# Блошиные рынки Маградии

Ольга Павловна Цокота

ГЛАВА 10

.

ГЛАВА 10. ЦЕНА КЛЮЧА


Пашка пребывал в астральном теле и в сквернейшем расположении духа. Рыжий торговец вертел в руках потрепанный жизнью ключ с таким видом, будто бы это нечто платиновое, усыпанное бриллиантами. А зависший над прилавком полупрозрачный юнец отливал багрянцем стыда. У него вообще не было чем заплатить за нужный товар. Хитрые глазенки над острым носом в россыпи веснушек весело блестели. Продавец наслаждался видом растерянного покупателя. Наконец он сжалился:

- Вижу, вас, лир, тревожит цена. Уверяю, она вполне доступна любому посетителю нашей ярмарки, а уж прибывшему издалека путешественнику, вроде вас, и подавно.

- У меня нет денег, - сдавленно просипел паренек. - Прошу прощения, что побеспокоил ...

- Что вы, что вы! - замахал руками рыжий. - Никакого беспокойства, всегда к вашим услугам. Как говорится, клиент всегда прав. А уж тем более безденежный клиент! Эти монетки, - золотые, серебряные, медные, - на нашем рынке совершенно не в ходу. Презренный металл никогда не соблазнял благородных торговцев Хескелитана.

- Но, какова же тогда цена? - округлил глаза Пашка.

- О сущая ерунда, - небрежно махнул рукой рыжий. - Это же Блошиный Рынок. Меняем то, что нам не нужно на то, что не нужно вам, - он с задумчивым видом возвел хитрющие очи горе, изображая размышления. - Скажем, возможно, у вас есть Забытые Мечты или Ненужные Воспоминания? Но лучше всего, если это нечто, когда-то давно имевшее для вас подлинную ценность. Например, Восторги Неразделенной Любви или Наставления Бабушки.

- Я еще не влюблялся, - стеснительно признался паренек, и тут же добавил решительным тоном. - А с бабушкиными наставлениями ни за что не расстанусь. Ну, а Забытые Мечты - они ведь забыты, не правда ли? Как же я могу ими расплатиться?

- Это уж - не ваша забота, достопочтенный лир, - веснушчатая физиономия напоминала Дымка, объевшегося сметаной. - Необходимо лишь ваше согласие, я сам извлеку то, что требуется, из свалки отбросов в ваших мыслях. Выбранный вами товар по-настоящему ценен и дорог. Тут одной Забытой Мечтой не обойтись. Придется вам заплатить, как минимум, десять.

Даже такому деревенскому простачку, как Паша, было ясно, что жуликоватый тип нагло завысил цену. Поэтому он не поддался на провокацию и непреклонно отрезал:

- Не больше двух.

Торговец закатил глаза, начал хватать ртом воздух, дернул себя за рыжий вихорь, якобы в попытке вырвать непокорные пряди из-за нарушенного душевного равновесия:

- Что-о-о!.. Две Забытые Мечты за КЛЮЧ! За единственный в мире К Л Ю Ч !!! Да, я и за восемь его не отдам! Девять - мое последнее слово.

Рыжий напомнил Пашке голосистую бабку Гапошиху, известную на все село мастерицу гончарного ремесла. Но славилась она не только ловкими, умелыми руками и блестящими, звенящими от прикосновения глечиками. Язык у Гапошихи был подвешен совершенно особым образом. На ежегодных ярмарках лучше нее не торговался никто. А бабка получала от этого и прибыль, и ни с чем не сравнимое удовольствие.

Так что паренек решил не разочаровывать веснушчатого хитрюгу, и вместе с ним разыграл целое представление, собравшее немалую толпу хохочущих зрителей всех цветов, оттенков и разной степени материализованности.

В результате за Ключ он расплатился тремя Забытыми Мечтами. Заграбастал их торговец очень просто, внимательно посмотрев в глаза пареньку где-то минут десять. Но, тем не менее, у Пашки после этого закружилась голова, и появилось ощущение какой-то грустной опустошенности.

И в это мгновение в веселый рыночный гомон ворвался резкий голос:

- Вас надули, милостивый лир. Вы заплатили не только слишком высокую, но и совершенно нереальную цену. Эти Забытые Мечты должны были помочь вам вернуться в родной мир. Утратив их, вы лишились важной составляющей своей души, - рядом с Пашкой возникла высокая фигура с расплывчатым лицом. - Я помогу вам вернуть Забытые Мечты, а с ними и проход для вас в вашу реальность. - Неизвестный повернулся к рыжему. - Немедленно верни юноше то, что получил от него.

Торговец смертельно побледнел, но все же ответил трясущимися губами:

- Сделку невозможно отменить. По правилами Рынка...

- По правилам Рынка, - перебил его безликий, - сделку можно отменить, если ты согласишься на другую плату. Готов отдать Родство Душ. Это поболее десяти Забытых Мечтаний.

- Я не желаю получать обратно заплаченное, - Пашка сбросил с себя паутину хитросплетенных слов. - У меня слишком много важных дел в вашем мире, поэтому сейчас в свою деревню я не вернусь!

- Готов навечно застрять в Межмирьи, - даже не видя лица незнакомца, можно было ощутить его жестокую хищную усмешку.

- Уж как получится, - холодновато ответил паренек. - Прежде всего мне нужно спасти друзей и тех, кто мне доверился.

Внезапно он почувствовал тяжесть теплого металла в своей руке и, подняв ее, увидел, что держит КЛЮЧ, такой же эфемерный, как и его астральное тело.

- Ну вот, - с облегчением вздохнул рыжеволосый, - Сделка завершена и нерушима, КЛЮЧ подтвердил, кому он теперь принадлежит.

Безликий зашипел:

- Глупый мальчишка! Теперь ты обрек себя на смерть! - яркая вспышка на миг ослепила собравшихся, туманная высокая фигура растаяла, оставив запах тухлых яиц.

Тягостное молчание прервала зеленоватая особа с фиолетовыми глазами и острыми клыками:

- Похоже, Родство Душ, которое этот субъект, пытался всучить вам, милейший купец, украдено. Уж слишком быстро артефакт проявил свою волю. КЛЮЧ обычно сторонится нечистых рук и недобрых душ. Практически, уверена, что этот тип собирался расплатиться тем, что ему фактически не принадлежало. Но похищение Родства Душ карается очень жестоко. Да и, я была уверена, что совершить такое преступление в наши дни попросту невозможно. Поражаюсь успехам криминального мира.

- К сожалению, преступники ищут и находят лазейки, а также покровителей, дающих им Силу. И всех нас должны тревожить эти крайне опасные покровители, - в глазах торговца больше не искрилось лукавство, рыжий был серьезен и явно обеспокоен. Он посмотрел на Пашку с уважением и заботой. -- Не бойтесь, лир. КЛЮЧ выбрал вас, и, знайте, этот артефакт достаточно силен, чтобы защитить того, кому он действительно нужен. Выши помыслы чисты, а цели благородны. И все же...и все же будьте осторожны.

Пашка с благодарностью посмотрел на него, склонил голову и поблагодарил от всей души, а потом прижал к груди руку с зажатым в ней КЛЮЧОМ, представил узников Магрибоска и сразу же ощутил свое тело, лежащее на жестком полу. Над ним нависли тяжелые своды подземной тюрьми.

- Вернулся! - раздался рядом голос ведьмы Марилены.

- Как ты, Пашенька? - затормошил его Вилем.

Молоденький маг потянулся, испытывая странные ощущения от наличия телесной оболочки. В ней было тесновато и неудобно. Он повел плечами, спина ныла от долгого лежания на полу, шея затекла. А в крепко сжатой руке ощущалась реальная теплая металлическая тяжесть заветного артефакта.

- Кажется, все в порядке, - неопределенно ответил паренек, все еще не понимая причин внутреннего и внешнего дискомфорта. Ведьма коротко рассмеялась:

- Вижу, тебе трудно снова освоиться в бренном теле. Говорят, пребывание в астрале действительно приносит необыкновенное наслаждение и после него трудно возвращаться в реальную оболочку. Это правда?

- Да, - признался Пашка, - чувствую себя сейчас неуклюжим и неповоротливым... Испытываю боль, неудобства...

Марилена покачала головой:

- Поэтому долго находиться в астральном теле и не рекомендуется. Утрачивается связь с действительностью, многие оттуда так и не возвращаются. Но, думаю, ты человек ответственный, помнил о нас.

Паренек вздохнул:

- Конечно, помнил, это-то и помогло мне раздобыть КЛЮЧ. Кстати, не понимаю, как я сумел так быстро сюда вернуться? Выбраться из темницы было гораздо сложнее.

- КЛЮЧ не только отмыкает любые замки и колдовские плетения, он также мгновенно открывает двери в любую точку мира, - объяснила ведьма.

Но тут вмешался Кероиль, который уже давно нетерпеливо притоптывал ногой:

- Может быть, хватит рассусоливать. Нам нужно отсюда выбираться как можно быстрее.

Его слова подхватили и другие. Мрачные своды подземелья давили, тюремные стены угнетали. И Пашке пришлось действовать. Оказалось, что, имея в руках столь могущественный артефакт, это действительно не представляло никакого труда. Следуя подсказке Марилены, он просто спрашивал узников по очереди, куда они хотят отправиться, и перемещал их в нужную географическую точку Маградии, то есть на территорию того или другого Блошиного Рынка.

Наконец, почти все пришедшие в себя пленники Магрибоска оставили постылое подземелье. Рядом с Пашей остались верный Вилем, Марилена, а также, как ни странно, циничный Кероиль. Никто из них не знал, что делать с несчастными, у которых Морок отнял разум. А те толпились в стороне, вялые, безучастные, потерянные. И Паша, и Вилем все время посматривали на неуверенно озирающегося Филимона.

Кероиля "безмозглое стадо" раздражало. Он не верил в то, что настолько поврежденные Мороком мозги поддаются излечению. А посему этот циник не видел необходимости тратить время впустую и заниматься несчастными. От его рассуждений у Пашки заломило в висках и невольно сжались кулаки. Глаза Марилены зло сощурились. Но прежде, что они успели что-либо сказать, в разговор вступил Вилем:

- Вам, господин хороший, стоило бы отправиться к себе домой. А мы уж сами разберемся, что и к чему. Паша не из тех, кто с другими поступает не по-людски. Он помог нам с вами, поможет и другим. А я, чем смогу, помогу ему, но этих несчастных не оставлю на съедение пакостнику, который бросил нас в подземелье.

- Согласен с Вилемом, - с едва сдерживаемой злостью процедил подросток. - Нам с вами, Кероиль, не по пути. Скажем так, "повезло" мне в последнее время на таких вот, уверенных в своем превосходстве над другими. Бюром, Штефан, Магрибоск - заботятся только о своей шкуре, о своем благополучии. Остальные для них грязь, чурки для растопки печи. Я теперь не желаю иметь дела с господами вроде вас. Давайте, говорите, куда вас закинуть. Исполню, как и обещался. Мы справимся со всем и без вашей помощи.

Кероиль поежился и вдруг сник под холодным взглядом Пашкиных глаз, что-то забормотал о своем слове, о присяге на верность. Но паренек оставался непреклонным. Тогда в их спор вмешалась внимательно следившая за ними Марилена:

- Успокойтесь, лир маг.

- Не маг я, ведун, - упрямо буркнул юнец.

Зеленоватые глаза на узком лице блеснули, женщина ответила, сдерживая улыбку:

- Поверьте моему опыту, вы - маг. И даже, скажу вам по секрету, уже инициированный. Если захотите, позже поделитесь со мною, что и как вам пришлось пережить. Тогда и смогу сказать вам точно, когда пробудилась ваша Сила. Но сейчас поговорим о другом. Понимаю ваше сочувствие жертвам Магрибоска, одобряю желание позаботиться о них. Но в этом нелегком деле нужны помощники. Не стоит отвергать помощь Кероиля. Возможно, он легкомыслен и несколько эгоистичен, но, тем не менее, не лишен понятий чести. А это тоже немаловажно. Дайте ему шанс проявить себя с лучшей стороны. И сейчас давайте все вместе подумаем о том, где можно всем нам сейчас найти приют. А потом уже решим, что делать дальше.

В ее словах был резон, а Кероиль действительно выглядел растерянным и виноватым. Поэтому паренек со своим пожилым односельчанином, скрепя сердце, разрешили ему остаться. И, как оказалось, недаром. Потому что именно тощий циник в конце концов внес дельное предложение:

- А почему бы нам не отправиться на остров Ордена Надежды?

- Не очень так жалуют пришлых, - с сомнением в голосе сказала ведьма. - Несчастных калек монахи, конечно, приютят, а вот нас вряд ли. Мне, как особе женского пола, насколько я знаю, ход туда и вовсе заказан.

- Так было раньше, - не согласился Кероиль. - Сейчас с приходом нового аббата многое изменилось, - он замялся, явно не желая делиться каким-то своим секретом, и наконец через силу произнес. - Недавно мне случилось побывать на острове, поэтому знаю не с чужих слов, теперь там существует гостевой дом для всех без исключения странников и паломников, включая женщин. Другое дело, что таким, как мы приходится дожидаться встречи с аббатом подолгу. То есть оставить наших безумцев на попечение Ордена труда не составит. А вот, если вы хотите, узнать, что с ними будет дальше или помочь в излечении ( а именно этого желает, как я понимаю, лир Паша), то с этим действительно возникнут сложности.

Предложение казалось заманчивым, и все же молоденькому магу оно не понравилось. Опасался он отдать Филимона и других страждущих в неизвестные руки. Обитатели Блошиных Рынков Маградии доверия ему не внушали. Но Марилена объяснила, что остров Ордена Надежды является суверенным, к Рынкам отношения не имеет, и торговлей, в обычном смысле слова, его обитатели не занимаются. Они ведут натуральное хозяйство, выращивают злаки, фрукты, зелень, овощи, разводят скот, производят простые ткани из шерсти и льна, собирают лекарственные растения, делают нехитрую мебель и утварь. И лишь отдельные вещи получают в дар от тех, кто просит у них убежища.

Кероиль добавил, что постоянный приют предоставляют не всем. Издавна считалось, что только абсолютно чуждые стяжательству и жаждущие духовного покоя могут переступить порог святой обители. Погрязшие в грехах войти в нее просто не сумеют. И что-то в его голосе и лице подсказало Паше о неудаче, постигшей тощего в попытке скрыться от мирской суеты на острове Ордена Надежды.

Откровенно говоря, Паша монахов опасался. Был он человеком верующим в Высшее, но, тем не менее, за свою недолгую жизнь убедился в том, что вера и религиозное рвение далеко не одно и то же. Чересчур уж мрачным пятном осталось в его памяти сожжение кузнеца Варлаама, обвиненного в техномагии. Трудно сказать, насколько добродушный здоровяк с огромными ручищами погряз в этой ереси. Несколько забавных самодвижущих игрушек на пружинках, сделанных им на потеху детишкам, да хитроумный круглый измеритель времени с подвесными гирьками, работавший не хуже магических часов на храмовой башне, - вот и все его прегрешения. Большинство односельчан не видели в этом ничего дурного. И все же кто-то донес Блюстителям. Появились мрачные инквизиторы с фанатично горевшими глазами. После нескольких дней допросов с применением пыток окровавленного избитого Варлаама сожгли на маленькой площади у сельского храма. Со вдовой и пятью детьми кузнеца обошлись милостиво, их "всего лишь" заклеймили, а затем изгнали из деревни. И тем самым, как было ясно каждому, обрекли на мучительную смерть от голода. Ибо подавать еду и питье заклейменным считалось серьезнейшим прегрешением.

Пашкина бабушка, жившая на отшибе, в нарушение этого правила, почти месяц тайком носила нехитрые припасы к далекому лесному шалашу, в котором поселились изгнанники. Но в первые дни зимы стая голодных волков растерзала несчастное семейство.

Пробудившиеся воспоминания о зверствах инквизиции невольно заставили сердце подростка сжаться. Ох, как не хотелось ему вверять утративших разум пленников Магрибоска религиозным служителям! Марилена с Кероилем, почувствовав его замешательство, переглянулись. Ведьма мягко спросила:

- Вас что-то тревожит лир?

Пашка, передернув плечами, признался, что остерегается служителей культа с их излишним религиозным рвением. Кероиль покачал головой:

- Я отнюдь не идеализирую обитель Ордена Надежды. Но ее служителям совершенно чужды жестокость и насилие. Не уверен, что они сумеют помочь жертвам Магрибоска, однако обижать их не станут, и надлежащий уход безумцам в монастыре будет обеспечен. К тому же, путь в обитель - единственное, что нам осталось. Боюсь, иного выхода просто не существует.

С последним доводом невозможно было не согласиться. И юный маг, стиснув зубы, активизировал КЛЮЧ.

Покой и умиротворение, царившие на Острове Надежды, явились таким потрясающим контрастом с удушающей атмосферой подземелья Магрибоска, что в первые минуты у Паши перехватило дыхание от восторга. Высокое небо, зелень, немыслимо прозрачная гладь озера и высокая стрельчатая арка из белого камня, за которой виднелся просторный двор, покрытый бархатистой травою, и легкие ажурные здания, - все сияло первозданной чистотой и светом, будто омытое божественным прикосновением.

Даже ходившие во дворе люди в простой, зачастую бедной одежде не портили общую картину, ибо на лицах их лежал отблеск благословения. Высокий статный старик в полотняной рубахе приветственно махнул им рукой, и процессия увечных, ведомых Пашей, Мариленой и Кероилем, миновала величественную арку.

Казалось, темные понурые фигуры осквернили ясные краски подворья. Но встретивший их старик с сочувствием посмотрел на лишенных разума, жестом остановил начавшего извиняться Кероиля и, сразу же определив расстановку сил, обратился к Пашке:

- Больных мы сейчас же разместим в лекарском отделении аббатства, а вас попрошу пройти вон к тому дому, слева. Вода для умывания в комнатах, ужин через час в трапезной по соседству, - видите длинное здание? Вам сообщат, когда с вами встретиться аббат. Доброго вам отдыха, путники!

Только теперь юный маг почувствовал навалившуюся на него безмерную усталость. Ему не хотелось думать о том, что ждет его завтра. Груз ответственности, лежавший на нем, подхватили другие руки, он мог позволить себе хоть немного расслабиться и отдохнуть.

Спал он крепко, но его мучили сны, из которых хотелось бы поскорее вынырнуть. Однако это не получалось, кошмары не отпускали его, цепко и яростно опутывая своей липкой паутиной. Филимона, корчившегося на дыбе, сменяли тонущий Вилем, выгибающийся в языках пламени Дымок, стонущий под ударами мясницкого ножа Лупи. Мелькали и другие, совершенно незнакомые лица. Но все эти люди и существа оказывались на грани смерти, испытывая небывалые муки. Паша пытался вмешаться, спасти их, но каждый раз в последнюю секунду он попадал в другое жуткое действо. Затем его зашвырнуло в роскошную комнату с огромной кроватью под пурпурным балдахином. Заострившийся профиль лежавшего на смятых простынях человека показался знакомым. Тот повернул голову, обведенные черными кругами глаза смотрели умоляюще. Паренек с трудом расслышал слабый хриплый голос:

- Помоги ей... - черная птица ударилась в окно, заглушая слова умирающего.

Пернатый смерч с такой силой бился о прозрачную преграду, что в Пашкиных висках забарабанило множество болезненных молоточков. Он вскрикнул и открыл глаза. Голова разламывалась, в запертую дверь настойчиво стучали.

Юнец с трудом пришел в себя, кое-как сполз с тощего жесткого тюфяка, отодвинул засов. На пороге стоял невысокий пожилой монах с усохшим лицом. Он коротко сообщил, что аббат желает немедленно видеть молоденького мага. И уже через несколько минут едва успевший ополоснуть лицо Пашка и его сопровождающий шагали к главному зданию обители, вздымавшему высокие шпили в прозрачное чистое небо.

Аббат поражал своей молодостью, на вид - не более двадцати пяти. Тонкие черты лица, сдержанная манера поведения. И все же подростку показалось, что под маской внешнего спокойствия настоятель прячет тревогу. Как выяснилось, он чутко уловил душевное состояние главы Ордена.

Их разговор был долог. И, хотя вначале паренек не собирался раскрывать душу перед чужим человеком, молодой аббат настолько расположил его к себе, что Пашка, сам того не заметив, рассказал обо всем случившимся с ним. Настоятель слушал внимательно, лишь длинные пальцы нервно комкали край широкого рукава. Когда же подросток замолчал, аббат встал, прошелся по кабинету, остановился у полуоткрытого окна и наконец обернулся. Его лицо исказила боль:

- Хотелось бы верить, что вас привело к нам само провидение, - увидев изумленное непонимание собеседника, аббат улыбнулся краешком губ. - Видите ли, согласно историческим хроникам многих миров, на изломе смутных и трагических периодов времени появляется Избранный, владеющий КЛЮЧОМ. И только он может изменить ход событий. Чаще всего - к лучшему, но порою - наоборот.

Подросток тяжело сглотнул. Настоятель грустно качнул головой:

- Да, юноша, вы - темная лошадка. Но недаром наш Орден называется Орденом Надежды. Уже почти тысячелетие мы видели свою задачу лишь в том, чтобы помочь горстке существ, для которых нет места в мире, где главным стала погоня за прибылью, где в товар превратились чувства и мысли, способности и душевные порывы. Но, как выяснилось, этого недостаточно. И даже отшельникам, вроде нас, ныне невозможно оставаться в стороне от борьбы Созидания и Разрушения, ведь сегодня она уже приближается к своей критической точке.

Подросток нахмурился, слова настоятеля звучали ответом на мучившие его вопросы:

- Вы говорите о Мороке, захватывающем наши земли?

- Верно, он овладевает множеством миров. Мерзкая субстанция питается взаимной ненавистью мыслящих и нынче, когда нарушено Равновесие, растет будто тесто на дрожжах. Вы рассказали о преследовании техномагии в вашем мире. А на Маградии в каждом из Блошиных Рынков есть свои изгои. Где-то это достаточно разумные домашние животные - петы, где-то - излишне эмоциональные существа. На одной территории уничтожают бездарных и убогих разумом, на другой - выделяющихся своими талантами... В результате всколыхнулись самые низменные и темные чувства, волна насилия растет и очень скоро уничтожит все живое.

- Но, нельзя же просто дожидаться конца! - Пашка порывисто вскочил на ноги, глаза его горели негодованием, - нужно что-то делать!

Настоятель внимательно посмотрел на него:

- Именно поэтому я прошу Вас о помощи, владеющий КЛЮЧОМ Избранный. Нам с вами предстоит отправиться в трудное и опасное путешествие.