Даровская Даша, Мусин Ринат: другие произведения.

Хиж-3: Урок немецкого

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 2.52*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    10 место на "Крещенском вечерке-2"

   Эта история случилась в 1995 году. Я только что получила диплом учителя иностранных языков и принялась искать работу. Распределение уже было отменено, хотя в холле института всегда висели объявления - "требуются учителя в среднюю школу в селе... деревне... поселке городского типа". Все это не устраивало - я хотела остаться в городе. Помотавшись по окрестным учебным заведениям, я с удивлением осознала тот факт, что пробиться в школу, на нищенскую зарплату - не так-то просто. Помогла мамина подруга, которая подсказала мне обратиться в школу N 29, там как раз искали учителя немецкого языка, правда всего на полставки. Завуч приняла меня с распростертыми объятьями. Из сбивчивого монолога я уловила, что за последние полгода в школе поменялись четыре "немки". Последняя была уволена со скандалом: закрутила интрижку с каким-то старшеклассником. Ее предшественница в один прекрасный день просто не пришла на работу - устроилась продавщицей в ларек. О судьбе остальных я не узнала - но, в принципе, это было неважно, как мне казалось.
   - Постарайтесь меньше пользоваться косметикой, - честно предупредила завуч. - И смените юбку. В нашей школе учителя не ходят в юбках выше колена.
   Ученики (шестые и девятые классы) мне достались не запущенные, в меру прилежные. Конечно, была парочка отпетых неучей, но с ними боролась институтскими методами - не замечала шалостей, а под конец урока "лепила" пары. На растерянные вопросы:
   -За что? - отвечала:
   -За работу на уроке.
   Ученички еще больше округляли глаза и говорили:
   -Так мы же не работали.
   -Вот за это и поставила.
   Единственное неудобство было в том, что с шестыми классами я занималась в субботу, во вторую смену. Поэтому зачастую мне казалось, что выходных у меня нет - воскресенье пролетало незаметно, а в понедельник надо было вставать с утра. Вечер субботы казался нереальным временем, для меня его просто не существовало, настолько он сливался с буднями. Половина седьмого, все нормальные люди сидят дома, за окном уже стемнело, а у меня начинается урок, и надо объяснять уставшим шестиклашкам склонения определенных и неопределенных артиклей.
   После месяца работы у меня не возникло ни неприятностей, ни проблем. Я легко влилась в коллектив, завела подругу, Анну Александровну, "англичанку", и в предвкушении ждала Нового года.
   В тот субботний вечер все начиналось как обычно. Текст, перевод, вялый диалог. Все ждали конца урока, и, услышав звонок, вздохнули с облегчением. Ученики, зевая, поставили стулья на парты. Я спустилась в учительскую, поболтала с физичкой, Александрой Геннадьевной, потом пошла закрывать кабинет за дежурными. На часах уже было восемь. Лениво окинув взглядом грязные разводы от швабры, выключила в кабинете свет, закрыла дверь, и положила ключ в сумочку.
   Спустившись на первый этаж, оделась и тепло попрощалась с вахтершей, Татьяной Васильевной. И, конечно, совершенно забыла отдать ей ключ. Но не потому, что куда-то торопилась, а просто из головы вылетело. Так часто бывает на новом месте, когда еще не успеваешь привыкнуть к десяткам мелочей, и не выработались привычки, приходящие со временем - автоматически проверять газовую плиту дома, газеты в почтовом ящике, машинально вешать ключ на нужный крючок... А спешить было некуда: дома, кроме голодного кота, никто не ждал. Погода стояла замечательная: легкий морозец, медленный редкий снег, сочный хруст под ногами. Завернув за угол школы, я пошла по пустой аллее, огибая горку, и только ступила на шаткий мостик, как что-то дернуло меня обернуться. На длинной темной гряде здания горели три окна. В первое мгновение я мысленно выругалась. Потом внимательно посчитала окна. Так и есть, свет горел в моем кабинете. Я тщательно вспомнила все свои действия за последние полчаса. Сомнений не было - в двадцать шестом горел свет. Я же его точно выключала! И несчастный ключ остался лежать в сумочке. Вахтерша в класс попасть не могла - дубликаты были только у нашей директрисы.
   "Наверно, плохо нажала на выключатель, - с досадой подумала я. - Вот растяпа!'.
   Ругая электрификацию страны в целом, и себя в частности, я поплелась обратно. Не оставлять же свет на выходные!
   "А вдруг там кто-то остался? - неожиданно пришла мысль. - Вдруг этот кто-то спрятался, а я его не заметила? Ну и достанется сейчас ему! Ничего, пусть посидит, ума наберется".
   Я даже замедлила шаг.
   Школа наша стоит на стыке улицы Новоселов с Профсоюзным проспектом. С одной стороны, через речку, видны деревянные домишки, с другой, через дорогу - стандартные многоэтажки. Само здание затерялось в огромном парке из старых лип и тополей. Этакий четырехэтажный монстр из красного кирпича, с решетками на первых этажах, со старыми, вытертыми лестницами серого камня и скрипучими настильными полами. Раньше, еще до революции, здесь была женская гимназия. Потом ее немного перестроили и отдали детскому интернату. Только после войны в этих стенах разместилась обычная средняя школа, со своими порядками и сложенными годами традициями.
   Дверь в вестибюль была открыта - Татьяна Васильевна, видимо, еще не успела ее запереть. Я вошла и поразилась тишине, царящей вокруг. Она была почти осязаема - эта тишина, и темнота, нереальная тьма большого старого здания. Полы потревожено скрипели, и этот звук разносился по коридору, возвращаясь от гулких стен зловещим эхом. Не скажу, что я трусиха, но в первую очередь позвала:
   -Татьяна Васильевна, я в классе свет оставила!
   Тишина в ответ. Очень трудно было заставить себя подниматься по темной лестнице наверх. Я подождала вахтершу, но она, как назло, словно под землю провалилась - ни шороха, ни звука, ни малейшего намека на то, что в школе еще кто-то остался. Куда она могла запропаститься!
   "А, - вдруг мелькнула догадка. - Она тоже увидела свет, и теперь, наверно, стоит под дверью, и не знает - что делать, только ругает молодую и бестолковую учительницу. Тем более, если там еще кто-то есть..."
   С такими мыслями я быстро миновала коридор, поднялась по лестнице, и, громко стуча каблуками зимних сапог, уверенно подошла к двери с хорошо знакомой табличкой: "N 26. Кабинет иностранных языков". Свет сочился снизу, облекая дверь в мрачный прямоугольник. Вахтерши здесь тоже не оказалось, за дверью никто не орал: "Откройте-помогите!" Тишь да гладь царили в школе. Всегда бы так!
   Скважина нашлась на ощупь, ключ легко провернулся один раз, и на мгновение показалось, что за дверью кто-то есть. Я понимала, что этого не может быть. Что никого там нет, но по телу пробежала нехорошая дрожь, и совершенно расхотелось проворачивать удивительно легко взявшийся за дело ключ. Обычно с ним приходилось помучиться минуту или две... Лучше бы я не открывала ту дверь, лучше бы достался нагоняй от директрисы, черт с ней!
   Парты в наших классах стояли в три ряда, во втором, за третьей партой сидел мальчик.
   Я облегченно вздохнула: значит, не зря возвращалась. Все пристальней приглядываясь к мальчику, я все больше укреплялась в мысли, что все правильно, нет, не зря. Такой бы не стал ломиться в дверь, не стал бы орать благим матом. Сидел бы себе спокойненько до утра, до понедельника, а родители бы с ума сходили все выходные. Есть такая порода молодых людей - вечнозамкнутых, спокойных, серьезных с детства. Такие даже крикнуть как следуют не умеют. Или боятся.
   -Ты что здесь делаешь? - спросила я строго.
   Мальчик тотчас же поднялся и теперь, стоя, отвечал:
   -Учусь.
   -Как фамилия?
   -Тихомиров.
   -Класс?
   -Шестой "Г".
   У меня отлегло от сердца. Шестой "Г" сегодня занимался последним, у них была физика, и этот сорванец, видимо, просто замешкался, может, замечтался у окна, а я закрыла дверь, он и пикнуть не успел.
   -Пойдем домой, - как можно мягче сказала я. На сорванца мальчик не был похож.
   Он неопределенно мотнул головой и поднял с пола портфель. Это был очень старый портфель, наверно, еще его отец ходил с ним в школу. И одет был мальчик не совсем обычно: в старую школьную форму мышиного цвета, с обшлагами и хлястиком. Малыш явно был из бедной семьи, да еще застенчивый, даже - затюканый.
   Я снова выключила свет, закрыла дверь и стала спускаться вниз. Мальчик тенью следовал за мной. Татьяну Васильевну я опять не нашла, и поэтому, тихонько ругаясь, вновь положила ключ в сумочку. Но на выходе из школы нас поджидала неприятность: на входной двери висел внушительный амбарный замок. Это было уже слишком. Теперь я по настоящему разозлилась на вахтершу, мало что не зарычала. Зато заорала во все горло:
   -Татьяна Васильевна!!
   Мальчуган от моего крика шарахнулся к стенке.
   -Может, она вышла ненадолго? - предположил он тихо.
   Я чуть не выругалась, усилием воли разжала кулаки и сказала:
   -Подожди меня немного. Она, верно, где-то здесь. Я сейчас ее найду, и мы выйдем.
   Мальчик кивнул, а я понеслась на вахту. Вахта, а точнее - некое подобие бункера с окошечком, сколоченная из фанеры невероятной толщины и обитая зачем-то железом, тоже оказалась закрытой. Я постучала, сначала руками, потом ногами, потом бросилась к учительской, прошлась по туалетам (вдруг у нашей Татьяны Васильевны проблемы с кишечником?), заглянула в подсобки. Ничего и никого.
   Вихрем пробегая по второму этажу, я вдруг замерла. В проклятом двадцать шестом снова горел свет! Уже откровенно высказав все, что думаю о совдеповских выключателях, я отперла дверь и зашла в кабинет.
   Мальчик снова сидел там. На втором ряду, за третьей партой. Он поспешно вскочил, приветствуя учительницу, и, предвосхищая вопрос, сказал:
   -Я испугался.
   С меня тут же слетела вся злость.
   -Ты как сюда попал?
   -Вы ушли, я остался один, испугался и снова пришел сюда. Было открыто...
   -Как открыто? - тихо поинтересовалась я.
   Мальчик молчал.
   -Ладно, сиди здесь, я сейчас приду.
   Но мой повторный забег по школе ничего не дал. Татьяна Васильевна как сквозь землю провалилась. Ко мне возвращалась уверенность в себе, я шла по этажам и включала свет, иногда кричала, но отвечало мне лишь гулкое эхо сквозных коридоров. Только сейчас я стала осознавать трагикомичность ситуации. Окна первого этажа были зарешечены. Хотя пожарные наверняка не раз обращали внимание на этот факт, директриса упорно настаивала на присутствии этих монументальных дополнений к хрупким рамам и грязным стеклам. Кроме того, школа имела четыре мощных прожектора (работал из них только один, освещающий внутренний двор) и кое-где - колючую проволоку по забору. И это было обоснованно - на то время из школы уже выносили компьютеры, один раз ограбили столовую и начисто срезали на металлолом весь спортивный городок. Именно после последнего события вахтеры в школе дежурили круглосуточно - на более серьезную охрану средств не было. По инструкции, в случае "проникновения на территорию школы подозрительных личностей", вахтерша должна была взять ключ от учительской, подняться на третий этаж, позвонить в милицию, спуститься обратно, запереться на вахте (именно поэтому вахта была так похожа на гитлеровское "Вольфшанце"), и дожидаться приезда людей в форме...
   Окна второго этажа находились на высоте семи-восьми метров над уровнем снега, но когда я представила ситуацию, что буду выпихивать мальчика из окна, а потом прыгать сама... Ладно еще, если сломает ноги кто-нибудь один. А если оба?
   Мне с трудом удалось открыть (а точнее - оторвать) оконные рамы на втором этаже. Передо мной открылся умиротворяющий пейзаж. Деревья застыли в снегу, в полумраке угадывался провал речки, за которой горели редкие окошки деревянных домов, а на горизонте угадывались смутные силуэты многоэтажек. Со стороны проспекта доносился ровный гул большегрузных тягачей - чтобы миновать дневные отряды городской милиции, они шли обычно ночью.
   -Помогите, - сказала я негромко. А потом разозлилась на саму себя и рявкнула:
   -Помогите!
   Подумала и завизжала еще:
   -Пожар!!!
   Мои крики растаяли в темноте парка и в далеком гуле машин.
   В школе было три телефона - у директрисы, секретаря и в учительской. Но ключ у меня был только один - от двадцать шестого. Спустившись на первый этаж, я еще раз в надежде попинала дверь вахты и, окончательно смирившись с мыслью о ночевке в школе, поплелась в кабинет.
   Мальчик снова вскочил из-за парты.
   -Сиди уж, - добродушно сказала я. - Ты как здесь оказался?
   -Я хотел учиться, - начал мальчуган. Я с трудом подавила хмыканье: редко встретишь ученика, желающего учиться.
   -Я пришел, а здесь открыто, свет горит...
   -Ты знаешь, сколько сейчас времени?
   -..свет горит, а никого нет, - словно не замечая моих вопросов, продолжал он. - У меня всегда с немецким было не очень хорошо, математику и русский по учебникам легко проходить, а вот немецкий...
   -Что-то я не помню тебя, Тихомиров, - сказала я. - Ты точно из шестого "Г"?
   -Точно, - отвечал он. - Только меня долго не было...
   -Болел? - сочувственно спросила я.
   Мальчик неопределенно мотнул головой.
   -Вы поможете мне с немецким? - спросил он. Мне захотелось одновременно заплакать и засмеяться. Но вместо этого я сказала:
   -Помогу.
   -Сейчас?
   Что я могла ответить?
   -Ну, давай сейчас.
   Мальчик с готовностью вытащил из портфеля учебник. Я чуть не ойкнула, увидев книгу. Старый учебник по "немецкому", для шестого класса, в черной обложке, растрепанный и какой-то разбухший, словно побывавший в воде.
   -Откуда ты его взял? - растерянно спросила я.
   -Выдали, - отозвался мальчик.
   -Где выдали?
   -Здесь, в школе. В библиотеке...
   -Так тебе что, учебника не хватило? Надо поменять, я сама видела - есть новые. В понедельник сходим, получим.
   И тут этот мальчишечка так поглядел на меня, что у меня остановилось сердце. Этот взгляд, испуганно-восхищенный, полный какого-то немого доверия и даже обожания - поверг меня в шок.
   -Правда? - спросил он почти весело.
   -Конечно, - отозвалась я и отодвинулась от мальчика.
   -Мы последний раз проходили тему "Мой город". Хотите, расскажу? Я наизусть выучил, - в голосе мальчугана слышалась немедленная готовность.
   -Рассказывай, - согласилась я.
   Мой ученик закрыл учебник и начал:
   -Ich wohne in Kostroma. Diese Stadt ist nicht gross....
   Совершенно незаметно для себя я втянулась в эту странную игру. Конечно, с одной стороны, делать было совершенно нечего, разве что идти и снова пинать дверь "вахты". Но Васильевна наверняка ушла "на минутку" домой, и ждать ее теперь надо к утру. Тему мальчик знал действительно назубок, отбарабанил как с листа и выжидающе смотрел на меня.
   -Sehr gut, - похвалила я и машинально начала задавать вопросы.
   Мальчуган и здесь не подвел - знал всё от и до.
   -Новая тема будет "Meine Familie", - сказала я твердо по-немецки. - Сначала мы прочитаем текст.
   И снова натолкнулась на его странный, недетский взгляд. Только в нем уже не было обожания - лишь грусть, которая с каждой секундой переходила в звериную тоску.
   -Будем читать вместе, - предложила я жизнерадостно, понимая, что выбрала не совсем уместную тему. Наверняка родители беспокоятся, может, даже морги обзванивают. Я подумала, что должна найти лом и выбить дверь в учительскую. Но вместо этого мы прочитали текст. Вместе - предложение он, предложение - я; потом также совместно перевели.
   -Знаете, - начал он вдруг. - Отец разводил голубей, у него даже голубятня была. Как будет по-немецки - "голубятня"?
   Честно говоря, я не знала. Ну вот не знала и все!
   -По-немецки голубь - die Taubе, значит голубятня должна звучать так, "дом для голубей", - размышляла я вслух.
   -А здесь, в школе, плохой дом для голубей, - снова сказал мальчик. - На чердаке дырки снаружи широкие, а изнутри - узкие. Они сюда залетают, а обратно вылететь не могут. Там поверху пыль, а смахнешь ее - и слой по колено - кости и перья. Раньше дворник им запасной выход открывал, так они все равно не вылетали. Боялись, здесь ведь шумно. Они и сейчас там...
   -А ты откуда знаешь?
   -А мы с мальчишками лазали, там ведь открыто все время было, только недавно закрыли...
   Мальчик повернул ко мне голову. Я смотрела на парту, переваривая "страшилку". Я видела его движение, но до меня не сразу дошло, что в нем неправильно... Я смотрела на парту, смотрела на собственную руку и на тень от моей головы на матовой поверхности. Перед мальчиком не было этого темного пятна. Мальчуган сидел ровно под лампой, посередине класса, вполне возможно, что у меня глаза устали, и вообще - я совершенно замоталась и хочу спать. Но самое страшное, отчего похолодели пальцы - это то, что из нагрудного кармана его чуть ли не довоенного "френча" выглядывал клочок красной материи. Не сразу я сообразила - что это такое, а когда поняла - то пусть у моего ученика выросли клыки - это не испугало бы меня более... Даже дышать стало тяжело... Чтобы немного успокоиться, встала и прошлась по кабинету. Среди стендов с правилами вдруг наткнулась на обитую выцветвшим атласом фанерку. Стекло на ней давно треснуло, но было заметно, что кто-то ее протирает - в отличие от запыленных стендов она была чистой. Под стеклом находился пожелтевший от времени листок - вырезанная из газеты статья. Называлась она: "Подвиг школьника". Я читала расплывающиеся буквы и едва складывала из них слова. Получалось, что зимой 1964 года некий Саша по пути в школу спас из Черной речки (район, в котором находилась школа N 113, так и назывался - Чернореченский) несколько малышей. Ребятишки угодили в запорошенную снегом промоину, а "героический пионер" сумел их вытащить, но потом провалился сам, и не сумел выбраться на берег... Основательная такая статья, со всеми подробностями, чуть ли не дело в прокуратуре... Несколько раз пропускала фамилию мальчика, страшась все более и более, пока не дошла до того места, где говорилось что в школе даже открыли "мемориальный класс", и номер кабинета поверг меня в ступор. Я лихорадочно рылась в сумочке, пока не нащупала пудреницу. Зеркало прыгало в руке, а я пыталась разглядеть позади себя Тихомирова Сашу. Пионера, который прятал свой галстук в нагрудный карман. Он прятал его от меня и от тех, кто был до меня, кто тоже видел его, в этой школе, больше похожей на мавзолей, в этой форме, в этом классе, у Черной речки... Но его, конечно, не было в прыгающем зеркале. И даже когда я обернулась, его не было. Ни мальчика, ни портфеля, ни учебника...
   Горло пересохло мгновенно. Я ринулась из класса, вместе с сумочкой, куда-то побежала, пока не поняла, что стою в учительском туалете, прислонившись к стене, а руки дрожат так, что невозможно и сумочку открыть. Я, вообще-то, редко курю, как говорится - раз в пятилетку. Но всегда ношу с собой пачку "Вог" - мало ли что? Первая сигарета сломалась, но я закурила вторую. Хотелось по-щенячьи завыть, но еще больше - пойти в этот кабинет и убедиться, понять, что никто не сошел с ума. Даже не знаю, что бы меня больше обрадовало - присутствие или отсутствие этого... мальчика. В какой-то момент я зажала уши, но быстро опомнилась и долго вслушивалась в тишину, страшась узнать легкие шаги и робкий, словно извиняющийся голос.
   Из туалета я выползла под утро, совершенно разбитая, уставшая, растрепанная.
   Часы вновь показывали полдевятого, серый свет лениво расползался по стенам. Внизу, на первом этаже, кто-то ходил и разговаривал. Как тень я спустилась по лестнице, а когда увидела Татьяну Васильевну, то чуть не рухнула без чувств. Только усилием воли я смогла напустить на себя уверенный вид.
   -Татьяна Васильевна, вы меня вчера в школе заперли. Где вы были? - спросила я как строгий цыпленок.
   -Дак, здесь я. Ох, милочка, так ведь надо было к радистам стучать. Я же у них была, в каморке...
   Старая женщина взяла меня за руку и буквально поволокла к "радиорубке". Взглянув на обитые толстенным поролоном дверь и стены глухого закутка, я поняла, что могла ночью стрелять хоть из пушки.
   -Я свет оставила в "двадцать шестом", - сказала я невпопад. - Там что-то с выключателями.
   -Да знаю, знаю, - бормотала старушка. - Ох, горе-то какое...
   -Ничего, вы не виноваты, - попыталась я ободрить ее. Мне был понятен ее страх перед темнотой и пустотой ночной школы.
   Вместе мы пошли закрывать дверь и выключать свет. И уже потом, на пороге класса, вахтерша обернулась:
   -Ну как там Шурочка? Учится?
   -У вас здесь внучка учится? - спросила я расслабленно.
   Татьяна Васильевна помолчала, пошамкала губами, а потом глухо произнесла:
   -Нет. Сын.
   Эти два слова подхлестнули меня не хуже кнута. Я бежала по скрипучему полу, мимо гулких стен, все ближе к вахте...
   -Симеонова... Данилюк..., - читала фамилии вахтерш под стеклом на столе, на графике дежурств. - ...Тихомирова Т.В.
   Я плохо помню, как оказалась дома. Знаю только, что всю дорогу бежала, и холодный воздух жег нос и горло.
  
   Дома я слегла с грандиозной ангиной. Проболела весь остаток четверти, зимние каникулы и старый Новый год. Никто не мог бы заставить меня выбраться из дома. А потом пришел Олег, давнишний и безнадежно влюбленный в меня институтский приятель. Он сказал, что пришел попрощаться, его принимают на работу в другой город. В общем, я не стала упускать такой момент..., а утром Олег сделал мне предложение, и я не отказалась.
   Теперь работаю учителем немецкого языка в современной школе с широкими окнами, высокими потолками, чистыми чердаками. Может быть, это смешно, но никакая сила не заставит меня остаться в школе после захода солнца...
Оценка: 2.52*5  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Старский ""Темная Академия" Трансформация 4"(ЛитРПГ) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Боевая фантастика) А.Нокс "Костыль для аутиста"(Антиутопия) PlaI-dead "Моя История"(Постапокалипсис) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Боевик) А.Лоев "Игра на Земле. Книга 2."(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) О.Гринберга "Драконий выбор"(Любовное фэнтези) М.Топоров "Однажды в Вавилоне"(Киберпанк)
Хиты на ProdaMan.ru Волчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиПеснь Кобальта. Маргарита ДюжеваПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаОсвободительный поход. Александр МихайловскийСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеМалышка. Варвара ФедченкоОтборные невесты для Властелина. Эрато НуарОфисные записки. КьязаКнига 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная КатеринаСколько ты стоишь? Эви Эрос
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"