Дил Анна: другие произведения.

Забытыми тропами. Глава 14, ч. 2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Глава четырнадцатая. Часть вторая, в которой сиднарцы знакомятся с новинками магического искусства и увлеченно нарушают негласные правила дворцовой жизни

  
  Стоило путникам выйти из залы, как будто из-под земли бесшумно возникли слуги - с десяток, не меньше. Они обступили чужаков, как свора голодных псов. Маржана растерянно попятилась, Айна сохранила невозмутимый вид - сказывались годы, проведенные в графском доме, в окружении вышколенной прислуги.
  "Хорошо, хоть не подслушивали под дверью, - хмуро подумала магичка, разглядывая согнувшиеся в подобострастном поклоне спины. - Во всяком случае, ничто не говорит об обратном..."
  
  Сделано это было случайно или с умыслом, но комнаты чужакам отвели в разных частях замка.
  Рыцарь с тоской проводил взглядом спины друзей, удаляющиеся по коридору в разные стороны, нервно сглотнул и толкнул дверь.
  - Можешь быть свободен, - отстранил он дернувшегося было слугу.
  Тот беспрекословно подчинился и растворился в бесчисленных замковых переходах и лесенках, по-прежнему не проронив ни слова.
  "А ведь один я, пожалуй, обратно не выберусь", - со вздохом признал сокол. Идти в непроглядную тьму за дверью не хотелось, но ничего другого не оставалось, и Светомир шагнул в комнату. Дверь за его спиной мягко закрылась, отрезая путь назад.
  Хайяры оказались столь щедры, что выделили путникам не по одной, а сразу по несколько комнат - целые апартаменты. А может быть, дело тут было не в щедрости, а в наличии лишних пустующих покоев...
  С горем пополам миновав на ощупь первую темную комнату, к счастью, небольшую, рыцарь наткнулся на новую дверь и очутился в другом помещении.
  - Ну, тут точно опасаться засады нечего, - вполголоса пробормотал Светомир, разглядывая пустые стены. И неожиданно загрустил: - Скукота. Этак и воинские навыки немудрено потерять. Хоть бы сразиться с кем, что ли...
  Эта комната оказалась куда более просторной, чем предыдущая, и чем-то неуловимо напоминала зал для тренировок в джайлирской рыцарской школе. Наверное, тем, что всей мебели в ней было лишь несколько низеньких столиков у стен и пара стульев. На пол из высоких окон падали узкие полосы лунного света. На них частой рыболовной сетью были накинуты тени - роскошный сад вплотную подступал к замковым окнам. Стоило рыцарю сделать шаг, как в одной из лунных дорожек возникла высокая широкоплечая фигура. Даже в скудном ночном освещении было видно, что ночной гость обладает атлетическим телосложением, коему могли бы позавидовать лучшие сокурсники Светомира. В правой руке визитера недвусмысленно блеснул меч.
  "Так я и знал, - с несколько неуместным удовлетворением подумал рыцарь. - Они просто усыпляли нашу бдительность! Маржана им за каким-то дрыцем до зарезу нужна, ну, может, еще и Вотий сгодится, а вот нас эти типчики перережут втихомолку, пока их хани не видит, и сделают вид, что так и было... Или нацепят на себя наши личины, напустят иллюзий... Или..."
  Измыслить еще один леденящий душу вариант развития событий рыцарь не успел. Представив, что однажды ничего не подозревающая Маржана поцелует его двойника, Светомир рассвирепел. И набросился на противника первым.
  Незнакомый атлет не заставил себя упрашивать и охотно принял бой.
  
  Неприятель двигался легко, стремительно и красиво - будто в танце. Светомир, знающий толк в поединках, пожалуй, даже восхитился бы, если б мог позволить себе отвлечься хоть на миг. Отлично выученный противник не позволял ему этого. Рыцарю несколько раз чудилось, что еще немного - и он будет разрублен пополам, доблестный сокол не раз успел проститься с жизнью. Создавалось впечатление, что противник, помимо блестящего владения мечом, отличается еще и способностью читать мысли и угадывать намерения недруга - во всяком случае, Светомировы удары, даже самые хитрые, он отражал играючи.
  Несчастный рыцарь выдохся и взмок, а молчаливый вражина, казалось, даже не запыхался. Двужильный он, что ли?!
  Светомир зло взглянул на противника, тщетно пытаясь разглядеть в переплетении пляшущих теней его лицо, и предпринял очередную попытку переломить ход поединка в свою пользу. Разумеется, безуспешную.
  - Ой, а что это вы тут делаете?
  Мелодичный голосок и яркий свет, разлившийся за спиной, были столь неожиданны, что рыцарь, забыв о сражении, обернулся. В дверях стояла молоденькая служанка с подсвечником в руках. Бронзовое чудовище на десять свечей казалось чересчур тяжелым для нежных девичьих рук, но по лицу девчушки сказать этого было нельзя. В удивленно распахнутых голубых глазищах читалось лишь искреннее любопытство, к которому примешивались недоумение и легкий страх перед чужаком, и рыцарь неожиданно для себя смутился.
  Он попытался было спрятать меч за спину и только тут вспомнил о противнике. Стремительно обернулся, понимая, что уже не успеет отразить удар, что самое большее, на что он может рассчитывать, - это встретить смерть лицом к лицу.
  И... никого не увидел. За спиной была пустота. В освещенной комнате не осталось ни намека на присутствие постороннего.
  Он озадаченно повернулся к служанке. Та смотрела на него с прежним любопытством.
  - Я... Это... - пробормотал рыцарь, соображая, как объяснить загадочное исчезновение могучего воина.
  - Вы потренироваться решили? - пришла на помощь девчушка.
  - Да-да, - с радостью ухватился за подсказку сокол. - Самое лучшее перед сном - размяться как следует! И повезло же мне отыскать здесь, в ином мире, напарника, который считает так же!
  Служанка хихикнула, прикрыв рот ладошкой.
  - Чудной вы какой! Кто же фантом ищет? Он сам приходит, когда надобно...
  - Фан... Кто-о-о?!
  - Фантом, - охотно повторила служанка. - Напарник для тренировок. Знатные господа любят себе таких заводить. Его позови - он и приходит, когда мечом помахать захочется. Хоть среди ночи. И не устанет, и вреда никакого, и польза для умений. А у вас, в другом мире, такого нету?
  - Есть, - окончательно смутившись, соврал Светомир. - Только называется по-другому... - и рыцарь еще раз бдительным взором окинул зал.
  Фантом не фантом, а осторожность не помешает... Теперь, после ночной "тренировки", рыцарь решил на всякий случай держать ухо востро и не верить в кажущуюся безопасность окружающего мира. Кто их знает, этих хайяров, вдруг у них на каждом углу по фантому?..
  
  
***
  Утром путники, встретившись за завтраком, прежде всего сравнили впечатления от первой ночи, проведенной под крышей хайялинского замка. Благо в просторной столовой не было никого, кроме них и разносящих блюда бессловесных слуг. Хайяры то ли не решались помешать хани трапезничать, то ли брезговали есть за одним столом с иномирцами.
  Рыцарь изрядно повеселил друзей повествованием о ночной схватке с бесплотной тенью, хотя он и пытался представить дело так, словно чудом спасся от неминуемой гибели. В своем рассказе сокол совершал чудеса акробатики, размахивал мечом со скоростью, опережающей скорость света, и сражался как минимум с десятком крайне агрессивных кровожадных фантомов одновременно.
  Остальные сразиться ни с кем не успели, фантомов не вызывали, даже случайно, но и им было что рассказать. Хайялинский замок был нашпигован магией от чердака до подвалов, изобретательные хайяры не теряли времени даром, успев за пятьсот лет напридумывать массу занятных магических игрушек. Сиднарские чародеи посчитали бы такую трату сил безрассудной расточительностью и пустым бахвальством, чародеи хайялинские над расходом сил просто не задумывались, вовсю используя магию для своего удобства. Благо они могли себе это позволить.
  Дарилен, например, всерьез заинтересовался устройством хайялинских магических светильников. Два десятка небольших шаров матового стекла располагались под самым потолком. Зажигаться по щелчку пальцев, привычному для мира Заозерного, они не пожелали, не реагировали упрямые "светлячки" и на слова, и на хлопки в ладони. К услугам мага были два десятка свечей в канделябрах, но Дару было не особенно важно освещение как таковое - он пошел на принцип.
  Путем огромного количества проб и почти стольких же ошибок маг дознался-таки, как следует зажигать хайялинские осветительные приборы. Как выяснилось чуть позже, лампы, которые располагались в комнате Дара, соответствовали последнему писку магической моды этого мира: они не только освещали помещение, но и создавали в нем тот или иной климатический режим по желанию заказчика. Хотите летний полдень где-нибудь в лесу - пожалуйста, получите прогретый солнцем воздух и мягкий свет, будто пробивающийся сквозь густые ветви деревьев. Предпочитаете полумрак? Нет ничего проще! "Закажите" светильникам, скажем, осенние сумерки - и наслаждайтесь прохладой и минимумом освещения.
  - Живут же люди, - завистливо вздохнула магичка, выслушав рассказ о чудо-светильниках. - У нас, в Сиднаре, до сих пор обычные магические лампы в большом дефиците, простой люд все больше свечами обходится, а эти, ишь ты, климат себе заказывают... Транжиры!
  На освещение в своих апартаментах Заринна не обратила внимания. Ее больше занимало устройство магических вешалок, которые подхватывали наряды буквально на лету и аккуратно развешивали их на плечиках, одновременно бережно разглаживая ткань. Ради научного интереса магичка решила провести пару-тройку экспериментов, швыряя платье на вешалки под разным углом с разного расстояния и разной степени смятости. Занятие оказалось увлекательным, и магичка провозилась пару часов, не меньше. Перехитрить коварные вешалки ей так и не удалось.
  Развлекла сотрапезников своей историей и Айна. Графиня накануне долго не могла уснуть. Ворочаясь в постели, она с досады пробормотала: "Хоть колыбельную самой себе пой!" - и в тот же миг услышала тихое пение. Поначалу девушка испугалась, что от избытка дневных впечатлений слегка повредилась в уме и убаюкивающие напевы - плод ее больного воображения. Но нет - мелодичный голосок принадлежал... подушке. Заинтригованная Ромиайна разворошила несколько подушек, сняла с них наволочки и под одной из них обнаружила каллиграфически выведенную надпись: "Подушка поющая обыкновенная. Помогает при бессоннице, неврозах и общем переутомлении. В случае неисправности (отказывается петь, музицирует самовольно, исполняет песни, не способствующие успокоению и засыпанию (танцевальные, нецензурные) и т.д.) обращаться к подушечных дел мастеру магу 2 категории Чардолену".
  - Полезная вещь, - одобрил рыцарь. Он, как и графиня, долго не мог заснуть, бдительно вглядываясь в ночную темень, вползающую в открытые двери, и на всякий случай не гася свечей - незапланированный поединок напоминал о себе взвинченными нервами и обостренной подозрительностью.
  - Да-да, особенно "в случае неисправности"! - подхватила магичка. - Подушка, распевающая нецензурные куплеты, - это, должно быть, что-то потрясающее! Надо будет проверить подушки в моей спальне. И попробовать привести одну из них в состояние неисправности... Исключительно в научных целях! - последнюю фразу магичка поспешно добавила, заметив, как насмешливо переглянулись ее далекие от научных интересов друзья.
  - А еще мы узнали, что в Хайялине маги делятся по категориям, - заметил маг. Надо будет на досуге разобраться с их магической классификацией ...
  Из всех членов компании лишь хайяры не могли ничем похвастать: они не проводили никаких экспериментов. Маржане было абсолютно все равно, как обставлена ее комната, по какому принципу работают вешалки и светильники. Хайяри всю ночь не сомкнула глаз, осмысливая услышанное, вновь и вновь прокручивая в голове разговор с Верховной жрицей, и лишь под утро забылась коротким тяжелым сном без сновидений.
  Обычное любопытство изменило и Вотию. После обряда, который брат и сестра Лыковицкие... нет, простите - орр Эллайнен, - сами того не ведая, провели в Обители Рассвета, мальчишка внезапно обнаружил, что может чувствовать переживания сестры на расстоянии. Стоило Вотию подумать о Маржане, и угнетенное состояние духа и сумятица в мыслях передавались ему сами собой. Хайяр был очень привязан к сестре, он переживал за нее больше, чем кто-либо в любом из населенных миров, и ее грусть тяжким камнем ложилась на мальчишечью душу. Поэтому Вотий и не заинтересовался интерьером в отведенных ему покоях, о чем искренне пожалел за столом.
  - Да здесь даже ночные вазы - произведения искусства! Мне совестно использовать их по назначению!.. - покачала головой Заринна, подводя итог впечатлениям от первой ночи на земле иного мира. Магичка проводила задумчивым взглядом служанку, разливавшую по чашкам напиток, похожий на сиднарский чай, но с гораздо более насыщенным вкусом и легким цветочным ароматом, и произнесла, заговорщицки понизив голос: - А слуги-то все - сплошь не хайяры... Да еще и лишенные магических способностей. Начисто... Сдается мне, давешняя жрица слегка лукавила: до появления хайяров в этом мире вообще не слыхали о магии...
  Дар, присоединившись к подруге, рассмотрел ауру очередной девицы, по части незаметности способной соперничать с предметами интерьера, и задумчиво кивнул:
  - Ты права. В плане магии эта девушка безнадежна. Нет даже зачатков способностей. Странно... А ты уверена, что они все...
  - Ты полагаешь, я стала бы об этом говорить после первой же изученной ауры?! Ясен пень, уверена! Я со вчерашнего вечера только и делаю, что ауры всех попадающихся на пути слуг рассматриваю! В том, что касается магии, они одинаковы, словно близнецы. Ни их деды, ни деды дедов, ни все предыдущие поколения не подозревали даже о возможности существования волшбы. Пока не пришли хайяры. А ведь в Сиднаре даже самые обычные люди обладают чародейскими способностями хотя бы в зачаточном состоянии. Магами, понятно, они стать не могут, но хотя бы раз в жизни каждому удается почувствовать близкую беду или, наоборот, удачу, перехитрить судьбу, а то и вдруг, с отчаяния поменять ход событий. А здесь - пусто. Ничего подобного нет и в помине. А раз нет магии - нет и иммунитета к ней. А значит, туземцы восприимчивы к чужой магии во сто крат сильнее, чем обычные люди нашего мира. И противопоставить ей ничего не могут. Подходи и бери тепленькими...
  Магичка замолчала, дожидаясь, пока очередная нехайяри соберет со стола приборы. Разговор путники продолжили в саду. В замке возможность подслушивания была не то что высока - в шпионаже никто не сомневался. То, что маги не чувствовали следов заклинаний-разведчиков, еще ни о чем не говорило. Да и, в конце концов, обычную слежку, не отягощенную магическими ухищрениями, еще никто не отменял. В саду, конечно же, такая вероятность тоже была, но она становилась значительно ниже - заклятия слежки не любят открытых пространств и быстро "выдыхаются" на свежем воздухе. Любознательному чародею волей-неволей придется либо подновить заклятие и тем самым выдать себя, либо скрежетать зубами от злости и ждать, когда вокруг не будет никого, способного уловить колебания магического фона.
  - Как хотите, а с этими хайярами не все чисто, - категорично изрекла Заринна, едва маги убедились, что вокруг нет ни души, а на ближайших кустах не развешаны знакомые им заклинания слежки. - Не может быть все так, как они рассказывают. Чего-то они темнят и недоговаривают. Поставьте себя на место жителей этого мира. Посреди бела дня в чистом поле ни с того ни с сего открывается портал, оттуда вываливается прорва народу, едва не притащившая на хвосте армию врагов, живенько осматривается и начинает активно обустраиваться. С хозяйскими замашками. А местные жители встречают чужаков с распростертыми объятьями, беспрекословно позволяя над собой верховодить? - магичка скептически сощурилась. - Да ни в жисть не поверю! Будь иноземцы хоть трижды магами, ни одно нормальное разумное существо, будучи в своем уме, не позволит захватить над собой власть просто так, за здорово живешь!
  Заринна озвучила мысли спутников. Даже рыцарь, вечно со всеми не согласный из духа противоречия, на этот раз не возражал: поразмыслив ночью над рассказом Каруники, он и сам пришел к схожим выводам.
  - Они могли околдовать местных жителей, внушить им симпатию к себе... - предположила Маржана.
  Как ни странно, она не испытывала ни малейших угрызений совести, обсуждая с друзьями сородичей. Те, чьи страдания она почувствовала у алтаря Хайяримы, были ей почти родными, их гибель могильной плитой ложилась на душу. Эти, с комфортом устроившиеся в чужом мире, - просто незнакомыми людьми, назвавшимися земляками.
  - Что, всем сразу?! Не смеши. Хайяры, конечно, до дрыца могучие чародеи, но даже им не под силу задурить головы целому народу и хотя бы с год поддерживать его в таком состоянии. Это невозможно. Нет, тут что-то другое. И, боюсь, характеризующее хайяров не с лучшей стороны...
  - Знаете, что меня поразило в местных жителях сильнее, чем их ауры? - задумчиво проговорил Дарилен.
  - И что же?
  - У них всех удивительно яркие глаза. И у многих - зеленые. Изумрудно-зеленые.
  Маржана замерла.
  - Такие же, как...
  Она недоговорила, невольно переведя взгляд на Айну. Графиня кивнула:
  - Да. Как у меня.
  - Так, может быть, твой отец... - начал Светомир.
  - Не может, - покачала головой Айна. - Я похожа на маму. Глаза у меня от нее. И у моих братьев - тоже. Мой отец - мой настоящий отец - вряд ли имеет отношение к этому миру. Это кто-то из маминых предков. Но вот насколько дальний - я понятия не имею. В нашем роду не сохранилось загадочных легенд и преданий. Даже если и было что-то необъяснимое, в хрониках оставили только благопристойные истории, как и подобает знатному роду. Настолько безукоризненные, что все сразу они просто не могут быть правдой.
  У Дарилена была и еще одна причина для беспокойства, возраставшего с каждым часом. Правда, куда более приземленная, гастрономическая.
  Хайяры признавали лишь вегетарианскую кухню.
  Дарилен любил животных, жалел их и старался не думать, из кого приготовлена очередная отбивная в его тарелке. Но долго обходиться без мяса он не мог при всем желании. Кровь отца-вампира брала свое.
  Маг попробовал объяснить это хайярам. Кухарка, услышав просьбу приготовить жаркое, пришла в священный ужас и едва не хлопнулась в обморок. Распорядитель кухонных работ, отловленный магом за шиворот на пороге кладовой, оказался крепче: он не только выслушал мага, но и сочувственно покивал и даже пообещал "что-нибудь придумать". Судя по исключительно растительной пищи, поданной на обед, с фантазией у распорядителя было туго.
  - Что-то мне подсказывает, что мяса мы здесь не дождемся, - хмуро предрек колдун, оглядывая плодовоовощное разнообразие.
  Его опасения подтвердились. И на второй день, и на третий на столе дворцовой столовой среди великого множества блюд ни разу не появилось ничего, хотя бы отдаленно напоминающего мясо.
  Все это время высокопоставленные лица государства не спешили возобновлять разговоры с Маржаной и вообще, похоже, забыли о чужаках и своей ненаглядной хани, что выглядело в высшей степени нелогичным и с очень большой натяжкой могло быть отнесено на счет особых хайялинских традиций.
  Исследовав дворец (вернее, те комнаты, куда дозволили входить чужакам) и не найдя себе в нем занятий, путники откровенно заскучали. И от нечего делать решили совершить вылазку во внешний мир.
  
  
***
  Незадолго до полуночи сокол, как и было условлено, облетел окна спален сообщников и клювом выстучал по стеклам замысловатый сигнал.
  К тому времени путники уже были наготове и не заставили себя долго ждать. Маги вместе со своими хвостатыми питомцами слевитировали прямо из окон и трусцой, пригибаясь к земле, перебежали под сень дерев, благодаря небо за пышную растительность, буйствующую в саду: если бы кому-то из обитателей замка и пришло в голову выглянуть в этот час в окно, вряд ли беглецов заметили бы среди розовых кустов и разросшейся сирени.
  Айне помог выбраться Дарилен, опустившись на землю с ней на руках. Сокол в птичьем облике и вовсе мог свободно порхать, где ему вздумается, не вызывая ничьих подозрений - зверью и птицам в иномирском Хайялине жилось привольно.
  Последней у приметного раскидистого дуба появилась Заринна. В руках она держала объемистый сверток.
  - Это еще что? - ткнул в узел пальцем рыцарь. - Ты решила собрать пожитки и дать деру? Если так, то возьми меня с собой! Я тоже хочу...
  - Вот еще! - вздернула нос магичка. - Когда это я бежала от трудностей?! Это, - она победно потрясла узелком, - картошка. И лук. Я из замковой кладовой... э-э-э... позаимствовала. Кухарка, добрая душа, сама мне все показала, поверила, что мне травы для зелий нужны. Вы-то, небось, об этом не позаботились?!
  Пристыженные сообщники лишь покаянно завздыхали. Идея спереть из замковых закромов гарнир к предполагаемому шашлыку и в самом деле не приходила им в головы.
  И только Дарилен хитро усмехнулся.
  - Нашла чем хвастаться! Я тоже не промах! - с этими словами маг вытащил из сумки у пояса здоровенный запотевший кувшин. - В хайярских кладовых есть не только картошка и зелень...
  - Вино?! - ахнула магичка.
  - И что-то мне подсказывает, что неплохое, - кивнул колдун. Казалось, еще немного - и он лопнет от гордости.
  Ночь определенно обещала быть приятной во всех отношениях.
  
  Подходящая полянка нашлась у березовой рощицы в десяти минутах ходьбы от дворца. То ли хайяры не признавали оград в принципе, то ли дворцу не полагалось дополнительных укреплений, только путники не встретили на своем пути ни единого препятствия, даже в виде хиленького заборчика. С одной стороны, радовала легкость, с которой удалось сбежать из замка. С другой - настораживала подозрительная беспечность хайяров, которые, по идее, должны были охранять новообретенную хани, как дракон - сокровища. Но беспокойства и переживания путники решили отложить на утро. Зачем портить мрачными думами тихую и теплую летнюю ночь?
  И друзья занялись тем, ради чего, собственно, все и затеяли.
  Пока девушки собирали хворост и разводили костер, Светомир на пару с Дариленом (рыцарь - в птичьей ипостаси, маг - в вампирьей) загнали не вовремя высунувшуюся из укрытия птицу: по виду - куропатку, только почему-то не пренебрегающую ночными прогулками.
  По правде говоря, рыцарь выступал за поимку кролика, но Дар в последний момент пожалел косого, показавшегося ему чем-то похожим на Кисса. Светомир только насмешливо фыркнул. Охота на птицу (в некоторой степени родича, как осторожно намекнул Дар) Света нисколько не смущала. "Я - оборотень, - гордо заявил он, - а не глупая птица, лишенная мозгов. Мы с этой куропаткой родичи не больше, чем вампиры - с летучими мышами!" Вопрос был исчерпан, больше к этой теме охотники не возвращались.
  Посильное участие в охоте приняли Кисс и Фтайка - да и разве могли они пропустить столь увлекательное приключение? Впрочем, охота, против ожидания, вышла недолгой. Несчастная птица привыкла к мирной, спокойной жизни по соседству с вегетарианцами-хайярами, раздобрела, почти разучилась летать и, ошалев от нечеловеческой наглости чужаков, не шибко-то резво и удирала.
  Назад, к разведенному на уютной полянке костру, добычу несла гордая до невозможности Фтайка. И положила охотничий трофей только у ног хозяйки, с триумфальным видом, явно напрашиваясь на похвалу. Заринна не обманула ее ожиданий - следующие полчаса друзья выслушивали умильные возгласы магички и тихонько посмеивались в кулак.
  При ближайшем рассмотрении перья у ночной куропатки оказались необычного, аквамаринового окраса.
  - А ее вообще-то есть можно? - задумчиво проговорил Светомир, опасливо тыча пальцем в странную иномирскую птицу.
  - Проверим опытным путем. Что мы, зря охотились, что ли? - пожал плечами маг.
  Но на всякий случай Заринна рассмотрела тушку магическим зрением. К вящей радости спутников, поводов для беспокойства магичка не обнаружила - птица как птица, подумаешь, перья непривычного цвета...
  Маржана, не моргнув глазом, ловко ощипала добычу, выпотрошила ее и испекла на костре. Хайяров, увидь они свою хани с окровавленными руками, сноровисто готовившую шашлык, без всякого сомнения, хватил бы удар. За неимением шампуров куски мяса нанизали на шпагу: Вотий (вот от кого не ожидали подобной предусмотрительности!) позаимствовал оную у древних доспехов из дворцовой Залы Воинской Славы. Как нельзя более кстати пришлись и Зариннины припасы - шашлык получился что надо, а гарнир в виде испеченной на углях картошки сделал трапезу просто изумительной.
  Словом, ночь удалась на славу! Очарования добавляла погода: теплый ночной воздух, дышащий приятной прохладой, загадочно мерцающие в отблесках костра капли росы на траве, нестерпимо яркие крупные звезды, складывающиеся в незнакомые созвездия...
  Заринна подняла голову, изучая испещренный сверкающими точками небосвод.
  - Смотрите! - воскликнула вдруг она.
  Друзья одновременно задрали головы к ночному небу.
  По темно-синему бархату медленно, с царственным величием плыл, мерно взмахивая мощными крыльями, исполинский силуэт.
  - Дракон! - восхищенно выдохнула графиня. - Настоящий дракон!
  Словно заметив внимание к своей персоне, величественный ящер выпустил из ноздрей крохотную струйку пламени. Несмотря на расстояние, в воздухе сильнее запахло дымом.
  - Вот теперь я верю, что мы в другом мире, - заявил рыцарь, хотя его об этом никто и не спрашивал. - В Сиднаре драконов-то почти не осталось, да и те, что еще уцелели, просто так над замками не летают, а берегут свои шкуры где-нибудь на краю мира, на груде сокровищ и в окружении прекрасных девиц...
  Заринна прыснула.
  - Боюсь, твои данные несколько устарели, - заявила она слегка заплетающимся языком. Коварное хайярское вино на вкус казалось легким, но в голову ударяло не хуже гномьего самогона, и магичка немного не рассчитала своих сил. - С того дня, когда дракона в последний раз удавалось застукать за поимкой девицы, прошло столько времени - любая красотка раз двадцать успеет состариться! Так что теперь бедные ящеры вынуждены коротать дни в обществе склочных старых вешалок...
  Рыцарь дернулся было что-то сказать, но не успел. Именно в этот момент беглецов обнаружили. Молодой тощий жрец, один из тех, что встретили путников в Обители Рассвета, возник у костра неожиданно, будто соткался из воздуха. Впрочем, почему - будто? Вполне возможно, что так оно и было.
  - Божественная, - начал он дрожащим от плохо скрываемого раздражения голосом, с укором взирая на хани, - вам не следовало...
  И вдруг глаза его расширились, лицо исказила гримаса ужаса. Жрец с изумлением принюхался к дымку, поднимавшемуся от костра.
  - Ч-что это? - прошептал он, бледнея и невольно отступая назад. - Хани... Божественная... Вы едите... мясо?! - вид у жреца при этом был такой, словно он уличил свою хани в каннибализме.
  - Едим, - хладнокровно подтвердила Маржана. И радушно предложила, протягивая незваному собеседнику импровизированный шампур с недоеденным шашлыком: - Хотите?
  Тот шарахнулся от угощения, как от чумы, и вопросил, чудом не срываясь на крик:
  - Неужели вам не жаль бедное, невинное дитя природы, замученное вами в угоду собственному желудку?!
  - Жаль, - серьезно заверила его хайяри. - Мы скорбим. Разве вы не видите: это - поминальная трапеза по невинно убиенному дитю... дите... Птичке, в общем.
  - Вы умышленно преступили заветы Матери нашей, Великой Хайяримы - и не раскаиваетесь в этом?! - не оставлял надежды воззвать к совести чужаков ярый защитник природы. - Богиня запрещает своим детям есть мясо живых существ!
  - Это неправда! - Маржана вскочила так стремительно, что едва не опрокинула наполовину опустевший кувшин с вином. - Хайярима никогда не запрещала нам есть что бы то ни было! Не приписывайте богине собственных убеждений! Половина моих предков не гнушались за пиршественным столом отведать мясных блюд!
  - Это было в дикие, варварские времена, а не в наш просвещенный век!.. - запальчиво возразил жрец, брызжа слюной.
  Глаза Маржаны нехорошо сузились.
  - Так ты смеешь утверждать, что мои предки, правители Хайялина, одобренные самой богиней, - были необразованными дикарями и варварами?!
  Жрец, до которого наконец дошло, с кем он осмелился препираться, похолодел и захлопнул уже открытый для очередного обвинения рот. В наступившей тишине отчетливо клацнули жреческие зубы.
  - Простите, хани, - пролепетал несчастный, сгибаясь в земном поклоне, - я не хотел оскорбить ваших родственных чувств... И все же вам лучше пройти во дворец. Верховная жрица взволнована, мы все опасаемся за вашу жизнь...
  Маржана, успевшая остыть и устыдиться своей несдержанности, из-за которой она накричала на уважаемого человека, к тому же радеющего о ее же благе, сдержанно кивнула.
  - Ступай. Скажи жрице, я скоро вернусь.
  Служитель, не поднимая головы, склонился еще ниже и телепортировался во дворец.
  - А здорово ты его построила! - одобрительно заметил рыцарь.
  - Отвяжись, - устало махнула рукой божественная хани. - Без тебя тошно...
  - Чего тошно-то? - не поняла Заринна. - Ты все правильно сделала. Раз уж они так настаивают на твоем высоком происхождении и королевских привилегиях, нечего позволять тобой командовать. Иначе так и будешь всю жизнь ходить на цыпочках и исполнять чужие приказы, выдавая их за свои.
  Маржана печально покачала головой.
  - Я боюсь саму себя. Еще месяц назад я бы ни за что не повысила голоса на жреца какого бы то ни было бога. Я бы выслушала его, и не подумав перечить. А сейчас? После того, как во мне начала просыпаться эта клятая память предков, я становлюсь другой. А что со мной станет после коронации?! Я и вовсе превращусь в чудовище!
  - Не мели ерунды, - строго одернул ученицу маг, стараясь, чтобы его голос прозвучал как можно увереннее. - С чего ты взяла? Ты просто станешь чуть более осведомленной в делах управления государством и в истории своего рода. И потом... Ты ведь еще не коронована, верно? Кто знает, что может случиться до дня официального объявления тебя правительницей? В крайнем случае, всегда можно подтолкнуть судьбу в нужную сторону... Мы что-нибудь придумаем.
  Маржана благодарно взглянула на мага.
  - Ты серьезно?
  - Нет, это я шучу так, - с каменным лицом отозвался Наставник.
  - Спасибо... - Маржана улыбнулась. Сначала - робко, неуверенно, потом - смелее, открыто. - За шутку.
  
  Хайяры усвоили урок и предпочли подстраховаться. Начиная со следующего дня, за столом Дарилену в отдельной тарелке подавали мясо. Как правило - отварную курицу.
  - Надеюсь, она умерла не своей смертью, - задумчиво говорил колдун, придирчиво разглядывая кушанье. С сердобольных хайяров сталось бы дождаться естественной кончины птицы, прежде чем подавать ее к столу.
  Служанки, разносившие блюда, при взгляде на "варварскую еду" кривились от отвращения, но маг не особенно над этим печалился. И охотно позволял сотрапезникам, в том числе и ученикам, под шумок утянуть из заветной тарелки кусок-другой животного белка.
  Еще несколько кусков отправлялись в миски Фтайки и Кисса. Дрыц его знает, чем хайяры кормили домашних животных, возможно, предполагалось, что они сами добудут себе еду по вкусу, не утруждая хозяев. Может быть, домашние любимцы детей Хайяримы отличались редкой неприхотливостью или в современном Хайялине вовсе не принято было держать "детей природы" в домах, рядом с людьми. Да только не привыкшие к подножному корму животины магов тоскливо взирали на содержимое своих мисок (как правило, состоящее из скорбного кургана отварных овощей и небольшого стожка зелени) и есть угощение отказывались наотрез.
  Появление на столе мяса стало единственным отрадным изменением в дворцовой жизни.
  Хайяры, рассудив, что ночные прогулки в сомнительной компании иномирцев - не лучшее времяпрепровождение для будущей правительницы, во избежание рецидива негласно заключили Маржану под своего рода домашний арест. Рядом с хани в любое время дня и ночи непременно оказывался кто-нибудь из верноподданной хайярской знати. Выход за пределы дворцового сада отныне был закрыт для Маржаны и ее спутников - замковая ограда все же появилась. Магическая. Официально эти меры предпринимались для безопасности хани (на случай появления новых мятежников, агрессивно настроенных инакомыслящих и просто недовольных хайяров) и лишь до дня коронации. То есть на неопределенный срок.
  Верховная жрица время от времени навещала хани, но по-настоящему важных разговоров больше не заводила, мастерски уклоняясь от ответов на "скользкие" темы. Зато вечерами Маржану и сотоварищи зазывали в Большую Музыкальную Залу, где воздушные арфистки задумчиво перебирали струны, наигрывая легкую, и при этом щемяще красивую мелодию.
  Вопреки ожиданиям, хайяры пользовались магией отнюдь не во всем. Произведения искусства вообще и музыки в частности магически не воспроизводились. Как справедливо заметила однажды Заринна, "если направо и налево сыпать заклинаниями и совсем не пользоваться головой и руками, то эти части тела рано или поздно отпадут за ненадобностью". Видимо, хайяры придерживались той же точки зрения.
  По начищенному до блеска паркету скользили танцующие пары, порхали стайки придворных дам и кавалеров. На небольшом постаменте почти в центре гордо красовалось Цветущее Древо. То самое, что Маржана видела во сне. Его серебристые резные листочки с внутренней стороны были золотыми, как и мелкие благоухающие цветы, усеявшие Древо от корней до верхушки. Хайяры искренне полагали, что прекрасная музыка и непосредственная близость хани благотворно влияют на любимое дерево богини.
  Возможно, Древу и его древесной душе и впрямь было хорошо, но вот сама Маржана чувствовала себя на этих вечерах неуютно. Она сидела, забившись в угол, и угрюмо глядела на весело щебечущих придворных дам. Бесконечные разговоры о последних веяниях хайялинской моды и завидных женихах столицы ее нисколько не занимали, а музыка, без сомнения, прекрасная, быстро надоедала, набивая оскомину, как всякий избыток сладкого.
  Друзья слонялись рядом, раздумывая, чем бы себя занять. Местных танцев они не знали, хайялинские новости им были не интересны, а к разговорам бдительно прислушивались чуткие соглядатаи. Сиднарцы откровенно скучали. Маржана тоже скучала и с нарастающим ужасом ждала неизбежного - часа, когда хайяры, вдоволь насладившись искусством арфисток, станут упрашивать спеть свою хани.
  Этот час наступал каждый вечер с неотвратимостью заката и рассвета. Хайяры вдруг вспоминали о певческом даре, присущем предкам будущей правительницы, и просили осчастливить их песней. Маржана отказывалась. Хайяры льстили хани так, как только были способны, и повторяли нижайшую просьбу. Маржана упиралась. Хайяры настаивали. Маржана отказывалась наотрез. Хайяры горестно вздыхали и отходили, бросая на хани взоры, полные молчаливого укора. После этой ежевечерней экзекуции арфистки, как правило, возобновляли музицирование, а Маржана становилась еще мрачнее.
  Сцена повторилась и в этот вечер.
  - Ах, хани, неужели мы никогда не узнаем счастья услышать ваш прекрасный голос? - с искренним огорчением на хорошеньких кукольных лицах щебетали фрейлины. - Мы были бы так рады! Мы рассказывали бы об этом своим внукам! И правнукам!..
  "Вот надоеды! - сердито думала Маржана. - "Внукам, правнукам"!.. Сначала детей заведите, глупые курицы!"
  И тут ее осенило. "Хотите услышать пение своей хани? - с внезапной веселой злостью подумала она. - Получайте!"
  - Хорошо. Я вас осчастливлю, - зловеще пообещала она, оглядывая радостно всполошившуюся публику.
  Когда над притихшим залом, звеня, полетели слова первых строк, подданные божественной хани замерли в изумлении. Они не сразу смогли поверить своим ушам, а поверив, застыли безмолвными изваяниями, кто где стоял, не в силах шевельнуться.
  Маржана недолго ломала голову над выбором репертуара. Частушки, спетые в Фумкинском трактире, сами просились на язык. Хайяри мстительно выбрала самые скабрезные, от которых в другой обстановке непременно заалела бы, как маков цвет. Сейчас же ей ни капли не было стыдно. Пусть стыдятся слушатели - сами напросились!
  И слушатели устыдились. Утонченные фрейлины, пожалуй, и слов-то таких не слышали. А уж некоторых особо примечательных сочетаний, которые нет-нет да и встречались в произведениях сиднарского народного творчества, - и подавно...
  Развеселились только друзья Маржаны, присутствовавшие на незабвенном Фумкинском вечере. Самые задорные из однажды услышанных куплетов осели в памяти, позволяя хором подпевать Маржане и залихватски подхватывать припев.
  Неожиданным дополнением стал Фтайкин посильный вклад: псинка, послушав немного жуткую разноголосицу, уселась рядом, подняла голову к небу, виднеющемуся сквозь стеклянный потолок, и тоскливо завыла.
  Разухабистое пение лилось в распахнутые окна, приводя в замешательство непуганых хайялинских зверушек. С садовых деревьев с криками спешно разлетались птицы. Где-то вдалеке тоскливым воем отозвался волк, вышедший полюбоваться на полную луну. Ему ответил другой... Третий... Казалось, к хоровому пению решило присоединиться всё зверье округи.
  Осчастливленные хайяры были правы: такое пение, услышав раз, они вряд ли смогли забыть. И детям, внукам и правнукам наверняка о нем рассказывали. С содроганием.
  После получасовой какофонии, когда Маржана исчерпала запас частушек, а подпевающие, включая зверей, основательно выдохлись и едва не охрипли от стараний, попросить хани продолжить пение никто не осмелился. Маржана могла быть довольна собой: отныне по вечерам в Большой Музыкальной Зале (впрочем, как и в любой другой) ее ни разу не просили спеть. Хайяры, на свою беду, оказались на редкость впечатлительным народом, удивительно восприимчивым к иноземному творчеству.
  
  Замок спал. Стихли звуки: и чарующее пение арфы, и разудалые Маржанины частушки, и человеческие голоса. Только изредка раздавались тяжелые шаги часовых по каменным плитам коридора. Стража, бдительно позевывая, охраняла покой обитателей замка.
  Не спал лишь колдун. Он неторопливо прохаживался по комнате, вспоминая прошедший вечер. Его ученица вновь подтвердила полное соответствие своей стихии. Вспыхнула, словно спичка, и выдала страждущим свое дивное пение. Маг невольно усмехнулся. Хайяры еще долго не забудут выступление наместницы их обожаемой богини...
  Интересно, а каким суждено стать Вотию? Вода рано или поздно принимает форму и с наступлением холодов становится льдом. Мальчишка-хайяр, как и его сестра, похож на свою стихию...
  Огонь и вода... Лед и пламя...
  Дарилен мерил шагами комнату и хмурился, размышляя над магическими способностями учеников. Что с ними не так? Почему он не может перестать об этом думать?
  Колдун остановился внезапно, будто налетел на невидимую стену. Он вспомнил...
  
  - ...Запомни, Дар, магически одаренные дети одних родителей всегда принадлежат одной стихии... Дар! Оставь кошку в покое, дай ей поспать. Ты меня слушаешь?
  Десятилетний Дар воровато прячет руки за спину. У его Учителя замечательная кошка. Нет, магическими способностями она не обладает - обычная мурлыка, каких в сиднарских городах пруд пруди. Но взамен магии и телепатии у Лири есть безграничное терпение, позволяющее ей безропотно сносить выходки малолетнего сорванца, ученика Ианора, вздумается ли мальчишке погладить кошку, почесать за ушами или пересчитать ее усы и зубы и подергать за хвост, чтобы узнать, крепко ли он держится.
  - Слушаю, Учитель! - но Учителя не так-то просто провести. И Дар, чтобы подтвердить свое внимание к предмету разговора (кстати, о чем говорил Ианор? Эх, опять прослушал...) и заодно отвлечь наставничье внимание, принимает заинтересованный вид и уточняет: - А почему так происходит?
  - Потому, что у кровных братьев и сестер схожие ауры. Подробно строение ауры мы с тобой разберем позже, пока просто запомни. Если родителям-магам легче воспользоваться стихией огня, то и их детям "огненные" заклинания будут даваться легче, нежели, к примеру, "воздушные". Как ты помнишь (ведь помнишь?), каждый маг при необходимости может прибегать к силе любой из четырех стихий, но при этом одна из них всегда будет главной, излюбленной, требующей меньших затрат энергии. Тебе повезло: твой отец был вампиром, им всегда подчиняется вода, а мать - человеком, и кто-то из ее дальних предков повелевал пламенем. Поэтому тебе с почти одинаковой легкостью подчиняются обе стихии. Но далеко не все маги - такие везунчики. Да даже тебе при такой счастливой родословной вода куда ближе, чем пламя.
  - И что, совсем-совсем никогда не может быть у братьев разных стихий? Никогда-никогда? - вот теперь Дар заинтересовался по-настоящему.
  Наставник довольно усмехается. И тут же вздыхает.
  - Нет, почему же. Редко, но бывает так, что родственников избирают разные стихии (заметь, не маги делают выбор, а сами стихии!). Чаще всего на одну семью одновременно обращают внимание земля и воздух. Но это редкие случаи, как правило, такие чародеи достигают больших высот и становятся одними из лучших...
  - Земля и воздух? А земля и огонь - бывает? Или огонь и вода?
  Наставник мрачнеет.
  - Бывает. Но истории известные единичные случаи подобного рода. И не дай тебе боги встретиться однажды с такими магами...
  - Но почему?!
  - Потому что один из них живет взаймы. И его появление на свет не сулит нашему миру ничего хорошего...
  
  Колдун недолго предавался воспоминаниям. Его прервали, и довольно бесцеремонно. В дверь забарабанили так, словно во дворце начался пожар.
  Маг распахнул золоченые створки и увидел графиню и ученицу. Девушки были бледны и перепуганы, словно зайчата.
  - Дар!
  На Маржане лица не было. Хани трясло, как в лихорадке, ее глаза подозрительно блестели, слезы прочертили две влажные дорожки на щеках.
  - Что случилось?! Ты вся дрожишь... Что-то с Вотием?! Да что стряслось?!
  Из-за спины хайяри выглядывала не менее взволнованная Айна.
  - Она все время плачет, - пожаловалась графиня, которая и сама чуть не рыдала за компанию с хани. - Только плачет и ничего не говорит...
  Маржана не слушала ее, занятая своими мыслями. Вцепившись в рукав Наставника, впившись взглядом в его лицо, она повторяла, как заклинание: - Дар, я узнала! Я все узнала!
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"