Демченко А.В.: другие произведения.

Воздушный стрелок 2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 5.88*439  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Завершён 20.06.15.
    Текст урезан в соответствии с договором. Издан 12.2015., Альфа-Книга Извините :)
    Черновик можно дочитать в поглавной выкладке.


А.В. Демченко

ВОЗДУШНЫЙ СТРЕЛОК II

Пролог

   Я поднялся на веранду и, глянув вслед дружно нырнувшей в пруд троице барышень, недовольно хмыкнул. Нет, виды были... кхм, замечательные, да, но сейчас, они меня совершенно не волновали. Точнее, волнение было, куда от него денешься, когда твоему телу всего пятнадцать и гормон правит реакциями? По крайней мере, физическими... но, проблема вставшая передо мной, с легкостью перекрывала этот факт...
   Я просто не мог понять, что именно делаю не так. По всем расчетам, близняшки и Ольга уже должны были совершить качественный скачок в своем развитии, но... его не было. Нет, они продолжают развиваться, двигаются вперед, осваивая прием за приемом... Вот только, все их потуги даже отдаленно не напоминают успехи моих прежних учеников, не отягощенных такой мутью, как эфир или стихийные техники. Грубо говоря, имеем парадоксальный результат: одаренные, даже встав на цыпочки, не могут повторить достижения своих предшественников, для которых "огнешары" и "водяные плети" были не более чем элементами фэнтази, из книжек и фильмов. Хм... Не понимаю, что не так?
   Устроившись на веранде, я налил себе горячего, парящего на холодном осеннем ветру, чаю и, обхватив ладонями здоровую трехсотграммовую кружку, уставился, что называется, в никуда.
   Лес за забором моей "фазенды", уже потерял большую часть листвы и стал прозрачным. Яркое солнце почти не дарит тепла, а температура днем не поднимается выше десяти-двенадцати градусов по дядюшке Андэрсу... Осень... ноябрь уж скоро. А там и зима не заставит себя ждать.
   Я покосился на плещущихся в подогретой воде пруда девчонок и хмыкнул. На ум пришла фраза из книги любимого автора: "Пора переходить на плавки с меховым гульфиком..." Прав был Владимир Маркович, ой прав. А мне ведь еще надо успеть сруб бани на месте конюшни сложить. Зря что ли, я убил целую неделю на согласование этой "стройки века" с арендодателем? До снега, надо успеть коробку поставить, пускай трещит всю зиму. Глядишь, следующей осенью доведу баню до ума, тогда, к зиме можно будет уже париться...
   Вспомнив "бой" с представителями муниципалитета за мое право поставить на арендованном участке баню, я фыркнул. Ну да, чинуши нюхом почуяли возможность срубить деньжат на эксцессе с конюшней, и уже было завели шарманку о расторжении договора, для ускорения процесса отъема дензнаков, но... Арендовал-то я землю "со стоящим на ней зданием общей площадью шестьдесят восемь квадратных метров", и сгоревшая конюшня в договоре если и упоминалась, то только в составе "иных временных сооружений расположенных на арендуемом участке", перечень которых начисто отсутствовал... А учитывая документы пожарного расчета, подписанные Гдовицким, любые претензии по поводу сгоревшего "сооружения" муниципальные чиновники должны были бы адресовать роду Громовых, взявшему на себя ответственность за то происшествие в бывшем конном клубе....
   В общем, бодались мы недолго. Ровно до того момента, как мой спор с господином Ренном, представлявшим муниципалитет, стал известен его непосредственному начальству. После чего, вопрос рассосался словно сам собой, и мне было позволено возвести на месте сгоревшего сооружения, что пожелаю... в пределах разумного, определенных соответствующими положениями о строительстве в черте города, разумеется. Правда, договор, всё равно пришлось менять... да и денежек отдать немало, но зато, теперь, я могу строить на участке что хочу, и как хочу, никто и слова поперек не скажет. Даже суд. Точнее, особенно суд, благо он свое мнение по этому поводу уже высказал и решение его должно вступить в силу в октябре.
   М-да, о чем бы ни думать, лишь бы не о делах... С другой стороны, после феерической встречи со старшими представителями рода Громовых, устроенной Федором Георгиевичем на заимке, моя жизнь немного устаканилась и, впервые за все мое пребывание здесь, перестала напоминать пожар в борделе во время наводнения. Так что желание отдохнуть от навалившихся дел и проблем можно считать вполне естественным. Я даже временно забросил изучение истории семьи, отчего тот же Бестужев-старший только облегченно вздохнул, поскольку во время своих, довольно частых, надо сказать, визитов к нему в гости, я перестал доставать боярина расспросами о моих родителях.
   От грызни в роду Громовых я тоже самоустранился, вежливо напомнив трем братьям Георгия Дмитриевича, вместе с их детьми и племянником-наследником, о договоре заключенном между мной и родом Громовых, по которому, мы не вмешиваемся в дела друг друга. Да-да... "банк не торгует семечками, а я не даю денег в долг"... Но ведь договор заключен, а значит, должен исполняться. Господа бояричи поскрипели-покряхтели, но вынуждены были сдать назад и исключить мою персону из своих, еще толком не сформированных планов.
   Я вздохнул и, допив остатки чая, поднялся из-за стола. Четверть часа отдыха закончились. Пора вылавливать девчонок из пруда, выпроваживать их и... вперед, на разборку трофеев с базы наемников. Уже почти месяц прошел, о войне с Томилиными никто и не вспоминает, мой банковский счет пополнился внушительной суммой в почти полторы сотни тысяч рублей, а коробки с "хабаром", так и лежат неразобранными в подсобке, запертой на обычный навесной замок. Хм...
   Впрочем, выуживать близняшек и Ольгу из пруда мне не пришлось. Сами вылезли и, приведя себя в порядок, устроились за столом. Хм. Ладно, полчаса погоды не сделают.
   Я покосился на девчонок и, вздохнув, отправился на кухню за чашками.
   - Кирилл, у меня к тебе просьба. - Прервала молчание Ольга, когда я вернулся и, усевшись напротив учениц, разлил по кружкам горячий чай. Лина с Милой сделали вид, что ничего не слышат, и вообще, полностью заняты оценкой вкуса и аромата плещущегося в их чашках напитка. Но, если бы у них были лисьи уши, клянусь, они выдали бы своих хозяек с головой.
   - Слушаю.
   - Через две недели, девятого ноября, у нас в доме будет небольшой пир... Приходи, пожалуйста. - Как-то уж очень неуверенно проговорила Ольга.
   - Хм... Но, без приглашения... - Я нахмурился.
   - Нет-нет, отец пришлет его тебе завтра или послезавтра, просто... - Проговорила девушка и закончила уже совсем тихо. - Просто, ты ведь можешь отказаться...
   - А тебе очень нужно, чтобы я пришел. - Договорил я за нее.
   - Я очень хочу, чтобы ты пришел. - Поправила меня Ольга. - Пожалуйста, Кирилл.
   - А что за повод? - Поинтересовался я.
   - Именины отца. Придешь?
   - Почему бы и нет? - Пожал я плечами и, увидев расцветающую на лице Ольги улыбку, еле задавил желание улыбнуться вслед за ней.
   Как я и предполагал, чаепитие не затянулось надолго, так что уже через полчаса, ученицы покинули мой дом, и я, наконец, смог заняться делом, которое почти месяц откладывал на потом.
   Лязгнул амбарный замок, тихо скрипнула широкая и низкая дверь пристройки-подсобки, и в залитом солнечным светом проеме тут же заискрился целый рой пылинок... М-да уж. Прочихавшись, я недовольно покосился на пыльные ящики и, вздохнув, запустил в подсобку небольшой, но очень работящий смерч повышенной влажности. Покрутившись по подсобке минут десять, он, уже заметно потемневший, вылетел на двор и распался. Только шматок грязи шлепнулся наземь. Хороший пылесос получился. Надо запомнить прием. В конце концов, должна же быть какая-то выгода от моих стихийных недоспособностей, правильно?
   Я вновь заглянул в подсобку и довольно кивнул. Ну вот, совсем другое дело. Сиять, конечно, здесь нечему, но и впечатления пыльной гробницы какого-нибудь давно сгинувшего Тутанхамона, сие помещение больше не производит.
   Подхваченные телекинезом, ящики один за одним выплывали из подсобки и укладывались в эдакий штабель на веранде. Восемь, девять, десять... и две маленькие коробки сверху. Итого, дюжина. Обойдя вокруг получившейся кучи одинаковых ящиков военного образца, я вздохнул и решил заняться сначала "неформатом". Пластиковые контейнеры, несмотря на свои невеликие размеры, оказались довольно тяжелыми, а запах от них шел... кто хоть раз был в оружейке, тот поймет... И это уже интересно. Вроде бы, Громовы не собирались снабжать меня личным арсеналом, да и разрешения на него, у меня нет. Ладно, посмотрим.
   Первый контейнер приземлился на убранный после чаепития стол. Щелкнули замки-зажимы, и, аккуратно сняв крышку, я принялся разгребать промасленную бумагу... Хм. Кажется, пора искать приличное стрельбище. Я окинул взглядом ящик и покачал головой. Тут же тысячи три-четыре выстрелов, и, кстати говоря, размерность у этих стрелок совсем другая. Я взял в руку одну из картонных коробок, в которые были упакованы боеприпасы и, попытался прочесть мелкий шрифт. Производитель: "Ruger Waffenwerkstatt" GmBh, Гамбург. 100 зарядов типа "Стандарт", 2/3R. Две третьих? Надо будет разобраться с местными калибрами... Кстати, раз есть боеприпасы, значит, должно быть и то, из чего ими стреляют, так?
   Второй "неформатный" контейнер оказался на столе и был распотрошён в считанные секунды. Точно, вот они... О, какая интересная конструкция. Я вытащил из коробки один из двух лежавших в ней, завернутых в сбрую "пистолей", и попытался определить, что же такое несуразное попало мне в руки. А потом долго чесал пятерней в затылке. Такого... изврата, иначе не скажешь, я еще никогда не видел. Автоматический пистолет с подствольным боепитанием, это... сурово.
   Зачем надо было так издеваться над конструкцией, я не понял... Сначала. И, лишь отыскав в Паутинке описание попавшего мне в руки оружия, смог немного разобраться в логике создателя этого оригинального устройства. В отъемный трубчатый магазин очень удобно вставлять стрелки. Тонкие "крылышки" стабилизаторов сворачиваются, фиксируя тем самым боеприпас в распор. В донце трубки расположен небольшой кристалл, одновременно питающий эфирную "пружину" и кольцо направляющих на довольно коротком стволе. А в рукояти расположен основной питающий кристалл и... пластина зарядного артефакта. Во как! Теперь понятно, почему мне отдали эти "гаубицы".
  

ЧАСТЬ I. И МИРНОЕ НЕБО НАД ГОЛОВОЙ

Глава 1. Кот в мешке

   Оружие для одаренных. Имея подтвержденную ступень, пусть даже всего лишь "новика", владелец ствола не нуждается в разрешении на его ношение. И в принципе, это логично. Если уж одаренный сам представляет собой ходячее оружие, то какой смысл в дополнительной волоките и оформлении каких-то разрешений? Достаточно записи в архивах, подтверждающей его ступень.
   Единственное, что мне нужно сделать, это отослать уведомление в картотеку Сыскного Приказа, с номерами оказавшихся у меня стволов.
   Пара щелчков по браслету с моим настоящим идентификатором, и вот передо мной развернулись экран и небольшая клавиатура. Все-таки, хорошая штука, эта "Паутинка"! Да, особым разноцветьем, столь знакомым мне по Интернету, она не блистает, но и рекламы, мусорного контента и прочего хлама, куда меньше. При этом, в Паутинке есть всё необходимое, на мой взгляд.
   Вот, например, как сейчас... Чем тратить время на поездку в Сыскной Приказ, я просто вбил его в поиск и уже через минуту передо мной открылся лист небольшой анкеты. Паспортные данные, номер оружия, когда и как было приобретено. С последним пунктом вышел небольшой затык, но, полистав справку, я нашел подходящий ответ, и честно написал в соответствующей графе: награда от рода Громовых.
   Всё! Я в восторге. Пробежав взглядом письмо-подтверждение из приказной картотеки, я довольно кивнул и... снова полез в Паутинку, на этот раз на поиски информации по имеющимся у меня, теперь уже на абсолютно законных основаниях, пистолетам "Ruger" модели "Seufzer". Рюгер Зёйфцер, а если совсем уж по-русски, то Рюгер "Вздох". Хм... интересно, это намек на низкую шумность выстрела, или просто свидетельство отсутствия фантазии у автора названия?
   Итак, что мы имеем с гуся? Двенадцатизарядный автоматический пистолет, так называемого, "продольного" типа, внутренний диаметр ствола, две русские линии. Вот что значит та самая буква "R". А тройка, соответственно, означает длину пули. Три линии... эдакая "мосинка" поперек. Направляющее кольцо "мерцающего" действия, хм... ага, вспомнил. Так, кольцо обеспечивает разреженность от 0,2 до 0,7 от плотности окружающей среды. Однако... это получается, я сам могу регулировать плотность направляющего "луча" и скорость полета пули? Для чего такие излишества? А, кажется, понял. Больше плотность, меньше скорость, тише звук, и меньше возмущений, как в эфире, так и в видимом диапазоне. Помню-помню белесый след за летящими из "трещотки" стрелками. Хм... а что, неплохо. Точно. Начальная скорость заряда от четырехсот шестидесяти до двухсот девяноста метров в секунду. Вес, ну, тут я и сам убедился. Грамм шестьсот пятьдесят - семьсот, не больше. Рекомендуемый боеприпас... кто бы сомневался, всё тот же Ругер. Так, а теперь нужно найти место, где можно опробовать мои новые игрушки. Тир-тир-тир...
   Стоп! Отставить. Прежде чем лезть искать тир или стрельбище, нужно разобраться с остальными трофеями, а вдруг, там еще что-нибудь интересное найдется... покрупнее. С чем в обычный тир не сунешься.
   Придя к такому заключению, я убрал оружие обратно в контейнер и, закрыв обе коробки, потащил их в дом. Вернувшись на веранду, я окинул взглядом гору темно-зеленых ящиков и, довольно потерев руки, принялся за их потрошение. Первый "пациент" тяжело грохнул о крышку стола, слетели металлические замки-зажимы и... я разочарованно вздохнул. Полный ящик питающих кристаллов и пустых "трубок" магазинов. На кой мне столько?! Вздохнув, захлопнул крышку, защелкнул замки и потащил ящик в дом, определив его в соседи к коробкам с боеприпасами и оружием. Следующий...
   Похоже, ушлые интенданты Громовых решили надо мной поиздеваться. Открыв очередной ящик, я нашел в нем целых пять! разгрузочных жилетов и столько же совместимых альпинистских подвесных систем. Про веревки, репшнуры, ролики и прочие зажимы, вообще молчу. Они что меня в дивизию "Эдельвейс" собирают?!
   По мере проведения "вскрытий", я все больше и больше убеждался в том, что человек составлявший этот вот набор, комплектовал его по принципу: на тебе боже, что нам негоже... Большей частью, трофеи состояли из разнообразной военной "снаряги", от фляг и тактических фонариков, до боевого тактического планшета и пяти шлемов с ик-подсветкой. Хорошие вещи, в принципе, но... разнобойные и большей частью совсем не русского производства. А значит, не подходящие гвардии Громовых, ввиду невозможности интегрировать все это богатство в имеющиеся стандарты. Здесь нашлась даже неплохая так. сеть, на десяток гарнитур, в которую так же вписались и те самые угольно-черные шлемы, и пара выпотрошенных на предмет информации, вычислителей военного образца. Как я определил, что они выпотрошены? Так, заботливые "громовцы" к каждому из них пришпандорили бумажки-самоклейки веселенькой расцветки, на которых размашистым почерком были записаны пароли.
   Перебрав все ящики, я разделил их на две части. То, что мне может пригодится, и то, что мне на фиг не нужно... сейчас. Исходя из этого я и принялся растаскивать трофеи по углам. Что обратно в подсобку, что в дом, что... вокруг дома. Да, по размышлению, я решил, что с меня хватит нежданных визитов, заканчивающихся то смертью без похорон, то похоронами без смерти, и выгреб из ящика забитого всякой околотехнической фигней, добрых полсотни самых разнообразных датчиков. Включив один из доставшихся мне вычислителей, я "залил" в него программку из своего браслета, в свое время так подсобившую мне с наблюдением за базой наемников и школьными входами-выходами, и принялся уговаривать этот чёртов ящик "увидеть" разложенные рядом с ним датчики. Протоколы... шмратоколы...
   Три часа шаманских плясок с бубном вокруг этого порождения забугорного гения, и вычислитель-таки доложился о том, что у него появилось аж пятьдесят восемь периферийных устройств. Есть! Запускаю тест...
   Еще три часа возни и мата. Зато, теперь этот... этот выкидыш двоичной логики не только видит эти самые устройства, но правильно их определяет, а снимая сигналы со всех датчиков, правильно их интерпретирует, заодно еще и по-русски заговорил, продукт агрессивной военщины вероятного противника, понимаешь...
   А все потому, что я снес к чертям собачьим его ущербную англоязычную систему и влепил ОСО, открытую системную оболочку, разработанную студентами Тверского Политеха специально для совмещения импортных железок разных производителей. Очень неплохо получилось, между прочим...
   Глянув за окно, я присвистнул, а переведя взгляд на часы, вздохнул и решил отложить установку сигнализации и системы наблюдения до завтра. Ползать в темноте по деревьям, удовольствие невеликое, а уж в полночь-то, и подавно. Так что, всё завтра, завтра. А сейчас, легкий ужин, душ и баиньки. Эх, хорошо, что завтра воскресенье...
   М-да, воскресенье. Люди идут гулять, в парк, в центр города, в соседний сквер, на худой конец... А я тут, понимаешь, изображаю из себя дятла. Сижу на дереве и стучу, стучу, стучу... Хорошо, хоть, молотком, а не головой. А что делать, если крепление у датчиков не предусмотрено... или, что скорее, "громовцы" решили оставить крепежи себе. Наверное, они универсальные, а значит, и порядок в отчетности и возможность использования для собственных нужд сохранены. У-у, куркули... вот и приходится извращаться, чтобы разместить эти самые датчики, желательно так, чтобы их не было видно за километр. Эх...
   - Кхм, Кирилл... если не секрет, а что ты тут делаешь? - Раздавшийся снизу голос, заставил меня дернуться. Понятно. Ольга пожаловала. Значит, скоро и близняшки объявятся.
   - Что делаю, что делаю... - Пробурчал я. - Лешего зову, не видишь, что ли?
   - Эм-м... Кирилл? - А в голосе натуральное беспокойство, между прочим. Ну-ну...
   Закрепив, наконец, датчик, я спустился вниз и окинул взглядом выжидающе посматривающую на меня Бестужеву.
   - Что? - Да, я груб. Знаю. Но это уже двадцать шестой датчик, а значит впереди их еще тридцать два. Тридцать два раза я должен буду залезть на дерево, найти местечко поудобнее и всандалить в него цилиндрик датчика так, чтобы он полностью соответствовал схеме в моем браслете... Тут не то что рычать на окружающих будешь, на луну завоешь от такой перспективы!
   - Хм... У тебя что- то случилось? - Никак не отреагировав на мой тон, спросила Ольга.
   - Случилось. - Кивнул я, постепенно успокаиваясь. Ну, она же не виновата в том, какую свинью я подложил сам себе с этой чёртовой сигнализацией. - Идем в дом. Попьем чаю, заодно и расскажу, в чем дело.
   За чашкой чая, на этот раз не на веранде, а в доме, я поведал Ольге все перипетии своей эпопеи с установкой самодельной сигнализации... И сам не заметил, как на столе, рядом со сластями и пиалами с чаем появился тот самый вычислитель на общем экране которого, развернулась сляпанная мною схема...
   - Кирилл, ты меня умиляешь. - Покачала головой Ольга, рассмотрев то, что я наваял... - В пятнадцать лет измыслить такое... у тебя талант.
   - Да какой там талант. - Поморщился я. - Чуть-чуть логики, чуть-чуть знаний...
   - М-да, с логикой у тебя действительно все в порядке, а вот со знаниями... извини, но чувствуется их нехватка. - Проговорила Ольга и, заметив мой недоуменный взгляд, поторопилась добавить, - профессиональных знаний, я имею в виду.
   - Поясни.
   - Хм... это долго. А сейчас уже должны Лина с Милой прийти. Давай, после тренировки, а?
   И действительно, стоило Ольге договорить, как в сенях раздались шаги и в комнату вошли близняшки. Ну что ж, отложим разговор до окончания занятия.
   Казалось, с чего бы мне так внимательно прислушиваться к ее словам? Вот только я еще не забыл, что в свои семнадцать лет, эта девушка уже имеет сертификаты техника эфирных сетей и оператора БИЦ, а это штука посложнее пульта охраны, и не на один порядок. А сейчас, Ольга учится на втором курсе Павловского военного университета, и здешний аналог Тамошней "Можайки", совсем не то учебное заведение, где волосатая боярская лапа поможет сдавать сессии...
  

Глава 2. Предупрежден, значит вооружен

   Занятие прошло ожидаемо ровно. Лина и Мила уверенно выполняли упражнения, Ольга от них не отставала. А спустя четыре часа, когда тренировка закончилась, близняшки быстро привели себя в порядок, тихо попрощались и укатили по своим делам. Мысленно, я облегченно вздохнул. До недавнего времени Мила всеми силами старалась оттянуть время отъезда, и старалась не отходить от меня не на шаг, но... потихоньку-полегоньку, она начала приходить в себя, и наконец перестала изображать из себя мою тень. Даже улыбаться начала. Что ж, уже неплохо. Единственное, что меня беспокоит, так это время от времени бросаемые ею на меня взгляды... странные такие. И даже через Эфир не понять, чего в них больше: вопроса, опасения или... чёрт, да там такой коктейль эмоций, что без поллитры не разберёшься... А вот Лина, в отличие от сестры, возвращаться к своем прежнему поведению не собирается. После истории со смертью матери и Романа, она стала строже, язвительнее... и, похоже, именно в эту "ядовитость" и ушла вся ее прежняя вспыльчивость. Теперь, Лина не старалась устроить аутодафе каждому, кто ее вывел из себя, зато её злой язык не знает пощады. Правда, меня она задевать явно опасается, Ольга ее демонстративно игнорирует, так что весь яд достается Миле... и одноклассникам. А староста в раздраженном состоянии, это опасно. Мой класс тому свидетель...
   Проводив близняшек и получив напоследок от Милы подозрительный взгляд, мы с Ольгой вернулись в дом, где нас дожидался собранный мною из доставшихся трофеев конструктор "Сделай свою сигнализацию сам", и... конечно, чай. В Москве, этот напиток популярен как нигде. Традиция...
   Пальцы Ольги запорхали над призрачной клавиатурой вычислителя, и по огромному экрану поползли строчки сервисной информации.
   - Вот смотри, Кирилл. - Узкий коротко остриженный ноготок ткнулся в описание одного из датчиков визуального контроля. - Видишь, какой объем он может контролировать? А теперь вспомни площадь своего дома, вместе с прилегающей территорией... Она ведь примерно такая же. Так зачем тебе выносить этот тип за её пределы? Размести четыре штуки по вершинам. Два на крыше дома, один над пристройкой, и... вон, на столбе линии передач. Только последний датчик нужно будет перенастроить, чтоб не ловил помехи от эфирной линии. И всё...
   - Хм... - Да, это я лоханулся. Иначе не скажешь. Инерция мышления... это ведь не Тамошние видеокамеры, а эфирные датчики. У них угол обзора постоянные триста шестьдесят градусов, по вертикали и горизонтали. А это, сфера диаметром в добрых полсотни метров. - Хм, ну, хотелось бы, чтобы контролируемый объем был побольше...
   - Хорошо. Допустим, ты хочешь нечто большее, чем простую систему защиты от воров. - Кивнула девушка, ни словом ни жестом не показав, что она думает о такой "отмазке". - Тогда, вместо четырех видеодатчиков ты мог бы разместить десяток по периметру участка. Это уже даже не четырех, а десятикратное перекрытие территории самой ус... самого участка и двойное-тройное прилегающих территорий. То же самое с сейсмодатчиками. А вот систему датчиков движения уже нужно выстраивать иначе. Смотри...
   Вновь тонкие пальчики порхают по клавиатуре, сменяются настройки, числа скачут как сумасшедшие, и на экране возникает довольно сложная сеть датчиков, выстроившаяся вокруг бывшего конного клуба.
   - Ну вот, как-то так. При такой раскладке, у тебя под контролем оказывается не только сам участок, но и четыре гектара прилегающей территории. Считай, все подходы к бывшему клубу на глубину в пятьдесят-шестьдесят метров. Плюс, остается еще почти десяток датчиков, как раз на "усы" хватит. - Потянувшись, довольно кивнула Ольга. - Нет, в принципе, максимальную контролируемую площадь при имеющемся количестве и наборе датчиков, можно сделать и в три раза больше, но она будет слишком "тонкой".
   - Тонкой? - Я состроил непонимающую физиономию.
   - Это значит, что в такой системе не будет зон взаимного перекрытия. Теперь понятно? - С легкой улыбкой осведомилась Ольга. - А "усы", это датчики, вынесенные за пределы общего объема, на наиболее опасных направлениях. Что-то вроде системы раннего обнаружения.
   - Поня-ятно, хозяйка, чай, мы же ж, тоже ж не лаптем деланы, разумение имеем. - Покивал я, под хихиканье специалиста по системам наблюдения и контроля. Но стоило мне заговорить без ёрничанья, тут же посерьёзнела. - Ладно, предложение я понял, и принял. А раз так, давай-ка, бери вычислитель, и пошли монтировать эту твою сеть...
   - Кха. - Ольга с удивлением взглянула на меня, и получила широкую улыбку в ответ.
   - Инициатива имеет инициатора, так что, подъем. Труба зовет. - Развел я руками.
   - Ты все грозишься. - Тихо пробурчала Ольга, но не услышать ее с такого расстояния, было невозможно.
   - Красавица, не нервируй меня. Я ведь твои слова и за намек принять могу. - Хмыкнул я, в ответ на ее ворчание.
   Девушка покосилась на меня с некоторым ошалением во взоре и подорвалась с места. Спустя пару секунд, она уже стояла у выхода на веранду, сжимая в руках противоударный пенал вычислителя.
   - Мы идем, или как? - Поинтересовалась Ольга, старательно поправляя прическу. Ну да, ну да... А то я не заметил, как у нее уши заалели... и щеки, ага. Вот ведь! Детский сад, честное слово. И вообще, я что-то не догоняю: кто здесь, кого стесняться должен... исходя из физических кондиций и соотношения возрастов... официальных, разумеется.
   - Идем-идем. - Полюбовавшись на пытающуюся справиться с румянцем девушку, вздохнул я и, подхватив поставленную у выхода коробку с датчиками и инструментами, толкнул дверь.
   Первый час нашей возни с датчиками, Ольга молчала... Нет, что-то она говорила, конечно, но исключительно по делу, коротко и отрывисто. И только к окончанию работы, моя нареченная постепенно "оттаяла". Настолько, что в ней снова проснулось любопытство.
   - Кирилл, а зачем тебе это? - Поинтересовалась она, когда я закрепил последний из датчиков и вычислитель писком подтвердил его регистрацию.
   - Что "это"?
   - Ну, вот всё это... система наблюдения, ор... - Начала Ольга, но тут же осеклась.
   - О как. Интересно-интересно. - Я уставился на нареченную. - Неужто, ты забралась в мою спальню?
   - Кхм. - Ольга поперхнулась. А пунцовый цвет ей к лицу... Жаль, на этот раз она справилась со своим смущением куда быстрее. - Не лазала я в твою спальню! Делать мне больше нечего!
  

* * *

   От заявления Кирилла, Ольга смешалась. С чего он взял, что она забиралась к нему в спальню?! Да еще после той оговорки... Ну... ну что за день такой дурацкий, а?
   - Тогда, откуда сведения об оружии? - Склонив голову к плечу, поинтересовался стоящий напротив нее мальч... да нет, не мальчишка. Парень. Подтянутый, спортивный... и спокойный, как слон. Хотя... Ольга присмотрелась к Кириллу и, поймав его взгляд, обреченно вздохнула. Издевается, гад. Смеется и издевается... Ну, ладно!
   - А нечего ветошью измазанной в оружейном масле по дому разбрасываться. - Справившись с собой, фыркнула Ольга. - У тебя его запахом вся гостиная пропиталась. Да и ящики в сенях лежат... зелененькие такие... Кстати, откуда они у тебя?
   - Трофей с базы наемников. Моя доля за их главаря. - Взгляд Кирилла, что называется, подернулся ледком, а из голоса напрочь исчезли веселые нотки. И Ольга смутилась. Опять...
   - Кхм. Извини. - Пробормотала девушка, не зная, что еще сказать, но собеседник лишь пожал плечами.
   - За что? Все в порядке. Кофе хочешь?
   - Эм? - Ольга удивленно взглянула на Кирилла, но тот, казалось, был абсолютно серьёзен. Пятнадцатилетнего паренька ничуть не расстроило напоминание о не таком уж давнем происшествии, когда он вынужден был лезть на защиту идиотки-кузины, отчего-то решившей, что её никак не касается война родов, и ринувшейся на свидание к возлюбленному из стана противника... Тоже мне, Джульетта недоделанная! А ведь Кириллу пришлось за нее убивать...
   - Так что, на счет кофе? - Повторил вопрос "малолетний убийца", и Ольга поняла, что слишком долго молчала.
   - Лучше, чаю. У тебя хороший чай получается... - Слабо улыбнулась она.
   - Как скажешь, звезда моя. Идем пить чай... У меня, как раз и ватрушки есть. Утром купил, свежие. - Подхватив под руку, пребывающую в несколько заторможенном состоянии девушку, Кирилл уверенно повел ее в дом.
   Этих нескольких минут, Ольге хватило чтобы прийти в себя, и попытаться вновь настроиться на беспечную беседу... К тому же... ей действительно было интересно, зачем нареченный пытается устроить из своего дома эдакий эрзац загородной боярской усадьбы.
   - Вот упертая. - Вздохнул Кирилл. На этот раз, он не стал раскочегаривать самовар, и вскипятил булькавшую в нем воду одним точным и коротким воздействием из стихии воздуха, после чего принялся выставлять на стол чайные принадлежности. Но услышав вопрос Ольги, отвлекся и, поставив перед ней тонкую узбекскую пиалу, покачал головой.
   - Ну, правда, Кирилл... мне же интересно! - Ольга обезоруживающе улыбнулась.
   - Мой дом - моя крепость. - Всё-таки, нареченный решил ответить на ее вопрос и, разлив чай, уселся напротив. Покрутил в ладонях пиалу и договорил задумчивым, отстраненным тоном. - Дом должен быть самым безопасным местом для человека. Я так считаю, и хочу, чтобы мой дом был именно таким. Раньше, мне с этим как-то не очень везло, вот я и... стараюсь.
   - Не везло? - Нахмурилась Ольга, но Кирилл встрепенулся и, криво ухмыльнувшись, развел руками. Мол, извини дорогая, но это не тема для застольной беседы... Ладно-ладно. Она и сама всё узнает. Благо, занятия с близняшками никто не отменял...
  

Глава 3. Учить и учиться

   Школа, гимназия, зоопарк... охотничьи угодья для мелких хищниц. За моими маневрами и уходами от девушек, желающих приобщиться к кулинарному искусству, с наслаждением наблюдает весь класс. А Леонид с Марией, кажется, даже устроили тотализатор. Забавно, да... было первые две недели, а сейчас уже как-то не очень. Пора прекращать этот маразм, и желательно, побыстрее. Заодно и затею с тотализатором ушлой парочке обломаю...
   Вот только, как следует обдумать эту идею мне не удалось. Помешал завибрировавший на руке браслет.
   - Да?
   - Кхм... Кирилл, привет. - Появившаяся на экране, Лина нервно улыбнулась. О как. Это что за новости? Наша штатная змея подавилась собственным ядом?
   - И тебе не кашлять... Слушаю внимательно.
   - Эм-м... я бы хотела поговорить... с глазу на глаз. - Помявшись, проговорила Лина и, чуть помолчав, добавила, - и не только я. Ты не мог бы подойти к школьным воротам?
   - Сейчас? - Я машинально покосился на часы над дверью, до конца перемены оставалось еще добрых четверть часа. Вздохнул. - Это не может потерпеть до конца уроков?
   - Пожалуйста.
   Хм... Она что, Милу съела? Откуда столько вежливости? В последнее время, Лина, насколько я помню, вообще предпочитала обходиться без этих "атавизмов современного общества", как высказался один п...ридурок Там. Нет, положительно, стоит выполнить её просьбу, просто для того, чтобы убедиться в реальности происходящего.
   - Ладно. Через пять минут буду. - Кивнул я. Лина облегченно улыбнулась, кивнула и, пробормотав что-то вроде "спасибо", если мне не послышалось, конечно, отключилась.
   Интересно, что же там такое произошло, что кузина наступила на горло своей песне и не выдала ни одного язвительного комментария? Впрочем, а что бы она могла прокомментировать, если вся беседа свелась лишь к паре фраз...
   Двигаясь на выход из корпуса, я со вздохом миновал поворот к столовой, мысленно пообещав себе устроить небольшой перекус на следующей перемене. В холодильнике в моем кабинете еще должен оставаться мясной пирог... если его, конечно, не сожрали эти проглоты-моделисты, повадившиеся шариться в моих закромах, как на собственной кухне. Хотя, нет... если я правильно рассчитал, то теперь, после первой же попытки "взломать" холодильник, им должно стать не до еды. Совсем не до еды.
   Так, улыбаясь собственным мыслям, я миновал стоянку и вышел к воротам гимназии, за которыми, прямо у кромки тротуара был припаркован массивный "вездеход" с характерными миниатюрными флажками на капоте, украшенными гербом Громовых, а рядом в нетерпении крутилась Лина. Интересно... И что на сей раз понадобилось боярскому роду от мещанина?
   - Кирилл, здравствуй. - Когда я был уже в паре метров от машины, пассажирская дверь распахнулась и из "вездехода" вышел мой двоюродный братец.
   - И тебе не хворать, Алексей. - Я мельком глянул на его левую ногу. Уж больно аккуратно он "переносил" ее через порог. Проследив мой взгляд, Громов неопределенно хмыкнул и пожал плечами.
   - Ерунда. Каменной крошкой отрикошетило... Иннокентий Львович залечил за два дня.
   - Понятно. Спортивная травма... - Кивнул я.
   - Скорее, производственная. - Улыбнулся Алексей. - При штурме волгодонских складов зацепило. Дурака свалял, сунулся куда не надо.
   - Хм... Понятно. - Чую, штатному эскулапу Громовых не только ногу Алексея лечить пришлось, но и исполосованную задницу. - Сочувствую. А теперь, поскольку у меня нет никакого желания говорить об этой мерзкой погоде, а с прочими экивоками мы покончили, я хочу спросить: что тебе от меня надо?
   - С места в карьер... - Поморщился наследник. - Что так невежливо, Кирилл? Мы, все-таки, родственники.
   - Ты, действительно, хочешь услышать, что я по этому поводу думаю? - Поинтересовался я. - Или, просто ляпнул, не подумав?
   - Ладно-ладно. - Громов выставил перед собой ладони. - У меня, и правда, к тебе дело. Важное.
   - Слушаю. Внимательно. - Ответил я, тем же тоном и покосился на Лину. Открывшая было рот, кузина тут же его захлопнула и, явно инстинктивно, подалась на пару шагов назад. Боится? Хм... Еще интереснее.
   - Ну... не здесь же? - Оглянувшись по сторонам, проговорил Алексей.
   - Не томи, родственник. Выкладывай уже. У меня урок через пять минут начнется. - Поторопил я Алексея и тот, смирившись, махнул рукой.
   - Черт с ним. Слушай. Тут Гдовицкой шепнул, что в школу, где ты проходил экзамен, пришло аж три запроса от дедовых братьев... Ты же понимаешь, после той рыбалки, они основательно насели на деда. Так вот, это мягко сказано. Заключенные от его имени договора шерстит целый отряд юристов из "Борга и сыновей", а родовую переписку читают все три Дмитриевича, причем друг другу и вслух. В общем, всплыл ваш договор ученичества, его же тоже дед подписывал, и теперь, старшие хотят увидеть, на что расходуются такие средства. Должно быть, решили зацепить его на перерасходе...
   - Вот как? А почему он сам мне об этом не сообщил? - Нахмурился я и Алексей развел руками...
   - Ты, действительно, хочешь услышать мой ответ? - Ехидно усмехнулся кузен... И до меня дошло. Гдовицкой - глава СБ рода, боярский сын, он НЕ МОГ сказать мне этого прямо, поскольку это было бы прямым нарушением его вассальной присяги. Я ведь больше не член рода...
   - Нет, что ты. Это я ляпнул, не подумав. - Отразил я его улыбку.
   Вот интересно, а почему же Владимир Александрович не передал это предупреждение через близняшек? Побоялся, что не поймут и не передадут? Тогда, выходит, он считает Алексея куда умнее сестер? Хм... спорно, конечно. С другой стороны, даже я не могу не признать, что кузен сильно изменился с тех пор, как дядька всыпал горячих нашей далеко не дружной компании...
   А вот насчет того, что братья решили подловить Георгия Дмитриевича на перерасходе средств, боюсь, Алексей ошибается. В рамках тех средств, которыми может свободно оперировать род Громовых, эти шестьдесят тысяч, пустяк... Не копейки, конечно, но близко. Так что, сама по себе цена договора здесь не прокатит... А вот пойти довеском к более серьезным обвинениям, может вполне... заодно, сработает и как средство, чтобы пристегнуть меня к своим делам. Как? Да очень просто. По договору, мы не лезем в дела друг друга, но я же получаю "неоправданный" доход, а значит, нарушаю соглашение. В таком случае, род Громовых вполне может посчитать себя вправе подтвердить расторжение договора и снова всеми лапами влезть в мою жизнь. Ага, всем шестнадцатью, считая по четыре штуки на каждого брата... которые Дмитриевичи. Конечно, можно сказать, что эта идея притянута за уши, но общая ситуация проще от этого не станет. Паранойя? Хм... Как говорится, её наличие ещё не отменяет факта слежки. Неприятные новости, в общем, принес мне Алексей. Не плохие, но однозначно тревожные.
   - Кирилл! - Я поднял взгляд на Алексея и тот вздохнул. - Ну, наконец-то. А то я тебя зову-зову... Ты в порядке?
   - В полном. Не о чем беспокоиться. - Пожал я плечами. - А когда деды хотят устроить проверку, Гдовицкой не говорил?
   - Извини. Нет. - Развел руками кузен. - Но, скорее всего, до наступления нового года. Первого, дед Пантелей и дед Игорь уезжают на Урал, инспектировать перерабатывающий комплекс, а шестого января дед Григорий отправляется с тем же на двинскую верфь. Так что, считай, у тебя еще есть время до середины декабря, по крайней мере, так считает Владимир Александрович, а там...
   - Хм. А что помешает им нагрянуть завтра? - Я приподнял бровь.
   - Все должно быть показательно честно. - Поморщился Алексей - Полтора месяца слишком малый срок, чтобы достичь хоть чего-то... А вот три, это уже другое дело. Промежуточные экзамены в эфирных школах сдаются как раз через каждые двенадцать недель. Но, это не мое мнение, предупреждаю.
   - Понятно. - Я перевел взгляд на беззастенчиво "греющую уши", а потому, тихую как мышка, Лину и усмехнулся. Вот сейчас ей счастья-то привалит. - Поздравляю, ученица. Отныне занятия будут проводиться ежедневно, а не три-четыре раза в неделю. Можешь пойти и обрадовать сестру.
   Кузина насупилась и тяжело вздохнула.
   - И чего стоим, кого ждем? - Поинтересовался я у нее. Лина гордо вздернула носик и поплыла к зданию школы.
   - Бегом! - От моего рёва, девушка на миг сбилась с шага и припустила по дорожке, словно ужаленная. Великое дело, правильные рефлексы... Правда, через пару шагов, она опомнилась и сбавила ход до быстрого шага.
   - Хм. Злой ты, Кирилл... мстительный. - Помолчав, проговорил Алексей и, поймав мой взгляд, грустно улыбнулся. - Неужели, никогда не слышал: кто старое помянет, тому глаз вон...
   - А кто забудет, тому оба. - Фыркнул я. - Это не злость, Алексей и не месть. То, что было до реанимации, мы проехали, а за все косяки после, Лина уже свое получила. Больше, она подобных ошибок не делала.
   - Тогда, зачем ты с ней... так? - Спросил кузен.
   - За то, что не торопилась исполнить распоряжение учителя. - Я меланхолично пожал плечами. - Ничего личного. Ты же не обижался, когда Гдовицкой тебя на полигоне матом крыл за нерасторопность? Вот и здесь, то же самое. Обычный учебный процесс.
   - Ладно-ладно. Тебе виднее. - Тут Алексей глянул на свой тихо запиликавший браслет и, резко свернув разговор, наскоро попрощавшись, полез на заднее сиденье "вездехода".
   А я, проводив взглядом уезжающий автомобиль, хмыкнул и, развернувшись, потопал обратно. Учиться, ага.
  

Глава 4. И снова, и снова...

   Ничто так не успокаивает нервы, как хороший обед. А уже если еще и в приятной компании, так вообще, замечательно. Но, всё когда-нибудь заканчивается, так что, ровно в два часа дня, попрощавшись с Резановым и моделистами, насуплено взирающими на меня из-под зеленых бровей, я приоткрыл дверь кабинета и, убедившись, что снаружи нет ни одной из упертых "охотниц", вышел в коридор.
   А вот ученицы меня расстроили. Сначала Ольга опоздала, хотя, когда я связывался с ней через браслет, чтобы сообщить об изменении нашего расписания, она клятвенно обещала, что будет вовремя. Потом Лина с Милой отчего-то взялись дурить, так что простейшие приемы, получавшиеся у них до сегодняшнего дня с первого раза, стали выходить какими-то кривыми и... в общем, невнятными.
   - Мила, повтори сейчас то, что ты сделала. - Я уставился на хмурую кузину. Мила закусила губу и ответила мне непонимающим взглядом. - Что? Да-да, я имею в виду именно то непотребство, что ты пыталась выдать за "обманку".
   Девушка тяжело вздохнула, сконцентрировалась и... м-да уж. Лучше было бы и не пробовать. Мысли у кузины явно не о том. Сделав пару шагов, она сбилась и неровные "рваные" движения смазались, превращаясь в невнятное дерганье, совершенно не напоминающее то, что требовалось.
   - Не получается. - Развела руками Мила.
   - Вижу. - Кивнул я. - Лина, твоя очередь.
   Близняшка поднялась с лавки и, скользнув в сторону, на вдохе попыталась повторить упражнение, которое не получилось у ее сестры. И продержалась ровно четыре шага, после которых выдала тот же самый результат.
   - Отставить. Это не обманка, ученицы. Это припадок эпилептика... пляска святого Витта, какая-то. - Я вздохнул и покачал головой. - О чём вы думаете, хотелось бы мне знать?
   В ответ, сестры переглянулись и, одинаково тряхнув блондинистыми гривами, пожали плечами.
   - Мы стараемся. - Тихо, но как-то отстраненно проговорила Мила. - Но... сконцентрироваться не получается.
   - Предлагаете вернуться к трансовым тренировкам? - Хмыкнул я. - Не выйдет. Время костылей прошло. Теперь всё своими силами... Впрочем, кое в чём, жизнь я вам облегчить могу.
   Девчонки тут же вскинули головы, даже Ольга не удержалась, хотя, как раз у неё-то проблем с обманкой не наблюдается. Секунд десять-пятнадцать она уверенно выдерживает.
   - Что нужно делать? - Спросила Лина.
   - Хм... садитесь. - Я указал ученицам на вспененные коврики, лежащие на толстых досках веранды и, дождавшись, пока они займут указанные места, заговорил. - А теперь, смотрим четко перед собой. Да-да, на песок. Ваша задача, создать и удерживать эфирный поток, который "выгладит" дорожку от нижней ступени веранды, до вот этой черты.
   Я провел ногой по песку метрах в трех от веранды. Девушки пожали плечами и принялись за выполнение задания. А я... я устроился на лавке и тронул Эфир, прислушиваясь к создаваемым ими возмущениями.
   Не то, что бы это упражнение само по себе поможет им в выполнении "обманки", но вот выровнять поток силы, пропускаемый через тело, должно. А они в этом нуждаются, судя по тому, как возмущенно и резко вздрагивает побеспокоенный ими эфир. И если у Ольги дела обстоят вполне себе неплохо, то у близняшек, возмущения просто зашкаливают. Если сравнивать их действия, то сила нареченной струится несильным чуть вздрагивающим потоком, тогда как у сестер, эфир бьется и плюется, словно открытый на полную кран, в который только-только подали воду после долгого перерыва. Хм...
   Четверть часа упорного пыхтения привели к тому, что перед Ольгой образовалась четкая, хоть и заметно волнистая дорожка "выглаженного" песка, а вот результат близняшек больше походил на след доброго десятка проползших по песку змей. Волны, росчерки... жуть и ужас.
  

* * *

   - Рассказывайте. - Недовольно покосившись на "творение" сестер, резко проговорил Кирилл. Ольга тут же постаралась стать как можно незаметнее... пока не погнали. Впрочем, судя по брошенному "тренером" короткому взгляду, ей это не особо удалось... но гнать Ольгу, он не стал. Только хмыкнул неопределенно и вновь уставился на нервно заерзавших сестер.
   - Ты о чём? - Состроив непонимающую гримаску, нарочито ровным тоном поинтересовалась Лина. А вот Мила нахмурилась, но промолчала.
   - О том, что с вами произошло сегодня. Почему, уже отработанное до приемлемого уровня, действие вдруг стало вызывать у вас такие сложности. - Таким же тоном, холодно пояснил Кирилл. А стоило Лине открыть рот, как он со вздохом покачал головой. - Вот только врать не надо. Давно должны были понять, что любую вашу ложь я чую еще до того, как она срывается с языка. Итак, я слушаю.
   Лина захлопнула рот и вопросительно покосилась на сестру. Та, в ответ, только пожала плечами. Близняшки некоторое время помолчали, после чего, Лина всё-таки решила ответить.
   - Сегодня, по возвращении из гимназии в городскую усадьбу, дед Пантелей попросил нас показать, чему мы научились на твоих занятиях...
   - И был крайне недоволен тем, что мы не смогли показать ему даже самых простых эфирных техник. - Закончила за сестру Мила.
   - А... вот оно что. - Кирилл неопределенно хмыкнул и, саркастично усмехнувшись, озвучил невысказанную мысль своих кузин. - И теперь вы нервничаете, сомневаетесь и вообще готовы поверить, что всё это время занимались полной ерундой. Еще бы! Я же не научил вас никаким приемам, так?
   Кирилл внезапно ткнул в сторону Лины пальцем.
   - А ну-ка... За твоей спиной, на лавке лежит книга. Найди ее и передай мне. Эфиром, разумеется. - Резко приказал он. Девушка нахмурилась, но послушно прикрыла глаза и, спустя полминуты, дергаясь из стороны в стороны, а то и вовсе норовя улететь куда-то вдаль, небольшой томик исторических очерков, всё-таки переместился в руки Кирилла. Лина открыла глаза и выжидающе уставилась на "тренера". Тот взвесил на ладони книжку и фыркнул. - А теперь назови мне техники, с помощью которых ты проделала этот фокус... или хотя бы их аналоги в стихийных приемах.
   Ответом Кириллу стала полная и оч-чень глубокомысленная тишина. Сестры переглянулись, перевели взгляд на книгу в руке брата и... одновременно пожали плечами.
   - Стихийные техники могут только уничтожить эту книгу... или забросить ее к чёрту на рога. - Тихо заговорила Ольга, и близняшки вздрогнули, словно не ожидали, что рядом еще кто-то есть... или просто забыли о присутствии Бестужевой.
   - Правильно. Так что, неужели вы не могли продемонстрировать Пантелею Дмитриевичу хотя бы это? - Кивнул Кирилл.
   - Я не подумала. - Покачала головой Мила и сестра поддержала ее долгим и выразительным вздохом.
   - Техники-техники. Вы поверн... - Кирилл вдруг замер, потом обвёл сидящих перед ним девушек взглядом лихорадочно заблестевших глаз и внезапно расхохотался в голос. - Ну, конечно! Я болван! Вот, вот оно в чём дело! Вы повёрнуты на техниках. Моментальное сосредоточение, формирование посыла и мгновенный выплеск в стихиях... а в результате, получаем очередной стихийный выброс с громким и пафосным названием. Ла-адно. Диагноз ясен, осталось определиться с лечением...
   Ольга недоуменно хмыкнула. Мысль Кирилла была ей почти понятна... почти, но... вот именно. Почти не считается, и Бестужева попыталась устроить мозговой штурм. Невовремя.
   - Оля, не спать! - Оказавшийся рядом, "тренер" легко улыбнулся. - Давай-давай, поднимайся. Потом поразмышляешь над судьбами мира. А пока... продемонстрируй девочкам "обманку"... А вы, - Кирилл повернулся к сестрам, - попробуйте почувствовать, что она делает... в эфире. Принцип здесь тот же, что использовала Лина, когда я попросил ее "найти" и передать мне книгу, так что проблем с восприятием у вас быть не должно. Начали.
   Хлопок в ладоши, и занятие продолжилось, словно и не было только что никакого перерыва...
   По дороге домой, Ольга задумчиво рассматривала пролетающие мимо окна машины городские пейзажи и... мучилась от неизвестности. Как бы она не хотела переговорить с близняшками на некоторые темы, сегодня ей это явно не удалось. Во время тренировки, Кирилл жестко пресекал любые попытки общения между учениками, а по её окончании, близняшки вымотались настолько, что даже не остались на чаепитие, как это было обычно. Молча привели себя в порядок и поплелись к ожидавшему их "вездеходу", усталые и сонные... А еще Ольга не могла понять, за что же, в конце концов, Кирилл ее сегодня хвалил. За "обманку"? Так, вроде бы она уже не в первый раз выполняет этот фокус. Тогда, за что?
   Вот ведь учитель малолетний! Хоть бы объяснил толком. Так ведь, нет! "Умница, Оля. Хорошо сделано, продолжай в том же духе..." В результате, злые взгляды близняшек в награду, и неутоленное любопытство... Нет, и надо было отцу позвонить и выдернуть ее из-за стола аккурат в тот момент, когда Ольга собиралась как следует расспросить Кирилла, на тему спетых им в её честь, дифирамбах... И с сестрами "тренера" поговорить не удалось, и даже узнать, что их так выбило из колеи на самом деле, не получилось. Да, на самом деле! Уж Ольга-то понимает, что неудачная демонстрация своих умений не могла так повлиять на Милу и Лину. Там, совершенно точно, должно было быть что-то ещё...
   И Кирилл был странно недовольным... Как она это узнала? Почувс... Стоп-стоп-стоп. Только вот этого еще не хватало. Ольга встрепенулась и, тихонько фыркнув, активировала браслет. Нужно срочно отвлечься... и Паутинка, как раз, подойдет для этой цели, как нельзя лучше... А о Кирилле... Выкинуть, выкинуть все мысли о нём из головы, пока не... поздно.
  

Глава 5. Весь мир - театр... или школа?

   Казалось бы, по логике я сейчас должен метаться в поисках ответов на очередные вопросы... или, как минимум, уточнений той информации, что донес до меня Алексей. А вместо этого, я устроился в доме и, вспомнив старую, ещё Тамошнюю привычку, взялся за чистку оружия. Этот нехитрый прием всегда позволял мне сосредоточиться на проблеме требующей решения, и частенько помогал это самое решение найти. Вот и сейчас я достал из своего "арсенала" все стреляющие игрушки, в количестве трех штук и, вооружившись необходимыми причиндалами для чистки, устроил оружию самый настоящий ПХД... как-то мимоходом заметив про себя и порадовавшись, что имеющиеся стволы, ввиду их специфики, требуют куда меньшего ухода, чем их Тамошние "собратья".
   Итак, дано... Отвратительный контроль близняшек, да и у Ольги он, честно говоря, изрядно хромает, хотя и в куда меньшей степени, чем у сестёр-зажигалок. Вопрос, в чем причина этой бяки? Разберусь с первоисточником, можно будет подумать о решении. Хм. Ну, первое и самое очевидное, буквально бросающееся в глаза, это самая обычная, я бы даже сказал, оголтелая зашоренность. Они привыкли к разложенным по полочкам, до малейших нюансов и последней "запятой", так сказать, стихийным техникам. Заученным до автоматизма приемам и принципам их воплощения.
   Желание, эфир, выплеск стихии. Результат будет именно таким, какой требуется. Отклонения при правильном исполнении почти невозможны... И когда речь идет о создании единомоментных эфирных техник, эта привычка не мешает. Принципы-то, те же. Разве что элемент "хочу" меняется на "надо"... Но! Здесь и кроется подвох, эфир куда более многогранен и... пластичен, что ли? И при попытке создать что-то более долговечное, нежели простой кинетический щит, может извернуться так, что сам репу чесать будешь недоуменно, по типу: это чего это я сейчас такое учудил?... Если выживешь и удержишь контроль над "поехавшей" техникой, м-да.
   Там, такой проблемы не было. Любое действие, которому я учился сам и обучал других, всегда было построено на предельной концентрации, уточню, продолженной во времени концентрации. Как отвод глаз, например... или та же "обманка", которую некоторые несознательные граждане ошибочно именуют "маятником"... хотя, задача и ее решение схожи, да. Заставить противника нажать на спусковой крючок не тогда, когда это нужно ему, а тогда, когда это не принесет вреда тебе... по крайней мере, в теории. Убедить его, что вот-вот, буквально в следующий миг ты окажешься на линии прицела... и обломать. Вот только "маятник" основан на чистой физике и человеческих рефлексах, а "обманка", как я теперь понимаю, на эфирном воздействии, когда даже чутьё противника ему отказывает. Эдакий "маятник" в Эфире, да...
   Ха, да если бы не волнение близняшек, я бы еще долго не заметил, что они пытаются проделать этот прием не одним слитным действием, а чередой кратких возмущений Эфира. Можно сказать, повезло. Вот и вторая причина нарисовалась. Ошибка воздействия... и ошибка в обучении. Что? Сложно держать постоянный контроль над Эфиром? Так, просто в этой жизни, только дерьмо случается... впрочем, как и в той. В общем, будем исправлять.
   Да, когда они занимались трансовыми тренировками эта проблема отсутствовала, но ведь, по сути, тогда эфир контролировал я сам. Да, это здорово продвинуло девчонок в способностях к оперированию эфиром без постоянных срывов в стихии, но, к сожалению, не дало понимания правильного взаимодействия с этой нейтральной и довольно аморфной силой. А значит... значит надо придумать такие тренировки, при которых они научатся удерживать эфир в узде не на доли секунды, как это требуется при создании стихийных техник, а много-много дольше. На порядок дольше. Как минимум. Иначе так и будут изображать фыркающий кран на кухне.
   Тихо щелкнул фиксатор, намертво закрепляя трубчатый магазин под стволом Ругера и я, оглядев дело рук своих, довольно кивнул. Оба пистолета вычищены, а "трещотка-плевалка"... я взглянул на детали разобранного самопала, разбросанные по столу и, вздохнув, всё-таки решился при первой же возможности переделать его. Хорошенько повозившись с нормальным оружием и изучив его рунескрипты, я пришел к выводу, что мою самопальщину, по-хорошему, стоило бы вообще выкинуть и забыть, как страшный сон... но, окоротив взбунтовавшегося внутреннего транжиру, чуть ли не мурлыкающего при взгляде на "ругеры", решил сохранить и доработать этот "нелегальный" ствол. Конечно, до стандартов оружия фабричного производства, мне его не дотянуть, но вот сделать более надежным и долгоиграющим, вполне...
   Но, не сейчас. Я глянул на часы и, кивнув сам себе, принялся собираться. Через час, то есть в девять вечера, у меня назначена встреча в тире на Преображенке... точнее, в Преображенском. Здесь, этот район официально находится за территорией города и, по сути, представляет собой эдакий разросшийся военный городок с относительно свободным доступом. Когда-то на его месте располагались части Первого и Второго Преображенского полков, которые Государи России, по-моему, специально держали в непосредственной близости от боярского городка. Но, время идет, и теперь о прошлом Преображенского напоминают разве что названия улиц, здание Малого арсенала и десяток тиров и стрельбищ, разбросанных вдоль северных окраин села. По крайней мере, насколько я могу судить по Паутинке, картам и нескольким поездкам в те места на Лисёнке.
   Кстати, о времени... Покрутив головой, я вытряхнул из неё несвоевременные мысли и принялся за сборку "трещотки". Пора собираться, одеваться и выдвигаться. Хотелось бы появиться в тире немного раньше, чтобы успеть чуть-чуть принюхаться до того, как назначенный инструктор явится по мою душу.
   Брать с собой "самопал" я не собирался. Это, всё-таки не законный трофей, и засвети я его в том же тире, получу вместо долгого и вдумчивого освоения "ругеров", не менее долгое и вдумчивое собеседование с полицией, а потом... В общем, нафиг-нафиг такое счастье. Но пат... э-э-э, пуль? Короче, выстрелов к нему надо будет прикупить. Думаю, там где есть такое количество тиров и стрельбищ, должны найтись и оружейные магазины. Не может быть иначе.
   Регулируемая разгрузка, замечательная вещь. А уж когда она словно специально заточена под мой арсенал, и подавно. Впрочем, почему "словно"? Вполне возможно, что у неё был тот же владелец, что и у "ругеров", иначе, чем объяснить наличие идеально подходящей для ругера, нагрудной кобуры и доброго десятка своеобразных "газырей", не менее идеально подходящих под трубчатые магазины к моему оружию? А вот второй ствол пришлось пристроить в его собственной кобуре, на бедре. Благо двойное крепление позволяет. Туда же, в специальные гнезда отправились еще две "трубки". Хм... надо бы, наверное, еще пяток другой магазинов забросить в рюкзак. Хуже, точно не будет. Как говорится, боеприпаса бывает очень мало, мало и "маловато, но больше уже не унести". А уж с какой скоростью расходуется этот самый "припас" в тире и на стрельбище, у-у-у! Решено, возьму с собой еще десяток "трубок".
   Облачившись, и почувствовав на плечах знакомую тяжесть, я вздохнул. На миг вернувшиеся ощущения из Той жизни, накатили волной и схлынули, зарядив меня совсем не вечерней бодростью. Покрутившись так и эдак, я подтянул ремни-регуляторы и, убедившись, что разгрузка сидит как надо, потопал в спальню пополнять боезапас. А когда вошел и случайно глянул на себя в зеркало платяного шкафа, то не удержался от смеха. Всё-таки, пятнадцатилетний пацан в таком вот боевом "прикиде", выглядит довольно... хм, необычно, скажем так.
   Закинув в рюкзак полтора десятка "трубок", я подумал и, отыскав в шкафу просторную кожаную куртку, купленную мною "на вырост", надел ее поверх разгрузки. Глупо? А зачем дразнить гусей? Ведь до тира еще добраться надо... Мысль сложить разгрузку вместе с оружием в рюкзак, мне и в голову не пришла. Это тело не привычно к тяжести военной сбруи, а судя по первым трем месяцам моей жизни здесь, навык ношения разгрузки мне еще может пригодиться. Да и наработать навыки обращения с необычным снаряжением, тоже не помешает. "Трубки", всё-таки, совсем не то же самое, что и привычные мне Там магазины... а сноровка сама собой не появится.

* * *

   Когда ехидная дочка Старика сообщила Сергею, что на девять вечера у него забронировано время на "малой дорожке", инструктор недовольно поморщился. Вот ведь стерва! И как узнала, что у него на половину девятого назначена встреча с её сестрой? Всё никак прошлых обид забыть не может... Хотя, казалось бы, если кому и стоило обиды лелеять, так это ему, а не этой с-с... сероглазой язве.
   А уж когда он прочитал в карточке заказа данные гостя, всё с той же милой улыбочкой предоставленной ему Настасьей, настроение и вовсе пропало. Хотя-я... Сергей Одоев ухмыльнулся и, покосившись на моментально напрягшуюся девушку, сегодня дежурившую на приеме, активировал браслет.
   - Олег Палыч, добрый вечер. - Заговорил он, едва на экране появился владелец тира, нестарый еще, длинноусый и седобородый дядька, бывший гвардии полковник Брюхов, а ныне владелец стрелкового клуба "Девяточка", по прозвищу Старик.
   - А, капитан! Слушаю тебя. - Глубоким басом пророкотал Старик. Сергей мысленно вздохнул. Он уже три года как в запасе, но объяснять это точно такому же "запасному" бывшему командиру, бесполезно. На это у Старика всегда один и тот же ответ: "Гвардейцы бывшими не бывают!" И точка.
   - Кхм, Олег Палыч, просьба у меня. - Чуть помявшись, Одоев глубоко вздохнул и рубанул наотмашь. - Разрешите пригласить вашу дочку сегодня в тир.
   - Кха! - Как раз в этот момент отхлёбывавший чай из кружки поданной ему девичьей рукой, Старик выплюнул набранный в рот напиток и вытаращил на Сергея глаза. - Ты оборзел, капитан?
   Вопрос был задан тихо, так что Одоев отчетливо услышал чей-то сдавленный писк. Но была ли это сидящая за стойкой перед ним Настасья, или подававшая полковнику чай, Татьяна, не разобрал.
   - Никак нет, господин полковник! - Вытянувшись во фрунт, лихо, как и было принято в их полку, отчеканил Сергей. - Имею в виду исключительно воспитательную цель! Для Татьяны это будет очень полезный урок, господин полковник!
   - Не понял. - Помотал головой Старик, а Одоев аж поежился от сверлящего взгляда Настасьи. Но, отступать поздно, да и... Тут полковник прервал размышления Сергея и приказал, - излагай, капитан... только не ври. Кишки на кулак намотаю.
  

Глава 6. Учебы много не бывает

   И здесь близнецы. Это была первая мысль, которая пришла мне в голову, когда в холл стрелкового клуба, из двери за стойкой вышел обещанный мне инструктор в сопровождении точно такой же черноволосой барышни, как и та, что сидела у стойки приемной. У них не только фигурки и лица одинаковые, но даже одежда - полувоенного покроя неброского темно-серого цвета, один в один. Но одёжка, ладно. Судя по строгому военному френчу инструктора такого же серого оттенка, это здешняя униформа. А вот одинаково обиженные выражения лиц... на мой взгляд, это уже перебор. И судя по взглядам, которые сии едва ли двадцатилетние "чудесные видения" бросали на хмурого инструктора, причиной такого настроения был именно он. Я присмотрелся к девушкам и невольно хмыкнул. Всё-таки, они не так уж и похожи. По крайней мере, цвет глаз различается. У той, что сидела за стойкой, они серые, с этаким стальным блеском, а вот у её сестры, идущей хвостиком за инструктором, почти зеленые... Интересно. Семейный подряд у них здесь, что ли?
   Последний вывод я сделал, заметив на высокой груди сероглазой бэйджик, на котором значилось: Настасья Брюхова. Точно такая же фамилия, если верить Паутинке, была и у владельца этого клуба.
   - Господин Николаев? - Подтянутый, с военной выправкой, довольно молодой инструктор остановился в четырех шагах и смерил меня изучающим холодным взглядом. Чтобы получить такой же, в ответ.
   - Инструктор Одоев? - Поинтересовался я, копируя моего собеседника в интонациях и жестах. Ноги на ширине плеч, руки за спиной. Ну, прямо американский солдат по команде "вольно". Комично? Зато, вон, даже барышни заулыбались, глядя на мою карикатуру.
   Одоев хмыкнул, покосился на стоящую чуть в сторонке, старательно давящую улыбку девушку, с которой вышел в холл, и явно чуть расслабился. Так что, ответил он на мое передразнивание довольно добродушно и без всякого следа агрессии.
   - Он самый. Сергей.
   Пожав протянутую мне сухую и сильную ладонь, я кивнул в ответ.
   - Кирилл. - Я повернулся к сопровождавшей инструктора девушке и вопросительно на нее взглянул.
   - Татьяна. - Тихо представилась она. - Помощник инструктора по физической подготовке.
   - Очень приятно. - И правда, приятно. Девушка весьма привлекательная и спортивная... Вот только, я, вроде бы, не собирался здесь физо заниматься. Хм... Ладно, оставим пока.
   - Вот и познакомились. Так. Время довольно позднее, на дорожках уже никого, поэтому предлагаю разместиться не в классах, а непосредственно в тире. Там и поговорим и постреляем. Если успеем. Возражения? - Бросив взгляд на меня и на свою спутницу, Сергей получил в ответ два согласных кивка и заключил. - Замечательно. Тогда, вперед.
   - Кхм. У меня вопрос. - Чуть притормозил я уже развернувшегося Сергея. - Где можно вещи оставить?
   - В тире скинешь. Там есть, где бросить куртку и рюкзак. - Махнул рукой в сторону ведущей куда-то в подвал лестницы, инструктор. Ну ладно. С собой, так с собой.
   И мы пошли. Втроем. А спускаясь по лестнице, я буквально спиной чувствовал взгляд оставшейся в холле Настасьи, провожавший нас до тех пор, пока мы не скрылись из виду. Хм... Кажется, не у одного меня проблемы с "близнецовой коммуникацией". Ха!
   М-да. А вот о чём я не подумал, так это о том, как буду выглядеть в глазах инструктора, когда сниму куртку... Про отвисшую челюсть его спутницы, я и вовсе молчу. Девушка вздрогнула, сдавленно ойкнула и спряталась за спину Сергея.
   Хотя, вспомнив своё отражение в зеркале, не могу не согласиться с благоразумием такого поступка. Пятнадцатилетняя ремба, это... пугает. Кто знает, что ему, то есть, мне в голову взбредет. А ну, как начну палить из всех стволов куда ни попадя? Да уж.
   С другой стороны, уверенный новик не уступит в убойности тому же ругеру, а их, пятнадцати-шестнадцатилетних по Москве немало бегает. Так ведь, помимо новиков, есть еще и вои... которых, при определенных обстоятельствах можно и с гранатомётами сравнить. Их-то, конечно, поменьше будет. В нашей гимназии, например, как я узнал от всезнающего Леонида, всего пять учеников этой ступени числятся, но всё равно... это не так уж мало. И что-то я не замечал, чтобы люди от стихийников шарахались, даже когда те в дождь, над головами щиты располагают, вместо зонтиков, ага.
   - М-да. Всё еще хуже, чем я думал. - Задумчиво протянул Сергей, но заметив мой вопросительный взгляд, вздохнул. - Да нет, твоё дело, конечно, но чем ты думал, когда в таком виде по городу рассекал?
   - Во-первых, под курткой не видно. - Ответил я. Инструктор выразительно глянул на набедренную кобуру и я пожал плечами. - А во-вторых, я не люблю грязь.
   - А это здесь причём? - Не понял Сергей.
   - На улице дождь и я щитом прикрывался всю дорогу, чтоб не стать похожим на поросёнка. Так что, рассмотреть что-то за вспененным потоком воды вокруг моего мотоцикла, было невозможно. - Пояснил я.
   - Хм, не удивлюсь, если есть еще и в-третьих. - Повернувшись к своей спутнице, с улыбкой прокомментировал мои слова Сергей.
   - А как же. - Невозмутимо кивнул я. - Жизнь у меня беспокойная, вот и приучаюсь на себе эту сбрую таскать.
   - Кхм... разумно. - Посерьёзнев, кивнул инструктор и вновь обратился к своей знакомой. - Видишь Таня, как надо беспокоиться о целостности своей шкуры, по-настоящему? Учись.
   - А по-моему... - Начала было девушка, но, очевидно что-то увидела в глазах отвернувшегося от меня Сергея и, запнувшись, договорила явно не то, что хотела. - Я приму это к сведению, инструктор.
   - Вот и замечательно. Олег Павлович, несомненно, будет рад это слышать. - Ответил он, но Татьяна его перебила.
   - Кирилл, извини за назойливость, но... я, знаешь ли, сама люблю погонять с ветерком и... в общем, с каких пор на мотоциклы стали ставить щитовые артефакты? Или у тебя самоделка?
   - Да нет. Я же новик. - Пожал я плечами. - Уж на такое "колдунство" моих силёнок хватает.
   - О... поня-ятно. - Протянула Таня, победно взглянув на Сергея. Это что, она решила намекнуть на то, что я просто выпендриваюсь? Однако... А следующий ее вопрос доказал правильность моих подозрений. - Тогда, зачем тебе нужны пистолеты?
   Переведя взгляд вновь на меня, девушка ткнула пальцем в "ругер". Не узнала оружие? Хм. Странно. И что ей ответить?
   - В отличие от меня, в пистолете можно заменить боеприпас на такой, что даже вою не поздоровится. - Ответил я.
   - Ну да, а учиться техникам и развиваться дальше, лень. - Тихо фыркнула Татьяна... и моментально побледнев, тут же зажала себе рот ладошкой. Очевидно, дошло, что разговаривает не со старым знакомым, а с клиентом клуба, в котором сама же и работает. - Прошу прощения, я не должна была... Извините.
   О как... А у неё не всё так плохо с мозгами, как я успел подумать. Правда, речь все равно обгоняет разум, но судя по всему, не я причина её нынешнего состояния. Вот только мне почему-то кажется, что если дать девушке сейчас уйти, дальнейший урок мне сильно не понравится... а может быть, и все следующие занятия. Нет уж, этого я допустить не могу. Мне совсем не улыбается идея вновь названивать Прутневу с просьбой подыскать другой стрелковый клуб.
   - Ничего страшного, Татьяна. У меня возраст такой, что люди не воспринимают всерьёз ни меня самого, ни мои затеи. Всё в порядке. А насчет развития... я почти достиг своего потолка. Выше слабого воя мне не подняться... так что, после недолгих размышлений, я пришёл к выводу, что там где мне не могут помочь природные способности, их можно дополнить, хм-м, техническими решениями. - Проговорил я, мягко удерживая за локоть девушку, уже собравшуюся задать стрекача, пока Сергей не взорвался. Как я это определил? Ну, если лицо человека приобретает такой вот малиновый оттенок, легко предположить, что ему требуется сбросить давление, пока крышечку не сорвало. И в самом деле, не успел я договорить, как Сергей с шумом выдохнул и вновь сменил цветовую гамму... на более спокойную. А Татьяна, как раз, перестала тянуться к выходу, так что я отпустил её локоть и сделал пару шагов назад.
   - Так. Понятно. Оружие у тебя, как кое-кому должно быть известно, из разрешенных для ношения одаренными. - Справившись с собой, проговорил Сергей.
   - Разумеется. И зарегистрировано в Приказе, как положено. - Пожал я плечами.
   - Твоё собственное? Или... - Всё тем же деловитым тоном продолжил инструктор.
   - Своё. Для постоянного ношения, так сказать.
   - Угум. - Сергей, нарочито игнорируя притихшую Татьяну, обошел вокруг меня, и неопределенно хмыкнул. - Но ходить в таком виде по улицам, это всё-таки перебор. Я бы рекомендовал тебе заменить разгрузку на оперативную кобуру. Ругеры, пистолеты небольшие, а ты парень габаритный, так что, особых проблем с размещением оружия под верхней одеждой или даже пиджаком, быть не должно. А боезапас... раз уж ты такой жадный, носи в наручах. "Трубки" не длинные, мешать не будут... когда привыкнешь. Но о ветровках тогда и речи быть не может, сам понимаешь. Только свободные рукава...
   - Понимаю. Куплю. Но хотелось бы потренироваться и в таком виде. - Кивнул я.
   - Хм. Ладно, устроим. Я так понимаю, ты не хочешь брать готовый курс, а будешь заниматься на результат? Учти, свободный абонемент обойдется дороже, чем обычное обучение. - Получив в ответ еще один кивок, инструктор смерил меня странным взглядом. - Что ж, тогда у нас будет возможность покрутить разные варианты. Теперь так. Что у тебя с подготовкой?
   - Ну-у... - Протянул я - Скажем так, в имении у меня не было достаточно практики, так что, могу ручаться только за технику безопасности и основные приемы.
   Сергей глянул на лавку у стены, где тихо, как мышка, устроилась Татьяна и, вздохнув, взялся за работу.
   - Что ж. Тогда, давай проведем небольшой экзамен... - Начал он. Понеслась.
  

Глава 7. Мнения и обсуждения

   Занятие оказалось на диво плодотворным. Сергей даже фамильярность свою растерял. Сухо, жестко и дотошно он протащил меня через весь "комплекс", и честно говоря, мне было трудновато удержать некоторые привычки, въевшиеся за время службы. Хорошо еще, что моменты, которые скрыть просто не удалось, инструктор записал в заслуги моих гипотетических наставников в имении.
   И в то же время, это было весьма познавательно. Работа с "ругерами", как я и подозревал, требовала немного иных навыков, чем привычный мне огнестрел. Ничего сверхнеобычного, но и отбрасывать подобные моменты в сторону, значило бы сделать глупость, которая могла дорого обойтись в боевой обстановке. А это, понятное дело, меня совсем не устраивает.
   В общем, как инструктор, Сергей оказался на высоте, а его фамильярность перед началом занятия... Да черт с ней. Честно говоря, окажись я на его месте Там, тоже был бы не в восторге от перспективы возиться с пятнадцатилетним мажором. К тому же, если я правильно понял ситуацию, то всё устроенное Сергеем и Татьяной шоу, было если не запланированным, то великолепной импровизацией, точно. Уж очень отличалось поведение девушки во время беседы, и во время занятия. По началу, когда инструктор только начал гонять меня на предмет выяснения подготовки, я ожидал, что Татьяна не удержится от замечаний, но... Нет, девушка далеко не дура, и её изучающий взгляд, неотрывно преследовавший меня всё занятие, только укрепил в этом мнении. А если еще учесть попытки отследить меня в Эфире... коллега, что тут еще скажешь. Про постоянно ведущуюся запись занятия, я и вовсе молчу. Причем, запись шла не только в стационаре, Татьяна тоже активировала фиксатор своего браслета...
   Впрочем, чего ещё можно было ожидать от протекции Прутнева? А в том, что "Девяточка" имеет непосредственное отношение к "клубу" эфирников, можно не сомневаться. Достаточно "принюхаться", и все сомнения отпадут. И Сергей и Татьяна, и даже Настасья за стойкой в приемной, уверенно себя контролировали, так что истечение эфира от них, характерное для любого одаренного, было минимальным. Собственно, если не "приглядываться" внимательно, их вообще можно было бы принять за обычных людей без крохи Дара... пока не увидишь, как ловко, буквально в два касания, тот же Сергей заполняет накопитель пистолета Эфиром, и как привычно и уверенно та же Татьяна активирует стационарный кинетический щит, перед началом стрельбы. Это при том, что сам пульт находится у входа в зал, а девушка устроилась на лавке у стены, недалеко от дальней дорожки, которую, собственно, и облюбовал Сергей для нашего занятия. А это, навскидку, метров тридцать...
   В общем, чего-то в этом роде и стоило ожидать. Хоть Прутнев и говорил, что мой прием в "клуб" уже состоялся, но чтобы подобное дело обошлось без проверки? Не верю. И нынешнее поведение сотрудников тира, наилучшее тому подтверждение. Хотя, и грубоватое. Впрочем, они же рассчитывали свою игру на пятнадцатилетнего мальчишку, так что, нет ничего удивительного в том, что спектакль с язвительный помощницей инструктора по физо, ни в грош не ставящей стрелковое оружие, показался мне несколько топорным... А вот на прежнего Кирилла, он бы почти наверняка оказал своё действие. Парень бы из кожи вон вывернулся, и наверняка накосячил бы. Хм. А может быть, и нет... Всё-таки, к близнецам, тем более женского пола, у Кирилла было совершенно нетипичное отношение, описываемое кратко, но ёмко: тотальное недоверие.
   И о чём это говорит? Прежде всего, о том, что теплая компания "Девяточки", как минимум, понятия не имеет об истории взаимоотношений Кирилла с сестрами, иначе бы постановка была совершенно иной. Значит, Гдовицкой молчит и не распространяется обо мне даже своим собратьям-эфирникам. Правда, обольщаться таким благородством не стоит. Скорее всего, причина его молчания никак не связана с благожелательным отношением главы СБ Громовых к мещанину Кириллу Николаеву из одноименного рода, и предсказуемо проста. История моих прошлых взаимоотношений с Линой и Милой напрямую касается имени Громовых, а Владимир Александрович отличается абсолютной преданностью присяге, так что болтать о делах рода не станет. По крайней мере, без одобрения со стороны самой семьи... точнее, наследника главы рода. Проверено на личном опыте.
   Я выключил душ и, насухо вытеревшись найденным в шкафу раздевалки новеньким полотенцем. Да-да, после двухчасового "экзамена" у Сергея, я чувствовал себя, как после хорошего марш-броска, и душ был мне просто необходим.
   Одевшись и упаковав опустевшую разгрузку в рюкзак, я миновал зал тира и, поднявшись по лестнице, оказался в холле. Настасьи не было, зато на ее месте обнаружилась Татьяна, тихо воркующая о чем-то с облокотившимся на стойку Сергеем.
   - Кхм. - Услышав мое покашливание, инструктор тут же отвлекся от флирта.
   - О, Кирилл, ты уже здесь... - Проговорил он. - Полагаю, хочешь услышать об итогах нашего первого занятия?
   - Хотелось бы. - Кивнул я. Когда я спросил его об этом, сразу по завершении "урока", Сергей только головой мотнул и отправил меня приводить себя в порядок. Дескать, как раз у него будет время подвести итоги.
   - Ну, что я могу сказать... Основа у тебя есть, и даже больше. Твои наставники очень хорошо поработали. Вот только, тебя явно учили работать с другим оружием... Что-то, с довольно большой отдачей и иным способом заряжания. Я прав?
   - Да. - Я коротко кивнул и замолк. Ну правда, не рассказывать же ему... правду. Хм, почти каламбур.
   - Ясно. - После недолгого молчания, поняв, что объяснения не последует, продолжил Сергей. - В общем так, переучивать тебя, только портить. Поэтому, для начала поработаем над "доводкой" необходимых навыков, а там... там посмотрим. Жду тебя на следующем занятии. Я здесь каждый день, во второй половине дня, до двадцати трех ноль ноль. О времени визита предупреждай за день. Вроде бы всё... А, да, и постарайся всё-таки приезжать в тир в цивильном. Лучше уж, тут свою разгрузку надевай, раз тебе так нужно к ней привыкнуть.
   Поняв, что большего я не услышу, я попрощался и, махнув этой сладкой парочке рукой, потопал на выход.
  

* * *

   - И что это был за спектакль? - Отставной полковник отключил запись только что завершившегося занятия, откинулся на спинку широкого, жалобно заскрипевшего под его огромным телом, кресла, и окинул недовольным взглядом Сергея.
   - Хм, а по-моему, всё прошло очень даже неплохо. - Тихо проговорил тот в ответ, ничуть не смущаясь сверлящего взгляда бывшего командира и нынешнего работодателя.
   - Я тебе покажу "неплохо". - Прорычал Брюхов. - Если на следующем занятии этот парень не появится, ты сам за ним отправишься и приведешь в клуб за руку. Понятно?
   - Так точно. - Моментально вытянувшись во фрунт, отчеканил тот. И уже тише, добавил. - Но он придет... сам.
   - Откуда такая уверенность? - Прищурился Олег Павлович.
   - Татьяна... - Вместо ответа, Одоев повернулся к дочери Брюхова. - Твоё мнение...
   - Вернётся. Он... ему любопытно. - После недолгого размышления, проговорила девушка.
   - Ему... что, простите? - Густые седые брови хозяина клуба удивленно поползли вверх.
   - Я не знаю, как объяснить. - После нескольких минут сосредоточенного молчания, заключила Татьяна и взглянула на сестру. Та хмыкнула, но всё-таки соизволила вставить свои две копейки.
   - Кириллу интересно, почему Михаил отправил его именно в наш клуб. А уж после представления устроенного Сергеем и моей дражайшей сестрицей, любопытство и вовсе зашкалило. - Тут Настасья на миг прервалась и договорила уже куда более едким тоном. - Но учти Сергей, еще раз попробуешь "раскачать" нашего гостя и он, почти наверняка, плюнет на то, что всё это лишь спектакль и устроит тебе несчастный случай на производстве. Так что, не советую больше рисковать.
   - Хотелось бы взглянуть. - Гулко хохотнул Брюхов. - Мастер Эфира против старшего воя... это должно быть весело.
   - Хм, да я и не собирался его "раскачивать", это Танеч... прошу прощения, это Татьяна решила вдруг проверить протеже Прутнева на толстокожесть. - Развел руками Сергей. - Мне оставалось только подыгрывать.
   - Надо же, впервые на моей памяти, капитан Одоев не выгораживает собственного подчиненного. - Фыркнув в усы, заметил бывший полковник и кивнул дочери. - Ну, что скажешь, Танюша? С чего вдруг ты поломала весь рисунок встречи?
   - Да... - Девушка помялась и, выдохнув, решительно рубанула, - взбесил он меня. Мальчишка же еще, а взглядом, чуть не до исподнего раздел, а потом... потом и вовсе стал смотреть, будто взрослый папа на выступление детей на утреннике. Бр-р. Вот я и решила его немного "потрясти".
   - О... да у тебя, сестрица, гордость взыграла, а? - Захихикала Настасья, но под суровым взглядом отца, тут же осеклась.
   - Неужели, он такой самоуверенный? - Поинтересовался у инструктора бывший полковник
   - Скорее, просто уверенный. - Уточнил Сергей. - Уверенный в своих силах, умениях... и без зазнайства. Странный молодой человек. Чую, это будет очень интересная работа.
   - А что Гдовицкой? Михаил же с ним разговаривал? - Поинтересовалась вдруг Настасья.
   - Молчит боярский сын. Как рыба молчит. - Машинально ответил Брюхов, но тут же встрепенулся и нахмурился. - Та-ак. А ну, отставить эти ваши штучки! Взяли моду, понимаешь, на начальстве свои кунштюки отрабатывать!
   - Есть. - Все трое встали по стойке "смирно". Хозяин клуба окинул дочерей суровым взглядом и, вздохнув что-то вроде: "все в мать", обратился к инструктору.
   - Значит так. Отныне, работу по "Николаеву" ведешь один. Девчонок в нее не втягиваешь. Это тебе не полигонные испытания, да и кандидат не "кукла". По завершении работы, развернутый анализ и доклад мне на стол. Подчеркиваю: развернутый доклад! Это понятно, капитан?
   - Так точно. - Кивнул тот.
   - Уже хорошо. - Вздохнул Брюхов. - И постарайся обойтись без экстрима и этих ваших импровизаций.
   - А мы? - В унисон проговорили сестры.
   - А вы... вы идёте готовить ужин. Время заполночь, а мы еще не ели. На этом, заседание считаю закрытым. - Проговорил полковник и, смерив дочерей деланно недоуменным взглядом, спросил, - вы ещё здесь?
  

Глава 8. Можно учиться на чужих ошибках... но эффективнее, на своих

   Я смотрел на стоящих передо мной Милу и Лину, и ждал. Просто ждал, когда преградившие мне путь к школьной стоянке, кузины, наконец, объяснят, что им нужно. А они стоят и молча переглядываются... Не решили, кто будет говорить, или не знают, как сказать то, ради чего вообще подошли? В принципе, ни тот ни другой вариант мне не нравятся. Заранее...
   Поняв, что если их не расшевелить, они так и будут изображать двойной шлагбаум на моем пути, я вздохнул.
   - Ну, и что у вас случилось на этот раз? - Поинтересовался я.
   - Кхм... - Лина аккуратно, но точно заехала локтем под ребро сестре и та, наконец, заговорила. - Кирилл, ты же в курсе предстоящего пира у Бестужевых?
   - Конечно. - Кивнул я, вспомнив доставленное мне вчера посыльным приглашение.
   - Понимаешь, мы тоже туда приглашены... в смысле, Громовы. Точнее, отец с Алексеем... и мы с Линой. - Проговорила Мила и, зависнув на секунду, закончила фразу откровенной скороговоркой. - Помоги нам собраться к пиру, пожалуйста.
   О как. От такого поворота, я немного опешил. Ладно, ещё были бы очередные новости из дома Громовых, или... да хоть известие о всеобщей мобилизации одаренных... но вот такого заявления я никак не ожидал.
   - Эм-м... Может, вам лучше поговорить на эту тему с Ольгой? - Осторожно поинтересовался я.
   - Это будет невежливо. - Вздохнула Мила. - Кирилл, пожалуйста. А мы поможем тебе.
   - Мне? Разве мне нужна помощь? - Не понял я.
   - Неужели, ты уже пошил себе костюм? - В деланном удивлении приподняла бровь, молчавшая до этого Лина.
   - Хм. Да у меня есть вполне приличные костюмы. Я же не с пустой сумкой из имения уезжал. Зачем заказывать-то? - В ответ, сестры одновременно осуждающе покачали головами и вновь переглянулись. И что такого я сказал?
   - Ольга была права. - Тихо пробормотала Лина, а Мила, нахмурившись, согласно кивнула и перевела взгляд на меня.
   О как... ситуация проясняется. Ну, нареченная, ну конспиратор! Ла-адно. У меня ещё будет время сказать ей спасибо.
   - Кирилл. Так не пойдет. Этот пир, фактически, будет твоим первым выходом в свет. На тебе должен быть НОВЫЙ костюм. И не абы какой. - Проговорила наша мисс "Рассудительность".
   - Стоп-стоп-стоп. - Я замахал руками. - Какой первый выход?! Я же уже был на пирах. У тех же Томилиных, например.
   На лицо Лины, на мгновение словно тень наплыла, но она тут же справилась с собой. И поддержала сестру.
   - Во-первых, появляться на разных пирах в одном и том же костюме, дурной тон. Уж это-то ты, должен знать, разве нет? - Заговорила наша язва, смерив меня подозрительным взглядом. - А во-вторых, прежние визиты не в счет. Ты там был, как домочадец рода Громовых, один из... А через неделю, тебе предстоит самостоятельный выход, от своего собственного имени. Понимаешь?
   - Ладно-ладно. - Эти заморочки были мне напрочь неизвестны. О них даже Агнесса на занятиях не говорила, по крайней мере, мне и Алексею... но ведь у девчонок, как впрочем и у нас, были и отдельные уроки... и тут стоит вспомнить, что подготовка к пирам и к походам на таковые, всегда лежала на плечах женской половины рода. В общем, если допустить, что на тех занятиях речь шла именно о подобных нюансах, становится понятным, зачем вообще были нужны раздельные уроки этикета... Я покосился на выжидающе посматривающих на меня кузин, и вздохнул. - Когда идём по магазинам?
   - Ателье, Кирилл! Только ателье. - Фыркнула Линка.
   - Ха! До пира осталось всего шесть дней! - Воскликнул я. - Какое ателье сошьёт костюм за такой срок?
   Сёстры в очередной раз переглянулись и сожалеюще вздохнули. Типа, что взять с убогого? У-у, буржуйки.
   - То, в котором ты заказывал свою школьную форму. - Под негодующее фырканье Лины, проговорила Мила. - А как ты думаешь, почему в списке, предоставленном гимназией, нет ни одной лавки готового платья? Именно из расчета на такие вот случаи, когда срочно нужна официальная одежда. Это обычные ателье и портные могут себе позволить строить костюмы месяцами, а мастерские из гимназического списка, куда расторопнее.
   - Хм... Ладно. Уговорили. И когда начнём? - После недолгого размышления, я согласился с доводами сестер. Мне откровенно не хотелось ударить в грязь лицом на пиру у Бестужевых. Там и так, наверняка, на меня будут коситься, как на "неведому зверушку", так что подводить хозяев, точнее хозяйку своими собственными "косяками", мне не хочется. И помощь Милы с Линой, будет кстати.
   - В том-то и дело. - Вздохнула Мила. - Если мы хотим успеть к пиру, то начинать надо сегодня. - И уточнила. - Сейчас.
   - Понятно. И одним-двумя визитами к портным, мы явно не отделаемся. - Кивнул я. На фоне грядущей инспекции старпёров, это напрягало. Впрочем... - Ладно. Но занятия не отменяются. Это ясно?
   - Да. - Одновременно кивнули близняшки, и Лина махнула рукой в сторону школьных ворот.
   - Машина ждет. Едем?
   - А рыжего я здесь оставлю? Ну уж нет. Не хочу завтра добираться до гимназии на такси. Так что, поступим иначе. Скиньте мне адрес вашего ателье, я заеду домой, брошу вещи, и встретимся уже там. - Покачал я головой... и сёстры так же дружно повторили мой жест.
   - Начинать нужно с твоего костюма. - Пояснила Мила и, заметив скептическое выражение моего лица, пояснила. - Его шить дольше. Так что, сначала в твоё ателье.
   - Хорошо. - Я не стал спорить. Зачем? Девчонкам виднее. - Тогда, ловите адрес.
   Отправив им на браслеты найденные в школьной Паутинке данные мастерской, в которой заказывал свою форму, я свернул экран и взглянул на сестёр.
   - Ну что, погнали? - Лина с Милой довольно закивали и, развернувшись, поплыли к школьным воротам.
   - Да, совсем забыл уточнить. - Бросил я им в спины. - После "забега" по ателье, жду вас у себя дома. Предупредите охрану, что вернетесь ночью.
   Близняшки замерли на месте и, медленно обернувшись, уставились на меня в немом изумлении.
   - Что? Я же говорил: занятия не отменяются. - Пожал я плечами и махнул рукой в сторону ворот. - Ну, и чего замерли? Езжайте-езжайте, Ольгу я сам предупрежу.
   Кто бы знал, какая это мука, возиться с выбором тканей, фасонов и прочего! Насколько проще было с заказом формы. Есть установленный образец ткани, жестко регламентирован покрой, остается только подогнать всё это дело по фигуре, и аллес. А выходной костюм... Нет, в памяти Кирилла были воспоминания о визитах портных в имение, но тогда, выбор всей этой чепухи ложился на кого-нибудь из жен боярских детей рода, а от самого Кирилла, опять же, требовалось только присутствие на примерке.
   В этот же раз, всё было совершенно иначе. Лина с Милой увлеченно переругиваясь между собой, умудрились втянуть в свой спор не только меня, но и отчаянно грассирующего Иосифа Марковича, вместе с обеими его помощницами в торговом зале...
   В общем, до портного близняшек мы добрались только спустя три часа... и пробыли у него всего час. Оказывается, сёстры уже выбрали себе ткани и покрой, и моё присутствие нужно было лишь для того, чтобы оценить их же собственный выбор. Ну, что я могу сказать... Сложить два и два было не так уж сложно. Равно, как и понять, что надобности в моем присутствии здесь, не было ровным счетом никакой. А посему, я решил немного похулиганить. Так сказать, маленькая месть за шоу у Марковича...
   Пока девчонки общались с помощницами своего портного, рассматривая образцы чего-то там... я подошел к их мастеру.
   - Петр Николаевич...
   - Да-да. Внимательно вас слушаю, молодой человек. - Тут же обернулся ко мне толстенький портной. Эдакий задорный колобок в вельвете, фонтанирующий неподдельным энтузиазмом.
   - Кхм... я хотел бы с вами посоветоваться. - Тихо проговорил я. - По поводу платьев для моих кузин.
   - О да, внимательно вас слушаю!
   - Понимаете, какое дело... - Поглядывая в сторону сестёр, заговорил я...
   Надо отдать должное господину Елину, он понял идею с полуслова и, довольно покивав, согласился с моими доводами. А дополнительная сумма, в виде пяти красных бумажек номиналом в десять рублей каждая, и вовсе сняли последние вопросы портного. Вот и замечательно, вот и договорились. Будет близняшкам сюрприз от кузена... А нечего из меня идиота делать! Тоже мне три лисы... Почему три? Потому что, без Ольги здесь дело точно не обошлось. Ну, с ней я тоже разберусь. Попозже... Есть у меня одна идейка...
  

* * *

   - Лина, тебе ничего не показалось странным сегодня? - Поинтересовалась Мила у клюющей носом сестренки, сидящей рядом с ней на заднем сиденье "вездехода". За окном мелькали залитые дождём ночные пейзажи Москвы, ярким желтым светом фонарей полосуя салон несущейся в боярский городок машины.
   - Хм... - Лина на миг приоткрыла глаза и, зевнув, пробормотала. - Если не считать странных улыбочек Кирилла, ничего...
   - Вот и я о том же. - Задумчиво кивнула Мила и, почувствовав на себе взгляд близняшки, вздохнула. - Может, предупредить Ольгу?
   - Ага. Хочешь, чтоб мы вдвоем отдувались за её идеи? - Проворчала Лина. - Нет уж... Да и не факт еще, что он действительно догадался...
  

Глава 9. Учения, как они есть

   Звонок от Прутнева застал меня аккурат в тот момент, когда я, как раз, собирался оседлать "Лисёнка", чтобы отправиться в гимназию. И честно говоря, выслушав Михаила, я почти не был удивлен. На мой взгляд, Гдовицкому с дядей Федором изначально нужно было организовать канал связи именно через него, а не передавать информацию, используя отпрыска наследника рода в качестве курьера... Тем более, что никаких особо "тайных" известий Алексей мне не предоставил. Или?... Тьфу. К чёрту! Ещё не хватало заморачиваться на эту тему. Мне и без конспирологии, есть чем заняться.
   В общем, от души поблагодарив Прутнева за беспокойство и клятвенно пообещав прибыть к нему в гости не позже половины третьего, я поддал огня и Рыжий, сорвавшись с места, с рёвом рванул вперед по просеке, заставив шарахнуться в сторону какого-то, явно заблудившегося прохожего.
   А в гимназии меня ждало сразу две замечательных новости. Очевидно, в качестве довеска к известиям Михаила. Что ж, когда-то же это должно было случиться? Да и... мне ли бояться какой-то контрольной по истории? Да, истории... хм. Кажется, меня ждут большие неприятности. В чём проблема? В том, что я помню ДВЕ истории... точнее, даже не так, я ЧАСТИЧНО помню две истории... А теперь, внимание, вопрос. Как мне отделить одну от другой? Я же их, наверняка, перепутаю! То-то будет радости преподавателю читать мою "альтернативку"...
   - Хм, Кирилл, если не хочешь иметь долгую беседу с заместителем директора по АХЧ, советую отпустить край парты... Пока окончательно её на дрова не пустил. - Тихо проговорил сидящий рядом Леонид и я, опустив взгляд на свои руки, тихо зашипел. Лакированная поверхность столешницы, действительно, покрылась трещинами, расходящимися от небольших вмятин оставленных моими пальцами... Однако, нервы. Хм.
   Ну да, я ещё в Той, как недавно казалось, прочно забытой школе терпеть не мог всяческие контрольные, тесты и прочие "срезы знаний", что бы ни значил этот идиотский бюрократический термин, каким-то образом приблудившийся в школьный, точнее, учительский "арго". Тьфу.
   - Заместитель, у тебя есть шанс спасти начальство. - Вздохнул я и имел удовольствие наблюдать удивленную физиономию Леонида. - С тебя подсказки на контрольной.
   - Эм... не вопрос. - Пожал плечами тот, и я облегченно вздохнул. Минус одна проблема. Осталась ещё одна... но за её решение, ни Леонид ни наш штатный "худрук" спасибо мне точно не скажут... Впрочем, это уже будет не моя проблема. Это станет их проблемой. Ссориться с Катериной М-м... да что ты будешь делать?! Фо-ми-ниш-ной, я не собираюсь.
   Раз уж Её Великолепие соизволили намекнуть на неподобающее старосте класса и, вообще, серьёзному человеку, поведение и недопустимость постоянных игр в "Охоту на лис" с желающими приобщиться к тайнам кулинарии... в общем, разочаровывать госпожу Нелидову я не хочу. А значит, настал окончательный и бесповоротный финиш моим пряткам. А жаль, хорошая тренировка была... эх!
   Кое-как расправившись с контрольной по истории и отсидев оставшиеся уроки, я прикинул, сколько времени мне потребуется на решение вопроса с факультативом и... отложил его на следующий день. Того получаса, что имеется в запасе, мне явно не хватит. Разве что... Хм.
   Ухитрившись остаться незамеченным и разместить на двери "своего" кабинета объявление, я полюбовался на ровный строгий шрифт и, развернувшись, потопал на выход, старательно избегая скоплений учеников, среди которых могли оказаться вездесущие "охотницы".
   Известное здание на Трёхпрудном встретило меня уже знакомой суетой и тихим гулом курсантов, снующих по этажам с самым сосредоточенным видом. Лавируя между ними, и привлекая к себе внимание "неуставным" френчем и скромным букетом в руках, я таки миновал холл школы и, потянув на себя тяжелую дверную створку, шагнул во внутренний двор. Здесь, несмотря на холодную и пасмурную ноябрьскую погоду, то и дело "радующую" мерзкой моросью, народу оказалось не меньше, чем в самом здании. Тут и там мерцали поднимаемые эфирные щиты, неподвижно парили в воздухе и носились по самым причудливым траекториям пластиковые шарики для пинг-понга, небольшие камешки и даже книги. Впрочем, судя по обозленной физиономии какого-то курсанта, тут же принявшегося читать нотацию развлекавшемуся с литературой однокурснику, такое непрофильное использование типографской продукции, здесь не в почете.
   - Молодой человек! Остановитесь! - Отвлекшись от своей жертвы, вдруг заявил этот блюститель порядка. Должно быть, почувствовал на себе мой взгляд... Я активировал браслет и, убедившись, что время ещё есть, выжидающе замер.
   - Стою.
   - Кто вы, и как попали на территорию школы? - Скороговоркой протараторил курсант, оказавшись рядом. Ближайшая компания затихла, явно прислушиваясь к нашему диалогу. Я окинул взглядом своего собеседника. Высокий, лет семнадцати-восемнадцати, на лице прямо-таки написано: "ответственность и порядок". Что-то вроде старосты... или, как они здесь называются? Наверняка. Я покосился на наблюдающих за нами курсантов...
   - Во-первых, вежливые люди сначала представляются, а потом уже задают вопросы. - Проговорил я. Мой собеседник нахмурился и чуть заметно покраснел. В глазах мелькнули отблески злости, а эфир вокруг него недовольно взбурлил. О как...
   - Старшина четвертого курса Тормашев. - Катнув желваки, процедил курсант. - Повторяю вопрос, кто вы и что вы делаете на территории режимного объекта?
   - Режимного? - Хмыкнул я.
   - Наша школа относится к ведомству Оборонного Приказа, и доступ на ее территорию ограничен. - Выпустив воздух сквозь плотно сжатые зубы, проговорил старшина, сверля меня злым взглядом. И чего он так нервничает? Беспокоится о хихикающих однокурсниках за его спиной?
   - Думаю, если дневальный на входе меня пропустил, то и у вас не должно возникнуть вопросов на тему обоснованности моего нахождения на территории данного учебного заведения. - Пожал я плечами. А что? Какой вопрос, такой ответ.
   Такого... хм... витиеватого посыла, старшина не выдержал и, побагровев, зашипел на меня змеёй.
   - Издеваешься, мелочь?
   - Ничуть. - Я даже головой помотал... но продолжать беседу не стал. У входа в часовню возникла знакомая фигура и я поторопился попрощаться. - А теперь, извините, старшина Тормашев, вынужден вас покинуть. Меня ждут.
   Обогнув застывшего соляным столпом курсанта, я двинулся по дорожке в сторону Прутнева... Но далеко не ушёл. Старшина не выдержал смешков товарищей по учёбе и ухватился за мое плечо. Эфир вокруг него взревел и... бессильно опал, после первого же удара в солнечное сплетение. Вот ведь! Ну, кто его просил распускать руки?! Идиот...
   Смех моментально смолк и рядом с согнувшимся пополам Тормашевым тут же возникли его однокурсники. Двое из них, взяли под руки хватающего ртом воздух старшину, а еще трое двинулись прямо на меня, с явно недобрыми намерениями...
   - Отставить! - Громовой голос Прутнева, явно усиленный какой-то техникой, пронесся над нами, заставив дёрнуться всех присутствовавших во внутреннем дворике. Михаил же, убедившись, что все участники действа замерли на месте, не торопясь, прошел через половину двора и, оказавшись рядом, окинул нас долгим взглядом. - Гладышев, Волин! Отведите старшину к моему кабинету. Остальные... разойдись!
   Двое курсантов, поддерживавших Тормашева, кивнули и преувеличенно осторожно повели уже отдышавшегося однокурсника в здание. Артисты. Трое же моих несостоявшихся противников исчезли, словно их и не было.
   - Кирилл, ты что творишь? - Осведомился Прутнев, подняв вокруг нас прозрачный купол щита.
   - Я творю?! - Изобразив саму невинность, я ткнул себя пальцем в грудь. - Неправда ваша, Михаил! Он первый начал!
   - Ох. - Прутнев хлопнул себя ладонью по лбу и забормотал. - Пятнадцать... только пятнадцать. Ничего, это временно, это пройдет...
   Я тихонько хмыкнул и Прутнев закончил этот спектакль. Отняв ладонь от лица, он устало взглянул на меня и, заметив небольшой букет, вздохнул.
   - Ладно. Идём в часовню. Там поговорим, подальше от любопытных глаз и ушей. Заодно, познакомишься с одним интересным человеком. Он, как раз, должен подойти... - Щит исчез, и я двинулся следом за Прутневым, провожаемый заинтересованными взглядами курсантов. Ну да, вот ни на секунду не сомневаюсь, что среди них обязательно найдется десяток-другой умеющих читать по губам. Не зря же Прутнев устанавливал прозрачный щит от подслушивания. П-педагог, чтоб его...
   Цветы, четыре идеально черных розы легли на подставку под каменной плитой с выбитым на ней именами и мы с Прутневым вошли в полумрак, под своды высокой, устремленной к небу часовни, увенчанной золотым восьмиконечным крестом.
   А вот поговорить о делах наших сразу, не получилось. Поскольку обещанный Михаилом человек вошел в помещение, чуть ли не через пару минут, после нас.
   - О! А вот и он. - Улыбнулся Прутнев, прерывая фразу на половине и поворачиваясь лицом ко входу, где как раз замаячила чья-то фигура. - Знакомьтесь. Кирилл Николаев, а это, Кирилл, наш отец Илларион.
   Поп. Хм... а собственно, кого еще можно было дожидаться в часовне?
   - Доброго дня, Михаил. Рад знакомству, Кирилл. - Ровный голос церковника, тихий, но глубокий, разнесся под сводами. Я пригляделся к стоящему напротив меня невысокому, крепко сбитому, чего не могла скрыть даже ряса, довольно молодому человеку с густой, но короткой бородой и темными, глубоко запавшими глазами на обветренном лице и... расслабился. Этот, не из толстопузых, явно. А учитывая, как он движется... Скорее всего, до службы горнему, батюшка успел послужить и земному... И тогда, вместо креста на груди, он наверняка носил погоны на плечах.
   - Взаимно, отец Илларион. - Проговорил я, склонив голову. А что делать? Этикет...
  

Глава 10. Как много дум наводит он

   Отец Илларион... м-да. Если у него и были погоны, то исключительно с васильковыми просветами. Как ни забавно такое совпадение, но здесь, как и Там, некоторые службы предпочитают именно этот цвет... что на непривычно высоких околышах фуражек, больше напоминающих сильно урезанные кивера, что в отделке мундиров. Этот... отче всю душу из меня вытряс за время беседы. А ведь поговорили-то всего четверть часа.
   Тряхнув головой, чтобы избавиться от воцарившегося в ней, после беседы с отцом Илларионом, шума, я тяжело вздохнул и постарался упорядочить мысли, скачущие, словно испуганные зайцы от волков.
   Итак... Первое. Встреча со старшиной четвертого курса школы. Не знаю, была это проверка, или совпадение, но ввиду моей паранойи, буду предполагать проверку на реакцию, в рамках всё того же тестирования перед приемом в клуб эфирников.
   И здесь, всё очень неплохо. Из образа быстрого на язык и удар юнца, я, вроде бы, не выпал. По крайней мере, ничего э д а к о г о в эмоциях Прутнева, когда он "наказывал невиновных и награждал непричастных", не ворохнулось. Ну, а если я ошибаюсь, и всё это было лишь случайностью, то... господин старшина получил неплохой урок на будущее. А вот не надо лезть не в свои дела, не имея соответствующих полномочий.
   Часть вторая. Беседа с.... Ну да, этого Иллариона попом назвать, всё равно, что эсминец рыболовецким траулером окрестить. Тертый дядька, терпеливый... и дотошный, как наш бывший особист, ещё той, советской школы. Вот уж кто, совершенно точно, от "клуба" работал. Да он, собственно, этого и не скрывал. Ну, почти. Прямым текстом о своей причастности к этой теплой компании, отец Илларион не говорил, но намеки, недоговоренности и многозначительные переглядывания с Прутневым... Точно, коллега будущий.
   Вспомнив беседу с этим мозговыворачивателем, я вздрогнул. Чёрт, да он же из меня чуть всю историю короткой жизни Кирилла не вытянул! Исподволь, потихоньку - полегоньку... ещё немного, и я бы ему содержание медицинской карты цитировать начал, с описанием всех событий, благодаря которым она пополнялась. Бр-р.
   Но это бы ещё ничего... Я в своей жизни с кем только не встречался. Сталкивался и с такими же умельцами, как отец Илларион. А вот концовка нашей с ним "частной" беседы, это интересно. Очень.
   Сей достойный муж, выслушав мою "исповедь" и отпустив грехи вольные и невольные, наложил на меня епитимью. А если быть точнее, то отправил на богомолье. Вот так просто. И даже адресок подкинул, в каком именно монастыре, на это Рождество, ожидается самая устойчивая связь с небесной канцелярией.
   Я бы может и послал подальше эту затею, и адресок в ближайшее мусорное ведро выкинул, да вот, не водятся таковые в часовне при военизированной школе эфиников... И Прутнев так многозначительно кивает, словно уговаривает: "Бери-бери, дурак, от счастья ж отказываешься!"
   М-да... Аркажский монастырь, под Новгородом. Ничего так, каникулы у меня будут. Весёлые.
   - Что нос повесил? - Поинтересовался у меня отчего-то довольный Михаил, когда отец Илларион, попрощавшись, покинул часовню.
   - Да вот, думаю, как бы ещё пару лишних часов к суткам присобачить... - Вздохнул я. - Рассчитывал-то, хоть на рождественские каникулы отдохнуть, ан нет. Вот, в командировку наладили. Может, не ехать?
   - Хм... Дело, конечно, твоё. Можешь и не ехать. - Легко кивнул Прутнев, а когда я на него заинтересовано взглянул, усмехнулся. - Вот только, я бы на твоем месте, не отказывался. Там тебя ещё одна беседа ждет... с одним из наших. Если не хочешь вступать в клуб, пожалуйста. Сиди дома, празднуй...
   - Понятно. Значит, ехать всё-таки придется. - Заключил я. Вот и третья часть проверки перед вступлением в "клуб эфирников", нарисовалась.
   И ведь понимаю, что о настоящих причинах моего желания присоединиться к сообществу эфирников, Прутнев ни сном ни духом, что называется, а всё равно, сомнения имеются. Не предчувствия, нет. Просто... просто не хочется лезть в эти дела.
   Чёрт его знает. А может сам факт, что решение о вступлении в клуб, вынужденное... и окончательное, так на меня давит. Другое дело, что принято оно было аккурат после "рыбалки" с громовскими старпёрами. Именно тогда я понял, что из сложившейся ситуации, у меня есть только два выхода. Либо вступить в клуб эфирников, получив определенную защиту от посягательств со стороны ушлых бояр и иных ухарей, либо и дальше жить как ни в чем ни бывало, и ждать визита иезуитов или подставы всё тех же бояр... нет, не со зла или из мести, а из нежелания упускать из своих загребущих лап мастера Эфира. Конечно, мастер - не бог весть, какая птица, да только не любят именитые бесхозных вещей и... людей. Настолько не любят, что готовы прибрать их к рукам в любой момент, а то и организовать такую ситуацию, что иного выхода, кроме как проситься под их опеку, не найдется. А мастер эфира, это не стихийник-слабосилок, которого и из рода турнуть не зазорно... Применение такому всегда найдется.
   Я вспомнил беседу с родственничками на заимке, и вздрогнул. Это была не самая простая встреча в моей жизни. Из трех присутствовавших братьев Георгия Дмитриевича, я знал только деда Пантелея, да и то, лишь потому, что пару лет назад Кирилла сплавили в тверское имение Громовых, где, как раз, и проживает многочисленная семья самого младшего брата боярина. Это было самое спокойное и веселое лето в жизни Кирилла, со времени смерти его родителей. С двумя другими братьями, я общался впервые, хоть и видал их прежде, на официальных мероприятиях рода. Но впечатление они на меня произвели... Хм. Особенно тем, что чуть ли не в первый же момент нашей встречи на заимке, предложили идти в боярские дети. И даже уточнили, к кому именно. Дед Пантелей, высокий, чуть сутулый дядька с побитой сединой шевелюрой, порадовал меня своей фирменной кривой улыбочкой и тут же заявил, что его внуки будут рады увидеть меня снова, а некоторые девчонки из соседнего села изрядно выросли и очень даже округлились... в нужных местах. Конечно. А то я не знаю, что в Ратном живут только боярские дети и за попытку там "погулять", меня моментально приговорят к пожизненному закл... в смысле браку. И никакие помолвки не спасут.
   - Честно говоря, это не совсем та тема, что меня сейчас волнует. - Вздохнул я, под тихий смешок дяди Фёдора. Ну да, ну да. Очень забавно, конечно. Спасибо маме с папой...
   - Хм. Не хочешь вновь оказаться под опекой Георгия? - Прищурившись, поинтересовался сидящий рядом с дедом Пантелеем, Игорь Дмитриевич. Худощавый, как все старшие Громовы, но, в отличие от братьев, небольшого роста, старший после главы рода, он больше всего походил на лиса. Старого такого, матерого лиса.
   - Можно и так сказать. - Я осторожно кивнул.
   - Историю-то, хорошо помнишь? - Одним неуловимым жестом уведя с тарелки соседа - деда Григория, кусок белорыбицы и тут же закусив им опрокинутую в рот рюмку водки, Игорь Дмитриевич довольно крякнул и договорил, - так вот, тогда ты должен знать такую формулу: вассал моего вассала, не мой вассал. Пойдешь в личные боярские дети к Пантелею, и Георгий ничего тебе ни сделать, ни приказать не сможет.
   - Зато, он сможет отдать приказ самому деду Пантелею, как глава рода. - Развел я руками.
   - А внучок-то с норовом. - Прогудел в бороду, молчавший до этого Григорий Дмитриевич. Единственный тяжеловес в компании сухих и подтянутых Громовых, если не считать Фёдора Георгиевича, но и тому до дядьки ещё кушать и кушать, жрать и жрать...
   - Внучатый племянник, если быть точным. - Проговорил наследник главы рода, и тут же умолк под тяжёлым взглядом Григория Дмитриевича.
   - Хм. Верно говоришь. - Кивнул мне дед Игорь, словно и не заметив реплик брата и племянника. - Верно, да не совсем. Тебя с Пантелеем слово свяжет. Рота. А по ней, ни он тебе, ни ты ему, зла совершить не сможете. Даже, если глава рода прикажет. Да Георгий и заикаться о таком не посмеет, это же прямой урон его власти над родом.
   - Он и без прямых приказов обойтись сможет. - Вдруг тихо проговорил Фёдор Георгиевич. Дед Игорь тут же нахмурился и, вперив взгляд в наследника главы рода, проговорил, обращаясь тем не менее, именно ко мне.
   - Ты, вот что, Кирюша... Сходи-ка, проверь снасти, что для рыбалки приготовлены. А там и мы подтянемся. Иди-иди...
   - Успеется ещё, Игорь Дмитриевич. До заката еще часа полтора, время есть. - Покачал я головой, даже не делая попытки встать из-за стола. И на мне тут же скрестились взгляды всех трёх братьев. Уставились, словно говорящую лошадь увидели. - Что? Фёдор Георгиевич прав. До сих пор деду и приказов отдавать никому не надо было, чтобы устроить мне весёлую жизнь. Где гарантии, что с принятием присяги, что-то изменится?
   - Однако. - Деды переглянулись. Точнее, Пантелей с Игорем, а вот Григорий смерил меня злым взглядом. - На рожон лезешь, мальчишка. - Зашипел он. - С кем пререкаться вздумал, недоросль! Сказано было идти снасти готовить, вот и иди.
   - Хм. Кажется, мы друг друга не поняли. - Вздохнул я, поднимаясь из-за стола, и повернулся к старательно давящему ухмылку дяде Фёдору. Старательно, но безуспешно. По крайней мере, скрыть свое эмоциональное состояние в эфире, он явно не смог. - Федор Георгиевич, спасибо за гостеприимство, за стол. Жаль, беседы толковой не вышло. Всего хорошего.
   - Постой, Кирилл. - Вклинился, не дав ответить дядьке, Игорь Дмитриевич. - Не крути хвостом. Григорий всегда был скор на язык и скорбен на голову. Присядь... забылся братец, что не с младшим родовичем говорит, а со свободным мастером Эфира, пусть и юным.
   - Тогда, желательно, чтобы он поскорее об этом вспомнил, и больше не забывал. - Вновь заговорил Фёдор Георгиевич, и на этот раз, в его эмоциях не было и намека на легкомыслие. - Отец дал слово, что род не будет сознательно вмешиваться в дела Кирилла, без его согласия. Так же, как и Кирилл обещал не лезть в дела рода. В свете нынешних событий, я подтверждаю этот договор, и советую, уважаемые родственники, вести себя соответственно.
   Деды поворчали, но нехотя согласились, и разговор покатился так, словно и не было только что никакой перепалки. Показательно. Именно тогда я и решил, что "клуб" будет для меня меньшим из зол. А теперь вот, отдуваюсь... Нет, но монастырь?!
  

ЧАСТЬ II. ОБЛАКА - БЕЛОГРИВЫЕ ЛОШАДКИ

Глава 1. Долг платежом красен... а вовсе не кровавыми брызгами заляпан

   Щебетание младшеклассниц может и осталось бы незамеченным Милой и Линой... если бы не касалось знакомого имени. И по окончании уроков, близняшки отправились по услышанному от младших адресу. Информация о том, что Кирилл открывает прием на организованный им факультатив, вызвала у них жгучее любопытство. Нет, слухи о каком-то диком количестве "клубов", организованных младшими классами в этом году, до них доходили, но... старшие классы, есть старшие классы. Какое им дело до затей и выдумок "мальков", пусть даже те и младше всего на год-два? В общем, ничего удивительного в том, что суета вокруг факультативов обошла старшие и выпускные классы стороной, не было. Потому, и известие, что один из таких "кружков по интересам" открыл Кирилл, до сестер не добралось. До сегодняшнего дня.
   Каково же было удивление близняшек, когда оказавшись у дверей нужного кабинета, они обнаружили, что тот представляет из себя знакомую им кухню, где и Миле и Лине пару раз удавалось перехватить чего-нибудь вкусного. Но, они-то считали, что это просто "находка" моделистов. А получается...
   - Кулинария?! - Вырвалось у Милы. - То есть, то что мы здесь ели, приготовил Кирилл? Сам?!
   - Не вижу ничего странного. - Фыркнула Лина, в ответ на восклицание сестры. - Он и в имении, больше с обслугой общался. Наверняка, у них и выучился.
   - Ни разу не видела его в кухонном блоке. - Заметила Мила. - Но, наверное, ты права. Хотя, после недавних событий и новостей, я с трудом могу представить Кирилла в поварском фартуке...
   - Конечно, права. - Криво улыбнулась та и, оглядевшись по сторонам, хмыкнула. - Меня больше интересует, с чего вдруг такой ажиотаж вокруг этого факультатива и...
   - Кирилла. - Закончила за неё, сестра. Но от улыбки удержалась. Уж больно подозрительно Лина на неё покосилась.
   На близняшек начали обращать внимание собравшиеся у входа в кабинет добрых два десятка младшеклассниц. Действительно, атмосфера здесь была явно нездоровой и, кажется, сам факультатив волновал пятнадцатилетних учениц в последнюю очередь. В отличие от его организатора...
   - Да что тут происходит? - Уже значительно тише, чтобы не привлекать внимания столпившихся у кабинета девушек, пробормотала Лина. И тут же получила легкий толчок локтем в бок от сестры. - Что?
   - Взгляни, вон у поворота коридора... - Проговорила Мила, обратив её внимание на парочку, устроившуюся у окна. Младшеклассники, девчонка и парень, с любопытством наблюдали за толпой девушек и явно чего-то ожидали. Вот только на лицах у них было не нетерпеливое ожидание, а...
   Лина присмотрелась к парочке. Девушку она, вроде бы, видела в театральной студии, а парень... Белобрысый, невысокий... хм. Бестужев? Ему-то что здесь нужно?
   - Кажется, они не очень-то довольны происходящим, а? - Заметила Мила.
   - Или ждут чего-то неприятного. Словно... словно им кто-то поломал какие-то планы. - Согласно кивнула Лина.
   Близняшки переглянулись и одновременно выдохнули: "Кирилл".
   - Зайдите к "моделистам". - Раздавшийся за их спинами голос явно принадлежал упомянутому кузену, но когда сёстры оглянулись, никого не обнаружили. Впрочем, знакомые с кое-какими фокусами Кирилла, они ни на секунду не усомнились в том, что действительно слышали его голос и, как послушные ученицы отправились по указанному "адресу". И естественно, не стали тратить время на удивление, обнаружив в кабинете моделистов сидящего на столе младшего брата.
   - Это называется, на ловца и зверь бежит. - Ухмыльнулся Кирилл, после короткого обмена приветствиями. - Я уж хотел сам на ваши поиски отправиться...
   - Кхм, а зачем? - Переглянувшись с сестрой, поинтересовалась Мила. Осторожно поинтересовалась. Уж больно не понравилась ей улыбка Кирилла. Недобрая такая ухмылочка.
   - Не надо так напрягаться, Мила. - Тут же отреагировал Кирилл. - Я, всего-то, хотел, чтобы вы переговорили с одним из старшеклассников... к обоюдной выгоде, так сказать.
   - А поподробнее? - Прищурилась Лина. - С кем, для чего... и почему, вообще, мы должны с кем-то о чем-то говорить?
   - Не должны. - Тут же согласно кивнул Кирилл. - Дело не касается вашей учебы, а значит, это просто просьба, не больше. Как раз касающаяся столпотворения в коридоре за этой дверью. Выслушаете?
   - Излагай. - В один голос заявили сёстры. Любопытство, страшная сила...
   - Хм. Скажем так. Я хочу, чтобы кто-то из старшеклассников поспорил с Бестужевым и... видели рядом с ним девушку? Они у окна стояли, дальше по коридору. Вот-вот, с ней тоже. Сможете устроить?
   - И о чем нам с ними спорить? - Поинтересовалась Мила.
   - Не вам. Тут они, наверняка, почуют подвох. С кем-нибудь другим. - Нахмурившись, проговорил Кирилл. - А спор... нужно поспорить на то, что после первого занятия, в клуб не запишется ни одна из присутствовавших девушек.
   - На что спорить-то? - Не сводя взгляда с Кирилла, спросила Лина. - На какую-нибудь гадость, типа желаний?
   - Нет-нет. Тысячи на две, больше, я думаю, они на своём тотализаторе не заработали. - Покачав головой, задумчиво проговорил кузен, напрочь проигнорировав издевку в голосе двоюродной сестры. Близняшки ошарашено переглянулись, и вот это Кирилл заметил. - Да не беспокойтесь, деньги на спор я дам. Десять процентов уйдет "агенту", и десять вам...
   - По десять. - Тут же отреагировла Лина. Ну да, четыреста рублей, это же карманные деньги сестер за месяц. Лишними они точно не будут.
   - Да не вопрос. Договорились. - К удивлению сестёр, отмахнулся Кирилл. - Мне не деньги нужны. Важен сам факт их проигрыша.
   - Разбрасываешься наследством, Кирилл Николаевич. - Не удержавшись, пропела Лина. И взгляд кузена тут же похолодел, стал колючим и чужим, придавив и без того понявшую, что полезла не туда сестру.
   - Не наследством, а трофеями. - Ровным тоном проговорил он и, прямо взглянув в глаза кузине, добавил, - Род Громовых неплохо платит за смерть своих врагов.
   Лина дернулась, как от пощечины и во мгновение ока исчезла из комнаты.
   Вот ведь. Так и знала, что рано или поздно Линка не удержит язык за зубами... и огребёт. Всё-таки, темперамента у неё куда больше, чем мозгов. Определенно.
   - Извини, Кирилл. - Медленно проговорила Мила, оглядываясь на захлопнувшуюся дверь кабинета. - Линка, как всегда брякнула, не подумав.
   - Это точно. - Хмыкнул брат, лицо которого успело утратить сходство с каменной маской, даже взгляд немного потеплел... кажется.
   - Я пойду, поговорю с ней. - Вздохнула Мила. - И... на счет спора...
   - Двадцать процентов ваши, как договорились. - Кивнул в ответ Кирилл.
   - И рассказ о причинах толкнувших тебя на эту... это действо - Тут же добавила кузина.
   - Вот уж точно не проблема. - Усмехнулся Кирилл. - Просто, Леонид решил "отплатить" мне за те "прогулы" школы, когда мы жили у Бестужевых. Забыл, что чувство зависти, лишь чуть менее бессмысленно, чем жадность. Вот я и решил его проучить.
   - А эта... Вербицкая? - Не удержалась от любопытства девушка.
   - А вот тут, я не разобрался. - Честно признался кузен, разводя руками. - Мария, барышня эксцентричная, вполне могла пойти на это исключительно из любви к искусству. Буду признателен, если сможешь разгадать эту шараду. Прямолинейной мужской логике, она, чую, не поддастся. Только, сначала, спор. А то, до начала занятия осталось меньше получаса...
   Мила в ответ рассмеялась и, пообещав помочь, выпорхнула из кабинета. Теперь, ей нужно было срочно найти "агента", а потом... потом можно будет отправиться на поиски психующей Лины. Впрочем, если она действительно вышла из себя, то поиски будут недолгими. Всего-то и надо будет идти на звук боя, или, если у сестры хватит выдержки, то на полигон.
   Кстати, а это идея... Мила улыбнулась. Кажется, она знает, кто именно подойдет на роль "спорщика"
  

* * *

   Отпирая дверь в кабинет под нетерпеливыми, заинтересованными и просто обжигающими любопытством взглядами двух дюжин пятнадцатилетних "шпингалеток", я краем взгляда следил за всё так же стоящей у окна "сладкой парочкой" и... чуть не выронил из руки ключ, когда увидел возникшего рядом с ними "Арамиса". Ну, Мила! Это ж надо было так угадать с "агентом"! Вот уж кого точно не заподозрят в сговоре со мной, так это Винокурова... Нет, всё-таки теорию неравномерного распределения мозгов у близняшек, можно считать доказанной...
   Я тряхнул головой и, отперев, наконец, дверь, сделал приглашающий жест рукой, и кандидаты на мой факультатив, чинно прошествовали в кабинет, на ходу "расстреливая" меня взглядами. Ну-ну...
   Убедившись, что больше желающих присоединиться к нашей компании не наблюдается, я запер дверь и повернулся к успевшим разбрестись по всему помещению девушкам.
   - Итак, приветствую вас на первом открытом занятии кулинарного факультатива. - Улыбнувшись во все тр... двадцать восемь, заговорил я...
  

Глава 2. Кулинария? Нет, сложная химия

   Проводив взглядом бледных, кажется, даже отдающих в зелень слушательниц, я довольно усмехнулся и, включив на полную мощность вытяжку, чтобы поскорее избавиться от витавших в помещении, прямо скажу, далеко не приятных запахов, принялся за мытье всей той химической посуды, что натащил в кабинет специально для этого "открытого занятия". Насвистывая незатейливую мелодию, я решительно смахнул "реактивы" в тут же недовольно загудевший утилизатор, явно еще не сталкивавшийся в своей недолгой жизни с такими ядреными отходами, а в следующую секунду вынужден был повернуться на звук открывающейся входной двери.
   - Что здесь так воняет? - Воскликнула Лина, морща носик, и подталкивая в спину остановившуюся в дверях сестру. Та вздрогнула и, наконец, вошла в кабинет. Хм. Всегда знал, что при выборе между любопытством и злостью, женщина выберет первое... а второе отложит до первого же удобного случая, чтобы когда тот подвернется, припомнить сразу всё.
   - Демонстрационный материал. - Невозмутимо ответил я на вопрос Лины, наблюдая, как следом за близняшками в помещение просочились грустные и явно недовольные Леонид с Марией... и Винокуров. Хм.
   - Теперь я понимаю, почему ты был так уверен в своей победе. - Вздохнул Бестужев, кивая "арамису". Тот в ответ, только дернул головой и молча уставился на меня.
   - Что? - Я не выдержал, когда взгляды всех "гостей" скрестились на мне.
   - Рассказывай. - Наставив на меня свою боевую пилку для ногтей, прищурилась Вербицкая. - Как ты это сделал?
   - А что, ты не чуешь этих убойнейших ароматов? - Скривился Леонид. Вот только на Марию его слова не произвели никакого впечатления.
   - Если бы мне предложили блюдо с таким запахом, я бы бежал от повара без оглядки. - Согласно кивнул Винокуров.
   - Ну, Кирилл, ну расскажи! - Моментально преобразившись, заканючила одноклассница. - Ну, я же умру от любопытства!
   - Тебя не устраивает их версия? - Кивнул я в сторону Бестужева и своего бывшего противника.
   - Я же не дура. - Вздернула носик Вербицкая. Пилочка указала на перемытые колбы и мензурки. - Это, совсем не похоже на горшочки для жаркого. Да и запахи сплошь химические, ну, если не считать легкой нотки гнили...
   - И плесени. - Согласно кивнула Мила. - Такое впечатление, что здесь препарировали труп недельной давности.
   - Хм. Какие интересные сравнения. - Ухмыльнулся я и, поняв, что еще немного и мои "гости" задымятся от любопытства, махнул рукой. - Ладно-ладно, расскажу. Но сначала, закончим с делами.
   Правильно меня понявший, Винокуров выудил из кармана стопку купюр и, выложив её на столешницу, насмешливо улыбнувшись, кивнул Бестужеву и Вербицкой. Какой понятливый молодой человек, а? Мои одноклассники проводили деньги непонимающими взглядами, тут же ставшими возмущенными, едва я наложил на стопку купюр свою лапу. Разметав доли участникам аферы, я повернулся к недовольному Леониду.
   - Понял, за что?
   - Хм. За подставу под "охоту". - Вздохнул он, отводя взгляд. М-да, не дошло.
   - Неверный ответ. - Я покачал головой. - Если бы дело было только в этом, я бы первым посмеялся над такой забавной шуткой. После того, как отомстил в том же духе, разумеется.
   - А за что, тогда? - Склонив голову к плечу, спросила Вербицкая, кажется, уже позабывшая, что её только что развели на немаленькую сумму. Ну да...
   - За жадность. - Ответила вместо меня Мила. Я всегда говорил, что у неё есть мозги. Еще бы пореже шла на поводу у сестры, и цены б ей не было. - Не надо было превращать месть в заработок. Это, скользкая дорожка.
   - Ладно-ладно. Мы поняли. - Кивнула Мария, явно не пребывающая в восторге от начавшейся нотации. Да и Леонид рад был сменить тему. - Больше не повторится. А сейчас, Кирилл, рассказывай давай, как ты от них избавился?!
   Актриса... прирожденная. Так изобразить легкомысленную наивность, это ж какой талант пропадает, а?
   - Баш на баш. - Предложил я. - Ты расскажешь, как умудрилась сподвигнуть всех этих школьниц на "охоту".
   - Договорились. Расскажу... хм, наедине, с твоего позволения. - Протянула Вербицкая. - Но ты, первый.
   - Хорошо. - Согласился я. - В принципе, тут не было ничего сложного. Вспомни, с чего начинается первое занятие по любому практическому предмету, где используется оборудование или вещества, представляющие потенциальную опасность?
   - С техники безопасности. - Ответил вместо Марии Винокуров.
   - Вот, с неё я и начал.
   - Не поняла. - Три голоса слились в один. Да и "арамис" с Бестужевым явно пребывали в недоумении.
   - Ну, это же просто! - Развел я руками. - Какая первая опасность угрожает при обращении с продуктами? Истекший срок хранения! Знаете, как сложно было найти лежалую говядину? А протухшие яйца? Хорошо ещё, что с видеоматериалами проблем не было... хотя, отыскать изображения иллюстрирующие заражение человека ленточными червями было тоже непросто. - Я щелкнул пультом, и на стене появилась проекция одной из записей. Девчонки дружно охнули и отвернулись, а Бестужев с Винокуровым судорожно сглотнули.
   - Хм... Но, ведь лекции по технике безопасности обычно читаются только один раз... - Нехотя протянула чуть побледневшая Вербицкая, отворачиваясь от неаппетитного изображения на стене. - А дальше...
   - А темой следующего занятия я заявил сводку по простым однокомпонентным пищевым ядам и признакам интоксикации ими. Практика же... способы нейтрализации в домашних условиях. - Ухмыльнулся я. - Идея клизмы и рвотного не пришлась дамам по душе. Ну, и были еще варианты... вроде поиска и определения съедобных насекомых в полевых условиях и особенностей экзотических кухонь мира. Ну, знаете: жареные змеи, саранча в кляре, брюшки тарантулов во фритюре... В общем, у меня был неплохой план занятий. Жаль, кандидаты его не оценили... или наоборот, оценили слишком высоко, как посмотреть.
   - Кто б тебе такое позволил в стенах школы? - Кое-как справившись с взбунтовавшимся организмом, заметила Мила.
   - Главное, подача материала. - Я хмыкнул, глядя на моих собеседников. О как! Даже парней пробрало. - Никому из кандидаток даже в голову не пришло, что подобные эксперименты не будут одобрены администрацией.
   - А какое это имеет отношение к кулинарии? - Вдруг спросил Винокуров, нервно облизав губы. - Я имею в виду яды.
   - Самое прямое. - Состроив серьёзную физиономию, ответил я. - Учить готовить девушек, которых с малолетства наставляли в умении вести хозяйство, просто глупость. Зато разбираться в ядах, их применении, симптомах и эффектах, что в вашем высшем обществе, совсем не лишнее, никто не учит. А ведь большинство ядовитых веществ проще всего подать цели именно в пище... И иногда достаточно просто знать, в какое блюдо какой "неучтенный ингредиент" можно подсунуть, чтобы "клиент" его не учуял, и принять соответствующие меры, чтобы не оказаться на том свете, например, от убойной дозы гликозида амигдалина в абрикосовых косточках.
   - Но почему "кулинарный"? - Поддержал "арамиса" Леонид и заработал сожалеющий взгляд от Вербицкой.
   - Ну конечно, почему бы сразу не обозвать это сборище "сообществом последователей Борджиа", или "клуб почитателей синьоры Тофаны"? Или нет, лучше "Медичи и Руджиери". - Язвительно заметила Мария и, повернувшись ко мне, мило так улыбнулась. - Кирилл, а можно я приду на следующую лекцию?
   - Давай, я лучше просто скину тебе нужные тексты. - Вздохнул я. - Не зря же я их в Паутинке искал...
   Через полчаса, то есть одно чаепитие спустя, мы дружной толпой вывалились из кабинета и разошлись в разные стороны. Впрочем, с близняшками мы вскоре пересеклись у моего портного, куда они приехали посмотреть, как идет постройка костюма, а после отправились на очередную тренировку, где дела наконец, стронулись с мертвой точки.
   Сестры, всё-таки, поняли, что манипуляции эфиром, совсем не то же самое, что заученные стихийные техники, и здесь нет необходимости в формальном подходе и делении на те умения, что доступны старшему новику и совершенно недоступны младшему. Эфир, куда более гибок. Да, купол тишины радиусом в десяток метров, у начинающего эфирника, скорее всего не получится, но два-три метра, почему бы и нет?
   Надо было видеть удивление на их лицах, когда следуя моим указаниям, Мила смогла поднять сестру в воздух, разместив под ней кинетический щит. Правда, сил на него у кузины ушло куда больше, чем даже если бы она развернула подряд пяток техник уровня воя. Концентрацию надо тренировать, концентрацию!
   За то, что она уронила Лину с двухметровой высоты, я загнал Милу на медитацию и, всучив пару металлических шариков для последующей за ней отработки телекинеза, занялся шипящей от боли в отбитой попе, близняшкой.
   Как результат, по окончании занятия, сестры на пару приводили в порядок нашу "песочницу", используя для выравнивания покрытия все те же кинетические щиты. Благо, той дури, что они могли вкачать в эти простые эфирные приемы, хватило бы, чтобы заменить ими двадцатипятитонный трамбующий механизм.
   В общем, толк был, и это не могло не радовать. Так что, засыпал я с улыбкой на губах. Волнение от грядущего визита громовских "инспекторов", с каждым проходящим днем подкрадывавшееся всё ближе, отступило, недовольно ворча, и я уже было совсем уснул... но тут до моего слуха донесся прямо-таки истошный вопль автомобильного клаксона, моментально сорвавший дремоту, словно теплое одеяло с плеч. Наученный горьким опытом, я скатился на пол, успев выдернуть из-под подушки один из "ругеров" и, скрывшись за отводом глаз, принялся сканировать окружающее пространство. Вездеход на улице. Один. Людей - двое. Знакомые. Теперь понятно, почему сигнализация не подняла тревогу. Гости из допущенных и, наверняка, дали нужный код.
   Тьфу ты. Выбравшись из-под стола, я нацепил штаны и, так и не выпустив из руки ствол, отправился встречать гостей.
   - Добрый вечер, Кирилл.
   - Два вопроса. Ты на часы смотрела? И как, половина второго ночи, это, по-твоему, "доброе" время? - Вздохнул я и повернулся к сопровождавшему мою нежданную гостью мужчине. - Здравствуйте, Аристарх Макарович...
  

Глава 3. Чего хочет женщина...

   Хромов кивнул и, бросив красноречивый взгляд на пистолет в моей руке, тоже прогудел что-то приветственное. Посторонившись, я пропустил гостей в дом и, закрыв за ними двери, потопал ставить самовар. Чую, это не просто поздний визит в гости... ну да, в середине ночи, куда уж позже-то... дальше только "раньше" получится. А раз так, значит, предстоит нам долгий разговор. Ну а какая беседа без чая?
   С любопытством посматривая, как я вожусь с пузатым самоваром и прилаживаю к нему выведенную в форточку трубу, Хромов ходил вдоль немногочисленных пока полок с книгами, не зная чем себя занять. Ну да, Ольга, на правах "знакомой с домом", умчалась в кухонный закуток, в поисках заедок к чаю, я самоваром занимаюсь... молча. Вот и бродит по комнате ярый гвардеец, словно неприкаянный. Тоже мне, привидение отца Гамлета.
   Но вот, на столе появились теплые ватрушки, медовики и пирожные, и самовар, отшумев, ворчливо забурлил, словно подавая сигнал к началу чаепития.
   - Я вас слушаю... внимательно. - Проговорил я, когда были сделаны первые глотки обжигающе горячего крепкого чая. М-да, сюда бы еще лесных травок... или хотя бы мяты. Цены б такому чаю не было.
   Ольга переглянулась со своим телохранителем и, вздохнув, призналась.
   - Я из дома сбежала.
   - Ну и дура. - Хмыкнул я и, получив в ответ два изумленных взгляда, пожал плечами. - Что? Если уж бежишь из дома, то с собой надо прихватывать что-нибудь компактное и легко конвертируемое в "кров и стол", а шкафы таскать, последнее дело. Даже хуже, чем чемодан без ручки. Его тащить неудобно, а бросить жалко. А шкаф еще и тяжело.
   - Какие шка... - Ольга перевела взгляд на Хромова и захихикала. А вот самому гвардейцу сравнение явно не понравилось.
   - Издеваешься, Кирилл Николаевич? - Хмуро поинтересовался он.
   - Я? Да ни в жисть. - Округлив для пущей достоверности глаза, замотал я головой. Но тут же посерьёзнел. - Это вы надо мной издеваетесь. Или, скажете, что тоже в бега подались, Аристарх Макарович? А вам-то чем боярин Бестужев насолил? Ну ладно, Ольга. У неё, понимаете ли, уважительная причина, любит она меня больше жизни, а грозный папенька, что называется, не велит... А вам он чего запретил?
   - Когда это я такое говорила?! - Возмутилась заалевшая Ольга.
   - А что, нет? - "Удивился" я. - Тогда, тем более, не понимаю, зачем вам было сбегать из дома, если только...
   Я перевел взгляд с нареченной на Хромова и тот немедленно налился багровым цветом. Хм. Да уж, Ольга с алыми щечками выглядит куда как привлекательнее.
   - Ты что имеешь в виду, охальник?! - Рыкнул Аристарх Макарович. Ольга непонимающе взглянула сначала на Хромова, потом на меня... а потом до нее дошло то, что я недосказал.
   Уклонившись от просвистевшей над головой пиалы, с жалобным звоном разбившейся о стену, я проводил ее взглядом и вздохнул.
   - Да. Согласен. Идея дурацкая, к тому же я только что получил доказательство ее несостоятельности. - Тираду эту я выдал, уже прикрывшись кинетическим щитом. Правда, услышав мою речь, Ольга взяла себя в руки, но... на всякий случай, обезопаситься не помешает. - Всё-таки, любит она меня, а не вас.
   - И с чего же такой вывод? - Рассерженно осведомилась Ольга.
   - Ну, чашки-тарелки ты уже колотить начала, так что, можно сказать, первая репетиция семейной жизни прошла удачно. И какие выводы еще я могу сделать из такой твоей более чем основательной подготовки? - Я развел руками.
   - Стоп-стоп-стоп. Кирилл, притормози. - Старательно давя улыбку и косясь на растерянно-удивленное лицо Ольги, проговорил Хромов. - Хватит уже этих твоих выдумок.
   - Хм... - Я снял щит и, поставив перед Ольгой послушно прилетевшую из шкафа целую пиалу, вздохнул. - Что ж, тогда, я вас внимательно слушаю... И надеюсь, вторая попытка выйдет удачнее
   И действительно, история о том, как Ольга решила сбежать от подготовки к пиру, сбросив свои обязанности хозяйки дома на зазнобу отца, звучала куда лучше, чем короткое: "я сбежала из дома", сказанное сонному нареченному, в половину второго ночи, на пороге сеней его собственного дома. Задавать идиотский вопрос на тему нежелания Ольги отправиться в загородное имение Бестужевых, я не стал. Хотя, подозреваю, что ответ у неё уже был заготовлен.
   В общем, через полчаса я перестелил собственную постель и, оставив спальню в распоряжении нареченной, отправился в общую комнату, где Хромов уже раскладывал кресло, превращая его во вполне удобную кровать. Обеспечив гвардейца постельным бельем и подушкой, я вздохнул и, отперев дверь в небольшую комнатку-закуток, изначально рассматривавшуюся мной, как гостевую, шагнул через порог. Над полом тут же взвились фонтанчики пыли. Я оглядел помещение, заваленное стащенным со всего дома хламом, и поморщился. Вот сколько раз обещал себе, разобрать эту барахолку и всё время ведь находились какие-то более важные дела. М-да.
   Поднятый эфиром, вихрь вымел весь сор и пыль в предусмотрительно распахнутое мною окно и, протащив мелкий мусор через двор, распался где-то за воротами. Вот, заодно и комнату проветрил.
   На организацию спального места ушло еще минут десять. Благо, в комнате стояла вполне приличная кровать, купленная мною одновременно с остальной мебелью. Другое дело, что спихивая в "гостевую" всякий ненужный хлам, я успел завалить эту самую кровать кучей каких-то коробок... Пришлось перетаскивать их в свободный угол комнаты.
   Окинув взглядом итог незапланированной уборки, я удовлетворенно кивнул и, постелив перетащенное из своей спальни постельное белье, со сладким зевком, рухнул на кровать. Глаза слипались, и спать я хотел просто неимоверно. Но, не судьба...
   Легкие шаги за дверью я расслышал позже, чем выкрученная для тренировки на повышенное внимание, чуйка сообщила, что по дому шарится одна неугомонная нареченная. Вот, входная дверь в мою комнату тихонько скрипнула.
   - Кирилл, ты не спишь? - Тихий шепот раздавшийся в помещении, заставил меня вздохнуть.
   - Нет, но предупреждаю, вопрос "почему", станет последним в твоей недолгой и такой яркой жизни. - Пробурчал я, открывая глаза. Не то, что бы я хотел что-то увидеть, но... если они останутся закрытыми, то чувствую, не пройдет и минуты, как я провалюсь в сон.
   Открыл. Черт! Лучше бы я уснул. Моих собственных умений и лунного света, льющегося в окно, оказалось вполне достаточно, чтобы рассмотреть наряженную в полупрозрачное нечто, Ольгу. Как там... Обходя окрестности Онежского озера, отец Онуфрий обнаружил обнаженную Ольгу... Твою дивизию, ну за что?!!! Чёртовы гормоны, чёртовы евгеники... арргх!
   - Девушка, если ты сейчас не исчезнешь из моей комнаты, одной девушкой на свете станет меньше. Это я тебе могу пообещать. - Прикрыв глаза и пытаясь избавиться от продолжающей маячить перед мысленным взором соблазнительной картинки, тихо проговорил я. Р-родители-экспериментаторы, чтоб им... ну мамы, ну подсуропили!
   - Ты меня убьешь? - Так же тихо поинтересовалась Ольга. Вот только тон... и направление движения, как то не соответствовали предположению. Ей бы к двери податься...
   - Это заразно. - Констатировал я, все еще стараясь избавиться от сладкого видения под закрытыми веками. Безуспешно, разумеется.
   - Что именно? - А вот теперь в голосе нареченной явно послышалось любопытство.
   - Дурость женская, обыкновенная. Судя по всему, она передается воздушно-капельным путем, и ты ею заразилась. От Линки, должно быть.
   - Что?! - Кхм, кажется, я что-то не то сказал. Или меня не так поняли... Впрочем, разбираться буду потом. А пока...
   Рывком переместившись за спину уже приготовившейся к удару Ольги, я мысленно перекрестился и... сжал ее в объятьях, пока нареченная не разнесла комнату к чертям... Один раз такой фокус мне уже удался, так почему бы и не повторить?
   Кипевший вокруг девушки, Эфир неохотно улегся, но не успел я перевести дух, как входная дверь буквально впечаталась в стену, а в проеме возникла массивная фигура Хромова.
   - Ох. Прошу прощения, я подумал... впрочем, неважно. - Рассмотрев Ольгу в моих объятиях, прогудел гвардеец и, заговорщически мне подмигнув, исчез, словно его и не было. И только тут я понял, что нареченная уже не прижимается ко мне спиной и... тем, что ниже, а неведомым образом развернувшись в кольце рук, внимательно смотрит мне в глаза.
   - Я поговорю с тобой о Малине Федоровне... утром. - Тихонько проговорила Оля, прижимаясь ко мне... и честно, я даже возражать не стал. Ни о времени, ни о теме. Не до того...
   И чёрт с ним, со сном, на пенсии отосплюсь!
  

* * *

   Валентин Эдуардович Бестужев перечитал записку, оставленную ему сбежавшей дочерью, после чего активировал браслет и заново прочёл присланное утром письмо от Хромова. Прикрыл глаза, вздохнул и... ухмыльнулся.
   - Всех обошла. Все споры разом... Но, бедный Кирилл. Ему ж теперь от разъяренных ухажёров отбиваться и отбиваться. Впрочем... - вспомнив короткий рассказ гвардейца о способностях бывшего Громова, Бестужев хмыкнул, - большой вопрос, кому в действительности нужно сочувствовать. Ему, или его будущим противникам.
   Тут браслет вновь подал сигнал и его владелец углубился в изучение ещё одного письма... по прочтении которого, довольная улыбка Бестужева превратилась в весёлый оскал, а потом Валентин Эдуардович разразился гомерическим хохотом.
   - Ну Кирилл, ну затейник! Ладно, помогу и сообщу... вовремя. - Бестужев залил присланную копию чека в память браслета и, рассмеявшись, покачал головой. - Да. Вот уж действительно, два сапога - пара.
  

Глава 4. Карты, Ольга, два ствола...

   Утром выяснилось, что ни я ни Ольга, толком не знаем, как нам себя вести. У нареченной, это, вообще, первый опыт, а я... я попросту уже забыл, каково это, просыпаться в одной постели с женщиной и, от накативших, казалось, давно и прочно забытых ощущений, пребывал в состоянии томной задумчивости. Тормозил, проще говоря. А учитывая гормональный шторм в наших организмах, Ольгино смущение и ещё больше усугублявшие его, ехидные ухмылки Хромова... в общем, это было сложное утро. Хорошо ещё, что Оля оказалась в курсе кое-каких специфических лечебных техник, которые легко справились с некоторыми последствиями бурной ночи и изрядно облегчили её первый опыт.
   А вот то, что меня периодически накрывает волнами её эмоций, в которых страшным коктейлем смешалась нежность, радость, смущение и старательно, но безуспешно подавляемое желание... стало для меня сюрпризом. Причём, мне даже не нужно напрягаться, чтобы уловить исходящий от Ольги эмоциональный фон. И кажется, этот процесс обоюдный. Нас словно что-то "настроило" друг на друга, как два передатчика. "Что-то"? Хм, а я был бы не против повторить процесс "настройки", м-да...
   Стоп. Я поднял взгляд на девушку, сидящую напротив меня за накрытым к завтраку столом, и покачал головой.
   - Оля, возьми себя в руки. Сосредоточься. - Медленно, с расстановкой проговорил я, но в себя Ольга пришла только после насмешливого фырканья Хромова, сидящего рядом и уничтожавшего завтрак с методичностью и скоростью шредера.
   - Я... - Девушка бросила короткий взгляд на успевшего принять самый невозмутимый вид гвардейца, и замолчала. Ладно, после завтрака поговорим... А то, кажется, чем дальше, тем больше Ольгу охватывает смятение. Чёрт... как они, в смысле, женщины в этом ворохе чувств вообще разбираются?!
   Разговор получился коротким, но довольно продуктивным. Как оказалось, в смятение Ольгу привел тот факт, что в какой-то момент, она просто перестала чувствовать мои эмоции... и со свойственной слабому полу логикой, решила, что я в ней с какого-то переляку разочаровался и наша обоюдная "настройка" просто сбилась. А я, всего-то, пытался закрыться от ее чувств, захлестывавших меня с головой. Сняв боевые блоки, которыми не пользовался со времен службы, я "раскрылся" и в ту же секунду девушка облегченно вздохнула и, уткнувшись носиком мне в плечо... блаженно засопела.
   - Эй-эй! Не время для эмоциональных оргазмов! Мне, вообще-то, в школу пора! - Воскликнул я, поняв, что Оля просто "купается" в моей нежности. Нареченная встрепенулась, ошарашено взглянула... и мы расхохотались. Да уж, фразочка, самое то...
   - Чувствую себя извращенкой. Тебе же еще только пятнадцать. - Отсмеявшись, вздохнула Оля.
   - Хм. Во-первых, не обманывай, ничего такого ты не чувствуешь. - Усмехнулся я. - Разве что, желание повторить... А во-вторых, я что, так похож на ребёнка?
   Ольга чуть покраснев, улыбнулась и, окинув меня до-олгим взглядом, покачала головой.
   - Хм... - Я демонстративно глянул на часы и нареченная, тут же встрепенувшись, повторила мой жест.
   - Ой! Я опаздываю! У меня пара через час начнется! - И сбежала... Я даже слова сказать не успел.
   Ладно. Мне тоже надо собираться. Сегодня, после гимназии у меня назначена очередная встреча в тире, так что, придется брать снаряжение с собой. Я нахмурился, вспоминая, перенес ли занятие с ученицами на вечер, но показавшаяся на пороге спальни, Ольга развеяла мои сомнения, одним вопросом.
   - Кирилл, а если не секрет, чем ты будешь занят после гимназии? - Роясь в чемодане, спросила девушка. На миг, в ее эмоциях мелькнуло что-то такое... какой-то диссонанс, заставивший меня нахмуриться. А когда она ещё и смутилась...
   - Ой-ёй-ёй, да вы, оказывается, собственница, Ольга Валентиновна! Кто бы мог подумать? - Я рассмеялся. Однако, о такой вот стороне нашей обоюдной чувствительности, я как-то и не подумал. И судя по ее вопросу, Ольга тоже... Моя нареченная попыталась изобразить оскорбленную невинность, но... что тут скажешь? Поздно пить боржоми, когда почки отвалились... хм, во всех смыслах, да. Я ухмыльнулся. - Занятие у меня. Не только же вам учиться надо, меня тоже не миновала чаша сия.
   - О... А какое занятие? - Любопытство в один момент смыло и смущение и недовольство собой из эмоций девушки.
   - Стрельба. - Я продемонстрировал Ольге выуженный из оружейного ящика "ругер" и, бросив в рюкзак десяток "трубок", отправил следом за ними сложенную разгрузку. М-да, таким макаром, скоро мой рюкзак превратится в полноценный туристический комплекс. Взвесив в руке изрядно распухший и потяжелевший баул, я вздохнул и, "словив" кое-чьё недоумение, обернулся к Оле, ради наблюдения за моими сборами, даже прекратившей рыться в своём чемодане.
   - И зачем тебе это? - Нахмурилась моя нареченная.
   - Ты не забыла, что я слабосилок? А стволы могут стать неплохим козырем, в случае чего... - Объяснил я.
   - Но, ты же гранд. - Пальчик девушки обвиняюще ткнул в мою сторону. - Аристарх Макарыч рассказывал нам о том, на что способны такие, как ты.
   - Гранд, это не козырь, милая.
   - А что? - Непонимающе взглянула на меня Оля.
   - Джокер. - Улыбнулся я. - А сила джокера в его внезапности. Именно поэтому, мало кто вообще знает, что я гранд. И пусть так и будет дальше.
   - Хм... а не боишься, что мы разболтаем? - Хитро прищурилась Оля, и почти тут же хлопнула себя по лбу ладонью. - Договор ученичества!
   - Видишь, ты сама всё прекрасно поняла. - Развел я руками. - Жаль, конечно, что так поздно... но, ты ведь еще никому ничего не говорила?
   - Н-нет. - Помотала головой Ольга. Искренне.
   - Значит, всё в порядке. Но, на будущее, постарайся не забывать подобные вещи. Ладно? - В эмоциях девушки скользнули нотки вины, но тут же растворились под напором неугасающего любопытства.
   - Но остаются дядька Аристарх, мой братец и отец... - Кивнув, продолжила расспросы моя нареченная.
   - Ну, что касается, Аристарха Макаровича... думаю, его тоже связывает определенное слово, не так ли? - Я обернулся к неслышно появившемуся на пороге спальни Хромову и тот, нехотя кивнув, криво ухмыльнулся и, развернувшись, потопал обратно в общую комнату. Ну да, устав "клуба эфирников" еще никто не отменял.
   - А папа и брат?
   - Хм. Валентину Эдуардовичу совсем ни к чему, чтобы эта информация ушла на сторону, так что, ни он, ни Леонид не станут болтать.
   - Уверен? - Медленно проговорила Оля, а когда я уверил её в этом, моментально переключилась, и тут же выгнала меня из спальни, под предлогом того, что ей нужно переодеться.
   - Вообще-то, это моя спальня! - Проговорил я в "лицо" захлопнувшейся перед моим носом двери. - И вообще, можно подумать, я там еще не всё видел...
   Мой диалог с дверью был прерван тихим смешком Хромова. Я обернулся и, смерив взглядом привалившегося к стене гвардейца, тяжело вздохнул.
   - Молодёжь... какие же вы смешные. - Констатировал с улыбкой Аристарх Макарович и махнул рукой. - Идём, чаю попьем. Она, всё равно раньше чем через полчаса не соберется.
   - Через полчаса? - "Удивился" я, нашаривая в кармане портсигар. Глянул на часы. - Но у неё же пара...
   - Сами виноваты. Нечего было до самого утр... кхм. - Хромов оборвал сам себя и, недовольно покосившись на сигарету в моей руке, двинулся в общую комнату.
   Открыв форточку, я устроился за столом и, включив самопальную вытяжку на воздушных техниках, выжидающе уставился на разливающего по пиалам чай, гвардейца. Щелкнула зажигалка и дымок потянулся в сторону распахнутой форточки.
   - Отвезёшь боярышню в университет? - Поинтересовался Хромов.
   - С удовольствием. - Кивнул я.
   - Замечательно. Тогда, давай договоримся. Каждое утро машина будет забирать ее отсюда и после занятий привозить сюда же. Если вдруг возникнет желание прокатиться с ветерком, предупреждайте заранее, хотя бы за час, чтобы не гонять машины попусту. Идет?
   - Договорились. Вы, я так понимаю, уезжаете?
   - Разумеется. - Пожал плечами Хромов. - У меня в усадьбе дел невпроворот. Да и... вас стеснять, тоже не хочется.
  

* * *

   Рыжий, словно лисица, дорожный "Ковровец", окутанный слабым маревом какой-то воздушной техники, с утробным рыком промчался по бульвару и, не сбавляя хода, влетел на открытую стоянку перед вторым учебным корпусом Павловского военного университета. Остановившись в гостевой зоне, мотоцикл на миг полыхнул синевой и воздушный кокон окружавший его, опал, позволяя детальнее рассмотреть седоков. Впрочем, лица "всадников" были скрыты за поляризованными забралами одинаковых рыжих шлемов, так что смотреть особо было не на что... если не считать точеной фигурки пассажирки, затянутой в форму слушателя университета. Но вот, она скинула свой шлем и стоявшая невдалеке компания молодых людей в такой же форме, удивленно загудела. Бестужева? На мотоцикле?!... А уж когда девушка заставила "водителя" снять шлем, и наградила его долгим, совсем не дружеским поцелуем, удивление наблюдателей и вовсе превратилось в ошеломление. Кажется, одним слухом в университете стало больше. И каким слухом!
   Тем временем, признанная красавица и недотрога оторвалась-таки от своего спутника и, махнув ему на прощание рукой, уверенно двинулась к дверям учебного корпуса, мечтательно улыбаясь и не обращая никакого внимания на скрестившиеся на ней взгляды. Когда, куда и как исчез её спутник на рыжем мотоцикле, никто и не заметил. Впрочем, слушателям было не до того...
  

Глава 5. Всякой твари, по паре...

   Кто бы сомневался, что изменение наших с Ольгой отношений не пройдет незамеченным для Милы и Лины. Не то чтобы меня волновала их реакция, куда больше беспокоило, какое влияние это окажет на наши занятия, но... и в том и в другом случае, близняшки смогли меня удивить. Не скажу, что они встретили новость индифферентно, но даже Лина со своей язвительностью, ограничилась лишь парой почти беззлобных шуточек в адрес Ольги. Мила же, и вовсе обошлась хмурым взглядом в мою сторону. В общем, на серьезности отношения сестёр к занятиям, сие событие не оказало никакого влияния, и я успокоено вздохнул. Ненадолго...
   - Не понимаете... - Я прошелся перед сосредоточенно нахмурившимися сестрами, только что завершившими очередную неудачную попытку почувствовать друг друга. - Совсем не понимаете. Вы пытаетесь отыскать друг друга в Эфире, а нужно искать в себе... Попробуем иначе. Сейчас, я установлю контакт с Ольгой, а вы "принюхайтесь" к Эфиру вокруг нас.
   Мне даже не понадобилось звать нареченную в дом, где проходило это занятие. Достаточно было просто потянуться к тому клубку чувств, что маячил где-то на краю моего сознания, чтобы уже через минуту, Оля покинула "песочницу" и вошла в дом. Я окинул взглядом близняшек.
   - Ну, и чего ждём? - Мила с Линой переглянулись и внимательно уставились на нас с Ольгой. Девушка тут же вопросительно приподняла бровь.
   - Они пытаются найти нашу связь. - Вслух ответил я. Нареченная тихонько хмыкнула и, пожав плечами взялась было за металлические шары для тренировки телекинеза, но бросила на меня взгляд и, заметив легкое покачивание головой, отложила тренажёр в сторону.
   - Гр-р. - Внезапно подала голос Лина и, сложив руки на груди, зло фыркнула. - Ну, не чувствую я ничего. Вы, по-моему, вообще сейчас Эфиром не пользовались.
   - Можно и так себе это представить. - Кивнул я. - Но, точнее будет сказать, что мы пользовались Эфиром в себе, а не вокруг. Связь уже есть, её и надо найти, а не создавать новую. Как? Ну, любое действие, событие, предмет или чувство оставляет свой след в Эфире. Вот и попробуйте поискать его в себе. Что может помочь? Просто, думайте друг о друге, покрутите несколько разных воспоминаний, найдите, чем они похожи в Эфире, это и будет та ниточка, что поможет вам почувствовать друг друга.
   Я повернулся к Ольге, почуяв как от нее пахнуло недовольством и увидел, как нареченная явно читает что-то с экрана браслета. Хм. Что-то случилось?
   Оставив близняшек разбираться с полученной информацией, я подошел к Ольге.
   - Что там? - Оказавшись в шаге от неё, поинтересовался я. Нареченная бросила короткий взгляд на сосредоточенно пыхтящих над заданием сестёр, всё же решила ответить сразу.
   - Отец прислал сообщение, что за Леонидом сегодня кто-то следил. Просит быть осторожнее и... в общем, он хотел бы, чтобы я чаще пользовалась машиной, которую он выделил.
   - Мягкий намек на нежелательность поездок на мотоцикле со мной... - Хмыкнул я.
   - Он не против! - Тут же покачала головой Ольга. - Просто... машина, в такой ситуации, безопаснее.
   - Я бы мог поспорить с этим утверждением... - Протянул я. - На "Лисёнке" оторваться от преследования намного проще, чем на этих черных "гробах". А в случае покушения... хм, толковую атаку не переживет даже бронированный монстр, из тех, что делают для бояр... но подготовка к ней влетит в изрядную копеечку, что заметно снижает круг тех, кто может позволить себе подобную роскошь.
   - Вот-вот. А на мотоцикле... - Ольга нервно передернула плечами. Тема нашей беседы явно была ей не по вкусу.
   - Не факт, милая моя. Совсем не факт. Учитывая, что в седле рыжего будут крепкий вой и гранд... Хм, скорее уж, это нам на руку. Простора для действий куда больше, чем в "сейфе" вездехода, где даже ярый не больше, чем пассажир, и даже контратаковать не может, не покинув машину.
   Нареченная хотела было что-то сказать, но...
   - И вовсе я не ревную! Дура! - Это восклицание заставило нас с Ольгой подпрыгнуть на месте. А развернувшись на голос, я не удержался от смешка. Мила, с самым невинным видом разглядывает темные потолочные балки, а стоящая в двух шагах от неё, Лина так и сверлит сестру злым взглядом. Однако...
   - Хм. Полагаю, что-то у вас, всё-таки, получилось. - Взгляды близняшек тут же скрестились на мне. Один деланно спокойный, а второй злой и... смущенный? Не понял.
   Но тут, Лина отвела взгляд, мимоходом мазнув им по Ольге, и на меня отчетливо пахнуло легким страхом... который тут же оказался смыт нарастающим любопытством моей нареченной... Чёрт, я свихнусь с этими эмоциональными взбрыками!
   - Так. - Оля явно почуяла мое недовольство и хлопнула в ладоши. - Предлагаю сделать перерыв на чай... Кирилл?
   - Да? - Вздохнул я, уже понимая, что сейчас будет. Ну, в самом деле, не возиться же девушкам с тяжеленным самоваром?
   - У тебя он лучше получается... Заваришь? - Улыбнулась Ольга.
   - Куда ж я денусь? Идите, мойте руки, собирайте на стол. - Я бросил взгляд на часы и присвистнул. - Однако, мы увлеклись... Время-то, к полуночи. Предлагаю на этом наше занятие и закончить. Возражения есть?
   - Нет. - Вразнобой, но с почти одинаковым энтузиазмом откликнулись ученицы... и через секунду, комната опустела.
   Эту ночь, я решил провести в своей, а не гостевой спальне... тем более, что и кровать там куда больше и удобнее. Это и Ольга подтвердила... после натурных испытаний, хм.
   - Кирилл, а почему ты так уверен, что рыжий лучше, чем вездеходы? - Неожиданно поинтересовалась Ольга, когда я уже проваливался в сон.
   - Я же говорю, больше возможностей для маневра и контратаки. К тому же, "Лисёнка" чёрта с два загонишь в засаду. Вёрткий. - Пробормотал я. - А вообще, всё это только наши с тобой домыслы. Кто его знает, как там на самом деле. Завтра поговорю с Валентином Эдуардовичем, глядишь, окажется, что ничего такого страшного и не случилось...
   - Угум. Поговори... - После недолгой паузы, согласилась Ольга, и моментально переключилась на другую тему - Кстати о папе, ты уже приобрел подарок?
   - Заказал. Послезавтра привезут. - Зевнув, проговорил я. - Слушай, давай спать, а? Нам вставать через четыре часа...
   - Спа-ать? - Протянула Ольга, прижимаясь ко мне всем телом.
   Да ну его в болото! Четыре... три... какая разница?
  

* * *

   - Жора, ты узнал, кто владелец этого драндулета? - Молодой человек, невысокий, худощавый с серьезными черными глазами и тонкими чертами бледного лица, хлопнул стеком по голенищу форменного до зеркального блеска надраенного сапога и выжидающе уставился на переминающегося перед ним с ноги на ногу ровесника, в такой же темно-синей, почти черной форме слушателя Павловского университета.
   - Извини, Платон. В базе "дорожников" его нет. - Пожал плечами тот и, заметив, как зло прищурился его товарищ, поежился. Кадык на худой шее судорожно дернулся, но Платон, кажется, не обратил никакого внимания на эти метаморфозы. Его занимали совсем другие мысли.
   - Не понял. Как это "нет"? - Тихо, но с явной угрозой в голосе, спросил Платон, сжимая в кулаке украшенный изящной резьбой стек так, что тот едва не сломался. А в следующую секунду, голос "павловца" поднялся до "крещендо". - Какой-то хрен с горы, катает Бестужеву на рыжем угрёбище, целуется с ней... при мне! Слышишь ты... отрыжка Эфира! При мне! А всё, что ты можешь сказать: "нет в базе"?! Жора, я за что тебе деньги плачу? Или ты хочешь снова жить на один государев кошт? Так ты не стесняйся, скажи прямо и я тут же заблокирую твой счёт. Ну? Что молчишь?
   - Я... я узнаю. Не надо... счёт. - Забормотал тот, стирая со лба капельки выступившего пота. - Ты же знаешь... сестра...
   - Короче, гений вычислений... Мне нужна информация по этому рыжему мотоциклисту. Кто, что, откуда... Сроку тебе, три дня. Если в понедельник ты не притащишь мне в своём кривом клюве то, что нужно... О деньгах на лечение твоей мелкой, можешь забыть. Сдохнет, туда ей и дорога... Ты меня понял?
   Дождавшись судорожного кивка, Платон смерил собеседника коротким презрительным взглядом и, развернувшись, покинул комнату отдыха. И слава богу, что уходя, он в своем мнимом "величии" не обернулся, не почувствовал остановившийся на его идеально прямой спине, тяжелый взгляд замершего посреди комнаты Георгия. Иначе, тот вряд ли дожил бы до понедельника. Потому что, людей, которые смотрят с такой многообещающей ненавистью, именитые в живых не оставляют. Опасно.
   Но, все делают ошибки, и Платон не стал исключением. Слишком сильно надавил, пережал, передержал... можно назвать это как угодно, и в результате добился эффекта противоположного тому, которого добивался.
   А вот дожидавшийся Платона у входа в комнату, отпрыск боярского сына из его рода, кажется, что-то заметил... мельком, в тот единственный миг, когда фигуру побледневшего Жоры, можно было увидеть, пока за его требовательным собеседником закрывалась дверь...
   - Ты не слишком круто с ним, а? - Поинтересовался неофициальный вассал Платона.
   - Ничего. Ему это только на пользу. - Отмахнулся тот. - Батя, вон, миндальничал с отцом этого глиста, денег их малявке на лечение подкидывал... просто так, по доброте душевной, а толку? Всё равно, как только возможность подвернулась, тот... урод очкастый свалил под Бельских. Не-ет, Вова. С этими умниками только так и надо. Страх. Вот что их в узде держит. Точно говорю.
   Владимир покачал головой, но промолчал. Не с его шестка донимать Платошу советами. Но вот доложить отцу можно... и нужно. А то ведь, наломает дров будущий наследник, лишит род перспективного технаря. А это уже совсем нехорошо.
  

Глава 6. Коварство - ваше имя...

   Разговор с Валентином Эдуардовичем оказал на меня успокаивающее действие. Да, за Леонидом, в его поездке по городу после гимназии, следили, но топорно. Это была даже не любительская слежка, а... абсолютное дилетантство. Ни сменных филеров, ни машин, ни страховки. Только два "сыщика", толком, даже не пытавшиеся как-то скрываться. В общем, смех, а не слежка...
   И, естественно, услышав мой рассказ, Ольга тут же потребовала, чтобы я доставил её в университет на мотоцикле. В отличие от гимназии, занятия у "павловцев" шли шесть дней в неделю, так что, тот факт, что нынче суббота, никак не освобождал мою нареченную от необходимости поездки в университет.
   Рыжий радостно зарычал и покатил по просеке, чтобы спустя полчаса, промчаться по центру города и, свернув на угрюмый ввиду подступающей всё ближе зимы, бульвар, замереть на стоянке перед серым учебным корпусом, громада которого безуспешно пряталась за черными скелетами деревьев, протыкающими своими острыми ветками низкое, затянутое облаками небо.
   Стерев со щеки след помады, оставленный мне Ольгой на щеке и губах, я проводил взглядом уплывающую к крыльцу корпуса нареченную, вздохнул и, щелкнув портсигаром, задымил первой за утро сигаретой. Хм... надо будет потрясти запасы Николая, когда он привезет близняшек на занятие.
   Докурив сигарету и, бросив короткий взгляд в сторону толпящихся у корпуса "павловцев", я нацепил шлем и только хотел завести мотоцикл, как услышал утробное урчание. Желудок "завелся" первым... Впрочем, это неудивительно, учитывая, что половину моего завтрака сегодня съела Ольга. Незаметно так, вытягала из тарелки все самые вкусные кусочки. То что осталось, завтраком назвать было уже сложно... так, перекус, не более того. Что ж, значит, надо искать "заправку", желательно, где-нибудь поблизости. Вот, ни за что не поверю, что в окрестностях такого большого учебного заведения, не найдется какая-нибудь кафешка. В конце концов, это же центр города!
   Долго искать не пришлось. Стоило вырулить со стоянки обратно на бульвар, как в глаза бросилась вывеска на соседнем здании. "Марон". Ну, "Марон", так "Марон". Надеюсь, он открыт. Время-то, ещё довольно раннее...
   Мне повезло. В тот момент, когда я подкатил к витому чугунному навесу над входом в кафе, двери в него отпер наряженный по всем правилам здешнего хорошего тона, официант... Молодой человек в идеально черных брюках, о стрелки которых, наверное, можно порезаться, в белоснежной рубашке и черном же атласном жилете. Не хватало только длинного белого фартука. Впрочем, когда я приземлился за столом, он уже исправил это упущение, так что заказ принимал, при полном параде. Блинчики с красной рыбкой, омлет, апельсиновый сок и черный кофе на десерт, под ещё одну сигарету и недовольный взгляд официанта. Хорошо хоть с замечаниями не полез... Такой завтрак, грех портить.
   - Извините. - Браслет на руке пискнул и вырубился. Пришлось оторваться от чтения кое-каких материалов по этикету, которыми освежал свою, точнее, кириллову память, в преддверии грядущего пира у Бестужевых. А тут еще и гость... я поднял взгляд. Перед моим столом переминался с ноги на ногу высокий, чуть сутулящийся молодой человек в форме "павловцев".
   - Да? Я вас слушаю.
   - Кхм... это... это, ваш мотоцикл, там на улице? Рыжий такой? - Кивнул на окно гость. Я бросил взгляд на лежащий на стуле шлем.
   - "Ковровец", да. Мой. А что, с ним что-то случилось? - Вот только этого мне не хватало. Не дай бог, кто-то решил взять рыжего, "покататься". Покупать новый, в мои планы как-то не входило...
   - Нет-нет, с ним всё в порядке. - Замахал длинными руками мой собеседник и тут же, запнувшись, уточнил. - По крайней мере, когда я входил, он был в порядке. Я, собственно, вот к чему... меня... меня просили передать хозяину мотоцикла, вот эту записку. Только не спрашивайте, от кого, я не знаю, как и содержание письма. Какой-то старшекурсник... я здесь, не причём.
   - Хм. Понятно. - Протянул я, настороженно разглядывая моего визави и положенную им на стол записку. Вот, не верю я этому нервному... врёт он всё. И отправителя знает, и содержание записки... да и насчёт "не причём", можно поспорить. Ладно. Вздохнув, я смерил "почтальона" долгим взглядом, старательно запоминая каждую черточку лица. Я бы и фиксатор включить не постеснялся, вот только он вырубился вместе с браслетом. - Что ж. Благодарю.
   "Курьер" резко кивнул и смылся... словно и не было здесь только что никакого долговязого "павловца". Шустрый... О! И браслет сразу заработал. Замечательно. Надо будет спросить у Ольги, знает ли она способы такого вот дистанционного отключения артефактов, не требующие личного эфирного воздействия. Очень интересно. А учитывая, с какой легкостью мой гость отрубил "военный" браслет... я хочу пообщаться с изобретателем. Пока его не отловили спецы из инженерного бюро тех же "Гром-заводов", например.
   Вздохнув от пришедшего понимания, что раньше меня и громовских инженеров, "новатор" попадется на крючок Оборонному приказу, я вздохнул и развернул лежавшую на столе записку.
   М-да. "Какая отвратительная рожа...", кажется, так говорил персонаж из "Джентльменов Удачи"? Вот-вот, полностью с ним согласен. Лощеная физиономия с презрительным прищуром, пялящаяся на меня с распечатки, почему-то не вызвала у меня положительных эмоций. Это женщинам, такие вот "роковые красавчики" по нраву...
   Прочитав короткую записку, приложенную к фото, я тяжело вздохнул и покачал головой. Никогда не любил мажоров. А судя по тому, что я прочел, герой письма принадлежит именно к этой когорте. Нет, я не имею ничего против детей обеспеченных или богатых родителей, но только тогда, когда эти дети пытаются доказать, что они не хуже своих предков и делают всё, чтобы не уронить доставшегося имени. А вот одуревших от бабла и вседозволенности, лишенных всяких тормозов идиотов, я органически не перевариваю. Хуже них, могут быть только умные отморозки.
   К сожалению, образчик, представленный на фото, кажется, относится именно к последнему типу, иначе, в "павловцы" бы не попал. В остальном же, типичный мажор. Отпрыск боярского рода в пятом поколении, единственный сын наследника боярина Шутьева. Отец - глава Московского дорожного приказа, дед - заправляет небольшой строительной "империей"... А вот сынок ни на государеву службу, ни на семейное дело смотреть не хочет. Да и они по нему особо не плачут. Почему? Потому что с восемнадцатью административными взысканиями на госслужбу такого вот орла не примут, ни за какие коврижки, а с висящим на шее условным сроком, о главенстве в семейном деле можно забыть. Слишком большой урон чести для любого рода, вести общие финансовые дела с уголовником... Сюда же, ночные гонки на "вездеходах", погромы в клубах... В общем, полный набор, если верить представленной мне краткой биографии господина Шутьева, Платона Ниловича. И вот "это" претендует на внимание Ольги... М-да уж.
   Ладно. Верить анонимкам я не приучен, но проверить полученную информацию надо обязательно. Как говорится: praemonitus - praemunitus. Надо только прикинуть, где искать нужную информацию. Ну, первым делом, конечно, Бестужевы. Сначала, Леонид... этот всё что угодно найдет и узнает. Потом, Ольга... но тут надо аккуратнее, а то ещё подумает, невесть что. И только потом, можно будет обратиться к старшему Бестужеву. За официальной информацией и, чтобы узнать, так сказать, официальную же позицию рода по отношению к сему кадру... если таковая, конечно, у Бестужевых в отношении Шутьевых, или одного конкретного их представителя, вообще, имеется. Но беседу с Валентином Эдуардовичем можно отложить до вечера. А до тех пор, можно и другими каналами воспользоваться... Например, дядя Федор, вполне себе неплохой вариант.
   Определившись с планами на следующие три-четыре часа, я расплатился по счету и, подхватив со стула свой шлем, двинулся на выход из кафе.
   Вот это и называется: на ловца и зверь бежит... Кажется, знакомство с господином Платоном Шутьевым состоится несколько раньше, чем я мог предполагать.
  

* * *

   Когда посреди пары, у Платона вдруг затрезвонил браслет, что тут же вызвало угрожающий взгляд лектора, Шутьев скривился и, извинившись, покинул аудиторию, мысленно обещая звонящему все кары земные и небесные.
   - Жора? Ну ты попал, кривоносый. - Прошипел Платон, когда увидел на экране абонента. Тот испуганно поёжился. - Лекция идет, придурок! У Кощея! Он же с меня теперь три шкуры спустит, кретин ты безмозглый!
   - Из... извини, Платон. - Проблеял тот. - Но... я тут... в общем, опоздать боялся.
   - На тот свет? Не бойся, успеешь. Я тебе лично экспресс туда обеспечу. - Скривился Шутьев.
   - Подожди-подожди, Платон. ОН здесь.
   - Что? Кто "он"? Совсем крыша от страха поехала?
   - Да нет... этот... мотоциклист. - Чуть ли не заикаясь, проговорил Жора. - Он снова Бестужеву привез. Сейчас в "Мароне" сидит. Я видел.
   - Ну надо же... И от тебя, оказывается, толк может быть. - Ощерился Платон, и договорил, уже отключая связь, - ладно, кривоносый, живи... пока.
   Шутьев покачал головой. Жаль, что Владимир приедет только к следующей паре. Придется идти одному.
   А в этот момент, Георгий, отключив экран, тяжело вздохнул и покосился на стоящую рядом девушку.
   - Ой, да не трясись ты так, Жорик. - Улыбнулась она в ответ. - Ты же хотел отомстить? Вот и иди, занимай места в партере. Обещаю, Платошу ждет бо-ольшая взбучка.
  

Глава 7. Готовились к бою, а получили наряд на ассенизационную колонну

   Ну вот не верю я, ни на секунду не верю, что всё это обычная случайность. Во второй раз подвожу Ольгу до университета, и тут же сталкиваюсь с одним из ее воздыхателей. Так мало того, мне же, буквально за четверть часа до этой встречи ещё и информацию по нему предоставили. Ох, Оля, Оля... Кажется, рановато я расслабился. Что ж, значит, будем доводить шутку до логического конца. Но сначала, надо разобраться с пришедшим по мою душу, Платоном. Почему я уверен, что он сюда явился именно из-за меня, а не просто перекусить? Да потому что так виться вокруг "Лисёнка" будет либо фанат конкретно этой модели "Ковровца", либо тот, кому зачем-то понадобился хозяин агрегата. В общем, шанс, что Платона интересует совершенно рядовой "дорожник" можно отбросить, не только как близкий к нулю, но и как стремящийся к нему... с ускорением в десяток-другой тысяч Гал.
   - Чем могу помочь, господин слушатель? - Окликнул я Платона, выходя на крыльцо кафешки.
   - А... - Шутьев обернулся и, смерив меня брезгливым взглядом, чуть удивленно протянул. - Вот не думал, что Ольга западает на малолеток...
   - Я, пожалуй, не буду отвечать банальностью на банальность... и рассуждать о проходящих недостатках. Чего надо?
   - Да вот, хотел потолковать с ухажером Бестужевой, да не ожидал, что им окажется какая-то мелочь. Чем ты её купил, шкет?
   Я вздохнул. Идиот, что с него взять. Вот никогда не мог понять этой "пацанской" логики, зачем нужно смешивать с грязью имя нравящейся девушки, да еще и за глаза? Форма самоутверждения, что ли?
   - Шел бы ты учиться, болезный. Всё одно, нужной валюты, чтобы повторить мой успех, у тебя нет. А так, хоть чем-то полезным займешься. - Покачав головой, заключил я и подал эфирный сигнал на систему зажигания рыжего. Мотоцикл тихо рыкнул, и не ожидавший этого, опершийся на бак, Шутьев, выматерившись, отшатнулся в сторону.
   - Нарываешься, зам-морыш. - Прошипел Платон, почти мгновенно разворачивая перед собой "водяной невод". Полупрозрачные струи воды, шипящие в местах пересечений, взбаламутили Эфир так, что у меня чуть зубы не заныли... или это от неприятных воспоминаний Кирилла?
   Сорвавшийся в полет, "невод" просвистел над головой и впечатался в стену дома, за моей спиной. Мысленно поблагодарив привычный "разгон", позволивший мне уклониться от удара, я услышал, как треск разнесенной штукатурки, и тут же прыгнул вперед. Рыбкой перелетев через мотоцикл, я ударил по открытму, абсолютно уверенному в своем успехе Платону страхом. Эфир устремился вперед, глаза Шутьева, явно успевшего почуять этот бросок удивленно распахнулись, а в следующий миг, по ушам резанул дикий крик ужаса и Платон, как был, сорвавшись с места, помчался в сторону учебного корпуса, оставляя на асфальте за собой след из темных пятнышек... Хм. Странно. Первый раз вижу такую мощную реакцию. Переборщил, что ли? Да нет, не может быть! Иначе б он прямо тут концы отдал...
   Я вышел из "разгона" и задумчиво взглянул на забрызгавшую сухой асфальт жидкость, пунктиром темных пятнышек отметившую путь такого неожиданного отступления противника. А потом до меня дошло... М-да. Давненько я так не веселился!
   С другой стороны, Платону где-то даже повезло. Трусы от страха не умирают. Обоссаться, обделаться, это пожалуйста, вон на тротуаре реальное подтверждение высыхает, а вот сдохнуть от страха не могут. Они в этом плане, тренированные, так сказать. Закаленные... Мда. А ведь, Шутьеву, кажется, действительно повезло. Не рассчитал я. Будь на его месте, кто-нибудь более... хм-м... устойчивый, мог бы и копыта отбросить. Нехорошо получилось...
   Задумавшись над причинами такой позорной утраты контроля над даром, я вздохнул. В голову пришел только один более или менее обоснованный вывод: это результат взбрыка памяти Кирилла. Уж больно паскудный опыт был у него связан с таким вот "водяным неводом".
   Нет, определенно, Платоша, натуральный счастливец! Ведь мог бы и с приступом грохнуться, а отделался... Я глянул на почти высохшие пятна на асфальте и не удержал смешка.
   - Кирилл! - Голос раздавшийся от ворот, запирающих территорию университета, заставил меня замолчать. Я поднял взгляд на спешащую в мою сторону Ольгу и... поспешно возвел чувственный блок. Еще не хватало с ней сейчас делиться тем ворохом эмоций, что бурлили где-то в душе.
   Девушка вдруг затормозила в паре метров от меня и явно к чему-то прислушалась. А-а, это она нашу связь ищет, ну-ну...
   - Да? - Проговорил я, выводя её из задумчивости.
   - Кирилл... - Ольга неуверенно взглянула на меня и нахмурилась. - Ты... ты опять закрылся, да?
   Я кивнул.
   - А зачем? - Тихо спросила нареченная, подходя ближе.
   - Тебе совсем незачем испытывать мою злость. Не находишь? - Пожал я плечами.
   - Но... Кирилл, не закрывайся, пожалуйста. - Прикусив губу, вдруг выдала Ольга. - Я себя очень неуверенно чувствую, когда не чувствую... в общем, ты меня понимаешь, да?
   - Извини. Я, и вправду, сейчас слишком зол. Ты не сумеешь отстраниться, точно говорю. И зачем тебе нужны проблемы с однокашниками, на которых ты обязательно сорвешься из-за моей злости? - Я примирительно улыбнулся. А вот знать, что часть этой злости направлена конкретно на нее, Ольге тем более незачем. - А вообще, милая барышня, сообщите мне, что вы здесь делаете? Если не ошибаюсь, то сейчас у вас полным ходом должна идти лекция?
   - Я... - Ольга запнулась, зажмурилась, и вдруг выпалила, - Кирилл, прости меня, пожалуйста!
   - О как! И за что это?
   Ольга, как-то незаметно подобралась ко мне вплотную и, уткнувшись носиком в плечо, тихо заговорила. Рассказ о том, как вчера после занятий её нашел один из студентов, тот самый долговязый технарь, если я правильно понял, и признался, что Платон запряг его собирать информацию обо мне, как Ольга придумала простенькую двухходовку, чтобы наказать зарвавшегося Шутьева... в общем, рассказ этот не затянулся надолго и полностью подтвердил мои подозрения.
   - Милая моя, ты уже второй раз делаешь одну и ту же ошибку. - Вздохнул я, когда Оля замолчала и выжидающе уставилась на меня. Будто приговора ждет, хм...
   - Я должна была рассказать тебе всё заранее. - Кивнула она, не дождавшись от меня продолжения, но тут же нахмурилась. - А когда был первый раз?
   - Когда ты подослала близняшек, чтобы они подобрали мне костюм под стать твоему платью. - Усмехнулся я. - И предупреждаю, пока не отомщу за обе попытки использовать меня "в темную", не успокоюсь.
   - Ой. - Ольга дернулась, но я её удержал.
   - Что такое?
   - Да... кхм... рассказ Милы вспомнила, о том, как ты Лине отомстил за распускание слухов об изгнании. - Нехотя проговорила Ольга.
   - Моя слава бежит впереди меня. - Я не удержался от хохотка. - Не волнуйся, руки-ноги тебе ломать, я точно не собираюсь. Как-то это... некомильфо, по отношению к собственной нареченной, не находишь?
   - Ха! Попробовал бы только! - Вскинулась Ольга, но в глазах её я увидел облегчение... Уверена, что гроза миновала? Зря.
   - И пробовать не буду. Ты мне нужна живая и здоровая. - Уверил я нареченную. - У меня, знаешь ли, огромные планы, и они целиком зависят от того, насколько ты будешь цела и невредима. Так что, "бьет, значит, любит", это не наш вариант, совершенно точно.
   - О! - Протянула Ольга с легкой улыбкой. - Может поделишься своими планами? Или это и есть твоя жуткая месть? Будешь держать меня в неведении, как я тебя?
   - Даже не рассчитывай, так легко меня купить, милая. Месть вдвойне слаще, когда жертва мечется в том самом неведении, о котором ты говоришь. - Фыркнул я в ответ. - А что касается моих планов... думаю, сегодня вечером я поделюсь ими с тобой. А может быть, мы даже кое-что из них попробуем воплотить. Главное, чтобы кровать выдержала.
   - Пошляк! - Вздернула носик Оля... прислушалась к себе и, вздохнув, сменила тему. - Что, Платон действительно успел тебя так сильно разозлить?
   - Не то слово. - Кивнул я.
   - Но ты же его победил... Разве достойно воина, злиться на поверженного врага? - Подпустив пафоса в голос, поинтересовалась моя нареченная.
   - Победил? - Я хмыкнул. - Да нет... это не победа. По крайней мере, победа формальная. Я его просто напугал... до мокрых штанов, а это немного не то.
   - Как это? - Нахмурилась Ольга.
   - Как-как... буквально. Я его в Эфире страхом ударил, а он... оно... описалось и сбежало. - Вздохнул я.
   - Платоша описался? Вой?! - Ольга неверяще взглянула на меня, всхлипнула... и зашлась в безудержном хохоте. - Ой, ой не могу! Кирилл! Только не говори, что у тебя не осталось записи! Умоляю...
   - Да держи, мне не жалко. - Пожал я плечами и, активировав браслет, скинул ей резанный эпизод, начинавшийся аккурат с того момента, когда я оказываюсь перед Шутьевым.
   Ольга тут же прокрутила запись и, от души насмеявшись, блаженно зажмурилась. Хм. Мне на миг даже жалко стало этого самого Платона. Судя по всему, он успел весьма основательно достать Олю, а учитывая её мечтательный вид и наличие этой записи... Кажется, жизнь в университете у мажора скоро станет далеко не сахарной. М-да. Женщины, вот кому поголовно можно присваивать прозвище "Росомаха". Я покачал головой и... плюнул на всё. В конце концов, Шутьев сам виноват.
  

Глава 8. Дедка за репку, бабка за дедку...

   Стрельбище встретило меня шумом и оживленной суетой. Ничего удивительного, сегодня я приехал в Преображенское едва ли не к семи вечера. День будний, так что недостатка посетителей стрелковый клуб не испытывал. В общем, ничего странного в том, что большая часть "дорожек" в тире оказалась занята, не было. Тут и там слышались негромкие хлопки выстрелов, лязг перезаряжаемого оружия и тихое жужжание подъезжающих расстрелянных мишеней. Жизнь кипит, что называется. Ну и ладно.
   Я втянул носом, кажется, на века въевшиеся в стены этого заведения оружейные запахи и, приветственно кивнув паре знакомых лиц, решительно направился к "своему" месту, в дальнем конце зала. Привычно разложив перед собой ругеры и заряды к ним, я довольно вздохнул и уже готов был приступить к расстрелу боеприпаса, когда завибрировавший на руке браслет, обломал весь кайф предвкушения.
   - Да? - Развернувшийся экран продемонстрировал мне близняшек. Весьма обеспокоенных, судя по их виду.
   - Кирилл, привет. - Мила махнула рукой и, помявшись, договорила, - а... ты где?
   - Хм. На стрельбище, а что?
   - Эм-м, просто, дед Пантелей только что спрашивал о тебе. Точнее, его интересовало, почему мы сейчас не на занятии, но... ты же понимаешь, что он имел в виду. - Мила пожала плечами, вот только на лице у неё было написано беспокойство. В принципе, сестёр можно понять. Вопрос обучения эфирным воздействиям важен не только для них, а для всей семьи Громовых, как техника, потенциально способная повысить боевые возможности членов рода. Сомневаться же в том, что по завершении нашего договора, на близняшек повесят обучение боярских детей Громовых, не приходится.
   - Понимаю-понимаю. - Кивнул я. - А фокусы показывать он больше не просил?
   - Н-нет... но, Кирилл, а если... - Близняшки переглянулись.
   - А вот "если", покажете ему телекинез. Пусть успокоится. - Фыркнул я, но взглянув на серьезные личики сестёр, и сам посерьёзнел. - Спасибо, что предупредили насчет деда. Но учтите, форсировать обучение только из-за того, что старшие Громовы чем-то там недовольны и желают большего, я не стану. Это понятно?
   - Поня-ятно. - В унисон вздохнули сестры.
   - Вот и замечательно... Кста-ати! - Вспомнив об одной мелочи, я улыбнулся. Близняшки дёрнулись. - У меня есть к вам предложение... Насколько я понимаю, Ольга уже получила нужную информацию о моем костюме?
   - Ну-у... - Мила с Линой переглянулись и насторожено уставились на меня.
   - Если поможете, то я забуду о вашем участии в этой попытке использовать меня "втемную". - Предложил я, и сёстры согласно кивнули.
   - Замечательно. - Я потер руки. - Тогда, жду от вас ответной любезности. Надо же нам восстановить попранную справедливость, правильно?
   - Кирилл, а если без пафоса? - Поморщилась Лина.
   - А если без пафоса, то я хочу знать, в чём именно моя нареченная выйдет на пир. Желательно, вплоть до указания артикулов и количества тканей, пошедших на ее костюм. - Я ухмыльнулся, глядя на ошеломленных близняшек.
   - Кхм... В принципе, это несложно. - Протянула Мила, а удивление в глазах сестёр почти моментально сменилось любопытством. - Но, если не секрет, а зачем тебе это?
   - Между нами? - Уточнил я. Сёстры возмущенно зафыркали.
   - Конечно! - Правильно говорят, лучшее "стерео", это два "моно". На диво слаженный дуэт.
   - Скажем так, если выходка с костюмом была вполне безобидна и даже забавна, так что стоила не больше одной лёгкой шутки в ответ, то вторая попытка манипулирования мне не понравилась... от слова "совсем". Так что, ответ будет вполне адекватным... и честным.
   - Да что ты задумал-то?! - Не выдержала Лина.
   - Увидите. - Я хмыкнул но, заметив, как разочарованно вытянулись лица близняшек, сжалился. - Хм. Намекну, не только у вас были "специальные" уроки этикета. Нас с Алексеем, Гдовицкой гонял не меньше. Большего не ждите. Пусть это будет сюрприз. Для всех.
   - Ла-адно. - Протянули сёстры. Вот, ни на секунду не сомневаюсь, что "кузнечика" ждёт планомерная осада, штурм и блиц-допрос в полевых условиях. Ха. Ничего, пускай тренируется, ему полезно.
   - Скинете мне завтра информацию? - Поинтересовался я и, получив в ответ два очень задумчивых взгляда и осторожных кивка, закруглился. - Вот и ладушки. Тогда, до встречи.
   Близняшки попрощались и отключились, а я, наконец, смог заняться стрельбой. Правда, как выяснилось, ненадолго.
   - Кирилл? - Неслышно появившийся рядом, инструктор остановился у соседней, пустой "дорожки" и, только дождавшись, пока я опустошу очередную "трубку", привлек моё внимание.
   - Добрый вечер, Сергей. - Откликнулся я, меняя магазин.
   - Самостоятельная работа, а? - Усмехнулся Одоев, кивая на ругеры.
   - Именно. Не всё же под твоим чутким руководством заниматься. - Улыбнулся я.
   - Тоже верно. - Инструктор помолчал и договорил. - Найдется пара минут для разговора?
   - Не вопрос. Здесь? - Я пожал плечами и, положив ствол к его "собрату", окинул заваленный оружием и боеприпасами столик многозначительным взглядом. Одоев меня понял и, спустя секунду, на "кабину" опустился стационарный кинетический щит. Ага, значит беседа, всё-таки, будет не здесь. Ладно.
   Миновав зал, а следом за ним и фойе, мы поднялись по узкой, явно служебной лестнице, и оказались в небольшом тамбуре, за которым расположился просторный, но аскетичный кабинет. Здесь, разве что, огромная видеопанель выбивалась из стиля "военного минимализма", в остальном же, всё было строго, лаконично и... добротно. Что называется, сделано на века. Никакого хрупкого пластика, только сталь и дерево. А, да! Ещё огромный ковёр мягкого медового цвета, устилавший пол от стены до стены.
   Гвардии Преображенского полка, полковник запаса Брюхов, вошедший в кабинет спустя минуту, оказался довольно объёмистым дядечкой, седоусым и седобородым, но при этом... не старик, далеко не старик. И судя по тому, как он двигается, слава Преображенского полка, как одной из самых боеготовых частей русской армии, возникла не на пустом месте. У такого полковника, солдаты точно не будут огороды копать и генеральские дачи строить. Суровый дядечка.
   А вот поднятая им тема меня откровенно... хм-м. Удивила? Да нет, скорее ввела в недоумение, причём полное.
   - Рад познакомиться, Кирилл Николаевич. - Брюхов, не чинясь, пожал мне руку и, кивнув Сергею, тут же исчезнувшему за дверью, указал на диван, в углу кабинета. - Присаживайся. Ты же не возражаешь, если я буду обращаться на "ты"?
   - Ничуть, господин полковник. - Я улыбнулся краем губ. Лицо Олега Павловича тут же "изобразило" знак вопроса. - Паутинка, великолепное изобретение. А уж узнать через него имя человека возглавляющего один из лучших стрелковых клубов столицы, и вовсе было делом четверти часа.
   - Хм... Как-то не подумал. Ну да, нам старикам простительно. Все эти новомодные штучки... это для молодёжи. - Со вздохом покивал полковник, располагаясь в кресле напротив. Ну да, ну да... я бросил короткий взгляд сначала на огромную видеопанель в полстены, а потом и дорогой браслет "для рисковых", красующийся на руке собеседника. Титан и фуллеритовые накопители... ага, тысячи полторы такой стоит, как минимум. А учитывая значок родного "Гром-завода", могу предположить, что там и комплекс ЗАС найдется, причём полноценный, а не та коммерческая ерунда, что у обычных производителей именуется "системой шифропередачи данных". Отсталый старик, конечно...
   Заметив мой взгляд, Брюхов тихонько фыркнул себе под нос и, нарочито громко вздохнув, развел руками.
   - Ладно, оставим это, Кирилл Николаевич. - Полковник махнул рукой. - Я, собственно, вот зачем тебя пригласил... Просьба у меня имеется. Небольшая.
   - Слушаю, Олег Павлович. - Я, помимо воли, насторожился.
   - Только прошу, отнесись к ней серьёзно. - Медленно проговорил Брюхов и, дождавшись согласного кивка в ответ, договорил. - Воздержись пока от визитов в школу к Прутневу.
   - Да я, вроде бы, и не собирался... Хм. Следят за ним, или за мной? - Перебил я сам себя. Брюхов озадаченно крякнул. Потом посмотрел на меня так, словно говорящего слоника увидел... розового. И умолк. Надолго...
   - За тобой... - Прервав воцарившуюся в кабинете тишину, наконец, выдал полковник. Я кивнул. - А тебя это, кажется, не так уж и удивляет, а?
   - За моим одноклассником тоже ведётся слежка.
   - Что за одноклассник? - Нахмурился Брюхов.
   - Леонид Бестужев. Но там, охрана вскрыла филеров в первый же день. Валентин Эдуардович сказал, что работали абсолютные дилетанты. А я... впрочем, я же тоже не профессионал, мог и не заметить, если за мной кто следил. - Развел я руками.
   - Хм... Не знаю, не знаю. - Покачал головой полковник. - Как раз тебя ведут именно профессионалы. Серьёзно ведут...
   Тут, Брюхов спохватился и, натужно улыбнувшись, поторопился меня "успокоить".
   - Да ты не переживай. Приказ о твоем прикрытии уже получен. Так что, на каждого "их" филера, найдется пара-тройка "наших". В обиду не дадут. А информацию о Бестужеве-младшем мы проверим. Обязательно. Тут ведь, лучше перебдеть, чем...
   Да-а... ошарашил меня господин полковник. Как есть, ошарашил. Интересно, и кому мог понадобиться пусть эмансипированный, но пятнадцатилетний мальчишка?
  

Глава 9. Бывают люди случайные, бывают лишние, но когда категории совпадают...

   То, что предупреждение Брюхова... точнее, стаи товарищей эфирников, вовсе не дурацкая шутка, я и так знал, вот только не предполагал, насколько скоро мне придется столкнуться с подтверждением слов полковника. Два дня спокойствия, ровно столько, как оказалось, отвела мне насмешница-судьба, за что я, с одной стороны, ей благодарен, а с другой... м-да.
   Проводив Ольгу домой к отцу, благо до пира оставалось всего несколько дней, и ей просто необходимо было окинуть сотворённое Раисой, так сказать, хозяйским взглядом, Ну, а поскольку, нареченная моя, барышня основательная, она и взяла время с запасом, на исправление возможных огрехов... в общем, стоило мне выгрузить Ольгу не пожелавшую добираться на батюшкином вездеходе, у красного крыльца городской усадьбы Бестужевых и вывести "Лисёнка" за ворота, как неприятности покатили валом. Сначала, мне на хвост "упал" огромный черный внедорожник, в лучших традициях здешней моды, увешанный "люстрами", "лосятниками-кенгурятниками" и уделанный хромом по самые брови. А стоило выехать за пределы боярского городка, как это чудо польского автопрома взревело раненым бизоном и, рванув на обгон, попыталось прижать меня к обочине. Идиоты. Кинетический щит, это не только защита, при правильном подходе, он с успехом заменит трамплин. Что я и доказал. Сотворив на пределе сил давно тренируемую "горку", я просто перелетел через вездеход и, лишь приземлившись, позволил себе перепугаться. Выматерившись, я глянул в зеркало. Конечно, чёрта лысого в нём разглядишь!
   Я ощерился. Удирать? Вот еще! Удар по тормозам, поворот руля и вывернутая на полную, подача огня. Взвизгнула резина покрышек, развернув рыжего на месте. Короткий разгон, торможение. А какие знакомые бледные лица в окне!
   Спрыгнув с мотоцикла, я с ходу схватился за ручку водительской двери, и спустя секунду вытащил урода на проезжую часть. Попытавшийся вмешаться, пассажир попытался вылезть следом за водилой, но получил дверью по башке, и обмяк.
   - Здравствуй, друг мой. Тебя кто водить учил?! - Ухватив за грудки пытающегося подняться на ноги Шутьева, прорычал я.
   - К-конец тебе, мразь. На боярича руку поднял. - Прохрипел тот.
   Я вздернул уродца на ноги и, демонстративно отряхнув... точнее, размазав грязь на его форме, вежливо поклонился.
   - Ах, извините, вашество, не признал-с. Как же, как же...
   Честно, всё что я хотел, это отрихтовать этому придурку физиономию, но... не успел. Рядом раздался визг тормозов и из двух неприметных легковушек выскочили широкоплечие ребятки с о-очень интеллектуальными лицами. Эфир взбурлил, а тело будто само прыгнуло в "разгон"... вот только этим интеллигентам от Калашникова, я оказался совершенно неинтересен. Миг, и Шутьев, вместе с пассажиром спеленаты и наряжены в подавители, по совместительству, наручники. А в следующую секунду хлопнули двери автомобилей и я остался на проезжей части в сугубом одиночестве. Как идиот. Эти орлы даже вездеход Платоши прихватили... могли бы и оставить, на память, так сказать. Скинув шлем, я почесал затылок и, глянув вслед укатившим прочь шустрикам, тяжело вздохнул. Как говорил один персонаж: "Что это было?" От размышления меня отвлек шум еще одного подъезжающего автомобиля.
   - Кирилл? - И почему я не удивлён? Развернувшись, я выжидающе взглянул на выбирающегося из очередного, чтоб его!, вездехода Хромова и вздохнул. Чую, скоро у меня на джипы разовьется самая настоящая аллергия.
   - Да, Аристарх Макарович, внимательно вас слушаю.
   - Что здесь произошло?
   - Честно? Самому интересно. - Развел я руками. Ну, в самом деле, с чего я должен ему рассказывать о своих подозрениях и предположениях? - Только мы собрались поговорить по душам, как тут налетели, схватили, убежали... Вот не знал, что в Москве бояричей похищают прямо у боярского городка. Впору порадоваться своему статусу мещанина, не находите?
   - И... с кем же ты хотел "поговорить по душам"? - Прищурился Хромов.
   - Некий Шутьев. Очень ему не понравились наши с Ольгой взаимоотношения. Что будет, когда бедняга узнает, о помолвке, я даже подумать боюсь... Сляжет ведь от горя, болезный, точно говорю.
   - Ну-ну. И его сейчас... украли? - Уточнил гвардеец.
   - Ага, прямо из-под носа увели. - Развел я руками и, заметив выражение лица Хромова, заверил. - И я тут непричём, честное мещанское... Кстати, Аристарх Макарович. Извините за нескромный вопрос, а вы что здесь делаете?
   - Кха! - Хромов аж поперхнулся. - Имей совесть, Кирилл! За тобой я ехал. Мне с пульта передали, что Шутьев с самого утра у нашей усадьбы кого-то поджидает... ну а когда ты Ольгу привез... В общем, я решил что надо за тобой присмотреть. Кто знает, что взбредет в голову этому... лоботрясу. Но похищать? Мне делать больше нечего...
   - Значит, это были снусмумрики. - Заключил я. Хромов наградил меня совершенно нечитаемым взглядом и тяжко... очень тяжко вздохнул.
   - Знал я, что влюбленные дуреют, но чтобы т а к... - Пробормотал он и, включив браслет, тут же окутался коконом защиты от подслушивания. Вроде бы, надо его успокоить, но... хотя, а что я теряю, собственно говоря? Короткое письмо-просьба ушло Одоеву. А через пару минут я уже получил ответ, правда, за авторством полковника.
   Постучав согнутым пальцем по тут же недовольно загудевшему кокону и, дождавшись, пока Хромов его свернет, я продемонстрировал ему письмо за подписью Брюхова. Хорошо еще догадался письменно общаться, и то половину слов в его послании нужно вымарывать. Обсценная лексика, не самое лучшее украшение текста. А что было бы, если бы я с полковником по голосовой связи пообщаться решил? Уши бы в трубочку свернулись, наверняка.
   - Какая интересная жизнь у некоторых. - Покачал головой гвардеец, прочитав послание Брюхова и, махнув рукой, открыл дверь вездехода. - Да чёрт с вами, приключенцами. Не надо и не надо. До встречи на пиру, Кирилл.
   - И вам не хворать, Аристарх Макарович... и спасибо! - Откликнулся я, заводя Лисёнка.
   - Не за что, неугомонный. - Уже устроившись на переднем сиденье авто, отозвался Хромов и, тут же посерьёзнев, погрозил мне кулаком. - Но не дай тебе бог втянуть в эти игрища Олю. Кишки на кулак намотаю.
   - Обещаю обойтись своими силами. - Кивнул я. Гвардеец смерил меня долгим испытующим взглядом и, кажется, убедившись в серьёзности этих слов, что-то буркнул водителю. Тонированное стекло поднялось, закрывая от меня охрану Бестужевых, и внедорожник, лихо развернувшись на месте, умчался в сторону боярского городка.
   Жаль, конечно, что пришлось засветить "стрелков" перед Хромовым, но с другой стороны, иных вариантов в данной ситуации у меня и не было. Опять же, полковник Брюхов, хоть и матерился, как прапорщик... м-да... но ведь и он возражать не стал, а значит.. значит, буду считать это рабочим моментом. В конце концов, Аристарх и сам из той же "песочницы", так что болтать не будет. Чёрт, но как же неудачно получилось-то, а! И с филерами, похоже, дело - табак. Кто бы не следил за мной, увидев произошедшее с Шутьевым, наверняка насторожится. Если это, конечно, были не его люди... Но в этом случае, остается только ждать их визита. Должны же господа "следопыты" попытаться вызнать, куда делся их... кхм... работодатель. Да и самого Платона "эфирники", наверняка, расколют до донышка. А вот если филеры не имеют к нему отношения... Вот тогда, точно швах. Затихарятся, затаятся, и фиг их выцарапаешь. Плохо? Не то слово. Но что сделано, то сделано... Остается только ждать.
   Браслет тихо тирлинькнул и я, глянув на развернувшийся экран, выругался. Опаздываю! Рыжий сорвался с места и, влившись в редкий поток машин, покатил в центр города. Подарок для Бестужева я заказал и давно получил, но ведь найти презент, это было только полдела, а ведь нужно было еще сделать на нём соответствующую гравировку, и именно сегодня мастер обещал закончить работу. Если быть точным, то мы договорились встретиться в два часа дня у него в мастерской, а сейчас уже половина второго. Так что, поддать огоньку и вперед!
  

* * *

   - Значит, говоришь, эфирники его "прикрыли"? - Нахмурившись, переспросил Бестужев.
   - Две машины оперативников... как еще это можно понять? - Пожал плечами Аристарх, бездумно теребя браслет.
   - Но не могли же они приставить к нему охрану, просто "на всякий случай"! - Боярин поднялся из-за стола и, совершив круг по кабинету, замер перед сидящим на диване командиром гвардии. - Там что-то должно быть. Чую, Аристарх.
   - Я уже объявил готовность два, если ты об этом. - Откликнулся Хромов. - Но лезть к Кириллу не стоит. Видел я тех оперативников, это не гвардия и не частные охранники. Контора. Уж их ухваточки, мне знакомы, можешь поверить. Мы там только под ногами путаться будем, причём, как ты сам понимаешь, очень недолго. Буквально, до первого окрика...
   - Хорошо, в крайнем случае, он... тот, кто он есть, и должен суметь позаботиться о своей безопасности сам. - Медленно проговорил боярин. - Но приглядеть... Аристарх, только приглядеть за ним, будет не лишним.
   - Понял. - Хромов кивнул и тут же, насмешливо прищурился. - Всё же, беспокоишься о будущем зяте, а?
   - Будет он мужем Ольги или нет, пока неизвестно, но вот то, что мой партнер должен быть способным решать свои проблемы самостоятельно, это факт. Иначе, даже затевать дело не стоит. - Вздохнул Бестужев.
   - Э? - Глаза Аристарха удивленно округлились. - Но... они же...
   - Я обещал матери Ольги, что дочь выйдет замуж за того, кого сама выберет. Будь то её нареченный или... какой-то другой счастливчик. - Отрезал боярин и тут же вздохнул. - Хотя, Кирилл представляется мне чрезвычайно удачным вариантом.
   - А дочка в курсе такой вот "свободы воли", говоря языком вероятного противника? - Протянул Хромов.
   - Я похож на мазохиста? - Ответил вопросом на вопрос Бестужев. Командир гвардии хохотнул.
   - Ну, ты же хочешь отдать её замуж за человека, умудряющегося находить приключения на ровном месте.
   - Главное, у него достаточно силы и удачи, чтобы выходить из них живым, здоровым и с прибытком. А удача, Аристарх, отличительная черта настоящего боярина. - Невозмутимо пояснил Бестужев.
  

Глава 10. Личный опыт, как часть учебного процесса

   Я откинул крышку строгой палисандровой шкатулки и, полюбовавшись сверкающим на черном бархате серебром украшенным тонким чернением, покрутил в ладони перьевую ручку стилизованную под кинжал, на "гарде" которого, был выгравирован чуть видоизмененный, но узнаваемый девиз, от которого Здесь, до сих пор у знающих людей пробегают по спинам толпы мурашек. "Словом и Делом". Куда тут иезуитам с их "деи глориам"... Впрочем, Там, этот девиз тоже не забывали, хотя в последние сто лет, старались не упоминать. Другие лица, другая история. Хм. Хотелось бы мне взглянуть на Бестужева, когда он рассмотрит подарок как следует.
   Аккуратно защелкнув миниатюрный замок шкатулки, я отложил её в сторону и покосился на второй из приготовленных мною "сюрпризов". Правда, этому предмету, подарком не бывать, но ручаюсь, говорить о нём будет весь московский свет... да новгородский тоже. Ведь, если я правильно помню, то Бестужевы ой как крепко сидят именно в тамошних землях. А Здесь, Новгород, все равно что Там Петербург. Тоже ведь не раз столицей становился, причем уже после правления Ивана Калиты... Да-да, всё тот же затейник Иоанн Пятый на целых шестьдесят лет утвердил Великий Новгород новой столицей России, и не побоялся, что дети примученных его батюшкой горожан, какую-нибудь пакость подстроят. Не подстроили... или сведения о тех каверзах до нынешних времен не дошли... А его внучатый племянник, в своё время сменивший на престоле бездетного внука Иоанна Иоанновича, вполне официально провозгласил Новгород Летней резиденцией русских государей, в каковом качестве этот город до сих пор и пребывает. Но самое забавное, что зимними государевыми квартирами зовется... Ливадия, куда правители приезжают исключительно летом. Москве же остался столичный статус и полная неопределенность в статусе светском. Вот и кочуют бояре из Новгорода в Москву, из Москвы в Ливадию... И естественно, всюду натыкаются на "проклятых местных с их дурным укладом". Весело живут, короче говоря...
   Вот и я сегодня присоединюсь к этому "веселью". Кстати! Бросив взгляд на часы, я уже хотел было начать вызванивать оператора, но в этот момент с улицы раздался басовитый гудок... вовремя. Заказанное для пущей авантажности "такси", если конечно, можно так назвать этого длиннющего, черного как ночь монстра с гордым логотипом "АМО" над огромной хромированной решеткой охладителя. Хотя, будь моя воля, поехал бы на Лисёнке, но... увы. Этикет. Рыжий мотоцикл среди предстоящего апофеоза человеческого тщеславия будет выглядеть либо дурным тоном, либо тонким издевательством над остальными гостями. И хотя, я не против такой вот издёвки, боюсь те самые гости... "не поймут ведь, азияты!"
   Ну и чёрт с ними. Я подошел к ростовому зеркалу, с некоторых пор занимающему полстены в моей спальне и, окинув своё отражение придирчивым взглядом, вздохнул. Светло-серая "тройка", синий галстук-пластрон в цвет юбке Ольги, и такой же платок в нагрудном кармане, дневной костюм чтоб его! А ведь есть еще и вечерний, но он, по договоренности с хозяином дома, со вчерашнего дня дожидается меня в одной из гостевых комнат городской усадьбы Бестужевых. Всё тот же чёртов этикет!
   Поправив манжеты, я подхватил с кровати серую же шляпу, накинул на плечи легкое пальто... конечно, того же цвета, а как же! Перчатки, трость... да-да, именно так. С некоторых пор, имею полное право, точнее обязанность, щеголять на приемах с этим дрыном. А что делать, если патриархи некоторых родов помнят еще те времена, когда выйти из дома без шляпы, трости и перчаток, для мужчины было просто немыслимо! Тому же боярину Громову, между прочим, в следующем году стукнет ни много ни мало, сто двадцать лет, и могу поспорить, что эта старая перечница рассчитывает прожить еще лет двадцать, как минимум!
   Впрочем, именно сегодня, я готов смириться и с "удавкой", в цвет платью Ольги, и с понтовой заколкой для пластрона, и с запонками, и с печаткой и даже с тростью... Кстати, об аксессуарах! Чуть не забыл последний штрих... Самое главное!
   Лимузин доставил меня к усадьбе Бестужевых точно в назначенное время и, прошелестев широкими колесами по мерзлому гравию подъездной дорожки, остановился напротив Красного крыльца, где уже возвышался замерший в ожидании гостей, мажордом... конечно, Хромов. Кому, как не командиру своей гвардии Бестужев мог доверить такое дело, как встречу гостей. Бедняга! А ведь ему здесь придется торчать почти безвылазно. Сначала, он встретит всех "дневных" визитёров, потом их проводит, потом начнет встречать гостей, прибывающих на пир, среди которых, кстати, будут и уже переодевшиеся в "вечерние" наряды, "дневные" визитеры. На второй круг пойдут, ага.
   - Кирилл Николаевич, ра... - Хромов окинул меня взглядом, задержался на руке без перчатки, сжимающей трость и, еле справившись с собой, всё-таки договорил. - Рад приветствовать вас в доме Бестужевых. Прошу...
   - Благодарю, Аристарх Макарович. - Я вежливо кивнул и поднялся по лестнице, успев заметить тщательно, но безуспешно скрываемую улыбку гвардейца. А вот принявший у меня в холле пальто и шляпу, один из боярских детей Бестужевых справился с собой куда лучше. Каменная физиономия... образец игрока в покер. Ничего-ничего. Ещё не вечер.
   Как и положено согласно всё тому же долбанному этикету и мнению некоторых именитых старпёров, я прибыл в тот самый промежуток времени, что и приличествует молодому неженатому мужчине, принятому в доме хозяев пира, то есть, чуть позже начала дневной части этого... Марлезонского балета. Первой его части, если быть точным.
   Ну-с, есть будем еще не скоро, а значит... значит сейчас, я, как положено, должен обойти кучкующихся по залу, разодетых в пух и прах... по последней моде начала прошлого века, гостей, поприветствовать знакомых и представиться незнакомым. То, что надо!
   Хм, судя по тому, как посматривают на меня окружающие, Ольга уже показывалась гостям. Что вы, какое совпадение? Всё есть так, как оно выглядит, не больше, не меньше... Отслеживая напряженной до предела чуйкой поползшие по залу шепотки, уже через пару минут, я, вслед за Хромовым, пытался удержать на лице бесстрастное выражение и не позволить губам изогнуться в довольной улыбке.
   - Кирилл, ты ли это? Франт, настоя... - Взгляд неведомо откуда появившейся Лины упал на трость в моей руке, и глаза девушки ошеломленно расширились. Она замерла, но в конце концов не выдержала, и тихонько рассмеялась.
   - Тс-с... Лина, что ты тут хихикаешь? Кирилл, привет. - Мила улыбнулась, окинула удовлетворенным взглядом мой наряд, но и её взгляд наткнулся на трость, а потом и на обмотанную вокруг её набалдашника Ольгину ленту. - Ки... ки...
   - И эта туда же. - Деланно грустно вздохнул я.
   - Ну ты даешь. - Мила неверяще покачала головой, вновь окинула взглядом мой наряд и, явно еле сдерживаясь, пробормотала. - А Ольга... пометила нареченного платочком, называется! И кто на кого здесь права заявил, а?
   Сёстры переглянулись и, пробормотав какое-то подобие извинений, скрылись в холле, откуда тут же раздался их громкий и самозабвенный хохот.
   Ладно-ладно. Я подожду до момента встречи с нареченной. Мне не трудно... Впрочем, вру. Это чертовски трудно! Натыкаться на ошеломленные, удивленные и растерянные взгляды гостей, и удержать в себе смех... положительно, больше получаса я не выдержу! Эх, ладно. Пойду общаться с народом... боярским, ага.
   - Елена Павловна, доброго дня, рад вас видеть... - Я поклонился удобно устроившейся в троноподобном кресле в углу зала, вдовой новгородской боярыне Посадской, которую, по праву, стоило бы называть Филипповой, женщине знакомой Кириллу по визитам к тем же Томилиным, где эта дама наводила просто-таки панический ужас на представителей московского боярства своим неуемным характером и полным пренебрежением к столичному укладу. Встретив её здесь, я не мог удержаться и не поприветствовать легендарную женщину из не менее легендарного рода. Достаточно сказать, что Здесь, её шесть раз прабабка никогда не выходила замуж за посадника Борецкого, зато, мстя ему за смерть своего мужа боярина Филиппа и старших сыновей, сговорила двух других дам высшего новгородского света и поддержала Иоанна Третьего в его войне с Казимиром Литовским. А когда услышавший о возможном отложении Новгорода, московский государь, потрепав Литву, повернул войска на непокорный город, именно Марфа Филиппова, в девичестве Лошинская, свернув шеи добрым двум десяткам Золотых Поясов, громче всех вопившим об отъезде Новгорода к литвинам, прибыла в Гнёздово на переговоры с Иоанном Васильевичем. Результатом был так называемый Гнёздовский мир, а Марфа стала-таки настоящей посадницей. Более того, государь дозволил ей вести боярский род по женской линии, чего более никогда не бывало. Потом было много всякого, и хорошего и плохого, дочери и внучки Марфы даже побывали в заточении, когда Новгород, после ее смерти вновь попытался отложиться. И опять Иоанн Васильевич помог, только в этот раз уже Четвертый, прозванный Монахом. И опять Филипповы-Посадские оказались, что называется, на коне... В общем, богатая история, знаменитый род... Ну, как тут было пройти мимо, особенно, когда глава этого самого рода окликает гулким басом и, покрутив внушительным носом с нагло эпатирующей ухоженную публику, огромной родинкой в стиле Бабы-Яги, в голос, не стесняясь никого и ничего, интересуется, сколько раз юный Громов уже успел оприходовать боярышню Бестужеву?!
   - Милая Елена Павловна, ваша проницательность воистину не знает границ, но как мужчина, я не могу ответить на этот вопрос... По крайней мере, во всеуслышанье, и без разрешения моей нареченной. - Улыбнувшись, я потеребил ленту на трости, и услышал в ответ басовитый хохот матриарха одной из сильнейших боярских фамилий Новгорода... и не только.
   - Ха! Юный повеса, да ты, никак меня, старую, в альков зазываешь, для "личной беседы"? Оха-альник. Эх, будь я лет на двадцать моложе, сама бы тебя туда затащила. А сейчас, уж прости... поздновато. - Тут эта мощная тётка мне подмигнула, и договорила, не обращая никакого внимания на воцарившуюся в зале тишину. - Но, ежели хочешь, перед внучками за тебя словцо замолвлю. Глядишь, и сладите? А что, у тебя руда густая, злая! Знать, и моим девкам чуток той злости перепадет...
   - Вы уж простите, Елена Павловна, но пять ваших очаровательных внучек, это уже перебор. - Вздохнул я, разводя руками. - Вашим младшеньким-то, едва по десять лет исполнилось. Рановато. Да и Вере с Ниной еще расти и расти.
   - Тоже верно. - Черные, абсолютно серьёзные глаза требовательно вперились в моё лицо и Посадская договорила, всё тем же весёлым громогласным тоном. - Сойдемся на одной. Жди, на днях пришлю за тобой. Глядишь, и сговоримся, а, мастер?
   Я кивнул в ответ, но почти тут же отвлекся, почуяв кое-чьё присутствие. О да! Обернувшись, я улыбнулся и подмигнул застывшей в ступоре на пороге зала Ольге, в изумлении уставившейся на символ своего девичества, обвивший серебряный набалдашник моей трости. Месть? Ну что ты, милая! Это, всего лишь, воспитательный процесс... И он только начинается.
  

ЧАСТЬ III. ЗИМНЯЯ ГРОЗА

Глава 1. Милые бранятся? Нет, притираются... хм...

   Бестужев смотрел на мечущуюся по его кабинету дочь, и старательно прятал ухмылку. Ну уж очень потешно смотрелась взбешенная, раскрасневшаяся Ольга наворачивающая круги по ковру и, буквально, искрящая во все стороны короткими трещащими разрядами, распространяя вокруг себя запах озона. Понаблюдав несколько минут за метаниями дочери, боярин покачал головой и звучно хлопнул ладонью по дубовой крышке стола. От удара вздрогнула стоящая на столе лампа, тихо звякнув узорчатым стеклянным абажуром, а дочь замерла на полушаге.
   - Угомонись, егоза. - Тихо, но веско проговорил дипломат. На что, Ольга гордо вздернула носик, но не стала продолжать свой "забег" и, сделав шаг в сторону, присела на краешек кресла. Боярин, проследив за ней взглядом, кивнул. - Так-то лучше. Ну, а теперь, давай, сделай пару этих ваших дыхательных упражнений, успокойся и расскажи, с чего вдруг ты так взбеленилась?
   - Как?! Ты что не видел, что этот... этот... сотворил на приеме?! - Ольга аж задохнулась от гнева, и боярин вздохнул. До чего же она сейчас была похожа на мать...
   - Не понимаю о чём ты. - Нарочито отстраненным тоном проговорил Бестужев, отгоняя мысли-воспоминания.
   - Что?.. Ты... ты с ним заодно, да?! - Возмутилась Ольга.
   - Дыхание, дочь. Не заставляй меня думать, что я зря выбрасываю деньги на твоё обучение у Кирилла. - Покачал головой тот. Дождался, пока сверлящая его возмущенным взглядом, боярышня отведет глаза и примется за дыхательную гимнастику и, лишь убедившись, что та немного успокоилась, продолжил. - Я так понимаю, ты говоришь о своём учителе. Я прав?
   Сердитый кивок в ответ.
   - И что же сей уважаемый мастер и мой личный гость сделал не так, что ты на него взъелась? - Тихо поинтересовался боярин и, заметив, как дёрнулась дочь, остановил её одним жестом. - Без крика.
   - Трость... Он пришел с тростью. - Старательно сдерживаясь, проговорила Ольга, почуяв нешуточное давление в эфире, исходящее от отца. Такое с ним бывало, разве что, когда он бывал чем-то о-очень недоволен... или кем-то.
   - И в чём проблема? - Убедившись, что дочь готова слушать, проговорил Бестужев. - Он взрослый самостоятельный человек. Неженатый, не вдовый и не старый. Будь он офицером, таскал бы кортик или бебут, но он гражданский человек и ОБЯЗАН являться на пиры с тростью, если не хочет сидеть за детским столом. Ты об этом забыла? Или... или устроив представление с платком и пластроном в цвет своего платья, ты решила сделать из него эдакого юного пажа, восхищенного твоей красотой и вздыхающей о тебе, с "детского" балкона над приемным залом? А теперь, значит, бесишься от того, что он поломал твою затею...
   - Ничего такого я не хотела. - Нахмурилась Ольга. В словах отца был определенный резон, и теперь она не понимала, как могла упустить этот момент с тростью, обязательной для молодых людей, выходящих в свет. Вот только... лента! Эта мавкина головная лента, точно такая же, как та, что и сейчас удерживает ее волосы в кажущейся такой простой и незатейливой прическе! Ольга и сама не заметила, как вновь затрещал воздух от разрядов электричества вокруг неё и подняла взгляд потемневших глаз на отца. - А ленту он тоже обязан был на трость повязать?! Дражайшая Елена Павловна была в полном восторге, а уж её комментарий...
   - Знаешь, вот думать не думал, что ты у меня, оказывается, выросла такой дурой. - Неожиданно грустно заключил Бестужев, наградив дочь сожалеющим взглядом. Дескать, "это ж надо, а? И как у нас с твоей матерью могло получиться... такое?!"
   - Но... но... - Ольга даже растерялась и непонимающе захлопала неправдоподобно длинными ресницами.
   - Вот-вот. Только в блондинку покрасить осталось. - Кивнул боярин и, присмотревшись к лицу дочери, вздохнул. - Перед вечерним пиром отклеишь. И чтоб больше я этого убожества не видел. Только глаза уродуешь. Ясно?
   Ольга заторможено кивнула.
   - Замечательно. Вернёмся к Посадской. Ты что, не знаешь, что эта старая кар... почтенная боярыня славится своим презрением к условностям и готова высмеивать их где угодно, как угодно и когда угодно? А уж в интерпретации и без того запутанных значений всех этих символов, знаков и прочих забав великосветских затейников, ей и вовсе равных нет.
   - Но ведь... - Начала было Ольга, но отец повторно махнув рукой заставил её умолкнуть.
   - Итак. Раз уж ты столь плохо разбираешься в правилах этикета, давай разбирать "сотворённое" Кириллом, вместе. Начнем с трости. Слушаю.
   - Па-ап.
   - Не "папкай". Я жду. - Хоть давление эфира и исчезло почти полностью, но тон, которым боярин окоротил дочку, ясно подсказал ей, что спор неуместен... и неожиданно зачесавшаяся от неприятных воспоминаний, попа согласилась с разумом.
   - Так. - Ольга глубоко вздохнула и, сосредоточившись, начала отвечать, словно на экзамене по этикету. - Трость - обязательный атрибут, без которого ни один самостоятельный неженатый человек не может появиться на пиру или ином официальном мероприятии, за исключением государевых приемов, где оружие, к которому приравнивается и трость, недопустимо, поскольку нет в государстве места безопаснее, чем под защитой ока Государя...
   - Ну, и чего замолчала? Спросить что-то хочешь? - Спросил Бестужев.
   - Да... Отец, но ведь у трости есть и другое значение. - Чуть помявшись, проговорила Ольга. - Ну... что молодые люди берут на прием трость... после того как...
   - Не мямли. Ты дочь дипломата, или кто? - Резко оборвал дочь боярин.
   - Охм. Существует мнение, что наличие трости говорит о том, что мужчина ее носящий, уже познал женщину. - Сосредоточившись, выпалила на одном дыхании боярышня. Отец хмыкнул, и Ольга развела руками. - Но ведь правда, многие молодые люди таскают с собой трости, именно поэтому. Сама видела... и слышала их похвальбы.
   - Разумеется. Но если бы ты была внимательнее, то несомненно заметила, что они всегда носят трость на малые, неофициальные вечера и... гулянки, но никто их не попрекает ОТСУТСТВИЕМ трости, когда они сопровождают своих родителей на официальных пирах и мероприятиях.
   - Э-э... - Ольга недоуменно взглянула на отца, но ответить не успела. Вместо неё это сделал знакомый голос, раздавшийся от дверей. А в следующий момент, девушка почувствовала, как ноющая пустота в груди, поселившаяся там с того самого момента, как Кирилл привез её в усадьбу, заполняется целым ворохом чувств и эмоций. И среди них не было, ни насмешки, ни удовлетворения от сделанной пакости. Только нежность, в которую девушка тут же и окунулась... "с головой". Да так, что не сразу поняла следующие слова Кирилла.
   - Возможно, они так ведут себя потому, что знают, стоит им появиться на официальном приеме самостоятельно, без родителей, и никакая трость не спасет их от участи присутствия за "детским" столом, на "детской" же галерее?
   - А... как это? - Прогоняя сладкий туман, помотала головой Ольга, но успела заметить, как переглянулись мужчины.
   - Оленька, ты же сама только что сказала: "самостоятельный неженатый мужчина". - Со вздохом пояснил боярин. - А много ты знаешь самостоятельных и неженатых, среди боярских отпрысков? Вот-вот, система построена так, что они либо ещё несамостоятельные, либо уже женатые. Зазор слишком мал. Это Кирилл у нас выделился... опять. Впрочем, вру. Некоторое количество подобных счастливчиков имеется и среди бояричей, но их число невелико. Весьма невелико.
   Девушка резко запунцовела и только что не застонала от собственной бестолковости. Но, вспомнив о стоящем рядом Кирилле, под его же одобрительный хмык, тут же взяла себя в руки и, успокоившись с помощью всё той же, набившей оскомину дыхательной гимнастики, уставилась на нареченного.
   - Но, если всё так, то зачем ты нацепил эту ленту? И, кстати, где ты её взял? - Спросила Ольга.
   - Близняшки сдали твоего портного. Хотя я просил только указать тип и рисунок ткани. - Пожал плечами Кирилл.
   - Э-э... Но... Я убью их. - Тихо заключила Ольга, отойдя от шока. Такой подставы от сестёр нареченного она не ожидала, а ведь они, вроде бы подружились...
   - Не стоит. Они не виноваты, просто я умею быть убедительным. - Расщедрился на улыбку Кирилл.
   - Так. Не сбивай меня, я сама собьюсь. - Нахмурилась Ольга. - Лента. Зачем ты её нацепил... если отбросить вариант этой... этой Посадской.
   - Сынок, она не понимает. - Буркнул, давя широченную улыбку Бестужев.
   - Какая недогадливая у меня невеста, батюшка. - Согласился Кирилл и, пристально взглянув на ошеломленное лицо Ольги, кивнул. - Не понимает. Кстати, эти идиотские реснички надо отклеить. Глаза портят.
   - Дались вам эти накладки!!! И о чём вы, вообще, чёрт возьми, говорите?! - Взбеленилась девушка.
   - Сынок, твои словечки. Проследи, чтоб она от них избавилась. - В деланном недовольстве покачал головой боярин, а когда Ольга уже была готова броситься на... да без разницы на кого из них, лишь бы глаза выцарапать, Кирилл сжалился.
   - Понимаешь, по итогам подстроенной тобой встречи с Шутьевым, я решил, что таить нашу помолвку больше не имеет смысла. Всё одно, как показала практика, найдутся желающие потеснить меня в сторону. Так пусть у меня будут легитимные полномочия, чтобы размазать таких охотников по всем правилам этого вашего дурацкого света. В общем-то, именно для этого мне и понадобилась твоя лента. Более красноречивого знака нашей помолвки, никакие традиции не предусматривают. Ясно? Хотя интерпретация боярыни Посадской мне понравилась. Феерическая женщина. Настоящая капитал-фрау. Не знаю, поженимся ли мы с тобой, или откажемся от помолвки, но на моей свадьбе боярыня Филиппова-Посадская точно будет посаженной матерью.
   Выслушав эту тираду, Ольга перевела неверящий взгляд с отца на Кирилла и, оценив их улыбающиеся лица, тихо застонала. Засада!
  

Глава 2. А скажи-ка друг любезный...

   Напомнив Бестужеву-старшему о его обещании помочь в образовательном процессе, я оставил отца и дочь наедине, а сам отправился переодеваться ко второй, вечерней части пира. Да и отдохнуть от этих мотыляний по залу для знакомства с ближним кругом боярина, мне совсем не помешает. Но... не судьба. Стоило мне переодеться в выделенной хозяевами комнате, кстати, той же, что я занимал, когда мы с сёстрами "скрывались" от Томилиных, и устроиться в кресле с развернутым на экране браслета очередным классическим произведением, которые я неожиданно полюбил перечитывать в поисках расхождений со знакомыми мне сюжетами, как в дверь постучали.
   - Открыто! - Я свернул экран и уставился на отворяющуюся дверь.
   - Фух. - Леонид тяжело вздохнул и, не спрашивая разрешения рухнул на кровать. - Как же я за-дол-бал-ся!
   - Где ваши манеры, Леонид Валентинович? - Состроив брезгливую физиономию, поинтересовался я, наблюдая как одноклассник с наслаждением срывает с шеи завязанный пышным узлом пластрон.
   - Не начинай, Кирилл. А то не посмотрю, что ты староста и, вообще, весь из себя... мастер. - Покосившись на меня, проговорил Лёня. - Кстати, насчет старосты... Ты, когда затеял всю эту возню с клубами, знал, что участникам надо будет отчитываться об их деятельности?
   - Разумеется. - Кивнул я. - В правилах это было описано. А что? Трудно написать пару листов отчёта?
   - А... понятно. Думаешь, самый умный, да? - Прищурившись, кивнул Леонид. - Так вот, я тебя сейчас спущу с небес на землю. Чтоб ты знал, помимо "пары листов" отчета, нужно представить администрации практическую часть. Проекты, Кирилл... проекты! Ладно, моделисты с артефакторами, они любую модель могут притащить, вот и готов полноценный проект. А остальные? Рукопашники, вышивальщицы, музыканты и хор... да ты сам, наконец, со своим "ядовитым клубом"... Кого травить будешь, в качестве проекта, а?
   - Твою ж дивизию. - Протянул я. Как говорил наш ротный во времена оны: "Это залёт, боец!". Попал. Так, стоп. Спокойствие, только спокойствие. Леонид только что об этом узнал? Ой, вряд ли. Вот не верю я, что этот самопальный букмекер и сын дипломата по совместительству, мог пропустить такую информацию мимо ушей. Не при его отношении к делу. А значит, кто-то просто решил мне попенять за то, что я забросил свои обязанности. - Та-ак. И когда же нас ждет это счастье? Завтра?
   - Если бы показ проектов был назначен на завтра, ты был бы уже трупом. - С ехидной улыбкой просветил меня Леонид и, заметив недоумение в моих глазах, с готовностью пояснил, - мы бы тебя всеми младшими классами закопали на заднем дворе школы. И памятник поставили бы... с табличкой: "Посвящается ленивым старостам". В общем, всё не так страшно. Перед рождественскими каникулами будет общешкольный показ. Участвуют все клубы. Думаю, изначально предполагалось, что всё будет, как и раньше. То есть дело ограничится небольшим марафоном-попурри сцен из разных спектаклей, плюс открытое заседание дискуссионного клуба, ну и короткое выступление тех же фехтовальщиков... Говорят, классное представление, кстати. Но, тут влез один староста...
   - Нечаянный староста, напомню. - Вмешался я в диалог Леонида и тот моментально сбился. Но тут же оправился от моего "подлого удара".
   - Именно так, обиженный нечаянный староста. - Ухмыльнулся Бестужев-младший. Язва этакая. - И дело приняло совсем необычный оборот... В общем, двадцать шестого числа, для наших клубов выделяют основной зал. Места хватит всем... но никто не знает, что делать. Так что... у нас проблемы, Кирилл Николаевич.
   - Понял. - Вздохнул я. - И вот надо же было тебе рассказать мне об этом именно сегодня, а Леонид Валентинович?
   В ответ, тот только руками развёл.
   - Кирилл, это ведь, действительно, была твоя затея. Помоги ребятам, а то, мы вчера после занятий и так три часа головы ломали, и ничего толком не придумали.
   - Да я же не отказываюсь, Лёнь. Просто... чёрт, как же невовремя. - Я поднялся с кресла и, встав у окна, уставился на раскинувшийся за ним парк. - Ладно. Я подумаю, что можно сделать. Скинь мне последние данные по клубам. Кто управляет, сколько человек... и номера браслетов руководителей, для связи. У тебя они наверняка есть.
   - Уже. - Голос заместителя повеселел. Вот интересно, с чего бы это? Неужто так верит в своего старосту? Я покосился на Лёню, сосредоточенно бьющего по невидимой мне клавиатуре браслета, и вздохнул. Вот кого надо на эту должность ставить. С таким старостой, класс будет как за каменной стеной. А я со своими вечными делами вне школы... нет, решено. После каникул проведем "перевыборы". Думаю, никто не будет возражать против замены "игрока". А Лёня? Хм... вот уж этот точно никуда не денется. - Кирилл, я, собственно, чего зашёл. Это правда, что ты фактически заявил о помолвке с моей сестрой?
   - Да. - Кивнул я, отвлекаясь от размышлений и дёрнулся, когда младший Бестужев, вдруг подскочил с кровати и, оказавшись рядом, уставился на меня о-очень серьёзным взглядом.
   - Обидишь Ольгу, станешь мне врагом. Я не шучу. - Неожиданно холодным безапелляционным тоном проговорил Леонид... и я ему поверил. Впрочем, уже через секунду, на меня смотрел всё тот же неугомонный заместитель с вечной полуулыбочкой на губах. - Итак. Когда свадьба?
   - А её, может и не быть. - Пожал я плечами, разом стирая с лица приятеля его улыбку.
   - А в лоб? Кирилл, я серьёзно. Ведь не посмотрю на разницу в силе.
   - Да угомонись ты, Аника-воин. - Я толкнул насупленного Бестужева, и тот рухнул в кресло, не переставая сверлить меня недовольным взглядом. - Ни Ольга, ни я, пока не собираемся устраивать свадьбу.
   - Но-о... вы же... вы... Да что, я не видел, как вы друг на друга смотрите, что ли?! - Возмутился Бестужев. М-да уж, заявочка. Р-романтик, чтоб его... - Да вы когда в одной комнате находитесь, Эфир с ума сходит... Я же не бездарный, чувствую!
   Оп. А вот этого я не замечал... хотя, если подумать, то иначе и быть не могло. Мы же с Ольгой, постоянно в резонансе. Ничего удивительного, что сами этих возмущений вокруг нас, не чувствуем. А вот окружающие... М-да. Хорошо, что я разблокировался, только в кабинете Валентина Эдуардовича. Иначе, боюсь, никто из гостей бы и не подумал, что Посадская просто пошутила в своём репертуаре.
   - Так, Леонид, угомонись. Во-первых, спасибо, что сказал насчет Эфира. Мы с Ольгой просто не замечали своего влияния на Эфир... в этом плане. Во-вторых. Да, мы действительно очень хорошо относимся друг к другу. Вот только не забывай, что это не просто наша с Ольгой влюбленность, а еще и результат воздействия наших мам. Уж не знаю, как и что наворотили эти биологи и евгеники, но крышу у нас сносит капитально. И именно поэтому, мы не хотим торопиться.
   - Чтобы, если вдруг... то не пришлось пожалеть? - Понимающе протянул Леонид.
   - Именно. Представь, года через полтора воздействие сойдет на нет, и мы с Ольгой вдруг поймем, что совершенно не подходим друг другу. А кольцо уже на пальце. И что, добиваться аудиенции у Государя, чтобы просить о разрешении на развод, которое тот еще может и не дать? Были бы живы мамы, можно было бы узнать у них, сколько продлится этот... эффект, а так... Лучше мы подождём.
   - А я читал, что невозможно заставить двух людей полюбить друг друга... - Вздохнул Леонид. - После того разговора, помнишь, когда ты только-только к нам приехал? Вот, тогда я очень много информации нашел по этому поводу. И все источники сходятся в одном: невозможно насильно привить любовь к кому-нибудь. Заставить возжелать... э-э... физически, так сказать, пожалуйста. А вот, чтобы как у вас с Ольгой...
   - Я не думаю, что родители делали что-то подобное. Скорее, воспользовались уже заложенным соответствием и как-то обеспечили срабатывание механизма "отбора", так сказать. Но как они это сделали, я не понимаю. И Ольга тоже. А рисковать мы не хотим. Так что, со свадьбой придется подождать, как минимум, до моего официального совершеннолетия. А там уж видно будет. - Я развел руками. Леонид покивал и, бросив взгляд на браслет, неожиданно выругался.
   - Извини, Кирилл. Но я опаздываю. Вот-вот должны начать собираться гости, и мне нужно присутствовать. Сегодня, детский сад на моей шее. - Последние слова, Леонид договаривал уже с порога и, выкатившись в коридор, исчез. А через секунду, дверь вновь открылась, пропуская уже переодевшуюся к пиру, Ольгу.
   Я окинул взглядом её точеную фигурку облаченную в какое-то невообразимое кремовое платье, одновременно облегающее и словно струящееся... и невольно замер в восхищении.
   - Ты бесподобна. - Хрипло проговорил я, когда девушка, явно заметившая произведенное ею впечатление, подошла... нет, скользнула по паркету, словно проплыла, и оказалась в шаге от меня.
   - Спасибо. - Оля медленно кивнула, и вдруг, тряхнув головной, с улыбкой попросила, - Кирилл, закройся на секунду, пожалуйста! А то, так недолго и манию величия заработать. Ох. Вот так-то лучше. Честно говоря, никогда не верила, что мужчины способны на такое... такое чувство.
   - Что ж мы, по-твоему, совсем "чурбаны бесчувственные"? - Возмутился я, когда ко мне вернулась способность говорить.
   - Нет, конечно, просто... просто, я всегда считала, что мужчина так смотрит на женщину, когда... ну...
   - Ну да, а факт, что мы способны восхищаться красотой как таковой, вам и в голову не приходит. - Вздохнул я. Ольга виновато развела руками. Но тут же улыбнулась и протянула мне... ленту. Под цвет вечернего платья, разумеется.
   - Вот, возьми... - Проговорила Ольга и, помявшись, добавила. - И прости. Я больше не сделаю такой ошибки, как в случае с Платоном. Никаких игр "втемную"... Отец прав, это унизительно.
   Я и не подозревал, что у Валентина Эдуардовича такой талант воспитателя... Хм. Что ж, честь ему и хвала. Я-то думал, что придется устраивать еще не один сеанс аллопатического лечения, а оно, вон как вышло. Отрадно!
   Если бы еще не слуги, каждые пять минут долбящие в дверь, я был бы вообще счастлив, а так, пришлось прервать Ольгины извинения на самом интересном месте... Ну да ладно, пир не вечен, и у нас впереди целая ночь.
  

Глава 3. Хоть Бог и запретил...

   Поправив соскользнувшее одеяло, я полюбовался сладко посапывающей Ольгой и, осторожно выбравшись из кровати, побрёл в ванную. Закончив с утренними процедурами, я вернулся в комнату и, обзрев разбросанные по ней вещи, хмыкнул. М-да, зажгли, называется. Впрочем, ничего удивительного. Пир, хоть и не обязывал шататься по залу с приклеенной улыбкой, вежливо раскланиваясь с гостями, тем не менее, оказался штукой не менее тягомотной, нежели дневной приём. В общем, нам с Ольгой просто необходимо было сбросить пар... и вот, честное слово, получилось просто замечательно...
   Впрочем, вру, кое-что интересное на пиру было, но не думаю, что нареченная одобрит произошедшее. Я бросил взгляд на явно не собирающуюся просыпаться Олю и, решив её не будить, полез в шкаф, куда вчера, по приезде в усадьбу, забросил свой бессменный рюкзак. Отыскав под сбруей с оружием спортивный костюм и кроссовки, я быстренько оделся и отправился на пробежку. Оля? Пускай, спит. Время, только шесть утра, а у меня, к тому же, есть одно дело, во время разруливания которого, её присутствие совсем нежелательно.
   Кивнув охраннику, я дождался, пока тот ответит на моё приветствие и откроет ворота, после чего, Рыжий взревел двигателем и буквально прыгнул вперёд, на пустынную по раннему времени улицу боярского городка. Понеслись мимо меня длинные каменные ограды, за которыми сливались в одну серо-черную пелену ветви голых деревьев. Редко-редко, навстречу попадались автомобили, среди которых, к моему удивлению не было ни одного столь любимого именитыми "вездехода". Впрочем, для них пока слишком рано. Сейчас время небольших грузовичков доставки и легковых машин принадлежащих едущим по делам слугам или небогатым боярским детям. А вот за мной машин не было, хотя я и обогнал пару-тройку тихоходок. Я еще раз сосредоточился и, убедившись, что Эфир за спиной чист, облегченно вздохнул. Ну да, да, дую на воду. Но мне действительно очень не хочется повторения опыта с Платоном... кстати, надо будет заглянуть в "Девяточку", пострелять, поболтать. Заодно, узнаю, чем чёрт не шутит, может Шутьев что-нибудь сказал... интересное. Хотя... скорее, это ему что-то сказали. Уж больно тих и незаметен был боярич вчера на пиру. Даже не поел толком, хотя на столе, прямо перед ним лежали такие замечательные перепела... я пять раз просил его передать мне блюдо с этими птичками. А что? Они хоть и вкусные, но мелкие... на один зуб, буквально! А паштеты... нет, положительно, Валентину Эдуардовичу просто несказанно повезло с зазнобой. Раиса, просто кудесница кастрюль и поварёшек...
   Так, бубня про себя бессмертное Там творение Владимира Маяковского: "Ешь ананасы, рябчиков жуй...", я заглушил двигатель "Лисёнка" у спуска к памятному пруду и, закинув шлем на сгиб локтя, принялся спускаться к пристани. Судя по тому, что рядом с моим мотоциклом не оказалось ни одной машины, я сделал вывод, что приехал первым и, оказавшись у зеркала пруда, уверился в своей правоте. Тихо, прохладно... и никого. Уток с лебедями и тех нет, улетели по осени.
   Глубоко вдохнув чистый воздух... ну, почти, чистый, но "новик" я или нет, в конце-то концов? Я огляделся по сторонам и, не увидев ничего интересного, уселся на небольшую скамейку под раскидистым боярышником, цепляющимся своими корнями за крутой склон. Но долго наслаждаться тишиной и одиночеством, в это холодное утро мне не пришлось. Чуйка, с самого утра работающая как папа Карло, доложила о приближении гостей. И в самом деле, не прошло и десяти секунд, как наверху раздался чуть слышный скрип тормозов, хлопнули двери и на спуске показалась троица ожидаемых мною... хм-м... собеседников. Точнее, к таковым относился лишь один из визитёров, остальные же должны были стать... ну да, да... секундантами они будут. Я же говорю, на пиру не обошлось без интересностей...
   - Доброе утро, господа. - Я кивнул всем троим, но ответ получил лишь от двоих, тех самых будущих секундантов. Подтянутые, спортивные ребятки с невыразительными лицами, одинаково короткими военными прическами, в одинаковых костюмах, которые можно было бы назвать деловыми, если бы не кое-какие мелочи... человеку несведущему незаметными, но превращающими с виду обычный костюм во вполне удобную для активного движения одежду. Телохранители моего противника, собственно, как мы и договаривались. Ну да, тащить в качестве секунданта Леонида было бы тонким издевательством над вызвавшим меня бояричем. Это ж не поединок со школьниками, а полноценная дуэль меж взрослыми... м-да уж, людьми. Привлекать же того же Хромова, мне было бы не по чину... боярский сын рода Бестужевых, нет... никаких традиций я бы не нарушил, и никто бы ничего не сказал, но выводы, заинтересованные лица сделали бы. Они ж не знают, что у меня просто нет взрослых людей, знакомых настолько хорошо, что я мог бы доверить им право наблюдателя на дуэли... Так что, пусть будут люди моего оппонента. Тем более, наш разговор видело и слышало вчера достаточно людей, чтобы я мог не опасаться за честность поединка. Каким бы ни был исход нашей встречи, в случае смерти одной из сторон, разбираться в обстоятельствах будут скрупулёзно... и совсем не бояре. Ну а причин сомневаться в том, что и мой противник это понимает, у меня нет.
   - Кирилл Николаевич. - Оказавшийся рядом со мной, один из "гостей" коротко, по-военному резко кивнул и представился, - Меня зовут Андрей Апполинарьевич Вешков. Я буду вашим секундантом, если не возражаете.
   - Ничуть. Приятно познакомиться, Андрей Апполинарьевич. - Качнув головой, ответил я. Помню его, весь вечер ходил за своим бояричем, как привязанный. Что ж, это даже к лучшему...
   - Замечательно. Вы готовы? - Получив утвердительный ответ, Вешков извинился, и отправился навстречу ожидающему его в пяти метрах напарнику-коллеге. Мой противник же, остался стоять ещё дальше, метрах в десяти от своего секунданта.
   Наблюдатели переговорили и через десять минут ритуальных "танцев с бубнами", вроде обязательного предложения о примирении, и перечисления запрещенных к использованию мощных площадных техник, из которых я не мог выполнить ни одной, в отличие от моего противника-"воя", молвой причисляемого к "старшим". В общем, спустя еще десять минут с формальностями было покончено и нас четверых накрыло артефактной полусферой диаметром в добрых полсотни метров, призванной защитить окружающее пространство от возможных разрушений.
   Понеслась! Разгон, легкий кинетический щит возник передо мной, словно сам по себе и тут же развернулся под небольшим углом пропуская вскользь запущенную в меня метровую сосульку, по какому-то недоразумению названную "Ледяной иглой". Шустрый парень! Но ведь, всё равно не успеет...
   Перелетая на полной скорости через замерцавший щит, я выпростал руки из-под куртки. Вперёд-вперёд-вперёд! Оказавшиеся в моих ладонях, ругеры захлопали, изрыгая напичканные под завязку энергией иглы, заставляя искажаться и расползаться водяной щит моего противника. Изумлённое лицо боярича стало достойной наградой за преподнесенный сюрприз и вчерашнее поведение. А через секунду я вошел в его личное пространство, просто порвав не выдержавший двух десятков попаданий щит. Опустевшие пистолеты не успели упасть на деревянный настил пристани, когда мой кулак врезался в челюсть противника, сминая её и разбивая полные губы, вчера на пиру так кривившиеся от презрения, цедившие, прямо скажем, весьма неприятные слова в мой адрес. Не останавливаясь, другой рукой "правлю" картину, сворачивая челюсть боярича в противоположную сторону. Серия ударов в корпус, на которую ошеломленный, "поплывший" противник не может ответить, и, как завершение, мощный удар в нос. В стороны медленно, веером разлетаются брызги крови. В детстве, мы это называли "пустить юшку"... Хм. К моему удивлению, дуэлянт закрывает глаза и... падает, словно подрубленное дерево. Не расслабляя чуйки, выхожу из разгона и оглядываюсь на замерших на своих местах секундантах. М-да. Перевожу взгляд на лежащее, вытянутое, словно по струнке, тело противника. Мортал Комбат, чтоб его... Флоулесс виктории. Кхм.
   - Господа? - Подтягивая "телекинезом" ругеры, обращаюсь к секундантам, уже успевшим прийти в себя.
   - Кирилл Николаевич, у нас нет претензий. - Тихо произносит Вешков, знаком приказывая своему напарнику опустить выхваченный ствол. Тот морщится, но пистолет убирает. А вот молчать, он явно не собирается.
   - Андрей, но он же стрелял!
   - Когда Кирилл Николаевич получил вызов, он задал вопрос касательно оружия. Вячеслав Еремеевич ответил, цитирую: "Хоть из гаубицы пали..." конец цитаты. - Ровным тоном ответил мой секундант, опустив пару эпитетов своего шефа, которыми тот сопроводил своё "дозволение", и второй секундант сник окончательно. Ну да, стал бы я заморачиваться с прямым нарушением правил? А так, боярич сам дал мне великолепную возможность для манёвра. Но даже если кто-то попробует возмутиться... иглы были заправлены под завязку чистой энергией, а не рунными зарядами, которые, кстати, только и могут нанести урон стихийникам... теоретически.
   - Хм, Кирилл Николаевич, позвольте один вопрос. - Пока секундант боярича пытался привести своего валяющегося в отрубе шефа, в чувство и вправлял на место его перекошенную челюсть, вовсю фоня целительскими техниками, Вешков подошел ко мне и, наблюдая, как я меняю трубчатые магазины ругеров, поинтересовался. - А если бы я не успел остановить Артура?
   Я кивнул за спину телохранителя, а когда тот обернулся, чтоб посмотреть, на что я указываю, скамейки, рядом с которыми, собственно, и стояли секунданты во время боя, взмыли в воздух и с грохотом обрушились наземь.
   - Впечатляет. На такую атаку, мы бы могли и не успеть отреагировать. - Почесав бровь, секундант хмыкнул. - Но... впрочем, ничем другим, место для дуэли разметить здесь нечем. Вы предусмотрительный человек, Кирилл Николаевич. А...
   Не знаю, что еще хотел сказать Вешков, его прервал слабый голос с трудом поднимающегося на ноги боярича Вердта.
   - Поздравляю с победой. Это была самая хреновая дуэль в моей жизни. - Ну да, говорит невнятно, зато самоиронии хоть отбавляй. - Кирилл, вы не против, если я буду звать вас по имени? Все-таки, разница в возрасте у нас довольно большая...
   - Десять лет, это две трети моей жизни, Вячеслав Еремеевич. Не возражаю. - Кивнул я.
   - Тебе пятнадцать?! - Боярич было расхохотался, но тут же застонал от боли в отбитых рёбрах... и челюсти. - Ух... ё-ёо. Кому сказать, что меня так мальчишка отделал, не поверят. Камнедробилка, а не кулаки... Прошу извинить за вчерашнее, Кирилл. Честно говоря, увидев, кому повезло получить руку и... думаю, не ошибусь, если скажу "сердце" Ольги, я был несколько...
   - Взбешён. - Подсказал я, и боярич снова попытался рассмеяться. С тем же результатом.
   - Именно. - Вячеслав кивнул и, окинув меня долгим взглядом, протянул руку. - Мир, Кирилл?
  

Глава 4. Куда вас, сударь, к чёрту, занесло

   Вячеслав Еремеевич Вердт, гвардеец Московского легкого бронеходного полка, оказался типичным рубакой и повесой, словно сошедшим со страниц истории. Эдакий классический гусар. Бретёр, балагур, пьяница, ловелас и игрок. Честно слово, вот не думал, что такие еще есть! Впрочем, здешняя история сильно отличается от Тамошней, а некоторые традиции, как оказалось, гораздо легче переживают века, чем революции. В общем, так неудачно начавшееся знакомство, завершилось вполне мирно. Ну да, полаялись, подрались... можно и мировую выпить. Кхм. А вот тут мне пришлось развести руками. Вячеслав сначала нахмурился, потом задумался, а уж после расхохотался во весь голос.
   - Простите, Кирилл. Меня опять ввела в заблуждение ваша серьёзность. - Признался Вердт, когда, во время заказа завтрака в небольшом заведении у Каланчовой площади, я отказался от алкоголя. - Совсем забыл о возрасте. Но, может, все же по бокалу вина? Хотя бы попробуете, что это такое.
   - Извините, Вячеслав, но нет. - Я покачал головой.
   - И почему же? - Приподнял бровь мой собеседник, одновременно принюхиваясь к принесенному официантом горячему паштету.
   - Во-первых, потому что уже пробовал алкоголь и не нахожу его столь уж притягательным. Во-вторых, закон запрещает продажу вин лицам не достигшим совершеннолетия. Ну а в-третьих...
   - Да-да? - С легкой усмешкой поторопил меня Вердт.
   - А в-третьих, в отличие от вас, Вячеслав, я не мучаюсь с похмелья, и не имею нужды употреблять вино в... половину восьмого утра. - Я отразил улыбку моего собеседника. А когда тот демонстративно покаянно поник головой, договорил. - Кстати, советую лечиться не вином, а рассолом. Лучше всего, капустным... по крайней мере, мне он кажется вкуснее того же огуречного. Но это уже на ваш выбор.
   - Кирилл, открою вам страшную тайну. - Прекратив изображать кающегося грешника, Вердт фыркнул. - Рассол, не панацея. Особенно, когда вечером угощаешься не водкой, а вином и коньяком.
   - Что ж. Вам виднее, Вячеслав. - Пожал я плечами, налегая на рисовую кашу с изюмом, от вида которой, моего собеседника ощутимо передернуло. Да-да, по сравнению с заказанными им блюдами, мой скромный завтрак казался нарочито детским... Зато вкусным и сытным, в отличие от микроскопических порций "навороченных" закусок стоящих перед Вердтом.
   - Кирилл, а где вы научились так стрелять? - Неожиданно перевел тему мой бывший противник. - Судя по тому, как расползался мой щит, вы били в одну и ту же точку. Хм... если посчитать... да, разброс был не больше десяти-пятнадцати сантиметров. На бегу, из автоматического оружия, с двух рук... Это была незаурядная стрельба, должен сказать.
   - Что значит "научился"? - Я поставил на стол стакан с апельсиновым соком. - До сих пор учусь. Стрелковый клуб "Девяточка" в Преображенском. Замечательное место.
   - Ого! - Вячеслав покачал головой. - Однако... Недешёвое место.
   - Вы знаете этот клуб?
   - Нет, именно "Девяточка" мне незнакома. Но в Преображенском просто нет недорогих заведений. Да и попасть без протекции, в большинство тамошних клубов почти невозможно. Ну да ладно. Собственно, я вот к чему веду... - Вердт побарабанил тонкими пальцами по столу и решительно кивнул сам себе. - Как смотрите на то, чтобы заглянуть на наше стрельбище? Мы хоть и бронеходы, но стрелковое оружие ценим, и среди моих однополчан найдется не один любитель пощеголять своей меткостью.
   - Почему бы и нет? - Согласился я, и гвардеец мечтательно улыбнулся. Хм, вот я не я буду, если он уже не представляет себе, как собьет спесь с кого-то из своих сослуживцев.
   Жаль, что нашу беседу вскоре пришлось свернуть. Одновременно зазвонили браслеты, и мы, переглянувшись, одинаково пожали плечами. В один голос рассмеявшись, мы с Вячеславом пожали друг другу руки и, оставив на столе плату за завтрак, потянулись к выходу. Каждый, по своим делам. Уж не знаю, кто вызывал бронеходчика, а мне пришло сообщение от Ольги, в котором нареченная очень вежливо интересовалась, куда это унесло её любовника, жениха и, по совместительству, учителя, из теплой постели, да с утра пораньше.
   - Уже еду, милая. - Сбросив короткое послание, я оседлал "Лисёнка" и, захлопнув забрало рыжего шлема, поддал огня. Обогнав АМОвского "толстяка" Вячеслава, я просигналил ему на прощанье и, получив в ответ рёв клаксона, больше напомнивший мне вой корабельного "ревуна", прибавил ходу.
   Вопреки моим ожиданиям, первым человеком, встретившемся мне в усадьбе, если не считать охранника на воротах, была вовсе не Ольга, и даже не Леонид. Бестужев-старший стоя на Красном крыльце, окинул меня внимательным взглядом и, довольно кивнул.
   - Доброе утро, Кирилл. - Прогудел боярин, когда я поднялся по высокой лестнице и оказался рядом с ним.
   - Доброе, Валентин Эдуардович. - Кивнул я и, заслужив еще один очень внимательный взгляд, не выдержал. - Что-то не так?
   - Да вот, ищу страшные раны... и проверяю наличие головы. - Вздохнув, усмехнулся Бестужев. Но тут же стал убийственно серьёзным. - Кирилл, ты каким местом думал, ввязываясь в дуэль? Вердт старше тебя на десяток лет, он гвардеец, воин. А ты? Юнец, ты о чём думал, вообще? Или решил, что раз ты весь из себя такой монстр Эфира, то вой тебе на один зуб?!
   - Валентин Эдуардович, давайте продолжим наш разговор в кабинете? - Тихо попросил я. И вот понимаю же, что человек просто волнуется за меня, но... желания попустительствовать таким наездам, этот факт мне не добавляет.
   Бестужев, кажется, и сам понял, что несколько переборщил, поскольку, едва мы оказались в его кабинете, и устроились за журнальным столом, тут же заставленным чаем и заедками к нему, Валентин Эдуардович покосился на меня с некоторым смущением... может быть и деланным, но ведь дал же он себе труд, хотя бы продемонстрировать это чувство...
   - Извини, Кирилл. Увлёкся. - Посетовал боярин, разливая по чашкам ароматный и горячий напиток. - Просто, когда охрана доложила, что ты куда-то уехал, да еще и с оружием... Хм. Жаль, что Хромов не успел просмотреть все записи с пира до твоего отъезда... Мы бы хоть охр... секундантами тебя обеспечили.
   - Валентин Эдуардович! - Воскликнул я. - По-моему, вы утратили веру в человечество. Неужели, вы всерьёз предполагаете, что кто-то из ваших гостей мог оказаться настолько... непредусмотрительным, что при встрече с ними, мне было не обойтись без... своих секундантов?
   - Не ерунди, Кирилл. - Покачал головой Бестужев. - Сам же всё прекрасно понимаешь...
   - Не совсем. - После минутного молчания, ответил я. - Объясните, Валентин Эдуардович. Я ни на секунду не поверю, что вас беспокоит только возможное бесчестное поведение моих противников на дуэлях. В чём дело?
   - Ты уже забыл про происшествие с Шутьевым? - Вопросом на вопрос ответил боярин. - Или думаешь, раз он затих, то и проблем не доставит? Ошибаешься. Я уж молчу про тех людей, что его похитили. Не просто так же они появились рядом с вами на той дороге? Кирилл... я пока не знаю, что вокруг тебя происходит, но что-то есть. Чую. А своему чутью я привык доверять, знаешь ли. Так что, послушай доброго совета, будь аккуратнее...
   - Валентин Эдуардович, ну что вы такое говорите? - "Удивился" я. - Шутьев? Да, вам ли не знать, с какой стати он на меня взъелся? Наверняка ведь, Ольга всё рассказала. Так? Так. Похитители? Так, об этом самого Платона нужно спрашивать. А может быть, кого-то из его родни. Того же боярина Шутьева, например.
   - Не надо пудрить мне мозги. Хромов узнал в нападавших государевых людей. И я могу тебя уверить, род Шутьевых не имеет никаких проблем с законом и никогда не привлекал к себе такого... негативного внимания государя. Они, конечно, не опричники, но в политику не лезут. Уж в этом я могу тебя уверить со стопроцентной гарантией. А значит, дело касается тебя...
   - Почему сразу меня? - Возмутился я. - Может, сам Платон что-то натворил, и род к его проблемам не имеет отношения?
   - Потому что, в отличие от Шутьевых, при первой же попытке навести справки о тебе, мои источники в Преображенском Приказе резко замолчали. Ясно? - Бестужев на миг умолк и, вздохнув, договорил. - Ладно. Не скажу, что меня устраивает твое отношение к происходящему, но тут я ничего не могу поделать. Поэтому, просто прошу, будь осторожен. Подумай об Ольге...
   Срезал.
   - Я буду трижды осторожен, Валентин Эдуардович. - Помолчав, ответил я. - Обещаю.
   - Вот и ладно. Вот и хорошо. - Облегченно вздохнул Бестужев, откидываясь на спинку кресла. Но уже через секунду, глаза его широко раскрылись. - Стоп! Что значит "дуэлях"?! Сколько у тебя их назначено?
   - Сегодня была одна. - Честно ответил я. - Кстати, Вердт оказался совершенно замечательным типом. Мы договорились с ним, съездить как-нибудь на стрельбище его полка. Надеюсь, мне позволят там порулить боевой платформой.
   - Мальчишка! Не заговаривай мне зубы. Сколько всего?!
   - Хм... - Я открыл кондуит браслета и, пробежавшись по списку, кивнул. - Ещё четыре осталось.
   - Отошлёшь условия Хромову, он даст тебе секундантов. - Обреченно покачав головой, пробормотал Бестужев.
   - Извините, Валентин Эдуардович, не хочу вас обидеть, но у меня уже есть секундант. - Усмехнулся я, отчего лицо моего собеседника перекосило.
   - И кто же он, надеюсь, не Леонид? Такого издевательства тебе противники не простят. - Успокоившись, спросил боярин.
   - Понимаю. Поэтому и отказался от его помощи, хотя Лёня настаивал. А секундантом на моих следующих дуэлях обещался быть Вердт. Я же говорю, совершенно замечательный тип...
   Бестужев хлопнул себя ладонью по лбу и я, клянусь, услышал его тихие слова... Крик души, можно сказать.
   - Да, два дебила, это сила...
  

Глава 5. Выходной, не повод для безделья

   Подумав над разговором с Бестужевым, я вынужден был признать, что легкость с которой я отнесся к происходящему вокруг, просто непозволительна. Дуэли? Да чёрт с ними. Но вот то, что я так просто и незатейливо забыл о своих разногласиях с Громовым-старшим, иначе как шапкозакидательством назвать нельзя. Да и слежка, обнаруженная людьми Брюхова, как бы намекает... что не один Георгий Дмитриевич имеет на меня какие-то виды. Хм... А может, это, как раз, его рук дело? Но, зачем?
   Я потёр лоб, словно это могло помочь ускорить мыслительный процесс но, заметив зашедшую в трапезную Ольгу, оставил размышления и, улыбнувшись, шагнул ей навстречу.
   Может быть, мы с Олей так и проворковали бы до самого вечера, если бы не ворвавшийся в комнату Леонид. Успев заметить как мы отшатнулись друг от друга, Бестужев-младший фыркнул и выжидающе уставился на меня. Что?
   - Проекты, Кирилл. У нас всего семнадцать дней, это две с половиной недели. Ты же не хочешь памятник? - Со вздохом напомнил мне заместитель. Точно. Ещё и это...
   - Извини, Лёнь. У меня пока не было времени подумать над этим. - Признался я.
   - Конечно-конечно. Ты ведь у нас теперь так занят... - Издевательски протянул боярич. - То сестру мою потискать надо, то по городу побегать, с утра пораньше...
   - Кстати, Кирилл, ты так и не сказал, где был утром. - Заметила Ольга, пропустив мимо ушей замечание брата насчет "тисканья". Но если судить по эмоциям моей нареченной, это была только видимость. Да и то, что братец прервал нашу... хм... беседу, ей явно не понравилось.
   - Решал дела связанные с моим новым статусом. - Развел я руками. Оля нахмурилась, что-то вспоминая, а через секунду её взгляд зашарил по мне, очевидно в поисках повреждений. Не удовлетворившись этим, девушка взмахнула ладонью, окутывая меня диагностическим воздействием и, лишь убедившись, что всё в порядке, облегченно вздохнула. - Мог бы и предупредить...
   - Чтобы ты поволновалась зря? - Пожал я плечами. Вот только продолжить начинающееся препирательство нам не удалось, хотя желание Ольги хорошенько меня отчитать, читалось в её эмоциях очень чётко. Но вмешался Леонид, за что ему большое спасибо.
   - Эй, вообще-то, я здесь. Забыли?! - Бестужев-младший уселся на стол и повернулся ко мне. - Кирилл, пожалуйста, свяжись с нашими, переговори. А то они меня уже достали. Браслет звонит, чуть ли не с шести утра, не прекращая. У меня больше полусотни сообщений уже, и чую, будет ещё больше!
   Мда, не забыть бы еще и о слежке за Леонидом... Надо будет поинтересоваться у Валентина Эдуардовича, может быть его люди уже выяснили, кто устроил этот фарс?
   - Алло! Кирилл, ты меня слышишь? - Я взглянул на насупившегося, сверлящего меня недовольным взглядом Бестужева-младшего...
   - Да, извини, Лёнь. Задумался. - В ответ на эти слова, заместитель побагровел, но тут же сдулся, услышав окончание фразы. - Я сегодня же всех обзвоню и переговорю. А в понедельник соберемся после занятий и устроим мозговой штурм. Устраивает тебя такой вариант, совесть старосты?
   - Договорились. - Леонид просиял и, соскочив со стола, отправился на выход. Открыв дверь, он повернулся к нам с Ольгой и, отвесив шутовской поклон, рассмеялся. - Шефа проблемами нагрузил, сестре удовольствие обломал... Надо же, еще и полдень не наступил, а день уже удался. Замечательно. Воркуйте дальше, голубки!
   И, под аккомпанемент рассерженного шипения Ольги, скрылся из виду... язва. Правда, долго сердиться на брата, нареченная не стала, любопытство победило, и она вцепилась в меня клещом, пытаясь вызнать, что за проблемы такие образовались у меня в школе. А ведь потом еще и до дуэли доберется... Эх. Лёня-Лёня, подложил-таки свинью, заместитель.
   Но, как оказалось, переживал я зря. Ольга, дотошно выспросив меня на тему предстоящих демонстраций клубных проектов и, собственно, участвующих в этом деле школьных организаций, выкатила совершенно замечательную идею. Конечно, времени на воплощение её затеи у нас оставалось совсем немного, но были и плюсы, на которые нареченная и не преминула мне указать.
   - Ты пойми, все эти ваши клубы... они же новые. И создавались людьми, которые уже чуть-чуть соображают в том деле, что собрались "продвигать в массы". Правильно? То есть, там не может быть много новичков-неумех, которые вообще ничего не понимают в выбранной стезе, но очень хотят научиться. А значит, у них уже есть что-то... ну, не знаю. У девчонок из клуба вышивки, наверняка найдутся дома старые какие-то старые работы. Про моделистов ты сам говорил, что у них постоянно что-то жужжит и летает по кабинету. - Ольга с энтузиазмом взялась за агитацию. Как будто я в ней и в самом деле нуждаюсь. Ха!
   - Понял-понял. Предлагаешь поскрести по сусекам, а? - Кивнул я.
   - Именно. Давай, начинай обзванивать своих, пусть готовятся. А в понедельник соберем всю информацию по имеющимся возможностям и... будем определяться с концепцией вашего выступления. - Ольга подскочила и, выбравшись из моих объятий, нацелилась на выход.
   - Э-э нет, милая. А ну, стоять! - Гаркнул я, и нареченная замерла на месте, в двух шагах от дверей. - Куда это ты собралась?
   - К себе. - Честно призналась Ольга.
   - А учиться кто будет? Или ты решила, что именины отца избавляют тебя от тренировок? Вот уж нет уж. Давай, садись на пол... ничего-ничего, он теплый и вполне удобный... и приступай к медитации. - Выщелкнув из трубки магазина все двенадцать игл, я подбросил их на ладони и положил на стол. - Приступай. Что делать с железками, сама знаешь. Вперёд.
   - А ты? - Протянула Ольга, одновременно усаживаясь на пол.
   - А я займусь обзвоном. Заодно и тебя проконтролирую. Чтоб не филонила. - Улыбнулся я в ответ, разворачивая экран браслета.
   - Вот она, благодарность. - Вздохнула нареченная, бросив на меня обиженный взгляд. Вот только, в эмоциях её не было и следа демонстрируемых чувств.
   По окончании тренировки, к которой присоединились и вызванные мстительной Ольгой близняшки, я продолжил заниматься уговорами руководителей наших школьных клубов. Надо заметить, что только малая их часть, отнеслась к предложению Ольги скептически. В основном, это были рукопашники и... моделисты. Впрочем, здесь нет ничего удивительного. Если большинство "клубников" просто не могли представить какие-то серьезные проекты ввиду слишком малого времени отведенного на подготовку, то те же руконогомахатели вполне могли отделаться показательными выступлениями, а у моделистов всегда можно найти пяток-другой летающих моделей, заброшенных ввиду того, что "там уже разбираться нечего, летают и ладно. А вот заставить порхать вот эту хреновину, вот это интересно..." Но, против лома нет приема, то есть против старосты. И плевать, что двое таких заартачившихся руководителей клубов, по какому-то странному стечению обстоятельств оказались "выходцами" из параллельных классов. Староста старосте глаз не... ну, в общем, понятно. Так что, два звонка коллегам, и упрямые главы клубов уже готовы сотрудничать со всем возможным рвением. В общем, дело сдвинулось с мертвой точки, и теперь всё будет зависеть от той концепции, как высокопарно обозвала сие действо Ольга, что мы выработаем послезавтра на общем сходе. Но самое главное, идею общей программы все приняли, дело за малым...
   За всеми этими переговорами, я и не заметил, как пролетело время. Так что, когда Ольга отвлекла меня от составления очередного наброска проекта, за окном уже начало темнеть. Чёрт!
   - Кирилл, ты куда? - Удивилась Ольга, когда я подорвался с места.
   - У меня же сегодня занятие в "Девяточке"... - На ходу ответил я, судорожно обыскивая свой рюкзак и убеждаясь, что без визита домой дело не обойдётся. Боеприпасов почти нет, да и заниматься в вечернем костюме, равно как и в спортивном, значит привлечь к себе лишнее внимание. А мне его и так хватает, как самому юному стрелку в клубе...
  

* * *

   - Значит так. Сергей, сегодня на занятие... наш вундеркинд же, сегодня придет? - Уточнил Брюхов и, получив в ответ кивок Одоева, продолжил. - Так вот, на занятие возьмешь Татьяну... Пусть разведет парнишку на спарринг.
   - Зачем? - Не понял Сергей. - Олег Павлович, вы же сами говорили...
   - Я лучше тебя знаю, что и когда говорил. - Жестом оборвав подчиненного, проворчал в усы Старик. - Но тогда, у меня не было той информации, что есть сейчас.
   - Хм? - Одоев вопросительно изогнул бровь.
   - Что, интересно? - Усмехнулся Брюхов. - Наблюдение притащило запись дуэли нашего пострелёнка. Противник, конечно, не преображенец, но московские бронеходы, тоже гвардия...
   - Олег Палыч... - Начал было Сергей, но командир только покачал головой.
   - Э-э, нет. Уж извини, но правила тебе известны. Не могу. Да ты не переживай. Раскрутит его Таня на спарринг, сам всё увидишь. Вживую, оно должно выглядеть ещё интереснее. Всё, иди... нет, стой. Когда закончите игры и пострелушки, загляните ко мне. Кирилл хотел поговорить? Вот и побеседуем.
   Сергей коротко кивнул и вышел из кабинета начальства. Ну а что ему оставалось? Большего, полковник ему всё равно не расскажет, Старик высказанного мнения без причин не меняет, да и до приезда Кирилла времени осталось всего-ничего, а Сергею ещё нужно отыскать Татьяну и предупредить её о предстоящем... тесте. Хотя, судя по намекам начальства, тут еще вопрос, что это будет. Тест для Кирилла, или способ сбить спесь с "зазвездившейся" в последнее время рукопашницы...
  

Глава 6. Один за всех? Идите лесом

   Чтобы понять, чего добивается вновь оказавшаяся в нашей компании Татьяна, много ума не нужно. Но, чёрт возьми, неужели нельзя просто подойти и прямо задать простой вопрос: Кирилл, давай устроим небольшой спарринг? Так ведь нет, надо же ходить почти сорок минут вокруг да около, тяжко вздыхая и время от времени пытаясь довести меня до кипения своими замечаниями... Впрочем, от такого подхода тоже была определенная польза. Сохранять концентрацию, когда тебе постоянно зудят на ухо и, вообще, всячески стараются сбить настрой, да при стрельбе из незнакомого оружия, это... мобилизует. Что за оружие? Сегодня, Одоев притащил в дальний зал тяжелую штурмовую винтовку, самую настоящую. Первое увиденное мною в этом мире, нарезное оружие, естественно, вызвало огромный интерес, и зудящая над ухом Татьяна, была ну совсем не в кассу.
   В конце концов, поняв, что дальнейшая работа с оружием, я имею в виду, нормальную работу, мне не светит, отложив в сторону легкую, несмотря на тип, винтовку, я вздохнул и повернулся лицом к стоявшей за моим плечом девушке.
   - Достала. - Констатирую. Татьяна сделала удивленное лицо и отступила на шаг назад.
   - Хм. Извини? - А вот непонимающее лицо делать совсем необязательно. Я покосился на демонстративно сосредоточенно набивающего магазин винтовки инструктора и, поняв, что тот не собирается вмешиваться, тяжело вздохнул. Ну да, а чего еще можно было ожидать? Наверняка, идея Брюхова. А что, увидев запись, он, скорее всего, просто не мог удержаться от небольшой проверки... может быть даже и помощникам своим показал то "видео".
   В том, что запись дуэли имеется, я почти не сомневаюсь, говорил же Олег Павлович о "прикрытии"... а учитывая, продемонстрированное мною во время драки с Вердтом, м-да... ничего удивительного в такой реакции "клуба эфирников", нет. Как и в том, что спустя пять минут после того, как я отложил винтовку в сторону, мы с Татьяной оказались в небольшом спортивном зале, точнее у ринга, расположенного в самом его центре. Хм. А может, девушка просто решила похвастаться новым залом? Ну, хвастаются же они всяким туфельками-сумочками... маникюром... А то, что зал, если и не новый, то только что отремонтированный, просто бросается в глаза. Чистота почти стерильная, а запах... м-да. Краска, она везде краска.
   Пока я оглядывался по сторонам, Татьяна успела скинуть кроссовки и взлететь на ринг.
   - Кирюша, иди сюда... не бойся. Я тебя не больно побью. - Широко улыбаясь, подначила девушка, явно почувствовав себя в родной стихии.
   Ну да ладно. Вы так, а я эдак. В конце концов, не одним "разгоном" жив человек. И ежедневные тренировки никто не отменял. С тем же Одоевым я, может быть, и не рискнул биться... честно, так сказать. Но с Татьяной можно попробовать. Разница в массе в мою пользу, опыт... хм, мда. Умения и скорость? А вот тут "будем посмотреть"...
   В общем-то, чего-то подобного стоило ожидать. Татьяна оказалась сильным и быстрым, непредсказуемым противником... но, чересчур горячим. Одно меня удивило, в эмоциях девушки, как, собственно, и присутствовавшего здесь же Сергея, даже через пять минут поединка не было и намека на разочарование. Злость и недовольство присутствовали... у Татьяны. От Одоева только любопытство. Так что, получается, Брюхов не стал распространяться о дуэли?
   Впрочем, стоило промелькнуть этой мысли, как Татьяна отскочила к канатам, Эфир вокруг неё знакомо взбурлил и я еле успел уйти в сторону от мощного огненного шара, расплескавшегося о замерцавший у стены зала щит. Ни черта ж себе?! Договаривались же о рукопашке! Ну нет, идите вы лесом с таким честным спаррингом!
   Разгон. Удар.
   Ещё одно подрубленное дерево. Хм. Не переборщил? Вроде бы нет. Девушка приподнялась на локтях и, тряхнув головой, уставилась на меня. Точно, не видели они запись. И от Татьяны и от застывшего Сергея одинаково шибануло изумлением.
   А что я? Договаривались о рукопашном спарринге, так нечего было огнемёт изображать...
   - Цела? - Я протянул руку, на которую девушка, чуть помедлив, оперлась. Не доверяет, или не успела отойти от удара? Но, глаза вроде чистые... мути нет. Хм.
   Помогая ей подняться, я постарался отследить движения. Да нет, всё в порядке, координация не нарушена. Да и бил я очень осторожно.
   - Как ты это сделал? - Помолчав, спросила Татьяна, не торопясь отпускать мою руку.
   - Подошёл и ударил. - Пожал я плечами. - А вот зачем ты устроила этот фейерверк?
   - Я-аа...
   - Рефлекс у нашей Танечки такой. Вредный. - Хмыкнул инструктор, раздвигая канаты, чтобы нам было проще выбраться с ринга. И добавил почти мечтательно. - Может, хоть это происшествие её исправит. А что? Метод кнута и пряника, говорят, действенная штука. Ты будешь кнутом... а я пряником.
   - Смотри, Серёженька, ведь по шее получишь... пряник. - Прищурилась Татьяна. Может, она и хотела добавить ещё что-то, но её перебил громкий звонок браслета. Развернув экран и выслушав абонента, девушка скривилась, но, нехотя кивнув, повернулась к нам, - Олег Павлович ждёт. Идёмте?
   И всё равно, не понимаю, зачем нужно было действовать именно так? Не проще было просто и честно попросить меня о спарринге?
   Это был первый вопрос, который я задал Брюхову после обмена приветствиями. И далеко не последний.

* * *

   Бывший гвардии полковник смотрел трансляцию спарринга и тихо матерился. Нет, идея была хороша. Раскручивая Кирилла на спарринг, Татьяна и сама завелась по полной программе, на что собственно и рассчитывал Олег Павлович. Вот только ушлый мальчишка, словно назло, вообще ничем не выдавал своих способностей, столь ярко продемонстрированных на дуэли. Нет, уровень показываемый Кириллом сейчас, довольно высок. Скупые, четкие движения, скользящие блоки, которыми он отводил и смягчал мощные удары ног своей противницы, но... это всё не то... Хотя... Брюхов чуть удивленно вздёрнул брови. Вот этот удар, доведи Кирилл его до конца, вполне способен был сломать Татьяне, как минимум, два ребра. А вот этот... полковник вздрогнул всем телом. Убийственный, в прямом смысле этого слова, приём. Хорошо ещё, что парень так хорошо контролирует себя и своё тело, иначе, как минимум, реанимация дочери была бы уже обеспечена. Кажется, это дошло и до Татьяны, вон как взвилась! И любимый огнешар... Ага!!!
   Олег Павлович с какой-то смесью удовольствия и удивления хлопнул себя ладонями по коленям, когда фигура Кирилла на экране, вдруг исчезла и тут же появилась вновь, но уже рядом с падающей на ринг Татьяной. Как будто кадр сменили. Раз и всё. Был там, оказался тут. И никакого намека на стихийное перемещение... Иначе, даже если опустить все несоответствия вроде отсутствия характерного возмущения в Эфире, зрительного следа стихии на старте и финише, и совершенную невозможность подобного действа в исполнении новика... можно было бы увидеть хотя бы сам удар. Ан нет... Ладно. Посмотрим, что покажут записывающие приборы, которыми, бригада артефакторов полдня напичкивала спортзал, разворотив для этого три стены из четырёх, пол и потолок. Хорошо ещё, что успели всё привести в порядок... и то, в зале до сих пор краской воняет, никакие воздушные техники не помогают. Несильно, но... Ладно. Надо звать эту гоп-компанию, пока они второй спарринг не устроили.
   Отключив видеопанель, Брюхов коснулся браслета и, развернув экран, передал приглашение через Татьяну. А когда вся троица оказалась в его кабинет, Кирилл снова смог удивить полковника, сходу задав неудобный вопрос. Ну, право, не отвечать же пареньку, что таким способом Олег Павлович хотел лишь правильно настроить дочь на бой... в её же присутствии?
   Впрочем, Татьяна опередила бывшего полковника. Догадливая дочка.
   - Чтоб я сама себя накрутила и на ринг вышла не для галочки, а с настоящим желанием тебя отметелить. Папа, хоть и прикидывается солдафоном, на чувствах умеет играть не хуже профессиональных "мозголомов". - Пропела Татьяна, бросая на отца очень многообещающий взгляд. Брюхов вздохнул и, улыбнувшись в усы, развел руками. Мол, что поделаешь...
   - А с вами иначе нельзя, вертихвостка. Иначе, на пару с сестрой на шею мне сядете и уздечку напялите. Слышишь, Сергей! Тебя предупреждаю, свяжешься с ними, сам не заметишь, как будешь на коротком поводке бегать. - Брюхов хохотнул, вот только Кирилла, кажется, этот показной дружелюбный тон для своих, ничуть не ввёл в заблуждение. Настороженный взгляд стал ещё холоднее, а появившаяся в дверях Настасья сделала большие глаза и замотала головой. Что ж, полковник никогда не был идиотом, и давно научился доверять чутью дочери, а потому, тут же сбросил маску доброго дядюшки.
   - Ладно, оставим досужую болтовню. Присаживайся, Кирилл. Поговорим о делах. Сергей, Татьяна - свободны.
   - А Настасья? - Склонив голову к плечу, поинтересовался гость. Увидеть её он не мог, стоит спиной ко входу... Значит, почуял. Всё интереснее и интереснее...
   - И Настасья сможет вернуться к своим обязанностям, как только принесёт нам чаю. - Согласился Брюхов. Тихо прозвучали шаги молча удаляющихся Татьяны и Сергея, прекрасно понимавших, до какого момента можно спорить с полковником, а когда стоит умерить пыл и не отсвечивать. И до того момента, пока за принесшей поднос с чаем и заедками, Настасьей не закрылась дверь кабинета, напрочь отрезая оставшихся там хозяина и гостя от внешнего мира, в помещении царила полная тишина.
   Разумеется, бывший полковник не преминул записать состоявшийся между ним и Кириллом Николаевым разговор и, когда молодой человек покинул "Девяточку", эта запись была запущена сразу после перемонтированного видео спарринга.
   - Ну, что скажете? - Поинтересовался полковник у дочерей, когда обе записи были отсмотрены по третьему разу.
   - А что тут скажешь? - Пожала плечами Татьяна. - Возмущения в Эфире на записи практически отсутствуют. Он просто ОЧЕНЬ быстро двигался. Скорее всего, это следствие какого-то внутреннего воздействия Эфира на организм...
   - Он решил нам раскрыться. - Неожиданно и вроде бы невпопад вдруг проговорила Настасья. - Чуть-чуть.

Глава 7. У нас в стране на каждый лье...

   Новости сообщённые мне бывшим полковником, ещё раз подтвердили недавнее решение смотреть в оба. Нет, господин Брюхов не был особо откровенен, рассказывая об итогах "наблюдения", таковых, судя по всему, особо и не было, так что снимать с моего хвоста "топтунов" пока никто не собирается. Но, вот о вежливой беседе в Преображенском приказе, состоявшейся между приказными и бояричем Шутьевым с его приятелем, Олег Павлович рассказал довольно подробно и, что интересно, больше надежд на то, что Платон прекратит преследование, Брюхов... точнее, приказные возлагают не столько на самого Шутьева, сколько на сопровождавшего его боярского сына, как оказалось приставленного к Платону заботливыми родичами, специально для того, чтоб тот купировал у боярина приступы несвоевременной активности. Когда же я поинтересовался, не приведет ли эта "беседа" к противоположному варианту действий со стороны рода неудачливого ухажёра Ольги, Брюхов только коротко рассмеялся.
   - Кирилл, если бы именитые были столь вольны в своих действиях, как ты сейчас предположил, государство давно развалилось бы на лоскутки. - Не стирая с лица усмешки, пояснил Брюхов. - Ты совершаешь классическую ошибку родовитого, считающего, что принадлежность к боярской фамилии возвышает простолюдина над теми, кто не служит какому-либо из именитых родов.
   - А что, это не так? - Удивился я. На самом деле, удивился. Ведь, если память Кирилла меня не подводит, то служить в боярских детях или даже просто работать по ряду в компании или на заводе принадлежащем боярскому роду, считается Здесь весьма и весьма почетным. - А как же защита рода, преференции сотрудникам родовых компаний?
   - Точно так же, как запрет на любое участие в выборах, от голосования на избрании городского головы, до выставления собственной кандидатуры в гласные Земского Собрания... - Подхватил Брюхов, заставив меня покраснеть. - Пойми Кирилл, в России нет "ничьих" людей. Есть те, что находятся под защитой именитых, и государевы подданные. Понимаешь? Меж собой именитые могут устраивать хоть войны, хоть бойни, хоть скачки на деревянных лошадках. Но нет более верного способа для боярина попасть в опалу, чем вляпаться в историю с нанесением ущерба государевым подданным. Любое подобное происшествие расследуется исключительно преображенцами, а "Слово и Дело" ещё никто не отменял. Так-то. В общем, учитывая твоё "обывательское" настоящее, ты можешь не опасаться неудовольствия со стороны Шутьевых. Нет, я не говорю, что всё так уж радужно... будь ты "беспризорным", а проблема чуть серьёзнее, род мог бы и закрыть глаза на твоё "мещанство". Ну, пропал мальчишка и пропал. Сделали бы всё чисто, глядишь, приказные и не ворохнулись бы... но, получив столь явное предупреждение вкупе со свидетельством о том, что ты уже находишься под наблюдением преображенцев, Шутьевы не станут ввязываться в это дело и окоротят разошедшегося отпрыска... Кхм, кстати, Кирилл, неужто ты действительно так его напугал? Чем?
   - Уверены, что хотите это знать, Олег Павлович? - Я прищурился.
   - Эфир?
   - Да.
   - Кхм... ну, скажем так, был бы не против узнать что-то новое, тем более, что по вступлении в "клуб", скорее всего, твоим ведущим стану именно я. - Развел руками Брюхов.
   - Не могу не согласиться с вашим выводом, Олег Павлович. - Кивнул я. - Готовы?
   В тот же миг Брюхов окутался странным почти невидимым коконом. Только легкий всплеск в Эфире, да дрожание воздуха, похожее на марево, поднимающееся над раскаленным асфальтом, выдавало наличие некой защиты.
   Осторожно "прощупав" незнакомый щит, я на миг задумался о принципах его построения, но... решил, что у меня ещё будет возможность его изучить и, войдя, на всякий пожарный, в "разгон", отправил в сторону собеседника волну жути... Не очень сильную, а то ещё прихватит сердечко у бывшего коллеги, и амба.
   Щит Брюхова чуть дрогнул, но сдержать атаку явно не смог. Полковник побледнел словно мел, зрачки его расширились, скрывая радужку, и тут же сжались в точку. По виску побежала капля пота, Олег Павлович вздрогнул, а в следующий миг тело старого вояки взметнулось вверх. Монументальное кресло с грохотом впечаталось в стену, а сам Брюхов вдруг оказался в центре комнаты, сжимая в ладонях пару самых настоящих огненных мечей... иначе, нервно подрагивающие в его руках продолговатые сгустки пламени, и не назвать. И всё это, меньше чем за пару секунд! Мда. А ведь хотел "полегче"... Аккуратнее надо быть. Аккуратнее и точнее.
   Пока я, слиняв в угол комнаты, подальше от разошедшегося гвардейца, наблюдал за его реакцией, Брюхов, кажется, успел взять себя в руки. С легким шипением, огненные мечи в его руках рассыпались ворохом безобидных искр, а на закаменевшем было бледном, словно мраморном, лице, проступили первые эмоции. Страх, бешенство, растерянность и смущение промелькнули калейдоскопом. Полковник покосился в мою сторону, облегчённо вздохнул и, ощутимо расслабившись и, отпустив, наконец, Эфир, шагнул к валяющемуся у стены креслу. С легкостью подняв этот монументальный предмет обстановки и вернув его на прежнее место, полковник с удобством устроился в нём и приглашающее махнул мне рукой.
   - Знаешь, теперь я, кажется, понимаю, почему Шутьев так отреагировал на твоё воздействие. - Задумчиво протянул мой визави, когда я уселся на диван. - Это... это было сильно. Словно, снова оказался в Антарктике.
   - Почему, в Антарктике?! - Удивился я.
   - А, ты же не знаешь... Да было у нас одно очень жаркое дело в тех местах. - Всё так же задумчиво проговорил Брюхов, погружаясь в воспоминания. - Окопался там один "гений", с кучей приспешников, действовавших под лозунгом "Die Macht Эber alles"... Эдакий антипод папским выкормышам из-за океана. Давно это было. Я только-только пришел на службу в полк, безусый гвардеец, да... Половину империи пришлось перерыть, пока вышли на след этого "арийца". Тьфу! Скольким людям он головы задурил, сколько имперских семей лишились своих наследников... А под конец, когда этого мавкина сектанта дожали, смылся. Как раз в ту самую Антарктиду. Ну, а нас отправили за ним... Поганое местечко была эта Новая Валгалла, знаешь ли. А уж в тамошних лабораториях мы и вовсе чуть не свихнулись. Эти уроды ставили эксперименты на людях. Разных. Одаренных и нет, черных, белых, желтых... мужчинах, женщинах, стариках, детях... Жуткое место. Эфир вопил от боли так, что техники срывались сами собой. Очень похоже на то, что ты сейчас продемонстрировал. Вот... Посмотрели мы на эти самые лаборатории, на то, что осталось от пленников, проблевались... а потом наш командир вызвал малый круг ярых.
   - И?
   - И всё. Теперь, там самый южный действующий вулкан в мире. - Пожал плечами Брюхов и, выпав из своих воспоминаний, тряхнул головой. - Ладно. Что-то, я... Кирилл, прошу, впредь будь осторожнее. Я же чуть в атаку не сорвался.
   - Постараюсь, Олег Павлович. - Кивнул я. Что-что, а увидеть в действии, после такого удара, сбрендившую от выброса адреналина боевую машину, мне совсем не хочется.
   - Полагаю, этот ужас не единственное оружие в твоём арсенале? - Удовлетворившись моим обещанием, поинтересовался бывший полковник.
   - Чувство может быть любым... в принципе. - Пожал я плечами. - Другое дело, что не каждое годится для атаки.
   - Ну, я же не только об эмоциональных проекциях говорю. - Пояснил Брюхов. - Например, показанная тобой скорость...
   - Я слабосилок, Олег Павлович. - Сообщил я известный факт. - На дистанции от меня мало толку. Один огнешар и добро пожаловать в медблок. Вот, отец когда-то и научил простому упражнению. Скажу сразу, вам оно не поможет.
   - О как... Почему же?
   - Вы же гридень, не меньше? - Уточнил я и, получив в ответ кивок, продолжил. - Тело не выдержит потока Эфира. А оперировать малыми... хм... объемами, вы не привычны, слишком тонкая, филигранная работа здесь нужна. Напитывать придется не просто всё подряд и совсем не абы как. А синхронно питать и контролировать потоки Эфира наполняющие мышцы, кости, сухожилия, нервную систему, кровеносную, сердце и прочие внутренние органы... Нет, если займетесь всерьёз, лет через двадцать может и получится некое подобие "разгона", но... вряд ли. Один перекос в подпитке, на миг упущенный контроль и амба. Скажите "спасибо", если лишитесь только руки или ноги, но скорее, просто сгорите целиком. А из праха, даже наша продвинутая медицина вас не восстановит.
   - Но у тебя-то получилось? - Нахмурился Брюхов.
   - Правильно, получилось. Вот только, когда отец начал меня учить, я был совсем крохой. А у детей психика очень пластична. Начни я обучаться этому сейчас и наверняка свихнулся бы от напряжения. Кроме того, я новик, и это мой потолок. Максимум, что меня ждало, это сбой в работе внутренних органов или временное поражение тканей. - Пожал я плечами. - А рядом всегда был медблок, в котором все "косяки" исправлялись на раз. Да и матушка была с медициной на "ты". У вас же, любой всплеск силы просто обратит в пепел напитываемый орган.
   - Но ведь можно выработать какую-то технику... - Предположил бывший полковник.
   - Сомневаюсь. - Покачал я головой. - Слишком много переменных. Тело ведь не кирпич, оно слишком изменчиво и постоянно находится в движении, представляете, сколько параметров надо отслеживать? Точнее, даже не так. Технику создать можно, я тому пример, но... она будет для каждого своя. Вариант: разбить "разгон" на приёмы и обучить им пару тысяч учеников, хорош только для клуба самоубийц... или мазохистов. Прежде чем они добьются положительного результата, девяносто девять и девять десятых процента погибнут или станут калеками, уничтожив собственную нервную систему.
   - Ты уверен?
   - Ну, если у вас есть на примете знакомый гранд Эфира, спросите у него. - Я развел руками. - Отец считал именно так.
   Упоминание об отце в данном контексте подействовало на Брюхова обескураживающе, и он переключился на другую тему, наверное, решил отомстить. Иначе объяснить поведанный мне факт исчезновения слежки, я не могу. Спугнули-таки.
  

Глава 8. Красавице и кубку...

   И вот понимаю же, что ожидать чего-то иного, после выходки приказных с "похищением" Платона и его "няньки", не стоило. Но... обидно, всё-таки, и тем более, я не могу понять той легкости, с которой отнёсся к потере "топтунов" Брюхов. И дело не в том, что в ответ на мой расстроенный вздох, он просто отмахнулся. Нет, даже будь у него время, чтобы успокоиться после провала наблюдения, какое-то недовольство всё равно должно было остаться. А тут... ноль. Словно, это несущественно. С другой стороны, моё сопровождение так и не было отозвано, а значит, и решения спустить дело на тормозах, не было.
   Ну, хоть причины слежки за Леонидом стали понятны, и то хлеб. В общем, узнав, что за моим заместителем хвостом ходил один из прихлебателей Платона, решившим, оказывается, устроить тотальную слежку за всеми Бестужевыми в надежде, что один из них выведет его на меня, мне оставалось только развести руками. Ничего удивительного в том, что действия этих филеров оказались столь непрофессиональными, тут не было. Ну, не созданы повесы и нахлебники-дармоеды прожигающие жизнь в клубах для подобной работы. И плевать, сколько колен их предков, какому роду служили... и как.
   Как бы то ни было, одной проблемой стало меньше, и я с более или менее спокойной душой пустился в круговерть подготовки к демонстрации проектов в гимназии.
   Громогласное обсуждение программы продолжалось два дня... с перерывами, естественно, но голова у меня, после каждой встречи участников, просто гудела. А старшие классы вдруг стали обходить младших стороной. По крайней мере, тех, кто участвовал в "новых" клубах. Следили со стороны, этак ненавязчиво, и не вмешивались. Впрочем, оно и к лучшему. К тому моменту, когда мы, наконец, выработали стоящий план, нервы у всех были на пределе. Без ругани дело не обошлось и, хотя в результате, консенсус был достигнут, подходить к некоторым участникам дебатов было небезопасно, по крайней мере без асбестовых костюмов. Гурьба раздраженных, не успевших успокоиться пятнадцатилетних одаренных, это... хм, не фунт изюму, в общем.
   Как бы то ни было, план был принят и работа закипела. Дело нашлось всем. Даже моделисты, у которых вроде бы все собранные агрегаты, включая созданные до поступления в гимназию, работали как часы, вынуждены были сдаться под напором своего штатного артефактора и, понукаемые Резановым, занялись проверкой моделей. Но больше и дольше всех бушевали вышивальщицы. Ну да, их кропотливая работа не терпит суеты, а тут требовалось сотворить кучу всего, да за столь малый срок.
   Вот, кстати, сильно подозреваю, что сроки подготовки проектов для нас, были сдвинуты почти на месяц, не случайно. И Леонид был согласен с моими выводами... а уж когда, к тому же мнению пришла и Вербицкая, мимоходом его озвучив на перемене и подтвердив свою осведомленность ссылкой на утверждение Екатерины Фоминишны, с которой ушлая девчонка умудрилась найти общий язык... или родственников, кто их разберёт... в общем, младшие классы заворчали ещё больше. Старшие сначала улыбались, а когда получили в ответ предупреждающий оскал, попытались "показать новичкам их место", и ожидаемо сели в лужу. Ну да, а как еще это назвать, если два самых "умных" старшеклассника не нашли иного способа, чтобы продемонстрировать свою удаль, иначе, чем прижав огрызнувшегося на них младшего. Промахнулись. Взбудораженный последним обсуждением, недовольный предстоящим количеством работы, что отнимет его личное время, и без того невеликое, ввиду идущей полным ходом домашней учёбы, младшеклассник ответил "воздушным копьём" и универсальным кличем на все времена: "наших бьют!".
   Клич не остался без ответа, и два десятка его однокашников вынесли "удальцов" из школы стихийной атакой, да так, что за время своего полета к выходу, те ни разу не коснулись пола. Так и просвистели в распахнутые двери мячиками для пинг-понга, под веселый и злой рев младших и изумлённое молчание попавшихся на пути старшеклассников, нашедших в себе мудрость не вставать на пути у урагана.
   Влетело всем. Младшим за непочтительность и разгул, старшим за то, что не остановили и не вразумили, старостам... за всё сразу. Но итог стоит признать скорее положительным. Одного выступления обозлённых младшеклассников хватило, чтобы старшие стали держать дистанцию. Ну а лично для меня, как для старосты, принявшего на себя всю ответственность за происшествие... да-да, "удальцы"-то решили устроить дедовщину в отношении Леонида... в общем, Совет учителей выслушал мою короткую речь и, ввиду очевидного раскаяния виновника и его содействия следствию, так сказать, ограничился решением лишить меня статуса старосты, сразу по окончании триместра. О, надо было видеть физиономию Леонида, когда он узнал об этом "приговоре". Ха! Как будто я не знал, что втайне, мой накосячивший заместитель холит и лелеет надежду, что так и останется на вторых ролях. Вот уж дудки.
   На радостях, я даже сумел отловить с некоторых пор постоянно избегавшую меня Марию Вербицкую, и напомнил ей о нашей договоренности.
   - Итак. Любезная Мария Анатольевна, я жду ответа на давний и, судя по вашей неуловимости, не забытый вами вопрос. Надеюсь, в своей снисходительности, вы всё-таки поведаете мне, что сподвигло вас на затею с "охотницами"...
   - Ах, Кирилл Николаевич, право, я совершенно не понимаю, о чём вы говорите. - Захлопала ресницами первая красавица класса. Вот только нервно крутящаяся в ее руках пилочка, говорила о том, что барышня не так спокойна, как хочет казаться.
   - А мы знаем... - В унисон пропели появившиеся непонятно откуда близняшки. Сёстры тут же взяли мою одноклассницу в "коробочку" и, зафиксировав её, схватив под руки, словно лучшие подружки, ласково улыбнулись.
   Вот, как у них это получается, а? Один взгляд, одна улыбка, и вместо "зоикосмодемьянской" передо мной оказалась поникшая и готовая к сотрудничеству особа. М-да уж.
   - Я сама расскажу. - Вздохнула Мария, бросив короткий и недовольный взгляд сначала на одну близняшку, а потом на другую. Я её понимаю. Ум Милы, в сочетании с характером Лины, сочетание убойнейшее, кого угодно до цугундера доведут.
   Впрочем, не всё было так страшно и рассказ свой Мария начала только после того, как была отконвоирована сёстрами в "кулинарный" кабинет, а на столешнице перед нами появился чай со всем к нему причитающимся. Так что, допрос довольно быстро превратился в дружескую беседу... По крайней мере, до тех пор, пока я не узнал, что вся эта эпопея с охотящимися на меня ученицами была инспирирована госпожой Вербицкой с одной незатейливой целью... Услышав которую, я, в очередной раз вынужден был признать, что не понимаю женскую логику. Вообще.
   Устроить мне нашествие потенциальных невест, только для того, чтобы присмотреться получше к возможной "жертве" и оценить возможные и необходимые шаги для моего "приручения"... это выше моего понимания. А вот Мила с Линой глянули на Вербицкую с нескрываемым уважением... и толикой злости, со стороны Лины, если я правильно расшифровал её взгляд.
   - Но сначала ты старательно избегал общения с ними, а вчера я узнала, что опоздала. - Развела руками девушка. - Ничего не могу сказать. Повезло Ольге Валентиновне.
   - Ей? Не мне? - Уточнил я, находясь в полном обалдении от обрушенных на мою голову новостей.
   - Ну, лично с госпожой Бестужевой я не знакома, так что о том, как повезло тебе, я судить не могу. А вот она, определенно, поймала удачу за хвост. - Вздохнула Мария.
   - Ничего не понимаю. - Признался я. - Как мещанин может быть удачей для родовитой боярышни? Маша, ты ничего не путаешь?
   - О... понятно. - Протянула та, с каким-то даже сожалением посмотрев на меня. Перевела взгляд на сестёр, но те, кажется, были удивлены не меньше меня, и вздохнула. - Всё с тобой ясно. Кирилл, как будет время, загляни к нам в гости, без официоза. Просто приезжай на чай. Поговорим подробно. Только обязательно.
   - Хорошо. - Я пожал плечами. - Значит, отложим продолжение до встречи у тебя дома?
   - Именно. Школьный кабинет не самое лучшее место для таких разговоров. - Согласилась Вербицкая и, отразив мою улыбку, прощебетала уже совершенно иным тоном, - вот только, любезный Кирилл Николаевич, если вы думаете, что причиной моих действий послужило банальное увлечение или девичья влюблённость, я вас разочарую.
   - Ну что вы, Мария Анатольевна, как могу я, презренный, даже смеять надеяться на такое счастье? - Я даже голову склонил для пущей убедительности.
   - Хм. А что, неплохо. Совсем неплохо для дилетанта. - Кивнула Мария. - Не хочешь присоединиться к школьной труппе?
   - Сестрёнка, ты веришь в её искренность? - Громким шёпотом поинтересовалась Лина.
   - Имеешь в виду отсутствие у этой милой девочки гендерного интереса в отношении нашего братика? - Так же "незаметно" откликнулась Мила.
   - Именно. - Чуть ли не промурлыкала наша штатная язва.
   - Фальшивит Машенька. Как говаривал дедушкин старый друг: "Не верю". - Со вздохом покачала головой Мила.
   - Я тоже. Думаю, нам придется позаботиться о братике. Такая девушка может научить его плохому. - Кивнула Лина.
   - Поможем Кирюше. - Согласилась сестра, и обе близняшки одарили застывшую на месте Марию ангельскими улыбками. Ну да, ну да. Помню. Подобное выражение лица бывало у них всякий раз, когда они собирались осуществить очередную пакость...
   - Хм... Маша, думаю, тебе стоит уйти... немедленно. - Проговорил я. Вербицкая подняла на меня удивленный взгляд и я нажал, - я имею в виду, бежать. И быстро, пока они не могут пошевелиться. Долго я их так не продержу.
   Только тут до Марии дошло, почему обе близняшки вдруг застыли статуями, едва мои руки коснулись их затылков.
   - А... Кирилл?
   - Беги, дура! - Уже прорычал я, буквально чувствуя, как утекает из-под ладоней контроль. Всё-таки, наши тренировки не проходят для девчонок даром, так быстро прийти в себя от станнера, это... достойно. Наконец, до Марии дошло, что я не шучу и она, пискнув, скрылась за дверью. Хм. Вопрос... а мне-то что теперь делать?
  

Глава 9. Заранее заказан пропуск в рай

   Выбравшись из кабинета... точнее, улизнув из него при первой же возможности, воспользовавшись выходом в соседнее помещение, я запер за собой дверь и, привалившись к ней спиной, облегчённо вздохнул. Окинув взглядом изрядно помятый форменный сюртук, я скривился и принялся приводить его в порядок, но... именно в этот момент, почувствовал на себе чей-то взгляд.
   Моделисты, вместе с Резановым, молча смотрели на меня, с любопытством и ожиданием... и прислушивались к шуму доносящемуся из-за двери. Это близняшки ломились следом за мной и, кажется, они уже дошли до такого состояния, когда становится плевать на правила, а значит, скоро в ход пойдут их любимые огненные техники.
   Дверь дрогнула от слаженного двойного удара. Сильны... Взгляды моделистов стали удивлёнными. Потрогав горящие огнём царапины, виднеющиеся из-под разорванного ворота рубашки, я зашипел. Резанов вдруг растянул губы в улыбке и, подмигнув, и кивком указал на дверь в противоположной стене.
   - Иди-иди. Мы её задержим. - Ухмыльнулся он.
   - Их. - Машинально поправил я одноклассника, шагая к выходу в коридор.
   - Две сразу?! Силеёо-он... - Присвистнул один из моделистов, когда я уже закрывал дверь. Больше озабоченный необходимостью привести себя в порядок, я не сразу обратил внимание на его слова, но когда они до меня дошли... Твою ж дивизию!
   Вовремя спохватившись, я прибавил ходу и скрылся в туалете. Остановившись перед зеркалом, окинул взглядом своё отражение и вздохнул. Ну да... А что ещё они могли подумать, узрев меня в таком виде?! Сюртук нараспашку, рубашка, мало того, что не заправлена, так еще и разодрана чуть ли не в клочья, на груди алеют весьма характерные царапины, а на шее - синяк, который иначе как засосом не назвать. М-да... Попал. Такой подставы сёстры явно не ждали.
   Вспомнив в каком виде я оставил их в кабинете, я вздрогнул, представив что будет, когда они вывалятся в гости к моделистам. Дела-а. Хотя, одноклассники будут в восторге. Видок у близняшек должен быть весьма и весьма... хм... пикантным, скажем так. Ладно. Пора домой. Хорошо, что на сегодня уроки окончены, а занятие с сёстрами запланировано только на завтра. Как раз, у них будет время, чтобы успокоиться. Да и мне не помешает чуть-чуть развеяться.
   С этой мыслью, я наконец, кое-как привел себя в порядок и отправился на стоянку, где меня ждал верный "Лисёнок". К счастью, чтобы приобрести более или менее нормальный вид, мне оказалось достаточно пригладить растрепавшиеся волосы... кстати, надо бы постричься, а то зарос уже... и застегнуть многострадальный сюртук, скрыв под ним порванную рубашку и следы... нашего с близняшками тесного общения, хм. Так что, спускаясь на первый этаж, я не привлекал к себе особого внимания и, спокойно добравшись до стоянки, завел мотоцикл. Рыжий послушно взрыкнул двигателем и, окутавшись легким водяным щитом, покатился прочь от школы. Домой-домой-домой!
   Браслет выдал очередную трель, и по экрану пробежали строчки цифр. Уже третье подобное сообщение на этой неделе. Я нахмурился и, покачав головой, пообещал себе заняться наконец этим вопросом. Сразу после обеда.
   Не успел. Стоило мне выбраться из-за стола, как браслет отрапортовал о новом сообщении, а пульт наблюдения, в унисон, выдал сигнал тревоги. Твою дивизию! Развернувшийся по моему приказу, экран системы продемонстрировал сразу пять объектов вошедших в контролируемый периметр. И судя по тому, что "усы" не отреагировали на их появление, шли сии гости отнюдь не самыми удобными маршрутами... Впрочем, судя по их виду, это вообще входит в привычку подобных визитёров. Пять размазанных силуэтов мелькающих в изображении, передаваемом с постоянно переключающихся с режима на режим датчиков, двигались неспешно, с оглядкой, но отнюдь не излучали добро и радость. Вообще, очень сложно считать добрыми людей идущих к тебе в гости с оружием наперевес. Чёрт, а ведь с этим наблюдением от "клуба эфирников", мне особо и не развернуться... А значит, придётся устраивать спектакль с пострелушками на свежем воздухе. Ведь сбежать из дома, который атакуют трое вооруженных неизвестных, вполне естественный поступок для пятнадцатилетнего, правильно?
   На то, чтобы экипироваться у меня ушло не больше тридцати секунд. Еще столько же, заняло "откапывание" бывшего арбалета, уже прошедшего очередную глубокую модернизацию. Распотрошив такт. набор, доставшийся мне, как и "ругеры", от наемников Вышневецкого, я напялил на голову шлем... Щелкнула клавиша активатора, браслет на руке вздрогнул, распознавая новое устройство, и по визору перед моими глазами побежали строчки сервисной информации.
   Узкая щель визора будто бы разъехалась в стороны, открывая полный обзор. Если бы не немногочисленные иконки режимов, маячившие в поле моего зрения, можно было бы подумать, что на мне вообще нет никакого шлема. Замечательно.
   Переключив управление системы наблюдения с основного пульта на браслет, я упрятал коробку вычислителя в тот самый тайник, где ещё недавно обреталась моя "трещотка" и, убедившись, что информация продолжает исправно поступать на браслет и транслируется на экран шлема, тяжело вздохнул. Тут же мигнула иконка, сопровождаемая неслышным снаружи свистом. Ага, фильтр заработал. Вот и ладненько. Куртка скрывает амуницию, напрочь незаконная "трещотка" отправляется в нижний карман рюкзака, под основным его дном. Быстро не извлечь, но... другого варианта у меня нет. Пока нет. Пробежав через весь дом, захожу в чулан. Три шага до следующей двери. Три, два, один.
   Глубоко вздохнув, старательно, как тогда у громовской усадьбы, отвожу глаза возможным наблюдателям и датчикам слежения, если они есть у моих гостей. Приоткрыть дверь и шагнуть под навес поленницы. Осторожно, аккуратно... Жду.
   "Гости" появились спустя семь минут и не все... Трое. Значит, я был прав, и какое-то средство наблюдения у них всё-таки было. По крайней мере, браслет уверенно передает мне на экран информацию о том, что оставшиеся двое визитеров как-то засуетились. Ищут место моего возможного выхода из не такого уж и гипотетического, к слову, подземного хода, не иначе... А, теперь двинулись к коллектору, до которого в прошлый раз я так и не успел добраться. Хм... Ладно, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не забеременело.
   С удобством устроившись в тёмном уголке под навесом у ворот, я с интересом наблюдал, как трое "гостей" преодолевают забор. Точнее, воочию я видел лишь двоих, третий "оградопреодолеватель" оказался скрыт домом, но система исправно демонстрировала его мне в небольшом окошке на экране шлема. Вот интересно, и что же нужно сим достойным людям, от одинокого, юного и беззащитного мещанина? О как! А судя по стволам в руках, в моей беззащитности, гости сомневаются... Или им трещотки нужны чтоб от кого-то другого отмахиваться? Например, от моих незримых, но так легко спалившихся наблюдателей-преображенцев? Кстати, а ведь в пределах действия системы я не вижу ни одного из них. Почему?
   Что ж, так или эдак, но я не могу винить "визитёров" в излишней осторожности. А слаженно действуют, кстати говоря. Вот только посуду им бить совсем не стоило. Я же специально из дома ушёл, чтоб не устраивать в нём бойни! Мне только погрома не хватало... Тьфу, гадство. Грохот упавшего шкафа, сопровождаемый звоном бьющихся тарелок, заставил меня скривиться. Нет, так дело не пойдёт... На схематической карте проецируемой системой на экран шлема, мерцали две точки целей, обшаривающих окрестности в поисках скрытого хода. Начинать надо с них. Прикрыв транслятор браслета щитом от прослушки, что когда-то так поразил Гдовицкого, я довольно медленно и аккуратно, не снимая отвода глаз, двинулся в их сторону.
   Чем отличается стрельба обычными зарядами, от стрельбы стрелками, под завязку напитанными Эфиром? В данном случае, только одним. Вместо довольно аккуратной дырки в теле, они оставляют рваные раны.
   Выйти за спины "гостям" под отводом глаз, оказалось не сложнее, чем прогуляться по набережной в летний полдень. Чуть сместиться к приметному камешку, дождаться, пока расстояние между визитёрами станет максимальным, и...
   Первый даже не успел понять, что его атаковали и, оглушённый, мешком осел наземь. Но как бы тихо я не действовал, его напарник всполошился не на шутку и, резко сменив направление движения, начал приближаться. Отвод глаз благополучно сполз вместе со щитом. А через несколько секунд, напарник моего "клиента" оказался в зоне видимости. Чёрт! Вот что значит, инерция мышления! Об ускоряющих приемах, вроде использованной им "Ледяной дорожки", я совсем забыл!
   Разгон! Добрый десяток игл просвистел там, где я только что был, и большая их часть вспорола кору дерева на высоте метра от земли. Вперёд-вперёд-вперёд. Выхваченные в прыжке, ругеры изрыгнули короткие очереди, от которых мой противник попытался укрыться за воздушным щитом, но первые же три попадания порвали его в клочья. Впрочем, серьёзного урона, боец не понес, предусмотрительно развернувшись боком. А вот уйти перекатом в сторону, как собирался, он уже не успел. Небольшой доворот стволов, и лес огласил крик, в моём ускоренном восприятии показавшийся низким рёвом. Я думаю. Когда тебе отрывают руку, это больно!
   Побелевшее лицо, сжавшиеся в точку от болевого шока зрачки... Удар. Аккуратно, чтоб не убить. Осталось трое и, судя по картинке на экране, они уже вовсю спешат сюда... и ещё кто-то. Машины. Две. Едут по просеке... точнее, несутся на бешеной скорости. Подкрепление? Вопрос только в одном. К кому эти "чипэндэйлы" спешат на помощь?
   Отвод глаз... После такого скоротечного, но очень затратного столкновения, укрыться от чужих взглядов оказалось не так просто, как хотелось бы. Оказывается, резкое переключение между "режимами" качает из меня силы не хуже насоса! Или это последствия глушения браслета? Однако. Хорошо, что во время давешней прогулки по усадьбе Громовых, я почти не использовал "разгон" под отводом. Лишиться сил в самый опасный момент, было бы катастрофой. Я покачал головой и медленно двинулся навстречу уже перемахнувшим через забор невежливым гостям. Хм... интересно, а куда это они намылились?!
   Не-не-не. Так дело не пойдёт. Срываюсь на бег. Надо бы уйти в разгон, но где гарантия, что после очередного "двойного" у меня хватит сил на бой?
   Не успел. Я как раз достиг края небольшого овражка, когда из него послышался гул двигателей, а через секунду оттуда буквально выпрыгнули три квадроцикла и, выбросив из-под колёс фонтаны грязи вперемешку со льдом, взревев, умчались прочь... Жаль. Ну да ладно, у меня ещё пара "языков" имеется и два чьих-то автомобиля, с которыми тоже надо разобраться. Точнее, с их пассажирами. Проводив взглядом петляющие меж деревьев квадрики, я вздохнул и, развернувшись, потопал обратно.
  

Глава 10. Бастилия, ещё не Гревская

   Разобрался, называется. Я обвёл взглядом белоснежные, без единого стыка, стены и скривился, бросив взгляд на сияющий одной огромной лампой, потолок, так раздражающий меня своим тихим, но очень неприятным гудением. Оригинальные камеры у господ преображенцев, оказывается. Эдакий белый кубик со сторонами в два метра, без каких-либо удобств. Впрочем, какие к черту удобства, если здесь вообще ничего нет. Даже какого-нибудь завалящего топчана... Унылое местечко.
   Покосившись на еле видимый в стене абрис двери, я вздохнул и, усевшись на холодный, просто до жути холодный пол, в очередной раз погрузился в медитацию. Можно было бы попробовать подстелить под задницу кинетический щит, но... "кубик" оказался не только унылым и начисто лишённым комфорта. Он, зараза такая, был ещё и артефактом, вроде браслетов-подавителей. С той лишь разницей, что наручи вытягивают формирующиеся стихийные техники, а эта идиотская камера разрушает даже эфирные воздействия... правда, лишь те, что направлены вовне тела заключённого. Так что, с холодом пола я справился, воспользовавшись старыми, еще Тамошними методиками. Подкрепленные легкими эфирными воздействиями на мою пятую точку, они позволили начисто игнорировать пробирающий до костей холод. К сожалению, пока на этом мои победы и закончились. Что ж, зато у меня есть время, чтобы разобрать всё произошедшее у моего дома, и разложить по полочкам. Опять.
   Не успел. Мой уже восьмичасовой, судя по внутреннему хронометру, отдых в этом "кубике" был прерван тихим шипением, с которым дверь камеры ушла в сторону.
   - Задержанный, встать. Лицом к стене, руки за спину. - Равнодушный, усталый голос проговорил уже слышанную мною сегодня формулу приказа. Что ж, последую совету... Стук двух пар каблуков по полу. На руках щелкнули знакомые браслеты и руки охранников, подхватив меня под локти, резко развернули лицом к выходу. - Пошёл.
   И ведь знал же, что ничего хорошего от тех "чипэндэйлов" ожидать не придётся. И всё равно прозевал. Точнее, даже не так. Попал. Поняв, что прибывшие машины, это и есть та самая пресловутая "кавалерия из-за холмов", как говаривали представители нашего самого вероятного противника Там, я непозволительно расслабился. Ну как же, это ж "наши"! А то, что в Преображенском приказе народу служит не много, а очень много, и не каждый из них осведомлён о моём великолепии, как-то не учёл. В общем, получилось как в дурном анекдоте: я к ним с распростёртыми объятиями, а они меня мордой в пол... Расслабился. Впрочем, не воевать же мне было с государевыми людьми? Я человек наглый, но лезть в одиночку против тех, кого опасаются даже именитые? Хм... Да и приказных тоже понять можно. Выехала тревожная группа на автоматический сигнал опасности. А на объекте, вместо прячущегося под матрацем пятнадцатилетнего юнца, какая-то "минирэмба" стволами размахивает, с тактического шлема пот стирает, и ни следа супостата... Понимаю, да. Картинка настолько нетипичная, что сам господь велел действовать по инструкции. Но мордой в грязь-то зачем?!
   Мимоходом бросив взгляд за спину и, чуть не схлопотав от дернувшегося было конвоира, предупреждающий окрик с "тычком доходчивости", с удовольствием замечаю грязные разводы на белоснежном полу, оставшиеся после моего пребывания в "кубике". Остальная грязь, к сожалению, до сих пор засохшим ровным слоем покрывает мои ботинки, штаны и руки. Куртку, вместе с прочей амуницией у меня отобрали ещё перед посадкой в машину. Хорошо ещё, что увидев характерную черно-красную расцветку вездеходов, я предусмотрительно припрятал свою "трещотку", перед тем, как выйти этим самым "вроде нашим"...
   Вообще, всё это, конечно, ерунда. Больше всего меня беспокоит нападение, но за проведенное в "кубике" время, я уже успел прокрутить столько вариантов, что голова пухнет. И вывод прост и незатейлив. В отсутствие какой-либо информации, любые гипотезы будут абсолютно недоказуемы. А значит... Значит, придётся постараться прикрыться со всех возможных сторон и... искать, искать все возможные сведения. Хм... когда выберусь из здешних застенков, разумеется. Ведь, выберусь же, а?
   Наш поход по широким безликим коридорам, выкрашенным в деловито-унылый серый цвет, подошел к концу. Окрик конвоя и я опять стою враскоряку у стены, пока открывается дверь... в кабинет. Ага. Значит, сейчас будет допр... впрочем, нет. Допрос, это для обвиняемых. А мне пока ничего не предъявили, только промурыжили почти девять часов в том идиотском "кубике"... Значит, беседа. Которая, конечно, может плавно перейти в допрос обвиняемого... ну, это в худшем случае и, надеюсь, до такого не дойдёт. Иначе, я буду очень разочарован в господине Брюхове лично, и "клубе эфирников" в целом.
   Мне, наконец, разрешили отлипнуть от стены, и я смог толково рассмотреть помещение, только что увиденное мною, что называется, краем глаза.
   М-да, это не Эрмитаж. Всё те же, уныло-серые, словно окрашенные шаровой краской стены, низкий и такой же серый потолок. Металлический стол со скругленными углами, привинченная к полу табуретка... тоже стальная. Ну да, аскетический подвиг моей задницы продолжается. Не отморозил на полу "кубика", продолжу в допросной, но доведу процесс до конца.
   Да... а собеседника, похоже, мне подобрали с учётом соответствия общему декору помещения. Блёклое невыразительное лицо, какая-то усредненная вялая фигура, жидкие волосёнки неопределенно-мышиного цвета. Сонный взгляд... Снулая рыба какая-то, а не человек. Бр-р. И ведь, судя по обручальному кольцу, кто-то ж на него польстился! Впрочем, это я уже со зла ворчу. Кто его знает, может сей господин просто образец идеального мужа. А что на рыбу смахивает, так... с лица воду не пить. Верно?
   - Присаживайтесь, Кирилл Николаевич. - А голос... хоть бы масла выпил, что ли? Скрипит же, как несмазанное тележное колесо! - Жалобы, просьбы?
   - Ага. Подстилочки не найдется? А то я в вашем "кубике" себе всю задницу отморозил! - Кивнул я. О! Оно живое! Вон как глазками залупал, болезный... и в эфире, кстати, что-то эдакое, колыхнулось. Ха... значит, не всё так страшно. Будем разговаривать. - И сигаретку бы, если не сложно... а?
   - Полагаю, вы не знаете, что курение до совершеннолетия запрещено? - Почти моментально справившись с собой, проговорил мой собеседник...
  

* * *

   - А ведь он тебя уел, Законник. - Досмотрев запись до конца, рослый и тучный майор в черно-красном мундире Преображенского приказа, крутанулся на вращающемся кресле, жалобно под ним скрипнувшем, и весело подмигнул сидящему напротив него коллеге из Следственного стола. Тот, в ответ, только лениво пожал плечами, отводя свой рыбий взгляд в сторону, но майор не отстал, наоборот растянул губы в улыбке и процитировал, - "насколько мне известно, запрещена продажа табачных изделий лицам не достигшим восемнадцати лет. А о запрете указанным лицам курить, нигде не сказано"...
   - Да, я был непозволительно небрежен в формулировках. - Равнодушно кивнув, проскрипел его собеседник. - Больше такое не повторится, обещаю. И рекомендую подать от Приказа прошение на Высочайшее имя, о формировании в нашем законодательстве соответствующего запрета на курение для лиц не достигших восемнадцатилетнего возраста.
   Майор тяжело вздохнул. У него опять не получилось раскачать этого... этого зануду, не сказать ещё хуже. Приказной махнул рукой и поставил запись на повтор.
   - Ладно, давай ещё раз посмотрим, что там нагородил наш гость... - На широком экране опять потянулась тягомотина долгой трёхчасовой беседы. Правда, на этот раз, майор не стал крутить её от начала до конца, останавливаясь только на тех моментах, что зацепили его во время предыдущего просмотра.
   - Проверили его слова об этом бывшем конном клубе? - Тормознув воспроизведение, спросил майор. Снулый кивнул.
   - Да. Есть решение суда, по которому четыре гектара земли, где находится бывшая конная база, принадлежат Кириллу Николаеву на праве собственности. Так что, если следовать закону о защите частной собственности, наш "гость" был в своём праве, пытаясь изгнать незваных посетителей, доступными ему методами. Конечно, есть кое-какие огрехи в части отсутствия на территории соответствующих предупреждающих табличек, но в целом...
   - И как он этого добился, интересно. - Пробормотал майор, небрежно перебивая собеседника. - Конечно, территория парковая лишь условно, но... вплотную к таковой прилегает, а та точно запрещена к продаже. Что скажешь, Законник?
   - О! - В этот момент снулый преобразился. И куда только девалась его сонная заторможенность. Сейчас, перед майором сидел именно тот человек, от одного имени которого дрожали все поверенные Москвы. Въедливый гений казуистики, с легкостью щелкавший любые "серые" схемы и процессуальные ловушки, словно белка кедровые орешки. Глаза горят, спина прямая... ну, хоть сейчас на парад! - Это, действительно, было красивое решение. Превышение лимита срока аренды указанного в договоре... на пятьдесят лет. Девяносто девять, вместо сорока девяти. Опечаточка. Документарная проверка выявила нарушение, дело было направлено в суд. Штрафы и сборы выплачены сторонами в полном объёме. Умысел чиновника, некоего Ренна, занимавшегося подготовкой договора, не доказан. За халатность получил выговор и... отправлен на курсы повышения квалификации. Скорее всего, по завершении их, будет поставлен на должность соответствующую его навыкам и знаниям, с испытательным сроком, разумеется.
   - И? - Поторопил разливающегося соловьем приказного, майор.
   - А после завершения разбирательства и уплаты всех присужденных сумм, господин Николаев подал иск о признании его права собственности на полностью оплаченную им недвижимость. Ввиду известных обстоятельств, суд принял положительное решение по делу, которое и вступило в силу, в середине октября.
   - И никаких аукционов. - Восхищённо покачал головой майор. - Глава муниципалитета отделался лёгким внушением, исполнитель получил повышение в качестве компенсации за выговор, а наш пострел - четыре гектара земли в столице по минимальной цене. Хм. Надеюсь, ты догадался перевести его из карцера, в обычную камеру?
   Но, глянув на вытянувшееся лицо коллеги, майор понял: нет, не додумался.
   - Кошкин! Бегом, пока он не свихнулся, или не начал писать ещё один иск. - Пытаясь сдержаться, проговорил он. Законник с неожиданной прытью сорвался с места, хлопнула дверь кабинета, и майор, наконец, позволил себе выматериться.
  

ЧАСТЬ IV. ТУМАН ВОЙНЫ

Глава 1. Вопрос не знания, но веры

   Как засуетились-то все, как забегали. Приятно посмотреть. Неужто, где-то что-то сдохло, и клуб эфирников вдруг меня "нашёл"? Хм. Могли бы и пораньше отреагировать. А то за прошедшую ночь, я, кажется, переплюнул тибетских монахов, по крайней мере одной вполне конкретной частью тела. Чёртов "кубик"! Не знаю, как насчет психологического эффекта, но вот моё сродство со стихией Воды, в её ледяной части, кажется, продвинуло меня до "воя". Выйду, проверю. А я выйду... Даже, если приказные вдруг решат меня оставить здесь навечно. Клянусь. Вот только, тогда об идее школы придётся если не забыть, то отложить на неопределённый срок, точно. Потому как, я сильно сомневаюсь, что побег из внутренней тюрьмы Преображенского приказа мне простят...
   Наверное, мне стоило поклясться раньше. Потому как, не успел я дать себе это слово, как дверь моего личного "саркофага", знакомо зашипев, отошла в сторону, и уже слышанный голос приказал подняться. Да-да, лицом к стене, руки за спину... разворот, и вот, двое конвоиров снова ведут меня по длиннющим подземным коридорам. Лязгают решетки, отрывисто звучат приказы стоять и идти вперёд... Снова "беседа"?
   Как оказалось, нет. Камера-одиночка. Всё тот же серый цвет стен, но... тут, хотя бы есть топчан и вполне приличный, блистающий нержавейкой, унитаз за каменной загородкой. Учитывая сколько времени я здесь провел... замечательная новость.
   Конвойные втолкнули меня в камеру, и явно собрались свалить. Ку-уда?!
   - Эй, орлы! Браслеты снимите. - Возмутился я. А что? Сидеть со сведенными за спиной руками? Нет, здесь, я и сам могу их снять, но... зачем пугать людей? А в туалет, между прочим, хочется. Очень.
   - Одаренным не положено. - Выдавил хмурый детина. Самый разговорчивый из этой парочки.
   - С позволения сказать, а струю я, эфиром, по-вашему, в очко направлять буду?! Так ведь, подавители не позволят! Весь пол уделаю, сами отмывать будете.- Я прищурился. Нет, явно вовремя слово дал. Дебилы заржали в голос.
   - Давай-давай. У нас тут самообслуживание. Сам обделаешься, сам и уберёшь. - С ухмылочкой заявил конвоир.
   - Ладно, но ответственность за порчу государева имущества лежит на вас. Я предупредил.
   С коротким звоном, цепочка соединявшая браслеты-подавители лопнула, и я облегчённо повёл плечами. Конвоиры отпрянули, но тут же потянули из-за ремней классические "демократизаторы".
   - Уверены, что страховка покроет множественные переломы? - Злость, плохой помощник, но двадцать часов в холодном "кубике" под выматывающее нервы гудение с потолка, и самого благодушного хомячка превратят в зверя, а я, далеко не хомячок...
   Но продолжить "беседу" нам не дал истошный вопль, донёсшийся откуда-то из другого конца коридора.
   - ПРЕКРАТИ-И-ИТЬ!!!
   Снулый. Ну вот, не дал пар выпустить, скотина. Или... "Говорливый" конвоир явно что-то попутал и сунулся в дверной проём, с занесенной над головой дубинкой. О да, поехали! Ха!
   Увернувшись от просвистевшего мимо "демократизатора", вновь ухожу в разгон и с наслаждением пробиваю идиоту в грудь. Аккуратно. Мне только трупов тут не хватало, для гарантированной прописки в этой чёртовой камере!
   Тело атаковавшего меня приказного, пушечным ядром впечатывается в стену напротив "моей" камеры. Второй, с диким мычанием лезет вперёд, не обращая никакого внимания на топот ног и приближающиеся вопли Снулого. В челюсть! Она у него, судя по всему, железобетонная, особого вреда не будет. Сотрясение... чего? У него голова болеть не может, она кость!
   - Стоять! Стрелять буду! - Что ж ты орёшь, как потерпевший, а? Стою я. Стою. А на душе так спокойно и благостно... хоть сейчас на полянку, бабочек ловить. Улыбаюсь снулому, уже успевшему навести на меня ствол и развожу руками.
   - Стою. Только не говорите: "стреляю". Это слишком бородатый анекдот. - Вздыхаю.
   - М-мальчишка! Ты что себе позволяешь?! - Начинает разоряться снулый, но его прерывает неизвестно откуда вынырнувший мордатый тучный дядька с майорскими знаками отличия. Рослый, куда там конвоирам-динозаврам. За два метра точно будет.
   - Замерли. Оба. Кошкин, убрал ствол. - Прогудел майор и, не обращая на нас больше никакого внимания, принялся осматривать постанывающих на кафельном полу конвоиров. - М-да. На вид, сопля-соплёй, а как вломил-то!
   Покачав головой, майор разогнулся и, развернув экран недешёвого браслета, разразился целым потоком приказов. Завертелось... Медики, конвойные, какие-то чиновники... и всё это, при открытой двери в мою камеру.
   - Ну, и долго ты там торчать собираешься, памятником свободе? - Осведомился мордатый майор, когда суета улеглась, и в коридоре остались только он сам и пара новеньких конвоиров.
   - Хм? - Я смерил собеседника задумчивым взглядом и, придя к выводу, что попал всё-таки в дурдом, а не в ужасную и легендарную внутреннюю тюрьму Преображенского приказа, вынырнул, наконец, из размышлений. - О! Точно. Спасибо за напоминание.
   Брови майора устремились вверх, почти скрывшись под козырьком фуражки, а когда я добрался до закутка в камере и расстегнул ширинку, приказной вдруг закатился совершенно конячьим... жеребячьим... короче, ржал он, куда там лошадям!
   На счёт эфирников я оказался прав. В кабинете майора, оказавшегося старшим приказным Следственного стола, меня уже ждал его коллега в штатском, тут же, вместо представления, протянувший мне визитку Прутнева. Интересно, почему не Брюхова? Хотя... может, он не хочет светиться в Приказе? Или, таким вот хитровывернутым образом, Олег Палыч просто сваливает объяснения по поводу произошедшего на кадровика "клуба"? Не хочет встречаться со злым и продрогшим подопечным, которого он курирует по линии того самого "клуба эфирников"? Ничего, у меня память до-олгая, а вопросов к Брюхову мно-ого...
   - И что дальше? - Поинтересовался я, изучив карточку.
   - От имени Следственного стола Преображенского приказа, я приношу вам свои извинения за причиненные неудобства и преступную халатность младших приказных, по чьему недосмотру вы вынуждены были провести более двадцати часов в камере особого режима. - Проговорил "штатский". - Так же, я уполномочен объявить, что следствие по вчерашнему происшествию приостановлено.
   - Ага. Уже хорошо. - Протянул я. - А что насчет моих "пленников"?
   - Пленника. - Уточнил тот. - Тот, которому оторвало руку, мёртв. Второй в реанимационном блоке. Как только медики дадут разрешение на проведение допроса, мы незамедлительно им займемся. Собственно, только поэтому дело лишь приостановлено. Если ваши показания совпадут, выживший понесёт административное наказание за нарушение неприкосновенности частной собственности. Если же нет, следствие будет продолжено, а решение по делу будет принимать суд.
   - Что ж. И то хлеб. - Протянул я и небрежно щелкнул ногтем по визитке. "Штатский" в ответ на миг прикрыл глаза. Понятно. Остальная информация у "эфирников". Что ж... съезжу, пообщаюсь. И побыстрее, пока ещё что-нибудь не произошло. Кстати. - Я так понимаю, что могу идти?
   - Разумеется, господин Николаев. - Растянул губы в невыразительной "резиновой" улыбке "штатский". - Только помните, что в ближайшее время вам запрещено покидать пределы города. Подробности придут вам на браслет.
   - Понял. Вот, кстати, а где я могу получить мои вещи? - Осведомился я. Приказные переглянулись.
   - Видите ли... ваши... ваша амуниция и оружие приобщены к делу, поэтому, вернуть их до окончания расследования мы не имеем права. - Развел руками майор. А вот это плохо. И ругеры жаль... но самое главное, шлем и браслет. Придется менять систему шифрования...
   - Могу я, хотя бы, получить копию информации, хранящуюся на моём браслете? - Вздохнул я.
   - Конечно. Я отдам распоряжение, чтобы вам передали носитель вместе с остальными вещами. - Кивнул майор.
   С тем и разошлись. "Штатский" проводил меня к выходу, проследил, чтобы мне отдали моё имущество, и хотел было сбежать обратно в здание, но... не тут-то было.
   - Одну секунду. Вы считаете, что в таком виде я могу выйти в город? - Я демонстративно развернул перед носом приказного заляпанную засохшей грязью куртку. Нет, в комплекте с такими же грязными штанами, руками и ботинками, наверное, этот наряд вполне мог сойти за изыск очередного сумасшедшего модельера, но после неполных суток в камере особого режима, я точно не был готов к такому эпатажу почтенной публики. "Штатский" на миг застыл, внимательно рассматривая представленный предмет одежды, но тут же решительно кивнул.
   - Извините, не подумал. - Развернув экран браслета, он отдал короткий приказ и, спустя минуту, рядом с крыльцом остановилась невзрачная "студенческая" АМО-шка. - Лукьянов, доставишь господина Николаева, адрес он сообщит.
  

* * *

   - Странный мальчишка. - Задумчиво протянул майор, испытующе поглядывая на своего коллегу, только что вернувшегося в кабинет.
   - Чем? - Нехотя поинтересовался "штатский".
   - Всем. Ты ему в лицо заявил, что он убил человека, а парень - ноль эмоций. И это после почти суток карцера...
   - А это не первое его убийство. - Усмехнулся коллега. - Да и карцер ваш, по сравнению с закопанным железным гробом, вполне комфортабельная штука...
   - Не понял. - Опешил майор.
   - И не надо. Я ничего не говорил, ты ничего не слышал. Правда?

Глава 2. Не стоит кидаться чем попало... особенно если попался бумеранг

   Молчание, воцарившееся в кабинете после ответа "штатского", долго не продлилось. Майор побарабанил пальцами по пластиковой крышке контейнера стоящего на углу его стола и, вздохнув, кивнул на видеопанель. Знал коллега, на чём можно подцепить старого знакомого. Майор Веселов был любопытен... порой без меры. За что, частенько и огребал от начальства, а уж подписок на нём висело, как блох на уличном кобеле. Сам майор о своем недостатке был осведомлён прекрасно, но... бороться с ним даже не пытался. Натура... Вот и сейчас, лениво брошенные коллегой слова, заставили его подобраться в надежде, на новую интересную загадку.
   - Думаешь, на допросе он не врал?
   - Без показаний "гостя", точно сказать не могу. - Пожал плечами тот. - Но, если подходить с точки зрения логики, его версия выглядит довольно правдоподобно. Обнаружить нападение и попытаться бежать через подземный ход, вполне нормальное решение для пятнадцатилетнего подростка, если он не страдает комплексом героя, конечно. Да и то, что на выходе он чуть ли не нос к носу столкнулся с противником... случайность, конечно, странная, но записи датчиков вполне это подтверждают. Сам знаешь, на таком расстоянии увидеть что-либо в толще земли, нереально. Да и его собственный браслет тогда потерял связь с вычислителем системы наблюдения, это мы установили точно. В общем, если не множить сущности...
   - И подземный ход нашли... - Вздохнул майор, и вдруг треснул кулаком по столу. - Ну, не верю я в эту сказку! НЕ ВЕРЮ!
   - Почему? - Поинтересовался "штатский".
   - Да потому, что этот твой подопечный ведёт себя насквозь неправильно. У меня в карцере, конечно, всякое случается. И пену в бешенстве пускают, и от страха скулят. Но, чтобы выйдя оттуда, начистить морду конвоирам и при этом вообще не испытывать ни страха, ни сожалений, это уже перебор.
   - А что, он должен был от страха обделаться? - Фыркнул его собеседник.
   - Да хотя бы! - Взвился майор. - Лёша, это же не игрушки! Должна была быть реакция. И не единомоментная.
   - Вова, ты его досье видел? - С сожалением вздохнув, поинтересовался "штатский". - Он мастер Эфира. Ему твои штучки с купированием связи, что слону дробина.
   - Ни черта ты не понимаешь. - Отмахнулся Веселов. - Этот карцер специально создавался для раскачки психики "клиента". У меня, через сутки отдыха в нём, бывало даже гридни рыдали, словно дети. Не все, конечно. Кое-кто и в ступор впадал. А этот... мальчишка пар сбросил, поссал и пошёл! Не бывает таких детей, Лёшенька. Это, я тебе точно говорю. Поверь профессиональному мозгоправу.
   - Знаешь, я, конечно, твоей интуиции доверяю... - Медленно проговорил "штатский", убедившись, что майор полностью "заглотил наживку", - да, доверяю, иначе бы и не затеял эту возню с доставкой Кирилла к тебе "в гости"... В общем, давай так. Сейчас, ты даёшь мне подписку о неразглашении, а я выдаю его досье. Ознакомишься, а потом представишь свои выводы. В частном порядке, само собой. Идёт?
   - Так и знал, что этим закончится. И зачем я только поступал на психолога? - Скривился майор, и обречённо махнул рукой. - Ладно. Давай сюда своё досье.
   - Сначала, подписку, Вов. Ты знаешь правила. - Покачал головой тот. Его собеседник понимающе, хотя и недовольно кивнул, и через секунду браслет "штатского" пискнул, сообщая о получении документа. Прочитав полученный текст, приказной довольно хмыкнул и, одним жестом отправив файл досье любопытному майору, заметил, - да, ещё одно. Доказательств, как таковых у меня нет, но патологоанатом, осматривавший тело однорукого, сказал, что того, перед смертью, возможно... подчёркиваю, только возможно, подвергли интенсивному допросу. А может быть, ему это просто показалось. Короче, доктор не уверен, но я считаю, что для полноты картины, ты должен об этом знать.
   - Пф... - Майор откинулся на спинку своего монументального вращающегося кресла и пристально взглянул на собеседника. - Что за монстра ты мне подсунул, Лёша?
   В ответ, "штатский" только развёл руками.
   - Ладно. Почитаю, подумаю... на "беседу"-то его пригласить можно будет, или как? - Осведомился Веселов.
   - Если только очень вежливо, Вов. Сам видишь, какая каша заварилась. Аккуратненько надо. - Вздохнул "штатский".
   - Поня-ятно. То-то, я смотрю, грабители нынче богатые пошли... экипировочка, как у хорошего наемного отряда. - Пробурчал себе под нос майор. Его собеседник хотел было одёрнуть, но вспомнил, с кем разговаривает и махнул рукой. Наравне с любопытством у Веселова была развита и другая, весьма неожиданная черта. Он был абсолютно не болтлив в отношении тех вещей, что вызывали его профессиональный интерес. А уж если этот интерес был подкреплен соответствующими подписками, можно было утверждать, что даже те, кто имеет доступ к соответствующей информации, не вытащат из "вечного" майора ни единого бита информации... без санкции сверху. Собственно, именно поэтому один из самых информированных людей Преображенского приказа носил непонятное, да и просто неизвестное непосвященным, прозвище "Сейф". Он и был настоящим хранилищем секретов Приказа, чего совершенно невозможно было ожидать от известного "светского льва", блистающего в обществе красноречием и славящегося своими остротами, расходящимися по России с умопомрачительной скоростью. А уж какие легенды складывали о его пикировках с боярыней Посадской...
   - Отвлекись от важных государственных дум, Лёша. - Потеребив за край рукава "штатского", Веселов заставил собеседника вынырнуть из так невовремя накативших размышлений и, убедившись, что тот его слышит, договорил. - Тебе как, общий психопрофиль нужен, или подробный "разбор" личности с возможными вариантами развития?
   - Лучше и то, и другое. - Улыбнулся "штатский".
   - Хм-м. Уйдет под "гриф", вытаскивать будешь сам. - Предупредил майор, и его собеседнику оставалось только согласно кивнуть и развести руками. Ну да, если "Сейф" сочтет, что его выводы следует "закрыть", воспрепятствовать ему в этом будет невозможно. Впрочем, в данном случае, это не большая проблема. Нужный допуск в отношении информации о Николаеве, он получит легко, кроме разве что государевой печати, но... в этом случае, лучше будет вообще забыть об этом деле, от греха подальше. Никакая благодарность не стоит головы, тем более головы старшего приказного Следственного стола.
  

* * *

   Пока неприметная легковушка везла меня по городским улицам, я прокручивал в голове итоги моих последних злоключений и скрежетал зубами. Злость, нахлынувшая на меня ни с того ни с сего на пороге камеры, вроде бы утихшая после выпуска пара на конвойных, неожиданно накатила снова. Правда, теперь, я мог мыслить достаточно разумно, чтобы оценить весь идиотизм той выходки в тюрьме. Это ж надо было додуматься, лезть в драку с приказными?! Крыша что ли протекла?
   Покрутив пришедшую в голову мысль о сумасшествии, я нахмурился и принялся исследовать собственное тело Эфиром. И увиденное-учуянное меня не порадовало. Нет, ничего особо страшного не произошло, если не считать сущей мелочи. Если раньше, я мог рассчитывать хоть когда-нибудь стать воем, пусть слабеньким и невнятным, то теперь, на этой "мечте", кажется, можно было поставить крест. Потому как, видимое сейчас говорит о том, что сегодня я достиг своего потолка, застыв почти на самой границе меж новиком и воем. Иными словами, если бы в здешнем ранжире существовал такой ранг как "старший новик", мне он подошел бы идеально. И я даже, кажется, догадываюсь, что именно могло столь серьёзно повлиять на развитие моего Дара. Точнее, что его застопорило. Чёртов "кубик"! Отсюда и агрессия и отказ тормозов. Хорошо ещё, что сидя в этой "выдумке палачей", я почти всё время провел в медитации, иначе нервный срыв грянул бы куда как раньше и был бы намного разрушительнее, как для меня самого, так и для окружающих... Остается надеяться, что это не окончательный приговор.
   А теперь, вопрос. Тот, кто придумал этот дьявольский агрегат, знал, что именно он сотворил? А те, что меня туда запихнули? Впрочем, идею о том, что авторы задумки упихать меня в этот гребанный артефакт, не знали, что творят, можно отбросить. Не верю я в такую "простоту". Как не верю и в то, что господа наблюдатели из Приказа, приставленные ко мне эфирниками, не могли отреагировать на нападение раньше. Сюда же, абсолютный пофигизм Брюхова, во время нашего с ним последнего разговора... Хм. Кажется, я слишком поторопился с определением уровня доверия в отношении одного бывшего полковника гвардии... а может быть и всей "могучей кучки" эфирников, вообще. Потому как, если это был еще один этап проверки, устроенный ими, то... нахрен мне такое счастье?!
   Мысли скакали, словно бешеные кузнечики, а в голове вновь замутило от накатывающей злости. Ещё немного, и кому-то очень сильно не поздоровится.
   - На полигон. Любой. Срочно. - Проскрипел я водителю и тот, бросив короткий взгляд в мою сторону, не стал спорить.
   - Преображенское в двух минутах отсюда. Там полно полигонов. Подойдёт? - Коротко спросил шофёр, тогда как машина, повинуясь ему, вдруг взревела двигателем и пронзительной сиреной, и начала стремительно набирать скорость. Вот теперь я понимаю, что такое на самом деле "бешеная табуретка"! Стрелка спидометра послушно "легла", кокетливо коснувшись числа "240", а потом я перевел взгляд на лобовое стекло, и почувствовал, как напряжение, нараставшее во мне всё это время, трансформируется из жаркой невыносимо душной злобы в дикий восторг. Так что, слова водителя до меня дошли не сразу.
   - А что? Пойдёт... "Девяточку" знаешь, на Колодезной? - Губы мои, против воли разошлись в мечтательной улыбке. Щофёр нервно дернулся, но кивнул. Великолепно. Такой шанс отыграться за "кубик", выпустить пар и устроить полноценный допрос господину бывшему гвардии полковнику Преображенского полка, Олегу Павловичу Брюхову, я упускать не собирался.
   Хотели увидеть, на что я способен? Увидите. Вот сейчас доедем и увидите. Разнесу к чертям эту богадельню, вместе со всеми ее обитателями, чтоб даже духу этой чертовой "Девятки" на свете не осталось.
   - Приехали. - Голос водителя выдернул меня из охватившего тело оцепенения. Я благодарно кивнул в ответ и, вывалившись из машины, перевёл взгляд на основательное добротное здание стрелкового клуба. Тук-тук. Кто в теремочке живёт?

Глава 3. Прошла мимо, покосилась... только коса вжикнула

   Как говорится: "гладко было на бумаге, да забыли про овраги". Стоило мне оказаться в холле клуба, и двинуться к стойке, где с удобством расположилась Настасья... кажется... В общем, узнать точно, кто из дочерей полковника нынче встречает гостей, мне не удалось. Уже на третьем шаге, увидевшая мою перекошенную рожу, девушка нырнула под стол, а навстречу мне ударила широкая полоса белесого пара.
   Уйти в разгон я не успел. Точнее, не так... я даже кинетический щит выставил, и уже рванул вперед, чтобы на скорости пройти эту химию, но щит внезапно растаял, а в следующий миг, тело стало словно дубовым, ноги подогнулись... и всё. Темнота.
   В себя я пришёл в незнакомом помещении, ярко выраженного медицинского назначения. Белые стены, небольшое количество компактных медартефактов в углу. Белый шкаф, пара коек, на одной из которых, кажется, у окна, лежу я в одних трусах... и ни одной живой души поблизости. За одной дверью санузел, за другой коридор. Тоже пустой. Дальше моего восприятия просто не хватило. Железобетон, такая штука, что через неё вообще, очень трудно что-то почуять.
   Кое-как покрутив головой и "прощупав" окружающее пространство насколько мог, я пришел к выводу, что никаких фиксаторов здесь нет, и решил провести, так сказать, тест организма. А то мало ли? Может, пока я пребывал в сладких снах, мне уже успели чего-нибудь вырезать... или пришить, что тоже, в общем-то, не лучший вариант. Вот и разберусь, пока никого нет. А потом можно будет заняться и остальными насущными проблемами.
   И начать я решил с головы. Как ни странно, глупая "тыква" вела себя вполне прилично, и даже не пыталась доказать, что алкоголь, это яд, изображая похмелье. Это действительно странно, поскольку "отключающие" препараты в большинстве своем оставляют за собой именно такой след. А тут...
   Я попытался шевельнуться, но понял, что рано радовался. То, что должно было стать энергичным рывком-прыжком с койки, оказалось лишь слабым подергиванием рук и ног. А вот это уже хуже. Очень похоже, что меня приложили чем-то нервно-паралитическим. Гады... А я идиот. Ведь сразу догадался, чьи длинные уши торчат из этой истории с задержанием... и оказавшись на свободе, тут же радостно ломанулся бить морды причастным. И кто я, после этого?
   Нет, у меня имеется слабое оправдание этой выходке. В том состоянии, в которое ввел меня "кубик", соображать трезво я не мог. Быстро - пожалуйста. А вот хорошо, уже не получалось. Ну и результат... соответствующий, да.
   Хотел было треснуть себя по лбу, но рука только слабо дернулась, словно через нее ток пропустили. М-да, этак я ещё долго буду мыкаться... Впрочем, а Эфир-то на что?
   Волна тепла, сначала еле ощутимая, прокатилась по телу, следом за ней ещё одна, уже куда горячее, я сжал руку в кулак и, убедившись, что конечность не собирается дальше "бастовать", принялся прогонять энергию по телу, до тех пор, пока не почувствовал его полностью. Упоительное ощущение, честное слово. Кажется, я мог определить, где находится и как чувствует себя каждая клеточка моего организма. Я облегченно вздохнул и тут же понял, что перестарался. Запуская процесс очистки, я как-то совсем позабыл о некоторых последствиях этого приема...
   На этот раз, прыжок получился, что надо. Тело слетело с койки и я, метнувшись из стороны в сторону, матерясь на ходу, что было сил рванул на себя оказавшуюся запертой, дверь в санузел. Лязгнула упавшая на кафельный пол "собачка" замка. А вот и белый друг.
   Уже выходя из туалета, я не сдержал недовольного хмыка. Хорош бы я был, застань меня кто в гордой позе горного орла... Нет, все-таки, кажется, история с "кубиком" не прошла для меня даром. Мог бы спокойно отложить очистку организма, по крайней мере до тех пор, пока не разобрался бы с происходящим вокруг, хоть чуть-чуть. Так ведь нет, опять сыдиотничал. И откуда только взялась эта бездумная импульсивность? Хотя, вопрос некорректный. Откуда, понятно. А вот как с этим бороться?
   Но долго предаваться грустным и несвоевременным размышлениям, мне не дали. В конце коридора появился некто, целенаправленно движущийся в мою сторону.
   "Растворившись", я замер в дверном проеме меж кабинетом и санузлом и приготовился. К чему? А к чему угодно. Дверная ручка уверенно пошла вниз и в помещение, прогулочным шагом вошёл мой "клиент".
   - Кирилл, я тебе одежду... эм-м... Ки... - Больше ничего сказать, Настасья не смогла, потому как в этот момент мои пальцы сжали ей горло, а волна Эфира уверенно заблокировала любые попытки применить какой-либо прием из арсенала одаренных. Конечно, серьезную технику мне не заблокировать, но уж сорвать её, я точно смогу... Доказано на личном опыте.
   Ну да, после истории с моими "похоронами", я был бы полным идиотом, если бы не попытался разобраться в действии "подавителей". Собственно, только то, что "кубик" был построен на каком-то ином принципе, и не позволило мне как следует его разломать. Я просто побоялся лезть в эту круговерть рунных связок.
   - Ты ведь будешь умницей, и не станешь кричать? - Прошептал я на ухо Настасье, судорожно сжимающей в руках какой-то пакет. - Моргни, если я прав.
   Моргнула. Действительно, умница. Не ослабляя контроль, я подтолкнул девушку к ближайшей койке и, дождавшись, пока она устроится на краешке, приступил к допросу. Пока вежливому.
  

* * *

   Полковник смотрел на стоящего напротив него мальч... молодого человека, наряженного в чуть великоватый ему, но чистый, явно недавно выглаженный камуфляж и не знал, что сказать. А собеседник, покачиваясь с мыска на пятку, стоял в центре кабинета и следил за каждым жестом бывшего гвардейца, в ожидании ответа.
   - Кирилл... - Брюхов, наконец, собрался с мыслями и, вздохнув, заговорил медленно и с расстановкой. - Я не могу объяснить тебе произошедшее. Постой...
   Почувствовав, как и без того тяжелая атмосфера в комнате начала сгущаться еще больше, ощутимо давя на восприятие невообразимым напряжением Эфира, бывший полковник выставил вперед руку в останавливающем жесте... Эфир на миг дрогнул, но давление вроде бы нарастать перестало. Полковник вздохнул и хотел было продолжить, но Кирилл его перебил.
   - Господин Брюхов, я не возражал ни словом, когда вы, несомненно, с подачи ваших коллег, начали устраивать мне проверки. Более того, я принимал их, как должное. Не дурак, понимаю, что постороннего человека в любой компании будут "проверять на вшивость". - Глухим бесстрастным голосом, проговорил собеседник Брюхова. - И за прошедшее время я ни разу не просил и не требовал рассказать мне об итогах этих проверок. Но последний эпизод нанес мне вред, которого не простит ни один одаренный. Передайте "клубу" мой отказ от участия в их междусобойчике.
   - Кирилл, это не была проверка! - Выпалил бывший полковник. - О том, что ты всё это время находился в управлении Преображенского приказа, я узнал только сегодня утром. А уж то, что тебя держали в карцере, это вообще вне моего понимания.
   - И опоздание к моменту атаки на мой дом, тоже не было частью проверки, да? - Криво ухмыльнулся Кирилл, вот только взгляд его был совсем невеселым.
   - Именно, Кирилл. - Покачал головой Брюхов. - В ситуации с нападением на тебя дома, имела место накладка. Группу наблюдения заменили вчера утром. Срочное задание. В результате, им на смену вышли две оперативные команды... скажем так, бывшие не в курсе дела. Им дали короткий приказ: наблюдать, в случае внештатной ситуации, пресечь...
   - Я бы вам поверил, если бы один из приказных, тот самый, что меня выпустил, не вручил мне визитную карточку Прутнева. - Кирилл отвел безразличный взгляд в сторону и Эфир снова дрогнул. Полковник выпустил воздух сквозь плотно сжатые зубы. Кажется, его собеседник совсем не так спокоен, как хочет казаться... но додумать эту мысль, ему не удалось, бывший Громов сбил. - Считаете, что при имеющихся фактах я еще могу верить вашим утверждениям о непричастности клуба к моим неприятностям с Преображенским приказом?
   - Не понимаю. - Брюхов опустился в свое монументальное кресло и озадаченно потел рукой лоб. - Я совершенно точно знаю, что никто ничего подобного не планировал...
   - Это уже ваши собственные заморочки. Меня они не касаются. Всего хорошего, господин Брюхов. Надеюсь, больше, ни ваших коллег, ни вас, я не увижу. - Попрощавшись коротким кивком, Кирилл развернулся и вышел из кабинета, увлекая за собой грозовую тучу напряженного до предела Эфира.
   Бывший гвардии полковник молча проводил взглядом удаляющуюся фигуру и, прикрыв глаза, откинулся на спинку кресла. У него только что появились очень большие проблемы... и нужно было хорошенько подумать, прежде чем браться за их решение. А еще переговорить кое с кем из приказных, на тему своеволия и головотяпства...
   - Таня, Настя, зайдите! - Раздавшийся по громкой связи голос заставил сестёр переглянуться. Кажется, папа не в духе.
   - Думаешь, это из-за нашего вундеркинда? - Поинтересовалась Татьяна.
   - А из-за кого? Он, когда очнулся, чуть душу из меня не вытряс... - Поежилась Настя, и неожиданно призналась. - Я ошиблась. Не надо было его парализатором глушить... Но от Кирилла, когда он пришел, так жутью несло, что я перепугалась.
   - Ой, ладно тебе. Не может быть всё так плохо. - Ободряюще подмигнула Татьяна. - Ну, приложила ты его газом, и что?
   - Хм... Что? Боюсь, теперь, он с нами вообще работать не захочет. Прикрыть от атаки его не смогли, хоть и обещали, а потом еще и на сутки в камеру законопатили. И ладно бы, оно может все и обошлось бы, да вот только когда он явился разобраться, я его еще и газом траванула. Как, тянет это на честное сотрудничество? - Грустно вздохнула Настя.
   - Подожди, а разве в камеру его мы запихнули? - Удивилась сестра.
   - Нет, конечно, но попробуй это докажи. - Развела руками Настя, поднимаясь с кресла и направляясь к кабинету отца.
   - А что тут пробовать? Найти того, кто это придумал, да и представить его Кириллу, перевязанным подарочной ленточкой. - Пожала плечами Татьяна. Сестра споткнулась и, замерев на месте, окинула Таню изучающим взглядом.
   - Ленточка... да. Надо проверить. Не факт, конечно, но... ищи, кому выгодно, да...

Глава 4. Проблемы, они такие разные...

   Один плюс у этого моего "боевого разворота" с последующей ретирадой, всё-таки имелся. А именно, в результате эскапады, я полностью успокоился, так что, по возвращении домой, смог мыслить трезво и не поддаваясь эмоциям. А подумать было о чём. Поведение полковника, его речь и искреннее недоумение тревожившее Эфир, свидетельствовали о том, что он действительно был не в курсе происходившего со мной, начиная с той вечерней атаки неизвестных. Другое дело, что это вовсе не показатель честности клуба. Могли его участники провернуть подобную операцию, не ставя в известность моего "куратора"? Запросто. Сам Брюхов не имеет никакого отношения к Преображенскому приказу, кроме разве что, совпадения названия этого учреждения и его любимого гвардейского полка... да и сведения о наблюдателях он мне представлял, как человек не имеющий к ним прямого отношения. Не показатель, конечно, но... думаю, среди эфирников имеются люди, куда более подходящие для организации подобного взаимодействия. Игры внутри клуба? Ради одного пятнадцатилетнего капи... мастера? Хм. Сомневаюсь, что-то. Но отбрасывать этот вариант сходу, тоже не стоит.
   Что ещё? Ухажёры Ольги... Кто-то из "дуэлянтов", или из не решившихся на вызов? М-да. И как это определить? Стоп. С этим позже. Ещё варианты... Громов-старший? Но в роду сейчас идёт такая делёжка власти, что ему должно быть совсем не до меня. Томилины? Хм... Вспомнили о Роме Вышневецком и моём участии в его судьбе? Совсем-совсем, вряд ли. После поражения в войне родов, их очень быстро догрызли. Те же Винокуровы неплохо подсуетились, да. Так что, сейчас, от рода Томилиных осталось пять человек, больше озабоченных поиском хлеба насущного, чем местью за дальнего родственника-наемника с подмоченной репутацией. Кто ещё? А всё, если я, конечно, чего-то, или кого-то не забыл... Ну что ж, с этим уже можно работать.
   Я потёр виски и, прикрыв глаза, откинулся на спинку дивана. Работать, это хорошо, вопрос в другом. С чего начать? По логике, неплохо было бы допросить уцелевшего визитёра, и пообстоятельней, чем первого. А то, его коллега, кроме подтверждения участия в слежке, мне ничего толкового не сообщил. Отрубился. Эх, мне бы тогда побольше времени. Впрочем, судя по тому, что мой "клиент" благополучно подох, вряд ли пара-тройка лишних минут сильно мне помогли. Расколоть второго подранка, я бы за такой срок не успел. Минут за десять-пятнадцать, еще туда-сюда, но тогда уж точно без следов не обошлось бы, а это не есть гуд. М-да, было бы здорово добиться возможности пообщаться с ним сейчас, желательно, часа два и без свидетелей, но.. кто ж мне такое позволит-то? Стоп. А это ещё кто?
   - Привет, Кирилл. - Ольгу я почуял, когда её авто почти добралось до ворот моего дома, и встретил на пороге. Да, после всех событий, я решил, что несмотря на сложность, буду стараться удерживать чутьё постоянно. Можно было бы и раньше, но кто бы знал, как это муторно и тяжело. Не физически, нет. Морально тяжело постоянно удерживать работающее чутьё.
   Но тут... в общем, я решил поступиться своим комфортом и наплевать на головную боль, которая гарантирована мне вечером... И начал, сразу по выходу из так и не разнесенного в щебень стрелкового клуба. Скажу честно, удерживать в сознании окружающее пространство, куда легче, сидя в доме на отшибе, чем в городе. Я, пока добрался до парка, чуть сознание не потерял от количества информации, что на меня свалилось. Но ничего, справился. Даже головную боль сумел угомонить. А сегодня, мне уже даже почти не нужно следить за тем, чтобы чутьё работало постоянно. Правда, к вечеру усталость всё-таки дала о себе знать, и это притом, что весь этот субботний день я просидел дома. А уж что будет, когда придется выйти с включенной чуйкой в людные места... бр-р. С другой стороны, другого выхода у меня все равно нет, а значит... справлюсь. Не впервой.
   Поцеловав девушку, я обменялся приветственным кивком с сопровождавшим её Хромовым, пригласил обоих в дом, и пока гвардеец Бестужевых устраивался за столом, мы с Ольгой, не сговариваясь, взялись за приготовление чая. К счастью, самовар у меня был горячий, так что осталось только чуть-чуть его подогреть, да бросить свежей заварки в чайник. Чем я и занялся, пока Ольга перерывала шкафы и холодильник в поиске сластей и печева.
   - Ты какой-то заморенный, Кирюш. Что-то случилось? - Поинтересовалась Оля, когда мы устроились на лавках, а в руках у нас появились огромные цветастые кружки с горячим дегтярно-черным чаем, сдобренным малиновым листом и мятой.
   - Ты же меня знаешь, Олюшка. - Вздохнул я, разводя руками. - Со мной постоянно что-то случается.
   - Поэтому ты вчера не появился в гимназии, да?
   - А что, Леонид не догадался прикрыть меня перед учителями? - Деланно удивился я, на что Ольга звонко рассмеялась, а охватившее её беспокойство изрядно сбавило в силе, почти перестав давить мне на мозги. Уже хорошо.
   - Перед учителями, да. А вот твоим сёстрам, он голову задурить не смог. - Пожала плечами девушка. Я тяжело вздохнул, и молча сидевший рядом, Хромов не сдержал легкой ухмылки. - Так что, вчера вечером они заглянули к нам в усадьбу, вполне резонно предположив, что именно там ты и обретаешься, забив на реноме прилежного гимназиста, старосты и их учителя.
   - Понятненько. Значит, скоро эти две... ученицы заявятся сюда? - Я ткнул пальцем в браслет на руке Оли. В ответ, умница-красавица смущённо кивнула, но тут же вспомнив, что при нашей с ней связи, никакой маской меня не обмануть, стерла с лица смущение и примирительно улыбнулась.
   - Ну, у тебя же опять браслет не отвечает. Вот я и... Кстати, а что случилось с твоим браслетом? - Переключилась Ольга.
   - Хм. Я бы предпочел поговорить на эту тему в присутствии Валентина Эдуардовича. - Медленно проговорил я. Ну а что? Логичный выбор. Уж, на его счёт я могу быть уверен, что никаких планов "во вред", так сказать, в отношении меня у Бестужева-старшего нет. Насколько вообще, в этом мире, можно быть в чем-то уверенным. Так что и выбор с кем посоветоваться о происходящем тут даже не стоит. Других вариантов у меня попросту нет.
   Ольга понимающе кивнула, а вот Хромов напрягся. Нахмурился и, отставив кружку в сторону, уставился на меня.
   - Что-то серьёзное? - Осведомился он.
   - Скажем так... странное. - Я ушёл от ответа, но гвардейцу этого хватило. Он понимающе кивнул и, извинившись, вышел из-за стола. Могу поспорить, уже через минуту, Бестужев будет в курсе моего горячего желания пообщаться. Вот и славно. Значит, пока я могу немного расслабиться и чуть-чуть отдохнуть... перед предстоящим разговором. А он, чую, будет до-олгим.
   - Мужчины. - Вздохнула Ольга. - Всё у вас тайны, да проблемы...
   - Ну, уж какие есть, такие есть. - Я развёл руками, и, вспомнив кое о чём, встрепенулся. - Кстати, о тайнах... Скажи мне о великий специалист по безопасности, раскрой секрет...
   - Какой? - Опешила Ольга.
   - Я тут краем уха услышал о такой вещи, как газ... или не газ... взвесь? Короче, услышал, что есть некое летучее вещество, способное отрубить одаренного, даже если тот его не вдохнул. Это правда?
   - Хм. А зачем тебе? - Нахмурилась Ольга.
   - Затем же, зачем и система фиксаторов в доме. - Хмыкнул я. - Так что, это правда?
   - Ну, как тебе сказать... есть разные вещества способные воздействовать на одаренных. - Медленно проговорила моя пассия, но тут же уверенно кивнула. - В том числе, и аэрозоли. Подожди. Ты, случаем не про легендарный "Стопор" говоришь?
   - Легендарный стопор? Это что? - Не понял я.
   - Ну, ходит такая байка о специальном аэрозоле в арсенале некоторых специфических государственных структур, проникающем за любой щит, вроде как, за счёт наполненности самой смеси, Эфиром. - Пояснила Оля, и покачала головой. - Говорят, он даже техники может рассеивать, поглощая энергию. Но это только байка, Кирилл, не больше.
   - Да? - Я мысленно вздохнул. Можно было бы сказать ей, что со вчерашнего дня, это вещество выбыло из списка легенд, ввиду своей реальности, но зачем? А в том, что вырубили меня в "Девяточке" именно таким веществом, я почти не сомневаюсь. Иначе, с чего бы после пробуждения, у меня было такое чувство, будто из меня все силы вытянули? А уж ощущение наполнения эфиром "пустого" тела, я помню хорошо. Точно такое же было, когда я опробовал свои способности, обживаясь в усадьбе Громовых, сразу после "вселения". А ничего себе примочки, имеются в распоряжении эфирников, да... Ладно, это можно пока отложить в сторону, а пока... пока рядом со мной сидит красивая барышня, по которой я успел соскучиться, так что...
   Но приступить к возникшим, словно сами собой, планам, нам не дал сначала появившийся в комнате Хромов, а потом и моё чутьё подало сигнал о приближении ещё одного автомобиля. Дорога здесь одна, и кататься просто так по грунтовке, номинально отделяющей парк от леса, никто не станет. А значит, пожаловали очередные гос...тьи.
   Вместе с близнецами в дом ворвался шум-гам, повальный энтузиазм... а следом за ними, в комнату, стараясь остаться незамеченным, просочился громовский водитель... ага, а вот и мои сигареты! Моментально расстреляв беднягу на очередную порцию никотина, я чуть приоткрыл форточку и, с благодарностью приняв из рук Ольги чашку растворимого кофе, устроился на подоконнике. Хорошо... Но вот девичье щебетание как-то поутихло, чашка показала дно, а окурок отправился в пепельницу. Словно только этого и ждали, Мила с Линой переглянулись и уставились на меня. Молча.
   - Что?
   - Мы прощения хотели попросить. - Вздохнула Мила. - За то происшествие в гимназии.
   - О как? - Удивился я. - Кажется, что-то большое в лесу сдохло.
   - Нет, правда, Кирилл. Извини, пожалуйста. Мы не должны были так реагировать на эту... Вербицкую. - Лина явно хотела сказать что-то другое, но ограничилась лишь фамилией.
   - Так и просили бы прощения у неё. - Фыркнул я в ответ.
   - А мы уже. Но она сказала, что мы тебя оскорбили своими действиями. - Протянула Мила. - Вроде как, слабаком выставили. В общем, как-то так.
   - Одна-ако. Какая буйная фантазия у некоторых девушек. - Я усмехнулся. - Ну, если вам от этого легче...
   - Спасибо! - Разулыбавшись, в унисон выдали сёстры, а Лина тут же добавила. - Хм, Кирилл, а ты не мог бы объяснить в гимназии, ну не впрямую, конечно... Так, обронить невзначай, что... что...
   - Что у нас с тобой ничего не было. - Выпалила Мила, и я подавился остатками кофе. Охренеть, заявочка!
  

Глава 5. Кто ходит в гости по ночам

   Разговор с Бестужевым-старшим, по сравнению с допросом, устроенным мне Ольгой, по поводу заявления близняшек, оказался мирным и спокойным, как беседа двух кумушек за чаем. Хотя, кипел и фырчал Валентин Эдуардович не хуже моего любимого самовара. Причём, бочку он катил вовсе не на меня, согласившись, что участие в "клубе" эфирников, открывало для меня и, соответственно, для нашего будущего предприятия очень и очень неплохие перспективы. Но вот действия предпринятые клубом по защите своего неофита от возможной агрессии со стороны неизвестных "топтунов", вызвали у Бестужева-старшего только презрительное хмыканье.
   - Вот тебе и результат отсутствия собственных структурных подразделений. - Успокоившись, проговорил Валентин Эдуардович, а когда мы с Хромовым молча на него уставились, вздохнув, пояснил, - да-да, неужели вы считаете, что готовясь к открытию ТАКОЙ школы, я не озаботился сбором необходимой информации об организации, которую Николай иначе как клубом по интересам не называл? И ведь я с ним согласен. Да, клуб обладает очень большой и разветвленной сетью участников, занятых в самых разных областях, но! У него нет ни одной самостоятельной структуры, подчиненной только клубу. Если им нужны боевики, то к делу привлекается гвардия какого-нибудь рода, чей глава участвует в работе клуба. Нужны серьезные инженеры? Дергается другая ниточка, пара звонков, и вот уже глава соответствующего КБ с готовностью предлагает своих лучших специалистов... и так во всем. Удобная, довольно слаженная схема, но... как и любая универсальная система, не лишенная своих недостатков. Огромная информированность организации зачастую нивелируется её неофициальностью и, соответственно, отсутствием собственных исполнительных механизмов, или хотя бы таких структур, для которых действие по выполнению заданий организации были бы в безусловном приоритете. Как результат, имеем накладки подобные той, что произошла с тобой, Кирилл.
   - Накладка, да? - Я прищурился. - То есть, к тому факту, что мне уже никогда не стать воем, я должен отнестись, как к... мелочи? В смысле, пожать плечами и сказать: бывает?! Так что ли?!
   - Не кипятись, Кирилл. - Выставил перед собой ладони Бестужев. - С этими последствиями мы ещё разберемся. Я, честно говоря, ни разу не слышал об артефактах, способных затормозить развитие Дара, хотя бы на малый срок. О том же, чтобы его купировать... - Отец Ольги покачал головой. - Это и вовсе из области фантастики.
   - О! Из разряда летающих блюдец и зелёных человечков, да? - Я скривился. - Что ж, тогда просто присмотритесь ко мне и скажите, каков сейчас потенциал развития моего Дара. Лично мои ощущения говорят, что "потолок" достигнут. И где тут можно записаться в "уфологи"?
   - Разберемся. - Нахмурившись, буркнул Бестужев. - Но сейчас, у нас есть более важная задача, а именно, нужно понять, кто решил поиграть с тобой в казаки-разбойники, зачем ему это нужно, и когда ждать следующего удара.
   Мы с Хромовым переглянулись.
   - Поясните. - Чуть ли не в унисон проговорили мы.
   - Хм... конечно, утверждать сейчас что-то наверняка, я не могу. Но... - Валентин Эдуардович поднялся со своего монументального кресла и закружил по кабинету, - в общем, мне очень и очень сильно кажется, что слежка, атака на твой дом и последующее пребывание у приказных, всё это происшествия одного ряда.
   - То есть, считаете, что все это дело рук одной и той же силы? - Уточнил я.
   - Хм... можно и так сказать. - Не прекращая хождения по кругу, кивнул Бестужев. - Это, пока только гипотеза и она еще требует доказательств, но...
   - Каких доказательств?
   - Пока не знаю. - Пожал плечами дипломат. - Не хватает статистики.
   - О! Понял. - Вздохнул я. - То есть, будем ждать, что еще шандарахнет мне по темечку, и набирать таким образом эту вашу статистику, да?
   - Хм... - Бестужев замер передо мной и, склонив голову к плечу, с интересом уставился мне в глаза. - Ну, ты же все равно не собираешься никуда уезжать, правильно?
   - Куда? - Пожал я плечами. - У меня тут дом, гимназия, ученицы... невеста, в конце концов. Да и бегать от проблем, это совсем не метод их решения. Не находите?
   - Ну вот, видишь, значит, по темечку тебе так и так будет прилетать. - Усмехнулся Бестужев. - А значит, и статистика будет набираться. Или ты считаешь, что твой неизвестный неприятель, в конце концов, угомонится и оставит тебя в покое?
   - Валентин Эдуардович, - я покачал головой...
   - Ладно-ладно. Насчет последнего, извини. Глупость сказал. - Развел руками Бестужев. - Но, кто мешает нам объединить разные подходы? Вы с Хромовым займетесь поиском по-своему, а я пошарю по своим каналам и... буду набирать статистику. Я ведь прав, и вы уже что-то замыслили?
   Хм. Утаить от прирожденного дипломата что-либо, не будучи специалистом его уровня, нереально. Тем более, когда одного из "заговорщиков", то есть командира своей гвардии, этот самый дипломат знает как облупленного.
   - Скажем так, у нас есть одна идея, но оглашать ее мы не будем. - Задумчиво протянул Хромов, и это были его первые слова за все время нашего с Бестужевым разговора. Когда же глава рода недоуменно приподнял бровь, гвардеец только развел руками. - О некоторых вещах, боярину лучше не знать... до поры до времени.
   - Он пока еще не знает, знает он или не знает... - Медленно протянул я, вспомнив старую потрепанную фантастическую книжку, читанную мною между еще Там, в один из спокойных дней между рейдами.
   - Хм. Я понял. - Покосившись на меня, проговорил Бестужев и вздохнул. - Ну, вы уж там, поаккуратнее, не попадитесь.
   Мы с Хромовым вновь переглянулись и уставились на боярина, а тот, окинув нас взглядом, вдруг махнул рукой.
   - Хотя, о чём это я... гранд и ярый... это будут проблемы тех, кому вы попадетесь. Ладно, чёрт с ним. Делайте что хотите, но только попробуйте сдохнуть! На том свете найду!
   Поняв, что разговор закончен, мы с гвардейцем поднялись с кресел и двинулись к выходу. Голос Бестужева догнал нас уже на пороге.
   - Полагаю, глава клуба эфирников, тоже "еще не знает"...
   - Именно так. - После небольшой паузы ответил Хромов, бросив на меня короткий взгляд.
   Ну-ну. Не надо делать из меня идиота. Как будто я не понимаю что, не уведомив своего куратора в клубе, гвардеец ни за что не полезет в дело, которое может грозить обществу эфирников неприятностями... С другой стороны, тот же Хромов прекрасно понимает, что мне самому эти разрешения... хм, скажем так, до лампочки.
   Спрашивается, зачем я вообще решил вовлечь в дело Хромова... А все просто. Если бы он, "подумав", отказался от участия, это стало бы знаком, что, несмотря на заверения Брюхова, из всей этой каши конкретно так торчат уши клуба. Возможен был и вариант с приглашением моей важнючей и наглючей персоны к кому-то из эфирников, повыше рангом того же бывшего полковника, с последующим задушевным разговором. Тут можно было бы предположить некие внутренние игры самого клуба. Тоже информация, почему нет? Ну и последний, сработавший вариант - молчаливый одобрямс.
   Откуда у меня такая уверенность? Хм... конечно, ветвей возможных решений и действий тут могло быть куда больше, если бы не одно "но". В Эфире, Хромов всего лишь подмастерье, зато в стихиях... короче говоря, не зря Бестужев интересовался у своего гвардейца мнением главы клуба. Кого еще и спрашивать как не его "крестника"? А значит, большинство возможных вариантов решений принимаемых на более низких уровнях, можно отсечь. Хотя, конечно нельзя исключить, что глава клуба просто подставляет неименитого ярого. Нет, я далек от мысли, что сей господин позволит себе разбрасываться такими ресурсами, как высший стихийник из прогосударственного боярского рода, но вот позволить ему оказаться на некоторое время в местах не столь отдаленных, он мог. Только... тут появляется другой вопрос, а именно: на хрена городить такой огород?!
  

* * *

   Холодный, пробирающий до костей, ветер ворвался в колодец старого доходного дома следом за въехавшим в услужливо распахнутые ворота, широким и низким седаном. Ворвался и, с разочарованным воем заметавшись по кругу в тесном дворе, смерчем взмыл вверх, звеня жестяным отливами под слепыми черными окнами. Ветер поднялся над крышами, разметав над ними облако подхваченных во дворе снежинок и, словно облегченно вздохнув, помчался дальше по своим делам. А замерший у одного из подъездов, "Руссо-Балт" погасил фары и, словно дождавшись, пока стихнут порывы неугомонной стихии, с щелчком отворил водительскую дверь. Из салона пахнуло теплым воздухом с легким ароматом дорогого табака, и на тротуар шагнул водитель авто. Мягко хлопнула дверь, машина послушно моргнула габаритами и затихла. Водитель бросил короткий взгляд на окна третьего этажа и двинулся к подъезду, скупо освещенному единственным со скрипом покачивающимся плафоном.
   Мужчина поправил папку, зажатую подмышкой, и потянулся было к дверной ручке, но тут, матовый, источавший леденцово-желтый свет, плафон над его головой вдруг негромко хлопнул и погас, погружая подъезд в темноту. Рука человека автоматически дернулась, пытаясь ухватить рукоять табельного пистолета, но не успела. Ночные сумерки вдруг сменились непроницаемой мглой и мужчина безвольно повалился наземь. Почти. Размытые, почти невидимые в наступившей у подъезда темноте, тени в четыре руки подхватили бессознательное тело, так и не дав ему коснуться грязной кафельной плитки. Вновь моргнули габариты "Руссо-Балта", хлопнули двери, и машина, сделав круг, выехала со двора, чтобы уже через несколько минут раствориться в городском автомобильном потоке.
  

Глава 6. Попытка не пытка? А пытка что?

   Найти место для допроса было несложно. Давешний карьер, в котором меня чуть не похоронили, подошел для этих целей самым лучшим образом. Разумеется, рассказывать Хромову, откуда мне известно это место, я не стал. Да он и не спрашивал.
   Неприметная "АМО"-шка, на которую мы сменили "Руссо-Балт" нашего пленника в одном из переулков Замоскворечья, запрыгала по замерзшим колдобинам карьера, и командир гвардии Бестужевых тихо заматерился, с бешеной скоростью вращая руль, в его лапищах кажущийся этаким бубликом, пытаясь объехать наиболее опасные ямы. В ночной темноте, та еще задачка, даже при условии использования "кошачьего глаза". А тут еще и наш пленник завозился, приходя в себя.
   Скрипнули тормоза, машина застыла под боком у черной громады экскаватора, и мы с Хромовым принялись вытаскивать спеленатого по рукам и ногам типуса, подсунувшего мне визитку Прутнева. Ну да, собственно, именно поэтому, Хромов с такой готовностью взялся помогать в этой затее... Все-таки, так легко козырять именем "кадровика" клуба эфирников, это ли не повод вызвать интерес организации, не желающей афишировать свой состав?
   Привязанный к тракам экскаватора, пленник давно пришел в себя, но виду старался не подавать. Как будто подобное притворство могло ему помочь. Впрочем, этот факт очень быстро, хотя и несколько болезненно дошел и до нашего "гостя". Аккурат с первым ударом ботинка сорок последнего размера прилетевшего пленнику по ребрам от Аристарха Макарыча.
   От самостоятельного допроса я устранился. Ограничился лишь тем, что еще во время подготовки к беседе, передал Хромову список интересующих меня вопросов... ну и во время беседы подкидывал время от времени фразу-другую. И неплохо получилось, между прочим. Вопреки моим ожиданиям, господин Переверзев раскололся быстро и, что называется, до донышка. Хотя, если вспомнить мой торг с дедом, в самом начале этой эпопеи... У ярых всегда находятся убедительные аргументы, мда.
   Под давлением гвардейца, приказной пел, как соловей и почти не пытался хорохориться. Пел, разумеется, под запись и будучи предупреждённым о ней. Ну, а поскольку допрос вел Хромов, ничего удивительного в том, что большая их часть касалась клуба эфирников, не было. Короче говоря, Аристарх создал у нашего собеседника полное впечатление, что попал он именно в руки товарищей из клуба, заинтересовавшихся тем, что кто-то посмел приплетать их к своим делам. Узнать допрашивающих, находящихся под эфирными масками, искажающими не только черты лица и голоса, но и эфирные следы, гость все равно не смог бы, так что опознания можно было не опасаться.
   Казалось бы, зачем такие сложности? Но убийство Алексея Переверзева совершенно не входило в мои планы. Я еще не настолько поехал крышей, чтобы вешать себе на загривок такую структуру, как Преображенский приказ. А значит, после допроса, наш пленник должен вернуться домой целым и невредимым. Гарантией же того, что он не поставит на уши всё своё ведомство, послужит та самая запись его исповеди. Ведь, как бы ни было развито здесь такое явление, как непотизм, за использование служебного положения в личных целях, любому приказному грозит наказание... вплоть до смерти. Сторожевой пес должен служить только своему хозяину, а не тому, кто предложит шматок мяса побольше.
   - Как видишь, Прутнев, а с ним и клуб, здесь вовсе не причем. - Проговорил Хромов, когда мы устроили беспамятного Переверзева в его "Руссо-Балте", припаркованного у одного из замоскворецких двориков.
   - Да, вот только, кто именно здесь "причем", нам выяснить также не удалось. - Вздохнул я.
   - Ну нет, Кирилл. - Аристарх решительно замотал головой. - Красть начальника этого Переверзева, мы не станем. Одно дело допрос мелкой сошки, исполнителя... за который нас, кстати, тоже по головке не погладят, и совсем другое дело, похищение начальника Следственного стола!
   - Да у меня и в мыслях не было его похищать. - Фыркнул я. - Понимаю, что мне это не по зубам... да и жить, честно говоря, еще очень хочется.
   - Ну да, и личные данные этого самого полковника ты выспросил просто из любопытства. - Хмыкнул Аристарх.
   - Почему же? - Я улыбнулся. - Лишняя гарантия, что господин Переверзев не побежит докладываться начальству, которое сам же и сдал.
   - Вот ведь! - Хромов витиевато выматерился, помолчал, заводя АМО-шку и заговорил, лишь когда машина проехала добрых полкилометра. - И что ты намерен делать?
   - Хочу проверить, чья лапа волосатей. - Ухмыльнулся я. - Моя, или того неизвестного боярина, по чьей просьбе господин Переверзев так обо мне "позаботился".
   - А подробнее? - Нахмурился Аристарх Макарович.
   - А зачем?
   - Кирилл, ну мы же уже выяснили, что клуб здесь не причем... и я не пойду вразрез с интересами Бестужевых, которым ты, между прочим, нужен живым, здоровым и довольным. - Вздохнул Хромов.
   - Это не вопрос доверия или недоверия, Аристарх Макарыч. - Покачал я головой. - Усомнись я хоть на секунду в вашей лояльности Бестужевым, и сегодняшнего "дела" не было бы. Просто, как показал недавний опыт, складывать все яйца в одну корзину, то есть полностью полагаться на компетентность клуба эфирников, я не могу... Что, впрочем, не должно особо помешать им действовать самостоятельно, исправляя свой косяк. Заодно и "протечку" прикроют, ту, что визитками кадровика клуба сорит, где ни попадя.
   - А ты наглый, знаешь? - Хохотнул Хромов.
   - Да ну? - Я, прищурившись, взглянул на гвардейца. Тот поймал взгляд и передернул плечами.
   - Ну, в данном случае, признаю, у тебя есть некоторые основания для этого. - Хмыкнул Хромов и, помолчав, со вздохом заключил. - Ладно, я так понимаю, что твое решение окончательно и рассказывать о своих дальнейших планах, ты не собираешься. Так?
   - Именно.
   - Ну и чёрт с ним. Главное, не вздумай сдохнуть в процессе. Мне Ольга за такое голову открутит и на статус не посмотрит. - Пробормотал Хромов и умолк.
   Дальнейший путь, почти до самых Сокольников, прошел в молчании. Не знаю, о чем думал Аристарх, а я прикидывал, насколько вежливо будет припереться в гости к одному суровому дядьке и в процессе знакомства, озадачить его "халтуркой на дом"... и получится ли у меня сегодня удрать из-под надзора Бестужевых. Впрочем...
   - Аристарх Макарович, а можешь подбросить меня до дома? - Поинтересовался я.
   - А что не к нам? - Пожал плечами Хромов.
   - Завтра в школу, а все мои шмотки дома. - Вздохнул я. - Да и рыжий... Привык я уже к собственным колесам.
   - Понятно. Ольге только отзвониться не забудь. - Кивнул Аристарх и АМО-шка, заложив широкую дугу по кольцу Каланчовой площади, помчалась к Полевым переулкам. Поворот, еще один, а вот и знакомая просека.
   Попрощавшись с Хромовым, я дождался пока его машина скроется из виду и, убедившись, что никаких "лишних" фиксаторов на территории моего дома не появилось, двинулся к подсобке, где меня, наверное, уже заждался "Лисёнок". Что бы я не говорил Хромову, но оставлять в покое господина полковника, я не собирался... да-да, те самые яйца и корзины.
   Рыжий радостно рыкнул и, вырвавшись с территории бывшей конной базы, покатил по просеке в сторону, противоположную той, куда уехал Аристарх. Время, половина второго ночи, так что, у меня есть еще несколько часов для решения поставленной задачи. Должен успеть.
   Ветошный, дом семь. Муторный адрес... Пространство меж Красной и Лубянской площадями густо усеяно фиксаторами всех мастей. Да-да, Преображенский приказ Здесь, располагается на том же месте, что и ФСБ Там. Вот такое вот совпадение... А вообще, неплохо устроился господин полковник. И район спокойный, и за охрану из своего кармана платить не надо.
   Именно поэтому я и не стал подъезжать прямиком к нужному дому, а покрутившись по ночному центру под полным отводом глаз, с облегчением оставив рыжего в одном из переулков у Тверской, отдышался, восстанавливая силы и нервы, после самоубийственного заезда "невидимкой", и отправился по искомому адресу, пешочком. Естественно, не снимая ни "отвода", ни эфирной маски, которой меня столь удачно и вовремя научил Хромов. Перестраховка? Ну да... лучше быть живым параноиком, чем мертвым оптимистом.
   Миновав здание Боярской Думы, расположившейся на месте Тамошней многострадальной гостиницы "Москва", я поднялся к Красной площади. Оттуда, на Никольскую, и свернув за Верхними Торговыми рядами, оказался на нужной мне улочке. Здешний вариант ГУМа закрылся добрых два часа назад, а никаких увеселительных заведений, работающих сутки напролет, в Ветошном нет. Так что, сейчас тут пусто, тихо и... холодно. Бр-р.
   Я посмотрел на сплошную стену зданий по левую руку и, сориентировавшись по встроенной карте на выведено на экран очередного дешевенького браслета, приобретенного мною в день освобождения из-под стражи, недовольно цокнул языком. Варианта два. Первый, обойти квартал по Никольской и попытаться подойти к дому с "парадного входа", что в Богоявленском переулке... отметаем сходу. Хоть я и уверен в своей маскировке, но шляться мимо Рындова двора, мне не хочется, от слова "совсем". Вариант второй, найти проход меж домами выходящими непосредственно на Ветошный и, тенями... тенями...
   Покрутив головой, я заметил метрах в двадцати от меня, мощные и высокие ворота в арочном проеме доходного дома времен позапрошлого царствования и, довольно хмыкнув, направился прямиком к ним. Судя по "козырному" местоположению, здесь должны обитать самые злые дворники в столице, но... надо же искать в людях лучшее, правда? Вот и я буду считать, что они самые лучшие в мире ребята... когда спят зубами к стенке. А чтобы не разочароваться в этом мнении, надо так немного. Всего лишь остаться незамеченным... и легкий ветерок заметающий мои следы на снегу, мне в этом поможет. Тут главное, не переборщить. Алле... оп! Господин Беннет, к вам гости.
  

Глава 7. Опоздание или Что такое "хорошо" и что такое "плохо"?

   Второй этаж, угловая квартира. Хм. Эти окна... или те? Ну, вот почему архитекторы так поздно додумались до типовой планировки, а?! А мне теперь, мучиться выбором. Тьфу.
   Я перевел взгляд с одного окна на другое и, вздохнув, решил уже было попытаться пройти обычным путем, то есть через двери, чего мне очень не хотелось, но тут мой взгляд зацепился за приоткрытую форточку, из которой, неугомонный ветер умудрился вытащить часть шторы и теперь трепал ее так, что казалось, кто-то машет кому-то платком на прощание. Хм. А что? Этаж тот же... И даже если это не квартира полковника Беннета... Что я, не смогу пройти через нее незамеченным?
   Спрашивается, зачем такие сложности? А все просто. Входные двери в подъезды этого чертова дома оказались снабжены специальными фиксаторами, реагирующими на открытие-закрытие. И все бы ничего, если бы не одно "но". Фактически, эти фиксаторы образуют единое целое с подключенными к ним дверьми. Это значит, что как бы я не укрывался отводом глаз, какие бы техники скрыта к себе не применял, дверь-то все равно будет открываться-закрываться, чертов фиксатор это непременно определит, и даст сигнал на пульт. Могу только представить, как удивится охранник, получивший этот сигнал, взглянув на экран и не увидев там ровным счетом никого. Лично я бы в такой ситуации, точно сыграл тревогу...
   Можно, конечно, заглушить фиксатор, чтоб тот не мог передать информацию на пульт, но сомневаться в том, что против такого вот логичного действа, у охраны найдется своя защита... не приходится, мда. В общем, открытая форточка подвернулась как нельзя более вовремя. А если мне повезет и окажется, что это окно в квартире Беннета... будет вообще замечательно.
   Осмотрев стену, украшенную лепниной, я передернул плечами от пробирающего холода и, уцепившись за ближайший выступ, медленно и осторожно пополз вверх. Кажется, второй этаж, какая ерунда! Я бы может и согласился с этим, если бы речь шла о каком-нибудь типовом доме Там. Но это... Мало того, что окна первого этажа расположились на высоте трех с половиной метров, так высота самих этих окон почти столько же... в результате, окна второго этажа расположены на высоте примерно девяти метров. Хорошо еще фрамуга нужного мне окошка явно находится в хозяйственной части квартиры, а там окошки поменьше, так что мне не пришлось карабкаться еще выше, чтобы добраться до распахнутой форточки. Вот, кстати и еще один момент защиты нарисовался. Все стены прикрыты щитами, очень похожими на те, что были установлены на базе наемников. "Заглянуть" внутрь невозможно... и воздействовать телекинезом на запоры, не получится. Так что, открытая форточка разомкнувшая контур защиты, это просто очень, очень хорошо. Нет, я ни на секунду не сомневаюсь, что в случае надобности обошел бы все эти охранные навороты. Если не щиты, то фиксаторы на входных дверях, точно. Но... время-время! Нужно непременно успеть до утра, пока Беннет не укатил в управление. Кто его знает, на что способен господин Переверзев? Конечно, возможность того, что он пойдет каяться к начальству, совсем невелика, но сбрасывать ее со счетов, тоже нельзя. А значит, надо успеть раньше. И желательно так, чтобы ни одна сволочь не могла даже заподозрить, что сегодня кто-то побывал в гостях у Беннета.
   Я поднапрягся и, убедившись, что никаких подлянок, вроде дополнительных фиксаторов на окне не имеется, аккуратно потянул рукоятку запора вверх. Окно послушно отворилось и я, просочившись внутрь, аккуратно прикрыл его за собой. Кухня? Хм... Оглядевшись по сторонам, я миновал темное помещение, с мерцающими в отсветах уличных фонарей медными боками, кастрюлями и сковородами, развешанными над расположившейся в центре комнаты плитой и, тихонько-тихонько двинулся вперед по коридору, не забывая заглядывать в попадающиеся по пути помещения. Чулан, санузел, пара небольших, и явно давно пустующих комнат для прислуги... гостиная. Две спальни, попавшиеся мне на пути, тоже оказались пустыми, хм... а ведь действительно, квартира Беннета. Я окинул взглядом стену, на которой красовался добрый десяток разнообразных грамот в которых упоминался мой будущий визави и, хмыкнул. М-да, а дядечка честолюбив и скрытен, будь иначе, и грамоты с похвальными листами заняли бы место либо в каком-нибудь ящике в кабинете, или там же, но на стене... либо в гостиной, аккурат над каминной полкой. Учтем. Кстати, если я правильно понимаю, то именно в кабинете и должен сейчас обретаться мой клиент. Больше, просто негде... ну, если, конечно, он вообще, дома. Хм.
   Я покинул спальню и, сделав несколько шагов по короткому и довольно узкому коридору, попутно заглянув в пустую ванную, оказался у невысокой двери, из-под которой пробивалась тонкая полоска света. Напрягая чутье, я попытался прощупать пространство за дверью, и нахмурился. Неужели, действительно, его нет дома?
   Отвод глаз зацепил дверь передо мной и я плавно потянул на себя тяжелую дубовую створку. После полумрака, в который была погружена квартира, яркий свет кабинета слепил глаза, даже несмотря на то, что открывая дверь, я предусмотрительно сомкнул веки. А когда вновь их открыл...
   Мля! Он дома... Но лучше бы его не было!
   В центре комнаты, на дорогом шелковом ковре, распростерлось тело полковника Следственного стола Преображенского приказа, Германа Виллимовича Беннета. Остекленевший взгляд вперившийся в потолок, раскрытый в немом крике рот, аккуратное отверстие четко по центру лба... и липкая темная лужа растекшаяся из-под головы, успевшая основательно пропитать ковер. Труп.
   Присев на корточки, я вздохнул. Тяжелый запах крови ударил в нос. Я коснулся кончиками пальцев шеи покойника... что вы, какой пульс, с дыркой в черепе-то? Я хотел знать время смерти. По крови, тем более впитавшейся в ковер, этого не определить. А вот температура тела... Хм. Градусов тридцать пять, а это значит, что смерть наступила не больше двух часов назад. Самоубийство? Сильно сомневаюсь. Стрелять себе в лоб не очень-то удобно, хотя... Нет, не уверен. Отдача здешних стволов куда меньше, чем у привычных мне огнестрелов, так что и на удобстве стрельбы в лоб, это должно сказаться...
   Эту мысль я додумывал, уже выбираясь в окно. И прервал мои размышления шум моторов и захлопавшие двери автомобилей. О как. Вовремя я ушел.
   Домой я приехал вымотанным донельзя. Еще бы! Три часа под полным отводом глаз, да по столице на мотоцикле, зимой! Хорошо хоть, ночь на дворе, и машин не так много. Иначе этот заезд был бы форменным самоубийством!
   И лишь загнав Рыжего в подсобку, и оказавшись в доме, я позволил себе расслабиться и скинуть осточертевший "отвод". После чего, заварил себе кофе и, прихватив турку и сигареты, полез в горячую ванну, отогреваться после этого дурацкого вояжа, когда я не мог даже воспользоваться стихиями для защиты от грязи и ветра, чтобы не слетел отвод глаз.
   Глупо пить кофе на ночь? Но иначе, я просто вырублюсь в ванной, а идея самозатопления меня как-то не привлекает.
   Восемь часов утра наступили быстро и неотвратимо. Покосившись на темноту за окном, которую кто-то посмел назвать славным теплым словом "утро", я тихо выматерился и, поднявшись с потели поплелся приводить себя в порядок. Зарядка, душ, завтрак... все это я проделал на полном автомате и, невыспавшийся и недовольный отправился в подсобку за рыжим. Слава богу, что уж сегодня я спокойно смогу воспользоваться своими невеликим возможностями, и защитить во время поездки и себя и мотоцикл от холода и грязи. Правда, глянув на заляпанного, покрытого какими-то серо-коричневыми разводами "Лисёнка", я понял, что поездка несколько откладывается. Впрочем, кто сказал, что я должен действовать руками и тряпками?
   Небольшой туманный смерчик сорвался с моих ладоней и устремился к мотоциклу. Ему понадобилось всего несколько минут, чтоб очистить рыжего от грязи и соляных разводов, после чего "уборщик" был отправлен в лес, где и развеялся.
   Я посмотрел на сияющий чистотой мотоцикл и, хлопнув себя ладонью по лбу, помчался в ванную. Отыскав там свою замызганную одежду, тихо выматерился и еще один "смерчик" нашел себе работу. Развеяв его где-то за территорией, я прошелся по одежде горячими воздушными линзами и, раскидав ее по шкафам, с облегчением вздохнул. Вот теперь другое дело. Не был, не знаю, не видел, не слышал. И вообще, спал дома, ага.
   Школа-школа-школа... Подготовка к грядущему шоу шла полным ходом, народ носился по клубным кабинетам, как ошпаренный, а стоило мне появиться в пределах видимости, как я тут же становился объектом повышенного внимания. Всем что-то нужно, у каждого какой-то вопрос или проблема... и помочь им может, как оказалось, только староста младшего "Б" класса. Дурдом на выезде. Меня чуть не порвали на сотню маленьких Кириллов, честное слово!
   Но, все когда-нибудь заканчивается, закончились и уроки, а следом за ними и "совет клубов", как язвительная Вербицкая окрестила наше сборище. Вот, кстати, и она.
   - Мария Анатольевна, не уделите мне несколько минут вашего драгоценного времени? - Догнав Вербицкую у самого выхода из школы, проговорил я.
   - Внимательно вас слушаю, Кирилл Николаевич. - Бессменная пилочка вновь появилась в ее руках, словно из ниоткуда.
   - Хотел бы напомнить вам о недавнем предложении, навестить ваш дом...
   - О! - Из глаз Марии тут же исчез столь присущий ей лукавый блеск, и девушка заговорила уже куда более серьёзным тоном. - Буду рада тебя видеть. Когда думаешь почтить нас своим визитом?
   - Если не возражаешь, то сегодня. - Ответил я.
   - Хм. Выходит, не только нам от тебя что-то нужно... - Задумчиво проговорила Мария, коснувшись пилочкой губ и, неожиданно улыбнувшись, подмигнула. - Обоюдный интерес, а? Кирилл Николаевич?
   - Не стану спорить, Мария Анатольевна. - Возвращаясь к преувеличенно вежливому тону, кивнул я.
   - Что ж... Я не буду возражать, но... При одном условии. - Не прекращая улыбаться, протянула Вербицкая.
   - Каком же? - Я уже приготовился выслушать что-нибудь вроде предложения поучаствовать в очередной постановке, в роли пятого телеграфного столба, или кофейного столика, но... В общем, Мария и тут сумела меня удивить.
   - Подвезешь меня на своём рыжем, а? Всю жизнь мечтала прокатиться на мотоцикле. А родичи запрещают. Невместно, видите ли! - Со вздохом попросила Вербицкая. И такая в ее голосе была надежда... Актриса, прирожденная актриса!
  

Глава 8. Ход конём по голове

   К счастью, мне удалось уговорить нашу классную "звезду", перенести визит в гости на вечер. Но от расплаты меня это не избавило. И до дома Мария доехала с ветерком и веселыми взвизгами. А я, развернув "Лисёнка", помчался домой, где меня уже должны были дожидаться мои ученицы. Собственно, так оно и получилось. Рыжий въехал во двор дома, и мне пришлось изрядно покрутить рулём, прежде чем я смог объехать аж три вездехода, занявшие немалую часть площадки перед домом. А вот чего я точно не ожидал, так это того, что вместе с близняшками, меня почтит присутствием сын наследника рода Громовых. Впрочем, нет. Была ещё одна вещь, которой я ожидать никак не мог. А именно, приём, который оказали мне мои ученицы. Витающую в воздухе злость и ревность, кажется, можно было резать ножом. Хм, не понял...
   - Кирилл, когда девочки просили тебя продемонстрировать гимназии, что между вами ничего нет, они вовсе не имели в виду, что ты должен показать, насколько близок с некоей Марией Вербицкой. - От холодного тона Ольги у меня даже зубы ломить начало, как от глотка колодезной воды в жару.
   - Не понял. - Честно признался я, усаживаясь за стол рядом с Алексеем. Ольга недоумённо моргнула, прислушалась к Эфиру и, повернувшись к насупившимся близняшкам, развела руками.
   - Девочки, извините. Но он, кажется, действительно, понятия не имел, что творит.
   И вот тут до меня дошло... Ну да, а как ещё ученики, чьё состояние можно описать одной фразой: "гормон пришёл", могли отреагировать на наш с Вербицкой, совместный отъезд? По их логике, я же её "провожать пошёл". Дьявольщина! Чёртова актриса! Наверняка, в отличие от меня, она этот момент прекрасно просчитала. Ну, спасибо, Машенька, ну удружила...
   Заметив, что в Эфире ощутимо убавилось желания убийства, я огляделся и вздохнул. Они уже хохочут. Покосился на Алексея, но тот тут же сделал вид, что поперхнулся печеньем, и прижал ко рту белоснежный платок. Как будто это могло скрыть возмущение в Эфире! Впрочем, смеялись барышни недолго. Уже через пять минут они были отправлены на полигон с персональными заданиями, после чего, я налил себе кофе и, закурив, уставился на успевшего посерьёзнеть Алексея.
   - Итак? Что привело сына наследника боярского рода в моё скромное жилище? - Поинтересовался я.
   - На этот раз, я только посланник, Кирилл. - Развёл руками двоюродный брат и, поднявшись из-за стола, чуть ли не торжественно вручил мне письмо, из разряда личных официальных. По крайней мере, почерк...
   - Хм, если я ещё не забыл уроки госпожи Поляковой, то родовой печатью закрываются только письма главы рода. - Протянул я, подняв взгляд на Алексея. - А Федор Георгиевич, чей почерк я пока, славу богу, тоже ещё не забыл...
   - Советом рода признан новым боярином Громовым. Георгий Дмитриевич отстранён от главенства, по состоянию здоровья. Два дня назад Государь прислал конфирмацию. - Алексей вздохнул.
   Приглашение на пир, по случаю вступления в наследство. М-да. Дико звучит: "вступление в наследство", при живом-то наследодателе. Чёрт! И ведь не отвертишься теперь. Впрочем... отношения с дядей Фёдором у меня куда лучше, чем с остальной частью кровных родичей... да и близняшки, вроде бы, исправляются. Алексей? Хм, посмотрим-посмотрим. А вот остальные дедушки, это такие хинные пилюли, что так и хочется плюнуть и забыть.
   - Я приеду.
   - Спасибо, Кирилл. - Алексей устало улыбнулся. - Мы будем ждать... и да, приглашение на две персоны, учти!
   Ага. На невесту мою решили взглянуть, значит. Ну-ну. Распрощавшись с теперь уже наследником рода, я потёр лоб и... пришёл к выводу, что пора обзаводиться кондуитом, вроде лёнькиного. Иначе, того и гляди, что-то забуду. Леонид... вспомнив заместителя, я улыбнулся. Если бы не его "база данных" на наших одноклассников, я бы, наверное, и не додумался до той идеи, что сегодня приведёт меня на порог дома Вербицких. Остается только надеяться, что поход в гости будет удачным.
  

* * *

   Просторный кабинет, обитый темными фигурными панелями мореного дуба, заставленный многочисленными стеллажами книг, был тих и пуст. В высокие окна лился тусклый свет позднего зимнего утра, на высокой мраморной полке камина размеренно тикали массивные часы... Но, вот откуда-то из-за высоких двойных дверей накатил неясный гул, в котором по мере приближения, все яснее слышались уверенные шаги и голоса. Несколько голосов.
   Дверные створки дрогнули и распахнулись, в кабинет стремительной походкой ворвался хозяин. Молодой человек, высокий, сухопарый, лет двадцати пяти на вид, он, недовольно хмуря брови, бросил на широкий двухтумбовый стол внушительную папку и, застыв на миг у окна, вдруг резко развернулся к притормозившим у порога сопровождающим.
   - Нет, господа. Так дело не пойдёт. Меня совершенно не устраивают ни действия Приказа, точнее его бездействие, ни отговорки оперативников! - Чуть вытянутое лицо с характерным крючковатым носом, дернулось в недовольной гримасе. - Да пройдите же вы. Или я должен кричать на весь этаж?!
   Топтавшиеся у входа, офицеры в парадных, сверкающих наградами мундирах, тут же шагнули за порог и, повинуясь единственному жесту хозяина кабинета, тяжелые двери захлопнулись за их спинами. А в следующую секунду у всех присутствующих заложило уши от заработавшего на полную мощность купола тишины.
   - Слушаю вас, господа. Внимательно. Кто начнет? - Окинув взглядом обоих вытянувшихся перед ним офицеров, молодой человек, очевидно, что-то такое углядел. Кивок. - Полковник Вербицкий. У вас есть что сказать, по этой нелепой истории?
   - Ваше высочество, смерть сразу двух приказных Следственного стола, вряд ли можно назвать нелепостью. - Тихим голосом проговорил названный полковник. Хозяин кабинета недовольно поморщился, но не стал окорачивать человека, присланного к нему отцом.
   - Согласен, но я говорил не об их смертях, а той истории, что вскрылась в связи с ними.
   - Ваше высочество, не стоит доверять непроверенной информации. Нет никаких оснований полагать, что офицеры Беннет и Переверзин замешаны в... - Тут же вскинулся низенький полноватый крепыш в мундире главы Преображенского приказа.
   - Господин генерал, у вас ещё будет возможность высказаться. - Покачал головой цесаревич, жестом прерывая возмущённого офицера. - А пока, я хотел бы услышать доклад полковника Вербицкого. Итак, Анатолий Семёнович, отец уверял, что у вас есть, что сказать по этому поводу. Я слушаю.
   - У меня есть, что вам показать. И есть о чём спросить. - Всё тем же мягким голосом поправил наследника престола Вербицкий. Цесаревич готов был уже вспылить, но, окинул полковника испытующим взглядом и неожиданно усмехнулся. Отец всегда умел подбирать толковых людей...
   - Что ж. Давайте посмотрим. - Кивнул он и, сделав шаг к столу, подвинул расположенный на нём приемник поближе к собеседнику. - А потом поговорим.
   Кристалл-накопитель утонул в приёмном гнезде и на видеопанели, развернувшейся на стене кабинета, появилось черно-белое изображение. Запись явно велась ночью и не профессиональным фиксатором, а скорее всего встроенным в браслет. На ней, прикованный к каким-то железкам, бледный человек сбивчиво и быстро говорил, отвечая на задаваемые глухим, явно изменённым голосом вопросы.
   Четверть часа прошли в полной тишине, зрители, молча, ловили каждое слово записи. Но вот, экран погас, и приёмник выплюнул кристалл из своего артефактного нутра. Полковник хотел было забрать носитель, но наследник его опередил и кристалл оказался в одном из ящиков стола, рядом с десятком точно таких же накопителей, среди которых был и полный аналог принесенного полковником... вплоть, до содержания. Впрочем, Вербицкий особо и не возражал против такого "грабежа" и, пожав плечами, отошёл в сторону, заняв прежнее место.
   - Как интересно... - Протянул хозяин кабинета. - И откуда же эта запись взялась у Пятого стола Преображенского приказа?
   - Это частный источник, Ваше Высочество. - Улыбнулся одними губами полковник. - И могу вас уверить, на тот момент, когда он предоставил мне эту запись, этот самый источник даже не подозревал о случившемся несчастье.
   - Господин полковник, давайте не будем ходить вокруг да около. - Возмущённо запыхтел генерал.
   - И в мыслях не было. - Покачал головой Вербицкий, искоса глянув на своего формального начальника.
   - Тогда, если вам известны лица, проводившие этот... "допрос", задержите их, и покажите, как это делается "по-настоящему". И я вам ручаюсь, тут же выяснится, что ваш источник замечательно осведомлён о происшествии. - Фыркнул генерал.
   - Запрещаю. - Одно короткое слово и присутствующие замерли. А наследник, смерив долгим взглядом главу Приказа, тронул Эфир и, убедившись в готовности генерала чуть ли не распотрошить своего номинального подчинённого, но вызнать источник информации, покачал головой. - Дело под гриф "Корона". Полковник Вербицкий, моим указом как нового председателя Тайного кабинета, ведение расследования ложится на ваш Стол. Список допущенных к нему, будет прислан вам в течение часа. Лев Николаевич, передайте всю имеющуюся у вас информацию по этому делу полковнику.
   - По убийству? - Отдуваясь, скривился тот.
   - В том числе. И не забудьте все сведения по фактам изложенным в просмотренной записи. Ведь внутренние расследования находятся в ведении Пятого Стола, не так ли? Вот пусть и занимается своими непосредственными обязанностями.
   - Будет сделано, Ваше высочество. - Покраснев пуще прежнего, кивнул генерал.
   - Вот и замечательно. - Наследник растянул губы в улыбке и, присев в кресло за столом, уставился на генерала. - А теперь, будьте любезны, поведайте мне, каким образом вверенное вам ведомство докатилось до жизни такой и вдруг взялось обслуживать интересы бояр?
  

Глава 9. Ворон ворону...

   Ушлый мальчишка, прав был Аристарх. Цесаревич подкинул на ладони пару кристаллов с одинаковыми записями и, хмыкнув, бросил их обратно в ящик стола. И додумался же... Впрочем, чего-то в этом роде и следовало ожидать, не даром же, он сумел эмансипироваться в пятнадцать лет? Да и тряхнуть организацию, пообещавшую ему защиту и так бездарно про... кхм, нарушившую своё слово... В общем, понятно. Но каков наглец, а? И ведь не побоялся рискнуть снова оказаться в камере... Правильно всё-таки говорят, что у их брата-гранда, мозги набекрень.
  

* * *

   - Кирилл, ты понимаешь, что вот это... - Вербицкий постучал пальцем по кристаллу, только что извлечённому из приёмника. - Прямая дорога в следственный изолятор?
   Понимаю-понимаю, Анатолий Семёнович. Но, думается мне, что долго я там не просижу. Если уж клубу эфирников так нужен внук и сын грандов Эфира, то меня оттуда вытащат быстрее, чем высохнут чернила на обвинительном заключении. Тем более, что эта самая запись даёт мне замечательное алиби на время смерти господина Беннета. Если же, междусобойчик моих "коллег" опять отличится... Хм. Что ж, значит, дождусь окончания разбирательства и свалю отсюда куда подальше. Думаю, Ольга не станет возражать против переезда.
   - Изолятор в благодарность за раскрытие преступления совершённого приказным? Это говорит сотрудник организации, в чью обязанность входят внутренние расследования в Преображенском приказе? - Я чуть приподнял уголки губ. Отец Марии смерил меня долгим взглядом и тяжело вздохнул.
   - Благодарность благодарностью, а похищение приказного и подозрение в двойном убийстве, это уже совсем другое дело. - После недолгого молчания, проговорил Вербицкий.
   - Убийство? - Стоп. Какого-такого двойного?! Мне даже играть не пришлось. Удивление само собой расползлось по морде. Ладно, Беннет. А кто второй? Неужели, Переверзев?! Ой, горячо... Ой, не хорошо-то как!
   Так, надо собраться.
   - Именно, Кирилл. Именно. - Покивал Анатолий Семёнович. - Вчера ночью были убиты и полковник Переверзев и полковник Беннет. А учитывая эту запись... Сам понимаешь, ты первый подозреваемый.
   - Подождите-подождите, Анатолий Семёнович! - Замахал я руками. Вербицкий с интересом уставился на меня, в ожидании, а я... я принялся за дыхательную гимнастику. Наконец, мысли пришли в порядок и я выдохнул. - Время смерти?
   - Чьей? - Приподняв бровь, спросил мой собеседник.
   - Анатолий Семёнович, вот сейчас мне не до игр. - Прищурился я. - Обоих, разумеется.
   - Хм. Эка тебя пробрало. - Усмехнулся полковник. - Ладно. Первый - Беннет. Смерть наступила в районе половины первого ночи. Предположительно, самоубийство. Переверзев, соответственно, второй. Время смерти около шести утра. И тоже, предположительно, самоубийство. Вот только, надо быть идиотом, чтобы поверить в такое совпадение.
   - Ну да. - Хмыкнул я, и кивнул на лежащий перед Вербицким кристалл. - Во время "предположительного самоубийства" Беннета, я, как раз, беседовал с господином Переверзевым. Временные метки на записи, это подтвердят.
   - Долгое дело, переставить часы на браслете. - Хмыкнул Вербицкий. Вот только в Эфире, от него так и несло любопытством и интересом... энтомолога, при виде неизвестной бабочки.
   - Часы фиксаторов прошиты "намертво", и не зависят от времени выставляемого в браслете. - Покачал я головой. - Это знают даже пятилетние дети.
   - Хм. Согласен. А что по смерти самого Переверзева? - Еле заметно усмехнувшись, проговорил полковник.
   - А в это время я видел десятый сон у себя дома. - Развёл я руками.
   - О! Ну это, конечно, замечательное алиби. - Преувеличенно серьёзно покивал Вербицкий и тут же с деланным сожалением заметил, - одна проблема. Кто его подтвердит?
   - Хм-м... Преображенский приказ? - Улыбнулся я.
   - Поясни. - Тут же нахмурился полковник.
   - Ну, это же просто. У Оперативного стола есть приказ вести наблюдение за мной и не вмешиваться. Собственно, результатом нарушения последнего приказа и было то преступление, ради раскрытия которого я пошёл на "беседу" с полковником Переверзевым. Ни на секунду не сомневаюсь, что у наблюдателей имеется запись о том, как я вернулся домой после этой "встречи", а вместе с ней и подтверждение, что я не покидал территории своего владения до самого утра.
   - Ех. - Вербицкий крякнул, помолчал... а через секунду, его брови устремились на встречу с прической, и полковник изумлённо вытаращился на меня. - Подожди. Ты хочешь сказать, что допрашивал приказного, фактически, под присмотром Оперативного Стола?!
   - Ну да. - Пожал я плечами и добавил, - наверное. Прежде чем "пригласить" Переверзева на разговор, я покрутился по городу, но не уверен, что мне удалось скинуть наблюдателей "с хвоста".
   - И откуда у тебя была такая уверенность, что ВАС не возьмут "на горячем"? - Мягко и прозрачно намекнув на количество участвовавших в допросе Переверзева, поинтересовался полковник.
   - А вот это, извините, Анатолий Семёнович, я вам сказать не могу. - Вздохнул я и, заметив, как нахмурился Вербицкий, чуть помедлив, договорил, - но могу заметить, что этот вопрос отпадёт, если знать, кто отдал приказ об установке наблюдения.
   Да, последнее было блефом чистой воды. Точнее, я просто сделал предположение, исходя из известных мне фактов и... знания личности куратора Аристарха Макаровича Хромова от клуба "эфирников".
   - Я ведь проверю. - Тихо проговорил полковник, сверля меня взглядом.
   - Пожалуйста. - Я пожал плечами.
   Вербицкий вздохнул и активировал свой браслет. "Отщёлкав" послание, Анатолий Семёнович откинулся на спинку кресла и замер в ожидании. Ладно, помолчим-подождём... Ответ пришёл минуты через две. Полковник прочёл невидимое мне письмо и воззрился на меня с форменным недоумением во взгляде.
   - Гриф "Корона"? Кирилл, какое отношение пятнадцатилетний эмансипированный мещанин-слабосилок может иметь к царской семье? Ничего не хочешь мне рассказать?
   - Извините, Анатолий Семёнович. - Вздохнул я, старательно давя радостные эмоции. Да! Да! Я был прав! Гриф "Корона", то есть, запечатано личным словом Государя!
   - Хм. Если пять минут назад я был уверен, что наш разговор о будущем сотрудничестве не состоится, то сейчас... - Полковник сложил ладони в молитвенном жесте перед собой и, прикрыв глаза, замолчал, явно о чём-то задумавшись. Правда, стоило мне поёрзать в кресле, как он тут же вернулся на грешную землю. - Завтра, я буду на приёме у Государя, и выясню что к чему. А пока... Давай поговорим о том, ради чего я и звал тебя в гости.
   - С удовольствием, Анатолий Семёнович. Только один вопрос. Что заставило вас передумать.
   - Именно это... - Почти про себя проговорил Вербицкий и, вскинув голову, улыбнулся. - Ты очень необычный человек, Кирилла Николаевич. Очень. Умеешь выжидать, но умеешь и действовать быстро и без оглядки на авторитеты. Ты думаешь и делаешь и, кажется, совсем не собираешься, как говорите вы, молодёжь, "сидеть на попе ровно". Когда я приглашал тебя, то рассчитывал только приглядеться и, скажем так, навести мосты. Но... как ты правильно заметил, передумал. Причина проста. Я намеревался, присмотревшись, разумеется, в недалёком будущем предложить тебе одно дело, интересное и перспективное, после чего, "взять на буксир"... чтобы через несколько лет, ты мог выйти в свободный полёт, будучи уже знающим и опытным человеком...
   - Анатолий Семёнович, а если не ходить вокруг да около? - Вздохнул я.
   - Как ты относишься к Марии? - Моментально перестроившись, вдруг спросил Вербицкий.
   - Эм-м... как к однокласснице, умной и красивой. - Я чуть опешил от такой резкой смены темы и тона.
   - И всё?
   - Э, Анатолий Семёнович, у меня, вообще-то, как вам должно быть известно, имеется невеста. - Посчитав, что понял, к чему клонит собеседник, заметил я. Вербицкий хлопнул глазами, открыл рот и вдруг расхохотался, но почти тут же оборвал смех.
   - Понимаю. Но, я и не говорю о браке. Точнее, не совсем о браке. - Я недоумённо уставился на полковника, а тот вдруг замолчал, покрутил в руках пресловутый кристалл-накопитель и, лишь спустя минуту, подняв на меня посерьёзневший взгляд, договорил. - Раз ты знаешь о моей должности, то должен знать и то, что род Вербицких не именит. Мы не бояре.
   - Мне это известно. - Кивнул я. - Равно как известно и то, что вы уже третий человек подряд в роду Вербицких, принёсший личную клятву верности Государю. А значит...
   - Значит, мой труд, труд моих отца и деда пошёл насмарку с рождением Машеньки. - С горечью заметил Вербицкий. - Она никогда не станет личным вассалом Государя... если, конечно, не прыгнет к нему в постель, но такой судьбы я ей не желаю. А значит, уже её потомкам придётся зарабатывать право вассалитета служением, чтобы пятое поколение получило боярский титул.
   - И причём здесь я?
   - Мать Машеньки - дочь бастарда Скуратовых-Бельских. И если ребёнок Марии будет носителем линии того же рода, то для возрождения фамилии и передачи ему титула, нужно будет только подтверждение экспертизы...
   Из меня хотят сделать быка-производителя?! Мама, роди меня обратно.

Глава 10. Пронесло... или нет?

   Впрочем, всё оказалось не так страшно, как мне нарисовало неуёмное воображение.
   - Тебя никто не просит спать с Марией. - Вздохнул полковник. - Хотя, разумеется, если отцом ребёнка станешь именно ты, это будет самый лучший вариант. Ты ведь не просто носитель линии, но и генотипа... Но тут я не настаиваю. Я, всё же не боярин, чтоб указывать своей дочери от кого ей беременеть и за кого замуж идти.
   - А линия и генотип, разве, не одно и тоже?! - Удивился я, мысленно облегчённо вздохнув. Да мне Ольга тёмную устроит за такие полигамные допущения!
   - О... - Вербицкий хлопнул себя ладонью по лицу и тяжело вздохнул. - М-да, об этом я не подумал... Извини, что напугал, Кирилл. Но, ты же боярич, мало того, эфирник, как и все Скуратовы со времен Иоанна Монаха, и должен бы знать об этом.
   - Напомню, что моих родителей нет на этом свете уже восемь лет... почти. А когда они были живы, я был слишком мал.
   - А Громовы, что... - Начал было Вербицкий, но тут же стушевался. - Извини. Не моё дело... Хм. Ладно. В общем, так. Линия, это наследственная схожесть Эфирного следа и предрасположенность носителей к определённому способу оперирования Эфиром. У тех же Громовых она выражена в особой любви к Пламени. У рода твоей невесты, это электричество на основе воздушной стихии. А у Скуратовых, это были чистые эфирные техники. Линию можно усиливать соответствующим воспитанием её носителей. Того генома, что унаследует будущий ребёнок Маши достаточно для претензии на право наследования боярского звания, а вот усиление его линии твоими техниками, по подсчетам моих евгеников даст стопроцентную гарантию получения титула. Я предлагаю тебе стать в будущем регентом наследника Скуратовых-Бельских.
   - Иными словами, нянькой. - Вздохнул я.
   - Скорее, учителем и наставником. "Дядькой", если хочешь. - Поморщился Вербицкий.
   - Вот, кстати, о дядьках. - Я встрепенулся, вспомнив один момент из досье Леонида на Вербицких... и его облом с агентом на тотализаторе. - А почему ваш сын не может взять на себя ту же ношу, что и вы?
   - Потому что, он идиот. - Нахмурился Вербицкий и вздохнул. - Или я недосмотрел... но месяц назад Василий купился на посулы всё тех же Бельских, и ушёл к ним в боярские дети... по клятве. Эх... Теперь понимаешь Кирилл?
   - Понимаю, но... а мне-то какая выгода? - Поинтересовался я.
   - А для тебя это тоже возможность получить собственный титул. Причём, без многолетних мытарств нескольких поколений. Регент наследника, это, фактически, прямой билет в именитые.
   - Вот как? А что мешает мне получить титул сейчас, как носителю и генома и эфирной линии? - Прищурился я.
   - Противостояние Бельских, в чьём распоряжении сейчас находится титул, и отсутствие тех, кто замолвит за тебя сло... - Вербицкий покосился на свой браслет и побледнел. Что это с ним? А!.. Вспомнил про гриф, и того, кто его поставил на "моём" деле. Бедняга... то-то у него такой вид, словно ему "винчестер" с любимой порнухой форматнули... м-да. Надо спасать дядечку, а то, как бы его сейчас инфаркт не хватил.
   - Анатолий Семёнович. - Окликнул я зависшего полковника.
   - А? - Полковник перевёл на меня потухший взгляд.
   - Я согласен. - Каменная маска на лице Вербицкого дала трещину и "осыпалась", открывая безмерное удивление.
   - Почему? - После минуты молчания, хрипло спросил полковник.
   - Я был бы идиотом, наживая себе таких последовательных врагов, как род Вербицких. - Пожал я плечами.
   - Последовательных? - Явно ещё не веря в мои слова, нахмурился собеседник.
   - То упорство, с которым вы идёте к цели, очень многое говорит о семейных чертах характера, и я не думаю, что это свойство распространяется лишь на стремление к титулу. А значит, в случае чего, и противниками вы будете не менее настойчивыми, не так ли? - Я улыбнулся. - Ну, а кроме того, зачем плодить врагов, если есть возможность обзавестись друзьями? Где мне расписаться, Анатолий Семёнович?
   - Р-ра! - Полковник взвился над столом и, хлопнув по кнопке селектора, буквально прорычал в него, что абсолютно не вязалось с воцарившейся на устах улыбкой. - Саня, Марию сюда, немедленно!
   Надо отдать должное девушке, слова отца о будущем учителе её ещё не существующего даже в проекте ребёнка, Мария встретила стоически. Внешне. Потому как Эфир всё-таки дрогнул от её смущения.
   - Учителем... ага. Уже хорошо. - Вздохнув, задумчиво проговорила девушка и взгляд её неуловимо изменился.
   - Но-но! За избыток кальция в организме, Ольга нас обоих на электрический стул пристроит. - Фыркнул я, распознав засветившие Эфир эмоции. - А близняшки ещё и помогут зафиксировать, чтоб не дёргались.
   - Э-э... - Лицо девушки приняло недоумённое выражение. - А ты с ними, что тоже...
   Это называется, фэйспалм!
   - И ты туда же?! - Это был стон души, честное слово!
   - А, значит, правду про вас в гимназии говорят. - Торжествующе провозгласила Мария, под изумлённым взглядом своего отца. Да чтоб его!
   - Маша, предупреждаю, ещё хоть одно слово этого бреда, и учителем твоих детей мне не стать никогда в жизни. - Со свистом выпустив воздух через сжатые челюсти, процедил я. - У покойников детей не бывает, знаешь ли.
   - Да ладно-ладно... - Фыркнула улыбающаяся Вербицкая. - Не буду я разбалтывать твои маленькие тайны.
   - Кажется, я зря тогда спас тебя от близняшек. - Кое-как успокоившись, проговорил я. И на этот раз, Мария промолчала. Слава богу.
   - Вы закончили пикировку, надеюсь? - Осведомился Вербицкий и, вперив изрядно похолодевший взгляд в дочь, отчеканил. - Подобное отношение к будущему регенту наследника Скуратовых и кровному родичу, недопустимо. Я ясно выразился, Мария?
   - Да, отец. - Улыбка нашей классной "звезды" поблекла.
   - Не надо так строго, Анатолий Семёнович. - Я покачал головой. - Мы не на приёме, а там Мария Анатольевна просто не унизится настолько, чтобы вести себя подобным образом.
   - Я... Извини, Кирилл. - После недолгого молчания, проговорила Вербицкая. - Это больше не повторится.
   - Очень надеюсь. Не хотелось бы вновь включать в воспитательный процесс, розги. Мне казалось, мы прошли этот этап ещё три года назад. - Вместо меня ответил полковник и, убедившись, что дочь всем своим видом являет одно сплошное раскаянье, довольно кивнул. - Ладно. С этим разобрались. А теперь, Маша, что у нас с ужином?
   - Матушка сказала, чтобы через полчаса мы были в столовой.
   - Замечательно. Тогда, неси кофе и коньяк. Как раз, успеем чуть-чуть отпраздновать. - Покосившись на меня, проговорил Вербицкий. А что я? От глотка коньяка мне хуже не будет, это точно. Такие новости, вообще-то нужно запивать чем-нибудь успокаивающим... Кстати, о новостях. Пока Мария побежала исполнять приказ отца, я решил уточнить кое-какие моменты.
   - Анатолий Семёнович, а если я вопреки всему, вдруг, всё же окажусь виновным в убийстве приказных? Неужели вы, начальник Пятого стола, вот так легко мне поверили?
   - Ты прав, Кирилл, я не верю никому и ничему. На слово. Но в полученном мной отчёте наблюдателей, том самом, что под "Короной", есть замечание и о вашем с господином Хромовым, допросе "некоего лица", и подтверждение твоего алиби. - Ухмыльнулся полковник и договорил, - и, кстати, сей могущественный господин, через четверть часа после твоей доставки домой, был зафиксирован на въезде в "боярский городок", который он покинул в шесть семнадцать утра, что также было зафиксировано штатными системами наблюдения...
   - И это тоже было в отчете? - Удивился я.
   - Представь себе, было. - Хмыкнул Вербицкий. - История с твоим "гостеванием" в Преображенском приказе, только-только начала раскачиваться, а господа приказные уже изображают такое служебное рвение, что только диву даешься. Знают кошки, чьё сало съели. А тут ещё и двойная смерть их коллег. Вообще забегают, как наскипидаренные.
   - Ясненько.
   - Так что, ты особо не расслабляйся. И не удивляйся, если вдруг снова в изолятор загремишь, как ценный свидетель. Не факт, конечно, но вполне возможно. А уж то, что тебе придётся ко мне на собеседование пару раз зайти, так это я тебе прямо сейчас обещаю. Как бы то ни было, но похищать приказных, это не та шалость, которую легко можно простить. - Неожиданно преподнёс пилюлю мой собеседник.
   - Ну, если без карцера и ненадолго, то ладно. - Вздохнул я. В самом деле, индульгенцию мне никто не выписывал, да и... знал я, на что иду. И когда за Переверзевым лез, и когда к Вербицким шёл. Хорошо ещё, что прямо сейчас никто в подавители не закатывает.
   - Кстати, а с чего у тебя такая нелюбовь к карцеру-то? - Вдруг поинтересовался полковник, а заметив мой взгляд, напрягся. - Нет, я понимаю, место неуютное и долго там не просидишь, но... два часа-то выдержать можно, разве нет?
   - Не два, а двадцать. - Ощерился я. - Вечером доставили, запихнули в этот "кубик", через несколько часов вытащили на допрос и убрали обратно. И только перед тем как выпустить, перевели в обычную камеру, где я и получаса не пробыл. Как результат, купированный дар. Была надежда, что "доплетусь" до воя, а после карцера выяснилось, что новик, мой "потолок".
   Вербицкий нахмурился и уже открыл было рот, чтобы что-то спросить, но тут в кабинет вошла Мария с подносом и, довольно улыбаясь, принялась выставлять на стол графин с плещущейся на донышке янтарной жидкостью, пару хрустальных "тюльпанов", кофейный прибор и... пепельницу. Наблюдательная дочка растёт у полковника, хм. Я благодарно кивнул и...
   Затрезвонивший на руке браслет заставил меня дёрнуться. Этот сигнал я выставлял только на домашнюю сигнализацию...

ЧАСТЬ V. ТЕАТР ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

Глава 1. В тиши кабинетной...

   По логике, я должен был бы бросить всё и мчаться домой, выяснять что там происходит и почему сигнализация, подав истошный вопль вдруг заткнулась, а все имеющиеся в доме, фиксаторы отключились ровно через шесть секунд после сигнала тревоги. Должен бы, но... признаю, некоторые стороны политики государственного непотизма мне начинают нравиться.
   В общем, вместо меня в Сокольники отправилась группа "специалистов" Пятого стола. Благо, базируются они в "древнем пристанище" Преображенского приказа, а именно, чуть ли не в центре одноименного села. Вообще, весьма характерное соседство. С одной стороны, под боком зимние квартиры Преображенского полка, а с другой, до боярского городка рукой подать. Честное слово, иногда я начинаю думать, что государь неспроста держит такой "набор инструментов" по соседству со своими владетельными подданными. Впрочем, сейчас мне было не до того. Мне очень не нравилась воцарившаяся вокруг меня и моего дома суета и, сидя в уютном кабинете Вербицкого, я пытался понять, кому и зачем вообще могло понадобиться устраивать весь этот переполох. Слежка... попытка давления приказных... и уже второе нападение на дом. Кому и зачем это могло понадобиться? Уточню, для кого эта игра настолько серьёзна, что он... или она... не остановился даже перед смертью двух сотрудников Преображенского приказа, несмотря на опасность обратить против себя государственный механизм, со всеми вытекающими последствиями?
   Чёрт! И почему во время первого налёта, у меня не было чуть больше времени? Хоть архаровца бы того с толком допросил бы! Так ведь нет. Налетели, скрутили... а теперь... хоть с ещё одной просьбой к Вербицкому лезь. Нет, не то что бы я его упрашивал помочь мне сейчас с проверкой дома, тут Анатолию Семёновичу хватило одного взгляда. Он моментально понял, что дело не в школьных проблемах и, парой вопросов уточнив ситуацию, вызвал "кавалерию", без единой просьбы с моей стороны.
   - Кирилл? - Хозяин дома выжидающе взглянул на меня, когда я щёлкнул пальцами. - Ты что-то вспомнил?
   - Да, Анатолий Семёнович. Полагаю, вся эта ситуация с нападениями и моим незаконным удержанием в карцере вас интересует не только в разрезе происшествия с двумя приказными? - Уточнил я.
   - Разумеется. - Пожал плечами мой собеседник. - Я думал, ты это уже понял... тем более, в свете нашего недавнего разговора, у меня появились и личные причины в этом деле. А что?
   - Да я вот сейчас вспомнил, что в больничном крыле Приказа должен находиться один из тех налётчиков, из-за которых я угодил в гости к вашим коллегам. - Протянул я.
   Никогда не понимал выражения "сделал стойку"... до сего момента. Обозвать иначе произошедшие с Вербицким метаморфозы, я не могу.
   Вопросы посыпались, как из рога изобилия. Кто, когда, зачем, почему... Успокоился мой собеседник, только связавшись с больницей и убедившись, что мой "трофей" на месте и покидать место своего нынешнего пребывания, то есть, реанимационное отделение, не собирается.
   Дожидаясь доклада посланной к моему дому группы, мы успели посидеть за столом, где я познакомился с матушкой моей одноклассницы. Весьма... эффектной дамой, возраст которой с трудом определил бы даже гений пластической хирургии. Впрочем, учитывая и без того немаленькую продолжительность жизни одарённых вообще, и контроль Эфира у этой дамы в частности, могу предположить, что скальпель врача никогда не касался её нежнейшей белизны кожи. Целитель... и явно целитель не из последних. Достаточно "принюхаться" к той ауре покоя и безмятежности, что с профессиональной "дозировкой" и точностью распространяет вокруг себя дражайшая Василиса Тимофеевна, чтобы тут же вспомнить штатного эскулапа Громовых... Очень схожие ощущения. А если вспомнить профессионализм Иннокентия Львовича, в общем... с интересами супруги хозяина дома всё понятно и прозрачно. Правда, судя по чёткости всё того же эфирного следа, она не мастер, подмастерье... может быть. Уровня того же Хромова, но медицинскими техниками явно владеет виртуозно. Хорошо...
   Вопреки моим ожиданиям, ужин не сопровождался "светской" беседой, и был... по-домашнему уютен. Может быть, это и был результат старания женской половины дома показать себя белыми и пушистыми, и вообще самыми лучшими в будущем союзниками и друзьями, но я был благодарен им за подаренные минуты спокойствия, рассчитывать на которые, в свете имеющихся новостей я не мог.
   Но, как бы то ни было, ужин не продлился достаточно долго, чтобы я окончательно расслабился, а потому, едва мы оказались снова в кабинете Вербицкого, вернулся к своим размышлениям... Было, было у меня ощущение, что я что-то упустил, и мне хотелось восстановить весь ход нашей беседы с Вербицким до ужина, но... не судьба, кажется. Стоило закрыться двери кабинета, а на столе возникнуть бокалу гранатового сока для меня и уже знакомого коньячного набора для хозяина дома, как последний, раскурив ароматную сигару, тут же отвлёк меня от раздумий-воспоминаний.
   - Кирилл, а ведь для тебя, известие о возможном возвращении в именитые было неожиданностью, а? Я имею в виду, главой собственного рода, а не вхождением в чужой, примаком или боярским сыном... - Поинтересовался Анатолий Семёнович.
   - Не скрою. Прежде такая мысль мне и в голову не приходила. - Кивнул я и, окинув взглядом выжидающе посматривающего на меня Вербицкого, договорил. - Да и желание, тоже.
   - Хм... Интересно. Ты настолько неамбициозен? - Тихо проговорил он. - Любой юноша твоего возраста, даже раздумывать не стал бы, представься ему подобная возможность.
   - Я, может быть и юн, но не идиот. - Пожал я плечами. Ты хотел честности? Ты её получишь. - Не забывайте, я не только читал истории о богатырях и самоотверженных боярах, чья жизнь - служение трону и стране. Но и видел, как это выглядит... изнутри, так сказать. И не могу сказать, что нашёл много совпадений меж провозглашаемым и действительным. Гордости за предков, переходящей в надменность, хоть отбавляй. Надменности богатеев переходящей в форменное чванство, ещё больше. А вот со служением... как-то глухо.
   - Хм... - Вербицкий кивнул, словно приглашая продолжить. Да пожалуйста.
   - Знаете, после пира у Бестужевых, я, впечатлённый количеством гостей и их разнообразием в занятиях и интересах, решил поинтересоваться статистикой занятости именитых. - Медленно продолжил я. Глаза Вербицкого удивлённо распахнулись во всю дарованную природой ширь. А это немало...
   - Какой... оригинальный интерес... - Справившись с собой, проговорил мой собеседник и закончил уже нормальным тоном... для обретения которого, ему пришлось смочить горло добрым глотком коньяка. - И где же ты отыскал такие сведения?
   - Обычный запрос в поисковике Герольдии. - Пожал я плечами. И да, да, это была идея Ольги. Но ведь сработало же!
   - Открытый запрос?! - Вербицкий подобрался.
   - Ну да. - Кивнул я. Мой собеседник шумно выдохнул и добил оставшийся в бокале напиток.
   - И?
   - Что "и"? По сведениям Герольдии, лишь две десятых представителей боярских родов заняты на той или иной службе. Остальные же... "радеют о процветании рода на семейных предприятиях". Как-то маловато, для опоры трона и вернейшей части подданных, не находите, Анатолий Семёнович?
   - Да уж. - Тихо согласился тот. - И какой смысл, спрашивается, в секретности, если закрытую информацию уровня "ДСП" и "СС" можно отыскать, просто заглянув на инфор Герольдии?! Бардак.
   - От такого результата, я ещё полчаса в себя приходил. - Старательно пропустив мимо ушей слова собеседника, я продолжил. - И желание вращаться в свете, этот факт поубавил больше, чем весь мой невеликий опыт общения с боярами.
   - Хм. Понятно. А чем же ты собирался заниматься... вне света? - Вербицкий явно оправился от известий. Быстро он. Впрочем, чего еще можно было ожидать от руководителя такой структуры, как Пятый стол?
   - У меня талант к Эфиру. И отец и дед были грандами... - Пожал я плечами. - А отец, так вообще успел заключить договор с Валентином Эдуардовичем... боярином Бестужевым, я имею в виду... об открытии школы.
   - Талант, это хорошо. - Задумчиво покивал Вербицкий. - Но, когда ты сможешь подтвердить его статусом?
   - Чисто технически, я мог бы уже сейчас преподавать... по стандартной методике. Но активы школы заморожены до моего восемнадцатилетия. - Я развёл руками. - Так что, придётся подождать.
   - Кхм... Мастер в пятнадцать лет. - Полковник вздохнул и, плеснув себе ещё коньяку, щёлкнул пальцем по своему браслету. - А... он, в курсе?
   - Да. И не в пятнадцать, а в четырнадцать. - С тщательно... э-э-э наверное, всё-таки демонстрируемой, чем скрываемой гордостью, ответил я.
   - Теперь понятно, почему на твоём деле гриф "Корона". - Заключил Вербицкий и, потерев ладонью лоб, с интересом уставился на меня. - Знаешь, я в очередной раз поймал себя на мысли, что не зря поторопился с изложением своей просьбы. Думаю, приди я к тебе с предложением о боярстве хотя бы через три года, и не факт, что ты согласился бы на эту идею. Это, если бы я вообще, смог тебя отыскать под защитой Государя.
   - Думаю, смогли бы, Анатолий Семёнович. - Улыбнулся я. - Уверяю вас, что моя школа Эфира к тому времени стала бы уже достаточно известна... хотя, почему стала бы, будет известна. Ручаюсь.
   - Да-да. Вот только любой "неправильный" интерес к ней, будет грозить большими проблемами. Уж что-что, а травить неугодных умеют не только бояре. Государь наш, как и его родственники, тоже не отличаются в этом плане, особым добродушием. - Усмехнулся Вербицкий. Ничуть не сомневаюсь. У именитых, это, кажется, вообще искусство из искусств... Хм.

Глава 2. Экстатический восторг или экзотика кстати

   На этот раз, налёт на мой дом почти удался. Силовики Вербицкого повязали визитёров как раз в тот момент, когда те уже увлечённо громили обстановку. Пяток мордоворотов явно криминального вида, были немало удивлены, когда ворвавшиеся через несколько минут после них, суровые дядьки в темно-серых комбезах без знаков различия, наставили на незваных гостей весь свой немалый арсенал. Ну а дальше... дальше всё было просто. Короткий предварительный допрос на месте, затем доставка в Преображенское, на базу Пятого стола и уже куда более серьёзная и вдумчивая беседа. Правда, выдавить из хитровской отморози хоть что-то полезное не удалось. Наняли их в какой-то забегаловке, предложив "по-быстрому сшибить деньгу на хулиганке". Обозначили объект, объявили цену и... отправили бить горшки. Кто нанял? Какой-то холёный тип, явно "не из их песочницы", холёный, но неприметный. Одет по погоде, легкое пальто, шляпа... ботиночки у него недешёвые и чистые, явно не пешком наниматель до той забегаловки добирался.
   Искать этого типа по описанию, дело гиблое. Кафешка, где зависали "хитрованы" фиксаторами не оборудована... точнее, они там перманентно разбиты... как и на соседних с забегаловкой улицах. Ну да, среди криминалитета тоже умные люди имеются, что свои физиономии светить не любят. Было бы удивительно, если б было иначе.
   В общем, как заверил меня Вербицкий, поиски будут вестись, но рассчитывать на результаты по имеющимся следам, было бы слишком оптимистичным. В худшем случае, ниточка оборвётся на краденых номерах авто, доставившего заказчика в "мертвую зону", а в лучшем... выяснится, что он сам просто посредник и в глаза не видел настоящего нанимателя. Ну да, значит, будем ждать следующей выходки моих недоброжелателей... Бесит. А тут ещё и эти дуэли, о которых я, признаться, успел позабыть. Спасибо Вердту, напомнил! Да что ж за херня вокруг творится, а? Будет у меня хоть несколько дней покоя?!
   Я потёр виски, пытаясь избавиться от накатившей головной боли, но, поняв, что таким примитивом дело не поправить, "нырнул" в себя. Медитация хороша не только, как метод сосредоточения... м-да. Если бы меня ещё не отвлекали от неё...
   - Кирилл Николаевич, я вам не мешаю своим бубнёжем? - Наш "классный", чей урок как раз сейчас я и пытался скрасить процессом самолечения, остановился возле моей парты. Он ещё улыбается...
   - Нисколько, Иван Силыч. - Протянул я и, не дожидаясь пока до "классного папы" дойдёт смысл моих слов, поднялся со своего места. - Разрешите покинуть занятие...
   - Хм... Надеюсь, у вас есть уважительная причина для столь стремительного ухода? - Чуть прищурился Иван Силыч. М-да, эту выходку он мне ещё припомнит, кажется. Да и чёрт с ним.
   - Есть. - Кивнул я, начиная собирать рюкзак.
   - Ну что ж, тогда не смею задерживать, Кирилл Николаевич. Отметку о вашем отсутствии я проставлю сам. - Поняв, что более развернутого ответа он не дождётся, проговорил учитель.
   - Благодарю, Иван Силыч. - Я подхватил свой баул и вывалился из кабинета, чувствуя на себе взгляды всего класса.
   Оказавшись на улице, в седле "Лисёнка", я облегчённо вздохнул и, защёлкнув фиксатор шлема, поддал огня. Другое дело. Мне просто необходимо немного развеяться. А что может быть лучше для проветривания мозгов, чем покатушки на мотоцикле? Впрочем... хм. А почему бы и нет? В конце концов, мне не только нужно обзавестись заменой рюгерам, но и приобрести что-то из "холодняка" для грядущей дуэли, а миллионы женщин Там уверяют, что шопинг тоже неплохо спасает от дурного настроения. Вот и совмещу проверку их утверждения с хорошим делом.
   Движок ревёт, щит послушно принимает на себя потоки жижи, летящей из-под колёс, мотоцикл катит вперёд, легко и непринуждённо обходя попутные машины, пожирая километр за километром и приближая меня к Замоскворечью, где, если верить карте браслета, транслируемой на стекло шлема, располагался один из самых больших оружейных торгов города.
   Действительно, большой. Упаковав шлем в рюкзак, на входе, я шагнул внутрь и невольно присвистнул. Это ж целый торговый центр! Огромное количество всевозможных лавок, площадью от нескольких квадратных метров, до огромных магазинов сияющих десятками натертых до блеска витрин. Всевозможная экипировка, от одежды до стропорезов, оружие, от дамских "игрушек" и охотничьих длинностволов, до лёгких спортивных "винтовок" и штурмовых комплексов, увешанных грозными предупреждениями: "Только по лицензии"... И чего я, спрашивается, раньше не поинтересовался этим местом? Глядишь, и не пришлось бы заморачиваться с "трещоткой"... Хотя... "чистый" ствол, штука хорошая, нужная... Особенно, учитывая творящиеся вокруг непонятности. Нет-нет, да и пригодится. Хм, а вот обзавестись легальным оружием под тот же "заряд", было бы неплохо. Совсем неплохо. Унификация, наше всё... всегда и везде... правда, лучше не во всём. Меру надо знать.
   Не могу сказать, что кого-то из торговцев удивил пятнадцатилетний пацан фланирующий меж стоек с оружием и различным снаряжением, нет, поглядывали, конечно... но так, исключительно для порядка. А когда я заинтересовался парой "Берреров" Зауэра, мощными автоматическими стволами под знакомую мне "стрелку", один из приказчиков тут же нарисовался рядышком. И ничуть не смущаясь возрастом возможного покупателя, начал заливаться соловьём о непревзойдённом качестве творения сумрачного тевтонского гения, не забыв мимоходом упомянуть, что это оружие предназначено исключительно для одарённых. А то я не знаю... В "Девятке" не раз из такого стрелял. Хорошая машинка. Мощная, скорострельная... но не слишком. Под разгоном, с такой работать одно удовольствие.
   - Сколько?
   - Хм-м. - Продавец споткнулся на полуслове, хлопнул белёсыми ресницами... - Восемьсот семьдесят рублей.
   - Две штуки, пожалуйста. И пару коробок зарядов к ним. С кристаллами, разумеется. - Кивнул я.
   - Заряды... русские, немецкие? - Тут же, спохватившись, затараторил приказчик... сразу, как только сверил данные моего "официального" браслета. - Я бы рекомендовал немецкие, производства тех же Зауэр унд Зон.
   - Благодарю, но нет. Вон там, на стойке я вижу у вас "Русские чёрные". Давайте их.
   - Эм, но они "пустые". - Предупредил меня продавец. - И дороже.
   - И всё-таки. - Я покачал головой. Приказчик, в ответ, пожал плечами и, замолчав, принялся выгружать на прилавок заказанное. А пока перед ним росла куча положенных "в нагрузку" прибамбасов, я крутил головой, рассматривая то, что не успел увидеть, пока ходил от витрины к витрине. Вот за стеклом одной из них, я и увидел... их.
   Лет десять назад, когда я уже обжился в Центре, приезжал к нам один удивительной судьбы дедок. Нет, я не знал историю его жизни, и личного дела не читал. Но кто скажет, что гуркха в средней полосе России, это не удивительно, пусть бросит в меня камень. А дедок был самым настоящим гуркхом и, несмотря на почтенный возраст, боевым донельзя. Кажется, его войны начались ещё до Фолклендов, которые он, кстати, тоже зацепил. И продолжались до середины девяностых в местах, историей не освещаемых. По крайней мере, при жизни участников.
   Уж как этого джемадара занесло в наши пенаты, я не представляю, тем не менее, старичок великолепно устроился у нас в Центре и полюбил гонять чаи в компании нескольких постоянных обитателей базы. Среди которых, был и я... Сдружились мы с этим служителем Кали, хоть и не одобрял он моего учительства... Правда, когда я попытался дознаться у него, что же заставляет "коллегу" общаться с человеком, чью работу он считает недостойной, и мало того, что общаться, ещё и учить его... жизни, старик только хмыкнул что-то вроде: "Ей нравится смотреть из-за моего плеча на того, кто стоит за твоим"... не дословно, конечно, но как-то так. С русским у гуркха было и по трезвянке не очень, а уж после "чая"... в общем, чудо, что я хотя бы это разобрал. М-да уж... славный был дед. Одарённый, кстати, но, как я понял, среди ему подобных это было скорее правилом, чем исключением.
   И вот, спустя десять лет, стою я посреди торгового зала оружейного магазина в ином мире и реальности, и самым пошлым образом пялюсь на знакомые хищные обводы ножей, занятием с которыми начинал когда-то каждое утро тот самый удивительный пьяница-гуркх. Уж поверьте, ЭТИ кхукри, украшенные "посвящением" Кали, я опознаю из тысяч.
   - Сколько? - Наверное, что-то случилось с моим голосом, потому что перебиравший за стойкой мои покупки, приказчик нервно дёрнулся. Покрутив головой, он, наконец, определил, на что именно я указываю и еле слышно снисходительно фыркнул.
   - Это вам надо спрашивать у их владельца. Но я думаю, он их вам не продаст. Он их уже лет пять на витрине держит и никому не продаёт... Зачем только выставил?
   Да плевать мне, что думает торгаш! Я же этому чёртову джемадару за них чего только не предлагал! А он всё усмехался: придёт время, получишь. Как знал, старый... Кхм... А ведь я начисто забыл и о гуркхе и о его ножах... пока вот, не столкнулся.
   Не знаю, что послужило причиной, но появившийся на зов приказчика владелец соседней лавки, обычный русак, кстати говоря, только окинув меня взглядом и услышав вопрос, кивнул.
   - Пять тысяч. За каждый. - Обронил продавец и, клянусь, я услышал, как загрохотала по полу челюсть приказчика, всё ещё возившегося с оформлением моих зауэров.
   Да уж, цена не детская, но... может прав был гуркх? Зачем-то ведь они попались мне на пути именно сейчас? А послезавтра, кстати говоря, у меня вторая дуэль... с холодным оружием, между прочим. Ха! Судьба, однако...
   Я честно старался выглядеть невозмутимым, переводя со своего счета десять тысяч полновесных рублей, но... впрочем, давешний приказчик пребывал в таком заторможенном состоянии, что вряд ли смог бы оценить мои актёрские потуги по достоинству. А вот продавец кхукри, только что облегчивший мой счёт на круглую сумму, явно был доволен.
   - Пусть они служат вам, как служили хозяйке. - Русак-то он русак, но до чего же знакомые повадочки, а...
   Приняв у продавца завёрнутые в ткань и уложенные в пакет кхукри, я вернулся к стойке, где меня уже дожидался кофр с Зауэрами. Избавившись ещё почти от двух тысяч рублей, я подхватил покупки и, кое-как упихав их в рюкзак, осторожно двинулся дальше. Осторожно, потому как совсем не горел желанием лишиться ещё большей суммы денег. А здесь, как оказалось, это проще простого. Впрочем, насладиться променадом мне не дал звонок близняшек. Учёба продолжается... несмотря ни на что.
  

Глава 3. Не суйте росомаху в колесо...

   Ольга проводила взглядом устало забирающихся на заднее сиденье вездехода близняшек и, махнув им на прощание рукой, побрела обратно в дом. Сегодня, Кирилл превзошёл самого себя... в учительском рвении. Так, за всё недолгое время занятий у него, девушки ещё никогда не выматывались. Бестужева прикусила губу и вздохнула. Можно было бы предположить, что этому "авралу" поспособствовали новости о грядущем визите одного из старших Громовых, назначенном на двадцать пятое число... но, высказанное вслух предположение об этом, Кирилл встретил абсолютно равнодушно. Точнее, как подсказывала установившаяся между ними связь, причины нервного состояния, в котором находился наречённый, крылись в чём-то другом... Ольга задумчиво провела рукой по длинной царапине, неизвестно когда успевшей "украсить" обеденный стол, и нахмурилась. Этого не было в её прошлый визит.
   Взгляд девушки заскользил по комнате, наткнулся на треснувший камень в каминной кладке, потом на треснувший подоконник... если можно так назвать дубовую доску двух дюймов толщиной... и ряд широких, ещё свежих царапин на деревянной обшивке потолка, словно оставленные когтями гигантской кошачьей лапы, а потом взгляд упёрся в новенький чайный сервиз, из которого их компания сегодня пила чай. Последней каплей стал замеченный боярышней помятый бок любимого самовара хозяина дома. Что здесь произошло?!
   Тряхнув головой, Ольга решительно... но медленно двинулась к выходу на веранду. Быстро, после сегодняшнего занятия у неё всё равно бы не получилось. Зато с решительностью всё было в порядке.
   Распахнув настежь дверь, в которую тут же с радостным свистом устремился холодный ноябрьский ветер, Ольга шагнула на порог и... застыла на месте.
   Кирилл, закрыв глаза, медленно, стелящимся шагом перемещался по песчаной площадке своего импровизированного полигона, а вокруг него... сначала, Ольга приняла этот блеск за один из "активных" щитов Воды, но тут же усомнилась. Во-первых, для формирования "Капель", боец должен иметь статус, не ниже воя, во-вторых, эти самые "Капли" должны вращаться вокруг тела стихийника, а не следовать за его ладонями, а в-третьих... ну не гудит этот щит, как растревоженный пчелиный рой.
   Словно почувствовав, что за ним наблюдают, Кирилл остановился, и мерцающие всполохи вокруг рук исчезли, оказавшись двумя странно изогнутыми ножами, рукояти которых сами собой легли ему в ладони... впрочем, почему "словно"? Именно, что почувствовал. Юноша обернулся к наблюдающей за ним Ольге, и улыбнулся. Только сейчас она поняла, что не чувствует в нём той взвинченности, переходящей в раздражение, которой он "фонил" весь урок. А сейчас, её и вовсе накрыло волной нежности накатившей от Кирилла, на которую Ольга не могла не ответить.
   Очнулась она, только оказавшись в его объятиях, услышав чуть хриплый голос.
   - Ой-ёй, милая... Полигон в ноябре, не самое лучшее место для таких занятий. - И словно подтверждая слова Кирилла, по площадке ударил снежный заряд, ничуть не ослабленный окружающим владение частоколом голых деревьев.
   - Ну, уж на купол-то нас точно хватит. - Промурлыкала Ольга, сильнее прижимаясь к наречённому.
   - Нет уж, нет уж. Я не намерен отвлекаться даже на такую малость. - Проговорил он, как-то неуклюже разводя руки в стороны. - Идём в дом.
   Ольга с сожалением отстранилась и, сделав шаг назад, тихо хмыкнула. Теперь понятно, почему жест Кирилла показался ей таким неуклюжим. Ножи из его ладоней никуда не делись, и он просто не хотел, чтобы девушка порезалась об их странные вогнутые лезвия. Да и сама хороша! Додумалась же, когда в объятия кидаться...
   Кирилл, поймав недовольство Ольги, успокаивающе кивнул.
   - Всё в порядке. Просто, нам нужно немного привыкнуть... обоим.
   И тут, её наречённый сделал нечто, что заставило Ольгу недовольно поморщиться. Как-то привычно и обыденно перехватив ножи, Кирилл сделал ими пару небольших надрезов на пальце, после чего, аккуратно протерев лезвия, так же стремительно и уверенно отправил странные клинки в ножны на поясе.
   - Что? - Уловив недоумение наречённой, Кирилл приподнял бровь.
   - Мальчишка. - Вздохнула Ольга, покачав головой. - Я всё время забываю, что ты всё ещё пятнадцатилетний мальчишка...
   - Хм. Может быть. - Кирилл улыбнулся и, "закрыв" надрезы, вновь её приобнял, на этот раз за плечи, и проговорил, подталкивая в сторону веранды. - Идём домой. Холодно, и есть хочется.
   Ольга покосилась на наречённого и, кивнув, двинулась вперёд. Медленно-медленно. И куда только делась та стремительность, с которой она оказалась в кольце его рук, минуту назад?
   - Нет, так дело не пойдёт. - Покачал головой Кирилл, обволакивая девушку своим сочувствием. И где оно было, хотелось бы знать, когда он гонял учениц по полигону?! - Эдак, мы ужинать сядем в полночь, а до кровати доберёмся и вовсе к утру.
   А в следующую секунду, Ольга почувствовала, как её тело, подхваченное не по-мальчишечьи сильными и крепкими руками, взмывает в воздух. Миг, и она уже на руках у Кирилла. Мр-р...Всю жизнь бы так провела...
   - Как мало нужно некоторым для счастья. - Фыркнул голос у неё над ухом. Послушная воле эфирника, дверь в дом распахнулась, а когда Кирилл перенёс Ольгу через порог, так же послушно захлопнулась.
  

* * *

   После недолгого, ввиду нашего, разгулявшегося аппетита, ужина, мы устроились чаёвничать. Точнее, Оля с наслаждением пила чай, а я, вооружившись чашкой кофе и вечерней сигаретой, устроился на своём излюбленном подоконнике. Наречённая недовольно покосилась на тонкую струйку дыма, который, закручиваясь спиралью, вытягивался в приоткрытую форточку, для верности направляемый лёгкой воздушной техникой, но промолчала. И правильно. Мои невеликие возможности новика с лёгкостью удаляют все, без исключения, "внешние" последствия курения, а целительские эфирные приёмы гарантированно сводят на нет возможность появления любых заболеваний, связанных с этой дурной привычкой. Зато эффект релаксации остаётся. А мне большего и не надо.
   - Кирилл, ты не хочешь мне рассказать, что здесь произошло? - Оля постучала ноготком по вмятине на блестящем боку самовара.
   - Воры залезли. - Хмыкнул я. - Или хулиганы...
   - Вот как... - Девушка демонстративно чиркнула пальцем по длинной царапине, пересёкшей стол. - А ты...
   - А я, в это время был на важной встрече. Получил сигнал системы... за настройку которой, кстати, я тебе до сих пор должен... и вызвал наряд полиции. Собственно, то что ты видишь, это результат их встречи.
   - Однако... И кому мог понадобиться стоящий на отшибе дом, в котором и брать-то нечего... - Протянула Оля.
   - Это для тебя или даже для меня. А для некоторых, одна только видеопанель стоимостью в шестьдесят рублей, уже прибыток, и немалый.
   - Так у тебя же её нет. - Нахмурилась она.
   - Ну, они же этого не знали. - Пожал я плечами. - Да ладно... ерунда это всё. Вчера приходил околоточный надзиратель с техниками, заключили договор. Так что, теперь, если кто и полезет ко мне в гости без спроса, наряд я вызову одним сигналом на пульт.
   - Хм... - Оля смерила меня изучающим взглядом. - Значит, есть ещё что-то...
   - В смысле? - Не понял я.
   - Ты сегодня был очень взвинчен. Потом, вроде бы немного успокоился, а сейчас вот, снова начинаешь нервничать. Вторую сигарету закурил. - Объяснила она.
   М-да уж, Шерлок Холмс в юбке... я перевёл взгляд на стройные ножки наречённой... точнее, в халате. Коротеньком таком, лёгком халатике, под которым...
   - Кирилл! - Оля возмущённо уставилась на меня, явственно покраснев... и вряд ли от смущения. - Не сбивай меня!
   - Всё-всё-всё. - Смеясь, я поднял руки в жесте сдающегося, одновременно чувствуя, как тугая пружина сжимавшаяся где-то внутри меня в последние дни, лопается, с почти слышимым звоном. Надо же, отпустило...
   Ольга только взвизгнула, когда я, вновь подхватив её на руки, устремился в спальню. Нет, уже когда я был на пороге, она попыталась что-то сказать, но... трудно говорить, целуясь. Очень.
   Утро... хмарь за окном... Да и чёрт бы с ней. В постели тепло, рядом уютно сопит Оля... хо-ро-шо.
   - Кирилл... а тебе не пора? - Голос, раздавшийся рядом, заставил меня вздрогнуть. Надо же, я даже не заметил, как она проснулась. Повернувшись, я заглянул в глаза наречённой... и сна в них не было. Вообще.
   - Ты зачем закрылась? - Поинтересовался я. Пора-то, пора, но ей откуда это знать?
   - Мне надо было подумать. - Вздохнула Оля и повторила вчерашнюю фразу. - Ты меня не сбивай. Лучше ответь... с кем у тебя дуэль?
   - Нет, ты не Холмс. За ночь я в этом убедился и не раз... - Вздохнул я. - Но в предках у тебя явно затесался не один десяток детективов. Как догадалась?
   - А с чего ещё, вдруг, ты стал бы вчера упражняться с этими ножами? - Она пожала плечами. - Будь это обычная тренировка, ты выбрал бы другое время, согласись... и не ограничился бы получасовой разминкой. Итак, с кем у тебя дуэль?
   - С неким Аристархом Владимировичем Бродовым. - Признался я, и блок Ольги рухнул от поднявшегося страха.
   - Кирилл! Он же бретёр! Профессиональный убийца! - Вот так, так... Я потёр переносицу. Интересно, а почему Леонид мне об этом не сообщил, когда готовил свою "справку", неужто не знал?

Глава 4. Росомаха не белка...

   На встречу с Бродовым я ехал в довольно мрачном настроении. И вовсе не потому, что был расстроен ошибкой Леонида. Вовсе нет. Бестужев-младший, действительно, вполне мог и не знать о том, что мой противник, фактически, наёмный убийца. Ольга, например, узнала об этом совершенно случайно, когда один из её однокурсников оказался втянут в дуэль с этим человеком. Точнее, подставлен под его клинок, с закономерным и печальным итогом.
   Ничего удивительного в такой "неизвестности" я не вижу. Любой такой "бретёр" будет стараться избегать подобной славы, ведь одно дело, честная дуэль, и совсем другое, прикрываемое фиговым листочком дуэльного кодекса, убийство, за которое родные жертвы могут и отомстить... точнее, наверняка, будут мстить. И если "справочная" Бестужевых не владеет информацией относительно Бродова, значит... значит, он, как минимум, умён и предусмотрителен. Хм... собственно, такой вывод можно сделать и исходя из его выбора оружия. Чистая сталь... в двадцать первом веке, даже в таком патриархальном и традиционном обществе, как боярство, она довольно редко прописывается условием в дуэльных протоколах, как ни крути. И настоящих профессионалов обращения с острым железом можно пересчитать по пальцам. Нет, боярских отпрысков и неименитых родовичей, конечно, обучают обращению с длинноклинковым оружием, но проходит эта учёба по тому же списку, что и рукопашный бой. Исключение составляют лишь гвардейцы... по крайней мере, те из них, что используют ЛТК и ТТК... так называемая "кавалерия". А Кирилла, как и большинство родовитых, учили, фактически, только началам фехтования. А это значит, что сейчас я нахожусь примерно в тех же условиях, что и мои прежние противники... Поправка: находился бы, если бы не два ножа, что сейчас покоятся в ножнах на моем поясе и не школа старого пьяницы-джемадара...
   Не могу сказать, что я такой уж титан обращения с кхукри, в этом деле до урождённых гуркха мне далеко. Эти сумасшедшие начинают обучение своих детей, когда тем лет пять исполняется, но... сомневаюсь, что Бродову доводилось сталкиваться с мастерами-гуркхами. Да и... что не даст умение, то можно нагнать скоростью и силой. Подло использовать Эфир там, где предполагается "честная схватка на мечах"? К чёрту. Мой противник, не ангел с крылышками, и настоящие причины нашей дуэли кроются отнюдь не в вопросах чести. Так что, главное прикрыть возмущения в Эфире, чтобы секунданты не засекли использование Дара, и моя совесть может спокойно спать дальше. Жаль только, что придётся отказаться от телекинеза. Как показал вчерашний недолгий опыт, попутно, кстати, раскрывший тайну некоторых фокусов джемадара, продемонстрированных им как-то... после чая... так вот, судя по вчерашнему опыту, самостоятельно "летающие" ножи, могли бы стать очень и очень неприятным сюрпризом. Ну да ладно, обойдусь. Это же не последняя моя дуэль, всё-таки. Успею ещё опробовать приёмы одаренного джемадара Шива... Хм. Стоп. А вот самонадеянность, это уже плохо. Надо успокоиться.
   Оказывается, некоторые формы медитации вполне можно использовать, даже за рулём мчащегося по дороге мотоцикла... без последствий, в виде аварий и прочих неприятностей. Я притормозил на светофоре и, свернув в переулок, медленно покатил мимо высоких домов, нависающих надо мной и превращающих переулок в эдакое ущелье. Ага! Вот и нужный мне въезд во двор.
   - Кирилл, вы уже здесь! - Вердт, довольный, как обожравшийся сметаны кот, оказался рядом со мной, едва я заглушил двигатель "Лисёнка" в гулком дворе-колодце. Хм, а неплохое место выбрал мой противник. Я покрутил головой, отмечая слепые, замазанные белой краской окна явно пустующего дома и, "принюхавшись" к окружающему пространству, довольно кивнул. Пусто, как и следовало ожидать. Бродов в очередной раз подтвердил моё мнение о нём, как об умном человеке. Иначе, он непременно посадил бы в доме пару-тройку "помощников", вооружённых чем-нибудь стреляющим. Всё-таки, смерть от разрывного заряда во время дуэли на холодном оружии, была бы... несколько необычна, мягко говоря.
   Я скинул с головы шлем и, устроив его на сиденье "Лисёнка" улыбнулся идущему навстречу гвардейцу.
   - Здравствуйте, Вячеслав. Вот, решил приехать чуть пораньше, осмотреться на месте...
   - Это дело. - Кивнул Вердт, окидывая взглядом пустой двор. - Кстати, Кирилл, не удовлетворите моё любопытство, пока наши оппоненты не прибыли?
   - Слушаю вас, Вячеслав.
   - Как получилось, что выбор оружия и места проведения дуэли остался за вызывающей стороной? Ведь по традиции, выбор оружия обычно остаётся за вызванной стороной.
   - Случайность, Вячеслав. Обычная случайность. - Пожал я плечами. Ну не объяснять же, что ушлый Бродов специально выстроил наш диалог так, чтобы выбор хотя бы оружия остался за ним. Место? Это уже, действительно, случайность... по-моему. А вот время выбирал уже я.
   - Странная случайность. - Потёр подбородок Вердт, но тут же задумчивость куда-то слиняла из его глаз. - Впрочем, если вас всё устраивает... кстати, а вот, кажется, и противник.
   Из въездной арки действительно донёсся гул двигателя и на пустырь вкатил... ну да, очередной вездеход. Такой же толстяк "АМО", как и припаркованный у стены дома автомобиль Вердта. Хотя, в данном случае, подобный транспорт куда предпочтительнее. Всё-таки, перевозить в джипе раненого куда удобнее, чем в легковом авто... Да и труп, если такой образуется. Ну не в багажнике же его везти? Эдак можно и оконфузиться перед родными проигравшего, которым, по традиции, победитель и должен лично доставить тело, после дуэли.
   Бродов, высокий подтянутый... движется легко, как танцор или... фехтовальщик, разумеется. Чуть тяжеловатая челюсть, небольшие глубоко посаженные глаза смотрят без всякого выражения. В них не заметно ни превосходства, ни скуки или азарта. Ничего. Так смотрит медведь... абсолютно невыразительное, хотя и запоминающееся лицо. Оружие? Тяжёлая шпага... почти меч. Не силен в истории холодняка, но кажется, это испанский вариант. А если речь об Испании... Дестреза? Хм...
   Я заметил взгляд, который мой противник бросил на ножны у меня на бёдрах и попытался прислушаться. Нич... а, нет. Не прав. Господин Бродов удивлён, но виду не подает. А вот настороженности нет. Уже хорошо.
   Пока секунданты были заняты последними приготовлениями и делали финальное предложение о примирении, мы с моим оппонентом так и стояли друг напротив друга. Молча смотрели, оценивали. Наконец, на наших запястьях замкнулись подавители... Главное, теперь, не показать настоящую скорость под разгоном и при этом остаться быстрее противника. Иначе, все мои ужимки по скрытию воздействий в Эфире, окажутся просто бесполезными. Не переборщить и... не медлить.
  

* * *

   Вердт недовольно покосился на своего "подопечного". Да, дуэль на холодном оружии подразумевала некоторую вольность в выборе клинков, и Бродов согласился с тем, что его противник будет биться ножами. Да и сам Кирилл не возражал сойтись в схватке с ножами против шпаги... и даги. Но... не глупость ли это? С другой стороны, оружие необычное, и возможно заставит Бродова осторожничать хотя бы до тех пор, пока он не присмотрится к его возможностям. А это шанс для Кирилла...
   Гвардеец-бронеходчик вздрогнул от неожиданного возгласа второго секунданта: "Бой"! И противники двинулись навстречу друг другу. Вердт ожидал, что вот сейчас длинные странно изогнутые ножи замелькают в руках Кирилла, в попытке сбить с толку Бродова, но нет, никаких финтов. Парень просто застыл на месте, внимательно следя за идущим по кругу Бродовым. Атака!
   Кирилл, совершенно змеиным движением отпрянул в сторону от устремившегося к нему клинка шпаги и, пропустив стальное жало мимо, вдруг резко ударил по клинку, сбивая его в сторону. Зачем?!
   Подшаг, удар! Изогнутое лезвие в этот раз бьёт по выставленной в защите даге... и в руке Бродова остаётся только рукоять и обломок клинка не более двух дюймов длинной.
   Противники разорвали дистанцию и оппонент Кирилла вновь начинает наматывать круги... Вердт покосился на стоящего чуть в сторонке, дожидающегося окончания дуэли, врача, потом на секунданта Бродова, но те, явно увлечённые боем, этого не заметили. А сам Вячеслав пропустил очередную атаку фехтовальщика. На этот раз, это не был пробный удар, проверяющий реакцию и скорость противника. Шпага со свистом разрезала воздух, в явной попытке обезоружить правую руку Кирилла. Но вместо того, чтобы блокировать удар или снова разорвать дистанцию, парень, вдруг, скрутившись пружиной, с совершенно сумасшедшим ускорением рванул вперёд, прямо под летящий клинок. Два взмаха, и ножи окрасились в алый цвет, разбрызгивая вокруг веера крови. С глухим стуком упала наземь зажатая в отрубленной руке шпага и противник Кирилла, с каким-то бульканьем завалился на бок.
   Восемь-десять секунд, на всю дуэль! Вердт с удивлением взглянул на поверженного противника своего "подопечного" и, лишь увидев алую кровь, толчками бьющую из длинного разреза на шее, понял, что произошло. Но не успел он облегчённо вздохнуть, как Кирилл пошатнулся и рухнул на колени, зажимая рукой бок, рубаха на котором быстро темнела от крови. Но как?!
   - Сломанной дагой засадил, сволочь. - Выдохнул Кирилл, когда Вердт подлетел к нему на помощь, и договорил с мрачной ухмылкой. - Что не съел, то понадкусывал... Посмотри там, за секундантом. Чтоб всё правильно...
   Вердт поднял голову как раз в тот момент, врач осматривавший Бродова, глянув на его секунданта и отрицательно покачал головой.
   - Перерублены шейные позвонки. Не жилец.
  

Глава 5. Отдыхать тоже надо уметь

   В себя я пришёл рывком. Бок тут же отозвался болью, но какой-то неуверенной... что ли? А через несколько секунд от неё не осталось и следа. М-да, здешняя медицина, это что-то... Я огляделся по сторонам и без удивления констатировал, что нахожусь в медбоксе. Хм, было бы странно, если бы оказалось иначе. Осталось определить, чей он.
   Впрочем, долго гадать мне не пришлось. Не прошло и минуты с момента моего пробуждения, как в бокс ворвался фонящий беспокойством и волнением ураган, при ближайшем рассмотрении оказавшийся Олей. А за её спиной маячила фигура бестужевского доктора, который тут же отогнал девушку в сторонку и пропустил её ко мне, только после основательного осмотра "ранетого" тела.
   - Ну что ж, поздравляю, Кирилл Николаевич. - Удовлетворившись осмотром, степенно кивнул доктор. - Легко отделались, дражайший. Будь обломок хоть на дюйм длиннее, и сутками интенсивного восстановления, вы бы не отделались. Регенерация печени, процесс, хоть и отработанный, но очень небыстрый, знаете ли... И как вас угораздило так напороться?
   - Вот именно, что "напороться". - Вздохнул я, вспоминая бой. Вот, я "ввинчиваюсь" под атаку Бродова, уходя от удара в моё правое предплечье... бросок вперёд... и вправо. Левый нож "отмашкой" отрубает кисть руки... ничего удивительного, даже под таким минимальным разгоном. Бродова ведёт вниз, разворачивает... вот... вот этот момент! Будь я под привычным ускорением, он бы даже дёрнуться не успел, а так... времени хватило, чтобы в тот миг, когда я, разворачиваясь в броске, рубанул его правым ножом по шее, в мой бок вонзился обломок даги, направленный противником и невольно мною ускоренный.
   Мда уж... Знатно я прокололся. Мне бы тогда не под клинок нырять, а уйти влево и, уже под прикрытием атаковавшей руки Бродова, рвать вперёд, тогда ничего подобного точно не случилось, и дело обошлось бы тем самым ударом по шее, только не справа, а слева... всего-то разницы... А всё моя самонадеянность и легкомыслие. Не помогли мне медитации за рулём, однако. Вывод: думать надо, а не буром переть, полагаясь на разгон... думать, и возобновлять тренировки с холодным оружием, чтобы больше так не подставляться.
   - Кирилл, ты так вздыхаешь, будто проиграл. - Тихо заметила Ольга, выводя меня из задумчивости. В ответ, я только развёл руками. А что тут скажешь? Я действительно недоволен исходом боя. Точнее, своим поведением во время оного. Как говорил один очень одиозный дядечка: "Головокружэние от успэхов", да...
   - Не проиграл, но... выехал, кажется, только за счёт везения. Если б обломок даги был хоть на дюйм длиннее...
   - Да-да, доктор. - Настроение у моей наречённой, кажется, не очень. - Пришлось бы регенерировать печень. Вы это уже говорили. А сейчас, не могли бы вы оставить нас наедине?
   Тот покосился на Ольгу, но ничего не сказал. Только усмехнулся и, развернувшись, потопал на выход. Правда, уже шагнув за порог, всё-таки не удержался.
   - Только не увлекайтесь, молодые люди. Подождите денёк-другой, пока восстановление не будет завершено. - И исчез за дверью.
   - За что ты с ним так? Хороший же дядька. - Поинтересовался я, когда мы остались вдвоём.
   - За что? Он меня к тебе два дня не пускал! - Возмущённо заявила Оля, приземляясь на край моей постели.
   В общем-то, на этом мои самокопания и завершились, до поры до времени. Потому что, очень трудно заниматься самоедством, когда в собственные чувства врывается совершенно крышесносный поток нежности, а тело... м-да. В общем, пожелания доктора, так и остались только пожеланиями.
   Следующим утром я проснулся совершенно здоровым человеком. Глянул на сладко посапывающую на моём плече Олю и, улыбнувшись, постарался аккуратно освободиться из сладкого плена. Почему, именно "плена"? Да потому, что она не только моё плечо "захватила", а умудрилась обнять всеми конечностями, так что, задачка передо мной стояла та ещё. И решить её желательно было побыстрее...
   И я справился "на отлично". Правда, когда вернулся из ванной, Оля уже проснулась. Я замер на пороге и вздохнул. Нет ничего прекраснее, чем потягивающаяся в постели обнаженная женщина... моя женщина. Красота неописуемая...
   - Кирилл! - Очевидно, до Ольги докатилось моё восхищение, и она тут же закуталась в соскользнувшее было одеяло. Вот только блеск в глазах и явное удовольствие в эмоциях...
   После полудня, мы всё-таки покинули медицинское крыло городской усадьбы Бестужевых и даже успели к обеду, собственноручно приготовленному Раисой, которая, несмотря на своё изменившееся положение в иерархии рода, наотрез отказалась сдавать "пост" шеф-повара.
   Вернувшийся из школы, Леонид поглядывал в мою сторону, явно раздираемый любопытством, Оля вовсю изображала наседку, норовя покормить "раненого героя" чуть ли не с ложечки, и испытывая явное наслаждение от такого издевательства... или от того, как я воспринимал эту её гипертрофированную заботу, не разобрался. А Бестужев-старший с удовольствием наблюдал за этим представлением, время от времени усмехаясь в усы и бросая многозначительные взгляды на свою пассию. Раиса же, старательно делала вид, что происходящий за столом балаган её никак не касается. Но ответной стрельбы глазками в сторону хозяина дома это не отменяло.
   Это был славный день. Уже вечером, точнее, ночью, когда мы с Ольгой угомонились и почти уснули, я понял, что за сегодняшний день отдохнул так, как не отдыхал, должно быть, с самого своего появления Здесь. Понял и, умиротворённо вздохнув, уснул, с твёрдым обещанием самому себе, продолжить отдых на следующий день.
   И ведь получилось... почти. Но, если забыть о делах, то рано или поздно они обязательно мутируют в проблемы. И увидев примчавшихся с утра пораньше близняшек, я понял, что ещё немного, и так оно и будет.
   Взвинченные и нервные Лина с Милой так "фонили", что даже Ольга, получая от меня отголоски их эмоций, начала морщиться и недовольно вздыхать. Пришлось прервать тренировку для приведения учениц в тонус.
   Окинув взглядом хмурых сестёр, я покачал головой.
   - Ну, и что с вами происходит?
   - Послезавтра дед должен приехать, а мы... кроме телекинеза ничему толком не обучились. - После недолгого переглядывания, Мила, очевидно, как наиболее уравновешенная из сестёр, взяла на себя обязанности переговорщика.
   - Ага. Ничему не научились, значит... ну-ну. - Смерив учениц взглядом, я хмыкнул. В отличие от близняшек, Ольга вовсе не была недовольна темпом обучения. А может быть, до неё просто быстрее дошёл смысл наших занятий. - Ла-адно.
  

* * *

   Ольга с интересом следила за наречённым. Не сказать, что она безоглядно верила в учительский талант Кирилла, истинная дочь дипломатов точно знала, что абсолютно бесспорных вещей в этом мире крайне мало, но в данном случае, она не видела никаких причин для сомнений. Тем более, что и Аристарх Макарович, будучи не только ярым, но и вполне профессиональным эфирником, увидев нынешние умения Ольги, был если не впечатлён прогрессом, то доволен уж точно. И теперь, девушке было очень интересно, как Кирилл собирается угомонить нервничающих близняшек и вселить в них уверенность в своих силах.
   А тот, кажется, действительно придумал что-то... необычное. Предусмотрительно сваленные в углу тренировочной площадки, валуны, использовавшиеся в их тренировках, то вместо стульев, то в качестве пособий, послушно выкатились на середину полигона и замерли. По одному напротив каждой из учениц.
   - Расскажите мне об этих камнях. - С абсолютно невозмутимой физиономией, заявил наречённый.
   - Что? - В унисон протянули близняшки, недоумённо глядя на брата и учителя.
   - А что узнаете, то и расскажите. - Легкомысленно улыбнулся тот в ответ, и повернулся к Ольге. - Тебя, это, кстати, тоже касается. Так что, вперёд...
   Ученицы переглянулись и медленно и неуверенно потянулись к "учебным пособиям". Остановились в метре от камней и, вновь обменявшись непонимающими взглядами, одинаково вздохнули.
   Полтора часа! Полтора часа они ходили вокруг этих чёртовых обломков, пытаясь понять, что о них можно рассказать и, самое главное, как узнать это "что-то". Обращаться к Кириллу за разъяснениями уже не пробовали. После первой же попытки, тот ясно дал понять, что не намерен вмешиваться в их "исследования".
   Ольга бросила взгляд на укутавшегося в воздушную защиту наречённого, ограждающую его от порывов по-зимнему холодного, пронзительного ветра и попыталась "пробраться" в его эмоции. Ответом стал ощутимый щелчок по носу.
   - Не меня, его. - Со вздохом, Кирилл ткнул пальцем в лежащую перед Ольгой глыбу. Кажется, учителю тоже надоело смотреть, как ученицы водят хороводы вокруг трёх камней.
   О!... Оля хлопнула ресницами, перевела взгляд на уже изрядно бесивший её камень... Серый, с редкими темно-красными прожилками и явно видимыми, длинными бороздами, с застрявшими в сколах и трещинах, давно высохшими клочками мха... Девушка сосредоточилась и попыталась коснуться его так же, как только что "прислушивалась" к эмоциям Кирилла. А в ответ тишина. Нет... гул. Больше всего, отклик походил на тяжёлый, напряжённый гул, к которому вскоре добавилось ощущение давления... словно со всех сторон его плотно сжимают мощные пласты земли, которым камень, сопротивляется, не давая раскрошить себя в пыль. Глухой рокот и треск расходящейся земли... холод... потоки ветра, из год в год полосующие его шершавую шкуру. Ветра, которые оказались крепче породившей глыбу земли и за многие тысячелетия сумевшие оставить на нём куда больше отметин, чем родная стихия... Ольга тряхнула головой, приходя в себя, и изумлённо уставилась на усмехающегося Кирилла. Что это было?!
  

Глава 6. Некоторых не надо учить плохому, они уже и так всё умеют... от рождения

   Долгий отдых... М-да уж, в моём случае, такая роскошь, кажется, не предусмотрена. По крайней мере, на данном этапе. И визит "инспектора" от Громовых, прекрасно это доказывает. Впрочем, несмотря на то, что демонстрация невеликих пока умений близняшек заняла больше половины дня, под ехидные комментарии деда Пантелея, естественно, куда больше нацеленных на меня, нежели на сестёр, дело обстояло не так уж плохо.
   Хм. Вообще-то, будь мне действительно лет пятнадцать, я бы уже давно кипел, как мой самовар... Но беситься на ворчание старого волчары, у меня желания не было. Тем более, что ему просто не за что было зацепиться. Естественно, программу промежуточных испытаний государственной школы, ученицы выдать не могли... просто-напросто потому, что подход к оперированию Эфиром я им поставил совсем иной. Никаких стандартных техник в нём нет, зато есть... чувственное восприятие Эфира. Когда ты ощущаешь текущую сквозь тебя энергию, как... часть себя, вопрос "дозировки" Эфира, необходимого для того или иного действия, просто не стоит. Ты просто з н а е ш ь, сколько именно сил потребуется для любого начатого воздействия, и можешь определить, потянешь такую нагрузку или нет... Это как с гирей. Достаточно начать её поднимать, и мышцы сами напрягаются ровно настолько, сколько требуется для выполнения приёма. Конечно, можно надорваться, если плюнуть на сигналы, которые посылает организм при перегрузке, но... именно, если плюнуть.
   Дед Пантелей долго разорялся, когда не смог добиться от сердитых сестёр ни одной техники. Но...
   - Задачи, Пантелей Георгиевич. - Проговорил я, подзывая мнущихся на холодном ветру сестёр на веранду.
   - Что? - Кажется, "инспектор" реально удивлён. Его проблемы.
   - Я говорю, что вы неправильно ставите задачи. - Повернувшись к протянувшему близняшкам чашки с горячим чаем Гдовицкому, я улыбнулся. - У нас же здесь имеется целый мастер Эфира, не понаслышке знакомый с системой обучения и экзаменации одарённых. Думаю, он может подтвердить мои слова. Не так ли, Владимир Александрович.
   - О как... значит, неправильно экзаменую, да? - С каким-то странным интересом уставился на меня дед Пантелей и перевёл взгляд на начальника охраны. - Ну, и что скажешь... мастер?
   - Кхм, Кирилл Николаевич, несколько резок, конечно, но рациональное зерно... - Медленно заговорил Гдовицкой, но был тут же перебит Громовым.
   - Ну надо же! Рациональное зерно! Эка завернул, Вова... - Дед фыркнул с усмешкой, но тут же посерьёзнел. - Ладно, командуй парадом ты. Эй, пигалицы, ну-ка, быстро допили чай и на площадку!
   Лина с Милой вздохнули и, отставив в сторону кружки, вышли из-под навеса. А следом, закрытую легким воздушным щитом веранду, покинул и Гдовицкой.
   В отличии от деда Пантелея, Владимир Александрович не стал требовать от сестёр создания эфирных техник. Он поступил проще и правильнее.
   Развернувшись в мою сторону, он чуть помедлил и, окутав нас куполом от подслушивания, попросил включить все имеющиеся у меня фиксаторы.
   - Они и так работают. - Пожал я плечами.
   - Замечательно. - Владимир Александрович развеял технику купола и обратился к сёстрам. - Определите количество имеющихся на территории пом... владения, работающих артефактов. - Дав задание, Гдовицкой тут же развернул экран браслета и отправил какое-то сообщение. А... понятно. Браслет Громова тут же пискнул. Ответ прислал, чтоб дедушка чего не заподозрил. Хм... вот только, чую, ждёт их обоих большой сюрприз.
   - Семьдесят восемь. - В унисон выдали сёстры.
   - О как! Промахнулись, милые. - Покачал головой дед. А вот Гдовицкой, кажется, что-то понял. Вон, как головой закрутил.
   - Ничуть. Они совершенно правы. - Откликнулся я. - Двадцать восемь штук в пределах ограждения, остальные пятьдесят на подступах.
   - Володя? - Нахмурился дед Пантелей.
   - Кхм. На таком расстоянии я их не чувствую. Тут другая техника нужна. - Со вздохом признал начальник охраны, прикрыл глаза и, постояв так почти минуту, начал ме-едленно поворачиваться вокруг своей оси. Закончив оборот, побледневший от перенапряжения, Гдовицкой открыл глаза и вздохнул. - Да, что-то около того. В радиусе сотни метров, примерно.
   - Хех. Система наблюдения, а Кирилл? - Хмыкнул дед.
   - Да. - Кивнул я. - Очень полезная вещь, как выяснилось. Хотя и не панацея.
   - Да уж, не панацея, это точно. - Вздохнул Пантелей Георгиевич. - А вот будь ты в роду, и вся охрана была бы в твоём распоряжении. Не пришлось бы обходиться полумерами...
   Хм. Это намёк?
   - А ты, Володя... неужели, хочешь сказать, что девчонки действительно отыскали артефакты быстрее тебя, мастера Эфира? - Вдруг встрепенулся дед, переключаясь на Гдовицкого. "Хм" ещё раз. Как говорил один персонаж: "меня терзают смутные сомненья"... Хотя... нет, если с карцером в этом случае, становится всё ясно... Громовы решили показать убежавшему колобку, как страшно жить без автомата... Но нафига было устраивать танцы с саблями насмерть? Да и убийства приказных к этому предположению как-то... не пристёгиваются. Или, это кто-то другой постарался? Например, один из неудавшихся Ольгиных ухажёров? Стоп. Не сейчас...
   Я отвлёкся от размышлений и прислушался к разговору Гдовицкого с дедом.
   - М-да. Но они явно использовали незнакомую мне технику. - Покосившись на меня, признался Владимир Александрович.
   - Дуришь меня, Володя... - Тихим угрожающим тоном проговорил Громов но, заметив, как Гдовицкой покачал головой, пожевал губами и усмехнулся. - Ла-адно. Проверим. Ну-ка. Ты сейчас купол тишины ставил... Вот, пускай они его... пройдут.
   Ни хрена ж себе запросы у старого! Да меня на экзамене на статус так гоняли!
   - Но... это практика уровня подмастерья. - Нахмурился Гдовицкой... и осёкся. Ну да, а что тут скажешь. Громов, он Громов и есть. Только глянет и любые возражения в глотке застревают... р-родственничек боярского розлива.
   Услышав слова деда, сестрички явственно задёргались. Невовремя. Хм... А впрочем... Экзамен говорите? Я повернулся к близняшкам и, сосредоточившись, попытался проделать то же самое, что и на своём испытании. Эмоциональный пакет с образами волной ушёл в их сторону. Мила с Линой удивлённо взглянули на меня и... неуверенно кивнули. А вот это уже дед заметил.
   - Кирилл, будь добр, отойди в сторонку... для чистоты эксперимента. - Безразличным тоном проговорил дед. Очень мне надо его дурить... Гдовицкой вернулся на помост веранды и, остановившись рядом с Громовым, снял защиту от ветра.
   - Не вопрос. - Сделав пару шагов в сторону, я сошёл с веранды и, оперевшись спиной на деревянный столб, поддерживающий навес, принялся наблюдать. Вроде бы, они всё поняли правильно. Чёрт, всё-таки, насколько было бы проще, если бы проверку с самого начала вёл Гдовицкой. Уже давно бы закончили с этой тягомотиной и разбежались по своим делам. Ну вот как, как может человек совершенно незнакомый с Эфиром и его применением, проверять знания по этой дисциплине? Бред...
   Я ощутил, как рядом развернулся купол тишины и плотнее прижался спиной с столбу. А Мила с Линой, сосредоточившись, "потянулись" прямиком к выстроенной Гдовицким защите. Э-э, не-не-не... я чуть слышно притопнул каблуком по мёрзлому грунту. О, умницы, поняли. Да, заставить поисковик работать на разных поверхностях, они пока не могут, но сейчас им это и не нужно, не зря же я тут звукоснимателем работаю...
   Мила еле заметно кивнула и коснулась руки сестры. Ха, и работать над резонансом я их заставлял тоже не зря! Замечательно... Минута, другая... и Гдовицкой, заметив, как вскинулись белобрысые головы близняшек, снял купол.
   - Только с разрешения учителя! - Эк они, в унисон-то!
   - А ты что скажешь, Кирилл? - Поинтересовался дед, никак не отреагировав на выполнение задания. Ну нафиг!
   - А о чём речь, Пантелей Дмитриевич? - Поинтересовался я... ну правильно, я же "ничего не слышал".
   - Да вот, я тут, как раз Володе говорил, что Антуфьевы интересовались о возможности брачного соглашения...
   - Рано им замуж. - Покачал я головой. - Вот обучение закончат, тогда пусть сами решают. А сейчас... Нет, если хотите через неделю после свадьбы платить виру за каждого убитого мужа... то, пожалуйста. Но я бы не рекомендовал.
   Дед ощутимо дёрнулся. А ты что думал, старый? Если мне пятнадцать лет, то я от перспективы избавиться от учениц, голову потеряю, хвостом завиляю и сдамся? А вот выкуси.
   Хм. Нет, когда тебя недооценивают, это, конечно, хорошо. Но вот когда считают идиотом...
   - Экий ты резкий. ... - Громов вздохнул. - Можно же и таких мужей подобрать, чтоб и по статусу и по опыту...
   - Не выйдет. Всё равно грохнут. - Развёл я руками и повернулся к сёстрам. Достал меня этот хитровымудренный дедушка... окончательно достал. - Девочки, давайте-ка, на касаниях пурпурную серию, во-он в тот валун. А вас, Пантелей Дмитриевич, я попрошу установить "Щит Перуна" на него же... От души.
   Необходимый "инвентарь" я телекинезом вытянул из кучи таких же камней, оставшихся после разборки фундамента бывшей конюшни, и установил точно по центру тренировочной площадки.
   Дед неопределённо хмыкнул, пожал плечами, но просьбу выполнил, и двухметровый, в диаметре, валун затянуло пепельным маревом защиты уровня гридня... Древний щит, но очень мощный. От площадных дистанционных атак, самое то...
   Сёстры переглянулись, улыбнулись... и в щит полетела длинная очередь мелких пурпурных шариков. Ё-оп! Переборщили, явно! Похоже, дедушка достал не только меня... Эту мысль я додумывал, уже падая наземь с криком "Бойся!".
   Камень рванул, словно хороший фугас, и мы едва успели укрыться щитами, как нас накрыло дождём каменных осколков.

Глава 7. Экскурс в историю...

   Пантелей Дмитриевич был впечатлён... возмущён и ошарашен. Такой вывод я сделал, когда в ушах прошёл звон от близкого взрыва... хотя чему в том валуне было так "бахать", я до сих пор не пойму. А вывод был основан на той матерной руладе, что доносилась до нас из-под чёрного купола, окутавшего деда. Хм... кажется, уходя в отставку с должности командира тяжелой миномётной бригады, Пантелей Дмитриевич забыл сдать часть личной экипировки. По крайней мере, если меня не обманывает память Кирилла, то именно так и выглядит "Последний шанс" - личный щит, входящий в обязательный артефактный комплект каждого офицера русской армии.
   Не ожидал дедушка такого выверта от пацифистких эфирных техник. Точно. А вот я не ожидал от него такой реакции. Ну, в самом деле, кто бы мог подумать, что бывший военный, старший вой может так перепугаться?
   Но, вот маты стихли, щит свернулся и Громов, с кряхтением разогнувшись, поднялся с дощатого пола веранды. Окинул нас взглядом и... сбежал. Нет, честное слово, он просто развернулся и потопал на выход... очень быстро потопал. Ну и чёрт с ним. Зато теперь, совершенно точно никто не сможет сказать, что я плохо учу близняшек. Хотя, конечно, использовать такую мощную напитку воздействий, им всё-таки, пока рановато. Вон как побледнели...
   Переглянувшись с Гдовицким, я кивнул, давая понять, что позабочусь о пошатывающихся от перенапряжения сёстрах, и Владимир Александрович, ответив таким же кивком, отправился догонять Громова.
   Я окинул взглядом близняшек и вздохнул. Вот ведь, чёртов Пантелей! Не мог, что ли, прихватить девчонок с собой?
   Проводив сестёр в свою спальню, где они, что-то невнятно пробормотав, тут же завалились на кровать и моментально уснули, я вздохнул и отправился готовить обед.
   А на следующий день меня ждал ещё один "экзамен"... Двадцать шестое ноября - день демонстрации клубных проектов. В моём случае, это означает, что первую половину дня, я вынужден буду провести у плиты... Хорошо ещё, что большую часть "подготовительной работы" я провёл заранее, убив на это остаток дня после визита Громова.
  

* * *

   Екатерина Фоминишна Белозерцева отключила видеопанель и, потянувшись, поднялась из-за стола. До начала просмотра проектов новых клубов осталось всего четверть часа, а значит, пора собирать учителей, назначенных директором "судьями", и идти в главный зал, где с самого утра стоит дым коромыслом.
   Шум и гул учителя услышали ещё на лестнице. А спустившись на первый этаж, и вовсе замерли в удивлении. Всё пространство холла перед главным залом оказалось заполненным учениками гимназии, среди которых можно было увидеть несколько островков спокойствия, представляющих собой небольшие компании взрослых, получивших персональные приглашения на представление.
   - Екатерина Фоминишна, а почему они все здесь... а не в зале? - Поинтересовался директор, окинув взглядом толпу. Но ответ на этот вопрос пришёл совсем с другой стороны.
   - Потому что представление ещё не началось. Вы позволите? - Русоволосый младшеклассник, наряженный почему-то в костюм мажордома Большого протокола, выскочил из-за спин застывших на лестнице учителей и, спустившись на пару ступеней и провозгласил, иначе не скажешь, - дамы и господа, мы начинаем представление клубов гимназии имени Святого Равноапостального князя Владимира! Прошу вас пройти в зал!
   Голос ученика с неожиданной лёгкостью перекрывший шум в холле, заставил будущих зрителей развернуться к нему. А Бестужев-младший, ничуть не смутившись таким вниманием, коротко кивнул и грохнул о ступень тяжеленным посохом увенчанным двуглавым орлом. В ту же секунду, высокие двери главного зала разошлись в стороны и холл наполнила музыка гимна времен начала прошлого царствования.
   - Мне казалось, что сегодня мы будем смотреть совсем не выступление театрального клуба. - Тихо проговорил директор, оказавшись в своеобразном амфитеатре, выстроенном в главном зале.
   - Не вам одному. - Согласилась Екатерина Фоминишна, покосившись на руководителя младшего "Б" класса. Но тот, поймав её взгляд, только невинно улыбнулся.
   Зрители заняли места, и в зале тут же начал гаснуть свет. Музыка затихла и до слуха гостей донёсся негромкий приглушённый голос всё того же Бестужева-младшего - "Эта история началась в одна тысяча девятьсот тридцать пятом году..."
   На самом деле, она началась на семь лет раньше... именно тогда, канцлером Второго рейха, по выбору имперских князей, стал Фридрих Отто Рейтнер, регент при малолетнем императоре Вильгельме Третьем. Именно благодаря его усилиям, поддержанным курфюрстами, герцогами и прочими владетелями, Второй рейх, с таким трудом собранный Бисмарком, оказался вновь раздроблен на куски. А в тридцать пятом году, русские князья созрели для повторения этого сценария у себя на родине. Благо, обстановка в стране соответствовала... за исключением регента. При шестнадцатилетнем Василии был не ставленник князей, послушный и сговорчивый, а опричный боярин. Но это означало только одно, перед дележом страны, нужно было устроить маленький дворцовый переворот...
   Темное пространство в центре зала осветилось софитами, и зрители увидели интерьер небольшой спальни, явно копирующий известную комнату в Старом дворце, когда-то объявленную мемориальной. Огромная кровать с балдахином, среди подушек которой потерялась фигурка дремлющего юноши, небольшое бюро в углу, отгороженном ширмой, за которым сидит человек и что-то пишет под тусклым светом небольшой лампы. Тени мечутся по стенам... зал прорезает вспышка, и тут же раздаётся грохот грома.
   - Игнат! Слышишь?
   - Спи, государь. Это гроза... это только гроза. - Оторвавшись от письма, говорит боярин... Но поднимается со стула и, словно прислушиваясь к чему-то, застывает на месте.
   А в следующий миг, интерьер озаряет ещё одна вспышка, и боярин срывается с места к двум тёмным фигурам, неизвестно откуда появившимся в комнате. Бой короток, и несколько секунд спустя в центре комнаты уже лежат тела убийц, так и не добравшихся до своей цели. Вот только они не последние, и спальня юного правителя наполняется людьми. Эфир дрожит от применяемых техник, холод и жар сменяют друг друга... В какой-то момент, боярин швыряет юношу себе за спину, и тот кубарем влетает в проход, неожиданно открывшийся в стене. Фальшпанель тут же встает на место... и бой продолжается... пока в комнате не остаются лишь распростёртые на полу тела регента и шести нападавших.
   Сцену скрывает тёмный купол, а в зале вновь разгорается свет. Зрители, до этого молча наблюдавшие представление, начинают переговариваться, делясь впечатлениями, но раздаётся голос Бестужева-младшего, явно взявшего на себя роль ведущего этого странного представления, и в зале снова воцаряется тишина.
   Василий Шестой бежал из столицы, а собранный тем же утром, совет князей объявил о его смерти... от руки регента. Начинаются гонения бояр, присягавших государю. Боярская Дума молчит. Династия правившая Русью на протяжении тысячи ста лет обезглавлена, и князья готовятся делить огромную страну на части, словно пирог. Но перед этим нужно задавить город, который никогда не смирится с таким дележом... не из какой-то неземной любви к правителю, а просто потому, что большинство тамошних бояр - личные вассалы государя, и их смертей рода князьям не простят. И спустя год после взятия власти, Княжеский круг отправляет свои войска "на подавление бунтов" в Новгороде.
   Купол скрывавший "сцену" исчезает и перед гостями оказывается искусно сделанный макет Великого Новгорода и его предместий. К городу тянутся звенья миниатюрных истребителей, сопровождающих внушительные по сравнению с ними, тушки бомбардировщиков и им навстречу тут же бросаются самолёты защитников города. В воздухе завязывается бой, а по земле уже ползут коробочки танков, смешных, угловатых, ничуть не похожих на современные. Крошечные язычки огня вырываются из стволов и над позициями защитников взмётываются султанчики взрывов. Но вот, артиллерию нападающих, долбившую по городу, вдруг накрывает настоящий огненный дождь, а следом за ним, рвущееся вверх столбом, облако блистающих в свете софитов снежинок промораживает насквозь целую группу танков... Меж атакующими машинами расцветают взрывы, а на позиции княжеских войск, появившись словно из ниоткуда, обрушиваются штурмовики с двуглавыми орлами на фюзеляжах, и бой постепенно превращается в бойню.
   Разогнанные было, гвардейские полки появились под Москвой через две недели после неудачной для князей битвы под Новгородом. Вооружённые со складов опричников, под государевым стягом, они почти без сопротивления взяли столицу, где в это время уже шла резня всех со всеми. Князья добивали ослабевшие роды неудачников участвовавших в "подавлении бунта", уменьшая количество участников дележа "пирога", и не обращали внимания ни на что вокруг. А может и обращали, да только времени, чтобы дать отпор государевым войскам у них просто не было. А тут ещё и переметнувшиеся к ним во время переворота, бояре решили напомнить, что предавший однажды, предаст не раз, и рьяно взялись резать своих недавних "благодетелей".
   В результате, от изначального Княжеского круга из двадцати шести родов, до суда дожили только пять, да и то, изрядно прореженные. Настолько, что из прямых участников заговора, уцелели только трое князей...
   Вновь, тёмный купол окутал "сцену", а когда он исчез, перед гостями оказались интерьеры Старого дворца. На плечи молодого государя ложится расшитая обережная рубаха, бояре подносят коронационное облачение... И вот, Василий уже в соборе, под пение хоров принимает царский венец... Чтобы первым своим решением на престоле, отправить оставшихся в живых князей на плаху, и изгнать их рода из пределов государства. А вторым указом становится объявление о мобилизации. Бушевавшая в Европе уже три года, война постучалась в двери России.
   - На этом, первую часть нашего представления, объявляю закрытой... а столы уже накрыты и ждут. - Звонкий голос Бестужева вырывает гостей из задумчивой тишины, воцарившейся в зале, когда сцена вновь была скрыта уже знакомым куполом.
  

Глава 8. Лицедейные лицедеи в лицедействе

   Двое из приглашённых взрослых устроились в нише у высокого окна школьного холла и, время от времени прихватывая со стоящих на подоконнике тарелок канапэ, тихо перебрасывались короткими репликами. Предметом их обсуждения стал только что завершившийся показ проектов новых школьных клубов, созданных неугомонными младшеклассниками.
   - Хм, вот интересно, а кто-нибудь кроме господина "историка" понял, что именно показали эти детки? - Задумчиво протянул высокий и худой словно щепка, мужчина, тряхнув пышной седой гривой.
   - Имеешь в виду концовку? Это самое... "продолжение следует", да? - Усмехнулся второй, являвшийся словно бы полной противоположностью своего собеседника. Приземистый, полный и абсолютно лысый. Он пощёлкал пальцами над тарелкой с закусками и, наконец, определившись, подхватил небольшой рыбный "завиток". - Хм... сиг? Интересно, где повар его достал?
   - Ваня, не увлекайся. - Со вздохом покачав головой, проговорил "щепка".
   - Что "не увлекайся"? Ты знаешь, как трудно найти в Москве свежего сига?! - Приземистый Ваня фыркнул.
   - По-моему, он солёный, нет? - Седому явно показалось проще побыстрее разделаться с гастрономической темой, чем пререкаться с собеседником в попытках "вернуться на прежние рельсы".
   - Игорь, мы с тобой знакомы уже... сколько? Двадцать? Двадцать пять лет?
   - Двадцать два года, если быть точным. - Меланхолично заметил его собеседник, уже поняв к чему клонит Иван.
   - Вот! И все эти годы я учу тебя правильно относиться к пище! И что же я слышу?! За всё это время ты так и не усвоил даже азов! Это сиг слабого посола, друг мой. Для такого подходит только свежайшая рыба. Утром она ещё бьёт хвостом в воде, а к обеду уже должна быть разделана и посолена. Никак иначе! Слышишь? - Воздев указующий перст к небу, провозгласил Иван. - Никак иначе.
   - Понял я, понял. - Вздохнул худой Игорь. - Но с чего такой ажиотаж, Вань?
   - С того, что я не знаю, где в Москве можно найти свежего сига, а какие-то малолетние поварята выставляют его на стол, словно так и надо. - Сдувшись, недовольно проворчал его полный собеседник. Но тут же встрепенулся и, прищурившись, поинтересовался, - так что тебе в концовке представления, а?
   - Ничего особенного, если не считать некоторой двусмысленности. - Пожал плечами Игорь. - Согласись, если провести определённые параллели, то в увиденном нами "шоу" можно найти весьма непрозрачные намёки на нынешнее положение в стране.
   - Извини, не соглашусь. Ты, как всегда, ищешь подвох везде и всюду. - Помолчав, неожиданно серьёзным тоном проговорил Иван.
   - Это профессиональное, уж извини. - Развел руками Игорь, с лёгкой полуулыбкой. - И всё же... Определённые параллели прослеживаются. Хотя, конечно, владетельные бояре, совсем не то же самое, что и князья...
   - Угомонись уже, Игорь. - Покачал головой Иван и ткнул толстым пальцем-сарделькой в тарелку приятеля. - Вот, лучше съешь вот это... Всё больше толку будет.
   - Умх... - Прожевав миниатюрный бутерброд, седовласый Игорь довольно покивал. - Вкусно. Что это?
   - Не горчит? - С подозрением уточнил приятель, а когда тот отрицательно покачал головой, тут же ухватил с тарелки точно такое же угощение и мигом отправил его в рот. Лицо гурмана расплылось в довольной улыбке но, заметив, что Игорь до сих пор ждёт ответа на свой вопрос, вздохнул. - Это, друг мой, ещё одна закуска, которую в Москве найти практически невозможно. Печёночный паштет хариуса со специями на ржаных тостах... Нет, положительно, я просто обязан познакомиться с поставщиком здешнего кулинарного клуба. Это же просто...
   - Да-да... просто возмутительно скрывать такое чудо от ценителя. - С ухмылкой договорил за приятеля седовласый.
   - Чтоб ты понимал, бездарь! - Вздернул нос-картошку Иван. - К твоему сведению, такой паштет делается исключительно в домашних условиях. Промышленное производство нерентабельно... так что...
   - Да понял я, понял. - Вздохнул худой, тряхнув седой гривой. - Сейчас найдём твоего кулинара. А вот насчет поставщика, уж будь добр, договаривайся сам... зануда.
   Лысый толстяк довольно улыбнулся, никак не отреагировав на последнее слово собеседника, а тот уже крутил головой в поисках кого-то... Затягивать с выполнением данного обещания, Игорь явно не собирался.
  

* * *

   Леонид отыскал нас с Ольгой в тот самый момент, когда моя наречённая с явным интересом слушала короткую импровизированную лекцию наших "моделистов". Да-да, возможности беспилотных летательных аппаратов заинтересовали её куда больше, чем особенности представленной рядом обережной вышивки... от мощи которой Эфир просто-таки дрожал. Но не мог же я оставить беззащитную девушку в компании двух чрезмерно увлёкшихся разгорающимся спором одноклассников, просто ради удовлетворения собственного любопытства. Хотя взглянуть поближе на вышитые рунные цепочки очень хотелось.
   - Кирилл, наконец-то я тебя нашёл. - Возникший рядом Бестужев-младший отдышался, словно после долгой пробежки и, фыркнув, кивнул в сторону уже начавшей горячиться сестры. - Это надолго. У неё курсовая на носу, как раз по всяким летающим штукам... не помню точно, как называется.
   - Мобильные беспилотные комплексы воздушного наблюдения и их применение в условиях жесткого противодействия систем ПВО. - Кивнул я.
   - Запиши мне это на бумажке... и я удивлю её этой фразой сегодня за ужином. - После недолгого молчания, хлопнув ресницами, удивлённо проговорил Леонид.
   - С твоим куцым мозгом, ты даже прочесть её правильно не сможешь. - Обернувшись, улыбнулась Оля.
   - Ничего, у меня будет время потренироваться до ужина. Уж как-нибудь справлюсь. - Фыркнул в ответ Лёня, а когда его сестра уже приготовилась вонзить следующую шпильку, выставил перед собой ладони. - Стоп-стоп-стоп, сестрёнка! Я, вообще-то, искал Кирилла по делу. Позубоскалим позже, ладно? Например, сегодня вечером, договорились?
   - Завтра. - Вмешался я. - Оля вернётся домой только завтра.
   - Ладно. Пусть так. - Неожиданно легко и без подколок согласился Бестужев-младший. Ого, и ни одного замечания о наших с Ольгой планах? Хм, кажется, Лёня действительно искал меня не просто так. Что он тут же и подтвердил. - Кирилл, идём, с тобой хотят познакомиться представители Совета Попечителей.
   - Оленька, составишь мне компанию, или подождешь здесь? - Поинтересовался я. Ольга, в ответ, словно сравнивая, окинула взглядом окружающую стенды с участвовавшими в представлении проектами и окружающую нас толпу, перевела взгляд на двери, ведущие в холл и, чуть поколебавшись, вздохнула.
   - Я, лучше, побуду здесь... когда ещё доведётся вот так поностальгировать? Альма-матер, как-никак. - С извиняющейся улыбкой, проговорила она. Ну и ладненько... кто знает, какие темы намерены обсуждать со мной господа из Совета?
   - Хорошо. Я найду тебя сразу, как переговорю с ними. - Кивнул я и двинулся через толпу, стараясь не потерять из виду пробирающегося в нескольких шагах впереди Леонида.
   Я что-то не понял. Бестужев поднял такой шум, только для того, чтобы вот этот вот гурман получил информацию о моём поставщике?! Хм... и ведь не спросишь его. Представил Толстому и Тонкому и слинял, словно его здесь и не было... Хм. Ладно.
   - Честно говоря, уважаемый Иван Архипович, у меня нет каких-то специальных поставщиков. - Пожал я плечами. - А столь понравившаяся вам рыбка, это небольшой презент от одной моей хорошей знакомой. Узнав о скором представлении в гимназии, она великодушно помогла решить мне вопрос с некоторыми рыбными блюдами и соленьями, подготовить которые самостоятельно, я не мог в силу отсутствия соответствующих помещений, как в гимназии, так и дома.
   - Хм... - Мой собеседник чуть скис, но напора не утратил. - Понимаю. А могу я узнать имя этой вашей знакомой?
   - Разумеется, это вовсе не секрет. Елена Павловна Филиппова. - Улыбнулся я, а толстый и тонкий одновременно поперхнулись. Один очередным завитком из сига, а второй квасом, которым, наравне с соками и минералкой, пришлось обходиться всем присутствующим, вместо вин и прочего алкоголя, ввиду полного запрета последнего на территории гимназии.
   - Кхм... Речь идёт о боярыне Посадской, я полагаю? - Придя в себя, осведомился Иван Архипович.
   - Разумеется. - Кивнул я. Приятель моего собеседника хотел было что-то уточнить, но тот не дал вымолвить ни слова.
   - Извини, Игорь мы тебя оставим на пару минут... - И подхватив меня под локоть, потащил в сторону, не переставая тараторить о своей удаче и благодарности юному Бестужеву за помощь.
   - Вы так радуетесь, Иван Архипович... просто удивительно. Неужто, найти в Москве ладожскую рыбу, такая проблема?
   - Экранопланы, совершающие рейсы из Старой Ладоги в Москву, есть только у рода Посадских... - Вздохнул толстяк. - И они не коммерческие. Так что, возможность разжиться по-настоящему свежей рыбкой из тех мест, выпадает нечасто...
   Но тут мы удалились на достаточное расстояние от заполонившей холл толпы, и мой собеседник вдруг резко изменился.
   - Кирилл, прошу прощения за этот спектакль. - Толстяк поднял вокруг нас купол приватности, каких вокруг и без того было немало и, выудив из внутреннего кармана пиджака письмо, протянул его мне. А на немой вопрос, только развёл руками. - Сами понимаете, некоторые вещи не стоит афишировать. А уж неформальное общение лица замешанного в следствии, с ведущим его главой Пятого Стола, тем более. Здесь кое-какая информация по известному вам делу, несколько рекомендаций и... на словах, Анатолий Семёнович велел передать, что, в отличие от него, у вас полностью развязаны руки. Единственная просьба: не наломайте дров. Это всё... А теперь, с вашего позволения, вернёмся к рыбе...
   И купол над нами исчез.
  
  
  
  
  
  
  
   Русская линия (она же, германская) - В мире ВС, эта единица измерения равна 3-м миллиметрам, в отличие от английской, принятой в большей части Европы и САСШ, и представляющей собой десятую часть дюйма, то есть, 2,54 миллиметра. Во Франции, Швейцарии, Нидерландах и Италии, системы "линий" не применяются, и используются исключительно единицы измерений метрической системы.
   Praemonitus - praemunitus (лат.) - Кто предупрежден, тот вооружен.
   Джемадар - звание у гуркхов, соответствующее лейтенанту.
   ЛТК и ТТК - Легкий Тактический Комплекс и Тяжёлый Тактический Комплекс, соответственно. Представляют собой экзоскелетные герметичные доспехи разной степени бронирования и вооружённости. Но при всех различиях, в штатный арсенал любого ЛТК и ТТК обязательно входит длинноклинковое артефактное оружие, как средство противодействия аналогичным комплексам противника, ввиду того, что размещение на доспехах метательного оружия, достаточного мощного, чтобы пробить броню ТТК, на данном этапе развития артефакторики и энергетики, невозможно.
   "Визель"("Wiesel" (нем.) - "Хорь") здесь, речь идёт об экзоскелетном легкобронированном боевом комплексе (т.н. ЛТК - легкий тактический комплекс) производства германской компании Wanderer-Werke AG. "Визель" - ЛТК поля боя, предназначен для уничтожения живой силы и техники противника. В ограниченных условиях может применяться для противодействия тактическим комплексам противника, а при соответствующем оснащении, может быть использован для проведения диверсионных мероприятий и в качестве средства ЭП (эфирного противодействия (аналог известным нам средствам РЭБ). Ввиду конструкционных особенностей ЛТК "Визель", операторами таких комплексов могут быть только одарённые.
   СЭП, СУО - система эфирного противодействия и система управления огнём, соответственно.
   РСУ - Рунная система управления (она же, "оболочка"). Программное обеспечение используемое в технике, от ЛТК и ТТК, до боевых платформ и авиации.
   ПС-У - платформа спасательная, универсальная. Транспортное средство повышенной проходимости, используется для доставки пожарных групп на пересечённой местности, тушения лесных пожаров и оказания первичной медицинской помощи в полевых условиях.
  
  
  
  

Оценка: 5.88*439  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Успенская "Хроники Перекрестка.Невеста в бегах" А.Ардова "Мое проклятие" В.Коротин "Флоту-побеждать!" В.Медная "Принцесса в академии.Суженый" И.Шенгальц "Охотник" В.Коулл "Черный код" М.Лазарева "Фрейлина немедленного реагирования" М.Эльденберт "Заклятые любовники" С.Вайнштейн "Недостаточно хороша" Е.Ершова "Царство медное" И.Масленков "Проклятие иеремитов" М.Андреева "Факультет менталистики" М.Боталова "Огонь Изначальный" К.Измайлова, А.Орлова "Оборотень по особым поручениям" Г.Гончарова "Полудемон.Счастье короля" А.Ирмата "Лорды гор.Да здравствует король!"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"