Гаврилова Анна: другие произведения.

Астра 2. Шустрое счастье или Охота на маленького дракона

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
Оценка: 5.96*430  Ваша оценка:
  • Аннотация:


    Счастье бывает разным: огромным и крошечным, хрупким и нерушимым, светлым и мрачноватым. В общем, вариантов много! Но есть среди них один самый, пожалуй, неприятный... Это то счастье, которое норовит свинтить из твоей жизни при первой же возможности.
    Как в этом случае поступать? Вариантов опять-таки много, но герцог Кернский выбрал самый, кажется, логичный - не пустить! И всё бы хорошо, да только счастье его тоже не лыком шито, и сдаваться на милость человеку точно не собирается.
    Причём ни за что! Ни за черешню, ни за тортик, ни за самую вкусную в мире пироженку...

    Книга вышла в издательстве Эксмо
    Здесь размещена частично
    Бумажный вариант доступен в Лабиринте


Астра 2

Шустрое счастье

или

Охота на маленького дракона

Пролог

   Небо было высоким и синим. Солнце - желтым и круглым. Ветер лёгким и почти незаметным - он предельно лениво шелестел листочками деревьев, и столь же лениво пытался поддеть страницы книги, которую читал развалившийся на скамейке мужчина.
   Мужчина - это Дан. Ну то есть Дантос, герцог Кернский. Моё сероглазо-блондинистое наказание. Вреднючее, как все аристократы. Непослушное, как все мужчины. И, к моей огромной грусти, немного раненое.
   Арбалетный болт прошил грудь, и прошел так близко от сердца, что в первое мгновение подумалось - всё, не выживет. Но Дантос оказался совсем не прост. Он не только выжил, но выздоравливал такими темпами, что лекарь, приставленный императором, не уставал изумляться.
   Собственно, если совсем объективной быть, Дан уже выздоровел. Но мы с лекарем посоветовались и решили, что ещё недельки две постельного режима ему не повредят. Дантос подобному вердикту не обрадовался, и вот уже три дня бунтовал.
   Конкретно сегодня в сад удрал. Причём по-хитрому, пока сестра милосердия в моём лице, мирно посапывала в подушку.
   Проснувшись и обнаружив пропажу я, разумеется, рассердилась и помчалась на поиски. Нашла. Отругала. Потом, убедившись, что этот упрямец высокого происхождения подчиниться требованиям не намерен, плюнула на всё и отправилась на кухню, к Роззи.
   Поела. Плотненько так, но без фанатизма. И вот после этого опять отправилась в сад, к той самой скамейке, на которой их светлость, с подвязанной во избежание лишней подвижности левой рукой, изволили греться на редком в последнее время солнышке, и читать авантюрный роман.
   Новую порцию нравоучений блондинчик выслушал со снисходительной улыбкой. И даже покивал! А потом сообщил самым миролюбивым тоном:
   - Дорогая, я всё понимаю, но этот твой постельный режим мне уже поперёк горла. - Показал книгу и добавил: - Я не бегаю, не фехтую, а просто читаю. Никакой физической нагрузки. Всего лишь роман.
   Дантос был расслабленным и весёлым. Настолько весёлым, что хотелось треснуть чем-нибудь тяжелым. Потом догнать и треснуть ещё раз!
   А я... я была как всегда. Маленькой, дерзкой и восхитительно прекрасной: изящный изгиб спинки, узкая, увенчанная шипастым гребнем голова, глаза цвета янтаря, крылья - самые настоящие! Ещё острые коготки, чуть толстоватая, но невероятно красивая попа и он - хвост! Ну и чешуйки, куда ж без них. Золотые, с чёрным кантиком.
   - Ву-у-у! - сказала я возмущённо.
   - Всего лишь роман, - вновь демонстрируя книгу, повторил Дан.
   Нет, он всё-таки невыносим! Ведь знает, я не против книги! И я прекрасно понимаю, что ему надоело валяться в постели, но есть такое слово - "режим"!
   И вообще, в саду хоть и солнечно, но совсем не жарко - осень на пороге. И земля сырая, потому что дожди последние три дня шли. Вот самое оно простудиться. А нам сейчас только простуды и не хватает.
   - Ву-у-у!
   - Дорогая, прекрати, - сказал Дан и лениво перевернул страницу. И уже глядя в книгу: - Мы оба знаем, что прогулка моему выздоровлению не помешает. И мы оба понимаем, что сейчас ты просто вредничаешь.
   Я не выдержала - плюхнулась на попу и засопела.
   Да, вредничаю. Причём не столько я, сколько драконья сущность, у которой собственные представления о заботе. Ведь драконы - животные стайные, и они очень сильно о своих пекутся. И так как драконья сущность признала блондинчика за своего...
   В общем, она действительно беспокоилась. Вернее, мы обе беспокоились, но вот эта сверх-забота исходила именно от неё. Хуже того - это был инстинкт, а противиться инстинктам очень сложно.
   Посопев ещё с минуту, и поразмыслив над ситуацией, я встала, нервно дёрнула хвостом и отправилась исследовать близлежащую территорию.
   Не то чтоб я её не знала, не то чтоб мне было интересно, просто конспирация. Я же, по официальным данным, зверь. А у зверей, как всем известно, свои повадки. И тот факт, что обитатели особняка давно поняли, что я разумна, необходимости притворяться не отменял.
   Просто очень не хотелось, чтобы кто-то из челяди заподозрил во мне... не зверя. Достаточно того, что Дантос о моей истинной природе знает.
   Остановившись у одного из розовых кустов, я принюхалась и осторожно копнула землю. Вернее, кусочек идеально ровного, подстриженного газона сорвала. Потом обернулась, чтобы взглянуть на Дантоса.
   Их светлость, как и ожидалось, не в книгу смотрела, а на меня. Но хитренько так, поверх страничек. И молчаливо ухохатывалась! Нет, саму улыбку я не видела, но глаза сказали всё!
   Я фыркнула и сообщила:
   - Не смешно.
   Разумеется, реплика прозвучала как всё то же "ву-у-у". Ну не приспособлен драконий речевой аппарат для сложных звуков, что поделать?
   Вот теперь герцог Кернский рассмеялся в голос. А я... нет, я не обиделась. Тоже хихикнула, но только мысленно. Слишком хорошо понимала, как эта ситуация с точки зрения Дана выглядит.
   Ведь он видел мой истинный облик... Более того, он этот облик ещё и трогал! Гладил по волосам, целовал в губы, и даже ущипнул несколько раз за то место, которое у драконов непропорционально большое, а у меня-настоящей очень даже гармоничное и совсем-совсем не толстое. И сейчас, когда я стою у розового куста и порчу газон, ему реально есть над чем смеяться.
   - Ты удивительная... - сообщили мне, едва приступ смеха закончился.
   Я не выдержала и показала блонди язык. Отошла на несколько шагов и молчаливо застонала.
   О нет, только не это! Дан, мы же договорились! Мы же всё-всё обсудили!
   - Что не так? - тут же откликнулся мужчина.
   Я устало закатила глаза.
   - Астра? - вновь позвал блондин. В голосе послышалось напряжение.
   Что-что... Да всё! Мы же с тобой договорились, и я думала, мы друг друга поняли! Никакой любви, Дан. Никаких привязанностей. А вместо этого что? От тебя нежностью за лигу несёт! И не говори, что я неправа! Драконья сущность все твои эмоции преотлично чует!
   Увы, мой призыв проигнорировали. Хуже того, Дан отложил книгу и встал.
   - Астрёныш, ты чего?
   Маленькая красивая я нервно дёрнула хвостом и демонстративно отвернулась, уставившись на высокое синее небо, и желтое круглое солнце. И только в этот миг сообразила, какой я была глупой. Небо! Ну конечно!
   - Астрочка... - Дантос сделал два шага по направлению ко мне. - Девочка...
   Я встрепенулась, дёрнула головой, и стрелой метнулась к нему.
   Я - дракон! Маленький, красивый, безумно обаятельный и вообще единственный в своём роде! И ты только взгляни, какие у меня лапки! Какой хвостик! Какие крылышки!
   Посмотрел? А теперь гладь! Ну же, светлость! Погладь дракона!
   Дабы пояснить свои желания, я привстала на задних лапах и боднула его ладонь. И сообщила нетерпеливо:
   - Ву-у-у!
   - Что ты задумала? - спросил блондин напряженно.
   Я помотала головой, потом ласково потёрлась мордой о его ногу, и чуть-чуть штанину прикусила.
   Что-что. Раз уж у нас есть возможность попрощаться, то давай-таки попрощаемся. Я, к своему огромному сожалению, буду очень по тебе скучать. По твоим хмурым взглядам и обзывалкам, по твоему безумно притягательному запаху, по твоим удивительным серым глазам и возмутительным поцелуям. И даже по твоей тирании скучать буду, но Дан, я уже всё сказала. Я не могу остаться с тобой. Правда, не могу!
   И мне очень жаль, что тебе сейчас придётся понервничать - больному организму нервы не на пользу, но ты это переживёшь. И в погоню за мной не бросишься, потому что ты человек умный, и ты прекрасно знаешь - искать бесполезно. Я - метаморф, я могу принять практически любой облик. Тебе ни за что меня не отыскать, поэтому... ты даже постельный режим не нарушишь.
   Но, повторяю, буду скучать! И раз у нас есть такая возможность...
   - Актриса, - выдохнул Дантос и присев на корточки принялся гладить чешуйчатую голову. На губах светлости вспыхнула тёплая улыбка, в серых глазах вновь появились искорки.
   Я же взвизгнула от счастья и крутанулась, подставляя спинку.
   Видишь какая я хорошая? Вот теперь между крылышек почеши. У тебя это так замечательно получается.
   Герцог Кернский намёк понял, и внял. Он принялся почёсывать, даря маленькому дракону невероятное удовольствие. Мой покрытый золотой чешуёй организм отреагировал привычным образом - у меня лапа задняя задёргалась.
   Хорошо! О, Леди Судьба, ты бы знала, как хорошо!
   - Придуриваешься, да? - спросил блондин тихо.
   Я плыла от кайфа, но всё равно кивнула. Потом опомнилась и активно замотала головой - нет, что ты! Как ты мог такое подумать?
   А он усмехнулся.
   - Вреднючка. Маленькая, бессовестная девчонка.
   Нет, пупсик, не вредная я. И совесть у меня, к сожалению, имеется. Именно поэтому я делаю то, что делаю. И... Дантос, я желаю тебе счастья. Огромного. Необъятного!
   Едва герцог Кернский убрал руку, удовольствие схлынуло. А я бодро отскочила в сторону, втянула ноздрями прохладный воздух, наполненный его неповторимым запахом, оттолкнулась всеми четырьмя лапами и прыгнула в небо.
   Я взмахнула крыльями. Ещё раз, и ещё. Ощущение полёта было таким привычным, но таким грустным. Выше, ещё выше. Туда, где только птицы.
   - Астра, нет! - воскликнули где-то... ну не так далеко как хотелось бы. Просто, я не спешила набирать высоту. - Астра, вернись!
   А вот второй оклик подстегнул. Я на миг зажмурилась, усилием воли выбросила из головы всю сентиментальную чушь, и рванула вверх.
   - Астра, назад! - рыкнул Дан. - Астра!
   Прости, дорогой, не судьба.
   Взмах крыльями. Ещё один. Третий.
   Ну здравствуй, небо. Здравствуй, свобода.
   Ещё один взмах, рывок, и...
   - Осторожно! Купол!
   Крик Дантоса и моя встреча с защитным магическим куполом... совпали. Герцог Кернский заголосил, и в тот же миг маленький храбрый дракон со всего маху впечатался в невидимую преграду.
   Преграда оказалась не слишком жесткой, да ещё спружинила. Но в голове всё равно зазвенело, и я даже на пару мгновений потеряла координацию и начала падать.
   Не упала, разумеется. Но... но...
   - Астра! - донеслось снизу. - Астра, вернись!
   Я заложила крутой вираж, чтобы бросить взгляд на замершего внизу человека. И тут же снова вверх рванула! Ну не может такого быть! Не может быть никакого купола!
   Новый удар о пружинящую невидимую стену доказал - ещё как может. Хуже того, он-таки есть!
   - Астра! Астра, там купол, так что ничего не получится! - продолжал голосить герцог. - Вернись, немедленно! Расшибёшься!
   Кто расшибётся? Я? Да я...
   Я сложила крылья и, подобная увидавшему добычу ястребу, помчалась к земле. А преодолев примерно половину расстояния снова крылья распахнула, заложила долгий вираж и опять устремилась вверх. Да, я брала разгон!
   - Астра!
   Третий удар о бесов купол был вообще убийственным. У меня не только потемнело в глазах - я панораму звёздного неба увидела. Причём в подробностях.
   - Астра!
   - Ву-у-у!!!
   Нет, это не от боли, от досады. Дан, пупсик, вот скажи маленькой красивой мне, откуда здесь эта гадость? И как такое вообще возможно? О защите на окна я знаю - сталкивалась. Но купол... Да таких же не делают! Их вообще не бывает!
   - Астра, спускайся! - крикнул блонди. Драконье чутьё уловило его тревогу, причём искреннюю. - Сбежать всё равно не получится. Я же предупреждал!
   Предупреждал он... Зараза!
   Я спустилась, но не совсем. Просто снизилась, чтобы герцогу не приходилось орать на всю округу. Его крики и так уже прислугу взбаламутили. Вон - Роззи и Полли из окна кухни выглядывают, Жакар на внутреннее крыльцо выбежал, да и остальные тоже из своих щелей повылазили.
   Но это всё равно ерунда в сравнении с куполом. Откуда он, бес его пожри, тут взялся?!
   - Купол установили ещё три недели назад, - сообщил посуровевший Дантос. - Он закрывает всё владение.
   Что-о-о?!
   - На опорные столбы забора посмотри, - продолжила самая вероломная светлость на свете. - Там каркасные кристаллы. На них купол и держится.
   Я взмахнула крыльями и рванула к забору. А вслед донеслось:
   - Только сами кристаллы не трогай. На них защита от... несносных девчонок.
   Я заложила крутой вираж, чтобы развернуться и зависнуть в воздухе. От несносных девчонок? То есть выковырять несколько кристаллов, чтобы сделать небольшую дырочку в этом ужасном куполе, у меня не получится?
   - Кристаллы защищены, - повторил Дантос. - Если хочешь - проверяй. Но ты же знаешь, я слов на ветер не бросаю.
   Маленький дракон мысленно взвыл!
   Вот как? Как такое возможно? Почему я про такой способ побега и не вспомнила поначалу, а он даже защиту успел поставить! Причём так, что я про неё ни сном, ни духом?
   Ну Дантос, ну... гад продуманный.
   - Спускайся, малышка. - Герцог Кернский совсем смурным сделался. - Там, если я ничего не путаю, коробку эклеров из кондитерской принесли. И пастилу. И корзиночки с малиновым кремом...
  

Глава 1

  
   Иду. Иду, стуча когтями по паркету, и соплю. Просто нечестно это всё. А самое нечестное - я даже обидеться не могу, потому что Дантос в своём праве. Я же обещала ему, что новых попыток побега не будет, а тут... вот.
   Герцог Кернский тоже идёт. Рядом. Справа. И тоже сопит! Драконья сущность подсказывает - светлость злится. Не сильно, но кое-кто из нас имеет реальный шанс получить по попе.
   Эх...
   Лестница. Крутая и роскошная, с красивыми лакированными перилами. Я уже миллион раз по ней поднималась, и трудностей практически никогда не испытывала, а теперь ступеньки кажутся такими высокими, такими неприступными.
   Но деваться всё равно некуда, поэтому иду. Сопя и пыхтя, взбираюсь на первую, потом на следующую. Попа, чуя угрозу, которая над ней нависла, отчаянно перевешивает и тянет вниз.
   Дантос прекрасно всё видит, но взять маленького дракона на ручки даже не пытается - впрочем, неудивительно, он же у нас раненый, и левая рука на перевязи.
   Мужчина останавливается, чтобы подождать, когда преодолею очередной участок, и снова бодренько вверх топает. Потом опять останавливается, оборачивается, и замирает. Он смотрит с укоризной, поджав губы.
   А я такая маленькая, такая несчастненькая...
   - Астра, не придуривайся.
   - Ву-у-у... - отвечаю я.
   И с ужасом понимаю - мне стыдно. Не так как в прошлый раз, но всё-таки.
   А в прошлый раз вообще неудобно получилось, даже при том, что на тот момент я обещаний не сбегать не давала.
   Я тогда свой изначальный план осуществить попыталась. Чуть изменённый, в виду того, что светлость уже в курсе, кто я такая, но вообще тот же.
   Дантос в тот вечер очень просил, и я на уговоры поддалась - приняла истинный облик, ласковой кошкой скользнула в его объятия. Я жадно пила поцелуи герцога, таяла от его прикосновений и, не смущаясь, дарила ответные.
   Мне было хорошо. Хорошо, как никогда в жизни! И на несколько часов я с головой прогрузилась в этот омут, в этот водоворот эмоций и страстей. А когда всё закончилось, и обессиливший Дан уснул, крепко прижимая меня к себе, протрезвела.
   Я ведь с самого начала не обольщалась. Всё это время прекрасно понимала - я не могу остаться с ним. Я должна уйти. И если б не ранение, меня бы уже давно и след простыл.
   Но рана заживала, и быстро. А этот вечер в который раз доказал - светлость к числу умирающих точно не относится. Если так, то смысл ждать?
   Не знаю, как долго я лежала в объятиях спящего мужчины и вдыхала умопомрачительный запах его тела - увы, я таяла от него даже находясь в этом, по сути человеческом, теле. Но силы выбраться из кольца рук и выскользнуть из-под одеяла, я в себе всё-таки нашла...
   На цыпочках, стараясь не издать ни звука, подошла к двери и отперла замок - Дантос в последнее время часто запирался. Из-за меня, разумеется.
   Столь же бесшумно выскользнула в кабинет, и отправилась в гостиную - внешняя дверь тоже была заперта, и открыть её, будучи человеком, было проще.
   Ну и прощальную записку драконьей лапкой не напишешь. А уйти, не сказав ни слова, я всё-таки не могла.
   Поэтому, справившись с последней дверью, я вернулась в кабинет и вытащила из ящика стола писчие принадлежности. Лунного света, который лился сквозь незашторенное окно, было вполне достаточно, чтобы не испытывать трудностей при составлении записки.
   Сантиментов я не разводила, написала скупо, по существу:
  
   "Прости за всё, и не ищи.
   С признательностью, А."
  
   И приписочку сделала:
  
   "Я позаимствовала у тебя один кошель. Сомневаюсь, что у меня будет возможность вернуть этот долг, но если получится, верну обязательно."
  
   Воткнув перо в чернильницу, я подула на лист, дабы высушить чернила, и опять к ящику стола потянулась. Не к тому, где принадлежности для письма хранились, а к тому, где лежали несколько бархатных мешочков, набитых серебром и медью.
   Дальше было сложней.
   Я прекрасно понимала, что не могу выйти из покоев герцога Кернского в истинном обличии. Дело даже не в наготе - её легко прикрыть, дело в ограниченных возможностях моего тела. Будучи человеком, я не в состоянии предугадать встречу с кем-либо из домочадцев. А риск напороться на кого-нибудь, несмотря на глубокую ночь, есть. Риск есть всегда!
   Поэтому я положила кошель на пол и отступила от стола. Медленно опустилась на четвереньки, закрыла глаза и позволила силе метаморфа пробудиться, потечь по венам.
   Мне не пришлось возрождать в памяти образ золотой драконицы - тело слишком хорошо помнило эту форму, форму, в которой я провела долгих семь лет. Мысленный приказ, и... всё. Взрыв!
   Красная пелена застилает глаза, боль рвёт на части. Эта боль гораздо сильней и ярче, чем при обычном перевоплощении: у драконов совершенно другое строение скелета, а изменение костей - не шутки. По-хорошему, эту трансформацию невозможно выдержать - уровень боли и доля изменений тела превышают все мыслимые и немыслимые пределы. И да, это одна из причин, по которым анимализм в нашем сообществе находится под запретом. Более того, он фактически равен преступлению.
   Но я выдерживаю. Для меня это перевоплощение не в новинку, а боль... ну, бывало и хуже. К тому же, другого варианта всё равно нет. И возможно, это в последний раз.
   И ещё... молчу! Ни звука, как бы тяжело ни было! Что угодно, только бы не разбудить спящего в соседней комнате Дантоса. Потому что он не поймёт и не отпустит.
   Сознание плавится, мир кружится. В какой-то момент я теряю связь с реальностью, а в себя прихожу уже драконом. И кажется, до этого момента я была слепа и глуха - на меня обрушивается миллиард звуков и запахов, и очертания комнаты становятся стократ чётче.
   Ещё с минуту стою и не шевелюсь. Приходя в себя, прислушиваясь и принюхиваясь. Потом всё-таки не выдерживаю и, вопреки намерениям, иду к двери спальни.
   Я нарочно оставила её приоткрытой - чтобы язычок замка не щёлкнул, чтобы уж точно не разбудить Дана. Так что теперь мне остаётся лишь поддеть створку когтями, просунуть в щель морду, и плавно протиснуться внутрь. И услышать ровное, мерное дыхание... Спит моя светлость.
   Желание приблизиться, чтобы посмотреть на него и в последний раз вдохнуть его аромат, я в себе подавила. Плавно попятилась, чтобы через пару минут осторожно прикрыть эту злосчастную дверь, вернуться к столу, ухватить кошель зубами и потопать в гостиную. Дальше, поддеть когтями опять-таки приоткрытую дверь, и выскользнуть в наполненный тьмой коридор.
   Ни-ко-го!
   Драконья сущность подсказывала - все домочадцы спят. Это было логично и ожидаемо, но я всё равно испытала облегчение.
   Всё так же тихо, почти крадучись, добралась до лестницы, спустилась на первый этаж, и прошмыгнула в крыло, где располагались комнаты слуг. Нужную дверь искать не пришлось - несмотря на то, что Люсси не появлялась в особняке очень долго, драконий нос прекрасно распознал её запах. Впрочем, дело не только в запахе - я уже интересовалась расположением этой комнаты.
   И да, отлично знала, что она не заперта. А зачем? Это приличный дом, воров тут нет. Ну кроме самой поганки-Люсси, и... меня.
   Привстав на задних лапах, я аккуратно надавила передними на ручку двери, и вошла.
   Помещение оказалось не слишком просторным, но чистым - тут уже прибрались. Не настолько хорошо, чтобы убить запах, но всё-таки. И вещи пойманной на пособничестве злодеям служанки в чемоданы упаковали. Забрать чемоданы возможности у Люсси пока не было - она по-прежнему томилась в застенках, ждала суда.
   Жалости к чересчур прыткой девице я не испытывала, и её неудача была сейчас как нельзя кстати. Она давала мне шанс на побег.
   Прикрыв дверь, я снова замерла и прислушалась. Драконий слух улавливал малейшие звуки, а драконья сущность преотлично чувствовала людей. И она подсказывала - дом, как и прежде, спит. Преград нет.
   Так что я со спокойной душой выплюнула кошелёк, и зажмурилась, вновь призывая родную магию. Выдержала все оттенки боли и поднялась с пола уже человеком. Ну почти человеком - внешне наши расы очень похожи, но некоторые биологические моменты настолько различны, что речи о единстве нет.
   Ноги после трансформации дрожали, руки тоже, а сердце и вовсе с ума сошло. Но последнее всё-таки от страха.
   Да, я боялась. Храбрилась, но осознание того, что именно собираюсь сделать, вгоняло в панику.
   Мой расчёт был прост: выбраться из дома Дантоса, найти новое пристанище - какую-нибудь гостиницу на окраине, обзавестись одеждой, в которой не стыдно показаться на люди, и отыскать своих. И уже с их помощью, под их защитой, вернуться в родной город.
   Конечно, я могла отправиться в путешествие одна - при наличии денег это не проблема. Но мне не хотелось рисковать, даже в мелочах.
   Ну и ещё кое-что: одно дело появиться перед старейшинами в одиночестве, и совсем другое - прийти в сопровождении одного из тех, благодаря кому наш народ живёт и процветает. Вернуться в компании настоящего метаморфа.
   Ведь подавляющее большинство моих сородичей - просто носители дара, им перевоплощение недоступно. Большинство никогда не покидает город, и понятия не имеет, каково это жить среди чужаков. И ещё, они не понимают стремлений тех, по чьим венам течёт настоящая магия нашего народа. Они просто неспособны понять!
   Мой побег... для них - это преступление. А настоящий метаморф, возможно, поймёт. И, вероятно, встанет на мою защиту.
   ...Светильники я не зажигала, просто подтащила один из чемоданов к окну и, мысленно возблагодарив Леди Удачу за ясную лунную ночь, а так же за то, что у нас с Люсси один рост и примерно одинаковая комплекция, принялась искать подходящее для побега платье.
   Нашла. И туфли тоже. И даже чепец в тон платью отыскала. А вот к белью даже не притронулась - чистое оно или нет, а всё равно брезгую. Да и к предметам первой необходимости бельё не относится.
   Одевшись и вернув чемодан на место, я подхватила кошель и шагнула к двери.
   Я собиралась покинуть особняк в истинном обличии - на случай, если найдутся свидетели моего побега. Ведь мой настоящий облик Дантосу известен, а об образе, который собираюсь принять, он и понятия не имеет. Так зачем демонстрировать другое тело раньше времени?
   Тем более, девушка, в которую собираюсь перевоплотиться, очень близка по телосложению, то есть для этой трансформации мне даже раздеваться не нужно. Достаточно найти укромный уголок, и всё.
   Глубоко вздохнув, и мысленно попросив Леди Судьбу о снисхождении, а Леди Удачу о милости, я открыла дверь и шагнула в коридор. И едва не завизжала от испуга. И с грустью признала - Леди Судьба и Леди Удача услышать меня не пожелали. Более того, они сегодня на стороне герцога Кернского играют.
   Понятия не имею, как он учуял. И вообще не понимаю, как догадался, где именно меня искать. Но в момент, когда я вышла из комнаты опальной горничной, Дантос был там. Стоял чётко напротив двери, прислонившись спиной к стене, и ждал. И пусть в коридоре было темно, но выражение благородного лица я различила - оно было суровым.
   Дантос не сказал ни слова, я тоже промолчала. Шагнула назад, закрыла дверь... Не торопясь, потому что торопиться уже некуда, разделась, убрала вещи Люсси обратно в чемодан, и опустилась на четвереньки.
   Боль! Дикая боль в четвёртый раз за сутки. Но теперь она воспринималась как нечто обыденное.
   Едва тело вновь обросло золотой чешуёй, едва у меня опять выросли шипы гребня, а руки и ноги превратились в когтистые лапки, подхватила зубами кошель, и опять направилась к злополучной двери.
   Она открывалась во внутрь, а для дракона с зажатым в пасти кошелём, это трудно. Поэтому заморачиваться не стала, просто поскреблась.
   Дантос, как истинный мужчина, дверь для меня открыл. А я... Я вышла и с самым невозмутимым видом потопала к лестнице, ведущей на третий этаж. Обратно, в покои светлости.
   Светлость не отставала. Шла на полшага позади. Причём шла молча!
   Вот только это молчание - полбеды. Куда страшней было то, что драконья сущность не улавливала ни одной его эмоции.
   Именно в этот момент стало безумно стыдно за свой поступок. Так стыдно, что захотелось развернуться, боднуть его, укусить... что угодно, только бы он перестал ощущаться как нечто бездушное!
   Но я не развернулась...
   Всё такая же, наигранно-невозмутимая, дошла до двери его покоев. Подождала, пока он откроет, вошла внутрь. Потом прошествовала в кабинет, положила бархатный мешочек на пол, подле письменного стола, и отправилась в спальню.
   Запрыгнув на постель, крутанулась, вытаптывая на одеяле полянку, легла, прикрыла носик хвостиком и закрыла глаза. Всё, маленький дракон спит. Спит и даже не помышляет о побеге!
   Дан сбросил домашние туфли, стянул с себя рубашку и штаны, и тоже в постель забрался. И тоже глаза закрыл, вот только... никто из нас в эту ночь так и не уснул. А утром, несмотря на то, что я по-прежнему оставалась в драконьем обличии, с меня стребовали обещание - не сбегать. И я пообещала.
   А ещё я пообещала, но уже только себе, что истинный облик принимать больше не буду. Не из вредности, а просто... просто потому, что...
   - Астра, ну сколько можно? - вырвал из поглотивших меня раздумий голос Дантоса.
   А? Что? Где?
   Я встрепенулась и огляделась. И лишь сейчас сообразила, что мы практически пришли, вот только маленькая красивая я немного зависла - села на последней ступеньке лестницы, и сижу. А он стоит рядом и ждёт. Весь такой хмурый, с поджатыми губами и обидой в глазах.
   Ву-у-у! Леди Судьба, за что мне это?!
   Пришлось встать, запрыгнуть на последнюю ступеньку и продолжить путь к покоям, где меня, безусловно, ждал нагоняй. Заслуженный, но, если рассуждать здраво, не очень справедливый...
  
   - И как это понимать? - спросил герцог Кернский хмуро.
   Я не ответила. Молча пересекла кабинет, запрыгнула на кресло. Потом подумала и легла, свернувшись клубком. И пусть зеркала поблизости не было, но я точно знала - выгляжу сейчас до того невинно, что хоть к лику святых причисляй.
   Но Дан, увы, не оценил. Он повторил мой маршрут и замер в полушаге. Всё такой же хмурый и строгий, и совсем не желающий сделать вид, будто ничегошеньки не случилось.
   - Так как это понимать, Астра? - повторил мужчина.
   Я прикрыла глаза и зевнула, как бы намекая, что существуют занятия поинтереснее, чем разговоры, но Дантос отступать не собирался.
   - Не прикидывайся, - сказал он. И добавил, не без обиды: - Толстопопик.
   Я резко вскинула голову и подарила светлости укоризненный взгляд. Нет, ну а чего он обзывается?
   Вот только блондин конкретно рогом упёрся - в смысле, отступать по-прежнему не желал.
   - Астра, я понимаю, что у тебя были другие планы на жизнь, но обстоятельства сложились так, как сложились. Мы встретились, и я не готов тебя отпустить. Тем более вот так - без объяснений и навсегда.
   Я прищурила глаза и нервно дёрнула хвостом, давая понять, что обсуждать данную тему не желаю. И тут же услышала:
   - Ты ведёшь себя глупо. Ты поступаешь как маленькая капризная девчонка.
   Спасибо, что просветил, милый. Сама я, конечно, даже не догадывалась!
   Несколько долгих минут в кабинете царила тишина. Вернее как тишина? Я лежала в кресле и сопела, а Дантос - он да, молчал. В смысле не сопел.
   А потом всё-таки не выдержал:
   - Астра, давай просто сядем и обсудим. Как серьёзные взрослые люди.
   Я мысленно застонала, и уже хотела сказать грубость, но в следующий миг нас прервали.
   Дан со своим скудным человеческим слухом, конечно, ничегошеньки не расслышал, а я очень даже. Шаги! В соседней комнате. И тихий перезвон фарфора. А ещё тонкий, но очень даже различимый аромат шоколада учуяла.
   Так, если ничего не путаю, это обещанные эклеры прибыли. Надо проверить!
   С этими мыслями маленький дракон грациозно поднялся на все четыре лапки, не менее грациозно развернулся и, перемахнув через подлокотник, бодро посеменил в гостиную.
   - Астра... - Донеслось вслед. В голосе светлости звучал укор. - Астра, не пытайся уйти от разговора!
   Не пытаюсь. Просто мы оба знаем, что обсуждать тут, в общем-то, нечего. И пусть тебе недоступны подробности, но ведь смысл не в них.
   А я подробности знаю! И в этом свете ситуация не то что простая, а прям-таки примитивная. Я - метаморф, наделённый даром. Здесь, в столице, таких как я с дюжину, не меньше. Если кто-нибудь из них разнюхает о нашем с тобой знакомстве, ты труп, Дантос. В том, что твоя прислуга выживет, я тоже не уверена.
   Ты ведь понимаешь, что наш народ неспроста считается мифом? Мы не оставляем свидетелей, Дан. Даже тот, кто никогда не встречал, но отчаянно верит в наше существование, выживает редко.
   Что прикажешь делать в такой ситуации? Согласиться назваться твоей кузиной и принять твои ухаживания? Прости, милый, но лично я не готова увидеть тебя в гробу. Можешь считать это капризом, но я очень хочу, чтобы ты жил!
   И потом, Дан... Я знаю, что ты замечательный, но видишь ли, Ласт когда-то тоже хорошим был, а чем всё закончилось? И где гарантии, что с тобой не выйдет того же?
   Меня с детства учили - верить можно только своим. В какой-то момент я в этой простой истине усомнилась, в результате угодила в клетку. Причём не на день или два, а на долгих семь лет.
   Думаешь, та ситуация ничему меня не научила? Нет, ты в самом деле так считаешь?
   Извини, милый, но урок я действительно усвоила, и больше не намерена плыть против течения. Я вернусь к сородичам и буду жить так, как положено. Так как прикажут старейшины.
   - Астра...
   Я обернулась, одарила Дантоса строгим взглядом и продолжила путь к пирожинке.
   Да, в том кто и зачем пришел в покои светлости уже не сомневалась. Полли и эклеры! А ещё те самые корзиночки с малиновым кремом и жутко вкусный чай, который маленькой красивой мне, в виду расовой принадлежности и анатомических особенностей, не в чашку, а в миску наливали.
   И пусть чувство эстетизма искренне противилось подобному отношению, я была непоколебима. Слишком хорошо понимала - лучше хлебать из миски и молчать, чем пить из чашки и вести "цивилизованные" разговоры.
   Дан и так слишком много обо мне знает. Дать ему возможность для дополнительных расспросов? Увы, ни к чему хорошему это не приведёт. Значит, возможности не будет.
  
   Следующие три дня с неба то капало, то лило, поэтому большую часть времени мы с Дантосом провели в постели. Он читал авантюрные романы, а я просто лежала и размышляла о бренности бытия, тщетности всего сущего и скоротечности жизни - короче, о том, что сбежать будет труднее, чем мне думалось.
   Отношение герцога Кернского к идее расставания было известно ещё до того, как он увидел меня в истинном облике, так что иллюзий я с самого начала не питала. Но и на столь решительное сопротивление не рассчитывала.
   Со второй попыткой всё предельно понятно - с точки зрения Дана, вариант "взять и улететь" самый простой и логичный. Именно поэтому герцог озаботился установкой защитного купола.
   Глупый! Знал бы он хоть половину из того, что известно мне, то отмёл бы этот способ сразу.
   А расклад, в сущности, прост...
   Да, я - метаморф, а в столице с дюжину моих собратьев. Я могу их найти - мы чувствуем друг друга, когда оказываемся поблизости.
   Это умение проявляется у метаморфов чуть позже способности к непосредственно трансформации. Для того чтобы научиться определять присутствие тех же старейшин, мне потребовалось два месяца. А для того, чтобы старейшины смогли почуять меня, понадобилось ещё столько же - это было связано с процессом созревания моей крови и, соответственно, магии.
   Во мне дар сильный, так что почувствовать сородича могу шагов с пятидесяти. То есть достаточно покружить над городом или прогуляться по улицам, чтобы найти. Но...
   Анимализм в нашем сообществе запрещён, и заявиться к своим в облике дракона - отличный способ нарваться на ещё большие неприятности, нежели те, которые уже светят. Я не была готова к подобному шагу. Чтобы обратиться к сородичам, мне требовалось сперва принять человеческую форму и раздобыть одежду.
   Но какой одеждой я могу обзавестись без денег? А образ оборванки, особенно в моём случае, не многим лучше, чем форма дракона. Моё возвращение - уже признание в том, что проиграла. Прийти нищенкой - это потерять остатки гордости, растоптать и без того убитую репутацию.
   Так что да, улетать не хотелось, но эмоции Дантоса меня подстегнули. Именно из-за той бессмысленной нежности маленький дракон прыгнул в небо.
   Впрочем, провал второй попытки - цветочки. Этот вариант действительно просчитывался на раз, и нет ничего удивительного в том, что герцог Кернский меня обставил. Зато тот, самый первый случай... Нет, я решительно не понимаю, как светлости удалось предотвратить первый побег.
   Точно знаю - когда уходила, он спал. Допустим, проснулся без причины, но что дальше? Вычислить в какую именно комнату я отправилась, Дантос не мог - здесь логика не помощник. Выходит, он почуял? Но как?
   А ведь это не впервые. Раньше, до всей этой истории с захватом и ранением, я тоже о побеге задумывалась. Тогда герцог Кернский намерения не распознал, но каким-то образом сообразил, что я хочу совершить нечто, что сильно ему не понравится. Именно из-за этого предчувствия плюнул на охоту с императором и примчался домой в самый неподходящий момент, уничтожив мой план на корню.
   Так неужели Дан в самом деле чует? С учётом того, что временами блондинчику удаётся безошибочно угадывать мои мысли, подобный расклад более чем реален.
   Но тогда картина совсем грустной становится. В этом случае, шансы на побег сводятся к такому минимуму, что впору выть в подушку!
   Однако выть я, конечно, не собиралась. Просто лежала и пыталась найти выход из сложившейся ситуации. Вот только выход этот находиться отказывался!
   Три дня плотных размышлений никаких результатов не дали. В какой-то момент я пришла к выводу, что план побега не складывается из-за близости Дантоса и его гадких флюидов. Поэтому спрыгнула с кровати и гордо удалилась в кабинет.
   Но, увы. Пользы этот демарш тоже не принёс. То есть какие-то мысли в голове вертелись, но всё не то.
   Единственный мало-мальски реальный способ выглядел так: перевоплотиться и убедить герцога Кернского в том, что всё осознала. Рассказать кучу баек, приласкать и клятвенно заверить, что даже не помышляю о побеге. В подтверждение своих слов побыть хорошей девочкой пару недель, то есть как следует втереться в доверие, а уже потом...
   Да, этот вариант мог сработать с большой долей вероятности, вот только совесть, которая у меня действительно есть, сопротивлялась категорически. Слишком высокий уровень вероломства. Не смогу, не сумею так поступить.
   Остальные мысли в том же духе: куда не кинь - всюду клин, и какие-нибудь потери. А отдельным поводом для грусти было то, что Дантос отказался от намерения уехать на зиму в родовой замок. Сперва я не понимала, почему он перестал рассказывать о водопадах и прочих вековых дубах, а после столкновения с куполом, догадалась.
   Там же простор! И высота башен, наверняка, такая, что защиту точно не поставишь. Да и вообще... Вообще уследить за пленницей в условиях замка невозможно. Другое дело тут, в столице, в обнесённом высоченным забором особняке.
   Но что мне-то во всей этой ситуации делать?
   На исходе третьего дня, когда за окном стемнело, а с неба снова полило, думать я устала. А ещё меня такая обида пробрала! Я же не только для себя стараюсь, но и для него, для Дана, а он... Мало того, что флюидами своими воздействует, так ещё и бойкот маленькому дракону объявил.
   Где, спрашивается, справедливость?!
   И если вначале я ещё могла притвориться, будто мне всё равно, то теперь терпение кончилось. Поэтому, вернувшись в спальню, я запрыгнула на постель, уселась на почтительном расстоянии и принялась гипнотизировать обложку авантюрного романа, за которым Дантос от меня прятался...
  
   Сижу. Сижу и соплю! И уничтожаю взглядом переплёт из тонкой кожи.
   От этого взгляда переплёт точно должен скукожиться и начать тлеть, но он, зараза такая, держится. Равно как и блондинчик.
   Сижу. Сижу и соплю всё громче. А их светлости, кажется, совершенно плевать. Светлость, видите ли, читать изволит! Невозмутимо переворачивает страницу, пробегает глазами и снова бумагой шелестит. Будто рядом вообще ничего необычного не происходит. Словно никакого дракона поблизости нет.
   Ну, ничего. Я потерплю! Я вообще девочка очень терпеливая. Поэтому... сижу. Всё так же смотрю, не мигая. В тишине спальни мой сап звучит до того отчётливо, что не услышать просто не возможно, но...
   Нет, какой же он всё-таки гад! Вы только посмотрите! Рядом с ним такая маленькая, такая несчастная я, а этот большой и сильный уткнулся носом в книгу и привет. И после этого у кого-то ещё хватает наглости взывать к моей совести?
   Ползу. Вернее, не ползу, а подползаю. При этом старательно делаю вид, будто никуда не двигаюсь, словно с самого начала прямо тут и сидела. Но светлости всё равно. Он по-прежнему в книге и по-прежнему бойкотирует слабое, неповинное, полностью зависимое от него существо. Давит на хрупкую драконью психику тяжёлым прессом своей невозмутимости.
   Бес меня пожри, да это же психологическое насилие в чистом виде! И чем я заслужила такой вид наказания? Нет, ну чем?
   Не выдерживаю. Падаю на живот и ползу уже не скрываясь. Аккуратно подсовываю нос под книгу, и... Увы. Попытка выбить авантюрный роман проваливается. Этот бессовестный герцог умудряется убрать одну руку и поудобнее перехватить книгу второй.
   Теперь он вроде бы открыт. В смысле, держит книгу в одной руке, и отвёл её в сторону так, что обложка обзор уже не загораживает, благодаря чему я могу наблюдать симпатичную аристократическую физиономию и прищуренные серые глаза. Взгляд Дана, как и прежде, скользит по строчкам, и обращаться к маленькому дракону не спешит.
   Хочу обидеться сильнее, демонстративно подняться и не менее демонстративно уйти, но понимаю - от этого ничего не изменится. Поэтому подползаю ещё ближе и с нарочито тяжким вздохом кладу голову ему на грудь.
   Несмотря на то, что мы с самого утра валяемся в постели, Дан одет - на нём белая шелковая рубаха и штаны из лёгкой ткани. Рубаха расстёгнута и распахнута, так что золотые чешуйки касаются не ткани, а пропитанной флюидами кожи, под которой сокрыт чарующий рельеф мышц.
   Но... реакции ноль. Блондинчик даже не вздрогнул, даже сердце продолжило стучать в прежнем размеренном ритме!
   Тем не менее, отступать я не собираюсь. Коварно затаиваюсь на несколько минут, давая этому несносному мужчине возможность одуматься и обратить-таки внимание на красивую ласковую девочку, которая подошла к нему, несмотря на бойкот. Вот только светлость мою покладистость не ценит, лишний раз доказывая - он не так умён, как думалось.
   Что ж...
   Приподнимаю голову и осторожно трусь щекой об упругую, пропитанную флюидами кожу. Реакция прежняя, в смысле - нулевая.
   Осторожно, чтобы не поранить острым гребнем, выворачиваюсь и трусь другой щекой. Результат тот же.
   Выжидаю ещё с минуту, и повторяю процедуру в искренней надежде, что здравый смысл у кое-кого всё-таки проснётся, но... Нам, женщинам, вообще свойственно переоценивать мужчин. Иногда кажется, что нас хлебом не корми, только дай позаблуждаться на их счёт!
   Обида, владевшая сердцем маленького дракона, окончательно отступает. А злость, наоборот, усиливается. Что он вообще себе позволяет? Думает, раз у него родословная и титул, то ему всё можно?!
   И всё-таки... терплю. Терплю и жду! Приподнимаю голову, дарю светлости до-олгий пристальный взгляд. Смотрю так, что не почувствовать просто невозможно. И Дантос, точно знаю, этот взгляд ощущает, вот только... не отвечает на него.
   Блондинчик по-прежнему делает вид, будто авантюрный роман, которой он держит в руке, самое важное в мире, а я...
   Нет, я не срываюсь! Я высовываю язык и миролюбиво касаюсь этим самым языком обнаженной кожи.
   И что слышу в ответ?
   - Отстань.
   Это сказано настолько ровно, настолько безэмоционально, что я на пару секунд впадаю в ступор, а потом... замечаю его.
   Аккуратный, небольшой, коричневый, и такой беззащитный... Подозреваю, что не будь этой ссоры, я бы поступила так же, потому что он откровенно манил, но в данный момент это была именно месть!
   Да. Именно из чувства мести я приподнялась на лапах и... "нежно" куснула герцога Кернского за сосок.
   Всё!
   В следующий миг книга исчезла и, несмотря на свои звериные навыки, я не сумела отследить, куда именно она отлетела. Кульбит, совершенный Дантосом, тоже мимо моего сознания прошел - уж слишком стремительно всё случилось. Их светлость в долю секунды оказалась вне кровати и на ногах, а тишину спальни разорвал исполненный негодования вопль:
   - Астра!
   А? Что? Где?
   Дан прикрыл ладонью пострадавшую часть тела и добавил возмущённо:
   - Больно!
   Я мысленно ухмыльнулась - что, в самом деле? Ой, ну надо же! А я-то думала, что укус дракона это очень даже приятно. Ведь зубов-то у меня всего ничего - несравнимо меньше, чем у той же акулы.
   - Астра! - Глаза светлости превратились в две узкие щёлочки, а ноздри наоборот раздуваться начали. - Не стыдно?
   Ломать комедию я не стала. Вскинула морду, сказала не без усмешки:
   - Ву. - Что в данном случае означало "нет, нисколечки".
   Блондинчик посыл понял. Тут же сложил руки на могучей груди, фыркнул и уставился на меня очень строго. Я же переползла на место, где только что лежал укушенный, и раскинула лапки, как бы намекая, что кровать отныне занята, а кое-кому придётся либо отменить бойкот и извиниться, либо перебраться на диван в гостиной. Потому что спать с мужчиной, который меня не ценит, я отказываюсь!
   Клянусь собственным хвостом, эти мысли блондинчик тоже уловил. Но вместо извинений я услышала:
   - Астра, хватит. Превратись, и давай поговорим. Как взрослые, разумные люди.
   Я невольно закатила глаза, а потом вообще отвернулась. Его переклинило, да? Или просто ума не хватает понять, что обсуждать нам совершенно нечего?
   - Астра...
   Нет, я не среагировала. Даже лапой не шевельнула! А герцог Кернский...
   - Ладно. - В голосе Дана звучало неприкрытое раздражение. - Ладно, малышка. Хочешь быть драконом - будь. Но ты ведь понимаешь, что каждое решение влечёт за собой определённые последствия?
   Вот теперь я обернулась, дабы вглядеться в суровое лицо светлости. Это что, угроза? Нет, он в самом деле мне угрожает?
   По всем внешним признакам выходило, что да. Но драконье чутьё угрозы не уловило - оно определяло состояние Дантоса несколько иначе. Однако понять, что именно творится в душе блондинчика я так и не смогла.
   И пусть злился он куда меньше, нежели могло показаться, рисковать, настаивая на том, чтобы Дан переселился на диван в гостиной, я не стала. Существуют моменты, когда гордость лучше поунять - это был один из них.
   Ну а через два дня я в полной мере осознала смысл слов про "решения" и "последствия". Знала бы во что выльется моё упрямство... Впрочем, нет. Я бы всё равно поступила так, как поступила!
  

Глава 2

  
   - Ага, - протянула Полли. - Кажется, готово.
   Горничная поднялась с корточек и отступила, предоставляя мне возможность побыть один на один с зеркалом и полюбоваться отражением. Но я свой внешний вид не оценила - фыркнула, нервно дёрнула хвостом, тут же крутанулась в попытке поймать зубами кончик ленты и развязать этот бант к бесовой маме!
   Но Полли оказалась очень хитрой: "хвостики" она спрятала под узел, а сам бант повязала так, что не дотянуться. То есть совсем! Как ни изворачивайся!
   После третьего круга погони за неуловимым бантом, я не выдержала - плюхнулась на попу и сообщила горестно:
   - Ву!
   - А как ты хотела? - тут же вмешался в разговор стоящий неподалёку Дантос. - Дружба с принцессами, знаешь ли, обязывает.
   Голос блондинчика прозвучал весело, но драконье чутьё подсказывало - чувства, которые испытывает герцог Кернский, крайне неоднозначны. Тут смешалось многое: смех, обида, недовольство, и толика озорства.
   Именно последнее держало в тонусе, подсказывая - Дан согласился на визит императорской дочки исключительно для того, чтобы объяснить одной крылатой девочке, что быть драконом не всегда выгодно. По этой же причине я не могла, просто не имела права, идти на попятную. Ведь это то же самое, что признать поражение.
   - Ву! - вновь заявила я, и крутанулась, но уже не для того, чтобы поймать гадкий бант, а в намерении продемонстрировать, какая я теперь красивая.
   Горничная, пронаблюдав этот фортель, широко улыбнулась, а вот Дантос не удержался, съехидничал:
   - А может всё-таки платье?
   Я инстинктивно отпрянула и подарила хозяину дома взгляд исподлобья. А Дан ухмыльнулся и сообщил:
   - Ваша встреча пройдёт в желтой гостиной.
   Ой, а то я не знаю.
   Вообще, от одной лишь мысли о предстоящем мероприятии становилось жутковато, но демонстрировать свои страхи я не собиралась. Поэтому вновь кокетливо крутанулась перед зеркалом, дёрнула хвостом и гордо направилась к двери. Прочь! Прочь из покоев этого вероломного мужчины! Туда - к лестнице, которая выводит на первый этаж, в роскошный, но уютный холл.
   Я точно знала, что Дантос идёт следом, но останавливаться, чтобы подождать, не собиралась. Смысл проявлять вежливость по отношению к человеку, который устроил тебе столь грандиозную подлянку, как встреча с детём?
   Топая по ступенькам, я убеждала себя в том, что всё будет хорошо. Но увы, едва дошла до холла, эта уверенность развеялась. Просто ровно в тот момент, когда я вошла, Жакар поскакал к дверям в явном намерении впустить уже прибывших гостей.
   Глядя как пузатый дедок хватается за массивную ручку, я испытала острый приступ паники. Жутко захотелось развернуться и удрать - уж слишком хорошо помнила, чем прошлая встреча с императорской кровиночкой закончилась. Но природная храбрость взяла верх над здравым смыслом, так что я сделала несколько шагов в сторону и изящно плюхнулась на попу.
   Вроде как жду. Вся такая культурная и гостеприимная.
   Пока Жакар открывал, в сердце успела зародиться надежда на то, что это не Мисси, а кто-нибудь другой - тот же Вернон, к примеру. Но Леди Удача и сегодня благосклонностью не отличалась, на пороге особняка появилась именно она, моя сопливая "подруга".
   Пришла Мисси, разумеется, не одна - принцессы вообще поодиночке не ходят, особенно такие мелкие. Девчонку сопровождали три гвардейца элитного гарнизона и четыре няньки.
   Но после того как няньки прошмыгнули в дом, а гвардейцы расступились, стало ясно - почётных гостей больше. В свиту принцессы затесались не только "слуги", но и отец с братом.
   Увидав их императорское величество Роналкора, я не выдержала и мысленно застонала. Последняя встреча с этим статным полноватым брюнетом тоже не забылась, и была не самой однозначной.
   А вот принцу я искренне обрадовалась! На фоне своих родственников, он крайне приличным мальчиком казался: неоднозначностей, подобно отцу, не говорил, и в платья-парики, как сестра, не наряжал.
   К тому же, в отличие от прочих, юный Руал помнил о правилах хорошего тона - в его руках имелась перевязанная пёстрой лентой коробка. И хотя нас разделяло шагов двадцать, я сразу определила - конфеты, причём шоколадные!
   Но времена, когда меня можно было подманить конфеткой давно прошли, так что я осталась где была. Более того, я даже не шелохнулась. Что, впрочем, не помешало им меня заметить.
   - Астра! - пискнула принцесса Мисси и сделала два торопливых шага вперёд, но тут же вспомнила о воспитании и остановилась.
   Принц тоже дёрнулся, но тоже устоял.
   А Роналкор широко улыбнулся, и сказал своим глубоким, басистым голосом:
   - Ну здравствуй, толстопопик.
   Я подумала и... обиделась. Нет, ну что за фамильярности? Мы на брудершафт не пили, да и вообще. Вообще я ж его Роником не называю.
   Внезапно наступившую тишину нарушил не менее внезапный возглас Дантоса.
   - Ваше величество? Какая неожиданность.
   Блондин вырулил оттуда же, откуда и я. В его голосе прозвучало искреннее удивление, то есть императора Дантос не ждал. Но прогонять первое лицо государства, конечно, не стал, наоборот - герцог Кернский бодро ринулся навстречу, чтобы пожать протянутую руку и хлопнуть монарха по плечу.
   - Мы с Руалом решили составить Мисси компанию, - пояснил Роналкор. - А заодно тебя повидать.
   - Очень рад, - отозвался Дан.
   Император подарил новую улыбку, но драконье чутьё уловило за ней некоторую напряженность.
  
   В виду появления императора и принца, "протокол" встречи немного изменился. В желтой гостиной, у окна, подальше от всех, установили ещё один стол - но уже не детский, а вполне себе мужской, с вином и закусками.
   Отпрысков Роналкора к этому столу не пригласили, меня, соответственно, тоже. Нам с Мисси и Руалом предстояло пить не вино, а чай. Да-да, с пирожными!
   По логике, хозяйкой этого чаепития была я, но принцесса сразу взяла дело в свои цепкие ручки. Отогнала Полли, которая намеревалась прислуживать за столом, важно взглянула на брата и пропищала, подражая тону высокородных кокеток:
   - Руал, поухаживай за дамами.
   Наследника престола, как ни странно, подобное предложение не смутило. Спокойно, и даже как-то торжественно, он поднял чайничек, наполнил посуду и вежливо кивнул. Потом взял серебряные щипцы и переложил на мою тарелку несколько пирожных, на свой выбор. А вот подавать пирожные сестре отказался...
   - Сама возьмёшь, - чуть приподняв подбородок, сказал принц. - У тебя семь пятниц на неделе, и я не нанимался.
   Мисси тоже нос задрала, фыркнула, но спорить с братом не стала. Вместо этого всё её внимание устремилось ко мне. Маленькому дракону грозила... светская беседа.
   - У тебя очень красивый бант, - заявила сопля королевских кровей. И добавила после паузы: - У меня тоже такой есть, но я его не ношу. Мне розовый цвет не очень нравится, хотя он сейчас в моде. А в следующем сезоне в моде будет цвет фуксии. Тебе нравится цвет фуксии, Астра?
   Желание закатить глаза и застонать я в себе подавила, а вот принц скрывать отношение к теме не стал - скривился. За что и получил!
   - А тебя вообще не приглашали, - заметила Мисси.
   - А тебе десять раз отказали в визите, - парировал Руал.
   Мелкая уставилась на свои руки, с полминуты позагибала пальчики, потом ответила:
   - Не десять, а девять. - И добавила веско: - Астра была очень занята. Она лечила Дантоса.
   Я невольно скосила глаза на сидящего в отдалении Дана. Девять отказов принцессе? Ну надо же. А я и не знала.
   - Астра, а я вчера... - вновь подала голос Мисси, и принялась рассказывать, как прошел её день.
   Потом мне поведали историю про то, как собачка какой-то придворной дамы стащила туфлю у другой дамы. Пожаловались на дворцового повара, который отказывается класть в суп шоколад. Про куклу, у которой вдруг, внезапно, без всякой причины, перестал открываться один глаз, рассказали. И прочее, прочее, прочее...
   Я сидела и слушала. Руал тоже сидел, и тоже внемлил. И, как и я, всё чаще косился на расположившихся у окна Дана и Роналкора.
   Эти двое ели, пили и общались. Причём разговор явно был серьёзным и не очень радостным. Мне думалось, что речь о делах, заброшенных Даном в виду болезни - он же до ранения частенько во дворец мотался, и точно не на танцы. Но тема оказалась иной...
   - Сегодня утром отцу доставили послание от одного из вождей драхов, - заметив мой взгляд, сказал Руал. Выглядел при этом очень важно, особенно для восьмилетнего мальчишки. - Не знаю про что там, но отец не обрадовался. Полагаю, эти дикари всё-таки решили раздуть скандал из той драки.
   - Какой драки? - вмешалась позабывшая о куклах и шоколаде Мисси.
   Принц подарил сестре снисходительный взгляд, а я навострила ушки. В фигуральном смысле, конечно - ведь у драконов вместо ушей просто дырочки.
   - Ну как это "какой"? - Наследник фыркнул, но в его интонациях прозвучала гордость. - Той. Когда герцог Кернский одному из этих навалял.
   Глаза малолетней принцессы сильно округлились, бровки взлетели на середину лба - в общем, о потасовке с драхами Мисси не знала. Но просвещать малявку никто не спешил: я банально не могла - ну не предназначен драконий речевой аппарат для человеческих звуков, а Руал просто не хотел.
   Признание принца сперва заставило поморщиться - ну какой скандал? Вожди драхов поступок Дантоса наоборот одобрили! А следом пришла другая мысль - кто их, этих дикарей, знает? Может действительно подумали-подумали, и решили претензии предъявить.
   И при том, что наш император имеет какие-то планы по сотрудничеству с горными племенами, а Дантос - друг, повод понервничать у владыки имеется.
   Вот только меня саму это сообщение не взволновало, а наоборот успокоило. И заставило обратить всё внимание на настоящую проблему. Вернее, на две проблемы, которые сидели рядом и нехотя уничтожали пирожные.
   Аппетита у детей точно не было - а откуда ему взяться, если они сладости каждый день тоннами едят? Меня шоколадная глазурь, заварное тесто и ванильный крем тоже не радовали - за время пребывания в этом особняке, я пирожными просто-напросто обожралась.
   Но суть, конечно, не в пирожных заключалась. Меня тревожило продолжение нашего маленького банкета - ведь совершенно ясно, что чаепитием и беседой дело не ограничится.
   Предчувствие, увы, не обмануло. Едва две чашки и одна миска опустели, Руал выразительно посмотрел на окно, за которым сегодня вовсю сверкало солнце. Следом прозвучал вопрос:
   - Во что будем играть?
   - В салон красоты! - вмиг нашлась Мисси. И, надув губки, добавила: - Астра моя подруга. Это я в гости пришла. И мы...
   - Ву-у! - некультурно перебила я и, спрыгнув с пуфика, на котором сидела, посеменила к Дантосу.
   Могла, конечно, отправиться к двери и дальше на улицу - ну чтобы уж точно игры в "салон красоты" избежать, но... я же животное! Маленькое и глупое! Я вроде как не понимаю, чего детишкам от меня нужно. Следовательно, обязана повести себя нелогично.
   Ну и дополнительный момент: хотелось ещё раз заглянуть в серые глаза светлости и найти в них ответ на вопрос - он вообще соображает, на какие неприятности сейчас нарывается? Понимает, что этот визит императорских детишек даром ему не пройдёт?
   - Что? - заметив моё приближение, спросил Дан.
   - Ву! - сообщила я и, преодолев остатки разделяющего нас расстояния, тыркнулась носом в подставленную ладонь.
   А от детского стола донеслось писклявое:
   - Мы будем играть в красоту!
   Этот вопль стал поводом подарить блондинчику выразительный взгляд исподлобья. Только попробуй не спасти меня от данного сомнительного развлечения. Покусаю! Причём не только за сосок!
   - В мяч! - донёсся второй, но уже не вопль, а просто возглас.
   - Астра моя подруга, - продолжила гнуть свою линию Мисси. - И мы...
   Дальше я не слышала. Вернее, дальше я слышала только слова Дантоса.
   - А ты во что поиграть хочешь? - спросил герцог Кернский, щурясь.
   - В спящую красавицу, - мрачно призналась я. Но прозвучало это, разумеется, как всё то же "Ву-у-у".
   В глубине серых глаз вспыхнули озорные искорки, а улыбка, которую подарили маленькому дракону, непрозрачно намекала - светлость очень своей выходкой довольна. И, кажется, даже немножко убеждена, что теперь-то я точно на роль кузины соглашусь.
   Переубеждать блондинчика не хотелось совершенно. Поэтому я грациозно развернулась и направилась обратно, к детскому столику. А приблизившись, плюхнулась на попу возле Руала и нетерпеливо засопела.
   Детишки намёк поняли, причём оба.
   - Астра... - протянула Мисси обиженно.
   А наследник просиял и вытащил из кармана небольшой мячик.
   Я ещё не знала, что их императорское величество и его отпрыски никуда не торопятся. То есть беды, нависшей над покрытой чешуйками попой, не чуяла!
  
   К концу дня я чувствовала себя каторжником, отмахавшим две смены на рудниках. Устала настолько, что даже на кровать лишь с третьего раза запрыгнула.
   Сил, чтобы вытоптать полянку и улечься в ногах, притворяясь, будто мне глубоко плевать на комфорт, тоже не имелось. Так что я всё-таки доползла до изголовья и рухнула, беспомощно уткнувшись головой в подушку.
   Леди Судьба, я всё понимаю, но клянусь - если ты ещё раз пошлёшь мне встречу с этой парочкой, то я храбриться не стану! Залезу в кусты и буду сидеть там до тех пор, пока эти "цветочки жизни" не вырастут. Или повешусь. Да-да, на собственном хвосте!
   Тишину, по которой я ужасно соскучилась, нарушил голос Дантоса.
   - Устала? - участливо спросила светлость. - Утомилась?
   Сил по-прежнему не было, но я-таки подняла голову и подарила герцогу Кернскому исполненный возмущения взгляд.
   Нет, милый. Отдохнула!
   - Я тоже немного утомился, - доверительным тоном сообщил тот, и принялся стягивать камзол, а вслед за ним и рубашку.
   Раздевался Дантос неспешно, но причина этой медлительности крылась не в ранении. Просто кое-кто хитрый пытался напомнить, что наделён не только смазливой мордашкой, но и очень неплохим телом.
   Вот только попадаться на этот крючок я не собиралась - полюбовалась и тут же прикрыла глазки. Потом подумала и вообще морду отвернула, дабы избавить себя от соблазна подглядывания.
   Но мужчина успокаиваться не желал.
   - Могу предложить расслабляющий массаж, - приблизившись к кровати, сказал он. - И бокал вина лишним, безусловно, не будет.
   Угу. Знаю. Вот только на дракона вино не подействует, да и массаж твой сквозь чешую не почувствую. Так что прекрасно понимаю, на что ты намекаешь. И говорю в сотый раз - отстань, коварный!
   - Астра... - вновь позвал Дан.
   Я не ответила.
   - Маленькая моя, хорошая, красивая... - продолжил блондин. - Ну не вредничай.
   Я фыркнула, но не повернулась.
   - Хорошо, вредничай, - после незначительной паузы, выдал он. - Но рано или поздно тебе всё-таки придётся принять нормальный облик и поговорить со мной.
   В этот раз фыркать я не стала - мысленно скривилась и мысленно же показала светлости язык. Ничего мне не придётся, милый. Хочешь верь, хочешь нет, но я поупрямее тебя буду. Сбегу! Не сегодня, так завтра!
   - Нет, малышка, - заявил герцог Кернский. - Сбежать не получится.
   А теперь я не выдержала - резко повернула голову и уставилась на него. И прищур моих глаз был красноречивее любых слов.
   Нет, и всё-таки как у него это получается? Как Дантосу удаётся в точности угадывать мои мысли? Пусть не постоянно, но и того что есть, более чем достаточно.
   - Не пущу, - повторил мужчина. - Тем более сейчас, когда...
   Дан резко замолчал и нахмурился, а я насторожилась. Эта его оговорка напомнила про послание вождя драхов, о котором упомянул Руал. Ну и ещё один момент в памяти воскресила...
   Сегодня, когда мы прощались с дорогими (угу, дороже не бывает!) гостями, император наклонился к Дантосу и шепнул напоследок какую-то фразу. Подслушать мне не удалось, но драконий слух уловил два слова - "Астра" и "неприятности". И вот теперь меня очень интересовало - о чём, собственно, речь?
   Удивительно, но здесь и сейчас телепатия герцога Кернского вновь сработала. Только удовлетворять любопытство золотой девочки блондин не пожелал.
   - Извини, я не могу обсуждать столь важные вопросы с животным, - сказал он и замер, выжидательно глядя на меня.
   Намёк был ясен и не нов - мол, стоит тебе, Астрёныш, обернуться человеком, и сразу же обо всём узнаешь. То есть, по факту, меня снова шантажировали!
   - Ву-у-у. - Глядя в серые очи, сообщила я. Что в данном случае означало: не больно-то и хотелось.
   Прежде чем этот манипулятор успел развить тему, я подсунула голову под подушку. Идите, ваша светлость, лесом. И не смейте играть на моём любопытстве!
   Дантос посыл понял и действительно отстал. По крайней мере в том, что касается манипулирования и прочего шантажа.
   - Мыться пойдёшь? - Донеслось сквозь толщу гусиного пуха.
   Я задумалась на миг и решила - нет, сегодня буду спать грязной, потому что сил, повторюсь, никаких. Вот если бы кто на ручках в ванную отнёс и помыл, тогда - да, но этот "кто" ранен, и я первая его покусаю, если попробует меня поднять и напряжет тем самым плечо. К тому же, не такая я и грязная, даже с учётом того, что большую часть времени мы с детьми провели в саду.
   - Ладно, понял, - после очень долгой паузы сообщил Дан. Но прежде чем удалиться в ванную усмехнулся и добавил: - Кстати, здорово ты сегодня мёртвой притворялась. Даже я почти поверил.
   Я снова фыркнула, на этот раз из-под подушки.
   Да, притворялась. Как только осознала, что единственный способ избавиться от внимания императорских чад - это помереть, так сразу легла и дышать перестала. Кстати, способ оказался действенным. И если бы принцесса Мисси не разревелась, я бы ни за что не ожила. Я ведь даже на попытки Руала оторвать мёртвому дракону крыло не реагировала!
   Кстати... Кстати о назойливом внимании. А что если мне действительно взять и инсценировать свою смерть? Ведь если я умру, то блондинчик, непременно, от меня отстанет, а я...
   - Даже не думай, - сказал Дантос, и голос прозвучал настолько строго, что я аж подпрыгнула. - За такое точно отшлёпаю. И не как в прошлый раз, а по-настоящему, ремнём.
   Увы, иронизировать по этому поводу не хотелось. Дан прав, инсценировка смерти - это слишком жестоко. Одно дело жить и знать, что человек, оставивший след в твоём сердце, где-то существует и, возможно, счастлив, и совсем другое - думать, будто он ушел в холодные чертоги, возврата из которых нет. Впрочем, если эта жестокость может спасти жизнь, то почему бы не попробовать?
   Так! Минуточку!
   Я вытащила голову из-под подушки и хмуро уставилась на Дантоса. В голове вертелся принципиально важный вопрос - мысль об инсценировке смерти блондинчик с помощью логики вычислил или это в самом деле телепатия была?
   - Даже не мечтай, - глядя прямо в глаза, повторил мужчина.
   В этот момент я поняла - с предстоящим побегом всё действительно очень печально. Телепатия тут или нет, но Дан вычисляет меня на раз, без всяких усилий. Но выход всё равно есть, верно? Главное, не отчаиваться и не опускать лапки. А ещё... я, кажется, знаю, в каком направлении копать.
   Впрочем, нет. Не кажется. Я действительно знаю!
   Но прежде чем начинать "раскопки", хорошо бы устроить контрольную проверку - а вдруг это всего лишь совпадения были, а?
  
   Лежу. Лежу на подоконнике в кухне и очень внимательно наблюдаю за Роззи, которая варит малиновый джем и одновременно лепит пирожки с вишней. Мимо то и дело снуют слуги, сама кухарка поглядывает на маленького дракона хитро, но с симпатией.
   Ещё бы! Я же самая преданная и искренняя поклонница её кулинарных талантов! И отдельно - поклонница пирожков с вишней.
   Более того - я эти пирожки не просто люблю, а вроде как обожаю до дрожи. Вчера Роззи испекла всего полдюжины и сегодня утром их подали к завтраку. Я съела все! И те, что были отданы мне, и те, которые Дантосу предназначались. А потом удрала на кухню в надежде на добавку.
   Причём удирала хитро, в момент, когда Дантос в ванную ушел. И ничуть не удивилась тому, что всего через пять минут светлость тоже во владениях Роззи нарисовалась.
   Правда, блондинчик сюда не ради пирожков явился... Он, как ни трудно догадаться, искал меня.
   А я что? Я ничего. Ничего плохого не замышляю! Просто лежу и жду, когда Роззи поставит противень в печку, а потом вытащит его и накормит маленькую, жутко голодную девочку. То бишь меня.
   Отличный повод поошиваться на кухне, правда?
   Вот и Дантос так решил, и придраться не смог, хотя точно хотел. А потом ушел, предоставив мне возможность спокойно продолжить начатое.
   Лежу. Лежу и старательно изображаю интерес к процессу готовки. Одновременно прислушиваюсь к окружающим звукам и пытаюсь не думать о том, что пирожки мне совсем не нужны.
   Нет-нет, они действительно очень вкусные, но того, что съела за завтраком, вполне хватило. И вообще, два пирожка, отнятые у светлости, даже лишними были, но... мне требовалось создать ажиотаж.
   Вот. Создала. А теперь...
   Лежу! Лежу и жду возможности проверить, что к чему. И очень надеюсь, что возможность эта представится до того, как "главная причина" моего пребывания на кухне испечётся.
   Надежды оправдываются!
   В какой-то момент в наполненное ароматом малины помещение вваливается Этен и сообщает, что к нам господин Борен прибыл.
   Господина Борена я уже знаю - это торговец, который припасы в особняк привозит. И, собственно, именно на его визит больше всего и рассчитывала.
   Роззи, конечно, тут же бросает лепку, вытирает руки и мчится на улицу. А я, словно нехотя, встаю, потягиваюсь и, спрыгнув с подоконника, топаю по следам кухарки.
   Дверь уже закрыта, но не заперта. Конечно, я могу справиться с ней без посторонней помощи, но не хочу - замираю поблизости. И когда дверь распахивается, чтобы впустить в дом Этена, груженого плетёной корзиной, выскальзываю наружу.
   А дальше вопрос ловкости.
   Прошмыгнуть мимо Этена, обогнуть толстую Роззи и господина Борена, ускользнуть от взгляда вездесущего Жакара, который здесь каким-то образом очутился, и, пробежав за телегой, спрятаться за ближайший куст. А дальше мелкими перебежками к далёким запасным воротам и калитке для прислуги.
   К счастью, там, у калитки, тоже кустик имеется. Затаившись за этим кустом можно покараулить, когда господин Борен обратно поедет и попробовать выбраться с территории поместья.
   Но ждать когда торговец закончит общаться с Роззи и Жакаром не приходится. Едва успеваю забежать за куст, калитка для прислуги открывается, впуская Полли.
   Зачем наша старшая горничная ходила в город, я не знаю. Да и неважно это, если честно. Куда важнее то, что закрывать калитку девушка не спешит и маленькому дракону удаётся прошмыгнуть мимо её юбки и...
   А вот тут всё. Затык и засада в одном флаконе. Не успевает дракон переступить невидимый порог, как перед самым его носом возникают высокие, начищенные до блеска сапоги. А порыв лёгкого ветра приносит запах, и... поднимать голову, чтобы узнать, кто перед тобой, совсем необязательно. Дантос! Герцог Кернский!
   Ну почему, прежде чем сунуться к калитке, я к драконьей сущности не обратилась, а? Впрочем, в данном случае это неважно. Я же не собиралась сбегать, всего лишь проверяла. И результаты проверки, увы, не утешительные.
   - Что? - донеслось сверху. - Опять?
   Я не ответила. Шумно вздохнула, развернулась и направилась обратно к дому.
   Выходит, всё правильно. Получается, никаких совпадений. Я действительно в западне, но как выбраться всё-таки знаю. Главное - набраться терпения и не унывать. И молиться, чтобы Леди Судьба не привела в этот особняк кого-нибудь из моих сородичей...
  
   С того памятного вечера, когда меня посетило озарение, прошло почти две недели. Всё это время я пыталась держаться непринуждённо и мысли о побеге в голову не пускала. Я ела, гуляла, плавала в огромной роскошной ванной герцога Кернского. Валялась на кровати, прыгала по подоконникам, и даже летала по саду.
   Я была драконом! Всё таким же маленьким, красивым и послушным. А то, что Роззи пару раз гонялась за мной с половником, Полли подсела на успокоительные пилюли, а старший конюх с некоторых пор чуть-чуть заикался - не в счёт.
   Сами нарвались.
   Особенно конюх!
   Зато светлость, в отличие от прислуги, никаких неудобств не испытывала. Причины? Ну скажем так - он вёл себя чуточку умнее, и на неприятности не нарывался. Даже когда его к этим самым неприятностям подталкивали.
   Осень уже не подкрадывалась, а прямо-таки наступала. Солнечные дни стали редкостью, небо всё чаще хмурилось и плакало. Камины теперь разжигали каждый день, и однажды мне даже удалось выспаться на углях.
   О визитах императорских детишек речи уже не заводили. Других попыток доказать мне, что быть кузиной выгоднее, нежели домашним животным - тоже не предпринималось. Бойкот, как ни странно, отменили.
   Кое-кто сероглазый, вероятно, пришел к выводу, что меня проще взять измором, нежели провокациями. В таком подходе был определённый смысл, но я сдаваться не собиралась. Грустить и впадать в пессимизм тоже отказывалась, хотя поводы были. Я просто ждала, и каждый вечер молчаливо молила Леди Судьбу и Леди Удачу о помощи.
   И вот, спустя две недели, моё терпение было вознаграждено.
   Я не сразу поняла, что это именно то событие, о котором мечталось. Что вот он - тот самый фактор неожиданности, просчитать который невозможно. И когда Жакар ввалился в кабинет, расположенный на третьем этаже, дабы передать Дану записку, внимания, в общем-то, не обратила.
   Зато дальше игнорировать ситуацию было невозможно, ибо прочтя записку, блондинчик подскочил и стремительно направился в спальню. А буквально через пару минут вышел оттуда совершенно одетым и даже причёсанным.
   Судя по наряду, он собирался в какое-то очень приличное место, и тот факт, что на часах уже начало второго ночи, Дана не волновал.
   В голову закралось нехорошее подозрение - у него что, новая леди Жанетт завелась?
   Эта мысль не то чтобы задела, но заставила подняться, спрыгнуть с кресла и устремиться к письменному столу, где Дан записку бросил. Я успела взобраться на стул, а вот дальше - упс. Герцог Кернский умыкнул бумажку прямо из-под носа.
   - Ронал вызывает, - пояснил он. - Срочно.
   Драконье чутьё подсказывало - светлость не врёт, но... нестыковочки знаете ли!
   После того нападения, отношение Дантоса к магии сильно смягчилось - видимо, понял, что неприятие этого элемента нашей жизни ничего не меняет. С тех пор Дан частенько пользовался разными предметами, в том числе амулетами связи. В частности, с королевской канцелярией, он только по амулету общался. А тут вдруг записка?
   И второе - если он к Роналу, то какого беса столько духов на себя вылил? У меня уже в носу свербит от концентрации запаха.
   - Ву-у-у, - сказала... ну просто потому, что сказала.
   А герцог Кернский внезапно замер, прищурил серые очи. Ещё миг и на его губах расцвела улыбка.
   - Малышка, неужели ты ревнуешь?
   Пуф...
   Вот он, один из немногих моментов, когда действительно жаль, что у драконов очень скудная мимика. Жутко хотелось скривиться, чтобы показать своё отношение к догадкам некоторых, но я не смогла. Поэтому просто закатила глазки и отвернулась.
   Дурак.
   Нет, не так: дурак с самомнением!
   - Знаешь, а это приятно, - сообщил Дантос тихо. - Значит, я всё-таки небезразличен.
   Продолжать разговор не хотелось. Но вовсе не потому, что возразить нечего, просто это лишний повод для бесплодных мечтаний. Не моих, разумеется. Я к подобному вообще не склонна - за семь лет в цирке из меня непробиваемого прагматика сделали.
   Так что я спрыгнула со стула и направилась в спальню. Как бы намекая Дантосу - мне глубоко плевать, куда ты сваливаешь.
   Тем не менее, он не преминул "отчитаться":
   - Я постараюсь не задерживаться.
   Угу.
   А в момент, когда я переступила порог спальни, драконье чутьё уловило тревогу. Она была подобна гигантской волне, которая поднялась над берегом и обрушилась на него со всей силой. Ощущения принадлежали, конечно, Дантосу, и я резко обернулась, но... на губах герцога Кернского по-прежнему играла беззаботная улыбка.
   Ещё миг, и ощущение бешеной тревоги исчезло - то есть кое-кто пытался прятать свои чувства не только на уровне тела, но и души. И, как ни удивительно, это ему удавалось.
   Поймав мой слегка ошарашенный взгляд, хозяин особняка подмигнул и добавил:
   - Не шали без меня.
   Я совершенно бездумно кивнула, а Дан развернулся и направился прочь. Спустя полминуты я услышала стук прикрытой двери и, не выдержав, плюхнулась на попу.
   Это что вообще сейчас было?
   Впрочем, заморочиться на происходящем маленький дракон не успел. Просто именно в этот момент сообразила - вот оно! Здесь и сейчас очень кстати совпали сразу два фактора - неожиданность и явная эмоциональная нестабильность Дана. То есть у меня появился нешуточный шанс на... побег.
   Больше на инстинкте, нежели повинуясь разуму, я вскочила и поспешила вглубь спальни, чтобы ловко запрыгнуть на один из подоконников и вглядеться в очертания подъездной дорожки. Зажмурилась, пытаясь сопоставить все "за" и "против", и вот теперь окончательно убедилась - да, оно!
   Мысленно поблагодарив герцога Кернского за то, что на окнах второго и третьего этажей магической защиты нет, я приподнялась на задних лапах и поддела когтем верхнюю щеколду. С третьей попытки мне удалось её отодвинуть, а справиться с нижней было легче лёгкого. Дальше - совсем просто. Опять приподняться на лапах и, ухватив зубами ручку, потянуть створку на себя.
   Едва я справилась с окном, в заполненную жаром спальню ворвался порыв холодного воздуха, но маленький дракон даже не поморщился. И запоздало порадовался тому, что уходя Дан светильники погасил, так что все эти манёвры с улицы не слишком заметны.
   Без лишней осторожности я высунулась наружу. Конюшню с этого ракурса видно не было, но тонкий драконий слух уловил приглушенный стук копыт и шелест гравия под колёсами - то есть карета уже выехала. Ещё минута и она подрулит к парадному крыльцу, чтобы забрать герцога.
   Сообразив, что времени ещё прорва, я попятилась, дабы тут же спрыгнуть на пол и помчаться в кабинет.
   Угрызения совести? Нет, не знаю таких. Вернее, не желаю знать!
   Ну да, я собиралась воспользоваться тем, что мысли Дана заняты какими-то срочными государственными вопросами, но что теперь? Это для его же блага. Для его же безопасности!
   В конце концов, ничего смертельного. Блондин погрустит и забудет. Зато останется жив, а я... Я поступаю так как должна, а дальше - будь что будет.
   Очень быстро и настолько легко, будто сама Леди Удача рядом стояла, я открыла дверцу стола и выдвинула один из ящиков. На тот факт, что встреча с драконьими зубами плохо сказалась на латунной ручке, внимания, конечно, не обратила - просто ухватила один из кошелей и побежала обратно в спальню.
   Прыжок, и я на подоконнике. Ещё шаг, и... снова на подоконнике, но уже внешнем. Взмах крыльями, и я лечу - лёгкая, быстрая и ужасно целеустремлённая. И искренне радуюсь тому, что успела, что карета уже отъехала, но к воротам ещё не подкатила.
   Я смогу её догнать. Точно смогу!
   Единственное, что раздражает, это... нет, не совесть, а внешняя подсветка дома, фонарики вдоль подъездной дорожки и заднее окно кареты, через которое меня легко увидеть. Но кто не рискует, тот не живёт. Поэтому я лечу.
   А когда карета притормаживаем у ворот, умудряюсь плавно опуститься на полку для багажа.
   Замираю. Крепче сжимаю зубами украденный кошель и втягиваю голову в плечи. Точно знаю - вот теперь у пассажира нет никаких шансов меня заметить, и он слишком занят, чтобы почувствовать присутствие пленницы.
   Но! В случае Дантоса возможно всякое, поэтому радоваться ещё рано. И я не радуюсь, а скукоживаюсь в глупой попытке стать меньше горошинки.
   Карета ускоряется... Я не вижу, но знаю - именно сейчас мы преодолеваем границу ворот. Перестаю дышать, предчувствуя подвох в виде какого-нибудь нового, особо извращённого защитного экрана, который пропускает всех, кроме девочек с чешуйками и спинными шипами, но... Ничего. Чисто. Прошли!
   Экипаж поворачивает. Гулкий стук копыт сменяется звонким цокотом - улица-то не гравием посыпана, а вымощена брусчаткой. Свист кучера, свист кнута, и лошади переходят на рысь.
   А я, шумно втянув ноздрями воздух, расправляю крылья и прыгаю в небо.
   Всё. Свобода!
  

Глава 3

  
   Лечу! Купаюсь в чёрном, затянутом тучами небе, как в океане. Вспарываю носом воздух, ловлю крыльями порывы ветра, позволяю себе кувыркаться, закладывать виражи и парить.
   Там внизу столица нашей империи. Центр города освещён множеством огней и если подняться выше, то может показаться, будто перед тобой вовсе не город, а россыпь магических кристаллов всех мастей.
   Но мне эти кристаллы не нужны. Наоборот! При взгляде на сверкающее великолепие, становится жутковато. Просто тут, в столице, с дюжину таких, как я, и мне доподлинно известно - нищих среди них не водится. То есть они не на окраинах живут, а здесь, в центре.
   Сбегая от циркачей, я об этом не думала, и только позже поняла, как мне повезло, что на "своих" не нарвалась. Но тот побег был спонтанным, а этот всё-таки спланированный, и теперь я точно знаю что делать.
   Лечу! Прочь от магических огней. К окраине. Туда, где нет особняков, летних резиденций, и торговых лавок с подсвеченными магией витринами. Где лишь уличные фонари, одинокие и редкие.
   В прошлый раз, когда я прыгнула в небо и напоролась на защитный купол, я была готова показаться "своим" в облике дракона, сейчас - нет. Просто теперь у меня есть деньги и, следовательно, выбор.
   Мне нужна одежда. Мне нужна гостиница. А вот потом встретимся и поговорим.
   Лечу...
   Заложив очередной вираж, снижаю скорость и снижаюсь сама. Начинаю вглядываться... Нет, меня не вывески интересуют, и даже не окна. В данный момент я обращаю внимание на дворы и дворики.
   У драконов прекрасное зрение, и в темноте мы видим преотлично, так что трудностей никаких. А драконья сущность не только людей, но и собак чует.
   Именно наличие сторожевых псов, заставляет меня пронестись мимо двух дворов, где очень много белья сушится, где очень велика вероятность найти что-то подходящее. Зато в третьем охраны точно нет, и я спускаюсь, чтобы врезаться лапами в твёрдую, но мокрую от последних дождей землю и выплюнуть кошелёк.
   И тишина...
   Впрочем, кое-какие звуки тонкий драконий слух всё-таки различает, но они настолько далёкие и тусклые, что это не в счёт.
   Сделав несколько шагов вперёд, придирчиво осматриваю ближайшую из многочисленного ряда верёвок. Количество белья намекает - накануне в доме, к которому примыкает двор, был постирочный день. А так же на то, что тут живёт не только габаритный мужчина и три малолетних сорванца, но ещё и женщина - ведь кому как ни женщине могут принадлежать три передника, которые сушатся с краю?
   Последнее воодушевляет. Раз есть передники, следовательно, должны найтись и платья. Ну хотя бы одно! И даже размер сейчас неважен.
   Повинуясь этим мыслям, подхожу и подныриваю под простынь, чтобы очутиться в следующем ряду. Потом перехожу в третий, и тут оно - чудо! В смысле платье. Простенькое, голубое, но более чем пристойное. А самое занятное - это мой размер.
   Я на подобное везенье вообще не рассчитывала, но, увидав искомое, не растерялась. Вновь обратилась к драконьей сущности и, убедившись, что людей и собак поблизости нет, застыла, взывая к родовой магии.
   Боль! Да, опять. Как, собственно, и всегда. Но сейчас она приносит какое-то странное облегчение. Я переношу трансформацию очень легко, мне даже не приходится стискивать зубы, чтобы сдержать крик.
   А вот дальше - трудней. Драконья шкура спасала от ночного холода, а теперь я ощущаю его более чем отчётливо. Холод обжигает! А ещё я слепа и глуха, потому что "человеческие" возможности бесконечно далеки от звериных.
   Ну и ещё кое-что - грязь. Я стою на четвереньках и чувствую, как колени и ладони буквально тонут в тоненьком слое земляной жижи. Это ужасно неприятно, но что делать?
   Когда дурнота, сопровождающая процесс трансформации, отступает - поднимаюсь на ноги и вытираю ладони о бёдра. Аккуратно, стараясь не испачкать, снимаю с верёвки платье и устремляюсь туда, где оставила кошелёк. Я не готова воровать у тех, кто живёт в столь скромном доме, я хочу заплатить.
   Вокруг очень темно. Луна спряталась за облаками ещё в тот миг, когда я отпирала окно герцогской спальни, и проявиться с тех пор не соизволила. На небе только звёзды, их света категорически мало, но что-то я всё-таки вижу. В частности, замечаю у стены грубо сколоченный ящик, на который можно положить платье. Собственно, это и делаю. После подхватываю бархатный мешочек и спешно развязываю стягивающий его шнурок.
   И едва успеваю прикусить губу, чтобы не застонать в голос!
   Освещения по-прежнему не хватает, но содержимое кошелька я различаю. Из глубин души тут же поднимается волна раздражения.
   Ну Дантос! Ну... светлость! Чтоб ему... жену хорошую и дюжину здоровых умненьких детишек! И расположение императорского семейства! И всего того, чего сам себе желает!
   С шипением, достойным разбуженной посреди спячки гадюки, вынимаю полновесный золотой и, сжав в другой руке кошель, устремляюсь к внутренней двери дома - хочу оставить монету на пороге, чтобы точно заметили.
   А тут, у лестницы из трёх ступеней, опять удача! На невысокой приставной скамеечке стоят несколько пар башмаков и одни туфли. Чинили эту обувь или просто вымыли и оставили снаружи, дабы проветрилась - понятия не имею. Но сразу же вынимаю из кошеля ещё один золотой, как плату за туфли.
   Обувь далеко не новая и таких денег, вообще-то, не стоит, но сейчас не время жадничать. Аккуратно положив монеты на нижнюю ступеньку, я хватаю обувку и спешу обратно, к ящику, на котором оставила платье.
   Уже не с шипением, а с рыком, сворачиваю платье в узел, впихнув обувь и кошелёк в самую середину, и опускаюсь на четвереньки. Родная магия пенится молодым вином, и тело почти мгновенно охватывает боль трансформации.
   Несколько секунд забытья и я снова дракон!
   Дракон, хватающий зубами узел и взмывающий в небо.
   Ну Дантос, ну погоди! Если мои подозрения подтвердятся, то я тебя... то я тебе... нет, я ещё не знаю, что с тобой сделаю, но тебе точно не понравится!
  
   С места преступления я улетала более чем поспешно. И хотя смелые и отважные в таком не признаются, лично я сказать могу: пока улепётывала, не только злость чувствовала, но и кое-что ещё...
   Беспокойство. Оно было необычным - очень сильным и чем-то похожим на чесотку. Причём принадлежало ощущение не мне, а драконьей сущности, и исчезло сразу после того, как я опустилась на одну из крыш и сменила ипостась.
   Я могла задуматься, принять это беспокойство за некий знак свыше, но времени на рефлексию не имелось. К тому же, как только я натянула украденное платье, случилось другое, куда более любопытное с точки зрения знаковости событие - тучи разошлись, и на небе появилась луна.
   Её свет был очень ярким, и развеял не только ночной мрак, но и последние сомнения - да, сегодня Леди Удача точно на моей стороне играет. А раз так - всё получится. Всё непременно будет по-моему!
   С этими мыслями я опять развязала злосчастный кошелёк и высыпала его содержимое в собственный подол. И зарычала громче прежнего!
   Причины? Ну, во-первых, в этом кошеле должны были находиться серебро и медь - я знаю, я проверяла! А бархатный мешочек оказался набит по большей части золотом, что означало - Дантос вариант ограбления рассматривал и поменял монеты, дабы увеличить мои шансы на выживание. Ведь чем больше денег, тем проще жизнь.
   Ну а во-вторых, кроме монет, в мой подол записка упала. И записку эту я, разумеется, прочла...
  
   "Дорогая, если ты читаешь эти строки,
   значит, ты всё-таки сбежала.
   Очень тебя прошу - вернись. Лучше - прямо сейчас.
   Не заставляй меня идти на крайние меры.
   С любовью, Д."
  
   Послание вызвало смешанные чувства. С одной стороны герцог Кернский признавался в любви, с другой - в тексте содержалась открытая угроза. Последнее можно было принять за блеф, но я слишком хорошо знала Дантоса. А ещё, в силу своего прошлого, понимала, на что именно следует обратить внимание.
   Поэтому, отбросив записку, я подхватила бархатный мешочек и принялась ощупывать швы. Через полминуты подозрения подтвердились, а тишину спящего города вновь нарушило предельно злое шипение.
   Да, всё верно - в один из швов был зашит крошечный поисковый кристалл. То есть меня могли обнаружить в любую, бес её пожри, секунду!
   Ужасно захотелось вскочить и попинать... ну хотя бы печную трубу. Но я вовремя вспомнила о высыпанных в подол монетах и от опрометчивого шага удержалась. Вздохнула, пытаясь вернуть себе способность мыслить здраво, и начала собирать деньги в намерении переложить их в карманы. Записку тоже в карман пихнула, сама не знаю зачем.
   Менять форму и лететь на другой конец города я не собиралась - желание оказаться как можно дальше от места, где брошен кошелёк, слишком предсказуемо. Но и сидеть на крыше, в обнимку с поисковым кристаллом, тоже не могла. Так что, покончив с вопросом передислокации финансов, отбросила пустой мешочек в сторону и отправилась искать спуск с этой дурацкой крыши.
   Мне оставалась малость - спуститься, отойти на безопасное расстояние и сменить облик. Отдельным, особенно приятным моментом являлось то, что вместе с физическим телом, изменится и запах. То есть ещё чуть-чуть и найти меня станет действительно невозможно.
  
   Стою. Стою и... злюсь невероятно! До сжатых кулаков и зубного скрежета.
   Ужасно хочется закричать, впечатать кулак в бочку для дождевой воды, а потом развернуться и, покинув этот узенький переулок, отправиться... в центр города. К знакомому забору, за которым скрыт особняк новой постройки.
   Хочется подойти, вцепиться в решетку ворот и... дёрнуть как следует. Чтобы увидели, чтобы заметили, чтобы вызвали хозяина, который...
   Нет, если мы встретимся, я точно попытаюсь расцарапать холёную аристократическую физиономию. И даже осознание того, что он сильнее и, безусловно, мою атаку погасит, не остановит.
   Просто... просто это нечестно. Несправедливо. И совершенно неправильно! Он не может, он не должен выигрывать каждый последующий раунд, но... у него, бес меня пожри, получается.
   Как, спрашивается? Почему?!
   Если посмотреть на ситуацию со стороны, если взглянуть на происходящее рационально, то герцог Кернский, конечно, не причём, но... Опять это "но". Кажется, оно преследует меня с самого первого дня. С того самого момента, как я покинула родной город.
   Время, проведённое с Ластом - не в счёт. Я готова согласиться с тем, что тот период моей жизни был подчинён воле и знаниям корыстного мага. Готова признать - именно он, Ласт, спасал меня от встреч с одарёнными, и именно его смекалка уберегла от возвращения к народу метаморфов. Но всё что происходило после...
   Труппа Шеша посещала все города империи. За семь лет проведённых на арене меня видело множество аристократов всех мастей. Охотники за редкостями среди наших зрителей тоже встречались. А ещё бандиты, коллекционеры и прочие сомнительные личности.
   Но никто и никогда не обращался к главе труппы с предложением выкупить единственную в своём роде зверушку. Попыток выкрасть карликового дракона тоже не было, хотя их и ждали.
   Меня воспринимали как нечто... обыденное. Словно кто-то глаза отводил. Будто какая-то высшая сила не давала возможности сосредоточиться и осознать всю выгоду от обладания уникумом.
   Именно благодаря этой откровенно странной невнимательности людей, я оказалась в столице и... познакомилась с Даном.
   А что теперь?
   Я не могла трансформироваться. Я стояла в узком проулке, возле огромной бочки, куда стекала дождевая вода с крыши близлежащего дома, и просто не чувствовала родовую магию.
   Вернее как - стоило вызвать перед мысленным взором образ золотого дракона, и кровь тут же вскипала, а тело наполнялось силой метаморфа. Зато остальные образы никакого отклика не вызывали. Я не могла измениться. Я не имела возможности превратиться в другого человека. Только в дракона. Это ли не подлость?
   Сперва не верилось. Вначале думалось, что виной всему страх перед грядущим наказанием и подсознательное нежелание возвращаться к "своим". Но спустя пару часов размышлений и попыток стало совершенно ясно, что проблема в другом.
   Мне о таком не говорили, но логика подсказывала: семь лет в запрещающем ошейнике не могли пройти бесследно. Тело настолько привыкло к форме карликового дракона, что другие трансформации стали попросту невозможны.
   И всё бы ничего, но... Дантос! Герцог Кернский видел меня в истинном обличие. Он сможет узнать, если встретит. А если пустит по следу собак, то... я пропала.
   Нет, я действительно пропала!
   Я снова в западне, а он выиграл этот раунд. Причём, что самое обидное, выиграл случайно. Ведь Дантос не мог знать, чем обернётся для меня общение с "подарочком" Ласта. Этого не знал никто!
   Значит, остаётся надеяться на Роналкора и важное дело, по которому он герцога Кернского вызвал - вдруг это дело до самого утра Дана задержит? А ещё на... чудо. Ведь как бы там ни было, но сегодня Леди Удача точно на моей стороне играет. И она слишком много для меня сделала, чтобы просто взять и отдать в руки блондинчика.
   Мысль о Леди Удаче заставила встрепенуться, собраться и осторожно выглянуть из переулка, в котором я пыталась сменить облик и заодно от ночных напастей в виде пьяниц, воров и прочих сомнительных личностей пряталась. А, обнаружив, что улица пуста, выскользнуть из укрытия и поспешить прочь - помнится, пролетая над кварталами, я видела нечто похожее на здание храма.
   Может и ошибаюсь, но почему не поискать? Тем более, ночь отнюдь не тёплая, а украденное платье от холода совершенно не спасает. К тому же, в храме точно безопаснее, чем на улице. Ну и ещё кое-что: помощь высших сил сейчас нужна позарез, так почему бы не потратиться на пару свечей?
   Впрочем, нет. Пары в моём случае мало. Если найду храм, то на пару дюжин свечек раскошелюсь!
  
   Леди Удача в самом деле была милостива - храм я отыскала быстро, буквально за четверть часа. Массивная дверь, конечно, оказалась не заперта - это только в маленьких городах и в сёлах храмы на ночь закрывают, а тут ситуация другая.
   У двери дежурил послушник в мешковатой синей рясе. Он больше походил на вышибалу какого-нибудь очень злачного кабака, и я внутренне сжалась, когда этот детина приподнялся со стула в явном намерении заступить дорогу. Но неприятности не случилось - разглядев меня, послушник кивнул и вновь рухнул на стул. Я же устремилась к небольшому прилавку, расположенному здесь же, на входе.
   Когда запустила руку в карман платья, в намерении достать монету, в сердце снова вспыхнула притихшая, было, злость. Дантос! Насколько всё-таки продумана и коварна эта аристократическая зараза!
   Будь он менее смекалист, то мне бы достался кошель, наполненный исключительно золотыми. А золотые это что? Правильно! Это всегда проблемы, потому что денюшка слишком крупная.
   Но блондинчик всё рассчитал. Он добавил в кошель и серебра и меди, избавив меня от части проблем.
   Вот как сейчас - просто нащупала в кармане серебрушку, которая толще и менее рельефная, и купила... нет, не две, а четыре дюжины самых хороших, белых свечек. В обнимку с которыми и направилась вглубь довольно скромного, особенно по меркам храмов, помещения.
   Прогулявшись между двумя рядами скамеек, оказалась у алтарного возвышения и свернула влево. Именно там, в одной из многочисленных ниш, пряталась интересовавшая меня статуя.
   Леди Удача была, как и всегда, улыбчива и чуточку лукава, а из-под пышной юбки дорогого платья, в которое одел богиню неведомый мне скульптор, выглядывала голая ступня.
   Вообще, эта ступня была непременным атрибутом - этакий символ обманчивости. И я всегда воспринимала данный знак спокойно, но только не теперь. Здесь и сейчас я видела в обязательном символе подвох - ведь это не Леди Удача, а я, Астрид! Только не настоящая, а так... Астрид в роли кузины герцога Кернского. Самозванка в особняке и жизни высокородного аристократа.
   Нет, такой доли мне, определённо, не хочется. Пусть рядом с ним будет другая - по-настоящему достойная и титула, и дорогих платьев, и любви этого удивительного человека.
   Зажигая и расставляя свечи, я просила Леди Удачу о милости и помощи для себя. А когда стало ясно, что все купленные свечи в маленькой нише не поместятся - вздохнула и направилась в противоположную часть храма, к статуе Леди Судьбы.
   Образ этой дамы дышал строгостью, но глаза, раскрашенные разноцветной эмалью, смеялись. Глядя на изваяние, я тоже невольно улыбнулась и принялась... просить за Дантоса. Пусть уже найдёт своё счастье и успокоится. Он это, безусловно, заслужил.
  
   Когда ночная мгла начала сменяться предрассветной серостью, стало ясно - решение укрыться в храме было более чем верным. А тот факт, что Леди Удача действительно на моей стороне играет, нашел самое явное подтверждение.
   Дело в том, что под утро небо затянуло тучами, и заморосил дождь. Медленно, но верно вода смывала запахи, уничтожая незримый след, по которому можно пустить ищеек.
   Но не это главное! Куда занятнее то, что когда я вышла на улицу в намерении подышать свежим воздухом, заметила на противоположной стороне лавку готового платья. Собственно то, что мне сейчас больше всего нужно.
   Захотелось подпрыгнуть от счастья, а потом вернуться в храм и скупить все оставшиеся свечи, но я сдержалась. Просто места в нише, где стояла статуя моей ветреной покровительницы, уже не было - я и так перестаралась. В итоге пришлось ограничиться обещанием, что отблагодарю Леди Удачу позже и, спустя ещё час, когда окончательно рассвело, вновь выйти на улицу.
   В миг, когда я покинула храм, к дверям лавки подошла ничем не примечательная девица. Я видела, как она вытащила из кармана ключ, чтобы вскоре толкнуть тяжелую створку и войти внутрь. Это был очередной знак, очередной виток везения, которым я и поспешила воспользоваться...
   Вообще, со стороны всё выглядело довольно неприглядно и даже странно. Да, я раздобыла и платье, и обувь, и даже волосы в косу заплела, но всё равно казалась сущей оборванкой. Подозреваю, что будь на месте девушки хозяйка или хозяин, они бы выгнали такую посетительницу взашей. Или, чего доброго, вызвали стражу.
   Но помощница, открывшая лавку, на подобное не решилась. А когда я вздёрнула подбородок и строго заявила, что заплачу золотом, сделала книксен и помчалась доставать из закромов лучшие наряды.
   Через полчаса из примерочной вышла уже не нищенка, а зажиточная горожанка, которая, впрочем, задерживаться в столице не собиралась. Дорожное платье из тонкого тёмно-зелёного сукна село настолько хорошо, что даже подшивать не пришлось. С бельём, шарфиком и плащом проблем так же не возникло. А вот шляпки и перчаток в лавке не нашлось. Сапог, разумеется, тоже.
   Но расстраиваться я не спешила - по-прежнему верила в Леди Удачу и та, как ни странно, не подвела.
   Стоило мне заикнуться об обуви, дверь лавки распахнулась, впуская в тесноватое помещение дородную пышнотелую женщину. Увидав меня, она сперва растерялась, после расплылась в любезной улыбке. А когда Зосси - именно так звали помощницу, подбиравшую мне наряд - приветливо кивнула женщине и сообщила, что "леди желает расплатиться золотом", улыбка стала подобострастной.
   Да, нас посетила хозяйка! И пока она поила меня чаем и пересчитывала монеты, Зосси сбегала на соседнюю улицу, и принесла мне сапоги, шляпку, перчатки, и... саквояж!
   Услыхав цену на эти предметы, я мысленно поморщилась, но торговаться не стала. И к моменту, когда солнце поднялось выше крыш, уже шагала к почтовой станции.
   В небольшом саквояже уместились все мои вещички - то есть краденое платье и туфли, часть монет и три пары сменного белья. Туда же отправилась расчёска, которую умудрилась купить по дороге к почте. А так же глиняная фляга с водой.
   А вот бумажный пакет с булочками я несла в руках, и медленно сходила с ума от пьянящего аромата. Лишь сейчас поняла, как сильно проголодалась. Усталость тоже только теперь накатила, но времени мечтать о тёплой постели, увы, не было.
   И да, планы менялись! Я больше не могла позволить себе такую роскошь, как поиск "своих".
   За несколько часов, проведённых в храме, раз сто пыталась воззвать к родовой магии, но отклика так и не получила - то есть смена облика по-прежнему была невозможна. А это означало, что в случае встречи с герцогом Кернским, буду узнана. Чем не повод лететь из столицы быстрее ветра?
   Нет, если бы речь шла о ком-нибудь другом, я бы, не задумываясь, осталась! Ведь шанс встретиться в столь большом городе крайне мал, но... Но Дантос - это Дантос. У него чутьё и какая-то невероятная продуманность. И я определённо не готова играть с этим человеком. С кем угодно, только не с ним.
   Именно поэтому я спешила к почтовой станции, путь к которой указал один из прохожих, и молчаливо молила Леди Удачу об ещё одной услуге - о карете на Фагор или Вонаркс. Причём такой, которая бы отправлялась сию секунду.
   Как ни смешно, Леди Удача опять услышала. Более того, я оказалась единственной пассажиркой!
   Через полчаса карета уже подъезжала к западным воротам, а невероятно довольная жизнью беглянка, развалившись на сидении, жевала свежие булочки и пила воду из фляги. Сердце полнилось теплом, а душа пела! И именно в тот момент, когда я победно ухмыльнулась и мысленно помахала герцогу Кернскому рукой, экипаж резко затормозил и... остановился.
  
   О том, что остановка не рядовая, я догадалась сразу. Нет, никаких особых признаков - просто почувствовала. Спустя ещё миг, в сердце опять вспыхнула злость, а с губ сорвалось тихое шипение.
   Дантос!
   Повода обвинять блондинчика опять-таки не было, но я точно знала - это из-за него. И неосознанно сжала в кулаке ни в чём неповинную булочку.
   Тёмное сукно дорожного платья тут же усеяли многочисленные крошки, но я внимания не обратила. Нервно швырнула булочку обратно в бумажный пакет, завинтила флягу и, отодвинув засаленную шторку, выглянула в окно.
   И вот теперь подозрения о том, что всё сложно, подтвердились - судя по всему, на выезде из города настоящий затор образовался. Причём стояли то ли в два, то ли в три ряда, невзирая на чины и звания.
   Пронаблюдав ряд экипажей, телег и всадников, я метнулась к противоположному окну. С той стороны очереди не наблюдалось, зато был виден тротуар и шныряющие мимо горожане. Выражения их лиц подсказывали - ситуация необычная, и я решилась спросить.
   Открыв дверцу кареты, высунулась наполовину и окликнула бегущего со стороны ворот мальчишку.
   - Эй!
   Пацан резко притормозил и подарил вопросительный взгляд. Будто в самом деле не понял, что именно меня интересует.
   Пришлось озвучить:
   - Что там случилось?
   - Стражники, - важно пояснил мальчишка. - По личному приказу императора досматривают всех, кто выезжает.
   - А зачем?
   - Преступника ловят, - пожав плечами, ответил информатор.
   - Не преступника, а преступницу, - поправил кто-то, и я повернула голову, чтобы обнаружить поблизости ещё одного паренька.
   А тот глянул пристально, с нескрываемым подозрением, и добавил:
   - Они ищут леди. По описанию очень похожую на вас.
   Удивление? Нет, бес меня пожри, не было такого! Страха тоже не возникло. А вот злость, владевшая моим сердцем, значительно усилилась. Правда виду я не подала - на лице отразилось искреннее удивление и только.
   После чего мальчишкам досталось по медяку, а я захлопнула дверь кареты и вновь развалилась на диванчике. И пусть видеть себя со стороны не могла, но точно знала - глаза мечут молнии.
   Вот, значит, как! Значит, преступница! Ладно, дорогой, я тебя услышала. И поверь - если нам вновь доведётся встретиться, ты за этот беспредел ответишь.
   Желания подхватить саквояж и выскочить из кареты, чтобы затеряться в лабиринте улиц, не возникло. Во-первых, ночь была слишком утомительной, во-вторых, меня могли заметить и поймать если не стражники, то горожане. В-третьих, было совершенно ясно, что проверяют не только западные, но вообще все ворота, то есть выбор у меня невелик: либо пытаться прорваться здесь, либо остаться в столице на неопределённый срок и ждать прекращения проверок.
   Учитывая настырность одного блондинчика, последнее не менее рискованно, нежели первое. Значит, нужно пробовать прорваться!
   А вообще... Дан, бес его пожри, везунчик. Ему прекрасно известно, кто я такая, и тот факт, что стражники ищут леди "по описанию очень похожую на вас" - это тычок пальцем в небо. Почти то же самое, что с защитным куполом над поместьем. Вероятности, объективно говоря, ноль, а Дан пробует и угадывает. Вот ну как у него это получается, а?
   Окружающую тишину вновь нарушило тихое, раздраженное шипение. Но через пару минут, когда карета дёрнулась и несильно, но всё-таки продвинулась вперёд, я шипеть перестала. Просто появилась идея, которая вполне могла сработать. И я поспешила воплотить её в жизнь...
   В миг, когда дверца кареты распахнулась, а передо мной возник тощий стражник с какой-то бумагой в руке, я была готова. А ещё спокойна, доброжелательна и, как и положено молодой женщине, немного любопытна.
   - Офицер? - осторожно, но с улыбкой окликнула я.
   А тот мазнул взглядом по моему лицу, отвернулся, но тут же дёрнулся и вновь уставился на меня. Потом глянул на бумагу и крикнул в сторону:
   - Тоди!
   Ещё мгновение, и рядом с каретой нарисовался второй страж, помоложе.
   Я, конечно, сообразила, к чему все эти телодвижения, но виду не подала. Спросила с прежней беспечной улыбкой:
   - Что-то не в порядке?
   Стражники переглянулись. Первый кивнул на зажатый в руке лист и сказал второму:
   - Подходит.
   А тот выпрямился и, одарив меня суровым взглядом, заявил:
   - Будьте добры покинуть экипаж. Вы задержаны.
   - А по какому поводу? - поинтересовалась я.
   Вместо ответа мне зачитали "список примет"!
   - Кожа белая, глаза зелёные, волосы чёрные до пояса. Рост средний, фигура тонкая. Умопомрачительно красива. - А потом добавили: - Как видите, всё сходится. Поэтому будьте добры...
   Притворное недоумение сменилось настоящим, и я невольно вытаращилась на облачённых в бордовые кители мужчин. Но быстро опомнилась - заулыбалась и кокетливо стрельнула глазками. А ещё поспешила уточнить:
   - Вы поведёте меня в тюрьму?
   - Нет, - буркнул первый стражник. - Вам надлежит пройти на пост и ждать.
   - Чего ждать? - полюбопытствовала я.
   Мужчины снова переглянулись и дружно, пусть и на мгновение, закатили глаза. Я же слегка напряглась...
   - Вы принимаете меня за какую-то преступницу? - Спросила невинно.
   Ответом стало раздраженное:
   - У нас приказ императора. Будьте добры покинуть экипаж и следовать за нами.
   Любопытство никуда не делось, но продолжать разговор было опасно. А смысла упираться не имелось вовсе - ну какая женщина откажется проследовать с теми, кто признал её "умопомрачительно красивой"? Особенно с учётом того, что поведут не в тюрьму, а на пост?
   Вот я и подчинилась! Подсунула одну руку под живот, привстала, и с улыбкой сделала полшага к дверце.
   И тут же услышала:
   - Та-ак... Подождите!
   Садиться на место не хотелось, но пришлось. Просто у меня не было возможности закрепить свой "большой срок беременности" под платьем, и едва я встала, он начал сползать - по крайней мере мне так казалось.
   А стражи не заметили! Они обратили внимание лишь на пузо! И тут же, уже вместе, уставились в бумагу с приметами то ли преступницы, то ли невинной жертвы императорского произвола.
   Потом не менее дружно вперили взгляды в саквояж, который стоял на сидении и всё это время пусть не полностью, но всё-таки загораживая мой живот.
   - Про беременность тут нет, - наконец, сказал первый.
   - Но беременность очень яркая примета, - хмуро добавил второй. - И раз о ней не упомянуто...
   В сердце вспыхнула искорка торжества, но радоваться я не спешила. Наоборот! Состроила обиженную мордашку, выдохнула:
   - А глаза? А... - Я сдёрнула шляпку, хотя выпущенные из-под шляпки пряди сомнений в цвете моих волос не оставляли. - А... а кожа?
   По логике этого спектакля, требовалось пустить слезу, но я не могла. Поэтому скривилась пуще прежнего и приготовилась как следует закапризничать, но вот беда - стражи явно были знакомы с причудами беременных женщин и дверца кареты захлопнулась раньше, чем я успела продемонстрировать новую грань своего актёрского таланта.
   А там, снаружи, прозвучало громкое и предельно раздраженное:
   - Почта, трогай!
   И карета действительно покатила. Медленно, но очень уверенно.
   Если бы кому-то из стражников удалось в этот миг заглянуть внутрь и увидеть мою улыбку, то меня бы непременно задержали. Но они не могли, а я... Да, теперь я действительно торжествовала! И чуть-чуть удивлялась тому, как легко всё прошло.
   Леди Удача? Вряд ли. Вероятно, дело в статусе беглянки.
   Мальчишки или ошиблись, или не поняли, но стражи не преступницу искали. Иначе они бы не купились на столь простой трюк, да ещё так быстро.
   Но если не преступница, тогда кто?
   Увы, додумать эту мысль не получилось... Когда карета нырнула под арку городских ворот, меня охватило острое чувство тревоги. А за ним пришло другое - давно забытое, но настолько сильное, что я невольно выпрямилась и сжала кулаки.
   Метаморф! Он был далеко, но двигался навстречу, причём стремительно. И хотя всего несколько часов назад я была готова исходить полгорода в поисках "своих", сейчас жутко захотелось разминуться с внезапно обнаруженным сородичем.
   Но возможности такой, конечно, не было.
   Желания подвинуться к окошку и попробовать увидеть воочию тоже, в общем-то, не имелось, но я всё-таки подвинулась и посмотрела.
   И... ничего. В смысле, просто всадник, который промчался мимо.
   Он точно почувствовал, что рядом кто-то свой, и даже коня придержал, но дальше этого дело не пошло. Всадник спешил и задерживаться, чтобы выяснить, кто именно покидает столицу, не собирался.
   Это вызвало двойственные чувства. С одной стороны радостно стало, а с другой... это же я! И я здесь! Впервые за последние восемь лет встретилась с кем-то, кто наделён таким же даром, а он... Мимо проехал. Ну что за отношение?
   Скривившись, я снова откинулась на спинку диванчика. А потом тряхнула головой, изгоняя глупые мысли, и сосредоточилась на своём "большом сроке". Вернее, на его ликвидации.
   Вытащила из-под юбки узел, в который сложила всё, вплоть до фляги с водой и пакета с булочками, и принялась разбирать эти пожитки, и укладывать обратно в саквояж. Попутно радовалась тому, что стражники не попытались помочь "задержанной" управиться с багажом. Ведь стоило кому-то из них взять саквояж, сразу бы догадались, что тот пуст. А это крайне подозрительно.
   Выходит, Леди Удача по-прежнему со мной? Что ж, лишний повод улыбнуться и поверить в то, что всё сложится хорошо. По крайней мере в том, что касается первой части моего плана.
   Ну а когда доберусь до родного города... увы, тут даже высшие силы не помогут. Впрочем, неважно. Я готова ответить за свои ошибки. И я за них отвечу.
  
   Несмотря на бессонную и безумно утомительную ночь, глаз я не сомкнула до самого Жанора - небольшого городка, где планировалась единственная остановка. Пока на станции меняли лошадей, я успела посетить дамскую комнату, а так же наведаться в трактир, в результате чего в карету вернулась расслабленной и немного сонной.
   Когда экипаж тронулся, усталость накатила с новой силой. Чувство сытости, а так же понимание того, что самая сложная часть миссии позади, тоже свою роль сыграли. И в какой-то момент, я поняла, что совершенно не хочу сопротивляться дрёме.
   Я сняла шляпку, откинулась на спинку потёртого и местами засаленного диванчика, и закрыла глаза. Ещё миг, и сознание заволокло туманной дымкой, а я провалилась в благословенную тьму.
   Вот только насладиться этой тьмой как следует было не суждено. Очень скоро умиротворённая чернота сменилась цветной картинкой, и меня, как ни упиралась, затянуло в предельно реалистичное сновидение...
   Я уже говорила, что терпеть не могу сны? А про то, что сны отвечают мне взаимностью, рассказывала? Так вот, выяснилось, что всё, что было прежде - лишь цветочки. Маленькие и совершенно безобидные.
   Это было неприятно, но с прошлым в лице Ласта, старейшины Ждана, правил и обычаев своего народа, я смирилась. А с прошлым, которое решило наведаться в гости теперь, свыкнуться попросту не успела.
   У меня не было времени осознать, что всё закончилось. Не было возможности поверить - мы действительно расстались и никогда не увидимся... Поэтому, когда столкнулась нос к носу с Даном, внутренне съёжилась и застонала. Более того! Я дёрнулась в отчаянной попытке вырваться из сна, но сон оказался сильнее. Подобный хищнику, настигшему добычу, вцепился в меня и заставил вновь пережить всё то, от чего так хотелось отгородиться.
   Дан лежал в ванной... Вернее, сидел на скамейке в массажной зоне, вальяжно закинув руки на бортик. Он был без повязки, и я прекрасно видела рубец, который остался от попадания арбалетного болта.
   Рубец походил то ли на звёздочку, то ли на паука. И пусть рана уже сошлась, но цвет кожи ещё не поменялся, так что выглядело всё довольно зловеще. Но я не волновалась. Единственным, что меня заботило, было - как бы Дан не намочил рану. Ведь это только спереди рубец, а сзади ситуация похуже. Но герцог Кернский всем своим видом уверял, что не нарушит предписаний врача и сестру милосердия в моём лице не расстроит.
   Такая покорность была поводом перестать фырчать. А ещё слезть с противоположной скамейки и подплыть к бортику, отделяющему массажную зону от бассейна.
   Прежде чем перевалить через бортик, я оглянулась, даря светлости строгий взгляд, мол - я начеку! Но мужчина подобную бдительность не оценил, усмехнулся и только. Я тоже усмехнулась и, молчаливо наворчав на блондинчика, нырнула в бассейн.
   Вода оказалась сказочно прекрасной - горячей и ласковой. Я поплыла, рассекая воду носом, где-то на середине нырнула аж до самого дна. А вынырнула уже у противоположного бортика и, оттолкнувшись от украшенной сложной мозаикой стенки, поплыла обратно.
   В какой-то момент вскинула голову и заметила выражение лица светлости - губы поджаты, глаза сужены, ноздри подрагивают...
   - Вспомнилось, как кое-кто тонул, - пояснил Дантос. В голосе прозвучали суровые нотки.
   Я подобный тон не оценила и ускорилась. Заложила вираж, перевернулась на спинку, сделала круг по бассейну и снова к бортику, за которым располагалось мелководье в виде массажной зоны, вернулась.
   - Вреднючка, - прокомментировал герцог Кернский.
   Спорить с этим несправедливым обвинением я не стала. Просто перебралась обратно в массажную зону, подгребла к скамейке, на которой сидел Дан и тыркнулась мордой в щетинистую щёку.
   Мой!
   Не в смысле "ты теперь принадлежишь мне", а в смысле - "помой дракона, светлость! А то грязная я".
   - У меня вообще-то ранение, - разгадав посыл, сообщил Дан. И улыбнулся так, что у одной девочки мурашки по чешуйкам побежали.
   Намёк был ясен: мне предлагали принять человеческую форму и помыть не только себя, но и ограниченного в движениях герцога.
   Оскомину предложение превратиться ещё не набило, и обещания сидеть в драконьем теле я пока не давала, но сменить облик всё равно не могла - ведь день на дворе, и мало ли кто в ванную вломится.
   - Я запер все двери и приказал не беспокоить, - вновь сыграл в телепата Дантос.
   Но я на провокацию не повелась - помотала головой, схватила с бортика мочалку и выплюнула её аккурат перед светлостью. Блондинчик притворно застонал, но через полминуты подхватил норовившую утонуть мочалку и потянулся за флакончиком с жидким мылом. Ещё пара минут, и маленькая красивая девочка уже стояла на скамейке и тянула шею, позволяя Дантосу размазывать по золотой чешуе пену и дарить укоризненно-восхищённые взгляды.
   Наблюдать за тем, как светлость моет самого себя я не стала. Просто для того, чтобы намылиться, ему пришлось подняться со скамейки, в результате чего большая часть его тела оказалась над водой. И пусть я уже не раз всё это видела, но густые блондинистые кудряшки внизу живота порядком смущали.
   Да-да! Смущали именно они! Кудряшки! А вовсе не то, что в обрамлении кудряшек находится!
   В общем, пока Дан мылся, я сидела на бортике и смотрела на входную дверь. Изредка скашивая взгляд на зеркало, которое занимало всю противоположную стену. И на тихие смешки, слетавшие с губ светлости, не реагировала!
   А потом было пушистое полотенце, всё те же смешки и настойчивые уговоры:
   - Малышка, ну превратись. Пожалуйста...
   - Терпи, - строго отвечала я. Хотя звучал ответ, ясное дело, как всё то же "Ву".
   Ещё через четверть часа, когда мы - чистые и безмерно довольные жизнью, вышли из ванной и зарулили в кабинет, где стоял поднос с остывшим чаем, стало понятно - не зря маленький дракон упирался. Просто, несмотря на приказ не беспокоить, раздался стук в дверь...
   Дантос открывать не хотел, но визитёр был настойчив. Пришлось светлости сходить в спальню, сменить полотенце, обмотанное вокруг бёдер, на приличный моменту халат и отправиться в гостиную.
   Мне одежда, само собой, не требовалась, так что я в спальню не ходила. А природное любопытство после горячей ванны разомлело и задремало, в результате чего в гостиную я тоже не стремилась. Но когда драконий нюх уловил запах кухни, а слух различил голос Роззи, я всё-таки спрыгнула с кресла, в которое успела забраться, и устремилась туда, где... судя по интонациям, скандал намечался.
   Интонации эти принадлежали не Дану, а толстой кухарке. И пришла она, как выяснилось, не одна, а в компании любимого половника.
   Вообще, этот половник был легендой - все знали, если Роззи его взяла, значит, настроение у повелительницы кухни прескверное. А ещё, в случае чего, именно эта поварёшка превращалась в оружие, которого даже Жакар опасался. Остальные предметы кухонного инвентаря, включая ножи, были совершенно безопасны.
   Тот факт, что Роззи явилась в таком виде в покои хозяина, да ещё столь настырно ломилась в двери, заинтриговал. Не удивительно, что речь Роззи я слушала очень внимательно...
   - Ваша светлость, я знаю вас ещё пятилетним ребёнком, - заявила толстуха. - Вы всегда были хорошим, примерным мальчиком. Даже после того, как... - Вот тут кухарка запнулась и на миг отвела глаза. Но всё-таки продолжила: - Даже после того, как вас начали таскать по этим ужасным учебным заведениям, вы не изменились. Вы остались человеком, который вызывает уважение.
   - И?.. - не выдержав протянул Дан.
   Роззи приосанилась. А ещё сверкнула глазами, бросив взгляд сперва на светлость, потом на замершую на пороге гостиной меня. После задрала подбородок и, шлёпнув по раскрытой ладони половником, вернулась к разговору.
   - И меня всегда восхищал ваш характер! Я всегда ставила вас в пример и челяди, и просто знакомым. Ваше детство отличается от детства большинства аристократов, но вы не озлобились. И дружба с их императорским величеством, все эти балы, охоты, и прочие сомнительные развлечения, вас не испортили. И переезд в столицу мало повлиял на ваш нрав, и...
   - Роззи, говори яснее, - вновь не выдержал Дантос.
   Интонации толстухи по-прежнему были далеки от дружелюбных. А ещё она заметно смущалась, и тем любопытнее было узнать, к чему клонит.
   - Ваша светлость, я всё понимаю, - выдохнула кухарка. - Понимаю, что люди вашего круга имеют вкусы отличные от вкусов всех остальных, и могут позволить себе практически всё, но... но это перебор. Если Астра это терпит, то это не значит, что ей нравится. Животные, они... - Роззи снова запнулась и опять отвела взгляд, но очень быстро собралась и, шарахнув половником по раскрытой ладони, продолжила: - Животные бессловесны! Привязываясь к человеку, они часто готовы на многое, лишь бы не прогнали, но пользоваться неразумностью, беззащитностью...
   - Извини, я не понимаю! - рыкнул Дан.
   Да, блондинчик начал злиться. Даже руки на могучей груди сложил. А моё разомлевшее после горячей ванны любопытство окончательно проснулось, так что маленький дракон покинул наблюдательный пост и приблизился, встав так, чтобы можно было видеть и Дана, и Роззи.
   Вот только пояснить толстуха не удосужилась. Она бросила быстрый взгляд на меня, поудобнее перехватила поварёшку и прошипела:
   - Ваша светлость, если вы немедленно не прекратите это дело, то я за себя не отвечаю. Я не посмотрю на ваш статус и возраст! Если... если вы, то я...
   Взмах половника был красноречивее любых слов! А сам половник в этот миг был страшнее стенобитного оружия. Маленький дракон невольно втянул голову в плечи и взглянул на Дана, а тот...
   - Роззи, ты на что намекаешь?
   - Догадайтесь!!! - выпалила толстуха.
   И герцог Кернский... догадался.
   В следующий миг я имела счастье наблюдать удивительную картину! Щёки светлости вспыхнули алым. Всего миг, и румянец залил всё лицо, чтобы тут же переползти на шею и даже грудь.
   Впрочем, что той груди! У светлости даже кисти рук покраснели!
   А Роззи застыла на секунду и тут же потупилась. Злость, которую улавливала драконья сущность, резко испарилась, её место заняло смятение. Дело в том, что реакция Дантоса простора для домыслов не оставляла, равно как и для иллюзий.
   - Как ты могла такое подумать? - выдохнул блондинчик ошарашенно. - Как только в голову пришло?
   - А что? - поспешила промямлить кухарка. И добавила неохотно: - Вы порой смотрите на нашу девочку такими глазами, что выводы... они сами напрашиваются.
   Ещё мгновение, и до "нашей девочки" тоже дошло. Она замерла, превратившись в красивую золотую статуэтку, но не выдержала - хрюкнула. И, развернувшись, поспешила обратно в кабинет. Гаденько подхихикивая!
   Зоофил! Извращенец! О да-а! Дантос, милый, можешь отпираться сколько угодно, но это действительно про тебя. Уж я-то знаю!
   - Ас-стра! - донеслось вслед, и я ускорилась.
   Стрелой пролетела кабинет и ввалилась в спальню. Именно там меня настиг жутко смущённый, но точно взбешенный блондинчик.
   - Превратись! - приказал он.
   А маленький дракон снова хрюкнул и попробовал ринуться к кровати. Но Дан оказался проворнее, видать эмоции сил придали. Он метнулся наперерез и, как ни странно, успел. А перегородив путь, повторил требование:
   - Превратись! Немедленно.
   Было смешно. До колик и новой порции мурашек, но... драконья сущность подсказывала - мы опять одни, и это стало поводом крутануться и устремиться в ванную комнату.
   Несколько бесконечных секунд боли, подхваченное с вешалки полотенце, и в герцогскую спальню вывалилась хохочущая в голос девушка.
   Я понимала, как Дантос себя чувствует. Сознавала, что смеяться грешно, но остановиться не могла. Просто, в отличие от той же Роззи, точно знала - герцог Кернский отнюдь не извращенец. Его мужские желания спят и не шевелятся, когда я дракон. Зато стоит принять истинный облик...
   - Совести у тебя нет, - сообщил герцог Кернский, подскакивая и заключая в объятия. - Ни капли, ни...
   Дальше я не услышала. Но не потому что, а... просто Дан не сказал. Вместо этого впился в мои губы, лишая не только возможности, но даже желания сопротивляться. А ещё прижал очень крепко. Настолько, что я ощутила изменение его физиологии. И вот глупость: в случае с Ластом меня такие признаки совершенно не заботили, а с герцогом Кернским я вспыхивала, как высушенный на солнце стог сена. Я мгновенно начинала гореть и плавиться! И это пугало.
   Вот и теперь, когда сон рассыпался миллиардом осколков, а я осознала себя в почтовой карете, за много миль от столицы, стало жутко. Просто внизу живота бушевал пожар, дыхание напоминало рваную ленту, сердце билось в агонии.
   Это было страшно. Но куда больший страх вызывало понимание - подобного не повторится. Ни один мужчина, никогда, не вызовет во мне желания такой силы. Дан не был первым, но, кажется, умудрился стать единственным.
   Подлая, вероломная светлость!
   Впрочем... плевать. Если меня простят, если разрешат остаться в городе и назначат мужа, то в моменты близости буду представлять, будто в постели со мной он - Дантос, герцог Кернский. Я терпеливая, мне и иллюзии хватит, а Дан... пусть живёт. Пусть будет здоров и счастлив! С кем-нибудь, кто ему по-настоящему подходит. С кем-нибудь, кто лучше и честнее меня.
  

Глава 4

  
   Когда мы въехали в Фагор, солнце уже падало за горизонт, а ветер гнал с запада огромную чёрную тучу. То есть ночь обещала быть холодной и дождливой, но меня этот факт не расстроил. Куда большей печалью стало то, что почтовая карета на Донтокс отправлялась лишь послезавтра.
   Я, конечно, могла нанять личный экипаж, но мысль эту всё-таки отмела. Просто почта - это надёжно, туда лишь проверенных людей принимают, а наёмный возница - жутковато. Особенно, если ты слабая девушка при деньгах.
   А чуть позже, оказавшись на постоялом дворе и отведав горячего супа, я задержке даже порадовалась. Фагор - город крупный, тут множество мастерских и лавок, следовательно, есть возможность прикупить чемоданы и одежду.
   Нет, лично мне багаж не нужен, но возвращаться домой с одним саквояжем нельзя. Лучше без кошелька, но с тряпками. Будто всё это время жила человеком, а вовсе не карликовым драконом, которому платья и башмаки совершенно без надобности.
   К тому же девушка, которая путешествует без багажа, вызывает больше подозрений. Вот как здесь, на постоялом дворе Фагора - об меня же вся прислуга глаза сломала, пока я в комнату поднималась. А так как лишнее внимание мне ни к чему, значит, докупить одежды действительно стоит.
   Тем я и успокоилась.
   А когда оказалась в номере и вошла в примыкающую ванную комнату, вообще обо всём на свете забыла. Просто тут обнаружились и вода, и нагревающие кристаллы, и чистые полотенца - в общем, всё то, что мне обещали при заселении.
   В итоге, вечер я провела не только с пользой, но и с удовольствием. Потом вычесала волосы, надела чистый комплект нижнего белья и забралась в постель. И лишь когда подтянула к подбородку одеяло, испытала лёгкий приступ грусти - как он там без меня?
   Ну а вслед за грустью пришел страх - что если снова приснится? Нет, видеть во снах воспоминания о жизни с Даном гораздо приятнее, нежели любоваться физиономией Ласта или наблюдать картинки из своего детства, но, бес меня пожри, я не железная. И решение моё обжалованию не подлежит, причём по объективным причинам. Так зачем бередить душу?
   В общем, засыпала я, загадав одно единственное желание - ночь без снов! И, как ни удивительно, желание это исполнилось. Только всё равно отдохнула неважно. То ли матрас был слишком жестким, то ли подушка недостаточно пухлой, то ли одеяло не таким тёплым, как показалось вначале.
   Но жаловаться или капризничать я не собиралась. Проснувшись и обнаружив, что за окнами уже день и распогодилось, посетила ванную комнату. Затем подхватила носовой платок, в который завязала большую часть монет, и отправилась вниз, добывать себе завтрак.
   А дальше выведанным у подавальщицы маршрутом: до конца улицы, потом налево к площади с фонтаном - именно там начинался торговый квартал. И там же меня ждали платья, туфли, шарфики и шляпки. Ну и ленты с подвязками, а так же неприятное понимание, что за семь лет в шкуре дракона я безнадёжно отстала от моды.
   Зато торговаться не разучилась! Ведь очень сложно утратить навык, которого у тебя никогда не было...
   Последнее ужасно злило меня, но, несомненно, радовало торговцев. Они, как один, сияли и сыпали комплиментами. Я же мысленно благодарила герцога Кернского за подмену монет и тихонечко рычала на ушлых лавочников.
   Тот факт, что путница, скупающая платья и чемоданы, выглядит более чем странно, наоборот совершенно не заботил.
   Да, странная! Да, неплохая примета для преследователей! И что теперь? Первое - переживу. Второе... найти меня всё равно не поможет. Это здесь, в Фагоре, я запомнюсь чудаковатостью, а в следующем городе уже потеряюсь. Главное, чтобы стражу такое поведение не заинтересовало. Впрочем, с чего бы местным охранникам порядка обращать на меня внимание? Ведь ничего противозаконного не совершаю.
   На подбор гардероба я потратила добрых полдня. Ещё пара часов ушла на общение с сапожником и шляпницей. У первого были заготовки, и он обещал предоставить три пары туфель и одну пару сапог уже к вечеру. В том, что касается второй - мне требовалось немного изменить декор двух готовых шляпок и добавить вуали.
   Этот забег по лавкам был непривычным и ужасно вымотал. Ещё больше утомили разговоры - я же, считай, целых семь лет молчала, а тут слова-слова-слова... Даже перерыв на обед, увы, не помог, так что от шляпницы я вышла с гудящей головой и единственным желанием - вернуться на постоялый двор и забиться под одеяло.
   Собственно, к постоялому двору и направилась. Но заметив книжную лавку, не могла не остановиться. Просто путешествие предстоит довольно долгое, и чем развлечься, если не книгой? Именно с такими мыслями я шагнула к выносному столику, на котором лежали романы в красочных обложках, и замерла, рассматривая товар.
   - Вам помочь? - тут же окликнула вышедшая из лавки женщина.
   Я пожала плечами. Хотела попросить показать романы про любовь, но подумала, что в моей ситуации это не лучший вариант. В итоге сказала:
   - Что-нибудь про приключения.
   - Да, конечно. - Женщина улыбнулась и принялась демонстрировать новинки.
   Я выбрала и отложила две книги, прежде чем нас прервали - мальчишка лет пяти прошмыгнул мимо меня и вцепился в юбку лавочницы.
   - Мама! - радостно воскликнул он. - Астра приехала!
   Покупательница в моём лице вздрогнула, но этого, к счастью, никто не заметил. Зато ошарашенный взгляд от внимания не укрылся, и я удостоилась пояснения:
   - Дракон, - сказала лавочница с улыбкой. - Он в цирке выступает. Знаете, такой забавный, такой маленький...
   - Она! - поправил мальчишка. И добавил, чуть поморщившись: - Астра девчонка.
   Нет, легче от этих пояснений не стало. Более того, пришлось схватиться за прилавок, потому что меня накрыла лавина нежданных эмоций.
   Астра? В цирке? Что за бред? Какой, бес их всех пожри, дракон, если я... тут?
   - Мама, мы же пойдём на представление? - вырывая из объятий шока, пропищал мальчишка. И мгновенно сорвался на плаксиво-молящий тон: - Ну пожа-алуйста!
   - Пойдём, - успокоила сына лавочница. - Обязательно.
   Лишь теперь мне удалось проглотить застрявший в горле комок. Ещё я смогла выпрямиться и принять какое-то подобие беззаботного вида.
   - А я слышала, что Астра больше не выступает, - сказала тихо.
   Мальчишка посмотрел как на дурочку. Тут же оторвался от материной юбки и достал из кармана вдрызг перепачканных штанов свёрнутый вчетверо листок. Листок этот был храбро передан незнакомой тёте.
   Оказалось - реклама, причём до боли знакомая. На ней действительно была изображена я. Ну то есть дракон в интерпретации одного не слишком талантливого провинциального художника - этакая страхолюдинка с крыльями и коварным выражением морды.
   Глядя на эту картинку, я непроизвольно скривилась. Спросила, не скрывая скепсиса:
   - И в котором часу начало?
   - В семь, - отозвался мальчишка. Потом махнул рукой и добавил: - Цирк за северными воротами встал.
   На том и разошлись.
   Я выкупила две книги, зато листовку не вернула. Сын лавочницы мой поступок не оценил, и даже попытался возмутиться, но схлопотал лёгкий подзатыльник от матери, в результате чего ограничился сердитым взглядом и не менее сердитым сапом.
   Ребёнок был искренен, но приличную с виду тётю всё равно не проняло. Я была слишком удивлена новостями. И хотя семь лет на арене сформировали острую неприязнь к цирку, точно знала, что на представление пойду...
  
   Сижу. На лавке, на первом ряду, в окружении зажиточных горожан и их детишек. И понятия не имею, как относиться к действу, которое разворачивается перед глазами.
   С одной стороны, это по-настоящему красиво. С другой... я столько раз видела Фейри, жонглирующего зажженными мячиками. Столько раз наблюдала, как Фил выделывает кренделя на высоченных ходулях. Выкрутасы Рины с лентой тоже давным-давно приелись, но когда смотришь на это из зрительного зала, а не из-за кулис, сидя в ошейнике и на поводке, ощущения совсем другие.
   Когда ты зритель, цирк - праздник! А все номера кажутся просто забавой. Мол, вышли, покрасовались и ушли, хотя на самом деле это огромный труд. Но...
   Но по-настоящему оценить труд тех, кто долгих семь лет держал тебя в клетке очень тяжело. Испытывать симпатию к людям, чьими стараниями ты столько мучилась - ещё тяжелее. Пищать от восторга, хлопать, топать... Мм-м, нет. Это не для меня.
   Хотя, повторюсь: красиво!
   И я... сижу. Жую жареные в меду орешки, смотрю и пытаюсь нащупать в глубинах своей души ностальгические настроения. Но ностальгии нет, равно как и злости.
   Весь этот усыпанный блёстками мир кажется таким далёким, таким чужим... В какой-то момент начинает казаться, будто это не я жила в труппе долгих семь лет. Словно это не меня пороли плёткой в случае непослушания и временами держали на воде и жиденькой каше. Будто это не меня периодически забывали выгулять, и вовсе не мне приходилось отчаянно ёрзать на подстилке из соломы в надежде не описаться, и вопить во всё драконье горло, дабы привлечь внимание гадких людей.
   Словно... не со мной.
   Поэтому сижу. Смотрю, жую, пытаюсь проникнуться духом праздника.
   Народу, который набился в зрительный зал, искренне нравится. Не только детвора, но и взрослые, смотрят широко распахнутыми глазами, с восторгом. Эти эмоции оказываются довольно заразительными, и я не замечаю, как тоже начинаю улыбаться. Впрочем, нет. Это скорее ухмылка.
   А потом... арена пустеет. И из кулис выходит Шеш в парадном костюме.
   За те несколько недель, что мы не виделись, глава труппы совсем не изменился - всё такой же толстый, с чуть опухшим от чрезмерных возлияний лицом, но очень важный.
   Моё сердце пропускает удар, дыхание сбивается, а бумажный пакетик с орешками внезапно оказывается смят, да с такой силой, что орехи, кажется, обращаются в труху.
   Но этого никто не замечает. На меня вообще внимания не обращают, ведь я всего лишь зрительница. Обычная горожанка в красивом платье, перчатках, и с модным шарфиком на шее. Тот факт, что под шарфом круглые шрамы от шипов ошейника, который когда-то украшал шею "карликового" дракона - тайна даже для торговцев одёжных лавок. Я очень постаралась, чтобы они ничегошеньки не узнали.
   Увидав Шеша, народ замолкает. Под куполом воцаряется торжественная тишина. А глава труппы гордо задирает подбородок, и я слышу до боли знакомые слова, от которых непроизвольно ёжусь.
   - Дамы и господа, встречайте! Звезда нашего цирка! Единственная и неповторимая... Ас-стра!
   Шеш бодро отскакивает в сторону, а на арену вылетает... нечто.
   Я быстро сообразила, что именно предлагают нынче зрителю, но глазам не поверила. Реакция остальных была схожей, поэтому восторженный визг толпы, который посвящался... ну собственно говоря мне, сошел на нет далеко не сразу.
   Зато когда нечто, представляющее собой дуэт утрамбованных в костюм дракона людей, посеменило вдоль бортика, приветствуя зрителя, толпа пришла в себя. И в наступившей тишине прозвучал первый возмущённый возглас:
   - Это что? - воскликнул какой-то басовитый мужчина. - Это как?
   - Где Астра? - поддержала неизвестная и невидимая мне женщина.
   - У-у-у... - протянул кто-то.
   Следом громко захныкал ребёнок. За ним ещё один. И третий. И даже четвёртый!
   Ещё миг, и зал прорвало. В ряженых прилетели яблочные огрызки, смятые бумажные пакеты из-под орешков, и прочий мусор. А зрители начали вставать. И свистеть. И негодующе топать!
   - Где Астра?! - проревел очередной незнакомец. - Где дракон?!
   - У-у-у! - поддержала толпа. - У-у-у!
   Дуэт ряженых проворно отбежал на середину арены и принялся просяще поднимать переднюю "лапку", как это временами делала я, но...
   - Жулики! - донеслось с верхних рядов. - Мошенники!
   Всё. Мир окончательно сошел с ума, а я "тронулась" вместе с ним. Но, в отличие от всех, не злилась. Я хохотала! Причём в голос и до слёз. Всегда знала, что Шеш - прохвост, но даже вообразить не могла, каких масштабов может достигнуть его наглость!
   Ладно бы собаку в костюм дракона нарядили. Ладно бы купили какой-нибудь амулет, способный наводить хотя бы плохонькую иллюзию. Но столь откровенный подлог...
   Если бы Шеш не принялся махать руками и молить зал о тишине, я бы точно вскочила и зааплодировала. Но глава труппы стоял под градом огрызков и просил так жалобно, что предельно возмущённый зритель начал умолкать, а я сдержалась.
   Полной тишины, конечно, не получилось, но перекричать публику толстяк всё-таки смог.
   - Дамы и господа! Дорогие зрители! - возопил он. - Позвольте я объясню! Позвольте...
   Очередной огрызок угодил Шешу прямо в лоб, но бледный глава труппы даже не поморщился. Мне же пришлось закрыть рот ладонью в попытке унять смех, а вот справиться с брызнувшими из глаз слезами я не сумела.
   Просто вспомнился случай безмерно похожий на этот. В тот раз Шеш тоже в лоб получил, и тоже огрызком, и тоже из-за меня. Не помню, в каком городе это случилось, зато всё остальное - так, будто это было вчера.
   Я тогда бунт устроила. Вышла, тяжело запрыгнула на бортик и побежала. Где-то на середине замедлилась, а конец пути преодолевала уже шагом. Когда же вернулась на арену и подошла к флейтистке, которой должна была "подпевать", не выдержала и упала на брюхо.
   Зритель сперва оцепенел, потом заулюлюкал, а я вроде как из последних сил поднялась и принялась выводить ноты. Жалобным таким голоском. А чуть позже, когда настала пора прыгать через обруч, наглухо проигнорировала щелчки кнута и распласталась на арене в позе солнышка. Мол, сил никаких. Помираю...
   И зритель понял! И пришел к желанному выводу, что маленького дракона в цирке совсем не кормят! И поднял бунт, призванный привлечь администрацию труппы к ответственности.
   Когда Шеш вышел, чтобы успокоить публику и заставить несчастную хвостато-крылатую животинку шевелиться, его освистали и забросали всякой всячиной. Вот тогда-то толстяку огрызком в лоб и прилетело...
   Мне тоже потом, уже после представления, досталось. Но я была настолько счастлива, что удары кнутом почти не воспринимала. Позор Шеша стоил этого, заслуженного с какой-то точки зрения, наказания. Более того - он грел душу!
   Теперешний позор главы труппы воспринимался проще, что, впрочем, не мешало давиться смешками. Бес меня пожри, ну неужели толстый всерьёз рассчитывал на то, что публика примет эту пародию?
   - Дамы и господа, позвольте объяснить! - продолжал вещать Шеш. - Дело в том, что Астра... она же совсем старушкой была! Вы не смотрите, что маленькая - маленькие собаки, поверьте, стареют ничуть не хуже больших. И наша Астра...
   - У-у-у! - донеслось из зала.
   Потом был дружный, решительный топот множества ног, но Шеш с мысли не сбился.
   - Наша Астра уже не справлялась! - воскликнул он. - После представлений ей становилось плохо! А мы тратили уйму времени и денег на лекарей!
   Последнее заявление было ещё большим абсурдом, нежели предыдущие, но я всё равно смеялась. Боги, какая наглость! Какое воющее нахальство!
   - Мы были вынуждены отдать Астру в хорошие руки... - выпалил оправдание толстяк. - Но зная, как публика любит и ждёт...
   Ответом главе труппы стала новая порция огрызков, скомканных бумажных пакетов, и прочей всячины. Кого другого такое отношение давно бы заставило повернуться и пуститься в бегство, но с Шешем было сложней.
   До момента, как в труппе появилась я, возглавляемый толстым коллектив был на последних ролях и частенько терпел подобное унижение. Так что ситуация оказалась знакома и никого не смутила.
   - Мы попытались подготовить альтернативный номер! - выкрикнул толстяк. - Пожалуйста, прошу вас, дайте шанс показать...
   Ответом стало всё то же дружное "У-у-у!" и тот же топот. Ну и мой смех, который, впрочем, никак на общую картину не влиял. И пусть я не обладала каким-либо авторитетом в этом городе, пусть у меня не было повода жалеть труппу, но я всё-таки поднялась со скамьи и, повернувшись к залу, воскликнула:
   - Хватит!
   Меня, как это ни печально, не услышали.
   Пожалуй, тут следовало остановиться, но я не смогла. Круто развернувшись на каблуках, подобрала подол и ринулась через бортик, чтобы очень скоро встать рядом с обескураженным такой выходкой Шешем.
   - Господа, подождите! Давайте предоставим этим жуликам шанс!
   Мой вопль потонул в возмущённом гомоне. Более того, я почувствовала себя настолько глупо, что захотелось раскраснеться и отступить! Но...
   Я давно смекнула, что долгое пребывание в шкуре дракона не пройдёт бесследно. Оно непременно наложит свой отпечаток, оставит след в характере и личности. Правда, мне думалось, что всё ограничится склонностью к оптимизму. Тем не менее, Леди Судьба рассудила иначе.
   Не могу сказать, что прежде, до заточения, была трусихой. Но бес меня пожри, я никогда не уподоблялась тарану! Зато драконья сущность данную тактику всегда уважала и, будучи Астрой, я не стеснялась переть напролом. Это было так естественно, так правильно. Почти как дышать!
   Здесь и сейчас это было не менее естественно, но вместе с тем неожиданно, причём не для окружающих, а для меня самой. Вот только одёргивать себя не хотелось совершенно.
   - Господа! - вновь воскликнула я и подняла руку, чтобы заметили. Потом вообще подпрыгнула и повторила в который раз: - Прекратите, умоляю!
   В следующую секунду я поймала удивлённый взгляд давешней торговки книгами. Она дёрнула за рукав сидящего рядом с ней мужчину и, кивнув на меня, что-то этому мужчине сказала. Тот нахмурился и одёрнул следующего, который стоял и свистел.
   Потом я разглядела в толпе хозяина одёжной лавки, где оставила очень крупную сумму - он тоже начал призывать народ к тишине.
   Шляпница, заработавшая на приезжей странноватой девице меньше всех, тоже к делу наведения тишины приобщилась, равно как её ученица.
   Через пару минут под куполом стало намного тише, и я всё-таки смогла донести до горожан мысль!
   - Дамы и господа! Я не здешняя, но выступления этой труппы видела, и не раз. И тоже очень люблю Астру! И безмерно возмущена подменой! Но я предлагаю дать этим жуликам шанс. Пусть покажут, что приготовили на замену.
   Верхние ряды, где традиционно сидел народ победнее, протестующе засвистели. Но я с мысли не сбилась. Выпалила:
   - А если нам не понравится, то они вернут деньги за билеты!
   На Шеша я в этот момент не смотрела, но точно знаю - вздрогнул. Зато зрителю предложение понравилось, и свист сменился одобрительным гулом. Спустя ещё минуту сквозь гул донеслось:
   - А что? Леди дело говорит.
   - Пусть вернут деньги, - поддержал кто-то. - Если не понравится!
   - Вернём! - поспешил заверить Шеш. И даже ноток недовольства в голосе не прозвучало. - Всё, до последней монетки! Я и сам хотел предложить, но...
   Опять гул. Опять топот. И возгласы, которые сливаются в нечто неразличимое. Но по лицам ясно - зритель, в общем-то, согласен.
   Такая реакция стала поводом улыбнуться и устремиться на своё место. Едва я успела сесть и поправить складки платья, представление продолжилось... Вернее, номер начался сначала.
   Ряженое нечто поклонилось публике и метнулось к бортику. Пробежало круг, потом вышло на середину арены и подняло переднюю лапу. И тут же начало крутиться, неплохо подражая повадкам золотой девочки. Мол, смотрите какая я красивая! Смотрите, какая замечательная!
   И народ смотрел... правда, с неприкрытым скепсисом. Зато освистывать пока не пытался, позволяя продолжить номер.
   Когда демонстрация красоты закончилась, на арену выпрыгнули два клоуна, в которых я без труда узнала Сэмми и Карину. Вот тут-то и началось основное действо.
   Сэмми, как выяснилось, изображал моего хозяина, а Карина была возлюбленной. Ей предстояло познакомиться и поладить с хвостатым питомцем.
   - Карина, это Астра! - представил "дракона" Сэмми. - Астра, это...
   "Астра" демонстративно отвернула морду. Потом и вовсе отошла от Карины и уставилась в зрительный зал.
   Сэмми подобное поведение, конечно, не понравилось, и он укоризненно покачал головой. Зато возлюбленная клоунесса была полна оптимизма. Она вытащила из кармана юбки огромную бутафорскую конфету и шагнула к "дракону".
   - Астра, девочка, хочешь?
   "Девочка" повернула морду, скосив взгляд на предложенное угощение. А выдержав долгую, приличную моменту паузу, подскочила и разинула пасть. Голова дракона, в виду некоторых особенностей конструкции, была непропорционально большой, равно как и пасть. Это позволило моему подобию сделать то, на что я-настоящая физически неспособна - заглотить руку с конфетой по локоть.
   Карина, конечно, взвизгнула и начала выдираться. Но "Астра" добычу, разумеется, не выпускала. Это вызвало первые смешки в зале, кто-то даже похлопал.
   Через минуту "дракон" клоунессу всё-таки отпустил, но будто внезапно. И та по инерции сделала шаг назад и упала на попу. Миг, и Карина горько взвыла, а "из глаз" вырвались два фонтана слёз.
   Теперь смешков было больше, а "Астра" получила небольшой, но всё-таки нагоняй от Сэмми.
   Ну а когда Карина "успокоилась", прозвучало логичное:
   - Ты что, совсем её не кормишь?
   Сэмми хотел возмутиться, но потом вытащил из-за пазухи песочные часы, посмотрел на них и заявил:
   - Ой! Её и правда пора кормить!
   С этими словами клоун метнулся к кулисам, и...
   Вот тут зритель снова хихикать начал. Дело в том, что миска, которую нёс Сэмми, была не просто большой, а огромной. Половина бочки, не меньше! Сам клоун старательно делал вид, будто вот-вот надорвётся, а "Астра" радостно виляла хвостом и подпрыгивала на месте.
   Изумление Карины было сильным и вполне себе смешным - народ опять захихикал и зааплодировал. Когда же миска "опустела", а "толстопопик" потребовал добавки, зритель, что называется, лёг.
   Я тоже смеялась, хотя ничего выдающегося в этой сцене не нашла. А ещё она была совершенно недостоверной - уж где, а в цирке меня так плотно никогда не кормили. Речи о добавке вообще не шло - за все годы в труппе я получила её лишь трижды. Так что повторный вынос "полной" миски меня не впечатлил.
   Зато жителям Фагора такой ход понравился, и когда "Астра" доела и опять потребовала повторить, зал снова лёг.
   - Она всегда столько ест? - воскликнула Карина изумлённо.
   - О да! - отозвался Сэмми.
   Клоунесса часто захлопала накладными ресницами, нарисованные брови залезли куда-то под парик. Следующий вопрос "возлюбленной хозяина" был логичен и закономерен:
   - А она не лопнет?
   Сэмми не ответил, но по выражению загримированного лица стало ясно - лучше б лопнула, чем столько жрать! И зал вновь взорвался хохотом, а я... ограничилась сдержанной улыбкой.
   Дальше было хуже. В смысле, народу точно нравилось, я же сидела, сложив руки на груди, и пыталась найти ответ на вопрос: зачем вступилась за этих гадов?
   - Сэмми, но если она будет так объедаться, то ей непременно станет плохо!
   - Поверь, Карина, если не покормить, то плохо станет нам!
   В подтверждение последней фразы, "Астра" хищно щёлкнула пастью. Правда, ещё одной порции не добилась, вместо этого люди продолжили диалог.
   - Но Сэмми, она действительно ест слишком много!
   Клоун пожал плечами, мол - всегда так было, ничего поделать не могу. А Карина задумалась. Через полминуты, которые требовались публике, чтобы проникнуться липовым драматизмом момента, поганка в ярком гриме выдала:
   - Сэмми, а может быть у неё глисты? - И после короткой паузы добавила: - Мне один лекарь говорил, что те, у кого глисты, едят намного больше остальных.
   По залу покатилась очередная волна пусть тихого, но смеха. Ну а "дракон", услыхавший предположение клоунессы, нахохлился и протестующе рыкнул.
   Через миг Сэмми пришел на выручку своей питомице.
   - Нет! - решительно воскликнул он. - Не может такого быть!
   - Но почему? - пропищала Карина.
   Новая псевдо-драматическая пауза длилась недолго. А потом Сэмми сказал:
   - Ты слишком плохо знаешь Астру, дорогая. У неё настолько скверный характер, что с ней даже глисты не уживутся.
   Стало обидно. Вот прямо очень! Я даже огляделась в поисках бумажного пакета с орешками, который выронила в миг, когда ряженые только-только на арену вышли. Но пакет уже затоптали и поднимать его, чтобы швырнуть в клоуна, я не стала.
   Зато зрителям шутка понравилась - зал в очередной раз взорвался смехом, кто-то бурно аплодировал. А когда "Астра" дёрнула головой и демонстративно повернулась к миру хвостатой попой, смех сменился хохотом.
   - Обиделась, - пихнув Карину локтем и кивнув на "дракона", пояснил Сэмми.
   Клоунесса вмиг вошла в образ сердобольной селянки и принялась с "драконом" мириться...
   - Астрочка, не обижайся! - взвизгнула она. - Астрочка!
   Следующие минут пять Карина гонялась за ряженым "четвероногим". Потом была ещё одна миска еды, перешагивания через обруч и прочие глупости. Я же сидела и молчаливо негодовала.
   Сволочи! Гадкие, бессовестные лгуны!
   Это у меня-то характер скверный? Ха! Да много ли вы понимаете! У меня очень покладистый, самый-самый лучший характер в мире! И вообще, я не такая! Я маленькая и хорошая! А вся ваша клоунада - чистая клевета!
   Это у меня-то характер скверный? Ха! Да много ли вы понимаете! У меня очень покладистый, самый-самый лучший характер в мире! И вообще, я не такая! Я маленькая и хорошая! А вся ваша клоунада - чистая клевета!
   Я не заметила, как начала шипеть и постукивать каблуком. Безумно хотелось вскочить, гордо вздёрнуть подбородок и не менее гордо покинуть цирковой шатёр. Однако вместо этого пришлось взять себя в руки и вообще нацепить улыбку - просто напоролась взглядом на замершего у кулис Шеша, который... наблюдал за залом.
   Толстяк, разумеется, видел мою реакцию. Вероятно, эта реакция показалась ему странной. Но я решила не переживать на этот счёт. Да, я чудачка! И что теперь?
   Остаток представления прошел куда более сносно. Зритель уже не возмущался, а труппа старалась изо всех сил. Акробатический номер, выступление фокусника и ещё одна клоунада, правда уже без "Астры", были приняты отлично.
   Жители Фагора точно остались довольны. Они покидали цирк с улыбками, и шумно обсуждали номера. Я сперва хотела слиться с толпой, но любопытство оказалось сильней, и чудаковатая леди в моём лице задержалась, чтобы столкнуться с Шешем.
   - Я искренне благодарен, - сказал толстяк, отвешивая учтивый поклон. - Если бы ни ваше вмешательство, то всё бы закончилось очень печально.
   - Не нужно, - отмахнулась я. И задала вопрос, который мучил с момента появления нелепого двойника: - Лучше объясните, зачем вы сделали эту пародию?
   Глава труппы опустил глаза и приобрёл вид самого несчастного человека.
   - Астра покинула нас несколько недель назад, - сказал он. - В самый разгар сезона. Мы исключили её номер из программы, но понимаете... - Толстяк горестно вздохнул и сделался ещё несчастнее. Но продолжил: - Понимаете, зритель хочет именно Астру. Вот мы и придумали, и решили попробовать в Фагоре...
   - То есть мы имели счастье наблюдать премьеру? - некультурно перебила я.
   - Да, - признался Шеш.
   - Но почему вы не предупредили публику, что дракон не настоящий?
   Глава труппы замялся и не ответил. Впрочем, оно и понятно - вопрос-то риторический! Циркачи надеялись зазвать таким образом больше людей и, соответственно, заработать получше. Жадность помноженная на глупость - страшная сила.
   - А вам номер не понравился? - спросил в свою очередь Шеш.
   Я скривилась и отрицательно качнула головой.
   - А почему? - не постеснялся уточнить глава труппы.
   В этот миг в сердце вспыхнуло странное, плохо объяснимое чувство. Я лишь сейчас осознала, что стою и разговариваю с одним из тех, кто держал в клетке. Более того, именно Шеш порол меня за провинности. А ещё он был единственным, кто упрямо верил в разумность маленького дракона, чем ужасно раздражал.
   Вероятно, мне следовало обозлиться на толстяка, но злости всё-таки не было. Ведь это он, Шеш, упустил меня в столице. Он же согласился продать диковинную зверушку герцогу Кернскому, чем невероятно облегчил мою жизнь.
   Кстати... Помнится, выкуп, отданный Дантосом, был огромен. И где же деньги?
   Я украдкой огляделась. Канаты были новыми, трапеции, которые как раз спустили вниз, тоже. И костюм на прошмыгнувшей в отдалении Лие - звезде воздушной акробатики - так же с иголочки. То есть какие-то деньги до труппы всё-таки дошли. Или вообще все?
   - Так что же вам не понравилось в номере? - попытался вернуть моё внимание Шеш.
   - Всё, - беззастенчиво призналась я. - Он смешной, но совершенно недостоверный. Астра не такая, она... милая. У вас же получился настоящий монстр.
   Шеш подарил скупую улыбку, покачал головой. И тут же задал вопрос, которого я никак не ожидала:
   - Скажите, мы с вами раньше не встречались?
   Я ответила удивлённым взглядом, а толстяк поспешил пояснить:
   - В вас есть нечто знакомое. Не могу понять, что именно, но такое чувство...
   Пришлось рассмеяться и, обогнув главу труппы, направиться к выходу. Потом обернуться и бросить на ходу:
   - Нет, господин Шеш, не встречались.
   Брови циркача резко подскочили на середину лба, но удивление сразу исчезло. Имя главы труппы известно всем, его даже на листовках пишут. Так что, в моём знании нет ничего особенного.
   - А вас? - прилетело вслед. - Как зовут вас?
   Я вновь обернулась, но не ответила. Сказала мысленно: "прощай, Шеш!", и поспешила дальше.
   Этот короткий разговор подарил чувство лёгкости и значительно улучшил подпорченное, было, настроение. Так что цирковой шатёр я покидала с искренней улыбкой на губах и неприятностей никак не ожидала.
   Но Леди Судьба уже приготовила новый, сомнительный подарок - стоило отойти от шатра на три шага, как меня охватило чувство тревоги. За ним пришло ощущение, которое чётко свидетельствовало - поблизости кто-то из "наших". Рядом... метаморф.
  
   Я отлично помнила, куда и зачем еду. Да и встреча на выезде из столицы не забылась, так что ощущение было уже не в новинку. Тем не менее, стало жутковато и, как и в прошлый раз, захотелось исчезнуть. Я даже сделала шаг назад, но тут же опомнилась - отсрочка не спасёт. К тому же, деваться всё равно некуда. Ночевать в поле я не готова, а значит, придётся вернуться в Фагор и, кроме прочего, встретиться с собратом.
   В том, что метаморф именно там, за городской стеной, сомневаться не приходилось. Надеяться на то, что меня не почуют или проигнорируют - тоже. Встреча была неизбежна, как закат солнца, и я медленно двинулась по протоптанной дорожке. Вперёд, к северным воротам.
   Когда заходила в шатёр циркачей, было совсем светло. Сейчас вокруг стремительно сгущались сумерки, а стража на городских воротах зажигала факелы. Давешние зрители шли неторопливо, процессия сильно растянулась, в итоге мне удалось не только догнать горожан, но и слиться с толпой.
   Последнее позволило избежать внимания стражи, зато от пристального взгляда всадника, поджидавшего сразу за воротами, не уберегло. И пусть я уже сто раз всё решила и тысячу раз смирилась со своей участью, но при взгляде на этого мужчину, сердце ушло в пятки.
   Нет, в его облике и выражении лица не было ничего пугающего. Всего лишь аристократ - не слишком богатый, если судить по одежде, и не очень молодой. Но всё равно жутко. До желудочных колик и дрожи в коленках!
   Завидев меня, мужчина проворно спешился. Мне же не оставалось ничего иного, как вздохнуть и устремиться к нему.
   Пока преодолевала разделяющее нас расстояние, смогла собраться с духом и придать лицу доброжелательное выражение. Ну а оказавшись в паре шагов от сородича, сделала книксен и сказала кротко:
   - Добрый вечер, милорд.
   - Сартос, граф Бонор, - представился мужчина и прищурил глаза в явной попытке понять, кто же стоит перед ним.
   Тот факт, что он не узнал в истинном обличие, подсказывал - мы незнакомы. По крайней мере, он не знаком со мной. Что ж, сейчас мы эту оплошность исправим.
   - Астрид, дочь Трима, - призналась тихо.
   В отличие от визави, я назвала настоящее имя. И невольно улыбнулась, когда увидела отразившийся на лице собеседника шок. То есть узнать не узнал, но про дочь Трима всё-таки слышал. Впрочем, не удивительно. Неподчинение Совету - всегда скандал, а побег - нечто небывалое. Полагаю, теперь моё имя каждой собаке известно.
   - Где ты остановилась? - выдохнул одолевший эмоции "Сартос".
   - Постоялый двор "Разудалое копытце", - ответила я.
   Мужчина кивнул, взял свою лошадь под уздцы и скомандовал строго:
   - Пойдём.
  
   Мы устроились в углу, за маленьким столиком. "Сартос" намекал, что хочет поужинать и поговорить в комнате, но я эти намёки проигнорировала. К счастью, настаивать сородич не стал, и вот...
   Сидим! Он уплетает рагу с крольчатиной, я же ковыряю салат из капустного листа и часто прикладываюсь к кружке с морсом. При том, что хочется сейчас вовсе не морса, а вина, и покрепче. Но позволить себе такую роскошь, увы, не могу - обстоятельства и компания совсем не те.
   Челядь и хозяин постоялого двора снова ломают об меня глаза, как бы намекая - в Фагоре странную путешественницу запомнят надолго. И сыщикам, если понадобится, тысячу подробностей выдадут, но... это не беспокоит.
   Куда больше тревожит сидящий напротив мужчина.
   Сейчас он выглядит как шатен с длинными, чуть вьющимися волосами. А каков он в действительности я, увы, не знаю. И как-то... не уверена, что хочу знать. Но метаморфы редко интересуются чужими желаниями.
   - Гертон, - внезапно оторвавшись от рагу, сообщает мой сотрапезник.
   А я невольно давлюсь капустным листом и начинаю кашлять.
   О нет! Только этого не хватало! Будто мне и так неприятностей мало!
   - Что не так? - спрашивает липовый граф.
   Дарю мужчине сердитый взгляд. Что не так? Будто не знает!
   - Ты внук старейшины Нила, - справившись с кашлем, поясняю я.
   Ответом становится сдержанная, но всё-таки усмешка.
   Гертона помню, хоть и смутно. Он старше лет на пять, и мы никогда не общались - что общего может быть у пятнадцатилетнего парня и десятилетней девчонки? Причём живущих на разных концах города.
   То есть он о моём существовании, до определённого момента, вообще не знал. Зато я Гертона видела - любой, в ком просыпается дар, становится объектом общего любопытства. Мы с Юдиссой не раз бегали смотреть на настоящего метаморфа. Кажется, он в ту пору брюнетом был, худым, немного сутулым и совершенно несуразным. Каков он сейчас? Увы, не знаю. Но граф Бонор, которым притворяется сородич, определённо, хорош.
   Но это всё мелочи в сравнении с тем, что Гертон - внук Нила, самого гадкого и строгого из наших старейшин.
   Задумывая побег, я трусливо надеялась на то, что Нил уже отошел от дел, ну или... просто отошел. А что? Все однажды там будем.
   Вот только, судя по спокойствию Гертона, Нил очень даже жив и должность старейшины никому не уступил.
   - Твой дед меня убьёт, - не выдержав, выдохнула я.
   Тут же поймала ещё одну усмешку и услышала совсем не то, чего хотелось...
   - Скорее всего.
   Гертон вернулся к уничтожению рагу, а я спрятала глаза в кружке с морсом. По спине бежали мурашки страха, сердце застучало мелко и часто. И хотя состояние моё было более чем заметно, успокоить никто не попытался. В конечном итоге я не выдержала и попыталась успокоить себя сама, посредством беседы.
   - Ты в Фагоре проездом? - спросила тихо. - Куда отправишься потом?
   "Граф Бонор" оторвался от тарелки и, подарив очередную, уже явную, усмешку, сказал:
   - Не строй из себя дурочку, Астрид.
   Если я и смутилась, то виду не подала.
   Да, я прекрасно понимаю, что если у Гертона и были какие-либо планы, то теперь они отменены. Ведь что может быть важнее, чем вернуть под крыло Совета наделённую даром беглянку?
   - Я здесь не случайно, - сказал тем временем Гертон. - Я прибыл в Фагор в поиске одарённого, которого почуял на въезде в столицу.
   - Так значит там, у ворот... это был ты?
   Мужчина кивнул. После приложился к своей кружке, отодвинул тарелку и продолжил:
   - Я почуял сородича и решил, что это кто-то из наших. В смысле, из тех, кто постоянно проживает в столице. Но когда разобрал срочные дела и начал выяснять, кто именно уехал, стало понятно - все на месте, и в гости никто из своих не заглядывал. Разумеется, я сорвался и помчался в Фагор. Ведь именно сюда ведёт та дорога. Хотел выяснить, кто и по какому поводу наведался в город. Ну вот и выяснил.
   Вспомнились ощущения от той встречи, и я невольно опустила глаза. Наивная! Я же искренне поверила в то, что мной не заинтересовались. А они... вернее он...
   - Признаться, я ожидал чего угодно, - добавил Гертон, - но только не этого.
   Я осмелилась поднять глаза на сидящего напротив мужчину. Его, в отличие от старика Нила, не боялась, но во всём происходящем была какая-то ужасная неловкость и даже несуразность. Я понятия не имела что думать и как реагировать.
   Гертон моё состояние точно понял - таких как он учат различать чужие эмоции. Думаю, именно поэтому он обернулся и жестом подозвал подавальщицу. Через две минуты перед нами появилась тарелка с лёгкими закусками, а кувшин с морсом сменился стеклянным графином...
   Угу, бойтесь своих желаний.
   - Мы думали, что тебя уже нет в живых, - разлив вино по маленьким глиняным стаканчикам, сказал Гертон. - Тем удивительней, что ты нашлась.
   Я подхватила стаканчик, пригубила и поморщилась. Нет, сам напиток был замечательным, особенно по меркам такого заведения как "Разудалое копытце", и вина действительно хотелось, но Гертон заказал его в явном намерении расслабить беглянку. Это настораживало.
   Метаморф и теперь всё понял, однако сделал вид, будто ничего особенного не происходит, словно никакого умысла нет. Тоже выпил, потом окинул пространство внимательным взглядом, наклонился вперёд и заговорил снова.
   - Тебя искали на протяжении трёх лет. После твоего побега, половину наших сорвали с мест и заставили колесить по империи. Но поиски ничего не дали. Объясни, где ты была?
   Объяснять не хотелось. Причём совсем. Никак! И я решительно помотала головой.
   - Но Совету сказать всё-таки придётся, - прошептал Гертон убеждённо.
   Я пожала плечами - а что ещё ответить? Да, Совет будет настаивать, но некоторые эпизоды жизни среди людей я и под пытками не выдам. И пошли они все лесом со своим любопытством!
   - Астрид... - позвал сородич. - Не сердись. Злость ничего не изменит.
   - А я разве сержусь?
   Гертон красноречиво сощурил глаза, а я фыркнула. Потом хлебнула вина и попыталась внести в ситуацию необходимую ясность:
   - Не думай, что ты меня поймал. Я возвращаюсь добровольно. Это трезвое, взвешенное решение и, если что, в попутчиках не нуждаюсь. В конвоирах - тем более.
   - Верю. - Собеседник кивнул. - Но ты же понимаешь, что отпустить тебя одну не могу. Я обязан проконтролировать.
   В голосе метаморфа не было ни осуждения, ни превосходства. Мимика тоже никаких неприятных эмоций не выдавала. И пусть я точно знала, что это спокойствие - результат уроков по актёрскому мастерству, которые дают всем одарённым, решила Гертону поверить.
   А почему нет? В конце концов, у меня лишь один путь - домой. И смысла искать какую-то правду, кому-то что-то доказывать, уже нет. Я уже проиграла.
   - Как думаешь, что меня ждёт? - придвинувшись, прошептала я.
   Фальшивый граф пожал плечами, сказал после паузы:
   - Твой поступок равносилен предательству, и принимать решение будут после тщательного допроса. Если ты не совершила ничего, что может навредить народу, то смертной казни точно избежишь.
   - Не совершала! - поспешила заверить я.
   Собеседник улыбнулся уголками губ и кивнул.
   - Верю. Если бы ты что-то сделала, мы бы уже знали. Но за годы твоего отсутствия ничего не изменилось, значит ты, вероятнее всего, была осторожна и благоразумна.
   Подавить нервный смешок, вызванный последними словами, удалось лишь чудом. А Гертон продолжал...
   - Публичную порку тоже вряд ли назначат - ты, в конце концов, женщина. Думаю, тебя просто посадят под замок, а потом отдадут мужчине, который сможет держать столь строптивую женщину в узде.
   Предположения Гертона полностью совпадали с моими собственными выводами, но я всё равно поёжилась.
   - В прошлый раз мне предлагали список из...
   Договорить я не смогла, запнулась под насмешливым взглядом сидящего напротив метаморфа. И немного смутилась, потому что осознала: в моём случае надеяться на право выбора - невероятная наглость.
   Мужа назначит Совет, и муж этот точно будет из одарённых - так больше вероятность передать родовую магию детям. А учитывая тот факт, что одарённые в городе не живут, присматривать за "строптивой женщиной" будет вовсе не супруг, а его родня.
   Мне не требовалось даже воображать эту ситуацию, чтобы ощутить холодок и отчаянное желание плюнуть на всё и сбежать снова.
   Куда драпать? Точно не к Дантосу - его жалко. А вот Шеш - кандидатура вполне подходящая. Жадный толстяк примет блудного дракона с распростёртыми объятиями, точно знаю! Да ещё дополнительную порцию жиденькой каши даст. Один раз. В виде исключения.
   - И кто же нынче свободен? - Мой голос прозвучал ровно, и даже равнодушно. - Кому глазки строить? Кого очаровывать?
   - Ну, например, меня, - сказал Гертон. И добавил, как для тупых: - Я не женат.
   Удивление? Нет, ни капли. Зато чувство неловкости, которое сидело внутри с момента встречи, усилилось.
   - А почему ты не женат?
   Метаморф пожал плечами, подарил долгий взгляд, но всё-таки пояснил:
   - Очень много работы. Некогда было о таких вещах думать.
   Вот это "было" я подметила и оценила... Но, как ни странно, никакого возмущения или внутреннего протеста не почувствовала. Я восприняла слова сородича очень спокойно. Потом улыбнулась и ответила:
   - Я даже лица твоего не видела.
   - Я покажу, - сказал Гертон и кивнул на лестницу, ведущую к комнатам.
   Всё. Остатки моей репутации рассыпались в прах, а прислуга и хозяин постоялого двора, сделав выводы, потеряли всякий интерес к моей персоне. Но я не могла поступить иначе. И дело не только в любопытстве, просто... Гертон один из кандидатов в мужья, мой конвоир и внук старейшины Нила. Мне совершенно незачем с ним ссориться. Лучше попытаться наладить отношения - это единственный разумный вариант.
   Так что да... Да, мы поднялись по лестнице и вошли в мою комнату, которая в данный момент напоминала выпотрошенную гардеробную - ну не успела я упаковать чемоданы, что поделать?
   Гертон не обратил на бардак никакого внимания. Тут же запер дверь на щеколду и, прикрыв глаза, расслабился. Зато я глядела в оба... Внутренне съежившись, наблюдала, как меняются черты лица, как вытягиваются руки, сужаются плечи и увеличивается рост. Как стильная дорогая одежда превращается в очень несуразный костюм - слишком широкий и короткий для этого "человека".
   Настоящий Гертон оказался угловатым брюнетом, почти таким же, каким я его помнила. А глаза светло-голубые, точь-в-точь как у старейшины Нила. Гертон был намного стройнее графа Бонора, и в какой-то момент я испугалась, что в результате трансформации с него спадут штаны.
   Но казуса не случилось. Допроса на тему "и как я тебе?", тоже не произошло. Вместо этого меня уведомили:
   - Выезжаем на рассвете.
   Я кивнула.
   - Почтовая карета на Донтокс... - начала было я, но осеклась. Просто кое-кто недвусмысленно разулыбался.
   Ну да, ну да... Это я нищенка и трусиха, а Гертон вполне может позволить себе наёмный экипаж. Вот только... сам он тоже в экипаже поедет? Или всё-таки верхом на том чистокровном жеребце?
   Я хотела спросить, но подумав, промолчала. Вдруг конвоир даже не предполагал составить мне компанию в тесном пространстве кареты? Что если подам ему идею? Нет-нет, мне такого счастья не нужно! И если выбирать, то я выбираю поездку в одиночестве!
   Пока я терзалась сомнениями, Гертон провёл обратную трансформацию, вновь превратившись в Сартоса, графа Бонора. На меня опять глядел шатен с вьющимися волосами, симпатичный и благородный. Но в данный момент я ценила не внешность, а мастерство сородича. Сразу ясно - очень много перевоплощался, и уровень самоконтроля имеет бешеный.
   - Астрид, только давай без глупостей, - вырвал из раздумий Гертон. - Договорились?
   Возмущаться или прикидываться, будто не поняла о чём речь, было бесполезно. Поэтому я кивнула и сказала прямо:
   - Если с твоей стороны, - и этот момент я подчеркнула, - глупостей не будет, то клянусь быть самой послушной девочкой в мире.
   Мужчина подарил сдержанную улыбку и покинул комнату. А мне не оставалось ничего другого как заняться багажом. Платья, бельё, обувь, шляпки... бес меня пожри, зачем я столько всего накупила?
   Ах да... Я должна скрыть, что жила драконом. Анимализм - тоже преступление, и в моей ситуации он может стать последней каплей. Я и без всякого анимализма виноватая.
  

Глава 5

  
   Утро я встретила в самом скверном расположении духа и, усаживаясь в нанятый Гертоном экипаж, едва ли не рычала. Сегодня всё было не так. То есть вообще всё!
   Поданный нам завтрак был пресным и почти безвкусным. Погода стояла убийственная - настоящий осенний холод, да ещё и мелкая колючая морось с неба. Слуги, грузившие и крепившие мои чемоданы, двигались медленнее мёртвых мух. Ну а конвоир всё-таки не захотел трястись в седле, мне предстояло разделить с ним карету.
   От всего этого действительно хотелось рычать! А события, предшествовавшие завтраку и отъезду из Фагора, вызывали желание взвыть и разбить пару сервизов. Ну или заплакать, причём навзрыд. И... покусать кого-нибудь, желательно насмерть.
   Да, ночь была ужаснее утра. Вечер тоже, мягко говоря, не удался. И очутившись на обитом красным бархатом диванчике, я прикрыла глаза и принялась перебирать в памяти последние события. Будто от этого что-то изменится. Будто что-то исправится!
   Итак, вечер.
   Я потратила добрых два часа на то, чтобы упаковать приобретённый багаж. Устала, как ездовая собака и отправилась в ванную. Пока мылась, слышала какой-то странный стук, но желания выскочить из воды, чтобы выяснить, в чём дело, не возникло.
   Зато по окончании гигиенических процедур, любопытство всё-таки проявила. Вернее, попыталась проявить, но выйти из комнаты не смогла. То есть я отодвинула щеколду, дёрнула за ручку, и... ничего. Дверь не поддалась. Вообще. Никак!
   Не сразу, но до меня дошло - слышанный стук тесно связан с этим событием. Что именно сделали с дверью, я не знала, зато личность инициатора данной диверсии секретом не являлась. Уже утром, когда Гертон соизволил зайти, чтобы сообщить о прибытии экипажа, выяснилось - снаружи приколотили дополнительный засов.
   Но вечером я подробностей не ведала. Впрочем, технические детали были неважны. Сам факт того, что меня заперли, вот что взбесило!
   Умом я понимала: поступок Гертона обоснован, и ничего особенного в нём нет. Более того - если бы сама оказалась на месте конвоира, то поступила бы так же. Однако на настроение эти доводы не влияли, и на некоторое время я впала в откровенную ярость.
   Правда, стучать и требовать, чтобы выпустили, не стала - смысл? Но поступок этот к сведению приняла.
   Когда волна ярости схлынула, я разделась донага и забралась под одеяло.
   Весть о выступлении Астры и последующая встреча с сородичем, отвлекли от очень важной вещи. От догадки, которая посетила ещё утром, и занимала меня большую половину дня. И вот теперь, перебесившись, я к этому вопросу вернулась...
   Это касалось трансформации.
   Я предположила: что если всё не так страшно? Что если проблема не в магии, а в кое-чём другом?
   Ведь как обычно происходит изменение тела? Метаморф вызывает в памяти образ объекта, потом обращается к родовой магии, и всё, трансформация пошла. Причём "образ" не с потолка берётся! В том смысле, что его нужно сперва добыть, как говорил старейшина Ждан - прочитать.
   Одарённый читает образ при помощи прикосновения к обнаженному участку тела. В момент касания тоже задействуется магия, но для объекта она незаметна. Зато метаморф ощущает много разного, и именно благодаря такому контакту обретает способность превратиться, переняв не только внешность, но саму суть!
   У каждого одарённого есть целая коллекция образов, личины на все случаи жизни. Но старейшина Ждан, обучавший меня пользоваться даром, как-то обмолвился, что со временем образы могут стираться или выцветать - как узор на выброшенном на солнце ковре.
   Так что если проблема именно в этом? Что если дело в моей большой, но устаревшей коллекции?
   Бури энтузиазма данная догадка не вызвала, но искорку надежды всё-таки зажгла. И транжиря золото герцога Кернского, я умудрилась прикоснуться к трём женщинам.
   Магический отклик, который сопровождает прочтение образа, был! Причём во всех трёх случаях. То есть мне оставалась малость - попробовать совершить трансформацию.
   И вот теперь, лёжа на узкой кровати, я попробовала... Но ничего не вышло.
   Я потратила не меньше часа, вызвала каждый из новых образов, но увы. Моё тело не желало меняться. Ни в какую.
   Даже в Дантоса, которого тоже трогала, причём не единожды и очень качественно, превратиться попыталась. Вот только результат остался прежним - ни-че-го!
   Убедившись, что всё бесполезно, я сползла с кровати, натянула ночную сорочку и вновь под одеяло вернулась. Теперь лежала и размышляла о том, чем вся эта ситуация грозит.
   Дома мне способность к трансформации не нужна. Более того, есть вероятность, что старейшины не станут просить поменять облик даже "на пробу" - просто смысла в такой просьбе нет. Следовательно, я вполне могу скрыть своё "увечье". Но Гертон...
   Он же наверняка рассчитывает на моё умение перевоплощаться. Мы же, по уму, не можем просто взять и приехать. Нам следует замести следы! А изменение внешности в таких случаях лучший способ.
   И что мне делать? Признаться конвоиру или устроить небольшой, но неприятный сюрприз? А потом, по возвращении, Гертон сдаст с потрохами старейшинам, и... бес меня пожри, это засада.
   Второй момент - шрамы на шее. Их спрятать точно не получится - не смогу же я каждый день, независимо от погоды и обстоятельств, ходить в шарфике. А даже если смогу, то уж кто, а муж этот шарфик с меня точно снимет. Снимет и всё увидит...
   Тут всплывает тот же вопрос - что делать? О чём врать?
   Эти мысли искренне огорчили, а выхода из ситуации я, увы, не видела. В итоге заснула, свернувшись калачиком, в обнимку с лёгкой мигренью.
   Но на этом неприятности не закончились. Просто перешли в другую плоскость - в плоскость сновидений.
   Да, да, и ещё раз да! Я ненавижу сны! А они терпеть не могут меня, и в этот раз их нелюбовь перешла всякие границы! Вместо вполне реальных воспоминаний и чётких образов, мне снился настоящий, всамделишный кошмар.
   Снилось, будто я опять дракон. И я мечусь, причём спящая, по огромной постели герцога Кернского в попытке отыскать этого тёплого, наделённого умопомрачительным запахом, человека. А его нет! И от этого так грустно, так нестерпимо горько становится, что хочется выть.
   Но выть я не могу. Потому что сплю. Сплю и продолжаю искать, искренне мечтая прижаться и ощутить умиротворение, которое только Дантос подарить способен.
   И вновь не нахожу. Герцога Кернского в постели нет, а я... потерялась.
   Просто потерялась и всё.
   Этот сон длился всю ночь и, несмотря на яростные попытки сбросить дурман, не отпускал. Зато когда я всё-таки проснулась... Оказалось, что всё гораздо хуже - здесь и сейчас я была драконом. Маленьким, одиноким и бесконечно несчастным.
   Ну вот, утро.
   Понятия не имею, как такое могло случиться. Ума не приложу, как могла совершить трансформацию. И почему боль, способствующая перевоплощению, не разбудила - тоже не знаю. Но факт оставался фактом - я засыпала человеком, а проснулась... в окружении бесчисленного количества звуков и запахов. С хвостом, крыльями и прочими шипами.
   Новенькая ночная сорочка была порвала, но сбросить её я не могла, поэтому присутствовало ощущение пут, которое бесило. Ещё больше раздражал внутренний зуд! Я вся чесалась, причём изнутри. Третьим и самым гадким являлось ощущение присутствия другого метаморфа...
   Нет-нет! Гертон находился вне комнаты, но в пределах моего восприятия. Он был где-то здесь, на этаже, в паре, а может в тройке номеров от меня.
   Я точно помнила, что заперла дверь изнутри - то есть сородич точно не войдёт и врасплох не застанет. Но сердце всё равно охватила паника, а реальность дрогнула, превратившись в нечто зыбкое.
   Следом пришло осознание собственного бессилия. Оно было подкреплено странными ощущениями драконьей сущности - тем самым внутренним зудом, смысла которого я не понимала, и понимать не хотела.
   Так что да! Паника! Которая подстегнула желание выбраться из порванной ночной сорочки, в которой я, ко всему прочему, окончательно запуталась.
   Освобождение занято не меньше четверти часа и потребовало множества усилий. Причём, в процессе я умудрилась свалиться с кровати и больно удариться попой, что придало моей панике ещё один оттенок - оттенок боли.
   Но я всё равно справилась. А избавившись от шелковых лоскутков, застыла и закрыла глаза, призывая родовую магию.
   Пока реальность сходила с ума, а тело корёжило и выгибало, молчаливо благодарила Леди Судьбу за то, что трансформацию невозможно почувствовать. Что Гертон не узнает о смене формы и вопросов, соответственно, не задаст.
   А потом была попытка замести следы - спрятать изорванную ночную сорочку поглубже в чемодан. Встреча с Гертоном. Весть о том, что к моей двери приколотили дополнительный засов - как сородич убедил хозяина постоялого двора пойти на такую гадость, я выяснять не стала. Затем завтрак, и вот... экипаж! А ещё холод, мерзкая морось с неба, и не менее мерзкий метаморф на соседнем диванчике.
   - Астрид? Всё в порядке? - когда выезжали из городских ворот, спросил он.
   Я попытку завязать разговор не оценила. Просто кивнула и вновь прикрыла глаза в желании абстрагироваться. Вот только Гертона такой вариант развития событий не устроил...
   Несколько минут мы действительно ехали молча, потом конвоир новый вопрос задал:
   - Обиделась?
   Хотелось скривиться и кивнуть, но я сдержалась. Ещё заставила себя распахнуть глаза и подарить сородичу сдержанную улыбку.
   - Нет. - Мой голос прозвучал совершенно равнодушно. - Я понимаю твой мотив.
   Гертон, пребывавший в образе графа Бонора, красноречиво заломил бровь. Пришлось пояснить:
   - У тебя нет поводов доверять мне, Гертон. Твоё желание подстраховаться более чем разумно.
   Я рассчитывала на удивлённое молчание и, как следствие, возможность снова отмежеваться от всей этой ситуации. Но мужчина удивиться не пожелал. Вместо этого новый вопрос задал:
   - То есть ты действительно в Рестрич направлялась?
   Я невольно передёрнула плечами. Слышать это название из уст сородича было странно. Для нас, метаморфов, Рестрич всегда был просто "городом", без всяких уточнений.
   - Да, - выдержав паузу, выдохнула я. И добавила, чтобы отмести остатки заблуждений: - Сбегать от тебя так же не собиралась.
   Губы собеседника тронула лёгкая улыбка, а потом прозвучал самый нежелательный из вопросов:
   - Почему ты решила вернуться, Астрид?
   Я хотела промолчать или отшутиться, но быстро вспомнила, что передо мной не абы-кто, а внук старейшины. К тому же Гертон одарённый, то есть один из тех, кто обеспечивает безопасность и благополучие народа. По уму, с этим метаморфом лучше дружить, чем враждовать.
   Именно эта мысль заставила погасить вспыхнувшее раздражение и внутренне собраться. Когда я заговорила, мой голос звучал ровно и доброжелательно, а во взгляде, точно знаю, читалась пусть не абсолютная, но покорность.
   - Я устала жить одна, Гертон. Устала прятаться. Давно поняла, что совершила глупость, но сил признаться в этом публично, не было. А теперь я готова.
   Вопреки ожиданиям, понимания я не встретила. Губы собеседника снова скривились в лёгкой улыбке, больше похожей на усмешку.
   - То есть охота на зеленоглазую брюнетку, устроенная в столице, с тобой не связана? - спросил Гертон.
   Всё. Вопрос с признанием во всех грехах был решен! А я, невзирая на нехватку актёрского таланта, превратилась в самую беззаботную девушку в империи.
   - Зеленоглазая брюнетка? - спросила, подавив смешок. И тут же добавила: - Гертон, ты забыл кто я?
   Метаморф точно хотел ответить, но не успел - я продолжила:
   - Сегодня брюнетка, завтра блондинка, а послезавтра...
   Не выдержав, я пожала плечами и замолчала, отвернувшись к окошку. Но мой конвоир верить не спешил...
   - Охота на женщину совпала с твоим появлением, - бесцветно констатировал он. - Согласись, это подозрительно.
   Я равнодушно усмехнулась, а в ответ услышала настойчивое:
   - Астрид...
   Врать или не врать - вот в чём вопрос? В смысле, продолжать врать, или...
   - Ну может быть и задела кого-то из высокопоставленных... - с прежним равнодушием, сказала я.
   - Кого? - Голос сородича прозвучал холодно и крайне неприятно.
   - Понятия не имею.
   Гертон хищно сверкнул глазами, я подарила столь же "ласковый" взгляд. Но смягчающий аргумент всё-таки нашла:
   - Не кипятись. Я не жила в столице, я была там проездом, так что весь этот переполох...
   - Всё равно из-за тебя, - вновь перебил сородич.
   Пришлось скривиться и замолчать.
   К счастью, продолжения расспросов не последовало. Всё стало... хорошо. И это "хорошо" длилось до самого обеда, который мы провели в одном из придорожных кабаков, а вот дальше...
   Полный желудок, да вкупе с погодой, которая не намекает, а прямо-таки кричит, стал причиной накатывающей дрёмы. Однако, памятуя последнюю ночь, позволить себе такую роскошь как сон я не могла. Поэтому встрепенулась и попыталась сосредоточиться на том, что творится здесь и сейчас. А ещё разговор завязать попыталась.
   - Старейшина Ждан, должно быть, поседел... - пробормотала я.
   А в ответ услышала:
   - Да. Поседел.
   - А что с остальными?
   Мой конвоир раздумывал недолго. Сказал, меряя снисходительным взглядом:
   - За время твоего отсутствия ничего, по большому счёту, не изменилось. В Рестриче всё по-прежнему, Астрид. Те же дома, те же мостовые. Те же нравы и взгляды.
   Я невольно прикусила язык и опустила глаза. Но через пару минут всё-таки решилась задать новый вопрос:
   - А мама с папой?
   - Переживали, - сказал Гертон.
   Я вновь потупила взор. Сердце, вопреки всему, наполнилось щемящей болью. До этого момента не хотелось признавать, но бес меня пожри! В том, что касается моего возвращения, реакции родителей я боялась куда больше, нежели встречи со старейшинами.
   - Вазур женился, - внезапно сказал фальшивый граф Бонор. - А Юдисса вышла замуж и родила.
   Признаться, весть о судьбе одарённого, с которым водила шапочное знакомство, не тронула, а имя лучшей подруги зажгло в сердце очередной непонятный огонёк. Мне стало и больно и сладко одновременно.
   - Причём здесь Юдисса? - спросила я. - И откуда ты про неё знаешь?
   - После твоего побега было много допросов, - пояснил конвоир. И добавил: - Много допросов и много новых знакомств.
   Нет. Происходящее было выше моих сил! Я откинулась на спинку диванчика и прикрыла глаза. Там, в цирке, слушая щелчки кнута и прыгая с тумбы на тумбу, я знала, что проиграла, но теперь... это было что-то сверх. Какой-то особенный удар, какая-то невероятная стадия поражения.
   - Астрид... - попытался окликнуть собеседник, но я не далась.
   Я мотнула головой и скривилась, чётко понимая: жизнь кончена, я - неудачница.
   Ну почему не согласилась с приговором старейшин? Зачем взбунтовалась? Для чего сбежала? Чтобы оказаться там же, в том же статусе, да ещё с позором за плечами?
   Впрочем, о статусе - это мечты. Сначала нужно пройти проверку и доказать, что не так уж плоха. А вот дальше станет ясно. Дальше меня или простят, или...
  
   Следующие три дня с неба всё так же сыпался дождь. Нанятый Гертоном экипаж сменился другим, более комфортным, зато дороги не улучшились, их вообще развезло. Поэтому казалось - не едем, а катимся к бесам.
   Мой конвоир, безропотно оплачивавший и обеды с ужинами, и ночлег на постоялых дворах, по большей части отмалчивался, а я размышляла о возвращении домой. И чем дольше думала, тем чаще казалось - пора впадать в отчаяние. Но... не получалось.
   В чём причина - не знаю. То ли где-то в глубине души возвращение не казалось чем-то настолько ужасным, то ли длительное слияние с драконьей сущностью повлияло, но факт был налицо: никакого отчаяния, только странное предвкушение. Чего именно? Чуда или беды? Нет, не знаю. Но что-то намечалось, это точно.
   Гертон, всё так же деливший со мной тесное пространство кареты, это состояние точно заметил. Я наблюдала за конвоиром столь же внимательно, как и он за мной, и не могла не сообразить - сородич недоумевает.
   Это его недоумение стало поводом для нескольких улыбок, но на четвёртый день, когда прибыли в Кенстрич, улыбаться расхотелось...
  
   Постоялые дворы всегда выбирал Гертон, что неудивительно - кто платит, тому и карты в руки. И, будучи вроде как аристократом, предпочитал заведения подороже и получше.
   Вот и в Кенстриче, одном из торговых узлов нашей империи, Гертон теми же вкусами руководствовался. Но перестарался... В смысле, в этот раз он привёз в гостиницу высшего класса. С огромными номерами, широченными кроватями, и высокими окнами.
   Я, конечно, удивилась - да, сородич отыгрывал роль графа, но род Бонор не настолько богат, чтобы так шиковать. Но большого значения поступку всё-таки не придала.
   После того как служанка проводила в отведённый мне номер, а двое плечистых парней втащили в комнату чемоданы, я избавилась от шляпки и отправилась умываться. Дальше привычно поправила причёску, шарфик, проверила всё ли в порядке с платьем и отправилась вниз, в ресторанный зал.
   И вот тут стало ясно - всё не просто так, всё сделано с умыслом!
   С каким именно? Ну... если учесть, что меня проводили в один из отдельных кабинетов, где, кроме прочего, царил интимный полумрак, ход мыслей Гертона был предельно ясен.
   Но нужно отдать метаморфу должное - бросаться в атаку сразу же он не стал. Сперва галантно отодвинул для меня стул, потом налил вина и позволил насладиться изысканным салатом с морепродуктами. И лишь когда перешли к горячему, а бокалы были наполнены по второму кругу, заговорил о деле.
   - Астрид, ты ведь знаешь, чем кончится твоё возвращение, - тихо сказал он.
   Вопрос был риторическим - я не только знала, мы с Гертоном ситуацию давно обсудили. Именно поэтому я не ответила, вздёрнула бровь и только.
   А сородич и конвоир в одном флаконе хлебнул вина и озвучил мысль, которая витала в воздухе всё это время...
   - Вариантов у тебя совсем немного, и я один из них. Думаю, мы можем решить вопрос без старейшин. Мы можем договориться.
   Слова были ожидаемы, и я восприняла их совершенно спокойно. И столь же спокойно ответила:
   - Благодарю, Гертон. Я подумаю.
   А теперь он бровь вздёрнул! И удивление, вспыхнувшее в глазах, было отнюдь не шуточным.
   Конечно. Кто я и кто он? В моём положении есть лишь один разумный вариант ответа - радостно согласиться.
   Но соглашаться не хотелось. Понимала, что придётся, но...
   - Астрид, не дури, - сказал собеседник. - Мы идеально подходим друг другу. К тому же, ты мне действительно нравишься.
   И опять: сознавала, что нужно радоваться, ведь симпатия в браке это важно, но вместо этого чуть не поперхнулась кусочком жареного мяса.
   Гертон, разумеется, заметил, и такая реакция его ничуточки не вдохновила. Тем не менее, сородич не постеснялся поймать мою руку, которая метнулась к бокалу и крепко сжать затянутые в тонкую перчатку пальчики. Пришлось собраться и обратить всё своё внимание на мужчину.
   Минуты две мы смотрели глаза в глаза. Взгляд Гертона убеждал и одновременно требовал ответа, а мой... хочется верить, что не выражал ничего.
   На этом и разошлись.
   В том смысле, что метаморф-таки отпустил руку и позволил вернуться к остывающему ужину. Сам тоже на еде сосредоточился. И хотя выглядел он спокойным и даже безмятежным, было ясно - данный эпизод лишь начало.
   Всё. Попалась, Астрид. Как есть попалась!
  
   Угу, мне действительно следовало радоваться. И когда я вернулась в комнату, разум с прагматизмом начали дружно шептать о том, что нужно прямо сейчас пойти к Гертону и сказать "да".
   Возможно, я бы даже смогла пересилить себя и сделать это, но вот незадача - каждый раз, начиная с той памятной ночёвки в "Разудалом копытце", меня запирали.
   Правда, теперь всё было проще. Гертону уже не требовалось скрывать свои планы, поэтому он банально отбирал у меня ключ. Я, как и прежде, прекрасно понимала, зачем это делается и претензий не предъявляла.
   Но и позволять конвоиру проникать в мою комнату когда ему вздумается, так же не могла. Поэтому тоже дверь запирала, но уже изнутри, на щеколду.
   В этот раз фальшивый граф Бонор действовал по обычной схеме, и возможности увидеться с ним у меня уже не было. Это стало поводом послать разум с прагматизмом подальше и отправиться в ванную.
   Ну а чуть позже, лёжа в огромной постели, я позволила себе то, что последние три дня категорически запрещала - вспомнила о герцоге Кернском.
   Интересно, как он там? Уже успокоился или всё ещё надеется поймать беглянку? Грустит или наоборот радуется, что избавился от такого сомнительного счастья, как я?
   А как его ранение? Фурих уже разрешил этому несносному блондинчику нагружать руку или они по-прежнему спорят на данную тему?
   Эх... а без сестры милосердия в моём лице лекарю точно нелегко. Ведь теперь присмотреть за Даном и заставить выполнять рекомендации совершенно некому.
   Последняя мысль, вопреки логике, вызвала улыбку. В следующую секунду я перевернулась на живот, крепко обняла подушку и закрыла глаза. Образ растрёпанного блондина в белой рубашке, вспыхнувший перед внутренним взором, был до того ярким, что почудилось - стоит лишь протянуть руку и тут же окажусь рядом с ним.
   Ещё я точно знала - это воспоминание не пройдёт даром. После такого, герцог Кернский, непременно, приснится. Вот только отмахиваться от сновидения не было ни малейшего желания. И когда сознание подёрнулось туманной дымкой, я приняла её как великое благо...
  
   Лежу... Расслабленно лежу на кровати светлости и одним глазком наблюдаю за Полли, которая проводит плановую уборку.
   Сам блондинчик ещё не выздоровел, но постельный режим по-прежнему нарушает, невзирая на протесты. Поэтому светлости в комнате нет. Она в кабинете, в том, который на первом этаже расположен.
   Чем там занимается, в общем-то, неизвестно, но, включив логику, несложно догадаться, что фигнёй! Правда, желания пойти и проверить, или... заняться фигнёй вместе с ним, у маленького дракона нет. Поэтому...
   Лежу! Лежу и вроде как контролирую Полли.
   А горничная на меня даже не смотрит, напоминая тем самым, что времена, когда вся челядь относилась к маленькому дракону с опаской и уважением, прошли.
   Это не то чтоб обидно, но слегка коробит. И, глядя на такой беспредел, я невольно начинаю размышлять о мести.
   Хочется придумать план! Да такой, чтобы "ух"! Чтобы все поняли, оценили, и впредь вели себя рядом с драконом соответственно, но... план придумываться не желает. Мы слишком сыты сегодня. Сыты и расслаблены!
   Вообще, особняк светлости, сама светлость и обстановка, очень дурно на меня влияют. Теряю квалификацию по пакостям. И это тоже обидно. Гораздо обиднее, чем наблюдать спокойствие Полли.
   Чувствую себя маленькой и... никчёмной.
   Страдаю.
   Ей-ей страдаю!
   А потом вижу, как горничная открывает дверь крошечной гардеробной комнаты и уходит в гостиную, дабы взять что-то из своего помывочного инвентаря. И лично мне пофиг, но драконья сущность сразу приободряется. Ей интересно, ей хочется разведать, что там и как.
   Я спорить с драконьей сущностью не люблю. Поэтому тут же переворачиваюсь на брюхо и поднимаюсь на лапки. Замираю и, осознав, что Полли возвращаться не спешит, спрыгиваю с кровати и бодро семеню туда, к распахнутой двери гардеробной.
   Замираю на пороге - пахнет приятно. Несмотря на то, что здесь только чистые, постиранные вещи, в тесном пространстве витает умопомрачительный запах Дана.
   Это становится поводом проскользнуть внутрь и оглядеться. Вешалка с камзолами и рубашками меня не интересует. Полки с обувью тоже. А вот полки, где... нет, там не только чулки и бельё, там всё вместе и много чего разного!
   Я выбираю ту, что расположена под вешалкой с камзолами. Сосредотачиваюсь, чувствуя, как задние лапы наполняются энергией, примериваюсь и совершаю прыжок. В процессе вспоминаю о том, что драконья анатомия довольно своеобразна. Что попа у драконов непропорционально большая и всегда перевешивает, но в этот раз всё получается.
   Я не падаю, цепляясь лапами и стягивая вниз всё, что лежит на полке, а красиво опускаюсь на стопку чистых вещей. Какая я молодец! Прям чудо, а не дракон!
   Выдавать своё присутствие не хочется, поэтому гнездо устраиваю аккуратно. Потом ложусь, укрываю носик хвостиком и закрываю глазки.
   Слышу деловитые шаги Полли и тихий стук, с которым закрывается дверь в гардеробную. Улыбнуться ввиду особенностей драконьей анатомии не могу, но мне очень радостно - всё, я спряталась!
   Полли уходит, а я остаюсь. Думаю - а не перевернуться ли на спину, чтобы поудобнее, но лень оказывается сильней стремления к комфорту. Поэтому просто зеваю, растягивая пасть до предела, и собираюсь заснуть, но...
   - Астра? - слышится из-за двери. - Астра, ты куда подевалась?
   Ага...
   Нет, не так. Правильнее будет - ага-ага!
   - Астра! - повторяет горничная громким шепотом. В её интонациях слышится неподдельное беспокойство. - Девочка, ты где?
   Здесь. В гардеробной. Но знаешь, Полли, я тебе про это не скажу.
   Молчу.
   Лежу и молчу!
   И мысленно подхихикиваю, отлично сознавая, что сейчас начнётся.
   Ведь после моей попытки улететь, Дантос всех насчёт маленького дракона предупредил. Мол, смотрите в оба, и чтобы ни-ни! А Полли, дурёха этакая, золотую девочку потеряла. И что если я всё-таки сбежала? Что если исчезла навсегда?
   - Астра! - Вот теперь в голосе горничной звучит настоящая паника, но я выдавать своё убежище по-прежнему не собираюсь.
   А нечего было меня игнорировать! Нечего было притворяться, будто моё присутствие в спальне тебя ничуточки не заботит!
   Сонливость, которая наваливалась каменной плитой, с меня сдуло. Я перестала и зевать, и потягиваться. Вместо этого, навострила ушки и заодно обратила пристальное внимание на драконью сущность, которая не просто слышит, а чует!
   Примерно через четверть часа в особняке начался настоящий переполох.
   Я слышала далеко не всё, но чуяла многое. И видела, как в яви: повинуясь кличу Полли, вся прислуга с насиженных мест вспорхнула, и теперь носится по дому и саду в надежде найти и вернуть маленькую красивую меня.
   И, опять-таки, не видела, но точно знала - герцог Кернский не в курсе. Он, как и прежде, сидит в кабинете на первом этаже, и в ус не дует. И сообщать светлости о пропаже, конечно, не спешат, ибо это верный способ получить таких тумаков, что и во сне не привидится.
   Мимо кабинета ходят на цыпочках! И голосить под окнами тоже не решаются! Снуют, мечутся, зовут почти шепотом и умоляют, но... маленького дракона нет. Пропал он. Исчез!
   Не знаю, как долго это длится. Но в какой-то момент веселье уходит на задний план, а меня вновь окутывает дрёма. Я начинаю отчаянно зевать и, повинуясь желаниям тела, прикрываю глазки в намерении провалиться в сон, но...
   Шаги! Тихие, но до того уверенные, что сразу ясно - в покои вернулся хозяин. И пусть я невиновата, но попа отчего-то начинает чесаться, а в сердце вспыхивает желание закопаться в чистое бельё по самый гребень.
   И я бы закопалась, но, бес меня пожри, слишком хорошо понимаю - не успею! Поэтому сильней зажмуриваю глазки и начинаю дышать часто и размеренно. Вроде как сплю.
   Сплю и никакого отношения к переполоху не имею!
   А услышав, как открывается дверь гардеробной, и почуяв над собой грозу по имени Дан, начинаю спать ещё усерднее.
   Нет, ну а что? Я животная бессловесная. Со своими непонятными человеку инстинктами и прихотями. И забралась сюда совсем не для того, чтобы измотать нервы прислуге и, заодно, Дану.
   Я вообще не при чём. Честно-честно!
   - Ах вот ты где... - звучит над головой.
   Но я не реагирую! Мне эти ваши страсти до одного места. Я всего лишь маленькая, красивая девочка, которая...
   - Астрёныш, у тебя совесть есть? - перебивает ход моих мыслей Дан.
   И хотя я не отвечаю, и дышу всё так же ровно, но...
   - А если найду? - продолжает блондинчик не без ехидства.
   Вообще, воображение у меня довольно бедное, но тема "светлость ищет совесть у маленького дракона" отклик в душе всё-таки вызывает. И образы при этом посещают до того возмутительные, что невольно распахиваю глаза, и...
   - Ага! - говорит Дан. В голосе звучат изобличающие нотки.
   Приходится включить весь актёрский талант - сонно похлопать несуществующими ресничками, потом зевнуть, потянуться...
   - Не верю! - сообщает светлость вероломно.
   Вот теперь у меня два пути: или сдаться, или продолжить пантомиму, но убедить.
   Будь я потрусливей, непременно бы выбрала первое, и начала ластиться, дабы загладить неловкость. Но! Но драконы просто так не сдаются! А золотые толстопопики не сдаюсь тем более.
   - Ву! - говорю "сонно". Мол, что случилось, милый?
   - А то ты не знаешь, - прищурив глаза, отвечает Дан.
   Приходится сменить тактику и воспользоваться природной красотой и обаянием. Потянуться, перевернуться на спинку, демонстрируя такое круглое, такое роскошное пузико...
   - Ас-стра, - звучит в ответ.
   Драконья сущность подсказывает - в действительности герцогу Кернскому смешно. Но угроза в голосе до того натуральная, что я пугаюсь и вздрагиваю. А в следующий миг происходит то, чего я предвидеть не могла...
   Раздаётся тихий, едва различимый хруст и, прежде чем успеваю среагировать, полка рушится. Ну не выдержала она веса золотого толстопопика, что поделать?
   Грохот!
   Грохот не сильный, но по ушам бьёт.
   И я оказываюсь как бы на следующей полке этого небольшого напольного стеллажа.
   А потом снова грохот! И опять! И четвёртая полка тоже не выдерживает!
   При том, что меня и так попрекают аппетитом, становится жутко обидно. Ужасно хочется воскликнуть: "Я не толстая!", но... сказать не могу.
   Да даже если бы и могла, всё равно бы не успела - светлость реагирует быстрей. Глядя на моё падение, эта... этот... Короче, он хохотать начинает.
   А я лежу!
   Лежу всё так же, пузиком кверху. Маленькая, красивая, беззащитная и по-прежнему нетолстая. А он... Ну не сволочь ли?
   Этот смех - настоящий повод обидеться! Жаль только, что обидеться тоже не успеваю...
   - Люблю тебя, - сквозь смех, сообщает Дан. И добавляет: - Безумно.
   Я слегка теряюсь. Потом резко переворачиваюсь, встаю на лапки, но убежать не получается, потому что блондинчик ловит. Крепко сжимает в объятиях и повторяет:
   - Люблю тебя.
   Ну что с этим делать, а?
   Нахохливаюсь. Пытаюсь вывернуться из кольца рук и отступить, но не могу. И слова Дана, вопреки всем решениям, действуют как наркотик.
   Он любит меня даже в моменты, когда я в шкурке с золотыми чешуйками. Даже когда ломаю полки в его гардеробной и откровенно выдираюсь из объятий, царапая гребнем. Любит, наплевав на то, что мы относимся к разным расам, и... Пусть он не говорит, но я точно знаю - понадобится, он пойдёт на брак с вымышленной кузиной.
   От этого осознания и горько и сладко одновременно. Хочется и ругаться и ластиться, и... что-нибудь ещё.
   Хочется найти слова, с помощью которых можно объяснить, что всё без толку. Что это иллюзии! Что я его ничуточки не люблю! Но... слова вместе с желанием застревают в горле.
   Точно знаю - если бы я сейчас была человеком, то промолчала. Я бы не стала разрушать эту пусть маленькую, пусть бессмысленную, но всё-таки идиллию.
   - Люблю тебя, - вновь шепчет Дантос, и я...
   Вопреки желанию, я просыпаюсь.
   Мне глубоко плевать, что во время сна опять произошла непроизвольная трансформация. Мне совершенно безразлично, что вторая из трёх купленных мною ночных сорочек в процессе этого превращения порвалась, и я снова запуталась в лоскутках. Мне пофиг! Пофиг на всё, кроме одного - мужчины, которого ничуточки не люблю, рядом нет.
   Более того, его уже никогда не будет.
   А мне... нужно собраться и выбросить герцога Кернского из мыслей раз и навсегда. Мне следует вспомнить о том, кто я и зачем. Я должна взять себя в руки и начать действовать на благо своего народа и... собственной судьбы.
   Мне следует забыть о лишнем и принять ухаживания Гертона, потому что союз с Гертоном - это правильно, а всё остальное - просто фантазии. Мечты, которые не имеют права на существование по причине абсурдности.
   Роман с герцогом Кернским закончен, это очевидно! Если хочу жить долго и счастливо, нужно смириться с этой истиной прямо сейчас. Нужно обратить внимание на Гертона. Потому что Гертон, повторюсь, это правильно. Это разумно. К тому же внук старейшины Нила не так уж плох.
   А если вдуматься и рассмотреть его пристально, с точки зрения дочери своего народа, он идеальная партия. Лучший из лучших! А ещё он действительно может спасти от гнева Совета. Это ли не повод стать ласковей?
   Это ли не повод...
  
   Следующие три дня нашего, кажется, бесконечного путешествия, я являла собой воплощённое благоразумие.
   Я внимательно слушала рассказы Гертона о его жизни, кивала, задавала уточняющие вопросы и благосклонно улыбалась. Смеялась над его шутками, шутила в ответ и даже кокетничала - в меру сил и скудного, но всё-таки опыта.
   Я старалась. Искренне! По-настоящему!
   Конвоир тоже старался. Он держался очень дружелюбно и спокойно, а его рассказы не были попыткой заговорить зубы или заполнить гнетущую тишину. Сородич честно пытался построить мост над пропастью, которая между нами лежала. Наладить общение. Объяснить, кто он такой и с чем его едят.
   Я... ценила. А ещё больше ценила то, что ответной откровенности от меня не требовали. Более того - Гертон даже не намекал! И это очень подкупало. В какой-то момент я даже начала чувствовать всамделишную, а не притворную расслабленность. Да и улыбки мои стали на порядок искренней.
   Мы оба знали, к чему все эти любезности. Отлично понимали, для чего затеяна игра и куда именно она ведёт. Мы поступали как разумные люди. Он и я. Мужчина и женщина. Одарённые...
   На четвёртый день, после обеда в очередном придорожном кабаке, Гертон решился на новый шаг. Едва оказались в карете, он сел не напротив, а рядом. Я возражать не стала, и даже не напряглась. Ещё... позволила мужчине взять себя за руку.
   - Когда я проходил обучение, мне казалось, что всё будет веселей, - продолжая тему, начатую ещё за обедом, сказал Гертон. - Но в действительности наша работа довольно скучна. Знаешь, ведь большую часть времени мы ничего не делаем. Просто живём, как обычные люди.
   - Не обычные, - возразила я мягко. - Вы же, чаще всего, аристократов и богачей изображаете. У вас есть прислуга, возможность ездить куда вздумается, общаться с новыми людьми. Для наших это уже приключения.
   - Знаю. - В голосе Гертона прозвучала улыбка. - Когда мне было пятнадцать, я тоже думал, что это всё очень здорово и весело. Но со временем все эти поездки и общение приедаются. Начинаешь жить от задания к заданию, и мечтать о простом семейном счастье.
   Я разумно улыбнулась и кокетливо стрельнула глазками. Но собеседник реакцию не оценил.
   - Астрид, это не смешно, - с мягким укором сказал он. - Иногда вообще кажется, что вся жизнь мимо проходит. Временами начинаешь жалеть о том, что у тебя есть дар.
   Да, мы говорили о его, Гертона, работе. Той самой, для которой меня в своё время посчитали негодной. Метаморф рассказывал, а я слушала и честно пыталась проникнуться интересом.
   Но... не получалось.
   Поверить в страдания собеседника тоже как-то не могла.
   Ну да, они живут вне города и сообщества, сами по себе. Да, притворяются теми, кем в действительности не являются. Те, кому как Гертону выпало жить в шкуре аристократов, купаются в роскоши и имеют возможность влиять на политику. Другим, тем, кто отыгрывает зажиточных лавочников или каких-нибудь домовладельцев, проще, но это всё равно не тот уровень горя, которому можно сочувствовать.
   - А каким было твоё последнее задание? - полюбопытствовала я. И добавила, хлопнув ресницами: - Если не секрет, конечно.
   - Конечно секрет, - отозвался Гертон. - Но тебе, разумеется, скажу.
   Он замолчал на миг, подарил тёплый взгляд и действительно признался...
   - Я ездил в Керн. Нужно было собрать "образы" прислуги и приближенных герцога. Увы, его влияние на императора Роналкора усиливается с каждым годом, нам нужно быть готовыми. Возможно, придётся установить за герцогом Кернским серьёзное наблюдение. А если возникнет необходимость, то придётся его...
   - Что-что? - выдохнула я ошарашено.
   Метаморф замолчал.
   Минуты две мы внимательно смотрели друг на друга. Во взгляде липового графа Бонора читалось подозрение, а я... К сожалению, в моих глазах застыл ужас.
   Я беззвучно проклинала себя за такую реакцию, но возможности вернуться в прошлое и среагировать на слова сородича иначе, конечно не было. И я понятия не имела, как буду выкручиваться.
   - Что тебя так задело? - наконец, нарушил тишину Гертон. - Ты знакома с Дантосом?
   - Нет, - не моргнув, солгала я. - Зато весьма наслышана о его отношениях с Роналкором. Они дружат с юности. Они по-настоящему близки! А вы...
   Собеседник слегка расслабился. Такая реакция воодушевила, и я закончила мысль:
   - Вы имеете шанс нарваться на огромные неприятности.
   - Не говори ерунды, - отмахнулся метаморф. - Да, герцог Кернский друг, но если сделать всё по-умному, проблем не будет.
   Вот тут мне следовало улыбнуться, и притвориться, что инцидент исчерпан. Но я не смогла. Вместо этого выдернула ладонь из захвата Гертона и, повинуясь тем же эмоциям, немного отодвинулась в сторону.
   Подозрение во взгляде собеседника сменилось недоумением, а потом... Потом я поняла - с меня ещё дюжина свечей для Леди Удачи! Просто Гертон, вместо того, чтобы устроить допрос, взял и сам оправдание моим странностям придумал.
   - Астрид, ну что за истерики, - снисходительно протянул он. И добавил: - Да, иногда нам приходится убивать. Не говори, что ты этого не знала.
   Я, разумеется, знала, и в данный момент это знание очень сильно подогревало обуявшую меня ярость. Хотелось стянуть перчатки, а потом впиться в лицо метаморфа ногтями. Растерзать! Покусать! Уничтожить к бесам!
   К счастью, эти эмоции всё-таки удалось скрыть. А Гертон, помолчав, продолжил:
   - Астрид, это жизнь. Так надо, и ты сама это знаешь. По крайней мере, должна знать. В том, что касается герцога Кернского, он сам виноват. Это обычная плата за чрезмерное влияние, только и всего.
   Влияние? Нет, Дан, безусловно, друг и всё прочее, но о каком-таком влиянии речь?!
   - На что он влияет? - спросила уже вслух. Голос прозвучал резче, чем хотелось.
   Гертон глянул удивлённо, но всё-таки ответил.
   - Последний год герцог Кернский фактически выполнял функцию личного помощника Роналкора. Через него проходила большая часть дипломатической переписки с соседями, а так же все законопроекты.
   Моя злость поугасла под действием шока, но через миг вспыхнула опять.
   - И это повод для ликвидации? - выпалила я.
   Конвоир вновь удивился. Потом подарил очередную снисходительную улыбку и сказал, как глупышке:
   - Астрид, в данный момент мы принимаем превентивные меры. Видишь ли, герцог Кернский действительно имеет очень большое влияние. В случае если влияние герцога Кернского будет угрожать нашему народу, мы будем вынуждены его убрать.
   - Чем какой-то герцог Кернский может угрожать нам?
   - Полгода назад он уже интересовался, а не много ли у какого-то захолустного Рестрича налоговых льгот, - пояснил Гертон спокойно. - А два месяца назад убедил Роналкора отправить в отставку двух министров, через которых мы поддерживали связь с министерством финансов. Он, видишь ли, обнаружил в их отчётах "вопиющие неточности".
   Я нахмурилась в попытке понять, в чём, собственно говоря, ужас. Ну, с налогами, допустим, ясно. А с министрами что? Они помогали нашим, но...
   - То есть эти министры воровали? - озвучила первую догадку я.
   Как ни странно, угодила в цель.
   - А кто нынче не ворует, Астрид?
   Всё. Всё понятно! И опасности, и методы, и... и если бы речь шла о ком-то другом, то я бы с Гертоном согласилась, но здесь и сейчас...
   - Я думаю, ты драматизируешь, - сказала конвоиру. - Любой может поинтересоваться и налогами, и нечистоплотными министрами. Любой может невольно перейти нам дорогу. Но это всё-таки не повод для убийства.
   - С любым, - и это слово Гертон подчеркнул, - можно договориться. А с Дантосом договориться нельзя.
   И вновь мне потребовалась пара секунд на то, чтобы понять, в чём соль.
   - Ты пытаешься сказать, что герцог Кернский слишком неподкупный?
   - Не слишком, а вообще, - поправил сородич.
   Отчётливые нотки раздражения, прозвучавшие в его голосе, подсказали - подкупить Дантоса уже пробовали. Тот факт, что сероглазый блондинчик не прогнулся под метаморфов, вызвал невольную улыбку и чувство бессмысленной гордости.
   - Значит, предложите герцогу что-то другое, - пожав плечами, парировала я. - Что-то, что ему действительно нужно.
   - Например?
   Я по-прежнему была жутко зла! И на Гертона, и на метаморфов, и на целый мир! Но это не помешало мысленно улыбнуться, потом и вовсе рассмеяться - к счастью, тоже только мысленно.
   - Ну не знаю... Может быть женщину?
   Собеседник юмора не оценил - неприязненно фыркнул и поморщился.
   Ну да, всё верно. Действовать в таких вопросах через чужих - например, нанятых девушек вроде той же леди Жанетт, наши не любят. А одарённых женщин-метаморфов считай и нет. Зато...
   Нет, напоминать о том, что любой мужчина, в том числе Гертон, вполне способен обратиться женщиной, я не стала. Но самой до того смешно сделалось, что пришлось закусить губу и зажать рот ладонью.
   Увы, но конвоир ход моих мыслей понял...
   - Не смешно, - холодно отчеканил он.
   Всё. Вот теперь я не выдержала и расхохоталась голос.
   Только это не веселье было, а истерика, да настолько сильная, что я едва сдержала желание предложить собственную кандидатуру. Впрочем, будь хоть один шанс на успех, я бы это сделала. Но шансов не было.
   Хуже того - сородичи, сами того не сознавая, методично загоняли меня в угол. А ведь всего неделю назад казалось, будто дальше просто некуда. Что я уже в западне! Однако... что вы знаете о безысходности?
   И что делать в этой ситуации? Нет, действительно, что делать?!
   Вернуться к Дану и предупредить? Объяснить, что ему следует перебраться в герцогство и сидеть тише мыши до конца жизни? Но это же Дантос! Он ни за что не согласится!
   Остаться с ним? Уехать в Керн, чтобы иметь возможность почуять приближение метаморфов? Но... это тоже невозможно. Просто Гертону не составит труда вычислить, куда именно я умчалась - после такого-то разговора!
   Убить Гертона?
   Попробовать договориться со старейшинами?
   Вспомнить о том, что со старейшинами договориться невозможно и попробовать выдвинуть ультиматум? Но мне же нечем им угрожать!!!
   А сам Дантос? Ведь он уже под колпаком. И положительный момент в его ситуации лишь один - метаморфы понимают, что герцог Кернский не просто аристократ. Они сознают, что Дан дружен с Роналкором. То есть, в случае чего, уничтожать его будут по самой безопасной и вместе с тем сложной схеме.
   Пусть я обучалась всего полгода и до схем ликвидации ещё не доросла, но любопытство привело к тому, что кое-какие моменты я у старейшины Ждана всё-таки выведала.
   Дантоса будут убивать очень осторожно. Сперва найдут "настоящего убийцу" и "мотив". Потом подгадают момент, выведут Дана на "правильное" место. А дальше... Дальше дадут следствию обнаружить и труп, и убийцу. Ну и мотив этого убийцы на блюдечке поднесут.
   Ведь когда злодей пойман и смысл его поступка предельно ясен, проводить дополнительные расследования и мстить не станет никто. Даже император!
   А такой вариант, как убить и провести замену, то есть подменить герцога Кернского метаморфом, вообще не рассматривается. Людей такого уровня осведомлённости играть слишком сложно, вероятность провала - бешеная.
   Так что... императору действительно должны предоставить именно труп. То есть убийство Дантоса - это сложно. Вернее, сложно и не срочно, потому что прямой угрозы от блондинчика всё-таки нет.
   Интерес к налоговым льготам Рестрича и отставка пары чиновников, в действительности, ерунда. И не факт, что подобное повторится. Вот если бы герцог Кернский начал рыть землю в поисках информации о нашем народе, то тогда...
   Вот тут я запнулась и едва не взвыла в голос, но быстро собралась и заставила себя успокоиться. Нет, не будет такого. Дан понимает, что трогать эту тему не следует и, как всякий умный человек, за неприятностями не полезет. И повода принять экстренные меры моим сородичам не даст!
  
  

Оценка: 5.96*430  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Н.Мамлеева "Попаданка на 30 дней"(Любовное фэнтези) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 4, Вторжение"(ЛитРПГ) М.Бюте "Другой мир 3 •белая ворона•"(Боевое фэнтези) Х.Хайд "Кондитерская дочери попаданки"(Любовное фэнтези) А.Тополян "Механист"(Боевик) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"