Cмоликов Александр: другие произведения.

Цепной пес и одинокий волк

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Боевик. Крутого бандита Молодцова по прозвищу Молот конвоируют на следственный эксперимент. Подельники вступают в сговор с коррумпированными сотрудниками милиции и нападают на конвой. Конвойный сержант Серегин оказывается между молотом и наковальней. Один живет по закону: служить и защищать, другой по понятиям: не верь, не бойся, не проси. У каждого своя правда, и, кажется, никогда ни при каких обстоятельствах они не будут по одну сторону баррикады. Вот только...

  
  
  ЦЕПНОЙ ПЕС И ОДИНОКИЙ ВОЛК
  повесть
  
  
  Эта история произошла в двухтысячном году. Андрей Молодцов по прозвищу Молоток или Молот не хотел браться за эту работу, сразу почувствовал, что она плохо пахнет. Но нужны были деньги, - а кому они не нужны, - и он согласился.
  Они сидели в просторном кабинете с дорогой мебелью. Над черным кожаным креслом висел портрет нового президента, чуть дальше - российский флаг, и еще дальше, в углу - две новые печатные иконы: Спаситель и Богородица, с блестящими от новизны, словно затянутыми пленкой глазами.
  За столом для заседаний сидели Константин Аркадьевич, Кирюха Лобненский и Андрей Молодцов. Константин Аркадьевич в элегантном костюме с депутатским значком нервно курил, стряхивая пепел после каждой затяжки, Кирюха тяжело сопел, медленно переводя взгляд маленьких поросячьих глаз то на Константина Аркадьевича, то на Молодцова.
  Молодцов держался подчеркнуто спокойно, положив на колени тяжелые руки с поддернутыми рукавами водолазки, открывавшими широкие запястья. Сквозь короткую прическу проглядывали шрамы. Его будто выбитое из камня лицо было выразительно, порой очень жесткое, через секунду могло стать веселым и даже добродушным. Широкий раздвоенный нос делал его немного комичным, но только до момента, пока его взгляд не становился холодным и немигающим. Когда этот взгляд встречал человек, ему казалось, что его взяли за грудки и прижали к стенке.
  Они сидели без света, с опущенными жалюзи, как будто темнота могла надежней сохранить их тайны. Дневной свет просачивался через жалюзи узенькими полосками, в которых клубами струился табачный дым.
  Константин Аркадьевич привстал и протянул сидящему напротив Молодцову руку. Молодцов сидел, откинувшись на спинку стула, на некотором отдалении от стола.
  - Константин Аркадьевич.
  Молодцов не отреагировал, как будто был глухим, продолжал сидеть и смотреть на него, как бы изучая. Константин Аркадьевич подождал пару секунд и наклонился над столом, чтобы Молодцов мог пожать его руку, не вставая. Молодцов ответил на рукопожатие, не привстав, не двинувшись корпусом, и даже глаза отвел, как будто потерял к нему интерес.
  - Андрей.
  - Очень приятно. Меня тоже можно просто - Костя. - Константин Аркадьевич одернул пиджак и сел. Он волновался. - Кирилл рекомендовал вас, как человека, который может помочь в непростом деле.
  Кирюха двинулся на стуле грузным туловищем, засопел.
  - Аркадьич порядочный мужик, у нас общие дела, много раз помогал нам. Теперь мы можем оказать ему услугу.
  - Есть один человек, с которым у нас проблемы. Серьезные проблемы. - Константин Аркадьевич начал сбивчиво, посмотрел на Кирюху и после его кивка продолжил. - Дело вот в чем. Полтора года назад был предоставлен кредит... Банк, в котором контрольный пакет акций принадлежит правительству, предоставил кредит нашему банку... ну, в общем, банку, в котором вот и Кирилл один из соучредителей. Крупный кредит. Очень крупный. Деньги перевели, - он затушил сигарету и, не имея чем занять руки, взял ручку и стал нервно крутить ее. - Банк, в свою очередь, эти средства кредитовал ряду фирм... фирмы однодневки... Ну, вы понимаете. Недавно правительство инициировало проверку. Человек, о котором я упомянул, работал в нашем банке. Все операции он фиксировал, делал копии. Собирал компромат, как говорится. Месяц назад мы попросили его написать заявление. Замминистра позвонил мне, попросил пристроить племянника... Мы, значит, его увольняем, а он нам - возместите мне, и такую сумму, что ни в какие ворота... Мы его послали, а он - угрозы. Мы думали: блефует, а он - заявление куда надо. Самое ужасное в этой истории, что у него есть кое-какие бумаги... с подписями. И моя подпись там есть, и не только моя. Если эти бумаги окажутся в комиссии, такое начнется, такие головы полетят! В общем, этого нельзя допустить. Понимаете?
  - Где он их держит? - спросил Молодцов.
  - А? Дома. Без сомнения. Вчера он показывал их одному человеку, который, по счастью, с нами сотрудничает. Андрей, если вам удастся раздобыть эти бумаги, просите, чего угодно, хоть миллион.
  
  Белый БМВ седьмой серии шел по Дмитровскому шоссе, как лебедь над водной гладью, скрадывая неровности русской дороги основательностью собранной немецкими руками конструкции. Кирюха тяжело сопел, положив пухлую руку на руль. Молодцов равнодушно глядел на дорогу.
  Справа вынырнула красная Мазда-трешка и подрезала БМВ. Кирюха резко затормозил.
  - Смотри, что делает!
  Он нажал на газ и пустился в погоню, беспрерывно сигналя, он убирал с пути все машины. Наконец, он догнал Мазду и прижал к обочине. За рулем была девушка. Кирюха опустил стекло.
  - Машину насосала, а ездить не научилась!
  Девушка вспыхнула, но не ответила. Молодцов даже не взглянул на нее. Кирюха надавил на газ, и Мазда осталась позади.
  - Как этим дурам руль дают? - он перестроился и заговорил на другую тему. - Молоток, если ты достанешь бумажки, про которые Аркадьич говорил, тебе многие спасибо скажут. Не только я. Многие, - он тяжело засопел. - Только запомни, ошибиться ты не можешь.
  Они встретились глазами.
  - Что значит - ошибиться? - спросил Молодцов.
  - Кредит - двести пятьдесят лимонов. Знаешь, чьи там подписи? Аркадьич из них самый мелкий, не смотри, что депутат госдумы. Прикинь, что будет, если их назовут?
  - Почему ты сам за это не взялся?
  Кирюха засопел, медля с ответом, вернул взгляд на дорогу.
  - Молоток, тебе чего, лимон баксов не нужен? Я ж о тебе думал. Зря, что ли мы вместе пятилетку отмотали?
  
  В кабинете оперуполномоченных уголовного розыска отдела милиции по Дмитровскому району на высоком несгораемом шкафу стоял бюст Ленина в сдвинутой набекрень милицейской фуражке. Оперуполномоченный Малышев отличался от других оперов очень нежным для этой профессии характером. Некоторые даже подшучивали, что он голубой. Он стоял, согнувшись, и сыпал в аквариум корм, с интересом наблюдая, как рыбки стайкой бросаются вверх.
  Сзади раздался резкий звук хлестких ударов и после этого тяжелое прерывистое дыхание. Малышев глянул через плечо и поморщился.
  На стуле посередине кабинета сидел здоровый коротко стриженный мужик со скованными за спиной руками. Лицо его было в кровоподтеках. Он был в джинсах, черной футболке и черных ботинках, вся одежда была забрызгана кровью. Это был Молодцов.
  Перед ним стоял капитан Зломан в рубашке с закатанными рукавами, в кобуре, висевшей по-ковбойски на бедре. Капитан был высокий, крепкий, у него было вытянутое жесткое лицо и колючий взгляд.
  Молодцов повернул голову и вытер о плечо выступившую на губе кровь. Зломан вытер салфеткой кровь с разбитого кулака.
  - Конечно, откуда тебе было знать, что в этом же доме кого-то пасут менты в окно из дома напротив? Тебе надо было только шторку задернуть, и не сидел бы ты сейчас тут. Надо же! Такому стреляному воробью как ты, Молодцов, и так лохонуться! - он бросил в корзину скомканную салфетку и несколько раз сжал и разжал пальцы. - Алексанян показал, что тебя интересовали документы. Не деньги, не ценности, а банковские документы.
  Молодцов смотрел ему в глаза и молчал.
  - Зачем тебе эти документы?
  Молодцов сплюнул на пол.
  - Кто тебя навел? - Зломан поставил ногу на край стула, на котором сидел Молодцов. - Молчишь. Чего ты добиваешься? У тебя же две судимости, ты ведь понимаешь, что тебе крышка. Найти заказчика - вопрос времени, так какой смысл упираться?
  - Вот и ищи.
  - Значит, не хочешь по-хорошему? - Малышеву, - не хочет по-хорошему.
  Зломан обошел Молодцова сзади, задрал как на дыбу его руки и ударил наручниками об колено. Наручники защелкнулись до отказа. Зломан подошел к столу, взял целлофановый пакет и опять обошел Молодцова сзади.
  - Малышев, давай держи ему ноги!
  Малышев отвернулся от аквариума и скривил физиономию.
  - Иди тогда Линькова позови! - Зломан бросил пакет. - Больно нежные все стали! Сам вот коли его!
  Малышев вышел. Зломан пошел за ним, посмотрел в коридор, плотно закрыл дверь и вернулся к Молодцову.
  - Слушай, Молодцов, хватит из себя рейнджера строить. Давай, договоримся? Делись, ты ведь сам по этим законам живешь. Давай двадцать штук и прямо из кабинета выйдешь и пойдешь куда хочешь, а?
  Молодцов молчал, слышалось только его тяжелое бычье дыхание.
  - Тебе двадцать штук дороже, чем здоровье?.. Нам ведь Алексанян сказал, что это за документики, которые ты у него искал. Мы покумекаем, вдруг тебя подороже можно продать.
  В коридоре послышались шаги. Зломан посмотрел на дверь.
  - Не будь же кретином, Молодцов! Я ведь с тобой сейчас все, что хочешь, могу сделать, - он наклонился и приблизился к его лицу. - Я тебе кости переломаю и скажу, что ты набросился на меня во время допроса!
  Руки Молодцова сделались багровыми. Он поднял голову, его лицо было в испарине, но глаза смотрели по-прежнему твердо. Зломан приблизил к нему лицо и продолжал вкрадчиво.
  - Тебе ведь больно сейчас, очень больно. А я могу сделать так, что тебе эта боль щекоткой покажется, понимаешь? По-настоящему, - и вдруг заорал ему в лицо. - Кто тебя навел? Кто, говори!
  - Пошел ты...
  - Сука!
  Зломан выпрямился и со всего маху ударил его по лицу. Дверь открылась, и в кабинет вошел прапорщик Линьков.
  - Леха, держи ему ноги! - Зломан тряхнул кулаком, - парень по-хорошему не понимает. Значит, будем по-плохому!
  Линьков с готовностью подошел к Молодцову, обхватил его за колени и навалился всем весом. Зломан взял пакет и накинул Молодцову на голову.
  
  В дежурной части под убаюкивающее шипенье раций дежурный майор Фомин задремал, подперев щеку кулаком. Дверь открылась, и в дежурку вошел Зломан.
  - Дай-ка табачку, Михалыч.
  Фомин спросонок стал поправлять на голове фуражку, которая на самом деле лежала на столе. Очухавшись, полез за сигаретами и протянул Зломану пачку.
  - Вон вы какого крутичка взяли, - сказал он, когда Зломан достал из пачки сигарету.
  Зломан прикурил и потер красные от бессонницы глаза.
  - Если б он кололся так же легко, как попался, - пробормотал он.
  - Это пока. Ты ж кого угодно расколешь. По-любому - дырку коли, - кивнул на погон.
  - На хрена мне дырка? Если б за нее платили нормально.
  
  Сержант Серегин работал в милиции недавно - второй год. Он был единственный сотрудник в отделе, кто мог прийти в свободное время в оружейку и почистить свое оружие. Вот и в этот день он перед выездом чистил автомат. Склонив над столом свое длинное худощавое туловище, он старательно протирал каждую деталь разобранного автомата.
  - Серегин!.. Серегин!
  - Сейчас! - отозвался он на голос заступившего с утра дежурного Осипова.
  - Давай быстрей, уже инструктаж начался!
  - Иду!
  
  Начальник отдела подполковник Хуснутдинов поднялся из-за стола и одернул китель. Выправка и осанка выдавали в нем бывшего военного. Вдоль стены кабинета кривым строем стояли Зломан, Линьков и водитель Дмитрич. Зломан был в штатском, Линьков и Дмитрич - по форме.
  - Да не нужен он нам, Николай Тимурович! - выпалил Зломан.
  - Что значит - не нужен? Ты это брось!
  - Дайте кого-нибудь другого, товарищ подполковник, - попросил Линьков.
  - Я сказал - Серегин поедет! - отрезал Хуснутдинов.
  - Николай Тимурович, я вас очень прошу, - Зломан еле сдерживался.
  - Отставить! Что за самодеятельность? Того не хочу, хочу этого! Распустились тут! - на лице Хуснутдинова заходили желваки. Он подошел к ним и оглядел каждого с головы до ног. - Тоже мне воинство. Что такое? - он посмотрел на ноги Дмитрича, обутые в кеды.
  - У меня, товарищ подполковник, ноги болят, я в форменных не могу. Да кто меня видит, все время за рулем.
  - Ноги болят - марш на пенсию! Вы уже десять лет как там должны быть, - он повернулся к Линькову и ущипнул его за живот.
  
  Серегин нажал на спусковой крючок, - щелк, - на предохранитель, и выбежал из комнаты чистки оружия, забросив автомат на плечо. Он быстро шел по коридору. Дежурный Осипов, брякая ключами, выглянул из оружейки в коридор.
  - Давай бегом!
  
  Хуснутдинов с презрением посмотрел на Линькова.
  - Пораспустили животы, мотню свою только в зеркале видите. Одно слово - милиция. Вас бы в войска, да ко мне в роту, я б из вас сделал... - он перешел к Зломану, - А Серегин парень молодой, спортивный, все проверки на "отлично" сдает.
  
  Серегин бежал по лестнице.
  
  Зломан поморщился и покрутил головой.
  - Да втроем управимся, мы же не в Чечню едем.
  - Я сказал - Серегин поедет, - повторил Хуснутдинов строго, отвернулся и пробормотал. - Мы хоть отдохнем тут от его рвения.
  
  Серегин бежал по коридору на втором этаже.
  
  Хуснутдинов вернулся к столу.
  - Ничего, вчетвером надежнее. И веселее.
  
  Серегин подбежал к кабинету начальника и открыл дверь.
  
  - Товарищ подполковник, разрешите войти?
  - Почему опаздываете, Серегин?
  - Автомат чистил.
  - Оружие надо чистить после службы, а не перед. Ладно, становитесь в строй.
  Серегин встал после Дмитрича. Форма ладно, как на солдате, сидела на его высокой худощавой фигуре. У него было гладкое юное лицо с румяными как у девушки щеками. Хуснутдинов сел за стол.
  - Сегодня вам предстоит ответственное задание. Вы повезете на следственный эксперимент особо опасного преступника. Дважды судимый, по образу жизни и по духу бандит. Не отморозок какой-нибудь, но человек бывалый и отчаянный, бывший афганец, - он глянул в бумаги, лежащие на столе. - О, прозвище само за себя говорит: Молот. На воле у него дружки, и, хотя тревожной информации не поступало, но расслабляться нельзя. Капитан Зломан, чтобы дисциплина была на высоте. Задача ясна?
  - Ясна, товарищ подполковник.
  - Выполняйте.
  
  Во внутреннем дворе отдела милиции таджик в оранжевом жилете ритмично шуршал метлой. Младший сержант тащил за шиворот пьяного. Напротив дверей стоял автозак.
  - Нинка как картинка с фраером гребет! - орал пьяница.
  - А ну прекрати! - тряхнул его младший сержант.
  - Дай мне Керя финку, я пойду вперед!
  - Да заткнешься ты?
  Из дверей вышел Зломан и направился к автозаку. За ним появился Молодцов, остановился и, щурясь, посмотрел на солнце.
  - А па-аинтересуюсь,.. - пьяница увидел Молодцова, от которого и в наручниках веяло уверенностью и силой, и замолк.
  За Молодцовым появился Линьков.
  - Не останавливаться!
  Молодцов подошел к автозаку и поднялся внутрь. За ним полез Линьков. Молодцов зашел в камеру и Линьков закрыл за ним дверь.
  - Давай руки, - он через решетку снял с него наручники.
  Молодцов сел, размял затекшие запястья.
  Линьков снял с плеча автомат, сел, посмотрел на Молота, но, встретившись с ним глазами, сразу отвел взгляд.
  - Ну что, скоро там? - крикнул он в открытую дверь. - Кого ждем, Палыч?
  - Да погоди ты! - ответил Зломан.
  - Чего годить-то. Пока в этой духоте будешь годить, одуреешь совсем, пробормотал Линьков и вытер лицо платком.
  В автозак поднялся Серегин и сел рядом с Линьковым. Зломан лихо запрыгнул на сиденье рядом с Дмитричем, и скомандовал:
  - Поехали!
  Дмитрич выбросил в окно сигарету и включил передачу. Дежурный Осипов открыл ворота. Автозак не спеша выехал со двора.
  
  Молодцов сидел, положив руки на широко расставленные ноги, опустив глаза в пол. Линьков покосился на кобуру на поясе Серегина, и хмыкнул.
  - Делать тебе, Пашка, нечего.
  - Чего?
  - Чего ты с кобурой-то? Я вообще только с пээмом хотел ехать, да Осипов уперся. А ты и автомат и пээм на себя навешал. Ты, наверное, в армии в войну не наигрался.
  - Положено и автомат, и пээм брать.
  - Мало чего положено! Положено со свистком ходить. Может, у тебя и свисток с собой?
  Серегин ударил себя по нагрудному карману и нащупал угловатую выпуклость.
  - С собой.
  - Ну, ты вообще.
  Серегин закрыл глаза, делая вид, что собирается подремать. Линьков толкнул его локтем.
  - Я могу еще понять, что ты молодой, хочется спортом заниматься, качаться, но на хрена ты во всем стараешься выпендриться, инструкции зубришь, положения всякие?
  - В юридический хочу поступить.
  - В юридический применение спецсредств надо сдавать?
  - Инструкцию по применению спецсредств должен знать каждый сотрудник.
  - Ты сколько в милиции работаешь, полтора года? А я шестнадцать. И все шестнадцать нормально работаю, и до меня нормально работали. Есть такая вещь - опыт называется, так вот его никакие инструкции не заменят.
  - Чего ж ты тогда каждый раз спрашиваешь, как рапорт писать?
  Автозак выехал на бетонку и погнал в сторону Сергиева-Посада. Дмитрич степенно покуривал, Зломан смотрел вперед, сдвинув брови, в нем чувствовалось беспокойство.
  Линьков перекладывал на коленях автомат, он раздражал его.
  - А зачем ты в тире кувыркаешься?
  - Упражнение такое.
  - Я в него и без упражнений попаду. - Тихо, чтобы не слышал конвоируемый, сказал Линьков.
  Он кивнул на решетчатую дверь и столкнулся глазами с Молодцовым. Не выдержав его взгляд, он заморгал и стал тереть переносицу.
  - Лех, тебе вообще какая разница, какие я упражнения делаю и зачем законы учу? Ты мне не начальник, - ответил Серегин.
  - Просто не понимаю. Может ты выслужиться хочешь, для этого все проверки на отлично сдаешь? Тимурыч тебя хвалит, говорит, что ты честь отдела отстаиваешь.
  Серегин отвернулся и снова закрыл глаза.
  Молодцов закашлялся, стал отхаркиваться, и сплюнул на пол.
  - Чего свинячишь? - сказал Линьков.
  Прошло несколько секунд, прежде чем Молодцов поднял на него тяжелый взгляд. Линьков заерзал на сиденье, пытаясь сбросить его.
  - А ну вытри, я сказал!
  - Ты здесь полы моешь? - Молодцов давил его взглядом.
  Линьков отвернулся.
  - Ну, хамло пошло! Гадит, можно сказать, нам под ноги, и в глаза смотрит!
  Серегин пожал плечами.
  - Ну, закашлялся человек, мы ж ему урну не поставили, куда ему плевать?
  Линьков посмотрел на него как на изменника.
  - Добренький какой! Ты ему еще ванну поставь.
  Линьков больше не мог смотреть на Молодцова, чувствовал его взгляд, который жег его как через лупу.
  - Дожили... Бандит в автозаке права качает.
  Его рука, которой он держал автомат, была пухлой и похожей скорее на бабью, а не на мужскую руку.
  Молодцов закрыл глаза и откинулся головой к стенке. Линьков расстегнул куртку до брючного ремня и подвинулся в угол.
  - Сморило меня, Пашка. Подремлю маленько.
  Серегин не ответил, только вскользь бросил на него взгляд, на его вздрагивающее, обтянутое тельняшкой брюхо.
  
  Зломан задумчиво глядел на дорогу, запустив в волосы жилистую пятерню. Дмитрич крутил руль, посматривая на Зломана.
  - Чего задумался, Палыч, дельце скользкое?
  - Да, стремное.
  - За стремные дела и платить должны соответственно.
  - Само собой.
  - Сколько?
  - Дмитрич, я тебя хоть раз обижал?
  - Я так, интересуюсь.
  - Если все пройдет без сучка, без задоринки, получишь втрое.
  - А какие могут быть сучки?
  - Этого же навязали! - резко ответил Зломан и кивнул назад. - Только и думаю, как избавиться от него!
  - Думаешь, стуканет?
  - Как бы он все дело не сорвал. Он же, черт, влезет, если что заподозрит!
  Автозак бежал по шоссе, дребезжа кабиной. Светило солнышко, машин было мало. В Жостылево свернули на Талдом.
  Линьков спал, задрав голову и разинув рот. Серегин сидел с закрытыми глазами, но не спал, открывая глаза каждый раз, когда машина притормаживала или попадала колесом в выбоину.
  - Куда едем, командир? - спросил Молодцов.
  Серегин открыл глаза.
  - Куда едем? - повторил Молодцов.
  - Куда надо.
  - На следственный эксперимент - уже туда обратно сгоняли бы.
  - Ну и что?
  - Сказали - на следственный эксперимент. Так куда едем-то?
  - Какая разница, довезем в целости и сохранности.
  - Я должен знать, куда меня везут.
  - Я тебе докладывать не обязан.
  - Ты человек или дурилка картонная? Не сбегу же я, если узнаю, куда меня везут.
  - Не положено мне с тобой разговаривать, - Серегин отвернулся.
  - Козлы, - процедил Молодцов сквозь зубы.
  Серегин сделал вид, что не расслышал, но покраснел.
  
  Автозак притормозил и повернул на Павловичи. Через минуту их догнал белый БМВ. За рулем сидел Кирюха. БМВ "моргнул" фарами.
  Зломан видел в зеркало заднего вида, как Кирюха показал рукой, чтобы они ехали дальше.
  - Теперь недалеко, - сказал он.
  Молодцов почувствовал, что что-то происходит.
  - Командир, ты сам-то знаешь, куда едем? - спросил он.
  Серегин потянулся к переговорному отверстию.
  - Мы куда едем, товарищ капитан?
  Услышав его голос, Зломан ударил по коленке.
  - О! уже зашевелился! - Серегину, - Может, с тобой еще маршрут согласовывать?
  Автозак съехал с асфальтовой дороги на проселочную. За ним последовал белый БМВ.
  Линьков проснулся от того, что автозак подпрыгнул на ухабе.
  - Где едем, Пашка? - спросил он.
  - Хотел бы я знать.
  Они проехали недалеко. На поляне возле проселочной дороги стоял черный Туарег. Вокруг были заросшие молодым березняком поля, дорога терялась за перелеском.
  Автозак съехал на поляну и остановился метрах в двадцати от Туарега. Следом подъехал БМВ. Из Туарега вышел плотный невысокий парень, из БМВ - Кирюха, из автозака - Зломан. Они сошлись на середине поляны и пожали руки.
  Дмитрич вышел из кабины и открыл дверь автозака.
  - Давай покурим, что ли, - сказал он Линькову.
  В приоткрытую дверь были видны Туарег, БМВ и трое, которые сошлись на поляне. Линьков достал сигареты и подошел к двери. Он ничего не понимал и растерянно спросил:
  - Приехали, что ли?
  - Ага.
  Молодцов тянул шею, стараясь увидеть хоть что-то из того, что происходило на улице. Серегин заметил его движение.
  Зломан что-то объяснял Кирюхе и парню из Туарега, показывая на автозак и возбужденно жестикулируя.
  Из-за Линькова Молодцов ничего не видел. Линьков и Дмитрич курили и смотрели на Зломана и его знакомых, стараясь понять, что происходит.
  - Зломан их знает, что ли? - пробормотал Линьков.
  Дмитрич сделал ему знак, имея в виду Серегина. Линьков кивнул и присел на корточки. Серегин подошел к двери.
  - Дай, выйду, сказал он Линькову.
  - Да сиди.
  - Дай выйду, говорю!
  - А я говорю - сиди! Ты забыл, что ли, что выходить не положено?
  - Погоди, Паша, пусть они поговорят, - сказал Дмитрич.
  Молодцов насторожился. Серегин уставился в затылок Линькову, который курил в раскрытую дверь.
  - Да дай, говорю, выйти, мне в туалет надо! - он отпихнул Линькова и спрыгнул на землю.
  Он направился к Зломану. Когда Зломан увидел его, он побагровел от раздражения.
  - Ты не видишь, я разговариваю?
  Серегин замедлил шаг и осмотрелся.
  Из Туарега вышел крепкий чернявый парень в спортивном костюме и стал разминать спину, как бы затекшую от долгого сидения. При этом не отводил глаз от Серегина. Незаметным движением он что-то достал из-за спины и сунул за пояс спереди.
  Линьков сплюнул от досады.
  - Все-таки вылез, урод, - пробормотал он сквозь зубы.
  В автозаке за решеткой было видно напряженное лицо Молота. Серегин почувствовал, что творится что-то неладное, перевел автомат на живот и положил руку на цевье. Зломан сам подошел к нему, он еле сдерживался.
  - Чего ты вылез? Вернись в автозак.
  Серегин смотрел на него, не двигаясь с места.
  - Сержант, почему оставили конвоируемого?
  - Что происходит? - Серегин уставил ему в глаза прямой взгляд.
  - Пошел на место!
  Серегин не двигался.
  - Приказываю вам вернуться!
  - Есть, товарищ капитан, - тихо сказал он и пошел обратно.
  Зломан вернулся к Кирюхе, при этом дважды оглядывался.
  Приблизившись к автозаку, Серегин повернулся и обошел его со стороны водителя. Линьков и Дмитрич следили за ним, пока он не скрылся за кабиной автозака. Он остановился возле кабины и расстегнул штаны, приготовившись справить малую нужду. За ним внимательно следил чернявый парень в спортивном костюме.
  Продолжая разговаривать, Зломан тревожно оглянулся. Линьков нервно "добивал" бычок, покрывшись потом от напряжения.
  - Куда он пошел? - выпалил он.
  - Хрен его знает, - Дмитрич тоже забеспокоился.
  
  Справляя нужду, Серегин увидел, что водительская дверь не закрыта. Он застегнул штаны и приоткрыл дверь. Ключ был в замке зажигания. Решение было принято за секунду. Он запрыгнул на место водителя и повернул ключ. Мотор завелся с пол-оборота.
  Первая передача и - педаль газа в пол. Взрыв колесами клочья травы, автозак сорвался с места. Дмитрич едва успел увернуться от незакрытой двери.
  - Твою мать!
  Несколько секунд, застыв от удивления, все смотрели, как автозак выруливает с поляны на дорогу. Из БМВ и Туарега выскочили четверо парней.
  Когда автозак рванул с места, Линьков отлетел к сиденью и ударился головой. Дверь хлопала, грозя сорваться с петель. Молодцов держался обеими руками.
  Повернув налево, к шоссе, Серегин вдруг затормозил, посмотрел в зеркала и по сторонам.
  - По шоссе не уйти, - пробормотал он.
  Со скрежетом включилась передача, автозак сдал назад, повернул в обратную сторону на проселочную дорогу и стал ускоряться.
  Дмитрич стоял, разведя руки. Зломан схватился за голову.
  - За ними! Быстро! - скомандовал Кирюха.
  Все кроме Зломана и Дмитрича побежали к машинам, машины тронулись, БМВ остановился и забрал Зломана и Дмитрича.
  
  Автозак летел по ухабистой дороге, подпрыгивая и бросаясь из стороны в сторону. Дверь болталась, грозя вот-вот оторваться. От резких толчков автомат швыряло по полу из угла в угол.
  - О,.. - стонал Линьков.
  Держась одной рукой за голову, а другой хватаясь за все вокруг он кое-как забрался на сиденье.
  - Что происходит? - крикнул он.
  Серегин отчаянно крутил руль, посматривая в зеркала. Поднимая вихри пыли, БМВ и Туарег быстро сокращали расстояние. Кирюха пыхтел, ожесточенно крутя руль.
  - Ворона стреляй! Чего ждешь? - крикнул он парню, который сидел рядом с ним. Ворона высунул из окна пистолет и дважды выстрелил. Пули попали в заднюю стенку автозака.
  Линьков вытаращил ошалелые глаза.
  - Что это? Стреляют? - пробормотал он.
  Он заорал в переговорное отверстие.
  - В нас стреляют! Слышите? В нас стреляют!
  Серегин сосредоточенно вел машину. Его лицо было красным от напряжения.
  - Мне это начинает нравиться! - проворчал Молодцов.
  Он не улыбался, но глаза его загорелись.
  Ворона целился в колесо. В момент выстрела БМВ подпрыгнул на ухабе и Ворона ударился головой.
  - А!
  - Сука!
  Кирюха затормозил. Дорога стала совсем плохой, БМВ и Туарег тормозили на ухабах, и автозак ушел в отрыв. Дорога петляла среди заброшенных полей. Туарег обогнал БМВ.
  Впереди был широкий ручей, на котором лежал старый гнилой мост. Серегин видел в зеркало, что Туарег сокращает расстояние. Он нажал на газ и проскочил мост. Одно бревно с треском провалилось. Громыхание бревен гулко отдалось в кузове. Линьков вжал голову в плечи.
  В Туареге за рулем сидел плотный парень, который участвовал в переговорах со Зломаном. Рядом с ним сидел чернявый в спортивном костюме.
  - Колобок, тормози! - крикнул он.
  - Не ссы, Гамлет! ГАЗон проскочил - и мы проскочим! - Колобок нажал на газ.
  Гамлет схватился за ручку и зажмурился.
  Туарег пролетел по мосту и жал дальше, поднимая клубы пыли. С моста упало еще одно бревно.
  БМВ затормозил. Кирюха зарычал от досады, закрутил головой.
  - Была - не была! - крикнул он и нажал на газ.
  Но скорости оказалось недостаточно и, надавив на бревна, машина обрушила мост и съехала мордой в ручей. Кирюха ударился о руль, Гамлет - о торпеду.
  - Сука!
  Кирюха и Гамлет вылезли из БМВ, а потом и Зломан. Кирюха с ожесточением захлопнул дверь.
  Автозак и Туарег летели по проселочной дороге, поднимая за собой пыль. Туарег нагонял, пока, наконец, не приблизился на расстояние прицельного выстрела. Колобок и Ворона, который сидел рядом с ним, открыли огонь по колесам.
  Серегин круто повернул, съехав на целину. Автозак подпрыгивал на кочках, но не сбавлял скорость. Его бросало в стороны, вверх, вниз. Туарег притормозил. Линькова и Молодцова швыряло во все стороны, как будто автозак летел в пропасть. Молодцов держался, Линьков упал на пол.
  Проехав по бездорожью, автозак вновь выскочил на проселок и стал набирать ход. Туарег сокращал расстояние, делая петлю вокруг поля.
  В конце поля дорога упиралась в топкую низину, заросшую осокой и кустами. Автозак с разгона въехал в топь, разбрызгивая комья грязи. Серегин давил на педаль газа. Мотор взревел, вытянул автозак на пригорок, и он вновь стал отрываться от преследователей.
  Туарег тоже с разгона попытался преодолеть топкое место, но зарылся и сел на брюхо. Колобок рвал коробку, переключая передний и задний ход.
  - Давай! Ну!
  Туарег зарылся окончательно, медленно погрузился в топь до дверей, утонув в голубых клубах дыма. Дверь открылась, и черная жижа потекла в салон.
  - Приехали! Десантируемся! - крикнул Колобок.
  
  Гамлет стоял на холме, положив на плечо помповое ружье, и смотрел по сторонам. Рядом стояли запыхавшиеся Далдон - еще один кирюхин пацан, и Зломан. Далдон опирался на помповое ружье. За ними по склону холма тяжело поднимался грузный Кирюха, еще дальше за ним шел Дмитрич.
  - Смотрите! Трактор! - показал Гамлет.
  
  Дорога кончилась. Поле за низиной продолжалось с полкилометра, потом шла осока, высокая трава и далее кусты, за которыми виднелся лес. Автозак с ревом шел по траве, осоке, потом увяз, забуксовал и заглох.
  Линьков сидел на полу и водил вокруг себя ошалелыми глазами.
  
  Гамлет выволок из кабины "Белоруся" тракториста.
  - Вы чего творите!
  Далдон ударил его ружьем в грудь. Тракторист со стоном упал.
  Гамлет и Далдон забрались в трактор. Зломан тоже хотел залезть в кабину и взялся за дверцу. К трактору подоспел запыхавшийся Кирюха.
  - Стой!
  Зломан обернулся.
  - Мы не влезем. Давай в прицеп. И этого захвати! - он показал на отставшего Дмитрича.
  
  Серегин пытался завести двигатель. Автозак заглох окончательно. Линьков сидел на полу, разинув рот и пытался прийти в себя. Он услышал, как хлопнула дверь кабины, и через несколько секунд в дверном проеме появился Серегин и поднялся внутрь.
  - Целы?
  - Что ты наделал? - слабым голосом спросил Линьков.
  - Давай наручники!
  - Чего?
  - Наручники давай! Быстрей, они уже близко!
  - Кто - они?
  - Ты не понял? Это же бандиты приехали его выручать, а Зломан и Дмитрич с ними в сговоре!
  - В сговоре? - пролепетал Линьков.
  Серегин сдернул наручники у него с пояса.
  
  Колобок, Гамлет и еще три пацана - Рама, Витамин и Кот вылезли из Туарега. Рама провалился в грязь.
  - Ё-мое!
  - Попали! - Витамин выругался.
  Ворона показал рукой на застрявший автозак.
  - Они тоже сели!
  Хлюпая по грязи, Колобок обошел машину, открыл багажник и достал автомат.
  - Пацаны, разбирайте стволы и айда за ними! Теперь не уйдут!
  
  Молодцов сидел на своем месте, как будто ничего не случилось. Серегин стоял перед решеткой с наручниками.
  - Встать!
  Молодцов не двигался.
  - Повторяю - встать!
  Молодцов усмехнулся.
  - Оно мне надо, командир? Вы когти рвите, а я погожу.
  Линьков стонал, причитая как баба.
  - Остаешься? - продолжал Серегин. - А ты уверен, что для тебя это лучше?
  Молодцов пристально смотрел на него несколько секунд, поднялся и подошел к решетке. Серегин застегнул на его руках наручники, отдал ключи Линькову, открыл решетку и приставил к груди Молодцова автомат.
  - Попробуешь дернуть - пристрелю.
  Молодцов посмотрел на автомат и потом ему в глаза.
  - Не забудь с предохранителя снять, сынок.
  Сначала из автозака выпрыгнул Серегин, за ним - Молодцов, потом вылез Линьков.
  Молодцов оглянулся. Вдали на кромке поля было несколько двигающихся фигурок людей.
  - Я иду первый, за мной конвоируемый, ты, Леха, за ним. Попытается смыться - стреляй. Понял?
  Линьков чуть не плакал.
  - Да объясни ты мне, что проис...
  - Некогда сейчас! За мной!
  Серегин побежал в сторону леса, Молодцов и Линьков - за ним.
  На лице Молодцова появился азарт - он почувствовал себя в своей стихии.
  Миновав кусты, они достигли леса. Серегин оглянулся и побежал дальше. Молодцов следовал за ним метрах в пяти. Он держал перед собой скованные руки и бежал легко и пружинисто. Линькову бег давался тяжело, он сразу же стал отставать.
  
  Колобок, Гамлет, Рама, Витамин и Кот окружили автозак. Вскоре послышалось тарахтенье, и из-за кустов выехал трактор. Зломан выпрыгнул из прицепа, подбежал к автозаку и полез внутрь, но через несколько секунд выпрыгнул на топкую землю.
  - Да, задал нам работы твой сержантик! - усмехнулся Колобок.
  Красный от ярости Зломан так хватил открытую дверь автозака, что она оторвалась.
  - Сука он! Меня посадят! - Зломан был вне себя от отчаяния.
  - Сделай так, чтобы не посадили.
  Зломан завернул рукава и достал из кобуры пистолет.
  - Я с вами.
  Подошел Кирюха.
  - Разделимся! Давайте вы за ними, а мы попытаемся обойти их на этом чудо-транспорте, - он кивнул на трактор.
  Первый Колобок, за ним Гамлет, Рама, Витамин и Зломан устремились в лес.
  
  Линьков споткнулся и ткнулся лицом в мох.
  - Чтоб тебя...
  Серегин, за ним Молодцов остановились. Серегин вытер рукавом пот. Линьков настолько отстал, что Серегин не мог найти его глазами между деревьев. Он положил на автомат руку и кивнул Молодцову.
  - Иди.
  Они пошли назад и вскоре увидели его. Он перевернулся на спину и лежал, тяжело дыша, потом застонал и вытащил из-под спины автомат.
  - Не могу!
  - Надо, Леха, - сказал Серегин.
  - Не могу больше!
  - Нельзя оставаться, здесь они нас найдут. Нам бы оторваться хоть на километр, там бы мы в сторону ушли.
  Линьков схватился за дерево и попытался встать, живот мешал ему. Серегин помог ему подняться.
  Молодцов был доволен.
  - Давай, Леха, пошли!
  Серегин кивнул Молодцову и вернулся на прежний маршрут, только теперь они передвигались шагом. Молодцов шел за Серегиным. Линьков стоял еще какое-то время, разинув рот, чтобы продышаться, и пошел за ними.
  
  Зломан бежал первым, с пистолетом в руке; ветки хлестали его по лицу. За ним следовали Колобок, Гамлет, Рама и Витамин.
  
  Серегин и Молодцов шли друг за другом, Серегин то и дело останавливался и смотрел назад. Линьков шел, с трудом переставляя ноги, хватаясь за деревья.
  Серегин шел, отводя от себя ветки, снимал с лица паутину. За ним бесшумно, как тигр, следовал Молодцов.
  - Не могу больше! - крикнул Линьков.
  Серегин остановился. Молодцов стоял у него за спиной и глядел на него, оценивая.
  - Давай, Леха, давай, дорогой! - крикнул Серегин. - Еще хотя бы метров пятьсот!
  Линьков не отвечал и не показывался за деревьями. Серегин плюнул с досады.
  - Черт!
  Он пошел обратно, за ним неспеша направился Молодцов. Линьков сидел, прислонившись к березе и вытянув ноги. Он дышал тяжко, вздрагивая всем телом. Лицо было красно, куртка взмокла от пота. Серегин посмотрел на Молодцова.
  - Садись. Передохнем минуту.
  И сел сам. Молодцов вглядывался в лес, туда, откуда они пришли, потом опустился на корточки. Серегин старался прислушаться, но тяжкое дыхание Линькова мешало ему.
  Березы чередовались с осинами, кое-где виднелись ели, понизу шли кусты и кое-где молодые пушистые елки. Перекликались птицы.
  Молодцов прижался спиной к дереву и поднял голову. Сверху, сквозь волнуемые несильным ветром кроны, слабо пробивалось солнце, глазами до него было не достать, до солнца его свободы. Он закрыл глаза. Его лицо было безмятежно, как будто ему ничего было не нужно в жизни, как будто ему ничего сейчас не угрожало.
  - Нам бы до какой-нибудь деревни добраться, там найдем транспорт. И передохнем. Ты, Леха, последним идешь, ты прислушивайся, что у тебя за спиной происходит, - тихо говорил Серегин, озираясь по сторонам.
  Линьков еле шевелил сухими губами.
  - Я не пойду...
  - Чего?
  - Я не пойду, - громче повторил Линьков.
  - То есть как?
  - Так. Не пойду и все.
  Молодцов ухмыльнулся, продолжая сидеть с закрытыми глазами.
  - Ты чего, совсем что ли? - Серегин покрутил у виска, хотя Линьков не смотрел на него. - Тяжело тебе, понятно. Потерпеть надо, потом легче будет. Пройдем километра два-три, считай, что оторвались. Главное, чтобы нас здесь не догнали.
  - Я не пойду.
  Серегин возмутился.
  - Как - не пойдешь? Наша задача - не дать бандитам освободить своего дружка...
  Линьков открыл глаза и приподнялся на локте.
  - Задача? Да плевал я на твою задачу! Передал бы его Зломан бандитам, и хрен с ним, тебе-то что? С тебя, что ли спросят? Ты сержант, я прапорщик! Зломан бы отвечал! А мы бы сейчас уже к дому подъезжали, по крайней мере, все было бы нормально! А из-за тебя мы черт знает где и еле живые. На кой хрен ты заварил эту кашу?
  У Серегина округлились глаза.
  - Ты не соображаешь, что говоришь! Ты обвиняешь меня в том, что я не захотел участвовать в преступлении и тебя от этого отвел.
  Линьков затрясся от злости.
  - А я просил тебя об этом? Отвел! Из-за тебя я не знаю, как выпутаться из этого дерьма! Ты и в отделе всем надоел своим рвением, - продолжал передразнивая, - Надо все по закону, как положено... Да пошел ты, законник хренов!
  - Это твой долг! - выкрикнул Серегин.
  - Жизнью рисковать? За те копейки, что мне платят? А кто моих детей будет кормить, если я останусь в этом лесу? Ты?
  Он схватился за дерево и кое-как поднялся. Серегин готов был заплакать.
  - Лех, как я с ним один? Их вон сколько!
  Он взял его за плечо, но Линьков ударил его по руке.
  - Тебя все ненавидят. Даже Тимурыч сегодня, пока тебя не было, проговорился - мы хоть отдохнем без него, - он взял автомат за ремень. - Пропадай здесь, как хочешь. А я пошел.
  Он сделал несколько шагов и обернулся.
  - Шлепнули бы тебя, придурка, в этой болотине, - он плюнул и пошел, волоча автомат по кочкам.
  - Крепкая ментовская взаимовыручка, - усмехнулся Молодцов.
  Серегин смотрел вслед удаляющемуся Линькову, еще не до конца поверив в его предательство, еще надеясь, что он вернется. Но Линьков удалялся, волоча за собой автомат, пока не скрылся за деревьями. Его уже было не видно, были только слышны удаляющиеся шаги.
  Молодцов не без злорадства поглядывал на удрученную фигуру Серегина, который сидел, свесив с автомата беспомощные руки. Ладони у Серегина были узкие и бледные, пальцы длинные как у музыканта; а у Молодцова из наручников торчали широченные ладони с толстыми пальцами. Казалось, такую ладонь, как у Серегина, он может сломать при обыкновенном рукопожатии.
  - Радуйся, - сказал Молодцов.
  Серегин поднял на него глаза.
  - Радуйся, что он сейчас тебя бросил, а не потом, когда тебя обложат со всех сторон.
  Серегин кивнул, но горестно.
  - Слышь, ключ-то от наручников у него остался, - спохватился Молодцов.
  Серегин поднял голову, в глазах - решимость.
  - А ключ тебе не понадобится, потому что рано или поздно ты вернешься туда, где должен быть - в камеру!
  
  Линьков брел по лесу, волоча автомат за ремень. Он то и дело останавливался или хватался за деревья. Он окончательно вымотался.
  - Чуть не угробил, урод, - пробормотал он.
  Из-за дерева вышел Зломан.
  - Леха!
  Линьков остановился, уставился на него тупым от усталости взглядом. Один за другим, вокруг появились еще четверо - Колобок, Гамлет, Рама и Витамин.
  - Где они? - спросил Зломан.
  Линьков посмотрел на пээм в его руке.
  - Там, - показал рукой.
  - А ты куда?
  Линьков пожал плечами.
  - Меня это не касается. Это ваши дела.
  Он постоял еще несколько секунд и повернулся, чтобы идти. Зломан и Колобок переглянулись. Зломан посмотрел в удаляющуюся спину Линькова и убрал пистолет в кобуру. Знаком попросил дать ему ружье. Колобок кинул ему свое.
  Ружье клацнуло в руках Зломана. Линьков обернулся.
  
  Серегин гнал перед собой Молодцова. Молодцов бежал как носорог, не выбирая дороги, продираясь через ветки и кусты. Скованные руки он держал перед собой. Он бежал не потому что сержанту удалось подчинить его, а потому что в движении Серегин скорей мог допустить ошибку, которой можно будет воспользоваться. И чем тяжелее и быстрей надо было двигаться, тем скорей сержант должен был ошибиться.
  Где-то там, куда ушел Линьков, раздался выстрел и крик. Серегин и Молодцов остановились. Раздался еще один выстрел.
  - Контрольный в голову, - сказал Молодцов.
  Серегин вглядывался в чащу, туда, где раздались выстрелы. Его пальцы судорожно скомкали форменную пилотку. Он вытер ей пот, заливавший глаза.
  - Не жалей его, - ухмыльнулся Молодцов, - Хоть бы патроны тебе оставил.
  Серегин передернул затвор, поставил автомат на предохранитель и повернулся к нему.
  - Помни, в случае чего - предупредительного не будет!
  
  На покрытых мхом кочках, неестественно согнув руки, лежал Линьков, с двумя ранами - в груди и во лбу.
  
  Колобок, Гамлет, Рама, Витамин и Зломан, развернувшись в цепь, шли по лесу. Пээм у Зломана был в кобуре, в руках автомат.
  
  Серегин бежал в трех метрах за Молодцовым.
  
  Колобок, Гамлет, Рама, Витамин и Зломан ускорили темп.
  
  Серегин и Молодцов продолжали бежать. Серегин дышал тяжело.
  - Стой! Привал.
  Молодцов остановился. Серегин подошел к нему и опустился на землю. Молодцов тоже сел.
  - Воды бы, - пробормотал Серегин запекшимися губами.
  - Это только начало.
  Серегин сглотнул липкую слюну. Молодцов взмахнул руками в наручниках, чтобы отогнать комаров. У него под ногами лежал крепкий березовый сук.
  
  Колобок, Гамлет, Рама, Витамин и Зломан продолжали движение. Зломан перешагивал упавшие деревья, отводил от лица ветки.
  
  Хрустнула ветка. Серегин вздрогнул и повернулся. Молодцов посмотрел на затылок Серегина и на лежащий под ногами сук.
  - Что, сержант, трудно быть правильным?
  Серегин повернулся к нему.
  - Жаль тебя, за сегодняшние подвиги медаль тебе не дадут.
  - Думаешь, сбежишь?
  - Да я уже раза три мог тебя на тот свет отправить.
  - Чего ж не отправил?
  - Все равно сбегу, зачем грех на душу брать.
  - Ждешь момент?
  Молодцов кивнул, хитро прищурив глаз.
  - Для таких как ты убить мента не грех.
  Молодцов усмехнулся.
  - Уж лучше ты, чем такие, как твой прапор.
  - Тише! - оборвал его Серегин и прислушался.
  Молодцов свистнул на весь лес и засмеялся.
  - А ну встать! Пошел вперед! Поглядим, как ты сбежишь - в наручниках!
  Серегин встал и направил на него автомат. Молодцов смеялся и не двигался с места.
  - Я сказал - встать!
  Хрустнула ветка. Серегин обернулся. Автоматная очередь выбила кусок коры из березы, рядом с которой он стоял.
  - Ложись! - скомандовал Молодцов, упал сам и прижался к земле. - Я уже начинаю заботиться о тебе, сержант! - засмеялся он.
  Серегин спрятался за дерево.
  - Бегом вперед! Быстро!
  Молодцов поднял голову, огляделся, вскочил на ноги и побежал. Серегин - за ним. Раздалась очередь, но пули ушли в сторону.
  Молодцов несся быстро, с задором.
  - Слишком быстро! - крикнул Серегин.
  - Не хочу, чтобы меня подстрелили вместе с тобой!
  Серегин то и дело оглядывался, получая по лицу ветками. Молодцов тоже оглядывался. Он бежал, меняя темп, когда Серегин приближался, он ускорял бег.
  
  Колобок, Гамлет, Рама, Витамин и Зломан перешли на бег.
  
  Рельеф, до сей поры ровный, начал подниматься. Серегин дышал все тяжелей.
  - Давай сержантик! - толи подзадоривал, толи издевался Молодцов.
  - Взбежим на вершину... передохнем! - крикнул Серегин.
  Пологий подъем постепенно превратился в крутую горку. Молодцов штурмовал ее, словно у него открылось второе дыхание. Расстояние между ними увеличивалось. Достигнув вершины, Молодцов увидел, что слева холм круто, обрывом уходит вниз.
  Он оглянулся на Серегина, который уже не бежал, а карабкался, цепляясь за молодые деревца, и посмотрел на обрывистый склон.
  - Стой! - крикнул Серегин.
  В лице Молодцова - решимость. Короткий разбег и - прыжок.
  Пролетев несколько метров, он приземлился и съехал по откосу на спине, сминая молодую поросль. Он сгруппировался, прижав подбородок к груди. Съехав вниз, вскочил и бросился в чащу. Теперь он мчался, не оглядываясь и не экономя силы, во весь дух. Раздалась автоматная очередь, но он даже не пригнулся.
  Задыхаясь от усталости, Серегин пытался поймать в прицеле мелькающую спину в черной футболке. Еще секунда и она пропала, оставив после себя дрожащие ветки.
  
  Молодцов несся, выставив перед собой скованные руки, не чувствуя как ветки бьют по лицу. Не выбирая дороги, продираясь сквозь гущу, не чувствуя, как сучья царапают руки и рвут футболку.
  Он зацепился ногой за поваленное дерево, полетел через голову, кувыркнулся, вскочил и - дальше. На его лице была звериная радость от ощущения своей силы и свободы.
  Его движение было так стремительно, что деревья, ветви, листва, кусты, - все слилось в несущуюся навстречу пеструю рябь.
  
  Зломан и Колобок с пацанами остановились на короткий привал. Они были на том холме, с которого сиганул Молодцов, когда оторвался от Серегина. Гамлет, Рама и Витамин сидели на кочках. Колобок включил зажигалку и дал прикурить Зломану.
  - Это ж такой вредитель! Черт! Теперь хоть по всему лесу их ищи! - Зломан выругался и посмотрел по сторонам.
  - Как бы их по отдельности искать не пришлось, - сказал Колобок.
  - Ты не знаешь этого сержанта, это же клещ! Если вцепится - все, намертво!
  - А ты Молотка не знаешь. Для него твой сержант - птенец желторотый, - огрызнулся Колобок и бросил окурок. - Все, покурили. Айда за ними!
  Все пятеро скрылись в том направлении, которого придерживался Серегин, пока не упустил Молодцова.
  Серегин вышел из-за дерева, когда они еще не скрылись из вида, и посмотрел им вслед.
  
  Молодцов продолжал свой упоительный бег. Он не чувствовал под собой ног, вообще не чувствовал тела, а чувствовал только что еще молод и силен. Чувствовал, что нет такой преграды, которую он не сокрушил бы сейчас ради этой дикой пьянящей воли, которую он обрел.
  Деревья и кусты стали реже. Он влетел в густую заросль молодых елок. Лес неожиданно закончился. Продравшись сквозь плотный строй елок, он почувствовал, как солнце ударило в лицо, и увидел, что он на поляне.
  Пробежав еще несколько метров, он вскинул над головой руки и остановился.
  - Воляаа!! - выдохнул он.
  Он переживал небывалый эмоциональный подъем. Чувствуя в себе звериную силу, он тянул руки в стороны, пытаясь разорвать наручники.
  - А!
  Он вытянул руки вперед и упал в море травы. С трех сторон поляну окаймлял лес, с четвертой - широкое, убегающее вдаль поле. Он перевернулся на спину и лежал какое-то время с закрытыми глазами, окутанный со всех сторон густыми пахучими травами. Он открыл глаза. В голубой выси кое-где плыли редкие облака. Над самым лицом нависали цветы. Жужжали шмели. Совсем рядом сдержанно шумел лес. Его грудь мощно вздымалась, на губах была счастливая улыбка. Соленые капли скатились по векам в глаза, и он зажмурился.
  Когда он отдышался, он сел и его лицо вновь озарилось улыбкой.
  
  Серегин из последних сил бежал по лесу.
  
  Молодцов сорвал скованными руками травинку и вставил в рот, он покусывал ее и смотрел по сторонам. Потом поднялся и пошел по траве к полю. Когда до поля оставалось несколько метров, какая-то сила толкнула его, чтобы он посмотрел налево.
  Ворона и Далдон шли кромкой поля по направлению к нему. Ворона держал ружье на плече, Далдон - вдоль тела стволом вниз.
  Они увидели друг друга одновременно. Остановились и смотрели друг на друга: он на них, они на него. Откуда взялось это напряжение, которое заставило их остановиться и держало их, словно встало между ними и уперло руки им в грудь?
  - Молоток! Ну, наконец-то, - улыбнулся Ворона и шагнул навстречу, вытянув руку ладонью вверх, как бы в знак добрых намерений.
  Далдон двинулся за ним.
  Молодцов сделал несколько шагов навстречу и тут вновь, толи какая-то сила, толи просто чутье, подсказали, что что-то не так, и он остановился. Едва коснувшись губ, улыбка исчезла с его лица и появилась тревога. Ворона и Далдон тоже остановились. Они смотрели друг на друга, силясь понять, что происходит.
  Молодцов посмотрел в сторону леса, снова на них, и вдруг развернулся и устремился в лес, обратно, туда, откуда только что появился на этой поляне.
  Уже на бегу, он повернул голову и увидел, как Ворона вскинул к плечу ружье. Молодцов во весь дух стремился к лесу. Прозвучал выстрел и сразу еще один. Пуля колыхнула левую штанину. Ворона и Далдон били по нему, как по убегающему кабану. Раздались еще два выстрела, и вслед за выстрелами клацнули затворы.
  Когда до леса оставалось метров десять, Молодцов увидел направленный в него ствол автомата. Он нырнул в траву, успев подумать: все, хана. В ту же секунду раздался залп из двух ружей и автоматная очередь, и вслед за ней еще одна.
  Молодцов лежал в траве, вытянувшись во весь рост и выставив перед собой руки, как бы последним отчаянным усилием пытаясь дотянуться до спасительного укрытия. В самое ухо стрекотали кузнечики, над головой шумел лес, но в эти секунды они казались абсолютной тишиной, мучительной как пытка.
  Ворона и Далдон уже не стояли в поле, лишь вскинулась над травой рука одного из них и исчезла. Из автоматного ствола струился дымок.
  - Ты живой?
  Сомнений не было, это был голос Серегина, надтреснутый от сухой глотки, но его. Еще не до конца поверив, Молодцов оторвал лицо от травы и поднял голову.
  - Эй, как тебя, ты живой? - повторил голос Серегина.
  - Вроде.
  Молодцов перевернулся на спину и посмотрел на себя.
  - Кажется, я убил их, - пробормотал Серегин, голос у него дрожал.
  - Ты их видишь?
  - Один вроде шевелился.
  - Добей его.
  - Ты что!?
  - Добей, говорю!
  - Не могу.
  Молодцов приподнял голову и посмотрел туда, где стояли бандиты.
  - Что делать-то? - казалась, голос Серегина перейдет в рыдания.
  - Возьми их на мушку и медленно иди к ним, - сказал Молодцов.
  Серегин вышел из леса и, держа автомат наготове, направился к Вороне и Далдону. Ему показалось, что один из них двинулся, и он резко присел. Трава замерла, затаив кровавую поживу. Преодолевая страх, Серегин поднялся, сделал несколько шагов. Порыв ветра колыхнул траву и Серегин снова упал.
  - Встать. Вперед, - услышал он тихий, но прозвучавший как команда, уже знакомый голос.
  Он оглянулся. Молодцов шел за ним, пригнувшись, готовый к прыжку.
  Когда они подошли к телам, Серегин опустил автомат. Ворона лежал на спине, раскинув руки и раскрыв рот, словно хотел крикнуть и не успел. Две пули попали ему в грудь. Далдон еще дергался, голова его была вся в крови.
  Серегин уронил автомат. Молодцов только глянул на них, и стал смотреть вокруг.
  - Перевязать надо, - пробормотал Серегин.
  - Ты еще скорую вызови, - ухмыльнулся Молодцов.
  - В автозаке аптечка была.
  - Он труп.
  - Труп? - в отчаянии воскликнул Серегин.
  Он взял голову Далдона, но тут же уронил ее и с ужасом уставился на свои руки, которые были в горячей, яркой до рези в глазах крови. Далдон дернулся еще раз и затих.
  - Чего уставился, пошли отсюда. Через минуту - другую здесь остальные будут, - Молодцов посмотрел по сторонам.
  Слабо соображая, что делает, запустив руки в траву, словно что-то искал в ней, Серегин вытирал их. Молодцов снял с убитых патронташи и направился в лес. Серегин еще раз посмотрел на убитых, поднял ружья и пошел за ним.
  
  Молодцов и Серегин шли по лесу, только теперь не один за другим, а на одной линии. Оба молчали. У Серегина автомат висел за спиной, а ружья он держал как поленья. Он словно забыл о том, кто идет рядом. Молодцов не забывал посматривать по сторонам. Патронташи висели у него на поясе.
  Серегин споткнулся и упал, гремя ружьями.
  - Тише ты! - Молодцов остановился.
  Серегин встал, поднял ружья, стал неуклюже отряхиваться. Ружья выпали у него из рук.
  - Э, да ты совсем разбушлатился, - сказал Молодцов.
  Серегин мучительно сглотнул.
  - Горло пересохло...
  - Брось одно.
  - Чего? - не понял Серегин.
  - Брось, говорю, одно ружье. Все равно, калибр один.
  Серегин взглянул на Молодцова, потом на ружья, - было видно, что мысли его далеко, - потом взял одно ружье и бросил.
  - А разряжать кто будет?
  Серегин поднял ружье и уставился на него, соображая, как оно разряжается.
  - Дергай затвор, патроны сами повылетают.
  Молодцов показал. Серегин разрядил ружье, бросил его и подобрал патроны.
  - Я думал, ты догадаешься хоть под корягу сунуть, - сказал Молодцов.
  - Зачем?
  - А если тебя застрелят из него?
  Серегин посмотрел на его патронташи.
  - Зачем тебе патроны?
  - Просто помогаю тебе нести их.
  В лесу было хорошо. В пробивающихся сверху лучах трепетала листва. Щебетали птицы.
  Серегин и Молодцов вышли к неглубокому оврагу, на дне которого тек ручей.
  - Давай попьем? - предложил Молодцов.
  - Сначала ты, - сказал Серегин; пить ему очень хотелось.
  Молодцов спустился в овраг, глянул на Серегина, лег на руки, зависнув над ручьем, и сделал несколько глубоких глотков.
  Серегин смотрел на него, но видел окровавленную трясущуюся голову; его ладони еще помнили, какой горячей была эта голова, и липкой от густой крови. Горячей - значит живой, - иглой вонзалось в мозг, - он через руки чувствовал, как из человека уходила жизнь, которую его же руки у него отобрали. Он отобрал... Он зажмурился и потряс головой.
  Молодцов поплескался, умыл лицо, шею. Напившись, он поднялся.
  - Пить будешь?
  - Отойди... маленько, - сказал Серегин.
  Молодцов, ухмыльнувшись, перешагнул ручей и взошел на противоположную сторону оврага.
  Серегин положил ружье и спустился к ручью. Став на колено, он глянул на Молодцова, зачерпнул воду рукой и поднес ко рту и тут увидел на руке кровь. Его передернуло, он принялся усердно отмывать руки.
  Молодцов посмотрел по сторонам, по его лицу пробежала лукавая улыбка.
  Отмыв руки, Серегин посмотрел, на месте ли Молодцов, наклонился и стал пить, черпая воду рукой. Потом, утолив жажду, он умыл лицо. Он поднял голову и увидел, что Молодцов исчез.
  Он бегом поднялся из оврага и посмотрел по сторонам. Рядом с тем местом, где стоял Молодцов, росла старая береза. Серегин снял автомат с предохранителя и направился к березе. Он держал автомат наготове, сначала заглянул за березу, потом обошел ее. Посмотрел вокруг.
  - Молодцов! Прекращай это!
  Он заметался, не в силах сообразить, куда тот мог деться. Устал, остановился и беспомощно озирался вокруг, машинально вытирая с лица воду. Послышался ехидный смешок. Серегин обернулся и увидел его, Молодцов стоял рядом с ружьем, которое он оставил.
  - Где ты был?
  - Тут.
  Серегин подошел.
  - Почему я тебя не видел?
  - Откуда я знаю?
  - Ты дурочку не валяй! А ну отойди! - направил на него автомат.
  Молодцов, ухмыляясь, отошел. Серегин поднял ружье и сердито посмотрел на Молодцова. Было очевидно, что он его совершенно не боится.
  
  Над телами Вороны и Далдона стояли Кирюха, Колобок, Рама, Гамлет, Кот и Витамин. Зломан бродил по лугу, толи что-то искал, толи обдумывал. Еще дальше, где начиналось поле, сидел Дмитрич.
  Кирюха показал на Колобка, Гамлета и Раму.
  - Давайте, вы трое - туда.
  Показал направление, в котором скрылись Молот и Серегин.
  - Ты и ты - туда.
  Коту и Витамину показал идти дальше кромкой между полем и лесом.
  - Смотрите, не лохонитесь также, - кивнул на Ворону и Далдона.
  Колобок, Рама, Гамлет, Кот и Витамин разошлись по своим направлениям. Кирюха посмотрел на неподвижные тела Вороны и Далдона, лицо его потемнело и рот оскалился.
  - Сука! А!
  В ярости он пинал траву, раздирая ее, сплетенную вьюном. Наконец, остановился и, тяжело дыша, посмотрел на Зломана и подозвал его. Зломан подошел.
  - Расскажи про сержанта. Он непростой парень, да? Как ему удалось их убить?
  - Думаю, ему просто повезло. Они сами напоролись на него. - Зломан объяснял и показывал, - Он вел огонь из леса, вероятно, они даже не видели его, а сами были на открытой местности.
  Кирюха обхватил его за шею. Сначала как будто, чтобы обнять его, потом притянул к себе и сжал до хруста.
  - Найди мне его, слышишь? Я голову с него хочу снять!
  Зломан пытался вырваться из его объятий. Кирюха отпустил его, но не сразу, оттолкнув от себя.
  Зломан направился к Дмитричу, на лице которого были только страдание и страшная усталость. Кирюха стоял в стороне.
  - Пойдем, Дмитрич!
  - Куда я пойду? Ты видишь, я еле ползаю! - Дмитрич скривился, как будто готов был заплакать.
  - Надо, Дмитрич, надо, дорогой! Видишь, как все повернулось!
  - А я причем? Мое дело возить, а это твои дела! Я и так чуть живой!
  - Я тебе вчетверо...
  Дмитрич вышел из себя.
  - Какое вчетверо! Ты видишь, куда мы вляпались? Если тут не грохнут, то там посадят! Во что ты меня втянул! - перешел на шепот. - Это же головорезы. Тикать надо!
  Зломан обернулся и пожал плечами. Кирюха тоже пожал плечами и сделал такое лицо, как будто очень сожалел о чем-то, но не видел другого выхода. Зломан повернулся к Дмитричу.
  - Мы не можем сейчас уйти, понимаешь?
  Дмитрич не смотрел на него, просто встал, собираясь идти.
  - Надо не идти, а бежать, пока эти отмороженные нас не прикончили, - пробормотал он.
  - Дмитрич, я не могу тебя отпустить, понимаешь? - Зломан взял его за плечо.
  Дмитрич сбросил его руку.
  - Ты спятил, что ли? А ну пусти! Ты как знаешь, а я пошел!
  Не выбирая направления, Дмитрич пошел через поле, которое лежало перед ним.
  - Стой! - крикнул Зломан.
  Дмитрич, не оборачиваясь, махнул на него рукой. Зломан с отчаянием смотрел ему в спину. Он взялся за кобуру, но так и не расстегнул ее. Он обернулся к Кирюхе и знаком попросил ружье. Кирюха бросил.
  Дмитрич оглянулся и, увидев у Зломана ружье, достал пистолет и побежал.
  - Дмитрич!
  Дмитрич бежал. Упал, тяжело поднялся и побежал дальше. Зломан прицелился и выстрелил. Дмитрич пригнулся, выстрелил назад, даже не повернув головы, и продолжал бежать. Зломан побежал за ним.
  Дмитрич еле бежал. Зломан быстро его догнал, остановился метрах в десяти и выстрелил. Дмитрич упал.
  - А! что ж ты делаешь, паскуда! - Дмитрич застонал. - А!
  - Брось пистолет!
  - Аа...
  - Брось пистолет!
  - Помоги...
  Дмитрич бросил пистолет. Зломан подошел, посмотрел вокруг, прицелился и выстрелил, передернул затвор и снова выстрелил. Потом снова огляделся и направился к Кирюхе.
  
  Лес изменился, солнца стало меньше, березы и осины сменил ельник. Молодцов шагал впереди, Серегин за ним. Черная футболка на широкой спине Молодцова была вся в дырах, через которые проглядывали ссадины.
  
  Они сидели в нескольких метрах друг от друга, окруженные со всех сторон молчаливым ельником. Серегин сидел, прислонившись к трухлявому пню и закрыв глаза. Автомат и ружье лежали у его ног. Молодцов попробовал прилечь, но сухие иголки царапали изодранную спину. Он поморщился, вернулся в сидячее положение и положил руки на колени.
  - Съесть бы чего-нибудь, - пробормотал Серегин.
  - Я бы перво-наперво помылся, - ответил Молодцов после паузы.
  Помолчали. Молодцов разглядывал простреленную штанину.
  - Сучонок, чуть без ноги не оставил, - и взглянув на Серегина, с удивлением, - Ты мне жизнь спас!
  Серегин открыл глаза.
  - Чтобы мент мне жизнь спас - мне бы такое и в страшном сне не приснилось.
  - Просто повезло.
  - Им до меня метров двадцать пять было. Из ружья трудно не попасть. А из двух тем более. Так что, если б не ты, лежал бы я сейчас на том лужке вместо них.
  - Почему ты бежал от них?
  Молодцов пожал плечами.
  - Чуйка.
  - Что?
  - Чутье.
  - А в автозаке почему не остался, тоже чуйка?
  Молодцов снова пожал плечами.
  - Почему они хотели тебя убить? Я думал, они освободить тебя хотят.
  - Я и сам так думал. Поначалу.
  Молодцов погрузился в задумчивость.
  - Тебя как зовут?
  - Андрей.
  - Меня Павел.
  Было безветренно и потому тихо. Пищали комары.
  Молодцов стряхнул задумчивость, прислушался, потом посмотрел на Серегина.
  - Расскажи сержант, каково это, убить человека. Сразу двух, - в его голосе присутствовала ехидца.
  Лицо Серегина вспыхнуло.
  - Я не хотел убивать, просто у меня не было выбора. Не было времени на предупредительный выстрел.
  - Чего ж стрелял, раз такой жалостливый?
  - Должен был...
  Он умолк и отвернулся. Молодцов был настроен подкалывать его дальше.
  - Да, тяжело убить человека, - вздохнул он. - Но это только по первачку, дальше легче пойдет.
  - Сам-то сколько на тот свет отправил?
  - Не знаю. Вроде ни одного.
  - У нас говорили, что ты крутой бандит.
  Молодцов усмехнулся.
  - Пока случай не подворачивался.
  - Говорили еще, что ты в Афгане служил.
  - Было дело.
  - Там-то, наверное, убивал?
  - Стрелял - да, в духов, но не знаю, убил кого или нет.
  - Но наверняка думал, что убил! Хотел этого.
  - Там было такое чувство, как будто это автомат убивает, а не ты. Это ж не лицом к лицу, не видишь, как он умирает. Как у тебя сейчас.
  Серегин вспыхнул.
  - Врешь ты все! Только что на твоих глазах двух человек убили, а ты и бровью не повел!
  - Эти человеки, как ты их называешь, псы, хотели меня убить. Мне за них переживать?
  - Все равно, у нормального человека смерть должна вызывать шок.
  - Смерть-то я видел. Не раз. Но сам не убивал. Ну, ты-то первый раз в человека стрелял.
  - Второй. Первый - по тебе, когда ты от меня деру дал.
  Молодцов с любопытством посмотрел на Серегина.
  - На поражение стрелял?
  - Вдогонку. Я уже не успевал прицелиться, видел только, как за деревьями твоя спина мелькала.
  Молодцов хмыкнул и мотнул головой.
  - А если б успевал?
  - Постарался бы попасть.
  Молодцов пристально посмотрел на него, прищурился.
  - Неувязочка, сержант. Чем я для тебя за эти полчаса лучше стал?
  - Дело не в тебе. Лично мне ты ничего плохого не сделал, но ты преступник и я обязан предотвратить твой побег, даже если для этого придется тебя убить. Но когда кто-то пытается убить тебя, я должен тебя защищать, как и любого другого человека. И если у меня нет другого выхода, я должен его убить. Хоть этот человек в сто раз лучше тебя. Перед законом все равны.
  Молодцов слушал с кривой ухмылкой.
  - Ты, значит, законник. Правильный мент. Что ж, лучше правильный, чем поганый, как твой прапор.
  Лицо Серегина в одно мгновение потемнело.
  - Может, его...
  - Не может, а точно. Не нравится, что я его поганым назвал? А какой он? Видишь, иногда и поганым не везет. Посмотрим, повезет ли правильным.
  Серегин не ответил.
  - Значит, ты стрелял, не потому что шкуру мою хотел спасти, а потому, что закон так велит? - допытывался Молодцов.
  - Одно другому не мешает. Просто закон обязывает меня тебя защищать.
  - Обязывает, - Молодцов брякнул наручниками, - Если б не закон, то плевать, пусть убивают?
  - Не понимаю, что ты хочешь услышать? Если б на твоем месте другой был, я бы так же поступил.
  - Я понять хочу, мусор ты обыкновенный или чело...
  - Нечего тут понимать! Я сотрудник милиции и исполняю свои обязанности. А на счет тебя... Хорошее в каждом можно найти, даже в бандите. А к хорошему привыкнешь, плохое перестанешь видеть, забудешь про ваши преступления и превратишься в такого как Зломан - офицер, который хочет тебя дружкам сдать.
  - Они мне не дружки. А офицера ты не к месту приплел. Ему плевать и на плохое, и на хорошее, и на милицию, и на людей. Он просто деньги делает, на всем.
  - Из-за таких нас и ненавидят! - у Серегина загорелись глаза. - А должно быть, если ты милиционер, то закон для тебя - превыше всего!
  - То есть, всегда надо по закону?
  - Конечно!
  - Делай по закону и ни о чем не думай?
  - Думать думай, но самодеятельности не допускай. Если каждый по-своему начнет закон исполнять, это уже анархия будет - беззаконие то есть.
  Лицо Молодцова стало жестче, в глазах появился недобрый блеск, руки в наручниках задвигались, словно им не давал покоя внутренний зуд.
  - Ты, правда, так думаешь или прикидываешься? - он даже заерзал. - Ты не видишь, что вокруг творится? Не видишь, где живешь? У нас закон, что дышло, куда повернул... Много я законников видел, и каждый закон на свою сторону перетягивал. Все ведь денег хотят.
  - Не все!
  - Все. Ты один такой. Судьи знаешь, как судят? Приехал ко мне в СИЗО адвокат, говорит, давай двадцатку зелени, прямо из суда выйдешь, десятку - год получишь. А у меня и сотки не было, поэтому я пятерик отмотал. Но то, что законом торгуют, еще не самое плохое. Хуже когда законом беззаконие прикрывают - беспредельничают. Совершили преступление - ладно. Менты что должны делать? У них это называется - проводить оперативные мероприятия. А они? Способ раскрыть преступление у них один - взять подозреваемого и - под молотки его. Ладно, если он при делах. Как я, например. Мне не обидно, что меня прессуют. Я на принцип иду: хочешь сломать меня - попробуй. Другое дело, когда человек не виноват. Знаешь, сколько таких? Думаешь, потом перед ними извиняются? Нет. Все как Жиглов - раз попал, значит виноват. Дальше. Осудили тебя, привезли на зону. В законе как написано? Тебя должны перевоспитывать, то есть делать тебя лучше. Правильно? А на деле это знаешь, что означает? В первый же день вызовет тебя опер и начнет разводить, чтобы стукача из тебя сделать. Будет всякие блага обещать - жратву, куреху, водку, даже бабу, то есть все, за что других, на кого ты будешь стучать, посадят в бур. И вот таких людей, сук, по нашему говоря, называют вставшими на путь исправления, им делают всякие поблажки, досрочно освобождают. А того, кто остается человеком, гнобят.
  В лице Молодцова, во всем его теле появилось напряжение.
  - Это я и без тебя знаю! Я правду признаю. Только не закон виноват, а люди, которые им свое беззаконие прикрывают! Но я за них не отвечаю, я за себя отвечаю и могу прямо сказать - я всегда поступаю по закону!
  - Что ты заладил как попугай: по закону, да по закону. Дерьмо твой закон, а ты баран упертый, если служишь ему, - с сердцем выпалил Молодцов. - Если ты слепо предан этим выдуманным кабинетными умниками буковкам, которые хранятся как святая истина на архивных стеллажах, но не имеют ничего общего с реальной жизнью! Тебе говорят, что когда ты делаешь по закону, ты помогаешь тем, кто его нарушает. Но тебе главное, что ты - правильный.
  - Как я им помогаю? - Серегин покраснел.
  - Да просто. Возьми хотя бы меня. Те, которые хотят меня убить, достали меня даже в ментовке, а ты охраняешь меня от них для того, чтобы вернуть обратно в ментовку. Подумай, какой в этом смысл? Они и других ментов подкупят и в следующий раз уже не допустят осечки.
  - Ах, вот ты куда клонишь? Хитро! Как это у вас говорят, развести хотел? Разжалобить, чтоб я сам с тебя наручники снял?
  - Чтобы я тебя жалобил? Ты кому это говоришь? - Молодцов смерил его взглядом. - Чтобы я перед каким-то ментенком...
  - А, вот! Ты проговорился! Ты меня ниже всего считаешь! Я для тебя даже не мент - ментенок!
  Молодцов выдвинул челюсть.
  - Да ты знаешь, кто я по жизни? А ты...
  Серегин вскочил на ноги, заговорил с жаром, задыхаясь.
  - Ну, кто ты по жизни? Давай, скажи! Не верь, не бойся, не проси? Да? А еще - кради, грабь, разводи лохов, как вы говорите, вымогай, бей и отбирай последнее! Остальных вы за людей не считаете! Рабочий, врач, пенсионер - все они по вашим понятиям лохи, живущие на зарплату, стадо, с которого кормятся,.. - передразнил, - ...крутые пацаны! Вы придумали понятия, по которым вы якобы исключительные, выше всех. А чем вы выше? Вот чем ты выше других? Я вижу в тебе только одно - силу. Да, ты сильный, но это не дает тебе права на мзду с тех, кто слабее. Он слабей, но может быть в сто раз чище, лучше. Ты бандит, что тебя окружает? Может, вокруг него сад, а вокруг тебя - пепелище, и ты выше него?
  - Какое пепелище?
  - У нас в городе на новом кладбище на самых первых местах бандиты похоронены. Человек двадцать вряд. И не менты их туда отправили, и не те, кто от них пострадал, а сами они друг друга перебили! - он скрючил пальцы и изобразил борьбу мерзких насекомых. - Вы как скорпионы в банке, залили кровью своих братков весь город, а сколько вас гниет в окрестных лесах! Вы раковая опухоль, которая расползлась по всей стране и не дает жить нормальным людям. Вот вы кто! Вас каленым железом...
  Молодцов резко оказался на ногах и бросился на него. Он опрокинул его на спину, но Серегину удалось воспользоваться энергией его броска и перекинуть через себя. Они вскочили и стояли, впившись друг в друга бешеными глазами. Серегин отработанным движением расстегнул кобуру.
  - Ну, что же ты, мусор, давай, достань из кобуры ствол, твой закон тебе это разрешает, - Молодцов задыхался от злобы.
  - Нет, я не дам тебе повода считать себя выше, - сказал Серегин после короткой паузы.
  Он застегнул кобуру, сделал несколько шагов туда, где место было свободнее и ровнее, и принял боевую стойку. Молодцов сплюнул в сторону, подошел и тоже стал в стойку. В его глазах вместо слепой злобы появился азарт.
  - Ну, давай! Давай!
  Началась схватка. Молодцов раздергивал, делая вид, что вот-вот бросится.
  - Кто победит, тот и прав?- дразнил Молодцов.
  Серегин был красный от напряжения, собран и сконцентрирован. Молодцов продолжал делать раздергивающие выпады, выбрасывая руки в наручниках, как бы нанося сдвоенный удар. Серегин резко схватил его за цепь наручников, раскрутил вокруг себя и швырнул на еловые сучья, которые торчали как копья.
  Сухие ветки впились в исцарапанную спину. Молодцов заскрипел зубами, но сдержал стон и, поднявшись, вновь устремился на Серегина.
  Он продолжал раздергивать, но теперь с оглядкой, опасаясь контратаки, и пытался зацепить ногу, чтобы сделать подсечку. Серегин отвечал одиночными ударами руками и ногами.
  После одного такого удара в живот, он не успел отдернуть ногу, и Молодцов поймал ее. Последовал удар по опорной ноге, и Серегин упал, Молодцов сел на него верхом и стал бить в лицо сразу двумя кулаками. Серегин зажмуривался и закрывался руками, как мог. Из носа пошла кровь. Он выгнулся, пытаясь сбросить Молодцова.
  - Больно, легавый? больно?
  Серегину удалось схватить цепь наручников, забросить на Молодцова ногу, и свалить с себя. Молодцов кувыркнулся назад через голову, и его рука оказалась на автомате, оставленном Серегиным. Он посмотрел на Серегина, который, отплевываясь, поднимался с земли, и взял автомат. Серегин увидел его, когда автомат уже был направлен на него.
  - Давай, сержант, кто быстрее?
  Серегин застыл, стоя на одном колене. Несколько секунд он смотрел то на Молодцова, то на автомат, изо всех сил пытаясь прогнать из глаз страх. Молодцов заметил эту борьбу и ухмыльнулся. Серегин медленно выпрямился и посмотрел ему в глаза. Он был в пыли, взъерошен, из носа текла кровь, заливая губы и подбородок.
  - Стреляй! Что же ты? - он вытерся рукавом и сплюнул кровь, - Давай, убей меня! Потом расскажешь своим дружкам, как прикончил мента! - голос его сорвался. - Будешь рассказывать, как в честном бою убил поганого минтенка голыми руками!
  Молодцов бросил автомат в сторону.
  - Я и убью тебя голыми руками!
  Он бросился на Серегина и они покатились по земле, вцепившись друг в друга. Борьба шла с переменным успехом, то один, то другой оказывался наверху. Если поначалу каждый действовал осмысленно, то теперь их борьба превратилась в остервенелую возню.
  - Убью, сука! - скрипел зубами Молодцов.
  Серегин был вынослив, стоек и натренирован, но уступал в силе и напористости. Он был выше чуть не на голову, но тоньше и легче. Все же Молодцов вновь закрепился сверху. Он схватил своими пальцами-клещами Серегина за горло и стал бить головой об землю.
  - Конец тебе!
  Но земля, усыпанная многолетним слоем сухой хвои, смягчала удары как татами. Серегин хрипел, но сопротивлялся, пытаясь сорвать с горла его руки.
  
  - Хенде хох!
  Молодцов перестал трясти Серегина, но не отпускал его горло.
  - Эй, вы, оглохли, что ли?
  
  Молодцов обернулся и увидел Колобка и Гамлета, они стояли метрах в десяти, у Колобка был автомат, у Гамлета - пистолет.
  - Вы там сношаетесь, что ли?
  Колобок и Гамлет засмеялись. Молодцов посмотрел направо и увидел Раму, у него был пистолет, и он тоже смеялся. Не поворачивая головы, Молодцов глазами искал автомат или ружье.
  Серегин пытался отдышаться и таращил глаза, ему было не до того, что происходит вокруг.
  - Молоток, слезай с него! - приказал Колобок.
  - Да слезь ты! - выдохнул Серегин.
  Он стал брыкаться, пытаясь свалить Молодцова, но Молодцов не торопился слезать.
  - Погоди, - Молодцов адресовался Колобку, хотя не поворачивал головы. - Дай только эту суку легавую прикончу.
  Он снова схватил Серегина за горло и наклонился.
  - Доставай ствол, - прошептал он. - Им за мной не видно твою кобуру.
  Серегин не отреагировал, Молодцов встряхнул его.
  - Чего, пацаны, поглядим бои без правил? - Колобок достал сигареты и закурил.
  Серегин перестал сопротивляться и уставился на Молота.
  - Чего затих? - прошептал Молодцов.
  Серегин задергал ногами. Рама захохотал.
  - Давайте поактивней, а то не интересно, - сказал Колобок.
  - Доставай ствол, - продолжал Молодцов.
  - Я затвор не передерну, - сказал Серегин.
  - Я передерну, ты только достань.
  - Чего вы там шепчетесь? - крикнул Колобок.
  - Как передерну, стреляй в тех, что сзади меня, потом дай мне спрыгнуть и стреляй в третьего. Не прицеливайся, просто стреляй. Главное - не дать им выстрелить сразу.
  - Целуются! - осклабился Гамлет.
  - Молоток, хорош херней заниматься! - крикнул Колобок и снял с плеча автомат.
  - Давай! - скомандовал Молодцов.
  Серегин вынул пээм и большим пальцем опустил флажок предохранителя.
  Колобок заподозрил неладное и поднял автомат.
  Молодцов передернул затвор и отклонился вправо. Серегин сделал четыре выстрела в сторону Колобка и Гамлета. Они бросились на землю. Рама растерялся, присел от неожиданности и втянул голову в плечи.
  Молодцов свалился с Серегина, сделав кувырок. Серегин перевел пистолет на Раму и сделал два сдвоенных выстрела.
  - А! - вскрикнул Рама и повалился, схватившись за бок.
  Молодцов схватил ружье двумя руками, как пистолет, выстрелил в сторону Колобка и Гамлета, и отполз за пень.
  Серегин дрожащими пальцами пытался отсоединить пустой магазин, оставаясь на том же месте.
  - Мотай, дура! - крикнул Молодцов. - Чему вас только в ментовке учат...
  Серегин вскочил и бросился к ближайшей ели. Едва он упал за нее, как автоматная очередь выбила из ствола несколько щепок. Он поменял магазин и приготовился вести огонь.
  - Я ранен! Черт... я ранен! - стонал Рама.
  - Куда, Рама? - спросил Колобок.
  - В живот!
  - Стрелять можешь?
  - Я ранен! Ранен!
  Молодцов упер ружье в бедро, передернул двумя руками затвор и выглянул из-за пня. Колобка и Гамлета было почти не видно, они лежали в нескольких метрах друг от друга, вжавшись в мох. Видна была только нога Гамлета в кроссовке. Молодцов выставил ружье, прицелился и выстрелил. Он видел, как пуля колыхнула штанину.
  - А-а! - заорал Гамлет.
  Молодцов перезарядил ружье, действуя скованными руками.
  - Сука...
  Колобок дал очередь в их сторону, не целясь.
  Перезарядив ружье, Молодцов поднял голову и осмотрелся. Позади метрах в пяти над кочкой виднелся автоматный ремень. Молот, пятясь, пополз к автомату, при этом держал ружье наготове, чтобы в случае чего сразу выстрелить.
  Рама и Гамлет стонали, каждый на свой лад.
  Серегин выглянул из-за ели. Ему был виден Рама, он лежал на открытом пространстве, едва прикрытый молодой елкой. Он держался за живот залитой кровью рукой. Серегин прицелился, но вид страдающего человека не давал ему выстрелить. Рама заметил его и направил на него пистолет.
  Серегин выстрелил. Рама вздрогнул, выронил пистолет и, ткнувшись лицом в сухие иголки, стал дышать лихорадочно и прерывисто.
  - Молодца сержант! Ай, молодца! - обрадовался Молот.
  - Рама! Рама! - крикнул Колобок.
  Из-за холмика, за которым лежал раненый Гамлет, появился пистолет и произвел три выстрела в сторону Молодцова. Молодцов ответил выстрелом из ружья. Мох на холмике разлетелся в клочья и рука с пистолетом исчезла.
  Молодцов зацепил ногой ремень автомата и подтянул к себе. Приподняв голову, он осмотрелся, вскочил, перебежал к толстенной ели и сел за нее. Колобок и Гамлет выстрелили в его сторону, но поздно.
  - Сержант, ты как? - спросил Молодцов.
  - Живой!
  - Патроны приберегай!
  - Молоток, ты мусором заделался? - крикнул Колобок.
  - Лучше мусором, чем пидарасом, как ты!
  - Заткни глотку! Сука! Ты ответишь за эти слова!
  - Я всегда отвечаю за свои слова! - Молодцов выглянул из-за ели.
  - Я тебе сердце вырежу!
  Молодцов усмехнулся.
  - Тебе обидно, Колобок? Это от гордыни. Если б ты не заносился, а посмотрел бы на себя, кто ты есть на самом деле, ты бы не обиделся. Ты ведь просто шестерка у Кирюхи. Был бы ты человек, ты бы спросил, зачем ему моя жизнь понадобилась. А тебе сказали, ты и делаешь. Сказали - Молотка убрать, ты гривой тряхнул и пошел, и не спросил, за что. Ты же знал меня раньше. И все равно пошел. Ну и кто ты после этого?
  - Ты криво засадил, поэтому на тебе крест поставили.
  - Где я криво засадил?
  - Тебя же приняли, а тебе говорили, что этого не должно быть.
  - Ну и что, что приняли?
  - Сам знаешь. Такие люди замазаны.
  - Меня не раскололи! Я никогда ни одной бумажки у ментов не подписал! - Молодцов высунулся и выстрелил.
  Колобок усмехнулся.
  - Тебе тоже обидно! Это надо было Кирюхе говорить, тогда. А теперь поздно. Теперь за нас стволы говорят.
  Колобок тоже высунулся и выстрелил. Из ели вылетела щепка. Молодцов передернул затвор.
  - А, - стонал Гамлет.
  Молодцов выстрелил в его сторону, передернул затвор, и, осторожно высовываясь, наблюдал за обстановкой.
  - Положение у вас, ребята, хреновенькое, двое раненых. Вам надо думать, как шкуру спасти. Колобок! Ты видел двоих на полянке? И вы тут ляжете!
  - Еще посмотрим, кто из нас ляжет!
  - Вам, парни, не позавидуешь, в такой замес попасть! - он приготовился, положив палец на спусковой крючок. - Вы ведь только морды бить умеете и пальцы гнуть, а тут маленько повоевать надо. Слышь, Колобок!
  Он видел спину и макушку Колобка, отползающего назад. Он выстрелил в него, бросил ружье, схватил автомат, выскочил из укрытия и, взяв автомат как пистолет, побежал приставными шагами, по дуге, ведя огонь короткими очередями.
  Колобок повернулся, чтобы выстрелить, но было поздно. Серегин высунулся из-за ели и сделал три сдвоенных выстрела. Выйдя Колобку и Гамлету во фланг, Молодцов остановился за деревом и сделал две прицельные очереди. Подождал и выглянул из-за дерева.
  - Сержант, твой там шевелится?
  - Вроде нет.
  - Сиди пока, не высовывайся.
  Молодцов вышел из-за дерева и направился к Колобку и Гамлету, направив на них автомат. Колобок лежал неестественно изогнувшись. Гамлет уткнулся лицом в мох, его спина и бок были в крови. Молодцов опустился на корточки и отстегнул магазин. Магазин был пуст.
  - Спасибо, Господи, - шевельнулись его губы, а глаза на секунду вознеслись к свету, пробивающемуся между кронами.
  Он сунул за пояс пистолет Гамлета и взял автомат Колобка, пошарил у них по одежде, есть ли запасные магазины.
  - Теперь нас двое против одного! - крикнул он.
  Он упер автомат в плечо, поднялся и направился к елочкам, за которыми лежал Рама. Различив его за ветками, он дал очередь и побежал по дуге, заходя ему в тыл. Оказавшись сзади, он перебегал от дерева к дереву, приближаясь к Раме. Когда до него осталось несколько метров, он опустил автомат и вышел из-за дерева.
  - Сержант, иди сюда!
  Серегин пошел.
  Рама не дышал, он лежал, скрючившись, лицо было искажено гримасой боли. Серегин посмотрел на Раму и побледнел.
  - Тебе опять поплохело, сержант? - усмехнулся Молодцов.
  - Зато тебе по херу, - огрызнулся Серегин.
  - Он хотел убить меня. Почему мне должно быть на него не по херу?
  На лице Серегина была борьба эмоций.
  - Такой здоровый.. просто не верится, что он... не живой, - пробормотал он.
  - Это раньше он был здоровый, а теперь он жратва для лесных зверушек.
  У Серегина дрожали пальцы, он никак не мог вложить пистолет в кобуру. Убрав пистолет, он опустился на корточки и закрыл лицо руками. Молодцов поднял пистолет Рамы.
  - Вот, и меня - с почином.
  - Тебе-то что! - всхлипнул Серегин.
  - Вытри сопли! - суровым взглядом Молодцов сверлил его затылок. - Они сами виноваты в своей смерти!
  Серегин вытерся рукавом и встал, но не поворачивался к Молодцову, чтобы он не видел его мокрые глаза. Молодцов смотрел по сторонам.
  - Сейчас остальные подтянутся. Надо выбрать место для засады.
  Серегин стоял, повернувшись к нему спиной, и оправлял аммуницию.
  - Перебей мне наручники, - сказал Молодцов.
  - Нет.
  - Чего?
  - Обойдешься!
  Молодцов дернул головой и уставился ему в спину.
  - Не знаю, почему бы мне сейчас не огреть тебя по затылку?
  Серегин резко обернулся.
  - Если я освобожу тебя от наручников, ты сразу сбежишь.
  - Не сразу. Мы еще не со всеми разобрались.
  - Но потом сбежишь. Так?
  Молодцов ухмыльнулся.
  - Вот видишь, - сказал Серегин.
  - Ну и что мы будем делать?
  - То же, что и делали. Выйдем из леса, и будем искать ближайший отдел милиции.
  - А эти гады пусть остаются?
  - Меня никто не уполномочивал на захват банды.
  - Ты их только ненароком постреливашь?
  - Думай, как хочешь, а я свое решение принял.
  Молодцов засмеялся.
  - Решение? Да черта ли лысого здесь кому в твоем решении?
  Серегин мгновенно покраснел, сделал два шага назад и схватился за кобуру.
  - А ну марш!
  Молодцов продолжал смеяться.
  - У тебя патронов нет!
  - Есть... один, - пробормотал Серегин и рявкнул. - Я сказал - марш!
  - Чего орешь, баран? - резко оборвал Молодцов.
  Серегин втянул голову в плечи и оглянулся. Молодцов опустился на землю, сорвал ветку и стал отгонять комаров. Серегин подошел к нему сзади и смотрел на него сверху вниз.
  - А ну пошли, я сказал, - проговорил он тихо, оглянувшись по сторонам.
  Молодцов - беззаботно:
  - Да пошел ты!
  - Чего?
  - Тебе надо, ты и иди.
  Он тихо насвистывал, а Серегин смотрел ему в макушку и двигал желваками.
  - Кстати, бандиты еще твоих мусорков по лесу таскают, - Молодцов хлестнул по спине веткой.
  Серегин помрачнел.
  - Зломан, скорей всего, заодно с ними, а Линькова, вероятно, убили. Ты же сам говорил.
  - А водила пусть им на съедение достается?
  - Дмитрич-то...
  - Крепкая ментовская взаимовыручка, хе-хе.
  Молодцов почувствовал, что нащупал нужную педаль и вновь перешел на шутливый лад.
  Серегин думал.
  - Может, они уже не таскают его с собой?
  Молодцов - хитрый лис:
  - Кто знает. А если таскают? И будут таскать до тех пор, пока не убедятся, что мы ушли. А потом прикончат. И в его смерти будешь виноват ты. Вместо того, чтобы выручить товарища, ты заботишься о том как доставить меня обратно в ментовку. Это правильно? Так в твоем законе написано?
  - Не знаю. Их все-таки больше.
  - Я тебе помогу.
  - А потом пристрелишь меня и сбежишь.
  - Я тебя уже раз двадцать мог пристрелить.
  - Потом ты все равно сбежишь.
  - Чего ты качели устроил: сбегу - не сбегу? Тебе это сейчас важнее или жизнь товарища?
  
  Серегин спрятал под корягу пистолеты Рамы и Гамлета. Молодцов молча наблюдал за ним.
  
  У Серегина были два автомата, один в руках, другой за спиной. У Молодцова - ружье. Они остановились возле торчащих корней поваленного дерева, метрах в пятидесяти от места, где была перестрелка.
  - Подходящее место.
  Молодцов осмотрелся.
  - Я вон в тех елочках буду, - показал он.
  - Мы первые на них нападем?
  Молодцов ухмыльнулся.
  - Тех, кто добровольно сдастся в плен, трогать не будем.
  Серегин сел в ямку под корнями, Молодцов - под дерево.
  - А если они не придут?
  - Придут. Я им нужен, ты же слышал. А теперь и ты тоже, в первую очередь капитану.
  Серегин вздохнул.
  - Не дрейфь. У нас с тобой, видишь, как получается. - Молодцов потерся зудящей спиной о дерево.
  Серегин выглядел вымотавшимся, взгляд его стал рассеян, губы запеклись, отяжелевшая голова гнулась к земле.
  - Не спи! - прошептал Молодцов.
  Серегин открыл глаза. Молодцов прислушивался. Серегин как пьяный не мог держать тяжелые веки. Молодцов хлестнул его веткой.
  - Не спать, сержант, а то сбегу!
  - А? - встрепенулся Серегин. - Да, хорошо... спасибо...
  Он потер ладонями лицо, чтобы разогнать сон, потряс головой.
  - Говори что-нибудь, если не можешь не спать, - сказал Молодцов.
  Серегин поменял позу.
  - У меня отец в Афгане служил, но он не такой, как ты, - заговорил он тихо. - Он до сих пор с товарищами встречается, медали хранит.
  - Медали и у меня... где-то валяются.
  - Он не пошел бы после Афгана в бандиты. Для него это святое. Он убежден, что там они делали нужное для страны дело.
  - Раньше и я так думал. Там все так думали. А оказалось-то наоборот. В жизни такое бывает, - продолжал он с ухмылочкой, - Слушаешь, что тебе говорят и думаешь, что во всем разобрался, а оказывается, что ты-то и не прав! Нам не нужна была та война.
  Он обернулся и прислушался.
  - Пойду-ка я, сержант.
  - Куда?
  - До ветру. Вон в те елочки. Чует мое сердце, вот-вот они появятся. Смотри не усни!
  Он положил на землю ружье и патронташ и направился к молодым елкам, густо разросшимся на небольшом пятаке. Он снял штаны, сел под елкой и прислушался. Было тихо, ни одна веточка не двигалась. Только комары пищали со всех сторон. Он видел Серегина, которому все трудней было бороться с усталостью.
  - Слабак...
  Когда он застегивал штаны, он услышал сухой треск сломавшегося сучка. Он оглянулся и резко опустился на землю, шелохнув пушистые ветви молодой елки. Послышались неразборчивые голоса. Он лег и пополз к Серегину, но не успел он выползти из елочек, как увидел Зломана и Кирюху, которые направлялись к Серегину, а возле него уже стояли Кот и Витамин. Зломан поднял оставленное Молодцовым ружье.
  - Тут он где-то, тут он, родимый.
  Зломан посмотрел по сторонам, на елки. Елки не шелохнулись. Молодцов наблюдал за ними. Кирюха подошел к Серегину, что-то сказал ему и ударил по голове рукояткой пистолета.
  - Прочухал, чмошник! - прошептал Молодцов.
  Зломан ходил вокруг, осматривая местность.
  - Где он? - Кирюха снова ударил Серегина.
  - ...Сбежал... - промямлил Серегин.
  Зломан направился в сторону елочек, где прятался Молодцов.
  Кирюха снова ударил Серегина. Серегин повалился на бок. Кот взял его за отвороты куртки и посадил. Кирюха направил на него пистолет. Серегин зажмурился.
  - Ладно. Пристрелить мы тебя еще успеем. - Он опустил пистолет.
  Зломан шел прямо к елкам. Молодцов отполз назад. Зломан посмотрел по сторонам и опустился на корточки. Молодцов отполз еще дальше. Колючие ветки бередили ссадины на спине. Зломан посмотрел под елки.
  - Здесь он где-то. Не стал бы этот мусорок загорать тут, если б Молодцов был уже далеко. - Кирюха тяжело опустился на поваленное дерево. - Обшарьте здесь все, только осторожно!
  Кот и Витамин разошлись в разные стороны.
  Зломан опустился на колени и полез в глубь, протискиваясь сквозь жмущиеся друг к другу елки. Молодцов отполз еще дальше и замер. Зломан остановился. Он выбрался из елок, посмотрел на их верхушки и прислушался.
  
  Кот нашел Раму.
  - Идите сюда! Здесь Рама.
  Зломан лег на руки и посмотрел под елки. В тенистом мраке были различимы лишь густые ветви и бурые стволы. Зломан поднялся и пошел к Коту. Кирюха показал Витамину, чтобы он смотрел за Серегиным, и тоже пошел к Коту.
  Молодцов выполз из елочек.
  Кирюха подошел к Раме. Зломан бродил вокруг.
  - Сука! - крикнул Кирюха.
  - Не ори. Он где-то рядом. - Зломан наткнулся на Колобка. - Здесь еще двое.
  Кирюха подошел к Зломану.
  - Ах, сука! Сука! Сука! Сука... Все пора менту кишки выпускать!
  В бессильной злобе он ударил ногой по дереву. Он вернулся к Серегину и, задыхаясь от бешенства, направил на него пистолет. Зломан схватил его за руку.
  - Он может еще пригодиться!
  Кирюха направил пистолет на него.
  - А то тебе выпущу!
  Кирюха решительно пошел к Серегину. За ним - Зломан и Кот. Молодцов затаился и следил за ними.
  Кирюха ударил Серегина и навел на него пистолет.
  - Ты спугнешь его! - крикнул Зломан.
  Кирюха держал пистолет у головы Серегина, оглянулся на Зломана, опустил пистолет и ударил Серегина ногой. Потом повернулся и ударил Зломана по лицу. Зломан упал.
  - Не перечь мне! - Кирюха перевел дыхание. - Он убил моих людей!
  Молодцов видел, как Кирюха давал указания Коту и Витамину, показывая рукой, потом они со Зломаном взяли Серегина и скрылись за деревьями.
  
  Молодцов видел, как Кот походил, посматривая по сторонам, потом подозвал Витамина и что-то стал показывать ему. Они отошли метров на тридцать и сели под тремя елями.
  Молодцов выполз из елок, посмотрел туда, куда Кирюха и Зломан увели Серегина, и сел. Его лицо, покрытое ссадинами и синяками, было черным от пыли. Мучил зуд, но скованными руками было не дотянуться до спины. Молодцов поморщился и заскрипел зубами от боли и зуда.
  Он посмотрел туда, где сидели Кот и Витамин, и пополз на место перестрелки с Колобком. Он искал, ползая на брюхе, спрятанные Серегиным пистолеты Рамы и Гамлета. Наконец, нашел один и вытер его футболкой. В пистолете не было обоймы. Он стал искать дальше. Он обшарил все, но больше ничего не нашел. Не найдя патронов, он сунул пистолет за пояс и пополз обратно.
  До Кота и Витамина было метров пятьдесят. Кот посмотрел по сторонам и закурил. Пустив клуб дыма, он разогнал его рукой.
  Молодцов раздумывал, как к ним подобраться. Он пополз по дуге, делая большой крюк, чтобы зайти им в тыл. Он полз медленно, выбирая путь, и то и дело, поглядывая в их сторону. Кот и Витамин тихо разговаривали.
  Под локтем Молодцова сломался сучок. Кот повернул голову и смотрел в его сторону. Молодцов замер. Его голову, руки и спину облепили комары. Кот отвернулся. Молодцов ползком зашел им в тыл и пополз на них. Он выбирал такой путь, чтобы его все время что-нибудь закрывало.
  Витамин встал, повернулся в сторону Молодцова и стал справлять нужду. Молота скрывал от него маленький кустик. Витамин застегнул штаны и сел. Молот прополз еще несколько метров, достал пистолет и медленно поднялся.
  Теперь между ними было метров пятнадцать. Молодцов направил на них пистолет и сделал шаг. Витамин шлепнул себя по шее, убив комара. Молодцов остановился, постоял несколько секунд и сделал еще шаг, и еще.
  Когда осталось метров восемь, он резко сблизился.
  - Не двигаться!
  Кот и Витамин успели лишь вздрогнуть. Он подбежал к ним и наводил пистолет то на одного, то на другого. Витамин сидел в очень неудобной позе, почти лежал, но автомат был у него на коленях. Кот сидел, согнув ноги, он мог бы резко вскочить, но его пистолет лежал на земле.
  Молодцов обошел их и присел на корточки.
  - Здорово, Кот! - сказал он.
  - Здорово, - пробормотал Кот, не успев прийти в себя от неожиданности.
  - Ждете кого?
  Кот прищурился.
  - Да сидим, думаем, может, кого знакомых встретим. Видишь, не ошиблись.
  - Иногда, Кот, со знакомыми лучше не встречаться.
  - Это ты сейчас понял?
  Молодцов ухмылялся, поигрывая пистолетом.
  - Знаешь, Кот, меньше всех хотел увидеть здесь тебя. Ты же был нормальным пацаном.
  - В кино в таких случаях говорят: ничего личного, такая работа.
  - Я не смотрю кино, Кот.
  - В пистолете магазина нет, - сказал Витамин, уставившись на пистолет Молодцова.
  - Но есть патрон в стволе!
  Молодцов резко встал, направив пистолет на Витамина, потом снова на Кота.
  - Я тебя знаю, Молоток, - улыбнулся Кот. - Был бы у тебя патрон, ты бы не стал разговаривать.
  Он резко наклонился, чтобы взять пистолет. Молодцов с размаху ударил его рукояткой по голове. Кот повалился на землю. Молодцов бросился на Витамина, который уже схватил автомат. Молодцов схватился за автомат и увлек за собой Витамина, они кубарем прокатились по земле и Витамин оказался наверху.
  Молодцов обеими руками держался за автомат, Витамин одной рукой держал автоматный ремень, а другой осыпал ударами Молодцова. Он был самый молодой из бандитов Кирюхи. Молодцов видел страх у него в глазах, но этот страх заставлял его драться с отчаянием.
  Молодцов ворочался всем корпусом, пытаясь уходить от ударов. Устав бить, Витамин схватился за автомат обеими руками и попытался вырвать его из рук Молодцова. Но Молодцов держал его мертвой хваткой, тогда Витамин снова стал бить, стараясь наносить удары в голову, и снова устал. Он сделал паузу, чтобы отдышаться.
  Молодцов ударил его коленом в спину и изо всей силы дернул автомат на себя. Вырвав автомат, он размахнулся и ударил им Витамина пониже груди. Витамин с глухим стоном повалился с него и прокатился по земле.
  Молодцов посмотрел на Кота. Кот не двигался. Молодцов сел. Он тяжело дышал. Витамин ловил ртом воздух и таращил глаза, словно вытащенная из воды рыба.
  Молодцов поднял автомат и подошел к Коту. Кот сидел на коленях, уткнувшись лицом в землю, голова была в крови. Молодцов дотронулся до него, и он повалился на бок.
  Он поднял пистолет Кота, проверил обойму и засунул за пояс, потом подошел к Витамину и обыскал его. В глазах Витамина был страх.
  - Вставай, - сказал Молодцов.
  Витамин поднялся, но боль еще не прошла, и он не мог выпрямиться. Лицо его было бледно, губы дрожали.
  - Пошли.
  Витамин не двигался.
  - Будешь делать, что скажу, останешься в живых. Попытаешься смыться или, не дай Бог, поиграть со мной в Рэмбо, я тебя просто застрелю.
  Ледяной взгляд прищуренных глаз Молодцова, и весь его вид, вымотанного, но страшного, быстро подействовали. Витамин кивнул.
  - Иди. - Молодцов показал автоматом, куда.
  Витамин пошел. Молодцов перевел автомат за спину, достал пистолет и последовал за Витамином, который шел, оглядываясь и спотыкаясь.
  - Сколько всего вас было? - спросил Молодцов.
  - Восемь.
  - Минус шесть - выходит, у Кирюхи только ты остался?
  Витамин оглянулся.
  - А куда второй мент делся?
  - Кирюха сказал, что Зломан его отпустил.
  - А... Теперь это так называется?
  Еловый лес стал березовой рощей. Роща вскоре поредела, и стал виден скошенный луг, а за ним - поле, за которым у самого горизонта - маленькая рощица.
  - Стой, - сказал Молодцов.
  Витамин повернулся и уставился на пистолет в его руке.
  - Ложись мордой вниз.
  Витамин часто заморгал большими глазами. По худой шее подпрыгнул острый, незнакомый с бритвой кадык - проглотил комок.
  - Ложись, говорю. Хотел бы убить - уже убил бы.
  Витамин лег. Молодцов опустился на траву, прижался плечом к белому стволу березы и закрыл глаза. Светило солнце, ветер волновал ветви, пели птицы. Над лугом золотыми блестками порхали бабочки.
  - Если тебе милиционер нужен, ты сменяй меня на него, - сказал Витамин.
  - Дурак, думаешь, ты Кирюхе дороже, чем тот мент?
  - Все-таки...
  - Еще чего-нибудь ляпнешь, получишь автоматом по хребтине. Лежи и помалкивай...
  Молодцов пожевывал травинку, закрыв глаза и откинувшись головой к березовому стволу. Он думал. Он открыл глаза, взгляд его блуждал по деревьям, по старой березе, которая стояла перед ним, пока не остановился на толстом, торчащем над землей суке.
  Он встал, посмотрел на сук, потом - на автоматный ремень.
  - Раздевайся, - сказал он.
  - Зачем?
  - Раздевайся, я сказал.
  Витамин снял джинсовку и футболку.
  - И штаны тоже. Шевелись!
  Витамин снял штаны. Молодцов связал ему сзади руки брючным ремнем, а ноги - штанами. Потом снял с автомата ремень, сделал на нем петлю, взял ремень в зубы, подпрыгнул, сделал подъем переворотом и сел верхом на сук. Он регулировал высоту петли, пока не нашел необходимую длину. Он привязал ремень к суку, спрыгнул и оценил придуманное им приспособление.
  - Симпатично.
  Петля на березе выглядела зловеще. У Витамина скривилась физиономия. Молодцов развязал его, потом сел на землю и согнул колени, так, чтобы согнутые колени были под самой петлей, передернул затвор и поставил автомат на одиночные.
  - Становись на мои колени и засовывай голову в петлю, - скомандовал он.
  Витамин не двигался. Он был перепуган и ничего не понимал. Молодцов направил на него автомат.
  - А ну лезь в петлю! Перебьешь наручники и вылезешь обратно.
  Витамин схватился за петлю и встал на его колени.
  - Вариантов всего два. Первый - перебиваешь наручники, отдаешь автомат и вылезаешь. Хорошо нам обоим. Второй - вместо наручников стреляешь в меня, мои колени разъезжаются, и ты остаешься болтаться в петле. Плохо нам обоим. Выбирай!
  Витамин стоял, качаясь, на его коленях, и совал голову в петлю. Засунув подбородок, он остановился и посмотрел на Молодцова.
  - Давай, давай! Вот так. Теперь опусти руки. Хорошо. Держи автомат.
  Витамин взял одной рукой автомат. Молодцов сделал движение коленями. Витамин схватился за ремень и удержал равновесие.
  - Направишь автомат на меня - одно движение, и ты - в петле.
  Витамин кивнул. Молодцов поднял руки. Витамин поднял автомат.
  - Ты обманешь меня! - всхлипнул он.
  - Нет.
  - Ты обманешь меня! - завопил он.
  - Верь мне! Это твой единственный выход!
  Молодцов натянул цепь наручников. Витамин навел автомат, его руки дрожали. Он выстрелил и промахнулся.
  - Твою мать! Давай еще раз!
  Витамин медлил.
  - Стреляй же! Теперь у тебя нет другого выхода. Они слышали выстрел и скоро будут здесь. Если ты не выстрелишь, я останусь в наручниках, а ты - в петле!
  Витамин выстрелил, и руки Молодцова разлетелись в стороны. Витамин смотрел на него, вибрируя трясущимися ногами.
  - Дай автомат, - тихо сказал Молодцов.
  Витамин медлил.
  - Дай автомат!
  - Ты убьешь меня!
  - Ты сам себя убьешь, если не отдашь автомат! Дай сюда!
  Витамин отдал автомат и зажмурился. Молодцов положил автомат и усмехнулся.
  - Чего, понравилось в петле? Слазь, а то у меня ноги затекли!
  Витамин вытащил из петли голову и тут Молодцов дернул ногами. Витамин схватился за петлю обеими руками.
  - А!
  - Слазь, давай!
  Витамин спрыгнул на землю. Молодцов встал и развел руки в болтающихся как браслеты наручниках.
  - Ну вот, а я уж думал, что каждый раз, как захочется почесать яйцо, придется чесать оба.
  Витамин смеялся, он был счастлив. Молодцов мгновенно стал серьезным.
  - Тебе кто разрешил улыбаться?
  Улыбка моментом слетела с лица Витамина.
  Молодцов надел его футболку, которая трещала у него на спине, и прошелся, с удовольствием размахивая руками и перекидывая автомат из руки в руку. Витамин смотрел на него с робкой улыбкой.
  Молодцов вышел из леса, остановился на кромке поля и посмотрел вдаль. Пробегающий по хлебам ветер обдувал его лицо. Даль звала. Он сделал шаг, другой, провел рукой по колосящейся ржи и вдруг остановился, опустил голову, постоял какое-то время и оглянулся назад.
  Витамин стоял на том же месте. Молодцов вернулся.
  - Давай руки.
  Побывав в петле, Витамин охотно дал себя связать.
  
  На маленькой полянке, окруженной ельником, лежал человек в темно-серой одежде. Он был связан и лежал лицом вниз. Это был Серегин. Возле поваленного дерева неподвижно лежал Кот. На том же дереве сидел Кирюха и дышал, открыв рот. Зломан сидел прямо на земле, прислонившись спиной и затылком к ели. Казалось, он спал. Его лицо осунулось, волосы торчали в разные стороны. Оба были изрядно вымотаны.
  - Куда они делись? - бормотал Кирюха, как одержимый. - Стреляли два раза. У Кота череп проломлен. В кого тогда стреляли? Где тела?
  - Кота, вероятно, застали врасплох, а с Витамином Молодцову пришлось повозиться. Возможно, он убежал, - сказал Зломан, не открывая глаз.
  - С автоматом? Зачем? Что за херню ты городишь?
  Зломан открыл глаза.
  - Ты бы стал проламывать череп, если б у тебя был ствол? - он размышлял вслух. - Вариантов несколько. Первый - пули ни в кого не попали, и они бегают друг за другом по лесу. Второй - пули в кого-то попали. Если в Молодцова, то Витамин был бы уже здесь. Если в Витамина, то Молодцов уже далеко.
  Кирюха взревел.
  - Сука!
  Он тяжело поднялся, подошел к Серегину и ударил его.
  - Если б не ты, мразь, все было бы нормально!
  Он остановился, чтобы отдышаться.
  Серегин свернулся, как улитка, ловил ртом воздух.
  - А может быть еще одно, - продолжал Зломан. - Они убили друг друга. Как в кино.
  - Намотай себе свои версии... - рявкнул Кирюха. - Ты его не знаешь, а я его знаю! Ему в Афгане кукушку сбили. Он теперь пока не достанет нас, не успокоится! - голос его дрогнул.
  Он обернулся и стал вглядываться в кусты. Потом устало опустился на упавшее дерево.
  - Ему сейчас не до нас. - Ему бы отлежаться где-нибудь, зализать раны, а уж потом мстить.
  - Может, и так... - Кирюха почесал затылок. - Нет, не так. Тогда он не вернулся бы. А он, сука, вернулся, Коту башку проломил и... где он? Где он теперь? Где он, сука?
  - Тише ты...
  - Шесть человек! - Кирюха всхлипнул. - Шесть человек угробил, и еще где-то бегает! Менты наверное, уже всю округу оцепили!
  - Да, надо убираться отсюда...
  - Убираться? А что я там скажу?
  Серегин лежал, поводя вокруг обезумевшими глазами. Зломан посмотрел на Серегина, и направился к нему. Он наклонился и толкнул его.
  - Где он, Паша? Как вы договорились? Где он? Где? Как вы договорились? Говори, мразь! Я тебя сейчас на куски рвать буду!
  Он тормошил его изо всей силы. Серегин разлепил спекшиеся губы.
  - Он сбе... сбе...жал...
  Зломан стал бить его кулаками по голове, поднялся и бил ногами. Потом вернулся к дереву, под которым сидел, и опустился на землю.
  - Нет времени... Уже нет времени!
  Серегин пришел в себя, разлепил глаза и увидел Кирюху, который сидел перед ним на корточках.
  - Слышишь меня, Пашенька?
  Он приподнял ему голову, чтобы видеть глаза.
  - Если б ты знал, как я не хочу делать тебе больно, но ты не оставляешь мне выбора. Я могу сделать это мгновенно - бах - и ты в нирване. Там блаженство. Только скажи, где он. А если не скажешь, ты даже не представляешь, как тебе будет больно! - он дернул его за куртку и заорал. - Я тебе пальцы переломаю, все, один за другим, потом руки, ноги, а потом, если ты еще в состоянии будешь что-то чувствовать, я...
  Он схватил его руку и взял палец на излом. Послышался треск сухой ветки. Кирюха и Зломан обернулись.
  
  Молодцов шел по лесу, в правой руке у него был автомат, в глазах - решимость.
  Он шел быстрее, взмахивая рукой, чтобы отводить от лица ветки.
  Он бежал, перепрыгивая через поваленные деревья и пригибаясь под опущенными ветвями.
  Он крался, прислушиваясь и всматриваясь в темень среди деревьев.
  
  Кирюха поднял голову. Зломан обернулся.
  Метрах в двадцати стоял Молодцов и смотрел на них через прорезь прицельной планки.
  Кирюха отпустил Серегина.
  Направив автомат на Кирюху, Молодцов сделал несколько шагов.
  Зломан потянулся к кобуре.
  Молодцов выстрелил в него. Зломан упал. Молодцов подошел, добил его короткой очередью и повернулся к Кирюхе.
  Бледный как полотно, Кирюха попятился.
  - Молоток... погоди...
  Молодцов прицелился и нажал на спусковой крючок. Выстрела не последовало. Молодцов отстегнул магазин - патронов не было.
  Он бросил автомат и вытащил из-за пояса пистолет. Он передернул затвор, направил пистолет на Кирюху и нажал спусковой крючок. Но выстрела не было.
  Кирюха выдохнул, провел ладонью по мокрому лбу и стал глазами искать ружье. Оно лежало метрах в двух от Серегина. Кирюха подошел к нему и наклонился.
  Молодцов возился с перекошенным патроном.
  - Давай же, черт!
  Увидев, что ружье уже у Кирюхи, он швырнул в него пистолет и бросился на него.
  - А! - крикнул Кирюха.
  Молодцов кинулся ему в ноги, они упали, перевернулись и встали. Молодцов был измотан. Кирюхе удалось подняться первым, и Молодцов получил удар, не успев выпрямиться. Кирюха пошел на него, нанося удар за ударом. У Молодцова не было сил даже на то, чтобы защищаться, он просто старался держаться на ногах, держаться из последних сил.
  Пропустив удар в подбородок, он упал и не успел подняться, как получил удар ногой, потом еще, еще, еще... Он ворочался по земле, чтобы не дать забить себя.
  Серегин, извиваясь, подполз к ружью и лег на него.
  Молодцов катался по земле, пытаясь встать на ноги, но, только он начинал вставать, как Кирюха наносил удар.
  Наконец, грузный Кирюха устал и уперся руками в колени, чтобы отдышаться. Он смотрел, как Молодцов поднимается, опираясь на дрожащие руки.
  Они стояли друг перед другом, Кирюха, выставив живот, и Молодцов, пошатываясь и опустив бессильные руки, и смотрели друг другу в глаза. Кирюха смотрел исподлобья, его веки мелко дрожали; это от того, что он хотел отвести глаза под взглядом Молодцова, но не мог.
  Лицо Молодцова превратилось в кровавое месиво, губы и нос распухли, левый глаз затянуло геммотомой, из носа и рассеченной брови сочилась кровь, но глаза по-прежнему смотрели прямо и твердо.
  - Конец тебе! - прохрипел Кирюха и ударил его в голову, вложив в удар остаток сил. Молодцов упал рядом с Серегиным.
  - Не зря тебя к мусору прибило. Надо кончать вас, да сваливать...
  Он шарил глазами по земле.
  - Анд... Андрей! - шепотом позвал Серегин.
  - Мм... - Молодцов с трудом разлепил правый глаз.
  - Черт, где ж оно...
  Кирюха отошел, продолжая водить глазами по земле.
  - Ружье... - Серегин отполз тюленьими движениями.
  В поисках ружья Кирюха ходил вокруг них. Не найдя его, он подошел к телу Зломана и вынул у него из кобуры пистолет. Разогнув спину, он повернулся и застыл.
  Опираясь на ружье, которое он искал, Молодцов поднимался с колена.
  Кирюха поднял пистолет.
  Молодцов стоял к нему боком и как будто не видел его. Но, едва оторвав от земли колено, он направил ружье на Кирюху и, держа его поперек себя как гитару, не поворачивая головы и чуть откинувшись назад, он сделал выстрел.
  - Ийя-а-а! - вырвался крик из его глотки.
  Он передернул затвор и снова выстрелил, передернул и выстрелил, передернул и выстрелил...
  Кирюха выронил пистолет и попятился, получая заряд за зарядом, пока не повалился на землю. Он дернулся несколько раз и замер, уставившись в высь затянутыми мутной поволокой глазами.
  Молодцов выронил ружье и повалился на землю. Он лежал, раскинув руки, и смотрел в небо.
  - Все...
  Прошло несколько минут. Серегин заворочался.
  - Развяжи меня, - прошепелявил он разбитыми губами.
  Прошло какое-то время, прежде чем Молодцов отреагировал. Он оторвал от земли голову и, морщась от боли, сел, потом поднялся и подошел к Серегину.
  Он развязал ему руки. Серегин сел, потер запястья и пощупал себя. Потом развязал ноги, попытался встать и тут же со стоном согнулся.
  - Кажется, у меня ребра сломаны...
  - Ребра это ничего. Ребра заживут.
  Держась за бок, Серегин подршел к Зломану, достал у него из кармана ключ и вернулся к Молодцову. Он снял с него перебитые наручники.
  
  Был уже вечер. Молодцов и Серегин шли по лесу. Серегин держался за бок. Солнце было низко, округу заливал теплый вечерний свет. Молодцов и Серегин остановились на краю леса. Метрах в тридцати сидел связанный Витамин.
  - Оставляешь на мое попечение? - Серегин кивнул на Витамина.
  Молодцов притворился.
  - О чем ты? Я тут отпустил одного, наверное, по лесу где-нибудь шарится.
  Он ухмыльнулся, посмотрел вдаль, щуря на солнце правый глаз, и потом - на Серегина.
  - Вот и все, сержант.
  - Даже не верится, что это было.
  - Чего это тебя потряхивает?
  - Не знаю. Наверное, от того, что жив остался.
  - Как выберешься, первым делом махани стакан, прям, двести грамм налей и - залпом!
  Серегин улыбнулся и кивнул.
  - Придется кое-какие из твоих подвигов на себя взять. Если ты конечно не возражаешь.
  - Не возражаю. Только гляди, их подвигов на себя не возьми.
  - А ты как?
  Молодцов, щурясь, смотрел за горизонт.
  - За меня не беспокойся. Я теперь считай дома.
  Серегин протянул ему несколько скомканных купюр.
  - Тебе сейчас пригодятся.
  Молодцов грозно посмотрел на купюры, потом на него, и взял их с едва заметным кивком.
  - Спасибо тебе, - голос у Серегина дрогнул.
  Несколько секунд прошли в молчании. Молодцов смотрел вдаль, словно моряк, которому не терпелось выйти в море.
  - Ладно, Пашка, пошел я.
  - Счастливо тебе, а еще - удачи!
  Серегин протянул ему открытую ладонь, Молодцов хлопнул по ней, они крепко пожали руки, посмотрели напоследок друг другу в глаза, и каждый пошел своей дорогой.
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"