# Часть 4. Глава 3,4

А В Демченко

04.01.16.

ГЛАВА 3. Особенности альтернативной зоологии


Работу по замене одной из двух труб-нагнетателей левого двигателя шлюпа, мы с двигателистом Свеном закончили глубоко за полночь. Флегматичный и молчаливый швед, без единого слова пожал мне руку своей грязнющей лапой и вразвалочку направился к выходу со шлюпочной палубы. Впрочем, мои руки были не намного чище.

Звонкий от ударов о металлические решётки фальшпола звук шагов двигателиста, заметался эхом под высоченными перекрытиями... и затерялся где-то между шлюпками и катерами, жмущимися словно цыплята к наседке, к двум шлюпам, еле поместившимися на палубе, даже со сложенными куполами так называемой полужёсткой конструкции. А я остался собирать и раскладывать по местам инструмент. Ну а что, зачем Свену утруждаться, если под рукой есть помощник?

Закончив с уборкой, я сонно зевнул и, захлопнув инструментальный ящик, отправился в свой кубрик. Полотенце, мыло, зубная щётка и... зубной порошок. Гадость... но пасты здесь нет, вообще, или я её попросту не видел в продаже, так что деваться некуда. Экипировавшись таким образом, я отправился в душевую.

Спать лёг уже в третьем часу ночи, а потому, раздавшийся в шесть утра гудок корабельной системы оповещения не прибавил мне хорошего настроения.

М-да, а ведь по договорённости, к своим обязанностям я должен приступать только завтра... Хм.

С так неожиданно набившимся в "кит" экипажем, боцман познакомил меня во время завтрака. И это тоже было странно. Какого чёрта делает на корабле кок, во время столь долгой стоянки в родном порту?!

Вывод из всего происходящего мог быть только один. "Феникс" готовится к выходу. А значит, два-три дня и можно прощаться с Новгородом... Неожиданно.

Вот интересно, а если бы я остался в доме Завидичей, меня бы кто-нибудь предупредил об изменении даты выхода? Хм...

Но долго размышлять о такой возможности, мне не дали. Едва боцман объявил о пополнении экипажа в моём лице, как меня буквально снесли с ног два что-то радостно ревущих тела. Архип и Иван!

- Это ж, Рик! Ребята, я о нём рассказывал! - Неистово хлопая меня по плечу, воодушевлённо орал Архип и Иван ему поддакивал своим гудением, одновременно выбивая своей лапищей пыль из другого моего плеча.

- А, так это тот самый малец, что наших абордажников выключил... - Под общий смех протянул чей-то голос. Впрочем, ни двигателист, ни палубный старшина даже не обиделись. И хохотали как бы не громче остальных матросов.

- Не Рик, а Кирилл. - Поправил их Кузьма и обвёл присутствующих неожиданно тяжёлым взглядом. Матросы понимающе закивали. Надо думать, для них подобное уточнение не было чем-то странным. Впрочем, если вспомнить, чьи именно поручения иногда выполняет "Феникс"... не удивительно.

- Значит, решил присоединиться к славной когорте воздушных бродяг, а Кирилл? - Поинтересовался Иван, когда матросы немного успокоились, и мы завершили "процедуру знакомства", как обозвал многочисленные представления и рукопожатия наш боцман.

- Ну да. - Кивнул я. - Я ж вырос на верфи... знаешь, как завидно было смотреть на взлетающие корабли?

- Романтик, значит... - Протянул тот же голос, что напомнил "обчеству" о вырубленных абордажниках. Вёрткий такой, молодой чернявый парень с хитрым прищуром. И, чему-то кивнув, хохотнул. - Ну ничего, Пятый океан из тебя быстро всю эту дурь выбьет, да и Кузьма Николаевич спуску не даст. Поймёшь ещё, почём он, сухарик матросский...

- Не пугай юнца, Иголка! - Рыкнул на него Архип. - Он не из белоручек... ещё тебе форы даст.

- Не тебе о том болтать, болезный. - Ощерился чернявый, но узрев перед лицом внушительный кулак палубного старшины Ивана, скис.

- Тебе зубы не жмут, матросик? - Тихо поинтересовался Ваня. Ласково так... - Или давно по бимсам не ползал? Так я устрою, ты только мигни. Выход скоро, вот перед ним проверку куполов и организуем. Глядишь, ещё и благодарность от капитана поимеешь... как доброволец. Ага?

- Да молчу я, молчу... - Пробормотал Иголка, отодвигаясь от кулака Ивана. Тот хмыкнул.

- То-то... зелень каботажная.

- Архип, а ты как, выздоровел? - Тихо поинтересовался я, мельком глянув на отсевшего от нашей компании чернявого.

- Выздоровел. - Кивнул двигателист. - Хорошо, что в шлюпе давление постоянное поддерживается, иначе бы скопытился только так. Знатно меня те крысы приложили... Ну да ничего, наш доктор поворчал, да на ноги поставил. Велел только месяцок поберечься...

- Ага, а как тут побережёшься, если выход на конец недели назначен? - Проворчал Иван.

Я, как раз хотел расспросить их об этом, но поболтать вволю не вышло.

- Кончай базар, православные. - Боцман поднялся из-за стола и, окинув взглядом матросов, мотнул головой в сторону выхода. - Поели? Айда работать. Кирилл, пойдёшь в помощь Архипу. Сегодня твоё место в машинном. Архип... присмотри за юнцом, чтоб в чёртову трубу не нырнул... ненароком. Остальные, марш на погрузку! Иван, чего сидишь зенками блымаешь? Поднимай людей. Сегодня грузим второй и третий трюмы. Шевелись, аисты безмозглые!

Дробью простучали ложки освобождавшие жестяные тарелки от остатков рисовой молочной каши... с изюмом! Неплохо тут матросы питаются... И экипаж потянулся на выход.

- Почему аисты? - Вслух удивился я, когда мы с Архипом уже спускались по трапу в машинное отделение. Двигателист отчего-то заперхал... и лишь через несколько секунд я понял, что он просто тихо ржёт.

- Кхм... извини, Кирилл. - Отсмеявшись, покачал головой Архип. Я непонимающе пожал плечами и двигателист, вздохнув, все-таки соизволил объясниться. - Кхм... ну, ты парень взрослый, откуда дети берутся в курсе, да?

- М-м... понял. - Ухмыльнулся я, вспомнив, как гуляют матросы "на берегу". Действительно, аисты... точнее не скажешь.

- Вот и замечательно. - Отразив мою улыбку, проговорил Архип и тут же посуровел. - А теперь, юнец, я буду отыгрываться за тот шишак, что ты организовал мне во время нашей первой встречи. Итак, смотри, слушай и запоминай. Перед тобой машинный зал дальнего тысячерунного транспортника типа "Муссон". В отличие от стандарта, "Феникс" оснащён четырьмя новейшими паровыми машинами двойного расширения... водоснабжение которых осуществляется за счёт мощного конденсатора, что избавило "кит" от водяного тендера. Нагрев производится за счёт рунных трубок...

Лекция растянулась на добрых сорок минут, но честное слово, у меня даже мысли не возникло прервать "преподавателя", поскольку он не просто рассказывал уже известные мне вещи, но и по ходу дела приводил примеры из собственной весьма обширной практики. И щедро сдабривал сухую теорию дельными советами по работе машин и уходу за ними. А маленьких хитростей и приёмов в работе двигателиста хватало...

В результате, к проверке машин мы приступили только через час. Ещё двадцать минут у меня ушло на то, чтобы ответить на вопросы Архипа "по пройденному материалу". В следующий раз обязательно прихвачу с собой блокнот... непременно.

Проверка плавно перешла в замену целой секции нагревательной трубки. Это, между прочим, восемь витков... общей длиной под двадцать метров. Пока развернули систему, пока сняли повреждённую секцию... пока заменили её на новую, подошло время обеда... который нам, вот неожиданность, приволок Иван... в здоровенных таких судках!

- Я ж знаю этого железячника. - Ухмыльнулся палубный старшина. - Если Архип засел в машинном зале, вытащить его отсюда сложнее, чем достать лису из норы.

- Ну уж, ты скажешь тоже. - Деланно возмутился двигателист, с неохотой сползая с мостика, идущего вдоль всей махины котла. Я спрыгнул следом и, втянув носом аромат гуляша, поднимающийся над судками, принялся оттирать ветошью руки. Да и Архип, почуяв манящий запах, заторопился. Обедали втроём. Иван, оказывается, и свою порцию притащил. Ели быстро, но аккуратно. За мусор на полу, Архип может и подзатыльник отвесить... проверено на собственной шкуре. Ну а помимо этого занимательного факта, я узнал и ещё одну вещь. А именно, что за рейс нас ждёт, и с чего вдруг такая внезапность...


ГЛАВА 4. Тяжело в учении?


В принципе, мог бы и сам догадаться. Очевидных вариантов-то немного. Всего два, если быть точным. Заказ департамента... и срочная доставка груза. Может быть всё вместе. Но в данном случае, как убедили меня Иван с Архипом, речь шла именно о подвернувшемся "жирном" рейсе, ради которого не грех сдвинуть или изменить цепочку доставок. Впрочем, возможность участия департамента в нашем скором выходе, они со счетов не сбросили.

- Может и их интерес тут есть. Кто ж нам скажет-то? - Пожал плечами Архип.

- Узнаем после старта. Если капитан распечатает "оружейку" сразу за десятимильной зоной, значит, без "особых" заказчиков дело не обошлось. Верный признак. А до тех пор, гадать бессмысленно... да и нежелательно. - Высказался палубный старшина, закрывая тему.

Вот, вроде бы Иван - простой как... как Иван, а на поверку оказывается, весьма авторитетный дядька, не лишённый ни житейской мудрости, ни смекалки. И подчинённые его слушаются как родную маму, и офицеры его слова мимо ушей не пропускают. По крайней мере, когда я тем же вечером стал свидетелем разговора первого помощника с боцманом и палубным старшиной, офицер весьма внимательно выслушивал рассуждения обоих подчинённых по поводу каких-то нюансов загрузки одного из трюмов, а на следующий день матросы, вместе с портовыми грузчиками работали в том трюме в полном соответствии с планом, предложенным боцманом и палубным старшиной...

Кстати, когда я узнал над какой именно палубой Иван "старшинствует", большая часть вопросов о его авторитете отпала сама собой. А произошло это, как раз после загрузки того самого трюма, наименьшего из четырёх имеющихся на "Фениксе"... крюйт-камера это, а не трюм. И первый помощник прислушался к рекомендациям палубного старшины, поскольку тот заведует огневой палубой... Так кому как не ему знать, как именно загружать крюйт-камеру, чтобы в случае необходимости можно было быстро и без ненужной суеты снабжать орудийную прислугу снарядами.

Да, корабли Вольного флота, находясь в порту Новгорода, обязаны сдавать боеприпасы и замки орудий в Арсенал. Исключение делается лишь для "транзитных" транспортов, что задерживаются в Новгороде лишь для разгрузки или погрузки. И то, если фискалы капитана порта при проверке "гостя" обнаружат не опечатанную крюйт-камеру или, хуже того, заряженные орудия на палубе, ленивого торговца ждут бо-ольшие проблемы. И одним штрафом, дело может не ограничиться. Иван рассказывал, что бывали случаи, когда городские власти конфисковали "кита" вместе со всем грузом, а капитану "резали" патент. А это уже хуже волчьего билета. С такой меткой только в каботажники идти... или в каперы. Да и то, официальные власти в любом порту на такого "резаного" капитана будут смотреть с немалой долей подозрительности и о заказах с предоплатой или даже каким-то авансом, он может забыть навсегда.

В общем, учитывая положение дел и должность Ивана, совмещаемую им с должностью командира призовой команды... тех самых "абордажников", ничего удивительного в авторитетности палубного старшины не было. От того, как он командует орудийными расчётами зависят жизни всего экипажа, а в случае взятия "приза", на нём лежит ответственность за жизни призовой команды... Лихой дядька, этот самый Иван. Неудивительно, что Гюрятинич отправил в подмогу Хельге именно его.

Кстати о Хельге... До самого выхода, я ни разу не видел дочь моего опекуна на корабле. На самом деле, я и других офицеров не видел... по большей части. Исключение составил лишь второй помощник капитана. Неразговорчивый, как и двигателист Свен, отвечавший за машины аппаратов расположенных на шлюпочной палубе, холодный и высокомерный, по мнению матросов, Святослав Георгиевич взял за привычку вызывать меня к себе в каюту, где коротко отдавал распоряжения на следующую подвахту... чаще всего поручая "занять юнца делом" боцману, и величественным жестом отпускал прочь.

Ни капитана, ни первого помощника, ни старшего штурмана я за эти несколько дней в глаза не видел. Чему нимало не расстроился. Как говорил один их дружинников Там: "подальше от начальства, поближе к кухне"... Толковый парень был этот Николай, да...

Надо сказать, что работа корабельного юнца не шла ни в какое сравнение с тем, как я упахивался на "китовом кладбище". Нет, я вовсе не бездельничал, но и ощущения тотальной усталости, как это частенько бывало по вечерам на свалке, у меня не возникало. Так что, по завершении работ на корабле, у меня оставалось ещё достаточно сил и, самое главное, времени для прогулок по городу, встреч с опекуном и Горскими.

- Всё, Кирилл, лафа кончилась! - Огорошил меня Кузьма Николаевич, едва туша дирижабля медленно поднялась над портом. Я непонимающе взглянул на боцмана и тот усмехнулся. - Забудь юнец о времени суток, день и ночь отныне для тебя значения не имеют. Жить будешь по склянкам и вахтам. Твоя вахта, как тебе несомненно понятно, вторая. Ясно?

- Кхм... - Я нерешительно кивнул. Заметив этот жест, Кузьма покачал головой.

- Ох ты ж, зелень кабо... - Смерив меня взглядом, боцман осёкся. - М-да. Как же это я упустил-то? Совсем, старый, зарапортовался, хм... Значит так, юнец. Слушай внимательно. Служба на "Фениксе" несётся по вахтам. Всего вахт - пять. С полуночи до четырёх утра, с четырёх до восьми, с восьми до полудня, с полудня до шести, и с шести до полуночи. Склянки отбивают каждые полчаса. От одной до восьми. То есть, в сутки получается шесть четырёхчасовых интервалов. Это понятно?

- Вполне. - С готовностью кивнул я.

- Я счастлив. - Хмыкнул боцман, но тут же посерьёзнел. - Идём дальше. В штатной ситуации, вахту несут четыре отделения экипажа, поочерёдно. Таким образом, их вахты не попадают на одно и то же время... м-м... Первое и третье отделения, это так называемая первая вахта. Второе, к которому ты приписан, и четвёртое отделения - вторая вахта. Все судовые расписания составлены с учётом этого деления, запомни это, как "Отче наш"! Так... сигналы... расписания... нет, это долго. Вот что, заглянешь ко мне в каюту, как отобьют рынду... - тут боцман взглянул на моё лицо и, вздохнув, пояснил, - в полдень, вместо положенных восьми склянок бьют рынду. Три строенных удара... Так вот, как услышишь их по корабельной "вопилке", зайдёшь ко мне, получишь расписания. Как раз, ваше отделение будет подвахтенным, так что времени, чтобы изучить их, у тебя будет достаточно. А сейчас, дуй на огневую. На время аврала и до конца вахты поступаешь в распоряжение палубного старшины. Уж Полукварта найдёт тебе дело...

И я дунул... А на огневой палубе - дым коромыслом. Элеватор подаёт из крюйт-камеры зарядные ящики, канониры... весь десяток, носятся как ужаленные меж распахнувшими внутренние створки спонсонами, устанавливая на орудия снятые замки, и матерят сквозь зубы мешающих им помощников, занятых заряжанием механизмов боепитания.

- Кирилл! - Иван засек меня у входа на палубу и повелительно махнул рукой. - Бегом сюда!

И куда только делся весёлый парень, каким он был ещё вчера?

- Вот он я.

- Вижу. - Хмыкнул Полукварта и мотнул головой в сторону элеватора. - Давай вниз, проследишь, чтоб ящики на ленте не перекосило. Ты мелкий, тебе сподручней там вертеться будет. Да и мне здесь лишние руки матросов пригодятся. А то до выхода из десятимильной зоны всего ничего осталось, а у нас ещё четыре ствола "пустых". Шуруй! И если увидишь перекос, сразу ори, чтоб я элеватор застопорил. А то потом за...ся затор разгребать.

Обрезиненные ролики, подававшие ленту элеватора, если и приглушали грохот стальных полос, то не намного. Стоя в неудобном узком спуске, где и развернуться-то для наблюдения за подачей ящиков было трудновато, я всё-таки умудрился занять позицию, при которой мне не нужно было сворачивать себе шею, чтобы рассмотреть процесс отправки наверх боеприпасов.

Честно говоря, у меня уже начали затекать и побаливать руки, когда лента наконец замерла и в узком лазе спуска в крюйт-камеру воцарилась могильная тишина. Нет, шум, разумеется, был... Топот ног по гремящим решёткам фальшпола, гул двигателей, резкие свистки и мат команд... но после сумасшедшего грохота элеватора, всё это стало восприниматься, как нечто совершенно незначительное. Фоновый шум. Сущие мелочи, честное слово!

- Кирилл! Ты там живой? - Над срезом спуска показалась голова Ивана и я, вздохнув, принялся выбираться из этой "кишки".

- Живой. - Оказавшись на палубе, констатировал я.

- Замечательно. - Кивнул Полукварта и, обернувшись к расчётам, вдруг рявкнул во весь голос, да так, что матросы заметались по палубе, словно всполошённые мотыльки на свету. - А ну, что встали, ироды косолапые? Кто за вас тяги проверять будет?! Орудия на "товсь"! Наводчик, какого хрена ты под ногами путаешься?! Бегом на пост, твою медузью душу! Чтоб через пять минут "спонсонки" наводились на цель, как твой хер на бордель! Юнец, за мной!

М-да... это будут чертовски долгие че... восемь склянок.