Desmond: другие произведения.

Весна в октябре

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 6.88*45  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Несколько слов, сказанных робкой куноичи, запустили цепочку событий, изменивших жизнь Деревни, Скрытой в Листве. В деревне, которой так не хватает юности и весны.
    ЗАКОНЧЕНО.
    По главам, а также нормальный fb2 здесь

Пролог

Узумаки. Во всём всегда виноват Узумаки. Эту нехитрую истину изучили многие жители Деревни, Скрытой в Листве, наученные горьким опытом. Исписанные в яркой краске заборы и монумент Хокаге, разные неприятные пакости - все это деяния одного человека. Чаще всего жители были правы в своих обвинениях. Но не сегодня. На этот раз низкорослый суетливый блондин с громким голосом был ни при чём, хотя и играл одну из ключевых ролей. Кто бы мог представить, что длинную и запутанную цепь событий, которая привела к текущему затруднению Рока Ли, начала Хината Хьюга, на первый взгляд робкая и застенчивая куноичи?

Во время второго этапа экзамена на чунина Команда 8 стала свидетелем жестокой расправы Гаары из Песка над тройкой самоуверенных шиноби Амегакуре. Густой дождь сенбонов не нанес но Собаку никакого урона: песчаная защита знает свое дело. Команде Конохи осталось лишь ужасаться кровожадному нраву, чудовищной силе и нечеловеческой жестокости паренька, алые волосы которого будто впитывали всю ту кровь раздавленных песком противников.

Химе сильнейшего клана долго собиралась с духом, но никак не могла предупредить любимого об угрозе, нависшей надо всеми участниками отборочного тура экзаменов. Неизвестно, что заставило её решиться, но она всё-таки подошла к Наруто и запинающимся голосом поведала о жестокой сцене, которую застала с напарниками в лесу.

Ожидаемо, её попытка уговорить Наруто быть поосторожней, привела к обратному результату. Узумаки и сам не осознавал, что краткая встреча с командой Песка перед экзаменом его изрядно задела. Самолюбие уязвляли как румянец при виде Саске на щеках симпатичной блондинки, так и демонстративное безразличие красноволосого придурка к нему, будущему величайшему Хокаге, сопровождающееся явным интересом к схватке с кисломордым Учихой. Наруто временно оставил привычку выкрикивать свою коронную фразу, вместо этого он бегал и рассказывал всем желающим, какой Гаара крутой и неуязвимый и как он, Наруто Узумаки, ему наваляет в поединке.

К сожалению, одним из тех, кто услышал его выкрики, был Киба Инузука. Киба считал Наруто слабаком и не мог остаться безучастным к его пустой похвальбе. Киба стыдился своего поведения на той лесной поляне, того страха, который он испытал при виде крови, брызнувшей из незадачливых генинов, сдавленных огромными песчаными ладонями. Это вылилось в двух шиноби, бегающих по башне и спорящих, кто из них наваляет Гааре, причём в результате их жаркой полемики Гаара, невысокого роста генин с большим сосудом на спине, всё прибавлял и прибавлял в габаритах, пока не стал огромным песчаным чудовищем, крушащим дома и деревья. Что, по странному стечению обстоятельств, было истинной правдой.

Участники экзаменов и их джонин-сенсеи были шиноби. Они привыкли выуживать ценную развединформацию из случайных оговорок и мимолётных выражений лиц, так что к выкрикам "неуязвимое чудовище" и "кровожадный монстр" отнеслись с полной серьёзностью, хоть и похвальба двух спорящих до хрипоты генинов никого не впечатлила. Гаара меланхолично прошёл, не обратив внимания, через несколько смертельных ловушек, непонятно кем расставленных в коридорах башни, сенбоны, сюрикены и кунаи отскакивали от его песчаной кожи, а взорвавшийся под ногами взрыв-тэг заставил лишь недовольно нахмуриться от громкого звука. И беспроволочный телеграф всех заинтересованных лиц подтвердил тревожные вести.

Рок Ли был в курсе этой информации - Наруто несколько раз подходил ко всем соотечественникам, рассказывая о нависшей угрозе. Но это не влияло на решимость человека, который свои пот, кровь и бездну тяжёлой работы вкладывал в то, чтобы воплотить свою мечту стать шиноби, несмотря на то, что из всех искусств ниндзя ему доступно было тайдзюцу. И после всех тревожных вестей Рок Ли лишь начал тренироваться ещё больше, превратив невероятное количество тренировок в безумное.

Майто Гай, учитель и духовный отец Рока Ли никогда не стал бы джонином, элитой Конохи, не умей он трезво оценивать опасность. Поэтому, когда песок Гаары уже обволакивал Рока Ли, открывшего трое Врат, Гай вмешался за мгновение до того, как ученик получил непоправимые увечья или верную смерть.

Ли был огорчён своим проигрышем в бою. Но поражение для него значило только одно - нужно тренироваться ещё больше. И весь месяц до третьего этапа экзаменов Прекрасное Зелёное Чудище, в сопровождении одетого в обтягивающий зелёный костюм Узумаки, превратило свои тренировки в нечто, о чём с жалостью говорил даже Морино Ибики. А начальника отдела Пыток и Допросов никто не мог заподозрить в наличии хоть толики душевного тепла. Наруто, чья обида на собственного сенсея искала выход, нашёл мрачное удовлетворение в тренировках у вечного соперника Какаши. То что ему уделяли внимание Ли, человек, который влёгкую уделал даже Саске, и его крутой учитель в офигенном костюме, заставляло, сцепив зубы, преодолевать все трудности безумных тренировок.

Месяц занятий - небольшое время, недостаточное для создания из неудачника и последнего в классе человека, способного победить гения клана, славящегося силой своих шиноби. Но не в том случае, если выносливость этого генина не знает границ, а об упрямстве и верности слову ходят легенды. У Нейджи не было шансов, несмотря на Бьякуган. Пусть из-за оставленной Орочимару печати контроль чакры Узумаки из просто ужасного стал катастрофическим, но на тайдзюцу это никак не влияло. Острый ум и использование немногих доступных клонов позволило ему перехитрить Нейджи и вырвать зубами и когтями уверенную победу.

Гордый собой Узумаки первым заметил что-то неладное, происходящее в ложе каге. Ирония ситуации заключалась в том, что лишь благодаря прерывающей потоки чакры Печати Пяти Элементов, поставленной Орочимару, Наруто не поддался гендзюцу Кабуто. Не обращая внимания на падающие вокруг белые перья, Наруто толкнул в бок было задремавшего Ли и помчался на помощь дедуле. Только на пару десятков метров Наруто отстал от Прекрасного Зелёного Зверя и не успел лишь на считанные секунды. Когда стены фиолетового барьера заперли Рока Ли на крыше вместе с Хокаге и предателем Орочимару, тот понял, что наступил момент истины. Настало время узнать, имела ли значение вся та тяжёлая работа, все те тренировки, которыми вот уже год истязал себя густобровый генин.

В битве шиноби уровня Каге не место простому генину. Это было аксиомой, об этом знали Хирузен и Орочимару. Но для Рока Ли, привыкшего преодолевать себя и совершать невозможное, это было всего лишь не имеющим значения мнением.

Ли знал, что не выйдет из схватки живым. Но на кону была не только жизнь Хокаге, но и судьба всех жителей деревни, включая ангельски прекрасную Сакуру-сан. С умеренным вредом для здоровья Рок Ли мог открыть лишь трое Врат. Но когда перед тобой не стоит вопрос выживания, когда ты знаешь, что сегодня тебя ждёт встреча с Шинигами, многие вещи становятся простыми и кристально ясными. Поэтому за Вратами Жизни последовали сначала Врата Боли, а затем и Врата Предела.

Бой, который Орочимару планировал перемежать долгими разговорами, призванными постепенно довести учителя до отчаяния, превратился в отчаянную схватку, калейдоскоп лихорадочных движений и спешно используемых дзюцу.

Орочимару не осталось ничего другого, кроме как использовать свой козырь - воспользовавшись запретной техникой, призвать великих шиноби прошлого, трёх погибших Хокаге.

Хирузен знал, что обозначали расплывшиеся по черепице болезненно-фиолетовые пятна и верхушки длинных ящиков, выплывающих вверх. Отчаянный выкрик Хокаге оторвал Ли от серии молниеносных ударов, наносимых лицу Орочимару, и генин, не колеблясь, атаковал новую угрозу.

Сокрушительный удар Утреннего Павлина пришёлся по одному из почти всплывших ящиков, два других атаковал Хокаге со своим Земляным Клоном. И Эдо Тенсей, отвратительное противоестественное дзюцу, оказалось остановлено.

Ни Рок Ли, ни Хокаге не знали, что чакра, щедро источаемая сорвавшим ограничения генином, попала в фиолетовое пятно вместе с обломками разбитого гроба. Они не знали, что этот гроб принадлежал Намиказе Минато, Четвёртому Хокаге Конохагакуре. Пожертвовавшему своей душой Богу Смерти для запечатывания Демона-лиса в своего новорожденного сына.

Дзюцу Нечестивого воскрешения, как и любое дзюцу Призыва было пространственно-временной техникой. В качестве оплаты оно требовало не символическую кровь или чакру, ценой за призыв мёртвого была человеческая жизнь. Вся энергия этого огромного источника силы была направлена на то, чтобы дотянуться до Чистого Мира, иного пространства, где находится душа покойника, места, в котором Минато Намиказе так никогда и не появился. И если не получилось с пространством, дзюцу протянуло тонкую нить во времени - тот миг, когда душа Четвёртого Хокаге существовала в одном из миров.

Чакра Рока Ли устремилась по этому узкому колеблющемуся каналу и попала в десятое октября, в день нападения Кьюби на Коноху. В тот самый момент, когда Хокаге жертвовал своей жизнью и душой, чтобы запечатать чудовище в своём новорожденном сыне.

***

На вопрос "что же такое чакра?" разные люди дадут разный ответ. Для ученика Академии - это школьное определение о сочетании духовной и телесной энергий. Для ветерана-шиноби - ещё одно дзюцу, ещё несколько усиленных ударов, ещё несколько секунд активации додзюцу - чёткая граница между жизнью и смертью. Для учёного - сложная нематериальная субстанция, способная принять любую форму - неотличимую от настоящей псевдоматерию, локальное изменение законов мироздания, заряд концентрированной энергии или же невероятно плотный поток информации, включающий в себя сознание живого существа, данные о его ДНК, либо же просто слепок мыслительной деятельности.

Влияние чужой чакры на живое существо изучено очень хорошо. При попадании в человека, она вызывает боль и отторжение, на этом свойстве основано тайдзюцу одного из крупнейших кланов Конохи. Малые количества позволяют вызывать резонанс чакры в мозгу человека, на этом явлении основывается одна из сложнейших дисциплин шиноби - гендзюцу. Соседство сильной чакры с новорожденным младенцем, чьё тело податливо и обладает запредельными запасами адаптивности, может вызвать даже физиологические изменения - к примеру, лисьи полоски на щеках Наруто Узумаки и круги под глазами у Гаары из Песка - единственных известных людей, чьё соседство с биджу началось ещё в утробе матери. Чакра Рока Ли, несмотря на всю его неспособность к манипуляции, была невероятно сильна. Она сочетала в себе несокрушимый дух преодолевающего все невзгоды человека и энергию тела подвергающего себя безумному количеству тренировок шиноби. И проследить за этой чакрой, а уж тем более объяснить, почему она проделала именно этот путь, не могли даже боги.

Глава 1

Прошла целая неделя с тех пор как Кьюби, демонический лис, атаковал Скрытый Лист. Только-только были похоронены погибшие и разобраны основные завалы разрушений. Жители едва-едва осознали, что Четвёртый Хокаге, герой и столп силы, пожертвовал своей жизнью, дабы спасти деревню от неминуемой гибели. Расстроенные жители едва успели выслушать речь Третьего, который вынес на балкон своей башни младенца и поведал Конохе о последнем желании Четвёртого, о том, что к ребёнку, в которого запечатали тварь, унёсшую за собой жизни их родных и близких, следует относиться как к герою.

Для Ёшино Нара, жены одного из величайших умов Конохи, все эти события прошли как в тумане. Слишком она была счастлива рождению своего первенца, слишком любила она маленького черноволосого малыша, слишком много надежд в него вкладывала. Куноичи втайне надеялась, что маленький Шикамару унаследует от отца лишь его гениальный ум, а характер ему достанется от мамы. Но надежд на это было немного - мозги и характер мужчин Нара были известной клановой особенностью, практически кеккей-генкаем.

Малышу едва исполнился месяц, как Ёшино заметила нечто неладное - её ангелок, маленький Шика, вместо того, чтобы лежать на спинке и махать своими слабенькими пухленькими ручками и ножками, почему-то постоянно переворачивается на животик и как будто дёргается в конвульсиях.

Вызванные обеспокоенной матерью усталые ирьёнины, выхватывающие по пару часов сна и питающиеся солдатскими пилюлями, обследовали ребёнка, но никаких физиологический и нервных отклонений не нашли. Попросив продолжить наблюдение и вызывать, если случится что-то ещё, они отправились к своим многочисленным пациентам.

Ёшино следила за малышом, переворачивала его на спинку, но с завидным упорством тот ложился и сучил своими слабенькими ручками. И в один прекрасный момент Нара осознала, что её месячный ребёнок пытается отжиматься на руках.

Нара, Яманака и Акимичи были союзниками ещё со времён Эпохи Воюющих Кланов, поэтому Ёшино, не раздумывая, обратилась к Иноичи Яманака. Тот, соблюдая величайшую осторожность чтобы не навредить младенцу, воспользовался клановыми дзюцу и решил просмотреть состояние несформировавшегося разума.

Результат его обескуражил. В разуме младенца он отчётливо увидел Третьего Хокаге Сарутоби Хирузена не на жизнь а на смерть сражающегося со своим учеником Орочимару. Уважаемым учёным, могучим Саннином и верным шиноби Конохагакуре. Срочно вызванный Шикаку Нара, долго расспрашивал Иноичи о подробностях, выуживая из тренированной памяти друга всё новые и новые детали, пока не был готов подробный отчёт и десяток версий виновника происшествия и целей, которых он собирался достичь, подвергая гендзюцу младенца.

Хирузен внимательно прочитал рапорт и сам долго расспрашивал об увиденном.

- Я не могу не отметить следующие странности, - сказал Иноичи. - Тот, кто накладывал это гендзюцу, не знает лично ни вас, Хокаге-сама, ни Орочимару. Лицо Орочимару в памяти ребёнка было слишком молодым, а ваше - на десяток лет старше. Также Монумент Хокаге, видимый с места битвы, ничем не отличается от своего нынешнего состояния.

- Этому есть только одно разумное объяснение, - сказал Шикаку. - Мастер гендзюцу не видел в живую ни вас, ни Орочимару-сама, а значит ориентировался на старые фото из Книги Бинго, лишь состарив ваш образ. Внешность Орочимару не меняли, как и внешний вид Монумента Хокаге. Небрежная работа.

- Есть предположение, кому понадобилось это делать? - спросил Хирузен. - И, главное, для чего?

- Неизвестный противник, очевидно, не ожидал, что его манипуляция раскроется так быстро. Единственное вероятное предположение - долговременный план, призванный подорвать единство Конохи, вызвав недоверие у одного из наследников клана к одному из лучших шиноби деревни. Учитывая, что Орочимару-сама был претендентом на пост лидера деревни, попытка направлена на вбивание клина между Хокаге и его сильнейшими оперативниками. Предполагаемый виновник - неизвестный резидент Кумо или Кири. Суне выгоден сильный союзник, а Ива предпочитает силовые акции. Следует также проверить наследников остальных кланов - вероятность того, что это единичный случай, не превышает 10%.

Хирузен задумчиво извлёк трубку, набил её табаком и поджёг слабым огненным дзюцу. Он задумался о возможностях и последствиях такого изощрённого хода врага. Врага, могущественного, который однозначно был связан с нападением на Коноху. Наложенное на ребёнка гендзюцу и пылающий в глазницах Кьюби Шаринган были, похоже, звеньями одной цепи. Хирузен задумался об участии клана Учиха и тут же пометил эту версию как недостоверную - каждый член клана доподлинно знал как выглядит их Хокаге и один из трёх сильнейших шиноби деревни.

- Шикаку, если я не буду выдвигать свою кандидатуру, какова вероятность, что Орочимару станет Хокаге?

- Учитывая то, что Цунаде-сама самоустранилась из жизни деревни, основными претендентами являются Шимура Данзо, Джирайя и Орочимару. Наибольшие шансы у Данзо, Орочимару идёт вторым. Но в целом, вероятность более-менее равна и разница колеблется в пределах 8%. Всё будет зависеть от вашей поддержки той или иной кандидатуры.

- Что же, как я и предполагал. Надеюсь, я делаю правильный выбор. Орочи-куну давно пора выползти из своих лабораторий и подышать свежим воздухом. На пост Пятого Хокаге Конохагакуре я поддерживаю кандидатуру Орочимару. А уж за тем, чтобы ученик не натворил глупостей, я прослежу как Советник.

Глава 2

Орочимару всегда немного завидовал своему учителю и как всякий хороший ученик, мечтал его превзойти. Но планка была невообразимо высокой - знаменитый Профессор знал все дзюцу, включая тайные, одной из самых крупных и сильных Скрытых Деревень в мире. Следующий очевидный этап - изучить дзюцу сразу нескольких Скрытых Деревень - для такого амбициозного человека как Орочимару был мелковат. Нет, его бы устроило только безусловное превосходство - что-то типа изучения всех дзюцу в мире. А для этого ему был нужен Шаринган, позволяющий не тратить время на изучение дзюцу, и долгий срок жизни. Должность Хокаге открывала доступ потрясающей ресурсной базе и позволяла перевести исследования на новый уровень.

Предложение сенсея не только тешило самолюбие амбициозного Саннина, но и полностью соответствовало как интересам деревни, так и холодным критериям рациональности. Орочимару был приятно удивлён разумности решения учителя (который слишком часто руководствовался Волей Огня вместо Гласа Разума). Но удивление длилось недолго - сенсей, как и всякий могущественный шиноби, привыкший, что мир вращается вокруг его желаний, тут же сделал вопиющую глупость - предъявил людям сына Минато и объявил того, как джинчурики Кьюби, героем деревни, наивно считая, что потерявшие родных и близких гражданские, оценят жертву ребенка. Впрочем, хоть шиноби, в отличие от гражданских, знали разницу между контейнером и содержимым, а также имели представление о фуиндзюцу, это знание не успокаивало. На слуху был полусумасшедший джинчурики Ичиби и его тучи железного песка, уничтожившие множество жителей Суны; Безумный джинчурики Хачиби, очень удачно сошедший с ума, что оттянуло на себя все силы Кумо и позволило удержать паритет во Второй Мировой. Вышедший из-под контроля джинчурики Санби и связанная с этим заварушка незадолго перед битвой на мосте Каннаби.

Орочимару был рад поступку учителя. Предложенный сенсеем проект закона по поводу маленького джинчурики Орочимару одобрил, внеся в него лишь одну крохотную поправку: нарушение закона каралось не смертью, а отбыванием повинности в лабораториях Орочимару - Саннин постоянно испытывал нехватку тестовых субъектов.

После инаугурации, когда довольный сенсей вводил змеиного Саннина в курс дел Хокаге, до Орочимару потихоньку начало доходить, куда его завели амбиции. Быть Хокаге - почётно, Хокаге все уважают, лидер деревни имеет массу полномочий. Но, к сожалению, полномочия идут рядом с обязанностями, которые оставляют слишком мало времени на увлечения - препарирование неудачливых жертв экспериментов, исследования и поиски вечной жизни. Ситуацию усугубляло состояние разрушенной Кьюби Конохи, что даже не умножало количество обязанностей, а возводило в степень - остальные Скрытые Деревни не могли не воспользоваться слабостью своего соперника.

Единственное, что радовало Змеиного Саннина, так это возможность тем или иным способом почти легально получить доступ не только к ДНК носителей двух Легендарных Додзюцу, нескольких сильных кеккей-генкаев деревни и чакре сильнейшего из биджу. Пусть сенсей проявлял к судьбе сына Минато особое участие, Орочимару не сомневался, что под предлогом исследования целостности печати сможет провести немало интересных опытов.

Осознав, что в должности Хокаге больше минусов, чем плюсов, Орочимару решил разыгрывать те карты, которые ему выпали на руки. Выкроить в бюджете деревни средства и помещения для своего исследовательского центра никак не получалось, но разрушенный неосторожным взмахом хвоста Кьюби госпиталь Конохагакуре навёл на прекрасную идею.

Оставался вопрос кадров. И если с любителями надрать кому-то задницу, сжечь, утопить, иссечь ветром, пробить молнией или же похоронить под землёй в Скрытой Деревне традиционно не было проблем, то людей с академическим складом ума категорически не хватало. И этот вопрос требовалось решить как можно раньше.

***

Цунаде Сенджу сидела в своём номере, уставившись на большой чемодан хрустящих рьё, который она получила после вчерашней игры. Шизуне смотрела на эту огромную кучу денег широко распахнутыми глазами и никак не могла поверить, что длинная полоса неудач Цунаде-сенсея наконец-то прекратилась. Учитель тяжело пережила смерть Наваки, после гибели дяди Дана она была сломлена и сокрушена. И после нападения Кьюби на Коноху, сенсей решила, что деревня проклята и оборвала все связи с родиной. Череда баров и игорных заведений девушке казалась нескончаемой, как и бесконечными были все эти проигрыши. Лишь умения и востребованность услуг великого медика позволяли хоть как-то держаться на плаву. И вот теперь, похоже, всё закончилось!

- Цунаде-сенсей, это же куча деньжищ! - радовалась молодая куноичи.

Цунаде подозрительно потыкала пальцем в несколько пачек купюр и вынесла вердикт:

- Мне срочно нужно выпить!

Шизуне хвостиком последовала за учителем вниз, в гостиничный бар, в котором только один столик был занят длинноволосой фигурой неопределённого пола.

Цунаде подошла к занятому столику и бухнулась напротив единственного посетителя.

- Чего тебе нужно, Орочимару?

- Ку-ку-ку! Ты как всегда нетерпелива, Цунаде-тян! Может я хотел повидать свою напарницу! Сколько мы не виделись? Месяц? Два?

- Ты бы не стал забираться в эту дыру просто поболтать! Что ты хочешь?

- Как ты понимаешь, после смерти Минато деревне понадобился новый Хокаге...

- Я отказываюсь занять эту проклятую должность!

- Ку-ку-ку-ку, как будто тебе, милая, кто-то предлагает. Нет, Цунаде-тян, всё немножко проще. Позволь представиться, Орочимару, Пятый Хокаге Скрытого Листа!

- Ты? Сенсей, наверное, сошёл с ума, выбрав тебя преемником! Чего ты от меня хочешь?

- Как понимаешь, новому Хокаге нужны новые советники. А кто лучше подойдёт, чем члены его команды и любимый учитель?

- Отказываюсь!

- Извини, дорогая, не выйдет. Деревня не может позволить, чтобы шиноби твоих талантов топил себя в выпивке. Если ты не вернёшься в деревню в столь трудный час, это будет похоже на предательство.

- Ты не сможешь меня заставить!

Орочимару небрежно махнул рукой и в помещении возникла пятёрка Анбу, двое за его спиной, а трое - рядом с Цунаде и Шизуне.

- Правда? Даже если размещу твой прекрасный портрет в книге Бинго? Я уверен, шиноби твоего уровня сможет противостоять ойнинам и Анбу, но ты не одна. Подумай хотя бы о Шизуне-тян!

- Не смей угрожать ей, подонок!

- Ку-ку-ку! Я? Угрожать? - голос Орочимару наполнился ядом. - Ты решила уничтожить себя? Прекрасно! Ты решила забыться в выпивке и картах? Замечательно! Но искалечить жизнь племяннице своего Дана...

- Не смей упоминать его имя!

- Не я, милая Цунаде, не я смешиваю память о нём с грязью. Не я бросаю всё, что он любил, не я оскверняю то, во что он верил. Я, в некоторой мере, исполнил его мечту - стал Хокаге. И теперь мне нужна ты! Но не подумай, что твой старый друг Орочимару умеет только угрожать! Наоборот, я готов на всё, ради своей милой напарницы. Ты даже не захотела выслушать все подробности моего великолепного предложения.

- Говори!

- Помнишь, ты хотела в каждую команду включить по ирьёнину, дабы уменьшить военные потери?

- Сенсей отказал мне!

- Я не сенсей. Я отлично понимаю всю необходимость данного начинания. Более того, я собираюсь значительно расширить госпиталь и создать на его основе исследовательское подразделение. И если захочешь, сможешь придумать, как сменить твоё великолепное Хенге на что-то более постоянное.

- Ты просто хочешь получить бессмертие! Ты беспринципный подонок, тебе ведь наплевать на братьев по оружию, на все сопутствующие жертвы, на смерти и страдания!

- Ку-ку-ку, какая экспрессия! Верно. У меня есть цели и я хочу их достичь. И мне плевать, придётся ради этого отсылать ойнинов на отлов вражеских шиноби, работать с контингентом нашей замечательной тюрьмы или же использовать более жёсткие методы. Но знаешь что, милая? Я Хокаге! Я - глава одной из величайших скрытых деревень! Меня не остановит никто! Если понадобится, я превращу Коноху в Кровавый Лист, как это сделали наши приятели в Кири!

- Ты больной!

- Я рациональный. Чтобы я не переступил черту, чтобы мои цели были достигнуты приемлемыми методами, мне нужна ты, мне нужен сенсей, мне даже нужен придурок Джирайя!

- А как же твой приятель Данзо, с которым ты в последнее время стал настолько близок?

- Он останется главой Корня. Правда его ждёт сюрприз - Корень возвращается в командную иерархию Анбу, слишком много полномочий для амбициозного человека тоже плохо. Но речь не о нём, речь о тебе! Твоё решение?

- Ты больной ублюдок, Орочимару! Но у меня, похоже, нет выхода.

- Ку-ку-ку! Я рад, что мы с тобой так замечательно поладили! Всё как в старые добрые времена! И, кстати, Цунаде-тян! Тебе придётся что-то сделать со своей дурацкой гемофобией! Негоже такому отличному медику страдать боязнями сопливых генинов!

***

Йошино Нара была счастлива ровно настолько, насколько напугана. Маленький Шикамару был очень активным ребёнком, ни капли не напоминая ленивого Шикаку. Он ползал по своей комнатке, постоянно пытался выбраться из своей колыбельки, маленькими ручками пытался подтягиваться и отжиматься. Шикамару любил всё ярко-зелёное и был неравнодушен к оранжевому. Её сын внимательно прислушивался к словам мамы и папы и часто издавал умильные звуки с поразительной уместностью. И, несмотря на то, что дети начинают издавать осмысленные звуки не ранее, чем в полугодовалом возрасте, Шикамару, проявив задатки гения, своё первое слово сказал в три месяца.

Это было не "мама" и даже не "папа". Шикамару Нара, гений из клана гениев, мило размахивая своими коротенькими ручками, внятным, не допускающим иных толкований образом, произнёс слово "юность".

Глава 3

План разрушить Коноху и убить учителя, постоянно зревший в голове Орочимару после очередных стопок бумаг, рапортов о действиях некоторых шиноби, бесед с подчинёнными и жителями деревни, был с сожалением отложен в сторону. Орочимару пытался вспомнить, зачем он хотел стать Хокаге вместо Минато, но в голову опять ничего не приходило. Зато выражение того искреннего удовлетворения и сочувствия, с которым сенсей похлопал его по плечу после инаугурации, вновь стояло перед глазами. Уничтожить Коноху. Убить Хирузена Сарутоби. Заняться, наконец, исследованиями.

Отодвинув на край сознания сладостные мечтания, Орочимару снова задумался над своими дальнейшими действиями. Несмотря на катастрофическую нехватку средств, Исследовательский Отдел при госпитале Конохи начал функционировать. Кадровую проблему постепенно удавалось решить. Вызванный из Страны Моря Амачи не посмел возразить своему повелителю, Странствующая Мико, Якуши Ноно, была снята с должности смотрительницы и, в обмен на улучшение финансирования приюта Конохи, согласилась перестать растрачивать свои выдающиеся медицинские таланты на бессмысленную возню с сопляками. Один из её воспитанников, сирота, найденный на перевале Кикьё, обладал несомненным талантом в медицине и довольно острым умом, а значит, после обучения, мог стать ценным приобретением. Хируко, старый приятель Саннинов, тоже занимался какими-то исследованиями. Хоть он никаких успехов ещё не достиг и как учёный не прославился, Орочимару не был сильно разборчив. Хокаге гарантировал Хируко содействие и обеспечение всеми необходимыми материалами. Те два сопляка - тощий противный парень с острым подбородком и довольно симпатичная девчонка, с которыми Хируко возился в последнее время, были направлены учиться в Академию.

Оставался вопрос материалов исследований. К счастью, клан Учиха обособился не весь, подающий надежды Итачи собирался пойти в Анбу, Шисуи был лояльным шиноби и героем деревни, а значит к ДНК одного из двух интересных Орочимару кланов доступ был. Иное дело Хьюга. Вожделенный Бьякуган, позволяющий наблюдать процессы, идущие внутри тел его субъектов исследования был запечатан. Главная Ветвь Хьюга состояла из считанного количества человек, так что шансы получить на исследования полноценный образец были невелики. Орочимару тихо захихикал от иронии ситуации. "Птицу в клетке" ненавидел сенсей, она вызвала приступы ярости у Цунаде и стойкое неодобрение мастера печатей Джирайи. Вся его команда хотела избавить деревню от этой слишком уж эффективной мерзости, вот только мотивация Орочимару не имела ничего общего с Волей Огня.

Для исследований Орочимару нужны были кеккей-генкаи. В Стране Воды происходили какие-то странные волнения, направленные против владельцев расширенных геномов. Орочимару не мог не радоваться - ловить рыбку в мутной воде он любил, спасение как можно большего количества обладателей наследия крови было бы, несомненно, одобрено как сенсеем, так и Цунаде. Осталось дождаться гражданской войны в Киригакуре, в этом случае вмешательство Конохи с миротворческой инициативой не только обошлось бы без негативных последствий, но даже принесло бы немалые политические дивиденты и было бы прекрасной рекламой услуг деревни.

Орочимару беспокоило поведение Данзо, который, похоже, не мог смириться с потерей возможности стать Хокаге. По тайным докладам, доставляемым кикайчу Абураме Тацумы, следовало, что старый ублюдок что-то затевает. Страна Дождя не была сильной нацией, но могущество Ханзо Саламандры Орочимару и не думал недооценивать - хватило того самого поражения, в котором они с напарниками заработали своё прозвище.

- Анбу! Вызвать Генму, Райдо и Иваши! - приказал Хокаге.

С отвращением вновь глянув на кучу бумаг, Орочимару с наслаждением потянулся, коснувшись руками противоположных стен кабинета, а головой - высокого потолка. Ему срочно нужно развеяться и посмотреть ещё на одного обладателя расширенного генома.

***

- Яхико! Твоя организация стала сильно мешать моим планам. Ты - их лидер и должен умереть. В ином случае я убью эту девчонку.

Ханзо Саламандра стоял на высоком обрыве, легко удерживая одной рукой связанную синеволосую девушку, а другой - приставив кунай к её горлу. По одну его сторону стояло множество шиноби Амегакуре, а по другую - крупная группа Анбу Конохи.

Ханзо швырнул свой кунай под ноги Яхико и замер в ожидании. Тот поднял оружие и без колебаний вручил его своему красноволосому напарнику. Нагато смотрел на кунай и на Яхико и в проглядывающем сквозь густые волосы единственном глазе отражалась душевная боль, а лицо исказилось в отчаянии и желании найти хоть какой-то выход.

- Ку-ку-ку-ку! Не торопитесь, Ханзо-сама! - раздался новый голос.

Рядом с группой Конохи в окружении трёх недовольных шиноби стоял хорошо знакомый Яхико человек. Напарник Джирайи-сенсея. Тот самый, который предложил их убить, дабы избавить от ужасов войны. Орочимару. Хокаге Конохагакуре но Сато.

- Хокаге-сама, что вы здесь делаете? - спросил, нахмурившись, Ханзо.

- Похоже, Данзо-сан неправильно понял мой приказ, - снисходительно сказал Орочимару. - Под "помочь нашим друзьям из Аме избавиться от бунтовщиков" я не подразумевал их убийство. Коноха всегда была за мир. Заветы Хаширамы-сама, которым следует наша деревня, осуждали бессмысленные смерти.

- Что вы предлагаете, Орочимару-сама? - прищурил глаза Ханзо.

- О, очень просто. Эти трое замечательных молодых людей - ученики моего напарника Джирайи. Он был бы очень огорчён смерти своих воспитанников. Поэтому я их забираю в Коноху, где они, после своего наказания, а уж поверьте, это будет очень длительный период D-ранговых миссий, смогут, наконец...

- Орочимару-сама! Они - бунтовщики! Они подрывают порядки в моей деревне! - гневно произнёс Ханзо.

- Ку-ку-ку-ку! Именно поэтому я избавлю вас от этой проблемы. Вопрос с учениками моего глупого напарника не обсуждается - они, несмотря на то, что надели чужой протектор, находятся под защитой Конохи. Остальным членам Акацуки придётся решать, последовать ли за Яхико-куном, став шиноби Конохагакуре, либо же подвергнуться гонениям шиноби Аме.

- Я не позволю подобного, - мрачно сказал Ханзо. - Они выступили против меня. Они должны быть наказаны.

- О, они будут наказаны! Будут выгуливать собак, сидеть с младенцами и возделывать рисовые поля. Но они не погибнут. Коноха не позволит.

- Коноха не в состоянии идти на ещё один военный конфликт, - тихо сказал Ханзо. - Не сейчас, когда вы ослаблены после атаки Кьюби и находитесь в состоянии войны с Кумо.

- Это верно. Но Коноха не в состоянии бросить своих ниндзя, вопреки Воле Огня. Ханзо-сама, те трое юных шиноби, с которыми вы когда-то сражались и которых победили, стали намного сильнее. Если начнётся сражение в Аме, то даже если мы проиграем, Амегакуре больше не будет. И подобный исход не устраивает ни меня ни вас. Взамен этого, я, Орочимару, Годайме Хокаге Конохагакуре но Сато, предлагаю вам сотрудничество и альянс. В конце концов, чем вы недовольны? От присутствия этих милых заговорщиков вы избавитесь, одна из границ вашей страны будет надёжно защищена.

- Если вы попытаетесь решить вопрос силовым противостоянием, - не сдавался Ханзо. - то именно вы будете считаться агрессорами, вмешивающимися в дела нашей деревни. Вы блефуете. Даймё Огня вам не позволит подобную авантюру.

- Ку-ку-ку-ку! Ошибаетесь, Ханзо-сама. Один из учеников Джирайи - Узумаки. Его клан - наши вечные союзники, те, чей камон каждый высокоранговый шиноби нашей деревни носит на спине. И с точки зрения нашего даймё, наоборот, мы не имеем права не вмешаться.

- Вы уверены, что он - Узумаки, а не просто человек с красными волосами? - спросил Ханзо.

- Откровенно говоря, нет. Без генетической экспертизы это с уверенностью утверждать нельзя. Но у Нагато-куна очень характерный цвет волос и для даймё-сама всё будет выглядеть однозначно.

- Ладно. Забирайте своих подопечных, Хокаге-сама, - неохотно сказал Ханзо.

- Благодарю вас, Ханзо-сама, - улыбнулся Орочимару. - Иного от наших верных союзников и не ожидалось.

Орочимару медленно подошёл к Конан, принял её из рук Ханзо и неуловимым движением куная освободил от пут. Ухватив девушку за плечо, он быстрым телесным мерцанием переместился к её товарищам.

- Я не верю в вашу бескорыстность и добрые намерения, Хокаге-сама, - мрачно сказал Яхико. - Когда-то вы собирались убить нас.

- О, это было лишь для вашего блага, Яхико-кун, - усмехнулся Саннин. - Но в чём-то ты прав. Меня не слишком интересует судьба учеников Джирайи. Но как учёный я не могу пройти мимо замечательных глаз Нагато-куна. Да и дзюцу Конан-тян выглядят очень многообещающими, мне не терпится сделать анализ её крови.

- Так что, всё что вы сказали - ложь? - нахмурился Нагато.

- Ложь - только то, что касается моих мотивов, - на лице Хокаге играла омерзительная улыбка. - Ты, скорее всего, Узумаки. Ваша служба усилит Коноху. Ваши ДНК помогут моим исследованиям. Джирайя отвлечётся, наконец, от горячих источников. И насчёт множества низкоранговых миссий я тоже не шутил. Кстати, Нагато-кун, если я не ошибаюсь, то в Конохе тебя ждёт младший брат.

- Брат? У меня?

- Маленький Наруто Узумаки, он родился вскоре после нападения Кьюби. Так что часть твоих миссий по присмотру за младенцами будет неоплачиваемой.

Нагато застыл на месте и глаза его остекленели.

- Ку-ку-ку, ну-ну, не стоит так нервничать, - улыбнулся Хокаге. - Твои друзья тебе будут помогать. Посмотрите на Конан-тян.

Яхико и Нагато в ужасе воззрились на улыбающуюся Конан. Она мечтательно закатила глаза и прижала к груди руки.

- Кстати, Яхико-кун, - продолжил Орочимару. - Ты действительно собирался погибнуть ради своей напарницы? Или это была какая-то уловка с твоей стороны?

Яхико смутился и отвёл глаза. Конан, глядя на него, покраснела.

- Понятно. Ну что, же, подобная преданность не может остаться безнаказанной. Конан и Яхико, как ваш Хокаге, как лидер Конохагакуре но Сато, я объявляю вас мужем и женой. Я не очень интересовался, но, кажется, теперь муж должен поцеловать свою жену?

- Орочимару-сама!

- Н-но... Хокаге-сама!

Орочимару рассмеялся неприятным смехом, сделал знак рукой. Возникнув среди вихря листьев, их окружили трое шиноби Конохи. Они протянули друг к другу руки, и через мгновение вся компания исчезла во вспышке легендарного дзюцу Йондайме Хокаге.

***

Шикаку Нара никак не мог понять, что не так с его сыном. Нет, несомненно, каждый ребёнок проблемный, маленькие засранцы всегда ведут себя не так, как хотят родители. Но Шикамару выбивался даже среди остальных весьма необычных сверстников. Да, ребёнок сначала учится опираться на руки, а затем уже ходить, но его ребёнок стал отжиматься, сначала на ладонях, затем и на кулаках. Маленькие дети начинают ходить, его сын, после первых робких шагов начинал бегать. Маленькие дети любят лежать и играться с плюшевыми медвежатами, Шикамару привязал простынёй маленького мишутку к кровати и отрабатывал на нём удары чего-то уж слишком напоминающего тайдзюцу.

Шикаку помнил про то странное гендзюцу во время нападения Кьюби, но валить всё необычное на гендзюцу можно до определённого предела. И вот, когда в очередной раз к ним в гости пришли Иноичи и Чоуза с семьями, старший Нара, пошептавшись с напарниками, потихоньку увели маленького Шикамару от его сверстников, оставив Чоужди и Ино в комнате с измочаленными медвежатами, сооруженной из подушек полосой препятствий и небольшого турника, сделанного из маминой швабры.

- Скажи мне, Шикамару-тян, - Чоуза присел на корточки возле трёхлетнего Шики. - Почему ты не хочешь играть с Ино-тян и Чоуджи-тян в кубики? Ну или хотя бы полежать и посмотреть на облака на улице?

- Смотреть на облака - проблемно! - категорически заявил Шика.

Не дав ребёнку встать на руки и начать прыгать на руках, того ухватил на руки Иноичи.

- Может ты хочешь побить рекорд Хатаке Какаши? Он стал шиноби в пять лет, а чунином - в шесть!

Шикамару отрицательно замотал головой.

- Почему? Шикаку говорит, что ты гений.

- Гениальность - ничто перед тяжёлой работой! - в голосе трёхлетнего мальчика скользнула сталь.

- Это взвешенная позиция! - мотнул головой Чоуза, на миг приоткрыв сощуренные глаза.

- Шика-тян, - сказал ребёнку Яманака. - дяде Иноичи нужно тебя проверить! Можно?

Дождавшись утвердительного кивка, Иноичи положил руку на голову ребёнку и замер в трансе своего дзюцу. Когда он через несколько минут вернулся к реальности, он отрицательно мотнул головой.

Вернув ребёнка в компанию сверстников, где тот опять начал подбивать их на соревнование по отжиманию, Иноичи сказал Шикаку:

- Никаких следов гендзюцу нет. Это здоровый и очень умный ребёнок. В прекрасной физической и умственной форме. Очень бодрый и чрезвычайно целеустремлённый.

Шикаку облегчённо отпустил сдерживаемое дыхание.

Глава 4

- Знаешь, Орочимару, я думала, что самое тупое, что встречала в жизни - это попытка Джирайи прижаться глазом к забору горячих источников и мерзко хихикать. Я даже не знала, что это он, снесла придурка вместе с забором. И что самое характерное, спасать его пришлось именно мне.

Орочимару обиженно окинул взглядом стопку бумаг с выкладками его нового великолепного дзюцу, которые Цунаде небрежно отбросила в сторону и отвернулся.

- Ну-ну, не дуйся, Хокаге-сама, - в голосе Сенджу звучало лишь слегка прикрытое удовлетворение. - твоё дзюцу и в самом деле идиотское.

- Поясни, - не оборачиваясь прошипел Орочимару.

- Хорошо. Ты надеешься таким образом достичь телесного бессмертия. Захватывать тела сильных противников, ставить на них свою проклятую печать, а затем, по мере старения тела, переходить к новому. Поглощая тела ты получаешь все знания, техники и кеккей-генкай жертвы. Верно?

- Совершенно.

- Идиотизм! Это чистый идиотизм на множестве уровней. Чтобы оставался доступ к техникам и знаниям, ты оставляешь в себе часть сознания жертвы.

- Не часть, целое сознание!

- Ещё хуже. Твоё дзюцу необратимо. Тебе придётся каждый раз искать новое тело. Впрочем, с твоей щепетильностью, это для тебя проблемой не будет. Но твои жертвы должны пережить установку проклятой метки и даже по предварительным расчётам, шанс на подобное не более одного к двадцати. Сильное тело с сильной чакрой - это сильный дух, а значит, процесс захвата будет протекать сложно. Даже если этот человек будет предан тебе до последнего вздоха, инстинкты не дадут ему безропотно сдаться. Процесс отторжения твоей чакры телом неизбежен. Я даю, при наилучшем исходе не более пяти лет. При смене тела ты неизбежно утратишь кеккей-генкай, то есть часть новых дзюцу тебе будет недоступна. Если некоторые геномы отвечают лишь за манипулирование комбинированной стихией и при некотором усердии ты можешь это повторить без нужного тела, то другие, типа твоих любимых додзюцу, утратятся навсегда.

- Я готов менять тело раз в пять лет.

- Хорошо, допустим. Ты готовишь, чтобы исключить случайности, как минимум три тела. Гибнет полсотни человек. Ты получаешь пять лет жизни с невыносимыми мучениями в конце этого периода. Берёшь новое тело. Как долго ты собираешься так продолжать?

- До бесконечности, полагаю?

- Неверный ответ! Орочимару, ты сильный шиноби. Ты умён и изобретателен. Но благодаря своему самомнению ты стал слишком самоуверен. Представь что у нас идеальная ситуация. Раз в пять лет ты меняешь тело, это преданные тебе шиноби, мечтающие пожертвовать собой, а не твои пленные. Что будет через пять смен тел? Через десять?

- Следующий Бог Шиноби, наверное?

- Идиот Шиноби! Человек, каждая секунда жизни которого уходит на то, чтобы не дать взорваться кибакуфуде у себя в животе! Десятку кибакуфуд! Даже если все эти души будут со временем подавляться, всё равно система пойдёт вразнос. Тебя просто разорвёт от внутреннего напряжения. Но это ещё не самое плохое.

- Что может быть хуже?

- Если человек, которого ты поглощаешь, будет духом сильнее тебя.

- Вряд ли я когда-либо встречу такого.

- Майто Дай. Или же его сын, например.

- Проклятье! Вынужден признать, в твоих словах есть доля истины.

- Дальше. Представь, что по воле обстоятельств ты оказываешься там, где нет подходящих тел. Носителей убили, либо же запечатали их метки. Поставить новую затруднительно, а вселиться в первого встречного ты не можешь, он не переживёт установку Проклятой Печати. Создавать слишком многих носителей нельзя - чересчур мелкое дробление сознания рано или поздно сведёт тебя с ума. Идиотский проект!

- Я работал над ним несколько лет!

- Совсем бесполезным его назвать нельзя. Твоё Рью но Каварими великолепно, единственный недостаток - если противник достаточно силён, чтобы с тобой справиться, есть большая вероятность, что он будет продолжать, пока у тебя не кончится чакра. Да и Проклятые Печати, как оружие последнего шанса, весьма неплохи. Не слишком хороши, но неплохи. Доработав их, ты можешь усилить наших шиноби.

- Доработав? Какие изменения ты предлагаешь?

- В первую очередь, убрать из них твою Инь - сразу уменьшается смертность. Убрать нанесение через укус - скорость разворачивания печати неважна, а значит летальность снова уменьшится. Вместо сохранения твоего сознания, добавить консервацию излишков чакры пользователя и высвобождение по требованию - в этом случае человек не останется беспомощным после окончания срабатывания.

- Я хотел каким-то образом научиться создавать печатью сен-чакру и запасать её. Пока идей нет.

- Ох, Орочи-кун, неужели слава нашего Джирайи-тян тебе до сих пор не даёт покоя? А как же твоё желание найти Рьючидо? Ты же хотел стать первым змеиным сеннином.

- К сожалению, этот вариант пока что откладывается. Я слышал об одном клане, обладающим кеккей-генкаем связанным с сендзюцу, но это пока что слухи. Ладно, вернёмся к моему дзюцу.

- В лучшем случае твоё дзюцу сможет подарить пятьдесят лет жизни, причём к концу срока полноценной жизнью это не будет. А значит у тебя изначально неправильный подход.

- И какой же ты считаешь верным?

- Ну-ну, ты же в нашей команде вроде бы был гением? Предположи сам.

- Полагаю, я должен достичь если не физического бессмертия своего тела, то хотя бы вечной молодости. Решить проблему с пределом деления клеток, которая беспокоит тебя.

- Неплохо придумано, продолжай.

- Помочь с вечной молодостью тебе, полагаю.

- Этим ты получишь очень могущественного союзника.

- Доработать своё Рью но Каварими, чтобы замена могла совмещаться с пространственно-временной техникой. Доработать печать, чтобы она запасала чакру. Возможно, совместить пространственную технику с печатью. Если разработка техники нашего друга Хируко увенчается успехом, тогда научиться поглощать кеккей-генкаи.

- Мне не нравится направление, в котором идёт работа Хируко.

- Что ты имеешь в виду? По-моему, это очень перспективно.

- Вы оба опять не учитываете количество жертв, реакцию окружающих и этичность своих действий.

- Меня не интересует такая ерунда.

- А зря. Для получения генов человека, не нужно его тело, достаточно толики его крови или даже волоска.

- Просто кровь не сработает! Нужна работающая система чакры, нужны кейракукей и тенкецу, иначе всё бестолку!

- Для того, чтобы получить полностью рабочую систему чакры, убивать никого тоже не нужно. Ну же, Орочи-кун, тебе что, никакое дзюцу не приходит в голову?

- Каге Буншин.

- Совершенно верно. А какой лояльный шиноби не пожертвует капелькой крови и теневым клоном для своего Хокаге? Но это должен быть хороший Хокаге.

Орочимару задумался и начал нервно шагать от стены к стене в кабинете Цунаде. Идея напарницы была, безусловно, хороша. Пусть у неё было множество минусов, но все они, при некоторой доработке, могли превратиться в плюсы. Открывались огромные перспективы - получить теневого клона другого человека было не так уж и сложно, если бы не количество чакры, возрастающее по экспоненте. Получить образец ДНК было легче лёгкого. Владеющий фуиндзюцу умелый диверсант с хорошим количеством чакры мог заполучить геномы и клонов даже шиноби из враждебных деревень. Для разработки дзюцу не требовались сотни пленников, а значит изрядно облегчалась финансовая нагрузка. Проклятье, идея Цунаде была настолько хороша, что Орочимару даже стало досадно, как такое не пришло в голову ему самому. Этот единственный разговор почти покрывал все неудобства поста Хокаге. Единственная проблема, которую предстояло решить - это чакра. Количество чакры, требуемое на эксперименты, должно было быть колоссальным. Достаточным, чтобы удержать на месте биджу. И для этих целей подходили представители единственного клана.

Мысль воспользоваться услугами Нагато была отложена, на владельца Риннегана у Орочимару были другие планы. Сын Минато был пока слишком мал, но этот вариант был весьма перспективным. Поэтому, хоть сенсей и изъявил желание позаботиться об учёбе сына своего предшественника, но два учителя всегда лучше, чем один. Но этот вопрос предстояло отложить минимум на пять лет, а столько ждать Хокаге не собирался. Нужно больше Узумаки! Великому Узумаки Ичизоку предстояло занять своё место в Конохагакуре, благо прецедент с благополучным возвращением одного из членов уже был.

- Орочимару, прекращай! Ты пачкаешь стены и потолок! - вырвал его из раздумий голос Цунаде.

Саннин осмотрелся и хмыкнул. Его "прогулка раздумий" не заканчивалась на полу, сейчас он свисал вверх ногами с потолочной балки. Орочимару рухнул с потолка и легко приземлился на ноги.

- Цунаде-тян, ты мне очень помогла и я хочу тебе помочь в ответ. Чего бы ты хотела?

- Включения ирьёниндзюцу в обязательную программу Академии.

- Это будет сложно. У маленьких засранцев не так уж много времени.

- Выкинуть ненужные предметы. Ты знаешь, что будущие куноичи до сих пор изучают икебану?

- Икебану? Вроде бы это помогает в инфильтрации, прикинуться гражданской девушкой.

- Но ведь это чушь! Любой сенсор увидит, что это куноичи! Да и как часто шиноби регулярных сил проводили инфильтрационные миссии?

- Ты права, ими занимается Анбу.

- ... и Корень! Я удивлена, что Данзо до сих пор остался на своём посту после той выходки в Аме. Или же, зная тебя, до сих пор жив.

- Он пока что полезен. Мы с ним поговорили, он мне привычно соврал, что будет подчиняться. Я привычно не поверил. Но мы говорим не о Данзо. Ты права, многие предметы Академии слегка устарели, а некоторые можно излагать и в более сокращённой форме. Базовая подготовка ирьёнина позволит сократить смертность среди наших шиноби, а если ты придумаешь, как заинтересовать маленьких ублюдков, то базовой может и не ограничиться.

- Чем лучше у шиноби контроль, тем лучше он как ирьёнин. Но верно и обратное. Чем лучше ирьёнин, тем лучше контроль. А чем лучше контроль - тем лучше шиноби. Если начинать упражнения на контроль с первого курса, то можно добиться многого.

- Твои предложения?

- Хождение по деревьям. Малолетние засранцы просто из кожи будут лезть, чтобы освоить такую крутую вещь.

- Если по стенам Конохи будут бегать толпы маленьких говнюков, жители меня освежуют.

- Не стоит драматизировать, Орочи-кун, - рассмеялась Цунаде. - В академии преподают Хенге! Если и есть дзюцу, способное в руках ребёнка довести любого взрослого до самоубийства, то это оно.

- Ку-ку-ку, или до убийства. Помнишь, как наша Джирайя-тян не удержала контроль в женских банях?

- Сенсея не зря зовут Богом Шиноби. Я бы лучше вышла ещё раз против Ханзо, чем против той рычащей толпы. Это при том, что я тоже женщина.

- Ладно, я принял твою точку зрения. Учебный план Академии будет пересмотрен, базовое ирьёниндзюцу с расширенными факультативами и основы фуиндзюцу будут добавлены. Но я хочу сделать тебе ещё один подарок.

- Подарок? Орочимару, из твоих уст это звучит очень подозрительно.

- Ты ознакомилась с результатами эксперимента по добавлению ДНК твоего дедушки?

- Это омерзительно. Ты убил шесть десятков детей! Я до сих пор удивляюсь, что имею дело с тобой.

- Напоминаю: у тебя просто нет выхода. Так вот. Оказывается, один из субъектов выжил и сбежал. Его подобрал и тренирует Данзо. Старый ублюдок мне ничего не сказал, но у меня есть свои источники.

- К чему ты ведёшь, Орочимару?

- К тому, дорогая, что если кто-то гарантированно выживет после эксперимента, так это ты.

- Я прекрасно живу и без Мокутона.

- О, не сомневаюсь. Ты не знаешь маленького нюанса. Того, что я открыл, исследуя клетки Хаширамы-сама. Его ДНК не имеют предела деления.

- Серьёзно? Но ведь дедушка...

- Никогда не выглядел на свои почти пять десятков? Был всегда в расцвете сил?

- Ты прав. Но есть ещё одна неразрешимая проблема.

- О, Цунаде-тян, не беспокойся. Вопрос чакры я попробую решить.

***

- Иноичи, Фу, рад что вы ко мне заглянули.

- Мы явились сразу же, как получили вызов, Хокаге-сама, - бесстрастно ответил Фу Яманака. Иноичи кивнул в знак подтверждения.

- Вы знаете о посольстве из Кумогакуре, приезжающем завтра для заключения мирного договора?

Оба шиноби кивнули.

- Несмотря на то, что прекращение боевых действий нам обоюдно выгодно, но для него маловато предпосылок.

- Может они тоже устали от войны и истощены? - спросил Иноичи.

- Возможно, - не стал возражать Хокаге. - Сарутоби-сенсей просто в восторге.

- Но не вы, - предположил Фу.

- Нет, мне идея тоже нравится, это позволит высвободить немало сил и средств. Но я не обладаю верой в людей моего учителя. Может я веду себя глупо, но членам вашего клана предстоит ещё раз послужить деревне. Круглосуточное наблюдение за шиноби делегации. Используйте ваши хидзюцу, чтобы оставаться незамеченными. В случае инцидентов, тревогу не подымать, сразу же сообщать мне. Выполнять.

- Слушаюсь, Хокаге-сама! - хором сказали шиноби и развернулись уйти.

- Фу, задержись, - приказал Хокаге.

Иноичи коротко кивнул и вышел за дверь.

- Как твой Хокаге я даю тебе длительную миссию. Ты остаёшься членом Корня, но будешь подчиняться лично мне. Я знаю, что у тебя под языком, поэтому рапортов не требую. В определённый момент у тебя будет возможность послужить деревне. Свободен.

***

Лишь узкий серп луны освещал ночную Коноху. Тёмная фигура с лицом, полностью закрытым платком, быстро и бесшумно перемещалась по улицам. Добежав до ограждения храмового квартала Хьюг неизвестный шиноби перемахнул через высокий забор и скрылся внутри двора.

Сидящий на ветке ворон дёрнул головой, удивлённо оглянулся, каркнул, и с видом "что я забыл в этой дыре?" взмахнул крыльями и скрылся в ночном небе. Звуки вновь утихли и пропали движения. Только стрекотали вездесущие цикады и шелестели листья окружающих деревьев.

Через некоторое время тот же неизвестный шиноби спрыгнул с клановой ограды с неясным белым грузом под мышкой. Быстрыми тихими шагами он мчался в тени забора, пока какой-то стрекочущий звук не насторожил его. Мгновенно развернувшись, он выхватил кунай.

Вспыхнул свет переносных прожекторов, высветивший множество белых масок Анбу. Некоторые из них сжимали в руках портативные кинокамеры, тщательно документируя процесс захвата.

- Я прошу прощения, что прерываю вашу прогулку, шиноби-сама, - раздался издевательский голос. - но вам слишком неудобно нести малышку Хьюга. Мои Анбу вам помогут.

Фигура в маске и с рукоятью меча за плечом возникла рядом с диверсантом. Тот опустил голову и передал маленькую девочку в руки представителя Конохи.

- Снимите, пожалуйста вашу маску, уважаемый незнакомец, - продолжал тот же голос. - Вы сами отлично понимаете ваше положение, так что давайте обойдёмся без глупых выходок.

Тот кратко склонил голову и потянулся к платку на своём лице.

- Подонок! Что ты сделал с моей дочерью? - прорычал гневный голос, и рослый силуэт в белых одеяниях метнулся к противнику, вытянув вперёд руку.

- Дотон: Дорьюхеки! - раздался выкрик того же невидимого собеседника.

Перед диверсантом выросла каменная стена, на которую и пришёлся удар мужчины в белом. Во все стороны брызнули осколки камня и стена осыпалась крупными булыжниками.

- Ку-ку-ку, Хиаши-сама! Вы знаете, что только что чуть не начали новую войну?

- Хокаге-сама? - удивлённо воскликнул Хиаши Хьюга. - Что здесь происходит?

- Давайте побеседуем чуть позже, - усмехнулся вышедший на свет мужчина в красной квадратной шляпе. - У меня к вам лично и к вашему клану есть серьёзные претензии.

- Да, Хокаге-сама.

Но Орочимару уже вновь повернулся к диверсанту.

- Так на чём же мы остановились? Прошу вас, незнакомец-сан, снимите пожалуйста вашу маску.

Диверсант неохотно стянул платок, открыв забинтованную голову с протектором Кумогакуре, закрывающим один глаз, и суровое лицо с небольшой бородкой.

- Ку-ку-ку, неужели наши союзники из Кумогакуре решили предать нас, пока даже не успели высохнуть на чернила соглашении о альянсе? Или может это личная инициатива одного из его подчинённых, который решил предать свою деревню?

- Райкаге-сама ничего не знает! - воскликнул диверсант.

- Ку-ку-ку, несомненно. Впрочем, вопрос вашего наказания - не моя забота. Соглашение подписано, а с вами будет разбираться ваш каге. А теперь позвольте моим ребятам сопроводить вас обратно в апартаменты. Коноха - безопасная деревня, но такой глухой ночью всякое бывает.

Дипломат кивнул и последовал вслед за шиноби в белой маске.

Погасли прожектора, исчезли Анбу, а Хиаши Хьюга со своей дочерью на руках скрылся в глубинах кланового подворья.

***

- Доброе утро, Хиаши-сама! Надеюсь, вам спалось хорошо?

- Спасибо, Хокаге-сама. Вы хотели меня видеть?

Очевидно, настроение Хиаши было настолько отвратительным, что это пробивалось даже через обычную бесстрастную маску у него на лице.

- Совершенно верно. Я хочу поговорить о последствиях ваших действий. О том, что бы случилось, не вмешайся я вовремя. Как бы обернулось дело, будь я чуть более доверчивым человеком, оставившим дипломатов без круглосуточного присмотра.

Хиаши молчал. Он отлично понимал всю глубину пропасти, в которую благодаря ему едва не сорвалась деревня.

- Скажите, Хиаши-сама, тот удар что вы хотели нанести похитителю, должен был отключить тенкецу и парализовать, или же разил насмерть?

- Вы и сами отлично знаете, Хокаге-сама. Насмерть.

- Итак. Конохагакуре но Сато принимает дипломатическую миссию. Они подписывают соглашение об альянсе, но не проходит и пары дней, как главу делегации убивают шиноби Конохи. При этом утверждая, что глава похитил наследницу одного из кланов, а его пытался остановить её отец. Клан славится способностью парализовать человека одним касанием, но всё равно "якобы похититель" мёртв. Что бы в итоге получилось?

- Война.

- Совершенно верно, война. И огромный урон репутации деревни, что обязательно сказалось бы на количестве заказов. По сути, Кумо пыталась провести беспроигрышную комбинацию. В случае удачного похищения, у них был бы носитель Бьякугана. В случае гибели дипломата, у них был бы повод потребовать у нас ретрибуции или же сохранить статус кво до подписания соглашения, с огромным ущербом для нашей репутации. Если же похититель был бы схвачен и обезврежен, всё что мы могли бы сделать - это выслать дипломатическую миссию обратно в Кумо. Единственный вариант, при котором Коноха получила бы преимущество - тщательное документирование захвата похитителя, пойманного с поличным. Ваш поступок едва не сделал эту запись бессмысленной и даже опасной для нас.

- Я готов понести наказание.

- Не сомневаюсь. Но мне не нужна ваша жизнь.

- Что вы предлагаете, Хокаге-сама?

- О, это вам очень понравится. После попытки похищения дочери, глава клана Хьюга осознаёт пагубность клановой политики. Он устраняет деление клана на ветви, снимает со всех членов Проклятую Печать. А чтобы у последующих поколений не возникло искушения вернуться к былым порядкам, он передаёт ключ от "Птицы в Клетке" своему Хокаге.

- Наши традиции не позволят! Бьякуган - слишком ценная добыча для вражеских шиноби, чтобы оставлять его незапечатанным!

- Ку-ку-ку, Хиаши-сама. Вы знаете, мне как-то наплевать на ваши традиции. Шаринган Учиха - не менее, а то и более ценен, чем ваше додзюцу. Но ни один Учиха не носит на лбу джуин.

- Они работают в полицейских силах внутри деревни!

- Да? Команда Шисуи, одного из моих лучших шиноби, работает в поле. В команде Четвёртого был Учиха. Кагами Учиха был одним из напарников нашего Данзо-сана, Итачи Учиха окончил Академию в 7 лет и тоже работает в обычной команде. Это навскидку.

- Мы не Учиха!

- Знаете, ваша печать как защита Бьякугана - смехотворна. Только глупость и зашоренность заставила похитителя выбрать вашу дочь, а не, к примеру, племянника.

- У Нейджи Бьякуган запечатан, это бы ничего не дало!

- Ку-ку-ку-ку. Я же сказал, глупость и зашоренность. У вашего брата родился прекрасный талантливый сын, с замечательным Бьякуганом. Если бы похититель выбрал его и доставил в Кумо, где бы ему рассказали, что он свободен, что некому подвергнуть его пыточному дзюцу, был бы огромный шанс вырастить его преданным шиноби Кумогакуре. Обеспечить его любым количеством красоток, а впоследствии получить не один Бьякуган, а любое необходимое количество. Женщина может родить только ограниченное количество детей. Мужчину это не касается. В итоге у Кумогакуре есть сильный шиноби с Бьякуганом, и вместо максимум десятка детей - чуть ли не сотни. Получить не слепую, изнурённую постоянными родами девушку, а счастливого и бодрого парня, который с энтузиазмом будет сбегать на миссии, чтобы отдохнуть от всех своих жён.

Хиаши молчал, склонив голову. Картина была слишком похожа на реальность.

- Традиции клана нерушимы, - наконец, сказал он. - Хокаге не вмешивается во внутренние дела клана, это было гарантировано Шодай Хокаге при основании деревни.

- Что ж. Позвольте я опишу варианты развития ситуации. Мои Анбу окружают ваш клан и уничтожают всех представителей Главной Ветви. При соответствующей разъяснительной работе, клан сохраняется, но ваша милая джуин уходит в прошлое в естественном порядке.

- Вам не позволят главы других кланов!

- Хиаши-сама, вы немножко не понимаете. Я не Шодай. Я не Йондайме. Я не мой сенсей. Мне гораздо проще перебить ваш клан, включая женщин и детей, чем терпеть этот нарыв внутри нашей деревни. Но такие меры и не понадобятся. Итак, я продолжу?

Хиаши коротко кивнул.

- Я обращаюсь ко всем членам клана Хьюга. Предлагаю членам Побочной Ветви выбрать своего главу и организовать новый клан. Вопрос разделения решить открытым голосованием членов клана. Заметьте, всех членов клана. В этом случае, любая атака, любое дзюцу применяемое к шиноби Конохи будет считаться нападением. Как полагаете, это сработает?

Хиаши молчал, опустив голову.

- А есть ещё один вариант. Потрясённый похищением дочери, глава клана Хьюга решает отменить порочную практику рабовладения. Он, при полной поддержке Хокаге, проводит слияние ветвей. Сам лично убеждает, либо же вынуждает членов Главной ветви принять новую реальность. Глава самолично снимает все джуин, обнимает своего брата и племянника. Он неимоверно усиливает клан, всем членам которого теперь доступен полный репертуар хидзюцу. Становится самым великим и почитаемым главой своего клана, при недовольстве горстки надменных ублюдков. Хокаге, при поддержке которого произошли эти события, вместо обычной неприязни обретает сильную поддержку членов клана. Так какая из трёх картин наиболее близка вашему сердцу? Меня устраивает любой вариант.

В этот день имя Хиаши Хьюга было вписано в клановую летопись, как величайшего главы за всю известную историю клана. Но почему-то от этого обстоятельства он не испытывал ни малейшей радости. Как и от того, что члены клана стали считать величайшим Хокаге Годайме, а не Йондайме, как это было раньше.

***

Шикаку Нара был в ужасе. Ёшино, прогуливаясь с маленьким Шикой по улице, столкнулась с обычным для деревни зрелищем - очередным безумным соревнованием Какаши Хатаке и самопровозглашенного Зелёного Зверя Конохи. Шикамару был в восторге, глаза его горели восхищением. Он сказал маме, что "зелёный дядя пылает юностью" и что хочет вырасти похожим на него.

Но не это было причиной кошмаров Шикаку. Вернувшись домой, его сынок взял мамину кастрюлю и ножницы, а через некоторое время его голову вместо волос, аккуратно собранных в пучок на макушке, украшала неровная причёска "под горшок".

И кунаем, провёрнутым в сердце разбитого горем отца, было сожаление сына о том, что у него "слишком тонкие брови".

Глава 5

- Прекрасно выглядите, сенсей! Возможность провести время с семьёй идёт вам на пользу.

- Спасибо, Орочи-кун, - уголки глаз Сандайме покрылись густыми морщинками, а губы растянулись в широкой улыбке. - Не возражаешь, если я закурю?

- Ку-ку-ку, сенсей, вы же знаете, что осуждаю ваши привычки отнюдь не я.

- А я устала повторять, что в вашем возрасте стоило бы поберечь лёгкие, - насупилась Цунаде.

- Тем более, что есть способы расслабиться и получше. Проведать горячие источники...

- Джирайя! - зарычала Цунаде.

- Ку-ку-ку, я чувствую себя вновь молодым. Впрочем, вскоре я и буду таким. Ладно, давайте обсудим ситуацию в деревне.

Они откинулись на спинки удобных диванчиков вокруг небольшого усыпанного бумагами столика в комнате для совещаний.

- Знаешь, Орочи-кун, после того как я передал тебе шляпу и ты открыл мне результаты своих работ, я полагал, что сделал ошибку, которая погубит нашу деревню, - задумчиво сказал Сарутоби.

- Ку-ку-ку-ку, я очень ценю ваше доверие, сенсей. Но от потери пары-тройки сотен человек деревня бы не рухнула. Особенно если эти люди - пленные или захваченное на миссиях бандитское отребье.

- Всё равно, ты меня поразил. Ты очень изящно разрешил несколько очень щекотливых ситуаций. Финансовые отчёты деревни показывают, насколько я был неправ, отказав Цунаде-тян в обучении ирьёнинов.

- Ну-ну, сенсей, в разгар войны ситуация была насколько иной, - улыбнулся Хокаге. - После того, как мы укомплектовали госпиталь и создали филиал в Танзаку Гай... местоположение которого, конечно же, никак не связано с количеством игорных заведений...

- Там огромный туристический поток и множество состоятельных людей! К тому же, очень выгодное географическое положение!

- Конечно-конечно, Цунаде-тян! А главный медик деревни должен регулярно инспектировать свои владения. Впрочем, что ты делаешь со своими деньгами, меня совершенно не интересует, пока это не касается безопасности деревни. В общем, медицинские услуги Конохи теперь третья по доходности статья бюджета деревни и в этом заслуга нашей великолепной напарницы.

- ...с прекрасными упругими...

- Джирайя! Я когда-нибудь закончу то, что начала на том горячем источнике.

- Ну-ну, Цунаде-тян, не стоит так. Знаешь, я смотрю, ты испытываешь сильные чувства к Джирайе-куну. Я, как Хокаге, могу решить вашу проблему раз и навсегда.

- Каким же образом? - прищурила глаза Цунаде.

- Тем же, каким решил затруднения учеников Джирайи-куна. Сперва они были ошарашены, но теперь, уверен, вскоре их семью будет ждать пополнение.

- Ты не посмеешь... - прошипела Цунаде.

- Орочи! Ни в коем случае! - округлил глаза Джирайя.

- Странно, мне показалось, что это работает. Ладно, вернёмся к делам деревни.

- Погоди, Орочи-кун, - улыбнулся Хирузен. - В словах нашего Хокаге есть более рациональное зерно. После обретения ответственности друг за друга, Яхико и Конан начали откладывать деньги. Как только период их "наказания" закончился...

- Всего через месяц! Какое же это наказание? - прервала учителя Цунаде.

- ... так вот, когда период закончился и появилась возможность брать В и А-ранговые миссии, они вскладчину с Нагато Узумаки вложили деньги в полуразрушенную гостиницу. После обновления и ремонта они поселились там одной семьёй. Наруто-тян называет Конан "мамой". Как, впрочем, и тебя, Цунаде-тян. Мне кажется, семейная жизнь пойдёт тебе на пользу. Давно пора отпустить призраков прошлого. И вместо двух несчастливых Саннинов, Коноха получит ещё одну крепкую семью.

- Ни за что, сенсей! - отрезала Цунаде.

- Ку-ку-ку, а ведь Джирайя Сенджу прекрасно звучит!

- Орочимару, заткнись! - прорычал Джирайя.

- Ладно, к делу, - сменил тон Орочимару. - Поговорим о результатах переговоров с Кумо.

- И о причинах, из-за которых ты привёз этих девчонок. Одной нет и пяти лет, а вторая - едва генин! - рыкнула Цунаде.

- Может старшая мне напоминает тебя в молодости, когда у тебя не было ещё таких роскошных...

- Орочимару, оставь! Ты не интересуешься женщинами! Впрочем, как и мужчинами. В чём причины?

- Мне пришлось угрожать, шантажировать, уговаривать и подкупать Эй-сама, чтобы получить эту блондиночку. Если бы у меня не было настолько увесистого компромата, не удалось бы и половины достигнутого. К счастью, возможность загнать экономику чужой деревни в экономический коллапс, предоставив запись даймё Великих Стран, - прекрасный аргумент на любых переговорах. Райкаге не сдавался, пришлось подсластить пилюлю.

- Что ты ему пообещал? - нахмурилась Цунаде.

- Бьякуган.

- Что!? - округлили глаза присутствующие.

- Если наш с Цунаде-тян проект завершится успехом, я смогу предоставить им один комплект додзюцу. В ином случае, после смерти одного из членов клана, его похоронят в закрытом гробу. Я должен исполнить обязательства в течение трёх лет. Райкаге настаивал на политическом бракосочетании, но тогда додзюцу перестанет быть монополией деревни.

- Так что же такого в этих девчонках? - спросил Джирайя. - Нет, старшая, без сомнений, милашка и вырастет в красотку, но тебя никогда не интересовала женская красота.

- Ку-ку-ку-ку, угадайте, чего в Конохе раньше было девять, а теперь - девять и два?

- Не может быть... - прошептал Сарутоби.

- Не зря вас зовут Профессором, сенсей, - довольно сощурился Хокаге.

- Ладно, а вторая малышка? - не сдавалась Цунаде.

- Считай, я её выпросил на сдачу, - рассмеялся Орочимару. - Два глаза было слишком много, а один - слишком мало.

- Но в чём её особенность? - пыхнул трубкой Хирузен.

- Правду покажут тесты ДНК и чакры, но, полагаю, красные волосы - само по себе неплохое свидетельство.

- Она Узумаки? - спросила Цунаде.

- Возможно. Я задействовал шпионскую сеть Джирайи-куна и дал задание ойнинам и нескольким Анбу. Они не только ищут обладателей кеккей-генкаев, но и смотрят на цвет волос людей.

- То есть твой способ "решить проблему с чакрой" - это найти нескольких Узумаки? - осенило Цунаде.

- Ку-ку-ку-ку, и это тоже. Маленькому Нару-тян пригодится сестрёнка, а Нагато, получив на руки ещё одного ребёнка, будет плотнее привязан к деревне. После того, как он узнал, что его друзей убил неизвестный противник, он долго не мог поверить в мою непричастность. В свете вины Конохи в гибели его родителей, пусть это и был несчастный случай, его было трудно убедить. К тому же, при убийстве использовался Мокутон, а это дзюцу нашей деревни.

- Ты полагаешь, Данзо и Киноэ? - округлила глаза Цунаде.

- Нет. Я точно знаю, кто это, - улыбнулся Орочимару. - Я воспользовался наследием Нидайме и хорошо расспросил одного из мертвецов.

- Ты воспользовался тем дзюцу? - гневно сощурился Хирузен. - Это недопустимо!

- Знаете, сенсей, для того, чтобы знать, кто способен перебить большую группу очень сильных шиноби, я готов заплатить цену и повыше жизни десятка неудачников. Впрочем, я знаю вашу щепетильность, поэтому воспользовался услугами головорезов, которые любезно напали на скромного крестьянина на обратном пути в деревню.

- Всё равно, это киндзюцу нарушает естественный порядок вещей!

- Этим занимается любое дзюцу. Технику изобрёл наш Нидайме, а кто я такой, чтобы не чтить наследие великого шиноби? К тому же, - жёстко добавил Орочимару. - не забывайте. Хокаге теперь я!

- Ладно, и что же показал допрос? - с недовольством спросил Сарутоби.

- Кьюсуке Быстрый дал показания. На них напал человек в спиральной маске. Одноглазый человек в спиральной маске. И у него был Шаринган. Ничего не напоминает?

- Человека, убившего Бивако. Напавшего на деревню. Высвободившего Кьюби, - мрачно сказал Хирузен. - Ты прав, эти сведения стоили того. Но то, что он пользуется Мокутоном - это ужасные новости.

- Всё хуже. Мокутоном пользовался не только он. С ним был странный чёрно-белый шиноби. Он призвал необычных белых клонов, которые, пусть и не были слишком сильны, но и не развеивались от удара.

- Вариация Моку Буншин?

- Возможно. Яхико рассказал, что когда-то разговаривал с этим человеком. Тот назвался Мадарой Учиха.

- Мадара жив?

- Нет, это самозванец. У него есть Шаринган и какое-то слишком уж мощное пространственное дзюцу, но сравнить его с человеком, на равных сражавшимся с Шодай... Я был в Долине Завершения. Если бы Мадара был жив, ему просто не понадобилось бы дожидаться родов Кушины-сан, да и вообще выпускать Кьюби.

- Возможно, этот лже-Мадара сослужил деревне прекрасную службу, Орочи-кун, - задумчиво сказал Сандайме.

- Что вы имеете в виду, сенсей?

- Только благодаря гендзцу, наложенному на Шикамару Нара, ты стал Хокаге. И пока что твои действия весьма эффективны. Сомневаюсь, что я справился бы лучше.

- В любом случае, этот человек должен быть схвачен или умереть. Мне очень не нравится существование неуязвимого противника, способного появиться в любом месте деревни. Итак, подведём итоги. В деревне два джинчурики, одна из них неплохо ладит со своим биджу. Финансовое положение деревни начало выправляться за счёт прекращения боевых действий и разрастания рынка медицинских услуг. Количество шиноби, павших в результате атаки Кьюби, неуклонно восстанавливается.

- Знаешь, Орочимару-кун, - усмехнулся Хирузен. - введение правила "все возвращаются домой" я ожидал от кого угодно, кроме тебя. В тебе явно пылает Воля Огня.

- Во мне пылает Цифра Статистики! Которая говорит, что мы потеряли около сорока процентов состава джонинов, почти треть чунинов и пятнадцать процентов генинов! Что с этим числом шиноби мы можем позволить себе некоторое количество неисполненных миссий, но ни в коем случае не потерю ещё большего числа людей. Многие миссии можно завершить, привлекая большее количество сил, а погибших шиноби не вернёшь. Вернее, вернёшь, - Орочимару паршиво усмехнулся. - но я собираюсь придержать этот козырь в рукаве на случай новой войны. Мы не можем себе позволить бездарную растрату ресурсов, как произошло с Белым Клыком. Теперь успешная миссия с полной оплатой - только в случае, если не только достигнута цель, но и жива вся команда. Это было временной мерой, понадобилось бы лет пять, пока выпускники Академии получат повышения, но...

- Но это оказалось слишком эффективно! - закончил за него учитель.

- В среднем исполнение миссии теперь занимает на треть больше времени. Но количество потерь сократилось почти вдвое, а провалы миссий стали единичными. Последнего я не понимаю, а то, чего я не знаю, мне не нравится.

- Я могу прояснить ситуацию, - усмехнулся Джирайя. - Наши шиноби стали предпочитать разделить А-ранговую оплату с другой командой, вместо того, чтобы получить C-ранговую, либо же лишиться оплаты вовсе. Сначала это вызывало ропот, но в конечном итоге всё обернулось к лучшему. Шиноби Конохи любят своего Хокаге.

- Джирайя, тебя Цунаде в последнее время не била по голове? Любят? Меня?

- Ты не поверишь, Орочимару-кун, - рассмеялся Хирузен. - Ты не поверишь.

***

Шикамару Нара был активным и бодрым ребёнком. Он знал, что станет шиноби, он знал, что пусть его и называли гением, настоящих результатов можно достичь лишь упорным трудом. Поэтому вперёд он шёл с упорством и целеустремлённостью шёл вперёд. Каждая минута безделья отдаляла его от цели: доказать... что именно он должен доказать, он представлял смутно. Но его цель, пусть и не оформленная в слова, маячила где-то впереди. Шикамару ощущал, что в его жизни есть какая-то пустота. Что ему нужен какой-то стимул, какой-то ориентир.

И лишь когда он увидел самого крутого в мире человека, этот ориентир у него появился. Шика расспрашивал маму и папу о человеке в восхитительном зелёном костюме. После того, как у родителей прошёл шок от новой причёски сына, после того как мама взялась за ножницы и подровняла его волосы, Шикамару услышал имя.

Майто Гай. Сын вечного генина Майто Дая, погибшего, в одиночку сдерживая устрашающих Семерых Мечников Тумана, некоторые из которых не пережили столкновения. Майто Гай не имел таланта к ниндзюцу и гендзюцу, все удивлялись, как он вообще смог стать шиноби. Но он нашёл парня, который был несоизмеримо сильнее его, нашел гения. И тот стал его вечным соперником. Гай рвался вперёд и вверх. Бесконечная пропасть, разделявшая его и Какаши Хатаке медленно и неуклонно сужалась. Пусть Какаши давно был джонином, а Гай лишь недавно стал чунином, но та сила духа и целеустремлённость, с которой двигался самопровозглашённый Зелёный Зверь, показывала, что Гай не остановится. Он обязательно станет джонином, а значит у него будет команда генинов. И членом этой команды должен стать он, Шикамару Нара.

Но для того, чтобы достичь вершин, для того, чтобы быть достойным стать учеником такого человека, Шике требовался свой Какаши, вечный соперник, человек, силу которого он должен будет превзойти. Человек, который после этого будет стремиться превзойти его. Чтобы ни на день не прекращалось бесконечное соревнование, обеспечивающее обоюдный рост силы будущих шиноби. И на текущий момент таких кандидатур было две.

Шикамару понимал, что ему придётся довольствоваться тем, что есть. То есть если сразу нет какого-нибудь гения, который установит недосягаемую планку, то сработает последовательный подход. Неуклонное соревнование с друзьями приведёт его к цели, пусть и немного медленней.

Шику ждало разочарование. Ни одна из кандидатур не оправдала возложенных надежд. Маленькую Ино не интересовало состязание, а Чоуджи больше интересовался едой. Их соревнования в поедании пищи быстро наскучили Шикамару, пусть друг и был в этом деле очень хорош, но превзойти кого-либо в количестве поедаемой пищи не было мечтой наследника Нара.

Отец не захотел слушать сына, сбежав по срочным делам шиноби, поэтому Шикамару обратился к маме за советом.

- Знаешь, милый, Микото всегда задирала нос, какой у неё одарённый сын. Но вряд ли тебе подойдёт Итачи.

При звуке этого имени, непонятная волна неприязни всколыхнулась внутри Шикамару.

- Итачи Учиха? Он убил всю свою семью?

- О чём ты говоришь, малыш? Вся его семья жива и здорова.

Шикамару мотнул головой. Мысль о том, что Итачи не подходит, крепко засела в его голове. Пусть незнакомый гений и не был подлым убийцей, но доверять такому человеку, а уж тем более брать его на такой ответственный пост как "вечный соперник" было решительно нельзя. К тому же, если его семья ещё жива, значит не допустить убийства - прямая обязанность Шикамару.

- Хорошо мам, Итачи не подходит. Но кто?

- Саске, младший брат Итачи - твой ровесник. Я не знаю про его успехи, но не сомневаюсь, что они будут немалыми. Микото сказала, что он хочет превзойти своего старшего брата.

Шикамару вздохнул. У Саске Учиха уже был вечный соперник, человек, вызывавший у Шикамару неприязнь. Шика решил, что подобный вариант следует оставить на крайний случай. В конце концов, осталось прождать несколько лет, не может случиться, чтобы не нашлось подходящей кандидатуры. А пока он будет готовиться к этой встрече.

- Ладно мам, я побежал! - он подскочил к матери и обнял её за ноги. - Мне нужно больше тренироваться.

- Скажи, сынок, - остановила его мать. - А почему ты тренируешься только физически?

- Я... Я об этом как-то не думал. Для меня физические тренировки и тайдзюцу как-то... наверное привычны.

- Ты молодец, милый. Но я полагаю, что тебе уже пора начать учиться управлять чакрой. Основы манипуляции займут пару месяцев, но тогда ты сможешь начать изучать наши семейные техники.

Глаза Шикамару загорелись огнём.

- Мама! Я научусь управлять чакрой за месяц! Если у меня это не выйдет, я подтянусь на каждой руке по двадцать раз!

- Молодец, мой сладкий. Беги пока что во двор, я к тебе сейчас присоединюсь.

Исполненный энтузиазма парень выбежал на улицу, а лицо Ёшино исказила зловещая торжествующая улыбка.

- Ну что, Микото, скоро мы узнаем, у кого в семье настоящий гений! Посмотрим, самодовольная сучка!

Глава 6

Орочимару неторопливо шёл по вечерней Конохе, погрузившись в самые приятные мысли. Всё-таки Мизукаге сошёл с ума и это была прекрасная новость. Недомерок Ягура не просто не стал осаживать невежественную чернь, пылающую завистью к обладателям расширенных геномов. Наоборот, он поддержал глупую и разрушительную для любой деревни политику. Его шиноби выслеживали обладателей кеккей-генкаев, затравливали их и убивали. Развернувшаяся резня должна была лишить Киригакуре изрядного количества человеческих ресурсов, при том, что по качеству они превосходили обычных кири-нинов.

Шпионская сеть Джирайи (Орочимару, скривившись, вынужден был признать, что затея напарника была неплохой) предоставила достаточно подробную информацию о кланах Кири. Анбу провели титаническую работу по вербовке осознающих безрадостные перспективы клановых шиноби. Переговоры были тяжёлыми. Шиноби были патриотами, но им также был свойственен прагматизм и желание спасти свои семьи. Предварительная договорённость была проста: "пока деревня лояльна своим шиноби, они остаются лояльными своей деревне". И пусть эта неторопливость немного злила Орочимару, но он понимал, что по-другому не будет. И когда в Киригакуре полыхнул пожар генетических чисток, в дело вступили Анбу и Корень. Мужчины, женщины и дети пропадали без вести, взрывались, подменялись на замаскированные трупы. В ход шли гендзюцу, использовались клоны разных стихий, дзюцу замены и прочие методы, которыми так славились шиноби в масках.

Пусть четыре с половиной сотни спасённых, что составляло чуть больше двух третей обладателей кеккей-генкаев Кири, были колоссальным числом и несомненным блистательным успехом, Орочимару всё равно морщился от досады - пропало столько ценного генетического материала, на котором можно было поставить тысячи опытов. Особую злость вызывали самоуверенные болваны из клана Кагуя, считавшие, что справятся с любой угрозой. Что же, их окровавленные тела были закопаны в одной братской могиле.

"Их жертва не будет напрасной!" - злорадно подумал Орочимару. Никто не озаботился сожжением трупов, многие Анбу владели Дотоном, а запечатать тело в свиток мог даже генин. В качестве утешительного приза Орочимару получил пятилетнего живого Кагую, что, пусть и не слишком устраивало, но было лучше чем ничего.

В остальном улов радовал - Коноха получила не только обладателей почти всех известных комбинированных стихий, но нескольких носителей неизвестных. Орочимару не имел понятия, каким образом работает Джинтон, Высвобождение Скорости, Котон - Высвобождение Стали, а также не знал как подступиться к Шотону, Высвобождению Кристалла. Жаль что последним геномом обладала одна-единственная девочка, это существенно ограничивало количество экспериментов.

Также Саннин радовался успеху с кланом Чиноике. Изгнанные с помощью клана Учиха из Страны Молний, они вынуждены были перебраться в Страну Горячих Источников и осесть в безрадостном месте, безжизненной долине, куда Орочимару не стал бы даже выселять плоды своих неудачных экспериментов. Орочимару ожидал конфликта с Учиха, Чиноике обладали Керьюганом - додзюцу, потенциально не уступающего Трём Великим. В Стране Воды был также найдена женщина с младенцем, возможно обладающие тем же додзюцу, но с уверенностью об этом могли сказать только тесты ДНК.

Ещё одна надежда Орочимару - поиски Узумаки - не слишком оправдалась. Женщина с маленьким ребёнком, сирота чуть постарше, ещё одна молоденькая девчонка и юная куноичи - улов откровенно не впечатлял и Орочимару только предстояло узнать, стоило ли это затраченных усилий. Был ещё один краснобородый старик со впечатляюще сильной чакрой, но тот был шиноби Ивы, посулы и намёки подосланного агента намеренно игнорировал, а идти на обширный конфликт с Великой Нацией Орочимару был не готов.

Остановившись перед дверями госпиталя, Орочимару улыбнулся. Его настроение было слишком благодушным, слишком уж он радовался своим успехам и неплохо продвигающимся планам. Ему нужна была Цунаде. И не в том пошлом и недостойном учёного смысле, который обычно подразумевал Джирайя. Ему нужна была её безжалостная критика, беспристрастный взгляд со стороны, перст, указывающий на его ошибки. Пусть Орочимару и ненавидел придирки, но за эти годы он заметил, что человек, не боящийся назвать болваном, резко повышает эффективность его действий.

Легко запрыгнув на четвёртый этаж, Саннин скользнул сквозь стену, неспешно прошёл к заваленному бумагами столу напарницы и улёгся на него, заложив ногу за ногу.

- Привет, Орочимару, - оторвала глаз от свитка Цунаде. - Перестань, у меня на это нет времени. Ты забрал у меня одного из лучших медиков.

- Прости, милая, но Странствующая Мико мне сейчас гораздо более важна как шпион, а не как ирьёнин.

- Ты так мне и не сказал, чем она должна заниматься.

- Предательством, конечно же!

Цунаде отложила в сторону свиток и внимательно глянула на своего Хокаге.

- Выкладывай.

- Как, ты меня не собираешься оскорблять или лупить как Джирайю?

- Орочи, прекращай!

- Ноно покинула Коноху и организовывает свою Скрытую Деревню.

- Дальше.

- Ку-ку-ку. С тобой неинтересно. Помимо действительно ценных шиноби, моим агентам попалось огромное количество всякого сброда. Грызущиеся между собой кланы, нукенины, скитающиеся в поисках безопасного места, разнообразные одиночки и отщепенцы. Подобные кадры мне в Конохе не нужны, они будут подрывать безопасность деревни, вызывать ропот у жителей и наших шиноби, а о какой-либо эффективности речи и быть не может. Но я не хочу разбрасываться ресурсами. В Стране Рисовых Полей даймё потрясающе глуп и жаден. Задача Ноно - втереться в его доверие и объеденить всё это отребье в некое подобие организованной силы. Коноха тайно поможет дзюцу, финансами и учебными материалами, но остальное Якуши должна сделать сама.

- Для чего это Конохе?

- Несколько целей. Они смогут браться за миссии, при которых подозрение не должно падать на Коноху. На них можно будет отрабатывать учебные методики. На них я могу ставить свои эксперименты, - увидев нахмуренное лицо Цунаде, Орочимару замахал рукой. - Нет-нет, я не возвращаюсь к старому, ты меня убедила. Но многие изобретённые нами методы могут дать побочный эффект в дальней перспективе, а если это будет коноха-нин, то вы с сенсеем будете опять клевать мне мозги. Ну и напоследок, будет производиться сортировка. Самые сильные и умелые дезертируют из Деревни Риса...

- Идиотское название!

- Предложи лучше! Дезертируют и совершенно случайно будут приняты в ряды шиноби Листа.

- Ладно.

- Ладно? Ты не будешь рассказывать о том, какая это идиотская идея, что я сошёл с ума и выдумал чушь?

- В этом есть здравое зерно. Тайный союзник - прекрасная идея. Особенно если официально они будут нашим врагом, а значит настоящие враги деревни будут прилагать все усилия, дабы сманить их на свою сторону.

- Ку-ку-ку, от кого я это слышу? Сними Хенге, Данзо!

- Орочимару, если тебе так хочется доказательств, что я - это я, создай, наконец это дзюцу бессмертия! Иначе я могу не сдержаться.

- Ку-ку-ку, всё так же прекрасна и устрашающа! Кстати, не хочешь выйти за меня замуж?

- Орочимару, я скорее выйду за Джирайю. Ты меня не интересуешь как мужчина, а я тебя - как женщина.

- Знаешь, эта работа сделала тебя слишком скучной! К примеру, я думал, что после того, что мы с Джирайей устроили в Кусе, мне придётся выслушивать нотации от тебя и сенсея в течение ближайшего года.

- Если бы я знала то, что знаю сейчас, то рядом с Гамабунтой и Мандой встала бы Кацую. И мы действительно вспомнили бы старые времена!

- Так плохо?

- Ещё хуже! Самая сильная чакра, что я знаю, после моего дедушки. Она настолько переполнена Янь, что мне пришлось создавать новые печати для диагностики! И как эти идиоты, эти сраные дикари с куриными мозгами использовали такой потенциал?

- Просвети.

- Вместо того, чтобы подучить Марику паре дзюцу, сделав её самым ценным достоянием деревни, эти поросшие травой мрази просто водили её в госпиталь и давали кусать всем раненым. При этом потери колоссальные, эффективность невероятно низкая. Но её чакра исцеляет даже умирающих! Ты представляешь? Она может стать ирьёнином, славе которого я буду завидовать, как сопливый генин славе Йондайме! А они... Если ты решишь объявить войну Кусагакуре, я в деле!

- Всё настолько плохо?

- Гораздо хуже! Даже жизненная сила Узумаки не справляется с такой нагрузкой. Они ей даже не платили, она расплачивалась буквально своей жизнью за кров и скудную еду. У её дочери от недостатка витаминов уже начало портиться зрение и опоздай ты на полгода, девочка носила бы очки всю жизнь.

- Так всё-таки Узумаки?

- Несомненно. Как и девочка из Кумо. Как и крошка Хонока. Как и та малышка, как её...

- Таюя.

- Точно. А вот анализ Фуки показал, что у неё просто красные волосы.

- Ничего, она довольно способна, так что Нагато-куну опять придётся потесниться.

- Скоро в их доме места не останется вовсе.

- Ничего купят соседний. Их команда очень эффективна и может себе позволить траты.

- Знаешь, я полагала, что ты будешь выплачивать пособие детям, хотя бы до становления генинами.

- Нагато отказался. Мы с ним долго говорили. Пусть это и не афишируется, но Узумаки Ичизоку - теперь один из кланов Конохи. Троица из Аме предпочла самостоятельность, не быть зависимыми от деревни, иметь права, а взамен исполнять обязанности. К ним присоединилась и джинчурики.

- Погоди, так когда Нару-кун говорил о "сестрёнке Ю", он имел в виду твой трофей?

- Да, переезд в Коноху ей дался тяжело. Я поселил её в "Водовороте" на время, но ей сразу пришёлся по душе маленький Наруто. Возможно, как-то повлиял её биджу. В Кумо к ней относились не лучше, чем к Наруто у нас, поэтому идея иметь свой дом с младшим братиком ей понравилась. Кстати, она - твоя дочь.

- Чего!? Ты провёл над своим мозгом какой-то пагубный эксперимент?

- Вся деревня считает, что Югито - ваша с Джирайей дочь.

- Почему с Джирайей?

- Вы оба - Саннины, она - блондинка, как и ты. И ни один человек не считает отцом меня. Ку-ку-ку, Цунаде-тян, моё сердце разбито!

- У тебя его никогда и не было.

- Ку-ку-ку, и то верно. Ладно, мне пора!

Орочимару неторопливо встал со стола, сделал несколько шагов и начал медленно погружаться в деревянный пол.

- А знаешь, Орочи-кун... - задумчиво сказала Цунаде. - Я всегда хотела иметь дочку. И Шизуне-тян обрадуется своей младшей сестрёнке.

***

Шикаку любил своего сына. Несмотря на то, что характер малыша был полностью противоположным отцу. Несмотря на то, что он не разделял восторги Ёшино, которая никогда не упускала возможности ткнуть лицом мужу в трудолюбие и целеустремлённость ребёнка, в его пылающий жаром "юности" энтузиазм. Но различие характеров отца и сына было настолько велико, что мрачные мысли постоянно выбирались из тех уголков аналитического мозга, куда Шикаку их старательно загонял. Сначала Шикаку тешил себя самообманом, что сын пошёл характером маму. Но затем, после той роковой встречи с Майто Гаем, количество совпадений перевалило критический рубеж.

Когда Шикамару под руководством мамы стал осваивать манипуляцию чакрой и достиг в этом невероятных успехов, Шикаку вздохнул спокойно. У Гая не было талантов к нин и ген, его отец Дай вообще не мог использовать ниндзюцу. У маленького Шики освоение клановых хидзюцу проходило так же легко, как когда-то у самого главы клана Нара, пусть, в отличие от отца, тот это делал с несравнимым энтузиазмом. Шикаку считал отца и сына Майто не слишком умными людьми, пусть у них и была мудрость, проницательность и быстрый разум, позволяющий с блеском ориентироваться в скоротечных боях шиноби. Шикамару был очень умён, возможно, умнее своего отца. Он быстро изучал новые вещи, прекрасно соображал и делал правильные выводы.

После того как сын научился играть в шоги, вскоре Шикаку поймал себя на мысли, что несмотря на слегка рискованный и стремительный стиль игры, Шикамару является интересным и очень быстро прогрессирующим противником.

И вот сегодня был тот день, в котором глава клана Нара проиграл ребёнку, которому не исполнилось и семи лет. И было неважно то, что ребёнок стоял вверх ногами и размеренно отжимался на руках. Было всё равно, фишки на доске он передвигал тенями, при этом старательно пытаясь выжимать от земли лежащую рядом палочку для еды. Всё равно, что вопреки возможностям используемого дзюцу, палочка от земли отрывалась и он использовал её вместо маленькой штанги, "накачивая" своё дзюцу. В конце концов он был будущим шиноби - а значит и психологическое давление было вполне правильным и похвальным ходом. Но то, что сын обещал, в случае проигрыша оббежать вокруг квартала сотню раз, а после победы заявил, что в нём просто "пылает юность весны", наконец сломало закалённого боями шиноби.

Шикаку погладил сына по голове, незаметно вырвав волосок, затем сходил в спальню и снял пробу ДНК с расчёски Ёшино и, напоследок, вытянул волос из своего хвоста на макушке.

У каждого шиноби есть знакомые ирьёнины - такова специфика работы, доказательство этого двумя длинными шрамами украшало лицо Шикаку. Задачу осложняло то, что нужен был человек проверенный и не склонный к болтовне, поэтому весь женский персонал Ирьё Бутай отпадал. Девушки были профессионалами и знали, чего стоит молчание на миссии. Но частная просьба была другим делом и рисковать Шикаку не мог. Пришлось аккуратно вылавливать старого приятеля Кусуши и выкладывать ему свою щекотливую просьбу. Тот пообещал сделать всё как положено.

Чего не знали ни Кусуши, ни Шикаку, так это автоматического протоколирования результатов всех исследований новой расширенной диагностической печати - нужная предосторожность с тех самых пор, как маленький Наруто Узумаки дважды выжигал её контур, перегрузив слишком большим количеством чакры, несмотря на все те упражнения по контролю, которые ему давали "мама Цунаде" и "сестрёнка Шизуне". И пусть печать делала своё дело, результаты зачастую терялись. Вместо того, чтобы тратить чакру на очень ёмкое диагностическое дзюцу, Цунаде добавила ещё один контур - перед тем как полыхнуть белым дымом, результат аккуратно дублировался на размеренно разматывающийся свиток в закрытом на ключ шкафу.

Шикаку Нара получил свой результат и глядя на краткую записку, тот поначалу испытал облегчение от того, что его супруга не изменяла с тринадцатилетним Гаем, ни уж тем более с погибшим до зачатия Шики Даем.

Но потом их скромное жилище навестила сама Цунаде-сама. Она посидела с женой, выпив небольшую чашечку саке, а затем, мило улыбнувшись, передала Ёшино Нара небольшой конверт.

Шикаку не знал, что внутри на маленькой бумажке было написано: "Результат теста ДНК Шикамару Нара. Ёшино Нара: Совпадение. Шикаку Нара: Совпадение."

И после того как Ёшино Нара спокойно пошла на кухню, взяла увесистую сковородку и вернулась к мужу, тот понял, что значили слова Яхико Узумаки. Чтобы познать путь к миру, Шикаку Нара пришлось почувствовать немалую боль.

Глава 7

Наруто Узумаки ёрзал в нетерпении. Сегодня наступил Тот Самый День! Время, когда он поступит в Академию, ступит на первую ступеньку к своей мечте - быть Хокаге.

Если бы кто-то захотел поставить его в тупик - самым простым делом было спросить: "Кто самый крутой Хокаге?"

Проблемой было не невежество Наруто, наоборот, слишком много было вариантов.

Сандайме был любимым дедулей Наруто. Он часто приходил в гости, гулял с маленьким Узумаки по Конохе, угощал раменом, рассказывал о разных крутых штуках, учил манипулировать чакрой, показывал приёмы тайдзюцу. Наруто жалел, что родной внук дедули пока такой маленький. Но Наруто знал, Конохамару ещё немножко подрастёт и тогда Узумаки покажет ему всю крутизну старшего брата!

Йондайме был очень настолько крут, что победил Кьюби, напавшего на Коноху. Этим он спас множество жизней, спас всю деревню.

Шодай Хокаге был тоже крут. Он также победил Кьюби, пусть ему и помогала жена, Мито Узумаки. Наруто видел насколько силён братик Нагато, видел, как в госпитале ловко обращается с печатями сестрёнка Хонока, знал, насколько сильна чакра у тёти Марики. Так что в его понимании, рыжий засранец был просто обречён на поражение, пусть и достижение было солидным. А ещё он был родным дедулей мамы Цунаде - а это в его понимании было самой что на ни есть прекрасной рекомендацией. А ещё у него был Мокутон - пусть растить деревья звучало как-то по-девчачьи, но мама говорила, что это было самое сильное дзюцу в мире. Словам человека, способного небрежным ударом разрушить стену, не верить было нельзя.

Нидайме Хокаге был тоже очень силён, он был учёным как мама Цунаде и дядюшка Орочимару. Он изобрёл множество очень крутых дзюцу, некоторыми из них пользовались все джонины, а многие запретные техники, как признался дядя Орочимару, превзойти не удалось даже ему. Даже знаменитый Хирайшин Четвёртого был изобретением Нидайме. И опять-тяки, то что мама Цунаде была его внучатой племянницей, сразу же ставило его над множеством других людей.

Но вот если бы кто спросил, какой Хокаге самый любимый, Наруто не колебался бы ни биения сердца.

Годайме Хокаге, змеиный Саннин, любимый дядюшка Орочимару. Пусть он никогда не был особо близок к Наруто, пусть он всегда занимался своими обязанностями Хокаге, изредка вырывая время для исследований с мамой Цунаде, но Наруто знал.

Смутные воспоминания детства, ощущение бесконечного одиночества и ненужности, иногда являлись Наруто во сне. Узумаки не знал, что с ним не так. Но для большей части населения Конохи его не существовало. Взрослые при его виде отворачивались, игнорировали его присутствие, запрещали другим детям играть с ним. Но стоило переступить порог "Водоворота", как всё менялось. У него был дом. У него был не слишком приветливый, но очень заботливый и ответственный старший брат Нагато. У него были дядя Яхико и его жена мама Конан. У него было множество чудесных сестрёнок. И пусть Каруи, Таюя и Карин были врединами и задаваками, пусть между ними и Наруто постоянно вспыхивали драки, но Наруто даже представить не мог мира, в котором их бы не было с ним. А ещё была добрая, но строгая Хонока. Была сестрёнка Югито, единственным недостатком которой была любовь к девчачьим нежностям. Если спать с сестрёнкой в обнимку и вместе купаться в ванной Наруто любил, то розовые сопли - Югито обожала тискать Наруто как плюшевого медведя и трепать его за щёки - были настоящим позором. Поступая в Академию, Наруто очень опасался, что кто-то из одноклассников увидит это безобразие. Впрочем, закалённый постоянными сражениями со своими сестрёнками, Наруто знал, что заставит придурка подавиться смехом. И пусть Наруто ненавидел, когда тётя Марика вынуждает его постоянно мыть уши и чистить зубы, мама Конан принуждает есть овощи вместо замечательного рамена у старика Теучи, пусть юмор сестрёнки Фуки был черноват, но маленький Узумаки знал - свою семью он не променяет ни на что на свете. Знал, что он станет шиноби и достигнет поста Хокаге не только чтобы жители деревни признали его, но и для того, чтобы защитить всех, кто ему дорог.

Всё самое хорошее, что было в жизни Наруто, кроме, наверное, рамена и дедули Хирузена, появилось благодаря Годайме Хокаге. Он спас жизнь и вернул в деревню его родных, он был настолько крут, что заставил Райкаге отдать сестрёнок Каруи и Югито, он не побоялся навалять придуркам из Кусы и забрать Карин с мамой, по его приказу Анбу нашли Таюю, Хоноку и сестрёнку Фуку. И даже то, что мама Цунаде с сестрёнкой Шизуне вновь вернулись в Коноху, по словам дедули, было заслугой исключительно Орочимару, самого лучшего Хокаге в мире. И пусть Наруто ненавидел уколы, он без малейших возражений приходил в госпиталь, чтобы сдать кровь или наполнить чакрой печати мамы. По секрету сестрёнка Шизуне призналась, что ни один сверстник не смог бы сделать такого, а значит это доказывало его крутизну как будущего Хокаге. Кусочком разваренной брокколи в рамене были упражнения по контролю чакры. Но Наруто видел, как огорчалась мама, когда очередную сложную формулу окутывало облако дыма, поэтому безропотно терпел и старательно выполнял эту нудную навевающую сон фигню.

Так что решено! Наруто закончит Академию и станет шиноби. Станет таким же мудрым как дедуля Сандайме, придумает столько же дзюцу, как Нидайме, будет таким же сильным как Шодай и Йондайме. Но самое главное, свою доброту, милосердие и заботу о людях Наруто унаследует от Орочимару, Годайме Хокаге Конохагакуре но Сато!

С этой мыслью Наруто гордо вскинул голову и радостно помчался в сторону Академии.

***

Дверь в кабинет Хокаге влетела внутрь вместе с изрядным куском стены. В затянутом пылью проёме стояла разгневанная Цунаде, глаза её метали молнии.

- Ку-ку-ку, Цунаде-тян, ты всё так же прекрасна и всё так же устрашаешь!

- Орочимару! Что ты натворил?

- Суне он всё равно не был нужен, поэтому я подобрал то, что плохо лежит.

- Джинчурики - не потерянный кунай!

- Казекаге приказал его убить, а растрата подобных ресурсов - непростительна. Честно говоря, Цунаде-тян, не ожидал от тебя подобной реакции. Ты всегда была против ненужных смертей. Ты была даже против нужных, поэтому приходится изворачиваться, вместо того чтобы проверить теорию на парочке каких-нибудь неудачников.

- В итоге получилось даже лучше!

- Ку-ку-ку, несомненно. Пришлось разрабатывать новые теории и методики экспериментов, но преодолев трудности, мы совершили несколько важных прорывов. Ладно, речь не о том. В Конохе появился ещё один ребёнок. И в чём же дело?

- Это не просто мальчик! Это начало новой войны!

- Не надо драматизировать. У Суны сейчас экономический спад, они не могут позволить себе военные действия. Альянс с Кири исключён - те сами себе выкопали могилу и сейчас слабее Суны. Ива в подобную авантюру не ввяжется - Ооноки знаменит своей выжидательной тактикой.

- Все равно обстановка сильно накалится.

- Ку-ку-ку, а мы можем добавить чакры в это дзюцу. Чтящая заветы Шодай Хокаге Коноха была крайне возмущена действиями Казекаге, приказавшего убить семилетнего мальчика. Но он сделал ошибку, приказав это сделать родному дяде малыша. Тот не смог выполнить настолько бесчеловечный приказ - ведь его ведёт Воля Ветра, он не может допустить превращение своей деревни в Кровавый Песок.

Орочимару вышел из-за своего стола, подошёл к широкому пролому в стене и, неодобрительно покачав головой, быстро сложил печати и с помощью дзюцу Дотона восстановил разрушенное.

- Дверь прикажу заменить позже! - ухмыльнулся он.

Цунаде простояла несколько минут, отсутствующими глазами глядя в окно

- Ладно, - вздохнула она. - я всегда знала, что ты обязательно что-то учудишь. В некоторых вещах ты хуже, чем Джирайя - он-то всего лишь подглядывает за женщинами.

- Ну-ну, Цунаде-тян, не надо скрывать, что его книги нравятся не только сенсею.

- Я не люблю писанину Джирайи!

- Ку-ку-ку-ку, значит очень любит твоя Шизуне и почему-то оставляет в твоем кабинете купленные новинки.

- Мы говорим не о Джирайе!

- Конечно. Мы говорим о том, что делать с семилетним психопатом, внутри которого запечатан биджу.

- Ладно. Для начала скажи, как ты всё провернул?

- Ку-ку-ку, до омерзения просто. Раса допустил, что каждый идиот в его деревне знает, кто у них джинчурики...

- Не будь несправедлив, скрыть кровожадного психопата, давящего людей как гнилые помидоры, гораздо труднее, чем малютку с симпатичными полосками на щеках. Если бы не сенсей, то никто у нас и не узнал бы.

- Возможно, - неохотно согласился Орочимару. - Казекаге не относился к Гааре-куну как к собственному сыну, он смотрел на того, как на грязь под ногтями. А остальная деревня, кроме Яшамару, видела лишь бешеное животное. Ты поразишься, насколько легко было агенту Данзо подобраться к нему и предложить сменить протектор.

- Ты думаешь, нам нужен предатель и перебежчик?

- О, Яшамару не предатель. Он категорически отказался, что делает ему честь. Но предложение оставалось открытым. Агент передал, что его племянника примут в замечательной деревне, которая не жертвует своими детьми. И только когда был получен приказ убить племянника, он дезертировал. Это, кстати, доказывает, что Раса - идиот. Послать на убийство единственного человека, который любит мальчика...

- Только не говори, что ты бы так не сделал.

- Ты права, может он хотел проверить лояльность Яшамару. Ку-ку-ку, проверка провалилась.

- И что теперь? Он получит протектор Конохи.

- Пусть это и очень заманчиво, но Суна - наш союзник. Спасти бедного ребенка - это одно, а принять в свои ряды нукенина - другое дело. Очень жаль, ведь так мы теряем прекрасного шиноби, владеющего Футоном. У нас очень мало таких специалистов, особенно когда сын сенсея со своими подростковымии протестами занят охраной даймё. Нет, Яшамару отправится к Ноно в Деревню Скрытых Полей...

- Идиотское название!

- Ты ничего лучшего не предложила!

- Ну уж прости, моё дело - медицина.

- Ку-ку-ку, у тебя много талантов, дорогая, а некоторые из них весьма и весьма обширны.

- Орочимару! Только не говори , что тебя заинтересовала моя грудь.

- Она мне подарила вдохновение.

- Серьёзно?

- Целиком. Я раздумывал над техниками Акимичи и над их преобразованием жировой ткани в чакру. Женская грудь почти полностью состоит из жировой ткани. Дальше продолжать?

- Ты хочешь придумать дзюцу, позволяющее нашим куноичи в любых количествах есть сладости, к примеру данго, как любит делать твоя ученица, но чтобы жировые запасы скапливались локально и высвобождались по мере необходимости? Знаешь, так ты быстро станешь кумиром Джирайи и всех куноичи Конохи.

- Ку-ку-ку, спасибо за похвалу, дорогая, но вряд ли это настолько перспективное дзюцу. Всё-таки пара-тройка килограмм - недостаточный запас чакры, чтобы получить решающее преимущество в бою.

- Но и лишними тоже не будут!

- Верно. Правда одно время, глядя на смену твоих объемов, я думал, что подобное дзюцу ты уже изобрела. Ладно, остался один вопрос - что делать с этим Гаарой? Пусть Джирайя и проверяет его печать, пусть он даже починит её или даже перезапечатает Ичиби заново, но все равно у нас проблема. Песок Гаары - это не заслуга биджу, это какой-то кеккей-генкай, как у Расы. И злобный маленький ублюдок, привыкший убивать всех, кто ему не нравится - это не то, чему обрадуются шиноби деревни, пусть мне на их мнение и наплевать. Пока что я смутно представляю, что делать. Приют исключён, отдельная квартира или дом проблему не решат, а человека, достаточно сильного, чтобы заняться воспитанием сопляка и достаточно глупого, чтобы на это согласиться, у меня нет.

- Что я слышу? Гениальный ум моего напарника не может решить проблему, ключ к которой лежит на поверхности? - Цунаде посмотрела на болезненно скривившегося Хокаге и сжалилась. - Нагато. Он достаточно силён, чтобы раскатать в булыжники ту каменную армию и убить грозящего разрушить мир демона. После того как его глаза пробудились в этом сражении, он может...

- Я знаю возможности своих шиноби! Я знаю даже, что Верховная Жрица Страны Демонов решила, что одной дочки для защиты мира ей мало и мне пришлось продлить миссию почти на месяц. Но с чего ты взяла, что Нагато такой идиот и будет возиться с маленьким ублюдком?

- О! Он не идиот. Не забывай, шиноби сражаются не только ради денег, не только исполняют приказы. Шиноби идет туда, куда его зовёт долг.

- Нагато вряд ли посчитает возню с мелким психопатом долгом перед деревней.

Цунаде звонко и слегка зловеще расхохоталась.

- Не перед деревней. Перед кланом. У Гаары красные волосы. Ты просто отдашь главе клана ещё одного Узумаки. И знаешь, раз мне не удалось пока взять пробы ДНК из-за этой песчаной корки, это вполне может оказаться правдой.

***

Месяц учёбы в Академии превзошёл все ожидания и принёс просто потрясающе результаты. Он, Шикамару Нара, нашёл себе Вечного Соперника. В классе было несколько кандидатур, к примеру, хвастливый и громкий Киба Инузука, Саске Учиха о котором все девочки шептались, что он "гений". Они позорно провалилсь. Киба вроде бы даже заинтересовался, но узнав, в чём заключается соперничество, сразу же приуныл. Саске Учиха лишь одарил Шику надменным взглядом и неопределённым хмыком.

Но когда Наруто Узумаки, парень, которого почему-то не любили все взрослые деревни, вскочил на парту и завопил: "Я стану Хокаге, даттебайо!", было слишком трудно удержаться, поэтому Нара этого делать и не стал.

Шикамару вскочил на соседнюю парту и, стоя на руках, негромко сказал в ответ:

- Для того, чтобы стать Хокаге, тебе придётся сначала превзойти меня!

Таким образом начало нового соперничества было положено. Впоследствии, когда Шика рассказал Наруто всю суть вечного состязания, в которое тот ввязался, Узумаки не подвёл:

- Я Наруто Узумаки, я никогда не отступаю от своего слова! Я превзойду тебя Шикамару Нара, гений ты или нет! Я стану Хокаге даже лучше, чем Орочимару-сама!

- Как и ожидалось от моего вечного соперника!

И начало новой дружбе было положено.

Они состязались во всём. В тайдзюцу, пусть Наруто и постоянно проигрывал. В ниндзюцу, где они были на равных - пусть Шика умел управлять тенями, но Наруто вытворял поразительные вещи с бумагой, обычный лист из школьной тетрадки в его руках мог сам по себе сложиться в сюрикен, который потом легко втыкался в дерево. В беге - Наруто сильно проигрывал в скорости, но обладал просто-таки чудовищной выносливостью. В складывании ручных печатей - победа была безусловно за Шикой. В поедании рамена - тут их обоих легко превосходил присоединяющийся Чоуджи, а Наруто занимал второе место. В шоги - после того, как Шика научил друга играть, он получил сильного противника, что очень его удивило - Наруто, мягко говоря, не производил впечатления гения.

Но как-то однажды, когда класс был вывезен на полигон, где они отрабатывали хождение по деревьям, Ами, Касуми и Фуки стали приставать к прекрасной и восхитительной Сакуре-тян, называя её чудесный лобик огромным. Заодно они зацепили тихую и робкую Карин, сказав, что у неё голова похожа на помидор.

И, прежде чем Шикамару успел спуститься с дерева, на котором он стоял, на выручку девочкам бросился Наруто.

- Эй ты! - закричал он. - У тебя лицо как у жабы! А у тебя голова как мочалка! А ты... - палец его указал на Фуки. - ты... Просто дура!

Наруто подошёл к Карин и громко сказал:

- Карин-тян, в чём дело? Ты никогда так себя не вела. А сейчас ты была полным отстоем!

- Заткнись Наруто! - милая девочка за секунду превратилась в кровожадное чудовище, кулак её с потрясающей скоростью полетел в лицо Наруто. Тот, громко смеясь, привычно уворачивался от её ударов, запрыгивая на деревья и продираясь сквозь кусты.

И на этом инцидент был бы исчерпан, если бы после уроков Наруто не подошёл и не сказал ему тихо:

- Сакура-тян восхитительна! Она обязательно станет моей девушкой.

Шикамару понял, что их соперничество вышло на новый уровень. Но вместо того, чтобы привычно прокричать Вечному Сопернику: "Я завоюю сердце прекрасной Сакуры-тян!", Шика неожиданно для себя сдержался и сделал вид, что тема его не интересует.

- Ты о чём задумался милый? - вырвал его из раздумий голос мамы.

- Мама, мне нужен твой совет. У нас в классе есть одна девочка...

- О, мой сын уже так вырос!

- Мам, пожалуйста!

- Ладно-ладно, рассказывай.

- Сакура-тян мне очень нравится. Она восхитительный ангел с прекрасными зелёными глазами и розовыми волосами. Но у меня появилась проблема. Сакура-тян очень нравится моему вечному сопернику! И я не знаю, как поступить.

- Ты столько рассказывал о этом Наруто, я думала будет новое безумное соревнование. Так в чём дело?

- Я не хочу соревноваться. У меня есть прекрасный план, чтобы занять внимание Наруто, но я сомневаюсь. Мой поступок осквернит наше вечное соперничество, ведь он нечестен!

- Мой сладкий, - улыбнулась Ёшино. - запомни! В любви хороши любые средства. Ты уверен, что твой план сработает?

- По моим расчётам, вероятность успеха 60%.

- Доводи до сотни и приступай!

С души Шикамару как будто свалился огромный груз. На следующий день он летел в Академию как на крыльях.

Шика отлично видел, что по каким-то причинам Наруто нравится Хинате Хьюга, поэтому его изначальный план был сосредоточен на ней. Но мама сказала, что нужно увеличить вероятность успеха. Поэтому перед уроками он подошёл к своей подруге детства.

- Ино-тян, привет. Ты знаешь, что очень нравишься Наруто? Он считает тебя одной из самых красивых девочек в классе и постоянно поглядывает на тебя, когда ты не видишь.

- Узумаки? Так он же полный придурок!

- Пф-ф-ф. Он сильный и, возможно, сможет меня превзойти. Касаемо ума, в шоги мне приходится хорошо задуматься, чтобы победить.

- Серьёзно?

- Конечно. Ты в детстве мечтала о принце?

- Принц - это Саске Учиха! А о клане Узумаки я никогда не слышала.

- Не слышала даже о том, какова девичья фамилия жены Шодай Хокаге? О том, что означает символ на каждом жилете наших шиноби?

- Ты шутишь?

- Можешь как-нибудь спросить Ируку-сенсея.

С этими словами Шикамару улыбнулся и, увидев белокурую растрёпанную шевелюру, помчался к Наруто.

- Эй, привет, мой Вечный Соперник!

- Здоров, Шика!

- Ты знаешь Хинату Хьюга?

- Хинату-тян? Конечно, я с ней познакомился ещё до Академии! К ней как-то приставали трое каких-то придурков, я им по-быстрому навалял, а потом пришёл её занудный охранник и сказал, что я не должен с ней общаться. Представляешь, какой мудак? Только Хината какая-то странная. Она постоянно краснеет, а когда я с ней заговариваю, как будто отключается. Интересно, как она с такими болезнями сможет стать шиноби?

- Открою тебе секрет, Наруто. Ты ей просто сильно нравишься, а она очень стеснительная.

- Правда?

- Когда я тебе лгал? - Шика внутренне скривился, ведь солгать он собирался прямо сейчас. - Но это ещё не всё! Что ты думаешь о Ино?

- Яманака? Ну, с ней ладишь только ты. Она задавака!

- Это из-за того, что ты ей тоже очень нравишься. Просто она стесняется своих чувств и старается вести себя холодно. Когда ты не видишь, Ино всегда смотрит на тебя!

- Быть такого не может!

- Я и не прошу мне поверить. Просто будь наблюдательней.

И вот на уроках, глядя как Наруто поглядывает то на Ино, то на Хинату, постоянно сталкиваясь с ними взглядами, наблюдая как щёки всех троих покрывает румянец, Шикамару наконец-то спокойно вздохнул.

Он выиграл это состязание, просто-напросто убрав соперника. Оставалось найти путь к сердцу зеленоглазого ангела с розовыми волосами.

Глава 8

Итачи Учиха застыл, склонившись на одно колено перед лицом своего Хокаге и Совета Конохи. Он только что закончил доклад, сообщив о перевороте, который подготовил его клан, об опасности нависшей над деревней. И сейчас он ждал только одного - чётких приказов командования.

А тем временем в голове Итачи только и крутились слова того маленького Нары со смешной причёской, того парня, который вечно ходил в свободном зелёном костюме и оранжевых гетрах: "Итачи-сан, я прошу вас, не убивайте свою семью!". В первый раз он встретил сопляка в тот день, когда впервые забирал брата из Академии. Но за первой встречей последовали вторая, третья и четвёртая. Каждый раз формулировка менялась, но смысл оставался тот же.

"Я уверен, пылающая в вас весна не позволит убить семью!"

"Те, кто убивает своих родных, никогда не познают настоящую силу юности!"

"Убийство членов своего клана присыпает вашу молодость пеплом!"

Итачи начал скрываться от этого назойливого парня. Но, пусть он и не слышал, чтобы Нара были сенсорами, тот каким-то сверхъестественным образом всегда находил Итачи, даже в то время, когда он носил маску Анбу. Мама пересказывала слова своей подруги Ёшино, та постоянно рассказывала, какой её Шика гений, как он ловко осваивает ниндзюцу, какая сильная у него чакра и какой потрясающий контроль. Духовная энергия Шикамару, как и у всех членов, Нара была невероятно высока, а телесную он развивал тяжёлыми упражнениями с самого детства. Шика отказывался считать себя гением, он говорил, что есть только один вид гениев - гении тяжёлого труда. Раньше Итачи считал это пустым бахвальством. Но после того как он, гений клана Учиха, закончивший Академию в семь лет, не смог скрыться от обычного ребёнка, когда ему, Анбу, пришлось применять гендзюцу, чтобы уйти от ученика первого курса Академии, он понял, что слова Ёшино-сан возможно были даже преуменьшением.

- Итачи-кун, говоришь, они хотят затеять революцию? Поднять восстание? - наконец подал голос Годайме.

- Да, Хокаге-сама! - коротко ответил Итачи.

- Очень хорошо! - полускрытые полами шляпы глаза Хокаге сощурились, а лицо растянулось в широкой улыбке.

- Каковы будут приказы? - спросил Итачи.

- Мы позволим этому восстанию случиться. Мы будем готовы. Итачи-кун, постарайся поговорить с членами своего клана, я хочу, чтобы как можно меньше людей участвовало в этой авантюре. А те, кто выйдут против своей деревни... Что же, у меня есть идеи для нескольких очень интересных экспериментов.

- Орочимару, ты же обещал! - воскликнула Цунаде Сенджу.

- Ну-ну, Цунаде-тян! Я обещал не хватать людей и не пускать на опыты. Но тут очень ценный материал сам идёт в руки!

- Орочимару-кун, может давай попробуем решить вопрос дипломатией? - спросил Сандайме. - Если удастся уладить вопрос мирно, то можно будет избежать ненужных смертей и расхода ценного ресурса деревни.

- Вы всегда такой правильный, сенсей! Это же скучно! - улыбка на лице Орочимару стала совсем змеиной, а из-под губ показался кончик языка. - А ты что скажешь, Джирайя?

- Учиха не имеют ни малейшего шанса, - задумчиво сказал Саннин. - Но они этого, похоже, не осознают. У них должен быть какой-то козырь, иначе затея не имеет смысла изначально. В любом случае, слова сенсея справедливы, к тому же, если его затея не удастся, всегда можно будет поступить по-твоему.

- Хорошо, так и сделаем. Итачи, твоя задача - выиграть для Сандайме-сама немного времени, чтобы он мог подготовить дипломатическое решение. Тем временем на тебе беседа с членами клана, ты должен узнать точно, кто поддерживает заговор, кто колеблется, а кто против затеи вашего клана. Когда начнётся столкновение, желательно избегать смертей, трупы хоть и лучше, чем ничего, но сильно проигрывают живым субъектам. И если придётся убить Учих, Шаринган должен остаться неповреждённым. Тебе ясны приказы?

- Да, Хокаге-сама!

- Кстати, позволь вопрос, Итачи-кун. А почему твой клан вообще затеял это безумие? Нет, я очень благодарен им за будущую помощь в моих исследованиях, но ведь это восстание бессмысленно!

- Нашему клану не доверяют! После атаки Кьюби все увидели Шаринган в глазах зверя. Мы живём обособленно и вся деревня за нами пристально наблюдает. Учиха устали от недоверия и недоброжелательности. К тому же, в деревню приняли наших старых врагов, клан Чиноике!

- Ку-ку-ку, так значит, нападая на жителей деревни, на своих товарищей по оружию, вы, Учиха, собираетесь завоевать любовь и признательность? Знаешь, моя напарница считает меня безумцем, иногда идиотом...

- Потому что ты ведёшь себя безумно или как идиот! - перебила Цунаде.

- ... но до такого я бы не додумался даже в помутнённом сознании. Итачи-кун, пусть ты и так обязан выполнять приказы, но я тебе кое-что скажу. Ваш клан - полицейские силы Конохи. Вы охраняете самое дорогое, что есть у наших шиноби - их семьи и их детей. Пусть ваш клан подозревают в нападении Кьюби, но согласись, основания у жителей не менее веские, чем сторониться и ненавидеть маленького Наруто-куна. Чиноике - обладатели сильного додзюцу, они только усилят деревню, а вашу детскую ревность пора и перерасти. Насчёт же обособленности, это весьма забавная претензия, в свете того, что все крупные кланы, включая Хьюга и Сарутоби живут в собственных кварталах. Ты можешь попробовать переубедить кого-то из членов своего клана. Впрочем, не сильно старайся - меня устраивает любой исход, кроме полного истребления Учих и потери сильнейшего кеккей-генкая. Всё, я тебя не задерживаю, исполняй приказ.

- Слушаюсь, Хокаге-сама!

Дождавшись, когда Итачи покинет зал совещаний, Хокаге обратился к своим советникам.

- Мне кажется, я знаю, кто будет следующим главой клана Учиха.

***

Итачи стоял на высоком скалистом обрыве и слушал рассказ своего лучшего друга. Шисуи, прикрыв рукой окровавленную правую глазницу, говорил и говорил.

Шисуи собирался остановить восстание с помощью Котоамацуками. Но Данзо, глава Корня Анбу, не верил ему. Он напал на Шисуи и забрал его правый глаз. Шисуи опасался, что Данзо отнимет и левый.

Итачи помнил разговор, который состоялся вскоре после его утреннего доклада Совету. Учиха не знал, каким образом одноглазый старик узнал содержание разговора, но те вещи, что говорил Данзо, были пусть и горькими, но очень правильными и правдивыми. Орочимару-сама недооценивал силу Учиха. Если начнётся восстание, будет множество жертв. Его клан и так и так обречён, только в одном случае погибнут все, а в ином - Саске выживет. И поэтому Итачи принял миссию, он согласился истребить свой клан. Он согласился сделать всё, чтобы его любимый младший брат жил, чтобы его тело не присоединилось к остальным членам на прозекторском столе Хокаге. Выбор был очень тяжёлым, он неподъёмным весом давил на плечи. Но Итачи понимал, в чём его долг. Как понимал свой долг и Шисуи.

- Шисуи! - воскликнул Итачи, увидав, как его лучший друг вонзил пальцы в левую глазницу и протянул ему окровавленную сжатую ладонь.

- Итачи! Ты мой лучший друг! Только тебе я могу довериться! Я прошу, я умоляю тебя, защити деревню и имя нашего клана! - с этими словами Шисуи разжал кулак и протянул Итачи свой глаз.

- Не беспокойся, Шисуи! Я сделаю всё, чтобы Коноха была в безопасности. Я защищу имя Учиха, пусть мне для этого и придётся пожертвовать своей жизнью.

Итачи принял Шаринган Шисуи. Он смотрел на окровавленные глазницы своего лучшего друга и чувствовал, как в его глазах возникает тупая боль.

- Я знал, что смогу довериться тебе. Прощай, лучший друг. Прощай, Итачи. Прости, что я взвалил на тебя эту ношу! - Шисуи развернулся к обрыву, шагнул в пропасть и рухнул в стремительную бурлящую горную реку.

Резь в глазах стала невыносимой. Итачи чувствовал, как в его Шарингане зарождается невероятная мощь. Он чувствовал новые силы, новые техники, новые возможности. С затуманенным зрением он подошёл к обрыву и с болью в сердце смотрел, как тело Шисуи стремительно уплывает вниз по течению, ударяясь о торчащие из воды пороги.

Но глядя на смерть своего друга, Итачи думал не о нём, не о своём клане и не о предстоящей миссии. В его голове в бесконечном цикле крутились слова маленького Нара: "Если в твоём сердце, Итачи-сан, горит пламя юности, ты не позволишь своей семье умереть!"

- Проклятье! - прорычал Итачи.

Он быстро извлёк из держателя свиток, расстелил на скалах и запечатал туда глаз своего лучшего друга. Затем, не раздумывая, прыгнул вниз и, пошатнувшись, приземлился на бурлящую водную поверхность. Длинными прыжками передвигаясь по воде и камням, он добежал до окровавленного тела Шисуи, достал его из воды и взвалил себе на плечо. Быстро дотронувшись до шеи лучшего друга, он облегчённо вздохнул - пульс был хоть и медленным, но стабильным. В конце концов, для того, чтобы убить ветерана-шиноби, нужно было нечто большее, чем поток воды и десяток булыжников.

"Я не допущу, чтобы мой клан погиб!", подумал Итачи. "Похоже, маленький Нара прав и во мне всё-таки не угас этот весенний огонь."

***

Ладони Цунаде-сама были окутаны зелёным сиянием медицинской чакры. Шисуи, лежащий в огромной сложной печати, был без сознания, но состояние его было стабильно, а дыхание, после того, как Советник манипуляцией Суйтона извлекла из лёгких пациента всю воду - размеренным.

Итачи проявил все свои навыки Анбу, чтобы попасть в госпиталь незамеченным, чтобы его увидела только глава Ирьё Бутай. Цунаде без всяких вопросов унесла пациента на подземные уровни в исследовательский комплекс и занялась реанимационными процедурами. Но, видимо, какой-то сигнал она всё же подала.

Хокаге даже не потрудился воспользоваться дверью. Он прошёл прямо сквозь потолок, бросил беглый взгляд на Цунаде и Шисуи и обратил прищуренные змеиные глаза на Итачи.

- Докладывай. Мне нужен полный и подробный доклад.

Итачи покорно склонил голову и начал рассказывать обо всём, что произошло после утренней встречи с Хокаге. Глаза Орочимару-сама пылали гневом, помещение наполнила тяжёлая гнетущая жажда убийства.

- Орочи, успокойся! У меня тут пациент в тяжёлом состоянии.

- Данзо... - голос Хокаге был тихим и напоминал змеиное шипение.

- Орочи-кун, мне трудно удержаться, поэтому я и не буду этого делать! - усмехнулась Цунаде. - Так вот, я тебе говорила! Я тебе столько раз говорила!

- Что ж, и ты была права. Но и я был прав. Данзо раньше был полезен, но свою полезность он исчерпал. Шисуи был одним из моих лучших шиноби. Похоже, время Корня истекло. Пусть я считал, что две дублирующие друг друга шпионские сети - это полезно, но если руководитель одной из них решил действовать против приказов Хокаге, значит он не нужен. Джирайя опять будет ныть, но думаю в Корне найдётся достаточно аппетитных куноичи, чтобы он не слишком сопротивлялся. Итачи-кун, ты услышишь это первым: Данзо Шимура - предатель деревни, захвативший ценное достояние Конохи. Одной из твоих задач будет вернуть Мангекё Шаринган. Мне нужно, чтобы Шисуи был снова в строю, а безглазым или одноглазым он будет неэффективен.

- Слушаюсь, Хокаге-сама! Приступать к выполнению?

- Не торопись. Я не буду спрашивать, почему ты поступил как идиот и решил послушать Данзо при однозначных приказах Хокаге. Я планировал сделать тебя главой клана после восстания, но ты оказался слишком незрелым и подверженным внешнему влиянию. Также я не смогу назначить на этот пост Шисуи - его поступок граничил с идиотизмом. Нет, я ошибся - это и был самый настоящий идиотизм. У меня к тебе есть вопрос: как ты в одиночку намеревался уничтожить клан сильных шиноби, планировавших победить всю Великую Деревню?

- Хокаге-сама, я планировал заручиться помощью неизвестного шиноби в маске.

- Детали!

- Он пробрался сквозь клановую защиту и проник к святыне Учих. Об этом месте знают лишь отдельные члены клана. Я попытался проанализировать его действия и понял, что он один из членов клана, враждебно настроенный против Учих и нашей деревни. Я планировал с ним встретиться, предложить помощь в отмщении клану, потребовав взамен, чтобы он не трогал деревню.

- Опиши маску.

- Гладкая маска по типу ойнинов Кири. Оранжевый цвет и поперечные чёрные полосы, изгибающиеся вокруг единственного правого глаза.

- Я был прав, ты действительно не готов быть главой. Цунаде, тебе это описание ничего не напоминает?

- Человек в маске и с одним глазом? Это тот, кто устроил нападение Кьюби на Коноху. Он виновен в тысячах смертей, в гибели Йондайме и в том, что мой милый Наруто-кун сирота. Знаешь, Итачи-кун, но Орочимару прав. Твоё решение заключить союз с врагом деревни, чтобы нарушить приказ Хокаге, убить всю свою семью кроме одного маленького брата - это самый идиотский поступок в мире после намерения Джирайи подсмотреть за мной в источниках. В твою пользу говорит только то, что ты всё-таки поступил, как велит тебе твой долг и рапортовал Хокаге. Ты не совершил предательства, а значит вряд ли будешь наказан. Но в будущем всё-таки постарайся задумываться, кому ты подчиняешься и в чём состоит твой долг как шиноби Конохагакуре.

- Слушаюсь, Советник-сама! - склонил голову Итачи.

- Ну-ну, Цунаде-тян, не будь так строга к мальчику. Он ведь исправится, правда Итачи?

- Да, мой Хокаге!

- Вот видишь, Цунаде! Ну а теперь, давай вернём в строй Шисуи. Итачи-кун, где его глаз?

- Орочимару, не торопись. Я закончила стационарную версию моей Инфуин и у нас есть чудесный подопытный образец.

- Ку-ку-ку, общение со мной тебе идёт на пользу. Итачи-кун, твоим заданием будет найти Наруто Узумаки и доставить его сюда. Учителям Академии скажешь, что это приказ Хокаге, а в качестве причины... Пусть будет то, что я недоволен их с Шикамару Нара соревнованием по расписыванию заборов. Нет, я не возражаю против того, чтобы в будущем Наруто стал Хокаге, да и языки пламени выглядят артистично, но, скажем, жители деревни беспокоятся.

- Слушаюсь Хокаге-сама.

***

Наруто знал, что его ожидает наказание. Он знал, что их с Шикой заставят убирать последствия вчерашнего соревнования. К сожалению, у них с Вечным Соперником вышла боевая ничья - краска закончилась гораздо раньше, чем вышло назначенное время соревнования. Пусть каллиграфическая (сестрёнка Хонока применяла нечестные методы, угощая раменом в Ичираку только после прилежных занятий по фуиндзюцу) надпись "Наруто Узумаки - шестой Хокаге Конохагакуре" требовала меньше времени и краски, чем "Пусть в сердце каждого шиноби пылает Пламя Юности и Весны", а значит Наруто успел сделать больше надписей, но у Шикамару были крутые языки пламени, поэтому эстетически работа Наруто проигрывала. По обоюдному согласию было решено считать результат состязания боевой ничьёй.

Узумаки совершенно не удивился появлению Анбу в белой кошачьей маске. Он не удивился, что тот потребовал у Ируки-сенсея Наруто для визита к Хокаге. Он даже посчитал справедливым, что вызвали только его, лишь порадовался, что Шикамару спасся от наказания. Но что его безмерно удивило, что они направились не к башне Хокаге, а к госпиталю, месту, в котором Наруто бывал чаще всего после дома и Академии.

- Анбу-сан, скажите, вы ничего не перепутали? - спросил Наруто.

- Хокаге-сама и Цунаде-сама тебя ожидают именно там, - ответил Анбу.

Они промчались по улице, заскочили в госпиталь, зашли в кабинет мамы Цунаде и оттуда спустились под землю на незаметном лифте. Маршрут Наруто был знаком досконально, поэтому подозрительные мысли по поводу этого странного Анбу постепенно отступили.

- Мама Цунаде! - обрадованно завопил Наруто. - Тётя Марика!

Наруто выскочил из-за спины Анбу и кинулся в объятия двух женщин. Через некоторое время он обернулся и увидел, что в просторном исписанном кучей символов помещении находятся не только они. На стуле сидел незнакомый шиноби с окровавленными глазницами, над ним возвышалась стройная фигура в белом хаори и большой квадратной шляпе.

- Дядя Орочимару! Ой, извините, Хокаге-сама! - завопил Наруто. - Я прошу прощения! Шика ни в чём не виноват, это я предложил состязание!

- Ку-ку-ку, Наруто-кун! Я не слишком злюсь, но ты постарайся воздержаться от подобного. Жители Конохи почему-то нервничают. Наказания не будет, но вам с Шикамару-саном завтра придётся состязаться, кто больше ваших надписей закрасит. Мы можем, конечно, дать миссию команде генинов, но, согласись, это будет несправедливо.

- Слушаюсь дядя... Хокаге-сама! - воскликнул Наруто.

- Я тебя позвал не для этого, - на лице Хокаге заиграла змеиная улыбка. - Видишь этого раненого шиноби? Это Шисуи-сан, он пострадал в сражении с предателем. Твоя чакра опять должна сослужить службу деревне.

- Я не подведу дя... Орочимару-сама! - обрадованно запрыгал Наруто.

- Очень хорошо. Вы с Марикой-сан будете подпитывать эту печать. Ты добился впечатляющих успехов, Наруто-кун, но всё же твой контроль пока что недостаточен, так что без твоей тётушки не обойтись.

- Я очень старался!

- Я знаю, Наруто-кун, я знаю. Но твоя чакра слишком плотная, если захочешь стать ирьёнином, ты сможешь исцелить кого угодно, но для этого тебе придётся очень долго работать над контролем.

- Если получается у братца Кабуто, то получится и у меня!

- Как и ожидалось от Узумаки! - улыбнулся Орочимару. - Что же, прежде чем начать. Шисуи-сан, вы можете создать пару теневых клонов?

- Я могу создать и десяток! - сказал слепой шиноби.

- Мне понадобится много вашей крови, так что десяток будет излишним, - мягко сказал Хокаге.

- Слушаюсь, Хокаге-сама, - слепой шиноби сложил пальцы крестом. - Каге Буншин но Дзюцу.

Рядом с ним возникли его две точные копии. Наруто не выдержал, подбежал поближе и потыкал в одного из них пальцем. Ощутив под руками ткань рубахи, ничем не отличающуюся от настоящей, Наруто удивлённо округлил глаза.

- Круто! А можно и мне научиться такому дзюцу?

- Наруто-кун, - мягко сказала Цунаде. - это очень сложное дзюцу, оно предназначено для джонинов и требует много чакры.

- Которой у меня целое море!

- А ещё оно опасно, клоны делят чакру между собой, и создав слишком много, ты можешь погибнуть.

- Я буду осторожен!

- Наруто-кун, давай договоримся, если ты будешь хорошо учиться и не будешь прогуливать уроки, я лично научу тебя этому дзюцу, - сказал Хокаге.

- Дядя Орочимару, ты самый лучший! - обрадованно запрыгал Наруто.

- Но я сделаю только при условии, что ты улучшишь свой контроль настолько, что Цунаде-сан одобрит обучение.

- Я буду очень стараться! Я - Наруто Узумаки и никогда не отступаю от своих обещаний!

- Договорились. А теперь, пожалуйста, займи своё место на внешнем контуре печати.

Наруто радостно побежал к кольцу символов и приложил ладони к выступающей из него спирали.

- Марика-сан, проведите клона Шисуи-сана к его месту и займите позицию на внутреннем круге.

Тётя Марика взяла за руку одного клона, провела его в центр печати и уложила внутри нарисованного на полу человеческого силуэта, после чего приложила руки к спирали на внутреннем круге символов.

Мама Цунаде подошла к слепому шиноби со стеклянной колбой. Она надрезала ему запястье каким-то дзюцу и собрала вытекающую кровь в подставленный сосуд, а потом быстрым движением окутанной зелёным светом руки она залечила порез.

После этого она подошла к клону, пальцем по очереди оттянула ему веки и залила в глазницы кровь из колбы. Затем мама Цунаде заняла место в отдельном круге этой печати.

- Наруто-кун, Марика-сан, начинаем! - скомандовала Цунаде.

Наруто сосредоточился и потянулся к своей чакре. Привычно направил её из ладоней в спираль печати, тщательно пытаясь обеспечить ровный поток. Краем глаза он увидел, как руки тёти Марики окутались синим светом, как мама Цунаде складывает руки в печать тигра и выкрикивает:

- Созо Сайсей!

Чёрные линии поползли из центра фуин, перекинулись на тело клона и покрыли его кожу тёмно-фиолетовыми линиями. Тело клона окуталось тусклым алым сиянием. Кровь на глазах Шисуи забурлила, тонкие потёки из глазниц втянулись вовнутрь. Прошло совсем немного времени и линии отступили, вернувшись обратно в печать.

- Наруто-кун, Марика-тян, вы отлично постарались! - улыбнулся Орочимару. - Вы не слишком устали, чтобы повторить пару раз?

Получив отрицательные ответы, Орочимару обратил взор на клона.

- Открой, пожалуйста глаза, Шисуи-сан.

Клон поднял веки, под которыми были совершенно целые глаза.

- Активируй Шаринган!

Радужная оболочка послушно засветилась алым светом, сформировав три чёрные запятые.

- А теперь активируй Мангекё Шаринган.

Клон нахмурился, но ничего не произошло.

- Простите, Хокаге-сама, я не могу.

- Как я и предполагал, - совершенно не огорчился Хокаге. - Что ж, результат эксперимента будем считать ограниченно успешным. Шисуи-сан, - обратился он к оригиналу. - мы восстановим тебе зрение и, но сила твоего додзюцу понадобится для блага деревни. Если получится получить твой правый глаз неповрежденным, то в будущем я его тебе верну.

- Это не понадобится. Мне вполне хватит обычного Шарингана.

- Превосходно. В этом случае мне нужно, чтобы ты проинструктировал Итачи-куна и рассказал особенности твоей техники. Цунаде, сколько раз мы сможем повторить процедуру? Как долго выдержит печать?

- Без ущерба для здоровья я смогу взять крови у Шисуи-сана ещё на три повторения. Печать это выдержит.

- Превосходно. Наруто-кун, ты не против немного задержаться?

***

Итачи мчался по ветвям огромных деревьев лесного массива, расположенного на территории района клана Учиха. В голове его было легко, а на душе спокойно. Груз, давивший на его плечи, внезапно исчез, а путь, лежащий перед ним, был простым и ясным. Лицо под маской Анбу озаряла мягкая улыбка. Саске будет жить, так пообещал Хокаге. Его семья будет жить. Пусть прольётся кровь, пусть часть клана погибнет, но это был обычный риск для шиноби. Заметив проблеск оранжевого посреди леса, Итачи вновь улыбнулся. Вот тот человек, которого он замечал на территории клана, тот, кто уже больше месяца не давал покоя барьерной команде. Он снял маску и спрыгнул рядом с незнакомцем.

- Здравствуй, Мадара, - сказал Итачи, глядя в единственный глаз закрытого маской лица.

- Как ты обо мне узнал? - упёр руку в бок незнакомец.

- Ты не только сумел проникнуть внутрь барьера деревни, у тебя получилось пройти клановую защиту. Ты смог найти плиту в храме Накано. Очевидно, что ты - Учиха. Я анализировал твои действия и пытался понять кто ты такой и чего хочешь.

- Понятно. И ты понял, что я Учиха и я очень не люблю ни клан, ни эту деревню.

- Совершенно верно. У меня есть к тебе предложение. Ты поможешь мне, а я помогу тебе.

- Хорошо, я внимательно слушаю.

- Ты ненавидишь деревню. Ты несёшь разрушения и смерть. Это неприемлемо.

- И что ты мне можешь предложить?

- Стань лояльным шиноби деревни. Вернись в клан. Подчиняйся Хокаге. Твои прегрешения будут прощены.

- И почему я это буду делать?

- Есть несколько причин. Но я назову тебе самую очевидную. Котоамацуками!

Глаза Итачи загорелись алым огнём, чёрные запятые Шарингана трансформировались в два различных узора. Четырёхлезвийный сюрикен в правом глазу пошёл волнами и распался на обычные три томоэ.

- Что ты сделал? - изумился Мадара.

- Я использовал самое сильное гендзюцу Мангекё Шарингана. Оно заставило тебя стать лояльным шиноби деревни. И таким ты останешься навсегда. Пойдём, Хокаге-сама отдаст тебе распоряжения.

- Хорошо, идём... - сказал человек в маске, сделал шаг и рухнул, застыв неподвижно.

- Вот именно этого я и не ждал, - задумчиво сказал Итачи, взвалил безвольное тело на плечо и помчался в госпиталь.

Глава 9

- Итачи, докладывай! - сказал Хокаге, как только Учиха прибыл в лабораторию и сгрузил неподвижное тело на пол.

- Я успешно использовал дзюцу, но вместо того, чтобы пойти со мной, он как будто попал под дзюцу паралича.

- Очень интересно. Цунаде?

- Напоминает действие джуин. Мне нужно его обследовать, но если я не ошибаюсь и печать не позволяет ему быть шиноби Конохи, то мы вряд ли что-то сможем сделать, не убив его.

- Извлеки Шаринган - приказал Хокаге. - Ему всё равно он пока что не понадобится.

Цунаде склонилась над распростёртым телом и сняла с лица маску.

- Орочимару, ты должен это видеть.

Хокаге подошёл и внимательным взглядом осмотрел странное лицо, одна глазница которого была пуста, а вторая, с Шаринганом, была покрыта глубокими неестественными морщинами.

- Итачи, сними с него одежду.

Учиха кивнул, выхватил из-за плеча меч, молниеносным движением взмахнул им и вложил обратно в ножны.

Хокаге одобрительно кивнул и откинул в стороны разрезанные одеяния.

- Я никогда не видела ничего подобного, - сказала Цунаде. - Протезирование половины тела, причём протез работает не хуже оригинала.

Пальцы её засветились синим светом и она провела ими по болезненно-белой руке. Расступившаяся плоть показала, что у парализованного Учихи отсутствует кровь и кровеносные сосуды.

- Зато я видел, - сказал Орочимару. - Сделай анализ. Мне кажется, ты получила привет от своего дедушки.

- Клетки дедули Хаширамы? - мигом уловила Цунаде. - Не ожидала, что его Мокутон примет подобную форму.

- Нечто подобное попало мне в руки, когда я работал над Киноэ. Что будем делать?

- Сначала попробуем диагностику. Если это то, что я думаю, то снова понадобятся Узумаки.

- Хорошо. Итачи-сан, будь добр, пригласи сюда Наруто, - приказал Хокаге.

Итачи кивнул и скрылся за дверью лаборатории. Цунаде положила тело на изукрашенную символами кушетку в углу помещения и сделала несколько жестов. Цепочки иероглифов загорелись тусклым светом и Цунаде осуждающе покачала говолой.

- На его сердце наложено неизвестное джуиндзюцу. Оно конфликтует с установками Котоамацуками.

- Отлично. Ты его снимешь.

- Орочи, мне неприятно это говорить, но наша стационарная печать похуже моей Инфуин. Так что этот человек всё равно может умереть.

- Мне всё равно. Всё что меня интересует, он расскажет в любом случае. Если бы я не хотел посмотреть, как поведут себя его клетки под дзюцу регенерации, убил бы его сразу. И если Котоамацуками не спадёт после смерти, то из него получится идеальный глава клана Учиха.

- Знаешь, мне не нравится твоё увлечение тем дзюцу.

- Цунаде-тян, я столько раз предлагал тебе вернуть Дана и Наваки, но ты неизменно отказывалась.

- Орочи, мы уже обсуждали это сотню раз. Я отпустила их. Пустота в моём сердце заполнена. У меня есть две дочери, у меня есть сын. Давай не будем тревожить покой умерших.

- Как знаешь. Для тебя, милая, предложение будет открыто всегда.

- Спасибо, Орочи. Я это ценю.

- У меня есть ещё одна неплохая идея. Я предлагаю тебе восстановить клан Сенджу.

- Я слишком стара для этого. Да и кто будет отцом? Джирайя? Он за эти годы так и не повзрослел.

- Тебе нравится Джирайя, не стоит отрицать этого. К тому же твоя старость - решаемый вопрос. Но я говорил не о твоих детях.

- Да, а о ком же?

- К примеру, Киноэ генетически неотличим от твоего дедушки, а значит по сути - член твоего клана. Я доработал методику, мы можем провести неполное замещение ДНК, в итоге твои Шизуне и Югито будут полноценными Сенджу с Мокутоном. Или возьмём Наруто...

- Ты не посмеешь!

- Успокойся. Я не буду никого заставлять против воли. Но он идеальный кандидат. Он Узумаки, его регенерация позволит пережить процедуру, к тому же не забывай, что он джинчурики. Если к этому прибавить стационарную Инфуин и чакру Марики, то вероятность успеха практически сто процентов. Хотя уверен, что ничего из этого не понадобится.

- Что ты имеешь в виду?

- Я спрашивал сенсея, он говорит что чакра Наруто не отличается от чакры Хаширамы-сама, а если бы не оттенок волос и полоски, его можно было бы спутать с Наваки. Возможно он смог бы пробудить Мокутон и сам, но я считаю, что ему нужно помочь.

- Мне очень не нравится эта идея. Очень.

- Жаль, это был бы наилучший вариант для проверки техники. Мы можем его спросить.

- Он ребёнок!

- Он будущий шиноби. Мы оба знаем людей, которые в его возрасте были чунинами.

- Тебя не волнует его здоровье и благополучие!

- Верно. Но меня волнует идея получить ещё несколько сильных шиноби в деревне. Меня волнует клан Сенджу. Меня волнует отработка методики трансплантации участков ДНК. Меня, в конце концов, волнуете вы с Джирайей.

- Нет никаких "нас с Джирайей". Не начинай про это снова.

- Ты говорила, что Джирайя не может повзрослеть? Знаешь, я говорил с Итачи-куном о техниках его клана. Ценой одного Шарингана мы можем решить проблему. Со слишком большим облегчением Джирайя воспринял то, что о его крёстном есть кому позаботиться. А Наруто слишком долго не знал правды о себе.

- Ты хочешь ему рассказать? Когда?

- Как можно раньше. Он достаточно цельная личность, чтобы принять правду. А мы не можем рисковать тем, чтобы он узнал правду сам и сделал неправильные выводы. Может найтись ещё один ублюдок типа Рокуши.

- Наруто начнёт об этом болтать.

- Наруто Узумаки, который никогда не отступает от своего слова? Будущий Хокаге Конохагакуре?

- Ты прав. Но чтобы вынести эту правду, ему нужно стать сильнее.

- И эту силу я ему тоже предложу. И даже больше.

- Больше?

- Ты помнишь результаты биопсии глаз Нагато?

- Конечно! Он не совпадает с ДНК Узумаки. Это мутировавший Шаринган Учих.

- И у нас есть любое нужное количество Шаринганов. Это обоюдная выгода, Цунаде-тян.

- Ты просто хочешь заполучить Риннеган и себе.

- Совершенно верно. И, возможно, дать его и тебе. Если Джирайя перестанет быть полным придурком, то я не исключаю и другие варианты. Цунаде, раньше мы неважно ладили, но последние годы, - Орочимару рассмеялся своим неприятным смехом. - были весьма интересными.

- Орочимару, - устало сказала Цунаде. - мне казалось что ты изменился.

- Может так оно и есть, - легко согласился Орочимару. - но не изменилась моя цель. Когда-то я хотел превзойти сенсея, узнать все техники в мире. Это в прошлом. Дзюцу - это всего лишь ступеньки к моей цели. К истинному пониманию всего существующего в этом мире. Как ребёнок знает, если в красную краску добавить чуть-чуть синей, он получит фиолетовый цвет, так и мой красный цвет - это чакра, мой синий - ручные печати, а мой фиолетовый - это дзюцу. Теперь я не просто хочу узнать каждый цвет и каждый оттенок! Я хочу понимать, как смешивать цвета, чтобы получить желаемое. Ты скажешь, это неподъёмная задача? Она непосильна для человека, но я готов отказаться от своей человечности. Если ты скажешь, что это по силу лишь богам, то я готов стать богом. Чтобы достичь такого понимания сути вещей, мне может понадобиться целая вечность, но я добуду себе всё время мира!

- Ты безумец, Орочимару. Гениальный, но безумец.

- Нормальность переоценена. Цунаде, я раньше хотел достичь всего один. Но ты мне указала на мою ошибку. Вы с Джирайей стали моими настоящими друзьями, моей семьёй. Не оставляйте меня одного в этой вечности! Идите со мной! Твой здравый смысл и идиотизм Джирайи помогут мне не потерять себя, установят границы, только преодолев которые, я смогу вырасти над собой. Вы нужны мне!

- С Наруто, как я поняла, ты уже всё решил?

- Цунаде, ты слишком хорошо меня знаешь. Я - Хокаге, у меня есть цель. Мне очень важна твоя помощь, я очень ценю твоё мнение, но в них нет критической необходимости.

- Ты расскажешь Наруто обо всех опасностях и дашь ему самому принять решение. Ты расскажешь ему обо всём. И что-то предпримешь, только когда он будет готов.

- Джирайе придётся осознать себя. Но и ты должна многое спросить у себя самой.

- Что ты имеешь в виду?

- Ты же знаешь, все эти извращения, все его пошлые книги и глупое поведение делают его тем, кем он есть. Ты уверена, что тебе нужен другой Джирайя? Правильный, не совершающий идиотских поступков Джирайя? Ты уверена, что тебе нужен именно Джирайя, а не второй Дан?

Цунаде повернулась к нему спиной. Она неподвижно стояла несколько минут. Затем повернула голову и сказала хрипловатым голосом:

- Спасибо Орочи. Это были очень хорошие вопросы.

***

- Наруто-кун, Марика-сан, нам вновь будет нужна ваша помощь.

- Мы готовы дядя... Хокаге-сама! - радостно выкрикнул Наруто.

- Видите этого человека? Он попал под опасное дзюцу. Советник Цунаде попытается провести операцию ему на сердце, но только от вас будет зависеть, переживёт он или нет.

- Это крутой Анбу, который столкнулся с врагом? - не унимался Наруто.

- Нет. Я не буду врать тебе, Наруто-кун. Он был врагом, виноватым в тысячах смертей жителей Конохи. Но особое дзюцу того человека, зрение которого вы восстановили чуть раньше, сделало его нашим верным союзником. Но на его сердце наложена проклятая печать, которая мешает ему рассказать всё что нас интересует, - ответил Хокаге.

- Что с ним будет после допроса? - тихо спросила Марика.

- Я бы мог его казнить, но это будет бессмысленной тратой человеческой жизни. Пусть он никогда не сможет искупить свою вину, но это не значит, что он не должен пытаться. Как ты думаешь, Наруто-кун? Что скажет мой преемник? Что бы ты сделал, как Хокаге?

Наруто задумался так глубоко, что у него начала болеть голова. Наконец, он решился и твёрдо взглянул в глаза Орочимару.

- Он должен жить. Он должен рассказать всё. Он должен исправить что может и нести ответственность за свои преступления.

- Как и ожидалось от моего Нару-куна, - мягко улыбнувшись, сказала Цунаде.

- Итак, приступаем! - скомандовал Хокаге.

- Каге Буншин но дзюцу! - воскликнула Цунаде и её клон склонился над лежащим в центре печати человеком.

Наруто и тётя Марика заняли свои места.

- Подавайте чакру! - скомандовал Хокаге.

Наруто вновь занялся привычным занятием. Он смотрел как клон мамы плавным движением погрузил руку в грудь пациенту. Как медленно и аккуратно вытягивает из груди всё ещё бьющееся сердце, за которым тянутся верёвочки сосудов. Как она рассматривает странный чёрный ромб, со светящимся кругом с концентрическими круга в центре. Как отрицательно мотает головой, глядя на Хокаге.

- Это очень сложная печать, вряд ли её осилил бы даже Джирайя.

- Что скажешь про область действия?

- Только сердце.

- Хорошо, приступайте. Но сначала давай посмотрим, что можно сделать с его глазами.

Цунаде усмехнулась и кивнула клону. Та быстро встала, оставив трепещущее сердце безобразно биться поверх груди и через мгновение вернулась, держа в руках колбу с двумя плавающими глазными яблоками. Клон быстро достала додзюцу и ловкими движениями вставила их в пустые глазницы. Провела окутанными зелёным светом руками по глазам и утвердительно кивнула оригиналу.

- Созо Сайсей! - воскликнула Цунаде, сложив руки в печати Тигра.

- Чакра но Мес! - воскликнула клон и ударила охваченной чакрой рукой прямо по сосудам, соединяющим сердце с телом.

Пациента окутало алое сияние а по лицу и телу поползли фиолетовые светящиеся полосы. На этот раз дзюцу работало очень долго, Наруто даже почувствовал, как из него начали быстро утекать силы. Он сцепил зубы - Наруто Узумаки никогда не подведёт свою маму и дядю Орочимару! Наконец, когда в теле образовалась позорная слабость, Наруто увидел, как мама опускает руки и дзюцу прекращает свою работу. Клон, облегчённо вздохнул и развеялся.

Цунаде тяжело помассировала виски и подошла к пациенту. Ухватив того за плечо, она помогла ему встать на подкашивающиеся ноги. Наруто смотрел с изумлением. Кожа бывшего предателя разгладилась и перестала напоминать печёное яблоко. Волосы сменили цвет, вместо иссиня-чёрных превратившись в тёмно-зелёные. Кожа заметно побледнела, став схожей с человеком, год не видавшим солнца. Но не это поразило Наруто. Вместо радужек Учиха, вместо алого сияния Шарингана, глазницы его светились фиолетовым светом, а по глазам расходились концентрические круги. Это были глаза брата Нагато. Это было величайшее додзюцу. Это был Риннеган.

- Кто ты и как тебя зовут? - резко спросил Орочимару. - Рапортуй своему Хокаге!

- Меня зовут Обито Учиха, - медленно сказал незнакомец. - Когда-то я был генином Конохи и состоял в команде Минато Намиказе.

***

Наруто стоял и смотрел в жёлтые змеиные глаза одного из тех людей, которым доверял больше всех на свете. Он слушал медленный подробный рассказ и его мозг, закалённый нудными уроками Ируки-сенсея, которые приходилось слушать, чтобы превозмочь своего вечного соперника, понимал, но не мог принять слова, которые доносились изо рта Змеиного Саннина.

Он - Наруто Узумаки. Он - сын Йондайме Хокаге и его жены Кушины Узумаки, прошлого джинчурики Кьюби. Та женщина, которую он звал мамой - внучка Мито Узумаки, первого джинчурики Кьюби. Он - сила человеческого жертвоприношения, тот, кем отец пожертвовал ради своей деревни. Пусть этого Хокаге и не говорил, но Наруто знал, что без дяди Орочимару он видел бы вокруг только ненависть, только осуждающие или равнодушные взгляды. Он был бы как братик Гаара, чьё сердце покрыто несокрушимой песчаной бронёй. Лишь годы любви и заботы мамы Конан, сестрёнок и тёти Марики смогли превратить его из сжавшегося зверёныша в тихого и любящего вздремнуть человека. У Наруто были бы только дедуля Хирузен, возможно старик Теучи и сестрёнка Аяме, но во всей деревне больше никому не было бы до него дела.

- Скажите, дядя Орочимару, отец ненавидел меня?

- Я не могу с точностью утверждать, ведь я далёк от обычных человеческих чувств. Но если глянуть с моей точки зрения, отец дал тебе величайший дар.

- Дар?

- Ты - джинчурики. Пусть тебя не любят в деревне, но ты обладаешь великой силой. Вполне возможно, что ты станешь величайшим шиноби в мире, если не сломаешься под этим грузом.

- Но отец оставил меня одного!

- Я спрашивал сенсея. Минато поставил барьер, но они видели каждое мгновение схватки. Минато пожертвовал жизнью не только ради деревни, но и ради тебя. Он хотел, чтобы его жена жила. Чтобы воспитывала его сына. Чтобы любила и баловала его. Но биджу - не то существо, сражение с которым можно спланировать. Твоя мама погибла. Как погибли родители множества жителей деревни. Как погибли все родственники Цунаде-тян, к сожалению, остававшиеся в деревне.

- Зачем вообще существуют джинчурики? Если бы в маму не было запечатано чудовище, ничего бы не случилось! Обито бы не смог послушать приказа Мадары! Все были бы живы.

- Хвостатые звери - сосредоточие силы. Ты не представляешь ужасов Эпохи Воюющих Кланов. Тогда любое преимущество означало сохранённые жизни и неразрушенные дома. И молодой деревне нужно было любое преимущество. После того, как Мадара поработил Кьюби своим Шаринганом, у Мито-сама не было другого выхода. Хотя лично я считаю, что поймать всех биджу и раздать остальным деревьям - было очень глупым и наивным поступком.

- То есть я рабовладелец величайшего из биджу?

- Можно и так сказать. А можно сказать, что ты тюремщик. Если ты сможешь обуздать зверя, тебе будет подвластно что угодно.

- Но что же мне делать? Как к этому подступиться?

- Спроси у Югито. Она как-то ладит со своей Ниби.

- Сестрёнка Югито - тоже джинчурики? Так вот почему рядом с ней такое тёплое чувство?

- В нашей деревне теперь три джинчурики. Все трое вступили в твой клан. Надеюсь, ты не будешь об этом хвастать направо и налево.

- Дядя Орочимару! Я же дал тебе слово! А ты знаешь, что Наруто Узумаки...

- ... никогда не нарушает своих обещаний. Я просто хочу напомнить, вдруг ты захочешь прихвастнуть перед своей подружкой.

- Ино-тян и Хината-тян имеют право знать! Как и мой вечный соперник Шикамару! Но я дал слово!

- Наруто-кун, я обещаю, ты сможешь им рассказать, как только они станут генинами и примут присягу.

- Договорились, дядя Орочимару. И касаемо этих крутых штук, я согласен!

- Цунаде взяла с меня обещание, что всё произойдёт только с твоего полного согласия. Если ты не будешь возражать и осознаешь все риски.

- А можно просьбу?

- Я тебя слушаю, Наруто-кун.

- Дядя Орочимару, ты сказал, что в после того, как на мне проверишь эти свои опыты, сможешь сделать это и с другими?

- Да, но вероятность успеха в твоём случае наиболее высока. Другие рискуют гораздо больше. Что ты хотел?

- У нас с Шикой есть друг. Он учится в классе сестрёнок Таюи и Каруи. Скажи, если выйдет пересадить это высвобождение цветочков...

- Зря смеёшься, Мокутон - один из сильнейших кеккей-генкаев в мире.

- Ладно-ладно! Но согласись, смешно - растить деревца. Так вот, если выйдет пересадит эту штуку, сможет ли человек, неспособный к ниндзюцу, преодолеть свою слабость?

- Это ты о вашем друге Ли?

- Если ему сделать такую же штуку, сможет ли он использовать ниндзюцу?

- Некоторая вероятность есть. Но ты же знаешь.

- Знаю! Ты никогда мне не врёшь.

- Он может погибнуть. Он может получить какие-то другие способности. Он может просто стать гораздо крепче и сильнее. А может всё и получится в самом благоприятном варианте.

- Он не погибнет! Мама Цунаде не позволит! Она смогла спасти даже маму Хинаты-тян!

- Риск остаётся всё равно. Но ладно, если ты так хочешь, если Рок Ли согласится, я попробую. Результат должен быть интересным при любом исходе.

- Дядя Орочимару, а скажи, что насчёт крутых додзюцу? Ты мне сделаешь этот супер-ринне-шарин-бьякуган?

- Наруто-кун, твоя идея довольно глупа. Если разрезать додзюцу на две части и соединить, то такой глаз не будет видеть. Это тебе не налить в один стакан чая и молока.

- Ну а вдруг?

- Вдруг не бывает! Либо восстановятся твои изначальные глаза, либо одно из додзюцу возьмёт верх, либо ты останешься слепым!

- И чем я рискую?

- Хм. Знаешь, пожалуй и ничем. Ты будешь либо с додзюцу, либо ничего не изменится. В крайнем случае Цунаде вернёт тебе твои старые глаза.

- Договорились, дядя Орочимару! У меня будет самое крутое в мире додзюцу и я стану самым крутым Хокаге! Так что готовь свою шляпу!

- Ку-ку-ку-ку, Наруто-кун! Ты не поверишь, насколько я этого жду.

Глава 10

Глава клана Учиха, одетый в форму полиции Конохи, неторопливо шёл по улицам кланового района. Взгляд его скользил по обычной утренней суете жителей. Владельцы магазинов зазывали покупателей, неудержимыми ракетами носились дети, слышались окрики их мам. На душе Фугаку было тяжело. Предстоящее событие должно было изменить всё, изменить бесповоротно. Он не хотел конфликта, но давление членов клана стало невыносимым. И если не возглавить революцию, то клан просто перебьют как разрозненную массу бунтовщиков.

- Прекрасная сегодня погодка, Фугаку-сан! - услышал он сзади приветливый голос.

- Конечно, Хокаге-сама! - не оборачиваясь, ответил он.

Дальнейшую прогулку глава самого могущественного клана и лидер Великой Деревни продолжили плечо к плечу.

- Хокаге-сама, вы здесь появились не ради вежливого разговора, - через несколько минут нарушил тишину Фугаку.

- Может быть. А возможно я просто хотел снова попробовать знаменитые сэмбеи клана Учиха, - усмехнулся Орочимару.

Дальше они некоторое время шли в тишине. Молчание нарушил Фугаку.

- Вы знаете, - утвердительно сказал он.

- Я Хокаге, я знаю все, что происходит в моей деревне. Вы, Фугаку-сан, должны быть благодарны Сандайме.

- Почему?

- Если бы всё прошло по-моему, вашему глупому бунту суждено было произойти. Выжившие Учиха посчитали бы нынешнее отношение жителей пламенной и страстной любовью. Если бы удался план Данзо, ваш клан был бы вырезан до единого человека.

- Этого бы не случилось! Учиха - сильнейший клан Конохи!

- Это спорный вопрос, но мы поговорим об этом позже. Благодарите всех богов, в которых вы верите, что ваш сын вспомнил о своём долге. Иначе этой ночью все члены вашего клана лежали бы в лужах крови. Человек, беспокоивший барьерную команду, помогал бы вашему Итачи. С ним не мог справиться даже Йондайме, как вы думаете, смогли бы это сделать вы?

- Не стоит недооценивать меня и мой клан!

- О, вы зря надеетесь на силу вашего Мангекё Шарингана, Фугаку-сан. Не удивляйтесь, я знаю многое и даже больше. Даже если бы вам удалось схватить Наруто-куна, всё что вы бы смогли - убить ребёнка. Его печать значительно сильнее печати Мито-сама, а для того, чтобы извлечь биджу из предыдущего джинчурики, врагу понадобилось дождаться, пока печать не ослабнет из-за родов. Я надеюсь, ку-ку-ку, что Наруто-кун пока что рожать не собирается.

- Значит будет сражение, будет множество смертей.

- Ошибаетесь. Будет не сражение, будет бойня. Вы считаете свой клан обладателем сильнейшего додзюцу, шиноби, которым нет равных. Но это не так. Есть клан, где сила единственного человека больше, чем всё, что вы можете противопоставить.

- Керьюган Чиноике ничто против Шарингана! Бьякуган Хьюга тоже не сравнится с нашим додзюцу!

- Я говорю не о них. Хотя знаете, гендзюцу Чиноике позволяют обмануть Бьякуган и Шаринган. Я даже не говорю про клан Курама, чьи гендзюцу неотличимы от реальности, а человек, спасший родителей наследницы от пожара, может попросить её нарисовать на месте вашего квартала огромный кратер. Нет, я говорю об Узумаки.

- Джинчурики слишком мал, он не умеет контролировать Кьюби. Он даже не знает о своей ноше!

- Я говорю не о нём. Речь о главе клана Нагато Узумаки. Обладателе глаз Мудреца. Вы слышали о Риннегане?

- Это всего лишь легенда!

- Одно дзюцу этой легенды превратило Призрачную Армию в Стране Демонов в бесполезную груду булыжников. Впрочем, не надо притворства Фугаку-сан. Я знаю о плите в подвалах Храма Нака. Вы знаете, что Риннеган существует. Вы знаете, что нужно для его получения. Напоминаю, я - Хокаге. Это моя деревня и в ней для меня нет тайн.

- Что вы предлагаете?

- Я вам говорил, какой великодушный человек мой сенсей? Он хочет решить вопрос дипломатией. Но лучшая дипломатия - это та, что подкреплена силой. Я не понимаю, что не устраивает ваш клан? Вы - Учиха, клан основателей деревни. Вы - Полицейские Силы Конохи. Вам доверено самое ценное что есть у жителей деревни. Вам выделен не просто отдельный квартал, к нему прилегает целый район нашей деревни. Вас недолюбливают - но так же недолюбливают и Хьюга. Коноха готова идти на компромиссы, но эти компромиссы должны быть необременительны для деревни. Я вам предлагаю оставить всё как есть.

- Это невозможно!

- Да? У меня достаточно шиноби, чтобы передать им Полицейские Силы. Я найду достаточно места в деревне, чтобы расселить ваш клан. Я могу вас уничтожить до единого члена, тогда вместо ненависти жители будут испытывать лишь жалость и скорбь. Или я могу изгнать ваш клан из Конохи, Адская Долина в Стране Горячих Источников после переселения Чиноике свободна, а они с радостью займут ваши дома. Вы этого хотите?

Фугаку молчал.

- Вы слишком полагаетесь на свой Шаринган. Вы стали заносчивыми, почувствовали себя выше других. Да, вы основатели деревни. Но такими были и Сенджу. Сенджу уже практически не осталось, но я исправлю эту нелепицу. Деревня может прожить и без Учих. Но сможете ли вы прожить без деревни? Остановите эту глупость, Фугаку-сан. Пусть ваш клан вновь будет шиноби Конохи.

- Мои люди не остановятся.

- Об этом можете не беспокоиться. Я попытаюсь их ненавязчиво переубедить.

***

Множество мрачных мужчин и женщин со знаками Полицейских Сил Конохи на рукавах стояли небольшими группами на краю огромной каменной чаши. Внизу, среди скал и камней, плотными рядами стояло множество деревянных манекенов. И чашу и манекены несколько минут назад создал молодой Анбу с каштановыми волосами, под кошачьей маской которого пристальный взгляд мог заметить хаппури - боевую личину, схожую с той, что украшала лицо Нидайме Хокаге.

Демонстрация мощи техник Дотона была впечатляющей, а сам факт наличия Мокутона вызвал тихие шепотки в рядах Учиха. Любой житель Конохи знал, как Шодай Хокаге своими дзюцу остановил Кьюби, поэтому сам факт, что этот исключительно редкий кеккей-генкай не является легендой прошлого, мгновенно заставлял протрезветь самые горячие головы.

Но на этом шоу не завершилось. К обрыву вышел молодой мужчина с красными волосами и светящимися фиолетовым глазами. Он встал рядом с Годайме Хокаге и окинул пронизывающим до костей взглядом всех собравшихся. Наконец, он вытянул вперёд руку и сказал:

- Шинра Тенсей!

Оглушительный треск пронёсся по долине. Тысячи и тысячи манекенов брызнули щепками, когда неведомая сокрушающая сила вдавила их в землю, превращая в измочаленные обломки.

Когда треск опадающих щепок и камней затих, и осела пыль, в воздухе повисла оглушающая звенящая тишина, нарушенная только весёлым смешком Хокаге.

- Дорогие члены самого уважаемого клана нашей деревни, - начал Годайме. - до меня дошли тревожные слухи - клан Учиха считает, что наша деревня ослабла. Что ваш Хокахе не может защитить деревню от внешних опасностей так же хорошо, как вы защищаете наши семьи от опасностей внутренних. Это не является истиной. Как Великий Клан Учиха выполняет свой долг, бдительно охраняя покой наших граждан, так Регулярные Силы Конохи и Анбу защищают всех от врагов, желающих разрушить нашу деревню, обратить в прах всё то, чего создали Хаширама Сенджу и Мадара Учиха, что хранили и оберегали Тобирама Сенджу, Хирузен Сарутоби, Намиказе Минато. Я не считаю своё имя достойным стоять рядом со столь великими людьми. Но я, Орочимару, Годайме Хокаге Конохагакуре но Сато, обещаю вам, что приложу все усилия, дабы оправдать доверие, возложенное на меня. Нагато-сан?

Красноволосый парень сложил вместе ладони и тихо сказал:

- Чибаку Тенсей!

Из руки его в воздух взлетел маленький шарик, похожий на двухмерную абсолютно чёрную дыру в космос. Он пролетел и застыл по центру каменной чаши. К шарику медленно начали притягиваться разбитые манекены, булыжники, камни побольше. Затем земля задрожала, от неё начали отрываться большие обломки скал. Они слипались вместе, крошились, образуя каменный ком. Он продолжал расти, превращаясь из большой скалы в исполинский шар из камня, дерева и земли.

Возле Хокаге пролетел листочек бумаги, за ним последовал второй и третий. Листки бумаги множились, собирались вместе, формируя человеческий силуэт. Через некоторое время за плечом Орочимару висела красивая девушка, чья короткая юбка, высокие чёрные чулки и легкомысленный топик лишь подчёркивали прекрасную фигуру. За плечами девушки распростёрлись огромные бумажные крылья.

Девушка протянула руку, и с неё сорвались мириады белых листков. Они полетели к каменному шару и начали густо облеплять его. Когда под слоем бумаги перестало быть видно сам камень, девушка тихо сказала:

- Кацу!

Оглушительный взрыв раздался над долиной, лишь сноровка шиноби, инстинктивно использовавших чакру, дабы прилипнуть к земле, позволила всем остаться на месте. Каменные обломки и осколки скал полетели во все стороны, угрожая смести присутствующих.

Вновь красноволосый парень вытянул руку:

- Шинра Тенсей!

Водопад пыли и осколков был легко отброшен той же неведомой силой.

Над долиной разнёсся тихий голос Хокаге, усиленный каким-то дзюцу.

- Как видите, шиноби Конохи сильны. Как члены клана Учиха защищают наши семьи, так и Регулярные Силы защищают нашу деревню. Ну а если найдётся враг, неважно, внешний или внутренний, ведущая нас Воля Огня позволит нам всем выдержать это испытание. А теперь, простите, но мне пора. Долг зовёт.

Лишь после того, как на месте Хокаге и спутников взметнулись вихри листьев и бумажных листков, мёртвая тишина была нарушена громкими криками.

***

Шимура Данзо в сопровождении двух своих подчинённых зашёл в кабинет Хокаге.

- Добрый день, Шимура-сан! - приветливо помахал ему рукой Годайме.

Данзо подал знак, отпуская сопровождение, но те были остановлены жестом Орочимару.

- Я специально пригласил Тацуму-сана и Фу-сана, мне нужен будет совет Яманака и Абураме. Данзо-сан, скажите, вы слышали тревожные слухи о клане Учиха?

- Они замышляют восстание. Деревня не может себе позволить гражданскую войну. Если Коноха будет ослаблена изнутри, она останется беззащитной перед внешним врагом.

- Очень разумные мысли. Как вы думаете, какой курс действий следует предпринять? Клан Учиха - очень большая сила. Вы, наверное, слышали о небольшой демонстрации, которую провели ваш подчинённый и пара членов клана Узумаки?

- Да, Киноэ рапортовал мне. Сомневаюсь, что это их надолго остановит. Полагаю, что оптимальным действием будет полное уничтожение клана.

- Возможно вы правы. Но гибель Учиха сильно ослабит деревню. К тому же у нас есть верные представители их клана. Мне очень жаль, что Шисуи Учиха решил покончить с собой. Когда Итачи принёс его предсмертную записку, я не мог поверить своим глазам.

- Обладатели Шарингана психологически нестабильны. Неудивительно, что они склонны к необдуманным действиям.

- Но Шаринган - великое достояние деревни. Если не будет обладателей додзюцу, мы потеряем не только Великий Клан, но и огромный источник техник других деревень.

- Мы можем извлечь и сохранить Шаринганы. Будем имплантировать их нашим лучшим шиноби, пример Какаши Хатаке показывает, что для деревни Учиха не обязательны.

- Но использование Шарингана не-Учихой требует огромного количества чакры!

- У меня есть прекрасные кандидаты, которые смогут успешно пользоваться додзюцу.

- Благодарю, Шимура-сан. Теперь, если позволите, у меня дело к Яманака-сану. Мне нужна демонстрация его клановых техник.

Данзо что-то заподозрил и резко обернулся назад. Но рыжеволосый мужчина с жесткими жёлтыми глазами уже держал перед собой руки, складывая из пальцев окошко. Он глянул сквозь него на Данзо и тихо сказал:

- Нинпо: Шинтеншин но Дзюцу!

Фигура Фу обмякла и рухнула бы на пол, если бы не Тацума Абураме, подхвативший его и аккуратно уложивший на диван.

- Фу, Данзо сейчас меня слышит? - спросил Орочимару.

- Да, Хокаге-сама!

- Превосходно! Данзо-Данзо! Данзо-Данзо-Данзо, ну что же ты натворил? Я считал, что ты полезен деревне, что ты радеешь за её благо... Фу, ты можешь сделать так, чтобы он мог отвечать, но не смог воспользоваться чакрой и активировать Шаринган?

- Конечно, Хокаге-сама!

- Что ты мне скажешь, Данзо?

- Я шёл на всё, чтобы деревня процветала! Сарутоби со своими глупыми идеями о мире был идиотом! Я полагал, что вы другой!

- О да, я отличаюсь от сенсея. Проблема в том, что меня тоже не интересуют войны. Мне важно не то, чтобы остальные деревни были слабы, а чтобы моя деревня была сильнейшей. Знаешь, если судить по поступкам, то складывается впечатление, что ты вражеский диверсант, делающий всё, чтобы уничтожить Коноху.

- Это неправда!

- Ну что же, давай посмотрим. Благодаря провокации, устроенной твоими болванчиками, началась Третья Мировая война и погибло множество наших шиноби. Впрочем, это дела былых дней. Ты хотел уничтожить Акацуки, разорвать их союз с Ханзо. Если бы твоя затея удалась, мы либо получили бы разгневанного на Коноху человека с Глазами Бога, либо, в самом благоприятном случае - ничего не обрели. Если бы ты не трогал Акацуки, то между границами Кумо и Кири у нас был бы очень мощный буфер, позволяющий уделять минимальное внимание тому направлению. Впрочем, благодаря моему вмешательству, всё обернулось к лучшему. Жалко, что не удалось прибрать к рукам остальных Акацуки, но это не твоя вина.

- Хокаге-сама...

- Погоди, Данзо. Давай теперь поговорим об Учиха. В первую очередь о Шисуи Учиха, а затем о Учиха Ичизоку. Шисуи был одним из моих лучших шиноби! Он был очень ценен, гораздо ценнее тебя! Думаешь мне некого поставить руководить Анбу? Думаешь я не могу отдать твоё подразделение кому-нибудь другому? После той заварушки в Аме я перевёл твой Корень в обычную линейку командования. Корень - просто подразделение Анбу, как Пытки и Допросы - часть Разведотделения. А теперь давай с тобой вместе подумаем. Как называется человек, который действует вопреки приказам командования, атакует товарища по оружию, чтобы получить нечто, принадлежащее ему и только ему?

- Я патриот деревни! Я действовал для её блага.

- Татцума-сан, подскажите пожалуйста, как бы вы назвали подобного человека? Вашей беспристрастной оценке я доверяю.

- Предатель, - донеслось от шиноби в капюшоне и чёрных очках.

- Благодарю. Фу-сан, а что скажете вы?

- Предатель, - произнесли губы Данзо.

- Вот видишь, Шимура? У тебя много былых заслуг, но твоё предательство их перечёркивает. Ну а теперь давай поговорим о клане Учиха. То, что они задумали - большая глупость, проистекающая из невежества. Но всё в прошлом. Я показал им кунай, а теперь покажу и данго. Фугаку, перед своей отставкой с поста главы клана, сформулирует список требований, всё, чего клан хотел бы получить от деревни, в случае успеха их авантюры. И я постараюсь удовлетворить каждую их просьбу, кроме разве что поста Хокаге.

- Это безумие! Мы не можем идти на пово... - Данзо умолк на полуслове.

- Большое спасибо, Яманака-сан. Мы не идём на поводу ни у кого. Мы продемонстрировали им силу. Показали, что всех их может уничтожить один из трёх моих шиноби, которые теперь им известны. Но они не могут не осознавать, что я не продемонстрировал все свои козыри. А они у меня есть, о некоторых не ведаешь и ты, Данзо. Знаешь, как сказала бы Цунаде-тян, ты идиот! План Шисуи - обеспечить безоговорочную верность главы Учиха с помощью Котоамацуками - был великолепен! Он был тонок и изящен. Самый сильный шиноби клана при поддержке двух членов, один из которых достиг S-ранга, а второй - близок к тому, смог бы навести порядок. И клан никак не мог бы обвинить деревню, они просто посчитали бы Фугаку таким же верным Воле Огня, каким был твой напарник, Кагами Учиха. Но ты, предатель, испортил всё. Впрочем, не беспокойся. План Шисуи будет исполнен. Главой клана станет уважаемый шиноби, ученик Йондайме и лучший друг одного из наших самых сильных Анбу. Обладатель Мокутона и Риннегана, человек, сила которого невероятна. А Фугаку уйдёт с поста и станет ещё одним Советником Хокаге. Фу-сан, я разрешаю ему говорить.

- Ты безумец, Орочимару! Обито Учиха мёртв! Он погиб на мосте Каннаби. И кого бы ты не посадил на пост главы, он не сможет справиться с кланом. Фугаку в Совете? Тот, кто собрался предать? Почему?

- Ку-ку-ку, скажем так, когда Совет принимает своих шиноби, я сижу в центре стола, по одну руку у меня сидят два человека, а по другую - только один. Это неэстетично, а я большой ценитель красоты.

- Это самая идиотская...

- Потому что я Хокаге! Это все причины, которые тебе нужно знать! Учиха умолкнут, увидев, что глава Полицейских Сил заседает в совете. Они заткнутся, когда их возглавит ещё один Учиха, способный, ковыряясь кунаем под ногтями, уничтожить весь их напыщенный клан. Впрочем, проблемы Учиха и Конохи тебя не должны больше волновать. Твоя участь - ещё раз послужить делу деревни. Ты сильный шиноби, а тестовых субъектов твоей силы мне постоянно не хватает. Представляешь, из-за Цунаде мне приходится даже нукенинов пристраивать на службу Конохе. Впрочем, я ещё не решил, вполне возможно, что твоё тело послужит для призыва кого-то из умерших великих шиноби нашей деревни. Для всей Конохи ты просто пропадёшь, впрочем я даже объявлю тебя нукенином и внесу в Книгу Бинго, пусть наши ойнины не слишком расслабляются. Яманака-сан, скажи, что произойдёт с твоим телом, если я сейчас извлеку у предателя припрятанный под повязками Шаринган?

- Я тоже потеряю глаз, - сказало тело Данзо.

- Цунаде-тян, конечно же, поставит его на место, но я считаю увечить своих шиноби излишним. Тацума-сан, пожалуйста лишите нашего дорогого предателя чакры, чтобы он не мог использовать техники и воспользоваться додзюцу.

Шиноби в капюшоне молча кивнул. Из его рукавов вылетел поток насекомых, которые облепили тело Данзо густым ковром. Наконец, Данзо рухнул на землю без сознания, а Фу, лежащий на диване, зашевелился и, пошатываясь, встал. Облако насекомых взлетело с бессознательного тела и окутало Яманака. Через некоторое время тот бесстрастно кивнул напарнику и широкие ленты насекомых втянулись в рукава Абураме.

- Благодарю за службу, мои верные Анбу. Вы проявили похвальные личные качества. Ваш Корень - полезная для деревни структура, поэтому он не будет распущен. Кто из вас двоих будет лучшим руководителем?

- Фу Яманака! - незамедлительно ответил Абураме.

- Великолепно. У нас есть глава Корня и его заместитель. Общую постановку задач и координацию разведывательных миссий будет осуществлять Советник Джирайя, ваша задача - исполнять приказы и работать на благо деревни. Будут ли ваши печати мешать работе, или Джирайя должен их снять?

- Они мешают рассказать посторонним о Данзо и работе Корня, но не касаются передачи данных непосредственному руководству.

- Великолепно. После смерти Данзо печать пропадёт, а пока что просто потерпите. Ну а теперь, извлеките Шаринган у Данзо, а его тело передайте Советнику Цунаде с моими наилучшими пожеланиями. О том, чтобы остаться незамеченными остальными жителями деревни, мне вам рассказывать не нужно?

Орочимару дождался двух кивков, с любопытством посмотрел, как Анбу споро размотали бинты на глазу у бессознательного Данзо, как Тацума поднял веко, а Фу с немалой сноровкой вырвал глаз. Наконец, они склонились перед своим Хокаге, подхватили тело, подошли к раскрытому окну и исчезли в вихре листьев.

Орочимару подошёл к шкафу, снял с него видеокамеру и достал из неё кассету.

- Цунаде и Джирайя меня убьют, если этого не увидят. Анбу!

Перед Хокаге возник, преклонив колено, шиноби в белой маске.

- Передай Цунаде-сама и Джирайя-сама, что я жду их вечером у себя дома. Передай, что сенсея звать не нужно, он может расстроиться.

Шиноби кивнул и вскочил на ноги.

- Погоди! - остановил его Хокаге. - Ещё скажи, чтобы захватили с собой попкорн.

Глава 11

Цунаде Сенджу, при виде входящего в лабораторию Орочимару в сопровождении безликого Анбу, удивлённо подняла глаза. Внимание её привлёк мерно шевелящийся свёрток на плече сопровождающего. Ткань была покрыта несколькими подавляющими чакру офуда, поэтому представить, что же находится внутри, не составляло ни малейшего труда. И, судя по размеру свёртка, это был ребёнок, возможно низкорослый подросток.

- Орочимару-кун, - сладким голосом начала Цунаде. - я очень надеюсь, что у тебя есть объяснение. И для того, чтобы я приняла его, оно должно быть о-очень хорошим.

- Ку-ку-ку, Цунаде-тян, напомни мне никогда не злить тебя! - невинно улыбнулся Хокаге.

- Я очень терпеливо жду, но моё терпение не безгранично - не поддержала его тон Цунаде, скрестив руки под своей легендарной грудью.

Орочимару сделал знак Анбу, тот опустил свиток на ближайшую кушетку, быстрым движением куная сделал разрез и стянул ткань с головы пленника. Это оказалась смуглая девочка с яркими оранжевыми глазами и мятно-зелёными волосами. Рот её был закрыт плотной повязкой.

- Орочимару, ты превзошёл сам себя. Если ты думаешь, что я позволю тебе ставить эксперименты на детях, то у тебя не в порядке...

- Погоди с выводами, Цунаде-тян. Анбу, свободен!

Человек в кошачьей маске коротко кивнул и покинул помещение.

- Итак?

- Познакомься, Цунаде-тян. Это Фуу, джинчурики Нанаби.

- Определённо, ты сошёл с ума. Знаешь, мне всё-таки придётся тебя убить, либо умереть, пытаясь.

- Я думаю, ты не должна торопиться с выводами. Я дал своим агентам широкую свободу действий, один из них проявил инициативу. И, выслушав доклад, я одобрил его поступок. Фуу, если я тебя освобожу, ты обещаешь не использовать чакру и не нападать на нас? Если ты думаешь, что тебе поможет биджу, я предупреждаю: перед тобой два шиноби каге-уровня. Причём один из них, ку-ку-ку, каге и является.

Дождавшись кивка девочки, Орочимару освободил её от ткани и верёвок, после чего снял повязку с лица.

- Итак, Фуу. Ты находишься в Конохе, в одной из Великих Деревень. Мой агент рапортовал, что на тебя в деревне было совершено несколько покушений, только силы, дарованные тебе Нанаби, позволили их пережить. Все в Такигакуре, кроме пары человек, среди которых лидер Таки Хисен-сама и его сын Шибуки, тебя ненавидят. Они считают тебя монстром, только гнев лидера удерживает их, чтобы не нападать в открытую, поэтому все покушения на тебя проводятся тайно. Ты не можешь жить среди обитателей деревни, тебя вынудили к затворничеству. Твоё убежище - тайна для жителей Такигакуре. Что из этого верно?

- Фуу не чудовище! Чомей - хороший биджу! Фуу не любит, когда ей делают больно! Чомей говорит, что ему пришлось защищаться, когда на него напали шиноби Таки! Счастливая Семёрка не хотел их убивать! Но они пили ту воду и с ними было трудно совладать!

- Тише-тише, малышка. Ты пока что не являешься шиноби Такигакуре и не приносила присяги, поэтому, если вдруг захочешь остаться в деревне, где не знают о твоей ноше, пожелаешь завести друзей или семью, никто не сможет тебе препятствовать.

- Правда? Фуу может жить среди людей? Фуу сможет завести друзей? Но ведь Шибуки-сан расстроится исчезновению Фуу!

- Я думаю, он бы обрадовался, узнав, что ты нашла себе дом, где тебя любят и ценят.

- Но кому нужна Фуу? Кто примет Фуу у себя?

- Есть один клан, в котором уже есть Один, Два и Девять. Они любят друг друга и держатся вместе. Они настолько сильны, что могли бы противостоять не только всей Такигакуге, но и даже Конохе.

- Орочимару! Ты кое-что забыл! - вмешалась Цунаде. - Во-первых, как только остальные деревни узнают, что у нас есть Нанаби, мы не сможем избежать войны. С помощью Того Самого дзюцу, а также при поддержке Нагато и Обито мы выстоим против всего мира, но я не допущу, чтобы Четвёртую Мировую начала Коноха. К тому же, эта девочка - не Узумаки и вряд ли ты сможешь убедить Нагато принять в клан постороннего человека. Тебе удалось поселить с ними Югито, но теперь такой трюк вряд ли пройдёт - у них живет полно народу.

- Ку-ку-ку, ты права, безусловно права. Но ты не выслушала до конца мой план. Малышка Фуу будет принята в клан, потому что она станет Узумаки!

- Ну, допустим, изменить её волосяные луковицы я смогу легко, так что красные волосы будут вполне естественными. Но что ты будешь делать, если твой обман раскроется?

- О, в том-то и прелесть моего плана, Фуу будет настоящей Узумаки.

- Ты имеешь в виду результаты последних опытов?

- Совершенно верно! Регенеративные способности Марики и её дочки предотвращают распад клеток и становятся великолепной базой для дальнейших изменений. Дзюцу Химеры нашего дорогого друга-затворника позволило бы добавить другие кеккей-генкаи, но с этим можно и повременить. Для стопроцентно успешного результата, мы можем воспользоваться техникой сына Ноно.

- Ты о клеточной регенерации Кабуто? Знаешь, мальчик - настоящий талант и однажды сможет превзойти нас обоих. Подобный дар к медицине я встретила только у Харуно из класса Наруто-куна, у неё идеальный контроль и она серьёзно опережает даже детей Хиаши и Хизаши.

- Ку-ку-ку, я тоже не буду стоять на месте, может быть вскоре у меня появится Вечный Соперник как у твоего сына.

- Знаешь, Орочимару-кун, теперь мне придётся воспользоваться самогендзюцу, чтобы выкинуть из головы картину тебя с Кабуто в обтягивающих костюмах Гая, вопящих о Пламени Весны.

- Воля Огня и Пламя Юности - это прекрасное ниндо для Хокаге. Но мы отвлеклись, малышка заскучала.

Фуу сидела на кушетке, поджав ноги и настороженно следила за беседой двух могущественных шиноби. Наконец, мужчина с чёрными длинными волосами глянул на неё гипнотическими жёлтыми глазами с вертикальными змеиными зрачками и сказал:

- Послушай, Фуу. У тебя есть два варианта. В первом ты поступаешь в Академию и доучиваешься до выпуска. Деревня выделяет тебе жильё, назначает стипендию и ты становишься шиноби Конохи. Второй вариант - ты проходишь через один безопасный эксперимент, единственное, что тебе придётся поплавать около недели в большой колбе. В результате у тебя изменится цвет волос, они станут красными, и ты получишь кеккей-генкай клана Узумаки. Твои раны будут заживать очень быстро, а с помощью твоего биджу - так вообще мгновенно. В итоге у тебя будет мама, множество беспокойных сестрёнок и два братика. В обоих случаях ты не должна будешь рассказывать о Нанаби никому, кроме членов своего клана. Что ты выбираешь?

- Фуу выбирает семью и красные волосы! Фуу нравится красный цвет, пусть зелёный тоже очень красивый!

Цунаде улыбнулась девочке и погладила рукой её мятно-зелёную шевелюру.

- Отлично, значит готовься, - сказала она. - Сейчас ты познакомишься со своей будущей мамой.

***

Орочимару стоял возле большой стеклянной тубы, в зеленоватой жидкости которой плавала девушка с алыми волосами, прикрытая лишь множеством трубок системы поддержания жизни и вереницами символов, покрывающими стекло сосуда. Дыхание в перенасыщенной кислородом жидкости было замедленным, глаза её были закрыты. От тубы шёл толстый пучок кабелей, тянущийся к стройным рядам батарей чакры. Время от времени в помещение заходила Марика и сменяла опустевшую батарею на новую, заполненную чакрой Наруто.

Хокаге почувствовал за спиной знакомое присутствие и тихо сказал:

- Привет, Цунаде. Я закончил изучать рапорт Обито и у меня есть две тревожные новости, а одна - весьма неоднозначная.

- Говори.

- О том, что Обито спас и обучил Мадара Учиха ты знаешь. Вот только тебе неизвестно, что Мадара частично жив и планирует полностью воскреснуть. Не в виде комка пепла Эдо Тенсей, я говорю о полноценном возвращении жизни.

Цунаде задохнулась и прижала руки к груди.

- Совершенно верно. Мы сможем вернуть тех, кого потеряли. Моих и твоих родителей, Шодай, Нидайме и Йондайме. Кушину и Мито-сама. Дана и Наваки. Но также мы можем получить врага такой силы, которых Коноха ещё не встречала. Мадару Учиха, врага безумного, планирующего поработить весь мир, погрузив его в вечное гендзюцу.

- Что ты имеешь в виду под "Мадара жив", Орочи-кун? - спросила Цунаде.

- Перед своей смертью он каким-то образом материализовал свою волю и воплотил её в теле, созданном из клеток Хаширамы-сама. Мы сорвали его планы, но он вряд ли успокоится. Также гендзюцу, наложенное Обито на Мизукаге, вскоре развеется и тот заинтересуется пропажей своих шиноби. Впрочем, об этом я не волнуюсь, в деревне Скрытых Подземелий...

- Идиотское название!

- Придумай получше! Ноно приняла в свою деревню нескольких нукенинов S-класса, включая двух Мечников Тумана. Мне пришлось отправлять туда Нагато, Конан и Яхико, дабы объяснить нукенинам положение вещей. У Конан-тян даже появился поклонник, он в полном восторге от её взрывов.

- Орочи, ты отвлёкся. Мадара Учиха.

- Ах да, Мадара. Риннеган Нагато-куна изначально принадлежал Мадаре. Тот, воспользовавшись запретной способностью Шарингана, избежал смерти в Долине Завершения и, отрыгнув откушенный у твоего дедушки кусок плоти...

- Омерзительно!

- Я видал вещи похуже. Я делал вещи похуже. Так вот, он приживил плоть Шодай Хокаге в рану, нанесённую Хаширамой-сама. На закате своей жизни он получил Риннеган и пересадил его маленькому Нагато, так как знал, что сила Узумаки выдержит подобное. Обито указал, где расположены останки Мадары, но я пока ничего не предпринимал. Во-первых, чтобы не дать знать врагу, хотя, учитывая способности, о которых рассказывал Обито, безопаснее предположить, что этот Чёрный Зецу всё знает. А во-вторых, тот может припрятать частичку плоти Мадары и уничтожение ничего не даст. У меня есть неплохой способ обезопаситься с этой стороны, но вы с сенсеем его не одобрите.

- Может я и не одобрю, но внимательно выслушаю.

- Я могу поднять Мадару Эдо Тенсей, воспользовавшись частичкой Риннегана Нагато.

- Ты сошёл с ума! Мадара может и не подчиниться твоим приказам!

- Не настолько я безумен. Я могу использовать технику, стирающую мертвецу личность. Он будет глуп и безынициативен, но силён и послушен.

- Мне не нравится эта мысль.

- Мне Мадара тоже не особо нужен, разве что узнать его техники. Впрочем, есть ещё вариант. Оживить Мадару полностью и воспользоваться Котоамацуками второго глаза Шисуи-куна. Оставить всё как есть мы не можем, ведь Чёрный Зецу мог быть не единственной предосторожностью Учиха, тот был бы идиотом, рассказав Обито обо всех своих замыслах. В конце концов, предать можно даже с печатью на сердце.

- Что ты думаешь о воскрешении?

- Воскрешение Риннегана не может не иметь высокой цены. Поэтому вряд ли можно будет воскрешать всех направо и налево. К тому же, подумай, что будет с твоей личной жизнью при возвращении Дана?

- Ты и об этом знаешь?

- Я Хокаге, Цунаде-тян. Я знаю всё, что происходит с теми, кого я могу назвать своими друзьями. Считай, что это вопрос безопасности деревни. И если потребуется, то Джирайя Сенджу будет консортом клана основателей деревни.

- Мы не можем воскрешать направо и налево шиноби каге-уровня. Особенно тех, о чьей смерти знает весь мир. Поэтому дедушка и дядя Тобирама исключены. Бабушка и родители умерли в преклонном возрасте, нужно дать им покой. Йондайме тоже исключён, правда если есть возможность извлечь его душу из печати...

- Из печати? Я полагал, достаточно совершить призыв.

- Нет, Эдо Тенсей вряд ли будет сильнее Шики Фуджин. Когда-то бабушка что-то говорила мне про силу Шинигами, но мне было лет семь и я уже помню слишком смутно.

- Если мне понадобится сразиться с Шинигами, то не воскресить Йондайме будет потерей огромных усилий.

- Сделаешь его Узумаки, ещё одному красноволосому молодому шиноби не удивится никто.

- Никто не удивится и куноичи, очень похожей на Кушину Узумаки. Пусть она больше и не джинчурики, но силой Кьюби на моей памяти Кушина не воспользовалась ни разу. Она была достаточно сильна и без этого. Но знаешь что, Цунаде-тян...

- Да?

- С этим мы повременим несколько лет.

- Но почему?

- Я знаю, как ты привязана к этому гиперактивному засранцу. Если вернётся его настоящая мать, тебе это счастья не принесёт.

- Спасибо, Орочи, пусть это и малодушно с моей стороны, но я тебе благодарна.

Орочимару развернулся и пошёл к выходу из лаборатории.

- А знаешь что, Хокаге-сама... - услышал он вслед.

- Что? - не оборачиваясь спросил Орочимару.

- Если... Когда ты воскресишь Наваки и Дана, тебе придётся нелегко.

- Что вы имеете в виду, Советник-сама? - улыбнулся Хокаге.

- Твою шляпу будут вожделеть сразу три человека!

***

Шикамару Нара был в смятении. С одной стороны, он был счастлив, узнав великолепную новость - человек, которым он восхищался и на которого мечтал стать похожим, получил звание джонина. Благодаря папе он узнал, что в следующем году великолепный горящий весенним пламенем юности Майто Гай, Зелёное Чудище Конохи и непревзойдённый специалист в тайдзюцу, станет джонин-сенсеем и получит свою команду.

С другой стороны, он видел, что его друга Наруто угнетают какие-то тяжелые мысли, в последнее время он был отстранённым и даже несколько раз отказывался от состязаний. Оставляя Шику и Ли заниматься своими делами, он то и дело взбирался, не пользуясь лестницей, на голову своего любимого Хокаге и подолгу наблюдал за Конохой. На осторожные вопросы Наруто не отвечал, отнекиваясь общими словами, поэтому Ли и Шикамару договорились подождать пару дней и припереть Наруто к стенке. Ведь их дружба и вечное соперничество не предусматривали подобной отстранённости.

Шику ни капли не тревожило то, что его выпускные экзамены будут только через год, когда Гай-сенсей уже получит свою команду. В конце концов Шика и Наруто давно уже знали программу Академии, бесконечное соревнование затрагивало любые предметы, включая ниндзюцу, гендзюцу, ирьёниндзюцу, манипуляцию чакрой, фуиндзюцу и обычные для гражданских науки. Наруто проигрывал в контроле чакры, соответственно и в ирьёниндзюцу, пусть по объёмам превосходил всю Академию, как подозревал Шикамару, всех учеников и учителей вместе взятых.

Львиная часть их с Наруто и Ли состязаний происходила на вертикальных поверхностях и воде - Ирука-сенсей продемонстрировал их ещё на первом курсе Академии, и у Наруто хватало чакры пользоваться этими техниками бесконечно. Наруто также освоил дзюцу полёта одной из своих приёмных матерей, достижение, которому Шика откровенно завидовал. Наруто удачными советами помогал Шикамару в воссоздании этого дзюцу с помощью теней Нара - тот этап, когда теням нужно касаться земли и зависеть от источников света, Шика преодолел уже больше года назад. Шика поражался, как невероятно острый ум этого человека, позволяющий назвать того гением ниндзюцу, тонким стратегом и быстрым тактиком, мог существовать в одной голове с совершеннейшим болваном, до неприличия наивным и недалёким в вопросах человеческих взаимоотношений.

Некоторые техники Наруто поражали своей нелепостью и одновременно эффективностью. К примеру, его извращённая модификация Хенге, при всей своей абсурдности, отправила в обморок двух джонинов. После этого Наруто пришлось отбиваться от своих же разгневанных сестёр, включая тихую спокойную Карин, которая в тот момент превратилась в свирепого кровожадного зверя. Наруто легко отбивался от ужасающих ударов будущих куноичи, с немалой сноровкой заменяясь на брёвна и подручные предметы до тех пор, пока его окончательно не доконали приступы смеха и он не получил заслуженное возмездие.

Увлечение Наруто раменом (которое разделял почти весь его клан) вылилось в абсурдные раменные дзюцу, силки из рамена, ловушки из рамена, копья рамена и даже крылья рамена, которыми тот пытался заменить бумажную технику мамы. Быть окутанным тонкой липкой горячей лапшой, которая, пусть растягивалась и пружинила, но никогда не рвалась, было удовольствием гораздо ниже среднего. Поэтому когда Наруто пообещал не применять эти дзюцу против друга, Шикамару это очень оценил.

Сам Шикамару был очень вдохновлён рассказом Наруто о Шисуи Учиха, с которым тот подружился. Шисуи попал в Книгу Бинго как шиноби S-ранга не благодаря своему Шарингану, а из-за виртуозного владения Шуншином - техникой D-ранга, известной большинству чунинов и многим генинам деревни. Очарованный перспективами, Шикамару решил достичь того же с помощью техники Е-ранга, ведь Каварими пользовались все, даже джонины, а человек, все удары по которому приходятся в брёвна, подручные предметы и союзников атакующего, мог привести в отчаянье даже каге.

После того как Наруто, пусть и с жуткими потерями чакры, уложившими бы любого шиноби в кому, произвёл первую в своей жизни реанимацию рыбы, сам Хокаге научил того Каге Буншин но дзюцу. Наруто без каких-либо колебаний сказал Шикамару, что название техники прекрасно сочетается с клановыми дзюцу Нара и показал как исполнять дзюцу уровня джонина. Шикамару быстро заметил эффект передачи памяти клонов и после некоторых экспериментов понял, что тренировка контроля чакры и ниндзюцу, совершённая клонами, эффективна и для самого шиноби. И вот тогда Шикамару осознал, что породил монстра. Клоны Наруто постоянно стали заполнять академию, полигоны и улицы Конохи, время от времени взрываясь и растворяясь дымом, отрабатывая разнообразные дзюцу.

Техника передачи чакры, которую научила Наруто вторая приёмная мать, знаменитый на весь мир ирьёнин Цунаде, позволила и Шикамару создавать больше трёх доступных ему клонов, пусть после развеивания пары десятков Каге Буншинов Шика ощущал сильную усталость.

К ним часто присоединялись обе подружки Наруто, его буйные сёстры и тихий меланхоличный брат Гаара, Чоуджи и даже Нейджи Хьюга - старший брат Хинаты-тян, обучающийся в одном классе с Ли. Улыбчивый и безмятежно-спокойный парень, когда впервые увидел, что Наруто гуляет одновременно с его сестрой и ещё одной девушкой, в приступе заботы о младшей сестрёнке пытался поколотить Наруто. Несмотря на виртуозное владение клановым стилем, гений клана Хьюга так не смог одержать победу. И когда оба участника скоротечного сражения, вытирая кровь с разбитых лиц, были уже готовы признать боевую ничью, на них обрушился гнев кроткой и мягкой Хинаты-тян. Наруто досталось за то, что тот обидел "братика Нейджи", а Нейджи - за то, что атаковал "её Наруто-куна". После того как Наруто и Нейджи смогли подняться с земли и спокойно побеседовать, Ли и Шикамару решили, что человек, несокрушимо уверенный что у шиноби нет иной судьбы, кроме той, которую он создаёт сам, прекрасно впишется в их дружную компанию.

К сожалению, успехами в завоевании сердца зеленоглазого ангела Шика похвастаться не мог. Сакура-тян, как и многие девочки их их с Наруто класса, была без ума от Саске Учиха, пусть тот и не обращал на них ни малейшего внимания. Осложняло ситуацию то, что Ли, впервые увидав Сакуру, был тоже сражён её красотой. И пусть Шикамару не мог не похвалить друга за прекрасный вкус, конкуренция в сердечных делах ему не нравилась. Отвлечь Ли тем же способом, что он проделал с Наруто, не получалось. Попытка получить совет от отца вылилась в краткое: "Эти проблемные женщины!", а мама просто засмеялась и сказала не сдаваться. Чего, понятное дело, Шика и не собирался делать.

Ино изумлялась глупости своей подруги. Она говорила: "Как Лобастая может заглядываться на одну лишь красивую мордашку, если рядом есть настолько крутые и приветливые парни?", с чем неизменно соглашалась Хината. Саске как шиноби был очень хорош, Шике и Наруто приходилось хорошо попотеть, чтобы победить Саске на спаррингах тайдзюцу, но неприветливый характер и надменный вид сына Советника не позволял с ним сблизиться. Наруто откровенно считал Саске мудаком, а Шика про себя с ним вынужден согласиться.

Также будущая команда Зелёных Зверей (в которую заблаговременно записали себя Шика, Ли и Наруто) крепко подружилась с Тобио, Кибой и Шино. Те восхищались сосредоточенностью и упорством своих одноклассников. Пусть они позже всех познали Путь Зелёного Зверя, но после экзаменов обещали стать очень сильными шиноби.

- Эй, Шикамару, я должен тебе кое-что сказать! - подошёл к нему странно притихший Наруто.

- Ты решил рассказать, что у тебя произошло? - догадаться что друг созрел для разговора, было очень легко.

- Я говорил с нашим Хокаге, он открыл мне один секрет, который я расскажу тебе и девчонкам только после получения протектора. Я дал слово, а ты знаешь, что я никогда не отступаю от своих обещаний.

- Так в чём же проблема?

- Я узнал от Хокаге, что у меня перед вами с Ли есть огромное преимущество. А ещё Хокаге сказал, что хочет провести на мне эксперимент. Если он будет удачным, то я получу кеккей-генкай и додзюцу. Дядюшка Орочимару пообещал, что после проверки их с мамой методик, он попытается помочь Ли с его ущербностью к ниндзюцу. И если всё пройдёт хорошо, то Ли сможет использовать техники.

- Так это же великолепно! - воскликнул Шикамару.

- Но это будет нечестно по отношению к тебе! У нас с Ли будут крутые кеккей-генкаи, у меня будет додзюцу и моё секретное преимущество, а ты будешь простым шиноби. Я попробую попросить маму и Хокаге, чтобы тебе тоже...

- Наруто! - оборвал его Шикамару. - Ты до сих пор так и не понял? Чем шире пропасть, которую мне нужно преодолеть, тем больших успехов я достигну, в попытках тебя превзойти. Или ты думаешь, разрыв между нами будет больше, чем между Гай-сенсеем и его соперником Какаши?

В ответ Шикамару получил облегчённый вздох и широкую ослепительную улыбку.

***

- Здравствуй, Какаши! - произнёс бледный зеленоволосый парень пробегающему мимо человеку. - Давненько не виделись!

Медленно шагающий по своим делам шиноби с растрёпанными белыми волосами и закрытым маской лицом оторвался от оранжевой книги и небрежно окинул взглядом человека, загородившего ему дорогу.

- Мы с вами знакомы? - прищурил глаз джонин. - Вы очень напоминаете моего друга, но тот уже...

- ... давно похоронен под завалом возле моста Каннаби? Отдал тебе Шаринган? Был влюблён в Рин Нохара?

- Т-ты? Не может быть? Обито, ты жив? Что у тебя с глазами и волосами?

Какаши было бросился к тому, чью смерть оплакал много лет назад, но остановился на полушаге.

- Что с тобой произошло, Обито? Если бы я знал, что ты выжил, я бы никогда... Мы с Рин бы никогда...

- По пути назад в Коноху я потерялся на дороге жизни.

Какаши было улыбнулся одним глазом, но, наткнувшись на совершенно серьёзный взгляд бывшего напарника, осёкся.

- Я не шучу, Какаши. Я действительно потерял себя. И теперь не знаю, помогли ли мне себя найти, либо же вынудили стать на путь, которому мне придётся следовать до конца жизни.

- Кто?

- Орочимару. Годайме Хокаге Конохагакуре но Сато.

- Это из-за его экспериментов ты стал таким?

- Долгий разговор, Какаши. Которому не место посреди оживлённой улицы.

- Ты прав, Обито, ты прав.

Обито Учиха подошёл к своему другу, положил ему руку на плечо и они оба исчезли в вихре листвы.

***

Двое шиноби вольготно расположились на каменной голове их учителя, Йондайме Хокаге Конохи.

Тихий голос Обито размеренно и монотонно произносил слова, но от содержимого рассказа волосы Какаши, казалось, становились дыбом, а поражённо распахнутый глаз готов был выскочить из глазницы.

- То есть это ты убил сенсея? - по завершению разговора спросил Какаши.

- Да, я послужил причиной его смерти.

- И я рассказал тебе о родах Кушины-сан, поэтому несу ответственность за нападение Кьюби.

- Ты приходил на могилу каждый день. Шпион из любой деревни отдал бы руку за подобный источник сведений, - Обито невесело хохотнул. -Или, быть может, глаз.

- И всё произошло потому, что я убил Рин с помощью дзюцу, которое смог использовать благодаря твоему Шарингану.

- Это очень недалеко от правды. Я любил Рин, и ты знаешь это. И после того, как я увидел её бездыханное тело, после того как убил всех кири-нинов, я сломался. Я вернулся к Мадаре. Я начал исполнять план, возвращающий мир, где она жива.

- Ты ненавидишь меня, Обито?

- Нет. Давно уже нет. Ты был всего лишь жалкой шестерёнкой, ничтожным элементом несовершенства этого мира. Но теперь всё закончилось. Теперь я вновь шиноби этой деревни. Скоро объявят о том, что у клана Учиха появился новый глава. Человек, считавшийся когда-то бездарью, а теперь способный уничтожить не только сам этот клан, но и всю Великую Деревню. Который понимает умом, что должен хотеть это сделать, но от самих мыслей об подобном в его душе поднимается протест. А что скажешь ты, Какаши? После всего того, что узнал сегодня?

- Мой друг Обито Учиха, отдавший перед смертью свой глаз человеку, которого считал другом... Он остался под каменным завалом на мосту Каннаби. Я рад, что ты выжил, но лучше бы мне об этом не знать. Смешно, мы ведь паршиво ладили, наилучшими наши отношения стали в то время, когда я думал, что ты мёртв.

- Я не виню тебя в смерти единственной женщины, которую я когда-либо любил. Но, глядя на тебя, я не могу не вспомнить твою руку, пронзающую ей сердце. Лучше всего я думал о тебе в то время, когда от моего тела оставалась лишь половина, когда я исступлённо тренировался в доспехе Спирального Зецу, мечтая прийти вам с Рин на помощь, чтобы наша команда была вновь в сборе.

- Это конец?

- Полагаю мы будем общаться, ведь теперь мы оба - шиноби Конохи. Но в остальном... До свидания, Хатаке-сан.

- До свидания Учиха-сама.

Одноглазый шиноби в маске заскочил на торчащий локон каменного изваяния своего мёртвого сенсея и окинул взглядом Коноху, залитую светом закатного солнца.

- А знаете, Учиха-сама...

- Да, Хатаке-сан?

- Теперь меня будут звать Пунктуальным Ниндзя Какаши.

Глава 12

Наруто Узумаки с необычной для него робостью постучал в дверь кабинета Хокаге, приоткрыл её и просунул голову в щель.

- Заходи, Наруто-кун, - улыбка Орочимару была змеиной и устрашающей.

Но Наруто, видавший такое по нескольку раз в неделю, был к ней привычен. Это был всё тот же Добрый Дядюшка Орочимару, который приносил в жизнь только радость и счастье.

- Дядя Орочимару... Я хотел сказать, Хокаге-сама! Я готов!

- Ты знаешь все риски, ты знаешь об опасности. Ты знаешь, что процесс может затянуться. Ты можешь пробыть в коме не один месяц.

- Мы с Шикой выучили все предметы Академии и готовы к выпуску хоть сейчас! Так что считайте, что у вас есть согласие вашего шиноби! - Наруто слегка замялся. - Только у этого шиноби пока нет протектора. Но вы мне врёте, дядя Орочимару!

- Вру?

- Вы просто пугаете! Вы знаете что мама Цунаде не одобряет опыт и хотите чтобы я повременил и отказался.

- С чего ты это взял, что пугаю?

- Сестрёнка Фуу сказала что пробыла в вашей зелёной штуке не больше недели. А у меня есть биджу и я живучий как Узумаки.

- В некотором роде ты прав, я тебе выкладываю самый худший из возможных прогнозов. Может что-то пойти не так. Ну или возможно всё пройдёт гладко и ты выйдешь через пару недель. Вмешательство в геном твоей новой сестрёнки было очень мягким, ей имплантировали только ДНК Узумаки, мы не могли рисковать высвобождением биджу. Кстати, я не спрашивал, как тебе твоя новая сестра?

- Фуу офигенная! Она весёлая и беззаботная! Она даже не пыталась меня поколотить когда я испытывал своё супер-дзюцу!

- Рад что вы поладили.

- Поладили? Это всё равно что сказать, что мы поладили с Шикой! Фуу - лучшая! Её любит тётя Марика, её любит мама Конан, её любят все! Её любит даже братишка Нагато, пусть этого и не показывает. А вы знаете какой он бывает нудный!

- Ку-ку-ку, да, есть такое. Ты знаешь, Наруто, времени у меня не слишком...

- Да-да, знаю, вы Хокаге, нужды деревни, выслушивание докладов, изучение бумажек. Когда я стану Хокаге, я натравлю на них своих клонов.

- Смотрю, ты серьёзно вознамерился приняться за дело.

- Я же Наруто Узумаки, не отступаю от своих обещаний! Давайте быстрее закончим с вашими опытами!

- Ну, тогда приступим! - решительно сказал Орочимару.

Он подошёл к Наруто и положил ему руку на плечо. Окружающий мир мигнул и Наруто ошарашенно уставился на знакомую обстановку лаборатории.

- Это был Хирайшин? Знаменитое дзюцу моего папы?

- Ну, вообще-то его придумал Нидайме. Но да. Пусть я настолько хорош как Йондайме, чтобы применять его в бою, но оно весьма экономит время на дорогу.

- Дядя Орочимару, ты меня научишь?

- Наруто-кун, ты будешь пользоваться этим дзюцу не раньше, чем Хонока-тян мне доложит, что ей нечему тебя учить. И учти, твои знания проверит мастер фуиндзюцу. Это пространственно-временная техника и она...

- Да, да, знаю! Очень опасна, если сделать ошибку в дзюцушики, ты можешь не попасть в нужное место и вообще погибнуть. Тот белобрысый придурок, который постоянно вертится около мамы, мне все уши прожужжал по поводу опасностей неправильного применения печатей.

- И ты его зря не слушаешься, из всей нашей команды Джирайя лучше всех владеет фуиндзюцу.

- Лучше тебя? Лучше мамы? Лучше даже дедули? Не может быть!

- Ты не поверишь, Наруто-кун, ты не поверишь.

Орочимару провёл Наруто в отдельное помещение, почти полностью заставленное батареями чакры. Наруто болезненно скривился, глядя на ненавистные ёмкости. Воспоминания о бесконечной скуке, которую он испытывал, много дней заполняя их чакрой, были слишком свежи. С опаской глянул на стеклянную тубу с зелёной жидкостью и кучей кабелей, на компьютеры, стоящие рядом, экраны которых показывали нули и ровную линию в центре.

- Это, Наруто-кун, место, где ты проведёшь много времени, - сказал Орочимару, указывая на сосуд. - Ты как, готов?

- Конечно! Супер-бьяку-шаринган ждёт меня! Давай, дядюшка, скорее!

- Погоди-погоди, Наруто-кун. У меня к тебе есть ещё предложение. Ты многое сможешь получить, но риск несколько возрастает. Я пообещал твоей маме, что всё произойдёт только с твоего согласия.

- Ты хочешь мне дать какие-то новые штуки?

- Совершенно верно. Много прекрасных "штук". Как ты уже знаешь, ты получишь Мокутон и станешь настоящим родственником Цунаде-тян.

- И буду выращивать деревца и цветочки!

- Ну или пленять биджу, как Шодай Хокаге и единолично сражать могущественных противников S-ранга.

- Ладно-ладно, вы с мамой уже тысячу раз говорили, какая это крутая штука! И ты говорил, что дашь мне додзюцу!

- Отец твоего друга Нейджи был настолько любезен, что дал нам с Цунаде-тян несколько экземпляров Бьякугана. При получении Шарингана ты присутствовал и сам. Шисуи ещё несколько раз участвовал в этом эксперименте, так что в Шаринганах мы недостатка не испытываем. Пересадка додзюцу - безопасная процедура, доступная даже прилежному в ирьёниндзюцу генину, так что додзюцу у тебя будет в любом случае.

- Бьякушаринган!

- Да-да, за последние десять раз, что ты это повторил, ничего не изменилось. И я готов потратить на твоё любопытство по одному ценному додзюцу.

- Ценному? Ты бы знал как нудно наполнять эти батареи! Осторожно подавать поток чакры, чтобы не взорвать их, тупо сидеть в комнате и ничего не делать. Даже мои клоны отказывались этим заниматься! Эти додзюцу драгоценны! Бесценны!

- Ку-ку-ку, Наруто-кун. Напоминаю то, что тебе не раз говорила мама. Наполнение батарей - прекрасное упражнение для улучшения контроля и отличная база для множества дзюцу. Так что ты не "сидел и занимался нудной фигнёй", а тренировался в дзюцу передачи чакры. И если ты всё-таки хочешь стать ирьёнином как мама, то без подобных техник тебе будет сложно.

- Ладно-ладно, я всё понял! Но ты говорил о ещё каких-то кеккей-генкаях.

- Совершенно верно. Дзюцу моего друга Хируко позволяет интегрировать в шиноби пять геномов. Мне удалось его доработать, теперь не нужно ждать солнечного затмения, но число пять осталось неизменным.

- Пять - это уже очень круто. А что у тебя есть?

Орочимару усмехнулся и молча протянул Наруто небольшой свиток. Не то чтобы он собирался прислушиваться к мнению Наруто, но его весьма интересовал неординарный ход мыслей маленького джинчурики. К тому же смотреть как тот морщит лоб, вчитываясь в свиток, и сосредоточенно высовывает язык, было весьма забавно.

Наконец, Наруто оторвался от списка доступных кеккей-генкаев и решительно глянул Хокаге в глаза.

- Стихийные сразу отбрасываем! Они не нужны!

- Поясни, Наруто-кун.

- Пусть каждая из стихий круче, чем обычные сейшицухенка, но не настолько. Стоит брать только те, что дают крутое преимущество. Первыми тремя будут стихии Скорости, Стали и Тьмы.

- Подробнее, Наруто-кун, - попросил Орочимару. Выбор был хорош, но его интересовал ход мыслей джинчурики.

- Скорость дает... ну, скорость! Огромное преимущество в бою. Тут написано, что для удара нужно остановится, чтобы не сломать себе все кости, но это глупость! Обычный кунай, а еще лучше крутой меч - и все враги мертвы, а принцессы спасены!

- Вот как? Я вижу, ты хорошо всё продумал. Дальше.

- Стихия Стали даст неуязвимость. Мечи будут ломаться, а кости кулаков противников крошиться. Сильные стихийные дзюцу - единственное, чего стоит избегать. Если это сработает у клонов, я сам себя буду бояться!

- Очень хорошо. Ну а Стихия Тьмы?

- Позволит поглотить и выпустить во врага его же дзюцу! Даже раздумывать нечего!

- Ладно, согласен. У тебя есть еще два варианта выбора.

- Магнетизм! Позволит вырывать у врага кунаи и сюрикены. Если будет действовать на Каге Сюрикены, то это лучший выбор из возможных.

- Магнетизм ты можешь получить отдельно.

- Отдельно? Как?

- Этот кеккей-генкай проявляется у всех джинчурики Ичиби. Ты привык к чакре Кьюби, чакра Ичиби гораздо слабее. И если...

- Ты запечатаешь в меня эту чакру и я смогу использовать Магнетизм?

- После тренировок, Наруто-кун, после тренировок. И тебе придётся самому придумывать эти дзюцу.

- Это не проблема! Ладно, отбрасываем Магнетизм. Также не нужен Шикотсумьяку.

- Почему? У клана Кагуя очень сильный кеккей-генкай.

- Он глупый! Для чего мне растить свои кости, если я смогу воспользоваться Каге Сюрикенами? Для чего костяные мечи, если можно драться обычным? К тому же постоянно наносить себе раны, это тупо!

- Допустим. И что же ты хотел бы?

- Стихию Кристалла! Можно превратить в кристаллы что угодно!

- Тебе же не нравится Гурен.

- Она красивая, но задавака, и слишком о себе хорошего мнения! Но это не значит, что её кристаллы - не одна из самых крутых штук, что я знаю!

- Ку-ку-ку, если мы заговорили о девочках, не хочешь получить стихию Льда, как у той девочки, которая в этом году становится генином?

- Вы говорите о Хаку Юки, подружке Каруи-тян? Неа, не хочу. Футон, Катон и Райтон я начал осваивать и так, Дотон и Суйтон получу вместе со Стихией Цветочков. Спокойно обойдусь и без Хьётона.

- Тогда что ты хочешь напоследок?

- Может ещё одно додзюцу?

- Наруто-кун, вряд ли додзюцу не будут между собой конфликтовать.

- Ну тогда кеккей-генкай этого рыжего парня! Он может превращаться в такого кру-у-утого чувака!

- Проблема Джуго в том, что он теряет контроль над своей Трансформацией Мудреца. Ты слишком эмоционален, тебе этой штукой пользоваться нельзя.

- Но помнишь ты говорил что твои змеи знают как контролировать эту штуку? И что Извращенец умеет управлять чем-то подобным?

- Я до сих пор не нашёл Рьючидо, поэтому сам сендзюцу не владею. А будет ли тебя обучать Джирайя или нет - неизвестно. Но даже если и будет, пока не научишься контролю, ты будешь слишком опасен для деревни.

- Пф, тогда поставь мне на сердце такую же штуку как у того предателя Учиха! Чтобы меня парализовало, если я теряю контроль. Пока я не научусь управлять этой сен-штукой, не причиню никому вреда!

Орочимару задумался. Его изначальный замысел был совсем другим, но предложенный Наруто вариант был вполне цельным, универсальным и очень близким к идеалу. Особенно если учитывать несколько дополнений, о которых малышу знать совсем необязательно.

- Хорошо, Наруто-кун, будь по-твоему, - наконец, решил Хокаге. - Ну а теперь давай приступим!

- Давай, пока мама не вернулась из Танзаку Гай! А то она всегда слишком переживает. И когда она вернётся, я уже стану самым крутым шиноби в мире! Стану Хокаге даже круче чем ты!

- Ку-ку-ку, Наруто-кун, не сомневаюсь. Ну что же, давай займёмся твоими глазами. Предупреждаю, будет очень больно.

- Я не боюсь боли! Ведь я будущий Хокаге, даттебайо!

***

Годайме Хокаге Конохагакуре но Сато стоял возле большого танка, в котором плавало тело джинчурики. На лице Змеиного Саннина играла довольная улыбка. Та, самая улыбка, которая очень нервировала немногих друзей, а врагов приводила в чувство, близкое к панике.

Орочимару знал, что ему улыбнулась удача. Более живучего экземпляра для опытов он не мог получить при всём своём желании. Жизненная сила Узумаки, дополненная регенерацией Кьюби, целительной чакрой Узумаки и Созо Сасей Цунаде - этот субъект мог пережить что угодно.

Конечно же, такую глупость, как разрезание и соединение додзюцу, Орочимару не делал, пусть ему был интересен результат. Под плотной повязкой, закрывающей глазницы Наруто находились оба глаза Обито Учиха. Было поразительно легко добыть второй глаз - всего лишь потребовать от Какаши Хатаке медицинского обследования, отметить некорректное приживление додзюцу, мешающее деактивации Шарингана и назначить реабилитационную операцию. Счастливый от улучшившейся работы додзюцу и вновь обретённому бинокулярному зрению, Хатаке так и не узнал, что его в его глазнице сияет одна из клонированных копий Шисуи. Орочимару был тоже весьма доволен - дзюцу Мангекё Шарингана Обито Учиха было настолько мощным, что позволяло на равных сражаться с Йондайме, а значит наложить на него руки было самым естественным решением.

Орочимару испытывал странное удовольствие, консультируясь со своим тестовым субъектом по поводу плана опытов. Он даже позволил себе немалую откровенность - рассказав о чакре Ичиби. Нет, он, конечно же, не выкладывал всех своих планов, поэтому того, что чакрой Ичиби всё не ограничится, Наруто не знал.

Разговоры с Обито обогатили Хокаге множеством новых знаний. В совокупности с его личными исследованиями они давали очень полную и объёмную картину. Орочимару узнал о Джуби, о невероятной мощи этого протобиджу. О Кинкаку и Гинкаку, Золотом и Серебряном братьях Кумогакуре, Орочимару знал и раньше, но лишь от Обито узнал подробности их становления джинчурики без запечатанного биджу. Сам Орочимару не собирался совершать такое варварство, как введение плоти биджу в желудочно-кишечный тракт, это было ненужной растратой ценных образцов. Внутривенные инъекции генетического материала и впрыскивание чакры через бедренные тенкецу были гораздо продуктивней.

К трём из девяти биджу у Орочимару был полный доступ. Для получения дополнительной чакры Кьюби, помимо собранной вместе с образцами ДНК лиса во время нападения, агентам Корня пришлось совершить маленькое путешествие в Храм Огня. Они извлекли чакру из руки сына глупца Казумы, о которой Орочимару давно рассказала Фука Узумаки. Приказать подчинённым Орочимару бывшим S-ранговым нукенинам атаковать остальных джинчурики, о личностях которых Хокаге снова-таки узнал от Обито, было вопросом финансов. Два Мечника Тумана, Кисаме Хошигаки и Джузо Бива прекрасно справились с этой задачей. Таким образом были получены плоть и чакра Санби, Йонби, Гоби и Рокуби. Для Орочимару стало сюрпризом то, что джинчурики Йонби оказался тот самый краснобородый старик из Ивы, впрочем, это косвенно подтверждало его принадлежность к Узумаки. Чакра и ДНК Хачиби у Орочимару были ещё с тех времён как он убил Фукаи, прошлого джинчурики, выдав себя за доктора и обманом заставив принять погружающие в гендзюцу пилюли.

Орочимару дал задание агентам провести скрытную вербовку джинчурики Йонби, Гоби и Рокуби, все трое не были особо лояльны своим деревням. Но это был вопрос слишком дальней перспективы.

Теневые клоны и ДНК обладателей всех кеккей-генкаев давным-давно хранились в свитках Орочимару, пусть никто и не имел представления о всей обширности его коллекции. Змеиный Саннин собирался быть относительно честным с Хируко. Но тому суждено было получить лишь стихийные кеккей-генкаи и единственное додзюцу, ни Мокутоном ни использованными на Наруто геномами он снабжать коллегу не собирался.

Весь комплекс процедур, применённых на Наруто, многократно повышал вероятность летального исхода, но всё равно вероятность выживания субъекта была неожиданно высока. И в случае успеха Орочимару получил бы в своё распоряжение то, о чём он мечтал больше всего на свете.

Совершенство.

Сверхчеловека.

Бога.

Тот старый разговор с Цунаде заставил его переосмыслить Фуши Тенсей, то дзюцу, над которым он работал столько лет. И если бы Цунаде узнала о выводах, к которым пришел её напарник, счастья ей бы это не принесло. Орочимару не собирался менять тело раз в несколько лет. Нет, он доработал технику, теперь она позволяла занять чужое тело раз и навсегда, но требовалось такое тело, что могло выдержать всю мощь Змеиного Саннина. Проблему же с ненужными квартирантами Орочимару собирался решить самым радикальным образом - тело будет лишено души, но поддерживаться в живом состоянии печатями и реанимационным оборудованием.

Орочимару не собирался становиться джинчурики, но, к счастью, этот вопрос перед ним не стоял. Минато, использовав Шики Фуджин, запечатал половину биджу не в тело Наруто, а в его душу. Та часть Кьюби, что была запечатана в него самого, теперь находилась в животе Шинигами. Орочимару резонно предполагал, что в случае освобождения души Намиказе из заточения и применения Эдо Тенсей, тот воплотится в виде джинчурики Кьюби. Поэтому извлечение души Наруто решало сразу две проблемы, пусть и порождало ещё одну.

Орочимару знал, каковой будет реакция Джирайи, Цунаде и сенсея. Идти против их троих Орочимару, обретя новые способности, мог, и результат сражения был бы не в пользу членов его команды. Но лишаться поддержки своих близких людей Хокаге не хотел. К тому же он испытывал некоторую приязнь к маленькому белокурому сопляку, но это ни в коем случае не означало, что Наруто не суждено умереть.

Хокаге зловеще улыбнулся. Для воплощения в жизнь его планов требовалось отсутствие Цунаде до конца эксперимента. Что же, похоже клиника в Танзаку Гай скоро начнёт испытывать проблемы, заставляющие Цунаде задержаться в городе. И совершенно случайно там пройдёт игровой турнир, на котором Легендарной Неудачнице неожиданно начнёт улыбаться удача.

***

Наруто не знал, как очутился в этом странном месте. Длинные каменные коридоры со множеством дверей. Под потолком змеятся капающие водой трубы. Пол покрыт неглубоким, по щиколотку, слоем чистой воды. И с этим местом было не всё в порядке. Стены изгибались, осыпаясь раствором и кирпичами. Большие каменные плиты пола дыбились и трескались. Трубы извивались змеями. Из щелей в камнях и стенах вылезали толстые корни и с огромной скоростью оплетали всё вокруг. Наруто опасался что коридор рухнет, погребёт его под каменными завалами, но странности происходили вновь - стены и пол, как будто под действием мощного дзюцу Дотона, выравнивались, кирпичи взлетали и становились на место, а порванные искорёженные трубы вновь смыкались и становились неповрежденными. Вездесущие корни вместо разрушения начинали укреплять стены, из них выстреливали тонкие побеги и покрывали помещение красивым слоем листьев. И как только, казалось, всё успокаивалось, цикл разрушения и восстановления начинался вновь.

Наруто было очень неуютно, он боялся, что его завалит, засыпет или разорвёт, поэтому опрометью бросился вперёд к концу коридора, туда, где виделось огромное помещение, которое почему-то не затрагивали метаморфозы окружающего пространства.

Наруто вышел из коридора в огромный зал и с изумлением отметил, что тот простирается в бесконечность. Обрушивающиеся туннели, из которых он только что прибыл, куда-то бесследно пропали. Узумаки не оставалось ничего другого, кроме как идти в сторону единственного сооружения во всем окружающем пространстве - к гигантским изукрашенным затейливым узором вратам, чьи прутья решетки были настолько толстыми, что с легкостью могли остановить Кацую или Манду.

Как только Наруто увидел легкомысленную бумажку с надписью "печать", его начало наполнять понимание. Наруто не обманывался несерьезным видом бумажки, как человек, всерьез постигающий фуиндзюцу, он знал, какую силу могут нести слова, написанные на обычных бумажных листиках.

- Мой тюремщик решил навестить меня? - раздался громовой голос. - Не ожидал.

Подозрения Наруто переросли в уверенность. Он подошёл к вратам, за которыми во тьме светились два гигантских алых глаза и склонился в глубоком поклоне.

Странно человеческая рыжая рука с огромными когтями мелькнула сквозь прутья решётки, вбивая Наруто в покрытый водой каменный пол. Узумаки почувствовал нестерпимую боль, он ощутил, как в теле ломается каждая косточка, как когти разрывают его плоть. Но, к счастью, боль быстро утихла, сменившись блаженной темнотой.

Наруто обнаружил себя во все тех же рушащихся и изгибающихся коридорах, все те же трубы, камни и корни. На этот раз он не стал мешкать и бросился к вратам кратчайшим путем.

- Идиотский лис! Знаешь, как это больно?

-Ха-ха-ха-ха! Видел бы ты своё лицо!

- Это не смешно! Это самый идиотский и тупой... - Наруто осекся. Он вновь подошел близко к решетке и снова низко поклонился.

- Что? - послышался изумленный рык Кьюби.

- Я, Наруто Узумаки, сын Кушины Узумаки и член Узумаки Ичизоку, приношу вам, Кьюби-сан свои извинения от своего лица и от лица моего клана за всё то зло, что мы причинили вам.

- Что-о-о-о?

- Моя родственница, Мито Узумаки, пленила вас, лишив свободы за поступки, к которым вас принудил Мадара Учиха. Моя мать, Кушина Узумаки, была вашим вторым тюремщиком. Мой отец, Минато Намиказе заточил вас в меня. Я знаю, что вы напали на Коноху, находясь под контролем Шарингана. Я не обвиняю вас в смерти моих родителей - они были вашими врагами, вашими рабовладельцами. Я понимаю, что причинённое вам зло непростительно, но не имею права не принести извинения.

- Э-хе-хе, ну, допустим, вашу жалкую деревню мне хотелось разрушить и так.

- Ах ты злобный кровожадный ублю... Прошу прощения, Кьюби-сан, вы, наверное, имели полное право желать мести за былые обиды. Ведь вас поместили в такое отвратительное место! - Наруто обвёл рукой окружающее пространство, показывая насколько тут плохо.

- Отвратительное? Да тут просто горный курорт с горячими источниками, по сравнению с прошлыми двумя печатями! - ворчливо сказал Кьюби.

- Серьёзно? Что может быть хуже этой дыры?

- Большой каменный шар, к которому ты прикован цепями, а твои руки, ноги и хвосты прибиты огромными кольями. Я был счастлив, когда тот Учиха меня освободил. Если бы тот урод не контролировал меня Шаринганом, я бы помог ему добровольно. Но этот идиот всё испортил.

- Э-э-э... В самом деле? Так это что, получается, члены моего клана - мудаки? И только папа проявил относительную доброту?

- Доброту? А-ха-ха-ха, доброту! Твой папочка был хуже всех. Он разорвал меня на две части. Половину он запечатал в себя и унёс с собой к Шинигами. Лучше быть прибитым кольями, чем быть настолько... ущербным... неполным... незавершённым.

Наруто плюхнулся в воду и обхватил голову руками. Он сидел, издавая стон и слегка покачиваясь, до тех пор, пока не почувствовал, как ему в лоб больно ударяет что-то, напоминающее заострённое бревно. Он поднял глаза и увидел, что Кьюби, просунув руку сквозь решётку, аккуратно постукивает его по лбу.

- Прости, малыш, что стал крушением твоих иллюзий. И, кстати, зачем ты здесь? Тебе нужна моя чакра?

- Чакра? Конечно нет! У меня её полным-полно своей и будет ещё больше. У меня проблемы с контролем, но тут ты ничем не поможешь.

- Кто знает, кто знает?

- Я не знаю, почему тут появился, хоть пара мыслей у меня и есть. Но раз уж я здесь, можешь рассказать о себе? Мы вместе очень надолго, почему бы нам не узнать друг о друге побольше? Сестрёнки Югито и Фуу неплохо ладят с Мататаби и Чомей, нам тоже не обязательно быть врагами.

- Я не буду тебе помогать!

- А я и не просил помощи! Что я буду за Хокаге, если спасать принцесс за меня будет биджу?

- А-ха-ха-ха, логично! Ну, если ты не боишься, иди поближе. У меня прекрасный слух, но прислушиваться к твоему писку неохота!

Наруто с опаской посмотрел на протянутую ему руку, поколебался, а затем, сцепив зубы, решительно шагнул на раскрытую ладонь.

Глава 13

Годайме Хокаге Конохагакуре внимательно всматривался в экран компьютера, попутно листая и просматривая отдельные листы из толстой стопки распечаток, лежащих на столе. Пробы ДНК, цифры и графики не врали. Безумно сложный и опасный эксперимент, в удачном исходе которого Орочимару порою сомневался, завершился несомненным успехом.

Проблем с интеграцией ДНК Хаширамы Сенджу оказалось даже меньше, чем Орочимару надеялся в своих самых оптимистичных прогнозах. Тело Наруто приняло чуждый геном как родной. К изумлению Саннина, изменений чакры не произошло вовсе, что было совершенно необъяснимо.

После небольшого курса реабилитации, пришёл черёд второго этапа - интеграции пяти кеккей-генкаев с помощью техники Химеры. Теневые клоны с нужными кеккей-генкаями были извлечены из свитка, парализованы с помощью Канашибари но дзюцу и разложены в специально отведённых местах огромной печати, кропотливо начертанной вокруг ёмкости с субъектом эксперимента. После активации печати и впрыскивания генетического субстрата этих шиноби, Орочимару дождался, пока клонов не втянет вовнутрь, и бросился проверять состояние субъекта. Видимо техника Химеры всё же была несовершенной. Жизненные показатели стали прерывистыми, сердцебиение участилось до тревожных двухсот пятидесяти ударов в минуту, а показатели активности чакры и гормонального баланса приблизились к красной зоне.

Орочимару был готов к крайним реанимационным мерам, но этого не понадобилось - исцеляющее свойство чакры Марики Узумаки вернуло субъект в стабильное состояние. Пусть пульс подопытного и был учащён, а температура повышенной, но со временем организм джинчурики справился с посторонним влиянием, интегрировав в себя чуждые геномы. Об успешном завершении этого этапа эксперимента Орочимару узнал, когда все жизненные показатели рывком вернулись в оптимальную зону, кардиомониторы перестали издавать тревожные звуки и все индикаторы за считанные минуты вновь загорелись успокаивающим зелёным цветом.

Орочимару наблюдал за подопытным семьдесят два часа, пока не убедился, что не предвидится никаких рецидивов. И тогда эксперимент вошёл в свою завершающую фазу. Субъекту с заданным интервалом были проведены инъекции чакры всех девяти биджу, от Кьюби до Ичиби. Орочимару ожидал, что подопытный плохо перенесёт чуждую человеку ДНК, он ожидал, что чакра биджу будет негативно действовать на субъект. Но его опасения были напрасны. Подопытный легко принял препарат Кьюби, затем спокойно пережил последующие инъекции геномов оставшихся восьми биджу, и Орочимару был уже готов праздновать успех. Но случилось непредвиденное. Чакра всех девяти зверей дала странный кумулятивный эффект - у тела подопытного начался быстрый клеточный распад. Несмотря на всю регенерацию Узумаки, несмотря на ДНК Хаширамы Сенджу, тело джинчурики не выдерживало. На коже начали появляться язвы и гематомы, а в конечностях начался тремор. Орочимару вновь воспользовался чакрой Узумаки, но она стабилизировала пациента лишь ненадолго.

Саннин применил последнее средство - печать Цунаде. До того считавший, что слишком перестраховывается, Орочимару понял, что чакры может не хватить. Дзюцу восстанавливало повреждения, но они появлялись снова и снова. Через некоторое время Саннин отметил, что показатели интенсивности распада заметно снизились, пусть чакры всё равно не хватало. Орочимару не оставалось ничего другого, как воспользоваться своей чакрой, горстями глотая восстанавливающие пилюли. И вот когда Саннин начинал задумываться о чакроистощении, состояние подопытного вновь рывком стало стабильным.

Последнюю неделю Орочимару провёл, неустанно наблюдая за жизненными показателями субъекта, для этих целей он даже перенёс в лабораторию свой рабочий стол и обязанности Хокаге исполнял из подвалов госпиталя, принимая лишь отдельных Анбу и Марику Узумаки. Последняя беспокоилась о своём названном племяннике, но Орочимару легко её успокаивал, показывая сфальсифицированные рапорты хода эксперимента. После того как Орочимару пояснил ей, что он слишком беспокоится о здоровье маленького Наруто, поэтому всю генную терапию производит в максимально щадящем режиме, Узумаки удовлетворилась объяснением затянувшихся сроков.

С Цунаде также не возникло никаких проблем. Выгоревшая в госпитале Танзаку главная диагностическая печать задержала напарницу достаточно, чтобы игорный фестиваль завладел её вниманием. Орочимару посчитал организацию бесплатной выпивки для игроков великолепной задумкой и собирался выписать агенту Корня небольшую премию - Цунаде крепко застряла в городе, пусть, к изумлению Хокаге, свою работу всё равно выполняла исправно.

И вот теперь, после недели наблюдения за стабильным состоянием субъекта, она прислала ястреба с сообщением, что прибывает через три дня. И за эти три дня Орочимару следовало сменить тело. Впрочем, ему для этого хватало и считанных часов.

- Вы звали меня, Хокаге-сама? - спросил Орочимару Обито Учиха.

- Да, вы вовремя, Учиха-сан, - улыбнулся Саннин. - Скажите, насколько вы освоили дзюцу вашего Риннегана?

- На удовлетворительном уровне.

- Замечательно. Скажите, то допросное дзюцу, при котором пользователь может извлечь душу допрашиваемого, вам уже доступно?

- Полагаю, что вы читали мой доклад.

- Ну-ну, Обито-сан, мне интересно ваше мнение о своих текущих способностях.

- Я не слишком много пользовался этим дзюцу, восприятие информации из души допрашиваемого мне пока что даётся тяжело.

- Но сам процесс извлечения души происходит успешно?

- Совершенно верно.

- Прекрасно. Следуйте за мной.

Орочимару подвёл Обито к большому танку с зелёной жидкостью, верхний люк в который был открыт, впуская вовнутрь дополнительные пучки шлангов и проводов системы жизнеобеспечения.

- Вы должны извлечь душу из этого субъекта. Ни в коем случае не пытайтесь считывать информацию, если, конечно, не хотите ощутить тысячелетний опыт Кьюби.

- Вы уверены, Орочимару-сама? Это же ребёнок!

- Раньше вас, Обито-сан, это не останавливало. Считайте, что вы завершаете начатое годы назад. Я приказываю вам как Хокаге.

Обито отрывисто кивнул, подошёл к танку и взобрался наверх по приставленной сбоку лесенке. Он засунул руку в зеленоватый раствор и дотронулся до головы подопытного. Не было никаких печатей и названий дзюцу, просто фиолетовое сияние глаз Обито и полупрозрачный колеблющийся силуэт, протянувшийся за рукой Учиха.

Орочимару довольно глянул на издавшие тревожные трели приборы, на загоревшиеся красные лампочки, на активировавшиеся печати. Через некоторое время подталкиваемое кардиоводителем сердце начало отсчитывать редкие удары, налаживая циркуляцию крови, а расползшиеся по коже субъекта цепочки символов стабилизировали чакру внутри тела. Лампочки одна за одной меняли свой цвет на жёлтый.

- Обито-сан, подождите, пожалуйста, в соседнем кабинете. Или знаете что? Вы свободны, я вас вызову чуть попозже. Как Хокаге я объявляю происходящее в этой лаборатории S-ранговым секретом и разглашение запрещаю кому бы то ни было, включая моих преемников на посту лидера деревни. Вам всё понятно?

- Вы же знаете, что после Котоамацуками я не могу ослушаться приказов Хокаге. Предельно понятно.

- Очень хорошо. Вы мне вскоре понадобитесь, так что будьте готовы.

Дождавшись, пока Обито скроется за дверью, Орочимару усмехнулся. Удлинившейся рукой он потянулся к танку и аккуратно, стараясь не запутать и не повредить многочисленные провода, трубочки и шланги, положил тело на специально приготовленную кушетку. Саннин извлёк скальпель и попытался сделать надрез на руке Наруто. Несмотря на то, что рука ощущалась такой же мягкой и податливой как обычно, отточенное лезвие не смогло повредить кожу. Орочимару приложил больше усилий и рассмеялся, увидав, как скальпель в его руках с треском сломался. Он открыл рот, из которого высунулась змея, и достал из её пасти свой верный меч Кусанаги. Быстро взмахнув клинком, Орочимару попытался нанести рану Наруто. Но несмотря на всю силу легендарного меча, разрез получился очень маленьким, крови выступило немного, а рана, засияв зелёным светом, затянулась прямо на глазах. Орочимару быстро собрал выступившую кровь пипеткой, достал предметное стекло и поместил туда маленькую капельку. Закрепив предметное стекло в микроскопе, Орочимару приступил к тому, ради чего всё это затевалось.

Он подошёл к мерно дышащему телу и вытянул из его рта интубационную трубку. Тело закашлялось и стало прерывисто дышать. Не теряя времени, Орочимару руками развёл челюсти субъекта и просунул в раскрытый рот свою истончившуюся голову. Сделав небольшое усилие, он проскользнул в рот своему новому телу и исчез в глубинах пищевода.

Закрытые глаза Наруто распахнулись, засияв фиолетовым светом. Внезапно его кожа стала бледнеть, фиолетовый свет погас, глаза стали золотыми со змеиными вертикальными зрачками. Белокурые волосы стали стремительно темнеть и отрастать, достигнув средины спины. Тело начало расти и наливаться объёмом, формируя на себе привычную одежду Хокаге. Прошло несколько десятков минут как Змеиный Саннин Орочимару, Годайме Хокаге Конохагакуре но Сато, встал с кушетки, с удовольствием потянулся и подошёл к лабораторному столу.

Подняв с него заблаговременно заготовленное зеркало, Орочимару с полным удовлетворением наблюдал, как его змеиные глаза засветились красным, как в них вращаются три томоэ. Затем томоэ расплылись, сформировав фигуру из трёх загнутых лезвий. Активировав напоследок Риннеган, Орочимару рассмеялся, положил на стол зеркало и исчез во вспышке Хирайшина.

***

Глаза Орочимару блестели от удовольствия, а с губ не сходила довольная пугающая улыбка. Он проверил возможности своего нового тела и сказать, что он был впечатлён - значило промолчать.

Тот давно изученный свиток с дзюцу Хаширамы, который Орочимару конфисковал у Данзо, дал ему приличный репертуар техник Мокутона. Никаких дзюцу Скорости и Стали Хокаге не знал, но простое наполнение тела комбинированной чакрой либо невероятно замедляло время окружающего мира, либо делало его и так несокрушимое тело неуязвимым для любых физических атак, включая раны Кусанаги. Ладонь с двумя ромбами Стихии Тьмы, испробованной в сражении со своими клонами, исправно поглощала ниндзюцу и точно так же возвращала их назад в противника. Стихия Кристалла впечатлила не меньше - он смог превратить траву, деревья и даже дзюцу в друзы розового неуничтожимого кварца, но требовалось узнавать или разрабатывать техники, а это было задачей недалёкого будущего.

Трансформация Мудреца оказалась коварной вещью. Орочимару убедился, насколько был прав Наруто, предложив поставить себе Проклятую Печать. Любое раздражение и сильные эмоции вызывали лютый гнев и желание убивать, идущие из самой глубины души. Один лишь раз поддавшись этому чувству, Орочимару осознал себя трёхметровым гигантом посреди огромной просеки уничтоженных деревьев, а от множества Моку Буншинов, с которыми он устраивал спарринг, не осталось и следа. Саннина не расстраивала эта потеря контроля - он и так умел управлять своими эмоциями, но для полного овладения геномом Джуго ему требовалась помощь Джирайи. К этому вопросу нужно было подходить осторожно - пусть напарник не особо обременял себя заботой о своём крёстном сыне, о смерти Наруто ему не следовало знать.

С этой силой, с этими способностями, с этим бездонным океаном чакры, Орочимару чувствовал, что способен в одиночку противостоять всему миру. Впрочем, подобной задачи перед ним не стояло - он, вопреки расхожему мнению, не особо любил сражения, вступая в них только когда этого требовали его многочисленные цели.

По окончанию проверки своих новых сил, Орочимару отметил некоторое падение контроля - следствие многократно увеличившихся объёмов чакры, но обширный опыт и многочисленные трюки, которые Саннин изучил за свою долгую жизнь, позволяли обойти этот недостаток. Впрочем, с тем количеством чакры, что у него было в данный момент, используя метод тренировки предыдущего обладателя его нового тела, можно было вернуть старые навыки в течение месяца, а в течение полугода достичь идеального контроля Цунаде.

Орочимару вновь улыбнулся, окинув взглядом огромную плешь поваленных и измочаленных деревьев посреди густого леса. Быстрым мокутондзюцу он восстановил разрушения, сделав этот участок леса ещё гуще и зеленей чем раньше. Бросив последний взгляд по сторонам, он во вспышке Хирайшина переместился обратно в лабораторию.

Прекрасное настроение не покидало его до конца дня. Он внимательно изучил образец своей крови, провёл тщательный анализ ДНК, убедился в цельности и в отсутствии деградации генома. Когда все нужные подтверждения были получены, Орочимару уничтожил все образцы, а протоколы опытов, чакроэнцефалограммы, электрокардиограммы и все носители с записями эксперимента запечатал в свиток и проглотил.

Теперь, когда Орочимару обладал превосходным телом, он достиг идеала как шиноби. Но Саннин считал себя, в первую очередь, учёным и исследователем. Существовал ещё один бесценный инструмент, без которого Орочимару ощущал себя неполным. И ликвидацией последнего несовершенства следовало заняться прямо сейчас.

Орочимару встал из-за рабочего стола и создал Моку Буншин. Клон подошёл к стеллажу и достал оттуда ёмкость с Бьякуганом. Поставив её на стол, он приблизился к коленопреклонённому Орочимару. Окутанной голубым сиянием Чакра но Мес рукой, клон провёл по голове оригинала. Но скальпель чакры смог лишь надрезать кожу на голове, не сумев пробить кости черепа. Орочимару предполагал, что подобный результат вероятен, поэтому протянул клону Кусанаги и офуда с печатью блокировки чакры. Тот кивнул и налепил печать на переносицу оригинала. Наполнив меч голубой чакрой Футона, он провёл лезвием по голове Орочимару. Быстро, пока рана не успела затянутся, Орочимару руками растянул ставшие эластичными кости своего черепа, обнажив беззащитный мозг.

Клон отложил Кусанаги и достал из ёмкости глазное яблоко Бьякугана. Задействовав несколько ограничивающих поток чакры печатей, клон кропотливо провёл иннервацию додзюцу, присоединив глаз к хиазме зрительных нервов. После того как клон провёл соединение глазных каналов чакры с соответствующими кейракукей мозга, он вложил додзюцу между полушариями, расположив зрачок вертикально вверх.

Тщательно проверив и перепроверив свою работу, клон одобрительно кивнул. Руки Орочимару разжались, кости черепа сомкнулись. Клон деактивировал офуда, разрез окутался мягким зелёным сиянием и через считанные секунды бесследно исчез.

Орочимару встал и прошёлся по лаборатории. Он довольно кивнул клону и тот, улыбнувшись характерной змеиной улыбкой, развеялся в клубах дыма.

Руки Саннина мелькнули в печатях и на висках набухли вены. Орочимару закрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям нового додзюцу. Как и предполагалось, собственный мозг и стенки черепа не были препятствием для Бьякугана. Его взгляд охватывал всё окружающее пространство, за исключением небольшого сектора под ногами. Сосредоточившись в нужном направлении, Орочимару мог видеть на несколько километров, менять диапазоны зрения, делать людей полупрозрачными и наблюдать за работой их внутренних органов, либо же проявлять систему чакры настолько подробно, что глаз различал даже отдельные тенкецу.

Орочимару громко рассмеялся. Использовать настолько гибкий и многогранный инструмент всего лишь для нанесения точных ударов ему казалось небывалым кощунством. И вот теперь, когда он мог обеспечить чакрой любой свой даже самый сложный проект, когда он мог видеть любые, даже самые незначительные потоки чакры и без вскрытия наблюдать за всеми процессами, происходящими внутри живых организмов, Орочимару наконец-то почувствовал себя завершённым.

***

Орочимару откинулся в удобном кресле Хокаге и с довольным видом окинул глазами кабинет, в котором он не появлялся столь длительное время.

Теперь, когда одна из его основных целей была выполнена, оставалось несколько второстепенных. Несмотря ни на что, озаботиться о них следовало незамедлительно.

Орочимару не собирался оставаться Хокаге навечно. Максимум, который учитывали его планы - ещё один-два десятка лет, а затем он собирался сосредоточиться на научной деятельности. Ведь столько тайн материи, чакры и души было не раскрыто, столько загадок таило мироздание. Но для успешной исследовательской деятельности ему требовались материалы и оборудование. Ему требовались деньги. Успешное финансирование, не завязанное на деревню и дворец даймё. И у Саннина имелись способы решения этой проблемы.

Одним из перспективных направлений была Корпорация Гато, которая недавно начала оккупацию маленькой островной страны. Для Хокаге поступок глупца Гато был сродни подарку на день рождения - существовало бесчисленное количество способов перехватить управление корпорацией, но следовало обставить рейдерский захват подобающими декорациями.

- Заходите, Яманака-сан, - сказал Орочимару, почувствовав чакру вызванного шиноби за дверью кабинета.

- Добрый день, Хокаге-сама, - спокойно произнёс глава Корня.

- Изложите свои соображения по проекту "Волны". Я читал рапорт, но мне нужно личное мнение человека, курирующего проект.

- Оптимальным решением будет провести операцию по варианту "Праведный Гнев". В Стране Волн появилось сопротивление силам Гато под руководством некого рыбака Кайзы. Мой агент прикрывает его, отребьем Гато было совершено несколько безуспешных попыток убийства нашего будущего ставленника. Стране Волн предстоит ещё некоторое время прочувствовать угнетение, затем повстанцы нападут на силы Гато, захватят его в плен, и раскаявшийся магнат перепишет активы компании на нашего управляющего. Кайза обязательно станет главой местного правительства и у нас будет надёжный плацдарм с весьма умеренным налогообложением.

- Предлагаете уничтожить Гато, а кому-то из Анбу занять его место?

- Это один из вариантов. Ещё Гато может быть подвергнут гендзюцу и действовать в соответствии с нашими требованиями. Но я бы предпочёл ликвидацию, наследником корпорации должен стать один из хороших управленцев, которые есть в вашем распоряжении.

- В среди членов спасённых из Кири кланов найдётся несколько подходящих людей. Но лучше всего, чтобы связь Страны Волн с Конохой не была достоянием широкой общественности. Дайте задание Ноно Якуши подобрать подходящие кадры среди шиноби Деревни Скрытых Туннелей.

- Прошу прощения, Хокаге-сама, но это не самое удачное название для деревни.

- Все умеют только критиковать! Ладно, а что вы скажете о деятельности корпорации?

- Торговлю наркотиками и человеческий трафик желательно прекратить, а контрабандой заниматься весьма осторожно.

- Поясните.

- Несмотря на некоторое увеличение прибыли, появляется ненужный риск для наших будущих активов и негативный имидж компании. С учётом налоговых льгот Страны Волн мы получим достаточное финансирование, чтобы сопутствующие нелегальной деятельности риски не стоили того.

- Хорошо, я полностью оставляю операцию на ваше усмотрение. В качестве специалиста по гендзюцу можете привлечь Итачи Учиха, я отдам ему соответствующие распоряжения. Он также поможет с подделкой документов, если в этом будет такая нужда. Свободны.

Фу Ямнака кивнул и скрылся за дверью.

Орочимару мысленно перебирал все перспективные направления. Богатая и процветающая Страна Луны, во главе со своим "королём" вместо нормального даймё, настолько преуспевала, что её собственную валюту принимали во многих Великих Странах. Орочимару решил устроить какую-нибудь провокацию, натолкнуть кого-то из высокопоставленных чиновников на идею государственного переворота, дабы потом героически спасти этого "короля" и получить хорошее финансирование и освобождение от налогов. Но это было вопросом пары-тройки лет, когда обновлённая корпорация Гато прочно встанет на ноги.

Ещё по одному из текущих проектов он ждал рапорта от Какаши Хатаке, вернувшегося пару дней назад с миссии.

- Заходите, Хатаке-сан, - сказал Орочимару.

- Добрый день, Хокаге-сама! - поздоровался Какаши.

- У меня не сильно много времени, расскажите о текущем прогрессе.

- Молодая актриса Юки Фуджиказе действительно оказалась принцессой Страны Снега Коюки Казахана. Я связался с её импрессарио Сандайю. Его настоящее имя - Сандайю Асабасан, капитан 50-го полка Казахана. Он обещает поддержку местных сил. Пусть повстанцев не так уж и много, но они могут быть прекрасным прикрытием для наших шиноби.

- Что насчёт технологии чакроброни? Справятся ли наши шиноби без потерь? Смогут ли захватить нужные образцы?

- По словам наших агентов, поддержка Дото основана на пропаганде того, что Сосецу Казахана довёл страну до экономического коллапса непомерными затратами на свои научные исследования и проекты.

- На самом деле это не так?

- Агенты докладывают, что большая доля бюджета Сосецу шла на строительство некого огромного сооружения, предположительно мощного оружия. Но это часть правды. Исследования Сосецу обеспечили развитие технологий, что привело к повышению благосостояния. После узурпации власти Дото экономические показатели упали и до сих пор не вернулись на уровень времён Сосецу.

- Отлично. Вашей задачей, Хатаке-сан, будет продумать детали операции. Внести раскол в силы Дото. Получить чертежи и рабочие образцы чакроброни, проверить предназначение сооружения Сосецу. Если это всё же оружие, и транспортировка в Коноху невозможна, его следует уничтожить. Запросите у клана Яманака специалистов по психологической реабилитации, после чего проведите терапию принцессе Казахана. После успешного возвращения законного правителя, мне нужно подписанное соглашение об научном и торговом сотрудничестве с Конохагакуре но Сато. Список необходимых сил и ресурсов предоставите после получения результатов разведки и составления плана операции. Выполняйте.

- Слушаюсь, Хокаге-сама! - ответил Какаши и исчез в вихре листьев.

Орочимару поморщился от подобной показухи, но Хатаке был достаточно ценным кадром, чтобы позволить ему некоторые послабления. К тому же его отказ от хронических опозданий был слишком важным, чтобы сбивать его ненужными выговорами.

Хокаге довольно потянулся. Мысли его вновь вернулись к своему телу. Он был практически иммунен к физическим атакам и, благодаря новым глазам, мог игнорировать большинство гендзюцу. Но оставалась область, в которой он все ещё был уязвим, искусство, способное справиться с самыми могущественными сущностями. Фуиндзюцу.

К счастью, большая часть техник запечатывания не была мгновенной, многие требовали неподвижности жертвы, остальные длились от целых минут до десятков секунд. Существовало несколько предметов, которые несли угрозу Орочимару. И если некоторым Сокровищам Мудреца из Кумо в будущем, по мере освоения Онмьётона, было суждено пропасть, сменившись совершенными подделками, то местонахождение меча Тоцука было до сих пор неизвестно. Орочимару допускал некоторую вероятность собственного поражения, и знал, что следует обязательно подстраховаться. Над соединением собственной Проклятой Печати, дзюцушики Хирайшина и доработкой получившейся формулы до его текущих нужд Орочимару работал длительное время, закончив лишь когда его будущее тело уже получало первые геномы.

И теперь Саннину требовался запас резервных тел, не менее сильных, чем его текущее. Выращивание в пробирке собственных клонов не подходило - пусть направление и сулило перспективы, но процесс пока что был несовершенным, образцы получались слишком слабыми либо вообще нежизнеспособными. Впрочем, у него было решение текущей задачи, поражающее своим изяществом и избавлением сразу от нескольких затруднений.

- Заходите, Обито-сан! - радушно сказал Орочимару. - Я жду именно вас.

Вошедший в кабинет глава клана Учиха склонил голову.

- Хокаге-сама!

Орочимару подошёл к нему, положил руку на плечо и Хирайшином перенёс их обоих в лабораторию. Предложив Обито некоторое время посидеть на удобном диванчике, он отправился в отдельное пустое помещение, где на полу уже была начерчена печать, схожая с раскинувшей крылья птицей.

Саннин вытянул руку над печатью. Плоть на ней сменила цвет, став серой и бугристой. Она пошла волнами, собравшись в большую каплю на кончиках пальцев. Капля сорвалась и упала прямо на печать. Орочимару широко раскрыл рот и, гротескно выпятив челюсть, выплюнул изо рта большой белый свёрток. Руки Саннина вытянулись длинными змеями, подхватили свёрток и положили в центральное место печати. Ладонь прошла по ткани свёртка, и та распалась, разрезанная лезвиями Ветра. Руки Орочимару мелькнули в печатях, и офуда, прилепленная ко лбу злобно таращащего единственный глаз связанного Данзо, отпала.

- Здравствуй, Данзо! Хороший сегодня денёк, не правда ли?

- Что ты задумал, Орочимару? - прохрипел бывший глава Корня.

- Прекрасный вопрос, коллега! - лицо Хокаге украсила пугающая улыбка. - Напомни, зачем ты отобрал глаз Шисуи Учиха?

- Ты же знаешь, чтобы в случае прорыва Кьюби, я мог его обуздать Мангекё Шаринганом!

- Хочу тебя обрадовать, Кьюби не мог вырваться из печати, даже в случае смерти малыша.

- Ты самонадеян! Всем известно, что после смерти джинчурики...

- Ку-ку-ку-ку, можешь считать это экспериментально проверенными данными.

- Что? Ты хочешь сказать что Наруто Узумаки...

- Мёртв? Несомненно. Он был убит по моему приказу прямо у меня на глазах. И никакой Кьюби не вырвался, ведь некоторым идиотам неизвестно, что Шики Фуджин привязывает печать не к телу, а к душе джинчурики.

- Что ты наделал, Орочимару? Кьюби - сильнейшее оружие нашей деревни!

- Твои данные устарели. Сильнейшее оружие Конохи - обладатели Риннегана, каждый из которых способен уничтожить Скрытую Деревню, остановить любого биджу и поразить множество врагов. И самый сильный владелец Глаз Бога, - жёлтые змеиные глаза Хокаге засветились фиолетовым светом. - стоит перед тобой. Ты же, Данзо, нашу деревню чуть не уничтожил!

- Я делал всё для блага Конохи!

- Да, я знаю. Но это только говорит, насколько ты был не на своём месте. Руководить подразделением Анбу должен кто-то компетентный, а идиоту типа тебя там нечего делать. Я много беседовал с Нагато. До того как он стал привязан к Конохе узами семьи и клана, он ненавидел нашу деревню из-за трагической и случайной смерти своих родителей. Если бы из-за тебя погибли Конан и Яхико, кстати, они теперь одни из моих лучших шиноби, Нагато не желал бы ничего больше, чем уничтожить Ханзо и всю нашу деревню. И для гибели всей Конохи ему хватило бы одного дзюцу. Но всё изменилось. С той же яростью, что он мог бы захотеть уничтожить Коноху, он желает её защитить.

- Ты убил члена его клана, его младшего брата. И ты смеешь называть идиотом меня?

- О, не беспокойся. Наруто-куну пойдёт небольшой отдых. Они с Шикамару-куном слишком уж не жалеют себя в своих соревнованиях. Но рад что ты так беспокоишься, мне пригодится твоя помощь.

- Что ты несёшь, глупец?

- Знаешь, для этого дзюцу мне нужно хорошее сильное тело с мощной чакрой, иначе результат будет неудовлетворительным. Изначально я собирался использовать искусственного человека из клеток Хаширамы-сама, о бесконечном источнике которых мне рассказал Обито-кун. Но вспомнив, как ты беспокоился о Кьюби, я решил, что лишить тебя такой возможности будет просто неправильно. Теперь ты сможешь, в какой-то мере, лично контролировать биджу.

Глаз Данзо расширился и в нём мелькнуло понимание.

- Ты не посмеешь!

- Для тебя есть ещё одна новость. Я - Хокаге! Посмею я или нет, зависит только от меня самого.

Орочимару впечатал ладонь в основание печати.

- Кучиесе: Эдо Тенсей!

Данзо зло зарычал, но квадратные листочки пепла, вырывающиеся из засветившегося пола, быстро облепили его тело и заткнули раскрытый рот. Через несколько секунд на месте лежащего связанного пленника стоял, опустив голову, Наруто Узумаки в своих привычных оранжевых шортах и чёрной футболке с красным камоном своего клана на груди.

Быстро, не давая джинчурики прийти в себя, Орочимару подскочил к нему и погрузил в затылок кунай, к рукояти которого была прикреплена красная бирка офуда. Начавшее проясняться лицо Наруто расслабилось и обмякло, слегка отвесив челюсть. Безжизненные глаза мертвеца пылали фиолетовым светом Риннегана. Орочимару взял руку Наруто и развернул её ладонью вверх. При виде двух ромбов Стихии Тьмы, Саннин издал довольный смешок. Идеально!

Орочимару мог вернуть Наруто к жизни и сам, обладание Риннеганом давало инстинктивное знание многих дзюцу. Но он не знал, какова цена истинного воскрешения и проверять на себе не собирался.

Обито Учиха ему был нужен именно для этого. Орочимару позвал своего подчинённого и, приказав раздеться до пояса, начал закреплять на нем датчики приборов и офуда с диагностическими печатями. Затем, убедившись, что приборы исправно считывают показатели, он ушёл и вернулся, ведя за руку безвольного Наруто. При виде убитого им ребёнка, глаза Обито расширились.

- Орочимару-сама, - прошептал он.

- Оживи его! - резко приказал Орочимару. - После использования дзюцу ты некоторое время побудешь здесь, мне нужно видеть динамику твоих жизненных показателей.

- Слушаюсь, Орочимару-сама! Гедо: Ринне Тенсей но дзюцу!

Тело Наруто окутало зелёное сияние, серый пепел взметнулся небольшим вихрем и тут же опал. Орочимару подхватил джинчурики, пока тот не пришёл в себя, унёс его в комнату отдыха и уложил на диван.

Опущенные веки Наруто задрожали, а глаза открылись. По сияющему фиолетовым светом Риннегану пошли трещины и глаза осыпались острыми неживыми стеклянным осколками.

- Дядя Орочимару! - закричал Наруто. - Я ничего не вижу!

- Я же предупреждал, что эксперимент с додзюцу может быть неудачным, - издал смешок Орочимару. - У меня остался ещё один непарный Бьякуган, я могу имплантировать тебе разные додзюцу. Или мы всё же можем попытаться завершить твой расчудесный эксперимент.

- Давай попробуем Бьякушаринган! - от былой хандры у Наруто не осталось и следа.

- Только учти, если с глазами вновь будет неудача, я просто имплантирую тебе Шаринган Шисуи.

- У нас всё получится! - непререкаемым тоном заявил Наруто. - Ты слишком крутой для неудач!

- Ку-ку-ку, мне нравится твой энтузиазм. Только учти, тебе придётся самому обеспечивать чакрой печать регенерации. Все запасы чакры закончились, для завершения эксперимента мне пришлось выложиться почти до полного истощения.

- Спасибо-спасибо-спасибо, дядя Орочимару! Я ни на секунду в тебе не сомневался!

- Благодарю, конечно, за добрые слова, но ты лучше скажи, сможешь ли не сжечь печать? Учти, объемы и сила твоей чакры теперь увеличились многократно. Сейчас ты один из самых сильных людей мира.

- Не беда, Курама сказал, что он раньше мешал мне, из-за этого у меня был отвратительный контроль. Ещё на его удержание уходило море чакры!

- Курама?

- Так зовут Кьюби! Он такой огромный и классный! Мы с ним говорили целую вечность! А потом что-то случилось. Внутри печати стало всё рушиться, осталась только его клетка и небольшой участок пола снаружи! А потом я очутился в каком-то странном месте. Я там встретил свою маму...

- Цунаде или Конан?

- Нет, родную маму. То есть они все для меня родные, но я видел Кушину Узумаки! Там была темнота и костёр. Возле костра сидела она. Когда я рассказал, как живу, она сказала что очень удивлена что после того как "змеиный придурок", это она про тебя, стал Хокаге, Коноха до сих пор существует. Но потом я рассказал, насколько ты крутой, и она была тебе очень благодарна. Это были очень странные видения.

- Это были не видения. Я вынужден перед тобой извиниться, Наруто-кун, - Орочимару доставляло немалое извращённое удовольствие рассказывать Наруто правду, слегка умалчивая и смещая акценты. - Твоё тело прекрасно приняло демоническую чакру, поэтому я самонадеянно решил сделать тебя ещё круче и дать чакру всех биджу. Но, смешавшись, чакра повела себя необычно, твоё тело не могло её выдержать и стало отказывать. Вся чакра, что ты запасал все эти дни, ушла на стабилизацию твоего состояния. Наруто-кун, я должен признаться, некоторое время ты был мёртв. И, возможно, ты на самом деле встретил свою погибшую мать.

- Я умер? Я смог поговорить с мамой и ты меня ре-а-ни-мировал и вернул? - челюсть у Наруто отвисла. - Круто! Спасибо тебе!

- Завтра должна вернуться твоя мама Цунаде и мы должны ей всё расска...

- Ни в коем случае! Она будет сильно волноваться! Давай лучше ей соврём, что всё было без происшествий!

- Врать нехорошо! - назидательно сказал Хокаге.

- Но при обучении ирьёнины говорили, что иногда пациентам и их родственникам лучше не сообщать негативные прогнозы.

- Ну не знаю... - потянул Орочимару. - Цунаде не пациент.

- Зато родственник! И теперь она стала мне роднёй по крови!

- Скорее уж внучкой. Ну ладно, я не скажу, если ты не проболтаешься. Я не беспокоил плохими новостями твою тётю Марику, но для Цунаде нужно придумать, как скрыть от неё записи эксперимента. Всё-таки твоя мама - величайший медик в мире.

- У меня есть отличная идея! - воскликнул Наруто.

- Да? - искренне удивился Орочимару. Это был скользкий момент и он готовился к конфликту с напарницей, когда она затребует все записи опытов. - И как ты хочешь что-то скрыть от Цунаде-тян?

- Ну, если бы тебе не было жалко оборудования в лаборатории... - протянул Наруто.

- Все приборы я смогу заменить.

- У меня сейчас, допустим, столько сил, что я, к примеру, мог бы не удержать контроль, если бы проверял свою крутизну и попытался тебя впечатлить. Мама меня немного отругает за неосторожность, а тебя - за то что ты сразу не отвёл меня на полигон, но она будет мной гордится - ведь когда она выходила из себя, то ломала не одно здание!

- Очень изобретательный план, Наруто-кун, - Орочимару был всерьёз впечатлён. - Ну ладно, я закончил с твоими глазами, давай попробуем их имплантировать.

То что лежало сейчас в руках Орочимару, было странной химерой. Глазные яблоки, рассеченные пополам с филигранной точностью, собранные обратно частично медицинским дзюцу, а частично склеенные плотью Трансформации Мудреца, выглядели странно даже для привыкшего ко всему шиноби. Чёрная половина радужной оболочки Учиха соседствовала с белой половиной Хьюга. Волнистая линия соединения превращала глаза в неполный знак инь-янь.

Орочимару подсоединил зрительные нервы и вставил химерное додзюцу в глазницы, после чего провёл по ним окутанной зелёной чакрой рукой.

- Больно! - заявил Наруто. - И я ничего не вижу, кроме странных цветных пятен!

- Ку-ку-ку, не торопись Наруто-кун. Ты забыл про печать!

- Э-хе-хе, точно. Веди меня, дядя Орочимару, ведь сам я не вижу нифига!

Орочимару отвёл Наруто в центр регенерационной печати Цунаде аккуратно уложил его на землю и положил его руки на края узора.

- Постарайся подавать чакру аккуратно, ровным потоком. Начинай с самого малого количества и плавно наращивай, пока я тебя не остановлю.

- Дядя Орочимару! - надул губы Наруто. - Вы мне с мамой говорили это миллион тысяч раз!

- И ещё скажу столько же! - строго сказал Саннин. - Ты сейчас не знаешь своих сил. Самый малый поток. Наращивай плавно.

Наруто обиженно засопел, но его руки окутались слабым голубым сиянием, которое разошлось по чёрным линиям печати. Орочимару подождал некоторое время, дождался, пока поток не станет достаточным.

- Этого хватит! - скомандовал он. - Созо Сасей!

Фиолетовые линии послушно взметнулись по рукам Наруто, покрыли тело и лицо. Красное сияние окутало Узумаки, особо интенсивно засветившись вокруг закрытых глаз. Не прошло и минуты, как сияние погасло и Наруто поднялся на ноги. Медленно и осторожно Наруто открыл глаза и тут же схватил зеркало, протянутое ему Хокаге.

От увиденного в отражении ему перехватило дыхание. На него смотрели всё те же голубые глаза. Но теперь в привычную синюю радужку был вписан сложный светло-голубой цветок, а сами глаза ярко светились в приглушённом освещении лаборатории.

- Мы не знаем, что в итоге получилось, - задумчиво сказал Орочимару. - Но это определённо додзюцу. Ты попробуешь его освоить, попытаешься деактивировать и активировать. Посмотришь, насколько хорошо видишь чакру и можешь ли запоминать дзюцу. Попросишь свою подружку Хьюга помочь тебе с приёмами для Бьякугана. Обо всех успехах и неудачах будешь подавать мне письменный рапорт.

- Чакру я вижу и сейчас! Спасибо, дядюшка!

- Наруто-кун, у тебя появилось много новых способностей. Но я надеюсь, что ты не станешь ими довольствоваться, а продолжишь расти как шиноби. Учти, от своего преемника я ожидаю очень многого.

- Я не подведу тебя, дядя Орочимару! Я знаю, что настоящих успехов можно достичь лишь тяжёлым трудом! А как мы назовём моё новое крутое додзюцу?

- Давай, к примеру, Бурюган!

- Голубой глаз? Дядюшка, но ведь это отстойное название!

- Ничуть не хуже Бьякугана! Все только и любят критиковать! - возмутился Саннин. - Предложи что-то получше!

Наруто задумался и прикусил язык. Наконец, он поднял свои пронзительные голубые глаза на Хокаге.

- Узор этих глаз похож на цветок, а цветом - на цветок гортензии. Мы учили на уроках, как варить из неё крутые яды. Аджисайган, Глаз Гортензии! Очень крутое название!

- Ку-ку-ку, прекрасно! Ты мне подал идею, как назвать одну Скрытую Деревню. Там никогда не было гортензии, но я прикажу насадить её по всей округе! Я даже отправлю Ямато Сенджу, он засадит гортензией всю страну! Аджисайгакуре но Сато! У Цунаде просто не будет слов!

Наруто от таких известий возбуждённо запрыгал на месте. Но его остановил строгий взгляд Хокаге.

- Подожди, Наруто-кун! Остался ещё один нерешенный вопрос. Твоя Проклятая Печать.

- Но мне вроде бы не хочется никого убить!

- Но мы не можем быть уверены, что это так и останется в дальнейшем, - возразил Хокаге. - А если ты потеряешь контроль, то мало кто в нашей деревне сможет тебя остановить.

Наруто серьёзно кивнул и решительно задрал футболку. Орочимару вытянул руку и погрузил светящиеся синим светом пальцы в грудь Наруто. Дотронувшись до размеренно бьющегося сердца, Орочимару поставил свой шедевр, свою страховку, свой запасной вариант. С этого момента, стоит Саннину оказаться в смертельной опасности, его сознание оставит тело и перенесётся в Наруто. Душа Узумаки вновь будет вытолкнута из тела, после чего Орочимару его снова воскресит, продолжая цикл своего бессмертного существования. Особую красоту плану придавало то, что Наруто будет воскрешён сразу с Проклятой Печатью, насколько Орочимару понимал принципы Эдо Тенсей. Небольшим неприятным сюрпризом был существующий лишь в одном экземпляре Риннеган, но Орочимару все равно не собирался оставлять легендарное додзюцу врагу. Следовало разработать новую фуин-шики и тогда вместо уничтожения, Риннеган будет запечатываться, чтобы быть распечатанным и использованным Орочимару в новом теле.

- А теперь, Наруто-кун, давай проверим, как работает печать. Кто тебя больше всего раздражает?

- Наверное Учиха из моего класса! Саске надменный засранец и постоянно дерёт нос вверх, как будто лучший ученик он, а не Шикамару! А ещё бесит Сакура! Она почему-то не видит, насколько Шика офигенный, всё волочится за своим Саске. Она, конечно, хорошенькая, но никакого сравнения с Ино и Хинатой! А ещё она пыталась бить Шику по голове когда он пригласил её на свидание.

- Пыталась?

- Э-хе-хе, это увидели Карин и Фуу, больше она никогда этого делать не будет. Нельзя бить тех, кто никогда тебе не даст сдачи!

- Превосходно! Тогда давай попробуем. Каге Буншин но дзюцу! Хенге!

На месте Орочимару в клубах дыма появились Сакура и Саске.

- Ты думаешь, что крутой? - спросил Саске. - Твой клан и твоя родня просто жалкие неудачники и никогда не сравнятся с кланом Учиха!

- Ты как всегда прав, Саске-кун! Он думает, что крут, потому что его назвала сыном старуха Цунаде!

- Хн, да и его "дядюшка" Орочимару - худший Хокаге в мире!

Орочимару с умилением смотрел, как Наруто затрясся от гнева, как его глаза засветились алым светом и их прорезали вертикальные зрачки. Как склеры почернели, а радужная оболочка налились золотом. Тело Наруто пошло буграми и стало землисто-серым. Рост и объем Наруто резко увеличились, а одежда с треском лопнула и порвалась. Наруто присел, издал низкое гортанное рычание и бросился на своих одноклассников. Не успел он сделать и шага, как его тело упало как подкошенное.

Монстрообразный Наруто лежал так несколько минут, а затем его тело начало уменьшаться, пока вновь не превратилось в прежнего себя. Наруто смущённо встал и огладил жалкие обрывки шорт, едва прикрывающие бёдра, содрал с шеи футболку, превратившуюся в чёрное рваное ожерелье.

- Ты был прав! Мне хотелось убить всех, кто оскорбит тебя, маму и мой клан! Но что мне теперь делать?

- Не беспокойся, когда вернётся Джирайя, я прикажу ему обучить тебя сендзюцу. Более того, мы с тобой будем изучать его вместе.

- Вместе? А тебе-то зачем?

- Видишь ли, Наруто-кун, - Орочимару в очередной раз решил получить удовольствие, рассказывая чистую, лишь слегка искажённую правду. - Я слегка позавидовал твоим кеккей-генкаям. Зная, что подобную метаморфозу мне никогда не пережить, я воспользовался успешными плодами эксперимента. Теперь я обладаю всеми твоими способностями, кроме додзюцу. И мы даже идентичны генетически.

На лице Наруто отразилось изумление. Глаза его широко распахнулись, а по щекам покатились густые слёзы. Ладони сжимались и разжимались, Наруто переминался с ноги на ногу и не знал куда деть руки.

- А я ведь называл тебя дядей... - произнёс Наруто сквозь всхлип.

Орочимару проклинал про себя свою любовь к театральным эффектам. Ему не было обязательно сознательное сотрудничество джинчурики, но теперь его ждали неизбежные осложнения, ухудшение отношений с Цунаде, Джирайей и сенсеем. Возможно придётся активировать печать и немедленно убить Наруто, оставив его тело в состоянии овоща и представив всё неудачным экспериментом.

- Ты мне никакой не дядя! Теперь ты мой старший братик! - заплаканное лицо Наруто осветила яркая улыбка. - И я точно стану Хокаге! Ведь все они, кроме дедули Хирузена, были моей близкой роднёй!

***

Наруто сидел лицом к лицу с мамой и неуютно ёрзал на стуле. Цунаде держала его за запястье и пристально вглядывалась в глаза. Наруто знал, что таким образом великий медик контролирует пульс, сужение-расширение зрачков и прилив крови к капиллярам лица. В этот момент Наруто пожалел, что ещё не научился деактивировать Аджисайган и переключать его в режим Бьякугана (в том, что его глаза сочетали офигенность обоих великих додзюцу, у Наруто не было ни малейших сомнений), ведь у Бьякугана зрачков нет.

Наруто ненавидел, когда мама так делает. Это случалось очень редко, лишь после того как Наруто с Шикой и остальными друзьями устраивали что-то совершенно безумное, и у него ни единого раза не удалось скрыть от матери правду. Поэтому Наруто и не собирался врать, он просто решил не сообщать маме о некоторых скользких моментах.

Силу гнева вернувшейся мамы, которую теперь не особо и радовал крупный выигрыш в казино, Наруто наблюдал лично. Он видел, что та, заметив светящиеся глаза своего сына, застыла на месте, а затем, вырвавшись из рук попытавшегося её остановить Джирайи, ударила братика Орочимару кулаком. Несмотря на разрушения, которые включали в себя стену в кабинете Хокаге, большой кусок соседней башни, несколько деревьев и подножье скалы Монумента, никто серьёзно не пострадал. После того как Орочимару выбрался из образовавшегося кратера и сбросил с себя несколько крупных валунов и отряхнулся, он, улыбнувшись, сказал, что стоимость ремонта будет вычтена из жалования Цунаде, и предложил той наконец-то поговорить с сыном.

- Почему вы начали без меня? - строго спросила мама.

- Потому что знали, что ты будешь беспокоиться! - широко улыбнулся Наруто. Он указал рукой в сторону окна, где было видно, как несколько бригад рабочих чинят покосившееся здание, как задумчивый Анбу чешет затылок, прежде чем начать выравнивать Дотоном скалу Монумента. - И мы были совершенно правы!

- И для этого Орочимару подстроил мне...

- Я не знаю, что делал Хокаге-сама, но ты сама сказала, что будешь отсутствовать как минимум неделю! Нельзя было упускать такую возможность!

- С тобой могло случиться что-то ужасное! Ты мог погибнуть!

- Ма, я же Узумаки! У меня крутая регенерация! Курама бы мне помог...

- Курама?

- Кьюби! Мы с ним неплохо поладили. Мы договорились, что я придумаю как вернуть его половину и буду заскакивать поболтать, потому что у него там в печати очень скучно!

- Оставим пока биджу! Что-то могло пойти не так!

Наруто посмотрел на мать с жалостью.

- Что-то, с чем бы не справились мы с Курамой, чему не помогла бы чакра тёти Марики? Что-то, что не могла вылечить твоя крутейшая в мире печать? Да меня можно было бы разрезать на куски и я бы всё равно не умер. Знаешь сколько я заряжал эти дурацкие батареи?

- Ладно. Я понимаю, что Орочимару, пообещав дать Мокутон и сделать нас родными генетически, обманул тебя и, воспользовавшись твоим беспомощным состоянием, провёл на тебе экспериментальное испытание дзюцу Хируко...

Этого Наруто вынести уже не мог. Рука его выскользнула из захвата матери, он откинулся на спину, упав со стулом на пол. Услышав хрип Наруто, Цунаде кинулась к нему на помощь, но внезапно остановилась, уперев руки в бока.

Наруто валялся вместе со стулом на полу, болтал ногами, руками удерживая живот. Наконец, сил сдерживаться больше не осталось и он разразился громкими хохотом.

- Ха-ха-ха-ха, заставил! Хе-хе-хе-хе, обманул!

- Наруто Узумаки, - прищурила глаза Цунаде. - объяснись!

Наруто ещё несколько минут валялся на полу, а затем, немного успокоившись, сквозь хихиканье продолжил говорить истинную правду.

- Когда я спросил про что-то покруче, чем просто Стихия Цветочков, он рассказал мне про дзюцу дядюшки Хируко...

- Он знал, как ты хочешь стать Хокаге и не сомневался, что ты согласишься!

- Конечно соглашусь! Кто не хочет стать крутейшим шиноби в мире и превзойти всех Хокаге?

- И стоило тебе услышать, что "станешь сильнее", как ты позволил ему сделать всё что он...

Наруто вновь расхохотался.

- Что тут смешного?

- Позволил ему? Мам, мне пришлось полчаса ломать голову, на каких крутых кеккей-генкаях остановиться! Там было столько всего клёвого, а дурацкое дзюцу дяди Хируко позволяет импегри... интеприр... позволяет выбрать всего лишь пять!

- Это и так больше, чем у кого-либо в мире! До сих пор я встречала максимум два кеккей-генкая у одного из наших джонинов. Мэй может управлять Лавой и... Стоп! Не заговаривай зубы! - Цунаде ухватила Наруто за руку, подняла его и вновь усадила на стул. - У тебя есть неизвестное додзюцу! Только не говори мне, что ты его тоже выбрал.

- Аджисайган станет самыми крутыми глазами в мире! Я его не выбирал!

- Я всё-таки когда-нибудь убью Орочи...

- Я его придумал!

- Чего?

- Ну, я хотел что-то жутко крутое! Чтобы быть круче Нейджи, а он очень хорош. Ну и круче придурка Саске, а то он рассказами о своём брате и о том, что когда пробудится его Шаринган, превзойдёт даже...

- Наруто, ближе к делу!

- В общем, сначала Хокаге-сама сказал, что идея идиотская, что если разрезать и склеить два разных додзюцу, ничего не должно получиться...

- Конечно не должно, это какая-то бессмыслица! Чтобы состыковать все мелкие каналы чакры, пронизывающие склеру и срастить все нервные окончания, нужно... - Цунаде глянула на лучащуюся самодовольством физиономию Наруто и глаза её округлились. - Вы просто слепили две половинки додзюцу?

- Ага, а потом всё сделало твоё дзюцу регенерации! Хокаге-сама сказал, что если бы не клетки дедули Хаширамы, я бы при этом потерял не меньше пары месяцев жизни!

- И всё равно два разных додзюцу могли бы реинтегрироваться только в том случае, если бы их строение было изначально... Неважно! У вас не должно было получиться!

- Ну, с первого раза и не получилось. Первое додзюцу почему-то превратилось в какую-то дрянь, схожую со стеклом, треснуло, осыпалось осколками, а потом вообще рассыпалось пылью.

- Похоже на клеточный распад, но стекло? Ладно, и Орочимару, увидав, что это безумие окончилось фиаско, всё равно продолжил на тебе эксперимент?

- Он мне говорил, что в совсем уж крайнем случае вернёт мне мои родные глаза, но если я захочу, он просто поставит мне Шаринган. Я ему напомнил, что у него есть лишние непарные додзюцу, к тому же эта штука некоторое время проработала, и я видел какие-то проблески света. Поэтому мы повторили эксперимент и всё вышло круче не придумаешь! Даже мой цвет глаз остался тем же!

Цунаде вздохнула, отпустила руку Наруто и начала массировать виски. Наруто, воспользовавшись тем, что сейчас может немножко приврать, перешёл в наступление.

- Мамочка, ты прости! Это я решил показать Хокаге-сама, какой я крутой! Прости за лабораторию и все эти крутые штуки!

- Наруто, - вздохнула Цунаде. - дело не в оборудовании. Дело даже не в записях - хоть спасти удалось только протоколы начала вашего эксперимента.

- Сначала я получил Мокутон!

- И ДНК дедушки Хаширамы интегрировалось идеально, как будто это твои родные клетки.

- Вот видишь, всё было очень просто!

- Дело, Наруто-кун, в ответственности. Ты получил огромную силу, но при этом ты не задуался о том, когда её нельзя применять. Да, теперь у меня вся лаборатория является розовым кристаллом. Да, может это даже и красиво. Но представь, что было бы, будь рядом тётя Марика, сестрёнка Шизуне, дядя Хируко или братик Кабуто? Это чудо, что они работали в других помещениях исследовательского отдела. Более того, ты мог случайно убить Хокаге!

- Братику Орочимару ничего не угрожало! - горячо возразил Наруто. - Ведь его кеккей-генкай позволяет...

Глаза Цунаде сузились, она пронзила Наруто взглядом и вновь ухватила за руку.

- Братик Орочимару? С кеккей-генкаем? Подробней!

- Ну, понимаешь... - замялся Наруто. - когда крутое дзюцу Химеры успешно сработало, Орочи-аники не смог удержаться, он взял мою ДНК...

Цунаде запрокинула голову и расхохоталась.

- Ну конечно же, - сказала она, когда немного успокоилась. - Увидав столь успешный эксперимент, Орочи не мог не воспользоваться его результатами. Понятно, почему уничтожено два резервуара и почему в тех батареях, которые не превратились в кристалл, не осталось ни капли чакры. Как это на него похоже! Действительно, чего я ещё ожидала?

- А раз у него теперь такая же ДНК как у меня, значит он - мой брат-близнец! И выходит что мой старший брат - самый крутой Хокаге в мире!

- Хоть и звучит безумно, но формально так и есть.

- Кстати, ма, теперь ведь Орочи-ниисан - твой родственник тоже.

- Это очень ободряющая новость, - скривилась Цунаде.

Наруто был глух к сарказму.

- Конечно! И у тебя будет ещё полно родни! Орочи-нии сказал, что попозже попробует помочь Ли, даже если он не сможет использовать Мокутон, то регенерация и крепкое тело мастеру тайдзюцу не помешают! Сестрёнка Югито тоже станет Сенджу! И сестрёнка Шизуне! И братик Кабуто! И...

- Погоди-погоди, Наруто-кун, - попыталась остановить его Цунаде.

- Я-то конечно останусь Узумаки, но Узумаки и Сенджу все равно родственники. У братика Кабуто есть мама, только она на длительной миссии, но мы можем сделать Сенджу и Ноно-сан, потом, когда она вернётся. И тогда...

- Наруто, помолчи немного! - рыкнула Цунаде.

Наруто удивлённо уставился на мать, которая, похоже не слишком высоко оценила все эти крутые планы сделать их клан вновь многочисленным.

- Итак, подведём итоги, - строго сказала она. - Орочимару дал тебе Мокутон, позволил выбрать пять кеккей-генкаев на своё усмотрение...

- И крутое додзюцу! Аджисайган! Он будет круче даже Риннегана братика Нагато!

- ... пошёл на поводу, испортив два ценнейших додзюцу, за которые в других деревнях готовы убивать...

- Они сделаны с помощью моей чакры и твоей супер-крутой печати!

- ... после чего ты уничтожил лабораторию. Как ты думаешь, почему он тебе столько позволяет? Ты не задумывался над его мотивами?

Наруто внимательно посмотрел матери в глаза с выражением снисходительной жалости на лице.

- Мама, ты только попробуй не обидеться. Вы меня слишком разбаловали. Стоит на вас посмотреть вот так... - Наруто сделал печальное выражение лица и широко распахнул глаза. - и из вас с братиком Орочимару можно вить верёвки!

Глава 14

Время до начала урока ещё было, Ирука-сенсей пока не появился, поэтому Шикамару, с усмешкой наблюдая за Наруто, тренировался в своих теневых дзюцу. Тонкие незаметные тени, прокрадывались по полу, перепрыгивали по воздуху со столешницы на столешницу, незаметно сдвигали, подымали и меняли местами предметы на столах одноклассников. Те занимались своими обычными делами - кто обсуждал друг с другом события прошедших дней, кто строил глазки Саске Учиха (и то, что одной из девушек этого возмутительного клуба была ангельски прекрасная Сакура-тян, глубоко ранило сердце), кто хвастался своей неимоверной крутизной (и этому кому-то согласно подгавкивал Акамару), а кто просто сидел с непроницаемым видом. Наруто Узумаки разлёгся на парте, меланхолично болтал ногой и явно пребывал в состоянии задумчивости. Тонкая чёрная тень метнулась к нему и коснулась тела. Голова Наруто приподнялась и слегка стукнулась о парту.

- Ну чего, Шика? - не поднимая головы, спросил Наруто.

- Ты сегодня необычно задумчив, - бросил Шикамару. - А это тебе совершенно несвойственно.

- Я думаю!

- Это тебе точно совершенно несвойственно! - ехидно бросила Ами.

- Фуу считает что тебе с подругами-гориллами нужно пойти побиться головой об дерево! - прозвучал беззаботный голос. - А братик Наруто - очень умный!

Предыдущие попытки прессовать самую новую куноичи класса для банды Ами закончились плачевно. Бойкая и жизнерадостная красноволосая девочка, не меняя своего беззаботного поведения, ухватила Ами и Фуки за шиворот и, выпустив крылья (это дзюцу весь класс, включая Учиху признал очень крутым), развесила их на ветвях ближайших высоких деревьев. Касуми вовремя скрылась, тем самым избежав унижения.

- Просто он редко это показывает! - хихикнула вторая красноволоска класса.

- Карин-тян, ты иногда бываешь очень злой! - надул губы Наруто. - К тому же, мы шиноби, а значит должны быть скрытными.

- И о чём же ты думаешь? - спросила Ино. Сидящая рядом Хината согласно кивнула.

- О том, как стану шиноби. О своей команде. О сенсее.

- Хочешь знать, кто будет твоим напарником? - подал голос Тобио.

- Неа, с этим вопросов нет. Я буду в команде с Шикамару и Роком Ли!

- Но ведь Рок Ли - на год старше! - удивился Чоуджи. - Хотя, если он разок провалит экзамены...

- Скажи нам с Хинатой, Наруто-кун, - голос Ино был настолько мил, что все присутствующие в классе втянули головы в плечи. - а почему именно с ними?

- Ино-тян, представь, какая у нас будет офигенная команда! Рок Ли станет крутейшим спецом в тайдзюцу. Мы с Шикой тоже хороши в тай, а значит наша команда наваляет кому угодно. У меня море чакры и тысячи клонов! Я смогу использовать ниндзюцу бесконечно, а Шика своими тенями сможет остановить хоть биджу! Наша команда будет просто самой жопонадирающей в мире!

Ино застонала и ткнулась лбом в парту, и Хината с сочувствием положила руку ей на плечо.

- Ты, похоже, всё распланировал, тупица, - высокомерно сказал Саске. - Но кто будет сенсеем у такого идиота как ты?

- Вот! Вот об этом я и думаю! - пропустил мимо ушей оскорбления Наруто. - Я хотел бы дедулю Сандайме, но он слишком стар для этого!

- К тому же, Сандайме-сама - Советник, - подсказал Тобио.

- И это тоже. Годайме - вообще Хокаге. Братики Нагато, Яхико или мама Конан тоже были бы супер, но бра... Орочимару-сама сказал, что они нужны для каких-то офигенно важных миссий и пока джонин-сенсеями не будут! Ма Цунаде занята в госпитале, а её извращенец мне не нравится...

- Цунаде-сама и Джирайя-сама - тоже Советники! - не унимался Тобио.

- Ещё крут тот чувак в маске, - продолжал Наруто. - к тому же его обучал сам Йондайме!

- Какаши Хатаке - гений, он может многому научить, - задумчиво сказал Саске. - но он не круче моего брата!

- Сестрёнка Анко - тоже офигенная, её сенсеем был бра...Орочимару-сама! А ещё очень крутой Хаяте Гекко-сан - вы бы видели как он владеет мечом! И Аоба Ямаширо-сан тоже крут, а Генма Ширануи-сан вообще был телохранителем Хокаге!

- Наруто, подвязывай, скоро придёт Ирука-сенсей, - поторопил Киба. - Так чего ты разнылся?

- Я не знаю, кто будет лучшим сенсеем для нашей команды!

- Ты же знаешь, что на это никак не повлияешь? Что команды составляются по результатам учёбы и утверждаются лично Хокаге? - спросила Сакура. - К примеру, я абсолютно уверена, что попаду в команду к Сас...

- Я же ниндзя! У меня есть время, чтобы узнать критерии и подстроить так, чтобы очутиться в команде нужного мне сенсея. Но в том-то и дело, я не знаю, кто именно мне нужен!

- Пф, тут и раздумывать не надо. Должен быть гений! - отрезал Саске.

- Или человек, у которого больше всего крутых ниндзюцу! - внёс своё предложение Тобио.

- Значит гений! - вновь выступил Саске.

- Или это должна быть крутая куноичи! - заявил Киба. - Взрослая красотка, грациозная и смертоносная, с прекрасным лицом и фигурой!

Раздался ропот множества девушек. Шикамару про себя усмехнулся, похоже, будущие куноичи не знали, как отнестись к заявлению Кибы: то ли обрадоваться комплименту, то ли возмутиться извращённому подтексту.

- Типа твоей мамы? - фыркнул Хибачи.

Киба смутился и отвернул голову. Ино обожгла Наруто взглядом и спросила:

- Скажи мне, Наруто-кун, а почему ты не хочешь, чтобы в твоей команде были я или Хината? Или мы недостаточно хороши для тебя?

Узумаки понял, что сделал что-то не так, привстал и беспомощно огляделся по сторонам в поисках поддержки. Он увидел, что со всех сторон на нём в ожидании ответа скрестились любопытные взгляды. В глазах Кибы и Чоуджи мелькнуло сочувствие, на лице Саске застыла насмешка, Гаара всё так же спал, лицом уткнувшись в подушку из песка.

- Э-э-э, может быть получится сделать так, чтобы в команде стало пять генинов? - осторожно спросил Наруто.

- Не выйдет! Стандартная команда состоит из сенсея и трёх генинов! - мстительно сказала Ино.

- Ну-у-у, может я смогу как-то упросить Хокаге?

- Наруто, состав команд нашего селения выверен годами практики. Идеальный баланс между возможностью сенсея обучать своих подопечных, способности команды выполнить миссию и величиной оплаты на каждого члена, - напомнила Сакура. - Если миссия слишком сложна, то на неё отправляются две команды, либо же собирается специальная команда под текущую задачу!

Ино всё так же обжигала мнущегося Наруто и Шикамару решил выручить друга, сменив тему разговора.

- Наруто, мы же с тобой уже говорили о сенсее!

- Да? Не помню! - обрадованно воскликнул Наруто. Очень обрадованно. - Это, наверное какой-то гений, ставший генином в три года, чунином в пять и джонином в семь?

- Напротив. Он стал джонином совсем недавно. У него нет таланта в ниндзюцу и гендзюцу. Я говорю о Майто Гае.

- Я слышал о нём. Но ведь он был последним в классе! - крикнул Унаги. - Что же за учителем он станет?

Со всех сторон раздался шум согласия. Взгляды всего класса скрестились на Шикамару. Всех интересовал ответ лучшего ученика, остроту чьего разума признавал даже надменный Саске.

- Вы даже не стараетесь думать! - насмешливо фыркнул Шикамару.

- Ну так просвети нас, о великий гений, - сказал Киба.

- Хорошо. Представьте себе, есть два джонина. Один - гений своего клана. Ему всё давалось без усилий, он без проблем преуспел во всех искусствах шиноби и легко стал джонином. Второй - бездарь. У него ничего толком не выходило. Но он не сдался, он, сцепив зубы, шёл вперёд, преодолевал множество препятствий на пути к своей цели. Он не остался генином, не довольствовался, став чунином. Нет, он стал джонином, элитой нашей деревни. Сами подумайте, кто из них лучше знает, как помочь своим генинам достичь вершин?

- Но ведь у гения есть много крутых дзюцу! - не сдавался Наруто.

- И с чего ты взял, что они тебе подойдут? Почему ты считаешь, что он тебя всем им научит? - рассмеялся Шикамару.

- То есть гений - плохо?

- Не очень хорошо. Но хуже всего - это гений с кеккей генкаем!

- Но почему? - изумился Саске.

- Я думал, что это очевидно! Его дзюцу и способы учёбы не подойдут, если у тебя не такой же геном. Ну а если такой же, то для чего тебе этот сенсей, если тебя научат пользоваться геномом у себя в клане? Возьмём твой Шаринган. Ты сможешь копировать тайдзюцу и техники, один раз на них взглянув. Пользоваться додзюцу тебя никто не научит - оно либо активировалось, либо нет.

- Погоди, Шика, - вновь встрял Наруто. - То есть получается, "чем хуже - тем лучше"? Но это же абсурд!

- Ты видишь всё не с той стороны, - усмехнулся Шикамару. - Ты смотришь на результат, а не на пройденный путь. Как думаешь, кто лучше укажет дорогу, человек, переместившийся с помощью дзюцу, или же тот, кто споткнулся по пути об каждый камушек?

Глаза Наруто остекленели и уставились в никуда. Зашедший в класс Ирука-сенсей оглядел непривычно тихих учеников, рыкнул на Наруто, и тот, к удивлению учителя, безропотно слез с парты и сел на своё место. Но более всего поразило Ируку, что Узумаки был тих и задумчив до самого конца уроков.

***

Настроение Годайме Хокаге был просто прекрасным. Изначально додзюцу Обито Учиха его подкупало безграничными возможностями пространственно-временной техники. Было заманчиво делать себя при атаке врага нематериальным, тем самым избегая физических повреждений и воздействий любых дзюцу. Орочимару знал, что Минато был силён, очень силён. Саннин не сомневался, что в прямом бою со своим предшественником у него тогда не было бы ни малейшего шанса. Но, благодаря сыну Минато, теперь шансов против Орочимару не было ни у кого в мире. И, увлёкшись другими проектами, а так же текущими заботами деревни, Орочимару не стал исследовать феномен Камуи. Очень опрометчиво. Недостойно настоящего учёного.

В первую очередь Хокаге решил, что пространственное дзюцу Минато всё-таки превосходило Камуи. Скорость перемещения дзюцу Шарингана была далека от удовлетворительной. Сочетание же Камуи и Хирайшина давало невероятно сильный кумулятивный эффект.

Нематериальность была почти безупречной, но анализ способности нашёл несколько серьёзных недостатков. Часть тела, которая должна была стать неосязаемой, временно переносилась в Измерение Камуи. И пусть попадание туда было затруднено, Орочимару знал, что при последовательных и целенаправленных попытках, можно создать пространственное дзюцу. И тогда человек, использующий Камуи будет беззащитен перед лицом врага. Да, людей, способных попасть в другое измерение в мире не было. Но как учёный он не обольщался - даже самые уникальные вещи можно исследовать, понять и повторить. Пятиминутное ограничение было сущей ерундой - за это время сильный человек может уничтожить любое количество атакующих.

Но тут открылась другая сторона способности. В Камуи можно было не только переместиться самому, но и переправить множество необходимых вещей. Бесконечное пространство чёрных кубов было идеальной лабораторией. В нём отсутствовали посторонние воздействия чакры, не дул ветер и была стабильная прохладная температура. Ограничивать помещения и зоны можно было без проблем с помощью дзюцу Дотона и Мокутона, а Шотон идеально подходил для создания застеклённых лабораторных помещений.

Все те пленники и подопытные экземпляры, на которых Орочимару планировал ставить эксперименты, в измерении Камуи просто пропали бы без вести, без каких-либо следов крови и чакры.

Пусть Орочимару и не собирался пока переходить к старым методикам исследований, но существование такой возможности не могло не радовать.

Он с неудовольствием отметил, что часть недостойной учёного щепетильности Цунаде передалась и ему. И если для Цунаде человеческая жизнь представляла ценность - сказывались десятилетия работы ирьёнином - то открытие у себя пободбных качеств неприятно удивило. Хокаге понял, что это вопрос достойный кропотливого осмысления. После тщательных раздумий Орочимару пришёл к выводу, что помимо незаметного влияния Цунаде и её жизнерадостного белобрысого сопляка, на нём отпечатались и обязанности Хокаге - нежелание расходовать ресурсы, которые можно употребить на какие-либо другие важные цели.

Впрочем, благодаря Обито у Орочимару появились новые образцы для опытов. Бесконечное количество искусственных людей, способных принять в себя любую чакру и симулировать на всех уровнях, включая клеточный, свойства любого из подопытных, при наличие некоторого количества чакры... Это был лучший подарок на День Рождения, праздник, который Орочимару не отмечал, начиная со смерти родителей. Белые Зецу не были идеальны. Они плохо реагировали на природную энергию, быстро прорастая ветками и листьями, но они были крепкими, выносливыми и пластичными.

Проект будущей лаборатории всё более и более оформлялся перед глазами Саннина.

Орочимару намечал перспективные направления для исследований и отбрасывал тупиковые.

После тщательного изучения с документацией техники из Юки но Сато, Орочимару нашёл несколько способов её применения в лаборатории. К примеру, была возможна изоляция образцов от воздействия фоновой чакры. Генераторы давали пусть и не слишком большой, но стабильный поток чакры, что могло быть использовано в опытах. Фуин-барьеры можно было дополнить кристаллами, что очень хорошо сказывалось на надёжности.

И пусть Орочимару понимал, что за подобной техникой будущее, он вынужден был признать, что его интерес учёного не лежит в этом направлении. Сам он предпочитал исследования в биологии, чакре и фуиндзюцу - областях, в которых он всегда был признанным специалистом.

Вода Героев из Такигакуре, чьи образцы были похищены после многочисленных допросов Фуу Узумаки, замаскированных под задушевную беседу, имела немалую ценность. Её деструктивный эффект нивелировался клетками Шодай Хокаге, вызывая после употребления лишь сильную усталость. Оставалось только разработать методику синтеза этого препарата - Великое Древо Такигакуре выдавало слишком малое количество для серьёзного исследования. Но, к сожалению, надежды, возлагаемые на эту легендарную жидкость были слишком завышены. Перенасыщенная природной энергией вода хранилась пусть и долго, но лишь ограниченное количество времени. Эффект по разрушительности для тела был схож с открытием Хачимон, усиление чакры было лишь чуть поменьше, а сложность получения делало всю затею почти бессмысленной. По окончанию серии опытов Орочимару собирался выяснить, пометить направление как бесперспективное, либо же придумать как улучшить препарат.

Чакра Звезды из Хошигакуре, на которую он возлагал столько надежд, тоже имела несколько побочных эффектов и не годилась для немедленного практического применения. Пусть получение Звезды оказалось очень простым - агент лишь намекнул Нацухи из Хошигакуре о том, что лучший в мире медик может спасти её умирающего мужа Хотаруби, напомнил о желании Хошикаге (Орочимару всегда издавал смешок, когда слышал о подобном самомнении) прекратить тренировки. Затем неизвестные нукенины напали на Звёздное Додзё, разрушили его и похитили столь ценный предмет. В результате скоротечной погони, двое из троих шиноби Хошигакуре были ранены, а один взят в плен. Орочимару был рад, что Акахоши, его пленник, прошёл полный курс облучения чакрой Звезды, это давало возможность получить бесценные данные о пределах воздействия, и в отличие от Нацухи и Хотаруби (эксперименты над которыми Цунаде ни за что бы не одобрила) с ним можно было не церемониться. Пусть Орочимару пришлось пообещать помощь Хошигакуре с преподавателями обычных дисциплин шиноби и несекретными дзюцу, он считал, что дело того стоило. Он выиграл как Хокаге - ценою длительных миссий для нескольких хороших чунинов Коноха укрепила отношения с одной из небольших Скрытых Деревень и получила плацдарм в Стране Медведя, а как учёный он получил не только бесценный артефакт, но и доступ к изрядным запасам смертельно ядовитого газа с интересными свойствами.

Нет, положительно, жизнь была прекрасной. Пусть обязанности Хокаге отдаляли его от интересной работы и захватывающих исследований, за жалкий десяток лет это позволило ему получить великолепную базу для следования по пути познания.

И теперь оставалось дело за малым. Орочимару требовался преемник. На эту роль идеально подходило его создание - самозванный младший брат. Впрочем, было ещё две потенциальные кандидатуры, и то, что они давно были мертвы, не смущало Орочимару. Как показало обследование Обито, воскрешение Риннеганом использовало жизненную силу шиноби, но благодаря клеткам Шодай Хокаге, это выливалось лишь во временную усталость без долговременных последствий. Поэтому он был совершенно не против вернуть Цунаде Наваки и Дана, и даже сделать это собственноручно.

Но ещё больше Орочимару хотелось мира во всём мире. Пусть войны и сражения бывают иногда забавны, вся эта суета редко когда позволяла сосредоточиться на интересных вещах. Поэтому разгуливание на свободе материализованной воли одного из сильнейших шиноби за последние пару сотен лет было очень неприятным явлением. И пусть сейчас не было предпосылок к войнам, но при желании разжечь конфликт было возможно. Тот компромат на Кумо, который имелся у Хокаге, практически исчерпал свою полезность в виду срока давности (события, произошедшие семь лет назад, для даймё Великих Стран вряд ли стали бы настолько шокирующими). Даймё Ветра всё так же держал Сунагакуре на грани, и Орочимару прекрасно знал, на что способны отчаявшиеся люди. Мизукаге пришёл в себя от гендзюцу Обито и начал править своей деревней вполне разумно, что позволило в рекордные сроки вновь стать силой, с которой следует считаться (пусть и вернулись в родную деревню лишь считанные патриоты, а значит обладателей улучшенных геномов в Кири было лишь минимальное количество).

И если найдётся достаточно хитрое существо, чтобы устроить несколько хороших провокаций, то Конохе вновь придётся воевать, а Орочимару вновь заниматься неинтересными ему ныне вещами. И допустить этого было нельзя.

К счастью, существовал простой рычаг воздействия, чтобы выправить текущую ситуацию.

- Хокаге-сама, я прибыл по вашему приказу.

- Ну-ну, Итачи-кун, не нужно так формально. У меня для тебя будет небольшое задание. Это секретная миссия, о которой не должен знать никто. Она касается безопасности деревни. Сделаешь мне одолжение?

- Я выполню любой ваш приказ, Хокаге-сама!

- Ку-ку-ку, мне нравится твой энтузиазм. Изучи, пожалуйста, экономические сводки по Сунагакуре. Мне нужно, чтобы в ближайшие полгода даймё Ветра понял ошибочность своей политики и возобновил приемлемое финансирование Суны. Но не слишком щедрое - Раса не заслужил.

- Какие средства разрешено примерять?

- Любые, Итачи-кун. Лишь бы никто не обнаружил связь с нашей деревней. Да, именно, я надеюсь на твой Мангекё Шаринган. К сожалению, это слишком деликатное поручение, чтобы поручить её кому-нибудь из Чиноике. Я тебя больше не задерживаю.

Итачи поклонился и покинул кабинет. На лицо Орочимару наползла змеиная улыбка.

"Что бы сказал Джирайя, узнав, что кольцо ненависти, про которое он писал в своей первой книге, разрывает его напарник?"

***

Шикамару отдыхал, тяжело привалившись к дереву. Несмотря на то, что запасы его чакры вновь восполнил Наруто, мышцы немилосердно ныли, а дыхание было сбивчивым. Наруто предлагал снять усталость одной из медицинских техник, показанных матерью, но Шика помнил судьбу последней рыбы и решил не рисковать.

И теперь он поглядывал то на плывущие облака, то на собственных теневых клонов, отрабатывающих клановые техники. То, что в клановых хидзюцу он превзошёл всех, его не останавливало. Его целью было научиться делать то, что одна из мам Наруто творила со своей бумагой - полностью подчинять тени своей воле, проводить их в воздухе не те жалкие десятки сантиметров, что получались сейчас, а свободно манипулировать ими как дополнительными конечностями. Не зависеть от освещения и окружающего пространства. Двигаться сковзь воду и сквозь землю. Летать.

Не менее амбициозным намерением Шикамару было превзойти Шисуи Учиха, который стал знаменит, мастерски освоив D-ранговую технику, доступную любому чунину. Шикамару считал, что академическое Каварими тоже несёт в себе безграничный потенциал. Его целью было научиться заменяться на свои тени, на превосходящих в объёмах чакры противников, на воздух и незначительные предметы. Ему давно не нужны были ручные печати, идеальный контроль позволял заменяться даже с сияющими чакрой сопротивляющимися замене клонами Наруто. Шикамару нарабатывал скорость и точность, пытался цепляться за облетающие с деревьев листья. И, судя по прогрессу, он не был далёк от победы.

Шикамару неустанно развивал свой ум и тело, многократно увеличивая объёмы чакры и, по словам мамы, давно перешагнул уровень среднего чунина, а в клановых хидзюцу, по крайней мере в контроле, превзошёл всех членов клана, включая отца. Но этого было недостаточно. Перед ним был пример, перед ним был недостижимый ориентир. Перед ним был его вечный соперник, Наруто Узумаки. И пусть Шикамару не любил этого признавать, он завидовал другу. Его силе, его чакре, его целеустремлённости. И эти качества Шикамару Нара предстояло превзойти.

Шикамару знал, что Наруто, в свою очередь, завидует ему. Наруто считал (совершенно необоснованно), что умом Шика значительно превосходил его. Он преуменьшал свои заслуги, полагал, что его хорошая успеваемость - лишь результат применения теневых клонов. Он всеми силами пытался догнать Шику, зубрил книги, решал задачи, играл с Шикамару в шоги, шахматы и карты. Наруто всеми силами пытался поднять свой контроль, достигнуть если не возможностей Шикамару, то хотя бы уровня Сакуры Харуно, той, кто по мнению Наруто обязательно станет девушкой Шики, стоит ей увидеть крутизну гения Нара.

Из раздумий Шикамару вывел звук рухнувшего рядом на траву тела и он перевёл взгляд на взмыленного и запыхавшегося друга. Вопросительно подняв брови, он в ответ получил усталый кивок. Шикамару усмехнулся, склонился над Наруто, ухватился за шестигранное устройство со знаком инь-янь на круглом кристалле в центре, и сложным импульсом чакры деактивировал странный прибор.

- Фуф, вздохнул Наруто. Я думал, что подохну. Без чакры всё делать супер-тяжело.

- Ну ты же сам хотел превзойти Орочимару-сама! - засмеялся Шикамару. - Вот он тебе и подкинул эту штуку. К тому же, этот прибор будет тебе очень полезен.

- Да-да-да, я научусь тонко манипулировать чакрой. Да, если кто-то сможет её запечатать, то я смогу управлять даже малым оставшимся количеством. Да, физические упражнения будут жутко результативны. Ты говорил. Мама говорила. Братец Нагато говорил. Но ощущается это отстойно! Как будто у тебя сделали огромную дырку в животе и проворачивают там фума-сюрикен!

Шикамару вновь откинулся на дерево. Наруто был прав. Особенности тренировок с заблокированной чакрой были известны, пусть пользу из них мало кто мог извлечь. Объёмы чакры, сравнимые с Наруто были у считанных джонинов и все они в Книге Бинго проходили как A- и S-класс. Поэтому он хмыкнул и перевёл разговор к интересующей его теме.

- Кстати, как там дела у Ли?

- Пока всё идёт очень тяжело. На текущем этапе он несколько раз был при смерти, если бы не печати мамы, ничего бы не вышло. И кризис пока ещё не преодолён. Братец Орочимару говорит, что я единственный, кому было легко принять Мокутон. Что-то связанное с совместимостью чакры.

- Но ведь всё получится?

- У мамы и сестрёнки Югито всё завершилось хорошо. Я извёл целое море чакры, но мне ни капли не жалко! Да и осваивать Мокутон вместе как-то веселее. У Ли тоже всё получится, ведь процесс контролирует сам Орочиману-нии! Ну, по крайней мере парочка его клонов.

- И что, скоро у тебя появится ещё один родной брат?

Наруто рассмеялся.

- Не-а. Не родной, скорее какой-нибудь восемнадцатиюродный. Орочи-нии что-то рассказывал по поводу этого переноса генов. Первый его эксперимент делал точную генетическую копию Шодай Хокаге. Это, конечно, круто, но прикинь, какой бы получился отстой, получи сестрёнка и мама мужские геномы.

- Они бы стали мужчинами? Хм, Джирайя-сама не пережил бы этого!

- Ну, внешне нет. Но всё равно было бы плохо. Что-то связанное с гормонами и чакрой, я не вникал.

- Не вникал? Ты же говорил, что станешь ирьёнином как мама, - засмеялся Шикамару. - Тебе придётся в этом разобраться.

Наруто легкомысленно махнул рукой.

- Основное я знаю и сейчас, если нужно - мы с клонами засядем и выучим. А становиться учёным я не собираюсь... Ну, может быть изобретать дзюцу, как Нидайме. Сейчас и так хватает забот.

Шикамару кивнул. Выпускной был всё ближе и ближе. И пусть они были готовы закончить Аканемию не просто на год раньше, но даже за пару лет до этого, будущих генинов всё так же бил мандраж.

- Ладно Наруто, - решительно сказал Шикамару. - протектор сам себя не выдаст.

Узумаки кивнул, мрачно приложил шестигранник блокиратора к животу, дождался, пока щупальца кабелей не вонзятся в живот и побежал прочь, к чунинской полосе препятствий. Он даже не глянул на небольшую веточку упавшую на то место, где только что стоял его будущий напарник.

Глава 15

Шикамару было скучно. Выпускные экзамены Академии, которые они с Наруто сдавали на год раньше, были слишком несложными, слишком унылыми. Письменный тест был очень прост, Шика решил его походя и всё оставшееся время занимался на полигоне во дворе Академии, где к нему вскоре присоединились Нейджи и Наруто.

Экзамены по ирьёниндзюцу, пусть и слабо влияли на получения протектора, были им пройдены одним из первых. Он опасался за результат Наруто, но тот, ухмыляясь, быстро начертил на ладонях пару ограничивающих печатей, после чего рыба, окутанная морем зелёного сияния, послушно забилась на столе.

Экзамен по букидзюцу был пройден без затруднений. Шикамару идеально поразил все цели, Ли промахнулся кунаем, а Наруто отправил один из сюрикенов в девятку, что не позволило получить идеальный результат.

Проверка тайдзюцу затянулась. Пока вызывали старшеклассников, Наруто, Шика и Ли разминались, готовясь показать, насколько сильно пылает их юность. И первым экзаменаторы вызвали Узумаки.

Наруто, радостно улыбнувшись своим сестрёнкам Каруи и Таюе, помахал рукой брату Хинаты, а затем, подмигнув Шике и Ли, вышел перед экзаменатором. Шикамару знал, что Ивана Акаме сильно не любит Наруто, виня того в разрушениях и жертвах, совершенных Кьюби.

Наруто вышел вперёд, сложив пальцы в Печати Конфронтации.

- Ну что же, посмотрим, чего ты стоишь, демон! - зло улыбнулся одноглазый чунин.

То что в его друге запечатан биджу, для человека, умеющего сопоставлять факты, было не менее очевидно, чем личность отца Наруто. Шикамару порою просто поражался, почему для кого-то это до сих пор является секретом.

Шикамару недовольно скривился. Ивана не повезло - он был учителем старшеклассников и до сих пор не имел возможности наблюдать поединки Узумаки. К тому же он, видимо, позволил неприязни ослепить себя, иначе как объяснить пренебрежительное отношение к ребенку, постоянно проводящему время с шиноби каге-уровня?

И пусть Наруто пришлось противостоять человеку, который его искренне ненавидит, само сражение было возмутительно коротким. Мелькнул росчерк чёрного и оранжевого и Акаме пришлось быстро разрывать дистанцию, чтобы не попасть под сокрушающий удар Наруто. Брызнули куски дёрна и комья земли, и в месте удара образовался небольшой кратер. Наруто вновь бросился на чунина и нанёс ему град быстрых ударов. Несмотря на то, что часть ударов были блокированы, скорость и сила Наруто были слишком высоки. Ивана пропустил удар в грудную клетку, за которым последовала подсечка и завершающий удар в землю рядом с его ухом. Вновь брызнула земля и довольный Наруто, нетерпеливо подпрыгивая и безумно улыбаясь, начал махать руками своим друзьям. Затем, опомнившись, протянул руку в Печати Гармонии. Лицо Акаме скривилось, как будто он съел несвежий онигири, но он всё же неохотно протянул руку в ответной печати, сцепил средний и указательный пальцы с Узумаки.

- Узумаки Наруто - прошёл! - заключил Дайкоку-сенсей, сделав пометку в своём планшете.

Пока проверку проходили остальные выпускники, Ли и Шика беззаботно болтали с Наруто. Все трое были уверены в себе, главным вопросом было распределение команд.

- Не волнуйтесь, - скалился Узумаки. - За Ли в любом случае замолвил слово Гай-сенсей, к тому же ты, Шика, вычислил все эти закономерности.

- Их несколько, - улыбнулся Шикамару. - Одна из традиций - ставить в одну команду гения и отстающего, как было в команде Саннинов. У Ли до сих пор остались проблемы с ниндзюцу...

- Подумаешь! Пусть он не способен на внешнюю манипуляцию чакрой, но у него есть Мокутон! И комбинированная чакра ему подчиняется! - воскликнул Наруто.

- Но три выпускные техники ему всё равно недоступны, - напомнил Шикамару. - Так что его случай будет рассмотрен экзаменаторами отдельно.

- Я всё равно стану шиноби! - горячо воскликнул Ли.

- Конечно станешь! - фыркнул Наруто. - Ты можешь навалять кому угодно в Академии. И станешь ещё сильнее!

- Я продолжу? - недовольно нахмурился Шикамару. - Ещё команды подбираются под специализацию. К примеру, уверен, что Карин, Хината и Шино могут попасть в одну команду, со специализацией в разведке и выслеживании. Или же вместо Хинаты будет Киба - как дополнительная ударная сила. Ещё бывает, что удачно сработавшиеся варианты повторяют в последующих поколениях. Если бы я не заканчивал Академию на год раньше, была бы большая вероятность повторения троицы Ино-Шика-Чо - команда моего папы была очень сильной.

- И какая специализация будет у нас? - спросил Ли.

- У нас выйдет очень сильная ударная команда, - ответил Шикамару. - Мы очень сильны в тай и нин. Пусть ты, Ли, пока не до конца освоил Мокутон, но потенциально твои дзюцу будут всемогущи.

- Есть ещё один критерий распределения! - выпалил Узумаки.

Шикамару смотрел на Наруто, лицо которого трескалось от довольной улыбки, а глаза были хитро прищурены. Он видел, как Наруто чуть ли не разрывается от нетерпения, так ему хотелось хоть что-то сказать, поэтому решил немножко помучить друга и не задавал вопросов. Внимание Ли было занято экзаменами, он смотрел на спарринг Иваны и Нейджи и всячески болел за Хьюгу.

Дождавшись, пока из ушей Наруто не повалит пар, Шика сжалился:

- Ну, ладно, ладно, говори!

- К примеру, может быть, возможно, команду распределят так, как один из Советников попросит Хокаге!

- Серьёзно? Ты как-то уговорил Цунаде-сама? - округлил глаза Шикамару.

- Уговорил? Хе-хе-хе, не совсем. Я пробовал, но мама не согласилась. Сказала, что настоящему шиноби не следует прятаться за мамину спину.

- Пообещал ей что-то взамен?

- Ну-у-у-у, мне пришлось пообещать, только потом, когда согласие уже было получено.

- Чем-то шантажировал Джирайю-сама, чтобы он сделал ей предложение, а пока она пребывает на пике эмоций, выманил обещание?

- Эй, Шика, ты чего? Мне не нравится извращенец! Пусть он крут в фуиндзюцу, а жабы - самые офигенные призывные звери, но у него мерзкий характер! Мама заслуживает лучшего!

- Но ты же говорил, что они встречаются и ходят на свидания!

- И что? Вон братец Нагато тоже ходит на свидания с Мэй-тян!

- С Теруми Мэй? Той, которая тебе наподдала, когда ты подглядывал Бьякуганом на источниках?

- Э-хе-хе, ты же знаешь, что мне нужно было завершить Ойроке но дзюцу! А у сестрёнки Мэй просто отпадная фигура!

- Вряд ли Хината ожидала такого, когда учила тебя активировать додзюцу.

- Если бы не я, братик Нагато не познакомился бы с Мэй-тян!

- Потому что она притянула тебя домой за ухо!

- И это подействовало!

Шикамару вздохнул и потёр переносицу.

- На твоём месте я всё-таки не делал бы Ойроке-тян рыжеволосой, просто из чувства самосохранения. Ладно, и как же ты уговорил Цунаде-сама?

- Пари!

- Пари? Да, она, конечно азартна, но...

- Я поспорил с ней, что выиграю десять партий из десяти!

- Ты неплохо играешь в карты, ей не стоило соглашаться.

- Поэтому она предложила кости!

- И ты победил?

- Ну, мне везёт!

- И что же Цунаде-сама потребовала взамен? - вмешался в разговор Ли.

- Что когда я стану генином, буду сопровождать её в Танзаку.

- Но мы ведь будем генинами, нам надо будет выполнять миссии! - не сдавался Ли.

Шикамару криво усмехнулся.

- Похоже, с оплатой миссий проблем у неё не будет.

Наруто хотел что-то спросить и уже было открыл рот, но прозвучал голос Дайкоку-сенсея:

- Следующий бой - Шикамару Нара.

***

В бесконечном чёрном пространстве, полном странных кубических структур, кипела бурная деятельность. Внутри усеянных печатями боксов розового стекла находились странные белёсые люди с зелёными волосами. В закрытых стеклянных кубах лабораторий перемигивалась огоньками аппаратура, издавали мелодичные звуки разнообразные приборы, множество компьютерных мониторов показывали потоки данных и сложные диаграммы. Несколько бледных длинноволосых шиноби с золотыми змеиными глазами, похожих как близнецы, занимались своими загадочными делами.

Стройные ряды наполненных жидкостью цилиндрических танков содержали в себе множество различных людей, среди которых были несколько казалось бы давно умерших каге, Саннины Цунаде и Джирайя. Несколько танков содержали всё тех же зеленоволосых белых клонов. Под воздействием подаваемой через кабели чакры они постепенно меняли свой вид, обретая пол, индивидуальность и даже одежду со снаряжением. Расставленные возле танков видеокамеры и датчики приборов регистрировали каждый нюанс метаморфоз субъектов экспериментов. Время от времени один из златоглазых близнецов делал пункцию тканей подопытных и относил своему коллеге, сидящему возле огромного усеянного печатями микроскопа. На висках стоящего рядом собрата вздулась сеточка синих вен.

- Ку-ку-ку, эти клетки Хаширамы-сама - просто чудо. Поглощая чакру, имитировать не только ткани человека, но и кожу, металл, резину и пластик...

- Полагаю, нас должна интересовать не столько адаптивность клеток, - возразил клон у микроскопа. - сколько ответ на вопрос, почему воспроизводится снаряжение. У меня есть теория...

- Ку-ку-ку, не только у тебя. Мы все Моку Буншины одного и того же Орочимару, а значит все обладаем одинаково гениальным умом.

- Ты тоже считаешь, что имеет место быть информация о самоидентификации в чакре?

- Ну конечно! Каждый человек ассоциирует себя с неким завершённым образом. Никто не представляет себя голым, даже придурок Джирайя.

- Полагаю механизм тот же, что и при использовании Эдо Тенсей.

- Несомненно! Можно попробовать...

Их разговор прервал свист рассекаемого воздуха. Неподалёку, рядом с нарисованной на одном из кубов печатью, возник ещё один Орочимару. Рука его была погружена в большую водяную сферу, в которой билось странное существо, одна из половин которого ничем не отличалась от остальных Белых Зецу, а вторая была угольно-чёрной. Из плечей странного существа росли широкие зазубренные листья.

- Я вижу, всё получилось, босс? - спросил один из моку буншинов.

- Пришлось, конечно побегать, - скромно ответил Орочимару. - Из-за этой глупой кабинетной работы я и предположить не мог, насколько хорош режим мудреца, каким отличным сенсором был Хаширама-сама и сколь прекрасно сенсорное дзюцу Марики Узумаки.

- Чего ты хочешь, Орочимару? - проскрипело чёрно-белое существо из Водяной Тюрьмы.

- Рад, что ты спросил. Уверен, что ты в курсе того, что Обито, после того как его поймали, был исцелён, подвергнут психологической реабилитации, прощён и вновь стал лояльным шиноби Конохи. Ну-ну, не отпирайся, пусть сигнатуру твоей чакры не зафиксировала барьерная команда деревни, но лично я её прекрасно почувствовал.

- И что мне даёт это знание? - оскалился Зецу.

- Пусть Мадара и стал предателем, но, как видишь, Коноха не бросает своих детей. Твой глупый план "Глаз Луны" был идиотизмом. Гораздо легче найти останки твоих погибших родных и воскресить их. Как там звали твоего брата? Изуна Учиха?

- Я не настолько эгоистичен, чтобы отказаться от великой цели!

- Ку-ку-ку, да, да, помню. Идеальный мир, где нет войн и смертей. Чушь и наивный идиотизм, если хочешь знать моё мнение. Если бы твой план увенчался успехом, то только одним способом ты мог предотвратить сражения - превратив всех в безвольных марионеток, послушных твоей воле. Сражения и войны - это часть человеческой натуры. Но лишь часть. Ещё есть разум, стремление к познанию, к самосовершенствованию. И постепенно разум возьмёт верх.

- Этого не произошло за последнюю тысячу лет!

- Вот как? Ты знаешь, что было тысячу лет назад? - поднял бровь Орочимару.

- Конечно! Тогда родился Рикудо Сеннин, он верил, что люди изменятся, он дал им чакру, чтобы они могли понять друг друга. Но люди превратили её в оружие!

- Я не настолько тонкий знаток истории, зато знаю, что количество смертей со времён Воюющих Кланов радикально уменьшилось. Что после того, как вы с Хаширамой-сама основали систему деревень, почти перестали гибнуть гражданские. Даже три Мировые Войны Шиноби слабо отразились на обычных людях. И сравнительный мир подстегнул прогресс, ускорил как научное развитие, так и эволюцию социума.

- Но шиноби продолжаю убивать друг друга, при этом гибнут и непричастные. Вспомни Аме! Вспомни Узушио! Вспомни свою же Коноху.

- Ну-ну, тот, кто живёт в Скрытой Деревне всегда рискует. Зато для соседних городов, всего лишь в паре часов бега обычного генина, ничего необычного не происходило. Впрочем, это неважно. Я вполне разделяю твоё стремление к миру.

- Ты? - изумился Зецу.

- Конечно. Войны и конфликты, несмотря на свою забавность, серьёзно мешают исследованиям. И если подумать, как существование такой силы, как Великие Деревни, почти прекратило войны среди обычных людей, так и некое бессмертное могущественное существо, может прекратить войны среди шиноби.

- Даже девять биджу не смогли этого сделать! Люди использовали их для войн.

- Ты прав. Это значит только одно - этот некто должен быть могущественней всех биджу вместе взятых. И чтобы сами хвостатые звери были на его стороне. Всё просто, правда?

- Ты говоришь о себе? - изумился Зецу. - А как же твои разговоры о исследованиях?

- Ку-ку-ку, ну, иногда выйти из лаборатории и размять ноги тоже полезно, - рассмеялся Саннин. - Но чтобы не заниматься совсем уж мелкими глупостями, у меня есть и будут могущественные подчинённые. К примеру, несколько джинчурики, которые обожают своего Хокаге.

- Ты мне просто так рассказываешь, что Коноха владеет несколькими биджу? - подозрительно спросил Зецу. - Неужели ты уверен, что я не ускользну из твоей тюрьмы? Или собираешься убить меня прямо здесь?

- Ку-ку-ку, ну что ты? Убить - это величайшая глупость и бесцельная трата ресурсов. Мне очень пригодятся твои шпионские таланты.

- И ты думаешь, что я буду добровольно работать на тебя? Видимо, ты - идиот или безумец!

- Ну-ну, некоторые считают безумцами любых гениев. Не возражаешь, если ты поучаствуешь в одном из моих экспериментов? Буншин, принеси Образец-4!

Ближайший клон коротко кивнул и удалился. Через минуту он вернулся с обвившейся вокруг его тела и предплечья большой белой змеёй.

- Как видишь, тело этого экземпляра состоит из той же ткани, что и остальные Зецу. Очень интересные свойства клеток Хаширамы-сама позволили Котоамацуками Шисуи-сана восстановиться не за десять лет, как предполагалось изначально, а чуть более, чем за год. Пусть результат не настолько хорош как мне бы хотелось, и массовое использование исключено, но это даёт некоторую свободу действий.

Желтые глаза чёрно-белого Зецу округлились. Он, осознавая грозящую ему учесть, зажмурился, вокруг его головы схлопнулись схожие с мухоловкой листья, и Зецу лихорадочно заметался по пузырю Водяной Тюрьмы.

Саннин усмехнулся. Из его руки, удерживающей сферу дзюцу, выскользнули несколько змей и обвили брыкающееся тело. Две змеиные пасти сомкнулись на иззубренных листьях и развели их в стороны. Ещё пара мелких змей вонзила клыки в сомкнутые веки и открыла Зецу глаза.

Оболочка тюрьмы лопнула и стекла вниз коротким водопадом. Голова удерживаемого в воздухе существа была с силой повёрнута в сторону белой змеи в руках клона Орочимару.

Змея склонила голову набок и её глаз засветился красным светом. Три томоэ трансформировались в четырёхугольный сюрикен, который полыхнул алым светом и вновь распался на отдельные запятые.

- Ку-ку-ку, Зецу-кун, и стоило так сопротивляться? - спросил Орочимару, аккуратно ставя чёрно-белое существо на пол.

- Я был обязан, повелитель! - ответило существо. - Простите меня!

- Ну-ну, не стоит так сокрушаться, мы ведь действительно были противниками. Ты осознаёшь суть своего долга?

- Да, преданно служить вам, Орочимару-сама и подчиняться во всём.

- Великолепно! Ну а теперь, пока у нас есть немного времени, вкратце расскажи мне, что важного происходило с того момента, как ты был создан. Говорил ли Мадара правду Обито-куну или тот был обычным доверчивым дураком?

- Я даже смогу всё показать вам, Орочимару-сама. Я всё записывал!

- Ах, да, Обито-кун говорил о твоей способности. Ну что же, приступай.

***

Шикамару рассказывал, что когда-то распределение по командам было тихим и незаметным событием. Что учитель просто называл состав команды, в класс заходил джонин-сенсей и будущие шиноби шли знакомиться и выполнять миссии. Наруто считал такую систему отстоем. Братик Орочимару правильно сделал, что упразднил обычай и превратил распределение в торжественную церемонию, где все могут увидеть будущих крутых ниндзя. Правда Шикамару сказал, что он знает человека, который когда-то видел шиноби, которому говорил однин джонин, который случайно услышал разговор, что это была инициатива Советника Джирайи. Но Наруто знал, что глупый извращенец, который заставлял его неподвижно сидеть на каменной плите, балансирующей на остром сталагмите, не может придумать ничего хорошего. Наруто не знал, что в нём нашла мама Цунаде, но пообещал себе, если тот маму обидит, то ни одна сила в мире не защитит извращенца от его гнева. Попытки Эро-советника втереться в доверие, пообещав дать подписать контракт и, потом, как-нибудь, научить технике отца, Наруто проигнорировал. Во-первых, от мамы он знал, как Джирайя получил контракт с жабами. Наруто своим Бьякуганом давным-давно подсмотрел печати дзюцу Призыва, и была высокая вероятность того, что техника забросит его именно к призывным животным его отца. Узумаки не собирался кидаться сломя голову, он попросит братика Орочимару подстраховать его Хирайшином. Во-вторых, хоть жабы и были очень сильным кланом, но оставались ещё змеи (они были круты, несмотря на то, что Манда был злобным ублюдком и Наруто доставляло редкостное удовольствие наблюдать, как братик выбивает из него сопли, когда тот стал требовать сто человеческих жизней за призыв). А ещё были слизни. Наруто очень нравилась Кацую, они прекрасно ладили, с её помощью у него прекрасно получались медицинские техники, но ему хотелось чего-то жопонадирающего. Чего-то запредельно крутого, как у братика Нагато, с его хамелеонами, гигантскими собаками или огромными птицами.

Наруто вновь начал подпрыгивать от нетерпения и тут же почувствовал, как сильные руки Шикамару и Ли ухватили его, заставив снова замереть на месте.

- Команда три. Суйгецу Ходзуки, Таюя Узумаки, Кимимаро Кагуя. Джонин-сенсей - Анко Митараши.

Услышав знакомые имена, Наруто радостно помахал сестрёнке Таюе, обменялся злыми взглядами с высокомерным подонком Суйгецу и улыбнулся Кимимаро, с которым неплохо ладил. Когда вышла сестрёнка Анко, Наруто расцвёл в широкой улыбке.

Снова Дайкоку-сенсей называл незнакомые имена и неинтересные номера команд, а Наруто вновь прыгал в нетерпении, пока Ли и Шика опять не повисали на его руках.

Наруто знал, что ему нужно быть сдержанней, в конце концов, у него прекрасно получалось с неподвижностью при использовании режима мудреца. Но только не в то время, когда он собирался сделать шаг к своей мечте - стать крутейшим шиноби и, чуть погодя, таким же великим Хокаге как братец Орочимару!

Они с Шикой и Ли сдали экзамены великолепно. Несмотря на проблемы с чакрой, Ли сумел создать Моку Буншин вместо обычного клона, а вместо Каварими он просто сверхбыстро перебежал с места на место, оставив за собой тут же выращенное бревно. Да и Моку Хенге, которое им показывал дядюшка Ямато, дальний родственник мамы, было таким же крутым как и обычное. Получив свои протекторы, друзья отметили это событие вкуснейшим раменом старика Теучи и усиленно тренировались всю неделю, готовясь к церемонии распределения.

Когда вся Академия собралась на полигоне, и выстроенные ровными рядами ученики выслушивали приветственную речь Хокаге, Наруто из-за своего нетерпения почти не слышал слова одного из самых родных людей. Орочимару-нии говорил что-то о предстоящем пути, о Воле Огня, он преодолении препятствий. О большой ответственности и высоких ожиданиях деревни от своих новых шиноби. Но Наруто интересовало только одно - когда же назовут их имена.

- ... Нейджи Хьюга, Тентен, Кидомару. Джонин-сенсей - Тенма Изумо.

Наруто приветливо помахал брату Хинаты, улыбнулся Тентен. Их шестирукий напарник был слегка заносчивым, поэтому Узумаки немного посочувствовал друзьям. Впрочем, если что, Нейджи без проблем надерёт тому задницу, ведь он такой же крутой, как и Хината-тян! Их сенсея Наруто лично не знал, он был очень молодым, лишь на несколько лет старше своих генинов.

- Шика, а кто их сенсей? - шепнул Наруто.

- Он был в команде Итачи Учиха, учеником года в Академии. Говорят, что он очень быстр.

Наруто кивнул и вновь заёрзал в нетерпении.

- Наруто, не дёргайся, или я тебя свяжу тенями! - вновь зашипел Шикамару.

Наруто решил заняться планированием - погрузившись в мечты о карьере шиноби, миссиях и о шляпе Хокаге. Перед его затуманенным взором проходили вереницы будущих шиноби Конохи, объявлялись их команды, появлялись сенсеи, но Узумаки думал лишь о предстоящих миссиях.

- ... Ягура Рьюдоин, Хаку Юки. Джонин-сенсей - Токара.

Услышав имя Хаку-тян, Наруто вновь встряхнулся и радостно начал махать той руками. Мало того, что её мама Джунко дружила с мамой Конан, так ещё и Хаку-тян была очень милой и доброй девушкой, прекрасным ирьёнином и вообще красоткой. При этом не такой злюкой, как Каруи!

- Команда тринадцать. Шикамару Нара, Наруто Узумаки, Рок Ли. Джонин-сенсей - Майто Гай.

Друзья даже не старались удержать Наруто. Тот подпрыгнул и вскинул кулак в воздух.

- Ятта! Нашим джонином стал Гай-сенсей! Пойдём, даттебайо!

Наруто ухватил Ли и Шику за руки и помчался к ослепительно улыбающемуся шиноби в ярко-зелёном обтягивающем костюме с причёской "под горшок". Ноги упирающихся друзей оставляли в дёрне полигона безобразные борозды.

Встав рядом со своим сенсеем, Наруто оглядел шеренгу остальных команд, обвёл взглядом учеников и выпускников Академии, взглянул на Хинату, прижавшую к груди руки, на Ино, сердито надувшую губки, ослепительно улыбнулся своему классу, показал язык Саске и ободряюще кивнул малышне, среди которой стоял братишка Конохамару со своими друзьями. Чувства переполняли Наруто, так что он снова не выдержал. Вскинув кулак в воздух, Наруто завопил во всю силу лёгких:

- Команда 13 надерёт всем жопы! Наш джонин - Гай-сенсей!

По рядам учеников пронёсся тихий гул.

- Почему Гай-сенсей именно у них? - недовольно воскликнула сестрёнка Каруи.

- Это нечестно! - поддержала её Тентен, удостоившаяся согласного возгласа Нейджи и кивка Кидомару. Их наставник недовольно скривился.

- Правильно! - закричал Киба. - Гай-сенсей, провалите этих неудачников и приходите к нам на следующий год!

Класс зашумел, согласно хмыкнул Саске, его поддержала Сакура, завопили Тобио и Ами, загавкал Акамару и загудели жуки Шино. Даже спящий на ходу Гаара широко раскрыл глаза и начал энергично кивать.

- Гай-сенсей, будьте нашим учителем! - раздался вопль из рядов свежих генинов.

- Нет, нашим!

- Гай-сенсей, научите нас!

- Гай-сенсей, быстрее сделайте Наруто-нии джонином и возьмите нас в свою команду! - прокричал Конохамару. Удон и Моэги завопили в его поддержку.

- Гай-сенсей, будьте...

- Гай-сенсей, станьте..

- Гай-сенсей!

- Гай-сенсей!

- Гай-сенсей! Гай-сенсей! Гай-сенсей!

Голоса учеников и генинов слились в неразличимый гул, который то затихал, то вновь возобновлялся. Дайкоку пытался перекричать толпу, но у него ничего не выходило.

- МОЛЧАТЬ! - раздался громовой голос. Звуковая волна ударила вокруг, примяв траву и повалив на землю некоторых учеников. Полигон затопил короткий импульс жажды убийства.

Восцарилась гробовая тишина. Хокаге поправил свою квадратную шляпу и, взмахнув полой белого плаща, повернулся к учителю-чунину.

- Благодарю. Продолжайте Дайкоку-сан.

Наруто осмотрелся. Следующим в ряду джонин-сенсеев стоял шиноби с непокорными белыми волосами и чёрной маске. Несмотря на то, что половины лица не было видно, его глаза выразительно показывали изумлённое страдание. На лицах остальных джонинов была отображалась буря эмоций: сложная смесь недовольства, удивления и зависти.

Наруто повернулся к наставнику и громко выдохнул. По щекам учителя обильным потоком лились густые слёзы.

Почувствовав, что у него самого защипало в глазах, Наруто ухватил за плечи друзей и воскликнул:

- Вперёд, нас ждёт новый путь! Будем спасать принцесс, освобождать страны и останавливать войны! Ведь мы - шиноби Конохи!

Эпилог

Шикамару обожал своих лучших друзей Наруто и Ли. Они были людьми с золотым сердцем: верными сильными и надёжными. Те сотни испытаний, то множество трудных миссий, которые они прошли под началом величайшего в мире учителя Майто-сенсея, сделали их даже ближе остальных членов его семьи. Но всё-таки многие идеи и поступки друзей его выводили из себя. К примеру, чрезмерное увлечение Ли Силой Юности. Шика безмерно уважал эту концепцию, она была его ниндо с самого детства, но каждый раз рыдать, обнявшись, с Гай-сенсеем было слегка черезчур. Групповые объятия команды - хорошо. Время от времени при этом пустить сентиментальную слезу - тоже занятие, достойное крутого парня, не стыдящегося своих чувств. Но не постоянно же!

Проблемой Наруто была его бурная фантазия. Он обожал придумывать дикие, но эффективные дзюцу, хватать команду и таскаться с ней по разным странным местам, устраивать сюрпризы и приносить сувениры своему старшему брату. Нет, всё было бы ничего, будь сувениры чем-то нормальным. Но Наруто был человеком, который не знал слова "умеренность". И его выдающиеся таланты в фуиндзюцу постижению этой концепции не помогали. Многое, с чем Команда Гая сталкивалась на миссиях, было "не сильно интересным для братика". Поэтому, помимо приятных безделушек или полезных вещей, типа различных артефактов или редких дзюцу, Наруто мог притащить Орочимару пару огромных кораблей и летающий город шиноби Страны Неба, подарить Нуль-Хвостую Пиявку (предварительно извлечённую из девушки, которую за цвет волос он тут же объявил своей сестрой). Если их команду отправляли на помощь Суне в расследовании нападения на прибрежные поселения, то Наруто обязательно приносил с собой не просто кучку отобранных у врагов бирюзовых кристаллов и старинную книгу, его вкус смогла удовлетворить только гигантская самоходная крепость, с которой Годайме Хокаге потом не знал что делать, и которая после демонтажа оборудования до сих пор стояла в Конохе на потеху окрестной ребятне.

Но хуже были одиночные миссии, когда Наруто не сдерживали напарники и сенсей. Миссия в Роран в погоне за нукенином-марионеточником из Суны закончилась для Наруто путешествием на двадцать лет в прошлое, захватом этого нукенина и вручением того в руки лично Хокаге. Единственным нюансом было то, что этот самый нукенин превратил себя в живую двадцатиметровую марионетку, запечатанную впоследствии в небольшой свиток. Роран был огромным оживлённым городом, архитектурной жемчужиной Элементарных Стран, и как Наруто умудрился вляпаться среди этих толп народу в пространственно-временное дзюцу, было выше понимания Шикамару. То, что правитель города из-за цвета волос стала очередной "сестрёнкой Узумаки" было даже в чем-то закономерно.

Миссии, требовавшие скрытности и деликатности Наруто тоже исполнял весьма своеобразно. Отправленный после "нападения" на Райкаге ("Дядя Эй, ну что за глупости, хотел бы я на тебя напасть, ты был немножечко мёртв!") в Кровавую Тюрьму, Наруто исполнил её с изяществом биджу посреди города. В результате, несмотря на установленную на Наруто печать подавления чакры, половина замка была разрушена, комендант тюрьмы Муи избит ("Он засранец, да ещё из Кусагакуре, а они обижали тётю Марику!"). И единственным сожалением Наруто было, что он приволок домой лишь пустой огромный чёрный куб, а заключённого в него демона живьём, чтобы подарить "братику Орочимару", схватить не удалось.

К сожалению, Гай-сенсей лишь гордился своим учеником, заявляя, что в том пылает весеннее пламя юности. Ли обещал превзойти Наруто, иначе он двадцать раз оббежит Страну Огня на руках (Шика и Наруто не могли бросить Ли, поэтому оббегали все втроём). Ино и Хината говорили: "Ну вот такой у нас муж, ничего с этим не поделаешь!" и, как подозревал Шикамару, гордились его выходками.

В этом океане безумия были только две путеводные нити, два голоса разума. Сакура и Карин не одобряли поступков Наруто и называли их ребячеством.

Когда два года назад Наруто принял шляпу Хокаге, Шикамару надеялся, что Наруто проникнется важностью должности и немного остепенится. Но этого так и не произошло. И вот теперь Наруто снова затеял очередную авантюру.

- Наруто-кун, для чего я здесь? - с интересом спросил Орочимару.

Местность, куда их притащили клоны Наруто была примечательной. Редкие горные пики пронзали покров густого леса. Среди деревьев то тут то там виднелись скелеты исполинских животных, заросшие мхом, лианами и чахлым кустарником. Это место находилось в Стране Гор, что располагалась между Странами Риса и Водопада, между Такигакуре и Аджисайгакуре и незатейливо называлось "Горным Кладбищем".

- Погоди, Орочи-нии, пока все соберутся. Не хочу портить сюрприз! - жизнерадостно сказал Наруто и украдкой поправил свою шляпу Хокаге.

На вздымающейся над кронами деревьев широкой деревянной площадке, выращенной Ли с помощью Мокутона, появлялись новые люди. Во вспышке Хирайшина клон привёл напарников Орочимару - Джирайю и его супругу, которые тут же устроились в выращенных клоном удобных шезлонгах и стали потягивать распечатанное Цунаде саке. Прибыли Сакура и Карин. Шикамару обнял жену и зарылся в водопад её розовых волос, с усмешкой наблюдая, как Карин бросилась в объятия Ли. Повиснув на руках клона мужа, прибыли Ино и Хината. За ними появился Йондайме со своей женой Кушиной, прихватив любопытного (и назойливостью похожего на самого Наруто) Наваки Сенджу.

- Ну что, Орочи-нии, начнём? - с усмешкой сказал Наруто.

- Начнём что? - поднял бровь Орочимару.

- Узнаёшь это место?

- Да, я знаю, где мы, - ответил Орочимару. - И что, следовало отвлекать меня от опытов?

- И ты, думаю, прекрасно знаешь, что тут когда-то скрывались сначала Мадара, а затем Обито, и что здесь находится ствол Шинджу.

Золотые змеиные глаза пристально уставились на Наруто.

- Как много тебе известно?

- Я знаю всё. К примеру, как ты получил моё тело, и как я умер для этого. Понимаешь, Орочи-нии, нельзя быть в одной команде с умнейшим человеком в мире, иметь такую же умную сестру, - при этих словах Карин помахала рукой. - быть братом самого гениального Хокаге и не набраться чуток премудростей.

Глаза Орочимару налились гневом, а руки сложились в печать Змеи. Несколько секунд ничего не происходило, Узумаки лишь иронично склонил голову набок.

- Но почему?

- Полагаю, ты хотел активировать мою джуин? Извини, Орочи-нии, после освоения режима мудреца я её убрал.

- Убрал? - недоверчиво спросил Орочимару. - Как?

- Тем же образом, что и у Обито. Способ мне подсказал ты сам. И знаешь, вырывать сердце - это очень больно. Кстати, я знаю и про твоё пространственно-временное дзюцу, поэтому ты и не можешь сейчас активировать ни силу своих глаз, ни Хирайшин. Глянь под ноги!

Орочимару посмотрел на поверхность деревянного помоста и увидел, что по нему незаметно расползлись цепочки иероглифов, а воздух вокруг площадки слегка мерцает на гранях невидимого барьера.

- Наруто-кун, - голос Орочимару звучал почти ласково. Склера его глаз почернела, а лицо изукрасили узоры Режима Мудреца. - Ты не сможешь мне противостоять. К тому же, тут слишком много людей, жизнь которых тебе дорога.

- Ты ошибаешься. Я был в команде величайшего учителя в мире. Я каждый день пытался превзойти двух человек, что духом были сильнее меня. Которые своим упорным трудом оставили меня позади, и мне, джинчурики, с ворохом величайших в мире геномов, пришлось их догонять. Сейчас я, скорее всего, сильнейший человек в мире. Один из трёх сильнейших. Насчёт родных людей, видишь ли... Ты ничего им не сделаешь.

Глаза Орочимару расширились, когда его руки, помимо воли, опустились по швам, тело повернулось и голова наклонилась, открыв взору чёрную тень, протянувшуюся от ног Саннина к стопам Шикамару. Тот, небрежно удерживая печать Крысы, беззастенчиво флиртовал со своей женой Сакурой.

- И что ты теперь сделаешь? Убьёшь меня?

- Орочи-нии, ну что за тяга к драматизму? Ты дал мне счастливое детство, позволив избежать участи Фуу и Гаары. Ты спас жизни и судьбы людей, которых я люблю больше всего на свете. Ты показал мне силу, дал ориентир и цель в жизни. Благодаря тебе я попал в команду величайшего учителя в мире, который помог обрести силу не обладателю кеекей-генкаев, а лично мне, Наруто Узумаки. При этом за кеккей-генкаи я тоже благодарен тебе безмерно. Ты вернул маме её брата и бывшего возлюбленного, пусть она и решила остаться с извращенцем. - при этих словах Джирайя проворчал что-то о неблагодарной молодёжи. - Ты оживил моих родителей, и это позволило Кураме вновь стать цельным. И неужели ты думаешь, что я обижусь из-за того, что ты всего лишь разок меня убил?

- Так чего же ты хочешь, Наруто?

- Предупредить. Каким бы сильным ты не стал, не пересекай черту. Я всегда... мы сможем всегда тебя остановить и направить на верный путь.

- И для этого ты притащил сюда столько народу? - недоверчиво спросил Орочимару.

- Не совсем, - хихикнул Наруто. - Хината-тян, давай!

Хината неохотно оторвалась от руки клона, её прозрачные глаза засияли голубым пламенем, проявив тот же Аджисайган, что и у Наруто. Девушка улыбнулась и исчезла в мерцании Хирайшина.

- Твоя жена знает Хирайшин? - удивился Орочимару.

- Я думал ты спросишь про додзюцу, - надулся Наруто. - Тогда бы я похвастался, как мы с Шикой придумали пробудить Аджисайган. А Хирайшин... Ино-тян его знает тоже. Экономит массу времени.

Площадку озарило сияние и на ней в мерцании Хирайшина вновь появилась Хината. Тело её было покрыто бирюзовой пылающей аурой, а из плеча росла огромная рука чакры, в которой был зажат беспомощный чёрно-белый Зецу.

- Нравится, Орочи-нии? Это крутой режим чакры Аджисайгана! Я так тоже могу! Кстати, узнаёшь своего друга? Пусть он и подчиняется только тебе, но Ино-тян его немножко порасспрашивала...

Стоящая рядом с клоном Ино приветливо помахала рукой.

- Да, дзюцу Ино-тян просто-таки запредельно крутые. Мы узнали очень многое, к примеру, о любимой мамочке Зецу. О Шинджу, о Рикудо Сеннине и его брате Хамуре. Кстати, ты знаешь, я, оказывается, Асура, сын Хагоромо Ооцуцуки. А мой брат Индра - Саске Учиха. Странно, Саске не особо впечатляет своей крутизной, а ведь Индра всегда был сильнее Асуры.

- Наруто, давай ближе к делу, - напомнил Шикамару. - Орочимару-сама очень сильный и держать его тяжеловато.

- Ах да, извини, привык много говорить, издержки должности. Так вот, Орочи-нии. Как ты видишь, я всё знаю, но на тебя не сержусь. Вернее, сержусь, но чуть-чуть. Вместо того, чтобы меня тайно убивать, мог бы и просто попросить. Но ладно, я отвлёкся. Ты помнишь, какой сегодня день? - хитро прищурившись, спросил Наруто.

- Среда... Или уже может четверг... - неуверенно произнёс Орочимару.

- Двадцать седьмое октября! И у меня для тебя есть сюрприз!

Склон ближайшей горы задрожал и с него посыпались камни. Скала начала вибрировать и крошиться, пока её не покрыли трещины, из которых, разрывая камень, ввысь устремился острый перекрученный ствол гигантского дерева. Возле него из горного склона выплыл клон Наруто, ударил в камень рукой и скала потекла, образовав широкую круглую площадку. На неё в мерцании Хирайшина один за другим начали приземляться клоны, сопровождая с собой гостей. Шикамару принимал участие в подготовке и знал, что задумал Наруто.

Для предстоящего дела требовались все девять джинчурики. Трое из них были не только шиноби Конохи, но и семьёй Наруто, и с ними проблем не возникло.

Остальные джинчурики прибыли по личной просьбе Хокаге.

С Кираби, джинчурики Хачиби, Узумаки подружился незадолго до инаугурации. Узнав, что может на время сбежать из Кумо, а на обратном пути сделать крюк на фестиваль энка, Би без колебаний подтвердил свое участие.

С Утакатой, джинчурики Рокуби, они познакомились на миссии в Цучигумо но Сато, где Команда Гая приятно проводила время, пока Наруто избивал группу каких-то много возомнивших о себе нукенинов (тогда Наруто поспорил, что сделает это с заблокированной чакрой, но Ли считал, что бой был нечестным - ведь Наруто даже не завял себе глаза). Утаката никуда не хотел идти, но хитромудрый Хокаге действовал наверняка - через Хотару, жену джинчурики.

Роши, джинчурики Йонби, Наруто попросил помочь по-семейному, и бородатый Узумаки неохотно согласился. К этому времени он был хорошо знаком со своим младшим родственником и знал, что гораздо легче и спокойней сделать как просит Наруто, чем терпеть его назойливые уговоры.

Шикамару не знал, что Наруто пообещал Мизукаге, каким образом сманил лидера деревни, до сих пор затаившей обиду на Коноху, но результат налицо - джинчурики Санби тоже присоединился к миссии.

Дольше всего пришлось разыскивать и уговаривать Хана, джинчурики Гоби. Но и с этим Наруто каким-то образом справился, так что высокая фигура в испускающей пар броне и широкой конической шляпе заняла своё место возле дерева.

Наруто использовал Каварими, заменившись со своим клоном. Девять фигур подошли к исполинскому дереву и положили ладони на перекрученный ствол. Все они окутались алой чакрой, и та стала быстро втекать в ствол дерева, который с огромной скоростью выстрелил ввысь. Наконец, когда вершина дерева без веток, казалось, достигла неба, на ней распустились листья и стал набухать бутон гигантского цветка лотоса. Под воздействием чакры всех девяти биджу бутон раскрылся, явив в своём центре большой алый плод.

Наруто протянул вверх руку и неведомая сила сорвала плод Шинджу, который медленно стал опускасться, пока не лёг ему на ладонь. Наруто окутался бирюзовой чакрой, плавно поднялся в воздух и полетел, приземлившись рядом с Хинатой. Небрежно сунув бесценный плод своему клону, Наруто вытянул вперед руку. В его ладонь из-за спины влетела гудодама, чья форма потекла, превратившись в космически-черный танто.

- Прости Зецу-кун, - сказал Наруто и взмахнул коротким клинком, отсекая частичку угольно-чёрной схожей со смолой субстанции. Танто вновь стал шаром и улетел за спину Наруто. Узумаки извлёк откуда-то свиток, развернул его на полу и впечатал в него ладонь с частичкой Чёрного Зецу. Субстанция заструилась из-под его руки, потекла по свитку, застыв символами контракта. Бирюзовая аура спала, одна ладонь Наруто потемнела и приобрела цвет воронёной стали. Сомкнутые пальцы заострились и слились, образовав узкий клинок. Наруто вонзил его в другую ладонь и быстро, пока рана не успела зажить, написал в свитке своё имя и оставил отпечаток ладони.

- Наруто! - не выдержал Шикамару. - Ты и правда не можешь без показухи? Всё это можно было сделать и дома. Всем и так известно, что ты мастер фуиндзюцу!

- Ну прости меня, Шика!

Нара вздохнул: Наруто наслаждался моментом, и было абсолютно понятно, что ему ни капли не жаль.

Наруто подошёл к всё ещё неподвижно застывшему Орочимару, забрал огромный алый фрукт из рук клона и кивнул Шике, который с облегчением отпустил дзюцу.

- Ты знаешь, что это такое, Орочи-нии?

Орочимару молча кивнул.

- Мне потом понадобится твоя помощь. Наша с придурком Саске бабуля Кагуя вот уже тысячу лет заключена в печати. Она когда-то убила кучу народу, но мне кажется, что наказание для человека, желающего только прекращения войн, слегка чрезмерно. И когда я её призову с помощью свитка...

- Ты думаешь, сработает? - с сомнением протянул Орочимару.

- Конечно сработает! Засранец Зецу - её частичка. К тому же я всегда могу подать побольше чакры. И вообще, кто из нас лучше разбирается в фуиндзюцу?

- Ладно, ладно, ты! Признаю!

- Так вот, когда призову бабулю, у неё могут появиться забавные идеи, типа скормить всех людей Древо-богу, или там поработить весь мир. Мне нужна будет твоя помощь, чтобы её урезонить.

- И почему ты считаешь, что моих сил будет достаточно?

- А кто ещё сможет остановить бога, как не другой бог? Ах да, совсем забыл! - Наруто двумя руками протянул огромный красный плод. - С днём рождения, Орочи-нии!


Оценка: 6.88*45  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"