Дик Инна Владимировна: другие произведения.

"Не обрекай меня, судьба..."

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Роман о судьбе девочки Лизы, тайна рождения которой, стала причиной бесконечной череды трагических событий в жизни многих людей...


   Все персонажи и события в книге вымышлены автором. Любые совпадения с реальными людьми и событиями случайны.

0x01 graphic

Пролог

   ...Уже при покачивании колыбели решается, куда склонится чаша весов судьбы...

Станислав Ежи Лец

   ...Наступил вечер. Галка украдкой пробралась в детское отделение и без труда нашла свое "чудо". Чтобы не слышали дежурные сестры, она даже сняла шлепанцы. Хотя её и так никто бы не услышал. Все были заняты: у главврача роддома, Зинаиды Петровны Бачинской, сегодня юбилей. Дежурная смена сотрудников с огромным букетом из шестидесяти пяти ярко красных роз и "Советским" шампанским дружно ушли поздравлять юбиляршу, а Галку оставили "на контроле".
   Вообще сегодняшний день для Галки был одним из самых удачных. Сегодня все шло по плану, да к тому же появилась удобная возможность, никому ничего не объясняя, а просто в качестве "контролера" отделения, увидеть это новорожденное чудо, которое скоро станет принадлежать только ей.
   Галка стояла возле детской кроватки, любовалась только что родившейся девочкой с большими глазами и думала: "Да, теперь она, Галка, будет мамой этой малышки. Ну и что из того, что мамаша этой крохи еще жива? Подумаешь... Временные трудности..." Ведь только она, Галка, знала, какая у роженицы Ивановой на самом деле группа крови. Оформлять результаты анализов больных старшая медсестра всегда поручала Галке и никому другому. Ивановой Галка специально вписала "чужие" результаты анализов, потому что сразу для себя решила, как будет действовать.
   Галка стояла босыми ногами на холодном кафельном полу и даже не чувствовала, что ее ноги стали замерзать. Сейчас ее мысли были заняты только одним: скоро Иванова умрет, у нее большая потеря крови, и с минуты на минуту ей будут вливать донорскую кровь, естественно не той группы.
   "Завтра надо будет обязательно зайти в церковь и поставить свечку за упокой души этой Ивановой... Все же грех..." - Галка удовлетворенно улыбнулась и пошла в "Сестринскую", что-то напевая себе под нос.
   С этой минуты и роженица Иванова, и ее новорожденная девочка с красивыми большими глазами были обречены. Первая - на нелепую смерть, вторая - на нелепую жизнь...

0x01 graphic

Глава 1

   Алина, молодая бойкая секретарша, шумно ворвалась в кабинет своей начальницы и не сразу поняла, что та безудержно плачет.
   Елизавета Владимировна стояла лицом к окну, как всегда подтянутая, стильно одетая, с безукоризненной прической.
   Вначале Алина подумала, что Лизонька, так за глаза все сотрудники называли Елизавету Владимировну, что-то внимательно рассматривает на улице. Но присмотревшись, поняла: "Плачет. Наверное, получила очередное письмо..."
   Взгляд Алины плавно переехал на стол Лизоньки. На столе и в самом деле лежал наспех вскрытый конверт и скомканное письмо из четырех строчек "сухого" текста: "На Ваш запрос... сообщаем... архивные данные не сохранились..."
   Нет, Алина не читала этого письма, такого рода корреспонденцию Лизонька получала лично. Просто подобных писем пришло уже бесчисленное множество, и все они были практически одинаковы по содержанию: "На Ваш запрос... сообщаем... архивные данные не сохранились..."
   В такие минуты Алине было до такой степени жаль Лизоньку, что она была готова разрыдаться и сама. Но она брала себя в руки, и, пытаясь хоть чем-то помочь начальнице, каждый раз говорила одну и ту же фразу: "Может чайку, Елизавета Владимировна?" И, заранее зная, что ответа не будет, верная помощница всегда тихонько удалялась из кабинета: "Да... На ближайшие два часа Елизаветы Владимировны ни для кого нет".
   ...Елизавета Владимировна, очень привлекательная женщина сорока с небольшим лет, являлась руководителем крупного рекламного агентства "Мадемуазель". "Мадемуазель" в жизни Лизоньки появилась уже в зрелом возрасте, когда они вместе с мужем Игорем Геннадьевичем, статным моложавым генералом, и младшим сыном Егором перебрались на очередное место военной службы в Москву.
   С трудоустройством в новом городе у Лизы сразу не заладилось, да и профессия у нее была довольно специфичная. Более двадцати лет она отработала преподавателем в музыкальной школе по классу аккордеона, инструмента в наши дни совсем не популярного среди молодежи.
   С каждым годом все труднее и труднее было сделать набор новых ребятишек в свой класс и к моменту отъезда в Москву у Лизы осталось всего полставки педагогической нагрузки. Ну а в Москве данное направление профессиональной деятельности оказалось совсем не востребованным. Вот если бы она была педагогом по классу эстрадного или джазового вокала, то другое дело - взяли бы безоговорочно.
   После небольшого душевного замешательства Лиза с младшим сыном Егорушкой, так она его всегда ласково называла, решили открыть маленькую типографию, ну и попутно, на ее базе, заняться рекламной деятельностью.
   "Попытка - не пытка... Лучше сегодня начать все с начала, чем остаться на склоне лет за "бортом" жизни" - так всегда отвечала Лиза на частые вопросы своих знакомых по поводу такой неожиданного для нее вида деятельности. И была права.
   Вначале они с Егорушкой сняли небольшое помещение на одном из центральных проспектов столицы, закупили старенькое оборудование и потихоньку стали работать. Основная цель, конечно, была не деньги заработать, а просто чем-то себя занять, чтобы не сойти с ума от одиночества и безделья. Поэтому в их компании первое время было всего два сотрудника: она, Лиза, и Егор. И производством, и рекламой, и поиском потенциальных заказчиков - всем занимались сами. Уставали, конечно, ужасно, но не зря.
   Медленно, но уверенно их маленькое семейное дело стало развиваться, набирать силу, и вскоре превратилось в "Мадемуазель" - одно из самых крупных агентств столицы. А чуть позже у агентства появился и одноименный глянцевый журнал "Мадемуазель", моментально занявший верхние позиции рейтингов.
   Жизнь наладилась, Лиза была счастлива, что им удалось создать крепкий семейный бизнес. Теперь ее любимый генерал мог спокойно уходить в отставку на пенсию.
   У старшего сына Алексея Шутова тоже все было замечательно. После окончания института он остался работать в Екатеринбурге. Затем открыл свою не большую, но крепкую строительную фирму. Там же чуть позже женился на хорошенькой девушке Анастасии. А еще чуть позже у Лизы появилась первая внучка Наташенька, как называл ее молодой дедушка, генеральская внучка Наталья Алексеевна.
   В общем, все было хорошо у большой и счастливой семьи Шутовых, как говорят в народе: "Грех жаловаться на судьбу!" Если бы не одно "но"...
  
   Много лет Лиза пыталась выяснить, кто ее родители, ее настоящие родители, а не это чудовище по имени Галина Анатольевна Меренкова...
   Куда только Лизонька не писала, кому только не звонила - все безрезультатно. Все предпринятые попытки пока так и не увенчались успехом. Даже ее муж Игорь, с его связями в ФСБ и генеральскими возможностями, ничего не смог сделать. Словно кто-то нарочно уничтожил всю информацию, просто начисто стер ее. И, как ни странно, Лиза понимала, кто этот "кто-то". Не понимала она только одного, как этот "кто-то" провернул все так, что не осталось ни каких следов...
  
   До восемнадцати лет Лиза и не подозревала, что ее мать на самом деле - не ее мать. Хотя странные мысли часто посещали ее детскую головку: "Почему мама Галя со мной так груба? Почему она меня не любит? За что?.. Может быть, у всех детей такие родители?"
   Сколько Лиза себя помнила, мать никогда не делала попытки, чтобы ее приласкать и приголубить. Девочка боялась просто даже обнять мать или нечаянно к ней прислонится - та начинала сразу орать, брызгая слюной, и дело обязательно заканчивалось громкой затрещиной.
   И чем старше Лиза становилась, тем невыносимее были ее отношения с так называемой матерью. Ей было не понятно, за что с ней так поступают и в чем ее вина, ей было очень обидно.
   0x01 graphic
  
   Единственной отдушиной у Лизоньки в детстве был отчим, Геннадий Меренков. Этот образованный, интеллигентный и порядочный человек относился к Лизе как к родному ребенку, очень трогательно и заботливо. Он пытался хоть как-то скрасить жизнь этому несчастному ребенку. Даже пошел поперек воли жены и отправил Лизу учиться играть на аккордеоне в музыкальную школу. В детстве он тоже занимался на этом инструменте и за это был очень благодарен своим родителям.
   Геннадию нравилось заниматься с падчерицей, вместе делать уроки, играть, и просто время от времени болтать по душам с этим маленьким, но разумным существом. Но все это происходило лишь тогда, когда не видела мать, которую подобные картины семейной идиллии выводили из себя напрочь.
   Геннадий, будучи человеком добрым и излишне мягким, жену боялся пуще смерти и старался лишний раз ее не злить. Постепенно под натиском неотесанности и грубости жены Геннадий превратился в "подкаблучника", не имеющего своего мнения и прав в семье, превратился "в никого". Лизоньке всегда было очень жаль мягкого и уступчивого отчима. Но не в ее силах было помочь ему.
   Вообще-то Лизонька знала, что где-то живет ее родной отец Володя. По словам матери - он был военнослужащим, служил в Германии и зарабатывал огромные деньги. Володя постоянно присылал матери алименты на содержание Лизы. Но Лиза не знала, на что та их расходовала, хотя слышала, что суммы всегда были большие.
   Лизонька тайно мечтала встретиться со своим родным папой: "Наверное, он меня не забыл и любит, раз присылает деньги..." Однажды, она по своей наивности спросила мать, можно ли ей повидать папу Володю, но была после таких "дерзких намерений" жестоко избита. Мать была вне себя от ярости:
   - Сволочь неблагодарная! Мы тут перед ней расстилаемся, все только для нее! Николаша столько не видит, сколько она! А ей все мало, мало, этой малолетней фашистке! С Володей она, видишь ли, захотела встретиться! Да нужна ты ему сто лет! Уйди с глаз моих долой, тварь!
   Несколько дней в семье Меренковых после этого случая с Лизой никто не разговаривал, ее все игнорировали, даже отчим. Больше Лиза не пыталась, что-либо узнать о своем родном отце...
   У Галины и Гены кроме Лизоньки был еще общий ребенок Николаша, Коленька. Разница в возрасте между Лизой и Николашей была четыре года. Сыну Галина уделяла заметно больше своего материнского внимания и любви, потому что в отношении него она строила грандиозные планы. Только он мог стать ее настоящей надеждой и опорой. К тому же Коленька воспитывался матерью в духе ненависти, презрения и открытой неприязни и к отцу Геннадию, и к Лизе.
   - Больно умные оба, - высказывалась вслух Галина, когда в очередной раз заставала Лизу и Геннадия за каким-нибудь совместным занятием и бесцеремонно все расшвыривала, - Ничего, перебьетесь! Вот Колька - это моя школа, из него выйдет толк. А вы - два урода! Ну-ка быстро разошлись по разным углам, интеллигенция недоделанная!
   Так и жила семья Меренковых - в постоянной борьбе за выживаемость. Каждый боролся за свое. Галина - за превосходство и главенство в семье, Колька усердно воплощал в жизнь идею гениального ребенка согласно мамкиному наказу, Геннадий хотел тихого семейного счастья, без криков и скандалов. Ну а Лизонька? Лизонька мечтала о простой родительской любви...

Глава 2

   Всю свою молодость Галина, вернее Галка, ей больше нравилось так, прожила в Таджикистане, в городе Курган-Тюбе.
   Но родилась Галка не здесь, а где-то в Пермской области, в женской колонии. Там сидела ее мать Аннушка. За что она сидела, никто не знал, хотя люди поговаривали - за убийство своего мужа Анатолия. Эта неизвестность окружающих пугала. Аннушку сторонились, побаивались и старались быть предупредительными. Так, на всякий случай.
   В Курган-Тюбе Аннушка приехала в 1960 году с маленькой Галкой и красавцем мужем Николаем Старостиным. Николай был младше Аннушки на восемь лет, но безумно ее любил. Совместных детей у Старостиных не было. Николай мечтал, чтобы жена родила ему наследника, но Аннушка к своим тридцати годам уже была бесплодна. Сказалась бурная молодость и многочисленные нелегальные аборты, сделанные в антисанитарных условиях у какой-то бабки на дому.
   Аннушку все устраивало - у нее был ребенок, Галка. А вот Николай не мог с этим смириться и тихо ненавидел Аннушкину девчонку. Галка тоже его не выносила, взаимно. Когда Николай сталкивался взглядом с этой девчонкой, ему становилось не по себе. Ему казалось, что это сам дьявол смотрит на него своими колючими и злыми глазками.
   Аннушка старалась не замечать этих странных взаимоотношений между мужем и дочерью. Жизнь итак ее уже изрядно потрепала, и теперь хотелось только одного - тихого семейного счастья. "Все утрясется, - надеялась она, - Галка ведь еще ребенок, всего-то двенадцать лет, хотя и не без причуд. А кого их нет этих причуд? Повзрослеет - поймет мать...".
   На самом деле Галка с малолетства была странным ребенком. Окружающие считали ее ненормальным дитем, некоторые - дитем сатаны, которое знало нечто большее...
   С детьми своего возраста Галка никогда не общалась, с ними ей было не интересно. А вот взрослые с их тайнами, интригами, любовными историями - это другое дело. Она всегда была в гуще взрослых событий, и ей это нравилось. Она рано начала разбираться во многих жизненных вопросах. Бывало даже, могла дать какой-нибудь дельный совет той или иной Аннушкиной подружке. И всегда попадала в точку. Некоторые подружки матери все же Галку побаивались. Кого девчонка не возлюбит - жизни потом не будет этому человеку, неудача будет сопровождать везде и всегда. Странно, но факт.
   Но, для Аннушки Галка была как талисман, во всем приносила удачу. Кроме семейной жизни...
   От этого больше всего страдал Николай. Эта "маленькая дрянь" никогда не оставляла их с Аннушкой наедине. Приходилось прикладывать немало усилий, чтобы это случилось. Николай страдал, что не мог быть рядом со своей любимой, и все чаще его стали посещать мысли, что от девчонки надо избавиться...

0x01 graphic

  
   Через весь Курган-Тюбе протекала холодная горная река Джайбор. И хотя вода в реке всегда была ярко коричневого цвета от примеси глины, все же это местечко было излюбленным для отдыха горожан, особенно в жаркий летний день, когда температура воздуха зашкаливала за 50 градусов выше нуля. В выходные дни в специально отведенных местах многие курган-тюбинцы устраивались для семейного отдыха под тенью буйной зелени плакучих ив. Ивы сплошной стеной покрывали глинистые берега Джайбора и создавали своеобразный оазис благодати.
   В то воскресенье Аннушка, Николай и Галка тоже решили отдохнуть на лоне природы. Но в этот день, как, ни странно, отдыхающих оказалось мало. Аннушка и Николай вольготно расположились под небольшой ивой, достали "Столичную", стопочки и нехитрую закуску. Они любили вот так вдвоем посидеть, поболтать, помечтать о несбыточном.
   Галка сразу убежала собирать травки-липучки, из которых хорошо получались разные плетеные корзиночки. Она так увлеклась сбором травок и плетением корзинок, что не заметила, как пролетело время и стало вечереть. Она была очень довольна результатами своей прогулки - еще ни разу ей не удавалось сделать такую большую и красивую корзинку! Конечно, она подарит ее своей любимой маме.
   Счастливая Галка, бережно держа в руках травяную корзину, стала пробираться через заросли к месту, где расположились Аннушка и Николай. И уже почти добравшись до места, Галка вдруг остановилась. Вернее ее остановил какой-то странный и взволнованный шепот. Девчонка тихо подошла к заветному месту и поняла, что этот странный шепот принадлежал Николаю. Он стоял на коленях перед Аннушкой, крепко держал ее за руки и молил "избавится от Галки прямо здесь, на Джайборе":
   - Горная река быстро и навсегда "заберет" девчонку. И никто никогда ее не найдет, и мы будем не причем - просто несчастный случай!" - он словно молил Аннушку. - Анюта, я чувствую, что не будет нам счастья, пока эта девчонка живет рядом с нами!!!
   В глазах у Аннушки стояли слезы и какой-то животный страх. Она и так понимала, что взаимная ненависть дочери и мужа до добра не доведет: "Господи, вразуми меня!.. Еще немного и я вслух произнесу роковые слова о том, что согласна с Николаем... Но Галка, господи, ведь Галка - мое дите, мой крест. Сколько я у нее уже и так отняла - убила ее отца. Да! По неосторожности! Да! Просто сохраняя свою жизнь. Но убила, ведь убила... А теперь она позволит умереть и Галке?.. Как же так, Господи?"
   ...Вдруг Аннушка почувствовала на себе пристальный Галкин взгляд. Сквозь ивовые прутья Галка, как загнанный зверек, сверлила Аннушку своим колючим, волчьим взглядом. И Аннушку словно ударило током: "Боже мой, она все слышала, она все поняла!.."
   Да, Галка все слышала. Она демонстративно бросила корзинку на землю, безжалостно растоптала ее ногами и пошла прочь, не проронив ни слова...
   Так судьбой был обречен Николай Старостин, обречен на несчастную семейную жизнь...
   ...Через несколько месяцев Николаю Старостину выпала возможность немного "подкалымить", заработать денег. Он уехал на полгода в Павлодар, недалеко от которого проводилось массовое освоение целины.
   Урожайность на новых землях была очень высокой. Николаю доверили почетную по тем временам миссию - перевозить собранную пшеницу на элеваторы. Он очень гордился этим, особенно он хотел тем самым подняться в глазах Аннушки. Так Коля и стал шоферить...
   У всех троих из семьи Старостиных: и у Аннушки, и у Николая, и у Галки, были определенные планы на эту целину. Аннушка с Колей мечтали, заработав денег, зажить "как люди". Галка же думала лишь об одном, чтобы "этот ненавистный Колька больше никогда не возвращался". Из этих троих людей, мечтавших о своем "счастливом" будущем, повезло только одному - Галке.
   Однажды, совершая очередной рейс с пшеницей, Николай перевернул машину. Сам, конечно, он чудом остался жив. А спелые пшеничные зерна перемешались с землей. Урожай был погублен. Николая обвинили в "умышленной порче государственного имущества" и посадили в тюрьму на десять долгих лет. Такие были тогда времена.
   Для Аннушки это стало страшным ударом. И хотя она все время пыталась держаться, не показывала виду, что ей невыносимо тяжело, внешне стала быстро сдавать. Из высокой красивой молодой женщины с длинной черной косой Аннушка постепенно превратилась в неряшливую, толстую тетку, больше похожую на бабку. Постепенно и называть ее стали все не Аннушкой, а Анькой. Анька стала с горя курить, пить, и вскоре вовсе опустилась на самое дно.
   Не смотря на все это, Галка была счастлива. Теперь она - глава их маленького семейства...
   Галку мать слушалась беспрекословно, сначала из-за какого-то животного страха перед дочерью, а потом просто - из-за безразличия ко всему происходящему...
  
   Совершеннолетие Галка встретила во всеоружии - взрослая, дерзкая, уверенная в себе и шагающая по головам других девушка. Правда, немного ей не повезло с фигурой. Все девчонки, ее ровесницы, были стройненькие, худенькие, с осиной талией, словно модели, сошедшие со страниц иностранных журналов. А Галка к восемнадцати годам превратилась в толстого пупсика, да еще и маленького роста. К тому же черты лица - колючие карие глаза, тонкие сжатые губы, длинный заостренный нос, редкие жирные волосики - еще больше подчеркивали безобразность Галкиной внешности.
   Подружек у Галки не было, за исключением Инки, бесхребетного доброго существа. С Инкой они вместе учились на курсах в медучилище в Душанбе. С тех пор они так и общались, хотя в принципе их ничего не связывало. Вскоре Инка вышла замуж за какого-то статного военного, от чего Галка озверела вовсе. От нее-то молодые люди просто шарахались в разные стороны, и Галку это бесило. Почти все ее сверстницы были замужем, а некоторые уже имели и по первенцу.
   Аннушка, конечно, как могла дочь успокаивала. Но та не слушала мать, а наоборот, поставила перед собой цель, любыми средствами выйти замуж, но не за кого попало, а за самого лучшего и завидного жениха. Жертва у нее уже была намечена...
  
   В 60-е годы дискотек не было, но это не мешало молодым людям того времени культурно проводить время по выходным. Не обходилось и без танцев. Обязательно среди парней находился какой-нибудь молодец, умеющий играть на баяне или аккордеоне. Чаще, конечно, на аккордеоне. В те времена модно было все французское - женщины, кинематограф, музыка. А французская музыка - значит это обязательно звучание аккордеона, и непременно в унисон, да еще и с разливом.
   Галка тоже любила французскую музыку. Но особенно ей импонировал брюнет с аккордеоном. Он каждое воскресенье играл на своем инструменте на площади перед кинотеатром "Шарк" для танцующей молодежи из близлежащих домов.
  
   0x01 graphic
  
   Галка приходила каждое воскресенье, любовалась музыкантом-самоучкой и вынашивала планы, как заманить этого красавца в свои сети. Володька Швагерус, так звали жертву, и в самом деле был хорош собой: брюнет с густыми кудрями, большими голубыми глазами, очень выразительными и мужественными чертами лица. Говорили, что Володька немец по национальности, но Галке всегда казалось, что он больше похож на цыгана. Что-то гипнотическое было в нем, в его томном взгляде.
   Возле Володьки постоянно крутились видные девицы, и было видно, что ему это нравится. Со многими из них у него были кратковременные, ни к чему не обязывающие романы. По крайней мере, он всегда считал именно так. Вот только с последней он слегка промахнулся, с этой Ольгой Ивановой. Она, дурёха, почему-то решила, что у них все серьезно. Да еще умудрилась от него забеременеть. Но он быстро все расставил на свои места - он пока не готов к семейной жизни и, тем более, к появлению ребенка. Оленька все поняла и больше его не беспокоила. С тех пор Володька ее не видел, а вскоре и вовсе забыл про эту наивную девчонку...
   На Галку Володя вообще никогда не обращал внимания, хотя она много усилий прикладывала, чтобы попасть в его поле зрения. Да и девицы, которые кружили возле него, не оставляли Галке никаких шансов - она была гадким толстым пупсом, не то что они. Один раз как-то эти девицы даже бесцеремонно ее осмеяли в присутствии Володи. Галка тогда убежала домой вся в слезах. Невиданное дело, она всегда добивалось своего, а тут кто-то ее обсмеял.
   - Ничего, ничего! - убеждала себя Галка, грозно потрясывая своими крепкими мужицкими кулаками перед незримыми врагами. - Вот вы где все у меня будете!.. - Она была очень терпелива в ожидании воплощения своих безумных идей. Она всегда знала, что любыми способами добьется своего. И так было...
   Вот и в этот раз ждать долго не пришлось. Галкину подружку Инку пригласили с мужем в одну компанию на день рождения того самого Володьки Швагеруса. Но муж Инки, будучи военным, в этот день заступал дежурным по части. Инке он разрешил идти на мероприятие, но не одной, а с "какой-нибудь" подружкой. Вот тут и наступил Галкин звездный час.
   Галка к встрече с "будущим мужем", а в том, что Володька им станет, она была твердо уверенна, готовилась особенно тщательно. Она не могла упустить такой замечательный шанс, который подарила ей судьба.
   Инка очень долго собиралась, все не могла выбрать, какой наряд ей одеть. Галку это бесило: "Вот если бы у нее, Галки, было столько платьев, она бы точно знала, что ей одеть, не то, что эта копуша!" Галка смотрела на подружку с неприкрытой завистью и тихо ненавидела ее за то, что у той было все: и муж, и наряды, и положение в обществе...
  
   ...На праздник подружки чуть припоздали. Во дворе у Володьки, а тогда было принято накрывать столы прямо на улице, молодежи собралось много. Все были уже слегка навеселе, громко разговаривали, смеялись, танцевали. Из колонки, выставленной в окно, играла модная музыка. Кое-где стояли уединившиеся парочки, которые стыдливо прятались в тени деревьев и тайком целовались.
   Галка пристально всматривалась в лица, пытаясь найти глазами Володю. Но его нигде не было. Вдруг она его заметила. Он одиноко сидел на лавке в самом неприметном месте, горестно подперев голову руками. Галкины глаза хитро блеснули. Она поняла, что Володя сильно пьян, и ловко подсела к нему. Молча, без всяких прелюдий, Галка запустила свою грубую мужскую руку в его густую мужскую шевелюру, пытаясь приласкать, как маленького ребенка. Володя медленно поднял голову и посмотрел на нее мутным невидящим взглядом и заплетающимся языком произнес:
   - А ты со мной пойдешь?
   Галка сразу смекнула, о чем он:
   - Конечно, пойду, дорогой!
   Она крепко обняла его за талию, помогла подняться со скамьи и повела его в дом...

Глава 3

   Это был первый мужчина в ее жизни. Все произошло, как она себе примерно и представляла. Он овладел ею грубо, с натиском.
   - Настоящий мужчина - думала она, лежа в его холостятской кровати.
   И теперь этот мужчина сладко спал на ее пышной груди. Галка лежала и блаженно вдыхала новый для нее, но уже такой родной запах, и, боясь пошевелиться, думала о том, что теперь у нее все будет по-другому, даже лучше, чем у ее подружки Инки.
   Счастье полностью овладело ею, она тихонько дотрагивалась до любимого и шептала:
   - Мой!.. И только мой!.. Любимый!..
   Володька на самом деле был немецкого происхождения. Он жил без отца, с одной матерью Лизой.
   Лиза была истиной арийкой в плане внешности - высокая стройная блондинка с необыкновенными голубыми глазами. В сталинские времена всех поволжских немцев высылали в Таджикистан. Так она и попала в Курган-Тюбе, и, как многие другие немцы, осталась здесь навсегда.
   Отца у Володи не было, вернее он о нем ничего не знал, а мать никогда не рассказывала, держала историю его появления на свет в тайне. Однако, люди поговаривали, что на одном из этапов во время ссылки в Таджикистан, Лизу изнасиловал молодой цыган из табора, расположившегося недалеко от лагеря переселенцев. Так, Володька и стал плодом этой грешной и насильственной любви. А Лиза с тех пор возненавидела всех мужиков на свете. В ее жизни теперь был только один мужчина - ее сын, и ему она отдавала всю себя.
   Этот драматический факт из жизни Лизы, несомненно, сказался на ее характере. Она вела затворнический образ жизни, практически ни с кем не общалась, была холодной, казалось, даже равнодушной ко всему окружающему. Соседей она тоже сторонилась и общалась с ними только в случае крайней необходимости. И вообще ей кроме Володеньки никто не был нужен.
  
   0x01 graphic
   Еще одной особенностью Лизы было плохое знание русского языка. Хотя она и прожила большую часть своей жизни в России, но никаких усилий для освоения языка не прикладывала. Говорила по-русски плохо, многих слов вообще не понимала. С Володей принципиально разговаривала исключительно на своем родном немецком языке. В этом была вся Лиза...
   Вообще Лиза очень щепетильно относилась ко всему, что окружало Володю. В детстве проводила много времени с ним, постоянно занималась его развитием, старалась, чтобы Володя ни в чем не нуждался, ведь она воспитывала его одна. И теперь, когда сын стал взрослым мужчиной, Лиза мечтала только об одном: чтобы Володе удалось получить разрешение в своей войсковой части на командировку в Германию. Она считала, что если у Володи получиться попасть на их историческую родину, то когда-нибудь и она сможет туда поехать.
   Володя уже отслужил срочную службу и по совету своего друга детства остался служить в своей части и дальше. А после окончания шестимесячных курсов получил звание прапорщика, которое в советской армии имело значительный вес, почти как офицерское. Теперь у Володи были все шансы в составе своей части поехать на пять лет служить в Германию. Для полного успеха в этом деле не хватало самой малости - жены. И не просто жены, а девушки из "правильной" семьи, с советскими устоями, с твердой коммунистической идеологией.
   Вот этот момент сильно волновал Лизу. Она видела, что вокруг Володи вьются всякие разные девицы, которые явно не соответствовали требованиям командования части.
   - А эта последняя девка, которая нагло залезла к Володе в постель?.. Вообще не поддается никакой оценке! Распущенность чистой воды! - эти мысли ни на минуту не оставляли Лизу и в это судьбоносное утро.
   Но не в ее правилах было читать нотации сыну по поводу его взаимоотношений с девушками. Лиза считала, что сын и так все понимает и что все эти интрижки - просто временное явление:
   - Нагуляется и успокоится, - пыталась утешить себя Лиза. - Но, все же, надо бы ситуацию проконтролировать... Тем более на примете есть подходящая девочка...
   И этой подходящей девочкой была Леночка Олейник. Ее родители, в свое время, так же как и Лиза, были высланы в Таджикистан. В семье Олейник старались сохранить все национальные традиции, поддерживать связь с немецкой диаспорой в Курган-Тюбе. Лизе эта семья была очень близка по духу, и, пожалуй, кроме них, она ни с кем больше и не общалась.
   В общем, Леночка - вариант, который более всего подходил ее Володеньке.
   Но почему-то Лиза снова и снова возвращалась мыслями к этой бесстыжей девке, Галке:
   - Как бы она не внесла коррективы в наши с Володенькой планы. Вернее в мои планы. Ведь мать-то лучше знает, что хорошо для ее дитя!
  
   А Галка интуитивно ощущала негативное отношение к себе Володькиной мамаши. Но это ни сколько ее не пугало:
   - Не такие барьеры штурмовала! И этот возьму!
  
   ... Утром Володька естественно ничего не помнил. А когда увидел рядом с собой, в одной постели, это "чучело", подумал, что в честь дня рождения его разыграли друзья. Он силился вспомнить, чем закончился вчерашний праздник и кто эта девица. Но память предательски ему изменяла. Володька вопросительно смотрел на свою соседку по кровати и судорожно думал:
   - Что дальше? Как быть дальше?
   Но девушка-пупсик не растерявшись взяла инициативу в свои руки. Она сразу поняла, что Володька не помнит, кто она, и, тем более, как ее зовут. Галка накинула на свое желеобразное тело одеяло, встала с кровати и с улыбкой ему заявила:
   - Володенька, меня зовут Галина. Но ты называй меня просто Галка. Мне так больше нравится. Кстати, можешь гордиться собой, в постели ты был просто неподражаем! - Галка вела себя нагло, даже можно сказать - шла напролом.
   - Девочку, которая родится у нас после этой волшебной ночи, я назову Елизаветой - в честь твоей мамы!
   После этих слов Володька вовсе потерял дар речи, он понял, что попал в ловушку:
   - Послушай, как тебя, там?.. - но Галка его перебила, неторопливо и вальяжно одеваясь.
   - И еще. На неделе я познакомлю тебя со своей мамочкой. Ведь теперь нам многое надо обсудить. Ну, пока, пока...- Галка помахала ручкой и с достоинством направилась к двери, поправляя на груди тесную кофточку. А Володя так и остался сидеть ошарашенный на кровати.
  
   Галка вышла из Володиной комнаты и мысленно выдохнула. Она осталась довольна собой:
   - Высший пилотаж! Теперь, главное, удержать завоеванные позиции! Ну, это уже ерунда - справлюсь...
   На выходе из дома Галка неожиданно для себя столкнулась с матерью Володьки, которая таким взглядом одарила ее, что новоявленную невестку прошиб холодный пот. Но, все же, она взяла себя в руки и лилейным голосом пролепетала:
   - Доброе утро, Елизавета Александровна. - Но ответом было лишь зловещее молчание.
   - Ничего, ничего, - прошептала Галка, уже пройдя мимо будущей свекрови, - ночная кукушка перекукует, и этой кукушкой точно буду я!
  
   Лиза стояла в дверях с каменным, непроницаемым выражением лица и смотрела вслед Володькиной "ночной забаве".
   - Интересно, для кого это утро доброе - для нас или для нее? Эх, Володя, Володя! Эта цыганская кровь не доведет тебя до добра! - Лиза потерла ладонями виски, которые пытались разболеться с утра пораньше. - Пора принимать меры! Сегодня же приглашу семью Олейник к нам в гости. И повод есть - вчера у Володи был день рождения, - подумала Лиза, немножко успокоившись. - Лишь бы Леночка не заступила на дежурство...
  
   Но меры принимать было уже поздно. Главные герои: и Володька Швагерус, и Леночка Олейник, и Елизавета Александровна - были уже обречены. А обрекла их судьба по имени Галка...

Глава 4

   Когда Зинаиде Петровне Бачинской доложили о смерти роженицы Ивановой, Ольги Ивановой, у нее чуть не случился инфаркт: "Как такое могло произойти в ее роддоме? Как могли дать роженице кровь не той группы?" Но даже не это больше всего волновало Бачинскую. Она не могла поверить, что все это произошло с ее бедной девочкой Оленькой, с ее любимой крестницей.
   - Ужас, ужас, ужас...- Зинаида металась в своем кабинете из угла в угол и не могла найти себе места, - за что, Господи, за что пострадала моя девочка?
  
   Оленька была дочерью Марины Ивановны Тихоновой, старинной подруги Зинаиды Петровны. Дружили они еще со студенческих пор, затем вместе работали в одном роддоме. Потом Марина очень выгодно вышла замуж, стала Ивановой и родила Оленьку. После рождения дочери она уже больше не работала, полностью посвятила себя воспитанию ребенка. Таковы были требования Марининого мужа - "большого" человека, занимающего какую-то руководящую должность.
   Но все это не разрушило дружбы между двумя женщинами, а наоборот только скрепило. Марина много раз помогала Зине через связи своего мужа решать вопросы, касаемые роддома. Часто они встречались за одним дружным столом, семья Марины и Зина, совместно отмечая праздники. В общем дружили...
   Зинаиде в личной жизни совсем не повезло, ей так и не удалось встретить мужчину своей мечты. Она всегда была одинокой женщиной, хотя от ухажеров не было отбоя. Но самой главной трагедией в жизни Зины было отсутствие у нее детей. Как говорится: "Сапожник без сапог". Эту прореху в своей судьбе она пыталась залатать, как могла. Всю себя отдавала служению людям, часто в ущерб себе. Но Зина старалась этого не замечать и работала, работала, работала... Тогда не оставалось времени жалеть свою неудавшуюся жизнь. А свою нереализованную материнскую любовь Зина полностью отдавала Оленьке, подружкиной дочери.
   Накануне восемнадцатилетия Ольги в семье Ивановых случилась трагедия. Марина с мужем, возвращаясь на служебной машине из Душанбе с какого-то важного официального мероприятия, попали на одном из перевалов в страшную аварию. Муж Марины и водитель погибли на месте. А Марина еще несколько часов прожила в страшных муках. Вот тогда Зина и поклялась умирающей подруге, что будет заботиться об Ольге, как о родной дочери.
   Так и было. Зина перебралась жить к Оленьке, потому что у Ивановых была огромная квартира, и необходимо было ее содержать в порядке. Раньше в семье Ивановых, конечно, была прислуга, вернее приходящая женщина, в обязанности которой как раз и входило следить за порядком. Она получала от своих хозяев щедрое вознаграждение. Но теперь, когда Оленька осталась одна и без средств к существованию, приходящая женщина стала просто непозволительной роскошью. Зинаида решила, что они справятся и без сторонних помощников. Так и жили вместе эти две несчастные женщины - одна потерявшая родителей, другая - лучших друзей.
   Зинаида Петровна заботилась об Ольге, как о родной дочери. Настояла, чтобы та обязательно получила образование, а затем пристроила крестницу работать в строевое отделение на должность делопроизводителя одной из воинских частей города. Там Олюшка и встретила свою любовь по имени Володя. Как она была счастлива, просто летала на крыльях любви, и считала наивная, что дело идет к свадьбе. Зина была счастлива за крестницу. Ведь это так важно, чтобы у каждого человека была полноценная семья - и муж, и детки.
   Оленькины планы сломались в одно мгновенье. Когда Володя узнал, что Ольга ждет ребенка, испугался и заявил:
   - Извини, дорогая! Я пока не готов к совместной жизни. Я думаю, ты решишь эту "проблему" с ребенком сама.
   - ... - Ольга стояла ошарашенная и не могла вымолвить не слова. Все ее мечты рухнули.
  
   Зинаида, как могла, успокаивала крестницу:
   - Никаких абортов, ты меня слышишь? Будешь рожать! Уж как-нибудь поднимем малыша и сами без твоего Володи!
   Ольга в ответ только кивала головой и украдкой вытирала слезы.
   - И за этим папашей не вздумай бегать. Толку все равно не будет, только нервы помотает. Будет и на твоей улице праздник. Все поняла, Олюшка?
   А Олюшка словно и не слышала, что ей говорит крестная - для нее наступил, чуть ли не конец света.
  
   Постепенно жизнь более-менее наладилась. Всю беременность Зина оберегала Ольгу, старалась, чтобы она ни в чем не нуждалась. И никогда больше с девчонкой не заводила разговора про ее несостоявшегося мужа.
   - Нечего лишний раз нервы трепать девочке, еще столько в ее жизни будет...
   Но сама Зинаида время от времени на эту тему размышляла. Часто думала о том, что надо было сразу, в первые, дни привлечь этого Володю к ответственности. Да вот беда - в глаза Зинаида Петровна его никогда не видела. Оленька так и не успела их познакомить...
  
   ... Зинаида сидела в своем кабинете, закрывшись руками, и корила себя вслух:
   - Как я недоглядела за Олей? ... Я! Во всем виновата только я!!! Надо было проконтролировать все самой, тем более у девчонки были такие тяжелые роды!...
   - Господи, ну, кто бы мог подумать, что такое произойдет? Сегодня, ведь наоборот заступила отличная дежурная смена. Да... причем тут смена. Самой надо было не расслабляться и быть всегда с моей девочкой... - Зина рыдала навзрыд.
   - Я еще тут со своим проклятым юбилеем!...
  
   Зинаида Петровна корила себя нещадно и за все. Хотя отлучилась она всего-то на двадцать минут, да и то только потому, что неудобно было перед сотрудниками. Люди пришли поздравить ее от всего сердца с юбилеем, принесли огромный букет роз, шампанское. Она не могла это проигнорировать. А когда прибежала назад в реанимационную, Оленьке уже дали донорскую кровь - тянуть было некуда.
   Лариса, дежурный врач, успокоила Зинаиду:
   - Не переживайте, Зинаида Петровна, теперь все будет хорошо. Выкарабкается Ваша Оленька. Главное - все во время, и ребеночек здоровенький. Идите к себе, отдохните. У Вас очень усталый вид. Как закончим, я Вас оповещу.
   - Хорошо, Лариса. Не буду Вам мешать. Сейчас Оленьку поцелую, чтобы не волновалась, и пойду к себе.
   Эти последние минуты Зина теперь не забудет никогда. Она подошла к Оленьке и бережно взяла ее за синюшную худую ручку.
   - Не волнуйся, солнышко мое, все будет хорошо!
   Оленька в ответ слабо улыбнулась и еле-еле зашевелила губами. Зина наклонилась к ней еще ближе.
   - Володя...Володя Швагерус... - Зина поняла, что она услышала имя отца ребенка. Сдерживая с трудом слезы, Зинаида Петровна поцеловала в щечку свою бедную девочку и вышла из отделения.
   Когда главврач подошла к своему кабинету, услышала настойчивый и, как ей показалось, зловещий телефонный звонок. Ее сердце сжалось в комок, она подняла трубку и медленно села на стул. По спине Зинаиды Петровны пробежал холодок. Ей сообщили, что Оленька умерла через пять минут после ее ухода из реанимационного отделения.
   - Боже мой, бедная девочка моя! Как я перед тобой виновата! - эти слова Зинаида Петровна будет повторять вновь и вновь, не находя себе оправдания.
   ... Галка стояла в кабинете перед столом Зинаиды Петровны и наглым вызывающим взглядом смотрела на нее. Главврач еле себя сдерживала, чтобы на нее не закричать.
   - Галина, как такое могло произойти? Почему в карту Ивановой внесены твоей рукой ошибочные данные по группе крови?
   - Зинаида Петровна, я только переписала с бланка анализа, кстати, заполненного Вашей рукой!
   Зинаида еще раз открыла историю болезни Ольги Ивановой. Она смотрела в карту и не верила своим глазам - в подклеенных анализах, на бланке группы крови, она вдруг увидела свой подчерк. Зинаиду обдало жаром, она узнала этот бланк. На нем были результаты не Оленьки, а этой самой Галки.
   Не так давно Зинаида Петровна, в лаборатории, в качестве практического занятия, показывала молодым сотрудникам, как надо правильно и очень быстро выполнить забор крови для определения группы крови в случае оказания экстренной помощи. Среди них была и Галка. Всем сотрудникам, подвергшимся лабораторному исследованию, Зинаида, как и положено, полученные данные выписала на стандартный бланк, да еще и посоветовала:
   - Смотрите не теряйте, особенно те, у кого в паспорте отсутствует отметка о группе крови. Иногда, когда не ждешь, в жизни часто случаются всякие неожиданности...
   Галкин анализ Зинаида запомнила хорошо - у этой "девки" была редкая группа крови, и бланк с этим результатом она сразу пометила несколькими восклицательными знаками.
   - Откуда это в принципе могло здесь взяться? Я тебя спрашиваю? - Губы врача тряслись мелкой дрожью. Еще мгновение и она ударит эту дрянь. - Откуда это здесь взялось? Я тебя спрашиваю!
   - Вы же сами дали мне анализы Ивановой и поручили оформить их в ее карте. - Галка ни сколько не смутилась.
   - Что ты мелешь, бестолочь неученая? - взорвалась Зинаида. - Анализы Ивановой делала лаборант Ивченко. Или ты не знаешь, что я у пациентов анализы не беру, не та у меня должность!
   Вдруг взгляд "неученой бестолочи" стал злой и колючий. Галка внезапно оказалась лицом к лицу с Зинаидой Петровной, схватила ее за грудки и рывком подняла со стула.
   - А теперь слушай меня, старая кляча! Оформляешь на меня Карту, как на роженицу. Ребенка Ивановой я забираю себе! Все поняла? Все документы - и на меня, и на ребенка оформляешь, как положено. А если не сделаешь, как я сказала, засажу тебя за решетку за преднамеренное убийство Ивановой с целью завладеть ее имуществом.
   Зинаида с трудом понимала, что происходит. Она не верила своим ушам. Чудовище по имени Галка резко выхватило из рук Зинаиды Петровны карту Ивановой, помахало им перед ее носом и изрекло:
   - Доказательства по твоему делу "о преднамеренном убийстве" Ивановой получишь после того, как выполнишь данные мной поручения. Гуд бай, моя дорогая!
   Так, Галка обрекла еще одну свою жертву, Зинаиду Петровну Бачинскую, заслуженного врача Таджикской ССР в области родовспоможения, обрекла на сделку с собственной совестью.
  
   В положенный срок Галка выписалась с новорожденной из роддома. Все документы и на нее, и на ребенка были оформлены должным образом. Даже сотрудники особо не удивились - Галка всегда была толстой, и всем время от времени казалось, что она беременна.
   Оказалось, что принимала роды у нее сама Зинаида Петровна. Об этом Галка похвастала буквально всем. Ее распирала гордость.
   А то, что Галка работала вплоть до самых родов, так это дело привычное для сотрудников роддома. Рабочих рук медиков в среднеазиатских больницах всегда не хватало. И Галкина ситуация была обычной практикой, по крайней мере, в Таджикистане.
   А что Зинаида Петровна? Зинаида Петровна через неделю уволилась с формулировкой "в связи с уходом на пенсию по старости". Просто теперь, после содеянного, она не имела морального права здесь работать. Она сама так решила... Ведь только один бог знал, чего ей это стояло - пойти против своей совести...

Глава 5

   ...То, что ребенок, которого родила эта Галка, был его, Володин, у него сомнений не было. Девчонка была похожа как две капли воды на его мать Лизу. Такие же огромные глаза, такие же черты лица. Точная копия, только маленькая.
   Он сам дал имя своей дочери - Лизонька, в честь своей мамы, и уже не помнил, что установку насчет имени получил от Галки в тот роковой для него день, когда позволил Галке оказаться в своей постели. Но теперь он считал, что это его единоличное решение. Мама Лиза, конечно, была довольна.
   Володя с первого дня появления дочери в его доме не знал, как относится к этому беззащитному существу, к маленькой Лизоньке. Вроде бы частичка его плоти, его кровинка, но, в то же время эта кровинка рождена нелюбимой женщиной. Галку он ненавидел всеми фибрами своей души, ненавидел за то, что она испортила ему всю жизнь. Так ему казалось в тот момент. Ему пришлось ради ребенка с ней расписаться, и теперь предстояло жить с этим чудовищем. Но ребенок то был не виноват, самому надо было в свое время думать головой. Это он прекрасно понимал.
   Володя для себя сразу решил, что будет жить с Галкой до тех пор, пока его дочь более или менее встанет на ноги. А потом уже будет строить свою жизнь без Галки. Хотя у Володи был и другой вариант, вернее на этом варианте настаивала Лиза: развестись с Галкой и отсудить ребенка у мамаши. Володе очень хотелось сразу избавиться от ее присутствия в своей жизни.
   Но шансов на победу по второму варианту было слишком мало - судебная практика показывала, что ребенка при разводе оставляют, как правило, с матерью. Галке он свои планы, конечно, не озвучивал, держал при себе, но ежеминутно размышлял о каждом своем последующем шаге...
   С рождением Лизоньки рухнули все планы и в семье Швагерусов и в семье Олейник. Лиза поняла, что не суждено ее Володеньке теперь женится на хорошей и порядочной девушке Леночке Олейник, что можно попрощаться с планами по поводу Германии, и, самое противное, придется жить под одной крышей с этой Галкой.
   Леночка Олейник, недолго думая, с горя вышла замуж за первого встречного, вернее, за своего сослуживца Ивана Нестеренко. Иван долго и упорно ухаживал за Леной, но все его попытки добиться взаимности завершались каждый раз неудачей. Но наступил и на его улице праздник. В один прекрасный день, а именно в день появления у Володи дочери, Леночка дала согласие Ивану выйти за него замуж.
   Сам Володя еще до конца не осознавал всего произошедшего. Он не понимал главного, что эти события нанесут отпечаток на всю его жизнь, а не только на период становления дочери на ноги.
   Начался новый этап в жизни героев, этап полный страданий, ненависти, бурных сцен, кулаков и слез.
  

0x01 graphic

   ... Галка отлетела в дальний угол комнаты и изо всех сил больно ударилась головой об угол шифоньера. Володины удары были безжалостны. Он бил, бил и бил, и не мог остановиться. Он был охвачен такой яростью по отношению к своей жене, что не понимал, что совершает. Галкин домашний халат был весь залит кровью. Лизонька испуганно кричала, стоя в детском манеже и крепко держась ручками за поручни. Ее детское личико было красным от надрыва и все в слезах. Наконец Володя усмирил свой гнев, схватил Галку за грудки и поднял рывком с пола:
   - Все, это конец! Ты меня поняла? - Галка испуганно кивнула головой, соглашаясь с ним.
   - Мы с тобой разводимся, я не намерен больше тебя терпеть!!! Меня от тебя просто тошнит уже!!! - цедил Володя сквозь зубы. - Ты все поняла? А если не поняла, я тебе объясню еще раз...
   - Я поняла, поняла, Володенька...
   - И не называй меня Володенька! Из твоих уст это звучит противно!
   - Хорошо, хорошо... Я все поняла...
   Володя оттолкнул ее назад на пол, затем подошел к детскому манежику и взял на руки заливающуюся слезами Лизоньку:
   - Ну, все, мое солнышко, успокойся. Папа с тобой. Мы с твоей мамой обо всем договорились. - Володя с ненавистью покосился в сторону Галки. - Зайка моя, моя любимая девочка, и почему тебя родила эта тварь, за что такая несправедливость? - Володя ходил по комнате с Лизонькой из угла в угол и, кажется, не замечал сидящую на полу Галку. Лизонька крепко уцепилась ручонками в Володину рубашку и полными слез глазами внимательно на него смотрела, громко всхлипывая. Словно это маленькое существо понимало, что сейчас решается и ее судьба.
   Галка не плакала, она стала уже привыкать к кулакам Володи. Но на этот раз он превзошел себя. И она поняла, что это, на самом деле, конец. Она поняла, что пришло время забирать Лизку и уходить к матери, к Аннушке. Либо он ее когда-нибудь убьет совсем. А это в ее планы не входило. В Галкиной голове роилось множество мыслей, как жить дальше и что делать с этой маленькой фашисткой Лизкой. Зачем она теперь ей? Она была нужна только, чтобы заполучить Володю, а теперь она - обуза, да и только:
   - Ну, ничего... Я найду выход из положения... В-о-от, где вы все у меня еще будете!!! - мысленно рассуждала Галка, брезгливо наблюдая, как Володя возится с этой "сопливой" девчонкой. - А ты, дорогой, еще увидишь, как я смогу круто устроить свою жизнь, кстати, используя твою же Лизку!
   Галка даже в этой ситуации мгновенно увидела для себя выгоду. Да. Он ей будет платить, чтобы его ребенок получал должный уход. И хорошо будет платить, не то она придумает еще что-нибудь, чтобы подпортить ему и его мамаше жизнь. Тут же на холодном полу Галкой были утверждены задачи на ближайшее будущее.
   На этом искусственно созданная Володей и Галкой семья закончила свое существование...
  
   ...Вечером Галка собрала весь свой скарб, собрала Лизку и, ни с кем не прощаясь, отправилась в свой отчий дом, к Аннушке.
   Она давно не была у матери и теперь была неприятно удивленна увиденным. Везде грязь, бардак, горы грязной посуды. Анька была пьяна и еле стояла на ногах. Галку увиденная картина взбесила:
   - Ты что совсем дошла до ручки? С кем пьешь-то?
   - Ни с кем! Хочешь, буду с тобой?
   - Ну конечно, мне только этого не хватало. И так проблем полно. Давай быстро наводи порядок, я не собираюсь жить в этом гадюшнике! - скомандовала Галка.
   - Ну и убирайся назад, к своему Володьке! Какого черта явилась сюда ко мне да еще с этим ублюжонком? Командовать она мне тут будет! Все хватит - откомандовалась! - Аннушка все это говорила развязно и чересчур громко. От ее криков проснулась полугодовая Лизонька и стала испуганно плакать. Так называемую бабушку Аню она видела за свою короткую жизнь впервые.
   - Она что так и будет орать? Заткни ей рот! - Анька брызгала слюной, а Галка смотрела на мать и удивлялась тому, что та успела так низко опуститься за последние полгода. Бесцеремонно она влепила матери пощечину, чтобы та успокоилась, и заявила:
   - А теперь немедленно замолчи и слушай меня! Мы с Володей разошлись, и я теперь буду с Лизой жить здесь. Это понятно?
   - Понятно-то, понятно! А какого черта ты ее сюда притащила? На кой ляд тебе сдался чужой ребенок? Оставила бы ее папаше!
   - А никто и не знает, что это не мой ребенок, кроме тебя и меня. И держи язык за зубами, если не хочешь, чтобы и меня в каталажку упрятали, как твоего разлюбезного Николая! Лизка - это наш козырь, думай головой. Пока она с нами - мы будем при деньгах! Заруби это себе на носу! Ясно?
   - Ясно, ясно! И не кричи на меня, я тебе мать, а ни кто попало!
   - Алкоголичка ты! Вот и все!.. Да! С завтрашнего дня чтобы привела себя в порядок. Лизка теперь на тебе, и чтобы волос не упал с ее головы! Она наше достояние.
   - Опять все свои проблемы на мать вешаешь. А когда обманом забирала ее из роддома, мать не спрашивала...
   - Ничего, следить за ребенком не тяжелее, чем пить бесконечно. Повозишься. Да и не могу я к ней подходить, противна она мне. Была бы моя воля, покончила бы с ней раз и навсегда... - Галка брезгливо посмотрела на ребенка. - Да, и некогда мне, надо искать мужичонку какого-нибудь. Не буду же я сидеть одна одинешенька, да еще с такой обузой. Надо этой маленькой фашистке искать приемного папашу.
   Аннушка тяжело вздохнула и промолвила заплетающимся языком:
   - Да, Галка... Что ты там опять придумала?! Один бог знает! Ни чему-то тебя жизнь не учит...
   Но даже бог не знал того, что задумала Галка. А планы у нее были грандиозные. Впрочем, как всегда...

Глава 6

   Курган-Тюбе - город глинобитных и малоэтажных домов, потому что его территория практически ежедневно подвергается землетрясениям: в среднем, происходит по три землетрясения в сутки разной амплитуды.
   Это, конечно же, наложило определенный отпечаток на жизненный уклад местных жителей. Все дома в основном были одно-двухэтажные, и в каждом из них, как правило, проживало не больше 6-8 семей. Все друг друга знали, все обо всех все знали. Практически жили одной семьей: вместе варили варенье и делали заготовки на зиму, вместе отмечали праздники и провожали в последний путь, вместе воспитывали детей.
   Вот в таком же маленьком двухэтажном домике из двух подъездов жила семья Старостиных: Галка, Аннушка и маленькая Лиза.
   Вечерами обычно, когда спадала изнуряющая жара, народ собирался во дворе под раскидистым виноградником за большим самодельным столом попить зеленого чайку и поиграть в русское лото. Последнее занятие у всех было одним из самых любимых мероприятий дня. В это время можно было и отдохнуть, и пообщаться. Но больше всего вечернее время нравилось детям, потому что они были предоставлены сами себе. Да и взрослым было проще контролировать своих чад, все они были тут же, под боком. Бегали, прыгали, задорно визжали, играли в Салки, Стариков разбойников, Двенадцать палочек. В общем, вечер и для взрослых, и для детей был самым благодатным временем суток.
   Но только не для Аннушки. Вернее, это время суток ей перестало нравиться после возвращения Галки с девчонкой. Все соседи как-то резко отвернулись от нее с дочерью, перестали общаться. Самой Галке было на это наплевать, у нее были свои взгляды на житие. А Аннушка болезненно воспринимала создавшуюся ситуацию, ведь они с соседями прожили бок о бок много лет, были друг для друга почти родственниками. А все из-за этой Лизки.
   Люди как-то сразу заметили, что больно уж странно относятся и мать, и бабушка к этому несчастному ребенку. Лизонька была всегда чумазая, нечесаная, сопливая. Вечно в мокрых штанишках или вообще без них, голышом. Но обе родительницы как будто этого не замечали. Дошло до того, что соседи вынудили Галку побрить Лизу наголо, потому, что та была постоянно вшивая от грязи. Люди боялись, что играя с Лизой, заразятся педикулезом и их дети.
   Людмила Петровна Верютина, соседка Аннушки по площадке, заслуженный учитель Республики, не выдержала и попыталась и Галку, и Аннушку урезонить, что не дело, мол, содержать своего родного ребенка в таком виде. Однако, Верютина была публично обругана Галкой, причем, в самых непристойных выражениях.
   Это событие в дворовом сообществе посчитали последней каплей, и с тех пор с семьей Старостиных никто не общался, старались обходить стороной. Никто больше не пытался учить уму разуму это семейство, хотя всем без исключения Лизоньку было очень жалко. Просто тихонько обсуждали между собой эту тему, но, не более того. Как говорится, не повезло ребенку с родственниками, что тут поделаешь.
   Так Лизонька и росла: ущербная, затюканная, голодная и вечно лысая. Во дворе вскоре ее так и стали называть не по имени, а просто - "Лысая".
   Когда Лизоньке исполнилось четыре года, Галка наконец-то нашла себе нового ухажера, Геннадия. И не просто ухажера, а жениха из очень непростой семьи.
   Геннадий стал очередным достижением Галки, ее гордостью. Но более всего ей было приятно, что Геннадий служил в одной части с Володькой. Каково ему теперь должно быть, ведь Геннадий не прапорщик, как Вовка, а настоящий лейтенант.
   Стороннему наблюдателю с первого взгляда было понятно, что этот молодой человек, всегда подтянутый, свежевыглаженный и аккуратный лейтенант Геннадий Меренков, - выходец из очень интеллигентной семьи.
  
   Соседи сразу заметили, что в семействе Старостиных что-то произошло. Во-первых, вдруг преобразилась Лизонька. В один прекрасный день этот ребенок появился во дворе в нарядном красивом платьице, в косыночке под стать платью, и, самое главное, чистым и ухоженным. Соседи были шокированы. Оказывается, Лизоньку "мама Галя поведет знакомиться с папой Геной". Так это прозвучало из уст ребенка.
   Когда Галка вышла из подъезда, то увидела, что Лизу окружили соседи и внимательно слушают ее. Эта картина вывела из себя мамашу, в ярости она готова была броситься на первого встречного. Бешеным взглядом Галка обвела собравшихся во дворе соседей и заорала как потерпевшая:
   - Что уставились? Ребенка не видели? А ну пошли все отсюда... - Галка резко дернула Лизоньку за руку, как бесхребетную куклу, и потащила бесцеремонно за собой. - А ты, смотрю, больно говорливая стала! - Лизонька вжала голову в плечи, ожидая, как обычно, больно получить подзатыльник. Но на этот раз его почему-то не последовало.
   Соседи растеряно и недоуменно смотрели вслед Галке. А та гордо подняв голову, чинно вышагивала навстречу судьбе, "заботливо" держа Лизу за руку.
  
   ...Несмотря на свою духовную распущенность, Галка была очень разборчива в отношении потенциальных женихов. После расставания с Володей таковых было предостаточно. Но Галка понимала, что все они - не то. Ей нужен был принц - из состоятельной семьи, образованный, интеллигентный, способный жертвовать собой ради нее и ее Лизки-фашистки. Вот тогда можно будет смело считать, что она ухватила удачу за хвост.
   И такой момент наступил, иначе Галка не была бы Галкой. После развода с Володей Галка преобразилась, слегка похудела, стала хорошо одеваться, сделала модную в то время прическу "каре", даже умудрилась "по дешевке" приобрести французские духи, что в принципе в то время было практически не возможно. У нее появились поклонники. В общем, Володины деньги шли Галке на пользу, впрочем, по ее уразумению, по-другому и быть не могло.
   В это день Галка собралась съездить на базар, подкупить себе обновок. Вчера Володька "отвалил" ей очередную крупную сумму денег для Лизки. Но Галка посчитала, что Лизка пока обойдется - мала еще, а ей, Галине, все-таки, надо держать себя в форме.
   И вот направляясь в сторону остановки, Галка увидела его. Она с первого взгляда поняла, что это тот, кто ей нужен.
   Он шел навстречу ей, видимо только сошедший с автобуса, с маленьким модным чемоданчиком весь такой спортивный, подтянутый, красивый. Навстречу ей шел молодой лей-те-нант. Несмотря на наличие военной формы, от всего его облика веяло высшим обществом.
   Видимо судьба сама решила сделать Галке шаг навстречу, потому что, поравнявшись с ней, молоденький лейтенант неожиданно остановился и заговорил несколько смущаясь:
   - Добрый день, милая девушка! Я впервые здесь, в Вашем городе, подскажите, как пройти в воинскую часть?
   - Здравствуйте! Конечно, подскажу. Пойдемте со мной, я Вас провожу. - Галка вся светилась от ощущения счастья. - Давай те познакомимся! Меня зовут Галина, а вас?
   - А я - Геннадий, можно просто Гена.
   - Очень приятно! У Вас такое красивое имя, Гена! А меня можно - просто Галя. Ну, пойдемте, а по дороге поболтаем.
   Так произошло их знакомство. А пока они шли до КПП воинской части, Галка вообще все о нем узнала. Геннадий оказался очень доверчивым человеком, наверное, сказывалась чрезвычайная интеллигентность, не позволяющая быть скрытным. Галка как могла всю дорогу подыгрывала Геннадию, изображала из себя добропорядочную девушку. Но Гена, итак, как ни странно, сразу, с первых минут привязался к Галке. Было видно, что она ему понравилась без всяких подыгрываний.
   Пока шли до места назначения, Галка пригласила Геннадия на вечерний ужин:
   - Гена, а знаете, приходите сегодня к нам с мамой на ужин? Она у меня настоящая мастерица в этом деле. Вам понравится!
   - С удовольствием, Галочка! Мне очень приятно Ваше общество и я хотел бы с Вами продолжить знакомство. А как я Вас найду?
   - Гена, а давайте я Вас встречу со службы, так будет проще. Не зачем Вам плутать в незнакомом городе.
   - Хорошо, договорились.
   На прощание Гена поцеловал Галку в щечку и на этом они разошлись каждый по своим делам.
   На базаре Галка решила купить обновки не только себе, но и Лизке. Она взяла несколько симпатичных костюмчиков, платьиц, носочки, нижнее белье, сандалики и другую мелочь. Причем выбрала все самое изысканное. Ведь вечером придется показывать "товар" лицом.
   - Лизка вообще-то смазливая на мордочку, а если ее приодеть, так вообще будет миленькой, просто куколкой. Геннадий не устоит перед таким чудом, она ему должна сразу понравиться. - Так думала Галка, выбирая для дочери самые дорогие вещи.
   Приехав домой, Галка выделила матери деньги на продукты и велела приготовить праздничный ужин. По тем материальным затратам, которые позволила себе Галка Аннушка сразу поняла, что предстояло очень серьезное мероприятие для их семьи. Естественно и подошла к поручению дочери она со всей ответственностью. Аннушка навела в доме идеальный порядок, шикарно засервировала стол - в этом на самом деле ей не было равных. А Галка тем временем приводила в порядок себя и Лизку.
  
   ... В назначенное время Галка и Лиза уже стояли возле КПП. Геннадий не заставил себя долго ждать, появился ровно в назначенное время. Когда Геннадий поцеловал Галку, Лизонька попросилась к нему на руки и крепко обняла его за шею своими маленькими теплыми ручонками:
   - Мой папа Гена! Мой папа Гена! Я тебя так ждала, так ждала! - ребенок так искренне это произносил, что Геннадий был очень растроган, и как будто бы даже не удивился, что Галина пришла с ребенком. Он расцеловал малышку в щечки, да так и нес до самого дома Лизоньку на руках.
   Галка внутренне ликовала:
   - Ура! Клюнул на эту куклу-Лизку, отлично!.. Но эта мартышка, какова? "Мой папа Гена! Мой папа Гена! Я тебя так ждала!" Надо же, хватило то такой малости. Ведь просто ей сказала, что пойдем знакомиться с папой Геной. Артистка!..
   Вечер удался на славу. Геннадий был очарован семьей Галины, изысканными блюдами ее мамы, но особенно этой миленькой девочкой. Лизонька весь вечер не сходила с его рук. Этот ребенок у него вызвал целую бурю разных эмоций - вроде бы это чужой ребенок, но ему Лизонька сразу показалась такой родной, такой милой и непосредственной.
   - Но разве может такая малышка жить с одной мамой? - размышлял Гена, сидя за столом. - Конечно, нет. У нее должен быть отец. Да и мама у нее тоже - очень даже ничего. - Было видно не вооруженным взглядом, что Геннадию Галка нравилась.
   И в этот же вечер, в первый день своего пребывания в городе, Геннадий остался ночевать у Старостиных.
   Несколькими днями позже, когда весь двор гудел о происходящих событиях, Аннушка напористо и с чувством говорила соседям:
   - А чем моя Галка хуже других? Ни сколько не хуже, поэтому Господь и послал ей такого мужика! А то, что за Лизкой раньше не ухаживала, так это не ваше дело! Плохо ей тогда было, Галке-то. Ведь вон как она этого Володьку любила... Зато теперь Лиза у нас вот какая куколка! - Аннушка искренне поглаживала по головке стоявшую рядом Лизоньку. Ведь ей было понятно, что большая часть заслуг в завоевании Геннадия принадлежала именно этому ребенку. - И вообще, Галке лучше знать, что, где и когда делать. Всем понятно? Вот и держите язык за зубами, а то мне придется вспомнить свое уголовное прошлое.
   После такого "душевного" разговора во дворе, открыто в конфронтацию со Старостиными никто уже не вступал. Да и дворовое сообщество давно было по другую сторону баррикад.
   Вначале Геннадий проживал с Галкой просто, вроде как квартирант, пока они были не расписаны в ЗАГСе. Но вскоре этот статус у Гены изменился. Галка почти сразу забеременела от Геннадия, и он стал ее официальным мужем. Так появилась новая ячейка общества - семья Меренковых.
   А Светлана, невеста Геннадия из Душанбе, Светлана осталась для него в далеком прошлом. Видимо она изначально была обречена остаться без своего любимого...

Глава 7

   Геннадий был родом из интеллигентной семьи, семьи, в которой и мать, и отец работали в Правительстве Таджикистана и были очень уважаемыми людьми.
   Геннадий только что окончил институт по специальности "Автомобили и автомобильное хозяйство", там же закончил военную кафедру и получил распределение в воинскую часть Курган-Тюбе для прохождения военной службы в качестве лейтенанта.
   Родители Геннадия уделяли в свое время много внимания образованию сына. В детстве он ходил в музыкальную школу, занимался спортивной гимнастикой, плаванием. Правда, родителей сын видел очень редко - сказывалась специфика их деятельности. Но всю родительскую любовь ему компенсировали старшие сестры Ира и Люся, и нянечка Таня.
   Будущее для Геннадия родители ему распланировали далеко вперед. После обязательной двухлетней службы в армии сын должен был вернуться в Душанбе, где для него уже была подготовлена соответствующая должность в правительстве республики, новенькая черная "Волга" и ждала любимая девушка Светлана. Невеста Геннадия сразу пришлась его родителям по душе, тем более что Светлана, также как и Гена, была представительницей высших слоев общества, и, как говорят в народе, была ему ровней. Поэтому женитьба на Светлане тоже была одним из обязательных пунктов в планах на будущее.
   В общем, все было разложено по полочкам, просчитано на два шага вперед. И, в принципе, ничего не предвещало в семье Меренковых катастрофы...
  
   ...Родители Геннадия долгое время были не в курсе того, как устроилась жизнь их сына в Курган-Тюбе. Они привыкли ему доверять. Но все прояснилось, когда отец с матерью впервые приехали на служебной машине его проведать.
   Когда родители узнали, что Геннадий сожительствует с женщиной, имеющей ребенка, да еще пользующейся не очень хорошей репутацией в городе, разразился грандиозный скандал. Отец кричал, что сегодня же переведет Геннадия в воинскую часть в Душанбе. А мать, Нина Ивановна, горестно плакала и все твердила:
   - Как ты мог так поступить и с собой, и с нами, и со Светочкой? Если бы мы с папой знали, что так будет! Лучше бы остался в Душанбе, - мать сердцем чувствовала, что отношения Геннадия и Галки зашли слишком далеко. - Повязал себя по рукам и ногам... Это конец!...
   Оба родителя, конечно, теперь жалели, что разрешили Геннадию проходить службу в этом городе. Хотя в тот момент, когда Геннадия распределили в Курган-Тюбе, на эту ситуацию смотрели по-другому:
   - Ну, ничего! Пусть послужит вдали от дома, это закалит его как мужчину. - Рассуждал тогда отец Николай Геннадьевич. По крайней мере, перевести его в Душанбе всегда успеем. Как ты считаешь, Ниночка?
   - Да, да, Коленька, ты как всегда прав. Такая школа жизни пойдет на пользу нашему Геннадию, мы и так его все время опекаем. Не помешает пожить немножечко самостоятельно, - поддерживала отца Нина Ивановна, - после такой "школы" он будет готов работать в Министерстве, станет взрослым мужчиной...
   А сейчас Нина Ивановна с ужасом осознавала, что все когда-то хорошо продуманное и спланированное для Геннадия, уже не актуально:
   - Да, он влип, и влип основательно. Эта девица с ребенком крепко привязала его к себе. Скорее всего, она уже беременна и вторым ребенком, чтобы привязка была более крепкая... - так думала Нина Ивановна, пока отец метал гром и молнии.
   Но больше всего она была поражена тем, что за какие-то несколько месяцев сын изменился в худшую сторону. Раньше он и подумать не мог, чтобы перечить отцу и матери, заглядывал буквально им в рот, не делал лишних телодвижений без их одобрения и совета. А сейчас - пытается затыкать отца, подбирая при этом не самые интеллигентные выражения.
   Но обиднее всего Нине Ивановне было от того, что сын обвинил их с отцом во всех смертных грехах - и в неправильном образовании, и в навязывании своей родительской воли, и в незнании и не понимании того, что на самом деле нужно ему. В общем, если бы он не встретил Галину, которая раскрыла ему глаза на настоящее счастье, они ему жизнь таки и сломали бы.
   В заключение Геннадий заявил, что вообще не собирается возвращаться в Душанбе: не сейчас, не через два года после окончания службы, потому, что они с Галиной решили, что свою карьеру он будет выстраивать здесь, в Курган-Тюбе.
   После таких заявлений, Николай Геннадьевич поставил последнюю громогласную точку:
   - В общем, Ниночка, смею тебе заметить - сына у нас с тобой больше нет! А ты, - это он уже обратился к Геннадию, - не вздумай больше появляться в моем доме! Я тебя вычеркиваю из своей жизни! Для нас с матерью - это, конечно, удар ниже пояса, но мы как-нибудь с этим справимся! А вот ты теперь попробуй без нашей поддержки встать на ноги! Все, прощай! Больше нам разговаривать не о чем!
   Николай Геннадьевич решительно взял под локоть свою Ниночку и повел в машину. Через несколько секунд на месте машины остались лишь клубы густой пыли.
  
   0x01 graphic
  
   ...Галка праздновала маленькую победу, ей удалось перетянуть одеяло на себя. Геннадий показал во всей красе, что готов пожертвовать даже своими всесильными родителями ради нее и Лизки. Именно этого она жаждала все эти четыре года, все это время, с тех пор, как она осталась одна без Володи.
   Но, в то же время, Галка понимала, что им не нужна конфронтация с родителями Геннадия. Они - великолепный рычаг, с помощью которого их с Геной семья может получить такие социальные привилегии, которые другим и не снились.
   - Нужно выдержать паузу. - Размышляла Галка после случившегося. - Сейчас ситуация слишком накалена. Пусть все утихнет, уляжется. А там у нас родится сыночек, и мы его, естественно, назовем Николаем - в честь такого знаменитого дедушки. И ни куда он не денется этот Николай Геннадьевич.
  
   ... Нина Ивановна по дороге домой все никак не могла успокоиться, слезы лились ручьем по ее щекам. В отличие от нее, Николай Геннадьевич был спокоен и непреклонен в своих решениях:
   - Нина, успокойся. И заруби себе на носу - это отломленный кусок. Слишком он глубоко увяз в этих плебейских принципах. И больше при мне о нем даже не заикайся! Тем более, тебе есть о ком заботиться, у нас две замечательных дочери, которые, я уверен, нас никогда не предадут.
   И в этом Николай Геннадьевич был прав. Жизнь позже показала, что дочки Ирина и Люся оправдали надежды своих родителей, добились и профессиональных высот, и реализовали себя в семье: и как любящие мамы, и как любимые жены, и просто как счастливые женщины.
   А Геннадий, как и многие другие, был обречен судьбой по имени Галка...
   ...Когда у Галки срок беременности подходил к концу, в семье Меренковых начали подумывать о собственном жилье. Аннушкина однокомнатная квартира была давно тесна, а тут ожидалось прибавление в семействе. Да ко всему прочему Николай Старостин, муж Аннушки, вот-вот должен был выйти из тюрьмы. Ни Галка, ни Геннадий не хотели жить с ним, с уголовником, под одной крышей.
   Буквально в течение недели командование части выделило Геннадию квартиру в только что сдавшемся новом доме по улице Ломоносова. Да не просто квартиру, а с учетом его семейного положения - трехкомнатную. Галка была на седьмом небе от счастья. Теперь у нее будет все по-взрослому: и дети, и муж, и квартира. Хотя, когда она размышляла про детей, Лизу она во внимание не брала.
   Геннадий, как лейтенант, получал очень хорошую зарплату. Поэтому новоявленной семье удалось сделать шикарный ремонт в новой квартире, приобрести необходимую мебель. А когда подготовительные работы были завершены, решили сразу в числе первых жильцов перебраться в свою квартиру.
   Правда Галка решила Лизу пока оставить у матери, объяснив Геннадию, что ребенку вредно дышать свежевыкрашенной краской. Да и обустроиться надо пока. И это "пока" в последствие затянулось на многие годы.
   Аннушка была не очень рада тому, что на нее опять взвалили заботы об этом ребенке, тем более ей хотелось подготовиться к возвращению своего некогда любимого мужа. Но противостоять Галке она не могла, заранее знала, чем все могло закончиться.

Глава 8

   Накануне возращения Николая, Аннушку переполняли противоречивые чувства. Она скучала все эти годы по нему, ведь он единственный был близкий ей по духу человек. Но в то же время она прекрасно понимала, что десять лет тюрьмы даже для самого чудесного человека бесследно не пройдут. И ее опасения оправдались.
   На пороге дома появился абсолютно чужой и незнакомый Николай. Он очень изменился и внешне, и внутренне. Прежний красавец-мужчина теперь предстал перед ней настоящим изможденным хромым стариком. Когда-то красивые выразительные голубые глаза теперь превратились в две злые колючки, которые беспощадно пронизывали насквозь. В первые минуты появления Николая на пороге Аннушка поняла, что по-прежнему уже не будет. Будет как-то по-другому, и будет плохо для нее. И была опять права.
   Для Аннушки началась жизнь полная кошмара. Каждый день Николай ее бил, таскал за волосы, каждый день у него начинался с бутылки водки на завтрак. Каждый вечер Аннушка потихоньку собирала все колющие и режущие предметы и уносила к соседям, потому что боялась, что ночью, когда она будет спать, Николай ее прирежет.
   Но больше всех от этой ситуации страдала Лизонька. Она боялась "дедушку" как огня, ночами не спала, все прислушивалась, а не подкрадывается ли он к ней или к ее бабушке, чтобы убить их. Аннушка этого тоже опасалась и поэтому Лизу стала ложить спать на ночь отдельно от себя, хотя раньше Лиза спала всегда с ней. Но теперь она решила, что когда Николай вздумает расправиться с ней, с Аннушкой, то, если Лиза будет находиться в другом месте, он ее не тронет.
   Днем Лиза все время проводила на улице с ребятишками и в играх забывала о домашних проблемах. Но постепенно, к вечеру, Лизе становилось страшно, она боялась идти домой и оттягивала возвращение до последнего, пока уже Аннушка насильно за руку не заводила ее домой. Зайдя домой, Лизонька облегченно вздыхала, если дед спал после очередной попойки, а если встречал их на пороге - с содроганием пряталась за этажерку и старалась не попадаться ему на глаза. И там, сидя тихонько, как мышка, наблюдала, как он измывается над бабушкой, и беззвучно плакала, плакала, плакала... Так проходил день за днем.
   Все уговоры Аннушки, чтобы Галка забрала к себе Лизу, которая также подвергалась моральному насилию со стороны Николая, заканчивались постоянными, каждый раз новыми отговорками: то пахнет краской, то ей беременной будет тяжело с девочкой, то скоро родится малыш - будет не до Лизы. И Геннадий все Галкины отговорки почему-то поддерживал или, если вернее, занимал стороннюю позицию, считая, что "Галине виднее".
   Изредка по выходным семья Меренковых все же брала на пару часов Лизу в новую квартиру, но вечером Аннушка обязана была ее забрать опять к себе. Лиза за последнее время сильно привязалась к Аннушке, не отходила от нее не на шаг. И Аннушка стала относиться к ребенку по-другому, как к родному дитя.
   Много раз Аннушка просила Галку и Геннадия как то решить проблему с Николаем. Ведь страдает от него не только она, но и Лиза, которая видит весь этот кошмар. Но молодожены сразу дали понять Аннушке, что Николай - это сугубо ее проблема.
   С момента возращения Старостина из тюрьмы Галка так его ни разу и не видела, не хотела видеть и знала о нем только то, что рассказывала мать. Отчим ей был не интересен, общение с ним она считала выше своего достоинства. Геннадий тоже всего лишь несколько раз встречался с Николаем, когда приходил за Лизой. Но, в первую же встречу, дал тому понять, что для их семьи - он пустое место. В следующие разы лейтенант даже не здоровался с бывшим зеком, проходил мимо, как будто того вообще не было в помещении. Естественно, это Николая раздражало, и вечерами он вымещал все свое зло на Аннушке и Лизоньке.
   Так и жили, разделившись на две социально разных семьи: одна счастливая, обеспеченная, ожидающая прибавления в семействе, и вторая, перебивающаяся с копейки на копейку, живущая в вечном страхе перед завтрашним днем и мечтающая о чудесном избавлении от Николая.
   В августе Галка наконец-то родила мальчика. Геннадий был счастлив - появился на свет его первенец. По настоянию Галины малыша назвали Николаем, Николашей, в честь отца Геннадия. Николаша и на самом деле был как две капли воды похож на своего высокопоставленного дедушку. И это сходство было явным уже с первых дней от рождения. Галка посчитала данный факт неслучайным. Ведь предстояло важное мероприятие по налаживанию родственных отношений со звездной семьей из Душанбе.
   Когда Николаше исполнилось три месяца, Галина сказала Геннадию, что надо бы съездить к родителям:
   - Гена, я думаю, пора помириться с твоими родителями. Не дело это - дуться и им, и нам. Вроде как маленькие. Тем более первый внук родился у Николая Геннадьевича и Нины Ивановны. - Галка с любовью смотрела на сынулю, который беззаботно лежал в кроватке и усиленно мусолил во рту свой кулачек.
   - Галочка, ты думаешь? Я как то не уверен. Ты же помнишь, как мы расстались. А отец - он очень жесткий в своих решениях.
   - Геночка, не переживай. Раньше, может быть, и бесполезно было бы делать попытки к примирению. Но не сейчас. У твоего отца появился внук, похожий на него как две капли воды, и которого зовут так же, как его знаменитого дедушку.
   - Да, Галочка, ты как всегда права! Когда поедем? Что думаешь?
   - Поедим в ближайшие выходные. Закажи в части служебную машину, чтобы наш приезд выглядел солидно. А командиру скажи, что нам надо ребенка показать в республиканской больнице и на автобусе ехать в Душанбе с таким малышом не сподручно. Вот увидишь, даст машину и ни куда не денется.
   - Галчонок, ты - гений! Я тебя обожаю! - Гена с любовью обнял жену и от удовольствия зажмурился. Теперь он был уверен, что сможет наладить отношения с родителями.
  
   ...Служебную машину, как и предполагала Галка, командир части для поездки в Душанбе выделил без проблем. Тем более что начальник Гены никогда не забывал, кто родители этого молодого и перспективного лейтенанта. Было бы просто не благоразумно отказать Геннадию Меренкову в просьбе свозить грудного ребенка на консультацию к докторам.
   Галина и Гена к поездке подготовились основательно и всем членам семьи старших Меренковых приобрели небольшие, но подобранные со вкусом подарочки.
   В Душанбе они приехали почти к обеду. Геннадий заметно волновался, а Галка вела себя, как ни в чем не бывало. Она взяла Николашу на руки и решительным шагом направилась к подъезду. Гена поплелся за ней, понимая, что уже ничего не изменить, и весь трусился от страха.
   Дверь открыла няня Таня. Увидев Геннадия, она всплеснула руками и заголосила на весь дом. На ее голос выбежали все домочадцы. Николай Геннадьевич даже не успел разозлиться - его взгляд сразу остановился на маленьком существе, которое внимательно и серьезно его разглядывало. Да, к тому же, этот малыш так сильно кого-то ему напоминал. Николаша, словно чувствуя всю серьезность момента, потянулся к дедушке своими пухленькими ручками, тем самым совсем его обезоружив. Так был пройден, казалось бы, совершенно непреодолимый барьер непонимания.
   Дед сразу взял на ручки внука:
   - И как нас зовут, молодой человек? - дед нежно обнимал малыша.
   - А нас зовут Николай Геннадьевич, так же как любимого дедушку! - в тон главы семейства ответила Галка и хитро ему улыбнулась.
   И мать, и отец Геннадия были окончательно повержены. Все обиды сразу ушли на задний план. Галка и Геннадий тут же всем преподнесли подарочки.
   - Папуль, а это тебе! - Гена вручил отцу шикарный кожаный портфель производства Англии. - С таким портфелем карьерный рост тебе обеспечен и конкуренты, наверняка, будут далеко позади тебя.
   - Спасибо, дети, - расчувствовался старший Меренков, - для карьеры я, пожалуй, уже староват, но насчет конкурентов прав, прав... Будут всегда позади меня!
   - Нина Ивановна, а это Вам, от всего сердца. - Галка подала свекрови маленький флакончик французских духов и смиренно склонила головку. - Это сейчас самый модный запах, надеюсь, что Вам понравится.
   - Какая прелесть, Галочка! Ты неподражаема! Спасибо, дорогая! - Нина Ивановна была верна своим изысканным манерам.
   Сестрам были подарены красивые супермодные сумочки.
   - Генка, ты чудо! - Люся и Ирина поблагодарили брата и одарили Галину благодарным взглядом, понимая, что это ее выбор.
   В гостиной по случаю приезда сына с семьей накрыли праздничный стол, сестры Геннадия наперебой нянчились со своим маленьким племянником. То и дело возле праздничного стола с изысканными блюдами суетилась няня Таня. Все были искренне счастливы. Ведь наконец-то в большой семье Меренковых воцарилось спокойствие, благополучие и настоящее семейное счастье. Так в тот момент думали все без исключения.
   Только "судьба" тихонечко сидела в стороне, посмеивалась, наблюдала за всем происходящем и понимала, что идиллия призрачна. Просто больному всегда перед смертью кажется, что он выздоравливает. А на самом деле это начало конца. Как говорится в калмыцкой поговорке: "Светильник, перед тем как потухнуть, вспыхивает"...
  
   После поездки к родителям Галка стала главным человеком в жизни Геннадия. Ведь благодаря её смекалке и расчетливости, у него наладились отношения с родителями. Она каждый шаг четко продумала и просчитала, когда и как им надо было действовать. И он был своей любимой очень благодарен за все: и за ребенка, и за родителей, и за себя. Он был счастлив.
   Галка тоже была счастлива. Но содержание ее счастья было иным в отличие от Геннадия. Для нее самым главным было - утереть нос Володе, которого она по-прежнему любила и где-то в глубине души когда-нибудь надеялась вернуть. Она хотела ему доказать, что и без него может всего добиться, всего, чего только пожелает. И, как казалось ей, она доказала.
   Теперь у нее есть все: и дети, и квартира, и муж, которому Володя не чета, и родители мужа - "большие" и важные люди. Правда Геннадия Галка совсем, не любила, а просто позволяла ему себя любить. Да и хлюпиком он выглядел в ее глазах, пусть интеллигентным, но хлюпиком. Хотя Галка эту отрицательную черту характера Геннадия считала в определенной степени тоже полезной для себя. Ведь жизнь показала, что мужем можно вертеть, как хочешь. Генка заглядывал ей только что не в рот и выполнял все мыслимые и не мыслимые указания.
   Но вдруг, неожиданно для себя, Галка поняла, что Володю ее судьба совсем не волнует, и не волновала в принципе никогда. А она, почему-то, наивно полагала, что ему должна быть интересна ее личная жизнь ну и, конечно, судьба Лизы. Выходит, что ее погоня за престижным мужем, погоня за красивой жизнью оказалась напрасной? Он так и не оценил ее достижений. А тут еще случайно Галка узнала, что Володя уехал служить в Германию, да еще и с семьей. Оказывается у него еще и семья была. Галка была в ярости:
   - Каков, мерзавец?! Оказывается, переплюнул меня, пока я нянькалась тут с семейством Меренковых и их сынком! Черт, побери! Почему не я поехала с ним в Германию? - Галка бесновалась.
   Да, Володю, на самом деле меньше всего заботило, как там складывается жизнь у Галки. Чем больше проходило времени с момента их развода, тем более он ее ненавидел и презирал. И, конечно, мыслей поинтересоваться, как она там, у него даже не возникало.
   Вот за кого у него душа болела, так это за Лизоньку. Володя старался, чтобы она ни в чем не нуждалась. Ежемесячно переводил деньги на содержание дочери, причем не малые деньги. Старался брать на выходные Лизу к себе. Но с каждым разом воскресные мероприятия становились все более редкими и всегда не по его вине. То Лиза оказывалась у Галки с ее новым мужем, то Аннушка куда-то с ней уходила с самого утра, чтобы назло спрятаться от отца, то еще что-нибудь. И этих "что-нибудь" стало так много, что его встречи с дочерью практически прекратились.
   Но Володя, как большинство мужчин, размышлял так: "Главное, чтобы ребенок был с матерью. Уж кто как ни мать лучше позаботится о своем чаде. А я свои обещания, материально содержать ребенка, буду выполнять в полном объеме".
   Через год после развода с Галкой Володя познакомился с Верой, симпатичной и серьезной женщиной, которая соответствовала его жизненным идеалам. Правда, она была на пару лет старше Володи, и от первого брака у нее был сын Игорь. Но это не помешало им выстроить теплые супружеские отношения, потому что между ними вспыхнули настоящие чувства, возникло полное взаимопонимание. Да и мать Володи, Елизавета Александровна, была не против их брака.
   Примерно, в тот же период, когда Галка родила Николашу, Вера тоже родила сына Володе. Малыша назвали Эдуардом, Эдиком. Володя стал полностью отдавать себя своей семье. Кроме того, спустя столько лет, у Володи опять появилась возможность проходить службу в составе Группы Советских войск в Германии. Теперь он соответствовал всем требованиям - у него была благополучная семья, прекрасные дети, замечательная жена. Политическая зрелость Владимира Швагеруса была на лицо.
   По иронии судьбы Галка почему-то пропустила все главные события в жизни Володи. Не знала она о том, что он женился, что у него родился сын. Не знала она и о том, что он с семьей собирается уезжать в Германию. Если бы только Галка была в курсе Володиных намерений, она бы костьми легла, но командировку бывшему мужу сорвала. За границу он мог поехать только с ней и больше ни с кем.
   Сам Володя не хотел афишировать перед широкой публикой о своих планах на ближайшее будущее. А вскоре без лишнего шума и вовсе уехал в Германию с Верой, детьми и матерью.
   Но самое печальное в этом радостном для Володи событии было то, что их дороги с Лизонькой теперь разошлись в разные стороны и надолго. Так надолго, что следующая встреча с дочерью у него состоялась только через тридцать с лишним лет...

Глава 9

   В жизни Галки с отъездом Володи все изменилось и изменилось главным образом ее мировоззрение. Больше у нее не было стимула добиваться того, к чему она стремилась столько лет. Теперь рядом не было того, ради которого судьба многих людей не раз подвергалась насильственным изменениям. И все для того, чтобы доказать свою полноценность и состоятельность.
   Сколько Галка приложила усилий, чтобы выбиться в люди, а толку, по большому счету, ни какого. Какая-то Верка, например, вообще ни к чему не стремилась. Однако теперь она с Володей в Германии. А она, Галка, разве хуже? Сколько высот ею было завоевано и все, выходит, напрасно. Такие мысли не давали покоя Галке постоянно: ежедневно, ежеминутно, ежесекундно.
   Геннадий все чаще у Галки стал вызывать раздражение. У нее как будто открылись глаза, и она окончательно увидела его в истинном свете: маменькин сынок, слюнтяй и подкаблучник. Конечно, с одной стороны, её это устраивало, ведь всем заправляла она. Но, с другой стороны, она понимала, что все, что достигнуто в их семье - только ее заслуга. Все блага добыты ее изворотливостью, расчетливостью и умением идти на компромиссы со своей совестью. Но самое главное, что поняла Галка, это то, что не она всю жизнь будет за Геннадием как за каменной стеной, а он за ней. Дальнейшее процветание семьи Меренковых зависело только от нее. И от понимания этих жизненных процессов Галке было плохо.
   Она была не против поработать на благо своей семьи, но чтобы потом пожинать сладкие плоды и наслаждаться достойной жизнью. А в ее случае было понятно, чтобы шикарно жить, придется постоянно "вкалывать" самой, ни на минуту не расслабляться, постоянно подталкивать Геннадия к каким-то действиям, постоянно быть мозгом семьи. Этого Галка допустить не могла. Чтобы обеспечить себе безбедное и безоблачное будущее, она должна была предпринять меры и принять их незамедлительно.
   Тут еще Аннушка подлила масла в огонь. Она заявила дочери, что раз Лиза живет на полном ее обеспечении, то Галка должна алименты на девчонку отдавать ей в полном размере. В противном случае отправит ее на жительство к так называемой маме. Галка такой шантаж со стороны матери терпеть не стала и без всяких переговоров забрала Лизку к себе.
   Конечно, с некоторых пор она еще больше возненавидела ребенка Володи, и в принципе не видела необходимости теперь особо с ним нянькаться. Но от Володькиных денег добровольно отказываться не собиралась, тем более в пользу Аннушки:
   - У тебя есть "любимый" муж, - заметила с сарказмом Галка Аннушке, - вот пусть он тебя и обеспечивает. А Володька присылает деньги персонально мне. Я и буду распоряжаться ими.
   - Галка, Галка! В кого ты превратилась? Какая короткая у тебя память. Ты забыла, сколько лет просидела на моей шее со своей малолетней фашисткой? А теперь копейку для матери пожалела! - Аннушка была вне себя.
   - Ничего себе - копейку! А ты такую копейку, поди, заработай! - Галка старалась заткнуть матери рот.
   - Можно подумать, ты эти деньги заработала! Вот как расскажу все твоему Генке, посмотрим, как ты запоешь! - Аннушка все не сдавалась и не заметила, как перешла дозволенную грань.
   Галка схватила ее за грудки и прошипела в лицо:
   - Только попробуй! Пожалеешь! Не посмотрю, что ты моя мать! - И столько в ее словах было решимости, что Аннушка ни сколько не сомневалась, что так и будет. С этого момента они стали встречалась все реже и реже. Таковы были нюансы родственных отношений между дочерью и матерью: деньги - всё, семья - ничто.
   Галка забрала Лизу к себе решив, что сейчас для этого наступил удачный момент. Надо же кому-то возиться с Николашей. А так маленькая нянька будет всегда под рукой.
  
   ...Как всегда Галка была полна новых грандиозных планов по обогащению семьи. И все теперь в укладе семьи было подчинено только этому.
   Геннадия Галка вынудила уволиться с военной службы, хотя у него были в дальнейшем неплохие перспективы. Но, так как он во всем подчинялся Галке, он даже не задумывался о правильности своих шагов. Галка была уверенна в том, что ему нечего делать в армии. Его место на гражданке.
   И по началу, Геннадий на самом деле неплохо пристроился, его взяли преподавателем в автошколу. Там ему установили достаточно высокий оклад. Потенциальные ученики-таджики, которые обучались у него на курсах, были настолько благодарны своему учителю, что заваливали Геннадия всевозможными подарками, которые не каждый мог себе позволить. И в этом не было ничего удивительного, такая благодарность в те времена являлась нормой в странах Средней Азии.
   В общем, Геннадий был в Курган-Тюбе довольно значимым человеком. Галку, естественно, это выводило из себя, и время от времени она ставила его на место:
   - Господи, нашелся шишка тут на ровном месте! Да, это я из тебя сделала человеком! Сидел бы сейчас в своей воинской части, как слива в одном месте!
   - Галочка, ну что ты разошлась? Да я ничего, я просто... Ты - мой настоящий генерал, я без тебя - ничего... Ну прости, прости, пожалуйста, я был не прав.
   И эта ситуация повторялась вновь и вновь. Галка унижала Геннадия, а тот в ответ постоянно, не понятно за что, просил у нее прощения. А всего-то его "вина" заключалась в том, что приезжали домой благодарные таджики и привозили, например, целый грузовик спелых арбузов для семьи "уважаемого Геннадия". При этом обязательно выгрузка арбузов сопровождалась бесконечным потоком благодарственных слов в адрес "своего русского брата-учителя":
   - Ассалом Алейкум! Опа, большой спасибо Геннадий-ака! Рахмати калон!!!
   Вот после таких фрагментов Геннадий и подвергался "шлифовке" со стороны жены.
   И хотя эти блага шли в семью, Галку все равно подобная уважаемость мужа крепко задевала. Она-то не работала. Да, если бы и работала, навряд ли смогла добиться хотя бы половины Генкиного успеха.
   Два противоречивых Галкиных чувства, стремление к неимоверному обогащению и, в то же время страшная ревность к Генкиным успехам, все время боролись между собой. Боролись и не давали поселиться в семье Меренковых истинному счастью.
   Как говорят в народе: "Самое лучшее богатство - в добром сердце, а не в большом кошельке"...
   ... Три года прошло с тех пор, как Лизонька стала жить в семье Галки. Как мачеха и планировала, все заботы о Николаше легли на плечи этого маленького существа. Если бы не Геннадий, то Лиза превратилась бы в истинную Золушку. Бедный ребенок был просто напросто лишен детства. Ситуацию усложняло еще и то, что в этом году Лиза пошла в первый класс, ведь ей исполнилось семь лет. Галке, естественно, было все равно, учится девчонка или нет.
   Но Геннадия эта ситуация немного смущала. Он никак не мог уяснить себе, как относится к Лизе жена. Временами ему казалось, что Галина ненавидит Лизу, а иногда - что вроде и ничего, все нормально.
   И не случайно Геннадий был в замешательстве, ведь Галка, всеми силами пыталась "замести" обстоятельства появления Лизы на свет. И это ей удавалось. Правда наступали моменты, когда Галка теряла терпение. Вот в такие моменты Геннадий начинал задумываться, почему жена так относится к своей дочери:
   - Галочка, ну зачем ты так с Лизой? Ведь она ни в чем не виновата. Ты слишком строга к ней, дорогая.
   - Давай договоримся с тобой, что воспитанием Лизы занимаюсь только я. Если тебе хочется с ней сюсюкаться - ради бога. Но воспитанием девочки должна заниматься мать. Все должно быть в строгости.
   - Хорошо, Галочка! Но все равно, я тебя прошу, будь с Лизонькой помягче. - Геннадию хоть чуть-чуть, но хотелось смягчить жизнь девочки.
   Когда, Галка была занята собой и Николашей, Геннадий занимался с Лизой уроками и чтением книг.
   Он старался, чтобы жена их не "застукала", так как та считала, что ребенок должен развиваться сам, без чьей либо помощи. Правда по отношению к Николаше у Галки была выработана противоположная стратегия. Сыном нужно было заниматься и днем, и чуть ли не ночью. И вообще, к четырем годам Николаша должен был научиться, по уразумению Галки, бегло читать. При этом, как ни странно, у семилетней Лизы были проблемы с чтением не просто бегло, а даже по слогам.
   Учительница Лизы в беседе с Геннадием, когда тот пришел на очередное родительское собрание, сообщила, что причина неудовлетворительных результатов обучения кроется в психологическом состоянии Лизы.
   Да, Геннадий и сам видел, что Лиза всегда напугана, редко улыбается, чрезмерно застенчива и зажата. Но больше всего бросалось в глаза то, что она пуще огня боится матери. После разговора с учителем Геннадий для себя решил, что он должен помочь Лизоньке. Конечно, в открытое противостояние с Галиной он вступать не собирался, но тихонько, незаметно для жены, решил заняться восстановлением душевного состояния Лизы.
   Первым делом отчим записал Лизу в музыкальную школу учиться музыке. Геннадий съездил к родителям в Душанбе и привез оттуда свой любимый красненький немецкий аккордеон "Вельтмейстер", на котором он учился в детстве. Галку по поводу музыкальной школы Геннадий сразу нейтрализовал, сказав, что это желание его родителей. Он был уверен, что против них она выступать не будет. Так и оказалось:
   - Я тебе давно хотела предложить, отдать Лизку в музыкалку. У нее же великолепный слух. - Галка юлила, как уж на сковородке, пытаясь замаскировать свои истинные чувства, и Генка на этот раз это заметил.
   - Хорошо, дорогая! Раз ты считаешь, что Лизоньке пойдут на пользу занятия в музыкальной школе, то пусть так и будет. Тебе я отказать не могу. - Геннадий, когда храбрился в редкие минуты, даже умудрялся пользоваться Галкиными приемами.
   Став постарше, Лиза все свое свободное время стала проводить в музыкалке. По-настоящему счастливой она чувствовала себя только там. Музыка стала смыслом ее жизни на долгие годы.
   Так с легкой руки отчима Лизонька начала учиться музыке и в будущем это стало ее призванием, она стала преподавателем по классу аккордеона...

Глава 10

   Афганская война для многих жителей советского Таджикистана началась задолго до официальной даты ввода ограниченного контингента советских войск в Афганистан.
   Вначале о сложной военно-политической ситуации в соседнем Афганистане жители Таджикистана узнавали из сообщений в СМИ. Программы иновещания республиканского радио прокручивали обращение лидеров НДП Афганистана, просивших помощи у Советского Союза. Понять просьбу афганских коммунистов Кармаля и Тарики, говоривших на "дари", было не сложно. Таджикский, персидский и дари - один язык.
  
   0x01 graphic
   Вскоре жители Душанбе и приграничных районов республики, в том числе и Курган-Тюбе, стали свидетелями переброски тяжелой техники, которая шла в одном направлении, на юг, в сторону Афганистана.
   По танкам на улице начали догадываться, что происходит что-то на границе. Но ни какой официальной информации не было. Многие думали, что началась масштабная война: якобы Америка напала не только на Афганистан, но и собирается напасть на Таджикистан.
   И вот наступил день, когда первыми по заданию компартии были подняты резервисты, которым на сборы дали ровно час. Это неожиданное событие явилось первым тревожным сигналом, заставившим Галку задуматься о целесообразности дальнейшего проживания в Таджикистане.
   Впрочем, об этом задумались и многие другие. Людям было по- настоящему страшно за своих родных и близких. И было от чего - Курган-Тюбе находился всего в ста километрах от афганской границы.
   Между тем, никаких официальных сообщений не было, что вызывало еще большую панику и множество слухов среди населения. Не обошли данные события и семью Галки.
   В начале декабря, за месяц до начала вторжения, без предупреждения, экстренно начали собирать офицеров запаса и солдат, поднимая прямо с постели и не давая возможности попрощаться с семьей. В их числе оказался и Геннадий. Но его отцу все же удалось во время вмешаться в создавшуюся ситуацию и вычеркнуть сына из списка "смертников".
   Это явилось последней каплей, и семейный совет во главе с Галкой решил: "Пора перебираться в Россию". Аннушка дала согласие ехать вместе с молодыми - с Николаем ее больше ничего не связывало. Они давно стали друг для друга чужими людьми.
   В дорогу Меренковы собрались очень быстро, буквально в течение недели. Геннадий в три дня уволился, чем шокировал руководство автошколы, ведь такого специалиста, как Геннадий им теперь не найти: грамотный, интеллигентный, терпеливый и, самое главное, снисходительный к человеческим недостаткам. Его любили и начальники, и ученики, особенно таджики.
   К концу недели, прямо перед самым отъездом, в связи с тем, что ехали в "никуда", отправили в Московскую область "До востребования" два контейнера с вещами. Галку как то не очень волновало это "в никуда", она всегда верила в свою удачу. Да и у Аннушки в Москве жил с семьей родной брат Владимир Блинов. На первых порах поживут у него, пока все бытовые вопросы не будут решены.
   Новую трехкомнатную квартиру решили просто бросить, ни кому не предавать, и тем более сдавать в домоуправление.
   Так закончился большой таджикский период жизни семейства Меренковых, Лизоньки и Аннушки. Начался новый бесконечный период борьбы с ветреными мельницами, постоянными поисками работы, нищенского существования и цыганского образа жизни. Но пока об этом никто из них не догадывался, все были полны наполеоновских планов...
  
   После переезда в Россию в семье Меренковых основным занятием стало постоянное скитание по съемным квартирам. И этим скитаниям не было ни конца, ни края. Галка уже тысячу раз пожалела, что сорвала всех с нажитого места, но публично признать своих опрометчивых решений не могла. Ведь если бы она тогда не настояла, сейчас все было бы по-прежнему: и дом, и работа у Геннадия, и достаток. Все, кто не побоялся остаться в Курган-Тюбе и сейчас жили припеваючи, афганская война коснулась жителей лишь косвенно.
   - Но, что сделано, то сделано... - размышляла Галка, - теперь надо попытаться крепко встать на ноги на новом месте. Надо думать...
   Но удача, как будто бы отвернулась от Галки. За последние полгода они поменяли три места жительства. С работой оказалось еще хуже. Насчет своего трудоустройства Галка никаких иллюзий не строила. Но то, что Геннадий не мог найти себе достойную работу, этого она и представить не могла. А ведь все надежды были только на него. Пожалуйста, иди рабочим, грузчиком, водителем - и за все получай сущие копейки. А умных и талантливых, как Геннадий, но своих, местных - здесь пруд пруди.
   На почве отсутствия жилья и работы Галка в пух и прах разругалась с родителями Геннадия. Она посчитала, что раз ее семья в затруднительном положении находится на данном этапе, значит, родители мужа обязаны взять их на полное свое содержание. Об этом своем решении она отправила письмо в Душанбе, причем ничего не сказав Геннадию.
   Ответ пришел незамедлительно. Нина Ивановна, сохраняя свое интеллигентское начало, объяснила Галине, что это их семейные трудности: "Когда Вы наспех принимали решение об отъезде, Вы ни с кем не посоветовались. А ведь Николай Геннадьевич предупреждал Вас именно об этих сложностях, с которыми и пришлось на практике столкнуться. Кому Вы там были нужны? Никому!!! Головой надо было думать! Это в Курган-Тюбе Геннадию цены не было, потому что там специалистов как таковых нет, одни нацкадры. А в Подмосковье - на каждом шагу! Вот теперь и устраивайте свою жизнь без нашего участия. А мы посмотрим, на что Вы годитесь, сделаем определенные выводы и может быть, тогда Вас поддержим..."
   - Они посмотрят!!! Сделают выводы!!! Может быть поддержат!!! С-к-о-т-ы!!! - Галка трясла в руках письмо и орала так, что слышали все соседи.
   - Галочка, что случилось? - Геннадий не мог понять, что послужило поводом к таким нервным потрясениям.
   - Галочка!... Что случилось?!.. Да ничего! Просто твои душанбинские родственники совсем зажрались и обнаглели! Вот прислала твоя мамаша ответ! - Галка махала письмом перед носом мужа.
   - Ты что, написала им письмо? А почему мне ничего не сказала?
   - И чтобы это изменило? Ему не сказала?! - Галку всю трясло от возмущения. - Если меня они не услышали, то какой толк бы был от тебя?!
   - Вообще это было не очень хорошей затеей, просить помощь у родителей. Сами справимся как-нибудь...
   - Сами справимся? Ты в своем уме? Мы когда сюда приехали? И до сих пор ни жилья, ни работы. Все свои запасы растрынькали и живем на Лизкины алименты. Вот коль ты такой умный, чтобы через неделю у тебя была нормальная работа! И позаботься, будь добр, о жилье!- Галка с презрением бросила письмо в лицо Геннадию. - И еще. Я больше ничего не хочу слышать об этих людях! Ты все понял?
   - Да, все понял... - Геннадий понял, что родителей он потерял навсегда. Зыбкая надежда на крепкие отношения с ними, появившаяся когда-то благодаря Галке после рождения Николаши, теперь казалась ему лишь жестокой насмешкой судьбы.
  
   Так они и жили в постоянных разборках, ругани и обвинении всех и всяк в своих бедах.
   Сначала поселились в частном доме в селе Троицкое, что недалеко от знаменитых Кремёнок. Во время Великой Отечественной войны Кремёнки стали рубежом, дальше которого немцы не прошли, здесь в течение двух месяцев шли ожесточенные бои на подступах к Москве.
   В Троицком Галку настигло горе - от сердечного приступа умерла Аннушка. Умерла тихо, не слышно, во сне.
   Аннушку похоронили, как положено, даже сообщили о ее смерти Старостину, на случай, если вдруг он захочет приехать, чтобы проводить ее в последний путь. Но он не приехал.
   Для Галки смерть матери стала своего рода сигналом, что госпожа Удача оставила ее. В доме, где умерла Аннушка, Галка категорически отказывалась жить. Пришлось переезжать в съемную квартиру в городе Протвино.
   Уже в Протвино Меренковым пришлось еще несколько раз поменять место жительства, пока Геннадий наконец-то не устроился завгаром в одно престижное учреждение. Вот тогда наконец-то им удалось получить две комнаты с подселением в трехкомнатной квартире. В соседях у Меренковых оказалась молодая семья с маленьким ребенком. Но Галку этот факт даже не расстроил, она посчитала, что наконец-то ситуация начала меняться в лучшую сторону.
   ...Лизонька к этому моменту уже училась в третьем классе. И, конечно, до нее никому не было дела. "Родственники" были заняты решением бытовых проблем. Единственно, Геннадий побеспокоился о восстановлении Лизы в музыкальной школе, когда семейство перебралось в Протвино. В общеобразовательной школе у Лизы складывалось все неважно: и учеба, и взаимоотношения с одноклассниками оставляли желать лучшего. В школе ровесники с ней не общались, постоянно дразнили "дикаркой", подкарауливали в безлюдных местах, издевались и морально, и физически.
   Но Лиза стойко переносила все тяготы своей детской жизни и никогда ни словом, ни полусловом дома об этом не заикалась. Она понимала, что и там ей никто не поможет. Она просто верила, что когда-нибудь эти страдания закончатся, ведь все когда-то заканчивается.
   Лишь музыкалка была для Лизоньки отдушиной. Только там она себя чувствовала личностью, там, где заметили ее музыкальные способности, там, где к ней нормально относятся и взрослые, и сверстники, там, где она бывает по истине счастлива.

Глава 11

   ...Зинаида Петровна Бачинская, бывшая заведующая роддомом, последние годы жила в полном затворничестве. После случившегося в ее роддоме, почва под ногами у старого заслуженного врача была выбита напрочь. Девчонки с родильного отделения с тех пор ее постоянно навещали, переживали, чтобы она, в конце концов, не осталась совсем одна. Но Зинаида Петровна все больше и больше замыкалась в себе, не хотела ни с кем встречаться.
   Она до сих пор носила траур по Оленьке, все время вела о ней разговоры, как будто та жива, лишь вышла на минутку из комнаты и вот-вот вернется. Постоянно твердила, что ей надо написать письмо какому-то Володе и объяснить, как все произошло. Но кто этот Володя, и что надо объяснить, никто так и не мог понять.
   Соседи и бывшие коллеги по работе сошлись в едином мнении, что у Бачинской все же случилось небольшое помутнение рассудка - она так и не смогла пережить своего горя. Но так оставлять было нельзя, всем хотелось помочь старой больной женщине. Коллегиально решили поместить Зинаиду Петровну в элитную клинику для престарелых людей, там ей гарантирован был хороший уход. Да, к тому же, данное учреждение когда-то создавалось именно для таких, как Бачинская, для бывших медиков, для людей, которые внесли огромный вклад в медицину и состарились в одиночестве.
   Зинаида Петровна согласилась перебраться в клинику, она и сама понимала, что больше ей оставаться одной нельзя - дни уже практически были сочтены. Единственным условием Зинаиды стала просьба пригласить нотариуса, чтобы зафиксировать официально какую-то "свою" волю. Коллеги были удивлены выдвинутому условию, но, нотариуса все же пригласили.
   Накануне своего отъезда Зинаида Петровна написала письмо на имя Владимира Швагеруса. Каково было его содержание, никто не знал - Бачинская побеспокоилась о том, чтобы информация, содержащаяся в письме, осталась конфиденциальной.
   Девушка-нотариус, Оксана Сизова, оказалась милой девушкой. Когда Бачинская ввела ее в курс дела, выяснилось, что, оказывается, Оксана и Володя, бывшие одноклассники. Данный факт очень обрадовал старую акушерку, она посчитала, что это хороший знак и, что до Володи ее письмо обязательно дойдет. И может быть там, "наверху", отпустят ее страшный грех:
   - Я, конечно, не доживу до возвращения Володи, поэтому и написала это письмо. Но может это и к лучшему... не смогу смотреть ему в глаза, после всего, что я натворила... - она как будто хотела выговориться впервые за много лет. - Но он обязательно вернется, я знаю. Он ведь просто в командировке... Вот тогда, молю Вас, обязательно его найдите. Пусть он прочитает мое письмо... Тогда он все поймет и простит, может быть, меня...
   - Не переживайте, Зинаида Петровна! Я обязательно исполню Вашу волю, чего бы это мне не стоило. Будьте спокойны! - Оксана нежно погладила теплую руку своей престарелой клиентки.
   Конечно, сути письма Бачинская нотариусу не раскрыла, но дала ей понять, что это очень и очень важно. Важно для Володи и еще для одного невинного человека.
   - Оксаночка, кроме письма, есть еще одно дело. Я хочу составить завещание. Так случилось, что на старости лет у меня оказалось имущество, по сути, не мое имущество, но которое представляет огромную ценность, а оставить это все мне теперь не кому, Оленьки ведь больше нет... - на глазах Зинаиды навернулись слезы, но она поспешно их смахнула. - Так вот, я хочу, чтобы все досталось одной милой девочке, Лизоньке Меренковой. Нас многое с ней связывает, и я решила, что только это дитё может все унаследовать. Конечно, только тогда, когда станет совершеннолетней. Не раньше. А то ее ушлая мамаша все приберет к рукам и девчонке ничего не достанется.
   - Но, кажется, семейство Меренковых выехало из Таджикистана? - замешкалась нотариус. - По крайней мере, до меня дошли такие слухи...
   - Да, Оксана, Вы правы. Они выехали. И это будет вторым сложным Вашим заданием. Пожалуйста, не подведите старуху. Поверьте, это очень важно. Важно для Лизоньки, для ее будущего... - Бачинская очень волновалась, она понимала, что от этой молодой хрупкой девчонки далее зависит будущее двух родных друг для друга людей.
   - Будьте спокойны, это мой долг... Теперь давайте обсудим все детали завещания и условия их выполнения и назначим исполнителя завещания ...
   Оксана Сизова еще долго пробыла в гостях у Зинаиды Петровны. Но после ее ухода старушку впервые за много лет увидели со счастливым и просветленным лицом:
   - Ну, все. Вот теперь я готова... - что она имела в виду, никто так и не понял.
   На следующий день девчонки дружно проводили Зинаиду Петровну в клинику, а через неделю пришло грустное сообщение, что ее не стало...

Глава 12

   Прошло пять лет... Лизе исполнилось пятнадцать лет, она закончила восьмой класс общеобразовательной школы, а значит, пришло время, идти учиться куда-то дальше. Дальнейшее обучение в школе, естественно, не обсуждалось в семье Меренковых. Слишком плохо для этого Лиза училась. В ее аттестате была одна единственная положительная оценка - по музыке, по остальным же предметам кое-как были натянуты тройки. Нездоровая обстановка в семье и школе явились прямым следствием такого плачевного образовательного уровня Лизы.
   Зоя Петровна Музыка, преподаватель музыкальной школы, у которой Лиза училась, считала, что девочке с ее данными обязательно надо поступать в Калужское музыкальное училище. Но мачеха, Галина Анатольевна, была против категорически. Ведь в случае отъезда Лизы, пришлось бы и алименты ей отправлять. Разве она могла такое допустить - эти деньги были нужнее ей и ее сыну Николаше: "А Лизка перебьется. Учиться можно и в Серпухове, под носом. Да и расходов будет меньше". Таковы были рассуждения главного члена семьи.
   Так и пришлось Лизе поступать в обыкновенное педучилище в Серпухове. Правда, именно в этот год на счастье Лизы набиралась музыкальная группа. Туда она и была зачислена.
   С этого момента у Лизоньки началась абсолютно новая жизнь. Впервые в жизни у нее появились подруги, девчонки-одногруппницы. Особенно близко Лиза подружилась с Ириной Ефимовой - она тоже жила в Протвино. С Ириной вместе готовились к занятиям, вместе ездили в училище, вместе проводили свободное время, в общем, все делали вместе.
   В педучилище учеба у Лизы как то сразу наладилась, и, постепенно, она оказалась в числе лучших студенток своей группы. А со второго семестра Лизонька стала получать повышенную стипендию. Она была горда собой. Оказывается не все так плохо, как пытались ей внушить в школе и дома. Просто изменились условия, да и отношение к ней в училище было совершенно другое, и этого оказалось вполне достаточно. Но больше всего за нее был рад Геннадий, потому что он всегда верил в способности падчерицы, видел ее потенциал.
   Одно огорчало Геннадия - Галка забирала у Лизы стипендию всю до копеечки, даже не оставляла ей ничтожной суммы на питание в училище. Но сама Лиза не унывала. Она считала, что лучше пусть мачеха забирает всю стипендию, чем постоянно будет ее третировать. И в этом был определенный резон.
   Геннадий, конечно, периодически старался подкидывать Лизоньке деньги, втихаря от жены. Но это было очень редко. У Геннадия даже не было карманных денег, все средства были в распоряжении Галки. И в те редкие дни, когда оставалась сдача от покупки продуктов, и удавалось схитрить перед женой, тогда Геннадий мог хоть что-нибудь Лизе дать. Лиза, конечно, была ему бесконечно благодарна в такие минуты, потому что у нее появлялась возможность наконец-то пообедать в училище. А когда денег не было вовсе, то Лиза вообще целый день ничего не ела, в лучшем случае ее угощала пирожком верная подружка Иринка.
   Но этих неудобств Лиза старалась не замечать. Для нее главным было получить образование, пусть пока среднее специальное, но образование, стать самостоятельной и, наконец-то, уехать подальше, куда глаза глядят, от этой семейки.
   Лизе нравилось учиться. В группе подобрались замечательные девчонки и, самое главное, была очень душевная классная руководительница Алевтина Борисовна, которая "болела" за своих подопечных всей душой. На втором курсе Алевтина Борисовна, психолог по образованию, понимающая, что кроме учебы должен быть и отдых, предложила девчонкам организовать вечер встречи с курсантами второго курса военного училища. Ведь какой же может быть вечер без мальчиков, это же не интересно. Стимул должен быть, тогда будут и результаты хорошие в учебе.
   Первая вечеринка удалась на славу. Потанцевали, повеселились, организовали символический фуршет. У многих девчонок завязались с ребятами серьезные отношения. Но не у Лизы. Она чувствовала себя не в своей тарелке, ведь впервые вот так близко общалась с молодыми людьми. Ужасно смущалась, когда ее приглашали танцевать, не знала, как себя вести с противоположным полом. Но это было только началом другой жизни Лизы, жизни, в которой было место и любви, и серьезным планам на будущее.
   Алевтина Борисовна старалась как можно чаще делать своим подопечным подобные "подарки" - то вечеринки позволяла устраивать, то билетики на дискотеку раздавала лучшим студенткам, которая проходила в клубе "Авиатор" при военном училище. За билеты в "Авиатор" в группе каждый раз была настоящая битва, всем хотелось попасть в столь престижное заведение, где можно было запросто найти себе достойного мужа. Лизе редко удавалось попасть в "Авиатор", хотя она и была одной из лучших студенток. Ее либо мачеха не пускала из вредности, либо не с кем было пойти из девчонок, либо просто не было денег на дорогу.
   Но в тот раз Лизоньке и ее подружке Иринке, удалось попасть на танцевальный вечер. И оказался этот вечер для Лизоньки судьбоносным...
   ... Иринка сразу испарилась со своим давнишним знакомым в глубине зала. Лизонька одиноко стояла одна в сторонке. Она стояла и думала о том, что на нее никто из парней не обращает внимания: "Как-то стыдно вот так стоять возле стеночки и смотреть, как все остальные девчонки танцуют... Наверное, нет смысла сюда приходить... лучше буду дома готовить курсовой проект..."
   За такими грустными мыслями Лизонька не заметила, как чуть поодаль в сторонке стоит голубоглазый высокий курсант и не спускает с нее глаз. Со стороны было видно, что Лиза привлекла его внимание к себе, но он ввиду своей молодости и, скорее всего, неопытности ни как не мог решиться к ней подойти. И в тот момент, когда Лиза уже решила найти Иринку, чтобы предупредить ее о своем возращении домой, он, наконец - то, пригласил ее на медленный танец.
   Его звали Игорь. Он оказался очень галантным, нежным, предусмотрительным. Чтобы Лизу больше никто не мог пригласить на танец, Игорь и после медленного танца не отпускал ее рук из своих. Лиза чувствовала, как Игорь волновался, и в этом волнении было что-то такое трогательное, что-то такое близкое и родное. Такие чувства Лиза ни к кому и никогда в своей жизни не испытывала. Так этим вечером зародилась любовь двух молодых людей...
  
   ... С этого дня Лиза поняла, что она нисколько не хуже других, что и она может не просто мечтать о личном счастье, но и запросто стать счастливой и любимой.
   Практически каждые выходные Лиза и Игорь проводили вместе. У них столько было общего, они понимали друг друга с полуслова, с полу взгляда, как будто знали своего любимого всю жизнь. Оба находились в таком состоянии, когда ты не можешь найти себе места, если её или его нету рядом, когда ты не можешь есть, не можешь спать и только думаешь о ней или о нём... Когда ты находишься рядом с любимым человеком и тебе не нужны разговоры, тебе нужен только один его взгляд, один его вздох.... И ничего в этой жизни кроме него не нужно...
   Лиза и Игорь очень серьезно относились к своему чувству. Они даже вместе решили, что, как только Игорь перейдет на старшие курсы, они сразу поженятся. Они бы и сейчас связали себя узами брака, но Игорь жил в казарме. Курсантам лишь на четвертом курсе разрешалось жить в общежитие или, если ты женат, снимать квартиру. А потерпеть юным влюбленным надо было всего годик...
   ...В народе говорят: "Бойтесь своих желаний, они имеют свойство сбываться". Это высказывание может и работает, но только не в отношении Лизы.
   В семействе Меренковых вновь наступил очередной этап смены места жительства. На этот раз свое желание переехать Галка мотивировала тем, что в Подмосковье ей не климат, у нее, оказывается, больное сердце. Надо возвращаться в теплые края. Конечно не в Таджикистан, но куда-то туда.
   В ходе активных поисков Галка и Геннадий остановили свой выбор на Киргизии. В городе Фрунзе менялась трехкомнатная кооперативная квартира на трехкомнатную служебную квартиру в Протвино. Этот вариант показался Меренковым идеальным. Сразу заполучить квартиру в собственность - это дорого стоит. Хотя, не так давно Галка была рада и малому. Их соседей по коммуналке отселили в отдельную квартиру, а Меренковым оставили это жилье в качестве служебного. Живи и радуйся. Но нет же, как говорится, аппетит приходит во время еды.
   Мысль о переезде во Фрунзе как паранойя сидела в голове у Галки. Ее опять ни сколько не заботило, смогут ли они на новом месте наладить свой быт, трудоустроиться, в конце концов. Дети вообще не брались во внимание. Хотя Лиза скрывала свои отношения с Игорем и считала, что домашние не знают, Галка, естественно, была в курсе происходящих событий в жизни девчонки. Просто она решила делать вид, что ничего не замечает, решила подыграть Лизе.
   Галка прекрасно понимала, что Лизка нашла отличный вариант для замужества. Этот "вариант" в лице Игоря еще успеет покормить и ее семью, Галкину. Но, пока не надо торопить события. Во-первых, Лизе еще целый год получать совсем не маленькие алименты, и если она выскочит замуж, то это право тут же потеряет. Галка этого позволить не могла. Во-вторых, Лизке всего семнадцать лет.
   Эти соображения привели Галку к определенному выводу: "Нельзя допустить слишком раннее замужество Лизы, надо корову по имени Володя Швагерус подоить до конца. Значит, Лизка поедет с нами в Киргизию. А то чего доброго забеременеет от этого Игоря, и все мои планы полетят вверх тормашками". Геннадию такое решение было объяснено совершенно в другом ракурсе:
   - Лизоньке надо учиться. И мы должны процесс обучения держать на контроле, потому что вся ответственность лежит только на нас.
   - Ты думаешь, Галочка? Ведь середина третьего курса у Лизы. Осталось всего ничего до окончания учебы.
   - Да, Геннадий. Я думаю, так будет правильней. Конечно, ей придется привыкать к новому коллективу. Зато голова у Лизы не будет занята молодыми людьми. Учиться, учиться и еще раз учиться, как завещал великий Ленин... - Галка явно издевалась над ним.
   - Ну, да... Ну, да... - Геннадий понимал, что спорить бесполезно и в душе жалел Лизу.
  
   ...Когда Лиза узнала о планах родственников, у нее случилась истерика. Она рыдала весь день. Но самое печальное было то, что она ни как не могла сообщить об этих событиях Игорю, ведь следующая встреча была намечена аж на воскресенье. А отъезд обещал быть скоропостижным, дня через три, не позже.
   Лиза, молча, стояла у окна, сглатывала слезы и судорожно думала о том, что делать: "Господи, это - конец. Когда я не приду на свидание в воскресенье, Игорь подумает, что я его бросила... что делать?" О том, что им придется с Игорем расстаться, возможно, даже на длительное время или навсегда, Лиза просто не могла себе представить.
   Но ничего поделать было нельзя. Единственно разумным шагом в этой ситуации было предупредить свою подругу Ирину Ефимову, оставить ей свой новый адрес и попросить, чтобы она, во что бы то ни стало, передала его Игорю. На том Лиза и Иринка порешили. Подружка как могла, успокаивала Лизу и поклялась, что сделает все возможное, чтобы помочь близкой подруге. По-другому и быть не могло, девчонки всегда друг друга поддерживали и выручали.
   Со свойственной им прыткостью семейство Меренковых оформило все документы на обмен квартир, отправило контейнер с вещами и уже через три дня отправилось на новое место жительства.
   Так внезапно любовь Лизы и Игоря подверглась бесцеремонному испытанию, разыгранному как по сценарию все той же судьбой по имени Галка...

Глава 13

   Фрунзе встретил Лизу тепло. Его мягкий и теплый климат, удивительная природа, особенно пирамидальные высокие тополя, смягчили сердце несчастной девочки. Лиза на время смирилась со своей участью современной "Джульетты": "Ничего, я потерплю! Лишь бы у Игоря было все хорошо!.. Все равно все будет так, как мы запланировали!"
   0x01 graphic
  
  
   Педагогического училища, как в Серпухове, во Фрунзе не было. Поэтому пришлось Лизе восстанавливаться в музыкально-педагогическое училище. Из-за большой разницы программ Лизу зачислили на курс ниже, вместо третьего - на второй. В другой ситуации она бы сильно переживала из-за этого. Но не теперь. Теперь ее больше волновал вопрос дальнейших взаимоотношений с Игорем, который сейчас очень далеко от нее и для которого, наверняка, ее отъезд стал полной неожиданностью.
   Учеба в новом коллективе сложностей у Лизы не вызвала. Однокурсники относились к ней как к настоящей звезде, ведь она приехала "почти из Москвы". Для местной молодежи это было важным фактором. А для Лизы было важным, чтобы отношения в новом учебном коллективе сразу сложились нормальные. Ей не хотелось, чтобы еще и в этом вопросе были проблемы. Но, фактор "почти из Москвы" сработал в пользу Лизоньки.
   Учиться Лизе было легко, преподаватели к ней относились хорошо и многие предметы во время сессии просто ставили "автоматом", потому что были уверенны, что у данной студентки знания на должном уровне. Один минус все же был. Первый семестр учебы в этом училище Лиза не получала стипендию в связи с тем, что она была восстановлена, а не переведена, как обычно это делается. Для того, чтобы оформить перевод должным образом, требовалось время. А Меренковы не намерены были ждать, они поставили перед собой цель - как можно скорее завладеть заветной квартирой. Поэтому Лизе пришлось просто забрать документы в Серпухове, как на отчисление.
   Галка была в не себя от ярости по поводу отсутствия стипендии. Она проедала Лизе плешь ежедневно, грозила ей расправой в случае, если она и в следующем семестре останется без стипендии. И все доводы Лизы о том, что эта ситуация возникла из-за переезда, для Галки не были оправданием. По ее мнению, во всем, как и всегда, была виновата Лиза.
   А Лиза спокойно сносила все гонения со стороны мамаши. Она убедила себя, что надо немного потерпеть, скоро все закончится. Вернее Лиза была намерена сразу по исполнению восемнадцати лет собрать свои вещи и, даже если не сложится с Игорем, начать самостоятельную жизнь. Причем так Лиза думала, еще не зная, что Галка не ее мать.
   На тот момент она знала только то, что Геннадий - ее отчим, а настоящий отец Владимир Швагерус. У Лизы даже была фамилия "Швагерус". На этом в свое время настоял Володя, однажды позвонив на домашний номер и заявив матери буквально следующее:
   - Если ты хочешь и дальше получать алименты на Лизу, то у нее должна быть моя фамилия, а не твоя девичья.
   - Хорошо, у твоей Лизы будет фамилия "Швагерус". Это все условия?- Галка довольно спокойно отреагировала на телефонный звонок Володи. Она готова идти на все, лишь бы как можно дольше получать эти деньги.
   - Да, это все условия. Остальное я дам Лизе сам, когда ей будет восемнадцать. Но учти, я долго ждать не буду. Если ты начнешь морочить мне голову со сменой фамилии, приму меры. Ты меня знаешь.
   - Да, все поняла я. Мне некогда. Пока. - Галка постаралась сделать разговор очень коротким, чтобы не бередить свои душевные раны.
   Вот так Лиза и стала Швагерус.
  
   ...По несколько раз на день Лиза проверяла почтовый ящик. Она с волнением ждала хоть какой-то весточки от любимого, надеялась, что Иринке удалось встретиться с Игорем и передать информацию о Лизе.
   И вот наконец-то этот счастливый день настал. Лиза открыла почтовый ящик и достала из него сразу четыре письма на свое имя. Одно было от Иринки, а три сразу, ура, от Игоря. Счастью Лизы не было предела. Она сидела, закрывшись в своей и комнате, и без устали еще и еще раз перечитывала письма любимого. Все встало на свои места, Игорь отнесся к Лизиному отъезду с пониманием. Теперь в ее душе наступило умиротворение, и она почувствовала, что морально стала еще сильнее. Теперь она совсем не будет реагировать на провокации со стороны своих "сердобольных" родственников.
   Теперь она отчетливо видела, как будет складываться ее жизнь в ближайшем будущем, ее жизнь только с Игорем, без Меренковых...
   Через год летом Игорь приехал к Лизе и прогостил у нее целую неделю. Оказывается, ему было почти по пути, потому что родители Игоря жили в соседнем городе с выразительным названием Алма-Ата. Несколько часов на автобусе, и вот он - на месте.
   Надо заметить, что в те дни, когда Игорь гостил у них, Галка вела себя очень предусмотрительно, интеллигентно, даже пыталась позиционировать себя, как светская дама. То, что Галка загубила в себе актерский талант, сомнений не было. Было видно, что она тщательно скрывает свое истинное лицо. Лиза, конечно, была удивлена подобным метаморфозам: "С чего бы такие перемены? Интересно..." Но расслабляться не стала, так как знала, что мать может выкинуть все, что угодно и в самый не подходящий момент. Игорю, на всякий случай, опасаясь возможного неординарного поступка со стороны матери, Лизонька рассказала об особенностях своей жизни в семье Меренковых, обо всех жизненных перипетиях. Поэтому Игорь, понимая, что, скорее всего Галка затеяла какую-то свою игру, эту игру, конечно, принял. Но внимательно присматривался к будущей теще, и нет-нет да какие-то несоответствия все же подмечал.
   Но Лизонька волновалась зря, недельное свидание с Игорем прошло замечательно. Они ходили в парк развлечений, катались на колесе обозрений. Смотрели в кинотеатрах новые картины, из которых особенно запомнилась им "Маленькая Вера". Загорали на пляже, гуляли по улицам Фрунзе. И все это время, чем бы они ни занимались, они обсуждали свою дальнейшую совместную жизнь.
   Накануне отъезда в Алма-Ату, Игорь сделал Лизоньке предложение. А вечером оповестил и ее родственников, предварительно собрав их всех вместе. Причем он даже у них не попросил разрешения, или как принято говорить, благословения. А просто объявил, что они с Лизой решили пожениться:
   - Нам ничего не мешает пожениться, даже возраст Лизы - через полтора месяца ей исполняется восемнадцать лет. Свадьбу будем играть зимой, в январе месяце, когда у меня будет отпуск. Надеюсь, что Вы, Галина Анатольевна, и Вы, Геннадий Николаевич будете почетными гостями на нашей с Лизонькой свадьбе. - Игорь подавал информацию таким тоном, который не требовал возражений. Если бы он только знал, что это послужит позже очередным поводом для издевательств над любимой... Но в тот момент все спокойно слушали объявление о принятом решении и виду не подавали, что кого-то что-то не устраивает.
   Галка сидела со смиренным видом на диване, но мозг ее сверлили нешуточные мысли: "Ты посмотри-ка, какая стала самостоятельная!.. Они, видишь ли, решили поженится... Хоть бы совесть поимели и для виду посоветовались с родителями...Так, нет! Ну, ничего! Вот уедет твой хахаль, я с тобой разберусь!...".
   Игорь, зная, что, с семьей у Лизы складываются не очень здоровые взаимоотношения, специально выбрал такую тактику. Он понял, что необходимо сразу отсечь возможные вклинивания в их с Лизой планы со стороны ее семьи. И, оказался прав. Родственники ни слова против не сказали, просто приняли к сведению. Хотя некоторые члены и затаили "камень за пазухой"...
   После отъезда Игоря Лиза жила только их совместным будущим, скорой свадьбой. Свадьбу решили играть в Алма-Ате, родители Игоря сразу все обязательства по организации торжества взяли на себя. Меренковы же наоборот посчитали, что у них не то материальное положение, чтобы вкладываться в эту свадьбу. Достаточно будет того, что они будут присутствовать в качестве родственников со стороны невесты.
   Чем меньше времени оставалось до свадьбы, тем беспокойней становилось на душе у Лизы. Она боялась, что в последний момент все сорвется, что-то или кто-то помешает их с Игорем планам, и ей придется вновь находится бок о бок с Меренковыми. В первую очередь таким непредсказуемым фактором Лиза считала мать. И не случайно.
   Галка после отъезда Игоря стала вообще не терпимой по отношению к Лизе. Это было объяснимо. Она понимала, что скоро окончательно утратит власть над этой ненавистной девчонкой. И пока не знала, как эту ситуацию исправить. Но кое-какие мыслишки по этому поводу у Галки все же время от времени рождались. Она решила так: помешать свадьбе, а значит поставить Лизку на место, можно было только на самой свадьбе. Постепенно план мести был ею утвержден:
   - ...Главное, раньше времени все не испортить... они все увидят, кто здесь главный организатор... Я их научу уму разуму! Будут знать, к чему может привести нежелание все согласовывать со мной... Спрашивать разрешения у меня...Скоты... - месть была главной задачей Галки на ближайшее время.
  
   ... Наступил день свадьбы. Лиза была слегка бледной от волнения. Ей до сих пор не верилось, что этот долгожданный день наступил, наступил день, когда она обретет любимого, обретет в его лице опору и защиту, обретет в его лице соратника по жизни.
   На свадьбе в основном все гости были со стороны жениха. Со стороны невесты были только мать с отчимом, брат Николаша да две училищные подружки, Наташа Тарадина и Люба Кириченко.
   На улице стоял морозный январь. Но на это виновники торжества не обращали внимания. Они были счастливы. Свекровью все было организовано на высшем уровне: шикарно засервированный свадебный стол, катания на машинах, посещение высокогорного катка "Медео". Лиза и Игорь были счастливы.
   Застолье проходило тоже в теплой обстановке, собрались все близкие и родные семьи Шутовых. Молодых от души поздравляли, дарили первые семейные подарки. Торжество вел эпатажный сослуживец матери Игоря, Талас, казах по национальности. Вечер проходил на одном дыхании. Во второй части торжества, уже ближе к вечеру, вся молодежь уединилась, а вернее, в соседнем помещении спонтанно была организована дискотека. И теперь, во время дискотеки, Игорь и Лиза могли слегка расслабиться, отдохнуть от гостей, немножко побыть наедине...
   ...Вечер уже подходил к концу, когда случилось это. Вдруг началась непонятная суета, беготня. Кто-то из гостей кричал: "Скорей, скорую, скорую вызывайте!" Лиза и Игорь стояли, опешив, и не могли понять, что происходит. И только тогда, когда Наташка Тарадина, однокурсница Лизы, запыхавшись, кое-как смогла из себя выдавить "Там твоя мама...", стало понятно, что Галина Анатольевна все же "отличилась".
   Лиза рванула в основной зал, Игорь - за ней. Первое, что они увидели - это толпу гостей, которая собралась в центре зала и что-то внимательно разглядывала. Когда Лиза подошла ближе, то она увидела, что мать лежит на бетонном полу в неприглядном виде, с зеленым лицом, трясущимися руками и безумным взглядом. Геннадий ползал возле нее на коленях и плакал, как маленький:
   - Галочка, ну зачем ты это сделала? Галочка, ну как же я без тебя?... - Но Галочка его не слышала. Было видно, что она пыталась сфокусировать на ком-то взгляд и ей это никак не удавалось. Лиза смотрела на эту картину и ловила себя на мысли, что в этом есть что-то неестественное.
   Чья-то рука тихонько, но настойчиво подтолкнула невесту в спину, чтобы она подошла к матери. Лиза присела возле Галки на корточках и только тогда заметила, что возле матери валяется пустой пузырек из-под неизвестного лекарства и несколько белых капсул. "Специально напилась... решила все же испортить мне торжество..." - промелькнула мысль в голове Лизы. В ее взгляде было нескрываемое презрение. В этот момент Галка дала понять, что хочет что-то сказать дочери, Лиза наклонилась к ней ближе:
   - Если ты не откажешься... от своего Игоря... прямо сейчас..., при всех..., я тебя прокляну!... - Галка тяжело задышала, ей все больше не хватало воздуха. - И моя смерть... будет на твоей совести... Все... - она откинулась в бессилье на спину.
   Несмотря на безумное состояние, Галкин взгляд был очень пронзительный, как у ведьмы. Но Лизу это не испугало, как бывало в другие времена, она наклонилась к самому уху матери:
   - Я люблю Игоря! И никогда, слышишь, тем более ради тебя, от него не откажусь! Ты зря все это затеяла! Меня это нисколько не трогает, я научилась этому у тебя! Помрешь - значит помрешь! Это был твой выбор! - Лиза шептала слова матери на ухо, но в них звучало столько твердости духа, которая удивила даже саму Лизу.
   Затем Лиза резко поднялась с колен и громким голосом объявила гостям:
   - Мама просила извиниться за свою неловкость перед всеми, а особенно перед Игорьком! Она выпила не то лекарство, а заметила это поздно. - Лиза с любовью смотрела на мужа. - А еще мама попросила, чтобы мы поклялись друг другу в вечной любви публично. И я при всех заявляю, что очень, очень, очень люблю своего дорогого Игоря! И при всех обещаю, что сделаю все возможное, чтобы нашу любовь ничто и никто не посмел разрушить! Ну а маму мы на ноги поставим, в этом сомнений нет!
   Гости восторженно слушали Лизу, и никто ничего не заподозрил. Только один Игорь понял, в чем дело.
   Не успела Лиза закончить свое "показательное" выступление, как прибыла бригада скорой помощи. Галку уложили на носилки, все гости вывалили на улицу, провожая потерпевшую до машины, а Игорь со своими друзьями вызвался ее сопроводить в больницу. Лизу с собой не взяли, да она особенно и не хотела.
   После случившегося свадьба пошла на убыль. В ресторане остались только самые близкие и родные. Геннадий сидел за столом, закрыв лицо руками. Но было заметно, что он плакал, как ребенок. А Николаша подошел к Лизе и вдруг заявил:
   - Какая все таки сволочь! Да? Решила испортить всю свадьбу! - Лиза смотрела на него изумленными глазами, а он продолжал, как ни в чем не бывало. - На моей свадьбе ноги ее не будет. А если появится без спроса, получит по роже! Я от нее такого не ожидал! А отец, посмотри, как слюнтяй, сопли распустил...
   - Он просто очень расстроен, ты же знаешь, как он ее боготворит. Не осуждай его. Иди, поддержи его! Побудь с ним. Хорошо? - Лизе не хотелось еще больше нагнетать ситуацию.
   - Хорошо, Лиза, я попробую его успокоить. - Брат на удивление легко поддался на просьбы сестры, чем очень удивил. Такого Лиза от него не ожидала. Видимо, что-то человеческое в Николаше еще осталось, раз он не встал на сторону своей матери.
   Брачной ночи, само собой, у молодых не было, потому что, Игорь просидел в больнице чуть ли не до утра, пока не убедился, что кризис у "больной" миновал. Но Лиза не расстроилась. Для нее было важным, что они с Игорем любят друг друга, и ничьи выходки их не разлучат. А брачных ночей у них будет еще тысяча и одна ночь...

Глава 14

   На второй день свадьбы остались только самые близкие, обстановка была домашняя. Лиза и Игорь чувствовали себя уже уверенней и выглядели умиротворенными, хотя очень устали после вчерашнего дня.
   С утра молодые чествовали родителей, одаривали их подарками. После одаривания молодые супруги по старой русской традиции просили разрешения называть родителей своей второй половины мамой и папой. Эта церемония оказалась самой трогательной. Мама Игоря не могла сдержать слез благодарности. Геннадий так же был под впечатлением всего происходящего, ведь у него в свое время не было никакой свадьбы. И все, что происходило сейчас, стало своеобразным открытием традиций зарождения новой семьи, и, одновременно, жалости к самому себе, к своей никчемной семейной жизни.
   Присутствующих гостей сразу взволновал вопрос, как быть с матерью Лизы, ведь она находится в больнице, а ей ведь так же надо отдать дань. На что Игорь сразу ответил, что "ей так же приготовлен особый подарок, который растопит ее наболевшее сердце. И сразу после обязательной части второго дня они с женой поедут в больницу к теще, там и вручат ей подготовленный подарок".
   Когда стало возможным оставить гостей праздновать рождение новой семьи дальше уже без молодоженов и все обязательные элементы второго дня свадьбы были проиграны, Лиза и Игорь собрались навестить Галку. В подарок Игорь еще до свадьбы приготовил ей очень красивый чайный сервиз "Мадонна", который в те времена невозможно было купить без блата. И, хотя такой подарок после всего произошедшего был явно не уместным, Игорь от своих намерений отказываться не собирался.
   Геннадий, к удивлению Лизы, категорично отказался ехать вместе с ними, сказав, что ему противно видеть "это чудовище". Такое заявление слегка шокировало Лизу, ведь Геннадий всегда просто боготворил свою жену:
   - Странно... - прошептала Лиза на ухо Игорю. - Вчера еще лил крокодильи слезы по ней, а сегодня уже не хочет ее видеть... Неужели за ночь человек переосмыслил всю ситуацию?.. Да... - Лиза выразительно посмотрела на Игоря. А тот в ответ только пожал плечами, не зная, как прокомментировать.
   Николаше молодожены даже не стали предлагать ехать вместе с ними к матери. Все его поведение говорило о том, что ему все равно, как она себя чувствует.
   Когда Лизонька и Игорь прибыли в приемный покой психоневрологического отделения городской больницы, то их вначале не хотели вообще пускать. Но Игорь проявил всю свою тактичность и добился встречи с дежурным врачом.
   Врач оказался мужчиной преклонного возраста, с очень уставшим лицом, и явно не спавшим всю ночь. Он сразу обратился к Лизе с вопросом:
   - Как я понимаю, Вы дочь поступившей вчера пациентки Меренковой?
   - Да, совершенно верно, доктор. Скажите, как Галина Анатольевна? Можно ли ее увидеть?
   - Увидеться-то можно. Но, я бы, конечно, посоветовал Вам, отложить встречу с матерью. Мне, кажется, это рандеву доставит Вам только одни неприятности. Извините, за прямолинейность, но таких клиентов, как Галина Анатольевна, даже я со своим врачебным опытом встречал не часто. Она пока не контролирует свое поведение, хотя находится в здравом уме. Но, решать Вам...
   - И, все-таки, доктор, мне хотелось бы увидеться. Ведь вчера у нас была свадьба, которая так нелепо закончилась. Хочется все исправить, наладить отношения, да и поздравить маму с тем, что она впервые стала "тещей".
   - Ну что ж, Ваше право. Но я Вас предупредил. Да, у нас правила - в палате вы можете находиться не более десяти минут, поэтому постарайтесь уложиться по времени... - доктор пошел прочь, заложив руки за спину.
   ... Лизонька и Игорь потихоньку зашли в палату. Увиденное впечатлило. Палата оказалась достаточно большой, примерно на десять коек. И все они были заняты пациентами. Страшное зрелище предстало глазам молодых людей. Больные все были в бессознательном состоянии, отовсюду торчали трубочки, работали какие-то странные аппараты.
   Лиза сразу увидела мать и по ее внешнему виду поняла, что доктор был прав. Ее лицо было серозным, глаза, как две черных колючки, волосы взъерошены, сухие потрескавшиеся губы что-то беззвучно шептали. Она тоже сразу увидела Лизу и смотрела на нее не мигающим взглядом, от которого Лизе чуть не стало дурно. Но Игорь, как ни в чем не бывало, прошел к кровати Галки решительным шагом:
   - Ну, привет, тещенька, - весь его тон говорил о том, что он готов забыть о вчерашних событиях. - Как самочувствие? Вижу, что все нормально. По крайней мере, выглядишь лучше, чем вчера вечером.
   Игорь все это говорил Галке спокойно и непринужденно, но сам при этом смотрел в сторону. Видимо ему все же было противно к ней обращаться, и делал он это через силу, только ради Лизы.
   Игорь поставил на тумбочку красиво упакованный подарок и впервые за все время посмотрел в лицо Галке:
   - А это от нас тебе свадебный подарок. Так сказать в знак уважения. Ведь теперь ты приходишься матерью не только для Лизы, но и для меня...
   Не успел Игорь закончить последнюю фразу, как больная вскочила на кровати, одним движением руки скинула подарок с тумбочки, хотя он прилично весил, и зашипела как змея, не отводя взгляда полного ненависти от Лизы:
   - Ненавижу!.. Тварь!.. Если бы ты знала, как я тебя ненавижу!... ТЫ испоганила всю мою жизнь вместе со своим отцом Володькой, будь он проклят во веки веков, и твоей матерью безалаберной. Это я... я... я ее убила, когда она тебя родила!!!! ... - Галка кричала как одержимая, и, казалось, что вот-вот она соскочит и разорвет в своей ненависти присутствующих в помещении на части.
   - Это я тебя растила, я тебя лелеяла! А ты значит вот как! Неблагодарная тварь. Но ты не думай, это тебе с рук не сойдет. Будешь всю свою жизнь отрабатывать вместе с этим уродом... - эти слова явно предназначались для Игоря, но он стоял и смотрел на эту женщину абсолютно невозмутимо.
   Лиза сначала потеряла дар речи от услышанного. В ее мозгу моментально пролетело все ее детство, вспомнились все издевательства этой так называемой матери.
   - Я правильно поняла, ты - не моя мать? А кто тогда моя мама?
   - Не дождешься, от меня ты ничего не узнаешь! Я сделала все так, что комар носа не подточит. Будешь искать и мучиться от неизвестности всю жизнь. А потом приползешь ко мне на коленях... все равно приползешь... ха-ха-ха.... - Галка вдруг зашлась каким-то ненормальным смехом, в палату забежали санитары, начали успокаивать больную, но та кричала все громче и громче.
   Игорь подхватил плачущую Лизоньку под локоток и быстренько вывел из помещения. В коридоре стоял все тот же доктор и смотрел с сожалением на Лизоньку:
   - Я этот бред слушал сегодня всю ночь, и на основе услышанного, как врач -психиатр, склонен сделать вывод, дорогая Лизонька, что это - чистая правда и с эти грузом Вам придется жить... А Вы, молодой человек, поддержите это милое существо. По всей видимости, кроме Вас близких у нее больше нет... Другие родственники у Меренковой есть?
   - Да, конечно! Муж и сын... - ответил Игорь.
   - Передайте им, что больную выпишут только дня через три...
  
   ...Так Лиза впервые узнала, что ее мать - совсем ей не мать. Теперь все встало на свои места, и Лиза стала понимать, почему ее ненавидела мачеха. Да потому, что она ее не рожала... И теперь предстояло выяснить все о своих настоящих родителях и как она очутилась у Меренковой.
   Начался новый этап в жизни Лизы. С одной стороны, она была бесконечно счастлива, потому что с ней был рядом любимый человек, а с другой стороны, оказалась глубоко несчастной, потому что практически ничего не знала о своих настоящих родителях...
   И Лизе и Игорю до завершения обучения оставалась самая малость, всего пять месяцев. И здесь возникала для Лизоньки проблема. Она понимала, что после всего случившегося, больше не сможет проживать вместе с семейством Меренковых, не сможет видеть это "чудовище". Поэтому, воспользовавшись тем, что Галка должна была провести в больнице еще несколько дней, молодожены вернулись во Фрунзе, чтобы спокойно собрать все вещи и документы Лизы и навсегда попрощаться с этим "родительским домом".
   На удивление быстро была решена проблема с жильем. Наташа Тарадина, однокурсница и подружка Лизы, понимая, что общение с Галиной Анатольевной теперь для Лизы стало невозможным, сразу предложила той перебраться к ней. Родители Наташи выступили инициаторами этого переезда, и встретили Лизоньку, как родную.
   Ну, а Игорь, лишь после того, как убедился в том, что Лиза устроилась нормально, со спокойной душой уехал в свое училище завершать обучение. Летом молодой паре предстояло убыть по первому месту службы Игоря.
   Так, Лиза оставшиеся месяца благополучно прожила у Натальи, в семье которой, впервые за много лет почувствовала к себе теплое, искреннее отношение. Материально ей помогала свекровь, Анастасия Семеновна, которая очень близко к сердцу восприняла историю Лизы с родителями.
   Лиза, не смотря ни на что, была счастлива. Скоро у нее начнется новая, непременно счастливая жизнь, жизнь со своим любимым...

Глава 15

   Однажды, после происшедших событий на свадьбе, на пороге квартиры Меренковых появилась женщина средних лет. Галке ее внешность показалась знакомой, но она все никак не могла вспомнить, где видела ее, пока та не представилась.
   - Евгения Николаевна Жугина. Вы не помните меня? Мы с Вами вместе одно время работали в роддоме? - женщина недоуменно смотрела на Галку. Галка внезапно покрылась капельками пота от такого внезапного визита.
   Конечно, Галка ее помнила. Жугина была правой рукой главврача Бачинской, занимала должность педиатра. "Но как она меня нашла? И зачем?" - судорожно прокручивала в мозгах Галка. - "Неужели эта старая кляча ей все рассказала?"
   Галка постаралась взять себя в руки:
   - Лицо Ваше знакомо, но что-то никак не припомню, неужели вместе работали?
   - Но как же, Галочка? Конечно! Мы с Вами в один год поступили на работу в этот роддом.
   - Ну, да... Кажется, что-то припоминаю... - По дружелюбному настрою Жугиной Галка сделала вывод, что об истории с ребенком Бачинская ей ничего не рассказала. - Да, Вы проходите. Что тут на пороге стоять. Попьем чайку, расскажите, какими судьбами в наших краях...
   За чашечкой чая Евгения Николаевна просидела у Меренковых до самого вечера.
   Оказалось, что Евгения Жугина давно разыскивает семью Меренковых. Сразу после того, как умерла Зинаида Петровна Бачинская, Евгению нашла нотариус Оксана Сизова и ознакомила с содержанием той части завещания, которая касалась именно ее. В документе говорилось о том, что волей покойной она назначена исполнителем составленного перед смертью завещания Бачинской. Копия упомянутого документа теперь была на руках у Жугиной, и собственно, поэтому, она разыскивала длительное время Меренковых.
   Галка держала в руках эту бумажку, и поверить не могла своим глазам - все движимое и недвижимое имущество, некогда принадлежавшее семейству Ивановых, теперь принадлежит Лизке. А это огромное состояние. Галка попыталась взять себя в руки и никоим образом не показать гостье своего волнения:
   - Ну, а что же дальше, Женечка? Вы ведь, как я поняла, тоже покинули Таджикистан. Что же теперь с завещанием?
   - Да, все просто. Вы прочитайте внимательно. Тут сказано, что в случае необходимости выезда из Республики в связи с нестабильностью политической обстановки, у меня было право продажи всего имущества с целью дальнейшего приобретения аналогичной по стоимости недвижимости на территории Российской Федерации. Это я и сделала. Драгоценности, конечно, не продавала. Все-таки - это фамильные ценности. Они у меня, кстати, с собой. А недвижимость я приобрела для Лизоньки в Москве в самом престижном районе. Мы с семьей там же проживаем, и мне очень удобно, что квартира Лизы находится в этом же городе, в любой момент могу проконтролировать. И вот теперь я здесь, чтобы передать все права законной владелице, как и хотела Зинаида Петровна.
   - Как это все неожиданно для нас... Я уверена, что Лизонька будет очень рада, когда обо всем узнает. Но, к сожаленью, сейчас Лизонька в отъезде. Она проходит стажировку за границей и появится дома еще очень не скоро. - Галка нагло врала гостье, пытаясь запудрить ей мозги. Она прекрасно понимала, что все, что получит Лиза, ей, после случившегося на свадьбе, не видать. И надо было как-то заставить Жугину все завещанное Лизке, передать ей, Галке.
   - Что же делать? Ведь по закону я обязана передать права наследования Лизоньке после достижения ею совершеннолетия, - расстроилась Евгения.
   - Наверное, Вы вправе в отсутствие Лизы передать наследство ее родителям? Как Вы считаете? - Галка "доверительно" посмотрела прямо в глаза гостье.
   - Я не думаю, что это возможно. Но обязательно проконсультируюсь у юристов и Вам сообщу о результате.
   - Но может, хотя бы драгоценности оставите нам, что в этом такого?
   -Показать, конечно, покажу. Но передать я могу только наследователю, строго по описи. Так что извините, Галина, не могу. Пока, за это все я несу уголовную ответственность, поэтому по-другому не получится ни как. Проконсультируемся, а дальше видно будет. Если понадобится, будем ждать появления Лизы, сколько потребуется.
   Галка с трудом сдерживала себя, чтобы не вцепиться в горло этой противной Жугиной: "Правдолюбка нашлась тут... Лизка ей видишь ли нужна... Все равно все отберу у этой малолетней девчонки... Лучше бы сразу все мне отдала... Теперь надо что-то придумывать..."
   Галка натянула на лицо милую улыбку, предложила гостье еще чаю и завела разговоры совсем на посторонние темы, стараясь показать всем видом, что тема наследства ее больше не интересует.
   Когда стало совсем поздно, Галка вызвалась проводить Жугину до гостиницы, в которой та остановилась. По дороге у нее не раз возникали мысли, что можно было сейчас прикончить Жугину и завладеть драгоценностями. Но ее останавливал более лакомый кусочек, который находился в Москве. Ей хотелось всё...
  
   ...После визита Жугиной Галка поняла, какую чудовищную ошибку она совершила: "Дойная коровка" по имени Лизка с ее будущими финансовыми перспективами уплыла из рук". Теперь ее основной идеей "Фикс" стала мысль - любыми способами вернуть Лизу домой. Или хотя бы внушить этой неблагодарной девчонке, что все услышанное ею в больнице - не правда, а всего лишь бред Галкиного больного воображения.
   Как обычно, Галка разработала целый план действия. Естественно, привлекла к активному участию в этом мероприятии своих родственников, Геннадия и Николашу, которым она ловко запудрила мозги и убедила, что в действительности все обстоит совершенно не так, как она преподнесла в больнице после своего отравления.
   - Просто на тот момент, когда меня посетила Лиза с Игорем, у меня были сильные галлюцинации. Лекарство-то успело всосаться в кровь и возымело свое негативное действие. - Оправдывалась Галка перед своими. - Я и сама-то не помню, что тогда говорила. А Лиза уж через чур эмоционально все восприняла. А могла бы и догадаться, что это бред чистой воды, и не подвергать теперь мать таким потрясениям!
   Николаша и Геннадий, молча, выслушивали ее монологи и кивали головой. Им было легче поверить в то, что все происшедшее - результаты больного воображения Галки, но никак - не действительность...
   По заданию Галки они подкарауливали Лизоньку, где только можно. Дежурили и возле подъезда Наташки, и ездили в училище, и встречали на остановке. И каждый раз умоляли Лизоньку простить мать и вернуться домой. Но Лиза была непреклонна.
   Так продолжалось три месяца. Галкино терпение начало лопаться, так как она понимала, что через месяц с небольшим Лиза уедет со своим мужем, и тогда ее трудно будет разыскать.
   Когда окончательно стало понятно, что полумеры в виде Геннадия и Николаши результата не дают, Галка решилась на крайние меры, решила ударить Лизу по больному, по ее любимому мужу.
   Так в один прекрасный день на имя начальника военного училища, в котором учился Игорь, от Галки пришло заказное письмо нелицеприятного содержания. В письме говорилось о том, какой Игорь "негодяй, что он настраивает свою молодую жену против родителей, что в свое время он чуть не довел мать своей супруги до самоубийства, женился на Лизе обманом и что вообще - это страшный человек, которому не место в офицерских рядах..."
   Когда начальник курса вызвал на беседу Игоря и показал ему "разоблачающее" письмо, тот даже не удивился. Нечто подобное они с Лизонькой ожидали, так как понимали, что мачеха в своих устремлениях просто так не остановится. Игорь долго разговаривал с подполковником по душам. Своему командиру он рассказал подробно всю историю жизни своей Лизоньки, ввел в курс дела по поводу событий, происшедших на свадьбе, и попросил о поддержке их молодой семьи.
   Через десять дней на имя Галки пришел ответ из училища. В нем говорилось буквально следующее: "Факты, указанные в Вашем письме, в ходе проверки не нашли своего подтверждения. В связи с чем, предупреждаем о возможности привлечения Вас к уголовной ответственности по статье "Заведомо ложный донос" и т.д..." Галку трясло от злости. Напакостить Игорю ей не удалось. А ведь она так хотела, чтобы Лизка испугалась за своего Игоря и начала делать то, что ей прикажет Галка.
   - Ну, ничего, - думала она, - все равно будет так, как мне надо... Зря ты Лизонька думаешь, что так легко отделаешься от меня... Зря...
   О том, что мачехе пришел ответ из училища, Лиза, конечно, не знала. Сильно переживала за своего Игоря, волновалась, как бы из-за Галки его не перед самым выпуском отчислили. И вот, в один из таких бередящих душу дней Лиза встретилась с мачехой нос к носу у самых ступенек своего колледжа. Было сразу понятно, что Галка оказалась здесь не случайно. Она специально поджидала Лизу. И весь ее вид говорил о воинственном настрое. Лизонька внутренне вся сразу сжалась в комок, но виду старалась не подать. Галка без всяких прелюдий перешла к делу:
   - Я так, полагаю, ты не хочешь, чтобы твоего Игоря выгнали с позором из училища?
   - Нет, не хочу. Его не за что выгонять. - Лиза вызывающе смотрела на Галку.
   - Это тебе так кажется, что не за что. А вот я считаю, что есть за что! И, кстати, в моих силах довести это дело до логического завершения. Но в твоих силах ему помочь.
   - Что надо? Домой я не вернусь! - сразу отрезала Лиза.
   - Да кто тебя дома ждет? Кому ты нужна? Ты и так всю жизнь у меня была как кость в горле. Домой она не вернется...
   - Что тогда? Фантазия-то у тебя бурная, наверняка придумала очередную аферу?
   - Никакой аферы!.. Подпишешь один документ у нотариуса, и можешь быть свободна на все четыре стороны вместе со своим Игорем.
   - Что еще за документ?
   - Узнаешь на месте. Ты готова сейчас пойти?
   - Хорошо, пойдем сейчас, если ты обещаешь после этого оставить нас в покое. - Лизе хотелось поскорее отделаться от этой женщины.
   Галка довольно сверкнула глазами-колючками и энергично двинулась в нотариальную контору, всем своим видом демонстрируя победу. Лиза молча поплелась за ней следом.
   Так Галке удалось затащить Лизу к нотариусу. Когда Лиза подписывала свое заявление об отказе от всего движимого и недвижимого имущества в пользу Меренковой, которое ей должно было достаться от какой-то неизвестной женщины Бачинской, она посчитала, что это какой-то очередной Галкин бред. "Наверное, сказываются последствия медикаментозного отравления... Видимо, все же произошли необратимые процессы в мозге..." - подумала Лиза и для себя решила, что лучше подпишет это заявление. Лишь бы ее и Игоря семейка Меренковых оставила в покое.
   Галка ликовала, ее глаза заиграли алчным огнем, но Лиза этого не замечала.
   - Все? Больше от меня ничего не надо? Тогда будь так добра оставь меня и Игоря в покое! - Лиза решила поставить окончательную точку после завершения всех процедур.
   Но поставила ее Галка, как всегда в свойственной ей хамоватой манере:
   - Пошла вон отсюда! И чтоб мои глаза тебя, неблагодарное создание, больше не видели! Пошла вон!!!
   Лиза безучастно пожала плечами, развернулась и направилась в сторону колледжа. Ее уже не удивляли выходки мачехи. Но теперь появилась маленькая надежда, что Галка оставит ее и Игоря в покое.
   Бедная Лизонька даже и не догадывалась, сколько ей еще придется пережить трагедий в своей жизни, которые ловко отрежиссирует Галка. Но, как говаривал старина Ф.Ницше: "Что не убивает меня, то делает меня сильнее..."

Глава 16

   Галка ликовала: "Ей удалось обвести вокруг пальца и эту бестолочь Лизку, и Жугину. От всего имущества падчерица отказалась в ее пользу. Теперь осталось самое малое - оформить все на себя и продать".
   И с этим Галка медлить не стала. Уже на следующий день они с Геннадием выехали в Москву, чтобы вступить в права наследства.
   Геннадий, конечно, всей правды не знал. Галка ему сказала, что Бачинская - это ее далекая родственница, у которой не было детей. А так как она очень сильно любила свою двоюродную племянницу Галину, то ей и оставила свое завещание. Естественно, самих документов на наследство Галка мужу не показывала. Хотя Геннадию и так, со слов Галки, эта история показалась правдоподобной. В противном случае, разве стала бы Бачинская завещать все свое состояние какой-то незнакомой женщине? Конечно, нет. Понятно, что Бачинская с Галочкой - родственники.
   Когда Галка с Геннадием увидели квартиру, которая теперь принадлежала им по завещанию, то просто обомлели.
   - Вот это хоромы!!! - восторженно произнесла Галка. - Ты представляешь, за сколько мы сможем продать эту квартиру? За бешеные деньги! И заживем...
   - Галочка, а зачем нам продавать ее? Мне кажется, что у нас появился шанс наконец-то зажить по-человечески. Станем настоящими москвичами...
   - Когда кажется, креститься надо. Понятно?! Ты знаешь, сколько денег будет уходить на ее содержание? Да мы с тобой совсем без штанов останемся!... Мы продадим квартиру, получим за нее огромные деньги и, как ты и мечтаешь, заживем по-человечески, но только не в Москве! Все решено! И лучше мне не перечь!
   - Как скажешь, Галочка, тебе виднее, дорогая! - Геннадию явно не нравилась идея с продажей квартиры. Интуиция подсказывала ему, что все может плохо закончится.
   Но Галка пребывала в эйфории. Через каких-то знакомых своих домодедовских родственников она быстро нашла покупателей. Проволочки с оформлением документов тоже не возникло. В день получения на руки наличных денег от продажи квартиры Галка и Геннадий остановились все у тех же родственников, намереваясь на следующий день вылететь во Фрунзе. Ведь у Геннадия подходил к концу отпуск за свой счет, который он специально взял для этой поездки. Все шло, как по маслу.
   Вечером, вся родня собралась за большим столом, чтобы отпраздновать удачную сделку Галки. Было много выпивки, закуски. Было много людей, которых Геннадий видел впервые в своей жизни и Галка, скорее всего, тоже. И они явно принадлежали не к высшим слоям общества, а к самым низшим. Эта картина настораживала Геннадия. Он понимал, что Галка зря так откровенно делится с родственниками подробностями о величине своего состояния по завещанию. Но Галка от счастья совсем потеряла бдительность, и это было на нее не похоже.
   - Галочка, я тебя умоляю, не надо сильно откровенничать перед этими людьми. Слишком много на кону поставлено... - тихонько шептал Геннадий ей на ушко.
   - Ты что, спятил? Это мои родственники! Я им доверяю, как себе! И не забывай, пожалуйста, что именно они помогли найти нам покупателя... - отвечала Галка, подливая себе водочки.
   - Ну, ты хотя бы деньги спрячь как следует. Все таки такая сумма... За нее убьют и глазом не моргнут, даже родственники.
   - Да, спрятала, спрятала. Вот смотри, зануда! - Галка подняла кофточку и Геннадий увидел у нее на животе хорошо завязанный широкий пояс из денег. - Ты думаешь, когда у меня попытаются отсюда украсть деньги, я не почувствую? Как бы ни так! Неужели ты меня так плохо знаешь? Все будет о'кей! Расслабься! Напрягаться будем завтра, в дороге...
  
   Вечеринка удалась на славу. Веселились от души - и пели, и плясали, и ели-пили от пуза, как говорится в народе. В общем, Галка не пожалела денег. Все были довольны и счастливы. Меренковы были счастливы от выгодной продажи московской квартиры, а домодедовские родственники - от возможности хорошо поесть и попить за счет новоявленных миллионеров.
  
   ... Галка с трудом подняла голову от пола. Она ни как не могла понять, где она находится. Все ее тело болело, лицо было сильно опухшим. Рядом, в бессознательном состоянии лежал Геннадий. Галка с трудом поднялась на ноги, голова сильно кружилась, как после принятия какого-то сильно действующего снотворного. Держась за обшарпанную стенку, она потихоньку пошла на свет, пытаясь понять, что это за помещение. Выйдя наружу, Галка долго не могла открыть глаза. Больно слепил свет. Потихоньку она огляделась. Вокруг ни одной живой души, только какие-то заброшенные бараки и сараюшки. Вялая мысль кое-как пробивала сознание: "Как мы здесь оказались? Что произошло?"
   Тут Галка вспомнила про деньги и с ужасом обнаружила, что одежда на ней вся изодрана в клочья. Естественно денег не было, как и мешочка с драгоценностями. Она быстро вернулась назад и начала расталкивать Геннадия, который все никак не мог прийти в себя. Галка его трясла за грудки и рыдала во весь голос:
   - Да, очнись ты, очнись. Нас обокрали! Слышишь? Мы нищие! Нищие! Как такое могло произойти? Очнись, Гена, очнись!
   Геннадий с трудом открыл глаза и изумленным взглядом смотрел на Галку. Он ничего не мог понять, из того, что она ему говорила.
   - Галочка, не кричи. Голова сильно болит. Что случилось? Где мы?
   - Пока не знаю, где мы! Знаю только одно - нас обокрали!... Все украли! Только паспорта остались и билеты на обратную дорогу...
   - Как украли? Ты же говорила, что все будет о'кей? Вот тебе и родственники!...
   - Да! Надо теперь как то определить, где мы находимся, и как-то отсюда выбираться. А по поводу родственников, я пока не уверена, что это их рук дело. Но разберемся...
   Меренковы с трудом добрались до ближайшего жилого дома. Там их приютила старая бабушка Мотя. Она сжалилась над этими бедолагами, которые еще вчера были миллионерами, а сегодня превратились в нищих. Мотя дала обмыться незваным гостям, подобрала им одеть кое-какие вещи, да накормила, чем бог послал.
   Меренковы были в шоке, когда узнали, что деревушка, в которой они оказались, находилась в ста километрах от Домодедово:
   - Это же кто-то нас сюда привез, Галочка? Ты понимаешь? Напоили снотворным, обворовали и сюда вывезли, как скотину... - у Геннадия на глазах стояли слезы.
   - Да, выходит, что именно так все и было. Мне вчера с вечера, когда мы сидели за столом, показалось, что водка какая-то через чур хмельная. Но потом я решила, что это просто от усталости.
   - Получается, что не от усталости. А я ведь тебя предупреждал!
   - Да заткнись ты уже! И так тошно! Предупреждал, не предупреждал... Что теперь об этом говорить? Все! Дело сделано! Надо как-то добираться до аэропорта.
   С трудом, на перекладных, Меренковы добрались до аэропорта Домодедово. До вылета было еще достаточно времени, и Галка решила попробовать дозвониться до своих "гостеприимных" родственников. Она нашла переговорный пункт и договорилась с телефонисткой, чтобы та без оплаты соединила ее с требуемым абонентом.
   Сначала гудки шли долго и безответно. Но на второй раз трубку подняла двоюродная сестра Валька. Галка сразу на нее налетела:
   - Вы что, мрази, думаете, что вам все с рук сойдет? Думаете, что мы не поняли, кто это все с нами сделал, кто нас обокрал?
   - Галина, ты это о чем? - в трубке звучал спокойный голос.
   - Не прикидывайся дурой! Мы вчера у вас дома отмечали продажу квартиры. А сегодня оказались без ничего где-то в заброшенном бараке в ста километрах от Домодедово. Как ты это объяснишь?
   - Ты что-то перепутала, дорогая. Я тебя не видела уже тысячу лет. - Голос в трубке был железобетонным. - И, тем более, ничего у нас дома вчера мы с тобой не отмечали и не могли отмечать. Прошу тебя, не надо впутывать нашу семью в ваши странные проблемы. Разбирайтесь сами. Я тебе настоятельно рекомендую забыть к нам дорогу. Возвращайся домой со своим мужем, если не хочешь еще больших проблем. Надеюсь, ты ВСЕ поняла. Пока!..
   Галка не успела ответить, как в трубке зазвучали короткие гудки. "Да, в этот раз Генка оказался прав, - подумала несостоявшаяся миллионерша, продолжая держать трубку возле уха. - Нельзя ни кому доверять, даже родственникам..."
   Так завершилась золотая лихорадка семьи Меренковых. Как писал американский писатель-сатирик Кин Хаббард: "Деньги никого не сделали дураком, они только выставляют дураков напоказ"...
   После провальной поездки в Москву Галка совсем потеряла голову. Все во всем были теперь виноваты, и с поводом, и без повода. Более того, ей пришла в голову идея, что раз удача отвернулась от нее, значит, пора обратиться за помощью к экстрасенсорике.
   Экстрасенсорика - это наука о получении информации извне, видения ауры и энергетики, изучения прошлого и будущего незнакомых людей. Экстрасенсы работают с энергией из космоса, почти никогда не прибегая к душам умерших, а также другим помощникам. Большинство людей, кстати, путают и не различают одно от другого.
   У Галки понятие экстрасенсорики ассоциировалось непременно с черной магией или колдовством. Экстрасенсорика, как гласит наука, приходит к людям иногда с рождения, а иногда в процессе каких-либо действий в жизни. Галка считала, что у нее всегда были наклонности к магии, просто она не придавала им значения. Но теперь наступило время, когда она просто обязана была ими воспользоваться.
   Сотрудничество с магией у Галки началось с поиска виновников всех ее бед, особенно последних. И, естественно, главным "серым кардиналом" в ее понимании была Лиза. Свои выводы она пыталась подтвердить различными сомнительными гаданиями на картах, спиритическими сеансами и другими манипуляциями. Все показывало, что Лиза не просто враг, она ведьма, которая пользуясь своей связью с темными силами, постоянно мешает жить ей, Галке, мешает осуществлять задуманное: "Поэтому она с такой легкостью подписала отказную от наследства в мою пользу, потому что заранее знала, что у меня ничего не выйдет... С этим что-то надо делать... ведь она так и будет пить у меня кровь..." Такие мысли постоянно одолевали больную голову Галки.
   Ситуацию усугубляло то, что Лиза к этому моменту, к моменту, когда Галка вскрыла ее "истинную" суть, уже уехала в неизвестном направлении с Игорем к месту службы. А Галка была уверенна, что может обезоружить ведьму по имени Лиза только при непосредственном контакте с ней. По крайней мере она считала, что тогда эффект будет лучше. Значит надо определить новое место жительство молодых Шутовых.
   Свекровь Лизы, Анастасия Семеновна, нового адреса молодых не давала, и вообще старалась не просто скрывать информацию от Галки, а прекратить всяческие контакты с несостоявшейся родственницей, у которой явно стало еще хуже с головой. Но Галка была настырна, доставала звонками ежедневно, угрожала навредить Игорю, если не получит нужных сведений. Хотя при этом объясняла, что хочет наладить взаимоотношения с новобрачными, то бишь помириться с ними. Но это противоречие между поводом и средствами, которыми оперировала Галка, настораживало свекровь. Она понимала, что дело совсем не в примирении, а в чем-то другом, не совсем порядочном.
   Чтобы прекратить телефонное домогательство свекровь в срочном порядке сменила свой телефонный номер и написала заявление на АТС, чтобы ее номер не фигурировал в телефонном справочнике и не выдавался по справке посторонним лицам. Данное действо возымело результат. Галка потеряла единственную ниточку, которая ее связывала с Лизой. Но и это ее не остановило.
   Она решила сделать запрос в паспортный стол, уж там-то они обязаны будут выдать ей информацию. А пока она будет ждать ответ, постарается нейтрализовать Лизку на расстоянии, посредством своих магических заклинаний.
   С тех пор в семье Меренковых было все подчинено новому увлечению Галки. Странные ритуалы, гадания, заклинания, приметы и многое другое. Николаша не обращал внимания на выходки матери, а Геннадий просто смирился со всем этим. Смирился с тем, что теперь до конца жизни придется жить с этим "чудовищем", смирился с тем, что он сам собственными руками угробил свою жизнь и карьеру, однажды связав свою судьбу с Галкой.
   Только одна Лизонька была в счастливом неведении. Она так и не успела узнать, чем закончилась Галкина поездка в Москву. Жизнь развела врозь семьи Меренковых и Шутовых.
   В это время Игорь получил назначение на первое в своей жизни место службы, Алтайский край, и они с Лизонькой, свободные и счастливые, уехали строить свою семью.
   Как гласит древнеиндийская пословица: "День кончается закатом, ночь - восходом. Радость кончается горем, горе - радостью". Наконец-то в их жизни не будет людей, которые причиняли зло, наконец-то они сами будут управлять своей жизнью, сами будут строить свое счастье и радоваться жизни...

Глава 17

   Военный городок Сибиряк, куда попали по распределению Игорь и Лиза оказалось одним из самых молодых поселений в Алтайском крае. История Сибиряка начинается в 1979 году, когда правительством было принято решение о размещении военного объекта в районе станции Цаплино.
   Само название "Сибиряк" городку было дано спонтанно. Позже пытались изменить его, объявляли конкурс на лучшее имя городка, учреждали призы, но прижилось только это -- Сибиряк.
   Работы по строительству начались в 1980 году, а первые жители жили в вагончиках и палатках. С 1982 года шла работа по строительству жилых домов, а также казарм и специальных сооружений. В Сибиряке поначалу было всего 2 улицы: Кедровая и Победы. Уже позже появились улицы Строителей и Школьная.
   В ноябре 1988 года в городке был построен очередной дом по улице Победы 6, где и получили комнату с подселением Лиза и Игорь. Ребята были счастливы, ведь у них появилось первое самостоятельное жилье, где они активно начали строить свое семейное гнездышко.
   Соседями по квартире оказалась такая же молодая лейтенантская семья, Вероника и Володя Богомоловы. У двух семей было много общего, поэтому-то всем жилось дружно и весело, жилось, как говорится, душа в душу.
   В марте 1989 года в семье Шутовых появился первенец Алешенька, в котором не чаяли души как молодые родители, так и алма-атинские тетушки да бабушки. Алешенька рос в атмосфере любви и заботы.
   Чуть позже, когда в 90-х годах начались беспорядки в среднеазиатских республиках, в том числе и Казахстане, свекровь Анастасия Семеновна с мужем Геннадием Ивановичем перебрались поближе к молодым, в село Озерки, что недалеко от Сибиряка. Это событие было как некогда кстати - Лизоньке предложили место музыкального руководителя в детском саду, и возникла необходимость кому-то нянчиться с Алешенькой, ведь в детский сад ему было еще рано.
   Через пару лет семье Шутовых командование части выделило отдельную двухкомнатную квартиру в том же доме по улице Победы. Так, для них закончилась эра подселения.
   Все складывалось у молодых хорошо. Поэтому решили обзавестись, не затягивая, и вторым ребеночком. С разницей в два с половиной года появился на свет еще один сынок Егорка, крупненький карапуз, весом четыре килограмма.
   И вот теперь бы жить да радоваться, но в стране наступили тяжелые времена, перестройка. Зарплату военным не выдавали по полгода. Лиза и Игорь со своими малышами оказались в бедственном положении. Средств на существование не было совсем. Выжили только благодаря родителям Игоря, которые помогали, как могли.
   Свекор, Геннадий Иванович, не смотря на высшее образование и имеющийся более двадцати лет стаж руководящей работы, устроился в селе на свиноферму, забойщиком скота. Там тоже не выдавали зарплату, но была возможность хотя бы по чуть-чуть приносить домой мяса, косточек или, в худшем случае, потрошков.
   Анастасия Семеновна также, будучи инженером, была вынуждена устроиться дворником, потому что в конторе, от которой она работала, можно было брать под зарплату хлеб, сахар, муку и разные крупы. Правда, не всегда получаемые продукты были надлежащего качества, порой все заплесневелое. Но и этому большая шутовская семья была безгранично рада.
   Так и жили потихоньку, перебиваясь с копейки на копейку, пока более менее не стабилизировалась ситуация в стране.
   Когда Егорке исполнилось два годика, обоих мальчишек удалось устроить в садик прямо возле дома. А Лизоньке посчастливилось переводом перейти с прежней работы музыкального руководителя в музыкальную школу. Как давно она об этом мечтала - стать преподавателем! И вот эта мечта сбылась!
   Наконец-то появилась вакансия по классу аккордеона. И, хотя ее образование не совсем подходило для этой квалификации, Лизу безоговорочно взяли на это место. Ведь в то время специалистов такого рода катастрофически не хватало в городке.
   Чтобы закрепить свои профессиональные позиции в музыкальной школе, Лиза решила поступить в институт культуры по своему профилю. Она прекрасно понимала, что если появится специалист более высокой квалификации, то может потерять свое рабочее место.
   Домашние идею Лизу с институтом поддержали. Игорь уже давно говорил, что пора получать высшее образование. И Лиза была согласна с ним, но постоянно находились какие-то веские причины для отказа от этой идеи. Сначала дети были маленькие, потом финансовые возможности не позволяли. И только теперь Лиза созрела для обучения.
   Анастасия Семеновна, когда Лизе надо было ехать в Барнаул на сессию, была главной помощницей в семье Шутовых. Она возилась с детьми, готовила, убирала, полностью посвящала себя внукам. Даже Геннадий Иванович не обижался, он в такие дни выполнял роль продуктового курьера из Озерок в Сибиряк. Все друг друга поддерживали и помогали. В общем, жизнь потихоньку налаживалась.
   Но была в этой идиллии и большущая капля дегтя. И, конечно, этим дегтем являлась семейка Меренковых. Как бы ни была счастлива Лиза, подспудно она всегда ощущала внутреннюю тревогу по поводу так называемых родственников: "... Если твое счастье находится во власти других людей, то ты непременно будешь бояться этих людей..."
   Тревоги Лизы были не напрасны. Она до последнего все же надеялась, что Галка оставит в покое их семью после отказа от завещания в пользу мачехи.
   А что же Галка?... У Галки все было по плану, по ее плану... Она еще больше, нежели ранее, активизировала свою деятельность в отношении Лизы и ее семьи. Она давно забыла о договоренностях, завещании и прочей чепухе. Тем более ничего-то она с этого завещания и не поимела.
   Тогда Лиза поняла, что Галка - это ее крест по жизни, крест, который придется нести, нести и нести всю свою сознательную жизнь, крест, который ей дал бог. А раз так, значит эта ноша ей, Лизе, по силам...
   Новые мытарства начались как всегда неожиданно для Лизы, но, несомненно, планово для Галки.
   Назойливый, даже какой-то злобный звонок в дверь их новой двухкомнатной квартиры напугал Лизу. Сердце бешено заколотилось, готовое выпрыгнуть из груди. Она сразу почувствовала, что по ту сторону - незваный гость. Эти ощущения страха и непредсказуемости Лиза давно не испытывала. От страха у нее даже стало перехватывать дыхание. Лиза подошла на цыпочках к двери и замерла, прислушиваясь. Но в подъезде стояла мертвая тишина. Ей было не по себе, ведь она с ребятишками была дома одна. Игорь заступил на дежурство. От повторного звонка Лиза вздрогнула и автоматически открыла дверь.
   На пороге стоял Николаша. Осунувшийся, обросший и потрепанный.
   Лиза от растерянности, молча, сделала шаг в сторону, и названный брат вошел в дом. В воздухе повисла пауза непонимания. Но Лиза быстро взяла себя в руки:
   - Коля, что случилось? Как ты здесь оказался вообще-то? Как ты меня нашел? Где твои родители?
   - Лизонька накорми меня, пожалуйста, у меня нет сил. Я прошел пешком много километров... - Николаша судорожно облизнул засохшие губы. - Я тебе все расскажу, только чуть позже...
   Лиза смотрела на Николашу и на ее глазах наворачивались слезы. "Да, он ей, по сути, был чужим человеком, но они вместе выросли. И, раз он пришел к ней, значит, ему на самом деле нужна была ее помощь. И она поможет ему...". На это Галка и рассчитывала, посылая Николашу в дом своей падчерицы. Рассчитывала на ее сердечную слабость.
   Николаша принял душ, надел чистое белье, которое ему подобрала Лиза из вещей Игоря, и теперь сидел на кухне и с жадностью поедал ужин. Оказывается, семейство Меренковых уже давно уехало из Киргизии, практически сразу после отъезда Лизы и Игоря.
   В июне 1990 г. на юге Киргизии из-за споров о земле вспыхнул жесточайший конфликт между киргизами и узбеками, его жертвами за два дня стало свыше двухсот человек, в том числе и русских. Власти обнаружили полнейшую неспособность справиться с ситуацией. Начался массовый отток русскоязычного населения из республики, что явилось одним из многочисленных признаков окончательного развала СССР.
   В числе эмигрирующих оказалась и семья Меренковых. Практически за бесценок продав квартиру, когда-то ловко прибранную к рукам, Меренковы двинулись на территорию Алтайского края.
   Почему надо было ехать на Алтай, объяснение было простым - финансы не позволяли ехать куда-то вглубь России. Поэтому наиболее подходящим местом оказался Алтайский край, "почти граничащий" с Киргизией.
   На самом деле Галке надо было, во что бы то ни стало, оказаться как можно ближе к Лизе. Лиза для нее была чем-то вроде денежного мешка, который впоследствии можно будет бесконечно "доить". "Надо только подчинить ее своей воле, как в былые времена, и все будет хорошо" - так размышляла Галка и внушала своим родственникам подобные мысли.
   Об этом, конечно, Николаша, Лизе ничего не говорил. Он был слишком хорошо проинструктирован мамашей. А в том, что она права, он убедился, как только переступил порог Лизкиной квартиры. Богатства не было, но достаток был очевиден.
   После Киргизии Меренковы купили дом в селе, находящимся почти рядом с городком, в котором жили молодые Шутовы. Но это оказалось чистой случайностью. Галке не сразу удалось в паспортном столе заполучить информацию о месте жительстве Лизки. А когда оказалось, что Лизка живет практически под носом у Меренковых, Галкиной радости не было предела: "Это судьба, милочка! - ухмылялась Галка, - Я - твоя судьба! И никуда ты от меня не денешься."
   ... Лизе было безумно жаль Геннадия, который столько лет защищал ее от Галки, столько лет служил амортизатором между ними. Лиза хорошо помнила о тех временах, когда он единственный беспокоился о ней - чем питалась Лиза весь день, есть ли, элементарно, деньги на дорогу. Было, конечно, жаль и Николашу, которому Галка так и не смогла дать ума-разума. Но Николаша был молод, полон сил и энергии, и у него было все впереди. По крайней мере, так думала Лиза.
   Про Галку Лиза старалась не думать, хотя в глубине души понимала, что начинается новый виток безумных взаимоотношений с этим человеком. А так же она понимала, что пока не знает, как нейтрализовать ее в нынешних условиях.
   Утром Лиза собрала Николаше огромную сумку продуктов, дала денег на хлеб и на автобус.
   - Передай отцу огромный привет! Скажи, что я по нему скучаю! - Лиза тяжело вздохнула, провожая Николашу в дверях. А Николаша ее уже почти не слышал. С видом победителя он рванул на остановку, бережно неся "дорогую" поклажу.
   А Лиза, провожая Николашу взглядом, понимала, что этот сердечный шаг станет для их семьи фатальным. Она вновь на долгие годы обрекла себя на борьбу с ветряной мельницей по имени Галка. Но, по-другому она просто не могла поступить, не смотря ни на что. Слишком много в ее жизни значил Геннадий. И эта жертва - только ради него. Она хотела хоть чем-то облегчить жизнь этому человеку, человеку, который дал ей музыкальное образование, который любил и заботился о ней, как о родном ребенке...
   Так, начались чуть ли не каждодневные поборы, постоянные требования материальной помощи. Причем Галка сама на глаза Лизе не показывалась и ничего не требовала. Она исполняла свой план руками Николаши и Геннадия. А те приходили к Лизе с видом побитых собак, пожимали плечами и ждали от нее помощи.
   Игорю о появлении Меренковых Лиза не сообщала длительное время. Она надеялась, что эта проблема, может быть, разрешится сама собой. Поэтому при общении с Меренковыми соблюдала строгую конспирацию. Если Игорь был на службе, то Геннадий с Николашей появлялись с утра пораньше на квартире у Шутовых. В других случаях Лиза заставала их на ступеньках музыкальной школы, где Меренковы ее терпеливо поджидали с пустыми пакетами и сумками под продукты.
   Лиза недоумевала, почему Меренковы не работают. Но они ей объясняли, что работы нет, потому что они эмигранты. Поэтому-то у них такие проблемы с пропитанием и деньгами. Лиза даже и не догадывалась, что это хитроумное семейство даже и не пыталось устраиваться на работу. Для них было намного удобнее и выгоднее "кормиться" за счет Шутовых. Ведь Лиза была очень щедра.
   Большой Лизиной ошибкой, конечно, стал тот факт, что появление Меренковых на их семейном горизонте она скрывала от Игоря довольно длительное время. Если бы Игорь узнал про происки этого неугомонного семейства, он сразу бы все это прекратил. А Лиза не могла так. Ее постоянно мучили угрызения совести, мучили даже тогда, когда она помогала родственникам сверх меры, в ущерб своим детям, порой отдавая последнее. Но всему наступает конец... Наступил такой конец и негласному соглашению между Лизой и Меренковыми.
   Пришли тяжелые и голодные времена, времена перестройки. Лиза поняла, что отдавая Меренковым последние продукты из холодильника, она оставляет голодными своих детей и мужа. Приходилось в тайне от Игоря занимать деньги у знакомых, чтобы прокормить свою семью. В очередной раз, когда Геннадий и Николаша ждали Лизу возле школы, она им отказала. Ей было тяжело, но она отказала, объяснив, что у нее двое маленьких детей, которые в отличие от Меренковых не могут сами себя прокормить. Поэтому теперь родственникам придется рассчитывать только на себя, как-то трудоустраиваться. Ведь на Лизу они не могут быть в обиде, она очень долго помогала Меренковым.
   Так началась следующая фаза взаимоотношений.

Глава 18

   Вместо того, чтобы устроиться на работу, оказавшись без средств к существованию, Галка решилась пойти на крайние меры. Она начала звонить на работу Лизе и на службу Игорю, жаловаться их начальству, что Шутовы не помогают родителям, "жируют" и даже, возможно, воруют у государства. Вот в этот период Игорь и узнал о появлении Меренковых на горизонте их семьи.
   Галка была очень настойчива. Звонила на рабочие телефоны не просто ежедневно. Таких звонков было множество в течение дня. И если Игорю удалось убедить свое командование в неадекватности, так называемой тещи, то Лизе пришлось увольняться с любимого места работы. Директор школы была не в силах больше терпеть телефонный терроризм Меренковой. Пришлось искать новую работу, и опять ненадолго.
   Через небольшой период времени вновь приходилось увольняться и все по той же причине.
   Домашний телефон Шутовых также был накален до красна от звонков Галки. Она звонила в любое время суток, часто была сильно пьяна, и несла всякий бред, сыпала угрозами в попытках заставить Лизу содержать всю их непутевую семейку. И это в то время, когда свекор со свекровью наоборот старались помочь молодой семье как-то выжить в это непростое время. За время проживания в Сибиряке, Шутовым многократно пришлось менять номер телефона.
   С годами Лиза все больше стала убеждаться, что деградировала не только Галка, но и другие ее члены семьи.
   Геннадий от безысходности совсем запился, опустился и потерял свой человеческий облик. Когда-то культурный и воспитанный человек превратился в существо, которое кроме нецензурной брани других слов не знало. Постоянно пьяный, нечесаный, грязный и вечно со слюнявыми губами. Он стал похож на Галку не только внешне, но и внутренне, и теперь в пьяном бреду постоянно пытался обвинять Лизу во всех своих жизненных неудачах. Оказывается, Галка была совсем не причем. Во всем была виновата Лиза.
   А Николаша пошел еще дальше. Пытаясь получить освобождение в военкомате от службы в армии, он, как когда-то его мать, решил сымитировать попытку покончить жизнь самоубийством. Но не рассчитал дозировку психотропного препарата, который ему достала все та же Галка. В результате такой попытки он месяц пролежал в реанимации, за это время произошли необратимые изменения в головном мозге, которые привели в итоге на самом деле к приобретенной шизофрении.
   Николаша стал замкнутым, равнодушным ко всему происходящему и нелюдимым. Лиза сначала относилась к заболеванию брата с пониманием, жалела его, дурака.
   Но как то за чашкой чая Николаша разоткровенничался с Лизой:
   - Ты знаешь, Лизонька, я, кажется, стал экстрасенсом. - Лиза от подобного заявления чуть не поперхнулась чаем.
   - С чего ты сделал такие выводы, Николаша? Это тебе мать внушила, или ты сам решил?
   - Мать в этом вообще ничего не понимает. А я слышу голоса, в отличие от нее. Только настоящие профи слышат голоса! - он слегка повысил голос. - Представляешь, они звучат внутри головы. Это так необыкновенно! А у тебя такое было?
   - Да нет, что ты! Я самый обыкновенный человек. Мне эти вещи не ведомы. Такие чудеса подвластны только особым людям, которые наделены специальными, очень редкими качествами. - Лиза слегка напряглась, но взяла себя в руки. Нельзя было показывать виду, что что-то не то.
   - А еще я вижу удивительные картинки, которые больше никто не видит. - Николаша явно вдохновился пониманием сестры. - И даже чувствую прикосновения к телу всяких невидимых магических существ.
   - Наверное, это здорово, ощущать то, что не могут другие. - Лиза была в шоке. Куда же смотрит мать, ведь Николаша совсем тронулся умом.
   - Знаешь, а иногда мне бывает все же очень страшно.
   - А почему страшно, Николаша? Может, ты просто накручиваешь себя?
   - Нет, совсем нет! Иногда мне кажется, что в мои внутренние органы вживили какие-то инородные предметы, например телефон или радио. И я прямо их всегда чувствую. А если они не злобные, хвалят меня, то я тогда с ними подолгу разговариваю... С ними подолгу разговариваю... - Николаша вдруг уставился в одну точку и замолчал. Было видно, что в его голове неожиданно начались какие-то сложные мыслительные процессы.
   Лиза боялась пошевелиться, чтобы неловким движением не испугать несчастного брата и не спровоцировать очередной приступ болезни. Прошли пять минут в тягостной тишине, пока Николаша опять не продолжил диалог:
   - А еще, я всегда боюсь прохожих. Ты тоже должна их бояться, потому что они на расстоянии стирают память и тогда можно заблудиться и не найти дорогу домой. А еще... А еще они управляют моими руками и ногами, и языком, и даже заставляют говорить всякие гадости. Сегодня, когда я добирался до тебя, со мной тоже так было... Так было... говорил плохие слова...
   - Ну, не переживай. Сейчас же все хорошо? Никто тебя не достает? - Николаша отрицательно замотал головой.
   - Вот и замечательно. В моем доме ты всегда в полной безопасности. Можешь даже не сомневаться. Договорились? - Николаша опять замотал головой теперь уже утвердительно.
   - Молодец! А теперь, пока я тебе гостинцы соберу для родичей, иди, приляг на диванчик, посмотри телевизор. - Николаша послушно побрел в гостиную и лег на диванчик, что-то бормоча себе под нос. А Лиза села на кухне за стол и с ужасом "переваривала" услышанное.
   Конечно, после таких откровений Лиза стала бояться Николашу. Она поняла, что его заболевание зашло слишком далеко, и эти видения могут подтолкнуть его совершить нелепые и страшные поступки. Ей было страшно за себя, за детей, за мужа. С этого дня она старалась, чтобы Николаша не появлялся у них в доме, когда не было рядом Игоря.
  
   ...Так продолжалось много лет. Терроризм семьи Меренковых вперемешку с их психическими обострениями набирал все большую силу, разрастался, увеличивался в объемах, как снежный ком. И казалось, что нет ни какого спасения от этого маразма.
   У Лизы уже не было никаких сил терпеть все эти издевательства, как вдруг чудесным образом появился шанс кардинально изменить ситуацию. На горизонте семейства Меренковых появился новый, перспективный в плане финансов, объект - Николай Старостин.
   Лиза об отъезде Меренковых узнала случайно, буквально в последний день. Геннадий и Николаша пришли, как обычно, с утра пораньше. Сидя на кухне у Шутовых и поедая с наслаждением завтрак, Геннадий выдал:
   - Можешь радоваться... - он сделал паузу, чтобы прожевать бутерброд, который целиком засунул в рот. - Мы уезжаем в Мордовию.
   - Да кто ж вас там ждет? Неужели вы еще не все разбазарили? Хотите совсем остаться "без штанов"? - Лиза была удивлена. Но в то же время ее душа наполнилась мгновенно радостью: "Неужели они отсюда уедут, и мы наконец-то заживем с Игорьком спокойно?.."
   - Ошибаешься, доча! Это тебе было для нас всего жалко. А вот нашелся добрый человек, отчим Галочки, Колька Старостин. Он нас позвал к себе. У него денег навалом... Он прям так и написал, мол, денег полно, всем хватит!..
   - Ну, это ж хорошо! Я рада за вас! Когда в дорогу?
   - А тебе, Лизка, гляжу, лишь бы поскорее от нас избавиться?.. Да завтра, завтра уедим, можешь радоваться! Собери нам последний раз в дорогу что-нибудь пожрать, а то ехать-то три дня поездом... Сама знаешь, что у нас шаром покати, как всегда...
   - Конечно... Сейчас соберу...
   Вот так Лиза обо всем узнала и была безмерно счастлива. Счастлива от того, что наконец-то Галка нашла для себя новый объект в лице своего отчима Старостина.

Глава 19

   Николай Старостин, после отъезда Аннушки вместе с Галкиной семьей в Подмосковье, остался совсем один в Курган-Тюбе. Быстро он заскучал в одиночестве, понял, что потерял в лице Аннушки последнее солнечное пятно своей жизни, свою некогда сильную любовь. А после смерти жены, у него вовсе что-то сломалось внутри. Неожиданно для себя и окружающих Николай перестал пьянствовать, и что еще более удивительно, начал ходить в церковь, вести правильный образ жизни. Соседи его не узнавали.
   Когда в Афганистане начались военные действия, и часть населения Таджикистана стала покидать республику, Николай тоже собрал свои немногочисленные вещи, закрыл однокомнатную квартиру, в которой они с Аннушкой когда-то, давным-давно, были так счастливы, и поехал, как говорится, куда глаза глядят...
   Через несколько дней Николай оказался в Мордовском селе Дракушкино, куда пригласил его давнишний друг по службе в армии.
   В Дракушкино Николай сразу нашел себя. Буквально на следующий день он устроился на работу плотником, получил от сельсовета для проживания небольшой заброшенный домик. Но Старостина это не испугало. Он был полон готовности заново начать свою загубленную жизнь. Тем более, что впервые за последние несколько лет лишь в этом мордовском селе никого не испугала его судимость. В нем, в первую очередь, увидели человека, увидели мастера своего дела, а не бывшего зэка.
   За три летних месяца Николай привел свой домик в порядок. Выпросил у председателя сельсовета к этому домику достаточно большой земельный участок - мечтой всей его жизни было когда-нибудь заняться выращиванием домашней клубники. И вот его мечта потихоньку начала осуществляться.
   Все тридцать шесть соток он засадил клубникой. И на следующий год Николай уже собирал первый урожай. Клубники народилось так много, что ему пришлось нанимать сезонных работников для обработки и сбора ягоды. В этот год Николай заработал огромное количество денег на одной только клубнике.
   Односельчане, вдохновленные результатами деятельности Николая, все, как один, осенью тоже засадили свои участки клубникой. С тех пор село Дракушкино прослыло Клубничной страной, где выращивание клубники стало основным видом сельскохозяйственной деятельности.
   Так прошло несколько лет. Николай очень крепко встал на ноги, превратился в зажиточного сельчанина и зажиточного жениха. Но, как ни странно, он так и оставался холостяком. После Аннушки ни одна женщина ему не нравилась, ни кого он не представлял возле себя. Видимо судьба уготовила ему одиночество на старости лет.
   Все чаще он стал анализировать свою молодость и каждый раз корил себя за то, что не убедил Аннушку обзавестись общими детьми: "И вот, теперь он один-одинешенек. Кому нужны теперь эти мои богатства?" Временами грусть находила на него с такой силой, что у него просто пропадала тяга к жизни.
   Все чаще он стал вспоминать взбалмошную Галку, Аннушкину вредную девчонку: "Интересно, где она сейчас? Что с ней? Как сложилась ее жизнь?" Все чаще у Николая стали появляться мысли о том, что Галка единственный родной для него человек, та единственная ниточка, которая связывает его с Аннушкой.
   В один прекрасный день, когда депрессия вновь его охватила со страшной силой, Николай все же решил найти Галку и сделал в органы соответствующий запрос. Много месяцев от его запроса не было ни слуха, ни духа...
   И вот однажды, когда он совсем уже отчаялся получить ответ, пришло заветное письмо. Теперь Николай знал о месте нахождения Галки. Единственно о чем он не знал, так это об отношении Галки теперешней к нему. Но он все же рискнул и написал ей письмо.
   Послание получилось очень большим, ему хотелось подробно рассказать своей падчерице о себе, своих достижениях, своем благосостоянии. Он решил, что может быть, эти факты из его жизни все-таки как-то смягчат сердце Галки, и она позволит ему стать членом их семьи, позволит возиться с внуками. И... не ошибся в своих умозаключениях.
  
   Когда Галка получила письмо от Николая Старостина, она поняла - судьба дает ей еще один шанс, может быть последний в этой жизни, шанс начать нормальную достойную жизнь. Галка быстро приняла решение перебраться на жительство к Старостину, тем более его материальные условия еще как позволяли это сделать.
   За бесценок был продан жалкий домишко, в котором жила семья Меренковых, как обычно, в течение трех дней были завершены все дела. Больше их здесь ничего не держало. Семейство отправилось на постоянное место жительство в Мордовию...
  
   Появление Галки с семейством в Дракушкино стало для Николая Старостина настоящим сюрпризом. Ведь он так и не дождался от нее ответа на свое письмо. Он и не мечтал о том, что она приедет к нему жить. А она приехала, да еще и со своими мужичками. Правда, Николая несколько обескуражил вид всех троих. Слишком они ему показались неухоженными и потрепанными. У него даже промелькнула шальная мысль, а не злоупотребляют ли они алкоголем.
   Галка, заметив смутные подозрения отчима, взялась сразу поправлять ситуацию, а то чего доброго еще выпроводит их назад, восвояси.
   - Да ты знаешь, батя, такая дорогая была тяжелая! Прямого поезда не было, пришлось ехать на перекладных с двумя пересадками. Ночь ночевать прямо на вокзале, мест в гостинице, представляешь, не было. В общем, устали ужасно! Несколько деньков отдохнем, оклемаемся малость и будем похожи на людей. - Галка врала без зазрения совести.
   - Ой, как я рад, Галочка, как я рад! Я ведь здесь совсем один. Туго мне. Хозяйство огромное, правда и доход очень хороший приносит, но требует к себе серьезного внимания. - Было видно, что Старостин сильно волновался. Он все никак не мог осознать, что это все та же Галка, которая его ненавидела всеми фибрами своей души. - А раз вы приехали, нас теперь много - справимся! Будем дружно жить-поживать и добра наживать.
   - Конечно, папуля, о чем речь! Вот все хозяйство мне покажешь, и ни каких проблем! Будешь сидеть в потолок поплевывать да семечки пощелкивать! - Галка выглядела счастливой, наконец-то она будет жить в достатке.
  
   Но проблемы начались практически сразу. Кроме Геннадия к настоящей работе, тем более сельскохозяйственной никто не был приучен. Геннадию надо отдать должное, он уже на второй день после приезда устроился на работу в соседнем поселке Торбеево на автобазу. А Галка с Николашей приготовились пожинать денежные плоды с дедова участка. Да оказалось не все так просто. Сначала надо было организовать сбор клубники наемными лицами, затем вывезти весь урожай на ярмарку и только тогда получали деньги. Слишком долгий процесс. А хотелось все быстро и сразу.
   Галка придумала другую схему. Желающих купить клубнику сразу приглашали на участок и предлагали им самим собирать ягоду. На выходе с участка поставили производственные весы, на которых ягоду сразу взвешивали и получали за нее расчет. Вариант был идеальный. Не надо было напрягаться самим на солнцепеке, и деньги сразу. Что еще надо?
   Вот только то, что собиратели ягод вытаптывали под корень всю клубнику, на это Галка внимания не обращала, хотя Старостин всячески пытался остановить это варварство. Он столько лет жизни положил на то, чтобы вывести этот редкостный сорт клубники, и теперь такой плачевный результат. Но Галка была непреступна:
   - Подумаешь, где-то примяли! Это ж трава, на утро уже будет бодрячком. Зато тебе, старый не надо будет целый день на солнце работать вместе с наемниками, а потом еще и продавать. Представь, сколько времени экономим. Ничего не делаем, а денежки - вот они! - Галка вытащила пачку денег из кармана грязного фартука и потрясла перед носом деда.
   - Эх, Галка, Галка! Какая ты была безалаберная, такая и осталась. Я думал, ты повзрослела, умнее стала, а ты... - Старик был явно очень расстроен, все его многолетние труды пошли прахом. И все за один сезон.
   - Да, что ты, старый, несешь? Освободили его от каторжного труда, а он еще и недоволен. С ума сойти! Вот тебе и вся благодарность!
   - Дура ты, Галка! Собрали урожай в этом сезоне, а про следующий сезон кто будет думать? Те места, где твои проклятые покупатели вытоптали, уже не дадут урожая. Неужели это непонятно?
   - Да что ты заладил? Урожай, урожай! Будет день - будет и пища. Все будет нормально с твоей клубникой. Больше об этом разговор не заводи. Все! Точка!
   А следующий год и в самом деле выдался неурожайным. На участке Николая Старостина впервые за много лет неуродилась клубника. Весь огромный участок представлял собой одну большую проплешину. Лишь изредка одиноко топорщились кустики некогда шикарной клубники. Для деда потеря селекционной клубники стала смертельным ударом.
   Старостин сразу слег, у него отнялись ноги. Он стал быстро сдавать, весь высох, пожелтел, как-то осунулся. Галка, конечно за ним ухаживала время от времени, но ему уже ничего не было нужно. Через месяц он уже не разговаривал, а только беззвучно шевелил губами. Было понятно, что его конец уже близок.
   Тогда Галка засуетилась. Соседи судачили, что у Старостина была прорва денег, что он складывал их в трехлитровые банки и закапывал где-то на участке в землю. Меренковым об этом не было ничего известно, но Галка была склонна доверять сплетням односельчан. Как говорится, дыма без огня не бывает:
   - Надо найти сбережения, пока дед не помер. А то останемся на бобах! - рассуждала Галка. - Вкалывали тут на его участке и останемся без денег. Нормально! Нет, так дело не пойдет. Надо искать!...
   С этого момента семейство Меренковых совсем бросили на произвол судьбы старого умирающего деда. У них была одна забота - найти сбережения Старостина. Поиски велись очень активно. Были перерыты весь погреб и участок возле дома. А когда поиски не дали результата, решили, что богатство дед, наверное, спрятал на клубничной плантации, вернее бывшей плантации.
   Соседи удивлялись вдруг появившейся работоспособности у Меренковых и ничего не понимали. Знаменитое на все село семейство за неделю втроем перекопало весь участок размером в тридцать шесть соток. Работали Меренковы очень усердно, так усердно, что не заметили, когда умер Николай Старостин. Позже Галка поняла, что мертвым он пролежал как минимум два дня. А они в погоне за богатством даже не обратили на это внимания. Денег они так и не нашли, а деда угробили вконец.
   ... Деда Старостина хоронило все село. С почестями, с большим сожалением и сочувствием. Он был уважаемым человеком. Это с его легкой руки сельчане занялись разведением клубники, с его легкой руки теперь люди жили в достатке.
   Меренковых стали презирать, потому что считали, смерть Старостина была на их совести. Презирали, конечно, не открыто, но никто с ними старался близко не общаться, не шли на контакт, всем они казались странной семейкой. И это была чистая правда.

Глава 20

   ... Жизнь без потрясений у Лизы и Игоря продержалась три года. Все нормализовалось, стабилизировалось. Лиза заметно стала спокойнее, стала увереннее себя чувствовать. За это время Меренковы ни разу не дали о себе знать. А Лиза боялась сглазить. Боялась вообще о них думать, чтобы нечаянно, как говорится, силой мысли опять их к себе не притянуть.
   Но вот однажды, в два часа ночи в квартире Шутовых бесцеремонно затрезвонил телефон.
   - Алло, слушаю! Кто говорит? - Лиза сразу насторожилась.
   - Это я тебя слушаю, стерва неблагодарная! Думаешь, мы уехали и все? А то, что ты должна содержать своих престарелых родителей, ты разве не знаешь? - Лиза с ужасом узнала голос Галки.
   - Что тебе надо? И вообще, ты видела, сколько сейчас времени? У меня дети спят, между прочим!
   - Твои дети - это твоя проблема! Когда собираешься деньги высылать?
   - А что, у Николая Старостина уже закончились все деньги?
   - Идиотка, он умер три дня назад. Мы все его сбережения потратили на похороны и поминки. И, вообще, особо денег-то у него не было. Обманул старый хрыч!!! Так что гони бабло, не то я на тебя на алименты подам. Поняла? Я узнавала, будешь платить мне как миленькая. - Галка рассмеялась в трубку пьяным голосом. - По документам ведь я твоя мама! Так что будешь платить по суду, если не захочешь по-добру, по-здорову! Ясно тебе?!
   - Ясно все! Горбатого могила исправит! Не беспокой больше мою семью, своим родителям я помогать буду, а ты про это - забудь! - Лиза яростно положила трубку на рычаг.
   В течение этой ночи звонки продолжались бесконечное количество раз. Но Лиза трубку не брала, а потом и вовсе перевела телефон в ночной режим, чтобы не разбудить детей.
   С этого момента телефонные звонки Меренковой возобновились вновь - и на домашний телефон, и на работу Лизе, и на службу Игорю. Все продолжалось до тех пор, пока Игорь не получил новое назначение в совершенно другой населенный пункт.
   Оба, и Игорь, и Лиза, вздохнули с облегчением. Появилась возможность естественным путем избавиться от террористической телефонной деятельности Галки.
   Конечно, тяжело было семье Шутовых срываться с насиженного места. В этот городок уже успели врасти корнями. Все тут друг друга знали, помогали, чем могли, и просто жили дружно и весело. Здесь родились детки, которые росли и развивались в условиях любви, заботы и какой-то особой обстановки, обстановки, свойственной, пожалуй, лишь маленьким военным городкам. Лизоньке было жаль покидать свой любимый городок, в котором без малого они прожили шестнадцать лет.
   Но, Игорь был полон энтузиазма:
   - Лизунок, все, что не делается, делается к лучшему!!! Значит, нам пора на новое место. Нам ведь и так повезло, в отличие от других. Мы много лет с тобой прослужили на одном месте. Поедим теперь в Екатеринбург, город-миллионер, представляешь?! Большой современный город, большие возможности!
   - Да, Игореша, ты прав! Да к тому же наш переезд дает нам шанс спрятаться от Меренковых, я очень от них устала!
   - Лиза, я много раз тебе говорил, что Галина Анатольевна ведет себя так, потому что ты ей это позволяешь. Она видит твою духовную слабость и пользуется этим. Она, как энергетический вампир, высасывает из тебя последние силы. Возьми себя в руки! И не обращай на нее внимания. Когда она поймет, что стала тебе безразлична, тогда и отстанет.
   - Наверное, ты прав, Игореша. Но я склоняюсь к тому, что основной стимул у нее - деньги. Она привыкла жить за чужой счет, понимаешь, она всю жизнь жила за счет алиментов, которые присылал мне отец. Это просто дурная привычка, и от своих намерений она никогда сознательно не откажется. - Лиза сидела на маленьком детском стульчике, положив подбородок на сложенные в замочек руки, и смотрела в "никуда" отрешенным взглядом.
   - Значит, надо активно заниматься поисками твоих настоящих родителей, искать свидетелей тех давних событий, запросить выписки из архивов. В общем, надо добыть все мыслимые и немыслимые доказательства того, что Галка не является твоей матерью. Слышишь, Лизонька, не вешай нос! Прорвемся! В конце концов, мы счастливы, несмотря на все происки Галины Анатольевны. Кстати, ты помнишь, как говорила твоя любимая Мэри Кэй Эш? - Игорь взял с книжной полки книгу Мэри Кэй "Мои воспоминания и чувства" и, дурачась, занял поэтическую позу.
   - Цитирую: "...Не столько то, что происходит в жизни человека, меняет его характер и жизненные позиции, сколько его реакция на все происходящее. Культивируйте счастливые стороны жизни". Слышишь, Лизонька? Куль-ти-ви-руй счастливые стороны своей жизни и забудь про это чудовище! Хорошо? - Лизонька в знак согласия тихонько кивнула головой и сквозь слезы улыбнулась своему любимому.
   - Ну, вот и молодчина! Мы с тобой еще покажем ей кузькину мать, мы же вместе! А это - о-го-го какая силища!.. - Игорь схватил Лизу и закружил по комнате. - Да, кстати, дорогая, я забыл тебе сказать, вернее не успел еще - я заказал столик в ресторане. Будем сегодня с друзьями отмечать наше с тобой новое назначение, так сказать новый виток нашей жизни!... А теперь в завершение всего сказанного давай по-нашему, по военному троекратное ура - два коротких, один с раскатом!.. Ура-Ура-Ура-а-а-а!
   ...Екатеринбург не доставил Шутовым неприятных сюрпризов в лице Меренковых. Видимо Галке не удалось раздобыть адреса их нового места жительства.
   Жизнь протекала размеренно и спокойно. Сыновья Алеша и Егорка после окончания школы там же поступили в технический университет, который носил имя первого президента России. Лиза получила должность директора музыкальной школы и была очень рада, что у нее и на новом месте была возможность себя профессионально реализовать.
   Четыре счастливых года жизни пролетели как один год - на одном дыхании. Не успели привыкнуть к Екатеринбургу, как Игорь получает новое назначение в Москву и, соответственно, очередное воинское звание - генерал.
   ... После смерти деда бывшая клубничная плантация перестала представлять интерес для Меренковых. Галка считала ниже своего достоинства копаться в земле. Она решила заняться другим "бизнесом".
   Еще со времен проживания во Фрунзе она увлекалась оккультизмом. Здесь, в Дракушкино, ее увлечение набрало еще большие обороты. На этом она и решила зарабатывать деньги. Как ни странно клиентов у нее было много, а постепенно люди стали приезжать и из других населенных пунктов. В своем селе она прослыла ведьмой и местные стали бояться ее еще больше.
   Галку это не расстраивало, наоборот, она считала такое отношение к себе своего рода признанием. Но самое главное, у нее всегда были свои карманные деньги. Ведь хоть один, но клиент был каждый день. Конечно, основным кормильцем в семье был Геннадий. Он получал достойную зарплату, его очень уважали на работе. Но Галке хотелось быть от него независимой в материальном плане, по крайней мере, морально: "А то еще вздумает придумать себе, что он в семье главный. Пусть думает, что я - основной добытчик денег..."
   И для усиления эффекта главного работника Галка придумала специальный ритуал. Каждый день они должны были хорошо выпить и хорошо закусить за счет денег, которые она заработала. Ведь, по ее теории, необходимо ежедневно "поддерживать" денежный поток, а для этого важно исполнять специальные ритуалы, которые назывались как благодарственные. Галка убеждала, что когда они выпивают рюмочку-другую, они задабривают сущности, которые ей помогают в ее ежедневной "работе", помогают в черной магии.
   Меренковы как-то и не заметили, что их привычка ежедневно прославлять денежную удачу в конце "рабочего дня", постепенно переросла в обыкновенные пьянки, длящиеся по три, а то и четыре дня.
   Однажды, после очередного ритуала благодарности, длившегося почти целую неделю, случилось непоправимое. Умер Геннадий. Умер тихо, без мучений. Умер тут же за грязным столом с рюмкой в руке. Видимо алкоголь в последнее время и без Галкиных благодарственных ритуалов стал для Геннадия единственным способом забыться в этом сумасшедшем доме.
   Николаша тихо плакал, сидя в темном углу, а Галка рвала на голове волосы и выла над телом Геннадия так, что слышало все село. Все! Теперь она осталась одна, с сыном-дурачком, который никогда ее не понимал и жил в своем придуманном мире:
   - На кого же ты меня оставил? - голосила Галка. - Господи, за что мне все это?
   Но Геннадий ее уже не слышал, он теперь был свободным от мирской суеты. Его лицо было чистым и светлым, на губах играла легкая и счастливая улыбка. Весь его вид говорил, что он наконец-то освободился от какой-то страшной обузы, обузы, которую он тащил всю свою никчемную жизнь.
   Он словно был солидарен с великим Леонардо да Винчи, который говорил: "Лучше умереть, чем маяться в неволе".
   Вот Геннадий наконец-то и освободился из неволи, на которую его обрекла много лет назад Судьба по имени Галка...

Глава 21

   Елизавета Владимировна сидела за рабочим столом и нервно перебирала очередную партию повесток в мировой суд. Лизу вызывали в качестве ответчика по исковому заявлению ее мачехи Галины Анатольевны Меренковой, которая требовала крупной денежной суммы в качестве алиментов на свое содержание. Меренкова считала, что Лиза обязана взять на себя все ее материальные нужды, включая и нужды убого Николаши, который так и не оправдал надежд своей матери.
   Лизу судебный иск в отношении нее от Меренковой нисколько не удивил. Морально она давно была готова к такому повороту событий. Судебные разбирательства стали апогеем их особых взаимоотношений. Но после того, как умер отчим Геннадий, который являлся неким амортизатором между ней и Галиной Анатольевной, Лиза поняла, что вот-вот Меренкова проявится в полную силу. И не ошиблась.
   Так называемая "мама" практически сразу дала о себе знать, и это событие было легко прогнозируемым. Им с Николашей надо было на какие-то средства жить, а жить не на что - главный кормилец, за счет которого они благополучно долгие годы оба паразитировали, теперь умер. Клиенты, на которых она зарабатывала посредством черной магии, в один миг разбежались. Как будто смерть Геннадия поставила жирную точку и на Галкином личном "бизнесе". К работе и Николаша, и Галка были не приспособлены, да, в общем-то, они и не желали работать. Оставался единственный вариант - это сесть кому-нибудь на шею. Самой близкой шеей оказалась теперь шея Лизы.
   В начале Лиза особо не переживала по поводу того, какое решение может вынести суд. Ведь все тут и так понятно. Но Мировой судья посчитал, что документов, представленных истицей, достаточно для того, чтобы назначить Лизе выплату алиментов на содержание родительницы. В том, что родительница настоящая, в суде сомнений не возникло.
   Конечно, Лиза могла избежать этой участи по выплате алиментов на содержание Меренковой, но для этого ей необходимо было в суде доказать, что та не является ее матерью. И это ей не удалось.
   Первое время после суда Лиза долго не могла прийти в себя, ее моральное состояние было подавлено до такой степени, будто наступил конец света. У Лизы не укладывалось в голове, что ей придется содержать это чудовище, которое отняло у нее родителей и, которое столько лет измывалось над ней. Она до последнего надеялась, что справедливость восторжествует. Но...
   - И как теперь с этим со всем мне жить-то? Это мой крест, мое ярмо! И перед людьми, это - такой стыд! Ведь не будешь всем рассказывать о подробностях своей жизни, о том, что эта женщина вовсе мне не мать, а убийца моей матери. Ну как я теперь буду жить с таким пятном на репутации, показываться на глаза общественности?
   Да, для Лизы это было сильнейшим ударом. Но муж и дети считали, что не нужно СТОЛЬКО придавать значения происшедшим событиям и так убиваться:
   - Да, неприятно. Да, противно. Но не смертельно! И вообще тебе не все равно, кто и что подумает? - успокаивал Лизу супруг. - Мне, например, до других дела нет. Просто надо продолжить поиски твоих настоящих родителей. Вот тогда все встанет на свои места. А пока не забивай свою голову этой ересью. Чем больше ты на этом зацикливаешься, тем больше загоняешь себя в угол и сильнее подрываешь свое здоровье. Еще чуть-чуть и тебя хватит удар. И кому от этого будет хорошо. Она ведь только этого и ждет! Пусть пока наша Баба Яга порадуется временной победе. Она видимо и не догадывается, что все хорошее когда-нибудь кончается. И не факт, что история с тобой для нее хорошо закончится.
   - Да, да, Игорь, ты прав, как всегда, прав. Просто ты же знаешь, что мои нервы уже истощены до предела, столько лет это все продолжается, что мне иногда кажется, что моя судьба заключается именно в этом - испытывать на себе происки Меренковой. Потому все так... Прости меня, любимый. И спасибо тебе за то, что ты всегда меня поддерживаешь! - Лиза нежно обняла мужа, украдкой вытирая слезы.
   С этого момента Шутовы еще больше активизировали свои поиски доказательной базы преступлений Меренковой. Но, пока, несмотря на неимоверные усилия, действия Лизы и Игоря не давали ни каких результатов. Все было, как говорится, "шито-крыто".
   Лиза каждый раз, при получении отрицательного ответа, сильно расстраивалась, плакала, пила успокоительные средства. А муж Лизы, как истинный военный, был спокоен и уверен в том, что это - до поры до времени. Где-то должен найтись кончик нитки от этого запутанного клубка...

Глава 22

   Володя Швагерус сидел в московском кафе "Кофе Хауз" с чашечкой ароматного кофе и терпеливо ждал встречи со своей одноклассницей Оксанкой Сизовой. Оксанка сильно опаздывала, но Володя не сердился. Он был очень рад встрече с бывшей одноклассницей, которую не видел уже как минимум двадцать пять или даже тридцать лет.
   Он хорошо помнил эту маленькую хрупкую девчонку с двумя белобрысыми крысиными косичками и смешными круглыми очками, как у Леннона. Оксанка постоянно плакала, потому что ее все время обижали, и в первую очередь сам Володька. То за косички ее подергает, то обрызгает школьными чернилами ее вечно накрахмаленный белоснежный фартучек, то отберет миниатюрный розовый портфельчик и забросит непременно в самую большую лужу, кишащую лягушачьими головастиками.
   А потом незаметно из этого человеческого головастика, Оксанки, вылупилась довольно симпатичная девушка, которая всех своих школьных обидчиков, в том числе и Володьку, заткнула за пояс. Оксана получила великолепное образование и на радость своим родителям добилась больших профессиональных высот в области нотариата, да не где-нибудь, а в самой Москве.
   Конечно, это случилось не сразу. В самый пик ее профессионального развития в стране начался раскол. Пришлось в родном городе Курган-Тюбе все бросать и уезжать в Россию. Волею судьбы семейство Сизовых оказалось в Москве. Там Оксану как то сразу заметили в юридических кругах, что было не удивительно, ведь она всегда и во всем была отличницей. Так постепенно, тихим сапом, она и стала пробиваться наверх по карьерной лестнице. И вот теперь это уже не какая-то там Оксанка Сизова, а председатель всероссийского союза нотариальных палат Оксана Николаевна Борисова. Такой ее и встретил Володя случайно в визовом отделе посольства Германии.
   Туда он приехал специально из Подольска, где долгие годы после завершения своей военной службы жил с семьей. Но теперь Швагерусы решили дружно эмигрировать в Германию. Бабушка Лиза, Володина мать давно грезила последние годы своей жизни пожить хоть немного на родной земле. Так Володя и оказался в посольстве.
   Оксану он узнал не сразу - от той девчонки с крысиными косичками не осталось и следа.
   - Володька, неужели это ты? Сколько зим, сколько лет? - прекрасная незнакомка крепко ухватила его за рукав.
   - Простите? Мы знакомы? - Володя смотрел на эту маленькую эффектную женщину и не узнавал ее.
   - Вот те, на..! Одноклассничек называется! Забыл, кого за косички все время дергал и житья не давал? Забыл, кого доводил до слез? - знакомые пронзительные глаза с хитринкой в уголках цепко впились в него взглядом.
   - Оксанка? Ты? - Володька обомлел, только теперь он узнал в этой барышне Оксанку. - Как я рад тебя видеть. А ты, какими судьбами здесь?
   - И я тебя хочу спросить об этом же. Я с ног сбилась тебя искать, уже потеряла всякую надежду, что удастся выполнить предсмертную волю одного очень хорошего человека. И на тебе, встретились в самом непредсказуемом месте, да еще спустя столько лет!
   - А что за дело-то, Сизова? Я и не знал, что ты меня искала... - шутливо ответил Володя.
   - Слушай, Швагерус, давай так. Сейчас мне некогда, много работы. Встретимся в 19.00 в "Кофе Хауз" на Кутузовском. Знаешь, где это? - Володя утвердительно кивнул. - Если для тебя это не очень удобно - извини! Просто для меня Кутузовский - самый идеальный вариант, загружена работой по самое "не хочу".
   - Да, все нормально. Мне подходит. В 19.00 жду тебя в условленном месте.
   - Ну, тогда все! До встречи! Могу немного опоздать, сам понимаешь, теперь Москва - сплошные пробки. Но ты меня обязательно дождись. Это важно! Важно для тебя!
   Оксанка привстала на цыпочки, нежно поцеловала Володю в щеку, помахала ручкой с увесистым бриллиантом и унеслась, как тайфун. А Володька еще несколько секунд стоял остолбеневший, пытаясь осознать происшедшее. На какое-то время он даже забыл, для чего находился в посольстве.
   ... Теперь Володя сидел в кафе и мысленно корил себя за то, что не взял у Оксанки даже ее телефона: "А вдруг, разминемся? Или вдруг я перепутал место встречи, ведь этих кафешек - пруд пруди на каждом углу, в том числе на Кутузовском, наверное? Запросто мог зайти не в то..." За этими пессимистическими мыслями Оксана и застала Володю.
   - Ну, привет, еще раз! Заждался? Извини! Так получилось! Но, теперь я в твоем распоряжении, а ты, наконец-то - в моем! - Оксанка улыбнулась и облегченно вздохнула. Видимо дело было действительно чрезвычайно важным.
   Бывшие одноклассники просидели в кафе до глубокой ночи. Долго рассказывали друг другу о себе, своих семьях, у кого как сложилась жизнь. Но, самое главным в этой встрече было то, что наконец-то Володя получил письмо Зинаиды Петровны Бачинской, письмо, в котором раскрывалась тайна рождения его дочери Лизоньки.
   ...Володя был в шоке от прочитанного письма Бачинской. У него в голове его содержание не укладывалось. Он все отмерял и отмерял шагами гостиничный номер, в котором поселился, а мысли хаотично носились из стороны в сторону:
   - Бедная Лизонька, бедный мой ребенок! Никто об этом не догадывался, никто... Где же мне ее теперь искать, мою Лизоньку?.. След потерян еще во Фрунзе, когда закончилось алиментное бремя... Господи, как я виноват перед ней. Но ведь кто мог подумать, что Галка не была ее матерью... И какой же я - идиот! Успокоился! Видишь ли, с матерью Лизоньке будет хорошо... С какой матерью?!... Кошмар! Надо срочно искать Лизу, искать всеми возможными путями - через паспортный стол, через "Жди меня", через социальные сети... Надо искать, искать, искать...вымаливать прощение... за все... и за Оленьку тоже..."
   По щекам Володи ручьем текли слезы, но он не чувствовал этого. Потому что это были не слезы, это были частички его души...
   ... В отличие от других Галка своей жизнью была довольна. Еще бы, она вышла на пенсию, получала алименты на свое содержание от Лизки. Благодать. Работать не надо, проклятую плантацию Старостина обрабатывать тоже не надо. Не надо, потому что ей вполне хватает на жизнь. Да, ко всему прочему, у нее есть дополнительный доход от продажи самогона. Ее даже не раздражало то, что за горячительными напитками к ней местные алкаши приходили в любое время суток и даже ночью. Ведь к деньгам Галка всегда относилась трепетно. Для нее важно было их постоянное наличие, чего бы это ей не стоило.
   Все бы было ничего, если бы не Николаша. Он мешал Галке. Ей хотелось наладить свою личную жизнь. Геннадий давно умер, не куковать же ей всю оставшуюся жизнь одной?
   Но болезнь Николая прогрессировала, теперь он уже совсем не мог себя обслуживать, он совсем ничего не соображал. Постоянно ходил грязный и неопрятный, бубнил вечно что-то себе под нос, с утра до вечера слонялся по селу и всем подряд жаловался, что мать его не любит и что всем она принесла только одно горе. Не смотря на свою придурковатость, он явно требовал к себе повышенного внимания. В Дракушкино Николаша давно прослыл местным юродивым, и сельчане с жалостью и пониманием относились к нему, а Галку, которая демонстративно показывала, что не собирается взваливать на себя обузу в виде Николаши, еще больше презирали.
   Но Галку мнение сельчан вообще не волновало, ведь она ни кого никогда не праздновала. Тем более в этом вопросе - она сама себе хозяйка. Что поделаешь, она - такая, она не готова обслуживать тридцативосьмилетнего детину в ущерб своим интересам. В конце концов, ей хотелось наконец-то пожить для себя.
   Одно время Галка пыталась сдать Николашу в специализированное лечебное заведение. Но в этом вопросе ей каждый раз отказывали:
   - Принудительные меры медицинского характера, мамаша, назначаются только в том случае, когда психическое расстройство лица связано с опасностью для него или других лиц либо возможностью причинения им иного существенного вреда... Ваш сын спокойный, не буйный..." - беспристрастно отвечали ей официальные лица.
   - Что же получается, чтобы поместить психического больного на постоянное лечение в медучреждение, надо чтобы он кому-то навредил? Например, меня ночью прирезал? - Галка брызгала слюной в лицо работнику соцзащиты.
   - Ну, зачем Вы так, мамаша? Но кто кроме Вас побеспокоится о Вашем сыне? Вы думаете, он там кому-то нужен? Тем более, Вы-то сами вполне дееспособны. А значит, в состоянии ухаживать за своим сыном. Что поделаешь, такова жизнь. У каждого из нас свой крест...
   - Это у Вас крест, а не у меня! - парировала Галка, громко хлопнув дверью.
  
   С каждым днем она все больше ненавидела Николашу. Кажется, она даже готова была лишить его жизни, лишь бы не обременять себя его проблемами.
   Николаша интуитивно чувствовал неприязнь к себе со стороны матери. Он совсем перестал дома питаться, перебивался тем, что жертвовали ему сельчане. Николаша боялся даже спать по ночам - у него появилась навязчивая идея, что Галка хочет его убить.
   Конфликт между двумя когда-то близкими людьми назревал с катастрофической скоростью. В воздухе "пахло" трагедией, но никто не пытался ее остановить. Никто не хотел связываться с Галкой... И беда не заставила себя долго ждать.
  
   ... Этот большой пожар разразился глубокой ночью, когда Дракушкино было погружено в глубокий сон. Люди стали просыпаться от истошного лая собак. Выбежав на улицу, люди содрогнулись от увиденного зрелища. Горел дом Меренковых. Он полыхал так сильно, что подойти к нему было просто невозможно. Дом полыхал, огромным ненасытным костром. Люди, готовые прийти на помощь, стояли беспомощно в стороне. Было слишком поздно.
   0x01 graphic
   Когда пожар удалось победить, стало понятно, что от дома остались одни головешки. Сгорело все дотла, даже некогда шикарная клубничная плантация Старостина выгорела полностью. Из земли то здесь, то там струился зловещий дым, напоминающий щупальца страшного потустороннего существа, пытающегося выбраться на свободу.
   На пепелище дома нашли тело сгоревшей заживо Галки, которое было сильно обезображено. Но люди опознали ее по талисману на груди в виде черной пятиконечной звезды, которую она всегда носила на серебряной цепочке. Эта звезда как будто вплавилась в Галкину кожу и теперь еще сильнее людям казалась чудовищной дьявольской меткой.
   Но больше всего окружающих впечатлила икона Богородицы, которую покойница крепко прижимала к груди, видимо, пытаясь в последние минуты жизни "повернуться" лицом к Господу и найти у него спасение для своей грешной души. Икона оказалась в целости и сохранности, даже следов копоти на ней не было обнаружено, как будто бы пожар прошел вовсе мимо нее.
   Тела Николаши так и не нашли, как и не видели его живым. Но сельчане были уверенны, что Господь пожалел этого юродивого и дал ему шанс начать свою жизнь заново, в согласии с самим собой, в согласии с миром...

Глава 23

   ...Я как-то особенно люблю солнце, мне нравится самое имя его, сладкие звуки имени, звон, скрытый в них...

Горький М.

  
   Лиза с удовольствием выпила чашечку кофе. Она любила такие минуты, когда никто не беспокоит, когда можно расслабиться, получить удовольствие от ароматного напитка, и, самое главное, просто ни о чем не думать...
   В кабинет вошла Алина и улыбнулась Елизавете Владимировне своей неотразимой улыбкой. Сейчас Алина поистине была счастлива, потому что была счастлива она, Лизонька. По крайней мере, в эти минуты она казалась таковой.
   - Алина, ты настоящая волшебница! Только твой кофе такой вкусный. И вообще знаешь, я больше нигде не пью кофе, только в нашем офисе, то есть только твой! Спасибо, дорогая! Получила истинное удовольствие! - Лиза с благодарностью протянула секретарше подносик с пустой кофейной чашкой.
   - Что Вы, что Вы, Елизавета Владимировна! Вы ко мне слишком добры... - Алина, как всегда, засмущалась.
   - Алиночка, душа моя, уж я-то знаю толк в хорошо приготовленном кофе. Ты - настоящий дока в этом деле! И не спорь со мной!
   - Слушаюсь, Елизавета Владимировна! - улыбнулась Алина и аккуратно, на цыпочках, вышла из кабинета, словно боялась смазать картинку счастья в кабинете начальницы.
   Лизонька откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Нет, она не спала. Она наслаждалась покоем, пусть временным, но покоем. Не часто выпадали такие дни. Обычно жизнь агентства "Мадемуазель" бурлила, и Лизе едва ли за весь день удавалось присесть, чтобы перевести дух. Но она не жаловалась, ей наоборот нравился такой ритм. По крайней мере, не оставалось времени для того, чтобы опять в сотый, нет, в тысячный раз думать про Меренкову.
   Но время от времени все же наступало затишье, когда основная масса сотрудников убывала в командировки для участия в разнообразных симпозиумах, рабочих встречах, рекламных акциях в других городах и странах. Вот в такие минуты затишья Лиза старалась отдохнуть, пообщаться с друзьями, побыть в семье и только не думать, не думать, не думать про нее, про Галину Анатольевну...
   Сегодня у Лизоньки был свободный день, текущие бумаги подписаны, делать нечего, а домой идти не хочется. В этот раз там ее никто не ждет. Любимый генерал уехал в очередную командировку опять кого-то инспектировать. Сын Егор возглавил группу сотрудников отдела маркетинга, выехавших в Германию на международную выставку.
   Умиротворенное состояние души позволило Лизе сегодня посидеть в интернете. Самой любимой страничкой в социальных сетях у Лизы была "Давай дружить". На этом сайте ей удалось в свое время найти многих своих однокурсников и по училищу, и по институту, ну и, конечно, одноклассников. Да... одноклассников, которых она когда-то боялась, ненавидела и избегала. Но прошли годы, и весь школьный негатив постепенно ушел, а может все просто повзрослели, в том числе и она.
   Сегодня Лиза открыла свою страничку в "Давай дружить" с каким-то особым волнением. И не зря! Ей пришло приглашение дружбы от какого-то молодого человека под псевдонимом "Солнце". Лизу это сразу и взволновало, и напугало. Вообще-то ее страница была всегда закрытой для всеобщего доступа. И Лиза долго сомневалась в необходимости запускать неизвестного человека на свою страницу.
   Она решила внимательно изучить это Солнце, тем более, что его страница была доступна для всех. Но никакой информации, кроме того, что он также как и она, родом из Курган-Тюбе, получить не смогла. Любопытство и желание узнать нечто большее о новом посетителе победили:
   - Вероятно он появился не случайно... скорее всего он меня искал... Посмотрю, может это кто-то из знакомых? Ну, а если покажется подозрительным, просто удалю это "Солнце" их своих друзей и все, - мысленно размышляла Лиза.
   Сердце в груди Лизы бешено колотилось, ее как будто что-то подталкивало сделать первый шаг. Она решила нарушить свои принципы и написала Солнцу коротенькое сообщение:
   - Здравствуйте, Солнце! Скажите, мы с Вами знакомы? Я родом из Курган-Тюбе.
   Не успела Лиза отправить сообщение, как ей тут же пришел ответ от нового друга:
   - Здравствуйте, Лиза! Я - Эдуард, сын Владимира Швагеруса, Вашего отца... Мы с Вами брат и сестра... Я рад, что нашел Вас тут ... Несколько раз пробовал раньше искать, но не получалось ... А в этот раз нашёл ... - по этим не очень связным строкам было понятно, что автор волновался не меньше Лизы.
   У Лизы голова пошла кругом: "Отец! Нашелся ее отец, которого она мечтала увидеть с самого детства, и, казалось, потеряла навсегда, благодаря усилиям Меренковой. И брат! Оказывается, у нее есть брат, есть еще один родной человек, родная кровинка!
   Эдуард действительно оказался, как Ясно Солнышко, которое в одно мгновенье осветило жизнь Лизы и сделало счастливыми сразу несколько родных людей.
   - Я тоже очень рада!!! Скажите, Эдуард, а отец жив?
   - Да, Лиза, отец жив. Он будет рад, когда узнает, что я нашёл Вас ....
   - Как давно я хотела его увидеть, один бог знает! А где он сейчас живет?
   - Он искал Вас через программу "Жди меня", но что-то все никак не получалось .... Мы живем сейчас в Германии....Он тоже хотел бы с Вами увидеться... Он мне все время говорил, поищи мою дочь, хотя бы через интернет ... Он очень Вас ждет... Он хотел сообщить Вам о том, что нашел информацию о Вашей маме... Вашей настоящей маме... Он очень хочет рассказать Вам о маме и повиниться... - Лиза со слезами на глазах читала эти строки.
  
   ...Виртуальный диалог между Лизой и Эдуардом длился до глубокой ночи. Лиза даже забыла, что она не дома, а до сих пор сидит в офисе. Но... Они взахлеб "говорили" об отце, бабушке Лизе, рассказывали о себе, о своих семьях и детях.
   Еще с утра она и мечтать не могла о таком повороте событий. И тут такое! Кто бы мог подумать, что именно так сложится этот день, день, когда Лиза обретет своих родных! Таких настоящих родных!
   И пусть пока это произошло виртуально, одно Лиза знает точно - теперь она их не потеряет никогда...

0x01 graphic

Эпилог

  
   ...Быть ниже судьбы означает, что сам человек делается просто событием...
   Георг Зиммель
  
   У каждого человека жизнь имеет свой исток, место, где водоток судьбы берёт своё начало. Неся человека по своему руслу, подчас очень опасному, жизнь испытывает нас. Она может быть и проста, и очень сложна, может нести в себе песчинки счастья, и булыжники горя.
   И как часто мы встаем перед выбором, считая, что принятое нами решение определяет всю дальнейшую судьбу. Как часто мы по наивности полагаем, что за тебя никто этот выбор не сделает, а только ты сам. А если мы в той или иной степени не можем повлиять на обстоятельства, усложняющие нашу жизнь, мы говорим: "Такова судьба!". И в этот момент не догадываемся, что госпожа Судьба может иметь человеческий облик, порой не самый благовидный...
   И даже тогда не надо отчаиваться! Все пройдет... Жизнь наградит нас за любовь к ней, одарит счастьем, которого мы заслуживаем. И вот тогда мы станем истинными хозяевами своей жизни, а не какая-то там Судьба по имени...
   А пока жизнь не складывается, надо набраться сил и увидеть, что все улыбаются тебе, и ты улыбаешься в ответ! И на душе у тебя становится тепло и спокойно, любовь вновь проклевывается в твоем истерзанном сердце. Любовь... Но разве Судьба породила эту любовь? Нет, не Судьба! А ты сам!

... Не обрекай меня, Судьба,
На жизнь ничтожную совсем.
Не обрекай меня, судьба,
А хмурым утром пожалей,
И слезы грустные дождя,
Упавших на мое лицо,
Смахни, Судьба, едва касаясь,
Своим невидимым крылом...

Не обрекай меня, Судьба,
Судьею быть и быть судимой.
Не обрекай меня, Судьба,
Людей бесстыжих ненавидеть.
И слезы жесткие дождя,
Упавших на мое лицо,
Смахни, Судьба, едва касаясь,
Своим невидимым крылом...

Не обрекай меня, Судьба,
На происки твои шальные.
Не обрекай меня, Судьба,
Жестокой быть и нелюдимой.
И слезы горькие дождя,
Упавших на мое лицо,
Смахни, Судьба, едва касаясь,
Своим невидимым крылом...

Не обрекай меня, Судьба,
На безысходность и печали.
Не обрекай меня, Судьба,
Быть одинокой в дни отчаяний.
И слезы мокрые дождя,
Упавших на мое лицо,
Смахни, Судьба, едва касаясь,
Своим невидимым крылом...

Не обрекай меня, Судьба,
Дай каплю счастья и покоя.
Не обрекай меня, Судьба,
Хочу я быть сама собою.
А слезы добрые дождя,
Упавших на мое лицо,
Смахну сама, едва касаясь,
Своею твердою рукой!

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"