# Блошиные рынки Маградии

Ольга Павловна Цокота

ГЛАВА 22

ГЛАВА 22. СОМНИТЕЛЬНАЯ ПОМОЩЬ ФАНТОМА


Паша смотрел на тонкое девичье лицо, которое показывала чародейская книга, пытался понять странные ощущения, возникшие в его душе, но чувствовал лишь растерянность. Не было никакого сомнения, что девушку эту он видел впервые в жизни, но... Но в то же время он будто бы знал её всегда. Нет, не знал, - ЗНАЛ. Во сне ли, в мечтах ли, в странных ли грёзах, порою возникавших перед ним в минуты отрешения от всего земного.

Такое случалось с ним всего несколько раз в жизни. Однажды на рассвете, когда полоска зари отразилась в брызгах росы на луговой траве. На пыльной сельской улочке, где слепой нищий мальчик пел под перезвон струн в руках седого бандуриста. И еще несколько раз испытал изумление и восторг, заворожённый поразительной игрой облаков или переливами водных струек лесного родника.

Вот в такие мгновения очарованного умиротворения возникали непонятные видения и образы, а потом растворялись, исчезая в повседневной круговерти. Однако они оставляли незримый след, а иногда появлялись вновь, но никогда еще так зримо и реально, как эта девушка, почти что девочка-подросток.

- Что с тобой? - недоуменно окликнула его Марилена. И вдруг, не дожидаясь ответа, закричала. - Держите, держите его, не давайте ему превращаться!..

С Бюромом творилось что-то неладное. Под ошеломленными взглядами присутствующих инвалидное кресло, в котором сидел колдун, превращалось в какое-то подобие рыцарских доспехов, облегая и распрямляя скрюченное тело. Рука, закованная в броню, легко разорвала путы. Кляп, затыкавший рот, отлетел в сторону. Массивная фигура поднялась на ноги, нависая над противниками.

Путники слаженной командой обступили Пашку. Пальцы аббата начали плести заклинание. Марилена кивнула пареньку и котофею, дескать, включаемся в дело. Но они не успели даже призвать ведьмовскую силу, когда Бюром со смешком отступил к темному полукругу, шагнул в него и портал схлопнулся с коротким резким щелчком.

Все случилось так быстро, неожиданно и непонятно, что еще несколько секунд в зале царила тишина. Наконец, аббат потряс головою, словно только-только пробудился от нелепого кошмара:

- Экзоскелет? - недоверчиво протянул он, - слышать слышал, но ни разу не видел и думал, что это досужий вымысел. - Итан посмотрел на ошеломленные лица друзей и пояснил. - Техническая конструкция, поддерживающая тело, если костяк ослаблен или атрофированы мышцы. Как бы внешний искусственный скелет, управляемый мозгом заключенного в нем существа.

- Поразительно, что его кресло способно на такую трасформацию, - заметила Марилена.

- А я не понимаю другого, - нахмурился Пашка. - Зачем же ему изображать парализованного, прикованного к инвалидному креслу, если он может быть вот таким... могучим, грозным...

- Экзоскелет требует больших затрат магии или так называемой энергии. - терпеливо разъяснил Итан. - Не совсем понимаю, о чем точно идет речь, потому что "энергия" в данном случае понятие, существующее в сугубо технических мирах, о которых я имею лишь приблизительное представление. По этой причине Бюром превращает кресло в экзоскелет лишь в критических ситуациях. Повторяю, я слышал об этом, но не верил, а теперь вот убедился, что молва не обманывает.

- Мне кажется, - задумчиво сказал Пашка, - что колдун все же испугался нас, поэтому решил исчезнуть вместо того, чтобы вступать в бой. Значит, он все же ослабел или мы порядком покалечили его техномагических слуг, и Виртен Морус не может его защищать, как прежде.

- Безусловно, - согласился аббат, - Но дело не только в этом. Возможно, здесь, где и стены ему помогают, он смог бы справиться с нами, но, уж точно, не сразу. А у него, судя по всему, времени почти не осталось.

- Да, - внезапно подал голос Дымок. - Еще давненько слышал я о колдуне, который живет несчетное количество лет благодаря могучим артефактам, которые он собирает по всему мирозданию. Говорили, что он уже выпил большую часть существующей на свете и во тьме магии, а после этого начал питаться жизненной силой всего сущего. Но даже это не помогает, он стареет, чувствует приближение смертного часа и охотится за очередным могучим талисманом, который хранится в нашей Астании.

В комнате стало шумно, Пашка начал размышлять над тем, что собой представляет волшебная вещь, в которой сокрыта такая сила, как именно она может выглядеть. Марилену же интересовало, насколько опасны для мироздания действия Бюрома. По мнению аббата, некромант-техномаг был не просто опасен, он разрушал существующий порядок вещей, и впереди маячила вселенская катастрофа:

- Уже сама техномагия является вопиющим нарушением естественного порядка вещей, - Итан нервно сплел пальцы. - Подобно тому, как разделены свет и тьма, Всемирье разделено на миры, где существует магия, но нет техники, и миры технические, в которых магия развиться не может и не должна.

- Но помимо света и тьмы, есть еще и полумрак, - заметила Марилена.

- Да, - Итан, замолчал, подбирая нужные слова, затем продолжил, - однако, если полумрак окутает все вокруг, исчезнут и свет, и тьма. Также и с магией. Отдельные слабые её проявления в технических мирах, насколько я слышал, возможны. Вроде бы, встречаются там гадалки и эксрасенсы, правда, они немногочисленны. Чаще таковыми называются обычные шарлатаны. Так и у нас: небольшие технические поделки или игрушки вреда не приносят. А вот если идет насильственное внедрение магии в мир чуждый ей или техники туда, где её отторгает сама природа, вот тогда....

- Вот тогда на изломе от подобного столкновения противоборствующих основ выделяется могучая энергия жизни, - произнес знакомый скрипучий голос.

Перед ними возник Бюром. Только не больной, немощный и не закованный в латы экзоскелета. В воздухе реял фантомный некромаг, выглядевший немолодым, однако вполне здоровым и сильным.

Пашка с Мариленой невольно отступили на несколько шагов. Дымок выгнул спину и зашипел. Итан же остался на месте, не выдавая своих чувств ни жестом, ни речью:

- ...могучая энергия псевдожизни, а вернее - нежизни, - поправил он призрачного оппонента. - Насколько я понимаю, это тот самый Морок, который, подпитывая вас, уничтожает все живое. В дополнение к уже нарушенному вселенскому равновесию из-за осушения мощнейших артефактов, разрушительное действие Морока значительно ускоряет процесс гибели всего мироздания.

Фантом расхохотался, а затем издевательски произнес:

- Как говорит наука моего родного мира, ничто не исчезает бесследно и ничто не возникает из ничего. Вслед за разрушением идет созидание. Мироздание исчезает в нынешнем его виде, но возрождается в ином облике.

- В вашем облике, как я понимаю? - аббат был вежливо-ироничен. - А не заскучаете ли, оставшись наедине с самим собою во вселенской пустоте?

- Отнюдь, - ухмыльнулся призрачный Бюром. - Я стану всесильным бессмертным и, если пожелаю, создам свои миры, для которых стану божеством. Однако мне надоело болтать с тобой, червяк. Вместе со своими жалкими прихлебателями ты вторгся в мои владения, а это не дозволено никому. Виртен Морус беспощаден к чужакам.

Подобно ярмарочному фокуснику, он сделал нарочито плавный пас. Серый липкий туман сгустился у стен и двинулся к пришлым. Марилена зашептала заклятия, Итан попытался сплести чары, со вздыбленной шерсти кота сорвались искры. Но все гасло, все тонуло в рыхлом тяжёлом месиве, в которое превращался воздух. Стало трудно дышать. Фантом злорадно скалился:

- Ваша волшба бессильна против техномагии Виртен Моруса.

Пашку вдруг озарило. Паренек ткнул пальцем в призрачного Бюрома:

- А ведь он и есть этот клятый Виртен Морус, вернее его дух...

- ...и двойник создавшего его колдуна, который вложил в замок свою суть, - просипел Итан.

- Не болтайте, - зашипел кот, - обычная магия не поможет, значит нужна другая. Пашка, Марилена, давайте! Я вам помогу!

Паренёк не слишком верил в удачу, могущество техномагического творения некроманта устрашало. Однако выхода не было. Пашка обратился к своему внутреннему источнику ведьмовства, но ничего не получалось. От недостатка воздуха кружилась голова, перед глазами плыли темные круги. Он слышал тяжелое дыхание Марилены. Ведовство и ей давалось сейчас слишком тяжело. Их силы не могли дотянуться друг до друга, чтобы сплестись воедино. Кот хрипло урчал, напрягшись всем телом, от него исходили волны, подталкивающие ведовства ведуна и ведьмы. Но этого тоже оказалось недостаточным.

Виртен Морус в обличье Бюрома хохотал во весь голос. И тут аббат Итан бросился к нему и вонзил в призрачную плоть серебристый кинжал. От неожиданной боли фантом вскрикнул, согнулся, но почти сразу же пришёл в себя. Но именно эти секунды, когда он ослабил свое воздействие, дали возможности Пашке и Марилене соединить свои силы.

Мороковый туман начал таять, а вместе с ним истончался и таял призрак чернокнижника. Каменные стены дрогнули, завибрировали, в них появились трещины.

- Здесь есть проход, - кот внезапно словно провалился сквозь стену. Все бросились за ним. Но в следующем зале дорогу им перегородил вновь уплотнившийся фантом Бюрома. Его глаза горели алым. Итан поднял руку и обратился к призраку мягко, словно учитель к нерадивому ученику:

- Погоди, хочу объяснить тебе кое-что.

- Хватит пустых разговоров, - надменно и жестко отрезал псевдо Бюром.

Но аббат не сдавался:

- У тебя острый ум твоего создателя, однако, если ты считаешь себя его двойником, то его мнение совершенно противоположно. Бюром - господин, а ты - всего лишь слуга...

- Заткнись, козявка, - раздраженно рявкнул фантом. Было заметно, - слова Итана задели его самолюбие.

- Направляй свою злость не на нас, а на того, кто унижает тебя, одарив своими способностями, но лишив свободы воли.

У Пашки мелькнула мысль, что, будь призрак материален, они услышали бы скрип его зубов. И в ту же минуту раздалось опасное шуршание каменной кладки. Паренек вздрогнул, он вспомнил, что двойник чернокнижника как раз весьма материален, ведь телом этого духа являлся весь колдовской замок Виртен Морус. Очевидно эта же мысль пришла в голову и Марилене, и она принялась успокаивать фантома:

- Тихо, тихо, успокойтесь, лир. Приношу извинения за нашего товарища, если его слова оскорбили вас.

У аббата дернулся уголок рта, но он ничего не сказал, лишь опустил глаза, чувствуя, что в данном случае не стоит перегибать палку.

Повисло тяжелое молчание. Затем дух замка неохотно признал:

- К сожалению, в ваших словах есть резон. Мой...- он замялся на мгновение, - мой прототип в свое время изучал близнецов. И помнится тогда выяснил, что при едином генотипе, по мере взросления полная идентичность исчезает даже у однояйцовых индивидуумов. Разные условия жизни оказывают заметное влияние на формирование личности.

Аббат внимательно посмотрел на него и согласно кивнул:

- Не совсем понимаю некоторые употребляемые вами термины, но суть именно в этом: вы и ваш создатель поставлены в неравные условия, а значит вы с ним не идентичны, и устремления ваши вполне могут быть несхожи. Кстати, полагаю, когда-нибудь, если он обнаружит, что вы излишне самостоятельны, то без малейших колебаний развеет вас и создаст нового, более послушного слугу.

По лицу и телу фантома прошла волна, на несколько секунд размыв его очертания. Впрочем, двойник оказался стойким, под стать оригиналу. Он быстро справился с собой, нацепил маску невозмутимости, и холодно обратился к Итану:

- Не пытайся одурачить меня. Я прекрасно понимаю, чего ты добиваешься. Итак, объясни внятно и четко, почему я должен пойти против своего создателя и отпустить вас на волю? Лично мне вы абсолютно ни к чему и даже наоборот можете навредить. Со своим творцом я вполне справлюсь и сам. А вот идеи его мне близки, надеюсь, что сумею осуществить их, разумеется, не для него, а для себя. Вы же будете мешать, путаться под ногами, ставить палки в колёса, потому что полны глупых идей о всеобщем благе.

- Не будьте так самонадеянны, лир, - Марилена подсластила резкость слов медовым тоном доброй нянюшки. - Ваше тело - каменная громада - неподвижно, а вашему духу не хватит материальности, чтобы осуществить то, на что замахнулся Бюром.

-Глупая ведьма! - расхохотался призрак. - у меня есть техномагические слуги.

- Они служат не только вам, но, в первую очередь, - чародею, - резонно заметил аббат. - Вот поэтому пока что мы союзники, пусть даже временные. Вашего создателя необходимо уничтожить. В этом наши цели полностью совпадают.

Фантом в задумчивости потёр полупрозрачные руки. Эта характерная, очень человеческая привычка, вероятно, досталась ему от реального прототипа. Трое людей и кот внимательно следили за его лицом, на котором теперь отразилась борьба чувств: брови хмурились, уголок рта нервно подергивался. Марилена хотела что-то добавить к словам Итана, но аббат уловил её порыв и сделал предостерегающий жест. Он прекрасно понимал, что излишнее давление на самолюбивое и чрезмерно самоуверенное существо приведёт к противодействию.

Наконец двойник колдуна поднял глаза, стылые, полные презрения и превосходства. Пашка и ведьма заметно напряглись, Итан же сохранял внешнюю невозмутимость.

- Я отпущу вас, - призрак хмыкнул, услышав невольный вздох облегчения Марилены. - Всё верно, вы пока что нужны мне. Делайте своё дело, найдите и уничтожьте моего прототипа. Но вход сюда отныне вам заказан. Никакая магия не спасет вас, если осмелитесь даже ступить на землю у ворот моего замка. Не смейте надеяться на возможность проникнуть в тайны Виртен Моруса. Они не для ваших пустых голов. А теперь отправляйтесь восвояси! - короткий взмах руки открыл провал портала.

Аббат решительно шагнул в магические врата. Пашка, доверившись своей интуиции, без колебаний сразу же последовал за ним. За ним шмыгнул кот. А вот ведьма помедлила чуток, опасливо передёрнув плечами, но затем встретилась с холодным немигающим взором призрака и тут же поторопилась преодолеть сверкающую грань уже сужающегося портала.

Их встретил ураганный ветер и ливень. Угрюмые низко нависшие тучи извергали злые плети водяных струй. Они лежали в грязи на невысоком холме, окруженном пенящейся жижей. Не было никакой возможности подняться на ноги и даже удержаться на вершине пригорка оказалось нелегко. Порывы ветра пытались сбросить людей в хлюпающее болото.

- Эта сволочь отправила нас на мучительную смерть, - прохрипела Марилена. Распластавшись, она изо всех сил вжималась в ледяную грязь, чтобы не скатиться с возвышенности.

- Непонятно день или вечер сейчас, - Пашка отплевывался от набившейся в рот мокрой земли. Вцепившийся в него Дымок сипел и кашлял.

- Да, какая разница! - всхлипнула ведьма. - Если день, то не доживём до вечера. Если вечер, то вряд ли дотянем до утра, - она шмыгнула носом и вдруг обеспокоено спросила. - Аббат, вы живы?

Пашка, уткнувшийся носом в землю и пытающийся прикрыть голову руками, осторожно повернулся, щурясь от хлещущего ливня, и ощутил острые коготки страха: Итан лежал на спине неподвижно, подставив лицо безжалостным струям дождя. Затем паренек уловил едва заметное шевеление пальцев, сплетающих чары, а,когда перешёл на магическое зрение, уже не поражался тому, что аббат так сосредоточен на чародействе. Плетение было невероятно сложным. Обычная вязь дополнялась непривычной, и похожей, и непохожей на техномагию. Через несколько томительно долгих минут над ними возник незримый обычным глазом полог. А затем земля под ним просохла и сухие корки грязи, покрывавшие одежду и лица, осыпались тонкой пылью.

- Сильны вы, лир! - восхитилась Марилена. - Я была уверена, что при таком буйстве стихийных чар, магичить просто невозможно.

Паренёк недоуменно моргнул. Панический страх лишил его возможности думать, анализировать, рассуждать, а потому лишь теперь он осознал, что непонятные ощущения, охватившие его здесь, породила странная злая магия. Все четыре стихии извращенным образом сплелись воедино. Поставленный Итаном полог избавлял от жалящих укусов агрессивных чар, а не только от ливня. И всё же голову сжимали тиски этих колдовских сил, и тяжелый липкий воздух застревал в горле комом.

Свинцовую завесу туч разорвала вспышка молнии. Еще один ослепительный зигзаг вонзился в землю у подножья пригорка. А затем сразу несколько ударили по охранному куполу. Он выдержал каким-то невероятным образом, но Итан скрипнул зубами. Держать защиту становилось всё труднее.

- Пашка, Марилена! Что вы бездельничаете? - мяукающий голосок кота с трудом пробился сквозь грохот бури.

Бледное пятно, в котором скорее угадывалось, чем различалось в полумраке лицо аббата, качнулось в согласном кивке. От усталости и напряжения он не мог даже разлепить губ. Этот слабый жест и слова Дымка словно пробудили ведьму и юного мага. Уже привычно потянулись друг к другу нитями ведьмовского дара, и сразу мир вокруг них раскрылся по-новому. Поток соединенных сил позволил увидеть скрытое прежде. Да, их коконом обвивала темная муть, несущая смерть и разрушение. Но толщина её составляла не более лиги. А потом концентрация убийственных чар постепенно уменьшалась и вовсе исчезала на расстоянии нескольких дней пути.

- Лир аббат! - крикнула Марилена, - вам достанет сил перенести нас на пятьдесят лиг отсюда?

- Все равно куда, - шипение кота слилось с Пашкиным голосом.

Итан опять едва заметно кивнул. Напряжение вокруг него стало заметным почти на физическом уровне. Пашка попытался помочь ему, но вначале лишь помешал, потому что потянулся ведьмовской силою. Аббат застонал. Паренек торопливо воззвал к источнику традиционной магии и сжал КЛЮЧ. Артефакт нагрелся, от книги за пазухой тоже повеяло теплом. Воздух между магами, многократно прошитый сложнейшими чарами, уплотнился. Тянулись томительные минуты, но ничего более не происходило. Юноша уже разуверился в успехе, когда в шум дождя и грома вплелся звон лопнувшего купола. В тот же миг тяжелая волна переноса подхватила их всех и выволокла темными тропами межмирья на светлую теплую поляну посреди дубового леса.

Дымок очухался первым. Поднялся и, мягко переступая лапами, подошел к Итану, начал осторожно облизывать залитое кровью лицо. Марилена тоже встала на ноги, но неуверенность её поступи выдавала головокружение. Она присела возле аббата, осторожно отодвинула котейку в сторону и сделала несколько пасов, беззвучно шепча наговор. Пашка смог лишь приподняться на локте:

- Что с ним? - он не мог понять, кто и когда ранил главу Ордена Надежды.

- Сосуды лопнули от напряжения, - пояснила ведьма. - Носовое и горловое кровотечения. Не удивлюсь, если и белки глаз у него в кровавых разводах.

Молоденький маг невольно поднес пальцы к собственному носу и не без удивления увидел на них алые капли. Марилена оглянулась на него и сокрушенно покачала головой:

- Вижу, и тебе досталось, мой мальчик, хотя и не так, как нашему аббату.

- Ничего, - глухо прозвучал голос Итана. - Я в сознании, полежу еще с полчаса, приду в себя. Не волнуйтесь, друзья.

Глаза аббата действительно оказались в красных прожилках и пятнах. Но он оживал на глазах. Пашка опустил веки, задействовав колдовское зрение, и понял, что здесь, как и в свое время в Дардане, им повезло очутиться на пересечении силовых линий истинной магии. Это то и позволяло аббату так быстро возмещать свой резерв, а с ним улучшалось и самочувствие.

Марилена направилась было и Пашке, который, впрочем, отказался от её помощи. Он тоже ощущал прилив сил. Ведьма же выглядела совсем измученной. Истинная магия помочь ведьме никак не могла. Пашка не выдержал и задал Итану мучивший его вопрос:

- Господин... то есть, лир аббат, что за магию вы использовали для портала? Она какая-то другая, но в то же время и не эта еретическая техномагия...

Итан улыбнулся, в глазах его зажёгся лукавый огонёк6

- Это - моя маленькая тайна, - он усмехнулся, увидев, как вытянулись лица Пашки. - Не обижайся, у каждого из нас здесь есть свои секреты, а этот даже не только мой.

Ведьма тряхнула растрепавшимися кудрями:

- А мне хотелось бы знать, куда нас занесло прыжками из портала в портал?

Аббат задумался, прислушиваясь к чему-то, ведомому ему одному, и неуверенно сказал:

- Похоже на мир, через который проходит Разлом. - Увидев непонимание товарищей, объяснил. - Я рассказывал вам о том, что попытки внедрить технику в магические миры и наоборот приводит к разбалансировке в мироздании. Морок и прочие неприятности - всего лишь последствия разлома, наметившегося в структуре Всемирья. Это покамст начало всеобщего разрушения, но то, что оно этот процесс уже идет, вызывает у меня даже не страх, а ужас.

- Гнусный фантом, - кот выгнул спину, с вставшей дыбом шерсти слетели искры. - Он отправил нас сюда на верную смерть. И если бы не...

- Он отправил нас сюда, чтобы мы погибли, если не обладаем реальной силой, - поправил Дымка Итан. - Мы нужны ему лишь в том случае, если сможем преодолеть трудности и выбраться отсюда. Только тогда, по его мнению, у нас есть шанс справиться с чернокнижником.

- Может быть...- задумчиво протянула женщина.

- Совершенно точно, - заверил её Итан. - Я изучил Бюрома и могу во многом предсказать его действия, а также причины, побудившие колдуна к этим действиям. Не стоит забывать, что фантом - ментальное подобие еретика.

Марилена поджала под себя ноги, огляделась вокруг и вдруг встрепенулась, вспомнив нечто важное:

- Мы так и не узнали, что стряслось с Кероилем. Его след потерялся. Жив ли? В чьих руках находится? - ведьма тряхнула головой, в голосе её прозвучали решительные нотки. - Надо погадать на него. Да только, можно ли здесь это сделать? Дозволено ли, лир Итан?

Пашка тоже вопросительно взглянул на аббата и обрадовался, когда тот благожелательно отнесся к предложению Марилены. Оказалось, что ведьмовские чары, в отличие от техномагических, мирозданию ничем не угрожают где бы то ни было.

- Это волшебство естественно, как в магических, так и в технических мирах, потому что оно органично связано с жизнью и природой, как, например...- аббат запнулся. - ...как, например, очарование красоты или талант художника, музыканта, поэта. Все это проявления природных чар, они существуют повсеместно, не конфликтуя ни с магией, ни с техникой.

И Пашка, и Марилена почувствовали, что Итан едва не проговорился о своей тайне, но тактично сделали вид, что не заметили оговорки.

Солнце клонилось к закату. Ведьма озабоченно взглянула на небосклон и сказала, что для гадания самое время. Она поудобнее уселась, расправив широкие юбки на мягкой бирюзовой траве.Каким-то неведомым образом в руках у неё возникла колода потрепанных карт. Ловко перетасовав их, Марилена раскрывшимся веером бросила бумажную ленту на сборчатый подол. Медленно одну за другой открыла семь карт и резко собрала их вместе:

- Скверно, - она была явно расстроена. - Кероиль ушёл с нехорошим человеком. Ушёл добровольно, хладнокровно предав нас. Ты ему не доверял с самого начала, Пашенька, а я, старая дура!..

Молоденький маг попытался утешить опечаленную женщину. Но она не могла себе простить такую досадную оплошность. Чтобы отвлечь её от горестных мыслей, Паша попросил погадать ему. Марилена сначала отнекивалась, но затем согласилась.

На сей раз она вглядывалась в карты значительно дольше, что-то бормотала себе под нос, то улыбаясь, то хмурясь и, наконец, задумчиво протянула:

- Странные вещи готовит тебе судьба, мальчик, но, главное, завершенной линии у неё нет. Есть переломный момент, развилка дорог, на которой ты должен будешь сделать выбор. И от него зависит не только твоя жизнь. Ждут тебя трудные испытания, поддержка друзей, предательство близкого человека, рука помощи, протянутая врагом и... любовь. Любовь, что перевернет всё с ног на голову, заставит делать глупости и совершать подвиги. И опять же в твоих руках выбор, который определит, жить твоей возлюбленной или погибнуть в ранней юности.

Пашка вскочил на ноги. Сердце колотилось нещадно. Он вдруг снова воочию увидел то самое девичье лицо. Его плечо стиснули тонкие пальцы аббата:

- Ты видишь ее? - Итан был взволнован не на шутку. - Думай, думай о ней, не переставая, и мы сможем....

На этот раз вихрь, охвативший их, был полон музыки, тепла и сияния. А затем они оказались в сырой промозглой темноте. Световой шарик выплыл из Пашкиных рук, освещая волглые стены знакомой подземной тюрьмы и широко распахнутые глаза его прекрасной незнакомки.