызванной загоном белых войск в Крым и оперативной паузой, для подготовки к новому наступлению на полуостров, Иванов вступил в партию большевиков, а заодно разыскал в госпитале 'своего взводного', который к этому времени пришел в сознание и немного оклемался. При встрече Максим и передал Сергею все выправленные на него документы покойного взводного, а заодно и биографию покойного с вещами самого Сергея, взятыми с него при пленении. Заодно на словах прояснил сложившуюся ситуацию. И более они до гомельской встречи двадцать пятого года не встречались.
  ***
   И вот теперь эта встреча. Старые товарищи встретились, поговорили. Прохоршиков, так же как Иванов, не смотря на войны, не превратился в машину для убийства, остался человеком. После излечения в госпитале, из армии его по здоровью демобилизовали, так как он теперь, согласно новой биографии, был из мещан с церковно-приходским образованием и соответственно без профессии, покойный Прохоров, был несколько младше Сергея, и не успел её получить, ушел на войну. Вот и пришлось уволенному 'краскому' переезжать с места на место в поисках средств к существованию Так он и оказался в Мозыре. Да и какой ни какой страх разоблачения в действиях бывшего штабс-капитана присутствовал, что тоже не способствовало созданию семьи и оседанию на одном месте. Друзья быстренько договорились и уже на второй день, после окончания совещания, Иванов быстренько получил направление к себе в деревню, в качестве помощника председателя колхоза, внезапно встреченного 'своего бывшего взводного', о чем и говорилось в выданном на имя Прохоршикова документе. Заодно решил вызвать к себе в деревню своих бывших сослуживцев по батарее, чьи адреса знал.
   В итоге к марту двадцать пятого года Иванову удалось собрать чуть более пяти десятков бывших своих подчиненных, из числа более чем двух сотен, составляющих личный состав батареи. Заодно решил и окончательную легализацию своего товарища. Демобилизованные бойцы доверились своему бывшему командиру и признали в Прохоршикове одного из них. Благо покойный Прохоров не долго служил в батарее, прибыл уже в ходе наступления, на смену выбывшего комвзвода. И уже через неделю и сам навечно покинул батарею.
  ***
   А колхоз они все-таки организовали в октябре 1924 года, в составе шестерых своих батерейцев и троих местных, назвав его 'Победа'. Даже в ЧОНе колхозники послужить успели, взвод сформировали в феврале следующего года в составе шести десятков штыков, естественно под командованием Иванова и прослужив в нем до ноября, когда в связи с ликвидацией формирований ЧОН, был распушен и колхозный взвод.
   В общем основу колхоза составили демобилизованы красноармейцы, в большинстве из Великорусских губерний, с присоединившимися к ним белорусами-полищуками и даже тройкой еврейски семей. Через год уже вся деревня, даже евреи, все два десятка семей которых проживали в деревне, состоящей из трехста двадцати дворов, вступили в колхоз. И без всякого нажима со стороны властей. Причина массового вступления крылась в хорошей прибыли полученной колхозом в конце года. Правда из губернии подбросили и деньжат, а главное материальную помощь, в том числе и старенький, разбитый, но сумевший прийти во вновь образованный колхоз своим ходом, американский колесный трактор фирмы 'Кейс'. Не ведомо какими путями попавший в губернию и переданный властями в первый организованный колхоз. Да и сами колхозники не сидели без дела. За год, вместе с сельхозработами, успели запустить небольшой заводик по изготовлению кирпича, для переселенцев было нужно жильё, да и служебно-хозяйственные постройки нужно было из чего-то строить. Вот и запустили заводик. А там через полтора года инженер Прохоршиков, запустил и оставшуюся еще от пана, в его имении, с царских времен, электростанцию. Окрестные крестьяне не до конца разграбили бывшие панские владения, уцелели, хотя и в страшно запущенном состоянии турбина с динамо-машиной и другие механизмы электростанции, а так же лесопилка, оставшаяся от последнего владельца усадьбы из рода принца Витенбергского. Благо, что хоть плотины окрестное крестьянство не разрушило, как разграбили и разрушили господский дом. Видимо сообразили, что в случае разрушения плотин лишаться они осушенных лугов и сена с них, а так же и отвоеванных у болота полей.
  ***
   История строительства плотин и образования не предусмотренных природой лугов и полей уходит к 1820 году, когда владелец поместья принц Евгений Витенбергский повелел крепостным крестьянам вырыт мелиоративный канал, тут же окрещенный крепостными принца - 'панский канал'. Южнее деревни, возвести на нем, а так же вдоль низменного участка западного берега канала, плотины. На восточном берегу водоотводного канала насыпали площадку размерами в полтора-два гектара, для отсыпки использовали грунт, вынутый при рытье канала. Береговая плотина перекрыла бегущий на северо-запад ручей, перенаправив его воду во вновь вырытый канал. Из-за плотины на канале между насыпью восточного берега и плотиной западного берега, образовался пруд, на берегу которого принц Евгений построил себе небольшую усадебку в пару этажей с флигелем и хозяйственными постройками.
   Через год, осушенные земли по левому и правому берегу подсохли, а уже через два года отвоеванные у болота земли по восточному берегу распахали под поля, а на западном оставили под луга. Для удобства проезда на сенокос и вывозки сена в усадьбу и крестьянские дворы, километрах в пяти от деревни, между двумя не высокими насыпными холмиками, остатков вынутого из канала грунта, срыли берега, засыпали дно канала и получившиеся проезды битым камнем с булыжниками, утрамбовали их и получили отличный брод, через вообще-то глубокий канал. Вот возле этого брода в 1940 году строители и приступили к строительству укреплений.
   На западном берегу, за прошедший век с гаком, на песчаном большом острове вырос сосновый бор, более мокрые места, не используемые местным населением под луга, заросли тополем, осином, ивняком и прочим кустарником, а кое-где прижились и дубки, за прошедшие года вымахавшие в огромные, раскидистые деревья. Зато уже через, максимум десяток километров, от брода, опять начинались болотные хляби и трясины, шириной километров на шесть-семь. Однако через них имелись тропки до соседних деревень Радловичи, переименованной в 1931 году в Дзержинск и Будки-Каменские, находящие уже на территории Украины.
   В 1911 году, последний из владельцев усадьбы, перестроил плотину на канале, поставил небольшую турбину, крутившую, установленную на берегу, в каменном сарае, динамо-машину, дававшую с избытком электричество для усадьбы и подсобных служб, в том числе двигая пилы на небольшой панской лесопилке. Вот эти то механизмы и восстановили колхозники, запитав от этой мини электростанции отремонтированную лесопилку и дома колхозников в деревне. Что стоило в то время достать провода, патроны под лапочки с самими лампочками, пилы для лесопилки, да и остальные утраченные части машин, заслуживает отдельного повествования. Но итог годовой каторжной работы себя оправдал. Электрическое освещение в домах колхозников, так же сыграло свою немаленькую роль в агитации местных жителей за вступление в колхоз.
  ***
   В двадцать шестом в колхозе появился бухгалтер Адомович Олесь Степанович, ранее живший на той стороне границы. И как понял Иванов, Степанович, не проживал под панами тихо и мирно, а наоборот буйно и громко. Не давал 'пшекам' спокойно спать, вместе с такими же как и он белорусским партизанами из 'активной разведки', Разведывательного Управления РККА. Но официально Адамович сбежал от панского ига, да и осел в приграничье.
   В двадцать седьмом в 'Победу' пришли последние инодеревенские колхозники. Пятеро найденных и согласившихся перебраться на новое место бывших артиллеристов и Сотников Степан Петрович, донской казак, бывший урядник Донской армии белых, приведенный в колхоз Прохоршиковым.
   Стараниями Сергея Аполлинарьевича колхоз потихоньку обзаводился тракторами, автомобилями и станочным парком. За счет продуктов, в голодные двадцатые года, Сергей выменивал на заводах старые и сломанные станки. С помощью мощностей этих же заводов ремонтировал полученные станки. А уж с рабочими станками, ремонтировали и собранные в разных местах разбитые в хлам автомобили и трактора. Заодно и учились колхозники работать на приобретенных станках, получая промышленные профессии. Таким образом к моменту встречи Прохоршикова с Сотниковым в гараже 'Победы' стояли, кроме полученного от окружкома трактора фирмы 'Кейс', еще пара тракторов и четверка грузовых автомобилей, различных производителей. И если с металлическими запчастями больших проблем не было, всегда можно было отлит, выковать или выточить необходимую деталь, то с электрооборудованием и особенно с шинами проблемы образовывались не шуточные. С электричеством кое-как разобрались, для проводки соорудив эрзац-провода собственного производства, для освещения использовали керосиновые фонари с самодельными рефлекторами, закрепленные перед радиатором. Хуже было с шинами, их просто не было. Наконец смогли достать от первенца автопрома СССР АМО-Ф-15. И тут считай повезло. Один из притащенных в колхоз автомобилей в девичестве был итальянской полуторкой Фиат, если точнее, то FIAT-15 ter, на основе которого и была разработана союзная полуторка. Марки остальных колхозных автомобиле идентификации уже не поддавались, тем более и оригинальных колес уже не было. Сварганили самодельные, натянули резину от АМО, поставили и поехали эти грузовые 'Антилопы Гну' не хуже новеньких, только с завода авто. К 1934 году в колхозе уже имелся приличный гараж с автотракторной техников порядка десятка единиц и хорошо оборудованная механическая мастерская с кузней. Но это немного забегаем вперед. А пока Прохоршиков в октябре 1927 года, в поисках запасных частей к техники и 'убитых' станков приехал в Брянск на местный механический завод. За продукты договорился об уступки пары станков с их предварительным ремонтом, отливкой пары крупногабаритных деталей и с чувством хорошо выполненного дела решил прогуляться по набережной Десны. Во время прогулки он и увидел знакомое лицо, как три года назад его окликнул Иванов, так же и Сергей, окликнул показавшегося ему знакомым человека, несколько секунд назад обогнавшего его:
  -Гражданин, обождите.
  Прохожий продолжал идти, как будто обращались не к нему, только видно было по спине, как он напрягся и ускорил шаг.
  -Гражданин в коричневой кепке, я к Вам обращаюсь. Обернитесь.
  Видимо нервы впереди идущего не выдержали и он оглянулся. Точно ошибки быть не могло, он, урядник Донского казачьего Войска Сотников Степан Петрович, 1918 году, спасший жизнь Прохоршикову. Последний раз они мельком виделись в начале 1920 года. И насколько знал Сергей, карателем Петрович не был. Оглянувшийся Сотников признал Прохоршикова, но не зная, что делать, как называть своего старого знакомого, только стоял и молча смотрел. И тогда бывшему штабс-капитану пришлось брать инициативу в свои руки.
  -Что стоишь товарищ. Не признаёшь. Это же я краском Прохоршиков Сергей Аполлинарьевич. Вспоминал, на Каховском плацдарме я взводом трехдюймовок командовал. Да вот не уберегся, ранило и списали в чистую. Сейчас в колхозе Мозырского округа механиком тружусь. А ты как, где, чем занимаешься. Рассказывал. Давал спустимся к реке. Да поговорим, чтобы ни кто не мешал.
   И два мужчины, видимо встретившиеся бывшие красноармеец, пошли к воде, для воспоминаний о минувших делах. У Десны Петрович и поведал свою историю. От белых он вместе со станичниками ушел почти сразу после их последней встречи. Пробрались домой, хотели пожить тихо, мирно. Да вот ревком не дал. Хорошо, что добрые люди успели предупредить об аресте, успел сбежать. Через год вытащил с хутора семью. Поколесили по стране. Сейчас живут в Брянске, работает в артели шорников, шьёт различную сбрую для коней. А что дело знакомое. Но все равно боязно. А ну как дознается кто о его 'белом' прошлом. Да донесёт куда надо. Надумывает переезжать. Но жену и детей жалко. Опять срывать с места и ехать незнамо куда. Вот тут-то Сергей и сделал бывшему уряднику предложение.
   Нужно сказать, что деревенские куркули, во время германской оккупации, при отступлении - бегстве кайзеровского воинства с территории Белоруссии, умудрились как-то 'отжать' у 'гансо'-вояк артиллерийскую упряжку из восьми здоровых тяжеловозов, как впоследствии выяснил Сотников, рейнской породы. Да и не только коней прибрали в своё время у отступающих немаков хозяйственные полищуки. Если поискать много, пригодных в военном деле вещей можно было найти по сараям и хатам селян. При чем большую часть этих трофеев запасливые крестьяне приспособили в своём хозяйстве. Из восьмерки, пять голов были кобылицами, две меринами, а вот восьмой, каким-то образом попавший в этой упряжку жеребцом. Как он попал в артиллерию ни кто не знал. Видимо к восемнадцатому году и хваленный немецкий 'ордунг' начал давать сбой. К двадцать седьмому году и мерины, и кобылицы, и жеребец, уже умерли, но оставили многочисленное, отличное потомство. Соответственно при организации колхоза все это потомство попало в колхозную конюшню и нуждалось в опытном и главное любящем коней старшем конюхе. Вот на эту должность и предложил колхозный механик Степану. И последний принял его. Благо до Империалистической, у себя на Дону он, в связи с отсутствия собственного табуна, служил табунщиком у станичного атамана, и последний претензий по работе к Сотникову не имел. О чем Прохоршиков из рассказов самого Сотникова знал. Договорились, что Сергей вернётся в колхоз, обговорить с председателем и если получится пристроить казака, то вернётся и заберёт с собой. Ну а если нет, тоже приедет, все равно нужно было приезжать в Брянск, забирать станки и заказанные детали, и уведомить об отказе. Тогда будут думать об иных вариантах.
   Вернувшийся в колхоз, Сергей переговорил с председателем, поручился за Петровича, и за его военное время, и за послевоенное, уговорил Максима и с помощниками вернулся в Брянск. Из которого возвратился в деревню не только с железяками но и с семьёй опытного старшего конюха.
   И ни он, ни Максимов не пожалели о своём решении. Сотников уже к тридцать пятому году, из конюшни развернул и организовал целый мини конезавод по разведению тяжеловозов рейнской породы. К 1940 году заведующий колхозным конезаводиком Сотников Степан Петрович, был уважаемым членом правления передового колхоза 'Победа'.
   Так и прижились бывшие краскомы и красноармейцы в колхозе. Холостые обженились, обзавелись детьми, в том числе и Иванов с Прохоршиковым, у первого подрастали от местной пара хлопчиков и девчонка, второй привез из России, бывшую барышню из благородных, вскоре ставшей учителем, а впоследствии и директором колхозной школы. Вот с этой барынькой, 'отставной краском' Прохоршиков и воспитывали сына с дочерью. В общем пустили пришлые корни в Полесье.
  ***
   На следующий день, трактор-экскаватор продолжал отрывать котлованы под блиндаж с потерной, после обеда переключился на рытью окопов, ходов сообщения и тройки позиций для бомбомета. В это время приезжие строители подровняв котлован под ДЗОТ, споро из привезенных толстых, не менее пятидесяти сантиметров в диаметре, бревен собрали пару срубов. Первый, меньшего размера поместили на самое дно котлована, сделав проем выхода в котлован потерны, в котором так же начали рубить из уже привезенных колхозниками бревен стены, пол и потолок потерны. Второй сруб ДЗОТа, собрали большего размера и поместили в другую, расширенную часть котлована, глубиной в метр. При этом расстояние между двумя срубами в два метра начали забрасывать грунтом, густо засыпая между стенками привезенный с утра колхозным транспортом булыжники. Благо в Белоруссии этого добра на полях все межи забиты. Так их хоть в дело люди пустили. Булыжно-грунтовую смесь тщательно утрамбовывали. Предварительно по распоряжению бригадира пришлых, привезли на телегах глину, которую набросали на дно всех трех котлованов и сильно утрамбовали, а потом подобным образом затрамбовали сантиметров до двадцать этой глины, между стенами нижнего сруба и землей. Так же утрамбовали сантиметров по двадцать глины и между стенами блиндажа с потерной и грунтом, при строительстве потерны и блиндажа, проведя таким образом своеобразную гидроизоляцию укреплений. Пока одни пришлые строители, с помощью колхозников утрамбовывали, другие приезжие мастера, краном сняли с автомобиля железобетонную плиту с бойницей и толщиной в полметра, установив её перед стеной с амбразурой. После чего вложили в амбразуру сваренный из котельного железа короб, приварив его снаружи электросваркой к специально оставленной в амбразуре железобетонной плиты железной окантовке. Внутри, кувалдами загнули 'розочкой' концы короба и прибили их к бревнам стены. К загнутым концам приварили направляющие для бронезаслонки. Настелили двойной пол. Нижний собранный из бревен, верхний их плах. В нижней части укрепления вбили в землю трубы водоколонки, благо вода пошла метра через три. Установил на трубе ручной насос. После чего из плах настелили пол и там. Так же в нижнем отсеке ДЗОТа соорудили парочку двух этажных нар, стеллажи под боеприпасы, все из уже готовых заготовок. Оставалось их только собрать, как конструктор и сколотить. В верхнем отсеке ДЗОТа, установили привезенный с собой какой то деревянный стол, с присоединенном к нему зачем-то велосипедном сиденьем. С правой стороны от стола, на стену сруба прибили герметичный прямоугольный бак из луженной жести с выведенными тремя шлангами. Два оставались висеть в верхнем отсеке. Один спустили в нижний и присоединили к водоколонке, предварительно испытав её на работоспособность и наличия воды.
   Пока шли все эти работы, колхозники заполнили грунтом с булыжниками и утрамбовали эту смесь между всеми стенами срубов до самого их верха. После чего строители приступили к сооружению крыши. Сначала накрыли двумя рядами бревен, с прокладкой из рубероида. Бревна скобами или костылями крепили к внешней и внутренней стенам срубов. Да и между собой бревна крыши скрепляли скобами. Потом на них уложили снятые краном с автомашины железобетонные плиты полуметровой толщины, сварили их между собой, сверху привалили к ним уже готовую 'решетку' арматуры, соорудили опалубку и приступили к заливке бетоном, замешиваемого тут же в специальной механической бетономешалке, снятой с автомобиля. К вечеру крыша была залита еще на метра железобетоном.
   На третий и четвертый день, по такой же технологии, срубили и перекрыли, усилив крыши полуметровой железобетонной плитой и пятидесяти сантиметровой заливкой бетоном арматурной 'решетки', потерну, блиндаж и проход ко входу в блиндаж из окопа. Предварительно сбив в блиндаже двухуровневые нары и выгородив место для обитания командира взвода, судя по количеству мест на нарах, блиндаж делался под стрелковый взвод. Единственное отличие, что железобетонные плиты перекрытия, пятидесяти сантиметровой толщины, арматурные 'решётки' и мешки цемента, сгружали краном с прибывших по утру других автомашин, так же неизвестных колхозникам марок. Которые после разгрузки тут же уехали. За эти пару дней, трактор-экскаватор, за световой день, отрыл в вкруг ДЗОТа и блиндажа изломанную траншею выше роста человека и связанные с ней индивидуальные ячейки для бойцов, а так же пару ходов сообщения в тыл. Соорудил три окопа для установке бомбомета. Заодно, по просьбе председателя, военинженер, распорядился продолжить траншея со стрелковыми ячейками в сторону холма, что приезжий экскаваторщик и выполнил. На пятый день приступили к созданию на крышах укреплений земляной 'подушки'. Трактор бульдозерным ковшом, нагребал на крышу грунт, в него набрасывали привезенные булыжники, утрамбовывали. Потом опять нагребал трактор грунт, снова слой булыжников и трамбовка. 'Подушки' насыпали от четырех метров на ДЗОТ, заодно засыпали и его три глухих стены, такой же утрамбованной смесью грунта и привезенных булыжников, до шести метров над потерной и блиндажом. Лопатами отсыпали и стену огневой точки с амбразурой. Пока одни засыпали крыши укреплений. Другие укрепили стены траншеи, стрелковых ячеек и позиций бомбомета деревом, использовав для этого доски и срубленный при очистке сектора стрельбы кустарник, заплетя плетнём из него стены окопов, настелив на их дно мостки из досок и горбыля, от грязи. К вечеру все место работы замаскировали кусками ранее снятого дерна, полив его водой, что бы растительность на пластах не завяла и прижилась.
   После обеда второго дня, Иванов, до этого обошедший с Прохоршиков ближайшие окрестности (поднялись на правый холмик, прошлись вдоль канала по обоим берегам, на левом берегу, походили по лугу, зашли в кустарник, ограничивающий луг с запада), обратился к военинженеру:
  -Товарищ военинженер третьего ранга разрешите обратиться.
  -А товарищ председатель. Максима Порфирьевич, если не ошибаюсь.
  -Так точно, не ошибаетесь.
  -Слушаю Вас Максима Порфирьевич.
  -Мы тут с приятелем походили.-кивнув на Прохоршиков Максим,- посмотрели. Раз меня назначили ответственным за этот участок обороны, то я бы предложил, вот на том холмике,- показал председатель на правый холмик у брода,- 'посадить' ещё один ДЗОТ на две амбразуры.
  - Максима Порфирьевич, по плану на этом участке должен быть построен один ДЗОТ в одну амбразуру, блиндаж на взвод, соединяющею их потерну, траншеи со стрелковыми ячейками и три позиции под бомбометы. Все укрепления обязаны быть возведены в соответствии с типовыми планами, с привязкой на местности. Соответственно и стройматериалы выделены только на эти объекты, и время прибывания бригады на этом участке рассчитаны так же на возведение запланированного.
   -Да Вы только посмотрите и подскажите, где, как и какой ДЗОТ строить. Сами построим, из своих стройматериалов. И еще если можно, то пусть экскаватор отроет котлован и траншею с ходом сообщения на обратную сторону холмика. А остальное мы сами сделаем.
  -Ладно, уговорили. Пойдемте, посмотрю, набросаю Вам схему и план ДЗОТа с блиндажом, на обратном склоне. Думаю командование наказывать за бесплатное для УРа усиление оборонительного участка, не будет. А насчет экскаватора, переговори с Георгиевичем, это бригадир строителей.
  -Хорошо товарищ военинженер. Я тогда к Георгиевичу побежал. А с Вами наш механик пройдет с парнишками.
  С этими словами Иванов отошел от военного, около которого его место занял Прохоршиков, вскоре ушедший с представителем УРа и тройкой колхозных парнишек, лет четырнадцати-шестнадцати. А Максим пошел искать бригадира приезжих строителей, которого вскоре и нашел около возводимого блиндажа.
  -Здорово Григорьич.
  -И тебе не хворать председатель.
  -Дело у меня к тебе имеется.
  -Кто бы сомневался бы. Выкладывай.
  -Дополнительно нужно отрыть котлованы и траншеи вон на том холмике-указал Иванов на предполагаемое место работы.
  -Извини друг ни чем помочь не могу. Сроки. Ни дня лишнего задержаться у Вас не могу. В другом месте должен быть в строго запланирован день.
  -А если ночью? Мы посветим.
  -Тоже не получиться. Экскаваторщик у меня один, ему надо днем работать. И так от света до света вкалываем. А ты предлагаешь его вообще без отдыха работать заставить. Да и топливо у нас так же строго лимитировано.
  -У тебя трактор на чем работает? По звуку и запаху на солярке?
  -Да дизель.
  -Солярка у нас своя имеется. А по поводу экскаваторщика есть мысль. Эй архаровцы быстро ко мне! -крикнул председатель парочке деревенских пацанов, назначенных в помощь к трактористу-бульдозеристу-экскаваторщику.
  -Звали дядька Макар-призванные парнишки почти мгновенно материализовались около разговаривающих.
  -Да огольцы. На экскаваторе работать можете?
  -Можем. Но нужно попробовать самим под присмотром дядьки Михаила
  -Григорьевич дай парням поработать. Не бойся. Они у нас сильно по техники соображают. Водят все что в гараже имеется. Да и ремонтируют их тоже все. Пусть под присмотром твоего работника поработают по переменке на экскаваторе. А потом в ночную смену дай трактор поработать.
  -Ну не знаю. Ладно пусть потренируются под присмотром Миши. А по ночной смене посоветуюсь с капитаном.-кивнул в сторону военинженера третьего ранга бригадир.
  -Советуйся.
  На чем и закончилась беседа, а собеседники разошлись. Бригадир пошел на холмик, где военинженер размечал на месте расположения ДЗОТа, траншей, ходов сообщения и блиндажа. А председатель, пошел давать указания на сбор и перевозку к стройплощадке булыжников, огромная масса которых скопилась за прошедшие века на межах и окраинах пашен.
   Итогом всех этих переговоров, разговоров, советов, стала работа местных помощников экскаваторщика под присмотром самого 'мэтра'. Вечером 'мэтр' вынес вердикт: 'Годны. Можно обоих допустить до самостоятельной работы. Но трактор мне не запорите. Всю ночь работать не стоить'.
   И в эту ночь, за четыре часа, пара подростков, под присмотром Прохоршиков выкопали котлован под ДЗОТ на большом холме и траншею от него, по склону холма на север, к обратному склону. Благо днем, такого же возраста огольцы, как и 'свежеиспеченные' экскаваторщики, с девчонками одногодками, сняли дерн по всей территории предстоящего строительства укреплений на холмике, а на следующий день, и под траншею от холмика к ДЗОТу у брода. Во вторую ночь работы подготовили котлован под блиндаж, на обратной склоне, ходы сообщения на этом же склоне, в обе стороны от блиндажа, до траншей и в тыл. Докончили траншею на холме. В третью и четвертую ночи вырыли траншею и заготовки под стрелковые ячейки от холмика к основному ДЗОТу у брода. В пятую ночь, перед отъездом бригады, поработали над создание ходов сообщения в тыл от вырытых траншей. А после отъезда строителей, своими силами и из своего материала, как и обещали, отстроили ДЗОТ на две амбразуры. Огневую точку, начали строить на утро, как отрыли под неё котлован, поставили её на юго-западной склоне холмика, прикрыв его амбразуры от фронтального огня земляной насыпью. Соответственно одна амбразура прикрывала брод, дорогу и территорию перед бродом с обоих сторон. Подходы со 'слепых' сторон основного ДЗОТа, с фронта, тыла и с левого фланга, амбразура которого смотрела на северо-запад, прикрывая в свою очередь 'слепое' пространство второго ДЗОТа с запада. Вторая амбразура держала под обстрелом подступы к холмику с северо-запада. Сам ДЗОТ на холме возводился по антологичной технологии, по которой возводилась огневая точка у брода. Правда с некоторыми упрощениями. Так он был пятистенный, одноэтажный, зато разделенный рубленными перегородками на два боевых каземата, жилую комнату и тамбур. Тыловая стена, врезанная в холм, была с расстоянием между двумя срубами в полметра, зато с рубленными перегородками между ними, для крепости. Остальные четыре стены имели расстояние между срубами в два метра, которое и заполнили утрамбованным грунтом вперемежку с булыжниками. Железобетонных плит, для стен с амбразурами в колхозе не было. Вместо них пространство между срубами в обоих стенах с амбразурами заложили булыжниками, положенными на раствор с известью. Из-за чего две недели не засыпали ДЗОТ полостью, ждали когда высохнет и схватится раствор. Сами амбразуры сколотили скобами из бруса, оббив изнутри жестью, не было у колхозников не то что бы броневой стали, а и обычного котельного железа, для обделки проема амбразур. Пока ждали высыхания раствора, подкопали котлован для блиндажа под нужную конфигурацию и размер, спустили в него сруб из тонких бревен, обшили сруб досками, настелили полы, соорудили из дерева двухэтажные нары. Накрыли блиндаж четырьмя накатами толстых бревен, скрепив их скобами и железной толстой проволокой, выпрошенной у строителей, она скрепляла у них заготовки для срубов и перекрытия ДЗОТа. Утрамбовали на перекрытии с полметра глины для гидроизоляции. Засыпали его крышу грунтом и булыжниками высотой в пять метров, благо холм позволял это сделать не создавая нового холмика, заметного на местности. После затвердения и высыхания раствора, таким же образом, но с шестью перекрытиями из толстых бревен, засыпали крышу ДЗОТа. После чего приступили к отделке траншей, стрелковых ячеек и ходов сообщения. Из срубленного кустарника, при очистке секторов обстрела, сплели плетен, которыми укрепили стенки траншей и ячеек, а на дно настелили мостки из горбыль, что бы в ненастную погоду не ходить по воде и грязи. И напоследок укрыли все окопы и бомбометные позиции плетенными из лозы щитами. Замаскировав и щиты над пехотными и бомбеметными окопами, и места работ по возведению укреплений, и сами ДЗОТы с блиндажами, снятыми пластами дерна. После укладки, куски дерна, обильно полили водой, чтобы трава прижилась на новом месте.
   Переночевав, бригада приезжих строителей на шестой день, вместе с сопровождающими отбыла из колхоза. Перед отъездом военинженер осмотрел пару колхозных амбаров, выбрал рубленый из толстых бревен, расположенный на задах правление и распорядился срубить в нем еще один сруб размерами три на три метра и высотой в два метра, с полом и потолком из бревен. После чего оббить его снаружи и изнутри, а так же и двери с обеих сторон, сбитых из пяти сантиметровых, обязательно дубовых плах, железом или жестью. Хотя дверь в колхоз, как и железо или жесть для обивки, должны привести. В этом срубе подготовить стеллажи для хранения оружия, боеприпасов и снаряжения формируемого отделения ДЗОТа.
   И действительно через три дня, после отъезда строителей, из округа прибыла полуторка, привезшая уже оббитую железом дверь, с коваными шарнирами и скобами под замки, парой внутренних и одной накидной, двумя замками и четырьмя большими рулонами жести, для оббивки сруба. Через неделю сруб-оружейка был готов, о чем Иванов по телефону и доложил в райком. На восьмой день после доклада, прибыл военный ЗИС-5, под командованием техник-интендант 2 ранга, привезший выделенное вооружение. Одиннадцать винтовок Мосина под русский 7,62 мм патрон, два ППД-34, с тремя 25 патронными секторными магазинами под патрон 7,62×25 мм ТТ. Привет из Франции, времен Первой мировой войны, ручной пулемет Шоша, с пятью изогнутыми магазинами, трофей Империалистической войны из Австро-Венгрии, станковый пулемет Шварцлозе. Оба пулемета под патрон 7,92х57 мм Маузер. Пару револьверов 'Наган' с кобурами и восьмю пачками патронов к ним. 88,9-мм французский бомбомёт системы Аазена, видимо трофей гражданской войны. Десять ящиков и один цинк с патронами. Из них восемь с Маузеровскими, два с Мосинскими и цинк с ТТ-шными 'маслятами'. Полдюжины ящиков с минами для бомбомета, пара ящиков с гранатами РГД-33. Десять комплектов красноармейской летней формы с шинелями и таким же количеством пар сапог, из незнакомого материала, похожего на чем-то пропитанный грубый брезент. Ремни снаряжения и поясные, подсумки, гранатные сумки, стальные шлемы и иное снаряжение. А так же три полевых телефонных аппарата и пара катушек с телефонным кабелем в матерчатой обмотке. Привезенное поместили в оружейку, закрыли на пару замков и опломбировали. На охрану амбара с оружейкой выделили семидесятилетнего старого охотника Фядота Радкевича, со своим ружьем, отличной вертикалькой на два ствола, забранной им при погроме панской усадьбы.
   Посмотрев на привезенные полевые телефоны, а особенно на катушки телефонного кабеля в матерчатой оплетке, что категорически не подходило к местным мокрым местам, Иванов посоветовался с правлением колхоза и начались работы по прокладке самодельного телефонного кабеля от деревни до блиндажа связи, место которому определили за околицей деревни, и от него до блиндажа основного ДЗОТа, а из этого укрытия по потерне и в закуток командира участка, расположенном в основном блиндаже. Вторую линии закопали от 'телефонного' блиндажа, до блиндажа на восточном скате большого холма и далее к двухамбразурному ДЗОТу на этой же высоте. Для прокладки телефонных линий использовали кабель собственного производства, технологию изготовления которого колхозники от бедности и дефицита, освоили в колхозе еще в 1925 году.
   Сергей Аполлинарьевич восстановил плотину с турбину и динамо. Даже электрические лампочки достать смогли, а вот проводом для проводки так и не нашли. Благо имелась медь, остатки от германской оккупации. Что это было, в этих кусках уже и не определишь, зачем прибрал эту медь справный хозяин Юрась Ермолович, не мог внятно объяснить он и сам. Просто что б было. Правда медь была чистейшая, как раз подходила для электротехнических изделий. Вот из этой меди, забранной у Юрася в пользу колхоза, кузнец Михалевич, под руководствам Прохоршикова натянул проволоки по самой простой, средневековой технологии. Но для нужд колхоза хватило и этой проволоки, часть которой без переделки пошла для наружных проводов на столбах, другая часть была заизолирована, пропитанным стеарином льняным полотном, на второй слой пошло такое же полотно, но пропитанное уже спирто-канифольным лаком. И ни чего, служили самодельные провода с такой же изоляцией до самого сорокового года, исправно подавая электричество колхозникам и не разу не дав сбоя по причине пробоя изоляции.
   Потом по такой же технологии, когда стало нужным, после подвода к правлению колхоза телефонной линии из района, изготовили телефонный кабель, использованный для телефонизации внутри колхоза. Благо удалось купить 'за не дорого' старенький ручной коммутатор на пару десятков абонентов. Но этого числа номеров колхозу хватило. Правда проволоку кузнецу пришлось тянуть намного меньшего сечения. Что увеличило трудозатраты и себестоимость провода. Да колхозникам это было не так то и важно, для себя делают, не для продажи. А изоляция, подобно электропроводам хорошо предохраняла провод от влаги. Вот и использовал председатель оставшийся с тех времен запас телефонного кабеля. В своё время весь запас 'трофейной' германской меди извели на эти два вида проводов.
  ***
   В ноябре, как раз после праздника, из района пришло ещё одно ЦУ, создать из числа той же возрастной группы мужчин-колхозников, что и гарнизон ДЗОТа, противоштурмовое отделение и отделение полевого прикрытия укрепления. К 10 числу, списки ушли в район, а уже 22 ноября, в колхозе опять появился уже знакомый техник-интендант 2 ранга, привезший выделенное вооружение для вновь создаваемых подразделений. Ящик, с двумя десятками с гаком винтовок Мосина под русский 7,62 мм патрон, ещё пару ППД-34, к каждому по три 25 патронных коробчатых магазинов под патрон 7,62×25 мм ТТ, к ним парочку дополнительных револьверов 'Наган' с кобурами и по восемь пачек патронов к ним. Два ручных пулеметов МТ (Максима-Токарева), так же под русский патрон 7,62 мм. Дюжина ящиков патронами от Мосинок и одним ящиком с боезапасом для ТТ. Финские трофеи, пара снайперских финских винтовок m/27 РН с оптическими прицелами трехкратного увеличения от финской фирмы АО 'Физика', та же русская Мосинка, но со стволом укороченным до 1190 миллиметров и новым прикладом, из более дорогого сорта дерева. И 20-мм противотанковое ружьё S-18 'Солотурн' швейцарского производства под патрон 20х138В этой же швейцарской фирмы, с запасом этих патронов в полусотню штук. А так же ещё один трофей, теперь уже освободительного Польского похода 1939 года. 7,92х107-мм Р35 противотанковое ружьё Wz.35 польского производства, под патрон 7,92×107 мм и пять пачек с этими патронами по дюжине в пачке. Дополнительно три ящиков с гранатами РГД-33. Два десятка комплектов красноармейской летней формы с шинелями, кирзовыми сапогами, как узнали колхозники названия материала из которого изготовляли обувь. А так же остальное снаряжение на два полных отделения.
   Привезенное оружие и боеприпасы перенесли в 'оружейку', изъяв на время обе катушки с телефонным кабелем. И пока техник-интенданта с водителем кормили, быстренько произвели доизоляцию кабеля по колхозной технологии. После окончания трапезы, кабель, в не смотанном виде, разложили на ящиках в 'оружейки', для более качественной просушки недавно нанесенной изоляции. После чего помещение опять закрыли на замки, опечатали и передали под охрану сторожу, деду Фядоту.
   Но на этом эпопея с постройкой укреплений, для колхозников в этом году не закончилась. В конце ноября Иванова с Прохоршиковым вызвали в сам Минск на переаттестацию как командиров запаса, хотя их срок нахождения в запасе давно уже вышел. По приезду в столицу республики, пара друзей нашла еще порядка тысячи таких же как и они 'старичков' вызванных в штаб БОВО на переаттестацию. Домой они вернулись почти под самый Новый год, привезя с собой полные комплекты повседневной командирской формы, младших лейтенантов, для Иванова, как командира взвода, и Прохоршикова, в порядке исключения, по личному представлению командующего округа генерал-лейтенант Ковалёва Михаила Прокофьевича, как заместителя командира взвода. Естественно обоих аттестовали как артиллеристов, в ходе которой бывший штабс-капитан сумел поразить членов аттестационной комиссии, во главе с председателем в лице самого командующего округом, своими обширными познаниями в артиллерийской науке. Вот и ходатайствовал генерал-лейтенант о незнакомом ему краскоме времен Гражданской войны о присвоении ему воинского звания на одну ступень выше, чем полагалось по штату. Старшинская 'пила' явно не смотрелась бы на петлицах этого грамотного командира. Кроме обмундирования, новоявленные лейтенанты привезли по пистолету ТТ, кобурам, по паре магазинов к ним и по шестнадцать патронов на ствол. А так же документы на присвоение воинских званий, назначения на должность и права владения и ношения оружия, специально для мирного времени.
   И на окончание прошедшего 1940 года, 30 декабря, из управление Мозырского УРа, на имя младшего лейтенанта артиллерии Иванова, пришел первый, но не последний пакет, в котором лежали несколько первых листовок-наставление по вермахту-гитлеровской армии, описывающих пока общие тактические приемы вермахта, видимо на основе анализа его действий в Европе. Которые в последствии очень пригодились при боестолкновении с немецкими войсками.
  САК. Колхоз. Эпизод ? 2.
  19 сентября 1941г. Белорусская ССР. Полесская (Гомельская) область. Лельчицкий район. Территория колхоза 'Победа'.
   И снова, как и более года назад, за столом в кабинете председателя, правления колхоза 'Победа', сидели и думу думали сам председатель Иванов Максима Порфирьевич, главный колхозный механик Прохоршиков Сергей Аполлинарьевич, бухгалтер колхоза Адомович Олесь Степанович со своей второй половиной, по совместительству парторгом местной парторганизации ВКП(б), заведующий колхозной конюшней или мини конезаводом Сотников Степан Петрович, и вновь назначенные члены правления и кандидаты в колхозное руководство.
   Совещания с бригадирами и специалистами колхоза шло как всегда, с учетом того, что 'молодежь' из 'старого', до военного правления, не достигших 40-летнего возраста, призвали с начала войны в армию. Из трех бригадиров двое были из вновь назначенные женщины. Из четырех специалистов: агронома, ветеринара, механика и бухгалтера присутствовали только двое последних механик Прохоршиков и бухгалтер Адомович. Двоих первых из списка спецов уже 'за брили' в армию, как и остальных колхозников призывного возраста. А на должностях агронома и ветеринара теперь трудились бывшие помощницы этих специалистов и по совместительству их жены. В связи, с чем в правлении сейчас заседали либо бабы, либо мужики старше 50 лет. Вот и председателю с механиком уже было по 52 года, а бухгалтеру вообще уже сильно за 56 лет.
   Правление сидело и решало важнейший для колхоза вопрос, как жить и работать в дальнейшем. Ибо фронт, ранее бывший где-то там далеко, дальше Турова и даже дальше Пинска, подошел почти в плотную к их деревни. Вон через болото, в соседней деревне, правда уже в Туровского района, могли появиться германцы, вышедшие в сей день ко второй оборонительной линии Мозырского УРа, а именно к Туровскому оборонительному участку вокруг ПГТ Туров. И наступила пора территориальному взводу их колхоза занять укрепления на прикрывающие их деревню и ведущую в неё через болота дорогу, даже вернее малонахоженную тропинку, по причине её практической непроходимости в теплое время года, вьющуюся через местную грязь, трясину и бочажки воды, одного из северных 'языков' огромного полеского болота. Только морозец, сковавший грязь, давал возможность проехать по ней на телеге, да и то в не каждую зиму.
   Однако нынешнее лето выдалось на редкость засушливое и грязюка на их тропке высохла, в связи с чем проходимость тропы резко повысилась до уровня малоезженого проселка, по которому стал возможен аккуратный проезд даже автомобиля. Из-за чего и пришла пора Максиму Порфирьевичу полностью сосредоточится на командовании местный территориальным пульвзводом и укрепленным участком обороны, на котором он так же был назначен комендантом, передав бразды колхозного правления парторгу Адамович Ярина Пахомовны, жене бывшего бухгалтера колхоза, так же, как и его сверстники ушедшего в составе террвзвода на фронт. Хотя личный состав взвода с вооружением занял вверенные ему укрепление еще 2 июня, на второй день войны, после поступления из района приказа о мобилизации территориальный артпульбатов Мозырского УРа и занятия ими предписанных укреплений. Но правление колхоза работало на двух постах и пока было тихо перед их участком, продолжали руководить деятельностью колхоза.
   В общем то все уже было решено и не один раз обговорена. Ярина с задачей руководства колхозом справиться, своим характером оправдывая своё имя. Кандидатуры женщин, заменяющих уходящих последних мужиков колхоза, так же давно обговорены и утверждены. И сейчас вновь назначенные получали последние указание от своих предшественников, а бывший председатель, а ныне командир взвода младший лейтенант РККА Иванов предался воспоминаниям.
  Уже три с половиной месяца шла война, начавшаяся в ночь с субботы 31 мая на воскресенье 1 июня, на рассвете в пять часов, когда германские и их союзников самолеты начали бомбить советскую землю, артиллерия обстреляла территорию Советского Союза, а пехота и танки пересекли сухопутную границу СССР. И вот война докатилась и до их родных мест. Кто же мог предположить что она проклятая все таки начнется. Хотя начало нового 1941 года, да и прошедший год, давало кое какие намёки на будущие события.
   Кроме постройки летом прошлого года укрепленного участка Мозырского УРа на западе от центральной колхозной усадьбы, вдоль панского канала; формирования трех отделений из колхозников-добровольцев не призывного возраста, для занятия обороны на выше указанном участке; аттестации его самого и его зама по взводу и комендантским обязанностям. В конце января текущего года в Минск неожиданно вызвали, на какие-то курсы усовершенствования, колхозного бухгалтера Олеся Степановича. Благо, что отчет за 1940 год, он со своими подчиненными успел сдать в райфинотдел, а то бы просто беда бы была. Вернулся Адомович домой только в конце апреля. А уже через пару дней из военкомата пришли приказы о присвоении ему звания старшины и назначении на должность помощника коменданта оборонительного участка по инженерно-саперной службе. Заодно пришлось назначать на место Олеся нового командира противоштурмового отделения. Благо Максим присмотрел к себе во взвод большее количество кандидатов, чем было необходимо штатами. Так немного, пару стрелковых отделений можно было сформировать из резервных кандидатов, и плюс гарнизон ДЗОТа с расчетом бомбомета. Деревня большая, люди были. Да еще с председателем соседнего колхоза 'На варце' Гузовым Петром Матвеевичем сговорился. Хотя и в Туровском районе расположен колхоз, да соседи, что там, болото перешел, правда петлять километром тридцать с гаком не менее, вот и в гостях у соседей. Матвеевич и сам согласился пойти добровольцем в гарнизон укрепучастка, хотя ему уже было сильно за пятьдесят годиков, и надежных мужиков, где-то примерно своих годков, из своего колхоза с собой сговорил. Те то же по годам не подлежали призыву в армию. А оборонительных сооружений УРа в округе не было. Ближайший участок обороны, выстроенный в прошедшем году, располагался вокруг их райцентра Туров. Потому их и не привлекли на службу в территориальные артпульбаты УРа. Вот так и удалось вдвое увеличить определенный штатами личные состав укрепленного участка. Хоть и не официально, но люди имелись и обучались совместно со штатным призванным личным составом. Правда ни оружия с боеприпасами, ни формы с обувью и иным снаряжением на внешатников не выделили. Однако голь на выдумки хитра. По форме решили просто. Закупили за колхозный счет в военторге материал, сукно с фурнитурой, да пошили для штатников форму. Только шинели заменили форменными бушлатами, удобней они шинелей. Получилось у деревенского портного Абрама Изральевича прекрасно, форма смотрелась лучше чем фабричная. Даже пилотки и те пошил под индивидуальную голову каждого территориала. Сапоги так же с тачал колхозный сапожник, он же соорудил и поясные и иные ремни снаряжения. Кожу дня сапог и ремней закупили за счет колхозной кассы на мозырском рынке. С вооружением сверхштатников так же в общем решили. Внештатное противоштурмовое отделение вооружили винтовками гарнизона ДЗОТа и расчета бомбометов. Все равно они им в бою не понадобится. Так же не стали вооружать стрелковым оружием и дублёров этих подразделений. А на вооружение второго стрелкового отделения пошли излишние винтовки, которые появились из-за автоматических описок писаря. Написавшего в обоих приказах на выдачу оружия не конкретное количество предоставляемых винтовок, а общие слова 'выдать винтовки для вооружения стрелково отделения, а так же пистолет-пулемет....'. Другой писарь, выписывавший требования на оружие, вписал в них уже точную цифру выдаваемых винтовок, согласно штата стрелкового отделения в одиннадцать бойцов, в графе количество занес цифру '11'. Так и получились излишки винтовок в количестве шести стволов (по паре единиц за командиров отделений, пулеметчиков, ПТРщиков). Даже нашли на два отделения по одному снайперу и пулеметчику со своим оружием. В снайперы назначили местного охотника Герваса Урбановича, у которого во время германской оккупации появился карабин 'Маузер' в снайперском исполнении, с оптическим прицелом, с которым он с тех пор потихоньку и охотился в окрестных камышах с кустами на кабанов. Еще пара пехотных 'Мосинок' застряли в руках местных полищуков с гражданской войны. Да комендант передал командиру отделения свой пистолет-пулемет. Ну, а появление ручного пулемета 'Льюис' под русский винтовочный патрон, заслуживает отдельного повествования.
   Вместе с иными батарейцами прибыл в эти края по зову своего комбата и бывший красноармеец, пулеметчик батареи Митрофанов Степан Федорович. Прибыл с женой и новорожденным наследником, имея на руках невеликое имущество. Устроился в колхозе в механическую мастерскую к Прохоршикову, да так и прожил до нынешних времен.
   Пришло время уходить на линию обороны, а Митрофанов прибыл со своим пулеметом. На вопрос Иванова: -Где же ты Степа 'Льюис' то взял?
  Председатель получил неожиданный ответ.
  -Помнишь Максим Порфирьевич у нас под Каховкой на плацдарме в двадцатом, снарядом пулемет разбило? Меня тогда ещё несильно контузило.
  -Помню. Так тот 'Льюис' в хлам разбило. Я же видал. Приклад с щепки, кожух в дырках, коробка так же погнута в хлам. Мы его тогда и списали, как уничтоженный. Ты же его сам и выбросил. А тебе взамен новый выдали, вроде 'Мадсен' был.
  -Точно 'Мадсен' выдали. Я его, когда увольнялся в двадцать четвертом, сдал на склад. А наш 'Льюис' и впрямь сильно покорежило, но окончательно не испортило. Я сначала то, по контузии, тоже решил, что все, хана пулемету. Ну и бросил в обозную повозку. А потом когда очухался от неё, да бои прекратились, стал разбирать барахло в повозке, да рассмотреть 'Льюис' по внимательней. Приклад и вправду в щепки побило. А вот с железом все в норме было. Кожух пробило, зато сам ствол не повредило. А кожух залатать, да заполировать, лучше нового будет. Ствольную коробку так же погнуло осколком, но сам механизм под ней не пострадал. Выправить да отшлифовать, как только что с завода будет смотреться и 'работать' без задержек. Но к этому времени его то уже списали, вот я и не стал ни кому про результаты осмотра говорить. А то проблем потом не обреешься, за то что списали годное оружие. Остатки приклада отсоединил, сам пулемет упаковал в мешковину, да в мешок и засунул с пустыми 'блинами' к нему. У меня их как раз более двух десятков накопилось. Вот в паре мешков они у меня и хранились. У 'мадсенота' другие магазины были, рожковые. Вот эти два мешка у меня и валялись. Уже после твоего увольнения и перевода батареи в Харьков, повстречал в нем свою Марусю, стали с ней жить. Я потихоньку и перетащил к ней в хатку все свои пожитки, в том числе и пару мешков дисков с поврежденным 'Льюисом'. В двадцать четвертом и меня демобилизовали из рядов легендарной и непобедимой. Я и остался со своей Марусей. Устроился в железнодорожные мастерские слесарем, там то потихоньку и исправил свой пулемет, заодно потихоньку самолично вырезал под себя приклад, отполировал его, да и прикрепил на место. Когда ты меня позвал к себе в колхоз, я среди своего прочего скарба, привез и отремонтированный 'Льюис' с запасными дисками для него. Вот с тех пор они у меня в сарае и лежали прикрытые от чужого взгляда до поры до времени. Видимо сейчас пришла эта пора со временем. Ставь нас с ним в строй комбат.
  -Что сказать, удивил ты меня Степан Федорович. Но приятно удивил. Становись в строй со своим 'Льюисом'.
  ***
   Пока бывший предколхоза предавался воспоминаниям, заседания правления подошло к концу и наступила пора приступить к своим обязанностям коменданта взводного оборонительного участка.
   И вот наступила пора выступать 'второй смене' к укреплениям. Свои все собрались и готовы к пути, в близкое Дзержинское, бывшую Радловичи, соседнего Туровского района, Максим ещё с утра послал на велосипеде местного хлопчика с указанием куму Гузову Петру Матвеевичу, такому же как и он сам председателю местного колхоза 'На варце', бывшему красноармейцу и ленинградскому рабочему, прибывшего в этот болотистый край среди тех двадцати пяти тысяч пролетариев разъехавшихся по стране по зову партии для организации на местах колхозов, срочно прибыть со своими добровольцами-ополченцами к нему на позиции. А свои семьи не мешкая так же отправить вместе с хозяйством и прочим имуществом в их деревню, благо свободные дома были. Колхоз за свои средства выстроил в начале года дома для молодых пар, свадьбы которых планировали сыграть этой осенью, но не срослось, теперь свадебное застольное будет только после Победы.
   Вот стоят три колхозных грузовых автомобиля загружены личным составом и иным имуществом. А вон и помощник коменданта оборонительного участка по инженерно-саперной службе своё имущество загрузил на тракторный прицеп и сейчас устроившись рядом с пятнадцатилетним трактористом, машет рукой, указывая пацану направления движения. Иванову тут же вспомнилось, как Олесь Степанович, после прибытия приказов из района о присвоение ему воинского звания и назначении на должность, немного приоткрыл 'страницы' своей биографии. Хотя что-то подобное Максим и сам ранее подозревал. Свои знания минера, подкрепленные практикой Адамович получил в двадцатые годы на 'той стороне', по мере сил и возможности осложняя жизнь белопанам в рядах белорусского партизанского отряда из 'активной разведки', Разведывательного Управления РККА. А когда поступил приказ о выводе их отряда на территорию СССР, то и осел на жительство в их деревне, благо профессию бухгалтера успел получить ещё до революции. Оставалось только вспомнить имеющиеся мирные знания. Что он, согласно приказа, и сделал. Сначала освежил знания, а потом осел на жительство в их колхозе.
   Сразу по прибытию, без отрыва от своей основной работы, колхозный бухгалтер занялся не свойственной ему занятиями. По согласованию с Ивановым, загрузил колхозную кузню изготовлением плоских, полых усеченных пирамид, толщиной в 15 сантиметров, с открытой нижней частью, с приваренными железным пластинам на одной из широкой стороне пирамиды, с пробитыми в них дырками и дыркой в самой стороне, у самого верха; протяжкой, из привезенной им болванок электротехнической меди, проводов мелкого сечения и изоляцией их по уже отработанной в колхозе технологии. А потом совсем начал чудить. Выкопал старые столбы от электролиний, заменив их новыми, а старые, чуток подпилив их, до полутора и двух метров, да пробив в них прямые бороздки по всей длине, вкопал по парно, полутора и двух метровые, вдоль проселка за панским каналом, если смотреть от деревни, то справа от дороги, метрах в десяти от кювета. Даже в кустах установил эти столбы, растравив их с промежутком метров в пятьдесят, на расстоянии почти в километр от канала. Ну поставил столбики да поставили. Так он еще в религию подался. И ладно бы в своё православие, а то в польское католичество. Присобачил на верх столбов изготовленные в кузне пирамидки, открытой частью к дороге, закрепив их с помощью четырех приваленных к одной из широких сторон пирамиды железными пластинам с дырками под гвозди, не приколачивая их. Да как то небрежно, криво и косо, открытая часть смотрела вниз на дорогу и вдоль её. Так что 'зевы' двух соседних пирамид смотрят в разные стороны. Правда по закрыли их дощечками, выпиленных из старых досок, взятых с усадеб колхозников на обмен на новые. Вот на это то металлическое основание, из тех же выменянных старых досок, и соорудили навесы, под которые и установили привезенные Адомовичем старое, выполненное в римском каноне деревянное распятие и такие же сильно пострадавшие от времени вырезанные из дерева фигурки католических святых. Заодно забрали досками и сами металлические основания. На вопрос председателя: 'Олесь Степанович, что все это значить?'. Бухгалтер ответил: 'Максим Порфирьевич не беспокойся, так надо. Наверху все согласовано'. И правда до сего дня ни каких оргвыводов по распространению 'опиума для народа' не последовало.
   На этом помощник не прекратил удивлять своего коменданта. В начале августа пришли пара автомашин, одна из них полностью загружена ящиками и мешками для старшины. Со всей осторожностью прибывший груз из этого автомобиля был разгружен и помещен в стоящий на отшибе амбар. Для охраны которого пришлось привлечь ещё одного семидесятилетнего 'постового'. В числе привезенного было триста килограмм пироксилина, ещё из запасов царских сапёров, сотня килограмм дымного пороха, из закромов императорского флота, правда после недавней, в прошлом году, переделки, пара бухт огнепроводного и детонирующего шнура, с полдюжины ящичков с различными детонаторами, а так же ящики в количестве трех десятков 'маузеровских', двадцати 'мосинских' и пары 'ТТшных' патронов. Среди последнего поступления боеприпасов от командование, была прислана полудюжина пачек экспериментальных химических патронов к польскому противотанковому ружью Wz.35. Для усиления их заброневого эффекта поражения экипажей бронетехники, в донную часть сердечника этих патроном была помещена капсула с раздражающим веществом хлорацетофеном. После пробивания брони отравляющее вещество создавало внутри бронеединицы непереносимую концентрацию слезоточивого газа и выводило из строя находящегося в танке или броневике вражеский экипаж. Так же среди груза автомобилей был полевой телефонной коммутатор на дюжину номеров, наконец то выданный командованием после многочисленных рапортов о выделении на оборонительный участок подобного прибора. Судя по надписи 'Гейслер. Образецъ 1902', коммутатор был выпущен ещё при царском режиме.
   Дополнительно Олесь Степанович, по согласованию с председателем, озадачил колхозную столярку изготовлением полсотни ящиков с крышкой, размерами 600х130х122 миллиметров и полторы сотни меньших ящичков, так же закрываемых крышками, размерами 202х96х38 миллиметров. Да распорядился заготовить большое количество куском полотна пропитанного смолой.
   Все разъяснилось для младшего лейтенант артиллерии Иванова после начала войны с Германией. Старшина Адомович вместе со своим младшим пятнадцатилетним сыном Иваном, заперся в амбаре со взрывчаткой и начал начинять изготовленные большие ящики залитыми парафином, дополнительно обернутыми пропитанной парафином бумагой, серо-белыми 400 граммовыми кубическими шашками пироксилина, добросовестно обматывая собранные из шашек бруски пропитанным смолой полотном, перед их помещением в ящики. После чего аккуратно приколачивал к ящику крышку, в которой его сын, по сделанной отцом разметке, сверлил дырки. Потом ещё раз тщательно обматывал уже сам ящик полотном с пропиткой из смолы. Более мелкие ящики он заполнял мешочками с порохом, так же со всей тщательностью обертывая пропитанным смолой полотном и мешочки и сами ящички. Начинив таким образом все заказанные и изготовленные ящики, члены семьи Адамовичей начали заполнять неиспользованные металлические пирамиды пироксилиновыми кубиками, так же основательно обертывая полученную фигуру уже упомянутый изолирующим материалом. Забив пирамиду взрывчаткой более чем на половину, со стороны верха, остальное внутренне пространство металлической емкости заполняли, утрамбовывая, всякими металлическими обрезками, принесенными в амбар из колхозных кузни и механической мастерской. Только после чего закрывал отверстие внизу пирамиды выпиленной из старой доской заглушкой, закрепив её с помощью смеси смолы и канифоли, пролив ею стыки дерева и металла. Заодно заклеили этой сгущенной смесью и отверстие о верха пирамиды.
   В начале августа бухгалтер-минер со своим сыном, развезли на автомобиле и заменили на столбах пустые железные подставки, на начиненные взрывчаткой металлические пирамидки, прибив их к столбам гвоздями. После чего подвели к каждой паре столбов провода, прикопав их, а на самих столбах уложили в ранее пробитые бороздки, замазав их для маскировки смесью канифоли со смолой. Прикопанные провода вывели в одно место, расположенное метрах от ста пятидесяти до двухстапятидесяти от дороги, в густом кустарнике, где и припрятали до поры.
   Своим перерождением из мирного, тихого колхозного бухгалтера Адомовича Олеся Степановича, в высокопрофессионального, хладнокровного минера старшину Адамовича, Олесь Степанович удивил всех колхозников. На замечание Максима, что: 'У тебя Олесь профессия больно уж не подходящая для того, чем ты сейчас занимаешься'. Адамович парировал: 'Бухгалтер Максим Порфирьевич, что бы ты знал, самая воинственная профессия'.
   Все последний груз занял свое место в кузове, все припозднившиеся расселись по автомобилям и колонна поехала к порученным их заботам укреплениям, где добровольцев дожидались их товарищи.
  ***
   Пока колонна ехала эти чуть более пяти километров от деревни до брода через панский канал, есть время кратенько рассказать об изменениях происшедших с укреплениями оборонительного участка с осени 1940 года. За это время участок 'оброс' разветвленной сетью траншей покрытых для маскировки плетенными из лозы прямоугольниками, с разложенными на ними пластинами дерна, и с перекрытыми тонкими бревнами стрелковыми ячейками и ходами сообщения, так же замаскированными плетенками с брусками дерна. У восточной подошвы северного холмика появился третий блиндаж для проживания стрелкового взвода, в северный склон этого холма, так же почти у подошвы, вырыли ещё один простенький одноамбразурный ДЗОТ. Естественно соединив оба новых укрепления траншеями с другими ДЗОТАми и блиндажами в единую систему. Во все укрепления и бомбометные позиции провели глубоко закопанные в землю телефонные линии. Полевых телефонных аппаратов естественно не хватило. Так проблему решили просто, поставили в ДЗОТы и блиндажи телефонные аппараты снятые из будок- конторок известковой печи, смолокурни, щебёночного и каменный карьерчиков. А еще три штуки сняли из домов председателя, парторга и директора школы. Оборудовали и передовой наблюдательный пункт. На островке, метрах в пятистах от начала тропы через болота, в развилке ветвей старого дуба, оборудовали НП, с которого отлично просматривалась околица Радловичий, дорога ведущая от неё к началу гатей, да и большая часть тропы через болото. НП связали с КП участка, расположенного в основном ДЗОТе, телефонной линией, где прикопав провод, а где пришлось наоборот развесить его на рогульках, перебросить таким образом через наиболее топкие места. Для чего в ДЗОТе установили аж пару телефонных аппаратов. На НП поставили один из полевых телефонов, а второй использовали на бомбометных позициях. Стоить упомянуть и связь на оборонительном участке, как между ДЗОТами с блиндажами, так и с вышестоящим командованием и гражданским руководством. Для телефониста, вернее бывшей колхозной телефонистки и коммутатора, в тылу построили отдельный блиндаж, к которому и вели все линии воинских телефонов. А от блиндажа на центральную колхозную усадьбу пробросили ещё один провод, так же заглубив его в землю, до устроенного на задах колхозного правления ещё одного блиндажа, куда, в начале сентября, переместили колхозный коммутатор, обслуживаемый повышенной до телефонистки, бывшей помощницы 'телефонной барышни'. Через этот коммутатор по гражданской телефонной сети и шла связь коменданта с командованием УРа и руководством района. Хотя все телефонные провода и продолжали 'входить' в контору колхоза, однако далее они 'спускались' на землю и далее под неё и тянулись уже до блиндажа с колхозным коммутатором.
   И напоследок по изменениям в обороне участка стоит упомянуть замаскированные ямы-ловушки для техники, накопанные в количестве трёх штук и замаскированные на различных участках обороняемой местности. Их появлению способствовала рассылка командирам территориальных подразделений Мозырского УРа листков с обобщенной информацией по действиям вермахта в европейских компаниях. Начав поступать в июле 1940 года, они продолжили приходить Иваному каждый квартал, а с начала войны СССР с Германией, стали поступать ежемесячно. Пока шла одна бумага в три месяца, да знакомились с ней пара человек, сам Максим и его замкомвзвода, то листки хранились в отдельной папке. Но когда, с начала войны количество обзорных листков с наставлениями возросло и увеличилось число ознакомляемых с ними лиц, листовки начали трепаться. Из-за чего Максим Порфирьевич и распорядился все листовки-наставления наклеить на куски плотного картона, пара пачек которого какими-то путями попали в 'закрома' колхоза в амбарах. Но о путях картона до полки в колхозном амбаре, мобилизованный сорокалетний колхозный завскладами сказать ни чего в настоящий момент не мог. Не знала о причинах появления картона на складе и его жена, принявшая ключи и бразды правления колхозным складским хозяйствам у своего супруга. И хотя о путях появления многих 'складских позиций' в общественных амбарах она не знала, зато отлично ориентировалась, где и что в них находиться. Вот она быстренько и выдала требуемый председателю материал, заодно сама же и выполнила работу.
   Из этих крайних обзоров и наставлений Иванов с Прохоршиковым и узнали о используемых германцами 'Кампфгруппах', порядке их движения и тактики действий. Вот исходя из этих новых знаний в начале августа решили дополнительно укрепить оборону, перекрыв единственную дорогу ямами-ловушками для техники. Например первую ловушку вырыли на дороге через сорок метров от подъёма из брода. Яму глубиной два метра, длиной три метра и шириной во всю ширь дороги, почти два метра, перекрыли по длине жердинами, которые опирались своими серединами на тонкое, пропиленное по середине на три четверти толщины бревно, положенное вдоль, в длину, по середине ловушки. Оба его конца полностью закопали в полотно дороги. Само бревно подперли тремя столбиками стоящими в яме, средний столбик поставили аккурат под пропил. От которых и протянули веревки, через выводные косо прокопанные канавки к вырытой метрах в десяти-пятнадцати от дороги землянки, в которой и закрепили эти три веревки на самодельном вороте. После чего перекрыли канавки, засыпали их землей, замаскировали. Так же, положив на жерди перекрытия ловушки лапник, на него насыпали сантиметров десять земли, скрыв под ней концы жердей и бревнышка, а проезжую часть дороги соединили насыпанным через яму-ловушку пяти сантиметровым слоем каменного крошева, которое слегка при трамбовали. Проверили, человека и груженную телегу с лошадью настил держал хорошо. Тяжелогруженый автомобильный прицеп, имитирующий автомашину с грузом, так же выдержал, хоть и прогибался слегка под весом. Ещё две подобных ловушки отрыли через полтора километра от брода, как раз дорога начала виться между зарослями деревьев, кустов, озерками-лужами и просто топкими местами с грязью. Разбросав ямы друг от друга метров на пятьдесят.
   Пока описывали изменения на оборонительной линии, колонна преодолела около пяти километров, разделяющие деревню и панский канал. По приезду быстренько разгрузились, транспорт отправился назад, а прибывшие стали обустраиваться в траншеях и укреплениях.
   К вечеру через брод проехал караван телег переселенцев из Радловичий. Сам председателей колхоза 'На варце', кум Петр Матвеевич, а ныне командир стрелкового отделения Гузов с десятком мужиков, входящих в его отделение, остались на позициях, а их семьи и присоединившиеся к ним другие колхозники на трех десятках телег и бредущими за ними личной скотиной и колхозным стадом, поехали дальше, до центральной усадьбы колхоза 'Победа'. Где их должны были встретить и расселить, с новым председателем все уже обговорено. Часть поселиться в домах у знакомых, часть в домах несостоявшихся новобрачных, а остальные в здании старой школы, переоборудование которой под жильё, как раз заканчивала строительная бригада, вернее её остатки.
  ***
   И потекла размеренная служба на тихой, третьестепенной по важности, а то и ниже, позиции. Правда службу несли исправно. И передовой дозор выдвинули к мостку через ручеёк на гатях, и на НП посадили пару сменяемых наблюдателей, и часовые на самой позиции бдили.
   26 сентября в ДЗОТе на КП раздался вызов с НП. Ответил сам Иванов.
  -Дятько Максим, дятько Степан передаёт, немаки из Радловичи вышли, много, на танках, броневиках.
  -Так красноармеец Левкович.-быстренько осадил комендант второго номера наблюдателей на НП, шестнадцатилетнего Харлама из своего колхоза.-Сейчас передай трубку красноармейцу Быстрову.
  -Слушаю товкомбат.
  -Докладывай Степан.
  -Немцы выдвинулись с околицы Радловичий, двигаются по дороге на гати. В самих Радловичях на противоположной околице что-то хорошо горит, вернее горело, сейчас судя по дыму уже прогорает. Разобрать не могу, а так по памяти сказать, что там находиться, так же не могу, деревню плохо знаю. Передовые мотоциклисты, три штуки с колясками и пулеметы, два точно, из колясок торчат. За ним броневик и пара коротких БТРов полугусеничных. Все.
  -Что то маловато.
  -А нет вон ещё на околице мелькают. Первые это разведка видимо. От основных впереди на километр с гаком ушли. Так первые на гать вошли. А вон и все основные вытянулись из деревни. Первыми идут три танка, за ними семь длинных полугусеничных БТРов. Вот два грузовика с тентами, на буксире по небольшой пушечки тянут, замыкают опять пара танков. Подожди командир сейчас в листок на картинки гляну. Так, танки эти все Т-2, БТРы германского производства, малые 250-ый и большие 251-ый. Броневик 222-ый. Грузовики вроде бы марки 'Бенц'. Точно бенцы. А пушчонки это их противотанковые 37-миллиметровые. Все командир, больше германцев нет.
  -Оставайтесь на месте, смотрите там внимательной, что бы к фашистам подмога не подошла.
  -Есть товарищ комендант.
  ***
  'Ну вот началось и у нас'-пронеслось в голове Максима, левой рукой положившего телефонную трубку НПешного телефона, а правой поднимая трубку общего телефона.
  -Мария, давай общую связь-скомандовал он телефонистке. И дождавшись пока в трубке не раздались доклады подчиненных о готовности слушать и исполнять приказы своего командира, заговорил:- Боевая тревога, командирам отделений, пулеметчикам, снайперам, ПТРовцам и минерам прибыть на КП. Остальным занять места согласно боевого расчета. Мария позвони на колхозный коммутатор, чтоб срочно высылали засадную группу наших старичков охотников со 'внуками', и пусть группа действует в соответствии с планом, отработанном на тренировках.
   Уже через три четверти часа все собранные бойцы и командиры покинули КП и разбежались по своим позициям. Но разведка противника появилась только через два с половиной часа после окончания совещания.
  ***
   Выскочивший из прикрытого кустами участка дороги на луг мотоцикл, резко остановился и развернувшись, вернулся под прикрытие кустов, где его уже ожидали камрады на паре мотоциклов. Заглушив двигатели немцы стали наблюдать, видимо командир в бинокль, а остальные 'не вооруженными глазами' за лугом, каналом и противоположным берегом. Вскоре Максим в установившейся тишине, услышал звук работающих моторов, по мере приближения он усиливался, пока не пропал, видимо прибывшая бронетехника заглушила двигатели. Группа вражеских наблюдателей увеличилась еще на несколько человек, из которых, как минимум у двоих поблескивали стекла биноклей. Долго однако дозорные не задержались. Через двадцать минут совместного наблюдения, которые стоили Иванову кучи сожженных нервных клеток, фрицы приняли решения и разошлись. Комендант все боялся, что немцы что-то заметят, у кого-то не выдержать нервы или гансы почувствуют враждебный взгляд. Мамлей до такой степени боялся спугнуть германцев взглядом, что даже не смотрел на них в перископ прямо, посматривал боковым зрением. Наконец три мотоцикла, колонной, рванули по дороге через луг, проскочили через брод, выскочили на гребень противоположного берега и на время скрылись из поля зрения своих камрадов, которые прикрывали мотоциклистов своим оружием. На место покинувших опушку мотоциклов выехали бронеавтомобиль и бронетранспортер, сопровождавшие своих товарищей стволами орудия и пулеметов.
   Мотоциклисты, проскочив метров сто-сто пятьдесят, остановились, пара осталась на месте, а задний развернулся и вернулся на берег канала, откуда водитель помахал рукой камрадам и по его сигналу, тут же из кустов выехал небольшой бронеавтомобиль с мелкокалиберной пушкой и пулеметом во вращающейся башне, а за ним пара малых полугусеничных бронетранспортеров. Гансобайкер не стал дожидаться подъезда бронетехники, а развернувшись, вскоре присоединился к паре терпеливо ждущих его мотоциклов и вся троица треща моторами поехала по дороге в сторону центральной усадьбы колхоза. Вскоре миновала брод и замаскированные позиции и германская бронетехника.
   Все это Максима Порфирьевич наблюдал в перископ, моля про себя что-бы фрицы не обратили внимание на ещё одну гать, подозрительно колыхнувшуюся вроде бы на сухом месте. Нет не обратили, все проехали. И только после проезда дозора, смог почти успокоиться и говорил в телефон уже обычным спокойным голосом.
  - Мария, давай связь с Федотом.
  -Федот, а это ты оголец, слушай внимательно и передай деду Федоту. Состав дозора немцев не изменился. Первые, опережая даже броневики, едут три мотоцикла с колясками, на двух из них, в колясках, установлены пулеметы, германцев на них девять солдат. Запомнил, передавал. Отбой связи.
  -Мария давай Сергей Аполлинарьевич.
  -Аполлинарьевич .....-и дальше пошли крайние ЦУ ему и другим командирам с которыми его соединяла колхозная телефонистка Мария.
  ***
  -Дятько Фядот, председатель сказал состав дозора не поменялся, впереди три мотоцикла едут, на них девять немаков и два пулемета.
  -Понял. Слушал что председатель ещё скажет.
  Минут через двадцать мимо сидевших в засаде четверых дедов с парой подростков, пронеслись три мотоцикла.
  -Все Панас, давай натягивай- крикнул, приподнявшись и махая рукой, дед Федот своему односельчанину и практически погодку. Который не стал уточнять что натягивать. А молча схватил лежащею веревку, прикопанную на проезжей части, при пересечении ею дороги, и натянув, стал выбирать слабину, добиваясь 'струнного' натяжения. После чего крепко закрепил на стволе толстой ольхи свой конец веревки.
  Федот не дожидаясь пока его подчиненный-односельчанин окончить крепить веревку на своей обочине дороги, вместе с парой своих подчиненных, которым было так же как и ему самому глубоко за шестьдесят лет, выдвинулся по кустам вдоль дороги метров на тридцать в строну уехавших мотоциклистов, где и засели в заранее оборудованных 'лежках'.
   Проскочившие засаду Федота мотоциклисты уехали не далеко, уже через полторы сотни метров, первый мотоцикл наскочил на туго натянутый поперек дороги тонкий стальной трос. Результат был предсказуем, головы водителя и пассажира с заднего сиденья, мгновенно отделились от тела. И если голова пассажира отлетела куда-то назад, то водительская голова упала как раз в руки пассажира коляски, при этом полностью залив последнего кровью его камрадов, в связи с чем бедный солдатик совершенно забыл о наличии у него на коляске пулемёта. А сам мотоцикл потеряв скорость, тихонько съехал на обочину в кусты, в которых и заглох. Ехавшие за ним его камрады сориентировались быстро, особенно когда из придорожных кустов ударил залп из пары ружей, в результате которого, пулемётчик в коляске второго мотоцикла вначале вскинулся, как бы отпрянул, а потом завалился головой на пулеметный приклад и переднею часть коляски. Оба мотоцикла резко, с пробуксовкой и поднятием колясок, развернулись и прибавив газу, на всей возможной скорости, уносились к 'большим бронированным пацанам' под защиту. В связи с чем, не заметили, как из придорожных зарослей к остановившемуся мотоциклу рванулся пацан, а за ним и пара стариков, один даже на бегу перезаряжал ружью, зато берданка второго уже была готова к бою. Вся тройка, дружненько, быстренько откатили мотоцикл на дорогу, а затем прокатив по ней несколько метров, закатили по неприметной дорожке в промежуток между кустами и укрыли его от посторонних глаз уже за 'стеной' зарослей. Попутно, дедок, вооруженный берданой, сунул в висок, так и не пришедшему в себя 'гансу', заточенный штырь, который и оставил в ране, лишив немца какой-либо возможности когда-нибудь выйти из ступора, зато успокоив его окончательно.
   Однако встретиться 'малым пацанам' с 'большими пацанами' не сложилось. Летящий первым байкер, на всей скорости встретился с веревкой натянутой Панасом, и хотя ни кто не потерял головы, однако результаты для водителя и его пассажиров были так же летальные. Водителю веревка перебила гортань, а его пассажира с заднего сиденья сбросила на землю, да так неудачно, затылком об камень, даже каска не помогла, перелом основания черепа. Свернул шею и пассажир в коляске, когда мотоцикл перевернулся и его накрыло коляской, неудачно приложив головой об утоптанный щебень дороги. Точку в жизни оставшейся пары фрицев, поставил картечный выстрел, буквально вышвырнувший обоих седоков из сидений. Полдюжины крупной картечи, по своим размерам ни в малой степени не отличавшихся от самодельных жаканов, пробив насквозь пассажира на заднем сиденье, поразили и водителя байка. Выстрел Федота из прапрадедовской самодельной пищали, как всегда был точен и смертелен. Да и не мудрено, сколько лет тренировки, да и расстояние метров десять не более, при использовании его 'фирменной' картечи для фамильной пищали.
   Не останавливаясь на достигнутом, Федот и его пара товарищей, державших в руках тоже что-то одноствольное, огнестрельное и чуток поновее, чем прадедовская пищаль, поспешили к опрокинувшимся мотоциклам и поверженным врагам, для правки своих результатов, если они будут признаны ими неудовлетворительными. Однако правка германцам уже была не нужна, все шестеро уже ушли 'за черту' в иной мир. Точно так же как и их односельчане впереди по дороге, дедки с выскочившей парой подростков поставили мотоциклы на колеса, откатили не далеко в заросли, оттащили туда же трупы фрицев и их раскиданное оружие и снаряжение. И уже через тройку минут ни чего кроме пятен и полос крови, которые подростки уже присыпали сухим песочком, не напоминало о недавнем бое.
  ***
   Встреча 'малых пацанов' с 'большими пацанами' не произошла не только по вине 'малышей', не смогли бы прибыть на ней и 'большаки'. Как только мимо засидки деда Арэста, проскочили мотоциклы, он послал своего четырнадцатилетнего внука за поворот, что бы сидевший там в придорожных кустах Багдан с тройкой своих 'годков' и одним подростком, начали выкручивать подпорки в третьей яме-ловушки. Внучек тут же метнулся в заросли и побежал к засаде деда Багдана. Сам Арэст на пару со своим подчиненным, на два годика по младше командира, ухватился за ворот и когда мимо них проехал крытый броневик, споро стали накручивать его, вытаскивая из под настила в ловушке бревна подпорки. Но они не успевали, вот передний открытый сверху броневик наехал на настил ямы, он затрещал но выдержал, деды нажали на ворот, рывок и броневик проваливается гусеницами, а за ними и корпусом в ловушку, оставив свисать над дорогой только свои передние колеса. Но дело еще не сделано, есть еще один броневик. Водитель которого, увидев какая участь постигла впереди идущего, успел затормозить буквально в паре метров от ямы. Однако это ни чего не дало находящимся в транспорте германским солдатам, в плане избежания неприятностей на свои 'пятые точки опоры'. Брошенная из близлежащих кустов, верной, хотя и почти детской рукой, привыкшей сбивать камнем плавающих на озерках уток, бутылка с изделием местного несовершеннолетнего 'химика' - любителя, упала аккурат на металлический пол БТРа и разбилась. Как только звон разбившегося стекла известил засадников об их разбитии, Арэст, а с ним аж пятеро старичков, довольно бодренько побежали к застрявшему в яме БТРу. Без кряхтенья и промедления пара из них взобралась на капот и жахнула волчьей картечью из всех четырех стволов имевшихся у них двухстволок по копошившимся у кормовой двери 'пассажирам' бронетранспортера. Передав разряженные ружья Арэсту с напарниками и получив от них заряженные то же крупной картечью одноствольные ружья, одно из них даже французская фузея времен наполеоновских войн, повторили залп и передав ружья, в руки стоящей на земле паре односельчан, обнажив ножи, полезли в 'салон' БТРа. Первым делом успокоив находившихся в бессознательном состоянии водителя и командира, сидящих на передних сиденьях. А затем скатившись к корме, приступили к 'сортировке' германцев и правки своих недоработок при стрельбе. Правка потребовалась только одному из пяти. Троих 'нафаршировало' картечью, а одному и картечь была лишняя, при столкновении с кормовой дверью, он сломал шейные позвонки и отбыл в иной мир.
   Пока 'старики-разбойники' 'бандитствовали' около попавшего в ловушку транспорта, экипаж и десант второго БТРа не вмешивался, ибо ему было не до этого. Минуты через полторы-две, после разбития бутылки, из десантного отделения 'ганомага', через его борта 'вылетели', чуть ли не в едином порыве, в том числе и водитель с командиром, солдаты рейха. Однако приземлившись на землю, не всегда удачно, пара переломов или вывихов была обеспечена, они кто на полусогнутых, кто на четвереньках, а кто и ползком, отдалялись от бронетранспортера, при этом кашляли, лили слёзы с соплями, многих рвало. А когда 'воинам Великого Рейха' стало получше, это произошло минут через десяток после 'десантирования' из БТРа, оказывать какое-либо сопротивление было уже бесполезно. Арэст, оставив одного из подчиненных помогать двоим стрелкам выбираться из провалившегося 'ганомага', вместе с парой своих сотоварищей и присоединившимися к ним двумя подростками, начали вязать у плачущих, кашляющих, хлюпающих носом, блюющих гансов руки за спиной, а после присоединения к ним освободившейся от 'работы' по первому транспортеру троицы, и спутывать вражеским солдатам ноги, на манер пут у лошадей в ночном, только веревочки оставляли чуть по длинней чем коням. И ходить может и далеко и быстро не убежит.
  'Ай да Шурка, ай да сорванец, молодец'- думал Арэст, 'поточным методом' связывая назад руки и опутывая путами ноги немцам- 'не подвел не своего отца бригадира строителей, воющего сейчас на фронте, не председателя, поверившего ему. Смог создать обещанную Порфирьевичу вонючую смесь. Вот как германцев корежило, до сих пор не отойдут от неё болезные'.
  Тут и внучек с посланием от Багдана прибежал. Выскочил из кустов, опять, согласно дедовским наставлением, назад старым путем, по зарослям, бежал, и доложил, что приказ деду Багдану передал. В ответ принес его послание, что броневик в яму упал и сейчас они его экипаж выкуривать будут. После передачи информации командиру, Арэст приставил внука к делу, помогал 'упаковывать' немчуру.
  ***
   Посланец от Арэст, его внук, прибежал к засаде Багдана и троих его подчиненных стариков и одного пацана пятнадцати лет, когда они уже выкрутили подпорки настила ловушки и ждали прибытия 'добычи'. И их ожидание оправдались. Буквально через две-три минуты, после прибытия посыльного от Арэста, из-за повороты выехал небольшой двухмостовый броневичёк, с крышей и небольшой башенкой на ней, из которой торчали стволы пулемета и не крупной пушки. Далее все пошло как и планировал председатель с колхозным главмехом. Броневик наехал на перекрытие ямы, и проехав по рушившимся жердям, весь рухнул в ловушку. Багдан быстренько отослав Арэстова внука назад к деду со своим сообщением, вместе со своими тремя подчиненными осторожненько приблизился к краю ямы и закричал:
  -Эй германы, сдавайтесь! Хенде хок! Шнель! -подождал с полминуты и не дождавшись ответа продолжил- А то сожжем вас к такой матери! Хенде хок! Кому говорят! Шнель!
  Не дождавшись реакции и на эту речь и видимо обидевшись на негативную оценку немцами его лингвистических успехов, размахнулся и кинул на крышку башни, имеющуюся в руках заткнутую тканью бутылку с прозрачно-зеленоватой жидкостью.
  Склянка с содержимым, звякнувшая и разбившаяся об решетку люка башни, а пуще того полившаяся в нутро броневика жидкость, знакомо пахнувшая бензином, решили возникший вопрос быстрее чем все увещевания Багдана. Решетчатый люк открылся и из него сначала высунули две руки, потом голову, за ней и остальные части тушки солдата вермахта. Бросок жерди, вытаскивание за неё сдавшегося и тут же укладка его лицом вниз и вязка рук сзади. Вот показалась из башенного люка ещё одна пара рук, голова, туловище, ноги и все повторяется. Жердь, рывок, бросание на землю, вязка рук. После чего лично Багдан рискнул спуститься в ловушку и обследовать попавший в неё бронеавтомобиль, на предмет обнаружения в нем германцев. Немцев он в автомобиле не нашел, зато сам намучился и товарищей умучил, когда его вытаскивали из ямы с помощью жерди, веревку с собой захватить забыли все четверо. Все-таки впятером намного легче тащить одного чем вчетвером одного.
  И уже управившись с врагом, умиротворенный дед Багдан снизошел до ответа на вопрос прикомандированного к его группе подростка:-Диду, а ты откуда германскую речь знаешь?
  -Э Кимушка, думаешь я все время такой старый был. Я с этим германцев ещё в ту империалистическую воевал. Вот и нахватался на фронте всяких разных слов. Думал уже не пригодиться. Ан смотри, как жизнья сложилась, пригодилось.
  И еще долгонько, ушедшие с дороги в придорожные кусты старики вспоминали былые года.
  ***
   Дозор миновал линию укреплений и унесся к центральной усадьбе колхоза. И через полчаса после их проезда, на луг выехал первый танк, за ним второй, третий, один бронетранспортер, два, три, четыре, пять, шесть, семь, грузовые 'Бенцы' с пушками на прицепе и еще один танк, за ним второй. Более ни кто по дороге на луг не выехал, колонна закончилась. Все это наблюдал в свой перископ младший лейтенант артиллерии Иванов Максима Порфирьевич, командир территориального пульвзвода - комендант участка обороны, прикрашивающий какое-то пятиразрядное теоретическое направления немецкого наступления. 'Кажется погода за нас. Вот и ветер дует куда надо. От нас. Строго нам в спину, а фашистам в лицо'- подумал Иванов, посмотрев на своеобразные флюгера, белую и красную тапочки, привязанные снайперами на 'молельные столбы', установленные вдоль дороги, идущей через луг от брода к роще.
  'Так пора смотреть что с передовыми танками? Первый проскочил брод, поднялся на берег, пересек увал и должен попасть в ловушку. Ну вот и все'. - подумал комендант, когда передовой танк внезапно для врага, взметнув щебень и обломки жердей, провалился под землю, аккуратненько так, всем корпусом упав в яму.
  Следующий за ним танк только начал переваливать через увал, выставив на обозрение расчету польского противотанкового ружья свое слабо защищенное днище. Вот эту тонкую броню, ПТРщик и успел проломить двумя выстрелами с химическими пулями, после чего, сменив позицию, перенес огонь на подставивший свой борт третий танк, как раз преодолевавший брод, и открывший огонь из своей пушки с пулеметом по основному ДЗОТу, пулемет которого начал 'поливать' непрерывным огнём колонну. Для чего и стал разворачиваться к укреплению передом, для нащупывания его амбразуры. Еще пара выстрелом бронебойно-химическим патроном в подставленный борт этой 'двоечки' и экипаж третьего панцера присоединился к танкистам второго, уже давно покинувших свой танк с реальными горючими слезами и соплями. И так же как и они, легшие под винтовочными пулями. К этому времени стали видны результаты стрельба и второго расчета ПТР, швейцарского 'Солотурн'. Идущие первые три БТРа потеряли управление, съехали в кювет и заглохли. Через борта попрыгали солдаты десанта, а с них заработали пулемёты, пытающие подавить амбразуры ДЗОТов. Однако долго они не постреляли. В течении следующих пяти минут погибли все пулеметчики и лица пытающиеся их заменить. По остальным четырем отработал самодельными надкалиберными химическими минами бомбомет, полтора десятка которых изготовили из жести, кусков металлической трубы и дерева в колхозных ремонтных мастерских. Благо сын бригадира строительной бригады, шестнадцатилетний Александр, увлекается химией и смог, с помощью учительницы химии, создать достаточно сильное, временно выводящее из строя отравляющее вещество, которого и наготовил порядка тридцати литров, пятнадцать из которых и упаковали неделю назад в жестяные контейнеры самодельных химических мин для их бомбомета. И теперь практические не видимые разрывы этих мин встали рядом с БТРами и грузовиками и уже, в десантном отделении одного 'Ганомага', идущего четвертым в колонне, на миг блеснул разрыв, судя по антеннам, БТР командира и связи, и через его борта полезли не способные к сопротивлению немецкие солдаты. Вот в 'салонах' еще, как минимум трех бронетранспортеров, видны блестки разрывов, и из их 'чрева' так же поперла солдатня, спасаясь от едкого запаха, удушающего, лишающего зрения. С обоих флангов по гансам стрекочут пулеметы, бухают винтовки.
   Станковой 'Шварцлозе' из ДЗОТа начал свою 'работу' с того, что прошелся полной лентой по закрытыми тентами кузовам обоих 'Бенцев', щадя при этом кабину с мотором и ходовую. Через полминуты к нему присоединились оба МТ с правого фланга обороны. Эти 'поливали' со своей стороны борт своего грузовика, так же добив по цели по полной ленте. Из обоих грузовиков во время и после обстрела спрыгнули и залегли едва ли полдюжины солдат. Добив остатки лент по 'Бенцам', все три пулемета присоединились к 'Шошо' с 'Льюисом' и винтовкам, расстреливавших залегших в кюветах по бокам дороги вражеских солдат.
   Не помогли немцам и пара арьергардных танков. Как только начался бой и командиры 'двоечек' разобрались в ситуации, они сошли с дороги, разошлись по флангам и стали приближаться к каналу, ведя огонь из своих пулеметов и 20 миллиметровых пушек по местам, рядом с которыми могли быть амбразуры ДЗОТов. При этом им пришлось развернуться боком к линии фронта, чем и не преминули воспользоваться оба расчета ПТР. Итогом противостояния противотанковых ружей и Pz-II, стали стоящие вражеские танки и расчеты ПТР не понесшие потерь. 'Двойка' обстреливающая на правом фланге обороны ДЗОТ на холмике, получила пару бронебойно-химических пуль в борт из 'польки' и остановилась, по причине оставления 'аппарата' экипажем. Левофланговый панцер, обстреливающий амбразуру основного ДЗОТа, остановился после того как получил три попадания в борт башни и одно в переднею часть борта из финского трофея.
   Уже через сорок минут стрельба прекратилась. Только редкие хлопки снайперов, продолжавших контролировать поле боя с правого фланга из вражеского тыла, от опушки сосновой рощи. Ранее снайперские выстрелы в шуме боя были не слышны, но снайпера внесли свой вклад в прошедшее сражение. В первые минуты боя ими был убит офицер, выявленный стрелком по серебряным погонам, блеснувшим на его плечах в четвертом от начала колоны БТРе, как впоследствии установлено, это был командир моторизованного взвода, командовавший этой всей разведывательной кампфгруппой. Кроме обер-лейтенанта так же сразу погибли водитель его 'Ганомага' и пулеметчик. Следующими легли водители обеих 'Бенцев' и последнего бронетранспортера, затем старшие этих грузовиков, в том числе и лейтенант, командир взвода противотанковых пушек, и пулеметчик БТРа. А потом хлопали точные выстрелы, не слышимые на фоне обшей стрельбы, и какой-нибудь ганс или фриц или как там его, навеки оставался на этом лугу. Местным охотникам-снайперам, с из заранее сделанных 'засидок' на растущих по опушке рощи дубов, отлично была видна вся вражеская колонна, и даже борта БТРов не могли скрыть чужаков от глаз и пуль аборигенов, находящихся намного выше их, на 'господствующей высоте'. Хотя возможно, что кавычки в этом случае и лишние.
   Еще минут через десять из окопов, у брода, поднялись человеческие фигуры и развернувшись в редкую цепь, пошли на зачистку места сражения. А трое бойцов как будто выросли у ловушки с танком и приступили к переговорам с его экипажем, закончившимся уже через минуту сдачей последнего в полном состав в плен обороняющимся. Еще две тройки материализовались у пары танков, застывших на выезде с брода и на самом броде. В руках одного из них появился какой то предмет, он сделай движение, как будто что-то сорвал с его верха и мягко закинул во внутр танка, захлопнув крышку. После чего все трое спрыгнули с 'двоечки' и отбежали в сторону, встав там в ожидании. Зеркально их действия повторила и вторая группа у следующего танка.
   Пехотная цепь, под прикрытием снайперов и пулеметчиков достигла места расстрела колонны и приступила к его осмотру. Зазвучали редкие выстрелы, начали подниматься одиночные фигуры с поднятыми руками. Вот досмотровая группа достигла стоящей с пробитыми бортами 'двоечки', и опять повторение действий при осмотре предыдущих танков, только теперь один их троих открыл люк и тут же его закрыл, после броска товарища. Так же обрабатывался перед осмотром и правофланговый Pz-II. Подобные действия осуществляли советские солдаты и перед осмотром БТРов и даже кузовов грузовиков, бросок в десантное отделением или кузов предмета, напоминающего собой гранату и отбегание в сторону с двумя-тремя минутами ожидания. И только после этого, группы приступали к осмотру техники, проникая в её внутренности, кабины и кузова, предварительно открыв все люки и тенты, видимо для проветривания, так как опять не лезли сразу, а выжидали пару-тройку минут. И все равно забирались в технику только после одевания противогаза. Видимо метали и впрямь какие-то химические гранаты.
   Оборонявшимися применялись и правда некие аналоги самодельных эрзац-гранат с химическим наполнителем. После получением любителем химии Александром, в соавторстве с учительницей химии местной школы, раздражающего отравляющего вещества, встал вопрос, как ОВ использовать. Подумали и придумали, наготовить надкалиберных мин для бомбомета, благо жесть и отрезки старых железных труб имелись, а соответствующего диаметра жердь найти и обработать не проблема. Кроме мин решили наготовить и эрзац-гранат для применением пехотой. Но взрывчатки для них не нашли. Заменили стеклянными бутылками, значительного количество которых в колхозе так же просто не нашлось. Пол десятка наполнили. После чего собрали у хозяек не большие старые глечики, которые можно было удержать и метнуть одной рукой. Для герметизации обмакнули снаружи в смесь канифоли со смолой. Настрогали из дерева плотно прилегающих крышек, ввинтив в них ручки, в виде металлического штыря с резьбой на заостренном конце и с кругообразным изгибом на втором. А перед выходом на позиции наполнили самопальным ОВ, забили их горловины крышками и герметизировали, опять смесью канифоля со смолой. Таких химических глечиков, различного объема, изготовили порядка трех десятков. Вот и пригодились они при проверки и захвате техники. Боец с силой вырывал крышку из горловины, после чего забрасывал глечик куда ему было надо. Даже если посуда не билась, то она переворачивалось и жидкость выливалась, что увеличивало испаряемую поверхность и ускоряло время создания необходимой концентрации отравляющего вещества.
  ***
   Шмон разгромленной колонны продолжался в течении трех часов. Но Иванов не стал дожидаться его окончания, а сначала связался по телефону с наблюдателями на НП и дал им указания отслеживать прохождения по дороге и гати людей, животных и техники от брода или к броду. Второй звонок был в правление колхоза с распоряжением высылать тройку тракторов и автомобиль с бревнами и жердями, а так же бригаду, для вытаскивания из ловчих ям попавшей в них техники и ремонта самих ловушек, для повторного использования.
   Только после отдания ещё ряда приказов Иванов вышел наконец из ДЗОТа на вверх, где и остановился, взобравшись на крышу своего укрепления, стал обозревать открывшуюся перед ним панораму бывшего сражения. Его односельчане и соседи из Радловичий, сновали как муравьи по дороге, от закрывавших дорогу кустов у опушки до брода, что-то таща и аккуратно складывая поклажу по различным кучкам. К своему немалому удивления Максима Порфирьевич заметил около растущих кучек имущества, явно распоряжавшегося процессом сбора старшего кладовщика колхоза, а во времена командования им батареей на Гражданской войне, каптенармуса (старшины) его батареи Панаса Матвеевича Галушко. По своему возрасту, 64 года, Галушко не был включен в состав территориального взвода, однако каким-то образом оказался на месте боя, да ещё со своей охотничьей двухстволкой, висящей у него на спине. Присмотревшись, даже воспользовавшись биноклем, младший лейтенант разразился матерной бранью в адрес Галушко и своих бойцов. Последние, явно по указке Галушко, не только собирали с убитых немцев оружие, патроны, снаряжение, но и активно стаскивали с трупов сапоги, снимали форму и даже бельё, оставляла валятся на земле абсолютно голые тела.
  'Мать.... твою Панас.....совсем.....мародер.....А эти....дети......тоже хороши.....сами себе статью за мародерству лепят. Да чтоб вас всех.............. ............. ........', и так далее и тому подобному минут на пять. Хотя окончания экспрессивного монолога комендант договаривал уже на ходу, скорым шагом, переходя на бег, идя по направлению к месту творящегося безобразия и к инициатору всего этого, старшему кладовщику.
  -Ты что это Панас творишь. Твою.........- последовал некий повтор предыдущей речи, но намного короче, минуты на две-две с половиной.
  На что Галушко, дождавшись когда Иванов закончить свой монолог, ответил: -Ты погоди председатель.
  -Какой я тебе сейчас председатель, глаза разул, я младший лейтенант, командир взвода.
  -Виноват товарищ командир.-исправился Панас Матвеевич- Разрешите доложить. Бойцы вверенного Вам подразделения занимаются сбором трофеев.
  -Какие в ..... трофеи. Раздевание трупов, ты называешь сбором трофеев. Это мародерство на поле боя. А согласно закона- это вплоть до растерла.
  -Ты погоди командир, не горячись.- начал пояснения Галушко. - Мародерка- это когда не организованно, каждый в свой карман тянет, что с врага взято. А если организованно, да в пользу подразделения и все собранное подсчитать, описать, да оприходовать, поставить на учет. То тогда совсем другое дело. Сбор трофеев это, а не мародерка. Смотри сам, только один бой прошел, а бойцы форму уже порвали. Зашьют к вечеру. Потом опять порвут и месяца через два-три, все, шить нечего будет. Одни лохмотья, только выбрасывать. Что скажешь, не так у нас в батареи было?
  -Так. Но закажем, пришлют новую. Да и форма то у гансов не уставная.
  -Ага пришлют и еще раз пошлют. Взвод у нас территориальный, забыл, что в территориальных частях ранее было. У нас сколько народу. Вот вижу, что сам додумался. Намного больше чем по штату. А тут отличная форма пропадает. Про обувку уж и не говорю, кожаные, подошвы у всех подбиты металлическими гвоздями. Сносу таким сапогам не будет. А ты хочешь все это добро просто в землю зарыть, что-бы сгнило. Тем более разрастаться твой взвод будет. Как только слух об бое пройдет по окрестностям, 'старички' сами к тебе потянуться. Сам знаешь какой подъем у народа, голыми руками рвали бы германцев. А ты им тут и форму, и обувку, и ремни с иным снаряжением, а так же оружие с боеприпасами. Воюй, бей немака в своё удовольствие. Про кормежку не беспокойся, прокормят колхозники своих родных, так что харч у командования на них просить не придется. Славу богу нагуляли 'жирка' при советской власти.
  -Ну тут ты Панас прав. Только не уставная форма, да и как мы в бою своих от немцев отличим.
  -Так и с этим проблем нет. Вот бабы отстирают, зашьют одежду. Потом спорят с них погоня, петлицы, орлом и прочие вражеские нашивки. Из отрезанных погон изготовят и пришьют петлицы. Пуговицы обтянуть материей. Или можно 'разговорами' их закрыть. Пустим на это дело сильно порченные пулями кителя со штанами. В кузне наделаем из стальной проволоки крючков и петель, закалим, вот и есть чем 'разговоры' застегивать.
  -А знаки различия, звезды, где возьмем?
  -Так и правда где? О, у Абрама Изральевича, нашего деревенского портного. У этого жида есть штука прекрасного фетра, красивейшего рубинового цвета. Вот он нам и нарежет из него звездочек для головных уборов и кубиков для Вас с Аполлинарьевичем. А для остальных треугольников, для комодов по одному, для помкомвзода пару, для взводных три, а для старшин, Олеся Степановича - при этом поглаживая себя по лацканам повседневного пиджака, как будто на них появились петлицы со старшинской 'пилой' и явно намекая, что второй старшина это он, - то и четыре. - Закончил свою речь, вновь приступивший к своим обязанностям каптенармус оборонительного участка. Не мало не смущаясь тем фактом, что его ни кто на эту должность не только не назначал, но и не призывал в ряды РККА, даже в территориальные формирования.
  -Погоди, а ты откуда знаешь что у Абрама в загашнике имеется? Да и откуда он этот ферт мог взять?
  - Максим Порфирьевич, помнишь мы осенью тридцать девятого пограничникам помогали и на ту сторону с ними ходили, в Пинск заходили и аж за него прошли. Так вот мы то из того похода автомобиль, трактор с прицепами, да станки с инструментами и материалы с запчастями привезли. А этот жидяра увязался с нами тихой сапой и под шумок обнес в Пинске портняжную мастерскую, да и в галантерейный магазин загляну 'на огонёк'. Правда, в его оправдание, можно сказать, что хозяева их бросили. Полякам принадлежали, вот паны и 'намылились' подальше от Красной Армии, фашистам под 'крыло'. Так вот он тогда тоже пригнал целый грузовик галантерейно-портняжного товара, да еще и тройку ножных швейных машинок прихватил. Автомобиль он, правда, в колхоз передал, а уж ты то его в район угнал.
  -А что мне было делать? Сам знаешь нас бы за эти художества по головке не погладили бы. Вот и пришлось на правах старого и надежного знакомого передать в райотдел НКВД. И начальник закрыл глаза на чем и главное с чем мы приехали из похода с погранцами. Погоди, так этот поганец Рувин нас подвел почти что под ВМСЗ, со своим барахлом. Удавлю гниду. А почему я только сейчас узнаю?
  -Вот потому и узнаёшь сегодня, что удавишь. Народ решил ни тебе, ни Прохоршикову, ни парторгу Адомович с её Олесем Степановичем ни чего не говорить. Так подожди, а ведь у Абраши я сам видал пару штук темно-зеленого сукна. Вот кто и из чего нам 'разговоры' пошлет и пришлет. Заодно и форму какую надо подгонит. Все командир давай команду, будем новую форму готовить.
  Поговорив еще с четверть часа с Галушко и подошедшими командирами, дав особое указание подсчитать точное количества убитых врагов, Иванов ушел, вместе с Прохоршиковым, который единственный владел немецким языком в достаточной мере, на допрос захваченных пленных.
   Вот в ходе допроса и установили, что на них наступала разведывательная кампфгруппа, под командованием командира первого моторизованного взвода обер-лейтенанта Курта Циммерманна, из первой роты второго батальона триста девяносто четвертого стрелкового моторизованного полка третьей танковой дивизии двадцать четвертого моторизованного корпуса четвертой танковой группы вермахта. Кроме того в группу входили подразделение дивизионного подчинения и шестого танкового полка. Командиры полков-танкового оберс-лейтенант (подполковник) Вернер фон Левинский, стрелкового оберс-лейтенант (подполковник) Оскар Аудёрш из дивизии генерал-лейтенанта Вальтера Моделя. В состав группы, кроме моторизованного пехотного взвода на пяти бронетранспортерах, входили: взвод противотанковых пушек, из 39-ого противотанкового дивизиона дивизии, это их тащили на прицепе грузовики, в кузове которых находились и их расчеты, вместе с боезапасом к пушкам. Расчет 50-мм ротного миномета роты, в состав которой входил взвод Циммерманна, с минометом и боезапасом, так же находился в кузове одного из 'Бенцев'. 'Ганомага' связи из 39-ого дивизионного батальона связи, в котором вместе с экипажем и радистами находился и командир кампфгруппы. Отделение саперов на БТРе, из 39-ого дивизионного моторизованного саперного батальона. Отделение на паре 250 'ганомагах' и бронеавтомобиль, из 3-его моторизованного разведывательного батальона дивизии. Еще одно отделение на мотоциклах из 3-его мотоциклетного батальона дивизии и взвод легких танков Pz-II, из шестого танкового полка дивизии. Точные задачи кампфгруппы пленные не знали, в плен не попал ни один офицер, а унтера (командиры бронеавтомобиля и танка) и рядовые, могли сообщить только общие задачи стоящие перед этим временным подразделением. Да вообще то и так были понятны её задачи. Пройти, разведать новый путь обхода русских позиций. Только вот откуда они узнали об этой тропе, уж больно уверенно они двигались. Разгадку этой загадки вскоре нашли. Среди трупов немецких солдат было обнаружено тело в гражданской одежде, согласно найденным на убитом документов, житель Давид Городка Туровского района Израэль-Янкель Рувинович Голод 1894 года рождения. Который и сообщил германскому командованию о наличии тропы через болота в тыл обороны Красной Армии, а так же о том, что данная тропа из-за жаркого, засушливого начала лета, успела сильно высохнуть и стала на большем протяжении доступна для проезда автотранспорта. Тут же возник вопрос. Как Голод попал к немцам? Ведь Давид Городок, как знали красные командиры, все её не был захвачен фашистами. Но на этот вопрос ответ так и не был получен. Еще одним из 'достижений' Голода стало указанием среди жителей Радловичий евреев, коммунистов, комсомольцев, работая заготовителем в 'Заготконторе', Израэль-Янкель разъезжал по всему району и прекрасно знал большинство окрестных жителей. Данных граждан, вступившие вечером вчерашнего дня в село германские солдаты, по приказу своего обер-лейтенанта и по указке 'полезного еврея', собрали и согнав в стоящий на отшибе овин, заперли в нем. В котором несчастные и просидели всю ночь под охраной вермахта. Заодно выяснилась и причина утреннего пожара у соседей. В настоящее время Радловичи остались без евреев, коммунистов и комсомольцев, если только кто сумел спрятаться, скрыться, убежать. Кому не посчастливилось, тех по приказу Циммерманна сожгли живьем в овине. Просто командир кампфгруппы таким своеобразным образом поднимал боевой дух своих солдат, уничтожая на их глазах унтерменшей, не тратя так необходимых рейху патронов. После этих признаний и Иванов и Прохоршиков посчитали правильным, как можно скорее, отправить пленных в распоряжение командования, что бы избежать над ними самосуда со стороны своих бойцов и жителей центральной усадьбы колхоза, если, не дай бог, информация о 'художествах' этой кампфгруппы дойдет до них. И к вечеру, не смотря на то что уже стало смеркаться, автомобили с пленными, протоколами допросов, захваченными картами и иными вражескими документами, а так же рапортом коменданта оборонительного района о бое и его итогах, ушли в райцентр и далее в штаб Мозырского УРа.
  ***
   И только после отправки пленных с документами Иванов с Прохоршиковым смогли сесть и обговорить, подумать о своих действиях на завтра и последующие дни. Вот в ходе посиделок и пришли к выводам, что долго немецкое командование не будет ждать выхода Циммерманна на связь. И если он не вышел сегодня, то максимум к завтрашнему вечеру нужно ждать ещё одну разведгруппу. Но могут прислать и воздушного разведчика. Что наиболее реально в этой ситуации. Только так немецкий командир может быстро получить информацию, что случилось с его подчиненными. А вот для его встречи необходимо подготовиться. Сыграть некий спектакль, построив для него соответствующие декорации. В связи с чем и решили завтра с раннего утра приступить к рытью имитации окопов, минометных и артиллерийских позиций, по правому берегу реки Прикордонная, у своей деревни, установить в них макеты пулеметов, орудий, минометов, начать силами переодетых баб, стариков и подростков имитировать бурную боевую деятельность. Сооружение в поле перед окопами имитация боя и разгрома кампфгруппы Циммерманна, установить на нем как макеты так и реальные танки и БТРы, с имитацией их уничтожения в ходе пожара. Так же начать перевооружение своих стрелковых отделения и по тихому пустить в округе слух о наборе в их подразделения добровольцев не пригодных по годам к призыву в РККА.
  ***
   К вечеру дня боя Галушко доложил коменданту оборонительного участка о доставшихся трофеях.
  -Захвачена следующая техника. Один пушечно-пулемётный бронеавтомобиль Sd.Kfz 222, из повреждений, лопнула спереди рессора. По моему мнению это повреждение легко исправят в колхозной кузне, изготовят новую рессору. Пять легких танков Т-2 или как их называют сами фрицы Pz-II, вооруженных такой же как и на бронеавтомобиле 20 миллиметровой автоматической танковой пушкой и пулеметом. У танков различные повреждения, от поломки подвески, у угодившего в ловушку, до пробоин в днище и бортах. Так же ремонтная мастерская и кузня колхоза смогут исправить эти поломки своими силами. Полугусеничные бронетранспортеры германского производства фирмы 'Ганомаг', малые SdKfz 250-ый в количестве двух единиц и семь больших SdKfz 251-ых. Из них один SdKfz 251/3 в связной исполнении с тремя радиостанциями, и один SdKfz 251/5 в саперно-штурмовой комплектации, так же с рацией. Семь обычных линейных БТРов SdKfz 251. Повреждений и поломок почти не имеют, большинство в исправном состоянии, в том числе и радиостанции и иное оборудования. У троих пробиты триплексы перед водителями, наши постарались. Проблемы нет, в самих 'ганомагах' имеются запасные триплексы, пробитые снять и на их место поставить целые, дела минут на пять самое большое. Пара SdKfz 250 из разведбата. Один полностью исправен, только отмыт от следов рвоты, второй, упавший в яму, сломал один торсион на гусеницах. Мужики обещали, что ремонт возможен силами ремонтных подразделений колхоза, хотя и помучиться с изготовлением придется. Два трехтонных грузовика марки 'Бенц'. Двигатели и ходовая у обоих не повреждены, кабины имеют повреждения от пуль, пробиты крыши, двери, выбиты стекла. Кузова и тенты над ними полностью уничтожены. Если доски для ремонта кузовов найдем, то брезента или парусины на тенты у нас нет. Кузова уже завтра к утру будут готовы. Вот стекол нет, поездим без них. Приобрели три мотоцикла с колясками марки 'БМВ', мотоциклы полностью исправны, так передние крылья у пары погнули, но их уже выпрямили. Имеем один 50 миллиметровых ротный миномет образца 1936 года и пару 37 миллиметровых противотанковых пушек Pak 35/36. Все оружие в полностью исправном состоянии, и что особо радует, боезапас для них в грузовиках имеется изрядный. Взято почти двадцать пять пистолетов-пулеметов, как их там, а вот, вроде МП-40 называются. Тридцать пять пистолетов различных марок. Винтовок, вернее карабинов Маузер К98К набрали ровно полсотни штук. И на сладкое двадцать один пулемет, все одного вида, немцы их называют МГ-34. Ну и естественно куча патронов к ним. Точное количество пока не знаю, пересчитать не успел. Семьдесят одна пара сапог и примерно столько же комплектов формы и разного снаряжения. Но часть формы сильно порвана, так что точно можно будет сказать только после стирки и сортировки. Вот пока коротко и все наши трофеи.
  -Хорошо Панас Матвеевич, трофеи сам учитывай. Через недельку побеседуем по нашим запасам более подробно. Так, что ты подготовься, а пока можешь идти.
  ***
   До темноты, в этот же день бойцы и их односельчане успели с помощью тракторов не только вытащить все три единицы попавшей в ловчие ямы бронетехники, но и отремонтировать, подготовить к повторному применению сами ловушки. Уже по темноте перевезти на центральную усадьбу захваченную технику, оружие, боеприпасы, форму и иное снаряжение. Правда, часть огрехов пришлось доделывать на следующий день с утречка, заодно поправили и маскировщику своих позиций.
  Не затягивая, в день сражения, собрали вражеские трупы и отвезти к топи, куда и по вышвыривали, неча хорошую землю поганить этими выродками. Все-таки информация о 'художествах' кампфгруппы в Радловичах просочилась в село и распространилась среди личного состава оборонительного участка.
  ***
   На следующий день, с самого раннего утра, на строительство декораций вышла большая часть населения центральной усадьбы колхоза. Приступили к копке окопов и огневых позиций, демонстративно набрасывая на брустверы как можно более заметно землю. Но все равно до вечера вырыли только более- менее приличные стрелковые ячейки. Остальные окопы наметили траншеями глубиной максимум по грудь, зато требуемой уставом ширины. Так же, не глубоко, отрыли и огневые. Выгнали на поле все танки и семь БТРов. Измазали их краской из сажи, имитируя следы горения. Заодно прикрыли открытые десантные отделения бронетранспортеров от наблюдения с воздуха. Один малый аккуратно перевернули кверху днищем. Тройку загнали в кустики, видны только сильно закопченные капоты, тройку загнали в ямки, имитировали заваливания их землей при взрыве. Соорудили пару макетов обгоревших остовов грузовиков, приткнули их в кустиках. Если не присматриваться вблизи, то и не поймешь что это макеты. Перевернули все имеющиеся мотоциклы. В общем постарались. К вечеру было на что посмотреть, 'поле жесточайшего боя' смотрелось очень натурально. Теперь нужно ждать гостей.
  И действительно, до обеда, на второй день после боя, над районом появился немецкий самолет разведчик. Пролетел над гатью, бродом, дорогой от него до деревни. Покрутился над имитацией поля боя, в него даже немного постреляли пацаны с дедками из Мосинок. Переодетые бабы с девками, по метались по позиции, по изображали некую панику при появлении вражеской авиации. Самолетик покружился с полчасика над позициями, деревней и улетел на запад.
   ***
   После разгрома взводной кампфгруппы минула пара дней и с НП под вечер опять доложили о появлении в Радловичах вражеских войск. Сообщение породило сбор командного состава участка обороны на совещание, в ходе которого обсудили сложившуюся обстановку и получили приказы от коменданта участка.
  -Степанович как у тебя в хозяйстве?-задал вопрос Иванов своему главному минёру.
  -Порядок товарищ командир.
  -Все равно проверь и перепроверь. Сейчас без твоих 'игрушек' нам не выстоять.
  -Есть перепроверить.
  -Да и брод прикрой противотанковыми минами. Помнить ты рассказывал о каком-то хитром способе минирования, прямо перед прохождением вражеской техники.
  -Конечно. Оборудуем, с пяток мин приготовим. В нужное время веревками и подтянем прямо под танковые гусеняки.
  -Вот, вот. Так и сделай.
  - Не беспокойся Порфирьевич, установим мины. Благо изоляция хорошая, так что вода не повредит. А когда раздавят изоляцию, то уже поздно будет.
  - Аполлинарьевич теперь по тебе. Уточнения в карточки, с учетом последних прошедших стрельб, внес.
  -Внес Максима Порфирьевич, и еще раз пересчитал, перепроверил все.
  -Трофейные 37-миллиметровка на правом фланге вкопанные проверь, особенно их маскировку. Да прикрой их, на всякий случай, пулеметом. Вон хоть 'Шошо' возьми. Там этот 'аппарат' справиться.
  -Всем, повторно перепроверить маскировку позиций. Товарищи командиры, лично просмотрите маскировку с тех точек на местности, с которых фашисты могут наблюдать наши укрепления. Если что увидите, то есть ещё время на исправление огрехов.
  -Так же выводите весь личный состав в окопы и ДЗОТы. Это касается и 'засадного полка' наших 'старых и малых' у ловушек. Пусть выходят в ночь. Шалаши они там давно уже сделали, костры жечь можно, оденутся по теплее, не замерзнут. Снайперам и минёрам отбыть на свои позиции. Сейчас же выставит дополнительный дозор в составе стрелкового отделения к началу гати с нашей стороны. Обеспечить их связью. Протянуть от главного ДЗОТа кабель и снабдить телефонным аппаратом из трофеев.
  ***
  С утра, только лучи солнца окрасили горизонт на востоке в красный цвет, как на КП раздался звонок телефона с НП.
  -Товарищ лейтенант,-отпустив приставку младший, начал доклад дозорный.-Германец зашевелился. Выходит из Радловичий. Так, наблюдаю выход мотоцикла без коляски и четырех мотоциклов с колясками, на половине из которых установлены пулеметы. За ними идет длинный четырехосный бронеавтомобиль с малокалиберной пушкой и пулеметом в башне, потом три полугусеничных бронетранспортера. На каждом по паре пулеметов виднеются. Первый идет длинный, согласно таблицы, 251-ой модели и замыкают два коротких 250-ой. Бронеавтомобиль по силуэту похож на модель 231-ую, так в таблице написано.
  -Всё?
  Пока да. А нет товарищ командир. Вон ещё виднеется за постройками что-то. Точно не определить, темновато. Передовая колонна пошла по дороге к гати. Вот начали за околицу остальные фрицы выползать. Опять четверка мотоциклистов с коляской, в одной пулемет виден и один мотоцикл без коляски. Танки- один, два, три, четыре, пять. Сейчас гляну в бумажку. Командир это Т-3 по нашему.
  -Посмотри внимательно пушки какие. Малокалиберные 37-миллиметровки, или покрупнее, на 50 миллиметров.
  -Сейчас гляну. Так, так. Все пятеро с 50 миллиметровыми. О вот и БТРы пожаловали. Шестерка длинных 251-х. Один по всей видимости командно-связной, антенн на нем много. В колонне стоит четвертым бронетранспортером. О, вон что-то их разведка остановилась. Дошла до начала гати и стоит. Ага, усиливают её. К ним танк отправили, вон догоняет. В голове основной колонны осталось четыре танка.
  -Все командир, танк догнал разведку. Встал между бронеавтомобилем и 'ганомагами'. Разведка пошла.
  -Наконец поехала и основная колона. Разведку отпустили километра на полтора, не менее. Первыми мотоциклисты едут, за ними танки, БТРы, а потом уже грузовые автомобили. Восемь с тентами, в таблице указаны как 'Блицы'. По всей видимости с пехотой. Выглядывают вон солдатики с кузова через задний борт. За ними ещё пара грузовиков с тентами, марка не знакома, с 37 миллиметровыми пушками на прицепе. Затем два полугусеничных тягача тянут по пушке. Так, в таблице эти орудия указаны как 105 миллиметровая гаубица. Потом ещё два грузовика, так же незнакомой марки, видимо со снарядными ящиками в кузовах, у одного тент сзади не опущен и эти ящики видны. За автомобилями со снарядами ещё пара танков идет, каких-то странных, башен не видно. О, точно башен на них нет. Самоходки это товлейтенант. Смотрю, так, судя по рисункам, это штурмовые самоходные орудия, точно они, вон их 'окурки' 75-миллиметровые спереди выглядывают. После самоходок ещё один бронетранспортер с одноосным колесных прицепом за ним. БТР какой-то иной, крыша имеется и она к корме скошена. Так, так, в листах он указан, как модель 252-я, транспортер боеприпасов. За БТРом одиннадцать тентованных 'Бенцев'. Замыкают колону ещё пятнадцать мотоциклистов из которых полдюжины без колясок, а девять с колясками, пулеметов в колясках нет. Марку мотоциклов определить не могу, далеко, шильдики не видно. Но видно, что тяжелые и производитель разный. Все кончились вражины.
  -Порфирьевич это сколько на нас этой нечисти прет. На вид не менее батальона. А ну как не выстоим?
  - Ты мне панику не разводи.-отчитал комендант старшего дозорного.- Какой такой батальон? Где ты его увидел? Сам все видишь. Судя по наличию пехоты, пехотная рота с усилением к нам в 'гости' прётся. Так что не паникуй и других не пугай. А лучше наблюдай, что бы мимо тебя ни одна мышь ни туда, ни обратно проскочить не могла. Все отбой связи.
  -Маша дай мне всех сразу на связь.-положив правой рукой одну трубку и подняв левой вторую телефонную трубку, сказал в неё Иванов бывшей колхозной телефонистке.
  И получив в течении трех минут требуемое соединение всех абонентов участка обороны, приступил к раздаче указаний. Результатом раздачи ЦУ стало приведения обороны в полную боевую готовность и отзыв от гати дозорного отделения на основные позиции.
  ***
   С момента обнаружение вражеской кампфгруппы прошло более четырех часов и наконец, как и прошлый раз, по дороге, из прикрывающих её зарослей, на проходящий через луг её участок, выскочили мотоциклисты разведки. Часть их резко, с поворотом развернулись и открыли стрельбу из пулеметов по противоположному берегу канала. Не выезжая на луг, их поддержали пушки и пулеметы бронеавтомобиля с танком. Но так как противоположный берег молчал, то минуты через две 'гансы' прекратили огонь, после чего, мотоциклисты, под прикрытием оружия бронетехники, быстренько перемахнули брод и береговой увал, умчались вперед. Вскоре одиночный мотоцикл вернулся на увал, с которого помахал рукой своей бронетехнике, пока камрады ждали его на лугу правого берега. Бронеавтомобиль, танк и три бронетранспортера, так же не останавливаясь проехали левобережный луг, брод, выехали на противоположный берег, и 'пошли' далее по дороге, 'бегущей' по лугу к темнеющей впереди линии зарослей кустов и деревьев.
  Как только через левобережный луг пошла бронетехника разведки камфпгруппы, комендант поднял телефонную трубку.
  -Маша дай сразу обоих наших старичков из засады.
  -Кто. Опять вы огольцы. Так слушайте. Передайте своим старшим. В расстановке разведдозора изменения по сравнению с прошлым разом. Мотоциклов пять, один без коляски, пулеметы в двух колясках. За бронеавтомобилем идет танк, а после него три бронетранспортера. Так, что пусть старшие учтут это в своих действиях. Все хорошо поняли. Тогда передавайте. Отбой связи.
  ***
  Через полчаса, когда последний БТР разведки давно уже скрылся в правобережных, темнеющих почти в пятистах метрах от канала кустах, в которые 'ныряла' дорога, из левобережных зарослей, прикрывающих дорогу, снова выскочила пятерка гансо-байкеров и не останавливаясь, но не сильно спеша, поехали к переправе. Минут через семь, когда байкеры вермахта уже переехали брод и уже катили по правобережному лугу, на луг выехал первый танк, за ним второй, третий, четвертый. Показались 'ганомаги' 250-ой модели, за ними автомобили, они же с пушками на прицепе, тягачи с гаубицами, БТР, снова автомобили, техника шла в плотной колонне, едва ли три-четыре метра разделяли один транспорт от другого, и когда передовой танк, ещё даже не провалился в ловушку, второй Т-3 уже взобрался на береговой увал, открыв своё 'брюхо' для обороняющих, в которое тут же и получил пару 7,92 мм. бронебойных химических пуль из польского противотанкового ружья Wz.35. Танк тут же остановился, начал сдавать назад, но заглох и из его люков брызнул экипаж, что бы тут же упасть на землю сраженными винтовочными пулями. Второй танк, как раз проехавший брод, что бы избежать столкновение взял влево и выскочил на берег, как раз перед позицией польского трофея, так же приоткрыв ему на пару минут своё 'брюхо', при переваливания через не укатанный, невысокий, около метра, береговой вал. Снова пара выстрелов и второй танк в течение минуты лишился своих танкистов, но его водитель сумел перед этим взобраться на берег, где бронемашина и заглохла, покинутая своим экипажем. Члены которого так же не далеко ушел от своей боевой машины, все легли под винтовочными пулями оборонявшихся.
  Пока расчет 'польки' разбирался со вторым и третьим танком, первый, экипаж которого не видел и не слыша, что твориться у него в тылу, благополучно, для обороняющихся, наехал на покрытие западни и рухнул в неё, только пыл поднялась, да полетели в стороны мелкие щепки от проломленного перекрытия ямы. Механизм 'взвода' западни и на этот раз сработал безукоризненно.
  Последний танк, идя строго по следам своих передовых собратьев, умудрился подорваться на мине. Раздавшийся взрыв разорвал левую гусеницу и бронированная машина пройдя с метр, развернулась налево, полностью загородив левую сторону брода. А попавшие в её правый борт химические пули 'полячки', вынудили танкистов ретироваться из ставшего невыносимым для нахождения в нем, танкового нутра. Идущим следом БТР вынуждено взял в право и тут же после неожиданного рывка заглох. В водительском триплексе образовалась приличная дыра, а тело водителя было буквально растерзано попавшей в него 20-мм бронебойной пулей швейцарского противотанкового ружья 'Солотурн'. Вскоре таким же украшением обзавелся триплекс командира, а затем и в пулеметном бронещитке образовалось отверстие, а изломанное дело пулеметчика отлетело в десантный отсек на головы сидящих в нем камрадов. Которые так же не долго пребывали в безопасности, 20-мм болванки начали дырявит борт бронетранспортера, пробивая не только броню но и тела одного-двух 'гансов'. Водитель идущего вторым 'ганомаг', что бы избежать столкновения взял намного влево от брода и съехав с насыпи переезда, тут же, вместе с транспортом, начал погружаться в воду, заехав как раз в яму, вымытую весенними паводками в русле канала сразу за отсыпанным бродом. Водитель только успел заглушить двигатель, как транспортер скрылся под метровым слоем воды, полностью заехав в омут. Естественно его экипажу и десанту тут же стало не до активных боевых действий, дай бог спастись от утопления и вытащить камрадов, потерявших сознания от ударов головами об кузов БТРа, при его резкой остановке в омуте. Перед другими бронетранспортерами начали рваться, со слабыми хлопками взрывов химбомбы, выпущенные из бомбомета. Вот наконец внутри одного, через пару минут другого, рванули эти бомбы и экипажам с десантниками этих 'ганомагов' тут же стало не до войны. За тем последовало попадание во внутрь кузовов ещё нескольких БТРов, так же мгновенно выведя на время из боя находившихся в них солдат. Дай бог выскочить, отползти подальше и глотнуть хоть один вздох чистого воздуха, а не этой дряни рвущей легкие и гортань, выворачивающей их наружу и режущей глаза не хуже стального лезвия бритвы.
  Практически одновременно с выведением из строя танков, вдоль всей колонны, с левой стороны, пронеслась 'очередь' взрывов. Металлический 'ливень' начинки фугасов Адомовича, заложенных в 'опиумных столбах для народа' и на деревьях у дороги, прошелся сверху-вниз, налево и направо вдоль дорогой, по вражеской колонне. Металлическая 'метла' вымела множество солдат сидевших в кузовах автомобилей и тягачей. Достала 'картечь' и 'фрицев' сидящих за бортами 'ганомагов'. Кому прилетело через не закрытой, не забронированный вверх, кому и через пробитый борт. Но все же прикрытые хоть какой-то броней солдаты пострадали менее своих товарищей в открытом транспорте, где с треть из них погибла или получила ранения.
  Отгремели взрывы и оставшиеся в живых покидая транспорт, рефлексивность стали прятаться на правой обочине. И тут под телами залегших и ногами ещё бегущих солдат начали вспухать клубы черного дыма с мелькавшими в них оранжевыми языками пламени, и очередной 'ганс' падал с оторванной или поврежденной ступней, либо заходился в крике, пытаясь зажать руками дыру в своём теле, пробитую взрывом мины. А то и вовсе, звучал не слышимый окружающими хлопок выстрела и солдат валился с пробитой пулей стопой или катился по земли зажимая рану на теле. Особенно неуютно стало, когда от невысокого холмика, находящегося на противоположном берегу канала, по правой обочине ударили три пулемёта. Огненные 'кнуты' их очередей быстренько выгнали живых на левую обочину. Но и тут повторилась такая же ситуация с минами, как и на противоположной стороне дороги. Опять дымные взрывы или негромкие, в какофонии боя, выстрелы, и очередной покоритель 'восточных варваров' падал на землю с поврежденной стопой. И это можно было перетерпеть, укрывшись в уже разминированном телами твоих камрадов кювете. Но опять в дело включились русские пулеметы и стрелки, открывшие огонь с противоположного берега, теперь уже и по левой стороне дороги.
  Некие надежды оставались на идущий в конце колонны взвод самоходных штурмовых орудий. И действительно, хотя от командования кампфгруппы и не поступало ни каких приказаний, командир взвода правильно сориентировался и повел оба своих 'Штуга' в атаку на русские позиции.
  Первая самоходка, проломив кусты, выскочила на луг с правой стороны от дороги и сразу пошла в атаку, цель которой, огоньки от выстрелов тройки вражеских пулеметов, были хорошо видны на другом берегу канала. Вот ещё пара десятков метров и позиции пулеметчиков будут прекрасно видны, проклятые кусты не будут загораживать вид на амбразуру вражеского ДЗОТа. И экипаж сразу примется за ту работу, к которой их бронемашина и была предназначена, поддерживать огнем орудия в атаке пехоту, уничтожая пулеметы противника. Но выйти на удобную для стрельбы позицию 'Штугу' не удалось. Метрах в двухстах шестидесяти от линии кустарника, под левой гусеницей раздался взрыв, перебивший её, а водитель не сразу понял, что произошло, и в итоге потеряв гусеницу, самоходка развернулась к фронту правым боком, подставив его под орудия врага, сама при этом лишившись возможности не только поддержать пехоту, но даже осуществить самооборону, ибо пушка смотрела совсем в другую, ненужную сторону. И русские не заставили себя ждать. Первый 20мм 'подарочек' пробил 30 миллиметров бортовой брони уже через полторы минуты после остановки. Самоходчики не стали дожидаться когда 'собратья' 'подарочка' попадут в боеукладку или подожгут двигатель и скоренько покинули обреченную машину, бросившись под защиту таких, ставших вдруг далеких кустов. Однако ни одному из четверых членов экипажа не удалось укрыться в зарослях. Последний, наводчик, словил пулю, как это не удивительно было для него в последнее мгновение, в лоб, то есть со стороны своего тыла.
  Второй 'Штуг' выехал на луг с левой стороны от дороги, но так же недалеко уехал. Метров через сто пятьдесят, после выезда на луг из кустов, под правой гусеницей раздался взрыв, порвавший её и бронированная машина встала, водитель имел не малый опыт вождения и не позволил ей развернуться к фронту бортом. Но это не спасло 'Штуг'. С правого фланга русской обороны, ударили трофейные 37-миллиметровки, правда не совсем точно. Но когда тройка стальных болванок отрикошетировала от лобовой и кормовой брони самоходки, пройдя по ней вскользь, это заставило её экипаж, со всей доступной им скоростью, покинут 'Штуг' и искать спасение подальше от него. Сейчас русские промазали, но ведь могут и попасть в стоявшую на месте, с поврежденной ходовой самоходку. Но и этим они не спасли себя от плена, русские пулеметчики не дали им уйти к спасительному лесу, прижали на лугу к земле, на которой они и пролежали до самой контратаке русских, в ходе которой им посчастливилось сдаться в плен.
  Мотоциклисты и транспортер боеприпасов, идущие в арьергарде колонны, в бою почти и не поучаствовали, паре первых байкеров досталось от 'картечи' фугасов. Оставшаяся мотоциклы сумела протиснутся мимо стоящих автомобилей с боеприпасами и иными припасами, к счастью не сдетонировавших и не загоревших, и выехать на луг. На чем их участие в сражении и закончилось. Мотоциклы попали под винтовочно-пулеметный огонь и их экипажами были уничтожены. Только одному 'повезло' более других, потеряв заднего пассажира, его водитель сумел вырваться с луга и прихватив по пути на освободившееся место, водителя транспортера боеприпасов, БТР не мог развернутся, застрял в канаве на обочине дороги, при попытке разворота, на всей возможной скорости попытался уйти в Радловичи. И им это почти удалось. Если бы не приказ коменданта участка своему наблюдателю о 'не проскочившую мимо него мышь', который им был понят слегка по иному. В результате чего первым от винтовочной пули погиб водитель мотоцикла, вторым был убит водитель БТРа и последним упал, получив пулю между лопаток уже на окраины улочки самих Радловичей, пассажир из коляски.
  Итогом пятидесяти минутного боя стал полный разгром всей немецкой колонны.
  ****
  Ушедшие вперед пятёрка мотоциклов передового дозора, так же не избежали общей участи. Когда за их спинами раздались взрывы и выстрелы, дозорные тут же повернули назад, но не доезжая полсотни метров до переправы нарвались, практически в упор, на кинжальный огонь из пулемета, который и решил бой в пользу одного пулемета в засаде, против МГ-34, установленного в коляске. Одной длинной очередью были срезаны экипажи двух передних байков, в том числе и вооруженного пулеметов, а потом короткими очередями были добиты и солдат с оставшихся трех мотоциклов. Вся стрельбы 'фрицев', как из пулемета, так и из карабинов, ушла в 'белый свет'.
  ***
  Разведка, ушедшая почти на пару километров вперед от основной колонны, была уничтожена ещё раньше атаки на главные силы кампфгруппы. Все развивалось по прошедшему сценарию. Уверенные, что позиции русской обороны находятся еще далеко впереди, авиаразведка четка видела их и даже зафиксировала на фотокамеру, гансо-байкеры гнали вперед с высокой скоростью, на прилично опередив входящую в разведдозор 'броню'. За что естественно и поплатились. Передовой экипаж, напоровшись на стальной канат, опять потерял пару голов, а перевернувшийся мотоцикл накрыв коляской её пассажира, сломал последнему шею. Второй, получив практически в упор картечь из пищали предков Фядота, так же не успел оказать какого либо сопротивления. Водителя и заднего пассажира вынес из седел сном крупной самодельной картечи из пищали. А грудь пулеметчика в коляске разорвал картечный выстрел из берданы подчиненного деда Фядота - деда Базыля. Мотоциклист без коляски, 'идущий' третьим в мотоциклетной колонне, успел развернутся и даже проехать с десяток метров назад. Однако, самодельный жакан из охотничьего ружья третьего 'дедушки', вырвав на выходи приличный кусок груди, сбил его вместе с мотоциклом на землю. Оставшаяся пара попыталась скрыться, но идущий первым мотоцикл словил головами своего водителя и заднего пассажира натянутую ещё одним подчиненным Фядота, его погодком Панасом, после проезда мотоциклов, веревку, и благополучно для засадников, 'ушел' в кусты, в которых пассажир коляски, удачно для стариков с пионерами, приложился каской о крепкое дерево, в результате потерял возможность оказывать какое-либо сопротивления в ближайшие пару суток, с сильным сотрясением мозга шутить не рекомендуется. Последний оставшийся экипаж, опять расстреляли из ружей картечью, уж очень удобная штука, эта картечь, оказалась для отстрела из засад, на коротких дистанциях, нацистских мотоциклистов. После чего проконтролировали ударом заточек в виски сбитых мотоциклистов и принялись оттаскивать в кусты трупы и откатывать в заросли мотоцикл, а второй наоборот вытаскивать из этих 'джунглей' и перекатывать на полянку, где уже стоял перегнанный с дороги его 'собрат'. Подчиненные Панаса, который в этот раз самостоятельно командовал засадой у веревки, не сплоховали, выполнив на отлично перехват второй половины передового мотоциклетного дозора. Тогда как Фядот в этот раз руководить засадниками у каната, ликвидируя первую половину дозорных байкеров.
  Возглавляющий бронегруппу разведки бронеавтомобиль, как и планировалось, проломив настил западни, рухнул передом и тремя передними осями в яму, оставив на поверхности только задние колеса, которые постепенно сползали в ловушку, пока броневик не повис на своей корме, оставшейся на поверхности земли. После чего, крутившие до этого 'штурвал' эрзац-лебедки, в дело вступили Багдан со своей группой. На этот раз ни каким керосином броневик не обливали. Забросили в него один глечик с изделием Шурки-химика и его 'вонючка' мгновенно 'выбросила' из броника и ямы экипаж, даже помогать вылазить не пришлось. Да и потом ни каких проблем 'гансы' не создали. Багдан с подчиненными ему стариками и пацаном спокойно повязали руки и ноги выскочившим из бронеавтомобиля и ямы-ловушки плачущих, заходящихся в приступах кашля и рвоты немцев. Правда, потом пришлось оказывать связанным германцам некоторую медпомощь. Промывая им чистой водой глаза, лицо, прополаскивая рот и нос. Багдан даже немного обиделся. В этот раз ему не пришлось блеснуть перед односельчанами 'блестящим' знанием языка германцев, как в прошлый раз, когда он 'уговорил на их языке германца сдаться'.
  С остатками бронегруппы так же все прошло штатно. Получив информацию от Иванова, по брошенной специально для его группы телефонной линии из трофейного кабеля и аппарата, об изменении в составе разведки и порядке её движения, Арэст внес изменения в расстановку своих подчиненных в засаде. После проезда бронеавтомобиля, вытащили из под настила в западне опорные столбы и стали ожидать подъезда их германцев. И последние не заставили себя долго ждать.
  Когда не неожиданно пропал, во внезапно разверзшейся яме, впереди идущий танк, ошеломил 'гансов', хотя водители 'ганомагов' успели вовремя остановить свои машины, что-бы первый из них не ухнуть в ту же западню на крышу танка своих камрадов. Лишь только германские транспортеры остановились, как из кустов, с обоих сторон, полетели в их десантные отделения по паре эрзац-химгранат. Часть которых от удара о металл внутри 'ганомагов' разбились, а часть, без затей упали на бок и разлили своё неприятное содержимое. Руки и глазомер уткадобытчиков не подвели и сейчас, и нет разницы, что глечик не камень, а БТР не утка. Результат не заставил себя долго ждать.
  Уже через пару секунд, осторожно было тронувшиеся с места бронетранспортеры резко вильнув в право, заглохли, а через их борта и двери брызнули, как тараканы, экипажи. Кашляющих, в соплях, плачущих и трущих глаза гитлеровцев, числом более двух десятков, старички с подростками легко повязали, без какого-либо сопротивления со стороны немецких вояк. После чего, часть стариков приступила к оказанию водной медпомощи пленным. Подростки начали заливать в кузова 'ганомагов' воду, с целью смывки из них остатков 'вонючки' и открыв все двери проветривали БТРы. А сам Арэст с одним из своих подчиненным, закрыв куском старого холста верх танковой башни, вместе с командирской башенкой, стал охранят попавший в западню танк. Минут через двадцать ему это надоело и он отправил своего внучка к Багдану, попросит у него глечик с 'вонючкой', если остался не использованный. Таковой оказался и уже через четверть часа экипажу фашистского танка стало очень неуютно. Брошенная в яму эрзац-химграната, хотя сама физически и не попала вовнутрь бронемашины, но разбившись о броню танкового 'лба', разлила по поверхности Т-3 своё содержимое, которое начало испаряться и эти пары начали проникать через отверстия в броне в боевое отделения танка, создавая неприятную, и это мягко сказано, атмосферу для его экипажа. Надо отдать должное 'фрицам', терпели они долго, более пяти минут, но все-таки неожиданно распахнулся люк водителя, так как боковые люки были заблокированные остатками настила, а верхний холстом, и из него на броню вылетела пара гранат, а после их взрывов, через этот люк начали выскакивать и танкисты.
  Взрывы гранат не причинили ни каких повреждений засадникам, которые в связи в активным испарением 'вонючки' и так держались от края ямы подальше. Зато гранаты предупредили Арэста и его напарника, которые успели встретив во всеоружии начавших выбираться из западни всех пятерых членов экипажа. 'Гансы' успели 'хлебнуть' в яме намного более концентрированных паров 'вонючки' и выбирались из неё в слепую, в соплях, слезах и рвоте. Так, что дедкам была одна проблема, задержав дыхание и зажмурив глаза, в слепую подойти, ухватить и оттащить против ветра очередного страдальца и передать его паре 'вязальщиков', которые уже отработанными движениями вязали врагам руки с ногами и передавали далее 'медикам', начинавших водой приводить пленных в более менее транспортабельное состояние.
  Так что и последняя бронеединица вражеского разведдозора была захвачена без потер со стороны засадников.
  ***
  После выведения из строя самоходок, то в одном месте, то в другом, на стволах поднятых вверх карабинов замелькали лоскуты, относительно белой ткани. И после прекращения огня со стороны обороняющихся, постепенно затихшего в течении пяти-шести минут, начали подниматься фигурки немцев, старательно задирающих вверх руки, в которых иногда мелькали те же теоретически белые лоскуты, снятые перед этим со стволов карабинов. Наконец, минут через десять после прекращения стрельбы, от русских позиций перебежками, через брод, пошли группы обороняющихся. По пути часть групп тут же занялась проверкой подбитой или брошенной бронетехники, зачисткой её от недобитого врага, в том числе и от раненых. Которых вынимали их бронекоробок, оказывали им медпомощь и оставляли под охраной на правом берегу, до прибытия транспорта. Поднявших руки, так же собирали и конвоировали на правый берег. При этом бойцы РККА и ополченцы не делали ни одного шага с проезжей части дороги на её обочину или сам луг, четко помня наставления командиров: 'С дороги ни шагу, если жизнь дорога. Адамович там все вокруг заминировал. Германцев подзывайте к себе. Пусть они сами к Вам идут. Если, что, то на них мины и ставили'.
  ***
  -Маша, дай правление. Кто, а председатель! Вот что Пахомовна, срочно отправь к нашим старикам, к засаде, два трактора, пусть вытаскивают застрявшие в ловушках броневик и танк, да над ямами делают серьёзные настилы. Бревна там в кустах лежать, они знают где. Да собери все подводы и направь к нам. Лошадки ямы по краям обойдут. Надо срочно раненных вывозить, и наших, и немцев. Грузовики отправь чуть позже. Как раз приедут, когда уже западни настилы перекроют. И перезвони в район, первому секретарю, да доложи по своей линии, что отбили вторую атаку. Всё, отбой связи.
  -Маша, дай колхозный коммутатор, пусть они меня с руководством УРа соединять. Все жду. Как только будет связь сразу же соединяй.
  ***
  За полчаса согнали в одно место всех пленных, проверили стоящий на дороге транспорт, собрали лежащие на ней трофеи. Пригнали, простоявшие со вчерашнего дня замаскированными в ближних кустиках, пару тракторов с уже испробованными ранее 'приблудами', для выемки из западни бронетехники и ими вытащили попавший в ловушку танк, предварительно выкурив изделием местных химиков из него экипаж. После чего начали перекрывать яму притащенными пятнадцати-двадцати сантиметровыми в диаметре бревнами, делая настил, пригодный для проезда по нему тяжелой техники. А трактора начали оттаскивать с брода на правобережье стоящие на переправе танки и бронетранспортеры. Предварительно помощники главного минёра участка, вынули из воды доски с четверкой неиспользованных противотанковых мин.
  К этому времени появился и старшина Адамович, начавший с десятком отобранным им пацанов, постоянно сверялась с планом, снимать неиспользованные мины, которых оказалось не так то уж и много. Девять противотанковых и почти три десятка противопехотных мин, большая часть из которых были простые патроны, помещенные в металлические трубки. Заодно вытаскивали из земли, если находили, и эти самые трубки, пригодятся при следующей установке противопехотных мин.
  Уже через пару часов вся техника была убрана с дороги, перегнана или отбуксирована к дальним зарослям у дороги на правом берегу, где и замаскирована. Вдоль дорожного полотна аккуратными кучами лежало оружие, амуниция и другие трофеи этого боя, собранные на поле сражения. По самой дороги потянулась не великая колонна пленным 'фрицев' и вереница телег со своими и вражескими раненными.
  ***
  -Порфирьевич нужно контратаковать.
  -А мы что сделали Аполлинарьевич?
  -Ты не понял меня. Мы сейчас просто зачистили поле боя, хотя в донесении назовем это естественно контратакой. А нам нужно нанести 'длинную' контратаку. Ударить через Радровичи далее в сторону Турова.
  -С чем и с кем? Людей раз два да обчелся.
  -Не прибеднялся Максим Порфирьевич. Сотни полторы-две подготовленных и хорошо вооруженных мы и сейчас наскребем. Да ещё трофейные танки с бронетранспортерами и автомобилями у нас с прошлой атаки имеются уже в отремонтированном виде. Что нужно заварили, где нужно подлатали, перебрали, заменили. В автомобилях только стекол и тентов нет, запасных ни тех, ни других нет. Кузова отремонтировали, побитые доски заменили, только не покрасили. Так, что давал составляем рапорт для руководства, заодно формируем мотогруппу, докладываем командованию о нанесении контрудара по врагу на территории Пинского района и часа через два вперед. К вечеру займем Радловичи, а с утра и далее пройдем. Далеко зарываться не будем, но до Кормы дойдем, проверим, где германцы.
  -Ох авантюра это товарищ младший лейтенант.
  -Не авантюра товарищ младший лейтенант, а здоровая инициатива низового командира.
  ***
  И уже через час, Иванов, доложил по телефону о прошедшем бое, его итогах и получил добро от командования на нанесения контрудара. Раздав указания подчиненным, в том числе и старшине Адамовичу, подписав и отправив рапорт с более подробным описанием проведенного боя и результаты допросов пленных, повел от позиций на берегу канала, по дороге через болото, на трофейной технике мотогруппу оборонительного участка, в количестве почти двух с половиной сотен бойцов, которая через полтора часа, около восемнадцати часов, прибыла в Радловичи, где собирались сделать привал до утра, разослав по округе разведгруппы.
  Однако, этим планам не суждено было осуществиться.
  -Товарищ комендант оборонительного участка разрешите обратиться.-подойдя к куму Максиму произнес кум Петро, в настоящее время командир стрелкового взвода ополченцев оборонительного участка ? 23 Мозырского УРа сержант Гузов Петр Матвеевич. При этом держал за плечо подростка лет шестнадцати-семнадцати на вид.
  'Видимо что важное будут Петро говорить. Вишь как официально обращается'-пронеслось в голове Иванова, тогда, как губы уже говорили:-Обращайтесь товарищ комвзвода.
  -Вот сынок начальника Туровского райпотребсоюза товарища Пасюка, Борис, по местному Барыс. Я его батьку и его самого хорошо знаю. Послушайте что он рассказывает, о том, что видел, пока к тетке в Радловичи добрался.
  -Так Туров у нас.
  -Да он товарищ командир в деревне Лисовичи у родственников матери был, а когда фашисты стали подходить к Лисовичам, то поехал домой в Туров, да немцы дорогу перехватили, вот он и оказавшись в тылу у них, стал пробираться к тетке Ульяне в Радловичи. Давай рассказывай Барыс.
  -Да рассказывай Боря. Желательно самое важное, что в ближайшей округе у Радловичи видел. -поддержал своего кума Иванов.
  -Товарищ командир немцы тута не далеко стоят. Километрах в четырех от деревни на север. Там ещё летний стан нашей, Туровской машинно-тракторной станции стоит. Вот они там и расположились. Танков да бронеавтомобилей много навезли, весь двор и вокруг него всё ею заставлено, проезжают они между ней с трудом. Они эту технику ремонтируют, а им все везут и везут. Я вчера проходил мимо, часа два наблюдал, пару раз тягачами по три-пять танков и бронеавтомобилей за раз привозили.
  -Ты когда это наблюдал.-тут же уточнил комендант.
  -Так вот вчера, после полудня примерно, как сейчас время было.
  -Сергей Аполлинарьевич слышишь, что сей малец говорит.-спросил комендант у своего зама.
  -Отлично слышу Максима Порфирьевич.-откликнулся Прохоршиков. -И даже более скажу. Судя по последней сводки, к Турову вышли и обходят его передовые части 24-ого моторизованного корпуса из четвертой танковой группы. А это танковые, моторизованные и одна пехотная дивизия. Значит танки и иная техника, которая ломается и подбивается в ходе боев. Из-за чего возникает проблема с её ремонтом. Для чего у германцев имеются полевые ремонтные мастерские. Сейчас, проверю.-говоря это Прохоршиков открыв полевую сумку, перебирал находящиеся в ней бумаги. Выбрав одну, вчитался в содержимое.-Точно, так и есть. У германцев в штате каждого танкового полка танковой дивизии имеется ремонтная рота. Судя по описанию эти ремонтные роты настоящие подвижные полевые мастерские, в состав которых входят самые различные специалисты: электрики, мастера по ремонту двигателей, карбюраторов, коробок передач, оружейники, ремонтники радиостанций. Они же помогают экипажам проверять и отлаживать гусеницы, катки, подвески, связь, орудия и пулеметы. В оснащение рот входит прекрасное немецкое станочное оборудование, сварочный аппарат, подъемный кран, необходимые механические и малярные инструменты. Роты состоят из трех идентичных взводов, по одному - на каждый танковый батальон полка. Каждый взвод имеет несколько грузовых автомобилей, предназначенных, прежде всего, для перевозки запасных частей и оборудования. Четвертый взвод эвакуационный, задачей которого является сбор на месте боя поврежденной бронетехники и буксировка её в удобное для организации ремонта место. Которое видимо одна из рот этого мотокорпуса и облюбовала во времянках летнего стана Туровской МТС. -говоря все это Сергей Аполлинарьевич временами поглядывал в листок вытащенный им из сумки, видимо сверяясь с тем, что в нем напечатано.
  -Выходит Сергей Аполлинарьевич, что если мы ударим по этой мастерской, то лишим один из трех танковых полков моторизованного корпуса 'фрицев' возможности быстро ремонтировать свои танки.
  -Выходит так Максима Порфирьевич. И предлагаю, не ждать утра, а ударить в сумерках. Сейчас отправить разведку и часика через два наведаться 'в гости' к германцам.
  -Значить так тому и быть. Готов Аполлинарьевич бумаги, а я пошел разведку отправлять и народ поднимать, что-то быстренько угомонились.
  ***
  Атака на ремонтную роту 6-ого танкового полка 3-ей танковой дивизии 24-ого моторизованного корпуса четвертой танковой группы началась в 20 часов 30 минут и закончилась в 21 час 00 минут, когда всё место дислокации роты перешло под полный контроль ополченцев. Весь личный состав роты, мирно спящий на территории стана, был повязан без единого выстрела. Даже пару часовых сняли без жертв, слегка придушив их и утащив в сторону. С караулом так же разобрались без стрельбы, крови и почти без крика. Забросили в окна эрзац-химгранаты и через минуту приняли весь караул вне стен караульного помещения. После чего, несмотря на темноту, приступили к сбору трофеев, которых неожиданно оказалось не просто много, а очень много, особенно для механика Прохоршикова. Так что не обращая внимания на ночь, Иванов воспользовался трофейной рацией, доставшейся вместе с бронетранспортером от первой кампфгруппы и передал приказ, дежурившему у радиостанции в свежезатрофееном радийном 'ганомаге' радисту, приказ поднимать и срочно гнать в Радловичи, не взирая на темноту, все трактора и находящиеся на ходу автомобили с БТРами. Что и было выполнено. Перед рассветом колонна автомобилей с бронетранспортерами прибыла на летний стан, а вскоре, когда ушла первая колонна загруженная трофеями, приехали и отставшие трактора.
  -Максима Порфирьевич ты послушал, что говорит этот поляк.-остановил пробегавшего мимо командира старшина участка Панас Матвеевич Галушко.
  -Что опять у тебя случилось Панас?-спросил остановленный Иванов.
  -Товарищ командир ни чего у меня не случилось. А вот этого поляка послушать нужно. -продолжил речь Галушко, подталкивая к младшему лейтенанту какого то мужика на вид лет сорока, одетого хоть и в чистый, но старенький, застиранный комбинезон.
  -Ты кто такой?-спросил комендант приведенного.
  -Я пан есть Казимир Зелинский из Варшавы. До войны работал на заводе 'Урсус' токарем. В прошлом году германцы меня мобилизовали на работы и в конце концов приписали к ремонтной роте шестой танковой дивизии. Кроме меня в этой роте ещё работают полтора десятка таких же мобилизованных польских рабочих с 'Урсуса' и иных заводов Варшавы и Модлина.
  -Ты пан давай самое главное расскажи командиру, о складе.-поторопил поляка Галушко.
  -Так я пан командир и говорю. Вчера я с Яном, из наших, в сопровождении помощника ротного повара ездил на склад за продуктами. Это временные полевые склады шестой танковой и двести пятьдесят пятой пехотной дивизии. Там все рядом складировано, и запасное оружие, и патроны со снарядами различные, и продукты, и бензин с маслом, и форма с иным снаряжением. Вообще все.
  -Склады давно ли организовали и где они находятся?-спросил Иванов словоохотливого пана Казимира.
  -Мы вот позавчера в обед здесь встали, склады уже были, как я понял из разговора помощника повара с фельдфебелем, отвечающим на складе за продукты в танковой дивизии. А находятся они недалеко, километрах в двух на северо-запад, вон по той дороге.-махая рукой куда то в темень, пояснил Зелинский.
  -Ты пан неплохо по русски говоришь. Где научился?-задал следующий вопрос Иванов.
  -Так пан командир, я же всю жизнь в Варшаве прожил, а не так уж давно мы в одном государстве жили. Вот и выучил ваш язык.
  -В двадцатом с нами воевал?-опять спросил комендант.
  -Честно скажу, воевал.
  -А сейчас чего надумал нам помогать?
  -Так сейчас у нас один враг-германец. Вот с ним разберемся, потом и друг с другом договоримся.
  -Ладно Казимир, пока свободен. На рассвете покажешь дорогу к складам.
  На чем разговор-допрос Зелинского и закончился.
  ***
  На рассвете 'ганомаги' с десантом в сопровождении тройки Т-2, прошли, направляемые паном Казимиром, эту пару километров и обрушились, как снег на голову, на персонал двух временных полевых складов пары дивизий двадцать четвертого корпуса. Часовые банально 'зевнули', пропустив на территорию складов, заставленную настилами со штабелями тюков, мешков, ящиков, коробок, бочек, укрытых брезентом и маскировочными сетями, германскую бронетехнику, с тактическими знаками своей дивизии. А когда разобрались было уже поздно. Пистолетные пули, как всегда отлично пресекли какую-либо враждебную активность со стороны караульных и иного персонала складов. Кто успел поднять руки вверх, остался жив, кто схватился за оружие, умер. Каких либо причин соблюдать тишину у нападавших не было. И уже через час начался активный вывоз захваченного добра со складов к себе в колхоз.
  'Праздник души ротного старшины' продолжался без перерыва двое суток. Колхозные эрзац-водители падали с ног. Благо сумели привлечь пленных немцев и добровольно перешедших поляк, правда пара вооруженных сопровождавших с ними всегда ездила, один в кабине, другой в кузове или прицепе. И если поляки за рулем сидели свободными, то немцем привязывали за левую руку к рулю, правой ногой к педали сцепления, а туловищем к сиденью, что не давало им возможности неожиданно напасть на конвоира в кабине или выскочить из неё. Да ещё выручали нет нет да приезжающие мини колонны в два-четыре автомобиля из подразделений дивизий или автомашины тылового снабжения, привозящие на склады пополнения для их запасов. Последние даже не разгружая, просто разоружив и привязав водителя, с усиленным сопровождением из трех бойцов, отправляли далее, в своё расположения, в главную колхозную усадьбу.
  Ночью со вторых на третьи сутки 'праздника снабженца' скоренько приехала разведка, 'ходившая' к шоссе 'Кобрин-Гомель', командир группы доложил Иванову, что километрах в десяти на север, на опушки небольшой рощи, встала на ночлег большая артиллерийская часть немцев. Ведут себя достаточно беспечно, разведчики на трофейных БТРах проехали почти через расположения части, и ни кто не попытался выяснить, кто это тут ездит. Других вражеских частей рядом с биваком этих 'фрицев' нет. И уже через сорок минут бронетранспортеры разведчиков в сопровождения других 'ганомагов' и пяти танков, уходили в ночь, что бы перед рассветом обрушится на ночную стоянку артиллерии врага.
  К обеду рейдовый отряд возвратился, приведя с собой колонну всего артиллерийского полка 255-ой пехотной дивизии 24-ого корпуса, производящего передислокацию на новые позиции в след за пехотными полками дивизии, атакующий укрепления Турова с юга.
  Захват полка произошел почти тихо и практически без потерь, во всяком случае со стороны ополченцев пока безвозвратных потерь не было. Хотя раненные и тяжело имелись. Часовые снова подпустили к охраняемой территории, в своём тылу, бронетехнику производства Фатерлянда, с отлично знакомыми тактическим знаками соседней 6-ой танковой дивизии своего же корпуса. И когда узнали, что в десантных отделениях 'ганомагах' и за броней Pz-II сидят враги-русские, было поздно, их и личный состав полка начали убивать. За каких-то двадцать минут всякие попытки организованного сопротивления были подавлены, еще полчаса ушло на полную зачистку бивака и его окрестностей от вражеских солдат. Почти пара часов ушла на сбор пленных, выявления среди них водителей, принуждения последних к сотрудничеству, сбор имущества и вооружения полка, организация колонны и выдвижения на юг, к Радловичам.
  Прибывшую технику и орудия артполка, тут же перенаправили в своё расположение, выделив в сопровождения усиленный состав. А сами ускорили вывоз оставшихся трофеев. На месте дислокации роты оставалось еще несколько поврежденных танков и 'ганомагов' с бронеавтомобилями. А на складах еще значительная часть формы со снаряжением и артиллерийские снаряды для гаубиц калибра 105мм и 150мм.
  А под вечер третьего дня в расположения ремроты прибыл 'рояль', да что там 'рояль', это был целый 'симфонический оркестр'. Прибывшая транспортная автоколонна была полностью загружена запасными частями для танков и автомобилей, в основном 'Бенцев'- трехтонок. В кузовах под тентами, упакованные в деревянные ящики, лежали не только наборы запчастей, но и танковые и автомобильные моторы и коробки передач для них в сборе. Бери и меняй старые, испорченные, на новые, рабочие. Уже традиционно, 'уговорив' водителей довести транспорт и груз до нового места назначения и догрузив автомобили до максимума грузоподъемности на складах, колонну отправили к новой точки разгрузки.
  К утру четвертых суток на месте складов и дислокации ремонтной роты было пусто. И если в летнем стане остались полностью пустые времянки, то на месте складов была просто укатанная колесами транспорта трава. Исчезли даже деревянные настилы и колья с натянутой на них колючей проволокой.
  ***
  Заодно за эти трое суток полностью опустели и Радловичи, все оставшиеся жители которых ушли к соседям, на их центральную усадьбу, заодно пополнив не призывными мужиками и подростками ряды местного ополчения. Уж очень доходчиво объяснили им солдаты великой Германии, под командованием обер-лейтенанта Курта Циммерманна, их права и обязанности, а так же показали им и их будущую участь, на примере деревенских евреев, коммунистов и комсомольцев.
  Пока жители покидали Радловичи, упаковывая и вывозя своё имущества, по чердакам покидаемых домов и хозяйственных построек, а так же общественных зданий, начали лазить парнишки из группы Адамовича, выполняя приказ коменданта участка и своего старшего, по 'зарядке' деревни огнесмесями. К стропилам каждого строения привязывалась пара-тройка реквизированных, плотно закупоренных крынок, глечиков и иной подобной посуды, наполненные смесью бензина, масла, живицы и скипидара. Дополнительно так же крепилась и герметично упакованная стеклянная бутылка с самовозгорающийся на воздухе жидкостью, смешанной местным юным химиком и его учительницей химии.
  Перед закладкой 'посуды' под крышами Радловичий произошел короткий разговор между Ивановым и Адамовичем.
   -Максима Порфирьевич, я слышал ты дал команду поджечь Радловичи после ухода всех жителей?-начал разговор старшина.
  -Да Олесь Степанович. А ты разве против? Неужто считаешь, что фашистам нужно оставлять жильё для проживания. - ответил младший лейтенант.
  -Да нет не считаю. Но и просто, без толку, не нанеся фашистам ни какого вреда, жечь деревню считаю нельзя.
  -Во как. А как мы можем германцам навредить? Что, поджечь деревню когда они в ней спать будут?
  -Вот именно. Сонных их и пожечь.
  Это как? - полюбопытствовал комендант.
  На что ему его главный минёр и разъяснил, как добиться того, что бы завоеватели легли спать в добротных домах, а проснулись в доме охваченном огнём.
  ***
  В доставленном до адресата рапорте, с которым ознакомилось командование УРа, Иванов докладывал о силах второй кампфгруппы и принадлежности входящих в неё подразделений к конкретным частям и соединениям вермахта, а так же о задачах этого временного сводного подразделения.
  Согласно показаниям пленных, командовал кампфгруппой обер-лейтенант Тило фрайхерр фон Вертерн, командир 3-й мотопехотной роты из уже знакомого уровцам 394-го стрелкового моторизованного полка третьей танковой дивизии двадцать четвертого моторизованного корпуса четвертой танковой группы вермахта. Основу группы составила рота фон Вертерна со своим штатным вооружением и техникой, а так же приданными к ней взводы из подразделений дивизионного подчинения, а так же 6-ого танкового и 394-го стрелкового моторизованного полков. Командование полков пока не поменялось и ими продолжали командовать прежние командиры полков: оберст-лейтенант (подполковник) Вернер фон Левинский - танковым и оберст-лейтенант (подполковник) Оскар Аудёрш - стрелковым, обе части входили в дивизию, так же заочно знакомого командованию Мозырского укрепрайона, генерал-лейтенанта Вальтера Моделя. Кроме третьей роты, первый взвод которой передвигался на бронетранспортерах, второй и третий на автомобилях, в кампфгруппу входили: Взвод средних танков Pz-III 2-й роты 6-го танкового полка 3-ей танковой дивизии, под командованием командира взвода обер-лейтенанта Эрнста-Георга Бухтеркирха. Третий взвод 680-ой батареи штурмовых орудий из 394-го стрелкового моторизованного полка, под командованием командира взвода обер-фельдфебелем Альберта Блайха. Моторизованный взвод легких 105мм гаубиц 75-ого дивизионного артиллерийского полка. Моторизованный противотанковый артвзвод 37мм пушек 543-его противотанкового дивизиона. Мотоциклетный взвод 3-его мотоциклетного батальона. Бронеавтомобиль Sd.Kfz 231 и моторизованное пехотное отделение из 1-ого разведывательного батальона. Моторизованное саперное отделение 39-ого самоходного сапёрного батальона. Все подразделения, начиная с противотанкового артвзвода входили в третью танковую дивизию.
  По документов, снятых с трупа обер-лейтенанта фрайхерр фон Вертерна, установили и задачи кампфгруппы. Прорвать слабую оборону русских, заснятую авиаразведчиком, тут же и фото 'декораций' позиций прилагаются. И правда, смотрятся вполне правдиво. После чего сообщив командованию об итогах боя, продолжить наступление в направлении на Лельчицы, в тыл оборонительных сооружений Мозырского УРа. По мере захвата данного населенного пункта, закрепиться в нём, встав в оборону 'ежом' и дождаться прибытия подкрепления. После действовать по вновь поставленных задачам.
  В конце рапорта Иванов просил оказать ему помощь, выделить для его участка сколько можно винтовок в снайперском исполнении с оптическими прицелами. Которые ему и были выделены и доставлены на позицию в количестве дюжины, уже через пару дней, после ознакомления руководства укрепленным районом с рапортом.
  
  
  
  
  ПРОДА от 09.05.2017 года.
  
  
  
  
  ***
  Ополченцы и жители Радловичий вовремя покинули поселение и его окрестности. Уже к полудню, после ухода утром последних автомашин и тягачей с грузами, наблюдатели передали по телефону на КП участка, что в покинутую деревню втягивается огромная немецкая колонна различной техники. Вошедшие в селение вражеские войска растеклись по нему. Минут через двадцать из него выехали мотоциклисты в сопровождении пушечно-пулеметного бронеавтомобиля и доехав до начала гати остановились, осматриваясь. Потом медленно проехали по ней с километр и вернулись назад в Радловичи и более в этот день 'гансы' не предпринимали попыток проехать на гать. Хотя в окрестностях, группы вражеских солдат, и пешие, и на транспорте, передвигались весьма оживленно. Особенно уделяя внимание северо-западному направлению, видимо осматривали место нахождения складов и летний стан Туровской МТС, в котором дислоцировалась ремонтная рота.
  Прибытие германцев послужило причиной раздачи приказов Ивановым - на уход групп снайперов с пулеметчиками, минеров, на предписанные позиции, а так же ополченцев в оборонительные сооружения на островке.
  ***
  За день до этого, поздней ночью, около часа, старший минер Адомович Олесь Степанович отчитывался перед своим командиром, только что прибывшим в колонне с трофеями из рейда во вражеский тыл, о проделанной им и его подчиненными работе, по укреплению обороны и подготовке 'горячей' встречи новым 'дорогим гостям' из Европы. По причине ночного времени и отсутствия посторонних, доклад шел без 'чинов', как обычная ночная планерка в колхозе при уборочной или иных авралах. Сидят себе два пожилых мужика, попивают чаёк и ведет беседу. А на то, что оба одеты в военную форму можно и не обращать внимания.
  - Максим Порфирьевич твои распоряжения выполнены.-начал свой доклад Адамович.
  -Олесь Степанович, время позднее, так, что ты давай без 'воды' и не нужных подробностей, только саму суть.-обозначил формат доклада Иванов.
  -Ну суть, так суть. Вся дорога от Радловичий до начала гати и сама гать до первого от Радловичий мостка, заминированы. Я в УР съездил, заявку написал, почти все что просил выдали, даже электродетонаторов не пожалели, отсыпали щедро. Шнура и огнепроводного и детонирующего не пожалели, отмерили даже поболее чем я запрашивал. Тола и пару десятков заводских противотанковых мин не пожалели отвалили, а к минам какие-то 'хитрые' взрыватели с замедлением. В общем нормально 'отоварился' добра, хватило как раз на минирование. Все противотанковые мины, и заводские и свои, на гати заложил, вставив в них взрыватели с замедлителями, тоже как присланными, так и самопальными. Первую на мостик, от неё к пятерки других, уложенных с замедлителем, протянул детонирующий шнур до замедлителей. Он по конструкции прост. Мина, над ней в пяти миллиметрах висит бревно настила, удерживаемое над взрывателем двумя парами 'колышков'. Между 'колышками', в паре, уложил двадцать грамм тола с электродетонатором, от которого к мине на мосте отходит детонирующий шнур. Первая подрывается, подрывает упоры-'колышки', бревно ложится на мину, транспорт наезжает на бревно, до этого удерживаемое над взрывателем упорами, нажимает на него и взрыв. На остальной гати почти точно такая же схема. С одним отличием, команду на подрыв упоров даёт не взрыв мины, а подрывная машина, с которой будет работать Арэст. Мы для него в камышах озерца, метрах в ста от гати, срубили протопленную засидку. Как узнаем, что вражины прибыли в Радловичи, тут же Арэста к озерку довезем, на лодочки переправим в засидку и пусть сидит. В ней сухо, всю воду, что попала, мы вычерпали. Сама она загерметизирована хорошо. Так что просидит не промокнет и не замерзнет, оденется тепло. А после подрывов упоров и постановки на подрыв взрывателей противотанковых мин, Арэст просто укроется с головой в срубе и пересидит весь бой. Продуктов и воды на трое суток дадим. Так же испытаю новинку, взрыватели с замедлением. Как уже говорил мне с последним завозом доставили пяток штук, вот и попробую установить их в противотанковые мины, как в свои, так и в заводские. Так же на самой гати и её так называемой 'обочине' заглубили фугасы от 150мм и 105мм трофейных гаубичных снарядов с усилением из шашек тола и дополнительной 'рубашкой', в которую насовали различные крупные куски металла и гранита. Кроме противотанковых мин, я все свои имеющиеся фугасы и вновь изготовленные из гильз от трофейных 150мм и 105мм гаубиц, развесил на деревьях с левой стороны дороги, если смотреть от Радловичи на нас, там как раз, от их околицы до начала гати, тянутся вдоль неё густые заросли кустов и деревьев. С правой стороны прикрутили к стволам сосен и дубков с вязами трофейные 75мм осколочно-фугасные снаряды. Прилетит от них по колонне прекрасно. Там метров пятьдесят-шестьдесят открытого пространства покоса от самой деревни до болота, четверть Радловичий на нем сено косят. И фугасы и снаряды перевели на электроподрыв. Мои ребята парами с подрывными машинками засели, по две группы, в лесах по обе стороны дороги во врытым в землю срубах. Заодно на всякий случай в болотах оборудовали для них рубленные схроны. При необходимости отсидятся. Хоть и мокро, но зато живы будут. Обочины дороги и даже гати, где это возможно, 'засеяли' противопехотными минами разных видов. От 'патронов' и моих самодельных 'дымовух', до заводских.
  На том островке, который ты мне указал, метрах в двухстах с лева от первого моста, оборудовали легкий ДЗОТ под станкач и заглубленную позицию для нашего бомбомёта. Оба укрепления уже на половину затопило, так что мужикам надо что-то одеть непромокаемое, а то померзнуть в воде пока разведку ждать будут.
  -Не промокнуть. Нам тут в августе противогазы и защитные противохимические костюмы на весь штатный личный состав привезли. Противогазы раздали, а костюмы так и лежат в оружейки не распакованные. Воду они не пропускают. Вот и раздадим нашим засадникам, и на острове, и в лесах, и Арэсту.
  -Только Порфирьевич, мужикам, когда припрет, после того как их германец обнаружит и огонька подбросит, пулемет и бомбомет придётся на острове бросит. Им дай бог самим по возможности целыми уйти по болоту, не до этих бандур будет.
  -Вот тут не переживай. В ДЗОТ поставим 'Шварцлозе', у него всё равно ствол уже старый, расстрелянный. Ещё с тысячу выстрелов и он будет пулями не стрелять, а 'плеваться' ими. Бомбомет тоже не новьё и не последнее слово техники. Он ещё в империалистическую и в гражданскую настрелялся 'досыта', так, что и его списать на боевые потери проблем не будет, тем более, что и боеприпасов на него у нас почти нет. Пусть бросают, я разрешаю. Потом проверим. Если не разобьют их 'гансы', заберем. Если побьют, то и искореженные заберем, для списания и отчета, что вот, угробил враг в бою наше оружие.
  -Далее, по плотине. Сток прикрыли в тот же день, как вы ушли в рейд. Сейчас вода в запруде заметно прибыла. К утру, если не усмотреть, может через вверх плотины пойти. Я там пару своих хлопчиков оставил приглядывать, во главе со своим Иваном. Затвор ремонтного сброса исправен. Дополнительно смазали где надо. Так же работоспособен и второй сброс на нижней плотине. Его тоже осмотрели, плотину, где было необходимо подсыпали, укрепили. В общем хоть сейчас спускай пруд.
  -Телефон у них работает?
  -Проверили, работает.
  -С утра возьми одно отделение с парой пулеметов и отправь к свои в барскую усадьбу, приказ я уже отдал, выделят тебе людей. Старшим там будет твой Иван. К нижней плотине отправ Фятота со своей группой, отлично в засадах справились. Да придай им радиста с рацией для связи. Пусть там, где повыше, затихарятся до времени. Даже поглубже в сосновую рощу могут уйти. Потом, после приказа, подбегут и откроют затвор слива на этой плотине.
  -В общем то всё. Что надо было я тебе доложил. Про закладку в Радловичах огнесмесей ты знаешь. Да. Снайперки привезли из укрепрайона.
  -Вот это хорошо.-обрадовался Иванов. -С утра раздадим охотникам и создадим снайперские группы. А пока если все, то свободен, иди поспи. Я и сам прикорну до утра.
  ***
  Пока прибывшие немцы обживаются в Радловичи, стоит коротко сказать несколько слов о захваченных в ходе боя и 'длинной контратаки' трофеях. Уже к вечеру четвертых суток, со дня разгрома врага, Галушко коротко, достаточно в общих чертах, доложил Иванову и Прохоршикову о собранных, вывезенных, складированных трофеях и их пригодности к использованию.
  -Товарищ комендант, докладываю. После последнего боя и похода за болото мы затрофелили много вооружения, техники, боеприпасов, формы, продуктов и другого имущества.
  Нам после боя и в ремроте досталось два с половиной десятка танков, из них четыре штуки Т-4, одиннадцать Т-3, десяток Т-2, все из танкового полка 6-ой танковой дивизии. Самоходные штурмовые орудия 'Штуг-3' из 394-го моторизованного полка этой же дивизии, в количестве трех штук, и семь самоходок из 255-ой пехотной дивизии. Всего десяток штурмовых орудий взяли. Бронетранспортеров набрали в общем количестве сорок восемь штук, из них 250-ой серии девятнадцать линейных бронемашин, пара 251/3-и модификации в связной исполнении с тремя радиостанциями, тройка 251/5-ть модификации в саперно-штурмовой комплектации, так же с рацией. 251-ой серии дюжина, да столько же Sd.Kfz.253, это легкий полугусеничный бронетранспортер артиллерийского наблюдения. Различных бронеавтомобилей набрали тридцать один, в том числе и четыре поврежденных наших БА-10, взятыми 'фрицами' в качестве трофеев. Остальные 'фрицевские'. Семь тяжелых: три Sd.Kfz. 231-ых (8-Rad) и четыре Sd.Kfz. 231-ых (6-Rad). Легкие: один Sd.Kfz.13-ый, девять Sd.Kfz. 221-ых и десяток Sd.Kfz. 222-ых.
  Вся бронетехника покорёжена, которая немножко, какая сильнее, но все единицы вполне ремонтопригодны.
  На данный момент у нас имеется шестьдесят полугусеничных тягачей различных тяговых возможностей. Из них три Sd.Kfz.9 тяжелых 18 тонны эвакуационных тягачей, один Sd.Kfz.9/1, с установленным в кузове 6 тонным краном, тридцать восемь Sd. Kfz. 11, буксировавших легкие 105мм германские гаубицы leFH 18, пара пятитонников Sd Kfz 6 из ремроты, четыре средних восьмитонных тягачей Sd. Kfz.7 от тяжелых 150мм гаубиц и приплюсовываем ещё двенадцать Sd. Kfz.7 из артполка, везущих полковые запасы. Все тягачи, за исключение двух Sd. Kfz. 11, взятых в бою, в исправном состоянии.
  Набрали сто пятьдесят девять грузовых автомобилей различной грузоподъемности, от полутора до пяти тонн и разных производителей. Автомашины в большей части на ходу, всего двадцать пять нуждаются в ремонте различной степени сложности. Но все авто отремонтировать возможно. К ним можно оприходовать так же и сто сорок шест легковых автомобилей. Из которых пятьдесят три радийных, с установленными в них в различной комплектации радиостанциями. Двенадцать с установленными зенитными пулеметами МГ-34, ещё столько же автомобилей телефонной связи и дюжина укомплектованных артиллерийскими ремонтными мастерскими, а остальные простые транспортные легковые машины.
  Так же взяли сто двадцать три мотоцикла, их них сорок один с коляской и восемьдесят два без коляски. После небольшого ремонта более чем полусотни единиц, на мотоциклах можно будет ездить.
  Все это Галушко говорил практически на память, лишь иногда заглядывая в тройку листков, которые держал в руках, сверялась в них заковыристые названия немецкой техники.
  -Теперь по трофейному оружию и боеприпасам. Сразу скажу, что сколько точно 7.92 миллиметровых винтовочных и 9 миллиметровых пистолетных немецких патронов, сколько 37, 50, 75, 105 и 150 миллиметровых снарядов и каких видов, сколько 50 и 81 миллиметровых минометных мин нами захвачено я ответить не готов. Но в общем много, очень много. Пока считаем. Точно так же не отвечу по форме, продуктам. То же для нас охренительно много. Будет для Изральевича и его семейства много работы на благо общества. По оружию тут отвечу достаточно точно. 150 миллиметровые гаубицы- четыре орудия из арт полка. 105 миллиметровые гаубицы-всего сорок орудий, из них тридцать шесть из полка, по две взяли на поле боя и на складе пехотной дивизии. Пушки противотанковые 37 миллиметров- четыре штуки с боя. Минометы: 50 миллиметров- семь штук, их них четыре после сражения на лугу и три на складе пехоты, 81 миллиметр- шесть орудий на складе 255-ой дивизии. Пулеметов разных моделей набрали девяносто семь стволов. Из них в артполку восемнадцать и на поле боя собрали тридцать семь, да еще на складах в смазке нашли двадцать три пулемета МГ-34. У охраны складов забрали четыре станковых МГ-08 и ручные, один MG 13 и три MG 08/18 'Дрейзе'. В ремроте так же один МГ-08 и три ручника, пару MG 116(f) он же французский ручной пулемет MAC M1924/29 и один MG 28 (p), в 'девичестве' польский ручной пулемет 'Браунинга wz. 1928'. Автоколонна 'рояль' привезла нам еще парочку ручных пулеметов 'Браунинга wz. 1928', под немецкую винтовочную пулю. Пять иных колонн снабжения так же 'поделились' с нами пятеркой ручников, по паре чехословацких ZB-26, названный в вермахте MG.26(t) и ZB-30, в вермахте MG.30(t), а так же один MG.26(j), это тот же ZB-26, но югославского производства, все под винтовочный патрон 'Маузера'. Легких противотанковых ружей Pz.B.39- четыре штуки. Тяжелых противотанковых ружей среди трофеев нет. Пистолетов-пулеметов разных германских производителей - шестьдесят семь штук. Просто пистолетов всяких марок -сто двадцать три. Карабинов 'Маузер 98К' собрали во всех местах, в которых побывали, более полутора тысяч единиц. Оружие в подавляющем большинстве исправное, в ремонте не нуждается. Вот коротенько и все по нашим последним трофеям.
  -Напоследок ещё раз повторю, всю взятую неисправную технику можно отремонтировать и использовать. Однако, нашим ремонтникам работы будет невпроворот. В связи с чем хочу предложить привлечь к ремонту пленных немцев-специалистов из ремроты и поляков оттуда же.
  -Ты Матвеевича это брось, самоуправством заниматься, ишь, тоже выискался авантюрист какой. Вынь да положи ему врагов, работающих на ремонте боевой техники. А если они вредить начнут? А если к своим сбегут? И все, что у нас узнали, там и расскажут. Ты об этом подумал?-начал отчитывать своего зампотыла Иванов.
  -Ты Максим Порфирьевич не ругайся. А послушай меня, что скажу. Без привлечения пленных немцев и поляков мы с ремонтом провозимся 'до морковкина заговенья'. Сергей Аполлинарьевич подтверди!-воззвал к Прохоршиков в качестве арбитра Галушко.
  -В общем товарищ Галушко прав. Без привлечения дополнительных рабочих рук мы долго будем ремонтировать захваченную технику. У нас просто нет такого количества квалифицированной для этой деятельности рабочей силы.-подтвердил слова старшины зам коменданта.
  -Вот, вот Сергей Аполлинарьев, правильно Вы сказали.-польстил хитрый хохол и тут же продолжил.- Ведь нам все равно придется отдать в укрепрайон всю исправную технику и вооружения. Так почему бы под это дело не попросить командования включить в наше ополченцеское подразделение и добровольцев из иностранных граждан. Вон у нас я слышал, и польские, и болгарские, и чехословацкие, и итальянские, и французские, и испанские, и румынские части создали, и прости Господи немецкое соединение сформировали, и на фронт отправили. И даже говорят, что Деникин эмигрантами-белогвардейцами то же что-то, вроде как роту или даже батальон укомплектовал и воюет против германцев с их союзниками. Так почему нам не разрешить принять добровольцев? Тем более, что это сильно ускорит постановку в строй трофейной техники и вооружения.
  -Так ты что, предлагаешь мне командования обмануть?
  -Нет, что Вы товарищ лейтенант. И не думал даже. Зачем обманывать. Вот у нас куча битой техники. Её ремонтировать надо? Надо. Вот и будем ремонтировать. А про то, что большей части простой ТО проведем, хвастаться перед вышестоящими не будем.
  -В общем то Максим Порфирьевич, Панас Матвеевич кругом прав.-снова поддержал Галушко заместитель коменданта участка. - Сам понимаешь, что гаубицы, транспорт и иное оружие со снаряжение артиллерийского полка нам сдавать командованию нужно. Придется присовокупить и часть автомобилей, как грузовых, так и особенной легковых, под начальственные задницы. А передавать технику и оружие без техосмотра, это не правильно, что об этом отцы командиры подумают. Без привлечения к ремонту дополнительных сил, мы в короткий срок ремонт не проведем.
  -Тут все равно думать нужно. Дело то я считаю не столько военное, как политическое. Да и с какой такой надобности немчура вдруг захочет добровольно вступит в Красную Армию?
  -Вот тут ты Порфирьевич даже и не беспокойся. Вступят добровольцами к нам, как миленькие. Какие надо бумаги напишут, где надо пишут. Уже по этой линии работаю мужики, и бабы некоторые подключились. Завтра-послезавтра жди первые заявление с просьбой зачислить в ополчение гарнизона нашего оборонительного участка.
  -Ладно уболтал чёрт языкастый. Пойдем Аполлинарьевич готовить рапорта об итогах нашего рейда и по предложениям об ускорению ремонта захваченной поврежденной вражеской техники и оружия, с привлечением для этой работы больших сил и предложения откуда взять эти силы-работников. За заодно и о снайперских группах поговорим. Я вот что думаю, группы создадим в составе- пары стрелков с винтовками, одна с оптическим прицелом будет, вторая без оптики. Так же в группу включим пулеметчика с МГ-34 и второго номера вооруженного трофейным пистолетом-пулеметом.
  -В принципе не возражаю. По людям у нас вроде бы проблем не должно быть. Охотников в округе множество и к нам их поступило тоже не мало. А вот как с вооружением быть?
  -Ну Аполлинарьевич, у нас уже три снайпера с винтовками с оптическими прицелами имеются. Сейчас Галушко, что докладывал, о вновь поступивших из УРа двенадцати снайперских винтовках, почти восьми десятках трофейных пулеметах МГ-34 и шестидесяти семи различных пистолетов-пулеметов германского производства.
  -Извини. Что-то к концу дня соображать плохо стал. Вроде бы и слышал, а сразу осознать это не удалось. Если все имеется, так что завтра и формируем с утра. Пусть бойцы хоть немножко к оружию привыкнут.
  -Так тому и быть, а пока мы пришли и давай садимся за писание рапортов.-с этими словами командиры вошли в закуток КП и приступили к бумаготворчеству.
  ***
  А на следующее утро, на КП оборонительного участка раздался вызов телефона, на связь снова вышел наблюдательный пункт и взволнованный голос старшего на НП доложил:-Товарищи комендант немцы из Радловичи на нас пошли. Сила огромная.
  -Давай докладывай по существу, без преувеличений.
  -Есть. Как всегда первыми мотоциклисты - разведчики идут. Но на этот раз их намного больше, четырнадцать штук, пара без колясок, остальная дюжина с колясками, в трех из которых видны пулеметы, а в одном что-то вроде небольшого миномета, видно плохо. Сейчас вот как раз в удобном месте едет этот мотоциклист. Точно миномет, на вид 50 миллиметров. За мотоциклами едут пара бронеавтомобилей, первый короткий двухосный, такой же 222-ой модели, как и в первой группе. Второй ранее не видал, трехосный, в информлистке указан как БА-231-ый (6-Rad). Оба вооружены 20 миллиметровой пушкой и пулеметом германского винтовочного калибра. За ними аж пять танков Т-2, замыкают колонну разведдозора семь бронетранспортеров 250-ой модели, один из которых утыкан антеннами, видимо командно-связной. Разведка ушла не далеко, метров пятьсот-шестьсот, и уже начала вытягиваться из Радловичий основная колонна. Снова первыми идут пять танков, на этот раз, судя по торчавшему короткому 'окурке' 75 миллиметровой пушки, Т-4. За ними три 'ганомага' 251-х, девять Т-4, одиннадцать 251-х, пара 'украшена' антеннами, а четверо первых с лесенками и мостками на бортах, мы такие захватывали, саперные БТРы. Легковушка с офицерами, грузовики 'Бенц' с пехотой в количестве шести штук, ещё три 'Бенца', но солдатни почти не видно. Вышли четыре мотоцикла, один без коляски, пара полугусеничных тягачей без прицепа, три легковых и семь грузовых автомашины. Ещё один 'Бенц' с будкой вместо кузова. Над будкой штук пять антенн виднеются. Видимо передвижная радиостанция какая-то. Затем две танкетки тянут на прицепе пушки. Ага 75 миллиметров, точно они. А вот и знакомые 37 миллиметровки в количестве четырех штук, буксируемые так же танкетками, но несколько другими, точно, другого они вида, несколько короче первых двух. Изображений обоих видов танкеток в обзорных листках нет. За ними четыре полугусеничных тягача прут 105мм гаубицы. А вот это серьезно. Еще два полугусеничных тягача тащат большие пушки. В пособии они указаны, как тяжелые 150 миллиметровые гаубицы 15 cm sFH 18. Теперь пошли различные грузовые и легковые машины.
  -Что замолчал?-минуты через три напомнил о себе Иванов.
  -Считаю автомобили товлейтенант.-ответил наблюдатель.- Насчитал полдюжины легковых и сорок семь грузовых машин. Солдат в кузовах не видно, видимо тыловики с припасами. За ними четверка мотоциклистов без колясок и столько же с колясками. Замыкающими едут ещё легковой авто с офицерами и полдюжины 'Бенцев' с пехотой. Всё, нет больше вражин, все вышли из деревни.
  -Судя по БТРам и автомашинам с пехотой, на нас прет не менее усиленного моторизованного стрелкового батальона. Прилично. Сильно 'гансы' по дороге растянулись?
  -Нет не сильно. Колонна идет очень плотно, между техникой расстоянии менее двух метров. Правда, скорость не большая, километров десять-пятнадцать на глаз. Возможно чуть побольше, но не более двадцати.
  -Это хорошо. Ладно наблюдай там. Да снайперам передай, пусть будут наготове. Приказ им для выхода на позиции передам через тебя.
  -Есть передать снайперам о готовности.
  -Как только что новое удивишь, срочно звони. А пока конец связи.
  -Есть звонить. Есть конец связи.
  ***
  Колонна батальонной кампфгруппы, хотя и шла очень плотно, но всё равно растянулась на приличное расстояние. Когда разведка достигла первого мостика, на её пути по гати, арьергард колонны вышей из Радловичий и только что полностью втянулся на дорогу вдоль зарослей по её левой стороне.
  Первыми попала по 'раздачу', как и положено разведка. Мотоциклисты и легкий пятитонный бронеавтомобиль Sd.Kfz. 222-ой проскочили через мостик и заложенная мина не среагировала на меньшую нагрузку, взрыватель был настроен на вес не менее пяти с половиной тонн, зато следующий за ним тяжелый шеститонный броневик Sd.Kfz. 231(6-Rad), наехал на прикрывавшее мину бревно, которое и передала вес всех шести тонн 231-ого на взрыватель мины. Последний отреагировал согласно своего предназначения и подорвал мину. Хотя бронеавтомобиль и не наехал колесом на саму мину, но раздавшийся в полуметре от правого переднего колеса взрыв разрушил мостик и сбросил с него БА. Броневик упал левым боком в воду болотного ручейка и тут же начал погружаться в ил и воду, да так быстро, что оглушенный и потерявший сознания экипаж, почти весь остался в нем, захлебнувшись водой и грязью. Из четырех человек экипажа сумел выбраться только один из водителей, с переднего поста управления, не потерявший во время падения сознания, так как сумел удержатся и не удариться головой о броню машины, что не сумели его остальные камарады. Раздавшуюся под настилом очередь негромких хлопков ни кто из немцев не услышал, зато очень скоро, идущие вслед за бронеавтомобилями экипажи танков Pz.Kpfw. II, почувствовали на себе последствия этих микровзрывов. Сперва передний танк сбросил левую гусеницу, после раздавшегося под ней взрыва, потом 'разулись' ещё три танка, причем водитель одного из них не справился с управлением и сверзился с гати, и болоту тут же начало засасывать попавшую в неё бронированную машину. Отвернулась удача и от экипажа пятого, идущего последним танка. Хотя он и не наехал гусеницами на мины, но раздавшиеся рядом с его ходовой пара взрывов разметала настил гати и танк сполз в образовавшуюся дыру, в грязи которой и застрял, зарывшись гусеницами почти по самые верхние катки.
  Мин в этой закладке хватило ещё и на передовой бронетранспортер, которому взрывом вырвало левое колесо. Но и остальных обороняющиеся не оставили без своего внимания. По остановившимся бронетранспортера ударили бомбы, выстреливаемые с бомбомета, расположенного на острове. Эрзац-химбомбы у ополченцев закончились и 'ганомаги' накрыли штатными осколочно-фугасными бомбами. Прямого попадания в десантное отделения БТРа, расчет бомбомета сумел добиться только одного. Но и взорвавшиеся рядом с бронетранспортерами более чем килограммовые фугасные бомбы, были не подарок. Их крупные осколки пробивали не очень то толстую броню кузовов транспортов, разбивали катки, направлявшие и иные детали в ходовой. В итоге все 'ганомаги' разведдозора оказались выведены из строя и не могли продолжать путь. Пострадало и четырнадцать солдат, девятерых осколки сразили насмерть, а пятерым несколько повезло, им пришлось мучится от боли после полученных осколочных ран.
  Умчавшиеся вперед мотоциклы, услышав, не смотря на расстояние и шум мотоциклетных двигателей, шум боя и развернувшись, вместе с легким бронеавтомобилем, помчались на помощь избиваемых товарищей. Но им они ни чем помочь не смогли, зато сами остались в этом болоте почти все. Когда спешенные мотоциклисты, под прикрытием своих пулеметов и оружия БА, приблизились к остатка мостика, по ним 'отработал' стоящий в ДЗОТе на острове 'Шварцлозе', почти непрерывным огнем добив по ним первую двухсот пятидесяти патронную ленту. После которой на гати мало кто из мотоциклистов шевелился. Досталось даже и бронеавтомобилю, стрелок которого каким-то образном умудрился словить русскую пулю.
  Заправивший второю и последнею ленту на двести пятьдесят патронов в 'Шварцлозе', первый номер пулемета, короткими очередями добил её по спешенному из БТРов десанту. Последние пару десятков патронов пулеметчик постреливал уже в одиночку, отправив остальные номера расчета с острова в тыл, под вид фонтанчиков взрывов, подбиравшихся к амбразуре всё ближе и ближе. Это автоматические пушки тройки танков и легкого бронеавтомобиля определив место, с которого по ним вёлся пулеметно-минометный огонь, подавляли его источники. К моменту окончания пулеметной стрельбы, бомбомет уже прекратил огонь, израсходовал весь свой скудный боезапас. Хотя это не помогло расчету бомбомета избежать потерь. Уже при отходе, короткая, в три 20мм снаряда очередь, врубилась в бруствер не глубокого хода сообщения, по которому в это время как раз брели по пояс в воде ополченцы. И двоих из них тут же 'попятнали' осколки от этих 'игрушечных' на вид снарядов, не серьёзного калибра, по сравнению с более мощными орудиями. Но бойцам хватило и их, и две души сразу же покинули свои бренные оболочки, небольшие осколочки пробив висок и выбив глаз, вошли в мозг двух номеров расчетов, убрав из его состава всех подносчиков. Пострадал и расчет станкового пулемета. Когда первый номер уже выходил из затопленного ДЗОТа, пробираясь к выходу по грудь в воде, кто-то из наводчиков вражеских автоматов наконец нащупал амбразуру ДЗОТа и влепил в неё семи снарядную очередь. На счастье ополченца, только пара снарядов, из влетевшей очереди, были осколочными. Их бронебойные собратья разломали, сбили в воду с эрзац-станка пулемет, потом поломали, со стороны каземата бревна тыльной стены, в которых и застряли. А два осколочных рванули внутри ДЗОТа. Правда, пулеметчику снова повезло, взрывы произошли уже в воде, в которые влетели снаряды. Так что ему досталось 'всего-то' пара мелких осколков, которые однако сделали своё дело, один пробил мышцы правого бедра и застрял в них, а второй влетел между ребер, так же застрял в одном из них, попутно сломав его. И быть бы бойцу мертвым, захлебнулся бы в этой болотной воде, да спасли товарищи, не ушедший без него в тыл, а оставшиеся дожидаться его в ходе сообщения за ДЗОТом и услышавшие или ощутившие каким-то иным чувством взрывы в ДЗОТе, вернувшиеся назад в укрепление и вытащившие первый номер не только из ДЗОТа и острова, но и дотащившие его до своих позиций и передавшие раненного медицине.
  Основная колонна не могла прийти на помощь попавшей в засаду своей разведке, ибо и по ней прошлась 'коса смерти'. Минуты через четыре, после первого подрыва в разведдозоре, идущий вторым в колонне Т-4, 'получив в подарок' взрыв под своей правой гусеницей, потеряв её остановился, тормознув и всю колонну. Но ещё до его остановки, под следующими тремя танками раздались взрывы. И если третий в колонне Pz.Kpfw. IV только 'разулся', то более мощные взрывы под четвертой и пятой бронированными машинами, не только перебили гусеницы, но и разрушили опорные катки. Так же пострадал от противотанковой мины и едущий следом за танками бронетранспортёр, у которого взрыв выломал переднее колесо и повредил бронекорпус.
  Не осталась без внимания и середина колонны. Началось все с подрыва на минах четверки танков, пары танкеток, буксирующих 37мм пушки и одного грузовика с припасами. И если для танков все окончилось перебитыми гусеницами, и максимум разбитым опорным катком, то для танкеток все обернулось значительно трагичнее для их экипажей. Мощные взрывы, раздавшие в полуметре от корпусов, попросту сбросили легкие бронированные машины, перевернув их вверх днищем, с гати в болотную грязь, которые с 'радостью' и приняла их, сразу же погрузив в себя до половины корпуса перевернутые 'малютки'. Ни кто из двух членов экипажа с обеих танкеток не спасся, захлебнувшись хлынувшей во внутрь тягачей жидкой болотной грязью. Но особенно не повезло грузовику. Взрывом его просто разорвало на две крупные половинки и множество мелких осколков, благо что перевозил он не снаряды, а имущество вещевого отделения роты. Про судьбу водителя и пассажиров этого автомобиля, ни кто из их сослуживцев даже не задавался вопросом. Уцелеть при таком взрыве им было невозможно.
  Не мало бед причинили 'гансам' и подрывы фугасов, заложенных 'на обочине' гати или даже на ней самой. Несколько идущих подряд взрывов, покрыли середину колонны 'роем' всякого металлического и каменного мусора, почти одновременно с подрывами противотанковых мин, лишь немного задержались по времени. Фугасная начинка из крупных кусков металла, а то и гранитных валунов или осколков, хлестнула по ходовой части танков, тягачей, автомобилей. И если паре танков и одному полугусеничному тягачу эти куски разбили катки и направляющие колеса, что в общем хотя и неприятно и своими силами не отремонтируешь, но в общем то не смертельно. То почти два десятка автомобилей с припасами пострадали значительно серьезно. Металло-каменный мусор из начинки фугасов, попросту размолотил в хлам колеса автомобилей, особенно со стороны взрыва.
  Но особенно пострадал 'хвост' этой механизированной 'змеи'. Когда на деревьях с левой стороны дороги пронеслась 'очередь' взрывов и на едущие автомобили, сверху- вниз, вдоль дороги, по движению и против него, обрушился убийственно смертельный 'смерь'. Начинка фугасов состоящая из металлической стружки, мелких обломков железа и обрезков проволоки, ржавых болтов, гаек, гвоздей, а то и простого гранитного щебня, из колхозного карьера, разорвав в клочья тенты на кузовах грузовиков, перемолотила в кровавую кашу сидящих в них солдат третьей роты, идущими в арьергарде кампфгруппы. Полностью вымело командование роты в легковом автомобиле и едущих перед ним мотоциклистов. Досталось и транспортным грузовикам, поражающие элементы пробив крыши кабины достали их водителей и сопровождающих. Как дополнения в разгром арьергарда, прозвучал 'залп' трофейных 75мм снарядов, прилетевших в 'хвост' колонны на высоте одного-полутора метров, со стороны смешанной рощи, с правой стороны дороги. Где эти снаряды были прикручены к стволам деревьев. Точку в этом кровавом 'представлении', в результате которого третья рота практически целиком была выбита, стал второй 'залп' прикрепленных к деревьям уже на высоте в два-три метра и направленных вниз, да ещё под углом в 45 градусов к движению. Что так же не добавило здоровья едущих по дороге немцам и целостности их транспорту. В результате этого 'артиллерийского обстрела' на дороге, к царящему на ней бедламу, добавились ещё пара взрывов содержимого грузовиков и горящие автомобили. Итогом этой фугасной ловушки стали растерзанное, а иногда и горящие почти три десятка единиц техники и множество трупов вражеских солдат.
  'Проклятье'-мысленно орал командир второго мотопехотного батальона 3-его моторизованной стрелкового полка 3-ей танковой дивизии 24-ого моторизованного корпуса 4-ой танковой группы, майор Герман Циммерманн, временно командовавший этой батальонной камфгруппой. 'Грязные восточные варвары. Ну погодите, дайте только дойти до вас и вы познаете всю мощь тевтонского гнева и оружия'. В это же время выходя из штабного бронетранспортера и поднимаясь по лесенки в кунг радийного автомобиля, снабженного более мощной радиостанцией, чем установленные в его штабном 'ганомаге'. В котором запросил командование, сообщив ему о боестолкновениях и понесенных потерях. Заодно и об ' полутора тысячи уничтоженных фанатиков-большевик, подрывавших себя вместе с вверенной ему техникой'. Запросил тягачи для эвакуации подбитой техники и транспорт для вывоза раненных и погибших. Все это ему было обещано, но не скоро. Так, как проклятые русские полностью разгромили полковую ремроту из 'родной' дивизии и теперь вытаскивать подбитые танки и иную технику было попросту не чем. Обещали 'взять в займы' эвакуационные взводы ремроты тридцать пятого танкового полка четвертой танковой дивизии 'своего' корпуса. Ну, а медики с похоронщиками попросту бояться ехать в одиночку в эти места, после всех потер понесенных вермахтом в этой местности. Будут ждать взводы эвакуации с сопровождением, к которым и присоединиться. После чего, Циммерманну осталось только приказать оставить поврежденную технику на месте, с минимальной охраной, убрав её с дороги, настолько, что-бы она не мешала движение остальной техники кампфгруппы. Заодно сложив в неходовые автомобили раненных, которым оказали первую медицинскую помощь, оставив с ними одного из ротных медиков, а так же сложив рядом с оставшимися машинами трупы погибших солдат рейха, ожидать похоронную команду и вывоза к месту вечного упокоения. Выполнив то, что он посчитал нужным сделать, майор вернулся в штабной БТР и дал команду на продолжение движение.
  Однако, колонна встала, что бы продолжить движение только через три часа, когда саперы с помощью пехотинцев и иных солдат из колонны, убрали в сторону мешающую проезду подбитую технику, пока доставили спиленные деревья и превратив их в бревна, заделали проделанные в ней взрывами дырами, восстановили взорванный мостик. Неся при этом, в первое время, ещё дополнительные потери, от растыканных по обочине дороги и даже гати, противопехотных мин, пока саперы не обезвредили их. Вот и пролетели эти три часов. Но и потом скорость не превышая пяти-десяти километров по проверенных саперами участках. А пока саперы в пешем порядке проверяли гать и её так называемые 'обочины', периодически находя то мину, то металлическую обманку, и потеряв, при попытке снять первую найденную мину, тройку своих камарадов, всё, что осталось от кампфгруппы, стояло на месте, ощетинившись во все стороны стволами орудий, пулеметов с карабинами и ожидая разрешений от саперов на проезд.
  ***
  Двигаясь таким темпом к указанному месту, камфгруппа только к концу светового дня сумела пройти гать и выйти к броду. Атака с ходу не удалась. Вновь назначенные в дозор мотоциклисты с танками, получив свою долю свинца, откатись к опушке, оставив на дороге и лугу пару подбитых танков, с тройкой мотоциклов и с тремя десятки трупов танкистов и мотоциклистов.
  Подход основных сил так же ни чего кардинально не изменил в сложившейся ситуации. Пока артиллерия нашла места для огневых, пока она там развернулась и окопалась, пока пехота и остатки танковой роты вышли на линию атаки, уже стало смеркаться. Произведя короткий артналет по вражеской позиции, по выявленным разведкой в ходе боя огневым точкам и укреплениям, и ленивенько атаковав их, немцы, ожидаемо получив ответку, отступили, ограничившись десятком погибших и пятнадцатью раненными камарадами. Танки, получив в 'лоб' по несколько тридцатисемимиллиметровых болванок, отползли в кусты, в которых и затаились, рассредоточившись. Так как русские гаубицы открыли ответных огонь и даже сумели достать одну 'четверочку', сбив у неё осколками гусеницу и ведущее колесо с левой стороны. После чего германцы прекратили на этот день какие-либо наступательные действия, начав окапываться в кустарнике по опушке.
  'Ни чего, пусть эти большевику пока поживут. Дождемся утра. Вот тогда и покажем вам всю мощь германского оружия. Все ваши укрепления и иные огневые точки мной и другими офицерами камфгруппы засечены. С утра солдаты покушают, попьют утренний кофе, и разнесут все тут в пыль, к чертям собачьим. Живите большевички до утра'-думал командир батальонной камфгруппой майор Герман Циммерманн.
  Однако утром у майора появились совсем иные заботы.
  Около 22.00 часов, когда солдаты вермахта только успели просмотреть первые сны, по кустарнику, полянкам в нем, части сосновой роще, прилегаемой к лугу и дороге, неожиданно хлынула вода. Стремительно покрывшая половину луга, кустарник, опушку с частью самой рощи и проезжею часть дороги до самой гати, петляющей между кустов до начала болота и настила через него. В последствии даже зайдя на настил гати, перетекая через него из болота с одной стороны, в болото на другой стороне. В среднем высота воды достигала колен, то есть примерно чуть более полуметра, но в лощинах, под понятие которых попали и окопы для пулеметчиков с артиллеристами, глубина достигали и полутора-двух метров. Так, что некоторым доблестным солдатам вермахта было не суждено проснуться. Хлынувшая вода затопила окопы, в которых спали солдаты и часть из них захлебнулась в ней, не сумев выбраться из раскисшей глубокой ямы стрелковой ячейки.
  И так то насыщенная влагой почва, получив дополнительное обильное увлажнение, окончательно раскисла, и все попытки вывести на более менее сухое место танки, окончились провалом. Гусеницы танков только глубже зарывались в грязь, окончательно лишая их экипажи даже надежды на возможность самостоятельное покинуть так неосмотрительно выбранное место ночевки. Что уж говорить про полугусеничные тягачи с бронетранспортерами и колесные автомобили, если гусеничные танки застревали во внезапно образовавшейся обильной грязи. Вся техника встала 'на мертво'. Попытки развести костры, в ночном, залитом на полметра водой лесу и кустарнике, не увенчались успехом. Дела приняли совсем катастрофический оборот, когда после полуночи ударил первый и неожиданно ранний в этом году заморозок. К утру поверхность воды была покрыты тонким ледком, но так же льдом схватилась и мокрая форма 'гансо-вояк'. К восходу солнца более сотни солдат великого рейха не увидели его первых лучей, замерзнув в обледенелой одежде до смерти.
  Майор Циммерманн доложив о случившемся в дивизию и получил приказ, бросив застрявшую технику и тяжелое вооружение, выводить людей назад в Радловичи, в которых обогреться, обсушиться, привести себя в порядок и дождавшись подкрепления, в виде пехотного полка итальянцев, повторить наступление по прежнему направлению, заодно отбить, освободить из грязевого 'плена', застрявшую технику и вооружение, вытащить их и направить на ремонт.
  И начался 'ледяной поход' кампфгруппы майора Циммерманн в Радловичи. По дороге, по колено в ледяной воде, брели, ставшие все в одночасье пехотинцами, солдаты кампфгруппы. Впереди, разбивая поверхностный ледок, ехала единственная, смогшая выехать в этот путь автомашина, благодаря тому, что стояла перед наводнением на твердом, утоптанном покрытии дороги. В кунге автомобиля, где были смонтированы радиостанции, ехал с радистами и сам майор. Бредущая за автомобилем своего командира колонна офицеров, унтер-офицеров и рядовых, постепенно уменьшалась. То один, то другой выходили к обочине и прислонившись к кустам замирали, что бы через некоторое время осесть вдоль ствола ивы или иного деревца, в стоящую у корней воду, в которой и засыпали навечно.
  Потеряв по дороге до половины вышедших с позиций солдат, в том числе бросив на гати все-таки застрявшую в грязюки дыры от мины, ставшей не видимой под покрывшим в этом месте дорогу десяти сантиметровым слоем воды, автомашину с радиостанцией, с охраной из отделения солдат и экипажа радийного автомобиля, но зато вобрав в себя оставленных ранее на охране поврежденной техники солдат, бросив на произвол судьбы часть тяжелораненых, а остальных и легкораненых забрали с собой. Только в сумерках, остатки подчиненных майору вояк, численностью чуть более двух пехотных рот, вошли в деревню и выставив караулы, расползались по брошенным избам, чтобы тут же уснув, успев только сбросить обледеневшую форму. Перед этим потерявшие почти всех офицеров и большинство фельдфебелей от снайперского огня русских стрелков.
  Но долго спать и отогреваться 'фрицам' не пришлось, через час, после первой смены часовых, по крышам всех строений Радловичий, со всех сторон, был открыть винтовочно-пулеметный огонь. Естественно изрешетившие крыши пули разбили заложенные около стропил крынки со смесью бензина с маслом, живицы и скипидара. Не миновали пули и бутылок с изделием юного деревенского химика и его учительницы, жидкость которых при соприкосновении с воздухом тут же воспламенилась и из под крыш вырвалось уже жарким пламенем, поддержанное содержимых уничтоженных крынок. Начав совместно с ним 'жадно пожирать' высушенную древесину стропил, балок и покрытия крыш. Стремительно, огонь с крыш перекинулся на стены зданий, которые так же мгновенно занялись.
  К рассвету от Радловичий осталось лишь дымящее пожарище, да почти рота немцев. Не все камарады пережили этот ночной огненный ад. Кто задохнулся в дыму, а кто и сгорел заживо, оказавшись между пылающими строениями, в том числе погибла подавляющая часть приведенных с гати раненных. Но и это был ещё не конец кошмара. В предутренней редеющей мгле, появились русские, которые пулеметным огнем мгновенно сократили 'поголовье' германских солдат и непобедимые солдаты великого рейха побежали. Бежали, не смотря на громадную усталость, на удивительно резво, на север, по дороге в Корма. Даже шквал пуль из тройки пулеметов, установленных вдоль дороги, не остановил бег, только добавил прыти. Тем более, что и офицеров к этому времени уже не осталось, а те фельдфебели и унтера, которые пытались остановить солдат и организовать отпор, тут же гибли от метких пуль вражеских воинов.
  До Корма добежало порядка пары взводов полураздетых, замученных, замерзших и обессиленных, окончательно деморализованных солдат фюрера, под командой только пяти унтер-офицеров, ибо все офицеры и фельдфебели остались где-то там, в этом ледяном и огненном аду, который был у кампфгруппы майора Циммерманна последние пару суток.
  ***
  -Как только что новое удивишь, срочно звони. А пока конец связи.-окончил беседу Иванов.
  -Есть звонить. Есть конец связи. - подтвердил получение приказов наблюдатель.
  'Что же теперь осталось ждать'. - подумал комендант участка, и приступил к тому действию, на которое мысленно уже настроился.
  Минут через тридцать снова зажужжал вызов с телефона прямой связи с НП. И младший лейтенант поднял трубку.
  -Товарищ командир, началось. -доложил наблюдатель. -Сначала раздались взрывы где-то на гати, результатов мне видно не было. Зато когда ребята рванули фугасы над 'хвостом' колонны, я всё отлично рассмотрел. Первыми накрыли германцев фугасы с левой, от них, стороны дороги, потом добавили дополнительного бедлама снаряды с правой стороны, из рощи, и окончательно добили 'хвост' снаряды влетевшие в него с верха деревьев, опять из рощи. Так, что теперь там все горит и взрывается. 'Гансов' набито богато, вон почти всю дорогу усыпали.
  -Ну ты сильно то не преувеличивай. Вся дорога усыпана. Но смотри бди. Как немчура мимо тебя назад пойдет, только только первые из них появятся на гати, с твоей стороны, сообщи мне. И будь на связи. Как только к тебе подтянутся наши подрывники, ты их к снайперским группам отведи и пусть рядом с тобой сидят до команды.
  -Понял товарищ лейтенант.
  
  И опять началось ожидание.
  Немцы появились даже позже чем рассчитывали при планировании боя Иванов с Прохоршиков, только под вечер. Сильно задержались при прохождении остатков пути, от мест засад до брода.
  Первый и второй наскоки танков с пехотой и артналет в перерыве между ними, прошли без больших потер у оборонявшихся. Один погибший и пятеро раненных, терпимая цена за удержание позиций против превосходящего противника. А потом наступила ночь.
  
  - Маша дай усадьбу. Кто? А. Давай Иван Олесович, не подведи отца, закрывай полностью задвижки на плотине, дождись полного наполнения пруда и открывай слив на левобережье.
  -Вот Сергей Аполлинарьевич и запускаем ещё одну задумку.-положив трубку на телефон, уведомил Иванов своего заместителя.
  -Ну ещё парочка в запасе имеется. Пока все идет так, как мы и планировали.-ответил Прохоршиков.-Так, что дождемся утра. Посмотрим, что германцы предпримут.
  -А что нам ещё остаются. Опять ждать. Мы в этот раз больше ждем, чем воюем.
  -Максим, а что в том плохого, что ждешь?
  -Согласен Аполлинарьевич. Лучше ждать, чем воевать. Так, что садимся и ждем.
  
  На утро мокрые, замерзшие немцы выбрали наиболее благоприятный для ополченцев вариант, побежали, бросив всю застрявшую в грязи технику и тяжелое вооружение.
  И снова ожидание. Которое прервал звонок с ПН.
  -Командир, германцы показались на гати. Ты смотри, краше в гроб кладут.
  -Это хорошо, что краше. Передай снайперским группам приказ, пусть работают по 'гансам'. Особо напомни, что в первую очередь отстреливать они должны офицеров и фельдфебелей с унтер-офицерами. В общем тех, кто командовать начинает, даже если он и не входит в ранее указанные мной категории смертников. Всё понял, что передать? Да, как только 'фрицы' по хатам в Радловичах расползутся, так же сообщи мне. И своих держи под рукой, посыльными поработают.
  -Так точно товарищ командир. Все передам слово в слово, ни чего не перепутаю.
  -Маша дай усадьбу. Кто? Иван давай закрывай ремонтный слив. Да, правильно понял. Закрывай. На плотине поставьте обычный слив, как всегда был.
  -Прохор! Прохор! Слушай сюда малец. Передай на радио группе деда Фядота, пуст открывают на всю затвор на нижней плотины и начинают сливать воду с левого берега. Потом доложишь об исполнении.
  - Сергей Аполлинарьевич готовь наши танки и десант на них к рейду. Сколько можем выставить?
  -Все, сколько в прошлые бои набрали: по пять двоек и троек, а так же пару штурмовых самоходок. Всю бронетехнику успели залатать, отремонтировать, провести техническое обслуживание.
  -Ну вот и хорошо. Часика через четыре водичка сойдет, часикам к пяти-шести дорога подсохнет, подмерзнет. Вот перед рассветом и пойдем в рейд.
  
  -Дядька Максим!- минут через двадцать напомнил о своём существовании штабной радист, исправно работающий на трофейном аппарате и обслуживающий его.
  И когда Иванов обернулся на этот крик, продолжил уже официально:-Товарищ комендант Ваше приказание выполнено. Радиограмма в группу деда Фядота передана. Подтверждение получено.
  -Молодец, но прекращай больше орать, как в колхозе, 'дядька Максим'. Мы теперь в армии, вот и обращался, как в уставе написано. Вот отобьем фашиста, заставлю Вас оглоледов уставы учить.-немножко отчитал, немножко по угрожал своему подчиненному Иванов.
  
  К вечеру, в который уже раз, зажужжал телефонный вызов с НП.
  -Товарищ командир, немцы в Радловичи все вошли, которые уцелели. Наши снайпера хорошо поработали, опять богато их офицериков побили.
  -Хорошо. Теперь отправь своих пацанов к снайперам. Пусть берут минеров и выдвигаются к Радловичам, берут их в кольцо. И когда угомонятся 'фрицы', немного разоспятся, пусть начинают стрельбу, как их инструктировали перед выходом. Минерам снайпера сами пускай объяснять, что и как делать, куда и чем стрелять.
  -Будет исполнено товарищ командир.
  ***
  И вот наступило время выхода рейдовой танковой группы с десантом на броне, которую повел сам комендант участка. К этому времени вода в основном сошла почти из всех мест. Оставшись в низинках с окопами, да в болоте. Зато все усиливающийся морозец подморозил грязь, которой и так то было не много на укатанном щебне дороге или обледенелых бревнах гати. Радловичи уже в основном догорели, хотя подходить к грудам пышущих жаром головешек было ещё не комфортно, уж очень сильно пригревало, обжигало. Уцелевшие гитлеровцы, выскочившие из пылающей деревни, были дополнительно 'обижены' снайперскими пулями и пулеметным огнем и побежали к Корма, до которых добрались единицы.
  Танковая группа ополченцев без происшествий к десяти часам дня добрались к пепелищу Радловичи, по пути разоружив и пленив охрану с экипажем брошенной радийной машины, которые увидев подходившую к ним колонну, сразу сдались, не делая ни каких попыток к сопротивлению или бегству, что говорить о наличии здравого смысла у этих солдат вермахта. Отправив пленников под конвоем назад на позиции, с приказом начать вывозить с гати и дороги подбитую и брошенную вражескую технику, группа продолжила путь, который и окончился у свежего пожарища. Подобрав на броню группы минеров и снайперов с пулеметчиками, Иванов продолжил набег на временно оккупированную врагом территорию, с надежно опять чем-либо поживится на ней за счет германца. И его надежды сбылись. Танковая группа, буквально 'нос в нос' столкнулась с парой эвакуационных полугусеничных тягачей Sd.Kfz.9/1 с установленными на них шеститонными кранами. Вместе с ними ехали три трехосных французских грузовиков 'Лаффли' (Laffy 15), загруженных автомобильными колесами, шинами с камерами, звеньями гусениц, опорными катками с ведущим колесами и иными запасными частями, необходимых для ремонта поврежденной техники кампфгруппы майора Циммерманна. В качестве сопровождения с ними в колонне шли тройка трофейный французский санитарных фургонов 'Citroen TAMH' и пара санитарных фургонов 'Renault AFB', так же из французских трофеев. За санитарными фургонами пристроилась тройка захваченных 'французов', в виде двухосных длиннорамных грузовиков фирмы 'Renault ABF' похоронной команды. Правда, с марками тягачей, автомобилей и мотоциклов, а так же странами и фирмами производителями, разобрались уже значительно позже, когда прибыли на свои позиции. В качестве эскорта выступали три тяжелых германских мотоцикла 'Цундап' с колясками, с одним пулеметом МГ-34 в одной из них.
  Пользуясь тем, что его люди ехали на трофейной технике и даже одеты в своем большинстве были в переделанную колхозными портными трофейную форму, если не приглядываться, то похожую по цвету и крою, Иванов сблизился вплотную с вражеской колонной и когда немцы разобрались в своей ошибке было уже поздно. Даже солдаты 'понюхавшие пороха' из сильно потрепанного мотоциклетного батальона 3-ей танковой дивизии, не стали сопротивляться, а остановившись, заглушив двигатели подняли руки вверх. То что требовать от тыловиков, которые тем более, без всякой мысли о сопротивлении задрали руки к небу.
  В ходе блиц допроса установили, что тыловая колонна вышла в путь, не став дожидаться подразделений пехотного полка итальянской армии, который не поспешая двигался к деревни Радловичи, для оказания помощи остаткам кампфгруппы майора Циммерманна. После чего рейд был быстренько свернут и группа не задерживалась ушла назад.
  ***
  Пока Иванов геройствовал в рейде, его заместитель Прохоршиков, приступил к сбору трофеев с этого сражения. В первую очередь начали собирать добычу с дальнего конца дороги, от Радловичий. Хотя и сильно побила начинка фугасов 'хвост' колонны Циммерманн, но и там нашли, что собрать. Остальные автомобили, тягачи, бронетранспортеры и танки, брались на буксир тягачами, благо их у ополченцев в это время было много, и обеспечив возможность передвижения, заменив поврежденные детали ходовой их эрзацами, отбуксировали за свои позиции, откуда в последствии перетащили на территорию колхозных механических мастерских. Из пары перевернутых танкеток-тягачей, оказавшимися французскими легкими тягачами 'Penault UE' ('Рено'), сумели вытащить парой кранов, имевшихся на вновь затрофееных тягачах, только одну, которую тут же не мешкая отбуксировали к себе. Так же с помощью кранов на этих тягачах 'добыли' из болота и из грязи в дыре на гати и пару застрявших танков. Вторую, а так же и сброшенный в ручей бронеавтомобиль, временно оставили в покое, уж очень их болото крепко держало, не отпускало. Пока вбив вокруг них в грязюку колья-сваи, закрепили бронетехнику веревками к ним, что-бы предотвратить дальнейшее её погружение в болото.
  'Будет зима, морозы прижмут, всё промерзнет, мы и вырубим эту технику'-решил Прохоршиков.
  Что собственно и было выполнено. В январе постепенно вырубая лёд и давая нарасти новому по краям вырубки, создали широкие и длинные колодцы из которых осторожно вырубили бронеавтомобиль и тягач 'Рено'. Которые после ремонта вошли в строй ополчения оборонительного участка.
  Пришлось, по пришествию недели, вырубать из грязи и застрявшие в рощи с кустарником танки, тягачи, автомобили, орудия, брошенные разгромленной кампфгруппой майора Циммерманна. Заодно разыскивая и собирая на бывших гитлеровских позициях и иное оружие- минометы, пулеметы, карабины, при этом иногда вырубая из замерзшей грязи и их.
  ***
  Попытка наступления итальянской пехоты, прибывшей в бывшие Радловичи к полудню следующего дня, после окончания крайнего рейда, была отбита без большого напряжения. Установленные прямо на гати шесть 105мм легких трофейных гаубиц, накрыли своими снарядами продвигающую к гати вражескую цепь, после чего 'разобиженные' гордые сына Апеннин, удалились на пепелище, где начали зарываться в землю, беря древесину в ближайших лесах. Пришлось даже на время снять НП, так как возникла серьезная опасность его обнаружения бродящими по лесам 'дровосеками в погонах'. Уже к декабрю, отчаянно мерзшие потомки римлян, по залезали в вырытые ими блиндажи и землянки и не 'казали из них носа', выходя только в караул, да по естественным надобностям (поесть, попить, по какать, пописать). Окружив свои временные жилица рядами окопов и ДЗОТов, наследники легионеров сели в круговую оборону. И более, не смотря на все попытки, как своего командования, так и союзников, с места не сдвинулись, просидев в обороне все время до общего советского наступления в Белоруссии. Хотя со стороны русских к ним 'в гости' частенько наведывались 'друзья'. Периодически забирая с собой в качестве 'подарка', то зазевавшегося часового, то спешащего по личной нужде солдатика, али даже офицерика. Иногда 'заглядывая на огонек' в жилища итальянцев, взяв в качестве 'приза' парочку наиболее приглянувшихся 'языков', оставляли после себя трупы остальных обитателей землянки или блиндажа, а на входе в него прилаживая взрывоопасный 'подарок'. Бывали случае, что русские 'посетители' умудрялись 'пригласить к себе домой' всех обитателей укрепления, перегоняя их к себе. Но и при этом, следую правилам хорошего тона, оставляли сослужившем своих 'гостей' у входа взрывающие 'утешительные сюрпризы'.
  Не давали расслабиться воякам Муссолини и снайперы ополченцев. Стоило забыться, зазеваться и высунутся из укрытия, как довольно часто, в неосторожно выставленную часть тела, из окружающих лесов прилетала меткая пуля русского стрелка и поражала раззяву.
  Но как бы то не было и русские и итальянцы пока держали фронт и не намеревались его открывать.
  
  
  
  
  
  
Оценка: 5.03*18  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com П.Лашина "Ребята нашего двора"(Научная фантастика) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Антиутопия) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Емельянов "Мир Карика 10. Один за всех"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) Eo-one "Что доктор прописал"(Киберпанк) Д.Хант "Дракон и феникс"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"