Сер Денис: другие произведения.

Корабль

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс Наследница на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Три на три. Волшебное число, кружева металла, сплетающиеся воедино и грозящиеся выплюнуть сгусток слипшегося кислорода, смешанного с чем-то серебристо-ржавым. Чем-то пахнущем растворителем и блестящем, как покрытая свежим лаком поверхность монитора, испускающая ядовито-оранжевые лучи графиков температур. От этого дрожат руки, держащие пневмоинструмент, нет смысла пытаться отогреть их - этот холод все равно возвращается, он теснит все остальные воспоминания и медленно просачивается сквозь рукава комбинезонов и кожу, вгрызаясь в уставшие, затекшие мышцы, доводя практически до безумия. Темнота за металлом и проволокой. Темнота за темнотой, темнота, намного темнее, чем та, что лежит по ту сторону. Темнота, что подобно маслу облепила тонкую обшивку и бесконечно холодным языком слизывает остатки тепла с внешних кожухов.
  Иногда она говорит. Не словами, слова - слишком поздняя форма обмена информацией, недоступная тому, что скрывается за вентиляцией. Слова еще не были придуманы, а может - уже успели устареть и отмереть, ожидая очередного появления на свет. Оно разговаривает цветами, масляными красками, словно бы некое существо однажды сожрало все шедевры и переварило их в многоцветную пленку, которую сплюнуло в бензин. Это многоцветье - такое пустое и жирное начинает скользить по синевато-белому металлу. Сначала - медленно. Невыразимо медленно, и ты не успеваешь понять, сколько прошло времени, секундо-сантиметры обволакиваются ртутью и тяжелыми шариками падают на дно клепсидры каюты. Затем - быстрее, наверное, оно все-таки способно терять терпение. Лужа растет прямо на стене. Растекаясь так, будто центробежная сила в этом месте сошла с ума и решила поменять свой вектор. Лужа расцветает - невиданный бутон в обрамлении стерильного металла, коснись пальцами - сорвешь. Или - сорвешься, прямо в него, прямо в вихрь молока, что производят фиолетовые бензиновые коровы, прямо в кровь, текущую из разрубленного дерева с мясистыми желтыми руками-ветками, увенчанными бурыми ногтями отравленных иззубренных кинжалов, прямо - в себя.
  
  
  Труп лежал прямо на полу. Несчастный робот-уборщик стоял рядом, похожий на осиротевшего ребенка, что устроился рядом с телом матери. Металлические конечности застыли у лица умершего, выражавшего покой, свойственный разве что младенцам. Уголок верхней губы мервеца был приподнят, слева от глаза расплылся кровоподтек, однако утверждать, послужил ли причиной смерти именно он, было затруднительно - с таким лицом обычно умирают не от ударов. Впрочем, меня это не волновало. Я здесь лишь за тем, чтобы убрать тело. Запихнуть этого счастливца в пластик и отправить на переработку. Плоть - к плоти. Съел - будь съеден. Конечно, это несколько утрировано, человеческие тела используются лишь в качестве питательного субстрата для бактерий, никто не жрет трупы. По крайней мере, в белых секторах. Я надел перчатки и начал разворачивать мешок. Ненавижу делать это. Хотя это единственное, чем я занимаюсь. Можно ли любить свою работу? Наверное. Можно ли любить утилизировать трупы? Не знаю. Я полюбить это так и не смог, это единственное, что еще способно радовать меня по ночам.
  Я не знаю, как его звали. Имена вообще не имеют значения. Не важны и номера, и карточки - все давно привыкли к хаосу постоянно меняющихся смен. Говорят, что когда-то существовали графики работы, чипы, подразделения, но я никогда не видел этого. Мой первый чип подарил мне отец - наводка в ремонтную мастерскую, где я чистил спиртом схемы роботов-уборщиков. Мне хватило полутора лет вдыхания пыли и испарений от смазки для того, чтобы понять - это не то, чем я хочу заниматься. К сожалению, чего же я хочу, так и осталось тайной.
  -Давай-ка, - я поднял труп за ноги и подтащил к открытому мешку. Он был довольно тяжел, мышцы уже успели окоченеть, ненавижу подобное - куда проще устраивать их пока тело не остыло. Обычно так и происходит - какой бы хаос не творился в сменах, он все же был систематизирован. Нет работы - нет еды. Пропуск - нет работы. Сердце этого мира - пластик и металл, чертов мертвый мир не может поддерживать жизнь, а значит сражаться за пищу приходится каждому. Черный рынок - еще хуже. Не раз мне приходилось запихивать в мешки несчастных, от которых остался лишь обрубок. С одной почкой, без рук и обеих ног вполне можно жить. И намного дольше, чем без еды и воды. Но этот явно к таким не принадлежал. Чистый, даже слишком чистый, на теле - никаких шрамов, либо он был чертовски везуч, либо не марал свои руки. Кем ты был? Надеясь найти пару монет я засунул руки в карманы комбинезона. Пусто. Что же, если он был счастливчиком, то это уже прошло. По крайней мере, он принес немного радости мне, оплата - строго за трупы, а значит, если никто не умирает, то я не ем. В каком-то смысле все мы давно желаем смерти друг другу. И не только могильщики, мы лишь вершина этого грязного, алчного айсберга, где запертые в постепенно холодеющих стенах безумцы стараются прожить еще один день. Интересно, сколько бы из нас осталось в живых, не будь системы корабля такими требовательными к рабочей силе? Количество персонала всегда остается оптимальным, однако это "оптимальное" балансирует на краю пропасти, постоянно готовое прыгнуть в бездну голода и резни. Пахло чем-то сладковатым, этот специфический запах прилип к ноздрям, забивая даже вонь дезинфектора.
  Тело уютно устроилось в пасти мешка, края которого я медленно соединял. Ублюдок улыбался мне, словно довольный. А почему, собственно, нет? Он все-таки сбежал.
  Я вызвал робота-носильщика и присел на край кровати. Обычно эти железки прибывают в течение пяти -десяти минут, они двигаются по собственным тоннелям, которые практически всегда закрыты - это позволяет избежать скоплений мусора. Но на этот раз уборщик явно не торопился. Я повторил вызов, что, конечно же, было глупостью, техника выходила из строя довольно редко, а если и выходила, то не столь простая, как передатчики. Щелчок тумблера, еще один. Думаю, наши предки питали какую-то слабость к тумблерам, возможно, что они создают эффект значимости, превращая даже смыв унитаза в подобие запуска мини реактора.
  Глупость. На самом деле. Мелкий уборщик видимо простился со своим хозяином-компаньоном и принялся смотреть на меня единственным окуляром, стекло которого было похоже на сваренный в кипятке глаз. Электронное бельмо раздражало, и я набросил край одеяло прямо на него. Робот что-то буркнул и попятился назад - тем лучше, у него еще полно работы.
  А полно ли? Я огляделся, чего обычно стараюсь избегать. Трупы - просто куски мяса, они все похожи друг на друга, комнаты же совсем другое дело. В распростертом на полу теле обычно не остается ни грамма индивидуальности, я часто ловлю себя на мысли, что давно перестал делать различие между ними и сломанными машинами. Совсем иначе с местами, где они жили. Небрежно брошенная на пол одежда. Бутылки с таблетками. Рисунки на стенах, иногда - детские. Когда жизнь уходит из тела она словно разливается по комнате, стараясь показать - "я все еще тут, я тут! Я жил! Я клеил на дверь глупые фигурки, я забывал заправлять кровать и закинул в угол сломанный стул. Я никогда не протирал мониторы, зато любил пить кофе и делал это не особенно аккуратно" В первые недели это чуть не свело меня с ума. Потом я научился не замечать. Комнаты - они монстры. Они - сосредоточие смерти и стараются пожрать любого, кто зайдет в них, стараются заменять умершего чем-то новым, впитаться в него и уже не оставить. Робота все еще не было. Я начинал скучать и все-таки не выдержал, принявшись осматриваться. Голые стены. Странно, обычно их либо изрисовывают, либо клеят на них что-нибудь. Но тут не было совершенно ничего, эта комнаты была не менее стерильной, чем спрятавшийся в углу робот, пытающийся сбросить с себя покрывало. Комната была настолько чистой и пустой, что мешок смотрелся инородным и отвратительным - я видел старые фильмы о выброшенных на берег китах и почему-то именно они пришли мне в голову. Трупный полиэтиленовый кит в море из белого пластика.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Василенко "Статус D"(ЛитРПГ) К.Иванова "Любовь на руинах"(Постапокалипсис) М.Боталова "Принесенная через миры"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) К.Демина "На краю одиночества"(Любовное фэнтези) А.Емельянов "Мир Карика 10. Один за всех"(ЛитРПГ) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"