# 2-я Ударная армия. Слава, подвиг, доблесть. ч. 2

Андрей Геннадиевич Демидов

После штурма Ленинграда эсэсовцам-полицейским предстало провести полицейскую зачистку города наподобие того, как полиция прядка из ведомства Гиммлера зачистила Великогерманский рейх, особенно Wehrmacht от всех нелояльных, а потом зачистила оккупированною территорию. В Ленинграде предстояло ещё выполнить расистскую задачу по холокосту 200 000 евреев и последующему геноциду 2 000 000 славян. В белогвардейских армиях Деникина, Колчака, Юденича существовали отборные офицерские полки. SS Polizei-Division - примерно то же самое, но в гитлеровском исполнении. И вот теперь эту гвардию капитализма мало того, что сняли из-под Ленинграда, так ещё и бросили в лесную глухомань у Волхова. Мало того, что они не удержали фронт, так ещё попали в котёл в Мостках и Любином Поле, ели там по-французски конину, пачками умирали от обморожения и гангрены. Окружённые в Мостках и Любином Поле части 287-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии Гитлера особо не интересовали. Но эсэсовцы его друга Гиммлера очень даже...

2-я Ударная армия. Слава, подвиг, доблесть

(художественно-публицистическая повесть)


## Глава 2. Горячий снег февраля


В ночь на 1 февраля экипажи бипланов Р-зет из 586-го легкобомбардировочного авиаполка совершили налёт на огневые точки гитлеровцев восточнее деревни Коровий Ручей. Две огневые точки подавлены, взорван склад боеприпасов. Ночным налётам подверглись опорные пункты Спасская Полисть, Мостки, Любино Поле.

В Ольховке ночь прошла спокойно; вымотанные за прошедший день бойцы 42-го лыжбата спали вповалку в нетопленных домах и сараях, а утром просыпались с трудом. Позавтракали горячим чаем и хлебом с маслом и ещё затемно начали наступление на Ольховские Хутора, которые находились примерно в 4-5 километрах севернее. Вместе с ними наступали 39, 43-й лыжные батальоны и бойцы 559-го стрелкового полка 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии. Эти силы входили в группу Привалова.

Ольховские Хутора - цепочка столыпинских хуторов вдоль Керести. 254-я пехотная дивизия подлеца Бехшнитта имела здесь вокруг десятка компактно расположенных хуторов мощную круговую оборону. Этот укрепрайон из почти 20 опорных пунктов по своей укреплённости не уступал 'крепости' Спасская Полисть. Любцы, Любино Поле и Земтицы: минные поля, проволочные заграждения, несколько рядов траншей, густая сеть ДОТов и ДЗОТов, укреплённые подвалы, вкопанный в землю танки. На подходах к хуторам высокие снего-земляные валы, облитые водой.

Дорога шла по чистому полю. Справа от дороги, около первого хутора, река поворачивала влево. За рекой - лес. Слева от дороги, примерно в 500 метрах, тоже лес и вдоль опушки несколько сараев. Около хутора у леса оккупанты в снег зарыли танки. Они открыли огонь. На соснах сидели в мешках из телячьей кожи фашистские 'кукушки'. Этому трюку с мешками их финны научили. 'Кукушки' прицельно обстреливали лыжников. Снайперам 42-го лыжбата с большим трудом удалось их ликвидировать. Подлецы начали контратаку. Лыжникам пришлось остановиться и отбиваться от танков. Без артиллерии это нетривиальная задача. Пал смертью храбрых батальонный комиссар старший политрук Чернышёв.

Тяжелейший наступательный бой шёл 12 часов. Штурмовые группы красноармейцев широко применяли удлинённые штурмовые заряды 'бешеные сосиски'. Железную трубку длиной 2 метра и диаметром около 5 сантиметров умельцы наполняли несколькими килограммами взрывчатки. Общий вес получался 10 килограммов. 'Бешеные сосиски' выдвигали в бою на минное поле, подсовывали под ряды колючей проволоки, всовывали между звеньями спирали Бруно и в нужный момент взрывали. Это намного облегчало проделывание проходов в укреплённой полосе. Особенно эффективно 'бешеные сосиски' обезвреживали мины. От взрыва спаренной 'сосиски' мины детонировали на два-три метра по обе стороны трубок. И вуаля! Проход для штурмовых групп готов! Два хутора удалось освободить.

Здесь красноармейцам в который раз пришлось увидеть как ненавистные изверги издевались над мирным населением, людьми, которые пытались остаться на своей родине и не хотели уходить с ними. Молодая женщина, запряжённая в примитивную упряжку в салазки со своим жалким скарбом, застрелена в упор, в лицо. Её, очевидно, сын, мальчик 10 лет с простреленной головой лежал возле матери. Вот они - жертвы преступников, которых наймит капитализма Гитлер, его генералы и офицеры освободили от подсудности за любые преступления против славян, русских, евреев, большевиков, военнопленных!

Подлецы снова бросили в контратаку танки и продвижение остановилось. Пал смертью храбрых комбат 42-го лыжбата Талалаев. Батальон возглавил майор Крицин. Майор - нетипично высокое звание для лыжных батальонов. Как правило ими командовали лейтенанты, капитаны.

Утром восточнее Ольховских Хуторов последовала атака 7-й гвардейской танковой бригады на Спасскую Полисть. Танки КВ-1 и Т-34 ворвались в опорный пункт и начали давить ДЗОТы, землянки, огневые позиции, расстреливать пехоту, грузовики и повозки. Кёхлинг все свои свободные силы бросил в контратаку. Ju 87 и Bf 110 бомбили и обстреливали советские стрелковые части, не давая им подойти к реке Полисть и закрепить спех танкистов. На этом же участке сосредоточили огонь более 60 фашистских орудий и два их подошедших бронепоезда. При этом эффективность огня артиллерии Кёхлинга, сосредоточенной для защиты восточного фаса 'Волховского рукава' оказалась крайне низкой. Как только гаубицы подлецов произвели первые пристрелочные выстрелы, стало понятно, что верхушки деревьев густого леса создают проблемы, скрывая от наблюдателей перемещения противника. Если один из снарядов преждевременно попадал в дерево, то осколками и дождём щепок ранило своих же солдат, находящихся неподалеку. При падении снаряд должен находиться на достаточно крутой траектории, чтобы беспрепятственно попасть в цель, движущуюся среди стволов. Чтобы преодолеть подобные препятствия, стволы пушек приходилось поднимать на максимально возможную высоту под углом примерно 45 градусов к поверхности земли, что сокращало дальность стрельбы до нескольких километров и уменьшало точность.

ВВС Волховского фронта совершали в это время налёты на войска Кёхлинга на шоссе, блокируя подход к Спасской Полисти подкреплений. Подходящие резервы 'мясника' Кёхлинга расстреливали также полки РГК. Не дождавшись пехоты, исчерпав боеприпасы и горючее, танкисты-гвардейцы с великим сожалением ушли из Спасской Полисти.

Но эта атака танкистов на Спасску Полисть дала возможность 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии Дорофеева из группы Коровникова при мощной поддержке 72 гаубиц и гаубиц-пушек калибра 122 и 152 миллиметра из 172-го и 822-го отдельных гаубичных артполков РГК провести успешную атаку через реку Полисть у деревни Остров и занять рубеж на шоссе в 'Волховском рукаве'. Артиллерийская группировка группы Коровникова и 944-й артполк дивизии Дорофеева просто уничтожили перед пехотой сибиряков шквалом артогня все укрепления в опорном пункте Остров вместе с оккупантами и подходящие к ним с севера резервы. Только при зачистке рощи юго-восточнее Острова силами 1254-го стрелкового полка уничтожено 277 гитлеровцев, захвачено 116 винтовок, 9 автоматов, 21 пулемёт и 56 запасных стволов к ним, 6 противотанковых ружей, 180 ручных гранат, 52 000 патронов винтовочных, 1400 пистолетных патронов, 75 противотанковых мин. Хребет Кёхлинга перебит.

Всего за день 850 подлецов из 971-го пехотного полка, частей 93-й пехотной дивизии, прибывших накануне из района Петергофа, как корова языком слизала. Втрое большее количество гитлеровцев отправились отсюда на госпитальные койки. К своим солдатам немецкие генералы, организаторы и виновники 'мясных штурмов' Первой Мировой войны, всегда относились как к мусору: 'Фрау ещё нарожают!', но теперь 'бригада Кёхлинга' кроме всего прочего повисла на единственной лесной дороге снабжения, проходящей вдоль железной дороги в 500 метрах западнее позиций сибиряков и под постоянным ружейно-пулемётным и миномётным обстрелом.

Положение 'группы Кёппеля' в Мостках из-за потерь и снабжения становилось всё серьёзнее. 9-я рота 284-го полка - 44 человека, получила в сутки 3 батона хлеба, 6 кулёчков конфет, 2 пакета кексов, 6 плиток 'Panzerschokolade', 60 сигарета, упаковку сала, 6 порций неприкосновенного запаса, банку гороховых консервов, пакет сахара и пакет с чаем. Всё! Пришла очередь конины с лошадиных трупов по-французски. Последний офицер полка - командир 11-й роты, всегда и везде выживавший с начала войны лейтенант Моргенштерн - убит. У эсэсовцев дела обстояли не лучше.

В Спасской Полисти и выдвинутых на юг опорных пунктах Мостки и Любино Поле - остатках 2-й линии обороны 'Волховского вала' в полуокружении уже многие недели сражались в зимних условиях подразделения и группы 20 различных батальонов, которые перебрасывались один за другим в жернова советской мельницы с разных участков фронта под Ленинградом и Чудово для контратак, закрытия брешей. Все эти батальоны оказались разбиты в снегах Волховских лесов по обе стороны дорожной железнодорожной насыпи дороги Чудово - Новгород превосходными советскими войсками, прежде всего артиллерией. Мороз также набрал себе множество жертв. Часто только несколько выживших выводились в тыл, чтобы ещё сражаться в Спасской Полисти дальше, пока не пробивал и их смертный час. Так что отдельные батальоны и роты исчезали полностью.

Лишь отсутствие полного окружения позволяло удерживать Мостки и Любино Поле. По ночам туда через лес западнее железной дороги могли проходить небольшие группы по 50-75 смертников, несущих на себе как китайские носильщики 'кули' боеприпасы и продовольствие. Этих подкреплений постоянно не хватало, поскольку всё противотанковое оружие в этих опорных пунктах оказалось уничтожено, большая часть миномётов и пулемётов тоже и советские танки безнаказанно расстреливали ДОТы и ДЗОТы, давили блиндажи и в них вшивых, голодных, простуженных, обмороженных завоевателей. Каких только мундиров не намотали на гусеницы танкисты 7-й гвардейской танковой бригады! Чёрные мундиры танкистов 12-й танковой дивизии, коричневые мундиры бывшей армии Чехословакии стройбатовцев 'Организации Тодта' и NSKK, обычные мышиные мундиры пехоты и трофейные советские шинели. Эсэсовцы SS Polizei-Division валялись в своей зелёной полицейской униформе. На поле боя их ни с кем не перепутаешь.

Контроль над Мостками, Любино Поле и железнодорожным переездом у будки путевого обходчика означал контроль над дорогой Ямно - Мостки - Ольховка. Пока Линдеманн контролировал эту дорогу, войска Клыкова, ушедшие в прорыв на запад, снабжались только через просеки у Мясного Бора, что являлось препятствием для развития наступления на запад. Гитлер буквально бредил Мостками. Кёхлингу иногда звонили прямо из штаб-квартиры фюрера и требовали доклада. Когда 'мясник' сообщал о необходимости получения очередного полнокровного батальона в течение 5 дней, ему уже на следующий день присылали батальон из отпускников, которых без разбора снимали с 'отпускных' эшелонов. Ужас царил в мыслях этих жертвенных баранов, которые были уже почти дома и тут вдруг оказались брошены в смертельные бои, причём под командой чужих офицеров и рядом с чужими солдатам. Пушечное мясо для прибылей капиталистов. Снарядить одного солдата стоило примерно 7 000 марок. Столько зарабатывали капиталисты на одном немецком трупе.

Гитлер с пеной у рта после очередных доз наркотиков и витаминов бил ладонью по картам в комнате совещаний в 'Вольфшанце' - штаб-квартире в лесу Гёрлиц в Восточной Пруссии, и в сотый раз требовал от фон Кюхлера ударом с севера отрезать прорвавшиеся на запад войска Клыкова. Для этого следовало удерживать во что бы то ни стало Мостки, а заодно вывести, наконец, окружённых там эсэсовцев, ведь окружение не являлось сплошным. Разбившему себе весь лоб в атаках вдоль шоссе Линдеманну теперь предписывалось действовать на манер Красной Армии - в обход шоссе пройти на юг несколько километров по заснеженной лесной глухомани в нескольких сотнях западнее железной дороги Чудово - Новгород, и из леса войти в Мостки свежими силами. Этим же маршрутом через лес предполагалось вывести, скорее уже вынести на носилках, измождённых эсэсовцев. Тех, кто выжил и трупы. Операцию Гитлер назначил на 3 февраля.

Из 'Вольфшанце' на КП Кёхлинга на самолёте прибыл генерал Шмундт - адъютант Гитлера, отвечающий за Wehrmacht. Он лично передал последние указания фюрера Кёхлингу, разъяснял полковнику значение проводимой операции и описал ожидания фюрера в связи с этим. Не то, чтобы Гитлер особо остро реагировал на гибель в окружении своих солдат в Мостках и Любино Поле. При разгроме у Ростова-на-Дону, под Москвой, Тихвином массовая гибель немцев в окружениях и в чистом поле стала для него рутиной. В этот же момент, кроме всего, явно назревало окружение 100-тысячной группировки под Демянском. Дело в другом. Операция по деблокаде опорных пунктов Мостки и Любино Поле давала шанс отрезать советские войска, ушедшие в прорыв на запад и восстановить оборону по Волхову. Это в свою очередь предоставляло возможность высвободившиеся войска бросить против Ленинграда. Советское командование имело ровно противоположные резоны.

Постоянно подводимые подкрепления к 215-й, и 126-й пехотным дивизиям и различные боевые группы помогли удержать позиции лишь по краям 30-километрового Волховского плацдарма Мерецкова. В 10 километрах западнее Волхова подлецы смогли удержаться только в выступе 'Волховского рукава' вдоль шоссе и железной дороги у Спасской Полисти на севере, а на юге у деревни Любцы. Между опорными пунктами Спасская Полисть и Любцы ширина советского прорыва достигала 12 километров. Окружённые на шоссе опорные пункты Мостки и Любино Поле находились поперёк этого прорыва. Они как волноломы сужали место прорыва, дробили его, затрудняли снабжение армии Клыкова западнее, отнимали часть сил у передовых частей и замедляли продвижение на запад. Одна из причин торможения рейда кавкорпуса Гусева состояла именно в крайнем затруднении снабжения через участок местности, где продолжали оставаться в окружении Мостки и Любино Поле. Это всё давало дополнительное время оккупантами на сооружения отсечных позиций по линиям железных дорог, идущих с северо-запада на юго-восток и переброску к ним резервов.

Кроме того, окружённые эсэсовские подразделения в Мостках и Любином Поле - это элита войск SS. Вся SS Polizei-Division - это 18 000 добровольцев из полицейских чинов со всей Германии и Австрии. Основа фашистского режима капиталистов. По традиции полицейские в Германии набирались из отставных армейский фельдфебелей и унтер-офицеров, в крайнем случае, ефрейторов и рядовых, но обязательно ветеранов войны и белых фрайкоров времён Гражданской войны в Германии. То есть боевой опыт у них имелся более, чем достаточный. До того, как появиться на советско-германском фронте, эти полицейские псы участвовали в разгроме коммунистической и других партий, антиеврейских мероприятиях, содержали и охраняли концлагеря и лагеря армейских штрафников, уничтожали инакомыслящих, инвалидов и стариков по программе 'Т4', проводили перепись военнообязанных и облавы при мобилизации. То есть полицейские - это откормленные датской ветчиной и французским маслом кровавые боевые псы-блокхауды высшей марки. Ровно год тому назад 2-й эсэсовский полицейский полк полковника Шульца выступил из Версаля в Париж. Теперь прекрасные воспоминания о том времени побед над сильнейшей французской армией растворились в череде поражении от армии русских 'унтерменшей'. То ли Wehrmacht и SS сами стали как 'унтерменши', то ли русские совсем не 'унтерменши'...

По подлому замыслу Гитлера и Гиммлера SS Polizei-Division предназначалась для штурма Ленинграда. Она обладала более сильное вооружение и состав, чем любая другая пехотная дивизия, которой располагал Wehrmacht. Эсэсовцы SS Polizei-Division имели в своём полном распоряжении 203-й танковый полк, и по совокупному составу таким образом являлась скорее танковой дивизией, чем пехотной, и посильнее обычной моторизованной дивизии. Wehrmacht оснащал свои моторизованные дивизии только батальоном танков, в тут сразу три батальона! Только образцовая моторизованная дивизия 'Великая Германия', в отличие от обычной моторизованной, имела танковый полк, дополнительный дивизион штурмовых самоходок, зенитные самоходки, один гренадерский полк полностью на бронетранспортёрах, и таки образом была сильнее SS Polizei-Division.

Имелись ещё отличия от обычной пехоты. Идеология и дисциплина. Если обычная армейская пехота - это немцы, австрийцы, чехи, поляки, которых на войну пригнали, то эсэсовцы, особенно эсэсовцы-полицейские, это как раз те, кто их на войну гнал. Если обычная армейская пехота - это фортовые нищие пьяницы, мародёры, грабители, убийцы, то эсэсовцы, снабжаемые куда как более хорошо, больше занимались уничтожением по расовыми, идеологическим и военным причинам. Отсюда более крепкая дисциплина и устойчивость в бою. Тем более, что большая часть из них бывшие унтер-офицеры, нынешние офицеры полиции.

После штурма Ленинграда эсэсовцам-полицейским предстало провести полицейскую зачистку города наподобие того, как полиция прядка из ведомства Гиммлера зачистила Великогерманский рейх, особенно Wehrmacht от всех нелояльных, а потом зачистила оккупированною территорию. В Ленинграде предстояло ещё выполнить расистскую задачу по холокосту 200 000 евреев и последующему геноциду 2 000 000 славян. В белогвардейских армиях Деникина, Колчака, Юденича существовали отборные офицерские полки. SS Polizei-Division - примерно то же самое, но в гитлеровском исполнении.

И вот теперь эту гвардию капитализма мало того, что сняли из-под Ленинграда, так ещё и бросили в лесную глухомань у Волхова. Мало того, что они не удержали фронт, так ещё попали в котёл в Мостках и Любином Поле, ели там по-французски конину, пачками умирали от обморожения и гангрены. Окружённые в Мостках и Любином Поле части 287-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии Гитлера особо не интересовали. Но эсэсовцы его друга Гиммлера очень даже...

В глубоком тылу кавалеристы 87-й кавдивизии Трантина при помощи трёх лыжбатов в первый день февраля пытались вести борьбу за прорыв рубежа обороны Кривино - Равань - высоты 47,8 и 47,9, где фашисты имели несколько десятков ДЗОТов, траншеи, снего-ледяные валы, минные поля и проволочные заграждения. Лыжные батальоны с уважением называли 'лыжной кавалерией'. Штатная численность лыжбата 578 человек: штаб, 3 стрелковых роты, миномётная рота, пулемётный взвод, хозвзвод, санвзвод, отделение сапёров. На вооружении 6 миномётов БМ калибра 82-миллиметра, 9 миномётов РМ 38 калибра 50-миллиметров, 31 ручной пулемёт ДП-27 'Дегтярь', 100 пистолетов-пулемётов ППШ 'Папаша', 194 самозарядные винтовки СВТ 'Светка', 100 карабинов Мосина, 50 других винтовок, в том числе снайперских, 15 пистолетов ТТ. Транспорт - 16 лошадей и 16 саней, 571 пара лыж. Боекомплект: 65 000 винтовочных патронов, 48 000 пистолетных патронов ТТ для ППШ, 130 мин для БМ, 530 мин для миномётов РМ, 400 килограммов тола, 300 противотанковых гранат РПГ-41 'Танюша' и 600 противопехотных гранат Ф-1 'Лимонка', 200 винтовочных противотанковых гранат ВПГС-41.

Опираясь на высокую насыпь железной дороги Веймарн - Чудово, к обороне приготовился пёстрый конгломерат 'группы Эндерс' из тыловых и фронтовых частей 18-й полевой армии. В ближнем тылу у них у деревни Апраксин Бор имелся полевой аэродром с металлическим покрытием из заводских инвентарных плит, пригодный для приёма транспортных самолётов 'Тётушка' Ju 52/3m...

244-й 'барнаульский' кавполк Дорофеева по-прежнему блокировал с трёх сторон опорный пункт в деревне Ручьи. На большее сил не хватало. Дорога через этот важный опорный пункт выводила к Любани. Здесь подлецы создали крепкую оборону, опираясь в том числе на ДЗОТы, построенные пехотными частями советской 21-й танковой дивизии, которая оборонялись здесь в августе прошлого года. Дороги к другим опорным пунктам оккупанты контролировали танками, бронемашинами и бронетранспортёрами.

В Ручьях и его окрестностях удалось уничтожить более 200 гитлеровцев. 'Барнаульцы' потеряли убитыми 50 героев. Погиб комполка Дорофеев и старший политрук Лобанов. Прорваться к Любани с юго-востока без танков и тяжёлой артиллерии оказалось невозможно. Конно-лыжный рейд завершился. Отсутствие тяжёлой артиллерии, танков и штурмовой авиации не давали никаких шансов кавдивизии и лыжбатам прорвать оборону, насыщенную пулемётами, миномётами, гаубицами, ДЗОТам, минными полями, заграждениями из колючей проволоки. Нужно подтягивать тяжёлую артиллерию, танки и после этого пробовать вновь.

У 'барнаульцев' подвоз затруднён. Особо острая проблема с доставкой снарядов. Отставшие тылы не могли оперативно за 200 километров доставлять из Малой Вишеры боеприпасы, продовольствие, фураж. Доставкой по ночам занимались У-2 и Р-зет из полков ночных бомбардировщиков. Боеприпасы, фураж, продовольствие сбрасывали на огонь зажжённых костров, однако точность такого способа сброса небольшая. Если У-2 могли сбрасывать конникам мешки с сухарями и патронами, то снаряды, начиная с 76-миллиметрового калибра, они сбрасывать не могли. После падения с высоты гильза и корпус снаряда деформировались, что приводило бы при выстреле к его разрыву в орудии. Артиллеристов как всегда выручали лыжники. Сотни бойцов делали по несколько рейсов за десять с лишним километров. Каждый привозил в вещмешке по два 6-килограммовых снаряда. Бережно доставляли, зачерчивали в свои портянки... Вроде как японки, носившие малышей за спинами...

Четверть 'бараульцев' с ранениями уже отправилась в госпитали. Luftwaffe выбила половину лошадей. Начался падёж лошадей и от бескормицы. Лошадиное мясо использовать в пищу как воины Чингисхана. Не пропадать же добру. Специально для доставки продовольствие и фуража кавалерийским частям Гусева, совершающим прорыв на запад, Волховский фронт получил 188 самолётов По-2, У-2, Р-зет. Авиачасти Журавлёва перебазировались на передовые аэродромы Жерновка, Полищи, Малая Вишера, Веребье, Коломенка, что повысило интенсивность их действий.

Оккупанты, ведущие бои с кавалеристам Гусева, имели рокаду в виде железной дороги Чудово - Веймарн, а чуть севернее рокадное шоссе Чудово - Ленинград. Комдив Трантин мог только блокировать врага, ждать подхода пехотной дивизии, артиллерии, танков, налаживания снабжения. Создалась равновесная ситуация. Конники зарылись в землю, построили землянки, шалаши, укрытия для лошадей. Замаскировались так, что и свои авторы находили только по сигнальным кострам. В маленькую, низенькую землянку забрались ползком. Командный пункт - землянка с несколькими накатами. Плащ-палатка на настиле из веток - постель. Тяжело. Но находились силы при свете коптилки выпускать 'боевые листки' и полковую стенную газету. Даже пели и плясали в полковом ансамбле песни и пляски.

По другую сторону 'Волховского рукава' на линии фронта Спасская Полисть - Вергежа на северном фасе Волховского плацдарма продолжались взаимные атаки и контратаки. Два батальона 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии Дорофеева начали утром наступление между деревнями Вергежа и Коломно на деревню Пересвет-Остров. Подлецами для контратаки с целью выправления линии фронта здесь с миру по нитке сформирована новая 'сборная солянка' - 'группа Тафеля': рота 390-го полка, 215-й и 402-й самокатные эскадроны, остатки III батальона полка SS Polizei-Division, остатки батальонов 435-го и 380-го пехотных полков. Подлецы также быстро усиливали позиции в инженерном плане силами новых строительных подразделений.

На центральном участка Волховского плацдарма с 8:00 началась и продолжалась до середины дня советская артподготовка по опорным пунктам южнее Спасской Полисти. Во второй половине дня советская артиллерия нанесла мощный удар с участием артполков и артиллерии большой мощности по 'крепости' Спасская Полисть и одноимённой станции. Во время залпов 'Катюш' огонь переходил в ураганный. Всё кругом взлетало вверх, всё заволакивало земляной и снежной пылью. Затем на штурм пошли ударные группы нескольких дивизий и бригад, шаг за шагом уничтожая уцелевшие ДЗОТы, землянки, траншеи, норы, проволочные заграждения, минные поля, пробивая ледово-земляные стены, прерывая линии связи, сжигая вкопанные танки, расстреливая пулемётные, миномётные, артиллерийские позиции, осатанелых оккупантов. Стоял несмолкаемый гул и грохот. Гитлеровцы через некоторое время пришли в себя и задействовали в последовавшей 'мясорубке' подразделения более чем из 20 разных батальонов, множество других войск, общим числом около 16 000 человек. На нескольких метрах расстояния буквально сотые доли секунды решали жизнь и смерть человека. Словно шмели жужжали вокруг пули. Связного командира контратакующей группы фашистов убило рядом со своим начальником сразу. Десятки оккупантов, одетых кое-как, падало под очередями советских пулемётов автоматов, но всё новые появлялись из-за полуразрушенных построек. Редко когда смерть собирала такой богатый урожай за один час. Остатками некоторых частей командовали уже и фельдфебели. Штурмовые группы 382-й 'красноярской' стрелковой дивизии Сокурова после рукопашного боя смогли достичь окраины и занять несколько домов. Группы оказались отрезаны и сражались сами по себе. После третьей мощной контратаки с участием танков, дома пришлось оставить и 'красноярцы' отошли на 150 метров.

В это же время юго-западнее Спасской Полисти штурмовые группы другой 'красноярской' стрелковой дивизии - 374-й Витошкина перешли в атаку на позиции фашистов на железной дороге у 'Лесопункта' на опушки леса. Около 300 фашистов, обороняющихся здесь, бежали в лес, оставив порядка 100 трупов. Трофеи: 20 пулемётов, 3 миномёта, 2 автомата, 30 винтовок. Локтевая связь между фашистскими гарнизонами Спасской Полисти и Мостков прервалась. После этого советские части, повернули фронт на север и повели наступление на южную окраину Спасской Полисти.

Задачу обороны опорных пунктов в Мостках и Любино Поле получила очередная 'сборная солянка' на основе 423-го пехотного полка полковника Кёппеля. В эту новую 'матрёшку' из 'бригады Кёхлинга' вошёл III батальон 284-го пехотного полка, 377-й пехотный полк 225-й пехотной дивизии и III батальон 3-го полка SS Polizei-Division. Эсэсовцы в этом батальоне, не выходящем из боёв, менялись как сгоревшие сигареты в пальцах заядлого курильщика. Командир батальона Рефельдт до этого отправился из боя в тыл на носилках. Новый командир батальона Шрейбер через несколько дней отправился на носилках следом. Его заменил гауптман Клеебаум, назначенный из Главного управления полиции порядка OrPo. Выручать подельников также прибыли ещё два батальона эсэсовцев-полицейских.

От Кёппеля 'мясник' Кёхлинг требовал прорваться через лес к опорным пунктам Мостки и Любино Поле, и держать их до тех пор, пока не восстановится вся 2-я линия обороны от Спасской Полисти до Мясного Бора. Далее уже от всей 18-й полевой армии требовалось отрезать передовые части 2-й Ударной армии и ликвидировать Волховский плацдарм вообще. Гитлер приказал снимать с Ленинградского фронта всё что можно, а также бросить к месту прорыва Клыкова 250 бомбардировщиков вместо того, чтобы бомбить Ленинград, который имел самую мощную систему ПВО в мире и оказался Luftwaffe не по зубам. Всего OKW перебрасывало на угрожаемое направление с других участков группы армий 'Север', а также из Западной Европы 8 дивизий, одну бригаду и 16 отдельных частей.

Это резко меняло соотношение сил в полосе наступления Клыкова в пользу гитлеровцев и они смогли начать готовить операцию по окружению его войск. С Линдеманна снялась задача атаки Ленинграда и 'Дороги жизни' на Ладожском озере. Не оставляя грабёж населения, уничтожение памятников истории и архитектуры, расстрелы партизан, Линдеманн и Буш смогли заняться 'наказанием' Клыкова. Советское наступление с этого момента ещё более замедлилось. Но главное в действиях 2-й Ударной армии никуда не ушло - уничтожать Wehrmacht - основой военный инструмент капитализма, собранный для уничтожения Советского Союза, его народов и партии большевиков...

На северном фасе Волховского плацдарма после неудачной атаки на опорный пункт в деревне Вергежа 1249-й стрелковый полк 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии Цаликова провёл наступление на север и перерезал коммуникации частей 215-й пехотной дивизии Книза, удерживающих позиции по Волхову. Подлецы в панике пустились в бегство по окрестным лесам. В ходе преследования захвачено 50 повозок с военным имуществом, продовольствием, 21 пулемёт, 2 миномёта, много винтовок.

После авианалёта ВВС Волховского фронта на опорный пункт подлецов в деревне Ручьи на восточном фланге Любанского направления, начали очередную атаку на ДЗОТы 244-й кавполк дивизии Трантина и лыжники. К середине дня подлецы отбили атаки и начали контратаковать при поддержке танков, бронемашин и самоходок. Под бешенным натиском бронетехники, шквальным огнём миномётов и автоматических зенитных пушек кавполк отошёл на исходный рубеж. От прямого попадания мины погиб комполка-244 Дорофеев и старший политрук полка Лобанов. Подлецы потеряли 80 солдат убитыми и 250 ранеными. После этих боёв кавалерия сдала свой участок пехоте - 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Старунина и двинулась дальше на запад. Не дано кавалерии осаждать крепости. Она для другого. В этом смысле показателен пример сводной группы из трёх кавполков разных кавдивизий подполковника Трофимова, которые с ходу, громя мелкие гарнизоны, освободили 21 населённый пункт в рейде по тылам.

То, что кавалеристы неожиданно для себя упёрлись в оборонительную линию в тылу Линдеманна, явилось следствием того, что в конце января войска группы армий 'Север' спешно соорудили и заняли новые рубежи обороны в своём тылу с опорой на железные дороги. В строительстве участвовали строительные батальоны 'Организации Тодта', размещённые на железной дороге Ленинград - Чудово и Веймарн - Чудово. Стройбат предполагалось в дальнейшем использовать и в обороне. Линдеманн с помощью корпусных и армейских сапёрных и строительных частей, стройбата 'Организации Тодта' и национал-социалистического автомобильного корпуса NSKK, при широком использовании рабского труда местного населения и пленных, в это же время оборудовал отсечной оборонительный рубеж вдоль железной дороги Веймарн - Чудово. 'Линия Линдеманна' отсекала наступающие на запад части Клыкова от свободного развития прорыва в северном направлении, в тыл группировки у Чудово, перекрывала дорогу на Любань. Хотя Любань не являлась узловой железнодорожной станцией, но выход здесь на линию шоссе и железную дорогу Ленинград - Чудово обеспечивали свободу передвижения войскам Красной Армии, и лишали того же Wehrmacht.

Железная дорога Веймарн - Чудово, проходящая южнее Любани, которая теперь стала хребтом 'линии Линдеманна', являлись часть железной дороги Веймарн - Тихвин. Эта железная дорога строилась в Советском Союзе с 1937 года по решению Советского правительства о создании военно-морской базы 'Ручьи' на Балтийском море к северо-востоку от Усть-Луги. Туда планировалось перевести флот из Кронштадта. База в Лужской губе снабжалась проще, чем основная база флота в Кронштадте. Железная дорога предназначалась для снабжения военно-морской базы 'Ручьи' и войск, которым предстояло воевать с Эстонией и Польшей. Капиталистические республики Польша и Эстония на тот момент являлись союзниками Германского рейха.

Строительство велось в условиях повышенной секретности силами военных и вольнонаёмных. Станции не привязывали к деревням, стратегическая железная дорога очень разумно шла в обход населённых пунктов. Это позволяло не только сохранить в секрете строительство, но и усложнить наблюдение шпионами за военными перевозками в будущем. У станции Ёглино железная дорога пересекала железную дорогу Новгород - Ленинград при помощи эстакады.

К началу войны отсыпали насыпь, построили бетонные быки мостов через реки, в том числе через Волхов, но металлоконструкции мостов не изготовили. Закончили здания некоторых станций в лесу. На части трассы положили узкоколейные пути, на части - обычные. Пошло движение мотовозов и рабочих поездов с платформами и вагонетками.

Редко когда советские топографические карты 1941 года показывали дорогу. Лишь иногда как строящуюся. Даже штаб Волховского фронта не знал, что поперёк направления движения конницы Гусева на север имеется в лесу действующая железная дорога, по которой враг может быстро перебрасывать войска, а саму заледенелую насыпь, возвышающуюся над болотами как стена, использовать в качестве основы для ДЗОТов и огневых позиций.

Гитлеровцы в прошлом году тоже узнали об этой железной дороге только когда фронт к ней приблизился вплотную. Для советской конницы, не имеющей тяжёлого вооружения, такое неожиданное препятствие явилось концом стремительного рейда.

Осенью 1941 года оккупанты, используя рабский труд военнопленных и русского населения, перешили рельсы железной дороги Чудово - Веймарн под свою ширину колеи - 1435 миллиметров. Дорога использовалась ими для вывоза торфа с торфоразработок вокруг Финёва Луга и древесины. Деловую древесину, в основном сосну, они использовали для оборудования укреплений, казарм под Ленинградом, а также отправляли в Германию и Прибалтику. Теперь западный участок этой дороги от станции Дивенская до Чудово использовал Линдеманн, а восточный участок Будогощь - Тихвин использовал Клыков.

Ускоренному созданию 'линии Линдеманна' вдоль железной дороги Веймарн - Чудово способствовало то, что южнее Любани имелись ДЗОТы и другие полевые оборонительные сооружения, в которых осенью прошлого года оборонялись остатки 128-й стрелковой дивизии, отступающей от западной границы Латвийской Советской Социалистической республики, а также пехотные части 21-й танковой дивизии, которая ранее принимала участие в остановке наступления финской армии, затем оборонялись на Лужском рубеже против гитлеровцев, и в сентябре отступала к Чудово.

3-х километровый участок обороны с опорой на железную дорогу Чудово - Веймарн заняла 'группа Эльманна': сапёрный батальон, разведбат с французской бронетехникой 21-й пехотной дивизии Шпонхаймера, снятой с Ленинградского фронта, противотанковый дивизион той же дивизии, 505-й сапёрный батальон, 127-й стройбат 'Организации Тодта', дивизион 6-ствольных реактивных миномётов, эстонская наёмная охранная рота. Эстонские фашистские воевали в эстонской униформе образца 1936 года, чрезвычайно похожей на британскую, и с польским трофейным оружием. Справа и слева от 'группы Эльманна' вдоль железной дороги окопались подразделения 11-й и 291-й пехотных дивизий. На 'линию Линдеманна' прибыла также 'группа Гравенштайна' состоящая из отдельных передовых подразделений 225-й пехотной дивизии фон Бассе. Прочие части этой дивизии и её 'дикие' танки находились в пути. Всем этим войскам предстояло создать рубеж обороны с опорными пунктами вдоль железной дороги между станциями Конечки и Верховье, приспособить к круговой обороне деревни Порошки, Вальякка, Конечки, Кудрово, Каменка, Гришкино, Феодосино, Большая и Малая Васильевка, Кукково, Гуммелово, Глубочка и Верховье. Особо важные объекты для обороны: железная дорога Ленинград - Новгород, участки железной дороги Веймарн - Чудово с обеих сторон от платформы Ёглино. Преодоление такой обороны, опирающейся к тому же на рокаду Чудово - Ленинград, силами конницы не представлялось возможным.

Штаб командарма Клыкова передислоцировался из деревни Папертное в деревню Городок. Клыков приказом по армии создал 'блокировочные отряды'. В их задачу входила осада ДОТов и ДЗОТов, особенно в кирпичных подвалах домов, брать которые атакой стоило множества жизней и большого расхода снарядов. Вместо атак на опорные пункты их блокировали и ждали, пока у гарнизона закончатся боеприпасы, или продовольствие и вода.

ВВС Волховского фронта разделили на авиацию фронта и авиацию армии Клыкова. 91 скоростной самолёт выделили в 1-ю и 2-ю резервные авиагруппы командующего ВВС фронта Журавлёва. ВВС 2-й Ударной армии получили в своё распоряжение один истребительный, один бомбардировочный авиаполки, три полка ночных бомбардировщиков. Всего 71 самолёт. Основу авиации Мерецкова по-прежнему составляли более 200 самолётов двух Ударных групп Резерва Ставки ВГК.

На рассвете 2 февраля 'группа Кёппеля' начала наступление 'по-красноармейски' по лесным просекам на Мостки в обход советских позиций у 'Лесопункта' на железной дороге. Войска построились на просеках северо-западнее Спасской Полисти двумя колоннами в 1,5 километрах друг от друга. Во главе каждой колонны по два танка Pz.Kpfw.III и рота сапёров. За ними передовые пехотные роты III батальона 284-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Шеде. За ними выдвигались I батальон 377-го пехотного полка и III батальон 3-го полка SS Polizei-Division. В своих меховых шапках, таких же куртках и штанах, эсэсовцы более походили на шведских лесорубов, чем на солдат. Зато тепло. Солдаты из армейских частей им завидовали и не могли дождаться, когда с их трупов удастся стянуть эти вещи. Перед солдатами выступил прилетевший из ставки Гитлера адъютант фюрера генерал Шмунд:

- Вы сражаетесь перед глазами фюрера!

Подвыпивший Шмунд распоряжался, давал указания Кёхлингу, алкал крови и благодарностей своего упыря. Задача - восстановить 2-ю линию обороны 'Волховского вала' и деблокировать Мостки и Любино Поле.

Колонны завоевателей пошли через глухие места по просекам вдоль линий электропередач в трёх километрах западнее шоссе 'аки волци', или, как пелось в русской народной песне о Ермаке: '...Злодей Кучум, как тать презренный, прокрался тайною тропой, татар толпами окруженный...' Эту лесную зону вдоль железной дороги Чудово - Новгород, за которой западнее находились глухие леса, река Глушица, ручьи, болота Апалевский Мох, Грядовский Мох, Михайловский Мох, советские войска не защищали. Изредка бывала здесь лыжная разведка 165-го отдельного лыжного батальона.

На отметке 37,8 у перекрёстка нескольких просек подлецы остановились, и прежде, чем продолжить путь, оборудовали опорный пункт 'Паук'. Небольшая поляна от которой на плане расходились тонкие происки, походила на паука. Здесь они оставили часть сил. Ещё один лесной опорный пункт 'Эрбе' они оборудовали в двух километрах севернее.

Кёхлинг тем временем нервничал в своём одноместном бункере-колодце из-за разгрома восточного участка 'Волховского рукава' Спасская Полисть - Коляжка. Пока 'группа Кёппеля' 'акы волци' кралась по лесам к Мосткам, вся группировка в 'Волховском рукаве' могла оказаться в окружении, и тогда прощай, генеральские погоны. 'Волховский рукав' трещал по шву севернее Спасской Полисти. Здесь 378-я 'сибирская' стрелковая дивизия Дорофеева передала занятый рубеж на шоссе у деревни Остров в 'Волховском рукаве' 92-й стрелковой дивизии, а сама начала наступление на север на деревню Большое Опочивалово. Это наступление, завершись оно успехом, отрезало весь 'Волховский рукав' от 18-й полевой армии и любые попытки оккупантов закрыть порыв Клыкова обреклись на повал. Всё висело на волоске. Для отражения удара 'сибиряков' Линдеманн собрал части пяти дивизий, бронетехнику, два бронепоезда, создал узел обороны с большой плотностью огня. 'Волховский рукав' теперь окончательно обрёл свои основные контуры. Без поддержки артиллерии, танков проломить такую оборону у 'сибиряков' не получалось.

Но 92-я 'дальневосточная' стрелковая дивизия всё-таки освободила Коляжку и часть деревни Овинец, уничтожив в расположенных там опорных пунктах более 340 оккупантов и множество их вооружения. 'Волховский рукав' оказался частично перерезан и бои за окружение 'полевой крепости' Спасская Полисть продолжились. Подлецы гнали свою пехоту в 'мясные атаки' на оборону 'дальневосточников' просто толпой, волну за волной. Их силы, ведущие здесь бои, оказались почти уничтожены. Остались номера на карте. Для восполнения потерь 'мясник' Кёхлинг получил II батальон 390-го пехотного полка и целиком 9-й полк SS Polizei-Division. Одновременно к южной и юго-западной окраине Спасская Полисти на 400-500 метров подошли штурмовые группы 1246-го стрелкового полка 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии Витошкина. С этого рубежа они перешли в атаку. Ворваться внутрь опорного пункта не удалось из-за сильнейшего миномётного и пулемётного огня. Ранены командиры 1 и 3 стрелковых батальонов помначштаба полка, контужен начштаба полка.

'Группа Кёппеля', совершающая обходной маневр вдоль железной дороги и шоссе от Спасской Полисти к Мосткам под контролем адъютанта Гитлера генерала Шмундта, оставила после ночёвки в морозном лесу у высотной отметки 38,4 в образованном лагере часть сил для обороны коммуникаций. Остались и 120 обмороженных. Здесь у лежневой дороги лесозаготовителей, идущей от 'Лесопункта', сапёры и строители тотчас начали оборудовать опорный пункт с огневыми позициями, названный 'Острие'. Танки и батальоны Кёппеля двинулись по просекам дальше на юг. Шли часто по пояс в снегу, через буреломы со скоростью один километр в час. Это очень не походило на 'Blitzkrieg'! Головные группы сапёров постоянно приходилось менять после того как они совершенно выдыхались. Заставила всё-таки Красная Армия Wehrmacht воевать в невыгодных условиях!

В этом время офицер оперотдела Iа в землянке штабе 'группы Кёппель' по телефону, раскалённому из-за запросов отовсюду, вплоть до штаба 18-й полевой армии, а потом ещё и из ставки фюрера, отвечал одинаково: 'Войска в пути!' Двигаясь лесами, 'группа Кёппеля' без особого сопротивления продвинулась на юг до бараков западнее Мостков, вытянув таким образом 'Волховский рукав' по лесисто-болотистой местности в обход железной дороги и шоссе Новгород - Чудово на 3,5 километра. Вот уж чудо! Раньше Wehrmacht искал места для того, чтобы осуществлять 'Blitzkrieg' - сухие поля, 'танковые дороги', побережье, а тут сам с горя полез в зимние леса и болота, не имея к этому ни опыта, ни соответствующим образом подготовленных солдат. С чего бы это? Кто же его довёл до жизни такой? Красная Армия довела Wehrmacht до жизни такой!

Поскольку на этом участке советские части не имели зениток, атакующие запросили поддержку пикировщиков. Полковник Кёппель со своим штабом доверился адъютанту Гитлера, но тот не справился с организацией наступления и взаимодействие нарушилось. Болтать языком у стола с картами не то же мое, что организовывать бой. Как только колонны углубились в лес и атаковали советские дозоры, Ju 87 нанесли удар по своим же войскам и выкосил почти половину II батальона 377-го пехотного полка, невзирая на то, что подлецы обозначали свой передний край зелёными и красными ракетами. Этот батальон вместо дальнейшего наступления занялся эвакуацией раненых и трупов.

Наконец 'группа Кёппеля' пошла на прорыв к Мосткам через заслоны 111-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Рогинского и 22-й 'харьковской' стрелковой бригады Пугачёва. За подготовкой и ходом этой операции следила вся цепочка командования вплоть до Гитлера. Шмундт от имени Верховного Главнокомандующего постоянно давал указания в штабе 'группы Кёхлинга'.

К этому времени после двухнедельного сидения в Любином Поле в I батальоне 2 полка SS Polizei-Division из 850 человек под советским атаками, обстрелами и бомбёжками осталось в строю только 8 офицеров, 30 унтер-офицеров и 110 солдат. Всё оружие тяжелее винтовки утрачено. Разгром. Требовалось повторное формирование. Армейские батальоны в Любино Поле и Мостках находились в таком же плачевном состоянии. Боеприпасов нет. За сутки миномёты эсэсовцев в Мостках выпустили всего 10 мин.

Они соорудили вокруг своих позиций обширное кладбище и штабели из замороженных трупов немцев и использовали их как укрытия. Хоронить не удавалось. Даже по зажжённой сигарете начинали бить советские гаубицы. Здесь же груды разбитой техники и искорёженного оружия, годного лишь на переплавку. Картина абсолютно инфернальная.

Наконец остатки полностью измождённых эсэсовских и армейских групп начали выход в Спасскую Полисть. Их путь лежал по 'коридору' в лесу к опорному пункту 'Острие', 'Паук', далее к Трегубово и оттуда в Пушкино на пополнение. Новое пушечное мясо капиталисты уже слали на транспортных самолётах Ju 52. Словно из времён отступления разбитой армии Наполеона из России, покачиваясь, шли по зимнему лесу оборванные, грязные, бородатые и завшивленные фигуры с соломенными лаптями на ногах, опираясь на палки. Из-под тряпок на головах видны одни глаза. Оккупанты! При выходе из Мостков по лесной дороге заблудились остатки II батальона 287-пехотного полка 96-й пехотной дивизии. Почти все погибли от холода.

Но это ещё не всё! На бегущих по лесным просекам к опорному пункту 'Острие' 'ленинградцы', 'харьковчане' и другие советские войска устроили охоту. Особо преуспели в этом лыжники 165-го 'пермского' лыжбата. Лес северо-западнее Мостков оказался завален брошенным оружием, тряпьём, трупами убитых в спину, как трусы, подлых захватчиков, а также замёрзших раненых на фанерных волокушах с надписями 'Zug 1', 'Zug 2', 'Zug 3' или разными символами. До опорного пункта 'Острие' добрались немногие. До 'Паука' ещё меньше. В Трегубово добрались единицы, в большинстве своём обмороженные. Разгром.

Царивший на глазах Гитлера бардак при участии его адъютанта хорошо иллюстрировал приказ Кёхлинга командиру I батальона 2-го полка SS Polizei-Division в Любино Поле: начать прорыв на Мостки в то время, как III батальон 284-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии Шеде, который по замыслу руководившего всей операцией адъютанта Гитлера должен был сменить эсэсовцев в Любино Поле, даже не знал об этом. Эсэсовцы уже собрались тикать, но их остановила советская атака, и им пришлось остаться на месте, иначе опытный пункт остался бы под защитой горстки полудохлых доходяг из разных подразделений и стройбатовцев, и пал, а значит вдогонку эсэсовцам ринулись бы на лыжах 'белые призраки' 165-го 'пермского' лыжбата.

На северном фасе Волховского плацдарма на фронте Спасская Полисть - Вергежа 'группа Тафеля' после нескольких кровопролитных атак вдоль ручья Лядно надорвалась, потеряв за сутки более 1000 человек убитыми, ранеными, обмороженными и пропавшими без вести. Тафель перешёл к обороне, отражая в ближних боях атаки частей 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии и продолжая нести большие потери. Доблестные воины-'челябинцы' освободили деревню Вергежа на Волхове и территорию севернее неё. Оккупанты отступили на север в Пересвет-Остров. Часть опорных пунктов западнее Вергежи 'челябинцы' окружили, и подлецам пришлось пробиваться через леса на северо-восток к Чудово и на запад к Полисти. Только небольшой части подразделений с разгромленного фронта у ручья Лядно с чрезвычайными усилиями удалось за 15 часов пробиться через позиции 'челябинцев' в западном направлении к реке Полисть, вынести снаряжение и часть раненых. Командный пункт разбитой в январе 215-й пехотной дивизии Книза передислоцировался от греха подальше в Чудово.

Мороз крепчал. В лесу стояла абсолютная тишина. Стройные сосны величаво вздымались в неприветливую, стылую высь. Новая атака частей 191-й 'ленинградской' дивизии Старунина у Ручьёв на 'Линии Линдеманна' успеха не принесла. В ответ последовала фашистская контратака при поддержке танков и бронемашин. Красноармеец Алтухов заменил выбывший пулемётный расчёт станкового пулемёта 'Максим', выкатил пулемёт на выгодную позицию, уничтожил два пулемётных расчёта фашистов, расстрелял обслугу миномётов, убил 12 солдат, офицера, захватил 2 пулемёта. Пулемёт 'Максим' он такой. Очень мощный винтовочный патрон у него. Как даст очередью! На поле боя 'ленинградцев' осталось в итоге 150 фашистских трупов. Сожжена бронемашина. Уничтожена миномётная батарея. Но у обороны за спиной вся группа армий 'Север', а за спиной 'ленинградцев' 70 километров заснеженного леса, а патроны и сухари им сбрасывают с самолётов.

Подлецов увозили на грузовиках греться в Чудово и Любань, а 'ленинградцы' уже вторую неделю ночевали в лесу. Всё бы хорошо, если б не морозы. Обмундирование-то у личного состава хорошее: ватный костюм, шинель, валенки и шапка-ушанка с ватным верхом. Вот только ватная одежда горела порой у костра быстро, как открытый порох. Ведь когда при переходах удавалось погреться у костра и бойцы дремали, то часто сжигали одежду или валенки. Потушить трудно. С другой стороны сапоги немцев не горели от костра, но и не грели вовсе.

На стыке с частями 254-й пехотной дивизии для обороны у Любани южного фланга и тыла группировки 18-й полевой армии фон Кюхлер сформировал огромную 'группу фон Бассе' под командованием генерала фон Бассе - командира 225-й пехотной дивизии. Кроме самой дивизии фон Бассе с его штабом, III дивизионом 225-го артполка, штабом этого артполка и 'дикими' танками, в группу первоначально вошли: рота Фелера из 12-й танковой дивизии - два танка Pz.Kpfw.IV, танк Pz.Kpfw.III, три французских танка 'Renault', II батальон 2-го полка SS Polizei-Division на грузовиках и эсэсовская артбатарея, усиленный батальон Хардта из 122-й пехотной дивизии, усиленный батальон Лeргеса из 58-й пехотной дивизии, 'группа Экштейна' - усиленный пехотный полк 121-й пехотной дивизии, III батальон 141-го батальона 6-й горной дивизии, III батальон 409-го пехотного полка 122-й пехотной дивизии, 1-я батарея 31-го зенитного дивизиона, отдельные зенитные орудия, в том числе 88-миллиметровые Flak 37, артбатарея 436-го артбатальона, часть 52-го артполка, 100-я строительная рота 'Организации Тодт' и 104-й и 141-й армейские сапёрно-строительные батальоны, транспортная колонна NSKK, охранные и вспомогательную полицию, эстонские лыжные 'сотни' Микумаги, Лааса и Рабене. Эстонцев использовали в основном для ведения разведки и убийств местного населения.

Без пехотных полков 225-й пехотной дивизии, временно переданных 'группе Кёхлинга' для обороны 'Волховского рукава', численность 'группы фон Бассе' колебалась в пределах 18-22 000 солдат и офицеров. Чуть ли не как половина 2-й Ударной армии. Далее 'сборной солянке' фон Бассе предстояло пополняться за счёт других сил по ходу выполнения плана операции 'Вперёд' - снятия частей и подразделений группы армий фон Кюхлера с фронта под Ленинградом для сдерживания Клыкова.

Вся эта вооружённая до зубов и обозлённая толпа оккупантов под предводительством военного преступника фон Бассе приготовилась сразиться за русские населённые пункты от Большого Ёглино до Любани с кавалеристами и лыжниками авангарда командарма Клыкова, которые уже месяц вели наступление в чрезвычайно тяжёлых условиях, понесли значительные потери, а удалённость их от баз снабжения составляла почти 200 километров.

'Группа фон Бассе' наоборот, собиралась обороняться с опорой сразу на две железные дороги: Веймарн - Чудово и Ленинград - Чудово. Поддержка авиацией у фон Бассе наисильнейшая, на что не мог рассчитывать авангард 2-й Ударной армии. ВВС Волховского фронта за месяц наступательных операций понесли потери. Опыт, выучка, отвага и патриотизм Сталинских соколов Журавлёва, самоотверженный труд ремонтников, целыми днями на морозе ремонтирующих изрешечённые в боях самолёты, с трудом уравновешивали тушу 1-го Воздушного флота Luftwaffe и ВВС фашистской Финляндии.

Но Клыков уже победил, победил хотя бы тем, что вся эта 'матрёшка' фон Бассе, как и другие подобные 'матрёшки' ушли с Ленинградского фронта, чтобы в большинстве своём никогда туда больше не вернуться, а лечь навечно в Волховские болота. Вместо того, чтобы иметь дело с ослабленными недоеданием войсками Ленинградского фронта и ленинградцами, подлецам фон Бассе и других 'матрёшек' предстояло схлестнуться с отлично экипированными и хорошо подготовленными уральскими и сибирскими дивизиями. Чем обширнее выполнялся план 'Вперёд' по отводу из-под Ленинграда войск, тем призрачнее становились шансы захватчиков на удачный штурм Ленинграда. Повсеместно разорванные планом 'Вперёд' из-за действий 2-й Ударной армии Волховского фронта части дивизий группы армий 'Север' не контролировались штабами своих дивизий. Солдаты из-за плохого командования и организации оказались без связи со своим снабжением и штабом, вдали от гауптфельдфебелей, полевых кухонь, полевой почты. Можно ли удивляться, что мало кто из них смог пережить этот бардак? Естественно, что в журналах боевых действий о таких оторванных от своих дивизий частях писалась уж совсем фантастика. Насколько боеспособными являлись такие 'сборные солянки' вроде 'группа фон Бассе'? Их боевая сила всегда была меньше целого соединения такой же численности. Wehrmacht таким образом здесь в очередной раз демонстрировал, что полагается более на численность, чем на слаженность и выучку войск.

Основа 'группы фон Бассе' - свежая, 'не пуганная' Восточным фронтом' северогерманская 225-я пехотная дивизия. Эта дивизия только что прибыла из Франции. Там она комплектовалась в основном французским трофейным стрелковым оружием и артиллерией, французскими зенитками и грузовиками, лошадьми, амуницией, внештатной французской бронетехникой и танками. Все командиры дивизий, формируемых или расквартированных в заключившей с Гитлером по-свойски перемирие Франции, всегда прихватывали из французских арсеналов сверх штата различную бронетехнику. Такие танки начальник генштаба OKH Гальдер называл 'дикими'. Но это войскам не возбранялось. 'Хочет пехота иметь свои танки? Пусть имеет, раз есть возможность!' В общее число 'своих' танков такие 'дикие' танки, как и другую 'дикую' бронетехнику, Wehrmacht не включал.

У фон Бассе имелись также преданные ему L армейским корпусом немецкие танки PzKpfw.IV и III, бронированные французские машины артиллерийских наблюдателей, командирские и разведывательные бронемашины, импровизированные самоходки на базе танкеток, подвозчики боеприпасов, тягачи, автобусы, заправщики, мотоциклы, велосипеды. Но что характерно - запасливый фон Бассе доставил свою дивизия в Россию без зимнего обмундирования, хотя катастрофа с замерзающими насмерть и 10 процентами обмороженных каждый день под Москвой и Тихвином уже произошла и должна была научить уму разуму прусских вояк. Но нет! Капиталистам хоть кол на голове теши! Всё как об стенку горох! Под Ленинград из Тильзита дивизия фон Бассе шла по лютому морозу моторизованным маршем без зимнего снаряжения. Маршевые группы продирались с большим трудом через снег и лёд. Грузовики, тягачи, самоходки, танки ломались и создавали заторы.

Выяснилось 'вдруг' в январе 1942 года, что вода в радиаторах французских машин, масло и аккумуляторы не приспособлены к морозам. Когда их застывшие моторы и масло пытались разогревать снизу кострами, машины и танки горели. Опять 'азиатские орды' виноваты, или руки не из того места растут? Побросав по дороге на фронт множество французского транспорта и бронетехники, подлецы стали использовать советские трофейные машины и даже сани. Особую зависть вызывали рассказы встречных фронтовиков, одетых в советское зимнее обмундирование, что у Т-34, например, есть внутри печка для обогрева экипажа за счёт тепла двигателя, прицелы Т-34 не запотевают и масло в накатниках пушек не загустевает, и что у 'унтерменшей' есть химические грелки, которых хватает на сутки, стоит только налить в них 50 граммов воды.

Когда фон Бассе в конце декабря грузил в безмятежном Амьене свою 18-тысячную банду откормленных захватчиков для убийства славян и коммунистов, температуры там составляла +16 градусов. Бросать войска из Франции, где в декабре и до +20 градусов тепла может быть, в Россию, где 35 градусов мороза без зимнего обмундирования - верх глупости и некомпетентности в военном деле. Дивизия оказалась сразу обескровлена на 10 процентов за счёт только обморожений! 'Ничего, фрау ещё нарожают!' На всём Восточном фронте шло наступление 'уничтоженной в котлах 1941 года' Красной Армии, противостоять которым уполовиненный Wehrmacht мог только с напряжением всех сил. Горело во всех углах! Где уж тут думать? Вот и здесь следовало срочно затыкать немецким мясом дыры в обороне под Ленинградом из-за сокрушительного удара 2-й Ударной армии.

Но вот, вроде, добрались 'французы' фон Бассе кое-как гусиным шагом до Красногвардейска, бывшей Гатчины, под гром артиллерийской канонады. В Гатчине 'французы' разместились в полуразбитой необогреваемой казарме при 40-градусном морозе и сильном восточном ветре. Вся еда и вода в термосах и котлах замёрзла; внутри казармы зловоние и антисанитария. Не замёрз только французский коньяк. Вот вам ещё 10 процентов обмороженных. Такая судьба постигла почти все дивизии из Европы, которыми Wehrmacht 'квалифицированно и умно' восстанавливал Восточный фронт в конце 1941 - начале 1942 года! Вот как воевала 'самая сильная армия мира'!

В ночь на 4 февраля семь самолёто-вылетов на бомбёжку Большого и Малого Опочивалово провели Р-зет из состава 586-го легкобомбардировочного авиаполка. После нескольких прямых попаданий 100-килограммовых авиабомб в расположении оккупантов возникли три больших пожара. Всю предыдущую неделю авиаторы этого полка бомбили Спасскую Полисть, делая до 5 самолётовылетов на машину за ночь.

Новое пушечное мясо 'группы Кёппеля' приняло на себя оборону в опорных пунктах Мостках и Любино Поле. В Мостки прорвался через лес I батальон 377-го пехотного полка 225-й пехотной дивизии генерал-лейтенант фон Бассе. Из-за действий диверсионно-разведывательных групп лыжников, Кёппель не мог создать сплошную линию обороны в лесу западнее железной дороги и организовать постоянное снабжение Мостков и Любина Поля. Для того, чтобы доставить в Мостки 12 саней с боеприпасами, шнапсом, эрзац-хлебом, печеньем и сардинами, пришлось гнать между ними 4 танка Pz.Kpfw.III и три бронетранспортёры Sd.Kfz.250. На обратном пути подорвались на минах один Pz.Kpfw.III и один Pz.Kpfw.III.

Командный пункт Кёппеля и III батальон 3-го полка SS Polizei-Division оказался в окружении в лесу. Хорошо хоть эсэсовцев грели меховые штаны. Гиммлер позаботился. Жаль все штаны в блохах, а на морозе не почешешься. Да уж, не такой была мечта оккупантов! Зато эсэсовцы I батальона 2-го полка SS Polizei-Division, из-за которых Гитлер затеял операцию, наконец-то выбрались в Трегубово. 'Герои' имели в строю лишь 4 офицера, 20 унтер-офицеров и 57 рядовых из 850 человек первоначального состава. Разгром. Как-то не очень внятно позаботился фюрер о своих кровавых псах.

Тем временем после мощной артиллерийской подготовки штурмовые группы 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии Витошкина выбили войска 'бригады Кёхлинга' со станции Спасская Полисть. Из-за сильных артобстрелов и атак войска подлецов в 'крепости' Спасская Полисть непрерывно редели, массово выходило из строя вооружение. Идущие на пополнение к Спасской Полисти оккупанты теряли значительную часть людей уже в пути: советская артиллерийская и авиационная разведка работала хорошо. Морозный воздух над 'крепостью' Гитлера день и ночь наполнял гул и дым взрывов артиллерийских снарядов, свист пуль и трещотка пулемётных очередей. Подлецы взорвали мост через Полисть в 'кладбищенской роще', чтобы оградить себя хотя бы здесь от возможности прорыва советских танков. Кёхлинг получил для восполнения потерь дивизион лёгких орудий, подразделение лыжников, пехотный батальон и наземные части Luftwaffe.

5 февраля на южной окраине Спасской Полисти 'антюфеевцы' по большей части перебили эсэсовцев и все другие подразделения 'бригады Кёхлинга', а остатки вытеснили в северную часть села к высоте с церковью Троицы и станции. Используя этот успех, в 11:30 штурмовые группы 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии Витошкина ворвались в опорный пункт Спасская Полисть с юга. Начались уличные бои невиданного ожесточения. Наводчик 1246-го стрелкового полка 'красноярцев' красноармеец Ощепков из своей 'сорокопятки' сжёг в уличном бою три контратакующих Pz.Kpfw.III, уничтожил две пулемётные точки. Картечью расстрелял более 40 гитлеровцев. Пал смертью храбрых командир 1242-го стрелкового полка Гордин. Он лично командовал оборудованием позиций штурмовых и блокирующих групп, размещением огневых средств. Пал смертью храбрых начштаба 'красноярцев' полковник Бонифатьев, который под сильным огнём руководил боем, снабжением, выносом раненых. В ходе уличных боёв вся Спасская Полисть освобождена. Враг отхлынул в стоящую вплотную к 'крепости' деревню Остров. В домах, ДЗОТах, траншеях, на улицах и переулках, на шоссе 'красноярцы' насчитали более 500 свежих трупов завоевателей, а в подвалах обнаружены заиндевевшие штабели убитых ранее.

Штурмовые группы 1236-й и 1238-й стрелковых полков 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Коркина при мощной поддержке артиллерии и миномётов атаковали с востока в направлении на Трегубово позиции 'группы Дойч' из 'бригады Кёхлинга'. Один из опорных пунктов оккупантов оказался здесь окружён и уничтожен. На участке 'группы Хойн' при поддержке 'кукушек' - засевших на деревьях 'алтайских' снайперов, а также миномётов, подразделения Коркина наконец-то закрепились у реки Полисть. Ударная группа из бойцов 1226-го и 1238-го стрелковых полков 'алтайцев' общим числом 350 человек под командованием командиров полков майоров Кокшарова и Лемешко с боем перешли шоссе Чудово - Новгород и углубились в лес между шоссе и железной дорогой. Снабжение укрепрайона Спасская Полисть от Трегубово на Спасскую Полисть прервалась. Колонны снабжения туда снова больше не могли проходить даже в сопровождении танков. Двигаясь в сторону Трегубово, ударная группа завязала бой с частями 'группы Хоффманна', 'группы Дойча', 'группы Ортлера'. На шоссе установлены мины. Прорыв подлецы с трудом закрыли 'мясной' контратакой под сильным обстрелом советской артиллерии. Использованный при этом батальон из резерва понёс тяжёлые потери. Но передовая группа 'алтайцев' у шоссе сама попала в окружение. Начались дни великого подвига самопожертвования.

Командир 'алтайцев' Коркин сам лично храбрый. 36 лет. Из алтайской деревни. В армии с 1928 года. Курсантом полковой школы участвовал в 1929 году в боях на КВЖД с белокитайцами. Награждён. Закончил Иркутские пехотные курсы. Со 2-го курса Военной академии Фрунзе отчислен за недисциплинированность. Любил говорить правду в глаза за что и поплатился. Вероломное нападение капиталистов встретил ранним утром 22 июня 1941 года на острие удара группы армий 'Юг' в Раве-Русской на Западной Украине в качестве командира 139-го стрелкового полка. Во взаимодействии с частями 91-го погранотряда и 209-го корпусного артполка отразил первый удар и отбросил передовые части агрессоров к границе. В течение пяти суток героически оборонял с другими войсками Рава-Русский укрепрайон и отступит только при угрозе окружения, потеряв до 2/3 людей. Отходил через Жулкев, Глиньско, Фуйна на восток. Оборонялся на фронте Добросин, Стажиска у Львова, прикрывал с другими войсками арьергарда отход 6-й армии Музыченко с Западной Украины. В июле 1941 года попал в окружение. Вышел. Участвовал в наступлении на Сквирском направлении, в отражении ударов между Фастовом и Белой Церковью. Неоднократно лично водил батальоны в атаку. Отходил к Днепру, оборонялся на Каневском плацдарме. 14 августа направлен для принятия командования над 372-й стрелковой дивизией, формировавшейся в Барнауле. С 6 января 1942 года наступал через Волхов и далее вёл бои на Волховском плацдарме. Всё бы хорошо, но, к сожалению, отважный командир имел вспыльчивый, неуживчивый характер, мог ударить подчинённого, злоупотреблял алкоголем. Выпивали конечно все и неуставные отношения тоже случались, порой под градом снарядов ударить дурака по скуле и обложить нецензурно лучше, чем отправить его под суд Военного трибунала. Но Коркин ещё и дерзил начальникам. Если бы не его изумительная храбрость - бойцы как его завидят в цепях, сразу 'ура!' и вперёд - не сделался бы он даже майором. Теперь вот комдиву грозило понижение до бригады.

Активно действовала у Спасской Полисти авиация ВВС Волховского фронта. Штурмовики Ил-2 из 175-го штурмового авиаполка Валивахина провели 20 боевых вылета. Скоростные бомбардировщики Пе-2 из 121-й бомбардировочного авиационного полка Дояра провели 18 боевых вылетов. Уничтожено 7 ДЗОТов и блиндажей, гаубица, зенитка, зенитный пулемёт, 6 станковых пулемётов, противотанковая пушка, 8 грузовиков, легковой вездеход, 6 повозок, 2 мотоцикла, склады боеприпасов и продовольствия, убито около 80 оккупантов, более 130 ранено.

В штурмовках принимали участие истребители МиГ-3 из 2-го гвардейского истребительного авиаполка Метёлкина. Патрулирующие шоссе истребители Bf 109G из 54-й эскадры 'Зелёное сердце' от боёв с гвардейцами Метёлкина уклонялись и привычно ждали момента для атаки на какой-либо самолёт, поврежденный зенитным огнём. Стервятники. Немудрено, если учесть лучшую подготовленность советских лётчиков. Это хорошо видно по количеству самолётов, потерянных в бою десятью лучшими асами ВВС Красной Армии и десятью лучшими асами Luftwaffe.

10 лучших асов Luftwaffe потеряли в 24 раза больше самолётов, чем 10 лучших асов ВВС Красной Армии. Вот простой и наглядный показатель существенной разницы в подготовке военных лётчиков и свойств самолётов. Среди лучших асов Luftwaffe имелись такие, кто терял по 18 самолётов. Самый лучший ас Luftwaffe, обладающий самой большой коллекцией приписок и самыми высшими наградами - это Хартманн, который вообще отличился тем, что выпрыгнул с парашютом из исправного истребителя, испугавшись вступить в бой с противником. Не удивительно, что лётчики Luftwaffe уклонялись от боя с советскими пилотами.

Советский фронтовой лётчик после аэроклуба обычно летал в авиационной школе от 9 месяцев до 12, потом в авиационном училище от 9 месяцев до 12, потом летал несколько месяцев в запасном авиаполку, затем на фронте некоторое время на лёгких заданиях. В запасном полку на боевых самолётах налёт составлял 10 часов, и с начала обучения общий налёт доходил до 150-200 часов. Масса времени посвящалась на земле обучению на тренажёрах, макетах, 'пеший по лётному', работе по учебным фильмам, учебникам и пособиям. Всё, что нужно делать в воздухе в бою, на земле отрабатывалось до автоматизма. Командиры звеньев и эскадрилий проходили дополнительную подготовку. На каждом этапе более чем годовой подготовки, осуществлялась постоянная сортировка курсантов по психо-физическим данным на истребителей, штурмовиков, бомбардировщиков. В истребители после постоянного отсева попадали лучшие из лучших. Гитлеровцы гнали в истребители всех подряд.

Отлично подготовленные фронтовые лётчики, заряженные любовью к Советской Родине, умелые авиаторы, герои по натуре, не то, что уклонялись от боя, как стервятники Геринга, а специально охотились за асами подлецов, сбивающих подранков, да так охотились, что асы 54-й истребительной эскадры 'Зелёное сердце' закрашивали свои эмблемы...

В этот же день из состава ВВС Волховского фронта убыл на переформирование и укомплектование в 8-й запасной истребительный авиаполк 515-й истребительный авиаполк Баранова. С 1 октября 1941 по 5 февраля 1942, находясь в составе ВВС Волховского фронта, его лётчики уничтожили 21 самолёт Luftwaffe в 53 воздушных боях. Провели 975 боевых вылетов на прикрытие войск и ударных самолётов и 68 штурмовок. Свои потери - 18 самолётов, погибло 11 лётчиков.

И вот 'крепость Спасская Полисть' фактически пала. Все инженерные сооружения разрушены. Зимний ветер пел песню в трубах сгоревших изб. Всё вооружение обороны уничтожено или повреждено. Перемолоты отборные эсэсовские части, масса подлецов с Ленинградского фронта отправлена подыскивать местечко в аду для своего бесноватого фюрера. Разбитые части 215-й пехотной дивизии отправились на переформирование. 'Волховский рукав' теперь существовал как единое целое только за счёт позиций, образованных 'по-красноармейски' 'группой Кёппеля' в лесу западнее железной дороги. Разгром 'бригады Кёхлинга' досталась дорогой ценой. С начала наступления 13 января в боях за Волховский плацдарм и опорные пункты на шоссе 'антюфеевцы' и дивизия Витошкина потеряли по 1600-1700 человек убитыми. Из них более половины - в сражении за Спасскую Полисть. Легко ранеными оказались почти все оставшиеся в строю. Но советские герои сражались и погибали с полной уверенностью в правоте своей борьбы, они знали, что за ними придут новые бойцы и врага разобьют. Потери оккупантов оказались выше. Однако это гитлеровских генералов не смущало. Wehrmacht в традиции германской армии времён кровавых мясорубок под Верденом и на Марне, считал солдат мусором. Генералы при капитализме - плоть от плоти хозяева капиталистических демократий, которые считали мусором всех простых людей.

Линдеманн разменивал жизнь своих солдат на время, чтобы успеть создать линию обороны у Чудово и Любани, стянуть силы с целью контрнаступления вдоль шоссе Чудово - Новгород. К Спасской Полисти от Любани для участия в контрнаступлении отправилась значительная часть сил 'группы Эльманна' из 21-й пехотной дивизии. Отправился затыкать дыры в обороне 'Волховского рукава' 24-й пехотный полк подполковника Арнинга из той же дивизии.

Уперевшись в 'линию Линдеманна' вдоль железной дороги Веймарн - Чудово, кавалеристы Гусева начали искать другие направления для действий. Особой дерзостью и результативностью отличалась кавгруппа Трофимова. Так 60 конников 3-го эскадрона 98-го кавполка под командованием старшего лейтенант Гнедого столкнулись с отрядом из 200 солдат. Открыв огонь почти в упор, преследуя бегущих до деревни Заручье, отряд истребил более 100 фашистов. У людей сияли глаза! И куда усталость делась! Не обращали внимания на мороз, снежные заносы, вражеский огонь. Чуть ли не силой приходится кавалеристов удерживать от излишнего риска. 'Вперёд! Спасти Ленинград!'

Немцы хорошие солдаты, но плохие воины! Если пятеро на одного, то это у них получалось организованно и по науке. Но у них один солдат в поле - никогда не воин! Руки в ноги и айда тикать! У русских наоборот! И один в поле воин!

Тем временем на западном фасе наступления 59-я стрелковая бригада с кавполком из 25-й кавдивизии и 170-й лыжбат Гладких подошли к станции Радофинниково и Дубовик, где вступили в бой с пехотой оккупантов, в том числе с 'сотнями' эстонских фашистов.

С потерей 'крепости' Спасская Полисть не то, что приказ Гитлера по деблокаде Мостков повисал в воздухе, а возникала угроза схлопывания всех опорных пунктов вдоль шоссе 'Волховского рукава' до Большого Опочивалово. Линдеманн в ярости погнал в контратаку сразу более 6000 солдат, 12 танков, приказал артиллерии не считаться с расходом снарядов и износом стволов. К ночи после 'мясного штурма' подлецов Спасскую Полисть советским войскам пришлось оставить.

Пока висела на волоске судьба всего 'Волховского рукава', а 'бригада Кёхлинга' как пылесос высасывала силы из войск группы армий 'Север' под Ленинградом, колонна 'группы Кёппеля' через лес и просеки под защитой танков дошла до батальонов в Мостках, наконец-то создав по приказу Гитлера устойчивый 'коридор' снабжения в Мостки.

Утром 6 февраля штурмовые группы 2-й стрелкового батальона 1267-го стрелкового полка 'красноярской' дивизии Витошкина и лыжный батальон из 59-й стрелковой бригады снова атаковали опорный пункт Спасская Полисть, которую советские бойцы прозвали 'осиное гнездо'. Здесь теперь оборонялись полнокровные 333, 376, 377-й пехотные полки 225-й пехотной дивизии фон Бассе.

Под перекрёстным обстрелом отважные 'красноярцы' по колено в снегу начали преодоление широкой поляны, прорыв через минные поля и проволочные заграждения. Средние и лёгкие орудия выдвигались на опушку леса и били прямой наводкой по ожившим при атаках стрелков орудиям и пулемётам. Меткое попадание в дом, огневую точку, каждый уничтоженный ДЗОТ, - это спасённые жизни красноармейцев. И артиллеристы старались изо всех сил.

Каждая из четырёх 152-миллиметровых гаубиц-пушек МЛ-20 'Емеля' 1-й батареи лейтенанта Швеца из 18-го артполка РГК выпустила 690 снарядов. При прорыве линий обороны перед селом батарея уничтожила 3 пулемётные и 2 миномётные позиции, в самой Спасской Полисти разбила 4 подвала жилых дома, похоронив в них 60 фашистских оккупантов, прямым попаданием уничтожила наблюдательный пункт в церкви Троицы. Советские зенитчики сбили самолёт-корректировщик. Потом советский истребитель сбил аэростат наблюдения, из-за чего контрбатарейная борьба для подлецов, и так ведущаяся вяло, вообще стала невозможной. Гитлеровцам удалось сбить огнём с земли один У-2.

После 4-часового боя 'красноярцы' ворвались на юго-восточную окраину села. Начался уличный бой. В ход пошли гранаты РГД и автоматы ППШ. У захватчиков отбивали сарай за сараем, погреб за погребом, дом за домом. Здесь везде рядками лежали в оборванных, заледеневших тряпках окостеневшие трупы оккупантов - урожай предыдущих штурмов и обстрелов. Заниматься ими подлецам было недосуг. Кроме участия в городском бою в Спасской Полисти 9 своих пехотных батальонов, фон Бассе повёл в контратаку другие части 'бригады Кёхлинга' из района деревень Коляжки, Остров при поддержке мощного миномётного огня и налётов Ju 87 и Ju 88. 'Красноярцы' отбили подряд 6 контратак и сами перешли в атаку, зачистив 'крепость' Гитлера до церкви Троицы Живоначальной и 'белого дома'. К 16:00 герои-'красноярцы' захватили территорию до церкви и 'белого дома', заняли круговую оборону. Когда гитлеровцы приготовились к очередной контратаке, подведя за снежным валом II батальон 377-го пехотного полка, эту позицию обнаружили артиллерийские наблюдатели 18-го артполка РГК и 'Емели' накрыли её внезапным сосредоточенным артогнём. Из 750 человек первоначального состава батальона в строю осталось 127. Но и они разбежались. Место побоища представляло собой кровавое снего-земляное месиво. Похороны не требовались...

В это же время штурмовые группы 1246-го стрелкового полка 'красноярцев' также настойчиво атаковали Мостки. Как волны моря, они раз за разом вымывали с берега опорного пункта фашистскую породу: пулемётчиков, миномётчиков, наблюдателей. После каждой атаки оккупантам приходилось посылать в окопы новых солдат и тащить туда новое вооружение.

В целом в этот день ВВС Волховского фронта действовали гораздо интенсивнее Luftwaffe. Ил-2, Пе-2 и истребители расстреливали, бомбили и штурмовали боевые порядки оккупантов. Советские авиаторы быстро учились бороться с корректировщиками 'рамами' и 'костылями'. Советские части воздушного наблюдения, оповещения и связи - ВНОС, действуя во взаимодействии со службой радиоперехвата, обнаруживали пролёт и предполагаемое место действия разведчиков, а затем оповещал об этом свои истребители. Пилоты Luftwaffe из разведчастей радиодисциплину чаще всего не соблюдали. Они беспечно передавали наземным частям массу данных, включая наименования населённых пунктов, раскрывая своё местоположение. Наземные войска оккупантов вызывали свои корректировщики с аэродромов открытым текстом с указанием названия населённых пунктов не по телефону, а по радио. Разведчиков пи этом не уведомляли через ближайшую УКВ-станцию службой ВНОС Luftwaffe о появлении советских истребителей.

В условиях, когда Wehrmacht сильно отставал от Красной Армии по количеству получаемых от промышленности снарядов, и это отставание начало выравниваться только к весне 1942 года, да и то лишь потому, что значительную часть производимых советских снарядов Ставка Верховного Главнокомандующего резервировала для будущих крупных наступательных операций Красной Армии, подлецы сильно уповали на авиаразведку и инструментальную артиллерийскую разведку.

С 18-й полевой армией взаимодействовала 8-я группа ближней разведки в составе 4-х авиаотрядов, имеющих на вооружении Fw 189 'Uhu' французской сборки по прозвищу 'Рама' и допотопные 'Хеншелей' Hs 126 по прозвищу 'Костыль'. 19-е артиллерийское командование под Ленинградом имело в частях инструментальной разведки аэростаты. В полосе 16-й полевой армии разведку вели два авиаотряда, входившие в состав 11-й авиагруппы. Но авиация могла играть лишь вспомогательную роль в сражении. Всё решалось на земле. А здесь в полках 'антюфеевцев' и дивизии Витошкина осталось по 300 человек, остальные убиты, ранены, больны.

Но у Кёхлинга дела с потерями гораздо хуже. На картах его батальоны числились лишь потому, что их потери списывались затем в течении месяца равномерно, чтобы не шокировать впечатлительных начальников и не оказаться самими в амплуа неудачников и бездарей. Так делал весь Wehrmacht, войска SS и Luftwaffe. В журналах боевых действия потери отражались всегда меньшие, поскольку эти журналы являлись лишь пропагандистскими материалами для книг о предстоящей победе. Велись они под руководством рот пропаганды OKW. Зачем лишний раз нервировать население, оно и так нервное. Что касается реальности, советским частям, занявшим чуть позже Мостки и Любино Поле, пришлось утилизировать штабеля из 800 замороженных трупов эсэсовцев и их коллег из вооружённых сил, которых так и не похоронили их начальники в твёрдой, как бетон, замёрзшей русской земле.

Так в интересах пропаганды Гитлер 'спас' своих цепных псов-эсэсовцев, хотя операция провалилась. Ни о каком закрытии прорыва под огнём советской артиллерии речи здесь даже не шло. Зато командир погибшего батальона SS Polizei-Division штурмбанфюрер SS и майор полиции Паннир получил Рыцарский крест. Командующие всех уровней поздравили штабели своих мертвецов напыщенными приказами и красочно описали их победные действия в своих приказах. Бумага всё стерпит.

Утром того же дня кавалеристы кавгруппы Трофимова из кавкорпуса Гусева, применив обходной маневр, внезапно, когда лучи солнца падали прямо на стёкла домов и они горели ослепительным светом, в конном строю атаковали опорный пункт в деревне Дубовик, расположенной в 37 километрах по прямой западнее Спасской Полисти. Следом поднялась в атаку пехота 59-я 'саратовской' стрелковой бригады Глазунова и уральцы 170-го лыжбата.

Стрелковые бригады типа бригады Глазунова имели три стрелковых батальона, миномётную батарею, по одному дивизиону 76-миллиметровых 'полковушек', 45-миллиметровых пушек, 120-миллиметровых миномётов, а также роту ПТР, сапёрную роту, автоматную, разведывательную роты, взвод ПВО, ещё ряд подразделений. Фактически - усиленный вооружением стрелковый полк. В подобных бригадах реализовалась основная идея для войск Красной Армии 'больше оружия - меньше бойцов'.

В Дубовике оборонялись войска из 'группы фон Бассе', располагающие 4 установками Flak 30 калибра 37 миллиметров, 4 установками счетверённых пулемётов MG 34, а также 'сотня' эстонцев, подразделения 2-й пехотной бригады SS. Во время боя удалось уничтожить 140 солдат и офицеров дивизии фон Бассе, роту эстонских айзсаргов, отличившихся зверствами над местным населением. Командира эстонцев захватили в плен. До штаба не довели, шлёпнули. Захваченные зенитки взяли на вооружение и не без результата. Их использовали для занятия станции Радофинниково. В бою за станцию погиб смертью храбрых комбат лыжников-'уральцев' старший лейтенант Гладких.

Как на крыльях двигался по тылам отряд из 45 всадников политрука Муханова из кавгруппы Трофимова. Освобождены деревни Паншино, Фралёво, Филипповичи, Жердяки. Затем пришлось до подхода своей пехоты сдерживать контратаки батальона фашистов на Паншино. Все атаки отбиты с большими для оккупантов потерями, несмотря на его превосходство в количестве и вооружении. Отражая атаку на Паншино, пулемётчик сержант Богатырёв убил 32 фашиста. Комэск-2 из 98-го кавполка лейтенант Фалолейкин сам лёг за 'Максим' и умелым огнём выкосил 40 фашистов. Враг дрогнул и отступил. Когда началась новая атака, Фалолейкин подпустил гитлеровцев на 100 метров и расстрелял их, завалив поле фашистскими трупами.

Производя обходные движения по лесам, без дорог, советские чудо-богатыри встречали местных жителей, которые спасались от угона в немецкое рабство. Среди них большинство - женщины и малолетние дети. В лесах они прятали свои главные ценности: ульи с пчёлами, коз, коров. В деревнях также осталось немало местных жителей. После прихода освободителей мирные жители возвращались в свои родные дома. Они радушно встречали бойцов и командиров. Угощали молоком, картофелем. Хлеба у них не имелось совсем...

Вот деревня Глухая Кересть на реке Трубица около разгрузочной станции на железной дороге Ленинград - Новгород в 24-х километрах западнее Спасской Полисти... Железнодорожная насыпь здесь отличалась необыкновенной белизной: цепочка платформ выделялась на ней, как на бумажной ленте. При приближении освободителей убийцы из охранной дивизии фон Плотто зажгли деревню со всех сторон. Эти солдаты, в основном старших возрастов, выгнали жителей на середину улицы, а потом от ненависти и безнаказанности стали стрелять по ним из автоматов. Созданный капиталистами Wehrmacht освободил убийц от любой ответственности за любые преступления в Советском Союзе, поэтому подлецы посреди улицы не моргнув глазом убили стариков Гурьянова и Вакрасева, ранили 15-летнего Гурьянова и совсем ребёнка Борисова....

Важный для гитлеровцев пункт на железной дороге кавалеристы освобождали лихо: сначала сапёры взорвали железнодорожные пути южнее платформы Новая Кересть, затем 1-й эскадрон из кавполка майора Смирнова-Бардова перехватил дорогу по которой снабжался гарнизон и прервал линии связи. После этого два спешенных эскадрона стремительной атакой выбили роты 285-й охранной дивизии фон Плотто из деревни и со станции. Результат - 60 окоченевших трупов нелюдей. Трофеи: масса стрелкового оружия, польская танкетка TKS(p), 15 легковых и грузовых автомашин, большой склад фуража. Но главное - удалось спасти 250 человек из Новгорода, которых подлецы фон Плотто использовали до полного изнеможения на расчистке путей и потом готовились расстрелять.

Передовые эскадроны 25-й кавдивизии у деревень Фралёво и Заполье нанесли поражение 'сборной солянке', составленной из 1-го сводного батальона Luftwaffe - технический персонал аэродромов из-под Луги, 638-го батальона территориальной обороны - 'хиви', в также сводных подразделений из персонала различных тыловых частей. Фралёво и Заполье удалось освободить почти без потерь. Победителям досталось оружие, пленные, 40 лошадей.

В предрассветный час побеждает не количество, а внезапность. Страшно стало подлецам, когда среди ночи в Филипповичах раздалось русское 'ура-а-а!', хлопотливо заработали автоматы и ручные гранаты. В нательном белье выскакивали подлецы из домов и тут их косили ППШ и ДП. Через полчаса всё кончилось, и лишь изредка тишину нарушали стоны раненых оккупантов. 'Охранники' фон Плотто при поддержке 225-го артполка бросились в бешеную контратаку. Передовым эскадронам, не имеющим артиллерии, пришлось оставить Филипповичи.

На северном фасе Волховского плацдарма советские бойцы, отразив контратаку 380-го пехотного полка, перешли в атаку на деревню Пересвет-Остров, превращённую оккупантами в сильный опорный пункт. Каждый каменный подвал - ДОТ. Для взятия этого опорного пункта пришлось обрушить на опорный пункт мощный перекрёстный огонь дивизиона 168-го артполка и 70-го гаубично-пушечного артполка, вооружённого превосходными 152-миллиметровыми гаубицами-пушками МЛ-20 'Емеля'. Полк 'Емель' с тракторами 'Сталинец' легко передвигался в снегах, располагался сразу за пехотными частями и успешно громил врага. Именно такой поддержки не хватало кавкорпусу Гусева, действующему перед 'Линией Линдеманна' в тылу группы армий 'Север'. Пересвет-Остров освобождён.

Конвейер немецкого пушечного мяса не ослабевал. Штаб группы армий 'Север' продолжал потрошить свои войска под Ленинградом для противодействия 2-й Ударной армии Клыкова, части которой уже оборудовали лесной лагерь недалеко от железнодорожной насыпи около деревни Конечки, а сапёры и стройбатовцы прокладывали дорогу через лес на Савкино и Глебово в 80 километрах от Волхова. Командующий L армейским корпусом Клеффель дал своим подлецам, осаждающим Ленинград, кодовую команду: 'Вперёд!' По ней войска начали разворачиваться на 180 градусов, создавая фронта на восток для защиты корпусных тылов - в каждой дивизии снимался с фронта пехотный батальон, одна артиллерийская батарея и другие части. Это относилось и эсэсовским частям у Красной Горки. Снимались с фронта под Ленинградом сапёрные батальоны, батальоны связи, взводы мотоциклистов связи, разведбаты, 'ягдкоманды', строительные батальоны 'Организации Тодта', отряды 'хиви'. Всё это в спешке разворачивалось против Клыкова. Ровно на эту величину уменьшалось давление на ослабленные недоеданием войска осаждённого Ленинграда и Балтфлот. Полицейских для SS Polizei-Division с распределительного пункта в восточно-прусском Растенбурге, где в бетонном бункере скрывался от бомб Верховный главнокомандующий Гитлер, везли по железной дороге в Чудово. Там грузили на автомашины и сразу отправляли в Спасскую Полисть. Сразу же по прибытии эсэсовцев ждали 'на первое' меткие пули снайперов-'кукушек', а на второе' миномётный обстрел.

И вдруг по 2-й Ударной армии как молния пронеслась радостная весть: пока армия Клыкова изматывала группу армий 'Север', её 18-ю и 16-ю полевые армии Линдеманна и Буша, под Демянском окружены 6 дивизий и другие части 16-й армии Буша - почти 100 000 солдат и 'хиви'! По приказу Верховного Главнокомандующего Сталина, для содействия разгрому войск группы армий 'Север' и снятия осады Ленинграда, 1-я Ударная армия Кузнецова при поддержке 11-й общевойсковой армии Морозова нанесла удар на Старую Руссу и отрезала дивизии 16-й полевой армии Буша на Демянском плацдарме. Советские чудо-богатыри при наступлении у Старой Руссы показывали чудеса воинского искусства и доблести.

Демянский плацдарм занимал территорию от Старой Руссы до Селигера. Он создавал угрозу советским войскам как Северо-Западного фронта, так и флангам Калининского и Волховского фронтов. В гитлеровских позициях между Ленинградом и Москвой имелись прорехи, через которые могли просочиться партизаны и советские части. Для фашистов у Селигера это означало на практике: 'Враг кругом!'. За всё приходилось вести бои - за пути снабжения, тыловые службы, в лютую стужу, абсолютно непривычную для захватчиков, при нехватке зимней одежды, в то время как Красная Армия имела отличное обмундирование, привычку к холодному климату и абсолютную неприхотливость в отношении питания. И кто должен нести большие потери? Wehrmacht относился к своим солдатам как к мусору, и этого даже не скрывал. И вот теперь вообще окружение крупной группировки! Наркоман Гитлер называл свой Демянский плацдарм 'пистолетом, приставленным к сердцу России'. Видения фюрера иногда принимали и более экзотические формы. И вот это 'пистолет' Гитлера погнулся и потерял потенцию.

В этот же день победоносно завершилась начатая 9 декабря Холмско-Торопецкая операция 4-й Ударной армии Ерёменко и 3-й Ударной армии Пуркаева. Эта операция тоже шла в условиях почти полного бездорожья. Единственная железная дорога со слабой пропускной способностью не доходила на 40 километров до Осташкова и разрушена оккупантами. Единственная грунтовая дорога крайне запущена. В некоторых случаях удалённость станций снабжения 200 километров. Кроме того все накопленные запасы Ерёменко начальник тыла и Северо-Западного фронта Курочкина направил на обеспечение армии Пуркаева. К началу наступления Ерёменко в 360-й стрелковой дивизия своей армии не имел ни одной суточной дачи продовольствия. Пришлось в первый день наступления эту дивизию кормить сухарями, взятыми из 358-й стрелковой дивизии. За вредительство с продовольствием начальник тыла и комиссар Северо-Западного фронта предстали перед судом Военного трибунала. Ерёменко, пионеру атаки пехоты за 'огненным валом' и злого ангела подлеца Гудериана, пришлось вести наступление с учётом наиболее полного захвата полевых кухонь, колонн снабжения и продовольственных складов оккупантов. Такого в Военной академии Фрунзе не преподавали. Это уже народное творчество.

Армия Ерёменко шла вперёд как паровой каток. Оборона II и XXIII армейских корпусов группы армий 'Север' разорвалась. Связь между 123-й пехотной дивизией Рауха, бежавшей к Демянску, и 253-й пехотной дивизией Шеллерта на берегу Волги, исчезла. Через этот разрыв армия Пуркаева ударила на Холм, армия Ерёменко - в направлении Витебска, а 22-я армия Вострухова - в тылы за Ржевом. Кавбригада SS штандартенфюрера SS Фегелейна западнее Ржева разгромлена, оборонявшийся в Пено разведбат SS уничтожен. Эта SS Kavallerie-Brigade - соединение известное в Германском рейхе. Её кавполки 'Totenkopf' в течении года депортировали население Польши по расовой программе, собирали и конвоировали евреев в концлагеря. Под такой охраной до места добиралась половина. Кровавые псы капиталистов проводили антипартизанские операции, всегда действуя с неоправданной жестокостью. Заодно снимались в кинематографе и участвовали в парадах.

После вероломного нападения на Советский Союз кавалеристы SS попали в такой переплёт, что их быстро сняли с фронта и подчинили руководителю SS и полиции 'Центральная Россия' группенфюреру фон дем Бах-Зелевски. Вместе с 162-й и 252-й пехотными дивизиями эти убийцы до начала сентября действовали в Белоруссии с группами окружённых советских войск, партизанами и местным населением. В городе Хомск кавалеристы Фегелейна согнали 2000 евреев - граждан СССР в здание местной церкви и на следующий день расстреляли их из пулемётов. В городе Мотоль расисты расстреляли 800 мужчин-евреев - граждан СССР на городской площади. На следующий день расстреляли 1500 еврейских женщин и детей у здания школы и синагоги. В районе Припяти кавалеристы также массово убивали советских граждан: 15 000 евреев и подозреваемых в поддержке Советской власти, 1000 партизан и 700 пленных. После этого бригада занималась на Полесье борьбой с партизанами. Затем действовала против партизан в районе Невель - Великие Луки. Потом в районе Ржев - Торопец. И вот убийцы попали под 'паровой каток' Ерёменко. Кто бы мог подумать! Россия-то, при большевиках, вроде, разгромлена, Красная Армия уничтожена три раза! А тут такое!

Резервы оккупантов перед Ерёменко - прежде всего 81-я пехотная дивизия генерал-лейтенанта Шоппера - тоже разгромлены. Из 'группы Шоппера' к Торопцу вышли всего 40 обмороженных человек. А ведь только 23 декабря 1941 года дивизия Шоппера отправилась в снега с атлантического побережья безмятежной и сытой Франции, которая по-свойски подписала с Гитлером перемирие... В Торопце Ерёменко захватил 6 танков, 700 грузовиков автомашины, 450 0000 снарядов, 9 000 000 патронов, 1000 бочек бензина, 40 складов с продовольствием: масло и другие жиры, мясные и рыбные консервы, концентраты, мука, крупа, сахар, сухофрукты, шоколад. Этим провиантом 3-я Ударная армия смогла питаться месяц...

На следующий день разгорелись особенно сильные бои за Спасскую Полисть и отдельные огневые позиции на дороге снабжения около неё. Штурмовые группы из 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Коркина в темноте приблизились на 100 метров к линии ДЗОТов Спасской Полисти, прокапывая в снегу длинные галереи. Внезапно атаковали. Им удалось прорваться в южную часть опорного пункта только что занятого полком свежей пехотной дивизии фон Бассе. 'Алтайцы' уничтожили около 100 гитлеровцев, посты артиллерийских наблюдателей и тяжёлое вооружение. После контратаки III батальона 377-го пехотного полка и танков, 'алтайцами' пришлось отойти, но контратакующие потеряли в уличных боях более 300 человек убитыми и ранеными. Улицы и переулки оккупанты просто завалили своими трупами.

Солдаты дали 'Спасской Полисти' прозвище 'мясорубка'. Сюда в узкий выступ фронта шириной 800 метров и длиной 2 километра, окружённый с трёх сторон советскими пушками и пулемётами, генералы согнали на убой многоязыкие части и подразделения из 11, 58, 61, 93, 96, 121, 212, 215, 223, 225, 254-й пехотных дивизий, 20-й моторизованной, 12-й танковой дивизий, SS Polizei-Division, зенитной артиллерии Luftwaffe, наземные части Luftwaffe, части резерва Ставки, корпусов и армий, 'Организации Тодта', NSKK, 'хиви'. Никогда за всю историю своего существования, Wehrmacht никто не ставил в такое унизительное и глупое положение - держать массу войск на крохотном пятачке под непрерывным обстрелом и угрозой окружения, которое при этом эпизодически случалось.

В этом аппендиксе фронта никто из начальников не нёс никакой ответственности за солдат из своих и тем более чужих частей. Командовал из своей ставки лично Гитлер. Ни за жизнь и здоровье солдат, ни за их условия размещения с начальников никто ничего не спрашивал. Говорилось только одно: 'Удержать любой ценой'. А это значит, не раздумывая применять 'мясные штурмы'. Полураздетые и разутые трупы лежали заиндевевшими штабелями, валялись под гусеницами танков и самоходок, из них делали укрытия, зарывали беспорядочно в воронках от снарядов 'Кувалд Сталина'. От изломанного оружия, повреждённой амуниции, техники, испорченных боеприпасов избавлялись как от хлама - бросали в кучи.

Когда советские штурмовые группы врывались в Спасскую Полисть и начиналось избиение гранатами огневых точек в ДЗОТах и домах, обезумевшие толпы оккупантов обычно в панике неслись к деревне Остров. Оттуда их обратно гнали в контратаки фельджандармы. Советские штурмовые группы отходили. Следовал ураганный удар 'Катюш', затем отработка из 'Емель', 'Матушек' и 'Кувалд Сталина', и всё повторялось. Так волны размывают обрывистый берег и героически обваливается. Многие солдаты сходили с ума. Другие стрелялись. 'Pervitin', алкоголь и никотин употребляли постоянно и в лошадиных дозах. По-другому у 'лучшей армии Европы' просто не получалось здесь воевать. Пропагандисты Германского рейха и белогвардейской триколорной эмиграции об этом молчали. Если и заходила речь о Волховской битве, то они использовали главный приём буржуазной прессы и всё переворачивали с ног на голову - всё то, что хлебали полной ложкой фашисты, приписывали Красной Армии.

Схема обороны 'крепости' Спасская Полисть, расположение огневых точек было известно. Генерал Коровников, отвечающий за взятие 'крепости', имел кроме артиллерии большой мощности ещё 83 дивизионные гаубицы и 1,5 боекомплекта к ним. Спасскую Полисть перепахали снарядами несколько раз. Но на то она и 'крепость' Гитлера, что её защищали до последнего солдата под лозунгом 'Фрау ещё нарожают!'

Опорные пункты на шоссе в 'Волховском рукаве' от Спасской Полисти до Малого Опочивалово, железная дорога и шоссе снова находились под ударами ВВС Волховского фронта. Штурмовики 218-го штурмового авиационного полка Сапогова на Ил-2 провели 18 боевых вылетов, 10-й бомбардировочный авиаполк Остапчика на Пе-2 провёл 15 боевых вылетов. Уничтожено 5 ДЗОТов и блиндажей, 2 гаубицы, 2 зенитных пулемёта, 3 станковых пулемётов, 2 противотанковые пушки, 5 грузовиков, 3 повозки, мотоцикл, склад боеприпасов, убито 60 оккупантов, более 200 ранено.

Штурмовики и бомбардировщики прикрывали МиГ-3 и Як-1 из 41-го истребительного авиаполка Ершова. Истребительный авиаполк Ершова сформирован до войны из лётчиков-испытателей для испытания истребителей И-200 - прототипа МиГ-3. В 1939 году полк участвовал в Освободительном походе Красной Армии в Западную Белоруссию и на Западную Украину. На полк из 27 лётчиков пришлась часть удара армад Геринга в Белоруссии у Белостока 22 июня 1941 года. Тогда из 12 000 самолётов Luftwaffe и их союзников 80 процентов они сосредоточили против Советского Союза. В первом вероломном ударе против 2000 самолётов Западного Особого Военного округа участвовало 3000 из них, стараясь раздавить советских героев тушей. В воздухе творилось нечто невообразимое. От самолетов Luftwaffe в воздухе не протолкнуться. Махина. При первом налёте Luftwaffe на аэродром Сибурчин, где дислоцировался авиаполк, не пострадал ни один боевой самолёт, поскольку Ершов, выполняя директиву Генштаба от 18 июня, все истребители рассредоточил и замаскировал. После сложнейшего приграничного сражения 'уничтоженный на спящих аэродромах' авиаполк Ершова защищал небо Могилёва, Москвы, Ленинграда. С начала войны по 6 февраля 1942 года за 7 месяцев войны асы Ершова выполнили 4445 самолёто-вылетов, уничтожили 144 самолёта Luftwaffe в воздушных боях и на аэродромах, 35 танков, 657 грузовиков и легковых машин, 491 повозку, 16 тягачей и тракторов, 22 бензоцистерны, 36 зенитных и 11 полевых орудий, склад боеприпасов, 3 переправы, штаб пехотного полка, более 3000 солдат и офицеров, имея потери в лётчиках всего 14 человек.

Лётчики полка являлись настоящим пугалом для Luftwaffe вообще и для элитной JG 54 'Grunherz'. Так они вогнали в землю около Киршей австрийского аса Лозера из II группы JG 54 'Grunherz'. Затем лётчик Суков на ЛаГГ-3 с надписью 'За Сашу Тихомирова' сбил над озером Ильмень любимого аса Геринга командира 7-го штаффеля 'Grunherz' Остерманна. Негодяй Остерманн, вращаясь по глубокой спирали, врезался в воду и затонул. Так спасали Ленинград!

В составе ВВС Волховского фронта героические авиаторы Ершова помимо прикрытия войск в районе Спасская Полисть, Малое Опочивалово, Коляжка и тылов, города Малая Вишера, своего аэродрома в Гремячево, штурмовок, сопровождали бомбардировщики и штурмовики до целей по маршрутам Тосно, Любань, Апраксин Двор, Трегубово, Ямок, Коркино, Шимск.

Из 'Волховского рукава', как из огромного тюбика, гитлеровские генералы выдавливали пушечное мясо на шнеки в головке мясорубки - Спасской Полисти. Шнеки - это артиллерия, авиация, танки и штурмовые группы Красной Армии. Из немцев шнеки делали кровавый заиндевевший фарш. Где же, капиталисты, ваш разрекламированный на весь мир 'Blitzkrieg' и обещание за 3,5 месяца дойти до Урала?

Уже несколько дней к подлецам в Спасской Полисти, отрезанным на участке обороны 'группы Хойна' передовым ударным отрядом 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Коркина, не поступали продовольствие и боеприпасы. Даже танки, ещё пару дней назад проскакивающие по шоссе с боеприпасами и продовольствием в Спасскую Полисть, не могли больше туда пробиться. Дорогу добротно заминировали. Два танка Renault R35 попали на мощные фугасы и разрушились. Дело - дрянь. Вырытые в глубоком снегу и выложенные хворостом дыры передовых стрелковых позиций подлецов уже не спасали от обстрела. От 'железных порций' солдатского рациона, сырой чечевицы и конины оккупанты мучились от диареи. Luftwaffe сбрасывали продовольствие. Для ориентирования лётчиков подлецы выложили полотнища, стреляли ракетами, чтобы обозначить себя, но грузы почти всегда падали на советские позиции. Только один из 6 или 7 контейнеров с продовольствием приземлялся к окружённым в Спасской Полисти.

Воины-'алтайцы' пыталась выручить своих окружённых у шоссе на участке обороны 'группы Хойна' товарищей. Единство и борьба противоположностей. Советские силы, которые осуществляли окружение фашистов, сами находились в окружении. Снайперы и отдельные миномёты истребили несколько огневых точек подлецов и советские штурмовые группы продвинулись ещё дальше по руслу реки Полисть, но соединиться со своими товарищами не смогли.

В это день 7 февраля в боях за Теремец и Подберезье на самом южном участке Волховского плацдарма великий беспримерный групповой подвиг воинского духа совершила штурмовая группа 229-го стрелкового полка 225-й стрелковой дивизии Ювенальевича. Эта дивизия формировалась из частей 3-й таковой дивизии, хорошо известной Красной Армии. 3-ю танковую кадровую дивизию сформировали в Пскове летом 1940 года на базе кадровой 13-й легкотанковой и 20-й тяжёлой танковых бригад. Эти соединения участвовали победоносном 3,5-месячном Финском походе Красной Армии. 13-я легкотанковая бригада в свою очередь была сформирована в 1932 году под Ленинградом и придана 11-му механизированному корпусу - одному из первых бронетанковых соединений Красной Армии. Её экипажи сражались в Гражданскую войну в Испании, вступали в Эстонию после решения эстонского народа о вхождении в состав СССР. Первое сражение 3-й танковой дивизии Андреева против немецко-фашистских оккупантов состоялось 4-5 июля 1941 года за город Остров в Псковской области. Сражаться пришлось против 1-й и 6-й танковых дивизий Panzerwaffe. После кровопролитных боёв дивизия Андреева начала отход на Порхов. 7 июля она вела танковые бои в районе Череха, Песчанка, Вольнево, Крякуши, затормозив прорыв фашистов к Пскову. С 11 июля дивизия Андреева начала передавать матчасть, танки другим соединениям, а личный состав отошёл к Новгороду, где занял позиции по реке Мста. Находилась на Волхове до 16 октября, когда сдала участок другим частям и вышла в резерв. После этого переформирована в 225-ю стрелковую дивизию. В дивизию влились призывники Псковской области. И вот февраль 1942 года, бои на новгородской земле...

Оккупанты у Теремца и Подберезье в дополнении к имеющимся ДЗОТам по ночам строили здесь новые, создавая мощный опорный пункт. Штурмовая группа младшего лейтенанта Поленского, кандидата в партию большевиков, с наступлением темноты двинулась на разведку и для уничтожения передовых пулемётных точек. Сняли двух часовых и смелым броском окружили передовые ДЗОТы. Красноармейцы Арсенин, Лифанов и Селезнёв бросились к первому ДЗОТу. Через дымоходные трубы и двери уничтожили гранатами гарнизон. Тех подлецов, кто находились в окопах, перебили из ППШ и ДП. Однако несколько гитлеровцев успели пробраться в один из ближайших ДЗОТов и открыли огонь. Герасименко, Черемнов и Красиков подбежали к ним, и забросали гранатами. Через амбразуры вытащили пулемёты и ленты, чтобы применить их самим.

Украинца Ивана Герасименко, алтайцев-односельчан Леонтия Черемнова и Александра Красилова судьба свела в конце 30-х годов в Новокузнецке на строительстве первенца сибирской металлургии Кузнецкого металлургического комбината. Отсюда осенью 1941 года их призвали на фронт в одну дивизию. У Красилова пятеро детей, у его друга Черемхова - трое. Герасименко коммунист. Красилов и Черемнов кандидаты в члены партии большевиков. Это многое значило, особенно на фронте. С коммунистов особый спрос. Они сами это отчётливо осознавали, поэтому шли в бой в первых рядах и себя не жалели. Делали они это добровольно, как защитники и хозяева страны Советов, не под дулами 'особистов' из НКВД, как трубили на весь мир гитлеровцы и триколорные белогвардейцы из эмиграции. Просто люди свято верили в советскую идею всеобщего равенства и справедливости. Люди видели, как старается руководство и какие идут преобразования в стране. Они осознавали, что советское общества идёт правильным путём. Поэтому ради светлого будущего России и своих детей они шли на всё!

Вдруг из двух ранее молчавших ДЗОТов начался перекрёстный огонь, который мог расстрелять всю группу. Положение критическое. Ближе других к этим ДЗОТам оказались сержант Герасименко и его бойцы Черемнов и Красиков. Герасименко бросил гранату. Раздался взрыв. Но пулемёт не замолчал. Гранат не осталось. Медлить нельзя. У всех троих одновременно возникло одно решение. Без всякой команды, не сговариваясь, они бросились к ДЗОТам.

Первым на ДЗОТ, откуда бил смертельный ливень, пошёл через всполохи выстрелов Герасименко. Оставляя на снегу пятна крови, он приблизился к амбразуре и бросился на неё. Пулемёт смолк. Одновременно на второй пулемёт бросился Черемнов. Не успели разведчики подняться, как вновь заговорил первый пулемёт: подлецам удалось сбросить безжизненное тело героя Герасименко. И тут безо всякой команды на ожившую огневую точку кинулся Красилов. Товарищи слышали его последние слова:

- Я не дойду до победы, другие дойдут...

Он накрыл своим телом амбразуру... В эту минуту под низким свинцовым небом Волхова будто величаво и мощно зазвучали слава пролетарского гимна и одновременно гимна Советского Союза: 'Это есть наш последний и решительный бой...' Потрясённые увиденным, в едином порыве поднялись разведчики с криком 'ура!' Отряд ожесточённо дрался ещё полтора часа. Из 20 бойцов вернулось с задания 16. Они уничтожили 15 гитлеровцев, 6 ДЗОТов и 6 пулемётов. Но как это?! Три советских воина одновременно бросились на амбразуры вражеских ДЗОТов, чтобы закрыть их своей грудью! Мог ли таким похвастаться Wehrmacht, солдаты которого из-под палки сражались 'за булочку и билет на трамвайчик'? Не могли!

На участке 'группы Хойн' в 'Волховском рукаве' у Трегубово советские подразделения 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Коркина предприняли несколько атак для деблокирования 300 своих окружённых товарищей на шоссе. Всего по позициям подлецов выпущено 2900 снарядов и мин. 300 героев-'алтайцев' отбивали непрерывные атаки пьяных и накачанных метамфетамином толп 'мясника' Кёхлинга со стороны Трегубово. Патроны и продовольствие окружённым сбрасывали с Р-зет лётчики 660-го ночного бомбардировочного авиаполка. Шоссе по-прежнему заминировано и не действовало. Спасская Полисть и южная часть 'Волховского рукава' оставалась в оперативном окружении. Советская артиллерия силами пяти артполков, в том числе двух гаубичных полков РГК непрерывно обстреливала почти весь участок шоссе Трегубово - Спасская Полисть, а также Малое Опочивалово и Трегубово, ориентируясь на данные наблюдательных пунктов и авиаразведки. Успешная контрбатарейная борьба велась с помощью дивизионов акустической разведки командующего артиллерией Волховского фронта. Сосредоточение огня миномётов по фашистским солдатам и их тяжёлому вооружению, находившимся вне укрытий или в открытых окопах и траншеях, также давало большой эффект. К тому же подлецы оказались неподготовленными к контрминомётной борьбе и не могли установить своими штатными средствами разведки районы огневых позиций советских миномётов. Когда же били по Мосткам и Любино Поле 203-миллиметровые гаубицы Б-4 'Кувалды Сталина' из 137-го гаубичного артполка большой мощности, в Большом Опочивалово в бункере Кёхлинга в чашке звякала ложка. Это значило, что поднялся на воздух очередной ДЗОТ с десятком его солдат, или разлетелись на все четыре страны орудия очередной гаубичной батареи.

Остатки 'бригады Кёхлинга' оборонялись у 'большой поляны' и опорного пункта 'Паук' на лежневой дороге лесозаготовителей в лесу у отметки 37,8 и, небольшими, главным образом дозорными группами, вдоль дороги снабжения в направлении на Ольховку. Выполняя приказ Гитлера, Кёхлинг направил в Мостки из Спасской Полисти через опорный пункт 'Паук' колонну снабжения с танковым прикрытием, чтобы доставить в Мостки караван саней с боеприпасами, 'Panzerschokolade', шнапсом, эрзац-хлебом, печеньем , сардинами, наградами 'Железный крест'. Десять грузовиков, 15 саней, два танка Pz.Kpfw.III, 150 пехотинцев. Южнее 'Паука' оккупанты попали на минное поле, установленное бойцами 165-го отдельного 'пермского' лыжного батальона. Передний танк потерял ход. При попытке его объехать второй забуксовал в глубоком снегу. После этого лыжники-'пермяки' со всех сторон, в том числе с деревьев, открыли огонь из самозарядных винтовок СВТ-40 по сапёрам, начавшим снимать мины. Очереди самозарядных 'Светок' новички на фронте приняли за массированный пулемётный огонь большого количества войск. Бросив грузовики и сани, они начали в панике отступать по просекам на север и совершенно рассеялись по лесу. С помощью бойцов 111-й стрелковой дивизии Рогинского, прибывших к месту боя от 'Лесопункта', большая часть обозников удалось догнать и перебить. Потери лыжников 5 убитых, 11 раненых. Оккупанты в Мостках и Любино Поле остались без продовольствия.

В 200 метрах северо-восточнее от 'Паука' на просеке бойцы 'пермского' лыжбата организовали опорный пункт, перекрыв таким образом лесную дорогу на Мостки. 'Паук' оказалась блокирован и оккупанты начали там от голода варить кожаные ремни. Несколько раз 'пермяки' врывались за колючую проволоку и забрасывали гранатами огневые точки и палатки. Доходило до рукопашной. Кёхлингу пришлось вылезти из тёплого бункера и лично на танке Pz.Kpfw.III прорываться к 'Пауку' с санным конвоем продовольствия и боеприпасов, тащить на буксире пушки. План Гитлера восстановить сплошную 2-ю линию обороны опять провалился.

ВВС Волховского фронта силами двух штурмовых авиаполков на Ил-2 и двух бомбардировочных полков на Пе-2 проводили штурмовки и налёты на войска Кёхлинга на шоссе. Ему из-за потерь пришлось ввести в бой мало приспособленные для этого строительные части 'Организации Тодта' из пожилых и малопригодных для военной службы немцев. Потери стройбат понёс пропорционально своей плохой боевой подготовке и вооружению.

На северном фасе Волховского плацдарма автоматчики 25-й 'сталинградской' отдельной стрелковой бригады, части 1244-го стрелкового полка снова атаковали опорный пункт в деревне Дымно, в которую как в своё вцепился 380-й пехотный полк. Дальнобойные 'Емели' вели огонь по целям в Чудово.

За неуставные взаимоотношения, дерзость, лихаческое легкомыслие в организации боя командарм Клыков отстранил от командования 372-й 'алтайской' стрелковой дивизией лично чрезвычайно храброго комдива подполковника Коркина. У Коркина имелось два недостатка: выпивка и дерзость по отношению к начальству. Около 300 отважных бойцов-'алтайцев' его дивизии по-прежнему находились в окружении у Трегубово и блокировали там шоссе. Попытки штурмовых групп 'алтайской' дивизии прорваться к ним с боеприпасами, продовольствием и подкреплением не удавались. 300 героев, блокировали шоссе и железную дорогу Чудово - Новгород, вели снайперский огонь с деревьев как 'кукушки', заставляли Линдеманна снабжать 'крепость' Спасскую Полисть 'оленьими тропами'. Третьи сутки герои голодали. Варили студень из кожаной амуниции, полушубков, коры, ночами добывали у шоссе части погибших лошадей. Во время рейда за кониной погибли двое добровольцев. При варке конины всё время появлялась пена, и запах - не очень. Но это лучше, чем совсем окочуриться. Части ослабевших и раненых бойцов командующие окружённой группой 'майоры Кокшалов и Лемешко разрешили ночью отправиться к своим. Не все пошли, сказали, что не оставят товарищей. Ушедшие частью заблудились и замерзли, частью погибли на минном поле и под огнём патрульных групп фашистов. Несколько человек попали в плен.

Догадываясь о бедственном положении группы Кокшалова и Лемешко, пропагандисты 621-й роты пропаганды обер-лейтенанта Зункеля, действуя вместе с отделом Ic - разведка и контрразведка штаба 18-й полевой армии Линдеманна, тут-же ухватились за сюжет голодающих в лесу красноармейцев и выдали очередную фальшивку в виде показаний пленных о том, что советские воины едят людей. Да не просто людей, а своих товарищей. Да не просто едят, а по приказу командиров и комиссаров. 'Один красноармеец хвалился, что разделал уполномоченного НКВД, и тот оказался особенно жирным...' - выдавали фантастику журналисты Зункеля под диктовку отдела Ic штаба военного преступника Линдеманна.

Лживые истории на основании фальшивок о людоедстве в Ленинграде и Красной Армии с радостью подхватывали издания белогвардейской триколорной эмиграции, газеты Прибалтики, оккупированной Украины. Психически ненормальные антикоммунисты злорадно фантазировали, выдавая свой бред за исследования о русских людоедах: 'В январе 1942 года 18-летняя Вера Титанова утопила в тазу свою новорожденную дочь, затем расчленила труп и вместе со своей матерью употребила в пищу. Спустя три недели людоеды из соседней квартиры похитили труп 6-летней девочки и также съели... Муж убил жену и кормил её мясом сына и двух племянниц. Им он говорил, что это мясо собаки... 69-летняя женщина зарезала ножом внучку и накормила её мясом мать и брата убитой... Отец в отсутствие жены убил двоих сыновей 4 лет и 10 месяцев и съел...'

Журналисты белогвардейской, буржуазной триколорной пресса на оккупированной армиями Запада и Японии территории Советской России в 1918 - 1920 годах, оказавшиеся затем в Париже, Берлине, США, много и изобретательно клепали фальшивки о советских людоедах, расчеловечивая русских людей, чтобы их не жало было убивать и порабощать, укрепляя идеологический фундамент расизма NSDAP и схожих с ней партий и течений. Поэтому ложь рот и групп пропаганды OKW вместе с отделами разведки и контрразведки частей и соединений полевых армий действовали на хорошо удобренной белогвардейскими триколорниками почве. Особенно доставалось героям-партизанам, ненависть к которым у оккупантов и их пособников пылала неуёмно. Партизаны напрочь разрушали ложь о том, и советский народ воевал исключительно за счёт комиссаров с наганами, НКВД с пулемётами и заградотрядов за спинами несчастных красноармейцев. Сфабрикованные показания пленных раскрывали миру 'правду' о партизанах, среди которых в первых рядах людоедов коммунисты: 'Случаи людоедства стали такими массовыми среди партизан, что вынудило их руководство вовсю применять расстрелы. В ответ в отдельных 'людоедских' отрядах вспыхивали бунты, сопровождавшиеся убийствами командиров и дезертирством...'

Не отставали от белогвардейцев и гитлеровцев в сочинительстве страшилок про партизан и румынские фашисты. И опять впереди контрразведка и разведка. На фоне уполовинивания восками Красной Армией румынской королевской армии при обороне Одессы и истребления румынскими фашистами коммунистов и евреев, директор 'Сигуранца' Кристеску тайно поведал Председателю Совета министров, Кабинету Министерства национальной обороны, Генеральному штабу армии, Министерству внутренних дел, Губернатору Транснистрии, Губернатору Бессарабии, Генеральному управлению жандармерии страшную историю при людоедов-коммунистов в замурованных одесских каменоломнях: '...Желание некоторых партизан выйти из катакомбы и сдаться румынским властям решительно отверг руководитель этой партизанской группы украинец Солдатенко, угрожая смертью любому, кто бы осмелился уйти. Проблема была решена убийством Бялика и его жены, которых разрезали на куски, положили в бочки и засолили. Это продовольствие ели в виде борща и жаркого. Солдатенко, как руководитель, оставил для себя мозги расстрелянных. Решение Солдатенко принял на основании специфического большевистского критерия. Бялик и его жена не были членами этой группы и членами коммунистической партии. В определённый момент, когда кончались эти продукты, перед каждым встала проблема, кого следующего положат в бочку...'

Эту историю придумал кто? Военные преступники. Кто мог им поверить? Только такие же преступники. Румыны включили украинские земли между реками Днестр и Южный Буг от Одессы до Жмеринки в свою колониальную территорию - губернаторство Транснистрия с центром в Одессе. Численность населения Транснистрия 3 миллиона человек, из них 331 000 евреев, половина которых них в Одессе.

Когда после 73-дней кровавых 'мясных штурмов' румыны с немцами 16 октября 1941 года вошли в Одессу, откуда советское командование эвакуировало гарнизон к Крым, то первое, что сделали румыны, это убили 3000 пленных красноармейцев и 10 000 'подозрительных' одесситов. Массовые политические репрессии капиталистов. Многих большевиков, евреев, советских работников румыны заживо сожгли в девяти пороховых складах. Людей, пытавшихся выбраться из огня, румынские фашисты расстреливали в упор. Убийство пленных продолжалось несколько дней. Румыны одесситов ненавидели, ведь под Одессой они потерли более 100 000 солдат.

Когда мощнейший советский радиофугас по радиокоманде из Москвы подорвал здание НКВД, где разместился штаб коменданта Одессы, оказались убиты сам комендант - командир 10-й пехотной румынской дивизии Глагеджану, 73 румынских и немецких офицера, 80 покалечились. Идиоты с точи зрения военных действий, но изуверы в обычном смысле, решили отыграться на мирном населении. За каждого убитого офицера правая рука короля Михая I военный преступник диктатор Антонеску и губернатор Алексяну приказали убить по 200 одесситов, а за каждого солдата по 100. Под пропаганду в прессе о 'Большом терроре' и колхозном рабстве в СССР команды румынских солдат-убийц шли по улице, где находился взорванный штаб, врывались в квартиры, выволакивали одесситов на улицу и тут же убивали. На Александровском проспекте на столбах повесили сразу 400 одесситов. За четыре дня собаки румынских капиталистов убили более 7000 человек.

Около 200 000 евреев румынские капиталисты убили в расстрельных рвах, гетто и концлагерях. Сюда для уничтожения привозили также евреев из Бессарабии. 78 000 одесситов угнали на работы в Германию. Примерно такое же количество высвободившихся немецких мужчин Гитлер отправил на фронт - это четыре дивизии.

Губернатор Алексяну имел задачу провести тотальную романизацию территории южной Украины. Единственный дружественный румынам народ здесь - это молдаване, составляющие менее 5 процентов наследия. Все остальные 95 подлежали уничтожению или превращению в рабов. Депортировать предполагалось 700 000 украинцев. Намечены украинские сёла, куда после зачистки въедут первые 4000 румынских поселенцев. В школах введено изучение румынского. РПЦ перешла под юрисдикцию румынской церкви. В храмы назначались румынские священники. Служили по-румынски. Местные газеты на русском языке непрерывно прославляли фюрера и его союзников. Одесса превращена в центр отдыха и увеселения румынских войск. Открыты частные предприятия, кабаре и бордели.

Помимо массовых убийств военные преступники Михая I Одессу безостановочно грабили. Все суда из Одесского порта угнали в Румынию, вывезли электростанцию, оборудование научных институтов и лабораторий, завод шампанских вин, консервную фабрику, маслозавод, вывезли всё ценное всё вплоть до трамвайных рельсов, коллекций монет и книг из музее, костюмов и нот Одесского театра оперы и балета. Одна надежда у украинцев - на товарища Сталина, на Красную Амию, на русских братьев-славян... Такие вот румынские 'правдорубы' поведали миру историю про советских людоедов. Военные преступники придумали это. Кто мог им поверить? Только такие же преступники.

Советские предатели дудели в ту же дуду, что и оккупанты, по поводу людоедства русских. Предатели из карательного батальона вспомогательной полиции порядка Schuma в районе Рославля Смоленской области, которые освобождали Wehrmacht от массы грязной работы по уничтожены советского, русского, славянского населения, выпустили для местных жителей листовки, в которых эти пособники Гитлера пафосно рассказывали 'страшную правду' о красных партизанах-людоедах в духе буржуазных газетчиков 'правителя России' Колчака - английского и американского агента: 'ВОЗЗВАНИЕ. Русский народ! На седины твоих стариков, на головы твоих мужчин и женщин, на твоих детей пал неслыханный позор! Всё то, что ты сейчас прочтёшь, - это не бред сумасшедшего, это показания русских, данные русским в присутствии русских. Записывали показания русские люди, и русские люди скрепили своими подписями эти потрясающие документы.

Глаза застывают в ужасе и рука отказывается писать. Если мы решаемся обратиться к тебе, русский народ, с этим воззванием, то только потому, что мы верим в тебя, верим, что в твоей груди бьётся человеческое сердце, что лучшие человеческие чувства - благородство, честность и уважение к человеку - ещё не окончательно умерщвлены в тебе большевиками за четверть века их растлевающего владычества. Мы верим, что ты вместе с нами содрогнёшься от ужаса перед преступлением, совершённым бандой извергов из хутора Ржавец.

Эта банда из 22 человек, из них 8 женщин, имела своим главарём жида-политрука Железина; они называли себя партизанами, борцами за свободу и честь своей родины. Они коварно напали на ветеринарный обоз, сопровождаемый 12 человеками - 10 немцами и двумя русскими. Три человека убито. 9 человек, из них 3 раненых, взяты в плен.

Убитые ограблены. Золотые кольца с их пальцев не удалось снять, тогда отрубили пальцы, на которых они были одеты. 9 человек подвергнуты пытке: им отрезали уши, носы, вырезали щёки, отрезали половые органы, вырвали глаза; у русских отрубили руки и ноги. Ещё у живых срезали мякоть мяса с груди, зада, ног, рук. Получили около 25 килограммов мяса, как показал один из виновных. Сварили его в котле с картошкой. Достали 15 бутылок водки и устроили пир. Главарю банды, жиду-политруку Железину, приготовили по его заказу особенное блюдо - ему изжарили с луком 18 яиц из половых органов замученных.

Читая это, вы не верите своим глазам, русские люди. И мы тоже не верили, читая показания виновников. Мы решились оповестить об этом ужасе всех только после того, как убедились в том, что все это - ИСТИННАЯ ПРАВДА.

Да и так ли это невероятно, если мы повторим, что во главе этой банды извергов стоял жид-политрук Железин, если напомнить, что такими жидами-коммунистами держались дьявольские ЧК, ГПУ, НКВД, если напомнить, какой ужас они вселяли своим бесчеловечьем в твои сердца, русский народ, позволяя сталинской банде всячески над тобой издеваться.

Но ужасы застенков и концлагерей ЧК, ГПУ и НКВД ещё ждут своего полного разоблачения. Этот же факт ПЫТОК и ЛЮДОЕДСТВА перед вашими глазами, русский народ. Найдите же в себе мужество взглянуть этому факту прямо в глаза.

Германский народ знал, что хотят сделать из русского народа большевики! Но он верит, что русский народ не испорчен ими до конца!

Германский народ верит, что русские люди отрекутся от большевистских отродий, взращенных большевиками извергов и вместе со своими передовыми отрядами - русскими солдатами - русской самообороной - истребят их до конца.

РУССКИЙ НАРОД! Отрешись от большевистского духовного наследия - бесчеловечного отношения к человеку. СМОЙ С СЕБЯ ПОЗОР преступления Железина БЕСПОЩАДНОЙ БОРЬБОЙ с подобными бандами. Прежде всего помоги РАЗЫСКАТЬ остальных непосредственных виновников этого жуткого злодеяния - банду жида-политрука Железина и его самого! КОМАНДОВАНИЕ РУССКИХ ДОБРОВОЛЬЧЕСКИХ ОТРЯДОВ'.

В этой листовке гитлеровцы руками русских предателей уже напрямую выводили нужную их заказчикам капиталистам линию: Сталин - евреи - коммунисты - НКВД - пытки - каннибализм. Возбуждённые таким честным 'открытием глаз' предатели и их гитлеровские хозяева массово убивали и угоняли в рабство русское население.

С первых дней оккупации самого Рославля гитлеровцы и предатели проводили истребление мирных советских граждан и военнопленных. Расисты Гитлера первым делом согнали в дома на Первую Красноармейскую улицу еврейское население. Через несколько дней начался грабёж евреев, после чего их согнали в один дом, группами выводили на улицу и расстреливали. Среди убитых много женщин и детей. По улицам текли кровавые ручьи. Всё еврейское население города - около 300 человек - убито. Поле этого расисты взялись за славян.

Массовые убийства проводились на Вознесенском кладбище. Ежедневно туда привозили по 7-8 больших грузовых автомашин местных жителей и военнопленных, которых со связанными назад руками расстреливали и сбрасывали в специально вырытые большие ямы. С кладбища на всю округу раздавались душераздирающие крики детей и женщин.

В результате на Вознесенском кладбище возникли 42 больших ямы с убитыми гражданскими и военнопленными размером в среднем 5 x 6 метров и две ямы размером 9 х 38 метров и 5 х 98 метров. Трупы в ямах уложены в штабели от 3 до 6 рядов. Каждый ряд присыпан тонким слоем земли. В дальнейшем эти расстрельные рвы предполагалось выдать за жертвы НКВД при выдуманном Геббельсом и Авторхановым 'Большом терроре', для доказательства существования которого требовались сотни тысяч трупов.

Капиталисты организовали в Рославле тюрьму тайной полиции Германии - Geheime Staatspolizei для своих политических противников. Около 2000 человек там подвергались пыткам. На заключённых натравливали собак, били резиновыми жгутами, пытали голодом. Окончательно измученных вывозили на Вознесенское кладбище и убивали.

В рабочем посёлке Остёр Рославльского района Смоленской области гитлеровцы создали концлагерь военнопленных. Здесь военнопленные подвергались диким издевательствам. Их гоняли работать на торфоразработки, давали 240 граммов суррогатного хлеба; много военнопленных погибло от голода и непосильной работы. Затем в концлагерь поместили 300 евреев из посёлка Петровичи Белорусской ССР. В их числе старики, женщины и подростки. В конце сезона торфоразработок, в сентябре, всех расстреляли. Вместе с ними расстреляли жителей посёлка Ивохина Соломона 40 лет, его жену Ивохину Юзу 37 лет и четверых детей: мальчиков - Льва 17 лет, Аркадия 15 лет, Владимира 14 лет и дочь Раису 13 лет. Их расстреляли за то, что они - евреи. Жертвы злодеяний похоронены частично в болоте на торфоразработках, остальные в Рославле, куда их, связанных проволокой, увозили на расстрел. В районе Рославля борцы с людоедами - жидами-политруками расстреляли жителей деревни Мязга Кирееву Пелагею 22 лет за содействие партизанам, Бобкова Митрофана 70 лет, Плющева Александра 65 лет, Должникова Петра 57 лет, ранили и превратили в инвалида Горбачёва Фёдора 67 лет. Список злодеяний можно продолжать долго...

Вот такие вот борцы с людоедами. Для того, чтобы им хоть как-то нивелировать такие свои масштабные злодеяния и потребовалась пропагандистская цепочка: Сталин - евреи - коммунисты - НКВД - пытки - каннибализм. Так что туфта 621-й роты пропаганды и отдела Ic штаба 18-й полевой армии о людоедах командирах Красной Армии майорах Кокшалове и Лемешко из 'алтайской' дивизии под Трегубово - дело обычное: собака брешет - ветер носит.

В ночь на 8 февраля на северном фасе Волховского плацдарма штурмовые отряды 1244-го стрелкового полка атаковали опорный пункт 380-го пехотного полка в Дымно. По этому опорному пункту и по Званке вела интенсивный артогонь советская артиллерия. По артиллерийским позициям подлецов в Званке били уникальные 203-миллиметровые гаубицы Б-4 'Кувалды Сталина'. Подлецы решили, что это бьёт железнодорожная артиллерия, но нет, Красная Армия имела такой калибр и в полевой артиллерии. Wehrmacht подобных систем не имел.

До утра 658-й ночной бомбардировочный авиаполк Лукашевича бомбил оборонительные позиции на шоссе севернее Спасской Полисти, сбросив 2 тонны бомб. Утром удар нанесли 6 скоростных бомбардировщиков Пе-2 из 10-го бомбардировочного авиаполка Остапчика, сбросив 5 тонн бомб и 1000 зажигательных жестяных ампул АЖ-2 с самовоспламеняющейся жидкость КС. Этот боеприпас инженеров Кольчугина и Солодовникова со смесью фосфора, серы и бензина мгновенно воспламенялся, создавая зону сплошного огня и густого дыма. При попадании в бронетехнику жидкость КС прилипала к броне, залепляла смотровые приборы, затекала в неплотности, уничтожая экипаж, выжигая всё внутри. Один из Пе-2 получил попадание снаряда зенитки в самогерметизирующийся топливный бак, но сработала система пожаротушения, которая заполнила бак азотом. Риск возгорания устранён. Затем оккупантов обстреляли 'Емели' из полков РГК. Обстрел вёлся по данным о размещении складов и огневых позиций, полученных от двух взятых в этот день пленных. В результате 'группа Хойн' понесла большие потери в солдатах и вооружении.

Для восполнения потерь в 'группу Хойн' вошли части 61-й пехотной дивизии и сводный батальон 'Ehrenpfordt' из остатков различных подразделений 'бригады Кёхлинга'. Дорогу на Спасскую Полисть подлецы спустя три дня наконец-то разминировали от советских мин. 'Бригада Кёхлинга' в этот день снова понесла тяжёлые потери, отбивая советские атаки на Спасскую Полисть.

В этот же день в глубине прорыва на запад 241-й кавполк из кавдивизии Трантина без артиллерии, миномётов и станковых пулемётов, которые отстали из-за бездорожья, перешёл Тосну и начал наступление вдоль русла реки Ёглинки. Его поддерживала 59-я отдельная стрелковая бригада Глазунова. Западный фланг обеспечивали три отдельных 'уральских' лыжных батальона - 169, 170, 171-й. Им предстояло овладеть сильно укреплёнными опорными узлами обороны подлецов Большое и Малое Ёглино, разъездом Ёглинка и железнодорожным мостом-виадуком. Перед Большое и Малое Ёглино совершенно открытая местность. Здесь до прихода оккупантов на пышных лугах выращивали колхозный скот. В окрестных озёрах всегда вылавливали сетями массу рыбы.

Ёглино называлось так от старорусского слова 'егла' или 'ёгла' - ель. Отсюда и современное русское слово 'игла' - похожий на хвою тонкий инструмент. Рядом с Большим и Малым Ёглино большое озеро. Здесь водилось множество плотвы с окунем и подлещиком. Попадалась щука до 7 килограмм. Иногда в озере появлялось очень много рыбы, крупный лещ, причём большинство практически без чешуи, будто рыба где-то продиралась. Иногда окунь ловился тёмный, как и должно быть в озере, которое питается торфяными речушками и ручьями, а иногда попадался светлый, как в более прозрачных озёрах, питаемых родниками и дождевой водой.

Среди жителей земли жила легенда о движении рыбы в подземных водах. В Ёглинском озере имелась воронка, ведущая в подводный грот с подводным течением. Глубина в этом месте 18 метров при средней глубине на озере 4. Грот уходил в сеть подводных пещер и соединялся с другими водоёмами или подземным озером. Всё дело в том, что вокруг Новгорода закрытый 'русский' карст - огромная единая, будто живая система ледниковых наземных и подземных карстовых озёр, связанных между собой наземными и подземными протоками. Из-за связи с подземными карстово-ледникового озёрами наземные озёра могли внезапно обмелеть, либо наоборот сильно выйти из берегов. Такие метаморфозы иногда происходили несколько раз в году. Озёра и вовсе могли уйти полностью в карстовые воронки и трещины-поноры. Когда подземные резервуары переполнились, воду выдавливало через воронки обратно. Это походило на дыхание русской земли. Биение мистического сердца. Так или иначе в торфяных озёрах вдруг оказывалась рыба из более чистых вод. Чаще всего уровень в озёрах понижался летом, но иногда вода уходила и зимой. Тогда лёд под своей тяжестью ломался, а в некоторых озёрах иногда вообще падал на дно.

Непредсказуемость изменения уровня воды местные жители всегда объясняли в языческой манере, а для другой версии в этих диких и величественных лесных просторах здесь и не находилось законного места: 'Водяные любят играть в карты или кости на воду, и когда один водяной проигрывает, вода из его озера уходит к выигравшему...' Причём уж тут Иисус Христос или современная наука?

В этом районе пересечения железных дорог Ленинград - Новогород и Веймарн - Чудово заняла оборону 'группа Гравенштайн' и 'группа фон Бассе' - части 291-й, 254-й пехотных дивизий, 183-й и 184-й эстонские лыжные батальоны, 478-й резервный пехотный полк, батареи 61-го тяжёлого резервного артдивизиона, два батальона из 409-го и 411-го пехотных полков 122-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Махольца, команда выздоравливающих этой дивизии, 'дикие' танки Renault R35 этих пехотных дивизий, бронемашины. Также генералы собрали здесь откровенно 'пушечное мясо': обозы 52, 254, 291-го артполков, 100-й армейский строительный батальон, 141-й сапёрно-строительный батальон, части гужевой колонны, пункт сбора лошадей, стройбатовцы 'Организации Тодта', рота 11-го танкостроительного батальона, рота 225-го батальона связи. Это 'пушечное мясо' набилось в опорные пункты Вальякка, Конечки, Каменка, Кудрово, Большое и Малое Ёглино, платформа Ёглино и ждало своей участи. Вокруг глухие леса, цепочки озёр и болот. В Вальякка, Конечки население финское. Русских всего двое. Конечно финны всей душой сотрудничали с немцами.

Первая атака опорного пункта в деревне Большое Ёглино красных кавалеристов и лыжников оказалась неудачной. Здесь 32 жилых дома и более 150 различных построек оккупанты успели очистить от местных жителей, основательно укрепить и приспособить для круговой обороны. Снежные валы, ДЗОТы, врытые танки, мины, колючая проволока. После подтягивания основных сил, артиллерии, миномётов и станковых пулемётов, чтобы максимально снизить потери, из бойцов 59-й 'саратовской' стрелковой бригады сформировали сводный батальон автоматчиков, который обошёл Большое Ёглино и создал угрозу перерезать единственную дорогу отхода на Каменку. Одновременно с фронта Большое Ёглино атаковали штурмовые группы 'уральских' лыжников и кавалеристов. Они достигли узла обороны почти без потерь. Окружили неподалёку также бараки и землянки крупного лесопункта с оккупантами. Начались уличные бои, переходящие в ожесточённые рукопашные схватки. Дрались советские воины в городском бою не впервые. Действовали группам: автоматчики с гранатами, огнемётчики с огнемётами или ампуломётами, сапёры со взрывчаткой. В амбразуры и двери ДЗОТов, в окна домов полетели гранаты РГД - 'карманная артиллерия'. Это не немецкая 'колотушка'. Эта как рванёт! Стены взрывали динамитом. Неподвижные французские танки жгли бутылками.

Не ожидавшие такого апокалипсиса в исполнении 'унтерменшей' оккупанты ударились в панику. Эстонцев разбили в городском бою наголову. Они потеряли более 100 человек только убитыми. Подвергся разгрому штаб 478-го резервного пехотного полка и артдивизион. Уцелевшие подлецы под огнём побежали толпами что было мочи к Каменке, бросив 9 подбитых и неисправных танков и бронемашин, 10 тягачей, 12 разных машин, штабной автобус, 10 миномётов, 6 походных кухонь, 8 различных орудий, 10 автомашин, несколько мотоциклов, винтовки, противотанковые ружья, 60 000 патронов, гранаты, склад продовольствия.

Бегущих преследовали лыжники. Все дома, сараи Большого Ёглино и далее всё пространство северо-западнее него за железной дорогой до деревни Каменка усеяли трупы в серых шинелях, касках-кастрюлях, обрывках простыней и занавесок, женских шалях и оренбургских пуховых платках. Это вам отмщение за голодающих детей Ленинграда! В Большом Ёглино подлецы бросили педантично сложенные штабели своих мороженых трупов в подвале и в снегу на огородах - результат первой атаки. Захоронить или вывезти их они не успели.

После боя красноармейцы обыскивали дворы, сараи и чердаки. Найденные винтовки и автоматы сносили на площадь и складывали штабелями. Какой-то красноармеец, сияя от счастья, гонял по снегу на трофейном мотоцикле. Когда комбат спросил его, почему мотоцикл так дико ревёт, боец радостно отозвался:

- У немцев вся техника такая. Думают нас этим запугать!

В стороне трое красноармейцев разбирали мотор громадного транспортёра. Они работали с поразительной ловкостью, несмотря на мороз.

Опомнившись, III батальон 409-го пехотного полка и III батальон 411-го пехотного полка 122-й пехотной дивизии Махольца, две роты эстонских фашистов с тремя танками Renault R35 начали контратаку по дороге от Каменки через железную дорогу. Эстонцев лыжники уложили из СВТ и ППШ оскалом в снег у железной дороги, но танки дошли до Большого Ёглино и ворвались в деревню. Справиться с танками лыжники не смогли.

Разъезжая по улицам, один из танков огнём и маневром стал мешать обороне. Тогда старший сержант Жуков и наводчик сержант Антонов из 2-й батареи артдивизиона 'саратовцев' с помощью товарищей выкатили свою 45-миллиметровую пушку на улицу и с расстояния 40 метров начали бить по танку. Смертельная нервная дуэль. Renault R35, как оказалось, имел дополнительное экранирование бронёй и снаряды от него рикошетировали, уходя свечами вверх или вбок, высекая белые звёзды. Не дрогнув ни на секунду, патриоты-'саратовцы' погибли смертью храбрых. Танк со страшным скрежетом смял 'сорокопятку' и бездыханные тела героев. В ходе уличного боя лыжник Михайлов поджёг один из танков зажигательной бутылкой КС. Два других 'француза' ушли восвояси. Пехота Махольца откатилась за танками в Каменку. Вся дорога туда оказалась усеяна трупами и замерзающими ранеными.

Последовали новые атаки. Каждый раз очередная рота оккупантов оказывалась уничтожена в снежном поле под низким серым небом. Россия скорбела через них не над немецко-эстонской падалью, а над своими сынам-героями. Освобождение Большого Ёглино создало угрозу соседнему опорному пункту подлецов Малое Ёглино и всей обороне 'группы фон Бассе' у железнодорожного разъезда. Из Малого Ёглино подлецы в конце концов в панике бежали. Железная дорога Новгород - Ленинград для фашистов оказалась на этом участке блокирована. Однако виадуком лыжбаты овладеть не смогли и железная дорога Веймарн - Чудово всё ещё действовала. По просьбе комкора Гусева ночью виадук разрушил бомбами Р-зет из 658-го ночного бомбардировочного полка Лукашевича.

В обороняющуюся на южном фасе Волховского плацдарма 20-ю моторизованную дивизию Яшке прибыло 900 человек пополнения - рабочие с гамбургских промышленных предприятий. Капиталисты проводили в Германии хорошую замену. Рабочих, требующих зарплату и потенциально опасных с точки зрения требования своих прав, заменяли восточными рабами, которые работали за кусок хлеба на износ. Прибыль естественно зашивала. Вот почему капитализм всегда ведёт войны. Пока жив капитализм, войны будут убивать и обездоливать людей. Капитализм должен быть уничтожен. Пополнение Яше сразу же бросил на передовую, что естественно привело к большим потерям среди неопытного личного состава убитыми, ранеными и обмороженными. Но когда Wehrmacht жалел людей? 'Ничего, фрау ещё нарожают!' Некоторые роты дивизии Яшке всё ещё насчитывали по 30 человек из 190 по штату.

В эти критические для обороны гитлеровцев дни на южном фасе Волховского плацдарма у Копцов, Земтецов и Малого Замошья линию обороны для поддержки 'группы Яшке' заняли основные силы испанской 205-я пехотной 'голубой' дивизия, высвободив для переформирования разбитые части дивизии Лаукса.

9 февраля на восточном фасе 'Волховского рукава' у Трегубово для деблокирования ударной группу из 300 человек майоров Кокшарова и Лемешко из 372-я 'алтайской' стрелковой дивизии Коркина, подтянув полковую и дивизионную артиллерию, перешли в атаку подразделения 1240-го полка 'алтайцев'. Им противостояла 'сборная солянка': 402-й велосипедный батальон, танко-строительная рота Шнайдера, 7-я рота 390-го пехотного полка с отделением тяжёлых пулемётов того же полка, 2-я и 4-я роты 435-го пехотного полка, 215-й велосипедный эскадрон, взвод из 9-го полка SS.

Боеприпасов у 1240-го полка 'алтайцев' имелось маловато: 750 выстрелов для гаубиц и примерно столько же для 'сорокопяток'. Для 120-миллиметровых миномётов мин в обрез, но для 82-миллиметровых - достаточно. Пробиться к товарищам не получилось, но и оккупанты окружённых за шоссе Чудово - Новгород 'алтайцев' уничтожить не смогли. Герои по-прежнему блокировали коммуникации укрепрайона Спасская Полисть. Вместо прорыва на восток для своего спасения, Кокшарова и Лемешко предпочитали голодать, но удерживать блокаду Спасской Полисти.

Испанский II батальон 269-го пехотного полка 'голубой' дивизии выводил из окружения в деревне Малое Замошье остатки подразделений 126-й пехотной дивизии. Испанцы подоспели вовремя - немцы там уже ели конину по-французски. Свежим частям испанцев здесь противостояли только небольшие группы ослабленной предыдущими боями 305-й 'московской' стрелковой дивизии Барабанщикова. Действуя в целом весьма браво, особенно в нетрезвом состоянии, наёмники из Испании показали плохую выучку и склонность к панике. Гитлеровцы скептически относились к их боевым возможностям.

На южном фасе области прорыва в тыл группы армий 'Север' части 59-й отдельной стрелковой бригады и лыжники начали преследование врага, выбитого накануне из Большого Ёглино. На оборонительном рубеже у деревни Каменка, оборудованном за насыпью железнодорожного полотна, удалось уничтожать отдельные огневые точки обороны группы 'Enders', но на большее сил и средств не хватило, пришлось остановиться.

Около деревушки Ляг западнее платформы Кересть железной дороги Ленинград - Новгород пулемётная рота из 366-й 'томской' стрелковой дивизии Буланова недавно при рекогносцировке обнаружила и заняла крохотный островок, откуда отлично просматривалась и простреливалась дорога в опорный пункт Пятилипы, где засели подлецы I батальона SS Freiwilligen 'Legion Nederland', а также подразделения 291-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии, заградотряд SS Polizei-Division и поддерживающее их учебное подразделение моторизованной дивизии SS 'Totenkopf'. Сама SS 'Totenkopf' в этот день оказалась в 'Демянском котле' вместе с другими частями и соединениями группы армий 'Север'. Её учебные части остались не у дел. Всего под Демянском попало в 'котёл' 100 000 оккупантов. Катастрофа!

В этот момент малочисленную дивизию 'томичей' Буланова ситуация разбросала на 12 километров от Финёва Луга до деревень Пятилипы и Гузи. Сама обстановка требовала воевать не числом, а умением. На островок около Пятилип, который красноармейцы прозвали за ничтожный размер 'Пуговка', они затащили 45-миллиметровую пушку и взяли под контроль дорогу к Пятилипам. На этой дороге 'тюменцы' приступили к регулярному истреблению солдат и техники. 'Уловом' наводчика 'сорокопятки' старшего сержанта Деревянко за короткий срок стали 10 обозных повозок, 8 машины с боеприпасами и продовольствием. Также удалось расстрелять несколько взводных групп, осуществляющих смену подразделений гарнизона в Пятилипах. Пятилипы, конечно, не Демянск, здесь с блокированием гарнизона оккупантов победа маленькая, но из таких маленьких побед складывалась победа в войне.

За расчётом 'сорокопятки' старшего сержанта Деревянко гитлеровцы из SS 'Totenkopf' охотились специально, выдвигая против него самоходки. Меняя позиции, оставаясь неуязвимым, Деревянко подбил три лёгких танка Pz.Kpfw.I и II, и две самоходки на базе французской трофейной танкетки Renault UE с пулемётом и зениткой.

Более 3000 исправных 2-местных 2,7-тонных лёгких бронетранспортёров Renault UE 3000 французская армия передала в Wehrmacht после подписания перемирия в 1940 году в числе прочего вооружения. Кое-что перепало и голландским наёмникам. Wehrmacht использовал Renault UE в числе 15 000 единиц различной европейской бронетехники - своей 'стальной саранчи' при вероломном нападении на СССР в качестве тягачей, доставщиков боеприпасов, связных и разведывательных машин, базы для различных противотанковых и зенитных самоходных орудий. При том, что голландские наёмники прибыли на фронт с многочисленной техникой, дивизии Лаукса пришлось передать им 180 лошадей для обеспечения артиллерии и обоза.

Несмотря на ежедневные артналёты и атаки, оторвать крепко пришитую 'Пуговку' не удалось. Пулемётный огонь 'Максима' и шрапнель 'сорокапятки' отлично охлаждали пыл эсэсовцев всех мастей. Не числом, а умением...

На северо-западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' 13-й кавкорпус Гусева по-прежнему искал возможности прорваться через 'линию Линдеманна'. Для порыва и начала наступления на Любань Гусеву передавались силы резервной группы: 191-я 'ленинградская' стрелковая дивизия Старунина, 57-я 'саратовская' стрелковая бригада, 166-я отдельный танковый батальон майора Стоянова - 8 средних танков Т-34 и 25 лёгких Т-60.

Путь передовых частей пролегал по лесам и болотам, лишённым каких бы то ни было дорог. Передвигались по компасу. Впереди топографы прокладывали маршрут. Глубокий снег. Под ним незамерзающие болота. Гаубицы М-30 'Матушки' весом по 2900 килограмм тонули сразу на оба колеса. Лошади выбивались из сил. Люди - огневики и управленцы - надевали лямки и совместно, с помощью подручных материалов, тащили на себе огромные гаубицы через топи. Скорость продвижения определялась метрами, и всё же артиллеристы не отставали от пехоты. На пути встречалось много убитых лошадей - след, оставленный кавкорпусом Гусева. Красные кавалеристы шли впереди в непрерывных схватках с врагом и под авианалётами. Картина убитых животных ужасная. Часто встречались убитые монгольские лошади. Маленькие, косматые - дар монгольского народа Красной Армии, заступнице от японских милитаристов...

Наступая на северном фасе зоны прорыва армии Клыкова в тыл группы армии 'Север', советские лыжные подразделения атаковали с запада сильно укреплённую Сенную Кересть и продвинулись по дороге к Глушице, где располагались основные позиции артиллерии 'бригады Кёхлинга', действующей в интересах 'Волховского рукава'. Серьёзный звонок для Линдеманна. Отсюда до Чудово 20 километров. Это уже в радиусе действия лыжных разведывательно-диверсионных групп. Началось формирование западного фаса северной части 'Волховского рукава'. 190-й противотанковый истребительный дивизион и резервный батальон 215-й пехотной дивизии принялись лихорадочно сооружать на дороге западнее Глушицы опорный пункт, прикрывая артиллерию Кёхлинга.

На другом краю зоны прорыва 'группа фон Бассе' силами до четырёх батальонов при поддержке танков с большими для себя потерями несколько раз атаковала части 25 кавдивизии и 59-й 'саратовской' стрелковой бригады в Большом и Малом Ёглино, которые из-за исчерпания боеприпасов отошли на опушку леса в километре юго-восточнее, южнее и западнее Большого Ёглино.

Для обороны рубежа Паншино - Волкино - Филипповичи на западе зоны прорыва армии Клыкова в рамках операции 'Вперёд' выдвинулся в качестве простой пехоты наземный персонал из дальнеразведывательного отряда 5.(F)/122 Luftwaffe, техники и авиаторы транспортного отряда I авиакорпуса, солдаты службы ВНОС 4-й бомбардировочной эскадры 'General Wever' и обслуживающий персонал штаба III группы I эскадры 'Hindenburg' усиленные зенитчиками Luftwaffe. Те ещё вояки. Если уж такие ценные кадры военной машины Германии пошли в дело как простая пехота, то значит дело у фон Кюхлера совсем дрянь. Лыжники 48, 50, 95-го отдельных лыжных батальонов показали здесь авиаторам Luftwaffe как нужно обходить фланги, окапываться, стрелять из винтовок, пистолетов-автоматов, метать гранаты, вести уличный бой и рукопашную. Вместо зачёта на этих занятиях оккупантам пуля в лоб или осколок в живот. На этом рубеже Luftwaffe за неделю потеряли более 500 убитыми и 1200 ранеными. Только подход 285-й охранной дивизии фон Плотто спас авиаторов от полного уничтожения.

Началась очередная 'мясная' атака 'охранников' на дороге вдоль реки Оредеж. Громко отдавая команды, пьяные и 'напервитиненные' подлецы с криками и даже песнями живым валом полезли на советские штурмовые группы. В отражении атак фон Плотто лыжников поддержала 23-я 'харьковская' отдельная стрелковая бригада. 'Охранники' кроме больших потерь ничего не достигли. От восточного и до западного берега скованный льдом Оредеж оказался усеян телами убитых в белых халатах оккупантов. Здесь потом два дня работала маломощная команда по захоронению из 10 стройбатовцев 'Организации Тодта'. Давно небритые, солдаты-строители старших возрастов из похоронной команды, каждому под пятьдесят, а то и больше, выглядели совсем стариками. На корытах из фанеры они вытаскивали замёрзшие труппы 'охранников' на берег. Пять человек рыли могилу. Мёрзлую землю взорвали зарядом тола и углубляли ямы лопатами. Большинство трупов завоевателей уже без обуви, у многих даже носки сняты. На мраморно-белых ступнях желтовато-кремовые пятки. Перчатки и рукавицы тоже кому-то понадобились. Некоторые убитые будто сознательно не отдают их: мёртвой хваткой сжали в кулак пальцы. Вот и вышла им обещанная Гитлером русская земля... Но факт остался фактом: на этом западном участке прорыва армии Клыкова наступило равновесие сил. Расширить зону прорыва более невозможно.

На северном фасе Волховского плацдарма опорный пункт на Волхове в Дымно обстреливали тяжёлые советские орудия, разрушая ДОТы и блиндажи. Для обороны подлецы пригнали сюда в качестве подкрепления строительные части и 'хиви'. Поздним вечером советская артиллерия опять била по складам и станции в Чудово.

10 февраля советская артиллерия опять усилила огонь по обороне подлецов в 'Волховском рукаве' в районе Коляжки: били пушки, гаубицы, миномёты и зенитные орудия. После артподготовки штурмовые группы 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии, которой после Коркина командовал половник Попов, атаковали опорные пункты в лесу восточнее Коляжки за рекой Полисть. Здесь в одном из опорных пунктов и вокруг него уничтожено 120 оккупантов. Лес частично освобождён. Но освободить 200 своих товарищей, по-прежнему находящихся в окружении у Трегубово, 'алтайцам' снова не удалось.

Сводный батальон из остатков 435-го пехотного полка 'группы Кёхлинга' сменил разгромленные в боях части 'группы Ортлер' и остатки 215-го самокатного эскадрона дивизии Книза. В запасе в районе Каменной Мельницы и Холопьей Полисти у Книза остался последний резерв - 100 человек.

У гарнизонов опорных пунктов Мостки и Люблино Поле, основу которых после уничтожения здесь частей SS Polizei-Division и дивизии Лаукса составляли подразделения 225-й пехотной дивизии фон Бассе: 377-й пехотный полк, III дивизион 225-го артполка и 225-й сапёрный батальон, начали заканчиваться боеприпасы. При отражении очередной атаки бригады Пугачёва на Любино Поле со стороны оккупантов огонь вели всего 4-5 пулемётов, одна зенитка Flak 30. Миномёты практически молчали. Поняв что к чему, советские командиры установили 20 советских гаубиц на прямую наводку и принялись расстреливать ДЗОТы и огневые точки. I батальон 377-го пехотного полка дивизии фон Бассе за короткий срок потеряли 1/4 своего состава. То же произошло в Мостках с III батальоном 284-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии Шеде. Его истребляли. Советская артиллерия, не испытывая на Волховском плацдарме недостатка в боеприпасах, открывала огонь при малейшем движении или огоньке. Вели огонь снайперы. Советские артполки, особенно полки Резерва Верховного Главнокомандования, как заведённые продолжили уничтожение статично расположенных войск оккупантов и его артиллерии в 'Волховском рукаве'. Тир. Так 5-я батарея 20-го артполка подлецов в Спасской Полисти потеряла от контрбатарейной борьбы уже последнее орудие. Ночью ей доставили две лёгких гаубицы в конских упряжках. Но одна сразу получила разрыв ствола, убив 5 человек.

Полковник Кёппель, наблюдая непрерывное истребление своих войск и подходящих резервов в Любино Поле и Мостках одновременно с фронта и тыла артогнём, несколькими радиограммами пытался получить разрешение уйди из этих опорных пунктов. Вместо разрешения к нему прорвался на танке, забитом медикаментами, бригадный адъютант Альбрехт и лично передал приказ Кёхлинга: 'Стоять до последнего солдата!' Это означало 'умрите'. Кёхлинг не мог ослушаться приказа с самого верха. К тому же ему сообщили, что с Ленинградского фронта маршем на Любань для затыкания дыр в 'Волховском рукаве' срочно отправлен в качестве сводный батальон 58-й пехотной дивизии, усиленный батареей горных орудий из 158-го артполка этой же дивизии, перевозимых на санях. Ещё Кёхлингу передали в подчинение артиллерию, разведывательный и сапёрный батальоны дивизии фон Бассе. Гитлер всё ещё рассчитывал восстановить 2-ю линию обороны.

На северно-западном фасе прорыва конницы в тыл группы армий 'Север' части 25-й кавдивизии, 59-й стрелковой бригады и лыжбаты, пополнив запасы патронов, снарядов и мин, снова атаковали Большое и Малое Ёглино и повторно их освободили. После этого лыжники завязали бой за платформу Ёглино, а 104-й кавполк перешёл Глебовское болото и в конном строю атаковал деревню Савкино, где окопался 121-й разведбатальон 121-й пехотной дивизии Ванделя. Здесь удалось при минимальных потерях уничтожить застигнутый врасплох гарнизон, привести в негодность много тяжёлого вооружения и захватить богатые трофеи.

11 февраля после недели кровавых боёв за Большое и Малое Ёглино сильно утомлённые 244, 242, 237-й кавполки 87-й кавдивизии Трантина и 98-й кавполк 25-й кавдивизии Баринова двинулись на запад к небольшой деревне Конечки, где раньше проживали в основном финские семьи. Здесь части 407-го и 408-го пехотных полков 121-й пехотной дивизии Ванделя, батальон 122-й пехотной дивизии Мохольца и 225-й сапёрный батальон из группы фон Бассе построили настоящую полевую крепость. Кавалеристам предстояло пройти до Конечков 6 километров по просеке в обход дороги, которую обстреливала артиллерия и бомбили самолёты, а также патрулировали танки и бронемашины. По просеке никогда и никто не проезжал с начала зимы, и снег лежал толщиной с метр. С большим трудом пробивая дорогу собственными силами, всадники ещё кое-как двигались в колонне по одному, но для подразделений с пушками и станковыми пулемётами на колёсных установках просека без расчистки оказалась непроходимой.

По пути в Конечки передовой эскадрон 98-го кавполка кавдивизии Багирова освободил деревушку Пирожки. Одна женщина со слезами радости на глазах вынесла громадный самовар, в котором кипело молоко, и угощала молоком красноармейцев. На душе всем стало грустно и приятно. Грустно потому, что любимую Родину беспощадно грабит враг, варварски разрушает города и сёла. Приятно потому, что час возмездия настал и завоеватели чужого 'жизненного пространства' не выдержали народного, большевистского упорства и, оставляя громадное количество трупов своей армии, покатились на Запад. Не откладывая дело в долги ящик, в конном строю конники передового кавполка кавдивизии Багирова ворвались в Савкино, порубив 'в капусту' на улицах спасающихся бегством 80 солдат команды выздоравливающих из дивизии Махольца...

Комдив-25 Баринов сам лично храбрый. Из семьи сельского ремесленника. В революцию ему исполнилось 12 лет. В юношестве плотник. В армии с 1927 года. Окончил Тверскую кавшколу. Служба в войсках: комвзвода, начальник полковой школы, помначштаба полка. В партию большевиков вступил в 1931 году. Закончил академию Фрунзе. В качестве помначразведотдела 3-го кавкорпуса принимал участие в Освободительном походе в Западную Белоруссию в 1939 году. Как начразведотдела штаба 6-го мехкорпуса участвовал в 3,5-месячном Финском походе Красной Армии. С февраля 1941 года начразведотдела штаба 26-й армии Киевского Особого военного округа. На второй день после вероломного нападения гитлеровцев и их союзников 22 июня Баринов занимался организацией контрудара по Перемышлю.

В 4:10 утра 22 июня 1941 года после артподготовки, от которой в городе начались пожары, гитлеровцы начали атаки на мосты через реку Сан, делящую Перемышль пополам. План 'Barbarossa' для быстрой оккупации Украины предусматривал, что 17-я армия подлеца фон Штюльпнагеля быстро захватит мосты через Сан, Перемышль и далее безостановочно станет двигаться ко Львову и Киеву, по пути окружая и уничтожая советские войска, а также вместе с айнзацгруппами советское население, сосредоточиваясь на евреях и большевиках. Фон Штюльпнагель объявил своим солдатам официальный идиотизм, что 'все коммунисты - евреи, а все евреи - коммунисты'.

На мосту через Сан подлецы из 101-й легкопехотной дивизии Маркса сразу же умылись в собственной крови под огнём пограничников 92-го погранотряда 6-го погранполка НКВД и гарнизонов ДОТов 8-го укрепрайона из состава 99-й стрелковой дивизии Дементьева 26-й армии Костенко. Защитники власти Советов отбили на мосту восемь атак пехоты, которые поддерживали артиллерия, миномёты и 'дикие' трофейные французские танки.

После провала атаки мостов Маркс бросился форсировать реку на плотах и резиновых лодках в разных местах, неся и здесь большие потери. Чекисты и гарнизоны ДЗОТов стояли до конца. Замначальника погранзаставы лейтенанта Нечаев, оставшись последним на заставе, отбивался до последнего, а потом взорвал гранатой себя и пятерых подошедших завоевателей.

Малочисленные советские части в городе: роту 66 полка 10-й дивизии войск НКВД, охранявшую мосты через реку, взводы 150-го отдельного пульбата 8 укрепрайона, комендатуру, штаб 99-й стрелковой дивизии Дементьева, заставу Перемышльского 92-го погранотряда подлецы просто завалили трупами в 'мясном штурме'. Малоопытная дивизия Маркса, сформированная за год до этого в Чехии, потеряла за первые сутки войны 470 солдат и офицеров убитыми и пропавшими без вести, более 1200 ранеными, 10 пленными. Это они дело имели пока лишь в основном с НКВД.

И здесь уже стало видно, что не на тех напали. Ночью командир сводного батальона из пограничников и бойцов полка НКВД старшего лейтенанта Поливода направил в Перемышль группы разведчиков. Они захватили несколько 'языков', разведали расположение частей гитлеровцев.

Утром батальон Поливоды, погранзастава 4-й комендатуры, пулемётная рота и противотанковая батарея дивизии Дементьева при поддержке 71-го артполка этой же дивизии начали стремительную атаку на дивизию Маркса. Завязались уличные бои. Сильнее всего успели укрепиться оккупанты на площади Пяти Углов. Из окон четырехэтажного дома они безостановочно били из пулемётов. Пограничники всё же пробрались в здание. Комсомолец Щербицкий выкинул одного из пулемётчиков из окна. Старшина Мальков забросал гранатами подвал. Два появившихся на площади французских танка расстреляли в упор противотанкисты.

К середине дня советскую часть города бойцы НКВД освободили и батальон Поливоды ворвался в немецкую часть Перемышля - город Прёмзель, то есть на территорию собственно генерал-губернаторства Великогерманского рейха, освободив как своих пленных, так и узников гестапо. На второй день войны об освобождении Перемышля сообщила Совинформбюро.

Шесть дней советские герои удерживали Перемышль и ДОТы укрепрайона. Отбивая атаки Маркса, других соединений и частей армии фон Штюльпнагеля, за эти дни бойцы укрепрайона, НКВД и дивизии Дементьева уничтожили 4000 солдат и офицеров, 6 танков, бронемашину, три миномёта, 15 пулемётов, 10 грузовиков, захватили много трофеев. Приказ на отход последовал из-за порыва фон Штюльпнагеля у Львова, где подняли мятеж украинские националисты. На своих местах остались прикрывать отход товарищей гарнизоны ДОТов 8-го укрепрайона...

Для 8-миллионной туши, которой являлся на тот момент Wehrmacht, этот звоночек оказался конечно незаметным, но злая ирония заключалась в том, что командир дивизии, позорно побежавшей на второй день войны на свою территорию, был тот самый генерал Маркс, который разработал по заданию и под патронажем Гальдера план 'Barbarossa' - за 17 недель пройти через Прибалтику, Белоруссию, Москву, Киев на рубеж Волги. Кроме того, предлагалась частная операция с целью захвата Баку. И вдруг такое фиаско! Здесь как в капле воды отразилась будущая судьба всего океана вторжения и плана 'Barbarossa'...

После боёв за Перемышль Баринов снова оказался в самой гуще событий. Его 26-я армия под Каневом отбивалась от 1-й танковой группы фон Клейста и командарм-26 Костенко приказал Баринову создать из разрозненных частей трёх дивизий группу для контрудара в тыл группе фон Клейста через село Мироновка. Главный удар Баринов нанёс конно-механизированной группой, которая захватила плацдарм в тылу войскам фон Клейста и в течение семи суток удерживала его, прикрывая отступление армии Костенко через Днепр. В сентябре 1941 года начразведотдела майор Баринов получил назначение на должность начштаба 25-й кавдивизии Гусева. Когда Гусев получил под своё командование 13-й кавкорпус, Баринов стал комдивом-25. Такой получился в Баринове сплав опыта, военных знаний, отваги и преданности власти Советов...

Идущий впереди к Конечкам 98-й кавполк кавдивизии Баранова смог достичь внезапности. Без артиллерии и станковых пулемётов кавалеристы с ходу дерзко атаковали опорный пункт и ворвались в деревню. Завязался уличный бой. Захватили окраину, но из-за контратаки бронемашин не удержались без тяжёлого вооружения и отошли в лес. Этот штурм обошёлся оккупантам в 95 убитых и более 200 раненых. Красная кавалерия являлась элитой Красной Армии и с ней шутки плохи.

Пока подтягивались к Конечкам основные силы кавдивизии, 98-й кавполк из кавдивизии Баринова, стрелковая бригада и лыжники, через болото Круглое обогнули этот опорный пункт и вышли в тыл оккупантам к Вальякке - небольшой деревушке с финским населением. Конечки и Вальякка закрывали дефиле на запад между болтами Глебовское и Кудровское, которое вело к железной дороге Ленинград - Дно. Близко от неё в этом направлении располагался уже штаб 18-й полевой армии Линдеманна. Фон Бассе сразу же в панике начал подтягивать сюда тяжёлую артиллерию, танки и другую бронетехнику. В опорном пункте Каменка - главном в этом секторе обороны, срочно сосредоточилась пехота из 12-й танковой дивизии, 436-й артдивизион - 36 пушек калибра 105-миллиметров leFH 18, а также 289-й артдивизион береговой обороны - 25 французских 150-миллиметровых пушек Schneider 155 L. Здесь также сосредоточилась ещё одна 'сборная солянка' из частей 68-й и 212-й пехотный дивизий, II батальона 2-го полка SS Polizei-Division - группа 'Гравенштайна'. Предстояли тяжёлые бои с этими резервами группы армий 'Север'.

В центре Волховского плацдарма в этот день у Спасской Полисти 'группа Хойн' неоднократно гнала своих солдат в атаки для того, чтобы вернуть себе свой потерянный накануне опорный пункт 'А'. Брошенный в атаку 101-й строительный батальон 'Организации Тодта' понёс очень большие потери. В результате этих боёв бойцы 1247-го стрелкового полка 377-й стрелковой дивизии Цаликова захватили и уничтожили ещё два опорных пункта северо-восточнее Коляжки. Из-за того, что 200 храбрых 'алтайцев' Попова засели на коммуникациях Спасской Полисти у Трегубово, 'крепость' Гитлера и все опорные пункты севернее не получали нормального снабжения, и не могли как следует защищаться.

К Мосткам из Малой Вишеры прибыла агитмашина МГУ политотдела 2-й Ударной армии - семиместный автомобиль высшего представительского класса ЗиС-101 с кузовом 'лимузин', переоборудованный в крытый, обитый жестью фургон. Наверху два нацеленных вперёд рупора. Они обеспечивали слышимость до пяти километров. Командир 'звуковки' - молоденький лейтенант в новеньком кремово-белом полушубке, он же диктор. С ним радиотехник и шофёр.

Лейтенант облюбовал опушку рощи в секторе, где бойцы рыли к Мосткам снежные штурмовые траншеи. Однако командование проводить передачу отсюда не разрешило: огонь фрицев мог сорвать подготовительные работы штурмовых групп. Машина переехала южнее и заняла позицию между Мостками и Любино Поле примерно в километре от передовых траншей захватчиков.

Вещание началась по-немецки с информации о позорном бегстве гитлеровских полчищ из-под Москвы, о провале разрекламированной на весь мир стратегии 'Blitzkrieg'. Затем диктор рассказал о положении на Волховском фронте:

- Советские кавалеристы, танкисты, лыжники уже в 60-70 километрах западнее Волхова. Любино Поле, Мостки - в глубоком тылу. Сопротивление бесполезно...

Поначалу фрицы огрызались пулемётными очередями. Видимо, для того чтобы заглушить передачу. Затем начали обстрел из миномётов.

- Rettet euer Leben! Gebt euch gefangen! Спасайте свою жизнь! Сдавайтесь в плен! - призывал завоевателей лейтенант. - Зачем стреляете в нас? Мы такие же крестьяне и рабочие, как вы! Зачем умирать за Гитлера? Переходите к нам! Мы пленных не расстреливаем! Геббельсовская пропаганда - наглая клевета на Красную Амию...

На закуску лейтенант включил музыку. Под аккомпанемент разрывов мин зазвучали штраусовские вальсы. Наконец целая и невредимая 'звуковка' укатила в сторону Мясного Бора. Такие вот первые робкие шаги новой разновидности политработников Красной Армии - 'радиосолдат'.

- И наши рупористы, и те, что на машине с громкоговорителями разъезжают, всё это артель 'Напрасный труд'. - сообщил товарищу своё мнение один из бойцов, роющий снежную галерею в сторону Мостков. - Не разложатся они. Солдатня оболванена, а офицерьё сплошь фашисты...

- Фрицы разлагаются только в земле. - ответил ему товарищ.

Да, в феврале 1942 года ещё рановато казалось ждать от советской пропаганды сиюминутной отдачи. У солдатни капиталистов ещё не прошло опьянение от успехов первых месяцев войны, отдельные неудачи они считали временной заминкой. Добровольные сдачи в плен пока являлись ещё большой редкостью. И всё же, если представить себя на месте солдат и офицеров оккупантов, окружённых в приволховских деревушках? Это разве есть тот 'Blitzkrieg' - за 3,5 месяца до Урала, как обещал Гитлер их уже убитым предшественникам в их дивизиях? Получив правдивую информацию о положении на фронтах и сопоставив её со своим отчаянным положением, они не могли не задуматься. Советские передачи постепенно приучали их критически относиться к геббельсовской пропаганде. Вода камень точит.

Любое большое дело начинается с чего-то малоприметного, на первый взгляд, незначительного. Всему своё время. Советская пропаганда среди войск оккупантов вполне могла внести весомый вклад в дело победы. Но эта большая, сложная и кропотливая работа требовала опыта, материальной базы. Требовалось воспитать кадры, обеспечить спецподразделения радиоаппаратурой и транспортом. Во главе этой работы стоял железный Мехлис и не было повода сомневаться в том, что она станет успешной...

Под постоянными атаками и обстрелами командир обороняющихся в Любино Поле и Мостках войск полковник Кёппель всё-таки с риском для карьеры и даже жизни решился нарушить приказ Гитлера. Он отдал приказ на следующий день остаткам войск в опорных пунктах Любино Поле и Мостки идти на порывы в Спасскую Полисть. Тяжёлое вооружение, технику без горючего Кёппель приказал вывести из строя, тяжелораненых бросить. Это означало добить их. Оккупанты знали о приказе Гитлера и понимали, что Кёппель его нарушает, но своя шкура дороже.

Прорыв из Любина Поля в Мостки и далее к опорному пункту 'Паук' возглавляли около 500 солдат I батальона 377-го пехотного полка. Следом за ними собрались двигаться остатки других частей и подразделений. Под пулемётным огнём советских заслонов бегущие оккупанты понесли большие потери. Их движение шло под огнём преследующих их лыжников. Остающиеся в Любино Поле оккупанты оказались обречены.

У Волхова на северном фасе плацдарма советские части провели атаку на Дымно. Опять без успеха. После опустошительных обстрелов оккупанты снова успели загнать туда на верную смерть своих солдат. У Званки также продолжались бои. Вёлся обстрел Чудово. Ситуация для советских героев осложнялась тем, что на северном фасе Волховского плацдарма сплошного фронта крайний 1247-го стрелковый полк 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии Цаликова не имел. От 1-й до 2-й роты его 3-го батальона, занимающего оборону от Волхова у Дымно до ручья Боревой фронтом на северо-восток в двух километрах южнее Залозье - расстояние 3 километра. От 3-го батальона до позиций 2-го батальона - 800 метров. От 1-й до 2-й роты 2-го батальона, занимающих оборону фронтом на север - 2,5 километра. От 2-й до 3-й роты этого батальона - 2,0 километра. И только 1-й батальон, занимающий оборону фронтом на запад напротив 'Волховского рукава', не имел разрывов во фронте за счёт большого количества построенных ДЗОТов.

Линдеманн из-за больших потерь продолжал лепить и тасовать временные соединения для обороны 'Волховского рукава'. Глушицу и Приютино западнее 'Волховского рукава' заняли резервные подразделения. Остатки 215-й пехотной дивизии и 'бригады Кёхлинга' влились в 61-ю пехотную дивизию и получили название 'группа Хейнике'. Правее неё сформировалась 'бригада Шайдис'.

В ночь на 12 февраля из опорного пункта Мостки в центре Волховского плацдарма начали удирать остатки III батальона 3-го полка SS Polizei-Division. За ними готовились бежать III батальон 284-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии и остатки других подразделений. Началось бегство из Любина Поля и солдат дивизии фон Бассе. Завоеватели испили тут сполна чашу страданий и поражений. Вот смотрит на уходящего эсэсовца его раненый подельник тускнеющими глазами, и носа у него практически нет, и лицо отморожено, и не может двигать челюстью, худой и обросший. Вынести взгляд невозможно. Мучается, взглядом вымаливая пулю. Другой свалился сам и уйдёт в спасительное небытие через десять-пятнадцать минут... Спасти невозможно: необратимый процесс умирания, все конечности отморожены... Один солдат так же испуганно смотрит в глаза раненому, который стоит на четвереньках. Оба смотрят то в глаза друг другу, то на пистолет, который в руках у солдата. Немец даже кивнуть не может, закоченел. Глазами моргнул: 'Да...' Солдат выстрелил ему в висок... Человек уже мёртвый, а не падает - смерзся. Стоит как 'козлина', как 'скамейка'. Довоевались завоеватели за своих капиталистов!

А в это время у 'мясника' Кёхлинга в блиндаже настоящие апартаменты. И кухня, и спальня, и туалет тут! Духами пахнет. Разные напитки и в бутылках, и во фляжках, и в термосах. Кофе горячий. Порнографические открытки. В коробке - на одной из двухспальных кроватей - собачка. Лохматая, с ослепительно белой кудрявой шерстью. Холуи капиталистов, те, что гонят на убой пушечное мясо, устраиваются и здесь не плохо...

Начавшаяся 25 января битва за опорные пункты Любино Поле и Мостки невзирая на личное вмешательство Гитлера, подошла к концу. Wehrmacht её проиграл. 2-я линия 'Волховского вала' не восстановлена. Захлебнулись своей чёрной кровью убийцы Гитлера. Они в значительной степени растеряли прошлогоднюю мощь, позволявшую, заваливая оборону массой техники и людей, гарантировано прорываться в нужном для них месте. Попытка отрезать ушедшие отсюда по просекам в рейд по тылам группы армий 'Север' кавкорпус Гусева и лыжбаты провалилась. Опорные пункты Мостки и Любино Поле на шоссе Чудово - Новгород, ставшие огромными кладбищами немецких солдат и всевозможного вооружения - утрачены.

Однако и самовольно подготовленный Кёппелем организованный прорыв для выхода из окружения сорвался. После артподготовки, в которой приняли участие 45 советских орудий от 76 до 203-миллиметрового калибра включительно, части 468-го стрелкового полка 111-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Рогинского вместе с бойцами 22-й 'харьковской' стрелковой бригадой Пугачёва ворвались на позиции 'группы Вернера' в опорных пунктах Любино Поле и Мостки. Бойцы Рогинского и Пугачёва устроили 'группе Вернера' форменное побоище. Одна из рот I батальона 377-го пехотного полка, почти не имеющая боеприпасов, оказалась истреблена поголовно.

Около 800 подлецов из различных подразделений гарнизонов Любина Поля и Мостков неорганизованной толпой кинулись в направлении Спасской Полисти и опорного пункта 'Паук'. При этом эсэсовцы III батальона 3-го полка SS Polizei-Division добили 30 своих тяжелораненых. Рассчитывали бегущие на то, что от Мостков до Спасской Полисти всего 4 километра, а до ближайшего опорного пункта и того меньше. Дорога Ямно - Мостки - Ольховка для снабжения войск Клыкова, ушедших в прорыв на запад, оказалась теперь свободна. Планы Гитлера окружить прорвавшиеся на запад войска Клыкова и сбросить плацдарм в Волхов потерпели крах.

Невзирая на потери, озверевшие оккупанты прорвались из Любино Поле через заслоны 468-го стрелкового полка 'ленинградцев' к Мосткам, и оказались в тылу у 'харьковчан', блокирующих Мостки. Солдаты в бой шли из-под палки. Офицеры подгоняли их выстрелами из пистолетов, фельджандармы гнали стрельбой над головами из автоматов. Все приняли наркотик 'Pervitin'. 'Харьковчане' не растерялись и встретили атаку сосредоточенным пулемётным и миномётным огнём с опушки леса около 'Лесопункта'. Атака захлебнулась и оккупанты стали разбегаться в разные стороны, бросая оружие. К опорному пункту 'Паук' они брели по заснеженным просекам несколькими большими группами. Их колонны растянулись, облегчая советским воинам атаку на них.

К 11:00 группа из 150 эсэсовцев, бегущих от Мостков по ручью Горевой на север, также вышла через отметку 32,2 в тыл 22-й стрелковой бригады у 'Лесопункта'. Советские герои из 165-го 'пермского' отдельного лыжного батальона, быстро пройдя по лесу на лыжах 3 километра, преградили эсэсовцами дорогу в районе западнее 500 метров от опорного пункта 'Паук' на отметке 37,8. Одновременно с юго-востока начали появляться другие группы оккупантов, общим числом не менее трёх пехотных батальонов, бегущих по просекам в общем направлении на северо-запад. 'Пермяки' перекрыли им путь на разных участках.

Подлецы в 'Пауке' ожидал в этот день всего лишь свою разведгруппу из Мостков и для них появление остатков гарнизонов опорных пунктов оказалось полной неожиданностью. Они открыли по колоннам сильный миномётный огонь считая, что это очередное советское наступление. Тем временем в лесу разгорелся ожесточённый бой. 'Pervitin' и шнапс против самозарядных 'Светок' СВТ-40 и ППШ. 'Пермяки' умело уничтожали у опорного пункта 'Паук' группы и одиночек из III батальона 3-го полка SS Polizei-Division. Для лесного боя наличие большого количества ППШ всегда более чем кстати. Вскоре к месту боя просочились другие группы оккупантов. В бою с втрое превосходящим врагом подразделения 'пермяков' имели потери, но враг не прошёл.

В это время 1-й отдельный стрелковый батальон 'харьковчан' задержал подлецов в ДЗОТах у Мостков, отрезав им путь отхода на северо-запад. Бегущие не смогли прорваться через 'пермяков' в опорный пункт, по которому кроме всего нанесла удар советская дальнобойная артиллерия. Тогда подлецы ударились в бегство на юг к 'большой поляне' с бараками. Здесь их тоже встретили огнём подразделения 1-го отдельного стрелкового батальона. Некоторое время подлецы оборонялись на северо-восточном углу 'большой поляны', затем под миномётным огнём рассеялись, и группами численностью до взвода и меньше разными путями стали искать обходные пути на север к 'Пауку'. Бой продолжался весь день и на поляне, и в лесу, распавшись на множество мелких стычек. Возможность подсчитать убитых оккупантов не представлялось возможным. Трупы валялись по всему лесу. Пленных всего двое - унтер-офицер и рядовой.

Спастись после этого лесного побоища удалось немногим. В Спасскую Полисть вернулись 93 солдата и офицера из III батальона 3 полка SS Polizei-Division, 92 человека из III батальона 284-го полка 96-й пехотной дивизии, 101 человек из I батальона 377-го полка, одиночки из других подразделений. Вид они имели ужасный. В пилотках, натянутых на самые уши, вокруг голов накручено грязное тряпьё. Подпоясаны верёвками или телефонными проводами. От обуви ошмётки. Многие передвигались, опираясь на костыль или палку. Почти у всех обморожены ноги, ногти на пальцах отваливались, что причиняло сильные страдания. Вот как воевал Wehrmacht на Волхове...

После того, как 'харьковчане' и 'пермяки' уничтожили и рассеяли идущих на прорыв, они повели зачистку леса западнее Спасской Полисти вплоть до опорного пункта 'Паук'. Взято ещё 15 пленных, часть из них ранены и обморожены.

Спасская Полисть по-прежнему под обстрелом артиллерии. Прямым попаданием у 'белого дома' разрушена очередная землянка. Оттуда выскочило 40 человек фашистов, которые с дистанции 150 метров уничтожены пулемётным огнём. На плечах бегущих рота 'харьковчане' из бригады Пугачёва ворвалась в Спасскую Полисть. Гитлеровцам с огромным трудом и потерями удалось её оттуда выбить.

Более 1500 трупов оставили оккупанты в районе Мостков и Любино Поле, 'Лесопункта' и просек, ведущих на север. Ещё около 600 заиндевевших трупов бросили оккупанты в штабелях на огородах и в погребах в Мостках и Любино Поле из числа тех, что Кёппель не успел заранее вывезти. И ещё одно - гитлеровцы убили почти 60 своих тяжелораненых. Wehrmacht, как зеркало капитализма, не интересовался теми, кто уже не мог встать в строй.

В Мостках оккупанты бросили 16 орудий разных калибров, 11 танков Pz.Kpfw.II и III подбитых и исправных, 12 тягачей Umbau von Pz.Kpfw.35R(f) и Sd.Kfz.10, 27 грузовиков, 7 вездеходов 'кюбельваген', 12 миномётов, 65 пулемётов различных стран и систем, более 600 винтовок, 45 автоматов, 4 рации. В Любином Поле трофеев оказалось поменьше, но список тоже впечатлял. Сосчитать технику, транспорт и вооружение брошенное оккупантами в лесу не удалось.

Страшную картину наблюдали освободители в месте, где раньше стояли русские деревни Любино Поле и Мостки. Страшные картины вдоль шоссе от Любино Поле через Мостки до Спасской Полисти. Громадные очаги пожарищ, поля кладбищ с рядами берёзовых крестов с каскам-кастрюлями, изрытая воронками авиабомб и снарядов земля, зубья обгоревших стволов деревьев. Повсюду остовы грузовиков, повозок, сожжённые танки, разбитые пушки, развороченные ДЗОТы, землянки, поваленные телеграфные столбы, клоки колючей проволоки. Ну и конечно штабели замороженных изувеченных полуголых трупов в обрывках мышиных мундиров...

Русских деревень Мостки и Любино Поле более не существовало. Мостки и Любино Поле стали урочищами, огромным немецким военным кладбищем. Освободить удалось лишь место, где раньше стояли эти деревни. Подлецы, уничтожая советский народ, русских, славян, с особым тщанием разрушали их населённые пункты и отдельные строения не только прямо уничтожая поджогами, подрывами, через вандализм, но и оборудуя в них свои опорные пункты и огневые точки. Не своё - не жалко! Советские войска, отступая в прошлом году в большинстве случаев избегали занимать оборону в своих населённых пунктах, городках, сёлах, деревнях, чтобы по возможности не подвергать их разрушению в ходе боёв, не оставлять людей бездомными, не лишать нажитого тяжёлой жизнью, не рисковать их жизнями. Это снижало стойкость в обороне. Для гитлеровцев такой проблемы естественно не существовало...

Войска западных капиталистов в соответствии со своим планом 'Ost' цель имели ровно обратную - делать людей бездомными, лишать их имущества, вести дело к их гибели. Использовать дома советских, русских людей как ДОТы, вынуждая советских, русских же людей их разрушать артиллерией и авиацией - прямое следствие человеконенавистнических основ фашистских наймитов капиталистической мировой верхушки.

Так или иначе, все надежды подлецов восстановить целостность фронта контрнаступлением через свои опорные пункты, с треском провалились. Wehrmacht не выполнил приказа своего Главнокомандующего Гитлера об организации снабжения опорных пунктов Мостки и Любино Поле и восстановлении на их основе целостности линии обороны от Спасской Полисти до Мясного Бора с последующей ликвидацией Волховского плацдарма. Впрочем, эти неудачники под Москвой и Ростовом-на-Дону вообще провалили директиву No.21 'План 'Barbarossa'', что уж тут крохотные точки на карте - Мостки и Любино Поле?!

Севернее Спасской Полисти по обе стороны Трегубова также прошли советские атаки с запада и одновременно с другой стороны - из Кривино и Ольховских Хуторов. С востока Трегубово атаковала 377-я стрелковая дивизии Цаликова, с запада 111-я стрелковая дивизия Рогинского. При этом войска 'бригады Кёхлинга' продолжала громить артиллерия РГК.

С победой Мерецкова у Любино Поле и Мостков ситуация для Линдеманна значительно ухудшилась. Потери стремительно нарастали. Погасла последняя надежда закрыть прорыв. Клыков быстро вытягивал на себя войска, накопленные для штурма Ленинграда. Мерецков стремился отрезать весь участок 'Волховского рукава' до Трегубово. В случае успеха это сулило освобождение Чудово. Разгром опорных пунктов Любино Поле и Мостки, а также большие потери при обороне 'Волховского рукава' снова привели штабы оккупантов в состояние бурления скисших дрожжей. Остатки 'бригады Кёхлинга' подчинили 'группе Хёнике'. Кёппеля за бегство из Любина Поле и Мостков отстранили от должности. Костяком 'группы Хёнике' стала 61-я пехотная дивизия и её штаб во главе с её командиром генерал-лейтенантом Хёнике. 'Группа Хёнике' в свою очередь подчинялась 215-й пехотной дивизии Книза так же, как и ранее ей подчинялась 'бригада Кёхлинга' и вновь созданная из двух полков 61-й пехотной дивизии 'бригада Шайдиса'. Ранее дивизия Хёнике занимала фронт на Волхове южнее устья реки Тигода. Теперь там остался её усиленный 151-й пехотный полк, а всё остальные части двинулось к 'зоне смерти' между опорными пунктами Спасская Полисть и Трегубово. В подчинении Хёнике для строительства новых ДЗОТов и блиндажей вместо разрушенных Линдеманн передал дополнительные строительные подразделения 'Организации Тодта'.

Получив фронт обороны на западном фасе 'Волховского рукаве' в районе Ольховка - Сенная Кересть, 'бригада Шайдиса' приняла часть фронта 254-й пехотной дивизии, батальоны которой понесли очень большие потери в боях за Спасскую Полисть. 'Бригада Шайдиса' предназначалась для атак в южном направлении и новых попыток закрытия прорыва и окружения прорвавшихся на запад советских войск. Но этого не случилось. Наоборот, бригаде сразу же пришлось с трудом обороняться от многочисленных атак. За Ольховку началось жестокие бои, и она неоднократно переходила из рук в руки.

Остатки 'группы Кёппеля' перешли в 'группу Бёме', которая вместе с 'группой Арнинга' и 'группой Кольберга' теперь подчинялась группе командира SS Polizei-Division штандартенфюрера SS Вюнненберга. Эсэсовец получил приказ подготовить исходные позиции в районе 'большой поляны' для нового наступления на юг с целью окружения армии Клыкова. Часть 'группы Хойн' срочно отошла для восполнения потерь в Спасской Полисти от огня советской крупнокалиберной артиллерии.

На восточном фасе 'Волховского рукава' бойцы 377-й стрелковой дивизии Цаликова тем временем полностью уничтожили во время позиционных боёв оккупантов в новом опорном пункте напротив деревни Коляжка. По Дымно и Званке на северном фасе Волховского плацдарма советская крупнокалиберная артиллерия по-прежнему вела огонь.

На западном фасе прорыва кавкорпуса Гусева к деревне Конечки подошли 'огневики' передовых ковполков 87-й кавдивизии Трантина. Здесь окопалась 'группа Хардов': батальон 122-й пехотной дивизии, 225-й сапёрный батальон и разное тыловое 'пушечное мясо'. Пулемётчики, миномётчики, пушкари Трантина торопились как могли. Вооружившись чем только можно, топорами, пилами, кавалерийскими клинками, артиллеристы по-суворовски метр за метром проложили дорогу через лес к выбранным позициям. Оружейники разобрали 45-миллиметровые пушки, пулемёты, миномёты части и везли их вьюками, даже несли на руках, как во время суворовского перехода через Альпы. Лишь бы поскорее выдвинуться на огневые позиции.

Небо словно кто-то протёр: оно чистое-чистое. Мороз крепчает. Личный состав третьи сутки проводил в снегу, не имея возможности обогреться и отдохнуть. Имелось случаи замерзания. Из-за отсутствия фуража и воды начался массовый падёж конского состава. Конники метр за метром прокладывали дорогу, продвигая орудия, миномёты и станковые пулемёты. Первым достиг назначенного рубежа пулемётный эскадрон. Вслед за ним стали подтягиваться миномёты и артиллерия. Расчистили в лесу сектора обстрела, огневые позиции.

Пока к деревне Конечки подтягивались огневики, в 7 километрах западнее передовые подразделения Трантина освободили Глебово и двинулись дальше. У Порожков они остановились, натолкнувшись на подготовленную оборону. Передовые отряды однако прошли по болоту ещё 6 километров западнее до дороги севернее Озерешно. Здесь, в тылу группы армий 'Север', сплошная оборона отсутствовала. Впереди станция Новинка стратегически важной для фон Кюхлера железной дороги Ленинград - Дно. Но кавдивизии 13-го кавкорпуса Гусева почти исчерпали в глубоком рейде свои наступательные возможности. Лесные лагеря наступающих войск - шалаши и покрытые снегом палатки, в основном без печек. Люди долгое время без обогрева, сна, нормальной пищи, бани, смены нижнего белья. Чудо-богатыри тоже ведь не из железа! Они отдалились по бездорожью от Волховского плацдарм на 50 километров и по схеме снабжения 'на себя' уже не могли обеспечить себе подвоз продовольствия, фуража, боеприпасов. Центр прорыва через реку Волхов находился в деревни Ямно. Отсюда начиналась центральная дорога для переброски войск и снабжения, идущая между деревень Мостки и Любино Поле. Гусеву и Клыкову уже просто не хватало войск и транспортных возможностей чтобы продвинуться дальше.

Всё сильно осложнилось ещё и тем, что кавкорпус Гусева и лыжники действовали большим количеством боевых групп и тыловых частей в обширном треугольнике со сторонами в 50 километров в лесистой местности, и прикрыть их части истребителями, помочь им штурмовиками, снабжением с самолётов ВВС Волховского фронта не имели возможности. При недостаточном прикрытии истребителей и зениток, в светлое время суток активные действия напичканных препаратом 'Pervitin' лётчиков Luftwaffe серьёзно затрудняли перемещения кавалеристов, лыжников и идущей к ним на помощь пехоте. На снабжение это тоже действовало самым пагубным образом. Весь световой день - налёты. Правда, бомбы, попадая в болото, рвались на большой глубине и осколки причиняли мало вреда. Камуфлеты. Но случались и прямые попадания, хотя и редко. В такой ситуации больше всего страдали лошади. Человек может укрыться, лечь ничком, а лошадь - нет. Теряя лошадей, Гусев терял своё главное преимущество - подвижность. Лишённые конского состава, кавполки могли стать пехотой, но гораздо менее вооружённой тяжёлым оружием, чем полки стрелковые, не говоря уже о вопросах снабжения.

И вот началось неизбежное контрнаступление резервов группы армий 'Север'. От Каменки на Ёглино пошли как таран 6 французских танков Hotchkiss H35, за ними густыми цепями пехота 'группы фон Коблински': III батальон 409-го пехотного полка дивизии Махольца, мотопехота из 12-й танковой дивизии и всякое тыловое 'пушечное мясо'. 'Сорокопятки' конников не могли пробить 32-миллиметровую лобовую броню Hotchkiss H35. Эти французские танки французская армия по условиям перемирия 1940 года передала в Wehrmacht в исправном виде в количестве 800 единиц. Остальные 300 таких танков гитлеровцы взяли сами. Эти тихоходные танки сопровождения пехоты не годились для использования вместе с более быстрыми немецкими и чешскими танками в танковых и моторизованных дивизиях во время прорывов, однако широко применялись при прорыве обороны на границе 22 июня 1941 года и далее, а также при охране дорог, аэродромов, штабов, складов, при борьбе с партизанами.

Танки Hotchkiss H35 по 10-15 машин обязательно прихватывали с собой немецкие пехотные дивизии, возвращающиеся из Франции в 1940 году и формируемые там позже. Такие танки Гальдер называл 'дикими' - они не числились штате, как и другая прихваченная из Франции бронетехника, транспорт, вооружение. Однако ни OKW, ни фюрер не возражали. Wehrmacht официально использовал более 12 000 единиц французской бронетехники. В том числе и Hotchkiss H35, имеющие обозначение Pz.Kpfw.35R(f). Тысячей больше, тысячей меньше. Кто её считает? Всё равно техника как дрова в камине горит на Восточном фронте...

Из Каменки по позициями кавалеристов и лыжников вели непрерывный огонь 36 пушек калибра 105-миллиметров leFH 18 и 25 французских 150-миллиметровых пушек Schneider 155 L. Вокруг советских позиций повсюду глубокие пепельно-серые воронки. Стволы деревьев иссечены и почернели. В воздухе пахнет горелой взрывчаткой и болотной затхлостью. Из-за применения береговой артиллерии и толстолобых французских танков конникам и лыжникам пришлось временно оставить платформу Ёглино, Малое и Большое Ёглино.

На реке Оредеж перешли в контрнаступление от Филипповичей в направлении Паншино и Волкино сводные наземные части Luftwaffe. Эти деревни защищали различные подразделения 48 и 50-го 'свердловских' лыжбатов и 95-й 'пермский' лыжбат. Пулемёты и миномёты лыжников уложили пьяных и 'напервитиненных' солдат захватчиков в снег в 300-х метрах от деревень. Несколько раз поднимали их унтер-офицеры в атаку пинками и стрельбой над головами из пистолетов, но каждый раз те падали в снег. Баррикада из мертвецов всё росла. 'Свердловчане' и 'пермяки' стреляли отлично ещё до войны. И теперь вели плотный прицельный огонь.

Когда гитлеровские авиаторы во время 'психической атаки', вернее атаки без стрельбы из-за того, что во время лежания в снегу и перестрелки у них кончились патроны, все-таки оказались на окраине Волкино, отличился красноармеец Михайлов из 48-го 'свердловского' лыжбата. Он забрался на чердак одного из домов со своим ручным пулемётом ДП и оттуда стал косить авиаторов. Когда враг побежал, Михайлов выдвинулся следом и поддержал контратаку. Всего в этот день авиаторы Luftwaffe потеряли убитыми, ранеными и обмороженными более 300 человек, при этом большая часть раненых пролежала до утра на поле и замёрзла. Лыжники потеряли убитыми 12 бойцов.

За опорные пункты в деревнях Конечки, Совкино, Глебово, Абрамово тоже разыгрались настоящие сражения с участием нескольких тысяч человек с обеих сторон. На помощь эскадронам Транрина у деревни Конечки уже подоспели артиллеристы и пулемётчики. Несмотря на 25-градусный мороз артиллеристы остались в одних ватниках, стволы орудий и миномётов раскалились докрасна. Деревня Конечки десять раз переходила из рук в руки! Финское население бежало оттуда куда глаза глядят. Фашисты из 'группы фон Бассе' потеряли здесь два танка, две бронемашины, бронетранспортёр, более 2000 солдат и офицеров убитыми и ранеными. Внезапная оттепель превратила болотисто-лесную местность юго-западнее Чудово в трясину, сильно осложнив ведение боевых действий и сделав невозможным передвижение техники.

В этот день советская лыжная разведка из 170-го отдельного лыжного батальона появилась в глубоком тылу группы армий 'Север' перед станцией Новинка на железной дороге Ленинград - Оредеж. Примечательный момент. Примерно в 20 километрах северо-западнее от Новинки в Сиверской находилось логово Линдеманна - командный пункт 18-й полевой армии. До пригорода Ленинграда города Пушкин - бывшее Царское Село, отсюда 60 километров. До Волховского плацдарма по прямой 80 километров. Это максимальная глубина проникновение 2-й Ударной армии Клыкова в тыл группы армий 'Север'. Самолёты-разведчики 1./NAGr 5 из 1-го Воздушного флота Келлера пыталась разглядеть хоть что-то в густых лесах у Новинки: сколько здесь советских войск, сколько идут следом. Но тут леса густые, малое количество населённых пунктов и дорог. Большая часть суток - сумерки или ночная тьма. Поди, разбери чего-нибудь!

Когда Гитлер узнал о произошедшем, у него случился очередной нервный припадок. Ещё бы! Под Демянском окружение, под Вязьмой критическая ситуация, часть группы 'Центр' может оказаться в окружении, на Донбассе критическая ситуация. И теперь ещё и тыл группы армий 'Север' под угрозой! Гитлер орал по телефону на фон Кюхлера так, что чуть глаза не вылезли из орбит. Командующий группы армий 'Север' и сам едва не рыдал. По крайней мере мешки под его глазами разрослись до размеров небольших древесных грибов, а рыбьи глаза убийцы стали излучать леденящий страх.

После того, как армейская разведка фон Бока и авиаразведка Геринга провалились под Москвой, не обнаружив 15 новых советских дивизий, и эти дивизии вместе с уже имеющимися неожиданно напали на Wehrmacht, от Сталина всего чего угодно можно было ожидать! Ужас! 1,1 миллион красноармейцев внезапно напали на 1,7 миллиона гитлеровцев под Москвой. Красная Армия имела под Москвой 7600 артиллерийских орудий, Wehrmacht имел почти вдвое больше - 13 500 артиллерийских орудий, но не помогло. Красная Армия имела под Москвой 774 танка, Wehrmacht имел 1170 танков. Не помогло. И только по 'уничтоженной на спящих аэродромах' своей авиации 'трижды уничтоженная в котлах' Красная Армия превосходила Wehrmacht: 1200 советских самолётов против 600 фашистских. Это, естественно, усугубило ситуацию.

- Большевики забросали нас трупами! - вопил Геббельс по поводу разгрома своих войск под Москвой.

-Такого не бывает! - разводили руками временные капиталистические англо-американские союзники большевиков. - Это неправда!

Тогда Сталин предъявил капиталистам дороги Подмосковья, заваленные брошенной вражеской техникой и штабели вражеских трупов. Капиталисты смягчились и приняли позицию классово близкого Геббельса: 'Большевики забросали немцев трупами!' Подлецы одним миром мазаны! Как можно забросать трупами врага, превосходящего тебя численно? Этого светилы капиталистической военной науки не пояснили. Они, наверное, перепутали с тем, как наступал Wehrmacht 22 июня 1941 года, имея в приграничной 40 километровой полосе преимущество в численности в разы: 5,5 миллиона гитлеровцев против 0,4 миллиона советских войск. Когда исчерпалась фора вероломного нападения и Wehrmacht начал вести войну в Красной Армией на равных условиях, тут-то и выяснилось, что капиталистический военный исполин Wehrmacht зиждется на гнилом стратегическом, техническом и организационном фундаменте. Про морально-нравственные аспекты можно даже не упоминать. Армия грабителей и убийц против армии патриотов. Конечно у Гитлера истерика из-за 'унтерменшей' в 20 километрах от штаба Линдеманна, а у фон Кюхлера глаза на мокром месте!

До контрнаступления под Москвой Красная Армия 'внезапно напала' на Wehrmacht под Ростовом-на-Дону, одновременно с контрнаступлением под Москвой она 'внезапно напала' на Wehrmacht под Тихвином, затем под Демянском и на Донбассе. И вот теперь Волхов! Затерроризировали большевики объединённых европейцев! Не стали проигрывать Гитлеру войну, как сделали это капиталисты Польши, Франции, Греции и других стран!

Но и до, и после всех этих 'неожиданных нападений' Красной Армии на Wehrmacht, Гитлер, его генералы, их кукловоды - международные банкиры гипнотизировали друг друга и внушали себе, что все 'неожиданные' победы Красной Армии достигались лишь с помощью принуждения, жестокости, заградотрядов, и позади полуголодных, не экипированных и почти безоружных красноармейцев шли войска НКВД и под страхом смерти заставляли красноармейцев воевать. После победы под Ростовом-на-Дону, под Москвой, Тихвином, успехов на Донбассе, у Демянска, Вязьмы, казалось, что кровавый Wehrmacht - колосс на глиняных ногах! Пара сильных ударов по этим ногам и Wehrmacht начнёт разваливаться как Великая армия Наполеона. Однако масштабов кооперации международных промышленно-финансовых центров капиталистического мира, которые напряжённо работали для того, чтобы Wehrmacht восстановил свою боеспособность в январе - апреле 1942 года, никто себе даже представить не мог...

Прошло 30 суток с того момента, как 13 января началось наступление 2-й Ударной армии Клыкова через Волхов, но он по-прежнему диктовал свои условия. Разобравшись кое-как с организацией 'линии Линдеманна', фон Кюхлер, чтобы предотвратить дальнейшее продвижение передовых советских отрядов к Луге и Ямбургу в западном и юго-западном направлениях, подчинил 285-й охранной дивизии фон Плотто все охранные части, вспомогательную полицию SD, строительные части 'Организации Тодта', части автомобильной организации NSKK, сборные батальоны, созданные из наземного персонала 1-го Воздушного флота Luftwaffe.

Но с чего вдруг такая паника в гитлеровских штабах? Что произошло? Многочисленные советские отряды малой численности, множество тактических групп небольшой численности провели разведку, порой и боем, вскрыли слабые места обороны немецко-фашистских войск и устремились в эти слабые места, устроив хаос в тылах оккупантов. В результате гитлеровцев отбросили на сотню километров. Эти действия не подпадают под определение 'закидали трупами', однако именно этот термин начинал активно появляться в гитлеровской пропаганде после отступления войск группы армий 'Север'. Причина проста - это так капиталисты и их фашистские слуги объясняли своим гражданам произошедшее. Мол, они нас трупами завалили. На каждого нашего погибшего приходились десятки их погибших, наши пулемётчики сходили с ума, кося пулемётами колонны русских, и под этим невероятным воздействием нам пришлось отступить. Азиатские варвары, чего с них взять? Правда, по странному стечению обстоятельств не сохранилось никаких фото и кино-доказательств заявленных гор русских трупов на местах боёв. Видимо, в немецкой армии тогда не нашлось ни одного фотоаппарата, хоты на руках имелось тысяч фотоаппаратов типа Leica II. Понятно, что немецкий аппарат Leica II стоил более 2000 марок и был доступен немногим, ведь немецкий рабочий получал 100-120 марок, а советский полностью аналогичный ФЭД в 1937 году стоил 712 рублей, и его себе на одну зарплату мог себе позволить сталевар или майор, но не до такой же степени!

Не оказалось ни одной подтверждённой фотографии или киносъёмки, где можно увидеть применение Красной Армией тактики 'заваливание трупами'. Притом, что Wehrmacht и SS с первого дня вероломного нападения очень хорошо оснащались фотоаппаратами и оставили массу снимков, даже цветную киносъёмку оставили. Дело дошло до того, что осенью 1941 года Гиммлер, спохватившись, что война вовсе не выиграна, а фото представляют отличный материал для обвинения в военных преступлениях, специальным приказом запретил SS делать фото, например, расправ над мирными жителями. Не сильно помогло, кстати, этот запрет нарушали. А вот нормальных фото 'орд безумных красноармейцев' никто сделать не смог... Не было их, вот и не запечатлели... Только языком трепали и бумагу изводили. Правильно! Язык без костей, а бумага всё выдержит.

Несмотря на глубокое потрясение тыла группы армия 'Север' от удара 2-й Ударной армии, фон Кюхлер имел в любом случае много вспомогательных сил для перекрытия направления на Лугу и Ямбург против слабых авангардов Клыкова, оторванных от снабжения. Кроме охранной дивизии фон Плотто в тылу группы армий 'Север' имелись 207-я охранная дивизия фон Тидемана и 281-я охранная дивизия Байера. Как и везде на территории Советского Союза Wehrmacht использовал охранные дивизии в Ленинградской области как мощный инструмент геноцида славянского, русского населения, осуществляя плана 'Ost' по грабежу оккупированных территорий. Вместе с фельджандармами охранные части выполняли также роль заградотрядов и заградкомендатур, убивали партизан. Каждая охранная дивизия имела усиленный пехотный полк с полноценной артиллерией, полк ландвера, вооружённый чешским и французским оружием, охранный батальон из местных предателей. Танковые, инженерные, строительные подразделения и части, полевая жандармерия, дополнительно придавались охранным дивизиям для участия в боевых действиях на фронте или во время карательных операций. Охранным дивизиям подчинялись полевые и местные комендатуры, группы тайной полевой полиции, которые боролись с изменой, советской разведкой и пропагандой, а также убивали подпольщиков, партизан, евреев, славян, коммунистов.

Разношёрстные части фон Плотто начали быстро занимать оборону вдоль железной дороги Ленинград - Оредеж, попутно убивая, грабя, выгоняя на мороз местное русское население. Потери этих вояк в боях с советскими кавалеристами и лыжниками - элитой Красной Армии, предполагались большие. Но и без боёв во время маршей они теряли от обморожения ежедневно до 10 процентов личного состава. Так воевал на Волхове Wehrmacht!

На южном фасе Волховского плацдарма у деревни Малое Замошье на южном краю зоны прорыва Клыкова контратаковала 'группа Бурка', состоящая из батальона эсэсовцев, SS Freiwilligen 'Legion Flandern', II батальона 250-й испанской 'голубой' дивизии и групп обозников. Контратаку удалось отразить с большими для подлецов потерями.

В полках 'голубой' дивизии испанцев царил полный разлад. Сержанты и офицеры - псы своих капиталистических хозяев, регулярно избивали рабов-солдат из числа простонародья. Из-за практически безнаказанного воровства интендантов и офицеров рядовые не получали положенных по нормам продуктов. Капитализм есть капитализм. Регулярная связь с Испанией почти отсутствовала, письма шли по три-четыре месяца, газет не видели полгода. Но терпели. Каждый солдат 'голубой' дивизии получал в месяц 60 рейхсмарок. Им выплачивались подъёмные в размере 100 песет. Их семьи в Испании получали по 8 песет в день. Очень неплохие деньги. В Мадриде в это время суточный заработок квалифицированного строительного рабочего составлял 9 песет, пекаря - 10 песет, владелец небольшого магазинчика зарабатывал - 10-20 песет в день. Офицеры получали в три-четыре раза больше солдат. То есть вся эта испанская сволочь являлась по сути наёмниками капиталистов...

ВВС Волховского фронта действовали активно. Luftwaffe в феврале увеличили более чем в 2 раза интенсивность своих действий, в том числе по железным дорогам и советским аэродромам. Для ударов по железным дорогам в тылу Мерецкова только на аэродромах Сольцы, Коростовичи, Гривочки и Кресты Luftwaffe сосредоточили 300 самолётов.

Налёты на железные дороги могли парализовать или серьёзно замедлить наступление, ведь в условиях зимнего бездорожья в районах боевых действий фронта Мерецкова только железные дороги оставались единственным средством доставки войск и материальных средств. Борьба за железные дороги сильно снижала возможности истребительных авиаполков Журавлёва для прикрытия кавалерии Гусева в глубине прорыва. Подлецы это понимали. За два первых месяца 1942 года Luftwaffe разрушили в полосе фронта Мерецкова в общей сложности 34 километра пути и около 48 километров связи. Наиболее часто бомбили железнодорожные узлы Волховстрой, Тихвин, Будогощь, Окуловка, Бологое, и станции Войбокало, Жихарево, Малая Вишера. Погрузочно-разгрузочные работы в целях маскировки приходилось вести только в тёмное время суток. Из-за потерь ощущалась нехватка паровозов...

Сопротивление фашистов на земле тоже постоянно возрастало. Постоянно прибывали части снятые с Ленинградского фронта, маршевые батальоны, части переформированные и вновь сформированные в Западной Европе. Но многие оккупанты утратили веру в свою победу. Хотели домой. Считали, что вторую такую зиму Wehrmacht не переживёт. Просмотр не высланных писем полевой почтой также в среднем показывал желание вернуться домой. В письмах подлецы часто жаловались на 'проклятую русскую зиму' и засилье вшей. Пленные, в том числе сбитые лётчики Luftwaffe, особенно когда их брали с обморожениями, выглядели очень плохо.

В штабе армии 2-й Ударной армии допросами занималось информационное отделение майора Масковчина из разведотдела полковника Рогова. Разведотдел имел также агентурное и шифровальное отделения. Агентурное отделение осуществляло связь с партизанами и агентами. Никаких мер физического воздействия к пленным в разведотделе не применялось. В войсках же случалось всякое. Вопросы к пленным касались персональных данных, партийности, времени призыва, номеров первых частей после призыва, любых других частей, их местоположение, вооружение, потери и пополнение, настроение солдат, позиции, любых другие сведения о войсках, обороне или наступлении, местоположение штабов, фамилии командиров, отношение солдат к войне. Местоположение своих штабов чаще всего никто не знал. Пленные представляющие Wehrmacht, отвечали охотно, но имелись исключения. Эсэсовцы чаще всего молчали. С Luftwaffe случалось по-разному. Один обер-лейтенант Luftwaffe очень охотно рассказал всё, что знал, тогда как его бортмеханик в звании ефрейтора говорить отказался.

Протоколы допросов перепечатывали, пленные их не подписывали. После допроса в информационном отделении разведотдела пленных передавали в политотдел, где их опрашивали об условиях жизни в Германском рейхе, общей ситуации там, настроениях, службе солдат, видели ли они советские листовками, слышали ли передачи по советским громкоговорителям. Политотдел также прослушивал передачи немецкого радио. Питание, охрану пленных обеспечивал Особый Отдел НКВД, а затем отправлял их в лагерь военнопленных в Малую Вишеру...

Противоречивые чувства рождаются у советских людей, когда приходится оказывать помощь пленным оккупантам. Советские врачи лечат раненых врагов, тех, кто оккупировал советскую землю, уничтожал сотни тысяч советских людей... К фашистам нет сострадания. Но Красная Армия - не капиталистические изуверы, которые уничтожают, советских, русских раненых. Всё делают для лечения вражеских солдат и офицеров. Им даже переливают кровь, чтобы подлецы жили. Это долг советских врачей, гуманизм большевиков...

Ставка ВГК, лично Сталин внимательно следили за развитием наступления 2-й Ударной армии, по-суворовски придавая огромное значение нормализации снабжения. Находящийся в штабе Мерецкова начальник тыла Красной Армии Хрулёв выделил фронту дополнительные дорожные и автомобильные батальоны. Усилил части тыла гужевым транспортом. Вместо организационно-планового отдела штаба фронта для структуризации поставок началась организация штаба тыла фронта, а при 2-й Ударной армии организовали армейскую базу.

Для улучшения работы железнодорожного, речного, морского и автомобильного транспорта и устранения межведомственной неразберихи на совместном заседании ЦК партии большевиков и Государственного комитета обороны создан Транспортный комитет. Председателем комитета назначен Сталин. С этого момента вопросы межведомственного взаимодействия при перевозках стали решаться оперативнее. Сталин на экстренном заседании Политбюро ЦК рассмотрел вопросы недостатков на Северной железной дороге. После этого для обеспечения бесперебойного снабжения Волховского фронта в Вологду отправился начальник Управления военных сообщений Красной Армии генерал Ковалёв. Следом за ним двинулись в Вологду 'сплотками' по 10 штук 100 паровозов. Так воплощалась идея о создании колонн особого резерва Народного комиссариата путей сообщения.

Причина сбоев поставок для Волховского фронта и 2-й Ударной армии заключалась не только в малой плотности железных дорог, нехватке угля и переходе на дрова. Серьезной помехой стали сильнейшие снежные заносы. С помощью партийных органов в Ярославле и Вологде на расчистку дорог мобилизовали население. К 12 февраля железную дорогу на север от Москвы через Ярославль и Вологду до выгрузочного района расчистили, и она получила возможность бесперебойно обеспечивать войска Волховского фронта.

13 февраля на восточном участке 'Волховского рукава' в зоне ответственности 'группы Хойн' во время советской разведки боем восточнее Коляжки артиллерия подлецов накрыла 'дружественным огнём' собственные опорные пункты в лесу. В результате оборона 'группы Хойн' вплоть до реки Полисти рухнула. Последняя рота батальона 'Маневал' из 435-го пехотного полка пошла на восполнения потерь 'группы Дойч', а у деревни Холопья Полисть заняла позиции 2-я батарея 604-го зенитного дивизиона.

Штурмовые группы 382-й 'красноярской' стрелковой дивизии Витошкина и 22-й 'харьковской' стрелковой бригады Пугачёва провели атаку с юга по железной дороге на Спасскую Полисть. Штурмовые группы 327-й 'воронежской' стрелковой дивизии Антюфеева наступали на северную часть этого опорного пункта. Остановил продвижение очень сильный пулемётный, миномётный и артиллерийский огонь.

Из-за конфигурации транспортных путей, железной дороги и шоссе через Тосно, Любань в 'Волховский рукав' пополнение для 'Волховского рукава', резервы, вооружение, боеприпасы, продовольствие, снаряжение, госпитальное хозяйство постоянно скапливалось в Чудово. Советская крупнокалиберная артиллерия этим пользовалась и регулярно обстреливала склады, скопления транспорта и войск. Оккупанты пытались вести контрбатарейную борьбу с ней, используя данные звукометрической разведки и самолётов-разведчиков. Советская артиллерийская группировка постоянно усиливалась и к большой беде оккупантов обладала отлаженной системой звукометрией, а также большим опытом контрбатарейной борьбы, требования к которой закрепил Ворошилов в Боевом Уставе артиллерии БУА-37 за четыре года до войны. Устав этот дополнился во время Финского похода Красной Армии 'Указаниями по организации контрбатарейной борьбы на фронте'. После вероломного нападения европейских полчищ на СССР появился ряд инструкций и руководств.

Каждый отдельный советский артиллерийский разведартдивизион - ОРАД имел две батареи звуковой разведки. Каждая батарея ОРАД - это 6 звукопринимающих постов со звукоприёмником и до 50 километров телефонных кабелей, целостность которых являлась основным условием непрерывности работы. Звукоприёмник улавливал колебания звуковых волн от выстрелов и преобразовывал их в электросигналы, передаваемые на звукозаписывающую станцию чернильной записи СЧЗМ-36. Сигнал графически изображался в виде всплесков на движущейся бумажной ленте. Измерительно-вычислительный взвод расшифровывал запись: переводил показатели распространения звуковых волн в геометрические показатели и получал координаты целей. Так же осуществлялась корректировка стрельбы по звуку разрывов снарядов. Минимальная погрешность в определении координат в среднем всего 5 метров. Производительность одной батареи звуковой разведки ОРАД - 24 целей в сутки. Имелись также многочисленные традиционные подразделения оптической разведки.

Контрбатарейная борьба уверенно выкашивала менее дальнобойную, имеющую проблемы со снабжением снарядами полевую артиллерию подлецов с самого начала войны. Так например 47-й артполк 10-го стрелкового корпуса 8-й армии Северо-Западного фронта к концу августа подавил 13 батарей противника, артполк Артиллерийских Краснознаменных курсов усовершенствования комсостава уничтожил и подавил 30 артиллерийских и миномётных батарей, 101-й Краснознаменный гаубичный артполк Жданова из Резерва Верховного Главнокомандующего за первых шесть месяцев войны своими 'Емелями' уничтожил 18 батарей фашистов и подавил 76. И так далее...

В этот день 4 штурмовика Ил-2 из 218-го штурмового авиаполка Сапогова и 8 бомбардировщиков Пе-2 из 10-го бомбардировочного авиаполка Остапчика произвели налёт на позиции и пути снабжения оккупантов в 'Волховском рукаве'. Уничтожено 2 зенитных орудия и 3 зенитных пулемёта, 6 ДЗОТов и блиндажей вместе с гарнизонами, танк, 5 грузовиков, легковая машина, 3 повозки, миномётная позиция у Коляжки, около 150 солдат, застигнутых во время марша на шоссе у Трегубово, вагон с боеприпасами на станции Спасская Полисть. Действия штурмовиков и бомбардировщиков прикрывал 2-й гвардейский истребительный авиаполк Метёлкина на МиГ-3. Оснащённые пусковыми установками реактивных снарядов истребители также участвовали в штурмовке. Оккупантов ждал и отдельный сюрприз от гвардейцев.

Ещё раньше, при размещении на аэродроме базирования, гвардейцы обнаружили Ил-2 с неисправным двигателем. Метёлкина улыбаясь, сказал своему комиссару Власову:

- Я старый штурмовик. Прежние штурмовики против этого воздушного танка просто младенцы: у Ил-2 хорошее вооружение - бомбы, пушки, реактивные снаряды, а мотор и кабина бронированы. Самолёт надо отремонтировать, и я на нём вылечу. Наши лётчики меня прикроют, и мы сделаем нужное дело.

Техникам авиаполка удалось отремонтировать Ил-2. После нескольких рулёжек по аэродрому комполка опробовал штурмовик в воздухе. Матчасть и вооружение работали отлично. Это то, что называется творчество масс. С разрешения Военного совета армии под прикрытием звена истребителей Метёлкин повёл штурмовик в бой. Истребители прикрытия по данным воздушной разведки быстро обнаружили на опушке леса у опорного пункта 'Паук' батарею полевых гаубиц и с ходу атаковали её. В этот момент с другого направления на оккупантов внезапно вышел штурмовик Метёлкина и обрушил на них бомбы и реактивные снаряды. Взлетали на воздух обломки орудий и тягачей, взорвался слад боеприпасов. В разные стороны побежали обезумевшие от страха фашисты как тараканы от включённой ночью на кухне лампы. Густое облако чёрного дыма поднялось выше леса, раздираемое порывами ветра...

За действиями группы Метёлкина с восхищением наблюдала советская пехота. После нескольких прицельных заходов, израсходовав бомбы и реактивные снаряды, Метёлкин сделал ложный заход, облегчая истребителям задачу по окончательному разгрому позиций. В этот момент штурмовик тряхнуло - в мотор угодил зенитный снаряд. Но техника не подвела, и вся группа вернулась на аэродром. Едва истребители зарулили на стоянки, в полку приняли радиограмму: командующий 2-й Ударной армией Клыков благодарил отважных воздушных бойцов за блестяще проведённую штурмовку. Техники обнаружили в картере мотора 'ильюшина' пробоину, которую с трудом, но заделали в полевых условиях...

В боях с резервами, которые Линдеманн перебрасывал к зоне прорыва Клыкова, советские чудо-богатыри творили чудеса воинского искусства, но вместе с тем нарастали трудности. Многие населённые пункты, освобождённые передовыми отрядами кавалерии и лыжников, удерживались до подхода стрелковых частей крошечными силами. Многие приходилось брать повторно. Идущие впереди авангарды кавалерии имели с собой ничтожно мало артиллерии, миномётов и зениток, и могли рассчитывать на успех только при внезапной атаке опорного пункта или за счёт высокой выучки своих штурмовых групп, ведь кавалерия из русского или казачьего контингента являлась элитой Красной Армии, как впрочем и танкисты, авиаторы и моряки. В передовых кавалерийских частях не хватало снарядов из-за сложностей с транспортировкой. Отсутствие дорог сильно утомляло лошадей. 1/3 лошадей погибла от авианалётах. Но разве кто-то из героев сказал тогда: 'Повернём назад'? Нет, все говорили только одно: 'Спасти Ленинград!'

Так конники и лыжники отбили оставленную вчера платформу Ёглино, снова заняли опорные пункты Большое и Малое Ёглино невзирая на то, что 'группа фон Коблинсики' имела более 15 танков Hotchkiss H35, 36 пушек калибра 105-миллиметров leFH 18, а также 25 французских 150-миллиметровых пушек Schneider 155 L. Бездарно потеряв множество населённых пунктов, гитлеровцы продолжали атаковать, постоянно вводя в бой свежие части, укладывая в атаках роту за ротой. Так после кровавых атак курсанты-авиаторы Luftwaffe вновь захватили Филипповичи на реке Рыденке в одной из самых западных точек советского прорыва на реке Оредеж. Расположенные рядом деревни Фралёво и Загорье повторно оккупировали батальоны свежего 636-й пехотного полка фашистов, срочно переброшенного из-под Ленинграда. Эскадрону из 87-й кавдивизии пришлось отступить. Идущие на выручку 3-й отдельный батальон 23-й 'харьковской' стрелковой бригады Шишлова не успел их поддержать.

'Группа Гравенштайна' - 'сборная солянка' из частей 5 дивизий и 12 отдельных подразделений, снова захватила Пирожки. Затем атаковала Савкино. Здесь эту многотысячную банду остановили 120 коников из 98-го кавполка майора Смирнова-Бардова. Умело маневрируя, отряд Смирнова-Бардова отбил четыре фронтальные атаки через реку Оредеж превосходящих сил оккупантов, и не дал окружить 104-й кавполк Трофимова, атакующий в это время Конечки. У майора Смирнова-Бардова в блокадном Ленинграде осталась семья. К оккупантами у храброго кавалериста имелся личный счёт.

После артподготовки батальоны охранной дивизии фон Плотто атаковали Паршино и Волкино, который только что освободил 3-й отдельный батальон из 'харьковской' бригады Шишлова. С утра 'харьковчане' отбили три атаки. Первые ряды батальона ландверного полка фон Плотто они уложили в снег плотным огнём из СВТ и пулемётов 'Максим', как на стрельбище, а вторые ряды в 300-х метрах от своих позиций уложили из ППШ и ручных пулемётов ДП. Более 250 подлецов оказались убиты за 30 минут. Воевать они умели только в духе Первой Мировой войны - заваливать мясом.

Боевыми навыками командир охранников фон Плотто, вломившийся с бандой подонков в чужую страну, не блистал. Зато уверенно демонстрировал высокие образцами мышления капиталистических кровавых псов. Так подлец своим приказом Nr.2270/41 geh. регламентировал применение убийства через расстрел или повешение пленных и гражданских русских, советских людей: 'На основе показаний взятых в плен партизан и красноармейцев установлено: советские агенты, сброшенные с самолётов, передвигаются по округе, собирают разрозненных окружённых красноармейцев и ведут их к партизанам.

Приказываю: в общем случае относиться к любому красноармейцу как к партизану, то есть после допроса расстреливать, если не будет наверняка доказано, что это только что перебежавший или сбежавший из лагеря военнопленных, который ещё не находился в связи с партизанами. В сомнительных случаях партизан и красноармейцев следует расстреливать всех.

Расстреливали в любом случае:

1) солдат, которые передвигаются по округе в гражданской одежде

2) людей в гражданской или полугражданской одежде, подозреваемых в том, что имеют при себе оружие или принимают участие во враждебных по отношению к немецкой армии действиях.

3) шпионов в юном возрасте

Вешать вместо расстрела:

1) бесспорно уличённых партизан, т.е. людей в гражданской или полугражданской одежде, пойманных с оружием в руках или уличённых в участии во враждебных по отношению к немецкой армии действиях. К ним относятся шпионы и женщины. Из соображений гуманности шпионов до 17 лет следует расстреливать'. - такое отношение Wehrmacht расценивал как гуманное - убивать детей, но по регламенту.

Под воздействием шнапса и препарата 'Pervitin' ветераны кайзеровской армии дивизии фон Плотто в 17:00 пошли в психическую атаку на Волокино. Примерно батальон - 850 солдат, двигались в рост, густыми цепями, с криками, песнями, без стрельбы. Как ни пыжились 'охранники', но уничтожающий огонь СВТ заставил их залечь и на этот раз. Но атака продолжалась. 50-миллиметровые миномёты буквально выкашивали подлецов, но они всё лезли и лезли. Карабкаясь по своим трупам, 'охранники' проникли в Волокино. Тут уже и советские миномётчики взялось за карабины, пистолеты и гранаты. Командир миномётного отделения Игнатенко из пулемёта ДП меткими короткими очередями убил 15 немцев. Получив ранение, из боя не вышел. Красноармеец Фоминов из расчёта Игнатенко из винтовки СВТ убил 5 подлецов. Затем он взял ДП раненого командира и вёл огонь, пока сам не получил тяжёлое ранение. Красноармеец Алексеевич засел с ДП на чердаке одного из домов и оттуда 'косил' наступавших, когда они в психической атаке рвались в деревню. Затем сопровождал контратаку товарищей. Красноармеец Малка из дивизиона 120-миллиметровых миномётов занял место среди стрелков. Когда рядом ранило пулемётчика, он его перевязал, а сам лёг за пулемёт 'Максим'. Меткими очередями он убил 25 фашистов и ещё двух пулемётчиков врага ликвидировал гранатой. Раненый в ногу стрелок Глазунов не покинул поле боя. Он собирал патроны у убитых и раненых и подносил товарищам, чтобы они не прекращали огонь. Раненый телефонист Мордасов не покинул поле боя и огнём из автомата ППШ уничтожил 7 фашистов. Санитар Глазунов вынес 12 раненых. Последнего вынес, когда сам уже оказался ранен. Та нельзя сражаться ни за деньги, ни из страха. Так можно сражаться то с верой в правоту дела своего правительства, своей большевистской партии.

Потери 'охранников' в этой бойне против бывших курсантов из Харькова - более 400 убитыми и 900 ранеными. Взяты пленные. Ландверный полк оказался фактически разгромлен. Потери батальона Шишкова 42 убитых. Сразу после бойни у Волокино 'харьковчане' и лыжники контратаковали и снова выбили 'охранников' из деревень Филипповичи, Любище, Волосково, Донец, Замостье, Лахуни, Солони. Захвачено 25 пулемётов, автоматы, винтовки, пленных. Диверсионная группа сержанта Учайкина из 539-го сапёрного батальона прошла по тылам гитлеровцев и подорвала участок полотна железной дороги Новгород - Ленинград...

На южном фасе Волховского плацдарма советская артиллерия несколько дней вела огонь на разрушение укреплений в Земтицах и Любцах. Для штурма этих опорных пунктов заранее сформировали штурмовые группы общим числом 286 человек, которые прошли специальную 2-недельную подготовку: подрывное дело, огнемёты, тактика блокирования, уничтожение огневых точек, уличные бои, стрелковая практика. В Земтицах оказались в окружении III батальон полка фон дер Гольца из 126-й пехотной дивизии Лаукса, а также части 'группы Яшке' и другие подразделения. Снабжение их шло только по воздуху. Штурмовым группам 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии также удалось ворваться в Любцы, но удержаться там не удалось.

В деревне Малое Замошье части 305-й 'московской' стрелковой дивизии полковника Барабанщикова блокировали опорный пункт группы, которой командовал майор Зайц. 'Москвичам' на этом участке фронта противостояли испанцы 'голубой' дивизии, бельгийцы SS Freiwilligen 'Legion Flandern', немцы Зайца, голландцы II батальона SS Freiwilligen 'Legion Nederland', украинские 'хиви'. Каждой твари по паре. Пушки и гаубицы смогли разбить в Малом Замошье лишь часть ДЗОТов из крепкого как бетон заледенелого грунта, подавили только часть капонирных огневых точек, которые видели перед собой.

Наступление II батальона 236-го пехотного полка испанцев и сводного батальона дивизии Лаукса от Большого Замошья с целью деблокировать своих подельников 'москвичи' отбили. Испанские наёмники и их немецкие хозяева потеряли здесь 500 солдат убитыми, ранеными, обмороженными и пропавшими без вести. После боя в лесу группе испанцев удалось пробиться в Малое Замошье, но лишь пополнив число окружённых. Бросив вооружение, оставив раненых замерзать, часть оккупантов ночью смогла пробраться к своим. Седы их бегства среди снегов и леса походил на путь отступающей армии Наполеона: снежное русло, трупы, тряпьё, брошенное оружие.

Очень быстро среди оккупантов в Малом Замошье начался голод. Не осталось ни одного дома для укрытия. Раненых эвакуировать невозможно и они медленно умирали. Испанцы и немцы страшно устали физически и психологически в условиях сильнейших морозов и неудачного командования. Без еды, без воды и сна подлецы вымотались так, что в часы затишья из их окопов 'москвичи' слышали стоны. Стонали не только раненые. Стонали ещё внешне здоровые мужчины 25-35 лет, чьи мозги не выдерживали ужаса постоянных близких смертей и ранений.

В ночь на 14 февраля под прикрытием дымовой завесы бойцы 3-го батальона 1247-го стрелкового полка 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии Цаликова ворвались в опорный пункт в деревне Дымно на восточном фасе Волховского плацдарма. 'Челябинцы' почти полностью уничтожили гарнизон и оставили деревню только после ожесточённого боя с фашистскими резервами. Затем по Дымно и Званке открыли огонь советские крупнокалиберные орудия.

2-я Ударная армия продвигалась медленно потому, что все соединения её по своему составу очень малочисленны. Пополнений почти не поступало. Вот и танковый таран постоянно слабел. Танки 162-го отдельного танкового батальона, поддерживающие войска в боях за Спасскую Полисть, передали в 160-й отдельный танковый батальон Грановского, а личный состав убыл на переформирование в Рыбинск. Важный сдерживающий фактор - отсутствие дорог. Соединения сами прокладывали колонные пути по лесным массивам при толщине снега свыше метра. Хроническое отставание артиллерии мешало её совместному действию с пехотой. При сверхинтенсивных непрерывных боях не хватало боеприпасов. Из-за того, что передовые части компенсировали миномётами недостаток артиллерийской поддержки, постоянно не хватало 120-миллиметровых мин к ПМ-38. Для нормализации снабжения Мерецков приказал начать строительство узкоколейной дороги Мясной Бор - Финёв Луг.

На западный берег Волхова по ледовой переправе прибыла 65-я 'тюменская' стрелковая дивизия Кошевого. В центре Волховского плацдарма, который в своём основании развернулся по берегу реки на 30 километров, утро выдалось тихим. Морозно. Под холодным солнцем ослепительно сверкают снега... На горизонте за Волховом темнеет лес. Левее - совхоз 'Красный ударник'. Через совхоз на плацдарм тянется единственная дорога. Тёмный старый парк спускается по обрывистому берегу. Вдоль берега деревни: Ямно, Борисово, Плотишно. Теперь эта земля свободна от проклятых оккупантов... Задача Кошевого занять оборону на левом фланге плацдарма в районе Мясного Бора и Теремца-Курляндского и готовить удар в юго-западном направлении на Новгород.

В глубине прорыва в тыл группы армий 'Север' бойцы 87-й 'алтайской' кавдивизии Трантина трижды атаковали Конечки. 241-й и 244-й кавполки имели в сумме чуть более 1500 человек. Из них 300 человек из подразделений обеспечения. Каждый раз, когда казалось, что силы обороны в опорном пункте Конечки уничтожены, туда входил очередной батальон оккупантов из 'группы фон Бассе', сани и грузовики снабжения из Кудрово, и всё приходилось начинать сначала. В густом лесу вокруг этого ключевого опорного пункта кавалеристы могли использовать из-за непригодных для ведения огня позиций только часть своей артиллерии. При этом налёты Luftwaffe заставляли артиллеристов всё время менять с трудом оборудованные позиции. Собственные снаряды и мины почти закончились. Кавалеристы третьи сутки находились в лесу без возможности отдохнуть и обогреться. Имелись замёрзшие. Из-за отсутствия кормов и воды начался падёж лошадей. Алтайцы кавдивизии Трантина люди, конечно, железные, большинству лет по 40, но всё же... В свою очередь войска фон Бассе, опирались на населённые пункты, где имели возможность обогреваться, получали боеприпасы прямо со складов группы армий 'Север', что давало возможность вести мощный миномётный и артиллерийский огонь. Оккупанты имели численное превосходство, опирались на дороги, которые расчищали за счёт рабского труда согнанных местного населения, проводили частую ротацию войск для обогрева и питания горячей пищей.

Финны, проживающие в деревне Конечки, относись к потомкам финской народности эурямёйсет. Они называли свою деревню Perasaari. В 1617 году Московское царство и королевство Швеция заключили Столбовский мир, по которому Швеция включила в свой состав почти всю Карельскую половину новгородской Водской пятины. До этого шведы, пользуясь гражданской войной в России, оккупировали гораздо большие территории: Новгород, Тихвин, всё Поволховье. На новую границу шведы депортировали из Восточной Финляндии лютеран савакотов, а из финской Карелии лютеран эвремейсов, затем на Оредеж прибыли колонисты из других районов Финляндии. Так появилась и деревня-колония Perasaari. Православные карелы, ижора, водь, крещёные ещё Александром Невским, а также русские бежали западнее Волхова. Эвремейсы заняли обширные земли по южному побережью Финского залива от Стрельны до Сойкинского полуострова. В окрестностях Дудергофских высот в районе Ропши они расселялись вперемешку с савакотами. К эвремейсам относились также ингерманландские финны - колонисты Кургальского полуострова и междуречья Луги и Нарвы. После поражения Швеции в Северной войне при Петре I и захвата Российской империей древних новгородских земель обратно, эвремейсов на российской территории оказалось 29 тысячи человек. Все они приняли православие. До всесоюзной переписи населения 1939 года в СССР этноним 'эвремейсы' всё ещё сохранялся, хотя их самосознание уже сменилось общефинским. Финны естественно приход гитлеровцев приветствовали. Гитлеровцы относились к ним вполне сносно. Позволили им эвакуироваться в Лугу и даже грузовики выделили. Часть финнов стали 'хиви', являясь ценными проводниками.

В 17 километрах от Любани авангард группы Привалова - 39-й и 42-й отдельные лыжные батальоны, имевшие в строю не более 250 бойцов в каждом, освободили деревню Верховье. Чуть севернее деревни, имеющей 22 двора, около 60 различных построек, проходила железная дорога Веймарн - Чудово, вдоль которой шла 'линия Линдеманна'.

Советские агитаторы обращались через громкоговорители к немецко-фашистским солдатам:

- Немецкие рабочие и крестьяне! Товарищи! Капиталисты пригнали вас в Россию убивать своих братьев русских рабочих и крестьян, а сами извлекают их этой бойни сверхприбыли и возможность творить террор против своего же немецкого народа! Бросайте оружие, переходите к нам, чтобы скинуть бремя каталитического рабства!

'Немецкие рабочие и крестьяне' тем временем к морозам очень даже приспособились. Вот только на днях лейтенант Ударцев снял одного такого 'немецкого товарища' с дерева и доставил в штаб своего лыжного батальона. Эта гитлеровская 'кукушка' настолько обнаглела, что стала обстреливать наблюдательный пункт командира лыжбата и сумела вывести из строя нескольких бойцов. Тогда-то комбат и приказал своему начальнику разведки:

- Живой или мёртвой, а добудь эту тварь!

Задача не из лёгких. Обнаружить снайпера на дереве не так-то просто. К тому же 'кукушка' долго на одном месте не задерживалась. Ударцев связал две палки крестом, напялил на них телогрейку и шапку, для вида маскировки понатыкал сбоку еловых ветвей. Чучело получилось отличное. В сумерках леса не сразу различишь подделку. Прикрепив чучело к жердине, лейтенант с помощью бойца потащил его по тропе. Издали казалось, что связист проверяет повод. И подлец клюнул - раздался выстрел. Выждав немного, лейтенант вновь двинул обманку. Опять просвистела пуля, и с чучела слетела шапка. На этот раз удалось приметить дымок в кроне высокой ели. Оставив чучело, лыжники обошли 'кукушку' с тыла. Фашист не стал сдаваться: отстреливался из автомата, с вершины дерева бросил одна за другой пять гранат. Не помогло. В конце концов убийца сдался...

Масштаб применения артиллерии в битве на Волхове нарастал с обоих сторон. За месяц, к 15 февраля, только 5-я батарея 20-го артполка фашистов из района Спасской Полисти, Михалево и Трегубово произвела 10 000 выстрелов, потеряв 4 гаубицы от контрбатарейной борьбы, а две новых гаубицы от разрыва стволов. Кроме советской артиллерии, уничтожением артиллерии оккупантов активно занимались ВВС Волховского фронта: по ночам ночные бомбардировочные авиаполки, днём штурмовые, бомбардировочные и истребительные авиаполки.

Вот и в этот день 4 штурмовика Ил-2 из 218-го штурмового авиаполка Сапогова и 12 штурмовиков Ил-2 из только что прибывшего на фронт 175-го штурмового авиаполка Валивахина провели по три групповых вылета для ударов по миномётным и артиллерийским позициям в Спасской Полисти, Трегубово, Малом Опочивалово. С помощью данных авиаразведки уничтожено зенитное орудие, два зенитных пулемёта, огневые позиции трёх миномётных батарей, три гаубицы, подавлены четыре артбатареи, взорвано три склада боеприпасов, уничтожено 12 тягачей и грузовиков, убито около 120 оккупантов, создано три крупных очага лесных пожаров.

8 бомбардировщиков Пе-2 из 10-го бомбардировочного авиаполка Остапчика и 121-й бомбардировочный авиаполка полковника Дояра провели по два вылета на бомбежку целей в Чудово. На станции удалось уничтожить 3 зенитных орудия, разбить два воинских эшелона, колонну из 50 грузовиков на погрузке, повредить более километра пути, стрелки, линии связи, здания вагонного депо. Деревянный одноэтажный вокзал сгорел. Убито около 150 оккупантов, ранено более 300.

Штурманскую службу в ВВС Волховского фронта командующий Журавлёв поставил хорошо: за полгода ни одного невыхода на заданные цели или ошибочного удара. Успех обеспечивался отличной подготовкой лётчиков, когда они до начала боевой работы имели общий налёт до 200-300 часов, а также умелым подбором штурманов авиаполков и авиаэскадрилий - ведущих групп при выполнении боевых заданий.

На следующий день 15 февраля воины 111-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Рогинского юго-западнее 'Паука' разбили противостоящие им части 'группы Кольберга' на основе 23-го пехотного полка 11-й пехотной дивизии Томашки и перерезали дорогу Спасская Полисть - Ольховка. Охват группировки группы армий 'Север' в 'Волховском рукаве' с запада продолжился.

Воины 1-го батальона 1247-го стрелкового полка 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии Цаликова заняли западную окраину леса к востоку от Коляжки и взяли под обстрел шоссе от Трегубово в сторону Спасской Полисти. Прямым попаданием снаряда 'Емели' в Коляжке уничтожено одно из 88-миллиметровых зенитных орудий Flak 39. 'Мясник' Кёхлинг получил осколок и для себя. Убит также командир 287-й пехотного полка, который возглавлял его с самого момента формирования и подготовки. 'Бригаду Кёхлинга' принял полковник Хиппель. Но ему тоже осталось жить не долго.

Не менее 20 различных батальонов или того, что так обозначалось, забрали бои у 'мясорубки' Спасской Полисти, Мостков и Любина Поля. В составе 'бригады Кёхлинга' побывали части и подразделения из 11, 58, 61, 93, 96, 121, 212, 215, 223, 225, 254-й пехотных дивизий, полицейской дивизии SS, 5-й горной, 20-й моторизованной и 12-й танковой, части Резерва Верховного командования, части зенитной дивизии, а также зенитчики Luftwaffe. Эта мощь под огнём советской артиллерии, авианалётами ВВС Волховского фонов и танковыми атаками в конце концов превратилась в жалкие остатки, руководимые отдельными офицерами или фельдфебелями. Здесь же солдаты сухопутных сил обнаруживали, что их попутчики из SS и SD, которые подчинялись рейхсфюреру SS, снабжались лучше. Эсэсовцев лучше одевали и вооружали. Из-за своего самовольного решения по оставлению Любина Поля и Мостков вопреки приказу фюрера, полковника Кёппеля отдали под суд.

Окружённые на шоссе восточнее Трегубова бойцы и командиры подразделений 1236-го и 1238-го стрелковых полков 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Попова продолжали сопротивление. Тем временем транспорт для Спасской Полисти подлецам пришлось направлять уже в объезд по лесной дороге, проложенной западнее шоссе с брусчаткой.

На северном фасе прорыва 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' 'группа фон Бассе' силами сводного батальона тыловых частей, сводного отряда курсантов-авиаторов с танками Renault несколько раз атаковала деревню Верховье с большими для себя потерями. Оборонявшим деревню четырём ротам 39-го и 42-го лыжных батальонов из авангарда группы Привалова из-за исчерпания боеприпасов пришлось отойти юго-западнее на 1,5 километра.

В этот же день советским частям удалось окружить в опорном пункте Село Гора на южном фасе зоны прорыва армии Клыкова части SS Freiwilligen 'Legion Nederland' вместе с эсэсовскими артиллеристами 1-й батареи и 665-й эсэсовской сапёрной ротой. Движение по дороге между Гуси и Село Гора прервалось. Всё снабжение подлецы теперь таскали на себе и с помощью 'хиви' по снежному бездорожью через Радони вдоль западной линии блиндажей в лесу до Гуси.

Благодаря наступлению Волховского фронта и героизму 2-й Ударной армии 15 февраля полностью открылось движение по железной дороге Войбокало - Кареджская коса с грузами для осаждённого Ленинграда, Ленфронта и Балтфлота. Эту 35-километровую железную дорогу большевики построили всего за 25 дней. Гудки паровозов огласили ранее пустынный древний берег застывшего во льдах озера! Прошёл первый поезд с 1200 тоннами продовольствия. Это высвободило 1400 грузовиков на этой линии. Объём перевозимых грузов через Ладожское озеро по 'Дороге жизни' для голодающих Ленинграда сразу возрос, а потери от бомбёжек и артобстрелов резко сократились. Обратно большевики планировали вывезти из блокады ещё 500 000 человек.

Норма отоваривания хлебных карточек рабочим Ленинграда увеличилась с 400 до 500 грамм в день, а иждивенцам и детям с 250 до 300 грамм в день. В рабочих столовых крупяные блюда выдавали на 1/2 больше, чем указывалось в отрывном талоне карточки. Исчезли очереди. Карточки на все виды снабжения отоваривались полностью. Стали выдавать доброкачественное мясо - говядину и баранину. С сахаром и жирами сохранялся значительный дефицит, за исключением снабжения войск, флота, госпиталей, школ и детских садов. Поставлено на поток изготовление химических грелок. Гигантская операция большевиков по шунтированию живого сердца размером с город Ленинград, проводимая хирургом ГКО - прошла успешно, пациент пошёл на поправку.

Станции и железную дорогу, питающие ледовую 'Дорогу жизни' Luftwaffe бомбили одержимо, а их также обстреливала специально выделенная артиллерия группы армий 'Север'. Очень не хотелось капиталистам, чтобы ленинградские дети ели досыта. На участке Волхов - Войбокало - Жихарево в декабре-январе ежедневно происходило разрушение железнодорожного полотна. Только 4 декабря 1941 года на станцию Заборье преступники Геринга сбросили свыше 200 бомб различного калибра. Благодаря самоотверженной работе воинов-железнодорожников перерывы в движении поездов редко когда превышали 2,5 часа. Подлецы также нещадно бомбили и расстреливали на бреющем полёте из бортового пушечно-пулемётного вооружения санитарные поезда, как до этого расстреливали поезда с эвакуированными, снова и снова доказывая, что передовой отряд капиталистов под командованием Гитлера занимался не войной, а убийством русских, уничтожением славян вообще. Luftwaffe военного преступника Геринга - преступная организация. Самоотверженно и героически сражались Сталинские соколы и воины-зенитчики, вставали буквально грудью на пути негодяев. В небе над Заборьем после исчерпания боезапаса своего МиГ-3 политрук Годовников протаранил разведывательный Ju 88А-4. Герой погиб...

В ярости от того, что не так быстро умирают в Ленинграде люди, как хотелось бы, за половину февраля умерло 50 000 человек, что меньше, чем в январе, военный преступник Линдеманн 15 февраля доложил негодяю фон Кюхлеру новый план убийства голодом жителей Ленинграда: наступление силами XXVIII армейского корпуса с помощью четырёх новых дивизий и четырёх новых тяжёлых артдивизионов вдоль Невы и через Синявино вдоль северного берега Ладожского озера в тыл армии Федюнинского. Это давало людоедам возможность перерезать 'Дорогу жизни', чтобы 2,5 миллиона ленинградцев умерли с голоду. Одно мешало массовым убийцам - большевики, их Красная Армия, которая отправила геройскую 2-ю Ударную армию в тыл группы армий 'Север' для срыва сатанинских планов.

В это день же штаб Клыкова переместился вперёд - в деревню Новая Кересть. Здесь командарм напутствовал командира партизанского 'батальона' Туваловича. После этого 'батальон' Туваловича перешёл линию фронта с задачей вести истребительные бои и разведку. Вслед за ним ушёл 'батальон' Воловича, состоящий из отрядов Миронова, Пржевальского, Самухина, Синкевича. Всего 87 самым лучшим образом подготовленных партизан, вооружённых не хуже любых сил специального назначения: пистолеты-пулемёты ППШ, самозарядные винтовки СВТ, взрывчатка, глушители, радиостанции 'Север', химические грелки.

День и ночь шла скорбная работа в госпиталях Волховского фронта. Важный центр военной медицины - город Волхов. Здесь в клубе железнодорожников действовал 827-й полевой эвакогоспиталь, 816-й госпиталь располагался в жилуправлении No.2, в школе No.2 Кировской железной дороги - 544-й госпиталь, 734-й и 979-й - в путейском техникуме, 1991-й госпиталь в школе Nо.1, 2752-й в школе Nо.2, 2746-й в деревянных зданиях горбольницы, 1928-й в железнодорожной больнице, 85-й в Ремуправлении-9, горбольнице и поликлинике. Госпитали Волхова приняли на лечение также сотни эвакуированных ленинградцев, больных дистрофией 2-й и 3-й степени. 6-й отдельный батальон выздоравливающих располагался в Волхове-2 и бараках. Хирургический полевой передвижной госпиталь No.731 Волховского фронта - в лесу между деревнями Дусьево и Бабаново. Неподалёку разместился 519-й госпиталь. И так далее по всему тылу Волховского фронта...

Весь фронтовой тыл, как корневища пронизывают землю под дубом, покрывала сеть военно-медицинских учреждений кроме тех, что находились непосредственно в войсках: госпитали легкораненых, полевые госпитали, распределительно-эвакуационные пункты, санитарно-аптечные пункты, сортировочные эвакогоспитали, терапевтические подвижные госпитали, хирургические полевые подвижные госпитали, батальоны выздоравливающих, инфекционные госпитали, отдельные роты медицинского усиления, отдельные медико-санитарные батальоны, эвакуационные службы. Отсюда выходила та сила, что помогала перемалывать полчища оккупантов - возвращённые в строй закалённые в боях ветераны, настовики молодых воинов, соль военной земли.

В эвакогоспиталях в дни напряжённых боёв поток большой. Средств для перевозки в обрез, часто не хватает персонала, нет свободных домов, где можно хорошенько обогреть и накормить раненых. При поступлении раненого в ход сразу идут инъекции камфары, зажимы для сосудов, переливание кровь в вену стопы. Хирурги безостановочно оперируют, вводят сыворотку против столбняка и гангрены. Если запасы крови кончились, а новую ещё не доставили, кровь зачастую дают медсёстры. Потом бойцов поят крепким чаем со спиртом. На санитарной летучке отправляют в тыловые госпитали.

Один за одним уходят туда эвакопоезда из теплушек. В вагонах на нарах, покрытых соломой, лежат стонущие, охающие раненые. Всюду виднеются забинтованные ноги и руки. В каждой теплушке пышит жаром чугунная печка. Хорошо хоть, что мороз. Гангрена при 30-градусных морозах развивается редко. Обычно на весь состав от неё умирает всего два-три человека. Работают поезда-бани из десяти вагонов, сделанные в Красноуфимске на заводе имени Войтовича. В таких поездах цистерна с водой, баня, душ, дезинфекционная камера, красный уголок с пианино...

В ночь на 16 февраля в условиях отсутствия линии фронта на западной фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии 30 подлецов напали на обозы 87-й кавдивизии Трантина в Нестерково. Они захватили 6 порожних повозок. Другие повозки удалось вывезти. Разъезд 98-го кавполка выбил подлецов из Нестерково. Частью сил Трантин вёл сражение за Кошечки, окружив этот опорный пункт 'группы фон Бассе' с трёх сторон. Подвоз боеприпасов и фуража не осуществлялся уже двое суток. Из-за отсутствия фуража и воды продолжался массовый падёж конского состава. Печки советские бойцы растапливали трофейным артиллерийским пироксилиновым порохом, длинным, как макароны. Оккупанты накопили здесь достаточно сил чтобы не только остановить дальнейшее продвижение кавалеристов, но и действовать в их тылах.

В эту же ночь самолёты 658-го ночного бомбардировочного авиаполка Лукашевича и 660-го бомбардировочного авиаполка Новикова бомбили автоколоннам с резервами и боеприпасами около деревень Лисино, Красный Бор, Каменка, Сенная Кересть в тылу 18-й полевой армии Линдеманна. Авиаторы авиаполка Новикова и до этого каждый день бомбили позиции оккупантов в районах Любани, Трегубово, Сенной Керести, Спасской Полисти, Большого и Малого Опочивалово. В эту ночь вездесущим бипланам Р-5, Р-зет и У-2 удалось уничтожить 10 грузовиков с пехотой и грузами, 5 повозок с боеприпасами.

Подлецы уже почувствовали угрозу удара на Любань 2-й Ударной армии и с юга и армии Федюнинского с севера от Ладоги. И не специалисту уже становился понятен замысел Ставки ВГК по окружению восточнее Любани 75-тысячной группировки Линдеманна. Очередной эсэсовский батальон покинул позиции перед Пулково и отправился маршем по шоссе в направлении на Любань. Этот III батальон 1 полка SS Polizei-Division с частью артиллерии своей дивизии и другими подразделениями занял позиции восточнее деревни Красная Горка в деревне Глубочка. Сюда же подошёл усиленный III батальон 292-го пехотного полка 96-пехотной дивизии Шеде и другие части. Прочие подразделения, снятые с Ленинградского фронта для смены частей в Спасской Полисти и контрудара на Мостки, Линдеманн тоже начал срочно отправлять на Любанское направление на правый фланг участка 254-й пехотной дивизии. На фоне произошедшей катастрофы на Волхове Гитлер отстранил от командования 254-й пехотной дивизией подлеца Бешнитта, который командовал ей с апреля 1940 года. Назначил нового подлеца - графа фон Шверина. Из остатков 254-й пехотной дивизии, частей 212-й пехотной дивизии и некоторых частей 'группы фон Бассе' Линдеманн сформировал 'группу Эндрес'.

Ну и конечно для всех побольше шнапса и препарата 'Pervitin'. Трудно себе представить, какие успехи демонстрировал бы Wehrmacht с 22 июня 1941 года, не принимай его солдаты, офицеры, генералы и сам главнокомандующий наркотик 'Pervitin' массово и постоянно. Интенданты Линдеманна получили для своих биороботов в мышиной форме 1 000 000 таблеток метамфетамина 'Pervitin' в оранжевых и синих тюбиках, а также 200 000 плиток метамфитаминного 'Panzerschokolade' в красно-белых обёртках. Чего не сделаешь для эффективного преодоления усталости и получения сверхчеловеческой уверенности сверхлюдей в серых, синих и чёрных мундирах?

Пьёшь одну таблетку 'Pervitin' днём и две ночью, и можно обходиться без сна 24 часа и более. Выпил таблетку и всё! Полностью проснулся. Стук сердца отдаётся в ушах. Всё становится нематериальным и абстрактным. Свет такой яркий, что с трудом можно выносить его яркость! Воинственность у нелюдей просто невероятная! Не страшно убивать и самому умирать! В такого робота всадишь пулю, а он ещё некоторые время бежит, выпучив глаза! Те, кто не получал пулю, зарабатывал депрессию, бессонницу и паранойю. Но что капиталистами, которые послали миллионы немцев, австрийцев, чехов и поляков на убой в Россию, их жизнь и здоровье? Для капиталистов и чиновников народ просто рабы. Капиталистам и чиновникам деньги нужны, а не чьё-то здоровье и живые парни!

На западном фасе 'Волховского рукава' части 378-й 'красноярской' стрелковой дивизии начали атаки с юга на дорогу 'группы Кольберга' Спасская Полисть - Ольховка, а также на дорогу 'группы Шайдиса' Глушица - Сенная Кересть. Днём по колоннам резервов и машинам снабжения у Лисино, Красный Бор, Каменка, Сенная Кересть в тылу 18-й полевой армии Линдеманна нанесли удары бомбардировщики и штурмовики ВВС Волховского фронта Журавлёва. Уничтожено 30 автомашин с пехотой и грузами, 15 повозок с боеприпасами продовольствием.

На северном фасе Волховского плацдарма советская крупнокалиберная артиллерия снова вела артогонь по опорному пункту оккупантов в Дымно и периодически по Званке. По-прежнему вёлся обстрел оккупантов в 'Волховском рукаве' от Спасской Полисти до Малого Опочивалово. Весь 1-й дивизион 291-го артполка подлецов у Трегубово оказался к этому дню практически уничтожен и его остатки отвели в Чудово на переформирование. На замену прибыл 1-й дивизион 207-го артполка. Агитаторы 377-й стрелковой дивизии через громкоговорители призывали оккупантов в Михалёво и Трегубово к сдаче.

В это время севернее Трегубово оккупанты захватили в плен 85 израненных, обмороженных, едва двигающихся 'алтайцев' из 372-й стрелковой дивизии Хорошева. 10 дней герои блокировали коммуникации укрепрайона Спасская Полисть, не имея снабжения и связи. В результате боёв против 'алтайцев' блокирующая их 'группа Ортлера' понесла тяжёлые потери. 402-й велосипедный батальон из 550 человек насчитывал после боёв всего 90 человек. Танко-строительная рота Шнайдера из 180 примерно 70 солдат. 7-я рота 390-го пехотного полка с одним отделением тяжёлых пулеметов 8-й роты того же полка имела в строю 60 человек из первоначальных 140. 2-я и 4-я роты 435-го пехотного полка из 210 человек - 70. 215-й велосипедный эскадрон из 120 человек первоначального состава имел 40 человек. От подчинённого гауптману Ортлеру мотоциклетного взвод 9-го полка SS осталось 30 человек. Катастрофа! Для того, чтобы сдержать группу храбрецов, только 'группа Ортлера' за 10 дней истратила 1 088 000 штук патронов для пулемётов и карабинов, 37 400 патронов для пистолетов-пулемётов, 8400 мин для тяжёлых миномётов, 330 снарядов, 1000 ручных гранат, 4720 осветительных ракет. Так воевали Wehrmacht на Волхове!

С целью воспретить Линдеманну свободно перебрасывать войска с Ленинградского фронта против 2-й Ударной армии, в частности на Любанское направление, маршал Советского Союза Ворошилов приказал активизировать 54-й армии Федюнинского наступление на Любань с севера на 30-километровом фронте вдоль железной дороги Посадников - Остров - Погостье - Малукса навстречу армии Клыкова. Резкий поворот 54-й армии Федюнинского в сторону Любани, оказался полной неожиданностью для Линдеманна и имел в целом успех.

К сожалению войска Федюнинского задержала железнодорожная насыпь, высота которой доходила до 3-х метров - северная 'линия Линдеманна'. В промёрзшей насыпи, крепкой как бетон, захватчики оборудовали блиндажи, ячейки для стрелков, пулемётные площадки и через каждые 200 метров ДЗОТы на один-два станковых пулемёта. В морозы и снегопады такая линия обороны среди болот являлась очень серьёзным препятствием. Особенно у Погостья, где на фронте шириной всего 4 километра половина приходилась на болота Соколий Мох и Коврыгина Гать. Здесь против пяти советских стрелковых дивизий оборонялись части трёх пехотных дивизий фашистов XXVIII армейского корпуса Лоха. Всего же этот корпус генерала артиллерии Лоха состоял из пяти пехотных дивизий - 69, 81, 96, 132, 217-й. Эти пехотные дивизии имели большое количество различной бронетехники, немецкие, чешские, 'дикие' французские танки и бронемашины, корпусные и армейские артиллерийские, зенитные, сапёрные части усиления, строительные батальоны 'Организации Тодта', транспортные колонны NSKK, 'хиви', рабов из местного населения. Статичная масса гитлеровских войск Лоха подвергалась непрерывному уничтожающему обстрелу превосходной советской артиллерии, с которой оккупанты ничего не могли поделать. Wehrmacht здесь вместо операций в духе 'Blitzkrieg' и победы над 'унтерменшами', сидел зарывшись с головой в болото, и день за днем нёс серьёзные потери от артогня, авианалётов и танковых атак.

В свои 'мюнгхаузеновские' журналы боевых действий подлецы Лоха записывали только малую часть своих потерь, чтобы не волновать командующего группой армий 'Север' фон Кюхлера. Французская 'дикая' трофейная бронетехника в потери вообще не зачислялась. Wehrmacht с первых минут вероломного нападения на СССР вёл учёт своих потерь так: 'Потерь нет...', 'Потери небольшие...' Потом бац - батальоны полка сведены в одну роту! Танки и самолёты после боёв из ремонта вдруг списаны, но к боевым потерям не отнесены. Так и в 96-й пехотной дивизии из корпуса Лоха через месяц боёв за Погостье осталось 3991 человек из 17 000 штатного боевого состава. 'Ничего, фрау ещё нарожают!'

Сколько не разбивали артиллерией ДЗОТы в железнодорожной насыпи советские войска, стреляя как в тире, гитлеровцы их упрямо восстанавливали, а на место кучи костей в серой форме пригоняли новых смертников. Чтобы они не бежали назад, не сдавались в плен, многих, особенно штрафников, пристёгивали наручниками к станковым пулемётам. Наручники хорошие, крепкие - Hamburg-8 фирмы Kaiser. Не убежишь!

Но и на всякого мудреца довольно простоты! На одном из участков этого оборонительного вала Лоха в насыпи железной дороги красноармейцы 28-го отдельного сапёрного батальона глубокой февральской ночью по снежным галереям доползли с мешками, наполненными толом, до опорного пункта в наспи. Подлецы постоянно пускали осветительные ракеты, но тоннелей в снегу не обнаружили. Сапёры заложили тол в насыпь у них под самым носом. На рассвете раздался взрыв, и на месте опорного пункта образовалась огромная дымящаяся воронка. Что-то из времён взятия Казани первым русским царём Иваном IV, когда русские розмыслы подобным образом взорвали крепостную стену татарской столицы. Тотчас в проём в железнодорожной насыпи ринулись автоматчики...

Ворошилов торопил Мерецкова. Он организовал переброску из блокадного Ленинграда по льду Ладожского озера для Федюнинского 124-й танковой бригады: 23 тяжёлых танка КВ-1, а также 16 бронеавтомобилей БА-10 и 4 импровизированные 76-миллиметровые самоходки. Эти бы силы, да Клыкову к Любани! Но по пути кружным путём через Волхов и Мясной Бор к Любани танки свой моторесурс выработают, да и время окажется потеряно. Поэтому местом применения для них выбрали армию Федюнинского, а не Клыкова.

124-я танковая бригада в октябре прошлого 1941 года при попытке прорваться к войскам Ораниенбаумского плацдарма понесла тяжёлые потери, вызванные недооценкой возможностей оккупантов. Советские военачальники на основании блестящих результатов, которые демонтировали КВ-1 на поле боя с самых первых дней войны, решили, что это чудо-оружие Красной Армии способно решать любые задачи даже вопреки законам военной науки.

Когда в сентябре прошлого года Wehrmacht силами 18-й полевой армии группы армий 'Север' уже на последнем издыхании замкнул кольцо осады вокруг Ленинграда и вышел к берегу Невской губы в Петергофе и Стрелне, для советских войск около Ораниенбаума возникло как бы двойное окружение. Морской канал, связывающий Ленинград и Кронштадт, находился в 3-х милях от захваченного берега. Он оказался как на ладони и стал подвергаться артиллерийскому обстрелу так же, как и сам Ленинград. Возглавлявший оборону города Жуков решил прекратить артобстрелы города, освободить береговую линию у Стрельны и Петергофа и соединиться с войсками у Ораниенбаума. Замысел включал высадку небольших отвлекающих морских десантов в нескольких местах с одновременным ударом со стороны Ленинграда и Ораниенбаума. Все эти удары планировались по приказу Жукова разными армиями и Балтфлотом порознь. Единого плана Жуков не составил и отбыл в Москву.

18-я полевая армия фон Кюхлера к тому времени уже две недели сидела в глухой обороне, лихорадочно возводя укрепления, даже не проводя контратак из-за очень больших потерь. Так крупный населённый пункт Урицк, захваченный агрессорами, имел прочные каменные дома, огневые позиции, убежища и блиндажи вне зданий. Здесь лихорадочно строились подземные убежища на 50 человек каждое на глубине 5 метров. Очень напугали завоевателей орудия фортов Кронштадта и кораблей Балтфлота. Фашисты оборудовали в Урицке семи сплошных траншей полного профиля, связанных между собой ходами сообщения через каждые 50-200 метров. Глубина противопехотных препятствий до 100 метров. Перед рядами колючей проволоки и между ними закладывались противопехотные и противотанковые минные поля. ДЗОТы и ДОТы связывались траншеями и ходами сообщения. Амбразуры прикрывали проволочными сетками для маскировки и защиты от забрасывания в них гранат. Противопехотные препятствия располагались также в глубине обороны. Все улицы Урицка имели противотанковое минирование, открытые площадки и укрытия для противотанковых пушек и расчётов. Глубина узла обороны достигла 1,5 километров и имела готовность к ведению круговой обороны. Настоящая крепость в духе Первой Мировой войны с современным оружием, оборудованием, наркотиками 'Pervitin', учением о расовая ненависти и заградотрядами из фельджандармов.

Wehrmacht возглавлялся генералами, которые совсем недавно в качестве офицеров четыре года вели позиционную оборону против армий Франции, Британии и США на Западном фронте Первой Мировой войны и опыт в этом имели колоссальный. Полевая крепость Урицк, входившая в систему укреплений главной полосы обороны оккупантов у Ленинграда прикрывала основные дорожные магистрали на Петергоф и Красное Село, и имела исключительно большое значение для группы армий 'Север'.

Но в советских штабах всё ещё царило шапкозакидательское настроение. Для этого имелись веские предпосылки. Оккупанты совершенно определённо выдохлись в битве на Лужском рубеже и не имели из-за этого сил не только штурмовать Ленинград, но даже в обороне испытывали сложности. Мощь артиллерии Кронштадтских фортов и Балтфлота не имела конкуренции. Ленинград обладал самой мощной и современной в мире системой ПВО. Luftwaffe в этой обстановке никак не могли помешать действиям советских войск на побережье вдоль Петергофского шоссе. Подлецы не имели аналогов танку КВ-1. Ни один танк в мире не способен был тогда пробить его 75-миллиметровую броню. Лишь огромная дорогостоящая 88-миллиметровая 5-тонная зенитка Flak 37 из сил ПВО Luftwaffe могла бороться с его бронёй. Для огромных зениток, созданных для стрельбы по движущимся целям на высотах до 10 километров, танки являлись лёгкой мишенью, если только зенитки сами не находились под огнём танков или артиллерии. Поэтому танковый прорыв в сторону Ораниенбаума и разгром с помощью танков КВ-1 войск около Урицка совсем не выглядел утопией.

И вот 5 октября 1941 года усиленный батальон кронштадтских моряков под огнём высадился с катеров в Петергофе. Моряки имели только стрелковое оружие и носимый запас патронов. Под шквальным огнём подлецов 1-й пехотной дивизии Клеффеля - самой старой из тех, что имел Wehrmacht, десантники лишились связи и не смогли воспользоваться огневой и авиаподдержкой для захвата плацдарма, хотя авиация Балтфлота совершила в район действий десанта 116 боевых вылетов на разведку, штурмовку и бомбёжку огневых позиций Клеффеля.

Часть моряков пали смертью храбрых, уничтожив немало отборных пехотинцев Клеффеля, часть просочилась к линии фронта и перешли её, часть, в основном раненые. попала в плен. Подлецы, обозлённые потерей более 1000 своих солдат убитыми и ранеными, затолкали пленных моряков в железнодорожную будку на пересечении железной дороги и Волхонки, и держали там без воды и еды, пока они все не умерли. Так спасали Ленинград!

После высадки моряков в Петергофе высадился с катеров уже в Стрелне батальон пограничников НКВД со стрелковым оружием. Бойцы прыгали в ледяную воду и брели к берегу под пулемётным огнём. Огневую поддержку оказывали бронекатера, эсминцы 'Сметливый' и 'Стойкий', 19-я железнодорожная батарея, авиация Балтфлота. Подготовка велась в спешке и согласованных действий не получилось. Не имея связи с десантом, дальнобойная артиллерия громила тылы оккупантов, но не могла сопровождать атаку пехоты огнём. Ведя тяжёлый бой против покорителей Чехословакии, Польши и Франции, пограничники достигли Петергофского шоссе, зачистили побережье до шоссе, но удержаться у шоссе не смогли.

Следующий десант из 234 бойцов НКВД высадился в парке Константиновского дворца 8 октября. Задачи прежние - рассечь оборону оккупантов в тыловом районе, не оборудованной ДЗОТам и другими укреплениями, отвлечь на себя силы обороны, установить связь с предыдущими десантами, наладить корректировку огня фортов Кронштадта, поддержать предстоящий прорыв танков 124-й танковой бригады в тыл группировке в Урицке. Эти действия по никак не оформленной задумке уехавшего Жукова следовало провести одновременно с атакой 44-й стрелковой дивизии, 6-й бригады морской пехоты, 51-го отдельного танкового батальона, девяти дивизионов артиллерии на Урицк и удара от Ораниенбаума. Однако наступление на Урицк началось почти на неделю раньше танкового прорыва и уже выдохлось, а наступление от Ораниенбаума вместе с первым десантом - за два дня до танкового прорыва, то есть тоже рассогласованно.

Сам танковый прорыв 124-й танковой бригады Родина около Урицка начался с опозданием на несколько часов. Упущено ночное время, когда танковая колонна могла пройти Петергофское шоссе под покровом темноты без потерь. Родин имел крайне рискованный приказ: до атаки в южном направлении в обход Урицка пройти через позиции 58-й пехотной дивизии фон Графена 8 километров по Петергофскому шоссе в самом уязвимом для танков боевом порядке - колонне.

124-я танковая бригада Родина формировалась из подразделений 24-й танковой дивизии Чеснокова, которая вела бои сначала против армии фашистской Финляндии, а затем против ударных сил группы армий 'Север'. 13 июня 1941 года боевые группы дивизии Чеснокова с лёгкими танками БТ-7 под командованием замкомдива Родина поймали на марше 20-километровую колонну 1-й танковой дивизии Кирхнера из 4-й танковой группы Гёпнера, и с флангов атаковали её сразу на трёх участках. В результате колонна разгромлена. Уничтожен охранный батальон, роты сапёров и противотанкистов, сожжено более 100 грузовиков с боеприпасами, горючим, продовольствием, 30 мотоциклов, 130 велосипедов, выведены из строя 4 транспортируемых гаубицы, 12 миномётов, 6 противотанковых пушек, 12 зенитных пулемётов, уничтожено 30 повозок с военным имуществом. После этого разгрома освобождена станция Плюсса. Затем в боях против танковых частей 1-й танковой дивизии танкисты Родина освободили Городище. Именно здесь на первом рубеже Лужского оборонительного рубежа, а также контрударом под Сольцами, Ворошилов сломал 'Blitzkrieg' и начал героическую оборону Ленинграда. На следующий день после разгрома колонны, боевые группы Чеснокова атаковали уже 269-ю пехотную дивизию фон Лайзара. Освобождены Плюсса и Петрилово. И здесь оккупанты понесли тяжёлые потери. Уничтожено более 450 солдат и офицеров, 1600 ранено, выведено из строя множество вооружения, транспортных средств. Далее последовали непрекращающиеся оборонительные бои с контратаками, перемежающийся контрударами.

Так что танкисты Родина умелые и мужественные воины. Командиры и бойцы Красной Армии в 1941 году отнюдь не мальчики для битья и не 'унтерменши', а те, кто мужественно и умело сражался с силой почти всей Европы, выстоял против этой орды, обескровил её, нанеся ей кратные по сравнению со своими потери. 'Дорогой смерти' называли путь к Ленинграду в войсках группы армий 'Север'. Таких потерь за три месяца немецкая армия в ходе всей своей истории ещё не имела. В сентябре на базе дивизии Чеснокова создали 125-ю и 124-ю танковые бригады. Первую возглавил Чесноков, вторую его заместитель Родин. Так как танкисты 124-й танковой бригады к октябрю прошли огонь и воду, они к боевым возможностям битого в хвост и гриву врага относились весьма скептически. Теперь они получили для защиты Ленинграда только что вышедшие из цехов Кировского завода новенькие 43-тонные КВ-1 - самые современные и сильные на тот момент танки.

Петергофское шоссе, по которому в тыл 18-й полевой армии фон Кюхлера предстояло прорываться Родину, проходило вдоль возвышения - литоринового уступа, некогда служившего берегом древнего моря. Подлецы имели позиции на уступе и полный контроль над дорогой, болотистой равниной, и всем побережьем Финского залива с размытым очертанием. Шоссе узкое. Вправо-влево непроходимые для тяжёлых танков заболоченные места с озерцами, ручьями, речушкам. Два грузовика на шоссе разъедутся, но КВ-1, который шире грузовика ГАЗ-АА в 1,5 раза, в случае остановки блокировал движение. Подбитые танки пришлось бы объезжать по кюветам или сталкивать в кювет. Шоссе на маршруте колонны под мостами и в трубах пересекало множество крупных по местным меркам рек: Дудергофка, Ивановка, Сосновка, а также множество ручьёв. Подрыв любого из этих многочисленных мостов или проточных труб тут же блокировал движение. На самом шоссе множество повреждённых и брошенных грузовиков, повозок, разного оборудования.

И вот 8 октября прошлого 1941 года в 4:00 по Петергофскому шоссе в сторону Стрельны пошли в разведку четыре танка КВ-1 с автоматчиками на броне. Операцией руководил начальник бронетанковых войск Ленфронта Болотников с командного пункта в Больнице Фореля. К сожалению, в темноте танки разведки съехали с Петергофского шоссе на Нарвское шоссе и попали на минное поле. Командир танкового взвода погиб. Связь прервалась. Не получив никакой информации от разведки, двинулся к Стрелне взвод головной походной заставы. Один из 4-х танков КВ-1 остался на исходной позиции из-за поломки. Танки легко прорвали оборону фон Гриффена и под огнём дошли до требуемого района у Троице-Сергиевой Пустыни.

Вместо выступления по плану через 30 минут после головной походной заставы и под покровом темноты, оставшиеся 25 танков КВ-1 с команполка Лукашиком и 150 автоматчиков выступили только с рассветом. Естественно, что после танковой атаки ночью вдоль шоссе, оккупанты привели подразделения на высотах и у шоссе в полную готовность, перебросили дополнительные силы. Когда колонна Лукашика показалась на шоссе, она сразу попала под ураганный фланговый огонь из пулемётов, миномётов, гаубиц, противотанковых орудий и зениток Flak 39. Десант автоматчиков немедленно покинул танки и залёг. Танки двинулись в прорыв без пехоты, ведя огонь из пушек и пулемётов.

Один за другим подлецам удавалось выводить из строя КВ-1 на шоссе, поражая их в более уязвимые бортовые проекции и ходовую часть. Не всегда случалось пробитие брони, но полностью открытая сбоку ходовая часть и гусеницы КВ-1, как и у всех танков вообще, являлись уязвимыми для огня даже не самых мощных противотанковых средств, для которых главное массированный огонь. Авось куда-нибудь попадёт. Огонь советской артиллерии по высотам вёлся без корректировки со стороны автоматчиков. Он хотя и наносил потери подлецам, но решающим образом повлиять на ситуацию не мог. Накачанные препаратом 'Pervitin' и шнапсом подлецы в это время старались приблизиться к шоссе со своими противотанковыми ружьям, противотанковыми пушками и взрывчаткой. Захватчики гибли десятками, но кто-нибудь когда-нибудь в истории германской армии берёг немецких солдат? Это не в духе традиций генералов и офицеров немецкой армии. 'Фрау ещё нарожают!'

За три часа жестокого боя на шоссе оказались обездвижены 12 танков КВ-1. Из них 2 остановились из-за перегрева двигателя, 8 из-за повреждения ходовой части. Сгоревших не было. Остальные 13 танков КВ-1 во главе с Лукашиком без пехоты проутюжили заслоны оккупантов на шоссе и прорвались к Стрельне в район между железнодорожным переездом ветки на ЛЭМЗ и пересечением трамвайной линии. Из танков полностью боеспособных оставались 5, остальные имели разные повреждения.

Десантников НКВД севернее Стрельны танкисты не обнаружили и заняли круговую оборону. Такими силами ударить в тыл группировки опорного пункта в Урицке не получилось бы никак. Оставалось ждать успехов удара из Ораниенбаума. Но наступление оттуда завязло в многочисленных ДЗОТах, блиндажах, огневых позициях и минных полях, которые за две недели успели там понаделать оккупанты. Подлецы тем временем в страшной спешке перевозили к Стрельне противотанковые пушки и зенитки Flak 39, копали ров поперёк шоссе, ставили мины, оборудовали огневые позиции в зарослях у шоссе.

На следующий день Родин и Болотников попытались тем же единственно возможным маршрутом по шоссе, на котором уже остались 13 подбитых и потерявших ход танков КВ-1, доставить Лукашику боеприпасы. На шоссе вышли 5 лёгких танков БТ-7 из 51-го отдельного танкового батальона. Но пройти днём под фланговым огнём 8 километров по шоссе они не смогли. Это не КВ-1. Попытки мотострелков, морской пехоты и бойцов НКВД пройти по шоссе к своим танкам тоже сорвались шквальным огнём с литоринового уступа. Морской пехоте дерзким броском Удалось взять высоту 8.7, и в это время к танкистам смогли пробиться 200 автоматчиков и сапёров. Но этого мало. Огонь по позициям оккупантов с фортов Кронштадта и кораблей Балтфлота подавать все многочисленные огневые средства на уступе не смогли. Комфронта Жуков всё ещё в Москве. Задуманные им действия по соединению с войсками у Ораниенбаума плана не имеют, статуса у операций тоже нет, и их никто не координирует. Предназначенные для этого силы истрачены разрозненно.

Видя бессмысленность продолжения таких действий, вступивший в должность командующего Ленфронта Федюнинский приказал завершить все эти действия, вывести танки и эвакуировать повреждённые. Спустя 6 часов в ночь на 10 октября этот приказ дошёл до Лукашика.

Ему предстояло при минимуме боеприпасов прорвать кольцо окружения на Петергофском шоссе, преодолеть противотанковый ров, взорванный мост через реку Сосновка, преодолеть провал полотна на шоссе после взрыва дренажной трубы, минное поле. С обеих сторон на 8-километровом пути его ждали противотанковые пушки 58-й пехотной дивизии, зенитки Luftwaffe, части усиления XXXVIII армейского корпуса фон Чаппюи, позднее застрелившегося из-за понесённых его войсками зимой-весной тяжёлых и бессмысленных потерь.

Прорыв Лукашика начался в 4:00 затемно. Задача невыполнима. Герои-танкисты шли в бой на очень сильного врага, не труся, хорошо понимая, что это их последний бой, но свято веря, что победа в войне всё равно будет за их армией и народом и, что за их гибель отомстят по полной. Советские герои меняли плен и сдачу оружия на бой и геройскую смерть. Главная задача войск уничижать врага. Так что:

- Танки, вперёд!

Пехота и сапёры начали под обстрелом наводить мост через реку Сосновка. Как только рассвело, противотанковая, полевая и зенитная артиллерия оккупантов открыла ураганный огонь с двух флагов по колонне танков КВ-1, имеющих на буксире свои неисправные танки. Съехать с шоссе нельзя, вокруг непроходимый для тяжёлых танков заболоченный, слишком мягкий грунт с ручьями и речушкам. Смотреть на танки было страшно. На броне, как искры от электросварки, взрывы пуль и снарядов разных калибров и типов, огненные росчерки рикошетов, дым, сплошной грохот. Танки ведут ответный огонь. Внутри танков непрерывный оглушающий гул, отлетают куски брони, нечем дышать, смотровые приборы частью ослепли. Но никто из советских героев не бросил машины, никто не бежал, не сдался. Так же наверно чувствовали себя геройские русские моряки в броненосцах во время Цусимского сражения 1904 года.


Наверх, о товарищи, все по местам!

Последний парад наступает!

Врагу не сдается наш гордый 'Варяг',

Пощады никто не желает!


Один за другим выходили из строя лучшие в мире танки КВ-1. Какие могли, сами сползали в кювет, чтобы не загораживать дорогу остальным, другие сталкивали. Так подлецы подбили 8 танков. Немногочисленная пехота Лукашика оказалась рассеяна.

5 оставшихся на ходу танков прорвались из огневого мешка к следующему препятствию - подорванной дренажной труба на шоссе в 2-х километрах от советских позиций. Без сапёров преодолеть его танки никак не могли. До последнего патрона танкисты вели здесь огонь, нанося потери фашистам. После того, как потерял ход последний танк и закончились боеприпасы, Лукашик отдал приказ своим бойцам оставить подбитые танки и пробиваться к своим. Без его приказа ни один этого не сделал. За три дня боёв бригада потеряла 178 человек убитыми и 63 ранеными. Не вернулись в свою часть, то есть пропали без вести 280 человек...


Не скажут ни камень, ни крест, где легли

Во славу мы русского флага,

Лишь волны морские прославят вовек

Геройскую гибель 'Варяга'!


И вот 16 февраля 1942 года под Погостьем 124-я танковая бригада снова пошла в атаку, получив возможность отомстить за гибель своих боевых товарищей. Пошли вверх сигнальные ракеты. Содрогнулась земля и грохнул залпа 200 орудий. Артиллерия и танки с первого раза взломали до того неуязвимую оборону у Погостья на большую глубину. Фактически здесь оказался полностью уничтожен весь узел обороны. 43-х тонные КВ-1 в прямом и переносном смысле 'подавили' оборону: ДЗОТы, орудия, пулемёты, землянки и фашистов они разрушали не столько выстрелами, сколько весом. После того как танки раскатали линию обороны, они прорвались в расположение сменных подразделений и раздавили 17 больших блиндажей на 30 человек каждый, где пряталась пехота. Только танк майора Пайкина уничтожил в той атаке 2 немецких танка, 2 ДЗОТа, 7 блиндажей, 36 убегающих подлецов.

Геббельсовская пропаганда и триколорная белогвардейская эмиграция представила этот блестящий образец воинской искусства так: 'Пришла дивизия вятских мужичков, низкорослых, кривоногих, жилистых, скуластых. 'Эх, мать твою! Была не была!' - полезли они на немецкие ДЗОТы, 'выкурили' оборону, всё повзрывали и продвинулись метров на 500. По их телам в прорыв бросили целый стрелковый корпус'. Но геббельсовцам не важно, что их уличат во лжи: 'Чем масштабнее ложь, тем охотнее в неё поверят!'

Наступление Федюнинского, отодвигающее группу армий 'Север' от ленинградской 'Дороги жизни', проходило в экстремальных условиях. Землянки под Погостьем - роскошь и привилегия - большинство бойцов ночевали прямо на снегу. Бойцы имели страшный вид: почерневшие, с красными воспалёнными глазами, как альпинисты на высокогорье, в прожжённых шинелях и валенках. Костер зажечь из-за Luftwaffe можно не всегда. Особенно трудно уберечь от мороза раненых. Их обычно волокли по снегу на специальных лёгких деревянных лодочках, а для сохранения тепла обкладывали многоразовыми химическими грелками. Это небольшие зелёные брезентовые подушечки. Требовалось налить внутрь немного воды, после чего происходила химическая реакция с выделением тепла на два-три часа. Иногда волокуши тянули собаки - верные, умные создания. Обычно санитар выпускал вожака упряжки под обстрел на нейтральную полосу, куда человеку не пробраться. Пёс разыскивал раненого, возвращался и вновь полз туда же со всей упряжкой. Собаки подталкивали волокушу к здоровому боку раненого, помогали ему перевалиться в лодочку и ползком выбирались из опасной зоны! Так спасали Ленинград!

К сожалению насыщенная пригнанным из Европы мясом и массой собранного со всей Европы оружия оборона Линдеманна в целом устояла. Войска Федюнинского шаг за шагом, неимоверно медленно, сберегая жизни своих бойцов, продолжили прогрызать оборону навстречу армии Клыкова с севера. Везде, где гитлеровцы создали укреплённые позиции: насыпь железной дороги, населённые пункты, станции, даже группы сараев, шли упорные бои. Продвижение советских войск после атак и контратак измерялось метрами за неделю, словно они сваркой вырезали тоннель в железной горе. Южнее опорных пунктов и железной дороги советские войска могли передвигаться по лесам относительно свободно, насколько позволяло наличие боеприпасов, еды и проходимость местности. Разворачивалась драма самопожертвования советских людей и одновременно акция по истребителю войск капиталистов. Сражение шло жесточайшее. Тяжёлая советская артиллерия через голову своей пехоты уничтожала гитлеровцев, перепахивала оборону залпами 'Катюш'. Как тараны вперёд шли КВ-1, уничтожая всё на своём пути. Потом гитлеровцы контратаковали не считаясь с потерями, бомбили. Войска Федюнинского, не успевшие закрепится в лесистой местности, вынуждено отступали. Потом всё повторялось. В подобное положении немецкая армия попала в Первую Мировую войну под Верденом во Франции - 'Верденская мясорубка'. Равная борьба немцев с французами с соразмерными потерями. Но теперь всё это происходило на русской земле, гибли русские, советские воины, в Ленинграде умирали от недоедания дети, враг истязал население оккупированной территории...

К сожалению, войска Ленинградского фронта ничем не могли помочь Федюнинскому и Клыкову. Их вначале требовалось элементарно подкормить, доставить с 'Большой земли' боеприпасы. Ленинградская блокадная промышленность выпускала снаряды относительно небольшого калибра, до 76 миллиметров. Запаса не имелось. Поэтому основной удар и наносили 'волховчане'. К великому горю ленинградцев Федюнинский не дошёл до Любани 40 километров и восточную группировку 18-й полевой армии Линдеманна окружить, как под Демянском группировку полевой армии Буша, не удалось...

17 февраля вдоль шоссе Чудово - Новгород предпринял наступление на Любцы 311-й стрелковый полк 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии Кошевого для расширения Волховского плацдарма в южном направлении. Любцы оккупанты превратили в мощный опорный пункт. В железнодорожной насыпи и вдоль шоссе ДЗОТы, огневые позиции, миномёты, подступы минированы, разложены спирали колючей проволоки, натянут 'спотыкач'. На подступах к домам голая снежная полоса шириной в 200, 300 и более метров. Минные поля, проволочные заграждения, спирали Бруно, ледяные валы. Всё, что мешало обзору, оккупанты убрали. Деревья, в том числе и плодовые, спилили и использовали для укреплений. Даже плетней и заборов не оставили. За избами траншеи полного профиля. Они ходами соединены со вторым и третьим рядом траншей. Между избами ДЗОТы, пулемётные точки. Сами избы оборудованы как узлы сопротивления. В них имелись кирпичные подызбицы. В отличие от подвалов, в подызбицах над самой землей - невысокие оконца. Оккупанты укрепили подызбицы, а вместо оконцев устроили амбразуры. Получились ДОТы. Пока тихо, гарнизон ДОТа находились наверху в комнатах. Лишь чуют угрозу, бегут вниз. Вместе с остатками 126-й пехотной дивизии Лаукса здесь засели голландцы SS Freiwilligen 'Legion Nederland' и испанцы 250-й 'голубой' дивизии.

После мощной артподготовки советского 'бога войны' штурмовые группы 'тюменцев' бросились вперёд, уповая на маскхалаты и скрытность. Сапёры во время артподготовки успели подготовить проход. Вехами-ориентирами служили воткнутые в снег броские цветные флажки. Полоса прохода тянулась по южному отлогому склону длинного и невысокого бугра. За ней, уже на бугре, снежно-ледяной вал. На сооружение его пошёл снег, который голландцы сгребли с участков минирования. В валу, как в крепостной стене амбразуры.

Разминированный участок 'тюменцы' пересекли согнувшись до земли, бегом и молча. Нельзя даже кашлянуть, только все тяжело сопели. Ползли по-пластунски - тоже молчали. Но лишь только встали и побежали вперёд во весь рост, у всех непроизвольно, синхронно вырвалось из груди:

- Ур-р-р-а-а-а!

Справа начал опасно бить пулемёт, но вдруг замолчал. Бойцы вышли из его сектора обстрела. Пули жужжали, но реже, чем до артподготовки. Мины падали очень разбросанно. Видимо, батареи перебрались на более удалённые позиции. 'Бог войны' и за 15 минут часа сумел дать голландцам жару.

У самого снежного вала ждут сапёры. Здесь для пуль 'мёртвая зона'. Вал высотой около двух метров. Можно преодолеть его, подсаживая друг друга. Но это безрассудно. Наверху в два счёта скосят. Сапёры приладили свои штурмовые фугасы-'бешенные сосиски' - обычные 4-5-метровые водопроводные трубы, начинённые динамитом. Их использовали для подрыва минных полей, колючей проволоки, когда не было времени возиться, или ещё для чего. Показывают и кричат штурмовой группе:

- Отойдите всё!

Зажигают очень короткий шнур - дорога каждая секунда! - сами отбегают. Ба-ба-бах! - три мощных взрыва слились в один. Шуму много, а результат плоховат. Взрывы разнесли ледяной панцирь, но снежную начинку выбросили не полностью. В 'воротах' остался высокий порог, перебираясь через который, можно угодить под пулю. И проход, и часть низины заволокло дымом. Это на руку. Сапёры и стрелки устремились в проход одновременно, вперемешку. Намётанным глазом, с ходу сапёры определили: дальше мин нет. Опять бегом, опять с устрашающим 'ура!'. Древнерусский клич 'ура!' очень важен. Он снимает страх. Слыша его, встают и те, кто сомневался, не видел боя, кто легко ранен. Он как бы объединяет всех в единое тело. Пулемётчики 'Максимов' и миномётчики усиливают огонь, слыша клич, понимают: общий натиск. Враг нервничает, паникует, стреляет с ошибками, начинает покидать первую траншею. Но крик сразу же гаснет: бежать и кричать трудно, не хватает дыхания. Впереди замполитрука роты автоматчиков Ставничий. Пули уже не жужжат, а свистят. Кто-то упал слева, кто-то справа... Споткнулся? Ранен? Убит? Разбираться после. А пока только вперёд!

Дым рассеялся, уже близок бруствер траншеи. На нём тёмные проплешины от разрывов советских мин и снарядов. За бруствером страшная неизвестность. Что там? Плоский штык винтовки? Очередь в упор из 'шмайссера'? Или откормленный маслом пьяный голландец воткнёт финский нож?!

На ходу автоматчики обрили бруствер из ППШ. Чтобы не высовывались. Из траншеи одна за другой вылетели несколько ручных гранат. Длинные, как городошные биты, они, кувыркаясь, пролетели над бегущими и упали на линию второй атакующей группы. Красноармейцы стали зубами вырвать кольца и забрасывать в траншею ответные гранаты жестом рыболова-удильщика. Взрывы, вопли. Перевалились через бруствер в траншею. Голландцев нет, только белые балахоны атакующих мелькают. Справа какая-то канитель-неразбериха: автоматная стрельба, разрывы гранат. Бойцы бегут туда, спотыкаясь о трупы голландцев. Они наполовину втоптаны в снежно-грязевое месиво. У одного крупный осколок снёс верхнюю часть черепа вместе с каской - отвратное месиво из крови, мозгов и грязи...

В траншее голландцы оставили только жиденький заслон, а сами по ходам сообщения отошли и укрылись за следующей полосой проволоки. Смертников мгновенно перебили. Но всё нужно начинать сначала. Вокруг мусор, обёртки, бутылки и банки. На видном месте тонкая зеленовато-ядовитого цвета книжица с сильно замусоленными обложками. На лицевой стороне орёл со свастикой. Это 'зольдбух'. Тут же фотографии, видовые открытки, запасная чистая бумага, газеты, конверты, рейхсмарки и оккупационные деньги.

Атака 'тюменцев' не привела к захвату Любцов. Едва они успели занять оборону в захваченной траншее, как немецкие офицеры погнали голландцев в 'мясную' контратаку отрабатывать зарплату. Шли пьяной толпой с песнями и криками. Замполитрука роты автоматчиков Ставничий организовал свою контратаку и оккупанты в панике побежали, оставив на снегу больше 80 трупов. Командир 20-й моторизированной дивизии генерал Яшке, части которого вели боевые действия в феврале на южном фасе Волховского плацдарма, не зря высказался в штабе XXXVIII армейского корпуса о голландских наёмниках как о плохих солдатах, которых можно не учитывать. Может, голландцы и не являлись такой забитой и тупой серой скотиной на убой, как немцы, однако они так же стреляли в защитников социалистического Отечества, топтали русскую землю и издевались над её многострадальным народом.

В 'тюменской' 65-й стрелковой дивизии уже успел прославиться боец 60-го стрелкового полка Кузнецова уралец Иван Изегов. До войны он работал председателем колхоза. Заядлый охотник. Изегов начал 'охотиться' на оккупантов и быстро стал знаменитым на весь фронт снайпером. В снайпере как нельзя лучше реализовывалось русское 'и один в поле воин'. Комполка Кузнецов создал команду снайперов во главе с Изеговым. Затем команда превратилась в снайперский взвод. Большая сила!

Во взвод снайперов вступила и Катя Яшина, невысокая, плотная девушка, прачка из отдела вещевого снабжения. Катя в Ленинградской области пережила жуткие дни оккупации. Солдаты группы армий 'Север' сожгли её деревню. На её глазах связали верёвками группу девушек, её подруг, и бросили под танк. Вскоре Катя открыла свой счёт уничтоженных оккупантов и стала первой девушкой-снайпером на Волховском фронте. Её примеру последовала комсомолка Бронникова - санитарка полкового медпункта.

Как только фон Кюхлер забил местность вдоль железных дорог в тылу 16-й и 18-й полевых армий войсками из резервов и снятыми с других участков фронта, ударные возможности кавалерии Гусева сошли на нет. Кавалерийские дивизии задумывались Будённым для рейдов по тылам, в крайнем случае для обороны непродолжительный срок перед фронтом пехотных частей, но не для штурма опорных пунктов и борьбы с танковыми дивизиями. Советская кавдивизия конца 1941 года, это соединение с высокой скоростью движения в любых, даже труднопроходимых условиях, с артиллерией среднего калибра, с автоматическим стрелковым и зенитным оружием, отличной выучкой и дисциплиной. Координация с помощью радиостанций и самолётов. Но кавалерия просто не имела для штурмовых действий по штату соответствующих огневых средств, специальных подразделений и даже численности.

В конце 1941 года Народный Комиссариат Обороны в целях экономии живой силы и лошадей начал формировать лёгкие мобильные кавалерийские дивизии, имевшие всего по 3447 человек в составе каждого их трёх кавполков Каждый кавполк состоял из четырёх сабельных эскадронов, пулемётного эскадрона со 128 автоматами ППШ и ППД, пулемётами ДП и 'Максим', артбатареи с четырьмя 'полковушками' и двумя 'сорокопятками', противотанкового взвода, имеющего 7 противотанковых ружей, сапёрного взвода, санитарной группы и группы снабжения. Кавдивизию также вооружали артдивизионом из трёх батарей по четыре 76-миллиметровые пушки 'полковушки' М-27, а также четырьмя 76-миллиметровыми пушками Ф-22-УСВ и четырьмя 82-миллиметровыми миномётами БМ... Имелся полуэскадрона связи и небольшая служба материально-технического обеспечения.

2-я Ударная армия продолжала вытягивать соки из группы армии 'Север', хотя через толпы врагов приходилось продираться как лесорубам, прокладывающим просеки в густом лесу. Среди 'ударармейцев' росли потери убитыми, ранеными, заболевшими, обмороженными. Штабы сбились с ног, обобщая опыт боевых действий в лесисто-болотистой местности и изживая недостатки во взаимодействии между родами войск, ошибки в тактике, недостатке в разведке, организации боевого охранения. Пополнение приходило мало, гораздо меньше потерь, и его приходилось вводить в бой сразу, распределяя равномерно среди бывалых воинов. Численность соединений и частей сильно отличалось в меньшую сторону от штатной, ведь на советскую страну не работала промышленность всей Европы, советская промышленность не использовала пленных и рабов, как европейская, и большая часть советских мужчин призывного возраста осталась на советских заводах, фабриках и в сельском хозяйстве. Пропорционально численности падала боевая сила соединений 2-й Ударной армии.

Но постепенно у красноармейцев пополнения появлялась мгновенная реакция, способность безошибочно ориентироваться на местности. По завыванию мин и снарядов они почти точно определяли - будет недолёт или перелёт. Если угрожала опасность, они немедленно ложились на снег. На виду у гитлеровцев передвигаться приходилось, главным образом на локтях и коленях, отчего их всегда покрывали ссадины. Несмотря на потери среди новичков, среди обстрелянных и закалённых в боях редко кто выходил из строя. За одного битого двух небитых дают.

17 февраля к Мерецкову на фронт прибыл член Ставки Верховного Главнокомандования Ворошилов с посланием от Верховного Главнокомандующего: 'Активизировать действия и в ближайшее время во что бы то ни стало овладеть Любанью!' Но как? Подлый враг успел перед Любанью серьёзно окопаться. Путь в северном направлении перекрывала 'линия Линдеманна' - высокая насыпь железной дороги Веймарн - Чудово, в которой фашисты оборудовали артиллерийские и пулемётные ДЗОТы, огневые позиции, убежища, вкопали танки. За насыпью - дороги из сборных металлических элементов аэродромного покрытия. Они обеспечивали 254-й пехотной дивизии и всей 'группе фон Басса' быстрый манёвр, недоступный внешнему наблюдению. Перед опорными пунктами в деревнях снежноледяные валы с пулемётными гнёздами. Перед ними проволочные заграждения и минные поля. Перед минными полями - отдельные опорные огневые позиции. Колючая проволока, 'спотыкач'. Над линией обороны патрулировали самолёты-разведчики 'костыли' или 'рамы'. Сюда же гитлеровцы по железной перебросили танки и артиллерию для 'группы фон Бассе'. Теперь 'линию Линдеманна' казалось невозможно прорвать без авиационных, артиллерийских и танковых сил, большого количества боеприпасов. В это время в армии Клыкова на всех направлениях имелся всего лишь 1 исправный тяжёлый KB-1, 11 средних Т-34, 8 лёгких Т-26, 34 лёгких Т-60, один 'дедушка' БТ-7.

Для наступления на Любань Мерецков приступил к перегруппировке. Он снял с других участков и начал перебрасывать к Любани в группу Привалова кавдивизию Асланова, 'антюфеевцев', две лыжные бригады, танки 166-го отдельного танкового батальона, крупнокалиберную артиллерию, 'Катюши' на танковой ходовой части. Изыскивалась возможность атаковать немедленно, хотя бы кавалерией, ведь каждый день работал на укрепление обороны.

Побывав на передовой, подробно ознакомившись с ситуацией в штабах на Волховском фронте и в армии Клыкова, маршал Советского Союза Ворошилов на заседании Военного совета фронта согласился с мнением, что войскам необходим кратковременный отдых, время на завершение перегруппировки и подвоз необходимых запасов. Следовало ни за что не допускать срыва поставок, какие случились до того, как этим начал заниматься Народный Комитет Обороны и лично Сталин.

Войска тем временам налаживали жизнь на освобождённой земле. Подтянулись тылы с банями и прачечными, 'Военторгами', кино и почтой. По ротам раздали печки-буржуйки. Большинство жителей, которых подлецы хотели угнать с собой: старики, женщины и в большом количестве дети, прятались от угона и во время боёв в лесных норах и шалашах. Теперь они возвращались, ведя за собой коз, коров, везя утлый скарб. Начали работу советские органы власти, НКВД. Дошло наконец дело и до арестов пособников оккупантов. На дорогах появились указатели. Даже таблички запрещающие рубку леса. В Новой Керести заработала почта, в освобождённых деревнях появились почтовые ящики. С радостью сознавали красноармейцы и командиры, что трудности, холод, усталость, смерть, беспрерывные походы - не зря! Они служили великой цели освобождения своих братьев и сестёр. Это окрыляло!

Ворошилов с Мерецковым выехал в войска Клыкова через горловину прорыва у Мясного Бора, рискуя ежеминутно оказаться под артобстрелом, бомбёжкой, под атакой разведгрупп или агентов Abwehrgruppe 1. Из-за опасности нападения агентов или диверсантов, а также обстрела с воздуха, Мерецков передвигался по фронту в гимнастёрке без знаков различия и фуражке невоенного покроя. Принимаемые меры к безопасности со стороны Особого Отдела НКВД фронта, отвечающего за охрану военачальников, имели серьёзные причины, ведь линия фронта как таковая отсутствовала - 'слоёный пирог'. Окружающие и контратакующие становились окружёнными и наоборот. Разведка превращалась в ударный отряд.

Вот и случай с командованием 2-й Ударной армии тому подтверждение: лыжный разведвзвод гитлеровцев в советской форме из Спасской Полисти в начале февраля оказался вдруг у штаба 2-й Ударной армии в Новой Керести. Их раскрыли. Рота охрана штаба и стрелки взвода Особого Отдела НКВД приняли бой. Подлецов перебили. Последний автоматчик вышел из боя и спрятался под пологом едущих по дороге саней. Там его и задержали лично комдив Клыков, член Военного совета Зуев и начальник Особого Отдела НКВД Шашков, которые спешили к месту боя. Ездовой на санях даже не подозревал, что везёт врага:

- Так он же во всё наше одет, и не отличишь! Догнал сани, да запрыгнул. Много тут разных ходит. Пусть, думаю, едет служивый, устал, поди! Может, раненый...

Действие наркотика 'Pervitin' как раз закончилось, и у немца душа ушла в пятки, когда он увидел перед собой советских высокопоставленных генералов и комиссаров с большими звёздами в петлицах. Думал, сразу застрелят. На допросе подлец охотно сообщил, что в Любани разгружаются много разных частей дивизий корпуса Герцога с бронетехникой, прибывшие из-под Новгорода кружным путём, а также подходят разномастные части из-под Ленинграда... А если бы фриц в санях оказался не из робкого десятка? А если бы их оказалось в санях несколько?

Поэтому для передвижения внутри зоны прорыва и на плацдарме для Ворошилова предусмотрели гусеничный бронированный артиллерийский тягач 'переднего края' Т-20 'Комсомолец'. Таких тягачей с бронёй до 10 миллиметров и пулемётом ДТ перед войной выпустили более 7000 штук, значительно повысив механизацию артиллерии Красной Армии. Тягач Т-20 'Комсомолец' по существу являлся малым бронетранспортёром с откидной бронёй отделения десанта. Двигатель и грузовая платформа от грузовика ГАЗ-ММ. 'Комсомольцем' комплектовались ударные части, мотопехота в составе стрелковых соединений, и они применялись в боях с Японией у озера Хасан в 1938 году, у монгольской реки Халхин-Гол в 1939 году, в Освободительном и Финском походах Красной Армии. Показали себя как идеальные машины для лесных дорог, к тому же всегда обеспеченные автомобильными запчастями. При отсутствии других тягачей Т-20 с перегрузкой могли применяться для буксировки зенитной и дивизионной артиллерии.

После вероломного нападения фашистов при обороне и нанесении контрударов Т-20 использовались как пулемётные танкетки для борьбы с пехотой и заменитель бронетранспортёра. Подбитые Т-20 гитлеровцы себе засчитывали как подбитые танки. Свои подбитые трофейные машины подобного класса вообще у себя в частях не числили, и случаи потери в бою не фиксировали. Поэтому разница в потерянных своих и советских танков у них всегда выходила впечатляющая в их ползу. Главное при капитализме не факт, а его интерпретация. Использовали брошенные при отступлении Т-20 и партизаны.

В июле 1941 года на базу тягача 'Комсомолец' на заводе ГАЗ смонтировали мощное 57-миллиметровое противотанковое орудие ЗИС-2. Для устойчивости при выстреле машина оборудовалась откидными сошниками. Так на второй месяц войны появилась первая советская боевая самоходная гусеничная артустановка САУ открытого типа ЗИС-30. Первые ЗИС-30 поступили на вооружение танковых бригад и внесли свой вклад в уничтожение танков и полчищ 'железной саранчи' Гитлера в битве за Москву.

К февралю 1942 года тягачей Т-20 имелось во фронтовых войсках 1770 штук. И это при том, что Красная Армия имела грузовиков в войсках значительно больше, причём отечественных, чем Wehrmacht, собирающий машины по всей Европе. Капиталистические пропагандисты и их триколорные белогвардейские подпевалы эмигранты не любили упоминать о Т-20, как о свидетельстве успехов большевиков в части организации современной армии. Они предпочитали говорить о Красной Армии как об армии без сапог и одной винтовкой на троих, на телегах и пешком, зеркально перенося на Красную Армию ситуацию армии Российской империи перед её крахом. Они забыли, что в СССР не было частных собственников у власти, которые могли бы обкрадывать фронт, оставляя его без обуви, еды, снарядов, боевой техники. Красной Армией и советской промышленностью руководили таки же люди 'от сохи', как и те, что сидели в окопах, и руководители делали для фронтовиков всё возможное, на что была способна экономика, и никто не воровал у красноармейцев ничего, чтобы строить себе дворы, яхты и содержать дорогостоящие гаремы и редакции шлюх-журналистов и таких же чиновников.

Сам же Wehrmacht и его союзники широко использовали трофейные Т-20, названные leicht gepanzerter Artillerie Schlepper 630(r), по факту признавая замечательные качества этой советской машины. Оккупанты на её базе выпускали самоходные артиллерийские установки 3,7 cm PaK auf gep Artillerie Schlepper 630(r) и другие самоходки. Немцы вообще ставили пушки на всё, что двигалось на гусеницах, создавая кроме учитываемых в войсках танков и самоходных орудий массу учтённой и неучтённой 'железной саранчи'. Часть этой 'железной саранчи' они изготавливали кустарно прямо в войсках, используя Т-20 также, как использовали многие тысячи танкеток типа Carden-Loyd из армий Французской и Британской колониальных империй, Польши, Чехословакии, Бельгии, Голландии.

Тем не менее, член Ставки ВГК Ворошилов и комфронта Мерецков с сопровождающими и охраной добрались до расположения войск кавкорпуса Гусева верхом. До этого они посетили редакцию армейской газеты 'Отвага' в глухом лесу у Новой Керести. Редакция размещалась среди вековых сосен в просторной землянке бывшего партизанского лагеря. Несколько дней Ворошилов и Мерецков объезжали войска 2-й Ударной армии, разговаривали с командирами, красноармейцами, местными жителями. Ворошилова встречали исключительно тепло, как живую легенду Красной Армии, своего самого лучшего друга и наставника.


Будённый - наш братишка,

С нами весь народ!

Приказ - голов не вешать

И глядеть вперёд!

Ведь с нами Ворошилов,

Первый красный офицер,

Сумеем защитить СССР!


Так пелось в популярном 'Марше Будённого', написанном в 1920 году во время боёв с белогвардейцами Врангеля за Крым. Маршал Советского Союза вникал, наставлял, хвалил, шутил, ругал, давал советы. Его речи на митингах окрыляли. Спасти Ленинград! Бойцы и население убеждались, что они не забыты, их подвиг нужен стране. Luftwaffe несколько дней охотились за членом Ставки Верховного Главнокомандования, ближайшим другом и соратником Сталина. Деревня Дубовик, где в штабе кавкорпуса Гусева находился Ворошилов за день до этого, подверглась массированному авиаудару. Кто-то из местных жителей, вольнонаемных работников штаба сотрудничал с Abwehrgruppe 1.

Ворошилов в ходе пребывания во фронтовых частях убедился, что ещё более глубокое наступление 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' невозможно. Большая часть войск уже задействована на обороне флагов зоны прорыва, а другие силы Волховского фронта связаны обороной обширного 30-километрового Волховского плацдарма. Решение о повороте свободных войск на Любань принято верное. Так можно окружить 75-тысячную группу войск 18-й полевой армии у Чудово. Для этого требовалось освободить Любань или перехватить железную дорогу и шоссе Ленинград - Чудово где-нибудь восточнее. В случае успеха, с учётом окружения войск 16-й полевой армии под Демянском, обрушивался весь фронт группы армий 'Север' на востоке. Это позволяло освободить от осады Ленинград. Игра стоила свеч. На пути к Любани вдоль железной дороги Веймарн - Чудово 'линия Линдеманна'. Её требовалось сокрушить.

Находясь на острие серпа советского наступления, нацеленного на Любань, ударная группировка армии Клыкова начала прокладывать себе дорогу по глубокому снегу от деревни Дубовик к 'линии Линдеманна'. Сюда при перегруппировке направились 80-я кавдивизия осетина Сланова, 46-я стрелковая дивизия белоруса Окулича, 42-й лыжбат, стрелковая дивизия 'антюфеевцев', танки, тяжёлая артиллерия. Они составили группу Привалова. Этому генерал-майору предстояло на месте принимать решения, организовать взаимодействие частей и соединений между собой, а также с артиллерией РГК и авиацией.

42-й отдельный 'уральский' лыжный батальон формировался в ноябре 1941 года в Свердловске из добровольцев, будущих курсантов Иркутского военно-десантного училища и ветеранов приграничных боёв, выписанных из госпиталей. После обучения и передислокации 600 бойцов и командиров лыжбата 25 декабря прибыли на Волховский фронт, где доворужились и обучались до 1 января. Особый упор на подготовку снайперов и групп лыжной разведки и диверсий. В новогоднюю ночь лыжбат получил сухпаёк, боеприпасы, гранаты и толовые шашки с запалом и ушёл в рейд через Волхов левее Чудово. Требовалось понять, насколько гитлеровцы готовы к обороне на Волхове. Половину реки лыжники преодолели бесшумно, но ближе к противоположному берегу роту, находящуюся правее, обнаружили. Из ДЗОТов начался сильный миномётный и пулемётно-автоматный огонь. Лёд осветили ракетами. Укрытием стал лес. Оказавшись в тылу врага, 'уральцы' днём и ночью действовали как войска спецназначения - перерезал дороги, нарушали снабжение, наносили потери, мешали строительству укреплений 'Волховского вала'. Лыжников снабжала авиация.

Недавно прибывшая их Франции 215-я пехотная дивизия Книза сбилась с ног, рассылая в течении в разные стороны ягдкоманды, пытаясь уничтожить лыжников. 215-я противотанковая рота на своей трофейной французской и английской бронетехнике патрулировала шоссе Новгород - Чудово, но ежедневно подвергалась нападениям. Мины, завалы, рвы появились как по расписанию то тут, то там. Как последний резерв Книза для борьбы с дерзкими советскими диверсантами - 204-й сапёрный батальон. Солдаты Книза, проклиная всё на свете, в жуткий мороз и метели гонялись за 'белыми призраками' и занимались их блокированием на своём берегу. Сил для вылазок на советский берег у них уже не оставалось.

Кроме лыжбата Талалаева в потрошении тылов гитлеровцев в канун общего наступления Волховского фронта принимали участие подразделения 944-го стрелкового полка 259-й 'серпуховской' стрелковой дивизии. Дивизия особая - формировалась с 5 июля 1941 года из личного состава войск НКВД. Принимала участие в контрударе под Старой Руссой, наступала от реки Полисть на Григорово. В ходе операции с боями прошла более 150 километров, освободив свыше 20 населённых пунктов. Попала в окружение, отходила к Демянску и восточнее. Обороняла Малую Вишеру. С конца ноября 1941 года перешла в наступление, круша рассыпающуюся оборону оккупантов. 20 декабря вышла к Волхову.

Имея в составе всего 5351 человек, воины-чекисты 259-й стрелковой дивизии в ночь с 25 на 26 декабря 1941 года форсировали Волхов и двинулась в дерзкий рейд в тыл группы армий 'Север', обходя опорные пункты 'Волховского вала'. Цель - прорыв к шоссе и железной дороге Новгород - Чудово. Тогда, после разгрома фашистов под Тихвином, всем казалось, что стоит только сделать ещё один рывок, одно усилие и фашисты не выдержат, побегут. Главное - не дать негодяям опомниться, и 18-я полевая армия окажется в окружении, размыкая осаду Ленинграда. Поэтому переправлялись сервере Чудово через Волхов и гибли в Новый год в неравном бою добровольцы 376-й Кубанской стрелковой дивизией у деревень Пехово и Пертечно севернее Чудово, поэтому 46-я стрелковая дивизия захватывала плацдарм у Званки, поэтому пошли в рейд к Трегубово воины-чекисты 259-й 'серпуховской' стрелковой дивизии и лыжники 42-го лыжбата. Но Wehrmacht - огромная туша - самая сильная армия мира на 22 июня 1941 года. Он питался соками всей Европы и деньгами международных олигархов и банкиров, и оказался ещё очень и очень силён...

Ночью в тыл смогли пройти части двух полков воинов-чекистов - 2500 человек, одетых в отличное зимнее обмундирование. Они достигли шоссе и железной дороги Новгород - Чудово на участке от платформы Лядно до станции Трегубово и прервали движение, срывая оборонительные работы и передислокацию войск. Героев снабжала авиация. Рейд длился до 6 января. За день до начала всеобщего наступления Волховского фронта герои вышли к своим. В 10-дневных боях пали смертью храбрых, умерли от ран, погибли от холода, пропали без вести около 800 храбрецов. Нескольких обессиленных и раненых воинов захватили оккупанты. В дальнейшем дивизия наступала вместе с войсками фронта.

Бойцы-чекисты сделали то, что требовал теперь Привалов от 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии. По логике Привалова, если два неполных полка 259-й 'серпуховской' стрелковой дивизии прошли до железной дороги у Трегубово 15 километров через Волхов и 'Волховский вал', то пройти 15 километров через менее мощную 'линию Линдеманна' к станции Померанье на железной дороге Любань - Чудово два полка 'ленинградцев' тоже смогут. Привалов отдал приказ 'ленинградцам' готовить такой рейд одновременно с наступлением кавалеристов Сланова на Любань.

Новогодний рейд воинов-чекистов и лыжников не дёшево обошёлся оккупантам. Только 380-й полк 215-й пехотной дивизии Книза, прибывший из Франции с 'Атлантического вала' в конце 1941 года, потерял 841 солдата убитыми ранеными. Оказались прорежены и другие части Книза. Даже когда Волховский фронт перешёл в общее наступление, лыжники 42-го отдельного батальона Талалаева ещё сражались в тылу группы армий 'Север'. После двухнедельного рейда они вышли к своим только 13 января. Безо всякой паузы вместе с 25-й стрелковой бригадой геройские лыжники приняли участие в наступлении на Пересвет-Остров, где оборонялся 435-й пехотный полк дивизии Книза. Это уже северный фас Волховского плацдарма. Снова задача лыжников удар не в лоб, а с тыла. Затем лыжники участвовали в преследовании фашистов, отходящих ко 2-й линии обороны. Теперь вот Любань...

На примере 42-го отдельного лыжного батальона хорошо видно, что лыжбаты как лёгкая кавалерия прошлых времён маневрировали вдоль всей линии прорыва, усиливая стрелковый части то там, то здесь в боях за населённые пункты, действуя в тылах. Из-за такой активной боевой работы, некоторые раненые лыжники оставалось у местных жителей, у медиков стрелковых частей, в результате чего попадали в списки пропавших без вести.

Это только в воспалённых мозгах любящих Wehrmacht и у белогвардейской эмигрантской триколорной кодлы расформирование дивизии или части Красной Армии означало, что они все погибли и их первоначальный списочной состав следует плюсовать к убитым. Это же не выкуренная пачка сигарет. Если даже 100 процентов потеряны в боях - это всего лишь значит, что 2/3 из них, в том числе большая часть пропавших без вести - это раненые. После излечения 70 процентов из них снова пойдут в бой.

Это хорошо иллюстрирует 22-летний боец этого же 42-го лыжного батальона Константин Сацукевич, родом из села Пересады, Минской области Советской Белоруссии, который воевал с первого дня войны. В Красной Армии он с 1938 года. Вероломное нападение 22 июня встретил в составе 657-го стрелкового полка 125-й 'кировской' стрелковой дивизии Богайцука на границе Советской Литвы. Эта сформированная в Кировске дивизия Богайцука 19 июня развернулась на вверенном рубеже по плану прикрытия границы на фронте длиной 40 километров, имея передний край по восточному и северо-восточному берегу реки Юра. С первых часов вероломного вторжения Сацукевич вместе с товарищами отражал массированную атаку танков 1 и 6-й танковых дивизий, поддержанных массой авиации. При контратаке 'кировцы' перешли госграницу и углубились на территорию Восточной Пруссии на 8 километров. Затем вели бои в лесу между Таурогеном и Скаудвиле в полуокружении. На следующий день вели оборонительные, успешные бои в районе Расейняй, где неувядаемой славой покрыли себя танкисты и мотострелки 2-й танковой дивизии генерала Солянкина, затем отходили к Шяуляю. На 4 июля 'кировцы' имели 6720 человек из 8000 первоначального состава и массу сохранённого вооружения. После успешно проведённого контрудара, они заняла оборону по реке Эмайыги от Инэсуу до Вейбри. Отступили на север и попали в окружение в районе Муствеэ. Здесь гитлеровцы записали 'кировцев' в уничтоженные. Но дивизия 10 дней удерживала левобережную часть Тарту, затем отходила с боями через Нарву по берегу Финского залива. 12 августа в должности старшины роты Константина Сацукевича ранило в голову.

Сама же 'кировская' дивизия вели бои на Ораниенбаумском плацдарме, переправилась в Ленинград и заняла оборону под Колпино, сменив ополченческие батальоны. Затем оборонялась у Пулково. Во время лечения Сацукевич женился. После госпиталя 11 декабря 1941 в составе 42-го лыжбата Талалаева отбыл на Волховский фронт. За умелые действия в бою при наступлении на Красную Горку в должности командира стрелкового взвода, Сацукевич получил звание младшего лейтенант. Ранен в живот и руку. Снова отправлен в тыл на лечение. Но ведь 125-ю 'кировскую' стрелковую дивизию, в которой начинал воевать герой Сацукевич, Wehrmacht записал в уничтоженные! То же произошло и с бойцами 42-го лыжного батальона, и других войск сражавшихся во 2-й Ударной армии. Номеров их частей на карте нет, а люди вот они, живёхоньки и бьют врага!

Привалов и Гусев собрали на Любанском направлении около 15 000 бойцов и командиров. Их соединения более месяца бессменно находились на передовой, потеряв 1/3 своего состава больными, обмороженными, ранеными, убитыми, пропавшими без вести, то есть теми же неучтёнными ранеными. За спинами бойцов 50 километров колонных путей по заснеженным просторам лесов и болот, а далее ещё 54 километра по лесным дорогам до ближайших фронтовых складов в Малой Вишере. Это означало более чем ограниченный подвоз боеприпасов, продовольствия, фуража, крохи пополнения, невозможность обогреться и отдохнуть в населённых пунктах, быстро доставить раненых в эвакогоспитали. Сразу пришлось привлекать для снабжения, связи, вывоза раненых полки ночных бомбардировщиков на У-2, Р-5 и Р-зет.

На пути ударной группы Привалова и кавкорпуса Гусева к Любани занимали оборону примерно 15 000 солдат и офицеров 'группы фон Бассе', 'группы Эндрес', 'группы Томашки', танки, отряд курсантов-авиаторов, строители 'Организации Тодда', шофёры NSKK, сводные батальоны конюхов, ремонтники, повара, вспомогательная полиция, 'хиви'. За спинами войск фон Бассе полтора десятка деревень и хуторов с тёплыми домами, сараями, ригами, дорогами, железнодорожный вокзал, аэродром, склады, тёплые дома в Любани, неограниченный подвоз боеприпасов, продовольствия, подкреплений, возможность ротации войск на передовой. Между железнодорожными станциями Тосно, Любанью, Померанье бронепоезда и артиллерийские поезда, осуществляющие охрану и маневр огнём для поддержки статично расположенной артиллерии.

Группа Привалова могла наступать на Любань через 'линию Линдеманна' только по двум направлениям. Первое - вело на север через заболоченное дефиле шириной в 2 километра между болотом Веретьевские Мхи и Постелевым болотом. Этот перешеек разрезала вдоль река Сичева. Здесь на возвышенном острове посреди болота стояла деревня Красная Горка. Через деревню от Глубочки шла дорога, которая через Сустье-Полянку выводила к Любани. Второе направление - вдоль реки Тигода и дороги на Любань со стоящими одна за другой почти впритык деревнями Коровий Ручей, Сустье-Конец, Сустье-Полянка, Русская Волжа, Ямок, Хоченье, Заволжье, Малое и Большое Переходно, Кирково. Здесь дорога шла в 3-километровом заболоченном дефиле между Постелевым болотом и озером Ловецкое. Сплошной укрепрайон с опорой на тёплые дома деревень, до отказа забитых войсками. Минные поля, ДЗОТы, блиндажи, огневые позиции миномётов и противотанковой артиллерии, колючая проволока, огневые позиции, снего-ледяные валы. В сентябре прошлого года здесь оборонялись советские войска, и после них осталось много укреплений. Участки дефиле подлецы пристреляли артиллерией и миномётами. В воздухе периодически появлялся разведчик 'костыль' Hs 126.

Далее вокруг Любани через поля - редколесье. Сосновый лес начинался только в районе Соколова Ручья. Местность не позволяла найти необходимое укрытие для лошадей при налётах авиации, и потери конского состава сразу оказались бы катастрофические. Брёвна для постройки укрытий пришлось бы таскать за несколько километров.

Привалов имел в авангарде войск столько же, сколько захватчики в обороне, и наступать вдоль Тигоды мог только против всех законов военного искусства. Наступление же по дефиле вдоль Сычевы тоже являлось неудачным из-за труднопроходимой местности. Обеспечение через дефиле у Сичевы прошедших севернее войск, наращивание силы удара, защита флагов становились сверхтрудной задачей. И это всё не имея огневого и численного преимущества над обороной, не обладая господством в воздухе! Но наука наукой, а надо спасать Ленинград! Привалов выбрал первый вариант - наступать через деревню Красная Горка. Это сулило лучший результат.

Оккупанты понимали, что советское наступление скорее всего последует именно через Красную Горку. В деревне 30 домов и около 90 построек. Самое большое строение - главный дом с кирпичным подвалом дореволюционного поместья профессора Санкт-Петербургской консерватории Ауэра. Этот еврей из Австро-Венгерской империи в 1917 году при Временном правительстве уехал в Норвегию, затем в США. Имение пришло в упадок. Деревенские его не использовали, а ремонтировать не желали. Своих дел полно.

Пока шло сосредоточение сил Привалова и Гусева у 'линии Линдеманна', оккупанты не жалели доля обстрелов крупнокалиберных снарядов со складов группы армий 'Север'. Luftwaffe обнаглели и действовали чрезвычайной активно, пользуясь удалённостью аэродромов советских истребителей. Они раз за разом подвергали лесные лагеря жесточайшим бомбёжкам. Хорошо хоть деревья и снег принимал на себя большую часть осколков и при попадании в незамёрзшие болота получались камуфлеты - разрывы на глубине без образования воронки и разлёта осколков. Спасало отчасти и то, что до 1/4 бомб вообще не взрывались. Неизвестно кто и чем их снаряжал на частных европейских военных заводах, но привычка капиталистов заниматься приписками и выпускать брак при подкупе заказчика - хорошо известный приём для получения максимальной прибыли вместе с обдиранием рабочих в вопросах оплаты труда. Немало жизней советских людей сохранила капиталистическая халтура и саботаж тех, кто так и не принял душой из рук частных собственников фашизм и антикоммунизм.

Бомбардировщики Ju 87 и Ju 88 для нанесения ударов по войскам группы Привалова взлетали с аэродрома 'подскока' в Бородулино, который располагался сразу за Любанью. Наступающие видели, как стервятники роятся перед заходом на посадку в это осиное гнездо. Подлецы массово применяли кассетные боеприпасы SD-1(f) - 1-килограммовые французские миномётные мины, переделанные в бомбы. Их сбрасывали с Ju 87 Ju 88 в контейнерах. Использовались как немецкие контейнеры серии AB, вмещающие сразу до 392 суббоеприпасов SD-1(f), так и контейнеры французского производства 'Chargeur V32' и 'Chargeur Nurdin' на 96 штук SD-1(f), в также 'Gadi' на 98 штук.

От Ленинграда периодически подходили 'артиллерийские' поезда гитлеровцев - гаубицы на железнодорожных платформах, вагоны с большим запасом снарядов. Они вели регулярные обстрелы советского авангарда. Оторвавшись от убийства ленинградцев и бойцов Ленинградского фронта, открыла по группе Привалова и кавалеристам Гусева огонь и артиллерия большой мощности 18-й полевой армии Линдеманн. Подлец имел большое количество 210 и 220-миллиметровых французских и чешских мортир для усиления артиллерии пехотных дивизий. На каждый армейский корпус его армии приходилось в среднем по три дивизиона таких мортир.

Кроме того, множество орудий большого калибра имели отдельные артиллерийские командования и полковые артиллерийские штабы группы армий 'Север' фон Кюхлера. 303-е артиллерийское командование в составе войск подлеца фон Кюхлера имело 2 чешские 240-миллиметровые пушки, 9 немецких 240-миллиметровых гаубиц Н39, французскую 240-миллиметровую железнодорожную пушку, 6 немецких пушек К38 калибра 210 миллиметров, 2 пушки К5, 8 французских 400-миллиметровых железнодорожных гаубиц, 2 установки 'Короткий Бруно', 3 французские железнодорожные пушки калибра 340 миллиметров, 3 французские гаубицы калибра 370 миллиметров, мортиру 'Гамма', 420-миллиметровую чешскую мортиру, 5 чешских 305-миллиметровых мортир. Немецкие 240 и 280-миллиметровые орудия представляли собой пушки, предназначенные ранее для вооружения линейных крейсеров класса 'Wittelsbach', линкоров класса 'Deutschland', тяжёлых крейсеров класса 'Admiral Hipper'.

И финны туда же! Куда кабель шелудивый, туда и его хвост! Финны обстреливали форт 'Красная Горка', 'Красногвардейский', 'Первомайский' и другие форты Финского залива, остров Котлин, район Лисьего Носа из разных тяжёлых орудий до 254-миллиметрового калибра включительно. Они установили их в форте 'Ино'. Финские милитаристы после 1918 годы получали тяжёлые орудия из Швеции, Германии, Англии и Франции. Немцы предоставили им 211-миллиметровые полевые мортиры, Франция в 1940 году - 8 стволов 305-миллиметровых пушек с русского линкора 'Император Александр III', который в 1920 году Врангель угнал в Бизерту и продал в целях личного обогащения. Король Георг VI в 1940 году передал финским фашистам семь английских 152-миллиметровых дальнобойных пушек MK.VII.

Финские подлецы также восстановили 180-миллиметровые трофейные советские железнодорожные орудия ТМ-1-180, которые с ноября 1941 года из районо Куоккала и Оллила вели огонь по Кронштадту и Ленинграду. Кроме железнодорожных установок в Комарово финские фашисты в декабре 1941 году установили батарею 254-миллиметровых орудий Обуховского завода, доставшиеся им после развала Российской империи. Из Комарова эти пушки обстреливали Котлин, форты Кронштадтской крепости и Ленинград. Один снаряд попал в бомбоубежище больницы имени Куйбышева. Другие стал причиной разрушений вдоль улицы Жуковского.

Финны также захватили на Ханко и использовали после ремонта советские 305-миллиметровые железнодорожные орудия ТМ-1-12. Для них финны изготовили 320-килограммовые снаряды, которые могли лететь на дальность до 52 километров. Такие снаряды имели возможность поражать не только восточные окраины Ленинграда, но долетать даже до Колпино.

Гитлеровцы некоторое время использовали даже 520-миллиметровую железнодорожную гаубицу Шнейдера образца 1916 года по прозвищу 'Берта'. Эту французскую железнодорожную гаубицу особой мощности гитлеровцы получили в 1940 году от Франции, с которой подписали перемирие. Убивать русских в Ленинграде 'Берту' поставили в конце ноября 1941 года. В начале января 1942 года в её стволе сдетонировал снаряд и французская гаубица полностью разрушилась, истребив 60 немцев и столько же покалечив... Бог шельму метит.

Широко применяя маневр огнём этой крупнокалиберной артиллерии, подлецы могли быстро накрывать участки, на которых Красная Армия прорывала их оборону, использовали мощный заградительный огонь. Так происходило и у Погостья, где 52-я армия Федюнинского выбивала душу из 18-й армии Линдеманна, стремясь к Любани с севера, так происходило у Красной Горки, где авангард Клыкова рвался к Любани с юга. Пушки с линкоров против кавалерии - более чем неравные силы!

Однако под Ленинградом эти артиллерийские силы группы армий 'Север' с трудом дышали под сокрушительными ударами артиллерии Кронштадта и Балтфлота. Имели рабочие и крестьяне методы против этого зверинца. 22 сентября 1941 года, поняв, что 'Blitzkrieg' в отношении захвата Ленинграда рухнул, полчища обескровлены, а с ленинградского направления из-за колоссальных потерь пришлось перебросить под Москву 60 000 солдат, 260 танков, свыше 100 крупнокалиберных орудий и 120 самолётов, Гитлер принял решение разрушить Ленинград путём обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбёжкой с воздуха. Oberkommando der Marine OKM даже выпустило по этому поводу приказ No.1-a 1601/41, объясняющий это решение фюрера. Ничего более глупого себе представить нельзя! При самой сильной в мире системе ПВО Ленинграда, при мощнейшей артиллерии Кронштадта и Балтфлота, при острейшей нехватке боеприпасов, которую испытывал Wehrmacht в первые месяцы войны, решение более чем глупое. Оно больше для пропаганды, чем для дела. Хорошая мина при плохой игре. Враньё. Впрочем, весь план 'Barbarossa' напоминал такой же бред наркоманов как по целям, срокам, способам, так и по отсутствию варианта 'Б'.

Тут не то, что Ленинград с наскоку взять, удержать хотя бы осаду. Ну и конечно, всесокрушающая мощь советской артиллерии. Не от хорошей жизни в Урицке оккупанты зарывались под землю до 50 метров. Балтфлот ввёл боевые корабли в городскую черту, неистовствовала артиллерия фортов Кронштадта, начала боевую работу Красносельская морская железнодорожная артиллерийская бригада.

Вся эта советская артиллерийская мощь управлялась централизованно, имела строгую систему оперативных сигналов по целеуказанию и корректировке. Большие запасы снарядов и порохов в казематах фортов Кронштадта и флотского арсенала позволили не экономить их при ведении огня по площадям, особенно в начальный, самый трудный период обороны.

Орудия недостроенного супер-линкора 'Советский Союз' калибром 406 миллиметров выбрасывали снаряды весом почти в 1000 килограмм на расстояние до 40 километров. После разрыва снаряда 'Советского союза' в земле возникала воронка глубиной 6 метров, а разлетающиеся осколки могли поражать живую силу в радиусе 4 километра! Первые же залпы кораблей и корабельной артиллерии наземного базирования накрыли, в частности, батарею крупнокалиберных орудий оккупантов, обстреливающих советские позиции в непосредственной близи от Ленинграда. Когда в начале сентября в районе Гатчины убийцы развернули несколько тяжёлых батарей и стали бить по 2-4 часа в день по наиболее густонаселенным районам, вызывая многочисленные жертвы и разрушения, они натолкнулись на огненный щит Ленинграда и получили по зубам так, как с ними нигде и никогда ранее в Европе не случалось...

Вот мотодрезина подаёт французскую 240-миллиметровую железнодорожную пушку в районе Пулкова к огневому рубежу. Холодок пробегает по коже оккупантов. Русские пока не замечают их действий. Первые же выстрелы демаскируют 'француженку'. Русские батареи начинают отвечать... Только бог теперь поможет подлецам, если он не успеют добежать до своих укрытий на глубине 20 метров под землёй...

Балтфлот задействовал при отражении первого штурма города для ударов по агрессорам 2/3 своей артиллерии, более 360 орудий калибром от 100 до 406-миллиметров. Они обрушили в те дни на головы оккупантов более 25 000 снарядов, проведя около 2000 стрельб по заявкам армейского командования. Для засечки позиций вражеских орудий использовались звукоулавливатели, радиолокационные станции ПВО 'Редут'. Работала система коротких сигналов, позволявшая быстро выдавать целеуказания артиллеристов на открытие огня.

100-килограммовые корабельные снаряды на открытой местности поражали живую силу на площади равной футбольному полю. 500-килограммовые фугасные снаряды линкоров 'Марат', 'Октябрьская революция' сеяли смерть и разрушения в местах сосредоточения фашистских войск, в наступающих колоннах. При попаданий снарядов в колонны бронетехники, лёгкие немецкие танки Pz.Kpfw. II и чешские Pz.Kpfw.35(t) отлетали на 200 и более метров, совершенно деформируясь, средние немецкие Pz.Kpfw.IV улетали на 75 метров. Видимо аэродинамика у этого немецкого танка похуже! Десятки таких танковых полётов, не говоря о вооружении полегче, умелая оборона советских войск, упорное сопротивление ополченцев, мощная группировка советских ВВС сделали любую попытку штурма Ленинграда, ещё даже не прикрытого оборонительными сооружениями, самоубийством. Не Варшава же, не Париж... Так спасали Ленинград!

Линия фронта стабилизировалась как раз в радиусе полёта крупнокалиберных снарядов фортов Кронштадта, рассредоточенных по Невской губе кораблей Балтфлота и морских железнодорожных батарей. Вот и в первые два месяца 1942 года флотская артиллерия израсходовала более 8000 снарядов для контрбатарейной борьбы. Подавив более тысячи попыток обстреливать город...

К Любани подошли также и обычные бронепоезда оккупантов No.26 и No.51 'Stettin'. Подошли вспомогательные бронепоезда железнодорожных и охранных войск, не входивших в сферу ответственности Штаба бронепоездов и ОКХ. В результате обстрелов и авианалётов у Гусева оказалась выбита 1/3 лошадей. Ещё более болезненна потеря лошадей в стрелковых частях. Тянуть артиллерийские орудия и обозные повозки оказалось почти нечем - тянули на руках, впряглись в лямки как бурлаки на Волге. Раненых лошадей приходилось добивать со слезами, ведь за ними годами ухаживали как за детьми. Срезали мясо с туш, ели как монголо-татары Батыя. Не пропадать же добру! До кумыса правда дело не дошло...

Потеря лошадей привела к критической задержке выхода к Красной Горке главных советских сил на многие часы. Глаза боятся, а руки делают! Надо начинать наступление, чтобы перерезать коммуникации крупной группировки захватчиков! Главное - спасти не себя, а Ленинград! К сожалению, из-за низкого темпа наступления по бездорожью корпуса Гусев и группы Привалова Линдеманн мог продолжать опережающим темпом перебрасывать на направление их движения войска по железной дороге и шоссе.

В этот день 17 февраля 111-я стрелковая дивизия Рогинского, продвигаясь по глубокому снегу вне дорог западнее 'Волховского рука', перерезала дорогу Спасская Полисть - Ольховка. 6 штурмовиков Ил-2 из 218-й штурмового авиационного авиаполка Сапогова нанесли серию последовательных ударов по опорным пункта и шоссе в 'Волховском рукаве' от Спасской Полисти до Трегубово. В центре 'Волховского рукава' попали в плен последние советские герои 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Попова, окружённые у Трегубово, перерезавшие до этого пути снабжения опорного пункта Спасская Полисть вдоль шоссе. Все усилия товарищей по их спасению разбились о систему пулеметного, миномётного, артиллерийского огня на рубеже реки Полисть. 12 дней советские герои сражались в окружении у Трегубово, уничтожая контратакующих оккупантов, сражались уже без продовольствия и почти без боеприпасов. Всего за это время попали в плен 200 бойцов и командиров. Отрезать 'Волховский рукав' не удалось. Wehrmacht не Войско Польское. Матёрый враг.

Вечером того же дня 9 бомбардировщиков Пе-2 из 121-го бомбардировочного авиаполка Дояра по данным авиаразведки нанесли бомбовый удар по эшелонам у железнодорожного вокзала Чудово и станции Чудово II, по скоплению транспорта и войск. Удалось уничтожить 25 вагонов с войсками и грузами, более 40 грузовиков с вооружением, боеприпасами, продовольствием и горючим. Убито и ранено более 300 оккупантов. К сожалению при бомбёжке, взрывах боеприпасов и топлива погибло много военнопленных из концлагерей у станции Чудово II и Сябреницы, которых подлецы обычно использовали для разгрузки эшелонов.

На западном фасе зоны прорыва армии Клыкова на рубеже Филипповичи, Донец, Любище охранная дивизия фон Плотто и наземные части Luftwaffe трижды атаковали 23-ю стрелковую бригаду Коркина и приданные ему два лыжных батальона. Атаки отражены. Убито более 450 оккупантов.

В ночь на 18 февраля 658-й ночной бомбардировочный авиаполк Лукашевича и 660-й легкобомбардировочный авиаполк Новикова бомбили позиции оккупантов у Чудово и в 'Волховском рукаве'. Проведено 120 самолётовылетов, сброшено 25 тонн бомб и ампул с зажигательной смесью КС. Уничтожено 12 построек, 3 зенитных пулемёта, 15 грузовиков и повозок с боеприпасами, убито около 80 оккупантов, вызвано три очага пожаров.

Авиаполк Новикова воевал на Ленинградском фронте на бипланах Р-5 и У-2 с ноября прошлого года. Теперь базировался на аэродроме у деревни Горнешно и вёл ночные бомбардировки опорных пунктов и дорог в районе Спасской Полисти, Киришей, Новгорода, доставлял кавалеристам Гусева боеприпасы, продовольствие, медикаменты, вывозил раненых.

Почти каждую ночь храбрые авиаторы Новикова на своих лёгких и простых самолётиках отправлялись бомбить или выполнять другие задачи. Напряжение конечно нечеловеческое. Под утро все валились с ног. Официантки из столовой звали на завтрак. Но какой там? Спать, только спать! Завтрак и обед потом. С наступлением сумерек всё начиналось сначала. И так каждый день, вернее, ночь, исключение в нелётную погоду. В феврале основные цели на северном фасе Волховского плацдарма, район Чудово, а также район Любани.

Полк Новикова имел много лётчиков, воевавших с начала войны. В воздухе они принимали решение быстро и действовали решительно. Пополнение приходило обычно с хорошим налётом часов после многоступенчатой подготовки: тренажёры, практические полёты, учебные фильмы, лекции, 'пеший по лётному', штурманская подготовка.

Р-5 и Р-зет, в отличии от изначально гражданского У-2, конструировались Поликарповым как разведчики, самолёты связи. Они поднимали почти вдвое большее количество бомб, имели более живучую конструкцию, более мощное вооружение чем У-2 и скорость на 100 километров в час больше. Р-5 и Р-зет в мире хорошо знали. Их в 30-е годы покупали Иран, Испания, Монголия, Турция, предпочтя их самолётам Британской и Французской колониальных империй. Всего у Советского Союза в ВВС и Гражданском воздушном флоте насчитывалось 6000 таких машин. Модификации использовались в качестве пассажирских самолётов, торпедоносцев, штурмовиков, гидросамолётов. Они использовались в геологии, картографии, как курьерский и санитарный самолёт, как 'лимузин' с закрытой кабиной. На Р-5 в 3-местной 'арктической' модификации с закрытой кабиной, обогревом и подкрыльевыми контейнерами вывозили на виду у всего мира изо льдов экипаж затёртого льдами судна 'Челюскин' в условиях полярной зимы. Героический самолёт.

Действовали Р-5 и У-2 с небольших замаскированных площадок подскока всего в нескольких километрах от линии фронта, куда самолёты перелетали лишь перед боевым вылетом. Для введения Luftwaffe в заблуждение, оборудовали множество ложных взлётных площадок. Около Малой Вишеры, где базировался авиаполк, располагались ещё три ночных авиаполка. Для каждого свой сигнал для идущих на посадку. Один аэродром выключал и включал прожектор направленный вверх, другой водил луч вправо-влево, третий описывал на облаках окружность. Сами аэродромы для соблюдения маскировки не освещались.

После посадки, пока наземные службы быстро и сноровисто готовили самолёты к следующему вылету, экипажи специально сидели в тёмной землянке, чтобы глаза не отвыкли от темноты. Короткий перекур - и снова в полёт. И так порой до десяти раз за ночь! За один полёт У-2 мог сбросить до 250 килограмм бомб, зажигательных ампул, но за 10 полётов уже 2500 килограмм, а это уже больше веса бомбовой нагрузки самого современного бомбардировщика Luftwaffe Ju 88. Мал золотник, да дорог! 'Классический' набор подарков оккупантам от ночного бомбардировщика У-2 в одном вылете: 2 фугасные бомбы ФАБ-50 по 50 килограммов, 2 осколочные бомбы ОА-25 по 25 килограммов и 4 эрэса М-82 по 7 килограмма каждый - реактивные снаряды, которыми стреляли 'Катюши'. При наборе высота после удара бомбардир-стрелок вёл огонь из своего ДА или ШКАСа. Некоторые самолёты имели и курсовой пулемёт.

Подход к цели ночные бомбардировщики осуществляли на скорости в 150-200 километров в час на высоте 1500-2500 метров с тыла, затем следовало бесшумное планирование к цели и удар. Главные козыри внезапность и скрытность. Живучесть у лёгких и дешёвых самолётов, сделанных из дюраля, стали, фанеры и ткани, по сравнению с Ил-2 очень низкая, поэтому в случаях атаки сильно защищённых целей несколько бипланов отвлекали внимание ПВО на себя для облегчения действий основной группы.

Конечно, один Р-5, Р-зет или У-2 не представлял особой угрозы для группы армий 'Север', но когда их сотни, это серьёзно. После начала войны У-2 конвейерным способом выпускали четыре авиазавода: эвакуированный из Ленинграда в Казань завод No.387, 464-й заводе в Подмосковном городе Долгопрудный, 471-й и 494-й заводы в Шумерля и Козловке в Чувашии. Всего в это время на советско-германском фронте воевали 679 самолётов У-2. Это конечно не самый массовый самолёт ВВС Красной Армии, но всё же. Самый массовый самолёт ВВС Красной Армии - не имеющий аналогов в мире штурмовик Ил-2. Самолёт для победы. План выпуска Ил-2 на 1942 год - 8250 штук.

Wehrmacht воем выл от еженощных бомбёжек своих позиций и ближних тылов лёгкими ночными бомбардировщиками, не имея возможности с ними совладать. Не стали исключением и действия У-2 из состава ВВС Волховского фронта Журавлёва.

Командующий Luftflotte 1 Келлер ещё в Первую Мировую войну совершал ночные налёты как лётчик и командир авиаотряда этажерок Albatros и Fokker на французские позиции и знал насколько серьёзные потери могут наносить по ночам подобные тихоходы. Он организовал охоту истребителей за 'этажерками' Р-5, Р-зет и У-2. За каждый сбитый У-2 лётчику платили в два раза больше, чем за сбитый истребитель. У-2 с одним пулемётом и скоростью 150 километров в час при встрече днём со стервятниками Келлера приходилось туго, но он мог максимально снизиться и 'потеряться' на фоне леса. Над своей территорией он мог сесть на свои лыжи и замаскироваться, а после самостоятельно взлететь. Ничего сложного.

Как только оккупанты не называли У-2 и Р-5: 'молотилкой', 'кофейной мельницей', 'ночным бандитом'. Мало того что У-2 и Р-5 каждую ночью наносили урон в технике и живой силе по принципу 'вода камень точит', они буквально изнуряли фашистов. Над самыми их головами целую ночь тарахтели 'молотилки', а затем подкрадывались и молотили бомбами огневые позиции, землянки, командные пункты. Ну и конечно террор. Стоит часовой, курит. Вокруг тишина. И вдруг рядом как рванёт! В штаны накладывали только так. У-2 ведь идёт в темноте на цель с включенным двигателем, планирует. Боеспособность оккупантов после бессонных ночей заметно падала, а потери в боях возрастали...

С утра советская тяжёлая армейская артиллерия, включая гаубицы Б-4 калибра 203 миллиметров, продолжила успешно уничтожать фашистские миномётные и артиллерийские батареи и склады у Трегубова, облегчая действия своей пехоты. 9 бомбардировщиков Пе-2 из 35-го бомбардировочного авиаполка Сухаребрикова нанесли бомбовый удар по станции Чудово II, где авиаразведка опять обнаружила скопление вагонов и отходящий в сторону Трегубово составов. Удар проводился под прикрытием истребителей 41-го истребительного авиаполка Ершова.

Авиаполк Сухаребрикова соединение многоопытное. Участвовал в Освободительном походе 1939 года на Западную Украину, участвовал в Финском походе Красной Армии. Бомбил Хельсинки и различные цели на территории фашистской Финляндии, совершив 1358 боевых вылетов. После вероломного нападения гитлеровцев в боях с первых часов войны. Перевооружён с СБ на Пе-2...

Постоянные потери в войсках Линдеманна и Буша требовали всё нового фашистского пушечного мяса на передовой. 454-й пехотный полк 254-й пехотной дивизии занял оборону в районе западнее Чудово на участке Червинская Лука - Апраксин Бор. Испанский батальон из 'голубой' дивизии сменил на позициях между Заполье и Теремец обескровленный в боях 424-й пехотный полк 126-й пехотной дивизии.

В этот же день на западном фасе зоны прорыва армии Клыкова 23-я стрелковая бригада Коркина, в которую в качестве пополнения влились стрелки из 48, 50, 95-го отдельных лыжных батальонов, после штурма освободили Замостье. Этот опорный пункт оборонял сводный отряд из наземных служб 1-го Воздушного флота Келлера. В бою убито более 200 авиаторов. Примерно столько же бежали в западном направлении. Захвачено 13 пулемётов производства разных стран, 4 миномёта, 9 грузовиков, 8 зенитных пулемётов, 30 противотанковых ружей разных систем, 250 винтовок, 8 пистолетов. Перечень трофеев довольно внушителен, вооружения вполне хватит для усиленного пехотного батальона. Подлецы продолжали разношёрстными группами удерживать деревни Бор, Фралево, Заполье, Людка, Клюкушицы, Загородицы, Хомировичи, имея резервы в деревнях Пристань, Ям Тёсово, Новое и Старое Березно.

До 19 февраля силы группы Привалова медленно накапливались южнее 'линии Линдеманна' на Любанском направлении, подтягивались по колонным путям к деревне Коровий Ручей от Сумино и Малой Бронницы. Линия обороны по железной дороге Веймарн - Чудово и сама железная дорога стала для наступающих советских войск полной неожиданностью. Наступающие впереди через лес стрелковые роты 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии генерал-лейтенанта Окулича вдруг сообщили, что видят железную дорогу, за которой засели фашисты, приспособив её к обороне.

В штабе дивизии донесение встретили с недоверием, ибо никаких железнодорожных линий на карте в этом направлении, кроме Октябрьской железной дороги, которая находилась гораздо севернее, имелось. 52-летний комдив-46 генерал-лейтенант - необычно высокое звание для комдива РККА. В старой армии Окулич юнкер, затем прапорщик. После свержения царя избран солдатами командиром 251-го запасного пехотного полка в Москве. Вступил в партию большевиков. Во время октябрьских боёв 1917 года в Москве между эсеровско-кадетскими силами КОБа и большевистскими силами ВРК Моссовета вместе со своими солдатами участвовал в боевых действиях и взятии Кремля. Воевал на фронтах Гражданской войны на командных должностях против Колчака, Деникина, Врангеля. За взятие Крыма награждён. Затем два года войны с басмачами. Учился, служил в войсках, военно-учебных заведениях. Талантливый организатор. Перед войной - начальник командного факультета Военно-химической академии. Отсюда и такое высокое звание...

Стрелки 'новгородцев' продолжали бой, пытаясь сбить гитлеровцев с железнодорожной насыпи. Опытный фронтовик сапёр Аленичев, который в январе под Званкой вывел из окружения большую группу бойцов, смелым борском перебрался через насыпь. Зайдя с тыла к одной из огневых точек, нашёл в ней одиночного наблюдателя. Без шума 'убрав' фрица, Аленичев взял у него автомат, каску, солдатскую книжку, прочие документы и письма, и вернулся, доложив, что дорога одноколейная. Затем из штаба армии сообщили, что это местная железнодорожная ветка, проложенная незадолго до войны и на карты ещё не попавшая.

Дивизии генерал-лейтенанта Окулича пришлось остановиться. 'Новгородцы' с декабря 1941 года непрерывно находились в тяжёлый боях. Освободили Большую Вишеру, Ефремово на правобережье Волхова. Заняли плацдарм на левом берегу у деревни Званка. Освободили деревни Лелявино, Теремец, Тютицы. В начале февраля атаковали Земтицы на южном фасе Волховского плацдарма, затем оборонялись в районе Теремца-Курляндского. Дивизия только обмороженными и больными потеряла за время боевых действий 1100 человек. К моменту включения в группу Привалова она насчитывала всего лишь 3889 человек из положенных 11 126 человек по штату No. 04/750 от 06.12.1941 года. Из основанного вооружения имелось 20 орудий калибра 76 миллиметров и 4 гаубицы калибра 122-миллиметра, 3 'сорокопятки', 3 зенитных 12,7-миллимтаровых пулемёта, 78 миномётов, 11 станковых и 227 ручных пулемётов, 129 автоматов ППШ, 2800 снайперских, самозарядных, обычных винтовок... 1,5 боекомплекта. Неплохо для той ситуации...

С наступлением темноты подразделения 'новгородцев' начали продвигаться через Пастелевское болото на север в направлении Любани. Путь им преграждали позиции 484-го и 474-го пехотных полков 254-й пехотной дивизии с опорными пунктами в деревнях Кривино и Красная Горка. Эти силы временно подчинялись Эндерсу. Ближе к Любани располагались части 291-й пехотной дивизии Герцога и 212-й 'баварской' пехотной дивизии Эндреса.

Гитлеровские штабы и тыловые части в Любани бросились готовить город к обороне. Линдеманн лихорадочно снимал с фронта, окружавшего Ленинград, батальоны, даже отдельные роты и отправлял к Любани, чтобы любой ценой удержать шоссе Тосно - Чудово. Он также распорядился перебросить по воздуху в L армейский корпус для защиты тыла 18-й полевой армии батальон лейб-штандарта SS, подразделения SS Freiwilligen 'Legion Norwegen' и 5 вспомогательных батальонов полиции OrPo.

За 'линией Линдеманна' и деревней Красная Горка перед Любанью на пути чудо-богатырей на берегах извилистой реки Тигода, речушек Болотница и Сичева, располагалась гирлянда маленьких населённых пунктов, занятых оккупантами и их артиллерией. Подлецы превратили этот конгломерат поселений фактически в Любанский укрепрайон, не обращая внимания на оставшиеся на улице жителей, женщин, стариков и детей. Это советский 151-й полк 20-й дивизии НКВД, остатки 128-й и 311-й стрелковых дивизий, которые в конце сентября 1941 года, защищали Любань, не могли себе позволить размещать огневые точки в домах, понимая, что люди в результате боёв останутся на улице. Гитлеровцы и соображения гуманности - это противоположные вещи. Капиталисты есть капиталисты. Они каждый дом превратили в огневые точки, обрекая их на разрушение. Что им русские дома, школы, больницы, если фюрер самих русских, славянских рабов желал со временем уничтожить?

В селениях около Любани капиталисты сразу после начала оккупации устроили для русских филиал ада при содействии старост деревень, волостных старшин, начальников районов, бургомистров и разной триколорной белогвардейской сволочи. Тут стали предателями и перешли на службу к фашистам даже бывшие члены ВКП(б), такие как начальник станции Любань. Троцкист передал своим капиталистическим хозяевам списки коммунистов и советского актива станции. Сообщил о советском бронепоезде на перегоне Бабино - Любань. Бронепоезд подлецы разбили с самолётов. В момент занятия станции фашистами, дрезину, на которой находилось руководство Октябрьской железной дороги, предатель направил в разрез стрелки. Люди погибли. За это предателя оккупанты оставили на занимаемой должности.

Захватчики руками предателей переписали население. Отобрали крупный рогатый скот, овец, домашнюю птицу, продукты, тёплые вещи, швейные машины, патефоны, примусы, керосинки, настенные и наручные часы. Награбленное отправляли посылками в Германию. Там капиталисты уже давно закрыли все предприятия, производящие товары для населения. Немки ходили в старых перелицованных юбках и пальто, в деревянной обуви. Даже иголки не делали. Поэтому немецкие солдаты отбрили в России даже иголки и пуговицы и посылали домой. Даже спички. Командование всячески поощряло отправление подобных посылок. Самоснабжение населения через военный грабёж - государственная политика. Заодно и платить рабочем можно меньше. Им из оккупированных стран сыновья бесплатно присылают. Поэтому в Германии даже колоши толкло для почтальонов. Ничто не должно отнимать прибыль у военной промышленности и банков. Зато открыли в Любани Петропавловскую церковь и начали охоту на большевиков. Вот оказывается для чего нужен частным собственникам фашизм - не платить зарплаты, наживаться на войне, церкви открывать и на большевиков охотиться!

Хлеб исчез и жители его больше не видели. До выпадения снега люди бродили по колхозным полям, подбирая колоски. За это их могли избить, даже убить. В Коркове расстреляли двух мальчиков - 10-летнего Вани Григорьева и 16-летнего Толи Пухтеева, которые во время комендантского часа пытались добыть хлеб из немецкой кухни. Фашистская пропаганда, крича о массовых репрессиях при Сталине, называла Постановление правительства СССР от 7 августа 1932 года о борьбе с расхитителями госсобственности 'законом о трёх колосках', но вот где реально работал 'закон о трёх колосках' - при капиталистах!

Три дня Ваню и Толю держали в сарае, в 30-градусный мороз водили босиком по деревне с табличками 'Он украл у германской армии'. Через три дня детей вывели за деревню на холм у речки и расстреляли. Перед расстрелом один из подлецов сфотографировал мальчиков и через несколько дней подбросил эту фотографию одной из матерей под дверь. Негодяи любили всё фотографировать. Фотографию обе матери разрезали пополам, оставив на горькую память - каждая себе - последнее мгновение жизни сына... После расстрела мальчиков арестовали и убили отца Вани Григорьева, по инвалидности не мобилизованного...

Русских, советских людей угрозой смерти заставили как рабов в Древнем Риме обслуживать оккупантов. Запретили свободное перемещение. С наступлением темноты всех обязали сидеть дома. В соседнюю деревню только по пропуску старосты или коменданта. Спецразрешение на вход в лес, причём только для женщин. Всё население от 12 до 55 лет обязывалось работать по 14-16 часов в сутки. Сначала до изнеможения работали на молотьбе зерна, уборке овощей и картофеля с колхозных полей. Зерно увозили в Германию, овощи и картофель оккупанты пожирали на месте. На рабский труд капиталисты обрекли даже детей, слабых, и в чирьях. Русские рабы перешивали колею на немецкую, строили дороги, строили укрепления, аэродром в Бородулино, что сразу за Любанью.

На этом аэродроме 20 сентября 1941 года пара пикирующих бомбардировщиков Пе-2 под командованием капитана Савкина из 225-го ближнебомбардировочного авиаполка атаковала 50 незамаскированных истребителей Bf 109 и бомбардировщиков He 111, которые стояли плотными рядами невзирая на бомбёжку этого аэродрома в предыдущий день. Хроническая болезнь Luftwaffe скученно размещать свои самолёты. В результате 30 самолётов Luftwaffe оказались выведены из строя. Так странно воевали Luftwaffe...

Любанцы голодали, питались картофелем и травяным хлебом: собирали солому, мякину и траву, сушили их и размалывали. Из этой муки пекли дрянной хлеб от которого переставал работать желудок и кишечник... За обручальное кольцо выменивали мешок зерна со станции вперемешку со стеклом. Ну и обращение захватчиков соответствующее. Одному мужчине выбили зубы, отбили почки, поэтому что не так посмотрел. Женщину-почтальоншу избили с хохотом так, что всю её переломали. Вшивые рыцари в касках-кастрюлях на мосту повесили мальчика за то, что голодающий кусочек хлеба у них украл...

В деревнях солдатня разместилась в домах. Жителей выгнали в землянки. Сараи и бараки растащили на дрова. Потом людей начали вывозить в Латвию в качестве рабов работать на хуторах. На станции Померанье действовал лагерь военнопленных. Голодающие пленные шили тапочки, одеяла, рукавицы для оккупантов, строили блиндажи... Каждый день советской земли под оккупацией - это смерть от голода, в застенках, разорение и грабёж народа. Как тут не рваться вперёд на врага бойцам Клыкова, всем бойцам Красной Армии? Война капиталистов ведь не только против Советской власти и Красной Армии шла, она против русских, против славян вообще шла!

Наступление 'новгородцев' начиналось тяжело. Подлецы вели слишком плотный пулемётный и миномётный огонь. Красноармейцы пробрались через лесные заросли, затем двигались через поля к железнодорожной насыпи по колено в снегу, а где и выше. Шли, падали, вставали или оставались лежать, тащили за собой на санях станковые пулемёты, вели огонь из установленных на санях миномётов. Ползли. Перед самыми опорными пунктами 'линии Линдеманна' вскакивали с криками 'ура!'

Контратаки гитлеровцев кончились для оккупантов уничтожением половины из них. Подлецы завалили передовые отряды авангарда группы Привалова немецкими, австрийскими, чешскими и польскими трупами, массой бомб и снарядов. Героям пришлось отойти от линии железной дороги в исходное положение, всё время находясь под артогнём и бомбежкой.

Гитлер бесновался от наркотиков, наслаждался культом личности и продолжал требовать ликвидировать советский прорыв через Волхов наступлением из 'Волховского рукава', окружить и уничтожить 2-ю Ударную армию Клыкова... Для этого следовало сперва захватить исходный район для наступления между Ольховкой и 'крепостью' Спасская Полисть. Ударную группу возглавил командир SS Polizei-Division бригадефюрер SS и генерал войск SS Вюнненберг, имеющий командный пункт в деревне Глушица. Эсэсовцам подчинили остатки 'группы Хёнике', 'группу Кольберга', 'группу Арнинга' и 'группу Бёме'. 'Совершенно чужой командир!' - это всегда вздох разочарования.

Первые действия Вюнненберга оказались провальными. Воины 111-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Рогинского юго-западнее 'Паука' отбили наступление из района Приютино 'группы Кольберга', состоящей из частей 23-го пехотного полка 11-й пехотной дивизии Томашки и 12-й танковой дивизии с большими для них потерями. После этого Рогинский продвинулся севернее, намереваясь освободить Приютино и выйти на железную дорогу Ленинград - Чудово, окружив 75-тысячную группировку Линдеманна у Чудово. 372-я 'алтайская' стрелковая дивизия полковника Хорошёва шла следом. 'Волховский рукав' приобретал все более вытянутую форму.

Фон Кюхлер и Линдеманн продолжали небезосновательно паниковать и снимать с разных участков фронта под Ленинградом отдельные штабы, батальоны, батареи и роты, и бросать их в бреши своего нового фронта, образованного войсками Клыкова. Из этих подразделений они формировали бригады, боевые группы, подгруппы, личный состав которых менялся и тасовался как карты в колоде. Существовали штабы полков, отдававшие приказы на Невском участке, в то время как их собственные батальоны вели бои у Любани, на Волхове, под Погостьем; имелись артиллерийские полки и инженерные батальоны, чьи отдельные батареи и роты рассеялись по всему фронту вокруг армии Клыкова. Части различных дивизий совершенно перемешались. Из-за того, что 'Волховский рукав' еженощно подвергался ударам десятков ночных бомбардировщиков, днём постоянно расстреливался как тире несколькими полками крупнокалиберной артиллерии РГК, в том числе 203-миллиметровыми гаубицами Б-4 'Кувалда Сталина', особенно велики оказались потери среди офицеров и унтер-офицеров. Несмотря на то, что в Спасской Полисти, Трегубово и в других опорных пунктах строились подземные убежища от постоянных советских артобстрелов и бомбёжек, в батальонах и ротах командиры часто сменялись в течение нескольких дней.

От уничтожения населения и грабежа по плану 'Ost' оторвали 285-ю охранную дивизию фон Плотто, батальоны вспомогательной полиции OrPo, SS Freiwilligen 'Legion Flandern', SS Freiwilligen 'Legion Nederland', латышские и эстонские добровольческие националистические 'сотни'. В бой пошли и аэродромные команды Luftwaffe. На машинах и маршевым порядком их вместе с их французскими танками Renault R25 и FT бросили, как кур во щи, спасать тылы 18-й и 16-й армий. Здесь профессиональные убийцы мирного населения вдруг оказались как в аду. Их обстреливала советская артиллерия, днём и ночью бомбила авиация, окружали в лесистой и сильно заснеженной местности советские кавалеристы, лыжбаты. Вот они - покорили Европы. Им обещали в России рабов, земли, славу, 'жизненное пространство', а теперь они валяются среди стреляных гильз, воронок, и ржавых от крови бинтов. Вот лежат двое голландцев лицом в снег. Рты оскалены, как будто хотят съесть русскую землю. И ещё два других голландца - у них на брючном ремне привязано по две ощипанных курицы...

Кроме отсутствия боевой слаженности в своих частях, боевые группы, состоявшие из немецких, испанских, фламандских и латышских батальонов зачастую в бою просто не понимали соседей. Презрение одних к другим вне боя являлось притчей во языках. Пример отношения к союзникам задавал сам Гитлер, заявляя, что испанцы - 'оборванцы', 'ленивый народ с кровью мавров', про итальянцев - 'нет никакого смысла давать итальянцам вооружение для организации армии, поскольку они побросают оружие перед лицом врага при первом же случае...', про румын - 'румынские крестьяне - это скотина несчастная' и так далее...

'Сборные солянки' Линдеманна в боях с отборными сибирскими и уральскими соединениями под огнём 'Катюш', 'Емель', 'Матушек' и 'Кувалд Сталина' несли чудовищные потери. Закалённые в боях сибиряки, алтайцы, ленинградцы из 2-й Ударной армии уверенно перерабатывали банды захватчиков на удобрение для болот. 'Сборные солянки', созданные в рамках операции 'Вперёд', вполне себе хлебнули горя в боевых столкновениях с элитными войсками Красной Армии - лыжными батальонами, кавалерией, отдельными стрелковыми бригадами из Сибири и Урала...

Действуя на западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии, 23-я стрелковая бригада, имея в строю всего 2200 бойцов, вместе с лыжниками 48-го и 95-го отдельных лыжных батальонов, за несколько дней продвинулась на 10 километров, освободив деревни Филипповичи, Любище, Волосково, Донец, Замостье, Лахуни, Солони. Оккупанты потеряли в эти боях более 850 солдат убитыми, множество вооружения, транспорта, снаряжения и продовольствия.

Характерен состав боевой группы из лыжников 95-й отдельного лыжного батальона и стрелков 23-й стрелковой бригады, которая обороняла затем район деревень Донец, Любище, Замостье, Солони и прикрывала перекрёсток дорог в районе Лахуни: 300 стрелков с самозарядными СВТ, автоматами ППШ, пулемётами ДП, двумя противотанковыми орудиями калибра 45 миллиметров, двумя 76-миллиметровыми 'полковушками', взводом противотанковых ружей, сапёрным отделением, 2-й батареей 76-миллиметровых пушек ЗИС-3 из артиллерии бригады, 2-й батареей 120-миллиметровых миномётов и 3-й ротой 50-82 миллиметровых миномётов. В распоряжении 300 человек советской пехоты просто гора оружия! Поди, возьми их за рупь за двадцать! Конечно, никакие 'охранники' и авиаторы не могли справиться с таким паровым катком. Здесь хорошо видна реализация идеи 'меньше солдат - больше оружия', которая с конца 1941 года отчётливо прослеживалась при формировании советских войск и создании боевых групп.

К 20 февраля вернулись изматывающие 25-градусные морозы. Коннице, лыжникам и пехоте группы Привалова у Любани чрезвычайно тяжело. Встречный ветер крутил позёмку, обжигал лицо. По условиям маскировки разводить костры получалось не всегда. На коммуникациях постоянно шныряли диверсионно-разведывательные группы оккупантов. Бойцы и командиры уже несколько суток проводили в снегу без сна, не имея возможности обогреться и отдохнуть. Некоторые доходили до невменяемого состояния, с трудом критически оценивая происходящее. Если падали в снег от переутомления, то могли замёрзнуть насмерть. И такие случаи имелись. Бывалые бойцы при этом советовали не пить 'наркомовские 100 грамм':

- Вечером согреешься, а утром можно не проснуться!

Оккупанты же глушили шнапс без ограничений и поэтому и них потери от обморожения в боевых подразделениях доходили до 10 процентов в сутки. Тем временем вместе с падежом немецкого 'скота', начался массовый падёж конского состава в советских частях. Сена взять негде. Воды взять негде. Весь фураж, что имелся раньше в местных колхозах, давно отобран оккупантами. Доставить по воздуху самолётами У-2, Р-5 из 657, 658, 660, 662, 665-го ночных бомбардировочных авиаполков всего вдосталь для группы Привалова не получалось. Чем кормить конский состав? Даже болота похоронены под толстым слоем снега, даже старой осоки для лошадей нет.

2-я Ударная армия связана с Волховским плацдармом лесной дорогой Мостки - Ольховка и лесной дорогой Теремец-Курляндский - Новую Кересть, Кречно. Маловато будет. Но что с того? Герои хотели спасти 2,5 миллиона ленинградцев в огромном городе, где уже три месяца не работало отопление, водопровод и канализация! Спасти Ленинград! Подвиг! Подвиг простых советских людей, которые сражались не за страх, деньги, награды! За деньги так не получится! Они сражались за Родину! Советскую Родину...

Русский, славянин, советский человек, пролетарий,- ничто, пока он остается изолированным индивидуумом. Всю свою силу, всю свою способность к прогрессу, все свои надежды и чаяния черпает он из организации, из планомерной совместной деятельности с товарищами. Он чувствует себя великим и сильным, когда он составляет часть великого и сильного организма. Этот организм для него - всё, отдельный же индивидуум значит, по сравнению с ним, очень мало. Русский, славянин, советский человек, пролетарий ведёт свою борьбу с величайшим самопожертвованием, как частичка, без видов на личную выгоду, на личную славу, исполняя свой долг на всяком посту, куда его поставят, добровольно подчиняясь дисциплине, проникающей все его чувство, всё его мышление. Таков и боец, командир Красной Армии, плоть от плоти русский, славянин, советский человек, пролетарий...

На рассвете 20 февраля 1-й эскадрон лейтенанта Желтова из 80-й кавдивизии Сланова с помощью проводника Осипова - жителя деревни Дубовик, нащупал слабые места 'линии Линдеманна' вдоль насыпи железной дороги Веймарн - Чудово на Любанском направлении. Конников поддержал сокрушающий огонь 152-миллиметровых гаубиц-пушек МЛ 20 'Емеля' из 18-го артполка Резерва Верховного Главнокомандования. Лихой атакой Желтов выбил подлецов с одного из участков обороны. Захвачено 16 ДЗОТов и блиндажей, уничтожено 50 оккупантов. Остальные бросились спасаться бегством. Следом перешли в наступление две роты лыжников 39-го и 42-го лыжных батальонов, две роты противотанковых ружей.

42-й отдельный лыжный батальон - воины бывалые, отборные. Лыжбат предназначался для глубоких рейдов по вражеским тылам, диверсий, нападений на отдельные гарнизоны. Вооружён и экипирован превосходно. Пистолеты-пулемёты ППШ, ППД, винтовки СВТ, снайперские винтовки, пулемёты ДП, миномёты БМ и РМ, гранаты противотанковые и противопехотные, противотанковые винтовочные ствольные кумулятивные гранаты Сердюка ВПГС-41, динамит. Все лыжники помимо обычного обмундирования имели валенки, свитер, меховые варежки, тёплый подшлемник, тёплые портянки, носки, бельё, маскхалат, химические грелки. Боевой опыт получили в боях на северном фасе Волховского плацдарма. При отсутствии сплошной линии фронта лыжники успешно охотились за разведгруппами оккупантов, совершали диверсии на линиях связи и снабжения. Их кредо - внезапность, скорость, маневр, неуловимость.

Преследуя бегущих, кавалеристы и лыжники на их плечах ворвались в деревню Красная Горка и освободили её. Дальше продвинуться не удалось из-за непрерывного артобстрела и налётов Ju 87, которые взлетали с аэродрома Бородулино сразу за Любанью. Со стороны Сустье-Конец и Коркино открыла огонь гитлеровская артиллерия. На дороге Красная горка Соустье-Конец появились гитлеровские танки и бронемашины. Авангард в деревне Красная Горка оказался блокирован войсками пехотных дивизий Герцога и Эндреса с двух сторон.

При 30-градусном морозе о выкапывании окопов в ледяной земле речь не шла. Лыжники продвинулись на 1000 метров западнее и перерезали дорогу Красная Горка - Верховье, быстро устроили завалы и прикрыли их пулемётами. Отсюда лыжники ожидали фланговый удар на окружение силами 'группы фон Бассе' с участием SS Polizei-Division, которые с учётом приданной бронетехники и артиллерия составляли 'группу Бок'. Другой фланговый удар ожидался с востока силами 474-го и 454-го пехотных полков, которые вместе с приданной бронетехникой и артиллерией составляли 'группу Эндерс'. Подлецы намеревались как всегда пропустить передовую группу советских войск в подготовленный мешок и встречными ударами в зоне порывы окружить прорвавшихся. Кавалеристы и лыжники это понимали. Готовились именно к такому развитию событий. Укрепляли фланги. Маскировали обозы. В лесу сооружали шалаши из сосновых веток, засыпали сверху снегом. Сложнее спрятать лошадей. Эскадроны рассредоточивали по отделениям на расстоянии пятнадцати метров друг от друга. Не имеющим артиллерии и тылов лыжникам, в оборонительных боях обычно приходилось очень нелегко.

Прорваться к Любани через деревню Красная Горка с ходу без таков не получалось. Вдоль Тигоды прорываться ещё сложнее. Привалов решил попробовать обойти укрепрайон, расположенный вдоль Тигоды, силами двух полков 191-й стрелковой дивизии Старунина правее деревни Коровий Ручей. Так он планировал достичь железной дороги Ленинград - Чудово у станции Померанье на 7 километра ближе к Чудово. Попытка эта напоминала рейд капитана Величко в Старую Руссу, попытку авангарда 33-й армии Ефремова пробиться в феврале к Вязьме.

По полному бездорожью, по пояс в снегу и поэтому максимально налегке, без артиллерии, противотанкистов и обозов, неся пулемёты, миномёты, боеприпасы и продовольствие на плечах, двум стрелковым полкам дивизии Струнина следовало выдвинуться к станции Померанье и перерезать дорогу снабжения Чудовской группировки Линдеманна. Бойцам предстояло нести при себе 15 сухарей и 15 кусочков сахара, 40 патронов на винтовку, два диска на ручной пулемёт или автомат, по четыре ручных гранаты, химические грелки. В комендантской роте 50 противотанковых гранат. Радиостанция - одна. Снабжение планировалось с помощью У-2 и Р-5 из 657, 658, 660, 662, 665-го ночных бомбардировочных авиаполков. Получался как бы десант в тыл врага без парашютов.

Старунин пытался оспорить приказ Привалова. Риск огромный. Но если вести войну лишь с целью сохранить бойцов, то следует сразу отступать за Урал. Логика Привалова проста: 'В Ленинграде массово умирают дети, люди на оккупированной территории гибнут под властью антикоммунистов! Если есть хоть малейший шанс на успех по пробитию бреши в блокаде, его следует использовать...' Советским чудо-богатырям предстоит идти почти на верную смерть. Что называется - 'не щадя живота своего' и 'до последней капли крови'...

Ночью боевая группа Старунина по бездорожью прошла между опорными пунктами обороны 'линии Линдеманна' старым сосновым глухим бором и начала приближаться к Померанье. Наступившим ясным, сверкающим белым снегом утром советским бойцам предстояло выдержать тяжёлое испытание, когда со всей глубиной осознавалось, насколько им дорога их святая Родина. В эти полные крутых поворотов дни почти стиралась грань между освобождённой советскими войсками землёй, и советской, но отчуждённой подлецами. Части и подразделения действовали в глубоком тылу злобного и кровавого врага. Очень многих мучила назойливая мысль: 'Лучше пусть убьют на родной земле, нежели попасть в плен, что означает потерю Родины, семьи, рабство и в лучшем случае смерть на виселице или от пули гестаповцев'. 'Плен хуже смерти' - девиз тех дней.

Полуденный мороз не отпускал, небо затянули серые тучами. При выходе из леса на болотистый участок с сосновым редколесьем случилось несчастье: невдалеке послышался шум немецкого самолёта-разведчика. 'Сволочь! Сейчас рассмотрит всех нас сверху, и артиллерия накроет. И всё!' Патрульный самолёт-разведчик 'костыль' группу Старунина обнаружил. Через 15 минут после авиаразведки подлецы накрыли берёзово-еловое редколесье артогнём стационарных тяжёлых батарей и передвижных артиллерийских поездов. Снаряды плюхались в полузамерзшие под глубоким снегом торфяные болота, взметая фонтаны черно-коричневой жижи.

Вот справа - бух, бух! Потом слева и, прямо чуть ли не у них в головах - бух! В ушах стучало глухо: бум-бум-бум... Ледяная земля гудела и вибрировала, как от боли. Через час стрельба прекратилась. Снежная и земляная пыль, перемешанная с морозным воздухом, провонявшим дымом, пороховой гарью и болотом, медленно опускалась на поле.

Лежать в тесной воронке, даже прижавшись, друг к другу, холодно. До наступления темноты часа три. Эти часы могут стать последними для многих. Руки и ноги после многочасового лежания на морозе без движения отказывались выпрямляться и сгибаться. Стёганые штаны и фуфайка, не спасали от мороза. Зубы стучали дробью от холода и нервного напряжения.

Несколько бойцов оказались убиты, множество ранено. Вот лежат они, юные и не очень, белявые и чернявые, партийные и беспартийные святые защитники родимой земли и незрячими застывшими глазами смотрят в низкое снежное небо Матери-России... Погиб радист. Разбило единственную радиостанцию. Связь с командованием пропала. Фактор внезапности исчез. Достичь Померанье без серьёзных потерь не представлялось возможным. Старунин пожалел людей и отвёл группу в лес. Дерзкая попытка Привалова атаковать Любань через Померанье к сожалению не состоялась.

Одновременно с боями под Любанью, на других участках периметра зоны прорыва армии Клыкова в тыл группы армий 'Север' подлецы Линдеманн и Буш, используя густую сеть дорог с твёрдым покрытием, идущих от Новгорода, Луги и Тосно, быстро перебрасывали войска. Получив численное преимущество над противостоящими им частями армии Клыкова на растянутых флангах, подлецы повели контратаки, в том числе у основания прорыва у Спасской Полисти и Мясного Бора.

'Группа фон Бассе' перешла в контрнаступление у деревень Конечки, Каменка, Вальякка за западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии. В авангарде шли 150 эстонских лыжников. Кавалеристы 87-й 'алтайской' кавдивизии Трантина, 'харьковчане' 23-й стрелковой бригады Шишлова, 'уральцы' 165-го отдельного лыжбата отбили все атаки с большими для подлецов потерями. Более 350 завоевателей легли навсегда оскалом в снег, а 900 отправились на лечение. Сколько их них вернётся в строй - вот вопрос.

В сталинском СССР о раненых заботилась вся страна, в капиталистическом Великогерманском рейхе только санитарная служба, которую имел Wehrmacht. Из-за этого Wehrmacht возвращал в строй 40 процентов раненых, а Красная Армия 70 процентов. То есть, к примеру, если в неком бою у гитлеровцев и у советских войск убито по 300 человек и ранено 1000, то для гитлеровцев в этом бою в итоге безвозвратные потери составят 900 человек, а у советских войск всего 600. Wehrmacht во время коротких и совсем не кровопролитных кампаний в Польше, Франции, Югославии, Греции неплохо обеспечивал массовый приём раненых и больных, эвакуацию в тыл, лечение в госпиталях, поскольку раненых имелось немного, а отрыв от госпиталей небольшой. Однако Гальдер, Маркс, Паулюс и другие немецкие штабные работники очень некачественно разработали основной документ для ведения войны против СССР план 'Barbarossa'. Видимо сказалось отсутствие базового специального военного образования академического уровня. Wehrmacht построил вопросы своего санитарного дела на полностью ошибочной предпосылке, что воевать против Красной Армии будет так же легко, как и против армии Польши и Франции, совершенно не учитывая принципиальные количественные и качественные различия. Думали тушей задавить. Это же касалось вопросов снабжения боеприпасами, зимним снаряжением, качественной военной техникой, не изношенными грузовиками и так далее, за что не возьмись. За такие грубые ошибки на экзаменах в академии имени Фрунзе просто отчислили бы. Но в Германии такие неучи планировали войну против СССР и составили план 'Barbarossa'.

После вероломного нападения на СССР 22 июня Wehrmacht ожидаемо оказался оторванным от своих госпитальных баз на большие расстояния. При этом количество раненых за первый месяц войны в 100 раз превысило показатели за такой же период кампании против Франции. В такой ситуации требовалась хорошо организованная фронтовая санитарная служба с большим эвакуационным аппаратом и мощными сортировочными госпиталями. Но ничего этого Wehrmacht не имел. Это при том, что агрессоры имели в первый месяц дело в основном только с войсками прикрытия границы, а основные силы Красной Армии только выдвигались из глубины территории. Сталин не мог выставить СССР агрессором, заранее придвинуть все свои войска к границе и провести заранее мобилизацию армии и промышленности. И так Гитлер кричал на весь мир, что он вынужден напасть, поскольку Сталин собирался сделать это первым. Когда Гитлер напал, все увидели, что Красной Армии у границы нет, только войска прикрытия. Но поток раненых превзошёл все ожидания...

Через неделю после вероломного нападения Германского рейха и его союзников на СССР, уже 29 июня 1941 года министерство информации Британской колониальной империи, ссылаясь на сообщения шведской газеты 'Stockholms-Tidningen', отметило, что за последнее время с советско-германского фронта прибыло огромное количество раненых германских солдат. В Германии наблюдается острый недостаток госпиталей. Несмотря на реквизицию гостиниц и пансионов, раненых всё же негде размещать. Ранеными, прибывшими за последнее время с советско-германского фронта, заняты также все госпитали и учреждения в оккупированных немцами странах. Шведская газета указывала, что скоро под госпитали станут использовать все склады.

Санитарное обслуживание раненых, писала 'Stockholms-Tidningen', поставлено из рук вон плохо, так как не хватает медикаментов и перевязочных материалов. Немецкие военные врачи, прибывшие с фронта, жаловались на острый недостаток ваты, бинтов, инструментов и анестезирующих средств, а также на отсутствие необходимого количества врачей и медицинских сестёр. Кроме того, быстро продвигаясь по территории СССР после вероломного нападения, Wehrmacht не сумел оперативно развернуть стационарную коечную сеть в своих армейских районах для приёма огромного количества раненых - около 1 000 000 человек. Полевая санитарная служба не обеспечила не только оказание хирургической помощи, но даже и сколько-нибудь сносное размещение раненых и больных, элементарный уход. Вот как воевал Wehrmacht против Красной Армии!

В декабре 1941 года - марте 1942 года в период суровых русских морозов и бездорожья, когда эвакуация раненых проводилась из рук вон плохо, Wehrmacht понёс гигантские потери ранеными и обмороженными - около 2 500 000 человек. За этим последовала большая смертность раненых сразу в войсковом районе и в учреждениях полевой санитарной службы армейского тыла, почти 1/10, то есть 250 000 человек!

Военнопленный врач 16-й моторизированной дивизии Мюллер сообщил о смертности среди раненых в его дивизии до эвакуации - 10 процентов. Это почти вдвое превышало цифру смертности в период Первой Мировой войны в армии кайзеровской Германии. Плевать хотел Wehrmacht на своих раненых. Военнопленный врач санитарной роты 112-й пехотной дивизии Таннер сообщил, что до оказания хирургической помощи при транспортировке из числа тяжелораненых в область живота умирало 90 процентов, а в грудную клетку - 95 процентов. То есть почти все. Раненые с повреждением черепа умирали почти всегда так и не дождавшись хирургической операции. Такой огромный процент смертности - полная катастрофе в армии капиталистов. В результате гитлеровцы своих тяжелораненых зачастую бросали на поле боя и раненые часто кончали жизнь самоубийством. Иногда им помогали свои. Wehrmacht - одноразовая армия, армия смертников.

Таннер также сообщил о том, как воевала 112-я пехотная дивизия Мита, сформированная за 6 месяцев до вероломного нападения 22 июня на СССР с точки зрения потерь. На 31 августа 1941 года дивизия Мита, не ведя тяжёлых боёв, потеряла 3500 человек из 17 000 первоначального состава. После этого в боях у Чернигова, Брянска, Вязьмы, Белена до 7 ноября 1941 года потеряла ещё 5400 человек. Из общего числа потерь 25-30 процентов убито и около 70 процентов ранено. 40 процентов раненых погибло, 35-40 процентов осталось калеками и только процентов 20 попало обратно на фронт. Так воевал весь Wehrmacht против Красной Армии! Эти потери ещё что, имелись дивизии, которые к марту 1942 года обновились полностью. Пушечным мясом заваливали капиталисты Красную Армию!

Информация Таннера как лакмусовая бумажка показывал как Wehrmacht относился к жизни солдат, и кому солдат доверяли лечить. Ведь сам Таннер, занимающий в 112-й пехотной дивизии должность хирурга, которому поручали самые ответственные операции, окончил гимназию и изучал медицину всего лишь в монастыре римско-католического ордена! В монастыре! Медицинское образование у него незаконченное и диплома врача он не имел. Познания Таннера в области медицины оказались чрезвычайно примитивны, а общее развитие вызывало лишь насмешку. Он даже фамилий виднейших хирургов не знал, труды которых имели непосредственное отношение к лечению раненых. Не слыхал про Пирогова, Ларрея, Беллера и других великих. Можно себе представить качество хирургической работы полевой санитарной службы в армии капиталистов, если должности хирургов в дивизиях занимали подобные врачи! Очень и очень плохо обстояли дела с укомплектованием санитарных учреждений гитлеровцев врачебным составом. Очень и очень плохо.

По данным журнала 'Klinische Wochenschrift' No.17 за 1940 год, на 1 января 1939 года в Германии зарегистрировано 47 740 врачей. Но лишь 1/3 из них - 14 992 человек признаны специалистами. Из общего числа врачей Германия имела хирургов не более 10-12 процентов, то есть около 1500 человек. Это на 214 дивизий, 50 бригад и 400 отдельных батальонов, которые имел Wehrmacht на 22 июня 1941 года, вероломно вторгаясь в Советский Союз. Это не считая стройбатов 'Организации Тодта' и транспортных колонн NSKK. Неудивительно, что Wehrmacht имел хирургическую помощь раненым ниже низкого! Ничего, фрау ещё нарожают!

Как это вообще можно сравнить с тем, как командование Красной Амии и партия большевиков относились к жизни советских людей? В СССР перед войной высшие медицинские учебные заведения только лишь за один 1940 год выпустили 16 400 врачей и провизоров. Германский рейх всего имел столько дипломированных врачей, сколько СССР выпускал в год! Это не считая советских средних медицинских учебных заведений, выпускающих другие категории медицинских работников. В СССР врачей учили за государственный счёт, а в Германии только за собственные учеников деньги. Надо ли говорить, что при такой системе массовая подготовка врачей для массовой армии капиталистов при ведении длительной войны невозможна и социализм и в этом вопросе всегда будет лидировать?

К 1940 году большевики в СССР организовали 72 медицинских и фармакологических института и подготовили 155 300 дипломированных врачей. В 5,5 раза больше, чем в царской России и в 10 раз больше, чем в фашисткой Германии. Не удивительно, что Красная Армия получала назад 70 процентов от числа раненых, в то время как Wehrmacht получал назад не более 40 процентов раненых, с каждым разом теряя всё больше опытных бойцов, воюя всё большей массой новобранцев, в то время как в Красной Армии всё складывалось наоборот - всё меньше новобранцев и всё больше опытных бойцов. Надо ли говорить, как это ограждалось на потерях сторон вообще, кто больше терял?

Ну и конечно вопиюще скотское отношение капиталистов к своим солдатам вообще... В захваченных отчётных документах о санитарном состоянии солдат врача 2-го батальона 6-го моторизированного полка горной дивизии SS 'Nord' Брауна, который он составлял каждую декаду, каждый раз повторяется одно и то же: 'Санитарное состояние части продолжает ухудшаться. Из людей, находящихся на позициях, по крайней мере половину следует считать больными. Они не отправлены в госпитали только потому, что их некем заменить. Плохому состоянию здоровья солдат соответствует их поразительная душевная подавленность'. На износ. SS 'Nord' в тот момент не находилась в окружении. Просто солдат бросили гнить в окопах как бездушные чучела людей. 'Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?'

Военная медицина только тогда может хорошо лечить раненых, когда она имеет достаточное количество врачей и специализированную госпитальную сеть, позволяющую проводить эвакуацию раненых по назначению, в зависимости от повреждения той или иной части тела. Wehrmacht перед вероломным нападением на СССР имел специализированную коечную сеть только на территории самой Германии. Однако поток раненых уже в первый месяц реализации плана 'Barbarossa' оказался настолько велик, что все эти госпитали в оказались забиты ранеными. Развертывать массу новых госпиталей на территории Германии капиталисты не решились, так как это сильно подорвало бы моральное состояние населения. Между тем санитарные поезда с массами вояк, в хвост и гриву подбитых 'унтерменшами', продолжали поступать. Тогда гитлеровцы решили спрятать от глаз народа раненых и везти их в Румынию, Венгрию, Грецию, Югославию. С глаз долой из сердца вон! Но на задворках капиталистического мира - в Румынии, Венгрии, Греции, Югославии вообще не имелось не только специализированных госпиталей, а вообще никаких внятных медицинских учреждений! Вот это награда для солдат рейха! Раненых завоевателей размещали по частным квартирам без врачебного присмотра и квалифицированного ухода. Всё это, разумеется, отразилось на качестве лечения самым негативным образом.

Раненым в череп, челюсти, грудную клетку требовалось специальная хирургическая помощь. И тут Wehrmacht оказался в катастрофическом положении. Ведь Wehrmacht, и это уму непостижимо, в отличие от Красной Армии, в своей полевой санитарной службе не имел организации для оказания специальных видов хирургической помощи вообще! Wehrmacht имел ущербную санитарную службу прежде всего потому, что таковы принципы отношения к простым людям при капитализме, а фашизм только одно из его проявлений. Для капитализма главной ценностью является не человек, а частная собственность и человек. Для большевиков человек является самым ценным капиталом. И вся практика медицинской науки Советского Союза направлялась на то, чтобы в самой сложной обстановке спасти жизнь красноармейца, создать наилучшие условия для его быстрейшего излечения. Совсем иное демонстрировал Wehrmacht. Там солдат являлся прежде всего пушечным мясом, бесплатной принадлежностью дорогого оружия. В печати всего мира неоднократно сообщалось о случаях, когда гитлеровцы не эвакуировали с поля боя своих тяжелораненых. Чтобы избежать мучений, тяжелораненые немцы массово стрелялись, или их добивали свои. Ущербные люди больше не интересовали Wehrmacht, и санитарная служба не проявляла заботы о спасении их жизни. Вот основные причины огромной, ненормальной смертности среди раненых оккупантов.

В Красной Армии санитарная служба строилось на социалистических принципах и богатом опыте русской военно-полевой хирургии. 70 процентов возвращённых в строй - для неё ещё не предел. Используя до конца огромные возможности военно-санитарной службы Красной Армии, напрягая все усилия, имелась возможность вернуть в строй значительно больше чем 70 процентов от числа раненых. Значительную роль играла здесь также всеобщая любовь и забота, которой в СССР окружали раненых воинов.

К этому дню главный хирург Волховского фронта имел следующую статистику по видам ранений, косвенно раскрывающую характер ведущегося фронтом сражения на Волхове и интенсивности применяемых гитлеровцами средств огневого поражения. 40 процентов раненых вышли с поля боя сами - это легкораненые. 30 процентов с помощью товарищей - это ранения средней тяжести. 30 процентов с помощью санитаров - это тяжелораненые. Пулевые ранения имели 45 процентов, осколками миномёты мин ранены 40,3 процента, осколками артиллерийских снарядов ранено 9 процентов, осколками авиабомб 3,5 процента, осколками ручных гранат 1,1 процент. Бросается в глаза очень маленький процент потерь от артиллерийского огня и бомбёжек Luftwaffe и очень большой процент потерь от миномётных мин. Таким образом подтвердился факт о незначительном влиянии Luftwaffe и артиллерия на действия окопавшихся войск в лесной местности.

20 февраля среди бела дня на южном фасе Волховского плацдарма подлецы из 'голубой' испанской дивизии вышли строем из опорного пункта Любцы и направились по шоссе в сторону Мясного Бора. От неожиданности кое-кто из бойцов 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии Кошевого даже растерялся. Но командир миномётного батальона 311-го полка старший лейтенант Зайчиков дал команду открыть огонь. Мины врезались в самую гущу колонны испанцев. Потом ударили пулемётчики и орудийные расчёты. На шоссе среди подлецов началась бестолкова сутолока. Они метались, кричали, падали. Через несколько минут всё закончилось. Психическая атака обошлась оккупантам в 80 убитых и 250 раненых. Что это? Трудно проникать в логику подлецов...

И вот - случилось! Очередная победа! Оккупантам группы армий 'Север' под Демянском ничего не помогло. Их оборона развалилась как трухлявый пень и на 8-й месяц войны 20 февраля 1942 года замкнулось кольцо окружения под Демьянском вокруг 12, 30, 32, 123 и 290-й пехотных дивизий, моторизованной дивизии SS 'Totenkopf', корпусных частей, различных частей усиления, служб тыла - всего более 100 000 подлых оккупантов группы армий 'Север'. Вышел завоевателям Демянск боком. А как иначе? Демянск - самая русская Россия. В обнаруженных в Старой Руссе и Великом Новгороде берестяных грамотах XII века Демянск уже существовал и упомянут. В летописях отмечены уникальные источники минеральной воды у Демянска, а князь Ярополк Киевский не позднее 1139 года специально отправлял своих воинов в Демянск за целебной водой...

И вот под этим городом попались в советское окружение дивизии, которые не получили сполна по зубам под Москвой, Ростовом-на-Дону и Тихвином. Они только потеряли за полгода боёв почти весь первоначальный состав. И вот теперь пришёл их черёд получить по полной и сразу. Обездвиженных и скученных подлецов теперь непрерывно расстреливала превосходная советская артиллерия и бомбила советская авиация. Ворошилов там. Значит, подлецам худо придётся. Им Геринг припасы возит самолётами. Транспортные самолёты, только они сядут на аэродромы, советские авиаторы бомбят, даже разгружаться не дают. А 'ударармейцы' Клыкова хуже, что ли? Неужели не окружат 18-ю полевую армию Линдемана в Чудово?

Разгром под Ростовом-на-Дону, разгром под Москвой и Тихвином, окружение под Демянском, начавшееся наступление на Донбасс и у Новгорода - что должны могли подумать спонсоры Гитлера и военной машины Великогерманского рейха международные банкиры? Гитлер упустил единственную возможность победить Советский Союз по технологии 'Blitzkrieg' - разгромить Красную Армию в результате вероломного нападения 8-миллионной тушей. Тогда у западной границы имелось в 100-километровой зоне от границы только 400 000 советских войск. Но где же победа? Теперь Советский Союз отмобилизовался, а Wehrmacht от своей первоначальной 8-миллионной туши потерял половину. Хотя потери удалось восполнить, война пошла на истощение. А здесь, как бы не помогала Европа и банкиры США Великогерманскому рейху, который без этой помощи неминуемо проигрывал войну, Советский Союз продолжал производить для себя сам продовольствие, вооружение, топливо, электроэнергию, массу экспортной продукции на продажу, получая к тому же средства на ведение войны и закупки дополнительного вооружения и сырья. Советский Союз получал гигантские валютные средства от продажи добываемых и производимых своих экспортных товаров: золото, серебро, платина, алмазы, нефть, древесина, хлопок, металлические руды, автомашины и тракторы, станки, медикаменты, бокситы, товары химической промышленности, парфюмерия, семена, табак, кожа, пушнина, пшеница, мука, сахар, кондитерские изделия, чёрная икра, водка, вина и коньяк. Ведя страшную войну, Советский Союз всё это продавал за границу и использовал эти средства до копейки для победы, а Великогерманский рейх это всё покупал за быстро обесценивающиеся рейхсмарки, захватывал, или брал в долг, и массу средств теряя в карманах частых собственников. Международные банкиры в конечном итоге вынуждены были содержать всю коррупционную военную махину Гитлера. Естественно, что они рассчитывали совершенно на другое...

Редко, когда ночью тихо, но 21 февраля в лесу - ни одного разрыва. Словно в раздумье идёт снег. 20 градусов мороза. В белёсом тумане луна... Сплошная облачность на высоте от 100 метров. Морозный туман снижает видимость до 500 метров. Авиация бездействует. Спешенные эскадроны 210-го кавполка Прокопенко из 80-й кавдивизии Сланова и танки Т-60 танкового батальона Стоянова на Любанском направлении ещё затемно повели наступление от деревни Красная Горка вдоль дороги на Сустье-Полянка с целью прорваться к Коркино. Дорога перекрыта заминированными завалами из брёвен. Оккупантами из 235-й пехотой дивизии сооружены пулемётные гнёзда, расставлены противотанковые пушки, миномёты, танки. После начала боя к подлецам сразу стали прибывать подкрепления на грузовиках. По дороге открыла заградительный огонь крупнокалиберная артиллерия со стороны Любани. Пробиться через эту оборону не удалось.

Одновременно вдоль железной дороги Веймарн - Чудово, подсекая всю зону советского прорыва к Красной Горке, пошли в атаку с востока батальоны и танки 'группы фон Франциуса'. Атакующих встретил пулемётным и миномётным огнём воины 200-го кавполка, а их товарищи из 210-го кавполка контратаковали во фланг захватчикам. Бросая убитых, раненых и оружие, 'группа фон Франциуса' откатилась к сараям у высоты 42,2. Кавалеристы начали преследование вдоль железной дороги, но перед рубежом обороны остановились. Всего убито в бою 180 солдат, ещё более 80 раненых оккупантов замерзли на поле боя без эвакуации. Остальные раненые смогли отползти и ушли самостоятельно в свой тыл. Среди конников пал смертью храбрых 37-летний политрук Завьялов. На западном фасе зоны прорыва армии Клыкова прибыли в Конечки на смену обескровленных частей охранной дивизии фон Плотто батальон пехоты и артиллерийская батарея из SS Polizei-Division. В 'Волховском рукаве' получил себе осколок в голову очередной подлец-оккупант - полковник Хиппель, командующий после смерти Кёхлинга одноимённой бригадой. После этого 'бригаду Кёхлинга' окончательно расформировали.

В этот день отправился на переформирование геройский 218-й штурмовой авиационный полк Сапогова из состава ВВС Волховского фронта. Полк действовал на фронте со своими скоростными бомбардировщиками АНТ-40 с первых дней войны. 28 июня 1941 года авиаполк нанёс опустошающий удар по скоплению частей 3-й танковой дивизии генерал-лейтенанта Моделя из 2-й танковой группы и другим частям XXIV моторизованного корпуса Гудериана в районе аэродрома Бобруйск. Это при том, что на аэродром Бобруйска уже передислоцировались и прикрывали танковую группу с воздуха истребители самой сильной в Luftwaffe истребительной дивизии - 'эскадры' JG 51 в которой насчитывалось 160 новейших Bf 109 F-2. 'Звезда' Luftwaffe Мельдерс собрал в это авиасоединение лучших стервятников Геринга, получивших большой опыт боевых в войнах против Франции, Англии и Польши.

Вообще к Бобруйску собралась тогда почти вся истребительная авиация 2-го воздушного флота фельдмаршала Кессельринга. Этот флот являлся одним из самых сильных и многочисленных флотов Luftwaffe. По истребительной авиации Кессельринг превосходил ВВС Западного фронта почти в 2 раза. Как всегда наваливались тушей.

После предательства Павлова положение Западного фронта к этому дню оказалось критическое, почти неуправляемое. Затаившийся троцкист генерал Павлов, делавший всё, чтобы открыть фронт врагу, отстранён 30 июня от командования. На восточном берегу у Бобруйска оборонялись разрозненные тыловые части. В этой тяжелейшей обстановке новому командующему Западным фронтом Маршалу Советского Союза Тимошенко требовалось время, чтобы организовать прочную оборону Могилёва. Вот он и приказала нанести воздушный контрудар 'с налёта, с поворота, зацепив врага в густой'.

Момент Тимошенко выбрал очень удачный. Под Бобруйском 'уничтоженные на спящих аэродромах' ВВС Красной Армии устроили вероломным агрессорам из 2-й танковой группы Гудериана 'судный день'. В результате на Березине произошло кровавое избиение 'железной саранчи' и пушечного мяса Гитлера. Небо над Бобруйском 30 июня буквально полыхало огнём. За день сделано 400 самолёто-вылетов! Гудериан впал в истерику. Кессельринг бросил на его защиту более 100 истребителей, но тщетно. Бобруйское побоище продолжалось!

30 июня 1941 года... Небо ясное, безоблачное, ни одного облачка. Первая группа АНТ-40 из 3-й дальнебомбардировочного авиакорпуса в три часа дня бомбила большое скопление моторизованных войск фашистов юго-западнее Бобруйск, а также 100-километровые колонны бронетехники и грузовиков на дорогах Глусск - Бобруйск и Глуша - Бобруйск. Более удачной цели для бомбардировщиков не придумаешь. Цели накрывали бомбами в 500 и 250 килограммов. Каждая из сотен сброшенных тогда бомб стирала с советской земли группу подлецов или пару-тройку единиц транспорта, танк, бронетранспортёр, самоходку. Они думали, что тут будет как в Польше, даже расход снарядов такой же заложили. А вот так, по-тимошенковски, не хотите?

207-й дальнебомбардировочный авиаполк вышел к Бобруйску силами 26 бомбардировщиков. Они уничтожили в щепу наплавной мост через Березину вместе с переправляющимися войсками фашистов. Возмущались лётчик конечно:

- Почему днём? Обещали прикрытие!

Затем по танкам и мотопехоте подлеца Гудериана ударил 96-й дальнебомбардировочный авиаполк, за ним 51-й дальнебомбардировочный авиаполк. 140-й скоростной бомбардировочный авиаполк своими Пе-2 уничтожал скопления бронетехники в районе Смолевичей, препятствовал переправе из Бобруйска через Березину, уничтожал скопления войск на восточной окраине Бобруйска, в лесу западнее; в районе севернее Смолевичей. 21 штурмовик Ил-2 из 4-го штурмового авиаполка обрушил бомбы и реактивный снаряды на понтонные переправы. Мощный удар Сталинские соколы нанесли и по аэродрому Бобруйска, где очень глупо скопилось более 100 самолётов Luftwaffe. Налёты на переправы, колонны и скопления войск Гудериана юго-западнее и восточнее Бобруйска и в самом городе шли как на конвейере. Хоть раз такое во Франции видели? В Югославии? В Греции?

Экипаж героев Иванова, Написанова, Станиславского из 218-го авиаполка на бомбардировщике АНТ-40 несмотря на атаки 15 истребителей Bf 109 и сильный огонь зенитной артиллерии, уничтожил переправу вместе с танками на реке Березине в 10 километрах южнее Бобруйска. Видимость великолепная - когда напали истребители, видно было, как улыбаются подлецы... Героический экипаж сбил один Bf 109, но погиб в неравном бою.

Бомбардировщики шли без прикрытия. Каждый боевой вылет требовал предельного напряжения физических и моральных сил, подлинного героизма. Но грозные летающие крепости отнюдь не мальчики для битья. Эскадрилью капитана Белокопытова, например, атаковали 20 стервятников из JG51 подлеца Мёлдерса, но бомбардировщики сомкнули строй и дали отпор. Группа допотопных ТБ-3 подверглась атаке 15 истребителей Bf 109F-1 из 8./JG 51. Стрелкам экипажа капитана Прыгунова одного подлеца удалось сбить. Пара капитана Прыгунова сбросила бомбы и стала заходить на второй круг. На них напали истребители. Самолёт Прыгунова вспыхнул, начал гореть, но герои все бомбы сбросили на цель и только потом сами выпрыгнули на парашютах.

170-й истребительный авиаполк Мищенко на И-16 творил чудеса. 4 истребителя И-16 из этого полка вступила в бой против 20 истребителей Bf 109 из I, III, IV групп JG 51. Все четверо советских лётчиков - опытные пилота, а Гетц и Шишкин, до этого воевали в Китае с японцами. В ходе боя стервятники Мёлдерса сбили И-16 младшего лейтенанта Шишкина с голубой 'шестёркой' на хвосте, а капитаны Пастухов и Гетц сбили 2 истребителя Messerschmitt Bf 109. При этом трём товарищам удалось прикрыть выход из боя Шишкина, который дотянул до своих, посадил горящий самолёт с убранным шасси и впоследствии вернулся в часть. Вот это ас!

За долгий день 30 июня лётчики авиаполка Мищенко выполнили 70 боевых вылетов, сбили 10 самолётов Luftwaffe при одном своём потерянном в бою И-16. Ещё один самолёт оказался потерян из-за технической неисправности. 4 истребителя И-16 получили повреждения, в том числе 1 требовал ремонта в мастерских. Так воевали на 7-й день войны 'уничтоженные на спящих аэродромах' Сталинские соколы!

Всего во время воздушного контрнаступления под Бобруйском уничтожено 9 наведённых мостов вместе с войсками на них. В других условиях бомбардировщики и за полгода не набили бы столько рассредоточенных по линии фронта оккупантов, сколько удалось набить за три дня у Березины. Убито и ранено более 5000 солдат и офицеров, уничтожено, утоплено или повреждено 300 грузовиков с солдатами, боеприпасами, вооружением, горючим. Сожжено, утоплено и подбито более 200 единиц бронетехники: танки, броневики, бронетранспортёры, всякого вида самоходки, инженерные, штабные, разведывательные машины, перевозчики боеприпасов, эвакуаторы. И так далее... В небе уничтожено 16 самолётов Luftwaffe: 8 истребителей Bf 109 разных модификаций, 1 истребитель Focke-Wulf Fw 159, 1 дальний разведчик Ju 88D, 2 бомбардировщика Ju 88А, 2 разведчика Hs 126, 2 транспортника Ju 52. Каждой твари по паре. Почти 40 истребителей, бомбардировщиков, разведчиков, транспортников Luftwaffe уничтожено на аэродроме Бобруйска. Более 30 самолётов Luftwaffe в бою и при авиапроисшествиях получили повреждения, препятствующие эксплуатации и требующие серьёзного ремонта.

Wehrmacht терпеть не мог признавать свои потери и по давно заведённой в германской армии традиции в духе барона фон Мюнхгаузена советские потери Гудериан и Кессельринг повысили втрое, в свои уменьшили вдесятеро. Потери в людях при серьёзных поражениях Wehrmacht списывал постепенно, по чуть-чуть, напирая на болезни, партизан, шальной снаряд, несчастные случаи, а в технике делая акцент на поломки, саботаж и неудачный ремонт.

За огромный вклад в дело уничтожения живой силы и техники немецко-фашистских полчищ у Березины пришлось заплатить дорогую цену. В воздушной операции над Бобруйском от огня истребителей и зениток геройски погибли 20 лётчиков. Потеряно в воздушном бою, от огня зениток, по техническим причинам более 38 самолётов: 11 бомбардировщиков Ил-4, 9 бомбардировщиков АНТ-40, 1 бомбардировщик Пе-2, 2 штурмовика Ил-2, 2 штурмовика Су-2, 2 биплана У-2, 4 допотопных бомбардировщика ТБ-3, 3 истребителя МиГ-3, 3 истребителя И-16, 1 истребитель И-15... A la guerre comme a la guerre. Всё ж не поляки, не финны, а сильнейшая армия мира.... Ну и что... Мощная советская промышленность - один из мировых лидеров - ещё много таких сделает. До Берлина долетят! Но люди - главная ценность при социализме! Их вот очень и очень жаль...

Тем, кто привык верить описаниям подвигов в листовках и брошюрах, написанных в политотделах, описание этих событий устами историка покажется не таким героическим. Но на самом деле героизма в реальной, суровой и страшной войне гораздо больше, чем могут рассказать и даже нафантазировать в тылу агитаторы и растиражировать газеты. Кто может передать боль в живом сердце бойца, осознанно идущего на смерть ради счастливой жизни своего народа?

В середине октября 1941 года 218-й штурмовой авиационный полк Сапогова ушёл на переформирование и получили с завода 20 штурмовиков Ил-2. Этими грозными машинами авиаполк громил с воздуха колонны 2-й танковой группы Гудериана в районах Алексеевка, Почеп, Стародуб, Новгород-Северский, Клинцы, Новозыбков, Хутор-Михайловский, Пеклино. В этих боях отрабатывалась тактика штурмовки колонн. Наилучшим образом при штурмовках колонн себя проявили ракеты РС, на втором месте бомбы ФАБ-50 и затем пушечно-пулеметный огонь. Не потому, что одновременный огонь в упор двух ШВАК и двух ШКАС давал слабое поражение, просто результат атаки хуже наблюдался.

Но РС... При попадании РС под машину её переворачивало на борт и отбрасывало на обочину. Прямое попадание РС в танк почти на 100 процентов обеспечивало пожар танка. Колонну на дороге чаще старались атаковывать в строю кильватера с дистанцией самолёт от самолёта 400-600 метров. При атаке пушечно-пулемётным огнём дистанцию могли сокращать до 200 метров. Это называлось 'утюжить'. При атаке больших групповых целей, лучший строй - звено клином и проходить по наиболее густому скоплению.

Для парирования обстрела при отходе от цели асы Сапогова подвешивали на свои Ил-2, тогда ещё не имевшие хвостового стрелка, по одному РС на каждую плоскость в сторону хвоста. Таким образом они вели огонь при удалении от цели, а также вели обстрел истребителей, которые, пытались атаковать штурмовики в хвост. И то и другое применение РС себя оправдывало и дало хорошие результаты. Это то, что Ленин называл 'творчество масс'. Когда народ сражается за свои интересы, это 'творчество масс' становилось таким же грозным оружием, как советский патриотизм, КВ-1, 'Катюша', ППШ и 'Кувалда Сталина'...

При похоронах войск группы армий 'Центр' во время операции 'Teifun' авиаполк действовал на Брянском фронте. Затем снова на переформировании. Получил 20 новых и из ремонта Ил-2 и в ноябре участвовал в разгроме войск группы армий 'Север' под Тихвином. Затем громил оккупантов во время наступления Волховского фронта.

Всего лётчики-штурмовики Сапогова уничтожили с начала войны 95 единиц бронетехники, в том числе 15 танков, 35 артиллерийских орудий, 8 зениток и зенитных пулемётов, 86 огневых точек, 2 самолёта в воздухе и 8 на земле, 22 тягача, 6 тракторов, 2 паровоза, 40 вагонов, 111 грузовиков, 34 повозки с боеприпасами, 2 склада с горючим, 180 лошадей, более 2300 гитлеровцев и другие цели...

Но ещё более явное проявление 'творчества масс' - это снайперской движение. Оно быстро разрослось среди воинов-сибиряков. Примером тут служил Ленинградский фронт, которому сибиряки изо всех сил спешили на помощь. В Ленинграде в этот день состоялся слёт снайперов. На слёте звания Героев Советского Союза, золотые звезды и ордена Ленина из рук командующего фронтом Хозина под бурные аплодисменты получили старшина Вежливцев, убивший 134 оккупанта, красноармеец Голиченков - 140 оккупантов, замполитрука Калинин -155 оккупантов, старший сержант Лоскутов - 117 оккупантов, сержант Пчелинцев - 101 оккупанта. Посмертно получил награду Феодосий Смолячков. За декабрь-январь этот 18-летний советский патриот убил 124 немецких солдата и офицера, истратив всего 125 патронов! Ещё 130 снайперов получили ордена Красного Знамени, Красной Звезды, медали 'За отвагу'. К 1 ноябрю 1942 года на Ленинградском фронте 325 снайперов уничтожили 5426 фашистов, на Волховском фронте 85 снайперов уничтожили 1506 фашистов. На Северо-Западном фронте 325 снайперов войск НКВД за период с 25 ноября 1941 по 22 февраля 1942 года в ходе боевой стажировки на передовых позициях уничтожили 4499 оккупантов. Когда простой народ сражается за свою светлую жизнь под руководством вождей, которым доверяет, берегись, классовый враг!

День заметно прибавился. Почти уже весеннее солнце, несмотря на мороз, в полуденные часы старалось растопить огромные сугробы, но за короткое время ему удавалось лишь слегка приплюснуть верхушки, образовать ледяную корочку. И всё же весеннее настроение уже чувствовалось во всём: воробьи, прятавшиеся в холодную зиму в сараях, небольшими стайками уверенно рассаживались на крыше, деревьях, штакетнике. Дружно и заливисто чирикали между собой, радуясь кончине зимы...

Пока природа брала своё, захватчики не унимались. Горбатого только могила исправит! На Любанском направлении гитлеровцы предприняли новую попытку закрыть вдоль железной дороги Веймарн - Чудово горловину прорыва группы Привалова к Любани. 210-й кавполк Прокопенко легко отбил атаку, убив 20 и ранив 50 оккупантов. Следующую атаку подлецы повели силами до 800 человек. Эта группа просочилась в стык между эскадронами 210-го и 205-го кавполков. Одновременно 'группа фон Франциуса' снова атаковала всей массой 'по-мясному' вдоль железной дороги. 205-й кавполк вынужденно отошёл на 1,5-2 километров к западу, где атакующих остановил. Ударная группа капитана Прокопенко в составе 3-х эскадронов начала обходной маневр, заходя во фланг и пытаясь отрезать 'группу фон Франциуса' по линии железной дороги. Неудачно. Потеряв за час боя более 120 солдат убитыми и ранеными, фон Франциус отступил. Смертью храбрых пал 37-летний батальонный комиссар Мазнев, 36-летний политрук Вдовыдченко, 41-летний командир сабельного взвода младший лейтенант Симанов. Затем пришёл черёд конников занимать свои оставленные рубежи...

В ночь на 23 февраля ВВС Волховского фронта привычно бомбардировали войска оккупантов на Любанском направлении: Любань, Кирково, дороги на Чудово и Любань. На южном фасе Волховского плацдарма бомбили Любцы, Земтицы, Подберезье, Долгово. Всего произведено 293 боевых вылетов. Уничтожено 4 грузовика, разбит железнодорожный состав на станции Любань, взорван склад боеприпасов, разрушено и сожжено до 300 строений. Уничтожена минбатарея, две зенитных точки, прожектор. Наблюдались очаги пожаров в пунктах бомбардирования.

При бомбёжке Любани отличился замкомэска-2 лейтенант Вийк из 658-го лёгкого бомбардировочного авиаполка. Поднявшись на километровую высоту, он выключил двигатель своего Р-зет и бесшумно спланировал до высоты 400 метров, после чего сбросил на пристанционные склады четыре 100-килограммовые бомбы. Под грохот рвущихся в огненном шаре запасов снарядов 'группы фон Бассе' он развернулся и уже под обстрелом ушёл на бреющем. Только за городом, удалившись от прожекторов и зениток, Вийк включил двигатель и начала набор высоты.

Следом за Вийком в чрезвычайно сложных метеоусловиях выполнил налёт на станцию Любань экипаж Мотненко из того же авиаполка. Под утро густо сыпал снег, почти полностью скрывая границы взлётного поля. Температура минус 20 градусов Цельсия. Видимости горизонта нет. Высота облачности всего 200 метров, стрелка компаса мечется как сумасшедшая, авиагоризонт запаздывает с показаниями. Мотненко почти вслепую обошёл Любань и появился с запада. Подлецы поняли в чём дело только когда на эшелон с боеприпасами стали падать 100-килограммовые бомбы. Эшелон сошёл с рельс. Подлецы открыли бешеный зенитный огонь, но поздно, герой 'горкой' ушёл в облака. Ищи ветра в поле. Эшелон с боеприпасами как корова языком слизала, только салют несколько часов разлетался под небом с грохотом и свистом. Так отметили 24-ю годовщину Красной Армии советские авиаторы.

Свирепствовал мороз. Пурга. Не участвующие в прорыве на Любань войска Клыкова перешли к обороне. Юго-восточнее Красной Горки 24-й стрелковая бригада полковника Девятова освободила Дубовое, выбив оттуда части 'группы фон Боссе'. Теперь перед ними 'линия Линдеманна' у Заречья и Коровьего Ручья.

По случаю годовщины рождения Красной Армии трудящиеся Сибири прислали воинам 2-й Ударной армии к празднику подарки - печенье, конфеты, носки, варежки, кисеты, конверты, блокноты, носовые платки. Во многие пакеты вложены поздравительные письма отдельных людей, школьных классов, трудовых коллективов. Везде один и тот же смысл: 'Спасибо Вам, наши героические защитники! Бейте крепко ненавистную фашистскую гадину!' Большая часть 'ударармейцев' получила подарочный паёк: пачку папирос 'Прибой', спички, пачку галет 'Военный поход', кулёк конфет 'Раковая шейка', шоколадный батончик с начинкой или другой шоколад. Ну и конечно наркомовские 100 грамм. Большие партии валенок в качестве помощи прислали на фронт независимое государство Тува и братская Монголия.

Множество писем получила 87-я кавдивизия Трантина. Комдиву Трантину как раз исполнилось 44 года, и он устроил 'званый обед' с приглашением командования полков. Подлецы же в течении всего дня вели яростный арт-миномётный обстрел, проводили атаки. Жизнь рабочим и крестьянам на 1/6 части земной суши капиталистические полчища испоганили, испоганить праздник им в радость. Разведгруппа 87-й кавдивизии из 11 бойцов лейтенанта Завгороднего на дороге Каменка - Кудрово уничтожила 30 фашистов из 9-й и 10-й рот 183-го пехотного полка, несколько лошадей, взяла 'языка'. Завгородний получил ранение в руку.

Из-за задержек с доставкой боеприпасов для артиллерии, большая нагрузка при отражении атак оккупантов легла на авиацию. В районе деревни Сенная Кересть лётчики 2-го гвардейского истребительного авиаполка нанесли штурмовые удары по атакующей со стороны Чудово 'группе Хеннике'. Каждый лётчик совершил по четыре захода в непосредственной близости от обороняющихся советских войск. Они сразу же сообщили о блестяще проведённой штурмовке и выразили восхищение действиями лётчиков. Подавлена артиллерия и миномётные батареи, убито более 100 фашистов. Затем Спасскую Полисть, Трегубово, Малое Опочивалово подвергли штурмовым ударам 6 штурмовиков Ил-2 из 218-го штурмового авиаполка Сапогова под прикрытием звена истребителей 41-го истребительного авиаполка Ершова. Уничтожено зенитное орудие, 7 ДЗОТов и блиндажей, 6 грузовиков, 2 легковые машины, 6 повозок, взорван склад горючего, убито около 100 солдат, поражены другие цели. Сорван налёт пикировщиков Luftwaffe на позиции 377-й стрелковой дивизии.

8 бомбардировщиков Пе-2 из 35-й бомбардировочного авиаполка Сухаребрикова нанесли бомбовый удар по позициям артиллерии у Глушицы. Убито и ранено около 150 оккупантов, взорвано два склада боеприпасов, уничтожено и повреждено 6 гаубиц, два зенитных пулемёта, 4 тягача, 6 грузовиков, вызван пожар. И так далее...

Четвёртой битвой после Московской, Ростовской, Тихвинской, которую проиграл Wehrmacht на советско-германском фронте, стала зимой 1941-1942 годов битва против советских партизан. Не стала исключением Ленинградская область. В начале 1942 года, когда войска Волховского фронта перешли в наступление, в полосе насчитывалось около 20 партизанских отрядов - 10 рейдовых и столько же местных. Воевалось партизанам тяжело. В конце января при попытке перейти статичную линию фронта в Киришском районе понёс потери 70-й партизанский отряд, а его командир, студент Ленинградского госуниверситета Дорофеев, получил смертельное ранение. Серьёзно пострадали другие отряды. После глубокого вклинения 2-й Ударной армии в оборону группы армий 'Север' переброска в тыл оккупантам новых партизанских пошла легче. Представителем Ленинградского штаба партизанского движения ЛШПД при 2-й Ударной армии назначен Шевердалкин.

В праздничный день партизанский 'взвод' Григорьева из партизанского 'батальона' Туваловича взяли Любань 'в осаду'. 'Батальон' Туваловича состоял из 14 отрядов, всего около 200 человек. Он перешёл линию фронта во второй половине февраля с задачей совершать диверсии на железных, шоссейных, просёлочных дорогах в Мгинском и Тосненском районах в полосе наступления 2-й Ударной армии, чтобы затруднять оккупантам маневр резервами.

Перед отправкой в тыл врага Тувалович и его комиссар получили последние наставления от члена Военного совета Волховского фронта армейского комиссара I ранга Запорожца и начальника разведотдела армии полковника Василенко. В лесу у деревни Новая Кересть на КП с ними разговаривал о будущем взаимодействии и командарм Клыков.

Комфорта Мерецков внимательно относился к снабжению партизан. Командуя войсками во время Финского похода Красной Армии зимой 1939-1940 годов, он хорошо запомнил возможности финской тактики 'мотти'. Поэтому Мерецков предоставлял партизанам первоклассное вооружение, продукты питания, обмундирование, химические грелки. В отряды партизан Волховский фронт передавались разведчики, подрывники, радисты и медработники; командирам и политработникам партизанских отрядов присваивались воинские звания, партизан награждали орденами и медалями. Фактически партизаны являлись войсками специального назначения Красной Армии. Раз за разом партизаны Туваловича подрывали железную дорогу Ленинград - Чудово у станции Жары и Померанье, где перемещались резервы и поезда снабжения группировки Линдеманна у Любани.

Партизаны Туваловича взорвали 6-метровый мост на шоссе у деревни Болотница в 4-х километрах от Любани. Ремонт моста требовал не менее двух суток. Во время боя у моста убито 10 оккупантов и их прислужников. Погиб партизан Гамулин. При отходе партизаны вырезали 500 метров многожильной линии связи. Одновременно партизаны Туваловича подорвали в четырёх местах рельсы на обеих колеях на железнодорожном перегоне Тосно - Любань. Взорвали стрелки и будку у стрелок вместе с 5 оккупантами. Своих потерь не имели. Там же на шоссе заложено несколько фугасов трёхсуточного действия для вывода шоссе из строя на этот строк. В одном месте шоссе взорвали, сделав воронку радиусом 2,5 и глубиной 1,5 метра. Южнее взорвали дорогу из металлического аэродромного покрытия. Там же перерезали 4 линии связи. В районе деревни Никитинской разгромили гараж. Уничтожено 8 различных машин, убито 7 немцев и 5 предателей. Захвачены документы, оружие. Своих потерь нет.

Партизаны провели ещё несколько нападений на оккупантов в пригородах Любани. В результате оккупанты, у которых в тылу и так-то царил полный бардак из-за выполнения приказа 'Вперёд', паниковали и гнали резервы в мороз пешим маршем по параллельному шоссе колонному пути, снаряды везли на санях, горючее на грузовиках.

Не сидели сложа руки и другие партизанские отряды. Владея на оккупированной территории инициативой, несмотря на огромные трудности борьбы и смертельный риск, Ленинградские партизаны наносили оккупантам чувствительные удары там, где их не ждали. К концу февраля 1942 года в тылу группы армий 'Север' партизаны уничтожили около 8500 солдат и офицеров, 70 взяли в плен, разгромили 4 штаба соединений и крупных частей, вывели из строя 45 самолётов, 62 танка и бронемашины, 1000 различных автомашин с грузом и войсками, взорвали 65 складов с боеприпасами, горючим и военным имуществом, пустили под откос 55 поездов, в результате чего разбилось свыше 350 вагонов с солдатами и техникой, совершили 5 налётов на крупные железнодорожные станции, взорвали 195 железнодорожных и шоссейных мостов, разрушили 9 радио и телефонных станций. Так спасали Ленинград!

Маршал Советского Союза Ворошилов принял решение наблюдать за ходом наступления на Любань группы Привалова из деревни Дубовик, где расположился штаб кавкорпуса Гусева и штаб 366-й стрелковой дивизии Буланова. Клыков находился на ВПУ армии в Огорели. Ворошилов отправился в Дубовик из Новой Керести на танкетке Т-20 'Комсомолец'. По дороге Ворошилов и Мерецков заехали во Вдицко, где в 20 километрах от передовой размещался 364-й полевой передвижной хирургический госпиталь. Здесь маршал Советского Союза и близкий товарищ Сталина разговаривал с медиками, ранеными. В это время батарея 37-миллиметровых зенитных пушек сбила над Вдицко бомбардировщик Heinkel He 111. Было отчетливо видно, как зашедший в пике бомбардировщик вдруг вздрогнул и, оставляя дымный след, рухнул в болото. Двое подлецов упали с самолётом, четырёх взяли в плен, у пятого не раскрылся парашют. Лётчики вели себя нагло, кричали как пьяные: 'Рус капут! Сталин капут!'. Одному, самому буйному, пока тащили по снегу, 'особисты' самому сделали 'капут'. В этом же районе недавно в неравном бою советский истребитель сбил два фашистских самолёта, а несколько дней назад бойцы наблюдали с земли, как в бою 'худые' сбили советский разведчик. Охваченный огнём самолёт ЛаГГ-3 промелькнул над болотом и рухнул где-то в торфяное поле. Лётчик выпрыгнул с парашютом. А в небе кружил и делал всё новые развороты фашистский самолёт. Стервятник всё строчил и строчил короткими очередями по советскому герою, который спускался на парашюте. Такие они, стервятники Геринга...

В этот день забитую поездами с пополнением и снабжением станцию Любань впервые обстреляла советская артиллерия дальнего действия со стороны Красной Горки. Вечером 14 пикировщиков Ju 87 засыпали Вдицко бомбами. Какой-то агент Abwehrtruppe 1 из числа местного населения или из штаба 2-й Ударной армии смог сообщить своим подлым работодателям о приезде члена Ставки Верховного Главнокомандования. К счастью Ворошилов к тому моменту уже поехал осмотреть госпиталь...

Морозный и вьюжный вечер. Колючий ветер пронизывал насквозь, бил в лицо крупными и острыми льдинками. Тая, они оставляли на губах неприятный болотный привкус.

- Гиблые места! И воздух здесь тяжёлый! Одно слово - болото! - сказал Ворошилов следующему за ним Мерецкову.

- Летом-то как они здесь живут? Не пойму! Комарья, поди, полно и гнуса разного! - ответил комфорта.

Преодолев снежные заносы и сильные порывы ветра, они дошли до одной из госпитальных землянок. Назвавшись часовому, прошли внутрь вместе с клубами мороза. В землянке тепло и просторно. Бревенчатая кровля на столбах из толстых сосновых стволов. Посреди буржуйка. Возле неё стол из тонких берёзок. Вдоль стен топчаны с ранеными командирами. Края обширной земляки теряются во мраке.

Сидящий за столом с трубкой пожилой старшина с забинтованной головой и ватной подушечкой на месте одного глаза, и как будто однорукий, выронил трубку и быстро встал из-за стола. Накинутый полушубок упал. Пришедший в гости красноармеец тоже застыл как вкопанный, увидев шитые настоящим золотом маршальские звёзды в петлицах и сияющие золотые пуговицы с гербами Советского Союза.

Ворошилов прошёл к столу, снял папаху из седого каракуля, сел и, посмотрев на старшину, весело произнёс:

- Ну, что старшина, чаем угостишь?

Мерецков движением лобастой головы указал красноармейцу на дверь, давая понять, что тому нужно покинуть блиндаж. Этот жест Ворошилов заметил.

- Чего это ты там, Кирилл Афанасьевич, головой дёргаешь? Контузило что ли? - пошутил Ворошилов, оглядываясь. - Садись, старшина. И ты садись, - предложил он Мерецкову, - чего столбами-то стоять. Ты, старшина, тоже конник? Фамилия?

- Старшина Зуев из 244-го кавалерийского полка 87-й кавалерийской дивизии.

- А вторая рука где?

- Под фуфайкой, товарищ маршал. Ранение небольшое.

- Сильно небольшое?

- Да, так, навылет!

- А что не эвакуировали?

- Да я кисет с махоркой к ране приложил, потом сестричка обработала. Всё уже почти и зажило.

- Какой такой кисет с махоркой?

- Да, обыкновенный, товарищ маршал. Кисет с махоркой. Дело-то обычное. Бой. Много фрицы ДЗОТов понаделали. Мы вчера их атаковали. Меня зацепило. Ну, я кисетом рану придавил.

- Помогло?

- Помогло! Верное средство! Бывало дрова рубишь или плотничаешь, поранишься случаем, так махрой залепишь, быстро заживает.

- Ну, да? А немец-то, сильно бьёт?

- Пристреляно у него хорошо! Каждый метр! Его бы артиллерией и авиацией хорошенько прищучить, нам бы проще было! На конях мы его не свалим, нет, не свалим, снега много! Танки нужны...

Спавшие в блиндаже раненые стали просыпаться и спросонья не сразу соображали, что происходит и кто перед ними.

- Ладно, прищучим! И танки будут...

- А хотите анекдот, товарищ маршал Советского Союза?

- Давай! - махнул ладонью Ворошилов.

- Получили два немецких солдата приказ наступать. Сидят, думают, что делать. Один спрашивает другого: 'Ганс, какой план по разгрому русских?' А тот говорит ему: 'Ты иди первым, а я за тебя потом отомщу!'

Посмеялись...

- Хорошо, что не падете духом, - сказал Ворошилов. - Даёте оценку ситуации, обстановке и конкретным людям. Наши враги - это рабы из капиталистической армии рабов. Особенно эти рабы горды 'порядком': бездумным подчинением приказам капиталистов, причём, любым. Только рабы не думают, а подчиняются. Потому наши свободные душой люди, народные творцы никогда не будут покорены рабами! Смех умных и свободных - самое сильное оружие над бездумными!

Что происходит, когда свободные люди сражаются с армиями рабов, Ворошилов и Мерецков хорошо показали миру во время Финского похода Красной Армии с 30 ноября 1939 до 13 марта 1940-го года, в котором они оба являлись главными действующими лицами. Основной задачей СССР тогда ставил удаление границ Финляндии от Ленинграда на Карельском перешейке. Поскольку Ленинград составлял 30-35 процентов оборонной промышленности страны. Сперва Финляндии предлагались другие территории взамен территории на Карельском перешейке, в 5 раз больше её, хотели арендовать некоторые финские острова в Балтийском море, но яростные финские антисоветчики отказалась. Финляндия наоборот, требовала во время Московских переговоров отвод войск советских войск на 25 километров от границы, то есть уход Красной Армии из Ленинграда. Забыли неблагодарные, как сидели под дверью Ленина, ожидая от него бумажку с признанием их независимости от России, без которой с ними никто в мире не хотел официально иметь дело.

К 18 декабря 1917 года вопрос о признании независимости буржуазной Финляндии был решён. Если большевики и левые эсеры освободят Финляндию от гнёта, в мире станет на одну несправедливость меньше. В Финляндии начиналась Гражданская война и финская буржуазия обманывала народ, обманывала трудящиеся массы тем, что москали, шовинисты, великороссы хотят задушить финнов. Оформлено решение Совнаркома. Народные комиссары вставали один за другим и с огромным удовлетворением подписывали документ о признании независимости Финляндии. 31 декабря 1917 года финская делегация с премьер-министром Свинхувудом во главе скромно и смиренно стояла у дверей Ленина для получения акта признания независимости Финляндии. Свинхувуд - швед по происхождении. В переводе на русский язык его фамилия означала 'свиноголовый'. Чистенькие, крахмальные, чопорные, в сюртуках с иголочки, финны как-то странно и чаще, чем следует, улыбались, смущались. Их смущал и коробил факт оказаться в роли просителей у порога рабочей власти, диковинно простая приёмная, наскоро сколоченная, простая, деревянная вешалка у дверей главы государства, где им самим, без швейцаров и лакеев, пришлось повесить свои меховые пальто. Свинхувуд, будущий президент Финляндии, являлся не просто буржуазным политиком, а одним из тех, кто собирался утопить в крови финских красных, да и всех народных комиссаров с удовольствием перевешал бы на фонарях. Ленин прекрасно сознавал его роль.

Энкель передал просьбу премьер-министра управделами Совнаркома Бонч-Бруевичу, что они хотят, чтобы акт вручил им Ленин как глава правительства. Бонч-Бруевичу стал возражать. Ленин в этот момент шло заседание Совнаркома. Энкель повторил просьбу, сказав, что, может быть, Ленин найдёт пару минут, чтобы выйти к нам. Ленин не желал пожимать руку финскому премьер-министру. На роль дипломата он предложили Наркома юстиции левого эсера Штейнберга. Однако и Штейнбергу перспектива общаться со Свинхувудом и его буржуями не улыбалась. На предложение побеседовать с финнами он ответил:

- Чего мне им говорить? Согласно своему посту я могу только арестовать их.

- Ну, так и арестуйте! - засмеялся Троцкий. - И к стенке...

Ждать финнам пришлось долго. В Смольном холодно. Финнам приходилось постоянно двигаться, чтобы немного согреться. Всего пришлось прождать около трёх часов. За дверями приёмной Нарком продовольствия Шлихтер и секретарь Мария Скрыпник снова обратились к своему руководителю, глава Советского правительства:

- Владимир Ильич! Финляндская делегация явилась и просит принять её...

- Вот акт о независимости. Всё в порядке. Отдайте им. - быстро ответит Ленин, делая какие-то текстовые наброски в блокноте.

Простой бланк Совнаркома, машинописный текст, два абзаца, подписи Ленина, Троцкого, Сталина, Шлихтера, Карелина, Штейберга...

- Владимир Ильич! Но ведь это вам самому надо вручить его!

- Почему же непременно мне? Ну, устройте это как-нибудь, скажите, что нельзя прервать очень важное заседание.

- Ну, нельзя же так, Владимир Ильич, это значило бы, что вы отказываете им в приёме, неудобно.

- Пусть подождут, ведь это буржуазное правительство. - заключил Ленин с чувством неприязни.

Шли часы... Было уже около полуночи. Но финны терпеливо ждали, для них было важно получить акт из рук самого Ленина, главы Советской власти, они просили именно об этом. Ильич же отнекивался:

- Что я могу сказать этим буржуям?..

В конце концов, Ленину пришлось взять неприятную роль на себя. Открылась дверь, и тут же, у порога кабинета, произошла эта характерная по новизне и необычайности церемония дипломатической встречи двух миров: изысканно сшитых буржуазных сюртуков с простеньким темноватого цвета советским пиджачком... Финны подошли к нему. Владимир Ильич, улыбаясь, пожал руку Свинхувуду.

- Надеюсь, товарищи финны... то есть, простите, господа финны теперь довольны? - спросил Ленин.

- Очень даже довольны, - пробормотал Свинхувуд.

Вокруг иностранцев, выражающих благодарность лично Ленину, собрались присутствовавшие там солдаты, матросы и другие вооружённые люди, наблюдая с любопытством за разговором, из которого они сразу поняли, что Совет Народных Комиссаров только что признал независимость Финляндии.

Нечего и говорить о том, какое величайшее удовлетворение и радость испытали финны тогда, получив это первое признание независимости Финляндии. Исполнилась заветная мечта всего народа Финляндии. Естественно, что их охватило чувство благодарности к правительству Ленина, к большевикам, которое без всяких условий признали независимость финского народа в соответствии со своими принципами права наций на самоопределение.

Финляндия во время Московских переговоров 1939 года стягивала войска к границе, а после срыва переговоров провела открытую мобилизацию. Отвергнув крайне выгодные условия и проведя мобилизацию, финны продемонстрировали, что намерены воевать в любом случае и жаждали войны. Советские войска сосредоточились на 5 основных направлениях. Первая, самая крупная группировка - на Карельском перешейке. От неё требовалось создать заслон против всяких случайностей против Ленинграда, провести разведку боем, создать плацдарм для наступление, когда прибудут главные силы. Другая советская группировка сосредоточилась для действий на северном побережье Ладожского озера с основным направлением на Сердоболью. Третья, меньшая, для действий на Улебо. Четвёртая для действий на Торнео и пятая - с севера на юг на Петсамо.

Подлец Маннергейм рассчитывал, что РККА не готова к наступлению, что так и было. Но Ворошилов неожиданно перешёл в наступление без предварительной подготовки, заведомо более слабыми войсками, чем у финнов силами, продемонстрировав всему миру, что РККА может действовать не только в соответствии с учебниками, но и творчески подойти к решению проблем, что выработала у командиров Гражданская война. Это решение Ворошилова некоторые трактовали как ошибку и показатель неумелости. Но всё наоборот. Красная Армия получила инициативу. События стали развиваться совсем не по сценарию Маннергейма.

Кроме того высинилось, что армия Финляндии и СССР не сопоставимы по уровню боевой подготовки и вооружённости. Это ярко продемонстрировало наступление 7-й армии Мерецкова, которая, не имея положенного численного преимущества в наступлении, продвигалась стремительно, смогла занять территорию и создать плацдарм для развертывания войск, и при этом начала штурм оборонительных позиций 'линии Маннергейма'. После разведки боем 'линии Маннергейма', на отвоёванном Мерецковым плацдарме сосредоточились войска под командованием Тимошенко для прорыва обороны. А затем... был военный разгром и принуждение Финляндии к миру. Генштаб СССР подсчитал 48 745 человек убитыми и 158 863 раненых. Финляндия свои потери скрыла, но они оказались больше советских. По подсчётам Генштаба на основании донесения войск финны потеряли примерно 60 тысяч убитыми и 250 тысяч. На всю войну, которую в СССР называли Финским походом, поскольку до войны она не дотянула, потребовалось 3,5 месяца. СССР отодвинула границу от Ленинграда, что позволило удержать город в 1941 году, разбил технику, тактику и стратегию передовых государств Европы, представители которых являлись учителями финнов и оказывали им военную помощь. После своего поражения Финляндия методами буржуазной пропаганды переписала историю и присвоила себе тактическую и стратегическую победу, занижая свои потери и деформируя задачи СССР, утверждая, что он впал в идиотизм и планировал захватить Финляндию полностью, словно СССР являлся империалистическим государством, а большевики, тот же Сталин, не отпустили финнов на вольные хлеба 22 года назад. Ворошилова после этой войны сняли с поста наркома обороны 7 мая 1940 и позже, 30 июня 1941, назначили в ГКО - как признание его высшего авторитета, самого компетентного специалиста в военной области. Ещё бы, за 3,5 месяца зимой Финляндию разгромил в пух и прах...

Ворошилов встал, собрался уходить, сказал напоследок:

- Ну ладно, старшина, спасибо! Выздоравливай!

С тем и вышел, кинув Мерецкову:

- Есть ещё порох в пороховницах...

Зуев встал, почувствовав, как сильно вспотела спина. Всё произошло в каком-то тумане: 'Чего сказал, как сказал и зачем? Про махру, про артиллерию! Они генералы - лучше знают, а я тут ещё со своим анекдотом бородатым!'

Да уж... Смущение старшины понятно. Ворошилов - кумир всех мальчишек, теперь выросших в героев Великой Отечественной войны. Боец большевистской партии до революции, во время Февральской и Октябрьской революции, один из руководителей Петроградского военно-революционного комитета. Ворошилов спас РСФСР от неминуемой гибели, когда из-под Харькова вывел целую армию, им же и организованную, к Царицыну. Не окажись ворошиловских войск под будущим Сталинградом, не с кем было бы и Сталину там организовывать оборону против Краснова, войска Краснова, Деникина и Колчака неминуемо соединялись, замыкая кольцо вокруг Республики, подвоз хлеба в центр оказался бы невозможен, голод задушил бы Советскую власть даже без белогвардейцев и их иностранных хозяев. До 1940 года Ворошилов возглавлял оборонное ведомство и усилиями выстроена та армия, которая остановила и погнала Wehrmacht, его усилиями построена вся организационная структура Красной Армии, система подготовки командных кадров, мобилизационная структура, сделан упор на механизацию, автоматизацию...

10 июля 1941 года Ворошилова ГКО направил командовать войсками Северо-Западного направления. А там фон Лееб уже начал войска РККА расчленять, резать фронт, как батон, фактически, начиналась катастрофа. Ситуация очень походила на масштабное предательство, начинали вырисовываться детали плана троцкистов, засевших в штабах - организация военного поражения для захвата власти. Не с 22 июня Ворошилов командовал направлением, а с 10 июля! Ему не оборону требовалось организовывать, а катастрофу полную предотвращать. И Ворошилов с задачей справился. Но 14-18 июля он провёл успешный и сокрушительный контрудар по гитлеровцам в районе города Сольцы, после которого против армии 'Север' они станут регулярными. У Ворошилова котлов наподобие Вяземского не случилось, как у Конева. Он вывел войска к Ленинграду, измотав по пути немецкие части так, что Лееб уже был не в состоянии без значительных подкреплений штурмовать город. А подкреплений для Лееба не было. При обстреле артиллерией командного пункта, где он находился как командующий, в непосредственной близости от сражающихся войск, а не в тылу, Ворошилов получил ранение. И его раненного сменил Жуков...

Пошли уже вторые сутки как два полка 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Старунина поводили рейд по тылам, изыскивая возможность выйти к станции Померанье железной дороги Ленинград - Чудово. Стояли сильные морозы. Группа Старунина находилась под неотступным наблюдением фашистов. Везде вдоль 'линии Линдеманна' она натыкалась на огонь. Как только батальоны сосредотачивались, их обстреливала артиллерия. Приходилось снова рассредоточиваться. Много мин. В том числе 'прыгающих' S-Mine 35. С прыгающими минам боролись подручным способом: срезали 1,5-метровые ёлочки, обрезали с них ветки, оставляя 10-15 сантиметровые сучки. К хвосту такой 'кошки', привязывали бечёвку. Забрасывали 'кошку' как можно дальше и тащили... Продвигались вперёд и опять забрасывали... 'Кошка' цепляла растяжки, они прыгали и обдавали осколками деревяшку...

На южном фасе 'Волховского плацдарма' Большое Замошье - Теремец-Курляндский заняла рубеж обороны 259-я 'серпуховская' стрелковая дивизия Лапшова. После 9 месяцев почти непрерывных боёв, выхода из двух окружений, героическая дивизия Лапшова имела в своём составе 4215 человек из положенных 11 126 человек по штату No. 04/750. Вооружение: 210 пулемётов, 37 миномётов, 18 'полковушек' и Ф-22-УСВ калибра 76 миллиметров, 4 'сорокопятки' и масса другого вооружения. 267-я стрелковая дивизия Потапова высвободилась для действий западнее.

Полковник Лапшов выглядел бодро и, как всегда, был деятелен. Заметно его расстраивали только сообщения о потерях. Общаясь с бойцами, он в непродолжительных сердечных беседах всегда возвращал им бодрое расположение духа. Всем запомнилось, как он говорил о страхе:

- Ну как, товарищи, страшно пришлось?

Он развивал эту тему на доступном для бойцов языке, но достаточно глубоко. Страх он представил как вполне естественное чувство, стыдиться которого вовсе не следует. Стыдно бойцу должно быть не за испытываемый страх, а за неспособность подавить, преодолеть его в себе. Сам комдив казался совершенно бесстрашным.

Комдив-259 Лапшов из крестьян. Карьера, образование и опыт типичны для командиров дивизий РККА.. В армии с сентября 1914 года. Награждён тремя Георгиевскими крестами. Последнее звание в старой армии - старший унтер-офицер. В Красной Армии с 1918 года. С того же года большевик. Воевал на Восточном фронте против белогвардейских войск адмирала Колчака, войск интервентов США, Франции, Японии. Служба в войсках. Окончил Киевскую высшую объединённую военную школу среднего комсостава. Курсы 'Выстрел'. С января по октябрь 1938 года участвовал в национально-революционной войне испанского народа против фашистского авангарда капиталистов Испании. С первого дня Великой Отечественной войны на фронте как командир стрелкового полка 74-й стрелковой дивизии. В июне-июле 1941 года Лапшов в районе города Бельцы и молдавского посёлка Флорешты несколько раз водил полк в атаку, разгромил два румынских полка. С малым отрядом двое суток удерживал переправу через Днестр. Вывел полк из окружения, сохранив личный состав и матчасть. Слишком эмоционален и горяч, порой не мог себя сдерживать, взрываясь по нестоящим поводам. Действовал иногда чересчур прямолинейно и слишком подчиняясь чувству. Стремясь быть всегда впереди, он мог безрассудно броситься в атаку во главе батальона и даже роты. Герой Советского Союза.

259-я 'серпуховская' стрелковая дивизия Лапшова в действующей армии с 30 июня 1941 года. Сформирована из личного состава войск НКВД. В начале августа 1941 года участвовала в удачном контрударе под Старой Руссой, когда удалось освободить первый русский крупный город. В ходе операции с боями прошла более 150 километров, освободив от врага свыше 20 населённых пунктов. Попала в окружение, отходила к Демянску и восточнее. Передислоцировалась на Волховский фронт. Обороняла Малую Вишеру. В ноябре 1941 года вела наступление, освободила Малую Вишеру, Большую Вишеру, станцию Гряды, вышла на реку Волхов. 26 декабря 1941 года силами двух стрелковых полков форсировала по льду Волхов и совершила героический и дерзкий прорыв через оборону 215-й пехотной дивизии Книза к шоссе Новгород - Чудово на участке Лядно - Трегубово, там, где Линдеманн позже создаст 'Волховский рукав'.

Рейдовая группа дивизии Лапшова под командованием комиссара дивизии полкового комиссара Майзелья в отличном зимнем обмундировании прервала движение по железной дороге Чудово - Новгород и параллельному шоссе, громила гарнизоны, станции, резала линии связи, уничтожала резервы. Так оказались уничтожены 11-я и 12-я роты обер-лейтенанта Штриттматера, высланные из Залозье командиром 215-й пехотной дивизии Книзом для восстановления коммуникаций. До начала января рейдовая группа комиссара Майзелья действовала в тылу обороны 'Волховского вала' и к 6 января за день до начала наступления 2-й Ударной армии вышла группами и даже поодиночке к своим. Комиссар Майзель пал смертью храбрых. Сапёр Аленичев, бывший боец войск НКВД, пожилой человек атлетического сложения, удивительно скромный и даже застенчивый, в критические минуты прорыва вокруг собрал группу сапёров. По мере продвижения численность её возрастала, к ней присоединялись бойцы других частей, стрелки, артиллеристы. Выйдя на опушку леса к Волхову, Аленичев остановил свою группу и, дождавшись темноты, один отправился в сторону реки на разведку. На пути натолкнулся на тропу, протоптанную вражескими дозорами, патрулировавшими промежуток между двумя прибрежными деревнями. Изучив режим движения патрулей, Аленичев залёг возле тропы в белом маскировочном халате и финкой без выстрела мгновенно убил одного за другим двух дозорных. После этого провел группу к берегу реки. Фрицы обнаружил её на льду и открыл по ней огонь, но наши бойцы были уже у своего берега. В середине января дивизия заняла оборону в районе деревни Горки. Вела упорные бои за Копцы...

Большую общую могилу оставила 'голубая' дивизия неподалёку от места, где разместился Лапшов со штабом. Лапшова, воевавшего в Испании против фашистов Франко, заинтересовала эпитафия на католическом могильном кресте: 'Павшим за бога и Испанию благодарность!' Его эпитафия удивила. Слова красивые, но смысл извращённый.

- Конечно, за бога испанцы вольны 'падать' где им угодно, но что у них за резон класть свои головы за Испанию в студеных новгородских лесах?

Кто-то из политработников шутливо посоветовал комдиву задать этот вопрос командиру 'голубых' генералу Грандесу.

- Взять бы эту сволочь живым! Будьте уверены, он бы нам за всё ответил, -решительно и злобно заключил Лапшов. - И за то, что испанцев пригнал сюда за три моря помирать...

В ночь на 24 февраля 1-я эскадрилья 658-го легкого бомбардировочного авиаполка провела налёт на станцию Любань. Разбит эшелон с войсками и вооружением. В эту же ночь на западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии партизаны из отряда Туваловича провели подразделения 'серпуховчан' Лапшова по тылам оккупантов к опорному пункту в деревне Село-Гора. Красноармейцы сняли часовых и ворвались в село. Голландцы SS Freiwilligen 'Legion Nederland' спали по избам и атака застигла их врасплох. Они считали себя в безопасности и расположились как у себя дома. Начался их расстрел.

По тёмной улице белыми призраками бежали красноармейцы. Впереди них, с немецким автоматом, комроты. Вот красноармеец, согнувшись почти до земли, побежал от сарая к избе, на ходу достал лимонку, кинул её в окно дома и залёг за крыльцом. Рядом плюхнулся ещё один боец. Взрыв лимонки вынес оконные рамы, в избе вскрикнули и затем тишина, значит, там уже чисто. Закончив с домами, 'серпуховчане' двинулись вдоль улицы по огородам, осматривая сараи, погреба и дома. В нескольких погребах прятались жители, выгнанные из домов. В одном из погребов сидел старика со старухой, женщина лет сорока и трое ребятишек, закутанных в разные платки и лохмотья. При свете лучины они смотрели обречённым взглядом. Бойцам стало не по себе, колкие мурашки пробежали по спине. Они представили на месте этих ребят своих детей. Да так ясно представили, что стало зябко. 'Ну, нет! Этого не будет, никогда!' - дали они клятву себе.

В итоге 364 трупа голландца в нижнем белье. Захвачено множество трофеев. Победа омрачилась там, что 'серпуховчане', многие в прошлом воины войск НКВД, не взяли ни одного пленного. Убили всех фашистов. Комдив негодовал. Ему пришлось выслушать упрёки от командарма.

Другой батальон наёмников из SS Freiwilligen 'Legion Nederland' получил приказ освободить перерезанную воинами 366-й 'томской' стрелковой дивизии Буланова дорогу на Гузи. Эти бои за дорогу оказался роковым для голландских искателей легкой наживы. За несколько дней 'томичи' перебили около 200 наёмников и примерно 300 отправили лечиться. Рота обслуживания почти вся приказала долго жить. Из противотанкового взвода уцелело пятеро. Оказался потерян почти весь командный состав. В первой роте почти не осталось обер-офицеров и унтер-офицеров. За один день боёв трижды назначались новые командиры 1-й роты. С утра ''томичи' убили командира роты Нусбаума, на его место назначили другого немца, которого 'томичи' убили в полдень. Вместо него назначили голландца де Вильде, которого к вечеру 'томичи' тоже подстрелили. В это же время ранение получил командир 2-й роты эсэсовец Крейман, и пулю в голову заработал голландец 'унтерштурмфюрер' Стольнаре. Тяжело ранило командира 5-й роты Вейнгертена и убило авиабомбой 'унтерштурмфюрера' Каутена. Через три дня боёв вышел из строя и командир 4-й роты. Ему пришлось ампутировать ногу. Командир 'легиона' Липперт получил тяжёлое ранение...

Главные силы конников Гусева тем временем с большой задержкой сосредотачивались в болотном дефиле для атаки Любани - непрерывные бомбёжки и артобстрелы причинили очень большие потери конскому составу. Снабжение по земле кавкорпуса и группы Привалова шло с трудом, а по воздуху - в недостаточном количестве. По фамилии комдива кавалеристы конину павших в бою и от перенапряжения лошадей называли 'гусятиной'. Вот и ели 'гусятину', как кочевники половецких степей Дешт-и-Кипчак. Юмор, даже чёрный, помогал отгонять страх, поддерживать человечность. С юмором становилось чуточку легче. До победы далеко, коренной перелом ещё не наступил, только наметился. А они уже шутили...

К Красной Горке подтягивались танки, 24-й гвардейский миномётный полк, имевший 24 установки залпового огня М-13 'Катюши' на гусеничном ходу. Командный состав миномётчиков состоял из бывших студентов 3-го курса матфакультета института Герцена. С началом войны их перевели в 3-е Ленинградское артучилище и в ноябре выпустили лейтенантами. Своим оружием они владели в совершенстве.

Подошёл к месту будущего сражения и встал на позиции 393-й артполк РГК. Своими 122-миллиметровыми орудиями он начал уничтожение врага на 'линии Линдеманна' и в районе Красной Горки. 'Емели' 18-го артполка РГК повели огонь по станции Любань, где занимали позиции 'артиллерийские' поезда оккупантов. Досталось и аэродрому в Бородулино. Судя по тому, как там двое суток полыхало и взрывалось, попали в склады горючего и боеприпасов. 76-миллиметровые 'полковушки' 840-го стрелкового полка прямой наводкой расстреливали ДЗОТы

В лес в 5 километрах южнее деревни Красная Горка для развития наступления группы Привалов на Любань наконец-то прибыл передовой стрелковый полк 'воронежцев' дивизии Антюфеева. К сожалению бойцы находились в крайне вымотанном состоянии из-за 1,5 месяцев непрерывных наступательных боёв в нечеловеческих условиях. Антюфеев потерял за 1,5 месяца напряжённых боёв 1/2 личного состава ранеными, больными, обмороженными, убитыми, пропавшими без вести, то есть теми же неучтёнными ранеными. Марш от Огорели, где располагался ВПУ армии Клыков и находился комфорта Мерецков, до деревни Красная Горка тоже оказался чрезвычайно утомительным. Вроде бы всего 15 километров, но из них 5 километров по заснеженной грунтовке, а затем 10 километров по обозначенной на карте тропе, а по факту по снежной целине: густые кустарники, завалы, русла ручьёв. Зато Luftwaffe не бомбили. Здесь они никого не ожидали увидеть. Расчищая колонный путь, перевозя пушки, снаряды, 'воронежцы' в сильные морозы шли со скоростью 2 километра в час с большим напряжением. В результате к началу наступления их дивизия не успевала.

Таким же образом, сражаясь с сугробами, буреломами, завалами, полыньями, двигалась к Любани 46-я стрелковая дивизия Окулича. После того, как эскадроны 80-й кавдивизии Сланова на железной дороге Веймарн - Чудово сменили части Окулича, кавалеристы смогли продолжить наступление и в ходе ночного марша смогли продвинуться в сторону Любани в район в 1,5 километрах южнее Кирково. Снег лошадями по брюхо. Для пеших дорога труднопроходимая. Весь обоз и матчасть эскадроны остались в Красной Горке. Спать хочется - жуть! Больше, чем есть... 205-й кавполк достиг первой просеки с указателем 'Мхи'. За ним вытянулись остальные кавполки.

Деревня Дубовик, куда прибыл Ворошилов, фашисты помимо постоянных бомбёжек методично обстреливали из тяжёлых французских орудий из-за Глебовского болота. Несколько выстрелов - затем часовой перерыв... И опять - несколько выстрелов - перерыв. Некоторые снаряды, огромные как свиньи, коснувшись слежавшегося снега, скользили по нему и не взрывались. Один из таких долго лежал посреди улицы. Поскольку мины, гранаты, патроны и всевозможное военное снаряжение гитлеровцев валялось везде и в большом количестве, никто не обращал внимания и на неразорвавшийся снаряд, пока 10-летний мальчик не решил вывернуть взрыватель. От ребёнка остались кровавые клочья, которые обезумевшая мать собрала в наволочку. Так унёс ещё одну русскую жизнь снаряд, сделанный во Франции...

От эсэсовцев из SS Polizei-Division убийцы Вюнненберга и 254-й пехотной дивизии графа фон Шверина штаб 18-й полевой армии требовал окружить советские части у деревни Красная Горка и оттеснить их в заболоченный лес. Для этого с 'миру по нитке' оккупанты сформировали под командованием фон Шверина 'группу Бок': II батальон 2-го полк с артиллерией и другими частями SS Polizei-Division, 14 танков Pz.Kpfw.III из 203-го танкового полка, несколько различных армейских рот, отряд курсантов-авиаторов, 'сотня' эстонских добровольцев, батарея противотанковых орудий и батарея самоходных зенитных пушек. Полукругом у Любани оккупанты установили дополнительную артиллерию. III батальон 2-го полка SS Polizei-Division и лыжная 'сотня' эстонских националистов в 2-х километрах западнее шоссе заняли на высоте около Любани отсечную позицию - чтобы советские части в случае прорыва не смогли обойти Любань с запада. Сюда же с Ленинградского фронта подтягивался III батальон 3-го полка, II батальон 1-го полка SS Polizei-Division и 540-й пехотный штрафной батальон 'испытательного срока'. Гитлеровцы обходили слово 'штрафной' стороной, чаще использовали слово 'воспитание', 'исправление'.

В 500-е штрафные батальоны Wehrmacht собирал во время боевых действий солдат за нарушение дисциплины, попытку сдаться в плен, гомосексуальные связи, самострелы, трусость, оставление позиций, 'подрыв боеспособности' в любом виде, за критические высказывания относительно капитализма, критику ошибок при ведении боевых действий. В 900-е штрафные батальоны попадали из военных концлагерей политические противники капитализма, те, кто в концлагерях не умер от тифа, разумеется. Оружия им не давали. На передовой, в предельно тяжелой обстановке, под ураганным огнём 900-е штрафные батальоны занимались строительством ДЗОТов, рытьём окопов, выносили раненых и убитых, то есть привлекались к самым рискованным действиям, которые не требовали ношения оружия.

Группа армий 'Север' имела более 10 штрафных батальонов. В сомнительных ситуациях позади штрафных батальонов выставлялись заградительные отряды из унтер-офицеров с пулемётами и автоматами. Такой заградотряд, в частности, стоял за спинами немецких штрафников из 550-го 'испытательного' батальона в боях на Синявинских высотах.

За последнюю неделю на восточном фасе 'Волховского рукава', на участке 'группы Хойн' и 'группы Дойч', на фронте остатков 215-й пехотной дивизии и других частей на северном фасе Волховского плацдарма, где оккупантам противостояли части 374-й и 377-й стрелковых дивизий, атаки и контратаки прекратились. Стороны исчерпали наступательный потенциал. Советские части перешли к обороне и за маскировочными сетями приступили к оборудованию долговременных позиций. То и дело возникали бои местного значения. Высылались группы советских разведчиков. Они сталкивались с разведгруппами оккупантов, брали 'языков' или возвращались ни с чём. Советские лыжники всё время минировали протоптанные разведкой подлецов тропы, в результате те постоянно несли потери. Советские части пробились через 'дорогу Кольберга' на север. Партизаны Туваловича взорвали у Любани мост на шоссе Болотницы, а также рельсы у Рябово. Снизилась активность советской артиллерии при ведении огня по Дымно, 'Коминтерну' и Боркам. Но при этом 2-я Ударная армия в целом всё ещё диктовала группе армий 'Север' свою волю.

ВВС Волховского фронта Журавлёва еженощно и ежедневно бомбили, штурмовали оккупантов в 'Волховском рукаве', прерывая удары только в нелётную погоду. Чаще всего атакам подверглись опорные пункты Остров, Коляжка, Овинец. Также часто бомбили Холопью Полисть, Большое Опочивалово, Чудово. Сбрасывались агитационные листовки, призывающие немецких солдат не сражаться за интересы международной клики капиталистов. Вместо уничтоженной в боях в Спасской Полисти 'группы Шёпфер' в мясорубку отправился сводный батальон 'Еренфордт' из 390-го пехотного полка. 291, 21, 11-я пехотные дивизии образовали 'группу Герцога'.

В ночь на 25 февраля на Любанском направлении передовой отряд эскадронов 100-го кавполка 80-й кавдивизии Сланова и группы 163-го отдельного лыжного батальона двинулись в наступление на Любань по западному берегу реки Сичева, ориентируясь по лыжне созданной партизанами Туваловича. При поддержке 2 танков Т-34 и 4 лёгких Т-60 из 166-го отдельного батальона Стоянова они без труда прорвала оборону подразделений сводного батальон 254-й пехотной дивизии и свежего 403-го самокатного батальона 'группы Эндрюс'. Уничтожив огневые позиции, передовой отряд с помощью проводников-партизан достиг района в 1,5 километрах юго-западнее Кирково. На рубеже дорог в 5 километрах юго-западнее Рябово, и на лесной просеке в 4 километрах юго-западнее Болотница отряд с ходу вступил в бой с группами III батальона 90-го пехотного полка. Перерезана автодорога идущая из Кирково по просеке на Спиртзавод. Двигаясь у шоссе и железной дороги западнее Любани, лыжники обнаружили на западном берегу реки Болотница окопы и ДЗОТы от деревни Больница до посёлка Варваринский. Между этими опорными пунктами, расположенными у шоссе Ленинград - Чудово, имелась дорога из заводских металлических плиток аэродромного покрытия. По ним курсировали танки и бронемашины. Эти данные подтверждали партизаны Туваловича и пленные. Разведгруппы попали под артиллерийско-миномётный огонь и во избежание излишних потерь отошли.

Марш наступающих войск в район сосредоточения в 1,5 километрах от Кирково проходил без дороги в исключительно тяжёлых условиях. Температура минус 15 градусов по Цельсию. Без расчистки пути сапёрами подвезти артиллерию оказалось невозможно. Таким образом ситуация под Любанью сложилась следующая: восточнее по реке Тигода выстроена оборона. Между Болотницей и Варваринским западный берег реки Болотница сильно укреплён. Восточнее деревни Бородулино за железной дорогой действующий аэродром. Оттуда взлетают разведчики и штурмовики. Без артиллерии прорвать ни ту, ни другую линию обороны невозможно.

Главные силы кавдивизии остались в лесу в 1,5 километрах юго-западнее Кирково. Прикрывающий проложенную по лесу дорогу эскадрон 205-го полка отбил атаку разведгруппы из 30 солдат на лыжах, пытавшихся перерезать линию снабжения, выходя на неё по просеке в 3 километрах западнее опорного пункта Заволжье. Группа оккупантов рассеяна. Погиб красноармеец. Своих убитых и раненых лыжники забрали. Вторая группа из 40 фашистов заходила в тыл через район реки Сичева южнее Кирково на 4 километра. Подлецов удалось перебить.

Фашисты ждали наступления именно здесь, поскольку кроме этого дефиле между болотами, выводящего к южным пригородам Любани, все другие направления для наступления либо имели более сильную оборону, либо ещё менее пригодную местность. Рейд Старунина на Померанье несколько поколебал их уверенность, но появление советских танков у Сичевы всё расставило по местам. Командир 212-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Эндрес, командующий обороной Любани, получил категорический приказ окружить и уничтожить ударную советскую группу под Любанью 'любой ценой'. Это значит - солдат можно не желать, 'фрау ещё нарожают'. 'Группе Эндреса', сформированной на базе 212-й пехотной дивизии, подчинялась 'группа фон Бассе', обороняющаяся к западу от Красной Горки, и 254-я пехотная дивизия, занимающая позиции к востоку от Красной Горки.

Одновременно с наступлением ударной советской группы на Любань, на её тылы у Красной горки началось наступление ударных сил 'группы Эндреса' с запада и востока при поддержке танков, значительной группировки артиллерии и Ju 87. Спустя несколько минут после артподготовки из леса показались большие группы гитлеровцы в маскхалатах, навьюченные пулемётами, миномётами и боеприпасами. Шли они уверенно, не предполагая, очевидно, встретить здесь организованное сопротивление. Первый же орудийный выстрел и пулемётные очереди 'Максимов' сразу скосили десяток. Остальные бросились врассыпную. Красноармейцы заметно приободрились. Реденькая их линия стала постепенно уплотняться за счёт одиночек из боевого охранения, отходивших с фронта, и небольших групп, в том числе раненых в бинтах, подоспевшей откуда-то с тыла. На дороге появились немецкие танки.

- Ох, сколько их! - послышался чей-то тревожный выкрик.

Но тут же раздался другой, совсем спокойный голос:

- Всего лишь три, не паникуй.

За танками справа и слева снова выползала пехота. Имелась возможность уже открывать огонь, но командир расчёта обладал стальными нервами и выжидал. Наконец он махнул рукой. Раздался первый звонкий выстрел 'сорокопятки' и головной танк остановился. Артиллеристы перенесли огонь на второй танк. Выстрел! Гильза с шипением упала на снег. Рикошет. Выстрел! Мимо. Выстрел! Теперь, кажется, попадание в погон башни. Второй танк замер. А третий, беспорядочно отстреливаясь, попятился...

Сражение за Любань претендовало на то, чтобы войти в военные учебники. Дело в том, что наступающая советская сторона не имела преимущества в численности. Кроме того, советские войска после длительного периода непрерывных боёв в тяжелейших зимних условиях уже понесли потери. Для охраны путей подвоза пришлось выделить более 1/3 от всех сил подразделений.

Так у Сланова в двух кавполках, которые наносили удар на Любань, в сабельных эскадронах в строю находилось самое большее 56 человек вместо 134-х по штату 06/233. Каждый из четырёх сабельных взводов эскадрона при численности 32 человека по штату состоял из двух сабельных и миномётного отделений и имел 3 пулемёта ДП, 50-миллиметровый миномёт, 60 автоматов ППШ, остальные бойцы имели кавалерийские карабины образца 1938 года. Кроме этого взводу, как правило придавался 1-2 эскадронных станковых пулемётов.

При ведении боевых действий в лесистой местности, в траншеях и ходах сообщения, при преодолении разного рода заграждений и препятствий, карабин по сравнению с винтовкой гораздо удобнее. Стрельба из личного стрелкового оружия на фронте велась на дистанциях до 1000 метров, вполне для карабина доступных. В эскадрон также входил взвод 50-миллиметровых миномётов, два отделения с 6-ю противотанковыми ружьями ПТРД и гранатомётчиков с противотанковыми гранатами ВПГС-41 конструкции Сердюка. Винтовочная противотанковая граната ВПГС-41 Сердюка имела 300 грамм литого тротила, дальность прицельной стрельбы до 60 метров, по площади до 170 метров. Бронепробиваемость до 3-х сантиметров брони.

Советский ППШ в представлении не нуждался. Скорость пули на 1/4 больше, чем у немецкого пистолета-пулемёта MP-40 и английского Thompson М-1. Благодаря этому ППШ уверенно поражал одиночным огнём цель на дистанциях до 300 метров. Темп стрельбы ППШ-41 составлял 900 выстрелов в минуту, как у пулемёта, и 2 раза выше, чем у MP-40 и Thompson М-1. Это обеспечивало подавляющее преимущество советской пехоте в ближнем бою. Для повышение кучности стрельбы ППШ имел оригинальный дульный тормоз-компенсатор - передняя стенка защитного кожуха имела скос к оси оружия и располагалась на расстоянии от среза ствола. Пороховые газы от выстрела, действуя на наклонную поверхность стенки перед собой не только уменьшают силу отдачи, но и препятствовали подбрасыванию дула вверх. Оружие исключительно надёжное в работе, простое в эксплуатации и уходе, технологичное и дешёвое, самое массовое в Великой Отечественной войне. Настоящая 'коса смерти' для полчищ оккупантов.

7,62-миллиметровый ручной пулемёт системы Дегтярёва образца 1927 года ДП имел живучесть до 100 000 выстрелов, в то время как нормальной для ручного пулемёта считалась живучесть в 10 раз меньшая. Небольшая масса пулемета - 11,9 килограмм. Дальность полета пули 3000 метров. Наличие патронного диска позволяло из этого пулемёта в атаке и в ближнем бою вести огонь на ходу.

50-миллиметровый миномёт образца 1941 года РМ-41 мог уничтожать оккупантов расположенных также на обратных скатах высот и в укрытиях. Дальность стрельбы 800 метров. Вес всего 10 килограмм.

Противотанковые ружья калибра 14,5 миллиметров системы Дегтярёва образца 1941 года ПТРД кавалеристы иногда использовали особо. Ружьё крепилось над крупом лошади на вьюке на металлическом блоке, имеющем два кронштейна. Задний кронштейн использовался как опора-вертлюг для стрельбы с лошади по наземным и воздушным целям. Такая вот самоходка по-будёновски. Стоит себе этакая сивка-бурка рыжая курка в бурьяне, да вдруг как даст по самолёту или какой-нибудь наземной 'железной саранче'!

Основная масса из 20 000 единиц 'железной саранчи', с которой Wehrmacht вероломно напал на СССР имела, очень слабое бронирование, которое пробивал бронебойными пулями даже советский пулемёт ДШК. ПТРД - мухобойка для 'железной саранчи' Гитлера. Заодно на поле боя ПТРД боролось с пулемётами и пушками прямой наводки, а также штурмующими самолётами. Прицельная дальность стрельбы 600 метров. Бронепробиваемость на дальности 300 метров - 3,5 сантиметра брони. Автоматическое открывание затвора за счёт энергии отдачи. При высоких баллистических данных ПТРД отличались и маневренностью. В месяц производилось 15 000 таких 'мухобоек'.

Ну и конечно ручные гранаты. Осколочная граната Ф-1. Радиус убойного действия осколков до 200 метров. РГД-33 и РГ-42 с разлётом осколков от рубашки с насечкой 30-50 метров. Противотанковая РПГ-40 с бронепробиваемостью до 2-х сантиметров брони.

Особое место в арсенале кавалеристов занимали зажигательные бутылки КС - ещё один привет капиталистам от Сталинской коллективизации-индустриализации. Наркомат пищевой промышленности СССР в сутки снаряжал 120 000 литровых стеклянных бутылок вязкой огнесмесью с белым фосфором по рецептуре Наркомата боеприпасов. Зажигательные бутылки - одно из самых простых и безотказных средств для уничтожения танков, броневых и транспортных машин, складов, самолётов на аэродромах и живой силы оккупантов в укрытиях и населённых пунктах. В руках смелого бойца зажигательные бутылки грозное оружие. При внезапном и умелом применении они не только уничтожали, но и вызвали панику.

Бутылка с самовоспламеняющейся жидкостью КС, прозванной сильно пострадавшими от неё финнами 'коктейлем Молотова', разбивалась, жидкость разливалась и загоралась. Будучи липкой, жидкость КС прилипала ко всему и горела до 3-х минут при температуре 1000 градусов по Цельсию. При попадании на тело частицы фосфора вызывали глубокие ожоги. Пары горения ядовиты. При проникновении в кровь и пищу белый фосфор действовал как сильный яд. Для борьбы с танками и 'железной саранчой' на вероятном направлении движения раскладывали зажигательные бутылки. Маскировали травой. При раздавливании бутылки воспламенялась. Горящая жидкость гусеницами забрасывалась на трансмиссионное и моторное отделения, могла проникнуть внутрь, вызвать пожар и поражение экипажа.

Мино-огнефугасы из 20 зажигательных бутылок и заряда взрывчатых веществ укладывали в неглубокую яму на дороге или перед позициями и маскировали. При взрыве возникал столб огня, горящая смесь забрызгивала местность, оккупантов на площади около 300 квадратных метров. Страшное оружие против полчищ страшного врага. Ну и штурмовой вариант, когда вместе связывали бутылки КС и гранаты РГД для закидывания в окна и амбразуры.

Важную роль в создании мощного огня эскадрона играли модернизированные советскими конструкторами 7,62-миллиметровые станковые пулемёты системы Максима образца 1910/1930 года. Отечественные конструкторы Третьяков и Пастухов внесли в конструкцию пулемёта свыше 200 изменений, улучшив характеристики, уменьшив вес на 5,2 килограмм, добившись высокой надёжности и безотказности. Оборудовался 'Максим' пулемётным оптическим прицелом образца 1930 года. Боевая скорострельность 300 выстрелов в минуту. Наибольшая дальность стрельбы мощным винтовочным патроном до 3900 метров, полёт пули до 5000 метров. У гитлеровцев самое распространённое 75-миллиметровое пехотное орудие leIG 18 стреляло всего на 3500 метров! Колёсный станок обеспечивал 'Максиму' устойчивость при стрельбе и облегчал перемещение при перемене огневой позиции. Для защиты от пуль и осколков служил щит из броневой стали толщиной 6,5 миллиметров. Позиция 'Максима' в открытом бою была неприступна для пехоты подлецов, пока имелись патроны и был жив хотя бы один пулемётчик.

Очень эффективную поддержку сабельному эскадрону в подавлении огневых точек, поражении живой силы, разрушении проволочных заграждений и уничтожения матчасти, расположенной за укрытиями и в недоступных для настильного стрелкового и артиллерийского огня, а также расположенных открыто, оказывала полковая миномётная батарея из 6 батальонных миномётов образца 1937 года БМ-37. Весил такой миномёт 61 килограмм, разбирался на три части. Скорострельность до 25 выстрелов в минуту. Максимальная дальность стрельбы осколочной миной 3000 метров. Опытный расчёт поражал цель с 3-4 выстрелов. Осколочные мины О-832 и О-832Д давали до 600 убойных осколков весом более 1 грамма с радиусом действительного поражения 18 метров. Миномётные мины весили меньше, чем снаряд 'полковушки' в два раза, но не уступали ему по осколочному действию. Миномёт весил в 15 раз меньше 'полковушки' и разбирался на части. Однако 'полковушка' била на 6000 метров. Для стрельбы из БМ-37 нередко использовались трофейные 81-миллиметровые мины от s.Gr.W.34, в то же время отечественные мины не получалось использовать для стрельбы из немецких миномётов.

Также мощную поддержку сабельному эскадрону в атаке и обороне давали 'сорокопятки' и 'полковушки'. Эти орудия находились непосредственно в боевых порядках и оперативно уничтожали цели. Благодаря небольшим размерам и массе 'сорокопятки' и 'полковушки' активно использовались в лесу, в городских боях, уничтожая снарядами разного типа пехоту, бронемашины, танки, ДОТы, ДЗОТы, проделывая проходы в проволочных заграждениях и надолбах. Всеядная 'полковушка' могла стрелять всем ассортиментом снарядов к дивизионным орудиям, что было крайне удобно.

В целом сабельный эскадрон имел лучшее вооружение, чем обычная стрелковая рота. Эскадрон по Боевому Уставу кавалерии БУК занимал сплошной район обороны шириной до 1000 метров и 1000 в глубину, и давал плотность огня стрелкового оружия свыше 5-ти пуль в минуту на 1 погонный метр. В то же время по Боевому уставу пехоты БУП-42, введённому взамен БУП-38, стрелковая рота оборонялся всего до 700 метров по фронту и в глубину. БУК предусматривал два варианта спешивания: простое и усиленное. В первом случае с лошадьми оставался каждый третий человек на эскадрон, во втором только каждый шестой.

Таким образом, наступающие на Любань части и подразделения кавдивизии Сланова при своей малочисленности имели высокую огневую мощь, боевую выучку и боевой настрой. Не отставали от кавалеристов по части опыта и настроя стрелки, лыжники, танкисты и артиллеристы. Наступающие проигрывали в количестве орудий и миномётов, в количестве боеприпасов, но выигрывали в качестве артиллерии, в наличии за спиной кавкорпуса Гусева и группы Привалова уникальных 'Катюш' и 'Емель'. Наступающие проигрывали в танках и возможность ротации войск, сильно проигрывали в размере авиаподдержки, но вступили в это сражение и пошли вперёд!

После авианалётов и артобстрелов 'группа Бок' начала атаку от деревни Верховье вдоль железной дороги Веймарн - Чудово на восток. Атака шла во фланг группе Привалова, восстанавливая 'линию Линдеманна'. Впереди наступал II батальон 2-го полка с артиллерией и другими частями SS Polizei-Division, 14 танков Pz.Kpfw.III из 203-го танкового полка, батарея противотанковых и батарея самоходных зенитных пушек. Через 2 километра их остановили две сводные роты 42-го отдельного лыжного батальона Усейнова, прикрывающего левый фланг передовой группы Привалова на дороге Верховье - Красная Горка. Открыл огонь 18-й пушечный артполк РГК. Лыжники-'свердловчане' не дрогнули. Офицеров и унтер-офицеров выбили снайперы, пехоту заставил залечь автоматический огонь 'Светок', два передовых танка расстреляли винтовочными гранатами. Затем по данным артиллерийского наблюдателя 'Емели' выкосили осколочно-фугасными снарядами передовую роту эсэсовцев, после чего атака захлебнулась. 'Группа Бок' остановилась в 2-х километрах от деревни Красная Горка, начался плохо управляемый страшный лесной бой с эсэсовцами. Он шёл весь день. Лыжники убили более 150 оккупантов, но и сами потеряли убитыми 60 человек. В строю осталось 150 бойцов. Из них 5 человек больных, 9 обмороженных. Погиб комиссар батальона Чарнышёв, тяжело ранило замкомбата. В батальоне осталось из среднего комсостава один лейтенант, командир миномётной роты. В госпитальной палатке кричали, стонали раненые. Кто-то сидел, молча, закусив от боли губы до крови. Кто-то наполнял товарищам водой химические грелки и помогал с перевязкой.

46-я 'новгородская' стрелковая дивизия Окулича и 22-я 'харьковская' отдельная стрелковая бригада Пугачёва тем временем медленно продвигались вперёд в район восточнее и юго-восточнее хутора Красная Горка. На помощь частям 254-й пехотной дивизии графа фон Шверина, 'группе Бок' и 'группе Эндрес' на всех парах спешили в район Любани части 225-й и 259-й пехотных дивизий, 407-го пехотного полка, 90-й панзергренадёрский полк, танки 20-й моторизованной дивизии. С рубежа Ольховка, Сенная Кересть, Кривино шли на рубеж Сустье-Полянка - Кирково свежие части дивизии фон Шверина. Таким образом оккупанты получили у Любани 5-кратное превосходство в людях. Сосредоточили массу артиллерии. Luftwaffe непрерывно бомбили. С ближайших аэродромом поднялись десятки тихоходных бомбардировщиков Ju 87 и стали засыпать конницу кассетными бомбами, убив за несколько налётов практически всех лошадей. Кавалерия Сланова стала пехотой, лишённой маневра. Бомбовые удары следовали один за другим каруселью - фактически авиаконтратака. Несколько пар истребителей МиГ-3 из 185-го истребительного авиаполка Буянского, сменяя друг друга, не могли обезопасить наземные войска от массированных налётов. Их связывали боем многочисленные истребители прикрытия. Это у русских 'унтерменшей' кодекс древних богатырей - 'один на один', 'стенка на стенку', 'лежачего не бьют'. У стервятников Геринга кодекс рыцаря и воина отсутствовал. У них 'семеро на одного', 'со спины', 'вероломно', добить раненого, расстрелять лётчика на парашюте.

Обездвижив кавалерию, подлецы Геринга стали бомбить и обстреливать 'харьковчан' и танковую бригаду, которые изготовились к продолжению атаки. Залповый огонь из ручного оружия и пехотные пулемёты, плотный огонь 37-миллиметровых зениток 61-К и трофейных Flak 30 охладили пыл воздушных убийц. Два бомбардировщика ушли с дымными хвостами за горизонт. Один взорвался в воздухе, ещё один не вышел из пике. Но и второе наступление на Любань сорвалось. До темноты основанные силы не смогли даже сдвинуться с места. Атака со стороны Верховье тоже не предвещала ничего хорошего.

Пока войска группы Привалова и кавалеристы Гусева штурмовали Любань, командующий группы армия 'Север' подлец фон Кюхлер охотился на Ворошилова. Приезд крупного советского военачальника, старого друга соратника Сталина внутрь зоны прорыва армии Клыков в тыл группы армий 'Север' и его участие в организации боевых действий у Любани не являлось секретом для Abwehrguppe 1 при 18-й полевой армии Линдеманна. Ворошилов в прошлом году, как главнокомандующий Северо-Западным направлением Красной Армии, сорвал захват фон Леебом Ленинграда с ходу, провёл успешный контрудар под Сольцами, отбросив фашистов на 40 километров и разгромив 8-ю танковую дивизию, навязал сражение на Лужском рубеже, а затем прибил группу армий 'Север' к городу будто гвоздями, нанеся её войскам огромные потери в солдатах и вооружении. Ворошилов также наглухо запер армию фашистской Финляндии на линии укрепления старой границы, в строительстве которых он до 1939 года принимал самое непосредственное участие как нарком Обороны Советского Союза. Ворошилова из-за ранения сменил Жуков. И вот Ворошилов снова на фронте. Новый командующий группы армий 'Север' страстно желал отомстить вездесущему грозному 'унтерменшу' с маршальскими золотыми звёздами за обесчещенный Wehrmacht. Получив от агентов из числа вольнонаемного персонала в штабе 2-й Ударной армии информацию о местоположении Ворошилова в деревне Дубовик, Abwehrguppe 1 начал операцию 'Бобёр'. Но вот только Ворошилов уже уехал из Дубовика вечером предыдущего дня.

Перед войной в Дубовке имелось более 50 дворов, четырёхклассная школа, магазин, пекарня. Деревню окружали леса и болота, полные дикого зверя, птиц, ягод и грибов. Река Тигода, питавшаяся подземными ключами, отличалась удивительно чистой водой и обилием рыбы. С началом войны жители деревни ходили на оборонные работы в район железной дороги. Под руководством военных пилили лес, строили огневые точки. В конце лета деревню бомбили. На дорогах появились беженцы. Из южных районов области перегоняли крупный и мелкий рогатый скот. Чтобы как-то пережить тяжёлое время, жители ушли жить в лес в 8 километрах от деревни. Там они встречали группы красноармейцев, которые пробирались на север. Они помогали, чем могли, измотанным, ослабленным и голодным.

В сентябре деревню оккупировали. Узнав, что жители прячутся в лесу, оккупанты приказали им возвращаться. Люди вернулись и обнаружили, что в их домах разместились оккупанты. Пришлось ютиться по подвалам. В них устраивали печки, выводили дымоходы наружу, ниже пола. Из-за такой конструкции дым поднимался вверх, раздражая захватчиков. Они частенько ломали трубы. Людям приходилось мёрзнуть и голодать. Жизнь стала невыносимой. Подлецы взяли русских в рабство и приказали вытаскивать из реки Тигода топляк и укладывать в штабеля. Дрова из стволов получались тяжёлые, но носить заставляли по два полена. Кто брал одно - получал удар плёткой. В больших металлических бочках из-под бензина оккупанты из охранной дивизии варили суп и раздавали. Хлеба не давали. Через две недели людей на грузовиках перевезли в Тосно, где поместили в свинарнике. Каждый день к свинарнику подъезжали машины и партиями увозили русских рабов на оборонные работы...

Утром 25 февраля согласно плану 'Бобёр' на деревню Дубовик, где предположительно находился Ворошилов, совершили налёт 7 бомбардировщиков Ju 88. Они начали сбрасывать на деревню тяжёлые 250-килограмовые бомбы. Через несколько секунд раздались взрывы. Во все стороны полетели жерди, солома, комья земли. И хотя бомбы, спасибо немецким антифашистам, взрывалось не все, деревня вскоре представляла собой страшную картину перепаханной земли, окровавленного снега, человеческих рук, ног, обрывков одежды и просто бесформенных кусков мяса. Такое не привидится и в кошмарном сне. Несколько изб горели, повсюду валялись перевёрнутые повозки, домашний скарб, трупы лошадей. В зареве пожара метались люди, подбирая раненых. При налёте погибло более 100 человек военных и гражданских.

20-летний поэт Всеволод Багрицкий, сын Эдуарда Багрицкого - русского поэта еврейского происхождения литературной эпохи 'Серебряного века', как раз приехал в Дубовик для того, чтобы взять интервью у лётчика из 2-й гвардейской истребительной авиадивизии, сбившего накануне два фашистских истребителя. Багрицкий-младший имел освобождение по здоровью от военной службы, но настоял на своей отправке на фронт. Так он стал корреспондентом газеты 2-й Ударной армии 'Отвага'.

Поэт и лётчик разговаривали у окна, когда прямо на них, стремительно увеличиваясь в размерах, начали падать бомбы. Люди сели на пол в простенке - единственная мера предосторожности. В этом положении их настигла смерть.

Вот они лежат рядом, поэт и лётчик, дети советской страны. Разбит любимый фотоаппарат поэта 'ФЭД'. Неприхотливый и надёжный, именно 'ФЭД' использовался военными фотокорреспондентами.

Для поэта его 'ФЭД' не просто дальномерный и шкальный малоформатный фотоаппарат, производившийся с 1933 года в Харькове на Советской Украине - это символ успехов советской индустрии товаров для народа и гуманистического мировоззрения большевиков, их бережного отношения к детям. 'ФЭД' - сокращение от Феликс Эдмундович Дзержинский. Он основатель советской спецслужбы ЧК - ГПУ, нарком путей сообщения, создатель спортивного общества 'Динамо', инициатор борьбы с беспризорностью, глава комиссии при ВЦИК по улучшению жизни детей. Дзержинский вместе с Макаренко заложили основу успешной воспитательной доктрины Советского Союза.

Дзержинский организовал систему детских учреждений - приёмников-распределителей временного пребывания для беспризорных, детских домов, 'коммун' и детских 'городков'. В этих учреждениях тысячи обездоленных, осиротевших из-за войн, эпидемий и разрухи русских, украинских, белорусских детей получали медицинскую помощь, образование, питание, и самое главное, возможность дальнейшей самореализации, счастливой судьбы. Именно на базе Детской трудовой коммуной НКВД УССР имени Дзержинского в Харькове, которой руководил выдающийся советский педагог Макаренко, возникло предприятие, где работали 'трудные' подростки, создавая вручную один из самых современных в мире фотоаппаратов под названием 'ФЭД'. Здание коммуны сотрудники ЧК построили на собственные деньги, с зарплат скидывались и первое время скидывались с зарплат на содержание воспитанников. Дзержинский сказал о трудовой коммуне беспризорных:

- Не поверите, но эти чумазые - мои лучшие друзья. Среди них я нахожу отдых. Сколько бы талантов погибло, если бы мы их не подобрали!

Такой он - 'Железный Феликс'...

Затем фотоаппарат производил уже завод в Харькове. 'ФЭД' - практически точная копия популярного немецкого фотоаппарата 'Leica II'. В декабре 1934 года выпущено 1800 аппаратов 'ФЭД', а в 1935 году уже 15 000 штук. Это при том, что отсталая царская Россия вообще не производила собственной оптики, фотоаппараты изготавливались под заказ в Германии, Франции и Англии, очень редко собирались в России из привезённых комплектов, под отечественными марками продавались импортные аппараты, собственное кустарное производство - считанные штуки. 'Зачем нам своё? За пшеницу и золото купим всё что нужно за границей!' - так считал Николай II и вся его пирамида власти. До сентября 1941 года 'ФЭД' выпускался заводом No.296, а после эвакуации из Харькова вновь запущен в серию в 1942 году на заводе No. 237 в Бердске...

Гроб поэту соорудили из ворот крестьянского сарая. Никаких других хороших материалов в выжженной деревне найти не удалось. Падал лёгкий снег, ложился на лицо поэта и не таял - последний дар земли. Коротко прозвучал в морозном воздухе залп салюта. Скульптор Вучетич, сотрудник редакции, ранее воевавший как московский ополченец в пехоте, который мечтал после войны поставить на Волхове огромную скульптуру Родины-Матери, скорбящей о погибших как Пьета Микеланджело, вырезал на куске фанеры для могилы стихи Цветаевой:


Я вечности не приемлю!

Зачем меня погребли?

Мне так не хотелось в землю

С любимой моей земли!


К западу от деревни Дубовик, на западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии, оккупанты снова зашевелились. Ландверный полк охранной дивизии фон Плотто предпринял 'мясную' лобовую атаку с целью разблокировать 500 метров дороги Конечки - Вальякка. Бойцы 236-го кавполка уверенно отбили эту атаку, уложив оскалом в снег навечно более 200 кайзеровских ветеранов Первой Мировой войны, и отправив в санитарную службу ещё 451. При понимании того, что до госпиталя в среднем не добирались 10 процентов раненых фашистов, в процессе лечения умирали ещё 20 процентов раненых, а калеками после 'излечения' оставались 40 процентов раненых фашистов, то за ту очередную бесславную атаку Wehrmacht отдал безвозвратно 515 солдат. Но и что с того: 'Фрау ещё нарожают!'

Восточнее деревни Дубовик уничтожение бельгийской нечисти SS Freiwilligen 'Legion Flandern' продолжила дивизия Лапшова. Она насчитывала всего 4200 человек, но имела 37 миномётов, 18 полковых и дивизионных 76-миллиметровых пушек и четыре 'сорокопятки'. дивизия Лапшова провела наступление с рубежа Большое Замошье - Теремец-Курляндский, разгромила батальон бельгийцев в опорном пункте Осия и освободила деревню. 250 бельгийских наёмников навсегда переселились на русскую землю. Если бы на помощь бельгийцам не подоспел отряд немецких курсантов-авиаторов Luftwaffe, от 'легиона' вообще ничего не осталось бы.

В ночь на 26 февраля ВВС Волховского фронта бомбили южную часть Любани, автоколонны на шоссе и железную дорогу на участке Чудово - Любань. Три экипажа 1-й эскадрильи 658-го лёгкого бомбардировочного авиаполка нанесли удары по станции Бабино. Здесь разгружались войска 'группы Бок', прибывающие для обороны Любани. Два экипажа бомбили саму Любань. Четыре экипажа 2-й эскадрильи бомбили в Любани склад боеприпасов и ещё один эшелон у станции Соснинская Пристань рядом с Чудово. Все цели удалось поразить не имея своих потерь. Уничтожено более 250 оккупантов, два паровоза, 3 вагона с боеприпасами на путях, 5 вагонов и 4 платформы с различным вооружением, склад боеприпасов в Любани, 20 грузовиков и 15 подвод с военным имуществом. Всего произведено 25 самолёто-вылетов. Сброшено 124 бомбы общим весом 3750 килограмм и 110 000 листовок, израсходовано 1200 патронов.

На Любанском направлении артиллерия 'группы Эндерс' всю ночь вела артиллерийский огонь с позиций в Сустье-Конец, а тяжёлая артиллерия стреляла от Коркино. Две 105-миллиметровые гаубицы били от Глубочки. Обстрелу подвергались тылы 80-й кавдивизии Сланова и коневоды в 2,5 километрах юго-западнее Красной Горки, в 2-х километрах юго-восточнее, в 1,5 км северо-восточнее Озерье. К этому времени расстояние между группировками фашистов, наступавшими с запада и востока вдоль 'линии Линдемана' по насыпи железной дороги Веймарн - Чудово с целью окружить Сланова, составляло менее 1,5 километров. Температура минус 20 градусов по Цельсию.

Далее оккупантов ждал сюрприз. Вместо того чтобы бросится на штурм ДЗОТов и закопанных танков опорных пунктов Варваринский и Болотница, 2-й эскадрон 200-кавдивизии под командой Белецкого двинулся западнее по просекам лесопарка 'Соколов Ручей' и неожиданно вышел к шоссе железной дороге Ленинград - Чудово на участке Любань - Тосно. Вот это фортель! Защищали-защищали коммуникации Любани, и на тебе! Уничтожив группу охраны на мотодрезине, конники перехватили шоссе и железную дорогу и развернулись на запад на рубеже юго-восточная часть Рябово - отметка 44,8 - юго-западная часть Веретье. Рябово расположено по обе стороны от железной дороги. Веретье - за железной дорогой. От Болотницы оккупанты открыли миномётный огонь.

Белецкий организовал подвижный разведывательный пункт. Во все стороны выдвинулись разведгруппы. При продвижении по шоссе в сторону Любани на западном берегу реки Болотница из блиндажей и окопов разведку обстреляли. Шоссейный мост между опорными пунктами Варваринский и Болотница ранее взорвали партизаны Туваловича. Любань с запада отрезана. Над железной дорогой и шоссе повис разведчик-'костыль' Henschel Hs 126. Не понимая, что происходит, Линдеманн в панике начал гнать к Любани всё, что оказалось под рукой в I армейском корпусе: противотанкистов, сапёров, стройбаты, снабженцев. Сюда же кинулись роты 505-го и 506-го пехотных полков 291-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Герцога.

Эта пехотная дивизия, сформированная в Восточной Пруссии в начале 1940 года, с 22 июня по 31 октября 1941 года от первоначальной состава в 16 000 человек потеряла 10 000, ведя бои на Кингисеппском и Нарвском направлениях и затем под Ленинградом. Получив пополнение пять раз, дивизия Герцога имела к началу марта 1942 года 3744 человек, 48 орудий разных калибров, 56 станковых пулемётов, 108 ручных пулемётов. Жаль только конвейер 'пушечного мяса' из Германии, Австрии, Чехии, Польши ни на день не останавливался...

Кавалеристам Сланова удалось то, что не получилось у двух стрелковых полков 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Старунина под Померанье. По кавалеристам, как и по 'ленинградцам', тоже била артиллерия, их тоже преследовали воздушные разведчики. Но они искали прореху в обороне, уклоняясь всё дальше на запад, и, в конце концов, перешли шоссе и железную дорогу. 75-тысячная группировка Линдеманна окружена! Но передовой отряд Сланова - это всего 800 конников без артиллерии. Вся кавдивизия Сланова - лишь 4000 смертельно уставших бойцов. Как долго они смогут удерживать 75-тысячную орду Линдеманна у Чудово?

Им на помощь спешил 100-й 'воронежский' стрелковый полк 'антюфеевцев', но прибывшие в лесной лагерь в 1,5 километрах восточнее Коркино 'антюфеевцы' едва стояли на ногах после 2-суточного непрерывного марша с Волховского плацдарма, часть из которого шли по лесной целине. Последний участок пути от Красной Горки 'антюфеевцы' проделали под налётами Luftwaffe и обстрелами со стороны Кирково. Без отдыха к выполнению боевой задачи не способны. Если боец, навьюченный оружием, боеприпасами или продовольствием, падал в нег у дороги, то как средневековый рыцарь без оруженосца, без помощи товарища встать он уже не мог. Несмотря на все усилия, к лесному лагерю доставлено по лесу только две 'сорокопятки'. Артиллерия оккупантов при этом время от времени била по площадям, а затем вела обстрел при корректировке авиацией.

Любань и Болотица являлись сильно укреплёнными пунктами, требующими продуманной организации и артиллерийской обработки. Разведка кавалеристов в течении 1,5 суток не могла проникнуть в район Болотицы из-за большой насыщенности леса южнее войсками оккупантов. Другое направление для наступления перекрыто наглухо. Пленные, захваченные из запасных батальонов группы армии 'Север', сообщили о мощной обороне в две линии ДЗОТов и блиндажей для обороны Любани. Первая линия по западному берегу реки Тигода, вторая по восточному.

С утра 'группа Эндерс' атаковала с востока вдоль железной дороги со стороны опорного пункта Коровий Ручей в направлении на деревню Красная Горка, и со стороны Сустье-Конец. 'Группа Бок' атаковала с запада со стороны деревни Верховье. Брали в клещи. Их цель прежняя: отрезать от тылов сразу все силы 80-й кавдивизии Сланова, 1100-й стрелкового полка 'антюфеевцев', танковой роты и лыжников, вытянутые в направлении Любани и перерезавшие передовым отрядом шоссе и железную дорогу Ленинград - Чудово. Из-за непрерывных бешеных авианалётов и сумасшедших артобстрелов главные силы Привалова продвинуться от Красной Горкой следом за кавалерией по лесной дороге и обеспечить надёжно фланги не смогли. Другие дороги наглухо перекрыты. Фланги передовой группы вдоль железной дорог Веймарн - Чудово удерживали только лыжбаты.

В атаку вдоль железной дороги Веймарн - Чудово для того, чтобы окружить Красную Горку с востока со стороны опорного пункта Коровий Ручей, попёрла целая орда: четыре пехотные батальона, бронетехника, артиллерийские, миномётные, зенитные части 215-й и 212-й пехотных дивизий, I и II батальоны 454-го пехотного полка, 474-й пехотный полк 245-й дивизии графа фон Шверина, сводный батальон 23-го пехотного полка 11-й пехотной дивизии Томашки, при 30 миномётах, 50 станковых пулемётах, 10 танках Pz.Kpfw.III и Pz.Kpfw.IV, а также 12 орудиях. С востока главный удар. С другой стороны вдоль железной дороги Чудово - Веймарн к Красной Горке полезли подлецы из 'группы Бок'. Впереди 900 эсэсовцев и эстонцев. Всего с двух сторон атаковали более 8000 человек. Навалиться толпой, это в духе 'Blitzkrieg'.

Остатки двух лыжбатов общим числом 180 человек и 300 человек из батальона 'харьковской' стрелковой бригады Пугачёва приняли бой против озверевших от препарата 'Pervitin', шнапса, пропаганды и убийств оккупантов. 42-й отдельный 'уральский' лыжный батальон, насчитывающий не более 90 человек, прикрывал от атак 'напервитиненных' эсэсовцев и эстонцев горловину прорыва ударной группы с востока на железной дороге Веймарн - Чудово и грунтовой дороге Красная Горка - Глубочка. Стрелки вооружены СВТ, ППШ и ДП. Командир 'уральцев' теперь лейтенант Усейнов. Страшный оборонительный бой у Красной Горки шёл 12 часов, до вечера. Красноармейцы сбрасывали полушубки и от разгоряченных тел валил пар! Подбит один Т-60 из 166-го танкового батальона Стоянова. Ещё один танк застрял в болоте. Раненые отправлялись в тыл сплошным потоком. Их утепляли химическими грелками. Подавляющее количество ранений - осколочные. Санитары и медсёстры ползали в снегу невзирая на шквальный артогонь. Надо спешить: чуть замешкаешься, раненый замёрзнет. Температура минус 15 градусов Цельсия.

- Братишка, братишка! Здесь я! - звучало тихо и из снега показывалась рукавица, чёрная от застывшей крови...

Люди на передовой линии всё время менялись. Не успевал командир или боец освоиться с полем боя, а он уже ранен или убит. 42-й лыжбат потерял убитыми более 30 человек. Общие потери убитыми и ранеными более 100 человек. Пал смертью храбрых комиссар 42-го лыжбата, тяжело ранен замкомбата. В батальоне остался из среднего командного состава один лейтенант, командир миномётной роты. Из личного состава 33 человек, из них 3 обмороженных, 5 больных. В строю в основном миномётчики. Места командиров заняли опытные сержанты-сверхсрочники. Все атаки отбиты с большими для оккупантов потерями. Более 250 трупов гитлеровцев разбросаны вдоль железной дороги и у лесной дороге к Красной Горке.

На направлении Сустье-Полянка - Сустье-Конец в это же время, не обращая внимания на бои в своём тылу, наступала к Любани 46-я 'новгородская' стрелковая дивизия Окулича, имеющая в общей сложности 3500 человек боевого состава. Наступать при меньшем количестве войск, чем у противника, это по-суворовски, но крайне рискованно. После залпов 'Катюш' большие участки леса заволакивало туманом и дымом. Ничего не видно на расстоянии вытянутой руки. Гитлеровцы трусили. Пулемёты их строчили наобум. Бесчисленные осветительные ракеты висели в мутном вечернем небе... 39-й лыжбат лейтенанта Подкорытова удерживал участок железной дороги Чудово - Веймарн у Пастелева болота, имея всего 80 человек. Долго и геройски оборонялись лыжники, но в конце концов отошли.

Удар по позициями фашисткой артиллерийским у Сустье-Конец четырёх пар истребителей МиГ-3 из 185-го истребительного авиаполка Буянского отчасти облегчил обстановку. У них под крыльями ракеты РС-82. Прижавшись к макушкам чахлых сосен болота, на предельно малой высоте 10-15 метров истребители Буянского углубились в тыл врага, чтобы неожиданно выйти на артпозиции. Вон они уже видны по тёмным конусам пороховой копоти на снегу, направленным в сторону Красной Горки. Странной кажется тишина. Ведь через минуту заработают радиостанции фашистов. Пары МиГ-3 энергично набрали высоту и атаковали всей группой. Зенитки молчат. То ли не видят, то ли не опомнились от растерянности... Дорого же им обойдётся этот зевок! 8 истребителей МиГ-3, нацелившись на орудия, перешли в пологое пикирование. Всё чётче у ведущего вырисовывается в прицеле орудийный дворик - подковообразный снеговой вал вокруг длинноствольного орудия. Видно как мечется прислуга. Навстречу уже летят огненные строчки из скорострельных зениток. С каждой секундой оживает зенитная оборона... Первая пара истребителей устремляется вниз. По два реактивных снаряда, показав языки пламени, сорвались с плоскостей и через 1,5 секунды взорвались внутри 'подковы'. Молодцы! Примеру следует следующая пара. Третья пара, отвернув немного вправо, пикирует на зенитку, от которой тянется огненный пунктир. Четвертая пара заставила умолкнуть ещё одну зенитную установку. Уходя от цели, ведущий видит всех своих и к сердцу подступает тёплая волна. Замысел удался полностью и все живы...

Температура к ночи минус 19 градусов. Подбитый танк Т-60 пришлось сжечь. За него поквитались зенитчики, сбив в районе деревни Дубовик Messerschmitt 109F с зелёной мастью червы. Лётчик убит. Самолёт разбился на куски. Документы высланы в штаб. Эта потеря как всегда в сводках эскадры, Luftflotte 1, OKL или не отражена вовсе, либо записано что-нибудь вроде 'пропал без вести', 'в результате лётного происшествия', 'в результате воздействия с земли'. Но не сбит. Разве могут 'недочеловеки' сбивать асов Геринга? Что скажут потомки?

С помощью массированного огня артиллерии РГК и 32-го дивизиона 'Катюш' все атаки на 'окружение' удалось отбить и с очень большими для атакующих потерями. В это день на Любанском направлении оккупанты получили своё: в 254-й пехотной дивизии графа фон Шверина осталось всего 4000 человек из 8500, с которыми она начала наступление, 50 станковых пулемётов и ни одного артиллерийского орудия. Самостоятельно действовать дивизия больше не могла.

На линии фронта от 'Волховского рукава' до Дымно у Волхова 'сильнейшая армия мира' - Wehrmacht, апологет концепции молниеносной войны 'Blitzkrieg', снизошла до тактики Первой Мировой войны на Западном фронте. Оккупанты начали закладывать впереди линии своего фронта новые опорные пункты, чтобы шаг за шагом захватывать территорию, отодвигая фронт от Чудово на юг. 215-я пехотная дивизия Книза по-прежнему обозначалась на картах и в сводках, но как единое соединение не существовало - лишь набор боевых групп из своих и чужих подразделений. 'Группа Шёпфер' в 'матрёшке' Книза реорганизована в 'группу Каттер'. 'Группа Дойч' реорганизована в 'группу Дебес' оберфюрера Дебеса. При этом две роты 203-го танкового полк, ранее поддерживающие в Спасской Полисти 'бригаду Кёхлера', после потери всех танков отправились на пополнение в резерв I армейского корпуса.

Утром 27 февраля на Любанском направлении фашисты снова полезли со всех сторон в контрнаступление окружать прорвавшиеся в Любани советские войска. По железной дороге, по 'ледяным дорогам' и рокадной дороге со специальным стальным аэродромным настилом подлецы лихорадочно перебрасывали резервы, боеприпасы, артиллерию и танки. Свежие части 225-й, 254-й и 212-й пехотных дивизий с востока атаковали по грунтовой дороге от Сустье-Полянка, Коровьего Ручья в направлении деревни Красная Горка и вдоль железной дороги Веймарн - Чудово. Эсэсовцы и эстонцы при поддержке непрекращающегося миномётного огня нанесли вспомогательный удар с запада от деревень Глубочка и Верховье на Красную Горку, а также вдоль железной дороги.

Остатки 39-го и 42-го лыжных батальонов и остатки одного батальона 22-й отдельной стрелковой бригады под сильным миномётным огнём рассредоточились по лесу. Большая часть из 90 героев 39-го и 42-го лыжбатов оказались убиты или ранены. Только так эсэсовцы смогли приблизится к Красной Горке невзирая на потери, но ещё не войти в неё.

Главные события разворачивались к востоку от Красной Горки. Со второй половины дня подлецы ввели в бой танки и начали бомбить. Сначала 4 бомбардировщика Ju 88, а затем 17 различных самолётов бомбили боевые порядки малочисленной 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии Окулича. Истребители 2-й гвардейского истребительного авиаполка на МиГ-3 самоотверженно вступили с ними в бой. Но в воздухе их очень мало - всего звено. Другое дело, что в заснеженной местности, без ориентиров Luftwaffe оказалось трудно находить цели, тем более, что маскировались 'новгородцы' чрезвычайно искусно. Поэтому Luftwaffe раз за разом бомбили свои же войска чуть ли не чаще, чем войска советские. Спасало и то, что в мягком болотном грунте взрывы давали камуфлеты, а снег тормозил осколки. Кроме того, как обычно, 1/3 бомб не взрывались. Привет от немецких антифашистов!

При массированной арт-миномётной поддержке на 'новгородцев' навалились со стороны опорных пунктов Коровий Ручей и Сустье-Конец 454-й и 474-й пехотные полки 254-й пехотной дивизии, сводная рота 23-го пехотного полка 11-й пехотной дивизии. И хуже всего - во второй половине дня гитлеровцы бросили в бой 10 танков Pz.Kpfw.III и IV, бронемашины и бронетранспортёры.

'Новгородцы' отошли на 1000 метров, продолжая вести бой. Генерал-лейтенант Окулич получил тяжёлое ранение в бедро. Истекая кровью, остался руководить боем. Получил ранение комполка Дзюба. Начался отход 'новгородцев' из района хутора Красная Горка. Прикрывавшие Красную Горку с запада последние бойцы-лыжники под огнём с тыла отошли от дороги на юг, и ударные группы проклятых оккупантов почти соединились в Красной Горке. Потеря позиций у Красной Горки совпала с выдвижением частей кавдивизии Сланова на шоссе Ленинград - Чудово западнее Любани. Главные силы Сланова и полк 'антюфеевцев' находились уже в 6-7 километрах севернее Красной Горки, второй полк подошёл к Кирково в 3-4 километрах севернее, на подходе туда находилась 53-я стрелковая бригада. Так что все эти войска к сожалению принять участие в бою в своём тылу не успели.

В это время 1098-й и 1102-й стрелковые полки, а также 894-й артполк дивизии Антюфеева выдвинулись к месту боя у Красной Горки с юга и удержали горловину прорыва, но слишком узкую. Полного соединения у фашистов не получились, но оставшийся 300-метровый участок местности простреливался ими насквозь. Целиком дивизии Окулича и Антюфеева под сильнейшим артогнём и бомбёжкам пройти к своим передовым полкам на север не могли. Главное, не могли пройти вперёд обозы с боеприпасами, продовольствием и фуражом.

Передовые части группы Привалова: 80-я кавдивизия Сланова без тылов, 1100-й полк 'антюфеевцев' капитана Егорова без тылов, два танка Т-60 и Т-34 из 166-го танкового батальона Стоянова оказались отрезаны севернее железной дороги Чудово - Веймарн. Оперативное окружение: они имели возможность маневрировать, но не имели наземных коммуникаций. Температура минус 15 градусов Цельсия. Батальонные радиостанции РБМ из-за удалённости не обеспечивали устойчивую связь. Дивизионную автомобильную 130-килограммовую дивизионную радиостанцию 5-АК 'Призма' в прорыв не взяли из-за полного бездорожья. По просьбе Гусева партизанский 'батальон' Туваловича организовал связь 80-й кавдивизии Сланова с 13-м кавкорпусом Гусева. Партизаны доставляли пакеты и сообщения о местонахождении и положении окружённой кавдивизии. Это сыграло ключевую роль в организации воздушного моста по снабжению.

Окружённые кавалеристы и 'антюфеевцы' имели лишь узкую тропу для связи со своими, очень мало боеприпасов, продовольствия, фуража, бензина и находились под постоянным огнём артиллерии подлецов. Но главная беда - о штурме Любани нужно забыть. Жаль. Передовые части Сланова уже перешли шоссе и железную дорогу Ленинград - Чудово западнее Любани и вели там бой, хотя основные силы без обозов находились намного юго-восточнее - в 1,5 километрах от Кирково. В Любани отчётливо слышен шум боя. В городе паника. Оккупанты по-прежнему занимали окопы и блиндажи фронтом на юго-восток, опираясь на опушку леса и юго-западную окраину посёлка Рябовой, закрывая здесь дорогу на Любань. На западном берегу реки Болотница, начиная от деревни Болотница тоже окопы. В районе отметки 'сараи' пехота с пулемётами. Поскольку артиллерия кавалеристов осталась южнее, пробиться к Любани через Болотницу тоже возможности не имелось.

От Кирково во фланг окружённым кавалеристам, по их колонному пути, соединяющему их части с танками, вёлся миномётный и артиллерийский огонь. В отдельных случаях огонь вёлся по району расположения частей и корректировался самолётами. Колонный путь имел ряд удобных для фашистских разведывательно-диверсионных групп подходов из леса, на прикрытие которых привлекались силы 2-х эскадронов. Нельзя допустить, чтобы окружённые и вытянутые вдоль единственного маршрута войска разрезали ещё на несколько частей. 205-й и 210-й кавполки имели потери и их эскадроны насчитывали от 56 до 16 человек. Войска располагаются в более чем 'спартанской' обстановке. Крохотные землянки. Посередине землянок печь из железной бочки, которую постоянно топили. Для освещения - из снарядных гильз коптилки. Света они давала мало. Вправо и влево от прохода в земляных углублениях бойцы отдыхали, располагаясь на еловых ветках. Всё...

Тем временем II батальона 2-го полка SS Polizei-Division и различные подразделения этой дивизии спешно заняли оборону на насыпи железной дороги Веймарн - Чудово по старой 'линии Линдеманна' фронтом на юг, дополнительно запечатывая прорыв. III батальон этого полка занял оборону фронтом на север, в сторону окружённых. Эти сильно поредевшие в 'мясных' атаках батальоны эсэсовцев сами находились в полуокружении. Для восполнения потерь эсэсовцы, потерявшие за два битвы у Красной Горки более 500 человек, получили остатки батальона из 435-го пехотного полка численностью 250 человек и остатки батальона из 408-го пехотного полка - 260 человек. Также для покрытия потерь эсэсовцев с Ленинградского фронта направились к Любани через Красногвардейск, Выру, Тосно I батальон 1-го полка SS Polizei-Division, II батальон 3-го полка той же дивизии, а затем I егерский батальон 3-го полка SS Polizei-Division и учебная танковая рота 203-й танкового полка, вооружённая французскими трофейными танками. Пополнение SS Polizei-Division из Германии доставлялось самолётами Ju 52/3m. В нарушение приказа Гитлера SS Polizei-Division по-прежнему применялась не единой частью, а в распылённом состоянии. Но ничего другого не оставалось, поскольку только эсэсовцы-полицейские, менее морально разложенные, чем армейские части, могли относительно надёжно цементировать оборону в боях с отборными войсками армии Клыкова.

Окружённые севернее Красной Горки части 'новгородцев' 46-й заняли круговую оборону на территории радиусом 300-400 метров. Позиции их просматривались и простреливались почти на всю глубину. Из-за недостатка маскировочных сетей для укрытия лошадей, окопов, орудий, использовали местный материал - камыш, осоку, ветки кустарников. Канонада не смолкал ни на минуту. Много вреда принесли самоходки фашистов с 20-миллиметровыми зенитными пушками.

Для деблокады передовой группы в районе Красной Горки вели бой остальные силы 'новгородцев', два полка 'антюфеевцев', подразделения 22-й стрелковой бригады, танки Т-60 из 166-го танкового батальона, артиллерия РГК. Для окружения и уничтожения войск оккупантов у Красной Горки командующий армией Клыков выделил часть подразделений подошедших с юга в район Озерье 53-й и 58-й стрелковых бригад. Также подошла и изготовилась для наступления геройская 259-я 'серпуховская' стрелковая дивизия воинов-чекистов Лапшова без одного полка. Задача: не допустить закрепления немцев на занятых позициях и уничтожить их.

Плохо обстояло дело со снарядами для дальнобойных гаубиц-пушек и 'Катюш'. На фронтовых складах снаряды имелись, но плечо подвоза до артиллерии у деревни Красная Горка составляло почти 200 километров, причём часть дороги - заснеженные просеки. Путь туда и обратно занимал 5-6 дней. Войска под Любанью остро нуждались также в продовольствии и фураже. ВВС Волховского фронта доставляли продовольствие, фураж, горючее и боеприпасы передовым частям кавкорпусу Гусева, и наработали в этом большой опыт, но заменить 500 грузовиков У-2 конечно не могли.

Артиллеристы фон Кюхлера имели позиции своей артиллерии у железной дороги под Любанью, фактически среди своих складов, ибо сражение шло в тылах 16-й и 18-й полевых армий группы армий 'Север'. Их артогонь корректировали самолёты 'костыли' или 'рамы', которые взлетали с аэродрома в Бародулино и непрерывно кружили над лесами с утра и до наступления темноты. С опорой на артогонь, несмотря на новые сотни своих убитых, гитлеровцы снова и снова атаковали, стараясь расширить перемычку между окружёнными и основными советскими силами. Выхода у оккупантов не было. Если они потеряют Любань, то 75 000 солдат 18-й полевой армии окажутся в огромном 'котле' под Чудово. Вот и лезли они живыми волнами на советские пулемёты в 'мясные' атаки.

Далее для оккупантов опять случилось неожиданное. Вместо того чтобы пытаться отступать, прорываться на юг, кавдивизия Сланова и 1100-й 'воронежский' полк 'антюфеевцев' капитана Егорова продолжили атаки в северном направлении, намереваясь ворваться в Любань. 'Воронежцы' имели опытного радиста Новицкого, топографистов и всё необходимое для корректировки артогня. Партизаны обеспечивали передачу пакетов и доставку батарей для рации.

И вот после стремительной атаки через хутор Майзит штурмовые группы 'воронежцев' геройски прорвали линию ДОТов и вышли на западную окраину Любани. Поскольку атакующие находились вплотную к обороняющимися, Luftwaffe не смогли их бомбить. Среди пожарища завязались уличные бои. Артиллерия РГК расстреливала вокзал, склады и аэродром в Бородулино. Гитлеровцы в панике сгрузили с платформ бронепоездов в Любани четыре тяжёлых французских танка Somua S35 и кинули их в контратаку вместе с тыловыми подразделениями. Один танк удалось подбить. Тяжёлое ранение получил Егоров. Сражающиеся в Любани герои отчётливо слышали канонаду с севера. Это 54-я армия Федюнинского атаковала с севера район Погостье - Шала.

- Наши идут навстречу! - говорили радостно кавалеристы и 'воронежцы'.

Гитлеровцы срочно перебросили к Любани части 212-й пехотной дивизии, ряд отдельных артиллерийских, миномётных, сапёрных частей и подразделений. Ожесточённый бой на окраине Любани шёл допоздна.

Могла ли 4-тысячная кавдивизия Сланова и измученный 1,5-месячными боями полк Егорова численностью в 800 бойцов, будучи в окружении, без снабжения, наступая из заснеженных лесов, без артиллерии в боевых порядках, взять Любань в центре осиного гнезда оккупантов, использующих с помощью шоссе и железной дороги ресурсы всей группы армий 'Север'? Конечно, нет. Но, находясь на острие наступления 2-й Ударной армии, они выполняли приказ Родины: 'Спасти Ленинград!' Выполняли до последней возможности, со всей своей пролетарской, коммунистической сознательностью не щадя живота своего. Они слышали звуки боя позади себя у Красной Горки и знали, что им вслед идут войска группы Привалова, войска армии, а если будет нужно, то и всего фронта.

Герои знали, а если не знали, то чувствовали, что история Великой Отечественной войны войдёт в века. Выполнение великой миссии советского народом станут изучать все народы мира. Борьба, не имеющая себе равных в истории, поднимет на высочайший пьедестал величия советский, русский народ, советское, русское оружие, учение Ленина-Сталина и подвиг партии большевиков. Простые люди всего мира станут славить народы СССР на всех своих языках, и тогда каждый, кто потрудился за общее дело, сможет сказать себе и своим детям: 'Я тоже положил все возможные свои человеческие силы для победы! Я сражался за Любань и спасал Ленинград! Я был там в тот великий день!' И всё, что переживается теперь, уйдёт на задний план, ибо результат труда и пережитого горя настолько величествен, что перед ним бледнеют любые трудности и меркнут любые страхи!

Сколько верёвочка не вилась, а под Любанью наступил надлом наступательных возможностей передового отряда войск Привалова. Даже самые храбрые не могут сражаться, если это выше их сил. Пригороды Любани к великому сожалению пришлось оставить. Близок локоток, а не укусишь! Перед отступлением кто-то из 'воронежцев' на столбе с массой указательных стрелок оккупантов к населённым пунктам и тыловым службам, на указателе 'Веrlin - 1350 km' приписал внизу: 'Мы дойдём!'

В то же самое время в 40 километрах северо-западнее советские силы после уничтожающей артподготовки снова атаковали 'Волховский рукав', что заставило Линдеманна ослабить хватку у Любани. Гарнизоны опорных пунктов оккупантов на шоссе Новгород - Чудово дышали на ладан из-за дефицита боеприпасов и продовольствия. Подвозу мешал огонь советских пулемётов и артиллерии. Фашистской солдатне уже вспоминался фильм Чаплина 1925 года 'Золотая лихорадка', где золотоискатели Маленький Бродяга и Большой Джим Маккей от голода ели варёный ботинок. Разве это мечта оккупанта? Luftwaffe начали сброс на парашютах грузов для гарнизонов опорных пунктов Спасская Полисть, Михалёво, Коляжка, Остров.

К этому времени в Спасской Полисти и её окрестностях 'группа Каттер' и артиллерийская 'группа Хертляйн' успели понести тяжёлые потери от артогня и действенно отвечать на советские атаки не могли. Батальоны 'группы Кольберга' и фланг 'бригады Шайдиса' под советской атакой отогнулись вглубь 'рукава' на 1000 метров. Заткнуть образовавшуюся брешь штандартенфюрер SS и полковник шуцполиции Вюнненберг бросил только что прибывшие батальоны 121-й и 215-й пехотных дивизий. Для укрепления обороны западного фронта в северной части 'Волховского рукава' подлецы срочно ввели в дело часть 'группы Ов' на базе 380-го пехотного полка и остатки 435-го полка дивизии Книза. Остатки дивизии Книза передали в подчинение 'группе Хайнике', действующей на базе 61-й пехотной дивизии.

Советские войска группы Андреева вдоль западного фаса 'Волховского рукава' зашли на 17 километров в тыл группировки, засевшей в Спасской Полисти. Здесь силы уравновесились. Вокруг масса болот. Леса, рощи и деревушки разбросаны среди мшистых зыбунов и бездонных хлябей отдельными островками-сопками. Главное болото - Гажьи Сопки. Это торфяное болото, не замёрзшее под снегом. Оборона на сопках имела очаговый характер. Сопки возвышались над поверхностью болот на полтора-два метра. На них сосны и ели. На сопках, в лесу, шалаши и землянки. Постоянные огневые точки оборудованы на опушке хвойного леса.

Вдоль опушки каждой сопки, отороченной подростом и кустами, глубокие снежные траншеи почти полного профиля длинной метров 300. Перед траншеей нейтральная полоса - бугристая снежная целина. Чахлые ольшины и осины, группы низкорослых ёлочек, согнутый в дугу и примятый толщей снега лозняк. Кое-где торчат осыпавшиеся зонтики прошлогоднего дудника и болиголова.

Каждая снежная траншея - позиция на роту. Дно выстлано хворостом и ольховыми жёрдочками. Под настилом ломкий рыжевато-бурый лёд болота. Траншея служила в основном для патрулирования. Между ротными траншеями 1,5 километра снежной целины. У соседней сопки такая же ротная траншея и дальше ещё одна. Таков фронт батальона. Роты соединены между собой глубокими пешеходными тропами, проложенными в лесу или кустарнике. На лошадях подъехать можно только к штабной ротной землянке, расположенной в 500 метрах от переднего края. Доставка продуктов и боеприпасов от штабной землянки на передок и эвакуация в тыл раненых только на волокушах или на горбу.

Днём оккупанты постреливали только изредка. С вечера вели беспорядочную и неприцельную пулемётную пальбу. Применялся большой процент разрывных пуль. Об этом говорили характерные звонкие щелчки, которые то и дело раздавались в кронах сосен и елей. Над сопками захватчиков расцветали десятки разноцветных ракет. Иллюминация проводилась ночи напролёт. Убийцам очень страшно, а шнапс и салют как-то отвлекали...

С северного фаса Волховского плацдарма, где советские войска перешли к обороне, подлецы передвинули в Приютино, что чуть западнее Холопьей Полисти, два сводных армейских батальона, и передали их в подчинение SS Polizei-Division. Затем в подчинении эсэсовцам прибыли остатки III батальона 408-го полка и сводный батальон 'Маневал'.

При наступлении частей 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии на деревню Копцы для расширения Волховской плацдарма в южном направлении отличились снайпер Якунин и его напарник Гаврилов из 311-го стрелкового полка. Они выдвинулись на левый фланг к снежному валу, пересекавшему шоссе Чудово - Новгород. За валом в окопчике у железнодорожной насыпи станковый пулемёт гитлеровцев. Якунин первой же пулей убил пулемётчика, второй пулей его помощника, третьей пулей подносчика патронов, четвёртой - наблюдателя. Тем временем разгорелся бой. Якунин прирос к оптическому прицелу. Он стрелял на выбор по оккупантам, которые как испуганные крысы бегали под советским артиллерийским огнём, отсчитывая в уме: первый, второй, третий... Всего в этом бою он уничтожил 10 подлецов, а его напарник Гаврилов - 6...

ВВС Волховского фронта продолжали наносить удары по аэродромам, откуда на бомбежку войск армии Клыкова взлетали стервятники Геринга. В этот день аэродром в Коростовичах бомбил скоростной бомбардировщик Пе-2, выполнявший и задачи разведки. Четырьмя авиабомбами на лётном поле подбит архаический биплан из дерева и ткани Gotha Go 145 из курьерской эскадрильи I авиакорпуса, повреждена казарма и 4 автомобиля, убит пилот из разведгруппы, тяжело ранены два пилота Ju 87 из штурмового авиаполка III/StG-1 и четыре ранены легко. При этом едва не погиб один из асов-пикировщиков австриец Ланг.

За февраль ВВС Волховского фронта произвели 1013 дневных вылетов, из них 799 на прикрытие войск с последующей штурмовкой, а также 3315 ночных вылетов. Сброшено 270 тонн бомб, израсходовано свыше 95 000 патронов и пушечных снарядов. Бомбардировочными и штурмовыми ударами врагу нанесены большие потери в людях и технике. В воздушных боях и на аэродромах уничтожено 60 различных вражеских самолётов и повреждено втрое больше. Но всё равно этого наземным войскам мало. В то время как под Москвой и на Донбассе советские ВВС полностью подавили действия Luftwaffe, надёжно закрыли небо над Москвой, Ленинградом, на Волховском фронте Luftwaffe за счёт количества теперь имели преимущество.

К вечеру 27 февраля на Любанском направлении у деревни Красная Горка обязанности комдива 'новгородцев' вместо раненого Окулича принял подполковник Соболь. Он как положено в таких случаях организовал прорыв своих окружённых частей на юг, благо обозы в прорыв не входили. В тяжелейших условиях, под сильным артиллерийским и миномётным огнём, сдерживая пехоту и танки врага, атакующие со всех сторон, батальоны 'новгородцев' пошли на прорыв на Озерье и организованно вышли из окружения, вынося раненых и матчасть. После этого они заняли оборону вдоль железной дороги Веймарн - Чудово фронтом на север. Блестящая операция. Гитлеровцы дырку от бублика получили, а не дивизию Окулича. Удерживая оборону, 'новгородцы' повели разведку в восточном и западном направлениях, не допуская прорыва врага вдоль дороги на Озерье. В течение ночи Соболь привёл в порядок части, эвакуировал в тыл раненых и снова приготовил своих бойцов к борьбе.

С самого утра 28 февраля Luftwaffe продолжали сброс на парашютах грузов для блокированных гитлеровских гарнизонов опорных пунктов Михалёво, Коляжка, Остров севернее Спасской Полисти, так как подвоз к этим пунктам продовольствия и боеприпасов по шоссе находилось под огнём пулемётов и артиллерии советских войск.

На рассвете после короткого митинга по случаю возвращения полка на фронт у Волхова, 20 истребителей ЛаГГ-3 из 160-го истребительного авиаполка подполковника Дрозда совершили облёт района Будогощь - Чудово - Вишера - Новгород. Группы из звеньев и шестёрок вели опытные командиры и комиссары эскадрилий, хорошо знавшие район по прошлым боям. На первый вылет боевых задач не ставилось. Ходили над своей территорией ломаными маршрутами на боевой скорости с переменным профилем полёта - то на бреющем у самой земли, то резко взмывали вверх, набирая высоту. Шли прямо к линии фронта, демонстрируя намерения пересечь её, вынуждая оккупантов открывать заградительный огонь. После этого группа круто отворачивала от зоны поражения и со снижением уходила в глубину своей территории. В последующих вылетах входили в расположение фашистов на глубину до 30 километров и в учебных целях охотились за колоннами автомашин и обозами. Это называлось 'натаскивать желторотиков'. После каждого вылета проводили разбор.

Авиаполк Дрозда имел основную задачу сопровождать Ил-2, наносящие ежедневные удары по оккупантам у Любани. Все боевые задачи выполнять непросто, но обеспечение действий Ил-2 для истребителей - высшая категория сложности. Базовые приёмы Ил-2 наработаны и оплачены кровью ещё в прошлом году. Линию фронта пересекали над глухими лесными и болотистыми участками, расположенными вдали от основных коммуникаций, чаще всего неплотно занятых войсками и не имеющими огневой зоны ПВО. Сразу после преодоления переднего края, откуда наблюдатели сообщали Luftwaffe о следовании, меняли направление с тем, чтобы Luftwaffe наводили свои истребителей в ложный район перехвата. При полёте к объекту и при возвращении Ил-2 не злоупотребляли бреющим полётом и использовали его только при преодолении зон ПВО и в случае встречи с истребителями. Непременно обновляли маршрут в каждом вылете над своей и чужой территорией, пусть даже при нанесении удара по одному и тому же объекту.

Полк имел достаточно ветеранов для обучения 'желторотиков'. Войну ветераны 160-го истребительного авиаполка встретили 22 июня 1941 года на самолётах И-15 и И-153 над Минском. За несколько первых дней войны при подавляющем численном превосходстве Luftwaffe лётчики 'уничтоженного на спящих аэродромах' 160-го истребительного авиаполка сбили над Минском 20 самолётов Luftwaffe. Прикрывали войска при советском танковом контрударе Тимошенко под Сенно. В июле получили самолёты ЛаГГ-3 и с боями отступали на восток. Всего за два первых месяца с начала войны при подавляющем численном превосходстве Luftwaffe авиаполк провёл 1683 самолёто-вылетов и сбил 27 стервятников. После переформирования из 160-го истребительного авиаполка 'отпочковали' часть опытных лётчиков во вновь создаваемый 429-й истребительный авиаполк.

С первых дней сентября прошлого года 160-й истребительный авиаполк базировался на аэродроме неподалёку от Волхова. Как лучшему полку ему доверили сопровождать 12 сентября летевший в Ленинград транспортный самолёт ПС-84, на борту которого находился новый командующий Ленфронтом Жуков, который менял раненого Ворошилова. Затем оборона Тихвина и контрнаступление Мерецкова...

В ходе сражения за Любань кавалеристы 80-й 'уральской' кавдивизии Сланова и танки Т-60 из 166-го отдельного танкового батальона Стоянова, уничтожая огневые позиции 212-й пехотной дивизии Эндреса, вышли на дорогу юго-западнее лесопарка 'Соколов Ручей' у железной дороги Тосно - Любань. Завязался огневой бой с гарнизонами в опорных пунктах в деревне Болотницах и посёлке Вавринский. Отдельные рощи и разделенные открытыми местами участки леса 'уральцы' называли 'колками', самые труднопроходимые, заваленные буреломом места в лесу - 'храпами', открытые места между 'колками' - 'еланями'. Так и двигались перекатами: вступали в 'колок', продирались сквозь 'храп', лесной тропой или просекой выходили на 'елань'...

Через Новую Кересть, Финёв Луг к 'линии Линдеманна' у Красной Горки для участия в боях за Любань подошёл 24-й гвардейский миномётный полк 'Катюш' с установками на базе танковой ходовой части. Одеты гвардейцы-миномётчики добротно - в полушубках, ушанках, ватные брюки, валенки. С едой только плоховато. Из леса между Вдицко и Ручьями полк начал давать батарейные залпы по 64 снаряда по фашистам на 'линии Линдеманна'. Дальность стрельбы - 7 километров, грохот и подземные толчки от последующих разрывов разносились на все 20. Кавалеристы и 'воронежцы' как услышат, так с гордостью говорят:

- Наша 'Катюша' играет!

После залпа 'Катюш' над батареей поднималось густое облако дыма, выдавая расположение установок, поскольку в небе постоянно висели немецкие самолёты-наблюдатели - 'рама' Fw 189 Uhu. Когда улетала 'рама', прилетал 'костыль' Hs 126. 'Костыль' к тому же мог бомбить. В любом случае подлецы засекали позицию, и почти сразу их артиллерия открывала огонь. Поэтому после каждого залпа 'Катюши' немедленно меняли позицию. Землянки в снегу и укрытия для орудий на новом месте готовились заранее. Благодаря густым лесам все залпы давались с закрытых позиций и потери имелись небольшие.

Треугольник между Коровьим Ручьём, Любанью и Глубочкой стал для гитлеровцев 'треугольником смерти'. Здесь нашли свою могилу большинство 'зелёных дьяволов' из II и III батальонов 2-го полка SS Polizei-Division, усиленного II дивизиона артполка той же дивизии. От этих двух батальонов к исходу 28 февраля остался только офицерский и унтер-офицерский кадр. Их отвели в тыл для переформирования. К этому дню и другие батальоны отборной SS Polizei-Division в боях с 'ударармейцами' понесли тяжёлые потери. III батальон 3-го полка состоял всего из 5 офицеров, 21 унтер-офицера и 61 солдата. Это всё, что осталось от 850 человек первоначального состава. Разгром. I и II батальоны 2-го полка SS Polizei-Division потеряли 1/2 своего состава и их объединили в один. Довоевались.

Для возмещения потерь с марша снят I батальон 1-го полка SS Polizei-Division и брошен к Красной Горке, где советская артиллерия и штурмовики интенсивно расстреливали пехоту подлецов, перекрывающую коммуникации передовой советской боевой группы у Любани. В Сустье-Полянке амуницию и оружие эсэсовцев I батальона 1-го полка с трудом перегрузили с грузовиков на сани и санки, отобранные у местного населения. Никакой механизацией и близко не пахло. Нагруженные сверх всяких возможностей сани тащились еле-еле. Их толкали и тянули на себе. Любишь кататься, люби и саночки возить. Несмотря на мороз, пот ручьями лил с защитников капитализма. Меховую одежду и шинели приходилось снимать. Организация марша эсэсовцев и других войск отвратительная. На развилке дороги у первых домов собрался целый караван. Некоторые армейские подразделения вообще пришли в деревню по ошибке. Так без подготовки бросили новое полицейское мясо затыкать дыру у Красной Горки.

Сумерки. Линию фронта можно определить по взлетающим ракетам. Сюда же подошёл II батальон 3-го эсэсовского полка с остатками других частей, чтобы закрыть своими трупами бреши в обороне. Тут эсэсовцев, засевших на коммуникациях передового отряда группы Привалова, снова накрыло сильнейшим артиллерийским и миномётным огнём. Хотя передовой отряд группы Привалова у Любани в окружении и вынужден экономить боеприпасы, главные силы группы Привалова действовали свободно. От разрывов снарядов вздымались глыбы заледенелой земли, водяные столбы, комья болотной грязи. Рушились землянки и блиндажи.

Затем послышался странный звук, похожий на металлический скрежет. Это на орехи добавил дивизионный залп 'Катюш' 24-го гвардейского миномётного полка. Зрелище фантастическое: из-за леса стремительно вылетали снаряды с длинными огненными хвостами, а через минуту в районе скопления захватчиков вырастали чёрные султаны дыма и будто бы сотня пневматических баб начали забивать там сваи. Даже деревья закачались в километре от того места.

В ходе советской контратаки в окружение попали 2500 оккупантов из 'группы Кольберга', участвовавших накануне в наступлении на хутор Красная Горка. Эстонские наёмники все убиты или ранены. Это вам не рабочих по концлагерям гноить! Но даже и без 'Катюш' сосредоточенный огонь лишь одной миномётной роты советского стрелкового батальона со своими миномётами БМ мог наглухо заблокировать вражескую пехоту на участке примерно 250 x 250 метров. А здесь вели огонь несколько миномётных рот сразу.

Из-за почти отвесного падения мины и её конструкции, осколочное поле получалось очень большим и однородным. Поражалась даже лежащая пехота. Мины из закалённой советской стали с начинкой из смеси тротила и динитронафталина давали повышенное количество крупных убойных осколков. Взрыватели мин чуткие. Взрывались даже при ударе о кроны деревьев, что давало осколкам большой радиус поражения. Командир одного из эсэсовских батальонов Миерш получил смертельный осколок в нескольких сотнях метров от своего КП на передовой линии. Сразу за этим в его батальоне убило лейтенанта Бука, смертельно ранило офицера по поручениям и лейтенанта Форстера.

Майор Миерш - фигура известная в рейхе. На Олимпийских играх 1932 года в Лос-Анджелесе он завоевал серебряную медаль в современном пятиборье. Занимался бы спортом, куда он полез? Про убитых простых эсэсовцев и говорить нечего. Легли с застывшим оскалом в снег как миленькие. Это им не по ленинградцам из пушек стрелять. Это советская 'миномётная кофемолка'.

Клыков не мытьём так катаньем добился уничтожения войск оккупантов на Красной Горке. Только что прибывший с Ленинградского фронта I батальон I-го полка SS Polizei-Division понёс такие потери, что его спешно отвели в Любань. Раненых завоевателям пришлось вести на открытых санях при 20-градусном морозе на расстояние 15 километров. Подлецы обычно подбирали своих убитых, но тут бросили. Похоронное бюро полка 'воронежцев' собрало целые штабеля немецких трупов. Все убитые полицейские по возрасту за 40 лет, очень тучные, на рукавах разные знаки. В Германии в полицию брали ранее служивший в армии на младших командных должностях, в основном унтер-офицеров, тех, кто воевал ещё при интервенции в России в 1918 года и во 'фрайкорах' против красных в Гражданскую войну в Германии.

2500 оккупантов из 'группы Кольберга', участвовавшие накануне в наступлении на хутор Красная Горка, будучи в окружении на краю Постелево болота уже сутки, стали есть конину. В результате завоеватели бросили у Постелева болота всё вооружение тяжелее винтовки и с большими потерями выбрались через лес в Приютино. Преследуя их, части 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии отважного Коркина, пройдя через болото Гажьи Сопки, окружили само Приютино.

В этот же день 28 февраля, через семь дней после начала рейда по лесам в тылу оккупантов вдоль железной дороги Веймарн - Чудово два стрелковых полка 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Старунина в поисках возможности пройти по вражеским тылам к станции Померанье, чтобы перерезать железную дорогу Любань - Чудово, исчерпали запасы продовольствия. Если вместо проведения наступательных действий неделю бродить по лесу, конечно, продовольствие кончится и войска потеряют боеспособность. Отсутствие рации лишило возможности организовать снабжение по воздуху. Не это ли было ответом Старунина на приказ Привалова, с которым он был не согласен? Саботаж? После недели бесцельного нахождения в лесах, слыша усиленную канонаду со стороны Любани и наблюдая непрерывные пролёты вражеской авиации, 'ленинградцы' прикончили все имеющиеся запасы продовольствия и начали забивать на мясо командирских лошадей, варить студень из кожаного обмундирования. Чай пили такой: древесные ветки, лозу мелко ломали, кипятили до тех пор, пока не оголятся ветки. Ветки выбрасывали, а кора оставалась в котелках - так и получался густой 'чай'.

Старунин, не имея никакой связи со своими, окончательно решил при отсутствии снабжения не выполнять приказ Привалова по перехвату железной дороги у Померанье. Комиссар дивизии Алексеев указал командиру, что надо всё равно попытаться найти путь на Померанье. Он не знал, что кавалеристы и 'воронежцы' в более сложной ситуации вышли к железной дороге западнее Любани, но знал, что воины-чекисты 259-й стрелковой дивизии в декабре прошли от Волхова к станции Трегубово и перерезали дорогу в тылу фашистов. Чем 'ленинградцы' хуже?

- За невыполнение боевого приказа - трибунал! - заключил комиссар.

- Ну и что же? - спросил Старунин.

- Трибунал-то советский, товарищ, он учтёт, почему мы не можем выполнить приказ. Сил мало, снабжения нет. А если попадём к врагу, то он учитывать ничего не станет, просто расправится! Будем выходить к своим мелкими группами!

- А я что? - ответил начштаба подполковник Крупичев на немой вопрос комиссара. - Я выполню приказ командира дивизии.

То, что в Ленинграде за две недели умерло 50 000 человек для него имело меньший приоритет. То, что в похожей ситуации 'воронежцы' достигли Любани и вели там неравный бой, то, что в подобной же ситуации 300 героев дивизии Коркина отрезали Спасскую Полисть от снабжения у Трегубово, а бойцы 42-го лыжбата ещё до общего наступления перерезали дорогу Чудово - Новгород тоже у Трегубово, и так далее, его не убеждали в возможностях советских, русских людей. Он хотел только одного - сохранить жизнь 5000 своих людей и доказать генералу Привалову, не послушавшему никаких его возражений, пославшему его на это дело, что оно не выполнимо. Трудно сказать, чем бы атака на Померанье закончилось, но то, что она точно облегчила бы положение на Любанском направлении, это как пить дать. Благими намерениями выстлана дорога в ад. Ранее Старунин уже был под судом военного трибунала. Грозил ли ему трибунал снова за свои действия? То, что комиссар Алексеев этому посодействовал бы, точно! Старунин указал каждому полку где выходить мелкими группами по 20 человек с винтовками и ручными пулемётами. Штаб шёл отдельно, не имея никакой охраны. Начался выход...

У кого нательное бельё более или менее чистое, сняли его и надели сверху как маскхалаты. Даже шапки-ушанки замаскировали платками, у кого имелось, а также кусками белой ткани для подворотничков. Кто так не сделал, потом сильно пожалел. При переходе линии фронта выяснилось, что там, где раньше разорвался снаряд или мина, снег подтаял и образовалась корочка льда. Лед ломался и хрустел. Ночью звук летел далеко. Из-за этого начали двигаться по-пластунски.

Первый полк 'ленинградцев' вышел из тылов фашистов без потерь. Только имелись обмороженные и почти все крайне ослабли от голода. Второй полк попал под артобстрел. Имелись потери. Штаб группы перед прорывом разместился в свободных окопах 'линии Линдеманна', ожидая темноты. Но за час до темноты штаб попал под залп 'Катюш' и своих же артбатарей. Жертв не имелось, но и выход сорвался. Старунин и его штаб после прорыва своих войск через вражеские заслоны отошли назад вглубь леса...

Группа Старунина не смогла прорваться к Померанье из-за нерешительности командира, который с самого начала пытался оспорить этот приказ. Однако своим рейдом 'ленинградцы' отвлекли часть сил оккупантов от обороны Любани. Своих людей комдив спас от окружения и уничтожения. Ленинградцев - нет. 'Спасти Ленинград!' В блокадном городе за месяц погибло в 20 раз больше людей, простых, мирных, женщин, детей, чем за два месяца наступления всего Волховского фронта. Сам же Старунина и его комиссар, а также и весь штаб к своим не вышли. Судьба их неизвестна...

Отдел Ic штаба 18-й полевой армии военного преступника Линдеманна и 631-я рота пропаганды под общим руководством офицера участка военной пропаганды штаба группы армий 'Север' на эту тему сочинили очередную фальшивку про коммунистов-людоедов. Как всегда извращенцы-капиталисты в своём репертуаре. Они фальсифицировали показания якобы сдавшегося в плен, а на самом деле павшего смертью храбрых начштаба-191 подполковника Крупичева о том, что коммунист, орденоносец, выпускник Военной академии Фрунзе комдив Старунин приказал есть трупы красноармейцев. При этом заявлялось, что советские герои ели своих товарищей и даже отвращения не испытывали. Гитлеровцы из своей первобытной фантазии выдали и подробности: 'одного трупа хватало на два дня для 15 человек', 'мясо варили по 1-2 котелка в день', 'в основном съедали бёдра', 'вокруг лежало безумно много трупов', 'из костей варили суп'.

Воистину неисчерпаемы кучи дерма в мозгах слуг капитализма. Их даже не смущало то, что большая часть окруженцев вышла без больших потерь к своим и всё знала о рейде 'ленинградской' дивизии. Желание доказать, что русские и особенно красноармейцы, большевики - это 'унтерменши', дикари, которые чуть что не так с продовольствием едят трупы своих товарищей 'под водочку', служило оправданием для массового убийства советских военнопленных, прежде всего русских людей, массового убийства на оккупированной территории и угона в рабство советских, прежде всего русских людей.

Фабрикация доказательств людоедства находилось полностью в русле идеологии NSDAP о неполноценности славян вообще. Также на этом идеологическом фоне тушевалась практика немцев переработки узников концлагерей на мыло, кожу, удобрения, прочие гадости, что являлись нормой для Европы за много лет до гитлеровцев. Людоедство в мозгу европейцев засело навсегда как традиция из-за ограниченности ресурсов. Не то что у русских, восточных славян - земля настолько обширна, обильна и богата, что у людоедства как традиции просто отсутствовали исходные причины.

После падения Римской империи европейские города обезлюдели. Сельское хозяйство пришло в упадок. Неурожайные годы приводили к вымиранию целых деревень, областей, а, иногда и королевств. Угроза голода прочно вошла в сознание людей средневековья в Европе. На рубеже 1000 года во Франции из-за гибели посевов, голод привёл к эпидемии каннибализма. Это происходили регулярно и ранее, но именно эта оказалась задокументирована. Быстро уничтожив запасы еды и дичь в окрестных лесах, крестьяне и дворяне устраивали охоту на соседей и путников. Часто хозяева гостиниц резали своих постояльцев. Были каннибалы, которые охотились исключительно на детей: заманивали их яйцом или яблоком, а затем хладнокровно убивали и жарили для себя и на продажу. Не гнушались европейцы и трупами. Во французском городе Турню мясник открыл торговлю варёным человеческим мясом.

Первый массовый задокументированный случай каннибализма состоялся во время крестового похода, в котором участвовало много немцев. В 1098 году, после успешной осады сирийского города Маарра, крестоносцы поедали мусульман. Даже в спокойные годы каннибализм не исчезал. В летописях часто встречаются описания гибели путников, паломников и крестоносцев, которых съедали.

В XIV веке эпидемия чумы унесла половину населения Европы. Освободились земли для выпаса скота. Человечина утратила актуальность. В период гугенотских войн XVII века мясо побеждённых открыто продавалось на рынках Лиона и Парижа. Жертвы самосуда толпы или топора палача редко опускались в могилу полностью: в обычаях того времени разделывать тела на части и есть жареное или варёное человеческое мясо в кругу семьи.

Пока европейцы ели трупы, в Новый Свет отправлялись экспедиция конкистадоров и миссионеров с целью излечить коренные народы от каннибализма. Это послужило формальной причиной для завоевания. Но европейцы съедали в то время больше человеческого мяса, чем жители Нового Света. Понятие 'каннибал' использовалось для описания бедняков и никчёмных простолюдинов, в то время как цивилизованная часть всё так же ела человеческое мясо.

Осады городов в Европе изобилуют случаями каннибализма. Особенно это касается 30-летней войны в Германии первой половины XVII века, когда погибло 7,5 миллионов немцев - половина из всех немцев. Оттуда родом все ужасные немецкие сказки типа 'Можжевелового дерева' про людоедов и ведьм. На таких сказках выросли все поколения немцев. В Смутное время в России начла XVII века запертые в московском Кремле поляки ели друг друга, проиграв себя в карты. В XIX веке всплеск каннибализма пришёлся на поход Наполеона в Россию. Отступая по Литве французы и немцы из армии Наполеона в 1812 году ели трупы своих товарищей. Так что что в вопросе подготовки массы фальшивок о людоедах из Красной Армии, пропагандисты Германского рейха оказалась точно как в русской пословице: 'На воре и шапка горит'...

В этот же день при мощной артиллерийской поддержке батальоны 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии Окулича пошли в наступление и снова захватили деревню Красная Горка. Расстояние до окружённой передовой группировки Сланова сократилось до 6 километров. По боевым порядкам дивизии Окулича за три часа Luftwaffe провели три налёта по 12 самолётов продолжительностью 15-20 минут. Но 'новгородцы' буквально по трупам врага заняли с боем Коровий Ручей. Этим они разрезали боевые построения 'группы Эндрес', окружили южнее Красной Горки 474-й пехотный полк дивизии фон Штеттина и начали его истребление. С большим трудом подлецам из 'группы Эндрес' ценой гибели около 300 своих солдат удалось восстановить оборону по 'линии Линдеманна'.

Настала ночь. Темно. Пахнет болотом и гарью. Между перестрелками над позициями окружённых под Любанью кавалеристов и 'воронежце' звенящая тишина. Слышно как потрескивают на морозе ели и остывающие пулемёты. Вдруг голоса через усилитель:

- Рус, сдавайсь! Сдавайтесь по-хорошему, вам будет сохранена жизнь!

Потом долго над снегами под синими холодными звёздами гуляет эхо. Затем зазвучали знакомые мелодии: 'Яблочко', 'Страдания', 'Катюша', 'Полюшко-поле'... И снова замогильный голос:

-Сдавайтесь! Ваше положение безвыходно! Вокруг вас - надёжное кольцо!

На западном фасе 'Волховского рукава' стрелковый полк из 4-й гвардейской стрелковой дивизии Андреева и лыжники начала очередной штурм Ольховских Хуторов, где по макушку и глубже зарылась в захваченную русскую землю группа из частей 1-й и 212-й пехотных дивизий 'группы Карехта'. Севернее в Сенной Керести в мощном опорном пункте окопалась 'группа Шайдиза'. Лыжный отряд Науменко из 172-го отдельного лыжного батальона до этого ночью совершил широкий маневр и оседлал дорогу Сенная Кересть - Чудово в тылу оккупантов. Лыжники имели с собой волокуши для патронов, гранат, медикаментов. На обратном пути они могли пригодиться для раненых. Отряд имел рацию. Во фляге по тройной порции спирта для 'сугреву'.

Между лесом и тыловой дорогой Сенная Кересть - Чудово полоса шириной в 60-70 метров, тщательно очищенная от кустов и деревьев. Полосу проверили на наличие мин. Отсюда до Чудово всего 15 километров. Когда 3-й гвардейский стрелковый полк 4-й гвардейской стрелковой дивизии Андреева начнётся штурм Ольховских Хуторов, лыжникам приказано задерживать подкрепления, высылаемые чудовским гарнизоном, и громить бегущих из Ольховских Хуторов и Сенной Керести, если такое произойдёт.

4-й гвардейская стрелковая дивизия - одно из тех соединений, которые начали войну с первых дней и сломали 'Blitzkrieg' Гитлера. Сформирована в июле 1940 года в Белоруссии в Могилёве как 161-я стрелковая дивизия. Командир - полковник Михайлов. Он в армии с августа 1915 года. Юнкер. Прапорщик. Командир роты. Ранен и контужен на Румынском фронте, захвачен в плен болгарами. Вернувшись из плена после войны, признан инвалидом. С августа 1919 года в Красной Армии, участвовал в Гражданской войне на фронте против Колчака. Участвовал в подавлении Кронштадтского восстания эсеров. Награждён. Участвовал в разгроме финского вторжения в Карелию и финских бан . Награждён. Служба в войсках. Курсы 'Выстрел'. Участвовал в Освободительном походе в Западную Белоруссию. Станут такие бежать и сдаваться даже в окружении? Нет, не станут.

22 июня 1941 года дивизия Михайлова находилась на марше к Минску. Днём 26 июня 603-й стрелковый полк Буслаева разместился за линией укреплений Минского укрепленного района на рубеже Крестогорск - Холявщина и отбил атаку передовых частей 3-й танковой группы Гота силой до 20 танков, двух рот пехоты и пяти мотоциклов. Уничтожено 6 танков. Свои потери: убит один, ранено семь человек. 39-летний комполка майор Буслаев из Саратовской области. Русский. В Красной Армии с 1925 года. Большевик. Закончил военную пехотную школу, курсы 'Выстрел' и академию Генштаба. В войсках последовательно командовал взводом, ротой, батальоном, полком. Участвовал как военный специалист в Гражданской войне в Испании. Станут такие бежать и сдаваться даже в окружении? Нет, не станут.

Артиллерия стрелковой дивизии у местечка Городок Семков отбила атаку, уничтожив 8 танков и 1 самолёт. Началось сражение за советский Минск. Из района Ворново батальон фашистской мотопехоты, батальон танков и десантники начали прорыв к древне Скураты. 10 танков удалось поджечь бутылками КС. Часть танков подожгли у Скураты и к деревне вышло всего 14 танков, рота мотопехоты и мотоциклистов. Здесь их окружили и рассеяли. Пехоту уничтожили полностью. 27 июня полк Буслаева участвовал в контрударе. Освобождено местечко Острошицкий Городок. Здесь умело действовали артиллеристы дивизионного 628-го артполка подполковника Лапшина, уничтожившие 9 танков. Также у местечко Острошицкий Городок уничтожено 250 оккупантов, 5 мотоциклов, броне и легковая машины. В течение 28 июня дивизия с боями организованно отходила и заняла рубеж Пекалин - Лубейка - Волма. Бои за Минск закончились. Дивизия в них уничтожила 40 танков, 22 мотоцикла, 15 автомашин, легковую автомашину, 4 орудия, бронемашину и 2 самолёта.

29 июня танковые и мотоциклетные части фашистов пытались с хода по мосту прорваться на восточный берег реки Волма. Один из танков в середине колонны подбит на дамбе. Экипажи передних танков, оказавшись в ловушке, так как мост на советской стороне оказался подорван, бросили танки и бежали. 4 танка расстреляны и сожжены. Спустя несколько часов артогнём рассеян пехотный полк, пытавшийся разбирать дома для переправы. Отражена попытка танков форсировать реку вброд. Один танк подбит. Высланная группа истребителей сожгла ещё один танк. До 30 июня 'белорусы' вели подобные бои по рубежу реки Волмы, после чего начали отход на восток. 477-й стрелковый полк попал в окружение и вёл бои в кольце. К 3 июля дивизия с боями отошла к Березине, где в ожесточённых боях удерживала переправу близ деревни Чернявка, обеспечив переправу других войск. В течение первой декады июля 'белорусская' дивизия с боями отходила к Днепру несколькими маршрутами. 477-й, 542-й стрелковый полк и 628-й артполк отходили по маршруту Лавница - Выдриц - Николаевка к Могилёву. 603-й стрелковый полк с дивизионом 632-го гаубичного артполка, вышел по маршруту Михевичи - Ухвала без боя и занял переправы у Тетерина. Штаб дивизии с батальонами связи отходил по маршруту Белавичи - Ухвала - Селище. 7 июля под Новым Соколом разведотряд начштаба дивизии подполковника Мурашова в бою подбил три танка и один сжёг.

Основные части 10 июля переправились через Днепр и сосредоточились близ Сосновки. К началу Смоленского сражения дивизия уничтожила 66 танков, 10 бронемашин, 97 мотоциклов, 102 автомашины, более 3000 немецких солдат и офицеров. Близ Сахаровки дивизия попала в окружение. Сильные группы танков, бронеавтомобилей и мотоциклов гитлеровцев с севера и юга постоянно проникли на пути отхода и перерезали их. Прорывались с боем.

13 июля с наступлением темноты, 603-й и 542-й стрелковые полки и артиллерия сосредоточились в лесу севернее дороги из Сахаровки на опушке леса и в лесу. По дороге в сторону Горок двигались фашистские войска. Один из гусеничных бронетранспортёров заглох поперек дороги и загородил путь. Образовалась пробка в 3-4 ряда. Скопилось множество автомашин, танков, мотоциклов. В этот момент по ним открыли огонь орудия 632-го артполка 'белорусской' дивизии, 151-го корпусного артполка и миномёты. После 15-минутного шквального огня дорога осветилась горевшими автомашинами, цистернами и танками. В некоторых местах взрывались боеприпасы. Гитлеровцы в панике метались среди охваченной огнём техники, разрывов снарядов. Пулемётчики косили их в упор. Красноармейцы бросились в штыковую атаку, уничтожая на дороге всё, что уцелело. С ними шли все командиры и политработники, включая комдива и военкома. Присутствие их в боевых порядках воодушевило, поднимало наступательный порыв. Поенных не брали. Солдаты и офицеры противника, побросав все, с криками ужаса стали разбегаться во все стороны. Завязался рукопашный бой. Всего подбито 48 танков, 30 бронетранспортёров, около 130 мотоциклов и грузовиков с боевым грузом: снарядами, ракетами, патронами. Убито 350 солдат и офицеров врага, ранено более 1000. После боя возле дороги у деревни Панкратовка появилось два обширных немецких кладбища. Так ломали 'Blitzkrieg'. Оказывается, прорываться с дури вглубь советской обороны очень чревато для прорывающихся. Это вам не поляки и не французы...

Это типовая беда завоевателей при лихих окружениях советских войск. Ведь сами лезли тиру в пасть. Вместо того, чтобы окружённые советские войска сдавались, как по-спортивному сдавались французы и поляки, едва у них тылу появлялись немцы, советские воск воевали не по-спортивному, а уничтожали самих окружающих и раз за разом выходили к своим. Угробив в таких прорывах свою кадровую армию, Wehrmacht сдулся...

Пройдя Рябки, Абраимовку, Головичи, Тёмный Лес, войска дивизии сосредоточились в лесу у деревни Еськовка. Тыловые подразделения, потерявшие связь с идущими впереди частями, отклонились от установленного маршрута и вышли за линию фронта самостоятельно. Один батальон 542-го стрелкового полка с двумя батареями 632-го артполка, преследуемый врагом, повернул на юг. Отдельные группы этого батальона с боями пробились в Могилёв и приняли участие в обороне города.

15 июня восточнее Пичевка по шоссе продолжалось беспорядочное движение фашистов в тылу советских войск. В 3:00 стрелки и артиллерия 'белорусской' дивизии, заняв огневые позиции, открыли огонь по шоссе восточнее и западнее Шепилы и южнее Ширки. На кладбище в Шепилах артогнём подожжён склад боеприпасов, который взорвался. Шедшая по шоссе колонна танков и автомашин фашистов разбита. Уничтожено 10 танков, 24 грузовика, 16 мотоциклов, легковая автомашина, 3 бронемашины, одна штабная машина-автобус с документами штаба, две цистерны с горючим, 22 автомашины с боеприпасами и несколько мотоциклов. Захвачены документы штаба соединения. Убит генерал оккупантов. Снятая с него фуражка передана в штаб корпуса. Всего с 22 июня по 18 июля 1941 года на советско-германском фронте погибло 7 генералов захватчиков. Тех, кто гнал немецких солдат в мясорубку. Посланная в Выдрицу на шум боя разведка отдельного разведбата ввязалась в бой и уничтожила 3 танка. 1-й батальон 542-го стрелкового полка и штаб дивизии в бою уничтожили 3 танка. Отряд начштаба Мурашёва из состава разведбата - всего 30 бойцов, внезапно напал на мотоколонну противника в деревне Дрибин и уличном бою уничтожил 2 бронемашины, 10 грузовиков, легковую и несколько мотоциклов. Враг позорно бежал. Хороши окружённые? Так ломали 'Blitzkrieg'.

Утром 16 июля силы 'белорусской' дивизии окопалась приблизительно в пяти километрах юго-западнее Кричева на рубеже Сокольничи - Свадковичи, перерезав тем самым Варшавское шоссе. Начался неравный бой с частями XXIV моторизованного корпуса фон Швеппенбурга из 2-й танковой группы Гудериана. Зарево наблюдалось за многие километры. Итог ночного боя: уничтожено 5 танков и 300 живой силы фашистов из 'группы Эбербаха'.

Дальше 'белорусы' отступали несколькими маршрутами, уничтожая окружающих. Небольшие группы 'белорусов' рассеялись в Сахаровском лесу. Из групп, не вышедших из окружения в Сахаровском лесу, сформировался партизанский отряд младшего лейтенанта Беляева. Сначала этот отряд действовал в Горецком районе, а потом перешёл в Богушевский район Витебской области...

До 17 июля 'белорусы' участвовали в боях по обороне Кричева. В бою под городом 603-й стрелковый полк уничтожил 5 танков, после чего вышел в район Красный - место сосредоточения дивизии. В дивизии для борть с танками Гудериана созданы группы истребителей танков. В каждой роте и батарее одно отделение вооружалось зажигательными бутылками КС и связками ручных гранат. Проводился инструктаж. В стрелковых полках сапёрные взводы имели по 200 зажигательных бутылок КС и 50 штук противотанковых мин ТМД-40. Эту мощную мину в деревянном корпусе, которую не обнаруживал миноискатель, и было тяжело снять из-за чуткого взрывателя, сапёры фашистов за характерную удлинённую форму деревянного корпуса, прозвали мину 'Kindessarg' - детский гроб. Но этот 'гроб' предназначался именно для них и их техники. Сапёрному батальону следовало иметь 400 штук ТМД-40, не менее 400 бутылок КС, 500 килограмм для фугасов.

7 августа 'белорусская' дивизия заняла позиции северо-западнее Ельни и вела бои месяц, до 8 сентября. После Смоленского сражения дивизия отправлена на отдых и пополнение. 22 августа комдив Михайлов сдал дела новому временному командиру дивизии полковнику Пугаеву, который после непродолжительного командования дивизией сдал дела полковнику Москвитину. Военкома дивизии полкового комиссара Орлова сменил новый военком полковой комиссар Виноградов, которого вскоре сменил батальонный комиссар Ляпунов. Начштаба майора Мурашов и его заместителя начальника 1-го оперативного отдела капитана Асланова, сменил Пугаев и капитан Парфёнов.

К 18 сентября 1941 года 'белорусы' переброшены под командованием Москвина в район Синявино, и в этот день 'за боевые подвиги, за организованность, дисциплину и примерный порядок' дивизия одна из первых в Красной Армии получила звание 'гвардейская' и переименована в 4-ю гвардейскую. 24 сентября гвардейцы перешли в наступление на Синявино и Рабочий посёлок No.7 в первой попытке снять осаду Ленинграда. При поддержке батальона 16-й танковой бригады и 881-го корпусного артполка, форсировав реку Чёрная, гвардейцы продвинулись в первый день до 3-х километров, прорвав оборону 8-й танковой дивизии Бранденбургера. 2 октября под командованием гвардии полковник Андреева освободили 1-й Эстонский посёлок, затем Тортолово. До 3 октября вела бои за Синявино и Гонтовую Липку, после чего перешла к обороне. Гонтовую Липку освободила. Снять осаду Ленинграда не удалось. Нёсший личную ответственность за успех операции маршал Советского Союза Кулик снят с должности. К 26 октября гвардейцы разгрузились из эшелонов в Тихвине и сосредоточилась юго-восточнее железной дороги Будогощь - Тихвин. На следующий день вступили в бои с частями XXXIX-го моторизованного корпуса Шмидта и отошли за деревни Петровское, Недащицы. 1 ноября дивизия Андреева освободила Заручевье, Горушку, Петровское и вновь приблизилась к железной дороге Будогощь - Тихвин. 6 ноября освободила Недащицы. До 8 ноября вела тяжёлые бои за населённые пункты Холм, Воробица. 10 ноября части дивизии сражались западнее Неболчи. Также в начале ноября дивизия вела бои за деревни Верхнее и Нижнее Заозерье, Ново-Никольское, затем, под угрозой окружения, оставила их.

С 19 ноября 4-я гвардейская дивизия перегруппировалась и перешла в наступление из занимаемого района в направлении на Ситомлю. Вступив в тяжёлые бои, дивизия медленно продвигалась, отбивая контратаки в северном и северо-восточном направлениях. 7 декабря перерезала железную дорогу Будогощь - Тихвин, однако отошла. 9 декабря вновь перерезала дорогу и вновь отошла, однако сумела держать дорогу под огнём. 15 декабря гвардейцы Андреева освободили деревню Ситомлю, чем отрезала тихвинской группировке гитлеровцев основные пути отхода. Все оккупанты на отрезке дороги Липная Горка - Ситомля окружены. На выручку гитлеровцам бросилась 20-я моторизованная дивизия. Развернулись упорные многодневные бои, из которых гвардейцы вышли победителями. Фашистам в духе бегства Наполеона из России в 1812 году пришлось бросать технику, обозы, оружие, раненых и пробиваться лесами на юго-запад или сдаваться в плен. Убито и замёрзло 3500 захватчиков. Среди трофеев 40 орудий, 33 миномёта, 80 пулемётов, 13 танков, 5 бронемашин, 60 автомашины, 1300 винтовок, 60 автоматов, 14 000 снарядов, 15 000 гранат, 8500 мин, 105 000 патронов, продовольствие, горючее. Захвачено даже полностью вооружение артполка пехотной дивизии. Гвардейцы приступили к преследованию в направлении на Будогощь. 21 декабря бойцы 542-го гвардейского полка, в том числе посаженные как десант на танки 60-й танковой дивизии, освободили Будогощь. Перед бегством подлецы заминировали среднюю школу, но не успели взорвать. Жителей Среднего Села, Бестоголово, Градоши, Званки и других окрестных деревень согнали в сараи, барак у 'перевалки', в частные дома Будогощи, а молодёжь погнали 'маршем смерти' в сторону Чудово на вывоз. Гвардейцы спасли 300 человек из деревень Среднесельского и Бестогловского сельсоветов, собранных на площади в сарае. 17 разведчиков лыжбата лейтенанта Кузнецова в бараке у 'перевалки' разогнали охрану, которая удерживали около 200 человек. Жители остались живы.

После Будогощи дивизию отвели в резерв. В конце декабря 1941 года гвардейцы, преодолевая упорное сопротивление, прорвали 'Волховский вал', вышли на западный берег реки Волхов, углубились на два километра, выйдя к железной дороге Чудово - Кириши возле станции Тигода и заняли плацдарм южнее станции Тур. Вели бои за удержание и расширение плацдарма. 25 января 1942 года гвардейцы начали выдвижение к Сенной Керести, где вместе с 59-й стрелковой бригадой должна была составить группу под командованием генерала Андреева, овладеть Ольховскими Хуторами и Сенной Керестью, затем перерезать железную дорогу Любань - Чудово.

В трудных условиях борьбы с первый дней войны дивизия неоднократно наносила жестокие поражения захватчикам, обращала их в бегство, наводила ужас. При наступлении она шла вперёд не вслепую, не очертя голову, а лишь после тщательной разведки, серьёзной подготовки, после того как нащупала слабые места и обеспечила свои фланги. При прорыве фронта не ограничивалась движением вперёд, а старалась расширять прорыв по ближайшим тылам фашистов. Захватив территорию, немедленно закрепляла её за собой, организуя охранение на ночь и высылая серьёзную разведку. Занимая оборону, осуществляла её не как пассивную оборону, а как активную, с контратаками. Не дожидалась, когда её ударят и оттеснят, а сама переходила в контратаки, чтобы прощупать слабые места, улучшить позиции и закалить свои полки для наступления. Командиры и комиссары вели себя как мужественные и требовательные начальники, умеющие заставить выполнять приказы и не боящиеся наказывать нарушителей приказов и дисциплины. При нажиме со стороны врага дивизия не впадала в панику, не бросала оружие, не разбегалась в лесные чащи, не кричала 'мы окружены', а организованно отвечала ударом на удар, жёстко обуздывала паникёров, беспощадно расправлялась с трусами и дезертирами, обеспечивая дисциплину и организованность. И вот бои за укрепрайон Ольховские Хутора...

Со стороны Сенной Керести показались три мотоциклиста в крашеных известью касках-кастрюлях и мотоциклетных очках: на малой скорости, без светомаскировки. Патруль. Проехали мимо засады диверсионной лыжной группы Науменко. Спустя 10 минут в обратном направлении, из Чудова, пронеслась чёрная легковушка, мотая свет фар по стволам деревьев. Ещё через полчаса из Сенной Керести прогромыхали два пустых грузовика... Ближе к рассвету после начала советской артподготовки у Ольховских Хуторов со стороны Чудово появилось 8 крытых брезентом грузовиков. В них две роты по 120 солдат. По ним диверсионно-разведовательная группа Науменко и открыла автоматную и пулемётную стрельбу. Под колёса грузовиков полетели гранаты. От леса бросились к дороге по заранее протоптанным тропкам основные силы, на ходу стреляя из ППШ и СВТ кто по шинам, кто по кабине, кто по бортам и брезенту. Один грузовик пыталась развернуться и завалился набок. Другой бросил шофёр. Солдаты и офицеры в нелепых длиннополых шинелях вываливались через задний борт, и уползали к лесу или вправо по кювету. Многие навечно хватали оскаленными зубами русский снег. Беспорядочно отстреливаясь, завоеватели тащили с собой убитых и раненых. Лыжники в маскхалатах имели преимущество над подлецами в мышиных шинелях - очень они приметные на снегу мишени. Не озаботились генералы маскхалатами для своих солдат. Половина машин смогла отойти и высадить пехоту...

Захвачен пленный - ефрейтор. Насквозь простуженный фриц поминутно кашлял и сморкался, лопотал скороговоркой и заикался. От страха, холода и боли завоевателя била мелкая трясучка. Он сообщил: в чудовском гарнизоне есть специальные лыжные подразделения. Эти 'шлейферы' могут отрезать пути отхода. Отряду Науменко следовало уходить. Перед уходом облили бензином и зажгли грузовики. Пустившихся вдогонку на лыжах 'шлейферов' встретили из засады. Частью перебили, частью рассеяли. Несколько своих раненых доставили обратно на волокушах... Во время штурма этого дня гвардейцы отбили ещё один сгоревший хутор из числа Ольховских Хуторов и несколько сот метров траншей. Подлецы по-прежнему крепко сидели в северных хуторах. Из-за бездорожья и необычайно глубокого снега артиллерия гвардейцев не смогла придвинуться ближе, чтобы стрелять по ДОТам и ДЗОТам прямой наводкой. Для навесной стрельбы снарядов не густо. Тяжело их доставлять...