# Часть 5. Глава 2.

А В Демченко

05.09.2016.

## Глава 2. Гениальность генералов - миф или реальность?


- У меня есть новости. - Проговорил Владимир, даже не пытаясь упасть в кресло для посетителей, стоящее у торца стола в кабинете его младшего брата. Никанор терпеть не мог долгих бесед ни о чём во время работы, а потому, кресла для гостей, чей статус позволял им сидеть в присутствии полицмейстера Новгорода, были сделаны так, что устроиться в них с удобством было просто невозможно, и это волшебным образом влияло на планы посетителей. Как-то так получалось, что заходя в кабинет полицмейстера, располагающие всем временем Вселенной, визитёры планировавшие потратить толику этого богатства на полную намёков и экивоков беседу в лучших традициях света, уже через пять минут ёрзанья в тесном, жутко неудобном кресле, то и дело врезающимся непонятно откуда взявшимися острыми углами во все доступные части тела, резко сокращали время визита до минимально возможного, и начинали говорить чётко, толково и исключительно по делу, что, разумеется, не могло не радовать вечно занятого хозяина кабинета.

Владимир Игоревич был прекрасно осведомлён об этой маленькой хитрости своего младшего брата, и предложенное им кресло просто проигнорировал, с удобством устроившись на широком подоконнике. Никанор печально вздохнул. Против семьи, финт с креслом давно показал свою бессмысленность. Почему? Ну а кто ещё, кроме близких, может позволить себе такое нарушение этикета в присутствии целого генерала и главы столичной полиции? Правда, был ещё отец, тоже весьма близкий человек. Но, в свои чрезвычайно редкие визиты, Игорь Стоянович предпочитал занимать место хозяина кабинета, и тогда подоконник оккупировал уже сам Никанор, чтоб не затевать возни с заменой "поторапливающего" кресла на какое-то иное. Благо, отец снисходительно относился к нарушениям этикета в "домашней" обстановке.

- Никанор, ты меня слушаешь? - Окликнул брата Владимир. Тот кивнул.

- У тебя есть новости. И? - Проговорил молодой генерал. Действительно, молодой. Двадцать семь лет всего. Карьера достойная зависти... и кривотолков. Ну, не объяснишь же каждому, что Никанор Игоревич ещё в четырнадцать лет получил диплом бакалавра права, а по написанным им учебникам криминалистики уже пять лет как учатся будущие коллеги. Семья? Да, семья помогла. Но разве это не пошло на пользу делу? И лучше было бы, если бы в этом кабинете сидел какой-нибудь напыщенный отпрыск-самодур одной из "лучших фамилий", ни ухом ни рылом не понимающий в сложном деле поддержания порядка в городе и только и умеющий, что важно надувать губы и вещать банальности! Вот уж вряд ли.

Владимир взглянул на вновь ушедшего в себя брата и, вздохнув, заговорил, ни на секунду не сомневаясь, что младший прекрасно его слышит и понимает. Просто, как и все гении, Никанор эксцентричен. К этому нужно просто привыкнуть, либо просто прекратить общение и забыть о существовании некоего Никанора Игоревича. Владимир привык.

Стоило капитану "Феникса" умолкнуть, как его брат ожил. Издав что-то среднее между шипением и фырканьем, полицмейстер крутанул рукой в неопределённом жесте и весело взглянул на брата.

- А я ведь сразу предлагал позволить мне переговорить с Завидичами. - Обвиняюще ткнув указательным пальцем в грудь Владимира, произнёс Никанор. Старший брат только покаянно вздохнул и развёл руками. Генерал удовлётворённо покивал. - Вот-вот. Сколько раз тебе батя говорил, чтоб ты слушался моих советов, а ты...

- И ты туда же! Мне отец уже плешь проел. - Скис Владимир.

- Ладно. Значит, Долгих, да? Всё же я оказался прав. - По губам полицмейстера скользнула довольная улыбка и он вновь ушёл в себя, но не прошло и минуты, как Никанор встрепенулся. - Проверим. Фамилии купцов отказавшихся работать с Завидичами ты принёс?

- Конечно. - Листок почтовой бумаги скользнул на стол генерала. Тот улыбнулся.

- Вот и славненько, есть у меня пара человек, без мыла в душу влезут. Их и отправлю в гости к фигурантам... Чую, их выбрык, выходка из той же серии, что и подрыв склада. Кстати, надо будет поторопить следователя, что-то он затянул с дознанием по этому делу. М-да... Ладно. Будут ещё новости, заходи. И передай отцу, что в воскресенье я буду к обеду. - Проговорил Никанор, поднимая трубку телефона. Владимир испустил долгий вздох, возвёл очи горе и, покачав головой, направился к выходу. Ох уж эта эксцентричность гениев... Удивительно, как Никанор при его наплевательском отношении даже к минимально обязательным правилам хорошего тона, ещё ни разу не нарвался из-за своей грубости на дуэль? Впрочем, и слава богу. Вполне достаточно того, что он с периодичностью раз в полгода нарывается на поединки из-за своей любвеобильности. Гений... жениться ему надо. Хм... а что? Подобрать невесту, красивую, на дурнушку брат и не взглянет, а опыт увиливания от венца у него огромный. Умную, дурочки ему интересны только, хм... в горизонтальном положении. И непременно сильную, чтоб держала гения в ежовых рукавицах... И сестрица будет рада, перестанет переживать за "Никки". Хорошая идея, надо обдумать.


Как всё просто, оказывается. И германцы не при чём. Я взвесил на ладони прочитанный отчёт полиции, полчаса назад принесённый Владимиром, не поленившимся разыскать меня на берегу полюбившего пруда в имении его семьи, где я устроился, чтобы отдохнуть и немного поиграть с Ветром. Хорошо, хоть сегодня воскресный день и у меня выдалось свободное время. А то, в последние три недели у меня было не так много возможностей, чтобы вволю побездельничать. Всё время отнимала мастерская, за делами в которой мне приходилось приглядывать почти постоянно. А тут ещё иски к бывшим поставщикам... И как только дядька Мирон управлялся со всем этим хозяйством в одиночку? Я-то уже начал подумывать о временном найме хотя бы пары помощников! А что делать? Врачи обещают выписать опекуна не раньше, чем через две-три недели, точнее, перевести на домашнее излечение, которое должно продлиться по самым оптимистичным прогнозам, не менее месяца. А до тех пор, мягкий постельный режим, короткие прогулки и минимум нагрузок. Какое уж тут управление мастерской!

Но Долгих! Какая, всё же, мразь, а... Ну, узнал ты, что твой недруг завёл собственное дело, ну хочешь ты ему пакость сделать, людей-то зачем калечить? При чём здесь мастера? Сволочь злопамятная!

Ладно, допустим, захотелось тебе зрелища, ну так взорвал бы ночью всю мастерскую разом... Уж всяко, на зарево пожара народу бы полюбоваться набежало немеряно. Благо, рядом аж два села расположены. Урод. Мог бы и затеей с поставщиками ограничиться, шантаж, конечно, дело грязное, но уж точно лучше, чем взрыв складов посреди рабочего дня. И ведь саму мастерскую не тронул! Вроде как разрешил ещё потрепыхаться, или удовольствие растягивает...

Сжав пальцами кожаную папку с медными уголками, в которой и хранился отчёт составленный людьми младшего брата Владимира Игоревича, я поднялся на ноги и, не оглядываясь по сторонам, отправился в сторону дома. Обед скоро, не опоздать бы.

Пока шагал по причудливо петляющим тропинкам сада, который, по-хорошему, стоило бы называть парком, успел немного успокоиться и в голове начали крутиться мысли о противодействии семье Долгих. Рассчитывать на активную помощь тех же Гюрятиничей, в этой ситуации не приходится. По крайней мере, на данном этапе. Собственно, Владимир сам эту мысль и высказал, когда передавал отчёт. Дескать, ничего не поделаешь, патриарх сказал своё веское слово. А на деле, решил посмотреть, как будущие родственники собираются выкручиваться. Вот если совсем придавит, тогда, конечно, Гюрятиничи помогут... Но не раньше.

И ведь даже базу под это дело подвёл, старый хрыч. Возвращение исчезнувшей было семьи, требует железных доказательств её силы и намерений, а следовательно и права занимать место среди Золотых Поясов, видите ли. Тьфу!

Нет, надо с дядькой Мироном посоветоваться, пока есть время, и чёртов Андрей не придумал ещё какую-нибудь гадость. А то, что этот придурок не успокоился, я знаю точно. Не тот человек. Ведь полгода прождал, прежде чем ударить... тварь злопамятная. Вот и подумаем с опекуном, с какой стороны ждать следующей атаки, а заодно, придумаем, как ответить. Вообще, кое-какие идеи у меня уже имеются, но... поговорить с опекуном, всё равно, будет не лишним.

За размышлениями, я и не заметил, как добрался до дома, и опомнился, лишь когда с балкона над огромным "французским" окном в сад, меня окликнула Хельга.

- Кирилл! Где тебя носит? Обед уже через четверть часа, а ты до сих пор не переоделся!

- Я не ты, чтобы переодеться, мне хватит и пяти минут. - Огрызнулся я. Сестрица закатила глаза, но спорить не стала. Только фыркнула и, зашуршав юбками, исчезла из виду. И чего она нервничает? Ну обед, ну официальный... подумаешь! Из незнакомых лиц, на нём должен быть, разве что, тот самый полицмейстер и, по совместительству, младший брат Владимира, Никанор Игоревич Гюрятинич. Остальных обещанных гостей и я, и Хельга с тётушкой Еленой, уже знаем. Успели познакомиться, за те три недели, что мы живём в поместье Гюрятиничей. Их, собственно, и ожидается совсем немного, да и гостями называть собирающихся на обед людей, было бы несколько неверно. Всё же, все они, так или иначе, принадлежат семье владеющей этим поместьям и, соответственно, в той или иной мере могут считаться его хозяевами.

Хех, главное, чтобы отец семейства, почтенный Игорь Стоянович не услышал моих рассуждений. По его мнению, он и есть единственный и полновластный хозяин всего имущества Гюрятиничей. Потому и слуги, во главе с дворецким Марком, величают всех без исключения членов семьи, живущих своим домом, гостями. И только сыновья и дочь Игоря Стояновича именуются ими "молодыми хозяевами". Но лишь потому, что не имеют собственного жилья в Новгороде или его окрестностях. А съёмное... оно съёмное и есть.

Кстати, дочка у здешнего "повелителя всего и вся", очень хороша! До Алёны красотой может и не дотягивает, но объективно... м-м, симпатичная, с Осиниными поспорить может, да. И поболтать с ней можно, не обо всём, конечно, но о многом. Она рунику понимает! Жаль, только, что этот огромный плюс перевешивается ещё большим минусом. Елизавета Игоревна, очаровательная девушка осьмнадцати лет, к величайшему сожалению, спелась с Хельгой и мои победы в наших обычных пикировках стали не таким частым событием, как хотелось бы. Хоть Свету с Ирой на подмогу вызывай! И честно говоря, единственным препятствием для этого шага является моя интуиция, которая прямо-таки вопит, что результатом такого действия станет очередное удвоение моего противника. Оно мне надо?

Обед, как я и предполагал, не оказался чем-то выдающимся. Разве что поданными блюдами, за что следует благодарить повара... Ну и знакомством с полицмейстером, разумеется. Никанор Игоревич оказался чуть располневшей копией капитана "Феникса", к тому же, откровенно плюющей на всю чопорность света. Уже через пять минут после знакомства, он легко перешёл на "ты", причём так естественно, что когда Хельга заметила его фамильярность, морщить носик было уже поздно, поскольку к тому моменту, она уже сама обращалась к сидящему напротив неё младшему брату Владимира на "ты".

По окончании трапезы, мы разошлись кто куда. Я и сам собирался пойти в сад, поваляться на траве, но был остановлен нашим новым знакомцем.

- Кирилл, не мог бы ты уделить мне несколько минут? - Спросил Никанор Игоревич.

- Конечно. - Кивнул я. Молодой генерал махнул рукой, молча приглашая следовать за ним, и мы направились к выходу из столовой. Миновав длинный и широкий коридор, свернули в холл и, поднявшись по парадной лестнице, оказались перед апартаментами младшего брата Хельгиного жениха.

- У меня в гостиной немного не прибрано, не обращай внимания. - Пропуская меня в гостиную, произнёс Никанор. Я кивнул... и замер прямо на пороге. В комнате, которую хозяин назвал гостиной, стены на всю свою четырёхметровую высоту оказались заставлены книжными шкафами. По-моему, книг здесь было даже больше, чем в расположенной на первом этаже библиотеке. И если бы они были только в шкафах... но нет, книги были везде. Они стопками громоздились на подоконниках, развёрнутые и заложенные многочисленными закладками устилали два массивных стола и оккупировали диван. А в центре комнаты возвышалась целая пирамида из книг, явно ожидающая, пока хозяин соизволит её разобрать.

- Всё никак не выберу время, чтобы заняться этими развалами. - Посетовал Никанор. - Идём, Кирилл. Документы у меня в кабинете.

Документы? Какие документы?

Я пошёл следом за Гюрятиничем, устремившимся к узкой лестнице, ведущей на опоясывающий комнату балкон. Обогнув террикон из книг и остановившись прямо под лестничным маршем, Никанор потянул на себя один из шкафов. Тот неожиданно легко отошёл в сторону, оказавшись весьма оригинальной дверью.

Домашний кабинет полицмейстера не произвёл на меня того же впечатления, что и гостиная, хотя книг здесь тоже было немало. А вот протянутая им папка, очень похожая на ту, что не так давно вручил мне Владимир, заинтересовала.

- Отец, конечно, будет против, и братец бы не одобрил такого нарушения его слова, но здесь нет ничего, что ты не смог бы узнать, расспросив сведущих людей, например, своих соклубников. Так что, будем считать, я просто сэкономил твоё время. - Произнёс Никанор.

- Что это? - Спросил я, взвесив в руках этот своеобразный подарок. Тяжёленькая папка.

- Краткое досье на Долгих. - Усмехнулся Никанор. - И не благодари. Терпеть этого не могу...

Хо-хо! Не благодарить, да? И правильно, за такой подарок одним "спасибо" не отделаться!