Desmond: другие произведения.

Величайшее тайдзюцу

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


Оценка: 5.60*89  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Свою величайшую технику, дзюцу, что спасло весь мир, Наруто Узумаки изучил из похищенного свитка. Но что случилось бы, изучи Наруто не только одних Теневых Клонов?

Пролог

Наруто Узумаки был счастлив. Этот день по своему значению легко превосходил всё, что случалось в его предыдущей жизни, кроме, разве что, того вечера, когда он похитил Свиток Запретных Печатей, выучил Теневых Клонов, наподдал предателю - подонку Мизуки и получил протектор из рук Ируки-сенсея.

Но если тогда просто переполняла эйфория, ощущение следующего шага на пути к шляпе Хокаге, то теперь его, помимо всего, распирало от самодовольства. Он не просто стал шиноби, не только изучил потрясающее секретное дзюцу, за эти дни он успел ещё и усовершенствовать свою поражающую даже Хокаге технику, испытав её на Скрытом Извращенце! Жизнь была прекрасна, он ждал и не мог дождаться, когда его протектор (пусть он не был новым и блестящим, как у других выпускников, но ценнее вещи в мире просто не существовало!) увидит Сакура-чан.

- Ты что здесь делаешь, Наруто? - внезапно раздался над ухом удивлённый голос. - В классе собираются только те, кто окончил Академию!

Наруто вынырнул из своей мечтательной эйфории и поднял глаза на стоящего рядом Шикамару.

- Идиот! - воскликнул Наруто. - Ты что, не видишь мой протектор?

В подтверждение своих слов Узумаки постучал пальцем по исцарапанной, видавшей виды металлической пластине. Шикамару это не убедило, он открыл рот, чтобы высказать какие-то возражения, но его оборвал гневный девичий голос.

- Эй вы! А ну-ка пропустите меня!

Наруто, увидев отблеск розовых волос, застыл на месте. Сакура-чан была прекрасна! Она безумно нравилась Наруто вот уже целую вечность. К сожалению, её взгляды обычно были устремлены на сидящего рядом с Наруто последнего Учиха, человека, которого Узумаки вот уже столько лет мечтал превзойти.

Но это было раньше! Теперь же, когда Сакура-чан увидит его протектор, поймёт, что Наруто, благодаря своей целеустремлённости и неоспоримой крутизне в конце концов стал генином, она точно пойдёт с ним на сви...

- Наруто! А ну-ка встань и вали отсюда! Я хочу сесть рядом!

Рядом? Наруто повернул голову к своему соседу. Сказать, что он не мог терпеть Саске, это ничего не сказать! По меркам Наруто, Саске был настоящим преступником. Главный красавчик класса, за которым толпой бегали девчонки с горящими глазами, в то время, как с самим Наруто никто не хотел даже играть. Он знал кучу дзюцу, стал лучшим в классе, в то время, как сам Наруто был в вечно отстающих и трижды провалил выпускной экзамен Академии. И самое главное, что делало существование Учиха невыносимым, так это то, что на него заглядывалась Сакура-чан!

Узумаки уставился на Саске, который сидел, устремив вдаль взгляд поверх сложенных в замок рук. Даже просто сидя и ничего не делая, он умудрялся придавать себе загадочный и печальный вид. Непростительно!

Впрочем, долго сидеть с видом грустного самурая Саске не удалось. Ощутив на себе прожигающий взгляд Наруто, тот сначала держался, а затем его щека дёрнулась, после чего взгляд скользнул на Узумаки. Глядя искоса на Наруто, Саске буркнул:

- Тебе чего?

Наруто собрался ответить что-то оскорбительное, показать этому придурку, что он не самый крутой. Но тут неведомая всесокрушающая сила ухватила его за затылок и впечатала лицом прямо в скамью. Наруто вскипел. Тому идиоту, кто это сделал, сейчас не поздоровится! Никому не позволено совершать подобное с будущим Хокаге Конохагакуре! Сейчас этот придурок полу...

- Саске-кун! Можно я сяду рядом?!

Наруто почувствовал, как изящные девичьи ступни и острые коленки надавили ему на спину, вновь ощутил щекой твёрдое дерево школьной скамьи и, когда он поднял лицо, увидел, что Сакура-чан уже сидит, почти прижавшись к засранцу Саске.

Первым же желанием Наруто было вскочить на парту, приблизить лицо к лицу Учиха, вызывая его на поединок взглядов, и показать Саске, кто в классе самый крутой, кто будет Хокаге и с кем пойдёт на свидание Сакура-чан.

Но, глядя на счастливое лицо девушки, на её покрасневшие щёки, Наруто понял, что его импульсивные устремления не решают главную проблему. Перед ним была "бвабва", которая, это было совершенно очевидно, творила "кхуиньйа"!

Но ведь это - несравненная Сакура-чан! Прекрасная, восхитительная, очень умная и с красивым лобиком!

Но ведь он должен стать Хокаге! Он принял на себя обязательства, которые нельзя нарушать ни при каких обстоятельствах. Пусть значение термина "кхуиньйа" было размыто, но в Свитке, рукой человека, которого он уважал больше всех на свете, было написано, что ошибиться невозможно, что он поймёт сам, когда увидит. И к величайшему прискорбию Наруто, это оказалось истинной правдой. Он увидел. Он распознал. И долг, ниндо Наруто Узумаки, толкал его вперёд, невзирая ни на какие последствия.

Наруто глубоко вдохнул и выдохнул. Он сосредоточился на своих мерно вздымающихся лёгких, на той силе, что таилась внутри него, закручивая её медленным водоворотом. Без каких-либо ручных печатей и оглашений названий (в свитке было отдельно указана недопустимость подобных действий) он сознанием ринулся в эту воронку, ощущая, как мерный ток силы приносит спокойствие и уверенность. Он тот, в кого поверил Четвёртый, кому доверил величайшую в жизни человека миссию. Он тот, в кого всегда верил величайший учитель мира - Ирука-сенсей! Он был тем, кто победил даже дедулю! Он - будущий Хокаге, человек, чьё ниндо - никогда не сдаваться! Он - Наруто Узумаки!

Необычайное спокойствие и отстранённость заполнили его тело и разум. Тело окутала невероятная лёгкость, сознание - уверенность в себе и своих силах, испарились все сомнения и сожаления. У него есть долг! И Наруто Узумаки, шиноби и будущий Хокаге Конохагакуре но Сато, должен его исполнить. Ведь это - его путь ниндзя!

Внезапно класс окутала гробовая тишина, а Сакура-чан, что-то почувствовав, повернула к Наруто лицо с лёгким румянцем на щеках.

- Наруто-бака, что ты...

Голубые глаза встретились с зелёными, и её гневная тирада оборвалась на полуслове.

- Наруто...

Узумаки медленно поднялся со скамьи и неторопливо шагнул на парту, не отводя взгляд от глаз Сакуры-чан. Она завороженно смотрела в ответ и, похоже, не могла ничего с собой поделать. Наруто сделал мучительно медленный шаг вперёд, и Сакура-чан спешно попятилась, столкнув последнего Учиха со скамьи. Не обращая внимания на своего "Саске-куна", она ступила в проход между рядами и вновь попятилась назад.

Наруто сделал ещё несколько медленных шагов к своей цели, неведомым образом ощущая ужас и смятение Сакуры. Его сердце чуть было не дрогнуло, но он сцепил зубы, сосредоточившись на том островке ясности и спокойствия, что находился посреди медленного водоворота его чакры. Он - будущий Хокаге! Он знает, что должен делать Хокаге! Он возьмёт ответственность за все свои действия, как и положено лидеру Скрытой деревни! Следующие несколько медленных шагов приблизили его к Сакуре, безуспешно пытающейся отойти назад, чья спина упёрлась в парту соседнего ряда. Рука Наруто совершила невероятно неторопливый размашистый замах и точно так же медленно и неотвратимо обрушила тыльную сторону ладони на лицо несравненной Сакуры-чан.

Буря чувств и сожалений пыталась сокрушить его островок спокойствия и ясности. Но Наруто Узумаки больше никогда не будет провалом! Буншин но дзюцу останется единственной техникой, что ему не покорилась!

Поэтому всё, увидел класс - это выражение крайнего неодобрения на украшенном тонкими полосками лице.

Глава 1

Любимым учителем Наруто всегда был Ирука-сенсей. Дело было не в какой-то доброте, спокойном характере или там доброжелательном отношении. Нет, как учитель Ирука был строг, требователен и беспощаден. И дело было даже не в рамене, которым тот частенько угощал Наруто после его выходо... Кгхм, дело было не только в рамене! Нет, Ирука был одним из тех, для кого Наруто существовал, для кого не был пустым местом, чем-то настолько незначительным, что на нём не стоит даже задерживать взгляд. Ирука-сенсей признавал Наруто, что сразу ставило его на недосягаемую для остальных (кроме считанных людей, включая дедулю Хокаге, старика Теучи и сестрёнку Аяме) высоту. И вот сегодня Мизуки-сенсей, человек, который пусть и был довольно дружелюбен, но всё так же игнорировал Наруто, внезапно оказался как бы не круче учителя Ируки! Он мало того, что оценил усилия Узумаки и хотел засчитать ему экзамен, так ещё и дал второй шанс, устроив Наруто секретную пересдачу.

Наруто эти усилия оценил! Провал был недопустим - хоть и в сдаче с малышнёй в следующем году не было ничего страшного, но подвести Мизуки-сенсея он не мог. Поэтому со всей сноровкой, позволявшей в прошлом убегать от глупых чунинов Анбу, он пробирался в святая святых Конохи - дом дедули, резиденцию Хокаге.

Ему предстояло выкрасть жутко крутой свиток, изучить просто-таки сверхкрутое дзюцу, впечатлить Мизуки-сенсея и попасть на распределение команд во всём великолепии будущего Хокаге! Сравнить дурацкое Буншин но дзюцу с одной из секретных надирающих жопу техник? Да все остальные ученики просто удавятся от зависти! Особенно придурок и задавака Саске!

Несмотря на всю эйфорию предвкушения победы, Наруто не терял бдительности, поэтому ему удалось прокрасться незаме...

- Наруто! Что ты делаешь в моём доме так поздно ночью?! - раздался строгий и очень знакомый голос.

Узумаки, мгновенно обернувшись, уставился в глаза пристально разглядывающего его дедули Хокаге. Тот был без привычной шляпы, в зубах сжимал свою любимую трубку, а руки заложил за спину, показывая своё неодобрение. Наруто провалился? Он останется в Академии? Теперь Сакура-чан даже не взглянет на него? Придурок Саске будет задирать свой нос? Пальцы Наруто словно сами сложились в Ин.

- Секси-дзюцу!

Как здорово, что дедуля, несмотря на то, что был сильнейшим в мире шиноби, всё равно оставался извращенцем! Мощная струя крови ударила из его ноздрей, и со счастливой улыбкой Хокаге опустился на пол.

Наруто, не теряя времени, помчался в библиотеку дедули, чтобы забрать тот единственный... один из нескольких... из огромной кучи... Как Мизуки-сенсей вообще предполагал, что тут хоть что-то можно найти? Свитков было бесчисленное множество, и они были жутко внушительными! Наруто лихорадочно их перебирал, надеясь найти тот один-единственный, который продвинет его на ступеньку к мечте. Жалко, что экзаменационным заданием не было похищение как можно большего числа свитков, приходилось выискивать Свиток Запретных Печатей, игнорируя эти сотни крутейших жопонадирающих техник, которыми обладал запасливый дедуля!

Рука потянулась вернуть на полку очередной пыльный манускрипт, который явно не был его целью, как взгляд Наруто зацепился за цепочку иероглифов, проглядывающих из-под слоя пыли, стёртой его жадными пальцами.

Секретное тайдзюцу Листа.

Запретная техника. Только для Хокаге!

Рука Наруто дрогнула и, казалось, зажила своей жизнью. Совершенно непостижимым образом свиток скользнул за спину Наруто и забрался за пояс, пачкая пылью куртку и штаны его крутейшего в деревне оранжевого комбинезона.

Это секретное тайдзюцу, а значит, если Наруто его изучит, он сможет стереть самодовольную ухмылку с рожи придурка Саске, который каждый раз вытирал им в поединке пол. Это тайдзюцу предназначено для Хокаге - а значит, чем раньше Наруто, будущий Хокаге, его освоит, тем лучше сможет подготовиться к своему будущему посту. Ну и к тому же, хоть Мизуки-сенсей и сказал принести конкретный свиток, но два - всегда лучше, чем один!

***

Место встречи с Мизуки-сенсеем Наруто искал недолго. Это была неприметная полянка посреди густого леса, уединённое местечко, отлично подходящее для передачи похищенных свитков. Наруто не удивлялся - это было как бы настоящей миссией, а значит глупо ожидать, что всего лишь придётся пробежаться до здания Академии, крышу которой было видно прямо от дома дедули.

И пока не вышло время, Наруто решил сосредоточиться на изучении дзюцу, чтобы уж точно поразить Мизуки-сенсея. Огромный Свиток Запретных Печатей, что висел за спиной самого потрясного похитителя в Конохе, был небрежно отброшен на траву. Кому он нужен, если у Наруто есть крутейшее тайдзюцу Хокаге!

Узумаки вытащил из-за спины заветный свиток, развернул его и начал жадно вчитываться в цепочки иероглифов. Несмотря на позднее вечернее время, глаза Наруто прекрасно различали текст в почти что кромешной тьме. Этот свиток был таким...

Дурацким!

Вместо изображений крутых стоек и схем жопонадирающих ударов, в свитке была какая-то ерунда! Огромное количество текста, рассказывающее про какие-то войны, какие-то кланы, какие-то союзы и размолвки. Если бы Наруто была нужна такая фигня, он бы просто не спал на скучнейших уроках истории Ируки-сенсея! Нет, картинки в свитке тоже были, точнее, была одна-единственная. Это было изображение какого-то парня в строгом костюме и чёрных очках, застывшего стойке странного тайдзюцу - правая рука и левая нога отведены далеко назад, левая рука согнута в локте. На лице застыла маска спокойствия - было видно, что в этом мире для него не существует трудностей, а если какие и возникают, он их быстро решит - обо всём этом свидетельствовала поза стремительного движения. Этот парень выглядел очень круто, действительно круто. Впрочем, немного поразмыслив, Наруто махнул рукой - его собственный оранжевый комбинезон был гораздо круче. К тому же, какой дурак будет сражаться в лакированных туфлях вместо удобных сандалий? Наруто пробежал глазами свиток до самого конца. Очень много текста, никаких картинок. Скучища!

Скорчив недовольную гримасу, Наруто поднял Свиток Запретных Печатей и развернул. Ему всё ещё нужно было какое-нибудь жутко крутое дзюцу!

- Они издеваются! - зарычал Узумаки, когда ему на глаза попалось название первой же техники. - Ещё одни дурацкие клоны?

Но времени оставалось не так уж и много, поэтому Наруто, привычно пропуская длинное и наверняка жутко занудное описание, перешёл к самому главному - схемам ручных печатей. Сначала, увидев длинную цепочку из двадцати восьми Ин, Наруто был в ужасе. Дурацкие клоны, куча печатей, кому нужно такое глупое дзюцу? Но пробежав глазами чуть дальше, и увидев надпись: "сокращённый вызов", рядом с которой была нарисована одна-единственная ручная печать - указательные и средние пальцы рук сложены крестом - Узумаки приободрился. Всё же это дзюцу не было настолько бесполезным!

Высунув от усердия язык, Наруто начал повторять Ин полного вызова - ему требовалось научиться создавать эту технику, а затем уже переходить к сокращённой версии. По крайней мере, что-то подобное когда-то говорил Ирука-сенсей, в тщетной попытке научить Наруто исполнять Каварими но дзюцу.

Несколько раз сбившись и начиная заново, Наруто всё же закончил эту дурацкую последовательность, уже предвкушая, как ему на лоб ложится выданный Мизуки-сенсеем протектор.

- Таджу Каге Буншин но дзюцу! - разнесся по лесу его торжествующий голос.

С громким "пф-ф-ф" поляну окутало облако густого дыма, и когда он развеялся, глазам разочарованного Наруто предстал один-единственный клон. Узумаки почесал затылок. Мизуки-сенсей может и засчитать выполнение миссии, но полной уверенности не было, а значит дзюцу следовало хорошенько отработать. Наруто вновь погрузился в свиток.

- Босс, дай и мне посмотреть! - раздался за спиной раздражающе громкий голос.

Резко повернув голову, Наруто недовольно взглянул на клона. Этот придурок мешал. Дурацкая техника!

- Я занят! Найди себе какой-то другой свиток!

- Но ведь он жутко скучный!

Узумаки лишь злорадно усмехнулся и вернулся к чтению, тщательно повторяя эту дурацки длинную последовательность Ин. Сосредоточившись на свитке, он не замечал действий клона. Тот сначала сел на землю. Но ему быстро наскучило сидеть, он лёг. Впрочем, долго лежать ему тоже надоело, он вскочил и начал наматывать круги по поляне. Наконец, когда он осознал бесцельность своего занятия, вновь попытался позаглядывать через плечо Наруто.

Узумаки недовольно отпихнул ладонью мешающую читать голову, и клон, надув губы, всё-таки вытянул из-за пояса второй свиток и начал его лениво рассматривать, скорчив лицо, словно съел что-то очень кислое. Но внезапно его прищуренные глаза широко распахнулись, и клон пристально начал вчитываться в текст. Вычитав что-то очень важное, клон окинул спину Наруто злорадным взглядом, сунул свиток за пояс и отправился прочь.

Наруто не замечал ничего. Он ожесточённо складывал печати, на поляне хлопали клубы дыма, появлялись и развеивались клоны. Когда, наконец, он ухватил основную идею дзюцу, перешёл к исполнению в сокращённой форме. И вновь заструился чакро-дым, вновь раздались хлопки создаваемых клонов, вновь последовала длинная череда неудач, перемежаемая редкими победами. И лишь когда, наконец, адски трудное дзюцу поддалось, Наруто позволил себе рухнуть на землю, чтобы хоть немного отдохнуть.

- Эй! - неожиданно раздался знакомый голос.

Наруто мгновенно вскочил на ноги и ткнул пальцем в непонятно откуда взявшегося учителя.

- Ага! Я тебя нашел, Ирука-сенсей!

- Идиот! Это я тебя нашёл!

***

Несмотря на то, что возвращался домой Наруто уже поздним утром, спать ему ни капли не хотелось. Весь вечер и ночь прошли в бурном калейдоскопе событий - шок от рассказа Мизуки о Кьюби, запечатанном в его животе, сражение Ируки-сенсея и Мизуки-предателя, Ирука-сенсей, пытавшийся ценой своей жизни защитить Наруто, прикрыв от огромного фума-сюрикена, сам Наруто, не будучи даже генином навалявший целому чунину и, самое главное, протектор Ируки-сенсея у него на лбу. Потом были Анбу, забравшие предателя, разговор с каким-то шиноби в сером мундире, расспрашивающем о подробностях разговора с Мизуки, долгая беседа с дедулей о Кьюби и Четвёртом (пришлось вернуть дедуле оба свитка), известия о том, что уже завтра ему предстоит фотографироваться на удостоверение шиноби (и к этому событию Наруто решил подготовиться серьёзно!).

Чего он не ожидал по приходу домой, так это того, что на кухне, куда он сразу же побежал, чтобы подкрепиться раменом, склонившись над расстеленным свитком, будет сидеть он сам.

- Э-э-эй! Ты как попал ко мне домой? - Наруто возмущённо ткнул пальцем в клона.

- Ты хотел сказать "к себе домой"? - переспросил клон. - Как обычно, с помощью ключа!

С этими словами он вытянул из кармана сначала Гама-чан, а затем и очень-очень знакомый ключ от двери.

- Вали отсюда! - внезапно разозлился Наруто.

Клон сначала обиженно надул губы, но тут на его лице возникла хитрая гримаса и он спокойно свернул расстеленный нудный свиток и самодовольно бросил:

- Я думал, что тебе захочется, чтобы я рассказал всё, о чём узнал.

Наруто торжествующе глянул на придурка. Что мог знать какой-то клон, чего не знал генин Узумаки, шиноби Конохагакуре но Сато, навалявший предателю и получивший похвалу дедули Хокаге?

Клон, заметив самодовольство Наруто, потрусил у него перед лицом свитком.

- К примеру, я узнал дзюцу, с помощью которого можно завоевать сердце Сакуры-чан! Но это не самое главное!

Наруто вытаращил глаза и посмотрел на клона, как на идиота.

- Что может быть важнее, придурок?

Клона распирало от злорадства.

- Ну, к примеру, как звали наших родителей, и кем они были!

Узумаки ошарашенно прислонился к стене. Не может быть!

- А ну-ка отдай мне этот свиток! - немедленно распорядился он.

- И не подумаю! Не надо было быть таким придурком!

Наруто не мог вытерпеть такой наглости. Он, не раздумывая, бросился на клона, твёрдо намереваясь отобрать заветный предмет.

Но тот лишь обидно рассмеялся и исчез в клубах густого дыма. Свиток, как и Гама-чан на столе, точно так же исчезли вслед за клоном.

Наруто схватился за голову. Оригинал свитка он отдал дедуле! Как же теперь он узнает его содержимое? Что Тобирама Сенджу, ставший потом Нидайме Хокаге, призвал своим пространственным дзюцу какую-то странную бумажку? Что Шодай Хокаге, Хаширама Сенджу, был женат на Мито Узумаки, химе одного из величайших кланов? Что отцом Наруто был Йондайме, а матерью - жутко крутая куноичи Кушина Узумаки, которую за бешеный нрав прозвали Кроваво-красной Хабанеро? Правильно, теперь неоткуда!

Уставший и расстроенный, Наруто, не снимая обуви, завалился на кровать и тут же заснул глубоким крепким сном. И снился ему огромный девятихвостый лис.

***

Когда Наруто проснулся, был уже поздний вечер, поэтому он решил не терять времени зря и подготовиться к завтрашнему дню. Ему предстояло фотографироваться на удостоверение, а значит к этому нельзя подходить спустя рукава. Он подошёл к зеркалу и нацепил на лоб свой протектор, любуясь отражением. К сожалению, всё удовольствие было испорчено тем, что отражение слишком напоминало засранца-клона, который сам прочитал настолько важный свиток, а ему, боссу, не сказал ничего.

Наруто вновь начал прокручивать в уме события вчерашнего дня, и ошеломлённо застыл. Он знал, что находится в свитке! Он знал всё, что знал клон! Он был в двух местах одновременно, его клон не только прочитал занудный текст, но и выучил крутое дзюцу! Это открывало необычайные перспективы! Усмехнувшись, Наруто сложил пальцы крестом.

- Каге Буншин но дзюцу!

В спальне внезапно стало очень тесно, количество Узумаки на квадратный метр превысило любые разумные пределы. Наруто радостно вскочил на кровать.

- Слушайте все меня внимательно! - Наруто указал клонам на груду припорошенных пылью учебников и свитков, лежащих в углу. Поверх них валялась грязная футболка, а сверху стояла пустая упаковка быстрого рамена. - Сейчас вы начнёте читать книги, изучите все тексты и к моменту распределения я буду знать всё, что преподавал Ирука-сенсей!

План Наруто был просто гениальным. Узумаки признавал важность знаний, просто не слишком любил учиться - длинные занудные объяснения и скучные тексты навевали на него сон. Использовать для этого клонов, знания которых он получит после развеивания, было задумкой, достойной величайшего Хока...

- Иди в жопу!

- Сам читай!

- Нашёл дураков!

С этими словами клоны показали ему неприличный жест и развеялись в клубах густого дыма.

Наруто был очень расстроен. Казавшееся таким крутым дзюцу оказалось полным отстоем! Мало того, что вместо его копий получались какие-то коротышки с глупыми лицами, так они ещё и не хотели прилежно учиться - а ведь каждому известно, что знания очень важны! Полные идиоты!

Пусть такой красивый план и провалился, но дзюцу все равно прекрасно показало себя в бою, да и к тому же клон всё-таки прочитал самый важный в жизни Наруто свиток. Мало того, он всю ночь ожесточённо тренировался, поэтому хорошо изучил секретную технику Хокаге!

Наруто попробовал повторить стойку знакомого тайдзюцу и поразился, насколько привычной она стала. Одна его рука согнулась в локте, а вторая оттянулась далеко назад. Вместе с этим назад синхронно вытянулась нога, и Узумаки застыл в позе стремительного движения. Чакра всколыхнулась внутри его тела, закрутившись медленным водоворотом. Но дзюцу всё равно было незавершённым. Нужна была "бвабва", творящая "кхуиньйа", без этого дзюцу просто не работало.

Удовлетворённый результатом, Наруто почесал затылок и попытался вспомнить, что же было написано в этом свитке. И, учитывая, что клон прочёл свиток от ролика до ролика несколько десятков раз, Узумаки помнил каждое написанное слово.

Глава 2

Это началось давным-давно, во времена, о которых Наруто имел весьма смутное представление, так как уроки истории он либо прогуливал, либо крепко на них спал.

Тогда ещё не существовало ни Конохи, ни других Скрытых Деревень. Шла война, бесконечная кровавая бойня, в которой кланы сражались друг с другом не на жизнь, а на смерть. Один из юных членов Сенджу Ичизоку, Тобирама, сосредоточил свои усилия в разработке пространственно-временных дзюцу. Он хотел получить любое преимущество, позволяющее ему выжить в стычках с кланом Хагоромо, с которыми у Сенджу была нескончаемая вражда. Ситуация осложнялась тем, что к Хагоромо присоединился другой вечный враг клана - Учиха Ичизоку.

И вот, во время испытания одной из печатей, что-то пошло не так. После того, как Тобирама подал в свиток чакру, вместо того, чтобы на нём появился помеченный парной печатью кунай, раздался взрыв, сопровождаемый яркой вспышкой. Тобирама не унывал - это были первые эксперименты, да и в фуиндзюцу он пока что не мог сравниться с вечными союзниками клана - Узумаки, поэтому особых результатов и не ожидал. Но каково же было его удивление, когда при обследовании места происшествия, он увидел на месте взорвавшегося свитка листок невероятно белой бумаги, на которой кто-то с потрясающим мастерством нанёс изображение, во многом превосходящее не только обычные портреты, но и даже новомодные даггеротипии, которые только-только стали использовать в клане.

Изображение было сделано очень странным методом. При взгляде с помощью мощной лупы, было видно, что неизвестный мастер нанёс его маленьким регулярными точечками туши, с помощью их размеров показывая свет, тень и полутона. Очевидно, что подобный образец мастерства не мог быть чем-то неважным, чем-то незначительным, ведь приложенные усилия всегда соразмерны результату. Так что стойка тайдзюцу этого неизвестного шиноби была изучена со всей тщательностью.

По краям изображения с тем же тщанием была сделана надпись. Белые буквы с чёрным контуром принадлежали тому самому неизвестному алфавиту, которым шиноби пользовались с давних времён для обозначения миссий и рангов дзюцу. И пусть буква S в надписи не использовалась, но дважды употреблённая буква A прямо говорила о важности написанного, ведь применение А-рангового дзюцу могло изменить ход целого сражения!

Тобирама понял, что он должен разгадать загадку этого тайдзюцу не просто для себя, от его усилий может зависеть судьба клана! Он приложил массу усилий, перебрал огромное количество клановых и трофейных свитков, но всё-таки задача оставалась непосильной. Тобирама Сенджу не зря был гением клана, не уступающим по силе своему старшему брату. По единственному изображению он решил воссоздать это дзюцу. Стойка тайдзюцу была показана очень чётко, так что с этим проблем не возникло. Оставалось повторить движение чакры и нести погибель врагам клана. И Тобирама справился. Он понял, как манипулировать чакрой, чтобы дополнить это тайдзюцу, чтобы превратить нелепую позу в грозное оружие. И когда он был уже близок к завершению дзюцу, произошла встреча, раскрывшая предназначение этой техники.

Во время патрулирования клановой территории, тройка Сенджу, среди которых был Тобирама, наткнулась на разбитый и разграбленный купеческий караван. Все его члены были безжалостно убиты, лишь один выживший - древний седой старик - ещё дышал, несмотря на жестокие раны. Миссия по уходу за стариком была возложена на Тобираму, как на самого младшего. Во время одного из периодов прояснения сознания старик увидел своего спасителя, с нахмуренным лицом в который раз изучающего этот странный рисунок. И, к немому изумлению Тобирамы, старик не только смог опознать алфавит, но и раскрыть спрятанный смысл этой надписи.

***

Этот свиток был совершенно дурацким! Он был нуднее даже десяти учебников истории. Так подробно рассказывать о каком-то придурке, изучающем какую-то дурацкую бумажку? До такого не доходил даже Ирука-сенсей!

Но так как Узумаки получил все воспоминания клона, он знал, что же заставило его копию не просто прочитать столько скучных иероглифов, но перечитать свиток множество раз!

***

Надпись была краткой инструкцией, что делать шиноби, если он хочет завоевать сердце девушки, которую любит. Это было сжатой формулой семейного счастья! В отличие от разных иносказаний древности, где многие шиноби любили изъясняться метафорами и облачать свои слова в витиеватые загадки, эта надпись очень точно указывала, что следует делать, была полна кристальной конкретики!

Старик пояснил прерывающимся голосом, что на этом языке разговаривал ещё его дед, который прибыл в Страну Огня из каких-то дальних краёв. Раненый не только перевёл надпись, но и рассказал об условиях, при которых нужно применять эту технику. Их было немного.

Во-первых, дзюцу было направлено против женщин. Причём неважно было, кто эта женщина - простая крестьянка или могущественная куноичи, все они на этом языке назывались "бвабва".

Во-вторых, дзюцу следовало применять, когда "бвабва" творила "кхуиньйа". Смысл термина был размыт.

Рядом, на полях свитка, знакомым чётким почерком дедули Хокаге было написано: "Смысл кхуиньйа каждый шиноби чувствует своим сердцем! Невозможно не понять, когда это происходит!". И пусть Наруто хотелось бы более точных инструкций, не верить одному из самых дорогих людей он не мог.

В-третьих, эта техника была невероятно мощной, даже в исполнении обычного гражданского. Поэтому каждый, применивший её, должен взять ответственность за свою бвабва.

Сил старика хватило ненадолго. Когда он, наконец, смог выговориться, он откинулся на футоне и тихо отошёл в Чистый Мир со спокойной улыбкой на устах.

Прошли годы. Старший брат Хаширама вступил в союз с извечным врагом - Учиха Ичизоку. Они вместе с Мадарой Учиха жесткой рукой укротили свои кланы и основали первое Скрытое Селение, в котором множество кланов могло существовать без вражды, не посылая на смерть своих детей. Ашина Узумаки, лидер Узушио, скрепивший клановый союз Учиха и Сенджу, отдал в жёны Первому Хокаге свою дочь Мито.

Старший брат Хаширама был одним из сильнейших людей мира. Обладая Мокутоном, величайшим кеккей-генкаем, он мог в одиночку решить исход любой битвы. По силе с ним мог сравниться только Мадара, обладатель величайшего додзюцу Учиха - Мангекё Шарингана. Но при этом Хаширама был добрым и мягким человеком, совершенно не готовым к тому, что милая и с виду кроткая красавица с алыми волосами, окажется вспыльчивым монстром с бешеным нравом.

Тобирама любил брата и ему было невыносимо видеть, как тот до ночи задерживается в своей Башне, лишь бы не возвращаться домой. У него самого никогда не было проблем с женским полом - не только благодаря жёсткому характеру, но ещё во многом из-за умеренного использования своего дзюцу. Поэтому он создал свиток, в который записал историю возникновения техники, инструкции по её исполнению, а также тщательно перерисовал изображение с того порядком поистрепавшегося листа бумаги.

Он вручил свиток брату в качестве запоздалого свадебного подарка, не зная, будет ли какой-то результат, применит ли Хаширама полученные знания.

Хаширама Сенджу стал первым из людей в мире, женатым на Узумаки, который был счастлив в браке. Мито Узумаки оставалась столь же вспыльчивой и несдержанной, но стоило ей увидеть собственного мужа, как она тут же становилась кроткой и покладистой, истинным воплощением Ямато Надешико.

Первый Хокаге присвоил этому дзюцу S-ранг и сделал секретной техникой. Он не собирался делать дзюцу клановым достоянием - слишком велика была его сила. Так что Бэбэпэйе но дзюцу стало одним из хидзюцу, предназначенных исключительно для Хокаге.

Прошло много лет. Погиб Шодай Хокаге, и Тобирама Сенджу стал Нидайме. Началась Первая Мировая Война, во время которой его отряд был окружен силами Кинкаку Бутай из Кумо. Тобирама отослал команду прочь, оставшись прикрывать отступление шиноби Конохи, где и пал под превосходящими силами противника, забрав с собой в Чистый Мир знаменитых Золотого и Серебряного братьев. Третьим Хокаге стал Хирузен Сарутоби.

Точно так же, как и Первый, Сандайме был одним из сильнейших в мире людей. И точно так же, как и Первый, Хирузен не боялся никого в мире, кроме своей жены Бивако.

Хирузена Сарутоби не зря прозвали вторым Богом Шиноби и Профессором. Он, получив в руки столь ценное дзюцу, смог не только его изучить (как сделал со всеми остальными техниками Конохи), не только мастерски применить. Он изменил технику, модифицировал и дополнил, расписав подробные методики тренировок. Он установил, что дзюцу лучше всего создавать с использованием инь-чакры, упразднил использование ручных печатей, а также дал рекомендации по правильному дыханию и психологическому настрою во время исполнения.

Прошло много лет. Ушла в Чистый Мир Мито Узумаки, под натиском превосходящих сил пал вечный союзник - Узушио, выросли ученики Хирузена, Денсецу но Саннин. Последнюю Узумаки, бешеную Кроваво-красную Хабанеро, похитили шиноби Кумо, и будущий ученик Джирайи, Минато Намиказе, единственный из тех, кто отправился в погоню, смог не только её найти, но и освободить из рук врага.

Минато полюбил эту вспыльчивую и своенравную девушку, влюбился как сопливый подросток, которым, впрочем, он на то время и был. Но не это было самым страшным. Самым ужасным для Минато стало то, что Кушина тоже полюбила своего спасителя, поэтому не стеснялась выражать свои чувства привычным способом - кулаками, способными крушить стены.

Минато Намиказе был очень одарённым и любознательным парнем. Он с детства мечтал стать Хокаге и прилагал все усилия на пути к своей мечте. И вот однажды ночью, амбиции привели его в личную библиотеку Сарутоби Хирузена, где он похитил и изучил два свитка с дзюцу, придуманными Нидайме Хокаге.

Деревня получила ещё одного великого шиноби - Жёлтую Молнию Конохи, человека, своим Хирайшин но дзюцу приводящего врагов в ужас.

Минато Намиказе получил любящую и кроткую жену. Которую боялись все - и враги и друзья, но в присутствии мужа она превращалась в милую женщину и прекрасную хозяйку, настоящую Ямато Надешико.

Мир знал и восхищался Минато как Йондайме Хокаге, шиноби S-ранга, единственным человеком, возле имени которого в книге Бинго стояло "Отступить, не вступая в сражение". Весьма ограниченный круг людей восхищался другим достижением - счастливым браком с Узумаки, что, по их мнению, гораздо превосходило боевые заслуги Йондайме.

***

Самым крутым Хокаге Наруто всегда считал Йондайме. Когда он взбирался на Монумент, именно его голова была любимым местом наблюдения за Конохой. Пусть Четвёртый был крут, ведь именно он спас деревню от Кьюби, но ведь остальные были не хуже. Наруто никогда не задавался вопросом, откуда у него столь сильная привязанность к этому человеку. Не задавался, потому что никогда и не забывал ответ.

Йондайме был блондином, как Наруто. Он был голубоглазым, как Наруто. Его волосы, запечатлённые в Монументе, торчали точно так же, как вихры Наруто. И в детстве, сталкиваясь с ненавистью, неприязнью или полным равнодушием жителей деревни, Наруто часто предавался нехитрым мечтам о том, что Йондайме Хокаге - его настоящий отец. Это было глупой и абсурдной мыслью, это было невероятно и неправдоподобно.

Пусть цвет волос Наруто был в Конохе редок, но блондины, даже голубоглазые, всё равно встречались. Одно время Наруто даже мечтал о том, что Ино Яманака - его разлученная в детстве сестра, правда она оказалась врединой и задавакой, поэтому Наруто мечтать об этом быстро перестал.

Более всего Наруто хотел, чтобы дедуля Хирузен был его настоящим дедушкой. Но, к сожалению, это было невозможно. Наруто как-то видел сына дедули - у него тоже была борода, и он, как и дедуля, курил. Наруто был некурящим и бороды у него не было, значит ни о каком родстве не могло быть и речи.

Волосы и глаза не могли быть ничем, кроме совпадения. Но если к этому прибавить "последнюю Узумаки" в жёнах, то количество совпадений переваливало за любые разумные пределы. Поэтому клон сделал однозначный вывод - его отца зовут Минато Намиказе, а мать - Кушина Узумаки. Ну и так как клан Узумаки был круче даже чем клан придурка Учиха, то совершенно неудивительно, что Наруто получил клановую фамилию.

Раньше, когда Наруто уплывал в страну грёз, он мечтал о том, что он сделал бы при встрече с Йондайме. Тогда он бы бросился к нему навстречу и закричал "Папа!". Теперь же, встреть Наруто человека, запечатавшего в него Кьюби, тот бы здорово огрёб от сердитого джинчурики.

Раньше, до откровений предателя Мизуки, узнай Наруто точно, что он - сын Йондайме, не нашлось бы ни единого человека в деревне, которому бы Узумаки не рассказал об этом по крайней мере пять раз. Но теперь... Наруто решил, что на всякий случай поговорит с дедулей, спросит, почему он ему постоянно врал. Но желание говорить о своём отце с кем-то ещё у него напрочь пропало.

Наруто вновь задумался о своей мечте. Он хотел стать Хокаге, чтобы его признали жители деревни. Он хотел стать Хокаге, таким же великим, как Йондайме. Теперь его мечта изменилась - он станет Хокаге гораздо более крутым, чем этот белобрысый придурок!

Глава 3

Наруто подкрадывался, тихо ступая по черепице, к открытому окну, за которым виднелась голова Саске, поедающего онигири. Живот Узумаки скручивало от голода. Все эти события навалились на него настолько плотным потоком, ему было нужно сделать столько важных дел, что он не успел даже нормально перекусить. Вчерашний день был суматошным - сфотографироваться на удостоверение, поговорить с дедулей по поводу своих родителей (беседа была прервана в самый неподходящий момент мелким соплежуем Конохамару, которому пришлось настучать по голове, чтобы не зазнавался). Обучение Конохамару своему сражающему Хокаге и прочих извращенцев дзюцу, применение гаремной техники против очкастого сенсея, оказавшегося скрытым извращенцем. Все эти события не оставили времени на тренировки, поэтому Наруто, встав с утра и по-быстрому перехватив порцию рамена, до самого начала распределения посвятил ожесточённой отработке своего нового дзюцу.

Усилия Узумаки принесли плоды. Сакура-чан, к которой оно было применена техника, весь оставшийся урок оставалась тихой и задумчивой. Ино Яманака, увидев дзюцу упёрла руки в бок и начала было что-то вопить, но стоило Наруто перевести на неё взгляд, как тут же умолкла и отвела глаза.

Распределением Наруто был одновременно чрезвычайно доволен и жутко огорчён - он будет в команде с Сакурой-чан! Но, к великому сожалению, третьим и лишним шиноби с ними был засранец Учиха. Сам Узумаки предпочёл бы напарником Чоуджи - тот был клёвым чуваком, прекрасно понимающим, что значит хороший рамен. К сожалению, выбора не было. Ирука-сенсей сказал, что Наруто выбрали, чтобы уравновесить им, как худшим учеником, силу слишком уж крутой команды. Немножко пообижавшись и выслушав несколько нелестных слов от засранца Учиха, Наруто пришёл к выводу, что Ирука-сенсей просто не хотел унижать Саске, рассказывая, что Наруто гораздо круче его. В конце концов, кто - будущий Хокаге? Кто выучил за ночь сразу два крутейших дзюцу? Кто навалял не просто предателю, а целому чунину? Так что, пусть это и было слегка обидно, но шиноби никогда не должен открывать своих секретов!

Наруто тряхнул головой, прогоняя рой мыслей. Ему следует поторопиться, обеденный перерыв не бесконечен, а до того момента, как прибудут джонин-сенсеи, осталось слишком мало времени. Наруто злорадно усмехнулся и рыбкой влетел в окно.

Саске был неплох, он, почувствовав на затылке чужие руки, успел среагировать, отразить атаку, а затем схватить и связать того, кого он считал Наруто. Наивный дурак! Было очень смешно видеть, как вытаращились его глаза при виде превращения связанного Узумаки в обмотанноое верёвкой бревно. Когда же на него со всех сторон набросились клоны Наруто, его челюсть чуть не пробила деревянный пол.

Дзюцу Теневого Клонирования, несмотря на кажущуюся крутизну, было невероятно ущербным. Вместо того, чтобы создавать копии величайшего шиноби Конохи, оно производило каких-то полных придурков - маленьких, шумных, нахальных, упрямых и глупых. Но, к великой радости Наруто, в сражении, в отличие от учёбы, от них был толк.

Так что связанный Саске остался лежать, замотанный в верёвки, как гусеница в кокон, со ртом, залепленным крест-накрест пластырем, а сам Наруто, применив Хенге, отправился на поиски Сакуры-чан.

Это не заняло много времени - он увидел её, самую красивую девушку в мире, одиноко сидящей на каменной скамье в глубине аллейки. Сакура-чан о чём-то глубоко задумалась, поэтому Наруто решил обставить своё появление как-нибудь покруче. Дождавшись, когда взгляд Сакуры устремится куда-то в сторону, Наруто незаметно вышел и прислонился к дереву напротив неё, скрестив руки на груди.

Сакура, увидев Наруто, прилипла к нему глазами, а щёчки её очаровательно покраснели. Наруто спокойным шагом крутого парня подошёл к своей напарнице и остановился прямо перед ней.

- У тебя такой очаровательный лобик... - начал Наруто.

Сакура-чан недоверчиво вскинула голову и уставилась на Наруто влюблёнными глазами. Щёки у неё запылали так, что она начала напоминать их одноклассницу Хинату.

- ... Так и хочется его поцеловать! - решил закончить он, но внезапно спохватился. Сакура-чан же думает, что он - это Саске! И выходит, что таким образом он уменьшает свои шансы, даря их придурку Учиха! - Ха-ха-ха! Так мог бы сказать Наруто!

Мастерский ход, достойный будущего Хокаге! Но Сакура-чан лишь расстроенно опустила голову. Наруто, поколебавшись, присел рядом с ней.

- Сакура-чан, скажи, что ты думаешь о Наруто?

- О Наруто? Он назойливый! Лезет не в своё дело, пристаёт ко мне! Это приносит сплошные мучения! Он меня совсем не знает, а своим приставаниями совершенно достал! А сегодня в классе! Он был таким грубым! Если ему что-то не нравится, мог бы просто сказать!

Наруто опустил голову. С одной стороны, выслушивать такое о себе было неприятно. А с другой - дзюцу, похоже, действовало! Сакура-чан не сильно сердилась!

- А я хочу лишь одного, - продолжала прекрасная куноичи, - чтобы ты хоть раз взглянул на меня! Для того, чтобы завладеть твоим вниманием, я готова на всё! Ведь я люблю тебя!

Сакура-чан сложила губки бантиком и Наруто, ощущая стук своего бешено колотящегося сердца, подался навстречу.

Его живот совершенно неожиданно издал громкое урчание. Но Наруто было наплевать на голод, плевать на скудный завтрак, на усталость и тревогу. Он наклонился и прильнул губами к мягким и розовым губкам Сакуры-чан!

Пусть поцелуй был немного неуклюжим и неловким, просто напряжённые губы, прижатые к таким же неспособным расслабиться из-за значимости момента губам, но Наруто был на седьмом небе! Это был его первый поцелуй! Первый поцелуй с Сакурой-чан! Это было волшебно!

Наруто потянулся к своей драгоценной девушке и осторожно обнял её за плечи. Она крепко прижалась своим гибким телом и закинула руки ему на шею. Постепенно ушла неловкость, они оба расслабились, наслаждаясь теплом и мягкостью друг друга, нежные губки Сакуры-чан стали влажными и податливыми. Ничто в мире не могло испортить этот моме...

Внезапно Сакура-чан напряглась и оторвалась от Наруто. Глаза её изумлённо распахнулись, она отскочила и стала лихорадочно переводить взгляд на Наруто и куда-то ему за спину. Терзаемый нехорошими предчувствиями, Наруто обернулся.

Позади него, скрестив руки на груди, стоял Саске.

- Что, неудачник, не знал, что настоящий шиноби умеет освобождаться от пут?

Взгляд Наруто скользнул к своей девушке, но вместо милой прекрасной Сакуры-чан, он увидел разъярённую фурию.

- НАРУТО! Я УБЬЮ ТЕБЯ! - взревела она.

Узумаки лишь усмехнулся. Против подобного у него имелось верное средство. Средство, проверенное сильнейшими людьми мира, четвёркой великих Хокаге. Рука и нога оттянулись назад и Наруто принял стойку стремительного движения. Внутри него мощным успокаивающим водоворотом закрутилась чакра. Наруто нырнул в глаз урагана, в островок спокойствия внутри себя, и взгляд его внимательных голубых глаз встретился со зрачками разъярённой Сакуры-чан. Наруто сделал спокойный шаг вперёд, но сразу же почувствовал, что что-то пошло не так. Сакура не застыла, не замерла на месте. Взгляд Наруто не был прожигающими пространство и время голубыми лазерными лучами. Наруто не стал воплощением правоты и силы.

Ведь на этот раз Сакура-чан не творила кхуиньйа! Наоборот, всем своим ушедшим в пятки сердцем, Наруто понял, что кхуиньйа сотворил он! И ещё какую кхуиньйа!

Последнее что увидел Наруто - нежный кулачок, с неимоверной силой обрушивающийся на его лицо. А дальше пришли ослепительная вспышка, темнота и боль - заплывшие глаза ничего не видели, но стойкий организм носителя величайшего из демонических хвостатых зверей не позволил кануть в спасительное забытьё.

***

Наруто дёрнулся ещё несколько раз, но ничего не изменилось - верёвки держали крепко. Плохо обрезанный сук на большом столбе, к которому он был привязан, больно впивался в спину, но Наруто не обращал внимания - его теперь занимала лишь карьера шиноби, чьё существование лишь пара часов назад было ясным и безоблачным, но теперь будущее скрывалось во мраке.

Сначала всё складывалось не так уж и плохо. Тяжёлые побои, нанесённые ему Сакурой-чан под злорадным взглядом Саске, грозившие превратить встречу с учителем во что-то неудобное и постыдное, ни на что не повлияли. Узумаки был благодарен Какаши-сенсею за длительное опоздание, ведь за то время, что его не было, всегда быстро исцеляющийся организм Наруто справился со всеми травмами. Ему всего лишь пришлось пережить повышенное внимание класса, насмешки засранца Кибы, тихое шушуканье фан-клуба Саске за спиной. Но, самое главное, постоянно болеющая какой-то лихорадкой Хината прикладывала к его лицу компресс из смоченного водой платочка до тех пор, пока их с Кибой и Шино не забрала появившаяся джонин-сенсей. Пусть девушка не произнесла и слова, пусть её действия никак не повлияли на состояние Наруто, но забота Хинаты... (Хинаты-чан!) глубоко тронула его.

Затем было появление Какаши-сенсея, встреча на крыше, из которой он узнал, что Саске хочет восстановить свой клан и убить одного человека (Наруто тогда подумал, что у него тоже есть клан, который тоже неплохо было бы восстановить), а также, что Сакура-чан больше всего на свете ненавидит Наруто Узумаки. В иное время это больно задело бы Наруто, но теперь он понимал, что Сакура-чан всего лишь сильно злится, ей всего лишь нужно немножко времени, чтобы слегка остыть.

Ночью Наруто ожесточённо тренировался, готовясь к победе над Какаши-сенсеем, для этого сделал манекен учителя и с несколькими клонами его избивал, подготовившись, как ему казалось, к любым неожиданностям.

Затем было опоздание сенсея и унизительный тест с колокольчиками, когда их учитель не только смог противостоять атакам Наруто, но ещё и делал это, не прекращая читать книгу в оранжевой обложке - такую же, как Наруто частенько видел у дедули, наверняка очередная извращенческая фигня! Затем было унижение, что самое обидное, на глазах у Сакуры-чан! На собственной шкуре прочувствовав Секретное Тайдзюцу Листа: Тысячелетие Боли, Наруто вновь поразился, насколько разнообразны стили тайдзюцу в его деревне - пусть с Бэбэпэйе но дзюцу, на первый взгляд, было очень мало сходства, но сама суть - поразить секретной техникой могущественного врага - была идентична. Ведь этой техникой Какаши-сенсей справился не с кем-нибудь, а с будущим Хокаге!

Свисая, подвешенный за одну ногу с дерева, Наруто видел, как, вскрикнув, упала Сакура-чан, став жертвой какой-то изощрённой техники сенсея. Затем, пока внимание Наруто было приковано к двум бенто, лежащим неподалёку от тикающего будильника, в бой вступил придурок Саске. Наруто было бы очень обидно, добудь Учиха колокольчики, но ниндзя должен всё просчитывать наперёд, и высвободившись из ловушки, Наруто решил приступить к самому важному - обеду. К сожалению, подкрепиться он не успел, застигнутый врасплох Какаши-сенсеем. И с тех пор он пребывал в этом незавидном положении, привязанный к этому дурацкому столбу не менее дурацкой верёвкой.

Пусть лицо Какаши-сенсея было скрыто маской, его единственный глаз выражал бурю эмоций. И эти эмоции не радовали. Это было разочарование, недовольство и презрение. Он рассказал о смысле теста, который заключался отнюдь не в добыче колокольчиков. Это был простой тест, проверка, смогут ли они, генины Конохи, отринуть свои разногласия и сплотиться перед превосходящим противником. И позорно провалился не только он, провалилась лучшая куноичи класса и, тем более, новичок года. Какаши-сенсей очень обидно сказал, что им не надо возвращаться в Академию, что они должны забыть о карьере шиноби. Мечты его, Наруто Узумаки, оказались близки к полному краху. И то, что перед этим Какаши-сенсей легко и непринуждённо впечатал атаковавшего придурка Саске лицом в землю, на этот раз ни малейшей радости не принесло.

Оставив Саске и Сакуру-чан наедине с обедом, он строго-настрого запретил делиться с Узумаки. Но Саске, как только учитель скрылся, протянул бенто Наруто. И, как следовало ожидать, его примеру последовала и Сакура-чан.

Сначала Наруто хотел ехидно поинтересоваться у Саске: каким образом ему есть, будучи полностью, по рукам и ногам, привязанным к столбу? Затем он понял, что это прекрасный повод попросить Сакуру-чан себя покормить. Но всё испортило появление Какаши-сенсея.

- Вы... Вы сдали! - прокричал их одноглазый учитель.

- Но как? - ошеломлённо спросила Сакура-чан.

Увидев недоумение на лицах генинов, он улыбнулся своим глазом.

- Вы первые, кто не послушал меня.

- Что? Как? - не понял Наруто.

- Остальные делали, что я говорил. Идиоты! Ниндзя не должен верить всему, что услышит. Он должен не просто видеть скрытый смысл, он должен искать сокрытое в сокрытом!

Наруто зажмурился и мотнул головой. Это было так сложно!

- Тех, кто нарушает правила, - продолжал одноглазый сенсей, - обычно называют мусором. Но те, кто не заботится о своих товарищах - они хуже, чем мусор!

Рядом радостно завизжала Сакура-чан и довольно улыбнулся Саске. Наруто с восхищением смотрел на учителя. Он такой офигенный!

- На сегодня тренировка закончена! С завтрашнего дня команда 7 начинает выполнять миссии!

Наруто не выдержал и закричал во всю глотку:

- Ниндзя! А-ха-ха-ха! У меня получилось! Получилось! Ниндзя-ниндзя-ниндзя!

Какаши-сенсей повернулся спиной к Наруто и неспешно пошёл вперёд. Вслед за ним направились Саске и Сакура-чан. Сам Наруто остался привязан к этому долбанному столбу.

- Развяжите! - закричал он. - Сакура-чан! Саске!

Но на него никто не обратил внимания.

Наруто смотрел в спины своим будущим напарникам и какое-то странно-знакомое чувство наполнило его разум. Разве Какаши-сенсей не сказал, что те, кто не заботится о напарниках - хуже, чем мусор? Беснуясь в не пускающих его верёвках, Наруто не сразу понял, что это. И лишь когда спины напарников удалились на порядочное расстояние, Наруто понял, что дедуля был прав, это ощущение невозможно не опознать.

Внутри Наруто всколыхнулся океан чакры, пришёл в движение, закрутившись мощным водоворотом. Он нырнул в глаз бури и сразу же его душу окутали спокойствие и безмятежность. Его напарники творили настоящую кхуиньйа, и это было ясно точно так же, как то, что Наруто станет Хокаге и величайшим шиноби в мире. И раз с Какаши-сенсеем и Саске Узумаки сделать не мог ничего, то у него был только один выход.

- Сакура-чан... - тихо-тихо прошептал он.

Несмотря на то, что команда отошла почти на сотню метров, а губы Наруто едва шевелились, Сакура остановилась, словно налетев на бетонную стену. Она резко развернулась на каблуках сандалий, и её широко раскрытые зелёные глаза встретились с прищуренными голубыми.

- Ты ничего не забыла, Сакура-чан? - мягким, продирающим до костей голосом, спросил Наруто.

Та испуганно окинула взглядом столб с привязанным Узумаки.

- Неужели ты решила бросить своего напарника, как это сделали Засранец с сенсеем? - осуждающе покачал головой Узумаки.

Сакура, словно загипнотизированная, подошла к столбу и, не понимая, что делает, взмахнула кунаем. Верёвки бессильно опали.

Наруто встал, потянулся, не отводя взгляд от напарницы. Растёр саднящие предплечья и запястья. Сакура стояла, не в силах пошевелиться.

- Спасибо, Сакура-чан!

- Наруто... - прошептала девушка.

- Прости Сакура-чан.

- Не надо, Наруто!

- Извини, Сакура-чан, но я должен. Ведь это мой путь ниндзя!

Сакура лишь обречённо кивнула.

Наруто подошёл к ней и несильно размахнулся. Удар тыльной стороны ладони, обрушившийся на её щёку, вышел почти нежным.

Глава 4

Наруто с трудом оторвал голову от мокрого бетона моста. Спина нещадно болела - ледяные сенбоны этого ойнина были очень острыми и холодными. Первое что он увидел перед собой - это лежащий навзничь противник и ноги, обутые в очень знакомые сандалии.

- Саске, ты... - радостно воскликнул Узумки.

- Идиот! Вечно ты путаешься под ногами!

Наруто поднял глаза и ошарашенно выдохнул - тот человек, которого он считал полным засранцем, с которым у него всю жизнь не ладились отношения, этот надменный придурок... Он стоял перед Узумаки, закрыв его собой, своим телом приняв предназначенную для Наруто смертельную атаку.

Саске с трудом повернул голову - из шеи у него торчало несколько длинных сенбонов и это действие не могло не причинять невыносимую боль.

- Ну и... глупая же... у тебя рожа! - задыхаясь, проговорил он.

- Почему? Почему ты спас меня?

Саске с трудом выдавливал слова.

- Я... ты мне никогда не нравился...

- Почему меня? Я не просил помогать! - закричал Наруто.

- Не знаю... Как-то само вышло, придурок... - прошептал Саске слабеющим голосом.

- Зачем? Зачем, Саске?

- Тот человек, о котором я говорил... Мой брат... Я не собирался умирать, пока его не убью... Теперь хоть ты не умирай... - голос напарника стихал, постепенно превращаясь в шёпот.

- Не смей, засранец! - на глаза Наруто навернулись злые слёзы. - Не смей умирать! Мы - команда! Мы всё должны делать вместе!

Но тело в руках Наруто уже застыло неподвижной куклой.

- Саске! Скажи мне что-нибудь, Саске!

Слова, раздавшиеся в ответ, были произнесены мелодичным и чем-то знакомым голосом.

- Он смог достать меня. Он погиб, защищая тебя. Закрыл собой друга, даже зная, что идёт на верную смерть.

- Заткнись!

- Это заслуживает уважения.

- Заткнись!

- Первый раз теряешь друга? Ничего не поделаешь - такова судьба шиноби.

- Заткнись-заткнись-заткнись!

Наруто склонился над бездыханным телом, над трупом того, кто лишь после своей смерти смог стать его другом, братом по оружию, членом семьи.

- Саске... - прошептал Наруто. - Ты всегда был надменным засранцем, и я никогда тебя не любил. Я выполню твою миссию. Я не дам тебе умереть напрасно.

Узумаки чувствовал, как изнутри подымается горячая волна, как глаза застилает алая пелена, как по жилам струится могучая сила.

- Я никогда не прощу тебя! - прорычал он. - Ты умрёшь!

Глаза, которые Наруто поднял на ойнина, больше не сияли безмятежной небесной синевой. Это были алые глаза зверя.

***

Когда Наруто мечтал о карьере шиноби, она представлялась ему чем-то эпическим - сражения с преступниками, спасение принцесс или свержение тиранов. Реальность оказалось унылой. Миссии, которые достались Команде 7 были какими угодно, только не героическими. Тройка генинов полола огороды, рубила дрова, красила заборы, выгуливала собак и сторожила детей. Однажды, после одной особо зловредной миссии по поимке особо зловредной кошки Наруто не выдержал, веско и твёрдо потребовав у дедули (Сакура-чан утверждала, что это было похоже на детскую истерику, причём Какаши-сенсей её не поправил, лишь улыбался одним глазом) чего-нибудь покруче. И, к удивлению всех присутствующих, включая Ируку-сенсея, Команда 7 получила миссию ранга С.

Великий архитектор и строитель мостов Тадзуна оказался старым алкоголиком и сразу настроил против себя будущего Хокаге. По дороге в Страну Волн Наруто дулся на старика за то, что тот обозвал его глупым коротышкой, дулся ровно до тех пор, как на сухой дороге не показалась глубокая лужа.

Увидев смерть Какаши-сенсея от рук двух шиноби с огромной шипастой цепью, Наруто застыл, растерявшись. Сакура-чан охраняла старика Тадзуну, Саске вступил в бой, но противники были сильны. И когда оказалось, что смерть Какаши-сенсея была всего лишь ловкой уловкой, когда нападавшие, Демонические Братья оказались повержены, Наруто дал себе обещание. Полоснув задетую врагом руку кунаем, выпуская яд и кровь, Наруто поклялся, что не больше не будет отступать, что не сдастся. Ведь это теперь его путь ниндзя!

Дальше был разговор с Тадзуной, где старик неуклюже пытался надавить на жалось шиноби Конохи. Подобные трюки Узумаки многократно пытался проделывать с Ирукой-сенсеем и дедулей, поэтому его это не впечатлило, как близких не впечатляло нытьё Наруто. Но рассказ о злобном тиране, угнетающем целую страну, вызвал у Наруто гнев. В любом случае, слова Тадзуны ничего не меняли - путь ниндзя Наруто предусматривал движение только вперёд, сцепив зубы и преодолевая любые преграды. Команда 7, после короткого совещания, решила продолжить миссию, несмотря на возникшие препятствия в виде одного из богатейших в мире людей и неизвестного количества противостоящих шиноби.

Долгое скрытное путешествие на лодке завершилось возле моста, который настолько впечатлил Узумаки, что тот даже переменил своё мнение о старом алкоголике. Тот, кто может построить такую громадину, должен быть весьма хорош.

Затем, после того как Наруто, услышав шорох в кустах, поразил кролика с белой шубкой, после того, как собравшаяся отчитать Наруто Сакура-чан, наткнувшись на вопросительный взгляд голубых глаз, резко замолчала, случилось нападение.

Выяснилось, что у Какаши-сенсея всё-таки два глаза, что в скрытой протектором глазнице находится Шаринган, и что человек, атаковавший их, был монстром. Забуза Момочи неуловимо напоминал сенсея. Не только силой - этот ниндзя-отступник был почти так же крут, как их учитель - но и лицом, закрытым маской. Его огромный меч устрашал, густой туман не позволял ориентироваться, а давящая обволакивающая жажда убийства заставляла колени дрожать и подгибаться. Хотелось сбежать, сломя голову, но Наруто помнил о своём долге, о своём пути как шиноби, о том, что будущий Хокаге никогда не будет сдаваться и отступать перед трудностями. И Команда 7 приняла вызов противника, с которым не смог справиться даже Какаши-сенсей!

Когда учитель попал в ловушку Водяной Тюрьмы, Наруто не растерялся. Быстро переглянувшись с Саске он, под прикрытием дыма от уничтоженных Забузой теневых клонов, задумал и реализовал свой хитромудрый, достойный Хокаге план. Брошенный Саске фума-сюрикен оказался с сюрпризом. Напарник безупречно исполнил дзюцу Теневого Сюрикена, что могло поразить какого-нибудь менее опытного противника. Но Забуза заметил второй сюрикен, сокрытый в тени первого, и легко ушёл от атаки, по крайней мере так ему поначалу показалось. Наруто, превратившийся из сюрикена обратно в самого себя, сумел, метнув кунай, ранить отвлёкшегося Забузу. И пусть рана была больше похожа на царапину, своей главной цели Наруто добился. Сенсей был освобождён от тюремного дзюцу и дал бой, на который Наруто смотрел, отвесив челюсть. Руки двух сильнейших шиноби складывали Ин так быстро, что невозможно было уследить за пальцами. Огромные Водяные Драконы были настолько внушительны, что Наруто очень-очень-очень сильно захотелось изучить хоть что-то, хотя бы вполовину настолько же крутое. И когда противник был повержен, а затем и убит иглами нинздя-охотника из Киригакуре, голова Наруто была занята мечтами о новых потрясающих дзюцу, которыми он будет поражать полчища врагов.

Волоча в дом Тадзуны Какаши-сенсея, потерявшего сознание от переутомления, Наруто думал о том, что его гениальный трюк с трансформацией в сюрикен был для будущего Хокаге чем-то самим собой разумеющимся, как и победа над вражеским джонином. Так что направо и налево хвастать таким он не будет - перед его будущими свершениями это сущие мелочи. Разве что нужно будет рассказать Кибе, чтобы не задирал нос. А ещё Чоуджи и Шикамару - потому что они друзья. Ну и Ино, чтобы та увидела, что Наруто круче Саске. А ещё Хинате-чан, ведь она за ним заботливо ухаживала. И ещё Конохамару, чтобы он понял, насколько бессмысленны попытки одолеть Наруто! И ещё...

Когда они добрались до дома Тадзуны, их встретила красивая Цунами-чан, дочь старого алкоголика. Пришедший в себя Какаши-сенсей ошарашил всех известиями, что Забуза, скорее всего, жив, а значит тот ойнин - его сообщник. После чего повёл генинов тренироваться.

Упражнение хождения по деревьям было бы очень крутым занятием, если бы у Наруто получилось круче, чем у Саске. Но, к величайшему унынию их обоих, первой на вершину зелёного исполина поднялась Сакура-чан. Затем она дала Наруто несколько очень хороших советов, как правильно соизмерять свою силу, как обрести спокойствие, чтобы кора под ногами не взрывалась, отбрасывая от дерева прочь, и Наруто обрадовался по двум причинам. Первой было то, что Сакура-чан рассказала ему, а не засранцу Саске, а второй - что многое из рассказанного Наруто и так уже знал из секретного свитка.

Изо всех сил соревнуясь со своим соперником за сердце самой прекрасной куноичи, Наруто лелеял хитрейший из планов. Но, к сожалению, Саске его из поля зрения не терял, а свои секреты раскрывать не хотелось.

Сын сестрёнки Цунами был нытиком и соплежуем. Наруто ненавидел таких - готовых сдаться, только-только увидят трудности. Взбешённый нытьём маленького плаксы, Наруто убежал в лес. Ему нужно было успокоиться, а что может быть лучше, чем при этом натянуть нос засранцу?

На этот раз клоны не подвели. Наруто даже не пришлось рассказывать о своём плане - они всё знали и так, точно так же, как и сам Узумаки пылали жаждой превозмочь Саске. Так что все деревья в округе были оккупированы оранжевыми фигурами, а их кору изукрасило множество зарубок от кунаев.

Неожиданно проявился побочный эффект от такого полезного тренировочного дзюцу. Когда клоны развеялись, на Наруто напала сильная сонливость, с которой он, впрочем, мог бороться, но решил этого не делать - погода была тёплой, а трава мягкой и густой, поэтому он заснул прямо на поляне.

А утром он встретил её. Прекрасная девушка с длинными тёмными волосами и бездонными карими глазами была красивей (скрепя сердце, Наруто вынужден был это признать) даже чем Сакура-чан. Она собирала травы для больного друга. Она спросила Наруто о причинах, по которым он хочет стать сильным. И затем сказала то, что для Узумаки прозвучало как истинное откровение. Нельзя стать сильным, ради получения признания. Нельзя стать сильным ради славы или денег. Истинную силу человек может обрести только в одном случае - когда есть люди, которых он должен защищать. У Наруто были такие люди: дедуля и Ирука-сенсей, Аяме-чан и старик Теучи, прекрасная Сакура-чан и ребята из класса, даже Какаши-сенсей и засранец Саске. Да чего уж там, Наруто должен стать Хокаге, чтобы защитить свою деревню, каждого жителя в ней!

А затем, как горсть снега за шиворот, было открытие. Одна из самых красивых девчонок, которых Наруто когда-либо видел, Хаку-чан, внезапно оказалась Хаку-куном. Это было противоестественно, это было надругательством над правильным порядком вещей.

Затем была встреча с командой и Наруто смог продемонстрировать свою крутизну, закинув руки за голову, прогулочным шагом взобравшись на дерево. Но, к его огромной досаде, засранец Саске непринуждённо взобрался на соседнюю ветвь.

Команда оставила его охранять сестрёнку Цунами и нытика Инари, а сами отправились охранять строительство моста. И, когда на семью Тадзуны было совершено нападение, когда Инари, преодолев себя, бросился отважно защищать маму, когда Наруто, от души наваляв двум головорезам Гато, понял, что команда в беде и отправился на выручку, случилось непоправимое.

Саске, засранец Саске, напарник Саске, лучший друг Наруто Саске, отдал свою жизнь для того, чтобы жил он. И виновник смерти его друга, его дорогого человека, погибшего из-за того, что Узумаки был слишком слаб, чтобы защитить, стоял прямо перед ним.

***

Наруто не обращал внимания на окружающий мир. Его не волновали хвосты алой ауры, взметнувшейся из его тела, не волновало то, что противник, враг, убивший его друга, стоял в неуничтожимом ледяном зеркале. Что сам он был изнеможён и покрыт ранами, что в спина его напоминала подушечку для иголок от воткнутых туда сенбонов. И даже на то, что раны, подчиняясь неведомой силе, стали стремительно заживать, не оставляя за собой даже шрамов.

Перед Наруто был лишь враг, а душу его переполняла тяжёлая алая ненависть.

Движение всего мира замедлилось и почти застыло. Пролетавшая вверху чайка зависла в воздухе, сражающиеся на огромной скорости Забуза и Какаши-сенсей внезапно стали медленными и вялыми. Не подымаясь с четверенек, со скоростью, которая в иное время привела бы его в восторг, но теперь не имела значения, он бросился на замершего в ледяной зеркальной глади ойнина с зажатыми между пальцами длинными иглами сенбонов. Ногти Наруто, превратившиеся в острые звериные когти, оставляли глубокие борозды на бетонной поверхности моста.

Полетевшие в Узумаки иглы, столкнувшись с алой тяжёлой чакрой, бессильно отлетели прочь. В зеркале, к которому подбежал Наруто, отражение шиноби в маске исчезло и, мигнув, появилось в остальных зеркалах купола. Охваченный ненавистью Наруто отпрыгнул и зарычал, как дикое животное. Фигура ойниина мелькнула в нескольких зеркалах, из которых вылетели сенбоны и вонзились Наруто в спину. Узумаки вновь издал горловое рычание, иголки, вытолкнутые чакрой и заживающей плотью, упали и звякнули об бетон. Наруто, увидев проблеск врага во одном из зеркал, вновь взревел и быстрее мысли ударил, вдребезги разбивая неуничтожимый лёд. Противник с трудом ушёл и, воспользовавшись шансом, выпрыгнул откуда-то сверху, целясь зажатыми в руках иглами в голову Наруто.

Узумаки, ведомый звериными инстинктами, отскочил, всеми четырьмя конечностями скользя по бетону. Увидев, что промахнулся, враг вновь попытался уйти в зеркало, но Наруто был гораздо быстрее. Когтистая рука ухватила предплечье противника, причиняя тому невыносимую боль. Алая аура взметнулась вокруг Наруто, ударив в зеркала, и те начали покрываться трещинами и осыпаться острыми ледяными осколками. Рука со звериными когтями сжалась в кулак и что есть силы ударила в закрытое безликой маской лицо.

Сила удара была столь велика, что враг отлетел, сокрушая спиной одно из своих зеркал, пролетел несколько метров и безжизненной куклой покатился по бетонным плитам. Белая маска в месте, куда пришёлся удар, покрылась трещинами и осыпалась.

Противник с трудом опёрся подгибающимися руками о землю, встал на колени и медленно поднялся на ноги. Наруто вновь бросился на врага, взвился в воздух, занося кулак, чтобы сокрушить отрешённое лицо...

Хаку.

Человек, скрывавшийся под маской, будучи непримиримым врагом, оказался тем, кто несмотря на единственную недолгую встречу, плотно занял место в сердце Наруто, став его другом, одним из самых дорогих людей.

Несмотря на окутывающую сознание ярость, несмотря на ненависть и злость, Наруто замер, остановив кулак в считанных сантиметрах от лица Хаку.

- Так значит там, в лесу, это был ты? - прорычал Узумаки.

- Почему ты не ударил? - безжизненным голосом прошептал Хаку. - Разве ты не должен отомстить за смерть друга, убив меня? Или твоя клятва была лишь пустыми словами?

Наруто оглянулся, посмотрев на тело Саске, иссушающая ярость вновь наполнила его душу.

- Будь ты проклят!

Кулак Наруто взметнулся и ударил противника в лицо.

Хаку поднялся с земли, вытирая кровь с уголка рта.

- Таким ударом меня не убить. Где же вся твоя сила, где твой гнев?

Наруто просто смотрел на Хаку не в силах поверить, что это тот же человек, которого он встретил на лесной поляне, тот, кто хотел лишь одного - защитить человека, дорогого его сердцу.

- Многие допускают эту ошибку. Они оставляют жизнь врагу, поддавшись жалости, идя на поводу своей слабости.

Наруто глядел в безжизненные карие глаза, которые слишком уж напоминали ему то, что он частенько видел в зеркале. Он видел пустоту, обречённость, безнадёгу. То, что он успешно прятал, стоило ему выйти на улицу, показаться кому-то на глаза. Хаку оказался проницательным человеком.

- Ты такой же. Ты знаешь боль. Ты знаешь безнадёжность. Быть ненужным, влачить бессмысленное существование.

- К чему ты клонишь? - спросил Наруто.

- Забуза-сан не нуждается в слабом помощнике. Теперь моё существование не имеет смысла. Ты отнял смысл моей жизни.

Наруто смотрел на своего друга, на своего заклятого врага, и какое-то странное ощущение скреблось на краю его сознания. Это было что-то противное, напоминающее царапанье ногтей по доске в классе, скрип пенопласта или визг плохо смазанного механизма.

- Почему? Почему он тебе так дорог? Он же плохой! Он нукенин, убивает людей! Почему?

- Когда-то были живы люди, которых я любил, с которыми был счастлив. Мои родители были такими добрыми, такими заботливыми. Но... Когда я был ещё ребёнком, случилась беда.

- Беда? Какая беда?

- Моя кровь...

- Кровь? Что произошло?

- Мой отец убил маму, а затем хотел сделать то же и со мной.

- Что? Но почему? - слова Хаку звучали дико.

- В Стране Воды была гражданская война. Все ненавидели носителей кеккей-генкай.

- Кеккей-генкай?

- Это люди с особыми генами, люди, похожие на меня. Кланы с наследием крови были очень сильны. Остальные им завидовали и обвиняли во всех несчастьях. Им пришлось скрываться, прятать правду о себе. Тех, кому это сделать не удалось, уничтожали, несмотря на цену. Моя мать была наследницей одного из кланов с наследием крови, и отец об этом узнал. И когда я увидел, что мама погибла, я убил его. Убил собственного отца. И я понял одну вещь...

- Какую?

- Что я никому не нужен в этом мире. Что мое существование бессмысленно.

- Почему бессмысленно?

- Ты сказал, что будешь самым сильным шиноби, что все признают тебя. Если бы появился человек, которому ты нужен, разве не стал бы он для тебя дороже всего, дороже самой жизни?

Наруто, вспомнив Ируку-сенсея, вспомнив дедулю, старика Теучи и сестрёнку Аяме, неосознанно кивнул.

- Забуза-сан приютил меня, он знал кто я, он знал о моей крови, которую все боялись и ненавидели. Но он всё равно принял меня. Это было настоящее счастье. Но теперь ты победил. Забуза-сан не нуждается в испорченном инструменте. Так что, Наруто-кун, пожалуйста...

- Что?

- Пожалуйста, убей меня! Я - сломанный инструмент! В моём существовании не осталось смысла!

Скрип пенопласта, стон несмазанного механизма и скрежет школьной доски стали невыносимы. Наруто был настолько ошеломлён словами своего врага, своего друга, что не сразу понял, что же это такое.

- Почему ты колеблешься, Наруто-кун?

- Не понимаю! Неужели, для того, чтобы просто жить, тебе нужно не допускать ошибок, быть лучше всех на свете? Неужели в твоей жизни действительно больше ничего нет?

- Когда мы встретились на той полянке, то сразу понял, что мы очень похожи, что только ты сможешь меня понять. Прости, Наруто-кун, что тебе придётся оборвать мою жизнь!

- Ты точно всё решил? И ничего нельзя сделать?

- Ничего. В моей жизни не осталось больше смысла. А ты... Исполни свою мечту, Наруто-кун.

Наруто ухватил ускользающую мысль. То, что сейчас творил Хаку, было ничем иным, как кхуиньйа! И на это могла быть одна-единственная реакция.

- Мы с тобой могли бы стать лучшими друзьями. Ты уже стал моим другом, Хаку. Но я сделаю это не как друг. Я сделаю это потому, что таков мой путь ниндзя!

Наруто знал, что его дзюцу действует только на женщин. Он знал, что Хаку - парень, а значит не подвержен действию техники. Но его губы были настолько алыми, глаза были настолько красивыми, а лицо настолько напоминало девичье, что Наруто решил рискнуть. Голубой океан чакры, пронизанный алыми прожилками, пришёл в движение, закрутившись огромным водоворотом, в центре которого стоял он, Наруто Узумаки. Всё его беспокойство, все ярость, гнев и печаль ушли, оставив только одно - чувство предназначения.

Наруто подсознательно знал, что должен применить дзюцу не из-за убийства Саске, ведь они были врагами, а значит убийство противника - обычное дело. Не из-за того, что Хаку с Забузой помогали тирану в порабощении страны и пытались убить невинного человека - ведь жизнь нукенина наверняка нелегка, если приходится браться за такие дела. И уж конечно не из-за того, что Хаку исполнял приказы свирепого убийцы, прикончившего в детстве всех одноклассников - Забуза был близким человеком, спасшим Хаку от одиночества. Нет, душа Наруто бунтовала только об одной мысли о том, что Хаку решил сдаться, потерпев неудачу, решив, что из-за такой ерунды Забуза бросит сильнейшего из встреченных Наруто шиноби.

Где-то неподалёку раздался чирикающий звук, словно стая голодных воробьёв налетала на мешок рассыпанного зерна. Но Наруто было всё равно - прекрасные карие глаза Хаку были прикованы к небесно-голубым, со слегка удлинёнными зрачками. Поза Великого Тайдзюцу, которую Наруто принял неосознанно, сменилась сначала одним медленным шагом, затем другим. Хаку завороженно смотрел на Узумаки, как никогда напоминая девчонку. Рука Наруто медленно размахнулась и с размеренной неотвратимостью обрушилась на лицо противника. На красивом лице появилось обиженное выражение, он совсем как девчонка надул губы. Впрочем, продолжалось это недолго.

- Забуза-сан! - Хаку обернулся и бросился к нукенину. Но было поздно.

Забуза стоял с распахнутыми глазами, на прикрытом маской лице застыло выражение, словно он до сих пор не верил в происходящее. На его руках, ногах и плечах повис десяток собак разных размеров, носивших, Наруто мог бы поклясться, такие же протекторы Конохи, как и он сам. Перед Забузой стоял Какаши-сенсей и его рука по локоть была погружена в грудную клетку нукенина, чуть правее того места, где должно располагаться сердце.

Возле Забузы возникло ледяное зеркало, из которого выскочил Хаку. Наруто изо всех сил бросился за ним, чтобы защитить сенсея от того, кто только что собрался умирать.

- Забуза-сан! - вновь закричал Хаку.

Но всё уже закончилось. Забуза соскользнул с окровавленной руки Какаши-сенсея и его падающее тело подхватил Хаку.

- Хаку... - прохрипел Забуза. - Подойди сюда... я хочу увидеть тебя в последний раз...

- Забуза-сан! Простите меня! Я проиграл! Я оказался плохим инструментом! Я не смог защитить вас!

- Хаку... - кашлянул кровью Забуза. - Из тебя получилось великолепное орудие. Лучшее, из того... о чём я мог бы мечтать. Но я видел в тебе не только инструмент. Я видел в тебе своего ребёнка, которого у меня никогда не было! Ты была мне как дочь!

Наруто не верил своим ушам! Дочь? Хаку - девчонка? Он... она ему соврала? Но ведь этого не могло быть! Да, Хаку похож на девчонку. У него девчачье лицо. Девчачий голос. Даже при первом столкновении с Забузой, у него были девчачьи манеры поведения. В кимоно от девчонки его не отличить. На него подействовало дзюцу, работающее только против девчонок. Но девчонка? Девчонка?! Невозможно!

- Но что же мне теперь делать, Забуза-сан? - всхлипнул Хаку и по щекам его потекли слёзы. - Как я смогу прожить без вас? Для чего мне теперь жить?

- Найди свою цель, Хаку! Живи! - поднял угасающие глаза Забуза. - Ты слишком молода, чтобы следовать за мной!

У Наруто кружилась голова. Он не выдержал, подбежал к Хаку и ткнул в него пальцем.

- Хаку, ты девчонка? Не может этого быть!

Забуза рассмеялся тяжелым булькающим смехом.

- А ты не очень умный, да, парень?

- Хаку, ты что, мне соврал?! Соврала?

- Прости, Наруто-кун... - сквозь слёзы сказала Хаку. - Но у тебя было такое смешное лицо.

- Так ты девчонка!

- Забуза-сан, но что мне теперь делать? Куда я теперь пойду? Кому я теперь нужна?

- Девчонка!

- Эту задачу тебе придётся решить самостоятельно...

- Не придётся! - внезапно заявил Наруто. Он применил на Хаку секретное тайдзюцу. Хаку оказался... оказалась девчонкой. Существовал только один выход. - Я, Наруто Узумаки, будущий Хокаге Конохагакуре но Сато, должен взять на себя ответственность. Ведь это мой путь ниндзя!

Забуза поднял угасающие глаза на Узумаки и в его последнем взгляде были лишь полнейшее одобрение и бесконечный покой.

Хаку закрыла глаза тому, кто составлял смысл её жизни, и бережно опустила его на землю.

Где-то вдалеке раздались аплодисменты. В этот торжественный момент они были настолько неуместны, что Наруто резко развернулся на каблуках, чтобы осадить придурка, вздумавшего... вздумавшего...

На мосту, в окружении банды головорезов стоял коротышка, одетый в строгий костюм. Несмотря на то, что костюм ничем не отличался от того, что носил родоначальник Секретного Тайдзюцу Хокаге, несмотря на то, что на лице коротышки тоже были чёрные очки, но, в отличие от Бэбэпэйе-сана, он выглядел полным придурком. Не помогала даже зажатая под мышкой тяжелая трость.

- Кто ты, придурок? - закричал Наруто. - Что за идиотов ты сюда приволок?

- Кто тут настоящие глупцы, так это вы! - рассмеялся коротышка. - Я Гато, нанявший этих дураков! Я вижу, Забуза мёртв? Всё, как я и планировал с самого начала.

- Планировал? Ты хотел убить Забузу?

- Шиноби из скрытых селений обходятся слишком уж дорого, к тому же они блюдут интересы своих деревень. Вот я и нанимаю нукенинов. Они просят гораздо меньше, да и после выполнения задания, когда они ослаблены сражением с противником, мои люди помогают им отправиться в Чистый Мир. Прекрасный план, не правда ли? А какая экономия денег!

- Ты предал Забузу и Хаку?

- Было столько разговоров о Забузе, Дьяволе Скрытого Тумана. А он оказался лишь мелким безобидным слабаком.

Наруто был опустошён, эмоционально и физически, у него не хватило бы чакры создать и сотню клонов, а врагов был много, очень много. Внезапно он почувствовал, что кто-то прошёл мимо него, мимоходом задев плечо.

- Извините, Гато-сан, вы никогда ещё не совершали настолько большой ошибки, - сказала Хаку.

Кубикирибочо, меч Забузы, покоящийся на её плече, казался абсурдно огромным.

***

Хокаге окинул усталым взглядом Команду 7, чуть дольше задержав взгляд на Наруто.

- Итак, позвольте уточнить. Вы, отправившись на миссию ранга С, на обычные сопровождение и охрану, столкнувшись с угрозой, выходящей за параметры задания, всё равно решили продолжить?

- Совершенно верно, Хокаге-сама, - кивнул Какаши.

- Затем вы столкнулись и сразились с нукенином А-ранга, Демоном Скрытого Тумана Момочи Забузой?

- Совершенно верно. При этом Команда 7 проявила себя безупречно, показав находчивость, силу и превосходную командную работу.

Наруто тут же ещё раз хотел рассказать, как его план спас всю миссию, но, осёкшись под взглядом дедули, просто вскинул в воздух кулак.

- Вы вступили в конфронтацию с силами одного из богатейших людей мира.

- Для такого богача Гато был идиотом! - не выдержал Наруто.

- Итак, Момочи Забуза оказался жив, и вы во второй раз вступили с ним в сражение. С ним и его подручным, обладателем улучшенного генома. В результате сражения, один из членов Команды 7 погиб.

- Но ведь Саске... - попытался заговорить Наруто, но получив болезненный тычок пальцем в спину, вовремя заткнулся.

- Затем Хатаке Какаши, применив своё дзюцу, смертельно ранил Забузу.

- Вы совершенно правы, Хокаге-сама.

- После того, как Узумаки Наруто нейтрализовал вражескую куноичи, подручную Забузы, появился Гато с головорезами.

- Ней-тра-ли-зо-вал? - выпучил глаза Наруто. Такого дзюцу он не знал.

- Обезвредил, - коротко пояснила Сакура-чан.

- Гато, знал, что нападает на шиноби Конохи, но всё равно приказал атаковать.

- Коротышка думал, что мы слабаки, особенно после драки з крутыми нукенинами!

- Вы вступили во временный союз с врагом и обезвредили противника.

- Хаку-чан была очень крутой! Она складывала печати одной рукой! И этот меч! И Сенбоны! И её крутые ледяные дзюцу! А ещё...

- Кгхм! В результате столкновения, все нападавшие, включая Гато, были задержаны и обезврежены. Никто из нападавших не погиб.

- Хаку-чан не любит убивать людей!

- В результате судебного заседания, Гато был обвинён в убийстве рыбака Кайзы и приговорён к смертной казни. Активы его компании в Стране Волн были конфискованы и направлены на развитие экономики страны.

- Только Хаку-чан забрала сумму, что коротышка задолжал им с Забузой! - вновь встрял Наруто. - Имела на это полное право!

- Итак, после завершения миссии вы вернулись в Коноху, взяв с собой Хаку Юки, нукенина Скрытого Тумана. И ты, Наруто, хочешь, чтобы она поселилась в нашей деревне.

- Два возражения, Хокаге-сама, - впервые подала голос Хаку. - Я взяла фамилию своего приёмного отца, так что теперь я - Хаку Момочи. К тому же, технически, я не была нукенином, так как никогда не состояла в составе сил шиноби ни одной из скрытых деревень.

- Возражения приняты. Скажи, Наруто, а ты уверен, что готов к подобным решениям? Ты готов поручиться за человека, который едва не убил твоего напарника?

- Дедуля Хокаге! - взгляд Узумаки был твёрд. - Хаку - дорогой мне человек. Защищать её и остальных дорогих мне людей - это мой путь ниндзя. Но даже без этого я обязан взять её с собой!

- Но почему, Наруто? - в очередной раз задала этот вопрос Сакура-чан.

Хокаге окинул своих подчинённых внимательным взглядом из-под полей своей квадратной шляпы. Его лицо приняло расслабленное и чуть отрешённое выражение, словно он погрузился в воспоминания. Затем его лицо озарила добрая широкая улыбка.

- Поверь Сакура, иногда мужчина просто обязан брать ответственность за свои поступки. Просто обязан, - загадочно сказал Сандайме и Наруто оскалился в ответ.

- Дедуля, а что будет с Хаку?

- Если бы Саске погиб, ситуация сильно осложнилась. Но раз нет потерь среди шиноби Конохи, Хаку Момочи пройдёт через положенные процедуры, будет допрошена и, в случае отсутствия возражений Ибики-сана, сможет вступить в силы шиноби.

- Она будет в нашей команде? - обрадовался Узумаки.

- Нет. Сначала она пройдёт тесты, чтобы показать свою подготовку. Если её навыки, изложенные в рапорте, подтвердятся, тогда присвоение ранга генина будет бессмысленной растратой ресурсов. Свободных мест среди команд нет, значит повысить звание стандартной процедурой на Чунин Шикен она не сможет. Какаши-сан, каково ваше мнение, как капитана в отставке?

- Подготовка достаточна. К тому же, ей не привыкать носить маску.

Наруто совершенно не понимал, о чём речь, но почему-то верил, что теперь всё будет хорошо. Сейчас он получит оплату за миссию, наконец-то сводит Хаку-чан в Ичираку, а потом они найдут Кибу и покажут ему Кубикирибочо, чтобы тот изошёл на говно от зависти.

Глава 5

Наруто застыл в полной неподвижности, пытаясь выследить своего смертельного врага. У него затекли руки и ноги, невыносимо чесался нос и жутко хотелось рамена. Но он - шиноби, у него есть цель, есть миссия. Он просто обязан выследить противника, узнать его замыслы и жестоко покарать. Он - будущий Хокаге, а некоторые вещи Хокаге не может допустить ни за что в жизни.

Так долго поддерживать дзюцу было очень сложно. Но Наруто не собирался сдаваться, ведь иероглиф "нин" в слове "шиноби" обозначал "терпение". Терпеть, когда невозможно вытерпеть, выполнять невыполнимое и сохранять покров тайны. А Наруто был лучшим в мире шиноби, ну, по крайней мере, в будущем. В очень-очень недалёком будущем, а пока что он просто был очень крут. И в последней миссии он не просто доказал это самому себе, а сделал это на глазах у прекрасной Сакуры-чан, девушки, которой он отдал свой первый поцелуй. При этих мыслях щёки Наруто стали бы пылающе-розовыми, если бы его голова не была сплошным деревом.

***

Несмотря на то, что это было простое сопровождение, несмотря на то, что оплата за миссию была незначительной и не дотягивала даже до С-ранга, Наруто был рад выбраться из Конохи. Во-первых, он любил смотреть на мир, во-вторых, с ним была Сакура-чан, ну а в-третьих, и в главных, альтернативой была унылая прополка полей, выгуливание собак и подтирание соплей младенцам.

Если бы только их цель не была таким трусливым придурком, сжимающимся в комок от каждого шороха! Удивительно, как такой трус смог стать шиноби?

Когда они уже были на месте назначения и встретили детей, убирающих из воды мусор, этот придурок сразу осмелел и предложил им миссию D-ранга по уборке, то, что Наруто ненавидел в своей деревне. И, к его величайшему сожалению, Какаши-сенсей эту миссию принял.

А потом всё началось. Сначала прилетел ястреб со срочным вызовом учителя назад в деревню (при виде птицы их клиент очень смешно спрятался в кустах). Затем показалась женщина с кунаем в спине, предупредившая, перед тем, как потерять сознание, о нападении на деревню. И сразу стало не до смеха.

Нападение неизвестных шиноби, к величайшей досаде Наруто, Саске отразил в одиночку. Пусть Узумаки стал относиться к напарнику гораздо спокойней (невозможно ненавидеть человека, закрывшего тебя своим телом от верной смерти), но, когда Саске, сверкая Шаринганом, метнул фума-сюрикен и поразил сразу нескольких противников, Сакура-чан слишком уж восторженно на это отреагировала, что Наруто очень не понравилось. Она должна восторгаться только человеком, кому отдала свой первый поцелуй! То есть только им! К сожалению, восторгаться действительно крутой работой в понимании Наруто не было чем-то предосудительным, а значит использовать то самое дзюцу было нельзя. К тому же были дела поважнее - у Команды 7 появилась настоящая миссия!

Дрожащий от страха клиент не хотел показывать Наруто и Саске проход в деревню (Сакура-чан осталась ухаживать за раненой женщиной), но у него не оставалось выбора. Поэтому, после лазанья по узким горным тропинкам, длинного прохода через пещеры и ныряния в подводные гроты, они увидели Деревню Скрытого Водопада. И от зрелища, открывшегося Наруто, после того, как они вынырнули из огромного озера, перехватывало дух.

Наруто был шиноби Деревни, Сокрытой в Листве и всегда считал, что его невозможно удивить размером дерева - в Конохе было полно древесных исполинов. Но то, что открылось его глазам было настолько величественным, настолько титанически огромным, что Узумаки едва удержался от того, чтобы не протереть глаза. В тени этого дерева скрывалась целая деревня, причём туда свободно поместились бы ещё пять таких же!

Но долго наслаждаться зрелищем им с Саске не дали выскочившие из ниоткуда противники. Учиха вызвался прикрыть отход, велев Наруто защищать клиента. И пусть Узумаки хотел драки, пусть не хотел оставлять напарника одного, но у него была миссия - защитить труса, к тому же Саске был действительно силён и Наруто не сомневался, что он справится.

Клиент воспользовался неразберихой, умудрившись ускользнуть от Наруто. Узумаки не был удивлён - ведь трус был у себя дома, а значит знал каждый уголок. Но не учёл одного - он собрался сбежать не от кого-то, а от будущего лидера Великой Деревни! От человека, поднаторевшего не просто в подрисовывании соплей каменным лицам Хокаге, но и умудряющегося скрыться от последующей неизбежной погони (пусть всё равно приходилось отмывать краску, так как Ирука-сенсей был беспощаден). Так что оставив пару клонов, чтобы каждый из них контролировал обстановку и, если случится что-то непредвиденное, развеялся, Наруто, отправился на поиски.

Когда Наруто, наконец-то нашёл клиента, выглядывающего из огромного дупла, его снедало беспокойство. Один из клонов, увидав, что злодеи не только взяли Саске в плен, но и поймали Сакуру-чан, бросился в безрассудную атаку, где и был уничтожен. Второй клон, очевидно, выжидал своего шанса, а значит следовало справиться как можно быстрее и, воспользовавшись предоставленной возможностью, героически спасти девушку своей мечты и засранца-напарника. Пусть оба знают, насколько крут будущий Хокаге!

От трусливого клиента, сжимающего бутылочку с какой-то прозрачной жидкостью, Наруто узнал, что лидер нападавших - бывший шиноби этой деревни, ставший нукенином. Этот человек, придурок с бородкой и торчащими как иглы дикобраза волосами, начал требовать некую "Воду Героев", угрожая расправиться с заложниками. Оказалось, в бутылке не просто вода - эту жидкость добывали из огромного дерева, и она была величайшей редкостью. Вода усиливала чакру человека в десять раз, взамен сокращая срок жизни. Пусть стать вдесятеро сильней было круто, но цена была непомерной - шиноби, выпивший её, сжигал свою жизнь. Предыдущий лидер деревни, отец трусливого клиента, выпил эту воду, чтобы отразить атаку сильного врага, но не пережил последствий приёма этой штуки. И сын, ставший следующим лидером деревни, очевидно, не годился и в подмётки своему отцу.

- Шибуки! - прокричал нукенин. - Ты знаешь, что я не отличаюсь терпением. Если ты не отдашь Воду, я начну убивать детей, одного за другим.

Этого Наруто вынести не мог. Он должен спасти Сакуру-чан, спасти детей и даже Саске! Поэтому, поправив протектор, оставил труса предаваться своим горестям, а сам поспешил навстречу противнику.

Но его опередили.

- Узумаки Наруто спешит на помощь! Не трогайте детей! - закричала фигура в оранжевом комбинезоне.

Наруто тихо зарычал. Эти клоны - такие выскочки! Спасти Сакуру-чан должен он, Наруто Узумаки!

Клон схватился за свисающую лиану и бросился вниз, навстречу противнику. Это было очень...

Лиана оборвалась, и придурок шлёпнулся в озеро, как мешок с навозом.

...отстойно. Всё же жалким клонам не сравниться с великим Наруто Узумаки!

- Эй придурок, не строй из себя героя! - крикнул один из нукенинов, и Наруто, в кои веки, был с ним согласен.

- Заткнись урод! - бессильно замахал руками клон. - Я настоящий герой!

- Мне всё же придётся убить ребёнка, - закричал лидер нукенинов и взмахнул кунаем. Наруто не выдержал и бросился вперёд на врага. Но не успел.

На долю секунды раньше, выигрывая считанные метры, перед ним пронёсся клон, выхватив маленькую Шизуку из рук противника и схлопотав кунай прямо в спину. Пробегая сквозь облако дыма от развеявшейся глупой копии, Наруто сложил пальцы крестом:

- Каге Буншин но дзюцу!

Клонов было много, действительно много - Наруто даже не старался сдерживаться. И, пока некоторые из них бросались на противника, некоторые, взмахивая кунаями, освобождали детей и Саске, а самые удачливые - Сакуру-чан, взгляд Наруто зафиксировался на вражеской куноичи - единственной женщине в рядах противника.

Это была молодая девушка, ненамного старше Наруто. Стройная фигура, непокорные каштановые волосы, алые губы. Откровенная одежда не скрывала, а только подчёркивала её выдающиеся достоинства. Если бы не всё портящая презрительная усмешка, Наруто назвал бы её очень красивой (пусть и не настолько, как Хаку или Сакура-чан).

Из воспоминаний развеявшегося клона Наруто знал, что она очень сильна, что владеет дзюцу какой-то водяной верёвки, по которой может пускать электричество - так был схвачен Саске. И пусть Наруто был уверен в победе, рядом находилось множество заложников, а значит могли пострадать невинные. Наруто знал дзюцу, действующее на женщин, пусть оно не только работало при определённых условиях, но и, как эта Вода Героев имело свою цену. Но ради спасения жизней этих детей настоящий герой должен пойти на любые меры!

- Скажите, куноичи-сан, для чего вы напали на деревню и взяли детей в заложники?

Наруто знал, что рискует. Её мотивы могли быть самыми разумными, в этом случае придётся сражаться обычным способом и рисковать жизнями детей.

- Зачем тебе это знать, сопляк? - спросила красотка, раскручивая в руке длинный водяной хлыст. - Впрочем, я тебе отвечу. Мне нужна Вода Героев, так что, если ты убедишь Шибуки её отдать, никто не пострадает.

- А для чего вам Вода Героев? - не сдавался Наруто.

- Каждый, кто её выпьет, станет намного сильнее! В десятки раз! Я стану по-настоящему могущественна!

Услышав на краю сознания скрип пенопласта, стон несмазанного механизма и скрежет ногтей по классной доске, Наруто облегчённо вздохнул. Это была идиотская причина - Вода давала временную силу, требуя непомерную цену. По-настоящему сильным мог стать только тот, которому есть кого защищать. А значит всё то, что творила эта красотка, было настоящей, полной кхуиньйа! Впрочем, похоже, это делали все противники, и Наруто был рад, что дзюцу действует только на женщин, а значит не придётся брать ответственность и за остальных придурков.

Взглянув в глаза своей противнице, Наруто принял стойку Великого Тайдзюцу. Увидев нелепую позу и расслабленное лицо врага, куноичи рассмеялась, но, когда её взгляд наткнулся на внимательные голубые глаза Наруто, её смех мигом увял.

- Как тебя зовут? - спросил Наруто. Собственный голос, доносящийся до островка спокойствия посреди могучего водоворота, показался ему гулким.

- Х-х-хисаме! - ответила куноичи.

- Хисаме-чан, ты поступала очень плохо и очень глупо. Но не беспокойся, я помогу тебе исправиться.

- Не подходи! - воскликнула она, не отрывая взгляд от его глаз.

- Прости, Хисаме-чан, но во всём лишь твоя вина!

Наруто медленной походкой двинулся вперёд. Хисаме сперва попятилась, а затем её лицо исказилось от злобы, и она взмахнула своим водяным кнутом. Наруто неодобрительно покачал головой: она делала только хуже. Кнут ударил в Наруто и, разрезав оранжевую куртку, бессильно опал, рассыпавшись каплями воды.

- Ты всё осложняешь, Хисаме-чан.

Девушка пятилась до тех пор, пока не упёрлась спиной в столб с перекладиной, на которой минуту назад висел связанный Саске. Чем теперь занимается напарник, которого освободил один из клонов, Наруто не знал, у него была более важная задача.

Он подошёл к девушке, размахнулся, медленно и неотвратимо обрушил удар на её лицо. Затем он взмахнул другой рукой, и удар обрушился на вторую щёку.

- Не беспокойся, Хисаме-чан, я позабочусь о тебе. Ведь это мой путь ниндзя!

Куноичи только молча кивнула. Наруто развернулся, чтобы броситься в бой - вокруг было полно врагов. И, к собственной досаде, увидел, что враги повержены, что главного противника, придурка с дикобразьей головой, победил засранец Саске, пусть и с помощью его клонов. Но прекрасная Сакура-чан не смотрела на Учиха, её взгляд был прикован к недавней противнице Наруто. И в прекрасных зелёных глазах застыли лишь сочувствие и понимание.

***

После того, как вернулся Какаши-сенсей, после того, как поникшая куноичи отправилась с ними в Коноху, после того, как Команда 7 предстала перед ликом Хокаге, Наруто ожидал от дедули любой реакции. Осуждения, упрёков или даже наказания. Но дедуля всего лишь пыхнул своей трубкой.

- Вражеская куноичи?

- Да, деду... Хокаге-сама!

- Нукенин?

- Да, Хокаге-сама!

- Из Амегакуре?

- Совершенно верно, Хокаге-сама!

- Из Амегакуре - это хорошо!

Дедуля глубоко затянулся трубкой и, улыбаясь каким-то своим мыслям, отпустил команду отдыхать после трудной миссии.

***

Несмотря на то, что была глубокая ночь, глаза (или то, что теперь ему их заменяло) видели вполне неплохо. И долгое томительное ожидание, отягощённое сладким похрапыванием клона в соседней комнате, было вознаграждено. Узумаки отчётливо видел облачённую с ног до головы в чёрное фигуру врага, видел большую сумку в его руках и знал, что только он, будущий Хокаге, сможет остановить величайшее злодеяние. Раздался тихий скрип дверцы холодильника и помещение озарил неяркий свет.

- Ага! - завопил Наруто во всё горло, наконец-то отпустив дзюцу. Стул, в который он был трансформирован всё это время, окутался клубами дыма и появившийся на том месте Узумаки бросился на врага.

Противник резко развернулся, отпустив свою сумку. Из неё выкатились яблоки, пара огурцов, помидоров и, к великому отвращению Наруто, несколько соцветий капусты брокколи.

Враг, укравший весь запас рамена Наруто и вот уже целую неделю не дающий его пополнить, тот, кто вместо пищи богов оставлял в холодильнике овощи и (Наруто вынужден был признать) весьма вкусные бенто, пойман с поличным! Сейчас Наруто ему наподда...

- Хаку-чан?

- Здравствуй, Наруто-кун! Это было довольно изобретательно!

- Это была ты? Ты украла весь мой рамен? Но зачем?

- Овощи очень полезны, Наруто-кун. А ты должен правильно питаться.

- Но почему? Зачем ты это делаешь?

- Я твоё орудие, твой инструмент. Я обязана заботиться о хозяине!

- Что ты такое говоришь? Ты - личность! Ты - шиноби Конохагакуре но Сато! Я думал, ты уже покончила со всей этой чушью!

- Прости, Наруто-кун, но мне нужно осознавать своё предназначение. Тот, кто мне был дороже всего на свете погиб в бою. Но теперь у меня есть ты, снова есть цель в жизни.

Наруто почесал затылок. Дьявольски прекрасная идея пришла ему в голову.

- Ну тогда я тебе приказываю вернуть мой рамен!

Хаку посмотрела на него с жалостью.

- Как ты думаешь, Наруто-кун, исполняла ли я все распоряжения своего приёмного отца?

- Но ведь...

- Хороший инструмент должен позаботиться о своём мастере. И, раз мне не нужно больше скрываться, ты будешь есть овощи! - сказала Хаку. Глаза её опасно засверкали и она, подняв с пола помидор, начала медленно надвигаться на него.

У Наруто оставался последний выход. Но, к своему глубочайшему огорчению, он осознал, что Великое Дзюцу не сработает.

В этот момент Хаку-чан до отвращения напоминала Ируку-сенсея.

Глава 6

Пусть Саске и был другом Наруто, но Узумаки не признался бы в этом никому, даже под пытками. Ну а то, что Учиха был зазнайкой и засранцем, Наруто мог рассказывать всем хоть целый день. Всё утро, пока команда ждала привычно опаздывающего на несколько часов Какаши-сенсея, Наруто провёл, ругаясь с напарником. Наруто знал, что Саске - выскочка, любит выпендриваться и всегда пытается быть первым и это было возмутительно! Подобное позволено лишь ему, будущему Хокаге!

Какаши-сенсей, получив послание от делали Хирузена, скрылся по своим делам, Саске ушёл восвояси, а Сакура-чан пребывала в унынии, так как Учиха сказал, что она "слабее Наруто". Узумаки не понимал, чем она расстроена - быть слабее величайшего шиноби Конохи, победителя Хокаге и крутейших нукенинов, по его мнению, было ни капельки ни зазорно. Но Сакуру-чан слова Наруто почему-то не утешали - услышав его предложение потренироваться вместе, она лишь вздохнула, развернулась и побрела домой. Наруто подался за ней, всем своим видом пытаясь показать, что квадратная раскрашенная "под камень" коробка с вырезами для глаз его совершенно не волнует.

Но камень не отставал, поэтому Наруто пришлось на него накричать.

- Эй, Конохамару! Где ты видел квадратный камень с дырками?! Кончай придуриваться, тебя заметил бы кто угодно!

Раздался оглушительный взрыв и коробку снесло прочь.

- Я и не ожидал меньшего от своего соперника! - заявил Конохамару.

- Кажется, мы положили многовато пороха, - задумчиво сказала Моэги-чан.

Удон лишь молча стоял, пустив пузырь носом.

- А чего вы в очках? - спросил Узумаки, ткнув пальцем в лоб внуку Хокаге. Очки-консервы были крутыми, и что-то мучительно Наруто напоминали.

- Мы подражаем тебе! - разъяснил Конохамару.

В ходе короткого разговора (во время которого Наруто раздулся от собственной важности), выяснилось, что маленькие подопечные Наруто хотели играть в ниндзя, что расходилось с желанием Узумаки тренироваться. Нет, конечно, можно было отправить клона, но эти придурки ничего не понимают в тренировках! Наруто был в затруднительном положении - с одной стороны, ему позарез нужно было становиться сильнее, чтобы утереть нос засранцу Учиха, а с другой было его обещание поиграть. Ситуацию разрядила появившаяся из ниоткуда Сакура-чан, чей вид до сих пор был совершенно убитым.

- Но зачем ниндзя играть "в ниндзя"? - повесив голову, спросила она.

Наруто хотелось сказать, что "играть в ниндзя" круто, что это мало чем отличается от тренировок, что он знакомит будущих шиноби с их профессией, но Сакура-чан была такой красивой и такой печальной, что он смог в ответ лишь издать невнятное блеянье, почувствовав, как на щёки наползает румянец.

- Эй, босс! - Наруто почувствовал, как кто-то дёргает его за рукав. Это был Конохамару.

- Чего?

- Скажи, а она твоя... - Конохамару оттопырил мизинец в недвусмысленном намёке.

Наруто задумался. Пусть Сакура-чан не особо показывала это, но их первый поцелуй очень многое значил! Наруто широко улыбнулся.

- Это сложный вопрос... - задумчиво протянул он. - Скорее да, чем нет. Но официально она моей девушкой не стала. Пока не стала.

Сакура-чан очнулась от своего ступора, сверкнула глазами и сжала кулаки. Наруто одарил её прямым твёрдым взглядом, и она, отведя глаза, ответила:

- Нет, Наруто - не мой парень. И никогда им не будет.

- Но Сакура-чан... - Это было больно, действительно больно, и Наруто повесил нос.

- Не расстраивайся, босс! У неё всё равно огромный лоб и фигура как у парня! - как ни в чём ни бывало бросил Конохамару.

Наруто повернулся к подопечному и окинул его внимательным взглядом.

- Хочешь совет от своего босса? - спросил он. - Очень хороший совет!

Конохамару осторожно кивнул.

- Беги, словно от этого зависит твоя жизнь.

- Что?

- Беги!

Конохамару бросил взгляд через плечо Наруто и, увидев разъярённого розововолосого монстра, который возник на месте Сакуры-чан, мгновенно засверкал пятками. Наруто расхохотался.

- Да, Конохамару, сегодня не твой день!

Кто-то осторожно подёргал его за рукав, и Наруто неохотно оторвался от уморительного зрелища.

- Босс, а твоя девушка не убьёт Конохамару-куна? - спросила Моэги-чан.

Узумаки задумался лишь на доли мгновения и улыбка тут же увяла. Он почесал затылок, после чего со всех ног рванул вслед за розовым воплощением ярости и разрушения. Следом за ним раздавались топот ног и тяжёлое дыхание Удона и Моэги.

***

Наруто посмотрел на следующую миску рамена, поставленную перед ним стариком Теучи, схватил палочки и с удовольствием накинулся на блюдо.

- Ну а что было дальше, Наруто-кун? - спросила Хаку.

- Мнмнмп! Мнмнмн мн мнмн мнмнмн! - ответил Наруто.

- Нам, видимо, придётся подождать! - тихо сказала Хисаме.

Наруто благодарно кивнул, не обращая внимания на мрачный вид бывшей куноичи Дождя, после чего накинулся на рамен с новыми силами.

- Ну так что было потом? - спросила Хаку, дождавшись, когда последние капли бульона исчезли во рту Узумаки.

- Конохамару пытался убежать, затем спрятаться, затем воспользовался Секси-дзюцу, чтобы оставить за собой препятствие в виде лежащих вповалку извращенцев. Но всё без толку! Сакура-чан его всё-таки догнала!

- А затем?

- После того, как засранец получил своё, я попросил её не убивать Конохамару, так как он внук Хокаге, а дедуля расстроится! Так что ему всего лишь пришлось прокричать пятьдесят раз с крыши, что Сакура-чан - самая красивая куноичи, и что у неё прелестный лобик. А потом Какаши-сенсей собрал нас и сказал, что мы пойдём на экзамен и будем чунинами!

- Тебе придётся постараться, Наруто-кун, ведь там будет участвовать много сильных шиноби из других деревень, - задумчиво сказала Хаку.

- Ага, я видел с крыши. Они все какие-то странные! Я даже видел какого-то накрашенного толстяка в костюме кота! Жалкие неудачники не знают, что их ждёт встреча с будущим чунином Наруто Узумаки!

- В Аме я была джонином! - повесила нос Хисаме. - А теперь я жду выпуска Академии, чтобы стать генином. Генином!

- Не расстраивайся, Хисаме-чан! - решил поддержать девушку Наруто, но внезапно кошмарная мысль пришла ему в голову. - Хотя нет! Будут D-ранговые миссии и Тора-чан! Можешь смело расстраиваться и паниковать!

- Так ты хочешь стать чунином, чтобы не пропалывать огороды? - хитро улыбнулась Хаку.

- Нет! Вернее, не только! Стать чунином мне нужно, чтобы получить шляпу дедули! Я защищу всех, кто мне дорог, меня признает деревня, а ещё я восстановлю свой клан, как придурок Саске!

- Клан? - удивилась Хисаме. - Я слышала о Узумаки, но ты уверен, что получится? Многие деревни разыскивают людей с красными волосами и сильной чакрой.

- Да, я знаю! Мою маму когда-то похитили шиноби Кумо, а папа её спас! А потом взял ответственность!

- Скажи, Наруто-кун, - Хаку придвинулась поближе. - А может ты хочешь восстановить клан более естественным способом?

- Естественным? Что ты имеешь в виду, Хаку-чан?

На стойку перед Наруто с лёгким стуком встала ещё одна миска с раменом. Старик Теучи, с интересом слушавший разговор, заметил:

- Хаку-сан права. Ты начал окружать себя множеством красивых девушек.

- И что?

- Тебе не кажется, что пока рановато для детей?

- Детей? Каких детей?

Хисаме застонала и прижала ладони к лицу. Хаку с интересом наклонила голову.

- Знаешь, Наруто-кун, я тебе всё расскажу чуть-чуть попозже. А пока что тебе нужно всего лишь выжить на экзамене.

***

Харуно Сакура не сомневалась, что экзамены будут очень сложными, и несмотря на то, что она была лучшей куноичи класса, её ждёт множество неожиданностей и потрясений. Но к тому, что самые ужасающие события в её жизни случатся даже до того, как они доберутся до 301 аудитории, Сакура не была готова.

Когда их команда подошла к аудитории 301, Саске-кун проявил свою крутизну, сразу же обнаружив это гендзюцу.

"Саске-кун крутой!"

На вопрос Саске-куна, Сакура ответила, что она тоже раскусила иллюзию, так что получалось, только Наруто-бака был единственным из их команды, кто попался на такой тупой трюк.

"Пока Саске-кун не сказал, ты даже не задумалась, что это второй этаж!"

А затем началось что-то невообразимое. Тот странный парень в зелёном костюме зафиксировал взгляд своих абсолютно противоестественно круглых глаз и предложил стать его девушкой. Его улыбка была ослепительной, причём в буквальном смысле этого слова - окружающим пришлось прикрывать глаза тыльной стороной ладони. Сакура, не раздумывая ни мгновения, этому странному шиноби категорически отказала, что вызвало у глупого Узумаки приступ самодовольного смеха.

А затем зелёный генин вызвал Саске-куна на бой. Сакура не сомневалась, что последний член клана Учиха размажет генина по полу, но перед тем, как начался поединок, этот парень пристально взглянул на неё из-под густых, похожих на толстых мохнатых гусениц бровей.

"А ресницы! Ресницы на его глазах были снизу!"

"И причёска под горшок дурацкая!"

Нервы Сакуры не выдержали, она зажмурила глаза и начала лихорадочно вспоминать материалы уроков Академии, в тщетной попытке найти такое дзюцу, что позволило бы ей навсегда забыть это зрелище. И это едва не стало фатальной ошибкой.

Брови-гусеницы послал ей воздушный поцелуй. Несмотря на всю кажущуюся безобидность этого действия, Сакуре пришлось лихорадочно уклоняться - поцелуй обрёл материальность и воплотился в реальности в виде розового трепещущего сердечка. Лучшей куноичи класса было несложно уйти от такой бесстыдной атаки. Но, к её ужасу, за одним сердечком последовали второе и третье. Вся её сила и скорость потребовались для того, чтобы уйти от чреды этих отвратительных, летящих по волнистой траектории розовых штук. И даже когда, невероятно изогнувшись, она пробила головой бетонные плиты пола, чувствовала не боль от ушибленного затылка, а лишь невероятное облегчение. Она была спасена.

Дурачина Наруто, разозлённый тем, что его игнорируют, бросился на Толстобрового в атаку, но закономерно потерпел поражение. Поэтому в бой вступил Саске-кун, гений и обладатель Шарингана!

Несмотря на то, что до начала экзаменов оставалось слишком мало времени, остановить Саске-куна Сакура пыталась спустя рукава - она знала, что бой не может слишком затянуться. Единственное, чего она не ждала, так это того, что поражение потерпит её Саске-кун!

Сакура была настолько ошарашена проигрышем своего возлюбленного, что даже не стала поучать Наруто, который изумился, что сенсеем Толстобрового оказалась огромная черепаха. И этим спасла себя от дальнейшей неловкости.

"Было легко ошибиться! На черепахе был протектор Конохи, к тому же она разговаривала!"

А затем случилось непоправимое! В клубах дыма появился сенсей Толстобрового! Его брови были гуще, толще, а блеск зубов ещё ослепительней! Костюм, обтягивающий мускулистый зад Зелёного Сенсея, был таким же невообразимо зелёным!

"Когда он ударил своего ученика, а потом начал обнимать, это было как-то противоестественно!"

"Кошмарный закат! Это было пугающе!"

"Они оба чокнутые!"

"А Наруто - придурок! Ему понравилось!"

И вот теперь, когда после встречи с Какаши-сенсеем, они дошли, наконец-то до 301 аудитории, когда увидели целое море своих будущих соперников, случилось то, что переполнило чашу терпения Сакуры.

- Саске-кун, ты почти опоздал! Я так соскучилась за тобой!

Потеряв любые представления о приличиях, дурында Ино бросилась на шею к Саске-куну!

- Отойди от него, Ино-свинья! - возмутилась Сакура.

- О, а кто это у нас? Сакура? Лоб у тебя такой же страшный как обычно! - Ино оттянула нижнее веко и показала ей язык.

Сакура приготовилась прокричать что-то в ответ, как её взгляд упал на скучающего Наруто. Гениальная мысль тут же пришла в голову лучшей куноичи класса.

- Наруто-кун, - сладким голосом сказала она, - как думаешь, это правильно, когда Ино-сви... Ино оскорбляет свою одноклассницу и товарища по оружию?

"Ты, кстати, первой обозвала Ино!"

"Потому что она дура!"

"И вешается на нашего Саске-куна!"

Наруто словно очнулся от глубокого обморока. Голова его дёрнулась, взгляд прошёлся по аудитории, зафиксировавшись на Ино, всё ещё свисающей с шеи Саске-куна. На секунду он наклонил голову, а затем кивнул каким-то мыслям, которые бродили в его белобрысой башке. Плавным отработанным движением он встал в дурацкую позу - рука и нога отведены назад, а сам Узумаки словно застыл на полушаге стремительного бега.

И тут случилось то, что Сакура впервые в жизни наблюдала со стороны. Идиот Наруто куда-то пропал, исчез бесследно. На его месте появился кто-то другой - воплощение могущества и спокойствия, незыблемая ось мироздания, неудержимая стихийная сила. Не безучастная, нет, оценивающая, судящая и выносящая вердикт.

Наблюдать за лицом Ино-свиньи было так смешно, что Сакура едва громко не расхохоталась, но лишь осознание, что два голубых, просвечивающих до самых глубин души лазера могут зафиксироваться на ней, заставило тут же прикусить язык. Поэтому она лишь мило улыбнулась и смотрела, как Наруто сделал по направлению к Ино несколько невероятно медленных шагов (Сакура не имела понятия, как можно одновременно настолько не торопиться, но при этом двигаться быстрее молнии), занёс руку и с оттяжкой ударил Ино по ошеломлённому лицу.

"Я не верю, что это говорю, но Наруто крутой!"

"Не круче, чем Саске-кун!"

Но глядя на выпученные глаза Саске, с шеи которого до сих пор свисала Ино-свинья, Сакура поняла, что в данный момент обманывает саму себя.

Глава 7

Саске всегда любил выпендриваться. Более того, не выпендриться он просто не мог. Поэтому, когда клёвый и дружелюбный Кабуто-семпай предложил поделиться собранными знаниями по остальным участникам экзаменов, Учиха, как обычно, вылез первым.

- Мне нужна информация по Року Ли из Конохагакуре!

- Раз ты знаешь имя, значит всё сильно упрощается! - довольно улыбнулся Кабуто-сан и начал молниеносно листать свои карточки.

Наруто хотел был ехидно сказать Саске: "Интересуешься человеком, который надрал тебе, гению, задницу?", но, вспомнив, что Густобровик перед этим с лёгкостью навалял и ему, вовремя прикусил язык. Он быстро оглянулся, мучительно пытаясь придумать, чего бы умного спросить и самому, но подходящих мыслей всё не было. Тем временем, Кабуто-сан закончил со своими нин-картами.

- Итак, Рок Ли. На год старше тебя, выполнил двадцать заданий ранга D, двенадцать - ранга C. Специализация - тайдзюцу, в нём за год достиг хороших результатов. Остальные искусства - практически отсутствуют. Учитель - Майто Гай. Напарники - Хьюга Нейджи и Тентен. В экзаменах участвует в первый раз.

Пока Саске задумчиво хмурил брови, Наруто отпихнул его в сторону.

- Скажите, Кабуто-сан, а у вас есть информация по вот тому парню с тыквой, и во-о-он той девчонке в очках?

Кабуто-семпай поправил очки и посмотрел в направлении, куда настойчиво тыкал палец Наруто. Он снова стал быстро перебирать карточки, мельком проглядывая кажущиеся пустыми лицевые стороны. Наконец, в его руках остались два картонных прямоугольника. Он прикоснулся к одному из них пальцем и на нём появился портрет красноволосого парня с чёрными кругами вокруг глаз.

- Та-ак, давай посмотрим. По первому у меня есть ограниченные сведения. Сабаку но Гаара из Сунагакуре, выполненные задания: С-ранг - восемь, ранг В - одно! Надо же, генин, а уже выполнил такую...

- Да кого интересует, какие задания он выполнял?! - завопил Наруто. - Расскажи о его семье! О его клане!

Пф, как будто кого-то можно удивить В-рангом, если Команда 7 выполнила А-ранговую миссию, пусть даже в личном деле она идёт как С. А вот красные волосы - это важно!

Кабуто нахмурился, но послушно тронул карту пальцем ещё раз. Какие-то непонятные графики с какими-то непонятными штуками исчезли, вместо них возникли два портрета, а также несколько строчек мелкого текста.

- Брат и сестра, Канкуро и Темари, также являются членами его команды. Отец... - Кабуто тряхнул головой, словно не веря написанному, - Йондайме Казекаге Сунагакуре.

Наруто пристально вгляделся в портрет красноволосого и его родственников.

- А у Казекаге, случайно, фамилия не Узумаки? - сделал он самое логичное предположение.

- Прости, Наруто-кун, но нет.

Наруто крепко зажмурился. Жаль, ведь догадка была такой клёвой.

- Ладно, а девчонка?

Кабуто тронул пальцем вторую карточку. На ней появился портрет щуплой девушки в очках с каким-то испуганным лицом, на котором застыло полное непонимание происходящего.

- Карин из Кусагакуре. Хм, странно. Выполненных миссий - ноль, даже ранга D. Сведений о какой-то подготовке тоже нет. Да и вообще о ней исключительно мало информации.

Наруто почесал затылок. Раз эта девчонка не выполнила никаких миссий и не является какой-то супер-крутой куноичи, значит она тоже не Узумаки.

- Знаешь, Наруто, в этот раз собрались много сильных шиноби. Рок Ли и Гаара, как и многие другие - лучшие генины своих стран, а значит...

- А значит, что твои нин-карточки - сплошное разочарование! - ответил Узумаки и угрюмо побрёл на поиски своего места.

Но тёплая ладошка Сакуры-сан, лёгшая на его плечо в жесте утешения, мгновенно вернула ему прекрасное расположение духа.

***

В жизни Наруто отчаяние и страх были частыми спутниками, но никогда раньше он не испытывал такого чувства безнадёжности, такой паники и беспросветного ужаса. Ни во время стычки с предателем Мизуки, ни во время миссии в Стране Волн, когда его команде противостоял ужасающий Мечник Тумана, ни уж тем более в Скрытом Водопаде, где он с друзьями здорово навалял возомнившим о себе придурком.

Происходящее для Наруто было чем-то типа вязкого липкого и не отпускающего из своих объятий ночного кошмара - чунинский экзамен, к его искреннему ужасу, оказался именно экзаменом! На котором не нужно никому бить морду, не требуется противостоять врагам легендарной силы, да и протыкание кунаем листа с вопросами не поможет выкарабкаться из затруднения.

Наруто запаниковал, его паника накатывала волнами, погружая всё глубже и глубже туда, откуда нет возврата. Самое обидное было в том, что Сакура-чан, как и положено лучшей куноичи, методично покрывала лист ответ за ответом, сидящая рядом с ним Хината-чан что-то неторопливо писала, да и кончик ручки засранца Саске тоже шевелился! Он, Наруто Узумаки, подведёт товарищей! Он окажется слабым звеном, причиной, по которой Команду 7 вышвырнут с экзаменов! И пусть нигде не сказано о том, что на пути к шляпе Хокаге нужно стать чунином, сама мысль, что Сакура-чан глянет на него разочарованно, что придётся рассказывать о провале Хаку и Хисаме-чан, заставила Узумаки лихорадочно искать выход. Жаль, что на этих экзаменах нельзя списывать!

- Хочешь у меня списать, Наруто-кун? - сквозь бездну отчаяния словно из глубокого колодца донёсся голос Хинаты.

Наруто хотел было радостно ухватиться за предоставленную возможность, но мысль, что вместе с ним с экзаменов могут вышвырнуть такую добрую и хорошую Хинату-чан, была невыносимой.

- С-спасибо, н-но нет! - стуча зубами, ответил Узумаки. Ему нужен был любой способ умудриться списать самому. К сожалению, в этом не могли помочь ни обширный опыт проделок, ни умение покрасить Монумент Хокаге, ни Великое Тайдзюцу, ни техника Теневого Клони...

Глаза Наруто загорелись огнём, и он быстро, пока глаза страшного проктора остановились на каком-то пытающемся списать неудачнике, задрал оранжевый рукав и начал переписывать текст с экзаменационного листа на внутреннюю поверхность своего предплечья, пропуская вопросы с ужасающими схемами и зубодробительными формулами, те, которые он не мог бы повторить даже под угрозой неминуемой кары.

- Пятьдесят третий, чего ты хотел? - раздался недовольный голос проктора.

- Мне срочно нужно в туалет! - ответил Узумаки. И словно в подтверждение его слов, желудок издал громкий неприличный звук.

Проктор недовольно нахмурился, но всё же подал знак одному из чунинов, странному шиноби с полностью забинтованной головой, сопроводить Наруто.

Облегчившись, Наруто вновь вернулся на своё место, но настроение было далёким от радужного. Чунины, метающие кунаи в уличённых в списывании, а затем выводящие их из аудитории, совершенно не помогали успокоиться. От взглядов проктора спину покрывал холодный пот, а покидающие экзамен команды служили ужасающим предзнаменованием.

Наруто в панике уткнулся лицом в парту, вдыхая запах типографской краски с этого злополучного листка и ждал, надеясь на чудо, на хоть что-то, способное позволить ему выкрутиться из этого затруднения. Он так сосредоточился на своих переживаниях, что едва не упустил момент, когда голову посетили несвойственные мысли.

Наруто схватил ручку и быстро, пока мозги вновь не разъехались в стороны, начал заполнять поля теста там, где были возможны простые и однозначные ответы. "Вопрос четыре - три, вопрос шесть - восемь, вопрос девять - А! Вопрос четыре - три, вопрос шесть - восемь, вопрос девять - А! Вопрос четыре - три, вопрос шесть - восемь, вопрос девять - А!"

К сожалению, дзюцу Каге Буншин было очень ущербным. Созданный Наруто клон, оставленный в кабинке под видом лишнего рулона туалетной бумаги, нашедший Ируку-сенсея и показавший ему вопросы, написанные на предплечье, оказался очень тупым! Ирука-сенсей помог с ответами, он даже что-то начал занудно рассказывать о необходимости усердной учёбы. Но клон, вместо того, чтобы всё-всё запомнить, смог только зазубрить до состояния скороговорки три ответа попроще, а после чего развеялся. И, несмотря на то, что у Наруто теперь было ровно на три ответа больше, чем мог изначально представить, он окончательно понял: теневые клоны - никудышное дзюцу!

***

Прохождение Команды 7 во второй этап экзаменов до сих пор казалось Саске настоящим чудом. Нет, он давно перестал воспринимать Наруто как никчемного слабака - несмотря на то, что напарник не мог ни на чём сосредоточиться, запоминание простых вещей для него составляло огромную проблему, внимательностью и тактичностью он мог поспорить разве что с чашкой риса, но Наруто был силён. Не настолько силён, как сам Саске, но и слабаком человека, изучившего Каге Буншин и способного создавать клонов сотнями, назвать было невозможно. Да, он безнадёжно уступал Саске в тайдзюцу, но проиграть лучшему - это не слабость и не позор. Наруто был человеком контрастов. Он был полным идиотом, но одновременно был способен на глубокие мысли. Он годами не замечал очевидную для каждого дурака влюблённость наследницы Хьюга, но при этом цепко ухватил (и очень обидно указал на это Саске), что Рок Ли, по сравнению с ним, очень-очень много тренируется. Неспособность освоить обычных Буншин, но при этом два поражающих своей абсурдностью и одновременно могуществом дзюцу - глупая, но эффективная техника Гарема и это странное тайдзюцу, которое не только смогло победить двух куноичи уровня джонина, но и (это было особо невероятно!) заткнуть наконец-то Сакуру, которая без своей дурацкой фанатичности стала, наконец-то, вполне сносной. А уж за то, что напарник утихомирил Яманака, Саске даже почти готов был считать его другом.

Шаринган с двумя томоэ мог копировать тайдзюцу, и Саске жалел лишь о том, что не активировал додзюцу во время последнего исполнения этой техники - пусть она и не поможет в осуществлении мести Итачи (так как действует только на женщин), но Учиха никогда не упускал возможность пополнения своего арсенала. И даже позорное поражение от рук Рока Ли сделало его гораздо сильнее.

В любом случае, перед седьмой командой стояло непреодолимое препятствие и Наруто был слабым звеном. Если бы пришлось выйти против десятка вражеских джонинов, Саске был бы более спокоен - в этом случае на Наруто можно было бы положиться. Но контрольная... Контрольная была не под силу Узумаки, даже под угрозой уничтожения всего рамена в мире. Саске мог лишь уповать на то, что Наруто случайно ответит правильно на один-единственный десятый вопрос, но надежда была эфемерна.

Саске быстро понял смысл экзамена, было несложно скопировать движения ручки подсадного шиноби Шаринганом, но у Наруто не было подходящих техник! Несмотря на очевидность задания, к Саске даже пришла в голову мысль, что Наруто мог и не догадаться списать! Учиха, увидав, что напарник отправился в туалет, было подумал, что Наруто что-то замыслил, но нет, он быстро вернулся и всё так же таращил полные ужаса и безысходности глаза. И когда уже казалось, что всё пропало, когда до окончания экзамена остались считанные минуты, лицо Узумаки налилось гневом, он по-быстрому начёркал что-то в своём листке (Саске, на всякий случай скопировавший его движения, изумился - это были правильные ответы!), а затем, когда проктор предложил десятый вопрос, выплеснул своё раздражение, заявив, что будет Хокаге несмотря ни на какие препятствия.

Выходка Наруто, с одной стороны, обеспечила прохождение Команды 7 во второй этап. А с другой - помешала отсеять множество других команд, это значило более ожесточённую борьбу в дальнейшем.

Когда появился следующий проктор (её появление не только ошарашивало, но и являлось прекрасной демонстрацией компетентности как шиноби), Саске изумился, насколько эта Митараши похожа на его белобрысого напарника. Её фигура мало чем отличалась от Ойроке но дзюцу Наруто, а сама Митараши была такой же наглой, хвастливой и громкой. И, судя по приглушённому бормотанию Сакуры, та разделяла его мнение.

Не дав генинам опомниться, Митараши потащила всех к месту проведения следующего испытания, к Полигону 44 - огромной, огороженной сетчатым забором и колючей проволокой территории, состоящей из исполинских деревьев и густого подлеска.

Полигон 44 никто не называл по номеру, вместо этого использовалось поэтичное название - "Лес Смерти", о чём Анко Митараши любезно и сообщила, источая ощутимую жажду убийства.

Если у Наруто и были какие-то таланты, то не последним из них была его сверхъестественная устойчивость к запугиванию (как полагал Саске, она была обратно пропорциональна величине интеллекта блондина). Предыдущий этап экзаменов показал это во всей красе.

- Ево навывают лефом смевти! Фы уфнаете пофему на фвоей фкуре! - Наруто упёр руки в бока и начал преувеличено вилять задницей, передразнивая Анко. - Хотела меня напугать? - громко завопил он, направив палец прямо в лицо сексапильной куноичи, чьё голое тело было прикрыто лишь узкой, похожей на широкий пояс юбкой, а также распахнутым плащом поверх ничего не скрывающей сетчатой майки. - Не выйдет! Наруто Узумаки ничего не боится!

Это было плохой идеей и Саске знал, что за ней обязательно последует расплата.

- О-о-о, так среди нас есть отважный парень! - очень скверно улыбнулась проктор.

Скорее по наитию, чем осознанно, он активировал Шаринган, поэтому смог заметить, как куноичи молниеносно выхватила из рукава кунай и метнула его в Натруто, увидел, как лезвие пролетает, разрезая щеку напарника и срезает прядь волос у стоящего сзади неосторожного шиноби из Кусы. Незаметным для невооружённого глаза движением Митараши оказалась за спиной Узумаки, который застыл с выражением искреннего изумления на лице.

- А сможешь ли ты справиться вот с этим? Ты же не боишься, нет? Знаешь, такие детишки, как ты, быстрее всего и гибнут. Проливая эту красную кровь, которую я так люблю, - прошептала она на ухо Наруто и, тесно прижавшись к его спине своей внушительной грудью, медленно и с видимым удовольствием слизнула со щеки напарника большую красную каплю.

Реакция Наруто очень удивила Саске. Испуганное лицо Узумаки сначала нахмурилось, а затем разгладилось, словно напарник принял какое-то важное решение. Чакра, до того спокойно протекающая по его телу, внезапно взметнулась, закрутившись могучим медленным вихрем. Узумаки неторопливо (но одновременно настолько быстро, что лишь активированный Шаринган смог заметить это движение!) развернулся в руках куноичи. При этом его губы мазнули по губам взрослой женщины, а её до сих пор далеко высунутый язык ненароком проник во всё ещё приоткрытый рот Наруто.

Несмотря на это полностью выбивающее из колеи событие, выражение решимости на лице Наруто стало только непреклонней. Он непонятным образом выскользнул из рук куноичи, выхваченный из её руки кунай вонзил в язык шиноби Кусы (удлинённый каким-то дзюцу, он был угрожающе обёрнут вокруг другого куная), а затем, отступив на шаг, застыл в странной позе своего непонятного боевого стиля.

- Как тебя зовут? - раздался его спокойный голос. Наруто не обращал внимания на злобное зырканье вытягивающего из языка кунай куса-нина, его взгляд не отпускал лишённых зрачков глаз своей собеседницы.

- А-анко! - почему-то послушно ответила та. Затем куноичи тряхнула головой, отпрыгнула, вытянула в сторону Наруто руку, из которой ударил пучок толстых опасных змей.

Узумаки непонятным образом проскользнул между телами тёмно-зелёных рептилий, небрежными ударами отбрасывая самых настырных прочь, а затем медленно шагнул к своей противнице. И вновь лишь Шаринган позволил заметить всю стремительность этого движения.

- Ты очень-очень плохо себя вела, Анко-чан! - сказал Наруто, и обрушил тыльную сторону ладони на лицо куноичи.

Глава 8

Наруто плыл в блаженном беспамятстве, сознание то возвращалось урывками, то вновь безвозвратно уплывало. Он находился в кромешной тьме, наполненной тяжёлой пульсацией крови в ушах. Его мысли разлетались в разные стороны, и не было фокуса, точки опоры, вокруг которой они могли собраться. Болело всё тело, но более всего живот жгла печать, там, где... Мысли Наруто вновь расплылись, и он в очередной раз рухнул в пучину тьмы. Он плыл на тёплых тёмных волнах, не в силах ни за что ухватиться, дабы вытащить себя из бездны. И только какой-то то ли странный звук, то ли подспудное ощущение, не давали полностью утонуть. Наруто мысленно потянулся к этому ощущению, и в его сознание мощным диссонансом ворвалось нечто, напоминающее одновременно скрип пенопласта, лязг несмазанного механизма и противный скрежет ногтей по школьной доске. Узумаки вцепился в эту несуразность, тщетно пытаясь вспомнить, почему она была настолько знакомой.

Мысли потянулись к ней, волей-неволей выстраиваясь друг за дружкой, упорядочиваясь и даря понимание. Наруто начал вспоминать.

***

Последний раз чувство возникло, когда они с напарниками остановились на поляне... Нет, сначала скудно одетая проктор, которая после применения дзюцу стала странно задумчивой и отстранённой, молча выдала всем формы отказа от ответственности, ровным голосом огласила правила второго этапа и, недоверчивыми глазами постреливая в Наруто, направила команду в одну из палаток, где сосредоточенные чунины выдавали экзаменуемым свитки. После прохождения врат номер 12 и длительного забега Команда 7 остановилась осмотреться на какой-то небольшой полянке. Слышно было лишь шелест деревьев, рёв дикого зверья, а также одинокий истошный человеческий крик, раздающийся откуда-то издали.

До того странно притихшая куноичи в плаще вручила им... Ах да... Мысль снова ускользнула и Наруто вернулся к событиям на той поляне. Тогда он просто отвернулся от товарищей, расстегнул ширинку и собрался оросить густую лесную траву. Но совершить задуманное не удалось - он почувствовал сокрушительный удар в затылок и пропахал лицом в земле глубокую борозду. Он резко поднял голову и увидел Сакуру-чан, которая то недоумённо смотрела на свой сжатый кулак, то, с ужасом, на отряхивающегося от грязи, веточек и травинок Наруто.

- Но почему, Сакура-чан? - не понял он.

- Нельзя такое показывать девушкам... - Сакура-чан беспомощно вытянула ладони вперёд.

Наруто задумчиво склонил голову. С точки зрения приличий, Сакура-чан была права. Но угнездившееся тогда в голове ощущение мучительного диссонанса, то самое, за которое он цеплялся в данное мгновение, заставило Узумаки непривычно задуматься над своими действиями.

- Знаешь, Сакура-чан, - спокойно сказал Наруто, приняв позу своего коронного дзюцу, - а ведь разделяться, находясь в опасном месте, когда вокруг много врагов, это не самая хорошая идея. Как и атаковать своего напарника.

- Н-наруто, пожалуйста... - расширила глаза Сакура-чан.

- Это для твоей же пользы! - ответил Наруто, обрушивая на её лицо удар тыльной стороны ладони.

Затем что-то произошло. Наруто смутно помнил нападение ниндзя Дождя, которое они легко отразили. Тогда Саске предложил выучить какой-то длиннющий пароль, из которого Наруто запомнил только, что это песня про шиноби, но не мог из неё припомнить ни слова. А потом был яростный, всё сметающий порыв ветра, и всё что Наруто почувствовал, так это жёсткую кору дерева, ветки, хлещущие по лицу и полный рот земли.

Когда он получил возможность осмотреться, вокруг были лишь густая чащоба и огромная змея, размером с двухэтажный дом - очевидно, очередной устрашающий обитатель этого леса. Змея атаковала, и, несмотря на все старания Наруто, ничего поделать с ней не удалось. Она была велика для кунаев, ей было нипочём тайдзюцу, а больше в арсенале Узумаки не было ничего. Дальнейшее он помнил урывками: сжимающие его скользкие змеиные кольца, распахнутую пасть, спазматически сжимающееся горло, и горячую тесноту змеиного желудка. Он как никогда был близок к гибели, в его распоряжении снова не было ничего способного поразить этого монстра, кроме, разве что силы Кьюби, которой он до того пользовался лишь однажды, в такой же отчаянной ситуации, и... Что же. Пусть клоны и были полными придурками, но именно тогда ему стало плевать на их душевные качества. Наруто сложил пальцы и, злорадно усмехаясь, вложил в дзюцу побольше чакры. Результат был одновременно потрясающим и омерзительным - измазанный змеиными кишками Наруто, в компании таких же отплёвывающихся клонов, помчался в сторону звуков во всю развернувшейся битвы.

Как и положено настоящему герою, Наруто появился неожиданно и спас напарников от какого-то придурка, по-змеиному обернувшегося телом вокруг толстой ветви. Этот шиноби был чем-то знаком, но Наруто не помнил, где его видел.

А потом Саске повёл себя очень странно. Он велел будущему Хокаге, спасаться от этого придурка, а сам, к ужасу Наруто, бросил тому драгоценный Свиток Небес, принадлежащий их команде. Этого Узумаки вынести не мог. И пока клоны атаковали противника, Наруто со скоростью молнии перехватил свиток, и заехал в лицо тому самозванцу, который притворялся его напарником, тем самым человеком, который когда-то отважно закрыл его своим телом от смертоносных сенбонов Хаку-чан. Пусть этот трус был в теле Саске, но этот парень - не тот Саске, которого Наруто знал, на которого всегда мог положиться, невзирая на личную неприязнь. Не тот Саске, которого Наруто признавал и уважал.

Наруто... да, Наруто не смог этого вынести, он заехал этому трусу прямо в лицо, а затем, увидав, что странный куса-нин атаковал их на огромной змее (очень похожей на то чудовище, которое Узумаки одолел), бросился наперерез. Дальнейшее Наруто помнил очень смутно. Вновь невероятная сила и ненависть, переполняющие изнутри, его сжимающие кунаи руки, сверхъестественным образом останавливающие огромную змею в считанных метрах от застывшего Саске. Мерзкий длинный язык, обхвативший его тело и поднявший к тому самому шиноби Кусы, в котором Наруто только теперь узнал придурка с поляны перед началом Второго Этапа. А затем рука врага окуталась фиолетовым огнём, была резкая боль в животе, и сознание оставило его окончательно.

Почувствовав, что мысли вновь ускользают, Наруто сосредоточился на терзающем его ощущении диссонанса и, бросив на это всю свою силу воли, поднял тяжёлые веки. Расплывающееся зрение неохотно фокусировалось на окружающей действительности и она, действительность, не радовала.

Вокруг царила глубокая ночь. На изувеченной и изрытой поляне уже не было змеиного придурка из Кусы, зато находились те самые наглые генины Звука, что разбили очки Кабуто-семпаю, и, почему-то, Толстобровик-сан. Рядом с Наруто без сознания лежал Саске, а Сакура-чан сидела на земле. Над ней стояла вражеская куночи и жёстко держала напарницу за розовые волосы. И то чувство, что пробудило Наруто, что вырвало его из забытия, неуклонно заставляло сосредоточиться именно на ней, на тех словах, что она говорила Сакуре-чан.

***

Харуно Сакура испытывала жесточайший кризис в своей жизни. Раньше она считала себя сильной и компетентной куноичи, лучшей ученицей класса. Первый этап экзаменов, где она с лёгкостью ответила на все девять вопросов, только укрепил её в этих мыслях. И пусть она не превосходила Саске-куна (такое мало кому было под силу), но уж точно была лучше идиота Узумаки, даже несмотря на его дзюцу - странное, лишающее воли и возможности защищаться, заставляющее ощутить собственную неправоту, выставляющее маленькой девочкой перед лицом строгого папы, отчитывающего дочь за какую-то детскую проделку.

Наруто несколько раз очень удачно применял своё дзюцу против враждебных и не очень куноичи, но при этом он оставался всё тем же: последним в классе, громкоголосым идиотом, неспособным запомнить и десятка слов. Она не знала, что происходило в том тумане Страны Волн, но Наруто не скрывал, что Саске-кун спас его, пожертвовал, как тогда казалось, своей жизнью. Забузу одолел Какаши-сенсей, а уже потом появился Гато, который своим глупым бахвальством превратил Хаку из врага Команды 7 в союзника, что и решило его судьбу. В Скрытом Водопаде Наруто проявил себя неплохо - он умудрился освободить Саске-куна и достаточно отвлекал вражеских шиноби, чтобы Последний Учиха смог разделаться с врагом.

Умом Сакура понимала, что всё не так уж и просто, что без Узумаки не было бы этих двух побед, но принять сердцем силу человека, который был идиотом, украл её первый поцелуй и, самое главное, бил её по лицу, она не могла. До сих пор. До того момента, когда даже со всеми возможными оговорками и натяжками, она стала неспособна уходить от реальности.

Узумаки был силён. Пусть не настолько, как Саске-кун, но всё равно, между ним и Сакурой простиралась целая пропасть. Он сразился с Орочимару, с абсурдно сильным шиноби. Он всего лишь двумя кунаями остановил исполинскую змею, на которой тот стоял. И пусть Наруто проиграл врагу... Саске-кун тоже проиграл, а значит это не считается. Самое главное, напарники сражались, они стояли против шиноби невообразимой силы, в то время как она, Харуно Сакура, застыла деревянным чурбаном. Она вышла из ступора только тогда, когда тело Наруто, отброшенное небрежной рукой, улетело в чащобу. И лишь её кунай, пришпиливший оранжевую куртку к дереву, не дал напарнику рухнуть на землю с огромной высоты.

Когда этот ужасный шиноби скрылся, оставив её с двумя бессознательными напарниками, Сакура не теряла зря времени. Она воспользовалась всеми своими знаниями, превратив поляну в сплошное поле ловушек. И когда появились новые враги, она была готова. Или думала, что готова.

Всё оказалось тщетно - и её приготовления, и её умения, и её знания. Если бы не появился Рок Ли (теперь Сакура была рада видеть даже его брови!), то с ней давно было бы покончено. Но даже такой сильный, такой быстрый и такой яростный шиноби не мог ничего противопоставить странным звуковым дзюцу этих генинов и теперь лежал, поверженный, лицом в земле. А над ней, Сакурой Харуно, стояла вражеская куноичи, больно ухватив её за волосы.

- Какие мягкие... - пропела куноичи Звука. - Ты, наверное, очень много за ними ухаживаешь? Решила стать моделью, вместо того, чтобы быть куноичи?

Сакуре хотелось плакать от собственной беспомощности. Слова этой сучки были тем более обидными, что у неё самой грива простиралась почти до самой земли, стекая блестящим чёрным водопадом.

- Вместо того, чтобы заботиться о причёске, лучше бы уделяла время тренировкам!

Несмотря ни на что, Сакура услышала в словах врага правоту. Она была обузой для Саске-куна и для Наруто. Она много заботилась о своих волосах, ведь Саске, как судачили девчонки в Академии, нравились длинные волосы. Она мало уделяла времени тренировкам. Она...

- Заку! Давай преподадим ей урок! - продолжала куноичи. - Давай убьём Саске прямо на глазах этой шлюхи!

- Прекрасная идея! - рассмеялся ото-нин с чёрными торчащими дыбом волосами.

Сакура чувствовала отчаянье и беспомощность. Она была обузой, и её защищали все: Наруто, Саске и даже Ли-сан. Ухаживая за двумя бессознательными напарниками, расставляя ловушки и готовясь к нападению, она считала, что сможет защитить тех, кто дорог. Она ошибалась.

Ото-нин подхихикивая, направился к бессознательным напарникам. Сакура выхватила кунай, решившись было отрезать себе волосы, как услышала позади себя тихий стон. Она узнала голос Наруто, и её решимость только окрепла. Она всё-таки защитит своих друзей!

"Стой! Ты - шиноби! А настоящий шиноби использует любые доступные средства!"

"Но у меня ничего нет! Ни дзюцу, ни оружия!"

"У нас есть кое-что получше любого оружия!"

"Я, кажется поняла! К тому же, мои волосы просто обязаны нравиться Саске-куну!"

Вражеская куноичи заметила выхваченный кунай.

- Как глупо. И ты думаешь, это тебе поможет?

Сакура со злорадством обернулась к ней лицом, не обращая внимания на боль от стянутых в горсти врага волос.

- Ты о чём? Ах, ты о кунае? - рассмеялась Сакура. - Я воспользуюсь кое-чем гораздо более грозным. Что скажешь, Наруто-кун?

Сзади донёсся какой-то шорох.

- Твои волосы, куноичи-чан, - глухо прозвучал голос Узумаки, - выглядят такими мягкими и шелковистыми. Они такие длинные и ухоженные. Ты, наверное, тратишь на них много времени?

Сакура извернулась в захвате и развернулась лицом к напарникам. Глаза Наруто полыхали холодным синим огнём, а тело приняло стойку его абсурдного тайдзюцу. Мимо промчались оба ото-нина, один выставил вперёд раскрытые ладони, а второй - руку со странным оружием на предплечье. Наруто медленно шагнул в сторону от Саске-куна. Невидимые волны ударили в Узумаки, но вреда не причинили, лишь взметнули пыль, всколыхнули оранжевый комбинезон и растрепали белокурую шевелюру. Он, не сводя глаз с куноичи Звука, шагнул навстречу, и та попятилась, отпустив волосы Сакуры.

Ото-нины бросились на Наруто, но ему не было до них дела. Узумаки отмахнулся от них, как от надоедливых мух, но эти неторопливые движения оказались молниеносными - оба генина разлетелись в стороны и затихли: один, образовав в земле глубокий катер, а второй - впечатавшись спиной в ствол дерева.

- Скажи, куноичи-чан, - продолжал Наруто. - собственные слова тебе не кажутся чуточку лицемерными?

Сакура и не подозревала, что Узумаки знает такое сложное слово, как "лицемерие". Он сделал ещё несколько неторопливых шагов, при этом очнувшийся забинтованный ото-нин не мог его догнать, несмотря на то, что мчался со всех ног. Наруто остановился перед куноичи Звука, вжавшейся спиной в шершавый древесный ствол. Он не оборачивался, но его рука медленно потянулась за спину, умудрившись перехватить запястье со стремительно мелькнувшим кунаем, а затем как пушинку швырнула ото-нина в ближайшее дерево. Посыпались листья, а в месте удара на стволе образовалась глубокая вмятина.

- Но ты не беспокойся, - продолжал Наруто, - я тебе обязательно помогу! Ведь это мой путь ниндзя!

С этими словами Наруто обрушил ладонь на лицо застывшей в немом ужасе куноичи.

Глава 9

Наруто мчался через лес, недовольно сверля взглядом спину своего друга и соперника. В данный момент он мог бы заниматься чем-то более интересным, чем сопровождать придурка. К примеру, оставаться наедине с Сакурой-чан. Но, к сожалению, он не мог отказать самой прекрасной девушке, поэтому, когда она попросила присмотреть за напарником, он вынужден был согласиться. Ведь Учиха, это само собой подразумевалось, без Наруто бы пропал! Если бы не Наруто, победивший шиноби Звука, Саске обязательно бы погиб!

После того как на поляне появилась команда Шики, а затем подбежали напарники Толстобровика, подавленные ото-нины отдали Наруто свой Свиток Земли и ответили на вопросы Сакуры и очнувшегося Саске. Если бы Босс не был таким идиотом, он бы внимательней прислушивался к этим разговорам. Но, к сожалению, Босс был полным придурком и в тот момент раздувался от собственной важности. Но даже так выяснились интересные вещи - к примеру, что Ино, когда не задавалась и не ругалась с Сакурой-чан, была нормальной девчонкой, что напарник Толстобровика был полнейшим придурком, куда уж там Саске, а Чоужди оставался всё тем же мировым парнем - у него ещё оставались чипсы, и он поделился ими с Наруто.

Узумаки поражался, насколько же великолепной, да чего уж там - гениальной, была техника Теневого Клонирования. Великолепное дзюцу, придуманное гением из гениев, тем самым человеком, что разработал величайшие техники в мире - Бэбэпэйе но дзюцу и Хирайшин, просто не могло быть другим! После его применения даже из маленького крикливого придурка с глупым лицом получались крутые шиноби! Те самые, кто навалял предателю Мизуки, кто за одну ночь изучил Великое Тайдзюцу, кто освоил хождение по деревьям и победил всех врагов в Скрытом Водопаде! Те, кто спас глупого Босса из желудка огромной змеи!

С того столкновения с шиноби Звука прошло два дня, а Команда 7 так и не нашла второй свиток. Саске в достаточной степени пришёл в себя после той мерзкой печати змеиного придурка, чтобы продолжить миссию. Так как время поджимало, команде пришлось разделиться, дабы охватить как можно большую территорию. Наруто давно рассказал напарникам об особенностях Каге Буншин, поэтому Сакура-чан настояла, чтобы один из Наруто отправился с Саске, чтобы в случае чего, развеявшись, позвать команду на помощь.

Наруто, после того, как его создали, не хотел бегать за Учихой. Пусть подобной фигнёй занимался какой-то другой неудачник! Но глаза Сакуры-чан были настолько грустными, она так жалобно попросила, что он просто не мог устоять. Разумеется, о том, чтобы развеяться, и речи не шло! Наруто знал, что если Учиха опять вляпается в неприятности, он просто в очередной раз вытащит его задницу из беды, как и подобает будущему Хокаге!

Где-то неподалёку раздался громкий рёв какой-то очередной лесной твари, и Саске тут же помчался в ту сторону. Наруто знал, что Учиха просто опять хотел выпендриться, поэтому рванул вперёд, обогнав своего друга и соперника. Саске не мог этого вынести, он тоже прибавил скорости, поэтому на обширную поляну они ворвались нос к носу.

Зрелище, представшее их глазам, впечатляло. Огромный медведь, размером с Башню Хокаге, нависал над маленькой красноволосой фигуркой. Куноичи Травы, застывшая в оцепенении, сначала попятилась, а затем бросилась от медведя прочь. Исполинский зверь, казалось, только этого и ждал - он кинулся за девушкой с поразительной для такой туши скоростью. Куноичи, вместо того, чтобы запрыгнуть на дерево и уйти по ветвям, почему-то бежала по земле. Она не смотрела под ноги, и результат оказался закономерным - первое же препятствие в виде древесного корня заставило её споткнуться и, если бы не бросившийся наперерез и подхвативший её на руки Наруто, кубарем покатиться по земле и стать лёгкой закуской для зверя.

- Шиши Рендан! - раздался сзади голос Саске, а затем ощутимо затряслась земля.

Наруто, успевший забежать на широкую ветвь дерева, обернулся, всё ещё удерживая на руках куноичи. Ну конечно же! Саске опять не мог не выпендриться! Вырубить какого-то медведя, пусть даже и большого... очень большого... огромного... Всё равно, это ничто, по сравнению с той гигантской змеёй! И хуже всего то, что девушка, находящаяся у него на руках, восхищённо смотрела на Учиху!

Наруто поставил её на ветвь рядом с собой и помахал перед глазами ладонью. Она вырвалась из своих грёз и, поправив очки, глянула красивыми красными глазами на Наруто.

- Эй, ты в порядке? - спросил он.

- Д-да!

- Жаль, что у тебя Свиток Земли, - донёсся голос Саске. - Он нам не нужен. Наруто, пойдём!

- Погоди, Саске. Эй, ты, а почему ты одна?

Девушка не отвечала. Наруто проследил за её взглядом, сосредоточенном на напарнике, и недовольно постучал пальцем по её лбу.

- Что?

- Почему ты одна? Где твои напарники?

- Наруто, у нас нет времени!

- Подожди, Саске! Так где они?

- Н-не знаю! Они ушли искать второй свиток!

- Давно?

- Около суток назад.

Наруто нахмурился. Если придурки до сих пор не вернулись, то их либо убили, либо съели. Это значило, что девчонка, скорее всего, обречена. Если, конечно, она не какая-нибудь крутая куноичи типа Сакуры-чан!

- Слушай, а если появится второй медведь, ты знаешь какие-то крутые дзюцу?

- Н-нет!

- Ну а не очень крутые?

- Нет!

- Даже Каварими?

- Нет!

- Хенге?

- Не знаю!

- Буншин!

- Нет... - на глаза девушки навернулись слёзы.

- Тогда как ты собиралась стать чунином?

- Н-не знаю!

- Да ты хоть какое-то дзюцу знаешь?

- У-у того, кто меня укусит, исцеляются все раны! - обиженно ответила куноичи.

- Да, конечно, медведи будут счастливы! - фыркнул Узумаки, стараясь игнорировать знакомое ощущение, угнездившееся на краю сознания. - К тому же, это не дзюцу, а как... кек... Саске, напомни!

- Наруто, нам пора! - закатывая глаза, сказал Саске, с удобствами рассевшийся на медвежьей морде. - И это называется кеккей-генкай!

- Да-да, я и сам знаю! - огрызнулся Наруто. - Значит так. Ты идёшь с нами, мы доведём тебя до башни.

- Я-я не могу! - почти плача ответила куноичи.

- Почему?

- Мне нужно дождаться напарников! Эй, а что ты делаешь?

Наруто, уже принимающий стойку своего тайдзюцу, её не слушал. Его сознание наполнили скрип пенопласта, лязг плохо смазанного механизма и скрежет ногтей по школьной доске.

***

Несмотря на то, что Теневые Клоны были довольно бестолковой техникой, иногда они действовали как надо. Не так здорово, как сам Наруто, но, в целом, результат был неплох. Саске и Сакура-чан были настоящими шиноби, он знали, что у каждого ниндзя есть свои дела и секреты, поэтому не высказали никаких возражений против обузы в лице ещё одного незапланированного попутчика. Единственное, выражение Сакуры-чан при взгляде на Карин было довольно странным - Наруто мог поклясться, что та испытывает к ней какие-то тёплые чувства, как-то слишком глубоко сопереживает ей. Учитывая, что Карин всё время пялилась на Саске и краснела, это было невероятным.

Дальнейшие расспросы спасённой куноичи показали, что она была довольно бестолковой. У неё не было никакой подготовки, клону Наруто приходилось всё время таскать её на спине - даже перепрыгнуть с ветки на ветку было для той непосильной задачей. И, самое главное, тщательные расспросы показали, что она ни капли не Узумаки - фамилии у девушки не было, к тому же крутым шиноби, как Наруто, она не являлась. Поэтому, когда они, наконец добрались до Башни, когда Ирука-сенсей забрал их спутницу и отвёл куда-то к шиноби Кусы, Наруто испытал нескрываемое облегчение - его миссия была выполнена, девушка была из союзной деревни, поэтому брать на себя ответственность, как требовало дзюцу, не было нужды.

Как здорово, что их команда встретила Кабуто-семпая! Если бы не очкастый вечный генин, они могли бы не успеть найти свиток и проиграть. И так команда успела только в последний день! Если бы не он, Наруто открыл бы свиток и их команда точно бы выбыла!

Когда прошедшие команды выстроились в огромном зале перед изваянием каменных рук, дедуля начал рассказывать ужасные вещи: что экзамены - это война, что шиноби на них убивают друг друга и прочие неприятные штуки. А затем какой-то болезненно выглядящий джонин объявил об отборочных боях перед третьим этапом.

Кабуто-сан, такой крутой, сильный и добрый, отказался от дальнейшего участия. Наруто сильно пожалел, что в лесу недостаточно навалял мудакам из Звука - если бы не они с дурацким выпендрёжем перед первым этапом, Кабуто-сан слышал бы обоими ушами, а значит смог бы продолжить и стать, наконец, чунином!

Несмотря на то, что у Саске болел укус змеиного урода, он всё равно решил продолжить участие. Он хотел сразиться с сильными противниками, проверить себя, и Наруто его прекрасно понимал.

Первым был бой Саске с напарником Кабуто-сана, Наруто не запомнил его имени. И Саске с лёгкостью его победил, несмотря на какое-то очень крутое дзюцу поглощения чакры. И пусть Саске использовал тайдзюцу, скопированное у Толстобровика, но победа есть победа!

Из-за укуса змеиного придурка Саске и Какаши-сенсею пришлось отправиться к медикам, но Наруто был счастлив - Команда 7 с первого же боя показала свою крутизну!

Затем был бой чувака из команды Хинаты-чан (Наруто смутно помнил, как его зовут) с шиноби из команды Звука - и всё, о чём жалел Наруто, что не он наваляет этому придурку!

Впрочем, когда у придурка взорвались обе руки (жуки друга Хинаты-чан закупорили ему отверстия в ладонях), Наруто было даже немного жаль этого неудачника.

Затем толстяк из Песка дрался со вторым напарником Кабуто-сана. Тот очень круто удлинял руки и ноги, он, казалось, уже навалял накрашенному придурку, но потом случилось что-то странное - толстяк оказался какой-то непонятной куклой, а настоящий был в свёртке на земле. Это было каким-то сраным жульничеством, вдвоём кидаться на одного, и у Наруто поединок вызвал полное разочарование.

Затем был бой Сакуры-чан против Ино Яманака. Наруто, конечно же, болел за девушку своей мечты, поэтому вопил во всё горло в знак поддержки.

Когда проктор объявил бой, девушки сразу начали сражение. Но, несмотря на то, что обе дрались очень клёво, было видно, что ни одна из них не вкладывала в бой душу. С одной стороны, это было отстоем, а с другой - Наруто понимал, ведь против каждой из них была одноклассница и боевой товарищ - шиноби из Конохи. Так что некоторая осторожность была понятна - как Наруто ни хотелось навалять Саске, но ненароком убить или покалечить засранца он не хотел.

Тем временем девчонки разошлись по сторонам и начали прожигать друг дружку глазами.

Сакура-чан довольно зло усмехнулась, глянула на Ино исподлобья и сказала:

- Знаешь, Ино-свинья, тебе ничего не светит с Саске-куном!

- Что? С чего ты взяла?

- Вы с ним совершенно разные, к тому же я - его напарница и гораздо сильнее тебя!

- Ты много о себе возомнила, Широколобая! Ты всегда будешь всё той же маленькой никчемной плаксой!

Наруто нахмурился. Обе сильно перебарщивали - бой боем, но оскорблять товарища... Это было чересчур! Наруто даже не понял, что сказал это вслух. Рядом что-то ответил Какаши-сенсей, но Узумаки уже не слышал - его сознание заполнил островок спокойствия посреди медленного могучего водоворота. Он понимал, что не должен вмешиваться в бой, поэтому лишь сжал перила ограждения, не замечая, что прочный металл проминается под ладонями, как полузастывшее тесто.

- Сакура-чан, Ино-чан... - прошептал он, - бейтесь честно!

Обе девушки испуганно подняли головы и встретились с ним глазами. Наруто неодобрительно покачал головой. Сакура и Ино стыдливо потупили глаза и, наконец-то, приступили к сражению.

Обе были восхитительны! Это был бой настоящих куночи! Невероятная скорость, гибкость и ловкость. Пусть Ино была сильней, но у Сакуры-чан был лучше контроль чакры (по крайней мере что-то такое говорил Какаши-сенсей). Пусть Сакура была лучшей ученицей класса, но и Ино не была худшей. Наруто беззастенчиво любовался Сакурой-чан и болел только за неё! И Сакура-чан побеждала! Делала это до тех пор, пока Ино-чан не воспользовалась каким-то хитрым дзюцу и не рухнула перед Сакурой-чан на землю. Наруто уже думал, что Сакура-чан победила, но она лишь подняла руку и сказала:

- Я, Харуно Сакура, признаю своё...

Этого Узумаки вынести не мог:

- Сакура-чан! Ты не должна сдаваться! Это неправильно!

Ведь сдаться, когда ты уже победил, было настоящей кхуинйа! Сакура-чан подняла голову и встретилась с Наруто глазами. Она, застыв, долго на него смотрела, бесконечно долго. А затем её глаза закатились, и она без чувств рухнула на землю, неподалёку от своей подруги.

Наруто не выдержал, спрыгнул с перил к своей девушке, не обращая внимания на проктора, объявившего проигрыш обеих куноичи. И лишь когда подоспевшие медики объявили, что у них всего лишь лёгкое чакроистощение, смог вернуться в ряды зрителей.

***

Наруто был сердит. Наруто был зол. Да чего уж там, Наруто был в бешенстве. Весь бой этой злой, циничной, жестокой... бвабва, шёл вроде бы достойно, пусть и напарнице Толстобровика не повезло. Узумаки был уверен, что будь у Панды какой угодно другой противник, она бы с лёгкостью забросала его с ног до головы метательным железом, ведь в её свитках кунаев хранилось больше, чем Наруто когда-либо видел в жизни. Но не в случае с этой... этой... Наруто вновь тихо зарычал. Куноичи Песка владела дзюцу, подходящим именно против подобных атак, поэтому битва была очень и очень односторонней. Но не это вызывало у Наруто бессильную ярость, его до предела возмутил финал, полный ненужной жестокости. Панда, подкинутая потоком воздуха, жёстко рухнула спиной на огромный сложенный веер, и обвисла на нём безжизненной куклой. Наруто Узумаки мог распознать кхуинйа, стоило ему её увидеть! К сожалению, состояние спокойствия, что дарило Великое Дзюцу, также давало возможность понять, что нельзя вмешиваться в ход состязаний. Поэтому под его руками всего лишь с оглушительным звоном лопнула, застонав, толстая труба перил.

Толстобровик был менее сдержан. Он, не задумываясь, бросился вниз, и подхватил небрежно отброшенную Панду, не дав ей удариться об пол, а затем стремительно атаковал куноичи Песка. Та перехватила молниеносный удар и зло усмехнулась:

- Понятно! Ты слабак! Впрочем, от подобного тебе иного и не ожидалось.

И Наруто понял, что больше не должен, больше не может сдерживаться.

- Скажи мне, куноичи-чан... - тихо сказал он, бесшумно спрыгнув на арену.

- Наруто, стой! - раздался голос Какаши-сенсея.

- ... для чего ты это делаешь?

Она удивлённо подняла глаза и застыла, пронзённая осуждающим взглядом Наруто. Тот сделал несколько неторопливых шагов, в мгновение ока оказавшись перед ней.

- Ты ведь и так победила, для чего же проявлять ненужную жестокость?

- Н-но...

- Но ты не волнуйся, куноичи-чан, я, Наруто Узумаки, помогу тебе стать лучше, помогу тебе исправиться.

- Наруто-кун! - раздался испуганный голос с трибун.

Наруто почувствовал, как что-то легонько ударило его в спину и удивлённо повернул голову. По его спине осыпалась волна откуда-то взявшегося песка.

- Скажи, куноичи-чан, как тебя зовут?

- Т-темари из Песка.

- Так вот, Темари-чан, то, как ты поступила - нехорошо. Но, к счастью, это поправимо.

Наруто раздражённо притопнул ногой: почему-то зашевелившийся песок на полу брызнул в стороны и замер в неподвижности. Затем он обрушил удар на лицо той, кто с этого дня просто обязана стать гораздо лучшим человеком. И Наруто Узумаки об этом обязательно позаботится!

***

Наруто Узумаки словно парил на крыльях! Сакура-чан была цела и невредима, она была весёлой и улыбалась. Самое главное, что Сакура-чан поблагодарила Узумаки, сказав, что без выкриков Наруто она бы Ино проиграла. Наруто ничего не понял, но на всякий случай раздулся от важности и стал с нетерпением притопывать по земле, в надежде, что сейчас будет его бой. Рядом почти что дымился в предвкушении последующего поединка Толстобровик. Их обоих ждало разочарование.

Следующим боем было сражение Шики и той самой куноичи Звука, что встретилась им на поляне. Шикамару пользовался своими тенями, куноичи кидала сенбоны (не так круто, как Хаку-чан!) с колокольчиками, болезненно напомнившими Наруто об экзаменах на генина. Что же происходило на арене Наруто так и не понял - Шикамару любил много говорить, а противница в этом не отставала. Наруто смутно помнил, что такое гендзюцу, Какаши-сенсей вроде бы его применял, но Узумаки не был уверен, когда. Но, как бы то ни было, эта штука подействовала на Шикамару, он рухнул на колени. Куноичи Звука начала объяснять, что она сделала, но это было связано с какими-то глупостями, какими-то внутренними ушами (ведь даже идиоту понятно, что ухо снаружи!), поэтому он не обратил внимания.

Наруто изо всех сил болел за своего друга, он всем сердцем хотел помочь, но его противница не делала ничего неправильного, она просто шла к победе, и Наруто, скрепя сердце, одобряюще кивнул.

Впрочем, как оказалось, он недооценил Шикамару. Пока куноичи болтала, он провёл своё дзюзцу сквозь тени нитей, соединяющих её руки с колокольчиками, а затем просто вырубил её, заставив удариться головой об стену. И пусть это было как-то просто и тупо, но все равно, победа - это круто!

Но как только табло показало следующих противников, Наруто забыл обо всём: это был бой его, Наруто Узумаки, следующий маленький шаг к посту Хокаге! Оставалось только навалять Кибе и показать, кто круче всех!

Киба Инузука слишком любил выпендриваться - вот и сейчас, он для чего-то притащил своего Акамару. Во-первых, щенок бы путался под ногами и мешал. Во-вторых, это было двое на одного. Но проктор быстро прояснил, что животные и насекомые считаются оружием шиноби и разрешены, что всё честно.

Сам бой пролетел перед Наруто как в каком-то тумане. Киба превращался в полуживотное, он стал гораздо быстрее и сильнее и Наруто пришлось бы туго, не услышь он крики поддержки Сакуры-чан. Наруто пришлось импровизировать, хитрить и изворачиваться, использовать Хенге и теневых клонов. Узумаки считал, что двое на одного - нечестно, но, как оказалось, нинкен считается оружием шиноби, поэтому животные и насекомые не запрещены.

Наруто в тот момент пожалел, что с ним нет Хаку-чан - ведь она тоже считала себя его орудием, а значит по правилам разрешена!

Киба был сильнее, поэтому пришлось действовать хитростью. Несколько блестящих комбинаций будущего Хокаге (к примеру, с превращением в Акамару и кусанием Кибы, либо же превратиться в клона Кибы, а затем, после того, как тот распознал подделку по запаху - в избитого и поверженного нинкена) - и вот, Киба становится испытателем нового комбо Наруто Узумаки!

И как идеальное завершение этого прекрасного события - Хината-чан, заботливо протягивающая ему коробочку с целебной мазью!

Глава 10

Самым раздражающим, а иногда просто выбешивающим человеком Наруто всегда считал Саске. Учиха был надменным, он был самодовольным, часто смотрел на всех свысока. Наруто никогда не думал, что кто-то сможет превзойти Саске в этом достижении. Он ошибался.

Когда начался бой Хинаты-чан и напарника Толстобровика, Наруто сначала удивился, увидев на табло одинаковые фамилии. Но когда Хината-чан назвала противника "братиком", изумлению Наруто не было границ. Толстобровик и Какаши-сенсей быстро прояснили ситуацию - Нейджи и Хината были двоюродными братом и сестрой, вот только Хината принадлежала к главной ветви клана, а Нейджи - к побочной. Наруто считал, что им будет трудно поднять руку на родного человека, но Толстобровик вновь прояснил, что побочная ветвь ненавидит главную, это обозначало, что у Нейджи преимущество перед доброй Хинатой-чан.

А затем Нейджи заговорил. И Наруто понял, что большего мудака он не встречал в своей жизни, несмотря на обширный опыт, на то, что он сталкивался с нукенинами, предателями, головорезами, тиранами и трусами.

Нейджи был самым мерзким, самым отвратительным созданием в мире. Каждое его слово было пропитано ядом и гнилью, то, что он говорил было омерзительно и оскверняло всё, во что Наруто верил всем сердцем.

В ушах Наруто звучала дикая какофония, жутчайший диссонанс из скрежета пенопласта, стона несмазанных ворот, писка недосягаемого комара и звучания расстроенного сямисена в руках безухого дилетанта. Узумаки пытался даже представить, что Нейжди - женщина (ведь он вёл себя хуже даже самой глупой бвабва), но даже с его длинными волосами он не казался никем иным, как мужчиной (что не мешало ему быть мудаком). О, как же Наруто жалел, что Великое Тайдзюцу было таким избирательным!

Началось всё со смехотворного упрёка Хинаты-чан в доброте и сострадании. Наруто, встречавший это явление очень редко и только у считанного по пальцам одной руки людей, даже зажмурился от возмущения. Затем этот мудак сказал, что люди не могут измениться, что неудачники останутся такими, несмотря на приложенные усилия - это была полная ерунда, противоречащая всему, во что Наруто верил, к чему все эти годы шёл, сцепив зубы.

Затем этот мудак сказал, что изменить свою судьбу невозможно, и Наруто не выдержал.

- Судьбы не существует! Хината-чан, наваляй ему!

Хината подняла глаза.

- Наруто-кун...

- Мне больно на это смотреть! Покажи ему, чего стоишь!

И Хинату словно подменили. Она твёрдо кивнула Наруто и встала в какую-то очень крутую стойку. Толстобровик пояснил, что это клановый стиль Хьюга, сильнейшее тайдзюцу селения. Наруто расхохотался от такой нелепости. На удивлённый взгляд круглых глаз Толстобровика он только махнул рукой - уж ему-то хорошо известно, какое тайдзюцу доступно только самым крутым Хокаге!

Но в любом случае, Хината была великолепна и смертоносна. Она двигалась со скоростью молнии, руки её мелькали так быстро, что превращались в размытые полосы. Наруто с неудовольствием подумал: если бы ему довелось столкнуться с этой девушкой, задницу его, крутейшего будущего Хокаге, надрали бы с поразительной лёгкостью.

Наруто во все глаза следил за поединком, краем уха слушая пояснения сенсеев о клановом стиле, который был предназначен для атаки внутренних органов и каналов чакры, и время от времени издавал подбадривающие вопли. Какаши-сенсей что-то рассказывал про особые глаза, способные видеть какие-то каналы, но это было слишком сложно, так что он просто решил, что Хината-чан крута.

А затем, когда Хината вроде бы попала в Нейджи, тот впечатал ладонь ей в грудь. Изо рта девушки брызнула кровь, и она пошатнулась. Пальцы Нейджи пробежались по её руке, а затем засранец задрал рукав сестры. Предплечье Хинаты было покрыто небольшими синяками.

Тем временем Какаши-сенсей рассказывал насчёт тенкецу, что есть особые точки, которые не может видеть даже Шаринган, которые поразил засранец Хьюга. Для Наруто это было слишком непонятно, поэтому он сосредоточился на происходящем на арене.

От кажущегося небрежным толчка ладони Хината отлетела и рухнула на одно колено. И вновь Нейджи стал нести абсолютную чушь, вновь стал рассказывать о разнице между гениями и неудачниками, и Наруто почувствовал, как у него заскрипели зубы от бешенства.

Но Хината не сдалась.

- Я... никогда... не отступлю... - еле выговаривая слова, сказала она. - Таков мой путь ниндзя!

Наруто удивлённо вытаращил глаза.

- Я знал, что Хината-чан сильная, но чтобы настолько?

- Вы с ней чем-то похожи! - внезапно заявил Толстобровик.

- Точно! - тихо сказала Сакура-чан. - Она постоянно наблюдала за тобой...

Наруто потряс головой. Хината-чан? Она ведь с ним едва перекинулась парой слов. Ну и ещё заботилась о нём перед распределением команд. А ещё предлагала списать. Ну и предложила жутко крутую мазь после боя с Кибой. Да нет, не может быть!

- Нейджи полностью перекрыл Хинате тенкецу, она больше не сможет использовать Джукен, - сказал Какаши-сенсей. - Исход боя предопределён.

Наруто зарычал от бешенства. Это была совершеннейшая ерунда! Ведь Хината-чан так старалась, она приложила так много усилий!

- Хината-чан! Не сдавайся! - закричал он.

И Хината вновь бросилась на противника. Её руки замелькали быстрее молнии, нанося град неуловимых ударов. Она была великолепна, это самое завораживающее зрелище, которое Наруто когда-либо видел в жизни.

Но всё было тщетно. Тяжёлый удар ладони Нейджи обрушился на грудь Хинаты и у неё вновь изо рта брызнула кровь. Хината рухнула на землю.

- Удар прямо в сердце. Жаль, но вряд ли Хината снова поднимется, - сказал Толстобровик-сенсей

- Из-за того, что не может продолжать схватку... - начал проктор.

- Не останавливайте бой! - закричал Наруто.

- Идиот! Она без сознания! Она может погибнуть! - накинулась на него Сакура-чан.

Наруто покачал головой. Они не понимали! Они ничего не понимали! Хината-чан - шиноби, у неё свой путь. И все её усилия, все тяжёлые шаги, что она проделала, будут обесценены, если она сдастся!

Хитата упёрлась рукой в пол и медленно встала на подкашивающиеся ноги. Она была великолепна!

- М-м-мы ещё не... закончили... - тихо сказала она.

- Вы зря пытаетесь казаться сильной. Вы едва стоите на ногах. Вам с детства досталось слишком тяжёлое для вас бремя наследницы. Но вы слишком слабы и ненавидите себя за эту слабость. Не пытайтесь, люди не могут измениться, такова их судьба! - извергал совершеннейшую чушь придурок Хьюга. - Так для чего пытаться? Просто сдайтесь!

- Нет, Нейджи-нии-сан... - еле слышно сказала Хината. - Ты заблуждаешься. Больше всех страдаю от своего бремени не я, а ты...

Лицо Нейджи исказила гримаса ненависти и он бросился на Хинату.

- Генин Хьюга! Бой закончен! - крикнул проктор.

Но брат Хинаты-чан не слушал, он мчался, вытянув вперёд ладонь. Наруто перемахнул через перила и бросился вперёд, понимая, что ему не успеть, что Хината-чан, такая добрая, сильная и отважная сейчас...

Наруто так и не понял, что произошло. Всё случилось в доли мгновения - вот Нейджи несётся вестником неминуемой смерти, а вот он остановлен, скручен и жёстко зафиксирован проктором и тремя сенсеями.

- Хината-чан! - Узумаки кинулся к рухнувшей на землю девушке. - Хината, ты как себя чувствуешь?

- Наруто-кун... - прошептала Хината. - Я... смогла... хоть немножко измениться?

Это был нелепый вопрос! Хината-чан была очень сильной, она становилась всё сильнее с каждым днём!

- Эй, неудачник! - раздался сзади исполненный ненависти голос.

Наруто вскочил, резко развернувшись, в бешенстве взглянув на ублюдочного Хьюга.

- Не пытайся болеть за других, если ты - ниндзя! - сказал он. Ну, Наруто бы сильно удивило, если бы этот урод сказал что-то умное. Ведь шиноби, которого ведёт Воля Огня, всегда будет поддерживать своих товарищей, радоваться их победам и переживать их неудачи! - И знай, судьбу не изменить! Кто родился неудачником, тот им и останется!

Этого Наруто вынести не мог. Он зарычал и бросился на этого ублюдка. Но не успел он сделать и пары шагов, как дорогу ему заслонил Толстобровик.

- Отойди! - крикнул Узумаки.

- Наруто-кун, я прекрасно тебя понимаю! Но драться можно только на официальных матчах!

Наруто нахмурился, слова Толстобровика его не убедили. Он должен показать этому уроду.

- Наруто-кун, нам предстоит третий этап экзаменов! Может быть с ним встречусь я, может это будешь ты. И тогда мы узнаем, сможет ли обычный человек победить гения!

Узумаки неохотно кивнул. Придурок Хьюга вновь открыл свой поганый рот, что-то сказав Куренай-сенсей, та прокричала что-то в сторону, но Наруто ничего не слышал из-за тяжёлой пульсации крови в ушах. Он невидящими глазами смотрел, как подбегает команда медиков, как укладывает Хинату-чан на носилки и спешно уносит.

Наруто подошёл к луже крови, оставшейся на месте, где только что лежала Хината, и обмакнул в неё свои пальцы. Узумаки вытянул в сторону Нейджи сжатый кулак.

- Кровью Хинаты-чан, я, Наруто Узумаки, обещаю, что вобью твои поганые слова тебе в глотку!

Наруто смотрел на ублюдочного Хьюга поверх костяшек своего кулака, своих костяшек, которые ещё в прошлом бою были сбиты в кровь, а теперь, после мази Хинаты-чан, демонстрировали безупречную гладкую кожу. Он, Наруто Узумаки, исцелялся быстро, как... как... как Узумаки! Странная полуоформленная мысль пронзила разум Наруто.

- Ладно, некогда болтать с кем-то настолько жалким, как ты! - бросил он в сторону начавшего что-то говорить Нейджи и помчался вслед за ирьёнинами.

Он смутно помнил коридор, в который они пошли, ориентировался по редким каплям крови на полу. Добежав до закрытой двери, он сложил руки в Ин.

- Каге Буншин но дзюцу!

Появившиеся рядом с ним несколько клонов на этот раз не казались ни глупыми, ни смешными. В их глазах пылало неукротимое голубое пламя, а лица были свирепыми и сосредоточенными. На бегу Наруто ухватил двоих собратьев за плечи, а те схватили соседей.

- Вторжение Узумаки! - закричали все вместе, и огромный человеческий таран ударил в дверь, напрочь выбивая её.

Сквозь дым развеивающихся клонов Наруто вбежал в операционную, где на столе лежала Хината-чан. Над ней, склонившись, с руками, окутанными зелёным сиянием, стояли два ирьёнина.

- Прочь! - заорал Наруто. - Пустите меня к ней!

Медики пытались загородить дорогу, но Наруто бросился к ним в ноги, кубарем прокатился мимо и вскочил, на ходу кунаем вспарывая себе рукав. Он склонился над Хинатой и потряс её за плечо.

- Хината-чан, очнись! Очнись!

Девушка приоткрыла глаза.

- Н-наруто к-кун...

- Кусай меня за руку! - он грубо прижал предплечье ко рту Хинаты. - Сейчас!

Опешившая девушка, получив приказ, рефлекторно сжала челюсть и Наруто с огромным облегчением почувствовал, как в месте укуса образовывается ледяной холод, как его тело охватывает неожиданная слабость. Когда через несколько секунд Хината, покраснев как свекла, оторвалась от его предплечья и закрыла лицо ладонями, Наруто громко рассмеялся. Подоспевшие ирьёнины грубо оттеснили его в сторону и склонились над пытающейся встать девушкой. Их руки вновь окутались зелёной чакрой.

- Эй, Узумаки, ты что сделал? - через пару мгновений изумлённо воскликнул один из них.

- Вот именно - Узумаки! - ответил Наруто, разглядывая чёткий шрам в виде отпечатка зубов у себя на руке. - Кстати, не знаете, где сейчас генины Кусы?

***

Наруто ещё недолго побыл в операционной, пока не убедился, что с Хинатой-чан всё в порядке. Девушка пребывала в полном смущении, но, по словам медиков, была здорова, и это было главным. Затем Наруто отвёл одного из ирьёнинов в сторону, и всего через несколько минут его предплечье украсил второй отпечаток зубов, а Панда, которую, как оказалось, звали Тентен, составила Узумаки компанию по пути на арену. Наруто до зубовного скрежета хотелось посмотреть на бой Толстобровика, и Тентен-чан в полной мере разделяла это стремление. Они бегом неслись по коридорам, но к началу боя не успели.

Когда Наруто в сопровождении куноичи, которой вроде бы положено пролежать в госпитале не одну неделю, взбежал на зрительский балкон, битва была в самом разгаре и, возможно, приближалась к кульминации.

Толстобровик стоял на полуразрушенной арене, сжав кулаки. Но это был не тот человек, с которым Наруто был знаком. Глаза его горели белым пламенем, тело окружало зелёное сияние, вокруг, вздымая в воздух обломки бетонного пола, струился водоворот синей видимой чакры. Волосы Толстобровика стояли дыбом, кожа была ярко-красной, а горло издавало почти звериный рёв. Напротив него с непроницаемым выражением лица стоял красноволосый генин из Суны (напарник и брат той девчонки, что последней познала Великое Тайдзюцу) и сказать, что он выглядел странно - ничего не сказать. Кожа суна-нина была покрыта трещинами, словно у плохо обожжённого горшка, а вокруг струились потоки песка.

А затем Толстобровик пропал. Вот он стоит на одном месте, вот в воздух шрапнелью взметаются обломки пола, вот Толстобровик появляется возле противника и ударяет его ногой в подбородок, подкидывая высоко вверх. Пока красноволосый пребывал в полёте, Толстобровик словно разделился на несколько человек - и каждый из них наносил невероятной силы удар, от которого расходилось белое кольцо становящегося видимым сжатого воздуха.

Он возник перед противником и провёл сокрушительную серию ударов кулаками тому в живот, а затем, захлестнув его размотанным бинтом, нанёс последний удар - вбивающий глубоко в плиты пола.

Толстобровик победил и это была впечатляющая победа. Когда пыль и песок рассеялись, Наруто был удивлён, что красноволосый может шевелиться - пусть столкновение с полом немного смягчила подушка из песка, но никто из известных ему людей не мог бы пережить такую атаку.

Толстобровик стоял на коленях, упираясь в пол, и тяжело дышал - очевидно, столь сокрушительная атака отняла у него последние силы.

К ужасу Наруто, Суна-нин вытянул ладонь, и два потока песка взметнулись в сторону пытающегося подняться Толстобровика. Жёлтые песчаные ленты охватили его руку и ногу, а затем красноволосый сжал ладонь в кулак.

Раздался треск и Толстобровик громко закричал.

- Умри! - произнесли губы шиноби Сунагакуре.

Волна песка поднялась в воздух, чтобы обрушиться на покалеченного генина. Но на её пути возник Толстобровик-сенсей. Он взмахнул рукой, и летящая смерть бессильно рассеялась в воздухе.

- Хватит!

- Почему? Почему? - красноволосый медленно встал и с безумным лицом запустил пальцы в растрёпанные волосы. - Почему ты помог ему?

Толстобровик-сенсей не замедлил с ответом.

- Потому что он - мой драгоценный ученик. Потому что он один из тех, кого я люблю!

Суна-нин развернулся и пошёл прочь. Подтоки песка жёлтыми лентами устремились к нему, формируя на спине большой сосуд.

- Победитель - Гаа... - сказал проктор, но тут же запнулся.

Толстобровик, распростёртый за спиной учителя, медленно встал на дрожащие ноги и вытянул вперёд уцелевшую руку в узнаваемой стойке своего тайдзюцу.

- Ли, всё в порядке, всё закончено! - начал говорить Толстобровик-сенсей, но Наруто уже не слушал.

- Панда-чан, пойдём! - он ухватил девушку за плечо, и они спрыгнули на арену.

Когда они подбежали к едва стоящему Толстобровику, Наруто изумился - тот стоял с закрытыми глазами, потеряв сознание.

- Победитель - Гаара! - наконец-то заключил проктор.

- Гай-сенсей! Нет времени! - закричала Панда.

- Тентен? Как ты...

- Быстрее, Толстобровик-сенсей, тащите его к медикам! - закричал Наруто.

Он быстро окинул взглядом обстановку и расхохотался, увидев лицо Нейджи, который своими вытаращенным глазами недоверчиво смотрел на обнимающихся Хинату-чан и Куренай-сенсей. Мотнув головой, он помчался за зеленым сенсеем - сегодня его руку украсит третий шрам.

Глава 11

Наруто самозабвенно принялся за одно из своих любимейших занятий. Пусть перед ним был не рамен, пусть в этом бенто было много ненавистных овощей, но вкус был превосходным - его палочки так и мелькали, превращаясь в размытые полосы. Рядом с ним, опираясь спиной на воткнутый в землю исполинский меч, на траве этого удалённого полигона сидела прекрасная девушка. Она терпеливо дождалась, пока второй бенто опустеет, и молча протянула ему третий. Наруто с удвоенной силой продолжил своё занятие.

Когда Наруто отставил пустую коробку и удовлетворённо откинулся на спине, девушка окинула его явно довольным и в чём-то хозяйским взглядом. Узумаки тряхнул головой - что только не почудится после такого насыщенного событиями дня!

- Итак, Наруто-кун, правильно ли я поняла? Твой сенсей решил, что не будет тебя тренировать...

- Ну ещё бы! Ведь у него есть драгоценный Учиха!

- Поэтому он нашёл тебе хорошего наставника...

- Хорошего?! Хаку-чан, я победил его, даже когда ещё не был генином!

- Он научил тебя хождению по воде?

- Не научил! Пока не появился Извращенец, ничего не вышло!

- Погоди-погоди, Наруто-кун! Я видела, что ты ходил по стенам, я думала, что...

- Какаши-сенсей научил нас хождению по деревьям накануне нашей с тобой встречи! Ты меня впервые увидела, когда я только-только освоил технику!

Хаку недоверчиво мотнула головой, и вопросительно взглянула на Наруто. Было видно, что она не верит Наруто, в своей жизни он часто встречал подобные взгляды.

- Я не вру! Хаку-чан, ты должна мне поверить!

Та вздохнула, и закатила глаза. Затем, придя к какой-то мысли, задумчиво кивнула.

- Ладно, Наруто-кун, давай заново. Ты прошёл Лес Смерти, участвовал в отборочном этапе, победил Кибу Инузука с помощью... - Хаку хихикнула.

- Это была хитрость! Шиноби должен использовать все средства! Я знал, что у Кибы чувствительный нюх!

- Ну не знаю, Хаяте-сан сказал, что это было больше похоже на "испортить воздух".

- Это была секретная атака!

- Ещё это называют "пустить ветер", но к Футону отношения не имеет.

- Специально против Инузука! К тому же с Акамару их было двое!

- Говорят, марионеточники Суны тоже умеют "выпускать ядовитые газы". Но ты их превзошёл!

Наруто заскрипел зубами и прожёг Хаку взглядом. Её поведение было недопустимо для человека, называющего себя его орудием, поэтому он вскочил на ноги и сделал то единственное, что позволяла ситуация - надул губы и демонстративно отвернул голову.

Хаку звонко рассмеялась.

- Да ладно тебе, Наруто-кун! Прости, не смогла удержаться. Итак, ты победил сильного противника, вышел в следующий этап, помог другу и двум своим девушкам...

- Мы с Тентен и Хинатой просто друзья!

- ...а затем, когда закончились бои...

- В последнем Чоуджи проиграл придурку из Звука, которому я слишком мало ввалил!

- ...тебе выпал бой с гением клана Хьюга и лучшим выпускником Академии прошлого года.

- С полным засранцем и идиотом! И я ему покажу, что судьбы не существует, что человек может стать кем угодно, если не будет отступать от своего ниндо!

- Итак, вместо своего джонин-сенсея, ты получил в наставники Эбису-сана, одного из лучших учителей Конохи, а затем умудрился заинтересовать Джирайю-сама, сеннина, знаменитого автора...

- Эро-сеннин - извращенец! Он написал ту книжку, что всегда читает Какаши-сенсей!

- ...знаменитого на весь мир автора, одного из Трёх Легендарных Ниндзя, ученика Хокаге-сама, а также наставника Йондайме Хокаге?

- Он обучал папу? Ты хочешь сказать, что этот придурок настолько крут? Значит он может научить меня парочке крутых дзюцу!

Хаку-чан застонала и прижала обе ладони к своему лицу.

- Ха-ха-ха! Ну уж теперь я точно надеру задницу придурку Хьюга!

Хаку почему-то тяжело вздохнула и посмотрела на Наруто цепким взглядом.

- Наруто-кун, - сказала она вкрадчивым голосом, - хочешь ли ты, чтобы я помогла тебе достигнуть своих целей?

- Целей?

- Ну, если я правильно помню, ты хотел стать величайшим шиноби, восстановить клан Узумаки, а также стать Хокаге Конохогакуре но Сато.

- Да, я стану Хокаге! Глазом не успеешь моргнуть, даттебайо!

- И тебе не перехочется?

- Наруто Узумаки никогда не отступает от своих обещаний!

- Хорошо! Я, Момчи Хаку, как твоё орудие, как твой инструмент, приложу все возможные усилия, чтобы ты достиг своей мечты!

- Ятта! Хаку-чан, ты лучшая! Я стану Хокаге в два счёта! Хаку-чан? Хаку-чан! Твоё лицо сейчас почему-то стало очень-очень страшным!

- Извини, Наруто-кун, я вдруг подумала, после стольких бенто у тебя, наверное, не осталось места для рамена?

- Рамен! Рамен-рамен-рамен! У меня всегда есть место для рамена!

- Ну тогда сейчас мы пойдём в Ичираку. Сегодня вечером у меня дела по службе, а завтра в семь утра мы встретимся, и я помогу тебе с тренировками.

- В семь утра? Так рано? - Наруто недовольно сжал губы. - Но это же даже раньше встречи с Извращенцем!

- То есть ты не хочешь стать сильнее и победить Нейджи Хьюга?

- Ладно, Хаку-чан! Завтра утром!

- А сейчас - в Ичираку!

- Ура! За раменом!

***

Наруто ненавидел утро. Для него не было ничего более тяжёлого, чем проснуться ни свет не заря, выслушивая мерзкие трели ненавистного будильника, и после этого куда-то двигаться. Поэтому на встречу с Хаку он опоздал. Опоздание не было большим - каких-то десять минут, но он уже ожидал упрёков в свой адрес и заранее приготовил оправдания.

Поляна полигона была пуста.

Узумаки сначала подумал, что Хаку-чан его не дождалась, но затем он решил, что она просто задерживается. Так что он уселся прямо на траву, решив подождать. Хаку не появилась и через полчаса, и Наруто начал злиться - это слишком напоминало привычки Какаши-сенсея, которые он ненавидел. Когда, наконец, среди деревьев мелькнул знакомый силуэт, Наруто приготовился высказать Хаку всё, что об этом думал. Но стоило девушке выйти на поляну, как все слова замерли у него на языке.

- Хаку-чан! Что с тобой случилось?

Девушка выглядела неважно. Её и так светлая кожа была слишком бледной, зрачки расширены, под глазами тёмные круги, а на лбу выступал пот. Она нарочито беззаботной походкой подошла к Наруто.

- Извини, Наруто-кун, что я опоздала! Задержали по службе!

Узумаки нахмурился, в ситуации что-то было не так. Он, не раздумывая, подскочил к ней, дёрнул, распуская, пояс, откинул полу её хаори и двумя руками задрал вверх свитер.

- Что-это такое, Хаку-чан? - сквозь зубы прорычал он. Талию девушки покрывала плотная повязка бинтов.

- Наруто-кун, это...

- Расскажешь позже! - отрезал Наруто. Он быстро закатал рукав и практически воткнул покрытую шрамами руку ей в зубы. - Кусай!

- Наруто-кун!

- Я не буду повторять, кусай!

Хаку приоткрыла рот и деликатно укусила предложенное предплечье. Лицо её расслабилось, а щёки порозовели. Наруто дождался, пока не пройдёт подступившая слабость, а затем бухнулся на траву, раскинув руки. Рядом с ним на корточки присела Хаку.

- Наруто-кун, спасибо. Но не стоило, я ведь твой...

- Хаку-чан, перестань! Лучше расскажи, что произошло.

- Извини, Наруто-кун, информация засекречена. Всё, что я могу тебе сказать, что, выслеживая предателя, столкнулась с сильным противником и едва смогла уйти от его дзюцу с помощью ледяного зеркала.

Наруто недовольно наморщил нос. Внезапно его лицо вновь просветлело.

- Хаку-чан! Что ты говорила о крутых тренировках?

- Ой, что-то не припомню! - девушка картинно приложила палец ко рту и подняла брови, якобы пребывая в состоянии полной задумчивости.

- Ну Ха-а-аку-чан! Ты сказала, что поможешь мне стать крутым Хокаге!

- Крутым? Даже круче Сарутоби-сама?

- Круче дедули!

- Даже круче Намиказе-сама?

- Пф-ф-ф! В тысячу раз круче!

- Может даже круче Сенджу Тобирамы-сама?

Наруто задумался: планка была очень высока. Нидайме придумал Великое Тайдзюцу, так что превзойти его будет сложно. Но ведь он - Наруто Узумаки, он изобрёл дзюцу, которым победил каге даже не будучи генином! Какие могут быть сомнения?

- Круче даже его!

- Очень хорошо, Наруто-кун! Тогда у меня для тебя есть особая тренировка!

Девушка достала из-за спины свиток и развернула его на земле. Наруто замер в радостном предвкушении. Это наверняка должно быть очень крутое дзюцу! Правда иероглифы на свитке располагались как-то странно, но чего ещё ожидать от крутой техники?

Хаку сложила несколько Ин, и свиток окутали клубы дыма. Когда он развеялся, Наруто ошатнулся. Поверх свитка большой грудой лежали книги. Круглые пятна от упаковок рамена и знакомые потёртости на обложках говорили о том, что это были его учебники из Академии.

- Что это, Хаку-чан? - дрожащим голосом спросил он.

- Наруто-кун, - сладко сказала девушка, доставая лист бумаги, - ты узнаёшь вот это?

Не узнать предмет, который он сверлил взглядом почти целый час, было невозможно. Это был лист с первого этапа экзаменов.

- Я уточнила, Умино-сан сказал, что помог тебе решить задачи. Задачи, на которые ты мог бы ответить и сам.

- Но ведь на первом этапе нужно было списывать!

- И я горжусь, что ты разгадал скрытый смысл!

Наруто, вспомнив своё бессилие, свою беспомощность, густо покраснел и потупил взор.

- Что такое, ведь ты додумался...

- Я не додумался! У меня просто не было выхода! Команда могла бы из-за меня проиграть!

- Ну-ну, Наруто-кун, не расстраивайся! Ты станешь замечательным Хокаге. А я, - Хаку подняла учебник, в котором Наруто узнал навевающую сонливость "Теорию чакры", - тебе в этом помогу!

Узумаки словно очнулся ото сна. Он вскочил и замахал руками.

- Мне нужно тренироваться! Мне некогда читать разную скучную фигню!

- Наруто-кун, - от милой улыбки Хаку на лбу Наруто выступил холодный пот, - сколько элементарных преобразований чакры ты знаешь?

- Десять! - Наруто не имел ни малейшего понятия о вопросе, поэтому выпалил наугад.

Хаку неодобрительно покачала головой - Наруто не угадал.

- Из чего образуется чакра? - продолжила она.

- Не знаю! Для чего мне эта фигня? Я и так стану крутым шиноби!

- Ладно. Эбису-сан сказал, что вчера тебе рассказал о контроле чакры. Перескажи мне, пожалуйста.

- Э-э-э, контроль чакры... Контроль чакры... Это чтобы ходить по воде! - что-что, а обжигающую воду источника Наруто помнил хорошо.

- Прости, Наруто-кун, но ты не ответил правильно ни на один вопрос. Поэтому, пока у тебя есть время до встречи с Джирайя-сама, ты будешь учиться.

- Не буду! Мне некогда! Я не буду тратить время на фигню!

Ослепляющая боль пронзила Наруто, и он рухнул на колени, с ужасом увидев два сенбона, торчащих из его груди. Подняв глаза, он заметил, что в сжатых кулаках девушки между пальцами торчат ещё восемь длинных блестящих игл.

- Наруто-кун, - сладко-сладко пропела Хаку, - ты хочешь стать величайшим Хокаге. И я тебе помогу преодолеть самое большое препятствие на этом пути!

- Препятствие? - прохрипел Наруто.

- Да. И самым большим препятствием являешься ты сам. Не беспокойся, я знаю много точек на человеческом теле, так что сумею дать тебе хороший стимул.

- Ты напала на меня! - обиженно закричал Наруто.

- Не беспокойся, Наруто-кун! На тебе всё прекрасно заживает! - она вновь протянула Наруто книгу. - Читай очень внимательно, потом расскажешь мне о прочитанном.

Наруто понял, что этот месяц перед экзаменами будет самым длинным в его жизни.

***

Наруто, недовольно нахмурив лоб, перевернул ещё одну страницу. Смотреть на крутое огненное дзюцу, даже если его создавал придурок Саске, было в тысячи миллионов раз интересней, чем читать эту занудную фигню по Катону и остальным элементарным преобразованиям. Кому нужно знать, что Футон сильнее Катона, если все равно нужно бахнуть технику покруче? Вот если бы ему изучить какое-нибудь супер-дзюцу... Наруто ушёл в свои мысли настолько, что листик, прилипший к его лбу соскользнул, и чуть не упал в воду. Наруто вовремя успел его подхватить и украдкой обернулся, чтобы узнать, заметила ли это Хаку-чан.

Длинная игла, вонзившаяся ему в ягодицу, с полной определённостью показала - да, заметила. Наруто, получив укол в чувствительное место, тут же подскочил, его ноги разъехались и стали неуклонно погружаться в горячую воду источника. Наруто пошатнулся и рухнул в онсен с головой. Когда он вынырнул, увидел, что ещё одной надежде не суждено было сбыться - ненавистный учебник, вылетевший из его рук, не утонул, а спокойно лежал на покачивающейся льдинке.

Наруто опрометью выскочил на поверхность и ткнул пальцем в Хаку, которая явно пребывала в прекрасном настроении. Девушка, одетая в один лишь покрытый узором из листьев и спиралей купальник, блаженно растянулась в горячей воде, держа в одной руке стакан с каким-то прохладительным напитком (ещё бы, кубики льда для неё никогда не были проблемой!), а во второй - три поблёскивающих сенбона.

- Хаку-чан! Это нече... Ай! За что? - Наруто выдернул из ягодицы ещё один сенбон.

- Кто-кто?

- Хаку-сенсей!

- Правильно. Хаку-чан - для того времени, когда ты не тренируешься.

- Но Хаку-ча... Хаку-сенсей! Сначала я весь день хожу по воде, затем призываю головастиков для Извраще... Ай! - Наруто выдернул из задницы ещё один сенбон из бесконечного запаса, казалось бы, раздетой Хаку. - Ладно, для Джирайя-сенсея! И сейчас делаю то же самое, только при этом читаю нудные книги!

- И в чём дело? У тебя получается всё лучше и лучше.

- Но я думал, что изучу крутое дзюцу, чтобы навалять придурку Хьюга!

- Наруто-кун, Кучиёсе но дзюцу - великая техника, которой обладают считанные шиноби, большинство из которых - элита.

- Но головастики!

- Клан Жаб - одни из сильнейших, если не самый сильный из призывных зверей. Тебе очень повезло, Наруто-кун.

- Головастики! Даже без ног!

- Значит тебе нужно постараться, Наруто-кун, призвать кого-то сильнее. И в этом я тебе помогу.

- Но я уже умею ходить по воде!

- Чем лучше у тебя концентрация и контроль, тем лучше получаются дзюцу. Ну-ка, Наруто-кун, что ты знаешь о контроле чакры?

- Скрытый Извращене... Ай! Эбису-сенсей рассказывал, что для того, чтобы использовать дзюцу, шиноби должен создать чакру.

- Продолжай.

- От того, насколько хорош контроль, зависит, насколько точное количество чакры шиноби создал. Если контроль плохой, чакра расходуется впустую.

- Вот видишь, Наруто-кун! Всего тридцать четыре...

- Тридцать восемь!

- Тридцать восемь сенбонов, и ты прекрасно запомнил! А теперь, расскажи, для чего ты ходишь по воде?

- Чтобы научиться регулировать поток чакры, испускаемый ступнёй. Из-за того, что на воде есть небольшие волны, приходится учиться точно расходовать чакру, иначе утонешь.

- Очень хорошо, Наруто-кун. Пусть определение не из учебника, но суть ты понял верно, как и положено будущему Хокаге.

Наруто обжёг Хаку гневным взглядом.

- Ну-ну, не злись, Наруто-кун. Ты же знаешь, что я права и стараюсь для твоего же блага.

Наруто нахмурился. Несколько попыток применить к Хаку Великое Тайдзюцу закончились плачевно - бесчисленным количеством сенбонов из его напоминающей подушечку для иголок задницы.

- Итак, Наруто-кун, а теперь назови пять природных трансформаций чакры в порядке увеличения силы.

- Но Хаку-ча... Хаку-сенсей! Они идут по кругу, каждая сильнее одних и слабее других!

- Превосходно, Наруто-кун! Хорошо, назови, начиная с огня.

- Катон, Футон, Райтон... э-э-э... Ай! Я помню, помню! Дотон и Суйтон!

- Отлично! Квадратная шляпа всё ближе и ближе. Что сильнее, Катон или Дотон?

- Дотон! Зато Катон выглядит круче в тысячу раз!

- Каково основное свойство чакры Райтона?

- Райтон - крутой! - Хаку многозначительно провернула иглу между пальцами. - Ладно-ладно, Райтон - пробивает! Чакра быстро-быстро дрожит и пробивает всё, что угодно! Вместо того, чтобы страдать ерундой, я мог бы выучить крутое дзюцу Райтона!

- Наруто-кун, ты же знаешь, что элементарные преобразования...

- Да, для них нужны годы! Но это для обычных слабаков, а я выучил Каге Буншин за вечер! За час!

- Это прекрасное дзюцу, но всё же техники клонирования, это...

- Прекрасное? Клоны - тупые! Я сто раз пытался заставить их читать твои нудные книги, но они не хотели и развеивались!

- Читать? Наруто-кун, техники клонирования рассеивают внимание шиноби. Если ты положишь перед собой даже пять раскрытых книг, все равно сможешь читать только одну.

- А? О чём ты говоришь?

Хаку вздохнула, вылезла из воды и грациозно вскочила на поверхность пруда. Наруто невольно залюбовался стройным телом девушки.

- Хьётон: Кори Буншин но дзюцу!

Вода рядом с ней вспучилась, застыла большим кристаллом льда и трансформировалась в её точную копию.

- Смотри, Наруто-кун, - сказал клон, - я управляю дзюцу напрямую, клон не может удалиться слишком далеко. К взгляду четырьмя глазами привыкнуть несложно, но большое количество клонов требует огромного опыта. Твои Каге Буншин имеют преимущество автономности, но за это приходится платить невозможностью...

- Невозможностью заставить этих придурков делать что-то полезное! Когда было интересно, он выучил дзюцу и прочитал свиток! А когда приходится заниматься занудными вещами...

- Подожди, Наруто-кун, - клон Хаку превратился в груду льда и мгновенно растаял, а сама девушка непонятным образом возникла перед ним, глядя в глаза, - ты хочешь сказать, что клоны...

- Да! Всё что они узнают, я знаю после развеивания! Мы тренировались ходить по деревьям, чтобы утереть нос Саске, и прекрасно получилось! А когда нужно исполнять D-ранговые миссии, или читать всю эту фигню, их не заставить никак!

- Наруто-кун, мне нужно хорошо подумать. На сегодня тренировка закончена!

- Ура, Хаку-сенсей!

- Наруто! Тренировка закончена!

- Ура, Хаку-чан!

- А сейчас мы сходим в Ичираку.

- Ура, рамен!

Глава 12

Меньше всего хотелось куда-то идти, но фантомные боли ниже поясницы подсказывали, что пропустить встречу с Хаку - не самая хорошая идея. Поэтому Наруто, наскоро почистив зубы, помчался прямиком на полигон. Насчёт завтрака он не беспокоился - Хаку не давала ему остаться голодным, а рамена дома не было уже давно. Узумаки глянул на будильник - время уже поджимало, а значит следовало поспешить. Пусть читать книги было скучно, но лучше старая добрая скука, чем тело, болящее в самых унизительных местах.

Через несколько минут стремительного бега по крышам и древесным ветвям, Наруто увидел знакомый пруд и те самые три столба - с последней тренировки команды третий полигон ни капли не изменился. Несмотря на то, что Наруто пришел вовремя, Хаку-чан уже была на месте, причём была не одна.

- Привет, Хаку-чан! Привет, Хисаме-чан, давненько тебя не видел! - радостно оскалился Узумаки. - А для чего ты здесь?

- Хаку попросила меня помочь в тренировках, - пояснила девушка. - Давайте быстрее приступим, скоро начинается моя смена в госпитале.

- В госпитале? - не понял Наруто.

Хисаме закатила глаза.

- Наруто-кун, я пока что не считаюсь шиноби, не считаюсь даже генином. Мне нужно на что-то жить.

- Поэтому ты...

- Конечно. У меня неплохой контроль, да и в анатомии я разбираюсь хорошо. Приходится много учиться, но мне всегда хотелось овладеть медицинскими дзюцу.

У Наруто не укладывалось в голове, как можно читать эту нуднятину добровольно - книги по медицине должны быть хуже, чем даже история!

- Хаку-чан тоже хочет обучиться на ирьёнина!

- Забуза-тоо-сан говорил, что у меня талант, сам он людей умел только убивать, - грустно улыбнулась Хаку. - И благодаря тебе, Наруто-кун, я скоро смогу исполнить свою мечту.

- Но ведь Каге Буншин - придурки! - Наруто вновь попытался охладить её энтузиазм.

- Я попытаюсь что-то придумать, - в глазах Хаку появился лукавый блеск.

- Я думал, ты сможешь освоить дзюцу ещё вчера вечером!

- Наруто-кун, это как-никак В-ранговая техника, изучить её не так уж и просто. Не все так талантливы, как будущий Хокаге!

Наруто раздулся от гордости, пусть и восторга от этого дзюцу не разделял.

- Эй, голубки! - Хисаме закатила глаза. - Давайте будете ворковать потом. У меня не так много времени.

- И то верно! - согласилась Хаку. - Наруто-кун, тренировка началась. Создай, пожалуйста, одного клона.

- Хаку-ча... Хаку-сенсей, я могу создать и сотню!

- На данный момент одного будет достаточно.

Наруто с сомнением почесал голову, но всё же сложил пальцы в нужную Ин, и рядом с ним появилась точная копия.

- Отлично! Буншин-кун, ты сегодня будешь изучать историю Элементарных Стран! - радостно улыбнулась Хаку и протянула тому ненавистную книгу.

- Пусть Босс сам читает эту фигню! - отрезал клон.

Небольшая струйка воды, протянувшаяся из ладони Хисаме, проползла змеёй по земле и аккуратно захлестнула его за ногу. Раздалось громкое потрескивание, и вода заискрилась электрическими разрядами. Клон, получив удар Молнией, рухнул, задёргавшись, в невысокую траву. Наруто с самодовольным злорадством наблюдал, как этот придурок, этот наглый выскочка, получает то, на что так долго напрашивался. Ему хотелось рассмеяться над этим жалким неудачником, но он благоразумно удержался - уж больно знаком был блеск глаз Хаку-сенсея.

- И всё же, Буншин-кун, я настаиваю! - сладким голосом пропела сенсей.

Клон одарил её и довольно скалящегося Наруто злобным взглядом, после чего развеялся облаком дыма.

- Я же говорил! - прокричал Наруто, торжествуя от осознания собственной правоты, пусть от нахлынувших пренеприятных воспоминаний его живот рефлекторно поджался. - Дурацкая техника!

Хаку в ответ только мило улыбнулась. Наруто не заметил движения и лишь через секунду осознал, что его спина наткнулась на такой знакомый деревянный столб с таким знакомым плохо срубленным сучком. Руки и ноги, в которые вонзились сенбоны, пришпилив его к столбу, взорвались вспышками невыносимой боли - слишком хорошо Хаку знала точки человеческого тела. Не успел он высказать своё возмущение, как его захлестнул водяной бич, по которому Хисаме тут же пустила электрический разряд.

Дождавшись, когда Наруто перестанут сотрясать конвульсии, Хаку лёгкой походкой подошла к столбу и быстрыми резкими движениями выдернула сенбоны.

- Наруто-кун, создай, пожалуйста, ещё одного клона!

Узумаки приготовился одарить её злым взглядом, но увидев, что сенбоны опасно качнулись, просто беспрекословно подчинился.

- Как ты понял, Буншин-кун, - прощебетала Хаку, - скрыться, развеявшись, не получится. Ну, что надо делать?

Клон ошеломлённо стоял, переводя взгляд с Наруто на Хаку и обратно, было видно, как в его голове вращаются скрипящие шестерёнки. Он угрюмо повесил голову, подошёл к оброненному учебнику и поднял его с травы.

- Молодец, Буншин-кун. Вот видишь, это совсем нетрудно! В награду можешь развеяться!

Тот непонимающе взглянул на своего садистского учителя, отдал учебник в протянутую руку и рассеялся облаком дыма. Хаку вручила учебник Наруто и тот, опешив, его взял.

- А теперь, Наруто-кун, создай, пожалуйста, пару десятков клонов!

Наруто подчинился. Группа его мрачных копий, с зажатыми под мышкой учебниками, следуя указаниям Хаку, ступили на поверхность озера и раскрыли книги на первой странице.

- Вот это - поведение, достойное Хокаге! - рассмеялась Хаку. - Итак, мои хорошие, вечером у нас будет экзамен по истории. И если Наруто-кун его сдаст, он получит пять супер-больших порций рамена!

- Эй, а почему это он? - возмутились клоны.

- Как тебя зовут, Буншин-кун? - спросила молчащая Хисаме.

- Наруто Узумаки, будущий Хокаге Конохагакуре!

- Вот именно, Наруто-кун, вот именно!

Клон продолжал смотреть на неё пустыми глазами.

- Не беспокойтесь, ребята, я останусь с вами и прослежу, чтобы вы сегодня вечером получили свой рамен! - в подтверждение своих слов Хисаме взмахнула водным бичом.

- А что в этом время будет делать Босс? - возмутился один из клонов.

Хаку звонко рассмеялась.

- В это время он будет очень сильно завидовать вам всем! Ли-сан, вы очень вовремя!

- Доброе утро, Хаку-сан! - жизнерадостно прокричала приземлившаяся на поляну очень зелёная фигура. - Я помогу разжечь пламя весны Наруто-сана! Если у меня это не получится, мы с ним оббежим Коноху на руках восемьдесят раз! Если это не выйдет, мы с ним отожмёмся десять тысяч раз! Если это не...

Наруто уже не слушал. Сегодняшний день обещал растянуться до бесконечности.

***

Ичи осторожно пробирался сквозь густую листву, пытаясь казаться как можно более незаметным. Каждый его шаг, каждое движение, были медленными, выверенными и осторожными. Несмотря на то, что хотелось привычно броситься в атаку, он сдержался: ставки были слишком высоки, его команда должна вернуться в укрытие целой и невредимой - они не могут себе позволить потерь. Пусть выполнение миссии оставалось главной целью, вот только цена гибели напарников была слишком высока. Не то, чтобы он испытывал какие-то слишком тёплые чувства к своим подчинённым, но... Команда Мидори победит и вернётся назад в полном составе!

Ичи медленно повернул голову и присмотрелся. Черепица на ближайшей крыше вспучилась и приобрела форму человеческого силуэта. Мелькнула быстрая неясная тень и шелохнулась ветка. Лишь краткий миг на фоне коры выделялось чужеродное пятно - через считанные мгновения фигура слилась с поверхностью дерева. Ичи ослабил дзюцу и сложил пальцы в знак вопроса. На фоне коры проявилось смутное очертание ладони. Пальцы сложили несколько знаков подряд, докладывая результаты разведки.

Ичи позволил себе удовлетворённо улыбнуться. Цель была близка, миссия близилась к завершению, а значит по возвращению их ждёт вожделенная награда. Всё-таки не зря он доверил разведку Ни - тот, как и ожидалось, не подвёл. Впрочем, Ичи знал, что может доверять каждому члену команды как себе, что любой из его подчинённых с блеском справится с любой задачей. Пусть под его командованием были трое генинов, но эти генины стоили любого чунина, или даже джони... Нет, он быстро поправил себя, для того, чтобы стать джонинами, им нужно ещё много тренироваться.

Ичи откровенно не нравилась миссия. Он считал себя хорошим человеком, поэтому испытывал отвращение к убийству, особенно если предстояло убить химе великого клана. Пусть их цель хорошо охраняли, пусть она сама не была беззащитной, но лишь мысль о вожделенной награде не дала ему расхохотаться в лицо заказчику и решительно отказаться.

Ичи сложил несколько знаков и первым перемахнул с ветки на крышу ближайшего строения. Ни, Сан и Ши быстро последовали за ним, ловко и бесшумно, как и ожидалось от Мидори.

Теперь предстояла трудная часть. Прокрасться через оживлённую, полную сильных шиноби деревню, остаться незамеченными, устранить цель. И уцелеть.

Ичи задумался. Сейчас на кону победа, поэтому важно каждое преимущество. Ни ходил в разведку, а значит лучше знаком с обстановкой. И пусть сама мысль была против его натуры, но... "Думай о награде!" - напомнил себе он.

Его руки вновь сложили несколько знаков, передавая командование миссией напарнику. Теперь их команду будет вести Ни.

Неясный силуэт проявился на крыше, его голова молча кивнула. Вновь замелькали пальцы, и команда ринулась вперёд, по крышам беспечной Конохи.

Несколько кварталов спустя, Ни сделал знак "остановка" и отдал распоряжения. Следуя указаниям, Ичи занял позицию на краю одной из крыш. Как он ни пытался, но заметить напарников он не смог. Ну что же, к лучшему - если их не может заметить он, то уж точно не обнаружит враг.

Терпение никогда не было коньком Ичи, в команде Мидори никто не мог похвастать этой добродетелью. Но награда стоила любых лишений! Поэтому ближайшие пять минут он цепко окидывал оживлённую улицу взглядом, не пропуская ни одного человека, под личиной которого мог оказаться противник.

Всё осложнялось тем, что Коноха - деревня шиноби, а значит прохожий, вызвавший подозрения своей походкой и внимательным взглядом, мог оказаться членом какого-то клана, ниндзя в отставке, либо же Анбу, пребывающим вне службы. Слишком много ложных целей! Слишком сложно! Но слишком уж велика награда!

Когда, наконец, на улице показалась цель, Ичи облегчённо вздохнул. Химе клана Хьюга шла в сопровождении только одного человека - оранжевого белобрысого придурка! Остальной охраны не было видно, но обольщаться не стоило - вряд ли противник исполнял обязанности спустя рукава.

Ичи напрягся, ожидая, когда цель подойдёт поближе. Его рука медленно-медленно вытянула из подсумка кунай. Мысленно извинившись перед девушкой, которой сейчас предстояло умереть, он приготовился к атаке, зная, что напарники в данный момент повторяют его действия .

Лёгкая, почти незаметная волна прошла сквозь его тело, что-то странно неуловимо знакомое. С ужасом он понял, что это чакра! Кто-то выпустил импульс чакры, это значило... Когда глаза оранжевого придурка зафиксировались на нём, он с досадой понял, что их раскрыли. И команде Мидори осталось только одно - броситься в немедленную атаку.

***

Ши знал, что одна из главных добродетелей шиноби - это терпение, пусть сам он ей никогда особо не обладал. Но миссия - это миссия, если ты не умеешь поступиться собственным нравом, то и ниндзя тебя называть нельзя. Если того требует дело, то ты будешь тренироваться в поте лица, будешь подбирать инструмент и техники, если нужно - будешь вымогать, красть и шпионить.

Техника, которой он сейчас пользовался, была результатом подобных действий. Вряд ли их бы одобрил один расслабленный шиноби Дождя, которому руководство то ли разрешило месяц отдыха, то ли, что более вероятно, под благовидным предлогом оставило в чужой деревне заниматься сбором сведений. Ши едва не фыркнул, вспомнив выражение лица аме-нина, который, внезапно, обнаружил себя в компании четырёх своих точных копий, а потом приятные переговоры в стиле "кунай у твоей почки". Тогда они расстались закадычными друзьями - команда Хоноиро получила новое прекрасное дзюцу (вопреки всем опасениям, для его использования не нужно было владеть Дотоном), аме-нин - возможность наслаждаться зрелищем утренней Конохи с одной из высоких крыш. И если он хорошо владеет освобождением от пут, созерцать суету Великой Деревни ему пришлось не очень долго.

Ши отвлёкся от воспоминаний, на пару сантиметров высунул лицо из поверхности древесного ствола и мельком взглянул на цель своей миссии. Свиток был на месте, как и на месте были все четверо противников. Они скучали, о чём-то негромко переговариваясь друг с другом. Мысль вернуться к команде, а затем застать придурков врасплох, уничтожив одним-единственным ударом, мелькнула и тут же пропала: убийство противника не входило в задачу. Даже похищение свитка не входило - ценность представляла лишь содержащаяся в нём информация. В идеале, можно было бы незаметно прочитать содержимое, запомнить его, не потревожив противника. Но, к сожалению, умениями запоминать тексты дословно не обладал не только он, но и остальные члены его команды. Он сделал заметку на будущее - это не последняя разведмиссия, не последний раз, когда нужно добыть информацию, а значит после успешного завершения задания, следует ликвидировать этот недочёт. Ну а пока что ему предстояло подобраться к свитку поближе, создать отвлекающий фактор (для этого он припас достаточно дымовых бомб и взрыв-печатей) и скрыться в неразберихе. Но это на крайний случай.

Ши вновь на мгновение выглянул из коры, сверив положение патрулей противника. Эти идиоты не менялись! Все четверо зелёных силуэтов всё так же ходили по одним и тем же маршрутам, останавливаясь, лишь чтобы поговорить. Они занимались этим настолько давно, что густая трава была вытоптана, образуя отчётливые тропы. Более того, посчитали одинокое дерево на обширной поляне удобным местом, достойным для организации стоянки - ведь нет ничего лучше, чем время от времени вернуться отдохнуть в тени его обширной кроны. Жалкие идиоты! Хорошо, что они не знают о его новом дзюцу, не смогут заметить, пока не станет совсем уж поздно!

Один из свитков в подсумке - обычное пособие по выживанию - был весьма похож на цель его миссии, так что можно просто попытаться произвести подмену. В этом случае пропажи не хватятся ещё очень долго!

Ши нырнул под землю и, аккуратно, изображая диковинную подземную рыбу, поплыл в сторону конечного этапа своей миссии. По изменению текстуры окружающего пространства он ощутил переплетение корней дерева, нашёл центр толстого ствола и всплыл вверх. Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув (не задаваясь вопросом, как вообще возможно дышать, находясь погружённым в сердцевину дерева), он сжал в одной руке свиток подмены, а другой - приготовился схватить свою цель.

Позволив лишь одному глазу выглянуть из коры, он убедился, что всё в порядке - все четыре зелёных придурка смотрели в противоположную от него сторону. Идеально!

Душу скребло какое-то непонятное чувство, но он списал это на нервный мандраж перед стремительным рывком, перед действием, решающим исход всей миссии. И лишь когда он уже полностью вышел из ствола, ужасающая мысль пронзила голову: двое из четырёх врагов не отбрасывали тень! Это ловушка! Мгновенно обернувшись, он попытался скрыться в спасительном зелёном исполине, но не успел. Широкий обломанный сук, торчащий из дерева чуть выше уровня головы, окутался дымом, превратившись в омерзительно зелёную фигуру. Ши почувствовал, как кунай вонзается ему под ключицу, темнеющим взглядом увидел, что двое врагов спешат в его сторону.

- Ты проиграл, придурок! - тихо произнёс его убийца.

Ши улыбнулся.

- Возможно. Но и ты не выиграл!

С этими словами он пустил чакру в десяток кибакафуда, спрятанных под его оранжевой курткой.

***

Сан шёл по вечерней Конохе, внимательно вглядываясь в лица прохожих. Миссия была очень проста, но одновременно поражала своей невыполнимой сложностью. Его заданием, как и заданием остальных напарников, было выследить прокравшихся шпионов, вместе с тем не раскрыв себя. Он знал, что у врага только одна команда - стандартная ячейка из четырёх человек. Они могли идти кучно, но могли и рассеяться, могли засесть в укрытии, или, что более вероятно, использовать маскировку. Противники ничем не уступали ни ему, ни товарищам, предполагать иначе - верный путь к поражению. Сан мог рассчитывать лишь на чутьё, на удачу, на все те непомерные усилия, которые он вложил в тренировки. Несмотря на то, что хотелось просто смотреть по сторонам, позаглядывать в магазинчики и поглазеть на прохожих, он сосредоточенно осматривал каждого встречного с ног до головы, пытаясь заметить признаки нервозности или нетипичного поведения. При всём этом приходилось соблюдать вид безучастного зеваки, не выдать своего интереса происходящим.

Сан не был профессионалом в своём деле. Наоборот, для него это занятие было чем-то новым и непривычным. Поэтому случались конфузы - несколько человек, до крови уколотые кунаем, оказались простыми гостями деревни. Ещё более удивительным оказалось то, что один непримечательный крестьянин, чей вид не вызывал никаких подозрений (и это Сан посчитал очень подозрительным!) действительно оказался шпионом. После того, как с того слетело Хенге и последовавшего короткого разговора с Анбу, Сан сдал им своего пленника и продолжил исполнение миссии.

Такое прекрасное дзюцу импульса чакры, которое он разучил этим утром, было неприменимо - пусть оно несло информацию об окружающем пространстве, но при этом являлось ярким маяком, выдающим местоположение шиноби. Приходилось полагаться только на собственные наблюдательность и интуицию.

Взгляд его потянулся за одной из милых девушек, что весело пробежала мимо. Красивая брюнетка с прекрасной фигурой была так похожа на... Конохамару? Сан мгновенно развернулся, выхватив кунай. Вовремя. Острое лезвие, высекая искры, едва остановило смертоносную атаку незнакомки.

Глава 13

На дребезжащий будильник Наруто смотрел, как на старого друга. Пусть он раньше ненавидел этот звон, но с тех пор, как его начала тренировать Хаку-сенсей, отношение ко многим вещам у него стало гораздо спокойней. Наскоро приняв душ и почистив зубы, Наруто побежал на встречу со своим мучителем.

Наруто не мог сказать, что его дни летели напрасно - тренировки с Толстобровиком, человеком, чьё упорство восхищало и приводило в трепет, обязательно сделают его сильнее. Зелёный Сенсей, вечный противник его учителя, не просто одобрил поведение ученика, но и подарил Наруто абсолютно крутой зелёный костюм, в котором было очень удобно бегать, он не стеснял движений и обладал аро... аэро... хорошо скользил в воздухе! Да и дзюцу, которому его учил Эро-сеннин, было одним из крутейших - пусть Наруто и доверял словам Хаку-чан, но она могла приукрасить правду из сострадания (хотя теперь в наличие подобных душевных качеств ледяной принцессы он сомневался), поэтому он переспросил у Ируки-сенсея. Действительно, этим дзюцу владели дедуля, Какаши-сенсей и ещё несколько очень крутых шиноби, включая Толстобрового учителя. И Клан Жаб действительно был самым сильным, пусть даже на призыв Наруто пока что откликались только головастики.

- Привет, Наруто-кун! - жизнерадостно встретила его Хаку.

- Доброе утро, Хаку-чан! - улыбнулся он. - Привет, Толстобровик!

Ли, отжимающийся, стоя на руках неподалёку, радостно ему помахал, не прекращая упражнения.

- Шестьсот двадцать пять... Доброе утро, Наруто-сан! Шестьсот двадцать шесть, шестьсот двадцать семь...

- Чем сегодня будем заниматься, Хаку-чан? - кисло поинтересовался Наруто. - Опять книги?

- Не беспокойся, не только! - улыбнулась девушка. - Я долго думала над возможностями Каге Буншин и знаешь, это дзюцу подкупает своим безграничными возможностями.

Наруто скривился - наказание за непослушание клонов почему-то доставалось именно ему.

- Ну-ну, не хмурься, Наруто-кун! У меня есть несколько прекрасных идей!

- Ты научишь меня какому-нибудь крутому дзюцу! - воспрянул Наруто. С клонами он выучит его в два счёта!

- Ха-ха-ха, нет! - огорчила его Хаку.

- Но...

- Ты научишь крутому дзюцу себя сам!

- Что?

- Наруто-кун, - мягко сказала Хаку, - скажи, ты хороший шиноби? Достоин ли ты стать чунином? Командовать подчинёнными?

- Конечно! - Наруто не колебался ни мгновения.

Хаку неодобрительно покачала головой.

- Наруто-кун, поправь меня, если я неправа. Ты невнимателен и невежественнен. Ты не любишь задумываться и не хочешь совершенствоваться умственно. Ты веришь каждому произнесённому слову, не заглядываешь под поверхность, не ищешь скрытый смысл.

- Но я...

- Наруто-кун, права ли я?

Наруто мучительно пытался найти возражения.

- Я не легковерный! - наконец выпалил он.

- Пф, ты поверил первой же девчонке, сказавшей, что она - парень! Ты сам признался, что не разгадал смысл первого этапа экзаменов.

Наруто опустил голову. Крыть было нечем.

- Скажи, Наруто-кун, ты бы хотел такого Хокаге? Хотел бы, чтобы подобными качествами обладал твой командир?

- Ну...

- Не знающий, что такое чакра, какие страны соседствуют со Страной Огня, неспособный выучить то, что доступно каждому ученику Академии?

- Но... - у Наруто вновь появилось чувство, словно его отчитывает Ирука-сенсей.

- Как ты думаешь, Наруто-кун, ты хотел бы, чтобы такой человек владел сильными дзюцу, способными при неосторожном использовании погубить множество невинных людей? Хотел бы, чтобы он, неспособный соизмерять свою силу, бился рядом с товарищами, рискуя их жизнями?

Наруто заскрипел зубами и поднял голову, твёрдо встретив взгляд Хаку.

- Хаку-чан... Неужели я настолько плох?

Хаку подошла и порывисто его обняла.

- Наруто-кун, ты замечательный! Ты сильный, добрый, целеустремлённый. Ты никогда не сдаёшься!

- Но ведь ты сказала...

Хаку отступила на шаг.

- Наруто-кун, что делает шиноби, чтобы стать сильнее?

- Тренируется!

- Ты хочешь стать сильнее?

- Конечно!

- Из чего состоит чакра?

- Э-э-э-э...

- Наруто-кун! Думай, вспоминай!

- Янь - сила тела, Инь - сила ума? - неуверенно произнёс он. Что-то такое говорил Скрытый Извращенец и было написано в этих жутких книгах.

- Совершенно верно! То есть ты не просто читаешь скучные книги, ты что делаешь?

- Э-э-э-э... - резкая колющая боль пронзила его ягодицу. - А-а-ай! Хаку-чан!

Хаку ловко выдернула сенбон и крутнула между пальцами.

- Это чтобы тебе лучше думалось!

- То есть, когда я читаю книги, я, получается, тоже становлюсь сильнее?

- Ну, только не в том случае, если ты их тут же забываешь! - рассмеялась девушка. - Инь-компонент чакры - это энергия твоего разума и совокупность твоего опыта.

- И ты хочешь сказать, что достаточно послать тысячу клонов в библиотеку?.. - Наруто знал, что мимо возможности стать сильнее придурки не пройдут.

- У меня есть идея получше и поинтересней. Где костюм, который тебе вчера дал Гай-сенсей?

Наруто закатал рукав куртки, показывая, что подарок до сих пор на нём.

- Замечательно! Создай четыре десятка клонов!

Наруто подчинился, с интересом ожидая продолжения.

Хаку окинула взглядом оранжевый отряд, пересчитала их и удовлетворённо кивнула.

- Вы будете оранжевой командой, Хоноиро!

Клоны, не понимая, загалдели.

- Наруто-кун, мне нужно, чтобы ты разделся.

- Разделся? - Наруто почувствовал, что его щёки заливает румянец. - Но я слишком молод для извращённых вещей!

Хаку звонко расхохоталась.

- Нет, ты мне нужен одетым! Но одетым в костюм Гай-сенсея!

Наруто облегчённо вздохнул, мгновенно скинул куртку и штаны, после чего вновь надел подсумки и сандалии.

- Теперь снова создай четыре десятка клонов.

Наруто вновь подчинился, ломая голову, что же задумала Хаку.

- А вы будете зелёной командой, Мидори! - объявила девушка. - Итак, слушайте все внимательно! Мидори и Хоноиро - шиноби враждующих кланов. Вечером им придётся сойтись в смертельной битве!

Лица клонов, осознавших, что их не погонят в библиотеку, просветлели, и они стали кровожадно поглядывать друг на друга.

- Но почему вечером? - задал один из клонов вопрос, который так и крутился на языке Наруто. - Мы можем наподдать зелёным придуркам прямо сейчас!

- Да-да, только огребут именно оранжевые!

- Тихо! - прикрикнула Хаку, ловко подбросив и поймав с десяток сенбонов. - Вы не будете драться!

- Что? Как?

- Вы будете играть в ниндзя!

Наруто приуныл, клоны тоже повесили головы.

- Станете исполнять миссии, стандартными командами по четыре человека. Рассчитайтесь по четыре!

По рядам ободрённых клонов раздался гомон. "Ичи! Ши! Сан! Ни! Ши! Сан! Ичи!"

- Ваша прекрасная и смертоносная Хокаге Момочи Хаку-сама даст вам задания! Вы не знаете, что вам предстоит, кроме одного: противником Хоноиро будут Мидори! Миссии будут разные - охрана принцессы или её убийство, шпионаж, инфильтрация, обнаружение шпионов.

Наруто смотрел на довольных клонов, и ему было обидно - придурки будут прекрасно проводить время!

- Каждая команда, выполнившая миссию, получит награду! Наградой будет визит в Ичираку!

По рядам пронеслись довольные крики и восторженные возгласы. Глаза клонов горели энтузиазмом.

- Та команда, что проиграла - ничего не получит! Более того, они будут считаться неудачниками, неспособными стать Хокаге!

Клоны восприняли новость без особого огорчения. Каждый из них был уверен, что выиграет именно он.

- Помните! Важен каждый член команды! Миссия, выполненная ценой гибели товарищей, мало чем отличается от провала.

- Но ведь клоны развеиваются от одного удара! - возмутился Наруто. Не то, чтобы ему было жалко придурков, но он быстро смекнул, что каждая порция рамена, съеденная клоном, после возврата памяти окажется съеденной им самим.

- Это всего лишь значит, что не стоит получать этот удар! - осадила его Хаку. - За каждого потерянного члена команды, будет... Нет, на тебя, Наруто-кун, это вряд ли подействует. О! За каждого сохранённого члена команды, каждый из победителей и будущих Хокаге, получит по дополнительной порции рамена!

Клоны зашумели и начали возбуждённо переговариваться, что-то высчитывая на пальцах. Наруто на всякий случай тоже занялся подсчётом. Когда на руке был загнут четвёртый палец, формой глаз он стал напоминать Толстобровика, который в данный момент, стоя вверх ногами, перепрыгивал с ветки на ветку дальних деревьев.

- Но ведь это... Это целых четыре порции рамена!

- Совершенно верно! - улыбнулась Хаку.

- Супер-большого? - с надеждой задал вопрос один из клонов.

Хаку звонко и заливисто расхохоталась.

- Не наглей, Наруто-кун. Для супер-большого рамена придётся здорово приналечь на учебники.

Наруто почесал затылок. Если смотреть на вещи в таком свете, то чтение книг не выглядело настолько скучным.

- Ну тогда чего мы ждём? - раздался голос из рядов клонов. - Вперёд, спасать принцесс! Э-э-э, кстати, а кто будет принцессой? Ты, Хаку-сенсей?

Хаку расстелила свиток и сложила несколько печатей. В облаке дыма на свитке возник соломенный манекен, одетый в чёрный парик и знакомое по Стране Волн розовое кимоно Хаку.

- Знакомьтесь, это ваша Химе-чан! И её вы должны охранять от злоумышленников. Ну, или убить, в зависимости от миссии.

Клоны заметно приуныли. Наруто злорадствовал, ведь охрана соломенного чучела была как раз тем, чего достойны эти придурки!

- Э-э-э, Хаку-сенсей! А можно нам настоящую принцессу?

- Наруто-кун, я не могу уделять вам слишком много времени. Деревня в повышенной готовности, ожидается вторжение Орочимару.

- А если это будет кто-то другой? - не сдавался клон.

- У тебя кто-то есть на примете?

Наруто задумчиво кивнул, поняв ход мыслей своей копии. Пусть Сакура-чан не была дочерью даймё или наследницей клана, но для него она была лучше любой принцессы! Вопрос был лишь в том, согласится ли она участвовать в тренировках с Наруто. Впрочем, не попробуешь - не узнаешь. К тому же, у него были ещё две знакомые химе, вот только они наверняка были заняты в своих клановых делах. Ино-чан, скорее всего, к вечеру освободится, но сейчас наверняка продаёт цветы в магазине. Хината-чан же...

- Хината-чан! - словно подслушав его мысли, один из клонов метнулся к краю поляны и вытащил из кустов за руку густо покрасневшую девушку. - Ты будешь моей принцессой?

- П-п-п-п... - лицом Хината напоминала помидор и была явно на грани потери сознания.

- Да, принцессой! Мы с ребятами будем тебя охранять!

- Х-х-орошо, Наруто-к-кун!

- Э-э-эй! Так не честно! - возразил один из клонов. - Я не буду пытаться убить Хинату-чан! К тому же, если с вами будет такая крутая куноичи, то это слишком большое преимущество!

- Я-я н-не к-кру...

- Не будешь сопротивляться? - перебил её будущий противник. - Но тогда мы можем нечаянно тебя ранить! Тем более нечестно!

Хината огорчённо повесила голову. Клон, до сих пор не отпускающий её руку, задумался. Действительно, ситуация была безвыходной.

- Придумал! - заорал он. - Хината-чан, смотри внимательно, это дзюцу называется Каге Буншин...

Клоны радостно загудели, одобряя изящество решения. Действительно, так можно и не сдерживаться!

- Отлично, - улыбнулась Хаку, - ну тогда встречаемся вечером, в семь часов! Я назначу вам миссии.

- Эй, а что мы будем делать столько времени? - озвучил общее замешательство один из клонов.

- Можете отдыхать! - снисходительно сказала Хаку.

- Ятта! - несколько клонов вскинули в воздух кулаки.

- Правда потом не удивляйтесь, что не получите свой рамен.

- Но почему? - не сдавался клон.

"Неужели можно быть настолько тупым?" - удивился Наруто. - "Чего ещё ждать от такой глупой техники?"

- Сейчас противники равны тебе, - фыркнула Хаку-сенсей, - но только сейчас. Но знаешь ли ты, что будет вечером?

- Ты научишь их какому-то дзюцу? Это нечестно!

- Я? Нет. Но кто сказал, что учить могу только я? Думаешь, в Великой Деревне не припрятано парочки свитков с дзюцу? Не найдется нескольких учебников с разными уловками шиноби? Нет соратников, у которых можно спросить вежливо, или противников, которых можно убедительно попросить?

Над полигоном повисла тревожная тишина, которая через несколько секунд сменилась громким гулом. Наруто усмехнулся. Ну конечно же! Самые главные дзюцу он выучил из похищенного свитка! Даже отец, Йондайме Хокаге, свои супер-дзюцу украл у дедули, как и положено крутому шиноби!

- Извини, Хаку-сенсей, - раздался голос одного из клонов. - Нам с ребятами нужно срочно пойти отдохнуть перед тренировкой!

- Нам тоже! - согласился клон-противник. - Мы что-то очень-очень устали. Хината-чан, пойдём!

Хаку с умилением окинула взглядом разбегающихся клонов, один из которых подхватил пребывающую в беспамятстве Хинату, а затем повернулась к Наруто.

- А теперь, Наруто-кун, тебе предстоит тренировка с Ли-саном.

- Но Хаку-сенсей! Говорят, что особо крутые дзюцу невозможно выучить за день!

- Ты прав, Наруто-кун! К примеру, чтобы освоить стихию, требуются годы, а для того, чтобы все пять, как Сарутоби-сама...

- Дедуля знает все пять стихий?

- Кгхм! Для того, чтобы освоить все, требуются десятки лет!

- Но...

- Но ты пока не знаешь, кто по-настоящему будет твоим противником на экзаменах!

- Нейджи? Саске? Или этот, как его, Гаара?

- Нет, Наруто-кун, как раз с ними ты справишься. Тебе предстоит сразиться со мной. И придётся не просто победить - чтобы эта миссия считалась выполненной, ты должен будешь произвести на меня впечатление.

- Сразиться с тобой, Хаку-чан? - недоверчиво переспросил Наруто.

- Кто-кто?

- Хаку-сенсей! Но почему?

- Я могу назвать тебе кучу причин. Но самой главной для тебя будет вот эта!

Наруто завороженно смотрел на её руку, сжимающую квадрат плотной бумаги, на котором красовалась надпись, красивее которой он не видел ничего в жизни. "Ичираку. Безлимитный купон. Срок действия - 1 месяц".

***

- ... а потом я предложил участвовать Сакуре-чан и Ино. Но Ино отказалась, хоть я и обещал подменить её в магазине, а обучать Сакуру-чан дзюцу Теневого Клонирования запретила Хаку, она сказала, что у Сакуры мало чакры и её почти убьёт даже один-единственный теневой клон!

Наруто сидел в Ичираку над пустой миской Супер-большого Рамена Узумаки и в подтверждение своих слов махал зажатыми в пальцах палочками.

- Тренировки у Хаку-чан очень трудные! - продолжал он. - Я думал, что будет сложно угнаться за Толстобровиком, что Эро-сеннин даст изучать какие-то сверхсложные супер-мега-офигительные дзюцу SSS-ранга - он же учитель Йондайме! Больше всего боялся чтения учебников - это ведь хуже даже уроков Ируки-сенсея! Но того, что моим худшим врагом окажусь я сам, мне и в голову не приходило!

На стол перед Наруто бухнулась ещё одна миска с раменом.

- Для нашего лучшего клиента! - солнечно улыбнулась Айяме.

Узумаки посмотрел на рамен печальным взглядом, и продолжил:

- Мои клоны целые дни напролёт пытаются выучить новые дзюцу, выдумать самые хитрожопые уловки, строят самые коварные планы! И что? Стоит одному из них погибнуть, как противники узнают всё - и замыслы, и дзюцу, и что угодно! И на следующий день обязательно приходится придумывать планы против ещё более сильного противника! Изучать и тренировать новые техники! Доводить до совершенства существующие! А толку? Стоит одному развеяться, как результат тренировок достаётся всем без остатка! Несмотря на то, что с каждым днём они становятся всё сильнее и хитрее, таким же становится и противник!

- Н-но это же х-хорошо!

- Хорошо? Хината-чан, ты не понимаешь!

- Н-нейджи...

- Да при чём здесь Нейджи? Я ему и так наваляю, ведь я дал слово! Рамен! С каждым разом всё меньше остаётся победителей, а значит меньше достаётся рамена!

- Ну не скажи, Наруто-нии, - вмешалась Аяме. - Пусть Хаку-сан приходится оплачивать гораздо меньше рамена, чем неделю назад, но всё равно ты один делаешь нам больше половины выручки. Это даже с теми скидками, которые мы с папой предоставляем нашему любимому клиенту!

- Эти клоны - полные придурки! - Наруто продолжал выплёскивать обиду. - Даже если они исполнили миссию, даже когда добились цели, то проигравшая команда не успокаивается! Кстати, Хината-чан, прости, что мы тебя убиваем!

- Я-я рада п-помочь!

- И я очень ценю! Раньше я считал тебя странной, но оказалось, что ты очень клёвая!

Хината залилась краской и почти скрылась лицом в своей нетронутой миске рамена.

- Но даже когда команда исполняет миссию по убийству принцессы, эти придурки не хотят успокоиться! Даже если они знают, что уже проиграли, всё равно стараются убить нападающих! В чём смысл? Ведь в итоге будет съедено меньше рамена!

- Я не слишком понимаю в ваших делах, - вмешалась Аяме-нее-чан, - но не легче было бы заранее договориться...

- Конечно нет! - оборвал её Наруто. - Хаку-чан сказала, что продувшие считаются слабаками, которые не станут Хокаге. Поэтому им ничего не остаётся, как стереть эти дурные улыбочки с морд победителей!

Аяме пожала плечами и направилась к своим бурлящим котлам, творить какие-то таинственные кулинарные дзюцу.

- Так вот, Хината-чан! Всё очень-очень трудно! И с каждым днём становится труднее! Рамена выходит всё меньше и меньше! Хорошо ещё, что Хаку-чан угощает вечером за прилежную учёбу и старательные тренировки - если бы приходилось рассчитывать на этих придурков, я вообще забыл бы каков рамен на вкус!

- Н-наруто-кун, к-когда т-ты на миссии, т-ты очень меняешься!

- Это всё Хаку! Она меня заставляет изучать всю эту заумь, "прошу прощения, клиент-сан", "позвольте вам помочь, клиент-сан", "разрешите поцеловать вашу задницу, клиент-сан"! Этикет такой скучный! Хорошо, что хоть с друзьями мне разрешено разговаривать нормально!

- Д-друзьями? Н-но...

- На миссии ты - клиент! А сейчас ты - Хината-чан, мой друг, одноклассница и крутая куноичи!

Почему-то услышав похвалу, Хината опустила глаза и сложила пальцы.

- Я-я не кру...

- Конечно же ты крутая! Ты почти наваляла Нейджи!

- Я-я слабачка...

Знакомое чувство охватило Наруто, но он задвинул его на задворки сознания.

- Какая чушь! О, слушай, я же не знаю дел в вашем клане, может среди Хьюга Нейджи считается слабаком, а то, что ты чуть не надрала ему задницу - ничего не стоит?

- Б-братик Н-нейджи - гений клана, он считается самым сильным генином за п-последние десять лет.

- Ого! То есть ты настолько крута, что чуть не ввалила этому гению? Тогда как тебя называть, супер-гений? Супер-мега-гений?

- Я с-слаба, Наруто-кун! Я п-проигрываю даже своей младшей сестре!

Ощущения неправильности, диссонанса и какофонии, которые Наруто пытался игнорировать, усилились. Но титаническим усилием он не дал им завладеть собой.

- Ого! Так твоя сестра настолько крута, что надирает жопу этому надутому засранцу? Он меня жутко бесит, когда мы тянули жребий, я больше всего надеялся, что мне достанется драка с ним. Мне запредельно повезло, мой бой не просто будет с Нейджи, но ещё и выпал самым первым!

- Н-нейджи очень силён! Б-будь осторожней, Наруто-кун!

- Ну так и я - Наруто Узумаки, будущий Хокаге! Я покажу придурку, что значит судьба! К тому же, если твоя крутая сестра надирает ему задницу, то и я не отстану!

- Н-но ведь Нейджи в-всегда побеждает Х-ханаби-чан!

Наруто мотнул головой. Если Ханаби побеждает Хинату-чан, но при этом та почти на равных с Нейджи, который старше её на год (а значит ровно на год больше тренировок и миссий!), то эта Ханаби должна спокойно ввалить Нейджи. Если Нейджи побеждает Ханаби, то Хината-чан тоже должна её всегда побеждать. Эти клановые дела Хьюга такие запутанные!

- Значит ты поддаёшься, чтобы не обижать сестрёнку? Ты такая клёвая, Хината-чан, и очень хитрая! Я тоже попробую поддаться Конохамару, пусть он, а-ха-ха-ха, думает, что у него есть шанс стать Хокаге раньше меня!

- Н-нет, Наруто-кун, я-я просто слаба! Н-но т-ты вдохновляешь меня. Д-даже когда ты проигрываешь, ты не останавливаешься, продолжаешь идти вперёд. Я-я надеюсь стать похожей на тебя, х-хочу измениться. А п-пока что я - обуза команде. Н-наруто-кун! Ч-что ты делаешь?

Перед ним сидела милая и добрая Хината-чан! Она помогала ему в тренировках, болела за него на экзаменах, даже хотела дать списать. Но те слова, что она говорила, будили в сердце Наруто чувства, которые он больше не мог игнорировать. Он - Наруто Узумаки. Он - шиноби Конохагакуре. У него есть путь, которому он должен, которому будет следовать, невзирая ни на какие препятствия. Могучий водоворот чакры захватил его сознание. Он сам не осознал, как слез с высокого стула Ичираку и принял позицию, которая была ему настолько же естественна, как дыхание.

- Хината-чан, - его слова были спокойными и уверенными, но голос словно доносился из глубокого колодца. - Ты сильна. Ты отважна. Ты восхитительна.

- Н-наруто-кун!

- Не беспокойся, Хината-чан, я помогу тебе! Ведь это мой путь ниндзя!

И ладонь Наруто обрушилась на лицо ошарашенной девушки.

Глава 14

Хаку-чан всегда была очень пунктуальной и приходила на встречи минута в минуту. Наруто тоже пытался не опаздывать, пусть иногда это требовало неимоверных усилий. Но на этот раз нетерпение было настолько велико, настолько хотелось задать так мучавший его вопрос, что на полигон он примчался за добрых полчаса до назначенного срока. Узумаки не терял время зря - он привычно создал полчище клонов, те, не тратя лишних слов, помчались заниматься обычными ежедневными делами, а сам Наруто ёрзал на верхушке столба, дожидаясь свою подругу, слугу, наставника и палача. Долго сидеть у него не получалось, поэтому, чтобы хоть как-то отвлечься от роящихся мыслей, он воспользовался рецептом Толстобровика - вскочил на руки и начал отжиматься. Это привычное действие принесло неожиданное успокоение, уняв нервозность и пустив мысли по размеренному руслу отсчёта упражнений.

- Триста двадцать один, триста двадцать два, триста двадцать три...

Больше всего Наруто хотел, чтобы Хаку появилась чуть пораньше, чтобы у него было хоть немного времени поговорить с ней наедине, пока не появились Толстобровик и Хината. Вопрос, который пришёл ему в голову перед сном, что долго не давал заснуть и даже снился ночью, касался только их двоих.

Увидав мелькнувший среди деревьев тёмный силуэт, Наруто прекратил своё занятие и быстро вскочил на ноги. Но вместо Хаку он увидел Анбу в чёрном плаще с капюшоном и огромным свитком на плече. Наруто хотел уже разочарованно вздохнуть, но торчащая из-за второго плеча знакомая рукоять заставила его успокоиться.

"Интересно, для чего носить маску, если кто угодно узнает тебя по оружию?" - мелькнула отстранённая мысль. Вместо того, чтобы её озвучить, как это бы он сделал почти месяц назад, Наруто, почувствовав фантомные уколы сенбонов ниже спины, решил сам дать ответ на этот вопрос. Наверняка, правильных было несколько, но самым близким сердцу Наруто было то, что Кубикирибочо имел ту же ценность для Хаку, что и протектор Ируки-сенсея для него самого.

Тот вопрос, что терзал его всю ночь, наверняка тоже имел простой и логичный ответ, но все предположения Наруто не выдерживали никакой критики.

Хаку легко спрыгнула с ветвей деревьев, пробежалась по поверхности пруда и остановилась напротив спрыгнувшего на землю Наруто.

- Привет, Хаку-чан, я хотел...

Девушка сдвинула кошачью маску на затылок.

- Наруто-кун, - перебила она его. - Я была у тебя дома, но не заста...

- Хаку-чан! - твёрдо сказал Узумаки. - Мне очень нужно задать тебе один важный вопрос. Немедленно.

- Я тебя слушаю, Наруто-кун.

- Ты назвала себя моим орудием. Ты считаешь меня, пусть это и глупо звучит, своим хозяином.

- Верно, Наруто-кун. И в чём заключается вопрос?

- Почему ты, за всё время подготовки к экзамену, не научила меня ни одному дзюцу? Более того, ты категорически отказывалась показывать мне любые техники. При этом заставлять меня читать учебники не стеснялась!

- И этот вопрос, Наруто-кун, у тебя возник только сейчас, за пару дней до начала экзаменов?

- Отвечай! - рыкнул Наруто.

Хаку иронично склонила голову набок, и Наруто стало стыдно.

- Прости, Хаку-чан! Мне просто очень нужно знать! Но если не хочешь, можешь не говорить!

Хаку взглянула в его предельно серьёзное лицо, и рассмеялась. Узумаки пытался удержать строгое выражение, но не выдержал и прыснул вслед за ней.

- Простите, Наруто-сама, за то, что ваше орудие позволило себе такую вольность!

- Хаку-чан! - Наруто попытался обидеться, но попытка позорно провалилась из-за распиравшего его смеха.

- Ладно-ладно, Наруто-кун, ты был такой строгий, такой серьёзный, словно настоящий Хокаге!

- Которым я стану, глазом не успеешь моргнуть! - не растерялся Наруто. В конце концов он говорил истинную правду.

- Я просто уверена в этом. Касаемо твоего вопроса, Наруто-кун... Всё очень просто! Вспомни, с кем тебе предстоит сражаться!

- С придурком Нейджи! Я докажу ему, что...

- Именно, Наруто-кун, именно! Ты докажешь ему! Ты!

Наруто задумался, и его губы растянулись в широкой улыбке. Хаку, увидав понимание на лице Наруто, продолжила.

- Когда ты выйдешь на поединок с Хьюга, против него выйдет не ученик джонина, Саннина или же оперативника Анбу. Это будет человек, чья сила - плод его и только его трудов!

Наруто не мог сдержать улыбку, представив, как удивится Хьюга, когда они сойдутся в бою. Но внезапная мысль вернула его к реальности.

- Но как же Толстобровик? Как же Хината, Сакура и Ино?

- Наруто-кун, ты просто соревновался с товарищем, каждый из вас становился сильнее. Касаемо девушек...

- Ну, Хината-чан тренировалась со мной каждый день, у Ино-чан получалось редко - ей нужно работать в магазине, а Сакура-чан... - он нахмурился. - Сакура-чан могла бы видеться с напарником и почаще!

- В любом случае, им, в основном, показывал и рассказывал ты! Наруто-кун, пойми! Всё, чего ты достиг - это твоя заслуга. Я же всего лишь помогла там, где не справился Ирука-сан, парочкой сенбонов указав тебе правильное направление.

- И раменом!

- Ну должна же я позаботиться о своём господине!

Наруто задумчиво почесал затылок. Пусть в словах Хаку был резон, но в этих рассуждениях зияла дыра размером с гигантскую жабу.

- А как же Джирайя-сенсей? Он ведь Саннин! Он научил меня...

- Он научил тебя Призыву, и пользоваться чакрой твоего рыжего товарища.

- Откуда ты... - лицо Узумаки исказил страх. Неужели теперь Хаку-чан тоже станет...

- Наруто-кун, - рассмеялась она, - не забывай, что я - единственная, кто с твоим квартирантом, можно сказать, познакомился лично. Неужели ты думаешь, что Забуза-тоо-сан не рассказывал мне о подобных тебе? Неужели полагаешь, что я не поняла, что это была за чакра? Мизукаге, из-за которого погибло множество подобных мне... У тебя девять, а у него - три.

Наруто почувствовал, как огромная тяжесть исчезла с его сердца, он широко искренне улынулся, и Хаку продолжила.

- Ты же сам говорил: "Эро-сеннин только и делает, что подглядывает за девушками!"

- Но Призыв!

- И что? Ты собрался призвать против Нейджи огромную жабу?

Наруто живо представил себе эту картину, и улыбка на его лице растянулась до ушей.

- Не-а! Босс Бунта очень строгий! Ему может не понравиться!

- Ну так в чём дело?

- Спасибо, Хаку-чан! Теперь ни в чём! Ну что, великая Хокаге Хаку-сама готова дать своим верным шиноби особые миссии?

Мешок на плече девушки внезапно задёргался. Наруто ошарашенно отскочил.

- Что это? - округлил он глаза и вытянул палец.

Хаку аккуратно опустила мешок на землю, взмахнула кунаем, и из разреза показалась голова испуганной девушки с алыми волосами.

- Ты? - замотал головой Наруто. - Но как? Ты же куса-нин! Хаку-чан, но почему?

- Наруто-кун, ты сам сказал, что она - член твоей семьи. Ты сам огорчался, что не застал её в деревне после финала второго этапа. Несмотря на то, что у нас такие близкие отношения, я остаюсь твоим орудием. Цель моей жизни - служить тебе, быть средством, исполняющим твои желания.

- Но ты мой друг, Хаку-чан!

- И я счастлива, что ты меня им считаешь.

Наруто замолчал, его глаза изумлённо метались между Хаку и красноволосой девчонкой.

- Но что мне делать, Хаку-чан?

- Не знаю, Наруто-кун. Ты - будущий Хокаге, а это - одно из тех сложных решений, которые будут сопровождать в дальнейшем всю твою жизнь.

Наруто торжественно кивнул. Он склонился ко красноволоске и протянул ей руку.

- Я Наруто Узумаки! Я - один из последних членов Узумаки Ичизоку. Напомни, как тебя зовут?

- К-карин! - испуганно пролепетала девушка. - Карин из Кусы.

- Нет, Карин-чан. Ты - Карин Узумаки. Ты - член моей семьи. Ты - один из осколков нашего погибшего клана. И твой дом - здесь.

- Знаешь, Наруто-кун, это будет сложнее, чем ты полагаешь, - задумчиво сказала Хаку.

- Ты что, просто прокралась в Кусагакуре и похитила её из деревни? - ужаснулся Наруто.

- Намеревалась. Мне не пришлось - я обнаружила её одну, идущую по дороге на север от Кусы.

- Будут проблемы.

- Будут.

- Но я с ними справлюсь.

Наруто присел на корточки и вновь протянул Карин руку.

- Скажи, Карин-чан, ты хотела бы остаться здесь, в Конохе? Хотела бы вновь обрести семью?

Девушка молча кивнула и робко коснулась протянутой ладони.

- Отлично! Карин-чан, а как ты относишься к рамену?

***

Башня Хокаге всегда была для Наруто особым местом. Здесь были сосредоточены все его надежды и чаянья, здесь работал человек, что для Узумаки всегда был образцом и примером. Здесь Наруто получал выговоры за свои проделки, и здесь его ободряли и давали надежду. Башня Хокаге была тем местом, что наполняла его душу восторгом и радостным предвкушением.

Но не на этот раз.

Наруто шёл вперёд, крепко ухватив за руку всё ещё ошарашенную Карин. Он не оборачивался, но знал, что чуть позади него неслышной тенью скользит Хаку, знал, что на её лице застыла бесстрастная маска живого оружия. Состояние мрачной решимости, овладевшее Наруто Узумаки, заставляло отбросить, как несущественное, всё, кроме цели, и идти только вперёд.

Когда Наруто подходил к Башне, путь ему преградили двое Анбу в своих форменных серых жилетах. Он вопросительно взглянул в глаза, разглядывающие его сквозь прорези белых блестящих масок.

- Проходите. Хокаге-сама ждёт.

Наруто благодарно кивнул и пошёл по такому знакомому маршруту в такой знакомый кабинет. Он открыл дверь и сделал шаг вперёд, краем сознания ощущая, что Хаку и Карин последовали за ним.

Человек, сидящий за столом с несколькими развёрнутыми свитками и большим хрустальным шаром, ничуть не напоминал того, кого Наруто знал и любил. Перед ним сидел не добрый дедушка Хирузен, не тот, кто постоянно угощал Наруто раменом и наравне с Ирукой-сенсеем отчитывал за проделки. Перед ним был ветеран-шиноби, лицо, исполненное могущества и силы, Хокаге Великой Деревни.

Наруто понимал, что ситуация, в которой он находился, мало чем походила на предыдущие. Привести с собой умелого шиноби, не имеющего связей со скрытыми деревнями, было просто. Принять в деревню высокорангового нукенина было сложнее, но, по-видимому, не настолько, чтобы это составило серьёзные проблемы. Но похищение шиноби из чужой деревни в представлении Узумаки было поступком совершенно иного уровня.

И пусть инициатором и виновником этого события была Хаку, но Наруто не собирался возлагать на неё вину по множеству причин. Дело было даже не в том, что она считала себя его орудием, а значит действовала лишь в его интересах, не в том, что, если бы Наруто заранее знал, он составил бы Хаку компанию. Узумаки просто считал, что так правильно, и поступить по-другому - предать себя и то, во что он верил.

Пауза затягивалась. Наруто насуплено смотрел на Сандайме, Карин робко спряталась за его спину, а Хаку-чан застыла сзади неподвижной ледяной скульптурой. Наконец, Хокаге вынул изо рта трубку, положил её на край стола, и произнёс только одно слово:

- Говори!

Узумаки даже не пришлось вспоминать болезненные уроки Хаку-чан, желания кричать: "Дедуля! Смотри, кого я привёл!" как-то само по себе не возникало.

- Хокаге-сама, - начал Наруто, - на втором этапе экзаменов я встретил куноичи, которая оказалась членом моего клана. Она - шиноби Кусагакуре и после провала своей команды была отправлена назад в деревню. Поэтому...

- Поэтому одна из моих Анбу, взяв три неиспользованных выходных, совершила нападение на союзную деревню и похитила их шиноби, я верно понимаю? - перебил Хокаге.

- Хаку старалась для меня! Она собиралась...

- Хокаге-сама, по нашей договоренности, вне рабочего времени я имею право действовать в интересах своего мастера, если это не противоречит моему долгу как шиноби Конохагакуре, - бесстрастным голосом сказала Хаку.

- Сомневаюсь, что развязывание конфликта с Травой пойдёт на пользу Конохе. В особенности сейчас, когда мы находимся в сложной ситуации из-за Орочимару и его тайного союзника, - отрезал Сандайме.

Как Наруто ни старался держать себя в руках, сколько бы не цеплялся за уроки вежливости, что входили в его натуру вместе с сенбонами Хаку, он не выдержал:

- Карин - Узумаки! Она - семья!

- Красных волос недостаточно, чтобы считаться членом клана, - мрачным тоном сказал Хокаге. - В её личном деле не указана клановая принадлежность.

Наруто потянул за руку тихо пискнувшую Карин, ухватил за запястье и оголил ей предплечье, демонстрируя бесчисленное множество шрамов - отпечатков зубов.

- Да? А это что?

Увидав, что Хокаге зрелище не убедило, Наруто вытянул свою руку и оттянул оранжевый рукав.

- Вот!

Хокаге вопросительно поднял брови. Наруто глянул на своё предплечье и понял, что кое-что в его плане пошло не так.

- Э-э-э, это, как бы, - Наруто задумчиво почесал затылок и глупо улыбнулся. - Когда мы с Эро-сен... Когда Джирайя-сенсей сбросил меня с... Когда я воспользовался своей красной чакрой, все шрамы пропали!

Наруто решил, что его блеянье звучит отстойно, что, возможно, он провалил свою миссию, но, к его удивлению, Хокаге утвердительно кивнул.

- Да, мне доложили о Роке Ли, Хьюга Хинате и Тентен. Также я знаю, что, благодаря тебе, Момочи Хаку смогла быстро встать в строй после тяжёлых ранений. Допустим, Карин из Кусы - Узумаки.

- Она точно Узумаки! - горячо заверил Наруто.

- В любом случае, ситуации это не меняет. Похищение чужих шиноби, с риском спровоцировать дополнительный конфликт, неприемлемо.

- Но ведь она там погибнет! Она умрёт, как умерла её мама! Они убьют её! Она погибла бы в Лесу Смерти, если бы я не... если бы мы с Саске её не спасли!

Сарутоби Хирузен отрицательно качнул головой.

- Если она вернётся в Кусу, ей долго не жить... - прошептал Наруто.

Карин тихо всхлипнула, и этот почти неслышимый звук придал ему решимости. Наруто не знал, уместен ли сейчас жест, который он не раз видел во время подготовки к третьему этапу, но всё равно встал на одно колено, упираясь рукой в пол, и склонил голову. Звуки, покидающие его рот, казались хриплым вороньим карканьем.

- Я, Узумаки Наруто, удостоверение ноль один два шесть ноль семь, прошу принять моё прошение об отставке, в связи с открывшимися семейными обстоятельствами.

В кабинете повисла гробовая тишина. Краем глаза Наруто заметил движение и, чуть повернув голову, увидел, что рядом с ним преклонила колено Хаку-чан.

- Я, Момочи Хаку, удостоверение ноль один два семь восемь пять, прошу принять моё прошение об отставке, в связи с конфликтом службы и долга.

Лицо Сандайме застыло, напоминая корень старого дерева.

- Ты уверен, Наруто? Таким образом ты отказываешься от своей мечты стать Хокаге.

- Я поклялся никогда не отступать. Я поклялся защищать тех, кто мне дорог. Я не могу, я не хочу поступать иначе - ведь таков мой путь ниндзя!

- Ты, если я правильно помню, ещё поклялся сразиться с Нейджи Хьюга и что-то там ему доказать, - Хокаге рассматривал Наруто как диковинное насекомое. - А бой будет лишь послезавтра.

- Придётся ему навалять до начала экзамена!

- И куда ты пойдёшь, Наруто? - спросил Хокаге. - Что ты будешь делать дальше?

- Я могу вернуться в Страну Волн. Может быть отправлюсь в Скрытый Водопад, только, пусть там и крутое дерево, мне не нравится их лидер. А ещё Гамакичи приглашал на Мьёбоку и говорил, что там меня научат куче крутых жабьих дзюцу.

- Ты забываешь одно, Наруто, - прищурил глаза Хокаге. - У тебя есть кое-что, что принадлежит деревне.

Несмотря на то, что перед ним стоял самый могущественный человек из тех, кого он знал, Наруто не сумел сдержать вырывающуюся ярость. Он поднял голову и дерзко взглянул в глаза Хокаге, чувствуя, как его душу охватывает неудержимый гнев.

- Кое-что? Рыжий - не какая-то там зверушка, не чья-то собственность! Он - не кунай, который можно положить в сумку до лучших времён. К тому же, все его тюремщики - Узумаки, мы были ими так долго, что он уже практически член нашего клана!

Тяжёлая жажда убийства окутала кабинет. Затаившая дыхание Карин, не в силах её вынести, рухнула на пол бесформенной кучей. Наруто, словно двигаясь сквозь густую смолу, с трудом встал и выпрямился. За его плечом молчаливым символом поддержки встала Хаку.

- Ты пойдёшь против деревни ради какой-то девчонки, которую видел всего лишь пару раз в жизни? - спросил Хокаге громовым голосом.

- Нет.

Наруто расправил плечи и твёрдо встретил глаза Хокаге.

- Я пойду ради того, во что верю. Ради того, что считаю правильным. Ради того, чтобы при взгляде в зеркало видеть там Наруто Узумаки.

- Ты ничего не сможешь сделать, ты просто бессмысленно погибнешь! Из-за тебя пострадает Момочи-сан.

- Но если я отступлю, я перестану быть собой, а это гораздо хуже гибели! Я бы попросил Хаку-чан не вмешиваться, но знаю, насколько это бессмысленно.

Давление сакки стало невыносимым. Хокаге встал из-за стола и с окаменевшим лицом вышел вперёд.

- Наруто, ты решил окончательно?

Говорить, превозмогая эту силу, было очень трудно. Подлые мыслишки насчёт того, насколько всё станет проще, если позволить Карин вернуться в свою деревню, промелькнули в его голове. Наруто до хруста сжал зубы и ответил:

- Да!

Внезапно жажда убийства пропала, словно отрезанная острым мечом. Узумаки удивлённо смотрел на лицо Хокаге, которое теперь ничуть не напоминало своё каменное изваяние. Глаза Сандайме превратились в узкие щёлочки, обрамлённые сеточкой морщин, а губы растянулись в широкой улыбке. Наруто с изумлением понял, что во взгляде дедули сквозили лишь гордость и одобрение.

- Ну и ладно! Я, Сарутоби Хирузен, Сандайме Хокаге Конохагакуре но Сато, в отставке Узумаки Наруто и Момочи Хаку оказываю! Наруто, у тебя два дня, чтобы хорошенько подготовиться к экзаменам.

- Но К-карин-чан...

- Ах да, Карин. Наруто, тебе придётся потесниться. Может даже сделать уборку - на твоём месте я бы не стал приводить девушку в этот хлев. Её проживание - твоя забота, Коноха не занимается обустройством личной жизни своих генинов.

- Э-э-эй! Хаку-чан давно заставила меня навести порядок! Подожди, дедуля, но как же Куса? Как же опасность для деревни?

- Какая опасность? Ах, ты о Карин-чан? Ну, хоть из-за дезертирства генина никто не будет подымать слишком много шума, особенно на экзаменах, где гибель шиноби - норма, но я бы порекомендовал ей оформить переезд документально. Очень хорошо, что представители её деревни до сих пор в Конохе, это поможет избежать ненужной волокиты.

- Ура! Спасибо, дедуля!

- Если это всё, генин Узумаки, то я тебя не задерживаю. У меня слишком много дел!

Наруто подхватил пребывающую на грани обморока Карин-чан, улыбнулся Хаку и направился из кабинета прочь.

Только когда за ним захлопнулась дверь, Наруто вновь стал соображать трезво. С одной стороны, ситуация разрешилась наилучшим образом, а с другой... Коварная усмешка озарила его лицо, и он сложил пальцы в Ин одного из своих двоих крутейших дзюцу.

Бесшумно возникшие рядом с ним теневые клоны переглянулись и оскалились в весьма неприятных улыбках. За спиной Наруто вновь хлопнула дверь и раздался удивлённый возглас дедули. Наруто, не мешкая, направился с Хаку и Карин к лестнице на первый этаж. За его спиной раздался громкий, лишь слегка приглушенный дверью дружный возглас:

- Нинпо: Харему но дзюцу!

Глава 15

Наруто ожидал наступления третьего этапа с горячим нетерпением, пусть у него особо и не было времени скучать. Он ждал финала не для того, чтобы получить жилет чунина, не для того, чтобы хорошенько навалять Нейджи, и даже не ради заветного купона в Ичираку. Нет, он хотел, наконец, проверить себя, увидеть, чего стоят его усилия, узнать, насколько он хорош и сколь многого достиг.

После того, как Хаку-чан обрушила смертоносное ледяное дзюцу на его разросшееся самодовольство, одной из многих вещей, которыми занялись клоны, был взгляд в себя. Наруто никогда не был склонен к рефлексиям, но после слов Хаку-чан, он доверил клонам роль стороннего наблюдателя, возможность посмотреть на себя со стороны. Пусть и подтвердилось, что в офигенности с Наруто Узумаки сравниться некому, но кое-что он всё-таки умудрился сделать неверно.

После того, как он пошагово разобрал первый этап экзаменов, долго обдумывал причины поступков устрашающего проктора, до него дошло, что чунином ему пока что стать не суждено - письменный экзамен он запорол. Для завершения нужно было всего лишь ответить на десятый вопрос и, пребывая в эйфории, Наруто не задумывался над предшествующими событиями. И лишь впоследствии, при долгом размышлении, ему стало понятно, насколько он облажался. Целью экзамена было выяснить, годится ли генин для повышения, может ли стать чунином. Командам генинов давали миссию: распознать недомолвки вражеского шиноби (а покрытый шрамами проктор был заклятым врагом всех экзаменуемых), добыть важные сведения и проявить достаточно мужества, чтобы рискнуть всем ради завершения своей задачи. И Наруто позорно провалился. Сведения, что он добыл, были фрагментарными и неполными. Ответ на десятый вопрос имел значение лишь для команды - только в этом случае они прошли бы вперёд. Ну а Лес Смерти и бои должны показать, хватит ли у генина сил, чтобы, столкнувшись с противником, не закончить бесславно свою карьеру шиноби.

Его выводы подтверждались словами дедули Хирузена, когда он сказал по завершению отборочных боёв, что чунином может стать даже тот, кто проиграл во всех боях третьего этапа, а победитель - остаться генином. Это было почти прямое утверждение, что сила шиноби особого значения не имеет. Ладно, пусть у Наруто на этот раз и не получится стать чунином, но каждая секунда подготовки к финалу стоила тех титанических усилий. Наруто подозревал, что ближе всего к рангу чунина в их команде была Сакура-чан, лишь выбывание на втором этапе закрыло ей дорогу к жилету. Узумаки всерьёз опасался, что чунином сможет стать Саске - в этом случае засранца будет распирать от самодовольства. Но если отборочные бои столкнут его с Учиха, и Наруто ему наваляет, тогда неизвестно, кто над кем будет смеяться.

В том, что Наруто побьёт Нейджи, не было ни малейших сомнений. Узумаки готовился не только к этому бою, он собирался противостоять каждому из противников финала, поэтому его клоны, рассеявшись по деревне, шпионили, изучали противников и выискивали их слабые места. Лишь один из оппонентов словно провалился под землю - этот забинтованный придурок из Ото. Но Наруто помнил, какими техниками тот пользовался, а значит представлял, как к нему подступиться. В будущую победу над Нейджи неоценимый вклад внесла Хината-чан. Пусть она категорически отказалась раскрывать клановые секреты, но согласилась проверять его идеи с помощью Бьякугана (Наруто узнал массу интересных вещей о своих же техниках!), к тому же спарринги с ней дали хорошее представление о том, с чем ему предстоит столкнуться. Хината-чан быстро уяснила, что для такой клёвой куноичи сдерживать удары, стесняться и краснеть - самая настоящая кхуиньйа, поэтому отбросила глупую застенчивость. Из боёв с ней Наруто выяснил самое главное: если он вступит с Нейджи в рукопашную схватку - неизменно проиграет. Наруто не расстраивался - чистый поединок в тай изначально не входил в его планы. У Наруто имелось множество способов победы, но ему требовалось не просто побить Нейджи, а показать, почему всё, во что он верит - полнейшая глупость, самая настоящая кхуиньйа!

Наруто с нетерпением прослушал приветственную речь дедули, успел разозлиться отсутствию Саске и удивиться, почему, если проктор до сих пор не выздоровел, его всё ещё заставляют проводить экзамены, вместо того чтобы накормить лекарствами отправить в госпиталь.

Проктор показал им распорядок боёв, в котором, к удивлению Наруто, были изменения - придурок из Ото с экзаменов всё-таки умудрился выбыть.

Наконец, проктор велел Наруто и Нейджи остаться, а остальных отправил на трибуны.

И когда Наруто остался с Неджди один на один, на его лице заиграла очень скверная улыбка.

***

Нейджи одарил Наруто взглядом, полным презрения - он явно недооценивал Узумаки. Хоть Наруто и ненавидел, когда его недооценивают, в данный момент был этому только рад. Наруто сверлил противника взглядом в ответ, ожидая, когда проктор, наконец, объявит начало боя.

- Мне показалось, или ты мне хочешь что-то сказать? - нарушил тишину Нейджи.

- Ты думаешь? - оскалился Наруто. - Всё, что хотел, я уже сказал, теперь осталось лишь тебе навалять.

- Ты так в себе уверен, неудачник? Ну что же, посмотрим, как твоя бравада будет растоптана суровой реальностью!

Проктор встал между ними, и махнул рукой.

- Первый бой: Наруто Узумаки против Нейджи Хьюга! Начали!

Нейджи не атаковал, лишь вены активированного Бьякугана и знакомая Наруто стойка Мягкого Кулака выдавали его готовность к бою.

- Ты прав, Нейджи-чан! "Навалять" - это слишком сильное слово. Более правильным было бы "наказать за то, что ты такой мудак"!

- Можешь сколько угодно мечтать об этом, неудачник! Посмотрим, где будет твоя самоуверенность, когда я укажу твоё место!

- Моё место? О, я знаю своё место! Правда, чтобы его занять, мне нужно ещё чуток потренироваться, - расхохотался Наруто. - Ладно, хватит трепаться, высокие гости скучают!

Наруто полез в подсумок и достал большой свиток. Он подкинул, разворачивая, его в воздух и закрутил вокруг себя огромной спиралью. Пока свиток вращался, Наруто сложил пальцы в нужном жесте, бумажная спираль окуталась густым облаком дыма и выплюнула из себя ливень деревянных чурбаков.

Нейджи был хорош. Он молниеносно двигался между брёвнами, отражая некоторые из них слабо светящимися ладонями, делал пируэты, кульбиты, иногда даже пробегал по летящим в воздухе деревяшкам.

Как только деревянный град иссяк, Нейджи презрительно усмехнулся.

- И это всё, что ты можешь? Решил сделать ставку на внезапную атаку? Ты забыл одно - моя напарница пользуется схожим дзюцу, поэтому меня этим...

- Да-да, ты весь такой гений, я в курсе. Вот только тебе, гению, почти что наваляла младшая сестра!

Нейджи скрипнул зубами.

- Ты оскорблял Хинату, называл её неудачницей, а когда она показала свою настоящую силу, не смог этого вынести. Почему? Зачем быть таким мудаком?

- Ты ничего не знаешь о клане Хьюга! Ничего не знаешь о судьбе, о ненависти и унижении!

- Ты говоришь о печати у себя во лбу? О том, что ты член побочной ветви?

- Что? Откуда?

- Я знаю, что ты потерял отца, когда был маленьким, знаю, что печать может причинить тебе боль или даже убить, но знаешь, что я думаю по этому поводу?

- Просвети меня, неудачник!

- Что поменялся бы с тобой в любой момент!

- Что?

- Ты, ублюдок, помнишь своего отца! У тебя есть семья, есть люди, которым ты дорог! У тебя есть замечательные сёстры, которые тебя любят и ценят. Тобой восторгаются и восхищаются, вместо того, чтобы сторониться или смотреть как на пустое место. Даже свою сраную печать ты получил в детстве, а не при рождении! И ты смеешь ныть о судьбе!

- Судьба распорядилась...

- Если ты так веришь в судьбу, то помни о своём месте! Помни о том, что, сколько бы ты ни старался, ты всегда будешь членом побочной ветви, а Хината - станет главой твоего клана, тем, кому ты всегда будешь подчиняться!

Наруто едва заметил движение Нейджи, его выброшенная вперёд ладонь ударила ему в грудь, заставляя кашлянуть брызгами крови.

- Хината слаба. Ей не быть главой клана! - сказал Нейджи, глядя на коленопреклонённого Наруто.

- Это тебе так кажется! - рассмеялся Узумаки. - Знаешь, почему её судьба - быть главой, а твоя - подчиняться?

Нейджи резко обернулся в сторону раздавшегося голоса, а Наруто, лежащий перед ним, окутался облаком дыма и превратился в бревно.

- Потому что она тренируется! Потому что она не сдаётся! Потому что она сама создаёт свою судьбу!

Нейджи вновь бросился на Наруто, но его удар пришёлся в новое бревно. Дерево брызнуло щепками и отлетело прочь. Нейджи метнулся туда, где возник Наруто, но тот вновь успел замениться.

- Нравится, придурок? Это одна из самых простых техник, которые мы изучали в Академии. И если приложить достаточно усилий, если сосредоточиться на тренировках, если вложить бездну тяжёлой работы, то даже самое слабое дзюцу сможет принести победу.

Нейджи метался вслед за тут и там появляющимся Наруто, но его руки встречали только жёсткую поверхность дерева.

- Ты очень сильный, Нейджи. Ты весь такой сраный гений, у тебя множество талантов. Но именно поэтому ты слаб. Твой напарник, который в классе был отстающим, непреклонно тебя догоняет. Он на равных сразился с Гаарой, как думаешь, удалось бы это тебе?

Нейджи не отвечал, продолжая колотить брёвна, возникающие на месте исчезающего Наруто.

- Как думаешь, что будет ещё через год? Как думаешь, сколько секунд понадобится Толстобровику, чтобы хорошенько тебе ввалить? Может для того, чтобы вы сражались на равных, ему, помимо грузов на ногах, придётся связать себе руки?

Нейджи остановился и зло улыбнулся. Вместо того, чтобы атаковать Наруто, он припал на колено и ударил в ближайшее бревно, которое разлетелось мелкими щепками. Затем он медленно пошёл, методично уничтожая чурбаны, чтобы лишить Наруто возможности заменяться.

- Знаешь, Нейджи-чан, а ведь со стороны ты кажешься обычным трусливым ничтожеством, невзирая ни на какие силы и таланты, которые тебе даны от рождения. Ты боишься встать против Главной Ветви, зато, получив возможность остаться безнаказанным, решил оторваться на своей младшей сестрёнке. Той, что не сделала тебе ничего плохого.

- Заткнись! - не выдержал Нейджи. - Ты ничего не знаешь!

- Я знаю достаточно! - фыркнул Наруто, наблюдая как Нейджи продолжает уничтожать брёвна.

Хьюга поднял лицо и внезапно его исказила гримаса злого торжества.

- Да? А знаешь ли, что ты в пределах моего дзюцу? Хакке Рокуджуйон Шо!

Движения его размылись и, прежде чем Наруто смог что-то предпринять, Нейджи оказался рядом с ним. Пальцы Хьюга быстрее молнии ударяли в тело Узумаки.

- Шестнадцать ладоней! Тридцать две ладони! Шестьдесят четыре ладони!

Наруто, почувствовав невыносимую боль, рухнул, сгорбившись, на колени.

- Ты так много говорил, так много воображал, но результат останется тем же. Сколько ни старайся, сколько ни тренируйся, от судьбы не уйдёшь! Неудачник всегда останется неудачником!

Наруто поднял взгляд и с ненавистью взглянул на противника.

- Как видишь, судьба показала твоё место. Теперь ты понял, где оно?

- Да, я всё осознал, - мрачно сказал Наруто. - Судьба распорядилась, чтобы этим местом было...

Нейджи вопросительно и даже с некоторым одобрением взглянул на Наруто, как бы предлагая продолжать.

- ... кресло Хокаге Конохагакуре но Сато! - с этими словами Наруто развеялся облаком дыма.

- Что? - Нейджи резко обернулся.

Несколько брёвен, разбросанных по арене, окутались дымом и превратились в копии Наруто.

- Но как? - изумился он.

- Ах да, твой Бьякуган видит чакру? - ухмыльнулся один из Наруто. - Наверное, ты удивился, почему всё брёвна светятся настолько ярко? Я знал, ублюдок, что мне придётся сразиться с Хьюга, поэтому хорошо подготовился.

Как бы Наруто ни хотел рассказать, насколько Хината-чан клёвая, и как помогла в тренировках, разглядывая его техники Бьякуганом и рассказывая о результатах, он подумал, что делать это перед мстительным мудаком Нейджи - не самый разумный поступок.

- Я воспользовался свитком, одновременно заменился на одно из брёвен и создал несколько Каге Буншин, которые тоже превратились в брёвна. В каждое бревно я влил разное количество чакры, чтобы различия в свечении тебя не насторожили, - об участии напарницы Нейджи в создании свитка запечатывания Наруто тоже решил не слишком распространяться. - Ну и что, помог тебе твой Бьякуган?

Нейджи переводил взгляд с одного Наруто на другого.

- Ты неплохо подготовился, неудачник. Но не учёл только одного! Тебе не скрыться среди клонов от этих глаз!

Несмотря на то, что взгляд Нейджи был зафиксирован на одном Наруто, он метнулся в сторону к совершенно другому и ударил того ладонью в грудь. Наруто посмотрел на него невидящими глазами, словно не в силах осознать своё поражение. Ноги его подкосились и единственное, что не позволило упасть - это до сих пор вытянутая рука Нейджи, в которую он вцепился изо всех оставшихся сил.

- Получается, всё решила судьба? - из последних сил прохрипел Наруто.

- Вот видишь, ты начинаешь понимать.

Лицо Наруто озарила мягкая улыбка.

- Ты знаешь, судьба распорядилась, чтобы у меня в Академии никогда не получалось Буншин но Дзюцу? А теперь клоны - одна из моих главных техник! Я выучил Каге Буншин, наконец-то освоил обычный школьный Буншин, - тело Наруто засветилось изнутри синим, - и даже узнал Райтон Каге Буншин!

Силуэт Наруто исказился, превратился в изломы молний, которые перекинулись на тело Нейджи и окутали того ослепительным сиянием.

Один из Наруто, с любопытством наблюдавший за этим зрелищем, подошёл к застывшему Хьюга и легко толкнул его рукой. Когда тот свалился на землю, Наруто присел рядом на корточки.

- Мы не можем выбирать, кем родиться - вот в этом и заключается сила судьбы. Иногда ещё она подкидывает нам испытания. Но то, кем мы станем, зависит только от наших решений и поступков, от того, следуем ли мы своей цели, либо же просто сдаёмся. Мне казалось, что тебе, напарнику Рока Ли, это должно быть очевидно.

Нейджи молчал, всё ещё пребывая в состоянии паралича. Наруто задумчиво почесал затылок: похоже, для того, чтобы выделить Райтон Каге Буншин среди остальных клонов, он создал слишком много чакры, а значит Хьюга отойдёт не раньше, чем через пару минут.

Он встал и вопросительно взглянул на больного проктора. Тот кивнул.

- Победитель - Наруто Узумаки!

***

Наруто и не подозревал, насколько он тщеславен. Возвращаясь под звуки ликующей толпы, он принимал искренние поздравления от Хинаты, Сакуры и Ино, чуть не потерял руку из-за сокрушительного рукопожатия Ли, обменялся улыбками заговорщика с Тентен и высоко задрал нос перед Кибой. Чоуджи, как обычно, поделился чипсами, вялый Шика поздравил без особого энтузиазма, а второй напарник Хинаты-чан (его звали Шиномару или как-то похоже) просто одобрительно кивнул.

Наибольшие сожаления в этот момент триумфа доставлял тот факт, что придурок Саске до сих пор не появился, а значит и не видел его блистательную победу. Не было и Какаши-сенсея - правда в его случае опоздание было нормой. Узумаки знал, чем они заняты, Наруто лишь надеялся, что Саске не приобрёл привычек учителя. Если с чтением книг Эро-сеннина Узмаки мог бы смириться, то постоянные опоздания были бы совершенно не к месту.

Бои, тем временем, продолжались. Проктор вызвал следующих участников - Гаару и Темари из Суны. Не успели отзвучать имена, как девушка решительно объявила о своей сдаче. Несмотря на то, что подобное в понимании Наруто занимало чёткое место в разряде "кхуинйа", в данном случае было воспринято как благоразумие. Гаара был откровенным психом и кому, как не родной сестре, знать свои шансы даже не на победу, а просто на выживание.

Наруто боялся, что Саске дисквалифицируют за неявку. Непроницаемое лицо Шиномару, чёрные очки и поднятый воротник не позволяли понять, что он думает о столь лёгком прохождении в следующий круг, но, ко всеобщему искреннему удивлению, бой всего лишь отложили - оказывается, слишком много народу пришло посмотреть, как сражается Последний Учиха. Почему-то сражение Предпоследнего Узумаки ажиотажа не вызывало до тех пор, пока Наруто не показал себя во всём великолепии будущего Хокаге.

Тем временем проктор вызвал на бой толстяка из Суны и Шикамару. Ленивый Нара даже не удосужился отказаться от боя, видимо, решив дождаться дисквалификации за неявку. Ну, свершиться подобной глупости Наруто не дал. Шепнув пару слов Толстобровику, он подхватил Шику с одной стороны, а Ли взялся с другой. С радостным криком "Во имя Юности!" они швырнули Шику на арену, где ему волей-неволей пришлось сражаться.

Бой был очень долгим и навевающим зевоту. Противник опасался теней Шикамару, а тот не спешил нападать. Они бродили по арене, прятались за деревьями, Шика пользовался тенями от брёвен, оставшихся от Наруто, Канкуро держал дистанцию и посылал вперёд свою куклу (после отборочного тура дзюцу генина из Суны ни для кого не стало бы сюрпризом). Наруто злился - вместо нормального боя они устроили какую-то партию в шоги. Впрочем, окружающие не разделяли негодование Узумаки, наоборот, восхищались стратегией Шикамару.

Пока генины уныло топтались по арене, Наруто пытался трезво оценить свои достижения за этот месяц, понять, впечатлят ли они самого строгого экзаменатора, что он когда-либо встречал в жизни, достаточно ли их будет, чтобы получить вожделенный приз - волшебный месяц бесконечного рамена. С одной стороны, он достиг многого. Его клоны рыскали по всей Конохе, пока не получили чёткие указания по тренировкам Сейшитсухенка. Как открыть Дотон он узнал от очередного испуганного Аме-нина (обросив идею спросить об этом Какаши-сенсея), Суйтоном владела Хисаме-чан, которой не составило труда поделиться знаниями. О Катоне рассказал Ирука-сенсей. Труднее всего пришлось с Футоном - этот элемент был чрезвычайно редким в Конохе, а спрашивать суна-нинов было бы опрометчиво. Наруто уже собрался идти к дедуле (который, как известно, владел всеми элементами), но здорово выручила Ино-чан, подсказав, что её учитель владеет Ветром. Асума-сенсей не только не отказал в помощи, не просто дал несколько очень ценных советов, но и показал всю крутизну этой стихии - его наполненный Ветром нож насквозь пробил огромный валун. Легче всего было узнать, как пользоваться Райтоном. Замаскированный клон, испытывая злорадство, наблюдал за тренировкой Саске и слушал наставления учителя. Наруто испытал ни с чем не сравнимое извращённое удовольствие - Какаши-сенсей, наконец, его чему-то учил, пусть и сам не подозревал об этом. Триумф омрачали песчаные глаза, время от времени возникающие из ниоткуда - не только он додумался следить за возможными оппонентами.

Многие сотни клонов ежедневно отправлялись на тайные тренировки, множество из них рыскали по всей Конохе в поисках свитков с дзюцу и шиноби, добровольно или после угроз согласных поделиться техниками. Каждый вечер перед сном, когда клоны развеивались, Наруто полумёртвым падал от накатывающей усталости (побочный эффект Теневого Клонирования не шёл ни в какое сравнение с чем он столкнулся в Стране Волн).

И вот теперь, стоя на трибунах, наблюдая за боем друга, Наруто тешил себя надеждой, что для Хаку-чан сделанного будет достаточно.

Бой закончился тогда, когда Наруто от скуки уже начал клевать носом. Прошло море времени - Шика дождался, когда тени от садящегося солнца заметно удлинятся, воспользовался оплошностью противника, перехватив марионетку, а затем и его самого. И когда Наруто уже, наконец, приготовился вопить, поздравляя друга с победой, тот бесстыдно признал поражение, сославшись на нехватку чакры.

Наруто, с одной стороны, возмущался, полностью разделяя негодование Ино-чан, а с другой как и Ино не был ни капли удивлён - победа означала участие в боях второго круга, что для Шикамару было "проблемно".

Проктор объявил следующий бой. Оказывается, напарника Хинаты-чан звали Шино, и он был из клана Абураме. Наруто зажмурился - не помнить имени одноклассника было полнейшей глупостью, недостойной Хокаге. Когда проктор уже готовился объявить о дисквалификации Саске, тот, наконец-то, появился в вихре Шуншина прямо на арене. Наруто злорадно ухмыльнулся - сам он владел этим дзюцу, а вот Саске понадобился Какаши-сенсей.

Бой Шино и Саске был коротким и зрелищным. Абураме не повезло - Саске владел Катоном, его дзюцу прекрасно подходили против насекомых, и у него был Шаринган, позволяющий засечь передвижения кикайчу. Шино трезво оценил шансы и, после гибели части колонии, объявил о своей сдаче.

Наруто был готов к вызову на следующий бой, но, к его изумлению, на битву вышли Саске и Гаара. Это было как-то слишком странно - Саске только-только закончил поединок, потратив чакру, да и турнирная таблица предполагала некоторую очерёдность.

- Саске! Не смей ему проиграть! - завопил он товарищу с трибун. - Иначе мне не получится надрать тебе задницу!

Наруто наблюдал за боем Саске с огромным удовольствием. Тайдзюцу, что использовал напарник, было невероятно похоже на Сильный Кулак, и это искренне возмутило Толстобровика, но Наруто успокоил друга - если кому и не хватало Пламени Весны, так это вечно кислому Учиха. Гаара использовал свои странные песчаные дзюцу, заменял себя на клонов, закрывался несокрушимой бронёй из песка. Несмотря на то, что Саске безоговорочно доминировал в бою, Гаара просто был неуязвим - тайдзюцу было против него бесполезно, кунаи и сюрикены просто бессильно опадали на землю, применять катондзюцу не было особого смысла - Земля сильнее Огня, а техник, достаточно сильных, чтобы пробить этот песок, у Саске не имелось. Успехи Гаары ограничивались лишь несильными ранами от песчаных шипов - Саске раньше доставалось и сильнее. Наруто замер в ожидании - если Саске не применит какой-нибудь козырь, ему придётся несладко: окружённый песчаным шаром Гаара явно готовил какую-то пакость. Саске, словно услышав мысли напарника, отпрыгнул прочь от песчаного шара. Легко взбежав на стену арены, он вытянул вперёд руку, которую начало окутывать ослепительное голубое сияние. Наруто улыбнулся, но улыбка его тут же увяла - за боем наверняка наблюдает Хаку-чан, которая может расстроиться из-за такого напоминания о смерти самого дорогого человека в её жизни.

Тем временем дзюцу Саске сформировало большой бело-синий шар, потрескивающий змеящимися разрядами молний. Миг, и Учиха, оттолкнувшись от стены арены, с головокружительной скоростью преодолел расстояние до песчаной сферы и по локоть погрузил руки в эту непробиваемую защиту.

Наруто не удержался, окинул наставника возмущённым взглядом. То, что настолько крутое дзюцу досталось напарнику, Наруто жутко бесило.

- Какаши-сенсей! Это нечестно! Мы с Саске - команда, а вы... А вы... - Наруто задыхался от негодования.

- Наруто-кун, - учитель прищурил свой единственный открытый глаз. - Только не говори, что для тебя это стало сюрпризом. Во время тренировок Саске-куна я видел твою чакру!

- Это не считается! - фыркнул Наруто и отвернулся, насупившись от обиды.

- К тому же подобное дзюцу для тебя слишком...

Наруто фыркнул, вытянув вперёд руку, и сосредоточился. На его ладони стало собираться бело-голубое сияние и, с шумом галдящих птиц, стало формироваться в окутывающий руку шар.

- Слишком крутое? Слишком сильное? Я слишком глуп, чтобы освоить эту технику? Слишком безрассуден, чтобы использовать её самому и погибнуть, вместо того, чтобы послать в бой пару десятков клонов?

Окинув взглядом изумлённые лица окружающих его товарищей, Наруто вновь повернулся к учителю.

- Знаете, Какаши-сенсей, иногда мне хочется, чтобы вы мне доверяли настолько же, насколько поверил в меня отец.

- Наруто... - в голосе учителя послышалась боль.

Узумаки отвернулся, вновь сосредоточившись на бое. Но, к сожалению, момент был утерян. Бой завершился. Саске стоял на подгибающихся ногах, а Гаара согнулся, удерживая окровавленное плечо. Наруто ждал, что проктор объявит напарника победителем, но этого не произошло. Арену внезапным снегопадом окутало облако ослепительно-белых перьев.

Глава 16

Серо-стальное небо было затянуто тяжёлыми тучами. Холодный косой дождь лил нескончаемым потоком. Наруто всегда ненавидел такую погоду, но именно сейчас она поразительно соответствовала его настроению. К тому же стекающая по щекам влага позволяла скрыть слёзы, пусть сейчас Наруто их ни капли не стеснялся. Рядом с ним стройными рядами стояли одноклассники, наставники и боевые товарищи. Стоял, опустив голову, Ирука-сенсей, удерживая за плечо в открытую плачущего Конохамару.

Наруто никогда не видел столько народу на крыше Башни Хокаге, и был бы счастлив вообще не видеть. Только не так. Только не по такому поводу.

С фотографии на церемониальном помосте на него пронзительно смотрели суровые глаза человека, что был дорог ему больше всего на свете. Того, кем он всегда восхищался, на кого мечтал походить. Пусть он пал, защищая деревню, погиб, до конца исполнив свой долг, но это не слишком утешало.

В голове Наруто бесконечным циклом крутились одни и те же вопросы: "Мог ли он что-то изменить?", "Сумел бы помочь, будь немножко быстрее?", "Есть ли в происшедшем капля его вины?". Несмотря на то, что ответ был отрицательный, память Наруто вновь и вновь возвращалась к событиям, произошедшим два дня назад. За два дня до того, как Коноха хоронила Сарутоби Хирузена, своего Третьего Хокаге.

***

Наруто никогда не был силён в гендзюцу. Пусть с тех пор, как коварная Хаку-сенсей поставила его сражаться с самым подлым и изобретательным противником, он узнал очень многое об иллюзорных техниках, всё что было доступно с его контролем - лишь грубые и легко обнаруживаемые воздействия. Впрочем, применённые вовремя, они могли сбить с толку, кратковременно дезориентировать, а людей послабее - заставить потерять сознание. Если искусство Куренай-сенсей можно было сравнить с бьющими без промаха иглами Хаку-чан, тогда Наруто был увальнем, махающим огромной дубиной размером с меч её приёмного отца. Гендзюцу Наруто было настолько позорным, что ни о какой скрытности речи быть не могло - наоборот, факт применения был заметен любому по вспышке видимой чакры.

Мириться с подобным безобразием Узумаки не был намерен, улучшение контроля до уровня, если не сопоставимого с Сакурой-чан, то как минимум превосходящего Саске, прочно стояло в его планах. Но и такому ущербному инструменту нашлось применение в бесконечных войнах клонов. В бою с абсолютно равным тебе противником самое незначительное преимущество обозначает выигранную или проигранную схватку. И пусть его бака-гендзюцу обнаружил бы и сбросил, не напрягаясь, даже Конохамару, Наруто пришлось долго трудиться, чтобы научиться ему противостоять, не складывая печатей и не отвлекаясь от схватки.

Яркие перья, заполнившие арену, были тут же распознаны как гендзюцу, пусть и многократно более умелое и несоизмеримо более коварное, чем всё, на что был способен он сам. Наруто, даже не задумываясь, рефлекторно прогнал по каналам аритмичные импульсы чакры, с изумлением наблюдая как почти все на трибунах падают и засыпают беспробудным сном. Вторжение в Коноху началось.

***

Вопроса "что делать?" перед Наруто так и не возникло. У него не было времени рассуждать и предаваться сомнениям. Это была его родная деревня, место, в котором жили друзья и люди, что были ему дороже самой жизни. Поэтому первое, что он сделал - сложил пальцы крестом и вызвал полчище теневых клонов. Клоны привычно рассчитались и отрядами по четыре отправились выполнять свою миссию высочайшего ранга. Часть разбежалась по трибунам - отражать нападение ото-нинов, часть побежала в Академию, часть рассеялась по улицам Конохи - встречать неприятеля. В былое время подобное было бы лишь глупой растратой чакры, но с тех пор, как за дело взялась Хаку-чан, каждый клон стал представлять собой силу, с которой следует считаться.

Раньше у Наруто не было ни одной боевой техники, но это осталось далеко в прошлом. Несмотря на то, что дзюцу, похищенное у Какаши-сенсея (ирония: скопировать личную технику Копирующего Ниндзя!), было опасно и для самого шиноби, несмотря на то, что без Шарингана он, дезориентированный, стал бы лёгкой добычей врагов, в исполнении клонов Чидори вышло очень эффективным. Клон даже не всегда погибал - рядом были напарники, готовые защитить, поставив земляную стену, либо сковав врага водным хлыстом, либо же вовремя выполнив дзюцу замены.

Противник, против которого была необходима техника убийства А-ранга, встречался редко, но всё же иногда это случалось. Несмотря на то, что Наруто считал себя абсолютно офигенным, готовым стать чунином хоть прямо сейчас, но с ветераном-шиноби сравниться всё же не мог. Даже потрясающая скорость, даруемая райтондзюцу, в стычке с вражеским джонином всего лишь уравнивала шансы. Ведь даже самый сильный удар становится бесполезен, если не попадет в цель.

Враг любезно предоставил цели, по которым было сложно промахнуться. Огромная многоголовая змея, крушащая стены Конохи, была, казалось, создана для момента триумфа Наруто. Сразу две четвёрки, присоединившиеся к защитникам стены (среди которых Наруто с изумлением заметил страшного проктора первого этапа), построившись косым клином, активировали технику и выстрелили собой в туловище змея. Восемь шаров укрощённой молнии легко рассекли непробиваемую змеиную шкуру. Перепачканные кровью и внутренностями клоны, понимая, что их существование подходит к концу (расход чакры на это дзюцу был сопоставим с его разрушительностью, да и к тому же шиноби врага вряд ли останутся безучастны) выхватили кунаи и, наполнив их чакрой Ветра, завершили начатое.

Сам Наруто, в сопровождении Сакуры-чан, нескольких клонов, смешной собаки, загадочного Шино и недовольного Шикамару, бежал за Саске, который, в свою очередь, преследовал Гаару и его семейку. Вездесущие клоны Наруто взяли на себя шиноби Звука, постоянно выскакивающих навстречу, сразились с Канкуро, оставшимся прикрывать брата и сестру, пока, наконец, коноха-нины не достигли места сражения Саске и Гаары.

И, несмотря на то, что Учиха отлично справился на арене, сейчас дела у него шли неважно. Лицо напарника покрывал узор непонятных чёрных пятен, руки змеились молниями, но он безнадёжно проигрывал - вместо Гаары перед ним предстал гротескный монстр с деформированные конечностями, песчаным телом и чёрными склерами глаз. Когда Саске, потратив всю чакру, свалился без сил, Наруто, наконец, получил свой миг триумфа. Под изумлённым взглядом напарника, над которым уже хлопотала Сакура-чан, клоны Наруто показали всю силу будущего Хокаге.

Весь бой Наруто задавался вопросом: что бы он делал, не будь у него Чидори? И чёткого ответа у него не было. Гигантский песчаный монстр, возникший на месте искажённого странной трансформацией Гаары, был неуязвим для обычных техник. Огромные воздушные ядра крушили в окружающем лесу целые просеки. Повреждения, возникающие в разрушенных дзюцу конечностях, затягивались прямо на глазах, но всё же приносили результат - замедляли и лишали равновесия. Сокрушенные песком клоны гибли в беспрецедентных количествах - командами, а иногда и даже целыми десятками, не для того, чтобы остановить, а лишь бы ненадолго задержать. И единственный выход, что видел Наруто - убить беспамятного Гаару, торчащего изо лба песчаного исполина, его абсолютно не устраивал. Дело было не в убийстве как таковом - в этот день Узумаки потерял свою невинность, он видел много смертей и множество врагов погибло от его руки. Не в отчаянной просьбе Темари - девушке, перед которой у него были обязательства, пусть он смутно представлял в чём они заключались. Не в цвете волос противника - если в жилах суна-нина и текла кровь почти погибшего клана, в данный момент это не имело значения. Виноваты были глаза Гаары.

В этом человеке, потерявшем всё человеческое, как в кривом зеркале Наруто увидел себя. В его глазах сквозили одиночество, затаённая боль и бесконечная тоска. Эти глаза были у Хаку в момент гибели Забузы. Именно их он видел на лице Карин, пока она окончательно не поверила в то, что Куса осталась в прошлом. Убить его было несложно - невероятная скорость Шуншина и бессознательное состояние противника вполне давали возможность руке, окутанной ослепительной молнией, оборвать жизнь человека, ставшего неуязвимым монстром в песчаной броне. И медлить было нельзя - одно из воздушных ядер, так щедро разбрасываемых песчаным гигантом, вместо того, чтобы зрелищно, но безвредно оставить ещё одну просеку в лесу, могло упасть рядом с командой, либо же забрать множество невинных жизней, улетев куда-нибудь в Коноху. И Наруто решился. Созданные им клоны, быстро расхватав протянутые бумажные бирки, перенеслись на голову чудовища. Окутанные райтондзюцу руки безжалостно пронзили лоб, который вовсе не напоминал человеческий. Послышалось шипение подожжённых кибакафуд и оглушительный взрыв раскидал песок густым душным облаком.

Раздался отчаянный крик Темари, а затем, среди непроницаемой песчаной завесы зазмеился сверкающий разряд молнии. Наруто не знал, что именно подействовало, но кожа исполина пошла волнами, начала покрываться трещинами, а затем осыпалась бесконечным облаком песка. Темари, вновь вскрикнув, рухнула на колени. Она так и простояла до тех пор, пока радостно скалящиеся клоны не уложили рядом с ней Канкуро, закутанного в веревки, как гусеница в кокон, а рядом с ним - целого и невредимого Гаару, который, после разрушения поблизости нескольких Райтон Буншин, мог лишь бешено вращать глазами.

- Я расскажу тебе, почему ты проиграл, Гаара, - мягко сказал Наруто, присев рядом на корточки. - И раскрою тебе секрет настоящей силы.

***

Наруто был всюду. Он помогал Ируке-сенсею провожать в убежище сопляков, среди которых был Конохамару. Он был рядом с одноклассниками. Видел размытую молнию Эро-сеннина, чьё лицо было безобразно изуродовано и покрыто бородавками, а из плеч торчали две пожилые жабы. По огромному мечу опознав Хаку-чан, он не покидал её, защищая спину и давая возможность её сенбонам одного за другим поражать врагов. Помогал ей связывать и тащить в застенки Пыточного отдела ту самую длинноволосую девчонку, что он встретил в Лесу Смерти. Защищал госпиталь вместе с Хисаме-чан и несколькими незнакомыми шиноби. Шёл в бой с Чоуджи, Ино-чан и Асумой-сенсеем. Помогал Хинате-чан отбиться от непонятно откуда взявшихся шиноби Кумо (нос одного из которых настолько напоминал предмет мужской анатомии, что трудно было сдержать смех, даже несмотря на всю серьёзность ситуации). Затем, к своему искреннему изумлению, прикрывал спину засранцу Нейджи, который вместе с Тентен-чан пришёл на помощь сестре. Увидел в Какаши-сенсее не привычного ленивого опаздывающего извращенца, а настоящего могущественного шиноби, заслужившего страх множества врагов деревни. Наруто был везде. Он был всемогущ.

Воспоминания гибнущих клонов превращали этот день нечто сумбурное и плохо запоминающееся - даже под угрозой лишения всего рамена мира он бы не смог полностью восстановить цепь событий. Наруто знал, что смог, думал, что добился, считал, что спас. Он ошибался.

Куб прозрачного фиолетового огня, выросший на крыше одной из трибун, запер в себе Хокаге вместе с единственным противником. Узумаки знал, что дедуля силён - он был чем-то надёжным и незыблемым, непоколебимым символом и опорой. Слишком поздно Наруто понял, что Сарутоби Хирузен может быть смертным. Змеиный ублюдок, что скрывался под личиной Казекаге, совершил какое-то странное дзюцу призыва, и рядом с ним встали те, кто отдал жизнь, защищая Коноху до последнего вздоха. Вокруг фиолетового барьера стояли множество Анбу, бессильные хоть что-то предпринять. К ним присоединилась Хаку с несколькими клонами. Не в силах безучастно наблюдать, клоны, с руками, окутанными смертоносным дзюцу Молнии один за другим вонзались в барьер и сгорали. Целыми группами они обрушивались на фиолетовую стену, стремясь пробить, создать хоть маленькое окошко, прийти на помощь. Но даже десяток одновременных ударов Чидори заставлял стену лишь идти волнами, а ублюдков, удерживающих углы барьера, до боли закусывать губы. Чакра, высвобождающаяся с гибелью клонов, разносила воспоминания, и с каждым мигом всё больше клонов прибегало и присоединялось к этим безуспешным попыткам.

Наруто перепробовал всё - но даже самые смертоносные атаки не могли пробить это кеккайдзюцу. Узумаки почти уничтожил здание, в надежде обрушить барьер вниз, но даже после того, как утихло горнило пожара, устроенного смесью Ветра и Пламени, куб остался висеть в воздухе, попирая все представления о здравом смысле. Наруто с болью наблюдал, как в поросшем густым лесом замкнутом пространстве гибнет человек, который был ему роднёй во всём, кроме крови. Гибнет как шиноби, своей последней техникой забирая жизнь противника с собой. Призванный им исполин, один взгляд на которого навевал безотчётный ужас, затянул в себя мёртвых и живых. Но даже так Орочимару сумел выкрутиться, напоследок лишившись рук, призрачные копии которых отсёк танто гиганта.

Повинуясь приказу, четверо ублюдков, державших барьер, отпустили дзюцу. Огромная тяжесть рухнула вниз, вздымая облака пыли и обломков. Клоны Наруто в сопровождении Анбу бросились в погоню, Молнией и Ветром разрезая паутину, что оставлял за собой шестирукий ото-нин. И когда уже казалось, что обессиленный противник не сможет уйти, на их пути встал ещё один неизвестный враг. Белые костяные шипы были последним, что увидели клоны, слишком уж потратившие чакру.

***

Наруто медленно шёл по улицам Конохи, следуя за Анбу в белом плаще. Позади него шла Хаку-чан в сопровождении настороженной пленницы. Коноха серьёзно пострадала - в стенах домов то и дело зияли бреши, земля была усеяна кратерами и бороздами. Время от времени попадались лужи подсохшей крови и встречались деловитые команды ирьёнинов, уносящие раненых, а также мрачные пары генинов или чунинов, несущих накрытые простынями носилки.

Наруто шёл, погружённый в себя, пытаясь понять, что за новое чувство зреет в глубине души, но никак не мог найти ответа. Было бы неверным сказать, что его не трогала картина разрушения, не снедали скорбь от гибели множества братьев по оружию и горечь потери одного из тех, кого он любил, но это смутное ощущение было чем-то иным. Чем-то светлым, чистым и радостным, схожим с ослепительным лучом солнца, пробившимся сквозь тяжёлые грозовые облака. И когда они уже дошли до развалин арены, когда очередной патруль прошёл по своим делам, Наруто озарило: взгляды людей изменились.

Узумаки многое повидал в жизни. Он видел разные взгляды и выражения лиц. И если речь шла не о друзьях или других людях, которых он ценил больше жизни, привычными эмоциями на лицах встречных были злоба, ненависть или же просто равнодушие. Он привык к тому, что был для встречных либо пустым местом, либо проказливым маленьким засранцем (и это было несоизмеримо лучше тотального пренебрежения!), либо же чудовищем в человеческом обличье. Минул не столь большой срок, как Наруто узнал причину такого отношения, и ещё меньший - с тех пор как за пределами Конохи он встретил людей, не знающих о его мрачном наследии. Но теперь в этом тёмном душном облаке, в этой затхлой атмосфере, что давила на него в родной деревне, подул свежий ветер. Нет, встречные не стали кидаться к ему в объятия, выражения многих лиц не изменились. Но теперь среди незнакомых, полузнакомых и печально знакомых людей при встрече с ним то и дело мелькали улыбки. Некоторые сдержанно кивали, некоторые провожали его взглядом, некоторые приветливо здоровались. Все эти чунины, генины, джонины и даже просто гражданские, распознали в нём не монстра, не джинчурики Девятихвостого, не контейнер, готовый рвануть в любой момент, нет, они заметили в нём Наруто Узумаки, шиноби Конохагакуре но Сато, того, кто сражался с ними спиной к спине, спасал жизни, берёг и защищал.

Они его признавали.

Как только Наруто осознал, словил это освежающее ощущение, он, наконец, на ничтожную долю процента понял, что именно значит быть Хокаге. И желание достигнуть своей цели, воплотить в реальность мечту, окрепло как никогда ранее.

Арена представляла собой печальное зрелище. Пробитая во многих местах ограда и глубокие кратеры в земле, изломанные трибуны и осыпавшиеся стены. В том месте, где когда-то находилась ложа высоких гостей, где сами камни расплавились и потекли от ужасающей температуры, странной и неуместной аномалией сохранился квадратный фрагмент крыши с абсолютно чистой черепицей, проросшей густым переплетением изумительно зелёных древесных зарослей.

Анбу в белом плаще, который велел звать его просто Зо, остановился и, окинув их безэмоциональным взглядом из прорезей маски, указал вперёд. Наруто и Хаку кивнули и, подхватив пленницу под руки, несколькими прыжками вознеслись на покосившийся фрагмент уцелевшей крыши.

Место последней битвы Сандайме осталось почти что нетронутым - забрали лишь тело Хокаге, чтобы подготовить его к погребению. Знаком приказав пленнице следовать за ним, Наруто кивнул Хаку, и та немного отстала, оставив его наедине с вражеской куноичи. Наруто не опасался - во-первых, у ото-нина была заблокирована чакра, во-вторых, сам он был несоизмеримо сильнее, ну и в-третьих, и в самых главных, он был теневым клоном - ведь для Босса в разрушенной Конохе нашлось слишком много дел.

Узумаки подвёл куноичи к небольшой прогалине в переплетении ветвей и стволов, к месту, где среди почти развеянного ветром пепла лежали два тела с масками абсолютного ужаса, застывшего на мёртвых лицах. Раздался тихий возглас, и Наруто повернулся к девушке, которая, видимо, узнала в одном из трупов напарника и члена команды.

- Заку, Досу... - прошептала она, к удивлению Наруто, который никогда не видел её второго товарища без скрывающих лицо бинтов.

- Ты была такой надменной, чувствовала себя сильнее, выше нас, шиноби Конохи, - мрачно сказал Наруто, - так рьяно следовала за Орочимару. Но сила Конохи - не только в подготовке и количестве дзюцу. Мы сильны тем, что рядом с нами - боевые товарищи, те, кого мы любим и ценим, ради кого готовы отдать жизни. Воля Огня - вы, наверное, долго смеялись над этим глупым ниндо жалких мягкотелых слабаков?

Куноичи молчала.

- Сарутоби Хирузен, Хокаге Конохагакуре но Сато, отдал жизнь за нас, за тех, кто ему верил и всегда шёл за ним. Он бы никогда не пожертвовал ни одним из своих подчинённых, как это сделал Орочимару. И каждый из нас добровольно стоял бы до последнего вздоха ради тех, кто рассчитывает на нашу защиту. Именно поэтому ваше вторжение было обречено с самого начала.

Пленница не проронила ни слова.

- Ладно, пойдём. Я показал тебе всё, что ты должна была увидеть.

Точно так же неспешно они пошли назад. Наконец, куноичи впервые заговорила:

- Что со мной будет? Меня будут пытать? Захотят узнать секреты Звука?

- Тебя допросят. Но вряд ли ты сможешь сказать что-то новое - пленных у нас хватает. Я договорился, чтобы тебя выпустили под мою ответственность.

- Не боишься, что я сбегу?

- Куда? - Наруто невесело хохотнул. - К своему боссу? Жаждешь разделить судьбу напарников?

Девушка отвела глаза, не выдержав внимательного пронзительного взгляда.

- Зачем ты это делаешь? Какое тебе до меня дело?

- Сейчас мои мотивы не столь важны. Считай, что я чувствую за собой некоторые обязательства.

Наруто и Хаку спустились вниз и передали пленницу на руки двоих чунинов в серых мундирах. Перед тем как расстаться, Наруто задал вопрос, впервые возникший у него при взгляде на турнирную таблицу.

- Но почему Досу? Мне казалось, что он довольно силён, раз сумел победить Чоуджи.

- Он был сильно ранен.

- Ранен? - не понял Наруто. - Но ведь во втором этапе...

- Это случилось позже, - пояснила Хаку-чан. - На следующий вечер после отборочных, он попробовал убить Гаару и переоценил свои силы.

- Но ведь Песок и Звук были союзниками! Хотя, наверное, мало кто был в курсе.

Когда пленницу увели, Узумаки ещё раз окинул взглядом арену и мотнул головой.

- Пойдём Хаку-чан. Ты почти не стоишь на ногах. Твоя смена давно закончилась, я провожу тебя домой.

- Погоди, Наруто-кун! - послышался её тихий голос.

Наруто обернулся и вопросительно поднял глаза. Хаку залезла рукой в складки своего зелёного хаори, извлекла оттуда маленький картонный квадратик и протянула его Наруто.

- Знаешь, Наруто-кун, во время вторжения я была впечатлена. Очень-очень впечатлена. И не только я.

Наруто посмотрел на величайшее сокровище, которое у него когда-либо было, мечтательно закатил глаза, представив себе целый месяц бесплатного рамена, даже понюхал вожделенный купон. Затем, после некоторых колебаний, вернул его обратно девушке.

- Придержи его для меня какое-то время.

- Но почему?

- Потому что собой я впечатлён гораздо меньше.

Наруто бросил последний взгляд на место гибели Хокаге и, плечом к плечу со своим другом, наставником, подчинённым и орудием, с одним из самых дорогих в мире людей, направился обратно в деревню.

Глава 17

Предложение отправиться с Эро-сеннином Наруто откровенно обрадовало - ему хотелось вырваться ненадолго за пределы Конохи именно сейчас, когда всё вокруг напоминало о его провале, о слабости, неспособности защитить того, кто был ему по-настоящему дорог. Но, естественно, он не показал виду. Наруто не тешил себя иллюзиями, что шиноби, который был учеником дедули Хирузена, учитель Йондайме и один из Денсецу но Саннин, не раскусил его наивную хитрость, но тем не менее, радостно согласиться не позволяла гордость. К тому же, одно дело, когда тебе делают одолжение, а совсем другое - если тебя упрашивают для того, что ты радостно сделаешь и так.

- Эро-сеннин, - зная, как извращенец не любит своё прозвище, Наруто в очередной раз не удержался, - для чего мне куда-то идти именно сейчас?

- Нам нужно найти одну женщину и поговорить с ней.

- Женщину? - Джирайя-сенсей был в своём репертуаре. - Небось какую-нибудь красотку, чтобы вы снова за ней подглядывали и хихикали как дурак?

- Эй! Пусть она и красавица, но она нужна деревне!

- Мне некогда таскаться по женщинам со всякими извращенцами! Я должен тренироваться, учить новые крутые дзюцу!

Этот ход был откровенно грубым и лишённым изящества. Если бы Хаку-чан видела его сейчас, вряд ли он избежал бы парочки сенбонов. Она всегда говорила, что следует быть тоньше, но Узумаки считал, что иногда самые прямые методы - самые верные.

- Да? Жаль, а я ведь хотел научить тебя новому дзюцу! - усмехнулся Джирайя-сенсей.

- Новому дзюцу? - переспросил Наруто скучающим тоном, внутренне скрывая ликование. - Я выучил Чидори, вряд ли у вас найдётся что-то столь же крутое!

- Это дзюцу сильнее, чем Чидори! Но если не хочешь, я могу взять с собой твоего напарника.

- Ну ладно! - немедленно согласился Узумаки. - Раз уж сильнее Чидори...

В конце концов, Джирайя-сенсей мог взять вместо него Саске и в назидательных целях.

Быстро отпросившись, Наруто побежал прочь - требовалось создать клонов, чтобы они тренировались тут, в Конохе и собрать вещи в дорогу.

***

Наруто не считал Эро-сеннина образцом добродетели и морали. Но они были на миссии, поэтому, когда в номер постучалась какая-то красотка и пригласила Джирайю выпить, он надеялся, что тот воздержится. Ведь в Конохе появились Итачи Учиха вместе с каким-то синелицым здоровяком, которым зачем-то нужен был он, Наруто Узумаки.

Предатель деревни пытался захватить в плен одного из его теневых клонов, который бежал по своим делам, приняв его за оригинал. В бой вступили несколько джонин-сенсеев, причём они едва выиграли схватку - несмотря на численное преимущество, Итачи и синелицый умудрились уйти, а Какаши-сенсей попал под какое-то дзюцу Шарингана и отправился в больницу.

Из короткой схватки Наруто сделал несколько выводов.

Взрывчатые Теневые Клоны - это круто и нужно узнать это дзюцу любым возможным способом! Ещё ему нужно гораздо больше тренироваться. Даже используя Теневых Клонов, он уязвим перед гендзюцу - ведь если бы Итачи применил ту штуку на клоне, память о том, что свалило Какаши-сенсея, передалась бы Наруто и остальным клонам.

Дзюцу Теневого Клонирования, к которому Наруто относился с некоторым пренебрежением, во время подготовки к экзаменам показало себя с неожиданно хорошей стороны. Пусть клоны и не прибавили в росте, но их характер значительно исправился, они стали гораздо более серьёзней и сосредоточенней, стали более крутыми, и, пусть пока что не дотягивали до его самого, но изменения были видны невооружённым взглядом. Наруто часто задался вопросом: "Почему?", ведь сам он остался всё тем же великим ниндзя и будущим Хокаге. Отбросив несколько глупых версий (типа той, что клоны являются полной копией оригинала, а значит изменяются вместе с ним), он остановился на самой достоверной - за последний месяц он воспользовался Каге Буншин но Дзюцу бесчисленное количество раз, а значит оттачивал его всё больше и больше. И если он овладеет этой техникой в совершенстве, то клоны сравнятся с ним по крутизне, а значит, мало что в Элементарных Странах сможет им противостоять.

Услышав стук в дверь, Наруто насторожился. Джирайя-сенсей открыл бы дверь своим ключом, для обслуживающего персонала было слишком поздно, а предатель с напарником вломились бы без стука. Недоумевая, Наруто приготовился создать теневого клона, но тут услышал очень и очень знакомый звук - характерный треск, словно взлетала стая из сотен и тысяч птиц. Чидори! Этим дзюцу владели три человека, одним из них был он сам, а ещё один находился на больничной койке.

У Наруто не оставалось выбора. Он создал столько клонов, сколько позволял гостиничный номер. Все они, за исключением одного возле двери, вытянули вперёд руки. Создать чакру. Преобразовать её в резкую непокорную стихию. Собрать вырывающуюся, как живое существо Молнию в ослепительный бело-голубой комок.

Клон, стоящий возле входа, открыл дверь и мигом вылетел наружу. Он просуществовал недолго, но достаточно, чтобы показать остальным, что происходит. Как и предполагал Наруто, снаружи стоял синекожий гигант, закинув на плечо огромный меч, сравнимый размерами с Кубикирибочо. Рядом с ним Итачи Учиха удерживал за горло и руку своего брата Саске. Коридор представлял собой жалкое зрелище - путь Саске был отмечен глубокими бороздами в полу и стенах. И, самое главное, когда Итачи повернул взгляд в сторону выбегающего клона, в его глазах вращались чёрные запятые активированного Шарингана.

Наруто не стал медлить. Клоны дружно развернулись в сторону врагов и, невзирая на стены, бросились в атаку. Наруто, дождавшись, пока первая четвёрка закончит своё существование, закричав во весь голос, бросился вслед. Он знал, что не победит - противник был слишком силён, и не имело значения, насколько убойно его дзюцу. Он не мог отступить, оставив всё на клонов, - там был Саске, его друг и напарник. Не мог вызвать Босса Бунту - только не в закрытом помещении. Ещё была сила Лиса, но к ней без крайней нужды Наруто прибегать не собирался. Поэтому оставалось только одно - броситься в отчаянную атаку, в попытке спасти Саске и выманить врага наружу, где он сможет хоть что-то ему противопоставить.

Как и думал, Наруто, атака ничего не дала. Клоны, подбегающие к синелицему, сначала утрачивали контроль на Чидори, а затем отчего-то развеивались. Итачи, отпустив Саске, легко и небрежно уходил от атаки, даже несмотря на всю скорость, даруемую Молнией. Но главное, к чему стремился Наруто, было выполнено - один из клонов применил Каварими, заменившись с Саске, а второй - ухватив, напарника за руку, потянул прочь, к концу коридора. Наруто бежал следом, оставляя за собой новых клонов, чувствуя, что мгновения утекают сквозь пальцы, приготовившись окунуться в наполненную злобой и ненавистью алую чакру.

Но пол гостиницы, твёрдое дерево, по которому он ступал, внезапно почему-то стало мягким и податливым, ноги стали вязнуть в красноватой субстанции, незаметно покрывшей стены коридора. Наруто рискнул бросить взгляд через плечо и, облегчённо вздохнув, остановился. Во-первых, сзади, между ним и противником, на большой жабе восседал Эро-сеннин. А во-вторых, бежать было всё равно некуда - путь был закрыт всё тем же странным подобием плоти. Узумаки не стал пытаться пробить её Чидори, а решил подождать развития событий и, если что, прийти учителю на помощь.

Но это не понадобилось. Разговор Джирайи-сенсея с предателями был недолгим. Две фигуры, укутанные в чёрные плащи с алыми облаками, поспешно отступили. Чернильно-чёрное пламя окутало одну из красных стен и двойка врагов, выпрыгнув сквозь образовавшееся отверстие, умчалась в неизвестном направлении.

Наруто, с восторгом глядя на то, как сенсей запечатывает чёрный огонь в созданный им свиток, думал только об одном: "Мне нужно стать быстрее!".

***

Наруто очень любил Ируку-сенсея. Он был не только ближайшим эквивалентом старшего брата, не только угощал раменом, но и... К сожалению, именно эту грань Умино Ируки - учителя, желающего учить, Наруто начал ценить только сейчас, когда он давно уже покинул стены Академии. У Ируки-сенсея не приходилось выпрашивать обучение, наоборот, он пытался заставлять учиться. К данному моменту Наруто выучил множество дзюцу, для этого пришлось шпионить, воровать, угрожать и выпрашивать. И подобное ему показалось бы естественным процессом, если бы не месяц перед финальным этапом. Месяц, во время которого он увидел по-настоящему прилежных учителей - Майто Гая и, к своему искреннему изумлению, своего джонин-сенсея, Хатаке Какаши, со всем пылом, целеустремлённостью и вниманием, обучавшего Саске.

Нет, самому ему не на что было жаловаться - пусть Хаку-чан и не научила его ни одному дзюцу, она сделала больше, чем это казалось возможным - приструнила своенравных клонов, а также помогла ему найти правильное направление приложения усилий. Но всё равно, испытывать лёгкое, очень лёгкое недовольство Наруто продолжал до сих пор.

И то, что обещанное дзюцу приходилось выпрашивать всю дорогу, а Джирайя-сенсей отделывался ничего не значащими отговорками, Наруто ни капли не ободряло. Более всего Наруто взбесила попытка выманить его Гама-чан, когда они проходили сквозь один из городов во время оживлённого фестиваля. Джирайя сенсей мотивировал это опасностью "трёх грехов шиноби" - женщин, алкоголя и денег. Учитывая то, что сам Жабий сеннин был олицетворением одного из них (весь месяц тренировок он то и дело пялился на купающихся красоток!), дать ему деньги было бы поступком, по нелепости сопоставимым с передачей на хранение Наруто миски дымящегося мисо-рамена. Какой идиот вообще клюнет на подобное?

Наруто предавался радостям фестиваля, играл в различные игры, пускал кораблики, кидал мячи, ел собу, такияки и жареных на палочке кальмаров и жалел лишь об одном, что с ним сейчас нет никого из друзей, особенно Сакуры-чан! Образ Сакуры заставил вспомнить ещё одного члена Седьмой Команды и Наруто помрачнел. Столкновение с братом не только привело к сломанной руке, но и нанесло сокрушительный удар по гордости напарника, вплоть до того, что на предложение исцеляющего укуса, Саске лишь негодующе отвернул голову. Впрочем, сломанное запястье было сущей мелочью, Итачи мог успеть применить своё дзюцу чёрного огня, либо ту самую технику, что уложила в больницу Какаши-сенсея, так что Саске отделался сравнительно легко.

Воспоминания о столкновении напрочь отбили желание наслаждаться атмосферой праздника, поэтому Наруто помчался искать Эро-сеннина в надежде получить обещанное дзюцу. Как оказалось, решение ни за что не отдавать Гама-чан было верным вдвойне - к списку грехов шиноби сенсея присоединился алкоголь. Нестерпимая обида окутала Наруто и он, обогнув какого-то хлыща в модном костюме, запрыгнул на стол перед пьяным Джирайей, обнимающим двух красоток, и, присев на корточки, уставился на него немигающим взглядом.

- О, Наруто! - обрадовался Эро-сеннин, уставившись на него пьяными глазами. - Ну как тебе фестиваль?

- Я возвращаюсь в Коноху, - мрачно ответил Узумаки, - мне нужно тренироваться. Лучше бы вы взяли с собой Саске.

Развернувшись, он твёрдым шагом вышел на улицу, а затем, чтобы не пробираться через толпу, взбежал по стене ближайшего дома, заскочил на крышу и помчался прочь из города. Его не душила обида - единственным чувством, что разъедало душу, было лишь разочарование.

Когда город остался далеко за спиной, голос, раздавшийся позади, не стал неожиданностью.

- И ты что, бросишь свою миссию? - задал вопрос Джирайя.

- Вашу миссию, Джирайя-сенсей, - ответил Наруто. - Я думаю, что просто зря трачу время.

- Я должен был защитить тебя...

- У вас однажды получилось. Но что мешало Итачи вернуться ещё раз? Знаете, мне всё же лучше научиться полагаться на себя, а значит просто больше тренироваться.

- Подожди, Наруто! У меня для тебя что-то есть.

Узумаки остановился и неохотно повернул голову. Сзади стоял Джирайя-сенсей. В одной его руке была сумка, наполненная какими-то мячиками, а в другой, вытянутой вперёд, спиралью собиралась яркая голубая чакра. Наруто завороженно смотрел, как в протянутой ладони возникает яркий бешено вращающийся шар.

- Это Разенган, коронная техника Йондайме Хокаге? - недоверчиво прошептал он.

Джирайя, довольный произведённым впечатлением, широко улыбнулся.

После того, как сенсей показал первый этап создания дзюцу, Наруто, сияя восхищёнными глазами (притворяться почти не пришлось), попросил рассказать об оставшихся двух. Затем, поддавшись уговорам, учитель несколько раз продемонстрировал Разенган на придорожных валунах.

Наруто глядя на обычную нестихийную технику, которая поражала цель, не хуже Чидори, думал только об одном: "А что, если добавить туда Молнию? Или Огонь? Или Ветер? Или Огонь и Ветер? Или Огонь и Ветер и Молнию?". Этой ночью его клонам предстояло много работы. И Наруто им очень-очень завидовал.

***

С виду такая простая техника, как Разенган, на практике оказалась ещё той головоломкой. Хаку-чан говорила, что его контроль стал намного лучше, да и сам Наруто замечал несомненный результат тренировок, но это гадкое дзюцу всё так же не поддавалось. Нет, обычная версия, показанная Джирайей-сенсеем, была освоена клонами ещё в первый вечер - пусть там и было несколько неочевидных подводных камней (облегчить себе работу, делая Разенган вдвоём, клоны отказывались, ведь в этом случае дзюцу вышло бы отстойным, поэтому им пришлось изрядно попотеть). Но вот закрутить Молнию, создав из неё идеальный шар с бешено вращающимися внутри потоками, не получалось почти всю неделю, которую длилась их с Джирайей-сенсеем миссия. Эро-сеннин, дав изначальные пояснения, больше за тренировками не наблюдал, предпочитая ходить по злачным заведениям (в которых, как оказалось, он миссию всё же исполнял - показывал барменам и посетителям портрет этой своей красотки). И предоставленным временем Наруто воспользовался вовсю. Он научился делать Разенган в одной руке, в двоих, даже придумал, как закручивать чакру в другую сторону, изменял размер и пытался изменить форму - но создание Чидори Разенгана полностью застопорилось. И пусть выход был - делать дзюцу вдвоём с клоном, но Наруто решил прибегнуть к этому методу только в случае полной неудачи с обычным освоением.

***

Она была красива, действительно красива. Белокурые волосы, завязанные в два озорных хвостика. Глаза цвета тёмного мёда. Алые чувственные губы, слегка поблёскивающие в свете неярких ламп. Стройная атлетичная фигура, заставляющая и так большую грудь казаться одновременно гигантской и вместе с тем гармонично соразмерной. Она была красивей даже чем его Ойроке но дзюцу. Очень-очень красива, и очень-очень пьяна.

Наруто, слушая её разговор с Джирайей-сенсеем, тихо скрипел зубами. Оказывается, змеиный ублюдок, который напал на них во время второго этапа, эта мразь, что убила дедулю Хирузена, своего учителя, пару дней назад появлялся в городе. По встрече с Итачи Наруто знал, что пока что не соперник Змеиному Саннину, но, если бы он успел, если бы поспешил, он бы смог... Нет, он не искал мести, но Орочимару заслуживал наказания за содеянное. И при встрече Наруто обрушил бы на него всё, что было в запасе - призвал бы босса Гамабунту, использовал бы чакру Кьюби, отправил бы на ублюдка целую армию клонов с Разенганами и Чидори, что позволило бы Джирайе-сенсею легко одолеть своего предательского напарника.

- Зачем ты пришёл, Джирайя? - Цунаде задала вопрос, который жутко интересовал самого Наруто.

- Я не буду ходить вокруг да около, - спокойно ответил Джирайя. - Конохагакуре но Сато предлагает тебе, Цунаде Сенджу, принять на себя обязанности Годайме Хокаге.

Наруто, позабыв все уроки Хаку-чан, сидел, отвесив челюсть, а из его рта начали вываливаться недожеванные овощи. Хокаге! Этой красотке, которую он никогда не видел в Конохе, предлагали занять пост, о котором Наруто мечтал всю жизнь!

Цунаде бросила на Джирайю тяжёлый взгляд, и коротко ответила:

- Отказываюсь!

Наруто облегчённо вздохнул. Не хватало, чтобы у Хокаге были проблемы с алкоголем! Нет, сенсей много рассказывал о талантах напарницы (и, судя по мерзкому хихиканью, речь шла не только о карьере шиноби), но если кому-то понадобится Хокаге, способный вылечить кого угодно, то пусть обращаются к нему, Наруто Узумаки.

- Как это на тебя похоже, Цунаде-чан! - усмехнулся Джирайя. - Каждый раз, когда я приглашал тебя на свидание, ты отвечала точно так же.

- Джирайя-сенсей, - Наруто посмотрел учителю в глаза. - наша миссия закончена? Ведь нельзя заставить человека стать Хокаге насильно!

- Не всё так просто, Наруто-кун, - ответил Джирайя. - Цунаде - единственная, кто подходит на эту должность.

- Но почему?

- С ней мы одержали великую победу. С ней мало кто может сравниться в бою, а в медицине она - самая лучшая. К тому же, она - внучка Шодай Хокаге, так что кого-либо лучше неё на эту должность не найти.

- Никого-никого? Да не может быть! Коноха - великая деревня, у нас полно сильных шиноби!

- Например?

- Ну, вы... Хотя вы, Джирайя-сенсей, ещё больший извращенец, чем дедуля. Какаши-сенсей! Хотя он всегда будет опаздывать, а значит не годится. О, или Гай-сенсей! Хотя он слишком энергичный и его смогут вынести лишь те, в ком бурлит Пламя Весны... - голос Наруто всё затихал, пока не превратился в тихое бормотание. - И что, совсем никого?

- В любом случае, решение принял Совет деревни, так что всё уже решено.

Наруто с сомнением почесал затылок.

- Сенсей, а давайте вы станете Хокаге! Вы же тоже Саннин, великий Жабий Отшельник с горы Мьёбоку, вы ученик Третьего Хокаге и учитель Четвёртого! А если кого-то надо вылечить, я помогу! Ну а то, что вы извращенец - не беда, дедуле Хирузену это не мешало!

- Я не извращенец! Я...

- Да-да, я знаю! - замахал руками Наруто. - Супер-извращенец! Но если вам не нравится, побудьте Хокаге совсем чуть-чуть, пока я не стану сильнее, и не займу это место.

- Джирайя, - фыркнула Цунаде, - твои стандарты падают. Прошлый ученик был получше - красивей, умней, да и знал, когда не стоит вмешиваться в разговоры старших.

- Что это только что было? - Наруто приложил руку к уху. - Это было бульканье сакэ, или я слышал чей-то голос?

Лицо Цунаде исказилось от гнева. Прежде чем она успела ответить, её перебил смех Джирайи.

- Цунаде-чан сравнивает тебя с Йондайме. Он был почти как я - умом, талантом и красотой.

Наруто сравнение с отцом не впечатлило, но переругиваться с учителем перед пьяной напарницей он не посчитал нужным.

- Он погиб молодым, - раздался хриплый голос Цунаде. - Бессмысленно потратил свою жизнь, ради этой деревни. Жизнь - не монета, нельзя ею делать ставки. Тот, кто подвергает её риску - просто дурак! Мой дед и Нидайме хотели мира. Но только зря погибли, так и не увидев результатов. То же можно сказать о сенсее, который полез в драку на старости лет.

Слова Цунаде словно сопровождались эхом. Каждый звук, что она издавала, превращался в отвратительный диссонанс, жуткую знакомую какофонию. Стон рвущегося металла, скрип пенопласта и скрежет ногтей по школьной доске стали совершенно невыносимы. Наруто, глядя на неё исподлобья, пытался удержать себя в руках, не сорваться, ведь всё ещё был шанс её убедить. Он не одобрял назначение Цунаде, но её избрал Совет, а этим дедульке и бабульке Сандайме полностью доверял.

- Ты ничего не понимаешь, - прорычал он. - Есть вещи, гораздо страшнее смерти. Одна из них - быть не в силах спасти того, кто тебе дорог! А если для того, чтобы жили те, кого ты любишь больше жизни, придётся исполнить свой долг до конца - то это самая честная цена!

- Это дерьмо! Быть Хокаге - дерьмовая работа, достойная того идиота, кто на неё согласится! - насмешливо фыркнула Цунаде.

Этого Наруто вынести не мог. Свистящий шар синей чакры, возникший у него в ладони, в щепки разнёс стол, за которым они сидели. Узумаки отпрыгнул назад, и перетёк в стойку Великого Тайдзюцу, ощущая, как мощный тайфун, наполняющий его сердце, приносит спокойствие и кристально-чистое понимание.

- Цунаде-чан, - мягко сказал его спокойный голос, - я не осуждаю за то, что ты не хочешь быть Хокаге. Не всем дано поднять эту ношу, это могут сделать только достойные.

Наруто сделал шаг вперёд. Он почувствовал, как чья-то рука ухватила его за шиворот, но он, не оборачиваясь, перехватил её и выбросил изумлённого Джирайю прочь в окно.

- Я не осуждаю тебя за то, что ты живёшь без смысла, что погрязла в выпивке и азартных играх. В конце концов, это твоя жизнь и ты имеешь полное право выбросить её на свалку.

Узумаки сделал ещё один шаг. Коротко стриженная брюнетка, сопровождавшая Цунаде, закрыв свою спутницу телом, оттянула рукав, оголив предплечье, на котором было закреплено странное устройство. Она потянула за тросики, и эта штука выплюнула град коротких сенбонов. Рука Наруто взмахнула с обманчивой медлительностью, он опустил её и разжал кулак. На пол, зазвенев, посыпались сенбоны. Брюнетка бросилась в стремительную атаку, но Наруто, не торопясь, уже прошёл мимо неё. Его рука опустилась на коротко стриженную голову и, к изумлению девушки, ласково потрепала её, взлохматив волосы.

- Но ты, кого я ни разу не видел в деревне, не имеешь права оскорблять память тех, кто погиб, исполнив свой долг. Кто умер, для того, чтобы жили остальные. Кто отдал жизнь, храня и защищая тех, кого они любят.

Наруто сделал ещё шаг, и Цунаде, не выдержав, бросилась на него в атаку. Её пальцы, сложенные в форме куная, метнулась к груди Наруто. Ладонь Узумаки сомкнулась на изящном запястье и лениво отвела атаку в сторону. Цунаде, увлекаемая инерцией движения, коснулась стены, и прочная каменная кладка взорвалась облаком осколков. На месте столкновения образовалась огромная дыра.

- Цунаде-чан, - спокойно продолжал Наруто, поймав её взгляд, - ты запуталась и больше не видишь свой путь. Но не беспокойся, я тебе помогу.

- Н-не подходи! - вскрикнула Цунаде, не в силах отвести глаза.

- Ты была ученицей дедушки Хирузена, поэтому я дам тебе возможность исправиться, - губы Наруто изогнулись в слабой улыбке.

Рука Наруто поднялась в широком замахе и медленно обрушилась на прекрасное женское лицо. Цунаде ошарашенно попятилась, нащупала стул и тяжело на него опустилась.

- Пойдём, Цунаде-чан, - Узумаки сделал шаг вперёд, протянул руку и коснулся покрасневшей нежной щеки. - Ты слишком долго занималась глупостями. Мы возвращаемся.

- Н-но Орочимару! Я должна с ним встретиться через пять дней.

Наруто на секунду задумался, пытаясь удержаться в центре водоворота, не дать гневу и горечи затмить его разум, а затем с сожалением мотнул головой.

- Извини, Цунаде-чан, покарать его - звучит заманчиво, но у нас совершенно нет времени.

Наруто провёл ладонью по её лицу, откинув растрепавшуюся прядку волос, а затем наклонился и мягко поцеловал в лоб.

- Хорошо, - в голосе Цунаде слышалась обречённость, но одновременно неожиданно прозвучало облегчение, - я стану Хокаге.

- Не беспокойся, милая, - Наруто почувствовал, как светлая радость проникает сквозь водоворот духа и достигает безмятежного островка спокойствия, лицо его озарила широкая искренняя улыбка, - это ненадолго. Я обещал, что стану Хокаге, а Наруто Узумаки не отступает от своих обещаний. А сейчас я подберу сенсея, и мы все вместе вернёмся домой.

- Домой... - прошептала Цунаде.

- Домой! Ведь дом там, где живут те, кто тебе дорог!

Наруто развернулся, сквозь пролом в стене вышел на улицу, и вопросительно взглянул на своего учителя, стоящего на улице с задумчивым видом.

- Мы возвращаемся, Джирайя-сенсей, миссия выполнена.

- Погоди, Наруто-кун! - неожиданно раздался сзади голос Цунаде.

Наруто обернулся, чтобы увидеть, как она снимает с шеи ожерелье, на котором висел какой-то кристалл. Раздался тихий вскрик ассистентки Цунаде.

- У меня почему-то есть ощущение, - сказала Цунаде Сенджу, Годайме Хокаге Конохагакуре но Сато, надевая ожерелье на шею Наруто, - что это принадлежит тебе.

***

Сенджу Цунаде, Годайме Хокаге Конохагакуре но Сато, стояла возле окна своего кабинета и смотрела на раскинувшуюся перед ней деревню. Её взгляд скользил по кронам деревьев, по крышам таких знакомых зданий, скользил по каменным лицам Хокаге и неизменно возвращался к подножию башни, туда, где среди трёх низкорослых фигур выделялось яркое жёлто-оранжевое пятно. Пятно бурно жестикулирующее, корчащее рожи, подпрыгивающее на месте и принимающее различные героические позы. Двое парнишек, один из которых был внуком сенсея и девчонка, чьи оранжевые волосы были подвязаны в два смешных хвостика, разинув рты и затаив дыхание, внимали рассказу Наруто.

Увидев парня впервые, Цунаде очень разозлилась на Джирайю, который, воспользовавшись сходством ученика с Наваки, притащил его с собой, чтобы убедить её пойти против себя, не просто вернуться в деревню, но и принять пост, который унёс столько жизней тех, кого она так любила. Встреча с Орочимару, схожесть парня с братом, да и количество выпитого саке заставили её потерять терпение. Она привыкла к вниманию и уважению (ладно, за игровым столом - только к вниманию), но этот сопляк говорил с Джирайей так, словно её нет, словно она - пустое место. Особенно её взбесили слова белобрысого засранца, когда он сказал, что станет Хокаге как само собой разумеющееся. И она, и так не привыкшая сдерживаться, решила легонько пройтись по самооценке ученика Джирайи. Это привело лишь к наглой выходке сопляка. Цунаде Сенджу не привыкла сдерживаться, ни в игре, ни в бою, ни в разговоре. Да и кто мог ей, одной из Легендарной Троицы, что-то возразить?

Белобрысая смазливая сопля, едва дотягивающая ей до груди, смогла. Сначала её изумил Разенган, быстро и почти беззвучно возникший в руке у генина. Несмотря на долгий перерыв в службе и количество выпитого алкоголя, Цунаде называли Саннином не за красивые глаза и не за большую грудь. Она мгновенно отпрыгнула и изготовилась к бою. Но этот мелкий шкет не нападал. Он принял боевую стойку, такую нелепую, что при виде её хотелось расхохотаться. Но стоило взглянуть в эти прозрачные голубые глаза, пронизывающие, словно два синих лазера, любой смех застревал во рту. Джирайя не дал ученику сделать какую-то глупость, верней, пытался не дать. Если бы голубые глаза не выворачивали её душу наизнанку, она бы посмеялась над напарником, которого уделал маленький соплежуй. Верная Шизуне не подвела. Она сделала всё, чтобы защитить своего мастера. Но ядовитые сенбоны были каким-то образом перехвачены, причём не сверхбыстрым движением тренированного шиноби, а лениво и как бы нехотя. Затем Цунаде смогла вырваться из захвата этого взгляда, собрала силы и атаковала. Смешно сказать, она, Цунаде Сенджу, внучка Хаширамы Сенджу и Легендарный Ниндзя, атаковала свежеиспеченного генина в свою полную и навевающую ужас на врагов силу. Наполненная чакрой атака была перехвачена легко, словно на тренировке.

А потом был удар. Он не являлся атакой, не причинял боль и не наносил увечья. Не был попыткой унизить или оскорбить. Каким-то шестым чувством, отличным даже от ощущений сенсора или чутья опытного шиноби, Цунаде всё поняла. Это было наказание. Удар не был силён, но почему-то сотряс всё тело, всю чакру и добрался до самой изнанки души. И были глаза. Яркие голубые глаза, пронзительные и сосредоточенные. Они не осуждали, в них не было ни гнева, ни ярости. Они просто спрашивали: "Ты уверена, что поступила верно? Идёшь ли ты по правильному пути?". И, к своему стыду, Цунаде поняла, что утвердительный ответ невозможен.

Глядя в эти глаза, осматривая каждую чёрточку этого юного и красивого лица, Цунаде не могла отделаться от ощущения, что среди них именно она - маленькая непослушная девушка, перед лицом строгого родителя. При этом, Наруто не напоминал ей не отца и не мать, не брата Наваки, вылитой копией которого он являлся, а почему-то, при всей своей непохожести - дедушку Хашираму, ещё в те времена, когда она была пятилетней весёлой девчушкой, а дедушка, молодой, красивый и улыбчивый, впервые показал ей, как сдавать карты.

Потом, после того, как она отдала дедушкино ожерелье (испытывая непоколебимую уверенность в правильности своего поступка), после того, как согласилась принять должность, наваждение прошло. Наруто оказался, пусть и смышённым парнем, но одновременно с этим - улыбчивым проказливым идиотом, обожающим с самым серьёзным видом подковырнуть своего сенсея, намекнув на его извращённую натуру.

Во время путешествия домой (домой! Она всерьёз называла это место домом!), Цунаде провела с Наруто несколько спаррингов. При этом тех сверхъестественных навыков, что так напугали её в Танзаку, тот больше не показывал. Он был пусть и сильнее генина, на уровне неплохого чунина по навыкам, но ничего такого, чего бы она не насмотрелась во время службы. Он даже не выделялся возрастом - пусть репертуар дзюцу Наруто не вызвал бы насмешки и среди джонинов, но Цунаде видела юных гениев, достигших в его возрасте и гораздо большего.

В деревне, приняв пост, Цунаде получила досье единственного человека в мире, кто смог ударить её безнаказанно. И он оказался действительно Узумаки, сыном Кушины и Минато, пусть он об этом и не подозревал. Он даже был ей родственником - многократноюродным кузеном не просто из родственного клана, его мать была очень дальней роднёй бабушке Мито. Сам Наруто, как и бабушка Мито, был джинчурики Кьюби, что для самой Цунаде не имело никакого значения. У Наруто было море силы, но очень не хватало мудрости и трезвой оценки своих возможностей.

Цунаде отошла от окна и села за стол. Вновь пролистав досье Наруто, она ещё раз посмотрела экзаменационную карточку генина 012607, посмотрела резюме Морино Ибики, чунинов-наблюдателей, характеристику Умино Ируки по поводу своего ученика, а также выводы поста видеонаблюдения из башни Полигона 44. Все высоко оценили тактическое мышление упомянутого генина, но одновременно с тем, неудовлетворительное для чунина планирование и очень среднюю командную работу. Поэтому, с сожалением вздохнув, она завизировала решение Старейшин Хомуры Митокадо и Кохару Утатане - "в присвоении Наруто Узумаки звания чунина отказать".

Глава 18

Наруто не понимал, что происходит с Саске. После возвращения в Коноху с новым Хокаге, Наруто заметил, что его друг и соперник сильно изменился. Он и раньше не особо был душой компании, но при этом являлся важным членом Команды 7, человеком, на которого можно положиться и доверить защищать спину.

Легче всего было всё списать на Орочимару и его проклятую метку, на ядовитое влияние Змеиного Ублюдка, но это было слишком просто. И если что Наруто и понял в жизни, так это то, что просто не бывает никогда, даже если у тебя тысяча клонов, владеющих А-ранговым дзюцу убийства.

Наруто отлично помнил дни в Лесу Смерти, проведённые в поисках Свитка Неба, помнил ощущение той цельности, того чувства плеча, что возникало, когда рядом с ним стояли Саске и Сакура-чан, и понимал, насколько теперь всё изменилось.

Можно было возложить вину на Итачи, предположить, что он что-то сделал со своим братом, но кроме незначительного перелома руки, который к возвращению был исцелён ирьёнинами, Саске не пострадал.

Наруто ощущал всё большую и большую отчуждённость напарника, который в ответ на прямые вопросы лишь отворачивался и издавал неопределённые звуки. Сквозь броню, укрывшую сердце Саске не смогли пробиться ни кулаки Наруто (Саске надрал ему задницу в тай, но огрёб, когда Наруто использовал ниндзюцу), ни слова Сакуры-чан.

Даже когда в кинотеатре крутили новое офигенное продолжение Принцессы Фуун, Саске категорически отказался идти. Наруто чувствовал себя неловко в сопровождении слишком многих девушек, но фильм оказался ожидаемо захватывающим, и вскоре Наруто воображал себя на месте Шишимару, а на месте принцессы представлял то Хаку, то Сакуру, то Хинату, то Ино.

Последовавшая миссия по сопровождению настоящей принцессы Фуун, то есть актрисы Юки Фуджиказе, привела их с Сакурой в дикий восторг и вызвала зависть у всех одноклассников и друзей, которым Наруто не преминул похвастаться подобным достижением. Он был уверен, что завидовал даже Нейджи (пусть и привычно не подал виду - на непроницаемом лице брата Хинаты-чан было сложно что-то разобрать), но Саске остался безучастен.

Надежда Наруто на то, что опасности предстоящей миссии вновь сплотят команду, оправдалась лишь частично. Команда 7 была едина в отношении актрисы, которая в жизни ни капли не напоминала принцессу Фуун. Наруто кипел от негодования, его сознание разрывалось от жажды действий, от необходимости принять все меры. Он хотел применить Великое Тайдзюцу, должен был это сделать. Но мягкая ладошка Сакуры-чан и её тихая просьба, заставляли его терпеть эту надменную бвабва, которая творила на съёмочной площадке и в общении со своим менеджером дедулей Сандайю столько кхуиньйа, сколько не получилось бы у всех знакомых куноичи.

А потом они высадились на одном из живописных айсбергов, чтобы отснять эпизод, где злодей Мао устроил очередную западню отважной принцессе. И тут произошло нападение. Команда 7 проявила себя великолепно, Наруто, Саске и Сакура вновь сражались плечом к плечу, вновь вернулось старое чувство единства.

Но это длилось недолго. Наруто, увидав в рядах врага красивую куноичи (цветом глаз и волос так похожую на Сакуру, к тому же использующую ледяные дзюцу прямо как Хаку-чан), решился на разговор с противником. Роуга был надменным ублюдком. Мизоре - угрюмым молчаливым толстяком, тоже поглядывающим на противника свысока. Фубуки также была самоуверенна, любила прихвастнуть (это что-то неуловимо Наруто напоминало, но что именно, он понять так и не смог) и поглумиться над противником. Её броня поглощала ниндзюцу и гендзюцу, все техники Саске и Наруто уходили в никуда. В ближний бой она не вступала, взлетая в воздух, чтобы избежать Чидори и Разенгана. И, Наруто был вынужден признать: это было круто. Ещё более офигенными были абсолютно отпадные ледяные дзюцу, которые она использовала с изрядной сноровкой.

Пока клоны Наруто и Саске обрушивали свои сильнейшие дзюцу на толстяка (его броня не умела летать), Наруто занялся розововлаской.

- Скажи мне, куноичи-чан, зачем вам нужна принцесса Коюки? - задал не дающий покоя вопрос.

Девушка, красиво перекувыркнувшись в воздухе, приземлилась в некотором отдалении.

- У неё есть то, что нам нужно! Хьётон: Техника ледяной тюрьмы!

Наруто раздражённо ударил Разенганом в ледяной торос, который вот-вот должен был его поглотить.

- А зачем вам этот кристалл? Чем вам поможет маленькая висюлька?

- Очень просто! Из-за Казахана Сосецу, отца Коюки-химе, Страна Снега встала на грань нищеты. Если бы не Казахана Дото, с ней давно было бы покончено. Этот кристалл - ключ к оружию, что построил Сосецу, с его помощью Страна Снега станет самой сильной и займёт место в ряду Великих Стран! Да, кстати, Хьётон: Ураган снежных ласточек!

Наруто вздохнул и применил технику, давным-давно выпрошенную у Эбису-сенсея.

- Катон: Великий огненный шар!

На всякий случай он применил побольше чакры, поэтому острые как бритва ледяные птицы мгновенно оплыли испаряющимися каплями воды.

- Подожди-подожди, куноичи-чан! Вы убили папу принцессы Юки, потому что он был плохим даймё?

- Да.

- Вы убили кучу народу и сожгли дворец, а потом оказалось, что только та штука, что сделал старик Сосецу, может помочь стране? То есть всё сделанное было зря?

- Эй, коротышка, в таком изложении звучит как-то не очень!

- И ты все равно поддерживаешь мудака, который убил собственного брата?

Куноичи вновь применила своё любимое дзюцу, но Наруто не двигался с места. Он прислушивался к себе, к тому чувству, которое не узнать было невозможно. И лишь когда его поглотила ледяная тюрьма, когда он сквозь стену льда увидел торжествующую улыбку розововолосой куноичи, когда та повернулась к своему толстому напарнику, броню которого пробила совокупная атака множества Разенганов и Чидори, сделал шаг вперёд.

Крепкий лёд затрещал и брызнул осколками, не в силах стать хоть каким-то препятствием. Наруто сделал ещё шаг навстречу изумлённо обернувшейся юки-нин.

- Скажи мне, куноичи-чан, зачем?

- Ураган снежных ласточек! - испуганно воскликнула та, встретившись с ним глазами.

Наруто небрежно отмахнулся, и ледяные птицы разбились на множество безобидных осколков.

- Ты поступала очень плохо, куноичи-чан!

- Не подходи! - воскликнула она, под осуждающим взлгядом забыв, что может взлететь.

Через два неторопливых шага Наруто встал перед ней, снизу-вверх глядя в её красивые зелёные глаза.

- Как тебя зовут, куноичи-чан?

- Ф-фубуки!

- Не волнуйся, Фубуки-чан! Наруто Узумаки, будущий Хокаге Конохи, тебе обязательно поможет.

Всесильная броня чакры, защищающая от метательного оружия, ниндзюцу и гендзюцу, не смогла остановить ладонь, обрушившуюся на лицо девушки.

- Пойдём, Фубуки-чан, надо защитить принцессу!

Последнее, что запомнилось Наруто перед тем, как огромные ледяные звери обрушились на остров, перед тем, как они с клоном подхватили Фубуки и Коюки на закорки и помчались в сторону спешно отшвартовывающегося корабля, это тяжёлый и очень мрачный взгляд Саске.

***

Лишённая своей брони и растеряв свою надменность, Фубуки-чан выглядела удивительно беззащитной. Наруто изумился тому, с каким спокойствием команда восприняла присоединение ещё одного человека к их компании. Не считать же за возражения тяжёлый вздох Какаши-сенсея, сочувственный взгляд Сакуры-чан, и равнодушие Саске, который опять ушёл в себя. Сама юки-нин была подавлена - гибель Мизоре от смертельных дзюцу Саске и Наруто выбила её из колеи, ведь, в отличие от Роуги, они с толстяком были друзьями.

Съёмочная команда не обращала на куноичи внимания, оператор и режиссёр, захлёбываясь словами и бурно жестикулируя, обсуждали отснятый материал, качество спецэффектов (за которые не пришлось платить ни рьё!) и время от времени делали Фубуки недвусмысленные намёки касаемо последующего участия в съёмках. Единственными, кто проявлял беспокойство, были дедуля Сандайю и сама принцесса Фуун, которая оказалась принцессой Коюки. Дедуля рассказал историю Страны Снега, краткую версию которой Наруто и так знал, а Коюки-химе устроила форменную истерику. Это была безобразная сцена, в которой эта... эта бвавба обвиняла человека, твёрдо идущего по пути долга, при этом на свой долг наплевала. Нет, Наруто не отказывал никому в праве быть слабым, но при этом слова принцессы казались ему настоящим предательством как памяти отца, так и плевком в сторону тех, кто отдал жизнь, чтобы её защитить. Несмотря на то, что принцесса замолчала, то самое чувство не исчезло, Наруто словно чувствовал надвигающуюся беду. И, пока вереница грузовиков двигалась по заснеженным перевалам, пока пробиралась заброшенными железнодорожными туннелями, Узумаки чередовался со своими клонами, взвалив на себя неустанную вахту.

Как оказалось, все опасения были не напрасны. Во время одной из остановок для съёмок очередных заснеженных ландшафтов, дверь вагончика принцессы тихо приоткрылась, и оттуда выскользнула сама актриса, кутаясь в тёплое пальто. Наруто стоял в тёмном туннеле, используя дзюцу маскировки, полностью слившись с шершавым камнем. Он дождался, пока актриса поравняется с его укрытием, и тихо сказал:

- Знаете, Коюки-химе, Сакура-чан была неправа.

- Что? Что ты тут делаешь? - воскликнула принцесса.

- Сакура-чан говорила, что я не должен атаковать клиента. Но ведь вы - не клиент. Заказчиком миссии был дедуля Сандайю.

- Этот назойливый старик заманил меня туда, куда я пообещала не возвращаться! Эй, что ты делаешь?

Наруто не слушал, отдавшись успокаивающему течению водоворота чакры. Его голова прояснилась, все предыдущие сомнения ушли прочь.

- Коюки-химе, люди Страны Снега рассчитывали на тебя. Старик Сандайю рассчитывал на тебя.

Наруто сделал шаг к попятившейся принцессе.

- Ты - дочь правителя. Никто не обязан быть сильным, но тот, кто поддался собственной слабости, не имеет никакого права обвинять исполняющих свой долг.

- Что ты делаешь? - закричала принцесса, не в силах оторвать взгляд от глаз Наруто.

- Я помогу тебе вспомнить о своём долге. Я помогу тебе обрести то, чего ты лишилась. Если у тебя нет силы - я стану твоей силой. Если у тебя нет храбрости - у меня её хватит на нас двоих!

- Пожалуйста, Наруто-сан! - тихо сказала Коюки, прижавшись к холодной стене. Она словно стала ниже ростом, сгорбившись и опустив плечи.

- Не беспокойся, Коюки-чан, я - Наруто Узумаки, будущий Хокаге величайшей из деревень. И я обязательно возьму ответственность!

Рука Наруто обрушилась на лицо идола миллионов, одной из самых популярных актрис в мире. И когда он вывел её из туннеля, приобняв за плечи, все члены съёмочной бригады изумлённо зашумели. По покрасневшим щекам принцессы непрерывным потоком текли слёзы. Впервые за долгие-долгие годы.

***

Первым неладное заметил режиссёр. Его удивлённый окрик заставил всех обратить внимание на землю под ногами, из-под которой теперь проявились шпалы, по ним тянулись ниточки рельс. Рельсы слегка светились от циркулировавшей по ним чакры, а это не предвещало ничего хорошего. Наруто решил спросить о природе явления у Фубуки-чан, но та отказалась отвечать. Это значило одно - приближение её бывших соратников, выдать сведения о которых было бы предательством.

Наруто быстро спросил старика Сандайю о этих "рельсах", оказалось, что это дорога, с которой "поезд" не может свернуть, как корабль не может выплыть на берег. Он создал несколько десятков клонов, которые побежали в туннель, куда вели эти рельсы. Несколько клонов помчалось назад, туда, откуда прибыла их компания - исключать того, что враг атакует со спины, было нельзя, какой ничтожной вероятность бы ни была.

Предосторожность оказалась излишней. Из переднего туннеля раздался тихий шум, который приближался всё быстрей и быстрей. Когда он превратился в грохот, послышался дружный возглас:

- Дотон: Земляная стена!

Незатейливое дзюцу, использованное целой толпой клонов, сделало простую вещь - разорвало проложенные рельсы и надёжно, пусть и ненадолго, перекрыло пещеру. Наруто не надеялся на какой-то потрясающий результат - решения, столь примитивные, могут дать лишь небольшую отсрочку. Но, видимо, средства, применённые в нужное время и в нужном месте, могут превзойти даже самые оптимистичные ожидания. Раздался сильный удар, и гора содрогнулась. Из устья туннеля брызнули камни, а по склонам горы начали сбегать небольшие лавины. Из каменного завала со стоном выдвинулись искорёженные останки какой-то металлической конструкции, и всё затихло.

Наруто, глядя на разрушения, предавался сомнениям. Там могли быть какие-то мирные жители, хорошие люди, по несчастливой случайности решившие воспользоваться поездом, а чакра, текущая по рельсам, совсем не означать нападение шиноби Юкигакуре. Могло быть так, что он, поторопившись, обрёк на смерть союзников. То, что завал перекрыл дорогу, Наруто не волновало - он и клоны расчистили бы его за пару минут. А вот то, что...

- Дото! - изумлённо воскликнула Фубуки-чан.

Наруто отвлёкся от своих моральных терзаний и пораженно смотрел, как из-под завала, раскидывая камни, встаёт чёрная массивная шатающася фигура. Удивлению Наруто не было предела - Казахана Дото, похоже, почти не пострадал. Он кинулся в атаку, быстро складывая печать для вызова клонов, приготовившись обрушить на убийцу собственного брата мощь десятков А-ранговых техник, но его легко опередил Какаши-сенсей.

- Осторожней, он в чакра-броне! - закричал Наруто вслед учителю. - Нам с Саске понадобилась куча дзюцу, чтобы её пробить!

Но предупреждение было излишним, всё же Какаши-сенсей был джонином. Его руки не окутывала молния, он не использовал водяных драконов и прочих стихийных чудищ, он даже не стал складывать руки в Ин. Подскочив к Казахана Дото, он плавным движением залез в подсумок и незатейливо сунул кунай противнику под подбородок.

Наруто, который уже был готов обрушить на врага целый град Разенганов и Чидори, задумчиво почесал затылок. Оказывается, самые простые способы иногда оказываются самыми верными.

И пока клоны побежали расчищать завал, а сам он возвращался к принцессе, чтобы сообщить радостную новость, раздался недовольный голос режиссёра:

- Никуда не годится! Эту сцену нужно переснять!

***

Команда 7 в полном составе стояла перед Хокаге. Цунаде выслушала рапорт Какаши-сенсея, окинула их тяжёлым взором и глубоко вздохнула.

- Сакура и Саске свободны, можете идти получать вознаграждение за миссию. Вы, Какаши-сан, проводите Фубуки Какуёки к Морино-сану. А ты, Наруто, останься, нам с тобой нужно поговорить.

Наруто дождался, пока его друзья и сенсей уйдут, проводил их глазами, а затем повернулся и одарил Хокаге ослепительной улыбкой. Пусть миссия была тяжёлой и выматывающей, но в результате Наруто полагалась не только внушительная оплата, он обзавёлся кое-чем даже лучшим, чем деньги. У него была потрясающая история, которую он сможет рассказать друзьям, причём, несмотря на то, что она звучала, как ожившая сказка, каждое слово в ней было правдой. Он всё расскажет Чоуджи и Шике, Кибе и Шино, Толстобровику и даже вечно недовольному Нейджи. Он расскажет Хинате, Ино, Хисаме, Хаку и сестрёнке Аяме, а Карин-чан будет знать, насколько круто быть Узума...

- Наруто! Ты меня вообще слушаешь?

- Простите, Хокаге-сама!

- Не кривляйся.

- Ладно-ладно... Так что ты говорила, Цунаде-баа-чан?

- Говорила, что оторву тебе все выступающие части, если будешь меня так называть!

- Хм. Ладно, Цунаде-чан, прости, я задумался.

- Над своим поведением?

- Да! Над тем, как круто вёл себя на миссии. Киба не поверит не единому слову, но потом, когда выйдет фильм, ему придётся подавиться своими сомнениями. Правда пришлось переснять финал, там вместо Дото был Какаши-сенсей и он использовал крутые снежные дзюцу... Кстати, ты знаешь, что это не настоящий Хьётон, он просто управляет снегом, дзюцу Хаку-чан гораздо круче! Так вот, я сразился с Какаши-сенсеем, мы эпически сражались, и он меня победил. И тогда рядом со мной встала принцесса Фуун, и мы вместе создали огромный Разенган, которым победили Дото, несмотря на всю чакра-броню. А затем она вставила шестигранный кристалл в замочную скважину в радужных ледниках, появилась голограмма её отца, а потом....

- Наруто, я знаю, что произошло. Я знаю даже больше, чем ты, к примеру, теперь Страна Снега будет называться Страной Весны, что символи...

- Крутое название! Правильно, там же наступила весна, а снега почти не...

- Наруто, заткнись и дай мне сказать.

Наруто с опаской посмотрел на древесину стола, что сминалась, как бумажная, под пальцами Хокаге и благоразумно замолчал.

- Я хочу поговорить о Фубуки Какуёки.

- Фубуки-чан пришлось взять с собой. Она, в отличие от многих остальных юки-нинов, участвовала в перевороте Дото, а значит не может остаться на родине. Она тогда была совсем девчонкой, но Коюки-чан не может ей разрешить...

- Наруто! Почему ты решил, что это позволю я?

- Ну, не знаю. Ты же говорила, что у нас осталось мало шиноби. Фубуки-чан крутая!

- Она - шиноби неустановленной лояльности, нукенин.

- Пф, и что? Хисаме-чан тоже была нукенином. А сейчас ты ей выдала протектор!

- Хисаме прошла все положенные проверки. Она несколько месяцев проработала ирьёнином и добилась неплохих результатов.

- Карин-чан тоже получила протектор, пусть не знает вообще ничего, кроме дзюцу, что я ей показал!

- Теперь она - личная ученица Морино Ибики. Её дар сенсора потрясает, при должных тренировках она может стать лучшей в нашей деревне. Но самое главное, что в работе Ибики-сана просто бесценно - это способность отличать правду от лжи.

- Вот видишь! Даже Кин-чан станет генином, а ведь она была среди напавших на Коноху!

- У неё неплохая подготовка, углублённый допрос показал, что после смерти напарников её лояльность Орочимару разрушена, а перспектива вступить в ряды Великой Деревни - сама по себе достаточный стимул.

- Так что тебе не нравится? Фубуки-чан - крутая, ей только нужно выучить парочку новых дзюцу - ведь у нас снег бывает только зимой и редко. У неё даже есть суперкрутая чакра-броня! Прямо как у Какаши-сенсея! Правда если бы не мои клоны, то эта крутая чёрная...

- Наруто! Перестань быть таким самодовольным! Да, исследовательский отдел благодарен тебе за броню этого Надару...

- Надаре!

- Не важно! Лучше бы ты вместо рабочего образца добыл чертежи!

- Ну не знаю, я шиноби, а не какой-то там учёный! Зато теперь Какаши-сенсей не попадёт на больничную койку из-за дурацкого гендзюцу!

- Так вот, возвращаясь к Какуёку Фубуки. Мы не можем принимать в наши ряды нукенинов.

- Но ведь Хисаме-чан...

- Коноха не может позволить себе брать нукенинов!

- И Хаку-чан, и Кин-чан!

- Наруто! Как бы Коноха ни была ослаблена, мы не можем делать нукенинов нашими шиноби!

- А Хокаге?

- Что Хокаге?

- Может ли Коноха сделать своим Хокаге фактического нукенина?

Стол Хокаге пошёл трещинами, древесина застонала, с громким треском вся конструкция рухнула грудой изломанных досок, взметнув в воздух кучу каких-то важных документов.

- Наруто, - исподлобья сказала ему Цунаде тихим шипящим голосом, - никто, никто в мире не любит хитрожопых умников. Ясно?

- На правду не оби...

- Я спросила: ясно?

Наруто, увидев её выражение лица, часто-часто закивал головой.

- Прекрасно. Когда твоя "Фубуки-чан" вернётся из отдела Пыток и Допросов, скажешь ей, что фотографироваться на удостоверение шиноби - послезавтра.

Глава 19

На новую миссию, что предстояла Команде 7, Наруто возлагал бездну надежд. Приключения в Стране Снега, сражения плечом к плечу и победа над сильными противниками вроде бы слегка успокоили Саске, теперь он хотя бы общался с напарниками, пусть его реплики были короткими и отрывистыми. Это значило, что они с Сакурой-чан на правильном пути, а значит новые совместные опасности позволят преодолеть непонятный кризис.

Пусть миссия не была чем-то сверхъестественным - Цунаде отправила их помогать своему старому знакомому (Наруто был уверен, что Хокаге нещадно эксплуатировала их команду, дабы отработать один из своих карточных долгов), каких-либо трудностей не предвиделось, а значит улучшение командных отношений откладывалось на неопределённое будущее.

Как же Наруто ошибался! Как оказалось (вторую миссию подряд!), невыносимое желание выровнять кому-то форму лица - прекрасный способ сплотить совершенно разных людей. Идате, встреченного в придорожной забегаловке, возненавидели все - Наруто, Сакура-чан, и даже Саске. Такого самодовольного говнюка, невыносимого хвастуна и бесстыдного наглеца никто из них не видел в жизни! Правда Сакура-чан сказала, что такой учился с ними в классе и её слова подтвердил Саске, но Наруто не думал, что Киба настолько уж плох.

Страна Чая Наруто не понравилась. Там было слишком уныло, слишком велико было запустение, слишком дурацкими были обычаи, слишком наглым и самодовольным клан Вагараши, слишком... Слишком уж много Идате досталось их команде в качестве цели миссии, на одного больше, чем можно было спокойно вынести.

Но шиноби - значит терпение, к тому же господин Джирочо был приятным стариком и огорчать его, наваляв Идате, не хотелось. Поэтому команда, сцепив зубы, честно дождалась начала гонок.

Склонность Идате к выпендрёжу едва не стоила клану Васаби победы. Тот решил срезать путь, пробежав на южную оконечность полуострова, взяв у рыбаков бот и, воспользовавшись сезонными ветрами, получить хорошую фору. Но противник ожидал этого, придурка пришлось спасать из мастерски расставленного двуслойного гендзюцу, не дать свалиться с обрыва и потом, уже на корабле, отбиваться от атаки неизвестных аме-нинов. Впрочем, когда при виде Наруто один из противников пришёл в ярость, выяснилось, что это старые знакомые по чунинским экзаменам.

Наруто выразил горячую благодарность за прекрасное дзюцу подземного плавания, подаренное ему генином, которого, как оказалось, звали Оборо. Почему-то это лишь его распалило и привело в полное бешенство. Гнев - плохой советчик, метательное оружие - плохое средство против шиноби со стихией Ветра (как продемонстрировала на экзамене Темари-чан), так что диковинные арбалеты аме-нинов оказались бессильны против Ладони Шторма, одного из немногих футондюцу, знакомых Наруто. А дальше было легко.

Наруто воспользовался тем, что слегка избитые Саске и клонами противники стали очень сговорчивыми, поэтому воспользовался оказией для изучения Мизу Буншин но дзюцу. Когда корабль прибыл в порт (несмотря на все уверения Идате, который всю схватку просидел в трусливом ступоре, они отстали от оппонента), Команда 7 продолжила свою миссию. Как оказалось, троица генинов была не самым страшным их испытанием.

Их следующего противника Идате прекрасно знал. Это оказался нукенин из Конохи, тот человек, благодаря которому Морино-сан получил свои ужасающие шрамы. Идате оказался братом страшного проктора, придурком, который попался (как и Наруто) на уловку своего сенсея, выкрал (как и Наруто) секретный свиток, но (в отличие от Наруто) решил позорно бежать, вместо того, чтобы драться.

Аой Рокуши был серьёзным противником, но не настолько, чтобы составить серьёзную проблему. Про зонты с сенбонами из Аме Наруто знал от Хинаты-чан, крутой меч Нидайме Хокаге был бы опасен, сумей Рокуши хоть по кому-то попасть. Так что пока клоны Наруто периодически использовали свою самую неподатливую технику, гендзюцу Сакуры-чан оказалось более удачным - как только взгляд врага проследовал за несуществующим противником, в бой вступил Саске, использовав на Рокуши своё Львиное Комбо.

Дальнейшая миссия прошла спокойно - Васаби после победы Идате стали правящим кланом. В результате громкого скандала, разоблачения правительственного сговора, министр Страны Чая был отправлен в монастырь рассвирепевшим даймё, а Рокуши Аой, лишившийся иллюзий и легендарного меча Нидайме, имел возможность приятно поговорить с Морино Ибики, который по такому поводу специально прибыл в Дегараши. Один только Идате остался таким же засранцем, Наруто лишь надеялся, что крутизна Команды 7 его чему-нибудь научила, в конце концов он попытался просить у брата прощения.

Наруто даже сочувствовал Идате - ведь их истории были настолько похожи. Но сейчас их с Сакурой-чан мысли занимал лишь Саске, чьё самочувствие явно пошло на поправку. При виде слабой улыбки напарника (впервые со времён экзамена!), Узумаки озарило: Саске бесит, насколько вырос Наруто, насколько стал сильнее, и насколько превзошёл его, гения Учиха! Ну что же, если это и в самом деле так, то Саске придётся постараться, чтобы его превзойти, ведь сдерживаться для утешения чьего-то раздутого эго Наруто не намеревался!

***

Вопреки распространённому мнению, Саске Учиха не был гордым зазнайкой, привыкшим смотреть поверх голов остальных жителей Конохи, проявляя свойственную Учиха надменность. Да, он гордился своим кланом, но где теперь этот клан? Да, он гордился своими успехами, но тот самый первый тест с колокольчиками показал, как далеко ему придётся пройти, чтобы хотя бы сравниться с Итачи, а уж тем более его превзойти. Он много тренировался, пусть, как обидно когда-то заметил Наруто, не настолько много, как Рок Ли. Да, он был сильным, был гением клана, вот только что значит этот ярлык, если Наруто, последний в классе, тупой как бревно и такой же неумелый, так сильно рванул вперёд, причём всего лишь за тот месяц, что длилась подготовка к третьему этапу Чунин Шикен?

Если бы кто-то сказал, что Наруто Узумаки больше нет, а его место занял какой-то двойник из враждебной деревни, то Саске рассмотрел бы эту версию со всем тщанием - вот настолько изменился напарник. Узумаки, видимо, и сам не замечал перемен. Пусть он и сохранил свой порою легкомысленный характер, но теперь всё больше и больше напоминал самого себя в режиме того странного тайдзюцу, которое так и не смог скопировать его Шаринган.

Прежде всего, Наруто перестал постоянно дёргаться. В его движениях появилось какое-то спокойствие, скрытая уверенность, собственное достоинство. Это отразилось на отношении окружающих - к примеру, Сакура перестала воспринимать каждое слово Наруто как личное оскорбление и пытаться распускать кулаки. Хината Хьюга смогла преодолеть свою застенчивость и теперь спокойно беседовала с Наруто, а объяснить подобное можно было лишь тем, что Узумаки, наконец, раскрыл глаза, заметил то, что с мучительной ясностью видел весь класс, и сделал шаг навстречу. Хаку Юки, потрясающе сильная куноичи, теперь, похоже, не просто называла Наруто своим господином (на деле приглядывая за этим идиотом, чтобы тот не зарезался собственным кунаем), нет, теперь она на самом деле его уважала. Даже жители деревни, что раньше ненавидели Наруто за постоянные пакости, смогли увидеть в Наруто нечто большее, чем того надоедливого сопляка, что портил их заборы корявыми надписями. Возможно, дело было в той силе, что Наруто продемонстрировал на экзамене, может быть кто-то видел, как Наруто одолел Гаару, ну а может дело действительно было в том чувстве уверенности и достоинства, которое сменило пустую браваду "будущего Хокаге".

Саске понимал, что сам не стоит на месте, он нещадно тренировался, рвался вперёд, но, глядя на своего напарника, чувствовал, что остаётся далеко позади. Пусть Саске стал лучше, стал сильнее, но именно Наруто победил Хаку, именно Наруто одолел Гаару, именно Наруто вытащил его задницу из смертельной опасности, когда Саске самонадеянно намеревался убить собственного брата. Несмотря на старое, уходящее в школьные годы соперничество (тогда оно было исключительно односторонним), Саске ощущал общность с Наруто. Они оба были сиротами, последними представителями своих кланов (значение белой спирали на рукаве оранжевого комбинезона не было, не могло быть загадкой для человека, носящего на спине похожий символ). Они прошли сквозь боль и страдания, познали, что значит настоящее одиночество. Оба в Команде 7 обрели семью. Но теперь Наруто не только стал гораздо сильней (настолько, что Саске даже не знал предела его силы), но и нашёл осколок своего рухнувшего клана - ту самую смешную девчонку, которую они спасли в Лесу Смерти.

Саске не раз вызывал Наруто на бой, но это лишь показало, насколько тот стал сильнее. Больше всего бесило осознание, что, если бы Саске попросил, Наруто показал бы ему все свои дзюцу, от Каге Буншин до Разенгана, помог бы в тренировках, предоставив своих теневых клонов в качестве бесконечных соперников. Но одна мысль о том, что его будет учить именно Наруто, вызывала неистовую ярость, отзывающуюся неприятной пульсацией Проклятой Метки.

Две последние миссии, на одной из которых Наруто сверхъестественным способом снова подцепил себе очередную красотку (при мысли о том, что придурок добровольно лезет в западню, из которой Последний Учиха с таким трудом смог вырваться после Академии, на лицо выползала злорадная улыбка), немного примирили Саске с действительностью. Он увидел свой прогресс, понял, что стал намного сильнее. Они с Наруто (с Наруто!) одолели неуязвимого к ниндзюцу противника, задавив того совокупной мощью своих техник. Саске сразил джонина Амегакуре - хоть в данном случае помогала Сакура, продемонстрировавшая свой рост от бесполезной надоедливой фанатки до сильной куноичи с неуловимо коварными гендзюцу. В его распоряжении даже остался легендарный меч Райджин, который Хокаге почему-то отдала без особых возражений.

Но теперь, пребывая в своей пустой квартире и глядя на ночную Коноху, он всё больше и больше задумывался, был ли нужен для победы он, Саске Учиха, либо же Наруто ему просто позволил победить противника, подстраховывая на случай неудачи.

Саске знал, что больше всего Наруто жаждет именно его признания, но теперь, когда Саске действительно признавал Наруто, былое соперничество осталось в прошлом, и Наруто двигался вперёд.

Итачи говорил, что ему не хватает ненависти, что только так можно прийти к силе. Но теперь, наблюдая за примером неудачника, неуклонно превращающегося в воплощение могущества, Саске не мог не задаться вопросом, тем ли путём он идёт?

Саске знал несколько способов стать сильнее. Огромную мощь давала Проклятая Метка Орочимару, ещё силу можно было получить, полностью пробудив додзюцу. Но это были множители имеющейся силы, той самой, которой у Наруто было в достатке. Саске обязательно должен стать сильнее, только в этом случае Метка и Шаринган будуть иметь хоть какое-то значение, только так он сможет победить Итачи!

Саске, почувствовав внезапное движение, вырвался из своих невесёлых дум и активированным Шаринганом наблюдал, как на огромную ветку дерева перед его квартирой приземляются четыре фигуры, только одна из которых имела более-менее нормальные очертания. При виде протектора Звука на голове одного из его новых знакомых лицо Учиха исказила недобрая усмешка.

- Знаете, вам очень не повезло. Именно сейчас у меня отвратительное настроение.

***

Наруто бежал по крышам ночной Конохи и сердце его наполнял искренний восторг. Сегодня, забегая проведать Ино-чан (не в последнюю очередь для того, чтобы прихвастнуть последними крутыми миссиями), он встретил Асуму-сенсея с... При мысли о том, что сенсей ходит на свидания с учителем Хинаты-чан (а ничем другим это милое воркование в кафе быть не могло), его пробивало на мелкое хихиканье. Свидание! Как у него с Сакурой-чан, правда та до сих пор ни разу не согласилась.

Самое главное было потом! Асума-сенсей почему-то очень смущался, поэтому его удалось раскрутить на крутую тренировку с Ветром. Наруто ещё раз увидел насколько потрясны дзюцу этой стихии, с помощью какой-то бумажки выяснил, что она у него основная (теперь это не имело значения, так как Наруто Узумаки владел всеми пятью!), а также узнал, что те абсолютно совершенно крышесносяще крутые ножи, которыми пользовался Асума-сенсей - не какие-то уникальные артефакты, а, пусть и дорогое, но доступное любому шиноби удовольствие. Наруто очень чётко видел, как подобные парные клинки могут удачно дополнить его техники. Они надевались на руки как кастеты, но с помощью чакры Ветра или Молнии могли превратиться в настоящие мечи. Они не давали складывать печати, но при этом не мешали не Разенгану ни Чидори. И, самое главное, Наруто с ними выглядел как невероятно крутой засранец, и этот довод был решающим. Так что оплата за две последние миссии, а также содержимое Гама-чан отправились в руки к старику Ио, который обещал закончить всё в кратчайший срок. Наруто пришлось долго отбиваться от самых диких предложений, типа приделать к чакра-клинкам по дополнительному лезвию, по дополнительной рукояти, удлинить шипы до каких-то невообразимых величин и даже оборудовать взрывными печатями. Некоторые предложения были настолько чудными, что Наруто даже подумал, что у старика не все дома, но всё же отбросил эту мысль - в этом случае Ио-сан не занимался бы конструированием оружия для деревни! Этого вредного деда едва удалось уговорить - для него чакра-клинки были чем-то слишком уж обыденным, недостойным его изобретательского гения, и лишь "временная ограниченность в средствах" заставила его принять заказ.

Наруто хотелось похвастаться достижением, поэтому он направился в гости к Саске, улучшение отношений с которым явно надо было закрепить. И когда он уже подбегал к дому напарника, резкий знакомый звук заставил его припустить со всех ног. Может Саске тренировался - но для использования дома дзюцу подобной разрушительной мощи, способных невзначай уничтожить стол, шкафчик, электрочайник, бенто Хаку-чан и часть холодильника, нужно быть полным идиотом!

Как только Наруто подбежал к дому Саске, туда, где тьму рассекало стробоскопическое мерцание бело-голубых сполохов, Наруто воспользовался одним из самых полезных в данном случае дзюцу и нырнул прямо в землю. Он мог бы броситься сломя голову, но, если не было экстренной необходимости, подобного делать не стоило - это был один из тех уроков, который его клоны крепко вбили в головы друг другу. Узумаки знал, что Саске продержится, что он очень силён, он полностью верил в напарника. Так что исполинской рыбой Наруто плыл сквозь расступающуюся землю, чтобы оценить обстановку и застать возможных противников врасплох.

Вынырнув на секунду из коры дерева, он окинул взглядом окружающее пространство и почувствовал, как изнутри подымается алая волна бешенства, как поток чакры Кьюби заостряет зубы во рту. Рядом с Саске находились приспешники Орочимару, те самые ублюдки, что участвовали в убийстве дедули, странные шиноби, державшие барьер фиолетового огня. Выглядели они изрядно потрёпанными - у шестирукого одна из рук оканчивалась обрубком чуть выше локтя, двухголовый зажимал окровавленный живот, красноволосая девчонка припадала на одну ногу, а толстяк тяжело привалился к стене.

Сам Саске тоже выглядел неважно. Томоэ его горящего алым пламенем Шарингана бешено вращались, а лицо наполовину покрывала так же, как и в сражении с Гаарой, густая сетка чёрных пятен. Похожие пятна покрывали лицо двухголового. До Наруто донеслись обрывки слов.

- ... она медленно, но растёт. Ты теряешь контроль, и она захватывает твоё тело. И когда ты подчинишься ей полностью, навсегда потеряешь свободу.

Двухголовый ублюдок! Он недооценивает Саске! Учиха слишком горд, чтобы подчиниться Змеиному Подонку!

- И тогда печать перестанет давать тебе силы, - подала голос красноволосая девчонка в смешной шапочке. - Ты станешь рабом господина Орочимару. Как когда-то свою свободу потеряли мы.

Вся злость, вся ненависть и гнев, которые переполняли Наруто, мгновенно испарились - столько горечи было в этом голосе.

- Но чтобы получить силу, нужно чем-то пожертвовать, - продолжала она.

Наруто признал правоту в этих словах, но ему было что возразить.

- Некоторые жертвы слишком велики, и сила, полученная с их помощью, не стоит и рьё! - воскликнул он, выскакивая наружу.

- А ты кто ещё такой, сраный мелкий говноед? - удивилась девчонка.

- Таюя-сан, я же просил не ругаться! - как-то привычно и даже рефлекторно бросил толстяк, очевидно, не надеясь на результат.

- Тот, кто надерёт ваши унылые задницы! - Наруто было немного обидно, что они не запомнили такого крутого шиноби.

- Прости, коротышка, нам не до тебя! - вмешался двухголовый. - Саске-сан, эта деревня только мешает тебе. Только разорвав эти узы, можно получить настоящую силу.

Наруто расхохотался в голос. В два прыжка он перебрался на террасу и встал плечо к плечу с напарником.

- Саске, ты слышишь этого идиота? Кто поверит в такую чушь? Только защищая дорогих людей, ты можешь стать сильным. Только упорство и тренировки позволят это сделать. Саске много тренируется, его сила не зависит от засосов ублюдочного Орочимару!

- Ты слишком много болтаешь, коротышка! - презрительно усмехнулся шестирукий.

- Ты прав, лучше продемонстрировать делом! Разенган!

Две свистящие сферы возникли в руках Наруто, и он уже бросился вперёд, но внезапно твёрдая рука Саске легла ему на плечо. Наруто остановился на полушаге.

Четыре фигуры мелькнули с неуловимой для глаза скоростью и исчезли, напоследок показавшись размытыми силуэтами на фоне полной луны.

- Саске, помни своё предназначение! - напоследок раздался голос двухголового.

Наруто резко обернулся к напарнику, приготовившись высказать всё, что думает, но увидев его тяжёлый взгляд, проглотил свои слова.

- Ну, я вижу, ты им неплохо навалял! - вместо этого нарочито жизнерадостно сказал он.

- Хн.

- Их было четверо на одного, но ты их все равно сделал!

- Хн.

- Саске, ты же не воспринял всерьёз их слова, что...

- Уходи!

- Что?

- Вали отсюда, Наруто! Мне нужно побыть одному.

Наруто был уверен, что одиночество - это последнее, что нужно Саске сейчас. Но также понимал, что возражать бессмысленно.

- Ладно, Саске! Давай, до завтра, встретимся на тренировке!

Наруто помахал рукой другу и побежал домой. По пути он создал теневого клона, направившегося к Хаку-чан. То, что прихвостни Орочимару бродят по деревне как у себя дома - очень плохой знак. И Хаку распорядится этими сведениями гораздо лучше, чем он.

Глава 20

- Напомни, почему я это делаю? - ворчливо спросил Киба.

- Потому что тебя попросила Хината-чан!

- А почему именно она меня попросила?

- Потому что к ней обратился я.

- А почему...

- Потому что, Киба, если ты не исполнишь просьбу Хинаты-чан, я попрошу её надрать тебе задницу.

- Я думал, ты скажешь, что сам мне наваляешь!

- Неа, если я тебе наваляю, это будет всего лишь спаррингом.

- Потому что в этом случае тебе ввалю я!

- Как ввалил мне на экзаменах?

- Как, говоришь, называлась твоя техника? Футон: Газы зловещей погибели?

- Очень смешно! И раз мы заговорили о твоём нюхе, что вы чувствуете?

- А-р-р-ав!

- Спасибо, Акамару, ты прав, Киба - засранец!

- Э-э-эй! Он не то сказал!

- Наруто-кун, Киба-кун, пожалуйста, не надо!

- Только для тебя, Хината-чан!

- Спасибо, Наруто-кун!

Беготня по Конохе продолжалась вот уже полтора часа. Сначала Наруто, не дождавшись Саске на утреннюю тренировку, очень разозлился - те двадцать минут, что они с Сакурой-чан прождали напарника пусть и прошли в очень приятной болтовне, но слишком уж напоминали о привычках Какаши-сенсея. Поэтому Наруто создал клона и отправил к Саске домой. Дома того не оказалось. Постель была аккуратно убрана, а вся квартира сверкала чистотой и порядком. Наруто, дом которого давно не напоминал былой свинарник (это было так же верно, как и то, что сенбоны - острые), считал, что уборки раза в неделю достаточно, а подобный аккуратизм - какие-то серьёзные неполадки с головой. Но в любом случае, у Саске было время встать, заправить постель, но на тренировку не явиться. Несмотря на уверения Хаку-чан, что нужная информация доведена до Хокаге, Наруто всё равно беспокоился о друге, ведь те прихвостни змеиного ублюдка могли и не успокоиться. Но заправленная кровать отметала версию о похищении. Клон попытался воспользоваться своим чувствительным носом, но подобное вышло бы где-нибудь посреди леса, а в месте, где Саске ходил туда-сюда годы подряд, требовалось что-то покруче. Например, Инузука. Можно было обратиться к Хане-чан, чтобы она попросила одного из своих трёх нинкенов помочь, но, к сожалению, её где-то не было. Инузука Цуме-сан Наруто пугала чуть ли не до мокрых штанов, поэтому к ней и её одноглазому напарнику он даже не стал подходить. Просить Кибу не хотелось - это грозило долгими препирательствами и насмешками, но особого выбора не оставалось. К этой задаче Наруто отнёсся как к настоящему бою, поэтому применил секретное оружие - попросил посодействовать Хинату-чан. Кто вообще в мире может отказать Хинате-чан в какой-либо просьбе?

Но вот теперь, слушая нытьё Кибы, он всё больше и больше жалел, что жуки Шино не умеют выслеживать цель без подготовки - как объяснил тот, для этого либо нужно поместить специального жука на цель, и тогда его кикайчу найдут её где угодно, либо найти какую-то жутко редкую особь, обитающую где-то посреди долбаного ничего.

- Киба, ну долго ещё?

- Не будь таким занудой! Тут Саске проходил меньше суток назад, запах совсем свежий. И, похоже, он направляется...

Наруто поглядел в направлении, куда указывал Киба и его глаза округлились от ужасающей догадки.

- К воротам Конохи!

Киба посмотрел на Наруто. Наруто посмотрел на Хинату-чан.

- Это не очень хорошо, - заключила Хината.

- Дерьмо! - реплика Кибы была более краткой и ёмкой.

- Дерьмо! - согласился Наруто.

- А-арф! - резюмировал Акамару.

***

Наруто бежал по густому лесу и время от времени раздражённо фыркал. Больше всего его бесило не то, сколько времени он глупо потратил, перед тем как обнаружить пропажу Саске, не глупость и наивность напарника, и даже не то, что Цунаде-чан пустила его на миссию очень неохотно. Он был единственным генином из всех пяти человек, участвующих в погоне. Даже Шино, его одноклассник, был уже чунином, пусть жилета и не было видно под его глухим плащом!

Увидав его недовольное лицо, один из Братьев Хаймару гавкнул, словно в насмешку.

- Сам такой! - огрызнулся Наруто. - Глупый комок шерсти!

В ответ ему раздалось весёлое перегавкивание.

- Не расстраивайся, Наруто-кун, - улыбнулась Хаку. - Если тебя интересует моё мнение, ты достоин повышения. Через полгода будут новые экзамены, и ты...

Наруто знал, что ведёт себя как ребёнок, но лишь недовольно скривился.

Саске - его напарник! Именно он, Наруто Узумаки, должен его вернуть! Но Цунаде-чан, вместо того, чтобы поручить миссию Команде 7, вместо того, чтобы позволить Наруто доказать Саске глубину его заблуждений, даже не хотела его отпускать. Она резонно заметила, что четвёрка, похитившая Саске (а после того, как след Саске оборвался на месте встречи с этими ублюдками, в этом не осталось ни малейшего сомнения), была самыми сильными шиноби Орочимару, поэтому даже отправив чунинов она поступает опрометчиво, но выделить джонинов она не сможет. Если бы не Хаку-чан, поручившаяся за Наруто и заметившая, что запасы его чакры и владение Суйтоном позволят многократно усилить её дзюцу, его бы не пустили ни за что. Он даже хотел возразить по поводу Шино - ведь новоиспеченный чунин, единственный из класса, получивший жилет, тоже не имел обширного опыта, но сделать этого не мог. Жуки Абураме были настолько же крутыми, насколько и пугающими.

- Если кому и ныть, так это мне, - фыркнула Хисаме-чан.

- Эй, тебе выдали жилет без всяких экзаменов! И теперь ты тоже чунин!

- А в Аме была джонином!

Наруто сосредоточился на пути, на спинах его клонов, бегущих впереди на случай возможных ловушек, на пушистых хвостах Братьев Хаймару, которыми они лениво помахивали, время от времени что-то гавкая Хане-чан (которую под это дело отозвали с какой-то не слишком важной миссии).

Это было несправедливо! Нет, он раздумывал о вступлении в Ирьё Бутай, но, во-первых, ему не нравились эти дурацкие форменные шапочки (пусть Хисаме их полностью игнорировала), а во-вторых, у него до сих пор был не слишком хороший контроль, а предложение лечить всех больных укусами было встречено издевательским смехом Хокаге и испуганными глазами Карин-чан, на которых тут же появились слёзы. Глупые мёртвые рыбы, дурацкие медицинские дзюцу, дурацкий контроль! Наруто вновь заскрипел зубами - когда он разберётся с Саске, он улучшит контроль до таких пределов, что спокойно разучит все ирёниндзюцу! Но когда ему предложат вступить в медицинский отряд, он гордо откажется! Наруто понимал, что подобные мысли глупые и детские, но они неожиданно помогли - ему полегчало.

- Итак, Наруто-кун, давай ещё раз поговорим о противнике! - поравнялась с ним Хаку-чан.

Наруто твёрдо кивнул. Миссия прежде всего!

- Шестирукий - метает паутину. Сейчас у него нет одной руки, но вряд ли он от этого стал слабее. Двухголовый может использовать метку Орочимару, как и Саске. Девчонка ничего особого не продемонстрировала, но толстяк умеет использовать Дотон. К тому же где-то может быть тот придурок, что помешал мне навалять им после смерти дедули!

- Судя по описанию дзюцу, он - Кагуя. Это был очень опасный клан Киригакуре, я думала, они все погибли.

- Хаку-чан, у меня есть просьба!

- Да?

- Они исполняют приказы Орочимару, но, понимаешь, они...

Хаку вопросительно заглянула Наруто в глаза.

- Они - как Гаара. У них просто нет особого выхода. Они нашли утешение в своей силе, но их переполняет горечь. Я бы не хотел стать причиной их смерти, особенно...

- Девчонка?

- Красные волосы. Не такие, как у Карин-чан, но может быть, возможно, что она тоже...

- Наруто-кун, мы постараемся, но ты же знаешь и сам.

Наруто лишь кивнул. У них миссия. Они не должны допустить, чтобы Орочимару заполучил Саске, но делать это следовало не любой ценой. Рядом - боевые товарищи, их жизнь - драгоценна, гораздо важнее возможного усиления змеиного ублюдка. Наруто вернёт Саске, ведь Сакура-чан надеется на него! Но захочет ли сам Саске вернуться?

Внезапный холодок прокатился по его спине.

- Всем стоять! - воскликнул Наруто. - Клон развеялся, впереди противник!

***

Больше всего Наруто хотел сейчас схватить Саске за грудки и встряхнуть изо всех сил, чтобы этот придурок очнулся и больше не устраивал таких идиотских выходок. Но на поляне, где они настигли противника, Саске не было. Красноволосая девчонка, толстяк, двухголовый и шестирукий. И большая-большая бочка, покрытая вязью символов. Наруто предположил, что Саске находится в бочке, и волна облегчения прокатилась по его телу, позволив, наконец, расслабиться сведённым мышцам спины. Что бы ни наобещал змеиный ублюдок, Саске не поддался, иначе не пришлось бы его куда-нибудь засовывать и волочь силой. Именно благодаря этому, благодаря тяжести и неудобству этой бочки им удалось настигнуть противников, которые, несмотря на длительный бег и тяжелый груз выглядели бодрыми и полными сил.

- Эй вы, придурки, где Саске? - закричал он, заранее зная ответ.

- Если вы вернёте Саске Учиха, - мягко сказала Хаку-чан, опасно блеснув глазами, - тогда не слишком уж пострадаете.

- Долбанные членососы! - фыркнула красноволоска. - Вам предстоит тренироваться ещё сотню лет, только чтобы справиться с нашим дерьмом!

Толстяк скривился, ему всё так же не нравились ругательства, но он на этот раз промолчал.

- Убирайтесь, и вы останетесь живы! - сказал двухголовый. - Хотя знаете, я вам соврал! Джиробо, Кидомару, нам надо торопиться, как расправитесь с этими букашками, догоняйте скорей!

- Прекрасно! Я как раз хотел подкрепиться! - улыбнулся толстяк.

- Ты что, ешь людей? - изумился Наруто. - Да ты больной!

Толстяк ударил ладонями в землю и воскликнул:

- Дотон: Глиняная тюрьма!

Наруто быстро сложил печати:

- Суйтон: Водяная волна!

Мощный поток воды из его рта ударил в несущийся навстречу земляной вал. Несмотря на это, дзюцу не остановилось, а лишь ненамного замедлилось. Толстяк презрительно усмехнулся:

- Разве ты не знаешь, что Суйтон уступает Дотону?

Наруто фыркнул и едва не поперхнулся своей же водой, поэтому решил промолчать.

- Хьётон: Ледяная стена! - раздался чистый голос Хаку.

Небольшое озерцо воды, что выплюнул Наруто, вспучилось ледяными кристаллами, которые полностью остановили земляное дзюцу.

- Райтон: Электрический разряд! - крикнула Хисаме и разряд молнии зазмеился по мокрой почве, едва не задев врагов, которые отпрыгнули на безопасное расстояние.

- Нинпо: Тройной пронзающий клык! - воскликнула Хана-чан.

Братья Хаймару завертелись огромными бурами и выстрелили собой во врага.

- Нинпо: Цветок паутины! - раздалось со стороны врага.

Несколько комков, разворачивающихся в паучьи сети, перехватили собак, замедлили их движение и оставили лежать на земле, словно гусениц в коконе.

Наруто с досадой зарычал - против них остались лишь двое врагов. Двухголового и девчонки не было, как не было и бочки с Саске.

- Они ушли! - воскликнул Наруто.

- Им не удастся скрыться. Почему? Я поместил женскую особь на бочку, а значит мои кикайчу смогут выследить её где угодно, - ровно произнёс Шино.

- Шино, ты лучший! Не зря тебя сделали чунином! - Наруто полностью забыл былые обиды.

- Не слишком радуйтесь, коноха-нины, - сказал шестирукий. - Вижу, вы кое-что умеете, поэтому мы возьмёмся за вас серьёзно!

- Саске-сама вот-вот покинет Страну Огня, но вам этого даже не увидеть, - поддержал его толстяк. - Вы станете моим обедом!

По лицам ото-нинов поползли чёрные пятна, которые быстро засветились красным. Кожа врагов начала темнеть.

Наруто нахмурился. Они активировали проклятые печати, а значит сейчас станут на время сильней. Он должен был торопиться - иначе ему не догнать Саске. Но в этом случае ему придётся...

- Наруто-кун, - ему на плечо легла рука Хаку, - ты можешь идти вперёд, мы с ними справимся сами.

- Но ты же знаешь... Я могу...

- Но ты не хочешь их смерти. Я - твоё орудие, поэтому возьму их на себя.

- Оставь эти глупости! Ты не орудие! Ты - человек, дороже которого нет никого на свете! А защищать тех, кого я люблю - это мой путь ниндзя! Каге Буншин но дзюцу!

Восемь клонов возникли рядом с Наруто.

- Разенган! Чидори! - хором воскликнули восемь голосов.

Клоны не обращали внимание на копья золотой паутины, летящей им навстречу, на каменный валун размером с многоэтажный дом, который бросил толстяк.

Свистящие сферы чакры ударили в несущиеся навстречу снаряды, сметая их прочь, вдребезги разбили огромный каменный шар. И сквозь поднявшуюся пыль мелькнули смазанные росчерки молнии.

Когда пыль улеглась, Наруто тяжело подошёл к врагам, к тем, кто, возможно, был похож на него, на Хаку, на Гаару, на Карин. На тех, чьи глаза ещё недавно так были похожи на его, а теперь лишь безжизненно смотрели в безоблачное небо.

- Пойдём, Наруто-кун, - приобняла его за плечи Хаку-чан. - У нас есть миссия, которую нужно исполнить.

Наруто кивнул и помчался вперёд, напоследок подав знак последнему клону, который кунаем, наполненным чакрой Ветра, заканчивал освобождать нинкенов Ханы-чан.

И когда они покинули поляну, за спиной взметнулся столб яркого испепеляющего пламени - последней услуги, которую Наруто Узумаки мог оказать своему противнику.

***

Несмотря на то, что едва минуло время обеда, Наруто чувствовал, что этот день его полностью вымотал. Не в физическом плане - тренировки с Толстобровиком не были напрасными, и он мог неустанно бегать часами. Но внутри Узумаки был полностью опустошён.

Почувствовав, что бегущий впереди клон развеялся, попавшись в ещё одну неприятную ловушку, Наруто лишь прибавил шагу. Для него было непривычно использовать клонов настолько бездарно, вот только слишком уж поджимало время, слишком он боялся опоздать.

И лишь при виде больших фиолетовых бантов на спинах ото-нинов, Наруто почувствовал, что его немного отпускает напряжение. Они успели! Сейчас Наруто ввалит этим придуркам, спасёт Саске (тому придётся смириться с превосходством Узумаки!), и они пойдут домой.

Наруто даже не особо расстроился, когда увидел, что рядом с остановившимися и приготовившимися к бою противниками приземлилась ещё одна фигура. Парень с белыми волосами, красными точками вместо бровей и таким же фиолетовым бантом за спиной, окинул своих соратников презрительным взглядом и сказал:

- Вы опоздали! Этот сосуд был так нужен Орочимару-сама, но вы слишком долго тянули!

- Но Кимимаро-сан! Мы торопились как могли! - возразил двухголовый.

- Ты... Ты же был одной ногой в могиле и валялся на смертном ложе! - изумилась красноволоска.

- Пусть тело меня подвело, но дух всегда сильнее! Я жалею лишь об одном, что не смог послужить Орочимару-сама. Сакон, Укон, Таюя. Где Джиробо и Кидомару? Где Пятёрка Звука?

- Эй, Кагуя! - закричал Наруто, закипая от того, что на них никто не обращает внимания. - Отдай Саске, иначе присоединишься к ним!

- Кагуя-сан, пусть Наруто-кун слегка импульсивен, но он прав, - поддержала Хаку-чан. - Если вы не вернёте Учиха-сана, мы не будем сдерживаться.

Кимимаро бесстрастно посмотрел на коноха-нинов, а затем его силуэт размылся, и он очутился за спинами своих соратников. Его руки легли на плечи двухголового и красноволоски, и он тихо сказал:

- Вы подвели Орочимару-сама! Если бы вам всё ещё не нужно было уничтожить этих глупцов, я бы убил вас сам!

Он выхватил бочку с Саске со спины двухголового и умчался прочь.

- Эй ты, придурок, стой! - завопил Наруто. - Сразись с нами!

- Тебе с лихвой хватит и нас! - скривился двухголовый.

- У вас, говноедов, нет и шанса! - поддержала его красноволосая.

Наруто оскалился в широкой улыбке. Этот Кагуя выглядел неважно, с таким грузом, который ему некому передать, он не успеет уйти далеко. Что бы не планировал Орочимару, теперь он некоторое время не сможет ничего предпринять, его планы сорваны. Это значило, что теперь-то можно не торопиться.

- Хаку-чан, этот Кимимаро очень сильный, но мне бы хотелось...

- Мы справимся, Наруто-кун! - заверила его Хаку. - Не слишком задерживайся!

- Эй, а вы ничего не забыли, куски говна? - закипела Таюя. Её лицо покраснело и исказилось от сдерживаемого гнева. - Я не знаю, как вы прошли мимо Джиробо и Кидомару, но с нами такое не выйдет!

- Ты права, кое-что забыли! - улыбнулся Наруто. - Каге Буншин но дзюцу!

Рядом с ним возник десяток клонов. Руки одного из них замелькали в печатях, изо рта вырвался поток воды и ударил в ото-нинов. Когда напор уменьшился, и вода схлынула, на широкой ветви дерева остались очень мокрые, очень недовольные и совершенно невредимые противники.

- Это всё что ты можешь, сраный урод? - раздражённо завопила мокрая вражеская куноичи.

- Не-а, Таюя-чан! - рассмеялся Узумаки. - Это дзюцу предназначалось не тебе!

- Это было для меня, Таюя-сан, - улыбнулась Хаку. - Суйтон: Сокрытие в тумане!

От земли, мокрых деревьев и тел противников стали подыматься густые клубы непроницаемого белого тумана. Воды было явно недостаточно, и он очень скоро рассеялся. Когда прояснилось достаточно, чтобы можно было видеть дальше, чем на расстоянии вытянутой руки, взору взбешённых противников предстал лишь один ухмыляющийся Наруто.

***

Шиноби Звука были не слишком счастливы, узнав о провале задания, а то, что они упустили погоню, вывело их из себя. Поэтому лица обоих стали покрываться пятнами Проклятой Метки: у Сакона (или Укона, Наруто так и не понял, кто есть кто) они напоминали толстых круглых червяков, а у Таюи - резкие зигзаги изломов.

- Ну что, мы с вами остались одни, - улыбнулся Узумаки.

- И теперь ты подохнешь! - безумно сверкая глазами, рявкнул Укон.

- Мне-то не страшно, - улыбнулся Наруто, - я всего лишь теневой клон!

- Теневой сраный клон? - лицо Таюи исказилось в гримасе ярости.

- Не бойся, милашка, меня на вас двоих вполне хватит! - Наруто вытянул из-за пояса свиток и отшвырнул его в сторону, складывая печати. Из свитка во все стороны полетели брёвна. - Вы, наверное, видели этот трюк на третьем этапе, но почему бы его не повторить?

- Ты подохнешь, сраный говноед! И твой оригинал тоже подохнет! - не унималась Таюя.

- Но ведь вы тоже умрёте! - возразил Наруто.

- От рук такого слабака? - обе головы двухголового закинулись и рассмеялись. - Орочимару-сама дал нам настоящую силу, мы никогда не проиграем тебе!

- Даже если, вдруг, вы меня победите, даже если Босса убьёт Кимимаро, вам не жить всё равно! Так что в ваших интересах сдаться и направиться со мной в Коноху!

- Много разговоров! - Сакон-Укон бросился вперёд и руки его замелькали в воздухе, размываясь и как будто множась. - Множественный кулак!

Брызнули щепки, и бревно, возникшее на месте Наруто, переломилось пополам.

- Эй, Таюя-чан! Давно хотел спросить насчёт твоих волос! - сказал Наруто, запрыгнув на ветку.

- Что тебе до моих волос, сраный педик?

- Ты знаешь своих родителей? Знаешь, почему у тебя красные волосы?

- Гори в аду, говноед! - Таюя укусила палец и ударила в ветвь дерева. - Кучиёсе но дзюцу!

Среди разбежавшейся по коре вязи символов вспыхнули облака дыма и на их месте появились фигуры трёх гигантов, с завязанными и зашитыми глазами и ртами.

- Эй, тебе не кажется, что это слегка перебор? - спросил Наруто, вновь заменяясь на бревно, в которое ударили кулаки Сакона.

Таюя заиграла на флейте сложную мелодию, и великаны синхронно бросились на Наруто. Он уходил от ударов Сакона, от огромной дубинки, исполинских ног и длинных кольев на предплечье одного из великанов.

- Давайте спокойно поговорим! - прокричал он. - Почему вы идёте за Орочимару? Почему вы слушаете его? Почему соглашаетесь быть его рабами?

- Потому что он дал нам силу! И с этой силой мы непобедимы! - полубезумно хохотнул Сакон.

Мелодия флейты замолкла, и великаны замерли на месте.

- Потому что мы заплатили за эту силу свободой, - сказала Таюя. - Потому что теперь у нас нет выхода.

- Но когда вы вернётесь, Кимимаро вас убьёт!

- Орочимару-сама пообещал нам большую силу после смерти! - рявкнул Сакон.

- Вы и так сильны! И можете стать ещё сильнее! Идёмте со мной в Коноху! Какаши-сенсей знает, как запечатать метку! Джирайя-сенсей - фуин-мастер, он, может быть, сможет вас от неё избавить! Вы станете сильными сами по себе, не уплачивая непомерную цену!

Таюя посмотрела на него глазами, в которых плескалась боль, и решительно подняла свирель к губам. Вновь заиграла мелодия, и вновь великаны двинулись вперёд.

- Множественная нога! - закричал Сакон, из его тела выросли дополнительные ноги и ударили по Наруто. Вновь брызнуло щепками новое бревно.

- Ладно! Придётся быть серьёзным! - Наруто завёл за спину руки, и в них начали раскручиваться сферы голубой чакры. - Разенган!

Он бросился навстречу двухголовому и обрушил на него сдвоенный удар. Тот впечатал в землю одну из ладоней.

- Кучиёсе: Рашомон!

Громадные, окованные железом, украшенные рогами и клыками врата, с устрашающим лицом на створках, возникли перед Саконом. Наруто с размаху обрушил на них оба Разенгана. Створки дрогнули, помялись, но выдержали атаку.

- Каге Буншин но дзюцу! Разенган! Чидори! - закричал Наруто. Его копии, сверкая Молнией, развивая невероятную скорость, обрушились на препятствие. Вслед за ними промчались клоны с Разенганами и ударили во врата, окончательно разрушая их, осыпая на далёкую землю крупными рваными обломками.

Увидев мощь совокупных дзюцу, Сакон вполголоса выругался.

- Никто не может сломать Рашомон! Придётся быть серьёзнее и активировать второй уровень!

Чёрные узоры метки засветились красным, вторая голова сместилась на плечо, кожа покраснела, волосы удлиннились, а подбородки и лбы украсили острые шипы.

Наруто вновь заменился на бревно, которое тут же разбила в щепки булава одного из великанов. Он отпрыгнул от атаки кольев на предплечьях другого гиганта, успев заметить, как клоны избегают ног третьего.

- Я очень сожалею, что меня поджимало время. Мне очень жаль, что пришлось убить ваших товарищей. Пожалуйста, не заставляйте меня!

Мелодия вновь прервалась, и великаны снова замерли неподвижно.

- У нас нет выбора, говнюк! Мы связаны метками с Орочимару-сама, мы его рабы! И ничто не сможет это изменить!

- Эй, Таюя, ты что несёшь! - синхронно зарычал голос краснокожего монстра. - Мы никогда не пойдём за тобой, поэтому ты подохнешь!

Краснокожий вновь бросился в атаку, и на этот раз его скорость была настолько велика, что один, а затем и второй клон не успели замениться, вспучившись облаками дыма.

- Таюя-чан, скажи, ты хотела бы быть со мной? Хотела бы получить семью и друзей, обрести настоящую силу? Хотела бы стать хозяйкой своей судьбы?

Флейта в её руках задрожала, а в глазах мелькнуло колебание. Затем она мотнула головой, словно прогоняя наваждение. Изломы её печати засветились алым, кожа стремительно потемнела, на лбу, разрывая шапочку, выросли рога, в золотых глаза с чёрными склерами мелькнула решимость. Она вновь поднесла свирель ко рту и заиграла новую мелодию.

Зашитые рты великанов, растягивая нити швов, распахнулись и из них вырвались какие-то странные полупрозрачные черви, усеянные множеством зубастых пастей. Они, словно призраки, проникали сквозь препятствия, с огромной скоростью метались среди деревьев. Клоны бросились наперерез этим созданиям, обрушивая на них удары Разенганов. Шары свистящей чакры разрывали призрачных червей в клочья, но через некоторое время те вновь собирались в одно целое. Сакон воспользовался тем, что клоны отвлеклись на новую угрозу, и атаковал.

- Таюя-чан, - тихо скзаал Наруто. - ты поступаешь неразумно.

Та подняла глаза и, столкнувшись со взглядом Наруто, внезапно застыла, опустив свирель.

- Таюя-чан, нет смысла хранить верность тому, кто не дорожит тобой. Бессмысленно следовать за тем, кто тебе не дорог.

Наруто легко перепрыгнул с ветви на ветвь, перехватив в полёте атаку Сакона, и швырнув его в ствол дерева. Двухголовая фигура впечаталась вверх ногами в кору, образовав глубокий кратер. Наруто вновь плавно перепрыгнул на следующую ветвь.

- Я помогу тебе Таюя-чан!

Та слово очнулась от транса, вновь ухватила свирель и заиграла новую мелодию. Наруто почувствовал, как чакра, распространяющаяся вместе со звуком, пытается проникнуть в его тело, но сметается медленным сильным водоворотом.

- Я помогу тебе стать сильнее, ты обретёшь семью, тех, кто тебя любит и ценит, тех, для кого твоя жизнь - самая драгоценная вещь на свете!

Наруто приземлился на ветку рядом с Таюей и, ухватившись за свирель, плавно отвёл её ото рта.

- Н-но метка... - тихо сказала Таюя.

Наруто нахмурился, сделал полушаг, повернулся, его рука поднялась и вонзилась в основание шеи девушки, погрузилась внутрь и вышла с чем-то отвратительным, багровым и склизким. Сжатую ладонь окутали ослепительные разряды молнии, разрывая в клочья и испепеляя непонятную субстанцию. На краю сознания Наруто словно пронёсся сдавленный крик, но он, сосредоточившись на глазе урагана, на точке спокойствия в водовороте чакры, не обратил на него внимания. Он положил руку девушке на плечо и развернул её лицом к себе.

- Что ты сделал, сраный говноедистый педик? - прошептала она.

Наруто окинул взглядом её тёмную кожу, розовые волосы и золотые глаза, провёл руками по белым загнутым рогам, торчащим из головы, и сказал:

- Хорошие девушки не ругаются, Таюя-чан. Ты ведь хорошая девушка?

Та, не в силах оторвать взгляд от его глаз, лишь коротко кивнула.

- Знаешь, Таюя-чан, а так тебе очень идёт, твоя красота играет другими гранями.

- С-спасибо...

- Ну а теперь осталось самое главное.

- Н-не надо!

- Ты же знаешь, это для твоего же блага.

Она кивнула и закрыла глаза. Наруто вновь провёл рукой по её щеке, нешироко замахнулся и обрушил удар ей на лицо.

Состояние спокойствия и ясности покинуло его, возвращая в реальность. Он широко улыбнулся.

- Пойдём, Таюя-чан, нас с тобой ждут друзья! А затем мы вернёмся в Коноху, и я угощу тебя лучшим раменом в мире!

Лицо Таюи пошло красными зигзагами, возвращая былой бледный цвет, волосы налились краской, а рога втянулись в голову. Чёрные изломы Проклятой Печати начали сходить, исчезнув в метке на шее. Уголки губ приподнялись, но вместо улыбки, её лицо исказилось страхом.

- Сакон, не надо!

Наруто резко обернулся, но никого не увидел.

- Не меня ли ты ищешь? - раздался над ухом издевательский голос, и на лицо Наруто обрушился сильный удар.

Он скосил глаза и увидел, что из его плеча торчит отвратительная однорогая зубастая голова. Из тела Наруто вновь выросла красная рука, и обрушила удар на его живот.

- Сакон! Он может помочь! Я чувствую, что теперь свободна! Остановись сраный змеиный членосос!

- Мне не надо помощи, Орочимару-сама дал мне силу, и я получу ещё больше!

- Но ты сможешь стать сильнее в Конохе, - отчаянно завопил Наруто. - Если у тебя появятся дорогие люди, которых ты сможешь защитить, то ты станешь по-настоящему сильным!

- Более смешной вещи я не слышал в жизни!

- Ты точно не хочешь уйти от Орочимару? Точно не хочешь пойти со мной?

- Сейчас ты полностью в моих руках, абсолютно беспомощный! Для чего мне это делать?

- Таюя-чан, скажи, а первые двое были такими же засранцами?

Девушка изумлённо вытаращилась на Наруто. Затем, словно поймав какую-то мысль, лишь мотнула головой.

- Ну, Кидомару был ещё тем говнюком, любил битвы и играться со слабаками. А жиробас был вроде ничего, только постоянно нудел, чтобы я не ругалась.

Наруто дёрнулся от нового удара, обрушившегося на его голову.

- Как думаешь, Таюя-чан, был ли шанс убедить этого Джиробо пойти со мной?

- Только если бы ты ему хорошо ввалил. А с Кидомару - без шансов.

- Эй вы, уроды, я всё ещё здесь! - закричал прямо в ухо Сакон и вновь ударил Наруто.

Узумаки сокрушённо мотнул головой.

- Очень жаль, как бы я хотел, чтобы вместо тебя был Джиробо!

Новый удар в ухо заставил его вновь дёрнуться.

- Эй, ты, белобрысый гов... Хм. Как там тебя?

- Наруто Узумаки, будущий Хокаге Конохагабр-р-ррр... - удар, пришедшийся по зубам, заставил подавиться окончанием фразы.

- Так вот, Наруто-кун, ты не забыл, что у тебя из плеча торчит Сакон?

- Он мне почти не мешает! Но если ты просишь...

Град ударов замолотил по его голове и телу. Наруто не обращал на него внимания - спарринги с Толстобровиком иногда бывали болезненней. Он зажмурил глаза и потянулся туда, куда не собирался лезть без крайней нужды. Ну, по крайней мере до тех пор, пока кое-кто не перестанет быть таким вечно недовольным засранцем. Алая чакра опалила его живот и растеклась по телу. Наруто почувствовал, как его окутывает покров гнева, ненависти и жажды убийства.

- Что ты де-а-а-а-а-а-а! - закричал Сакон.

Он пытался отпрянуть, вырваться из тела Наруто, но когтистая рука ухватила его за голову, удерживая на месте. Сакон отчаянно сопротивлялся, пытаясь отпрянуть от этой сжигающей алой ауры, но его рывки становились всё слабее и слабее, пока он совсем не затих, и не вывалился из Наруто, глядя в небо неподвижными глазами. Тело стали покрывать алые кляксы, оно трансформировалось и вновь приняло вид того самого бледного парня с зелёными губами.

- Сакон! - раздался отчаянный крик.

Вторая половина двухголового, монстр с чёрной чешуйчатой половиной тела, сражавшаяся с последним оставшимся клоном, отчаянно взревев, повернулся к Наруто и бросился в атаку.

Наруто поймал вопросительный взгляд клона и отрицательно помотал головой. Раздался щебет тысячи птиц и окутанная молнией рука, пронзив сердце, вышла из груди Укона.

Наруто сбросил Сакона вниз, а клон отправил Укона вслед за ним, после чего, показав большой палец Наруто и послав воздушный поцелуй Таюе, спрыгнул вслед. Раздался резкий выкрик и подножье леса окутал вихрь яростного пламени.

Наруто тронул девушку за руку и сказал:

- Пойдём, Таюя-чан, нам надо поторопиться, а то Саске вернут без нас.

Та лишь молча кивнула. Наруто рванул вперёд, прыгая с ветви на ветвь, и Таюя последовала за ним.

- Послушай, сра... кгхм. Послушай, гов... Послушай, Наруто-кун, но ведь ты же сказал, что ты - теневой клон!

- Я чуточку капельку самую малость приврал!

Глава 21

Быстрый бег по ветвям, протекающий в приятной болтовне с Таюей, был прерван самим Наруто:

- Таюя-чан, нам нужно спешить!

- Кимимаро? - на миг задумавшись, спросила она.

Наруто лишь кивнул и припустил со всех ног, не стараясь беречь силы, рискуя сорваться и упасть. Время неуклонно поджимало.

Лишь когда стена леса резко оборвалась, словно обрезанная кунаем, Наруто смог осмотреться. То, что совсем недавно было лугом, покрытым густым разнотравьем, теперь представляло собой печальное зрелище. Вздыбленная изрытая земля, огромные лужи воды с торчащими из них осколками льда, обломками белых костей.

Хаку стояла, тяжело опираясь на Кубикирибочо, и учащённо дышала. Из-под разодранной одежды на плече обильным потоком текла кровь. За её спиной в некотором отдалении сидела Хана, склонившись над двумя из своих нинкенов, чей серый мех был покрыт кровью. Третий брат Хаймару стоял, широко раскинув лапы и склонив голову, низко рычал. Окутанные зелёным светом руки Хисаме лежали на спине Шино, который стоял со всё тем же бесстрастным выражением лица, а вокруг него жужжащим смерчем кружился целый рой насекомых.

Перед ними стоял противник. С активированным вторым уровнем Проклятой Метки, он мало напоминал человека. Тёмная землистая кожа, шесть огромных костяных бивней, торчащих из спины, похожий на длинное осьминожье щупальце хвост, чёрные пятна вокруг золотых глаз с чёрными склерами. В руке он сжимал что-то, напоминающее меч, составленный из позвонков, и по воспоминаниям клонов Наруто знал, что ещё недавно это действительно было его позвоночником.

- Нам конец! Это Лоза его Танца клематиса, - прошептала Таюя. - Удивительно, что твои друзья продержались так долго.

Наруто сложил руку в Ин и вызвал ещё несколько десятков теневых клонов. Они бросились навстречу Кимимаро, а сам Наруто побежал к раненым друзьям, на ходу закатывая рукав.

Подбегая к Хане, он бухнулся на колени, и заскользил по грязной траве, остановившись перед куноичи.

- Как они? - быстро спросил он.

- Очень плохо. Ичи - проникающее ранение живота, задета печень. Сан - рубленная рана спины, повреждён позвоночник. У Ичи есть надежда, а вот...

Серый нинкен приподнял голову и посмотрел на неё понимающим тоскливым взглядом и что-то тихо рыкнул.

- Идиот! - закричал Наруто. - Рано прощаешься! Ты ещё...

Тот поймал взглядом глаза Наруто и негромко заскулил. Наруто сжал руку в кулак и буквально вбил предплечье в приоткрытую пасть.

- Кусай, идиот! Киба слишком любит выпендриваться, так что мне может понадобиться твоя помощь, чтобы показать ему, кто будет следующим Хокаге Конохи!

Дождавшись, когда прокатившаяся слабость сойдёт, когда умирающий пёс зашевелится и попытается осторожно встать на ноги, Наруто приступил к лечению оставшегося нинкена.

- Хана-чан, что произошло, после того, как рассеялись клоны? Хаку же удалось заключить придурка в ледяные зеркала!

- Он их разбил, вырвался и вышел оттуда уже таким. А потом мы ничего не могли сделать. Он остановил Тройной Волчий Клык своими костями, ранил Хаку и Шино. Он очень быстр - только кикайчу Абураме помогли нам продержаться, ему было нечего им противопоставить.

- А где бочка с Саске?

- Прогремел взрыв и её разнесло в щепки...

- А Саске? Где Саске?

- Учиха ушёл.

- Как?

- Он направился куда-то в сторону Звука.

- Сраный красноглазый придурок! Ладно, Хана-чан, отводи нинкенов и отходи сама!

- Сан и Ичи говорят, что могут сражаться!

- Сейчас тут станет очень неуютно. Хана-чан, ты чунин, но, пожалуйста, поверь мне! Смотри!

Они подняли глаза и увидели, что Хаку, Шино и Хисаме под прикрытием клонов уже отступают. Полукольцо клонов, сжимая в руках сферы Разенганов, сомкнулись вокруг противника. Одна из сфер столкнулась с огромным белым буром, вырастающим из руки Кимимаро, и дзюцу Кагуя пересиливало даже легендарную технику Йондайме Хокаге. Пронзённый костяным остриём, клон развеялся облаком дыма. Хана кивнула и вместе со своими собаками отступила прочь.

- Наруто-кун, я могу попробовать своё гендзюцу, - сказала подбежавшая Таюя. - Но этот говноед когда-то надрал жопы всей нашей Четвёрке, так что на это мало надежды.

- А что насчёт призрачных червяков?

- Макьё но Ран? Без шансов - кости ублюдка против них почему-то воздействуют.

- Ладно, тогда делай, что считаешь нужным. А сейчас побежали к Хаку-чан!

Наруто прыгнул вперёд и помчался к той, что считала себя его орудием, но при этом являлась командиром миссии. Поравнявшись с Хаку, он вытянул руку перед её лицом.

Хаку благодарно кивнула и прикусила оголённое предплечье, добавив следы человеческих зубов к отпечаткам звериных челюстей. Девушка приподняла руку и подвигала плечом, после чего одарила Наруто ослепительной улыбкой.

Они помчались вперёд, к отряду клонов, что полукругом окружил Кимимаро.

- Наруто-кун, ты можешь продолжить погоню, а мы справимся сами! - предложила Хаку.

Наруто на секунду задумался, но отрицательно махнул рукой.

- Насколько я понял, Саске всё-таки ушёл к Орочимару добровольно. Сейчас нам важнее справиться с этим придурком, а потом мы его догоним и так. Я не хочу, чтобы вы снова пострадали. Да и вообще, можно не торопиться.

- Но Орочимару получит тело Учиха-сана!

- Неа, Таюя-чан сказала, что они опоздали, а это значит Орочимару выбрал новое тело и у нас есть в запасе три года. Так что сейчас важнее разобраться с этим придурком. Что-то он не похож на умирающего!

Наруто и Хаку подбежали к клонам, которые ловко уходили Шуншином от атак костяного лезвия, а пули, вылетающие из кончиков пальцев Кагуя, сбивали порывами Ветра.

Наруто удовлетворённо заметил, что изо рта Кагуя стекает тонкая струйка крови - видать, одна из атак его хорошо задела.

- Кагуя-сан, пожалуйста, не надо продолжать! - сказала Хаку. - Вы всего лишь бессмысленно умрёте.

- Сдавайся, Кимимаро, - поддержал её Наруто. - Ты слишком долго используешь Проклятую Печать, тебе не продержаться.

- Я выполнил свою миссию, теперь Орочимару-сама получит тело Учиха. А мне остаётся лишь перед смертью уничтожить как можно больше его врагов!

- Тебе не обязательно умирать. Ты можешь отправиться с нами в Коноху. Наш Хокаге - долбаный величайший медик в мире. Она сможет тебя вылечить, ты сможешь жить.

- Моя жизнь не имеет значения. Я принадлежу Орочимару-сама душой и телом, поэтому ваше предложение глупо.

- Я же говорил, что этот сраный педик готов отдать жизнь, чтобы ещё разок отсосать у хозяина.

- Таюя! Ты жива? - изумился Кимимаро. - Я должен был убить тебя сразу. Ты, похоже, забыла кому принадлежишь.

Девушка усмехнулась и впечатала руку в землю. В клубах дыма вновь возникли три безглазых великана с зашитыми ртами.

- Можешь попытаться, урод! Я теперь свободна и принадлежу лишь самой себе!

Она поднесла к губам свирель и заиграла нежную мелодию.

Наруто и Хаку вдвоём бросились на Кимимаро. Ведомые мелодией великаны присоединились к атаке. Клоны, разделившись на четвёрки, активировали свои самые сильные дзюцу. Чидори и Разенганы обрушились на Кимимаро. Тот потерял свой костяной меч, уничтоженный дзюцу Молнии, под ударом Разенгана покрылся трещинами бур, торчащий из его руки, на спине недоставало трёх из шести бивней.

Кубикирибочо, покрытый выщербинами от столкновений со сверхпрочной костью, наконец-то окрасился кровью и прямо на глазах стал затягивать повреждения.

- Кимимаро, - выкрикнул Наруто, - ты не сможешь дальше продолжать. Твоя смерть не будет иметь смысла!

Тот принял Разенган одного из клонов на корону костяных стержней, выдвинувшихся из руки, после чего его конечность бессильно повисла.

- Я лишь служу Орочимару-сама.

- Хаку была такой же. Она служила Момочи Забузе, считала себя его инструментом. Но Забуза любил Хаку как дочь, готов для неё пойти на что угодно. Будет ли Орочимару хоть на секунду огорчён твоей смертью, будет ли горевать хотя бы по утрате ценного ресурса? Или же для него ты давно отработанный материал?

Клон, сжимающий в руке ком Молнии, с головокружительной скоростью промчался вперёд и костяной бур, не выдержав, окончательно рассыпался, разлетевшись белыми обломками.

- Это не имеет значения. Он - мой хозяин и я буду верен до конца.

Два великана подскочили с разных сторон и обрушили на Кимимаро сокрушительные удары. Костяные бивни, закреплённые на предплечьях одного из них, отпали, начисто срезанные шипом, вылезшим из ладони Кимимаро. Удар дубины был с трудом остановлен к этому времени восстановившейся рукой.

- Он не стоит такой верности! Он предаёт всех, кто идёт за ним! Кимимаро, пожалуйста! Другого шанса не будет.

- Не будет, - легко согласился он, - ведь сейчас вы увидите мой последний танец - Танец Бутона Папоротника!

- Мы в дерьме! - воскликнула Таюя.

Наруто подскочил к Хаку-чан, обхватив её за талию, с удовлетворением заметив, как клон сделал то же самое с Таюей.

- Шуншин!

Наруто вложил в дзюцу море чакры, стараясь оказаться как можно дальше от противника. И успел он едва-едва. За считанные доли секунды огромный луг перестал существовать. Вырвавшиеся из земли огромные острые колья мгновенно выстрелили вверх, образовав исполинский костяной лес. Наруто вновь применил Шуншин, вновь перенёсся прочь, и лишь на третий раз смог убраться из области поражения.

Беспокойство охватило его сердце, но через секунду тревоги ушли, когда он заметил тяжело дышащих клонов, на спинах которых верхом восседали братья Хаймару, спокойного Шино, Хисаме-чан, целующую клона в щёку, и опечаленную Таюю. Та, поймав взгляд Наруто, удручённо скалала:

- Не все Доки успели прекратить призыв.

Наруто сжал зубы. Ему не нравились эти великаны, но он понимал чувства девушки.

- Ладно, пора это заканчивать, - сказал он. - Таджу Каге Буншин но дзюцу!

Густая завеса дыма окутала окружающее пространство и несколько сотен клонов повернулись к лесу костей. Они выстроились длинной шеренгой.

- Катон: Великий Огненный Шар!

И мир погрузился в пучину огненного уничтожения.

***

Наруто был очень рад, что Шино заслуженно стал чунином, он был счастлив, что с ним были его пугающие жуки и в данную секунду был готов признать (не вслух, чтобы не быть больно укушенным за неприятное место), что жуки круче собак. Предусмотрительный Абураме в той смертельно опасной суматохе, возникшей во время схватки с последним Кагуя, умудрился дать команду своему специальному жуку перебраться с обломков бочки на тело Саске.

За время путешествия Братья Хаймару несколько раз теряли след его мятежного напарника - в первый раз в здоровенном котловане с двумя огромными статуями Шодай Хокаге и Мадары Учиха (Наруто жалел, что спешит, он бы с удовольствием рассмотрел их поближе - теперь придётся это сделать на обратном пути), а затем при форсировании нескольких речушек и одного ущелья. Кикайчу Шино не ошиблись ни разу. Наруто понимал, что несправедлив к умным собакам, что при других обстоятельствах надежда была бы лишь на собак, но он так изнывал от нетерпения, что его бесила малейшая задержка.

- Наруто-кун, - поравнялась с ним Хаку. - Мы только что пересекли территорию Страны Рисовых Полей, это выходит за параметры миссии. Мы очень рискуем не только попасть во вражескую засаду, но и спровоцировать международный конфликт.

- Хаку-чан, я должен увидеть Саске! Я хочу посмотреть ему в глаза!

- Только посмотреть?

- Ну и выбить, конечно же, из него всё дерьмо! Если ты решишь прекратить миссию, то дальше я пойду один. Спишете всё на распоясавшегося генина.

- Это опасно. Как твоё орудие...

- Хаку-чан, оставь! У меня будет только одна просьба, если со мною что-то случится, позаботься о Таюе-чан.

- Что за сраную херню ты несёшь? - раздался сзади голос упомянутой Таюи. - Говно ударило тебе в голову, и ты решил, будто я пойду в Коноху без тебя?

- Я пойду с тобой, Наруто. Почему? Саске - мой одноклассник, и пусть мы никогда не были друзьями, он всё равно соратник и брат по оружию, - негромко сказал Шино.

- Наруто, тебе не идёт образ трагического героя, оставь это стоему придурочному напарнику, - фыркнула Хисаме.

- Гав! Гр-ав!

- Ребята говорят, что ты не очень умный щенок!

- Спасибо, Хана-чан, передай им, что они - блохастые комки шерсти.

- Вообще-то они тебя понимают и так.

- Этого я и не забывал, - улыбнулся Наруто. - Спасибо ребята! Только попрошу вас не вмешиваться, пока я сам не поговорю с Саске.

- Ты помнишь, Наруто-кун, что миссией до сих пор командую я? - спросила Хаку.

- Пожалуйста, Хаку-чан!

- Вам нужно решать быстрее! - перебил их Шино. - Почему? Мы приближаемся и почти совсем на месте.

И действительно, стоило им выбежать из леса и пересечь высокий холм, как внизу, в долине, показалась маленькая фигурка в синей куртке с красно-белым веером на спине.

- Хаку-чан, пожалуйста! - вновь повторил Наруто. - Са-а-а-а-а-аске! Стой!

Наруто изо всех сил рванул вперёд к своему беглому напарнику. Тот прекратил бег, остановился, и повернулся, сложив руки на груди.

- Саске, придурок! Что ты творишь? - зарычал Наруто.

- Привет, идиот! Ты пришёл сюда опять доставать? Отвали от меня.

- Не-а, придурок! Ты мой напарник, поэтому я от тебя не отстану, даже если придётся тебя отметелить! Скажи, Саске, почему? Зачем ты так с Сакурой-чан, Какаши-сенсеем, со мной?

- Какое тебе дело? Я выбрал свой путь и тебя это не касается! Ты не сможешь заставить меня с него сойти. Никто не сможет.

- Какое дело? Идиот, я же сказал - ты мой напарник, а что касается моего друга - касается и меня!

- Друзья? Мы никогда не были друзьями!

- Да, да, попытайся себя в этом убедить, придурок! Эй! А вы там чем заняты?

Наруто резко развернулся ко своей команде и одарил их возмущённым взглядом. Хаку, Хисаме и Хана о чём-то болтали, время от времени подхихикивая, три собаки бегали друг за другом, игриво покусывая друг друга за загривки, Таюя развалилась на траве, широко раскинув руки, а Шино присел на корточки и разглядывал одинокий куст, очевидно, усмотрев там какого-то редкого жука.

Движение прекратилось, восемь голов медленно повернулись к Наруто, а затем так же медленно отвернулись.

- Э-эй! Против меня гений клана Учиха, обладатель Шарингана, знающий А-ранговое дзюцу убийства! У которого, к тому же, проклятая метка Орочимару! И это вся ваша реакция?

Хисаме отвлеклась от своей захватывающей беседы и раздражённо бросила:

- Ты сейчас с ним будешь переругиваться, потом вы начнёте друг на друга орать, потом ты ему навешаешь, несмотря на все старания переубедить. Что тут смотреть? Мы не денежные мешки и не на чунинском экзамене.

- Наруто-кун, когда вы начнёте сражаться, мы обязательно посмотрим! - добавила Хана.

- Ну а пока что развлекайся, - заключила Хаку. - Так вот, девчонки, после дзюцу Суйтона волосы просто-таки сияют...

Наруто обиженно фыркнул и вновь повернулся к другу.

- Вот скажи, придурок, для чего ты убежал?

- Потому что Скрытый Лист исчерпал свою полезность. Эта деревня ничего не может мне предложить!

- Ах да, деревня должна целовать в жопу тебя, последнего Учиха! Тебе просто обидно, что я стал сильнее!

- Тебя обучает Джирайя. Ты привёл Пятую Хокаге в деревню. Мне же остаётся найти последнего из Саннинов. Я иду к Орочимару, чтобы получить настоящую силу!

Наруто подскочил к напарнику, схватил его за грудки и начал ожесточённо трясти.

- Ты предаёшь деревню, уходишь к предателю и надеешься, что он сделает тебя сильнее, а не просто воспользуется твоим телом? Ты точно Учиха Саске, новичок года? Я вижу перед собой только идиота!

- Мне плевать на цену, которую придётся заплатить! И ты не сможешь мне помешать!

- Ты станешь рабом Орочимару! Того Саске, которого я знаю, того, кто надеется убить своего брата, больше не станет!

- Эй, Наруто! - раздался голос Таюи. - Зря стараешься, я предупредила его при первой встрече. Но твой дружок-педик оказался настолько тупым, так хотел отсосать Орочимару, что пришёл к нам добровольно!

- Сучка в чём-то права, - тихо сказал Саске. - Зря стараешься! Я стал намного сильнее и тебе меня не остановить.

Чёрные кляксы начали покрывать его лицо, рука взметнулась и обрушила удар Наруто в живот. Узумаки пришлось отпустить воротник Саске. Скорость была настолько велика, что Наруто едва успел отвести удар в сторону. Он отпрыгнул назад, сделал кульбит, заменился на камень, а затем побежал вокруг Саске по широкой дуге, избегая череды сюрикенов.

- Ты что творишь, придурок? Очнись!

- Ке-ке-ке-ке! Я очнулся! Я перестал быть идиотом, мечтающим биться бок о бок с товарищами. Я решил добиться силы, взять в руки свою судьбу!

Наруто вновь увернулся от летящего куная и ехидно заметил:

- Ты просто завидуешь, что я, последний в классе, стал сильнее тебя!

Выстроив земляную стену, Наруто дождался, пока прекратит бушевать пламя от огненного дзюцу, выпущенного Саске, и бросился в атаку.

- Не обольщайся! Ты и команда больше не имеете значения. Хотя нет, очень здорово, что ты стал моим другом!

- Ага! Ты признался!

- Именно потому, что у меня появился друг, я тебя убью! - Саске ухватил себя за руку и её окутало голубое сияние. - Чидори!

- Не ожидал, что ты завидуешь мне настолько сильно! Каге Буншин но дзюцу!

Клоны ударили руками в землю.

- Дотон: Земляная Стена!

Перед несущимся вперёд Саске из земли выскакивали преграды. Чидори была очень сильной техникой, но Учиха постепенно терял инерцию, и когда он, наконец, пробил все стены, с удивлением заметил отсутствие Наруто и клонов.

- Это уже не влазит ни в какие рамки! - раздался откуда-то сверху возмущённый вопль.

Саске поднял голову и увидел, что его напарник взобрался на одну из уцелевших стен и, полностью игнорируя сражение, обвиняюще тыкает пальцем в членов команды. Саске бросил беглый взгляд в ту сторону и активированный Шаринган мгновенно запечатлил поразительную картину - команда спасения удобно расположилась на траве и непринуждённо ела онигири, которыми, судя по развёрнутому перед ней свитку, всех снабдила Момочи Хаку.

- Ты же сам хотел, чтобы мы наблюдали за вашей дракой! - сказала Хисаме, укусив рисовый шарик.

- Но Саске хотел меня убить! Это Чидори, дзюцу убийства сраного А-ранга!

- Наруто, ты драматизируешь! - сказала Хаку. - Если бы я не знала тебя так хорошо, то подумала бы, что ты ноешь.

- Ты слишком любишь быть в центре внимания, Наруто-кун, - заметила Хана.

Наруто, спрыгнув со стены, ушёл от новой атаки Саске, прикусив язык. Они были правы, он действительно хотел, чтобы они, затаив дыхание, смотрели только на него.

- Суйтон: Водяная пуля! - прокричал он, выпуская серию водных шаров в сторону друга.

Саске, сверкая Шаринганом, легко ушёл с таектории дзюцу. На ладонях Наруто сгустилась чакра, превращаясь в бешено вращающиеся голубые сферы и он бросился навстречу другу.

- Разенган!

Несущийся ему навстречу Саске сжал своё запястье.

- Чидори!

Два мощных дзюцу столкнулись, образовав огромный взрыв в месте столкновения. Генинов смело взрывной волной и откинуло прочь.

Саске, тяжело опираясь на руку, успел увидеть, как Наруто, ударившись о небольшой пригорок, недовольно мотнул головой, окутался облаком дыма и пропал.

Из земли плавно выплыл новый Наруто. Он, не раздумывая, бросился к Саске, и они сошлись в поединке тайдзюцу. Наруто избежал одного удара, принял второй на жёсткий блок, произвёл удар в лодыжку, от которого Саске едва смог уйти, а затем, неожиданно, ударил его лбом в переносицу. Саске, увидав свою кровь на протекторе Наруто почувствовал, как на ключице вновь запульсировала метка и потянулся к её зловещей чакре.

- Саске! Прекращай быть задницей и пошли в деревню! Очнись! Стань вновь нормальным!

- Нормальным? Что ты знаешь обо мне! Что ты знаешь о том, что я потерял! У тебя никогда не было родных и близких, ты никогда не поймёшь боль потери!

- Придурок! У меня не было ничего! Но появились люди, кто мне дорог. Те, кого я люблю! Те, кого буду защищать ценой жизни! Даже тебя идиот! Глядя на тебя, я понимаю, что значит иметь брата!

- Брата?! - сорвался на крик Саске.

- Да, брата! Не очень умного, любящего из себя строить звезду трагедии, но всё-таки брата! Ты говоришь, что я не знаю боль потери. Я потерял одного из своих самых родных людей. И ты, придурок, уходишь к тому ублюдку, который его убил!

- Ну что же, если мы братья, то будет только справедливо, что я разорву эти узы, как Итачи когда-то разорвал узы со мной!

- Серьёзно? Ты хочешь быть похожим на человека, убившего твою семью? Саске, да ты больной!

- Может быть, но мне нравится эта болезнь!

Метка на шее Саске полыхнула алым, по телу пробежала волна яркого света. Кожа потемнела, на лбу возникло чёрное пятно в форме сюрикена, склеры почернели, а короткие волосы упали ниже плеч.

- Теперь, обладая этой силой, я могу в любой момент тебя убить! - усмехнулось странное существо с торчащими из спины крыльями, похожими на растопыренные ладони.

- Ты идиот? - зарычал Наруто. - Я могу создать тысячу клонов. Каждый мой клон может создать Разенган или Чидори. Как думаешь, когда я мог прекратить этот поединок?

- Именно в том, что ты не можешь меня убить, и заключается твоя слабость! - расхохотался Саске.

- Как здорово, что мне и не надо тебя убивать! - раздался за его спиной голос.

Учиха резко развернулся и увидел другого Наруто, стоящего у него за спиной, который уже впечатывал в землю ладонь:

- Кучиёсе но дзюцу!

Поле боя окутало огромное облако дыма, а когда дым развеялся, на том месте возникла огромная жаба с трубкой во рту.

- Гамабунта-сама, вопрос жизни и смерти! Придержите Саске, чтобы не брыкался!

Глаза Саске изумлённо расширились он попытался отпрыгнуть, но огромная красно-оранжевая лапа, молниеносно мелькнув в воздухе, ухватила его за крылья и подняла в воздух. После этого жаба внимательно посмотрела на Наруто прищуренными золотыми глазами и спросила:

- Что всё это значит?

Рука Саске окуталась молнией, он попытался ударить жабу, но Гамабунта лишь встряхнул его за крылья так, что тот щёлкнул зубами и дзюцу развеялось.

- Наруто, я же говорил, не вызывать меня без необходимости.

Из земли плавно выплыло несколько клонов, которые направились к членам команды, а сам Наруто низко поклонился.

- Простите Босс Бунта! Саске решил убежать к Орочимару, поэтому мне нужно было его остановить.

Жаба подняла надувшегося и сложившего руки на груди Учиху, и покрутила перед глазами, осматривая с разных сторон. Саске сохранял гордый вид, но в этом положении всё выглядело, словно он обиженно надулся.

- Проклятая метка? Всё зашло настолько далеко? И что, тебе, чтобы справиться с напарником, понадобился я?

Наруто быстро-быстро замотал головой.

- С печатью Змеиного Ублюдка он стал гораздо сильнее! А мои самые крутые дзюцу его или убьют, или покалечат. Поэтому и понадобилась ваша помощь.

- Ладно. Можешь с ним говорить! - Гамабунта развернул Саске и почти ткнул им в Наруто.

- Ну что придурок, теперь ты меня выслушаешь?

- Хн.

Наруто сделал быстрый шаг вперёд и сильно ударил Саске под дых.

- Чувствуешь бессилие, чувствуешь беспомощность? Чувствуешь так, словно ты вновь с Хаку-чан в Стране Волн?

Лицо Учихи скривилось от ярости. Мелькнул кулак Наруто и без замаха ударил Саске в лицо.

- Это тебе за то, что расстроил Сакуру-чан!

Наруто размахнулся другой рукой и нанёс новый удар.

- А это за то, что Какаши-сенсей, когда узнает, очень огорчится!

Саске плюнул в Наруто кровью из разбитой губы.

- Он всё равно ничему не учил!

Наруто рассмеялся и вновь ударил друга в солнечное сплетение. Пока тот открывал рот, пытаясь глотнуть немного воздуха, Наруто прорычал:

- Он научил тебя своему самому крутому дзюцу! Он помог тебе подготовиться к Чунин Шикен так, чтобы ты не остался комком окровавленного песка! Ну а то, что он мудак - не повод становиться мудаком самому! И кстати, Саске!

- Что? - прохрипел он.

Сжатый кулак Наруто ударил прямо в украшенный чёрным сюрикеном лоб. Голова Саске откинулась назад.

- А это от меня лично!

Алые глаза с чёрными склерами и двумя бешено вращающимися томоэ прожигали Наруто насквозь, но он лишь задумчиво чесал затылок. Наконец, он вновь подскочил к Саске и, увернувшись от широких замахов рук, ухватил того за щёки и потянул их в стороны.

- Ты что делаешь, идиот?

Наруто вновь увернулся от брыкающегося Саске и, схватив того за нос, больно сжал.

- Эй, придурок! - завопил Саске. - Я убью тебя!

Узумаки вновь подскочил к напарнику и, заблокировав локтем удар (с силой Проклятой Печати вышло очень больно), сжал "уточкой" его губы.

- Я выпущу твои кишки! - вопил Саске, потеряв привычное достоинство.

Наруто выглядел абсолютно несчастным, но Саске сомневался, что его как-то проняли угрозы. Следующая мысль, что пришла Узумаки в голову, явно не вызывала энтузиазма, но он всё-таки подошёл к другу и постучал двумя пальцами ему по лбу.

Результат превзошёл все ожидания. Учиха бешено забрыкался, и Наруто, получив сильный удар ногой, улетел прочь. Полежав немного с раскинутыми руками, Наруто закряхтел, встал, и вновь направился к напарнику. Но стоило ему увидеть Саске, выражение уныния бесследно пропала, а лицо озарила широкая улыбка.

- Получилось! А-ха-ха, засранец, получилось! Наруто Узумаки - величайший шиноби Конохи и будущий Хокаге! Босс Гамабунта, пожалуйста, отпустите его!

- Ты уверен? - удивилась жаба.

- Совершенно! Саске, ты же не будешь делать глупостей?

- Хн!

- И это всё? А где же: "Спасибо, Наруто, ты настоящий друг"?

- Что ты несёшь, неудачник?

Узумаки стянул со лба протектор и протянул Саске.

- Посмотри сам.

В полированной стали алым светом сияли глаза с тремя вращающимися запятыми.

- Ладно, придурок, теперь слушай сюда. Кимимаро и Таюя-чан сказали, что у тебя есть три года до тех пор, пока Орочимару сможет сменить тело. Только идиот будет дотягивать до последнего, так что считай, что у тебя только два с половиной. За это время ты должен стать сильнее. Ты знаешь, что для этого нужно?

Саске был в полном ступоре, поэтому даже не попытался атаковать.

- Я должен больше ненавидеть!

- Ты должен меньше быть идиотом! Есть только два способа получить настоящую силу. Первый - всем сердцем желать защитить тех, кто дорог, и этот способ тебе не подходит. Второй - найти соперника, которого тебе нужно превзойти, как Гай-сенсей превзошёл нашего учителя. И подобным соперником буду я. Каге-буншин но дзюцу!

Рядом с Наруто в облаке дыма возник клон. Пока Наруто полез в подсумок, достал свиток и начал что-то в нём писать, клон продолжил:

- Запомнил дзюцу? Если нет, спросишь у своего змеиного педофила. А теперь слушай внимательно: клон, развеиваясь, не только возвращает воспоминания. Он может тренироваться, и результаты тренировок достаются тебе. Ты должен тренироваться по методу Хаку-сенсея, Босс даст тебе свиток. И помни - у тебя два с половиной года, и придётся очень-очень постараться, чтобы меня превзойти!

Наруто закончил писать и сунул свиток в руки ошарашенному Саске.

- Но почему?

- Ты сам не понял, придурок? После того, как выяснилось, что ты ушёл добровольно, по возвращению в Коноху пришлось бы пойти в тюрьму. Нет, можно было бы втирать бабуле в уши дерьмо по поводу того, что на тебя влияла Проклятая Печать, но она лучший долбаный медик в мире, ложь распознает вмиг. Поверь, я пробовал! Так что иди к своему новому сенсею, пока она не остынет. И тренируйся, тренируйся до кровавых мозолей на заднице, знаешь почему?

- Почему?

- Потому что, если ты не успеешь, за твоим дорогим Итачи приду я.

- Ты? Тебе-то он зачем, неудачник?

- Эй, ты забыл? Твой милый братишка - член Акацуки, а они охотятся именно за мной! Так что не обижайся, если ты не успеешь, а всё дерьмо из него выбью я!

- Не выйдет, придурок! Два с половиной года. Я вернусь, и мы всё повторим!

- Конечно повторим, отмудохать тебя оказалось очень успокаивающим занятием! Ладно, давай без сопливых прощаний, просто вали! Хотя нет, подожди!

Саске изумлённо уставился на вытянутую руку.

- Серьёзно?

Наконец, он что-то про себя решил. Красная волна прошла по его телу, кожа вернулась к нормальному состоянию, а чёрные пятна втянулись в метку и тело вновь приобрело человеческие очертания. Последним погас Шаринган, сменив горящий алый на непроницаемо-чёрный. Саске ухмыльнулся, и вытянул руку в ответ. Пальцы старых друзей и вечных соперников сцепились в Печати Гармонии.

Глава 22

Тяжёлое предчувствие грызло душу Наруто, пока он поднимался по ступеням Башни, чтобы пройти в кабинет Хокаге. По возвращению в Коноху у него состоялся тяжёлый разговор с Сакурой-чан, после которого она просто разрыдалась на его плече, и не менее неприятная беседа с сенсеем. Вызов к Хокаге он воспринял бы даже с облегчением, если бы ждал от него что-то хорошее.

И первые признаки показывали, что ничего хорошего не будет. Неподалёку от двери в кабинет из широкого пролома в стене торчала половина очень знакомого стола - свидетельство того, что Хокаге очень не в духе.

Наруто стиснул зубы и решительно ступил в открытую дверь - он готов к любым последствиям своих действий, ведь он поступал лишь так, как считал правильным!

Хокаге не обратила на него внимания. На её столе - новом столе, приятно пахнущем свежим лаком - не было привычных книг и бумаг. Все они до сих пор стопками стояли на полу (очевидно, аккуратно собранные сестрёнкой Шизуне после вспышки гнева Цунаде), а поверх столешницы был расстелен длинный свиток, который Хокаге читала. Наруто молча стоял, собираясь с мыслями, не собираясь отвлекать её от этого важного занятия.

- Итак, генин Узумаки, - сказала Цунаде, не отрывая глаз от свитка, - ты участвовал в возвращении в деревню похищенного вражескими шиноби Учиха Саске. Я позволила твоё участие, несмотря на низкое звание, не соответствующее параметрам миссии, несмотря на личную заинтересованность. И каков итог? Команда, вместо последнего представителя Учиха Ичизоку возвращается с...

- ... с ещё одним членом Узумаки Ичизоку!

- С подручным Орочимару! Которую, вместо того, чтобы отправить в тюрьму, мне предлагают включить в активный реестр шиноби Конохи! Что ты мне скажешь, генин?

- Таюя-чан не виновата!

- Она принимала участие в убийстве Сандайме!

- И что? Звук сражался с Конохой! Мы убивали их, они убивали нас. Если кого и надо винить, то Змеиного Ублюдка, устроившего нападение!

- То есть твоя "Таюя Узумаки" просто следовала приказу?

На обратном пути Наруто много говорил с девушкой и имел представление об его характере. Он знал, что его слова пойдут во вред Таюе-чан, но врать или искажать правду он не мог - он шиноби Конохагакуре перед лицом своего Хокаге.

- Нет. Она любит сражаться, любит вызов. Только сила, даруемая меткой, могла её хоть как-то примирить с рабством у Орочимару. Но теперь всё изменилось, она свободна, и свою силу сможет применить на пользу Листу.

- И ты считаешь, что раз у неё красные волосы, раз она пошла за тобой, то я просто забуду обо всём, и включу её в регулярные силы?

- Эй, я такого не говорил!

- Да ну? Значит мне что-то мерещится?

- Не просто! Сначала она должна будет пойти к Ибики-сану, исписать километры свитков, раскрыть все секреты Змеиного Ублюдка, что знает и нанести на карту все его базы. Затем ей нужно в госпиталь, чтобы ты взяла у неё кровь или сделала какие там ещё тесты, чтобы проверить, действительно ли она Узумаки. К тому же не обязательно регулярные силы, можно в Анбу, как Хаку-чан!

- Итак, мы отвлеклись от темы. Почему ты позволил Учиха Саске уйти к главному врагу Конохи?

- Потому что он - мой друг. Потому что не было выбора. Потому что он ушёл по своей воле!

- Не было выбора?

- Он решил искать силу. Пошёл к змеиному ублюдку добровольно. Да, я мог бы его притащить в Коноху. И что потом?

- Да, и что?

- Ну, допустим, я бы смог тем или иным образом уговорить тебя не отправлять его в тюрьму. Его либо отстранили бы от активной службы, либо вновь вернули в команду. Все три варианта - тупик. Заключение меня не устраивает, Саске - мой друг, и пусть он лучше будет в бегах, чем гниёт в тюрьме не за столь уж тяжёлый проступок. Отстранение от службы противоречит его желанию отомстить, а значит он будет искать способ получить силу и, скорее всего, снова сбежит к Орочимару. Ну а если вернётся в Команду 7... Саске показал себя ненадёжным, вряд ли Какаши-сенсей будет его чему-то учить. Проклятье! Он учил его только перед Чунин Шикен! И вновь, у него не останется выхода, кроме как уйти к Орочимару.

- С чего ты решил, что это получится?

- Хочешь сказать, что приставишь Анбу следить за ним? Им что, больше нечем заняться? Может мне снова пару раз покрасить Монумент? Нет, тем более мой вариант самый лучший!

- И что в нём хорошего?

- У Саске есть цель и есть учитель. Я знаю, он ни за что не уступит Орочимару, будет тренироваться не щадя сил, потому что знает, что иначе я надеру Итачи его унылую учиховскую задницу! В конечном итоге, Коноха получит очень сильного шиноби. Считай его отлучку тренировочным путешествием, разведывательной миссией, инфильтрацией, да чем угодно! Ну а чтобы Орочимару не было скучно, мы можем его развлечь - Таюя-чан знает расположение четырёх баз!

- Тренировочная миссия, говоришь? Принять ещё одного нукенина в регулярные силы? Наруто, - прошипела Хокаге, - почему ты уверен, что подобные решения сойдут тебе с рук?

- Я поступил, как считал правильным! Так будет лучше для деревни!

- И это все твои оправдания? Ты не останешься безнаказанным!

- Я готов нести ответственность за все свои решения! - сквозь сцепленный зубы сказал Наруто. - Саске - мой друг, мой напарник. Таюя - член моей семьи. А защищать тех, кто дорог - это мой путь ниндзя!

- И ты понесёшь ответственность, чунин Узумаки!

- Конечно понесу... Что?

Цунаде протянула руку куда-то в глубины стола и вытащила наружу очень знакомый жилет с красной спиралью на спине.

- Но...

- Как ты думаешь, почему генину было позволено участвовать в миссии такого ранга? Миссии, где предполагалось столкновение четырьмя шиноби А-ранга?

- Потому что у меня океан чакры, и я знаю много мощных дзюцу?

- Ну, и это тоже, - рассмеялась Цунаде. - Но основной целью было проверить твою способность принятия решений. Именно поэтому Момочи Хаку была проинструктирована дать тебе некоторую свободу действий. Ты справился неплохо.

- Всего лишь неплохо?

- Ты справился отлично, но не сильно зазнавайся!

- А что насчёт вот этого? - Наруто махнул рукой в сторону писменного стола, торчащего из проёма в стене.

- Сам понимаешь, что новости о том, что Учиха Саске, последний член клана-основателя Конохи не просто ушёл из деревни, но к тому же был отпущен тем, кому поручено его вернуть, меня не обрадовала. Но когда я успокоилась, то пришла примерно к тем же выводам, что и ты. Я Хокаге - и вынуждена была бы отправить его в тюрьму. Разыгрывать карту Проклятой Метки было нельзя - раз, в отличие от Митараши Анко, поддался её влиянию, он не пригоден к службе, потому что будет нести угрозу любой команде. Отправить в отставку, запечатав чакру - тоже не выход. Так что, как бы не хотелось этого признавать, его бегство из деревни - самый удобный вариант.

- Но чунин? А как же экзамен?

- Обычно полевое повышение возможно только во время войны. Но, учитывая, что экзамены были совсем недавно, достаточно просто пересмотреть результаты. Ты впечатлил экзаменаторов, вот только до сих пор доверить тебе руководство командой было бы не слишком разумно. В этой же миссии ты взял на себя роль лидера, принял несколько очень непростых решений, руководствуясь не только сердцем, но и разумом. Твоя команда вернулась целой и невредимой, при этом деревня получила некоторую выгоду - ценные сведения и умелого шиноби, способного усилить наши ряды. Я прочитала твой рапорт насчёт Проклятой Печати Орочимару, очень жаль, что ты не умеешь её ликвидировать сознательно. Но у меня есть пара неплохих мыслей.

Наруто подошёл к Хокаге и дрожащими руками взял со стола чунинский жилет. Он гладил крепкую ткань, до сих пор не в силах поверить в случившееся. Затем он подозрительно глянул на Хокаге.

- А для чего было нагнетать всю эту драму? "Ты отпустил Саске! Ты провалил миссию! Ты понесёшь ответственность!"

Лицо Хокаге приобрело невинное выражение.

- Дедуля так тоже делал! Когда Карин-чан вернулась в деревню, то он напугал меня почти до мокрых штанов! Быть Хокаге - обязательно становиться засранцем?

- Наруто-кун, не забывай, Хирузен-сенсей был моим учителем! Я не могла не набраться от него привычек!

- Дерьмо! Если бы это было правдой, то Йондайме должен был бы подглядывать в источниках, а я читать порнуху и вечно опаздывать!

- Ну, в книгах Джирайи-куна всё-таки неплохой сюжет!

- Ты поняла, что я имею в виду!

- Видеть твоё ошарашенное лицо было бесценно!

- Но Цунаде-чан! Это нечестно!

- Как ты меня назвал? - спросила она, сложив на груди руки. Наруто ни на миг не поверил - для оскорблённого человека она слишком уж лучилась удовольствием.

- Ой да ладно! Тебе это нравится! Или мне сказать Цунаде-баа-чан? А что, наши кланы - родственники, твоя бабуля была Узумаки, так что ты можешь быть моей многоюродной бабушкой!

- Можешь попробовать, если считатешь, что у тебя слишком много ног. Парочку я с удовольствием оторву.

- Тогда не надо изображать обиду! К тому же у тебя отвратительно получается. Ладно, Хокаге-сама! Чунин Узумаки готов к несению службы.

- Что же, Наруто, теперь ты чунин. Будешь вести за собой шиноби, планировать, и принимать решения.

- Конечно! Я готов! Считай, что это ещё одна ступень к тому, чтобы сменить тебя на посту Хокаге!

- Тебе ещё предстоит долгий путь, Наруто-кун, - мягко сказала Цунаде.

Широкая улыбка Наруто озарила кабинет.

- И начну я его с месяца бесплатного рамена!

***

Чунин. Наруто всячески представлял себе, что случится, когда он станет ближе к своей мечте, взойдёт на следующую ступеньку карьеры шиноби. В его представлении это были крутые миссии, в которых он проявляет свою неимоверную крутизну, побеждает нукенинов, спасает принцесс, освобождает страны, получает за это горы хрустящих рьё и признание своей деревни. Он подсознательно полагал, что стоит ему надеть жилет, как тут же всё заиграет новыми красками, как под влиянием резких перемен его жизнь кардинально изменится. Он ошибался.

В спасении принцесс и свержении тиранов не было ничего нового - ведь этим он занимался ещё в ранге генина. С нукенинами дело обстояло точно так же - пусть новые противники были сильны, но Наруто встречал врагов и сильнее. С деньгами тоже было не очень - Гама-чан только-только начал приобретать приятную округлость, а до того слишком много денег ушло на жизненно важные инструменты шиноби: от взрыв-тэгов, кунаев, сюрикенов, свитков и насыщенных чакрой чернил (к сожалению, несмотря на наследие, фуиндзюцу ему давалось очень плохо, поэтому приходилось брать количеством клонов, а значит и возмутительно высоким расходом материала) до тех самых проводящих чакру ножей, что покоились в горизонтальных ножнах у него за спиной.

Все попытки пожаловаться на недостаток финансов наталкивались на полное непонимание подруг - Ино и Хината не испытывали в финансах нужды, у Сакуры-чан не было особых затрат, а все остальные, от Хаку и Хисаме до Таюи, Кин и Карин, просто подымали его на смех, утверждая, что в Конохе платят неприлично много, что даже сопливый генин, выполняя низкоранговые миссии, по сравнению с остальными деревнями купается в рьё. Причём, попытка привлечь к спору прибывших с дипломатической миссией Темари-чан с братьями, провалилась не менее позорно - виной тому был финансовый кризис в Суне, из-за которого и случилось нападение. Карин в Кусагакуре практически не получала денег, Орочимару не слишком заботился о своих шиноби, даже настолько высокоранговых, как Таюя, чего уж говорить о Кин. Хисаме и Хаку так давно были нукенинами с их нестабильными заработками, что воспринимали жизнь в Конохе как беззаботную идиллию. Фубуки-чан, несмотря на достаточно высокий достаток в нищей Стране Снега, считала, что в Конохе просто швыряются деньгами.

Ещё одним величайшим разочарованием оказался чунинский жилет. Наруто обожал свой оранжевый комбинезон, он справедливо считал, что сравниться с ним по крутизне могут разве что костюмы Ли и Гай-сенсея. Но стоило знакомым увидеть чунинский жилет поверх старого костюма, как его тут же подымали на смех. Ино была в полном ужасе, Сакура обречённо закатывала глаза, даже Хината, к которой он пришёл, зная, что она поддержит его в любом начинании, лишь отрицательно замотала головой. Попытка смены оранжевого на зелёное, на прекрасный костюм, подаренный Гай-сенсеем, вызвал такой же результат. Наруто воспользовался хитростью, и появился перед глазами Команды Гая, в надежде на всеобщее одобрение, но и тут вышло не так, как он ожидал. Нет, реакция Толстобровика и сенсея была предсказуема - по их лицам полились густые слёзы, они начали обниматься между собой и обнимать Наруто (их сила была столь велика, что вспышки перед вылезающими из орбит глазами Узумаки казались огромным диском солнца, а бьющая в уши кровь напоминала звук морского прибоя). Нейджи тактично пытался сохранить бесстрастное выражение, в чём бездарно провалился, а Тентен-чан обречённо стонала и лишь сильнее вдавливала обе ладони себе в лицо.

Хаку проявила сострадание и напомнила, что ношение чунинской униформы никогда не было обязательным, так что Наруто может продолжать ходить в своём любимом комбинезоне. Наруто лишь расхохотался, услышав такое нелепое предложение. Стать чунином, но при этом не показывать это всем окружающим? Не иметь возможности самодовольно задирать нос перед Кибой, выпячивать грудь перед девчонками и не втирать в лицо жителям деревни годы и годы пренебрежения? Смехотворно! К тому же, замена разорванного, пробитого, испачканного кровью и грязью комбинезона всегда ложилась тяжёлым бременем на Гама-чан, а униформа бесплатно предоставлялась интендантской службой, поэтому Наруто колебался недолго, отдав должное любимому цвету лишь в виде оранжевых бинтов, стягивающих теперь его щиколотки и предплечья.

Ещё одним испытанием стало командование кем-то другим, отличным от теневых клонов. Наруто, получив тяжкое бремя ответственности за подчинённых, первое время старался всячески уберечь их от любой опасности, ведь защищать дорогих людей - это его путь ниндзя! Это благородное желание, отдыхавшее лишь на низкоранговых хозяйственных миссиях, заставляло его пытаться всё сделать самому, не дать врагу добраться до тех, кто был ему действительно дорог. Это злило Кибу, вызывало неодобрение Нейджи, Толстобровик считал это "неюным", довольным был лишь один Шикамару. Наруто пытался всё объяснить, но никто не принял объяснения. Сакура попыталась выразить неодобрение кулаками (при этом Наруто чувствовал её правоту, так что пришлось уворачиваться и уходить с помощью дзюцу), Ино обиженно дула губки, а Тентен обрушивала на него горы очень острого железа. Но хуже всего было с Хинатой-чан, она, решив, что Наруто считает её слабой, пыталась уйти, опустив плечи, выглядя, словно избитый котёнок. Наруто пришлось долго извиняться и лишь когда он дал обещание (а Наруто Узумаки никогда не нарушает своих обещаний), девушка успокоилась.

Нет, пусть служба чунином и не была тем, что Наруто ожидал, но и назвать её разочарованием было нельзя никак. Узумаки видел множество новых стран, сражался со множеством сильных противников, узнавал новые дзюцу и совершенствовал старые, с каждым днём продвигаясь навстречу мечте. В своих бесчисленных путешествиях он встречал кучу новых людей, среди них было множество женщин, от просто симпатичных, до восхитительно прекрасных. Он знакомился с ними, узнавал историю их жизни, после чего знакомство с их лицами производила его покрытая мозолями ладонь.

***

Несмотря на то, что Саске отсутствовал считанные дни, Наруто по нему скучал. Пусть в жизни Узумаки случилось много перемен, пусть команда давно перестала быть единственным светлым пятном его жизни, пусть его окружали друзья и люди, которых он полюбил всем сердцем, но это не меняло одного-единственного факта. Команда 7 была для Наруто семьёй. Какаши-сенсей был ленивым извращённым дядюшкой, Саске - неприветливым придурком-братом, а Сакура... При мыслях о прекрасной Сакуре-чан щёки становились очень-очень горячими, а на лице сам по себе появлялся лёгкий румянец. Поэтому Наруто не мог дождаться, когда Саске уже прекратит страдать глупостями, а вернётся домой, к тем, кто его ценит и любит. Ведь, как говорил Джирайя-сенсей, "дом - это там, где кто-то думает о тебе". Правда не всем слова учителя следовало прислушиваться, время от времени он говорил что-то пошлое, к примеру, "хорошие сиськи - глазам радость" или непонятное - "голая женщина - как кунай в подсумке, их слишком много не бывает".

Наруто признавал желание Саске учиться у Змеиного Ублюдка, но это ни коим образом не значило, что Орочимару должен остаться безнаказанным за всё то зло, что причинил людям. Так что, когда, после череды довольно скучных миссий, он прибыл на вызов Хокаге и увидел в кабинете Таюю, Анко и Джирайю-сенсея, сердце его замерло в приятных предчувствиях.

- Благодаря сотрудничству Таюи-сан, мы узнали расположение нескольких укрытий Орочимару. Коноха не может оставить его злодеяния безнаказанными, поэтому вашей предстоящей миссией будет их обнаружение и уничтожение, а также подавление возможного сопротивления. Для вас, Таюя-сан, это будет испытанием лояльности нашей деревне и по итогам миссии я лично рассмотрю вопрос получения вами протектора Конохи.

Таюя молча кивнула. Наруто понимал Хокаге - если все предыдущие нукенины, что приходили с ним в деревню, были из союзных и нейтральных деревень, то Таюя, как и Кин, была шиноби Орочимару. И если Кин была всего лишь генином, то шиноби той силы, что Таюя-чан, мог натворить дел. К тому же у неё была Проклятая Печать. Наруто её вроде бы обезвредил, но он не мог объяснить, как это сделал, а значит Цунаде должна учитывать худшие варианты.

- Миссии присваивается А-ранг, - продолжила Хокаге, - лидером будет Митараши Анко.

Наруто, недоверчиво перевёл взгляд с довольно скалящейся Анко-чан на Джирайю-сенсея и обратно.

- Понимаешь, Наруто-кун, - ответил на невысказанный вопрос Джирайя, - я предпочитаю одиночные миссии. К тому же, моя специализация - силовая поддержка, разведка и шпионаж.

- Под шпионажем ты подразумеваешь подглядывание на источниках? - уточнил Наруто.

- Как бы мне не хотелось этого говорить, но Джирайя действительно очень хорош в добывании информации, - сказала Цунаде.

- Ладно-ладно, верю! - ответил Наруто, не поверив ни на секунду.

- Впрочем, мы отвлеклись. Параметры миссии заданы, цель ясна, все, кроме Наруто, свободны!

Шиноби кивнули, и покинули кабинет.

- Наруто-кун, ты хотел что-то спросить? - обратилась к нему Хокаге.

- Да, Цунаде-чан, у меня есть пара вопросов. В первую очередь, почему я? - Наруто, увидев, что Цунаде хочет что-то сказать, замахал руками. - Нет-нет, я знаю, что я супер-офигенный и всё такое, к тому же мне очень хочется надрать задницу змеиному ублюдку, и я очень рад, что выбрали меня!

- Ну так в чём дело?

- У этой миссии высокий ранг, очень странно, что туда взяли чунина, несмотря на всю его крутизну. Таюя-чан нужна, чтобы показать все эти убежища, без неё не обойтись. Эро-сеннин - один из сильнейших шиноби деревни, да и Анко-чан, пусть и совершенно безумна, но всё равно очень крута. Почему я?

- Дело в Таюе. Ты нужен для того, чтобы проследить за ней, не дать совершить какую-нибудь глупость. Какую-нибудь кхуиньйа.

- Что? - Наруто вытаращился на Цунаде, словно у неё выросла вторая голова. - Но как...

Она расхохоталась, залезла в ящик и вывалила на стол очень знакомый свиток.

- Я Хокаге, Наруто-кун. Не забывай это.

Наруто, почувствовав, что мир вокруг него завертелся, упёрся рукой в стену, чтобы сохранить равновесие.

- Сначала я, увидав это дзюцу, решила его уничтожить - сама его суть оскорбительна для любой куноичи. Но затем, поразмыслив и успокоившись, я решила его оставить. Во-первых, это наследие Тобирамы-оджи-сана. Во-вторых, оно уже принесло немалую пользу деревни. Ну и в-третьих... Ладно, не важно!

- Ты сама хотела его изучить? - Наруто расширил глаза во внезапной догадке.

- Хотела, - призналась Цунаде. - В конце концов, куноичи составляют около трети от всех шиноби. Но, несмотря на мой контроль, несмотря на весь опыт, ничего не вышло. Описанных сенсеем ощущений просто не возникает.

Хокаге спрятала свиток обратно в стол и вновь пристально взглянула на Наруто.

- Твоя основная задача - проследить за Тайюей. В остальном - следуй приказам Митараши-сан.

- Но ведь у Анко-чан не все дома!

- Наруто, Анко - лидер миссии... - строго начала Цунаде, но внезапно её глаза расширились, а на лицо наползла пугающая улыбка. - Но ты, Наруто-кун, совершенно прав!

- Прав? - подобная перемена настроения Хокаге была необъяснима.

- Совершенно прав! Наруто-кун, я открою тебе А-ранговый секрет. Анко когда-то была личной ученицей Орочимару. Она была первой, кому он успешно поставил Печать Небес. Влияние Проклятой Метки прорывается сквозь печать Метода Запечатывания Зла и иногда заставляет её делать разные не совсем разумные вещи, но всё равно, Митараши Анко - прекрасный и лояльный шиноби. Ну а теперь иди, тебя ждёт миссия.

- Да, Цунаде-чан! - Наруто вскинул в воздух кулак. - Мы наваляем змеиному ублюдку! Будь в этом уверена, даттебайо!

Когда за Наруто захлопнулась дверь, Цунаде вновь достала из стола свиток и мягко провела по нему рукой. Затем она громко рассмеялась, спрятала свиток назад, достала керамическую бутылочку и небольшую чашку. Всё так же хихикая, она налила сакэ и поднесла чашку к губам.

- За твою ученицу, Орочимару-кун!

Глава 23

Наруто с нетерпением ожидал миссий с Джирайей-сенсеем. Он знал, что учитель - сильнейший из слиьнейших, а значит миссии с ним должны потрясать воображение - враги лежать вповалку, Орочимару прятаться в самых тайных логовах, а слава о свершениях - греметь по всем Элементарным Странам.

К сожалению, реальность оказалась не настолько радужной. Сенсей время от времени куда-то пропадал, утверждая, что идёт "на разведку", а команде постоянно приходилось его ожидать. В их небольшом отряде особым терпением не отличались ни сам Наруто, ни Таюя, ни уж тем более руководящая миссией Анко-чан. Наруто несколько раз постарался незаметно проследить за Джирайей-сенсеем, после чего сделал два вывода. Во-первых, "незаметно" никак не получилось. Быстрые косые взгляды Саннина и его хмыканье показывали, что Наруто, даже полностью скрывшись в стволе дерева, земле или каменной стене, для опытного шиноби был как на ладони. Во-вторых, "разведка" Эро-сеннина состояла из выпивки в компании знойных красоток, или подглядывания за обнажёнными женщинами на горячих источниках, что, по мнению Наруто, миссии никак не способствовало.

Первое убежище, из указанных Таюйей-чан, было полностью покинуто, участие Джирайи-сенсея заключалось лишь в наблюдении за тем, как клоны Наруто, используя прямую манипуляцию Дотоном, обрушивают его, запечатывая навсегда.

Затем было несколько лабораторий, со следами спешно демонтированного оборудования и пленниками - измождённым существами, погибающими от голода и жажды. Тела многих были обезображены, подверглись очередным ужасным опытам Змеиного Саннина. У других начисто отказал рассудок - они то глупо хихикали, то сидели, сосредоточившись на одной точке, то агрессивно бросались на своих спасителей. Странные полулюди-полузвери, покрытые загадочными печатями и татуировками, возникали вместо обычных непримечательных пленников. Команда приложила все усилия, чтобы взять их живыми, вбить немного здравого смысла в эти звериные головы. Но все усилия оказались напрасны. Когда у обездвиженного безумца прекращалось действие печати, его тело начинало мгновенно усыхать и страреть, при этом никто не остался в живых.

Таюя-чан постоянно твердила о бесполезности его действий, цветисто ругаясь, предлагала облегчить страдания несчастным, по-быстрому их упокоив. Но Наруто, сцепив зубы, стоял на своём. Очень здорово помогали крутые дзюцу Анко-чан - пучки толстых змей, выскальзывающих из рукава её бежевого плаща, а также белая грива сенсея, которая многократно удлиннившись, становилась крепкой, как сталь и обхватывала противников, не давая вырваться. Сам же Наруто использовал Технику Подземного Обезглавливания, которая, пусть была и не настолько зрелищной, но всё-таки делала своё дело.

Иногда встречались жертвы, сумевшие остаться собой. Одним из таких был умирающий великан, чьё лицо и нескладная фигура словно кричали об эксприментах Орочимару, после того, как опустошил флягу Наруто, а затем и распечатанные им две запасные, низко поклонился и искренне поблагодарил своих спасителей. Наруто даже не спросил, как зовут этого человека с острыми звериными зубами, широко расставленными глазами, и непропорциональной коротконогой фигурой. Но после того, как он был сопровождён к ближайшему поселению, как и остальные обычные пленники, Узумаки почувствовал, что все усилия - не зря, что даже единственная спасённая жизнь стоит бесконечных сражений, и что они на правильном пути. А затем была бывшая Страна Рисовых Полей, нынешняя Страна Звука.

***

Эро-сеннин, как обычно, отправился "в разведку". Наруто, пользуясь очередным длительным периодом ожидания, предложил Анко-сенсей тренировку - пусть он регулярно оттачивал свои навыки, но требовалось как можно больше разнообразия - ведь если тренироваться лишь сам с собой, будешь ограничен лишь своими идеями и хитростями. Участие токубецу джонина (в одной из команд) и сильнейшего из бывших шиноби Орочимару (при активации второго уровня печати, сила Таюи-чан была невероятна) было бесценным. В такие моменты Наруто был даже почти готов простить Джирайю. Почти. Анко-чан не была настолько терпелива. В одну из очередных отлучек Жабьего Отшельника, было решено начать миссию без него.

Таюя-чан неплохо знала местность, так что скрытое убежище они нашли очень легко. Тактика, которую использовала Команда Анко была нехитрой, но вместе с тем, очень действенной. Наруто запускал внутрь нескольких клонов (из бесед с Анко-чан узнал, что дзюцу Теневого Клонирования было создано именно для целей разведки), а после того, как те столкнутся с сопротивлением, либо разрядят ловушки, в дело вступали настоящие шиноби.

В этот раз всё было так же. После того, как четвёрка клонов отправилась в подземелье, а шиноби Конохи заняли позиции, они приготовились к длительному ожиданию - подземелья были обширными, клоны имели большой опыт, а значит развеиваться раньше времени не собирались. Но привычную рутину нарушила Таюя-чан.

- Если бы я не знала, что говноед Кидомару подох, я бы поклялась, что он где-то поблизости! - прошептала она.

Наруто быстро оглянулся и только теперь заметил множество пауков, быстро заплетающих окрестности тонкой паутиной. Происходящее не укрылось и от Анко-чан, её пальцы сложились в знак "максимальная готовность". Наруто лишь кивнул и медленно погрузился под землю.

Несмотря на всю готовность, нападение было внезапным. Трое шиноби - лысый здоровяк с длинными руками и шрамом на брови, чьей густоте позавидовал бы Гай-сенсей, угрюмый черноволосый мужчина с оружием, похожим на два садовых секатора, и смазливый парень со светло-фиолетовыми волосами - не мешкая, применили свои дзюцу.

Со всех сторон выстрелила паутина, земля разверзлась, образовав огромную осыпающуюся воронку, и все трое бросились в атаку. Наруто применил технику Дотона, пытаясь стабилизировать почву и, сжав в каждой руке по Разенгану, бросился навстречу противнику со странным оружием. Избежав нескольких кунаев, пролетевших с направления любителя пауков, Наруто встретил Разенганом удар садовых ножниц. Оружие вырвало из руки противника и оно, кувыркаясь, улетело прочь, вонзившись в ближайшее дерево. Второй Разенган ударил в то место, где только что находился враги и оставил в земле обширный кратер. Наруто быстро вызвал ещё трёх клонов, и они бросились в атаку. У жалкого неудачника не было и шанса. Ему пришлось пожертвовать вторыми ножницами, чтобы защититься от Разенгана, затем он умудрился удачным броском куная со взры-тэгом развеять одного из клонов, но затем удача от него отвернулась. Третий клон сошёлся с противником в поединке тайдзюцу и когда враг вонзил кунай ему в живот, загорелся ярким голубым светом и взорвался ослепительными изломами молний. Парализованный противник тяжело рухнул на землю, а Наруто бросился на помощь к товарищам.

Картина, представшая его глазам, не радовала. Лысый длиннорукий здоровяк бездыханно валялся на земле, фиолетововолосый парень стоял с руками, сложенными в странной печати, сзади него стояла Анко-сенсей, приставив кунай к горлу, а перед ними в странной мерцающей пирамиде сжалась в комок Таюя-чан, активировавшая второй уровень своей печати.

- Если ты убьёшь меня, она тоже погибнет! - сказал парень, чуть сжав руки. Пирамида, повинуясь жесту, уменьшила свой объём и сжала Таюю-чан. Та скривилась от боли.

- Убей этого сраного пидора! - выкрикнула Таюя. - Он так хочет отсосать Орочимару, что ни перед чем не остановится!

- Можешь не стараться, идиот! - плотоядно улыбнулась Анко-чан. - Дурочка, которую ты поймал в дзюцу - одна из подручных Орочимару. И если она подохнет, Коноха ничего не потеряет! Если бы ты не был дураком, заметил бы отсутствие протектора!

Наруто скривился от гнева. Таюя-чан была товарищем, она множество раз прикрывала им спину, и отбросить её, как использованную упаковку от рамена, было недопустимо! Очевидно, это было то, о чём предупреждала Цунаде-чан - влияние Проклятой Печати. Наруто почувствовал, как грохот знакомого диссонанса наполнил его сознание и плавно перетёк в стартовую позицию Великого Тайдзюцу.

- Отпусти братика Араши! - раздался звонкий девичий крик и позади Анко возникла фигура в натянутой на голову шерстяной шапочке с вырезами для глаз.

- Сасаме! - воскликнул фиолетововолосый парень. - Что ты здесь делаешь?

- Я пришла помешать тебе, не дать уйти к Орочимару! Я помогу коноха-нинам тебя остановить!

Наруто мотнул головой. Это совершенно не имело смысла: если девушка - союзник, то выбрала очень странный способ об этом заявить.

- Эй, сраная сука, тогда что ты творишь? - озвучила его мысли Таюя.

Фиолетововолосый снова сжал руки, пирамида вновь уменьшилась и Таюя-чан застонала от боли.

- Анко-чан, - тихо сказал Наруто, - Таюя - наш друг и напарник. Тот, кто бросает товарища - тот хуже, чем мусор.

Анко вскинула голову, встретилась взглядом с Наруто и застыла.

- Наруто-кун...

- Я понимаю, что ты не виновата, ведь это всё змеиный ублюдок. Не беспокойся, я помогу тебе!

- Наруто-кун! Я...

Но Наруто не слушал. Проходя мимо мерцающей пирамиды, он вонзил ладонь в одну из граней, ухватил за ребро и дёрнул на себя. Пирамида распалась облаком мерцающих искр.

- Что?! - закричал фиолетововолосовый.

Наруто, проходя мимо, ухватил его за плечо и, не глядя, швырнул в ближайшее дерево. Раздался громкий треск и деревянный исполин, переломившись, с грохотом рухнул. Наруто отвёл кунай Анко и нежно провёл девушке ладонью по щеке. Рука его устремилась вниз, скользнула по шее и по ключице. Бежевый плащ соскользнул, оголив плечо и крупную упругую грудь, укрытую в ничего не скрывающую сетчатую майку. Пальцы Наруто сложились кунаем, и рука ударила, вонзившись в три чёрные запятые, окружённые тонким барьером из символов. Барьер загорелся тусклым алым светом и исчез, полыхнув клубами дыма. Рука Наруто погрузилась в плечо Анко, а затем вышла, сжатая в кулак, оставляя за собой неповреждённую кожу. Наруто что есть сил стиснул руку и на краю сознания вновь послышался мучительный крик.

- Наруто-кун... - прошептала Анко, не в силах оторвать взгляд от глаз Наруто.

- Ты плохо себя вела, Анко-чан! Но не беспокойся, я обязательно тебе помогу.

Анко обречённо кивнула. Ладонь Наруто описала дугу и обрушилась на её щеку. Наруто сделал шаг вперёд, голой ладонью ухватил кунай, приставленный к горлу Анко и отбросил его прочь.

- Как тебя звать, куноичи-чан? - спросил он девушку в маске с красивыми карими глазами, которые та не могла оторвать от его глаз.

- С-сасаме Ф-фума!

- Сасаме-чан, ты не должна была угрожать союзникам. Но не беспокойся, я помогу и тебе!

- С-спасите, пожалуйста, братика Араши!

- Хорошо, Сасаме-чан!

Наруто протянул руку и сдёрнул вязанную шапочку с головы девушки, явив миру прекрасные волосы лучшего в мире цвета и красивое лицо с чуть покрасневшими щеками. После того, как обрушился удар, одной из этих щёк предстояло покраснеть ещё больше.

А ещё через несколько минут с разведки вернулись клоны, ведя за руки двух куноичи с такими же отпечатками ладоней на лицах. Одна из них, хрупкая девушка с мятно-зелёными волосами и в лёгком белом платье, пребывала в глубокой задумчивости, а вторая, с густыми чёрными волосами, одетая в длинное кимоно, судоржно сжимала в руках сломанный кото.

***

Наруто не стеснялся признать, что Анко-сенсей его реально пугает. Ещё перед началом второго этапа, он решил, что у неё не все дома. Потом был инцидент, когда Наруто съел её данго - тогда на месте милой улыбчивой девушки возникла свирепая фурия, очень метко метающая палочки из-под этого самого данго. Но теперь её поведение не влазило ни в какие рамки. Она начинала странно и пухающе хихикать, потирать ключицу, посде чего хватать Наруто и крепко прижимать к своей полной груди. Наруто никогда не был против объятий - знака привязанности и теплоты, но это было слишком близко к извращениям. Наруто не хотел стать таким, как Джирайя-сенсей, поэтому то, что происходящее ему очень нравилось, заставлял нервничать сильнее обычного. Так же ни капли не успокаивала привычка Анко-сенсей о чём-то шептаться с Таюйей-чан - слишком часто они при этом бросали на Наруто странные взгляды и не менее странно хихикали.

Джирайю-сенсея они нашли в одном из баров близлежащего городка. Если бы не Сасаме-чан, сообщившая, что это заведение клана Фума, Наруто подумал бы, что сенсей вновь занят извращениями. Несмотря на то, что Джирайя-сенсей прояснил, что саке для антуража, а грудастая блондинка в откровенном платье - одна из родственниц главы клана Ханзаки, Наруто всё равно не верил его словами. Быстро порасспрашивав окружающих, Наруто выяснил, что сенсей (в который раз) попался на приманку в виде фигуристой красотки, но попытавшиеся его ограбить члены клана заглотили добычу, оказавшуюся не по зубам, и теперь Ханзаки и Джирайя действительно разговаривали о будущем.

Несмотря на то, что положение клана было незавидным, что некоторые отчаявшиеся члены готовы были уйти к Орочимару, Ханзаки-сан не принял предложения присоединиться к Конохе. Наруто считал это глупостью, ведь Коноха - самая крутая Скрытая Деревня, а значит следует пользоваться любой возможностью стать её частью. Впрочем, отказа тоже не прозвучало, Ханзаки пообещал подумать, поэтому, вернув им мятежных членов, Команда Анко отправилась к следующей цели.

Убежища Орочимару удивляли множеством вещей. Не только невероятной бесчеловечной жестокостью Змеиного Саннина, не только количеством скрытых подземелий (размеры варьировались от скромных пары комнат, до исполинских катакомб). Больше всего Наруто изумляли интерьеры. Стены каждого подземелья покрывала резьба в виде бесконечного узора, состоящего из завитков и спиралей. Это наверняка было результатом либо действия какого-то дзюцу, либо труда бесчисленных пленников, но Наруто больше всего нравилась идея, что Орочимару вырезал все эти завитки собственноручно, в припадке одержимости очередной идеей. Мысленная картина, в которой Орочимару сжимает языком большое зубило и лупит по нему с помощью киянки, привязанной к руке, парализованной последним дзюцу дедули Хирузена, вызывала у него приступы веселья. Для того, чтобы не портить себе настроение, Наруто даже не стал спрашивать Таюю-чан, которая уж точно знала, как всё обстоит на самом деле.

В одном из подземелий они умудрились всё-таки успеть вовремя и подловить врага в процессе спешной эвакуации. Противниками Команды Анко оказалась знакомая Наруто троица шиноби. И, несмотря на то, что Наруто знал, что Кабуто-семпай оказался предателем, вид протектора Звука у него на лице причинял душевную боль.

- Вот мы и снова встретились, Наруто-кун, - блеснул очками предатель. - А Таюйю-сан я увидеть не ожидал. Давно следовало её прикончить.

- Кабуто-сан, но почему? Почему вы предали Коноху?

- У меня были веские причины, но сейчас не время и не место для их разъяснения.

Кабуто вытянул руку, которая засветилась голубым светом. Узумаки создал нескольких клонов, и бросился в атаку. Наруто знал, что стал гораздо сильнее, что его тайдзюцу, благодаря тренировкам и постоянным сражениями с Толстобровиком вышло на совсем другой уровень. Но Кабуто был невероятно силён. Рядом с ним он ущущал себя тем самым генином, который сотнями создавал клонов лишь для того, чтобы те бесславно гибли, лишь на мгновения отвлекая внимание противника. Наруто вновь и вновь создавал клонов, контролируя обстановку на поле боя. Одного из напарников Кабуто - того самого, с длинными руками-щупальцами, давно уже обезвредили, и он лежал на земле неподвижной куклой. Второй напарник, тот самый, с которым на экзаменах сражался Саске, все ещё держался. Его техника поглощения чакры поразительно эффективно противостояла как гендзюцу Таюи-чан, так и техникам Анко-сенсея. Он с лёгкостью поглощал дзюцу Драконьего Пламени, Руки-Змеи Анко-чан бессильно обвисали и исчезали в клубах дыма, даже Разенган одного из клонов потерял форму и расплескался безвредным облаком чакры. Это была потрясающая техника, которую Наруто обязательно должен был изучить!

- Джирайя-сенсей, он нужен живым! - отчаянно закричал один из клонов.

Джирайя, появившийся за спиной у Акадо Йоройя лишь коротко кивнул, и кунай, направленный в шею предателя, ударил не остриём, а тыльной стороной.

Наруто вновь бросился в атаку на Кабуто, уничтожающего клонов одного за другим. Он испытывал сожаление, но выхода не было. Руки клонов озарило бело-голубое сияние и раздался звук взлетающей многотысячной птичьей стаи.

- Чидори!

Кабуто пытался уйти от сверхбыстрой атаки, он использовал защитное дотондзюцу, но убойная техника легко разрушила земляную стену. За стеной никого не оказалось, атака прошла впустую, но, как оказалось, напрасной всё же не была. Два Райтон Буншин, стоящие в стороне, заметили направление Шуншина Кабуто и атаковали. Одного из них предатель умудрился уничтожить, но, пока он боролся с параличем, сопровождавшим разрушение клона, второй клон вонзил Чидори ему в живот. Кабуто рухнул, как подкошенный.

Команда приходила в себя от скоротечного боя. Призванная Джирайей-сенсеем жаба уже заглотила одного из пленников, клон связывал второго, а сам Наруто направился к телу Кабуто. Несмотря на то, что он был врагом, несмотря на предательство, Наруто сожалел о смерти бывшего соратника. Но его сожаление быстро превратилось в гнев, когда труп, который Наруто собирался предать погребению, внезапно расплылся комком грязи.

Узумаки не знал, как предателю удалось выжить, как он ушёл со сквозной дырой в животе, но его побег был очень скверной новостью. Узумаки развернулся и направился обратно к команде. Он присел на корточки рядом со связанным пленником и вкрадчиво спросил:

- Акадо-сан, что вы хотите за обучение меня вашему дзюцу? Конечно же, в пределах разумного.

***

Наруто развалился на песке возле самой кромки моря, лениво накатывающие волны омывали его ступни. Ему было скучно, деятельная натура требовала действий, а вынужденная пауза, пусть она и проходила в приятной обстановке, действовала ему на нервы.

В данный момент его беспокоили два вопроса: когда же вернётся Джирайя-сенсей, а также где Анко и Таюйя раздобыли купальники? Девушек совершенно не беспокоила вынужденная задержка, обе в полной мере наслаждались случайным отдыхом после очередной успешной миссии.

Лаборатория на Острове Демона не была покинута. Пусть самого Орочимару они не обнаружили, пусть Змеиный Саннин не появлялся тут долгие годы, но именно это место начало пробуждать у Анко-чан потерянные воспоминания о прошлом. Именно здесь, в Стране Моря, юная куноичи, отправившись вместе со своим сенсеем, была им предана. Именно здесь Орочимару поставил Проклятую Печать. Именно здесь, он оставил свою ученицу. Может, при других обстоятельствах воспоминания причинили бы боль, но теперь Анко лишь потирала свою метку (советы по её использованию Таюя давала во время тренироваок) и зло усмехалась. Наконец-то Анко перевернула неизвестные страницы своего прошлого, наконец-то смогла перестать оглядываться назад и смотреть только вперёд. Ну а то, что им встретился Амачи, бывший когда-то помощником Орочимару, выступило прекрасной наградой.

Несмотря на ожесточённое сопротивление, несмотря на призванного странного водяного монстра Умибозу, несмотря диковинное создание, бросившееся на защиту Амачи, у того не было и шансов. И пока Наруто уничтожал Умибозу (тварь была неуязвима к атакам, но несколько совместных с клонами катондзюцу без проблем испаряли воду, из которой та состояла), а Таюйя-чан удерживала в гендзюцу рыбо-девочку, Анко вымещала на Амачи, превратившемся в гибрид человека и рыбы, всё то напряжение, что скопилось у неё за долгие годы неизвестности, неуверенности в себе и своём прошлом. Джирайя-сенсей во время боя сидел на ближайшей скале и поглядывая на развевающийся плащ Анко, открывающий её прекрасную фигуру, очень быстро что-то строчил в блокноте.

Когда, наконец, Амачи затих, когда клоны спеленали водяными бичами его помощницу, они смогли поговорить. Выяснилось, что ту зовут Исариби-чан, она была жертвой экспериментов Амачи и Орочимару, и исполняла приказы Амачи в надежде вернуть себе человеческий облик. Пусть её трансформация в человека не выглядела отталкивающе - оставались всего несколько участков рыбьей чешуи на теле, но Наруто видел в её глазах боль и страдание, те самые, что наполняли взгляд Гаары, Хаку и Карин. Те самые, что он когда-то видел в зеркале. Он обещал помочь - ведь всем известно, что Годайме Хокаге - самый лучший медик в мире, и, если не сможет помочь она, этого не сможет сделать никто. Командующая миссией Анко была согласна, пусть и по более прозаичным причинам. Когда приборы, препараты, реактивы и бумаги с результатами исследований были запечатаны Джирайей-сенсеем в свиток, он призвал Гаму-сана и, взвалив бессознательного Амачи себе на плечо, отбыл с Исариби-чан обратно в деревню.

Наруто собирался воспользоваться образовавшейся паузой для тренировок, внезапно встретил яростное сопротивление напарниц. По их мнению, находитья в Стране Моря и не позагорать на пляже было кощунством. Раздосадованный Наруто решил пойти тренироваться сам, но получив приказ от командира, вынужден был подчиниться.

- Анко-чан, ну пожалуйста!

- Наруто, мы дождёмся Джирайю-сама и только тогда продолжим миссию.

- Но мы справимся быстро! К тому же, тут недалеко.

- Я же сказала, нет! Так мы разминёмся с изварщенцем!

- С супер-извращенцем! Я пошлю жабу Эро-сеннину, он нас обязательно найдёт.

Анко задумчиво почесала затылок.

- Всё равно не стоит.

Наруто почувствовал слабину и вкрадчиво произнёс:

- А ведь Эро-сеннин может надолго задержаться, как он делал неоднократно! Не забывай, в Конохе есть горячие источники, и ты понимаешь, что это значит!

- Поддерживаю Наруто, - негромко сказала Таюйя. - Извращенеца не будет сраную тучу времени.

Анко задумчиво кивнула.

- Ладно. Пятнадцать минут на сборы. Мы отправляемся в Страну Рек!

Глава 24

Несмотря на название страны, местность, в которой располагалась база, находилась в горах. Реки там тоже были - узкие быстрые речушки, проложившие в камнях глубокие ущелья, которые время от времени приходилось преодолевать. Что, впрочем, для той крутой команды, которая собралась, было делом одного прыжка. Узумаки был рад, что Анко-чан согласилась отправиться пораньше, он был уверен, что обратная дорога Эро-сеннина займёт очень много времени, а его весьма извилистый путь будет пролегать через множество злачных заведений. К тому же мощь одного из Саннинов была явно избыточной - команда справится с кем угодно! Не встретится же им, в конце концов, сам Орочимару? Змеиному ублюдку сейчас и так есть чем занятся - ведь к нему пришёл его драгоценный Саске!

Хмыкнув воспоминаниям о друге (и надеясь, что тот сейчас хорошенько чихнул), Наруто помчался вперёд. С ним поравнялись и легко бежали рядом Анко и Таюя. Узкая горная дорожка зияла обвалами, время от времени также приходилось перепрыгивать завалы из камней, поэтому команда растянулась в цепочку, где вела Анко-сенсей, а замыкала Таюя-чан.

Наруто почувствовал, как глаза резанул какой-то блик и Анко немедленно отпрыгнула в сторону. Он, заметив движение, рванул прочь, точно так же совершила прыжок и Таюя. Земля содрогнулась и брызнула осколками, а в место, где они только что стояли, ударила огромная плоскость розового стекла. Наруто взбежал на скалу и побежал по вертикальной поверхности, на ходу складывая печати. Короткие розовые копья, ослепительно сияя в свете полуденного солнца, ударяли ему вслед.

- Суйтон: Киригакуре но дзюцу! - воскликнул он.

Узкий ручеёк, стекающий по скалам, словно взорвался, брызнув клубами белого-белого тумана. За считанные мгновения туман заволок всё вокруг. Узумаки сложил пальцы крестом и создал троих клонов, а сам, используя дзюцу подземной рыбьей проекции, нырнул внутрь скалы.

Это было прекрасной привычной тактикой, к которой он прибегал неоднократно. Это стало огромной, катастрофической ошибкой. Не успела его голова скрыться в камне, как странная слабость начала сковывать тело, и он в ужасе увидел, как окружающая земля превращается во всё тот же розовый кристалл.

Кристалл выстрелил шестигранной розовой колонной и Наруто увидел сквозь редеющие клубы тумана своих клонов, полностью заточенных в розовые кристаллы. Узумаки завертел головой, насколько позволяло ему заточение и увидел, что в таких же кристаллах застыли, с невидяще распахнутыми глазами, члены его команды.

Сердце Наруто замерло в отчаянии. Его команда, люди, которые были ему дороги, те, за кого он взял ответственность... Они погибли, мгновенно умерли, попав под вражеское дзюцу! Под технику, способную с первого раза остановить токубецу джонина.

Анко-сенсей и Таюя-чан доверились ему, они пошли на поводу его нетерпения, его нежелания дожидаться Эро-сенсея, Легендарного Шиноби, который ни за что не допустил бы подобного чисто в силу полувекового опыта.

Наруто потянулся к своей алой чакре, пытаясь силой Кьюби разорвать смертельные оковы. Алая аура окутала его тело и, преломляясь в розовом кристалле, длинным хвостом вырвалась наружу. Наруто напряг все силы в попытке выбраться из ловушки. Но руки и ноги, скованные в неудобном положении, просто не имели рычага воздействия. Кристалл держал крепко.

- Хо-хо-хо, и что же тут у нас? - послышался негромкий женский голос.

Сквозь клубы редеющего тумана проступила невысокая женская фигурка. Девчонка, ненамного старше Хаку, одетая в зелёную юкату, подошла прямиком к нему. Если бы Узумаки был в другом положении, его наверняка рассмешила бы дурацкая фиолетовая верёвка, опоясывающая тонкую талию и заканчивающаяся за спиной огромным бантом (как смешила при столкновении с Пятёркой Звука), но ситуация не располагала к смеху.

- Ты подручная змеиного ублюдка! - прорычал он сквозь алую пелену, застилающую зрение.

- А ты, наверное, джинчурики Кьюби, Наруто Узумаки? - улыбнулась она. - Орочимару-сама рассказывал о тебе. Признаюсь, от тех, кто разрушил столько брошенных убежищ, я ожидала большего.

- Отпусти меня и узнаешь, на что я способен!

Девушка с умилением наклонила голову и её красивые алые губы искривились в насмешливой улыбке.

- Хорошо, я отпущу тебя, ведь наша схватка вышла огорчительно короткой!

- Правда? - обрадовался Наруто.

- Конечно же нет, идиот! Я что, похожа на дуру?

Наруто вздохнул. Отпустить беспомощного противника было бы полным идиотизмом, на который надеяться было бы просто глупо.

- Не волнуйся, Наруто-кун, ты был обречён с самого начала! Я одна из сильнейших шиноби Орочимару-сама. Возможно, в прямой схватке у вашей команды был бы шанс, но вы сами завели себя в ловушку. Я немного волновалась, ожидала, что с вами будет Джирайя-саннин, но всё сложилось к лучшему.

Наруто опустил глаза в поражении. Его друзья, его дорогие люди погибли, и он сейчас последует за ними.

- Теперь твоя команда умрёт, а ты, протянешь ненамного дольше! - словно озвучила его мысли враждебная красотка.

Её руки замелькали в печатях и кристалл, покрывающий его тело до плеч, начал медленно расти, покрывая шею и подступая к подбородку.

- Погоди! - закричал Наруто, ловя ускользающую мысль. - Так Анко-сенсей и Таюя-чан живы?

Девушка улыбнулась неприятной улыбкой.

- Не бойся, это ненадолго!

Наруто изо всех сил ухватился за ускользающую надежду. Быстро, пока растущий кристалл не успел залепить рот, он воскликнул:

- Скажи мне, куноичи-сан, почему ты следуешь за Орочимару? Почему служишь этому ублюдку?

Глаза девушки налились гневом.

- Для тебя Орочимару-сама, неудачник!

- Хорошо-хорошо, так почему ты ему служишь?

Куноичи молчала, и Наруто уже решил, что она ему не ответит. Но, наконец, она встряхнула головой и заглянула ему прямо в глаза.

- Когда-то, давным-давно, я жила в одной небольшой деревне. Деревня меня не любила за способности, которыми я обладаю. Уникальные способности, которых я больше не встречала ни у кого. На меня шипели, меня прогоняли, от меня отворачивались и бросали презрительные взгляды. Это было невыносимо! Как же я ненавидела их! И вот однажды, холодным зимним вечером, появился Орочимару-сама! Он пришёл в сиянии своей силы, он уничтожил деревню один, без чьей-либо помощи! Как же я завидовала его могуществу, как же хотела стать такой же как он!

Неприятный холод пробежал по спине Наруто. Эта история была похожа на его детство, она была так похожа на историю Хаку-чан!

- Но ведь там могли быть невинные люди! - сцепив зубы, прорычал он.

- Что ты знаешь о невинных людях? - расхохоталась куноичи, - Однажды Орочимару-сама направил меня уничтожить целый город, чтобы проверить мой потенциал! Тогда я была такой же мелкой соплёй, как ты, и такой же безрассудной. Я потратила все силы и свалилась от истощения чакры. Я думала, что настал мой конец. Но одна женщина подобрала, исцелила раны и выходила меня. Это был потрясающий акт доброты с её стороны!

Наруто не вздыхал в облегчении, слушая рассказ девушки. Его суть, его душа, пребывала теперь в полном спокойствии, окружённая неторопливо двигающимися стенами медленного водоворота чакры.

- Что было дальше? - глухо спросил он.

- Орочимару-сама хотел проверить мою преданность, поэтому я вернулась в город и убила её!

Наруто почувствовал, как новая сила вливается в водоворот, как стена кристальной ясности отгораживает его от розовых кристальных оков. Он поднял взгляд на куоноичи. Но она не смотрела на него, её лицо пылало гневом, а веки были приопущены.

- И всё ради чего? Орочимару-сама выбрал этого ублюдка Кимимаро, а когда тот слёг из-за своих болячек, вместо того чтобы позвать с миссии меня, занял тело какого-то придурка! Он отказался использовать моё тело, предпочёл мне, мне... - частокол тонких розовых кристаллов выстрелил из земли, пронзая всё на своём пути, - этого сраного Учиха!

- Не беспокойся об этом, куноичи-чан, - мягко сказал он.

Девушка вскинула голову, в очевидной попытке сказать резкое слово, но замолчала, наткнувшись на пронзительный взгляд его голубых глаз.

- Как тебя зовут, куноичи-чан? - спросил Наруто.

- Г-гурен! - испуганно ответила она.

Кристалл, сковавший Наруто, мелко завибрировал и, покрывшись трещинами, осыпался невесомой пылью. Узумаки легко приземлился на ноги и замер в привычной стойке стремительного движения.

- Не волнуйся, Гурен-чан, всё будет в порядке!

Наруто неторопливо подошёл к застывшим в кристаллах Анко и Таюе и легко коснулся пальцами их узилищ. Кристаллы покрылись глубокими трещинами и осыпались белым песком. Девушки рухнули на землю и, обпираясь на неё руками, тяжело хватали воздух открытым ртом.

Таюя-чан, всё ещё тяжело дыша, повернула голову к противнице, и злорадно ухмыльнувшись прохрипела:

- Ты в глубокой жопе, сраная сучка!

Наруто сделал медленный шаг к Гурен и заглянул в тёмные бездонные глаза.

- Таюя-чан немного преувеличивает. Я просто помогу тебе, Гурен-чан.

Ладонь, отразившись в её распахнутых глазах, неумолимо обрушилась на нежную щёку.

***

По возвращению в деревню Наруто не удивился прекращению миссии, его, скорее, удивило, с каким спокойствием Хокаге восприняла появление ещё одного бывшего подчинённого Орочимару. Цунаде перекинулась с Гурен-чан понимающими взглядами, вздохнула и направила ту фотографироваться на удостоверение.

Узумаки считал, что на этом всё и закончится, но, конечно же, безнаказанным он не остался. Впрочем, наказание в виде бесконечной череды D-ранговых миссий понесла и Анко-чан, как командир отряда.

Наруто признавал вину, он не прекращал корить себя за самонадеянность, поэтому наказание воспринял как должное и выполнял мисссии, не используя дзюцу и теневых клонов. То, что рядом с ним полола огороды, рубила дрова, красила заборы и копала траншеи целый токубецу джонин, ношу не облегчало.

Вечерами, за миской рамена в Ичираку, Наруто встречался с друзьями, в основном с подругами. Он узнал, что во время его отсутствия случился серьёзный инцидент - предатель Мизуки сбежал из тюрьмы и, в сопровождении двух демонически сильных, и настолько же глупых шиноби, напал на Ируку-сенсея. Мизуки использовал странное дзюзу трансформации и даже брал верх, но вовремя подоспевшая Цунаде переломила ситуацию, переманив на свою сторону подельников Мизуки обещанием вкусной еды. Как и ожидалось от Хокаге!

Команда Хинаты-чан отправлялась на миссию по поиску какого-то редкого жука, где столкнулась с враждебными шиноби Ивагакуре. Клан Камизуру, отличавшийся от Абураме лишь разведением пчёл, устроил засаду на шиноби Конохи и даже умудрился захватить Хинату-чан в плен. Что, впрочем, им не помогло: Хината-чан была настолько крута, что не только без проблем наваляла ива-нинам, но и освободила попавших в ловушку напарников. Наруто никогда не видел Шино настолько оживлённым - успех первой миссии под его командованием много для него значил, да и новому крутому жуку он радовался, как Наруто - новому вскусу рамена. Когда Хината-чан рассказывала о противниках, Наруто был возмущён их поведением и очень жалел, что его не было с друзьями - на миссии была бвабва и она творила кхуиньйа. Впрочем, по словам Кибы, эта Камизуру-чан, несмотря на хорошую фигуру, была совсем несимпатичной.

Команда Толстобровика тоже провела успешную миссию. Они отправились в какой-то шахтёрский городок, где столкнулись с кучей бандитов и ещё одним Мечником Тумана, два меча которого позволяли контролировать Молнию. Там был ещё какой-то сопляк с додзюцу, которого после победы над нукенином из Кири оставили в местном ресторанчике карри. Наруто был к карри равнодушен, поэтому он пропустил эту часть рассказа мимо ушей.

Сакура-чан, вместе с Командой 10, только недавно вернулась с миссии в Стране Птиц. Там было расследование, касавшееся призрака, и Наруто был рад, что дело обошлось без него - призраков он побаивался. Впрочем, как оказалось, никакого призрака не было, это была принцесса, которая переодевалась сначала в принца, потом переодевалась в призрака, а какой-то нукенин переодевался в министра. Всё было очень запутанно и, несмотря на то, что Наруто мог слушать голос Сакуры-чан вечно, он совсем потерялся в этих всех этих хитросплетениях. Потом случилось большое сражение с нукенинами, которое выиграли, благодаря подоспевшему Какаши-сенсею.

Наруто слушал рассказы, скрипя зубами - ему-то предстояли миссии сопливых генинов! Впрочем, это продолжалось недолго - пока из Сунагакуре не прилетел ястреб с просьбой о помощи.

***

На побережье Страны Ветра было совершено нападение неизвестных захватчиков. В этой миссии для Наруто стало огромным открытием само наличие побережья (в его воображении вся страна была огромной пустыней). Странные приземистые существа, закованные в доспехи, которые нескончаемым потоком высаживались с огромных кораблей, были злом хоть и неизвестным, но понятным. Помощь Наруто и Анко-сенсей была не лишней, пусть и не решающей - Гаара и так справлялся с помощью своего песка. Впрочем, сотни и сотни клонов как минимум помогли избежать лишних жертв - противник не использовал дзюцу, но был очень крепким и многочисленным.

Во время осмотра огромных кораблей, выброшенных на берег мощными дзюцу Ветра и Воды, Наруто пришёл в ужас - в кораблях было множество детей, заточенных в большие стеклянные сферы. Некоторые из них погибли, остальные были едва живы от сильного истощения. И пока клоны вытаскивали пострадавших на берег, произошло нападение вражеских шиноби. Три девушки с надменными лицами и один белобрысый парень, закованные в самурайские доспехи, умудрились незаметно подкрасться и атаковать.

Они были сильны - куноичи использовали дзюцу, схожие с хидзюцу Инузука, а парень виртуозно владел мечом. Наруто, распираемый гневом, спросил атакующих, зачем они сделали это с детьми. Ответ оказался абсурдным - всё это, вся война, разрушения и смерти, были призваны построить новый мир, нечто под названием "Утопия", прекратить войны и конфликты. К счастью, трое из нападавших полностью подходили под определение "бвабва творящая кхуиньйа". И несмотря на устрашающие монстрообразные техники трансформации, очень скоро три изумлённые девушки сидели на песке, ошарашенно касаясь щёк с отпечатком ладони Наруто. Белобрысого парня захватил Гаара, прилично его искалечив. Впрочем, вскоре выяснилось, что тот обладал неплохой регенерацией и быстро пришёл в себя.

Потом был штурм огромной самоходной крепости, в которой находился лидер вторжения Хайдо - неприятный старик в монокле. В ходе сражения он, как и Ранке, Камира и Фугаи, использовал дзюцу трансформации. Техника делала его очень быстрым и очень сильным, впрочем, недостаточно сильным, чтобы выдержать Песчаное Погребение Гаары. Потом появились Киба, Шино и Хината, которые выполняли миссию неподалёку, и оказалось, что придурок, которому Гаара навалял на берегу, потомок правителя местных кочевников. Душевно попрощавшись с друзьями из Суны и оставив Гаару вести переговоры с кочевниками, Команда Анко, Команда Шино и три пленных куноичи вернулись обратно.

***

Дома Наруто не успел отдохнуть, как снова отправился на миссию - сопровождать команду ирьёнинов в Страну Медведя, куда их вызвала команда Толстобровика, чтобы помочь парню, поражённому какой-то непонятной чакрой. Деревня практически оправилась от вторжения, поэтому могла выделить медиков для С-миссий. Несмотря на то, что один из сильнейших людей в мире сама была ирьёнином, им требовался шиноби с боевой специализацией, а значит будущий Хокаге более чем подходил!

Деревню Скрытой Звезды лучше было назвать "деревней, скрытой в ядовитых испарениях", пришлось пробираться в ущелье, наполненное отравленным жёлтым туманом. И, как оказалось, включение Наруто в команду было нелишним. Внизу шло сражение, команда Толстобровика билась с какими-то придурками. Один из них использовал дзюцу с аурой фиолетовой чакры, и тайдзюцу Нейджи было против него бессильно. Узумаки направил на помощь друзьям несколько клонов, а сам, следуя сигналу Тентен, побежал в горящее здание, по пути складывая печати, чтобы затушить огонь суйтондзюцу.

Внутри он нашёл женщину с несколькими кунаями в спине, которая была занята, рисуя собственной кровью какую-то изощрённую фуин. Наруто бесцеремонно выдернул из неё оружие и, игнорируя слабые протесты, перевернул на спину, после чего дал ей укусить запястье.

Когда он выбрался наружу, всё было закончено, фиолетовый придурок лежал мёртвый, пробитый несколькими Чидори, ирьёнины лечили пострадавших, а спасённая женщина кинулась в объятия к какому-то пареньку не старше самого Наруто. Женщину впоследствии назначили лидером деревни, а коноха-нины вернулись домой, забрав с собой пациента, чей случай признали сложным и требующим обследования в условиях госпиталя Конохи.

***

Как оказалось, Наруто рано обрадовался завершению наказания. Следующая миссия, на которую их отправили вдвоём с Анко-сенсей, была низкооплачиваемой и проходила по категории D, пусть и проходила за пределами Конохи. Узумаки предстояло сопровождать странствующих торговцев и, заодно, поработать в качестве тягловой скотины.

Миссия была бы интересной (путешествовать Узумаки любил) и не очень сложной, если бы не один из попутчиков - надменный смазливый придурок по имени Шун, которого непонятно за что терпели двое попутчиков, Юриноджо и Кикуноджо, которые оказались вполне приятными людьми. Осложняло ситуацию то, что именно эта троица была заказчиками, поэтому к Шуну нельзя было применить Тысячелетие Боли, к тому же был мужчиной - значит Бэбэпэйе но дзюцу тоже не годилось.

Затем произошла стремительная череда событий - нападение на отправленных в разведку клонов неизвестными шиноби, подозрение Анко-чан насчёт мотивов заказчиков, Кикуноджу, попытавшийся незаметно скрыться и Анко-чан, так же незаметно последовавшая за ним.

Затем, когда Анко вернулась с израненным Кикуноджу и змеями, плотно опутавшими какого-то придурка с разрисованным лицом, настало время выяснения отношений с заказчиками.

Самое главное - Шун на самом деле оказался переодетой бвабва! И в последующем разговоре она, принцесса Страны Овощей Харуна, начала творить столько кхуиньйа, что результат разговора оказался закономерным. Караван продолжил движение, а задумчивая принцесса молча шла, удерживая покрасневшую щёку.

Дальнейшая миссия оказалась спокойной и интересной.

На них напал толстяк с тигриными полосками на щеках (у Наруто всё равно были круче!), использующий кусаригама и интересные магнитные дзюцу, чем-то напоминающие песок Гаары, только вместо песка были железные опилки. Наруто, неоднократно сражавшийся как плечом к плечу с Гаарой, так и против него, умел противостоять подобным техникам. Впрочем, особые хитрости не понадобились, прямой подход (несколько клонов с Разенганами) сработал. Толстяк, получив несмертельный удар вращающегося шара чакры, утратил контроль над дзюцу и погиб от волны своего же железного песка.

Затем был третий придурок, он владел техникой, схожей с дзюцу Хаку и Фубуки-чан. Он создавал лёд, превращал его в линзы, которыми фокусировал солнечный свет в смертельные лазерные лучи. Дзюцу, зависящие от погоды, были глупостью. Наруто применил технику Сокрытия в тумане, после чего руки-змеи Анко-чан неаппетитно откусили идиоту голову.

Затем была инаугурация принцессы (троица нукенинов убила её отца), после которой Наруто и Анко отправились назад в Коноху.

Всю дорогу Наруто мучило чувство дежа вю - путешествие с переодетой принцессой, нападение нукенинов, отвратительное поведение принцессы, исправленное с помощью Великого Тайдзюцу, и последовавшая инаугурация - всё это мучительно напоминало миссию в Стране Снега.

Хорошо, что на этот раз Хокаге не будет ворчать, принимая в деревню нового нукенина, ведь в этот раз аналога Фубуки-чан во время миссии не встретилось.

***

Узумаки изо всех сил рвался вперёд, брался за каждую предложенную миссию, хватался за каждую возможность. Некоторые миссии проходили без схваток и сражений, как, например, совместная миссия с Ино-чан, где им по очереди приходилось имитировать располневшую принцессу.

Некоторые - едва не закончились провалом, как розыски жены даймё Страны Мёда. Наруто, Киба и Хината-чан еле вырвались из замка, неприятно напоминающего желудок жабы, призванной Эро-сеннином. Это поразительное сходство и позволило Наруто найти выход - он призвал Босса Бунту. Два босса призывных зверей смогли договориться, леди Кайо с сопровождением были спасены, а команда со свитком призыва хамелеонов отправилась домой в Коноху.

Иногда, после миссии, Наруто узнавал, что пропустил нечто важное в жизни деревни. Однажды, вернувшись с обычной охраны богатого торговца, Наруто узнал, что в его отсутствие деревня побывала на краю катастрофы. Выяснилось, что дедуля Генно, тот самый приятный плотник, что частенько любил угощать Наруто раменом, оказался последним шиноби из разрушенной деревни. Он заминировал всю деревню взрывными офуда и едва не подорвал Монумент Хокаге. Если бы Наруто был в деревне, он бы мигом разгадал бы все загадки! Но миссией по поиску взрыв-тегов руководил Шино, который справился тоже неплохо. Тяжело раненый схваткой с Анбу старик был нейтрализован кикайчу Абураме и доставлен сначала в госпиталь, где его ранами занималась сама Хокаге, а затем и в отдел Пыток и Допросов. Как по секрету шепнула Хаку-чан, теперь у них появился новый преподаватель по ловушкам и взрывному делу, а Генно-сан скончался в больнице от ран и преклонного возраста.

Один из визитов в деревню потребовал даже применения главной техники Наруто. Когда он узнал, что Куренай-сенсей бросает команду и уходит в отставку, и попытался её отговорить, Наруто познакомился с Курама Якумо-чан, девушкой, обладательницей великого наследия крови - потрясающего дара к гендзюцу. Одолеваемая внутренними демонами, Якумо-чан попыталась убить Куренай-сенсей и уничтожить Коноху, и лишь ладонь Наруто, обрушившаяся на её лицо, окончательно прояснила ей сознание. После этого Якумо-чан вернулась в Академию с твёрдым намерением стать шиноби, а Куренай-сенсей снова стала наставником Восьмой команды.

Незатейливая миссия по сопровождению охране принца далёкой Страны Луны, где Наруто не знал, то ли радоваться интересному путешествию с бродячим цирком, то ли кипеть от негодования из-за поведения клиентов, внезапно оказалась тем, что Узумаки любил больше всего. Зловещие нукенины в разноцветных париках, пытающиеся устроить государственный переворот. Умирающий от ужасного дотондзюцу "король" (так в стране, где вместо нормальных рьё использовались какие-то "доллары", звали даймё), его спасение с помощью целительного дзюцу Узумаки, совместное сражение с Толстобровиком и Сакурой-чан, нежная мелодия свирели Таюйи-чан и тщательно надранные задницы нукенинов, неспособных противостоять шиноби Конохи. Команда вернулась домой, захватив с собой Каренбану-чан - вражескую куноичи, которой оказалось 22 года, несмотря на внешность ровесницы Конохамару.

Но однажды, после очередной миссии, случилось нечто, что навсегда изменило жизнь Узумаки. Тогда парень, страдающий от амнезии, оказался бывшим бандитом, и лишь увестистые кулаки Наруто смогли вправить ему мозги, показав, что глупо и бессмысленно жертвовать своей жизнью ради искупления, а грехи искупать следует лишь хорошими делами. Менма, отвернувшийся от своих бывших подельников, жестоких и кровожадных нукенинов, вернулся с Наруто и командой Толстобровик-сенсея в Коноху, где и вступил в Регулярные Силы.

И вот когда прилетел ястреб из Сунагакуре, Наруто впервые услышал о Мацури - ученице Гаары.

Глава 25

Четвёрка Наруто бежала по ветвям, взяв в "коробочку" Нейджи, который корректировал направление, время от времени активируя Бьякуган. Две другие команды и Босс сопровождали Хинату и Карин, последнюю неохотно уступил Ибики-сан. Несмотря на то, что ударная мощь Наруто была более чем достаточной (пусть и случай с Гурен-чан достаточно отрезвлял, чтобы не мнить себя черезчур крутым), но в сенсорном плане Узумаки особых успехов пока что не добился - мучительно не хватало контроля чакры. Использовать же импульс чакры было неразумно - пусть он и прояснял окружающую обстановку, но не менее уверенно сигналил противнику: "Я здесь".

- Восемь часов! - коротко бросил Нейджи.

- Принято! - ответил клон-лидер.

Впрочем, окромный торнадо и сгустившиеся чёрные тучи где-то в полукилометре от них, можно было увидеть и невооружённым взглядом.

Отряд-два стремглав бросился в сторону звуков затихающей битвы. Замелькали деревья, ветви, листья, которые вскоре сменились обширной круглой просекой, усыпанной иссечёнными брёвнами и чисто срезанными пнями. Посреди этой картины разрешения стояла Темари-чан, выставив перед собой веер, которым пыталась защититься от вражеского дзюцу.

Противником, вернее противницей, была красивая куноичи с незнакомым Наруто протектором, с зелёными волосами, сквозь которые проглядывали соломенно-жёлтые пряди, пухлыми алыми губами и двумя мечами-цуруги, зажатыми в руках.

- Привет, Темари-чан! - радостно воскликнул Наруто. - Самый непредсказуемый ниндзя Конохи пришёл на помощь!

Он не понял, то ли завывания ветра сыграли шутку с его слухом, то ли Нейджи действительно насмешливо фыркнул. Темари бросила назад быстрый благодарный взгляд, однако новый порыв ветра заставил её вновь укрыться за веером.

Наруто любил ветер. Ветер всегда свистел в его ушах, когда он убегал от чунинов после очередной своей проделки. Ветер дул в лицо, когда он стремительно мчался по ветвям деревьев, путешествуя во время выполнения заданий. Стоя на голове изваяния своего отца, овеваемый порывами ветра, он любил смотреть на родную деревню - место, где было сосредоточено всё, что было дорого Наруто. И Ветер был первой, самой родной и близкой стихией, из всех, что ему покорились.

Наруто вытянул руку, чувствуя, как Ветер, подчиняясь его чакре и воле, распускает свои бритвенно-острые лезвия, оборачивая его, Нейджи и Темари-чан мягким защищающим потоком.

- Темари-чан, что же всё-таки случилось? - приземлившись рядом с девушкой, негромко спросил Наруто. - Где все остальные?

- Они похитили Мацури, чтобы выманить Гаару, - коротко пояснила Темари.

- А кто эта Мацури?

- Мацури - ученица нашей Академии. Гаара учил её обращаться с оружием.

Глаза Узумаки потемнели, он исподлобья взглянул на вражескую куноичи, почувствовав, как чакра всколыхнулась, пришла в движение, закрутившись могучим медленным ураганом. Он понимал, что шиноби может пойти на многое ради миссии, но похищать детей и угрожать их жизни... Невзирая на цели и ставки, похищать детей было недопустимо, это было кхуиньйа, а значит у Наруто был единственный способ действий. Плавно приняв позу стремительного движения, стоя на гладко срезанном пне, Наруто шагнул вперёд. Куноичи взмахнула мечами, из которых вырвались потоки искажённого техникой воздуха, призванные резать, кромсать и уничтожать всё на своём пути. Долетев до Наруто, они бесследно распались, превратившись в порыв лёгкого ветерка, приятно овевающего кожу. Наруто вновь шагнул вперёд, небрежно заблокировав ладонью сдвоенный удар мечей.

Он поймал взгляд карих испуганных глаз, привычно размахнулся и обрушил удар на лицо куноичи.

Дело было сделано, но что-то было неверно, какая-то несообразность царапала душу, застывшую в островке ясности и спокойствия. Узумаки отдался привычному ритуалу.

- Как тебя зовут, куноичи-чан?

- Куджаку! - испуганно пискнула куноичи, несколько секунд назад бывшая такой уверенной в себе и надменной.

- Скажи, Куджаку-чан, зачем вам Гаара?

- В нём запечатан Шукаку, и с помощью чакры однохвостого мы собирались воскресить нашего лидера Сеймея-сама, чтобы потом с его силой и нашими творениями Деревня Мастеров завоевала бы своё место в мире!

- Воскресить? - мотнул головой Наруто. - Принести Гаару в жертву, чтобы в итоге появилась бездумная кукла, безжизненный остов, анимированный скверной Эдо Тенсей?

Воспоминания о последнем бое дедули Хирузена, горечь собственного бессилия, память техниках, применённых в тот злополучный день - всё это едва не разбило то состояние ясности, в котром пребывал Наруто.

- Эдо Тенсей? - не поняла его Куджаку. - Нет, наша техника вернёт Сеймей-сама живым. Жертва должна быть добровольной и каждый из нас готов на неё!

- А Гаара? - хрипло спросил Наруто.

- Нам нужна только чакра Шукаку, но, конечно же, он слишком опасен, поэтому мы собирались его убить после завершения техники.

- Эй, а вы что, не могли оплатить А-ранговую миссию в Суне, чтобы Гаара наполнил чакрой ваш ритуал? - раздался сзади голос одного из Наруто, с интересом слушавшего диалог.

Но клон-лидер не обращал на это внимания. Островок спокойствия разбился, разлетелся сверкающими осколками, водоворот чакры взметнулся яростным ураганом. Смесь изумления, злости и возмущения, что безуспешно пыталась овладеть его "я", была напрочь сметена единственнным чувством - искренней и яростной надеждой. План, дерзкий, авантюрный и отчаянный, сам сложился в его голове. Узумаки выхватил из подсумка кунай и, ловко провернув на пальце, вонзил его себе в печень. Он стоял, испытывая невыносимую боль, отсчитывая секунды, показавшиеся годами. И когда, наконец, посчитал мучения достаточными, он развеялся с радостной и искренней улыбкой.

Одиннадцать белокурых голов, разбросанных по разным местам Страны Огня, одновременно вскинули головы, сначала скривившись от фантомных болей, а затем широко улыбнувшись. Наруто, получив воспоминания клона, кивнул напарникам, и они, ухватив под мышки Хинату-чан, оттащили её прочь от текущего противника - рослого бородатого шиноби с булавой, облачённого в поглощающую чакру броню. Узумаки надкусил палец и впечатал ладонь в землю.

- Кучиёсе но дзюцу!

Огромное облако дыма на мгновение вспухнуло над чёрными концентрическими кругами иероглифов, а когда дым развеялся, Наруто оказался на голове огромной жабы в чёрном кимоно и с трубкой в зубах.

- Наруто, зачем ты меня позвал? - недовольно спросил Гамабунта. - Я же говорил не делать этого!

Бородатый шиноби воспользовался заминкой и атаковал, но босс Бунта, не глядя, выхватил из-за пояса исполинский вакизаши и неуловимо быстрым движением смахнул голову противника.

- Наруто, я жду ответа!

Узумаки спрыгнул на землю и умоляюще взглянул в глаза великой Жабе.

- Босс, мне нужно очень срочно попасть в Коноху и быстро вернуться обратно! Пожалуйста! Это безумно важно!

Гамабунта фыркнул, окинул Наруто недовольным взглядом, и пропал в облаке дыма.

Узумаки разочарованно опустил плечи и повесил голову. Не вышло! Именно сейчас, когда...

Не успела мысль до конца оформиться в его голове, как Наруто окутал дым и он исчез, оставив на поляне безголовый труп орошать кровью рыхлую мягкую землю.

***

Наруто стоял, сцепив кулаки и стиснув зубы, он смотрел, как среди этих скал, возвышающихся над небольшим плато, Гаара, практически израсходовавший чакру, сражается с противником - осунувшимся и изнемождённым мужчиной с тусклым взглядом и впалыми щеками. Больше всего на свете ему хотелось помочь другу, но он лишь стоял, не давая Хинате вступить в бой.

Противник тоже использовал меч, управляющий стихией - взмахи клинка то и дело порождали катондзююцу, которые Гаара блокировал своим песком. Гаара держался неплохо, его техники были сильнее, он бы даже победил, не будь у противника за спиной деревянного цилиндрического контейнера, из которого торчала девичья голова с короткими каштановыми волосами.

Они о чём-то беседовали, но Наруто не прислушивался к разговору, он, сжавшись пружиной, выжидал. И возможность не преминула появиться.

Противник Гаары откинул контейнер с заложницей, легко отпрыгнул назад, воздел в воздух свой меч и прокричал:

- Муген Когай!

Шар ослепительного света прилетел откуда-то из леса и ударил в него, материализовавшись кирасой с оскаленной белой тигриной пастью на груди, той самой, что ещё недавно была на обезглавленном противнике с булавой. Пользуясь случаем, Наруто бросился вперёд, подхватил Мацури и убрал её с поля битвы. Гаара, увидев, что его ученица в безопасности, благодарно кивнул.

- Гариан-то! - вновь воскликнул вражеский шиноби. - Хишо Сокен!

Ещё две белые молнии ударили в него, превратившись в один из мечей Куджаку-чан и в три железных щупальца, рассерженными змеями выглядывающих из-за плечей врага. Их сегментированная форма была очень похожа на трёхлезвийный меч коротышки, которого совсем недавно убил Канкуро.

- Бесполезно сопротивляться! Простым шиноби не одолеть оружие, изготовленное в Такуми но Сато! - самодовольно сказал такуми-нин.

Ураганный порыв ветра ударил в Гаару, который укрылся за стеной песка. Металлические змеи невероятно удлинились и стремительным броском метнулись навстречу Гааре. Сегментированные лезвия мечей пробили песчаный барьер и, если бы Гаара вовремя не отпрыгнул, проткнули бы его насквозь. Поток яркого огня вырвался из меча противника и Гааре вновь пришлось спешно уходить от атаки. Волна песка поднялась с земли и ударила в такуми-нина, но на тигриной голове его брони вспыхнули алые глаза и песок бессильно осыпался на землю.

- Ты ничего не сможешь сделать! Муген Когай поглощает чакру из твоих атак! Как долго ты сможешь продержаться? Не пора бы использовать чакру Шукаку?

Металлические змеи раз за разом ударяли в Гаару, и он метался среди скал, едва-едва избегая ранений. Один раз он не успел и лезвие задел его бедро. Штанина покрылась кровью. Рядом вскрикнула Мацури и попыталась броситься к Гааре, но Наруто, ухватив её за шиворот, не позволил двинуться с места.

- Смешно! Величайшее оружие Скрытого Песка было так легко выманено из деревни, с помощью какой-то никчемной девчёнки! Но ладно, Великие Деревни слишком долго игнорировали Такуми но Сато, они слишком пренебрегали нами. Мы снабжали вас, ниндзя, оружием, и каков итог? Вы, шиноби боялись нас, и разрушили наше поселение. И даже когда мы нуждались больше всего, вы не расплачивались по долгам. Но теперь... Теперь, когда появится наше Абсолютное Создание, мы уничтожим скрытые деревни. И начнём, пожалуй, с Суны!

Вновь взметнулись стальные змеи, и Гаара отпрыгнул назад. Но это было уловкой врага. Там, где он приземлился, из земли выскочила металлическая дуга, мгновенно раскрывшаяся лепестками в сегментированную сферу. Гаара тщетно пытался выбраться наружу, щели между лепестками были слишком малы.

- Теперь всё готово! - ухмыльнулся такуми-нин. - Как же долго я готовился к этому. Теперь ты, Гаара, превратишься в Шукаку и дашь мне его силу, его могучую чакру!

Стальные сегменты сдвинулись, сделав поверхность сферы монолитной.

- Да! Настало время всё закончить! Настало время призвать Абсолютное Оружие, созданное Сеймеем-сама!

Руки врага замелькали в длинной цепочке печатей и сферу покрыло голубое сияние чакры. Из узилища раздался мучительный крик Гаары, переходящий в нечеловеческое рычание. Наруто почувствовал, как хрустят его зубы, он напряг всю волю, чтобы не вмешаться, не броситься спасать друга.

Смешанная чакра такуми-нина и Гаары ударила в скалу, которая осыпалась булыжникати открыв металлический саркофаг с барельефом человека, сложившего на груди руки. Саркофаг взлетел в воздух и плавно опустился перед вражеским шиноби. Его крышка отделилась и с громким звуком упала, взметнув облако пыли. В металлическом гробу стояла седовласая сморщенная мумия в пожелтевших одеяниях.

- О, Сеймей-сама! - раскинул в стороны руки такуми-нин. - Прими моё тело, возродись во всём своём величии!

Ослепительный свет окутал тело мумии и лицо вражеского шиноби озарила безумная улыбка. Внезапно саркофаг окутало облако дыма и экстаз на лице такуми-нина сменился выражением беспросветного ужаса. Это длилось считанные мгновения. Его тело рассыпалось золотистой пылью, которая втянулась в вертикально стоящий гроб. Вновь раздался мучительный рёв Гаары. Невыносимая боль пронзила живот Наруто, он почувствовал, словно его кожу прожигает сильное катондзюцу. Он почувствовал, как развеиваются его клоны, в его голове промелькнули их разрозненные воспоминания. Наруто распахнул куртку и увидел, как на коже живота проступила спираль, горящая тревожным красным светом.

Сияние, окутывавшее саркофаг, постепенно спало, боль в животе утихла, прекратились крики Гаары, а оружие и броня, продолжающие висеть в воздухе, упали на землю.

- Что тут происходит, даттебане? - послышался звонкий женский голос, и Наруто, смахивая мгновенно выступившие слёзы, бросился вперёд - туда, где из саркофага сделала шаг вперёд фигурка с длинными красными волосами.

***

Если бы кто-то спросил у Наруто: "Что могло бы пойти не так?", ответом было бы: "Абсолютно всё!". Замысел Наруто был неустойчивой цепочкой догадок, предположений и рассчёта на всеобъемлющую удачу - то, что обычно хорошо работало в фильмах, типа множества серий "Принцессы Фуун" и приносило крушение всех надежд в реальной жизни. Но по каким-то причинам на этот раз всё сработало, причём так хорошо, что Цунаде-чан наверняка потянула бы его в казино, чтобы обогатиться на этой полосе удачи.

Пройдя через множество миссий с Эро-сеннином, Наруто видел, как тот отправляет послания в Коноху с помощью жаб, а значит способ быстрого путешествия существует. В тот момент он сожалел, что не знал теории, лежащей за Кучиёсе но дзюцу, удовлетворившись практической частью. Расспрашивать Гамакичи не было времени, а Гаматацу - не было смысла, поэтому Наруто рискнул, призывая самую могущественную жабу - уж в возможностях Гамабунты-сана он был полностью уверен. Всё оказалось намного сложнее, но тут Наруто просто повезло. Джирайя как раз вернулся в Коноху, он мог призвать любую из жаб, и с ним был свиток контракта, на котором стояла подпись Наруто. Гамабунта поверил в важность просьбы Наруто, поэтому не терял времени и не жалел чакры, так что вытянутый на Мьёбокузан Джирайя получил немедленный приказ -возвращаться в Коноху, призвать Жабьего Мудреца, который, в свою очередь, смог вытянуть Наруто в Коноху обратным призывом.

В Конохе Наруто уже ожидал один из трёх оставленных там клонов. И снова удача ему улыбнулась. По миссии в Страну Волн он знал об обычае уничтожать тела нукенинов. Было бы разумно предположить, что тела павших шиноби в деревнях подвергают той же процедуре - иначе удачиливый враг может, осквернив могилу, получить в своё распоряжение бесценные сведения о геноме и техниках покойника.

Наруто давно, ещё в первые дни становления генином, нашёл на кладбище места захоронения матери и отца. После того как в битве с Орочимару (которая сама по себе была наилучшим подтверждением опасности получения ДНК в нечистые руки) пал дедуля Хирузен, Наруто частенько бывал на его могиле. И тогда он предстал перед мучительным выбором - чью могилу осквернить, кого вернуть к жизни? Логика и здравый смысл говорили, что для деревни наилучшим выбором был бы Йондайме. Вторым в этом списке стал бы дедуля Хирузен, к тому же это принесло бы радость Конохамару и Асуме-сенсею. Также разумно было бы поискать могилы Шодай и Нидайме (если, конечно, Орочимару в них оставил хоть что-то) - сокрушительную мощь легендарных Хокаге Наруто наблюдал собственными глазами. Но, несмотря на то, что Узумаки был готов на всё ради своей деревни, несмотря на всю разумность оживления любого из Хокаге, сердце Наруто требовало иного. Ему хотелось почувствовать, каково это, когда тебя дома ждёт родной человек, когда рядом кто-то, кто любит тебя больше всего на свете, кто обнимет, когда тебе больно, будет радоваться твоим успехам и грустить вместе с тобой по поводу неудач. Несмотря на то, что в жизни Наруто появились люди, которых он очень любил, и которые любили его, Узумаки задавил доводы разума и уступил повелению сердца. Он пришёл на кладбище, быстрым дзюцу дотона открыл могилу и, ужасаясь кощунственности содеянного, запечатал иссохший красноволосый труп в свиток. И когда к нему подбежал оригинал, он не стал развеиваться, чтобы для Босса мерзость совершённого была смыта радостью возвращения мамы. Ну а если задуманное не удастся, будет всё равно.

Вся затея основывалась на хрупком предположении, что дзюцу воскрешения должно быть схожим с Эдо Тенсей. После смерти дедули Наруто узнал подробности применения этой техники. Дзюцу, которым собирались воскресить Сеймея совпадало хотя бы в том, что требовался живой человек в качестве жертвы, поэтому Наруто решил, что для выбора объекта воскрешения должна использоваться частичка мертвеца. Это было лишь смутной догадкой - ведь для дзюцу могла быть использована чакра цели, мог использоватья заранее подписанный свиток контракта, или же дзюцу было заранее сконструированным, чтобы призывать Сеймея и никого другого.

Изначально Узумаки планировал найти сосуд или свиток, в котором хранился образец ДНК, после чего сделать возможное и невозможное, чтобы подменить его частичкой матери. Но когда он после отмены призыва вновь оказался рядом с безголовым трупом, и они с клонами и Хинатой-чан бросились к месту схватки Гаары и последнего такуми-нина, Бьякуган обнаружил скрытый в камнях металлический гроб.

Дальнейшие действия были простыми - клон, использовав дзюцу подземного плавания, подобрался к саркофагу, запечатав находящийся там труп, распечатал вместо него тело мамы и придал ему вид останков Сеймея с помощью маскирующей части обычного академического Каварими.

Существовал нешуточный риск, что маскировка спадёт до завершения ритуала, и так, в общем-то и случилось. Но, к счастью, поделать на этом этапе лидер такуми-нинов ничего не смог.

И вот теперь Наруто стоял, крепко сжав в объятиях родное, тёплое и живое тело прекрасной девушки, которая, он до сих пор не мог поверить, являлась его мамой, а её костедробительные объятия сжимали его в ответ. Слёзы бурным потоком катились по его щекам, но Наруто не было стыдно - ведь самые крутые шиноби, что он когда-либо знал, не стыдились ни объятий, ни слёз.

***

Яркое и безбрежное счастье Наруто затмевало только одно обстоятельство. И с каждым шагом, с каждым прыжком, который он совершал, это всё сильнее и сильнее давило на его совесть. Вот они встретились с Темари, Куджаку и Нейджи, который, благодаря Бьякугану, правильно выбрал направление, вот один из клонов вернулся с Канкуро и Карин-чан (мама удивилась и обрадовалась, встретив ещё одну Узумаки), вот уже стала видна скала, возле которой их пути должны разойтись и шиноби Суны направиться в свою деревню. Наруто не выдержал.

- Гаара, я сожалею... - негромко сказал он.

Бесстрастное лицо красноволосого суна-нина повернулось к Наруто, брови чуть поднялись - для редко демонстрирующего эмоции Гаары это было выражением сильного удивления.

- Я мог помочь тебе. Я мог сражаться рядом с тобой. Несмотря на то, что мог прекратить ту схватку в любой момент, я этого не сделал. Мне так хотелось увидеть маму, что я совершил поступок, недостойный друга. Я подверг тебя опасности ради собственно...

- Наруто, заткнись.

Узумаки, услышав негромкий голос Гаары, прервался на полуслове.

- Ты помог мне. Ты спас Мацури. Благодаря тебе не пришлось сражаться с Сеймеем. Да, мне было тяжело, было очень больно. Но я шиноби, и немного боли ради миссии - это ничто. К тому же, нет такой вещи, на которую я бы не пошёл, чтобы быть рядом с мамой.

Наруто с облегчением улыбнулся. Он хотел подбодрить, пообещать воскресить мать Гаары, но знал, что это не получится. Да, у них были все четыре Великих Оружия Такуми но Сато, но Куджаку-чан не знала техник, которые использовал их лидер, да и добровольную жертву найти было невозможно. Так что оставшееся оружие досталось участникам миссии.

Фуджаку Хишо Шокен, парные мечи Ветра, Наруто вернул Куджаку, это её очень удивило и обрадовало.

Поглощающую чакру кирасу Темари и Канкуро, посовещавшись, решили отдать Гааре, пусть Наруто и не понимал выбора, ведь у того и так была непробиваемая броня из песка и много чакры, а значит иммунитет к тайдзюцу и поглощение техник усиливали его и так сильные стороны. Впрочем, теперь, когда любое ниндзюцу будет поглощено, а оружию и рукопашным техникам придётся сначала пробить песчаную броню, чтобы затем разбиться об абсолютную защиту Муген Когай, Гаара становился настоящим монстром.

Гарианто, меч с тремя лезвиями, взяла себе мама. Она не была мастером кендзюзу, но техники именно этого меча ей были очень близки.

Огромный меч, управляющий Огнём, не понадобился никому. Нейджи и Хината были спецами в тайдзюцу, Карин не слишком любила сражаться, предпочитая сосредоточиться на сенсорных техниках, у Темари и так был веер, а стиль Канкуро предполагал использование кукол, с помощью которых использовать катондзюцу меча не очень получалось. Самому Наруто меч тоже не был нужен - его короткие чакра-клинки прекрасно справлялись со своими задачами, сложностей в преобразовании чакры не только в Катон, но и в любую стихийную не испытывал, да и предпочитал он использовать ниндзюцу. Поэтому мечу предстояло совершить путешествие в арсенал Конохи.

Настало время прощания, и команды расстались, направившись каждая в свою деревню. И всю дорогу до деревни Наруто провёл с мамой, разговаривая обо всём - об отце, о её детстве в Узушио, а затем и в Конохе, об его детстве, учёбе в Академии, команде, сенсеях и о событиях последнего года, которые навсегда определили его Путь Шиноби.

Как только Коноха оказалась на расстоянии прямой видимости, мама сделала то, что весьма удивило Наруто. Она быстро сложила печати и с помощью Хенге превратилась в превосходную копию Темари-чан. На вопрос о причинах, мама лишь загадочно улыбалась и намекала, что хочет навестить старых знакомых.

Проходя через ворота деревни, Наруто помахал рукой Изумо и Котецу. Увидав Куджаку-чан, Котецу довольно улыбнулся и молча протянул руку Изумо, в которую тот так же молча вложил несколько хрустящих банкнот. Наруто раздражённо закатил глаза, команда быстро зарегистрировалась в журнале, и они направились в башню Хокаге.

***

Наруто сидел в Ичираку и с удовольствием доедал третью порцию рамена. Длинная тень упала на стойку, но Наруто не оборачивался, продолжая наслаждаться превосходным вкусом божественного блюда. Высокая фигура присела на соседний стул, но Узумаки продолжал её игнорировать.

- Привет, Наруто. Давненько не виделись.

- Здравствуйте, Эро-сеннин! - ответил Узумаки, не отрываясь от миски.

- Я хочу кое-что обсудить с тобой. Кое-что важное.

Наруто неохотно оторвался от рамена и повернулся к сенсею.

- Я занимался сбором информации об Акацуки. Расследовал появление Итачи и Кисаме, и наткнулся на важную информацию.

- Информацию?

- Я узнал, что приблизительно на три-четыре года они оставят тебя в покое.

- Это хорошо! - улыбнулся Наруто, возвращаясь к недоеденному блюду.

- Погоди. Помнишь, на экзаменах, ты хотел стать моим учеником? Я беседовал с Цунаде, и теперь ты мой ученик официально. Я заберу тебя из деревни и за эти три года натренирую тебя, подготовлю к их возвращению.

- Нет.

- Так что собирайся, и готовься... Постой, ты сказал "нет"?

Узумаки с сожалением покосился на остывающий рамен и, вскочив со стула, выпрямился во весь рост и твёрдо взглянул в глаза Джирайе.

- Скажите, Эро-сеннин, зачем? Для чего мне покидать деревню, в которой те, кого я люблю и кого поклялся защищать? Те, с чьей помощью я познал настоящую силу, познал свой Путь Шиноби?

- Я смогу научить тебя пользоваться чакрой Кью...

- Нет! - Джирайя открыл рот, чтобы что-то возразить, но Наруто предостерегающе поднял руку. - Эро-сеннин, со времени экзаменов многое изменилось. Я стал сильным и собираюсь стать ещё сильнее. Мне для этого не нужна сила Лиса, я хочу быть сильным не как джинчурики Кьюби, а как Узумаки Наруто - шиноби Конохагакуре но Сато, будущий Хокаге.

- Наруто, я - Саннин. Никто не может дать тебе больше, чем я.

- О да, Джирайя-сенсей, вы сильны. Мой джонин-сенсей тоже один из сильнейших шиноби деревни, он знает более тысячи дзюцу. Мне впору прыгать от радости. Но знаете что? В своё время я устал выпрашивать техники у Какаши-сенсея, мне даже пришлось украсть его Чидори. Вы же как учитель тоже не впечатлили. Если мы уйдём, и для того, чтобы получить толику драгоценного внимания моего сенсея, мне придётся долго бегать и разыскивать его по онсенам, кабакам и борделям, то есть ли смысл куда-то уходить? Не будет ли лучше остаться в деревне, где хотя бы есть хорошая библиотека?

Джирайя молчал, пристально глядя на Наруто.

- Сенсей, поймите, я не отказываюсь. Я пойду с вами. Но у меня есть два условия.

- Я слушаю.

- Я хочу, чтобы мы действительно стали учителем и учеником. Я обещаю приложить все усилия, чтобы вы мной гордились. Но взамен я рассчитываю получить учителя такого же, как извращенец, которым вы являетесь.

- Я не извращенец, я су...

- Именно поэтому, я надеюсь, что вы будете супер-учителем!

Джирайя медленно встал и его взгляд устремился куда-то вдаль, в сторону каменных лиц, вырезанных на скале Монумента Хокаге.

- Я думаю, это приемлемо, - задумчиво сказал Джирайя.

- Правда? - выпучил глаза Наруто. - Правда-правда-правда? Ура, у меня учителем будет Саннин! И когда Саске вернётся, он не сможет задирать нос! Ха, выкуси, придурок! Никогда в жизни не ждал, что ты на это купишься, Эро-сеннин!

Джирайя внимательно посмотрел на Наруто и отвернулся, возмущённо фыркнув. Наруто продолжал стоять, растянув улыбку до ушей. Наконец, когда впечатление гордости и непреклонности Джирайи было полностью разрушено его взглядом, искоса стрельнувшим в Наруто, Узумаки завопил:

- Ты пообещал! И теперь не вздумай не сдержать обещание!

Саннин вздохнул и повернулся к Наруто.

- Ладно, а второе?

- Что?

- Второе условие?

С лица Наруто вмиг пропала улыбка.

- Я - не единственный, за кем охотятся Акацуки. Есть ещё восемь джинчурики. И пусть Гаара знает о грозящей опасности, остаются ещё семь. Мы найдём их всех, предупредим каждого из них.

- Но они - шиноби других деревень, многие из которых враждебны Конохе.

- Они вправе знать. И они будут знать, как опасно бы это ни было, и сколько усилий бы не потребовалось. Кем буду я, Наруто Узумаки, если останусь в стороне?

- Чтобы установить личности и найти их, придётся приложить немало сил, - кивнул Джирайя, - но мы сделаем это.

- Прекрасно! - вновь засмеялся Наруто. - И ещё...

- Эй, ты говорил: "только два условия"! Так что не зарывайся, пацан!

- Нет, Эро-сеннин, мне ничего не нужно. Просто обернись!

Джирайя развернулся и его глаза едва не вылезли из орбит. По улице медленным решительным шагом шла Кушина Узумаки, волоча за собой за шиворот бессознательного (или притворившегося таким) Какаши-сенсея. Её длинные волосы стояли дыбом, сформировав девять отчётливо различимых хвостов. Наруто почувствовал сильную жажду убийства, и был рад, что направлена она не на него. На лице Джирайи-сенсея одно за другим сменялись выражения удивления, недоверия, радости, и, наконец, беспросветного ужаса. Инстинкты бывалого шиноби подсказали ему единственный выход, поэтому он развертнулся и с непостижимой скоростью рванул с места.

Шесть цепей, светящихся тусклым золотым сиянием, захлестнули его тело и, сдёрнув, поволокли по земле.

- Знаете, сенсей, мне кажется, мама захочет составить нам компанию в путешествии, - сказал Наруто ему вслед.

Калейдоскоп

Трое шиноби мчались с огромной скоростью сквозь густые лесные заросли. Двое из них, парни с протекторами Такигакуре, бежали по земле, а третья, куноичи в белом одеянии (короткой юбке и щедро открывающим подтянутый животик топике), парила над землёй на полупрозрачных крыльях.

- Йоро! - бросил один из них.

- За нами погоня, я знаю! Фуу, давай, двигаем к тем скалам!

- Но ведь это так скучно! - недовольно надула губки девушка.

Троица выбежала из леса и запрыгнула на небольшое скальное плато посреди лесной чащобы.

- Я не знаю, кто вы, но мы засекли вас уже давно! - выкрикнул Йоро, выставив перед собой кунай.

Из лесных крон выскочили двое человек, одетые в одинаковые чёрные плащи с красными облаками. Лицо одного из них было закрыто маской, а мышино-серые волосы второго - гладко зачёсаны назад.

- Наконец-то! В жопу все эти погони, давно пора было вас убить, говноеды! - сказал сероволосый.

- Стойте-стойте! Мистер, так вы же бывший шиноби Скрытого Водопада! - куноичи с милой непосредственностью указала пальцем на фигуру в маске.

Означенный нукенин тихо хмыкнул.

- Фуу вас знает! - После того, как вы провалили миссию по убийству Шодай Хокаге, вы украли сердца старейшин нашей деревни и сбежали! - Фуу с мечтательным видом сложила руки на груди. - Вы Какузу!

- Какузу? - изумился Йоро. - Невозможно! Это же сколько ему лет?

- Фуу всегда хотела с вами встретиться! Фуу бы очень хотелось стать вашим другом! - радостно защебетала Фуу.

- Какузу, она совсем долбанутая? - спросил сероволосый.

- Не знаю. Я бросил деревню слишком давно.

- Может отметим наше знакомство чашечкой чая? - Фуу подбежала к шиноби в чёрных плащах и склонилась перед ними в поклоне.

- Я пришёл сюда не для того, чтобы пить чай, - ответил Какузу. - И не для того, чтобы заводить друзей!

- Это очень-очень плохо! - обиженно надула губки девушка.

- Это действительно очень плохо! - раздался на поляне новый голос. - Фуу, что я тебе говорил про Акацуки?

Девушка мгновенно развернулась, и с поразительной скоростью рванула с места, бросившись на новое действующее лицо, появившееся на плато. Фуу совершила прыжок и изо всех сил врезалась в белобрысую фигуру в чёрно-оранжевом комбинезоне. Тот легко подхватил её на руки и закружил вокруг себя, гася инерцию. Когда они остановились, девушка, словно детёныш Онбаа, обхватила его руками и ногами.

- Наруто-бака! - возмущённо затараторила Фуу. - Ты обещал появиться на моём чунинском экзамене! Там было столько всего! Фуу скучала! Ты обещал!

- Я сказал, что скорее всего у меня не получится!

- Это значит, что могло получиться! А значит было обещанием!

Парень лишь обречённо закатил глаза.

- Фуу, что я тебе говорил про Акацуки?

- Что они S-ранговые нукенины, что охотятся за такими как Фуу, что их нужно опасаться и не попадаться им на глаза! Но вот он, - Фуу сняла руку с шеи парня и указала на нукенина в маске, - Какузу! Он когда-то был крутым шиноби нашей деревни! Он чуть не убил вашего Шодай Хокаге!

Наруто лишь вздохнул.

- А вот это - Йоро и Кегон! Они тоже из деревни Фуу, они её напарники и тоже стали её друзьями! А Шибуки-сан говорил, что ты его спас, что Наруто крутой, а ещё что Фуу должна завести больше друзей! Наруто - друг Фуу, но при этом не появился на её экзамене! А ты обещал!

- Что за сраное говно тут происходит? - спросил сероволосый нукенин. - Сраный коротышка, тебе пиздец!

- Стой, Хидан! - поднял руку Какузу. - Это Наруто Узумаки, джинчурики Кьюби. И у нас, похоже, сегодня будет двойная награда.

- То есть я не смогу убить этого говноеда? Да насрать на деньги! Хочется отправить их всех на встречу с Джашин-сама!

- Хидан, заткнись! Ты сам знаешь, что Лидер-сама приказал их доставить живьём.

- Ну давай я убью хотя бы этих двух пидоров из твоей деревни!

Узумаки, вот уже вторую минуту пытающися стряхнуть с себя девушку, вздохнул.

- Фуу, ты помнишь, что я тебе про них говорил?

- Да, один - Какузу-сан из Такигакуре - владеет Джионгу, и всеми сейшитсухенка. Второй - Хидан из Югакуре, поклоняется какому-то божку...

- Джашин-сама - величайшее божество, сучка!

- ... и приносит ему жертвы. Нужно опасаться нитей и стихийных атак Какузу-сана и ни в коем случае не позволить этому невоспитанному дураку попробовать кровь Фуу. А ещё есть Сасори из Сунагакуре, он управляет мари...

- Фуу, достаточно!

- Нарууууууто! Ты обещал прийти на экзамен Фуу и обманул! Теперь ты должен Фуу!

- Ладно, давай, мы закончим с этим, и я свожу тебя на фестиваль в Танзаку!

Девушка радостно завизжала. Из её спины выстрелили два потока света, сформировав полупрозрачные стрекозиные крылья. Бледно-жёлтая чакра окутала её тело, превращаясь в броню, схожую с хитином насекомого, какого-то диковинного жука.

- Ты обещал! Обещал-обещал-обещал! На этот раз точно пообещал! - затараторила она.

Наруто вздохнул, закрыл глаза, а когда он их открыл, его веки покрывали оранжевые пятна, а глаза стали жёлтыми, с плоскими горизонтальными зрачками. Он вытянул в стороны руки, на которых со свистом стали формироваться два вращающихся шара чакры. Шары трансформировались в большие четырёхлезвийные сюрикены, и начали наливаться ярко-синей чакрой молнии, вращаясь всё быстрее и быстрее. Вскоре зубцы стали неразличимы, а свет невыносимо ярким.

- Вам не повезло, - прокричал Наруто, перекрикивая оглушительный свист собственного дзюцу, - ведь Наруто Узумаки никогда не нарушает своих обещаний! Райтон: Разенсюрикен!

***

- Я ненавижу Эро-сеннина! - заявил Наруто, уклоняясь от серии молниеносных ударов.

Он метался по круглому скалистому амфитеатру, окружённому стальными стенами, созданному впечатляюще масштабной техникой. Глаза его были жёлтыми, а веки - ярко-оранжевыми.

- Как же, - тон его стал ворчливым, - "Чтобы стать сильным, ты должен научиться принимать"...

Он сделал кульбит, угодя от кулака, покрытого жёлтым свечением чакры.

- ..."вызовы самых разных противников"!

Покрытые чакрой Ветра клинки замелькали, отбивая град множества кунаев.

- "А в деревне Надешико тебя ждёт испытание"...

Узумаки отступил в сторону, пропуская мимо себя бешено вращающийся ураган, из которого нескончаемым потоком продолжали лететь кунаи.

- ..."с которым ты раньше никогда не сталкивался!"

Тело Наруто окутал полупрозрачный покров, закрывая от дзюцу, которое было очень похоже на Лезвия Ветра Темари-чан.

- А мама? - Наруто понимал, что его слова больше походили на нытьё маленького ребёнка, но ничего не смог с собой поделать. - "Нару-кун, ты уже такой большой, тебе нужно больше опыта!"

Его противник, вернее противница, зарычала, сложила печати и изо рта её ударило мощное футондзюцу.

- Сначала этот идиотский остров с этими идиотскими зверьми...

Наруто нырнул в землю, и выскочил из нее, когда техника пролетела мимо, гладко срезав несколько больших валунов у него за спиной.

- ... и какие-то идиоты, натравившие их на нас, даже не спросив кто мы...

Вертикальная вспышка прорезала воздух и Наруто отсокчил в сторону. На том месте, где он только что стоял, образовалась огромный узкий провал.

- А потом ещё эта бешеная бвабва, пытающаяся настучать мне по голове!

Руки Наруто мелькнули в воздухе, выхватывая из него кунаи и раздражённо бросая на землю.

- А я всего лишь хотел посмотреть на эту зверушку! Она была такая большая! И дурацкая!

Наруто поймал запястье с кунаем и, сделав подсечку, бросил девушку на землю, аккуратно придержав в конце.

- И если тот барьер был таким хилым, что развеялся, то виновата та, кто его ставил!

Уйдя от очередного футондзюцу, Наруто продолжил своё нытьё:

- И тварь на меня сама напала, заначит то была самооборона!

Щёки Наруто раздулись, и вырвавшаяся изо рта струя воды ударила в землю перед куноичи, совершенно её не задев. Та раздражённо запустила в него ещё пару кунаев, от которых Наруто легко ушёл.

- И если её уволили с работы, то в чём моя вина?

Девушка начала складывать длинную серию печатей, и перед ней закрутился торнадо, направившийся в сторону Наруто.

- И представляешь, Хонока-чан ещё и оказалась Узумаки! И мама с ней теперь о чём-то постоянно шепчется! И они хихикают! - почти истерично взвизгнул он.

Куноичи сделала горизонтальный взмах рукой и длинное полотно сгущённого воздуха понеслось над землёй прямо в Наруто.

- Скажи, ну для чего это тебе, Шизука-чан? - длинная колонна камня вырвалась из земли и подняла Узумаки, уводя из области поражения.

- Дерись, засранец! - закричала зеленоглазая куноичи. - Я обещала учителю, и я сражусь с тобой!

- Токива-сан, ну скажите ей! - Наруто спрыгнул со скалы, перед его ладонью возник светло-фиолетовый пульсирующий барьер, и ветряные лезвия рассеялись, не в силах пробить технику.

- Ничего не поделаешь, Наруто-сан, таковы правила в нашей деревне. Чтобы взять куноичи в жёны, ты должен её победить. И если ты победишь Шизуку-сама, ты станешь лидером нашей деревни, - ответила наблюдающая за поединком рослая куноичи в красном платье.

- Но я не хочу становиться лидером! Мне же скоро становиться Хокаге!

Узумаки не атаковал, просто уходил от атак или блокировал их.

- Тогда проиграй!

- Мне нельзя проигрывать, Наруто Узумаки никогда не отступает, такой мой ниндо!

- Дерись, засранец! - повторила зеленоглазая куноичи. - Учитель очень больна, и я исполню обещание, прежде чем она уйдёт в Чистый Мир!

- Ну, а давай я её вылечу, и мы будем считать это ничьёй?

- Вылечишь?

- Я умею лечить даже смертельные болезни!

- Правда? Так ученик Джирайя-сама ещё и великий медик? - куноичи отпрыгнула и уставилась на него расширенными глазами.

- Ну, это, конечно преувеличение, - Наруто широко оскалил зубы и почесал затылок, - в ирьёниндзюцу я пока что не очень. У меня хороший контроль, но Эро-сеннин больше по подглядыванию, чем по лечению.

Шизука закричала и вновь бросилась на Наруто, обрушив на него град ударов рук и ног, которые он аккуратно блокировал.

- Зато у меня есть исцеляющий кеккей генкай!

Девушка вновь отскочила и в её глазах снова зажглась надежда.

- Давай договоримся, я лечу твоего сенсея, и мы просто расходимся.

Лицо куноичи приняло обиженное выражение.

- Я такая некрасивая? Я не нравлюсь тебе настолько, что ты готов на что угодно, лишь бы не жениться на мне?

Глаза Наруто заметались в панике. Он мог поклясться, что на её щеках блестнули слёзы.

- Нет, Шизука-чан! - замахал он руками. - Ты очень хорошенькая! Но если я на тебе женюсь, то как я объясню всё Сакуре-чан?

- Сакуре-чан?

- И Хинате-чан! И Хаку-чан! И Хисаме-чан! И Карин-чан! И Анко-чан! И Сасаме-чан! И Ино-чан! И...

Шизука стояла, распахнув глаза и недоверчиво смотрела на Наруто.

- ... и Куджаку-чан! И Фубуки-чан! И Коюки-чан! И...

- Заткнись, я поняла!

- Ну и к тому же, что это за ерунда? Тебе не кажется, что прежде чем говорить о женитьбе, нам нужно хотя бы познакомиться друг с другом? У тебя что, нет никого, кто бы тебе нравился?

- Наруто, в нашей деревне только куноичи! - напомнила Токива. - Возможностей познакомиться с парнями не так уж и много!

- Ну ладно! - Узумаки подскочил к Шизуке и, почёсывая затылок, протянул руку в Печати Гармонии. - Ничья?

- Ничья! - неохотно согласилась девушка. Когда их руки сомкнулись, она застенчиво улыбнулась. - Всё равно у меня почти не оставалось чакры!

- Приятно это слышать! - раздался неприятный мужской голос откуда-то сверху. - Значит теперь ты беззащитна и будешь моей!

Они обернулись, и на стене арены Наруто увидел какого-то лощёного придурка, восседающего в кресле большого четырёхногого робота, с цифрой 12 на фюзеляже. Наруто присмотрелся и с удивлением понял, что робот - что-то типа марионетки из Суны - различимые только сенсорным восприятием нити тянулись от рук всадника к конечностям робота.

- Опять ты? Надоел! - рассерженной кошкой зашипела Шизука. Она подбежала к стене, взбежала по ней и обрушила на кабину робота сокрушительный удар ногой, заставивший Наруто вспомнить Цунаде. Робота, как и изрядный кусок скалы под ним, развалило в клочья.

Спрыгнув на землю, она спокойным шагом вновь подошла к Наруто.

Узумаки нахмурился, что-то в произошедшем было не так. Он подскочил к удивлённо ойкнувшей Шизуке и разорвал одежду у неё на животе. Не успела девушка возмутиться, как он приложил руку, ощутив упругие мышцы пресса, и пустил сквозь ладонь импульс чакры. На животике фиолетовым цветом засветились редкие линии незаконченной печати. Так как дзюцу было незавершено, Наруто потянул за них, снимая с тела Шизуки, и, вытянув руку, сжёг быстрым выбросом стихии Огня.

- Ладно, мне пора! - улыбнулся Наруто. - Если этот придурок снова появится, лупи его дистанционными дзюцу!

- Ты уже уходишь?

- Да, нужно сказать Боссу посмотреть на твоего сенсея, - ответил Наруто и развеялся облаком дыма.

***

Прекрасное лицо девушки было обезображено злобной гримасой, тугая коса распустилась и превратилась в торчащую дыбом гриву белокурых волос. Тёмные глаза прорезали вертикальные щёлочки зрачков, а за спиной полыхало покрытое сложным узором полотнище голубого пламени. Девушка стояла на четвереньках, в позе тигрицы, готовой броситься на противника. Длинные когти, венчающие её руки, глубоко прорезали каменистую почву.

Участь её противников была предрешена. Одна из них, куноичи с раскосыми глазами и лицом, сокрытым маской, еле дышала, истекая кровью из глубокого счетверённого пореза на животе. Вторая, невысокая девушка с длинной прядью волос, закрывающей глаз, тяжело опиралась на сложенный зонт. Пробитое когтями бедро не давало ей двигаться, а значит надежда оставалась лишь на третью - куноичи, чьи короткие фиолетовые волосы были уложены в затейливую причёску.

Поле битвы ничуть не напоминало ландшафт, который тут был считанные минуты назад. Обычные невысокие каменистые холмы превратились в нагромождение скал и острых пиков, глубоких провалов и больших валунов. Девушки выложились во всю, применили всё, что знали и умели, но этого было недостаточно, ведь им противостояло настоящее чудовище.

Куноичи выставила перед собой лист бумаги, на котором полыхнула светом затейливая фуин. Из него вырвался целый дождь кунаев, который обрушился на всё так же стоящую на четвереньках противницу. Голубое пламя укрыло её тело, и кунаи, звякнув, опали на землю, как и множественные сенбоны, кунаи и сюрикены минутой ранее.

Противница злорадно ухмыльнулась и, приоткрыв рот, выплюнула в них комочки голубого огня, внутри которых, вызывая ощущение абсурда, просматривались тёмные мышиные силуэты.

Аджисай закрыла глаза - у неё не оставалась ни сил, ни чакры, глубокая рана в плече и разрезанный бок не позволяли двигаться. Смерть была неминуемой. Они провалили первую чунинскую миссию, они подвели Ангел-сама. И, самое главное, об этом никто не узнает, разве что Кумо вернёт деревне их тела, либо какой-нибудь ойнин деревни случайно забредёт на место схватки.

- Эй-эй, не так свирепо! - раздался насмешливый мужской голос.

Аджисай приоткрыла глаз и увидела спину оранжевого жилета с красной спиралью шиноби Конохи на спине, и беспорядочную копну белокурых волос, стянутых лентой протектора. Парень, не старше её самой, стоял, сжимая в руках два странных ножа-кастета, из лезвий которых вырастали длинные клинки переливающейся воды. О пылающих мышиных снарядах напоминали лишь несколько голубых огоньков на земле.

Рядом испуганно воскликнула Суйо.

- Его чакра... Он чудовище! Он настоящий монстр!

Слышать подобное от той, кто недавно повстречал двоих джинчурики, и вот сейчас противостоял третьей... Аджисай поняла, что это шанс! Если джинчурики схлестнётся с этим коноха-нином, то, возможно, удастся уйти. И, пусть раны Суйрен слишком тяжелы, а для их лечения у неё нет ни чакры, ни достаточного владения ирьёниндзюцу, то, возможно, удастся вытащить хотя бы Фуйо!

- Привет, Наруто-кун! - раздался неожиданно приветливый голос джинчурики.

- Привет, Югито-чан! - ответил коноха-нин. - Ну и зачем ты решила прикончить этих генинов?

- Они первые напали! - кокетливо надула губки джинчурики, перекинув волосы через плечо и вновь собирая их в косу.

- Мы чунины! - возмущённо пискнула Фуйо, на миг забыв о своих ранениях.

Парень насмешливо фыркнул, всем своим видом показывая, что думает об этой разнице.

- Я, конечно, рада тебя видеть, Наруто, но зачем ты здесь?

- Ну, сначала я хотел просто повидаться, а затем, как обычно, пришлось спасать принцесс!

- Эй, я думала, что это я - принцесса! - вновь сделала неискренне обиженное лицо джинчурики.

- Ты тоже принцесса! - не колеблясь подтвердил коноха-нин. - И тебя я спасу от необдуманных действий!

- А у тебя получится? - лукаво прищурилась Югито Нии, ничуть не напоминая то воплощение неизбежной смерти, которым была лишь пару минут назад. Она сделала в сторону коноха-нина несколько лёгких шагов и тот внезапно попятился назад.

- Югито-чан! Я вообще-то пришёл сообщить нечто важное!

- Да-а? Ну давай, я подойду поближе, шепнёшь на ушко! - джинчурики продолжала идти чуть виляющей кошачьей походкой.

- Это важно! Двое из Акацуки мертвы! Хидан и Какузу! Над Хиданом пришлось попотеть, пока не сжёг его Катон: Разенганом!

Югито чуть приблизилась, и совершила стемительный прыжок, приземлившись перед блондином. Её руки метнулись к лицу парня. Тот обречённо закрыл глаза. Джинчурики ухватила его за щёки и начала трепать.

- Ты такой очаровашка, Наруто-кун, особенно когда серьёзный!

- Твы двовжна певедать это бватцу Би! - выдушил тот сквозь растянутые щёки.

Увидав, что внимание противника отвлечено, Аджисай заковыляла в сторону напарниц. Может быть, пока враги заняты, ей удастся даже спасти Суйрен!

Взгляд, брошенный на подруг, заставил усомниться в собственном здравом рассудке. Обе стояли на ногах без видимых усилий, широко распахнув глаза, и недоверчиво ощупывая свои тела, те места, где недавно были тяжёлые и даже смертельные ранения. Маска Суйрен была снята, демонстрируя изящные черты лица, на котором было написано крайнее изумление.

- Эй, сестрёнка, пока Югито-чан занята клоном, давай займёмся тобой, - услышала она знакомый голос коноха-нина.

Закатанный рукав комбинезона демонстрировал мускулистое предплечье, покрытое несколькими шрамами в форме отпечатков зубов. Он поднёс руку к её рту.

- Кусай!

- Но...

- Кусай! - игривый тон пропал, и в голосе скользнули стальные нотки.

Аджисай, зажмурившись, деликатно сомкнула зубы на предплечье вражеского шиноби и почувствовала, как вся усталость пропадает, раны закрываются, а тело начинает бурлить от переполняющей его чакры.

***

Наруто стоял внутри пылающего фиолетовым пламенем барьера, и его рука лежала на плече Шион-чан. Милая и покладистая девушка ничем не напоминала ту вздорную бвабва, что Наруто встретил в начале миссии и больше не предрекала неминуемую смерть окружающим. Узумаки подумал, что если бы она предсказала его гибель, он бы просто рассмеялся девушке в лицо. Но, видимо, Узумаки был слишком крут, так что та лишь удивлённо переводила взгляд с Наруто на своего помощника Тарухо и других охранников Храма.

Вокруг, за барьером, находилось широкое поле разломов, наполненных раскалённой лавой. Проследить путь Наруто и Шион к гробнице Морьё для стороннего наблюдателя не составило бы ни малейшего труда. Там где прошёл отряд Узумаки, взявший в "коробочку" клона со жрицей на закорках, скалы пересекала полоса выжженной, изломанной, истерзанной, дымящей и расплавленной почвы, усеянной обломками каменных статуй.

Возле ног Наруто и Шион лежал иссушённый труп вражеского лидера. Одна из нападавших, та, чьё лицо больше не украшали демонические узоры, а склера зрачков перестала напоминать бездонное море мрака, рухнув на колени, потирала ярко-красный отпечаток ладони на щеке. Верховная Жрица Шион смотрела на неё, своего врага, с глубоким пониманием - ведь их объединял совместно пережитый опыт, они были товарищами по несчастью.

После того, как Шион завершила серию непривычных любому шиноби ручных печатей, и барьер окончательно стабилизировался, она опустила плечи и облегчённо вздохнула. Но громкий демонический смех заставил бы её вздрогуть и упасть, если бы не подхвативший под руку Наруто.

- Жрица! - раздался громовой голос. - Ты поспешила. Если бы ты дождалась смерти этого ничтожества перед установкой барьера, у тебя бы всё получилось. Но теперь вы обречены, вам не выйти, вы заперты вместе со мной.

Иссушённый труп возле ног Шион взорвался потоком чёрного маслянистого дыма. Шион бросилась вперёд, к алтарю, но внезапный поток ветра сбил её с ног. Она приготовилась к жёсткому падению, но, внезапно, сильные руки подхватили её и уберегли от столкновения с камнем пола. Бросив через плечо взгляд, она увидела, как ещё один Наруто подхватил на руки недавнюю противницу.

- Тебе не выйти отсюда, по крайней мере пока один из нас не овладеет другим! - продолжал вещать демонический голос. - И это решит запас чакры!

Вновь раздался хохот, но Шион с удивлением поняла, что этот смех не зловещий и гулкий, а весёлый и звонкий. Жрица бросила удивлённые взгляды на хохочущих Наруто и его клона. Она не ожидала, что такой сильный, такой уверенный шиноби в безвыходной ситуации впадёт в истерику!

- Эй, Морьо! - раздался крик Наруто. - Если это так, то ты, выходит, в глубокой жопе! И эту глубину я тебе сейчас наглядно продемонстрирую.

***

Если бы кто-то сказал Наруто, что он подружится с надменным, самодовольным и напыщенным засранцем, то Узумаки попросту рассмеялся бы ему в лицо. Сора был именно таким, и по всем признакам Наруто должен был бы его возненавидеть, ведь он был полной его противоположностью как в поведении, так в темпераменте. Но, к своему искреннему изумлению, Наруто испытал только теплоту и приязнь к этому черноволосому красавчику.

Слишком он напоминал ему Саске, человека, с которым Наруто враждовал всю сознательную жизнь, но который умудрился стать его лучшим другом. И по которому (пусть он скорее отрежет себе ногу, чем признается в этом) очень-очень скучал. Их первые миссии в Команде 7, первые победы и свершения. Его самая первая семья. И пусть теперь к Наруто вернулась мама, пусть даже неожиданно появился (и тут же попал в госпиталь со множеством ушибов и переломов) крёстный отец, но Саске, человека, отдавшего за него жизнь, Узумаки не забывал никогда.

Их прошлая встреча была слишком мимолётной - после поразительного по своей безрезультатности нападения шиноби Страны Неба (благодаря которому Наруто раздобыл себе парочку многообещающе крутых летающих штук, оказавшихся не очень удобными в использовании, поэтому пылившихся у него дома), Наруто столкнулся с другом во время сражения с Шинно - лицемерным мудаком, предавшим свою ученицу, и разрушившим её деревню. Тогда всё было как в старые добрые времена, они вновь сражались плечом к плечу, и для полного счастья Наруто не хватало лишь Сакуры-чан и Какаши-сенсея. Впрочем, при небольшой доле фантазии, красные волосы Амару-чан (от её одержимости Рейби, демонической нуль-хвостой пиявкой, как всегда помогло Великое Тайдзюцу) можно было представить розовыми. Жаль, что сражение было таким коротким, жаль, что им быстро пришлось покинуть рушащийся летающий город, прихватив каждый своё: Саске - свиток с дзюцу для Орочимару, а Наруто - самого Шинно (Цунаде наверняка пригодятся его научные изыскания, особенно те, что касаются вечной молодости) и, конечно-же, Амару-чан.

Именно потому что Наруто скучал по Саске, Сора почти что и не огрёб при первой встрече - слишком сильно он походил на последнего Учиха.

Ну а затем был Храм Огня и новое явление похитителей тел (для Наруто, не понаслышке знающего о как минимум двух техниках воскрешения, это было очень тревожным знаком). Противник, после непродолжительной погони, применил очень впечатляющее дзюцу, совершив призыв (призыв!) целого лабиринта. И последнее, что Наруто мог представить, что столнувшись с вражеской куноичи, он, вместо драки, станет с ней иссуплённо целоваться. Её действия были неожиданностью, пусть и (Наруто вынужден был признать) очень приятной. И даже то, что девушка начала поглощать его чакру, не капли не мешало - ведь в ответ он использовал дзюцу поглощения, которое давным-давно узнал у напарника Кабуто, чьего имени уже и не помнил. И даже если бы дзюцу не сработало, и он бы развеялся, большой проблемой для Босса это бы не стало.

Красотка, почувствовав, как из неё уходит чакра, толкнула Наруто в грудь и отпрыгнула. Её лицо обезобразила гримаса злобы.

- Ты... Т-ты-ы-ы!

- Ой, прости, я думал, что в вашей деревне так принято заигрывать! - фыркнул Наруто.

Это разозлило её ещё больше, и ему пришлось уходить от впечатляющего количества техник всех пяти стихий. Если бы это не происходило в узком ущелье каменного лабиринта, Наруто пришлось бы драться всерьёз. Но тут, где защитой служили крутые вертикальные стены, было легко просочиться сквозь камень, чтобы атаковать с любой стороны. Через некоторое время, когда пара его кунаев достигла цели, Наруто заметил несуразность - неглубокие порезы пропадали вместе с прорехами в платье, чтобы потом в едва различимом глазу мерцании возникнуть вновь. Было такое впечатление, что куноичи меняет тело вместе со стихийным сродством. Это было слишком похоже на дзюцу Какузу, так что Наруто не терял бдительности, но, конечно же, до уровня S-рангового нукенина девушка не дотягивала.

- Эй, красотка, - обратился к противнице Узумаки, - а скажи, для чего вы всё это затеяли? Если вам нужны были деньги, то не правильней ли было бы попытаться прикончить Чирику-сана - за него в книге Бинго назначена большая награда? А тела после стольких лет не нужны ни одной деревне, и за них не дадут ни рьё.

Куноичи задохнулась от ярости, и обрушила на Наруто целый шквал различных техник, от которых Наруто укрылся, перегородив проход быстрым кеккайдзюцу.

- Мы не какие-то сраные наёмники, - разъярённо зашипела куноичи, - мы сражаемся за свою страну!

- Вы решили объявить войну Стране Огня?

- Мы сражаемся за неё, идиот! Эта страна раздирается противоречиями! У неё два короля...

- Погоди, но ведь король - в Стране Луны, а у нас - даймё!

- Короля как в шоги, идиот! В Стране Огня есть даймё, а есть Хокаге, и каждый из них стоит на вершине власти! Остаться должен только один король!

Узумаки озадаченно почесал затылок. Любому дураку известно, что Хокаге управляет шиноби, а даймё - всем остальным. Хокаге разбирается в миссиях, дзюцу и сражениях, а даймё - в финансах, посевах, налогах и прочих важных вещах. И как без Хокаге даймё не сможет защитить страну, так и без даймё Хокаге не сможет получить достаточно миссий и денег на их оплату. Наруто помнил рассказ Темари-чан, к чему деревню привела немилость даймё, и в каком отчаянном положении была Сунагакуре. Что-то в рассказе этой куноичи не клеилось. Наруто глубоко задумался, пока его не осенила внезапная догадка. Эта красотка просто несла кхуиньйа! Ну а значит, эта проблема была легко разрешимой, и Наруто тут же приступил к её решению.

Когда девушка тяжело прислонилась к стене лабиринта, касаясь пальцами покрасневшей щеки, Наруто попросил:

- Фука-чан, расскажи мне о этих "двух королях".

- Я не знаю, с чего начать.

- Начни сначала.

Через пару минут Наруто узнал две вещи: одной из нападавших тоже была куноичи, а значит её можно было спасти, и что Соре предстоит волнующая встреча с якобы мёртвым папой. И чтобы эта встреча непременно состоялась, Наруто Узумаки, будущий Хокаге Конохагакуре но Сато, об этом обязательно позаботится.

***

Наруто сидел в позе лотоса, сложив перед собой разжатые кулаки. Глаза были закрыты, так как зрение в этот момент никак не могло помочь. Он наблюдал за двумя очагами чакры, бьющимися внутри заброшенного храма. К сожалению, все попытки Карин-чан обучить его сенсорному дзюцу, не принесли плодов. Похоже у неё был врождённый дар сенсора, а всё, что вышло у Наруто - лишь улучшить и так хорошую чувствительность режима отшельника, ощущать не только враждебные намерения, но и чакру, сокрытую за ними.

Узумаки чувствовал чакру используемых техник, чувствовал, как противники погружают друг друга в гендзюцу и вырываются из него, чувствовал, как буйствуют стихии - горячее пламя Катона, и неудержимые разряды Райтона. Иногда появлялось нечто неведомое, словно чёрная тень, пожирающая чакру и пространство, и Наруто мог лишь догадываться, что Итачи использует Аматерасу - одну из величайших техник Шарингана.

Несмотря на спокойствие режима отшельника Узумаки едва удерживался на месте. Всей душой он рвался вмешаться, помочь другу, навалять ублюдку Итачи. И лишь титаническим усилием он оставался в роли обычного наблюдателя.

Где-то неподалёку чувствовалась монструозная чакра Кисаме Хошигаки, и Наруто сокрушался, что напарник Итачи не вмешивается в бой - ведь тогда у него был бы прекрасный повод вмешаться самому!

Вдалеке он ощущал родные огоньки чакры Хинаты, Сакуры, Тайюйи и Гурен - они были вместе с Какаши-сенсеем и Ямато-тайчо в сопровождени пары клонов Наруто. Там шло какое-то сражение, но Наруто не мог отвлекаться.

Огромный огненный шар, видимый даже отсюда, улетел в небеса. Через некоторое время в месте использования техники начали собираться тучи, закручиваться медленным смерчем и озаряться редкими проблесками молний. Тучи сгущались и сгущались, пока разряды молний не слились в непрерывный гул. А затем небеса разверзлись и оттуда ударило нечто невообразимое - исполинский дракон, словно созданный из молний. Наруто отстранённо подумал, что Саске создал очень крутую технику, а значит ему нужно либо её повторить, либо придумать что-то ещё круче.

Сражение стихло и Наруто было решил, что Саске победил - пусть у него почти не осталось чакры, но сила техники была просто невообразимой, а значит Итачи не мог не быть ранен. Но внезапно спокойствие покинуло Наруто - он увидел, как над лесом вознёсся огромный огненный силуэт, а рядом с ним вырастают семь голов очень знакомой твари. И, хуже всего, появилась новая сигнатура чакры, того, кого Саске якобы уже убил. Орочимару.

Наруто вскочил на ноги и помчался вперёд, прыгая с земли на деревья, перепрыгивая с верхушки на верхушку, и постоянно используя Шуншин. Он успел вовремя - одна из пастей гидры распахнулась, и отуда показался силуэт покрытого омерзительной слизью Орочимару.

Наруто потянулся внутрь себя, к ярко-красной чакре, полной ненависти и злобы. Он почувствовал, как за его спиной развеваются три алых хвоста, как чакра покрывает его руки, удлинняя пальцы, превращая в длинные когти.

Узумаки взвился в воздух и приземлился прямо в раскрытую пасть, рядом с извивающимся Орочимару.

- Привет, Хеби-саннин! - осклабился Наруто. - Это родственная ссора, так что вы здесь лишний!

Узумаки вонзил когти в Орочимару и, разрывая гидре пасть, выдернул его оттуда. Внезапное чувство опасности обуяло Наруто и он, не раздумывая, применил Шуншин, уходя от атаки странного огненного меча, который сжимала пылающая фигура воина, окутавшая Итачи.

А на месте сражения творилось что-то странное. Итачи, не атаковал, лишь медленно шёл в сторону брата. Саске метнул в него кунай со взрыв-тэгом, но небольшой крутой щит в руке воина из чакры отбил его прочь. Саске закричал и, выхватив свой чокуто, бросился на Итачи. Лезвие бессильно скользнуло по броне покрова чакры и Саске отлетел прочь, ударившись спиной в полуразрушенную стену взорванного храма. Покров чакры Итачи потерял форму, превратившись в едва различимый силуэт. Итачи сделал несколько шагов к Саске, и Наруто приготовился вмешаться - пусть напарник дуется на него всю оставшуюся жизнь, но у него хотя бы эта самая жизнь будет.

- Орочимару-сан, я совсем ничего не понимаю, - сказал он своему пленнику, когда Итачи, добравшись до своего брата, лишь постучал ему пальцем по лбу и свалился замертво.

- Ку-ку-ку, Наруто-кун, не ты один, - неожиданно дружелюбно ответил Змеиный Саннин.

Наруто взвился в воздух, и приземлился рядом с Саске, удерживая его, не давая упасть на землю. Саске стоял с закрытыми глазами, лицо его было искажено небывалой мукой. Затем он, наконец, распахнул глаза, и в них вместо трёх томоэ горел огнём шестилепестковый цветок, чем-то напоминающий модель атома из учебника физики.

- Это ты, неудачник? - прошептал он.

- Рад видеть тебя снова, засранец! - хмыкнул Наруто. - Ты как?

- Он сказал... Он сказал, что ему были нужны лишь мои глаза. Что всё это время, вся эта ненависть, все эти смерти...

- Глаза? У него же и так есть ваш хвалёный Мангекё Шаринган, для чего ему твой?

- Из его глаз уходил свет, он слеп. И для того, чтобы получить новую, вечную форму, ему нужен был Шаринган близкого родственника.

Что-то не складывалось, и Наруто задумчиво начал чесать затылок. То есть, чтобы не слепнуть и получить Шаринган ещё круче, близкие родственники должны обменяться додзюцу? И почему бы такое не сделать, просто поговорив, без вырезаний кланов и доведения брата до иссупления от ненависти? Эти Учиха совсем какие-то психованные, не то, что Узума... Хотя нет, если судить по маме, Хоноке или Карин-чан...

- Ну что, Саске, теперь ты счастлив?

- Нет. Несмотря на то, что я ненавидел его всем сердцем, он был братом, которого я когда-то любил. И теперь... Теперь всё кончено.

- Вообще-то он ещё жив! - раздался голос Орочимару. - Но ненадолго, вот если бы тут была Цунаде-чан...

Наруто резко обернулся. Саннин склонился над Итачи, положив пальцы ему на шею, задумчиво качал головой и предвкушающе улыбался.

- Хеби-саннин, а не хотите увидеть кое-что захватывающее? Предупреждаю, если вы попробуете вмешаться, я вас убью.

- Ты уверен, что сможешь?

- Вы слышали, как недавно Акацуки напали на Сунагакуре?

- Конечно, тогда Казекаге убил Дейдару и Сасори. Взрыв на месте смерти Дейдары-куна был виден на многие километры, и только щит из песка уберёг деревню.

Наруто улыбнулся. Темари-чан рассказывала, что всей деревне пришлось обрушивать на Гаару самые сильные дзюцу, чтобы у того не закончилась чакра. Если бы не поглощающая броня, то Гаара, конечно же, победил бы, но деревню пришлось бы отстраивать заново.

- После этого мы с Гаарой мерялись силами, и я выиграл поединок четыре раза из пяти!

- Ладно-ладно, Наруто-кун! Так что ты хотел мне показать?

- Вот это!

Кулак Наруто ударил в солнечное сплетение застигнутого врасплох Саске, и тот, сложившись надвое, сполз по стене. Пальцы Наруто вонзились в глазницы напарника, безжалостно вырывая у того глаза. Затем Наруто подскочил к едва дышащему Итачи, и, положив глазные яблоки Саске на расстеленный свиток, вырвал глаза и у него. Вернувшись к Саске, Наруто вставил ему глаза Итачи и воспользовался медицинским дзюцу, чтобы наскоро приживить глазной нерв. Нужно было поторопиться, чтобы Итачи не помер, но Наруто было наплевать на ублюдка, больше всего его волновали дела друга. Он закатал рукав и поднёс предплечье ко рту напарника.

- Кусай!

Саске рефлекторно укусил руку, и Наруто с удовлетворением смотрел, как порезы, ссадины и синяки пропадают с его кожи, как кровь из глазниц втягивается обратно, и как Саске раскрывает глаза.

- Э нет, Орочимару-сан, вы же обещали! - раздался голос сзади.

Наруто обернулся и увидел, как клон, которого он заблаговременно спрятал под землёй, выныривает и хватает Саннина за язык, не давая дотянуться до лежащих на свитке глаз Саске .

- Ку-ку-ку, но попробовать-то стоило! - совершенно не смутился Орочимару.

- Наруто, ублюдок... - прошипел Саске.

- Потом поблагодаришь, придурок!

Наруто вновь подскочил к Итачи, надкусил большой палец и несколькими быстрыми движениями кровью начертил на лбу у Учиха затейливую фуин-шики. Затем вложил глаза в глазницы и повторил процедуру приживления. Ладонь Наруто легла на лоб Итачи, и формула полыхнула ярко-голубым светом, а кровь впиталась под кожу. Когда Наруто убрал руку, на том месте осталась лишь обрамлённая двумя линиями светящаяся свастика.

- Только не вздумайте проболтаться Хинате-чан! - предупредил Наруто. - Это должно было стать сюрпризом!

Орочимару и Саске синхронно пронзили Наруто недоверчивым взглядом.

- Чего? Нет, вы неправильно поняли! Просто для того, чтобы научиться снимать печать, мне пришлось её хорошенько изучить! И Нейджи не возражал!

Наруто сунул руку ко рту Итачи, и дождался, пока у него не пропадут раны, а дыхание не станет ровным и уверенным.

Саске подошёл и склонился над братом. Наруто взял друга за руку и, нагло ухмыляясь в ответ на удивлённый взгляд, выплеснул чакру. По коже Саске поползли цепочки иероглифов, которые закрутились в плотную спираль и бесследно пропали.

- Теперь он сможет активировать додзюцу только с твоего позволения. Пусти чакру через печать, удерживая половинную Ин Тигра. Если воспользуешься Ин Крысы, можешь ещё и заблокировать его чакру.

- А боль? - спросил Саске.

- Не-а, эту херню я не добавлял. Если тебе так хочется его помучить, просто ткни кунаем!

Саске встал, поочерёдно сложил Ин Крысы и одноручную печать Тигра, и довольно кивнул. Затем склонился над Наруто и изо всех отвесил ему подзатыльник.

- Эй, ты чего, идиот? - завопил Наруто, подымаясь с земли, в которую впечатался лицом.

- Ты первый меня ударил, придурок! Мог бы и просто сказать!

- А, ну да... Хотя стоп! А то ты мне разрешил бы вырвать себе глаза!

- Хн!

- Ладно-ладно! Ну, хватай своего драгоценного братика и пойдём!

- Куда?

- Домой, Коноху, конечно же!

Саске задумался и отрицательно покачал головой.

- Рано. Мне нужно поговорить с братом и разобраться в себе.

Наруто вздохнул, опять эти заморочки Учиха!

- Не слишком затягивай, Сакура-чан скучает! Ладно, Хеби-саннин, Цунаде и Джирайя вас очень заждались. И вы просто представить не можете, как вас вновь мечтает увидеть Анко-чан!

***

Пусть Наруто знал, что стал очень крутым, но себя он не переоценивал - прошлые уроки не прошли даром. У противника всегда могло найтись неизвестное дзюцу, какой-нибудь абсурдно могущественный кеккей-генкай или странная печать, нарушающая все понятия о разумном. Так что он был готов к самому серьёзному вызову, когда на весь мир прогремело заявление о начале Четвёртой Мировой Войны Шиноби, исполинской призрачной фигурой, скрытой плащом с высоким воротником.

И когда Какаши-сенсей, такой сильный, такой умелый, был похищен с помощью странной техники, Узумаки не стал бросаться в погоню безрассудно. Нет, он, конечно же, бросился в погоню немедленно, но был готов к любым неожиданностям. Впрочем, поначалу неожиданности были терпимы.

Первым появился призывающий змей придурок с острым подбородком и очень приличными запасами чакры. Для Наруто, чьи спарринги с Анко-чан были привычным времяпровождением, это был вопрос одного Разенсюрикена стихии Огня - наконец-то можно было не сдерживаться.

Затем была восхитительная красотка с толстой косой и скверным нравом, призывавшая странных животных - шипастых собак, а затем и диковинную помесь кабана, черепахи и дикобраза, с которой она слилась и торчала из покрытого бронёй лба. Это слишком напоминало былые деньки, правда во время Вторжения Звука, Гаара, торчащий изо лба Шкуаку, просто спал, а не размахивал кнутом. Впрочем, это не слишком мешало беседе, так что вскоре дзюцу призыва было завершено, а Наруто, сжимая девушку в объятиях, неловко гладил её по спине и нашёптывал утешающие слова, отгоняя непрошенные будоражащие мысли насчёт пышной едва прикрытой груди пришимающейся к его телу. Куноичи, которую звали Ни-чан, лишь растерянно потирала покрасневшую щеку.

Третий придурок, казавшийся близнецом первого, развернул два свитка и воспользовался дзюцу Призыва, что сразу не понравилось Наруто. Один из свитков оставался мёртвой бумажкой, а из второго поползла чёрная жижа со слишком знакомой сигнатурой чакры. Тут же пришли воспоминания клона, оставшегося с Ни-чан, оказалось девушка исчезла в клубах дыма, и теперь происходящее не нравилось Наруто ещё больше. Он боялся прервать странную технику, ведь в этом случае Ни-чан могла погибнуть! Впрочем, выход нашёлся быстро - Узумаки просто подскочил к придурку, ухватил его за плечо и, пока чёрная масса не покрыла руку полностью, оторвал её в плечевом суставе. Жижа полностью покрыла руку, после чего начала светлеть и обретать форму, превратившись в ошеломлённую, растерянную и очень-очень злую Ни-чан, которая, не мешкая, подбежала к бывшему напарнику и захлестнула его горло своим кнутом. Узумаки не любил причинять боль, как и наблюдать за причинением боли другим, поэтому быстро оборвал мучения придурка, вонзив кунай ему в глаз.

Сражение с Хируко, другом детства Джирайи, Цунаде и Орочимару, было бы очень тяжелым (набор из четырёх кеккей генкаев, который он себе приживил, весьма впечатлял) если бы изголодавшийся по вниманию собеседников нукенин не растолковывал суть каждого своего действия. Со стихией Шторма Наруто сталкивался и ранее, а вот стихии Тьмы, Стали и Скорости стали для него очень неприятным сюрпризом. К счастью, поглощать ниндзюцу, делать своё тело прочнее стали, и развивать невообразимую, неразличимую глазом скорость, Хируко одновременно не мог. Это и предрешило его судьбу. Наруто умел сражаться с крепкими противниками, он сталкивался со врагами, намного быстрее чем он, а дзюцу и артефакты поглощения чакры он встречал слишком часто, чтобы не придумать контр-мер. И для каждой из способностей, словно в "камень-ножницы-бумага" у Наруто был способ противодействия. Стальному телу противостояли мощные ниндзюцу, Скорости - вырастающие из земли стены и барьерные дзюцу, а Тьме - физические атаки несокрушимого тела Отшельника. Наруто видел, что у Хируко, самонадеянно объявившего войну всему миру, мало боевого опыта, он мог закончить сражение быстро, но тянул время, чтобы клоны успели вытащить Какаши-сенсея из храма, перед которым происходило сражение. Когда один из клонов развеялся, показав, что теперь в порядке не только Какаши-сенсей, но и четверо других едва живых жертв Хируко, Наруто, создав десяток клонов, перешёл в атаку.

Наруто опасался, что нукенин сосредоточится на единственной технике, которой было сложно хоть что-то серьёзно противопоставить, что он просто возьмёт в руки кунай и на невообразимой скорости начнёт резать горла, и что придётся отступить, теряя клонов. Но Хируко так был горд своими геномами, так радовался открывшимся перед ним возможностям, что совершил ошибку талантливого новичка, демонстрируя противнику всю ширину диапазона своих дзюцу. И расплата была неминуемой.

Пара клонов сложила печати и выдохнула изо рта дзюцу Большого Огненного Шара. И, к огромной радости Наруто, Хируко совершил именно то, что от него и ожидалось. Он вытянул вперёд руку с двумя ромбами стихии Тьмы и начал поглощать технику.

- Поглоти вот это! - закричал один из клонов, и несколько огромных валунов, разогнанных силой, даруемой режимом отшельника и небольшой помощью стихии Ветра, пролетели сквозь огненную завесу и ударили в нукенина.

Пусть для придания ускорения использовались дзюцу, но сами снаряды оставались обычными камнями, которые, словно пушинку, снесли Хируко. И в то место, куда он упал, ударили сразу несколько Разенганов.

Наруто выскочил из земли, где до того скрывался, и, выхватывая из-за спины чакра-клинки, подбежал к распростёртому телу, будучи в любую секунду уйти Каварими. Рядом приземлился Какаши-сенсей. Учитель перевернул нукенина, чьё тело теперь напоминало не ребёнка, а иссушенного и покрытого шрамами множества операций старика. Хируко открыл глаза и посмотрел в глаза Какаши.

- Если бы я успел тебя поглотить, я стал бы совершенством! В чём я ошибся?

- Ты оттолкнул друзей, решил остаться в одиночестве... - начал сенсей.

- Те, кто родился сильными, всегда так говорят.

- Ой, да ладно! Вы же знакомы с Гаем-сенсеем! - фыркнул Наруто. - Он достиг настоящей силы, несмотря на то, что в Академии был неудачником! И не раз навалял гению Какаши!

- Вообще-то, Наруто, в нашем счёте я веду на два очка! - возразил учитель.

- Именно об этом я и говорю! - фыркнул Наруто. - Но вы продолжайте, Хируко-сан!

- Я был один, рядом со мной не было товарищей...

- Ой, да ладно! Цунаде-чан говорила, что вы дружили в детстве. Эро-сеннин тоже рассказывал про вас. Ну а если бы вам захотелось каких-нибудь противоестественных бесчеловечных экспериментов, от самих мыслей о которых кровь стынет в жилах, вам следовало держаться поближе к Орочимару - более родственной души сложно представить.

- Вот как? Ну, к сожалению, уже поздно что-то исправлять. Но теперь, когда моя жизнь подошла к концу, я не один. Прощайте, друзья, пусть вас никогда не покидает Воля Огня. Передайте Цунаде, Джирайе и Орочимару, что мне очень жаль...

Хируко опустил голову и медленно закрыл глаза.

- Ой, вот только не надо этих трагедий, - разозлился Наруто. - Ах, прощайте! Ах, как мне жаль, что ничего не исправить! Ах, чего я не ел овощи, и не мыл уши? Дерьмо!

Какаши-сенсей поднял голову и окинул его укоризненным взглядом единственного глаза. Наруто лишь фыркнул и закатал рукав.

- Расскажете им сами! Кусайте!

***

Узумаки бежал по деревне, по месту, что было ему домом, которое он поклялся защищать, и непривычное чувство пустоты наполняло душу. Дома больше не существовало, на его месте находился огромный чёткий круг опустошения, наполненный изломанными, измочаленными зданиями, разрушенными предметами и раздавленными неведомой силой телами.

В тот момент, когда деревня нуждалась в нём, когда необходимость его присутствия была всеобъемлющей, его не было. Пока он, после исполнения несложной миссии по поимке нукенина-марионеточника из Суны, любовался знаменитыми на весь мир башнями Рорана, пока прислушивался к мерному пульсу Рьюмьяку, невероятного источника природной чакры, пока гостил у неожиданно приветливой королевы - старушки Сераму-сан и выслушивал её рассказ о том, как к ним с принцессой, тётушкой Сарой, почти двадцать лет назад наведывались шиноби Конохи, среди которых был будущий Хокаге Минато Намиказе вместе с учеником - совсем ещё юным Хатаке Какаши, Эро-сеннин отправился на разведку в Амегакуре. И вернуться оттуда ему было уже не суждено.

Узнав о смерти учителя, Наруто поддался горечи, упросил убитую горем Цунаде дать ему миссию по поиску и возвращению тела, втайне будучи уверенным, что Джирайя-сенсей выжил, что произвести обратный призыв мешает какое-то изощрённое дзюцу, что стоит ему попытаться - и всё вернётся назад.

Как же, ведь он - джонин! Второй джонин из Конохи-12, уступивший в этом первенстве лишь Нейджи и опередивший даже Шино!

Если бы он был тут! Если бы он узнал о вторжении Акацуки не от развеявшегося клона, если бы защищал деревню, то у него, может быть, всё бы получилось. Ну а может быть и нет - ведь даже Джирайя-сенсей, такой сильный, такой уверенный, такой... такой извращённый, чьи сила и привычки были неизменным столпом, вокруг которого держалась реальность, погиб, не в силах победить врага.

Сенсорная чувствительность сенмода делала всё гораздо хуже. Привычная, полная жизни и чакры деревня словно зияла пустотой. В ней ощущалось несколько поразительно сильных источников незнакомой чакры, идентичных, словно теневые клоны, чувствовалась редкая, слишком редкая, россыпь огоньков послабее. В направлении Монумента Хокаге, в месте, где располагались экстренные убежища, он ощущал скопление огней чакры гражданских, мало, очень мало! Наруто искал друзей, искал знакомых и любимых, тех, кто был дороже всего на свете, и слишком многих не находил!

Где-то в районе чудом уцелевшей башни Хокаге он чувствовал едва теплящийся огонёк Цунаде, неподалёку от неё была Югао Гекко - жена того проктора с далёких экзаменов. Где-то в развалинах бился Асума-сенсей, и из последних сил металась некогда полная энергии молния Майто Гая. Вот он почуствовал Сакуру-чан, и усилием воли подавил вздох облегчения.

Наруто шёл вперёд, туда, где рядом с огромным каменным шаром виднелись большие глыбы льда и торчали острые розовые кристаллы. Первым он увидел Конохамару. Тот лежал, пронзённый чёрным стержнем, рядом с мёртвым Эбису-сенсеем. В стене развалин зияла воронка, характерная для Разенгана. Узумаки горько усмехнулся, увидав её. Сложнейшее А-ранговое дзюцу поддалось его вечному сопернику, внук дедули Хирузена был действительно талантлив. Был.

Наруто не останавливался, он шёл, и какое-то давно забытое чувство разъедало его душу.

Они сражались плечом к плечу, но против них была непреодолимая сила. Какаши-сенсей, Анко, Хаку, Гурен, Тайюйя, Хината и Нейджи, Чоуджи, Шика и Ино теперь были мертвы. Их изуродованные, измочаленные, смешанные с валунами тела, были вдавлены в каменный шар, и это были лишь те, кого Наруто смог увидеть и узнать. Орочимару, которому полагалось находиться в тюрьме строгого режима, лежал длинным уродливым белым змеем, и его тело множество раз было пронзено всё теми же чёрными стержнями.

Наруто подошёл к каменному шару. Он провёл рукой по щекам Ино и Хинаты, лица которых странным образом остались нетронутыми всеобщим уничтожением.

Наруто поднял голову и закричал. Страшно, громко и отчаянно, говоря всему миру о той боли, что испытывал сейчас. Он почувствовал, как алая чакра, наполненная силой и ненавистью, захватывает его тело. Ему было наплевать. Он бросился туда, где чувствовал сильную чакру, взрезая лапами землю, взмахом хвостов ломая чудом уцелевшие стены. Он прыгнул вперёд, туда, где виднелась маленькая, такая маленькая фигура в чёрном плаще и с ярко-оранжевыми волосами, с желанием смять, раздавить, уничтожить. Прямо в полёте невиданная сила подхватила его и отшвырнула прочь. Наруто, рухнув на спину, оскалил клыки и вновь метнулся на противника. Он не помнил своих действий, он просто чувствовал, как растёт его ненависть, как алая чакра продолжает прибывать всё сильнее и сильнее. Невыносимо болел живот, но Наруто было наплевать на боль. В застилающем взор алом тумане мелькали разрозненные картины - попытки противника что-то говорить, его дзюцу, которое раз за разом отшвыривало прочь, чёрная точка в небе, втягивающая в себя всё вокруг - землю, стволы деревьев, руины, тела, и его самого. Его лапы, раздирающие новый каменный шар, в попытках выбраться из каменной трясины. Наруто почувствовал, как в его пасти закручивается яростная чакра, формируя огромный Разенган, как он выстреливает со скоростью Разенсюрикена Молнии и разносит камень в мелкую щебёнку.

Наруто стоял на коленях в воде, в отчаянии обхватив голову. Он подвёл их, подвёл их всех. И не знал, что делать дальше.

- Уничтожь их. Сделай больно тем, кто причинил боль тебе. Выпусти меня, и мы убьём тех, из-за кого ты страдал.

- Курама... - Наруто поднял глаза и посмотрел во тьму клетки.

Кьюби не стал беситься и рычать, как делал каждый раз, когда Наруто называл его имя.

- Времени нет! Разорви её!

Наруто распахнул куртку и посмотрел на свою печать. Спираль завертелась, налилась чернотой, превращаясь в дыру в пространстве. Из неё полилась смолистая жижа, разплываясь пятном порчи по воде печати и окрашивая её в чернильно-чёрный цвет.

Узумаки кивнул. Он встал, медленно подошёл к вратам, взлетел в воздух и протянул руку к бумажке с краткой надписью "печать".

Чья-то рука, тёплая и живая, удержала его за запястье.

- Опять ты! - прорычал Кьюби.

Наруто стремительно обернулся и уставился на того, кто посмел вмешаться. Небесно голубые глаза, солнечные белокурые волосы, непокорно торчащие во все стороны, протектор Конохи во лбу. Наруто принял бы его за своего теневого клона, если бы не белый плащ на плечах и черты лица, такие знакомые, такие близкие. Те самые, которые он видел каждый день на скале Хокаге.

- Йондайме, - прошептал Наруто. Рядом с ним был отец, тот человек, про которого он так много читал, на которого так хотел равняться.

- Да, это я. Печать была разработана, чтобы при высвобождении восьмого хвоста я появился в твоём сознании.

Что? Восьмой хвост? Человек, который ценой своей жизни защитил деревню, который отважно вышел против бушующего биджу, человек, встретиться с которым Наруто мечтал всю жизнь... Увидав своего сына он говорит о какой-то печати? Тот ли это Минато Намиказе, которого полюбила такая замечательная женщина, как мама, Кушина Узумаки? Тот ли Минато Намиказе, который, как она говорила, так любил его, так в него верил, что доверил самое важное - защиту деревни, и удержание Кьюби? Наруто ощутил, как переполняющие его ненависть и отчаяние смываются чистым пламенем ярости.

- Мне никогда хотелось бы, чтобы до этого дошло дело, - продолжал Минато, - как и видеть тебя вновь, Кьюби. Но теперь я вновь увиделся со своим повзрослевшим сыном.

Наруто кипел, он чувствовал, как ещё чуть-чуть и из его ушей повалит пар, поэтому почти не обращал внимания на рассказ Минато и его пререкания с Курамой. Отец рассказывал, как он следил за событиями из печати, как наблюдал за Наруто, как гордится своим сыном. Он рассказывал о человеке в маске, члене Акацуки, которого, как Наруто знал, зовут Тоби и который обладает Шаринганом и очень странной техникой нематериальности. Но Наруто было не до того. Наконец, отец, заметив состояние Наруто, улыбнулся.

- Мне скоро пора, моя чакра скоро закончится. Я восстановлю печать снова, но это в последний раз.

Минато протянул руку к печати, и Наруто прорвало. Он ухватил отца за руку и отшвырнул прочь. В месте падения взметнулся водопад воды, и Наруто, подскочив к отцу, ухватил того за горло и, подняв над собой, прижал к прутьям решётки.

- Шестнадцать лет, - прорычал он, - Шестнадцать лет ты наблюдал, смотрел на трудности, с которыми я сталкивался каждый день! Появился ли ты, когда никто в деревне не хотел со мной играть? Пришёл ли, когда мне нужна была хоть толика внимания? Был ли со мной, когда я трижды проваливал экзамены? Поддержал ли меня, когда погиб человек, кто был мне дедушкой во всём, кроме крови? Я всегда был здесь! А где был ты?

Наруто сжал пальцы и поднял отца ещё выше, краем глаза увидав, как Курама положил голову на лапы и с удовольствием прислушивается к диалогу.

- Нет, ты решил появиться тогда, когда помочь уже невозможно! Если я выпустил восемь хвостов, значит ситуация дошла до грани, и твои отеческие объятия уж точно не нужны!

- А он прав!

- Курама, не до тебя! - огрызнулся Наруто. - Деревня разрушена! Мама снова мертва! Все, кто был мне дорог, кого я любил, ради кого отдал бы свою жизнь, не раздумывая... Они погибли, погибли, потому что меня не было рядом, потому что я был слаб! И теперь приходишь ты, приходишь, когда уже не нужен, и лишь для того, чтобы сжечь последнюю чакру и сделать то, что теперь не имеет ни малейшего значения!

- Если... я не восстановлю... - прохрипел Минато, - то Кьюби... вырвется!

- И что же случится? Он разрушит развалины? Убьёт и так мёртвых? Уничтожит превращённое пыль? Плевать!

- Убьёт моего сына, - тихо прошептал Минато.

Наруто почувствовал, как злость уходит, словно воздух из спущенного воздушного шара, выплёскивается, словно вода на первых тренировках Разенгана. Он увидел в глазах отца только понимание, любовь и бесконечную усталость. Рука Наруто разжалась и Минато, скользнув по решётке, опустился в холодную воду. Но Наруто не дал ему упасть, он бухнулся на колени рядом и крепко обнял отца.

- Ты не будешь восстанавливать печать, - наконец тихо сказал Узумаки. - Ты воспользуешься каждой крупицей чакры, каждым отпущенным мгновением, чтобы быть рядом со мной. Ты задолжал мне, задолжал подарков за шестнадцать дней рождения! Курама!

- Чего? И я говорил, не называть меня так!

- Надерём жопу этому ублюдку?

- Я тебе не собираюсь помогать!

- И всё же?

- Ты слишком любишь болтать! Вперёд!

***

Наруто был счастлив, и счастье проявлялось во всём - в яркой улыбке, энергичных движениях, расправленных плечах и высоко поднятом подбородке. Пусть вся деревня называла его героем, пусть признавала его, но ему было... нет, не всё равно, но признание меркло от облегчения, радости, что все они вновь живы.

Тысячи клонов наводнили деревню, они разбирали завалы и убирали обломки, простыми дотондзюцу возводили фундаменты и стены строений, помогали каждому, попросившему помощи, и вглядывались, вглядывались в лица людей, знакомых и незнакомых, таких близких и родных. Таких живых.

Узумаки до сих пор не мог поверить в случившееся. Ведь тогда, когда его сенсорные способности указали на источник чакры, питающий марионеток с оранжевыми волосами через чёрные стержни, он шёл убивать или быть убитым в процессе. Он был готов к смерти, ему хотелось лишь одного - выплеснуть свои горечь и отчаяние во вспышке всеобщего уничтожения, хотелось стереть с земли источник своей боли. Но в том месте, где заседал злодей, он увидел лишь иссушенную развалину, прикованную к инвалидному креслу. Он встретил человека, познавшего боль, не меньшую чем у Наруто. Ещё одного ученика Джирайя-сенсея, того, рассказы о ком он неоднократно слышал от учителя. Обладателя додзюцу, которое было даже не легендой, оно словно пришло из сказок и преданий. Чакра этого человека, мощная, всемогущая, была странно знакомой, и Наруто мог поклясться, что полностью седые волосы когда-то были ярко-алыми. Ещё один Узумаки. Ещё один человек, кто мог быть дорог Наруто, но которого теперь он ненавидел больше всего на свете. Рядом с ним была красивая женщина с синими волосами, в которых была заколота бумажная роза. И она была готова защищать друга ценой жизни, именно так, как Наруто защищал бы своих друзей, если бы те оставались живы.

Он мог бы убить обоих, это не составило бы особого труда, у него были тысячи способов это сделать. Но теперь это было бесполезно, потрясающе в своей бессмысленности. Гибель Нагато и Конан не могла вернуть мёртвых, она просто добавила бы миру ещё немного боли и смертей, сковала бы ещё звено к бесконечной цепи ненависти, которую Наруто когда-то поклялся разорвать. И когда он решился, когда велел врагам убираться прочь, чтобы он мог вернуться и позаботиться о мёртвых, случилось чудо.

Исполинская статуя, огромная, возвышающаяся над миром, распахнула свой рот и исторгла из себя целый поток зелёного огня. Он разделился на множество огоньков, которые находили свой путь к мёртвым, оживляя их, восстанавливая, убирая любые ранения. Все, кто умер в Конохе, каждый шиноби и гражданский, взрослый и ребёнок, вновь вернулись к жизни.

Для Нагато эта техника не прошла бесследно, несмотря на всю чакру, что Наруто, услышавший слова Конан, ему передавал, несмотря на то, что Наруто дал укусить свою руку. Ничто не помогло. До того безотказно действующее дзюцу исцеления, могущественный кеккей генкай, просто не справился с этой непосильной задачей, и Нагато тихо угас. Узумаки, слушая последние слова того, кто был так похож на него самого, имел те же мечты и устремления, нёс наследие того же сенсея, кто пал во тьму, но смог выйти к свету, не мог сдержать слёз, которые обильными ручьями стекали по его щекам.

Конан отклонила предложение остаться в Конохе, на родине своего сенсея, она забрала тела тех, кого любила, чтобы предать захоронению с подобающими почестями. А Наруто, сжимая в руках букет бумажных роз, думал лишь об одном - о тонкой грани, которая отделяла его жизнь от полнейшей катастрофы, о своей беспомощности и невозможности ничего изменить. И о том, что существует возможность, пусть даже ценой собственной жизни, исправить любую ошибку, поправить непоправимое, вернуть с дороги, у которой нет возврата. Глаза Бога. Риннеган.

Он не стал ничего говорить Конан: просить или требовать вырвать глаза того, кого она любила, было кощунством, да и Наруто не мог это сделать с человеком, который только-только отдал жизнь для его деревни. Но необходимость диктует условия, а иметь возможность и не воспользоваться гораздо лучше, чем нуждаться, но возможности не иметь. Четвёрка клонов возникла у него за спиной, они коротко кивнули, и скрытно направились вслед за Конан в Амегакуре. Если вновь настанут тяжёлые времена, Наруто будет готов. А пока что...

Наруто закрыл глаза, а когда их открыл, небесно-голубой сменился цветом расплавленного янтаря. Нескончаемый поток клонов хлынул в деревню, чтобы помочь, вытащить из-под обломков, не дать никому умереть повторно, хоть на толику убавив смысл в великой жертве его семпая.

***

Ситуация, сложившаяся в деревне, была парадоксальной. Все, кто погиб в сражении, оказались не только живы, но и абсолютно здоровы. Даже муж Югао-сан, чей хронический кашель не смог убрать даже медицинский талант Цунаде, теперь дышал полной грудью. Божественное воскрешение не затрагивало только старые шрамы, поэтому у Какаши-сенсея шрам всё так же пересекал глаз, а у Ируки-сенсея - переносицу.

Сама Цунаде была очень слаба, она выложилась во всю, защищая деревню, и было очень непривычно видеть её, такую молодую и прекрасную, истощённой и слабой, словно после долгой болезни. Её гладкая кожа была бледна и покрыта потом, роскошная грудь вздымалась едва-едва, а фиолетовый ромб Инфуин во лбу бесследно пропал. И Наруто подозревал, что если бы он тогда не доставил в деревню Шинно и Амару-чан, если бы Шинно не выложил в Отделе Пыток и Допросов все свои секреты, если бы Цунаде не переработала и улучшила его техники, и если бы ей в этом не помогали гениальные, но безумные Орочимару и Хируко, то она бы просто не смогла выжить из-за своего преклонного возраста.

Даже сейчас, когда Наруто дал себя укусить, когда поделился своей чакрой, она всё ещё была слаба - на полное восстановление требовалось несколько дней покоя, и, несмотря на все её потуги встать и приступить к работе, они с сестрёнкой Шизуне поклялись этот покой обеспечить.

Для Наруто не было большей радости, чем единение семьи. Пусть отец был всего лишь скоплением чакры, голосом в голове, а рядом была только мама - такая родная, тёплая и любимая, Наруто чувствовал себя завершённым. С ним были все, кого он любил, кто заботился о нём, и о ком поклялся заботиться он, было множество объятий, признаний и поцелуев. И даже то, что вскоре папе пришлось уйти, почти не омрачило настроения Наруто.

Тем временем в деревне происходили странные вещи. Наруто с удивление узнал о Сборе Пяти Каге (подобное последний раз происходило где-то перед Второй Мировой Войной), услышал тревожные слухи о Саске (который вроде бы был объявлен нукенином, пусть подобное не могло быть ничем, кроме ерунды), о выборе нового Хокаге (это было тем более смешно, что Хокаге была здесь, а если кого-то и выбрали бы на эту должность, то это его, Наруто Узумаки). Новым Хокаге якобы стал Шимура Данзо, но это было нелепо: старый инвалид, ушедший в отставку с поста главы подразделения Анбу вот уже десяток лет назад, никак не мог претендовать на должность большую, чем Советника, а Хокаге мог стать только самый сильный шиноби деревни.

- Ма, как ты думаешь, что за ерунда с Саске? - спросил Наруто.

- Саске-чан я в последний раз видела, когда он был младенцем на руках Микото, - качнула головой мама. - Ты его знаешь гораздо лучше.

- Вот и я говорю, какой-то бред! Они с братом должны сейчас где-то бродить, кидать друг на друга мрачные взгляды, строить друг другу непроницаемые рожи, и тому подобное. А когда наиграются, Саске вернётся в деревню.

- Может дело в том, что он ушёл из деревни? Может поэтому он нукенином?

- Да ладно! Саске - шиноби Конохи, а сейчас - на тренировочной миссии, Цунаде-чан давно уже её оформила, так что это не может...

Их прервал громкий женский голос.

- Как хорошо, что вы разговариваете о Саске. Наруто Узумаки, мы, наконец-то тебя нашли!

Наруто резко обернулся и увидел троицу шиноби с протекторами Облака. Парень с характерными для Кумо тёмной кожей и белыми волосами, у которого изо рта торчала палочка леденца, белокурая куноичи с голубыми глазами и грудью, ещё немного, и готовой просрамить Цунаде, и стройная темнокожая девушка с золотыми глазами и волосами... Наруто так резко крутил головой между ней и мамой, что у него даже заболела шея.

- Всюду, по всей деревне твои сраные клоны! - обвиняюще ткнула в него пальцем златоглазая куноичи с волосами Узумаки. - И каждый из них отказывается говорить, твердит, мол, "найди Босса". Знаешь, как было трудно тебя разыскать?

Позади неё грудастая блондинка переговаривалась с напарником, тот толкал какой-то негромкий диалог, что-то о катастрофах, крушениях и уничтожении мира, но Наруто решил, что ему слышатся всякие вещи.

- Ладно, что вам надо?

- Мы хотим услышать об Учиха Саске. Он похитил нашего сенсея, это некруто, и мы даже не знаем, жив он или мёртв, - сказала блондинка.

- Саске? Похитил? - мотнул головой Наруто. - Но зачем?

- Откуда мы знаем, зачем это сраным Акацуки? - ответила аловолосая куноичи.

- Акацуки? Саске? Вы недавно ни обо что не бились головой?

- Не пудри мне мозги! - зарычала аловолосая. - Саске - член Акацуки! И он похитил сенсея Би!

Наруто схватился за живот и громко захохотал. Кумо-нины недоверчиво уставились на него, пока он, давясь смехом, съезжал по ближайшему забору. Мама стояла рядом и улыбалась, скрестив руки на стене.

- Мам... Саске... Саске похитил братца Би! - выдавил из себя Наруто.

- Заткнись, идиот! - зарычал кумо-нин, едва не проглотив свой леденец, - Нас послал Райкаге, чтобы мы разобрались! И мы разберёмся, покончим с этим Учиха!

- Подожди... - всхлипнул Наруто. - Вы... Ваш сенсей - Киллер Би? Вы хотите сказать, что Учиха Саске сумел не только не огрести от него, но и сам ему навалять? Кто по-вашему Саске, сын Рикудо-сеннина?

Вновь вперёд выступила красноволоска.

- Ты расскажешь о Учиха Саске всё, что знаешь! Все его способности, ниндзюцу, техники. Все его намерения и устремления!

- Вы уверены, что это был именно Саске? - спросила мама.

- Абсолютно! Был подтверждён Гунбай Учиха, использование Шарингана и внешнее описание.

Наруто фыркнул. У них что, в Академии не изучают Хенге? Наруто не знал, что такое Гунбай, но напарник использовал чокуто, а сменить оружие и дзюцу гораздо труднее, чем принять чей-то облик.

- Эй, засранец, не смей смеяться!

- Ладно. Саске - мой напарник и друг, поэтому я вам ничего говорить не буду. Я сам отправлюсь на его поиски, найду Би и наваляю тому, кто его похитил.

- Не смей говорить об сенсее так фамильярно, ублюдок!

Наруто чувствовал, как сзади нарастает жажда убийства и бросил взгляд через плечо. Волосы мамы уже подымались в воздух и разделялись на девять отдельных прядей. Он поднял руку, останаливая её от вмешательства.

- Послушайте меня! Я понимаю ваши чувства и понимаю, почему вы действуете опрометчиво. Но мне плевать! Если вам нужна информация - обращайтесь к Хокаге. Я вам ничего не должен! Проваливайте!

Он сам удивлялся, как такой простой разговор смог его вывести из себя.

Красноволосая взревела, вскинула кулак, и бросилась на Наруто. Тот остранённо подумал, что у неё неплохая скорость, но неважная техника - её удар напоминал гнев Сакуры-чан времён Академии. Правда с тех пор Сакура давно повзрослела и научилась сдерживать характер.

Рука Наруто взметнулась вверх, и перехватила кулак девушки в считанных сантиметрах от лица. Узумаки почувствовал, как мамина жажда убийства затапливает округу, так что двое напарников красноволоски выхватили мечи, в полной готовности встретить опасность лицом к лицу. Наруто покачал головой. Прийти в чужую деревню, требовать, орать, да ещё и напасть на шиноби каге-уровня... Наруто понимал их беспокойство, он сам беспокоился за Би, а ради Джирайи-сенсея совершил едва ли не самый опрометчивый поступок в своей жизни. Но, в любом случае, двое из троих противников были куноичи. И Наруто, отпустив кулак девушки, сделал шаг вперёд.

В островке ясности и спокойствия он отстранённо почувствовал, как испаряется гнев мамы. Он повернул голову и, словно в замедленной съемке заметил, как гримаса ярости на её лице превращается в снисходительную улыбку, а волосы вновь ложатся привычным алым водопадом. Увидел, как медленно-медленно к нему бегут блондинка и темнокожий парень. Как рука аловолосой тянется к катане за спиной. Но это было неважно.

- Как тебя зовут, милая? - спросил он.

- Каруи... - прошептала аловолосая, вонзив в него взгляд золотых глаз.

- Я помогу тебе исправиться, Каруи-чан. А потом мы вместе найдём братца Би.

Девушка кивнула и приняла свою судьбу.

Узумаки перехватил пальцами остриё катаны темнокожего парня, вырвал её у него из рук, и отшвырнул прочь. Затем его кулак ударил того в живот, выбивая из лёгких воздух и сгибая пополам. Наруто сделал следующий шаг, и встретил ладонью лезвие танто блондинки. Он заглянул в её голубые глаза.

- Вы не должны были нападать на шиноби неизвестной силы, да ещё и в чужой деревне. Независимо от обстоятельств. Ты со мной согласна, красавица?

- Д-да, это некруто...

- Значит ты понимаешь, что будет дальше?

Та лишь кивнула и молча подставила щеку.

И когда Наруто держал в объятиях двух прекрасных девушек, нашёптывая слова утешения и ободрения, он поймал взгляд мамы. Мама стояла с широкой улыбкой на лице, сложив на груди руки. И пусть Наруто жутко не любил её выражение "ав-в-в, мой сыночек так вырос", он улыбнулся ей в ответ.

Сзади послышался странно довольный голос темнокожего кумо-нина.

- А я об этом предупреждал всю дорогу!

***

Пусть Наруто и ожидал, что Саске скоро вернётся, но появление напарника почти застало его врасплох. Встреча была случайной - клон заметил знакомые фигуры, и развеялся, чтобы предупредить Наруто и остальных своих сотоварищей. Узумаки, не мешкая, сорвался с места и бросился другу навстречу. Ему нужно было знать, что на самом деле происходит, что случилось с Би, а также какие демоны задержали напарника так надолго?

Наруто приземлился на дорогу в нескольких шагах от Саске и наклонил голову, осматривая его спутников. Помимо Итачи (до сих пор живого и здорового) с ними был Кисаме Хошигаки со своим неизменным огромным мечом, очень рослый парень с оранжевыми волосами (неприятно напоминающими о телах Пейна) и невысокий парнишка, у которого за плечами был занбато, размером и формой напоминающий Кубикирибочо Хаку-чан. Их сопровождала девушка, казавшаяся смутно знакомой. Наруто наморщил лоб в попытке вспомнить, и это у него едва-едва получилось - внучка кошачьей бабули здорово изменилась за те три года, что прошли со времён миссии по поиску босса нин-неко.

- Привет, Саске! А ты не торопился!

- Хн.

- Я понимаю Итачи, я даже понимаю Тамаки-чан, - Наруто подмигнул девушке, - но Кисаме Хошигаки?

- За эти годы я привык к кислому лицу Итачи и немного привязался, - оскалил острые треугольные зубы Мечник Тумана.

- Рад увидеться! В прошлый раз встреча вышла скомканной.

- Потому что ты улепётывал, сверкая пятками! - хмыкнул Кисаме.

- Ну, с тех пор многое изменилось, - фыркнул Наруто. - Очень-очень многое.

- Эй, мы идём, или будем и дальше болтать? - спросил беловолосый парень с занбато. Когда он заговорил, Наруто заметил такие же острые акульи зубы как у Забузы и Кисаме. Он что, кандидат в Мечники Тумана, и иметь острые зубы - это требование для должности?

Тамаки-чан, не раздумывая, стукнула его ногой по лодыжке, а когда он на неё злобно зыркнул, растопырила пальцы с заострёнными ногтями, похожими на кошачьи когти (пусть они и не были настолько устрашающими, как когти Югито-чан).

- Саске, ты, наконец-то возвращаешься? - спросил Наруто.

- Нет. У меня в Конохе есть дело. Мне нужно убить одного человека и уничтожить деревню.

Наруто почесал затылок. Затем озадаченно посмотрел на Итачи и Кисаме.

- Ничего не меняется, да?

Кисаме хмыкнул, ничего не сказав.

- Совет Конохи решил, что заговор клана Учиха надо пресечь. Шимура Данзо отдал мне приказ уничтожить клан, - ровным голосом пояснил Итачи.

- Опять Данзо? - удивился Наруто. - Погоди, ты сказал "Совет Конохи"? С каких пор Совет отдаёт приказы шиноби? Ладно, неважно. Что касается Конохи, ты опоздал, Саске. Коноха уничтожена, все её жители погибли. Шиноби, гражданские, дети, взрослые, старики. Деревня, которую мы с тобой когда-то клялись защищать, которую клялся защищать ты, Итачи. Я провалил миссию своей жизни.

- Конохи нет? - лицо Саске заметно вытянулось.

- Теперь снова есть. Строения разрушены, но люди вновь живы. Я сразился с Пейном. Я победил его. Я говорил с ним. И мне очень жаль, что он не смог выжить после своего дзюцу.

- Риннеган, - тихо сказал Итачи.

- Риннеган. Я не позволю вам, никому из вас, осквернить его жертву.

- Значит Данзо и Старейшины живы, - упрямо мотнул головой Саске.

- Данзо. Как же часто я слышу его имя за последние несколько дней. Всюду Данзо. Он пытался воспользоваться слабостью Цунаде, которая отдала себя всю для защиты деревни, чтобы самому стать Хокаге. Шикаку-сан выдвинул вместо этого мою кандидатуру.

- Хокаге? - удивился Саске. - Ты?

- Эй, с чего такие сомнения? Я джонин, у меня серьёзный список миссий S-ранга. Я - ученик Джирайи, сенсея Четвёртого, да и с самим Четвёртым у меня особые отношения. Я спас деревню, пусть тут нечем гордиться.

- Ты Хокаге! - медленно сказал Саске.

- Ну, пока что нет, - рассмеялся Наруто. - Цунаде вновь приступит к обязанностям через пару дней. А пока что мне нужно сберечь деревню от новой опасности. И я говорю не о Побочной Ветви Хьюга, избавившейся от Проклятой Печати, причём без моей помощи.

- Хьюга? -спросил Итачи.

- У них сейчас очень весело, Главная Ветвь хочет вернуться к старым порядкам, Побочная этого совсем не хочет. Я намекнул старым пердунам, что Нейджи - мой друг, и что всё будет, как захочет Хината-чан. К тому же, в нашей деревне Хокаге - лучший медик в мире, так что страдать они будут не очень долго, хоть страданиями я их и обеспечу.

- Ты такой грозный, уверен, что справишься со всеми нами? - усмехнулся Кисаме.

- Пока не попробуешь, не узнаешь, не правда ли? К тому же, Кисаме-сан, вы не будете первым S-ранговым шиноби, с которым я столкнусь. И даже не первым Мечником Тумана.

- Забуза? Неубедительно. С вами был Копирующий Ниндзя.

- Ну и мы были едва из Академии. Кисаме-сан, с последней нашей встречи я очень часто думал, что можно предпринять против Самехады. - Наруто на миг опустил веки, почувствовал поток чакры от развеявшегося клона, и вновь поднял их, демонстрируя жёлтые глаза с горизонтальными зрачками. - И если вам её не жалко потерять, не пытайтесь поглотить мою чакру.

- Я не отступлю! - сказал Саске.

- Ну, в любом случае, Данзо в деревне нет. Он куда-то отбыл в сопровождении двух шиноби.

- Он отправился на Гокаге Кайдан! - уверенно заявил Саске.

- Что ему там делать? - фыркнул Наруто. - К тому же Цунаде послала ястреба, что прибудет только через три дня.

- Гокаге Кайдан завтра! - вмешался Кисаме. - Переноса сроков не было!

Наруто задумался.

- Вот дерьмо! Похоже кое-кто не знает, когда следует остановиться. Саске, никаких уничтожений деревень и убийства жителей. Мы отправляемся вслед за Данзо. По пути расскажете мне всё про гибель вашего клана. И под "всё" я имею в виду абсолютно всё!

Наруто сложил пальцы в Ин и создал нескольких клонов, которые, не мешкая, помчались в Коноху.

- К тому же, - он взглянул на Итачи, - тебе лучше не появляться в деревне как можно дольше. Микото-сан была лучшей подругой мамы, и она немножко зла на тебя. И поверь, даже твои глаза не смогут защитить от гнева Кушины Узумаки.

***

Наруто был очень раздражён. Мало того, что в Стране Железа было очень холодно, мало того, что шёл снег, мало того, что хотелось прибить Суйгецу (Тамаки-чан подобные попытки делала регулярно), мало того, что место встречи каге охранялось огромным количеством самураев, а собравшаяся компания не только ничего не понимала в скрытности, но и не старалсь... Наруто пришлось приложить невероятные усилия, чтобы обошлось без жертв и слишком больших разрушений. В самые тяжелые моменты помогал Итачи со своим гендзюцу, и это вызывало самые противоречивые чувства.

История, рассказанная Итачи, Наруто не впечатлила. Приказ Данзо? Серьёзно? Убить весь клан, включая детей и гражданских? Может Данзо и был тогда командиром Итачи (хотя что-то тут не сходилось), но даже он не стал бы приказывать принять помощь врага, устроившего освобождение Курамы и убившего множество шиноби деревни. Если бы этот рассказ прозвучал три года назад, когда Наруто был сопливым генином, он бы проникся, но не теперь. Наруто иногда пыталсся представить, что бы сказал дедуля Хирузен, прикажи ему, к примеру, Нидайме вырезать свой клан за ожидаемые в будущем прегрешения. Или же Джирайе-сенсею убить тех, кто может быть потенциально опасен. Или отцу, или маме, или Ируке-сенсею. Картина была до абсурда нелепой, так что теперь Итачи вызывал стойкую антипатию.

Встреча с каге прошла не так, как Наруто представлял у себя в голове. Он думал, что они прокрадутся на встречу и громко заявят о себе, что посыпется множество обвинений, на которые ему есть что возразить, представлял, как в ответ на обвинения Саске он задаст пару ехидных вопросов по поводу учебного плана Академии Кумогакуре и наличия там Хенге. Преставлял, как ткнёт пальцем в Данзо и заявит, что это самозванец, решивший воспользоваться Саммитом Пяти Каге, чтобы легализовать себя как Хокаге де-факто. Как посмотрит на новую Мизукаге (предыдущий, джинчурики Санби, не стал даже выслушивать предупреждения Наруто, и если бы не Эро-сеннин, неизвестно, чем бы закончилась встеча). Как тепло поздоровается с Гаарой, с которым, конечно же, будут Канкуро и Темари-чан. Всё его замыслы разбились об свирепый рёв Райкаге:

- Учиха! Ты ответишь за всё!

Окутанная голубой потрескивающей аурой фигура промчалась с головокружительной скоростью, и сокрушила бы Саске, если бы тот не активировал заранее свой Мангекё Шаринган и не призвал полупрозрачный фиолетовый доспех Сусаноо. Наруто было обрадовался, что сможет вставить хоть пару слов, но тут из пролома вышла рыжеволосая высокая красавица, взгляд её зелёных глаз остановился на Кисаме, и ситуация мгновенно превратилась скверной в неконтролируемую. Засверкали разряды молний, пространство пронзили пучки лазерных лучей, полетели шары раскалённой лавы, растекающиеся и плавящее всё вокруг, пространство стал заполнять всеразъедающий туман. Из проходов повалили самураи, и Наруто пришлось добавить в неразбериху ещё и толпу клонов - в битве каге и S-ранговых шиноби не было места для простых людей, а значит придурков следовало спасать. Когда в зал влетел, не касаясь ногами земли, низкорослый дедуля с большим носом, чувство тревоги взвыло. Клоны разбежались полчищем напуганных цыплят, каждый из них дотронулся до одного из сражающихся: самураев, спутников Наруто, парня в наушниках и с огромным мечом, выбежавших откуда-то Темари-чан и Канкуро, старика с повязкой на глазу, двух смутно знакомых по родной деревне шиноби (один из них точно был Абураме, если судить по очкам и плащу с высоким воротом). Перед стариком возник и начал стремительно увеличиваться полупрозрачный куб, внутри которого словно сияло маленькое солнце. Клоны успели, пусть и едва-едва. Узумаки не знал действия этой техники, поэтому перекрыл комнату барьером. Раздались хлопки воздуха и комната внезапно опустела. Куб, в границы которого попали Саске, оранжевоволосый гигант по имени Джуго, и Тамаки-чан, пошёл пятнами и схлопнулся, оставив в том месте, где касался стен, идеально ровные блестящие срезы. Со звоном лопнувшей струны мигнул и исчез барьер.

Несмотря на разительное уменьшение количества участников заварушки, несмотря на вопли Наруто, кричащего, что они пришли поговорить, битва не остановилась ни на мгновение. Любой из противников был ему по силам. Он сражался с Пейном, да и шиноби S-ранга были ему не в диковинку, но против него было много неприятных обстоятельств. Ведь в этой тесноте ему нужно было не только самому никого не убить, но и не дать разбушевавшимся каге ненароком умертвить остальных. Демоны, да ему вообще не нужна эта битва! Лишь сообщить, что Данзо - самозванец, разобраться со свидетельствами против Саске, поздороваться с Гаарой и его семьёй и, может быть, ещё спросить о здоровье Мечников Тумана, ведь если верить Ино-чан, ношение таких огромных мечей зачастую говорит о серьёзных физиологических проблемах.

Наруто расстроенно сплюнул. Это был именно тот момент, когда нужно отступить. Узумаки не стал использовать Хирайшин и возвращаться к заранее оставленному маркеру, в тщетной надежде, что никто не заметил применение дзюцу, которое должно было стать его козырем в рукаве. Он вытянул из подсумка четыре куная с бирками на рукоятях и бросил их с двух рук. Полупрозрачное полотнище замерцало на месте барьера, уничтоженного техникой старика Цучикаге, и Наруто приготовился отступить. Но за миг до активации рыжеволосая красотка сделала неуловимо быстрый прыжок вперёд и оказалась неподалёку от него. Узумаки собрался сваливать, но несколько сияющих шаров лавы ударили ему за спину, плавя камень стен и надёжно запечатывая проход. Затем у неё изо рта вырвался поток пара, грозя накрыть Наруто с головой.

Кучки песка, рассыпанного по комнате взметнулись, закрывая Наруто непроницаемым коконом. Пусть в том не было особой нужды, но Наруто очень оценил жест Гаары - ведь и сам бы он сделал для друга не меньше! Босс успел уйти в пол, и теперь Наруто не боялся развеяться, пусть и собирался продержаться как можно дольше.

- Ты не сможешь уйти, - сказала красотка, глядя на песок, разъедаемый кислотным паром. - Я запечатала выход. Я - Мизукаге Теруми Мэй и у меня два улучшенных генома. И тебе не сладить со мной.

Сквозь бреши в печаной защите Наруто видел, о чём говорит Мизукаге. Лава растекалась по стенам и полу, перекрывая все пути к отступлению.

- Очень жаль, ведь ты - красавчик. Каждый раз, когда приходится плавить таких симпатяжек, у меня болит сердце.

Наруто фыркнул и подобрался: ещё чуть-чуть, ещё пара слов. Но Мизукаге замолчала, поэтому он бросил пробный камень.

- Ты и сама красотка! Но с таким характером не завидую твоему мужу.

Перемена была разительной. Волосы закрыли лицо Мэй, и словно чёрная туча сгустилась над её головой.

- Мужу? Ты хочешь сказазать, что у меня не будет мужа? Что на мне никто не женится? Что я умру старой девой? Я убью тебя!

Пусть угрозы смерти в списке Наруто не были чем-то неправильным, но что-то сказанное Теруми Мэй затронуло глубины его души, задело восьмое чувство, отозвалось в ушах мучительным и таким желанным диссонансом.

От широкого взмаха руки Наруто песок Гаары осыпался на землю. Ладонь вытянулась вперёд и на ней привычно закрутилась сфера Разенгана, вбирая в себя кислотный туман. Когда воздух очистился, Наруто сделал два шага вперёд и заглянул в бездонные зелёные глаза Мизукаге. Тело требовало действий, но поток водоворота, посреди которого находился Наруто в состоянии безмятежной ясности, нёс его извилистым путём. Наруто подошёл босиком прямо по раскалённой лаве, сжигая остатки сандалий, к своему барьеру и убрал его небрежным взмахом руки. Он благодарно кивнул Гааре, отбил ладонью лазерные лучи темнокожего беловолосого кумо-нина с ещё одним огромным занбато, разрушил полупрозрачный куб в руках у летающего старичка, после чего хлопнул его по спине, почувствовав, что там что-то ощутимо хрустнуло. Шагнул к здоровенному шиноби Ивы, тыльной стороной ладони отбил резиново пружинящие мячи из лавы. Плавно развернулся, перехватывая рослую фигуру Райкаге, покрытого покровом Молнии, и впечатал его в пол. Из меча старика с повязкой на голове вылетела дуга полупрозрачной чакры, но Наруто отмахнулся от неё, как от надоедливой мухи, вырвал из рук меч и, провернув его в воздухе, вернул дедуле в ножны. И только затем он вернулся к Мизукаге Мэй и нанёс ей плавный удар рукой по лицу.

Время словно вернулось к своему привычному течению и Наруто повернулся лицом к присутствующим, увлекая за талию Мизукаге.

- Теперь, когда я привлёк ваше внимание, предлагаю обсудить несколько вопросов. Во-первых, где Шимура Данзо, и что он делал на месте Хокаге, пока Цунаде Сенджу поправляется после тяжёлых ранений? Во-вторых, на каком основании Учиха Саске обвиняется в нападении и похищении Киллера Би? Ну а в третьих... - Наруто бесцеремонно уставился на огромный занбато в руках кумо-нина, - что компенсируют некоторые шиноби своими огромными мечами?

***

Наруто сидел в позе лотоса, сложив перед собой руки и наблюдал, как двое последних Учиха стоят напротив человека, из-за которого погиб их клан. Саске просил Наруто не вмешиваться - ведь это была его месть, и Наруто собирался даже прислушаться к его пожеланиям (но при этом не допустить, чтобы напарник погиб из-за какой-то нелепой случайности). Ведь ситуация была серьёзно осложнена тем, что к битве присоединился некто, называвший себя Учиха Мадара.

На Саммите Пяти Каге было очень шумно. Звучали крики и угрозы, Райкаге опять порывался обвинить Саске во всех смертных грехах. В качестве аргумента Наруто использовал Хенге, превратился в Саске и закрутил в руке Разенган. После этого он превратился в самого Райкаге, потом в Мэй и даже применил Секси-дзюцу. Этого было достаточно для всех присутствующих, но Райкаге отличался ослиным упрямством. Всё спасло появление общего врага. Человек в маске, плаще Акацуки и с огромным веером за спиной послужил прекрасным средством, чтобы снять напряжение. В зале заседаний вновь полилась лава, затрещали молнии, а пространство уничтожалось на молекулярном уровне. Узумаки и сам не удержался, опробовав несколько не самых разрушительных техник. Но самозваный Мадара был неуязвим, поэтому пришлось его выслушать.

По итогам недлинного разговора выяснилось, что безумец хочет собрать всех биджу (на текущий момент он преуспел с четырьмя, причём Киллера Би ему достать не удалось, это отчего-то привело Райкаге в неописуемую ярость, направленную, что самое странное, на самого Би) и объединить их в чудовище из преданий - Десятихвостого, того самого, котрого когда-то победил сам Рикудо-сеннин. Затем он каким-то образом собрался поглотить всё человечество, если Наруто правильно понял его "объединить всех в одно". Для этого он единолично объявил начало Четвёртой Мировой Войны Шиноби, подкрепив свои слова нападением полчища белёсых чуваков, отличавшихся от Акацуки но Зецу только отсутсвием плащей и чёрной половины тела. Поток воспоминаний от развеявшегося клона показал, что нападение произошло также и на шиноби и самураев, что были перенесены в долину неподалёку, где клонам пришлось приложить массу усилий, чтобы никому не дать поубивать друг друга. Странные белёсые создания умели паразитировать на шиноби, поглощая чакру, превращаться в точные копии людей и использовать все их дзюцу, но это им не слишком помогало. Они были не только уязвимы к повреждениями (пусть и довольно живучи), но и очень боялись сен-чакры, мгновенно прорастая ветвями и листьями, превращаясь в небольшие деревца. У Наруто получилось даже отловить около десятка этих тварей и переправить в Коноху на изучение - всё же белые придурки обладали неприятными тезниками и вполне могли справиться с чунином, а то и джонином, а значит требовалось знать их уязвимые места.

После того как "Мадара" исчез в искажающей пространство спирали, каге решили воспринять угрозу серьёзно. Был ожесточённый спор, кто будет командовать альянсом, в ходе которого остановились на кандидатуре Райкаге (узнав, что названый брат жив, он изрядно смягчил нрав). Наруто воспользовался возможностью и внёс очень ценное предложение. Пусть человек в маске назвался Мадарой, но, очевидно, был самозванцем. Узумаки переспросил Цучикаге, единственного человека, кто был достаточно стар, чтобы встречаться с легендарным шиноби в битве, и тот подтвердил, что Мадара не умел перемещаться в пространстве или становиться бесплотным, зато разбрасывался катондзюцу, словно принц Мичиру деньгами. Наруто предложил не тешить самолюбие подонка, называя его этим именем, а воспользоваться каким-нибудь псевдонимом, к примеру, Мануке. На все возражения окружающих Наруто заметил, что даже если враг в итоге окажется Мадарой, никому, кроме самого Мадары, от этого хуже не станет. И когда совет сильнейших людей мира постановил, что врагом Пяти Великих Наций объявляется Болван Учиха, Наруто вновь ощутил себя ребёнком, впервые покрасившим Монумент Хокаге.

- Мне не нравится его рука, - прервал размышления Кисаме, возвышающийся за спиной Наруто.

- Да, знаю. Под повязкой что-то есть, я чувствую странную чакру.

- Не боишься, что Саске и Итачи не справятся с Мадарой?

- Ты хотел сказать "с Мануке"?

Кисаме закинул голову и расхохотался.

- Прекрасное имя! Да, с ним.

- Пусть у него Мангекё Шаринган, но им не удивишь ни Саске, ни Итачи!

И словно в подтверждение слов Наруто, Мануке окутало чёрное пламя Аматерасу и он исчез в спиральном искривлении пространства. Данзо распустил бинты и начал снимать со своей искалеченной руки монструозный металлический браслет. Наруто не слышал, о чём с ним говорили Учиха, но считал недальновидным позволять врагу подготовиться, даже если это очень важный разговор.

Как оказалось, повязки Данзо скрывали нечто очень мерзкое. Белёсая рука с лицом, очень схожим на Шодай Хокаге на плече, была усеяна Шаринганами. Под повязкой на лице у Данзо нашёлся ещё один Шаринган, увидав который, Итачи очень разозлился и немедленно бросился в атаку. Но вместо того, чтобы мгновенно погибнуть, Данзо показал, что его претензия на пост Хокаге была не пустым звуком. Для старого инвалида он оказался очень прытким. Данзо виртуозно использовал мощные футондзюцу, призвал странное животное, своей несуразностью напомнившее Наруто тварь с острова Хоноки-чан. Лже-Хокаге держался сразу против двух S-ранговых шиноби, и держался очень хорошо. Ревели порывы ветра, звучали хлопки вакуума, из уплотнённого воздуха формировались стрелы и лезвия. Данзо выдыхал чакру Ветра на кунай, удлинняя его на несколько метров и заостряя до той степени, что он мог резать камни. Он не только знал фуиндзюцу, но и сумел воспользоваться им прямо в бою, наложив на Итачи какую-то печать, заставившую его замереть на десяток секунд. Но, несмотря на всё мастерство, результат оказался предсказуемым. Сусаноо Саске вскинул лук и пронзил Данзо стрелой, размером с хорошее бревно. Дело был сделано, и Наруто собрался спускаться к Саске, но тут произошло что-то странное. Воздух словно подёрнулся рябью, из которой возник целый и невредимый Данзо.

Раздались неясные возгласы Саске и Итачи, Данзо что-то им выкрикнул в ответ, а Наруто всё пытался понять, что же всё-таки произошло. Это не могло быть гендзюцу - Наруто чувствовал чакру Данзо, он ощущал её угасание, его смерть. А значит дело было в чём-то другом, например, в этой странной руке. Узумаки внимательно присмотрелся, и заметил, что один из Шаринганов на руке Данзо теперь был закрыт.

Он вскочил на ноги и выхватил из спинных ножен один из своих чакраклинков. Прекрасное оружие, выручавшее Наруто вот уже сколько раз, с недавних пор стало ещё лучше. Голубая потрескивающая чакра наполнила верный клинок и Наруто, легко размахнувшись, метнул его в сторону сражающихся. Раздался громкий хлопок, когда нож преодолел звуковой барьер, и Наруто исчез, чтобы тут же появиться рядом с Данзо. Взметнулся второй клинок, наполненный чакрой Ветра, и, словно горячий нож масло, отрезал руку Данзо на уровне плеча. Миг, и Наруто вновь исчез, появившись возле своего первого ножа, глубоко ушедшего в скалу. Чакра в руке, сжимаемой Наруто, словно взбесилась. Из руки начали выстреливать побеги, превращаясь в стремительно покрывающиеся листьями ветви. Узумаки отбросил руку и лихорадочно начал складывать печати дзюцу поглощения. Он успел вовремя: что бы ни происходило внутри этого странного органа, без чакры оно прекратилось.

Наруто облегчённо вздохнул, вырвал из земли руку, уже успевшую пустить корни, выковырял из скалы свой нож и вернулся к Саске и Итачи. К удивлению Наруто, Данзо был жив. Он злобно сверкал взлядом, закрывая единственной рукой окровавленную глазницу, и пытался придать себе неприступный вид, что получалось откровенно неважно.

Итачи уже наложил на Данзо бирку запечатывания чакры и стоял в ожидании Кисаме. Когда к ним подошёл Мечник Тумана, Наруто задал вопрос, мучивший уже давно.

- Кисаме-сан, а что у тебя произошло с Мизукаге? Ведь что бы ты ни натворил в Кири, это было ещё при Ягуре! Убил кого-то? Уничтожил её клан? Может среди выпускников Академии был её любимый братик, с которым пришлось сразиться насмерть?

- Не совсем.

- Но тогда что?

- Я не пришёл на свидание.

- Но не может же из-за это...

- Дважды.

***

Наблюдать за сражением двух S-ранговых шиноби, пытаясь остаться незамеченными, и не развеяться от случайного дзюцу массового поражения, было непросто. Двое из их четвёрки уже развеялись от гидродинамического удара, вызванного потрясающим воображение взрывом тысяч взрывных тэгов.

Наруто очень жалел, что не удалось узнать, куда Конан дела тело Нагато. Если бы она отправилась в Аме обычным способом, то проследить было бы лёгким делом. Но она расправила крылья и полетела. И пусть Наруто умел летать и знал четыре способа полёта, ни один из них не позволял удерживать дзюцу невидимости и обходиться без сопуствующего визуального или звукового сопровождения. Можно было рискнуть, и последовать за Конан, но делать ставку на то, что она за весь путь ни разу не обернётся и не заметит четыре парящие фигурки, было неразумно. Так что пришлось затаиться и выжидать, укрывшись глубоко под водой и скрещивать пальцы, чтобы Шаринган ублюдка не заметил слабые струны чакры, неприметное суйтондюцу, передающие вибрации водной поверхности и позволяющие подслушивать разговор.

Когда Мануке задал вопрос: "куда она девала тело Нагато?", Наруто и сам был бы рад получить ответ. Но разговор шёл обо всём, кроме интересующей его темы. Нет, ему было лестно, что Конан назвала Наруто воплощением света, было смешно, как Мануке приписывал себе свершения Мадары, или же откровенно ездил Конан по ушам. Какой дурак мог, к примеру, поверить в чушь, что Мануке дал Риннеган Нагато, вместо того, чтобы самому воспользоваться Глазами Мудреца? Ну или что именно он, "Мадара", создал Акацуки, что-то нашептав на ухо Яхико?

Противники всё говорили и говорили, а Наруто досадовал. Вместо того, чтобы скрываться и шпионить, следовало бы подойти к Конан задолго до конфронтации с Мануке, может быть она, считая Наруто духовным наследником Нагато, просто отдала бы ему Риннеган. Но момент был упущен, двое из четырёх клонов - развеяны, а вмешаться в сражение было бы откровенной глупостью, пока Наруто не узнал слабых сторон дзюцу нематериальности Учиха.

Череда сильных взрывов прервала шпионскую технику, и Наруто спешно применил дзюцу Водяной Тюрьмы, окружив себя шаром неподатливой жидкости. Это он сделал вовремя - сильный удар отшвырнул его, водные потоки закрутили, увлекли за собой, словно щепку, попавшую в слив унитаза. Как только его положение немного стабилизировалось, Наруто решил рискнуть, несмотря на продолжающие звучать взрывы. Нужно было знать, что происходит снаружи и Наруто высунул руку наружу и выстрелил вверх потоком преобазованной суйтон-чакры. Несмотря на канонаду взрывов, которые, как он надеялся, смогут скрыть любые техники, кое-что он расслышал.

- ... не можешь сохранять неосязаемость, дольше пяти минут. Я долго готовила эти печати, все шестьсот миллиардов. Их хватит на десять минут непрекращающихся взрывов.

Узумаки открыл рот и едва не захлебнулся водой. Кое-как удержав технику подводного дыхания, он почесал затылок. Наруто никогда не был слишком хорош в математике. Даже несмотря на жульничество с клонами, позволившее, не напрягая ни себя, ни клонов, изучить таблицу умножения, уравнения, тригонометрические функции и прочее занудство для заучек, рассчёты не давались ему как Сакуре-чан. Но шестьсот миллиардов прекрасно делились на шестьдесят умноженное на десять, а значит в секунду Конан взрывала миллиард печатей - достаточное количество, чтобы уничтожить половину мира. Наруто и сам не особо любил сдерживаться, ненароком уничтожая большие участки леса, разрушая строения и изменяя ландшафты, но это было перебором даже по его меркам, олицетворением бессмысленно затраченных усилий и бездумно расходуемых ресурсов. Из этого могло следовать только единственый путь действий.

Узумаки почувствовал, как распадается дзюцу Водяной Тюрьмы, но бушующая стихия не смогла сокрушить островок спокойствия, в котором он находился. Мутная вода вытолкнула его, словно поплавок, на поверхность. Тем временем взрывы утихли и Наруто сделал несколько шагов по поверхности воды. Бой закончился. Противники стояли, почти обнявшись, и если бы не окровавленный кусок иззубренной металлической полосы, торчащий из спины Конан, их можно было бы принять за друзей или любовников. Маска Мануке была покрыта трещинами и частично разрушена, открывая измождённое лицо, в одной глазнице которого пылал Мангекё Шаринган, а второй глаз поблёк и угас. Похоже, это было то же дзюцу, что использовал Данзо, чтобы избежать смерти.

Это было настолько нелепо, настолько неправдоподобно, что спокойствие едва не разлетелось осколками от желания впечатать ладонь себе в лицо. Все эти усилия, все печати, вся чакра, были бессмысленно растрачены впустую, это при том, что их хватило бы, чтобы в одиночку уничтожить все Великие Деревни или выиграть несколько Мировых Войн.

Плавным неторопливым шагом Наруто подошёл к Конан и ухватился за иззубренный осколок металла, вырывая его из спины куноичи. Рука его сделала широкий замах, и устремилась к лицу Мануке. Искусство читать эмоции на лице людей, чья половина лица закрыта, Наруто постиг на примере Какаши-сенсея. И лицо Мануке, презрительный прищур его глаза, выражало самоуверенность. Она быстро сменилась изумлением, как только кулак Наруто ударил в треснутую маску и разнёс её на тысячи осколков, отправляя противника в стремительный полёт. Умом Наруто понимал, что требовалось добить эту мразь, окончательно уничтожить, чтобы прекратить войну, не дав ей начаться. Но дзюцу вело Наруто по единственному пути, над которым он был не властен. И пока нукенин исчезал в спирали искажённого пространства, Узумаки повернулся к умирающей Конан и быстрым движением руки разорвал одежду у неё на груди, краем сознания регистрируя гладкость кожи и совершенство форм. Рука его потянулась к рваной безобразной ране.

Медицинские техники никогда не были его сильной стороной, даже после того, как Цунаде и Сакура показали ему нужные дзюцу. Ирьёниндзюцу было невозможно одолеть, направив полчище клонов, для практики требовались пациенты. И если с некоторыми из них решить вопрос можно было просто скупив улов у рыбаков, то остальные представляли проблему.

Но на этот раз всё получилось не хуже, чем у Ино, Хисаме, Хинаты, или даже Сакуры-чан. Чакра Наруто приняла ярко-зелёный цвет, извлекая из раны грязь и осколки, сращивая сосуды и смыкая кожу, рассасывая рубцовую ткань. И когда Наруто убрал руку с груди изумлённой Конан, о месте раны напоминало лишь розовоё пятно новой кожи.

Конан хотела что-то сказать Наруто, но увидев его взгляд, осеклась. Рука Наруто обрушилась ей на лицо.

- Пойдём, Конан-чан! Сейчас мы проверим могилу Нагато, а потом поговорим о тактике и рациональном использовании ресурсов. Нам предстоит война, которую следует выиграть.

Эпилог

Если сравнивать эту войну с предыдущими тремя Мировыми Войнами, то отличия были самые разительные. Четвёртая Мировая сильно выделялась как масштабом и количеством используемых дзюцу, так и поразительно малым количеством жертв, если не считать за таковых несметные полчища Зецу. Да, у врага были козыри - воскрешённые из мёртвых каге предыдущих поколений и многочисленные могучие шиноби, погибшие в прошлом, но и со стороны войск Альянса воевали мертвецы, призванные Орочимару.

Змеиный Саннин утверждал, что он воспользовался Эдо Тенсей исключительно для того, чтобы уравнять шансы - у мертвецов никогда не заканчивалась чакра, а значит в войне на истощение у противника были все козыри.

Наруто считал это дерьмом для простачков: слишком уж доволен был Орочимару, вновь пользуясь работающими руками, и слишком уж демонстративно складывал ручные печати - удовольствие, которого он был лишён последние три года. Да и алое сияние Шарингана в глазницах намекало, что странную руку Данзо, которую Наруто отдал на исследование, Орочимару использовал в не совсем научных целях. Впрочем, Наруто был слишком рад вновь увидеть отца и быть с обоими родителями, так что его это не очень волновало, как и не волновала потрескавшаяся пергаментная кожа отца и реально жутковатые чёрные склеры глаз. Ну а то, что вместе с папой вернулись дедуля Хирузен, Джирайя-сенсей и Нагато, вообще наполняло душу покоем и счастьем.

Наруто не был уверен, каким образом Орочимару смог воскресить Нагато-семпая. То ли у него были образцы тканей ещё со времён Акацуки, то ли он вскрыл могилу с отрубленной футондзюцу Наруто кистью руки (единственным, что им с Конан-чан удалось не позволить похитить Мануке своим пространственным дзюцу), это было неважно. Конан-чан вновь ходила молчаливой тенью за своим другом детства, и её не особо беспокоило что он мёртв. Наруто считал, что мёртвым он был гораздо здоровей, чем живым, и, по крайней мере, избавился от инвалидного кресла, что было значительным прогрессом.

Сама война была выиграна практически в одиночку. Все эти сборы, переговоры даймё и каге, требования и уступки, - всё оказалось ненужным. Достаточно было одного Наруто, делящегося чакрой с Конан-чан и новых ста миллиардов её взрывных печатей. У армады Зецу не было ни единого шанса - им было не укрыться от сенсорной чувствительности режима отшельника Наруто, а значит и пережить все эти взрывы. Некоторую сложность доставили ожившие мертвецы, но и тут армии Альянса было что показать. Печати Конан-чан могли быть не только взрывными, её дзюцу могли и запечатывать, так что мёртвых шиноби нужно было лишь на время остановить. И с этим прекрасно справлялись Нагато, пятеро Хокаге, четверо каге Великих Деревень, мама и Карин-чан со своими цепями чакры, Гурен со своими кристаллами, Хаку с ледяными зеркалами, Фубуки-чан, чья броня делала неуязвимой к любым ниндзюцу и гендзюцу, Саске, шагающий в доспехе Сусаноо, Кисаме с Самехадой в руках и многие, многие другие друзья и знакомые Наруто. Единственным мертвецом, сражение с которым так и не состоялось, был Дейдара - бывший член Акацуки, нукенин из Ивагакуре. Он, словно завороженный, смотрел на яростную симфонию уничтожения, на рвущиеся миллионами взрыв-тэги, а потом его окутал свет, и он развеялся хлопьями взлетающего в небеса пепла с блаженной улыбкой высшего счастья на лице.

Кратковременное появление Мануке едва не стоило жизни нескольких дорогих Наруто людей. Он явился в компании четырёх погибших джинчурики, и пока те сеяли хаос и разрушения, призвал какую-то уродливую деревянную статую, выстрелившую фиолетовыми цепями. Наруто едва сумел спастись, воспользовавшись Хирайшином, но Гаара, Югито и Фуу не убереглись. Цепи пронзили их тела и втянулись назад в статую, увлекая за собой ревущих и беснующихся биджу. И пусть Наруто успел вернуться и спасти жизни друзей, дав себя укусить, восстановив чакру и здоровье, это едва не стало величайшей потерей войны. И, самое мерзкое, что Мануке, совершив своё злодеяние, вновь исчез в спирали искажения, недоступный ни для зрения, ни для мощнейших сенсорных дзюцу.

Большие опасения вызвало появление Мадары Учиха, на этот раз настоящего. Мадара вернулся многократно более сильным, он владел Мокутоном и у него был Риннеган. Он успешно противостоял совокупной мощи армии, использовал безумно сильные техники Риннегана и даже однажды чуть не уничтожил штаб Альянса (Нагато едва удалось изменить траекторию огромного метеора, грозящего его уничтожить). Единственным положительным моментом появления древнего монстра было то, что Курама, ненавидевший Мадару более всего на свете, перестал дуться на Наруто, и позволил воспользоваться своей чакрой во всей полноте. Это решило судьбу схватки. По просьбе Наруто, отец запечатал в него вторую половину Курамы и, пылая золотой чакрой покрова биджу, он обрушил на Учиху всё, что когда-либо знал и умел, всё, чему обучился за эти годы у друзей, врагов, союзников и учителей. У Мадары не было шансов - сенпо-разенсюрикены всех стихий, запущенные одновременно руками чакры золотого гиганта, покрытого чёрными узорами, были слишком разрушительны, чтобы даже Сусаноо легендарного Учиха смог их удержать. Ну а пока тело мертвеца собиралось из пепла, его успели облепить печати Конан-чан.

Всё прекратилось как-то единомоментно и неожиданно. Воскресших шиноби врага окутали столбы света, и они развеялись пеплом, оставив за собой тела принесённых жертв. И пока армия перегруппировывалась, ожидая новых сюрпризов, появился ослепший на один глаз Итачи с Кабуто Якуши через плечо. Кабуто больше не выглядел человеком, он превратился в странную смесь человека и змеи, правда не дотягивал до истинной формы Орочимару по омерзительности.

С исчезновением призванных мертвецов и истреблением Зецу, тела которых были признаны ценным медицинским материалом и реквизированы Цунаде, Четвёртая Мировая Война Шиноби была завершена. Предстояли долгие годы последствий: выполнение предыдущих договоренностей, новые политические ходы, выяснение отношений между деревнями, отложенное ранее на период военного времени. С появлением настоящего Мадары все сомнения насчёт Мануке исчезли, и, по мнению Наруто, без силы легендарного имени его слишком уж стали недооценивать, посчитав ещё одним нукенином S-ранга, которых Великие Нации повидали предостаточно. Наруто не верил, что все закончилось. Человек, плетущий паутину интриг столько лет подряд, не мог сдаться и прекратить, в его распоряжении была чакра семи биджу и Глаза Мудреца. Узумаки не понимал, почему тот скрылся, ведь с подобными силами он мог бы доставить Альянсу массу неприятностей и его шансы на победу пусть и не были высокими, но не были и нулевыми. Не могло же это быть связано с ударом Наруто, напрочь проигнорировавшим нематериальность Шарингана!

К сожалению, отец тоже считал, что угроза миру была устранена. Наруто досадовал, что слишком поздно они вспомнили о фуин-шики, размещенной отцом на руке человека в маске в день рождения Наруто и нападения Кьюби. Папа увидел, что деревня в безопасности, что его сын стал сильным шиноби, что он не только вынес возложенную на него ношу, но и превзошёл все самые смелые надежды. Тяжкий груз вины, лежавший на душе из-за гибели любимой женщины больше его не угнетал, поэтому после слов прощания папу окутал столб света и он вернулся в Чистый Мир, оставив за собой лишь облако пепла и тело Зецу, мгновенно поросшее зелёными ветвями.

На душе Наруто было неспокойно. Мануке что-то задумал, и это тревожило его каждую секунду. Он не прекращал отсылать во все стороны клонов, обшаривающих сенсорными дзюцу каждый уголок мира, досадуя, что маркер Хирайшина может использовать только создатель, и каждому пользователю техники необходимо разрабатывать свою фуин-шики. И когда уже показалось, что поиски ни к чему не приведут, что Мануке скрылся в своём измерении, клоны почувствовали аномально огромный источник природной энергии.

Что бы ни делал подонок, это требовало уединения - иначе для чего было забираться в такую даль? Сотни километров на другой стороне континента означали, что шиноби Альянса потребуется пара часов, чтобы добраться до нужной точки, и первыми туда доберутся те, кто владеет дзюцу полёта. По странному совпадению, из всех каге, мёртвых и живых, подобным обладал только дедуля Ооноки. И, несмотря на возраст, заставляющий Сарутоби Хирузена казаться мальчишкой, Цучикаге вырвался далеко вперёд. За ним следовали внучка Куроцучи, Конан-чан на бумажных крыльях, Саске, летящий в расправившем крылья Сусаноо, и Наруто в покрове биджу. Самые быстрые шиноби устремились за ними по земле, но безнадёжно отставали. Ветер ревел в невидимых крыльях Наруто, стихия толкала его вперёд, к источнику новой опасности. Чувство неизбежной беды окутало душу и Узумаки прилагал всё больше и больше усилий, чтобы лететь быстрее, чтобы вовремя успеть.

Но он опоздал.

Полная луна, висящая в небе, окрасилась в алый цвет, концентрические круги и томоэ изукрасили её лик, превратив в странную смесь Риннегана и Шарингана. Цучикаге, увидав Лунный Шаринган, внезапно замер и начал спускаться вниз. За ним последовали его внучка и Конан-чан. Древесные побеги вырвались из скалистой земли, мгновенно превращаясь в толстые изогнутые стволы. Схожие с извращёнными щупальцами из ранних книг Джирайи-сенсея, ветви потянулись к шиноби, пленённым в странное гендзюцу, и схватили их, обволакивая в плотные коконы. Наруто бросил взгляд назад, и сердце его забилось от ужаса. Всюду, куда достигал взгляд, появились огромные деревья, а значит все, кто увидел Лунный Шаринган, были в плену мерзкой техники. То ли Сусаноо и режим Кьюби служили прекрасной защитой, то ли Наруто и Саске по каким-то причинам были невосприимчивы к этому дзюцу, но невредимыми остались только они, а значит именно на их плечах лежала судьба мира.

Мануке стоял возле гигантского дерева, заставляющего казаться мелкой порослью даже гиганта в Скрытом Водопаде. Длинный белёсый корень соединял его со стволом. Тело больше не напоминало человеческое: белая плоть, шипы и странные наросты, превращали его в гротескное подобие Зецу. В обоих глазницах пылало фиолетовое пламя Риннегана.

Наруто вскинул руку из чакры и на ней бешенно завертелась звезда Разенсюрикена Молнии. Сусаноо Саске вытянул руку, на которой заиграло чёрное пламя Аматерасу. Лисья голова Наруто кивнула, и пламя втянулось в Разенсюрикен, поглощая его сияние и перекрашивая в чёрный цвет. С поражающей воображение скоростью Разенсюрикен сорвался с ладони и ударил в Мануке. Это было самой смертоносной техникой, что Наруто когда-либо создавал. Скорость Молнии и испепеляющее пламя Аматерасу, заключённые в оболочку биджудама - от этого дзюцу не было спасения.

Мануке истошно закричал и его окутала чёрная тень. Перед тем, как дзюцу его сокрушило, не оставив даже пепла, он словно взорвался изнутри потоками белых нитей. И когда чернота схлынула, когда нити улеглись, превратившись в водопад серебристо-белых волос, вместо предателя Учиха стояла прекрасная женщина в просторном белом балахоне, изукрашенном узором из чёрных магатама, с рогами на голове и алым глазом смеси Риннегана и Шарингана во лбу. Она вытянула руку, и разрушительная техника бесследно исчезла, втянувшись в изящную ладонь с длинными заострёнными ногтями.

Белые костяные шипы сорвались с кончиков её пальцев, и Наруто с ужасом увидел, как рушится Сусаноо Саске, а по его покрову расползаются серые пятна порчи. У него не осталось выхода, поэтому он вышел из режима биджу. Рядом исчез Сусаноо Саске.

Они приземлились на землю перед новым противником, приготовившись к самому важному сражению в своей жизни. Но оно не состоялось.

Мир подёрнулся дымкой и исчез, исчезли исполинское дерево, ночь и алая луна, а вместо них возникло бесконечное царство лавы, нечто, очень напоминающее ад. Чтобы не упасть и не сгореть заживо, Наруто спешно применил дзюцу полёта, подхватывая друга и не давая ему сгореть. И эта заминка решила исход сражения.

Позади них распахнулась чёрная изломанная дыра в пространстве, из которой показалось женское тело. Рогатая красавица протянула руки и коснулась ими щёк Саске и Наруто. Узумаки почувствовал, как его тело сковывает паралич, чувствовал, как распадается дзюцу полёта и приготовился к неизбежной смерти. Это было так глупо, так нелепо! А ведь они так далеко прошли, так многого достигли, стольких сильных врагов одолели!

Но неведомая сила удерживала их в воздухе, не давая упасть и сгореть. Женщина заговорила.

Наруто слушал её рассказ, рассказ Ооцуцуки Кагуи, богини, матери всей чакры. Слушал рассказ о её сыновьях, Хамуре и Хагоромо, восставших против тирании матери. Слушал о их с Саске, реинкарнациях Асуры и Индры, сыновей Ооцуцуки Хагоромо, известного человечеству как Рикудо-сеннин. Слушал об её ужасающем плане поглотить человечество, превратить их в омерзительных белых Зецу, для того, чтобы прекратить войны и достичь мира. И Чёрный Зецу, оказавшийся порождением воли Кагуи, охватывал их лица и показывал в мельчайших подробностях картины прошлого и грядущего.

- У тебя ничего не получится, - упрямо сказал Саске сквозь зубы.

- Почему же? Все ваши усилия увенчались прахом. Все кого вы любили, теперь в плену Вечного Цукиёми. Вы бессильны, беспомощны передо мной. Это конец.

- Да, это конец! - в островке ясности и спокойствия посреди могучего водоворота чакры голос Саске звучал глухо и отстранённо. - Ведь эту технику мой идиот-напарник отрабатывал даже чаще, чем Разенган!

И ладонь Наруто обрушилась на лицо богини.


Оценка: 5.60*89  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Я.Ольга "Допрыгалась" (Юмористическое фэнтези) | | Н.Самсонова "Невеста вне отбора" (Любовные романы) | | Э.Осетина "Любовь хищников (мжм, Лфр, )" (Любовное фэнтези) | | Т.Серганова "Хищник цвета ночи" (Городское фэнтези) | | М.Старр "Пирожки для принца" (Юмористическое фэнтези) | | К.Амарант "Будь моей игрушкой" (Любовное фэнтези) | | А.Россиус "Ковен Секвойи" (Приключенческое фэнтези) | | LitaWolf "Неземная любовь" (Попаданцы в другие миры) | | Д.Вознесенская "Таралиэль. Адвокат Его Темнейшества" (Любовное фэнтези) | | Т.Блэк "Да, Босс!" (Современный любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"