# Здоровье и болезни т.348 Пс

Р Штейнер

Лекции для стороителей Гётеанума

РУДОЛЬФ ШТАЙНЕР


ЗДОРОВЬЕ И БОЛЕЗНИ


ОСНОВЫ ТЕОРИИ ЧУВСТВЕННОГО ВОСПРИЯТИЯ


Восемнадцать лекций,


прочитанных для рабочих Гетеанума


в Дорнахе с 18 октября 1922 г. по 10 февраля 1923 г.


GA 348


(перевод c нем. А.А. Демидов)


ПЕРВАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 19 октября 1922 г.


Доброе утро, господа! Хотите ли вы еще что-либо спросить?

Вопрос о политическом положении: Намерены ли англичане поступать с Германией честно или хотят вести двойную игру, ведь фактически Франция и Англия идут рука об руку, чтобы уничтожить Германию. С одной стороны -- французы, пытающиеся подавить Германию посредством репараций, с другой стороны -- крупные капиталисты. Точно так же дело обстоит сейчас в России. С одной стороны, известно, что между Германией и Россией заключено торгово-экономическое соглашение; теперь же можно прочесть, что и Франция тоже должна заключить торгово-экономическое соглашение с Россией, чтобы тем самым противодействовать соглашению с Германией. Есть у Германии и другие проблемы. Не может ли господин доктор дать некоторые разъяснения?

Вы знаете, в этом, возможно, и состоит причина, почему мы в последнее время -- я бы сказал, по взаимному согласию -- больше обсуждаем научные темы. Это в настоящее время гораздо умнее, чем разговоры о политике; причина состоит в том, что все те отношения, все те обстоятельства, которых вы коснулись, в сущности, ни к чему не ведут. Из всех названных вещей ничего реально не осуществляется. Подумайте хотя бы вот о чем; дело обстоит так, что в настоящее время все просто не знают, что они должны делать в будущем по отношению друг к другу. Все, что происходит, является продуктом страха, настоящим продуктом страха.

Гораздо важнее всех этих вещей, которые, в частности, связаны с тем, что Англия в настоящий момент просто не знает, что ей предпринять, ведь не может же она отделаться от Франции, так как в Англии господствует мнение, что надо соблюдать договоренность, выполнять обещания, гораздо важнее для людей совсем другое. Там господствует общее мнение, что надо выполнять обещания. Об искренности или неискренности в отношениях такого рода речь не идет; ведь только относительно отдельных людей можно было бы утверждать, правдивы они или же неправдивы. Если же дело касается общественных отношений, то можно сказать одно: тут господствует принцип, согласно которому обещания надо выполнять, надо вести честную игру, иначе говоря, сохранять при игре порядочность. Позиция Англии состоит в том, что не следует порывать отношения со старой Антантой. Но с другой стороны, такая позиция вступает в противоречие с теми идеями, ради которых с самого начала была предпринята эта война. Ибо война была предпринята в расчете на то, чтобы постепенно переместить производство продукции на Запад*, подавив при этом производственные мощности Европы -- Восточной Европы и Центральной Европы -- так, чтобы последние стали преимущественно лишь рынком сбыта. Вот что было первоначальным намерением. Дело обстояло просто: по мнению людей на Западе, производство продукции в Центральной, а также в Восточной Европе расцвело слишком пышно. А этого они вовсе не желали.

* т.е. в Англию, Голландию, Бельгию, Францию и США. Все сноски, помеченные звездочками, являются примечаниями переводчика.

Теперь в Англии есть и такое мнение: если подавить Германию окончательно, то можно потерять ее как рынок сбыта. Ее дееспособность хотят сохранить. Однако французы испытывают прежде всего постоянную нехватку денег, финансовых ресурсов, им вообще недостает финансовой мощи. Поэтому они хотят, используя насилие, выколотить из Германии все, что можно. Так что Англии приходится сидеть между двух стульев. Приходится качаться то туда, то сюда. При этом ничего особенного не происходит. Как только возникает мысль, что Германию слишком прижали, то тут и там предпринимается кое-что, чтобы немного поднять настроение. Похожая ситуация возникает на Востоке, где Франция и Англия жестко противостоят друг другу. Там Англия в настоящий момент должна сдерживать турок, так как она хочет одним ударом овладеть миром. При этом она берет под защиту христиан; она делает это не впервые, однако нельзя определить, насколько ее намерения в этом отношении искренни. Но Франция вовсе не придает этому значения, так как она хочет, прежде всего, обеспечить себе финансовые выгоды и поэтому поддерживает турок. Так эти две силы противостоят друг другу на Востоке.

К этому присоединяется нечто другое, что в настоящее время выявляется именно в Англии. Надо установить, что от чего зависит. Очень важно, чтобы большинство людей это видело. Поэтому обсуждаются именно такие вещи, от которых ничего не зависит. Видите ли, то, что постулирует Ллойд Джордж или обсуждает кто-либо еще, не выявляет такой зависимости; все они говорят, пренебрегая фактами, хотя и неосознанно; эти люди полагают, что они говорят, основываясь на фактах, но на самом деле это не так, они говорят, проходя мимо фактов.

Есть и другая, гораздо более важная вещь. Видите ли, сейчас в Англии разгорается большая борьба вокруг Ллойд Джорджа1: останется ли он вообще, или вынужден будет уйти. Почему может не удержаться этот человек, которому в настоящее время есть еще что сказать миру, и сказать хорошо? Он может не удержаться по той причине, что у него больше нет достаточно крупной партии. Стоящая за ним партия слишком мала. Он может не удержаться, поскольку достаточно крупной партии у него больше нет. Если хотят заменить Ллойд Джорджа сейчас, то это несправедливо. Можно поставить другого премьер-министра, но и его вскоре тоже придется заменить. Невозможно на место Ллойд Джорджа поставить кого-то другого. Следовательно, его необходимо сохранить! На этом основывается все в целом. В настоящее время некого поставить на смену. Можно найти людей, о которых известно, что они когда-то занимали ответственные посты. Но при этом не обращают внимания на то, понимают ли они что-нибудь, могут ли они что-нибудь сделать, могут ли они вникнуть во все обстоятельства, -- а этого-то как раз никто больше и не может. В социал-демократической партии этого тоже больше нет. Там остаются только ее старые предводители, а новое не пробивается наверх. Следовательно, повсеместно люди потеряли возможность увидеть, понимает ли человек что-то или не понимает. Вот почему везде бывают вынуждены предоставлять должности старым людям, почти совсем не разбирающимся в проблемах современности. Конечно, из-за этого ничто толком развиваться не может! Сегодня безразлично, принадлежит ли кандидат на вакантную должность к той или иной партии; тут все зависит от того, что мы сможем дать нашему времени, найдутся ли люди, которые понимают обстановку, которые говорят и действуют, основываясь на фактах, а не зачастую пренебрегая этими фактами. С каждым днем люди все меньше сознают, что, в сущности, должно происходить. Тут с каждым днем дело обстоит все хуже. Так что сегодня, собственно, бессмысленно говорить: будет умнее, если англичане поступят так-то, или французы сделают то-то, или немцы или турки сделают то или иное. Не правда ли, все, что совершается на основе старых точек зрения, обречено на неудачу?

Возьмите события самых последних дней. Вот факты: Германия в последнее время сильно страдает от так называемых валютных спекуляций. Даже школьники покупают валюту, "работают с валютой". Если кто-то имеет 50 марок, то, купив валюту, он в ближайшие дни будет иметь 75 марок. На валютных спекуляциях можно заработать очень много. Что же делает германское правительство? Оно издает закон; вы ведь знаете о введении чрезвычайного закона, направленного против валютных спекуляций, -- итак, правительство вводит закон: валютные спекуляции должны быть поставлены под контроль. Допустим, что правительство и его органы действуют разумно, впрочем, я в это не верю, но допустим, что вы могли бы заниматься валютными спекуляциями, они шли бы у вас весьма успешно, допустим это. И вот, в последние недели объем валютных операций в Германии снизился. Говоря без преувеличения, даже тринадцати- и четырнадцатилетние школьники спекулировали валютой. Теперь допустим, что в течение нескольких недель с этим будет покончено. Что же произойдет? Возникнет огромный разрыв между стоимостью продуктов питания, предметов первой необходимости и покупательной способностью. Например, сигареты стоят в Германии семь марок. Но их покупают. Почему? Потому что имела место спекуляция валютой. Не правда ли, пожилой человек не может сегодня купить сигареты, но молодые люди, которым удалось заработать много денег на валютных спекуляциях, покупают их. Допустим, что им уже не удается заработать, тогда в ближайшие дни и недели дорогие сигареты никто покупать не будет. Это всего лишь пример. Отсюда вытекает другое: само собой разумеется, что фабриканты, производящие сигареты, будут поставлены перед необходимостью снижать заработную плату рабочим. И тогда получается, что вещи стоят столько же, сколько и раньше, но купить их никто не может. Так возникает новый кризис. Ближайший из тех, что еще наступят.

Все то, что наступит, создается в ближайший момент. Люди видят только то, что ближе всего, и их заботы направлены на то, чтобы миновать кризиса в ближайшем будущем. Однако этот путь нерезультативен. Из этого положения, из этого хаоса нельзя выбраться иначе, кроме как только с помощью трудолюбивых дельных парней; только они и смогут достичь успеха. Но дело обстоит так, это обнаруживается в настоящее время, что действительно дельных людей не привлекают. А с помощью одних старых фраз дальше не продвинуться. Эти старые фразы произносят все подряд. Но ценности в них нет никакой. Если сегодня вы возьмете в руки газету той партии, к которой принадлежите вы сами, то вы прочтете всякую всячину -- это даже может вам понравиться, ведь газета говорит голосом той партии, к которой принадлежите и вы, -- однако то, что вам тут преподносят, не имеет ни малейшей ценности. Это непродуктивно. Так что можно сказать: заниматься всеми этими вещами, составляющими сегодня мировую политику, означает просто терять время. Это непродуктивно! И если чем-то и стоит заниматься, так это только тем, чтобы снова воспитывать дельных, трудолюбивых ребят. Это единственное, к чему можно стремиться; впрочем, сегодня никто не знает об этом.

В конце концов, выходит, что больше всего знают те, кто противостоит европейцам. Турки, например, совершенно точно знают, чего они хотят. Японцы тоже знают, чего хотят. Но все они хотят содействовать продвижению своей собственной культуры, именно своей собственной культуры! Европейцы же как нарочно проявляют полное безразличие к своей собственной культуре! Это приводит к тому, что они не могут ничего толком сказать относительно политики. Не правда ли, дело тут обстоит так, как если бы вы, попав в общество и прислушиваясь некоторое время к тому, о чем там говорят, поняли, что присутствующие занимаются пустословием; тогда вы решаете: тут мне сказать нечего. Почти так же обстоит дело в современной политике.

Видите ли, Ллойд Джродж пару дней назад выступил с речью. Если бы вы захотели изобразить эту речь в виде недовымолоченного снопа, из которого торчат еще несколько колосьев пшеницы, то даже такой образ едва ли подошел бы; только полностью, до последнего зернышка вымолоченный сноп мог бы стать образным выражением той речи, с которой Ллойд Джордж выступил на днях. Но несмотря на это я, ни на мгновенье не сомневаясь, скажу, что это была самая впечатляющая речь из всех, произнесенных государственным деятелем за последние недели. Несмотря на свою бессодержательность, в ней все же кое-что оставалось -- это был кулак. Чувствовалось -- хотя реально он этого и не делал, -- что оратор каждое мгновенье стучит по столу кулаком. Он умеет это делать. В кулаке еще кое-что есть. А вот в самих словах уже ничего нет.

Так обстоит дело повсюду. Речи на экономические темы я вообще больше не читаю, мне достаточно и двух строк из передовицы в "Базельских известиях". Этого вполне достаточно, чтобы увидеть бессодержательность того, что там говорится. Все эти потуги выглядят абсолютно неутешительно. Дело обстоит так, что все равно: воодушевляетесь ли вы или падаете духом -- все это не имеет значения. Тот, кто сегодня честно и искренне думает о человечестве, должен сказать: теперь все зависит от того, найдутся ли трудолюбивые и дельные люди, хоть немного понимающие, что происходит в мире, способные мыслить, мыслить по-настоящему.

Если взять Ллойд Джорджа, то он, возможно, наиболее трудолюбивый и дельный человек из всех, кто там есть, но у него никогда не было никаких идей. Он и держится-то только потому, что никаких идей у него нет. Ему удается лавировать то в одном, то в другом направлении и говорить при этом глупый вздор. Однако не правда ли, стоит ему обнародовать хоть одну идею -- и юнионистская партия, партия консерваторов, или рабочая, лейбористская партия увидят, чего можно от него ожидать. Как только он выскажет хоть одну мысль, станет известно, чего от него ожидать. Тогда, само собой разумеется, его просто отстранят, если станет известно, чего от него ждать. Все его искусство состоит в том, чтобы никто не знал, чего можно ожидать от него. Но ведь если кто-то постоянно изрекает бессодержательный вздор, то никто не узнает, чего можно от него ожидать, -- ни один человек не узнает этого. Так что его искусство держится на том, что у него, в сущности, нет никаких идей. Он может изощряться в этом искусстве, ведь он и сам не знает, чего от него можно ожидать.

Именно так обстоит дело сегодня. Еще несколько лет тому назад так не было. Два-три года назад можно было сказать: должно что-то произойти, пока еще не поздно. Сегодня уже слишком поздно. Не надо ничего говорить. Это слишком поздно, слишком поздно. Сегодня все зависит от того, появятся ли снова на поверхности дельные, трудолюбивые люди. Это все, что я могу вам сказать. Ведь вы можете заключать сколько угодно договоров между Россией и Германией; ничего из этого не получится. Дело не в том, чтобы заключать договоры, дело в развитии хозяйственной жизни.

Возьмем в качестве примера концерн Штиннеса2. Можете ли вы хоть на одно мгновенье поверить, что Штиннес мог бы действовать вместе с рабочим классом? Нет, вы никогда не поверите в это. Это исключено. Он крупный предприниматель, хозяйственник, который пробился наверх благодаря тому, что долгое время ловко оперировал со своими валютными активами и ценными бумагами Он и не знает, как это можно было бы сделать иначе. Теперь, не правда ли, очень многие люди видят, что совместно с правительством сделать вообще ничего нельзя. Оно может заключать сколько угодно соглашений, но в хозяйственной жизни от этого ничего не улучшится. Эти люди говорят: если уж Штиннес делает все без участия правительства, то, может быть, это умнее. Однако основываются они только на том, что Штиннес умело действует как в Германии, так и во Франции. Это единственное основание. Но господа, если вы изучите соглашения Штиннеса, вы должны будете увидеть, что для их реализации необходимо, чтобы они были профинансированы. То, что намеревается сделать Штиннес, должно быть профинансировано. Сегодня же дела идут так, что ради финансирования подобных проектов могут свести на нет почти все леса в Австрии! Могут заявлять о своих намерениях, но выполнить их не могут. Как только начинают рассматривать, насколько исполнимы такого рода проекты, то оказывается, что ничего осуществить нельзя. Люди уже убедились, что с теми соглашениями, которые заключает само правительство, ничего не получается; хозяйственная жизнь не развивается. Штиннес действует без правительства. И все же его методы тоже не годятся. Штиннес действует, вместе с крупными капиталистами. Но и это бесперспективно, так как отсутствуют возможности для осуществления; ведь даже Штиннесу не удается найти финансового обеспечения для осуществления своих намерений. Следовательно, и тут ничего не выходит.

Очень интересно понаблюдать за поведением тех, кто пишет сейчас фельетоны или просто статьи для газет, махинируя посредством различных чисел. Да, господа, те, кто пишет сегодня передовицы или фельетоны, не несут никакой ответственности и не обладают чувством долга. Все это делается так мило; я предлагаю вам, прочтите-ка сегодня -- вы, может быть, не выбрасываете газеты, -- прочтите статью, написанную в 1912 году, и сравните ее со статьей, написанной в той же самой газете сегодня; вы обнаружите курьезную картину. Ведь газета -- дело сиюминутное, не так ли, и спустя некоторое время до нее уже никому нет дела. Именно поэтому тут можно помещать всякие занятные сообщения. Но тот, кто отвечает за свои слова, тот, кто не фабрикует газетные статьи-однодневки, кто хочет говорить ответственно, тот не может, конечно, говорить ради сиюминутных интересов, интересов одного дня, он знает, что все это -- галиматья. Эта манера появилась однажды, таким образом можно говорить обо всем подряд. Самое неутешительное -- это то, что у людей нет никаких новых мыслей. В чем мы нуждаемся в первую очередь, так это в новых мыслях, идеях. Если мы не получаем новых идей, то все идет прахом, идет "в камыши" -- я не знаю, говорят ли здесь так -- "идет в камыши". Зубная щетка в Германии сейчас стоит 215 марок. Да, но что такое эти 215 марок? Это меньше одного франка, так что это еще дешевая зубная щетка. Но откуда же, в конце концов, можно взять эти 215 марок? Не так ли? И все остальные вещи становятся, соответственно, дороже. Сегодня уже ни один человек не может позволить себе купить зонтик. Тут уж ничего не поделаешь.

Видите ли, когда я был в Вене, мне однажды пришлось один раз ехать на автомобиле, поскольку я торопился. Это было в предпраздничный день, и мне надо было быстро поспеть куда-то. Это было примерно на таком же расстоянии, как если бы я отсюда доехал до Дорнаха, не дальше. Но, господа, когда я спросил, сколько это стоит, то оказалось, что стоит это 3600 крон! А сегодня это стоит в десять раз больше; сегодня пришлось бы заплатить за такую поездку 36 тысяч крон. На этом примере вы видите то головотяпство, с которым мы встречаемся ежедневно. Это головотяпство проявляется также и во всех остальных делах; эти люди только не замечают его. Что делают эти люди? В конце концов, когда стоимость короткой поездки составляет 36 тысяч крон, эти люди вынуждены отпечатать 500 тысяч эмиссионных крон, когда же стоимость достигнет 360 тысяч крон, придется печатать эмиссионные кроны миллионами! Но ведь положение от этого не становится лучше! Ничего не изменяется, кроме того, что снова те люди, у которых в кармане было сегодня хоть немного денег, завтра не будут иметь ничего, а те, кто ловко спекулировал, получат завтра вдвое. Но ведь человек, в сущности, ничего не создает, когда он спекулирует деньгами. В мире при этом ничего не производится. Всей этой торговлей валютными активами ничего не достигается, кроме того, что каждый может получать деньги не думая, получать деньги не работая. Конечно, если в мире прекратится трудовая деятельность, а валютная спекуляция будет бурно разрастаться, то наступит полный крах. Следовательно, такой путь крайне нежелателен. Все зависит от того, появятся ли снова люди, которые хоть немного понимают мир, которые действительно понимают кое-что в мире. А иначе дело не пойдет.

Надо начинать именно со школы. Есть настоятельная необходимость начать со школы. Ведь необходимо, чтобы человек действительно разобрался в этих вещах. Недавно я читал школьный учебник; там была арифметическая задача, которую предлагалось использовать учителям. Я хочу показать вам эту арифметическую задачку. Вы, вероятно, скажете, что это сущая безделица, это просто. Однако эта арифметическая задачка из школьного учебника представляет собой одну из самых важных проблем на свете. Вот она:


одному человеку 82 и 2/12 года;


другому человеку 18 и 7/12 года;


еще одному -- 36 и 4/12 года;


еще одному -- 33 и 5/12 года.


Сколько лет всем этим людям вместе?


Вот что должны вычислить дети! Это предписывается школьным учебником. Я спрашиваю вас, господа: когда дети вычислят все это -- а дети бойко сосчитают, что в целом это составит 173 и шесть двенадцатых года, -- то что же будут означать эти 173 и шесть двенадцатых года? Играют ли они в мире какую-либо роль? Разве кому-нибудь приходится производить подобные подсчеты? Попробуйте прикинуть: если бы такая задачка имела бы хоть малейший смысл, то она должна была бы выглядеть так: первый человек умирает в момент рождения второго, второй умирает, когда родится третий, и так далее. Тогда в ответе выяснялся бы, по крайней мере, вопрос: сколько лет прошло от рождения первого человека до смерти последнего. Однако нигде в мире не делают тех вычислений, которые предлагаются в той задаче. Итак, представьте себе: детям предлагают делать то, что является совершенно бессодержательным подсчетом, который может ввести детей в заблуждение. Это совершенно бессодержательный подсчет! И дети должны напрягать свой ум для того, чтобы подсчитывать какой-то бессодержательный, чуждый действительности вздор!

Конечно, некий тип, который все это выдумал, знал понаслышке, что существует сложение. Но давайте допустим иные условия для задачи: пусть кто-то родился в известное время, до 14 с половиной лет он ходил в школу, затем снова учился 5 с половиной лет, потом 3 года путешествовал; потом женился и через четыре года у него родился сын, и, наконец, человек умер, когда его сыну исполнилось 22 года. Если все это сложить, то получится продолжительность жизни этого человека -- 49 лет. Это реальность, действительность. Такие задачи на вычисление и надо давать детям. Это вводит их в реальную жизнь, тогда как вышеописанные вычисления уводят от жизни. И это переносится на все отношения.

В ином случае ребенок на протяжении всего урока сидит за вычислениями, которые, в сущности, совершенно ни к чему не приводят в жизни. Если сегодня вы скажете об этом какому-нибудь человеку, он не будет этим шокирован! Он скажет: это все равно, учатся ли дети считать одно или другое. Он будет полагать, что это не очень-то и важно. Но в первую очередь важно именно это! Ведь если в школьных учебниках помещен какой-то "соломенный вздор", то и люди, которым преподавали по таким учебникам, будут позднее нести этот вздор в мир, они будут нести в мир несусветную чушь. Отсюда вы можете видеть, что если сегодня говорят об обновлении системы воспитания, то это не просто болтовня. В той системе воспитания, о которой я говорю, пытаются делать все исходя из реальности, начиная с самого простейшего, так, чтобы люди врастали в эту реальность. От этого зависит все дело. Поэтому следует сказать: можно быть уверенным, что если люди будут и дальше продолжать делать то, что они делают сейчас, будет повторяться старая история. Они могут делать то, что им хочется; основывать, например, множество новых газет, но если эти газеты будут написаны в том же духе, то все превратится в хаос. Вот почему сегодня очень важно способствовать тому, чтобы формировать мыслящих людей, чтобы не было больше в школе таких школьных учебников и таких учителей, как в случае с задачкой из упомянутого учебника.

Это относится и к другим предметам. Так же изучается родная речь, так же изучается природоведение и, наконец, обществоведение. Все, все оказывается оторванными от реальности!

Я рассказывал вам; в Англии при получении степени магистра искусств человек получает от университета средневековое одеяние -- это еще средневековый обычай. По крайней мере сотни лет тому назад это еще было реальностью, это еще что-то означало. Но сегодня это уже ничего не значит, является ли кто-то госсоветником или кем-то еще*. Вот в чем разница. В тех странах, где произошла революция (в отношении пережитков), тоже не стало лучше, совсем не стало лучше.

* Имеется в виду форма одежды.

Вам должно быть ясно, что все зависит от того, изменятся ли коренным образом и воспитание, и образование. Вот то, что необходимо.

Может быть, у кого-то из вас есть еще вопросы на социальную тему?

Вопрос в отношении операции по удалению аппендикса: Утверждают, что здоровью человека не повредит удаление органа при операции, если орган будет просто удален. Обращает на себя внимание то, что сегодня органы при операции часто просто удаляют. Речь идет о важности внутренних органов. Автор вопроса хотел бы узнать, как обстоит дело в том случае, если орган удален.

Доктор Штайнер: На этот вопрос я смогу ответить вам после того, как мы обсудим кое-что иное. Я охотно сделаю это.

Следующий вопрос: В последних лекциях говорилось о действии планет на человека; можно было бы услышать еще кое-что на эту тему?

Доктор Штайнер: Ко всему этому мы подойдем потом. Сегодня я начну отвечать на эти вопросы, и будет видно, как далеко мы зайдем. Но сначала я хочу рассказать вам одну историю, которая может привлечь ваше внимание к тем сведениям, к тем познаниям, которыми мы займемся в дальнейшем. Это произошло в начале девяностых годов прошлого столетия -- с тех пор прошло примерно тридцать лет, или, может быть, тридцать один год. Тогда североамериканское Торгово-транспортное общество организовало конгресс, и на этот конгресс среди прочих был приглашен один крупный финансист, этого человека звали Уильям Уиндом3. Это был по-настоящему умный человек, в духе собравшихся там людей, -- так что каждый из находившихся там считал его крупнейшим специалистом. Ожидали, что он на этом Торгово-транспортном конгрессе произнесет речь. И он ее произнес. В начале своей речи он сказал: в сфере торгово-транспортных отношений нам совершенно необходимо провести реформу, поскольку в этих торгово-транспортных отношениях, в том их виде, в котором они у нас сейчас существуют, имеется нечто нездоровое. Тут он перешел к объяснению, что такое деньги, что означают деньги, -- это, конечно, было лишь краткое разъяснение на тему, что означают деньги. Он сказал: да, господа, я только что излагал вам некоторые положения национальной экономики. Но без этого нельзя увидеть, что система в целом не работает. Деньги прокручиваются через транспортные сети и переходят из рук в руки, но при этом оздоровление национальной экономики не достигается. Ибо сделать национальную экономику более здоровой могут только моральные понятия, которыми обладают люди. Мы не сможем продвинуться дальше, если не сумеем связать транспортную систему и циркуляцию денег с моральными понятиями. Вот что он сказал. Он продолжал так: если сфера транспорта и хозяйственная жизнь пронизаны аморальными понятиями, то это подобно тому, как если бы в сосудах человека циркулировал яд, отравляющий кровь. Все то, что в виде денег обращается в транспортной системе и в экономике в целом, без сопутствия моральных понятий, но при сопутствии понятий аморальных, подобно яду, идущему по сосудам и вызывающему заболевание у человека в качестве своего рода воздаяния. Экономический организм заболевает, поскольку яд, то есть аморальные понятия, струится по его сосудам.

Люди, слушавшие речь Уиндома заметили, что он стал серым, когда использовал этот образ кровеносных сосудов для экономической жизни. И кроме того, слушатели были удивлены тем, что человек, который раньше говорил только об экономике и о финансах -- с этого он и начал -- вдруг применил этот, в общем, довольно удачный образ, да еще подробно детализировал его. Он описывал, как все это пронизывает кровь. Это неожиданное обращение к описанию моральных понятий было отклонением от темы. Когда же он произносил фразу: "В экономической жизни происходит то, что сосуды транспортной экономики наполнены ядом", он вдруг упал. Его поразил апоплексический удар. И он умер.

Видите ли, тут перед нами один из тех природных экспериментов, о которых я вам часто уже говорил и на примере которых можно многому научиться; тут можно как бы пощупать руками, что произошло. Человек, конечно, умер не от речи, ведь он не был при этом слишком взволнован. Само собой разумеется, что удар все равно настиг бы этого человека в тот момент, даже если бы он был занят чем-то другим. Причины заключались в нем самом. Следовательно, я ни в коем случае не утверждаю, что он получил удар потому, что произносил эту речь. Ни в коем случае этого не могло быть. Возможно, это произошло из-за волнения, испытанного им часом раньше. Это могло произойти. Но в любом случае предпосылки давно уже были в нем самом. Они были заложены в нем. Где-нибудь еще его тоже мог бы поразить этот удар. Однако имело место нечто иное; он внезапно отклонился от своей темы, хотя и вполне логичным образом, и описал свое собственное состояние, описал то, что происходило в нем самом в тот момент, уклонившись при этом от заданной темы. Итак, представьте себе: человек стоит перед своими слушателями и произносит ответственную речь на специфическую экономическую тему. Вдруг он отклоняется от темы, и в тот момент, когда он становится серым, описывает то, что происходит в нем самом!

Только он при этом считает, что речь его посвящена экономике. То, что он тут описал, было его собственным состоянием перед смертью; этим и было вызвано такое отклонение. То, что он построил свою речь именно так, было следствием его состояния. На таких примерах можно многому научиться. Такие вещи происходят повседневно, хотя и не столь разительным образом.

Теперь допустим, что человек просто потерял нить. Мне не однажды приходилось наблюдать, как выступавшие теряли нить своей речи. И если перед этим они гордо предстояли, то в момент "потери" они обычно делали движение, шарили внизу -- они перед выступлением клали перед собой свой цилиндр, а в нем была речь! Они тут же снова находили нить. Именно так это бывало. Я видел, однако, некоего мэра, который застревал после первых десяти слов; тогда он просто брал свой головной убор и бодро продолжал читать речь дальше! Конечно, читать он все-таки умел. Если же он по ходу чтения хотел добавить что-то от себя, то тут уж совсем ничего не получалось, получалась одна чепуха.

Так что же произошло с Уильямом Уиндомом? Апоплексический удар "сидел" в нем, он был в нем, не так ли? По отношению к общему состоянию человека не является слишком большой разницей, получает ли он удар и испытывает состояние, предшествующее удару, или, как вышеописанный мэр, остается в полном уме, хотя и попадая в положение, в котором другой мог бы получить удар. Ведь мэр все же в состоянии читать. А тот, другой, которого в этом положении сразу же поражает удар, тоже еще может читать. Но только где он читает? Он читает в своем собственном теле. Он считывает то, что происходит в его собственном теле.

Отсюда вы можете видеть, насколько правильно то, что достигается благодаря антропософской духовной науке; что мы всегда, когда мы говорим, считываем нечто из своего собственного тела. Конечно, мы говорим в соответствии с нашим внешним опытом. Но к этому мы примешиваем и то, что мы прочитываем в нас самих. Это не всегда столь трагично, как в том случае, если нас сразу же вслед за этим поражает удар. Но, тем не менее, то, что мы произносим, мы считываем в наших собственных происходящих внутри тела процессах. Каждый раз, даже если вы произносите пять слов, это считывается, считывается из ваших собственных телесных процессов. Если вы записали что-нибудь пять дней тому назад, а сегодня достали свою записную книжку и прочли, то такое прочтение носит внешний характер. Если же вы записали что-то в своей памяти, то это записано в вас посредством того письма, которое содержится внутри, -- мы будем теперь мало помалу знакомиться с этим, -- вы считываете это изнутри. Это то же самое: считываете ли вы что-нибудь из книги или считываете изнутри; различны только направления, по которым вы направляете свой взор. Фактически -- неважно, записали ли вы в ваш блокнот, скажем: "5 иголок, 7 булавок" -- или же вы записали это в своем мозгу. Если вы записали это в книгу, то вы можете прочесть это на той странице, на которой вы записывали. Но если в вас, благодаря тому, что вы пять дней тому назад произвели запись в своей мозговой коробке, одна клетка, которая вызывает пятерку, приходит в связь с другой клеткой, а эта последняя, с той -- которая вызывает семерку, она же, в свою очередь, приходит в связь с другой клеткой, соответствующей булавке, то так в вас вследствие вашего переживания возникает целое сплетение. И бессознательно, не осознавая этого, вы вглядываетесь в это сплетение, которое в вас возникло, и прочитываете его. Вот, следовательно, куда приводит вас такой сенсационный пример, как случай с этим господином Уильямом Уиндомом.

Другой пример я вам однажды уже приводил. Давайте, вкратце восстановим в памяти то, что врач Людвиг Шляйх4 рассказывал о пережитом им самим. Однажды к нему стремительно вбежал один человек и сказал: сегодня я уколол себе руку пером. Вы видите, там внутри остались чернила. Вы должны ампутировать мне всю руку целиком, иначе мне придется умереть от заражения крови. Шляйх, которого я очень хорошо знал -- он недавно умер, -- сам рассказывал мне все это. Он сказал человеку: "Что вы придумали? Я как хирург не могу взять на себя такую ответственность, чтобы сейчас ампутировать вам руку! Здесь вполне достаточно отсасывания, это совсем незначительная вещь. Это было бы безумием, если бы я взялся отрезать вам руку!" Человек возразил: "Но ведь тогда я умру! Вы должны отрезать мне руку, иначе я умру!" Тогда Шляйх сказал: "Я не могу этого сделать, я не могу по ничтожному поводу отрезать руку!" "Ну что ж, -- сказал пациент, -- тогда я умру". Шляйх предложил ему уйти. Однако этот человек побежал к другому врачу и хотел, чтобы тот ампутировал ему руку. Тот тоже, само собой разумеется, отказался, не стал этого делать. Этот человек бегал кругом весь вечер и говорил, что ночью он умрет. То же самое он говорил и Шляйху.

Шляйх, естественно, был обеспокоен состоянием этого человека; ампутировать ему руку он, конечно, не мог, так как для этого не было никакой причины, но на следующее утро он немедленно осведомился о состоянии человека, которому он отсасывал маленькую ранку. Это, конечно, мелочь, если кто-нибудь укололся пером: с помощью отсасывания все выводится наружу. Но когда на следующее утро Шляйх пришел туда, этот человек был мертв, он умер! Что же сказал Шляйх? Человек умер от аутосуггестии, он сам внушил себе смерть, он умер из-за своих собственных мыслей. Это ведь называют так: самогипноз, аутосуггестия.

Я сказал Шляйху: в состоянии самогипноза может, конечно, кое-что происходить, но такая смерть не могла наступить из-за аутосуггестии, это чепуха. Но Шляйх не поверил.

Что же произошло в действительности? Знаете ли, увидеть то, что произошло в этом случае, может только тот, кто способен видеть человека насквозь. Врачи, естественно, произвели вскрытие и нашли, что никакого заражения крови не было. Этим они и удовольствовались: смерть от аутосуггестии, ведь больше ничего там не было. Однако на самом деле произошло то, что человек этот тоже получил апоплексический удар в той форме, диагностировать которую очень трудно. Этот удар подготавливался на протяжении дней, так как такие вещи не происходят сразу; на протяжении нескольких дней этот удар подготавливался в тонких органах. И вот человек видит внутри себя -- точно так же, как Уиндом увидел в последний момент, как по сосудам проходит яд, поступивший с какими-либо продуктами питания, -- так и в этом случае человек увидел: мое тело умирает. Внешне человек еще может передвигаться, ничего не изменилось, но внутренне уже подготавливается смерть. Он увидел это, и из-за этого стал нервничать. То, что он уколол себе руку, было следствием нервного состояния. Он никогда бы не укололся, если бы не стал столь нервным внутренне. Но поскольку он не имел на этот счет внутренней ясности, он до укола не осознавал своего состояния. Но теперь, когда он укололся, он стал говорить то, что до этого он сказать не мог -- да и никто не сказал бы. Он сказал: я ощущаю внутри себя приближение смерти, хотя я и чувствую себя еще здоровым человеком. Однако тому, что он говорил сейчас, он приписывал совершенно не соответствующую истине причину, говоря: я умираю от укола пером! Это не было самогипнозом, ибо в любом случае он бы умер в ближайшую ночь. Как только он начал нервничать и уколол себе руку пером, возникшая в сознании мысль приняла совершенно неправильную форму. Он консультировался с врачом; но сам Шляйх, который был весьма разумным человеком, не поверил в это, он решил, что это случай аутосуггестии, самовнушения. Он, следовательно, верил в то, что человек сам внушил себе смерть. Но это чепуха. Причина смерти была иной, а этот укол пера стал только следствием нервного состояния.

Отсюда вы видите, что многое происходит во внутреннем. И если эти вещи не будут систематически изучаться, то никогда не удастся прояснить вопрос о происхождении человека, о том, в каких формах протекала жизнь человека в древние эпохи, когда ихтиозавры, плезиозавры и мегатерии плавали в уплотненной, соусообразной жидкости. Никогда не придут к тому, как все это связать вместе, если не станут рассматривать прошлое и систематически изучать человека. Необходимо систематически изучать человека.

При этом надо многое брать на заметку. В каком возрасте люди умирают чаще всего? Известно, что младенцы чаще всего умирают в самые первые месяцы, и постепенно смертность уменьшается. Детские болезни поражают детей приблизительно до смены зубов. А затем, когда человек становится более разумным, в период учебы в школе детские болезни возникают гораздо реже; кое-что, конечно, может появиться из-за неправильной посадки и так далее. Но между седьмым и четырнадцатым годами жизни возникает меньше всего болезней. Затем они начинаются снова. Однако есть большая разница между болезнями, появляющимися в самом раннем возрасте, и возникающими в период полового созревания. Если мы возьмем болезни, губящие детей в самом раннем возрасте, то первой из них является определенная форма сепсиса у новорожденных. Происходит заражение крови. Младенец, жизненные силы которого так слабы, зачастую погибает настолько быстро, что не удается даже установить, что причиной был сепсис. У младенца может возникнуть также желтушка. Если у взрослого человека возникает такое же заболевание, что и у ребенка, то оно доходит до стадии желтухи и, в большинстве случаев протекает гладко и излечивается. Однако у младенца оно может не успеть дойти до стадии желтухи, ребенок умрет раньше, чем это проявится.

У очень многих младенцев возникает диспепсия, понос. При этом важно учитывать, что если подобную диспепсию у младенца лечить средствами, применяющимися при лечении взрослых, то это не принесет успеха. В последнем случае следует использовать средства внешнего воздействия; применяют клизмы, обертывания; прием лекарственных препаратов внутрь не рекомендуется. У младенцев все это не приводит к успеху. Иногда у ребенка возникает молочница, пузыри, выступающие на языке. В более позднем возрасте появляются известные детские болезни, для которых характерны проступающие изнутри высыпания: скарлатина, корь и так далее. Такие заболевания могут возникать даже у пожилых людей, но преимущественно они являются детскими. Предрасположенность к этим детским заболеваниям прекращается, когда у человека меняются зубы. Тогда эти болезни, которые следует лечить преимущественно наружными, внешними средствами при соблюдении, в случае детей, строжайшей диеты, -- эти болезни уже в такой форме не появляются.

Если у ребенка сепсис новорожденных, то в этом случае никогда нельзя с уверенностью сказать, откуда он возник. Он возникает из глубины внутреннего организма ребенка. Еще одна часто встречающаяся детская болезнь -- судороги, так называемые детские судороги.

Совсем иначе выглядят болезни, появляющиеся у людей в период полового созревания. Вспомните хотя бы о болезни, которая в период полового созревания может развиться у девушек: это хлороз*. Непосредственной причиной тут является кровь. Известно, что в таком случае кровь неправильным образом питает тело. Если у ребенка возник сепсис новорожденных, то ухудшение крови происходит опосредованно, от какого-либо очага, очага поражения крови, находящегося где-то внутри. Если же возникает хлороз у девушки, то заболевает непосредственно сама кровь. Это разные вещи; когда внутри располагается какой-нибудь очаг, посредством которого кровь и становится больной, или когда кровь заболевает непосредственно, когда у юноши или у девушки кровь сгущается, после чего у них могут возникнуть геморроидальные узлы.

* Имеется в виду хлороз ранний.

Фактически, человек в своей жизни дважды становится особенно предрасположенным к заболеваниям; сначала в течение первого семилетия своей жизни, а затем в третье семилетие своей жизни. В промежутке между двумя этими периодами человек предрасположен быть здоровым. Это важно, что человек не всегда имеет одну и ту же предрасположенность к здоровью и болезни; она весьма различна в разное время, и сами болезни в разное время принимают совершенно различный характер. Указанное обстоятельство позволяет проникнуть в организм человека еще глубже, чем проникали мы посредством того, что только что обсуждалось. Благодаря такому рассмотрению мы можем познакомиться с органами.

Видите ли, с одной стороны, мы имеем случай с господином Уильямом Уиндомом; этот человек, ввиду приближения смерти, внезапно начал говорить о своих органах. С другой стороны, рассматривая болезни, присущие самому раннему и более позднему детским возрастам, мы обнаруживаем, что в следующие друг за другом периоды жизни они протекают по-разному. Мы должны научиться читать то, что происходит в человеке. Мы должны научиться читать. Если, например, во рту у ребенка появилась молочница или если на теле ребенка появляются в разных местах красные пятна, мы должны учиться читать, что происходит у него внутри. Только тогда можно будет развить настоящее знание о человеке, если научиться читать. Дело тут обстоит так: если вы положили умершего человека на стол для патологоанатомического исследования, для вскрытия, и рассматриваете его отдельный орган, вырезанный вами, и не имевший особого значения, например, селезенку -- ведь это такой орган, который может быть удален при операции, если он имеет патологию; подобная операция может пойти на пользу больному и он на протяжении долгого времени будет более здоровым, чем оставаясь с больной селезенкой, -- да, господа, если вы рассмотрите эту селезенку, после того, как она была удалена посредством операции, то вы не обнаружите особой внешней разницы между этой селезенкой и, скажем, желудком. Но вот если человеку удалить весь желудок, ему будет очень плохо. Из этого почти ничего не получится. Такого человека с искусственным желудком нельзя вылечить надолго. Есть и такие органы, которые вообще нельзя удалять, например, легкие и так далее; меньше всего это возможно в отношении мозга. Там есть одна точка; если вы просто введете туда иглу и попадете в эту точку, то человек тотчас же умрет.

Этот орган есть также, например, у слона. Если вы его уколете и попадете туда, в этот орган -- тут совсем нет надобности удалять его, -- то это огромное животное упадет мертвым. В то же самое время у слона можно было бы при желании удалить селезенку; он будет жить годы. Так вы устанавливаете разницу. Это совсем небезразлично удаляете ли вы человеку аппендикс, селезенку или что-то другое. Для того, чтобы это определить, необходимо тщательно изучать человека. Вспомните о том, что я говорил вам; эти "животные", находящиеся в мозгу -- эти клетки, которые я рисовал вам здесь, говоря о памяти, -- у ребенка они еще мягкие, живые, и только постепенно они твердеют; эти мозговые клетки должны отвердеть в течение первых лет детства, до семи лет. Они приобретают нормальную степень отвердения, когда человек достигает смены зубов. Когда же человек достигает половой зрелости, то тогда другие клетки, о которых я говорил вам5, клетки, движущиеся в крови, благодаря наступлению половой зрелости становятся значительно подвижнее; до тех пор они были весьма вялыми, они очень вяло двигались в крови до полового созревания. Болезнь может наступить в одном из двух случаев. В первом случае, когда тело -- собственно, душа в теле -- должно приложить усилия для того, чтобы мозговые клетки уплотнялись нормальным образом до седьмого года жизни. Во втором случае, когда душа и тело в период полового созревания должны приложить усилия для того, чтобы сделать более подвижными эти звероподобные тельца, плавающие в крови.

Желая описать все это с внешней стороны, можно сказать: представьте себе, что вы строите дом и при этом используете раствор, который плохо отвердевает, -- дело у вас не пойдет. Так происходит и в том случае, когда мозговые клетки не отвердевают правильным образом. Это относится к любому ребенку, у которого возникло то или иное заболевание. Причины таких заболеваний мы опишем более подробно в следующий раз. После полового созревания приходится иметь дело с целой гурьбой, с целым стадом из миллионов белых кровяных телец. До этих пор они были вялыми; если бы это было настоящее стадо, стадо, состоящее из миллионов, то потребовалось бы очень много пастухов, погоняющих его, чтобы оно паслось как следует. Да, такие погонщики должны быть. А если их нет, то возникает хлороз. Это зависит от того, что некоторые формы заболеваний имеют свой первый исходный пункт в раннем детском возрасте, а второй исходный пункт в наиболее позднем детском возрасте, то есть в период наступления половой зрелости.

Надо изучать человека, и тогда постепенно наступит понимание того, как все эти вещи взаимосвязаны. Вы вообще не сможете ничего предпринять в социальной жизни, если не ознакомитесь с этими естественнонаучными фактами.


ВТОРАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 24 октября 1922 г.


В соответствии с пожеланиями, господа, мы побеседуем немного о внутренних органах человека, о чем я уже начал говорить в последний раз. Говорить о таких вещах можно, разумеется, только, я бы сказал, приступив к ним издалека. Я говорил вам, каким образом может произойти, что человек -- в данном случае это был описанный мною Уильям Уиндом, хотя есть и другие подобные примеры -- выступает и как этот Уиндом, умирает во время своего выступления, причем он почти точно описывает словами свое собственное состояние. Я говорил вам не только об этом, но и о некоторых вещах, возникающих в ходе человеческой жизни, о том, что в самое раннее время жизни, в младенческом возрасте и в первые детские годы выявляется самая высокая смертность. В этом возрасте люди умирают чаще всего. И хотя в более позднее время, на третьем, четвертом, пятом году, смертность уменьшается, тем не менее, можно сказать, что вплоть до смены зубов, до седьмого года смертность остается весьма значительной.

Затем начиная со смены зубов и до полового созревания, здоровье человека проявляется в наибольшей степени. Фактически это так. Если мы сами не лишаем детей здоровья в школе, что проявляется в искривлении позвоночника или в заболеваниях, вызванных плохим воздухом, если мы относимся к детям внимательно, то мы можем констатировать, что в возрасте так называемого обязательного школьного обучения, во время нахождения в общеобразовательной школе состояние здоровья детей наилучшее. Случаи заболеваемости на данном этапе обусловлены внешними причинами. Однако затем, начиная с возраста пятнадцати, шестнадцати лет вновь возникает большая опасность заболеваний, обусловленная внутренними причинами. Тогда появляются заболевания иного рода, нежели те, что проявлялись в детском возрасте.

Видите ли, дело обстоит так: у совсем маленьких детей -- я уже отчасти говорил об этом -- мы обнаруживаем, в частности, что у них могут довольно легко развиться сепсис новорожденных, гноекровие. Кровь становится гнойной. Это может зайти так далеко, что выступают симптомы желтушки. Очень часто у детей возникают нарушения пищеварения в форме диспепсии, поноса. У ребенка также может развиться молочница, когда в разных местах образуются маленькие белые пустулки. У ребенка также может проявиться заболевание несколько иного вида: так называемые судороги -- это проявления детских судорог, спазмов. В настоящее время особенно сильно детская заболеваемость проявляется в виде так называемого детского паралича, полиомиелита, который может возникнуть и в более позднем возрасте и который является заболеванием со страшно тяжелыми последствиями. Например, дети теряют возможность двигать ногами. Их ноги становятся полностью парализованы; могут быть и иные подобные проявления. Эта болезнь в настоящее время распространяется все сильнее. Вы, быть может, читали, что в Тюрингии были вынуждены закрывать школы в связи с эпидемией полиомиелита.

На основе этого, а также других материалов, можно видеть, что детские болезни носят совершенно специфический характер. Детские болезни проявляются иначе, нежели те болезни, которые человек получает позднее. Непосредственно детскими болезнями являются скарлатина и корь, хотя корь -- такая болезнь, которой человек может заболеть и позднее; нам следовало бы спросить себя: почему они чаще всего возникают у детей?

Видите ли, понять эти вещи можно только тогда, когда знают, как действуют силы в человеческом теле. Если исследовать ребенка в эмбриональной стадии, еще до рождения, особенно если исследовать его на первом, втором, третьем месяце, то обнаружится, что ребенок -- эмбрион -- выглядит, по существу, совершенно иначе, нежели человек на более поздней стадии. На первом, а также и на втором месяце ребенок представляет собой, в сущности, только голову, а остальные органы являются придатками головы. Все то, что позднее становится членами тела, руками, ногами, является маленькими подобными культям отростками: грудная область, область живота еще не функционируют, они пока бездействуют. Вот смотрите, если мы имеем дело с эмбрионом, зародышем ребенка, то выглядит он так: здесь располагается своего рода мешок, сумка, внутри которой он находится. Через эту сумку проходят кровеносные сосуды, идущие из материнского тела. Эти сосуды входят затем в ребенка и наполняют его. Кровь ребенок получает от матери так же, как и питательные вещества. Это дополнительные органы, позднее отпадающие. Все это отпадает. Голова по сравнению с телом эмбриона очень велика. Это голова (см. рисунок 1). Все остальное -- только незначительный придаток, еще не функционирующий. Позднее возникают сердце и пищеварительный аппарат. Кровообращение обеспечивается извне, благодаря кровообращению у матери. Только небольшие, подобные культям выступы представляют собой руки и ноги; они будут развиты позднее. Так что надо сказать: все это -- голова, а остальное является незначительными органами, поскольку все, как питание, так и поступление воздуха, обеспечивается у ребенка-эмбриона со стороны матери. Следовательно, ребенок в первые месяцы нахождения в теле матери является в целом головой.

Видите ли, господа, люди удивляются тому, что психические заболевания -- как их принято называть -- передаются по наследству. Психические заболевания, однако, всегда являются соматическими заболеваниями, они проявляются именно как следствия соматических функциональных нарушений. Дух не болеет, и душа тоже не болеет; психическое заболевание всегда представляет собою нечто телесное. Итак, люди удивляются, что у каждого так называемого психического больного играет роль наследственность. Это верно, что человек получает психическое заболевание по наследству. Если родители, особенно мать, страдала туберкулезом или если она страдала какой-либо другой болезнью, скажем, например, обызвествлением артерий -- у молодежи это бывает редко, но все же бывает у некоторых людей, -- итак, если родители страдали туберкулезом, чахоткой, обызвествлением артерий, то дети их не будут болеть теми же туберкулезом, обызвествлением артерий, зато у них могут возникнуть психические заболевания. Это удивляет людей.

Но стоит ли при этом удивляться, господа? То, что человек может унаследовать, он должен наследовать прежде всего при посредстве головы. Следовательно, если у матери туберкулез легких, то не следует удивляться, что это у плода не переходит на легкие, -- ведь они еще не функционируют, -- а переходит именно на голову, проявляется в голове. Следовательно, не надо удивляться тому, что результатом процесса наследования становятся совсем другие заболевания, а не те, которые были у родителей и которые они передали по наследству.

Видите ли, если у родителей были, например, какие-либо венерические заболевания, то у их детей могут возникнуть глазные болезни. Не следует удивляться. В случае венерических заболеваний у родителей головка ребенка и его глаза в наибольшей степени подвергаются влиянию пораженной венерическим заболеванием среды! Так что ничего удивительного в этих вещах нет.


Рисунок 1


И вот ребенок родится. Каждый из вас знает, что у родившегося ребенка голова сформирована наилучшим образом. Все остальное тело у ребенка вырастает, в основном, лишь в более позднее время. Голова же сформирована наиболее полно, она не вырастает потом так сильно, как остальные органы, она растет гораздо меньше. На основе всего этого можно видеть, как, в сущности, работают внутренние органы человека. Материалистической науке не удается составить об этом хоть сколько-нибудь правильное представление. Это совершенно невозможно, поскольку она не в состоянии правильным образом установить то, что у ребенка весь рост исходит от головы. Все упорядочивается из головы. У эмбриона наиболее заметно, что весь процесс организации направляется из головы, так как эмбрион только голову и имеет. Но и позднее все, происходящее в человеческом теле, упорядочивается, организуется из головы. Исходя из головы, все в человеческом организме упорядочивается. Желудок, деятельность кишечника, кровообращение -- все организуется от головы.


Рисунок 2


Давайте теперь допустим, что родился ребенок и у него по какой-либо причине кровообращение замедлено. Это бывает. Может произойти так, что ребенок унаследовал замедленное кровообращение; это бывает. Итак, представьте себе, вот ребенок -- я хочу сейчас нарисовать сосуды, -- тут у ребенка сосуды и кровь в них движется слишком медленно; тут располагается сердце и тут кровь движется чересчур медленно. Сердце, однако, получает свою организацию от головы. Голова может находиться в полном порядке, и все же циркуляция крови слишком замедлена. Может быть и так, что сердце организовано вполне нормально, и, тем не менее, кровь втекает в сердце неправильно. У детей самого раннего младенческого возраста, у новорожденных, весьма часто случается так, что голова в норме, а кровообращение нарушено. Это может происходить по той простой причине, что ребенок живет в спертом, скверном воздухе; тогда он не в состоянии правильно дышать, и кровообращение тормозится, нарушается. Или же, если он не получает правильного питания, кровь тоже не может правильным образом циркулировать в теле; кровообращение может затормозиться. Голова находится в полном порядке, сердце сформировано нормально, но кровообращение заторможено. Вместо того чтобы шлаки нормальным образом выводились через сердце и почки, они остаются в теле, они остаются в крови. Если вещества, которые не должны присутствовать в теле, а должны быть выделены, находятся, тем не менее, в крови, то кровь воспаляется, загнаивается.

Видите ли, немного позже, скажем, на восьмом, девятом году эта опасность не проявляется так же сильно, как проявляется она в самом раннем детском возрасте. Почему? Если у ребенка нормальным образом произошла смена зубов, то это является доказательством того, что тело его достаточно окрепло. Иначе смена зубов не происходит нормальным образом. Почему? Видите ли, вторые зубы выгоняются наружу посредством всего тела, из всего тела. То, что находится в одном зубе, производится из всего тела; тут дело касается не одной только челюсти, нет, при получении вторых зубов оказывается задействованным все тело. Но так обстоит дело только со вторыми зубами. В случае молочных зубов, первых зубов, дело обстоит иначе. Первые зубы, которые получает ребенок, так называемые молочные зубы, представляют собой еще нечто совсем иное, нежели вторые зубы. Первые зубы ребенок получает по наследству, поскольку его мать и его отец тоже имели зубы. В течение первых семи лет жизни они выпадают, и только тогда ребенок получает свои собственные зубы, вторые зубы, которые должно сфабриковать само тело.

Вообще, если вы рассматриваете ребенка, которому уже исполнилось девять или десять лет, то он имеет, по существу, свое второе тело. Так как первое, полученное по наследству тело он уже совершенно выбросил из себя. Ребенок, в сущности, получает свое собственное тело только начиная с седьмого года. В течение всего предшествующего времени вплоть до седьмого года обнаруживается, что ребенок родился достаточно сильным, чтобы адаптироваться к воздуху и пище. Если становится видно, что у него начинается смена зубов, опасность заболеваемости становится не такой сильной, ибо он уже сформировал свое собственное тело; именно тогда он и получает эти зубы. Вот почему наибольшая опасность угрожает младенцу. Он должен ко всему адаптироваться, тогда как прежде это совершалось под защитой материнского тела. С головой на первой стадии дело обычно обстоит хорошо; плохо может стать только позднее. Когда человек становится старше, деятельность головы делается менее упорядоченной. Голова должна думать, она должна контактировать со внешним миром. Тут тоже необходима адаптация. При этом тоже часто возникают неполадки! Но в самые первые годы жизни ребенку еще не нужны навыки для работы, ему еще не надо ходить в школу, еще не надо учиться. Голова работает лишь над собственным телом. Это ей, как правило, по силам. Но все остальное тело в нежном детском возрасте находится в наихудшем состоянии, так как оно должно сперва привыкнуть к миру. Не совсем так, как это всем рассказываю я -- я очень точно придерживаюсь фактов, -- но похожим образом рассказывает об этом внешняя наука. Однако эта внешняя наука не понимает всего процесса в целом. Для всей внешней науки остается загадкой, почему человек именно в самые первые годы жизни в наибольшей степени подвержен заболеваниям.

Причина такого непонимания кроится в том, что внешняя наука не признает существования того, что называют душой и духом.

В действительности дело обстоит так: когда ребенок еще находится в теле матери, а затем родится, его душевно-духовное начало связано преимущественно с головой. То, что работает при этом, те силы которые находятся там, недоступны внешнему наблюдению, невидимы. Именно эти силы, душевно-духовные силы и работают в ребенке.

Вы скажете: это не более чем точка зрения, которой можно придерживаться или не придерживаться. Однако если вы считаете, что это лишь точка зрения, которой можно придерживаться или нет, то вы совершаете такую же ошибку, каковую совершают, например, в следующем случае: один человек указывает на кусок железа, другой подходит и говорит: идет, вот им-то я и подкую свою лошадь! Первый, однако, возражает ему: ну и дурак же ты, если хочешь этим куском подковывать лошадь. Ведь это магнит, внутри у него есть особая сила. Это магнит, им не подковывают лошадей, а используют совсем иначе! Один думает, что это просто подкова; другой же знает, что это магнит, который обладает невидимой силой. И эту силу вы не можете увидеть. Аналогичным образом поступает и тот, кто, согласуясь с материалистической наукой, говорит: голова -- это просто кусок мяса. Подобный человек не отличается от того, кто скажет: это подкова*! Голова ребенка -- это не просто кусок мяса. Там внутри работают невидимые силы, которые, подобно скульптору, формируют и строят весь человеческий организм. В первые семь лет жизни они совершают это построение очень бодро, интенсивно. Однако первоначально человек наследует свою форму, свой облик от родителей. Те силы, которые весьма интенсивно строят человека, являются исходящими из головы душевно-духовными силами: они созидают человека уже исходя из чего-то иного, а не из того, что идет от родителей.

* Магниты часто изготавливаются в форме подковы.

Получает ли ребенок эти силы от родителей? Разве вы когда-нибудь видели, чтобы у гения рождались гениальные дети? Или если ребенок гениален, то и родители его тоже гении? Как раз этого не бывает! Возьмите, например, Гёте, который несомненно был гением; его отец был филистерски ограниченным, его мать тоже не была гением -- она была милой, нежной женщиной, умела рассказывать прекрасные истории. Сын Гёте был просто глуп, уж он-то и подавно не был гением. Следовательно, то, что является духовно-душевным началом, не может быть унаследовано -- это человек приносит с собой из совсем иных миров. Оно соединяется с тем, что было унаследовано. Помимо и прежде бытия в материнском теле человек имеет бытие в качестве духовно-душевного человека.

Видите ли, причина того, что люди сегодня это отрицают, состоит в том, что на протяжении всего средневековья Католическая Церковь утверждала: нельзя приписывать человеку никакого духовно-душевного бытия до рождения. Католическая Церковь считала, что душу должно заново создавать при рождении какое-то Божество, это постулировалось Католической Церковью. И запрет, которому на протяжении всего средневековья Католическая Церковь подвергала убеждение в том, что человек обладает преэкзистенцией -- как это тогда называли, -- иначе говоря, предсуществованием, прежде бывшей экзистенцией, -- этот запрет соблюдает сегодня и материалистическая наука, причем она чувствует себя при этом непревзойденно умной. Дело в том, что эти люди просто не знают, посредством какой длительной дрессировки были они приведены к такому воззрению; они полагают, что именно такое воззрение является наиболее разумным.

В действительности дело обстоит так, что фактически человек, имеющий основание физического бытия в своих родителях, прародителях и так далее, имеет и духовно-душевное бытие, которое он несет с собой. Оно работает в нем. Это и есть духовно-душевное начало. И тот, кто не постигает, что это духовно-душевное начало существовало прежде тела, тот не может постичь и того, что это духовно-душевное сохраняется после смерти; в это он, в лучшем случае, может лишь верить. Знание о бессмертии человеческой души можно приобрести только благодаря тому, что знают: она существовала и раньше. Конечно, если бы Божественный Творец приурочивал ее создание к созданию человека, то эта душа должна была бы исчезать, когда человек умирает; но если душа имеется в наличии для того, чтобы могло быть построено тело, она, естественно, должна сохраняться и тогда, когда тело умирает.

Следовательно, вы можете сказать себе: если мы наблюдаем эти вещи правильным образом, то из них безусловно следует существование человеческой души. Она не может быть подвержена смерти, ведь именно она строит то, что смертно*! Надо было бы проникнуть в совершенно иные миры, для того чтобы понять, в каком смысле душа может быть смертной. Мы еще поговорим в последующих лекциях о том, что и там она тоже не может умереть. И уж, конечно, она не может умереть из-за смерти тела, поскольку именно она это тело и строит.

* т.е. тело.

Мы ознакомились с такими заболеваниями, которые возникают из-за того, что при работе духовно-душевного, осуществляемой из головы, тело оказывается не в порядке. Но может наступить нечто иное. Может получиться так, что кровообращение слишком замедленно, возникает затор, тромбоз, о чем я говорил вам; это приводит к сепсису. Но может наступить и еще кое-что другое. Может случиться, что ребенок хотя и получает питание, но оказывается слишком слабым, чтобы усвоить это питание кишечником и ввести его в кровь. Оно не проходит сквозь стенки кишечника. Тело слишком слабо. Что же при этом происходит? Прежде всего у ребенка начинается понос. Естественно, что все неусвоенное выбрасывается наружу, тогда как оно должно было оставаться в теле и усваиваться. Вместо этого из-за поноса оно непереработанным выбрасывается наружу. Это, однако, связано еще и вот с чем. У ребенка возникает небольшой понос, он усиливается, может перейти в исключительно сильный. Часто это представляет собой лишь первую стадию заболевания. Если у ребенка в течение длительного времени питательные вещества не могут усваиваться, перерабатываться, то и внутренние органы формироваться не могут. Голова постоянно стремится формировать их. Но внутренние органы не могут образовываться, поскольку вещество не доходит до них. Это подобно тому, как если бы вы, скажем, работали над какой-либо скульптурой, но, не имея материала, из которого вы могли бы ее сделать, стали бы махать по воздуху. Так и голова работает вхолостую, машет по воздуху, если, например, ребенок не получает никаких веществ, из которых он мог бы сформировать органы. Он стремится формировать сердце, стремится формировать желудок. Он машет по воздуху, поскольку он не получает вещества, ведь из-за поноса оно выбрасывается наружу.


Рисунок 3


Если человек остается ученым-материалистом, он теперь вообще не может ничего понять. Он рассуждает так: я исследую ребенка, у него понос. Дадим ему какое-нибудь средство, чтобы понос прекратился. Следствием будет только то, что питательные вещества станут накапливаться в кишечнике, ибо усваиваться они не станут и у ребенка возникнет вздутие живота, живот станет толще, но иного улучшения не будет. Производя дальнейшее исследования, обнаружат, что легкие, например, будут представлять собой нечто вроде пустых карманов, полостей. Они хотят сформироваться, но вещества для этого нет. Мы не найдем ничего, кроме пустых полостей вместо легких.

Тот, кто, рассматривая легкие, находит там только пустые полости, должен знать, что в эти легкие самым непосредственным образом проникают силы, исходящие из головы. То, что исходит из головы, идет в легкие, идет сквозь легкие. И тут силы, идущие от головы, хотят иметь материал, над которым они могли бы работать. Но они наталкиваются на то, в чем не могут обрести опоры. Теперь это обстоит так: если я трясу стул, я имею опору в этом стуле. Если же я совершаю махательные движения, но стула под рукой нет, то у меня нет и опоры. Вы видите, что я тогда как дурак машу руками. Но если голова таким же образом совершает махательные движения в легких, но не получает опоры, возникают судороги, спазмы.

Видите ли, если кто-либо хочет разумным образом объяснить спазматические явления, он должен знать, что при этом голова совершает махательные движения, но не получает опоры. Явления диспепсии (поноса) еще можно объяснить с позиций материализма; спазматические явления материалистическим образом объяснить нельзя.

Это показывает нам, что именно у ребенка духовная деятельность осуществляется в наибольшей степени. Позднее она прекращается. У ребенка духовная деятельность осуществляется в столь значительных масштабах, что из всего того, что он съедает вплоть до шестого, седьмого года, отбираются, отсортировываются совсем маленькие, крохотные частички, кусочки, из которых создаются вторые зубы. Представьте себе, господа, если бы вам самим приходилось делать все это! Вы, во-первых, должны были бы быть достаточно разумны, чтобы знать о том, что в пищевых продуктах содержатся соли магния, углекислые соли. При необходимости это еще можно было бы изучить, но такое изучение -- предварительный химический анализ зубов -- могло бы быть проведено лишь на материале самих зубов. Ведь ни один человек сегодня не сможет сказать, как создать такие зубы, а те искусственные зубы, которые создаются теперь, это муляж, это не зубы, ведь это не живые зубы. Итак, из всего, что ребенок ест вплоть до седьмого года, небольшими порциями в его тело доставляется то, что впоследствии становится вторыми зубами.

Но надо знать не только то, какие вещества содержатся там, внутри, надо знать и то, что делается в желудке, для того, чтобы произвести отбор необходимого вещества, надо знать, что делают те мельчайшие частицы, которые вы отсортировывали, отбирали на втором, третьем году жизни. Если вы отбирали их, то как удавалось вам в течение достаточно долгого времени удерживать их в круге кровообращения, чтобы они шли дальше, чтобы именно на шестом, седьмом, восьмом году они поступали в челюсти и там становились зубами? Все это должно быть проделано, и деятельность эту осуществляет духовно-душевное начало ребенка, хотя и бессознательно. Тем не менее, оно делает это. Я надеюсь, вы не обидитесь, если я скажу вам: у вас ничего не получится, если я попрошу вас вырастить себе где-нибудь хотя бы один волос, -- вы не в состоянии вырастить себе где-нибудь хотя бы волос! А вот ребенок способен это делать; при этом он пригоняет необходимые вещества в то место, где вчленяется корень волоса, чтобы там эти вещества подверглись встречному воздействию света -- ведь волосы растут, возникают из света.

Итак, все это происходит в ребенке. Видите ли, обо всем этом современная наука не хочет говорить. Она не дает людям ясного представления об этих вещах. Она ничего не знает о них и не желает говорить о том, что в вышеописанных процессах совершает внутреннюю работу духовно-душевное начало, о том, что это духовно-душевное начало не наследуется, что это духовно-душевное приходит из духовного мира.

Я привел вам пример с волосами. Видите ли, человек, как правило, в течение всей своей обычной жизни не бывает покрыт волосами целиком, волосы у него имеются лишь на отдельных местах, все остальное тело ими не покрыто. Но когда-то на Земле человек весь был покрыт волосами. Он утратил свои волосы. Человек был целиком покрыт волосами, был волосатым. Когда-то, в очень давние времена, человек был мохнатым, волосы покрывали его, он был совсем мохнатым. Он потерял эти волосы. Отчего же человек утратил волосы? Я не хочу приводить вам на этот счет никаких теорий, ведь теорию можно просто выдумать, я хочу указать вам на факты. Другие существа, на воле имеющие волосы, покрытые шерстью тоже теряют их, если их приручают, делают домашними; таковы, например, свиньи. Посмотрите на них в диком состоянии. У них есть шерсть, волосы; если же их приручают, иными словами, если им приходится жить в иных условиях, в которых они первоначально не жили, то они теряют волосы. Человек ведь тоже жил первоначально в иных условиях, нежели сегодня. Человек тоже является подобным такому прирученному животному. Однако процесс появления волос, протекающий под воздействием света и тепла, еще и сегодня обнаруживается у ребенка-эмбриона; ведь в первые месяцы беременности, когда эмбрион представляет собой почти одну голову, весь этот эмбрион покрывается волосами, -- итак, в материнском теле ребенок в первые месяцы покрыт волосами! Он потом теряет эти волосы, они исчезают. Но сначала он целиком покрыт волосами. Точно так же -- я это объяснял вам -- как растения на первой стадии развития получают свет и тепло прошлого года, так и ребенок получает свет и тепло от матери; он получает свет. Только позднее он теряет эти волосы. Из этого вы тоже можете видеть, как работает над телом духовно-душевное начало.

Я говорил вам: в период школьного возраста чело век от природы наиболее здоров. Это так. Почему? Это именно так потому, что выживают только люди, развившие силы, благодаря которым могут появиться вторые зубы, ведь это очень мощные силы. Эти очень жесткие силы человек выгоняет из себя наружу. Этими силами удается овладеть в детском возрасте только благодаря исключительно сильному привыканию. Итак, в первые годы жизни ребенка развивается наиболее сильно все то, что голова совершает внутри человека. Дело обстоит так, что можно сказать -- сам человек, конечно, об этом не знает: эта голова должна напрягаться, прилагать усилия, она должна быть неким совершенным, великим мастером, художником. А тело постоянно оказывает ей сопротивление. Голова же, в свою очередь, должна постоянно это сопротивление преодолевать. Тело не помогает голове. В первые семь лет жизни у головы нет ничего, что могло бы правильным образом помочь ей. Человеку приходится страшно напрягать силы. И именно в результате такого напряжения сил возникают все те болезни, о которых я вам рассказал.

Но давайте допустим, что нарушения кровообращения возникают не от недостаточной скорости, но от слишком высокой интенсивности. Это тоже может быть. Случается так, что родители не проявляют мудрости, свойственной человеческому организму. Часто родители думают так: чем больше напичкать ребенка, тем лучше. Конечно, не следовало бы никого упрекать в этом, ведь, как правило, очень трудно узнать, сколько ребенку нужно. Он сам знает об этом в основном лишь благодаря своему собственному инстинкту, благодаря своей собственной мудрости, которой он обладает. Если же он получает слишком много молока из-за того, что его у матери переизбыток, инстинкт ребенка теряет надежность, и он сам ест слишком много. Тогда в него оказывается напичкано так много, что голова перестает справляться; она слишком медлительна, чтобы справиться с таким обилием. Тогда ей приходится обороняться, чтобы отбросить это, чтобы удалить этот излишек. Но он уже перешел из кишечника в кровь; излишек уже не может быть удален естественным путем в процессе выделения или пищеварения, ведь он уже проник в кровь. Что же происходит с последней? Она должна выбросить излишек через кожу. Возникает скарлатина, корь! Скарлатина и корь являются заболеваниями иного типа, нежели диспепсия, или спазмы. Понос и спазмы являются такими заболеваниями, которые младенец получает из-за того, что внутри него совершается вышеописанная "махательная" деятельность на фоне низкого поступления питания. Если же последнее поступает в слишком больших количествах, то оно должно быть выброшено -- тогда-то и возникают подобные вещи, причем если излишки велики, выброс может происходить даже через легкие. Дифтерия, пневмония вызываются тем, что тело хочет таким образом помочь себе и выбросить через кожу то, что иначе оно выбросить уже не может. Если мы понимаем человека, мы понимаем, как это, в сущности, происходит: так что вполне естественно, что у ребенка могут возникнуть такие заболевания.

У ребенка могут возникнуть и другие заболевания. Представьте себе, что ребенок слишком слаб, чтобы сформировать вторые зубы. Он получил молочные, первые зубы, их он унаследовал; ему при этом не пришлось напрягать свои силы. Но теперь он слишком слаб, чтобы образовать и выгнать вторые зубы. Теперь силы, которые не находят тут применения, направляются в легкие, и у ребенка обнаруживают пневмонию, воспаление легких. Это тоже может быть. Человеческое тело -- страшно сложная вещь. Следовательно, если у ребенка возникает пневмония, то надо смотреть не только за тем, как у него обстоит дело с легкими, но и как дело с почками, как дело с желудком и так далее. Надо, следовательно, в случае специфического заболевания исследовать все тело человека, а не только ту его часть, где непосредственно проявляется болезнь.

Однако если ребенку исполняется семь лет, его дыхательные органы развиты настолько, что тело уже не должно поддерживать дыхание с помощью головы. У совсем маленького ребенка голова еще должна постоянно приводить в порядок органы дыхания. Так же как должна она строить зубы, должна она строить и дыхательные органы. С наступлением седьмого, восьмого года ребенок развивается настолько, что дыхательные органы приходят в норму. Теперь ребенок может дышать нормальным образом. Самое важное, что надо понять, состоит в следующем: когда у ребенка происходит смена зубов, когда он получает вторые зубы, его система дыхания тоже приводится в порядок; он получает свои вторые легкие, свои вторые бронхи -- все это строится. Он уже не дышит больше с помощью слабой полученной по наследству дыхательной системы, дыхательного организма, нет, он дышит с помощью второго, построенного дыхательного организма. Благодаря этому его положение совершенно изменяется. Теперь он обретает помощь. Вот какая история. Ведь это совершенно разные вещи: обладаю ли я дыхательной системой, полученной от слабого отца или от слабой матери, системой, которой я вынужден дирижировать исходя из головы, системой, которая, впрочем, слишком слаба, -- или же я, то есть ребенок, построил себе нормальную вторую дыхательную систему, причем такую, какая мне нужна, так как голова формирует эту дыхательную систему* правильным, упорядоченным образом. И благодаря тому, что эта вторая дыхательная система находится в порядке у детей, достигших указанного возраста -- другие просто умирают раньше, -- благодаря сказанному эти дети между семью и четырнадцатью годами обладают наилучшим здоровьем; ведь у этих детей дыхательная система преимущественным образом совершенно здорова. Благо этого второго возрастного периода жизни как раз и состоит в том, что дыхательная система становится наиболее здоровой.

* Имеется в виду, что помимо смены зубов к семи годам происходит смена дыхательной системы; молочные зубы и первая дыхательная система наследуются, вторые зубы, вторую дыхательную систему и т. д. формирует сам организм на основе духовно-душевного начала.

Однако когда наступает период полового созревания, то последнее забирает на себя часть питательных субстанций. Когда ребенок еще не был половозрелым, этого не происходило. Тогда процесс полового созревания еще не забирал на себя часть питательных веществ. Теперь же должна возникнуть совершенно иная форма пищеварения. Вы можете легко понять, почему наступает нечто совершенно отличное; ведь питательные вещества направляются на другое. Новая форма, новый вид дыхания приводит к тому, что с начала периода полового созревания органы пищеварения должны заново переорганизовываться, переустраиваться: от желудка, от кишечника должна прийти равноценная компенсация тому, что оказалось отобранным. Теперь должна правильным образом создаться компенсация, своего рода нажим в обратную сторону. Неудивительно, что в этом возрасте возникает ранний хлороз у девушек, а также другие заболевания; ведь организм должен заново переустроиться.

Итак, в период от седьмого до четырнадцатого года ребенок защищен наилучшим образом. В первые годы жизни голове приходится прилагать страшные усилия, врабатываясь в организм. Голова должна сначала привыкнуть к нему. Когда же наступает период от семи до четырнадцати лет, то есть возраст обязательного школьного обучения, ребенок наиболее здоров. Второму дыхательному организму больше уже ничего не угрожает, он может вполне свободно заниматься доставкой кислорода. Он благоприятно воздействует, с одной стороны, на голову и, с другой стороны -- на пищеварение. Однако, как уже было сказано, в этот период здоровье может быть повреждено внешним воздействием в процессе школьного обучения.

Теперь мы подошли к периоду полового созревания. Рассмотрим мальчика. До периода полового созревания он формировал свой организм под воздействием наиболее здоровых сил, которыми обладает человек. И вот он предпринимает усилия, чтобы впервые переделать свой организм по-новому. Ничто не мешало бы ему, если бы он оставался в прежнем состоянии. Но теперь ведь наступил период полового созревания. Посмотрите на мальчика: вся дыхательная система, дыхательный организм подвергаются вредному воздействию со стороны системы пищеварения. Даже голос не остается прежним. Голос становится ниже. Изменение голоса указывает, что воздействия процесса пищеварения восходят вверх, вплоть до дыхательной системы. Следовательно, второй раз, когда человек должен перестраивать свой организм, его пищеварительная система создает помехи. Эти помехи находят свое выражение в изменении голоса. Тут, как говорится, организму приходится ударять по совсем другим струнам*. Вот тут-то вновь и атакуют его разные болезни.

* т.е. менять направленность своей деятельности.

Причем, видите ли, лишь в том случае, если мы подходим к человеку именно таким образом, мы получаем возможность заниматься общим рассмотрением тех вопросов, которые были в последний раз поставлены одним из присутствующих господ. До этого обсуждать такие вопросы было бы вообще нельзя, это ни к чему бы не привело. Если же человек знает, что именно голова работает больше всего в первые семьлет жизни, то, что может он при этом сказать?

Не правда ли, в материнском теле формировалось, образовывалось все это (указывается на рисунок 1); однако голова, строящаяся в материнском теле, возникала не только благодаря оплодотворению, не только благодаря веществу, нет, эта голова образовывалась здесь из Космоса в целом. Субстанции материнского тела создавали лишь основу, фундамент того, что строилось здесь. Но голова человека образовывалась из всего Космоса, всей Вселенной. Она является отображением, она является образом Космоса. Круглую форму сверху она имеет потому, что она подражает в своем строении Космосу. Тут вверху, на этот череп -- который порой прикрывает человеческую глупость, -- на этот череп воздействует весь звездный мир. Тут в прямом смысле слова действует весь звездный мир. Это вовсе не фантастика. Это так же истинно, как и тот пример, который я вам уже приводил: представьте себе находящуюся здесь магнитную стрелку*. Эту магнитную стрелку вам по своему произволу успокоить не удастся. Она всегда направлена с севера на юг. Никому не пришло бы в голову утверждать, что силы, ориентирующие магнитную стрелку с севера на юг, находятся только в самой магнитной стрелке. Каждый знает, что сама Земля является магнитом и что магнитную стрелку направляет именно она. Это понятно каждому. Однако в отношении эмбриона, развивающегося в материнском чреве, люди проявляют глупость и говорят: это происходит в результате оплодотворения. Но это то же самое, как если бы сказать: то, что магнитная стрелка всегда направлена с юга на север, зависит лишь от сил самой магнитной стрелки! Тот факт, что голова формируется как отображение всего мира, подтверждает, что весь мир воздействует на голову человека. И те же силы, посредством которых голова, в свою очередь, оказывает дальнейшее воздействие на ребенка, эти силы человек получает из всего Космоса. Следовательно, когда образуются мои легкие, тогда голова пользуется силами, полученными из Космоса. Если же, например, образуются почки, значит, человек получил силы из далей Космоса от находящихся там небесных тел, например, от Юпитера. Никаких фантазий тут, следовательно, нет. Это необходимо исследовать так же, как исследуются иные вещи физического мира. Так что человек, имеющий при рождении голову, действительно несет внутри своей головы силы всего мира.

* Имеется в виду компас.

Конечно, бессмысленно было бы утверждать, что Луна, Солнце или Юпитер воздействуют (непосредственно) на какой-либо человеческий орган. Так что если люди руководствуются подобным и составляют гороскопы, веря при этом, что Луна, Солнце, Юпитер и так далее (непосредственно) воздействуют, то это чепуха! Но голова создается из всего Космоса в целом. И те силы, которые весь Космос в целом сообщает голове, действуют затем в первые семь лет жизни человека. А в течение второго семилетия человек больше осваивается и привыкает к тому, что непосредственно окружает Землю, к земной среде, он как бы прорастает туда из Космоса. Если прежде он был человеком звезд, то теперь он в большей степени становится человеком воздуха.

Что же вступает в действие после того, как вещества, находящиеся в пищеварительном тракте, начинают играть в организме человека столь особенную роль, сказывающуюся даже в изменении голоса? действие вступает то, что привносится от Земли. То, что мы берем от Земли, мы должны затем переработать. Я уже показал вам, что сначала все это мы должны умертвить в кишечнике и так далее. В период полового созревания человека именно это становится наиболее актуальным. Тут человек становится зависимым главным образом от Земли.

Мы, если речь идет о мужчинах, сперва получаем голос благодаря воздуху; то, что впоследствии голос становится грубее, связано с тем, что на более позднем этапе на него оказывают воздействие земные субстанции и земные вещества.

На первом этапе мы вступаем в мир, будучи звездными людьми, людьми звезд, причем мы предоставляем возможность из нашей головы оказывать после-действие тем силам, которые мы перед этим вобрали из звездного мира. Затем мы становимся людьми воздуха. И только с наступлением периода полового созревания мы становимся земными людьми, начинаем впервые соучаствовать в земном бытии, в земном начале. Только позднее мы впервые становимся сопричастными к тем вещам, которые все больше приковывают нас к Земле. Итак, вы видите, что человек перемещается из Вселенной на Землю.

Если не быть слишком упрямыми -- что нередко случается с материалистами, фантазирующими на тему о том, как растет человек и так далее, -- то можно увидеть, как человек врастает в Землю. И если он уже достаточно пожилой, то он как бы врастает в старость. Что же, например, происходит в старости? Силы, которыми мы обладаем в старости, находятся в нас с юношеской поры; эти силы делают нашу костную систему очень, очень твердой; тогда как другие части остаются мягкими. Если же в старости силы, находящиеся в костях, переходят на остальное тело, то сперва становятся жесткими сосуды, и тогда наступает то, что называют артериосклерозом. Мозг тоже может подвергнуться обызвествлению. Впрочем, мозг всегда должен чуть-чуть подвергаться действию того, в результате чего наступает обызвествление. Видите ли, если бы ребенок не имел хотя бы немного известкового песка в голове, распространяющегося, распределяющегося от эпифиза, шишковидной железы, если бы в голове у него не было немного известкового песка, он оставался бы глупым; тогда его душе было бы не за что зацепиться, ухватиться, ибо последняя встраивается, врабатывается в известь. Но если в более позднем возрасте отлагается слишком много извести, то происходит обызвествление, и тогда душе снова не за что ухватиться, ей не удается приложить действие к чему-либо, так как все стало слишком твердым. Тогда возникает паралич, мозговой инсульт или нечто подобное. Или же человек впадает в старческий маразм, слабоумие, поскольку человек не может овладевать мозгом, мозг нельзя больше использовать по назначению. Если же обызвествление возникает во всем остальном теле, дело идет точно так же. Человек должен быть вновь извлечен из сил Земли. Итак, можно видеть, как человек вплоть до периода полового созревания врастает в силы Земли и как он затем снова вырастает, высвобождается из Земли, как слой отложений становится все толще и толще, вследствие чего душа не может больше внедряться в них, приходить в сцепление с ними. Фактически вы видите, как необходимо изучать то, что имеет человек от Космоса. Только тут не следовало бы предаваться суевериям, полагая, что на легкие какого-либо тридцатипятилетнего человека непосредственно и произвольно воздействует какая-либо звезда! Тем не менее, эти легкие построены в соответствии с теми силами, которые прежде вошли в голову ребенка от звезд.

Если рассматривать такие вещи строго научно, то тогда это и будет духовная наука. Тогда она появляется, и ее можно изучать, как любую другую науку. Дело обстоит так, что как бы сильно не ругали древние эпохи -- конечно, мы не можем воскресить то время, которое было прежде, -- последние все же подходили для тех людей, которые жили прежде. Для нас они больше не подходят. Только то время, в которое мы живем, подходит для нас. Если бы снова тут появились люди, кое-что знающие о мире, люди, не полагающие примитивно, что человеческая голова - всего лишь маленький шарик в материнском теле, а действительно кое-что знающие об этих вещах, то появились бы в том числе и более достойные политики. Если человек ничего не знает, то разве может он стать порядочным, достойным политиком? Ведь тот, кто ничего не знает о человеке, не знает также и о том, что люди должны делать. Вот почему так необходимо, чтобы появились люди, кое-что знающие о мире. Это то, к чему безусловно следует стремиться.

Школы, в свою очередь, должны учить людей тому, что имеет ценность. Сегодня наибольшую ценность придают тому, с помощью чего можно делать машины. О духовной науке, напротив, ничего не говорят, хотя она тоже имеет немалую ценность; однако на какой основе можно регулировать человеческие отношения, если духовную науку не изучают, а изучают какую-то абстрактную социологию, изобретенную без знания о человеке? Сперва надо изучить именно человека, причем так, как мы это делаем здесь. Однако то, что я говорю вам здесь, никто, к сожалению, не изучает. Вспомните ваши собственные школьные годы! Изучали ли вы нечто подобное? А ведь это именно то, чего недостает сегодня людям. То, что изучает человек сегодня, действует на него так же, как если бы вы положили ему камни в желудок. Гусь, в лучшем случае, еще может перенести такое, но не человек. Если вы подкладываете камни в желудок человека, то он со своим пищеварительным аппаратом разрушается. Если вы обучаете человека так, как обучают его сегодня, то вы, в сущности, разрушаете его голову. Ведь не правда ли, если я не использую мою руку, она слабеет. Если я неправильно использую мою голову, голова тоже слабеет. Однако голова еще в период внутриутробного развития в теле матери уже получает звездные силы. Если вы не сообщаете ей ничего, если она не может иметь никаких мыслей о звездах, то она остается слабой, точно так же, как мускулы, которые не использовались. Если вы не развиваете у ребенка представления о мире, его голова должна оставаться слабой. И наихудшим в современном состоянии является то -- не сочтите это за обиду, -- что у людей слабые головы, они не понимают друг друга, они делятся на классы и совершенно не понимают друг друга. Это точно так же, как если бы я, желая сделать из человека атлета, допускал, чтобы его мускулы оставались совсем слабыми. Так же обстоит дело и с людьми, которым я даю образование, но допускаю, чтобы их голова оставалась слабой, ибо она не знает именно того, что ей необходимо знать. Вот как обстоит дело.

Если дети, обладающие бессознательной мудростью, благодаря которой они строят свое тело, доросли до смены зубов, получили вторые зубы, особенно важно довести до их сознания кое-что из того, что раньше они использовали бессознательно. Тогда они станут настоящими людьми, такими людьми, которые, в отличие от нынешних, не будут иметь извращенного мышления, такими людьми, которые будут иметь правильные представления о здоровой духовной науке.

Погубив всякое социальное мышление, мы не сможем развить разумных мыслей о том, что же надо делать. Если же мы применим настоящую духовную науку, то многое в этом отношении станет лучше.


ТРЕТЬЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 29 ноября 1922 г.


Вопрос о материале, изложенном в журнале "Антропософия, вести из Австрии, обращенные от человеческого духа к человеческому духу", и о изображении там голов Орла, Льва, Тельца и Человека.


Доктор Штайнер: как я полагаю, господа, лучше будет сделать так. Сначала я завершу, насколько это будет необходимым, уже начатые объяснения относительно человека, а в следующий раз проведу рассмотрение человека с точки зрения отображения его в этих четырех символах. Нельзя говорить обо всем без предварительной подготовки, не правда ли? И сегодня я попытаюсь провести такую предварительную подготовку, создать предпосылки. Видите ли, ведь эти изображения четырех животных, одним из которых является человек, восходят к очень древнему знанию, некогда существовавшему у человечества. Сегодня нельзя объяснять этих четырех животных так, как это делали, например, древние египтяне, сегодня все это необходимо объяснять совсем иначе. Конечно, это должно быть объяснено надлежащим образом, но сегодня для этого необходимо исходить из других предпосылок.

Мне хотелось бы еще раз обратить ваше внимание на то, как я все снова и снова указывал вам на происхождение человека из зародыша, развивающегося сначала в теле матери. Многое об этом человеческом эмбрионе я вам уже сообщил. Сегодня же мне хотелось бы еще раз вернуться к самой первоначальной стадии, начать с самого первого времени развития человеческого эмбриона в теле матери после оплодотворения. Видите ли, зародыш человека представляет собой здесь одну-единственную клетку, клетку, внутри которой находятся белковые вещества и ядро (изображается на рисунке). Она так мала, что разглядеть ее можно только под микроскопом. И человек в своей физической жизни берет начало, в сущности, от одной-единственной такой клетки, которая оплодотворяется.

Теперь нам надо рассмотреть следующий процесс. Видите ли, ближайшим из того, что разыгрывается с находящимся в теле матери этим маленьким яйцом, является деление последнего; из одной клетки возникает две, из каждой -- снова две, они находятся рядом друг с другом, и так, посредством деления, возникает все больше и больше таких клеток. Все наше тело оказывается составлено впоследствии из таких клеток. Однако они не остаются такими же круглыми, они принимают разнообразные формы. Эти клетки получают самые различные облики.

Мы должны также принять к сведению и то, что я уже говорил однажды: когда эта маленькая клетка находится в теле матери, то на нее воздействует весь мир в целом -- воздействует весь мир. Сегодня к подобным вещам еще не могут, конечно, относиться с подобающим пониманием. Но тем не менее; весь мир в целом воздействует на такую клетку. Отнюдь не все равно, делится ли это яйцо, когда, скажем, Луна там, наверху, стоит перед Солнцем или когда она стоит по другую сторону от Солнца. В каждом случае происходит нечто иное. Следовательно, все звездное небо оказывает влияние на эту клетку. И под влиянием звездного неба образуется то, что находится внутри клетки.

Видите ли, ребенок в первые месяцы развития -- я уже говорил вам об этом -- формируется исключительно как голова (изображается на рисунке). Образуется голова, а все остальное тело является, в сущности, только придатком; тут находится маленький выступ -- руки, другой маленький выступ, наподобие культи -- ноги. Все больше и больше это маленькое существо формирует свои руки, предплечья, а этот выступ превращается в ноги и так далее.

Отчего это происходит? Мы должны задать себе этот вопрос: отчего это происходит? Это связано вот с чем. Чем более ранней является эмбриональная стадия, на которой находится человек, тем больше подвергается он воздействию звездного мира; но чем больше он развивается, чем больше месяцев проводит он в материнском чреве, тем больше подвергается он силе тяжести Земли. Поскольку на человека действует звездное небо, порядок его построения таков, что он представляет собой главным образом голову. И только сила тяжести выгоняет наружу все остальное. Дело обстоит так, что, в сущности, чем дальше мы возвращаемся назад к первому, второму месяцам беременности, тем в большей степени мы обнаруживаем, что все эти клетки, тут возникающие -- миллионы таких клеток образуются здесь одна за другой -- подвержены воздействию звезд; тогда как потом они становятся все более зависимы от Земли.

Видите ли, на этих примерах можно убедиться, сколь удивительно устроено человеческое тело. Мне хотелось бы наглядно показать вам это на примере одного органа чувств. Я мог бы с таким же успехом наглядно продемонстрировать вам это на примере глаза, однако я хочу сегодня продемонстрировать это на примере уха. Ибо, видите ли, всего одна из таких клеток становится ухом. Ухо помещается в полости черепной кости. Одна такая клетка становится ухом. Однако если вы правильным образом рассмотрите это ухо, это человеческое ухо, вы обнаружите, насколько это удивительное образование. Для того, чтобы вы составили себе представление об этом, мне хотелось бы изобразить вам его, чтобы вы увидели, как одна такая клетка постепенно удивительным образом развивается, частично под влиянием звезд, частично под влиянием Земли, так что орган становится пригодным для использования его человеком.

Давайте пойдем от наружного уха к внутреннему уху. При этом каждый из вас может взять себя за мочку уха; тут мы уже имеем наружное ухо. Наружное ухо, зарисованное со стороны, состоит из хряща и обтянуто кожей. Его назначение состоит в том, чтобы улавливать тон, улавливать звук, который сюда приходит. Если бы мы имели здесь просто отверстие, то слишком мало от звука удавалось бы уловить. Он должен захватываться в ухе; оттуда наружный слуховой проход ведет внутрь, в так называемую барабанную полость, внутрь костной системы. Этот наружный слуховой проход изнутри перекрывается так называемой барабанной перепонкой. В этом наружном слуховом проходе натянута тонкая перепонка, напоминающая кожу барабана: вот потому-то и говорят "барабанная перепонка". Вы только представьте себе барабан с кожей наверху, по которой колотят; вот и ухо тоже закрыто изнутри такой барабанной перепонкой.

Теперь мы отправляемся дальше. И мне хотелось бы указать вам на полость, которую видно на скелете. Видите ли, здесь повсюду находятся кости черепа, здесь кости идут в сторону челюсти; тут внутри находится полость, и в эту костную полость черепа входит наружный слуховой проход, перекрытый барабанной перепонкой. За вашей мочкой уха внутри есть полость; обо всем, что там находится, я хочу вам рассказать. Тут проходит не только этот наружный слуховой проход, в который вы могли бы сунуть мизинец, проход, ведущий в эту полость* изо рта проходит канал, тоже входящий в эту полость**. Так что здесь находится рот (см. рисунок 4), и сюда тоже входит такой канал. Стало быть, к этой полости* подходят два канала: один -- извне (наружный слуховой проход), другой -- изо рта (евстахиева труба). Тот канал, который подходит изо рта, называется евстахиевой трубой, слуховой трубой. Но дело, конечно, не в названии.

* т. е. в среднее ухо, в барабанную полость.

** Имеется в виду слуховая или евстахиева труба, tuba auditiva.


Рисунок 4


Тут есть одна замечательная вещь. Тут надо снова обратиться к костям. Вот это отверстие в кости ведет в голову6. Все ухо располагается здесь, в этой костной полости (барабанная полость и костный лабиринт). Именно здесь помещается одна замечательная штука, прямо настоящий домик улитки (см. рисунок 4).

В целом эта улитка состоит из двух частей: здесь расположена перепонка (спиральная пластинка), а тут некое пространство (лестница преддверия, scala vestibuli), тут же находится другое пространство (лестница барабанной полости scala tympani). Все это в целом наполнено жидкостью, водой, наполнено оживленной водой**, что я вам уже описывал. И тут, внутри костной улитки, располагается нечто наподобие домика улитки (улитки ушного лабиринта), не из кожи, а из перепонки. И в этой улитке ушного лабиринта находится бахрома, настоящая бахрома (кортиев орган). Это очень интересно. Если бы вы проникли сквозь барабанную перепонку и продвинулись дальше, то вы обнаружили бы там улитку ушного лабиринта, подобную мягкому домику улитки, которая заполнена внутри перепончатой бахромой. Что же это такое, этот домик улитки, расположенный тут внутри? Да, господа, если исследовать эти вещи на основе настоящей науки, тогда можно определить, что же это такое. Это ни что иное, как маленький кусочек кишечника, который, как бы заблудившись, оказался в ухе. Точно так же, как в животе у нас располагается наш кишечник, так и в ухе мы имеем маленький кусочек кишки. Ухо, следовательно, устроено так, что оно имеет маленький кишечник, подобно тому, как и сам человек имеет большой кишечник. Этот маленький кишечник наполнен изнутри оживленной водой (эндолимфой); такая оживленная вода (перилимфа) окружает его и снаружи. Это исключительно интересно. Вся эта улитка ушного лабиринта закрыта вот здесь (см. рисунок) -- она вся заполнена водой (эндолимфой, перилимфой), закрыта кожицей, перепонкой (овальное окно). Здесь, в свою очередь, тоже имеется сверху мембрана (круглое окно)***. Как при ударе по барабану оболочка барабана приходит в движение, точно так же и в момент прихода звука с обеих сторон приходит в движение расположенная здесь мембрана.

* барабанная полость среднего уха, cavum timpani.

** Имеется в виду эндолимфа и перилимфа.

*** Из среднего уха во внутреннее ведут два отверстия: круглое окно, fenestra rotunda, или fenestra cochlea, и овальное окно, fenestra ovalis vestibuli.

Здесь, в середине, как я сказал вам, находится мембрана (membrana tympani secyndaria) Эта мембрана закупоривает то, что заполнено плотной оживленной водой (эндолимфой), а тут вода менее плотная (перилимфа); между этим и другим пространствами* тоже находится перепонка. И тут происходит нечто особенно интересное. Тут внутри находится нечто такое, что я мог бы назвать просто чудесным. Поверх этой кожицы овального окна помещается одна вещь: это две совсем тонких, крошечных косточки; они помещаются наверху и выглядят как стремя. Потому-то люди и назвали эту вещь стремечком**, хотя на самом деле это нечто совершенно другое; я потом скажу вам, что это такое. Здесь находится кожица (овального окна), а поверх нее насажено это стремя, к которому присоединен вот здесь костный отросток. И этот костный отросток, находящийся здесь, подобен плечевой кости (hymerus) и предплечью***. Следовательно, если вы представите себе, что это своеобразная рука, где тут вот находится плечо, тут -- предплечье, а здесь своеобразным образом располагается еще одна кость, то эта "рука" сохраняет свободу перемещения. Эти кости связаны друг с другом сочленениями, свободно располагающимися вот здесь (сочленение молоточка и наковальни). Это маленькие, крошечные кости7. Материалистический образ мыслей, который обращает внимание, в основном, на внешнее, называет эту, расположенную здесь косточку, которая прикреплена к барабанной перепонке и стучит, молоточком, а этот кусочек кости, расположенный здесь называют наковальней. А эта часть называется стременем. Три маленькие косточки, следовательно, современная наука обозначает как молоточек, наковальню и стремя.

* т.е. средним и внутренним ухом.

** stapes (лат.); далее описывается среднее ухо,

слуховые косточки барабанной полости.

*** т.е. локтевой кости, ulna, и лучевой кости, ralius.

Однако обычная наука не знает, что это такое. То, что образовано здесь в форме стремени, является по существу тем же самым, что находится здесь в плече. Вы видите, как здесь расположен сустав, так и здесь на перепонке располагается сустав. Тут находится локоть: следовательно, все это представляет собой своеобразную руку. А здесь, наверху, сидит свободная косточка. Такую мы находим даже не в руке, а в коленной чашечке, наколеннике. Мы могли бы с таким же успехом сказать, что это нижняя конечность, нога: тогда вот эта часть соответствовала бы бедру, бедренной кости, femur, эта часть -- колену (см рисунок 4), сюда прикреплялась бы стопа, а здесь располагался бы наколенник, коленная чашечка.

Как видите, это очень интересно; в нашем внутреннем ухе мы имеем сначала своего рода кишечник*, и затем настоящую руку, или предплечье, или настоящую ногу. Для чего предназначено все это? Представьте себе, что раздается звук. Звук ударяет в барабанную перепонку. Вся находящаяся здесь конструкция сотрясается, совершает колебательные движения. Так, совершенно не сознавая того, человек в своем внутреннем ухе берет на пробу раздавшееся вовне сотрясение. Представьте себе, что вы стоите на улице, а сзади вас раздается взрыв -- я полагаю, вам приходилось это испытывать, -- ваш кишечник, ваши потроха отреагируют на это! Может случиться даже так, что от такого сотрясения возникнет расстройство кишечника. Но сотрясения более тонкие, проходящие через эту "руку", передают колебания воде (перилимфе и эндолимфе), находящейся в улитке перепончатого лабиринта, в этот домик улитки. Эта жидкость (эндолимфа) в улитке лабиринта совершает синхронные колебания, распознаваемые человеком благодаря тому, что с помощью "руки" он соприкасается с барабанной перепонкой. Понятно ли вам это? (Да!)

Теперь я хочу сказать вам еще кое-что. Для чего предназначена вот эта труба**, ведущая изо рта в ухо?

* Имеется в виду перепончатый лабиринт.

** Евстахиева труба.

Если сюда приходит обычный звук, то необходимости в этой трубе нет*. Но вот допустим, что мы слушаем другого человека, один человек говорит другому, и мы хотим его понять, поскольку мы когда-то учились говорить, -- ведь если бы мы не учились говорить сами, мы не могли бы хорошо понимать других. Благодаря тому, что мы учились говорить, речевые фонемы проходят через евстахиеву трубу, слуховую трубу, сюда, вверх (в барабанную полость); если нам говорит другой, то колебания поступают сюда же и наверху переходят в жидкость**. Благодаря тому, что сюда, в ухо (в среднее ухо) через евстахиеву трубу попадает воздух, и я приучаюсь приводить этот воздух в движение посредством собственной речи -- благодаря этому я могу понимать другого. Тут внутри уха встречается друг с другом и то, что я привык получать в результате моей собственной речи, и то, что поступает как речь другого. Здесь происходит встреча***.

Знаете ли, если я говорю "дом", то я привык к тому, что в моей евстахиевой трубе происходят определенные колебания; если я скажу "порох", происходят другие колебания. Эти колебания я знаю. Если я говорю "дом", то извне поступают колебания, и я привык, говоря "дом", воспринимать их. При этом встречаются друг с другом и то, и другое: моя познавательная способность и колебание, преходящее извне; так я понимаю, что означает "дом". Ведь это понятно, не правда ли? Моя евстахиева труба, ведущая изо рта в среднее ухо, уже имеется в наличии, когда мы сами, будучи детьми, учимся говорить, а тем самым и понимать других. Эти вещи чрезвычайно интересны.

* За исключением слишком сильных звуков, которые могли бы повредить барабанную перепонку; в последнем случае евстахиева труба служит для выравнивания давления в барабанной полости: известно, что при взрывах надо сильнее открывать рот, чтобы не оглохнуть.

** т.е. пройдя через слуховые косточки, передаются пери- и эндолимфе лабиринта.

*** т.е. в среднем ухе; барабанная перепонка и слуховые косточки колеблются как от звуков, поступающих извне от собеседника через наружный слуховой проход, так и от звуков, поступающих изнутри, изо рта и гортани, через евстахиеву трубу; чтобы убедиться в этом, достаточно заткнуть уши и заговорить: вы услышите свою речь.

Но тут есть еще одно обстоятельство: представьте себе, что в ухе существовало бы все то, что я вам нарисовал, но помимо этого ничего иного не было бы. Вы смогли бы, скажем, понимать другого человека, вы могли бы услышать музыкальную пьесу; но вы не смогли бы запомнить то, что вы услышали. У вас не было бы ни речевой, ни музыкальной памяти. Если бы ухо было только таким, у вас не было бы никакой памяти для речи и звуков. Для того, чтобы эта память была, в ухе существует нечто иное. Для того, чтобы вы могли удержать в памяти то, что вы слышите, существует еще одно устройство. Здесь находятся три вот такие полудуги, они находятся здесь вверху (рисунок)*. Вы, следовательно, должны представить себе такие полудуги, внутри они полые. Здесь находится вторая, расположенная в плоскости, перпендикулярной первой полудуге, и здесь находится третья полудуга, тоже расположенная в плоскости, перпендикулярной двум предыдущим. Они расположены в трех взаимоперпендикулярных направлениях. Это еще одно удивительное образование, расположенное во внутреннем ухе. Указанные каналы тут вверху сами по себе полые, на то они и каналы**. А здесь, внутри*** находится жидкость, оживленная вода†. Она находится тут, внутриф‡.

* Тут автор описывает взаимноперпендикулярные костные и перепончатые полукружные каналы лабиринта внутреннего уха -- саnаles semicirculars ossei, ductus semicirculares, которым традиционная физиология правомерно приписывает функцию статокинетического анализатора, т.е. вестибулярного аппарата; автор говорит об их дополнительной функции -- запоминании.

** Имеются в виду наружный слуховой проход и евстахиева труба.

*** В костном и перепончатом лабиринте внутреннего уха.

†Перилимфа в костном лабиринте, в которой плавает перепончатый лабиринт, наполненный эндолимфой.

‡ Внутреннее ухо связано посредством прохода ductus endolymphayicus, с Saccus endolymphaticus, мешочком эндолимфы, находящимся в твердой оболочке задней части височной кости, то есть внутри черепа.

Но достойным внимания в этой оживленной воде, эндо- и перилимфе, является то, что в ней постоянно образуются и выпадают маленькие кристаллы. Если вы, например, слышите "дом" или просто звук Ц, то тут, внутри образуются такие маленькие кристаллы; если вы слышите "человек" -- образуются кристаллы иного рода. В этих трех крошечных каналах* образуются крошечные кристаллы, и эти крошечные кристаллы дают нам возможность не только понимать, но и сохранять в памяти понятое. Ибо что бессознательно делает человек?

* Диаметр полудуг меньше 1 см.

Вам только надо представить, что вы, скажем, слышите "пять франков" и, желая запомнить услышанное, вы записываете это в записную книжку. То, что вы вписали карандашом в свою записную книжку, не имеет никакого отношения к этим пяти франкам, но благодаря записи вы помните о них.

Точно так же в этих тонких каналах благодаря мельчайшим кристаллам, являющимся своего рода буквами, записывается то, что человек слышит. И благодаря бессознательному рассудку мы считываем это снова, когда нам нужно. Так что мы можем сказать: тут внутри (в трех полукружных каналах) находится фонетическая и музыкальная память. Тут, в этом подобии руки или ноги (см. рисунок, слуховые косточки), находится способность к пониманию Тут внутри, в этом улиточном ходе находится то, что связано с переживанием человека, находится частичка его чувства. Мы чувствуем звук улитки ушного лабиринта. Тут мы переживаем звук. Когда же мы говорим и сами производим звук, то через наши евстахиевы трубы проходит воля к речи. Тут, внутри уха находится все душевное начало человека; в этой трубе, здесь (евстахиева труба) живет воля; здесь внутри (в улиточном ходу ушного лабиринта) живет чувство. Тут внутри (в этой"руке" или "ноге", то есть в слуховых косточках, молоточек -- наковальня -- стремя) живет рассудок, понимание; а тут, в этих каналах (в трех малых полукружных каналах ушного лабиринта) живет память. Для того, чтобы человек, в завершение процесса, мог довести услышанное до своего сознания, отсюда*, через эту полость (см. рисунок), через находящееся здесь отверстие проходит нерв**. Нерв идет все дальше, проходя в разные отделы. Через этот нерв все в целом доводится до нашего сознания здесь, в мозгу.

Видите ли, господа, это нечто в высшей степени своеобразное. В нашем черепе, в костях нашего черепа есть внутренняя полость; еще одна такая полость ведет сюда. В эту полость мы попадаем из наружного уха, проникнув через наружный слуховой проход и барабанную перепонку. В этой полости находится то, что я уже показывал***. Сначала человек с помощью этой "руки"**** зондирует приходящие звуки, и тем самым мы получаем возможность понимать их. Затем звук переходит в эту улитку†, в эту живую воду‡; благодаря этому мы чувствуем звук. Посредством воли мы проникаем через нашу евстахиеву трубу. И благодаря маленьким кристаллическим знакам, находящимся в этих трех так называемых полукружных каналах, мы запоминаем то, что говорят или поют, или то, что приходит как звук††.

* От кортиева органа улиточного хода.

** Акустический нерв, проходящий через внутренний слуховой проход.

*** Имеется в виду барабанная полость и костный лабиринт внутреннего уха.

**** т.е. слуховых косточек.

†Улиточный ход перепончатого лабиринта.

‡ т.е. иерилимфу и эндолимфу.

†† О функции внутреннего уха как статокинетического анализатора вестибулярного аппарата в контексте данной лекции не упоминается.

Следовательно, мы можем сказать: тут внутри мы, в сущности, носим некоего маленького "человечка", настоящего маленького человечка. Ведь человек имеет волю, чувство, способность понимания и память. Внутри этой маленькой полости мы носим маленького человека. Мы поистине состоим из таких исключительно маленьких человечков. Наш большой человек в целом является лишь совокупностью таких маленьких человечков. В ближайшее время я покажу вам, что и глаз тоже является маленьким человеком. Нос -- тоже маленький человек. И эти маленькие "человечки" объединяются посредством нервной системы и составляют тогда целого, общего человека. Эти маленькие человечки возникают благодаря тому, что все образующееся внутри, в эмбриональный период, когда человек находится в теле матери, все это еще находится под воздействием звезд. Ибо все эти чудеснейшие образования тут, то есть эти канальцы, в которых образуются кристаллы, эта "рука", не могут быть построены силою тяжести Земли и всем, что есть на Земле. Они образуются как зачатки еще в материнском теле благодаря приходящим от звезд силам. Несколько позже образуется то, что принадлежит человеку в качестве вот этой части, -- улитка и евстахиева труба*. На них уже действует и то, что исходит от Земли. Благодаря земной тяжести мы получаем наш целостный облик, облик человека в целом; будучи ребенком, мы распрямляемся только тогда, когда после рождения проходит достаточно долгий срок.

* ductus cochlearis (лат.), улитковый ход образуется на пятой неделе эмбриональной жизни, тогда как костный лабиринт -- на шестом месяце.

Видите ли, если мы знаем, как весь человек происходит от одной маленькой клетки, и одна клетка превращается в глаз, другая клетка, -- на этом этапе их, правда, насчитывается уже десятки и десятки, они интенсивно развиваются, но существенной разницы не будет, если мы представим, что клетка одна, -- итак, из одной клетки развивается глаз, из другой -- ухо, из третьей -- нос. Если мы это знаем, то мы видим, как постепенно человек выстраивается посредством того, что сперва он состоит лишь из одной-единственной клетки, производящей вторую; благодаря тому, что она попадает в другое место, она попадает и под другое влияние, нежели первая, она становится иной, превращается в ухо, другая превращается в нос, третья -- в глаз, и так далее. Но далеко не все происходит под действием сил Земли. Земные силы могут строить только то, что в вышеприведенном смысле является округлым; так, в нашем животе земные силы формируют наш кишечник. Но все остальное образуется еще и под воздействием звезд.

Не правда ли, сегодня мы узнали обо всем этом благодаря тому, что у нас есть микроскоп, через который мы можем наблюдать все подобные вещи. Эти косточки (слуховые) совсем маленькие. Однако достойно внимания, что и в древние времена тоже кое-что знали об этом, хотя таковые познания добывались совершенно другим способом, нежели сейчас. В частности, такового рода познаниями обладали древние египтяне три тысячи лет тому назад, они тоже на свой лад осознавали, насколько чудесно устроено человеческое ухо внутри. Они тогда говорили: человек имеет у себя на голове уши, глаза и другие органы. Если мы хотим получить объяснение по поводу этих органов, то мы должны задаться только одним вопросом: по какой же причине это ухо, этот глаз -- мы будем, как уже было сказано, беседовать о нем в ближайшее время, -- по какой же причине они стали такими совершенно отличными от остальных органов тела? Египтяне же говорили: эти органы на голове, ухо, глаз, стали такими, поскольку на эти органы действует то, что приходит в земную сферу извне, приходит сверху вниз. Они взирали вверх и говорили: там, вверху летает орел, он формируется на высоте, в воздухе; туда, вверх надо смотреть, если хочешь увидеть силы, формирующие эти органы в голове человека. Вот почему они, желая изобразить человека, рисовали его с головой орла.

Если мы рассмотрим сердце и легкие, то обнаружим, что они выглядят совсем иначе, нежели глаз и ухо. Если мы рассматриваем легкие, то нам не следует слишком ссылаться на звезды; в случае сердца тоже не следует слишком много обращаться к звездам. Хотя силы звезд совершенно особым образом действуют в сердце, однако его форму, облик, мы не должны обусловливать таким же действием звезд. Это знали древние египтяне три тысячи лет тому назад: сердце и легкие мы не должны соотносить со звездами так же, как органы головы. Они рассуждали так: где есть животное, которое специфическим образом формирует у себя те органы, которые похожи на человеческое сердце и человеческие легкие, и так далее? Орел особенным образом формировал те органы, которые были связаны с головой человека. И древние обнаруживали, что животное, которое главным образом строит сердце и поэтому само очень мужественно, само представляет собой это сердце, такое животное -- лев. Вот почему эту часть органов -- сердце, легкие и так далее -- они называли "львом". Они, следовательно, говорили: голова -- это Орел. Затем Лев, создающий среднюю часть человека. А затем они говорили так: кишечник человека выглядит совсем иначе. Видите ли, у льва кишечник очень короткий, у него кишечник оказывается слишком коротким. Итак, кишечник выглядит совсем по-другому. В ухе тоже есть кишечник, только очень маленький*, он сформирован тонко, изящно. Наш основной кишечник сформирован отнюдь не так изящно. При рассмотрении кишечника следует сравнивать его образование с тем животным, в котором именно кишечник играет исключительную роль. Лев находится под влиянием сердца. Орел находится под влиянием высших сил. Под влиянием кишечника -- вы ведь видели, как ест корова, вы обращали внимание на коров и быков -- полностью находятся именно эти животные. Они ужасно довольны, когда переваривают пищу. Поэтому древние люди называли то, что у человека относится к кишечнику, человеко-тельцом или человеко-коровой.

* Имеется в виду перепончатый лабиринт внутреннего уха.


Рисунок 5


Теперь мы имеем три составляющих члена человеческой природы:

ОРЕЛ = ГОЛОВА

ЛЕВ = ГРУДЬ

ТЕЛЕЦ = то, что относится к пищеварительной системе.

Эти древние люди знали, конечно, и следующее:

если я встречаю человека, то голова у него не выглядит все же как орел, средняя часть не выглядит как лев, а нижняя -- как телец или бык. Это они знали. Поэтому они говорили так: да, если бы тут не действовало ничего другого, то все мы ходили бы, имея сверху голову орла, затем тело льва, и затем тело переходило бы в тельца. Мы все существовали бы в таком виде. Но есть еще одно влияние, преобразующее находящуюся сверху голову и делающее ее человеческой головой, влияние, не позволяющее нам стать львом, и так далее; это влияние и есть, в сущности, человек. Он и объединяет все вместе (см. рисунок 5). Действительно, примечательно то, как эти древние люди формировали образы для выражения тех истин, отдельные из которых мы снова познаем сегодня. Во всяком случае, формирование образов было для них делом более легким, чем для нас. Видите ли, мы, современные люди, можем учиться многому, однако нельзя сказать, что мы принимаем слишком близко к сердцу все те идеи, которые мы сегодня, как нечто повседневное, изучаем внешним образом в школе. У этих древних людей дело обстояло совсем иначе. Их от этих идей захватывало настоящее чувство, и поэтому они могли грезить, видеть видения на эту тему. Их видения носили объективный характер; они видели в образе единого человека, как изо лба проступает Орел, из сердца -- Лев, а из живота -- Телец. Рисуя тогда, они сводили все это воедино, в целого человека, в один прекрасный образ. Так что можно сказать: древние составляли человека из собственно Человека, Тельца, Орла и Льва.

Эта традиция продолжалась и в евангельских писаниях, во многом опиравшихся на эти вещи. Так, например, говорили: есть Евангелие от Матфея, оно описывает людям Иисуса как Человека, и поэтому автора Евангелия от Матфея называли "Человек". Но если мы возьмем Иоанна, то тут древние говорили: он описывает Иисуса так, как если бы Он парил над Землей, как если бы Он летал высоко от Земли, Иоанн описывает то, что происходит в человеческой голове. Это "Орел". Читая Евангелие от Марка, вы увидите, что в нем Иисус изображается как борец, как сражающийся, как "Лев". Такое описание дает тот, кто отображает преимущественно систему груди. А Лука, что же описывает он? Лука предстает подобно врачу, более всего ориентирующемуся на исцеление. Это видно из соответствующего Евангелия. Речь идет о необходимости исцеления, для которого необходимо использовать органы пищеварения. Поэтому Иисуса этот евангелист описывает как "Тельца", преимущественно использующего пищеварение.

Так можно составить общее представление о четырех евангелистах*:


Матфей -- Человек


Марк -- Лев


Лука -- Телец


Иоанн -- Орел


* Подобная традиция есть также и в русской иконографии.

В связи с этим журналом-газетой (где были изображены головы этих четырех образов, -- в связи с чем и был задан вопрос) я был поставлен перед задачей, сформулированной там как "обращение от одного человеческого духа к другому"; что наиболее значительного может сказать один человек другим людям. Необходимо было дать отображение человека. Это отображение и воспроизведено в данных фигурах: вверху Орел, затем Лев, затем Телец или Корова, а затем сам Человек, объединяющий их воедино. Здесь, в газете, это символ того, что такая газета должна нести нечто чисто человеческое. Поймите, господа, что здесь выражено намерение сообщить людям нечто, действительно относящееся к человеку. Ибо в том, о чем постоянно пишут сегодня в газетах, чисто человеческого очень немного.

Приведенный символ, следовательно, является выражением того, что в настоящем издании человек должен проявить себя в полноте всех своих внутренних органов; он не должен говорить глупости -- это качество Орла, он не должен быть трусливым -- это Лев; но он не должен также стоить воздушных замков, он должен прочно стоять на Земле, быть практичным -- это качество Тельца или Коровы. Эта цельность должна сообщить человеку нечто такое, о чем стоит говорить другим людям. Сегодня хотелось бы, чтобы все без исключения шло от человека к человеку.

Вот так я возвратился к исходному пункту, т. е. к заданному вами вопросу, и я надеюсь, что этот вопрос разъяснен.

Показался ли вам интересным этот рассказ про ухо? Ведь надо знать о том, что мы носим в себе!

Вопрос: Относительно цветков лотоса, о которых иногда упоминается; нельзя ли было бы поговорить об этом еще немного?

Доктор Штайнер: Я подойду к этому, когда объясню вам отдельные органы.

Ближайшее наше занятие состоится в субботу, в десять часов.


Рисунок 6


ЧЕТВЕРТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 2 декабря 1922 г.


Господа, здесь кто-то записал вопрос, касающийся щитовидной железы.

Вопрос: Щитовидная железа может опухать, и тогда возникает зоб. Поскольку при этом может возникнуть сдавливание трахеи (дыхательного горла) и опухоль вызывает нарушения, прибегают к оперативному вмешательству, хотя функциональное назначение щитовидной железы неизвестно. Люди, подвергшиеся удалению всей щитовидной железы, изменяют облик и меняются духовно, умственно. Рост прекращается, конечности покрываются испариной, но потоотделения не происходит, наступает частичная деменция, слабоумие. Выявив причину и намереваясь устранить вредные последствия, этим несчастным людям стали давать щитовидную железу только что забитых телят или баранов. Успех был ошеломляющий. Все вредные последствия отступали; однако этот успех оказался лишь видимым. Через несколько недель пациент становился бледным, нежизнеспособным. К тому же возникало расстройство желудка. Пошли на то, чтобы часть щитовидной железы вводить в шею. И здесь тоже ошеломляющий эффект; однако затем снова наступали явления деградации. Не лучше себя проявили инъекции секрета щитовидной железы. Одна английская фабрика достигла потрясающих успехов с помощью таблеток, используемых для лечения кретинизма. Короткий перерыв в приеме таблеток приостанавливал процесс излечения. Чего следует ожидать при продолжении лечения таблетками?

Доктор Штайнер: С помощью того, что мы обсуждали до сих пор, господа, мы можем понять и те вещи, о которых идет речь в данном случае. Видите ли, примерно до семидесятых годов, в сороковых, пятидесятых годах XIX века щитовидной железе (glandula thyreoidea), то есть железе, находящейся здесь, на передней стороне шеи, не придавали никакого значения. Думали, что эта железа имеет такое же значение, как и слепая кишка, или нечто подобное, имевшее значение якобы лишь в прошлом, у предков человека и так далее. Короче, щитовидной железе не приписывали никакого особенного значения, пока не было замечено, что нарушения щитовидной железы, приводящие к образованию зоба, оказывают влияние на духовные, умственные способности человека. Изучалось значение щитовидной железы, увеличение и бурный рост щитовидной железы у кретинов, у умственно отсталых людей. Видите ли, такие явления, как умственная отсталость человека, сопровождающаяся сильным увеличением, разрастанием щитовидной железы, особенно часто наблюдались в некоторых местностях. Всему миру известно, что слабоумные из Хальберштата* имеют такие огромные щитовидные железы, что их можно даже положить на плечо.

* Город в Германии.

Речь идет о том, что сначала люди думали следующим образом: если нарушения щитовидной железы, разрастание щитовидной железы, оказывают такое влияние на умственные способности человека, то было бы неплохо подумать о ее удалении. Так обычно думают в наше время, когда излюбленным методом стало оперативное вмешательство; ведь хирургия достигла большого прогресса в XIX веке и стала, в сущности, наиболее значительным разделом медицины, получившим настоящее признание. Сначала действительно думали об удалении таких органов, которым не приписывалось никакого особого значения. Такое положение воз никло в отношении функции слепой кишки; слепую кишку, если в ней отмечались какие-либо нарушения, при оперативном вмешательстве просто удаляли*.

Все эти вещи проистекают оттого, что не придерживаются положения, на которое я неоднократно обращал здесь внимание. Вспомните о нем: тот, кто наблюдает человека в целом, видит, что последствия некоторых процессов, имевших место у ребенка, проявляются лишь в наиболее позднем возрасте. Но традиционная медицина исходит в своих воззрениях из требований данного момента. Следовательно, применяют то, что благоприятно для настоящего момента, невзирая на более отдаленные последствия. Однако трудно выносить на эту тему радикальное суждение, поскольку если отменить операцию пациенту с угрожающими симптомами аппендицита, то вследствие патологии слепой кишки он может просто умереть, и за него придется нести ответственность, не так ли? Конечно, речь может идти лишь о разработке иных методов лечения в подобных случаях, методов, исключающих оперативное вмешательство. В наше время стало модным, например, как вы знаете, водить детей на прогулку с ногами, оголенными выше колена. А ведь это ведет к патологии слепой кишки! И когда заболевание слепой кишки уже имеет место, не остается, разумеется, ничего иного, кроме операции. Однако тот, кто видит более обширные связи между вещами, знает и то, как следует поступать, чтобы события не приняли такой оборот.

В отношении щитовидной железы надо сказать следующее. Верно, что щитовидная железа вовсе не является ничего не значащим органом -- об этом знают, как было сказано, начиная со второй половины прошлого века, -- напротив, она обладает настолько большим значением для всего человеческого организма в целом, что при нарушениях щитовидной железы у человека тело перестает служить инструментом духовной деятельности, человек уже не в состоянии вести себя нормально.

Все то, что описано здесь, в вопросе, происходило так: сначала пытались удалить щитовидную железу оперативным путем. Если при этом часть щитовидной железы оставалась, то у пациента наблюдалось фактическое улучшение состояния. Последствия нарушения функции щитовидной железы у пациента отступали, и он, по крайней мере, не становился глупее, чем был до тех пор. Если же щитовидную железу удаляли без остатка, целиком, так что от нее больше ничего не оставалось, то пациент становился еще более слабоумным, чем прежде. Выводом отсюда было то, что даже пораженная заболеванием щитовидная железа оказывает влияние на проявления душевных и духовных свойств человека.

Затем пытались тем или иным способом ввести человеку секрет щитовидной железы -- так называется жидкость, находящаяся внутри железы. Отчасти благодаря тому, что человеческому телу, я бы сказал, прививалась, привносилась в него субстанция щитовидной железы, снова достигалось распространение данной секреции по всему телу. Однако при этом было обнаружено, что стойкого улучшения не наступает, поскольку все тело в целом проявляет несовместимость с тем, что вводится. Наилучший эффект наблюдался в случае применения сока щитовидной железы в той форме, когда он вводился в желудок, то есть в виде вышеупомянутых таблетках. Благодаря тому, что сок щитовидной железы вводится в желудок и тем самым поступает в кровеносную систему, все тело пронизывается секретом, содержащимся в соке щитовидной железы. Это указывает на то, что организму необходим сок щитовидной железы, указывает на то, что если щитовидная железа у человека в норме, то ее секрет переходит в кровь и затем по крови в очень незначительной концентрации распространяется по всему телу. Если же секрет щитовидной железы не выделяется непосредственно в тело, но вводится в желудок, то он так же распространяется по крови. Однако, видите ли, если я ввожу секрет щитовидной железы через желудок, его действие продолжается лишь до тех пор, пока он циркулирует в крови. Как только я прекращу прием таблеток, то и секрета в крови не станет. Так что люди, получающие таким способом секрет щитовидной железы, должны получать его постоянно. Только тогда он будет действовать.

Могут сказать: а не является ли это лучшим доказательством правоты материализма; ведь мы видим, что стоит человеку принять то или иное вещество, как его душевно-духовные способности улучшаются. Даже если он в себе самом вырабатывает такое вещество, что имеет место в случае щитовидной железы, доказательство остается в силе. Однако дело обстоит так; подвергнув все предпринимаемые в этом направлении опыты более тщательной проверке, замечают наличие чего-то совершенно иного. Щитовидная железа достаточно велика; вы знаете, что она достаточно большая. Но в этой большой щитовидной железе, располагающейся спереди на шее, имеются еще совсем маленькие, крошечные железы, расположенные внутри справа и слева*. Совсем крохотные железы находятся тут внутри; они не больше булавочной головки**. Эти мельчайшие околощитовидные железы выделяют вещества, выделяющиеся вообще-то и в иных частях тела.

Не те же самые вещества, но похожие выделяются в различных местах тела совсем маленькими, крошечными железами. Например, в так называемых надпочечниках, glandula superarenalis -- внутри которых опять-таки находятся маленькие железы, -- тоже выделяется похожее вещество, но это иное вещество, нежели то, что выделяет щитовидная железа. И в других местах тела тоже есть маленькие, крошечные железы. Короче говоря, человеческое тело несет в себе весьма тонкие вещества, выделяющиеся в различных местах. Эти вещества, которыми обладает человек, называются гормонами; одни из таких гормонов, таких веществ, распространенных в малых концентрациях по всему телу, находятся и внутри околощитовидных желез.

* Имеются в виду околощитовидные железы, glandulae parathy reoideae, числом четыре -- небольшие тельца, расположенные на задней поверхности боковых долей щитовидной железы.

** Размер их в длину 6 мм, в ширину 4 мм и в толщину 2 мм.

Вы можете представить себе это так: если у вас есть рыба, приспособленная жить в воде, а вы ее вынете оттуда, то она не сможет жить на воздухе, ей придется погибнуть. Эти гормональные железы8 представляют собой нечто вроде маленьких живых существ; они могут жить только в щитовидной железе, подобно тому, как рыба может жить только в воде. Итак, назначение щитовидной железы состоит в том, чтобы в ней могли жить эти маленькие, крохотные (околощитовидные) железы, которые я нарисовал вам здесь в виде желтых точек.

Если при операции удаляют щитовидную железу, то тело больше не получает гормонов щитовидной железы. Если же вместе со щитовидной железой удаляют при операции и эти маленькие околощитовидные железы, то, не имея их, человек вообще погибает; если же была удалена определенная часть, а эти железы все же остались, тогда человеку становится лучше. Только при этом должно оставаться достаточно тканей щитовидной железы, чтобы эти маленькие околощитовидные железы могли жить внутри них. Следовательно, если вы удалите щитовидную железу целиком, то вы удалите и эти гормональные железы: тогда конец; если же вы удалите не слишком много и оставите гормональные железы, то тогда вы, если дозволено так выразиться, остановите смерть. Итак, наилучшего эффекта при операции можно достигнуть в том случае, если удалить только часть щитовидной железы, чтобы гормональные железы остались. Если же то, в чем нуждаются гормональные (околощитовидные) железы, и что не может им обеспечить оставшаяся малая часть ткани щитовидной железы, -- если это заменяется таблетками, причем и гормональные железы, благодаря циркулирующей в них крови, тоже получают необходимое вещество, то тогда достигается улучшение. Эти вещи достаточно сложны, и очень многое зависит от того, как вообще производится секрет щитовидной железы.


Рисунок 7


Если берут барана и частично удаляют у него щитовидную железу, так что гормональные железы остаются на месте, то полученный секрет оказывается не столь хорошим, как в том случае, когда удаляют всю щитовидную железу целиком. В тот момент, когда у барана удаляют всю щитовидную железу, сок, находящийся внутри гормональных желез, попадает в секрет и тем самым улучшает его; этим достигается циркуляция гормона в крови. Если же щитовидную железу вырезают так, что гормональные железы оказываются вне ее, то секрет щитовидной железы оказывается хуже, и таблетки помогают не так хорошо.

Итак, вы видите, что дело тут не только в одной щитовидной железе; щитовидная железа подпитывает те, маленькие железы. Вы можете себе представить, что эти маленькие, как булавочные головки, околощитовидные железы долгое время оставались неизвестны. На эти крохотные железы просто не обращали внимания.

Однако отсюда вы можете увидеть, что человек является существом, чрезвычайно нуждающимся в некоторых веществах. Вспомните хотя бы то, что духовно-душевные способности человека изменяются, когда он пьет, например, вино. Если он пьет вино, он сначала становится веселее; позднее наступает нечто иное. На следующий день духовно-душевные способности становятся противоположными. Точно так же обстоит дело и с этим веществом, в котором, однако, человек нуждается в гораздо меньшей концентрации, то есть веществом, находящимся внутри гормональных (околощитовидных) желез щитовидной железы. Человек пользуется этим веществом. Он нуждается в нем. Животные тоже нуждаются в нем. И конечно, можно сделать очень многое, научившись манипулировать человеческим организмом с помощью этих веществ.

Видите ли, это привело к тому, что настоящее время стали обращать внимание на эти субтильные вещества. На чем же основано действие таких веществ, когда они выходят из гормональных желез? Это, господа, вы поймете только в том случае, если вам станет понятным, что человеческое тело, в сущности, постоянно подвергается разрушению. Человеческое тело постоянно подвергается разрушению, и в нем постоянно образуются яды. Таково уж свойство человеческого тела.

А то, что приходит из этих маленьких желез, обезвреживает действие ядов, образующихся в человеческом теле. Это очень интересная вещь. Жизненный процесс у человека состоит, собственно, в том, что человек внутренне постоянно самоотравляется, но эти маленькие железы доставляют ему то, что постоянно устраняет действие яда. Например, в надпочечниках тоже находятся гормональные железы. Если они функционируют нормально, то человек остается таким же, как и все. Если же эти маленькие железы перестают функционировать, то кожа человека становится коричневой, желто-коричневой. Есть такая болезнь. Ее называют болезнь Аддисона*, так как Аддисон9 первый наблюдал ее. Один такой пациент был однажды здесь, он был из нашего Общества и хотел здесь лечиться. Этот коричневый цвет кожи, это все большее потемнение кожи возникает оттого, что в теле содержатся некоторые яды, в то время как противоядия, образующегося в гормональных железах надпочечников, не хватает. Точно так же явления слабоумия возникают оттого, что в тело не отправляется противоядия из гормональных (околощитовидных) желез щитовидной железы.

* Надпочечная недостаточность, может вызывать острое коматозное состояние.

Следовательно, если вы принимаете таблетки, содержащие такое гормональное противоядие, то они просто выполняют роль противоядия в человеческом теле. Все это приводит к тому, что на такие вещи вообще стали больше обращать внимания. Интересно, что этот вопрос всплывает также и в связи с теорией Штейнаха10. Это родственная теория, и было бы правильным рассматривать ее одновременно с данным вопросом. Видите ли, теории Штейнаха в эти дни, в начале декабря 1922 года, можно сказать, исполняется десять лет. Десять лет тому назад Штейнах, профессор из Вены, послал в Академию Наук сообщение о своих опытах. Теория Штейнаха тоже исходит из того, что на человеческое тело постоянно действуют гормоны, что оно находится под действием совсем маленьких, крохотных желез.

Видите ли, вот что интересно; вы, будучи человеком, идете к концу, так как все органы постоянно отравляют вас изнутри. Но повсюду тут сидят такие ничтожно маленькие железы, и постоянно действуют как противоядие. В области шеи у вас находятся шейные гормональные железы щитовидной железы, действующие так, чтобы вы не лепетали бессмысленно, но нормально говорили, чтобы вы могли увязывать речь со своими мыслями, и так далее. Вы имеете гормональные железы в области надпочечников; они действуют так, что вы не чернеете, что вы остаетесь красивыми белыми людьми, и так далее. Такое же малое количество этих субтильных, сильно разбавленных соков, производимых гормональными железами, выходит из половых органов человека и животных. Половой аппарат животных и человека, как мужской, так и женский, обладает тем, что называют пубертатными железами. Они находятся внутри тела. У детей они еще совсем слабо сформированы. Если же человек достигает половой зрелости в четырнадцать, пятнадцать лет, тогда эти пубертатные железы полностью формируются как у мужчин, так и у женщин. Они располагаются внутри тела, у мужчин -- выше яичек, мошонки. И эти пубертатные железы тоже имеют в себе такие же маленькие гормональные железы, тут точно так же выделяется гормон, переходящий в очень сильно разведенном состоянии в кровь. Этот гормон, циркулирующий в крови, обладает свойством -- как показали эксперименты Штейнаха -- направлять процессы старения по обратному пути.

Видите ли, вопросами геронтологии занимаются уже очень, очень давно; крайне интересные геронтологические воззрения много лет тому назад обнародовал парижский* врач и естествоиспытатель Мечников"; эти воззрения получили известность задолго до появления теории Штейнаха. Мечников тогда исходил из того, что человеческое тело постоянно отравляет себя. Он особенно акцентировал то, что в результате пищеварительного процесса в кишечнике постоянно накапливаются яды; а именно микроскопически малые ядовитые растения и животные, и что человек стареет именно под влиянием этих ядов.

* Точнее говоря, русский, работавший в Париже.

Штейнах пришел к тому, что этому процессу старения, этому процессу внутреннего отравления, естественным образом протекающему в человеке, можно противодействовать. Свои опыты он ставил преимущественно на крысах. Говоря о таких вещах, следует отметить: опыты на животных не всегда могут быть использованы в случае человека. Не все из того, что происходит у животных, особенно у таких животных, как крысы, можно безоговорочно переносить на человека, ибо организм животного является все же чем-то иным, нежели человеческий организм. Надо сказать, что даже если кто-то совсем невысокого мнения о человеке, при сравнении его с великолепием Вселенной, то, тем не менее, существует, пусть даже и незначительная, разница в физической организации у человека и у крысы.

Итак, если хотят что-либо установить научно, прибегают к экспериментам на крысах. Именно для таких экспериментов крысы подходят лучше всего. Видите ли, нормально развивающаяся крыса достигает примерно двух с половиной лет, после чего у нее, прежде чем она умрет, проявляются вышеназванные возрастные явления, явления старения. Эти явления старения у крысы обнаруживаются в том, что она, в первую очередь, становится менее веселой, чем раньше. Крысы -- очень подвижные животные, они очень агрессивные, атакующие животные. Если же они стареют, становятся крысами-старичками, то они делаются невеселыми, вялыми. Затем они в некоторых местах теряют растительность, так что появляются оголенные участки кожи; на других местах волосы становятся облезлыми, взъерошенными, лохматыми. Затем они теряют нормальный аппетит; наступление старости у крыс проявляется еще и в том, что они, находясь в одной клетке с другими самцами крыс, не дерутся больше, но отступают. Если же они посажены вместе с самками, то можно обнаружить, что они ими больше не интересуются, даже если те еще не стары. Конечно, при этих экспериментах необходимо соблюдать крайнюю осторожность. Крысы подвержены различным заболеваниям. Они очень легко поражаются туберкулезом, солитером, глистами, а также всевозможными инфекционными заболеваниями, как их принято называть. Так что если вы имеете дело с крысой, у которой проявляются описанные мною признаки старения, необходимо уделить внимание тому, являются ли эти признаки проявлением естественного старения или причиной их является заболевание.

Предпринимая такой эксперимент, надо сначала собрать достаточно много крыс. Эти крысы должны постоянно подвергаться проверке, есть ли у той или иной глисты; необходимо удалять тех, у кого волосы становятся облезлыми, лохматыми или вообще выпадают вследствие заболеваний. Обычно остается совсем немного от первоначального числа; оставшееся поголовье крыс -- это старые крысы.

Штейнах первоначально проводил опыты преимущественно с крысами-самцами. Это были старые крысы, они были вялыми и с частично оголенной кожей, волосы на которой выпали; они уже не интересовались самками. Именно такие старые крысы стали объектом для эксперимента. Сам эксперимент состоял вот в чем: видите ли, здесь у крысы находятся пубертатные железы. Эти пубертатные железы располагаются в теле выше мошонки. По тонким канальцам сок из этих пубертатных желез постоянно поступает в тело. Можно изобразить это так: если здесь находятся пубертатные железы, то тут тонкие канальцы входят в так называемый семенной канатик, по которому испускается семя. Следовательно, гормон пубертатной железы идет через эти канальцы и смешивается с испускаемой семенной жидкостью, так что эта семенная жидкость, семя, проникается этим гормоном. Если животное еще молодо, то пубертатные железы выделяют этот гормон. Он идет через этот канал, называемый Vasa deferentia; через этот канал гормон проходит в семенной канал. Семя, оплодотворяющее самку и испускаемое из органа самца, содержит этот гормон. Однако этот гормон, производимый здесь, в пубертатной железе -- на рисунке я заштриховал это место красным -- переходит во все тело. Следовательно, хотя крыса и выпускает этот гормон преимущественно в семенной канал, но, тем не менее, гормон этот в сильно разбавленном виде идет во все остальное тело, так что все тело крысы в своей системе кровообращения имеет этот гормон пубертатной железы.


Рисунок 8


Представьте себе, что крысы стали старыми, расслабленными. Расслабленность, вялость тела внутренне выражается в том, что тело не может больше удерживать в себе своих испражнений, выделений; оно не в состоянии удерживать их в себе. Вы слышали, что люди, .когда их казнят, оставляют за собой свои испражнения. Когда тело становится расслабленным, оно не может больше удерживать в себе эти отходы. И если организм крысы становится старым, то слишком много указанного гормона переходит в семенной канал и слишком мало идет в обратном направлении, то есть в тело; таким образом, этот гормон, производимый пубертатной железой, в слишком малой степени выполняет роль противоядия по отношению к имеющимся в теле возрастным ядам. Из-за этого организм крыс вообще-то и стареет. Он становится старым из-за ядов, производимых им в себе самом. Эти яды проникают во все тело в целом; по той же причине и человек теряет молодость.

Когда ребенок становится половозрелым, во все тело в целом переходит очень много гормональных веществ. Но тогда это даже не так важно. Тело бодрое, оно удерживает в себе ту часть пубертатного гормона, которая ему необходима; оно позволяет выходить только тому количеству гормона, которое ему нужно.

Когда крысы, на которых ставился эксперимент, становились старыми, они начинали выпускать слишком много гормона пубертатных желез. Видите ли, тогда Штейнах сделал так: он перевязал этот канал; канал был перевязан здесь тонкой нитью, так что у крысы был перекрыт путь от пубертатной железы к семенному каналу. Теперь гормон пубертатной железы не мог выйти наружу и возвращался обратно в тело. Вам понятно, как это происходило? Это очень просто, так, как если бы вы перекрыли трубу: при этом все идет назад. И здесь тоже перекрывают, перевязывают Vas deferens, делают так называемую лигатуру12, так что весь гормон возвращается назад в тело; крысы снова становятся веселыми, у них появляются волосы, а если они содержатся вместе с самками, то, хотя они и не могут их оплодотворить, но, тем не менее, у них возобновляется половое влечение, они снова общаются с самками. Вот так обстоит дело.

Вы, следовательно, видите: тут все дело состоит в том, что механически препятствуют расслабленному телу выпускать из себя наружу слишком много; кое-что в теле возвращается назад, и оно достигает хотя и временного, мимолетного, но все же возвращения молодости. Очень интересно видеть, как эти крысы-самцы снова становятся бодрыми и подвижными, после того, как им сделали лигатуру в том месте, которое я указал на рисунке.

Такие вещи, как здесь, такое перевязывание можно делать разными способами. Можно выполнять его так, как я только что показал. Это довольно-таки трудно, ведь тут необходима операция для того, чтобы подобраться к этому месту. Надо сделать с наружной стороны разрез, чтобы подойти к нужному месту, затем продеть туда нить, чтобы выполнить лигатуру. Но такие эксперименты можно делать иными способами, например, облучая яички рентгеновскими лучами. Вследствие этого они отмирают, и тогда гормон пубертатной железы возвращается обратно. Такие вещи проводились и с людьми.

Короче говоря, все сказанное основывается на том, что сок, гормональная секреция, снова возвращается в тело. Вы видите тут родство со щитовидной железой, в случае которой речь тоже идет о введении гормона тем или иным образом в кровеносную систему. Здесь же речь идет о том, чтобы ввести в кровеносную систему гормон пубертатной железы посредством простого перекрытия его пути у старого, ослабленного человека. С научной точки зрения все тут в абсолютном порядке.

Штейнах с успехом продолжал свои эксперименты в течение десяти лет; сегодня уже можно сказать, что установленное на крысах может быть в известном смысле перепроверено на человеке. Эксперимент проводился и на людях и приводил к цели либо вышеуказанным способом, либо посредством прямого введения в пубертатную железу секрета, взятого из пубертатных желез молодого человека. Введение может быть осуществлено подобно вакцинации или же можно подвергнуть вакцинации яички, вводя в яички человека секрецию яичек молодого животного, -- короче говоря, можно попытаться с помощью различных способов возвратить указанный гормон обратно в тело.

На самом деле эффект, достигаемый в случае человека, как и всегда, оказывается несколько преувеличенным, но все же отрицать его полностью нельзя. Дело обстоит так, что фактически опыты производились не только с крысами, но также и со старыми, расслабленными людьми, которые вследствие этого снова частично молодели.

Само собой разумеется, что подобный эффект не может продолжаться долго, поскольку возраст человеческого тела ограничен известным пределом. Сегодня пока невозможно таким способом увеличить продолжительность жизни. Можно отчасти возвратить молодость, но не удается увеличить продолжительность жизни. Тем не менее, вероятно, что продолжительность жизни при этом все же может быть увеличена.

Однако, видите ли, все эти вещи имеют и свою теневую сторону, кое-что я вам об этом говорил; не правда ли, есть люди, которые плохо засыпают. Если пациент -- молодой человек, который плохо засыпает, то ему назначают снотворные: опиум, морфий, и тогда, конечно, он спит лучше. Бесспорно, что сон улучшается. Тут нечего возразить. Но, тем не менее, дело обстоит так, что если молодому человеку снова и снова дают в качестве снотворного морфий или вообще какое-либо вещество, то его тело со временем становится слабым. Этого снотворного ему требуется все больше и больше. Он уже не может обходиться без этого снотворного; у него возникает зависимость от этого снотворного, и позднее такой находящийся в рассвете сил человек становится ни на что не годным. Вот почему было бы лучше задуматься над тем, как преодолеть бессонницу, по большей части используя внутренние ресурсы. Можно бороться с ней внутренним образом. Если побудить человека к тому, чтобы он напрягся и думал все время только об одном слове, тогда у него появится сила, способствующая засыпанию. Это было бы лучше. Из-за этого человек не слабеет.

Итак, можно сказать: действие снотворных бесспорно. Исключено, что под действием снотворного человек не станет спать лучше. Но можно добиться результата совсем другим путем. Надо стараться вводить человека в сон внутренним образом. Разумеется, это труднее и связано с методикой воспитания. Если детей воспитывают, соблюдая порядок, то можно легко добиться того, что и со сном у них тоже все будет в порядке; позднее людям не потребуются никакие снотворные, если они соблюдали порядок еще в школе.

Методы омоложения можно сравнить с приемом снотворного. Да, господа, тут есть нечто очень и очень интересное: я уже говорил вам, что еще задолго до штейнаховских опытов вопросами геронтологии, возрастными явлениями, занимался Мечников, а он предлагал людям другое средство. Вы, возможно, будете очень удивлены этим: врач-материалист предлагает людям, чтобы они читали преимущественно такие вещи, как "Фауст" Гёте!13 Фактически им предписывалось ни что иное, как гётевский "Фауст"; тем самым они проходили своего рода курс омоложения.

Именно это очень и очень близко к истине. Если в старости у человека есть нечто такое, что требует внутренних духовных усилий, что приводит его к одухотворению -- одухотворение не подразумевает духовной заторможенности, наоборот, оно означает подвижность духа, иначе оно звучало бы не как "одухотворение", а как "обвеществление"; ведь даже материалист в своей публичной речи не скажет: мы хотим "обвеществить" себя, нет, хотя он и не верит в дух, он все же скажет: мы хотим одухотворить себя, -- итак, если человек действительно одухотворяет себя, то это становится для него источником омоложения. Такое, конечно, не удастся проверить на крысах! И тем не менее это является источником омоложения человека. Наблюдая, как это происходит в жизни, можно обнаружить, что вообще-то можно сделать человека моложе по мере его сил, причем гораздо больше пользы принесет ему возможность иметь время для пронизывания себя духовной деятельностью. Ибо духовная деятельность обладает свойством укреплять стенки желез и сохранять их крепкими.

Если кто-то в течение всей своей жизни интересовался только поверхностным вздором, его железы и все стенки сосудов становятся гораздо более вялыми, нежели в случае проявления интереса к духовному. Человеку, который был, во-первых, приучен к порядку с детства и, во-вторых, у которого есть время, чтобы правильным образом проникнуться духом, такому человеку нет надобности впоследствии прибегать к подобного рода лигатуре, поскольку у него этот канал крепко удерживает содержимое и сам дает возможность вернуться обратно в тело всему тому, в чем это тело нуждается.

Тут дело обстоит иначе, нежели в случае щитовидной железы. В случае щитовидной железы иногда может быть необходимым оперативное вмешательство, так как чрезвычайно трудно улучшить ее состояние с помощью духовного начала; но даже и в этом случае можно добиться результатов. Они достижимы. Если человек все снова и снова будет вполне определенным образом каждый день повторять некоторую подобную пению речь, то деградацию щитовидной железы можно повернуть вспять.

Следовательно, основываясь на фактах, мы можем сказать так: вышеназванные мероприятия* носят такой же характер, как и воздействие снотворных. Было бы лучше, если бы люди, наконец, подумали о том, что не все следует делать таким материальным образом. Если человечество, наконец, подумает о том, как дать цивилизации возможность, чтобы каждый, в меру своих способностей, мог осуществлять духовную деятельность, тогда вообще не придавали бы большого значения вышеуказанным вещам, тогда увидели бы, что старческая немощь вызвана в первую очередь вредными условиями нашей цивилизации.

* Лигатура и др.

Все подобные операции на людях вызваны, в сущности, тем, что, провинившись перед ними, последним в виде компенсации хотят предоставить на пару месяцев омоложение в старости. С медицинской точки зрения эти вещи, разумеется, гениальны, даже величественны; но следовало бы видеть их и в более широком культурном контексте. Тогда обнаружилась бы также их оборотная сторона.

Конечно, к этой проблеме имеет отношение и кое-что другое. Я только что сказал, что если молодому человеку дают снотворные, то тем самым его ослабляют. Конечно, если со старыми, морщинистыми, потерявшими способность нормально передвигаться людьми проводят такой курс омоложения, то для тех это большая радость. Им становится немного веселее в жизни. Никого особенно не заботит, что это может оказаться вредным для стариков, поскольку названный курс омоложения используется в таком возрасте, когда невозможно по-настоящему проконтролировать, вреден он для них или нет. Материалистическое мировоззрение приносит сегодня великие результаты, но их следовало бы рассматривать в более широком культурном контексте. Тогда они выглядели бы иначе. Вот почему я всегда повторяю, что люди должны задуматься над тем, как защитить детей в школе и в более позднем возрасте от симптомов раннего старения. Этот вопрос не ограничивается только тем, что касается школьного возраста; ведь уже с тридцати лет люди, которых мы видим вокруг, обладают порой изрядной лысиной, особенно при достижении ими высокого социального положения. Это происходит оттого, что даже в высшей школе воспитание осуществляется вопреки требованиям природы. Было бы гораздо умнее воспитывать так, чтобы человеческое тело само удерживало все*, пока оно еще имеет жизненные силы.

* Имеются в виду гормоны.

Вот что я могу сказать вам на эту тему. Всегда интересно именно такие вещи рассматривать с тех двух сторон, которые они имеют.

То, что следовало бы добавить, я хочу сказать вам в следующий раз. В течение восьми дней мне придется путешествовать; затем я долгое время буду здесь, и мы сможем тогда говорить об этих вещах дальше.


ПЯТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 13 декабря 1922 г.14


Есть ли у вас какие-нибудь особые пожелания, господа? Не пришло ли вам на ум что-либо, о чем вы хотели бы спросить?

Вопрос: Мне хотелось бы знать, с чем связано то, что блондинов становится все меньше и меньше? На моей родине раньше было очень много блондинов, а теперь их все меньше. В связи с чем это происходит?

Доктор Штайнер: Это очень подходит для нашего рассмотрения. Я могу достаточно хорошо объяснить это, если сначала опишу вам глаз. Ухо мы уже рассматривали; теперь я буду давать вам пояснения в связи с глазом. Вы, вероятно, замечали, что светлому цвету волос очень часто сопутствуют голубые глаза. Большинство блондинов имеет, как правило, голубые глаза. С этим связано то, о чем вы спросили. Вы очень хорошо поймете это, если мы рассмотрим глаз. Фактически, глаз является для человека чем-то исключительно важным. Видите ли, можно, например, считать, что если люди родятся слепыми, то и глаза у них не играют никакой роли. Конечно, глаза слепорожденных не дают возможности видеть. Видеть слепорожденные не могут, так как это врожденный дефект. Но, тем не менее, вся организация глаза у них имеется. Ведь значение глаза состоит не только в том, чтобы видеть; значение глаза состоит еще и в том, чтобы оказывать влияние на всю нашу нервную систему, поскольку эта нервная система базируется на головном мозге. Глаз слепорожденного не может видеть, но он все же находится внутри глазных впадин, глазниц и имеет лишь внутренние нарушения, особенно в глазном нерве. Однако мускулы, у каждого человека идущие к глазу, имеются в наличии и у слепых; эти мускулы постоянно оказывают влияние на нервную систему также и у слепых. Поэтому глаз является одним из важнейших органов нашего тела, нашего организма.

Глаза располагаются внутри глазниц (orbitaes) полостей, образованных костями головы, черепа, и представляют собой некое подобие маленького мира. Это чрезвычайно интересная мысль: глаз является подобием маленького мира. Видите ли, рассматривая глаз, мы прежде всего, обращаем внимание на зрительный иерв, nervus opticus, находящийся внутри вещества головного мозга. Итак, я хочу обозначить тут вещество головного мозга (изображается на рисунке); здесь головной мозг переходит в спинной мозг; тут спинной мозг спускается вниз. Тут, внутри помещается зрительный нерв. Он обслуживает глаз, входя в него. Сам глаз я хочу изобразить несколько больше. Если глаз выглядит так, то тут располагается канал (canalis opticus), через который проходит зрительный нерв. То, что я обозначаю тут красным, проходит насквозь; затем располагается глаз, его я изображаю со стороны, он находится внутри глазницы. Здесь повсюду находится жировая клетчатка, corpus adi-posum orbitae, здесь -- глазные мускулы; они располагаются вот тут, входят сюда, а здесь находятся кости глазницы15. Они примыкают к тому, что находится здесь, за верхней челюстью. Глаз же располагается тут, внутри*.

** Вверху поверхность верхней челюсти отграничивается от глазницы нижнеглазничным краем, margo infraorbitales.

Если вы посмотрите на глаз спереди, то вы будете прежде всего смотреть сквозь совершенно прозрачную, прозрачную как стекло роговицу, cornea. To, что здесь я обозначил зеленым цветом, это и есть роговица; она проходит до сих пор, а тут уже находится непрозрачная белочная оболочка, склера. Здесь же роговица совершенно прозрачна, так что в этом месте свет может попадать в глаз. Это происходит так же, как если бы вы заглядывали в зрачок. Зрачок, pupilla, представляет собой отверстие, там ничего нет. В самом зрачке ничего нет, но сквозь него вы просматриваете насквозь весь глаз, глазное дно, оно темное. Так что вы смотрите сквозь прозрачную роговицу до задней стенки глаза, глазного дна; поэтому то, что называется зрачком, кажется вам черным. Точно так же, как если вы заглядываете в окно и задняя стена черная, то вы поддаетесь иллюзии, вам кажется черным то, что расположено впереди. Внутри глаз совершенно прозрачен16. Здесь располагается твердая (белочная) оболочка, а здесь -- прозрачная роговица. Внутри этой твердой (белочной) оболочки, склеры находится сеть, состоящая из очень тонких кровеносных сосудов. Тут находятся очень тонкие кровеносные сосуды, а здесь эти кровеносные сосуды образуют своего рода валик17. Если посмотреть спереди, то мы увидим то, что изображено здесь, на рисунке*. То, что мы видим здесь, вокруг черного кружка (зрачка), это так называемая радужка, радужная оболочка, ирис; она -- я буду говорить об этом более подробно -- у одних людей голубая, у других серая, у некоторых совсем черная, не так ли? Следовательно, это то, что расположено вокруг зрачка18. Между этой прозрачной фиброзной оболочкой, то есть роговицей, и этой радужной оболочкой, ирис, находится внутри плотная жидкость (водянистая влага). Она тоже совершенно прозрачна. Следовательно, там, где вы видите зрачок, сначала идет прозрачная фиброзная оболочка, то есть роговица, а за этой прозрачной роговицей находится плотная жидкость (водянистая влага); это точно так же, как если бы вы заглянули в окно, за которым находится жидкость. Все это называется передней камерой глаза, camera anterior bulbi. Затем здесь располагается оживленная затвердевшая жидкость, она подобна небольшой стеклянной линзе, это хрусталик, lens. Она выглядит как маленькая линза, если вынуть ее оттуда, хотя она и не совсем подобна линзе. Линза выглядит вот так (изображается на рисунке), в то время как хрусталик более плоский с одной стороны и более выпуклый с другой. А вот сюда входят эти тонкие сосуды и образуют радужную оболочку; хрусталик находится здесь**. Влагу, содержащуюся в хрусталике, я бы мог назвать живой. Это хрусталик. Внешняя капсула, сумка этого хрусталика, Capsula lentis, капсула этой "линзы" тоже совершенно прозрачна, так что, смотря через него, вы можете видеть то, что расположено за зрачком.

Этот хрусталик вставлен в сосудистое ресничное тело, corpus ciliare***; при этом он не является неподвижно жестким как стеклянная линза, он гибок и подвижен. Если вы смотрите на небольшом расстоянии, совсем вблизи, то этот хрусталик изгибается вот так (изгиб сильнее). Если вы смотрите вдаль, тогда хрусталик изогнут вот так (более плоский изгиб). Следовательно, он становится в середине более толстым, если вы смотрите вблизи, и становится в середине более тонким, если вы смотрите вдаль****. Итак, хрусталик в середине толще, когда вы рассматриваете что-либо вблизи, и тоньше, когда вы смотрите вдаль.

* Рисунки утрачены.

** т.е. под радужной оболочкой.

*** Посредством кольцеобразной связки хрусталика, zonula ciliarisi, zinni.

**** Это явление называется аккомодацией, оно вызывается сокращением или растяжением кольцеобразной связки хрусталика, цинновой связки, что обеспечивается аккомодационной группой мышц ресничного цилиарного тела.

Здесь около радужной оболочки глаза находится очень тонкая мышца, musculus ciliarist†. Благодаря этой тонкой мышце вы делаете хрусталик в середине толстым, если рассматриваете что-либо вблизи, или, расслабляя эту мышцу, делаете его тонким. Человек привыкает к этому в зависимости от образа своей жизни. Если это бюрократ, который постоянно пишет, постоянно направляет глаза на то, что находится вблизи, тогда его хрусталик постепенно становится толще в середине: человек при этом становится близоруким. Если же это охотник, который всегда должен смотреть вдаль, то его хрусталик в середине становится тоньше, и человек становится дальнозорким.

† Залегает в толще цилиарного тела, состоит из меридианальных и круговых, кольцеобразных волокон; вместе с цинновой связкой обеспечивает аккомодацию.

Однако дело обстоит еще и так, что эта мышца (musculus ciliaris), эта небольшая расположенная в области радужной оболочки мышца в молодом возрасте еще крепкая. Мы можем приспосабливаться к тому, на что мы смотрим. В старости она расслабляется. Поэтому к старости мы почти все становимся дальнозоркими. Этими обстоятельствами обусловлена та помощь, которую в можно при этом оказать. Если один человек имеет хрусталик, слишком утолщенный в середине, то мы даем ему очки, в разрезе выглядящие вот так (изображается на рисунке): здесь они толще, здесь -- тоньше. За счет этого компенсируется утолщение хрусталика. Некоторые носят двойные очки: если они хотят разглядеть что-то вдали, в пространстве, то используют очки для дальнозорких; если же они хотят рассмотреть что-либо вблизи, то им нужны очки для близоруких. Если у человека хрусталик выглядит так (изображается на рисунке), то нам будут нужны такие очки (для дальнозорких). Тем самым достигается компенсация. Это происходит оттого, что здесь стекла очков толще, эта толщина очков суммируется с толщиной хрусталика в глазу, чем и обеспечивается компенсация.

Тут можно сказать так: если удается компенсировать недостатки хрусталика глаза, то человек может видеть. Хрусталик в глазу представляет собой линзу, как и наши очки. У каждого из нас есть "очки"*, с помощью которых мы можем смотреть на что-либо вдали или вблизи. Они постепенно выросли у каждого из нас. Обычные очки, конечно, остаются, какими они и были, тогда как линза в глазе, хрусталик -- это живая линза, он способен приспосабливаться.

Здесь, за хрусталиком, снова располагается нечто подобное оживленной влаге, она совершенно прозрачна, так что свет может повсюду проникать в нее**. Она заполняет внутреннюю часть глаза, так что глаз внутри совершенно прозрачен. Здесь (в передней камере глаза) находится нечто вроде плотной прозрачной влаги (водянистая влага); итак, хрусталик прозрачен, стекловидное тело тоже совершенно прозрачно.

Зрительный нерв входит в глаз здесь19. Этот нерв доходит примерно до сих пор (до сетчатки), он представляет собой страшно сложную вещь. Здесь я нарисовал вам его так, как если бы основной нервный тяж просто разделялся в этом месте (то есть в сетчатке) на составляющие; это, однако не совсем так: если исследовать эти нервы, то я должен был бы нарисовать здесь (в сетчатой оболочке) по крайней мере четыре слоя20. Итак, четыре нервных слоя облекают наше стекловидное тело; оно само подобно стеклянному сосуду, стенки которого составляют эти четыре слоя21. Я теперь нарисую участок этой нервной ткани (сетчатки); вот это-- внешний слой, этот внешний слой действует как сильный отражатель, как зеркало. Итак, свет поступает сюда***, попадает затем на этот слой и отражается от него обратно. Свет не проходит сюда, но остается в глазе.

* т.е. хрусталики.

** Речь идет о стекловидном теле, corpus viterum; это прозрачная, похожая на желе масса, лежащая позади хрусталика, она занимает полость глазного яблока от хрусталика до сетчатой оболочки, диаметр ее около 20 мм.

*** т.е. через стекловидное тело.

Этот слой действует как зеркальная стенка. Свет отбрасывается обратно. Это самый внешний слой (мембрана). Внутри него, под ним находится еще один слой, он усиливает отражающий эффект. Так что эти нервные окончания, эта сетчатая оболочка, ретина, которая облекает наш глаз*, как пузырь, сама состоит из четырех слоев. Самый наружный слой со вторым слоем отбрасывают свет назад в глаз, так что тут внутри, в этом стекловидном теле, мы имеем отраженный свет. Затем идет третий слой, вот он (изображается на рисунке); он состоит из той же субстанции, что и наш серый мозг. Я говорил вам, что наружный слой мозга серый, а не белый**. Следовательно, здесь в качестве третьего слоя выступает кусочек мозга. А в качестве четвертого слоя мы имеем дополнительно еще одну внутреннюю оболочку22. Следовательно, стекловидное тело находится внутри очень сложного мешочка***. Весь свет, попадающий в стекловидное тело через зрачок, отбрасывается обратно в это стекловидное тело и живет там внутри.

Вы видите, глаз представляет собой, прежде всего, нечто такое, что выглядит как страшно сложный физический прибор, аппарат. Для чего предназначено все это? Допустим: вот здесь стоит человек. Благодаря тому, что находится в глазу, благодаря стекловидному телу и хрусталику, здесь, сзад^ вследствие отражения создается перевернутое изображение человека. Стало быть, если здесь (снаружи) стоит человек, то при посредстве этого аппарата (глаза) в другом человеке возникает маленький человечек, маленькое изображение человека, но этот последний стоит на голове; это изображение вы получаете здесь, сзади****, подобно тому, как это происходит в фотографическом аппарате. Это действительно происходит, как в фотографическом аппарате; объект фотографируется, а изображение оказывается перевернутым вниз головой. Вот что мы имеем в нашем глазу. Это происходит потому, что глаз является зеркально отражающим аппаратом. Свет проходит сюда и отражается здесь. Вот так мы получаем маленького человечка у себя в глазу.

* т.е. стекловидное тело.

** Этот третий слой представляет собой сетчатку, ретину в собственном смысле; задняя часть слоя, pars optica retinae несет светочувствительные элементы.

*** состоящего из белковой оболочки, т.е. склеры, из сосудистой оболочки, хориоидеи, и из слоев самой сетчатой оболочки, ретины. t на сетчатке.

**** т.е. на сетчатке глаза.

Видите ли, можно сказать так: нечто подобное человеческому глазу мы, со всеми нашими сложнейшими аппаратами, не могли бы, конечно, создать. Человеческий глаз вообще представляет собой нечто в высшей степени удивительное. Если вы представите себе весь небесный свод со звездами, излучающими свой свет на Землю, представите себе некое, как говорят, исполненное светом пространство, но в сильно уменьшенном виде, то это как раз и будет содержимое человеческого глаза. Это, в сущности, целый мир в миниатюре. И это отражение здесь действует, в сущности, так же, как если бы тут находились настоящие звезды; ибо эти внешние стенки (мембраны) не таковы, чтобы отражать равномерно*, -- я должен был бы нарисовать их так: здесь повсюду находятся маленькие точечные тельца, подобные маленьким звездам, и от них это отражение излучается внутрь тела. Следовательно, если бы мы сами были такими крохотными человечками, как на этой картинке, и могли бы рассматривать внутренность глаза, -- если бы мы были такими крошечными гномиками, если бы мы не привыкли быть такими большими, каковы мы есть, -- то эта внутренность глаза представилась бы нам огромной. Мы считали бы все это огромным, если бы сами были маленькими человечками и находились тут внутри; нам казалось бы, что мы ночью стоим на Земле и видим сияющие звезды. Это действительно так. Страшно интересно было бы понять со всей очевидностью, что глаз, по существу -- это некий маленький мир. И если бы эта маленькая полученная в результате отражения картинка обладала сознанием, то ей казалось бы то же самое, что и нам кажется в яркую звездную ночь. Все это очень интересно.

* т.е. не идеально гладкие.

Я сказал: если бы она (картинка) обладала сознанием. Но ведь если бы у нас не было глаз, мы тоже не смогли бы видеть яркую звездную ночь. Мы видим яркие звезды ночью только потому, что у нас есть глаза. Если мы их закроем, то яркой звездной ночи не станет. То, что мы видим все звездное небо, зависит, в сущности, от глаза; от того, что тут внутри находится этот крохотный мир. И мы говорим себе: этот крохотный мир и есть, в сущности, этот большой мир. Вот что вам необходимо ясно понять.

Представьте себе, что вам показывают совсем маленькую, крошечную фотографию вас самих или другого человека. Вы скажете: она очень мала, хотя получилась при съемке большого человека. Но последнего перед вами нет. В сущности, вы всегда имеете в себе лишь это маленькое, крохотное звездное небо и вы говорите себе: то, что я имею тут перед собой, это фотография большого звездного неба. Вы делаете это всегда, постоянно. Так что в действительности вы имеете в себе это маленькое, крошечное звездное небо глаза, так что вы можете себе сказать: это фотография большого звездного неба. Настоящее звездное небо вы постоянно представляете себе по маленькой фотографии, находящейся в глазе. Следовательно, это всего лишь представление, которое вы создаете себе сами. А то, что вы действительно переживаете, -- это лишь маленькое звездное небо в глазе.

Вы можете сказать: все это имело бы место в том случае, если бы у нас был только один глаз, как у циклопа; но мы имеем два глаза. Для чего, в сущности, мы имеем два глаза? Видите ли, вы можете проделать опыт и убедиться: если вы смотрите куда-нибудь одним глазом, то вам кажется, что все это как бы нарисовано на задней стене. Вы не видите тел с двух сторон. Вы можете видеть объемные тела только благодаря тому, что у вас есть два глаза. Если вы смотрите двумя глазами, то это подобно тому, как если бы вы вашей левой рукой брали себя за правую руку. Благодаря тому, что мы, будучи детьми, привыкаем прикасаться к себе, мы говорим себе "я". Это происходит потому, что мы воспринимаем себя. Если бы наша правая сторона никогда не воспринимала нашу левую сторону, мы не имели бы в нашей речи этого словечка "я". Мы бы не знали о себе ничего. В эти важнейшие вещи приходится вживаться, привыкать к ним, хотя мы и считаем их чем-то само собой разумеющимся.

Кто-нибудь, какой-нибудь современный ограниченный филистер скажет: мне нечего слишком долго раздумывать, почему я говорю себе "я". Это само собой разумеется, что говорят "я"! В этом-то и проявляется его филистерская ограниченность. Он не знает, что эти тончайшие вещи имеют очень сложную основу. Он не знает, что, еще будучи ребенком, он приучал себя хватать себя самого, а именно хватать правой рукой левую и вследствие этого говорить себе "я".

Видите ли, это явление проникает в культуру. Углубившись в древнейшие периоды истории человечества, хотя бы во времена Ветхого Завета, мы находим там священников, которые уже в это древнее время были зачастую гораздо разумнее, чем -- да простится мне это еретическое высказывание, -- чем священники в Новое время; они говорили: мы хотим привести человека к самосознанию. При этом они давали людям возможность складывать руки. Изначальным смыслом сложения рук было коснуться самого себя, дабы найти в себе крепкое "я" и развить волю. Всего этого сегодня не говорят, поскольку подобных вещей не понимают. Сегодня священники говорят людям, что они должны складывать руки для молитвы, но они не говорят им, какое это имеет значение. Это действительно так.

Так же обстоит дело и в случае глаза. Если мы смотрим двумя глазами, мы имеем представление, что освещенный объект объемен, что он носит пространственный характер, а не только силовой. Если бы мы имели только один глаз, то всегда видели бы только небосвод, на котором нарисовано все остальное. То, что мы обладаем пространственными, объемными представлениями, является следствием того, что у нас два глаза. И мы сами чувствуем себя тогда поставленными в центре мира. Каждый чувствует себя центром мира; один -- в плохом, другой -- в хорошем смысле. Следовательно, то, что у нас есть два глаза, тоже имеет большое значение.

Видите ли, то, что мы видим с помощью глаза, имеет, тем не менее, такую важность, что мы склонны рассматривать это как единственную функцию глаза.

В случае уха мы поступаем не так. Мне уже довелось на предпоследнем занятии рассказывать вам о том, что мы не только слышим, но и говорим, то есть воспроизводим то, что мы услышали. И мы понимаем услышанное только благодаря тому, что из области рта в ухо входит связующая трубка -- евстахиева труба. Вам известно, что дети, которые не слышат, также не могут и говорить. Люди, которые не научились говорить, не могут также и понять услышанное. Тут необходимо применять искусственные методы для того, чтобы услышанное было понято.

В случае глаза дело обстоит так, что кажется, будто бы зрение является единственной его функцией. Но ребенок с помощью глаз учится не только видеть; ребенок -- хотя на это почти не обращают внимание -- учиться говорить глазами. Только речь глаз используется не так, как речь, предназначенная для ушей. Однако с помощью речи глаз можно обнаружить разницу между тем, лжет ли вам кто-нибудь или говорит правду. Если вы, хотя бы в некоторой степени обладаете тонким чувством, вы даже по взгляду человека сможете узнать, говорит ли он правду или беззастенчиво врет. Глаза тоже говорят. И ребенок учится говорить глазами точно так же, как он учится говорить ртом.

Однако если при звуковой, тоновой речи гортань отделена от уха, это два разных органа, то в случае глаза дело обстоит так, что здесь внутри находится видящий глаз, а вокруг него мышцы (мышцы глазного яблока, цилиарные мышцы). Эти мышцы представляют собой то, что делает из глаза своего рода видимый орган речи. Смотрим ли мы так (прямо) или смотрим лживо, зависит от тех мышц, которые я здесь нарисовал желтым, входящих сюда отовсюду, находящихся повсюду в глазе. Дело тут обстоит так, как если бы мы были организованы таким образом -- у рыб это имеет место, -- что ухо располагалось бы у нас в самой гортани, и мы бы так говорили. Не правда ли, ухо отделено от гортани; только у некоторых рыб они еще составляют единое целое. Поэтому мы говорим так, что говорение отделено от слушания. В случае глаза дело обстоит так, как если бы глотка своими мускулами охватывала ухо. Глаз вставлен внутрь некоего органа речи, подобно тому, как если бы ухо было вставлено в гортань. У человека это так, у рыб -- иначе. Вот тут находится гортань: тут -- ее продолжение (трахея, бронхи) входит в легкие; здесь гортань, здесь -- небо, и с помощью всего этого мы говорим. Речь поднимается во рту верх, вплоть до уха*.

* По евстахиевой трубе.

Представьте себе, что все это было бы устроено не так, как у человека, но мы имели бы здесь широкую гортань, как она изображена в моей деревянной скульптурной группе23 у Люцифера; гортань здесь идет вверх, так что ухо оказывается внутри. Такой орган был бы органом образования звука, и мы с помощью одного и того же органа стали бы и говорить, и слышать. В случае глаза дело обстоит так, что мы "говорим" с помощью мышц, расположенных кольцеобразно, вокруг; при этом мы видим посредством глаза, находящегося посередине. Следовательно, строение глаза в чем-то похоже на строение уха, хотя, конечно, радикально отличается от него. Итак, вот для чего служат эти мышцы, которые я изобразил здесь желтым.

По поводу речи можно сказать следующее: мы высказываем то, что мы знаем. Есть, впрочем, такие люди, которые говорят о том, о чем не знают, но на таких смотрят как на дураков. В последнем случае говорят: они "несут околесицу". Но, как правило, разумные люди, люди думающие говорят только о том, что они знают.

Однако в случае с глазами мы говорим бессознательно. Мы должны быть слишком уж рафинированными, если можем вести сознательный разговор с помощью глаз. Обычно таковой разговор происходит бессознательно, он сопровождает наши поступки. Впрочем, представления об этом иногда заходят так далеко, что если вы, например, посещаете Южную Италию, то там люди еще до сих пор говорят о "дурном глазе". Тут люди знают, что человек, имеющий такой взгляд -- дурной. И люди в Южной Италии еще повсеместно говорят об этом "дурном глазе", так как они ощущают: посредством глаз высказывается вся человеческая натура в целом, даже то, о чем человек не знает. Суеверия в Южной Италии заходят еще дальше: там люди имеют маленькие амулеты, такие вещицы, которые они вешают на себя и которые должны защитить их от дурного глаза, поскольку люди боятся дурного глаза некоторых других людей.

Итак, вы видите, каким удивительным образом построен глаз. Но тот, кто действительно изучает глаз, никогда не скажет, что внутри него нет никакого душевного начала. Это было бы просто филистерской глупостью, если бы кто-то сказал: никакого душевного начала в глазе нет. Люди говорят: здесь, снаружи есть свет. Этот свет попадает в глаз через зрачок, проходит сквозь хрусталик в стекловидное тело; стекловидное тело создает здесь некую картинку, а затем свет идет дальше, в мозг. На этом современная наука останавливается24. Наука говорит: в мозгу свет становится мыслью, превращается в представление. И затем, описывая то, как это происходит, несут всевозможный вздор. Это бессодержательно*.

* Критика доктора Штайнера относится к научным теориям начала XX века.

На деле не происходит того, что свет идет вплоть до мозга. Я уже объяснял вам, что здесь повсюду свет отражается, как от зеркала. Свет остается в глазе. Он остается; и это важно, господа, знать о том, что он остается в глазе. Внутренне глаз подобен освещенному звездному пространству. Свет остается внутри глаза, он не входит в мозг непосредственно, в качестве света. Видеть мы можем только благодаря тому, что свет не входит в мозг. Представьте себе, господа, что вы стоите здесь, в помещении, вы совсем одни, нет ни стульев, нет ничего, только стены, однако помещение хорошо освещено изнутри. Вы ничего не видите внутри. Вы только знаете, что тут светло, но ничего не видите внутри. Если бы мозг был заполнен только светом, мы бы ничего не видели. Свет сам по себе не создает того, что мы видим. К тому же свет задерживается в глазе, но освещает только глаз. И что же? Представьте себе, что здесь лежит вот такой ящичек. Я становлюсь здесь. Раньше я его не видел. Затем я должен пошарить позади себя, и тогда мне станет известно, что тут находится ящичек. Если глаз внутренне освещен, то я сперва должен почувствовать этот свет для того, чтобы мне стало известно, что этот свет там есть. Сначала я должен почувствовать свет. Человек это делает посредством своей души. Следовательно, этот глазной аппарат создает то, что мы можем почувствовать. Душа идет тогда через мышцы и так далее, и чувствует, чувствует этого маленького человека внутри (изображается на рисунке)*.

При рассмотрении любого органа человека выявляется то, что вынуждает нас сказать: воспринимает душа, душа чувствует то, что происходит там внутри. Именно при точном изучении повсюду обнаруживаешь душевное и духовное начало, особенно в случае глаза, по отношению к которому постепенно начинаешь чувствовать себя так, как будто сидишь перед райком**. Человек смотрит в него. И если у меня здесь этот раёк***, то внутри него находится маленькое изображение всех вас. Если же другие заглядывают сюда (в глаз), то и это я вижу тут, внутри. Но я строю представление; то, что находится внутри, представляется большим тут, снаружи. Так обстоит дело с нашим глазом. Допустим, что это -- маленький раёк, а душа представляет, что все это большой мир. Если вещи рассматривают в соответствии с их истинным содержанием, нельзя не увидеть душевного начала.

Я говорил вам: здесь, где я рисовал лиловым, начинается сосудистая оболочка, лежащая под зрительным нервом. Сам зрительный нерв так далеко не заходит, тогда как сосудистая оболочка (образующая ресничное тело) вместе с (цилиарной) мышцей подходит к хрусталику и удерживает этот хрусталик. А это, как я вам говорил -- радужная оболочка, ирис. Мы видим ее вокруг зрачка, представляющего собой отверстие. Эта радужная оболочка -- исключительно сложная вещь.

* Имеется в виду изображение на сетчатке

** Раёк -- ящик с передвижными картинками, на которые смотрят через толстое "брюшистое" стекло или -- вертеп, т.е. ящичек, в котором показывали рождественские кукольные представления, в современном смысле -- фильмоскоп.

*** Лектор имеет в виду свой глаз.

Я хочу нарисовать ее еще раз -- немного больше и сбоку. Здесь находится радужная оболочка, отходящая от сосудистой оболочки*; здесь сидит хрусталик, его удерживает радужная оболочка. Эта радужная оболочка, ирис -- если вы посмотрите на человека спереди, то ирис имеет переднюю и заднюю стенки, -- эта радужная оболочка на своей задней стенке, fasces posterior, содержит окрашенные крупицы (пигмент). Это маленькие, совсем крошечные мешочки. Они наполнены пигментом синего оттенка**. У каждого человека они наполнены пигментом синего оттенка. Этот синий пигмент видят, когда смотрят на синеглазого человека. Поскольку то, что спереди, прозрачно, видят находящийся сзади синий пигмент радужной оболочки, ирис, если имеют перед собой синеглазого человека. Видят заднюю сторону радужной оболочки, fasces posterior, так как передняя сторона, fasces anterior, прозрачна. Если же человек кареглазый, то и тогда на задней стороне радужной оболочки у него находится эта синева, но помимо этого здесь, впереди находятся коричневые тельца, зернышки, которые покрывают находящуюся сзади синеву, так что вы смотрите на коричневые тельца. А если это черноглазый человек, то у него эти мешочки черные. Тогда вы опять-таки не видите синевы, но видите эти черные мешочки. Итак, то, что делает человека синеглазым, кареглазым или черноглазым -- это его радужная оболочка, с задней стороны всегда синяя, и на передней ее стороне у синеглазых людей нет мешочков; у черноглазых или кареглазых передняя сторона имеет такие мешочки, вследствие чего мешочков с синим пигментом, расположенных на задней стороне, не видно.

* Радужная оболочка представляет собой часть сосудистой оболочки.

** По современным представлениям, пигмент темный, но сквозь стенку радужки он выглядит как синий.

Почему это происходит? Видите ли, эти мешочки, эти емкости, постоянно то наполняются кровью, то опорожняются. Кровь входит туда по тонким сосудам. Так что у синеглазых эти мешочки наполняются кровью немного, она снова оттекает назад и так далее. И точно так же у кареглазых и черноглазых: кровь попадает в мешочки, осаждает синий или черный пигмент, идет назад и выносит, забирает этот пигмент с собой. Так происходит постоянно, всю жизнь.

Представьте себе, есть люди, имеющие в своей крови очень мощные силы, такие силы, которые способны доставить, протолкнуть питательные вещества до самых глаз. Тогда в глазах образуются коричневые или черные мешочки. Те, у кого мешочки черные, могут наиболее сильно гнать свою кровь до самых глаз, так что питательные вещества доходят до самых глаз нормальным образом; у кареглазых людей это выражено в меньшей степени. Те, у кого глаза карие, питаются не так хорошо. Если же глаза синие, это означает, что питательные соки вообще не поступают в глаза с такой интенсивностью, чтобы проникнуть также и в переднюю сторону радужной оболочки. Благодаря этому передняя поверхность радужки остается прозрачной, и мы видим сквозь нее заднюю сторону. То, что человек синеглазый, зависит от того, с какой интенсивностью он перегоняет свои соки по всему телу. Следовательно, если вы видите синеглазого человека, то можете сказать: движущая сила его соков меньше, чем у черноглазого человека.

Настоящий северный человек значительную часть своих питательных веществ должен расходовать на то, чтобы преодолевать окружающий его холод. Они нужны ему для противодействия холоду. Он становится синеглазым. Южный человек, постоянно живущий в тепле, напротив, имеет в своей крови движущую силу, достаточную, чтобы донести питательные вещества до самых глаз. В зонах умеренного климата от самой природы человека зависит, имеет ли он больше или меньше таких движущих, выталкивающих сил.

Однако все это связано также и с волосами. Тот, кто имеет движущую, ударную силу большой интенсивности, тот дожимает питательные вещества до самых волос, он имеет черные или каштановые волосы. У кого движущая ударная сила меньшей интенсивности, тот не дожимает питательные вещества до волос, и волосы остаются светлыми, они не становятся темными. Так синий цвет глаз и светлый цвет волос взаимосвязаны. Дело обстоит так, что вообще тот, кто с большой интенсивностью гонит питательные вещества по своему телу, получает черные волосы и темные глаза; тот, кто гонит эти вещества с меньшей интенсивностью, получает светлые глаза и светлые волосы. Это можно понять на основе того, что я говорил вам.

Видите ли, люди обычно не задумываются о важнейших вещах. Но если о них размышляют как следует, то приходят к пониманию того, как все живет. Земля, на которой мы живем -- вы могли бы это вывести хотя бы из данного мною ранее описания, -- Земля была когда-то совсем молодой, в ту пору, когда она производила гигантских мегатерий и ихтиозавров. Она была молодой. Но теперь Земля вышла за пределы старческого возраста, она стареет и погибает по причине старческой слабости, а не оттого, о чем говорят современные материалисты. Но и мы, господа, в некотором смысле разделяем эту старческую слабость Земли. Поэтому у всего человеческого рода становятся слабее те движущие, ударные силы, которые гонят питательные вещества по всему телу. Кому же придется в первую очередь исчезнуть из-за этого с лица Земли? Люди с черной пигментацией, брюнеты, удержатся дольше, так как у них больше выталкивающей силы; у людей со светлой пигментацией, у блондинов, этой ударной силы меньше, они вымрут раньше. Ведь мы разделяем эту старческую слабость Земли! Господин (задававший вопрос) тоже говорил, что в настоящее время уже не так много блондинов, как в пору его юности. Поскольку Земля не имеет больше мощных движущих, ударных сил, то только брюнеты и шатены еще владеют ударными силами большой интенсивности; блондины и синеглазые находятся, в сущности, на стадии вымирания, так как у них больше нет достаточных ударных сил, побуждающих все прочие силы к движению в теле.

Следовательно, можно сказать: блондины были всегда, по существу, в телесном отношении более слабыми, только душевно они были наиболее крепки. В прежние времена многие люди были блондинами, но в душевном отношении они были сильнее, они на душевном уровне знали многое, о чем сегодня многие больше не могут узнать. Поэтому я обращал ваше внимание на то, как много было известно людям.

Возьмите, например, Древнюю Индию, за пять, шесть тысячелетий до Рождества Христова. Первоначально там были темнокожие народности, аборигены, они были очень темными. А затем туда переселились люди со светлыми волосами, эти люди пришли с Севера. Они стали брахманами, которых особенно почитали, брахманами со светлыми волосами. Но со временем светловолосые стали исчезать, поскольку человеческий род становился слабее. В конце концов, здесь смогут существовать только черноволосые и темноволосые, однако без специальной поддержки они утратят менталитет. Ибо чем интенсивнее телесные силы, тем менее интенсивны силы душевные. Если бы вымерли блондины, то земное человечество оказалось бы в опасности; земное человечество в целом стало бы глупее, если бы не пришла духовная наука, антропософия, которая больше не ориентируется на тело, но -- если мне будет позволено так выразиться -- благодаря духовным исследованиям снова возвращает нам разум.

Следовательно, вы видите, что, по-настоящему изучая естественную историю, можно сказать: ничего себе! люди на Земле глупеют, если становятся сильнее! По мере вымирания светловолосых и синеглазых люди будут становиться все глупее и глупее, если им не удастся подойти к разумности такого рода, которая не зависит от того, блондин ты или нет. В сущности, разум приносят светлые волосы. Глаза, как и волосы, при поступлении в них малого количества питательных веществ предоставляют эти питательные вещества мозгу и дают ему тем самым разумность. Кареглазые и темноволосые, а также черноглазые и черноволосые загоняют в глаза и волосы то, что блондины направляют в мозг. Поэтому первые становятся материалистами, имеют дело только с тем, что можно увидеть; данное качество необходимо компенсировать с помощью духовной науки. Итак, по мере утраты человечеством его разумности вместе со светловолосыми людьми должна распространяться духовная наука. Не шутки ради построили мы тут это здание, Гётеанум, но ради того, что вообще исчезнет, как из рода человеческого, так и из природы в целом, если не будет оказана поддержка, исходящая от духа.

Видите ли, положение настолько серьезно, что можно сказать: человечество на Земле должно иным образом прийти к тому, что утрачивается. Ибо действительно, чем больше вымирает блондинов, тем больше умирает инстинктивная мудрость человечества. Человечество становится глупее. Оно могло бы вновь обрести разумность, если бы оно перестало ориентироваться на тело, если бы оно овладело настоящей духовной наукой. Это факт. И если сегодня люди смеются над этим, то пусть смеются. Ведь они и раньше смеялись надо всем, что приходило внове и вызывало крутые повороты!

Естественно, в то время, когда жили гигантские животные, как я это описывал вам, мегатерии, ихтиозавры, и так далее, еще не было ни одной коровы, дающей людям молоко. Вы, конечно, тоже не верите, что тогда там существовали люди, нуждавшиеся в этом молоке. Однако только вчера я кое-что прочел у одного автора, опасающегося прогресса; он говорит: как в доисторические времена еще не могло быть коров, так следовало бы преследовать тех людей, уже сегодня говорящих то, что следовало бы говорить только столетия спустя; их надо преследовать за несвоевременность, ибо то, что они говорят, можно будет говорить лишь через столетия. По-моему, это равносильно тому, как если бы в эпоху возникновения коров ни одна потенциальная корова не отважилась бы на то, чтобы становиться этой коровой! Тут можно сказать: кто-то полагает, что все, изучаемое сегодня как антропософия, должно прийти только через столетия, -- но тогда оно вообще не придет, как в вышеупомянутом случае не возникло бы ни одной коровы. О да, уж лучше остаться доисторической свиньей, чем превращаться в корову!

Однако дело на Земле обстоит так, что необходимо отважиться на превращение. И в настоящее время необходима отвага, чтобы от человека, который еще кое-что знает инстинктивно, возвыситься до сознательного познания. Потому-то я и читаю вам лекции об этих вещах, чтобы вы могли научиться проницательности, чтобы вы всегда и везде могли увидеть, где зарыта собака! Если сегодня вы берете в руки книгу или слышите что-то о событиях во внешнем мире, вы ведь не будете докапываться до настоящего хода дел, до того, что же происходит в действительности. А именно этого люди не знают.

Даже просто понять то, что светловолосые люди вымирают, можно лишь тогда, когда человек поймет, как питательные вещества доходят до глаз, до волос. А волосы очень сильно связаны с глазами.

Если вы, например, прибываете в Милан и видите там изображения львов25, то вы замечаете следующее. Вот львиная голова (изображается на рисунке): грива, где главным образом и находятся волосы у львов, изображается вот так, подобно лучам. Это отголоски древнего знания; тогда было известно, что волосы так же связаны со светом, как связан со светом глаз.

Волосы фактически подобны растениям, посаженным в почву; их рост связан со светом. Поэтому, если свет не в состоянии дотянуть питательные соки до волос, то волосы остаются светлыми. Если же кто-то более материален, то он получает черные волосы, и питательные вещества туда доходят, будучи в этом случае независимыми от света. Об этом еще знали в старину, лет двести тому назад, и поэтому рисовали гриву львов не лохматой, а лучащейся, как если бы Солнце вонзало в львиную голову лучи света. Интересно на это посмотреть.


ШЕСТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 16 декабря 1922 г.


Господа, есть ли у вас вопросы в связи с последней лекцией? Может быть, есть еще что-то, о чем вы хотели бы узнать?

В последний раз мы с вами говорили о глазе, не так ли? И особенно впечатляющим -- я хотел бы это подчеркнуть -- было само удивительное строение глаза. Ибо в глазе действительно имитируется внешний облик всего мира. И если знакомятся с внутренней организацией глаза так, как мы это делали в последний раз, то приходят к тому, что в глазе действительно содержится некий малый мир. Именно это я и рассказывал вам.

Следовательно, мы ознакомились теперь с двумя органами чувств человека: с ухом и с глазом.

Особенно интересным чувством у человека, которое, в связи с вопросами, задаваемыми в последнее время, может быть интересным также и для вас, является обоняние. О нем я и буду вести речь. Кажется, что обоняние имеет для человека небольшое значение, но, например, для собаки значение его, как вы знаете, велико; действительно, можно сказать вся разумность собаки, вложена в обоняние. С помощью запаха собака на протяжении длительного времени узнает людей, рядом с которыми была хотя бы раз. Кто наблюдает за собакой, знает, что тех, с кем она познакомилась, она узнает не с помощью своего зрения, но с помощью обоняния. И если вы в последнее время слышали о том, каким прекрасным сыщиком является собака, что она берет след преступника и вообще ищет людей, то вы скажете себе: именно обоняние служит причиной этих исключительных успехов, которые совсем не так просты, как это кажется с первого взгляда. Вы только задумайтесь над тем, в чем тут суть дела, и тогда вы увидите, что это совсем не так просто.

Говорят так: да, собака хорошо идет по следу; конечно, господа, это правильно, что собака идет по следу. Она и по следу идет. Но представьте-ка себе, что собака должна -- полицейские собаки используются для этого -- идти по следам, расположенным рядом друг с другом, по следу вора, взломщика Леманна и одновременно -- по находящемуся сверху следу взломщика Шмидта. Эти два следа, конечно, весьма отличаются друг от друга. Если бы они были одинаковы, собака вообще не смогла бы взять след. Только потому, что они различны, она способна преследовать кого-то одного. Однако если бы разницу между человеческими следами, различающимися лишь по запаху, пришлось определять вам, то вы никакой разницы бы не обнаружили. Собака же находит эту разницу. Тут речь не о том, что собака идет то по одному, то по другому следу, а о том, что она может различать следы по запаху. Тут вы уже имеете дело с проявлением интеллекта.

Сюда же относится и нечто другое, тоже чрезвычайно важное. Видите ли, европейцу обоняние может служить лишь в случае приема пищи или в некоторых других, чисто внешних, делах. Запах не говорит ему о многом. И, напротив, дикие племена, например в Африке, благодаря обонянию, такому же тонкому, как у собаки, чуют врага, находящегося еще очень далеко от них. Они чуют врага и стараются избежать встречи, улизнуть. Итак, интеллект, в высокой степени проявляющийся у собаки, можно обнаружить еще у народов, в известной степени диких; дикари из некоторых африканских племен еще задолго до появления врага знают: там находится враг -- знают потому, что отличают его с помощью носа от другого человека. Представьте себе, насколько тонко нужно различать посредством носа, чтобы знать: это враг! При этом еще издают щелчок, который европейцы делать не умеют, щелчок, подобный звуку при ударе бича.

Следовательно, можно сказать: чем культурнее, цивилизованнее становится человек, тем больше значение обоняния отступает назад. И мы можем, изучая обоняние, в какой-то степени устанавливать, имеем ли мы дело с нецивилизованным родом существ среди нас, каковы, например, собаки -- это род нецивилизованных существ, -- или с существами более цивилизованными. По всей вероятности, если бы мы в этом направлении уделили больше внимания свиньям, мы бы сделали очень ценные открытия, так как свиньи, несомненно, обладают сильным чувством обоняния.

Однако теперь я хочу сказать вам еще кое-что, что было бы очень интересно для вас в этом отношении. Как наиболее интеллектуальному животному, надо отдать предпочтение слону. Он этого заслуживает. Ведь слон является исключительно интеллектуальным животным. Что же представляет собой отличительную черту в строении слона? Если вы представите себе особенно развитой и выдающейся вперед ту часть, которая у собаки или у свиньи находится выше зубов, а у нас, следовательно, становится носом, то вы получите хобот слона. Итак, то, что у нас является носом, у слона имеет особенное строение; именно поэтому он и является разумнейшим животным, он действительно, очень умен. Это не зависит от величины его мозга, это зависит от того, что его мозг непосредственно входит в нос.

Все сказанное предрасполагает нас подумать над тем, как обстоит дело с носом у человека; с носом, о котором современный цивилизованный человек знает не так много. Он знает, впрочем, как нос устроен, и так далее, но, тем не менее, он почти ничего не знает о носе, кроме того, что последний находится посередине лица. Однако нос, с его продолжением в мозг, является, в сущности, страшно интересным органом. И если вы вспомните о том, как я описывал вам ухо и глаз, то вы скажете: это чрезвычайно сложно. О носе я бы не сказал, что это нечто чрезвычайно сложное, хотя устроен он весьма остроумно.


Рисунок 9


Если рассматривать нос спереди, то в середине у него находится носовая перегородка, septum nasi; вы можете прикоснуться к ней. Она делит носовую полость, cavum nasi, на две симметричные половины: правую и левую; затем справа и слева располагается крылья носа, alae nasi, (см. рисунок). Здесь, вверху, где нос располагается между глаз, в черепной кости находится так называемая решетчатая кость, os ethmoidale. Это маленькое решето*. Следовательно, тут, вверху, я должен нарисовать решето, решетчатую кость -- она очень сложна, и я хочу изобразить ее упрощенно, -- то есть ту кость, которая имеет маленькие отверстия. Наружный нос, nasus externus, покрыт кожей, как и все остальное тело; внутри носа поверхности носовой полости выстланы слизистой оболочкой. Тут повсюду находится слизистая оболочка (см. рисунок). Можно констатировать: это оболочка, выделяющая слизь**. Если бы вы не имели слизистой оболочки, вы не могли бы сморкаться. Итак, для того, чтобы вы могли высморкаться, тут, как вы видите, в носовой полости, находится слизистая оболочка, выделяющая слизь.

* Прямоугольная пластинка, lamina cribrosa; через ее отверстия проходят ветви обонятельного нерва, их около тридцати.

** Слизистая оболочка содержит слизистые железы, glandula nasis.

Однако тут история еще более сложная. Вы, вероятно, уже видели, что у плачущих детей выделяется из носа много слизи. По крайней мере в деревне, где нос берегут меньше, вы можете обнаружить: если ребенок плачет, ему приходится часто сморкаться; в ином случае эта слизь стекает вниз через нос. Это происходит потому, что здесь наверху проходит канал, ductus nasolacrinalis, к так называемой слезной железе, glandula lacrinalis. Здесь вверху (рисунок) находятся оба глаза, и тут от слезной железы, находящейся на наружном верхнем крае глазницы, постоянно выделяется слезная секреция, слезы. Они смешиваются с носовой слизью, так что нос находится в связи -- я бы сказал в жидкостной связи -- с глазами: поскольку слезы стекают на слизистую оболочку носа, глазная секреция смешивается с носовой слизью. Мы, следовательно, видим, что никакой орган тела не остается обособленным. Нос связан с глазами. А глаза могут не только видеть, они также могут и плакать. И то, что они выделяют в том случае, когда они плачут, смешивается с тем, что выделяется в носу, выделяется слизистой оболочкой носа.

Через эту решетчатую кость, располагающуюся вверху корня носа, radix nasi, проходит, как было сказано, обонятельный нерв, п. olfactori. Обонятельный нерв идет по направлению к головному мозгу, он разветвляется надвое, проходит здесь (рисунок) через решетчатую кость и распространяется в носовой полости. Так что если мы проникнем в нос с помощью нашего мизинца, что, впрочем, весьма неэстетично, мы ощутим слизистую оболочку носа; однако эта слизистая оболочка носа проницается обонятельным нервом, тянущимся в головной мозг. Это можно даже увидеть в самом носу, так как он устроен весьма просто.

Сюда же относится еще нечто такое, что при тщательном обдумывании могло бы пролить свет на многое. Кто, например, систематически исследует человеческие глаза, тот не найдет ни одного человека, у которого оба глаза видели бы одинаково сильно. Тот, кто исследует обе руки, найдет, что и они имеют не одну и ту же силу. Человек в своих органах никогда не проявляет одинаковой силы справа и слева. Так же обстоит дело и с носом. Левой ноздрей -- если можно так выразиться -- мы обоняем менее сильно, чем правой ноздрей. С ноздрями дело обстоит точно так же, как и с руками; есть отдельные люди, лучше обоняющие левой ноздрей, чем правой, точно так же, как есть левши, леворукие. В мире вообще есть люди, у которых все наоборот. Я имею сейчас в виду не только тех, у кого мозги набекрень; есть даже и такие, у кого сердце не на месте!

У обычных людей сердце сдвинуто в левую сторону -- не сильно, но немного -- и в соответствии с этим расположены органы брюшной полости. Но есть такие нестандартные люди, у которых сердце сдвинуто немного вправо; желудок тоже сдвинут немного вправо, то есть все наоборот. Это замечают гораздо реже, чем то, что у человека мозги набекрень. Если у человека не на месте сердце или желудок, то такая история обнаруживается только в случае болезни или если проводят патологоанатомическое вскрытие. И только на вскрытии обнаруживается, что это был странный "перевернутый" человек, у которого сердце и желудок сдвинулись вправо. И поскольку в жизни далеко не каждого, у кого мозги набекрень, подвергают вскрытию -- ведь вскрытие производят не всегда не так ли, -- то зачастую даже не знают, что таких перевертышей гораздо больше, чем думают, таких, у которых сердце слишком сдвинуто вправо.

Однако постарайтесь уяснить себе, что настоящая педагогика должна с этим считаться, ибо если имеешь дело с ребенком, у которого сердце не на своем месте -- теперь я говорю только в анатомическом смысле, -- то необходимо с этим считаться, иначе с таким ребенком может произойти очень скверная история. Однако человек не должен чересчур будоражить себя, опасаясь, что такая вещь будет ему мешать; ведь человек -- это не просто какой-нибудь физический аппарат. Великое искусство воспитания как раз и состоит в том, чтобы считаться даже с такими вещами. Видите ли, профессор Бенедикт26 исследовал целое множество голов преступников. В Австрии ему не очень-то разрешали этим заниматься, так как Австрию населяют католики, а они настаивают на том, что такие вещи делать нельзя. Он был профессором в Вене. У него были связи в Венгрии, которая в то время была по большей части кальвинистской, и там ему разрешали вывозить в Вену головы преступников. Ему попадались там самые разные. Был один закоренелый убийца263 -- я забыл, сколько убийств было на его совести, -- который был в то же время благочестивым, богобоязненным. Он был благочестивым католиком. Однажды прошел слух, что профессору Бенедикту в Вену посылают головы преступников; он их получает и исследует там. Так вот этот преступник, этот серийный убийца стал протестовать; он не хотел этого, он не хотел, чтобы его голову отослали к профессору Бенедикту, поскольку на Страшном Суде, когда все люди воскреснут, ему пришлось бы искать свою голову, чтобы присоединить ее к остальному телу! Следовательно, он все же верил в Страшный Суд, но, несмотря на это, был закоренелым преступником.

Так что же обнаружил профессор Бенедикт, исследуя головы преступников? Здесь сзади, в головном мозгу у нас есть малый мозг, мозжечок, cerebellum, я еще буду говорить о нем, и над этим малым мозгом, мозжечком, лежит доля большого мозга. Это выглядит вот так (см. рисунок 10).


Рисунок 10


Этот малый мозг, мозжечок*, выглядит как дерево, а тут, над ним, располагается большой мозг, одна его доля. Профессор Бенедикт установил, что у людей, которые никого не убивали, не воровали -- ведь есть же еще такие, -- доля головного мозга опускается вниз очень далеко, тогда как у тех, кто был убийцей или иного рода преступником, она не заходит так далеко вниз, она не покрывает то, что находится внизу.

Есть, конечно, люди, родившиеся с таким недостатком. Причем, господа, есть даже много таких людей, которые родились со слишком маленькой долей головного мозга, у которых она закрывает малый мозг не так, как надо! Но никто не обречен с неизбежностью стать убийцей потому, что у него слишком мала затылочная доля головного мозга, lobus occipitalis; он становится им только тогда, когда получает неправильное воспитание. Отсюда вы снова видите, что если тело сформировано неправильно, то ему можно оказать помощь посредством душевного начала. Следовательно, неправильно было бы говорить так, как говорил весьма остроумный профессор Бенедикт: "Никто не виноват в том, что стал преступником; именно никто не виноват". Ибо он, еще будучи эмбрионом, зародышем, неправильно развивался в теле матери, почему и получил слишком маленькую затылочную долю головного мозга. Но ведь тот, кто его воспитывал, должен был воспитать его правильно, однако почему-то не сделал этого. Сам преступник, конечно, в этом "е виноват. Но общество виновато, оно должно было позаботиться, чтобы в процессе воспитания положение было исправлено.

* Мозжечок является производным заднего мозга, имеет прямое отношение к координации движений, считается одним из высших центров вегетативной, симпатической, нервной системы. Мозжечок помещается иод затылочными долями полушарий большого мозга.

Все это я говорю вам для того, чтобы вы видели, какое большое значение имеет общая организация человека.

Надо сказать, что у собаки -- мы еще раз возвращаемся к собаке, -- у собаки нос при всей его простоте сформирован особенно хорошо и крепко. Что мы, собственно, обоняем, господа? Что, в сущности, обоняет собака? Если где-то просто лежит кусок вещества, например, кусок мела, вы не ощутите его запах. Только если вы подожжете это вещество, если вещество испарится, превратится в дым и вместе с воздухом будет проникать в нос, только тогда вы будете обонять его. Вы не ощутите запах жидкого вещества, если оно сперва не испарится. Следовательно, мы обоняем только то, что сначала испаряется. Итак, мы можем сказать: вокруг нас должен находиться воздух, и с воздухом должны быть связаны испарения вещества. Тогда мы обоняем это вещество вследствие того, что оно находится в форме испарений. Ничего другого мы обонять не можем. Конечно, мы обоняем яблоко или лилию. Но было бы бессмысленным полагать, что мы ощущаем запах твердой лилии. Мы обоняем испарения, поднимающиеся от лилии и входящие в наш нос. Затем, если этот аромат лилии, то есть газообразное, доходит до носа, где находится нерв, приспособленный для восприятия запаха, обонятельный нерв, мы переживаем запах.

Следовательно, и в том случае, когда дикарь чует своего врага, имеются в наличии испарения. Из этого вы можете усмотреть, что человек распространяет следы своего присутствия значительно дальше, чем на длину руки. Ибо если бы мы были дикарями и кто-нибудь из нас подходил бы снизу из Арлесхейма*, то он уже знал бы, есть ли среди нас его враг или нет. Следовательно, этот враг должен был бы распространить, сделать ощущаемым свое существо вплоть до самого Арлесхейма! Следовательно, вы присутствуете там внизу, в Арлес-хейме; присутствуете в качестве того, что вы испаряете. Благодаря своим испарениям человек повсеместно присутствует далеко вокруг себя. Его наличие, его присутствие тут гораздо больше обусловлено его испарениями, нежели тем, что видимо внешне.

* Деревня в пятистах метрах по горному склону ниже Дорнаха.

У собаки есть нечто весьма интересное, то, чего человек не может: вы с этим очень хорошо знакомы. Если у вас есть собака или вы хотя бы встречаете собаку, которая вас хорошо знает и которую вы также хорошо знаете, то, повстречавшись с вами вновь, она виляет хвостом. Почему, господа, она виляет хвостом? Потому что она радуется! Человек не может вилять хвостом, когда он радуется, потому что у него просто нет хвоста. Поэтому он несколько стеснен в возможностях проявления своей радости. Итак, собака, ощутив запах человека, виляет хвостом. Благодаря запаху все ее тело приходит в возбуждение, и это выражается в том, что до мышц ее хвоста доходит переживание радости; тогда она виляет хвостом. Человек развился так, что у него вообще больше нет такого органа, с помощью которого он мог бы выражать свою радость таким способом.

Мы видим, что человек является более высокоразвитым, чем собака, однако у него отсутствует возможность загонять ощущаемый запах вниз; у собаки же такая возможность есть. Она через нос получает запах, затем гонит его вниз через спинной мозг и после этого виляет хвостом (см. рисунок 11).


Рисунок 11


Следовательно, то, что она получила в области носа, затем попадает у нее в спинной мозг. Спинной мозг у нее заканчивается в хвосте, она им виляет. Человек же этого не может. Почему? Я хочу сказать вам, почему человек не может этого. У человека тоже есть спинной мозг, но человек не в состоянии направить запах через этот спинной мозг.


Рисунок 12


Теперь я хочу нарисовать вам всю голову человека в профиль. Сюда должен был бы продолжиться спинной мозг; он направляется вниз. В случае собаки он проходит в хвосте, и благодаря этому собака виляет хвостом. В случае человека дело обстоит так, что он поворачивает в обратную сторону силу этого спинного мозга. Человек вообще способен разворачивать то или иное, тогда как у животного такой способности нет. Оттого-то животное и ходит на четырех лапах; если же, как некоторые обезьяны, оно ходит не на четырех лапах, то для него это вредно, так как его организация предопределяет перемещение на четырех лапах. Человек в течение своей жизни распрямляется; сначала он тоже ходит на четвереньках, но затем он распрямляется. Это действует сила, проходящая через спинной мозг, благодаря которой здесь, спереди, я бы сказал, наливается, наращивается весь головной мозг. Глядя на собаку, можно сказать: страшно интересно наблюдать, как она виляет хвостом. Если сравнить ее с человеком, то можно сказать так: вот, черт возьми! она умеет вилять хвостом, а я нет! Однако всю силу, заложенную в это виляние хвостом, человек направляет, изливает в обратном направлении, и она наращивается у него здесь, в головном мозгу. В случае собаки эта сила наращивается по направлению вниз, а не вверх. Следовательно, ту силу, которую собака имеет сзади в своем хвосте, мы поворачиваем в обратном направлении, отправляя ее к головному мозгу. Так что вы можете представить себе, как выглядит эта картина в целом. Представите себе, что здесь находится конец вашего позвоночника, columna vertebralis, иначе говоря, то место, где у нас находится так называемый копчик, os coccygis, состоящий из рудиментарных позвонков, verterbae coccygeae*. У собаки же эта часть состоит из очень хорошо развитых позвонков. У человека эта часть (позвоночника) представляет собой сросшиеся рудиментарные кости, находящиеся внизу и покрытые кожей; виляние тут невозможно. Всю эту силу виляния мы поворачиваем в обратном направлении, так что если бы тут не было черепа, то мы смогли бы -- воспринимая приятный запах -- совершать виляния самим мозгом здесь, наверху. Следовательно, мы стали бы, что очень интересно, увидев кого-то и обрадовавшись, совершать виляния самим мозгом спереди, если бы только наш мозг не удерживали кости черепа.

* Эти позвонки сливаются в одну кость, копчик, в среднем возрасте.

Видите ли, таково свойство человеческой организации: она поворачивает вспять то, что есть у животных. Следовательно, сила виляния, развившись, была повернута вспять. В действительности, нам тоже приходится вилять, и некоторые люди имеют в этом отношении тонкое чувство. Не правда ли, придворные, окружающие своих герцогов, именно виляют, если герцог находится рядом с ними; конечно, они не виляют хвостом как собаки, но, тем не менее, у некоторых людей возникает чувство: они действительно виляют. Они виляют душевно. Это выглядит как нечто, подобное вилянию. Видите ли, если человек усваивает ощущение, которое иногда называют ясновидением -- что, впрочем, легко может быть понято неправильно, поскольку последнее состоит в том, что некоторые люди видят лучше, чем другие, -- то в этом случае, господа, такой человек не только чувствует, что придворный советник виляет перед герцогом, но он видит это. При этом виляние у придворного происходит не здесь, сзади (как у собаки), но спереди (вверху). Он действительно виляет! Не правда ли, то, что находится в вашем головном мозгу в качестве плотного вещества, удерживается костями (черепа). Но то, что развивается в качестве тонкого вещественного начала, в качестве тепла, производит виляние, если придворный стоит перед герцогом. Это происходит как чередование тепла и холода: то теплее, то холоднее, то теплее, то холоднее. Фактически, дело обстоит так: когда придворный советник стоит перед герцогом, то если вы обладаете тонким чувством для восприятия этого виляющего теплового начала, вы можете увидеть нечто подобное тому, что делает человек, если ему подвесили ослиное ухо. Здесь виляние происходит спереди; мы скажем, что эти виляния совершает эфирное тело, тонкое тело, ведь оно реально существует. Это правда: эфирное тело виляет, совершает взмахи.

Благодаря этому целостному началу у собаки или у слона образуется именно спинной мозг. То, что в рудиментарном состоянии имеется у собаки или слона, у человека выдвинуто вперед. Каким образом? Сейчас я хочу прочеркнуть желтым цветом тот нерв, который здесь (см. рисунок 12) я обозначил красным; тем самым я отмечаю его вхождение в головной мозг. Внутри головного мозга теперь встречаются две вещи: то, что было развито спереди в качестве органа, обеспечивающего виляние, и что присуще только человеку, и то, что является обонятельным нервом, который тоже есть у человека. Однако у собаки этот обонятельный нерв, будучи вдвинут в мозг, имеет очень большие размеры, так как ему ничего не противодействует. Ведь то, что могло бы противодействовать развитию обонятельного нерва, совершает, в случае собаки, виляния снаружи и находится позади*. Однако у человека эти силы повернуты в обратном направлении. Все эти силы виляния, махания, идут у него во встречном направлении по отношению к носу. Вот почему у человека обонятельный нерв, входящий сюда**, сделался очень маленьким; он встречает помехи при своем развитии со стороны сил, действующих навстречу ему. Таким образом, тут, внутри у человека, находится орган, который прежде всего оттесняет, заглушает запах; орган, который, в известном смысле "очеловечивает" этот запах. Эту роль и выполняют силы, наращиваемые вверху.

* т.е. хвост и образующие его силы.

** т.е. в головной мозг.

Надо сказать, что здесь, в переднем мозгу, у собаки или слона обонятельный нерв занимает значительное место: прямо-таки огромный обонятельный нерв находится тут внутри. У человека же обонятельный нерв носит до некоторой степени рудиментарный характер; и, напротив, перед обонятельным нервом располагаются те нервы, которые из нижней (копчиковой) области переместились и развились вверху*. Итак, здесь, на том месте, где у собаки на большом протяжении еще находится то, что "вывиливается", вывинчивается от носа**, у человека располагается наиболее благородная часть головного мозга. Следствием отсюда является то, что здесь, в переднем мозгу у человека существует орган чувства, служащий для сострадания, для сочувствия, для понимания между людьми. Это нечто в высшей степени благородное. Так что человек в своем переднем мозгу имеет, в сущности, в высшей степени благородный орган, причем именно в том месте, которое в ином случае презреннейший нос заполонил бы своим обонятельным нервом.

Я говорил вам, что мы неодинаково обоняем правой и левой ноздрей. Представьте себе, что человек, привыкший сильно жестикулировать, задумался бы однажды над тем, а что же он, в сущности, делает? Вы, наверное, видели: такой человек, например, поднимает вверх палец или воздевает руки, причем так, что его указательный палец располагается над носовой перегородкой, поскольку именно там, за носом, внутри головного мозга находится центр способности к различению, дифференциально-координационный центр его телесной экспрессии***.

* т.е. в переднем отделе головного мозга.

** т.е. обонятельный нерв.

*** Ядро двигательного анализатора находится в передней центральной извилине.

Носовая перегородка дает собаке возможность не только идти по следу, проявляя тонкое чутье, но также очень тонко различать своей правой или левой ноздрей запах одного или другого человека. Очень интересно то, что собака использует свою правую ноздрю для различения следа того, кого она преследует в настоящий момент, непосредственно, в то время как в своей левой ноздре она "хранит след" того, кого она уже преследовала. Благодаря этому она осуществляет преследование все более умно, подобно тому, как и мы, люди, становимся разумнее, если больше учимся и больше сохраняем в своей памяти. Собака обладает прекрасной обонятельной памятью, именно обонятельной. Поэтому-то она и становится таким хорошим следопытом.

Но тут просматривается еще один след, ведущий в сферу человеческой жизни, а именно, можно наблюдать следующее. Видите ли, чувство обоняния у человека притуплено; однако, например, Моцарту самые прекрасные из его мелодий приходили иногда в то время, когда он нюхал цветы в каком-нибудь саду. Когда он задумывался над тем, почему это происходит, то оказывалось, что он уже нюхал эти цветы где-то в другом месте, где ему очень и очень нравилось. Впрочем, он сам, может быть, никогда не решился бы сказать: да, когда-то я побывал в чудеснейшем саду там-то и там-то, там были цветы, аромат которых мне особенно нравился; теперь же этот аромат снова тут, и это приводит меня -- да, да, именно так -- почти к вилянию. Моцарт, конечно, никогда бы так не сказал; но прекраснейшие мелодии приходили ему на ум, когда он нюхал цветы. Отсюда вы видите, как обоняние связано с памятью.

Это, впрочем, происходит не от того, что мы, люди, ориентируемся с помощью запаха, но от того, что мы внутренне противостоим ему. При этом развивается наша чисто человеческая способность к различению. Следовательно, если кто-то будет особенно последователен в своем мышлении, если он будет правильным образом связывать одну мысль с другой, мы можем сказать о нем так: он выдвинул свой головной мозг навстречу своему обонятельному нерву; он, в сущности, заместил то, что в ином случае было бы обонятельным нервом. Можно даже сказать, что особенно умный человек -- это тот, кто наиболее сильно подавил в себе природу собаки.

Если же человек родился таким, что он еще наполовину собака, если он еще обладает особенно хорошим чувством обоняния, то надо подтягивать его до того уровня, на котором он смог бы различать не только запахи, но и другие вещи -- ибо их он сможет различать посредством противодействия своему обонятельному нерву, -- и тогда он сможет стать особенно умным человеком.

Эта разумность, этот дар различения, вообще происходит оттого, что человек преодолевает чувство обоняния. Слон и собака свою разумность имеют в носу, иначе говоря, снаружи, вовне самих себя; человек же свою разумность имеет в себе. Именно в этом и состоит разница. Стало быть, никто не должен при рассмотрении ограничиваться только тем, что человек и животное имеют один и тот же орган. Несомненно, что нос есть и у человека, и у собаки, но дело в том, как этот нос организован. Отсюда становится очевидным, что в человеке работает нечто такое, что не работает в собаке. Так постепенно, приобретая знание, прорабатываются от телесного к душевному. Ибо ни нос, ни тот, подобный метелке конец спинного мозга, имеющийся у собаки для виляния, затянутый кожей и составленный из позвонков, -- ни нос, ни хвост не имеют никакого стремления расти навстречу друг другу. Это стремление проистекает лишь от душевного начала, которым в той же форме, что и человек, собака не обладает.

Видите ли, я для того так детально описывал вам нос со всем к нему относящимся, чтобы вы могли узнать его в той форме, в каковой он, продолжаясь, переходит в головной мозг; чтобы вы могли связать с этим явлением саму разумность человека.

Достойно нашего внимания и сравнение чувства обоняния с тем чувством, которое, хотя и очень похоже на обоняние, но, тем не менее, колоссально отличается от него: это вкусовое чувство. Родство между ними таково, что, например, в той области, где я родился, люди вообще никогда не скажут: пахнет. Там слово "пахнуть", "обонять" не используются. Если они ощущают запах, то они говорят: это вкусно или это невкусно. Там, где я родился, вообще не говорят об обонянии, о чувстве запаха. (Возглас с места: "здесь тоже!") Итак, и здесь, в Швейцарии в деревне тоже не говорят об обонянии, но говорят о вкусе, так как обоняние и вкус кажутся людям настолько родственными, что они не делают различия между ними.

Однако при исследовании чувство вкуса оказывается весьма примитивным. Опять-таки, оно очень похоже на обоняние. Если вы рассмотрите полость рта, cavum oris -- сегодня я только вкратце укажу на это, позднее это будет изложено подробнее -- то здесь, сзади находится так называемое мягкое нёбо, palatum molle, а здесь, спереди -- твердое нёбо, palatum durum, здесь находятся зубы и десны; если вы рассмотрите это, то обнаружите нечто замечательное. Так же, как в нос входит нерв, который я здесь обозначил красным цветом, нервы из мозга входят и сюда. Однако эти нервы не входят в десны, не входят в переднее, твердое нёбо, а входят только в заднее, мягкое нёбо; нервы не идут в переднюю часть языка, а входят только в заднюю его часть*.

Следовательно, если вы рассмотрите, как распределяются нервы, имеющие отношение к вкусу, то спереди

* Имеются в виду проводящие пути от рецепторов вкуса.

вы обнаружите их очень мало, их там почти совсем нет. Кончик языка, в сущности, не является органом вкуса, он больше предназначен для осязания. Только задняя часть языка может ощущать вкус, так же, как и мягкое нёбо. Если вы ощупаете рот, то вы обнаружите, что сзади там мягко, а спереди -- твердо. Мягкие ткани как раз и приспособлены для ощущения вкуса. Деснами вы вкуса не ощутите.


Рисунок 13


Весьма своеобразно то, что нервы, служащие для ощущения вкуса у человека, особенным образом связаны с тем, что находится в брюшной полости. Известно, что пищевые продукты исследуются не только химически; необходимо также проверять их на вкус. Вкус является у человека регулятором питания. В случае маленького ребенка, например, следовало бы больше изучать то, что он ест или не ест, а не то, какой химический состав имеет пища. Если мы обращаем внимание на то, что ребенок постоянно от чего-то отказывается, тогда мы находим, что у него не все в порядке с органами нижней части тела. Тут надо разобраться. Однако, господа, все это в высшей степени индивидуально. Видите ли, я рисовал вам обонятельный нерв спереди (см. рисунок 9); теперь я должен изобразить здесь те нервы, которые подходят к языку и к нёбу (см. рисунок). Здесь же я изобразил то, что у человека является той ушедшей в обратном направлении силой виляния, махания, которая у собаки целиком и полностью находится сзади. Если мы постепенно перемещаемся вперед, то в случае человека сначала оказываемся в области живота, внутренней, брюшной полости, во взаимном соответствии с которой находятся вкусовые нервы -- у собаки это тоже имеет место. На деле это происходит так: когда собака чувствует запах, она виляет хвостом; это означает, что она гонит это ощущение через все свое тело. Оно доходит до самого кончика (хвоста). На хвосте все оканчивается; кончик носа находится впереди всего, кончик хвоста -- позади всего. То, что у собаки связано с чувством обоняния, проходит через все ее тело. Однако то, что собака поедает, ощущая вкус пищи, проходит уже не через все тело, но останавливается в области живота, внутренностей. Это очень интересно.

Следовательно, из этого мы можем видеть следующее: чем более глубоко внутри расположено то, что связано с нервами, тем менее далеко распространяется его действие в теле. В следующий раз это позволит нам приблизиться к более полному пониманию того, что уже было понято нами, к пониманию, что от нервов зависит облик человека в целом. Человек построен в соответствии с нервами. В отношении собаки мы можем спросить: в соответствии с чем построен ее хвост? В соответствии с носом. В соответствии с чем построены органы брюшной полости? В соответствии с нервами ее пасти, полости рта. Нервы находятся на одном конце, а формируют облик на другом конце. Прошу вас, давайте возьмем этот тезис за основу для дальнейшего рассмотрения. Вам удастся добиться многого, если вы откроете, что причина виляния хвостом у собаки -- ее нос; что если она чувствует полное благополучие в своем брюхе, то это исходит от нервов, находящихся в ее пасти, и так далее. Дальнейшее мы еще увидим.

Итак, чрезвычайно интересным является то, каким образом нервы связаны с обликом. Поэтому я снова скажу вам: даже слепой получает кое-что от своих глаз, поскольку глазные нервы слепого, хотя и не служат для зрения, тем не менее, участвуют в формировании его тела. То, как он выглядит, зависит от его головных нервов, в том числе и от глазных нервов, но также и от других нервов. И если на основе сказанного мы захотели бы изучить, почему облик человека отличается от облика собаки, нам следовало бы подумать о носе! (Палец на переносице.) У собаки большое участие в формировании ее облика принимает нос. У человека же это преодолено; нос несколько оттеснен в своих функциях. У собаки именно нос занимает высшую ступень на "служебной лестнице". У собаки нос является, так сказать, универсальным мастером, тогда как у человека деятельность носа отодвинута на задний план. В дальнейшем мы увидим, что строение человека связано с чем-то другим. Для его строения даже глаз и ухо важнее, чем нос.


СЕДЬМАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 20 декабря 1922 г.


Господа, давайте сегодня доведем до конца ответ на поставленный недавно вопрос.

Видите ли, благодаря своей коже человек в целом является органом чувств. Сама кожа человека есть нечто в высшей степени сложное, нечто, достойное удивления. Если исследовать кожу, углубляясь от внешних ее слоев вовнутрь, то снаружи мы находим, прежде всего, прозрачный слой, так называемый ороговевший слой эпидермиса (надкожица, epidermis). Она прозрачна только у нас, у белых европейцев, в то время как у негров, индонезийцев, малайцев она содержит пигментные зернышки и поэтому окрашена. Но у нас, европейцев, кожа прозрачна, прозрачен ороговевший слой эпидермиса. Этот слой называется ороговевшим, потому что он фактически состоит из того же самого вещества, лишь несколько иначе построенного, из которого состоят рога у животных, из которого также состоят наши ногти и волосы. Наши ногти вырастают, в сущности, из этого наружного ороговевшего слоя кожи. Под этим ороговевшим слоем лежит так называемый кориум, глубокий слой, который, в свою очередь, состоит из двух слоев: верхнего слоя (см. рисунок, красный цвет) и нижнего слоя, который я хочу нарисовать зеленым.


Рисунок 14


Итак, мы, люди, покрыты, облачены трехслойной кожей, наружным ороговевшим слоем, средним слоем кориума и нижним слоем кориума.

Видите ли, этот самый нижний, обозначенный здесь зеленым цветом слой кожи, кориума, содействует питанию всей кожи. Здесь, внутри него, откладываются для кожи питательные вещества. Но средний слой, обозначенный здесь красным цветом, наполнен всевозможными веществами, прежде всего мышечными волокнами. Вот что особенно важно для нас: здесь, внутри кожи находятся настоящие маленькие луковицы, одна рядом с другой. Повсюду тут находятся маленькие луковицы (желтый цвет), одна подле другой; эти маленькие луковицы мы имеем повсюду. В нашей коже имеются тысячи и тысячи этих маленьких луковичек, как я их называю; ибо лук -- овощ, который особенно замечателен тем, что у него есть оболочки: наружная оболочка, вторая оболочка, третья оболочка и так далее; много оболочек. Эти маленькие тельца -- их открыл итальянец Паччини27, и они называются в связи с этим тельцами Паччини -- имеют такие луковичные оболочки, состоят из них, причем кожица луковицы обращена наружу, а другая, более тонкая ее часть обращена вовнутрь; наружный вид я изобразил вам здесь.


Рисунок 15


Видите ли, вокруг таких крошечных телец -- они настолько малы, что их можно увидеть только в микроскоп -- находится от двадцати до шестидесяти таких оболочек! Вы можете себе представить, как они малы. Следовательно, человек устроен так, что по всей поверхности его тела рассеяны такие маленькие луковицы. Не только змеи, но и люди больше всего имеют их на кончике языка. Это прямо-таки комично: их больше всего именно на кончике языка! Много их также и на кончиках пальцев, с внутренней стороны ладони, в других частях тела; но, как было сказано, больше всего их на кончике языка. Если сравнить, например, множество маленьких луковиц, расположенных на кончике языка, с теми, которые находятся на кончиках пальцев, то окажется, что на кончиках пальцев их в семь раз меньше, чем на кончике языка.

Видите ли, из каждой такой луковицы выходят нервные волокна. Эти нервные волокна сначала идут каким-либо путем -- они знают, каким путем им идти -- в спинной мозг, а из спинного мозга -- в головной мозг. Вы можете представить себе это так: от головного мозга эти нервные волокна отходят и распространяются по всему телу, а затем на поверхности тела образуют такие луковицы -- стало быть, и на языке'-- везде. Итак, я могу изобразить человека так, что в головном мозгу все эти нервные волокна начинаются и идут повсюду, а в конце, внутри кожи, в кориуме, они образуют эти луковицы.

Это очень интересно; все это можно представить себе так -- причем такое представление будет соответствовать действительности: допустим, что тут находится земная почва (см. рисунок); здесь посажен самый настоящий, обыкновенный лук; он вырастает из почвы, и здесь, вверху, образуются цветки лука. Нечто подобное, господа, есть и в человеческом теле.

Здесь (см. рисунок 16) внутри находятся луковицы, -- здесь они расположены внутри, -- а нервы представляют собой стебли этих луковиц, причем эти нервы (языка) представляют собой короткие стебли, другие же нервы, выступающие в качестве стеблей, могут быть страшно длинными; луковичные волокнистые нервы, идущие от ног в головной мозг очень длинны. Все то, что содержится в нашей коже в качестве луковиц, производит своего рода цветы; эти цветы находятся в нашем головном мозге. Вы можете вообразить себе: кожа, покрывающая всего человека, представляет собой своего рода земную почву, только построена она необычно, но, тем не менее, это своеобразная земная почва. Снаружи находится ороговевший слой, в котором даже откладываются различные кристаллы и так далее. Внизу находятся твердые телесные массы, поверх них -- слой гумуса. Только у человека это надо рассматривать по направлению от внешнего ко внутреннему; под ороговевшим слоем находится кориум. Это и есть земная почва. И из земной почвы вырастают все эти луковицы, причем цветы их находятся в головном мозгу. Их стебли простираются вплоть до головного мозга; в головном мозгу находятся их "цветы".


Рисунок 16


Да, господа, среди нас много пожилых людей, у них всю эту историю уже нельзя проследить как следует, разве что во время сна; но у ребенка все это имеет место в гораздо большей степени. Тут дело обстоит так, что у ребенка, пока его рассудок не пробудился -- следовательно, в самые первые годы, -- эти луковицы в его нервах развивают весьма активную деятельность. И подобно тому, как Солнце освещает цветы луковиц, так и у ребенка, еще не преобразовавшего воспринимаемый им наружный свет в рассудок, свет сияет внутри; это происходит так, как если бы Солнце распространяло лучи в голове, и все эти цветы луковиц расцветали. На самом деле, в наших нервах развивается в полном объеме растительная, вегетативная жизнь. В нервах кожи мы, фактически, вынашиваем целое растительное царство. Только позднее, когда мы уже посещаем общеобразовательную школу, этот жизненный рост прекращается. В этот период мы используем для мышления те силы, которые до этого были созданы в наших нервах. Это очень интересно. Ведь обыкновенно считают, что мыслят нервы. Нервы не мыслят. Нервы лишь могут быть использованы для мышления, причем так, что у них, в некотором смысле, похищается их свет. Человеческая душа похищает у нервов свет и похищенное использует для мышления. Это именно так. Тот, кто действительно задумывается над этим вопросом, в каждом его пункте приходит к признанию существования самостоятельно действующей души.


Рисунок 17


Видите ли, прорастающие вовнутрь луковичные растения имеются как у нас, так и у всех животных. Все животные, даже низшие, состоящие, скажем, из слизистой массы, что-то формирующие, что-то видящие и так далее -- все эти животные имеют такие чувствительные нервы, которые, как своего рода луковицы, дают отростки, будучи рассыпаны на поверхности. Чем выше восходим мы к человеку, тем в большей степени отдельные из этих нервных луковиц особенным образом преображаются. Такие преобразованные кожные нервы и являются, в частности, вкусовыми нервами.

Следовательно, спереди на языке -- я вам в последний раз уже указывал на это -- мы имеем эти, так сказать, чувствилища, осязательные рецепторы. Поэтому язык спереди так сильно осязает. Но задней частью языка мы ощущаем вкус; мягким нёбом мы тоже ощущаем вкус, и так далее. Следовательно, заднее нёбо и задняя часть языка тоже должны быть усеяны такими луковицами. Они находятся в ямочках. Внутри каждой такой ямочки находится луковица, являющаяся составной частью нерва; они, эти луковицы, вдвигаются в кориум. В задней части языка формируются только маленькие ямочки; и тут в эти ямочки вплоть до самой поверхности вдвинуты луковицы, так что здесь видны их прозрачные корешки. Здесь, то есть в области корня языка, находится очень много таких маленьких ямок, и в каждой ямке снизу вверх вырастает такая луковица, благодаря чему мы и можем ощущать вкус.

И с помощью осязания, с помощью луковиц, располагающихся на поверхности всего тела, мы можем воспринимать все и везде. Однако, как вы знаете, из всего воспринимаемого запоминается немногое. Если я имею дело с шершавым креслом, то с помощью моего осязания, тактильного чувства, я знаю, что кресло шершавое; с помощью множества постоянно функционирующих луковиц я осязаю, что кресло шершавое. Это я могу, хотя наша память не слишком напрягается из-за этого осязания; она также не очень напрягается и при ощущении вкуса, впрочем, тут дело обстоит лучше, хотя это происходит помимо сознания. Люди, которые любят поесть, гурманы, заранее не знают, хороша ли пища, им надо ее сперва попробовать, и только тогда они будут стараться ее купить.

Эти луковицы проходят через спинной мозг, идут прямо в головной мозг и там образуют свои "цветы". Все то, что мы хотим ощутить на вкус, необходимо сперва растворить в слюне во рту. Мы не сможем ощутить на вкус ничего, что не подверглось предварительному воздействию жидкости. Но тогда мы можем спросить: так что же, в сущности, мы ощущаем на вкус? Мы вообще не смогли бы ничего ощутить на вкус, если бы мы в самих себе не имели жидкости. То, что является в человеке твердым, наш "твердый человек", ничего ощутить на вкус не может. Дело обстоит так, что если здесь находятся луковицы языка, то сначала эти луковицы языка должна окружать жидкость; внутренняя жидкость, из которой состоит человек, смешивается с тем, что было растворено из состава пищи. Мы могли бы сказать: наша собственная жидкость смешивается с жидкостью наружной. Следовательно, вкус ощущает не твердый человек; ведь как я уже говорил вам, мы состоим примерно на девяносто процентов из воды. Вода становится особенно текучей здесь, вокруг сосочков языка. Как из гейзера, как из подземной скважины, здесь выбрызгивается вода, так что на кончике языка мы имеем такие "брызгалки".

Если я выплевываю жидкость, слизь, находящуюся во рту, то тогда она больше не принадлежит человеку, она отделяется, но пока эта жидкость находится в моих вкусовых сосочках, она принадлежит мне как человеку точно так же, как и мои мышцы принадлежат мне. Я ведь состою не только из прочных мышц, я состою также и из воды, эта вода, жидкость, и есть то, что ощущает вкус, поскольку она смешивается с тем, что как жидкость поступает снаружи.

Если человек лакомится сахаром, то что при этом происходит? Если человек лакомится сахаром, то жидкость нагнетается изнутри во вкусовые сосочки, и в эту жидкость попадает растворившийся сахар; жидкость самого человека слегка проникается сахаром, и это доставляет ему удовольствие. Сахар растворяется во всех его собственных жидкостях, попадая сначала в разбавленном, тонком виде в эти вкусовые сосочки.

Видите ли, мы, люди, можем только ощущать вкус. Но почему мы можем только ощущать его? Если бы у нас были плавники, если бы мы были рыбами -- это было бы весьма интересное бытие, -- тогда всякий раз, когда мы ощущали бы вкус, его действие проявлялось бы также через плавники. Мы должны были бы плавать в воде, чтобы всегда иметь доступ ко всему растворенному, к тем тонким, разбавленным веществам; ведь рыба ощущает вкус всех растворенных в воде веществ, и в соответствии со своим чувством вкуса она выбирает направление; ощущение вкуса сразу же доходит до плавников, с помощью которых рыба плывет дальше. Если же с какой-нибудь стороны к рыбе подплывает что-либо, приятное для нее, то она чувствует это на вкус, и ее плавники сразу же движутся в этом направлении.

Мы, люди, не можем того, что могут рыбы. У нас нет плавников. Они у нас совершенно выродились. В настоящее время мы не можем использовать ощущение вкуса в целях движения, поэтому оно сделалось у нас внутренним ощущением. Рыбы обладают тонким ощущением вкуса, но это ощущение вкуса не является внутренним. Мы, люди, увели это ощущение вкуса внутрь себя, сделали его внутренним; мы переживаем это ощущение вкуса, в то время как рыбы живут единой жизнью с водой в целом, они переживают чувство вкуса вместе с водой. Поэтому у рыб дело обстоит так -- люди обычно удивляются этому, -- что рыбы заплывают далеко в море, если им надо метать икру. Они заплывают даже в Атлантический океан, заплывают в совсем другие области Земли. И малек затем снова медленно возвращается в европейские реки. Почему это происходит? Европейские реки, в которых плавали все эти рыбы, имеют сладковатую воду. В этой сладковатой воде икра не может вызревать. Рыбы ощущают на вкус, как небольшое количество соли доходит до них от устья реки; это рыба ощущает на вкус и выплывает в море. А если на другой стороне Солнце светит на Землю иначе, рыба ощущает это на вкус и, ориентируясь по вкусу, переплывает половину Земли. И малек, ориентируясь по вкусовому ощущению, снова возвращается назад, туда, где жили родители. Следовательно, они, в целом, ориентируются с помощью вкусового ощущения.

Это чрезвычайно интересная вещь: вода, протекающая по Земле в виде рек, и вода, находящаяся в море, исполнена вкуса. И то, как рыбы плавают в ней, постоянно обусловлено вкусом воды. Вкус воды, в сущности, является тем, что побуждает рыбу плавать, что задает ей направление движения. Естественно, что если на какой-нибудь участок воды светит Солнце, то благодаря солнечному теплу сразу же растворяется все, находящееся в воде. Вода тем самым приобретает иной вкус. Поэтому видно, что рыбы там начинают двигаться более активно, начинают метаться, барахтаться. Все это происходит от вкуса.

Да, господа, эта история очень примечательна. Нам, людям, тоже приходилось бы плыть, если бы мы стали ориентироваться по чувству вкуса. Когда я лижу сахар, то некое начало во мне, а именно жидкий человек, хочет подплыть туда. Здесь тоже имеет место побуждение к плаванию. Человек, собственно, постоянно хочет плыть в направлении вкуса. Только твердое тело удерживает его от этого, оно снова возвращает его назад. И оттого, что хотело бы плыть, но не может -- ведь мы, в сущности, постоянно имеем в себе рыбу, которая хочет плыть, но не может, -- оттого, что мы не можем плыть, мы удерживаем в себе то, что в качестве вкусового ощущения раскрывается нашему внутреннему душевному началу. Ибо посредством вкусового ощущения мы, собственно, живем внутри эфирного тела: эфирное тело удерживается, фиксируется посредством той жидкости, которую мы имеем, жидкость эта тоже, в свою очередь, удерживается, фиксируется. Так что вполне естественно было бы сказать: человек имеет эфирное тело, вовсе не предназначенное для того, чтобы ходить по Земле, оно предназначено для плавания, оно, в сущности, является рыбой, но человек видоизменяет его, и благодаря последнему оно становится другим. Однако человек имеет в себе это эфирное тело, причем оно находится, собственно, лишь в его жидком человеке. Дело обстоит так, что человек постоянно стремится плавать, плыть в тех тонких парах воды, которые всегда находятся в воздухе. Мы постоянно хотели бы плавать в них. Но мы преображаем это плавание во внутреннее переживание вкусового ощущения.

Видите ли, только такие вещи могут привести к пониманию человека. Этого ни в каких современных научных книгах вы не найдете, поскольку люди подвергают наблюдению лишь труп человека, а не живого человека. Конечно, если мы имеем перед собой труп, то он больше не проявляет желания плавать. Мы же участвуем в процессе жизни, поскольку, в сущности, мы все едины с тем, что находится в мире. Мы представляем собой рыб, и пар, водяной пар, находящийся здесь, тоже родствен, подобен нам. Мы постоянно хотим плавать в нем, и невозможность последнего действует так, что мы все изливаем внутрь себя и ощущаем вкус. Рыбы -- очень холодные животные. Они удивительным образом могли бы ощутить вкус того, что растворено в воде. Однако они не делают этого, поскольку их плавники сразу же приходят в движение. Если бы плавники у рыб были удалены, то тогда рыбы стали бы животными более высокого уровня; тогда они начали бы ощущать вкус.


Рисунок 18


Те рецепторы, луковицы, нервные окончания, о которых я говорил вам в последний раз в субботу, построены иным образом. Они находятся в слизистой оболочке носа.

Однако эти рецепторы, эти луковички располагаются уже не в ямках, сосочках, откуда все время выбрасывается жидкость, но идут по самой внешней поверхности. Поэтому такие луковицы, рецепторы, могут воспринимать только то, что подходит к ним: это значит, что аромату розы мы должны дать возможность подойти к нервным окончаниям нашего носа: после чего мы можем обонять этот аромат. Так отдельный участок человеческого тела используется для того, чтобы в нем особенным образом развились луковички -- они, впрочем, распространены по всему нашему телу, -- вбирающие то, что находится в воздухе.

Однако, господа, если вы возьмете указанные луковицы, рецепторы в носу человека, то последние, будучи расположенными в носу, овеваются воздухом, приходящим снаружи, а кроме того, их овевает еще и воздух, выходящий изнутри при выдохе. Дыхание постоянно осуществляется через нос. В этом дыхании живет воздушный человек. Как я уже говорил вам об этом раньше, мы представляем собой жидкость, но помимо этого мы также представляем собой и воздух. Не шутки ради имеем мы внутри себя этот воздух. Точно так же, как я имею внутри себя воду, жидкость, я в себе имею и дыхание; оно тоже не твердое. И так же, как я протягиваю руку и чувствую, что она натыкается на что-то твердое, протягиваю я через нос содержание моего воздушного организма. Это своего рода воздушная рука. Таким образом, я схватываю аромат розы или аромат фиалки. Ведь я не являюсь, конечно, исключительно твердым человеком; твердым человеком* я являюсь всего на десять процентов. Я представляю собой водяной столп и в то же время являюсь воздушным человеком. Пока воздух находится в нас, он является частью нас самих. Ведь этот воздух живет. И вот, мы протягиваем эту воздушную руку через наш нос, протягиваем ее навстречу аромату розы или аромату фиалки, но, конечно, и навстречу запаху навоза. Мы схватываем все это; только хватаем мы не рукой, но посредством луковиц (рецепторов), которые внутренним образом впитывают дыхание, прихватившее аромат розы.

* Имеется в виду агрегатное состояние вещества.

Следовательно, здесь происходит нечто, обнаруживающееся даже у собаки: правда, в этом случае обоняет нос, но одновременно виляет хвост, о чем я вам уже говорил. Как у рыбы приходят в движение плавники, точно так же и у собаки приходит в движение хвост. Но что же все-таки хочет сделать хвост, который может только вилять? Именно это интересно; ведь собачий хвост способен только вилять. Так что же хотел бы он сделать на самом деле? Видите ли, господа, собака делала бы нечто совсем иное, если бы она была не собакой, а птицей: тогда под влиянием запаха она стала бы летать! Подобно тому, как рыба плывет, точно так же стала бы летать собака, если бы она была птицей. Но поскольку у собаки нет крыльев, она использует эрзац-орган и может только вилять им. Летать с его помощью не удастся, но раскрытие сил происходит тем же образом. И у нас, у людей, это тоже происходит так. Поскольку мы постоянно чувствуем тонкий запах -- мы этого даже не замечаем, -- мы тоже постоянно хотим летать. Подобно тому, как мы постоянно хотим плавать, точно так же мы постоянно хотим летать.

Вы только представьте себе ласточку (Hirundini-dae). Ласточки живут у нас летом. Им нравится тут то, что в качестве аромата поднимается от цветов и так далее. Это нравится им благодаря их органу обоняния; поэтому они и остаются здесь. Когда же у нас наступает осень или осень еще только приближается, подходит ближе, то если бы ласточки могли понимать друг друга, они сказали бы: здесь начинает скверно пахнуть! Чувство обоняния у ласточки исключительно тонкое. И если я говорил вам, что запах человека можно воспринять от самого Арлесхейма, то и запах, струящийся с юга, оказывается воспринимаемым для ласточек , когда наступает осень; он распространяется до самого севера. Здесь, внизу, пахнет хорошо*, но здесь, вверху начинает пахнуть скверно! и тогда ласточки начинают улетать туда, где они ощущают хороший запах, ибо он приходит, поднимаясь с юга на север.

* т.е. в нижних широтах, на юге.

Господа, целые библиотеки написаны о полете птиц. Однако истина состоит в том, что птицы при больших перелетах осенью и весной ориентируются благодаря исключительно тонкому различению запахов в атмосфере нашей Земли. Благодаря своим органам обоняния ласточки направляются на юг, а затем снова на север. Когда у нас наступает весна, тогда тут, внизу, снова начинает дурно пахнуть для ласточек. Тонкий аромат весны приходит к ним на юг, и они тогда летят в верхние широты, на север. Это правда, что Земля является, в сущности, единым живым существом, а другие существа принадлежат ей.

Видите ли, наше тело устроено так, что кровь то приливает к голове, то вновь от нее отливает. На Земле же это устроено так, что некоторые птицы, перелетные птицы, то отлетают к экватору, то снова возвращаются обратно. Воздух, которым мы дышим, гонит кровь к голове. Мы пронизаны запахом в той степени, в какой мы являемся воздушным человеком. И кто, скажем, проходит по пашне, тот тоже в своем роде "удобряется", унавоживается, проходя там со своим воздушным человеком; поскольку ни твердый человек, ни жидкий человек не замечают навоза. Но газообразный человек, воздушный человек замечает его, и при этом у него возникает -- на основе сказанного мною вы поймете почему -- вполне понятное побуждение: ему хочется улететь прочь отсюда. В сущности, человеку постоянно хочется взлететь на воздух, если на пашне воняет навозом. Человек не делает этого потому, что у него нет крыльев. И поэтому человек обращает внутрь себя то, от чего он не может улететь прочь. Он обращает это внутрь себя. Это становится душевным. И следствием отсюда является то, что человек, насколько он представляет собой воздушного человека, внутренне полностью проникается запахом навоза, проникается газообразными, превратившимися в пар испарениями навоза. Человек при этом сам как бы унавоживается. И он говорит при этом: мне противно. Душевным является здесь это чувство отвращения.

Как в жидком человеке живет некий тонкий человек, которого мы, в некотором смысле похищаем у жидкого человека, благодаря которому мы ощущаем вкус, точно так же и в воздушном человеке живет тонкий человек, постоянно обновляемый нами при вдохе и выдохе, которого мы все снова и снова выталкиваем, который, собственно, каждое мгновение родится и умирает, родится восемнадцать раз в минуту, и снова умирает восемнадцать раз в минуту. Мы сами рождаемся иначе, не правда ли; мы при наших условиях становимся старыми. Твердый человек существует на протяжении многих лет, пока не умрет. С воздушным же человеком дело обстоит так, что он восемнадцать раз в минуту рождается при каждом вздохе и снова умирает при выдохе. Это постоянное состояние рождения и умирания. Это поистине так. И то, что здесь, внутри, подвергается извлечению, мы называем астральным телом, вот какое слово мы используем тут. Это именно так. Я говорил вам в последний раз*: я говорил, как то, что должно было бы находится здесь, внизу, выжимается наверх, переливается наверх и наращивается навстречу органу обоняния; я говорил, как оно способствует в нас мышлению: так вот, то, что содействует такому перемещению вверх, -- это и есть наше астральное тело. Ни один человек не сможет правильно понять головной мозг, который благодаря астральному телу наращивается навстречу носу, если этот человек не будет рассматривать весь этот процесс так, как я сейчас рассматриваю его. Это то, что непосредственно вытекает из правильного рассмотрения наших органов чувств.

* Имеется в виду перемещение сил от хвоста к голове.

Мы, люди, хотели бы постоянно летать благодаря нашему обонянию. Но летать мы не можем, поскольку мы имеем, всего-навсего вот эти затвердевшие лопатки. Птицы же могут летать. Почему же птицы могут летать? Господа, у птиц есть одна особенность, благодаря которой они могут летать, а именно: у птиц полые кости. Внутри костей находится воздух. И воздух, который птица вбирает через свой орган обоняния, он -- именно в качестве воздуха -- вступает в связь с воздухом, находящимся в костях птицы. Птица поистине является воздушным существом. Самым главным у птиц является то, что состоит из воздуха. Все остальное только нарастает сверху. И если вы рассматриваете птицу, имеющую много перьев, то вы видите, что все они высушены. Наиболее важным для птицы, даже для страуса, является то, что внутри каждой такой пушинки, внутри каждого перышка еще содержится немного воздуха, и со всем этим воздухом, из которого состоит птица, связан воздух, находящийся снаружи. Страус только ходит, так как он слишком тяжел, чтобы летать; но другие птицы летают.

У нас, у людей, на спине есть только лопатки, совершенно непригодные для полета, они совсем затвердевшие. Нам постоянно хочется летать с их помощью, но мы не можем этого сделать; тем самым мы вдвигаем весь спинной мозг в головной мозг и начинаем мыслить. Птицы не мыслят. Надо только как следует понаблюдать за птицами, и тогда будет видно, что все в них вкладывается в полет. Последний выглядит как разумное действие; однако это вызвано тем, что находится в самом воздухе. Птица не мыслит. Мы мыслим, поскольку не можем летать. Наши мысли являются, в сущности, трансформированными силами полета. В связи с человеком интересно то, что ощущение вкуса у последнего трансформируется в эмоциональную силу. Если я говорю: я хорошо себя чувствую, то при этом мне, в сущности, хочется плыть. Но я не могу плыть, и тогда это трансформируется во мне в хорошее самочувствие. Если же я говорю: мне противно, то, в сущности, мне хочется лететь. Но я не могу лететь, и тогда это стремление трансформируется в мысль: мне противно, запах нечистот мне противен. Все наши мысли, в сущности, являются трансформированными запахами. Человек потому и является столь совершенным мыслителем, поскольку все то, что собака переживает в носу, человек переживает в головном мозгу, с помощью того, на что я указывал здесь.. Мы, будучи людьми, чрезвычайно многим обязаны нашему носу. Видите ли, если у человека нет обоняния, если его слизистые оболочки носа атрофировались -- такие люди есть, у них отсутствует обоняние, -- то тогда у них также отсутствует и находчивость, изобретательность. Они тогда могут мыслить только благодаря тому, что они унаследовали от своих родителей. Это, конечно, хорошо, что мы тоже кое-что наследуем, ведь мы вообще не смогли бы жить в том случае, если бы не все органы чувств были у нас развиты. Слепорожденный тоже наследует внутреннюю часть глаза, и происходит это потому, что он является не только твердым человеком, но также жидким человеком и воздушным человеком.

Теперь мы увидели, насколько поразительно все это: твердое мы воспринимаем с помощью нашего осязания, посредством луковиц (рецепторов), повсюду входящих в кожу; жидкое, водное, мы воспринимаем с помощью чувства вкуса. Газообразное, воздушное, мы воспринимаем посредством луковиц (рецепторов), находящихся в слизистой оболочке носа. Но мы также ощущаем вокруг себя нечто другое, хотя тут ощущение носит более общий характер; это тепло и холод. И подобно тому, как любой из нас, будучи человеком, является частично человеком твердой фракции, частично человеком жидкой фракции и частично человеком воздушной фракции, так же является любой из нас и тепловой фракцией, куском тепла. Причем мы теплее, чем внешний мир.

Однако, видите ли, наука действительно не знает о том, что вкусовое начало является, по сути, водным человеком, а обоняющее начало является газообразным человеком. Наука всегда думает об этом так: вот тут вкусовые нервы входят в сосочки языка, и, по существу, все обстоит так, как если бы сам нерв ощущал вкус или запах. Однако это вздор. Во рту вкус воды ощущает водяной человек, а в носу вкус или запах воздуха ощущает воздушный человек. Когда же мы воспринимаем холод или тепло, то и то, и другое воспринимается посредством того теплового фрагмента, которым являемся мы сами. Непосредственным образом наружное тепло воспринимается теплом, находящимся внутри нас. И отличие теплового органа чувств от других органов чувств состоит именно в том, что этот тепловой орган чувств сам является теплом, тем теплом, которое выделяется другими органами. Мы, будучи людьми, имеем в нас самих фрагмент теплового мира, и этот фрагмент теплового мира воспринимает остальной мир, находящийся вокруг нас. Впрочем, когда мы что-то схватили, горячее или холодное, мы воспринимаем, конечно, только в том месте, за которое схватили. Но если зимой холодно, то мы воспринимаем весь этот холод вокруг нас, каждый из нас как человек является единым органом чувств; это точно так же относится и к летней жаре.

Таким образом, мы видим, как ошибается наука в этой области. Если вы когда-нибудь раскрывали научную книгу, то там все обстоит так, как будто бы весь человек представляет собой какое-то застывшее образование. Прорисовывают кости, мускулы, нервы. Но все это бессмысленно. Ведь все это вообще составляет только одну десятую часть человека. Остальное на девяносто процентов является жидкостью, так же и воздух находится внутри, и даже тепловой фрагмент, кусок тепла. Следовательно, к той фигуре, которую изображает материалистическая наука, следовало бы присоединить второго человека, -- водного человека, а также третьего человека, воздушного, и еще четвертого человека -- теплового человека. А иначе понять человека просто невозможно. И только благодаря тому, что мы тоже являемся фрагментом мирового тепла, причем мы теплее, чем наше окружение, мы чувствуем свою самостоятельность в мире. Если бы мы были так же холодны, как рыба или черепаха, то у нас не было бы никакого "я", мы даже не могли бы сказать себе "я". Точно так же, как мы никогда не смогли бы думать, если бы не трансформировали в себе запах -- следовательно, не имели бы в себе никакого астрального тела, -- так не имели бы мы никакого "я", если бы не имели в себе этого теплового фрагмента.

Теперь вы можете сказать: но ведь высшие животные тоже имеют в себе собственное тепло. Да, господа, эти высшие животные хотят обрести "я", но не могут. Как мы не можем плыть или лететь, так и эти высшие животные хотели бы стать "я", но не могут этого. Вот почему высшие животные облекаются в те формы, которые они имеют. По ним видно, что они, в сущности, хотели бы стать "я", но не могут. Из-за этого они и имеют самые различные облики.

Но мы, люди, имеем в себе эти четыре части: твердого человека, который по сути и является физическим человеком, материальным человеком; водного человека, который несет в себе жизненное тело, тонкое тело; газообразного человека, который несет в себе астральное тело, который постоянно то умирает, то снова обновляется в физическом, но в качестве астрального человека сохраняется на протяжении всей жизни; и фрагмент тепла, который мы имеем в себе и который является человеком --"я".

Орган теплового восприятия тоже, в сущности, распространяется по всему человеку, однако этот орган тонкий. Наука в этом отношении предпринимает нечто странное. Обследуя человека чисто материальным образом, находят у него тактильные рецепторы, осязательные луковицы, которые я вам описывал. При этом ученые говорят: если я хватаю находящуюся здесь коробочку, то посредством своих тактильных рецепторов, осязательных луковиц, я ощущаю эту коробочку как нечто твердое. Если коробочка достаточно холодная, то я и холод должен почувствовать посредством таких тактильных рецепторов, осязательных луковиц. Ученые постоянно ищут температурные рецепторы и тактильные рецепторы28, но не находят их! Раз за разом исследуются различные участки кожи. Поскольку некоторые из осязательных рецепторов выглядят несколько иначе, то считают, что они выполняют иную функцию. Но это бессмыслица. Тепловых рецепторов тут нет, поскольку тепло воспринимает весь человек в целом. Мы имеем только те рецепторы, которые служат для осязания твердого, для ощущения жидкого, то есть вкусовое чувство, и для ощущения газообразного, то есть для чувства обоняния. Там, где начинается орган теплового чувства, мы уже являемся в высшей степени легкочувствующим существом, а именно мы являемся тепловым фрагментом, который как раз и воспринимает наружное тепло. Если мы окружены таким теплом, в котором мы наиболее правильным образом можем сказать себе "я", то мы чувствуем себя хорошо; если же нас окружает холод, так, что мы мерзнем, то тогда этот наружный холод отнимает у нас тот тепловой фрагмент, которым мы и являемся. Наше "я" хочет оставить нас. Боязнь в нашем "я", -- вот то, что делает для нас воспринимаемым этот участок холода. Если кто-то замерзает, у него возникает страх за свое "я", причем этот страх возникает не без причины, так как в этом случае замерзающий вытесняет из себя свое "я" быстрее, чем следует.

Именно такие вещи постепенно все больше уводят нас от рассмотрения физического к рассмотрению внефизического, нематериального. И только таким образом мы можем понять человека.

После того, как мы изложили этот предварительный материал, мы можем на этой основе проводить весьма интересные рассмотрения. Давайте продолжим это в следующий раз.


ВОСЬМАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 23 декабря 1922 г.


Господа, как я говорил вам в последний раз, остается рассмотреть отдельные подробности, что я охотно сделаю сегодня. Может быть, вы во время Рождества сможете посоветовать, о чем следует говорить на ближайшем занятии так, чтобы ваши пожелания в этом направлении были учтены.

Для того, кто учится познавать мир, важны органы чувств: мы уже рассматривали такие из них, как глаз и ухо; также мы рассмотрели распространенное по всему человеку чувство осязания, рассмотрели чувство вкуса и чувство обоняния. Все эти чувства, однако, являются важными лишь для познания человеком его окружения, и для того, чтобы он -- как я это уже говорил вам -- мог сформировать свое тело. Жить благодаря своим органам чувств он не может, однако он может жить благодаря своему процессу дыхания. Следовательно, если вы спросите, почему вы являетесь прямостоящим существом, почему нос располагается у вас посередине лица, и так далее, то вы должны ответить так: потому что там-то и там-то находятся мои органы чувств. Но если вы спросите, почему вы живете, тогда вы должны обратить свой взгляд на свое дыхание, ибо дыхание связано с жизнью в целом. Люди дышат так же, как и высшие млекопитающие; однако есть много животных, которые дышат иначе. Так, например, дышат рыбы, живущие в воде. Они обладают способностью -- о ней я вам рассказывал в последний раз, -- которой человек не обладает, поскольку соответствующие органы у него атрофировались: рыбы дышат в воде, поскольку они могут плавать и постоянно жить только там. Итак, они могут дышать в воде.

Рассматривая человека, мы обнаруживаем у него процесс вдоха. Эти вещи я уже описывал вам с другой точки зрения; сегодня же мы рассмотрим данный процесс таким образом, чтобы вы смогли очень многое увидеть из него. Процесс дыхания является прежде всего процессом вдоха. Мы вдыхаем из окружающего нас воздуха; вдыхаем то, что необходимо нам для нашей жизни, -- кислород. Кислород распространяется затем по всему нашему телу; во всем нашем теле повсюду разбросан или, я мог бы сказать, повсюду плавает или даже летает углерод в форме мельчайших частичек.

Видите ли, углерод, который мы носим в себе, также находится в природе, причем этот углерод содержится там в различных модификациях. Прежде всего, углерод, как вы знаете, существует в виде каменного угля. Однако углерод имеется в наличии и в любом растении, так как растения состоят из углерода, воды и так далее; именно углерод является главнейшей составной частью растения. Если вы возьмете карандаш, внутри которого находится графит, то писать вы будете углеродом. И наконец, алмаз, являющийся ценнейшим материалом, драгоценным камнем, тоже представляет собой углерод. Алмаз -- это прозрачный углерод, каменный уголь -- это непрозрачный углерод. Интересен сам факт существования в природе такого вещества, которое, будучи углем, не годится для парадного костюма, ведь уголь совсем не элегантен; но то же самое вещество выступает как особенная драгоценность. Один из таких крупных камней, бриллиант, находится в короне английских королей; это то же самое вещество, но в иной форме. Этот углерод содержится внутри нас в самых различных формах.

Итак, мы вдыхаем кислород. Он распространяется в нашем теле повсюду и связывается с углем. Если кислород соединяется с находящимся в твердом состоянии углем, то образуется газ (углекислота), углекислый газ: углекислый газ является соединением кислорода и углерода. Этот углекислый газ мы затем выдыхаем. Следовательно, наша жизнь, в сущности, состоит в том, что мы включаем наше тело в остальной мир посредством вдыхания кислорода и выдыхания углекислого газа.

Мы, однако, могли бы сказать: если бы мы стали всегда вдыхать чистый кислород, то нам надо было бы иметь неизмеримо много углерода, и углекислота должна была бы оставаться в нас. Было бы так, что от вдыхания мы бы раздувались и в конце концов стали бы такими же огромными как сама Земля. Человек мог бы постоянно вдыхать, делать один-единственный гигантский вдох. Но углерода у нас не так много. Он должен все снова и снова обновляться. Мы не смогли бы жить, если бы мы постоянно только вдыхали. Мы должны снова выдыхать и вновь образовывать углерод. И тот углекислый газ, который мы образуем, -- это смерть.

Мы могли бы сказать: кислород является для нас жизнью, а углекислый газ -- смертью. Ибо если вы, например, наполните это помещение углекислым газом и войдете туда, то вам придется умереть. Мы всегда изменяемся, это состоит в том, что мы вдыхаем с воздухом жизнь, и в том, что с воздухом же мы выдыхаем смерть. В нас постоянно присутствует жизнь и умирание. Видите ли, интересно то, как вообще эта жизнь и смерть входят в человека. Для того чтобы понять это, я обращу ваше внимание на то, что в природе в целом, повсюду попадаются мельчайшие живые существа все ведь уже слышали о них -- это бактерии, бациллы. Всякий раз, когда мы проходим сквозь воздух, в этом воздухе летает бесчисленное множество таких живых существ.

Если вы возьмете какую-либо мышцу животного происхождения, то и там внутри живет бесчисленное множество маленьких живых существ. Да, эти маленькие живые существа -- я уже говорил вам об этом -- обладают свойством чудовищным образом размножаться. Как только где-нибудь появится одно, так тут же могут -- особенно это касается мельчайших -- появиться миллионы; они размножаются в чудовищном количестве. Это имеет отношение и к так называемым инфекционным болезням. Дело не в том, что эти мельчайшие существа вызывают болезнь, но если что-то в нас оказывается больным, то там они чувствуют себя особенно хорошо. Как растение на навозе, так и эти маленькие живые существа хорошо себя чувствуют в больном человеческом органе. Они особенно охотно присутствуют там. Тот, кто утверждает, что от этих маленьких живых существ происходит заболевание, тот, кто, например, говорит: грипп возникает от гриппозных микробов и так далее, тот столь же умен, как и утверждающий, что дождь начинается из-за квакающих лягушек. Конечно, когда идет дождь, лягушки квакают, так как они его чувствуют, ведь они живут в воде, которая приходит в возбуждение во время дождя. Точно так же и бациллы сами по себе не возбуждают гриппа, однако они присутствуют там, где есть грипп; так же и лягушки необъяснимым образом появляются, когда идет дождь.

Итак, с одной стороны, не следовало бы говорить, будто изучение микробов бесполезно. Оно необходимо для знания того, что человек подвержен болезни, так же как знают, что квакают лягушки, если идет дождь. Стало быть, не следует вместе с грязной водой выплескивать ребенка и говорить, что исследовать бациллы нет необходимости. Но, с другой стороны, необходимо знать, что бациллы не являются причиной болезни. Иначе никогда ничего толком не удастся понять, если только и будут говорить: есть бациллы холеры, есть бациллы гриппа и так далее. Лень приводит к тому, что люди не желают изучать действительные причины болезней.

Однако если вы возьмете такие бациллы, такие маленькие живые существа и удалите их оттуда, где они находятся, то они больше не смогут жить. Если вы решите извлечь бациллу холеры из кишечника человека и поместить ее, куда вам захочется, то это вам не удастся. Она может находиться только в кишечнике человека, или в кишечнике крысы, или в чем-то подобном. Следовательно, эти мельчайшие живые существа, для того чтобы иметь возможность жить, нуждаются в известной среде.

Почему это происходит так? Это действительно очень важная вещь; то, что эти мельчайшие существа имеют вполне определенную среду. Видите ли, в тот момент, пока, скажем, бацилла холеры находится в кишечнике человека, сила тяжести, к примеру, действует на нее не так сильно, как если бы она находилась снаружи; сила тяжести Земли сразу же разрушает бациллу холеры, если последняя оказывается вне своей сферы обитания.

Но такое же мельчайшее живое существо, как и указанное бесчисленное множество, представляет собой человек, когда он только начинает жить. Ибо человек, будучи яйцом (яйцеклеткой), зародышем, тоже представляет собой такое маленькое живое существо, ничтожное малое живое существо. Тут мы подходим к очень важному разделу, господа.

Давайте возьмем бациллу холеры и сравним ее с человеком. Эта бацилла холеры должна жить у человека в кишечнике. Все эти бациллы должны жить где-нибудь в таком месте, где они были бы защищены от Земли. Но что это означает: они должны быть защищены от Земли? Это значит, что на них воздействует нечто иное, нежели Земля. Фактически дело обстоит так, что на все эти живые существа действует Луна; дело обстоит странным образом: лунный свет, который то так, то иначе светит на Землю, оказывает свое влияние на них. Это именно так; эти живые существа должны быть защищены от Земли для того, чтобы они могли отдаваться космосу, макромиру и, главным образом, лунному влиянию.

Видите ли, человеческий зародыш в самом раннем состоянии тоже подвергается этому лунному влиянию. Он отдается ему перед тем, как благодаря мужскому семени наступает так называемое оплодотворение. Подобно тому, как бацилла холеры живет в кишечнике, так живет в организме женщины этот маленький зародыш человека, и он, в первую очередь, находится здесь под защитой. Но женский организм устроен так, что человеческий зародыш оказывается защищенным только вначале. В тот момент, когда он удаляется из тела, он уже больше не защищен; тут на него начинает действовать Земля. Это очень интересный факт.

Женщины каждые четыре недели извергают такие человеческие зародыши. Вначале, совсем недолго они подвергаются влиянию Луны. Тогда они защищены. Однако женский организм устроен так, что по истечении месячного периода человеческий зародыш должен быть выброшен наружу. Тут он попадает под влияние Земли, и влияние Земли разрушает этот зародыш человека.

Видите ли, человеческий организм устроен столь чудесным образом, что он создает нечто противоположное по отношению к бациллам, скажем, к бациллам холеры. Эти последние остаются в кишечнике, они защищают себя, забираясь подальше. Поскольку они предоставлены сами себе, они остаются там, где они могут быть защищены от земного влияния. Зародыш человека в теле матери тоже защищен от земного влияния, но он продвигается вперед, он должен продвигаться вперед благодаря кровообращению женщины, он выходит дальше, извергается наружу и попадает под влияние сил тяжести Земли. Он уничтожается всякий раз, когда у женского существа наступают месячные, связанные с движением Луны. Очевидно, что это связано с влиянием Луны. И каждый раз человеческий зародыш погибает. Он еще не является настоящим человеческим зародышем, ибо для того, чтобы он стал настоящим зародышем человека, он должен быть предохранен от гибели, а это происходит благодаря оплодотворению.

Что же все-таки происходит благодаря оплодотворению? Благодаря оплодотворению этот самый зародыш, который в ином случае, просто подвергается воздействием Земли, погибает, -- этот зародыш облекается в совсем тонкую материю, являющуюся эфирной; тем самым он становится защищенным от Земли и может созревать в теле матери; следовательно, оплодотворение от мужского начала означает защиту человеческого зародыша от земных сил. Следовательно, каждый раз, когда наступает оплодотворение, человеческий зародыш становится защищенным от уничтожения земными силами.

Однако дело обстоит так: подлежащие уничтожению человеческие зародыши переходят в окружающую среду. Естественно, они не исчезают бесследно. Они растворяются во всем окружении Земли. Так что постепенно нормальным образом происходит то, что по всему земному окружению распространяются тонкие оказавшиеся непригодными для Земли зародыши.

Видите ли, тут вы можете обратить свое внимание на то, на что люди обращают внимание очень редко. Отвлечемся от людей и посмотрим, например, на сельдей в море. Да, господа, сельдь откладывает миллионы и миллионы икринок. Лишь меньшая часть их будет использована. Те, которые окажутся оплодотворенными, будут защищены от земного влияния. Те, которые не будут оплодотворены -- у человека тут дело обстоит иначе, ведь человек не сельдь, по крайней мере, не всегда, -- итак, все эти неоплодотворенные икринки сельди отложенные в море, избегнут земного влияния благодаря тому, что они некоторым образом улетучиваются, испаряются. Так что если вы возьмете сельдь, любых других рыб или животных или даже человека, вы скажете: да, здесь мой взгляд сталкивается с тем, что постоянно восходит от Земли вверх в мировое пространство. Господа, испаряется и поднимается вверх ведь не только вода; от Земли постоянно уходят в мировое пространство такие неоплодотво-ренные зародыши. В мировом пространстве происходит гораздо больше событий, нежели считает материалистическая наука.

Если бы кто-нибудь, обладая соответствующим восприятием, находился вверху, на Венере, то его мало заинтересовали бы те испарения, которые восходят вверх, а затем вскоре выпадают в виде дождя. Однако то, что -- как я вам это описал сейчас -- постоянно восходит вверх в мировое пространство, он увидел бы оттуда сверху как зелено-желтый свет. Тут он постиг бы то, что жизнь какого-либо мирового тела излучает свет. Тогда он пришел бы к тому, что и Солнце не является таким физическим телом, каким представляет его материалистическая наука, но что там, вверху, на Солнце еще есть гораздо более мощная, более великая жизнь. И каждый раз происходит так, как я уже говорил вам однажды; то, что излучает свет, должно подвергаться оплодотворению, как должно подвергаться оплодотворению Солнце, для того, чтобы оно могло благодаря жизни излучать свет.

Однако тут имеется следующее различие: если человеческое яйцо не оплодотворено, то оно, в сущности, уходит в мировые пространства, испаряется туда; если же оно оплодотворяется, оно на протяжении некоторого времени остается на Земле.

Видите ли, то, что тут происходит, похоже на вдох и выдох. Если я только выдыхаю, то я отдаю свое существо мировому пространству точно так же, как отдает себя мировому пространству неоплодотворенное яйцо человека. Только подумайте, как это интересно вы выдыхаете; в воздухе, который вы выдыхаете, содержится ваш собственный углерод. Видите, как все это, в сущности, тонко. Вы только подумайте: сегодня вы имеете, например, в вашем большом пальце на ноге небольшое количество углерода. Вы делаете вдох. В вас распространяется кислород. Небольшая часть углерода, которая еще сегодня находилась в вашем большом пальце на ноге, связывается с кислородом и как углекислый газ выходит наружу, так что эти частички углерода завтра окажутся где-нибудь в мире, на много миль вокруг. Это именно так и происходит. Человек при жизни постоянно имеет в себе то же самое, что имеет и человеческая яйцеклетка, если она оплодотворена. Если бы мы также выдыхали и никогда не вдыхали, то мы бы постоянно умирали, мы стали бы постоянно растворяться в мировом пространстве. Но мы снова делаем вдох и защищаем себя от умирания. Каждый раз, когда мы делаем вдох, мы защищаем себя от умирания.

Однако, видите ли, ребенок, находящийся в материнском теле, возник из оплодотворенного человеческого яйца, яйцеклетки, созревающей в теле матери. Но свое первое дыхательное движение, первый вдох по отношению к внешнему воздуху он делает только тогда, когда он -- как порой красиво говорят -- видит свет мира. Когда он появляется на свет, в момент рождения он делает первое дыхание. Итак, ребенок делает первый вдох-выдох, когда появляется на свет. До этого он должен обеспечиваться кислородом из тела матери. И здесь происходит нечто совершенно особенное. Тут происходит то, что человек получает от внешнего мира возможность жить. Ведь он не мог бы жить без кислорода. Однако в теле матери он все-таки живет, хотя внешний воздух не дает ему кислорода. Он сам должен добывать этот кислород из тела матери.

Следовательно, можно сказать: когда человек вступает на Землю, выходя из тела матери, он, в сущности, изменяет весь свой жизненный процесс. Из всего его жизненного процесса возникает нечто иное. Он вбирает наружный кислород, в то время как, находясь в теле матери, он должен был добывать этот кислород внутренним образом. Подумайте, есть ли где-нибудь в мире машина, которая могла бы подогреваться то так, то так*? Ведь мы живем в течение девяти месяцев или десяти лунных месяцев в теле матери, перед тем как выйти во внешний мир. И тут мы добываем себе все, что нужно нам для жизни, совсем иным образом, нежели после того, как мы сделаем первый вдох.

* т.е. получать топливо то изнутри, то снаружи.

Теперь мы хотим рассмотреть нечто иное, связанное с этим вопросом, к которому мы после снова вернемся. Представьте себе, что у вас немного нарушен сон. Вы, вероятно, уже переживали, что при нарушенном сне во время пробуждения возникают страшные сновидения. Вы, вероятно, переживали уже, что при пробуждении вам снится сон, что вы где-то были и, вернувшись, обнаружили, что ваш дом заперт и войти туда нельзя. Но в доме вас кто-то ожидает. Вам хотелось бы скорее войти туда, и вы мучительно пытаетесь открыть дверь. Это или нечто подобное вы, возможно, уже переживали. Во сне может возникнуть такое пугающее состояние.

Если же исследовать потом, что происходит, когда у человека возникают страшные сновидения, то всегда обнаруживается: что-то не в порядке с дыханием. Также страшные сновидения, кошмары можно даже создавать экспериментально. Если вы возьмете носовой платок и закроете им рот или нос, то вам приснится отличный кошмар -- имеется в виду не содержание сна, а то, что это качественно страшный сон, -- и это происходит от того, что вы не можете нормальным образом вдохнуть.

Своеобразие заключается в том, что наличие или отсутствие таких кошмаров связано с тем, как мы делаем вдох и выдох, следовательно, связано с кислородом и углеродом. Из этого мы могли бы увидеть, что со своим душевным началом мы живем в воздухе. Не в мускулах или костях живем мы нашим душевным (началом); нашим душевным мы живем в воздухе. Само наше душевное, по существу, вплывает в нас вместе с воздухом при вдохе и выдохе. Это так. Так что мы можем сказать: душевное начало подыскивает себе тот воздух, в котором оно вплывает в человека после того как дитя сделает первый дыхательный цикл. До этого оно вбирает кислород иным образом.

Мы когда-нибудь изучим, откуда получает человек кислород до этого (то есть до рождения). Ведь до этого у человека дыхания, собственно, не существует. В теле матери у человека еще нет дыхания, но все поступает через соки. От тела матери в эмбрион, в зародыш человека входят всевозможные сосуды, которые впоследствии будут оборваны, и при их посредстве вместе с соками, вместе с жидкостями приходит и кислород. Так что человек при рождении переносит свой жизненный принцип из жидкости, из водного начала в воздух. Следовательно, человек из водного начала, в котором он имел свой жизненный принцип до рождения, переносит этот жизненный принцип в воздух, когда родится.

Отсюда вы можете прийти к заключению, что, во-первых, человек* еще перед тем, как он будет оплодотворен, вообще является существом, не созданным для Земли, точно так же, как бациллы не созданы для Земли. Сначала человек является существом, вовсе не созданным для Земли. После того как он становится защищенным от земных сил**, он может развиваться дальше в теле матери; однако как только он родится и, следовательно, покинет среду материнского тела, не будет больше защищен средой материнского тела, он подвергнется воздействию земных сил. Тогда он будет жизнеспособным только благодаря тому, что сумеет развить ту деятельность, посредством которой он сможет жить, так сказать, в воздухе. Теперь он во время своей земной жизни сам защищает себя от сил Земли тем, что он живет не с Землей, а живет с воздухом.

* Имеется в виду яйцеклетка.

** т.е. после оплодотворения яйцеклетки.

Только представьте себе, что было бы, если бы вам приходилось жить с Землей! Встаньте как-нибудь на весы, ведь вы кое-что весите; худой меньше, толстый больше, не так ли? А теперь представьте себе, что вам приходилось бы все время, держась за собственную шевелюру, таскать всю эту тушу, нести весь ваш вес. То-то был бы отличный буксир! Ведь вы совсем не чувствуете, что означает для вас земная тяжесть, вы не ощущаете этого. Почему? Да потому, что дыхание защищает вас от земной тяжести. Ведь вы вместе с вашей душой живете не в вашем теле, вы вместе с вашей душой живете в вашем дыхании.

Видите ли, вам было бы нетрудно понять, почему материалистическая наука не обнаруживает никакой души. Материалистическая наука ищет эту душу в теле, которое подвержено тяжести, оно тяжелое, к тому же такие поиски ведутся в теле, которое больше не дышит, которое уже мертво. Его вскрывают. Конечно, никакой души здесь найти не могут. Там внутри ее нет. Материалистическая наука могла бы найти душу только в том случае, если бы мы странствовали по миру, таская при этом себя на самих себе -- нам приходилось бы немало попотеть, таская самих себя. Тогда имело бы смысл искать душу с помощью материалистической науки. В противном же случае это вообще не имеет смысла. Ведь нам приходится потеть от чего-то другого, а не от того, что мы носим себя на себе. Мы вообще не могли бы жить, если бы, выходя из тела матери, мы имели лишь твердые составные части -- их у нас вообще всего несколько процентов. Мы также не могли бы жить в нашей жидкости: это для нас пройденный, пережитый этап*. По существу, однако, мы живем с нашей душой в дыхании.

* Имеется в виду эмбриональное состояние.

Теперь, господа, вы отправитесь со мной в тот самый путь, который для нашего времени представляет исключительную, первостепенную важность. Допустим, что это эмбрион человека (см. рисунок 19). Я хочу красными штрихами обозначить его твердые части, а жидкие -- желтыми.


Рисунок 19


Это его жидкое. Кроме того, его еще окружает многое. Затем при рождении он выходит наружу, становится настоящим человеком. Теперь он вдыхает воздух с помощью легких и снова выдыхает через нос. Сейчас вы можете, я бы сказал, с полной очевидностью воспринять следующее: когда человек родился, когда он, следовательно, уже находится здесь, он со своим душевным началом живет в своем дыхательном процессе. Покуда он живет в теле матери, он живет в жидкости, в воде. То, чем человек является как таковой, в некотором смысле перепрыгивает из воды в воздух, когда человек родится. Следовательно, то, что живет в нас, пока мы странствуем на Земле в качестве уже родившегося человека, может жить лишь в воздухе. Попробуйте как-нибудь прыгнуть в воду и проверить, сможете ли вы там жить и дальше! Вы должны уметь плавать, чтобы как можно скорее вынырнуть, иначе вас придется выуживать оттуда. Если вы просто прыгнете в воду, то жить там вы не сможете; вы как земной человек можете жить только в воздухе, вы не можете жить в воде. Но ведь перед рождением вы живете в воде. Вплоть до третьей недели вы даже сформированы как маленькая рыбка, для того чтобы вы могли жить в воде. До поры до времени вы живете в воде. Земля не позволяет вам жить в воде. До рождения же вы живете в воде. Что это значит? Это значит, что ваша жизнь не может приходить от Земли, она должна приходить из того, что вне Земли, ибо Земля не позволяет вам жить. Вы -- уже как родившийся человек -- должны переместиться вверх от Земли в воздух для того, чтобы вы могли жить.

Однако вплоть до вашего рождения вам приходится жить в воде. Следовательно, ваша жизнь приходит к вам не от Земли. Земля не может дать вам жизнь. Ту душевную жизнь, которой вы обладаете, пребывая и перемещаясь на Земле, эта Земля дать вам не может. Здесь вы должны были бы быть маленьким призраком, который может дышать: но призраки не могут дышать. Итак, для Земли это невозможно: дать вам вашу жизнь, вашу душевную жизнь. Следовательно, эта душевная жизнь приходит откуда-то из внеземного. Кто понимает, как жизнь присутствует в процессе дыхания и как эта жизнь, пока еще в водной стихии, присутствует в ребенке, находящемся в теле матери, тот поймет и то, что в материнский плод эта жизнь входит, спускаясь из духовного мира.

Видите ли, такое суждение люди часто называют ненаучным. Однако можно освоить многое в науке и прийти к следующему выводу: то, что делают ученые в этой науке, гораздо, гораздо менее логично, чем то, что я рассказывал вам: ибо то, что я рассказывал вас сейчас, абсолютно логично. К сожалению, в наше время детей еще в школе дрессируют таким образом, что они в более позднее время ничего подобного не слышат; а если и услышат, то в лучшем случае отреагируют так: тот, кто так говорит, просто дурак (ein verrЭckter Kerl), ведь мы еще в школе изучали, как все развивается из человеческого эмбриона.

Но как они это изучали? Они изучают это примерно так, как если бы кто-то стал кому-то доказывать, что голова человека вырастает из гортани. Столь же мало может из человеческого зародыша вырасти всё чисто человеческое, вся человеческая деятельность, осуществляемая во время жизни, сколь мало может из гортани вырасти человеческая голова. Но детям еще в школе доказывают подобные совершенно бессмысленные вещи.


Рисунок 20


Я вам однажды уже приводил подобный пример. В настоящее время совсем маленьким детям доказывают следующее говорят когда-то Земля вместе со всей Солнечной системой была гигантской древней туманностью (см. рисунок 20).

Туманность, конечно, ничего не делает, если она в покое. Поэтому говорят: она вращается, она быстро вертится. Если туманность вертится, то она постепенно разрежается, становится более тонкой; затем от нее отделяются отдельные тела, а в середине остается круглое тело. Изложив все это, затем говорят: сказанное можно моделировать. Берут небольшую шайбу из картона29, нанизывают ее на иглу, добавляют каплю масла в стакан воды, капля плавает сверху. Вращая шайбу*, приводят в движение масляную каплю, от нее отделяются маленькие капельки, а в середине остается большая капля масла. Это и есть маленькая планетная система с Солнцем. Вы видите, дети -- так говорят -- всегда можно все это проделать в уменьшенном виде. Все очень ясно: когда-то был туман, он вращался, и от него постепенно отщепились мировые тела, а в середине осталось большое мировое тело.

* погруженную в каплю.

Однако, господа, при этом не следовало бы забывать самого главного. Почему эта капля масла вращается? Потому что есть учитель, который ее вращает. Следовательно, вовне, в мировом пространстве должен быть некий огромный мастер-учитель, он сидит на стуле и вращает туманность, после чего от нее отщепляются планеты! Господа, если в школе детям все это заблаговременно доказали, то позднее они становятся "умными" (в кавычках) людьми: если кто-нибудь хочет оставаться логичным, и проявляет сомнения, они говорят ему: не фантазируй, дурак, мы еще в школе изучали, как возник весь этот мир!

Видите ли, такие мысли не соответствуют реальности, они не отвечают действительности. Эта мировая туманность, которую когда-то придумали Кант и Лаплас, не соответствует действительности; было бы даже глупо называть действительностью такую вращающуюся мировую туманность. Единственная тому причина состоит в том, что, глядя в телескоп, в далях мирового пространства можно увидеть вот такую якобы спиральную туманность. Несомненно, там, вовне есть такие спиральные туманности (см. рисунок 21), это правильно.


Рисунок 21


Но тот, кто, увидев в телескоп эту спиральную туманность, скажет: ну, да, такой спиралью была когда-то вся наша Солнечная система, кто скажет так, тот столь же разумен, как тот, кто, видит вдали рой комаров, но принимает его за облако пыли. Ведь можно рой комаров принять за облако пыли; при этом забывают о том, что рой комаров живет, а облако пыли мертво. Спиральная туманность именно, живет, она имеет в себе жизнь. Так и вся Солнечная система раньше тоже имела в себе жизнь, имела в себе единую духовность. Эта духовность действует и в настоящее время. Если в теле матери зародыш человека (яйцеклетка) благодаря оплодотворению становится защищенным, то затем этот защищенный человеческий зародыш может связать себя с человеческим духом.

И затем, когда мы постепенно становимся старше, тяжесть становится все ощутимей из-за того, что отдельные принадлежащие нам вещества подвергаются тяжести. Представьте себе, что это человеческая голень (см. рисунок 22) допустим, что человек страдает внутренними нарушениями пищеварения; как следствие присущий жизни порядок нарушается. В мышцах образуются маленькие твердые кристаллы. Мышцы наполняются маленькими твердыми частицами, мельчайшими мочевыми камнями, и у нас возникает подагра. Тогда мы начинаем замечать тяжесть.


Рисунок 22


Если же мы здоровые люди и кислород благодаря легким проходит через наше тело и оживляет его нормальным образом, то эти маленькие мочевые камни не возникают, и у нас не появляется подагра. Подагра возникает только тогда, когда кислород проходит через наше тело, неправильным образом оживляя его, неправильно соединяясь с углеродом. Если кислород проходит через наше тело неправильным образом, тогда углерод становится причиной возможных отклонений от нормы, тогда повсюду в наших кровеносных сосудах образуются мельчайшие крошки. Мы передвигаемся и ощущаем это как воздействие Земли. Именно от него мы должны быть защищены. Мы живем, в сущности, только благодаря тому, что мы дыханием постоянно защищаемся от Земли и ее влияний. Земля только из-за того не является для нас вредной, что мы постоянно защищаемся от нее. Если бы мы постоянно подвергались влиянию Земли, мы постоянно были бы больны. Это очень интересное обстоятельство.

Видите ли, примерно с середины XIX столетия, в то время, когда естественная наука достигла на ниве материализма наибольшего успеха, люди были совершенно одурманены этим и хотели объяснить все, что происходит на Земле. Это были особо воодушевленные, как их тогда называли, "вещественники" и вульгарные материалисты, особенно одаренными среди них были "Толстый Фогт" из Женевы, Молешотт и так далее. Это были очень умные люди. Они освободили человечество от многого. Тут о них сказать нечего, их даже можно похвалить; однако они целиком и полностью увязли в естественнонаучном прогрессе и всего человека хотели объяснить так, как если бы на него оказывалось только земное влияние. Они забывали лишь одно: как только земное влияние начинает действовать на человека, он сначала становится нервным, потом тем или иным образом заболевает. Человек здоров именно потому, что он постоянно защищен от земного влияния.

Но постепенно оно подступает к нему, это земное влияние. В чем же таком особенном оно проявляется? Это земное влияние особенно проявляется в том, что больше по-настоящему не понимают, в чем смысл искусства дыхания. Человек постепенно разучивается правильно дышать. Когда же он совсем разучится, он уже не может больше нормальным образом вздохнуть, он окажется в том состоянии, в котором он находился перед тем, как наступило оплодотворение*. Сначала он растворяется в мировом эфире и уходит назад в тот мир, из которого он пришел. Тот, кто правильно понимает дыхание, понимает также рождение и смерть. Однако вся современная наука не понимает дыхания правильно.

* Имеется в виду состояние еще неоплодотворенной яйцеклетки.

Я хотел попытаться прояснить для вас, как человек с помощью женской яйцеклетки учится жить совместно с миром, как он затем благодаря мужскому оплодотворению учится в течение какого-то времени жить на Земле, как после этого он переходит в то состояние, в котором он снова может жить один вне Земли. Постепенно человек учится понимать рождение и смерть; лишь тогда он начинает приобретать правильные представления о том, что он является душевным существом, что он не родится и не умирает, но приходит извне, соединяется с яйцеклеткой (зародышем) в матери и снова уходит вовне, в духовный мир.

В настоящее время, правильным образом развивая естественную науку, необходимо обрести понимание душевного начала, не подлежащего ни рождению, ни смерти. Видите ли, это именно то, в чем настоятельно нуждается в настоящее время человечество. Человечество столетия и тысячелетия обладало верой в бессмертие; однако эту веру оно не в состоянии сегодня подтвердить: вам лишь говорят сентенции, распадающиеся перед лицом естественной науки, обращающиеся перед лицом естествознания в ничто. Все то, во что сегодня приходится верить, человек должен быть в состоянии познавать. Надо, правильным образом опираясь на естествознание -- как я делал это здесь у вас в ходе этих лекций -- учиться понимать духовное. Задача Гётеанума и вообще антропософии состоит в том, чтобы, опираясь на естествознание, правильным образом понять духовное.

Видите ли, господа, люди с трудом привыкают к пониманию чего-то нового. Сейчас Рождество. Люди могли бы сказать себе: мы должны по-новому понять, каким образом в человеческом роде живет дух. Если бы люди задумались над тем, каким образом в человечестве живет дух, если бы они попытались достичь настоящего знания об этом, то тогда все бы обновилось у нас. Мы могли бы по-новому праздновать Рождество, мы смогли бы праздновать Рождество так, как это следует делать в настоящее время. Вместо этого люди остаются в прежнем положении: в науке исследуют только мертвое, а наряду с этим передают старые традиции, с которыми ничего осмысленного связать уже не могут. Мне хотелось бы знать, какой смысл вкладывают в Рождество те люди, которые сегодня делают рождественские подарки и празднуют Рождество. Совершенно никакого! Они делают это в согласии со старыми традициями. А параллельно с этим изучается естествознание, наполненное внутренними противоречиями. Нигде не желают разглядеть в самом естествознании основу того, что может привести к познанию духовного.

Однако уже сегодня можно сказать: если христианству суждено еще сохранить смысл, то оно должно решиться снова подойти к действительному знанию о духе. В этом состоит его единственная возможность, а не только в передаче старых традиций. Не правда ли, по старым обычаям людям в праздничное время положено читать Библию, но что это, в сущности, значит? Даже детям в школе зачитывают обычную Библию, но какое это имеет значение, если тут же рядом кто-то говорит: была древняя туманность, и она вращалась? Ведь из-за этого между умом и сердцем создается полное противоречие! Видите ли, человек вообще разучивается быть на Земле человеком, так как он совсем не знает себя. Глуп тот, кто верит, что мы, люди на Земле, состоим из того, что имеет тяжесть, только из этой туши, которую мы ставим на весы, когда взвешиваемся. Мы в ней совсем не нуждаемся. Глуп тот, кто верит, что мы состоим из этих материальных веществ, имеющих вес. В действительности мы почти не замечаем эту "тушу", поскольку мы защищаем себя от этого, чтобы не заболеть. И лечение болезни состоит в том, чтобы снова устранить земное влияние, оказывающее воздействие на больного. Кто разобрался в этом, тот знает, что всякое излечение, в сущности, основывается на том, чтобы снова удалить человека от земного влияния. Если же его не удалить от Земли и ее влияния, то излечить его не удастся. Затем он укладывается в постель, отдается весу, его носит постель. Сам он себя не носит, если лежит.

Так что мы имеем дело, с одной стороны, со старыми традициями, а с другой -- с современной наукой, совершенно не объясняющей человеку, чем он как человек является. Ничего хорошего из этого получиться не может. Видите ли, ведь даже Мировая война со всеми ее последствиями, которым мы подвергаемся и по сей день, могла бы не состояться, если бы люди прежде хоть что-нибудь знали о своей человеческой сути. Но они и сейчас не хотят этого знать. Сегодня они хотят снова и снова собираться на конгрессы без новых мыслей, хотят снова и снова повторять старое. Они не готовы, нигде они не готовы получать новые мысли, сражаться за них. Ведь то, что сперва является для человечества спутанной мыслью, становится затем жизненной привычкой; таков сегодня наш социальный порядок. И нам не удастся ничего достичь в мире, пока мы вновь правильно не почувствуем человека внутренне, не почувствуем, чем он, в сущности, является.

Вот что, собственно, представляет собой Рождество для тех, кто понимает, чего хочет антропософия. Рождество должно напоминать нам о том, что духовная наука должна родиться заново. Лучшее духовное существо, которое может родится -- это духовная наука. Человечество нуждается в таком Рождестве. Иначе ему не останется ничего иного, как от Христа удержать при себе только крест, а Живого Христа изгнать. Обычная наука и представляет собой только крест. Но мы должны снова прийти к живому. Вот то, к чему следует стремиться.

Вот, господа, то, что я хотел сказать сегодня в качестве завершения сказанному прежде. Я желаю вам по-настоящему хороших праздничных дней!


ДЕВЯТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 27 декабря 1922 г.


Предлагаются вопросы:

1. Вопрос о зарождении болезни.

2. О сенной лихорадке (сенном насморке, rhinitis vasomotorica periodica)

Спрашивающий в течение лет страдает сенным насморком. Он слышал, что раньше приходилось лечить таких пациентов. Если начинают делать инъекции, причем еще с января, февраля, а не тогда, когда болезнь вступила в более отягчающую фазу, то может наступить улучшение. Ему об этом сказал врач из Базеля. Улучшается кровь. Должен ли он делать то же самое с лекарством от сенного насморка, сенной лихорадки?

Доктор Штайнер: Это правильно, но тут имеется одна небольшая проблема. А именно: то средство, которое используется у нас, пригодно лишь в качестве профилактического, то есть оно обладает упреждающим действием, и поэтому должно применяться в течение недели перед тем, как наступает рецидив сенной лихорадки; единственная проблема состоит в том, что пациенты приходят только тогда, когда сенная лихорадка, сенной насморк уже мучает их.

Именно сегодня мы получили очень интересное письмо, в котором кто-то описывает другое средство от сенного насморка30. Обнаруживший иное средство от сенного насморка пишет, что это его средство от сенного насморка является лишь симптоматическим -- смягчающим, успокаивающим, и оно помогает в случае отдельных приступов сенного насморка. В то же время, по его собственному мнению, наше средство, особенно если его курс проводят дважды с большим промежуточным интервалом, освобождает от сенной лихорадки, от сенного насморка на длительное время.

Следовательно, дело обстоит так, что для нас было бы гораздо лучше, если бы болезнь вместо мая или июня могла бы начинаться в январе или феврале. Однако, как правило, приходят только тогда -- и это тоже понятно, -- когда болезнь уже в полном разгаре.

Однако с нашим средством от сенного насморка дело обстоит так, что если в период внешнего проявления болезни, являющийся лишь заключительным пунктом внутреннего развития болезни, это средство дают больному -- особенно, если его используют повторно через один год; его не нужно использовать снова и снова, -- то тогда больной защищается от вновь возникающих рецидивов, потому что в этом случае считаются с тем, что болезнь всегда проявляется во всем организме в целом, и только применительно к какому-то отдельному органу она особенно выходит наружу.

Поскольку я должен объяснить вам это, мне хотелось бы поговорить о различных общих формах возникновения болезни, когда она приходит изнутри. Я уже давал на эту тему отдельные пояснения, теперь же мне хочется объяснить вам, как возникает болезнь, если она имеет внутреннее происхождение. Конечно, очень легко понять, почему человек заболел, если он сломал ногу или разбил себе голову при падении. Здесь именно внешним образом видно, что является причиной болезни*. Но при так называемых внутренних болезнях** зачастую думают не о том, откуда они возникли, а каким образом они внезапно появились. И это связано с вопросом, который прежде ставил каждый, с вопросом, как происходит то, что, находясь вблизи от определенного больного, можно от него заразиться. Внешняя наука отвечает на это очень легко, она говорит: от больного, у которого, например грипп, разлетаются бациллы, затем я вдыхаю эти бациллы, и они вызывают у меня болезнь. Получается нечто, подобное тому, как если бы меня кто-то стукнул мотыгой, и от этого я заболел: больной набросал в меня кучу бацилл, бомбардировал меня ими, и от этого я заболеваю. Однако эти вещи совсем не так просты, дело тут обстоит иначе. И вы сможете это понять, если будете исходить из того, что человек даже в своей повседневной жизни всегда чуть-чуть болен и всегда немножко лечится. В сущности, наша обычная физическая жизнь состоит в том, что мы всегда немножко болеем и всегда немного лечимся. Но это не следует понимать совершенно буквально. Немного болен каждый из нас, если он испытывает жажду, если он голоден, и он немного лечит сам себя, если он пьет или ест. Ведь вы понимаете, было бы правильным сказать так: голод является проявлением болезни, если он продолжается длительное время. От голода умирают. В конце концов, от голода умирают, а от жажды -- гораздо скорей. Следовательно, уже в обычном, повседневном быту это подобно началу болезни. Каждый глоток воды приносит излечение, любой прием пищи, в сущности, исцеляет.

* Имеется в виду посттравматическое состояние.

** Речь пойдет в большей степени об инфекционных болезнях.

Однако сейчас мы должны сделать для себя ясным, что же происходит, если мы испытываем голод, если у нас возникает жажда. Итак, берем первое: допустим, мы испытываем голод. Видите ли, наше тело внутренне беспокойно, оно постоянно совершает некую внутреннюю деятельность. И эта внутренняя деятельность, в которой постоянно пребывает наше тело, я мог бы, хотя и приблизительно, пояснить вам следующим образом с помощью рисунка. Представьте себе, что это некая частица нашего тела (см. рисунок 23) и в эту частичку нашего тела мы, благодаря питанию, даем возможность попадать питательным веществам, следовательно, внешним веществам, принимаемым нами благодаря питанию. Теперь они находятся внутри. Через рот с помощью пищеварительного тракта мы вобрали их в тело.


Рисунок 23


Но, видите ли, когда эти питательные вещества входят в нас, все наше человеческое существо сразу же восстает, протестует против этих питательных веществ. Человеческое существо не позволяет этим питательным веществам оставаться в том виде, каковы они есть, оно разрушает их. Питательные вещества сначала должны быть разрушены, должны быть раздроблены. Уже во рту они растворяются. Они должны быть вообще уничтожены. Они будут уничтожены. И это происходит потому, что внутри нашего тела постоянно осуществляется некая никогда не прекращающаяся деятельность. Эту деятельность надо рассматривать так же, как надо рассматривать пальцы или руки, поскольку организм постоянно пребывает в этой внутренней деятельности. Нельзя делать так, как делает обычная наука; она просто смотрит, как вы съедаете кусок хлеба, как затем этот хлеб растворяется во рту, как он затем распределяется в теле; необходимо обращать внимание на то, что тело, организм человека постоянно проявляет активность. Подумайте вот о чем: имеется в наличии тело человека, я ничего не вкладывал в него, в него ничего не поступает, хотя время обеда давно миновало -- проходит четыре, пять, шесть часов, а в него ничего так и не поступило, -- однако же деятельность в теле не прекращается.

Итак, то, что я здесь изобразил красным, я буду рассматривать как то, что мы обычно видим, а то, что является внутренней деятельностью, я сейчас обозначу желтым. Но это желтое находится в непрерывном содрогании, в непрестанной деятельности. Видите ли, сейчас вы в некотором смысле являетесь пустым мешком, в котором, однако, неспокойно, там внутри шумит. Вы находитесь во внутренней деятельности. И пока вы предоставляете какой-либо материал для этой внутренней деятельности, материал, на который вы можете направить внутреннюю деятельность, последняя довольствуется им. Это особенно очевидно проявляется после обеда, когда внутренняя деятельность может растворять и уничтожать все вещества, от чего она испытывает удовлетворение. Видите ли, есть разница между этой внутренней деятельностью и человеком в целом, одним из нас. Человек может быть ленивым. Но эта внутренняя деятельность не может быть ленивой, она никогда не прекращается. И если я ничего не поглощаю, то это подобно тому, как если бы у меня был пустой мешок из-под муки, но там внутри была бы некая деятельность, даже если я удалил оттуда все материальное. Духовная наука называет это астральным телом по причинам, о которых я вам позднее еще буду говорить; оно никогда не ленится, оно постоянно активно. Если оно может направить свою деятельность на раздробление, разрушение, растворение этих пищевых продуктов, тогда оно испытывает чувство внутренней, радостной удовлетворенности, оно испытывает внутреннее удовольствие. Если же я не ввожу в тело пищу, оно проявляет недовольство, и выражением этого неудовольствия является голод. Голод не является покоем; голод является некой деятельностью в нас. Так что мы можем сказать: голод действительно является некой душевно-духовной деятельностью в нас, которая не может удовлетвориться. В действительности это происходит так, что можно сказать: эта деятельность в нас такова, что она влюблена в пищу, если же она не получает пищи, тогда она недовольна подобно любовнику, от которого убежала возлюбленная. Эта неудовлетворенность и есть голод. Голод -- это нечто целиком и полностью духовное.

Деятельность, развиваемая здесь, внутри, состоит, следовательно, в том, чтобы перемолоть пищу, чтобы ее пригодная составляющая могла перейти в кровеносные сосуды, а остальное, через мочу или фекалии, могло быть выброшено. Таким образом, здоровая регулярная деятельность человека осуществляется так, чтобы создать астральному телу условия для нормальной работы, для правильного разрушения и растворения пищевых продуктов, для того, чтобы внедрить в тело то, что пригодно, а непригодное выбросить. Такая деятельность человека не может быть примитивной, тривиальной, в этой внутренней деятельности скрывается необычайная полнота мудрости. Допустим, что здесь, вверху, находятся легкие (см. рис), а дальше, внизу, мы имеем селезенку. Тут наверху -- легкие, а тут, внизу -- селезенка. Как к легким, так и к селезенке подходят кровеносные сосуды, через которые в течение всего времени посылаются растворенные продукты питания, видоизмененные питательные средства. Но ведь для легких необходимы совсем другие вещества, нежели для селезенки! Если вы рассмотрите эту деятельность, которую я описал вам как астральное тело, окажется, что это астральное тело гораздо разумнее, чем сам человек. Человек в приготовлении не участвует, разве что запихивает пищу себе в рот. Но эта описываемая мною деятельность производит распределение -- как если бы вы занимались отделением двух веществ друг от друга, чтобы одно из них подбросить туда, где оно необходимо, а другое -- сюда. Вот на что направлена эта деятельность. Она выделяет некоторые вещества и отправляет их в легкие, одни вещества она отправляет в селезенку, другие -- в область гортани и так далее. Здесь внутри совершается процесс распределения. То, что мы называем нашим астральным телом, является необычно мудрым, оно мудрее, чем мы сами. Если сегодня вы спросите самого образованного человека, смог бы он устроить так, чтобы необходимые вещества доставлялись ему в легкие, или к гортани, или в селезенку, он не будет знать, что сказать на эту тему. Но все-таки внутренне человек об этом знает; его астральное тело знает. Вот что представляют собой эти вещи, если их рассматривать правильно.

Однако это астральное тело тоже может поглупеть, хотя и не настолько, как это бывает с человеком, но его собственная разумность тоже может притупиться. Астральное тело тоже может стать глупым. Допустим, что оно стало глупым следующим образом.

Человек, благодаря тому, что он родился, внутреннее наделяется некоторыми силами. Его астральное тело, иначе говоря, то начало, что является деятельным в нем, которое испытывает голод, предназначено, собственно, не только для того, чтобы развивать такую внутреннюю деятельность. Деятельность, развивающаяся тут по отношению к продуктам питания, развивается и в том случае, если человек сидит целый день подобно фарфоровой статуэтке, подобно восточному изваянию божества; и в этом случае астральное тело все равно пребывает деятельным. Но этого недостаточно. Ведь мы должны также делать что-то и внешним образом. Мы должны перемещаться. Даже если нам совсем не надо работать, мы все-таки должны гулять. Астральное тело требует, чтобы мы перемещались. У каждого человека это происходит по-разному: одному требуется больше движений, другому меньше.

Допустим, что кто-то еще от рождения имеет задатки вести сидячий образ жизни. В его глупой голове, можно также сказать, в его "я" возникает удовольствие от сидения. Если он много сидит, тогда как его астральному телу необходимо много передвигаться, то его астральное тело становится глупым; то же самое происходит, если человек ходит до изнеможения. В обоих случаях астральное тело становится глупым и перестает упорядочение исполнять работу по правильному разделению пищи, правильному направлению ее в органы: оно делает это бестолково. Скажем, например, ему больше не удается направлять нужные вещества к сердцу или к гортани правильным образом. И тогда кое-что происходит! Если, скажем, к сердцу отправляют не те вещества, которые положено, то эти вещества -- хотя само их присутствие в пище является нормальным -- откладываются где-нибудь в теле. Поскольку они сами по себе пригодны для использования, то они и в нужное место не приходят, чтобы отложиться там, но и не выбрасываются наружу вместе с мочой и фекалиями. Они накапливаются в теле. Но человек не может перенести, что где-то вопреки нормальной деятельности что-то откладывается в теле; этого человек не переносит.

Что же происходит с тем, что как своего рода нечистоты выделяются внутри нас из-за того, что астральное тело не в порядке? Допустим, что мы имеем эти нечистоты внутри. Я хочу заострить внимание на этих особых нечистотах, рассмотрев, например, нечистоты гортани. Из-за того, что человек не в состоянии обеспечить нормальную работу своего астрального тела, в нем повсюду распространяются нечистоты, связанные с гортанью. Первым симптомом этого является слабость его гортани, поскольку нормальное снабжение ее нарушено; итак, у человека слабая гортань. Кроме того, у него в теле имеются связанные с гортанью нечистоты. Что же делают эти связанные с гортанью нечистоты? Они, прежде всего, откладываются. Прежде всего, этот "навоз" мы имеет в себе. Но ведь я говорил вам: человек является не только твердым телом, он на девяносто процентов состоит из воды, является, в сущности, водяным столбом. Как следствие этого, связанные с гортанью нечистоты (dieser Kehlkopfdreck) растворяются во всем водном человеке*. Так что человек имеет в себе не только чистую, живую влагу, в которой он нуждается, но теперь он имеет влагу, в которой растворены нечистоты, связанные с гортанью. Видите ли, последнее и есть то, что так часто возникает у нас; мы растворяем в нашем "водном человеке" нечистоты, связанные с гортанью, или с сердцем, или с желудком, или с чем-либо другим.

* Понятие "водного человека" раскрыто в седьмой лекции.

Итак, как мы сказали, мы растворили нечистоты, связанные с гортанью. Они достигают желудка. Последнему это особенно не вредит, поскольку желудок их не употребляет, они ему не нужны. Он использует то, что ему нужно. Это у него не отнимается. Но вот жидкость, имеющаяся повсюду в человеке, находится также и в области гортани. Гортань уже ослаблена, как я вам сказал. И, кроме того, она получает еще эту испорченную нечистотами влагу, ту влагу, в которой растворились нечистоты, связанные с гортанью. Именно от этого гортань заболевает. Другие органы не становятся больными из-за нечистот, связанных с гортанью, однако гортань от этих нечистот заболевает.

Возьмем совсем простое явление. Допустим, что человек обладает тонким ощущением. Если человек имеет тонкое ощущение и прислушивается к другому говорящему человеку, то это ведь, право же, приятно, если тот говорит красиво. Но если тот кукарекает, как петух, или хрюкает, как свинья -- нет ничего приятного в том, чтобы это слышать, даже если все понятно. Неприятно слушать того, кто каркает как ворон, или хрюкает, как свинья. Особенно удручающее впечатление на слушателя производит тот, кто хрипит.

Почему же происходит то, что мы, слушая, имеем такое ощущение? Видите ли, это происходит оттого, что мы, хотя и очень субтильным образом, повторяем то, что говорит кто-то другой. Процесс слушания состоит не только в том, что мы слышим, но и в том, что мы совсем тихо, неслышно говорим. Мы слышим не только то, что говорит другой, мы имитируем эту речь посредством наших органов речи. Мы всегда повторяем, имитируем все то, что делает другой человек.

Допустим, мы не прислушиваемся к другому и не имитируем внутренне то, что он говорит: но мы находимся вблизи больного гриппом, причем мы, может быть, немного сочувствуем ему, таким образом проявляя свою чувствительность. У больного гриппом в его водном человеке растворено целое множество веществ. Вещества, им растворенные, приводят к тому, что его жидкость уже не является чистой, живой влагой, о которой я рассказывал вам в лекции; жидкость, содержащаяся в нем, нездорова для человека. Я могу даже описать вам, что за вид жидкости содержит он в себе.

Допустим, вы имеете в распоряжении какой-то участок земли. Если у вас есть такой земельный участок, то вы можете его засадить различным образом. Ноне все вырастет одинаково успешно на вашей почве. Например, на этом участке я хочу посадить лук и чеснок. Несмотря на своеобразие вкуса, допустим все же, что я хочу посадить здесь именно лук и чеснок. Видите ли, просто так я не стану сажать лук и чеснок, ибо это приведет к тому, что я, не подготовив почвы, получу страшно маленькие луковицы и совсем маленькие чесночные головки; но если я буду вносить в эту почву что-нибудь, содержащее серу и фосфор, вот тогда я получу прекрасные лук и чеснок! У них и запах будет соответствующий. Если кто-то имеет в себе именно гриппозные нечистоты, то тогда в нем, в его водном человеке, растворены именно те вещества, которые я должен был бы внести в почву, дабы получить на ней прекраснейшие лук и чеснок. Этот больной начинает пахнуть так, как вы рассказывали.

Но сейчас и я вместе с ним делаю то же самое, перенимаю это. Я, может быть, совсем не замечаю, что сижу в его луковых и чесночных испарениях, поскольку они могут быть не так уж сильны. Эти чесночные испарения, запах, присущий ему, действуют так, что его голова становится тупой, поскольку в голове один вполне определенный орган -- его называют сенсориум -- неправильно снабжается веществом*. В этом испарении присутствует что-то от запаха лука и чеснока, обладая чувствительными тонким обонянием, его можно почувствовать. Тот, кто присутствует, принимает в этом своеобразное участие. Подобно тому, как мы воспринимаем и перенимаем каркающий или хрюкающий голос человека, так мы имитируем, перенимаем то, что испаряет человек; вследствие этого наше собственное астральное тело, наша собственная (внутренняя) деятельность приходит в беспорядок. Это способствует тому, что в нас как бы осаждается, создается почва, пригодная для лука и чеснока, и мы тоже заболеваем гриппом. Тут дело не в бактериях или в бациллах: просто тут дело в контакте, в отношениях человека с человеком.

* Однозначно установить, какой именно орган имеет в виду автор в данном случае, пока не удалось.

Имея такой огород, где я намереваюсь вырастить лук и чеснок, внося туда вещества, содержащие фосфор и серу, мне, казалось бы, остается лишь подождать. Можно сказать; ну да, я выполнил, что мне было положено, я хотел иметь лук и чеснок, я вносил на моем огороде удобрения, содержащие серу и фосфор; но я был бы дураком, если бы верил, что вот так, сразу и вырастет лук. Ведь прежде я должен ухаживать за ним, растить его. Точно так же я оказался бы дураком, веря в то, что внутри человека на той почве, которая там подготовлена, сразу же вырастут бактерии, бациллы. Сначала они должны попасть туда. Точно так же, как лук хорошо чувствует себя на такой фосфористой, сернистой почве, так и эти бациллы хорошо чувствуют себя тут, внутри. Для них нет ничего лучше, чем когда тут, внутри есть немного серы. Однако я совсем не нуждаюсь в бациллах для того, чтобы гриппозное заболевание перешло ко мне от другого человека; если я вышеописанным мною образом переживу, проделаю в моем водном человеке то же самое, что находится в его водном человеке, я сам стану вследствие этого хорошей почвой для бацилл, так что я посредством себя самого приобрету их. Больному вовсе нет необходимости бомбардировать меня ими.

И все же дело тут обстоит так, что мы, рассматривая все эти вещи, должны были бы ответить на вполне определенный вопрос: вследствие чего мы подвергаемся заболеванию? Мы должны сказать себе: если что-то нанесет нам повреждение, то мы заболеваем от этого. Но ведь и в случае внутренних болезней нас тоже что-то повреждает, травмирует. Нам наносит вред нечистая жидкость, так как в ней растворены те вещества, которым следовало бы быть переваренными (в процессе пищеварения -- примеч. перев.). Вот что повреждает нас внутренним образом.

Теперь мы могли бы перейти к рассмотрению таких заболеваний, как, например, сенной насморк*. Сенной насморк в гораздо большей степени зависит от времени года как такового, нежели от пыльцы, летающей по ветру. То, что делает человека способным заболеть сенным насморком, сенной лихорадкой, это прежде всего то, что его астральное тело неправильно выделяет, неправильно совершает деятельность, направленную, по большей части, против внешнего. Вследствие этого человек во всем своем водном человеке -- именно весной, когда всё расцветает благодаря воде, -- в этой общей жидкости растворяет особые вещества: вследствие этого весь его водный человек становится более чувствительным.

* rhiitis vasomotorica periodica (лат.) -- одна из форм аллергического насморка, проявляется в виде приступов в определенное время года, в период цветения злаков; симптомы -- щекотание в носу, чихание, отделение слизи и др., продолжительность 4-6 недель, лечение -- инъекции настоев цветочной пыльцы за 10 недель до начала цветения злаков и др.


Рисунок 24


Видите ли, если упрощенно изобразить это, то всё выглядит вот так: если водного человека, нормального водного человека я изображаю таким образом, то когда наступает весна, я должен был бы водного человека, имеющего предрасположенность к сенной лихорадке, изображать так, как если из-за растворенного вещества его влага стала бы немного испаряться.

Водный человек у людей с предрасположенностью к сенной лихорадке всегда немного больше, чем следовало бы. То, что я растворяю внутри, заставляет влагу расширяться, гонит ее наружу. Благодаря этому человек вообще становится чувствительным по отношению ко всему, что проявляется весной, и особенно к той пыльце, иначе говоря, к тем зернышкам, что происходят из растений и вызывают резкое раздражение.

Если бы нос вообще отсутствовал -- ведь несмотря на то, что его закрывают, пыльца растений всё равно попадает туда, -- но если бы его вообще не было, то и тогда сенной насморк, сенная лихорадка раздражала бы вас иными путями. Эта растительная пыльца становится труднопереносимой, когда человек уже имеет сенной насморк. Она не предопределяет, причинно не обусловливает сенной насморк, но она является раздражителем.

Видите ли, наше средство от сенной лихорадки, сенного насморка непосредственно основано на том, что в человеческом теле на этого расширившегося водного человека оказывается стягивающее, вяжущее воздействие. Он становится немного замутненным, и то, что он растворил в себе, снова осаждается. Оно действует страшно просто, это наше лекарство. Оно основано исключительно на том, что всего водного человека снова стягивают к его нормальному формату. Из-за этого он вначале немного замутняется, и надо тогда смотреть, чтобы вслед за этим человек не задержал в теле то, что выделяется из воды. Поэтому хорошо, если после введения31 нашего препарата от сенной лихорадки человек мог бы немного пропотеть или мог бы двигаться. Если же он сразу после инъекции попытается делать что-то такое, отчего у него не может произойти правильное потоотделение, или если сенная лихорадка наступает у него в то время, когда он особенно страдает от запора, то с инъекциями возникают некоторые трудности. Если, например, человек проходит курс препарата, то необходимо спросить у него, не страдает ли он в течение этого времени от запора -- ибо если он страдает от запора, то скопление такого рода возникает у него в слишком большой степени из-за того, что водный человек стягивается (становится более вязким), и выделение происходит не сразу. Это нехорошо. Если кто-нибудь говорит, что у него запор, когда ему делают инъекции, то надо сразу же применить слабительное.

Лечение состоит не только в том -- это исключительно важно, господа, -- что пациенту дают какое-либо средство, но и в том, что всю жизнь после этого устраивают так, дабы человеческое тело правильным образом установило отношение к тому, что оно приняло в себя. Это исключительно важно, иначе можно только усугубить болезнь. Если вы назначаете кому-то именно инъекции какого-либо препарата, являющегося очень хорошим, отличным средством, но затем не заботитесь о том, чтобы у пациента было нормальное пищеварение, чтобы удалялось все, что создается при этом, то вы сделаете его еще более больным, чем он был прежде.

Применяя хорошие препараты, важно, чтобы врач не только знал: при этой болезни надо использовать то или иное, но и чтобы он знал, как необходимо расспрашивать каждого конкретного больного. Великое врачебное искусство состоит в том, чтобы как только зайдет какой-либо больной, врач задавал ему правильные вопросы, чтобы до известной степени познакомиться с ним. Это исключительно важно. Примечательно, например, то, что встречаются такие врачи, которые, говоря о больных, спрашивают: "А сколько ему лет?", так как самого больного они об этом даже не спросили! Тем не менее, очень важно, чтобы пятидесятилетнего человека лечили -- пусть даже тем же самым препаратом -- совершенно иначе, нежели сорокалетнего. Нельзя действовать схематично, когда говорят: "От этой болезни хорошо то или иное средство". Есть большая разница, хотите ли вы помочь каким-то средством пациенту с постоянно возникающими поносами, или же вы хотите помочь тому, у кого постоянный запор. Такое средство необходимо испытать.

В этой области эксперименты на животных являются гораздо менее сомнительными, нежели в других случаях. Возьмите случай, когда в организме, имеющем у человека некоторые общие черты с организмом животных, какой-либо препарат влияет на запор и понос. В этом легко убедиться, если давать один препарат одновременно собаке и кошке. Собаки обычно страдают от запора, а кошки -- от поноса. Наблюдая различия в действии, оказываемом препаратом на собаку или на кошку, можно прийти к достойной удивления науке. Эта наука основывается не на том, что человека дрессируют в университете, обучая с помощью инструментов выполнять то или иное; нет, она возникает благодаря тому, что у человека пробуждается смекалка, и человек знает, как проводить исследования.

Итак, особенно важны знания о том, что болезнь связана с организмом человека в целом. Отдельный орган подвергается атаке по той причине, что в результате деятельности, названной мною астральной, к данному отдельному органу направляются вещества, возникающие благодаря этой внутренней деятельности.

Я говорил вам: возникают некоторые внутренние болезни, такие, как грипп, сенной насморк, но также и многие другие, можно говорить о тифе и тому подобном. Приняв к сведению то, что я уже говорил вам, все это надо понимать так, что вещества, оказавшиеся непригодными и отложившись в нас, растворяются в водном человеке.

Однако каждый из нас представляет собой не только водного человека, но также и человека, состоящего из твердого вещества, жестко-вещественного человека, основу, которого я здесь (см. рис. 24) нарисовал белым, тогда как водного человека я сделал желтым. Каждый из нас является также -- как я вам уже рассказывал -- воздушным человеком, которого я здесь изобразил голубоватым. Каждый из нас постоянно является воздушным человеком, хотя он и изменяется каждое мгновение -- воздух идет то наружу, то внутрь, -- тем не менее, каждый из нас является воздушным человеком.

Однако точно так же, как твердые составные части, находящиеся внутри нас в качестве нечистот, шлаки растворяются в воде, так и вода, жидкость внутри нас постоянно испаряется. Вы можете взять, как пример, свой мизинец; здесь, внутри в мышцах мизинца происходит испарение жидкости, тонкое испарение. Жидкость постоянно испаряется через все ваше тело. И то, что здесь испаряется из состава водного человека, смешивается с тем, что человек вбирает в себя с кислородом; это опять испарения или газ. Если здесь, внизу, из почвы испаряется вода, то эта вода переходит в воздух; если же здесь, внутри в водном человеке происходит тонкое испарение влаги, то это переходит в тот воздух, который человек вдыхает. То, что в воздушного человека проникают водные испарения*, человек может вынести в столь же малой степени, в каковой может он вынести растворение в жидкости твердых веществ.

* Имеются в виду те водные испарения, которые исходят от самого человека и вбираются им при вдохе.

Итак, допустим, у человека по описанным мною выше причинам возникло заболевание легких. Это легочное заболевание можно вылечить, если возникло оно потому, что в водном человеке осаждались неподходящие вещества. Но допустим, мы имеем дело с легочным заболеванием не настолько серьезным, чтобы оно выявлялось во внешних симптомах. Человеческие органы представляют собой вещи весьма чувствительные. Итак, дело не доходит до серьезной болезни легких, проявляющейся как воспаление или нечто в этом роде; речь идет о случае, когда легкие больны совсем немного. Я переношу то, что легкие слегка больны, однако в моего водного человека поступают те вещества, которые должны были бы идти в легкие (доходить до легких). В результате находящаяся внутри вас жидкость содержит растворенные в ней негодные вещества; они испаряются вместе с ней, причем особенно сильно испаряются они в том случае, если легкие не совсем здоровы.

Итак, если рассматривавшийся прежде водный человек в случае явного проявления внутреннего заболевания вбирает твердую фазу непригодных веществ, то в случаях, рассматриваемых сейчас, непригодное становится испарением, оно смешивается с кислородом, вбираемым нами в себя. И эта неправильно испаренная и смешанная с кислородом жидкость становится исключительно вредной для нервной системы, ибо нервам необходим чистый кислород, а не смешанный с испарениями испорченной жидкости из водного человека. Незначительное болезненное состояние легких содействует тому, что эта испорченная жидкость испаряется в них, испаряется нечто такое, что не должно испаряться. Это наносит особенный вред нервной системе: при этом внешне человек не выглядит особенно больным, это даже нельзя назвать болезнью (соматической) -- однако он становится безумен.

Можно сказать следующим образом: так называемые психические заболевания, возникающие от внутренних причин, возникают оттого, что в человеке что-то способствует растворению неподобающих веществ в жидкой фазе человеческого организма, то есть в водном человеке. Так называемые умственные (духовные или психические) расстройства не являются в действительности духовными заболеваниями, поскольку дух не становится больным. Так называемые духовные (психические) заболевания основываются на том, что жидкость неправильным образом испаряется в кислородной среде, в кислороде; вследствие этого возникают нарушения в нервной системе. Это происходит, если какой-либо из органов имеет вялотекущее (хроническое) заболевание, причем настолько незначительное, что внешним образом вы его не можете воспринять. Как вы видите, здесь мы подходим к тому, что человек постоянно вынужден правильным образом перерабатывать вещества для того, чтобы в его жидкости не растворялось что-то неподобающее, дабы его жидкое (жидкая фаза его организма) не стало неправильным образом испаряться.

Однако даже в повседневной жизни присутствует нечто, способствующее неправильному испарению жидкости. Это заметно, если мы испытываем жажду. Впрочем, жажду мы излечиваем, когда пьем. При этом мы все снова и снова освобождаем нашу жидкость от того, что неправильным образом испаряется, мы вымываем шлаки.

Так что можно сказать: голод представляет собой зачаток физического заболевания; жажда -- зачаток так называемого духовного (психического) заболевания. Мы, в сущности, можем сказать: если человек неправильно питается, то он тем самым создает основу для физического, соматического заболевания. Если человек неправильно утоляет свою жажду, то при известных обстоятельствах это гораздо труднее заметить, особенно если такое отклонение от, нормы наступает в детстве, когда утоление голода нельзя отличить от утоления жажды, поскольку и то и другое утоляется молоком, то есть жидкостью, водным. Так, если, питаясь материнским молоком или молоком кормилицы, (ребенок) получает нечто вредное, то позднее жидкая фаза человеческого организма, то есть водный человек, может стать предрасположенной к ненормальному испарению. В этом случае может проявиться то или иное психическое заболевание. Или если мы, скажем, направленно делаем человеку инъекции, то такого рода подкожные инъекции, вливания, например, коровьей лимфы или лимфы больных людей, способствуют тому, что человек заболевает. Заболевание возникает при этом не через воду непосредственно, а с помощью органов, перерабатывающих воду (желудок перерабатывает жидкость иным образом, нежели твердые продукты питания), эти органы могут стать больными. Вследствие неправильных инъекций, из-за того, что испарения у человека протекают ненормально, позднее могут появиться зачатки какой-либо психической болезни.

Обратите внимание, господа, что сегодня очень многие люди страдают так называемым слабоумием, Dementia praecox. Demeintia praecox, это так называемое юношеское слабоумие, -- впрочем, довольно далеко выходящее за пределы юношеского возраста, -- когда люди начинают глупеть уже в юности. Это по большей части основано на неправильном питании в самые первые детские годы, а также и на том, что люди в наше время вообще перестали считаться с этим. Ибо чисто химическим анализом предназначенного для кормления детей молока ничего хорошего не достичь, тут надо развивать совсем иное направление. Вот почему такие вещи выступают сегодня на первый план.

Но тем самым вы видите, что бесполезно ограничиваться подготовкой врачей, знающих, что этот препарат годится для одной болезни, а этот -- для другой; но мы должны всю нашу жизнь сделать более здоровой. Однако так может быть лишь тогда, когда поймут, что всё взаимосвязано. Этого и хотелось бы достигнуть с помощью антропософии. Вот почему антропософия направлена на то, чтобы содействовать гигиене, содействовать пониманию того, в чем состоит здоровье.

Тем самым мы по наиболее существенным пунктам ответили на заданные двумя господами вопросы.


ДЕСЯТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 30 декабря 1922 г.


Поставлен вопрос о беременности и о возможностях оказывать то или иное влияние в период беременности.

Доктор Штайнер: Господа, эти вещи являются делом жизни, и заниматься ими необходимо, поскольку они чрезвычайно важны. В общем, дело обстоит так, что во время беременности нельзя оказать значительного влияния на ребенка (плод) иначе, нежели окольным путем, через мать. Как вы это уже видели из сказанного мною, ребенка (плод) связывают с матерью многочисленные тонкие сосуды, через которые он получает от матери питательные вещества, а позднее -- совершенно особую форму дыхания;.вещи, в которых он нуждается, он получает от матери.

Не правда ли, предмет, затронутый вами сейчас, мы могли бы рассмотреть наилучшим образом, если бы, принимая во внимание оба ваших вопроса, еще немного занялись общей проблемой болезни и здоровья человека. Ибо при беременности дело обстоит так, что говорить о том, где начинается предрасположенность к заболеванию и где она прекращается, еще труднее, чем в случае обычных голода и жажды.

Кроме того, при беременности обнаруживаются вещи, явственно указующие на то, какое исключительное влияние оказывает душевное состояние матери на будущего ребенка. Вам надо хотя бы однажды исследовать, что происходит, если, например, мать в первые месяцы беременности переживает сильный испуг. Как правило, ребенок проносит это через всю свою жизнь. В этом случае не следовало бы говорить, что физические изменения наступают у ребенка сразу же, но лишь о том, что мать пережила испуг. Как может испуг матери действовать на ребенка?

Видите ли, на это современная наука дает, в сущности, совершенно недостаточный ответ, поскольку она вообще ничего не знает или, по крайней мере, не стремится знать о том, что душевно или духовно действует в человеке. К ответу на эти трудные вопросы -- ибо вопросы, заданные господином Доллигером, действительно трудны -- лучше всего можно подойти, если обратить пристальное внимание на два жизненноваж-ных состояния, наступающих преимущественно в период болезни. Первое из них -- это повышенная температура, лихорадочное состояние, второе -- коллапс. Жар и коллапс -- два противоположных симптома, наблюдаемые у человека.

Что такое жар, повышенная температура? Это вы знаете. Внешне это выражается в том, что если при измерении в обычном состоянии температура человека не превышает 36-37oС, то при подъеме температуры выше указанной говорят, что у человека жар. Внешне жар выражается в том, что человек становится горячим. Что такое коллапс? Коллапс, в сущности, является противоположным состоянием. Коллапс наступает тогда, когда человек не в состоянии развить внутри себя достаточно тепла. Если вы принимаете определенное количество известного ядовитого вещества, используемого в качестве лекарственного средства, если вы, например, возьмете ядовитое вещество, называемое в медицине Hyoscyamin, гиосциамином -- оно содержится в белене* -- и дадите его в завышенной дозе, передозируете, то вы тем самым подвергните пациента опасности коллапса.

* Белена черная, Hvoscyamus niger L. -- двухлетнее травянистое растение из сем. пасленовых Solanaceae; все растения этого семейства содержат тропановые алкалоиды, главный из которых гиосциамин, содержит также атропин, Atropinum и др.

Процесс при этом будет подобен тому, что происходит в животе матери, где должен сформироваться ребенок; вследствие коллапса все оболочки, пленки, тут находящиеся -- стало быть, стенки кишечника, а также оболочки того органа, в котором во время беременности помещается ребенок, оболочки так называемого утеруса, матки, -- итак, все оболочки живота из-за принятия яда растягиваются. Это подобно тому, как под действием своей собственной удерживающей силы растягивается мешок, он становится изношенным, в нем уже ничего не держится. Всевозможные вещества, приходящие благодаря пищевым продуктам, накапливаются при указанном получении яда белены, и человек теряет возможность выполнять в животе тот вид работы, о котором я рассказывал вам в прошлый раз. В животе скапливаются вещества, которые человек не в состоянии переработать.

Теперь, господа, для того, чтобы понять, какая производится тут работа, надо снова глубже заглянуть в организм человека. Как происходит то, что работа в животе отклоняется от нормы? Тут мы имеем дело не только с отклонениями, происходящими в животе; мы обнаруживаем, что всякий раз при возникновении нарушений в работе живота, в мозгу -- а именно в передней части головного мозга -- тоже возникают нарушения. Это очень интересная связь!

Допустим, что это у нас человек: живот, грудь, здесь располагается диафрагма (см. рисунок 25). Итак, живот, грудь, голова. Если беспорядок наступает в животе, то и самая передняя часть головного мозга тоже немного не в порядке. Следовательно, они принадлежат друг другу, взаимосвязаны. Они внутренне взаимосвязаны в человеке: передний мозг и живот. Опять-таки, если здесь находится сердце с сосудами -- как я это уже описывал вам, -- то это сердце соотносится со средним мозгом (mesencephalon). И если здесь производится дыхание, находится верхняя часть (тела) с легкими, то эти легкие соотносятся, принадлежат самой задней части головного мозга.


Рисунок 25


Всякий раз, когда с дыханием что-то не в порядке, что-то не в порядке и в самой задней части головного мозга. Это можно проследить хотя бы по тому, что если кто-то страдает от дыхательной недостаточности, асфиксии, если кто-то получает слишком мало кислорода, то всегда в самой задней части головного мозга возникают нарушения. Если кто-то страдает от нарушения сердечной деятельности, если эта сердечная деятельность осуществляется аритмично, пульс не в порядке, то всегда обнаруживаются какие-то нарушения среднего мозга. Если же нижняя часть тела не в порядке, то всегда обнаруживаются нарушения, нечто неупорядоченное в переднем мозге. Так удивительным образом всё взаимосвязано в человеке. Можно сказать: то, что происходит у человека в его нижней части тела, связано с конфигурацией переднего отдела головного мозга.

Видите ли, иногда люди не хотят допустить и мысли об этом; ведь они считают лоб благороднейшей частью, а живот "почитают" не столь сильно. И если им затем преподносят такие истины, то они находят их недостойными для человека. Однако из моих лекций вы уже поняли, что, в конце концов, система питания, связанная с системой членов тела, является очень важной для человека.


Рисунок 26


Когда-то я был знаком с одним господином, имевшим вот такую форму лба, очень редкую форму лба (см. рисунок 26). Греческий лоб выглядит иначе. Он выглядит вот так (см. рисунок, справа 26). У всех греческих скульптур мы находим эту форму лба, которая прямо противоположна левой, идет назад. А у этого господина здесь мощный изгиб и вверху передний мозг выпирает наружу. Я убежден, что человек, у которого так далеко выдвинут головной мозг, имел исключительно хороший живот. Он, например, никогда не страдал ни поносами, ни запорами; никогда не страдал от болей в животе и тому подобного.

Фактически этот мой знакомый был человеком, обладавшим необыкновенно тонкими ощущениями. Но эти ощущения имели такой характер, что он всегда был предрасположен к тому, чтобы чувствовать себя внутренне уютно. Это указывает на то, что его мощный изогнутый вперед лоб не позволял возникнуть беспорядку в его животе. Итак, вы видите отсюда, что человек в отношении своих органов головы удивительным образом связан с нижней частью своего тела.

Если бы я дал какому-то человеку слишком много сока белены, то у такого человека наступил бы коллапс. Каково происхождение этого коллапса? В переднем мозгу человека возникают какие-то нарушения, поскольку в его животе все откладывается слишком интенсивно. Но достойно внимания вот что: если у меня имеется какой-либо пациент с жалобами на определенного рода боли в животе, возможно, возникшие вследствие затруднения проходимости кишечника, запора, тогда я могу с чистой совестью назначить ему очень-очень сильно разбавленный сок белены, и он поправится. У него возникнет небольшой жар, и он будет здоров.

Итак, вы видите, что перед нами замечательный факт: если я совершенно здоровому человеку дам слишком много сока белены, то у него возникнет коллапс, причем нижняя часть его тела прийдет в страшный беспорядок; его голова станет холодной, живот разбухнет, его кишечник растянется, удлинится, и живот перестанет работать. Что вы усматриваете из этого? Вы видите отсюда, что я дал желудку слишком много сока белены. Тем самым я поставил желудок перед необходимостью совершать слишком интенсивно процесс пищеварения, так как сок белены переваривается страшно трудно. Быть ядовитым означает ничто иное, как быть трудноперевариваемым. Итак, желудок вынужден работать исключительно интенсивно. Но головной мозг для этого недостаточно силен, передний головной мозг. Эти вещи в человеческом теле связаны. Головной мозг недостаточно силен, чтобы побудить желудок к выполнению этой страшно интенсивной деятельности, и вот головной мозг становится холодным, и у человека возникает коллапс.

Что же получается в том случае, если я даю человеку очень маленькую дозу, то есть совсем разбавленный сок белены? Тут желудку надо работать мало, и головной мозг оказывается достаточно сильным для того, чтобы упорядочивать, регулировать эту незначительную деятельность; и благодаря тому, что я все же принял такую дозу белены, которая может быть переработана, я побуждаю головной мозг работать сильнее, чем прежде. Если головной мозг в состоянии с этим справиться, то это подобно тому, как если бы я дал человеку работу, с которой он может справиться. Если я даю ему работу, которая ему по силам, то он делает ее хорошо. Если же я обязываю его сделать за один день столько, сколько можно сделать лишь за десять дней, то он от этого погибнет. Так обстоит и с головным мозгом. Внутри него находится то, что работает для живота. Если я требую от головного мозга слишком мало, он становится ленивым; если он побуждается посредством своей деятельности, то дело идет хорошо; если же я требую слишком многого от живота, тогда он (мозг) становится незащищенным, не может защитить себя, и у человека возникает коллапс.

В чем причина жара, повышения температуры? Жар возникает потому, что деятельность головного мозга становится преобладающей и захватывает всего человека. Допустим, что у человека в каком-либо органе, скажем, в печени, или в почках, или даже в легких возникают какие-то нарушения, причем в той форме, каковую я недавно описал. Тогда головной мозг начинает восставать против этого. Если легкие не хотят быть в норме, то задний мозг начинает протестовать, он возбуждает передний мозг к совместному протесту против болезни легких, и вследствие этого возникает жар, повышение температуры.

Но это означает, что человек согревается по направлению сверху вниз от своей головы, а снизу вверх охлаждается. Человек действительно обогревается сверху вниз. Жар, повышение температуры мы создаем посредством нашей головы. Если на вашем большом пальце ноги возникает воспаление, сопровождающееся жаром, то мы получаем, создаем его посредством головы. Весьма интересно, что расположенные на наибольшем удалении части регулируется самыми передними долями мозга. У собаки то, что расположено дальше всего, регулируется посредством носа, то же самое имеет место и у человека. Если у него в большом пальце ноги возникает жар, то деятельность, вызывающая этот жар, находится совсем впереди*. Человек должен в этом отношении сохранять присущее ему достоинство**, так что если у него воспален большой палец на ноге, то жар в него приходит из самой передней области (мозга), расположенной непосредственно над носом***. Следовательно, человек всегда сверху прогревается, а снизу охлаждается.

* т.е. в самых передних долях головного мозга.

** Ироническое указание на отличие человека от животного.

*** У собаки эту функцию выполняет обонятельный нерв.

С этим связано также и то, что, вводя в человека определенные вещества в слишком большом количестве, мы можем вызвать у него коллапс; в то же время мы можем вызвать исцеляющий жар, если не загрузим мозг чересчур сильно, а с помощью небольшого количества (того же вещества) возбудим мозговую деятельность. Однако лишь с помощью веществ, (опосредованно) привносимых нами в мозг, нам не удалось бы в течение целого дня оказывать побуждающее воздействие на эту мозговую деятельность; мозг всегда побуждается, если вы видите, если вы слышите. Даже когда вы едите, вы не только загружаете в желудок продукты питания, вы ощущаете их на вкус. Вкус действует побуждающим образом. Запах действует побуждающим образом. Всем этим обусловлено побуждающее воздействие, исходящее от мозга.

Теперь представьте себе, что женщина беременна. Эмбрион находится на начальном этапе развития. Этот этап сопровождается чрезвычайным повышением интенсивности деятельности живота, нижней части тела. То, что должно происходить здесь, в животе, было бы ненужным при отсутствии беременности, а у мужчин вообще не происходит. Итак, интенсивность деятельности живота необыкновенным образом возрастает. Если же возрастает деятельность живота, то в первую очередь возбуждаются чувствительные нервы, поскольку живот взаимосвязан с передним отделом мозга.

Если человек испытывает голод, что это означает? Я говорил вам, что он тогда лишается возможности совершать определенную деятельность (по "разрушению" пищи), постоянно совершать которую ему необходимо. Испытывая голод, человек тоскует по пище. Но в то же время это означает: ему необходимо привести в возбуждение свой вкусовой орган. Что ж, прекрасно: он может вполне удовлетворить его, приняв пищу.

Но если женщина беременна, то поскольку она должна питать подрастающего в животе ребенка, в разных формах возбуждается головной мозг и преимущественно чувствительные нервы, вкусовые нервы, обонятельные нервы. При этом еда сама по себе не может вполне удовлетворить вкусовые нервы и обонятельные нервы, пища опосредованным образом идет в ребенка, сначала попадает в желудок (матери), что происходит на фоне крайне интенсивной деятельности*, крайней активности. В связи с этим в голове тоже возникает потребность иметь вкусовые и обонятельные ощущения повышенной интенсивности. И здесь понимание этих вещей способствует наилучшему обеспечению ребенка (эмбриона).

* Организм матери лишается возможности разрушать ту часть пищи, которая, будучи частично переработана, идет в ребенка.

Очень многие беременные женщины не могут получить удовлетворения, если им предоставляют именно те продукты, вкус которых их привлекает, ибо как только они их получают, у них появляется иная вкусовая направленность. Женщины в это время становится чрезвычайно капризными, у них появляются уже другие вкусовые потребности. Однако они довольны, если к ним относятся деликатно, если учитывают те фантазии, которые у них -- по мнению некоторых, -- возникают. В этих вкусовых и обонятельных фантазиях беременные женщины живут, особенно в первые месяцы беременности. И если кто-нибудь здесь говорит просто: "Ах, все это одна фантазия!", -- то он тем самым наносит беременной женщине душевную травму, удар. Человек отталкивает то, что вполне естественным образом возникает в женщине как результат взаимосвязи между животом и головным мозгом, головой. А если женщине доставляют радость, учитывая эти вещи, то удовлетворение (от пищи) достигается гораздо легче, нежели в том случае, когда (ее пожелания) или просто отталкивают, или буквально исполняют: так, если у нее возникает потребность почувствовать вкус ванили, то ей тотчас же доставляют ваниль. Иногда и это ее не устраивает: как только ей принесли ваниль, она говорит: "Да, но теперь мне уже хочется кислой капусты!" Тут ничего не поделаешь. Необходимо узнать то, что когда в животе происходит какая-то экстраординарная деятельность, для развития плода требуется что-то совсем особенное, тогда необходим также и особый подход к беременной женщине.

Здесь, господа, обнаруживается нечто большее. Это показывает нам, какое огромное влияние оказывает душевное и духовное состояние матери на ребенка (на плод). Тот, кто видит некоторые вещи, происходящие в жизни, может, например, знать следующее. Есть дети, рождающиеся с гидроцефалией, водянкой головы. В большинстве случаев при рождении детей с водянкой головы только ретроспективно устанавливается, что мать, которой требовалось в нормальной жизни много возбуждающих ситуаций, во время первого месяца беременности, именно в первые недели, испытывала отвратительное ощущение скуки. Муж ходил по кабакам и так далее. Матери было страшно скучно, и вот вследствие этого она не имела необходимых сил для того, чтобы влиять на кровеносные сосуды головного мозга. Скука опустошала голову; опустошенная голова опустошала живот, нижнюю часть тела. Живот развивался нездоровым образом и не мог установить нормальную связь с силами головы. И голова (у плода) распухала, возникала водянка головы. Другие дети родятся со слишком маленькой головой, остроголовыми. Можно наблюдать, что это в большинстве случаев связано с тем, что мать в первые недели беременности вела себя распущено, слишком много развлекалась. Если человек предрасположен к тому, чтобы правильным образом видеть такие вещи, он всегда сможет заметить связь между тем, что представляет собой ребенок и тем, какого рода душевное состояние было у матери в первые недели беременности.

Конечно, здесь можно многое сделать с помощью медицины, однако по отношению к таким вещам мы сегодня имеем не настоящую "правильную" медицину, а по большей части медицинское шарлатанство, так как чисто материалистическая наука не может правильно увидеть взаимосвязи (в организме). Такие взаимосвязи чаще всего необходимо видеть во всех подробностях, причем именно в случае эмбриональной жизни человека, жизни зародыша, следовательно, в период беременности матери их необходимо отслеживать наилучшим образом.

Итак, примем к сведению, что деятельность живота во время беременности особенно усиливается, живот, нижняя часть тела должны проявлять страшную активность. Это обусловливает то, что передний мозг тоже проявляет максимальную активность. Поэтому не следует удивляться тому, что некоторые матери в первое время беременности ведут себя не вполне нормально, становятся чуть-чуть безумными. Они становятся чуть-чуть безумными оттого, что нижняя часть тела, живот и передний мозг, именно тот, который мыслит, внутренне взаимосвязаны. Вообще крайне интересно отыскивать связи между животом и тем, посредством чего осуществляется духовное руководство человечеством. Тут можно придти к интересным результатам. Есть нечто курьезное, комическое в том, что именно духовная наука должна указывать на эти вещи, в то время как материалистическая наука их начисто отрицает.

Было бы, например, крайне интересно когда-нибудь проделать следующее исследование. Видите ли, в Англии была целая плеяда философов. Гоббс, Ф. Бэкон, Локк, Юм32. Эти философы, включая Джона Стюарта Милля, приложили много усилий к тому, чтобы материализм распространился подобно эпидемии, чтобы он вырос до таких размеров. Всем этим философам присуща тяжесть в мыслях, их мысли тяжелы. Они не могли проникнуть в духовное с помощью своих мыслей. Они со своими мыслями застряли в веществе, в материи. По-моему было бы крайне интересно обнаружить то -- если бы кто-то занялся таким исследованием, -- что все эти философы, вся эта плеяда философов страдала от запоров. Я убежден в том, что все они страдали от запоров! Вся эта философия от Гоббса, от XVII столетия вплоть до XIX столетия, которая преподнесла нам материализм, возникла из-за запоров у отдельных философов! Можно было бы предохранить себя от этого материализма -- я не утверждаю, что надо принимать всерьез то, что я сейчас говорю, это только шутка, -- однако можно было бы предотвратить этот материализм, если бы Гоббсу, Ф. Бэкону, Локку и другим в юности почаще давали слабительное. Вероятно, что в том случае материализм вообще бы не появился!

Да, видите ли, замечательно то, что именно духовная наука должна будет указывать на то, что люди очень часто называют материалистическим. Но это происходит потому, что при рассмотрении человека дух раскрывается именно там, где другие видят лишь одну материю. Но, конечно, антропософия вовсе не разделяет мнения о том, что печень является всего лишь химической фабрикой; я говорил вам однажды, что печень является чудесным органом, почки и так далее тоже представляют собой удивительные органы. Эти органы можно понять только в том случае, если повсюду находят дух. Если же перестают находить дух где-либо, если пищеварение считают чем-то слишком материальным и не находят нужным изучать его духовные свойства, то и становятся тем самым материалистами. Материализм приходит лишь вследствие духовного высокомерия. Посмотрите, как интересно то, что я вам недавно рассказывал: если древние евреи в Ветхом Завете ночью имели плохие мысли, то эти плохие, нездоровые мысли они связывали не с головой, а с почками. "Бог этой ночью терзал мои почки", -- говорили они, и они были правы, в отличие от современного медицинского шарлатанства. Древние евреи говорили также: "Бог извещает человека не через его голову, Бог дает человеку свои вести через деятельность его почек, вообще через деятельность живота".

С этой точки зрения вот что чрезвычайно интересно, господа: я не знаю, приходилось ли вам видеть, как молятся старые евреи. Если старый благочестивый еврей молится, то он достает свой свиток с молитвами не из нагрудного кармана, находящегося у сердца, или из того, что помещается у него на голове, нет, свой молитвенник он держит на животе и молится с молитвенником на животе. Сегодня, конечно, люди больше не знают, какая тут связь; но те, кто видел молящихся старых евреев, знают, в чем эта связь состоит*.

* См. также Псалтырь 15:7.

Конечно, это производит особенное впечатление, если в восточных областях Европы -- в западных областях сегодня едва ли удастся такое наблюдать -- удается увидеть молящихся старых евреев. Приступая к молитве, они сначала достают из разрезного кармана брюк молитвенник и вешают его на себя. И тогда они молятся.

Итак, то, что осознавалось когда-то на основе всевозможных сновидческих, древних ясновидческих сил, было утрачено человечеством. Но сегодня человечество уже не так далеко от того, чтобы снова во всем материальном находить духовное. Ибо ничего нельзя понять с помощью одних мыслей, работая в лаборатории, механически выполняя эксперименты и так далее. При этом ведь ни о чем не думают. Надо экспериментировать так, чтобы вам навстречу отовсюду выпрыгивал дух. Вот на что следует ориентировать эксперименты.

Так что можно сказать: ведь это даже немного смешно, что именно духовной науке, антропософии, приходится указывать на то, как головной мозг человека, так называемая благороднейшая его часть, связан с животом; но это именно так. К этим вещам приходят лишь на основе настоящей науки. Если, например, у кого-то не в порядке сердце, то это может иметь разные причины. Конечно, это может происходить оттого, что у такого человека имеют место внутренние пороки, но в большинстве случаев неупорядоченная сердечная деятельность объясняется тем, что у человека -- это я здесь нарисовал желтым (см. рис. 25), а здесь снова желтым -- что-то не в порядке со средним мозгом.

К среднему мозгу имеют отношение эмоции. Вот что интересно: как живот связан с передним мозгом, точно так же этот передний мозг связан на духовном уровне с волей, а средний мозг -- с чувством. И, в сущности, лишь самая задняя часть мозга связана с мышлением. Если мы посмотрим на головной мозг, [то мы увидим, что самая задняя часть головного мозга связана с33 дыханием и с мышлением -- дыхание имеет очень сильное отношение к мышлению.

Но представьте себе: человек развивается в юности -- из-за использования педагогики не такой, какую рекомендуем мы в качестве вальдорфской, где много говорится о подобных вещах, -- человек развивается в юности так, что становится своего рода мизантропом, злюкой31. Тут оказывается не в порядке его чувство, так как если человек злится по любому поводу, то его чувство не в порядке. Что это значит? Это значит, что душа неправильно действует в среднем мозгу. Если душа была неправильно воспитана, сердцу угрожает аритмия, неупорядоченный ритм, так что и аритмия и все возможные болезни сердца могут быть вызваны у вас, что вы развивались как злюка, человек с язвительным нравом.

Если беременная женщина, скажем, на первом месяце беременности пойдет в лес и будет иметь несчастье наткнуться там на повесившегося, висящего на дереве и уже мертвого -- если он еще судорожно дергается, то это еще хуже, -- итак, если с ней случится нечто подобное, она будет страшно испугана. Эта картина останется в ней, и, вероятно, если не будут приняты меры, которые можно принять благодаря образу жизни, благодаря искусству, у нее родится бледный, бесцветный ребенок, с острым подбородком, с тонкими членами тела, который не сможет нормально двигаться. Для беременной женщины достаточно одного-единственного зрелища в этом роде. В зрелом возрасте, когда человеку уже восемнадцать, девятнадцать, двадцать лет (для заболевания) недостаточно, конечно, если человек лишь однажды проявил себя озлобленно, это должно войти в привычку, действовать продолжительное время. Но для беременной женщины достаточно одного такого зрелища.

Это может заходить и дальше. Видите ли, может произойти следующее: будущая мать может быть занята какой-нибудь работой, и вдруг поблизости -- а ее никто не предупредил -- начинаются маневры, начинается страшная канонада, она испугана тем, что она слышит. Слышание чрезвычайно сильно связано с тем, что находится в затылочной части головы; это также связано и с дыханием, так что если будущая мать была, например, напугана маневрами, у ребенка обнаружатся нарушения дыхательной системы.

Сейчас вы могли бы сказать: что это он нам тут рассказывает? Он рассказывает нам такие вещи, судя по которым, мы должны были бы в своей жизни опасаться всего на свете! Да, но все-таки, господа, в случае здорового воспитания и вообще здоровых условий жизни не приходится задумываться о многих вещах, все происходит привычным образом, но ведь и совсем другие вещи тоже могут войти в привычку. Я не верю в то, что многие мужчины чересчур сильно задумываются, когда они избивают свою жену на второй неделе беременности: просто это стало у них привычкой. Есть и такие. Почему они бьют их? Потому что у них кончились деньги, они не могут больше ходить по кабакам; вот они и развлекаются дома, колотя свою жену! Такие привычки они выработали. Да, господа, если бы у нас общественное воспитание было вполне здоровым, то привычки могли бы быть совсем другими. Могла бы быть и такая привычка: если человек знает о том, что утром будут маневры, что в регионе будет страшная пальба, он привычным, естественным образом предупредит об этом свою беременную жену. Нечто подобное может войти в привычку. Благодаря здоровому воспитанию и здоровым общественным отношениям можно было бы выработать всевозможные привычки, традиции, о которых бы не приходилось задумываться, им бы следовали по обыкновению. Вот над чем следует поработать: развить у человека иные привычки. В основе своей это может быть проделано лишь посредством порядочного воспитания.

Видите ли, можно сказать: именно духовная наука сможет снова правильным образом объяснить материальное. Материализм, рассматривающий лишь материальное, совсем не знает, что в материальном все живет внутри. Он рассматривает повышение температуры, жар, однако не знает, что жар происходит от работы головного мозга, когда ее интенсивность необычно возрастает. Материализм приходит в удивление, наблюдая коллапс, однако не имеет правильного представления о том, что этот коллапс происходит от охлаждения, поскольку нормального сгорания не обеспечивается. Так что мы можем сказать: от того, какая форма возбуждения действует в голове беременной женщины, очень сильно зависит, как будет формироваться ребенок (плод).

Если бы обо всех этих вещах думали правильно -- сейчас я сообщу вам нечто такое, что, возможно, сильно удивит вас, к чему, однако, несмотря на это, надо стремиться, -- итак, если бы об этих вещах думали правильно, то возникло бы нечто иное, нежели то, что возникает сегодня. Видите ли, если бы сегодня беременная женщина спросила, что можно было бы ей почитать, то ничего бы не оказалось! Нет ничего, что можно было бы рекомендовать! Недавно я был в Базеле в книжном магазине, там я нашел новейший издательский план, что будет печататься: один негритянский роман -- ведь вообще сейчас негры исподволь приобщаются к европейской цивилизации. Повсюду исполняются негритянские танцы, негритянские танцевальные прыжки. И вот теперь мы имеем даже этот негритянский роман. Он предельно скучен, ужасно скучен, но люди читают его. Я же, со своей стороны, убежден в том, что когда мы получим известное число негритянских романов и будем давать читать эти негритянские романы беременным женщинам, причем именно в начале беременности, ведь они в нынешнее время испытывают прямо-таки пристрастие к ним, -- итак, если мы будем давать беременным женщинам читать негритянские романы, то совсем не придется заботиться о том, чтобы негры пришли в Европу, чтобы рождались мулаты; ведь лишь благодаря одному чисто духовному чтению негритянских романов в Европе появится множество детей, совсем серых, с волосами мулатов, которые будут выглядеть как мулаты!

Так что можно сказать: сегодня совсем не обращают внимания именно на то, что является содержанием духовной культуры. Это именно так; здоровое воспитание будет постоянно заботиться о том, что мы читаем или что мы позволяем себе рассказывать. И когда-нибудь -- если будут учитывать то, что говорит антропософия, -- возможно, появятся романы для беременных женщин. Если беременные женщины будут их читать, они снова будут видеть перед собой прекрасных людей, и эти красивые люди будут порождать таких же крепких и красивых. Ибо во время беременности женщина наряду с тем, что она совершает в своей голове, создает предпосылки для той деятельности, которая происходит в ее животе. Она создает формы ребенка из того, что она представляет, что она ощущает, чего она хочет.

Духовная наука станет убедительной, господа. Поэтому больше не смогут говорить: духовное не влияет на человека. Ибо всю свою жизнь он находится под влиянием того, какие побуждения испытывала мать в первые месяцы беременности, если это позднее не было урегулировано воспитанием. В более позднее время это уже не особенно важно, поскольку человек (плод) уже сформировался, обрел определенную форму. Однако первые месяцы являются особенно важными, исполненными значения. Именно когда мы смотрим на физическое первоначальное состояние человека в теле матери, открывается то, что больше всего привлекает к духовной науке.

Да, господа, если кто-то мыслит действительно разумно, то он говорит себе: в животе должны правильным образом сочетаться тепло, струящееся сверху, и холод, струящийся снизу. Они всегда должны правильным образом встречаться в животе человека. Вообще надо следить за тем, чтобы приходящее сверху правильным образом встречалось с приходящим снизу.

И если нам стало ясно, что человек сильно зависит от простых духовно-душевных переживаний матери, что он может иметь большую или маленькую голову, что его сердце может быть разрушено, его дыхание может быть разрушено, тогда мы видим: то, каким предстает перед нами человек, целиком и полностью находится под влиянием духовно-душевного начала.

Но, видите ли, происходит и такое: если, например, мать еще никогда не видела человека с бросающимся в глаза кривым носом и она встретит такого именно на первом месяце беременности, то в большинстве случаев, если положение не исправлено, у ребенка тоже будет кривой нос. Вы даже можете видеть, что в большинстве случаев, когда мать была потрясена, увидев кого-то, чей нос был искривлен вправо, у родившегося ребенка нос будет искривлен влево. Точно так же, как у человека правая рука связана с левым речевым центром*, поскольку в человеке все зеркально перевернуто, так и в этом случае происходит перевертывание. Мы можем проследить: если у кого-то нос искривлен, то наверняка он имеет этот кривой нос оттого, что мать однажды как-то испугал человек, нос которого был искривлен в другую сторону! Видите ли, человек носит на себе еще много иных признаков. Материалистическая наука говорит при всяком случае о том, причина чего ей неизвестна, -- о наследственности. Если у кого-то кривой нос, то он, конечно же, унаследовал его; если у кого-то красный цвет лица, то он, конечно, его унаследовал; но дело обстоит совсем не так. Это происходит по той причине, о которой я вам рассказал. Понятие наследственности является одним из самых туманных понятий современной науки.

* левой височной извилиной.

Если вы взгляните на человека и увидите не кривой нос, а родимое пятно, то в этом случае матери не было необходимости видеть именно родимое пятно, но она могла увидеть нечто совсем другое, вследствие чего она неправильно направила кровь ребенка. То, что вы видите, всегда является отклонением от нормального человеческого облика. Но ведь есть же и нормальный человеческий облик.

Нельзя говорить просто: отклонения от нормального человеческого облика возникают не от женщины, а от духовных переживаний; ведь весь человек происходит только из утробы матери, из того, что в качестве материального находится там внутри. Если уж отклонения приходится объяснять, имея в виду духовное, то тем более человека в целом надо объяснять на основе духовного! Однако ни мать, ни отец не могут духовно произвести человека. Тут должно быть в наличии все человеческое искусство, но его в наличии нет, поскольку оно бесконечно. Это приводит нас к тому, что человек перед своим рождением уже присутствует тут как духовное существо и как душа соединяет себя с тем, что ему дается как телесное. И только для анормальных признаков остается в силе то, что на эмбрион можно повлиять духовно. Однако его нормальные признаки то, что я вообще имею нос посередине лица, что я имею два глаза -- представляет собой нечто гораздо большее! Только то, что я родился с кривым носом, является анормальным признаком. Вы представьте себе: нос находится посередине лица, он имеет прекрасную нормальную форму, которую я вам недавно рисовал. Глаз является удивительной вещью -- источник произрастания всего этого находится не в материнском теле. Это нечто такое, что уже находится в душевном, находится еще до возникновения человека в материнском теле.

И если мы правильно понимаем естествознание, мы приходим тут непосредственно к тому, что перед оплодотворением человеческая жизнь находится в духовном мире. Тут современные материалисты, конечно, скажут: "Да это одни фантазии". Почему же они говорят так? Да, господа, все древние люди, которые в давние эпохи человечества еще обладали сновидческим познанием, которого мы больше не имеем, знали, что человек существует еще до того, как он оказывается на Земле. Но на протяжении всех средних веков из-за запрета, наложенного церковью, было запрещено думать о так называемой преэкзистенции, то есть о предземном бытии. Церковь запретила это. И когда сегодня материалистический агитатор стоит на трибуне, то эта трибуна является всего-навсего лишь подобием средневековой церковной кафедры, так как он говорит лишь то -- хотя и не тоном проповедника, но как агитатор, -- что уже использовалось в материалистических церковных проповедях. Материализм всего лишь перенял средневековые проповеди. И современные материалисты, которые, в сущности, не знают, но лишь вторят тому, чему учили в средневековье на основе церковного запрета, они, в сущности, не являются строителями науки, они строят только то, чему учит церковь. Материализм по существу произошел от средневековой церкви. Там не допускалось какое бы то ни было существование души перед земным бытием, поскольку людей учили, что какой-то готовый к услугам бог создает душу, когда происходит оплодотворение. Между тем именно от прихоти людей зависело: быть или не быть оплодотворению -- вы ведь знаете, что в очень многих случаях тут имеет место прихоть, -- и вот Господь Бог должен моментально являться и создавать при этом душу! Так что запрет служил, в сущности, для того, чтобы в это лучше верили.

Нет, господа, нельзя считать разумным то воззрение, где Господь Бог делается всего лишь прислужником человеческих прихотей, где Он должен поскорее создать душу, если у кто-то здесь на Земле возникла прихоть оплодотворения! Если задуматься над этими вещами, то можно обнаружить, что в этом материалистическом воззрении заложено то, что подрывает всякое человеческое достоинство. И напротив, настоящее, правдивое познание человека приводит нас к тому, что мы говорим: душа целиком и полностью присутствует здесь, она жила всегда; она просто спускается к тому, что предоставляется ей посредством человеческого зародыша и оплодотворения.

Таким образом, мы должны сказать: антропософия снова приходит к духу не потому, что ей этого захотелось по какой-то фантазии, но по той простой причине, что она должна это делать, что она всерьез принимает научное познание, в то время как другие не принимают его всерьез. С одной стороны, они изучают естествознание, что должно было бы прямо вести к духу но с другой стороны, они слишком ленивы, чтобы прийти к духу из естествознания, ведь для этого голова должна напрягаться и хоть немного соображать. Они позволили себе удалить дух из старых учений, но, тем не менее, все еще считают себя благочестивыми! Однако в таком случае они просто нечестны. Они применяют двойной стандарт, ведут двойные счета. Тот, у кого один стандарт, должен подниматься от природы к духу. Прямо к этому ведут нас те вещи, которые мы, как примеры, рассматривали сегодня.


ОДИННАДЦАТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 5 января 1923 г.


Первая лекция для рабочих после пожара здания Гётеанума35 в Сильвестрову ночь. При появлении Рудольфа Штайнера все слушатели в знак своего участия поднялись со своих мест.

Трудно говорить о той боли, которую я испытываю. Я знаю, что вы принимаете внутреннее участие в происходящем, и поэтому мне не требуется много слов.

Обстоятельства позволяют обратить внимание на то, что я еще 23 января 1921 года36 здесь, в этом зале зачитывал отрывок из некой брошюры37, содержащий высказывания одного из недоброжелателей, теперь даже можно сказать -- врагов. Вот как звучало это высказывание: "Огненных духовных искр38, подобно молниям уже шипящих над этой деревянной мышеловкой, вполне достаточно; от Штайнера потребуется вся его премудрость для предотвращения того, чтобы в какой-нибудь один день настоящие огненные искры не превратили дорнахское великолепие в руины".

Видите ли, там, где возникает такой накал, не стоит особенно удивляться, что затем те самые вещи происходят в действительности. Именно таких вещей следовало серьезно опасаться в связи с возросшей враждебностью. То, что этого надо было серьезно опасаться, вы легко поймете. Но к тому же обнаруживается образ мыслей известных кругов.

Надо только увидеть эту враждебность, надо только подумать о том, с какой враждебностью газеты смакуют происшедшее, заявляя: "Разве ясновидящий Штайнер не мог предсказать этот пожар?" О том, что такая постановка вопроса является крупной глупостью, я вообще не хочу сейчас говорить. Но какая же степень злой воли заложена в этой враждебности, если даже сейчас находят нужным бросать в мир подобные фразы, публиковать подобные статьи! Отсюда видно и то, как люди думают, и то, насколько они жестоки сегодня. Это жестокость!

Но вы можете быть уверены, что я не позволю столкнуть себе с избранного пути тому, что совершилось. Пока я жив, я буду вести мое дело, буду вести его так же, как вел до сих пор! Я надеюсь также, что ни по одному из направлений не возникнет временных перерывов в работе, так что и в будущем мы сможем точно таким же образом работать здесь вместе -- по крайней мере, таково мое пожелание -- работать так, как работали до сих пор. Что бы ни случилось, я думаю, что в той или иной форме здание будет построено заново. Само собой разумеется, что для этого должно быть сделано все. Итак, мы должны продолжать идти дальше тем же образом, как мы это делали. Это просто наш внутренний долг.

Сегодня мне хотелось бы использовать время для того, чтобы рассказать вам еще кое-что, имеющее отношение к тому, о чем мы говорили с вами в последний раз, в то, менее скорбное, время.

Тогда мои усилия были направлены на то, чтобы показать вам: настоящая наука должна по-настоящему работать над тем, чтобы снова познать в человеке духовно-душевное начало. Но вы, я полагаю, даже не знаете, какие сильные страсти это вызывает именно в научных кругах. Ибо эти научные круги, так сами себя и называющие, готовы превозносить как нечто совершенно особенное тех, кто не вникает в суть дела. Когда же речь заходит о выступлении против антропософии, эти научные круги готовы делать общее дело с каждым, кто проявляет такую враждебность, -- они делают общее дело!

Вы видите, что враждебность по отношению к антропософскому движению поистине не мала. В тот день, когда здесь произошло несчастье, я получил отчетный доклад одного объединения с названием: "Союз неантропософских знатоков антропософии"39. Речь идет о людях, которые, конечно, не имеют прямого отношения к нынешнему несчастью, но принадлежат к общему лагерю противников. Этот доклад заканчивался словами: "Идет борьба не на жизнь, а на смерть; победит та сторона, которой будет руководить Святой Дух".

После тех идиотических высказываний, которые позволили себе эти люди, можно было бы заранее предсказать -- не говоря уже о Святом Духе, -- что вообще никакого духа не имеют люди, решившие вести подобную борьбу не на жизнь, а на смерть; это с полной очевидностью следует из отчетного доклада названного союза. Но, тем не менее, существующая ярость выражается в словах: "Идет борьба не на жизнь, а на смерть". И борьбу эту эти люди уже ведут! И число противников поистине немалое. Научные круги, так называемые научные круги в настоящее время участвуют в подобных вещах весьма интенсивным образом.

Видите ли, я все снова и снова должен это подчеркивать, поскольку авторитет науки сегодня действует очень сильно. Если сегодня кто-то хочет что-либо узнать, он направляется к так называемому специалисту, ученому, именно так это заведено. Однако людям неизвестно, какими путями возникают такие специалисты, люди не знают, что человек может быть круглым идиотом, но, тем не менее, дипломированным "специалистом", и так далее. Эти вещи таковы, что когда-нибудь они должны быть по-настоящему осознаны; вот почему важно, чтобы ясность была внесена в саму основу, фундамент, на котором базируются эти вещи. Ведь даже самые первые фразы, которые преподносят сегодня в школе маленьким детям, являются, в переносном смысле слова, не более чем "капустой", то есть вздором! Вещи, которые считают сегодня само собой разумеющимися, являются именно вздором.

Так, сегодня весь мир будет возражать тому, кто скажет: бессмысленно полагать, что головной мозг мыслит. Тезис о том, что именно головной мозг мыслит, используется повсеместно. Мыслей якобы не может быть там, где нет головного мозга. Из моих лекций вы видели, что головной мозг, несомненно, принимает участие в процессе мышления, он имеет значение для мышления. Но вот когда люди, поистине мало использующие свой головной мозг, утверждают, что названный головной мозг является своего рода аппаратом, с помощью которого думают, то это полная бессмыслица. Если так думает какой-нибудь простой человек, то в этом ничего удивительного нет, так как он не может оценить все факты; его вера основана на авторитете. Однако ни логики, ни настоящего мышления нет в тезисе о том, что мозг мыслит, и я хочу привести вам пару доказательств этому.

Вам это станет очевидным, если вы рассмотрите одного маленького жука, головка у которого тоже страшно маленькая. Возьмите, например, такого жука, как жук-могильщик40, отделите ему голову и загляните в нее; едва ли вы найдете там головной мозг, о котором можно было бы утверждать, что он является аппаратом мышления. У такого маленького жука вообще, конечно, нет такого головного мозга, о котором можно было бы сказать, как и в случае человеческого головного мозга, что он мыслит; у жука есть совсем маленькие узлы, нервные узлы, но у него нет даже задатков какого-либо законченного мозга.

Для примера я хочу рассказать вам об одной сцене. Но предварительно я должен сказать вам, что в жизни этих жуков-могильщиков есть один обычай, которого они всегда придерживаются. Эти жуки-могильщики откладывают яйца, из яиц выходят червеобразные личинки, которые затем превращаются в жуков. Этим маленьким личинкам, после того как они вылезут, сразу же необходима мясная пища. Они не смогли бы жить, не имея мясной пищи. Что же делают эти жуки-могильщики?

Эти жуки-могильщики разыскивают где-нибудь в поле место, где лежит мертвая мышь, или мертвая птица, или мертвый крот. Затем, если, скажем, один жук-могильщик нашел мертвую мышь, то он сразу же убегает; после он возвращается снова, но не один, а ведет за собой множество других жуков. И эти жуки, жуки, с которыми он вернулся, окружают то место, где лежит мышь.

Итак, представьте себе, здесь лежит мышь (изображается на рисунке). Ее находит, обнаруживает жук. Он тут же убегает прочь. Затем он возвращается, этот жук-могильщик, приводя за собой целое множество других таких же жуков-могильщиков. Можно увидеть, как они бегают вокруг. Иногда видят и то, что они снова убегают; было замечено, что они снова убегают. Но иногда наблюдают следующее: жуки приходят, обегают вокруг мертвой мыши и после этого начинают закапывать ее; закапывая, они сначала выгребают землю из-под мыши по всей окружности, так что мышь погружается в землю все больше и больше. Они закапывают ее так долго, пока мышь совсем не уйдет в землю. Затем они приводят самку, и та откладывает туда свои яйца. После они заделывают эту полость землей, так что человек, проходя мимо, ничего не замечает.

Я говорил вам, что иногда жуки снова убегают. При исследовании обнаруживается, что жуки убежали, потому что грунт был слишком твердым. Жуки сказали себе: здесь мы ничего не сможем сделать. Если же они остаются и выполняют свою процедуру, это значит, что грунт тут мягкий.

Но самое замечательное, во что трудно поверить, хотя это правда, обнаруживается, если задуматься над тем, почему с одним убежавшим жуком возвращается только десять, двенадцать, а не сорок или пятьдесят жуков. Замечено, что с убежавшим никогда не возвращается жуков больше, чем это необходимо для работы. Жук берет с собой на работу не больше, чем требуется. Но ведь и меньше тоже не приходит. Он приводит именно такое число жуков, которое необходимо, чтобы осилить эту работу.

Изложенное звучит неправдоподобно, но то, что я рассказываю, вовсе не сказка. Люди смогли установить данный факт на основе всевозможных экспериментов. Это абсолютная правда. Ставил подобные эксперименты не какой-нибудь суеверный человек, но человек, обладавший здравым суждением, к слову сказать, занимавшийся естествознанием в то время, когда последнее было на высоте. Он был другом ботаника Гледича41, естествоиспытателя второй половины XVIII столетия; он проводил исследования с жабами, с обыкновенными жабами. Назначение этих исследований было иное; вам, ведь, наверное, известно, что электромагнитные явления были открыты благодаря лапкам лягушки. Итак, он брал мертвую жабу и сушил ее. Что при этом сделал названный естествоиспытатель? Он пришел в сад с деревянной палочкой, с нанизанной на нее мертвой жабой для того, чтобы поскорее высушить ее на солнце. Через некоторое время он пришел туда снова и увидел, что вокруг активно работают жуки-могильщики, некоторое число жуков-могильщиков. Он не стал убирать предмет, но подумал так: лучше я понаблюдаю, что получится. Он предоставил жукам-могильщикам возможность спокойно работать. И что же те сделали? Они долго подкапывались, пока палочка не свалилась, они прорыли в земле ямки до того места, где лежала жаба. Затем они дали возможность самке отложить там яйца, причем палочку они не оставили лежать просто так, они ее закопали, а после закопали в землю и жабу, набросав сверху земли. Если бы это сделал человек, можно было бы сказать: он закопал палочку, чтобы замести следы, на случай, если кто-нибудь придет. Жуки-могильщики поступили точно так же, как разумный человек; я даже убежден в том, что множество глупых людей не додумалось бы сделать что-либо подобное. Вы видите отсюда: то, что называют рассудком, разумностью, просто присутствует само по себе, без того, чтобы жуки-могильщики им обладали.

Кто-нибудь всегда мог бы возразить: нет, это вздор, рассудка тут быть не может. Это, мол, полный идиотизм, если кто-либо говорит, что тут есть рассудок, это всего-навсего инстинкт. Я же считаю идиотом того, кто использует в таких случаях слово "инстинкт", поскольку таким образом он заводит вопрос в тупик. Слово "инстинкт" используют для всего, о чем вообще не могут составить себе представления. Я должен ознакомиться с предметом, при этом безразлично, как я его назову, я должен разобраться, в чем тут дело. Кто-нибудь мог бы сказать в таком случае: хорошо, но даже, несмотря на это, то, что он нам рассказывает -- вздор, поскольку описанное является врожденным свойством у жуков, они его унаследовали, тут нет необходимости предполагать наличие рассудка. Это заложено в физической природе, и нет никакой необходимости думать, что у этих жуков есть рассудок.

Однако я хочу рассказать другую историю42, в добавление к этой, историю, которую рассказывал один вполне безупречный человек, историю, наблюдавшуюся и другими, но прежде всех -- этим безупречным человеком, а именно Дарвином, люди ведь считают себя приверженцами Дарвина, не так ли? -- происходило это, впрочем, не с жуками, а с осами. Осы, как и жуки, не имеют сколько-нибудь большого головного мозга. Видите ли, осы своих личинок, выползающих из яиц, тоже должны обеспечивать мясом. Эти осы, даже если они собираются вместе, слабее, чем жуки. Дело у них обстоит так, что они не могут использовать ни мертвого крота, ни мертвую жабу, им нужны более мелкие животные, которых может использовать лишь одна особь, так как помощь других особей не имеет смысла. Поэтому для своих личинок такие осы собирают маленьких животных, таких, как муха, и тому подобное.

Так вот, Дарвин, которого называют великим естествоиспытателем XIX века, наблюдал следующее. Одна оса, которой было нужно подобное животное, чтобы самка, имеющая яйца, могла их туда отложить, нашла на дороге какую-то муху, дохлую муху. Эта оса хотела улететь с мухой, но та была слишком тяжела для нее. Что же сделала оса? Она отгрызла голову и заднюю часть тела мухи и полетела с оставшейся грудкой и крылышками. Оса взлетела с мухой, оставшейся без головы и задней части туловища. Но дул сильный ветер, и осе не удавалось двигаться вперед. Она старалась продвинуться вперед -- как сказано, Дарвин сам наблюдал все это, -- но ей не удавалось сдвинуться вперед, так как ветер наталкивался на эти два крылышка. Ветер бил в эти крылышки, и осе не удавалось продвинуться вперед. Что же сделала тогда оса, которой мешали эти крылышки? Она опустилась на землю, отгрызла оба крылышка и полетела с остатком мухи без крылышек.

В данном случае невозможно сказать ничего другого, кроме того, что здесь, как и прежде, имеется в наличии рассудок. Ведь оса подлаживалась к ветру. Это не могло быть ее врожденным свойством -- откусывать крылышки своей жертвы в случае ветра. Здесь необходимо исходить из того, что называют рассудком, необходимо сказать себе: если крылышек не будет, то ветер не станет действовать на них. Это не может быть врожденным свойством! Совершенно невозможно, чтобы такое свойство было врожденным! Тут в наличии то, что называют замыслом. И, следовательно, человек должен был бы сказать: здесь действует настоящий рассудок. Тут действует рассудок.

На этом примере вы можете видеть, как работало естествознание в XIX веке. Я вполне намеренно привел вам именно Дарвина, видевшего эту сцену. Но что же сказал о ней Дарвин? Дарвин сказал: все то, что мы встречаем у животных, происходит исключительно благодаря наследственности и естественному отбору, и так далее.

Да, для того, чтобы выстроить теорию, люди скрывают, подгоняют известные им факты! Наиболее существенным является то, что люди просто скрывают, утаивают то, что они сами знают, скрывают ради построения удобной теории, не опирающейся на настоящую науку; такими теориями только пускают людям пыль в глаза. Конечно, Дарвин был большим человеком, и никто с большей любовью не признавал его позитивные достижения, чем я сам. Мне много приходилось писать о Дарвине. Однако надо ясно понимать, что даже те, кому удалось кое-чего добиться -- это и есть самое примечательное -- удалось добиться чего-то крупного, даже они были подвержены недугу не видеть очевидных фактов. XIX век, несмотря на его триумф во внешнем мире, характеризуется именно тем, что люди совершенно утратили смысл фактов или стали просто скрывать эти факты.

Давайте пойдем дальше. Возьмем других насекомых. Эти вещи следует наблюдать именно на насекомых, поскольку в случае насекомых можно знать совершенно точно: они не могут быть разумными вследствие наличия у них большого головного мозга, так как, без всякого сомнения, его у них нет. Поэтому-то и нужно наблюдать такие вещи именно на насекомых. С насекомыми, господа, дело обстоит так, что им свойственны не только те вещи, которые я вам описал, но и совершенно иные. Все насекомые откладывают яйца, и животное появляется из них не сразу; сначала возникает личинка, претерпевающая затем метаморфозу. У бабочек, которые тоже являются насекомыми, это происходит еще сложнее. В этом случае появляется личинка, гусеница; она окукливается, и только из куколки появляется бабочка. Здесь происходит полное преображение. Однако такое превращение существует у всех насекомых. Видите ли, есть такие насекомые, которые, развившись до окончательной стадии, имаго, являются вегетарианцами, они поедают только растения43. Господа, я вовсе не агитирую за вегетарианский образ жизни, вы это знаете, но эти насекомые являются вегетарианцами. Они поедают только растения. Однако их своеобразие состоит в том, что, несмотря на это, их личинки, червячки, выползающие из яиц, нуждаются в мясе. Итак, своеобразие этих насекомых заключается в том, что на начальном этапе им от природы свойственно совсем другое. К растительной пище они обращаются только тогда, когда развиваются до окончательной стадии, становятся взрослыми животными. Если же они еще маленькие дети и выглядят совершенно иначе, как личинки или червяки, то тогда они питаются мясом.

Что же предпринимают эти животные? Они ищут других насекомых, главным образом гусениц, и откладывают свои яйца в тело гусеницы. Их собственные аппетиты не распространяются на мясо, на животную пищу, но они знают, что из яиц выведутся личинки, которым необходимо мясо. Итак, они откладывают свои яйца в тела таких гусениц или других насекомых. Однако это еще далеко не все, есть и кое-что иное. Можно сказать так: даже эти выводящиеся личинки тоже весьма разумны. Вы только представьте себе, ведь они ориентированы на питание живым животным. Следовательно, если надо отложить яйца, то насекомое, у которого есть стилетообразный яйцеклад, делает укол другому живому насекомому, большему по размерам, и откладывает в него иногда очень много яиц. Так что иногда в такой гусенице -- укол может быть произведен в любое место -- содержится множество яиц, из которых выводятся личинки. Затем личинки остаются в теле этого насекомого. Но яйца могут быть отложены только в живое насекомое, поскольку в тот момент, когда животное, в которое были отложены яйца, погибает, тогда и все эти яйца оказываются обреченными на смерть. Личинки могут жить только в живом животном. Итак, представьте себе, если хотя бы одна-единственная личинка из тех, что вывелись там, разрушит у животного с отложенными в него яйцами, такой орган, без которого животное погибнет, то тем самым и все остальные личинки выведенные из яиц, должны будут погибнуть. Так вот, эти насекомые настолько разумны, что никогда в такой живой гусенице они не сожрут ничего иного, кроме того, что не является безусловно необходимым для жизни гусеницы: следовательно, они не допускают гибели гусеницы, они щадят жизненноважные органы. Даже если яиц было много, они будут пожирать внутри только то, без чего гусеница сможет жить дальше.

Видите ли, это такие вещи, о которых людям известно, но они их скрывают. Люди знают об этом, но умалчивают. Естественно, что им неприятно, когда кто-то об этом говорит, поскольку тут речь идет не просто о недееспособности науки, речь идет о прямой научной нечестности, бессовестности.

Но отсюда вы можете видеть, что о таких животных, как насекомые, можно сказать следующим образом: без сомненья, у них нет никакого рассудка, так как у них отсутствует аппарат, служащий для рассудка, у них отсутствует головной мозг, однако в том, что они делают, действует рассудок. Надо сказать так: рассудок тут есть. Животные при этом не размышляют. Для размышления уже необходим головной мозг. Животные не размышляют, но реализуют то, что является рассудком. Бывает даже так, что животные обладают чем-то, похожим на воспоминание или память. У них нет памяти как таковой, но есть нечто подобное ей. Это вы могли бы наблюдать, если вы, например, пчеловод. В пчеловодстве все эти вещи тоже имеются. Допустим, здесь стоит улей. Отсюда вылетают пчелы. Тот, кто хочет кое-что узнать, переставляет улей немного подальше. Пчелы возвращаются назад, но прилетают сначала на прежнее место. Ну и прекрасно, само собой разумеется, что это "инстинкт", тут нет ничего удивительного. Они летят обратно по тому же маршруту, по которому улетели. Но затем они начинают искать. Они летят дальше, ищут повсюду. Наконец, они приближаются. Но теперь они не забираются в улей сразу. Они весьма продолжительное время крутятся вокруг, так что исходя из этого можно совершенно точно установить: они сперва исследуют этот улей, собственный ли улей находится перед ними, подобно тому, как жуки-могильщики исследуют сначала, мягкий ли или жесткий грунт! Это показывает, что они обладают хотя и не воспоминанием, но чем-то похожим на воспоминание; они должны убедиться конкретно, тот ли это улей. Мы делаем такие вещи с помощью нашей памяти, если нам надо установить тождественность чего-то. Пчелы совершают нечто подобное.

Вы видите, повсюду действует то, что у человека действует посредством головы, действует как проявление ума, рассудка. Повсюду действует ум, даже в насекомом действует удивительный ум. Вы только представьте себе, насколько удивительный ум проявляется в том, что выведенная личинка насекомого не пожирает желудок животного. Ведь если бы они стали грызть его, то погибли бы все вместе.

Если исследовать тактику, иногда применяемую людьми на войне, то возникнет некоторое уважение к тому разуму, рассудку, который действует в насекомом, особенно когда сравниваешь его с безрассудством людей! У людей в этом отношении нет никаких оснований говорить: мы единственные, кто обладает разумом.

Я хотел бы сказать вам кое-что еще. Всем вам знакома бумага. Вы знаете, что та бумага, которая существует в настоящее время, открыта людьми лишь четыреста или пятьсот лет тому назад. Раньше для письма использовали нечто иное, пергамент и так далее. Но так называемую тряпичную бумагу цивилизованное человечество открыло лишь четыре, пять веков тому назад. Раньше писали на коже и тому подобном. Как же смогли ее открыть? Открыли ее только благодаря тому, что известные субстанции смешали в определенной форме. Может быть, вам приходилось бывать на бумажной фабрике. Бумага сначала жидкая, затем она затвердевает и так далее. Итак, ее производят искусственно, используя всевозможные химические и механические средства.

Вы, может быть, видели не только бумагу, но иногда вам попадалось и осиное гнездо. Такое осиное гнездо построено примерно так (изображается на рисунке): оно располагается где-нибудь; здесь оно закруглено вот таким образом, чтобы осы могли залетать туда. Оно скорее серое, не белое, а серое, но ведь и бумага тоже бывает серая. Это осиное гнездо состоит из настоящей бумаги. Если задаться вопросом, а каков химический состав материала, из которого сделано осиное гнездо? -- то по химическому составу это совершенно то же самое, что и бумага. Это настоящая бумага.

Так вот, осы начали делать свои гнезда из бумаги не четыреста или пятьсот лет тому назад, они делают их в течение тысячелетий! Отсюда вы можете видеть: осы произвели бумагу значительно раньше, чем человек. Это один из фактов. Осиное гнездо состоит просто из бумаги. Если бы людям тысячи лет тому назад пришла в голову хитрая мысль; давайте посмотрим, из чего изготовлено осиное гнездо, то они могли бы прийти к открытию бумаги. Но химия тогда еще не заходила так далеко, да и писать еще не приходилось так много. Не всегда достигнутое благодаря письму приносило человечеству пользу. Но, во всяком случае, дело обстояло так, что осы фабрикуют бумагу в течение неизмеримо большего времени, чем люди.

Не только в течение часов, но даже целыми днями я мог бы, конечно, рассказывать вам о том, как повсюду распространен разум. Его находят всюду. У человека же дело обстоит так, что он накапливает тот разум, тот рассудок, тот ум, который распространен повсюду, и затем использует его. Благодаря тому, что он имеет разработанный головной мозг, он может использовать для себя то, что распространено в мире повсюду. Итак, человек посредством своего головного мозга может использовать для себя тот ум, тот рассудок, который находится повсюду внутри вещей.

Следовательно, наш головной мозг предназначен не для того, чтобы производить, создавать рассудок. Величайшая бессмыслица состоит в том, что мы верим, будто бы создаем рассудок сами. Если мы верим, что создаем рассудок сами, то это столь же глупо, как если бы, зачерпнув из пруда воды в кружку, кто-нибудь пришел с этой кружкой и сказал: смотри-ка, теперь тут есть вода, ты же видел, что несколько минут назад ее не было; значит, вода появилась из жести! Тут каждый скажет: что за вздор! Он был на пруду и взял там воду, она же не могла возникнуть в кружке! Однако ученые мужи показывают на головной мозг, подобным же образом накапливающий рассудок, поскольку последний имеется повсюду, как и вода, и утверждают, что этот рассудок возник там, внутри! Это столь же глупо, как говорить о том, что вода возникла в кружке; ведь ум, рассудок, имеется также и там, где никакого головного мозга вообще нет. Точно так же и пруд не зависит от кружки. Ум есть повсюду. Человек может лишь почерпнуть его, этот ум. И как можно использовать воду, находящуюся в кружке, точно так же человек может использовать свой головной мозг, если он, подобно воде, сосредоточивает, накапливает ум, находящийся в мире повсюду. Причем вплоть до сегодняшнего дня в отношении ума, рассудка, это получалось у человека далеко не лучшим образом.

Вы видите, что здесь речь идет о том, чтобы мыслить правильно. Однако те, кто утверждает, что посредством головного мозга создается, производится рассудок, никогда не будут правильно мыслить, ибо тем самым они показывают, что они не могут правильно мыслить. Их утверждение столь же вздорно, как и утверждение, что вода производится из жести, из которой сделана питьевая кружка. Этот вздор считается в настоящее время наукой. А речь, между тем, идет об очевидных вещах, господа. Из всего сказанного можно видеть: рассудок должен быть сначала накоплен, аккумулирован.

Возьмите головной мозг, где рассудок стремится сосредоточиваться, аккумулироваться. Сам по себе головной мозг столь же мало способен аккумулировать рассудок, как и та кружка, если вы ее поставите, а потом, возвратившись, увидите, что внутри нет воды! Сама по себе кружка не наберет воды. Также и головной мозг сам по себе не может вобрать рассудок, ум. Но что же должно быть в наличии, чтобы головной мозг мог собрать, мог аккумулировать рассудок? Вы не можете допустить, чтобы головной мозг оказался предоставленным самому себе, оказался в одиночестве, так же, как вы не можете предоставить кружку самой себе. Если вы верите в то, что вы состоите из крови, нервов и головного мозга, -- то все это всего лишь кружка; должно быть в наличии еще нечто, способствующее накоплению, использующее головной мозг в качестве аккумулятора для рассудка. Это и есть то духовно-душевное начало, которое собирает, которое входит в человека -- как я недавно говорил об этом -- и имеет предсуществование в духовно-душевном мире, только лишь пользуясь физическим. Если не скрывают фактов, если, стало быть, действительно приходят к тому, что рассудок существует всюду, подобно воде, что он должен быть набран, аккумулирован в головном мозгу, как вода в кружке, то следует искать и того, кто собирает, сборщика, -- если, конечно, хотят быть серьезными учеными, а не шарлатанами. К этому ведет обыкновенный здравый смысл. Неправда, что антропософская духовная наука менее научна, чем прочие науки. Она гораздо более научна, она в гораздо большей степени является наукой.

Насколько логичны эти люди, можно было увидеть позавчера. Вы знаете, что здесь состоялся естественнонаучный курс. Я уже рассказывал вам, что в Штутгарте мы ставили эксперименты, чтобы выяснить, какова роль селезенки44; мы установили, что задача селезенки состоит в том, чтобы служить своего рода регулятором в системе питания. Это означает, что кровь у человека имеет определенный ритм, пульс, семьдесят два удара в минуту -- такова норма. Но этот ритм связан с системой питания. Люди мало следят за тем, чтобы их система питания действовала ритмично. Это им плохо удается: есть приходится то так, то этак. Даже если посмотреть на сами потребляемые вещества, приходится есть как то, что пригодно, так и то, что непригодно. Тут отсутствует та размеренность, которая есть в крови. Если я, например, вместо часу дня ем в два часа, то возникает неупорядоченность, нарушается ритм. Однако на кровь это не оказывает влияния, ритм пульса не изменяется при этом, хотя для крови было бы желательно получать питание в определенное время. Именно селезенка выравнивает, компенсирует этот процесс. Это мы и хотели доказать с помощью экспериментов, и нам это удалось, хотя бы до известной степени; тут необходимы новые эксперименты, и они будут проведены. Итак, хотя и до известной степени, удалось доказать, что селезенка является регулятором, чье действие состоит в том, чтобы в случае нерегулярного приема пищи продукты питания оставались в кишечнике так долго, как это необходимо для крови. И если мы голодны, но не слишком сильно -- при длительном голодании селезенка ничего уже поделать не может, -- то селезенка содействует тому, чтобы из нашего собственного тела брался жир и тем самым кровь обеспечивалась.

Вы видите, поскольку мы ведем дело честно, госпожа Колиско в своей книге честно написала о том, что я в "Медицинском курсе" сообщал о роли, которую играет селезенка, и что она* впоследствии проводила эксперименты, подтвердившие это. И вот один мюнхенский профессор45 заявил: это уж слишком легко. Получают посредством антропософии данные, заранее имеют их в кармане. Если потом и делают опыты, ставят эксперименты, то тут -- как говорят эти люди** -- мы имеем дело с несостоятельной наукой, основанной на предсказаниях; ведь имеют дело с уже готовыми данными, и эксперименты ставят задним числом. Итак, он заявляет: это несостоятельная наука, основанная на предсказаниях.

* Имеется в виду госпожа Колиско.

** подобные мюнхенскому профессору.

Почему он говорит это? Потому что эти ребята вообще не желают работать с какими-либо направляющими мыслями, они хотят, чтобы к ним в кабинет доставляли как можно больше материалов, с которыми они начинают экспериментировать, слепо, бездумно экспериментировать, пока вдруг что-нибудь не получится. Это-то они и называют состоятельной наукой, не основанной на предсказаниях, наукой без предпосылок. Тут вообще не делается никаких предсказаний, гипотетических предпосылок. А то, что им иногда удается делать крупные открытия, -- ну что ж, даже слепой курице иногда попадается зернышко! Но как мы сможем продвинуться вперед, если не станем разрабатывать идеи в наших кабинетах?

Так что же говорит мюнхенский профессор? Это, мол, несостоятельная наука, основанная на предсказаниях, она работает с готовыми данными. Но представьте себе, что где-то делали опыты, они подтвердили сведения о роли селезенки, но описания этих опытов сгорели при пожаре, так что остались лишь результаты проделанного. Если бы тут нашелся кто-то, кто мог бы сказать "Что ж, я проделаю эти опыты вторично!", то в этом случае он тоже имел бы дело с такими готовыми данными. И вот тогда появился бы некий профессор, посмотрел на это и заявил: да, но ведь готовые данные у него уже в кармане, это "несостоятельная наука, основанная на предсказаниях". Это было бы явной дуростью. Разница же состоит только в том, что я получаю данные на основе духовного исследования предмета, но делаю это так, что они вполне могут быть проверены с анатомической точки зрения, научно; другой с помощью эксперимента находит подтверждение того, на что уже было точно указано. Перед ним стоит только одна задача: дать обоснованное физическое доказательство того, что я говорил. С логической точки зрения нет разницы, обнародую ли я, исходя из моего познания, какой-либо результат, открытый на духовнонаучном пути, или такой же результат станет известным кому-то благодаря ранее проделанным опытам.

Итак, кто-то говорит: это "состоятельная наука, не основанная на предсказаниях". Если он говорит это по отношению к тому случаю, когда физически были получены результаты, но описания опытов сгорели, то тем самым он отдает должное такой ситуации. Однако когда результаты исходят из антропософских источников, то тогда это якобы "несостоятельная наука, основанная на предсказаниях". Что это означает, господа? Это означает, что человек нечестен: все, исходящее от антропософии, он заранее объявляет еретическим. "Наука, не основанная на предсказаниях" для этих людей -- только ширма, речь у них идет не о ней. Они настолько глупы, что даже не замечают, как это бессмысленно с логической точки зрения. Они говорят о "науке, основанной на предсказаниях", не руководствуясь логикой, а лишь потому, что это относится к антропософии; эти люди слишком глупы, чтобы понять то, что исходит из антропософии. Конечно, они приходят в ярость, не будучи в состоянии понять; и тогда они объявляют ее еретической, клевещут. То, что антропософию объявляют еретической, основано на том, что люди, подвизающиеся на поприще так называемой науки, не мыслят, они не могут понять антропософию. Это заложено во всей нашей цивилизации. Сегодня можно быть крупным ученым, крупным естествоиспытателем и в то же время не уметь по-настоящему мыслить. Необходимо, чтобы достойным, честным образом культивировалась порядочность, честность, чтобы принимались во внимание все факты, а не только оказывающиеся удобными для построения теории, с помощью которой пускают людям пыль в глаза.

Вы видите, что по большей части ненависть к антропософии основана на том, что антропософия честна, а этого-то ей и не хотят позволить. Если бы у людей было больше чувства истины, то они частенько останавливали бы свое перо, не написав и двух строк. Ведь если человек знакомится с настоящей антропософией, то все их враждебные конструкции разваливаются, вот они и начинают изыскивать всякий вздор об антропософии. Людям, изыскивающим всякий вздор об антропософии, нет никакого дела до правды. Люди, которые начали говорить неправду, заходят все дальше. Вот почему распространяется все большая клевета по поводу антропософии. Что же является следствием? Не будучи в состоянии распознать клевету, верят, что антропософы -- это что-то вроде чертей. Тот, кто не в состоянии распознать, в чем дело, доверяет авторитетам, а эти последние говорят неправду. Антропософия страдает больше всего именно от того, что о ней повсюду говорят неправду, в то время как на самом деле она является настоящей наукой, рассматривающей факты.

Поэтому на фоне исключительно скорбных событий, произошедших здесь, необходимо хотя бы немного посмотреть на то, чем же являются такие вещи в действительности, как на основе неправдивости осуществляется травля и подстрекательство.

Я, со своей стороны, решительно отрицаю, что события были спровоцированы. Конечно, предотвратить всего я не мог. Однако не правда ли, то, что я говорю вам здесь, является указанием на вполне определенные факты? То, что я рассказал вам сегодня, является точным изложением фактов, я лишь добавил к этому общую характеристику научной жизни. Вы должны были бы сказать себе: там, где не учитываются такие факты, отсутствует воля к созданию настоящей науки, там господствует воля, направленная на то, чтобы пускать людям пыль в глаза, пусть даже неосознанно. В этом отношении людям следовало бы быть гораздо разумнее, чем они есть.

В ближайший понедельник мы будем говорить об этом дальше. Если вы хотите спросить о чем-то, то мне хотелось бы, чтобы вы говорили с полной откровенностью, от всего сердца. Что же касается всего остального, то я не позволю выбить себя из колеи тому несчастью, которое произошло. Вот почему у меня нет желания тратить все наше время на излияние скорби, но я хочу сказать вам нечто полезное.


ДВЕНАДЦАТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 8 января 1923 г.


Доктор Штайнер: Нет ли у кого-нибудь из вас вопроса, идущего от самого сердца?

Задается вопрос о воздействии алкоголя, его вредных последствиях и так далее.

Вы имеете в виду, насколько алкоголь вообще вреден для здоровья?

Ну, с алкоголем дело обстоит так, что вы можете легко заметить его первое действие, поскольку он действует в человеке на то, что мы описываем все снова и снова: он действует на всю душевную конституцию. Во-первых, человек из-за алкоголя впадает в своеобразное духовное замешательство, смятение, действующее настолько сильно, что человек прежде всего оказывается во власти эмоций, которые в ином случае более слабы в нем и легко могут быть подавлены рассудком. Так что если человек не пьет алкоголь, то его проявления более разумны, нежели в том случае, когда он выпил. Кроме того, алкоголь воспламеняющим образом воздействует на кровь человека, так что кровообращение усиливается. Это первое; вследствие сказанного эмоциональная жизнь приходит в возбуждение. Человек, например, с легкостью впадает в гнев, в то время как в обычном случае гнев может быть с легкостью подавлен. Итак, вы видите, первое действие алкоголя таково, что оно оказывает влияние на умственную деятельность и вообще на душеную жизнь человека.

Если же алкоголь в течение определенного времени остается в организме, то тогда он вызывает явление, которое вы очень хорошо знаете, называемое похмельным синдромом. Именно по возникновению похмелья вы видите, что алкоголь сначала действует так, что весь организм противится. Что означает похмелье у человека? Оно означает ничто иное, как то, что человек, скажем, вечером выпивал -- похмелье наступает, как правило, утром, после того как вечером человек выпивал, -- он выпивал вечером, и его кровь приобрела особенно сильную подвижность, вследствие чего он израсходовал слишком много сил. Эти силы расходовались потому, что он быстро придал своему организму ту подвижность, которая в обычном случае была бы менее сильной.

Итак, давайте совершенно точно проследим эти вещи. Допустим, что организм стремится совершать определенную деятельность в течение двадцати четырех часов. Если же человек выпил подходящую для него дозу алкоголя, то та же самая деятельность будет осуществляться в течение всего двенадцати или даже шести часов. Вследствие этого организм лишается своей внутренней деятельности. Вот почему у людей, имеющих привычку немного выпить, пропустить рюмочку, имеется инстинктивное правило, обычай, состоящий в том, что еще до того, как наступило похмелье, им надо как следует поесть. Почему они это делают? Если они поели как следует, то у них или вообще не возникает похмелья, оно просто не наступает, или оно возникает, но в более слабой форме, так что потом, на следующий день, они могут работать.

Что происходит, если кто-то выпил ощутимую дозу спиртного и после этого, скажем, съел жареную колбасу? Тогда он снова активизировал деятельность своего организма, своего тела, и создал замену тому, что было растрачено из-за чрезмерно убыстренной деятельности. Но если человек этого не делает, если он еще не стал достаточно опытным, закаленным пьяницей -- опытные, закаленные делают это, -- если он не закусывает, забывает поесть жареной колбасы, то тогда у него наступает похмельный синдром по той причине, что телесный организм оказывается не в состоянии развивать достаточно интенсивную внутреннюю деятельность. Если же эта деятельность не выполняется правильным образом, то повсеместно происходит отложение продуктов распада, отходов, а именно производных мочевой кислоты. Они в большей степени откладываются в голове, поскольку поддерживать нормальное обеспечение головы наиболее трудно. И вот, из-за выпитого спиртного, перерасходовав в течение ночи ресурсы деятельности своего организма, ресурсы внутренней органической деятельности, человек на следующее утро находится таком состоянии, что его голова представляет собой то, что в ином случае представляет его кишечник; в голове откладываются нечистоты. Вот почему тело немедленно протестует, если вследствие употребления алкоголя его принуждают к слишком интенсивной деятельности.

Тут дело обстоит так, что человек, как я вам уже говорил об этом однажды в лекции, может вынести гораздо больше -- я теперь имею в виду не алкоголь, а говорю вообще -- гораздо больше, чем обычно предполагают. В течение определенного достаточно долгого времени положение может выравниваться, компенсироваться. Однако вы можете наблюдать, как некоторые люди используют очень обманчивый, крайне сомнительный способ борьбы с похмельным синдромом. Если люди на следующее утро встают или возвращаются домой с сильнейшим похмельным синдромом, то что они делают? Вам тоже приходилось с этим встречаться: они на следующее утро опохмеляются. Раннее употребление алкоголя они превращают в своеобразное лечение, они опохмеляются.

Что же это означает, если они опохмеляются, пьют снова? Видите ли, ночью организм лишается своей активности, телесная деятельность редуцируется вследствие перевозбуждения крови. Утром возникает дефицит такого рода деятельности. Однако следующий прием алкоголя подстегивает организм, так что те последние остатки деятельности, активности, еще имеющиеся в наличии, тоже пускаются в расход. Эти последние остатки еще способны удалить основные нечистоты, и поэтому похмельный синдром до известной степени ликвидируется, но только в голове, тогда как в остальном организме, остальном теле он сохраняется. Хотя то, что таким образом сохраняется в остальном теле*, люди ощущают гораздо меньше. Когда опохмеляются по утрам, это приводит к тому, что похмельный синдром, не будучи осознаваем, захватывает весь остальной организм, переходит в него. Наступление такой ситуации является истинным бедствием для организма. Среди алкоголиков наихудшими, наиболее тяжелыми являются те, кто, опохмеляясь, устраняет похмельный синдром. Если все это раз за разом повторяется, то постепенно весь организм подвергается разрушению. Кроме того, бывает почти невозможно разрушать организм без наступления дальнейших последствий -- именно потому, что человек может вынести многое. Вот почему у настоящих пьяниц на первый план выступает своеобразный делирий, алкогольный психоз. Тут дело еще не дошло до стадии разрушения. Если наступает так называемый Delirium tremens, белая горячка, как называют это явление в медицине, человек начинает видеть повсюду своего рода животных, бегающих вокруг мышей, и тому подобное. У него возникает бред преследования. Для Delirium tremens, белой горячки, характерно то, что человек начинает чувствовать, как его повсюду преследуют маленькие животные, например, мыши. Это даже вошло в историю. Есть такая Мышиная башня. Она получила свое название главным образом, от того, что там в давнее время содержался в заключении кто-то, страдавший алкогольным психозом. Его мучили мыши, якобы находившиеся внутри башни. На самом деле ему только казалось, что внутри были мыши. Тот, кто сидел внутри башни, видел вокруг себя тысячи и тысячи бегающих мышей, которых на самом деле там не было.

* как похмельный синдром.

Итак, вы видите, как трудно человеку полностью загнать в свое тело то, что действует в нем, если он разрушает себя посредством алкоголя. Тело долгое время сопротивляется всему этому процессу, причиной которого является алкоголь.

Интересно то, что при этом у людей пробуждается совесть. Они, скажем, какое-то время выпивали, опохмелялись ранним утром и продолжали пить дальше, но затем у них вдруг пробуждается совесть, человек прекращает пить, сохраняя, таким образом, немного энергии. Что же происходит затем? Если до тех пор у них не было алкогольного психоза, то именно тут-то он и возникает. Это интересный факт, что алкогольный психоз возникает иногда именно у тех, кто долгое время выпивал, а потом перестал пить.

Это один из важнейших признаков того, что при рассмотрении человека надо учитывать: голова действует иначе, нежели все остальное тело. В последней лекции я приводил вам много примеров, подтверждающих это. Пока похмельные явления удерживаются в голове, дела человека еще терпимы, процесс еще не перешел внутрь остального организма. Но если он уже перешел внутрь и человек после этого прекращает пить, то в таком случае бурная реакция всего тела проявляется через голову: вот тогда-то у человека начинается алкогольный психоз -- на фоне отказа от спиртного.

Можно сказать так: в крови человека имеется некое телесное подобие, эквивалент важнейших душевных отправлений, душевных функций. Вы, может быть, знаете, что у некоторых людей возникает бред преследования, они видят всевозможные образы, которых нет на самом деле. В прежнее время людям в таких случаях делали кровопускание, и это было весьма здоровым лечением. Не нужно думать, будто раньше все люди были суеверны в той степени, как это принято считать теперь. Кровопускание делали не ради суеверия. Кровопускание, в частности, делали таким больным, о которых у нас идет речь. Им прикладывали куда-нибудь пиявок, отсасывавших у них кровь. Тогда кровь становилась менее активной. Не в случае пьянства, а в случае алкогольных психозов кровь становилась вследствие этого менее активной. И тогда наступало улучшение.

Я говорил вам также и о том, что нервная система в высшей степени родственна всему, являющемуся основой душевных свойств человека; тогда как для воли человека нервная система гораздо менее важна. Она играет важную роль для рассудка, но для воли человека она гораздо менее важна, чем кровь.

Если вы видите, что от алкоголя подвергается сильнейшей атаке именно кровь, то вы должны из этого понять и то, что кровь очень хорошо защищена от таких атак, ибо тело активно протестует против такой алкогольной атаки. Кровь действительно сильно защищена от того вмешательства, которое по отношению к человеку производит алкоголь. Мы должны спросить себя: благодаря чему кровь в человеке оказывается столь сильно защищенной от этого вторжения, этой атаки? Тут мы должны спросить и о следующем: где возникают важнейшие составные части крови?

Вспомните о том, что я говорил вам: кровь состоит из красных кровяных телец, эритроцитов, содержащих в себе железо, они плавают в так называемой сыворотке крови. Кроме того, кровь состоит из белых кровяных телец, лейкоцитов. Я говорил вам, что важнейшей составной частью крови являются эритроциты и лейкоциты. В данном контексте мы не принимаем во внимание кровяные тельца, связанные с деятельностью селезенки, чью регулирующую [ритм питания] роль мы исследовали в Штутгарте. В составе крови много клеток; мы хотим сейчас обратить внимание именно на красные и белые кровяные тельца, на эритроциты и лейкоциты, и задаться вопросом: где в организме возникают эти кровяные тельца? Видите ли, эти кровяные тельца возникают в совершенно особом месте. Если вы представите себе бедренные кости от таза до колена, представите какие-либо кости -- рук, плеч или предплечий -- кости, полые внутри, то повсюду в этих костях вы обнаружите внутри так называемый костный мозг. Тут внутри находится мозг, костный мозг. Видите ли, господа, в этом костном мозгу и возникают красные и белые кровяные тельца -- эритроциты и лейкоциты, -- которые затем проникают в кровеносные сосуды. Человеческое тело организовано так, что во внутренних полостях костей оно производит кровь, иначе говоря, то, что является в нем наиболее важным.

Поскольку это так, то вы можете сказать себе: воспроизводство крови действительно очень сильно защищено от разрушительных воздействий. Лишь очень продолжительное употребление алкоголя, причем в наихудших формах, необходимо для того, чтобы его разрушительное действие прошло даже в кости, вплоть до их внутреннего содержимого, вплоть до костного мозга, и стало там разрушать костный мозг, лишая его возможности производить эритроциты и лейкоциты. В этом случае человек, употребляющий алкоголь, вступает в наиболее разрушительную стадию, поскольку действие алкоголя заходит так далеко, что он воздействует на костный мозг.

Дело обстоит так, что люди [разных полов] в отношении своего рассудка, в отношении своих душевных свойств во многом похожи друг на друга, однако в отношении своей крови люди разных полов, мужчины и женщины очень отличаются друг от друга. Хотя это различие остается неосознанным, оно, тем не менее, очень отчетливо. Кровяные тельца, образующиеся внутри костного мозга, эритроциты и лейкоциты воздействуют на людей по-разному: эритроциты более важны для женщины, тогда как лейкоциты важнее для мужчины. Это очень существенно: красные кровяные тельца, эритроциты, являются более важными для женщины, а белые, то есть лейкоциты, важнее для мужчины.

Поэтому происходит так: у женщин, как вы знаете, каждые четыре недели наступают менструации. Они, главным образом, представляют собой деятельность человеческого тела, направленную на выделение, выделение красных кровяных телец, эритроцитов. У мужчин менструаций не бывает, и как вы знаете, мужская сперма происходит не от красной крови. Она происходит от белых кровяных телец, лейкоцитов. Они многократно видоизменяются, но, в конечном счете, составляют то, что является важнейшим в мужском семени, в сперме. Так что в связи с тем, что имеет отношение к размножению человека, мы должны идти вплоть до защищенного костного мозга, если мы хотим проверить, посредством чего можно физически повлиять на человеческую способность размножения. На человеческую способность размножения, воспроизводства, можно оказывать физическое влияние через костный мозг, находящийся внутри костей.

Разумеется, и красные, и белые кровяные тельца, и эритроциты, и лейкоциты, будучи произведены внутри костей, переходят в кровь. Если алкоголь употребляет женщина, то особому воздействию подвергаются эритроциты. Эритроциты, красные кровяные тельца, содержат железо, они тяжелые, они несут в себе земную тяжесть. Если пьет женщина, то это действует на нее так, что в ней возникает чрезмерная тяжесть. Следствием является то, что у пьющей женщины ребенок [плод], который должен формироваться, становится слишком тяжелым и не может правильным образом внутренне развить свои органы. Он внутренне недоформируется, его внутренние органы не в порядке. На этом окольном пути, господа, и осуществляется вредное влияние алкоголя в случае женщины.

У мужчин дело обстоит так, что алкоголь оказывает преимущественное воздействие на белые кровяные тельца, на лейкоциты. И если затем под влиянием алкоголя или вообще под влиянием организма, отравленного алкоголем, наступает оплодотворение, то сперма, семя, разрушается, причем таким образом, что становится излишне подвижным, "вертлявым". Оплодотворение происходит так, что материнский организм должен выделить маленькую яйцеклетку. В том состоянии, в котором она находится при оплодотворении, ее можно увидеть только под микроскопом. Итак, выделяется яйцеклетка. Мужчина же выделяет целое множество семенных телец, сперматозоидов, имеющих нечто вроде нитей, подобных хвостам. Бесчисленное множество этих сперматозоидов находится в семенной жидкости, сперме. Эти нитеобразные хвостики, которые они имеют, подобны мишуре, мерцающим волоскам. Благодаря этим мерцающим волоскам сперматозоиды вообще являются в высшей степени подвижными, "вертлявыми". Они совершают сложнейшие движения, и один из них должен первым проникнуть в женскую яйцеклетку. Тот, который подходит первым к яйцеклетке, воспринимается ею. Он гораздо мельче, чем эта женская яйцеклетка: хотя и саму яйцеклетку можно наблюдать только в микроскоп, мужской сперматозоид гораздо мельче. В тот самый момент, когда он воспринимается яйцеклеткой, вокруг него сразу же образуется оболочка, и все сперматозоиды, подходящие потом, отталкиваются этой оболочкой. Внутрь проникает только один. Ибо сразу же, как только он оказывается внутри, вокруг яйцеклетки образуется оболочка, так что другие вынуждены отойти.

Вы, следовательно, видите, что все это устроено чрезвычайно остроумно. Сперматозоиды обладают исключительной подвижностью. Однако под влиянием алкоголя они становятся гораздо более подвижными. Так что в этом случае оплодотворение происходит под действием мужских семенных телец, сперматозоидов, которые чрезвычайно подвижны. Вследствие этого нервная система и система органов чувств у человека [у плода] подвергается особенному воздействию, вызванному тем, что мужчина пьет. Итак, если пьет женщина, то тогда внутренние органы плода подвергаются разрушению вследствие чрезмерной тяжести; если же пьет мужчина, то разрушается нервная система ребенка (плода). Подвергается разрушению та деятельность, которая должна функционировать правильным образом, когда ребенок подрастает.

Следовательно, можно сказать: пьющая женщина содействует разрушению в человеке (плоде) земного начала, а в случае пьющего мужчины разрушается подвижное, газообразное начало, которое находится в окружении Земли и которое несет в себе человек. Таким образом, в случае, если пьют оба (родителя), разрушение плода производится с двух разных сторон. Конечно, тогда не происходит нормального оплодотворения; это означает, что хотя оплодотворение наступает, но нормальный рост плода становится невозможным. Ибо, с одной стороны, яйцеклетка излишне проявляется свою тяжесть, а с другой стороны, все приходит в трепещущую, "вертлявую" подвижность. Одно вступает в противоречие с другим. Если оба пьют, то в таком случае при оплодотворении мужское начало вступает в противоречие с женским. Для того, кто понимает эти закономерности в целом, ясно, что у людей, у которых выпивка вошла в привычку, плод фактически подвергается чрезвычайно вредному воздействию. Однако люди в это не верят, поскольку влияние такого рода у пьющих мужчин и женщин относительно слабо заметно, оно не так явно. Это, впрочем, происходит оттого, что кровь, производимая внутри костного мозга, защищена настолько, что людям приходится приложить много усилий, чтобы оказать заметное влияние на потомство. И поскольку воздействия слабы, люди в настоящее время вообще не признают их существования.

Не правда ли, если ребенок родится с водянкой головы, то, как правило, никто не проверяет, не произошло ли зачатие ночью, после того, как мать побывала на званном ужине и пила там красное вино. Тем не менее, при проверке обнаружилось бы, что это имело место, так как тяжесть стала слишком сильной. Вот и родился ребенок с водянкой головы. Если же в ином случае ребенок рождается с нервным тиком, подергиванием лицевых мышц, то тоже никто не проверяет, а не был ли в тот вечер сильно пьян мужчина. Вещи, проявляющиеся в малом, сами по себе незначительные, вообще никто не проверяет. Поэтому у людей возникает мнение, что влияние вообще отсутствует. А тем не менее оно всегда есть. Но самые плохие влияния возникают в случае хронического алкоголизма, повседневного пьянства. При этом имеет место нечто, бросающееся в глаза, нечто весьма примечательное.

Видите ли, если, например, пьет мужчина, то это может отозваться слабостью нервной системы ребенка и, скажем, предрасположенностью к туберкулезу легких. При этом необязательно, чтобы дети прямо унаследовали нечто, связанное с алкоголизмом отца. У них, например, может не быть предрасположенности к нарушениям в сфере головы, но может проявиться предрасположенность к туберкулезу легких, или к расстройствам желудка, или чему-то еще подобному. Следовательно, коварство подобных проявлений состоит в том, что нарушения, полученные из-за алкоголя, переходят на иные части тела человека.

В таких вещах всегда надо принимать во внимание то, насколько большое влияние может оказывать на человеческое развитие малое количество вещества. Кроме того, следует всегда учитывать и то, какими путями эти вещества поступают в человека. Обдумайте, например, следующее: в наших костях содержится достаточно много фосфорнокислой извести. Фосфор есть также и в нашем головном мозгу, и вы из ранее прочитанных лекций знаете, что фосфор нужен, так как без фосфора головной мозг было бы невозможно использовать для мышления. Итак, мы содержим в себе фосфор.

Я вам, впрочем, говорил однажды: фосфор благоприятен в случае, если он поступает вместе с пищей в количестве достаточном для того, чтобы перевариваться с той самой скоростью, которая вообще свойственна человеку. Если в желудок человека вводится такое количество фосфора, которое быстро усваивается, то фосфор благоприятен, он не вреден.

Но могут быть примеры иного рода. Вы знаете, что раньше делали фосфорные спички; в настоящее время они стали редкостью. Но при известных обстоятельствах можно было наблюдать то, что, например, мне приходилось наблюдать, когда я был еще мальчиком. Эти наблюдения состояли в следующем: от нашей квартиры мне приходилось идти целый час до школы -- мне было тогда тринадцать, четырнадцать, пятнадцать лет -- и на полпути находилась фабрика по производству спичек. На ней работали рабочие, производившие спички. Так вот, господа, там можно было наблюдать, что у определенной части рабочих -- а это происходило в семидесятые годы прошлого (XIX) столетия -- были разъедены челюсти. Челюсти у них оказывались разъеденными и, начиная с челюстей, все их тело подвергалось разрушению. На верхней и нижней челюсти -- начиналось это обычно с верхней -- кости оказывались разъеденными.

Кто знает, какое вредное воздействие может производить на человека фосфор, тому будет очевидно, что такая спичечная фабрика относится к наиболее убийственным вещам, какие только могут быть. Во всем, имеющем отношение к человеческой цивилизации, всегда необходимо рассматривать и многочисленные вредные последствия, которые также приходится испытывать человеку. На эту спичечную фабрику всегда приходило некоторое число рабочих с забинтованными челюстями. Так начинался этот процесс. И затем, не так ли, он распространялся и дальше. Само собой разумеется, что в верхней челюсти тоже содержится фосфор. Но что это за фосфор?

Видите ли, фосфор, который сначала поступает с пищей в желудок и затем проделывает весь путь до челюсти, не является вредным, если его употреблено не слишком много. Спички же производятся так: сначала нарезаются длинные палочки, из которых потом с помощью механического резака делают маленькие палочки. Затем эти маленькие палочки помещаются в раму и закрепляются там, после чего они погружаются сначала в серный чан, а затем в фосфорный чан. Все это делают рабочие своими руками. От рамы вещество разбрызгивается. Представьте себе, как много при работе попадает человеку в лицо, причем у него даже нет возможности умыться. Несомненно, что на тело человека попадает небольшое количество фосфора, попадает не изнутри, а снаружи. Тайна человеческой природы состоит вот в чем: то, что может быть в высшей степени необходимым для человека, если человек вбирает это изнутри и его организм перерабатывает поступившее, может оказаться сильнейшим ядом, если оно поступает в организм извне. Видите ли, внутри человеческий организм устроен настолько мудро, что все излишки фосфора он снова выделяет с мочой или с фекалиями. Лишь незначительному, необходимому количеству он позволяет перейти в кости. Он бракует и выбрасывает вон все излишки.

Но на то, что приходит извне, эта способность человека к выделению не распространяется. Несомненно, тут следовало бы помочь человеку. Можно было бы оказать ему большое благодеяние хотя бы тем -- кстати, представьте себе, как мало в семидесятые годы думали о гуманном отношении к человеку -- итак, можно было бы помочь, оборудовав хотя бы горячую ванну, где каждый рабочий должен был бы купаться, уходя с работы. Одним таким мероприятием можно было бы достичь очень многого. Однако даже такие простые вещи не делают.

Тем самым я хотел бы показать вам, как устроен человеческий организм. Он устроен так, что даже очень маленькие дозы веществ, поступающих снаружи -- хотя эти вещества могут быть в ином случае необходимы для построения организма -- очень маленькие дозы вредных веществ могут привести к тому, что здоровье человека в целом и вообще весь его организм будут разрушены.

Человек вообще-то может вынести многое. Но в какой-то определенный момент организм перестает справляться. При алкоголизме у организма тоже наступает момент, когда он оказывается не в состоянии правильным образом направлять жизнедеятельность, ту жизнедеятельность, помехой которой является алкоголь.

Если человек подвергается отравлению фосфором, известно, что та внутренняя деятельность, которая в ином случае перерабатывала бы фосфор, просто подрывается; она подрывается извне. В случае алкоголя дело обстоит, я бы сказал, весьма похоже. В случае алкоголя происходит так: если человек пьет слишком много алкоголя, если он пьет все снова и снова, так что, как говорят, употребление алкоголя принимает не разовый, а систематический, хронический характер, то процесс этот заходит так далеко, что алкоголь в человеке действует именно как алкоголь, то есть сам по себе.

Как же он действует сам по себе, действует как алкоголь? Здесь я хотел бы вам напомнить то, что я вам уже говорил однажды: то количество алкоголя, в котором человек нуждается, он вырабатывает для себя сам*. Я говорил вам: в веществах, которые находятся в кишечнике, всегда производится некоторое количество алкоголя из животных продуктов, поскольку человеку нужно это небольшое количество алкоголя. Для чего же оно ему нужно? Тут вам надо вспомнить, что если вы когда-нибудь были в анатомическом кабинете и видели там препараты, то те помещались в спирте, так как в противном случае они бы сгнили. Алкоголь препятствует гниению в живом организме. Но так действует алкоголь, производимый человеком в себе самом, производимый в своем человеческом организме; алкоголь препятствует гниению некоторых нужных для человека веществ. Так что внутренняя организация человека предписывает ему, сколько алкоголя он должен иметь, поскольку в человеке находятся некоторые вещества, которые в ином случае стали бы гнить, тогда как они должны находится в теле, должны подвергаться консервации.

* Имеется в виду вырабатывание алкоголя в кишечнике, а не самогоноварение.

Теперь представьте себе: человек пьет слишком много алкоголя. Тогда консервируется слишком многое, тогда, в сущности, то, что должно выделяться, оказывается законсервированным и сохраняется в теле! Если человек все снова и снова подергает циркулирующую в нем кровь воздействию алкоголя, то он тем самым консервирует эту кровь в теле. Что же является следствием того? Следствием является то, что эта кровь закупоривает находящиеся в костях каналы, воздействуя в противоположном направлении. Кровь опять-таки не может достаточно быстро выйти из пор и тому подобное. Она остается в теле слишком долго. Вследствие этого костный мозг, находящийся в костных полостях, все меньше располагается к тому, чтобы производить новую кровь, и от этого становится слабее. То, что происходит у так называемых хронических алкоголиков, это наступающее со временем ослабление костного мозга. И тогда в случае женщины он не производит больше нормальных эритроцитов, а у мужчины -- нормальных лейкоцитов, белых кровяных телец.

Видите ли, по этому поводу я должен все снова и снова говорить так: что ж, это прекрасно, если люди задумываются над проведением социальной реформы, например, задумываются над запретом на употребление алкоголя, то есть над введением сухого закона, и так далее. Конечно, это прямо-таки прекрасно. Однако я полагаю следующее. Видите ли, даже такой ученый, как профессор Бенедикт46, о котором я вам рассказывал недавно -- о том, что он собирал черепа преступников*, и что тогда один преступник, венгр, не хотел, чтобы его череп отослали в Вену, поскольку считал, что тогда череп не сможет объединиться с прочими останками на Страшном Суде, -- так вот, этот ученый муж, профессор Бенедикт вполне справедливо говорил: люди выступают против алкоголя, но на самом деле гораздо больше людей погибает от воды, чем от алкоголя! И это, конечно, в общем-то, верно, так как вода, содержащая загрязнения, действует в гораздо больших масштабах. Так что если рассматривать этот вопрос с точки зрения статистики, то, конечно, можно сказать: из-за воды погибает гораздо больше людей, чем из-за алкоголя.

* казненных по приговору суда.

Хотя тут надо учитывать кое-что другое. Тут я хотел бы сказать так: с алкоголем дело обстоит так же, как в истории про "Живучую курочку"47. Я не знаю, известна ли вам эта история про одного беднягу, одного бедного парня, который мог купить себе только одно куриное яйцо. По поводу этого яйца у него разыгралась фантазия, что если бы оно не оказалось у лавочника, а было бы подложено под наседку, то из него получилась бы курочка-несушка. Так что, съев яйцо, я съедаю целую курицу. Он фантазировал дальше и представил себе: да ведь я вполне нормальный, зажиточный парень, ведь я могу съесть свою курицу! Но этим его фантазия не удовлетворилась, и он размышлял дальше. Он сказал: да, но ведь курочка, которую я съем, может снести множество яиц, из которых снова вылупятся курочки. А ведь все это будут те курочки, которых я съедаю! Наконец он вычислил, что этих курочек были бы миллионы и миллионы... Тогда он сказал: да разве можно так проматывать свое достояние?!

Видите ли, такая же история, но только не в шутку, а всерьез повторяется и с алкоголем. Конечно, если мы, руководствуясь точкой зрения статистики, возьмем период с 1870 по 1880 год и проверим, сколько людей погибло из-за воды по всей Земле и сколько -- из-за алкоголя, то перевесит число людей, погибших из-за воды. Ведь в то время люди умирали от тифа, и тому подобных болезней, причем гораздо чаще, чем сейчас. Заболевание тифом обусловлено загрязнением воды. Да, господа, здесь нетрудно было бы вычислить, что гораздо больше умирало из-за воды.

Но можно развить мысль и в ином направлении. Надо знать, что алкоголь постепенно проникает вплоть до костного мозга и постепенно разрушает кровь. Вследствие того, что он разрушает также и потомство, разрушаются все последующие семьи потомков. Следовательно, если у человека, скажем, было трое детей, то сами они разрушались лишь незначительно; однако те, которые в свою очередь произойдут от этих троих, будут разрушены сильнее. Так из-за алкоголя люди подвергаются разрушению на протяжении долгого времени. Многое из того, что сегодня свидетельствует об ослаблении человечества, имеет место только потому, что предки слишком много выпивали. Это действительно так. Тут следовало бы представить себе: есть мужчина и есть женщина. Мужчина пьет: из-за этого потомство будет иметь ослабленный организм, слабость в теле. Вы только представьте себе, что последует по прошествии одного столетия или по прошествии многих столетий! Тут мало пользы в том, что мы просто берем период, скажем, с 1870 по 1880 год и говорим: из-за воды людей погибло больше, чем из-за алкоголя. Тут следовало бы рассматривать значительно больший период времени. А именно это современные люди делают крайне неохотно, разве что в шутку, как, например, автор "Живучей курочки". Ведь ему тоже пришлось рассматривать значительный период времени, чтобы додуматься до того, что он "проматывает свое достояние".

Следовательно, для того, чтобы мыслить об этих вещах социальным образом, надо направлять свои мысли за пределы самого ближайшего, сиюминутного. Я должен сказать, что относительно данного вопроса мое мнение таково: запрещать алкоголь, конечно, можно, но, видите ли, затем возникают явления, достойные пристального внимания. Вы знаете, например, что в настоящее время люди во многих областях Земли ограничивают продажу алкоголя или совсем запрещают ее. Однако, я уже обращал ваше внимание на то, какого рода зло подступает в последнее время -- это употребление кокаина; люди тоже делают это в целях опьянения, оглушения. В отношении разрушения сил воспроизводства у человека алкоголь -- это просто "цветочки" по сравнению с кокаином! Тот, кто употребляет кокаин, многократно поплатится за это. Ведь даже по внешним симптомам вы можете видеть, насколько употребление кокаина хуже, чем употребление алкоголя. Если из-за алкоголя у кого-то возникает Delirium tremens, белая горячка, то при этом проявляется одна из форм бреда преследования. Человек повсюду видит мышей, которые его преследуют. Но если человек употребляет кокаин, то из его тела повсюду выходят змеи! Если такой употребляющий кокаин человек созерцает самого себя, то видит следующее: сначала он опьяняет себя, это приятно, это своего рода наслаждение однако если затем он в течение долгого времени не употребит кокаин, то выглядит он так (см. рисунок на цветной доске). Отовсюду из его тела вылезают змеи, и он как можно скорее бежит, чтобы снова употребить кокаин, чтобы на время устранить этих змей. Ибо страх, который он испытывает по отношению к змеям, гораздо сильнее, чем страх, который испытывают по отношению к мышам при Delirium tremens.

Так что можно прибегать ко всяким запретам, однако люди тогда обращаются к чему-то другому, что оказывается, как правило, не лучше, а хуже. В этом отношении, как я полагаю, объяснение того, как действует алкоголь, объяснение такого рода, какое представили здесь мы, может оказаться гораздо эффективнее. Именно объяснение, которое постепенно подводит людей к тому, чтобы самим бросить пить. Вы не вторгаетесь в человеческую свободу, но в то же самое время достигаете того, что человек говорит себе: "Но ведь это просто ужасно! Ведь я же буду разрушен вплоть до самых костей!" Это действует затем как чувство, действует эмоционально, в то время как законы действуют только на уровне рассудка. Настоящие истины, настоящее познание содержатся только в том, что действует вплоть до чувства. Вот почему я убежден: к действенной, эффективной социальной реформе -- ибо и в других областях происходит нечто подобное, почти то же самое, что и здесь -- к действенной социальной реформе мы придем только тогда, когда сумеем организовать настоящее просвещение, сумеем объяснять положение дел самому широкому кругу лиц.

Однако настоящее просвещение, объяснение можно дать только в том случае, если есть на чем основать его. Ведь вы видите, что если сегодня вы станете читать лекцию о вреде алкоголя, то вы об этом будете рассказывать не так, как сейчас перед вами рассказывал я, несмотря на то, что это не так уж трудно, так как факты известны людям. Они только не знают о том, каким образом следует интерпретировать эти факты. А сами факты известны им. Дюжины ученых мужей читают в настоящее время подобные лекции, но люди, уходя с такой лекции, не выносят оттуда для себя ничего особенного, что побудило бы их жить по-новому. Если они настроены благожелательно, то они говорят: "Боже мой, необразованному человеку не понять всей этой истории. Вот господин ученый, он все это знает. Но простому человеку это не понять!" Однако дело в том, что и ученый этого не понимает. Только на основе настоящей, фундаментальной науки можно прийти к подлинному пониманию и подвести к нему даже простых людей.

Сегодня наука так неэффективна потому, что при своем возникновении она упустила из вида истинное человеческое начало. Люди сперва становятся приват-доцентами, затем экстраординарными профессорами, затем ординарными профессорами. Студенты по этому поводу говорят: ординарный профессор не знает ничего экстраординарного, а экстраординарный профессор не знает ничего ординарного. Студенты чувствуют это, господа. А процедура продолжается. Наука оказывается незадействованной в социальной реформе, хотя она должна была бы участвовать в такой реформе наиболее активно. Вот почему тот, кто остается честным в области социальной жизни, должен повторять снова и снова: "соломенные", бумажные законы гораздо менее важны -- они, конечно, тоже необходимы, но они гораздо менее важны, чем действенное, энергичное просвещение. Просвещение необходимо. Только тогда мы сможем двинуться вперед в правильном направлении.

Доходчивым, понятным становится именно нечто такое, как то, что нам довелось изучать относительно алкоголя. При этом затрагивается вопрос, о котором я всегда говорю людям. Ведь люди, как вы знаете, приходят и спрашивают: что лучше, совсем не пить спиртного или лучше пить? что лучше, быть вегетарианцем или есть мясо? Я вообще никогда не говорю никому, должен ли он бросить пить спиртное или должен пить его, надо ли ему есть одни растения, или он должен есть мясо. Я говорю людям: алкоголь действует так-то и так-то. Я просто показываю им, как он действует; тогда человек сам может решить, пить ему или нет. То же самое делаю я и в отношении вегетарианства и мясоедения. Я говорю: мясо действует так, а растение -- так. Следствием является то, что человек сам принимает решение.

Вот что необходимо науке прежде всего: уважение к человеческой свободе. Не следовало бы руководствоваться желанием запретить или разрешить что-либо какому-нибудь человеку; надо сообщить ему о фактах. Если он знает, как действует алкоголь, то он сам найдет правильное решение. Тем самым мы приходим к дальнейшему. Мы приходим к тому, чтобы свободный человек сам избирал для себя направление, сам принимал решение. Вот к чему нам следует стремиться. Только тогда мы сможем осуществить социальные реформы правильно.

Если в среду я буду здесь, то вам будет прочитана следующая лекция.


ТРИНАДЦАТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 10 января 1923 г.


Видите ли, вопрос, поставленный вами в последний раз, таков, что требуется затронуть очень многое, если хочешь ответить на него основательно. В последний раз мы сконцентрировали в нашем рассмотрении очень многое, поскольку было необходимо основательно понять все то, что относится к размножению живых существ, все то, что с этим связано. Сегодня я хотел бы посвятить занятие тому, чтобы поговорить на ту же тему с несколько иной точки зрения.

Сегодня я хотел бы обратить ваше внимание на нечто странное, обнаруженное мной при чтении заметок, подобных тем, что недавно были опубликованы неким американцем. Этот американец на основании чисто статистических данных обнаружил -- ведь статистику сегодня все любят и в Америке занимаются ею все больше и больше -- так вот, американец обнаружил, что люди с более легким, более подвижным умом всегда рождаются в зимние месяцы. Статистика, конечно, не утверждает, что те, кто родился в летние месяцы, непременно должны быть глупы, статистика имеет в виду лишь большинство. Во всяком случае этот американец подметил, что в соответствии со статистикой в период с декабря по март месяц родятся наиболее умные люди, то есть становящиеся потом умными.

В любом случае, тем самым указывается на то, что у человека -- в случае человека это с трудом поддается исследованию, так как многое такому исследованию препятствует, -- и вообще у живых существ, к которым относится и человек, имеет место зависимость от времени года. Времена года влияют на человека.

Вещи, подобные сообщенным этим американцем, удивляют сегодня людей только потому, что люди слишком мало знают о настоящих природных процессах. Мне хочется сказать так: с американцем, сделавшим подобное открытие, могло произойти то же самое, что произошло однажды с неким профессором, занимавшимся измерениями головного мозга. С профессором произошло вот что: он занимался измерениями головного мозга, и на основании статистических данных установил, что головной мозг у женщин меньше, чем головной мозг у мужчин. Отсюда он сделал вывод, что поскольку -- по его воззрениям -- более мелкий головной мозг соответствовал более слабому уму, все женщины менее умны, чем мужчины. В то время, как правило, в том случае, если мужчины были знаменитыми, известными, их головной мозг подвергался посмертному патологоанатомическому исследованию именно на том основании, что они были знамениты. И вот такому же обследованию подвергся и мозг этого профессора. При этом обнаружилось, что его головной мозг был значительно меньше, чем головной мозг тех женщин, которых он обследовал!

Учитывая то, что американец не постеснялся публиковать такие вещи, можно было бы предположить, что сам он родился летом. Если же он и сам родился летом, то можно было бы сказать: по его же собственной теории, не так уж он и умен, а следовательно, и сама его теория едва ли чего-то стоит. Однако, видите ли, за всеми этими вещами просматривается нечто такое, что при правильном рассмотрении приводит к исключительно важным выводам.

И сегодня я хочу рассказать вам кое-что, имеющее отношение к вопросу, заданному господином Р. Видите ли, все, относящееся к размножению, можно исследовать лишь на растениях и животных, поскольку у человека все эти процессы зависят от столь многих иных факторов, что их невозможно подвергнуть систематическому исследованию. Приняв к сведению то, что я говорил вам позавчера, то, что люди, как мужчины, так и женщины, из-за пьянства подвергают неблагоприятному воздействию свою сперму или свою яйцеклетку, приняв это к сведению, вы увидите, что в связи с этим изучение процесса размножения осуществляется неправильно. Но у животных лишь очень редко появляется свойство опьянять себя. Следовательно, в случае животных явления сохраняются во всей своей чистоте, так что эти вещи могут быть исследованы более чистым образом. Наиболее существенным является то, что животных нет никакой необходимости подвергать патологоанатомическому вскрытию, если хотят изучать их. Ибо посредством вскрытия удается установить лишь самое незначительное. То, что я хочу рассказать вам сейчас, основывается не на вскрытии, а на надежных сведениях, полученных людьми, чьи труды основывались не на теориях, а на практическом опыте. То, что я хочу сообщить вам, относится к канадским бобрам (Castor canadensis)48.


Рисунок 27


Бобры, которых у нас изучают в зверинцах, а также чьи чучела набивают и ставят в кабинетах, являются, в сущности, очень неуклюжими животными. Не правда ли, бобр выглядит так: спереди у него довольно неуклюжая голова, тело тоже весьма неуклюжее, передние лапы у основания довольно толстые (см. рисунок 27), задние лапы снабжены плавательными перепонками, так что он может плавать. Наиболее примечательно то, что сзади у него находится хвост, выглядящий подобно какому-то инструменту, хвост достаточно плоский и весьма искусно проработанный. Это своего рода искусственный инструмент бобра, то, что находится у него сзади. Люди, которым приходилось иметь дело с бобрами, сначала не знали, для чего бобру нужен именно такой хвост. Затем они стали придумывать разные предположения на эту тему, но все это было неверно.

Этот бобр -- просто замечательное животное. Можно сказать, зная этих бобров в жизни -- это обнаруживается даже в том случае, если они содержатся в наших зоопарках, -- что ведут они себя как исключительно флегматичные животные. Бобр, действительно, так флегматичен, что с ним ничего толком не удается поделать. Вы можете атаковать такого бобра, нападать на него, он не защищается. Он не нападает, если нападают на него. Он совершенно флегматичное существо.

Так вот, этот бобр живет в таких местах, где есть или большие болота, или не очень длинные реки, короткие речки. Там они живут, причем очень интересным образом. Бобр живет так: когда наступает весна, бобр отыскивает какое-то место, вблизи озера или речки, на берегу, выкапывает себе земляную нору и в течение всего лета живет как настоящий отшельник один в этой земляной норе, пещерке. Так что все лето этот бобр, я бы сказал, подобно флегматичному монаху, сидит в своей отшельнической летней квартирке, проводит лето на своей летней вилле. Это пещерка, нора, которую он сам выкапывает для себя в земле. Но делает он это в полном одиночестве.

Когда же приходит зима -- уже начиная с осени, -- когда подходит зима, бобры выбираются из своих подземных нор наружу и собираются вместе в количестве до двухсот или трехсот особей. Со всем своим флегматизмом они сходятся вместе и образуют общину, колонию до двухсот-трехсот особей. Вы можете представить себе, что в такой общине, стае, присутствуют и родственные животные. Ведь, не так ли, самка бобра строит свою отшельничью нору так, чтобы там можно было завести детенышей. Поблизости находится и самец, который сам строит себе свою нору. И вот они сходятся вместе всей семьей.

Сначала все так же флегматично они отправляются на поиски подходящего места. Одна группа -- из-за флегматичного темперамента этих бобров порой бывает трудно различить, -- итак, одна группа разыскивает озеро, им это больше подходит; другая же их группа ищет короткие неширокие речки, более подходящие для них. Эти речки они обследуют вплоть до того места, которое покажется им самым подходящим для их дальнейших целей. Проведя такую рекогносцировку, они снова уходят всей группой. Вблизи от озера или реки обычно есть достаточно деревьев. Замечательно то, что этот неуклюжий бобр становится при таких обстоятельствах в высшей степени разумным. Он использует передние лапы -- не задние лапы, имеющие плавательные перепонки между когтями, с помощью чего он плавает, -- он использует передние лапы. Использует он их значительно разумней, чем человек порой использует те или иные инструменты. Он применяет и свои острые резцы. С помощью зубов-резцов и передних лап он перегрызает сучья и даже целые стволы деревьев. Затем, когда у группы уже есть достаточно сучьев и древесных стволов, бобры перетаскивают все это или в озеро, которое они себе облюбовали, или в речку.

Те из них, которые закидывают свои древесные стволы в озеро, волокут их до выбранного места сами. Те, которые сбрасывают свои древесные стволы в речку, очень хорошо знают, что река понесет их сама, так что они только направляют их, подобно рулевым, чтобы стволы не уплыли в сторону. Отовсюду -- будь это берег озера, или место на реке, выбранное ими -- отовсюду туда транспортируется таким образом целое множество древесных стволов.


Рисунок 28


Прибыв на место, те, которые выбрали для себя озеро и транспортировали древесные стволы до берега, сразу же начинают строить хатки. Но другие, те, которые избрали для себя речку, не начинают сразу строить хатки, но строят сперва сооружение, подобное (арматурной) сетке. Некоторые деревья при этом они укладывают так (см. рисунок), другие -- так [перпендикулярно к первым]. При этом одни деревья проходят под другими, так что образуется настоящее сетчатое сооружение. Они переплетают их друг с другом, строя сетчатое сооружение. Когда такая стена построена, они приступают ко второй части операции. Они доставляют новые древесные стволы, соединяют их друг с другом и делают новую стену. Таким образом, получается стена до двух метров толщины, а иногда еще толще. Затем, смотрите, если река течет так*, то здесь они перекрывают, останавливают реку; она должна течь тут, сверху, а тут, внизу, они имеют свободное пространство. В реке они начинают строить только тогда, когда построена эта защитная ограда, эта стена; только тогда они приступают к строительству хаток, так что река обтекает хатки.

* Указывается направление течения реки.

Если они притащили достаточное количество древесных стволов и стена кажется им достаточно толстой, они начинают тащить другой материал, обычно глиняную массу, извлеченную из земли, из которой они делают строительную глину и замазывают сзади, спереди и со всех сторон свою стену; эту стену они строят как настоящие зодчие, архитекторы. Однако тем, кому приглянулось озеро, все это не нужно, они этого не делают.

Если эта стена готова -- у живущих на озере происходит то же самое, -- они из тех же самых материалов начинают строить маленькие домики, хатки.

Хатки выглядят как глиняные холмики, но это настоящие маленькие домики. Они строят их как плетеный шалаш. Они тоже так обмазаны, что вода попасть туда не может, даже если подходит близко. Такие бобриные хатки -- вы только подумайте, как это разумно! -- никогда не строятся в тех местах реки, где вода может замерзать. Вы знаете, что вода замерзает только сверху; если опуститься поглубже, то там, ни в стоячих, ни в проточных водах вода не замерзает. Именно там бобры располагают свои квартиры, там, где вода всю зиму остается не замерзшей*.

* В других источниках сообщается, что только подводный выход из хатки должен оставаться незамерзающим.

Каждая из таких хаток имеет два этажа; здесь построен пол (см. рисунок), а выход располагается внизу. Здесь они могут передвигаться, здесь, вверху, они находятся постоянно, тогда как тут, внизу, находятся их зимние припасы. То, что им необходимо, те зимние запасы, которые они поедают, они притаскивают сюда. И если зимние припасы заготовлены, то вся семья бобров вселяется в эту хатку, всегда оставаясь при этом вблизи от других.

Здесь, наверху они живут, пока снова не наступит весна и вся бобриная семья не расселится в отдельные жилища. Запасы пищи они достают с нижнего этажа. Вот так бобриная семья переносит трудные времена. При наступлении лета, как уже было сказано, бобры подыскивают для себя уединенные пещерки, норы. Однако зимой они находятся вместе, рядом друг с другом. Так протекает социальная жизнь в поселении бобров, находящемся или у реки или у озера за такой защитной оградой, которую они очень искусно складывают для себя.


Рисунок 29


Видите ли, господа, в соответствии со всем тем, что можно узнать о бобрах, разводимых в наших зверинцах, бобр выполняет все свои работы только зубами и передними лапами, но хвостом при этом не пользуется. Хвост ему для этой цели не нужен. Но, несмотря на это, хвост у него сформирован очень искусно. Во многих описаниях вы найдете, что бобр будто бы использует хвост при своих работах, однако это не более чем заблуждение, это неверно. Передние лапы и зубы у бобра сформированы особенно тонко, и он использует их гораздо более разумно, чем кое-какие люди используют строительные инструменты.

Вы ведь знаете, господа, что естественная история классифицирует животных49: класс млекопитающих, отряд Хищные (Carnivora), отряд Грызуны (Rodentia), семейство Мыши (Muridae), жвачные и так далее. Итак, есть среди млекопитающих отряд грызунов. К грызунам относятся, например, кролики [семейство заячьих]. В сущности, и бобры со всеми их строительными работами относятся к грызунам.

В любой естественной истории, например, в естественной истории Брэма, вы найдете в описании, что грызуны являются самыми глупыми среди млекопитающих, так что и бобр, как отдельное животное, причисляется к самым глупым среди млекопитающих50. В сущности, можно сказать, что бобр, прежде всего, выказывает себя -- если взять его деятельность в отдельности от других особей -- ужасно флегматичным существом. Его флегма, его флегматический темперамент настолько велик, что его разумность вызывает сомнения; ведь даже человек, будучи флегматиком, не производит впечатление умного, он все пропускает мимо, ни на что не обращает внимания. Итак, бобр -- просто страшно глуп. Однако все то, что он делает, необыкновенно разумно! Можно сказать так: с бобром дело поистине обстоит не так, как сказал однажды Розеггер51. Розеггер, правда, говорил не о бобре, он говорил о людях:


Пока он один -- он человек.


Когда их двое -- это пьянка.


Когда их много -- это звери.


Он имел в виду, что если в собирается множество людей, то они глупеют. Это говорил австрийский поэт Розеггер. В этом есть изрядная доля истины: если множество людей собирается вместе, то они морочат друг другу головы и в целом производят глупое впечатление, даже если среди них есть очень умные люди!

Можно сказать, что с бобрами дело обстоит как раз наоборот: пока бобр один -- он глуп, когда их много -- они гораздо умнее. А если собирается вместе двести или триста бобров, если они сходятся осенью, то они становятся очень умными, тут они становятся настоящими архитекторами. Даже если нам, людям, не очень импонирует красота бобриной постройки, то это дело нашего человеческого вкуса. Квартира бобра, однако, действительно выглядит очень мило, если учесть, что сам бобр необычайно неуклюж.

Можно проводить многочисленные исследования на тему, почему бобры, собравшись вместе, становятся особенно разумны. Важный факт наталкивает на след: если наступает осень, бобры затевают всю эту историю. Причем днем эта деятельность почти не проявляется. Возведение защитной изгороди и бобриного поселения, бобриной деревни -- ибо это действительно целая деревня, то, что они закладывают, -- производится очень быстро, иногда в течение нескольких дней все готово. Если наблюдать днем, то видно, что они работают чрезвычайно мало, зато они лихорадочно работают ночью. Вот тогда-то и надо следить за ними, если у вас есть намерение исследовать всю эту историю.

Однако, знаете ли, когда речь идет об изучении человеком чего-либо, самым правильным является то, что не следует слишком много заниматься последующим обдумыванием, теоретизированием. Это покажется вам странным, но вы скоро поймете, что я имею в виду. Благодаря теоретизированию, последующему обдумыванию, человек не становится особенно умным. Когда он ломает себе голову над тем, что он наблюдал, то при этом, как правило, появляется мало умных мыслей. Итак, если человек хочет познать в мире определенные вещи, он не должен предаваться чрезмерному теоретизированию, пост-мышлению. Обдумывание, теоретизирование такого рода не является чем-то особенно важным. Надо думать тогда, когда сами факты этого требуют, но не надо тратить свои силы на то, чтобы после наблюдения ломать себе голову над этим, чтобы установить, в чем же дело. Нет, тут необходимо ввести в рассмотрение еще иные факты, надо их сравнивать, надо искать связь между ними. Чем больше взаимосвязей удается найти в различных фактах, тем больше человек научается познавать природу. Следовательно, люди, ломающие себе голову над загадками природы, по существу не извлекают при этом каких-либо новых сведений, новых данных, кроме тех, что им уже известны.

Если кто-то стал материалистом, то он говорит о природе материалистическим языком, поскольку он заранее настроен таким образом. Если же кто-то говорит о природе с позиций идеализма, то и он делает это потому, что он заранее настроен идеалистически, он заранее является идеалистом. Всегда можно доказать, что человек, благодаря последующему размышлению, последующему теоретизированию способен найти в объекте размышления только то, что он уже получил до этого. Настоящее мышление, настоящие мысли приходят только тогда, когда человек просто позволяет фактам вести себя к этим мыслям.

Теперь я, в связи с этой темой о бобрах, хочу продемонстрировать вам другую группу фактов, которые наведут вас на верный след, причем не благодаря теоретизированию, пост-размышлению, но просто посредством сравнения фактов. Видите ли, последний раз, позавчера, я уже указывал на ос, я приводил вам одно наблюдение, сделанное по отношению к ним Дарвином; сегодня мне хотелось бы еще раз обратить на это ваше внимание.

Осы делают себе гнезда очень искусно. Эти гнезда отдаленно похожи на пчелиные соты, однако, во-первых, их стенки состоят не из пчелиного воска, а из настоящей бумаги, и, во-вторых, в случае пчел вся история развивается иначе. Например, имеются такие осиные гнезда, для которых сперва раскапывается почва, затем делается нечто, по форме подобное сумке. Подобно жилищу бобров, все это составляется из всяких, только гораздо более мелких стебельков и тому подобного или из чего-нибудь еще, что они найдут, из древесины, перерабатываемой ими таким образом, что сначала получается оболочка, похожая на сумку, причем довольно толстая. И только тогда они строят свои маленькие осиные гнезда. Они строят своего рода этажи. Осиные соты имеют гексагональную форму так же, как и пчелиные соты; у них есть бумажная оболочка. Вот такие этажи находятся там. Может быть много этажей, расположенных друг над другом.

Видите ли, здесь, внутри, все выстроено из бумаги. Только эта оболочка, эта сумка делается не из бумаги, а из всевозможных найденных ими материалов; из тоненьких стебельков и тонкой древесины, которую они откуда-то отщипнули, -- вот из чего состоит эта постройка, это гнездо. Затем они все это замазывают. Это то, что является оболочкой, находится ли она в земной полости или подвешена где-нибудь на воздухе; все это они чем-нибудь замазывают, шпаклюют. Тут, внутри, располагаются отдельные ячейки, и каждая из таких ячеек предназначена для откладывания одного яйца.

С самими осами происходит вот что: они, как вы можете представить себе, крайне подвержены погодным изменениям. Поэтому весной от ос, живших в прошлом году, остается совсем мало, однако не имеет значения, если даже от такого осиного гнезда не останется ничего, кроме одной или двух самок. Они отыскивают себе на зиму какой-нибудь укромный уголок, где они, эти самки, поневоле должны жить, и зимуют там. Такая самка только весной выходит из своего заточения; весной она прямо-таки предрасположена к тому, чтобы класть яйца. Так, осиная самка откладывает яйца весной. Обращает на себя внимание то, что из всех этих яиц выводятся весной совсем особенные осы. Эти осы, выведенные весной, растут очень быстро, причем в их распоряжении нет ячеек -- они должны вывестись из яйца вне ячейки. Эти осы сразу же направляют свою деятельность на то, чтобы отстроить такие ячейки. Они всей командой начинают совершать облеты и отыскивать то, из чего можно было бы правильным образом построить такое осиное гнездо. И эта работа продолжается все лето. Так эти осы строят свои ячейки.

Осы, выводящиеся из не вполне своевременно отложенных весной яиц, имеют ярко выраженную особенность: все они бесполые, они не способны размножаться. Размножение у этих ос отсутствует, у них почти нет никаких половых органов. Эти последние настолько редуцированны, что и представить себе нельзя, что здесь возможно размножение. Следовательно, первое, что делают осы весной, -- это то, что они производят целую армию работников, бесполых и страшно трудолюбивых; все лето они беспрерывно трудятся.

Мне приходилось знавать естествоиспытателей, идеалом для которых было создать нечто подобное и среди людей. Чтобы и среди людей были бесполые, которые не основывали бы семьи, а лишь непрестанно трудились, чтобы функции по размножению были предоставлены только некоторым, как это, например, имеет место у этих ос52.

Итак, происходит следующее: все лето непрестанно трудятся бесполые осы. Когда же лето подходит к концу, тогда самка начинает откладывать яйца, из которых снова выводятся самцы и самки. Это, как правило, может быть та же самая самка, ранее клавшая бесполые яйца. Теперь же она кладет яйца, откуда осенью выйдут самцы и самки.

Самцы развиваются так, что они представляют собой весьма ослабленных существ. И напротив, бесполые осы являются бойкими работниками. Но самцы выходят настолько истощенными, что не имеют, так сказать, прав на самих себя, для них важно лишь время, когда они совершают оплодотворение, кроме этого, они, в сущности, ничего не делают. Некоторое время они питаются, затем совершают оплодотворение, а после умирают. Самцы ос играют, следовательно, жалкую роль они быстро рождаются в период приближения осени, могут немного поесть, затем должны совершить акт оплодотворения, а затем их образ жизни приводит их к концу, они погибают. Это последнее, что они делают.

У некоторых ос, у которых самцы немного более приспособлены к жизни, происходит нечто весьма курьезное. Тут, хотя и как исключение, возникает ситуация, похожая на обычаи, господствующие у некоторых видов пауков. У некоторых пауков имеет место нечто весьма примечательное. Видите ли, у этих пауков самки относятся к самцам терпимо лишь ко времени оплодотворения. До этого самки вообще не подпускают к себе самцов, пока те не станут зрелыми для оплодотворения. И тогда у пауков происходит вот что -- как сказано, это не характерно для ос, но только для пауков, хотя в виде исключения бывает и у ос, -- итак, у пауков, являющихся более низшими животными, мы можем заметить такую отличительную черту. Когда с самкой можно иметь дело, жаждущий самец направляется к месту встречи, куда самцам трудно добраться и откуда уйти еще труднее. Дождавшись момента и совершив оплодотворение, самец пытается уйти. Но это ему не удается, так как самка мгновенно бросается за ним и загрызает его. В данном случае -- у пауков -- сами самки берут на себя задачу по умерщвлению самцов. Так обстоит дело у некоторых пауков. Представьте себе, когда самец выполнил свое дело, он должен быть загрызен, поскольку цели у него больше нет.

У ос, как правило, оказывается так, что самец умирает сам, поскольку он напрягает все свои силы при оплодотворении, так что сил у него больше не остается, он погибает. К этому времени умирают и бесполые осы. После того, как они целое лето непрестанно трудились, осенью они все умирают. Так умирают и бесполые осы вместе с самцами, остаются одни только самки. Многие из них тоже погибают зимой от холода, так что от них остаются лишь единицы, которым удалось найти для себя надежное укрытие; они остаются живы до весны, кладут яйца, и весь процесс продолжается. Следовательно, дело обстоит таким образом, что летом и при приближении лета родятся лишь бесполые особи, и только осенью, при приближении зимы могут рождаться осы, способные к размножению.

Видите ли, таковы факты, и их можно наблюдать. Если все эти факты присоединяют к другим, то получают важные результаты, ибо последнее показывает нам, как половая жизнь животных связана со временем года. Половая жизнь животных исключительно сильно связана со временами года.

Допустим, сейчас лето. В это время Земля чрезвычайно сильно подвергается воздействиям Солнца. Солнце посылает вниз на Землю свой свет и свое тепло. Если кто-то подвергается прямому воздействию солнечного света, то он просто потеет, только по такому признаку он и замечает свое местонахождение. Однако ни бобр, ни осы, самки ос не подвергаются прямому действию солнечного света, так как они всегда сидят в какой-нибудь полости. Следовательно, они используют солнечное тепло и солнечный свет только так, как пропускает им его земля, если они сидят в какой-нибудь норке. Именно от этого они получают те вполне определенные свойства, которые проявляются ближе к зиме. Представьте себе, осы получают к зиме свойство, проявляющееся в предрасположенности производить потомство -- таких же ос, способных к размножению.

Но что это означает, господа? Самка осы все лето подвергалась воздействию солнечного тепла и солнечного света и производила бесполых ос. Вы, следовательно, можете сказать: в этот период Солнце действует так, что оно, в сущности, разрушает половые признаки. Это ведь совершенно очевидно по таким фактам: Солнце своим теплом и своим светом, отражающимися от Земли, действует так, что половые признаки разрушаются, и поэтому осы при наступлении весны находятся под воздействием солнечного тепла и солнечного света, производя бесполых ос. И только при приближении зимы, когда солнечное тепло больше не имеет прежней силы, осы получают силу производить особей с половыми признаками, создавать у своих потомков органы размножения. Следовательно, совершенно ясно, что время года оказывает тут определенное влияние.

Если же теперь мы перейдем от ос к бобру, мы должны будем сказать: черт возьми! ведь этот бобр страшно глупое, флегматичное животное! Он глуп и флегматичен в высшей степени. Прекрасно; но где он находится все лето? Он находится в одиночестве, в подземной полости. Он позволяет проникать в свое тело только тому солнечному свету и солнечному теплу, которые проходят в эту подземную полость, нору. Так что фактически он все лето впитывает солнечное тепло и солнечный свет. Благодаря этому впитыванию он ближе к осени оказывается готовым к тому, чтобы начать разыскивать себе подобных и вместе с ними обрести разум. Он руководствуется разумом, которого он как отдельное животное совсем не имеет. Бобры сразу же становятся разумными, стоит им только собраться вместе. Конечно, как отдельные животные они не в состоянии построить такую бобриную деревню. Но уже их первый шаг -- отыскание подходящего места -- вполне разумен.

Здесь перед вами наглядный пример того, о чем я говорил вам позавчера: разумность, если она есть в каком-то существе, должна сперва накопиться, сосредоточиться в нем, как вода, собираемая в питьевую кружку. Что делает бобр, когда он, будучи отдельным животным, пребывает в качестве отшельника на своей летней вилле? Бобр собирает, накапливает для себя солнечный свет и солнечное тепло -- мы говорим так, поскольку мы сами воспринимаем только солнечный свет и солнечное тепло. На самом деле он накапливает в себе свой рассудок, свой ум. Ум приходит на Землю из мира вместе с солнечным светом и солнечным теплом. И бобр накапливает его в себе, а как только он его получил, он строит. Так что на примере бобров вы можете видеть, как реализуется то, что я недавно представлял вам в образной форме.

Теперь нам станет ясно и то, что относится к хвосту бобра. Сравните с тем, что я говорил вам о хвосте собаки, что он является у собаки органом для выражения радости, следовательно, душевным органом. Хвост виляет, когда собака радуется кому-то. У бобра же дело обстоит так: внутри хвоста, не используемого бобром в качестве инструмента, но устроенного очень искусно, внутри хвоста у бобра находится накопленный им рассудок, ум. Им он руководствуется. Это означает, что бобром, в сущности, руководят солнечное тепло и солнечный свет. Они проникают внутрь и становятся рассудком, умом. Это, в сущности, коллективный головной мозг, которым обладает колония бобров.

Все эти хвосты, следовательно, являются тем, посредством чего солнечный свет и солнечное тепло действуют как разумное начало. Бобр не использует хвост в качестве физического инструмента. В качестве физического инструмента ему служат передние лапы и зубы. Это подобно действиям, которые совершает какая-то группа, направляемая стоящим позади нее групповым союзом, объединением. Союз направляет, побуждает к действию других. Так действует и Солнце, и последствия от этого действия, последействие, осуществляются посредством бобриных хвостов зимой: и вот строится бобриное поселение, бобриная деревня. Это разум, приходящий на Землю от Солнца в виде света и тепла и строящий тут.

Естественно, то, что спускается из Вселенной, будучи душой и духом, действует на всех животных, в том числе и на ос. Чему же оно способствует у ос? У ос оно способствует тому, что когда самка осы подвергается летом воздействию Солнца -- тут имеется в виду [не прямое] воздействие Солнца, идущее от Земли, земное воздействие Солнца, поскольку оса получает его, находясь в какой-либо полости -- тогда у потомков этой осы подвергается разрушению та сила, благодаря которой они сами могли бы произвести потомство*. Оса, производящая бесполых особей, производит их такими из-за воздействия Солнца. И только тогда, когда оса не так подвержена солнечному воздействию, а именно осенью, когда она еще живая, а не застывшая, как зимой, в ней образуются силы для воспроизводства особей с половыми признаками.

На этом примере мы снова со всей очевидностью замечаем: то, что идет от Земли, создает половые силы; то, что приходит из Вселенной, создает разум и умерщвляет половые силы. Таким образом, достигается равновесие. Если осы в большей степени подвергаются земному влиянию, то они развивают половые силы. Когда же осы больше подвергаются влиянию неба -- если мне будет дозволено так выразиться -- тогда они не развивают половые силы, а производят бесполых особей. Но теперь эти бесполые животные имеют в себе разум для того, чтобы построить осиное гнездо. Так кто же строит осиное гнездо? Его строит само Солнце посредством этих бесполых животных!

* Тут имеется в виду воздействие Солнца, прошедшее через слой земли, другой материал или воспринятое, уловленное слоем земли. Об уловленном, удержанном свете и его воздействии на живых существ см. ПСС. Т. 351.

Это нечто крайне важное, господа: поистине, на Земле и осиное гнездо, и все сооружения бобров строит, в сущности, тот разум, то разумное начало, которое притекает к Земле от Солнца. Это может стать очевидным для того, кто сопоставит факты. Вот почему я говорил вам: всякое теоретизирование, "последумание", последующее размышление, проделываемое человеком после того, как он наблюдал что-то, нисколько не помогает ему. Только если он сравнивает и сопоставляет факты, он может получить основательное воззрение, воззрение, так сказать, с руками и с ногами.

Многое оттого безруко и безного, что люди рассматривают лишь отдельные факты. Они думают так: ну, если мы рассматриваем бобров, то тогда и надо рассматривать именно бобров, а после этого раздумывать и строить теории о том, что же представляет собой бобр. Что нам за дело до ос, если мы занимаемся бобрами? Однако нам не удастся обнаружить ничего, если мы не будем рассматривать вещи столь же отдаленные друг от друга, как осы и бобры. Ведь видно, что осиные гнезда выстроены тем же разумом, который приходит к нам вместе с Солнцем. У бобров можно заметить, если они в неволе -- вообще-то бобров лучше не держать в неволе, поскольку они флегматики, -- но если бобр сидит в клетке, а Солнце действует на него не так сильно, но Земля действует, он приступает к своей зимней деятельности, в нем пробуждается зимняя активность. При этом он даже перегрызает проволоку в клетке. В нем проявляется, как это говорят, инстинкт. Слово "инстинкт" может произнести каждый, ведь это просто слово. Такие слова подобны мешкам, куда можно напихать все, что непонятно. Если же человек хочет объяснить наличие чего-то такого, как инстинкт, то он приходит к тому, чтобы сказать: да, это Солнце. Это действительно так, господа! Таким образом, благодаря чистым фактам человек приходит к признанию того, что все мировое окружение Земли действует на живых существ.

Теперь вам уже не покажется удивительным заявление некого американца, сказавшего: с человеком дело обстоит так, что родившийся с декабря по март с большей легкостью овладевает рассудком. У человека все это становится гораздо сложнее. У человека происходит так, что у него всегда есть предпосылки к независимости, эмансипации от того, от чего животные еще зависят. И поэтому вы должны представить себе следующее: те люди, которые были рождены с декабря по март месяц, были зачаты между мартом и маем. Зачатие было отодвинуто на весну. Эти люди были зачаты, то есть оплодотворение происходило за девять месяцев до рождения, а значит, приходилось на период с марта по май, на время приближения лета. На все то, о чем я вам рассказывал сегодня, Солнце в это время действует сильнее. В чем же состоит его воздействие? Оно действует так, что немного подавляет в людях силы размножения, половые силы -- ведь человек более эмансипирован, чем животное, не так ли, -- и из этих подавленных сил размножения возникают силы рассудка. Вот почему такой человек овладевает рассудком с большей легкостью. А те, кто родились летом, должны приложить больше усилий, чтобы овладеть рассудком. Это, конечно, возможно. Однако дело обстоит так, что человек имеет разные задатки: зачатые весной, а родившиеся зимой, имеют большие задатки для овладения силами рассудка, нежели рожденные в иное время.

Все это необходимо знать для того, чтобы с помощью воспитания компенсировать такие вещи. У людей это может быть компенсировано. Ос вы никогда не сможете воспитать так, чтобы они зимой производили бесполых особей и строили осиное гнездо. Бобров вы никогда не сможете воспитать так, чтобы они стали закладывать свои поселения летом. Но человека вы можете воспитать, чтобы он -- как было сказано -- до известной степени мог преодолеть природу. Отсюда вы видите, что такое преодоление у человека происходит иначе, нежели у животных. У животных душевно-духовное начало целиком зависит от хода мирового развития. Постройка осиных гнезд и поселений бобров непосредственно зависит от Солнца.

У бобров вы можете отметить еще иное. Осенью эти бобры-отшельники, жившие все лето в одиночестве, собираются вместе по двести-триста особей; только теперь они могут использовать полученный от Солнца рассудок. Они могут использовать его, только находясь в группе, но не по отдельности. Будучи порознь, они не смогли бы вносить свою долю в общее дело; их работа должна носить групповой характер.

У человека фактически происходит то, что он может многое внести в общее дело, будучи отдельным существом, тогда как у животных совместная работа возможна лишь в группе. Поэтому мы, антропософы, говорим: у животных душевная жизнь имеется лишь в группе -- групповая душа, тогда как человек имеет отдельную душу. Это очень интересно.


Рисунок 30


Однажды я говорил вам, как выглядит у человека бедро, бедренная кость. В то время как у бобра она еще не такая, у человека бедренная кость выглядит как чрезвычайно изящное, прекрасное произведение искусства.

Тут находятся балки (см. рисунок 30), они построены с большим искусством. И весь человек построен, в сущности, так, что если рассмотреть его правильным образом, то можно сказать: он строит в себе самом все то, что бобр строит вовне. В соответствии с природой человек строит в самом себе все то, что бобр строит снаружи, вовне. Так приходят к вопросу: откуда же происходит все то, что так остроумно, так искусно построено внутри человека? Если сооружения бобров ведут свое происхождение от Солнца и его окружения, то и построение человека тоже ведет свое происхождение от Солнца. Мы не являемся земными существами, мы солнечные существа, мы всего лишь поставлены на Землю. Для чего? Это вы увидите, если рассмотрите следующие вещи.

От Земли осы имеют силу производить особей с половыми признаками. Человек должен находиться на Земле именно для того, чтобы иметь силы воспроизводства, размножения. И напротив, другое, то, что в большей степени носит характер рассудка, человек имеет от мирового окружения. Тут мы можем хорошо видеть: человек имеет свой рассудок от мирового окружения, а свои силы размножения -- от Земли. Здесь можно было бы продолжить рассказ о том, как Луна связана с Землей. Но для этого у нас сегодня нет времени, этим мы будем заниматься в следующий раз. Вы видите, благодаря правильному рассмотрению фактов приходят к постижению того, что мир поистине представляет собой некое единство, что человек зависит также и от находящегося вокруг Земли, зависит от Солнца, которое является не только светящим и согревающим Солнцем, но и разумным Солнцем, Солнцем разума. Это чрезвычайно важно, поскольку может помочь вам в ответе на отдельные вопросы. Вы видели, что силы размножения связаны с употреблением спиртного, как я говорил вам об этом в последний раз. Почему же связь эта такова, что небольшое употребление спиртного не создает затруднений, тогда как при значительном употреблении затруднения возникают? Это вы можете понять из следующего.

Что, собственно, представляет собой алкоголь? Что такое алкоголь, вы можете видеть на примере вина, поскольку вино, которое, как вы знаете, могут позволить себе только богатые люди, все еще относится к тому, что причиняет наибольший вред; пиво менее вредно для половых органов, чем вино. Пиво больше воздействует на другие органы, сердце, почки, и так далее, но на органы размножения действует алкоголь, спирт, находящийся в вине, и, конечно, алкоголь, находящийся в водке, тут он действует совсем особенно.

Господа, как возникает вещество, находящееся в вине и водке? Оно возникает под непосредственным воздействием солнечных сил! Для того, чтобы созреть, этому веществу необходимо время в течение всего лета. Сейчас вы можете увидеть, почему это вещество вредит органам размножения. Дело обстоит так. У пьющего человека органы размножения подвергаются воздействию того начала, которое доставляется к ним извне, тем же путем, что и пища, тогда как оно должно было бы восприниматься иными путями, лишь в качестве непосредственного воздействия Солнца, солнечного облучения. И тут оно мстит за себя. Человек пьет, то есть употребляет внутрь то, что Солнце создает внешним образом. Вследствие этого употребляемое становится ядом. В то время как правильное принятие алкоголя состоит в том, что человек -- как я говорил вам -- сам создает, сам производит для себя необходимую дозу алкоголя [у себя в кишечнике], а солнечное тепло получает обычным образом [то есть путем облучения]. Следовательно, человек принимает в себя враждебное начало, так как субстанция, правильным образом проникающая изнутри, становится ядом в том случае, если проникает извне. Я показал это вам на примере фосфора. Именно так действует в алкоголе то, что в нем создано Солнцем, -- ведь алкоголь вызревает благодаря Солнцу. Однако Солнце должно проникать в нас иным путем; мы должны принимать свет и тепло лишь внешним образом. Если же мы принимаем алкоголь внутрь, внутренним образом, то это равносильно тому, что мы внутренне отапливаем, поджигаем себя. Та же самая сила, при внешнем ее употреблении являющаяся нашим другом, становится, будучи употребленной внутренне, под видом алкоголя, нашим врагом.

Так и в природе. В природе есть силы, которые, действуя в нас с одной стороны, благоприятны, но если они действуют с другой стороны, то действуют как яд. Прийти к пониманию этого можно только тогда, когда мы правильным образом осознаем вышесказанное.

Вот что я хотел сказать вам для того, чтобы вы еще лучше понимали вещи, связанные с вопросом господина Эрбсмеля. Теперь проработайте все это. Когда вы в ближайшую субботу пожелаете задать дальнейшие вопросы, я надеюсь, что буду здесь.


ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 13 января 1923 г.


Вопросы:

1. В чем разница в воздействии на человека растительной и мясной пищи, а также какое воздействие оказывает употребление никотина.

2. Об оплодотворении: почему происходит так, что у женщин рождаются сыновья, если у ее предков сыновья никогда не рождались; как объяснить то, что у кого-то дважды раз за разом рождались близнецы.

Далее: какое влияние на сперму оказывает, например, абсент53 (полынная водка), а также обычная водка.

3. О возрасте ос и пчел: в чем заключается разница между теми и другими?

Доктор Штайнер: Обсуждавшиеся вещи относятся, конечно, только к пчелам, это относится к пчелам, а не к осам. С пчелами дело обстоит несколько иначе, чем с осами. Это относилось к пчелам, а не к осам.

Мы как-нибудь этим вопросом попытаемся заняться. Сначала было предложено поговорить о влиянии никотина, то есть того яда, который вводится в человеческий организм посредством курения и вообще употребления табака. Видите ли, здесь, во-первых, необходимо иметь ясность насчет того, в чем проявляется воздействие никотина. Последнее прежде всего влияет на деятельность сердца: никотин вызывает усиленную, повышенную сердечную деятельность. Но это не означает, что само сердце является какой-то помпой, данное обстоятельство лишь указывает на то, что происходит в организме. Сердце бьется сильнее, если кровь циркулирует сильнее: это означает, что никотин воздействует на кровообращение, он делает кровообращение живее, интенсивнее. Надо ясно представлять себе то, что вследствие введения никотина в человеческий организм кровообращение становится более оживленным. Благодаря этому вызывается более интенсивная сердечная деятельность.

Надо проследить все эти процессы в человеческом организме. Вы должны ясно понимать, что все, происходящее в человеческом организме, в сущности, строго регламентировано. Например, нельзя представить себе в человеческом организме ничего более важного, чем те 72 -- в среднем -- удара пульса в минуту, которые мы отсчитываем, щупая пульс у взрослого человека, а также и в более позднем возрасте.

С другой стороны, я уже говорил вам об этом однажды, человек делает примерно восемнадцать вдохов-выдохов в течение одной минуты. Если вы умножите 18 на 4, то вы получите 72. Это означает, что пульсации крови проходят по телу в четыре раза чаще, чем пульсации дыхания. Разумеется, это лишь усредненное значение, поскольку у каждого человека это происходит по-разному. И отличие одного человека от другого основывается на том, что у них вышеуказанное отношение различается. Но в среднем это отношение составляет один к четырем, следовательно, кровообращение в четыре раза чаще, чем ритм дыхания.

Если я ввожу в человеческий организм никотин, то я могу это делать по двум причинам: во-первых, ради пристрастия к табаку и, во-вторых, я могу вводить никотин в качестве лекарственного средства. Все то, что, с одной стороны, является ядом, с другой стороны, является лекарственным средством. Можно сказать, что любая вещь есть и яд, и лекарственное средство одновременно. Естественно, если вы сразу выпьете, например, пару ведер воды, то и она будет ядом, в то время как подходящее ее количество является средством питания; если же воды вводится исключительно малое количество, то даже она может стать лекарственным средством. Вообще вода становится сильным лекарственным средством благодаря всевозможным методам, в соответствии с которыми она применяется. Следовательно, даже о наиболее обычных вещах можно сказать: то, что является ядом, может также стать и лекарственным средством. Поэтому необходимо знать, что за воздействие оказывает данное вещество, данная субстанция на человеческий организм.

Итак, если я ввожу в человеческий организм табак, то он прежде всего активизирует кровообращение. Кровь становится живее, она циркулирует более оживленно. Однако дыхание при этом не активизируется в равной степени. Дыхание остается таким, как было. Причем кровообращение теперь больше не согласуется с дыханием. Если человек вводит в свое тело никотин, он имеет иное кровообращение, нежели прежде.

Например, у кого-нибудь 18 вдохов-выдохов и 72 удара пульса в минуту -- для человека это совпадает со средним значением, чего может и не быть, но мы допускаем, что это так. Затем в результате употребления никотина пульс становится равен 76 ударам. Из-за этого у человека нарушается нормальное соотношение между пульсом и дыханием. Как следствие возникает следующее: в то время как с каждым ударом пульса с кровью должно соединяться определенное количество кислорода, кровь данного человека уже не содержит достаточного количества кислорода. Следствием никотинового отравления, стало быть, является то, что кровь хотела бы вобрать больше кислорода; значит, кровь требует слишком много кислорода, тогда как дыхание не в состоянии дать ей столько кислорода. Поэтому возникает одышка, хотя и совсем незначительная. Одышка эта настолько незначительна, что в отдельных случаях ее вообще не замечают, потому что, как я уже говорил вам, человеческий организм может перенести очень многое. И все же вследствие употребления никотина появляется некоторая, хотя и небольшая одышка. Эта совсем маленькая одышка становится, тем не менее, причиной чувства страха при каждом дыхании. Любая одышка становится причиной чувства страха. Если человеку страшно и страх этот носит постоянный характер, то одолеть такой страх все-таки легче, чем этот ужасно маленький страх, который возникает в данном случае и остается совершенно неосознанным. Причинами болезней являются именно такие, остающиеся незаметными фобии -- страх, боязнь, ужас.

У того, кто курит постоянно, есть причина всегда, не замечая этого, быть проникнутым некоторым страхом. Вы знаете, однако, что если вам страшно, то ваше сердце стучит сильнее. Отсюда вам становится известно, что у того, кто отравляет себя никотином, сердце постоянно работает несколько убыстренно. Но если что-либо работает быстро, то оно уплотняется точно так же, как уплотняется мой бицепс, моя плечевая мышца, если я ее постоянно напрягаю. При известных обстоятельствах в этом нет ничего плохого, если только дело не доходит до разрыва тканей. Но если вследствие своей деятельности сердечная мышца -- ведь это тоже мышца -- становится слишком плотной, толстой, то она начинает давить на другие органы. Как правило, следствием отсюда является то, что из-за сердца возникают нарушения кровообращения. Сердце само по себе не может быть побудительной причиной кровообращения, но кровообращение может быть нарушено, если кровь приходит в уплотненное сердце.

Если сердце уплотнено, то ближайшим следствием отсюда является заболевание почек, поскольку от согласованности сердечной и почечной деятельности зависит нормальное функционирование человеческого организма в целом. Сердце и почки всегда должны функционировать согласованно. Конечно, в человеке все согласовано, однако сердце и почки связаны друг с другом непосредственно. Сразу же становится заметно, что если с сердцем что-то не в порядке, то и с почками порядок нарушается, нарушается выделительная функция. Возникают нарушения при выделении мочи, следствием чего является то, что человек обретает слишком быстрый жизненный темп, и поэтому очень быстро изнашивается. Таким образом, тот, кто вводит в свое тело слишком много никотина, больше, чем позволяют возможности его жизнедеятельности, медленно погибает. Он медленно погибает из-за всевозможных внутренних состояний страха, влияющих на сердце. Нетрудно вынести суждение о воздействии такого состояния страха, боязни на душевную деятельность. Можно заметить, что у людей, вводящих в свой организм слишком много никотина, сила мышления постепенно ухудшается. Сила мышления ухудшается за счет того, что человек, постоянно испытывающий страх, не в состоянии мыслить нормально. Так что у таких людей наличие никотинового отравления можно установить, обнаружив, что их мысли находятся в беспорядочном состоянии. Обычно они слишком поспешно выносят суждение. Из-за этих слишком поспешных суждений они доходят иногда до мыслей, граничащих с бредом преследования. Следовательно, можно сказать, что употребление никотина ради удовольствия губит человеческое здоровье.

Однако, господа, вы должны во всех вещах рассматривать и другую сторону. Не правда ли, обычай курить проявился в ходе развития человечества. Первоначально люди не курили. Употребление табака есть нечто, появившееся в ходе времени. Тут надо рассмотреть и другую сторону.

Допустим, что у человека возникает ранее описанный мною недостаток. Вместо 72 ударов пульса он имеет всего 68. Допустим, что такой человек с недостаточно живым кровообращением начинает курить. Видите ли, в этом случае должно быть ясно, что тем самым кровообращение возбуждается, но, возбуждаясь, оно приходит в норму, переходя от 68 к 72 ударам пульса; таким образом, и дыхание, и кровообращение согласуются друг с другом [то есть достигается соотношение 1:4]. Так что если пациент обратится к врачу, страдая от какого-нибудь недомогания, и врач заметит, что болезнь связана с ослабленным кровообращением, то врач может даже посоветовать ему курить.

Видите ли, я хочу сказать вам: если кровообращение совершается слишком быстро по отношению к дыханию, то приходится иметь дело с ужасным состоянием страха, которое остается неосознанным. Если же у пациента кровообращение по какой-то причине слишком слабое, то это выражается в том, что человек ходит вокруг и чего-то хочет, но не знает, чего он хочет. Это является симптомом заболевания: есть такие люди, которые постоянно ходят и чего-то хотят, однако не знают сами, чего они хотят. Вы только представьте себе, как много есть людей, которые ходят вокруг и не знают, чего они хотят! Эти люди становятся, как говорят, недовольны жизнью. Не правда ли, есть такие люди, которые приобретают какую-либо профессию, но она им не нравится и так далее. Причины этого лежат в слабости кровообращения. Если мы имеем дело с таким человеком, то следует сказать: даже хорошо, если дать ему немного никотина, так как благодаря никотину он может вылечиться. И так как курение доставляет ему удовольствие, то нет необходимости давать ему никотин в качестве лекарства: такому пациенту можно даже посоветовать курить, если он раньше не был курильщиком.

В Новое время фактически значительно умножилось число людей, которые, в сущности, не знают, чего они хотят. Появление людей, не знающих, чего они хотят, было облегчено тем, что значительное число людей в последние три или четыре столетия разучилось заниматься духовным в той или иной форме. Они посещают свои конторы, занимаются тем, что им, в сущности, не хочется делать, но что приносит им деньги; они отсиживают свое служебное время, может быть, оставаясь при этом вполне прилежными, но не имея никаких действительных интересов, кроме как ходить в театры, читать газету. Лишь настолько простираются их интересы. Даже чтение книг становится в настоящее время редкостью.

И все это происходит оттого, что люди, в сущности, не знают, чего они хотят. Им должно быть предписано, чего они должны хотеть. И если человек читает газеты, ходит в театр, то к этому его побуждают рассудок и чувство, но не кровь. Тут дело обстоит таким образом: если человек проявляет усидчивость и читает какую-нибудь трудную книгу, то при этом возбуждается его кровь. Как только человек должен напрячься, приложить усилия, чтобы что-то понять, возбуждается кровь. Но сегодня люди этого больше не хотят. Они не хотят прилагать усилий, чтобы что-то понять. Это нечто такое, отчего людям становится прямо-таки противно. Они ничего не хотят понимать! И вследствие того, что они не хотят ничего понимать, их кровь становится плотной. Плотная кровь течет медленно, и следствием отсюда является то, что они постоянно нуждаются в средствах, которые сделали бы эту становящуюся плотной кровь более подвижной. Она и становится подвижнее, если у них во рту торчит эта мерцающая палка, палка с никотином; однако более жидкой кровь от этого не становится, тогда как кровообращение осуществляется все труднее. Следствием может стать появление у них старческих симптомов в том возрасте, когда этого еще быть не должно.

Отсюда видно, что деятельность человеческого организма является исключительно тонкой. Можно получать результаты не только с помощью анализов крови, а исследуя то, каким образом ведет себя человек, быстро или медленно он думает.

Итак, вы видите, господа: тот, кто хочет что-либо знать о действии никотина, должен точно изучать кровообращение и дыхание.

Вспомните, о чем я недавно подробно говорил вам: кровь производится в костном мозге тут она, собственно, возникает. Если кровь производится в костном мозге, и мы придаем этой крови слишком большую подвижность, то костному мозгу тоже приходится работать быстрее, чем он должен. Вследствие этого кости не успевают выполнять свою работу. Из-за этого внутри костей образуются те животные, те микроорганизмы, которые, в сущности, пожирают нас заживо. Были врачи, такие, например, как Мечников, считавшие, что остеофаги -- так называются эти маленькие бестии -- являются причиной человеческой смерти. Если бы не было остеофагов, говорил Мечников, то люди жили бы вечно. Он считал, что они в буквальном смысле пожирают нас. Фактом является то, что чем старше мы становимся, тем больше становится остеофагов. Следовательно, это правда, что наши кости постепенно пожираются остеофагами. Но, с другой стороны, это происходит точно так же, как если кто-то хорошо удобряет пашню: там растет больше, чем при плохом удобрении. Если мы вносим в организм нечто, подобное никотину, это значит, что человек тем самым делает свои кости плохими для себя, но очень хорошими для остеофагов, этих пожирателей человека, пожирателей костей. То, что плохо для нас, для людей, является наилучшим из всего, что можно сделать для этих микроорганизмов.

Именно так обстоят дела в мире. Если кто-то хочет думать удобно, он думает, что раз мир создал Господь Бог, то все в нем должно быть хорошо. Но можно спросить: да, но почему же помимо костей Господь Бог позволяет расти этим остеофагам? Если бы Он не позволял этим остеофагам расти, нас бы не пожирали заживо. Тогда, хотя мы и причиняли бы вред своим костям, и они приходили бы в негодность по другим причинам, они, тем не менее, могли бы продержаться целую сотню лет, если бы в них не было внутри этих маленьких зверушек, микроорганизмов.

Однако мышление, ориентированное только на удобство, не приносит пользы. Пользу может принести только действительное проникновение в факты, когда человек знает, что у тонких сил, участвующих в создании его костей, есть враги, которые тоже действуют; это и есть остеофаги, и их в нас находятся миллионы. И чем старше мы становимся, тем больше остеофагов мы имеем в себе. Вы носите в себе людоедов, пожирателей человека, хотя и маленьких. Крупные людоеды далеко не самые ловкие; самые ловкие из них те, которых вы носите в самих себе и для которых вы, в сущности, создаете благоприятную почву, вводя в организм никотин.

Видите ли, отсюда вы можете узнать, насколько важно фундаментальное понимание человека, если мы вообще хотим говорить о том, как то или иное вещество действует в человеческом организме.

Человек постоянно ест. Он ест как животную, так и растительную пищу. Я уже говорил вам однажды: мне совсем не импонирует как-либо агитировать за ту или иную форму питания, я только говорю, как оно действует. Часто происходит так, что у людей возникает обморочное состояние и так далее, и я говорю им: причина состоит в том, что вы не едите мяса. На эти вещи надо смотреть объективно, не так ли? Не надо желать добиться чего-то силой. Однако что означает "смотреть объективно" в случае животной или растительной пищи? Видите ли, господа, допустим, мы рассматриваем какое-нибудь растение. Растение реализуется, развиваясь из погруженного в землю зерна в зеленый лист и красочные цветочные лепестки. Сравните то, что вы получаете от растения -- иными словами, сорванные вами колосья, ботву для овощного салата или то, что вы варите, -- сравните все это с мясом, мышечными тканями животного. Ведь это совершенно разные вещества, не так ли? Но в каком отношении находятся эти два вида веществ?

Вы знаете, что среди животных есть добрые, травоядные существа. Ведь есть же животные, которые не едят мяса. Например, коровы у нас не едят мяса. Лошади тоже не падки до мяса, они тоже поедают только растения. Для вас должно быть ясно: животное не только постоянно вбирает в себя пищу, оно также постоянно выталкивает из себя то, что находится в его теле. У птиц, как вы знаете, существует нечто такое, как линька. При этом птицы теряют свои перья и должны заменить их новыми. Вы знаете, как олени сбрасывают свои рога. Вы тоже подстригаете свои ногти; они отрастают снова. Но то, что выступает здесь столь очевидным внешним образом, тем не менее, постоянно остается в наличии! Мы постоянно сбрасываем кожу. Я уже рассказывал вам однажды об этом. В течение определенного времени, примерно от семи до восьми лет мы полностью сбрасываем все свое тело и творим его снова. Это имеет место и у животных.

Исследуйте корову или вола; если вы снова исследуете их через несколько лет, то мясо, бывшее в них, станет совершенно иным. У волов это происходит несколько иначе, нежели у человека, здесь процесс замены происходит скорее. Итак, это уже другое мясо. Но из чего возникает это мясо? Вот о чем вы должны спросить. Оно возникает исключительно из растительных веществ! Волы сами производят в своем теле мясо из растительных веществ. Вот самое важное, о чем в настоящем случае следует думать. Следовательно, организм животного в состоянии создавать мясо из растительных веществ, из растений.

Вы, господа, сколь угодно долго можете варить капусту, но мясом она у вас от этого никогда не станет! Вам не удастся получить мясо на ваших жаровнях и сковородках. Никто не сможет испечь пирог так, чтобы он превратился в мясо. Следовательно, с помощью внешнего мастерства достичь этого нельзя. Но в животном организме, в сущности, делается то, что не удается сделать внешним образом. Мясо просто создается в животном организме.


Рисунок 31


Для этого в теле должны быть силы. В области наших технических сил у нас нет ничего подобного, с помощью чего мы могли бы из растения сделать мясо. Этого у нас нет. Итак, в нашем организме и в организме животного есть силы, способные создать вещество мяса из растительных субстанций, растительных веществ.

Теперь давайте рассмотрим растение. Вот так выглядит растение (см. рисунок 31). Такое оно и на лугу и в поле. Вплоть до этого места действовали силы, они создали зеленые листья, цветы и так далее. Представьте себе, что корова съела это растение. Если корова или бык съедят это растение, то в них оно станет мясом. Последнее означает, что у вола есть силы, благодаря которым он может из этого растения сделать мясо.

Представьте себе, что такому быку придет в голову сказать: мне это надоело, почему это я должен бродить вокруг и есть одни растения? Пусть это делает за меня какая-нибудь другая скотина. А я эту скотину съем! Что ж, прекрасно, бык начал пожирать мясо. Но ведь он может производить это мясо сам! Он имеет в себе силы для этого. Что же произойдет, если он вместо растения станет есть мясо? Он оставит без дела все те силы, которые могли бы производить это мясо в нем самом! Как-нибудь представьте себе фабрику, где что-то должно производиться, но не производится ничего, хотя фабрика пущена, она работает. Представьте себе, какие при этом силы расходуются напрасно! Огромные силы тратятся впустую. Но, господа, силы, пропадающие в организме животного впустую, не могут быть ни на что не направлены, не могут быть просто потрачены зря. Бык, в конце концов, оказывается заполоненным этой силой, она делает в нем нечто иное, вместо того, чтобы делать из растительных веществ вещество мяса. Эта сила остается при нем, она присутствует тут. И она делает в нем нечто иное. В результате ее деятельности возникают разные нечистоты. Вместо того, чтобы производить мясо, производятся вредные вещества. Следовательно, если бык вдруг начнет пожирать мясную пищу, то он наполнит себя вредными веществами. Конкретно -- мочевой кислотой и солями мочевой кислоты, вот чем он себя наполнит.

Соли мочевой кислоты имеют особые свойства. Особенным свойством солей мочевой кислоты является их "пристрастие" к нервной системе и головному мозгу. Вследствие этого, если бык употребит в пищу мясо, в нем начнет выделяться огромное количество солей мочевой кислоты; они направляются в головной мозг и бык становится безумным, бешеным*. Если бы вы захотели поставить эксперимент и кормить стадо быков голубями, то получили бы совершенно безумное стадо быков. Это именно так. Несмотря на то, что голуби так кротки, быки стали бы безумны, впали бы в бешенство.

* Это высказывание Р. Штейнера широко обсуждалось в связи с возникновением эпидемии губчатой энцефалопатии крупного рогатого скота в Англии, BSE. В нем не без основания увидели поразительное по точности предсказание.

Видите ли, именно такие вещи опровергают материализм: ведь если быки пожирают одних голубей, то и сами они должны были бы стать кроткими, как голуби, если бы эффективным, действенным было одно материальное. Однако совершенно несомненно, что этого не произойдет, напротив, они станут страшно буйными, яростными бестиями. Представьте себе, это находит подтверждение в том, что кони становятся буйными, страстными, если им дать хотя бы немного мяса, они сразу же дичают, поскольку мясная пища так непривычна для них.

Господа, это относится и к человеку. Интересна историческая сторона этого вопроса; часть народонаселения в Азии соблюдают строго вегетарианский рацион. Именно они являются людьми мягкими, которые ведут меньше войн. Только в Передней Азии начали есть мясо, и там было положено начало военной ярости. Дело обстоит так, что те азиатские народы, которые не ели мяса, направляли на превращение из растительных субстанций в мясные те силы, которые в ином случае оставались бы невостребованными и неосознанными. Следствием отсюда было то, что они остались кроткими, мягкими, в то время как другие народы, которые ели мясо, утратили эту кротость.

Однако следует уяснить себе, что люди лишь мало помалу становились зрелыми для рассуждений, подобных предпринимаемым нами сейчас. Когда люди начинали есть мясо, они еще не могли рассуждать так, как мы делаем это с вами сейчас. Все основывалось на чувстве и инстинкте.

Видите ли, лев постоянно ест мясо; он не вегетарианец. У льва очень короткий кишечник. А травоядные животные имеют очень длинный кишечник. Тут кишечник очень длинный. Но и у человека это тоже так. Если человек вследствие рождения принадлежит к какой-либо расе или народу, где все его предки ели мясо, то его кишечник будет короче, он окажется слишком коротким для того, чтобы этот человек мог быть чистым вегетарианцем. В этом случае человек, если он будет есть одни растения, должен сперва предпринять все от него зависящее, чтобы, несмотря на рацион, сохранить нормальное здоровье.

Несомненно, что и сегодня быть вегетарианцем вполне возможно. Это дает очень многое. А именно, если у человека есть потребность только в растительной пище, а не в мясной, то он устает не так быстро. То, что человек устает не так быстро, идет изнутри, поскольку мочевая кислота и соли мочевой кислоты не отлагаются в нем так интенсивно. Человек устает не так быстро, его голова остается чистой, поэтому он легче мыслит, если только он вообще мыслит. Для того, кто не способен мыслить, нет, конечно, особой необходимости иметь голову чистой, свободной от солей мочевой кислоты, так как все в человеческой организации должно быть согласовано, не так ли? Так что человек сегодня может, хотя и с усилием, стать вегетарианцем. Тогда он использует те силы, которые у большинства людей, употребляющих в пищу мясо, просто остаются без применения.

Видите ли, я хочу обратить ваше внимание на одно своеобразное явление. Оно состоит в следующем. Если вы следите за тем, что происходит в настоящее время в мире, то вы обнаруживаете следующее: есть болезнь, которая быстро подрывает здоровье человека, это так называемый диабет, сахарная болезнь. При этом сначала в моче появляется сахар, а затем организм человека довольно быстро разрушается* из-за чрезмерной выработки сахара. Болезнь носит фатальный характер. Сахар, в то же время, является тем, что делает человека внутренне сильнее, если только этот сахар вводится в организм правильным образом.

* В настоящее время применение инсулинотерапии позволяет поддерживать жизнедеятельность больного диабетом на протяжении многих лет.

Вы даже можете доказать это внешне, с помощью статистики. В России употребляют в пищу гораздо меньше сахара, чем в Англии, и в результате этого возникают различия между русским и английским народами. Англичанин эгоистичен, он обладает самосознанием; русские слабовольны, слабохарактерны, хотя они и неэгоистичны, но слабохарактерны. Это связано с тем, что в России вместе с пищей употребляют мало сахара, тогда как в Англии его употребляют очень много. Однако человеческое тело нуждается в таком количестве сахара, какое оно может переработать. Как на протяжении долгого времени человека поддерживают кости, так поддерживает его и та доза сахара, которая циркулирует в его теле. Однако если слишком много сахара переходит в мочу, то организму его достается меньше, и здоровье подрывается. Это и есть сахарная болезнь.

Дело обстоит так, что в настоящее время сахарная болезнь чаще встречается у евреев, чем у других людей. Конечно, другие тоже заболевают сахарной болезнью, но в настоящее время у евреев она наблюдается особенно часто. Этот народ имеет предрасположенность к сахарной болезни. Евреи усваивают сахар с некоторыми затруднениями, но, с другой стороны, нуждаются в нем. Следовательно, должна быть специфическая еврейская диета, которая делала бы для человеческого организма более легкой возможность усваивать сахар, а не выделять его сразу.

Если вы читаете Ветхий Завет, вы найдете там всевозможные предписания, касающиеся пищи. Эти предписания в отношении пищи до сих пор соблюдаются в тех городских ресторанах, на вывеске которых поставлено слово "кошер". Вам знакомы такие рестораны; там, на вывеске еврейскими буками написано "кошер". Это значит, что там готовится кошерная пища. Это делается в соответствии с древними предписаниями Моисея относительно пищи. И если вы проверите, на чем же это основано, то вы обнаружите: это основано на том, что еврей должен по возможности питаться таким образом, чтобы он мог усваивать сахар, поскольку именно этот народ с трудом перерабатывает сахар. Запрет на употребление свинины -- свиное мясо чрезвычайно затрудняет переработку сахара в человеке -- запрет на употребление свинины был направлен на то, чтобы препятствовать сахарной болезни, диабету. Ветхий Завет можно читать даже с медицинской точки зрения; в этом смысле он исключительно интересен. В высшей степени интересно вникать в то, к чему имеют отношение те или иные запреты и приготовление кошерной пищи. Даже так называемый шэхтен, то есть забой согласно еврейскому религиозному обряду, особый способ умерщвления птицы и вообще забой (животных), ориентирован на то, чтобы в мясе, которое употребляет еврей, оставалось количество крови, соответствующее правильному усвоению сахара.

Вам известно, в последнее время евреи постепенно перестали соблюдать свои запреты на пищу, хотя они и сохраняют свои племенные, народные связи; это вредит им, поскольку запреты носят общенародный характер. Из-за этого они заболевают сахарной болезнью с большей легкостью, чем другие люди. Вот какая история.

Итак, мы можем сказать: очевидно, что мясная пища создает в человеке невостребованные силы, направляющиеся на то, чтобы действовать в человеческом организме неправильным образом, создавать в нем отходы, нечистоты. Конечно, эти шлаки можно устранить. Но это иногда бывает сложно. Можно сказать: некоторые вещи, если говорить о них, производят странное впечатление. Иногда случается знакомиться с людьми, которые всю зиму выполняют свою обычную работу, причем они всю зиму едят с таким удовольствием, что у них ежедневно возникают небольшие желудочные расстройства. Эти расстройства они стараются держать на поводу с помощью небольшого количества водки, которую они пьют. Но лишь только наступают апрель или май, им становятся необходимы воды в Карлсбаде или иного рода водолечение. К этому времени в их организме, в их теле накапливается так много отходов, так много шлаков, что возникает необходимость очиститься от этих нечистот. Необходимо очищение. Вот они и направляются в Карлсбад. Вы ведь знаете, как действуют воды в Карлсбаде: они вызывают интенсивную диарею. Так достигается соответствующее очищение. Они избавляются от отходов и тогда, вернувшись обратно, могут начинать все сначала. Однако им не удается, как правило, достичь ничего иного, кроме того, что каждый год снова приходится отправляться в Карлсбад. Если же им не удается поехать в Карлсбад, то у них сразу же возникает что-нибудь: или диабет, сахарная болезнь, или что-то похожее.

Поскольку названное явление носит коллективный характер, то поездка в Карлсбад выглядит вполне терпимо. Хотя в действительности это означает: пристраивать тех, кто вынужден приводить свой организм в порядок с помощью унитаза. Что и делают эти бедолаги в Карлсбаде, используя водолечение. Эти мероприятия основательно вычищают. В течение какого-то времени это действует.

Но, господа, здоровье народа, конечно, не удастся существенно улучшить таким образом. В конце концов, проблемы с едой у тех, кому приходится ездить в Карсбад и использовать водолечение, начинаются еще на рынке. Те, кто не ездят в Карлсбад, тоже ведь едят. Человеку не удается очиститься от шлаков, если у него нет денег, чтобы съездить в Карлсбад. Но ведь ест он то же самое. Чтобы направить социальную жизнь в правильное русло, надо начинать с медицины.

Конечно, на эту тему можно говорить очень долго! То, что не было сказано сегодня, я еще скажу вам с течением времени.

К этому я хочу сделать еще одно добавление: с абсентом дело обстоит так, что действует он так же, как и алкоголь, содержащийся в вине, разница, однако, состоит в том, что алкоголь хотя и разрушает вещественное, ткани, но это разрушение компенсируется благодаря сну, тогда как абсент разрушает заодно и сам сон. В случае абсента дело обстоит так, что человек, когда он спит, тоже испытывает похмельный синдром, что препятствует сну. Человек должен спать, если он выпил спиртного. Обычно -- это отражено даже в оборотах речи -- пьяному надо проспаться. Следовательно, при употреблении алкоголя сон действует, в сущности, благоприятно; он создает компенсацию. Абсент является более вредным, чем обычный алкоголь, из-за того, что в этом случае, в случае абсента компенсации не возникает, так как он разрушает, кроме прочего, и сам сон.

Вы как-нибудь понаблюдайте за тем, что, например, наши волосы во сне растут быстрее. Тот, кто бреется, в частности, знает, что если он в какой-нибудь день очень долго спал, то бриться ему придется раньше, чем обычно. Вы не замечали этого? (Пожалуй, да!) Если душевная деятельность в теле отсутствует, то все это* протекает очень быстро. Сон нужен потому, что он возбуждает вегетативные силы в физическом теле. Однако абсент действует и во сне. При опьянении абсентом происходит так, что во сне не создается компенсационных явлений, компенсации. Так что даже во сне у женщин, которые пьют абсент, полынную водку, кровь продолжает разрушаться, разрушаются эритроциты, красные кровяные тельца, тогда как у мужчин разрушаются лейкоциты, белые кровяные тельца.

* т.е. процессы роста органических тканей на периферии.

К этому добавляется кое-что другое. При употреблении абсента, вследствие того, что действие его продолжается и во сне, исключительно сильному влиянию подвергаются месячные менопаузы. Когда пьют абсент, нарушается регулярность менопауз: в еще большей степени это имеет место у потомства. Вследствие этого выделения, которые должны были бы происходить регулярно, каждые четыре недели, происходят нерегулярно.

Следовательно, наиболее существенное, что можно сказать об абсенте, это то, что он действует подобно алкоголю, содержащемуся в вине, пиве или шнапсе (водке), но помимо этого он разрушает сон.

Мне также хотелось бы кратко сказать вам -- об этих вещах можно поговорить еще в дальнейшем -- сказать вам кое-что по другому вопросу, о близнецах. Оплодотворение, предшествующее рождению близнецов*, происходит точно так же, как и в том случае, кода родится один человек. Оплодотворение происходит так, что в женскую яйцеклетку проникает только один-единственный мужской сперматозоид, и сразу же после этого доступ к яйцеклетке прекращается, перекрывается, а затем внутри происходит дальнейший процесс.

* В данном случае имеются в виду однояйцовые близнецы.

Видите ли, число потомков, однако, определяется чем-то совершенно иным, нежели числом мужских сперматозоидов. Только одно семенное ядро, один сперматозоид входит в женскую яйцеклетку, в то время как на потомство оказывает влияние весь мир в целом. Силы, исходящие из всего мира в целом, способствуют возникновению потомства. Может произойти, например, так, что вскоре после оплодотворения женщина подвергнется тем же самым воздействиям -- то, что я сейчас скажу, может показаться курьезным, но, несмотря на это, все сказанное будет правдой, -- итак, женщина может подвергнуться тем же самым, приходящим из Космоса воздействиям. Допустим -- конечно, здесь все должно быть согласованным но, допустим, -- что оплодотворение происходило на убывающей Луне. Тогда, на убывающей Луне, женщина подверглась действию определенных космических сил, исходящих из какого-то кусочка Луны. При оплодотворении дело обстоит так, что первые процессы, протекаюшие в первые три недели, являются, в сущности, очень неопределенными, они не носят четко выраженного характера. Тут сказать ничего нельзя, не так ли? По истечении трех недель человек представляет собой всего-навсего маленькую рыбку. До этого все происходит совершенно неопределенно. В течение этих трех недель, то есть срока, достаточного для того, чтобы из человеческого зародыша могло возникнуть все, что возможно, женщина, при удачном совпадении может попасть также еще и под влияние возрастающей Луны, причем воздействия из внешнего мира будут теми же самыми, то есть немного еще действует убывающая Луна и немного -- возрастающая. В этой ситуации могут возникнуть близнецы54.

Но может случиться также и так, что, например, женщина имеет антипатию к деторождению, хотя и совершенно бессознательную антипатию. Возможно, что она в своем сознании относится к деторождению как к чему-то очень желанному, но бессознательно имеет все же антипатию на этот счет. Ей достаточно иметь при этом некоторую антипатию по отношению к мужчине, с которым она состоит в браке. Ведь бывает же и такая антипатия. Тогда, господа, она сама отодвигает назад, тормозит развитие так называемого эмбриона, человеческого плода, при этом космическое влияние, которое должно было бы действовать только один раз, действует неоднократно; в такой ситуации может даже возникнуть тройня. Случается даже так, что рождается сразу четверо. Но все это, в смысле возникновение близнецов, не вызвано оплодотворением, в противном случае они были бы очень отличны друг от друга, поскольку происходили бы от разных мужских сперматозоидов, семенных телец. Они также могли бы появиться из двух разных яйцеклеток, а не из одной яйцеклетки. Но у близнецов бросается в глаза то, что они замечательно похожи друг на друга. Например, даже то, что возникает в более позднем возрасте, развивается у близнецов одинаково. Это происходит по той причине, что они развиваются из одной и той же единственной яйцеклетки. Следовательно, можно констатировать: в случае рождения близнецов [имеются в виду однояйцовые близнецы] оплодотворение не является иным, но тут действует совместное внешнее влияние.


ПЯТНАДЦАТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 10 января 1923 г.


Вопрос о том, как могло произойти так, что в одной семье, помимо говорящих нормально детей, родилось четверо немых детей. Отец детей в детстве вырвал у птицы язык, не могло ли то, что он имеет четверых немых детей, быть наказанием за это?

Следующий вопрос: Теперь так часто встречается грипп, поражающий головной мозг, при этом у людей двоится в глазах; отчего это происходит?

Доктор Штайнер: Рождались ли в этой семье дети, которые не могут говорить, подряд, друг за другом, или другие рождались между ними?

Автор вопроса: Да, дети, которые не могли говорить, родились друг за другом.

Доктор Штайнер: О таких случаях очень трудно говорить, если ничего не известно совершенно точно. О случае с гриппом, поражающим головной мозг, мы еще поговорим после. Однако о втором случае очень трудно судить, если не знаешь всего точно. Очень много зависит от того, родился ли, например, говорящий ребенок между немыми детьми, или же, начиная с определенного времени, рождались сначала говорящие, а затем немые, или сперва немые, а затем говорящие, или же и те, и другие чередовались. Немота ребенка может произойти от разных причин. Если верно, что дети слышат, то есть они только немые, а не глухонемые -- на этот счет, конечно, можно ошибиться, -- если они действительно слышат, стало быть, недостаток имеет только речевой аппарат, тогда дело в том, чтобы выяснить, каким образом могли оказать влияние на это отец или мать.

Однако, не зная точно, что произошло в данном случае, было бы легкомысленно говорить об этом. Вот что надо знать в таких обстоятельствах: сколько лет матери и сколько лет отцу. Многое зависит от того, были ли оба родителя молодыми, когда у них родились дети, или нет. Затем надо определить, кто был старше: мать или отец. От этого зависит очень многое.

Затем, не так ли, надо учесть и то, какой характер был у обоих. В том случае, если, как вы говорите, упомянутый человек в юности вырвал птице язык, надо сначала решить, следует ли это событие как-либо принимать во внимание; решить это можно лишь тогда, когда решены все другие вопросы, причем такое событие можно рассматривать как проявление юношеской жестокости упомянутым человеком. Жестокость как таковую, само качество, вот что стоит рассмотреть. Следовало бы исключить здесь разговор о возмездии, о наказании, причем не только потому, что, во-первых, такого наказания не бывает, но и, во-вторых, потому, что это не было бы наказанием для отца! Если кто-то говорит, что тем самым отец был наказан за свою жестокость, то это напоминает мне тот случай, когда один мальчик отморозил себе руку и сказал: "Вот так и надо моему папе за то, что он не купил мне варежки!" Следовательно, раз это коснулось кого-то так сильно, как этих четверых детей, то это наказание не для отца; его подобное событие затронуло гораздо меньше, чем четверых детей, несмотря на то, что жестокость была присуща именно ему.

Здесь необходимо принять во внимание одну вполне определенную вещь. Видите ли, с возрастом детей дело тут обстоит так: если кто-нибудь развивает в юности определенное свойство, качество, скажем проще, если, например, он, будучи еще мальчиком, развивает с одиннадцати лет такое свойство как жестокость или что-нибудь подобное, то очередное проявление подобного качества начинается через три с половиной года. Следовательно, данный человек проявит склонность к жестокости с четырнадцати с половиной лет, затем снова с восемнадцати лет, затем в возрасте двадцати одного с половиной года и так далее.

Представьте себе, если в такой промежуток времени, совпадающий с очередным началом такого цикла, произойдет оплодотворение, то само оно может быть сопряжено с жестокостью, само может стать проявлением жестокости, насилия, и тогда, конечно, воздействия его могут быть вредными. Все указанные вещи даже на таком кружном пути надо принимать во внимание. Но утверждать что-либо на этот счет можно только, исключив все остальные вещи. Ведь я уже говорил вам, не так ли, о разнице между зимним рождением и летним рождением. Надо, следовательно, получить сведения относительно возраста детей, включая и то, были ли прежние рождения летними или зимними, и так далее.

Поэтому я говорил: тот, кто занимается таким вопросом, должен совершенно точно знать все обстоятельства дела. Следовательно, если только вы совершенно точно знаете обстоятельства дела, вы можете об этом говорить. Я бы охотно сделал это. Вы, например, даже не знаете, были ли эти четверо детей старшими или младшими. А ведь надо совершенно точно знать, была ли предрасположенность рожать немых детей излечена позднее или же она появилась уже после рождения четверых говорящих детей. Тогда причина возникла после рождения четвертого ребенка. Итак, все это необходимо узнать совершенно точно.

Что же касается другого вопроса, то он связан с любыми заболеваниями, поражающими голову или грудные органы человека, такими, например, как бронхит и, как я полагаю, с такими заболеваниями, как дифтерия и грипп, принимающий теперь такую страшную форму*. Эти заболевания затрагивают верхнюю часть человека. Эти заболевания имеют вполне определенные отличительные черты. Их лучше всего изучать на примере дифтерии, так как этот пример наиболее поучителен.

* Имеется в виду эпидемия в Европе возникшая в период Первой мировой войны и унесшая миллионы человеческих жизней.

Вы и сами знаете, что люди, изучающие сегодня традиционную медицину, знают о гриппе немного, поэтому те описания симптомов гриппа, которые делают врачи, очень неточны. Когда мне самому приходилось видеть этих гриппозных больных, я должен был всегда обращать внимание не на те симптомы, на которые обращают внимание эти врачи, а на нечто другое, поскольку грипп со всей определенностью можно причислить к заболеваниям головного мозга. В сущности, грипп является заболеванием головного мозга! Именно об этом я и буду говорить после.

В случае дифтерии необходимо обращать особое внимание на следующие вещи. Во-первых, при осмотре ребенка, больного дифтерией, хотя, как вы знаете, дифтерией болеют и взрослые, вы видите характерные пленки в гортани55. Эти пленки, кожистые, фибринозные образования являются причиной удушья при дифтерии. Так что эти фибринозные пленки имеют первостепенную важность. Однако вторым по важности при дифтерии является то, что у заболевшего дифтерией сердце постоянно подвергается атакам. Сердце не хочет функционировать правильно. Третьим симптомом у больного дифтерией является то, что может быть сильно затруднено глотание, даже если больной не страдает от фибринозных пленок. У него наблюдается своего рода паралич глотки. Глотка оказывается парализованной. Парализация глотки происходит независимо от наличия пленок. А затем при заболевании дифтерией выступает нечто очень похожее на то, что мы имеем в случае заболевания гриппом: возникает косоглазие и раздвоение поля зрения. Это наступает при дифтерии. При дифтерии это является важнейшим симптомом, наблюдаемым в верхней части тела.

Затем у поправившихся дифтеритных больных, -- ведь если человек будет сразу удушен, такие вещи уже не наблюдаются, -- появляются какие-либо почечные заболевания. Это то, что появляется после.

В чем же, в сущности, состоит заболевание дифтерией? Заболевание дифтерией понимают лишь тогда, когда знают, что жизнь человека осуществляется в двухстороннем направлении, с двух сторон. Во-первых, человек живет по одну сторону от своей кожи. Кожа является органом исключительной важности. И человек живет, в сущности, по направлению внутрь от своей кожи, от своей внешней оболочки. Это выглядит так (см. рисунок 32)


Рисунок 32


Здесь у вас имеется кожа, о ней я, кстати, уже говорил. Кожа находится в постоянном соприкосновении с внешним воздухом, с внешним миром. Вследствие этого кожа постепенно роговеет. У человека она роговеет лишь незначительно, а затем шелушится. Все тело человека постоянно шелушится. Он постоянно меняет свое физическое тело. Таково вмешательство извне. Вы можете себе представить, какое огромное влияние оказывает на живое тело то, что находится в воздухе, если вы рассмотрите следующее. Представьте себе, что тут находится вода, и некое существо живет, полностью находясь в воде. Если существо полностью живет в воде, то кожа у него образуется очень мягкая. Сама вода содействует тому, чтобы кожа образовывалась совсем мягкая. И благодаря воздействию солнечного света все то, что является мягкой кожей, вытягивается вперед; так существо в воде становится рыбой. У человека вы можете увидеть только небольшую часть его челюсти, поскольку она плотно затянута кожей (см. рисунок 33, слева).


Рисунок 33


Теперь представьте себе, что существо это живет не в воде, но в воздухе. Если существо живет в воздухе, то в том случае, когда бы здесь был воздух (см. рисунок 33, справа), существо, живущее в воздухе, не образовывало бы такую мягкую кожу. Представьте себе, если бы у существа, живущего в воде, не могла бы образоваться мягкая кожа, то у него не было бы и челюстей. Челюсти, находящиеся внутри (кожи), располагались бы снаружи, и это была бы птица. Рыба, находящаяся в воде, выглядит так потому, что она покрывает свои челюсти мягкой кожей. Отсюда вы видите, каково влияние, оказываемое на существо извне. И в случае человека дело обстоит так, что он с помощью других органов может образовывать мягкую кожу, но эта мягкая кожа постоянно отслаивается, шелушится, израбатывается.

Представьте себе, что кроме этого, кроме этой жизни, направленной снаружи вовнутрь, идет жизнь, направленная изнутри наружу; она идет от почек, изнутри наружу. И та, и другая жизнь проявляют активность в человеке. Одна должна постоянно работать от кожи по направлению снаружи внутрь, другая должна работать от почек, изнутри наружу. Сердце же расположено между ними. Оно исключительно точно чувствует, не является ли деятельность, идущая снаружи или изнутри чрезмерной. Если почки проявляют чрезмерную активность, сердце это чувствует. Если же кожа проявляет чрезмерную активность, сердце тоже это чувствует.

Так что же происходит при дифтерии? При дифтерии кожа внезапно становится недостаточно активной, слабо деятельной. Это просто слишком слабая деятельность; происходящий через кожу воздухообмен становится у человека слишком слабым. Именно это играет главную роль. У больного ослабляется воздухообмен, осуществляемый через кожу, в том числе и через кожу носа, тоже обращенную ко внешнему миру. Следовательно, деятельность кожи становится минимальной. Вследствие этого, те излучения, которые я нарисовал здесь, идут неправильно. Сердце это чувствует. Сердце чувствует, что работа почек направлена вверх. Но что делают почки? Сердце больше не в состоянии сдерживать их деятельность. Почечная деятельность резко устремляется вверх. Задолго до этого возникает воспаление почек, почки воспаляются, и почечная деятельность стремительно вырывается вверх. И поскольку деятельность кожи, направленная извне, нарушена, то здесь, внутри (в горле) образуется излишняя кожа*. Это та кожа, те пленки, которые образуются внутри (см. рисунок). Следовательно, поскольку деятельность кожи, направленная снаружи, не в порядке, то изнутри образуется ненужная, излишняя кожа [в виде пленок]. Они заполняют собой все, так как почечная деятельность чрезмерно сильна.

* Имеются в виду дифтеритные фибринозные пленки в горле.

Видите ли, если у человека возникает сморщивание почек -- это имеет место в том случае, когда возникает почечная недостаточность, сопровождаемая сморщиванием почек, -- то человек подвергается атаке в области головы, и тогда вы видите, что голова здесь как бы проседает, теряет посадку. Между почками и этой частью головы имеется связь. Как только почечная деятельность выходит из нормы, голова проседает, теряет посадку. У любого почечного больного вы можете увидеть, что голова у него просела. Однако здесь, внизу, располагается зрительный нерв. Если голова проседает, зрительный нерв становится бездеятельным. В случае обычного сморщивания почек человек начинает видеть неотчетливо. Даже если и не наступает сморщивание почек, а только острый нефрит, почечная деятельность стремительно перебрасывается в голову вверх и оказывает влияние на зрительный нерв.

Зрительные нервы представляют собой вот что: представьте себе, что я смотрю на это расположение сверху, следовательно, вижу голову сверху (см. рисунок 34).


Рисунок 34


Тогда здесь будет находиться голова, здесь -- лицо, здесь -- глаза. Зрительный нерв отходит назад. При этом два зрительных нерва перекрещиваются. Затем они входят в задний мозг. Здесь находится пересечение зрительных нервов. Итак, два зрительных нерва перекрещиваются здесь, внутри. Зрительный нерв должен находиться в полном порядке, чтобы мы -- поскольку мы смотрим двумя глазами -- могли что-то видеть. В момент возникновения нарушений в этих перекрещивающихся зрительных нервах, наше зрение раздваивается, мы видим двойное изображение. Вы ведь знаете, как какой-нибудь любитель спиртного, приходя домой, может определить, в порядке ли он: он ложится на кровать, положив свою шляпу на одеяло. Если он видит одну шляпу, значит, все в порядке. Если он видит две -- значит, не в порядке! Что может быть проще? Следовательно, даже тривиальное алкогольное опьянение выводит из строя зрительные нервы, поскольку кровь перевозбуждается, и следствием отсюда является то, что у данного человека, если он изрядно выпил, двоится в глазах.

Так же происходит и в том случае, когда почечная деятельность оживляющим образом воздействует на оба зрительных нерва, причем в точке пересечения зрительные нервы неправильно взаимодействуют друг с другом, у человека двоится в глазах, зрение раздваивается. Это имеет место, например, при дифтерии. Отсюда вы можете видеть, что проистекает из того, если деятельность кожи нарушается. Вот почему в будущем наилучшее лечение дифтерии могло бы состоять в использовании по отношению к заболевшему дифтерией водолечения; ему следует назначить ванны, сильно возбуждающие деятельность кожи. Тогда возникновение фибринозных пленок прекратится, а деятельность кожи у человека снова войдет в норму.

Применение серотерапии, лечебной сыворотки, тоже очень эффективно при дифтерии, так как человек дает организму импульс, стимулирующий деятельность организма, однако последствия воздействия такого импульса неблагоприятны. Если ребенка лечат лечебной сывороткой, применяют серотерапию, то позднее его организация становится более жесткой. Так что надо мало-помалу стремиться к тому, чтобы при лечении дифтерии заменять серотерапию водолечением. Дифтерия целиком и полностью основывается на нарушениях деятельности кожи. На этом примере можно видеть, какое особенное внимание необходимо уделять функциям кожи, кожной деятельности. Можно говорить о том, что в настоящее время дифтерия встречается чаще, чем раньше. Надо при этом, конечно, брать не десятилетия, а столетия. Но по всему, что может быть известно о прежних временах, дифтерия встречалась реже; конечно, тогда было много гораздо худших болезней и людей поражала то чума, то холера. Это связано с тем, что европейский образ жизни мало-помалу привел к тому, что деятельность кожи больше, совсем не поддерживалась. Конечно, люди, имеющие деньги, много купались и так далее, но дело еще было и в том, в чем они купались. То, что цивилизация не оказывала в этом направлении положительного влияния, вы можете видеть хотя бы из того, что сегодня лысых людей стало гораздо больше, чем раньше. Рост волос представляет собой деятельность, направляемую извне*. Как рост растений на почве, так и рост волос вызывается внешними силами, извне. Дело в том, что сегодня на деятельность кожи обращается гораздо меньше внимания. Вам не следует верить в то, что холодные ванны, которые в наше время принимают англичане, производят хорошее действие. Тут дело в том, в чем купаются, какого рода ванну принимают. Если человек вследствие чрезмерного купания стимулирует слишком сильную деятельность кожи, это тоже неправильно. Итак, в случае дифтерии необходимо, прежде всего, смотреть на то, чтобы обеспечить нормальное функционирование кожи.

* Так происходит и с растениями, выманиваемыми из почвы Солнцем.

Это, в свою очередь, связано с тем, что оказывает воздействие на потомство. Представьте себе, что отец или мать имеют кожу слишком вялую, которая, следовательно, недостаточно сильно шелушится. Итак, например, у отца кожа недостаточно сильно шелушится. Это очень трудно констатировать, так как для этого требуется проникновенный, тонкий взгляд на отличительные особенности человека. Дилетант не сможет правильно судить о том, ороговела кожа у человека или нет. Есть люди, имеющие кожу значительно более твердую, чем у других. Судить об этом шелушении кожи трудно. Вы можете убедиться в этом хотя бы из того, что сама по себе кожа прозрачна. Шелушащуюся кожу можно видеть окрашенной в разные цвета. Это вызвано тем, что мы видим лежащие ниже слои. Наша кожа, в сущности, прозрачна. Допустим, что у отца ороговевшая кожа, как у бегемота, не так ли? -- хотя это, конечно, слишком сильно сказано. Вследствие того, что кожа жесткая, жестче, чем она должна быть, оказывается сильное влияние -- с другой стороны -- на костную деятельность, на функцию костей. Вам, однако, известно из недавно сказанного мною, что от костной деятельности зависит кроветворение. Вследствие того, что у человека ороговевшая кожа, белые кровяные тельца, лейкоциты, продуцируются слишком слабо. Это оказывает влияние на мужскую сперму, семенную жидкость, так что дети с самого начала становятся слабыми. Можно сказать: если у отца кожа как у бегемота, отец -- своего рода "бегемот", то при таких обстоятельствах ребенок может родиться с рахитом, "английской болезнью"; этот ребенок будет слабым и подверженным туберкулезу. Так связаны между собой эти вещи.

Если же кожа у отца слишком мягкая, так что из-за этого становится заметным, как человек в случае страха и тому подобного краснеет, -- итак, если отец имеет слишком мягкую кожу, то его кости становятся очень жесткими. Хотя вред от этого невелик.

Если же слишком мягкой кожей обладает мать, если кожа матери меняет окраску от бледности до красноты, то у матери кости будут слишком жесткими, и красные кровяные тельца, эритроциты, не будут продуцироваться у нее правильным образом. Вследствие этого ребенок уже в раннем возрасте получит предрасположенность к всевозможным заболеваниям, таким, как ревматизм, а также к заболеваниям, связанным с нарушениями обмена веществ, таким, как корь, скарлатина и так далее. Так связаны между собой эти вещи.


Рисунок 35


Теперь о гриппе. Видите ли, грипп является выражением настоящего заболевания мозга. А именно, при гриппе ослабляется орган -- если здесь я нарисую вид сбоку и зрительный нерв обозначу вот так (см. рисунок 35) -- находящийся под зрительным нервом, он становится больным, наступает своего рода паралич56. Отсюда, в сущности, и происходит грипп. Грипп представляет собой парализацию той части головного мозга, которая располагается в непосредственной близости от зрительного нерва. Это место в головном мозгу является исключительно важным, и это становится первой причиной того, что влиянию (при заболевании) подвергается весь организм в целом. Видите ли, обыкновенный грипп протекает так, что нарушения у человека возникают в том или ином месте, однако причиной их является указанная парализация в головном мозгу. Прежде всего, здесь оказывается затронутым спинной мозг -- а именно, спинной мозг начинает инфицироваться, заражаться. Нервы от него идут ко всем членам тела, к конечностям. У человека возникают боли в членах тела и так далее.

Недавно имел место интересный случай гриппа, он был весьма поучительным. Я говорил вам, что головной мозг состоит не только из плотных составных частей, но там повсюду имеется ликвор, спинномозговая жидкость. Особенно его много вблизи от того органа, который парализуется при гриппе. Наблюдавшийся недавно случай гриппа был крайне интересен тем, что у пациентки возникали друг за другом пневмония, плеврит и воспаление брюшины, перитонит; все возможные заболевания возникали здесь. Причем, скажем, пневмония сопровождалась то высокой температурой, то снижением температуры; плеврит сопровождался то снижением температуры, то повышением ее, имела место общая парализация и так далее. Этот случай гриппа протекал совершенно иначе, нежели протекает обыкновенный грипп. Что же это был за случай? Видите ли, применяя обычные медицинские методы, очень трудно изучать нечто, подобное данному случаю. Пациентка -- ей было семнадцать лет, она выздоровела -- рассказала о том, каким образом реагировала на все, происходившее в течение болезни, ее психика, в каком состоянии находились ее душевные функции. И по мере улучшения ее состояния можно было констатировать следующее.

В той комнате, где она лежала, находились люди, врачи, родители, они разговаривали обо всем, причем, как они думали, им можно было говорить обо всем, так как семнадцатилетняя больная постоянно пребывала в состоянии лихорадочного фантастического бреда. Во время этого лихорадочного бреда она совсем ничего не понимала. Но когда она начала выздоравливать, она смогла пересказать все то, что говорилось в комнате. Это можно констатировать. Понимание отсутствовало у нее в то время, когда у нее был этот сильный грипп, вызвавший всевозможные осложнения, всевозможные заболевания; но все сохранилось в ее памяти. В памяти сохранилось многое из того, что она, в тот момент не понимала. Это указывает на то, что у нее была парализована не плотная составляющая часть головного мозга, а окружающий ликвор, мозговая жидкость. Из-за этого значительному воздействию подверглось и все остальное тело, весь остальной организм. Ибо если бы параличом была поражена более плотная часть, то вследствие воздействия этой плотной части (головного мозга) на спинной мозг, должны были бы быть вызваны дальнейшие симптомы. Ликвор постоянно втекает и вытекает здесь через этот канал (см. рисунок на стр. 326), так что если здесь ликвор инфицирован, то и сюда тоже проникает инфицированный ликвор. От спинномозгового канала (центрального канала спинного мозга) он проникает в другие члены тела. Вследствие этого постепенно возникает общее заражение, повсюду возникают воспалительные процессы. Однако опять-таки, из-за того, что был инфицирован, воспален только ликвор, только спинномозговая жидкость была воспалена, а не плотные части головного мозга, у больной сохранилась сила противодействия болезни. Благодаря этой целительной силе пациентка выздоровела -- что в данном случае можно расценивать как чудо, -- итак, пациентка выздоровела несмотря на то, что она переносила одно заболевание за другим.

Видите ли, в случае таких заболеваний существенным является то -- несомненно, что при этом совершенно необходимо применять те или иные лекарственные средства, -- но существенным является то, чтобы телу был прежде всего обеспечен покой, чтобы больной лежал в кровати, чтобы в комнате соблюдался правильный температурный режим, было достаточно света и так далее. Ведь покой состоит не только в том, что мне удалось где-то растянуться; беспокойство возникает и от того, что сначала я испытываю жар, а сразу же после этого -- озноб. Но если тело полностью предоставляют самому себе при равномерном тепловом и световом режиме, то тогда оно само оказывается способным выдержать наихудшие осложнения, такие, как пневмония, плеврит и перитонит, следующие одно за другим. Человек способен на это. Так что именно в случае тяжелейших заболеваний, протекающих так, как я только что описал, дело, главным образом состоит в правильном уходе за больным, а не в самом лечении. Правильный уход вообще имеет очень большое значение.

Значение правильного ухода за больным вы можете понять из следующего примера: если наблюдается воспаление или ранение, то самое лучшее -- забинтовать пораженную часть тела, но это надо делать правильно. Благодаря наложению повязки приводится в движение тонкая телесная деятельность, эфирная деятельность, и наступает заживление. Следовательно, если у кого-то спереди на кисти или на пальце имеется нарыв, я бинтую его ему позади, и тогда нарыв очень быстро проходит. Повсюду в самом теле надо вызывать целебные силы. Если, например, мы имеем дифтеритного больного -- это, конечно, делается по-разному, ведь надо всегда в центре внимания держать самого человека, надо точно знать этого человека, если собрались лечить его, надо иметь представление о том, чем является человек, -- но если мы имеем дело с больным дифтерией, наилучшим при таких обстоятельствах было бы посадить его в розмариновую ванну, причем так, чтобы он ощущал запах, обонял этот розмарин. Если он достаточно долго пробудет в розмариновой ванне, снова и снова, тогда его кожная деятельность активизируется, усилится. Но в воде должно быть столько розмарина, чтобы он во время купания постоянно ощущал запах этого розмарина; тем самым возбуждается деятельность кожи больного. И у данного пациента может наступить улучшение без всякой серотерапии, без введения сыворотки. Речь идет о том, чтобы суметь правильным образом вызвать собственные силы организма с помощью лекарственного средства. Конечно, может случиться и так, что какое-то средство не смогло подействовать, и тогда люди сразу же считают такое средство негодным. Но вы должны представить себе и то, что в иных случаях с человеком ничего уже сделать нельзя; часто лекарственные средства применяют на той стадии, когда уже нельзя сделать ничего, или же требуется столь сильное воздействие лекарства, что пришлось бы назначать "лошадиные дозы"; а этого человек не смог бы перенести! Он бы тогда умер от самого лекарства.

В случае гриппа надо констатировать, что в своем первоначальном виде грипп является заболеванием головного мозга. При гриппе вы можете заметить, что у больного всегда есть своего рода дремота, головокружение. На него нападает сонливость, поскольку головной мозг в его важнейших частях в области под зрительным нервом подвергается парализации; от этого больной впадает в сонливость. Вам должно быть понятно и следующее обстоятельство: если параличу подвергаются верхние части, то и в этом случае место пересечения зрительных нервов -- хиазма, подвергается параличу, и у больного может двоиться в глазах. Это, следовательно, указывает вам на то, что в случае гриппа симптом раздвоения поля зрения является вполне естественным.

Ни в коем случае нельзя недооценивать эти вещи. Когда-то у меня был друг57, которому тогда было тридцать лет, и он был на десять лет моложе меня. У этого человека было косоглазие. Здесь, следовательно, мы имеем дело с противоположным случаем. При гриппе или при дифтерии у человека возникает проходящее косоглазие, в связи с внутренними нарушениями. Итак, у этого человека было косоглазие. Ему не нравилось, что у него косоглазие. Ведь любой человек не лишен тщеславия, не так ли? Вот и ему не нравилось, что у него косоглазие. В его теле, в его организме было нечто такое, что правая и левая сторона не могли взаимодействовать правильно. С тим-то и было связано косоглазие, поэтому он косил и заикался. Это было, по существу, одним явлением, одним фактом, что он имел косоглазие и заикался. Иногда ему удавалось весьма неплохо справляться и с заиканием и с косоглазием. Но всегда находятся среди людей такие, кто проявляет не слишком-то много сострадания к заикающемуся и страдающему косоглазием человеку, они его упрекают в этом. Так, например, был некто, не обладающий достаточным чувством такта, и он сказал: "Господин доктор*, как обстоит дело с вашим заиканием, вы всегда заикаетесь или только иногда?" И тогда тот едва сумел выдавить из себя: "Н-нн-нет, не всегда, т-т-т-только е-если я стою п-пп-еред человеком, к-который м-мне с-с-ссмертельно несимпатичен!"

* Имеется в виду доктор Якубовский.

Видите ли, этот мужчина мог прочитать длинное стихотворение, не заикаясь. Если у него наступало состояние внутреннего воодушевления, он вообще не заикался. Однако я не хочу сейчас говорить о его заикании, я упоминал о нем лишь потому, что оно было связано с косоглазием. У него было косоглазие, и в то же время он был немного тщеславен, ему хотелось избавиться от этого косоглазия. Вы ведь знаете, что в таких случаях делают операции, что в случае, если глаза стоят вот так (косо), просто подрезают одну из мышц. Тогда вследствие такой операции косоглазие устраняется.

Я должен сказать: в его случае косоглазие коренилось в организме так глубоко, что одновременно с этим проявлялось заикание, и я сильно опасался за человека, предпринимавшего такие меры, опасался того, что он хотел устранить косоглазие оперативным путем. Тогда я рассуждал так: если кто-нибудь заболевает гриппом, то у такого человека возникает проходящее впоследствии косоглазие; если же у кого-то, как у него, косоглазие носит постоянный характер, то его головной мозг должен быть подстроен под это косоглазие, должен подходить. Но если ему внешним образом будет подрезана одна мышца -- тогда как вся эта история коренится так глубоко, что он кроме того заикается, -- тогда окольным путем может наступить реакция; тогда вследствие того, что косоглазие, по его желанию будет устранено оперативным путем, у него может возникнуть заболевание головного мозга. Если, с одной стороны, заболевание головного мозга может вызывать скоропроходящее косоглазие, то тогда при ликвидации косоглазия внешним путем, учитывая, что оно коренится столь глубоко и сопровождается заиканием, -- тогда, вследствие того, что устраняется косоглазие, возникает заболевание головного мозга. Иначе говоря, та его часть, где перекрещиваются зрительные нервы, будет разрушена.

Упомянутый человек не позволил остановить себя. Он пошел на операцию по устранению косоглазия. Если бы тогда кто-нибудь высказал опасения по поводу данной операции, то все образованные, настоящие медики сказали бы так: это идиот. Ибо если человек заводил речь о чем-то, что не было записано в их книгах, то эти люди считали его за идиота. Конечно, я, как вы можете себе представить, предпринял попытку отвлечь его от этого намерения. Но я не мог сказать ему прямо: если ты пойдешь на операцию, ты можешь получить заболевание головного мозга. Он бы не поверил этому. А поскольку он знал, что его намерение предпринять операцию по устранению косоглазия мало радует меня, он мне ничего об этом не говорил. И вот однажды он приходит ко мне с черной повязкой и говорит: "Вот, смотри, разве я не гляжу теперь совершенно прямо?" Но у меня были очень серьезные опасения. И вот, знаете ли, не прошло и двух недель, как у этого человека возникло заболевание головного мозга. Это заболевание головного мозга врач не признал за таковое, ведь что знает обычный врач о таких связях! Ведь как проявилось это заболевание головного мозга? В фекалиях, в испражнениях было немного крови; это означает, что заболевание головного мозга выступило под маской кишечного заболевания. У данного человека возникло заболевание кишечника. На самом деле это ни что иное, как проявление заболевания головного мозга, поскольку кишечник и головной мозг, как я уже говорил, взаимосвязаны.

Когда произошла вся эта история, и я узнал, что это возникло из-за операции косоглазия, я потерял последнюю надежду. Был приглашен самый известный врач этого города; он констатировал тиф. Да и что он мог сказать иного, если в содержимом кишечника обнаруживалась кровь, а само оно имело характерную консистенцию "горохового супа": значит, у пациента тиф. Итак, если в фекалиях у него кровь, сочетание консистенции "горохового супа" и кровь -- значит, это тиф. Однако это не был тиф, это заболевание было следствием предыдущего заболевания головного мозга, наступившего вследствие неправильной операции по устранению косоглазия.

В этом случае все обстояло наоборот. Упомянутый человек вскоре умер. Врач, лечивший его от тифа, положил его в свой госпиталь. Этот человек умер. Когда я пришел туда, я встретился с санитарками. Они были санитарками в больнице и встретили меня такими словами: "Господин профессор приписал ему тиф. Значит, у него должен быть тиф! Вот, что делают наши господа!" Именно младший медицинский персонал, санитары меньше всего верили в то, о чем извещали эти господа!

Порой действительно бывает так, что можно прийти в отчаяние от тех способов и методов, от той односторонности, которая проявляется при лечении человеческого организма. Ведь то, о чем я сейчас рассказывал, то, что у данного человека похожее на тиф заболевание возникло как замаскированное заболевание головного мозга вследствие операции по устранению косоглазия, любой нынешний врач, если бы я ему это рассказал, счел бы за идиотизм. Он не верит этому, так как не знает доподлинно взаимосвязи в организме. Он знает лишь о теоретических взаимосвязях. И тогда возникают ситуации, одна из которых представлена в следующем анекдоте -- хотя это и анекдот, но в нем есть доля истины: пациента помещают в госпиталь, профессор осматривает его, отправляет в одну известную палату и дает ассистенту предписание, как его лечить. Он говорит: завтра, когда я снова приду сюда, этот человек уже умрет. Больше он о нем и не спрашивает. Через несколько дней профессор говорит: да, у нас тут был один в пятнадцатой палате, но он уже умер. "Нет, -- говорят в ответ, -- ему стало лучше, он почти совсем здоров!" -- "Значит, вы его неправильно лечили!" -- возражает профессор.

Это, конечно, только анекдот. Но именно так обстоит дело, если на место настоящей практики ставят теорию. Практика означает, что надо учиться выносить суждение в каждом отдельном случае. В тот момент, когда человек задается вопросом, что за связь существует между раздвоением поля зрения, причиной которого является своего рода косоглазие, и гриппом, то необходимо обратить внимание на то, как, с одной стороны, при гриппе, являющемся своеобразным заболеванием головного мозга, появляется двоение в глазах. С другой стороны, если у человека косоглазие, это тоже имеет свои причины, и если это коренится настолько глубоко, что правое и левое не согласуются друг с другом, это может, в свою очередь, стать причиной заболевания головного мозга.

Все процессы в человеке идут по направлению изнутри наружу и снаружи внутрь. Так обстоит дело у человека. Если косоглазие человека обусловлено изнутри, он может получить внутреннее заболевание при устранении этого косоглазия внешним образом, извне. Ибо мы никогда не имеем дело лишь с одним-единственным видом деятельности в человеке, но всегда с двумя видами деятельности, которые встречаются друг с другом в сердце. Сердце занимает промежуточную позицию между ними. Поэтому сердцу наносится вред, если косоглазие хотят устранить внешним образом, извне; но если подобные нарушения носят внутренний характер, сердцу тоже наносится вред. Сердце не какая-то помпа, это тончайший аппарат, который, в сущности, воспринимает все отклонения от нормы.

Допустим, из-за внешнего повреждения у меня в колене скапливается жидкость или по каким-либо причинам, например, как следствие выпивки, у меня возникает ревматизм. Да, при этом внутренняя деятельность оказывается не в порядке, и на этом месте возникает воспалительный процесс. Тогда не в порядке находится то, что идет изнутри. После вы заметите, что в таких случаях сердце всегда подвергается воздействию, сердце тоже оказывается не в порядке. Таким образом, деятельность сердца может подвергаться влиянию, направленному как изнутри вовне, так и извне вовнутрь. При всех заболеваниях, когда имеют место нарушения как по направлению изнутри наружу, так и снаружи внутрь, при всех таких заболеваниях можно видеть, что это всегда отражается на сердце.

Надо по-настоящему знать связи между тем, что является внешним процессом, и тем, что является внутренним процессом. Если у человека косоглазие и он заикается, надо задуматься над тем, к чему приведет простое оперативное устранение косоглазия. Поэтому при операции по устранению косоглазия надо вынести суждение о том, а можно ли вообще к ней приступать, или нельзя. В ближайшую среду хотелось бы поговорить об этом дальше.


ШЕСТНАДЦАТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 27 января 1923 г.


Доброе утро, господа! Не пришло ли вам на ум что-либо, о чем хочется спросить?

Предлагается вопрос: спрашивают о том, как обстоит дело со связью между дыханием человека и пульсом; ведь в прежние времена все это должно было быть совсем иным.

Доктор Штайнер: Вы спрашиваете о самом человеке? Давайте еще один раз коротко восстановим в сознании положение дел в настоящее время. С одной стороны, мы имеем дыхание, не так ли? Благодаря дыханию человек поддерживает связь с внешним миром, так как он постоянно вбирает воздух и снова выдыхает его. Следовательно, можно сказать: в настоящее время человек вбирает в себя здоровый воздух при вдохе и выталкивает болезнетворный воздух при выдохе. В выталкиваемом при выдохе воздухе содержится углекислый газ. Кровообращение является более внутренним процессом. Кровь обегает само тело. Сегодня я не хочу поднимать вопрос о том, насколько правильным является это выражение: кровь обегает тело -- скорее, сила крови обегает тело. Если взять число дыхательных движений, число дыханий, производимых человеком в минуту, то получится примерно -- у каждого человека это происходит по-разному -- примерно восемнадцать дыханий, вдохов-выдохов. Если же взять кровообращение, то по ударам пульса можно установить: пульс составляет семьдесят два удара в минуту. Так что можно сказать: дыхание соотносится с кровообращением так, что движение крови у современного взрослого человека производится в четыре раза быстрее, чем дыхание.

Мы должны уяснить себе то, какая связь между дыханием и кровообращением имеется у человека в настоящее время. Видите ли, тут мы должны уяснить себе то, что человек дышит главным образом через легкие, нос -- рот -- легкие. Но так происходит именно главным образом. Вообще же дело обстоит так, что человек выполняет то или иное, используя преимущественно какую-либо часть своего тела, однако то, что он выполняет преимущественно одной какой-либо частью своего тела, он, хотя и в меньшем объеме, выполняет и всем своим телом. Так что человек постоянно вбирает воздух, и, соответственно, кислород воздуха через всю свою кожу. Следовательно, человек дышит через кожу и наряду с обыкновенным легочным дыханием можно с уверенностью говорить о кожном дыхании. Так, если, например, отверстия в коже, называющиеся порами, сильно закупорены у человека, то он вбирает через кожу слишком мало воздуха. Следовательно, кожное дыхание у него не в порядке. Вообще, кожа всегда должна находиться в порядке настолько, чтобы человек мог дышать через кожу.

У человека дело обстоит так: все то, что он имеет наружным, внешним образом -- я вам однажды уже указывал на это -- он имеет также и внутренним образом. Следовательно, если я изображу вам человека, я хочу изобразить его только схематически, то мы сможем сказать: здесь сквозь всю кожу проникает некое дыхание, хотя преимущественно, главным образом дыхание идет через легкие, совершая восемнадцать дыхательных циклов в минуту. Однако все то, что тут происходит, требует в случае человека противовеса, уравновешивающего начала. И здесь раскрывается нечто интересное. Человек не может правильным образом дышать ни через легкие, ни через кожу -- особенно через кожу не может, -- если отсутствует некий противовес.

Вы знаете, что если взять магнит, то у него есть не только северный полюс, положительный магнетизм, но и южный полюс, отрицательный магнетизм. Так и человек, имея для дыхания легкие и кожу, нуждается в противоположном полюсе, в противовесе; таким противовесом является печень. Мы уже ознакомились с печенью с разных сторон. Теперь нам надо познакомиться с нею как с функциональным противовесом по отношению к кожно-легочной деятельности. Так что функциональная деятельность печени и функциональная деятельность кожи и легких уравновешивают друг друга. Можно было бы сказать так: печень нужна для того, чтобы внутренним образом приводить в порядок то, что в результате своего контакта с внешним миром человек получает через легкие и кожу, через дыхание. Вот для чего нужна печень.

Теперь представьте себе, что в какой-то период жизни человека -- это обычно происходит у пожилых людей -- печень оказывается не в полном порядке. Очень трудно установить то, что в печени имеются незначительные нарушения. Об этом по большей части просто не знают, так как печень -- это такой орган, единственный орган, который у человека не болит, если он не в порядке. Поэтому происходит так, что человек, продолжительное время страдающий заболеванием печени, ничего об этом не знает. Никто не может этого установить именно потому, что печень не болит. Видите ли, последнее происходит от того, что печень является органом, связанным с наиболее внешним в человеке -- с деятельностью кожи и легких. Печень, находясь внутри, является представителем внешнего мира. Человек не чувствует ничего, когда он ломает стул, и человек не чувствует ничего, если он разрушает свою печень*. Дело обстоит так, как если бы печень была частью, куском внешнего мира. Несмотря на это, она страшно важна для человека.

* Речь идет о начальных стадиях заболеваний печени.

Итак, представьте себе, что в печени возникли нарушения. Если с печенью не все в порядке, то беспорядок возникает и во всей кожно-легочной деятельности, и тогда происходит нечто особенное. Видите ли, везде в легкие и в кожу входят идущие от сердца сосуды. Следовательно, в тонких сосудах, в капиллярах, кровообращение осуществляется в коже повсюду, оно осуществляется и в легких, и в печени. И может произойти следующее. В печени могут возникнуть нарушения. Следствием отсюда будет то, что кровь не сможет нормальным образом втекать в печень и вытекать из нее. Если вследствие нарушений в печени кровь втекает в печень слишком сильно и функциональная деятельность печени тем самым усиливается, то производится избыток желчи и у человека возникает желтуха. Желтуха возникает у человека, если производится слишком много желчи, следовательно, тогда, когда функция печени усиливается чрезмерно, становится слишком интенсивной; следовательно желтуха возникает у человека, если слишком много продуктов деятельности печени изливается во все тело.

Но представьте себе, что деятельность печени стала чересчур слабой, печень не хочет работать -- что произойдет тогда? Тогда кровь не сможет возместить своих убытков за счет кожи, за счет внешней поверхности. Кровь, струящаяся всюду, стремится возместить свои убытки; в некотором смысле, кровь подвергает печень испытанию, хорошо ли та работает, правильно ли работает печень. Если печень работает неправильно, кровь мгновенно перебрасывается на внешнюю сторону тела и стремится обеспечить себя здесь*. Что же возникает? Возникает оспа. Тут вы имеете связь между оспой и кровообращением, которое оказалось не в порядке из-за ослабления деятельности печени.

* т.е. получить то очищение, которое не может ей предоставить печень.

Однако повсюду здесь, куда поступает кровь (см. рисунок 36), там, где я нарисовал голубую линию, есть также и красная линия, она указывает на то, что повсюду там поступает воздух с кислородом. Здесь кровообращение и дыхание правильным образом соприкасаются друг с другом*. Происходит ли это в легких или в коже, почти все равно, так как и то, и другое взаимно уравновешивается. Если же поступающий при дыхании воздух не приходит в соприкосновение с кровью нормальным образом, возникает оспа. Что, в сущности, представляет собою оспа? Оспа состоит в том, что на внешней стороне тела или в легких процесс дыхания становится слишком интенсивным, что там развивается слишком интенсивная деятельность.

* Имеется в виду поступление кислорода через кожу в капилляры.


Рисунок 36


У человека на внешней поверхности тела развивается слишком активная деятельность. Из-за этого повсюду возникает воспалительный процесс -- из-за указанной деятельности.

Что же можно предпринять при таких обстоятельствах? Ну да, люди делают именно то, что они единственно и могут сделать. Конкретно: прививки лимфой коровы, зараженной оспой. Какой эффект производит эта лимфа зараженной оспой коровы? Если в результате прививки эта лимфа поступает в кровь, то я тем самым внедряю ее внутрь тела, поскольку кровь циркулирует повсюду. И если в ином случае кровь возмещала бы свои убытки за счет наружной стороны тела, то теперь она имеет дело с прививаемой лимфой; тем самым тормозится вышеуказанная деятельность на поверхности тела. Следовательно, прививка коровьей оспы имеет некоторое значение. Та кровь, которую печень была не в состоянии обслуживать правильно, обслуживается теперь посредством этой самой лимфы. Вообще дело обстоит так, что методика прививок в целом имеет положительное значение. Вы, возможно, слышали, что большая часть наших лекарственных средств основана на принципе прививки, так как благодаря этому деятельность, проявляющаяся в неподобающем ей месте, может быть перенаправлена в другое место человеческого тела.

Особенно интересна так называемая прививка против бешенства [пастеровская прививка]. Хотя бешенство имеет совсем иные причины, но в сущности, есть и сходство с тем, что я вам только что объяснил. Представьте себе, что человека покусала бешеная собака или бешеный волк. В слюне такого животного находится настоящий яд. Этот яд попадает в человека при укусе, и человек должен приложить усилия к тому, чтобы его обезвредить. Если человек окажется слишком слаб, чтобы это сделать, то он может погибнуть. Однако причиной гибели становится и нечто иное. Вы знаете, что человек сам заражается бешенством. Он погибает не только от этого "яда бешенства", но он и сам получает бешенство. На чем это основано?

Допустим, меня укусила здесь бешеная собака. Теперь я должен направить в место укуса мою внутреннюю деятельность, должен дать ей возможность струиться сюда для того, чтобы обезвредить яд. Такую деятельность чувствует мой спинной мозг, и дело обстоит так, как если бы меня что-то напугало, ужаснуло. Это происходит из-за моего спинного мозга. Поскольку я должен развить столь сильную деятельность из-за укуса собаки, причем развить внезапно, мой спинной мозг пугается, получает, как это говорят, шок и из-за этого испуга я и сам заболеваю.

Что необходимо теперь сделать, чтобы прекратить это состояние испуга? Вы знаете, что если кто-то застывает от испуга, то можно привести его в себя, если сильно толкнуть, ударить его. Следовательно, надо нанести такой удар, толчок по спинному мозгу. Но для этого надо сперва добраться до этого спинного мозга, подступиться к нему. Можно подступиться к спинному мозгу, если, быстро убив кролика, извлечь его спинной мозг и высушить его при температуре около двадцати градусов по Цельсию. Но этот кролик сам сперва должен быть заражен бешенством; надо дать ему "яд бешенства*"! Затем извлекают спинной мозг кролика, сушат его в течение 20 минут при температуре 20 градусов Цельсия. И этот подсушенный спинной мозг вводят в качестве прививки человеку, заболевшему бешенством58.

* иначе говоря, ввести жидкость, взятую от зараженного животного.

Такие вещества обладают замечательным свойством; каждое из них в организме направляется на определенное место. И этот подсушенный спинной мозг кролика, который непродолжительное время подвергался воздействию "яда бешенства", удерживает этот яд лишь в течение пятнадцати минут, четверти часа, затем яд рассеивается, улетучивается, но хорошо, если за эти пятнадцать минут человеку будет сделана прививка. Тогда он (яд) пойдет в собственный спинной мозг больного и тем самым спинной мозг больного получит противоток, компенсирующий шок. Подобно тому, как мы приводим в нормальное состояние испуганного человека, если основательно встряхнем его, так и тут можно защитить больного, освобождая его спинной мозг от испуга путем прививки отравленного и высушенного кроличьего спинного мозга.

Итак, вы видите, человека, который развивает деятельность не там, где нужно, не в том месте, и вследствие этого заболевает, можно вылечить, развивая почти ту же самую деятельность в другом месте. Так проявляются сложные связи, закономерности в человеческом организме. Рассматривая дыхание и кровообращение, вы обнаружите, что у современного взрослого человека поток дыхания и поток крови действуют, хотя и несогласованно, но в темпе один к четырем. Поток крови течет скорее, после его троичного прохождения, дыхание получает толчок, затем после трех прохождений потока крови дыхание снова получает толчок; так это происходит в нашем организме. Кровь катится через все тело; раз, два, три -- на счет четыре дыхание получает толчок; раз, два три -- на счет четыре дыхание снова получает толчок. Это проходит через все наше тело.

Однако вследствие этого продуцируется углекислота. Эта углекислота (углекислый газ), господа, по большей части выходит наружу. Но если бы наружу оказалась выведенной вся углекислота, то мы были бы исключительно глупыми людьми. Ибо часть этой углекислоты обязательно должна постоянно поступать в нашу нервную систему. Нервная система нуждается в углекислоте, потому что нервная система должна постоянно умерщвляться. Нервная система нуждается в этой умерщвляющей, смертоносной углекислоте. Итак, воздух, содержащийся внутри меня, просто постоянно поднимает часть углекислого газа вверх и тем самым обеспечивает мою нервную систему.

Но что это означает, господа? Это означает ни что иное, как следующее: я должен -- поскольку углекислота является ядом -- для поддержания моего мышления постоянно иметь в себе яд. Это очень интересная вещь. Я бы не смог использовать свою нервную систему, если бы не подвергался постоянно некоему отравлению, с которым я, тем не менее, постоянно должен бороться. Иначе я бы не мог думать. Человек действительно находится в таком положении, что вынужден постоянно отравлять себя воздухом дыхания, и благодаря этому дыхательному яду он мыслит. Постоянно в мою голову втекает углекислота, дыхательный яд, и с помощью этого дыхательного яда я мыслю.

В настоящее время дело обстоит так, что человек просто дышит благодаря воздуху. Воздух содержит кислород и азот. Человек вбирает в себя кислород, а азоту дает возможность уйти.

Господа, если изучаешь человека в настоящее время, то приходишь к следующему. Голова современного человека нуждается в углекислоте. Углекислота является соединением углерода, продуцирующегося в человеческом организме, и кислорода. Атмосферному азоту человек дает возможность уйти. Исследуя в настоящее время голову человека, обнаруживаешь что эта человеческая голова предрасположена к тому, что она может весьма хорошо мыслить благодаря вбиранию углекислоты, то есть углерода и кислорода. Но, как вы знаете, человеческая голова, состоящая из отдельных органов, тоже разрушается из-за этой углекислоты, поскольку последняя ядовита. Это действует так же, как если бы вы всегда вместо кислорода вдыхали немного углекислого газа. Вы действительно всегда при дыхании вводите в голову немного углекислого газа (углекислоты)59. Огромное значение имеет следующее обстоятельство: мы при дыхании постепенно вводим в нашу голову то, что, в сущности, разрушает нашу жизнь. В этом также состоит причина, почему мы должны спать, почему нам необходимо время, когда наша голова не столь сильно вбирает в себя это небольшое количество углекислоты и органы головы могут снова восстанавливаться.

Но если изучают человеческую голову, то говорят себе: в настоящее время положение таково, что голова использует этот яд, эту двуокись углерода для того, чтобы немного разрушить себя, тогда как во сне голова восстанавливается, затем снова немного разрушает себя и снова благодаря сну восстанавливается; и так далее. Но в очень давние времена человек еще не имел головы. Все это находилось в процессе развития. Если бы человек всегда вдыхал только двуокись углерода, то у него никогда не возникло бы головы. Лишь уже законченная, сформированная голова переносит двуокись углерода. Но если бы человек всегда вдыхал двуокись углерода, у него никогда не развилась бы голова. Раньше он должен был дышать несколько иначе. Мы должны спросить себя: чем же мог человек дышать раньше? И если мы действительно основательно изучаем весь процесс генезиса человека, то приходим к тому, что человек (плод), в частности, во время эмбриональной жизни в теле матери нуждается в чем-то другом, помимо двуокиси углерода. Интересно вот что: в теле матери человек (плод) представляет собой почти целиком голову. Дело обстоит так, что зародыш человека, если рассматривать его на ранних стадиях -- я вам однажды это рисовал, хотя это было давно, -- почти целиком представляет собой голову. Все остальное страшно мало (см. рисунок 37). То, что находится здесь на ней, это тоже почти голова, все это окружено оболочками матки.

Видите ли, тут весь человек -- почти одна голова. Но эта голова должна сперва сложиться. И для этого ей необходим также и азот. Тут она нуждается в азоте, который предоставляется ей из тела матери. Если бы человек не получал из тела матери того азота, которым он впоследствии, позднее, как составляющей воздуха пренебрегает, не усваивает его, то он не смог бы развиваться. Мы просто не получили бы нормально сформированную голову, если бы не получали азота.


Рисунок 37


На ранних стадиях земной эволюции, когда голова человека еще только развивалась, человек должен был вбирать, усваивать не кислород, но азот. Вместо углерода и кислорода, которые важны для человека сегодня, для него наиболее важными должны были быть тогда углерод и азот.

Следовательно, когда-то человек, так же, как он дышит в настоящее время, должен был вдыхать углерод, соединенный с азотом, то есть вдыхать азот. Но что представляют собой углерод и азот? Ведь это циан60. Если же соединение принимает форму кислоты, то это цианисто-водородная, синильная кислота. Иными словами это означает: когда-то должно было быть так, что человек усваивал из воздуха не кислород, а азот, тогда как в себе он вырабатывал циан, несравненно более сильный яд [чем двуокись углерода]. И этот несравненно более сильный яд сделал его способным в настоящее время мыслить при помощи двуокиси углерода. В то время он только формировал для себя органы с помощью этого еще более сильного яда.

Мы подходим теперь к древней ступени эволюции, когда человек вместо вырабатываемой в настоящее время двуокиси углерода вырабатывал циан. И как в настоящее время он выдыхает двуокись углерода, углекислоту, так тогда он выдыхал синильную кислоту, гораздо более сильный яд. И вот мы от человека и его нынешнего дыхания приходим к древнему состоянию, когда воздух, наполненный в настоящее время -- в результате жизни -- углекислотой, был наполнен синильной кислотой, был наполнен цианом.

Видите ли, господа, это было в 1906 году, когда я читал лекции в Париже61: различные замечания, исходившие от слушателей, побудили меня сказать этим людям, что и в настоящее время еще существуют такие небесные (мировые) тела, атмосфера которых содержит не земной воздух, а циан, которые имеют древнюю состоящую из циана атмосферу, имеют древний циановый воздух. А именно, если сегодня стали бы рассматривать Землю с Луны или с Марса, то в воздухе Земли повсюду можно было бы обнаружить с помощью так называемого спектроскопа следы двуокиси углерода. Однако если бы издали рассматривали ту древнюю Землю, на которой человек того времени формировал свою голову, то обнаружили бы циан, следы синильной цианисто-водородной кислоты (HCN) вместо следов двуокиси углерода. В настоящее время еще имеются тела, находящиеся на той же стадии, на которой Земля находилась когда-то прежде. Конкретнее -- это кометы. Кометы представляют собою то, чем была Земля в то время, когда человек получал свою голову. Следовательно, кометы должны содержать циан. И тогда, в 1906 году я говорил: наиболее существенным у комет является то, что они содержат циан: если исследовать их методами спектрального анализа, навести на них спектроскоп, то можно увидеть спектральную линию циана. Сразу же после этого появилась одна комета. Ведь они появляются редко. Спустя некоторое время я прибыл в Норвегию, и там было много разговоров о появившейся комете; забавным было то, что люди действительно обнаружили спектральную линию циана.

Видите ли, если антропософия получает какие-либо сведения исходя из духа, то люди всегда говорят о необходимости последующего подтверждения таких сведений. Есть довольно много таких вещей, которые впоследствии подтверждались . Только вот получив такое подтверждение, они, эти люди, обходят его стороной, стараются скрыть его, присвоить себе такие сведения. Но фактически дело обстоит так, что я, основываясь на происходивших с дыханием изменениях, еще до применения спектрального анализа, говорил, что кометы содержат циан, тот самый циан, который в давние времена, когда сама Земля еще находилась на стадии кометы, использовал человек, чтобы сформировать свою голову.

Представьте-ка себе, ведь если я вдыхаю азот вместо кислорода, тогда возникает нечто иное вместо человеческой крови. Ведь вы знаете, что в легких кровь, ставшая синей, соединяется с кислородом и снова становится алой кровью. Дело обстоит так, что если человек вдыхает кислород, то его кровь насыщается кислородом. Но если человек вдыхает азот, то кровь насыщается азотом*. Наша кровь, наша нормальная кровь функционирует таким образом, что у здорового человека она никогда не содержит мочевой кислоты. В то же время при небольших расстройствах у человека при попадании азота в кровь, в крови продуцируется мочевая кислота.

* Имеется в виду дыхание в атмосфере, не содержащей кислорода, как это было на древней стадии развития Земли.

В прежнее время, когда человек формировал свою голову, кровь, в сущности, представляла собой одну мочевую кислоту, поскольку вместо кислорода постоянно происходило связывание азота. Кровь человека была одной мочевой кислотой. Человек в настоящее время, будучи еще человеческим плодом, плавает в той среде, которую вокруг него вырабатывает мать, он плавает в среде, куда с легкостью проникает мочевая кислота. Повсюду в его окружении находится мочевая кислота. В его эмбриональном состоянии это необходимо. Ведь в древности, когда он формировал свою голову и выдыхал синильную кислоту -- следовательно, синильная кислота была для него необходима, -- когда он соединял углерод и азот и имел внутри мочевую кислоту, тогда он плавал в мочевой кислоте. Тогда мочевая кислота была всюду вокруг него, она была его внешней средой. Когда-то мир был таким, что мочевая кислота и синильная кислота играли в нем, по существу, столь же большую роль, какую играют в настоящее время вода и воздух.

Живые существа способны жить не только благодаря кислороду, это обнаруживается даже в настоящее время. Есть, например, такие живые существа -- они, однако, исключительно малы, поскольку все то, что раньше было крупным, сегодня стало мелким; мельчайшие, ничтожнейшие живые существа нашего времени были когда-то гигантами, сегодня же это мелкие, маленькие живые существа, которые вообще не выносят кислорода, они совершенно не переносят его, они избегают кислорода повсюду, а вместо кислорода вбирают в себя серу. Это серные бактерии; они живут благодаря сере. Стало быть, кислород не является безусловно необходимым для жизни компонентом. Так и раньше для жизни использовался не кислород, а именно азот, и только благодаря ему формировался человек. Следовательно, он формировался на той стадии земной эволюции, когда Земля была подобна комете. Так что соотношение между дыханием и кровью было в прежние эпохи совершенно иным.

Теперь же давайте то, с чем мы, таким образом, ознакомились, рассмотрим в связи с самим миром. Если мы обратим внимание на то, что у нас одно дыхание приходится на четыре удара пульса -- итак, раз, два, три, вздох; раз, два, три, вздох -- то, как вы видите, это тот же самый ритм, который мы наблюдаем в природе: весна, лето, осень, зима. Так, вовне, во Вселенной вы имеете те же соотношения, что и внутри человека. Так что мы можем сказать: рассматривая Землю в целом, мы обнаруживаем, что наш внутренний ритм имеет место и вовне, на Земле. Такое отношение нашего ритма к земному люди упускают из вида.

Вы видите, сейчас на улице лежит снег. Что это значит? Видите ли, с тем, что сейчас находится снаружи в виде снега, вы в ином случае встречаетесь под видом воды. Вода целиком и полностью зависит от Земли. Человек должен чувствовать это. Не правда ли, здесь мы живем в горах Юры*, и в этих юрских горах пользуемся водой с примесью извести. Все, что есть в Земле, есть и в воде. И особо чувствительные к подобным вещам люди из-за того, что содержится в этих водах юрских гор, получают зоб, заболевание щитовидной железы. Итак, вода находится в зависимости от Земли. Она начинает попадать в такую зависимость с весны. Летом эта зависимость становится максимальной. К осени она несколько прекращается. А зимой -- господа, ведь снег формирует не сама Земля; снег, состоящий из чистых, совершенно юных кристаллов, формируется благодаря Вселенной, формируется из Космоса. В это время Земля не отдается мировому теплу так же, как летом, нет, она отдается формообразующим силам. Зимой вода не поддается влиянию Земли, она получает холод из мирового пространства.

* Юра -- горный известковый хребет в Швейцарии.

Так что мы можем сказать: тут мы имеем дело с интересным ритмом Вселенной: раз -- весна, два -- лето, три -- осень, четыре -- зима; вода ориентируется на Вселенную, а не на Землю. Опять -- раз, два, три -- весна, лето, осень; четыре: вода снова ориентируется на Вселенную, а не на Землю.

Теперь испытаем, а как обстоит это в случае крови и дыхания? Раз, два, три: кровь, эта кровь ориентирована на внутреннюю часть тела; четыре: происходит вздох, кровь переориентируется на то, что находится снаружи*. Раз, два, три -- удары пульса крови; кровь при этом ориентирована на внутреннюю часть организма; четыре -- происходит вздох, кровь переориентируется на внешнее. Так, у Земли вы встречаете ту же самую деятельность, что и у человека. Если вы возьмете кровь человека и воду, находящуюся на Земле, то кровь ориентируется по воде**. Возьмем теперь: раз, два, три удара пульса; внутренне это -- в миниатюре -- весна, лето, осень; четыре; теперь наступает зима: ага, вот тут-то мы и делаем вздох. Дыхание идет таким же ходом, как это происходит с самой Землей. Следовательно, человек внутренне целиком согласован с дыханием Земли. Дело обстоит так, что мы можем сказать: у человека дыхание, конечно, происходит гораздо быстрее, восемнадцать раз в минуту, тогда как у Земли оно происходит в течение одного года. За одну минуту у человека восемнадцать раз совершается то, что у Земли совершается за один год.

* т.е. в течение первых трех ударов сердца кровь ориентирована на снабжение тканей, на четвертый удар она активно контактирует с вдыхаемым воздухом, иными словами, ориентируется на то, что идет снаружи, извне.

** Имеется в виду летняя ориентация воды на Землю и зимняя -- на Космос; так и кровь три удара ориентируется на внутреннее и четвертый -- на внешнее, то есть набирает кислород при вдохе.

Человек, в сущности, всегда полон тем ритмом, который совершает Земля. Но этот ритм в нем осуществляется значительно быстрее. Если мы сегодня рассматриваем Землю и на основе того, что сегодня уже обсуждалось, приходим к тому, что раньше она находилась в совершенно ином состоянии, в иной стадии, то мы обнаруживаем у Земли некоторое сходство с кометами. Именно это вы видели. Однако кометы -- это обнаруживается при распаде кометы -- выпадают вниз в виде метеоритных дождей, в виде железа. Так, целая комета, распадаясь, выпадает вниз в виде кусков железа, следовательно, она -- железо.

Это тоже нечто такое, что мы имеем в себе. Если мы уже в состоянии трупа распадаемся, то тут остаются и частички железа, содержащегося в нашей крови. Так мы еще сохраняем что-то от нашей древней, кометной природы. Это мы делаем так же, как комета. Железо в крови мы имеем потому, что мы осуществляем ту же деятельность, которую в древности выполнял циан, мы развиваем древнюю циановую деятельность*. Это внешнее тело не имеет доступа в кровь, но оно, однако, имело такой доступ в кровь когда-то**. Сказанное означает ни что иное, как то, что в настоящее время мы эмансипировали нашу внутреннюю весну, лето, осень и зиму от внешней весны, лета, осени и зимы. Мы лишь немного зависим в настоящее время от внешней весны, лета, осени и зимы.

* О роли цианидов в организме современного человека см.: ПСС. Т. 351, лекция 2.

** Проводится аналогия с кометой, у которой железное ядро окружено атмосферой циана.

Однако нет необходимости заглядывать так страшно далеко назад. Даже в настоящее время эти вещи носят совершенно иной характер; если человек, как я, например, вырос в деревне, то он знает, что раньше там жили люди -- сейчас они встречаются все реже, поскольку все в земном мире унифицируется, -- там были люди, которые очень сильно зависели от весны, лета, осени и зимы. Это было заметно по всей их душевной жизни.

Летом они были настроены совершенно иначе, нежели зимой. Зимой они проявляли радушие по отношению к другому, но они, как люди, всегда были, в сущности, несколько вне себя. В это время они были скорее призраками, чем людьми62. И только летом они, те люди, по-настоящему приходили в себя. То, что они были такими, показывает, насколько зависели они от внешних весны, лета, осени и зимы.

Данное обстоятельство является указанием на то, каким человек был раньше. Раньше, когда человек еще дышал азотом вместо кислорода, он был целиком и полностью зависим от внешней среды; удары его пульса и его дыхание совпадали с пульсом и дыханием тела его кометы, которую я в моей книге "Очерк тайноведения" назвал Луной*. Это было своего рода тело кометы. Человек делал это совместно, одновременно с ней. Он был частью единого целого, огромного организма, который тоже дышал. Дело обстояло так, как если в настоящее время для человека вдруг стало бы нормой делать один удар пульса весной, летом -- еще один удар пульса, осенью -- еще один, а затем зимой делать вдох, и так далее. Однако именно таким был человек, когда он дышал азотом; он был членом единого организма Земли.

* Имеется в виду древняя Луна.

Вы видите, как мы на совершенно ином пути подходим к тому же, к чему мы подходили раньше, рассматривая мегатерий, ящеров и так далее. Мы приходим к тому же самому на совершенно ином пути.

Это одна из отличительных черт духовной науки. Не правда ли, всякая иная научная деятельность, начиная что-либо, идет шаг за шагом, топ-топ-топ, даже не зная куда. Идет по прямой линии дальше. В случае антропософской науки так не бывает. Она может исходить из разных исходных пунктов, идти то так, то эдак, но подобно путешественнику, который из различных пунктов под горой всегда идет к вершине, она в любом случае приходит к тому же самому. В этом и состоит ее отличительная черта. Чем больше человек честно рассматривает мир, тем в большей степени все отдельные рассмотрения сходятся к единству.

Один такой пример вы вызвали сегодня своим вопросом. Мы исходили из совершенно иных вещей, нежели прежде, но точно так же пришли к тому, что человек обрел свои ритмы, будучи единым с целостным земным организмом, когда этот последний находился на стадии кометы. Однако человек эмансипировался от этих ритмов. Человек когда-то пребывал в Земле, подобно тому, как в настоящее время он, будучи плодом, находится в матери. При этом он имеет совместный с ней пульс и совместную дыхательную деятельность.

Приходится доказывать, что в настоящее время человек (плод), находясь в матери, имеет совместную с ней дыхательную деятельность и совместный пульс. Доказательством служит то, о чем я говорил вам перед этим. Оспа возникает от дыхательной деятельности, которая вступает в связь с деятельностью крови. Интересно вот что: если человек (плод), находясь в материнском теле, действительно имеет совместную с матерью деятельность дыхания и крови, то в случае оспы у матери и у ребенка, у эмбриона, находящегося в материнском теле, тоже должна появится оспа. И она у него появляется. Если мать беременна и больна оспой, натуральной оспой, то и плод в материнском теле получает эту натуральную оспу именно потому, что плод участвует во всем этом.

Так когда-то, когда Земля еще была матерью человека -- Земля в то время была своего рода кометой, -- человек проделывал вместе с ней все, что делала она. Тогда удары его пульса и напор дыхания были ударами пульса и напором дыхания Земли. Поэтому можно сказать: в высшей степени примечательно то, что если мы обратимся назад к древним эпохам, когда люди обладали инстинктивным знанием, когда они не были умны, как сегодня, но обладали инстинктивным знанием, они всегда называли Землю матерью, Мать-Земля и так далее. Они говорили об Уране, то есть о Космосе, и о Гее, о Земле, они рассматривали Урана как Отца, находящегося вовне, во Вселенной, а Землю как Мать.


Рисунок 38


Так что можно сказать: та часть человеческого организма, где вызревает плод, матка, является, в сущности, маленькой Землей, только отставшей, оставшейся на древней стадии кометы.

И на этой древней стадии кометы дыхание, как человека, так и самой Земли, было дыханием, направленным во Вселенную. Не только человек вбирал азот, но и вся эта кометоподобная Земля вбирала азот из Вселенной. Тогда дыхание было одновременно и своего рода оплодотворением. Современное человеческое оплодотворение и животное оплодотворение представляют собой остаточное явление того древнего оплодотворения. Так что мы можем сказать, что при оплодотворении еще до сих пор имеет место нечто от азотного дыхания, поскольку важнейшим компонентом в семени человека является азот. Он вносится в женский организм и в качестве азотного стимулятора вызывает там то, чего не может вызвать кислород: он вызывает формирование органов, поскольку позднее, когда начнет приходить кислород, они уже должны быть в наличии. Итак, как видите, наше дыхание мы получили из Вселенной.

Теперь, господа, попробуем сделать следующее. Видите ли, ход года немного подобен ходу дня: 18 дыхательных движений мы делаем в минуту, следовательно, в час в 60 раз больше, то есть 1080, а за 24 часа, то есть за сутки, в 24 раза больше, что равно 29920. Итак, 29920 дыханий, вдохов-выдохов делаем мы в день.

Теперь я хочу произвести для вас другой расчет. Я хочу посчитать, сколько дней живем мы при средней продолжительности человеческой жизни. Ведь, не так ли, в году приблизительно 360 дней. Среднюю продолжительность жизни человека я беру от 71 до 72 лет. Следовательно, 72x360=25920.

В день мы делаем столько дыханий, сколько дней составляет человеческая жизнь. Но и один день тоже представляет собой в некотором смысле одно дыхание. Один день тоже является одним дыханием. А именно, я выдыхаю мою душу, когда я засыпаю и втягиваю ее снова, когда я просыпаюсь: выдох, вдох. Я выдыхаю духовное начало и снова вдыхаю его. Следовательно, ритм, присутствующий в дыхании, присутствует также на протяжении всей земной жизни в качестве чередования сна и бодрствования. Это страшно интересно: 25920 дыханий в день, 25920 дней жизни в течение средней по продолжительности человеческой жизни.

А теперь посмотрим на Солнце. Если в настоящее время вы наблюдаете Солнце весной, то весной оно восходит в знаке Рыб*, 21 марта весной следующего года точка восхождения немного сместится**.

* Имеется в виду восходящая точка в момент весеннего равноденствия.

** Точка весеннего равноденствия смещается примерно на Г за 72 года.

Если в настоящее время точка весеннего равноденствия находится в созвездии Рыб, то в следующем году она немного сместится, в следующем за ним году снова сместится и так далее. Точка весеннего равноденствия Солнца постоянно смещается, сдвигается и через некоторое время она должна, пройдя круг, снова вернуться сюда. В настоящее время Солнце восходит [в момент весеннего равноденствия] в созвездии Рыб. Некоторые астрономы считают, что в Овне, поскольку они не вполне корректны в своих определениях, однако в Овне она находилась раньше. Итак, если сегодня Солнце восходит в созвездии Рыб, то, стало быть, и в древнейшие времена оно тоже должно было некогда восходить в том же месте. Если вычислить этот период в годах, то получится 25920 лет. Это то же самое число. Следовательно, мировой ритм согласуется с быстрым ритмом дыхания и кровообращения. Представьте себе, как включен человек во Вселенную! Человек целиком и полностью порожден из Вселенной. Во Вселенной находятся изначальные Отец и Мать.

Так, мы естественно приходим к совершенно иному представлению о связи человека со Вселенной, нежели в том случае, когда просто говорят: Бог сотворил мир, сотворил человека -- все эти определения не наводят на размышления. Однако антропософия стремится мыслить по любому поводу. За это на нее обижаются. Почему? Ради того, чтобы говорить слова, при которых нет необходимости думать. Но в случае антропософии приходится напрягаться, прилагать усилия. А это приводит людей в бешенство.

В случае современной науки особенно напрягаться нет необходимости. И вдруг появляется эта шальная антропософия, и вот им уже нельзя сидеть как в кино и бессмысленно смотреть на прокручивающийся фильм! Им самим хотелось бы в школе крутить фильм, лишь бы детям не надо было напрягаться. Я еще удивляюсь, что с помощью фильмов не обучают арифметике! И тут приходит антропософия и требует: вы не должны сидеть без дела. Ваши окаянные черепушки должны работать! -- а этого не хотят.


СЕМНАДЦАТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 3 февраля 1923 г.


Доброе утро, господа! После предыдущей встречи, не возник ли у вас какой-нибудь вопрос?

Вопросы: о дальнейшем действии абсента*, а также о пчелах и осах.

* т.е. полынной водки.

Доктор Штайнер: Не правда ли, обсуждая вопрос о воздействии абсента, мы зашли настолько далеко, что я говорил вам: оно подобно действию алкоголя вообще. Но если вы желаете более подробно заняться этим вопросом, мне хотелось бы сказать кое-что о дальнейшем воздействии такого рода на человеческое тело. Мы должны уяснить себе, что нам следовало бы говорить не только о твердой составляющей, твердой составной части человеческого организма, человеческого тела. Твердые составные части, как я говорил вам, это всего, по большей мере, от десяти до двенадцати процентов. Следовательно, когда в какой-либо книге мы находим изображение человеческого тела, то его изображают, вырисовывая только плотные составные части. Поэтому начинают верить в то, что человек якобы состоит только из головного мозга, легких, сердца и так далее, что он в сущности представляет собой конгломерат, состоящий из только таких плотных составных частей. Но я говорил вам, что человеческое тело на восемьдесят восемь процентов состоит, можно сказать, из жидкости, из водянистой субстанции.

Отсюда вы сможете увидеть, что мы лишь отчасти правы, когда говорим: мы пьем, например, воду, в воде содержатся в растворенном виде разные вещества, затем вода поступает в желудок, оттуда в кишечник и так далее. Но это правильно лишь отчасти. Если мы выпиваем маленький стакан воды, то мы можем, как я говорил вам, мысленно представить себе, что это именно так и происходит. Но при втором стакане воды происходит так, что эта вода и то, что в ней находится, воспринимается жидкостью тела, а не проходит, так сказать, предписанным путем через все органы.

Дело обстоит так, что находящиеся в нас твердые составные части наименее подвержены влиянию своего окружения. Конечно, если мы, например, рассматриваем плотную составляющую нашего сердца, то она в соответствии с пульсом становится то больше, то меньше и так далее, однако в целом сердце сохраняет тот же объем, остается таким, каким и было. Представим себе, что мы наполнены жидкостью, господа, и представим себе, сколь многое в мире оказывает влияние на жидкость! Вы знаете, что если мы берем совсем небольшое количество жидкости, то она принимает форму капли, становится каплей, поскольку весь мир имеет сферическую форму, а он воздействует на каждую отдельную каплю. Благодаря тому, что мы тоже жидкие, весь мир действует и на нас. И только потому, что новая наука совсем не обращает внимания на то, что человек, собственно, представляет собой жидкий столб, она забывает и то, что весь мир, со всеми звездами, со всем прочим оказывает влияние на человека. Об этом влиянии на человека просто забывают. Если знают, что человек представляет собой жидкую массу, то тем самым уже недалеки от того, чтобы сказать: да, но ведь я представляю собой еще и воздух. Я постоянно всасываю воздух и постоянно выдыхаю его. Следовательно, я являюсь также и воздухом. И благодаря тому, что воздух во мне находится в постоянном движении, благодаря этому я, в сущности, и являюсь человеком. Только благодаря тому, что человек составлен таким образом, становится возможным то, что он является духовно-душевным существом. Если бы мы были только твердыми, плотными, мы не могли бы быть духовно-душевными существами.

Все, однако, оказывает на человека определенное влияние. Видите ли, вы уже слышали о так называемом свинцовом отравлении. Я уже говорил вам о самых различных отравлениях. Так вот, господа, если кто-нибудь введет слишком много -- это количество, названное "слишком много", может само по себе оказаться крайне ничтожным, но в пропорции его может быть "слишком много" -- итак, если кто-нибудь введет в свое тело слишком много свинца, то тело от этого станет слишком твердым, плотным. Тогда я мог бы сказать, эти твердые составные части становятся обызвествленными, кальцинированными. Так что если человек введет совсем незначительное количество свинца в свое тело -- ибо для отравления свинцом нужно совсем небольшое его количество, -- то последнее станет слишком твердым. Следовательно, если видят, что человек становится слишком твердым, плотным, что он даже старится под влиянием свинцового отравления, можно заметить явления старения, то тогда ему нужно дать в какой-либо форме серебро. Оно снова сделает его жидким, оно снова сделает так, что он будет воспринимать воздействия внешних влияний. Так что можно противодействовать этому, используя какое-либо соединение серебра, которое необходимо подобрать соответствующим образом. Так воздействуют на человека всевозможные влияния.

Подумайте о том, что женская и мужская природа очень отличаются друг от друга. Женская природа в большой степени содержит в себе текучий, жидкий элемент. Следовательно, можно сказать, что женская природа более подвержена всем внешним влияниям, поскольку она имеет более жидкий характер. Мужская природа менее подвержена внешним влияниям, поскольку для нее более характерным, значимым является твердое в человеке. Так что можно сказать: мы действуем в большем соответствии с женской природой, если при некоторых заболеваниях -- скажем, при свинцовом отравлении -- даем ей меньшую дозу серебра; в случае мужской природы надо давать серебра больше, поскольку эту природу трудно сделать текучей, жидкой. Следовательно, вы видите, всему этому в человеке надо придавать большое значение, все это имеет вес; только тогда можно прийти к настоящему пониманию человека. Следовательно, вы видите, любая субстанция оказывает на человека необычайно сильное влияние.

Все это опять-таки связано с отношениями мужского и женского начал, проявляющимися в наследственности. Закономерности наследственности чрезвычайно сложны. Насколько сложны эти законы наследственности, вы можете увидеть на примере одной болезни -- ее называют заболеванием крови63, -- гемофилией, -- состоящей в том, что у таких людей кровь не сразу сворачивается64. У обычных людей, у которых все в норме, кровь сворачивается сразу, если она где-нибудь появляется на поверхности. Тут из нее сразу получается тромб. Кровь обладает легкой текучестью внутри нашего тела; попав же на внешнюю поверхность, она сгущается, становится плотной, свертывается. У людей, имеющих несвертываемость крови, гемофилию, кровь сворачивается не сразу. Она из маленькой ранки вытекает легко, жидкой струей. Может происходить даже такое кровотечение, когда кровь проникает через кожу. При наличии таких кровотечений оперировать очень трудно. Сразу после разреза тканей начинается интенсивное кровотечение. В то время как у других кровь застывает, у таких людей с гемофилией она остается текучей, жидкой, она не сворачивается, и из-за этого люди легко могут истечь кровью при незначительной операции. Следовательно, у тех, кто имеет такое заболевание крови, чрезвычайно трудно проводить операции без того, чтобы они при этом не истекли кровью. Каждое мгновение видно, что то тут, то там у таких людей, имеющих гемофилию, кровь изливается наружу.

Тут имеет место одна особенность. Представьте себе, что у человека гемофилия. Он женится, у его жены гемофилии нет. У него могут быть совершенно здоровые дети, у которых тоже нет гемофилии. Если у него только мальчики, то в дальнейшем ничего плохого не происходит, в этом случае наследственность не указывает на что-либо плохое. Но вот представьте себе, что от него родится девочка. Девочка вырастает, и никакой гемофилии у нее нет. Она выходит замуж за совершенно здорового человека, появляются дети. И вот у них-то как раз и может возникнуть гемофилия! Видите ли, особенность данной болезни состоит в том, что она не передается женскому поколению, это значит, что у дочерей не возникнет гемофилии, но у этих дочерей, хотя они выходят замуж за совершенно здоровых мужчин, без кровоточивости, дети могут заболеть гемофилией. Следовательно, гемофилия просто проходит через женщину и переносится на потомство без того, чтобы женщина заболела гемофилией.

Стало быть, мы видим, каким сложным образом закономерности в человеческом организме связаны с закономерностями наследственности. Вот почему в высшей степени опасно, если дочь больного гемофилией выходит замуж, так как дети тогда становятся носителями гемофилии, даже если в отношении гемофилии они совершенно здоровы. Это показывает вам, с каким вниманием надо относиться к таким закономерностям. Только когда смогут ориентироваться во всех таких вещах, только тогда медицина будет поставлена на здоровую основу. Представьте себе, что положению дочери такого больного гемофилией человека уделяется достаточное внимание, хотят немедленно вмешаться. Но в чем может состоять такое вмешательство? Перед появлением детей у такой женщины, можно, как это говорят в медицине, в целях медицинской профилактики давать ей какое-либо лекарственное средство на основе свинца. Можно позаботиться и о том, чтобы мужчина тоже получал это лекарственное средство на основе свинца; таким образом, их дети будут защищены от заболевания гемофилией.

Впрочем, человек может отнестись к лекарству так, что скажет: подождем, пока болезнь проявится, а тогда и начнем лечиться. Конечно, это будет слишком поздно. Медицина должна стать социальной. Медицина должна стать такой, чтобы предпринимать профилактические меры против возникновения болезней, имеющихся лишь в зачатке, лишь в форме возможности. Этого, конечно, сделать нельзя, пока господствует современные представления. Ведь, конечно, люди не стремятся к лечению той болезни, которой у них еще нет, которая, однако, может у них возникнуть из-за наследственности. Особенно важно, если есть хотя бы один шанс на заболевание гемофилией, чтобы на протяжении беременности давалось какое-либо лекарственное средство на основе свинца.

Однако все это не сможет понять тот, кто не знает, что собственно физически-материальной является лишь твердая составляющая в теле человека: лишь она материальна. Как только мы подходим к жидкости, внутри последней обнаруживается действие гораздо более тонкой субстанции. Эту более тонкую субстанцию с древнейших времен называли эфиром. Это тот эфир, который есть всюду. Он более тонок, чем все прочие субстанции, тоньше, чем вода, тоньше, чем воздух, даже тоньше, чем тепло*. И сколь мало вхож этот эфир в твердые составные части человека, столь же активен он в жидкостях человека. Как человек в жидкостях имеет эфир, точно так же, по аналогии, в воздушном своем элементе он содержит душевное начало; в том, что мы несем в себе как воздух, мы в сущности, имеем душевное начало.

* Тепло в антропософии считается самостоятельной субстанцией, а не температурной характеристикой вещества.

Если понятно, что в воздухе имеется душевное начало, то становится ясно и то, что человек с каждым своим дыханием выдыхает, а с каждым вдохом вбирает в себя снова это душевное начало. Так что, следовательно, благодаря своему душевному началу человек живет совместной жизнью со всем миром. Только из-за того, что в современной науке не уделяют никакого внимания наличию у человека газообразного организма, люди вообще изымают душевное начало из круга научных изысканий и верят, что его нет вообще.

Душевное начало надо рассматривать всецело само по себе, как нечто самостоятельное. И тогда приходят к тому, в чем состоит действие таких жидких веществ, как, например, абсент. Видите ли, если я пропускаю в свое тело какую-нибудь дозу абсента, то я имею дело с ним, как прежде всего с жидким, текучим веществом. Он соединяется с нашими жидкостями, находящимися в нас в большом количестве. Но что он делает с этими жидкостями? Он приводит эти жидкости в состояние противоборства, бунта по отношению к правильному принятию в себя газообразного. Так что, принимая в свое тело абсент, я лишаю газообразное начало возможности правильным образом проникать во все части моего тела. Но одновременно с этим происходит нечто другое. Если я не в состоянии снабжать все части моего тела газообразным (веществом), то это газообразное начинает действовать весьма своеобразно. С помощью сравнения я хочу пояснить вам, как действует тогда газообразное.

Представьте себе, например, какого-либо человека, который служит в конторе и с утра до вечера прилежно работает. Люди, находящиеся с ним в этой конторе, считают так: ну да, есть тут один, он приходит вместе с нами в контору и вместе с нами уходит. Но представьте себе другого человека: он тоже ходит в контору, но этот парень к тому же большой шутник. Работает он немного, зато с утра до вечера развлекает всех остальных своими шутками. А тем это чертовски приятно, приятно иметь с ним дело. Они говорят: это один из наших. Они радуются, когда он приходит. Однако тем, на кого он работает, он доставляет гораздо меньше радости, поскольку вся работа страдает из-за него. Но те, с кем он вместе, с кем он шутит, испытывают одно удовольствие. Однако то же самое происходит, господа, если мы посредством абсента отключаем воздух. Тогда этот воздух колобродит, бесится повсюду во всех органах. Вместо того, чтобы нормальным образом входить в органы и повсюду наполнять тело, он то тут, то там остается независимым, сепаратным, создает повсюду помехи. Он ведет себя точно так же, как шутник в конторе. Он всюду приносит чувство удовольствия, потому что не выполняет никакой работы. Если воздух входит повсюду в жидкости нормальным образом, то он должен выполнять свою работу, поскольку в ином случае тело не будет снабжаться правильно. Если же абсент ограничивает доступ воздуха, то воздух всюду начинает колобродить, беситься. Человек же при этом постепенно испытывает свинское удовольствие. Особенность свиньи состоит в том, что она постоянно наполнена воздухом, надута воздухом, который не усваивается, не вбирается правильно. Дыхание у свиньи наиболее короткое.

И как эфир повсюду находится в жидкостях, точно так же в воздухе повсюду находится душевное начало -- мы называем его еще астральным, поскольку оно происходит от звездных воздействий. Человек повсюду воспринимает душевное: тут или там он чувствует приятное тепло или прохладу. Если внутри человека находится "колобродящий" воздух, находящийся в состоянии брожения, то человек чувствует себя все более и более приятно. Однако душевное начало присутствует в человеческом теле не для того, чтобы только доставлять удовольствие, оно должно работать в органах, должно работать правильным образом, чтобы сердце и все органы нормально снабжались. Но если человек ограничивает доступ душевному началу, выключает его, так что оно начинает забавлять его, находясь в теле, то у него наступает состояние "свинского удовольствия", а его органы правильным образом не обеспечиваются. И, прежде всего, не обеспечиваются правильным образом именно те органы, от которых в первую очередь зависит, чтобы человек имел здоровое потомство. Так что мы имеем своеобразное явление: люди, позволяющие себе абсент, стремятся к тому, чтобы чувствовать внутри "свинское удовольствие", испытывать удовлетворение, удовольствие внутри себя, однако они не заботятся о том, чтобы оставить человечеству нормальное потомство. Вот какие возражения возникают против употребления абсента.

Вы могли бы спросить: а как возникает у человека страстное желание опьянять себя абсентом? Исследуя историю человечества, вы заметите, что такой порок, как употребление абсента для опьянения, по большей части возникает у людей, как говорят, деградирующих, идущих по нисходящей линии эволюции, уже не стоящих в полной мере на человеческом уровне, следовательно, уже содержащих в себе элементы разложения, распада. Тогда люди и приходят к тому, чтобы внутренне забавлять себя с помощью душевного начала. Это имеет место у народов, уже охваченных процессом деградации. Народы Востока, азиаты, испытывали отвращение ко всем подобным напиткам в то древнее время, пока они, эти народы, находились в стадии восхождения. Они начали опьянять себя вещами, подобными абсенту, когда уже были в стадии нисхождения, деградации.

Ту же картину можно увидеть, если в нынешнее время посмотреть на то, что происходит, если выходит из-под контроля порок, при котором в организм вводятся всевозможные вещества [то есть наркомания]. Недавно я уже говорил вам: некоторые люди имеют даже пристрастие к введению кокаина в свой организм! Тут душевное начало действует так, что на тело оказывается нажим, из-за которого можно заметить нечто подобное змеям. Я как-то описывал вам это. Все то, что человек привносит в себя таким образом, все эти яды, он привносит потому, что все его человеческое начало в целом пришло в состояние неупорядоченности и душевное начало хотело бы по возможности испытывать одно наслаждение. У деградирующих народов именно те люди, которые меньше всего заняты делом, пребывающие преимущественно в праздности, именно они больше всего ищут удовольствие в жизни. Это связано со всем историческим процессом человечества.

Мы можем сказать: есть нечто примечательное в том, что происходит сейчас; если мы обратим взор на запад -- люди, с одной стороны, я бы сказал, порабощаются введением всевозможных законов против алкоголя, полынной водки -- абсента и т. д., но с другой стороны, они стремятся во что бы то ни стало заполучить эти вещи. Последнее свидетельствует о том, что сегодня в человеческой жизни царит смутное время. Люди, с одной стороны, желают жить в свое удовольствие, но с другой стороны, они не хотят погибать целыми народами. Это создает поистине безумную путаницу: тут мания вгонять в тело всевозможные вещества, там - закон, который это запрещает, и так далее. Причина в том, что люди не хотят прийти к разумному пониманию. Дело тут целиком и полностью заключается в том, что люди должны прийти к разумному пониманию.

Как я уже говорил вам, женское начало в большей степени подвержено влияниям мира в целом, тогда как мужское начало более замкнуто по отношению к ним. Следовательно, если воздействию полынной водки, абсента, подвергается мужчина, то в результате разрушаются те органы, которые должны обеспечивать у потомков силу характера, твердость. Употребление полынной водки, абсента вызывает то, что люди становятся мягкими, податливыми. Так что если употребление абсента как порок будет все больше и больше распространяться среди мужчин, мы получим поколение слабых, податливых людей, получим мягкое, податливое потомство. Мужчины станут мягкими, податливыми.

Если же во власть водки попадает женщина, то это приводит к тому, что ее потомки станут легко восприимчивы, податливы по отношению к болезням; это будет следствием того, что женщины отдавали себя во власть таких влияний. Следовательно, если абсент пьют женщины, это приводит к тому, что появляются дети, очень легко восприимчивые к различным заболеваниям.

Видите ли, такие вещи надо опять-таки рассматривать в связи со всем миром в целом. Тут я хочу сказать вам нечто чрезвычайно интересное. Вы сегодня могли бы спросить: откуда имеем мы многое из того, что нам вообще известно? Обычно совсем не учитывают того, как много мудрости человечества проявляется даже в повседневной жизни. Вы знаете, как мы называем дни недели; воскресение по Солнцу, понедельник -- по Луне, вторник -- по Марсу; по-французски это звучит mardi, вторник назван так по Марсу. Среда по-немецки означает "середина недели", но если взять французский язык, то там это mercredi, то есть день Меркурия, по планете Меркурий. Четверг -- по Юпитеру, ведь Доннар (бог грозы у германцев) -- это ни кто иной, как Юпитер. Во французском вы имеете jeudi, день Юпитера. Freitag назван так по германской Фрейе (богиня любви, германская Афродита). Но Фрейя -- то же самое, что Венера, vendredi. Дни недели названы по планетам. Почему? Потому, что эти названия возникали в то время, когда еще знали: человек находится в зависимости от всего мира в целом. Поскольку человек живет, все планеты влияют на него. Так поэтому тогда и назвали дни недели. Сегодня это называют суеверием. Однако считать это суеверием заставляет ни что иное, как неведение, незнание. Необыкновенная мудрость заключена в этих названиях дней недели. Да, господа, во всех этих вещах скрыта необычайная мудрость!

И если мы спросим себя, откуда же, в сущности, пришли эти названия дней недели, то тут нам следовало бы перенестись в Азию. Там еще за два-три тысячелетия до начала нашего летоисчисления, до Рождества Христова были исключительно умные люди. Там были такие народы, как вавилоняне и ассирийцы, среди которых были очень умные люди, умевшие наблюдать влияние звезд, они-то и дали впервые названия дням недели. Остальные перевели это затем на свои языки. Названия дней недели произошли из Азии, от вавилонян и ассирийцев, где люди были умны, необычайно умны еще в то время, когда Европа выглядела совсем особенным образом.

Давайте спросим, как же выглядела Европа, когда в Ассирии и Вавилоне, -- в Азии, примерно четыре тысячи лет тому назад уже были чрезвычайно умные люди, люди, которые поистине были гораздо умнее, чем мы. Это неправда, что человечество всегда шло вперед лишь по прямой, поступательно. Человечество время от времени снова и снова возвращалось также назад. Итак, они знали необычайно много. Но знание, получаемое людьми, столь же мало полезно для них в душевном смысле, -- если они просто предаются ему, -- сколь мало полезны для них деньги. Как бы не казалось смешным такое сравнение, оно верно. Слишком много денег не идет на пользу людям; слишком много знания тоже не идет на пользу, если оно ничем не уравновешивается, если вы не в состоянии поставить эти знания на службу человечеству и миру.

Что представляла собой Европа в то время, когда жители Азии обладали необычайным знанием, об этом вам может наилучшим образом рассказать сама местность, например, здесь в Швейцарии. Если вы посмотрите на камни, находящиеся в Швейцарии внизу, в долине, перенесенные сюда вниз глетчером, ледником, то вы сможете по самим камням увидеть, как обработал их ледник. Эти камни были отшлифованы ледником. По изменениям этих камней вам может быть видно, как они были перемещены сверху вниз, как текучий лед ледника, глетчера обрабатывал их. На примере всех находящихся здесь камней, можно видеть, что когда-то вся здешняя местность подвергалась оледенению, представляла собой ледник. Да, господа, почва, по которой мы в настоящее время ходим, где мы очень хорошо себя чувствуем теперь, когда-то все была покрыта глетчером. И опять-таки, если мы пойдем еще дальше, на Север, то и там мы по определенным изменениям камней в Пруссии, большей части Германии, обнаружим, что все эти территории были когда-то почти ледником, наползавшим с высоты севера (с высоты северных широт); также и в настоящее время ледник опускается (с горы) до известного уровня, так с высоты северных широт ледник дополз до Германии, и все было покрыто глетчером, покрыто льдом.

С недавнего времени у людей появилось пристрастие к очень большим числам, и они стали говорить: ну да, конечно, Европа была когда-то покрыта льдом, но это было давно, от двадцати до тридцати миллионов (?) лет тому назад. Однако это чепуха. Данное мнение возникло на основании расчетов, которые я хочу пояснить на следующем примере.

Представьте себе, что сегодня я наблюдаю сердце человека. С этим человеческим сердцем постоянно происходят совсем небольшие изменения. Если я через год снова буду наблюдать его у конкретного человека, то оно станет чуть-чуть более хрупким, ломким, менее эластичным, через два года оно сделается еще менее эластичным, и я могу высчитать, насколько хрупким стало сердце. Я могу высчитать и то, насколько менее эластичным станет сердце через сто лет, и каким оно было за сто лет до этого. Я могу это вычислить. Я могу сказать: вон человек, ему семь лет; триста лет тому назад его сердце имело такие-то размеры. Подумаешь, мелочи, что тогда и самого-то человека на свете не было. И если я вычислю, как изменяется его сердце через триста лет, то что мне за дело до такой мелочи, что человека уже давно не будет в живых.

Именно такие вычисления и проделывают, чтобы подсчитать, как, например, выглядела Европа двадцать-тридцать тысяч лет тому назад. К этому времени предположительно относят ледниковый период. Но так рассчитывать нельзя. Пора иметь такую науку, которая и по отношению к Земле сможет показать то, что по отношению к человеку хорошо известно, а именно то, что он как физическое, земное существо просто не может жить эти триста лет.

В последнее время даже ученые поумнели -- я имею в виду именно эту область знаний -- и для тех, кто умен, в настоящее время ясно, что прошло не так уж много времени с тех пор, когда все здесь покрывал ледник, что в то время, когда в Азии люди были уже столь умны, как я это описал вам, когда там была вавилонская и ассирийская культура, в Европе все еще было покрыто льдом. Следовательно, нам надо вернуться в прошлое лишь на несколько тысяч лет -- от четырех до пяти, когда в Европе еще было оледенение. И только постепенно, по мере отступления льда, туда потянулись люди.

Да, господа, этим людям не было так хорошо, как современным. Еще хуже стало им от того, что они пришли из тех областей, где они не подвергались постоянно такому сильному охлаждению, где им было гораздо лучше. И тем не менее эти люди потянулись в области, лишь незадолго до этого покрытые льдами. Но благодаря указанному обстоятельству эти люди были избавлены от пресыщения мудростью, постепенно подступавшего к ним в Азии. Так в Европе, благодаря некоторым космическим событиям, в то время, когда в Азии культура развивалась в тепле, а здесь еще было оледенение, -- итак, благодаря тому, что на Европу оказывалось влияние из Вселенной, в Европе развилась более лучшая, энергичная, деятельная культура, нежели та, что развивалась в Азии. Видите ли, таким образом все культуры связаны с космическими влияниями, влияниями, происходящими из Вселенной.

И далее. Если кто-то думает о море, то он думает так: когда я наливаю в стакан немного воды, добавляю туда соли, то получаю при этом морскую воду. Ведь она соленая, эта морская вода, и если я добавлю в стакан воды соли, то у меня получится морская вода. Но ведь это сосем не так просто. Если вы посмотрите на море -- допустим, на Атлантический океан -- точнее, если бы вы смогли взглянуть на него изнутри, то тут была бы поверхность (изображается на рисунке), тут -- вода, причем не только соленая вода. Тут обнаружилось бы нечто курьезное: при наступлении лета в этом море начинается что-то, подобное внутреннему снегопаду; происходит постоянное выпадение снега, проходящее через все море. Так что же это такое, господа? В глубину моря заглянуть человек не может, и он говорит: ну да, это огромное пространство везде заполненное соленой водой. Нет, там внутри, в глубине, тоже идет "снег". Отчего это происходит? Видите ли, это происходит оттого, что в этом море находятся мельчайшие животные, мельчайшие простейшие животные, но этих мельчайших простейших животных бесконечно много. Эти мельчайшие животные имеют ничтожно малую известковую оболочку. Этих животных называют фораминиферами. (Foraminefera, фораминеферы -- раковинные амебы типа саркомастигоферов. Пока эти животные живут, они плавают в верхних слоях воды. Если же приходит такое время года, когда они жить больше не могут, эти животные отмирают, а их известковые оболочки начинают погружаться вниз. Подобно снегу эти известковые оболочки постоянно опускаются вниз. Это действительно происходит так, как и здесь в воздухе, когда идет снег. Во всем море идет снег из таких оболочек фораминифор. И если затем эти оболочки фораминифор откладываются здесь (изображается на рисунке), их вещество подвергается изменениям, и они становятся красной глиной. Это почва морского дна. Указанные маленькие животные, получающие свою жизнь от всей Вселенной, образуют почву на морском дне.

Точно так же происходит и у нас в воздухе. Ведь мы живем не в море, мы живем в окружении воздуха. И когда зимой идет снег, то в том, что выпадает, содержится и то, что образует нашу почву, делает ее такой, какова она есть. Если бы не было нормального снегопада, то и растения не смогли бы расти. Почва создается тем, что содержится в снеге.

Господа, влияния такого рода не воспринимаются ни твердыми составными частями, ни жидкими составными частями нашего организма; только газообразная составляющая воспринимает его. Вместе с нашим дыханием мы воспринимаем то, что действует на нас благоприятно, правильно, воспринимаем именно зимой, когда идет снег. Мы воспринимаем то, что посылает нам мир звезд, если зимой идет снег, сформированный правильным образом. Но для этого необходимо, чтобы наша душа работала правильным образом, работала в нашем организме, иначе наши органы на Земле истощаются, атрофируются. Если мы нагружаем свой организм абсентом, то тем самым мы исключаем себя из звездного мира. Следствием отсюда является то, что мы разрушаем свое тело, поскольку целиком и полностью подвергаем его воздействиям Земли.

Итак, вы видите, какое огромное значение для правильного развития человека имеет то, что он не разрушает свое тело абсентом. Но это необходимо осознать! Теперь вам нетрудно понять, как развивалась дальше культура. В Азии были необыкновенно умные люди. Они обладали мощным душевным началом. Но мало-помалу дошло до того, что им захотелось иметь это душевное начало лишь в роли некоего внутреннего шутника; им захотелось ощущать внутреннее наслаждение, и только. И тогда некоторые из них мигрировали, переселились в те области, которые раньше были покрыты ледником. Там они отвыкли от этого чувства внутренней удовлетворенности, наслаждения, и закалили свое тело. И вот благодаря этому к восточной культуре присоединилась западная культура.

На примере того, что вы видите в настоящее время, когда где-то наверху есть оледенение, вы можете видеть, что когда-то здесь Земля была гораздо прохладнее, так что люди, пришедшие сюда, имели возможность закалить свое тело.

Видите ли, на этом основано то, что вы изучаете как падение Римской империи; при этом вы возвращаетесь ко времени первого распространения христианства. Да, господа, если бы христианство распространилось только среди римлян, то возникло бы нечто прекрасное! Но к тому времени римляне так размякли -- поскольку они имели лишь остатки восточной, азиатской культуры, -- что ничего уже не были способны сделать. Тогда пришли люди из северных областей, где было оледенение, -- эти люди имели закаленные, крепкие тела, и следствием стало то, что римляне погибли. Эти северные люди с крепкими телами переняли духовную жизнь.

История описывает нам то, что она называет великим переселением народов, она описывает нам, как погибали римляне и приходили германцы: немцы (тевтоны), французы (франки), англичане (англы) и так далее, как они становились современными людьми, ибо все они, в сущности, были германцами. Французы (франки) только более сильно смешались с римлянами, чем немцы (тевтоны), например. Ведь не правда ли, главное основывается на том, что названные люди пришли из тех областей, где они могли воспринять влияния всего мира в целом, в то время как другие люди со своей мудростью жили лишь на Земле. Те, первые, пришли и обновили всю цивилизацию. Вы видите, какую роль играет природа в том, что происходит в истории. Однако, как вам известно, сильное влияние римского начала сохранялось всегда. Представьте себе, что до XVI, XVII веков в Средней Европе, например, вы не смогли бы услышать в университете ни одного немецкого слова. Там профессора читали лекции на латинском языке. Постепенно возник даже странный специфический латинский язык. Здесь все знали латынь. Только постепенно пришли к решению читать лекции на родном языке страны. Однако еще долго поддерживалось то, что хотели сохранить, хотя оно и умерло, поскольку так было приятнее; даже на уровне речи это было приятно.

Вы только представьте себе, как долго это продолжалось: люди, хотевшие казаться благородными, повсюду в чисто немецких областях болтали по-французски. Это происходило ни по какой иной причине, кроме как той, что им хотелось продолжить это древнее латинско-римское начало, продолжить, по крайней мере, в речи. Но произошло так, что на деле те, кто поддерживал это начало на уровне речи, поддерживал его и на уровне некоторых пороков. Римляне только положили начало страстному стремлению испытывать телесное удовольствие, наслаждение душевным началом, не используя его для построения тела. Наследием этого и является пристрастие пить абсент, употреблять даже кокаин и так далее. В результате этого производится слабое потомство, производится слабое поколение, и раз за разом все те, кто предается такому пороку, идут навстречу гибели. Тут вы могли бы произвести много социальных реформ, но из этих социальных реформ ничего не выйдет, если не возникнет настоящего правильного понимания. Это правильное понимание не может быть достигнуто иначе, как только если на смену господствующему в науке и религии материализму начнет приходить хотя бы незначительное понимание духовного. Если начнут хотя бы немного понимать духовное, то станет понятно и многое из того, что сегодня хотя и кажется ясным, но может быть постигнуто только в том случае, если снова правильным образом смогут рассматривать духовное.


Один господин (один из слушателей), будучи пчеловодом, в своем вопросе указывает на различие между жизнью пчел и ос. Тут много сходного. Я недавно описывал вам жизнь ос. В жизни пчел есть много сходного. Но тем не менее пчелиный улей живет совершенно особой, достойной внимания жизнью. На чем это основано?


Видите ли, вы вообще не сможете объяснить этого, если у вас нет возможности проникать с помощью созерцания в духовное. Жизнь в пчелином улье устроена чрезвычайно мудро65. Это скажет каждый, кто наблюдал жизнь улья. Нельзя, конечно, сказать, что пчелы имеют такую же науку, как и люди, поскольку у пчел отсутствует аппарат головного мозга, имеющийся у человека. Следовательно, они не могут таким же образом почерпнуть всеобщий мировой разум в свое тело. Но влияния из всего мирового окружения действуют на улей необычайно сильно. Можно было бы правильным образом прийти к тому, как осуществляется жизнь улья, если обратить внимание на то, что все, находящееся в окружении Земли, оказывает необычайно сильное влияние на все, находящееся в пчелином улье. Жизнь пчелиного улья основана на способности пчел -- в гораздо большей степени, чем это наблюдается у муравьев и ос -- к полноценному сотрудничеству, все свои работы они организуют так, что все там согласовано. Если хотят выяснить причину, почему это происходит, то говорят так: жизнь пчел подчинена, исключительно сильно подчинена тому, что у других животных находит выражение в половой любви. Эта последняя у пчел сильнейшим образом вытеснена.

Видите ли, у пчел всегда происходит так, что функции размножения возложены на очень небольшое число избранных особей, самок, пчелиных маток. У всех остальных половая жизнь более или менее вытеснена, подавлена. Однако в половой жизни присутствует то, что является жизнью любви, любовной жизнью. Любовная жизнь -- это прежде всего нечто душевное. Только благодаря тому, что известные органы тела обрабатываются этим душевным началом, они становятся откровением, выражением любовной жизни, жизни любви. И в связи с тем, что у пчел любовная жизнь вытеснена, перенесена на отдельную пчелиную матку, половая жизнь в улье преобразуется во все те побуждения, инстинкты, которые пчелы развивают по отношению друг к другу. Поэтому еще те древние, мудрые люди, которые совсем иным образом получали знание об этих вещах, нежели получают знание сегодня, эти мудрые люди соотносили все удивительные инстинкты пчелиного улья с любовной жизнью, с той жизнью, которую они связывали с планетой Венерой.

Так что мы можем сказать: с одной стороны, описывая ос или муравьев, надо отметить, что эти животные менее подвержены влиянию планеты Венеры. Пчелы же целиком и полностью предаются влиянию планеты Венеры, развивая любовную жизнь, жизнь любви во всем их улье. Это мудрая жизнь, вы можете себе представить, насколько мудрой она должна быть. Я описывал вам различные вещи, относящиеся к производству потомства. Здесь заложена бессознательная мудрость. Эта бессознательная мудрость развивается у пчел во всех их внешних делах. И во всем пчелином улье как субстанция развивается то, что живет в нас только в том случае, если наше сердце охвачено любовью. Весь пчелиный улей проникнут этой любовной жизнью. Отдельные пчелы многократно отрекаются от любви, зато они развивают эту любовь во всем пчелином улье. Мы начнем понимать жизнь пчел, если нам станет ясно, что пчелы, живя в воздухе, всецело пронизаны, насыщены любовью.

Лучше всего на пользу пчелам идет то, что они, по существу, живут именно в тех частях растений, которые у растений тоже проникнуты любовной жизнью. Пчелы высасывают свой корм, затем они делают из него мед, именно из тех составных частей растений, которые имеют прямое отношение к любовной жизни; они, следовательно, в некотором смысле привносят любовную жизнь из цветов в улей.

Так что можно сказать: жизнь пчел необходимо изучать душевным образом, с душевной точки зрения.

В случае муравьев и ос это требуется в гораздо меньшей степени. Если исследовать жизнь в этой области, можно увидеть, что и осы, и муравьи далеки от вышеописанного, что они в большей степени предаются половой жизни. Пчелы, за исключением пчелиной матки, являются такими существами, которые, я бы сказал, говорят себе: мы хотим отречься от индивидуальной, отдельной половой жизни и сделать самих себя носителями любовной жизни. Они на самом деле привносят в улей то, что живет в цветах. И если вы по-настоящему начнете думать над этим, вы откроете все тайны пчелиного улья. Жизнь прорастающей, расцветающей любви, которая распространяется в цветах, оказывается затем перенесенной в мед.

Вы могли бы изучать и то, почему едят мед. Что делает мед? Господа, абсент вступает в связь с жидким человеком [с жидкой составной частью человека] таким образом, что он изгоняет оттуда воздух и, тем самым душевное начало, что вызывает у человека наслаждение и похоть. Мед вызывает состояние удовольствия, наслаждения в лучшем случае только на языке. В тот момент, когда мед едят, он способствует установлению правильных взаимосвязей между газообразным и жидким в человеке. Для человека нет ничего лучшего, как к своему пищевому рациону добавить правильным образом дозированное количество меда. Пчелы удивительным образом проявляют заботу о том, чтобы человек учился работать над своими органами с помощью своего душевного начала. Улей, производя мед, снова возвращает человеку то, в чем он нуждается для поддержания работоспособности своей души в своем теле. Когда человек опьяняет себя абсентом, он желает использовать душу для наслаждения. Если же человек добавляет в свой пищевой рацион мед, то он хочет подготовить свое душевное начало к тому, чтобы оно правильно работало в теле, правильно дышало. Поэтому пчеловодство отвечает настоятельным требованиям культуры, оно делает человека сильнее. Тогда как пьянство, употребление абсента, полынной водки постепенно ведет человеческий род к вымиранию.

Видите ли, если человек подумает над тем, что на пчел очень сильно влияет мир звезд, то ему станет очевидным и то, что пчелы представляют собой тот окольный путь, по которому к человеку приходят благоприятные воздействия. Будучи правильно скомбинированным, это благоприятствует нормальной совместной деятельности всего, что живет. Тот, кто смотрит на улей, должен был бы прийти почти в возвышенное настроение и сказать себе: на окольном пути, ведущем через улей, все мироздание, весь Космос проникает в человека и создает деятельных, незаурядных людей. Если же пьют абсент, полынную водку, то возникают бездеятельные, заурядные люди. Так мы приходим к единству учения о человеке с учением о мироздании.


ВОСЕМНАДЦАТАЯ ЛЕКЦИЯ


Дорнах, 10 февраля 1923 г.


Есть ли у кого-нибудь из вас, господа, вопрос, который он хотел бы обсудить?

Автор вопроса: Я хотел бы спросить, каким был мир в самые древние времена. Происходили ли отложения различных металлических субстанций в связи с планетами, Венерой, Меркурием и так далее?

Доктор Штайнер: Если рассказывать об этом так, как часто пишется в старинных книгах -- в новых книгах, за исключением наших антропософских книг, на эту тему вообще ничего нет, -- если рассказывать, что, например, планета Венера имеет какое-то отношение к меди, чьи залежи имеются в Земле, то все такие вещи придется принимать на веру, поскольку никто не сможет получить об этом никакого представления, разве что кто ему скажет: древним людям это было известно, а в настоящее время мы ничего достоверного об этом не знаем. Следовательно, речь идет о том, чтобы, обсуждая нечто подобное, действительно понимать, в чем тут дело. И здесь мне хотелось бы обратить ваше внимание на то, что и современная медицина не слишком уж много знает об этих вещах. Какие-нибудь двести лет тому назад при лечении весьма широко использовали такую древнюю медицину, причем было известно: если у человека возникают те или иные нарушения, симптомы болезни, то необходимо применить тот или иной металл или тот или иной компонент извлеченный из растения.

В настоящее время от всего этого по существу ничего не осталось, кроме сведений о том, что при появлении некоторых симптомов, которыми сопровождаются различные проявления сифилиса, необходимо использовать меркуртерапию, лечение препаратами ртути"5. Итак, при этом применяется такой металл, как ртуть. Я обращал ваше внимание на то, что в настоящее время ни один медик не имеет понятия о том, каким образом действует ртуть. Тем не менее, ее применяют, поскольку ее эффективность очевидна. В отношении действия ртути при заболеваниях сифилитического происхождения следует указать на то, что в новое время вместо ртути стали применять многие другие средства. Популярные новейшие средства, применяемые вместо нее, уже сегодня обнаруживают свою не вполне безупречную эффективность. Очень скоро медицина и в этой области снова вернется к лечению препаратами ртути.

На одном весьма примечательном примере вы можете убедиться в том, насколько величественно в случае применения ртути действует целительный инстинкт -- именно целительный инстинкт, а не современная наука. Есть местности, где в случае заболеваний сифилитического происхождения -- я предполагаю, что в настоящее время таких местностей почти больше нет, но три-четыре столетия назад они еще были -- люди, не будучи врачами, благодаря своему целительному инстинкту делали следующее: они брали животное, саламандру или жабу, которое, хотя бы отчасти обитало под землей и вместе со своей пищей принимало что-то от Земли. Этих животных, саламандр и жаб или подобных им животных, люди брали, сушили, растирали в порошок и давали тем, кто был болен сифилисом. Так возникла разновидность лечебного средства.

Хотя сначала указанное обстоятельство покажется совсем непонятным, но оно станет понятным, если знать следующее: в некоторых местностях жабы не помогали сифилитическим больным, тогда как в других местностях они помогали, причем просто великолепно. И если затем исследовали, что это были за местности, оказывалось: в таких местностях располагались предприятия по добыче ртути, ртутные рудники. Итак, вы видите, в чем тут секрет: в местностях, где есть ртуть, эти животные вбирают ее в себя, и тогда ртуть помогает, помогает не сама жаба, но та ртуть, которую жаба вместе с принятой пищей переработала в своем теле. Вот что помогает.

Следовательно, из этих вещей вы видите двоякое: во-первых, то, что замечательным целительным инстинктом обладают люди, еще не слишком напичканные современной наукой. С другой стороны, вы видите, что если живое существо съедает что-то, ведь жаба -- тоже живое существо, -- то это переходит во все его тело, распространяется по всему организму. То же самое имеет место и в случае человека, причем в еще более высокой степени. По поводу того, как это относится к лечению ртутью, я хотел бы вам сказать следующее.

Действительно, в этом отношении дело в медицине лишь в последние десятилетия пошло так плохо, как сегодня. Когда я еще был маленьким мальчиком, дело обстояло гораздо лучше. Тогда в Вене был, например, отличный анатом, Хиртль67, кое-что знавший, хоть и не так много, но все же кое-что знавший о древней медицине. Студентам, слушавшим у него курс, он демонстрировал кости, оставшиеся после смерти пациентов, проходивших в его клинике курс лечения ртутью. Он разламывал эти кости: в них были мельчайшие шарики ртути! Так распространялось по всему организму то, что человек принимал внутрь. Точно так же обстоит дело и с другими живыми существами. Поэтому можно было использовать жаб, всем своим телом вбиравших ртуть, использовать их в виде порошка как лекарственное средство против заболеваний сифилитического происхождения.

Теперь мне хотелось бы рассказать вам, как в древности, когда наука имела совсем иную форму, в медицине приходили к тому, чтобы в случае подобных заболеваний применять именно ртуть.


Рисунок 39


Видите ли, если вы рассматриваете всю планетарную систему, как мы ее сегодня изучаем в школе, то можно констатировать следующее: здесь, в середине, находится Солнце. Ближе всего к Солнцу вращается Меркурий, маленькая планета. Немного дальше вокруг Солнца вращается Венера. Итак, Меркурий является маленькой планетой и обращается вокруг Солнца за небольшое время, примерно за девяносто дней. Затем идет Венера, которая обращается вокруг Солнца дольше. Следующей планетой, обращающейся вокруг Солнца, является Земля. Затем за пределами Земли проходит Марс. После Марса обращается целое множество маленьких планет. Их сотни и сотни, этих совсем маленьких, крохотных планет, которые тоже обращаются вокруг Солнца. Итак, мне надо было бы изобразить целое множество планет. Но на них не следует обращать большого внимания. Они как планеты большой роли не играют. Вслед за этим множеством планет идет Юпитер, который вращается вокруг Солнца, и совсем далеко, на периферии, находится Сатурн.

Затем идут Уран и Нептун, но эти две последние планеты были открыты уже в Новое время, недавно. Их я рисовать не буду. Их орбиты расположены далеко вовне, причем они обнаруживают такую нерегулярность, что их в действительности в настоящее время еще нельзя с полным правом причислить к планетам68. Кроме того, вокруг Земли вращается Луна. Она обращается вокруг Земли так же, как другие планеты обращаются вокруг Солнца.

Сегодня астрономы наблюдают за планетной системой, но не очень-то интересуются воздействиями, которые оказывают на существ, живущих на Земле, эти планеты. Рассчитывают положение планеты в определенное время, чтобы, посмотрев в телескоп, можно было ее найти. Можно вычислить, как надо настроить телескоп, для того, чтобы при наблюдении увидеть планету в определенное время. Можно также рассчитать, с какой скоростью движется планета. Все это можно рассчитать. Такими расчетами занимаются сегодня астрономы.

Однако видите ли, не так уж давно, ведь для развития всей мировой системы пара тысячелетий -- это немного, не так уж давно, два с половиной-три тысячелетия назад стремились создать совершенно иную науку о планетах. Тогда делали следующее. В те времена, кстати, появлялись такие заболевания, при которых у человека ухудшалось пищеварение вследствие уплотнения, сгущения крови, -- после я объясню вам, почему. Сейчас я не могу рассматривать детально эти сопровождавшиеся кризисами заболевания, поскольку в древнее время они не имели той формы как в Новое время; я воздержусь от рассмотрения этих заболеваний, потому что в древности, когда производились такие наблюдения, они еще не протекали в тех же формах, как сегодня. Там, где производились подобные наблюдения, а именно в Вавилоне, Ассирии, Ниневии и так далее, также и в Египте, одна из болезней состояла в том, что у людей возникали нарушения пищеварения из-за уплотненной крови, что было следствием неправильного кроветворения. Из-за этого в фекалиях, остатках пищи находилась кровь. Итак, в испражнениях появлялось немного крови; заболевания, подобные тифу, встречались в древности значительно чаще, чем сегодня. Итак, допустим, что этим древним врачам, которые были в то же время философами, надо было изучить такие заболевания. Они не приближались и ожидали, когда данный человек умрет, а затем они рассуждали так: раз человек умер, значит излечение затруднительно. Они не исследовали дальше, что там произошло с умершим, если у него был тиф, но они предпринимали нечто иное*. Они говорили себе: мы видим, что те, кто болен холерой или тифом, дизентерией или чем-то подобным, в определенный период времени выздоравливают; но в другой период времени выздоровление в целом идет страшно плохо.

* т.е. патологоанатомических исследований не было.

Итак, они говорили себе: иногда тиф протекает хорошо, иногда он протекает плохо. Есть, например, такие больные, которые, будучи больны тифом или дизентерией, когда болезненный понос сопровождается коликами, иногда испытывают сильное головокружение. Сознание совершенно помутняется. В этом случае положение очень тяжелое. Но некоторые больные сохраняют сознание. Голова остается в норме. С такими больными можно что-то сделать.

Они говорили себе: человек живет не только на Земле, он зависит не только от Земли, но человек зависит также от всего Космоса. Поэтому они производили такие наблюдения. Представьте себе: здесь находится Земля. Мы при этом можем взять за основу ту современную планетарную систему, как ее изучают сегодня в школе. Теперь Земля освещена Солнцем. Солнечные лучи падают в это время на Землю. То, что у человека многое зависит от солнечного света, вы и сами знаете, и это мы тоже берем за основу нашего рассмотрения. На само Солнце эти древние врачи не обращали слишком много внимания, ибо то, что связано с ним, было всем очевидно, как они говорили. Но они наблюдали тех людей, у которых, например, был очень сильный понос, и говорили себе: в определенное время у них возникает головокружение, наступает помрачение в голове. Другие, хотя и имели сильный понос, но голова оставалась ясной, они не испытывали головокружения. Но эти разные симптомы проявляются -- как они говорили -- в разное время. В какие-то определенные периоды времени с такими страдающими поносом людьми даже и начинать ничего не следует; ничего начать нельзя; у них безусловно возникнет головокружение, а затем наступает смерть. В другие периоды времени понос протекает особенно легко.

Они начали наблюдение за звездами и обнаружили, что в то время, когда понос или заболевание типа тифа протекало в более легкой форме, Венера, планета Венера всегда была расположена так, что ее перекрывала, экранировала Земля, Венера была закрыта Землей69 [то есть под горизонтом]. Смотрите, если здесь стоит Земля (см. рисунок 40 слева), то Венера должна стоять где-нибудь здесь. Если человек стоит тут, то он не получает света Венеры. Земля экранирует от него Венеру, свет Венеры не может прийти к человеку сквозь Землю. Об этом они узнали из того, что Венеру нельзя видеть, если ее закрывает Земля. Теперь они говорили себе: если мы наблюдали тифозных больных в то время, когда Венера закрыта Землей, то ведь, черт возьми, тиф протекал в более легкой форме. Но если Венера расположена так, что она не экранирована, тогда человек, больной тифом, получает в добавление к солнечному свету свет Венеры (см. рисунок 40, справа). И тогда тиф протекает хуже: возникают головокружения и излечить тиф нельзя.


Рисунок 40


Это они поняли. Тогда они стали говорить так: Венера светит, и ее лучи все же проходят сквозь Землю. В Земле должно быть что-то, изменяющее эти лучи Венеры. И они начали экспериментировать. Не на умерших, но на живых они делали эти пробы: если я даю тифозному больному свинец, то ничего не происходит. Если я даю тифозному больному, независимо от того, где стоит Венера, железо, то тоже ничего не происходит. Но вот если я даю ему медь, то медь оказывает на него замечательное воздействие. Тогда головокружение у него прекращается, и тифозный больной тут же идет на поправку. Ага, говорят себе эти древние люди, медь находится внутри Земли. Медь, находясь в Земле, действует, и влияние ее в случае тифа противоположно тому неблагоприятному влиянию, которое производят лучи Венеры. Если лучи Венеры направлены прямо, действуют непосредственно, они способствуют тифу. Если же дать тифозному больному медь, то тем самым мы препятствуем тифу.

Они говорят: Венера некоторым образом связана с медью. Следовательно, эти люди не устраивали спиритических заседаний, где медиум говорил им: если кто-то болен тифом, надо дать ему медь, -- но они проводили такие наблюдения, которых в настоящее время никто не проводит. Это они делали точно таким же научным образом, но исходя из древнего инстинкта. Они говорили себе: в Земле находится медь. Эта медь в Земле связана с силой, исходящей от Венеры. Это видно из особого ее воздействия на болезнь.

Затем они проводили другие наблюдения. Представим, например, случай, когда у больного, скажем, возникали нарушения зрения, нарушения в глазах, так что он не мог нормально видеть. Вы знаете, что могут возникать всякие глазные болезни, может появляться туман перед газами, зрачок может становиться маленьким, у человека могут быть всевозможные глазные болезни. Тут они снова прибегали к экспериментам и обнаруживали, что когда Земля стоит здесь, а Юпитер, например, тут, так что Земля экранирует, закрывает Юпитер, то глазные болезни протекают легче, нежели когда Юпитер светит на Землю непосредственно. Они снова начинали пробовать: что же находится в Земле такого, что может противодействовать Юпитеру? -- и они обнаруживали, что это цинк, причем цинк, извлеченный из растений.

Так постепенно они сопоставляли воздействия, оказываемые на человека планетами и металлами, находящимися на Земле, и открыли: Венера связана с медью, Юпитер с цинком, Сатурн со свинцом. Так они обнаружили, что если у человека возникают заболевания костей, что случается также и при свинцовом отравлении, то к таким заболеваниям имеют отношение излучения Сатурна; они открыли связь Сатурна с воздействиями свинца.

Для Марса, имеющего особенное отношение к заболеваниям крови, установить связи было легче. Тут обнаружили железо. Следовательно Марс=железо. Для Луны, занимающей совершено иное положение, так как она обращается вокруг Земли, тоже нашли нечто подобное, а именно, серебро. Луна=серебро.

Позднее подобная методика рассмотрения вещей, подобный подход, были полностью позабыты. Но вам не следует полагать, будто это произошло уже очень давно, то что эти вещи оставили. Только триста-четы-реста лет такие наблюдения больше не проводятся. В XIII, XIV столетиях такие наблюдения еще проводились. Как рассуждали при этом? Рассуждали так: все то, что теперь разделено на планеты, было когда-то смешано воедино в "первичной каше", первичной смеси -- история о первичной древней смеси правильна -- в единой мировой туманности. Только не надо представлять себе, что из этой мировой туманности все могло возникнуть без духовного воздействия, иначе в нашу картину пришлось бы вводить образ, о котором я уже говорил вам: всемирного школьного учителя, который все это вращает. Нет, когда-то знали: все было первоначально растворено в своего рода первичной, древней каше, смеси. Не было ни Солнца, ни Луны, ни Земли, но все было растворено в этой первичной древней каше. Выделение всего этого произошло позднее.

При посредстве меди, которую содержит в себе Земля [отдельно взятая], металлическая медь еще находится в настоящее время под влиянием планеты Венеры. Когда Венера еще была растворена в первичной древней каше, она имела особое родство с медью. Тогда возникло это родство меди с Венерой. А когда Луна была еще растворена во всем, серебро находилось в особом отношении к Луне.

Знание об этом не было божественным откровением, как не было оно произвольно декретировано авторитарным образом, нет, оно основывалось на древних наблюдениях. Из-за особых отношений, а именно из-за того, что в Новое время так называемые цивилизованные народы приходили во все большее соприкосновение с дикими народами, сначала из-за смешения, из-за полового смешения цивилизованных и диких народов возникло то, чем являются заболевания сифилитического происхождения.

Заболеваемость сифилисом была меньше, когда народы проявляли большую расовую обособленность. Ведь заболеваниям сифилитического происхождения был открыт путь из-за того, что они сначала были вызваны чем-то, а затем уже они стали распространяться сами по себе. Они стали инфекционными, заразными. Но первоначально они должны были возникнуть по какой-то причине. Болезни сифилитического происхождения возникли из-за того, что люди удаленных друг от друга рас половым путем смешивались друг с другом. Заражения сифилисом вообще-то не может произойти, если отсутствуют какие-либо пусть даже скрытые маленькие ранки или небольшие повреждения тканей. Инфицирующее сифилисом начало должно проникнуть в кровь того человека, который не был заражен. Следовательно, если вы просто нанесете на кожу инфицирующее сифилис вещество, а кожа окажется достаточно плотной, то заражения не произойдет. Заражение происходит только в том случае, когда кожа где-либо настолько тонка, что инфицирующее вещество может пройти сквозь нее. Отсюда вы можете усмотреть, что инфицирующее сифилисом начало должно было сперва возникнуть там, где происходит соприкосновение с антагонистической, чуждой кровью. А затем ядовитое начало распространяется все дальше. Но первоначально оно возникает в результате большого смешения между народами. Вероятно, было бы интересно проверить статистику заболеваемости в настоящее время, когда самые разные экзотические люди находят себе в известном смысле применение в Европе, причем не всегда можно воспрепятствовать всевозможным сексуальным излишествам, не так ли?

Видите ли, внезапное появление сифилиса в виде единичных случаев происходило и раньше, но усиленное распространение сифилиса относится только к новому времени, хотя и на том отрезке нового времени, когда люди еще кое-что знали о древней науке; поэтому были произведены наблюдения, обнаружившие, что сифилитический больной чувствует себя легче, если Меркурий закрыт Землей. Благодаря этому и было открыто то, что ртуть имеет отношение к Меркурию. Таким образом, постепенно металлы были приведены во взаимное соответствие с планетами:


Меркурий -- ртуть


Венера -- медь


Юпитер -- цинк


Сатурн -- свинец


Марс -- железо


Луна -- серебро


Рассуждали так: когда все это было растворено в первичной, древней "каше", веществом Венеры было попросту то, из чего потом на Земле возникли отложения меди, веществом Луны -- то, из-за чего на Земле возникли отложения серебра.

Видите ли, эти наблюдения еще могут быть продолжены. Весьма примечательно, что в определенное время в определенных кругах появилась тенденция к утаиванию, сокрытию этой древней науки. В настоящее время есть еще некоторые книги, однако тот, кто не знаком с антропософией, не сможет их прочесть, он ничего не сможет поделать с ними. Там описано много разных вещей, но люди сегодня не могут больше читать такие книги. Так, например, один шведский исследователь70 получил достаточно древнюю книгу Василия Валентина, он написал о ней с точки зрения современной химии, причем сказал так: это чистейшая бессмыслица, то, что говорит автор. И по существу он был прав, говоря: это чистейшая бессмыслица! Ведь современные химики исследуют свойства серебра, железа и так далее, не относя их непосредственно к человеку. Итак, блестящий химический гений сегодня проявил несостоятельность, размышляя над тем, что написано в книгах, подобных книге Василия Валентина. У него по этому поводу не возникло иных мыслей, и он с известным правом заявил: это полнейшая бессмыслица.

Но на самом деле это не так; просто Василий Валентин писал еще в то время, когда, например, знали, что менструации у женщин возникают с периодичностью примерно в двадцать восемь дней. Древние были достаточно умны, они приписывали лунным воздействиям то, что у женщин идет кровь. Но тогда они говорили так: это происходит в том же ритме, следовательно, когда-то они как-то были связаны. Теперь человек эмансипировался, стал свободным от такой связи. Одно им было известно: то, что женщины имели такой же ритм, как и фазы лунного света во Вселенной. Это было первое, что они знали.

Второе, что им было известно, состояло в следующем. Они говорили себе: если у женщины трудные роды, если муки рождения страшно затягиваются, то давая ей серебро, мы облегчаем ее мучения при родах. Это опять-таки было им известно. Но они знали также и то, что при известных обстоятельствах у женщин, у которых, по-видимому, могли быть долгие родовые муки, роды протекали не так трудно, если над Землей не было видно Луны, если Луна, в известном смысле, была закрыта [то есть находилась под горизонтом]. Так была обнаружена связь между воздействием серебра и Луной.

У Василия Валентина часто вместо слова серебро стоит слово "Луна" и наоборот. Следовательно, когда современный ученый, несмотря даже на свою хорошую информированность относительно серебра и его действия в химических процессах, читал о серебре у Василия Валентина, где тот порой вместо "серебро" пишет "Луна", этот современный ученый не мог ничего понять. Это оказалось слишком сложно. Но, видите ли, автором труда Василия Валентина был бенедиктинский монах. Именно в бенедиктинских монастырях в древние времена*, действительно на самом высоком уровне культивировалась наука такого рода. Бенедиктинские монахи в высшей степени хорошо разбирались в таких вещах.

* Орден бенедиктинцев известен с VI в. н.э.

Сегодня германские города объезжает некий патер Магер71, тоже монах-бенедиктинец; он читает всюду одну и ту же лекцию, направленную против антропософии. Повсюду в германских городах патер Магер выступает против антропософии; совсем недавно он побывал в Кёльне. Вообще-то противники антропософии отличаются друг от друга. Если против антропософии держит речь иезуит, то это нечто иное, нежели то, когда против антропософии держит речь бенедиктинец.

Да, сегодня дело обстоит так, что церковь преследует ту науку, которая стремится быть выше земного. Ведь что было начато в определенное время, господа? В определенное время церковное руководство начало мало-помалу притеснять науку, повсюду расцветавшую в монастырях. Ведь для такой науки необходим досуг, а монахи этот досуг имели. Они разрабатывали ту древнюю науку и вследствие этого приносили в древние времена несомненную пользу человечеству. Но постепенно наука это была подавлена. Такое подавление духовной науки осуществлялось многократно.

Современные ученые с мировым именем, точно так же выступающие с погромными высказываниями против духовной науки, даже не знают о том, что они являются последовательными учениками таких монахов. Тот самый союз монистов, выступающий против антропософии, мечет громы и молнии и против самой церкви, не ведая о том, что и сам он является последовательным учеником этой самой церкви. В этом смысле современные ученые являются, в сущности, учениками бенедиктинцев или иезуитов. Хотя они и не обучались никогда в семинарии, вместе с ними, но ведь сегодня и во внешнем мире можно приобрести подобный образ мыслей. Это то, на что следует обратить внимание в связи с такими вещами.

Из вышесказанного вы могли бы увидеть, что Земля, где мы живем, дающая нам различные металлы, когда-то выкристаллизовалась из первичной древней смеси, древней каши. Однако то, что мы видим вне Земли, снаружи, еще сохраняется внутри Земли в металлах. То, что когда-то Земля создала совместно с Венерой, сохранилось в виде металла меди, металлической меди. Поэтому то, что действует посредством Венеры, исцеляется посредством меди.

Лечебное действие особенным образом проявляется в том случае, если в настоящее время такой металл получают из растения. Ведь если металл находится в Земле в качестве отложения, он становится слишком твердым. При этом он теряет часть своей силы, но даже несмотря на это при заболеваниях головы он еще эффективен. Но он особенно эффективен, если знают следующее: вот растение, в чьих листьях, например, растворено довольно много меди -- на самом деле это может быть ничтожное количество, но и о нем можно сказать "довольно много". Есть такие растения, в чьих листьях растворена медь. Если из такого растения сделать лекарство, то последнее можно успешно использовать при нарушениях работы кишечника, вызванных уплотнением крови: это заболевания, подобные тифу, дизентерии и так далее.

Так лечение связано со знанием о растениях. Можно увидеть, что в настоящее время все это дело поставлено неправильно. Ведь сегодня вы можете взять толстую книгу по ботанике, о растениях, и вы можете прочесть там что угодно, однако вы не найдете в этих книгах того, что является наиболее важным; того, что должны были бы изучать медики, а именно, что за металлы растворены в цветах, листьях или корнях. Лишь изредка на это указывают мимоходом. Однако это необычайно важно, поскольку указывает нам на следующее: если растение еще содержит медь в настоящее время, то вся его вегетация протекает в связи с планетой Венерой, при этом оно защищает себя от сил Венеры, оказывает сопротивление этим силам. Оно развивает свои собственные венерианские силы благодаря тому, что оно принимает в себя медь.

Так что мы можем сказать: когда-то Земля была связана, соединена со всеми планетами, которые в настоящее время вращаются вокруг Солнца, и это влияние осталось, сохранившись в металлах. Вот что надо сказать по отношению к этому вопросу.

Отсюда вам будет видно и то, насколько важно было бы снова вернуться к проводившимся когда-то наблюдениям. Однако в настоящее время мы находимся в ином положении, поскольку целительный, лечебный инстинкт, существовавший когда-то, сохранился сегодня лишь у быков, коров и овец, но не у людей. Эти животные обладают еще замечательным целительным инстинктом, они не поедают то, что им вредно. Они проходят мимо того, что им вредит. У человека этого больше нет. У него больше нет целительного инстинкта; и сегодня мы должны снова учиться познанию такого рода на окольном пути, с помощью духовной науки, учиться тому, как все, находящееся в планетарной системе и вообще в мире (Космосе) в целом, связано с земным. Тут надо начинать с начала, тут поистине надо начинать с самого начала.

Можно, например, сказать себе следующее. При этом следует исходить из заболеваний, охватывающих нижнюю часть тела. При наличии заболеваний, охватывающих нижнюю часть человеческого тела, можно прийти к познаниям, которые скажут нам: нижней части тела особенно помогает то, что содержится в цветах или, в крайнем случае, в листьях растения. Если мы извлекаем определенные вещества из цветов и из листьев растения, то мы можем приготовить из них хорошие лекарственные средства от заболеваний, связанных с нижней частью человеческого тела.

Если же необходимое нам вещество мы возьмем, например, из корня растения, то мы получим особенно хорошее лекарственное средство от заболеваний, связанных с головой человека. Ведь у человека и растения все расположено наоборот, находится в перевернутом виде. У растения корень находится внизу, а цветок наверху. Человек является, в сущности, перевернутым растением. То, что у растения представляет собой корневую систему, является головой у человека, а что у растения представляет собой соцветия, цветы, соответствует по большей части тому, что находится в нижней части тела. Об этом говорит даже внешний вид.

У человека голова расположена вверху, а органы оплодотворения, размножения внизу. Растение имеет корень внизу, оно вырастает и в цветке имеет свои органы размножения и оплодотворения. Они находятся наверху. Это мы можем видеть, например, отсюда: если бы вы взяли какого-то человека, и достаточно большое растение, здесь был бы стебель, тут листья, то цветок пришелся бы тогда именно на органы нижней части тела. Тут внутрь человека вставлено целое растение. Только растет оно сверху вниз. Человек тоже в известном смысле является растением. Разве это не очевидно? Ведь, не правда ли, человек -- это в некотором смысле растение! Да, господа, это настолько очевидно, что должно каждому бросаться в глаза. Животное же занимает среднее положение. Оно является горизонтально расположенным растением.


Рисунок 41


Но на самом деле это не только образное сходство: внутри человека действительно находится растение. Конечно, оно формируется в соответствии с человеческой формой. Но допустим, что я последовательно вырисовываю это растение, придаю ему настоящие корневые клубневидные наросты, затем разные стебли, итак, я создаю обычное дерево, которое только растет сверху вниз, затем оно слегка увенчивается верхушкой; после этого я даю ему возможность слегка подсохнуть, чуть-чуть отмереть -- и вы имеете перед собой нервную систему! Нервная система тоже является перевернутым растением, которое включено, вставлено в человека, которое, однако, все время немного умирает.

Видите ли, теперь, как известно, растение вырастают из Земли. Сначала должна быть зима, затем приходят весна, лето. Они как бы выманивают растения из Земли, эта весна и это лето. Тут, внутри, в Земле находится зимняя сила.


Рисунок 42


Благодаря им у растения происходят корне- и клубнеобразование, оно имеет свою корневую силу. Затем приходит летняя сила: растение выманивается наверх. Да, выманивание растения наверх происходит под действием того, что окружает Землю. В Земле залегают металлы, скажем, медь. Солнце не может сделать ничего иного, как только выманить наружу растение, засевшее в земле. Тогда растение начинает оказывать сопротивление силам Венеры, если оно уже выманено наружу. Под совместным влиянием зимней силы Земли и летней силы всего мира растение растет.

Но человек, господа, должен иметь эту зимнюю силу в голове, поскольку у него постоянно в течение года растет корень, состоящий из нервов, -- так, например, маленький ребенок мог бы рождаться в течение целого года, круглый год у него корень, состоящий из нервов, постоянно растет вниз, и человек должен иметь в голове эту зимнюю силу даже летом.


Рисунок 43


Сегодня он не может летом иметь в голове приходящую извне зимнюю силу. Это означает, что человек должен был когда-то, в более ранние эпохи, когда он еще был таким, как я вам рассказывал, находился в первичной древней каше, где Земля еще пребывала вместе с другими планетами, воспринять эту зимнюю силу и передавать ее по наследству вплоть до нашего времени. Следовательно, он обладает этой зимней силой в своей голове с очень давних времен. Голова человека была создана уже в древние времена и до наших дней остается такой, как она есть. Тут мы снова приходим к тому, что возникло на Земле в древнейшие времена и в настоящее время на Земле уже совсем затвердело.

Если вы отправитесь в древние горы, в Центральную Швейцарию, то вы найдете там по большей части гранит и гнейс. В этих граните и гнейсе наиболее действенным веществом является кремниевая кислота, основа кварца, кремниевая кислота, кремнезем. Это самое древнее вещество на Земле. Оно должно быть родственно человеческим силам головы. Вот почему заболевания головы легче всего вылечить, если приготовить лекарственное средство из кремнезема, кремня, поскольку тогда получают доступ к голове человека. Ведь в то время, когда кремнезем играл на Земле особую роль, находясь еще в первичной древней каше, он еще не был таким твердым -- сегодня в граните и гнейсе он твердый -- но тогда, когда кремнезем еще растекался подобно жидкости, именно тогда и образовались силы, находящиеся теперь в голове человека -- зимние силы, и они сохранились.

Действительно можно объяснить человека, опираясь на естественную историю всей Земли! Это связано и с поставленным вами вопросом. Вот то, что я хотел сказать вам, господа, в связи с этим вопросом.

До свидания!


ПРИМЕЧАНИЯ

Источники текста: лекции были синхронно стенографированы профессиональной стенографисткой Еленой Финкх (1883-1960) и затем расшифрованы. В основу второго издания 1976 года была положена новая расшифровка первоначальной стенограммы. Отклонения от текста допущенные в прежних изданиях, исправлены.

Рисунки в тексте за исключением ниже указанного выполнены Леонорой Улих по рисункам Р. Штайнера на досках. Оригинальные доски с рисунком "четырех животных" к лекции от 29 ноября 1922 года были повреждены водой при пожаре первого Гётеанума. Из-за этого рисунок "четырех животных" нельзя было различить. Здесь он был восстановлен в соответствие с упомянутым в лекции заголовком к газете "Антропософия. Австрийские вести от одного человеческого духа к другому".

Примечание:

1 Давид Ллойд Джордж (1863-1945) - английский либеральный государственный деятель, в 1916-1922 гг. -- премьер-министр.

2 Гуго Штиннес (1870-1924) -- крупный германский промышленник.

3 Уильям Уиндом (1827-1891) -- североамериканский государственный деятель. В 1881--1882 и 1888--1891 гг. был министром финансов. По данному изложению см. В.Х. Томпсон "Мозг и человек", перевод на нем. М. Кюн. Дюссельдорф, Лейпциг, с. 211--212.

4 Карл Людвиг Шлейх (1859-1922) -- врач и писатель, друг Штриндберга. Приводимый пример описан Шлейхом в его сочинении "О контроле над мыслями. Новые наблюдения над душой". Берлин, 1916, с. 251, см. также: Р. Штайнер, "Духовная наука и медицина", Дорнах, 1976, ПСС. Т.12.

5 другие клетки, о которых я вам говорил, клетки, движущиеся в крови -- лейкоциты.

6 Вот это отверстие в кости ведет в голову -- Имеется в виду внутреннее ухо или лабиринт, он состоит из костного лабиринта, labyrinthus osseus, расположенного в толще пирамиды височной кости между барабанной полостью среднего уха и внутренним слуховым проходом. Внутри костного лабиринта находится перепончатый лабиринт, labyrinthus membranaceus. Костный лабиринт состоит из преддверия, vestibulum, костных полукружных каналов, canales semicirculares ossein, улитки, cochlea, спирального канала. Перепончатый лабиринт повторяет форму костного, плавает в жидкости -- перилимфе и внутри наполнен эндолим-фой; состоит он из маточки и мешочка, расположенных в преддверии костного лабиринта, трех взаимоперпендикулярных перепончатых полукружных каналов, dic-tus semicircularis, содержащих периферический отдел стато-кинетического анализатора, и из улитки, содержащей кортиев орган, organon spirale, слуховой анализатор. Через внутренний слуховой проход от кортиева органа отходит внутрь черепа слуховой нерв. Внутреннее ухо отделено от среднего перепонками овального и круглого окна преддверия. В овальное окно преддверия вставлено стремя барабанной полости среднего уха. Звук от барабанной перепонки через слуховые косточки -- молоточек, malleus, наковальню, incus, и стремя, stapes -- передается в преддверие лабиринта, оттуда подается в улитку и кортиев орган -- примеч. перев.

7 Это маленькие, крошечные кости -- размер слуховых косточек среднего уха составляет около 10 миллиметров. Звук от барабанной перепонки из наружного уха проходит в среднее, там усиливается до 60 крат слуховыми косточками, из которых молоточек скреплен с барабанной перепонкой, а стремя -- с овальным окном, ведущим во внутреннее ухо, где в окружении пери- и эндолимфы находится слуховой анализатор -- улитка с кортиевым органом -- примеч. перев.

8 Гормональные железы -- эпителиальная железа около щитовидной (паращитовидная железа).

9 Томас Аддисон (1793-1860) -- английский врач. В 1855 г. впервые описал названную в его честь аддисонову болезнь.

10 Евгений Штейнах (1861-1944) -- австрийский физиолог. Приведенное сообщение было сделано Штейнахом 5 декабря 1912 г. на заседании венской Академии наук в докладе под названием "Исследования молодости и старости" (опубликовано в "Омоложение с помощью экспериментальной трансплантации новых половых желез", Е. Штейнах, Берлин, 1920, с. 61--63).

11 Илья Ильич Мечников. (1845-1916)-- русский зоолог и бактериолог. Вместе с Паулем Эрмихом был удостоен Нобелевской премии по медицине в 1908 г. за исследования иммунитета. Свои воззрения на процессы старения изложил в двух сочинениях: "Эссе о природе человека", "Etudes gut la natur humain", 1903, на немецком -- 1904, и "Вклад в развитие оптимистического мировоззрения", Мюнхен, 1908.

12 лигатура -- перевязывание. Эти опыты в течение десяти лет успешно проводил Е. Штейнах ("Омоложение ...", Берлин, 1920).

13 Врач-материалист рекомендует людям читать ге'тееского "Фауста" -- см. эссе Мечникова "Гёте и Фауст" в его сочинении "Вклад в развитие оптимистического мировоззрения", Мюнхен, 1908.

14 К лекции от 13 декабря 1922 г. не прилагаются изображения, сделанные Р. Штайнером на досках. Они были уничтожены при пожаре Гётеанума.

15 а здесь находятся кости глазницы -- Двигательный аппарат глаза состоит из шести поперечнополосатых мышц; верхней, нижней, латеральной и медиальной прямых мышц, m.m. recti superior, inferior, mediales et lateralis, а также верхней и нижней косых мышц, m.m. obliquus superior et inferior. Все эти мышцы начинаются, за исключением нижней, косой, в глубине глазницы в окружности зрительного канала и прилегающей части fussula orbitalis superior от находящегося здесь общего сухожильного кольца, anulus tendineus communis, которое в форме воронки охватывает зрительный нерв с артерией, a. ophthalmica, а также нервы п.п. oculomotorius, nasociliaris et abducens -- примеч. nepee.

16 Внутри глаза находится глазное яблоко, bulbus oculi -- шаровидное тело, заложенное в глазнице; снаружи глазное яблоко облекает фиброзная оболочка, tunica fibrosa bulbi; в заднем своем отделе она образует белочную оболочку или склеру, а в переднем отделе -- прозрачную роговицу. Внутреннее ядро глаза состоит из прозрачных светопреломляющих сред: стекловидное тело, corpus vitreum, представляющее собой прозрачную желеобразную массу; хрусталик, lens, который имеет вид гибкого, прозрачного двояковыпуклого стекла; камера глазного яблока, camera anterior bulbi, между роговицей и радужной оболочкой, и задняя камера глаза, camera posterior bulbi; обе камеры наполнены водянистой влагой, humor aquosus -- примеч. nepeв.

17 Сосудистая оболочка глаза, tunica vasculosa bulbi, располагается под склерой и состоит из трех отделов: задний отдел, chorioidea, затем ресничное тело, corpus ciliare, и радужка, радужная оболочка, iris. Ресничное тело, передняя утолщенная часть сосудистой оболочки располагается в форме циркулярного валика в области перехода склеры в роговицу -- примеч. перев.

18 Радужная оболочка, ирис, составляет самую переднюю часть сосудистой оболочки и имеет вид круговой пластинки, с круглым отверстием, зрачком. Передняя поверхность радужной оболочки, видимая через прозрачную роговицу, имеет различную окраску у разных людей. Цвет глаз зависит от количества пигмента в поверхностных слоях радужки; если его много, то глаза имеют цвет карий вплоть до черного; если слой пигмента слабо развит или вообще отсутствует, то получаются зеленовато-серые и голубые тона. Последние происходят от просвечивания темного пигмента на задней стороне радужной оболочки. Радужная оболочка обладает исключительной подвижностью и выполняет функцию диафрагмы -- примеч. перев.

19 Зрительный нерв входит в глаз здесь-- через глазной канал, canalis opticus; зрительный нерв является продолжением головного мозга, он проходит в глазницу; на темно-красном дне глаза видно беловатое пятно -- выход зрительного нерва из сетчатки, ретины; пятно образует кратерообразный диск зрительного нерва, discus п. optici; от этого диска волокна зрительного нерва распространяются во все стороны по сетчатке -- примеч. перев.

20 по крайней мере четыре слоя -- Сетчатая оболочка или сетчатка, ретина -- самая внутренняя из трех оболочек глазного яблока -- склеры, сосудистой и ретины -- она прилегает к сферической сосудистой оболочке вплоть до зрачка. В сетчатке находятся светочувствительные зрительные клетки, периферические концы которых имеют вид палочек и колбочек. Палочки содержат зрительный пурпур. Попавшие на сетчатку световые лучи вызывают соответствующее раздражение светочувствительных элементов -- примеч. перев.

21 В настоящее время различают: stratum pigmenti retinae, stratum neuroepitheliale, stratum plexiforme exs. retinae, stratum ganglionare retinae, stratum plexiforme int., stratum ganglionare nervi optici, stratum fi-brarum nervearum; от стекловидного тела ретина отделяется мембраной, membrana limitans interna (по Киш -- Сентаготаи) -- примеч. перев.

22 Четыре вышеупомянутых слоя, очевидно, представляют собой -- если идти от стекловидного тела к сосудистой оболочке, хориоидее -- светоотражающую мембрану, membrana limitas interna, отделяющую стекловидное тело от сетчатки; stratum fibrarum nervearum, оболочку фиброзную околонервную; саму ретину, несущую светочувствительные элементы; пигментную оболочку ретины, stratum pigmenti retinae, отделяющую ретину, сетчатку, от сосудистой оболочки, хориоидеи -- примеч. перев.

23 В моей деревянной скульптурной группе -- указание на деревянную скульптурную композицию "Представитель человечества между Люцифером и Ари-маном", находящуюся в современном Гётеануме в помещении северного ателье.

24 По современным представлениям, световые раздражения, падающие на рецептор, заложенный в сетчатке, превращаются в нервные импульсы, проходящие по всему кондуктору до коркового конца зрительного анализатора, где воспринимаются в виде зрительных ощущений; ядро зрительного анализатора находится в коре полушарий большого мозга в затылочной доле, поля 17, 18, 19. При поражении ядра зрительного анализатора наступает слепота -- примеч. перев.

25 Если вы, например, приезжаете в Милан и видите там изображения львов -- до сих пор не установлено, какие именно изображения львов имел в виду Р. Штайнер.

26 Мориц Бенедикт (1835--1920) -- австрийский медик, основатель криминалистической антропологии.

26а Был один закоренелый убийца -- см. М. Бенедикт "Из моей жизни. Воспоминания и рассуждения", Вена, 1906, с. 318--319.

27 Филипо Пачини (1812--1883) -- итальянский анатом.

28 В настоящее время считается, что тактильными рецепторами прикосновения считаются диски Меркеля и тельца Мейснера и Гольдони-Маццони. Кроме того, в основании волосяных луковиц имеются нервные сплетения, воспринимающие прикосновения. Рецепторами давления считаются тельца Паччини, они воспринимают и вибрацию. Температурными рецепторами считаются холодовые колбы Краузе, расположенные в поверхностных слоях кожи, и тельца Руф-фини -- рецепторы тепла. Роль тепловых рецепторов приписывается также некоторым тактильным рецепторам, тельцам Гольдони-Маццони. Единой точки зрения на механизмы кожной рецепции нет; одна теория (Мюллера) -- теория специфичности рецепторов -- исходит из предпосылки, что каждому виду кожной чувствительности соответствует специфический рецептор-ный аппарат; другая теория -- теория паттернов -- исходит из предположения, что образ чувствительности формируется в результате центрального анализа множества сигналов кожной рецепции -- примеч. перев.

29 берут шайбу из картона -- здесь Р. Штайнер описывает так называемый опыт Плато, описанный физиком И.Л.?. Плато (1801--1883). Сравните с описанием, которое дает Винцент Кнауер в своих лекциях на тему "Основные проблемы философии" (Вена и Лейпциг, 1892): "Прекраснейшим физическим экспериментом является опыт Плато. Приготовляется смесь воды со спиртом, соответствующая по весу чистому оливковому маслу, и в эту смесь добавляют крупную каплю масла. Она не плавает по поверхности жидкости, но опускается до середины ее и принимает форму шара. Чтобы привести ее в движение, в центр опускают картонную шайбочку, нанизанную на длинную иглу, и осторожно погружают последнюю в середину масляной капли, так, чтобы внешний рант шай-бочки образовал экватор шара. Эту шайбочку начинают вращать, сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Постепенно в движение приходит и капля, и вследствие центробежной силы от нее отрываются частицы, после отделения еще совершающие некоторое время вращение, сначала как круги, потом как шарики. Таким образом возникает картина, удивительно похожая на нашу планетарную систему: в центре располагается большая капля, представляющая Солнце, а вокруг нее движутся маленькие капельки и круги, которые можно считать планетами и их спутниками" (лекции во время летнего семестра, лекция девятая, с. 281).

30 Именно сегодня мы получили одно очень интересное письмо, где кто-то описывает другое средство против сенного насморка -- это письмо до сих пор не найдено.

31 Поэтому хорошо, если после введения -- имеется в виду инъекция.

32 Томас Гоббс (1588--1679); Френсис Бэкон (1561--1626); Джон Локк (1623--1703); Давид Юм (1711--1776); Джон Стюарт Милль (1906--1873).

33 то мы увидим... -- заключенное в скобки является смысловым обобщением имеющейся в тексте лакуны.

34 насмешник, злюка, Bosnickel -- устное австрийское выражение: злобный, коварный человек.

35 После пожара Гётеанума -- в Сильвестрову ночь с 31 декабря 1922 г. на 1 января 1923 г. построенный из дерева Гётеанум был уничтожен пожаром. Рудольф Штайнер продолжал свою лекционную деятельность без перерывов в помещении столярной мастерской.

36 23 января 1921 -- в лекции "Мысли о мировой экономике на фоне хаоса в аспекте трехчленно-сти социального организма" -- опубликованы в "Импульсе духовной науки для практической жизни", Базель, 1952, ППС N203.

37 из брошюры -- из ежегодника Элизабет Эбертин "Взгляд в будущее", Фрайбург, Бр., 1921, с. 63.

38 духовные искры -- эта приведенная Э. Эбертин цитата взята из газеты "Башня света", Лорх, Вюрт, 1920, октябрь.

39 отчет "Союза неантропософских знатоков антропософии" -- отчет о конференции неантропософских знатоков антропософии, с воскресенья 29 октября по вторник 31 октября 1922 г., Берлин, Кронен-штрассе, 70.

40 Жук-могильщик -- см. описание, приведенное в книге Вильгельма фон Бутлара "Инстинкт и разум животных", Берлин, Лейпциг, с. 50. Очевидно, на этот текст Р. Штайнер опирался (книжечка находилась в его библиотеке).

"Жук-могильщик (Necrophorus) откладывает свои яйца в мертвого крота или другое маленькое животное и неглубоко закапывает его, причем от трех до шести жуков сообща подкапывают землю со всех сторон под мертвым телом. Вследствие этого оно медленно погружается в землю и в течение нескольких часов исчезает. Когда молодые личинки выводятся из яиц, они сразу же находят приготовленный запас продовольствия. Эти жуки применяют весьма необычный способ нахождения тех мертвых тел, благодаря которым они живут и в то же самое время, как мы можем видеть, снабжают питанием свою молодь. Как только один из них находит труп птицы, крота, мыши или другого маленького животного, он вызывает туда пять или шесть других жуков. Они исследуют мертвое животное заботливо, со всех сторон, на расстоянии, чтобы точно определить его размеры, его положение и качество почвы. Затем они извлекают почву из-под трупа, причем одни приподнимают часть маленького мертвого тельца, а другие выгребают землю из-под приподнятой части; делают они это, используя только передние лапки. Действуя так, они обходят все тело и постепенно вырывают под ним ямку, в которую оно опускается; все это происходит так быстро, что часто за немногие часы мертвое животное закапывается на 25--30 сантиметров в глубину. Самцы жуков тоже помогают в этой работе, и когда все завершено, то самки откладывают в мертвое тело свои яйца.

Кларвилль приводит замечательный пример разумности жуков, наблюдавшийся им самим. Один жук-могильщик хотел закопать мертвую мышь, но обнаружил, что почва, где та лежала, слишком жесткая, и он не смог бы раскопать ее, тогда он нашел вблизи другое место, где грунт был мягким. После того, как он выкопал тут ямку, достаточную по размерам и глубине, он вернулся к мертвой мыши и стал пытаться с помощью своих ножек подтолкнуть ее к ямке. Обнаружив, что его собственной силы недостаточно и его усилья напрасны, он улетел прочь. Через некоторое время он возвратился в сопровождении других жуков, которые помогли ему закатить мышь в уже подготовленную ямку".

41 друг ботаника Гледича -- см. соответствующее описание у фон Бутлара, с. 55.

"Гледич рассказывал, что один его друг, хотевший высушить жабу, укрепил последнюю на палке, прямо воткнутой в землю, чтобы ее не закопали жуки-могильщики. И все же предотвратить этого не удалось. Жуки собрались вокруг палки, наблюдая за предметом своих вожделений, исследовали почву и затем начали копать яму вокруг палки, которая, конечно, упала, когда была подкопана. Тогда жуки закопали не только мертвую жабу, но и палку.

Сведения такого рода нельзя объяснить, не допустив, что жук обладает известным рассудком и даже способен считать. Случай с закапыванием палки можно объяснить только тем, что они (жуки) знали, что палка поддерживается в вертикальном положении благодаря сопротивлению окружающей ее земли. Они должны были знать, что палка с закрепленной жабой упадет, если они подкопают землю под палкой. Лишь после того, как это было достигнуто, инстинкт мог предрасположить их к тому, чтобы закопать жабу, но невозможно представить себе, что инстинктом было и то, что побудило их одновременно закопать и саму палку. Единственной причиной такого редкого необычного поведения могло быть стремление замаскировать место, где была закопана жаба, чтобы защитить ее от вторжения других жуков".

42 Однако я хочу привести другую историю -- см. у фон Бутлара, с. 53--55.

"Дарвин рассказывал, что однажды на прогулке в саду он увидел осу (Sphex) -- которая нашла муху; муха была такая же большая, как и сама оса. Поскольку оса была неспособна утащить животное целиком, она своими жвалами отгрызла мухе голову и брюшко, так что осталась только грудная часть с крылышками. Затем она полетела прочь. Но ветер задувал в эти крылышки (мухи) -- из-за этого он крутил осу и мешал ей лететь. Поэтому оса вместе с мухой опустилась вниз, откусила сперва одно, затем другое крылышко и с оставшейся грудной частью полетела дальше.

Здесь мы замечаем недвусмысленные признаки разума, полностью отличающегося от любого инстинкта. Инстинкт мог бы предрасположить осу к тому, чтобы откусить у мухи крылышки еще перед тем, как оса попыталась унести муху в свое гнездо, поскольку эти крылышки не могли служить ей в качестве пищи. Даже откусывание головы и брюшка можно было бы рассматривать как проявление инстинкта только в том случае, если бы вообще весь этот вид ос откусывал всем найденным мухам голову и брюшко. Однако в случае, когда муха достаточно мала, и оса может ее утащить целиком, то оса так и делает, а откусывает внешние части мухи она для того, чтобы облегчить себе груз только тогда, когда муха слишком толстая и тяжелая. Однако откусывание крыльев было целиком и полностью более поздней, продиктованной самой ситуацией идеей, это было мероприятие, до которого нельзя было додуматься, не почувствовав вреда, приносимого наличием крыльев. Следовательно, здесь имеет место проявление духовной деятельности, которую мы в любом случае иначе как разумом назвать не можем. Транспортировка мухи по воздуху осой была затруднена из-за сопротивления, которое оказывали крылышки на туловище переносимой мухи. Мыслимо ли, чтобы оса, заметив во время полета это обстоятельство, опустила свой груз и захотела откусить мешающие крылышки, если бы она не составила суждения, что именно эти крылышки, а не какая иная часть тела была причиной помехи? Если бы она не была в состоянии сопоставить причину и следствие? Силе суждения такого рода нельзя подобрать иного наименования, кроме одного -- разум, хотя надо признать, что трудно понять, каким образом высшие духовные силы проявляются у низших животных".

43 Видите ли, есть насекомые, которые, будучи взрослыми, являются вегетарианцами, они поедают только растения -- см. у фон Бутлара, с. 48--50.

"На рис. 15 изображено четырехкрылое насекомое (оса-наездник, Ichneumonidae) -- живущее только благодаря меду. Задача жизни для самки состоит в том, чтобы найти подходящее гнездо для своих яиц. С этой целью она постоянно находится в движении. Видно, как она кружится у растений, на которых она может надеяться найти гусеницу; она заботливо проверяет каждый листок и, найдя несчастный объект своих поисков, вонзает свой подобный стилету яйцеклад, штахель, в плоть гусеницы и откладывает яйца в сделанное отверстие. Напрасно извивается жертва, почувствовав свой жребий, почувствовав, что в ее тело вбрызгивается жгучий сок, напрасно она грозит своими жвалами или использует иные органы защиты, которыми снабжена. Невзирая на опасность, враг не отступает до тех пор, пока благодаря его мужеству и находчивости его потомство не будет обеспечено всем необходимым для жизни. Однако порой, с помощью чувства, чье наличие мы признаем, хотя и не можем понять его природу, оса обнаруживает, что ее уже опередили, и в гусеницу, которую она исследует, уже отложено яйцо. В этом случае она оставляет гусеницу в покое, так как последняя не смогла бы прокормить две личинки ос-наездников. Оса ищет другую гусеницу, еще никем не оккупированную. Иначе поступают те маленькие виды ос-наездников, у которых до 150 личинок могут уживаться в од-ной-единственной гусенице. Они повторяют свое оперативное вмешательство до тех пор, пока жертва не будет наполнена достаточным количеством яиц.

Личинки, вылупляющиеся из этих столь остроумно отложенных яиц, имеют ценнейшую пищу в теле гусеницы, целиком и полностью обреченной в жертву на пожирание. Единственный запас пищи отмерен с такой точностью, что его хватает до тех пор, пока молодые осы-наездники не достигнут своей нормальной величины. Обычно у гусеницы еще достает сил на то, чтобы окуклиться; но такая гусеница затем превращается не в бабочку, а в совершенно взрослую осу-наездницу (или в большое число особей, если они принадлежат к мелкому виду).

Во всей этой причудливой и ужасной процедуре достойно пристального внимания одно обстоятельство. Лярва, личинка осы-наездницы, в течение дней и даже месяцев пожирает внутренности гусеницы, до тех пор, пока не сожрет все, за исключением кожи и потрохов; тем не менее она остерегается повреждать отдельные жизненно важные органы, как будто бы знает, что ее собственное существование зависит от насекомого, которое она пожирает. Так что гусеница продолжает питаться и двигаться, по виду оставаясь совершенно здоровой, до тех пор, пока наконец находящаяся внутри паразитирующая личинка не перестанет нуждаться в ней.

44 Мы ставили эксперименты в Штутгарте, чтобы выяснить, какую задачу имеет селезенка -- выводы изложены в работе Л. Колиско "Функция селезенки и проблема тромбоцитов", Штутгарт, 1922 г.

45 мюнхенский профессор -- профессор Кэмме-рер в изд. "Мюнхенский медицинский еженедельник" от 15 декабря 1922, с. 1734.

46 профессор Бенедикт -- см. примечание 15.

47 как в истории про "Живучую курочку" см. Генрих Зейдель, "Живучая курочка", Клагенфурт, с. 8.

48 То, что я хочу сообщить вам, относится к канадским бобрам -- см. у фон Бутлара, с. 31--33.

"Среди грызунов канадский бобр является наиболее примечательным по своей общительности, мастерству и уму. Летом он живет один в норе, которую он выкапывает на берегу озера или ручья, но при приближении зимы бобры оставляют эти укрытия и собираются вместе, чтобы заложить общее жилье на зиму. Этот строительный инстинкт раскрывается в наиболее укромных местах. После того, как двести или триста бобров соберутся вместе, они ищут озеро или речку, глубокие настолько, что не промерзают до дна, для того, чтобы там заложить свое жилище. Обычно они предпочитают поток стоячим водам, поскольку течение облегчает им транспортировку строительного материала к строящемуся жилищу. Чтобы поддерживать необходимую глубину, уровень воды, они строят запруду, дамбу дугообразной формы, выпуклая сторона которой направлена против течения. Запруда строится из веток и сучков, тщательно переплетаемых друг с другом так, что образуется своего рода сооружение из плетней, промежуточное пространство которого заполняется глиной и калькой, отчего внешние стороны бывают покрыты плотной стойкой замазкой из различных веществ. Эта дамба, фундамент которой в диаметре по ширине составляет обычно 3,5--4 метра очень прочна, надежна, так что та же самая группа бобров ежегодно возвращается, чтобы провести зиму под ее защитой. В последующие годы работа животных ограничивается выполнением необходимого ремонта, в ходе которого они укрепляют старую дамбу, достраивая ее и восстанавливая то, что было разрушено людьми или природой. Вскоре на поверхности дамба сильно зарастает, отчего становится еще крепче.

В случае, когда были выбраны стоячие воды, все подготовительная работа оказывается ненужной и животные сразу же приступают к постройке своей деревни, своего поселения. Однако, как уже замечалось, заготовка и доставка строительных материалов требует больших усилий, так что, в сущности, объем работы не уменьшается.

Закончив вышеупомянутые работы, бобры разделяются на определенное число семейств, и каждая семья строит -- если местность новая -- свою хатку.

Если же они возвращаются в свое старое поселение, где в прежние годы они уже жили, то их работы ограничиваются восстановительным ремонтом и уборкой деревни.

Хатки, из которых состоит такое поселение бобров, устраиваются напротив дамбы по одну сторону воды и обычно имеют овальную форму. Их внутренний поперечный размер составляет 1,75--2 метра; их стенки так же, как и дамба, сплетены из ветвей и с обеих сторон заделаны толстым слоем глины или жирной земли. Такая хатка, чье основание находится под водой, состоит из одного нижнего и одного верхнего ярусов, первый из них служит складом зимних припасов, в то время как во втором живут сами животные.

Вход в хатку находится на нижнем этаже под поверхностью воды.

Считается, что свой хвост животные используют в качестве мастерка каменщика при отделке постройки. Однако это ошибка, поскольку им в указанном случае служат, по всей вероятности, только их зубы и передние лапы. Свои резцы они используют для того, чтобы перегрызать сучья и даже, если необходимо, стволы деревьев, поскольку они с помощью пасти и передних лап доставляют материалы к тому месту, где они намереваются строить свое жилище. Если в их распоряжении есть поток воды, то они подгрызают нужную им древесину на берегу, в месте, расположенном выше по течению от их постройки. Затем они сбрасывают свои материалы в воду, следуют за ними и направляют их, пока те плывут вниз по течению, и на месте постройки вытаскивают их на сушу. Задними ногами они выкапывают грунт для жилища. Все эти работы проводятся с большой скоростью, предпочтительно ночью.

49 ...естественная история классифицирует животных -- различают семь типов: 1-- простейшие, 2 -- кишечнополостные, 3 -- иглокожие, 4 -- черви, 5 -- членистоногие, 6 -- позвоночные, 7 -- моллюски; в свою очередь тип позвоночных разделяется на пять классов: рыбы, амфибии, рептилии, птицы и млекопитающие. Каждый класс разделяется на несколько второстепенных групп, называющихся отрядами. Отряды распадаются на семейства, рода и виды -- примеч. перев.

50 уаК; БрЭМ указывает: "В анатомическом отношении нужно отметить присутствие у многих грызунов, на внутренней стороне рта, защечных мешков, куда складываются запасы пищи; далее, на сильно развитые слюнные железы, простой желудок и слабо развитый мозг, указывающий на слабое развитие душевных способностей". Брэм. Жизнь животных. М.: Терра, 1992. Т. 1. С. 340. -- примеч. перев.

51 Петер Розеггер (1843--1918). Источник цитат до сих пор не найден.

52 Нечто подобное проектировал в послереволюционной России Троцкий-Бронштейн: создание многомиллионных "трудовых армий" бессемейных, бездомных коммунистических работников, подчиненных жестокой казарменной дисциплине. Правда, не удалось создать такую систему по всей стране; теория Троцкого воплотилась лишь в лагерной системе сталинских времен. Продолжительность трудовой деятельности советского заключенного на строительстве, например, Беломорканала, составляла около трех-четырех месяцев, то есть как у бесполой пчелы -- затем люди умирали в результате бесчеловечной эксплуатации и сознательно организованного голода. См. об этом: А. Солженицын. "Архипелаг Гулаг", и др. -- примеч. перев.

53 абсент -- крепкая зеленоватая полынная водка. В настоящее время ее производство запрещено в большинстве культурных стран из-за вредного воздействия на здоровье.

54 He вполне понятное место в тексте. Некоторую ясность можно внести, сопоставив данный контекст с утверждением чешского астролога и гинеколога доктора Йонаса о том, что зачатие у женщины происходит в ту лунную фазу, в которую она родилась; он добавляет, что зачатие не исключено и в противоположную фазу. О методе Йонаса см.: СВ. Шестопалов. Предсказательная астрология. СПб., 1996 -- примеч. перев.

55 Дифтерия -- острая инфекционная болезнь, характеризующаяся крупозным или дифтерити-ческим воспалением слизистой оболочки в зеве, носу, гортани, трахее и других органах. Воспаление сопровождается образованием фибринозных пленочных налетов в форме бляшек или пленок, распространяющихся из носа и зева в гортань, трахею и бронхи, причем фибринозные пленки постепенно перекрывают доступ воздуха в легкие. Если не оказана помощь -- интубация или трахеотомия, вставление трубки в гортань -- наступает асфиктический период, то есть удушение, завершающееся смертью. Основной метод терапии -- введение противодифтеритной сыворотки, антибиотики и др. В целях профилактики проводится иммунизация, обязательная для детей от 1 до 8 лет -- примеч. перев.

56 вход зрительным нервом, а точнее, под местом пересечения зрительных нервов, chiasma opti-cum, располагается придаток мозга, гипофиз, hipophy-sis cerebri, glandula pituitaria, небольшая железа, которая вырабатывает гормоны, стимулирующие развитие и функцию других желез внутренней секреции. Гипофиз считается поэтому центром эндокринного аппарата, он играет исключительную роль в организме человека -- примеч. перев.

57 Когда-то у меня был один друг -- Людвиг Якобовский (1868--1900), см. о нем: Р. Штайнер, "Мой жизненный путь". ПСС. Т.28, Дорнах, 1983, гл. XXIX

см. также подробное описание жизни и характера Л. Якубовского, которые дает Р. Штайнер в качестве введения написанного им для опубликованного посмертно тома стихотворений Л. Якубовского "Отзвук"; введение напечатано вторично в: Р. Штайнер, "Биографии и биографические наброски 1894--1905", ПСС. Т.ЗЗ, Дорнах, 1967, с. 179--213.

58 Профилактические уколы делают в течение инкубационного периода, так как после появления первых симптомов бешенства (слюноотделение, воздухобоязнь, галлюцинации, буйства, водобоязни и др.) процесс принимает необратимый характер и больной погибает. По современным представлениям, бешенство -- острое вирусное заболевание, возбудитель относится к невротропной группе фильтрующихся вирусов, к группе рабдовирусов, содержится в слюне зараженных животных и людей. Под влиянием вируса клетка выделяет продукты дегенерации ядра, известные под названием телец Негри. Характерно, что заболевают далеко не все укушенные, а лишь незначительная их часть. Антирабические прививки и серотерапия укушенным обязательны, так как при появлении первых клинических симптомов спасти больных не удается. Смерть наступает, как правило, от энцефалита, множественных инфильтратов нервной ткани и белого вещества головного мозга -- примеч. перев.

59 Имеется в виду углекислый газ, или двуокись углерода С02, иногда называемый углекислотой; при растворении двуокиси углерода в воде они частично соединяются и образуют слабую, легко распадающуюся угольную кислоту, Н2С03. Угольная кислота образует карбонаты и гидрокарбонаты; с натрием -- соду, обыкновенную и питьевую, с калием -- поташ, с кальцием -- известняк и т.д. -- примеч. перев.

60 Циан, соединение углерода и азота, исключительно ядовитый газ, образует большой класс химических соединений, как правило, крайне ядовитых; последние используются в золотодобывающей промышленности, в химической промышленности при органическом синтезе, в фотографии, как, например, железо-синеродистый калий, и так далее. В виде синильной кислоты в малых дозах содержится в косточках вишни и в некоторых других растениях -- примеч. перев.

61 это было в 1906 году, когда я читал в Париже лекцию -- Париж, с 25 мая по 14 июня 1906 года, "Esguisse cTune cosmogonie psychologiquo" (Реферат Эдуарда Шгора). Париж, 1928. Второе издание под названием "CEsoterisme chretien, Esquisse cTune cosmogonie psychologiquo) -- Париж, 1957. Издано под названием "Космогония". ПСС. Т. 94.

62 g ПСС. Т. 229 проводится мысль о том, что чем меньше самосознания у человека, тем сильнее связан он с природой; так, осенью, когда природа умирает, человек с ограниченным самосознанием отчасти умирает вместе с ней, становится призраком. В качестве примера, взятого из мира животных, можно указать на зимний сон медведя в берлоге. При возрастании самосознания более современный человек эмансипируется от природы, при этом осенью он, вопреки умиранию природы, переживает духовный расцвет, духовное лето. Летом же современный человек соединяется с природой и несколько засыпает -- примеч. перев.

63 заболевание крови -- Сравните с изложенным Р. Штайнером в 19 лекции первого медицинского курса (Дорнах, 8 апреля, 1920) -- "Духовная наука и медицина". ПСС. Т. 312.

64 Гемофилия, haemophilia, наследственно-конституциональное семейное заболевание. Заболевают почти исключительно мужчины -- по современным данным, может заболеть и девочка, родившаяся от больного отца и матери-носителя, -- вообще же женщины, оставаясь здоровыми, передают заболевание своему потомству по мужской линии. Дети больного-гемофилика обычно здоровы, но через поколение половина из них заболевает гемофилией. Болезнь начинается с раннего детства. Достаточно незначительной травмы, ушиба, пореза, чтобы вызвать неукротимое, подчас смертельное кровотечение. С возрастом кровоточивость ослабевает. Лечение повторными переливаниями крови, цитратной крови, иногда крови ино-группы, вливание сыворотки и плазмы донора --- примеч. перев.

65 Жизнь пчелиного улья устроена чрезвычайно мудро -- см. курс "О пчелах" в 5 томе лекций для рабочих "Человек и мир. Действие духа в природе. О пчелах". ПСС. Т. 351.

66 Сифилис, люэс -- хроническое венерическое заболевание. Спектр проявлений сифилиса, как правило, вторичного и особенно третичного, чрезвычайно широк; известны заболевания, такие, как сифилис легкого, сифилис сердца, сифилис сердечно-сосудистой системы, аневризма аорты, аортит, кроме того, сифилис желудка, сифилитический гепатит, сифилитический артрит, сифилитические поражения мышц, сифилис врожденный, ранний и поздний, сифилис нервной системы, прогрессивный паралич. До недавнего прошлого проводилось ртутное лечение, втирания серой ртутной мази и инъекции препаратов, содержащих соединения ртути. В настоящее время больше применяют антибиотики и препараты висмута -- био-хинон, бисмоверол и др. Терапевтический справочник 1946 г. -- примеч. перев.

67 Йозеф Хиртль (1811--1894)-- профессор анатомии в Вене.

68 Нерегулярность движения дальних планет отчасти вызвана наличием самой дальней планеты

Плутон, открытой уже после смерти Р. Штайнера, в феврале 1932 г. американским астрономом Клайдом Уильямом Томбо; предвычислениями координат Плутона занимался Персифаль Ловелл. Нептун открыл немецкий астроном Гааке 23 сентября 1846 г. по пред-вычислениям Левулье и Адемса. Уран открыт в 1781 г. В. Гершелем. Современная астрология на основании огромного статистического материала установила, что дальние планеты играют важную, порой решающую роль в жизни человека -- примеч. перев.

69 Венера была закрыта Землей -- вследствие близости Солнца такая ситуация возникает в движении Венеры ночью, или при определенных констелляциях в течение немногих часов утром и вечером.

70 шведский исследователь -- Теодор Шведберг, 1884, сравните с его сочинением "Материя", 1912. На нем.: 1914.

71 патер Магер -- Алоиз Магер, член Ордена бенедиктинцев, см. лекцию Магера "Антропософия и наука" в его сочинении "Теософия и Христианство", Берлин, 1922, с. 34--58.


ПРИЛОЖЕНИЯ

МАРИЯ ШТАЙНЕР

Введение к выходу в свет публикаций из лекций Рудольфа Штайнера для работающих на строительстве Гётеанума с августа 1922 г. по сентябрь 1924 г.

Эти лекции можно было бы назвать диалогом, поскольку их содержание по настоянию Рудольфа Штайнера всегда определяли сами рабочие. Им было разрешено самим избирать темы, он побуждал их задавать вопросы и делать сообщения, поощрял их самопроявление, их возражения. Рассматривалось и дальнее и ближайшее. Особенно интересными оказались терапевтические и гигиенические стороны жизни; видно, что об этих вещах рабочим приходилось заботиться каждый день. Но также затрагивались и все явления природы, бытие минералов, растений и животных, причем это рассмотрение выводило в космос, к пер-воистоку вещей и существ. В конце рабочие просили дать им введение в духоведение, в познавательную основу для понимания Мистерии христианства.

Основы общей духовной работы сложились на основе нескольких курсов, которые доктор Роман Боос проводил по окончании работ на стройке для интересующихся; позднее эти курсы проводились и дальше другими членами Антропософского Общества. Позднее рабочие попросили Рудольфа Штайнера принять их и утолить жажду знаний -- и, если возможно, посвятить этому один час обычного рабочего времени, пока они еще бодры и могут сохранять восприимчивость. Это происходило в утренние часы после перерыва в работе. Могли прийти также некоторые служащие строительной конторы и еще двое или трое из узкого рабочего круга доктора Штайнера. Обсуждались практические вещи, например, разведение пчел для тех, кто интересовался пчеловодством. Когда Рудольфа Штайнера уже не было среди нас, экспериментальная агрогруппа опубликовала для своих членов конспект этих лекций в виде брошюры.

Многие проявляют большое желание ознакомиться с этими лекциями. Однако они были рассчитаны на особую аудиторию, и в той особой ситуации были импровизацией на темы, продиктованные обстоятельствами и настроением рабочих-слушателей; при этом они не предназначались для печати. Именно та форма, в которой они были прочитаны, позволила сохранить свежесть и непосредственность, которые не хотелось бы потерять. Была создана особая атмосфера взаимодействия того, что жило в душе спрашивающего и в душе дающего ответ. Не хотелось бы упускать этот колорит, эту окраску в ходе педантичной редакторской переработки. Поэтому мы отважились по возможности ограничить ее. Пусть не все здесь соответствует стилистическим литературным канонам, зато во всей своей непосредственности сохраняется настоящая жизнь.


ИЛЛЮСТРАЦИИ К ТЕКСТУ


Схематический горизонтальный разрез правого глазного яблока.

1 - ресничное тело; 2 - zonula ciliaris (кольцеобразная связка хрусталика); 3 - радужная оболочка; 4 - хрусталик; 5 - узловая точка осей видения; 6 - линия видения (проходит через узловую точку и macula сетчатки); 7 - ось глаза (проходит через центр хрусталика и центр глазного яблока); 8 - роговица; 9 - передняя камера глаза; 10 - задняя камера глаза; 11 - sinus venosus sclerae; 12 - конъюнктива; 13 - белочная оболочка (склера); 14 - сосудистая оболочка; 15 - сетчатка (ретина); 16 - пятно сетчатки (macula); 17 - зрительный нерв; 18 - стекловидное тело.

Перевод осуществлен по изданию 1997 года

эber Gesundheit und Krankheit Grundlagen einer geisteswissenschaftlichen Sinneslehre

из Собрания сочинений Р. Штайнера (Gesamtausgabe, GA), выпускаемого издательством Rudolf Steiner Verlag (Дорнах, Швейцария) под редакцией Управления наследием Р. Штайнера. В состав Управления также входит Архив Рудольфа Штайнера, продолжающий публикацию материалов за счет пожертвований. Информацию об Архиве и Международной ассоциации Архивов Штайнера можно получить по адресу: Rudolf Steiner Archiv, Postfach 135,

CH-4143 Dornach, а также -- http://rudolf-steiner.com.

Рудольф Штайнер

Здоровье и болезни Основы теории чувственного восприятия

Восемнадцать лекций, прочитанных для рабочих Гётеанума в Дорнахе с 18 октября 1922 г. по 10 февраля 1923 г. Библ. N348

Редакторы Олег Уев Владимир Симонов

Корректор Валерия Ахметьева

Технический редактор Татьяна Лев

Подписано в печать 15.04.06. Формат 84x108/32

Бумага офсетная. Гарнитура "Баскервиль"

Объем 13,5 п.л. Тираж 2 000 экз. Заказ 2959

Издательство "Лонгин", 375078, Ереван, ул. Башинджагяна, 189-12

http://longin.ru

Отпечатано в полном соответствии с качеством предоставленных материалов в ОАО "Дом печати - ВЯТКА"

610033, г. Киров, ул. Московская, 122

Бесполезно ограничиваться подготовкой врачей, знающих, какой препарат годится от одной болезни и какой - от другой а Гораздо больше пользы здоровью человека принесет возможность пронизывать себя духовной деятельностью о- Всякое излечение, в сущности, основывается на том, чтобы удалить человека от земного влияния Р. Штайнер. Рисунок к лекции. 20 декабря 1922 г., Дорнах

Перевел с немецкого Александр ДЕМИДОВ

RUDOLF STEINER эber Gesundheit und Krankheit Grundlagen einer geisteswissenschaftlichen Sinneslehre CA 348

1997 RUDOLF STEINER VERLAG DORNACH/SCHWEIZ

УДК 141.333 ББК 86.42 Ш87 Штайнер, Рудольф. Ш87 Здоровье и болезни. Основы теории чувственного восприятия / Рудольф Штайнер ; (пер. с нем. А. Демидов). -- Ереван : Лонгин, 2006. -- 432 с. -- Доп. тит. л. нем.

В данном цикле лекций основатель антропософии с духовнонаучной точки зрения рассказывает о болезнях, их причинах и методах лечения. Автор рассматривает широчайший круг заболеваний, которым подвержены люди различных возрастных категорий, освещает влияние планет, металлов и растений на состояние человека, описывает воздействие алкоголя и никотина, рассматривает функции и значение различных органов и желез.

Значительная часть книги посвящена вопросам формирования органов чувств, их строению и функционированию; проводятся параллели с работой тех же органов у представителей животного царства, показано принципиальное отличие человека от животных.

Книга адресована всем, кто интересуется вопросами здоровья, в том числе с эзотерической точки зрения.

Оригинал этой книги опубликован на немецком языке под названием эber Gesundheit und Krankheit Grundlagen einer geisteswissenschaftlichen Sinneslehre в издательстве Rudolf Steiner Verlag, Dornach (Schweiz) как том 348 в Собрании трудов Рудольфа Штайнера (Rudolf Steiner Gesamtausgabe).

Публикация данного перевода согласована с Управлением наследием Рудольфа Штайнера

(Rudolf Steiner-Nachlaßverwaltung, Dornach)

No Rudolf Steiner Nachlassverwaltung, 1997 ISBN 999-41-984-16 No Лонгин, 2006


СОДЕРЖАНИЕ

Первая лекция, 19 октября 1922 г. О положении в мире. Причины заболеваний

О современном положении в мире; хаос в большой политике. Последняя речь Уиндома Уиномса перед тем как его поразил инсульт. Врач Людвиг Шляйх и человек, пораженный трудно диагностируемым инсультом. О заболеваниях детского возраста, детских болезнях.

Вторая лекция, 24 октября 1922 г. Заболевания в течение различных возрастных периодов жизни

Особый характер детских болезней; сепсис новорожденных, желтушка, диспепсия, молочница, так называемые детские судороги, спазмы, полиомиелит, скарлатина, корь. Духовные болезни всегда проявляются как соматические заболевания. Первоисточник и значение духовных сил, которые в детском организме исходят из головы. О заболеваниях, возникающих оттого, что при работе духовно-душевных сил, осуществляющейся по направлению от головы, возникают соматические нарушения; о заболеваниях, возникающих вследствие чрезмерной слабости тела.

Третья лекция, 29 ноября 1922 г Об образовании человеческих органов слуха. Орел, Лев, Телец, Человек

О строении уха; улитка, молоточек, наковальня, стремя (слуховая косточка), евстахиева труба и три полукруглых канальца. В ухе мы как бы носим маленького человечка. Орел, Лев и Телец как представители трех составляющих человеческой природы и собственно Человек, объединяющий эти три члена. Символы четырех евангелистов.

Четвертая лекция, 2 декабря 1922 г. О щитовидной железе и о гормонах. Эксперименты Штайнаха. Курс духовного и материального омоложения

Щитовидная железа и ее значение для общей организации человека. Действие гормонов щитовидной железы. Жизненный процесс в человеке состоит в том, что человек внутренне постоянно отравляет себя, в то время как деятельность желез внутренней секреции способствует в нем удалению яда. Теория Штайнаха о железах внутренней секреции. Взгляды Мечникова на явление старения. Теневая сторона курса омоложения. Внутренняя пронизанность духовной деятельностью как источник омоложения.

Пятая лекция, 13 декабря 1922 г. Глаза. Цвет волос

Подробное описание строения глаза. Глаз в сущности является маленьким миром. Близорукость и дальнозоркость. Почему мы имеем два глаза. Язык глаз. Радужная оболочка и цвет глаза. Вымирание блондинов. Телесные и душевные силы.

Шестая лекция, 16 декабря 1922 г. Нос, обоняние и вкус

Чувство обоняния у диких народов. Чувство обоняния у собак. Почему слон является наиболее разумным среди животных? Крылья носа, носовая перегородка, слизистая оболочка и решетчатая кость. Решетчатая кость и обонятельный нерв. Люди, внутренние органы которых сдвинуты с обычных мест. Профессор Бенедикт и его исследования черепов у преступников. Убийцы и преступники имеют укороченные доли затылочной кости. Мы обоняем только то, что испарилось. О вилянии хвостом у собаки. О трансформации силы виляния в случае человека; смысл сочувствия и понимания у человека. Собака, взявшая след. Разумность, способность к различению происходит у человека оттого, что он преодолел чувство обоняния. Сравнение чувства обоняния и чувства вкуса. Строение человека зависит от нервов.

Седьмая лекция, 20 декабря 1922 г. Духовнонаучные основы учения об органах чувственного восприятия

О распространенном по всему телу человека чувстве осязания, о чувстве вкуса, о чувстве обоняния, о тепловом чувстве. Кожа в ее составе; о различных слоях кожи. Так называемое пикническое строение тела. Кожные нервы являются трансформированными вкусовыми нервами. Мы не можем ощутить вкус того, что не было сперва преобразовано в воде. Осознание вкусового начала. Миграция пресноводных рыб. О полете птиц. Все мысли являются в сущности трансформированными запахами. Водный человек, воздушный человек и тепловой человек. Вкус ощущает водный человек, запах ощущает газообразный человек. Только благодаря тому, что мы тоже являемся частью мирового тепла, причем более теплой, чем наше окружение, мы чувствуем свою обособленность от мира. Тепло воспринимает человек в целом, это означает, что специфических органов для восприятия тепла нет.

Восьмая лекция, 23 декабря 1922 г. О жизни души в процессе дыхания

Человек живет благодаря своему дыхательному процессу. Наша жизнь поддерживается тем, что мы вдыхаем кислород и выдыхаем углекислоту. Кислород, углерод и углекислый газ. Бактерии должны быть защищены от Земли; они живут прежде всего благодаря влияниям Луны. Благодаря оплодотворению человеческая яйцеклетка защищается от уничтожения ее, вызванного силами Земли. Наша душевная жизнь совершается в воздухе; тем самым мы защищаемся от сил Земли. Душевная жизнь приходит без посредства Земли. Опыт Плато. О подагре. Человек является здоровым именно потому, что он постоянно защищен от земного влияния. Любое лечение болезней основывается на том, чтобы отдалить человека от земного влияния.

Девятая лекция, 27 декабря 1922 г. Отчего нас поражает болезнь? Грипп, сенной насморк, духовные болезни

Возникновение внутренних болезней. Постоянное уничтожение астральным телом питательных веществ. Астральное тело распределяет питательные вещества по отдельным органам. В чем состоит слушание. О заражении инфекционными заболеваниями. О сенной лихорадке и о средствах, действующих против нее. В чем причина так называемых соматических заболеваний, обусловленных внутренне, и в чем причина так называемых психических заболеваний. Сам дух не становится больным. Предрасположение к физическим болезням и предрасположение к так называемым психическим болезням. Dementia praecox, или так называемое юношеское слабоумие.

Десятая лекция, 30 декабря 1922 г. Лихорадка, коллапс. Беременность

Повышенная температура тела и коллапс как два противоположных симптома, возникающих преимущественно в ходе болезни. О яде белены, Hyoscyamum L. Сопринадлежность нижней части тела и переднего мозга, сердца и среднего мозга, дыхания и крайней затылочной части мозга. Беременность; чрезвычайное усиление деятельности нижней части тела. Наступление беременности. Гидроцефалы и дети с так называемым башенным черепом. На душевном уровне передний мозг связан с волей, средний -- с чувством, а затылочная часть мозга -- с мышлением. О просмотре беременности. О презистенции, предземном существовании человека.

Одиннадцатая лекция, 5 января 1923 г. Мозг и мышление

Слово к рабочим после пожара здания Гётеанума. О враждебности. Доказательство бессмысленности положения о том, что мыслит сам мозг; мудрые отправления жуков-могильщиков и ос-наездников. Осы создали бумагу гораздо раньше, чем человек. Разум распространен повсюду. Посредством головного мозга человек может использовать тот разум, который находится во всех вещах, однако сам человек разума не создает. Духовно-душевное начало использует мозг для того, чтобы аккумулировать разум. Эксперименты госпожи Колиско с селезенкой как своеобразным регулятором ритма питания. Высказывания на эту тему одного мюнхенского профессора.

Двенадцатая лекция, 8 января 1923 г. Действие алкоголя в человеке

Воздействие алкоголя на душевный строй в целом. Появление похмелья. О белой горячке, так называемой Delirium tremens. Хотя алкоголь вторгается преимущественно в кровь, последняя тем не менее достаточно сильно защищена от такого вторжения. Красные кровяные тельца более важны для женщины, тогда как белые кровяные тельца более важны для мужчины. Женские менопаузы и мужское семя. Если женщина пьет, то разрушаются внутренние органы ребенка вследствие тяжести; если пьет мужчина, то разрушается нервная система ребенка. Вред от воздействия фосфора в случае его поступления в тело извне. При хроническом употреблении спиртных напитков алкоголь действует сам по себе, как алкоголь; слишком много его консервируется. При так называемом хроническом алкоголизме костный мозг со временем ослабляется, и кровь мало-помалу разрушается. Запрет на употребление спиртных напитков и распространение вследствие этого кокаина.

Тринадцатая лекция, 10 января 1923 г. Сила рассудка как результат воздействия Солнца. О постройках бобров и ос

Канадский бобр - существо флегматичное. Уединенные летние хатки и зимняя хатка бобров. Как бобр строит свою зимнюю хатку. Как осуществляется нормальное мышление. Об искусно построенных гнездах ос. О размножении ос и его зависимости от годового кругооборота. То, что происходит на Земле, создает половые силы; то, что приходит из космоса, создает разум и убивает половые силы. Строительство осиных гнезд и поселений у бобров напрямую зависит от Солнца. Человек является, в сущности, солнечным существом, он только заброшен на Землю. В природе есть силы, которые, действуя с одной стороны, благотворны; действуя же с другой -- подобны яду.

Четырнадцатая лекция, 13 января 1923 г. Действие никотина. Пища растений и средства питания животных. Употребление абсента, полынной настойки. Рождение близнецов

Благодаря никотину вызывается более сильная деятельность сердца. Вследствие отравления никотином все внутри человека медленно погибает, сердце же подвергается приступам страха. Лечение ослабленного кровообращения с помощью курения. О растительной и животной пище. Воинственные народы употребляют мясную пищу. Благотворное действие вегетарианства. Диабет: соматические нарушения у человека возникают вследствие чрезмерной выработки сахара. Предписание Моисея о еде. Последствия употребления абсента. Как появляются близнецы.

Пятнадцатая лекция, 20 января 1923 г. Дифтерия и грипп. Косоглазие

Важнейшие симптомы при дифтерии. Бальнеологическое лечение дифтерии; необходимость возбудить нормальное функционирование кожи. О слишком жесткой и о слишком мягкой коже. Грипп, в сущности, является мозговым заболеванием. Правильный уход за больным имеет большое значение. Розмариновые ванны при дифтерии. Оперативное лечение косоглазия и заболевания мозга.

Шестнадцатая лекция, 27 января 1923 г. Связь между дыханием и кровообращением. Желтуха, оспа, бешенство

Как относится дыхание к кровообращению; движение крови у человека происходит горазда быстрее, чем дыхание. Функция печени как противоположность деятельности кожи и легких. Чрезмерная деятельность печени; желтуха как слишком слабая деятельность печени. Оспа. О бешенстве и прививках от бешенства. Чтобы мыслить, человек должен постоянно иметь в себе яд; нервной системе необходим умерщвляющий углекислый газ. Дыхание сегодня и древнее дыхание азотом. Мировой год Платона.

Семнадцатая лекция, 3 февраля 1923 г. Действие полынной настойки. Заболевания крови. Умирающая культура Востока и восходящая европейская культура. О пчелах

Человек как жидкое существо и как воздушное существо. О так называемом свинцовом отравлении, заболевания крови и их профилактика. Социальная медицина. В жидкости проявляет активность эфирное, в газообразном -- само душевное. Еще о действии полынной водки, абсенте. Названия дней недели. Отмирающая восточная культура; жители Азии постепенно накопили огромные познания, но они больше не знают, что с ними делать. Ледниковый период четыре-пять тысяч лет тому назад. О раковинах фораминеферах. О падении Римской Империи и первоначальном распространении христианства. Тайна пчелиного улья.

Восемнадцатая лекция, 10 февраля 1923 г. Лечебное воздействие металлов и их связь с планетами

Меркуртерапия при сифилитических заболеваниях. О том, как в древности люди постепенно сопоставляли воздействие на человека планет с воздействием металлов. Этиология сифилитических заболеваний. О трудах Василия Валентина. Церковь преследовала ту науку, которая вела исследования, выходящие за пределы Земли; пример патера Магера. Металлы из растений. Целительные инстинкты животного. Цветы в качестве целительного средства для нижней части тела; корни как лекарственное средство для всего, что связано с головой. Зимние и летние силы Земли и планетарный мир. Кремниевая кислота и силы человеческой головы.

Примечания

Приложения


68


bdn-steiner.ru