# Часть 1. Глава 3.

А В Демченко

25.05.16

## Глава 3. Особенности прикладной минералогии


- А твой подопечный, изрядный нахал, Мирон. Знаешь? - Проговорил Несдинич, когда дочь Завидича со своим "братцем" покинули кабинет по его просьбе.

- Мы были такими же, разве нет? - Вопросом на вопрос откликнулся старый друг контр-адмирала.

- Хм... не скажи. Мы уважали наших офицеров. - Покачал головой Матвей Савватеевич, но осёкся, услышав фырканье собеседника. - Смеёшься, старый?

- А тож! - Кивнул Завидич, но заметив, как нахмурился его приятель, посерьёзнел. - Матвеюшка, ты же сам сказал, мы уважали НАШИХ офицеров. А с каких пор, ты для Кирилла отцом-командиром стал, а?

- Кхм... но какое-то чинопочитание должно же быть, Мирон! - Чуть смутившись, произнёс Несдинич.

- Да полно, Матвей! - Отмахнулся тот. - Откуда ему взяться? Кирилл и курсантом-то не был. Да и обстановка в Меллинге, уж ты мне поверь, совсем не способствовала воспитанию уважения к старшим по возрасту или званию.

- Может ты и прав. - Чуть помедлив, согласился хозяин кабинета.

- Пф. Разумеется, я прав. А вот ты... Признайся, привык к штабным холуям, что при одном виде серебряной стенки на твоих плечах, "чегоизволите-с" изображают?

- Ну уж. - Поморщился Несдинич.

- Привык-привык, я-то вижу. - Утвердительно закивал Мирон. - Вот и подопечный мой, тоже привык...

- К чему? - Не понял контр-адмирал.

- К острой нехватке авторитетов в его жизни. - Усмехнулся Завидич.

- А как же ты? - Решил поддеть старого друга его собеседник.

- Он меня по делам уважает... и как друга. Ветров, вон, тоже для него авторитет, как пилот. Хельга, как штурман у него в почёте, тем более, что она его понемногу премудростям своей профессии учит. Правда, в последнем он вряд ли признается. С тобой же совсем другое дело. На награды и звания Кириллу плевать, ты сам видел. А никаких личных поводов для уважения, ты ему не предоставил. Вот он и ведёт себя с тобой, как... с обычным посторонним человеком.

- То есть, если я этому мальцу докажу своё превосходство, он со мной торговаться прекратит, так что ли? - Прищурился Несдинич.

- Не передёргивай, друже. Ты меня прекрасно понял. Я об уважении говорил, а не о страхе перед могучим адмиралом. - Поморщился его собеседник... и вдруг усмехнулся. - И кстати, даже если ты заслужишь это самое уважение, торговаться он не перестанет. На собственном опыте проверено.

- Делать мне больше нечего, кроме как уважение какого-то мальчишки заслуживать. - Вздохнул контр-адмирал.

- Ну, тогда и мысли свои о новом агенте, оставь. - С улыбкой развёл рукам Завидич.

- И не думал даже... мальчишку в департамент? Мирон, не говори глупостей. У нас серьёзное ведомство, а не приют для бездомных детишек. - Открестился хозяин кабинета.

- Ну-ну... - Покивал его собеседник и, усмехнувшись, договорил, - вот и нечего ломать эту прекрасную традицию. Сто лет ваше серьёзное ведомство без детей обходилось, и ещё столько же обойдётся... Да Кирилл и сам к вам на службу не пойдёт. Не тот склад характера. Авантюрист.

- Вот так-таки совсем не пойдёт? - Прищурился Несдинич, ничуть не смутившись.

- Хм, разве что на взаимовыгодной основе. Как в прошлый раз... или как сегодня. - Тут же улыбнулся Мирон и хозяин кабинета тяжело вздохнул.

- Если, "как в прошлый раз", то наш бюджет в трубу вылетит. А если, "как в этот"... - Проворчал контр-адмирал, но был прерван Мироном.

- А вот это уже частности.

- Ладно. Оставим. - После недолгого молчания, проговорил Несдинич, взглянув на часы, и поднялся из-за стола. - Извини, друже, но время аудиенции вышло.

- А поговорить ещё охота, да... понимаю. - Также вставая с кресла, кивнул Мирон и протянул старому товарищу руку. - Так, адрес тебе известен, заезжай. По-простому, без этих столичных экивоков. Только без Литвинова, а то я же могу и не выдержать, начищу ему физиономию... по старой памяти.

- Упрямцы. - Вздохнул инженер-контр-адмирал, но тут же улыбнулся. - Спасибо за приглашение. Обязательно приеду, как только выдастся свободный вечер.

- Будем ждать. - Кивнул ему Завидич.


Наверное, Хельга права, и я действительно был слишком нагл с контр-адмиралом. Но... ничего не мог с собой поделать. Утренняя встреча с наставником Мишки Горского прошла не так хорошо, как я надеялся. Нет, ничего неожиданного, я вполне допускал возможность отказа преподавателя, в конце концов, он совсем не обязан брать на себя лишний груз кураторства слушателя-заочника. Но к откровенному презрению и оскорблениям, я был не готов. Хорошо ещё, что вспомнил об уроках этикета преподанных мне ещё там, и смог удержать себя в рамках. Заодно и Мишку одёрнул, когда тот попытался возмутиться. Ну да, не хватало еще, чтобы мой будущий штурман огрёб проблем с учёбой... Да-да, есть у меня такая задумка насчёт Мишки...

А потом и Несдинич подкинул подарочек. Известие о том, что Гросс выжил в катастрофе, напрочь лишило меня тормозов. Вот и получилось... что получилось. С другой стороны, может быть оно и к лучшему? А то, после демонстрации шкатулок, контр-адмирал стал смотреть на меня, как Хельга на платье в каталоге, с эдаким задумчивым выражением лица, вроде как размышляя, подойдёт - не подойдёт, заказать - не заказать... А оно мне надо?! Я не хочу идти на службу в разведку. По крайней мере, на ближайшие годы у меня совсем другие планы.

Именно в этом духе я и высказался, когда сестрица попыталась проехаться мне по ушам насчёт уважения старших и отсутствия у меня должного чинопочитания. Но выслушав мои объяснения, Хельга смягчилась и оставила эту тему. Вот и замечательно. Спи моя совесть, спи сладко...

- Кирилл, а ты действительно уже подготовил проект дирижабля? - Поинтересовалась Хельга за вечерним чаем.

- Угум. - Я кивнул, прожёвывая ватрушку испечённую тетушкой Еленой.

- И когда успел? - Покачал головой мой опекун.

- Так ведь, я же не с нуля его проектировал! - Разделавшись с выпечкой, улыбнулся я. - Взял за основу проект старого курьера, над ним и издевался. Сначала, я даже не хотел особо лезть в железо, ограничившись лишь рунными наработками, но в этом году изменил мнение. Пришлось изрядно поломать голову над некоторыми моментами, но то что получилось в результате... Ха! Такого дирижабля никто и никогда не видел.

- Покажешь? - Голоса дядьки Мирона и Хельги прозвучали в унисон. Я кивнул, и сестрица тут же бросилась расчищать стол. Вот неугомонная! Могла бы и дождаться, пока чай допьём.

Честно говоря, рассказывая об изменениях внесённых мною в проект в этом году, я немного слукавил. Работы там было море, и если бы не рунный вычислитель подаренный мне в Высокой Фиоренце, боюсь, я бы ещё года два корпел над артефактной составляющей, и не факт, что управился бы. Но всё получилось как нельзя лучше.

- Кирилл, а почему у тебя нет ни одного общего вида этого... этой яхты? - С трудом найдя подходящее определение, поинтересовался дядька, откладывая в сторону лист с чертежами "гондолы".

- Есть. И не один. - Я вытащил из тубуса пару эскизов и выложил их поверх остальных чертежей и невольно улыбнулся, увидев вытянувшиеся лица Завидичей. Оно того стоило, честное слово.

- А... где гондола? - Недоумённо протянула Хельга, рассматривая верхний эскиз.

- Вот. - Я продемонстрировал нижний эскиз.

- То есть, она выдвижная... - Уточнила сестрица. Я кивнул и приготовился к концерту. Не прогадал. Дядька Мирон и Хельга заговорили одновременно и очень экспрессивно. Но хватило их минуты на две.

- Он ещё улыбается. - Фыркнул опекун, когда поток красноречия иссяк и в гостиной воцарилась тишина. Наконец, дядька Мирон покачал головой. - Кирилл, я разочарован. Этот прожект не стоит того времени, что ты потратил на чертежи.

- Вот как? И почему же? - Спросил я.

- Во-первых, вся внешняя энергия будет впитываться рунными цепями на куполе, так что внутри него не будет работать ни один арт-прибор. - Заговорила Хельга. - Во-вторых, убирающаяся в купол гондола уменьшит рабочий объём купола дирижабля, так что он не взлетит даже с облегчающим рунным кругом. В-третьих, как ты собираешься ориентироваться, если у тебя даже обзор не предусмотрен? Хватит?

- Про средства защиты забыла. - Заметил дядька Мирон. - Пара пушек на этой лайбе не помешает, точно. Да и с двигательным отсеком какая-то ерунда получается.

- Хех. Пожалуй. Могу начинать отвечать? - Я растянул губы в широкой ухмылке.

-Ну, попробуй... - Прищурилась Хельга.

И я попробовал. К концу моего рассказа, оба Завидича выглядели несколько пришибленными, но попыток критиковать не оставили.

- Хорошо, положим, тебе удалось всё описанное. Но как ты собираешься обеспечить питание арт-приборов, когда гондола будет внутри купола?

- Хм, ну не зря же я столько времени возился с этими долбанными шкатулками-накопителями. - Развёл я руками. Есть попадание.

- Та-ак... - Дядька Мирон откинулся на спинку стула и, скрестив руки на груди, принялся сверлить меня взглядом. Честно говоря, в этот момент я почувствовал себя несколько неуютно и поёжился. Завидич, явно заметив мою реакцию, на миг прикрыл глаза и, тяжело вздохнув, заговорил нарочито тихим и спокойным голосом. - Кирилл, я всё понимаю, изобретательский зуд и увлечение исследованиями, но... ты понимаешь, чем тебе может грозить подобный... интерес?!

- Понимаю. Именно поэтому, основную часть рун я буду наносить сам, по завершению строительства.

- Ну да, и никто ни о чём не догадается, конечно? - Хмуро заметил дядька Мирон. Я в ответ уверенно кивнул. Завидич взъярился - Наивный мальчишка! Неужели ты всерьёз думаешь, что подобное останется без внимания?!

- Уверен.

- Да ты... - Тираду, которую явно хотел закатить дядька Мирон, остановила Хельга.

- Подожди, отец. Давай выслушаем его. - Сестрица повернулась ко мне и кивнула. - Объясни пожалуйста, Кирилл. Только без театра, хорошо?

- Хм... ладно. - Я на миг задумался. - В общем-то, здесь всё просто. И начать, наверное, нужно с того, что я разобрался с начинкой шкатулки и узнал, почему этот метод накопления энергии считается неудачным. Точнее, слишком дорогим...

- Вот как? - Кажется, несмотря на то, что впервые о "неудачности" шкатулок я услышал от дядьки Мирона, сам он не в курсе истинной причины, по которой этот эксперимент был признан провальным. Очевидно, седьмой департамент не стал делиться с ним этой информацией...

- Ну да, дело в том, что "рабочее тело" в этих шкатулках, если можно так выразиться, это алмазы в проводящей массе. Мелкие, конечно, но учитывая их количество... это не так важно. Стоимость всё равно получается запредельной.

Тишина была мне ответом. Кажется, Завидичи вспоминали размеры шкатулок и пытались подсчитать количество нулей в той сумме, которую можно было бы за них выручить...

Наконец, дядька Мирон пришёл в себя и, помотав головой, уставился на меня.

- Учитывая сказанное, и твою уверенность в собственной способности решить эту проблему, я даже не удивлюсь, если ты сейчас скажешь, что знаешь, где можно добыть нужное... "сырьё", так сказать. - Проговорил Завидич, и я скривился.

- Искать трубки - дело долгое и опасное. Да и разработка влетит в копеечку, которой у нас нет. Так что, нет. Заниматься добычей алмазов я не собираюсь.

- И то хлеб. - С облегчением вздохнул дядька Мирон, явно успокоенный моими словами.

- Тогда, как ты собираешься решить проблему? - Поинтересовалась Хельга.

- Ну... я могу создать необходимое... сырьё. - Замявшись, проговорил я.

И тишина...

- Хельга, принеси мне водки. - Тихим безразличным тоном попросил дядька Мирон.

Серебряная стенка, здесь, сленговое название адмиральских знаков различия на погонах, представляющих собой стилизованные эполеты чёрного цвета, в круглой части которых расположены медальоны алой эмали с серебряной стеной в центре. У контр-адмиралов погоны с узким серебряным кантом, у вице-адмиралов погоны обрамлены широким кантом, у адмиралов погоны обрамлены короткой серебряной бахромой. У высшего командного состава Воздушного Флота инженерной службы, кант и бахрома красного цвета.