Диордиев В.А.: другие произведения.

"За "Черной Принцессой" или приключения прыгунов"

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сказка для детей 6-10 лет


Владимир Диордиев

  

ЗА "ЧЕРНОЙ ПРИНЦЕССОЙ"

или

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ПРЫГУНОВ

Моей семье посвящается.

Г Л А В А 1

где мы знакомимся с необычным семейством,

и в которой еще ничего не происходит.

   На берегу океана, рядом с одной из его теплых лагун притаился довольно странный домик. Хотя, сказать по правде, назвать домом маленькую норку у самого основания песчаного откоса было бы преувеличением. От чересчур любопытных глаз ее скрывал полуистлевший остов флибустьерской шхуны. Когда-то давно во время шторма она разбилась о коралловые рифы, а затем была выброшена на сушу. Команде пиратов с погибшего корабля удалось спастись. Однако повреждения судна оказались столь велики, что починить его на диком морском берегу было просто немыслимо. Корсары, проклиная южные широты и их шторма, решили бросить шхуну. Они отправились искать спасения от неминуемой голодной смерти вглубь тропического леса, прихватив с собой награбленные за время странствий сокровища. Больше на берегу лагуны их никогда не видели и сказать с уверенностью, что с ними случилось, никто не мог.*
   С тех самых пор потемневшие от времени останки шхуны грустно возвышались над песчаными дюнами у самой кромки прибоя. При этом никто и не подозревал о том, что они выполняют важную миссию - маскируют вход в жилище. Будь у нас с вами возможность заглянуть в него, мы увидели бы очень уютную пещерку, чисто прибранную и ухоженную, состоящую из нескольких комнат. Главной была зала, где стоял круглый обеденный стол, сделанный из створки морского гребешка. Вокруг него располагалось с полдюжины резных стульев. В центре стола возвышался изящный коралловый канделябр на тонкой витой ножке с пятью свечами, которые зажигались с наступлением темноты. На стенах были развешены картины художников-маринистов, а в дальнем углу высился огромный буфет, сделанный из обломков пиратской шхуны. Тут же стояло глубокое плетеное кресло, покрытое шерстяным пледом в красную и белую клетку. Единственное окно в зале было округлой формы и напоминало корабельный иллюминатор. В нем находилось что-то наподобие витража, набранного из осколков разноцветного бутылочного стекла. Кроме залы в пещере имелись еще спальня, детская и кухня. Но они были столь крохотными, что туда даже и заглянуть-то было чрезвычайно трудно.  []
   Семья, обитавшая здесь, казалась не менее интересной, чем само жилище. Это была чета илистых прыгунов (небольших рыбок) со своими чадами. Вы, конечно, можете возразить: так не бывает, чтобы рыбы жили на суше. Так-то оно так, да только это были не совсем обычные рыбки. Воду они любили примерно так же, как ее любят
   --------------------------------------------------------------------------------------------------------------
   *Говоря откровенно, о судьбе пиратов со временем кое-что стало известно, и об этом нам еще предстоит услышать.
  
  
   маленькие дети (а они чаще всего ее не сильно жалуют, особенно когда папа или мама норовят их искупать). Да и не особенно-то они в ней нуждались. Для настоящего илистого прыгуна вполне достаточно держать один-два глотка за щеками, чтобы под палящими лучами солнца у него не пересыхало во рту - вот и все. Однако, это не мешало им прекрасно нырять и плавать, как это делают все остальные их сородичи, но долго плескаться и купаться им надоедало, и тогда они вылезали на сушу.
   Ходить, как мы с вами, рыбки не умели, зато научились прекрасно ползать и прыгать (этим, кстати, и объясняется их прозвище). Делали они это чрезвычайно ловко, опираясь спереди на свои грудные плавники, а сзади отталкиваясь мускулистым хвостом. Но самое удивительное было то, что они умели лазать по деревьям. Да-да, по самым настоящим деревьям и самым залихватским образом, ловко обхватывая руками-плавниками ветки и приклеиваясь к ним присоской.
   Когда-то эти рыбки ничем не отличались от остальных обитателей океана. Почему так получилось, что прыгуны оставили свою стихию, история умалчивает. Видимо, причиной этому послужил их непоседливый и чрезвычайно любознательный характер. Наскучила им прежняя тихая жизнь, вот и решили они переселиться на сушу в совсем незнакомый, но такой заманчивый мир. Этот поступок не остался незамеченным среди обитателей лагуны. Все они осуждали своих сородичей и судачили об этом направо и налево. С тех пор за прыгунами прочно закрепилась репутация чудаков. Некоторые даже утверждали, что у них "не все дома".
   -Вы слышали, - говорила почтенная камбала своей соседке треске, - наши-то родственники совсем "того" - надумали прыгать посуху.
   -И не говорите! - с готовностью поддакивала та, - Ну бывают рыбы со странностями, вроде электрических угрей, но чтобы до такой степени... Ужас! Позор!
   Главою семьи возмутителей спокойствия был прыгун Намуйпу. В молодости он был первоклассным спортсменом и не раз завоевывал награды в прыжках. Равных ему в этом деле было мало. Кубки и медали, полученные Намуйпу, гордо красовались за стеклами буфета. Правда, со временем прыгучести в нем поубавилось, но боевой дух и спортивный азарт нет-нет да и прорывались сквозь внешнюю респектабельность отца семейства.
   Супругу его звали Гортензией. Она была из старинного и знатного в тех краях рода, чем в душе очень гордилась. Поговаривали даже, что предки Гортензии были в родстве с самим Голубым Марлином, грозным властелином близлежащих вод, подчинявшимся одному Повелителю Моря. В молодости Гортензия была хороша собой, и отбоя от женихов у нее не было. Однако, из всех она выбрала именно Намуйпу, который выиграл тогда Панокеанские Олимпийские игры и поразил ее пылкое воображение. В тот раз Намуйпу удалось утереть нос самому великому Роззи - непревзойденной лягушке-быку, абсолютному чемпиону в тройном прыжке. Правда, злые языки поговаривали, что Роззи вроде бы и не соревновался с Намуйпу, а просто гнался за ним, чтобы съесть. Но факт остается фактом - за три скачка наш герой оказался у ближайшего дерева и вскарабкался на его вершину, оставив изумленного противника таращиться на него с земли.
   Но самыми главными членами семьи были, конечно же, дети Намуйпу и Гортензии - Нансилафу и Аделанта. Нансилафу носил имя в честь его китайского деда, попавшего в лагуну из далекого моря. Родители обычно звали его Нанси, и мама говорила, что он вылитый дедушка - такой же непоседа и искатель приключений. Аделанта (или просто Адель) ни в чем от брата не отставала и сопровождала его во всех затеях.
   Словом, вы уже поняли, что живой характер был главной отличительной чертой этого семейства. Поэтому, когда представлялся удобный случай, прыгуны совали нос во все подряд и попадали в разные истории.
  
  

Г Л А В А 2

в которой выясняется, что не всякое имя дается заслуженно, и иногда бывает

полезно, если твоим другом оказался "воришка"

  
  
   Утром Нанси проснулся оттого, что свет бил ему прямо в мордочку. Он открыл глаза и увидел, что солнце уже поднялось над морем. Его косые лучи проникали сквозь маленькое оконце детской и превращались в удивительные, почти осязаемые дорожки. По ним сновали туда-сюда тысячи невесомых пылинок. Они то поднимались до потолка, то опускались к полу. Казалось, что это суетятся сказочные солнечные букашки, торопясь куда-то по своим делам. Но стоило только преградить дорогу свету, как тотчас же эти козявки исчезали вместе со своей тропинкой, превращаясь в невидимок.
   Лежа в постели, Нанси стал строить планы на сегодняшний день. Интереснее всего было бы разведать, что находится за песчаными дюнами их берега. Его давно так и подмывало сгонять туда, но мама и папа каждый раз запрещали ему это делать. Вчера, например, папа на просьбу сына отпустить его ответил так:
   - Нанси, сынок, хоть мы и прыгуны, но все же не забывай, что прежде всего ты - рыба и далеко от берега тебе уходить нельзя. Бог знает, какие опасности таятся за этими холмами. Конечно, будь я помоложе, тогда б мы могли отправиться с тобою вдвоем, но...
   Тут папа грустно замолчал и надолго задумался, с тоской глядя в неизведанные дали. Нанси показалось, что мысленно его родитель умчался куда-то далеко-далеко, возможно в те далекие дни его юности, когда он был молод, силен и отважен. А потом пришла мама и тут же заставила Нанси убирать разбросанные игрушки (как будто кроме этого занятия на земле не существовало ничего более важного).
   Воспоминания вновь всколыхнули уже было забытое чувство обиды и жалости к самому себе. Он принялся фантазировать, что было бы, если бы не родители ему, а он им говорил, что нужно и чего не нужно делать. В его маленькой голове начала вырисовываться отрадная сердцу картина, как в ответ на мамино требование он говорит:
   - Ну нет, голубушка! Сама все разбросала - сама и убирай!
   Он так размечтался, что и не заметил, как произнес последние слова вслух. Адель, услыхав, что кто-то говорит, тотчас же проснулась:
   - С кем это ты беседуешь, а, Нанси?
   Прыгун от неожиданности чуть не подскочил на месте и тотчас же опомнился.
   - Да так, ни с кем. Просто я репетирую роль в одной жуткой трагедии, которую собираюсь сыграть на сцене нашего театра.
   - Что ты выдумываешь, нет у нас никакого театра!
   - Подумаешь! Сегодня - нет, а завтра - есть! - туманно отозвался Нанси.
   Он сладко потянулся и зевнул, прикидывая, встать ли ему или еще немножко поваляться. В конце-концов Нинси решил, что раз уж Аделанта испортила ему удовольствие от утренней неги, то лучше поскорее позавтракать и идти гулять.
   Он сбросил с себя одеяло, сел и стал быстро одеваться. Из предметов туалета у прыгунов использовались лишь те, что не сковывали их движений. Поэтому снаряжение Нанси ограничивалось бейсболкой и широким кожаным ремнем, к которому он пристегивал настоящий морской кортик, доставшийся ему от дедушки.
   Одевшись, Нанси запрыгал по направлению к кухне, где мама уже что-то готовила. Ароматные запахи приятно защекотали в носу и пробудили чувство легкого голода.
   - Доброе утро, мамуля, - сказал Нанси, войдя в кухню и чмокнув маму в щеку. - А что у нас сегодня на завтрак?
   - Твоя любимая морская капуста в кляре - ответила мама и поставила на стол дымящуюся тарелку с блюдом.
   В этот момент на пороге кухни появилась Аделанта. На ее спинном плавнике красовалась ярко-голубая лента, а хвост был перевязан бантиком нежно-розового цвета.
   -Ну, дает! - не удержавшись, выпалил Нанси и, съязвив, добавил, - ты бы еще цветочный горшок на голову напялила!
   -Мама, чего он дразнится! - обиженно надула губы Аделанта.
   -Не болтай глупостей, женщины и должны быть нарядными, - примиряющее сказала мама.
   Рыбята с жаром набросились на еду, и через пару минут все было съедено. Завершив завтрак киселем из морских медуз, Нанси и Аделанта выскочили из-за стола и, сказав на бегу "спасибо!", шмыгнули за дверь.
   Погода стояла тихая и прозрачная, на небе не было ни единого облачка. Солнце, вначале такое нежное и ласковое, поднимаясь все выше и выше, начинало нещадно палить и слепить глаза. Брат с сестрою первым делом наперегонки домчались до океана и бросились в воду. Освежившись и заодно набрав за щеки воды, они вылезли на берег и стали прикидывать, чем бы им заняться. Аделанта предложила поиграть в салочки, но у Нанси были свои планы.
   - Ты как хочешь, а я отправляюсь на разведку в дюны, - важно заявил он.
   - Да-а, а если мама с папой узнают? - засомневалась сестра.
   - Ну, тогда оставайся здесь, - и Нанси с независимым видом двинулся к гряде песчаных холмов.
   Аделанта секунду поколебалась и бросилась догонять брата.
   Дюны отделяли населявших лагуну жителей от другого, неизведанного мира. О нем ходили слухи и легенды: говорили, будто бы там живут диковинные существа, каких не встретишь в океане. Все это будоражило воображение и волновало кровь.
   Они благополучно миновали первую гряду холмов и увидели за ней еще одну. Идти становилось трудновато. Воздух нагревался и поднимался вверх колышущимся маревом, в струях которого все становилось призрачным и нереальным. За второй грядой последовала третья, за третьей - четвертая, и рыбкам стало казаться, что они попали в самую настоящую пустыню. Кругом ничего не росло, если не считать колючих кактусов да редких пучков жухлой травы. Изредка были видны вдали неподвижные столбики - это любопытные суслики выскакивали из норок, привлеченные появлением невиданных пришельцев. Но как только Нанси и Аделанта подходили поближе, они сразу же исчезали в своих убежищах.
   - Нанси, я устала, пойдем обратно, - не выдержав зноя, запросилась сестра.
   - Вечно с вами, девчонками, так - сначала навяжитесь на мою голову, а потом начинаете ныть! - отозвался Нанси, как будто и в самом деле кроме сестры у него была целая куча приятельниц. - Потерпи немного: вон, видишь - летит птица, значит скоро пустыня закончится.
   - По-моему, она никогда в жизни не кончится, - хныкала Аделанта. - Ну и что с того, что там птица, может, у нее гнездо в песках.
   - Эх ты, "гнездо в песках", - передразнил ее брат. - Это же попугай, значит, где-то поблизости должны быть деревья.
   Из последних сил они влезли на очередной песчаный вал, и тут им открылась чудесная картина: прямо перед ними лежал зеленый оазис, где росли кокосовые пальмы, а в самом его центре сверкало на солнце прозрачное озерцо.
   -Ура! - завопили брат с сестрою.
   Работая плавниками как веслами, они на брюшках съехали вниз и во всю припустили к оазису. Искупавшись и утолив жажду, усталые рыбята растянулись в тени кокосовой пальмы.
   - Эх, хорошо бы чего-нибудь поесть, - вздохнула сестра, - а то пока мы доползем до дома, у меня живот к спине прилипнет.
   -Да вот же еда! - воскликнул брат и указал на висевшие над их головами кокосовые орехи.
   Нанси попытался вскарабкаться по стволу дерева. Но ствол был такой толстый, а руки-плавники такие маленькие, что после очередной неудачной попытки прыгун грустно покачал головой и сказал со вздохом:
   - Ничего не выйдет, придется нам затянуть пояса потуже.
   В этот момент что-то с глухим стуком шлепнулось в траву позади него. Обернувшись, он увидел большой кокосовый орех, лежавший рядом на земле. Вслед за этим откуда-то сверху раздался незнакомый голос:
   -Угощайтесь, прошу вас!
   Прыгуны задрали головы кверху и увидели в кроне пальмы странное существо: снизу оно было похоже на круглую тарелку со множеством ножек. Когда незнакомец, ловко орудуя своими конечностями, спустился на землю, взору Нанси и Аделанты предстал средних размеров краб.  []
   - Привет, - приподняв одну клешню, сказал он им, - вы кто такие?
   - Я - Нанси, а она - Аделанта, мы - прыгуны, - за двоих представился брат и в свою очередь поинтересовался: - А ты кто?
   -Я...,- начал было краб, но закончить не успел.
   Вместо этого раздался еще чей-то скрипучий голос, прогорланивший следующее:
   Пальмовый вор-р-р,
   Нос всем утер-р-р:
   Ор-р-рехи вор-р-рует,
   Р-р-русалок целует!
   Аделанта и Нанси огляделись и увидели на соседнем кусте красно-серого попугая, того самого, которого они заприметили на подходах к оазису.
   - Жако, ну сколько раз тебе говорить, глупая твоя голова, чтобы ты не плел про меня всякие небылицы, - сказал краб. Затем, обращаясь уже к рыбятам, он продолжил, - Хотя доля правды в его словах есть: как меня только не называют - и "пальмовым вором", и "раком-разбойником", но на самом деле я - Эрик.
   - А живешь ты где? - поинтересовалась Аделанта.
   - Вообще-то, родился и вырос я в бухте, но там нет кокосов, а без них жизнь скучная. Вот я и перебрался сюда. А сами-то вы откуда?
   - Из лагуны, так что можно сказать, мы земляки, - удовлетворил любопытство краба Нанси.
   - Чего же я жду, - спохватился Эрик, - пора отведать нашего красавца.
   Ловко орудуя огромной клешней, будто консервным ножом, краб вскрыл орех. Проголодавшиеся прыгуны набросились на угощение. Кокосовое молоко оказалось очень вкусным, и через какое-то время они отвалились от ореха с раздувшимися животами.
   - Спасибо, милый Эрик! - поблагодарила Аделанта.
   Когда брат с сестрой засобирались в обратный путь, краб вызвался их проводить и показал другую, более легкую дорогу к лагуне.
   Прощаясь, Нанси и Аделанта пожали Эрику клешню и пригласили назавтра к себе в гости.
   - Ладно уж, приду. А теперь давайте домой, а то вас родители, наверное, уже ждут, - сказал он им на прощание.
   - Ну рванули, - усмехнулся он, глядя, как поскакали его новые знакомые к дому и повернул обратно.
  
  
  

Г Л А В А 3

где рассказывается о том, как нужно встречать гостей, а также о том, что

не все дети моря умеют плавать

  
   Дома Аделанте и Нанси здорово влетело за самовольную отлучку. Но когда папа и мама узнали, что с рыбятами ничего страшного не случилось, они сменили гнев на милость. Будучи прыгунами, родители и сами не были чужды духу авантюризма и, немного поостыв, не смогли удержаться от расспросов. Их дети, захлебываясь от восторга, наперебой стали рассказывать, какой необыкновенный оазис они обнаружили, и какими замечательно вкусными оказались кокосовые орехи. Когда же родители узнали, что рыбята подружились с крабом, который помог им утолить голод и добраться до дома, они окончательно успокоились и решили, что дети стали самостоятельными и опекать их, как раньше, уже не следует.
   - Мама, а Эрик обещал придти сегодня к нам в гости, - сообщила на следующее утро Аделанта. Ей чрезвычайно нравился ее новый знакомый. - Мне кажется, мы могли бы по этому поводу устроить небольшой пикничок, правда?
   Когда Нанси услышал это, то чуть было не прыснул со смеху, но все-таки сдержался - краб и ему пришелся по душе.
   - Ну что ж, пикник так пикник, - согласилась мама, - только когда будете купаться, не заплывайте слишком далеко, договорились?
   - Договорились! - хором крикнули рыбята и побежали готовиться к встрече Эрика.
   Аделанта первым делом перерыла весь свой гардероб и решила, что все ее вещи вышли из моды, а некоторые просто безнадежно устарели. Это огорчило ее, но ненадолго. Ловко орудуя ножницами, она выкроила из старого маминого шарфа (мама все равно его уже больше не носила) прелестный пестренький бантик. Подойдя к зеркалу, Аделанта нашла, что он ей очень идет. Затем из комода, в котором хранились разные древние, но все еще нужные вещи, она достала зонтик от солнца. Прыгунье показалось, что сегодня он будет как нельзя более кстати.
   Нанси, увидев, какую бурную деятельность развернула его сестренка, решил тоже не ударить в грязь лицом. Он вынул из гардероба старый дедушкин китель и стал придирчиво его осматривать, проверяя, не съела ли его моль. Не обнаружив ничего подозрительного, он напялил его на себя и направился прямиком к отцу.
   - Па, а можно мне взять на время твои медали? - спросил он.
   - Возьми, сынок, только смотри, не потеряй, - покладисто согласился отец.
   - Можешь не сомневаться, будут целехоньки! - обрадовано крикнул Нанси и побежал доставать медали из буфета.
   В назначенный час Аделанта и Нанси пришли на место встречи, неся с собою небольшую корзинку. Мама собрала им немного еды и питья, чтобы дети смогли попировать на славу.
   - А вот и Эрик! - пискнула Аделанта и, смутившись, принялась вертеть в плавниках зонтик.
   Эрик, увидев, какой прием ему организовали, даже слегка оторопел.
   - Во, вырядились, - широко ухмыляясь, беззлобно пошутил он, разглядывая драконов на зонтике Аделанты и золотые медали на кителе ее брата.
   - Ты наш гость, а гостей принято встречать в торжественной обстановке, - заявила Аделанта и добавила. - Как насчет того, чтобы подкрепиться?
   - Валяйте, угощайте, - еще больше расплылся в улыбке Эрик и стал ждать, что будет дальше.
   Вся троица устроилась поудобнее вокруг большого плоского камня. Аделанта стала выкладывать угощения, а Нанси и Эрик разворачивали их из фольги и ставили на стол. Когда приготовления были закончены, прыгунья церемонно произнесла "Кушать подано", и все принялись за еду. Какое-то время компания аппетитно хрустела поджаренными тостами и сочными листьями спаржи, запивая все газированной водою. Когда с трапезой было покончено, Нанси предложил:
   - Айда купаться!
   - Ой, верно, давайте освежимся, а то сегодня так жарко, - поддержала его сестра и они, взявши Эрика за клешни, побежали к океану.
   На берегу Нанси снял китель и аккуратно положил его на песок, а Аделанта развязала бантик и обмотала его вокруг ручки зонта. Затем они бросились в пенистые волны прибоя и поплыли. Через некоторое время Аделанта заметила, что их всего только двое.
   - Подожди, Эрик отстал, - обратилась она к брату и, обернувшись, крикнула, - Эй, давай сюда, к нам!
   Но краб только переминался с ноги на ногу, стоя на берегу, и от неловкости чертил на песке вензеля. Рыбятам пришлось вернуться.
   - Эрик, ты чего ждешь? - поинтересовался у друга Нанси.
   - Что-то у меня настроение купаться потерялось, - ответил краб, ковыряя клешней песок, словно надеясь отыскать пропажу. - Вы, в общем, поплавайте без меня, а я вас здесь подожду, ладно?
   - Я все понял, - уничтожающе глядя на краба, промолвил Нанси, - он не умеет плавать. А еще говорил, что родился и вырос в лагуне!
   - Вот честное-пречестное, раньше я умел, - оправдывался Эрик, от неловкости не зная, куда глаза девать и беспомощно разводя клешнями в стороны, - да только теперь разучился. Сам не знаю, как это вышло...
   -Знаешь, Нанси, я тоже, пожалуй, погреюсь на солнышке, а то что-то вода сегодня больно холодная, - неожиданно заявила Аделанта. - Так что, если хочешь, поплавай один.
   - Ну нет, это совсем неинтересно, - ответил Нанси, вылезая на берег. - Раз такое дело - давайте загорать.
   Они легли брюшком на теплый песок, подставив жарким лучам солнца свои спинки.
   - А что это там вчера твой попугай болтал насчет русалок, будто бы ты с ними целуешься, - как бы невзначай спросила у краба Аделанта.
   - Да слушай ты его больше, враки все это, - недовольно проворчал Эрик. - В жизни не встречал более глупой птицы.
   - Нет, а правда, может ты знаком с ними, а? - стал настаивать Нанси.
   - Вообще говоря, раньше я знал одну русалку. Звали ее Мариолой, она была дочерью Повелителя Моря. Но это было очень давно, когда я был совсем маленьким. Ей нравилось играть со мной: я приносил ей орхидеи, а она делала из них такое замечательное, ароматное мороженое.
   - Ну это ты загнул, - авторитетно заявил Нанси, - для мороженого нужен лед, а где его тут возьмешь?
   - Ей-Богу, не вру. Южные шторма и течения изредка приносят к нашим берегам айсберги из Антарктиды. Правда, под нашим солнцем бедняги тают на глазах, точно воск, но если быть расторопным, то можно наколоть их них льда на дюжину порций пломбира, пока они совсем не расплавились.
   - А какая она, эта Мариола? - заинтересовавшись, спросила Аделанта.
   - Очень красивая, только немного грустная. И песни пела все время печальные. - Что же случилось потом? - не унималась Адель.
   - Потом я ушел из лагуны и вот уже несколько лет ее не видел.
   - Есть предложение, - торжественно объявил Нанси, - нужно пойти и навестить твою старую знакомую, тем более что мы с Аделантой ни разу в жизни русалок не видели.
   - Тат-то оно так, - с сомнением покачал головой Эрик, - да только русалки выплывают из моря только в полнолуние и обычно собираются на коралловом рифе, а это далеко от берега.
   - Не так уж и далеко, а для тебя мы что-нибудь придумаем, - заверил друга Нанси и принялся размышлять. Наконец он воскликнул. - Идея! Ты поплывешь к рифу на паруснике Велелла!
   - Откуда это он у вас? - недоверчиво покосился на Нанси Эрик. - По-моему, это ты теперь заливаешь.
   - И ничего не заливаю, потому что это не настоящий парусник, а морская медуза, для тебя в самый раз будет, - заверил его прыгун, - кстати, я как-то видел одного твоего родственника, который плыл на таком паруснике по морю в ветреную погоду.
   - Но я же не умею им управлять, я никогда раньше не ходил под парусами! - в ужасе воскликнул Эрик.
   -На этот счет можешь не волноваться, мы тебе поможем, - поспешил успокоить друга Нанси, - правда, Аделанта?
   - Ну конечно, Эрик, мы же поплывем вместе с тобой, - поддержала Нанси сестра.
   - Ну тогда ладно, согласен. С друзьями мне ничего не страшно, - немного успокоившись, улыбнулся краб.

Г Л А В А 4

в которой рассказывается о ночном путешествии к коралловому рифу и

о морской баталии, развернувшейся в водах лагуны

   Прежде всего, нужно было заблаговременно побеспокоиться о паруснике Велелла. Нанси и Аделанта прыгнули в воду и поплыли на его поиски. Вскоре их усилия увенчались успехом: они наткнулись на шикарную, огромную медузу. Выставив из воды свой треугольный парус-гребень, она плыла, подгоняемая попутным ветерком. Рыбята подплыли к ней с двух сторон и, осторожно подталкивая свою пленницу плавниками так, чтобы не обжечься об ее ядовитые щупальца, отбуксировали ее на мелководье, где и привязали к морским водорослям.
   После того, как эта операция была закончена, они все вместе стали играть в морские салочки* и разные другие игры. Домой решено было не заходить, а чтобы родители не волновались, отправили с почтовым голубем коротенькое послание, в котором говорилось, что рыбята задерживаются по важному делу и просят маму и папу не тревожиться понапрасну.
   Увлекшись игрою, рыбята с Эриком и не заметили, как стало смеркаться. В южных широтах темнеет рано, и почти нет того промежутка времени, когда трудно даже определить, что сейчас - день или ночь, и которое зовется сумерками. Темнота сгустилась чуть ли не сразу, окутав все вокруг своим покрывалом. Во мраке ночи ярко зажглись мириады звезд, усеяв собой весь купол неба, однако, их сияющее великолепие скоро померкло в серебристом свете огромной круглой луны, поднявшейся из моря.
   - Ух ты, как красиво, - прошептала Аделанта: она никогда раньше не видела, как переливается морская вода в свечении ночной планеты.
   - Нам просто-таки здорово повезло, - сказал Эрик, подняв глаза кверху. - Сегодня полнолуние, а это значит, что русалки должны приплыть к рифу.
   - Тогда чего же мы ждем? В путь! - хриплым от волнения голосом скомандовал Нанси.
   Рыбята отвязали медузу и вместе с Эриком взобраться на нее. Внезапно подул легкий ветер с брега и "парусник", подгоняемый свежим ночным бризом, быстро заскользил по морской поверхности.
   - Смотрите, смотрите, что это? - ахнула Аделанта, показывая плавником куда-то назад.
   Нанси и Эрик оглянулись и застыли от изумления: позади их "парусника" тянулась необычная дорожка. Она мерцала и искрилась тысячами изумрудов, алмазов и рубинов, причем все это сказочное богатство колыхалось на волнах, расходящихся в разные стороны от их кораблика.
   - Вот это да, - восхищенно сказал Эрик, - я такого еще не видел. Что если это сокровища Повелителя Моря?
   - Не думаю, - отозвался Нанси. - Скорее всего, это какие-то загадочные обитатели моря, которых мы не знаем.
   - Ой, смотрите, а вон та яркая точка движется прямо к нам! - с восторгом пропищала Аделанта.
   Тут и все остальные тоже заметили странное световое пятно, всплывающее из морских глубин. Казалось, что свечение исходит от лампочки или фонарика, зажженного в воде. Пятно сделало круг около маленького корабля с пассажиром на борту и стало стремительно к нему приближаться.
   - Что-то не нравится мне все это, - слегка нервничая, сказал Эрик. - Такое впечатление, что оно собирается на нас напасть.
   И это было сущей правдой. Огромный Морской Черт, житель океанской бездны, оказался по воле случая в лагуне и заметил плывущих на паруснике. Широко разинув хищную пасть, утыканную частоколом острых, как лезвие, зубов, ринулся он на легкую добычу.
   ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
   *Морские салочки отличаются от обычных тем, что круг чертится на берегу моря и разрешается забегать, спасаясь от водящего, в воду на неглубокие места.
  
   - Живо, меняем галс! - скомандовал Нанси Эрику и они вдвоем что было сил уцепились за конец треугольного паруса и стали тянуть.
   С огромным трудом им удалось развернуть парусник, но было уже слишком поздно: хищная рыба на полном ходу врезалась в утлое суденышко и перевернула его. Друзья в мгновение ока оказались в темной воде.
   - Я не вижу, где он! - завопил Эрик, которому удалось ухватиться клешней за край колокола перевернутой медузы.
   Нанси и Аделанта тоже были сильно напуганы: враг был где-то здесь, рядом, шестым чувством они ощущали его присутствие. И вдруг они снова увидели летящую им навстречу из глубины светящуюся точку - это была вторая атака морского чудовища.
   - Берегись! - крикнул сестре Нанси и заработал во всю прыть плавниками и хвостом.
   Но обернувшись, он с ужасом увидел, что Аделанта, парализованная страхом, не сдвинулась с места. Расстояние между ней и Морским Чертом быстро сокращалось. Вот опять открылась страшная зубастая пасть, еще мгновение и...
   И тут случилось нечто непредвиденное. Краб, до того времени болтавшийся в воде рядом с поверженной медузой, тоже заметил, какая опасность грозит Аделанте. Не умея плавать и рискуя захлебнуться, он решился на отчаянный шаг: когда неприятель проплывал под ним, готовясь проглотить маленькую прыгунью, Эрик отпустил свой спасательный плот и стал быстро погружаться вниз. На мгновение ему показалось, что он неправильно выбрал момент и промахнулся, но уже в следующий миг он восседал на спине врага, крепко вцепившись клешнями ему в плавник. От неожиданности Морской Черт было оторопел и позабыл про ждущую его добычу. Но потом глаза его налились яростью и он стал как бешенный метаться из стороны в сторону, стараясь сбросить нахального наездника со своей спины. Эрик что было мочи вцепился во врага и старался удержаться. Он понимал, что если отпустит плавник, то тут же будет проглочен огромной рыбиной. Однако силы его слабели с каждой минутой, а его противник, напротив, и не думал сдаваться: еще немного - и ему удастся сбросить с себя отважного краба.
   И тут в голове Эрика мелькнула отчаянно-дерзкая мысль: "Надо попытаться лишить его света, тогда поймать меня он не сможет". Краб дотянулся до фосфоресцирующего отростка на голове чудовища и из последних сил сдавил его клешней. Морской Черт взвился от боли, а затем рванулся куда-то вниз. В ту же секунду свет погас, и наступила кромешная тьма.
   Лишившись последней опоры, Эрик стал погружаться все глубже и глубже, чувствуя, что запас воздуха, который он вдохнул на поверхности, на исходе. Приготовившись к самому страшному, он закрыл глаза и впал в забытье.
   Очнулся он от странного звука, напоминавшего чьи-то сдавленные всхлипы. Прислушавшись, он понял, что это и в самом деле кто-то плачет. Больше всего на свете Эрик не выносил слез, поэтому он не выдержал и сказал:
   - Если кто-нибудь думает, что в море не хватает воды, то я лично так не считаю.
   Тут рыдания смолкли и через секунду сменились радостными воплями Нанси и Аделанты :
   - Эрик, ты жив! Ур-р-ра!
   - Тише, не то всех обитателей лагуны распугаете, - слабым голосом ответил краб - он еще не оправился как следует от пережитого.
  
  
   Брат и сестра прыгуны стали наперебой рассказывать, как они наблюдали за схваткой, как увидели, что Эрик перекусил удочку с фонариком на носу Морского Черта, и как потом они разыскали его, лежащего неподвижно на морском дне.
   - А здесь я как оказался? - оглядываясь вокруг, поинтересовался Эрик.
   - Мы схватили тебя и поплыли к коралловому рифу, на котором ты сейчас и находишься, - объяснила Аделанта.
   - Ну и задал ты ему перцу! - восхищенно сказал Нанси и добавил, - А поначалу-то мы с сестренкой подумали, что тебе крышка.
   - Знаешь, Эрик, - торжественным тоном произнесла Аделанта, к тому времени уже окончательно успокоившаяся, - я хочу тебе сказать, что ты - самый замечательный краб на свете! Если бы не ты, меня бы уже давно не было в живых.
   - Да ладно, чего там, - махнул клешней смущенный краб. - Просто мне не хотелось, что бы такая симпатичная рыбка досталась на обед этому уроду.
   Теперь настало время краснеть Аделанте.
   - Нет, правда? Я и в самом деле тебе нравлюсь? - спросила она.
   - Ну вот, пошли охи-ахи, - протянул Нанси, состроив кислую рожицу. - В конце концов, для чего ми с вами забрались на этот риф, скажите на милость? Чтобы поупражняться в нежностях или чтобы встретиться с русалками?
   - Ладно тебе, не бурчи, - примирительно сказал Эрик, - и наберись терпения - ровно в полночь русалки будут здесь.
  
  

Г Л А В А 5

в которой рассказывается, как прыгуны провели ночь в компании русалок

и о чем поведала им дочь повелителя моря

   Ожидание длилось мучительно долго. Нанси и его сестра, привыкшие в это время давно уже спать, клевали носом. Эрик же с тревогой вглядывался в темноту летней ночи. Вдруг что-нибудь помешает русалкам придти на их встречу? Что, если Повелитель Моря запретит сегодня своей дочери покидать дворец? Или она, не дай Бог, заболела и лежит в постели, а придворный лекарь-осьминог поит ее отваром из водорослей?
   Тут размышления Эрика были прерваны. Издалека до него донеслось еле слышное уханье. Сыч-эльфик, живший в тропическом лесу, лежавшем за морским побережьем, возвещал о том, что уже настала полночь. Краб живо растолкал клевавших носом рыбят и велел им спрятаться в воде за кромкой рифа.
   - На всякий случай, а то они такие пугливые, - объяснил Эрик. - Тем более что вам оттуда все будет видно, а потом я вас позову.
   Рыбята послушались совета и вовремя: как только Адель и Нанси прыгнули в воду, вдалеке показались неясные очертания каких-то странных фигур, движущихся по направлению к ним. Казалось, что целое племя амазонок скачет верхом на диких степных лошадях прямо по морю. Когда кавалькада приблизилась к рифу, Нанси и Аделанта смогли рассмотреть в серебристом свете луны всадниц получше.
   Это были не амазонки, как им почудилось вначале, а русалки, скачущие верхом на дельфинах. Одной рукой они ловко держались за плавник, а другою лихо били по спинам своих "лошадок", подгоняя их. Это были самые настоящие состязания - кто первым придет к рифу. Дельфины неслись, очертя голову, русалки весело гикали и кричали, подбадривая их.
   Вот один их дельфинов со своей всадницей вырвался вперед и, оставив остальных далеко позади, первым пришел к финишу. С его спины ловко соскочила русалка и взобралась на риф. Тут она заметила краба, скромно ожидавшего, когда на него обратят внимание.
   - Эрик! Вот так встреча! Откуда ты взялся? - обрадовано воскликнула русалка.
   - Здравствуй, Мариола! Вот, решил навестить старых друзей. Надеюсь, ты меня еще не забыла?
   - Что за глупости ты говоришь, конечно - нет! А почему тебя так долго не было?
   - Я теперь живу на суше, в пальмовой роще. Сменил, так сказать, квартиру. А ты все такая же, как и раньше, ничуточки не изменилась.
   Во время этого разговора Нанси и Аделанта, затаив дыхание, во все глаза рассматривали незнакомку. Они, конечно, и раньше слышали про русалок и знали, что они до пояса выглядят как человек, а ниже пояса - как рыба, но видеть их живьем им не доводилось.
   Мариола была необыкновенно очаровательна. Большие, чуть раскосые зеленые глаза искрились словно два огромных изумруда. Черные волосы струящимся водопадом ниспадали на точеные маленькие плечи. Но главное, главное - это была ее улыбка: завораживающая, загадочная и почему-то чуть-чуть печальная. И вся она была такая хрупкая, что казалось, будто свежий ночной ветер мог подхватить ее и унести на своих широких, сильных крыльях.
   Тем временем беседа Эрика и Мариолы продолжалась:
   - Знаешь, Мариола, если ты не против, я хотел бы познакомить тебя со своими друзьями-прыгунами. Они отличные ребята и прямо-таки жаждут быть представленными дочери Повелителя Моря.
   - Ах ты, плутишка! Так вот зачем ты приплыл сюда сегодня, - развеселилась русалка, рассыпая в воздухе вокруг себя маленькие колокольчики смеха. - Нет, конечно, я не возражаю, твои друзья не могут быть злыми или плохими. Так куда ты их спрятал, ну-ка признавайся!
   Услышав это, Нанси и Аделанта пробками высочили из воды, так что даже немного напугали Мариолу. Но увидев двух смешных рыбят, она успокоилась и сказала:
   - Так вот, значит, какие вы на самом деле, сухопутные рыбешки! Няня рассказывала мне о рыбах, живущих на берегу, но встречаться с ними не доводилось. Ну что ж, как меня зовут, Эрик вам уже разболтал, а вот ваших имен я еще не знаю.
   - Аделанта, - представилась маленькая прыгунья.
   - Нанси, Ваш покорный слуга, - галантно отрекомендовался ее брат.
   - А это правда, что Вы дочь Повелителя Моря? - не вытерпела и поинтересовалась Аделанта.
   - Правда, можете спросить у моих подруг, - ответила, улыбнувшись, Мариола.
   Остальные русалки к этому времени тоже уже добрались до рифа. Они сидели полукругом вокруг Мариолы и слушали ее беседу.
   - Ну что Вы, это лишнее, - поспешил заверить ее Нанси и, слегка замявшись, прибавил, - значит, со временем Вы станете Повелительницей Моря?
   - Ну, теперь этого уже не случится, - печально усмехнулась русалка.
   - Не верю своим ушам! - так и подпрыгнул на месте Эрик. - Ты что, не хочешь быть царицей?
   - Не в том дело, - начала объяснять Мариола. - Я никогда раньше тебе об этом не рассказывала... Помнишь, в детстве, когда мы играли здесь с тобою, у меня на шее всегда висел талисман, он тебе тогда еще очень нравился?
   - Ну конечно, помню! Еще бы мне не помнить чудесное ожерелье из розового жемчуга, увенчанное огромной черной жемчужиной. Она была такая красивая и назывались, кажется, "Черной принцессой".
   - Да-да, все дело именно в нем, точнее в ней, в этой "Черной Принцессе". Другой такой на свете нету. Когда кто-нибудь смотрел на нее, то мог увидеть перед собой все, что скрывает в толще вод великий океан, любой из его уголков. В семь лет отец надел мне на шею этот талисман и велел хранить его как зеницу ока, чтобы я, когда вырасту, доказала свое право на царство всем обитателям моря. Но, увы, Черной Принцессы больше нет со мною.
   - Ты потеряла ее, - выпучив глаза, ахнул краб.
   - Нет, что ты, я хранила ее очень бережно - ведь это был подарок отца, которого я очень люблю. Все намного хуже - меня обманули. Однажды я увидела незнакомый корабль, идущий по морю. Из любопытства я подплыла поближе и оказалась рядом с пиратской шхуной. Однако, ни громких песен, ни обычных для пиратов браных слов слышно не было. Это показалось мне довольно странным. И тут вахтенный матрос, стоявший у руля, заметил меня. Сперва он испугался, но увидев у меня на шее жемчуг, стал умолять продать ему пару жемчужин. Взамен пират предлагал мне золото и драгоценности. Вначале я наотрез отказалась даже слушать об этом, но он продолжал умолять. Он сказал, что всю их команду сразила неизвестная лихорадка и чтобы их спасти, нужно приготовить лекарство их жемчуга. Тогда мне стало их жаль и я решила, что если пара жемчужин спасет столько людей, пусть даже и пиратов, то отец не будет ругать меня за это. Однако я строго-настрого запретила им трогать "Черную Принцессу", и пират обещал мне это. Но, увы, все вышло иначе. Выпив лекарство и оправившись от своего недуга, разбойники загорелись алчностью. Они поняли, что в руках у них неслыханное сокровище и что, продав "Черную Принцессу", они смогут стать богаче Багдадского халифа. Тогда пираты решили украсть ожерелье. Мой отец, узнав о таком вероломном коварстве, был просто взбешен и послал им вдогонку страшный шторм, который разбил их корабль вот об этот самый риф, на котором мы с вами сейчас сидим. Однако, мошенникам удалось добраться до берега и затем скрыться, унеся с собой мое ожерелье.
   После рассказа Мариола стала еще более грустной. Никто не произносил ни слова. Все были подавлены чудовищной несправедливостью того, что произошло с русалкой. Вдруг в полной тишине раздался звенящий от волнения голос:
   - Мы найдем ее, твою "Черную принцессу"! Слышишь, Мариола, найдем, даже если для этого нам потребуется искать сто лет!
   Это говорил Нанси. Если бы мама или папа в эту минуту увидели свое чадо, они бы наверняка не узнали его - таким он казался бесстрашным. В глазах прыгуна читалась непритворная решимость и, взглянув на него, Аделанта поняла, что отговаривать брата - дело бесполезное.
   - Верно, Нанси, - поддержал друга Эрик. - Мы отправимся в путешествие вслед за "Черной Принцессой" и постараемся помочь тебе, Мариола. Надо восстановить справедливость во что бы то ни стало!
   - Мои отважные друзья, вы не должны рисковать собою ради меня, - покачав головой, возразила Мариола.
   - Так что же, "Черная принцесса" останется у грабителей? - спросил, негодуя, Нанси. - Ну уж нет, мы этого так не оставим!
   Видя такое единодушие своего брата и Эрика, Аделанте ничего не оставалось, как согласиться с ними, хотя, по правде говоря, душа у нее к этому путешествию не лежала.
   - Тогда я буду молиться за вас и просить Провидение послать вам удачу, - произнесла растроганная Мариола, - Если на своем пути вы встретите племя Амазонок, не пугайтесь - они мои дальние родственницы. Когда-то давно они жили вместе с нами, но потом ушли так же, как и вы, на сушу. Скажите им только: " Тетис помнит о вас" - и этого будет достаточно, чтобы они приняли вас как своих.
   - А кто такой Тетис?- поинтересовалась Аделанта.
   - Так назывался древний океан, бывший нашим общим домом. С той поры прошло немало времени, но помять о нем до сих пор жива в сердцах Амазонок.
   На том и порешили. Друзья стали прощаться с Мариолой. Чтобы путешественникам на обратном пути опять не встретился Морской Черт, русалка дала им своего дельфина, в мгновение ока домчавшего их до берега.
   Когда рыбята и Эрик подходили к норке прыгунов, начинало светать. Алая полоска забрезжила над морем и окрасила водную поверхность в розовые тона. Ночной бриз сменялся дневным, дувшим с моря и швырявшим соленые брызги им прямо в мордочки. На гребнях бегущих волн красовались легкие белые шапки эфемерной пены. Казалось, что открылись сразу тысячи бутылок шампанского.
   - Хорошо все-таки, что мы существуем, и что у нас есть все это, - задумчиво произнес Эрик и сделал широкий жест.
   - Что-то тебя на философию потянуло, - силясь подавить зевоту, отозвался Нанси. - Пошли спать, а то уже совсем сил не осталось, - добавил он, открывая дверь родной норки.
  

Г Л А В А 6

в которой говорится о том, как рыбята и Эрик опять попадают в кокосовый оазис, и о том, что им поведал старый попугай

  
   На следующий день вся троица сидела на кухне и уплетала за обе щеки разные деликатесы, которые приготовила мама. Они только что кончили рассказывать родителям о своем ночном похождении и знакомстве с дочерью Повелителя Моря. Не забыли они упомянуть и о печальной истории, которую Мариола поведала им. Единственное, о чем хитрецы пока умолчали, было их вчерашнее решение отправиться на поиски "Черной принцессы". Нанси решил, что для этого нужен подходящий момент, которого следовало дождаться. Шутка ли сказать - они собирались идти навстречу неизвестности, надолго оставив отчий дом и маму с папой. Но что самое главное - у них пока не было ни малейшего представления о том, где им придется искать ожерелье Мариолы. Ведь с того времени прошло столько лет!
   Нанси, набив рот паштетом из креветок и болтая хвостом, как бы между прочим спросил отца:
   - Па, а ты разве ничего этого не слышал? Ведь пиратская шхуна красуется как раз рядом с нашим домом?
   - Как же, как же! - отозвался отец. - В свое время об этом мне рассказывал один почтенный омар, приближенный ко двору Повелителя Моря. Кстати, болтали, что Повелитель обещал награду тому, кто вернет ожерелье его дочери. Он не пожалеет ничего, лишь бы его любимица вновь обрела свой талисман, а с ним и право наследования.
   Друзья многозначительно переглянулись, но не издали ни звука.
   - Да-а-а, вот если бы мне сбросить годков двадцать! Уж я бы постарался заработать эту награду, не будь я прыгун! - со вздохом продолжал папа, но тут же недовольно прервал себя, - Ну, хватит об этом. Идите, погуляйте - вам полезно бывать на свежем воздухе.
   Выйдя из дома, друзья взобрались на палубу разбитого корабля и уселись на его корме.
   - Не может быть, чтобы никто не знал, куда подевались пираты. Наверняка кто-нибудь что-нибудь да слышал, - горячо начал Нанси.
   - Нанси, вспомни, что говорила Мариола - прошло столько лет! Может, и самих корсаров уже нет в живых - так кого же нам тогда искать? - высказала сомнение Аделанта.
   - Ну и пусть, ведь "Черная Принцесса" все равно есть! Вопрос только в том, чтобы ее найти, - заупрямился брат.
   - А что, если нам поговорить с Жако? - неожиданно предложил Эрик.
   - Зачем? - удивился Нанси, - Ты же говорил, что глупее птицы не найти на свете. Так чем же он нам может быть полезен?
   - Ну, может быть, я был к нему немножко несправедлив, но главное не в этом. Понимаете, Жако самый старый обитатель здешних мест и помнит многое такое, о чем другие даже и не слыхали. В конце концов, чем мы рискуем?
   - Ладно уж, пошли к твоему попугаю, - согласился Нанси.
   Они двинулись к носу шхуны, где в фальшборте корабля зияла огромная брешь. Через нее можно было, ухватившись за полуистлевшие шкоты фок-мачты, спуститься на берег.
   - Стойте! - крикнул вдруг Нанси и, решительно повернувшись, двинулся обратно.
   - Ты куда? - хором, не сговариваясь, удивленно спросили Эрик и Аделанта.
   Однако ответа не последовало. Нанси молча подошел к старому корабельному компасу, ржавевшему на палубе уже много лет, и стал его откручивать. Сняв прибор, он вернулся, прижимая его к себе.
   - В экспедиции нельзя без компаса, - важно надув щеки, заявил Нанси. - Было бы не плохо еще раздобыть карту здешних мест, чтобы ориентироваться на местности.
   - Какой ты предусмотрительный, - уважительно заметил краб.
   Один за другим они спустились с корабля на теплый ласковый песок и двинулись по направлению к оазису Эрика.
   Погода постепенно начала портиться. На небо набежали тучки, закрыв собою солнце, ветер усилился. Его порывы больше не напоминали ласковые прикосновения игривого котенка. Теперь они походили на пощечины драчливого забияки, решившего затеять потасовку. Песок, который ветер пригоршнями швырял им навстречу, больно стегал их. Попадая в глаза и нос, он заставлял их беспрестанно чихать и плакать.
   Наконец они добрались до пальмовой рощи и поспешили спрятаться за деревьями. Здесь злые порывы были не так ощутимы. Пальмы закрывали путников, и они наконец-то получили возможность перевести дух.
   - Ну и погодка, давненько такой не было, - промывая глаза водой из озера, посетовала прыгунья.
   - Ерунда! Тому, кто решил отправиться за "Черной Принцессой" не пристало бояться какого-то несчастного ветерка, - отозвался ее брат, выплевывая изо рта песок.
   - Ну, где твой долгожитель? Пора бы нам с ним потолковать, - обратился он к Эрику.
   Краб засунул клешню в рот и что было силы свистнул. Некоторое время ничего не было слышно кроме шума ветра в кронах пальм.
   - Что-то он к тебе не торопиться, - проворчал Нанси, начиная терять терпение.
   Но только он успел это сказать, как послышался звук хлопающих крыльев. Через секунду Жако сидел на ветке дерева перед ними, важно вскинув голову.
   - Пр-р-ривет, кр-р-раб! - поздоровался он с Эриком, но заметив, что тот не один, продолжил. - Пр-р-ривет, кр-р-рошки!
   - Это я, по-твоему, крошка?! Сам ты...- задохнувшись от негодования, начал было Нанси, но увидел, какие страшные рожи корчит ему Эрик и осекся.
   - Молчи и не встревай, не то все дело испортишь - он такой обидчивый! - шепнул другу краб. - Жако считает, что раз он тут самый старший, то все остальные по сравнению с ним - просто салаги. Помни, главное - не обидеть его, не то он вообще ничего не расскажет.
   - Кр-р-раб, что это вы там шушукаетесь? - скосив в сторону Нанси и Эрика глаза, подозрительно спросил попугай.
   - Да ничего особенного, Жако. Просто Нанси восхищен тем, до чего красивые у тебя перья. Он интересуется, не приходишься ли ты, часом, родственником самому Орлу? - слукавил хитрый краб, стараясь польстить попугаю и разговорить его.
   - Кр-р-расиво жить не запретишь! - театрально выбросив вперед крыло, заявил попугай, довольный тем, что его сравнивают с Королем птиц. - Да, мы с ним и в самом деле э-э-э... дальние р-р-родственники. Не помню точно, но, кажется, наши мамы были кузинами.
   Рыбята и Эрик с трудом сдерживались, чтобы не прыснуть со смеху, глядя на надувшегося от гордости попугая.
   - А не скажет ли нам досточтимый господин Жако, - вкрадчиво начала Аделанта, - не слыхал ли он чего-нибудь о неких корсарах, потерпевших крушение в водах залива?
   - Кор-р-рсар-р-ры, кар-р-рамба, кошмар-р-р! - завопил вдруг Жако, перейдя из состояния крайнего самодовольства в состояние не меньшего волнения. - Пр-р-рямо мор-р-роз по коже, как вспомню этих головор-р-резов!
   - Так значит, ты с ними знаком? - затаив дыхание, спросил Эрик.
   - Что за вопр-р-рос, конечно, р-р-разве я тебе не р-р-рассказывал? - обращаясь к Эрику, ответил попугай.
   - Нет, я что-то раньше от тебя ничего такого не слышал, - неуверенно покачал головой Эрик.
   - Р-р-раз так, то слушай. Я жил тогда на кр-р-раю тр-р-ропического леса и был желтор-р-ротым юнцом. Однажды я попал в р-р-расставленные сети. Чем больше я стар-р-рался освободиться, тем сильнее запутывался в них и вскор-р-ре понял, что пр-р-ропал. Потом пр-р-ришли двое, вынули меня из ловушки и сунули в гр-р-рязный мещок. Как я потом узнал, это были те самые кор-р-рсар-р-ы, про котор-р-рых вы спр-р-рашиваете. Р-р-разбойники пр-р-ринесли меня в свой лагер-р-рь и посадили в клетку. Кое-кто из пир-р-ратов пр-р-редлагал меня зажар-р-рить. Но капитан сказал, что давно мечтал о таком попугае и возьмет меня с собой. Потом они сели в кр-р-ружок и стали обсуждать план пер-р-редвижения. Капитан вытащил кар-р-рту и стал р-р-рисовать на ней мар-р-ршрут. После они погасили костер-р-р и легли спать. Но я тем вр-р-ременем не др-р-ремал. Меня не устр-р-раивала пер-р-рспектива стать игр-р-рушкой в р-р-руках пир-р-ратов. Когда все уснули, я пер-р-рекусил бамбуковые пр-р-рутья р-р-решетки и улетел, - закончил свой рассказ Жако.
   Воцарилось молчание, которое первой нарушила Аделанта:
   - А Вы случайно не знаете, куда собирались пираты?
   - В кар-р-ртогр-р-рафии я, пр-р-ризнаться, р-р-разбир-р-раюсь слабо, поэтому сказать, куда они отпр-р-равились, не могу.
   - Неужели ты совсем-совсем ничего не помнишь? - в отчаянии воскликнул Эрик.
   -Кр-р-раб, ты меня обижаешь, - гордо ответил попугай. - Хоть я ничего и не понимаю в кар-р-ртах, но у меня потр-р-рясающая память. Если мне дадут чер-р-рнила и бумагу, я воспр-р-роизведу весь мар-р-ршр-р-рут.
   Друзья переглянулись и как по команде бросились добывать то, о чем просил попугай. Эрик разыскал фисташковое дерево и, забравшись на него, сорвал пару чернильных орешков. Выжав из них сок в скорлупу кокоса, он оттащил эту импровизированную чернильницу Жако.
   Рыбята тем временем метались в поисках бумаги. Они обшарили весь оазис, но нигде не могли ее найти. И тут Нанси со всего маху наскочил на какое-то дерево, росшее среди пальм. Потирая ушибленное место, он поднял голову и увидел внушительных размеров ствол, с которого лохмотьями свисали куски коры.
   - Сюда, нашел! - закричал он, подзывая к себе сестру.
   - Что, бумагу? - спросила, подойдя, Аделанта.
   - Нет, не бумагу, но кое-что, способное ее заменить. Вот, смотри - пробковое дерево, - и он похлопал по стволу.
   Помогая друг другу, они залезли на дерево и содрали с него целое полотнище легкой пористой коры. Спустившись с добычей на землю, Нанси и Аделанта отнесли пробку попугаю.
   Жако проворчал что-то насчет того, что "всю жизнь просишь одно, а получаешь совсем другое". После он выдернул из хвоста перо, обмакнул его в чернила, и принялся рисовать. Все, затаив дыхание и заглядывая попугаю через плечо, напряженно следили за каждым его движением. Вот на куске пробки показались очертания лагуны и рифа, потом появились контуры барханов. Затем начал вырисовываться оазис. Все это было уже знакомо рыбятам и Эрику, поэтому они с нетерпением ждали, что же появится дальше. Но вот на карте обозначились какие-то странные линии, слегка напоминавшие огромное дерево, сбросившее листву. Своим основанием оно упиралось в кромку берега, а его ветви шли в противоположную сторону. Рядом с ним попугай вывел каллиграфическим почерком непонятные буквы "Аллигарио". Вслед за этим по бокам странного дерева стали появляться изображения настоящих деревьев. Постепенно они сменились диковинными линиями, напоминавшими хребет тощей антилопы. В самой высокой точке этого гребня перо попугая начертило нечто, походившее на круг с разбросанными по краю квадратиками. Рядом красовался большой овал озера, в который упиралась вершина голого дерева по имени "Аллигарио".
   В довершение всей этой картины кисть мастера вывела жирную пунктирную линию. Начиналась она на берегу лагуны, а заканчивалась острием стрелки в самой высокой точке гребня.
   Рядом с большим озером стояла надпись "Парима", у "хребта антилопы" значилось "Эльмансо", а место, куда указывала стрелка, имело обозначение из двух букв - "Ф.Ф.".
   Попугай поставил последнюю точку в своем творении, отбросил перо и, закрыв глаза, усталым голосом произнес:
   - Это все, что там было.
   - Господин Жако, Вы просто чудо! - проникновенно сказала попугаю Аделанта. - Недаром мы на Вас рассчитывали.
   - Точно, ты молодчина, старина! - подхватил Эрик. - А кстати, ты не знаешь, что это за "Аллигарио" и "Эльмансо" такие?
   - Понятия не имею, - пожал плечами Жако, успевший потерять к только что нарисованной карте всякий интерес.
   - Я, кажется, догадался! - взволнованно воскликнул Нанси. - "Аллигарио" - это река, а "Эльмансо" - это горная цепь!
   - Откуда ты знаешь, ты же ни гор, ни рек никогда раньше не видел, - с сомнением посмотрел на друга Эрик.
   - Ну и что, зато я о них много слышал от своего китайского дедушки, - объяснил ему Нанси. - Пунктирная линия - это,скорее всего, маршрут пиратов. Вот только не понятно, что могут значить эти квадратики на горе и их обозначение -"Ф.Ф."?
   - Что бы это ни было, но нам уже пора собираться домой, уже вечереет, - заметила вдруг Аделанта.
   - А ведь и верно, - удивленно отозвался ее брат, взглянув на небо. - Ну что ж, пора идти, ничего не попишешь. Эрик, ты с нами?
   - Да я и не знаю, как-то неудобно... - замялся краб.
   - Ну что ты, очень даже удобно, мама будет рада, - поддержала брата Аделанта. - Пошли-пошли, а за ужином еще раз как следует все обсудим.
   Попугай, видя, что друзья заняты друг другом и о нем позабыли, обиженно нахохлился, но Нанси это вовремя заметил.
   - А может и ты с нами, Жако? - спросил он попугая. - Свободная постель для друга у нас всегда найдется.
   - Да-да, прошу Вас, соглашайтесь, - спохватилась Аделанта: ей стало неловко за свою бестактность.
   - Да нет уж, я, пожалуй, останусь тут, - сменив гнев на милость, ответил Жако. - Сказать по правде, спать в тепле и уюте - это не для меня. Мне больше по душе романтика суровой жизни.
   - Ну что ж, старина, тогда спасибо за все, - поблагодарил его Эрик.
   Все по очереди пожали птице крыло и пустились в обратный путь.
  
  

Г Л А В А 7

где собирается семейный совет и решается судьба экспедиции

  
   Дома за ужином Нанси все время ломал себе голову над тем, как ему рассказать папе и маме про их решение отправиться на поиски ожерелья Мариолы. Он очень боялся, что родители будут против их затеи, особенно мама, которая постоянно тревожилась за своих детей. Наконец, когда ужин был завершен, и все собрались в зале, чтобы провести вечер, Нанси начал издалека:
   - Па, когда ты был таким, как я, ты путешествовал?
   - В молодости я был отчаянный сорвиголова и покуролесил на славу, - отозвался отец. Он удобно растянулся в плетеном кресле и поставил рядом с собой дымящуюся чашку ароматного кофе.
   - И твоя мама тебя отпускала? - сделав невинную мордочку, притворно изумился Нанси.
   - Моя мама всегда считала, что у нее самостоятельный сын, у которого хватит его рыбьих мозгов, чтобы о себе позаботиться, - с достоинством ответил папа-прыгун.
   - Интересно, - продолжал плести сети сын, - а, скажем, я сумел бы о себе позаботится, если бы оказался на твоем месте?
   - Ну конечно, дорогой мой, ведь все прыгуны наделены не только редкостной отвагой, но и изрядной долей здравомыслия, - продолжая находиться в неведении, отвечал ничего не подозревавший отец.
   - Так значит, ты не будешь возражать против того, чтобы мы отправились на поиски "Черной принцессы"? - выпалил Нанси.
   Папа-прыгун, только что отхлебнувший изрядный глоток кофе, чуть было им не поперхнулся. Застигнутый врасплох, он явно попался на "удочку" сына. Однако, отступать было уже поздно. Ничего не оставалось делать, как, вздохнув, согласиться:
   - Пожалуй, только соизволь хотя бы объяснить, куда это вы собрались.
   Дети, явно не ожидавшие, что их родители сдадутся так быстро, стали наперебой пересказывать интригующую историю старого попугая. Когда же под конец повествования краб выложил на стол карту, полученную с помощью Жако, то даже мама не удержалась и подошла, чтобы на нее посмотреть. На некоторое время воцарилось молчание, все сосредоточенно изучали то, что было нанесено на карте, после чего мама произнесла:
   - Наверное, мне и папе было бы спокойнее, если бы вы остались дома. Но тогда кто поможет бедной русалке, да и разве вас теперь удержишь?
   - Не волнуйтесь за них, - попытался успокоить Гортензию Эрик, - мои клешни всегда готовы откусить нос любому, кто попытается обидеть Нанси и Аделанту.
   - Ха! Можно подумать, что мы сами за себя постоять не можем, - слегка задетый словами Эрика, отозвался прыгун, - правда, сестренка?
   - Ну вот что дети, - допив свой кофе и хлопнув плавниками по подлокотникам кресла, сказал папа, - раз уж вы сами все решили, мы с мамой отговаривать вас не станем. Но дорога предстоит нелегкая, поэтому надо как следует подготовиться и все продумать до мелочей. Когда вы намерены выступать?
   - Завтра утром, - выпалил Нанси, боясь, как бы родители не передумали (Эрик и Аделанта при этих словах изумленно вытаращили на него глаза).
   - Ну что ж, значит у нас с мамой впереди целая ночь, чтобы вас снарядить. - отозвался папа. - Гортензия, милая, займись их рюкзаками, нужно положить достаточно провианта, чтобы дети не голодали в пути. Кроме того, не забудь про амулеты, в дальней дороге без них никак нельзя.
   - Не волнуйся, я все сделаю, - положив плавник на плечо отцу, сказала мама.
   - Тогда я займусь приготовлением всего необходимого на случай экстренной ситуации, хоть и надеюсь, что ее у вас не будет, - заключил папа и, крякнув, отправился к себе в комнату.
   - А теперь всем спать, - строго сказала мама. - Перед дальней дорогой нужно как следует выспаться и набраться сил.
   Рыбята и Эрик послушно отправились в детскую и, не мешкая, залезли в постель. Эрику мама приготовила раскладушку, что его очень обрадовало. Он еще долго качался, скрипя пружинами, перед тем как заснуть. Во сне ему представлялось, будто он стал капитаном дальнего плавания и отправился в огромной кокосовой скорлупе с парусами в кругосветное путешествие. Нанси в ту ночь снились грозные морские разбойники. Они потрясали в воздухе кривыми саблями и пистолетами с раструбом на конце и кровожадно кричали: "А вот и наш прыгун! Добро пожаловать! Мы все очень любим прыгунов, особенно если их приготовит наш кок!" А Аделанте снились сказочные украшения, кованные пиратские сундуки, полные алмазных подвесок, сапфировых колец и аметистовых ожерелий, которые она одно за другим примеряла, любуясь своим отражением в зеркале.
   Поутру мама, не сомкнувшая глаз за ночь, разбудила детей. У всех было слегка нервозное настроение, поэтому ели молча. Аделанту немного познабливало, но она старалась этого не показывать. Один Эрик внешне не проявлял признаков беспокойства и только когда он пролил на себя горячий чай, всем стало ясно, что и ему не по себе.
   - Все снаряжение я сложил в рюкзаки, - сказал детям папа. - Там вы найдете мотки шелковой веревки, способной выдержать гиппопотама, специальные москитные сетки от насекомых, чтобы не сильно докучали, легкие топорики с бамбуковыми ручками и лассо из конского волоса. Складные перочинные ножики я также положил каждому в рюкзак. И еще - я снабдил вас динамитной шашкой на самый крайний случай. Если запалить фитиль, то через пяток секунд рванет так, что только держись!
   - Ушам своим не верю! Откуда ты ее взял? - изумленно глядя на отца, выпалил Нанси.
   - Взрывчатое вещество я изготовил из старого сухого планктона, выброшенного штормом на берег нашей бухты. Этому фокусу меня научил твой дед еще когда был жив, у них в Китае раньше почти что каждый владел этим древним искусством. Но будьте с шашкой предельно аккуратными и не вздумайте класть в костер вместо дров.
   - Насчет этого не беспокойся, па, - заверил его сын.
   Потом рыбята и Эрик закинули рюкзаки за спину и стали прощаться.
   - Берегите себя, - напутствовала их мама. - Не дразните диких собак и не дергайте за хвосты лесных кошек, особенно больших.
   - И не забывайте слать нам весточки с оказией, - подхватил папа.
   Мама надела всем троим амулеты, которые должны были охранять их в пути. Это были маленькие перламутровые раковины, с просверленными в них дырочками для шелкового шнурка. Кроме того Нанси и Аделанте она повесила на шею по крошечному флакончику.
   - Здесь вода, - пояснила она, видя недоумение детей. - Расходуйте ее только когда вам совсем будет нечем смочить горло.
   Обещав выполнять все наказы, Нанси и Адель по очереди чмокнули родителей в щеку и вышли за порог.
   Наступало утро. Занимающаяся заря охватила тлеющей полоской края земли, стряхивая с нее последний сон. Сияющие лучи разрывали в клочья ночной туман, и он таял на глазах, словно выброшенная на берег медуза.
   - Погода нам, кажется, благоприятствует, - бодро сказал Нанси и подмигнул друзьям. - Не дрейфь, старики, все будет o'key!
   - Сам не дрейфь! - обиделась сестренка. - Тоже мне, какой бесстрашный нашелся!
   - Хватит вам ссориться, - примирительно сказал краб. - Давайте лучше посмотрим по карте, куда надо идти.
   Они вытащили пробковую кору, и вся троица принялась изучать маршрут. Оказалось, что пунктирная линия проходит рядом с оазисом Эрика, а затем углубляется в дикий тропический лес.
   - Что ж, по крайней мере, направление движения мы знаем, - с энтузиазмом произнес Нанси.
   - Или только думаем, что знаем, - поспешила охладить его пыл Аделанта.
   Они поднялись на гребень первой дюны и на прощание оглянулись назад. Перед ними лежала зеркальная поверхность моря (ветер совсем стих и стоял полный штиль). У берега оно было изумрудно-зеленым, но удаляясь от него, постепенно меняло свой цвет, становясь вначале бирюзово-голубым, а затем изсиня-ультрамариновым. Оно точно дразнило путешественников, как бы говоря, что ничего прекраснее они все равно не найдут, сколько бы они не странствовали по свету и что вся их затея - не более чем безрассудный каприз.
   - Смотрите, а это что там такое? - спросил Эрик, когда они уже собрались было продолжить прерванный путь.
   Все трое стали вглядываться вдаль и увидели, что по морю стремительно мчится черная точка, оставляя за собой пенистый бурунный шлейф. Она росла на глазах, увеличиваясь с каждой секундой, и вот, наконец, друзья смогли разглядеть гладкую черную спину, а на ней... Ну конечно - это была Мариола! Нанси поднес ко рту плавники, сложенные рупором, и крикнул:
   - Эге-гей, Мариола, мы найдем ее, слышишь?!
   Через несколько секунд в знак того, что их услышали, дельфин выпустил из своего спинного отверстия целый фонтан водных брызг.
   Помахав напоследок Мариоле, путешественники развернулись и двинулись дальше, готовые к любым опасностям и превратностям судьбы.
  
  
  

Г Л А В А 8

в которой друзья вступают в девственный лес и

при самых неожиданных обстоятельствах заводят новое знакомство.

  
   Путешественники благополучно преодолели цепь прибрежных барханов, миновали оазис и, повинуясь указаниям нанесенной на карте линии, подошли к опушке леса. Их взорам предстала сплошная зеленая стена. Начиналась она низкорослым кустарником, затем плавно переходила в подлесок и заканчивалась огромными деревьями, подпиравшими кронами купол неба.
   Друзья остановились в нерешительности на границе тропического леса и переглянулись.
   - Ты бывал здесь когда-нибудь? - спросил краба Нанси.
   - Не-а, - покачал головой Эрик, - раньше я всегда обходил этот лес стороной. Говорят, там водятся голодные гиены и свирепые тигры.
   - И теперь нам предстоит по милости братца отправиться прямо к ним в пасть, - сердито нахмурившись, произнесла Аделанта.
   - Отставить хныканье! - скомандовал Нанси и, сняв рюкзак, распорядился, - Ты, Эрик, бери компас и карту, назначаю тебя штурманом. А тебе, сестренка, придется отвечать за приготовление еды.
   - А ты, наверняка, будешь нашим капитаном, да? - ехидно поинтересовалась у брата Аделанта.
   - Кончайте препираться, этак мы никогда не сдвинемся с места, - вмешался в спор Эрик. - Если Нанси так хочется, пусть командует, я не возражаю.
   Аделанта пожала плечами, а Нанси, довольный одержанной победой, сказал:
   - Доставайте москитные сетки, в лесу полно всяких кровососов, а я пока огляжу все вокруг.
   Он вынул морской бинокль, приставил его к глазам и стал всматриваться в лежавшие перед ним заросли.
   - Ну что, видишь что-нибудь опасное? - с тревогой в голосе спросила Аделанта, прилаживая к голове сооружение из марли.
   - Все спокойно. Кроме безобидных дятлов и райских птиц - никого, так что можно выступать, - сообщил Нанси друзьям, и все трое двинулись вперед.
   Первым с компасом шел Эрик, за ним - Аделанта, замыкал шествие ее брат. Он решил, что командир должен прикрывать тылы на случай внезапного нападения. Друзья прошли подлесок и вступили под своды деревьев-гигантов. Высоченные эвкалипты убегали ввысь и казались исполинскими столбами, которые поставили сказочные великаны. Гладкие стволы были начисто лишены коры. Задрав голову вверх, Эрик попытался было разглядеть их макушки. Но солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь зеленый купол леса, ослепили его, и он, зажмурив глазами, поскорее их опустил. "Да этим деревьям не меньше миллиона лет! " - с уважением подумал краб. Росшие в лесу акации источали сладкий медовый запах, от которого у них стало сосать под ложечкой. Пройдя еще немного, Нанси не выдержал:
   - Все, привал! Пора подзаправиться, а то у меня в животе от голода "лягушки квакают".
   Они побросали рюкзаки на землю и принялись расчищать площадку. Вырубив и оттащив в сторону мелочь, росшую на поляне, Эрик и Нанси воткнули в землю две рогатины, на которые повесили палку с котелком. Затем они набрали хвороста и развели огонь.
   Аделанта принялась хлопотать вокруг котелка. Стараясь не обжечься, она сорвала несколько стебельков крапивы и стала готовить зеленый борщ с сушеными креветками. Через полчаса блюдо было готово, и по лесу потек аппетитный запах.
   Рыбята и Эрик достали из рюкзаков ножи, в которых кроме лезвия были еще складные ложка и вилка, и набросились на еду. Вскоре котелок опустел.
   - А на сладкое сегодня вот что! - сказала Аделанта и протянула брату и Эрику сочные побеги сахарного тростника.
   Покончив с едой, они вымыли посуду и стали держать совет, что им теперь делать.
   - Нужно идти дальше, не то мы и за год не обернемся, - высказал свою точку зрения Нанси.
   - А, по-моему, будет лучше, если мы сейчас немного отдохнем, а потом со свежими силами двинемся дальше, - предложил краб.
   - Верно-верно, - поддержала его Аделанта - ей тоже хотелось немного вздремнуть, - после отдыха мы сможем идти намного быстрее и в итоге только выиграем от этого.
   - Как хотите, - пожал плечами прыгун, видя, что большинство не на его стороне.
   Они положили рюкзаки под головы и, устроившись поудобнее, заснули.
   Нанси разбудил какой-то странный звук, напоминавший слабый шорох, как будто мышь возилась в чулане. "Что бы это могло быть?" - удивленно подумал прыгун и слегка приоткрыл глаза. То, что он увидел, заставило его подскочить как ужаленного: какой-то незнакомый тип подозрительной наружности рылся в рюкзаке его сестры. На злоумышленнике была надета маска, которая до половины закрывала его физиономию. Он вытащил из рюкзака зеркальце Аделанты, а вместо него что-то туда засунул .
   - Караул, держи вора! - не своим голосом заорал Нанси и что было прыти рванулся к похитителю.
   Тот, услышав крик, не стал терять ни секунды и бросился наутек. Аделанта, находившаяся ближе всех к воришке, могла бы его схватить, но с перепугу только таращила заспанные глаза. Однако Эрик и тут не растерялся. Быстро оценив обстановку, он нырнул в свой рюкзак и вытащил оттуда лассо. Еще секунда - и свистящая петля метнулась вслед за убегавшим похитителем. Бросок был на редкость удачным, и лассо с первого раза затянулось на злодее.
   - Попался, - хлопая в ладоши, воскликнула Аделанта.
   - Тяни! - скомандовал краб прыгуну и они вдвоем, упираясь в землю, стали подтаскивать добычу, которая изо всех сил старалась освободиться.
   Когда они подтянули незнакомца уже совсем близко, то увидели, что это был хомяк, напяливший на себя черную маскарадную маску. Он брыкался и плевался, отчаянно при этом визжа.
   - Не подходи, укушу! - грозился незадачливый разбойник.
   - Хватаем! - скомандовал Эрик и они с Нанси разом прыгнули на хомяка.
   Аделанта, не принимавшая участия в потасовке, увидела неразволочную из тел, хвостов и лап. Громко сопя, хомяк попытался было тяпнуть зубами Нанси за хвост, но вместо этого сам был укушен крабом за нос.
   - Спасите-помогите, убивают! - заорал он диким голосом. - Сдаюсь! Хватит, отпустите!
   - Ага, запросил пощады! - торжествующе крикнул Нанси, с трудом переводя дух. - Отпусти его, Эрик, посмотрим, что он нам скажет.
   - Нате, возьмите ваше зеркальце, - хныча и потирая распухший нос, проскулил хомяк.
   - И не стыдно красть чужие вещи? - укоризненно спросила его Аделанта.
   - Ничего я не крал, а просто поменялся, - буркнул хомяк и, махнув лапой в сторону рюкзака, добавил, - я вам туда выкуп положил, вот.
   Аделанта сунула плавник в кармашек рюкзака, в котором лежало зеркальце, и вытащила оттуда маленький круглый камешек, каких было полно у них под ногами.
   - И это ты называешь обменом? - задохнувшись от негодования, прошипел Эрик. - Слямзил зеркало, а вместо него - нате вам кусок булыжника!
   - Какой-то чокнутый, - покрутил пальцем у виска Нанси.
   - Да, я бываю немного не в себе, если вдруг увижу что-нибудь блестящее, ну и что с того? - немного нахально ответил хомяк, пытаясь скинуть с себя лассо. - У всех есть слабости!
   - Вот я сейчас как дам тебе, тогда будешь знать "слабости"! - угрожающе двинулся к нему Эрик.
   - Но-но, полегче, что это вдруг на тебя нашло? - испугался хомяк: у него еще не прошел укушенный нос и поэтому он слегка побаивался краба.
   - А знаешь что, - неожиданно для всех сказала Аделанта, - если оно тебе так нравится, можешь взять его себе, мне не жалко.
   Эрик и Нанси даже опешили от такого заявления.
   - Ты что, с-с-сестренка, перегрелась на солнышке? - запинаясь, спросил прыгун.
   - Нет, правда, если у него такая сильная тяга к подобным вещам, пусть берет, - продолжала Аделанта, - И снимите с него эту веревку, ему же больно.
   Нехотя друзья стащили лассо с хомяка.
   - Вот спасибо! - обрадовался тот и стал трясти плавник Аделанте, - не ожидал, знаете ли, встретить такое взаимопонимание... А, может, заглянем ко мне в норку на чашечку эвкалиптового чая, а? Я бы вам показал свою коллекцию - дело, так сказать, многолетних титанических усилий...
   - Хе, усилий! - хмыкнул Эрик. - Понятно: натаскал чужих вещей, да еще и хвастает!
   - Ну вот, опять за свое! Я, кажется, уже упоминал о том, что ничего не ворую, а только меняю! Меня за это так и зовут - хомяк-меняла. Кстати, разрешите представиться, я - Леонард-Терезия-Баффолино или просто Баффо.
   - А меня зовут Аделанта, а это - мой брат Нанси и наш друг Эрик - за всех отрекомендовалась прыгунья.
   - Так как же насчет чая, а? - снова спросил Баффо.
   - Большое спасибо, но, к сожалению, мы должны спешить, у нас мало времени, - вежливо отказалась Аделанта.
   - Жаль-жаль, - вздохнул огорченный Баффо. - А куда, если не секрет, вы спешите? Может быть, я смогу оказаться вам полезным?
   - Секрет! - отрезал Нанси и добавил. - Ты и так уже оказался очень "полезным"!
   - Ну, не будем ворошить прошлое! - примирительно сказал хомяк. - К тому же вы теперь мои друзья, а у друзей я ничего не беру.
   - Дело в том, что мы ищем одно украденное ожерелье, - объяснила хомяку Аделанта, - но кроме пиратской карты у нас больше нет никаких ориентиров.
   - Ожерелье? Какое ожерелье? - мгновенно оживился Баффо, - а что, оно сильно блестит?
   - Ну вот, опять началось! - с негодованием воскликнул Эрик. - Заруби себе на носу, если, конечно, не хочешь, чтобы я его тебе оттяпал - ожерелье принадлежит дочери Повелителя Моря и никому больше!
   - Конечно, конечно, - поспешно согласился хомяк, - ничего не имею против! Но раз вы ищите его у пиратов, то у них наверняка есть еще какие-нибудь награбленные сокровища, которые для вашей знакомой не представляют большого интереса. Да и стащить ожерелье вам без меня будет сложновато. Я - лучший специалист в своем роде.
   - "Специалист"! - передразнил Нанси. - А кого это мы только что заарканили, а?
   - Ну, это сегодня просто день такой неудачный, - слегка смутился хомяк, - но если вы возьмете меня с собой, то я покажу вам, на что могу быть способен!
   - Как, краб, возьмем "специалиста"? - с легкой иронией в голосе обратился Нанси к Эрику, хмуро глядевшему на хомяка.
   - Как хотите, - пожал плечами краб и добавил воинственным тоном, глядя на нового знакомого, - только учти, если не хочешь еще раз иметь дело со мной - "Черная Принцесса" не про твою честь.
   - Ясно-понятно, мне двадцать раз повторять не надо, - живо отозвался сразу повеселевший Баффо и предложил свои услуги. - Если хотите, я могу что-нибудь нести.
   Было решено, что хомяк возьмет рюкзак Аделанты. Потом они собрали вещи, залили тлеющие уголья костра, и двинулись вперед, углубляясь все дальше и дальше в чащу древнего леса.
  
  

Г Л А В А 9

где путешественники оказываются в западне, расставленной пиратами,

знакомятся с "драконом" и едва не становятся жертвами лесных разбойников.

   Теперь путешествие продолжалось уже вчетвером. По дороге Баффо без конца тараторил, рассказывая, как ему удалось добыть ту или иную вещь из его коллекции и какие это замечательные штучки. По словам хомяка, у него в норке было пять колец, с десяток пар очков, несколько серег и брошек и даже один канделябр, который он умудрился стащить с горящими свечами. При этом Баффо клялся, что каждый раз пострадавшая сторона получала от него в качестве компенсации очень полезные и нужные вещи - камешки или веточки. Время от времени он останавливался, чтобы взглянуть на подарок Аделанты.
   Лес, по которому шли путешественники, постепенно менялся. Из светлого и торжественного, каким он казался вначале, он превратился в труднопроходимое сумеречное сплетение стволов и веток. Все чаще им стали попадаться диковинные орхидеи. Они сидели на ветвях деревьев, свесив вниз ножки-корешки и раскрыв "рты", словно болтая друг с другом. Но поразительнее всех были рафлезии - гигантские огневые в белую крапинку цветы с жутко тошнотворным запахом, из-за которого приходилось затыкать носы.
   - Эрик, проверь, не сбились ли мы с маршрута, - попросил друга Нанси, перелезая через очередную лиану. - Не нравится мне что-то это местечко.
   Эрик, вытащив компас и карту, на минуту углубился в ее изучение, а затем сказал:
   - Вроде бы все верно. По карте впереди должна быть поляна, там можно будет отдохнуть.
   Ободренные его словами, друзья прибавили шагу и вскоре действительно увидели среди густых дебрей небольшую зеленую прогалину, заросшую папоротниками и хвощами.
   - Странно, - сказал Нанси, потирая затылок, - везде не продерешься от этих веток и корней, а здесь - на тебе, ни единого кустика.
   - Вот и отлично, можно будет как следует отдохнуть! - обрадовалась уставшая Аделанта и пошла вперед.
   За нею устремились Эрик и Баффо, последним ковылял Нанси, на душе у которого было почему-то неспокойно.
   Не успели они дойти и до середины полянки, как вдруг раздался предательский треск, земля начала уходить у них из-под ног, и все четверо куда-то провалились.
   - Спасите! - только и успела крикнуть Аделанта перед тем, как упасть.
   Спустя какое-то время они стали приходить в чувство. Ощупав себя и убедившись, что они целы и невредимы, путешественники стали задавать друг другу один и тот же вопрос: "А куда это мы, собственно говоря, ухнули?". Задрав голову, они увидели, что находятся в глубокой яме-ловушке. Над ними свисали обломки веток с кусками маскирующего их дерна, которые были навалены поверх западни. Стены ямы отвесно уходили высоко вверх, и выбраться их нее было делом практически безнадежным.
   - Влипли, - мрачно констатировал Нанси, сбрасывая с себя листья и ветки растений.
   - Вот тебе и карта, - сконфуженно произнес Эрик, не решаясь взглянуть остальным в глаза. - Как же это, ведь мы шли строго по маршруту?
   - Ладно, не расстраивайся, ты тут совсем не при чем, - успокоил друга Нанси. - Видно, пираты специально соорудили ловушку, чтобы возможные преследователи в нее угодили.
   - Что мы и сделали с большим успехом! И потом - что значит "ладно"? Что значит "ладно"?- разволновался Баффо. - Я согласился идти искать с вами сокровища, а не умирать с голода в какой-то паршивой западне!
   - Между прочим, никто тебя силком не тянул, - огрызнулся Эрик.- Сам напросился, так что теперь нечего скулить.
   - Не ссорьтесь, - примирительно сказала Аделанта, - давайте лучше подумаем, как нам выбраться отсюда.
   - Ну, это проще пареной репы: надо помахать лапами и взлететь, - мрачно пошутил Баффо.
   - А может попытаться набросить петлю на какое-нибудь дерево? - неуверенно предложил Эрик.
   - Точно! Доставай лассо! - воодушевившись, поддержал друга Нанси.
   Эрик вынул уложенный кольцом аркан и, раскрутив его, бросил, стараясь поймать одну из росших над головой веток. Но так как бросать приходилось снизу-вверх, да еще на большое расстояние, то лассо или не долетало до цели, или проходило от нее чуть в стороне. Сделав несколько тщетных попыток, Эрик воскликнул в отчаянии:
   - Ничего не получается, слишком далеко!
   - Да, это тебе не хомяков арканить! - съязвил Баффо, не упустив удобного случая поквитаться за прошлое поражение.
   Эрик обернулся было, чтобы дать отпор, да так и остался стоять, не произнеся не звука и уставившись в одну точку. Озадаченные его странным поведением, все посмотрели туда же и увидели у себя над головами удивительное существо. Оно напоминало сильно уменьшенную копию динозавра необычайно красивой (ярко-синей с красными пятнами) расцветки.
   - Какая прелесть - дракон, качающийся на ветке! - забыв о своем бедственном положении, восхищенно выдохнула Аделанта.
   - Должен вас разочаровать, драконы - это фантазия, - откликнулся незнакомец, - Что касается меня, все гораздо прозаичнее: я - геккон Токи.
   - Чудесно-прелестно! - хмуро буркнул Баффо. - Мне еще ни разу не приходилось знакомиться, сидя в яме.
   - Да, кстати, а что это вы туда забрались? - поинтересовался геккон у путешественников.
   - А у нас с друзьями привычка такая - забираться во всякие дрянные места, вроде этого, чтобы потом все, кому не лень, задавали нам дурацкие вопросы, - огрызнулся Баффо, которого порядком стал раздражать любопытный геккон.
   - Не слушайте его, уважаемый Токи, просто мы попали в ловушку и от этого немного нервничаем, - поспешила сгладить резкость хомяка Аделанта. - Скажите, а не могли бы вы нам чем-нибудь помочь? Мы никак не можем отсюда выбраться.
   Не говоря ни слова, геккон юркнул вниз по стволу дерева, и уже через секунду его голова появилась над краем западни. Еще через мгновение друзья с удивлением наблюдали, как он ползет по вертикальной стене, спускаясь на дно ямы.
   -Во дает! - восхищенно шепнул Нанси Эрику.- Ну прямо как в цирке!
   Закончив спуск, геккон взял в зубы конец лассо с петлей и так же, как спускался, стал подниматься наверх. Казалось, что на лапках у него были присоски, которыми он приклеивался к почти отвесному склону. Вскоре Токи преодолел подъем, подбежал к дереву и накинул петлю на одну из его веток.
   - Готово! - крикнул он. - Можете подниматься!
   Один за другим пленники по веревке вылезли из ловушки (Баффо пришлось вытаскивать) и оказались на воле.
   - Ура! Свобода! - заорал хомяк, к нему опять вернулось хорошее настроение. - Насчет "дурацких вопросов" беру свои слова обратно. А ты не иначе, как скалолаз?
   - Ну что вы, нисколько, - ответил Токи.- Просто все гекконы могут лазать по каким угодно кручам и даже по потолку.
   - А не заливаешь? - не поверил Баффо.
   - Зачем? - пожал плечами Токи. - Сами же видели, как я из ямы вылез.
   - Вот бы нам такого в экспедицию, - вздохнул Эрик, сразу смекнувший, как может быть полезен геккон.
   - А позвольте узнать, что это за экспедиция такая? - спросил Токи.
   - Да так, ничего особенного,- опередив Эрика, поспешил ответить Баффо. - И вообще, мы никого больше в долю не берем!
   - Цыц, ты, - шикнул на него краб. - Тоже мне, командир нашелся!
   - Мы ищем украденную пиратами жемчужину по имени "Черная Принцесса",- объяснила Аделанта. - Хочешь пойти с нами?
   - Ну что ж, можно. По крайней мере, будет чем заняться в ближайшее время, - с легкостью согласился Токи.
   Все, за исключением хомяка, с радостью встретили такое решение.
   - Ну, тогда можешь взять мой рюкзак, - проворчал Баффо. Он решил, что раз не удалось избавиться от лишнего претендента на сокровища, то лучше использовать его в личных интересах.
   - Ты по-королевски щедр, - подпустил шпильку в адрес хомяка Эрик, но Баффо и ухом не повел.
   В пополненном составе они вновь продолжили прерванное путешествие. Но на этот раз решено было, что проводником будет Токи, знавший здешние места как свои пять пальцев.
   Друзьям приходилось теперь топориками прорубать себе дорогу в непролазных дебрях. Это было нелегко, и спустя некоторое время их плечи начали ныть. В довершение всего стало быстро вечереть, и путешественникам пришлось подумать о ночлеге. Все принялись готовить место для лагеря. Когда, наконец, приготовления были закончены, компания уселась в кружок вокруг запылавшего костра. Аделанта выдала каждому по паре сухих галет, которые запивали настоем шиповника. Баффо затолкал обе галеты себе в рот и сидел с набитыми щеками, пытаясь все это прожевать. Все остальные ели не спеша, потягивая из фляжки кисловатый напиток. Приятная истома стала разливаться по их маленьким телам, как вдруг жуткий хохот взорвал безмятежное спокойствие ночи:
   - Ха-ха-ха, ха-ха-ха, ха-ха-ха!
   От этого странного, дикого смеха кровь застыла в жилах, и по спине поползли мурашки. Было похоже, что хохочет какой-то умалишенный.
   - К-к-кто это, - запинаясь от страха, спросил Баффо у Токи.
   - Дело плохо: это гиены - подлые и безжалостные убийцы, - шепотом ответил геккон. - Их боится даже хозяин здешних мест - тигр.
   - А зачем они хохочут? - как можно тише спросил Нанси.
   - Это условный сигнал для всех членов стаи выходить на охоту. Надо уносить отсюда ноги, не то мы рискуем попасть к ним на ужин!
   - Что? Бежать? Куда бежать? Да говори же скорее, не тяни! - в панике заметался Баффо, не помня себя от страха.
   - На земле от гиен не спасешься, все равно настигнут, - изрек Токи. - Выход один - лезть на дерево.
   - На какое дерево? Ты в своем уме? Я и лазать-то не умею! Боже мой, Боже мой, что со мной будет! - запричитал Баффо, обхватив голову руками. - И зачем только я дал уговорить себя согласиться на эту авантюру!
   - Некогда хныкать, доставайте веревки! - скомандовал Нанси.
   Все кинулись выполнять его распоряжение. Вмиг четыре мотка крепкой шелковой бечевы были извлечены из рюкзаков.
   - Эрик, обвяжи хомяка вокруг вот этим, - кинул ему конец одного из мотков Нанси, а сам с Аделантой спешно принялся его разматывать.
   Краб обвязал стучащего зубами Баффо и отрапортовал:
   - Готово!
   Токи схватил веревки и бросился к росшему рядом дереву. В два счета взлетел он на нижнюю ветку и быстро закрепил на ней концы.
   - Лезьте! - крикнул он друзьям, а сам изо всех сил стал тянуть наверх Баффо.
   Едва успели они вскарабкаться на дерево, как на поляну выскочила целая стая пятнистых гиен. Увидев, что добыча ускользает, лесные разбойники, дико воя, стали подпрыгивать, пытаясь достать до них. Раскрытые пасти щелкали у самых ног затаивших дыхание приятелей. Казалось, они вот-вот вцепятся в них. Но Токи все рассчитал точно - гиенам было до них не достать. Тогда подлые твари решили действовать по-другому: они расположились кольцом под деревом и стали ждать, пока кто-нибудь не ослабеет и не свалится прямо к ним в лапы. Чтобы не доставить гиенам такого удовольствия, Токи предложил привязать всех к дереву и, получив согласие членов экспедиции, стал обвязывать их одного за другим. Сам же геккон в подобной предосторожности не нуждался благодаря своей исключительной способности висеть на чем угодно.
   В конце концов, так они и уснули: измотанные до предела страхами и усталостью и спеленатые тугой веревкой по рукам и ногам.
   Утром следующего дня их разбудил громкий птичий гомон. Нанси раскрыл глаза и тут же скосил их вниз, на землю. Гиен нигде не было видно. Тогда он позвал геккона:
   - Токи, а Токи, погляди ты!
   Геккон, еще как следует не проснувшийся, свесился с ветки головой вниз и объявил:
   - Их нет! Наверное, рассвет прогнал разбойников, или им надоело ждать и они решили найти добычу полегче.
   - Уф-ф, ну наконец-то мои мучения кончились! - с облегчением вздохнул Баффо. - Геккон, давай развязывай меня скорее, а то у меня уже лапы отваливаются!
   Токи подавил зевок и стал распутывать всех по очереди. Начать ему пришлось, конечно же, с Баффо, который не унимался и вопил до тех пор, пока его не освободили. Затем они вместе с Эриком спустили хомяка на землю. Остальные слезли сами.
   Оказавшись на земле, все почувствовали себя намного лучше и сразу же повеселели. Один только Баффо продолжал жаловаться:
   - Ой, бедный мой хвостик, ой, несчастные мои лапки! Они уже совсем одеревенели и, наверное, скоро перестанут вообще что-либо чувствовать!
   - Представление продолжается, - проворчал Эрик и, обращаясь к Баффо, сказал, - Если хочешь знать, остальным ничуть не лучше, но при этом никто не орет, как резаный!
   - Да-а, у тебя вон какая скорлупа твердая, тебе все нипочем, а у меня натура чувствительная, - парировал Баффо, дуя на свой хвост.
   - Тогда можно попробовать вылечить тебя муравьиной кислотой,- посоветовал геккон.
   - Да? А как? - заинтересовался Баффо, обожавший лечиться (эта страсть была у него на втором месте после тяги ко всему блестящему).
   - Очень просто! Вон видишь тот муравейник? - показал геккон. - Нужно засунуть туда твои лапы и хвост, а уж остальное за тебя сделают сами муравьи.
   Хомяк посмотрел сначала на снующих туда-сюда красных муравьев и на их могучие челюсти, затем на свой хвост, затем снова на муравьев.
   - Нет, спасибо, мне кажется, я чувствую себя уже вполне сносно, - наконец отозвался Баффо и деловито добавил, - чего это вы тут все расселись, пора снова в путь! Сокровища может утащить кто-нибудь другой!
   И он, задрав высоко мордочку, зашагал вперед. Вслед за ним, подмигивая друг другу и широко улыбаясь, пошли и остальные члены экспедиции.
  
  
  
  

Г Л А В А 10

в которой приятели выходят наконец-то к загадочной и великой Аллигарио

и собираются переправляться через нее

   Вот уже целую неделю путешественники шли по тропическим джунглям, продираясь сквозь непроходимые заросли. Теперь уже без их топориков им невозможно было и шагу ступить, нужно было постоянно расчищать себе дорогу. Спать друзьям приходилось на деревьях, чтобы не стать легкой добычей гиен или каких-нибудь других хищников, рыскающих вокруг. С приближением вечера Токи обычно обследовал несколько стволов и находил какое-нибудь дупло, в котором могли разместиться все пятеро.
   Днем они шли, останавливаясь только для того, чтобы немного передохнуть и подкрепиться. За все это время не произошло ничего из ряда вон выходящего, если не считать двух случаев. В первом Баффо умудрился опалить себе усы, когда сунулся в тлеющие уголья костра за пекшейся там картошкой. Пришлось ему смазать обгоревшие места розовым маслом, но и после этого Баффо долго не мог успокоиться. Он все повторял, что самое опасное и рискованное в этом путешествии (а заодно все синяки и шишки) выпадает почему-то только на его долю.
   Во втором случае чуть не оказалась в беде Аделанта, решившая было познакомиться с проползавшей мимо сколопендрой, приняв ее за простую гусеницу. Незадачливую прыгунью спас от верной смерти все тот же Токи, успевший в самый последний момент оттащить ее в сторону.
   На исходе недели местность начала повышаться, так что искателям приключений приходилось идти теперь все время в гору. Эрик то и дело сверялся с картой, держа в лапках старый корабельный компас, и корректировал маршрут.
   Они по очереди сменяли друг друга во главе колонны: впередиидущий должен был все время работать топориком, а это было делом не из легких. Исключение сделали только для Аделанты, но Баффо каждый раз, когда подходил его черед прорубать проход в джунглях, пускался на разные уловки. Он то притворялся больным, то работал так медленно, что друзья в конце концов оставили хомяка в покое (что ему и было нужно).
   Однажды они увидели почтового голубя, летевшего в их края. С ним рыбята отправили родителям коротенькую записку. В ней сообщалось о том, что они живы-здоровы, но цели своего путешествия еще не достигли, а потому должны идти дальше. В конце письма шли приветы от Эрика и выражалась особая признательность за замечательно вкусные галеты.
   Наконец на седьмой день пути Нанси, шедший во главе отряда, вывел всех на открытое место на самой вершине огромного холма. Площадка была усеяна внушительными валунами, покрытыми темно-зеленым бархатом мхов.
   В сильном волнении друзья стали лихорадочно карабкаться по камням, скользя и срываясь, стараясь поскорее увидеть, что же лежит там, дальше. Взобравшись наверх, они замерли от восторга. Перед ними предстала грандиозная панорама: длинным серпантином, извиваясь и петляя, то распадаясь на тысячи рукавов, то собираясь вновь воедино, несла куда-то далеко свои воды могучая река Аллигарио. Острова, разбросанные по ней, напоминали горошины, лежавшие на голубой ленте. По одну сторону от реки, там, где находились сейчас путешественники, на сколько хватало глаз простиралось бескрайнее зеленое море листвы, по которому бежала рябь волн, рожденная мощными порывами ветра. По другую сторону вдалеке были видны туманные пики гор Эльмансо, откуда и брала свое начало Аллигарио. Их вершины терялись в облаках и даже трудно было себе представить, чтобы кто-нибудь мог туда забраться.
   - Там лежит конечный пункт нашего маршрута, - показав плавником в сторону гор, торжественно изрек Нанси.
   - Да, далековато... - уныло откликнулся Баффо, глядя на безбрежные просторы у него под ногами.
   - Где-то здесь пираты переправились через реку, - сказал краб, разглядывая пробковую карту.
   - Нам тоже предстоит перебраться на ту сторону, - отозвался прыгун.
   - Но-но, приятель, так мы не договаривались! - заволновался Баффо.- И вообще, плавать я не умею и ни в какую реку ни за что не полезу!
   - Честно говоря, я тоже воды побаиваюсь, - смущенно признался Токи.
   - Не робей! - постарался подбодрить их прыгун. - Нам главное к реке спуститься, а уж там что-нибудь придумаем!
   - "Что-нибудь"! - начал возмущаться Баффо. - Вам-то нечего волноваться, вы - рыбы, хоть откуда выплывите, а мне собой раков кормить не хочется!
   - Да не волнуйся ты так, на месте все решим, - еще раз попытался успокоить прыгун Баффо, но тот ничего не хотел слушать.
   - Тогда оставайся здесь и дожидайся нашего возвращения, - предложил хомяку Эрик.
   - Правильно, ничего другого от тебя ждать не приходится! - возмутившись еще больше, заявил Баффо. - А что я буду делать, если сюда пожалуют гиены?
   - Сколько вы еще будете ссориться! - вмешалась в перепалку Аделанта. - Надо спускаться поскорее, не то опять станет темно.
   Несколько утихомиренные прыгуньей, спорщики вместе с остальными двинулись вниз.
  
  

Г Л А В А 11

рассказывающая о кораблестроительстве и знакомстве с питоном

   На утро у всех было слегка приподнятое настроение - им не терпелось увидеть великую Аллигарио. Один только Баффо хандрил. Его водобоязнь не давала ему вдохнуть полной грудью свежий ветер, несший прохладу с реки, и заставляла хомяка постоянно ворчать и придираться ко всему на свете. Все попытки улучшить его настроение приводили неизменно к одному: Баффо заявлял, что у него "сплин" и требовал не "лезть в его тонкую душевную организацию, которая и без того незаслуженно страдает".
   Местность кое-где была сильно заболочена, и идти теперь приходилось крайне осторожно. Чтобы не потонуть в трясине, для Баффо, Эрика и Токи пришлось смастерить специальные опоры на лапы, сплетенные в виде круглой сетки из тонких прутиков лозы.
   Но вот лес стал постепенно редеть, становясь все светлее и светлее, и за деревьями показалась искрящаяся гладь воды. Приятели поднажали и уже через несколько минут вышли на пологий берег огромной реки, проносившейся с тихим плеском мимо них.
   Аллигарио не зря слыла великой. Необъятная водная ширь простиралась перед ними насколько хватало глаз, и только неясные очертания гор маячили на горизонте.
   - Ничего себе речушка! - присвистнул Баффо и мрачно усмехнулся, - Всю жизнь мечтал через такую переплыть!
   - Кажется, без корабля нам не обойтись, - произнес Нанси.
   - Что ты этим хочешь сказать? - спросила брата Аделанта.
   - Только то, что сказал - нужно построить корабль или что-нибудь в этом духе.
   - А ты умеешь? - недоверчиво спросил прыгуна Баффо.
   - Ну, попробовать можно, - несколько смутившись, ответил Нанси.
   - Ха, вот это корабел! - саркастически изрек Баффо. - Да на твоем корабле мы все потонем, даже не отплыв от берега!
   - А что, если нам сделать пирогу? - неожиданно для всех вдруг предложил Токи. - Кстати, тут невдалеке есть отличная банановая плантация.
   - Правильно, молодец геккон! - отозвался Баффо. - Когда все думают, как построить корабль, у тебя одна еда на уме!
   - Да я не о том, - поспешил объяснить Токи. - Просто у бананов такие большущие листья, что одного вполне хватило бы, чтобы сделать из него пирогу.
   - Тогда айда на твою плантацию! - тоном, не терпящим возражений, сказал Нанси.
   Все вместе они двинулись вслед за гекконом и довольно скоро оказались среди огромных банановых кустов. Аделанта тут же решила попробовать плоды. Ее примеру последовали и остальные, включая хомяка, который как будто забыл, из-за чего только что возмущался. Бананы оказались исключительно зрелыми: их сладкая мякоть прямо-таки таяла во рту.
   Когда все наелись, Нанси скомандовал:
   - А теперь - за работу!
   И пошло-поехало! Прыгун и геккон принялись подрубать огромный банановый лист у его основания. Эрик отправился в лес за молодыми побегами лиан. Аделанта и Баффо выкладывали банановой кожурой то место на земле, где предстояло соорудить пирогу (если вы никогда раньше не слышали, зачем это делается, наберитесь терпения - скоро вы все узнаете). Когда подрубленный стебель стал с треском валиться набок, Нанси крикнул "берегись!", и Баффо с Аделантой отскочили в разные стороны. Упавший лист лег точно на свое место. В это время вернулся Эрик, несший на плече целый узел лиан, которыми предстояло сшивать корпус пироги. Бросив их на землю, он занялся тем, что стал клешнями, как ножницами, срезать концы листа там, где ему показал Токи. После этого Нанси вместе с Аделантой и при участии Баффо смастерили настил на дно пироги (они сплели его из гибких ивовых прутьев) и положили в центр будущей лодки. Тем временем Эрик проделал по краям листа ряды симметричных дырочек.
   Нанси велел всем взять в руки по бамбуковой палке и стать с левого и правого борта строящегося судна. Подсунув палки под лист, они стали сгибать его. Как только края листа сошлись, прыгун, не теряя ни секунды, схватил моток лиан и начал сшивать ими лист. Когда был сделан последний стежок, он выдохнул:
   - Готово!
   - Ура!!! - закричала все разом.
   Прямо перед ними, гордо задрав кверху нос, стояла очень симпатичная ладья, в которой друзьям предстояло пересечь реку. Узенькая и крутобокая, она была немного похожа на самих прыгунов, если не считать того, что пирога была больше их в несколько раз.
   Какое-то время никто ничего не говорил, все молча созерцали плоды своих усилий.
   Увлеченные этим занятием, путешественники утратили бдительность и забыли о совете родителей "быть осторожными". Честно говоря, в тот момент им лучше было бы этого не делать. Когда они, ничего не подозревая, принялись грузить в лодку свои пожитки, чтобы затем столкнуть ее на воду, позади них на берег реки выполз огромный сетчатый питон.
   Это был очень старый питон, давно утративший былую силу и ловкость. Поэтому он уже давно не мог ничем поживиться. Птицы улетали, а звери убегали от него. Но теперь он почувствовал, что может наверстать упущенное - добыча явно не ожидала нападения. Осторожно, чтобы не спугнуть, подползал он все ближе и ближе к путешественникам, прячась за банановыми кустами. Вот уже меньше метра отделяет его от ничего не подозревающих приятелей. Змея свернулась в кольцо и приготовилась к решающему прыжку...
   А в это время беспечная компания уже загрузила рюкзаки в пирогу. Эрик настоял на том, чтобы Аделанта не утруждала себя спуском лодки на воду, и галантно помог ей забраться внутрь судна. Все остальные стали изо всех сил толкать пирогу по банановой кожуре вперед, к воде. Баффо и Эрик схватились за нос лодки, а Токи и Нанси изо всех сил уперлись в корму, пытаясь сдвинуть ее с места. Все были настолько заняты этим нелегким делом, что никому и в голову не пришло оглянуться назад. Вполне возможно, что на этом путешествие бы и закончилось, если бы не Аделанта. Прыгунья случайно обернулась и все услышали ее пронзительный крик:
  -- В лодку! Живо!
   И в это время питон прыгнул.
   Словно выпущенная на свободу пружина он взметнулся в воздухе. Потом друзья рассказывали друг другу, что никто их них ничего не успел понять. Они просто все как один подчинились приказу, что и спасло им жизнь. Огромное чудовище вместо того, чтобы схватить в свои объятия путешественников, ударилось массивным туловищем в корму пироги. Та, получив столь мощный толчок, пулей пролетела весь путь по банановому настилу до кромки воды и, выскочив на поверхность реки, закачалась на волнах.
   Питон принялся извиваться и яростно шипеть. Он готов был лопнуть от злости, но ничего поделать уже не мог - наши друзья были в безопасности. Как ни странно, но Аделанте даже стало чуть-чуть жалко змею:
   - Наверно, он, страшно голодный, - сказала она сочувствующе.
   Все с удивлением посмотрели на нее, а Нанси даже съехидничал:
   - Ну конечно, бедный-несчастный питончик! Как жаль, что ему не удалось нами закусить!
   - Я не то хотела сказать, - стала оправдываться сестра. - Просто мне кажется, что если бы он не был таким голодным, то, наверное, не был бы и таким злым.
   - Так что ты предлагаешь? - возмущенно вступил в беседу Баффо, - Может одному из нас вернуться и помочь ему утолить голод?
   - Брось разоряться, - хмуро сказал Эрик, которому теперь тоже стало жалко питона.
   - Ничего не брошу, я сейчас еще больше разоряться буду, - не унимался Баффо, - Аделанта, наверное, спятила! Или у нее высокая температура и она бредит!
   - Ну, если тебе его так жалко, можешь дать ему одну из тех банок с тушенкой, что лежат у меня в рюкзаке - все легче будет нести! - обратился к сестре Нанси.
   - Еще чего! - возмутился Баффо, - отдавать этому живоглоту нашу тушеночку!
   - Ладно, не жадничай, от нас не убудет, - примирительно сказал Нанси.
   Он достал банку тушенки и передал ее Эрику. Тот, ловко орудуя клешней, открыл ее и кинул на берег. Тушенка с глухим звуком стукнулась о песок прямо перед носом изумленного питона. Змея какое-то время с подозрением разглядывала неожиданный подарок, но потом соблазненная аппетитным запахом, сунула голову внутрь банки. До ушей путешественников донеслись чавкающие звуки. Спустя время отяжелевший питон отвалился от пустой банки.
   - Ну и обжора! - враждебно глядя на змею, буркнул Баффо.
   Тем временем течением их отнесло довольно далеко. Нанси поднял со дна пироги бамбуковую палку и попросил Эрика слегка расщепить ее с одного конца. Затем он взял оставшийся от строительства кусок бананового листа и вставил его в расщелину. Получилось прекрасное весло - легкое и прочное. Таким же образом он соорудил еще одно, после чего они с Эриком принялись грести. Послушная их воле, лодка легко заскользила по воде. Правый берег постепенно отдалялся, но левого при этом все равно не было видно. Полуденное солнце рассыпало со своей высоты снопы ярких лучей и они, падая на голубое зеркало реки, превращались в мириады алмазных блесток, сверкавших и переливавшихся на поверхности Аллигарио.
   -Красота! - вздохнула завороженная Аделанта и опустила плавник в прозрачную воду.
   - Есть охота, - заскулил Баффо, сидя на дне пироги и держась лапами за живот.
   - Потерпи немного, сейчас что-нибудь придумаю, - пообещала ему Аеланта.
   Она взяла у брата весло и стала аккуратно выуживать из реки маленькие плавучие островки водяного салата. Накрошив его в миску и приправив кукурузным маслом, перцем и солью, Аделанта скомандовала:
   - Налетай!
   Никого дважды приглашать было не нужно. Как стая коршунов набросились они на угощение и уплели все без остатка. Затем приятели растянулись на дне пироги и предались сладкой послеобеденной неге, предоставив лодке плыть по воле течения.
  
  
  

Г Л А В А 12

повествующая о том, как иногда бывает опасно спать на реке.

  
   Проснулись путешественники от чьих-то криков. Поднявшись, они с удивлением заметили, что день уже клонится к вечеру, а над головами носятся какие-то большие птицы, рассекая воздух зигзагами крыльев.
   - Морские фрегаты, - с удивлением пробормотал Нанси. - Странно, откуда они здесь взялись, ведь море осталось далеко позади?
   - Похоже, нас здорово снесло течением вниз, пока мы спали, - отозвался Эрик.
   - Кажется, пора произвести рекогносцировку, - с видом знатока заявил Нанси и, позевывая, поднялся со дна пироги.
   То, что он увидел, враз стерло всю его сонливость. Прямо на них, вопреки всякой логике, против течения шла гигантская отвесная волна высотою с дом. Не своим голосом прыгун заорал:
   - Полундра, цунами!
   Все повскакали с мест и вытаращились на водяной вал.  []
   - Откуда оно здесь, мы ж не в океане?! - воскликнула Аделанта.
   - Наверное, это поророка - огромная волна, рождаемая морским приливом! - догадался Эрик, где-то слышавший об этом.
   - Все на весла! - скомандовал Нанси, и геккон с крабом бросились грести.
   Прыгун попытался оценить обстановку и прикинуть шансы на спасение. До берега оставалось около мили, а до водяной стены было гораздо меньше, и она непрерывно двигалась им навстречу. Выбивавшиеся из последних сил Токи и Эрик не в силах были отвратить неминуемой встречи с поророкой. Скоро лодку накроет горой воды и тогда...
   - Сестренка, ты должна доплыть до берега одна, - пытаясь говорить как можно убедительнее, обратился он к Аделанте.
   - И оставить остальных погибать? - вскинув на брата глаза, спросила Аделанта. - Да ни за что!
   - Послушай, что бы ни случилось, мы постараемся выкарабкаться. Но если погибнет карта, то все наши усилия будут напрасны. Так что бери ее и постарайся не намочить.
   - Не стану я этого делать! - отрезала гневно сестра.
   Но тут все остальные, включая даже Баффо, принялись так ее уговаривать, что она вынуждена была согласиться. Всплакнув немного, Аделанта расцеловала всех напоследок, взяла карту и, соскользнув в воду, поплыла.
   Оставшиеся в лодке некоторое время смотрели ей вслед. Затем они сели на дно и с горькой покорностью судьбе стали ожидать своей участи. С каждой секундой расстояние между лодкой и поророкой катастрофически сокращалось. И вот настало мгновение, когда гребень огромной волны оказался прямо над головами друзей. Лодка врезалась со всего маху в бурлящую стену, и та поглотила утлое суденышко, навалившись на него всей тяжестью. Водоворот подхватил пирогу вместе с ее пассажирами, увлекая их все ниже и ниже. Последним, что успели увидеть друзья, был зеленоватый свет, пронизывающий толщу воды у них над головами.
   Здесь самое время вспомнить, что один из путешественников был рыбой, и уж ему-то обрушившаяся водная стихия не могла быть страшна. Он метался между тремя приятелями, которые уже начали пускать пузыри, неуклонно погружаясь на дно глубоководной реки. Однако, вытащить сразу всех он был не в состоянии. Спасти одного, а затем вернуться за остальными тоже было немыслимо: за это время они неминуемо бы захлебнулись. Отчаяние уже начало охватывать прыгуна, как вдруг он увидел над собой движущиеся силуэты. Это были дельфины.
   - Сюда, сюда! - забулькал прыгун и стал показывать плавниками на своих тонущих друзей.
   Дельфины не заставили себя долго ждать. Разделившись попарно, они ловко поднырнули под Токи, Баффо и Эрика и стали носами подталкивать их наверх, к воздуху. Когда потерпевшие кораблекрушение оказались над водой, вожак дельфинов сказал что-то своим соплеменникам, и те поплыли к берегу. Спустя некоторое время они достигли мелководья, и тут уж Нанси самому пришлось перетаскивать приятелей на сушу. Понемногу горе-мореплаватели пришли в себя и теперь с удивлением рассматривали своих спасителей.
   - Даже и не знаю, как вас благодарить! - растроганно сказал дельфинам Нанси. -
   Вашу услугу мы никогда не забу... - начал было он, но вдруг осекся, - Сестренка, ты?!
   И тут все увидели бегущую навстречу им прыгунью.
   - Живы! Господи, вы живы! - со слезами радости бросилась она целовать друзей.
   - Послушайте, заберите-ка ваши рюкзаки, а то они мне уже порядком шею натерли, - прервал недовольным голосом церемонию какой-то сердитый дельфин.
   - Как, вы и нашу поклажу спасли? - не поверил своим ушам Нанси.
   Отдав рюкзаки, дельфины распростились с путешественниками и уплыли.
   - Ну, вот и из этой передряги посчастливилось выбраться - улыбнулся Нанси.
   - Вообще-то хотелось, чтобы их было поменьше, - пробурчал Баффо. - Кстати, не разложить ли нам костер, чтобы обогреться?
   Идея пришлась по вкусу. Собрав хворост, друзья развели огонь.
   - Картошку будете целую или мятую? - поинтересовалась Аделанта.
   - Всмятку! - ответил за всех Баффо.
   Поужинав, они растянулись вокруг костра. Его раскаленные поленья потрескивали и перемигивались друг с другом светящимися красными глазами. Блаженное тепло, излучаемое пламенем, входило в них, разливаясь медленными волнами по всему телу. От этой благодати, пришедшей на смену сырости и холоду, их потянуло в сон. Глаза начали соловеть и слипаться, и они вскоре уснули.
  

Г Л А В А 1 3

где путешественники оказываются пленниками воинственных незнакомок

  
   На следующий день погода внезапно испортилась. Ветер переменился и затянул все небо пеленой грозовых облаков, из которых отвесной стеной хлынул тропический ливень. Вода лилась сплошным потоком, за которым терялось в смутных очертаниях все на свете: река, лес, небо. Они словно еще раз угодили в страшную поророку, только уже на суше.
   Настроение у всех было подстать погоде. Особенно страдал от ливня Баффо. Шубка хомяка намокла и торчала в разные стороны рваными клочьями, производя довольно жалкое впечатление. Не успевший как следует отойти от вчерашнего купания, хомяк еще больше захандрил и стал жаловаться на все на свете: погоду, трудности пути и "абсолютно нечутких товарищей". В конце-концов он умолк и даже не пытался больше топорщить обвисшие усы.
   Они шли один за другим, с трудом различая за завесой дождя силуэты впередиидущих. Спрятаться где-нибудь или развести огонь было немыслимо: дождь затекал под каждый листик и уж наверняка бы погасил любой костер. К тому же в лесу не осталось теперь ни одной сухой ветки.
   - Если так и дальше пойдет, то мы тут все заболеем, - чихнув, посетовал Токи.
   Под ногами у них чавкало и хлюпало. Друзья то и дело оступались и падали в липкую грязь. Согнутые мокрые ветки, распрямляясь, хлестали их, заставляя беспрестанно вздрагивать. Геккон сделал несколько попыток отыскать свободное дупло, чтобы там пересидеть непогоду, но каждый раз терпел неудачу, натыкаясь на негостеприимных хозяев.
   И вдруг, когда все уже смирились с мыслью, что ночевать им придется под дождем, идти стало чуть-чуть легче. Внизу больше не чавкало, их лапы ощутили под собою твердые камни. Нагнувшись к земле, Нанси с удивлением увидел, что они вышли на мощеную брусчаткой и сильно заросшую дорогу. Он поспешил поделиться своим открытием с друзьями, и те, услыхав новость, немного воспрянули духом.
   - А вдруг она выведет нас к какому-нибудь жилью, и мы сможем там обогреться и переждать дождь? - высказала робкую надежду Аделанта.
   - Да, или от дождя спасемся, или кому-нибудь на ужин попадем, - шмыгая носом, мрачно пошутил Баффо.
   - Ничего, выкрутимся! Как говаривал мой дедушка - не с таких высот ныряли! - подмигнул приятелю Нанси.
   - Да уж, насчет ныряния ты совершенно прав - опыт у нас имеется! - саркастически заметил Баффо, но спорить дальше не стал.
   Дорога постепенно все расширялась, превратившись из узенькой тропинки в просторную трассу. Путники заметно повеселели и уже больше не обращали внимания на секущие их струи дождя. Вскоре вдали стали проглядывать какие-то странные сооружения, напоминавшие своими очертаниями диковинные жилища. Подойдя поближе, друзья увидели, что не ошиблись: это и в самом деле были дома. Их стены были сделаны из бамбуковых палок, врытых в землю, а крыша - из переплетенных меж собой листьев тростника. Рядом с хижинами не было видно ни души.
   - Наверное, все спрятались внутри от дождя, - сказал продрогший Токи.
   - Может, заглянем, а? - предложил друзьям Эрик.
   - Можешь соваться куда угодно, если охота, а мне жить пока еще не надоело, - ответил Баффо.
   - Ну что ж, семи смертям не бывать, одной - не миновать. Рискнем! - отважно сказал Эрик и слегка приоткрыл дверь в одну из хижин.
   Баффо, зажмурившись, бухнулся ничком в росшую рядом траву и прикрыл на всякий случай лапами голову. Но ни криков, ни топота не последовало. Хомяк приоткрыл один глаз и осторожно высунулся из своего укрытия. Все было по-прежнему: краб находился внутри дома, а рядом с дверью, затаив дыхание, ожидали от него вестей рыбята и Токи. Наконец, из хижины показался Эрик и, весело присвистнув, сообщил:
   - Гостиница к вашим услугам! Хозяева просят извинить их за отсутствие, ну да мы не в обиде, верно?
   С радостными криками все бросились под защиту крова. Последним на пороге показался Баффо. Вода ручьями лила с него, а на носу и на кончиках ушей висели крупные дождевые капли. Вид у него был взъерошенный и до того комичный, что Эрик и Нанси, не удержавшись, расхохотались.
   - Не вижу ничего смешного в том, что вы бросили меня одного под дождем, - обиделся Баффо.
   - Не сердись на них, пожалуйста, - обратилась к нему Аделанта. - Это просто разрядка после долгого и трудного пути.
   - Что-то не замечал, чтобы вы разряжались на ком-нибудь, кроме меня! - про- бухтел Баффо, но было видно, что он уже сменил гнев на милость.
   Пока хомяк отжимал свою насквозь промокшую шубку, остальные решили обследовать жилище, в котором они оказались. Вся домашняя утварь состояла из грубого деревянного стола и двух таких же табуреток. В центре помещения располагался очаг со сложенными в нем сухими дровами. Кроме того, в углу комнаты лежали жесткие тростниковые циновки.
   Казалось, что хозяева давно покинули дом. Ничто не указывало на обитаемость хижины, скорее - наоборот: везде с потолка клочьями свисала паутина, а на полу лежал толстенный слой пушистой пыли, на котором можно было рисовать.
   - Похоже, тот, кто здесь жил, перебрался в более фешенебельное бунгало, - заметил Нанси, чихая от фонтанчиков пыли, поднимавшихся при каждом шаге.
   - Хорошо, коли так. А то если он вернется, нам может не поздоровиться, - с опаской покачал головой Токи.
   Они сели в кружок на разостланные циновки и стали решать, что им следует предпринять дальше. После непродолжительного обсуждения было решено заночевать в хижине. Вечерело, и друзья сочли за лучшее лечь поскорее спать.
   Нанси почему-то не спалось, и на душе было тревожно. Все вокруг мирно посапывали, а прыгун лежал с закрытыми глазами и ворочался с боку на бок. И вот в тот момент, когда он уже стал погружаться в забытье, у него над ухом вдруг раздался чей-то шепот. Прыгун тут же очнулся и открыл глаза, но в кромешной тьме, окружавшей его, ничего не увидел. Тогда он решил достать карманный фонарик, который подарил ему папа на прошлый день рождения. Он потянулся, было, к рюкзаку, но уже в следующее мгновение почувствовал, что что-то тяжелое навалилось на него и он не может пошевелиться. Охваченный паникой, Нанси заорал, что было сил: "Тревога!", но было поздно: его товарищи, судя по их репликам, находились точно в таком же плачевном положении.
   И тут чей-то хриплый и резкий голос произнес:
   - Ага, попались, рыбешки! Славная сегодня будет у нас ушица на ужин!
   - А с остальными что будем делать? - спросил другой голос, помоложе.
   - Вареный краб пойдет на закуску, а хомяка можешь посадить в свою клетку - у него мясо вонючее. Что же касается ящерицы, то привяжем к ней поводок. Пусть бегает по дому, ловит мух и комаров, - ответил первый голос.
   Услышав такое, друзья просто онемели от ужаса, и только один Баффо, возмущенный тем, что о нем сказали, разошелся не на шутку:
   - Ах ты, жалкий лгунишка! Да у меня, если хочешь знать, самое изысканное мясо на свете!
   - Смотри-ка, разговаривает! - ахнул первый голос. - А ну-ка, разведи огонь, надо как следует рассмотреть это чудо.
   Послышался какой-то шорох, затем чирканье и через мгновение хижина озарилась слабым пламенем, отсвет которого проник к завернутым в циновку пленникам. Через некоторое время свет стал ярче: видимо, занялись дрова в очаге.
   - Подержи их, девочка, я сейчас, - сказал голос постарше.
   Вслед за этим раздался скрип открываемой двери, а потом воцарилась тишина. Спустя пару минут скрип снова повторился, и к нему присоединился новый звук - глухой и низкий, точно исходивший от перекатываемого по земле барабана.
   - Давай-ка их сюда, - произнес первый голос.
   С замиранием сердца друзья ждали, что с ними будет дальше. Вот кто-то приподнял их с пола и куда-то понес, но вскоре остановился, и тотчас же путешественники полетели вниз, вытряхнутые из циновки.
   Упав и при этом больно стукнувшись, они обнаружили, что находятся внутри старой деревянной бочки, а за ними наблюдают две женщины. Выглядели они довольно диковинно: черные с отливом жесткие прямые волосы, похожие на конскую гриву, закрывали их тело до пояса. Весь их туалет состоял из коротенькой юбки, сшитой их пятнистой шкуры леопарда. Зато в украшениях не было недостатка: запястья обеих рук обвивали ожерелья из зубов хищных зверей, такое же ожерелье болталось и на шее. На правом плече у каждой висел лук, а из-за спины торчал колчан со стрелами.
   Та, что постарше, видимо, была матерью более молодой женщины. Обе с интересом разглядывали своих пленников.
   - Ну и дела! Никогда в жизни еще не видывала говорящих зверушек, - сказала старшая. - Знаешь что, ты пока постереги их, чтоб не сбежали, а я схожу к Сулиен, расскажу о нашем "улове".
   Дверь еще раз скрипнула вслед уходящей, и все затихло. Пленники сидели молча, говорить не хотелось, да и что утешительного могли они сказать друг другу? Ушедшая вскоре вернулась вместе с очень высокой и величественной женщиной. Одета она была так же, как и первые две, но от них отличалась тем, что носила ожерелья из камней дивной красы, напоминавших кусочки зеленого льда. Баффо, увидев их, моментально забыл обо всем на свете, даже о том, что его намерены посадить в клетку, и, как загипнотизированный, не отрывал от них глаз. Весь внешний облик женщины выдавал высокое положение, которое она, видимо, занимала в обществе. Неприступная красота незнакомки одновременно притягивала и вселяла робость. Приведшая ее женщина согнулась в низком поклоне и произнесла почтительным тоном:
   - Вот те диковинные зверюшки, о которых я тебе говорила, о, Сулиен!
   Та, которую звали Сулиен, склонилась над путешественниками и некоторое время их разглядывала.
   - Что-то я не слышу, чтобы они разговаривали. А ну, скажите мне что-нибудь! - приказала она.
   - Что это у тебя за дивные камни? - не в силах больше сдерживаться, выпалил Баффо.
   - О, не в меру любопытный грызун! Это изумруды - символ власти и могущества у племени амазонок, - чуть подняв брови от удивления, ответила Сулиен.
   - И ты их царица? - внезапно воспрянув духом, поинтересовался Нанси.
   - Да, это так, о, удивительная говорящая рыбешка, - еще больше изумившись, ответила амазонка.
   Нанси живо поднялся со дна бочки и вытянулся во весь свой небольшой росток. Он театрально выбросил вперед плавник и произнес торжественным тоном, стараясь подражать речи незнакомки:
   - О, Сулиен, Тетис помнит о тебе!
   - Откуда ты знаешь о Тетисе? - спросила царица. - Рассказы о том времени, когда мои предки жили в его глубинах, передавались в нашем роду из поколения в поколение.
   Нанси, окрыленный успехом, решил закрепить его и выпалил:
   - Нам рассказала об этом Мариола, дочь повелителя моря. А еще она сказала, что вы с ними в родстве и чтобы мы, если встретим амазонок, не боялись их.
   Упоминание имени Мариолы возымело действие, и Нанси понял, что попал в "десятку". Сулиен, услышав его, тут же велела своим подданным выпустить пленников на свободу.
   - Но царица, если эти звери те, за кого себя выдают, зачем они забрались в наш дом, пока нас не было? - подняв к Сулиен руки, воскликнула пожилая женщина.
   - Это потому, что мы все страшно промокли и хотели немного обсохнуть и переждать непогоду, - вступила в разговор Аделанта, - а за свой непрошеный визит мы готовы принести извинения.
   - Друзьям моей сестры не за что извиняться, - непререкаемым тоном ответила Сулиен и, обратившись к склонившимся в поклоне двум женщинам, надменно добавила, - Ну, долго я буду ждать, или мне надо приказывать дважды?
   Те бросились со всех ног выполнять ее распоряжение. Тут же бочка была повалена на бок, чтобы бывшие пленники смогли из нее выбраться. Оказавшись на свободе, они рассказали амазонкам о своем путешествии. Сулиен слушала, не перебивая, сидя за столом, и в ее темных глазах отражалось пламя камина.
   - Вот так мы и оказались тут, и не найдя никаких признаков жизни, решили, что все эти хижины были оставлены хозяевами, - завершая рассказ, подытожил Нанси.
   - Дело в том, что только сегодня я и мой народ вернулись из дальнего похода, который занял у нас около месяца, - объяснила приятелям амазонка (изъяснялась она теперь не так высокопарно, видимо, признав их за своих).
   - Наверное, открывали новые земли? - поинтересовался молчавший до той поры Токи.
   - Ха, "земли"! Кому они нужны? - презрительно фыркнул Баффо, и выдвинул свое предположение, - Скорее всего, организовывали экспедицию за новой порцией изумрудов, верно?
   - Ни то, ни другое, - сказала Сулиен. - Мы защищаем свою территорию от вражеских набегов и объезжаем границы владений.
   - И много у вас врагов? - спросил Эрик.
   - Хватает. К вам это, конечно, не относится, - добавила, улыбнувшись, амазонка. - Так вы говорите, что ваш маршрут ведет прямо в горы Эльмансо?
   - Да, но только мы здорово отклонились от маршрута и теперь нам придется наверстывать упущенное, - мрачно сообщил Баффо.
   - А нельзя ли взглянуть на вашу карту? - попросила вдруг Сулиен.
   - Отчего же нельзя, пожалуйста, - переглянувшись, в один голос сказали Эрик и Нанси.
   Когда Сулиен ознакомилась с маршрутом, которым проходили пираты, она промолвила:
   - Пожалуй, мы могли бы довезти вас до границ наших земель.
   - Ур-р-ра! - закричали все пятеро и стали наперебой благодарить царицу.
   Было решено, что в путь они отправятся, как только прекратится дождь. Пока же, сказала Сулиен, они будут ее гостями, и им окажут все полагающиеся в таком случае почести.
   Как бы в подтверждение ее слов в хижине словно из-под земли выросли еще две амазонки и проводили друзей в царский дом, который мало чем отличался от обычного (разве что был чуточку побольше). Там им постелили свежесплетенные циновки, пахнущие дурманящими ароматами. Долгожданные тишина и покой окутали путешественников, и к ним пришло благодатное умиротворение.
  

Г Л А В А 1 4

где путешественники оказываются у подножия гор Эльмансо

и знакомятся с одной из их обитательниц

   К полудню следующего дня дождь перестал, и выглянуло солнце, которое превращало вылившуюся воду в клубящиеся испарения. Воздух благоухал запахом тысяч лесных цветов и трав, блестевших и переливавшихся в алмазах дождевых капель. Огромные тропические бабочки, соперничая красотою с орхидеями, пили сладкий нектар, перелетая с цветка на цветок. Многоголосый птичий гомон не затихал ни на минуту. Изредка этот шум перекрывался утробным рыком проснувшегося тигра.
   Путешественники, отдохнувшие и выспавшиеся, были заняты тем, что приканчивали царский - в прямом смысле этого слова - завтрак, на который их пригласила Сулиен. Сама царица восседала во главе стола. Другие амазонки, включая тех, кто захватил вчера в плен Нанси и его друзей, прислуживали им.
   Поев и поблагодарив дев-воительниц за угощение, друзья стали собираться в дорогу.
   Когда все было готово, Сулиен приказала своим подчиненным проводить гостей до границ ее владений. Несколько сильных и ловких дев вскочили верхом на своих лошадей, наклонились и подхватили Нанси и его приятелей. Сулиен подняла в знак прощального приветствия руку и произнесла:
   - Счастливого пути, удивительные посланники моря! Пусть удача сопутствует вам!
   - Прощай, Сулиен! Спасибо тебе за твою доброту! - крикнули в ответ искатели приключений, и вся процессия тронулась в путь.
   Лошади резво несли своих седоков, летя вперед точно стрелы. Чтобы не свалиться в этой бешеной скачке, Нанси и остальным приходилось держаться за развивавшиеся на ветру гривы животных. В глазах у них все мелькало и рябило, деревья уносились куда-то назад, а стук копыт гулким эхом отдавался в голове. От такой езды их стало подташнивать, и даже Баффо был не рад, что так плотно подкрепился перед дорогой. Вдруг амазонки, будто прочитав их мысли, перестали бить пятками по бокам лошадей и натянули на себя поводья. Животные, послушные воле своих наездниц, покорно замедлили стремительный бег, а через минуту и вовсе остановились, как вкопанные.
   - Здесь кончается наше царство, - возвестили амазонки путешественникам, у которых голова шла кругом. - Дальше мы не можем ехать и должны возвращаться назад.
   - Ну что ж, спасибо, что прокатили с ветерком, - еле ворочая языком от охватившей тело противной слабости, пролепетал Нанси.
   Амазонки ссадили всех пятерых на землю, а сами, развернув и пришпорив лошадей, вихрем умчались обратно.
   Оставшись одни, друзья первым делом перевели дух и стали потихоньку приходить в себя. У всех без исключения тряслись мелкой дрожью конечности, и окружающее слегка плыло перед глазами. Немного посидев на травке, они привели в порядок мысли и чувства и огляделись.
   Там, где их оставили амазонки, дорога неожиданно обрывалась, и дальше сплошной стеной шли густые заросли. Но не это взволновало путешественников: они вдруг увидели перед собой длинную гряду высоких гор, уходящую за горизонт. Где-то там, на самом ее краю находился конечный пункт того маршрута, которым шли пираты. Значит, цель их была уже не так далеко.
   Гора, у подножия которой они находились, походила на верблюжий горб, поросший шерстью зеленых кустарников и увенчанный сверху пышными кудряшками облаков. За ней шли другие, более высокие вершины, синевшие в полуденном колеблющемся мареве.
   - Вот они - горы Эльмансо, - еле слышно прошептала Аделанта.
   - Как же мы туда залезем? - забеспокоился Баффо. - Мы же не горные козы, чтобы по скалам прыгать!
   - Не волнуйся, на гору карабкаться нам придется лишь однажды, когда мы будем у цели, - успокоительно пообещал Нанси, - а пока будем пробираться по подножиям пиков.
   - Это будет тоже не просто, - высказал опасение Эрик. - Чтобы забраться в предгорья, придется подняться довольно высоко.
   - Ничего, заберемся, - поддержал прыгуна Токи. - Горы - не воды, в них не утонешь.
   - Зато свалишься в пропасть и переломаешь себе все кости, - как всегда завелся Баффо. - И не забывай, геккон, мы не ящерицы, по потолку лазать не умеем!
   - Ну, хватит препираться, пора выступать в путь! - скомандовал Нанси.
   Они развернули карту и уточнили дальнейший маршрут. Затем вся команда во главе с гекконом двинулась вперед.
   Вначале подъем был не слишком сложный. Однако спустя какое-то время он стал забирать все круче и круче вверх, идти становилось все тяжелее и тяжелее. Первым не выдержал Баффо:
   - Все, я больше не могу! - взвыл он, снова весь мокрый, но на сей раз уже от пота. - Мало того, что приходится тащиться по этой круче, и проклятый рюкзак до дыр протер мою шубку, так тут еще этот геккон идет, как заведенный, и не дает никакой передышки!
   - Если ты утомился, можно сделать привал, - примирительно сказал Токи.
   - А рюкзак давай мне, тебе будет легче идти, - предложила Аделанта.
   - Еще чего! - гордо отрезал Баффо и добавил, - а то и ты ворчать начнешь! Предоставь уж это мне - так, пожалуй, привычнее.
   В ответ все рассмеялись, а Баффо неожиданно накинулся на Токи:
   - Ну, чего стоишь, как неживой? Пошевеливайся!
   Геккон удивленно пожал плечами, но ничего не ответил и двинулся дальше.
   Они шли уже довольно долго. Пот щипал глаза, лапы и хвосты саднило от постоянного соприкосновения с острыми камнями, которые то и дело попадались у них на пути. Все меньше деревьев росло вокруг, уступая место жесткому кустарнику.
   Но вот, преодолев очередной подъем, путешественники оказались на ровной площадке. Она напоминала зеленый ковер с вкрапленными в него белоснежными звездочками цветов.
   - Ах, эдельвейсы! Как это прекрасно! - восхитилась красотою открывшейся картины Аделанта.
   - Все, отдыхаем! - скомандовал Нанси, и путники дружно рухнули на землю, как подкошенные.
   Они лежали на спине и смотрели в небо на стада проносившихся мимо кипенно-белых диковинных животных. То это были антилопы с огромными изогнутыми рогами, то свирепые драконы, изрыгавшие огонь из раскрытой пасти. Пенистые облака завораживали, притягивали к себе, и друзьям на какое-то время показалось, что и они тоже плывут вместе с ними. Размечтавшись, они забыли обо всем на свете, и потому раздавшийся рядом голос прозвучал для них как гром среди ясного неба.
   - Здра-а-а-вштвуйте! - проблеял, шепелявя, кто-то прямо над ухом.
   Все вздрогнули и повскакали с мест.
   Перед ними стояло незнакомое существо с широко раскрытыми глазами нежно-василькового цвета, которые, не мигая, с любопытством разглядывали друзей. Похоже оно было на маленького жеребенка и овцу одновременно. Грациозная длинная шея была украшена аккуратной головкой с небольшими ушками. Ладное туловище, покрытое сверху и с боков коричневой волнистой шерстью и ослепительно-белым пушком снизу, поддерживали две пары стройных тоненьких ножек. Животное что-то постоянно жевало, не останавливаясь ни на секунду.  []
   - Ты кто? - грубовато спросил у него успевший придти в себя Баффо. - И почему нас пугаешь?
   - Я - лама Вику-у-унья. Мама и папа жовут меня Вика, - представилась незнакомка. - А ваш я пугать не хотела, прошто я ждешь пашушь.
   - Прекрати сейчас же жевать! Ничего разобрать невозможно, что ты говоришь! - возмущенно потребовал Баффо.
   - Это вше от того, щто у меня плаштинки во рту, - объяснила ему Викунья. - поэтому вмешто "ж" полущаетшя "ж", вместо "ш" - "ш", а вмешто "щ" - "щ". Такая уж у меня теперь дикшия.
   - Да-а, все стало абсолютно понятно, - съехидничал Баффо. - Ты что, так всю жизнь будешь шикать?
   - Нет, пощему же, - помахивая хвостиком, ответила Викунья. - Мама и папа говорят, щто это только на время, щто бы жубы вырошли ровные, а потом плаштинки шнимут. А вы щто делаете в наших краях? - в свою очередь поинтересовалась лама.
   - Горных овец изучаем, - и глазом не моргнув, соврал Баффо. - Ты будешь у нас первой.
   - Хватит врать-то, - попытался пристыдить друга Токи, - Никого ты не изучаешь.
   - А что тогда, по-твоему, мы тут делаем? - набросился на геккона Баффо, всем своим видом стараясь показать, что не намерен терпеть посторонних в экспедиции.
   - Опять пошло-поехало! - вздохнул Нанси. - Сколько раз можно повторять тебе, чтобы ты не жадничал? - обратился он к хомяку.
   - Нет, мне все-таки стоит хватить его еще разочек за нос! - начал кипятиться Эрик.
   - Ну, хватит, будет вам! Никакого сладу не стало! - прикрикнула на спорщиков Аделанта и, обращаясь к незнакомке, добавила, - Мы ищем пропавшее ожерелье одной нашей знакомой, и карта привела нас в горы. Только вот путешествовать по горным склонам для нас очень уж затруднительно.
   - И у ваш нет никакой лошадки? - неожиданно поинтересовалась Викунья.
   - Мы сами стали уже как лошади, тащим на себе эти рюкзаки, - пробурчал хомяк, недовольный тем, что новую знакомую посвятили в их тайну.
   - Больше вшего на швете мне хотелось бы штать щьей-нибудь лошадкой, - мечтательно проговорила Викунья и умоляюще добавила, - Может быть, вы шоглашитесь вжять меня на шлужбу? Я ш удовольштвием вожила бы ваш, а кроме того, я прекрасно вжбираюсь по любому шклону и кормить меня не надо - вшюду полно сощной молодой порошли.
   - А что, это мысль, - оживился Эрик, которому уже порядком поднадоело самому скакать по горам. - Но что на это скажут твои родители?
   - Не бешпокойтесь, они жнают, щто я щашто ухожу на дальние паштбища, - поспешила заверить его лама. - К тому же у меня шовременные родители, дающие швоим детям шамоштоятельность.
   - Тогда договорились, берем тебя к себе в команду, - подытожил их беседу Нанси.
   Очень довольная тем, что ее мечта наконец-то начинает сбываться, Викунья тут же опустилась на передние ноги. Друзья, не мешкая, забрались на спину ламы, прихватив с собой снаряжение. Когда все устроились поудобнее, Нанси произнес, обращаясь к Вике:
   - Ну, теперь в путь! Идти нужно все время у подножья горной гряды и придерживаться юго-западного направления, понятно?
   - Угу, - ответила та (хотя, сказать по правде, что такое "юго-западное направление", ей было не совсем ясно). Потом вдруг она неожиданно попросила, - Может быть, кто-нибудь поштигает меня прутиком, щтобы я шовсем пощувствовала себя лошадкой?
   - Вот уже это - лишнее! - категорично отрезал Нанси, - Мы не живодеры какие-нибудь, так что выброси эти глупости из головы.
   - Ладно, - покорно согласилась лама и тронулась в путь, везя на себе своих новых друзей.
  
  

Г Л А В А 1 5

в которой рассказывается о том, какие ни свете случаются ливни,

и что они с собой могут принести.

  
   Присутствие Викуньи в экспедиции очень облегчило и ускорило их передвижение. Сидя у ламы на спине, друзья могли теперь наслаждаться созерцанием окружающих пейзажей, пока та перепрыгивала с уступа на уступ и взбиралась на горные кручи. Однажды они попали на огромное поле диких маков, пламеневшее в ложбине меж двух горных вершин. Это было феерическое, буйное пиршество алого цвета, будто языки подземного огня пробивались наружу из толщи недр. Аделанта даже попросила Викунью остановиться и сорвала несколько цветков. Потом она снова забралась на спину ламы и стала вплетать их в ее гриву. Остальные также предавались праздности - каждый на свой лад.
   Но это блаженное состояние длилось, увы, не долго. Через какое-то время до слуха путешественников донесся странный шум. Он был похож на уханье филина и сопровождался при этом треском ломаемых деревьев.
   - Тпру-у-у! - скомандовал геккон ламе и натянул поводья.
   Та послушно остановилась и замерла на месте. Между тем шум все приближался, двигаясь в их направлении.
   - Прячься вон за то дерево, - шепнул Токи на ухо Викунье и указал лапой в направлении лиственницы, росшей неподалеку.
   Лама не стала мешкать и уже через секунду скрылась вместе с друзьями за широким стволом.
   Странные звуки слышались все ближе и ближе, и вот уже вдалеке показались те, кто их издавал. Это были обезьяны, целое стадо огромных обезьян, бежавшее им навстречу с дубинами наперевес. Время от времени то одно, то другое животное издавало утробный звук, вставало на задние лапы и, обломав ветку побольше, начинало носиться с ней вверх-вниз по горному склону.
   - Похоже, эти обезьяны совсем спятили! - с дрожью в голосе пролепетал Баффо.
   - Вика, а ты что скажешь, ведь это твои соседи? - спросил Нанси Викунью.
   - Не жнаю, раньше я никогда их такими не видела, - в растерянности пробормотала та, явно сбитая с толку всем происходящим. - Обыщно они ощень шпокойные, щто ш ними шлущилошь?
   - Может, обойдется, а? - высказала робкую надежду Аделанта.
   - Будем надеяться, - отозвался ее брат, - а пока сидим тихо и не высовываемся.
   С замирающим сердцем следили они за приближением мечущихся обезьян. Уже через несколько минут, ухая и топоча, все стадо промчалось мимо них, обдав друзей облаком пыли.
   - Уф-ф-ф, хвала Всевышнему, кажется, пронесло! - с облегчением произнес Баффо и вытер бисеринки пота со лба.
   Приятели подождали еще немного, но ничего подозрительного слышно не было. Более того, в лесу воцарилась прямо-таки мертвая тишина. Как по мановению волшебной палочки разом смолкли все звуки. Не стало слышно птичьего гомона, жужжания пчел и шмелей и даже грозного рыка хищников. Все притаилось словно в ожидании чего-то ужасного.
   - Слышите? - шепотом спросил Нанси.
   - Ничего не слышим, - покачал головой геккон.
   - И я ничего не слышу, - отозвался Нанси и добавил в задумчивости, - странно.
   Они стояли в полной нерешительности среди звенящего безмолвия. Ни один листочек не шелестел на ветру. Да и не только ветра, но даже малейшего дуновения не было - стоял полнейший штиль, что еще больше усиливало гнетущее впечатление.
   - А куда это вше подевались? - в недоумении вертя головой, растерянно спросила Викунья.
   Остальные участники экспедиции тоже терялись в догадках. Никто не мог дать происходящему никакого объяснения.
   - Уж лучше б разразилась буря, чем выносить эту тихую жуть, - ежась от охватившего его ощущения неуютности, сказал Баффо.
   И вдруг, словно услышав его просьбу, внезапно на них налетел шквальный ветер такой чудовищной силы, что первый же его порыв едва не снес путешественников. Спасло их только то, что они вцепились в шерстку ламы, а та изо всех сил уперлась в горный склон, силясь справиться со стихией. Но уже второй натиск бури, еще сильнее прежнего, сбил Викунью с ног, и она упала, как подкошенная, на землю, сбросив с себя всех.
   Положение становилось критическим, нужно было срочно что-то предпринять.
   - Лассось! - не помня себя от страха, заорал Баффо, обращаясь к Эрику.
   - Какой лосось? Ты что плетешь?! - ничего не понимая и силясь перекричать рев бури, ответил тот.
   - Да не "какой", а скорее зааркань тот камень! - показал лапой на торчащий их земли валун Баффо.
   Эрик наконец-то понял, что от него хотят. Он тут же нырнул в свой рюкзак и вынырнул уже с лассо, зажатым в клешне. В следующее мгновение ловко наброшенная петля затягивалась вокруг камня, а еще через секунду вся команда крепко держались за веревку. И вовремя: буря буквально обезумела от ярости. Если бы не страховка, не миновать им участи пролетающих мимо сорванных листьев и сломанных веток. Но шелковая нить папы-прыгуна была на редкость прочной. Как ни силилась стихия сорвать друзей с "якоря", ей это было не по зубам.
   - Господи, хоть бы этот кошмар поскорее закончился! - взмолился выбившийся из сил Баффо.
   Будто опять вняв его просьбе, ветер сразу ослабил свой натиск. В ту же секунду вокруг стало темно, как во время затмения, и все краски дня померкли. Подняв голову, Баффо увидел, что все небо заволокло огромной и черной, как ночь, тучей.
   - Сейчас вольет, - сказал хомяк и со вздохом прибавил, - опять мокнуть, ну что за жизнь!
   И точно - сверху раздался гулкий раскат грома и хлынул ливень. Но это был не простой дождь, что путешественники поняли сразу. Капли, падавшие ни землю, были серые и просто неимоверных размеров. Стукнувшись о ее поверхность, они не стекались, как обычно, в лужи и ручейки, а вскакивали и начинали двигаться. Еще более странным было то, что при этом они издавали пронзительный, мерзкий писк.
   - Крысы! - в ужасе выпалила Аделанта, встав на самый кончик своего хвоста и хватаясь плавниками за воздух, словно ища в нем невидимую опору.
   Увы, это была сущая правда. Ураганный ветер, налетевший на путешественников, был только началом их бедствий. Он нес с собой целую армию серых крыс, злобных и вечно голодных тварей, подхваченную им где-то по дороге и сброшенную теперь на головы друзей. Вскоре вся земля ниже того места, где они стояли, была сплошь серой от снующих туда-сюда мохнатых тел с отвратительными голыми хвостами. Крысы, обезумевшие оттого, что с ними случилось, набрасывались на все живое и в мгновение ока разрывали в клочья.
   Словно загипнотизированные, приятели с ужасом наблюдали за гибелью лягушек, ужей и прочей мелюзги, которая не успела укрыться в норках. Они сидели, спрятавшись за тем камнем, что служил им раньше якорем, и ждали, что будет дальше.
   "Хоть бы не заметили, хоть бы не увидели!" - словно заклинание твердил про себя Нанси.
   Но серое полчище катилось все дальше и дальше, взбираясь вверх по склону горы, и постепенно приближалось к их убежищу. Вот одна большая крыса отделилась от остальных и засеменила в сторону валуна. У приятелей пересохло в горле от волнения. Они вжались в холодную поверхность камня, стараясь слиться с ним воедино. Но все напрасно: крыса, обежав валун, издала призывный писк. Сразу же все остальные твари бросились к ней, чуя скорую поживу. Дальнейшее ожидание было равносильно смерти, нужно было спасаться от беспощадных врагов.
   - Уносим ноги, пока целы! - крикнул Нанси и, подпрыгнув, очутился на спине Викуньи.
   Остальные сделили тоже самое: даже неуклюжий Баффо в два счета взобрался на ламу, дрожавшую от страха и желания умчаться подальше от этого места.
   Для бегства оставалась одна дорога - наверх, в горы, так как все пространство внизу кишело красами, надвигавшимися на них словно девятый вал. Викунья во весь опор помчалась прочь от преследователей, но те, обезумев от ярости, кинулись за беглецами в погоню. Атакующие растянулись по всему склону веером, отрезав путь к подножью горы и загоняя беглецов все выше и выше. Викунья неслась, как бешеная: никогда в жизни еще ей не приходилось бегать так быстро. Но, несмотря на это, враги не отставали ни на шаг и не ослабляли натиска. У Нанси и всех остальных сердце уходило в пятки, когда они, оглядываясь назад, видели их оскаленные пасти. Силы Викуньи начали слабеть, и расстояние между преследователями и беглецами стало неумолимо сокращаться. На какой-то миг друзьям показалось, что их вот-вот настигнут, и они обнялись на прощание.
   И вдруг прямо перед ними между двух непреступных скал открылся узенький проход, ведший в неизвестном направлении. Викунья вместе со своими седоками кинулась в расщелину, а за ними, наступая на пятки, неслись крысы.  []
   - Викуша, милая, выручай! - орал Баффо, у которого от ужаса шерстка встала дыбом.
   Но лама и так бежала из последних сил: ноздри ее раздувались, жадно втягивая воздух, жилы напряглись, как струны.
   Нанси, к которому, несмотря на критическую ситуацию, частично вернулось самообладание, внезапно вспомнил об оружии, которым снабдил их отец. Он живо достал из своего рюкзака динамитную шашку. Но взорвать ее в узком проходе прыгун не решался. Он прекрасно понимал, что это не только убьет крыс, но и неминуемо вызовет в горах камнепад, от которого не будет спасения и им самим. Нанси сжимал шашку в плавниках и, стиснув зубы, ждал удобного случая.
   Но вот проход стал чуть шире. Через несколько мгновений, обогнув уступ скалы, друзья увидели, что впереди он заканчивается, и там открывается пропасть.
   - Все, мы пропали! - воскликнул Баффо и от жалости к самому себе заплакал.
   Однако Нанси, сидевший выше всех, заметил еще кое-что.
   - Не дрейфь, хомячок! У тебя дорогая шкурка, и мы ее задешево не отдадим! - бесшабашно крикнул прыгун и добавил, обращаясь к ламе, - Гони во всю, там подвесной мост!
   Перед ними лежало глубокое ущелье, по дну которого протекала бурная горная река со множеством пенистых перекатов. Единственной переправой для любого, оказавшегося в этом месте, мог быть только сплетенный из толстых канатов мост, соединявший две стороны расселины. Его-то и увидел прыгун.
   Беглецы с ходу выскочили на мост и помчались по нему, преследуемые серыми разбойниками. Вот уже половина пути над пропастью лежит у них за спиной. Вот до конца остается всего несколько прыжков смертельно уставшей ламы...
   И тут Нанси изо всех сил бросил подожженную шашку в самую гущу крыс на мосту. Времени тления фитиля им хватило, чтобы достичь противоположной стороны ущелья, когда раздался взрыв. Оглянувшись, путешественники увидели в фонтане камней и обломков падающий мост и летящую с горной тропы вниз лаву серых тел, которая по инерции все скатывалась и скатывалась в пропасть, не в силах остановиться.
  

Г Л А В А 1 6

где рассказывается, как путешественники попали в лагерь пиратов

и что их там ожидало

   Чудом спасшись от крыс, друзья долго не могли придти в себя. Викунья была вся в пене, ноздри ее трепетали, бока то вздымались, то опускались. Баффо съежился и как будто стал даже меньше ростом. Остальные выглядели не лучше. Каждый в душе все еще переживал этот кошмар, и им потребовалось немало времени, чтобы успокоиться.
   - Просто страшно подумать, что было бы, не положи папа нам эту динамитную шашку, - все еще дрожа, сказала Аделанта.
   - Как бы там ни было, мы живы и невредимы, - попытался подбодрить друзей Нанси.
   Но, видимо, столько сил было отдано этой гонке, что даже обрадоваться по-настоящему своему спасению они не могли.
   То место, где теперь находились приятели, представляло собой узкий выступ скалы, ведший куда-то наверх. Похоже, он был делом чьих-то рук, вырубивших в камне путь, пригодный для восхождения на вершину. Друзья задрали головы, да так и остались стоять, пораженные увиденным зрелищем. Величественная гора, спеленатая в огромный кокон призрачной дымкой тумана, возвышалась над ними. Но что потрясло их больше всего, так это то, что ее очертания как две капли воды были похожи на тот пик, в который упиралась стрелка на карте пиратов.
   - Пришли, кажется, - неуверенным тоном сказал Эрик и, вынув карту, стал ее разглядывать.
   К нему присоединились остальные. Теперь уже ни у кого сомнений не было - перед ними была та самая гора, к которой они стремились все это время.
   - Ну что ж, - напустив на себя храбрый вид, сказал Нанси, - нам осталось всего лишь забрать ожерелье Мариолы у пиратов.
   - Да уж, сущая безделица, что и говорить, - съехидничал Баффо.
   - А кто хвастал своим умением стащить что угодно и под этим соусом напросился к нам в компанию, а? - с невинным видом поинтересовался Эрик.
   - Что?... Ах да, конечно, все это так... Только вот пиратов я пока что-то не вижу, - стал оправдываться пристыженный Баффо.
   - Ничего, вот взберемся наверх - увидишь! - пообещал хомяку Эрик.
   Баффо явно не обрадовала такая перспектива, но он сделал вид, что ему начхать на всех пиратов на свете.
   Друзьям страшно хотелось отдохнуть. Но устроиться на ночлег на узенькой горной тропинке, серпантином извивавшейся вдоль отвесного склона, было бы чистейшей воды безумием. Волей-неволей пришлось им продолжать свой путь дальше. Уставшие, понуро брели они по горному уступу, боясь даже подойти к его краю и заглянуть в подстерегавшую их бездну.
   Спустилась ночь, и выглянувшая из-за туч луна, склонив голову набок, с удивлением наблюдала за шестью маленькими черными точками, ползущими по горе.
   Но вот после очередного крутого поворота их взорам предстала ровная площадка, на которой вполне могли поместиться все шестеро. Прямо за ней начинались ступени, вырубленные в скале и ведущие наверх. Не в силах больше терпеть мучения, приятели решили заночевать здесь. Свернувшись калачиком друг возле друга, утомленные путники смогли наконец дать отдых своим истерзанным телам.
   Их разбудило встававшее из-за гор солнце, которому не терпелось расправить свои лучи после долгого ночного сна. Утро было прозрачным и таким безмятежным, что с трудом верилось в то, что еще вчера они мчались, сломя голову, спасаясь от погони, прыгая с уступа на уступ и взрывая за собою мосты. Легкий ветерок нежно гладил их сонные тела, точно ласковая мама, будящая утром своих маленьких детей.
   Потягиваясь и зевая, путешественники приготовили себе на небольшом примусе по чашечке ароматного густого шоколада. Наслаждаясь приятным теплом, разливающимся по телу с каждым глотком, они стали обсуждать свое положение.
   - Жаль, оружия теперь никакого нет, - вздохнув, посетовал Нанси. - Кто знает, что нас ждет на вершине.
   - Может, соорудим по примеру амазонок себе лук и стрелы? - робко предложил Токи.
   - Да где здесь деревья-то найдешь, Робин Гуд ты этакий?! - вскипел Баффо.
   - Нет, серьезно. А подходящих веток я нарубил, когда мы шли по лесу, - примирительно отозвался геккон.
   И он извлек из своего рюкзака пять отличных ореховых палок, да еще с дюжину прутьев потоньше.
   - Вот из этого мы вполне можем соорудить лук и стрелы, - продолжал Токи.
   Идея понравилась всем. Вооружившись перочинными ножами, Нанси и Токи стали делать выемки для тетивы на концах ореховых палок. Аделанта разматывала моток шелковой бечевки, а Эрик отрезал от нее куски нужной длины. Баффо давал указания и всячески старался всеми руководить. Викунья участия в этом не принимала, но стоя рядом, с интересом наблюдала за происходящим.
   Наконец все было готово. Токи, взяв в лапы лук, натянул и отпустил тугую тетиву. Она зазвенела тонким высоким голосом, прося испытать ее в деле.
   - А ну, дайте-ка я покажу класс! - расхорохорившись, заявил Баффо, протягивая лапу за стрелой.
   - Стой, не надо, - поспешно сказал Токи. - У нас всего двенадцать стрел, меньше, чем по три на каждого (Викунью, естественно, Токи при этом не считал). Если мы сейчас их все расстреляем, у нас ничего не останется.
   - Вот так всегда! - задохнулся от возмущения Баффо. - Обязательно найдется кто-нибудь, кто все испортит.
   - Токи прав, - поддержал геккона Эрик. - А что касается стрельбы, то, я думаю, скоро тебе представится случай показать свое мастерство.
   Закинув луки за спину, вся команда вновь продолжила прерванное с ночи восхождение. Каменная лестница, выдолбленная в горе, поднималась круто вверх. Ее ступени поросли мхом и лишайниками и таили в себе опасность: еще влажный от утренней росы мох делал их скользкими. Любой неверный шаг мог стать для путешественников последним.
   Шли по одному. Первой вызвалась идти Викунья, знакомая с коварством подобных мест. Лама говорила друзьям, где нужно быть особенно осторожным. Все неукоснительно выполняли ее указания. Мало-помалу шестеро искателей приключений поднимались все выше и выше. Вот уже показалась вершина, и спустя какое-то время Викунья, а за ней и остальные стояли на ее краю и, переводя дыхание, изумленно оглядывались.
   Перед ними лежала гигантская воронка, стены которой круто уходили вниз. То было жерло потухшего вулкана: об этом говорили бесформенные глыбы лавы, застывшей на его поверхности. Некогда грозный, великан спал теперь мирным сном и на первый взгляд был совершенно безобиден. По краям воронки кольцом шла неширокая площадка, на которой и находились сейчас все шестеро. На ней располагалось несколько довольно необычных построек, походивших на грубо слепленные дома. Сооружения эти были построены из красноватого вулканического камня, вместо окон и дверей в них зияли черные провалы. Стены, крыши и вся земля вокруг были покрыты странными серыми хлопьями. Баффо нагнулся и потрогал их:
   - Твердые, - сообщил он друзьям.
   - По-моему, я знаю, что значат буквы "Ф.Ф." на карте, - задумчиво произнес Нанси. - Это сокращенно "Форт Флибустьеров", и мы находимся как раз возле него.
   Кругом не было видно ни души, и путешественники робко двинулись дальше. Они пробирались на цыпочках, боясь, что в любую секунду из домов могут выскочить пираты и схватить их. Но никто не появился, и они беспрепятственно преодолели расстояние до ближайшего строения. Подойдя к дому, приятели замерли в нерешительности: нужно было заглянуть внутрь, но делать этого никому не хотелось.
   - Ну, кто пойдет первым? - шепотом спросил у друзей Баффо.
   - Ты, конечно! Или забыл, что обещал? - также еле слышно ответил ему Эрик.
   - Так я же обещал стащить у пиратов камушки, а не ходить в разведку, - пошел на попятную Баффо.- И потом, кто сказал, что именно здесь разбойники спрятали сокровища?
   - Все ясно. Видно, придется мне идти, - вздохнул Токи и чтобы подбодрить самого себя, добавил, - В крайнем случае залезу на потолок, авось там меня не достанут.
   - Будь осторожен, - попросила его Аделанта.
   Геккон ничего не ответил, снял с плеч рюкзак и двинулся в сторону черного провала в стене дома. Скоро он скрылся в нем, и все с замиранием сердца стали ждать. Время тянулось мучительно медленно. Прошла целая вечность, прежде чем геккон вынырнул обратно так же бесшумно, как и исчез.
   - Ну что? - спросил Баффо, едва Токи подошел поближе.
   - Там нет никого... живого... - запинаясь, медленно ответил геккон.
   - Что ты этим хочешь сказать? - поинтересовался Нанси.
   - Сам не знаю, - неопределенно пожал плечами геккон. - Пойдем, посмотрим.
   Нерешительно путешественники направились внутрь странного дома.
   Войдя, они остановившись у порога и замерли. Их взору предстала необычная картина: посреди комнаты прямо на полу сидели, подтянув к себе колени и уткнув в них лица, три неподвижные человеческие фигуры.
   - Пираты, спасайся, кто может! - заорал Баффо и уже, было, кинулся к выходу, но увидел там смеющегося геккона.
   - Не бойся, они неживые, - объяснил он хомяку.
   - Как так? - от неожиданности Баффо даже перестал трусить.
   - А так: я залез одному из них на плечо - он даже не шелохнулся, - ответил Токи. - И вообще они больше напоминают изваяния, нежели людей.
   Несколько успокоенный услышанным, хомяк приблизился к застывшим фигурам и, набравшись мужества, дотронулся до одной из них.
   - Как камень, - растерянно протянул Баффо.
   Все остальные последовали его примеру и к великому удивлению обнаружили, что это правда.
   - Так что же это такое? - недоуменно спросила Аделанта.
   - Что бы ни было, а это нам на руку, - осмелев, заметил Баффо. - Если пираты превратились в каменных истуканов - что ж, прекрасно! Теперь никто не сможет помешать нам забрать украденные сокровища.
   И хомяк пустился рыскать по дому, заглядывая во все щели и дырочки. Он перевернул все вверх дном, но, увы - сокровищ нигде не было. Несколько обескураженный таким результатом, Баффо предположил:
   - Может, их спрятали в другом доме?
   - Может быть, - отозвался Нанси. - Надо все как следует обыскать.
   Они вышли из первого и направились ко второму дому, стоящему неподалеку. Там картина как две капли воды походила на предыдущую: застывшие фигуры пиратов, покрытые, как и все остальное, слоем серого вещества с той только разницей, что на сей раз они лежали.
   - Я начинаю понимать, что здесь произошло, - почесав затылок, заявил Токи.
   - Ну и что же? - иронично спросил Баффо, в глубине души считавший умственные способности геккона не Бог весть какими.
   - Сдается мне, пираты попали в серьезный переплет. Раньше я слышал, что когда начинается извержение, все вокруг покрывается вулканическим пеплом, - объяснил Токи друзьям.
   - Ха! Пепел мягкий, а здесь все твердое, как камень, - не сдавался Баффо.
   - Со временем он мог затвердеть, - терпеливо продолжал объяснять Токи.
   На это возразить было нечего, и хомяк промолчал.
   Теперь оставался третий, последний дом. Он стоял чуть поодаль первых двух и выглядел несколько привлекательнее. Путешественники ожидали увидеть там все тех же каменных истуканов, но ошиблись. В этой хижине ничего подобного не было. Она была пуста, если не считать огромного кованого сундука, стоявшего посередине. Замка на нем не было. Баффо бросился к сундуку и попытался откинуть крышку, но она не поддавалась. Друзья пришли ему на помощь, но все тщетно. Как не старались путешественники, они не могли ничего сделать: все тот же окаменевший пепел превратил сундук в наглухо запечатанный саркофаг.
   - Эх, сокровища, должно быть, у нас под носом, а мы не в силах их достать! - крякнул с досады Баффо.
   - Взорвать бы его, да нечем, - мрачно сказал Нанси, утирая пот со лба.
   - А может быть, попытаемся открыть его топорами? - предложил Эрик.
   Они достали из рюкзаков топорики и стали ими работать. Откалывая по небольшому кусочку, приятели в конце концов освободили крышку из каменного заточения и, навалившись всеми, откинули ее. Какого же было их разочарование, когда вместо ожидаемых сокровищ они увидели на дне сундука небольшой клочок бумаги.
   - Все пропало, они исчезли! - рухнул в отчаянии на пол Баффо и принялся причитать, - Бедные мы, бедные! Несчастные мы, несчастные!
   На душе у всех остальных тоже было невесело. Один только Токи не впал в уныние:
   - Не горюйте, еще не все потеряно! Нужно только набраться терпения и искать дальше. А кстати, что это за бумажка? - спросил он, поднимая со дна листок и вертя его в лапах. - Эге, да тут что-то нарисовано!
   Заинтересованные этим сообщением, друзья сгрудились вокруг Токи и стали разглядывать находку. На ней была нарисована какая-то схема, в одном месте которой стоял крест. Вдруг Токи произнес:
   - Похоже на план того, где спрятаны сокровища, а крестиком обозначено потайное место.
   - Точно! Ну геккон, ну молодчина! - обрадовано вскричал Баффо. - Ур-р-ра, сокровища теперь у нас в кармане.
   - Ура-то ура, да только не забывай, что было бы не плохо разобраться в том, что здесь нарисовано, - поспешил охладить пыл хомяка Эрик.
   С этим было трудно спорить, и все шестеро принялись сосредоточенно изучать рисунок. В самом его центре помещался круг большого диаметра, наверху которого располагались три небольших прямоугольника. От одного из них начиналась неровная линия, пересекавшая круг, а затем спускавшаяся почти к самому его центру. Оттуда линия возвращалась назад и заканчивалась жирным крестом с нарисованными рядом языками пламени.
   - Все ясно, - после долгого молчания произнес Токи. - Круг - это кратер вулкана, прямоугольники - дома пиратов, а линия - это тропа, ведущая к тайнику.
   - А почему она идет сначала к центру, а потом возвращается обратно? - спросил Эрик.
   - Наверное, там где-то есть вход в толщу горы, какой-нибудь потайной тоннель, заканчивающийся местом, где спрятаны сокровища, - предположил геккон.
   - Верно, верно! - захлопала в ладоши Аделанта.
   - Не знаю, чему ты радуешься, - проворчал Баффо. - Если я правильно понял, путь ведет в самое сердце вулкана, а там ведь можно и поджариться.
   - Даже если и так, нас это не испугает, - сказал Нанси и посмотрел на друзей.
   Те солидарно закивали головами, и хомяку ничего не оставалось, как, подавив вздох, согласиться с остальными.
  
  
  
  
  
  
  

Г Л А В А 1 7

где путники оказываются в самом сердце вулкана и

переправляются через огонь

  
   Теперь друзей ожидало, пожалуй, самое трудно и опасное испытание за всю экспедицию. Подойдя к краю кратера, они боязливо заглянули туда, куда им предстояло спускаться. Стены воронки круто уходили вниз, и ничего мало-мальски похожего на спуск видно не было.
   - Как же мы туда полезем, - растерянно спросил Эрик.
   - Нужно где-нибудь закрепить веревку и спускаться по одному, - предложил Нанси.
   Эрик обвязал один конец шелкового шнура вокруг бесформенного выступа застывшей лавы. Другой он опустил в жерло вулкана и подергал за веревку, проверяя крепление на прочность.
   - Кто первый? - спросил Нанси, обращаясь к мужской части команды.
   Все стояли молча, переминаясь с ноги на ногу.
   - Значит, идти мне - вздохнул прыгун.
   Он крепко обхватил веревку плавниками и, стараясь не смотреть вниз, стал спускаться, перехватывая шнур и упираясь хвостом в почти вертикальную стену. Постепенно Нанси начал ощущать, что поверхность вулкана становится все горячее. У прыгуна было такое ощущение, что его посадили на раскаленную сковородку и поджаривают. Ему очень сильно захотелось обратно, наверх, но это означало бы капитуляцию. Стиснув зубы и стараясь не обращать внимания на жжение в хвосте, Нанси продолжал спуск. Он крутил головой во все стороны, стараясь отыскать вход в гору, но ничего похожего не видел. С каждым пройденным дюймом в нем все больше росла мрачная уверенность, что, скорее всего, нет никакого входа, а найденный ими план не что иное, как очередная ловушка пиратов, рассчитанная на таких простачков, как они. Прыгун совсем уже был готов отчаяться, как вдруг невдалеке от себя боковым зрением заметил что-то темное. Повернув голову, Нанси обнаружил, что справа от него находится круглая дыра. Превозмогая боль в обожженном хвосте, он подобрался к ней и заглянул вовнутрь. Вначале он ничего не увидел и только почувствовал горячее дыхание вулкана, пахнувшее на него. Но постепенно глаза начали привыкать к темноте, и вскоре он уже смог различить очертания узкого коридора, шедшего куда-то вглубь горы. Нанси понял, что нашел то, что искал. Он забрался в тоннель и дернул за веревку три раза (что для оставшихся наверху должно было означать "Есть! Можно спускаться!").
   Через некоторое время в проеме появилась лама. Она была обвязана вокруг еще одной веревкой, которую потихоньку стравливали стоявшие наверху Токи, Эрик и Баффо. Таким же образом опустили и хомяка, а вслед за ним уже самостоятельно спустились Эрик и Аделанта. Последним в тоннеле появился Токи, обвешанный сильно похудевшими за время странствия рюкзаками.
   - Все в сборе? - на всякий случай спросил Нанси.
   - В сборе, в сборе, - проворчал Баффо, ощущая подземный жар, - и уже готовы превратиться в шесть копченых окороков.
   - Да уж, из тебя точно выйдет знатный огузок, такой ты щекастый да толстый, - пошутил Эрик, но в ответ никто не рассмеялся, и в тоннеле повисла гнетущая тишина.
   Из глубины темного коридора шел едва различимый красноватый свет, словно где-то там горел большой костер, и его пламя освещало стены лабиринта. От этого всем стало еще больше не по себе.
   - Тронулись? - полувопросительно, полуутвердительно сказал Нанси и первым двинулся вглубь тоннеля.
   Они шли в полном молчании. Вокруг царили мрак и одуряющий, доводящий до изнеможения жар. С каждой минутой обволакивающий их душный воздух все более накалялся, и чудилось, что вместо кислорода в их легкие поступает кипящий пар. Вдруг откуда-то снизу раздался неясный гул. По мере того, как подземный коридор уходил все ниже, этот звук все нарастал. Он походил на приглушенное ворчание медведя, который устроился у себя в берлоге и был потревожен непрошеными гостями.
   - Слышите? - прошептал Баффо.
   - Кажется, вулкан почувствовал наше присутствие, - тоже шепотом ответила ему Аделанта.
   За очередным поворотом тоннель круто пошел под уклон. Теперь чтобы не скатиться вниз, путешественники вынуждены были держаться за стены каменного коридора. Жар стал просто нестерпимым. Бисеринки пота, сливаясь, извилистыми змейками стекали по их телам. Падая на пол, капли тотчас превращались в испарения, поднимавшиеся кверху.
   Тоннель, по которому продвигались приятели, впереди делал еще один крутой поворот. Осторожно подойдя к этому месту, Нанси с опаской заглянул за угол. Зрелище, которое он увидел, было фантастическим. Внутри вулкана текла река, но какая! Меж двух берегов струилась расплавленная лава невообразимо красивого, огненного цвета. Тот слабый свет, что видели друзья еще в начале тоннеля, исходил именно отсюда. На сверкающий тысячами рубинов поток невозможно было смотреть, и Нанси зажмурился. Но даже после этого видение не исчезло, продолжая стоять у него перед глазами. Остальные тоже были ошеломлены увиденным.
   - Ух ты, да это же кровь вулкана, не иначе! - ахнул Баффо.
   - Нет, это не кровь, а расплавленные металлы - железо, платина, золото, текущие из недр вулкана, - объяснил ему Токи.
   - Золото?! Так чего ж вы здесь стоите?! Бежим скорее - зачерпнем золотишка! - засуетился хомяк.
   - Остынь, парень, - осадил его Эрик. - Прежде чем ты успеешь вынуть свой ковшик из этой речушки, он сам станет таким же жидким.
   - Так что же делать? Не пропадать же такому богатству! - захныкал Баффо.
   - Ничего не попишешь, придется смириться с этим, - отрезал краб.
   Дыхание раскаленного потока опаляло путешественников, не давая подойти вплотную.
   - Дальше-то как? - высказал вслух мучившую его мысль Эрик.
   Все молчали, удрученно глядя на струящуюся лаву. Нечего было и думать о том, чтобы переправиться на ту сторону на плоту или в лодке - все это вмиг бы сгорело в огненном потоке. Да и никаких плавучих средств поблизости не было. И вдруг Баффо осенило:
   - Придумал! Мы переправимся с помощью лука и стрел!
   - Как это? - удивился Нанси.
   - А вот как, - принялся объяснять хомяк. - Что если нам прикрепить конец веревки к стреле и, выстрелив, попытаться заклинить ее в трещине стены тоннеля на том берегу? Тогда мы смогли бы соорудить подвесную переправу.
   - Можно попробовать, - не очень уверенно отозвался Нанси. - Только это должен быть очень хороший выстрел. Попасть нужно будет сразу, иначе веревка упадет в эту кипящую жижу, и мы застрянем здесь навсегда.
   - Тогда пусть стреляет Баффо, он ведь говорил, что делает это классно, - предложила Аделанта.
   Баффо покраснел как рак и, запинаясь, с трудом выдавил из себя:
   - Да я не то, чтобы... Просто раньше мне не приходилось стрелять в таких условиях, вдруг промахнусь...
   - Не робей, старина, у тебя получится, вот увидишь, - подбодрил друга Токи и привязал конец шелкового шнура к стреле.
   Хомяк непослушными лапами взял лук, вложил в него стрелу, и, подойдя поближе к лаве, натянул тетиву. Никто из присутствующих и не подозревал, что Баффо будет стрелять впервые в жизни. Но признаться в этом после того, как он перед всеми хвастал, у хомяка не хватило духу. Баффо зажмурился, поднял лук повыше и выстрелил. Не открывая глаз, он ждал гневных возгласов друзей и готовился к позорному финалу, но вместо этого услышал нечто совсем противоположное:
   - Он попал, попал! Ура!!!
   Баффо открыл глаза и сам себе не поверил: стрела крепко застряла в одной из расщелин на том берегу. Как всегда его величество случай был благосклонен к новичкам. Там, где завзятый стрелок не смог бы попасть и с трех раз, неопытный хомяк угодил точно в "яблочко".
   Теперь у них была переправа. Закрепив повыше свободный конец веревки, они пристегнули к ней три своих рюкзака. Их содержимым пришлось пожертвовать, взяли с собой только самое необходимое. Затем Нанси, Эрик и Аделанта забралась в рюкзаки и, оттолкнувшись от берега, заскользили над бушующим пламенем. Путешественники проскочили над морем огня и благополучно приземлились на противоположном берегу. Затем они одну за другой отправили "люльки" обратно. Токи, Баффо и Викунья последовали примеру своих товарищей. Хомяк и геккон без труда перелетели на другую сторону, где были радостно встречены друзьями. Однако их веселью пришел конец как только они заметили, что Викунья болтается над шипящей лавой, застряв на середине пути. Пылающий поток изо всех сил норовил лизнуть висевшую над ним путешественницу и изжарить ее заживо. От ядовитых испарений у нее начало першить в горле, дышать становилось все труднее и труднее. Но самым ужасным было то, что рюкзак начал тлеть и дымиться. Лама издала жалобно-пронзительное "Шпаши-и-и-ите!". Друзья бросились к ней на выручку, но было слишком поздно: "люльку" Викуньи охватило пламя, еще секунда - и все будет кончено...
   И тут из самой гущи огненной лавы внезапно появилась голова какого-то нереального существа. Оно схватило за край уже вовсю пылавшую "люльку" и энергично загребая лапами, стремительно поплыло к берегу, таща за собой обезумевшую от страха Викунью.
   В тот самый момент, когда загадочное существо уже вылезало на сушу, лямки рюкзака окончательно перегорели и он шлепнулся вниз, на землю. Подбежавшие приятели проворно вытащили из него Вику, которая была ни жива, ни мертва от пережитого ужаса и стали приводить ее в чувство.
   Спустя некоторое время они вспомнили о нежданном спасителе, который стоял на берегу и наблюдал за ними. Обернувшись, путешественники смогли теперь как следует разглядеть незнакомца.
   Внешне он очень напоминал Токи, только в отличие от него был черного цвета и с ярко желтыми пятнами по всему телу (будто само расплавленное золото потока, откуда он вынырнул, застыло у него на коже).
   - Кто ты, мой шпашитель? - обратилась к нему Викунья. - Волшебник, принявший вид ящерицы?
   - Я огненная Саламандра, а не волшебник, - невозмутимо ответило чудное существо.
   - Но мы же видели, как ты вышла из пламени живой и невредимой, - воскликнул Нанси.
   - Да, мне действительно не страшен огнь. Весь наш род многие тысячелетия жил в недрах этого вулкана, - объяснила Саламандра. - Ну а вы как сюда попали? - осведомилась она у путешественников.
   - Мы ищем украденное пиратами ожерелье, оно спрятано где-то здесь, - отозвался Токи. - Ты случайно не знаешь, где оно может быть?
   - Знаю, - спокойно ответила Саламандра и добавила, - Следуйте за мной.
   И она двинулась в сторону черневшего впереди прохода. Друзья сняли с веревки уцелевшие рюкзаки и опрометью бросились за ней.
  
  

Г Л А В А 18

  

кульминационная, в которой решается не только судьба талисмана Мариолы,

но и самих искателей приключений.

  
  
   Ведомые огненной Саламандрой, друзья вновь шли по подземному лабиринту. Коридор то и дело петлял, от него отходили боковые ходы, словно норовя запутать, сбить с толку непрошеного гостя. Теперь они находились в самом центре горы. Последний луч дневного света давно погас за очередным поворотом, но стены тоннеля изнутри освещались каким-то странным, фосфоресцирующим свечением. Местами оно было зеленоватым, местами фиолетовым. Казалось, что само нутро вулкана излучает этот неровный и призрачный свет. Колышущиеся тени то тут, то там бросились им под ноги, и у путешественников душа уходила в пятки от этой фантасмагории. Им чудилось, что кто-то по пятам следует за ними, но спросить об этом огненную Саламандру они не решались. А та в полном молчании продолжала невозмутимо вести их по пересечениям ходов, ни разу не остановившись и не замедлив шага.
   Своды тоннеля стали постепенно повышаться и скоро они уже могли идти в полный рост. В неверном свете по сторонам виднелись причудливые столбы конической формы. Одни из них словно росли из земли, другие свисали с потолка, напоминая гигантские сосульки. Казалось, что верхние, тая, по капле отдавали самих себя нижним собратьям.
   Наконец, сделав еще один поворот в запутанной череде коридоров, их проводник остановился перед внушительным валуном.
   - За этим камнем лежит кладовая сокровищ вулкана. Многие входят сюда, принося с собой богатства, но никто ничего отсюда не вынес, - мерным, тусклым голосом проговорила Саламандра.
   - Почему? - удивился Баффо, заворожено слушавший рассказчицу.
   - Жив еще дух вулкана, - сказала Саламандра. - Сейчас он спит, но стоит только кому-нибудь покуситься на то, что он считает своим, и - горе несчастному!
   - Так вот кто превратил пиратов в каменные изваяния! - осенило Эрика.
   - Да, ты прав, - не меняя тона, словно речь шла о чем-то совсем заурядном, продолжала Саламандра. - Капитан пиратов пришел сюда ночью, чтобы тайком от команды унести сокровища. Но он никогда больше не сделает ничего худого, так же, как и его матросы - разгневанный вулкан убил их всех.
   - А как же мы? Мы что, тоже должны превратиться в истуканов? - испугалась Аделанта.
   Саламандра пожала плечами и, усмехнувшись, ответила:
   - Как знать, как знать. Раз вы хотите взять что-то у вулкана, он и с вами не станет церемониться.
   - Но мы же погибнем! - пролепетал Баффо, у которого от страха шерстка встала дыбом.
   - Как знать, как знать, - опять загадочно повторила Саламандра. - Возможно, удача и улыбнется вам - ведь вы пришли из благородных побуждений. Вот эта галерея, - показала она на одно из ответвлений подземного хода, - приведет вас прямо к подножию вулкана. Там вы уводите озеро Парима, откуда берет исток река Аллигарио, текущая затем на запад, к океану. Капитан пиратов соорудил на берегу озера небольшую яхту. На ней он хотел уплыть из этих мест. Если повезет, вы сможете ею воспользоваться.
   - Легко сказать - "повезет"! - взволновано сказал молчавший доселе Токи. - Ты, видать, забыла, что даже такой пройдоха, как капитан, не смог унести отсюда ноги!
   - Не задохнуться от ядовитых испарений, от которых умерли пираты, можно, если дышать через мокрые тряпки. И помните: если вам не удастся ускользнуть от вулкана, усмирить его можно, бросив сокровища в кипящую лаву.
   - И остаться с носом?! - возмутился Баффо, в котором страсть к сокровищам опять взяла верх. - Вулкану клад, а нам - шиш и фигу? Нет уж, благодарю покорно!
   - Каждый выбирает сам, что ему дороже, - усмехнулась Саламандра. - Камень, что закрывает вход в сокровищницу, не столь неприступен, как кажется. Справа от него есть узкий проход, сквозь который при желании можно протиснуться. Но берегитесь: когда вулкан проснется, глыба окончательно закроет выход. А теперь я должна вас покинуть. Добывать сокровища - не мой удел.
   Произнеся последние слова, Саламандра исчезла также внезапно, как и появилась.
   Друзья остались теперь совершенно одни. Чувство тоски и одиночества внезапно нахлынуло на них. Им страшно захотелось назад, к зеленой траве и голубому небу, но они пересилили себя.
   Прежде всего нужно было обмотать себе нос и рот влажными тряпками. Но все запасы воды остались на той стороне огненной реки. И тут Нанси вспомнил про маленькие флакончики с ключевой водой, которые повесила им на шею мама, говоря, что это их неприкосновенный запас. Это было спасение! Аделанта развязала свой шелковый шарф и, разорвав его на шесть равных частей, вылила на них воду. Каждый обвязался мокрой материей, и вся команда двинулась вперед.
   Валун, преграждавший вход в сокровищницу вулкана, стоял как скала, но они уже знали, что смогут одолеть эту преграду. Подойдя поближе, путешественники увидели чуть приметную щель справа от него, ведущую вглубь. Викунье здесь было не протиснуться. Пришлось ей остаться снаружи и дожидаться возвращения остальных.
   Осторожно, стараясь не застрять в узком проходе, друзья стали продвигаться вперед. Шаг за шагом все больше приближались они к заветной цели, ради которой было потрачено столько сил. И вот, наконец, они обогнули валун и оказались в пещере. Ее сводчатые стены смыкались над головой, образуя полукруглый купол. В центре пещеры возвышалась четырехугольная каменная плита с углублением посередине, а над ней, обхватив края руками, навечно застыл капитан пиратов.
   - Вот он, - побелевшими от страха губами прошептал Нанси.
   Приятели робко двинулись вперед, стараясь не смотреть на неподвижную фигуру. Подойдя к плите, они в нерешительности остановились.
   - Капитан даже мертвый охраняет свои богатства, - пролепетала Аделанта, дрожа мелкой дрожью.
   - Не бойся, он нам уже ничего не сделает, - стараясь говорить бодрым голосом, заверил ее брат. - Надо только оттащить его от плиты, иначе нам не добраться до ожерелья.
   Набравшись храбрости, они подошли к неподвижному изваянию и, вцепившись в него, стали тянуть.
   Медленно, точно не желая расставаться со своим богатством, застывший пират оторвался от камня и с гулким стуком повалился навзничь.
   Все пятеро кинулись к плите. Вздох изумления вырвался у них из груди при виде открывшегося зрелища. Груды золотых монет лежали вперемешку с драгоценными кубками, женскими украшениями сказочной красоты и богатства, оружием, украшенным невиданными самоцветами. Словно кошачьи глаза светились зеленым светом изумруды, искорками красного огня зажигались и гасли великолепные рубины, каплями запекшейся крови матово блестели гранаты, радугой разноцветных искр переливались благородные алмазы. И среди всего этого буйства роскоши прямо на них глядела гирлянда чудесного розового жемчуга, увенчанная огромной черной жемчужиной, прекрасней которой ничего на свете быть не могло. На ее идеально гладкой поверхности отражалось все окружающее: пещера, драгоценности и пятеро маленьких путешественников, казавшихся теперь еще меньше.  []
   - Это она, "Черная Принцесса", мы нашли ее! - в восторге завопил Нанси, не помня себя от радости.
   Немного успокоившись, он предложил:
   - Хватаем ожерелье и уносим отсюда ноги!
   - Как это "хватаем и уносим"? - возмутился Баффо. - А остальное, что, бросим здесь?!
   - Пойми, у нас нет времени, чтобы забрать все, - попытался урезонить друга Нанси. - Как только вулкан проснется, начнется извержение, и нам нужно будет удирать.
   - Ни за что! Вы как хотите, а я пока не заберу с собой все - с места не сдвинусь, - продолжал упорствовать хомяк.
   Никакие уговоры на него не действовали, так что волей-неволей Нанси пришлось согласиться:
   - Ладно! Но когда я скомандую отход, чтобы все как один сматывались, ясно?
   В ответ все дружно закивали головами.
   Первым делом Нанси выхватил из сверкающей кучи ожерелье Мариолы и повесил его себе на шею. Остальные принялись лихорадочно вытаскивать монеты, камни и прочие драгоценности и бросать их в рюкзаки.
   Как только друзья прикоснулись к сокровищам, мерный подземный гул, не смолкавший до той поры ни на мгновение, стал с каждой секундой все увеличиваться. Теперь он походил не на дыхание спящего медведя, а на его разъяренный рев. Постепенно рев перешел в грохот, от которого стали дрожать стены, и земля заходила ходуном. Внезапно резкий толчок свалил путешественников с ног, и сверху на них начали градом сыпаться камни.
   - Бежим! - скомандовал Нанси и схватил вместе с Эриком и Аделантой первый рюкзак, который уже наполнился почти до краев.
   Токи и Баффо подхватили второй и бросились вслед за ними.
   Уже на подходе к камню, закрывающему вход в сокровищницу, Эрик заметил, что тот начал раскачиваться.
   - Быстрее, не то будет поздно! - на ходу крикнул он Токи и Баффо.
   Оказавшись в проходе, они обнаружили, что он на глазах становится все меньше и меньше. Распухшие рюкзаки застревали между стенами, и друзьям приходилось прикладывать неимоверные усилия, продираясь вперед. Пот ручьями тек с них, заливая глаза и мешая смотреть. Вот уже впереди показался выход, и они услышали взволнованный голос Викуньи, умолявшей их поторопиться. Еще одно последнее усилие - и они вырвутся из этой каменной мышеловки. Но в тот самый миг, когда путешественники уже думали, что проскочили, огромный камень стал медленно заваливаться, падая на них.
   Бежавшие первыми Нанси, Эрик и Аделанта пулей выскочили из западни, но обернувшись назад, увидели, что Токи и Баффо находятся в отчаянном положении, пытаясь вытащить безнадежно застрявший рюкзак
   - Бросьте его! - изо всех сил заорал Нанси.
   Но Баффо ни за что не хотел этого делать. Если бы не Токи, в последний момент силком вытащивший приятеля из каменного мешка, к концу экспедиции ее участников бы поубавилось. В это время последовал еще один подземный толчок, и камень с ужасающим стуком сомкнулся с гранитной стеной, навсегда погребая под собой рюкзак с сокровищами.
   - Все пропало! Они погибли, погибли! - завопил не своим голосом хомяк, вырываясь из объятий геккона.
   - Перестань, Баффо! У нас остается еще добрая половина клада, - попытался успокоить друга Нанси, но тот никак на это не реагировал.
   Хомяк словно потерял часть самого себя и был невменяем. Приятели силой поволокли его по подземному лабиринту, а он все время всхлипывал и повторял: "Мои дорогие камушки, зачем вы меня покинули?"
   Но нужно было торопиться. Вулкан, разъяренный до предела неслыханной дерзостью пришельцев, сотрясал все вокруг.
   - Скорее, скорее! - подгонял приятелей Нанси, чувствуя, что постепенно становится нечем дышать.
   Ядовитые газы, о которых предупреждала Саламандра, заполнили собою все пространство подземной галереи. Если бы не мокрые повязки, путешественники давно бы разделили участь погибших пиратов. Однако зловонные испарения проникали даже через эту защиту, начиная вызывать у них удушье. Друзья, ощутив смертельную опасность, рванулись что было мочи вперед по коридору, который должен был вывести их из горы.
   Теперь даже Баффо мчался как бешеный, не требуя понуканий со стороны. Впереди показался поворот, и хомяк решил в последний раз посмотреть туда, где оставались его "камушки". Обернувшись, он на секунду потерял дар речи, но потом заорал во все горло:
   - Лава заливает проход!
   Шипя и булькая, источая вокруг себя нестерпимый жар, за ними по пятам разливалась раскаленная жижа. Обернувшись вслед за Баффо, друзья поняли, что настал их последний час. Лава стремительно настигала их, грозя бесследно поглотить, а сил бежать быстрее ни у кого уже не было.
   И вот когда смертоносный поток уже дышал им в спину, и ни у кого не осталось больше никакой надежды на спасение, впереди тоннеля появился слабый проблеск дневного света.
   От увиденного у друзей открылось второе дыхание, и они точно на крыльях понеслись вперед. Еще пара минут - и сначала Вика, потом Нанси, а за ними и все остальные пробкой выскочили из вулкана и очутились на воле.
   От сумасшедшей гонки у всех дрожали конечности, а сердце колотилось где-то в горле.
   Это была почти что победа, но успокаиваться было рано: оглянувшись, они увидели, что за ними, растекаясь по склону горы, неотступно следует лава.
   - Нужно первыми успеть к озеру, иначе яхта будет уничтожена, - с трудом выталкивая из себя слова, прохрипел прыгун.
   Впереди, словно и не было никакого извержения, безмятежно серебрился на солнце прозрачный хрусталь озера Парима. У самого его берега тихо покачивалась на волнах небольшая яхта со спущенными парусами.
   Из последних сил приятели преодолели расстояние, отделявшее их от озера, и, изнемогая от усталости, вскарабкались на борт яхты.
   - Отдать швартовы! - распорядился Нанси.
   Эрик перекусил клешней веревку, держащую яхту на привязи. Судно, словно обрадовавшись долгожданной возможности поплавать, резво заскользило по поверхности озера.
   - Поднять паруса! - отдал команду Нанси, и хомяк с гекконом бросились ее выполнять.
   Через несколько минут свежий ветер наполнил тугой парус яхты, и из груди приятелей вырвался вздох облегчения - теперь они были вне опасности.
   Но разъяренный вулкан, не желая сдаваться, предпринял последнюю попытку вернуть сокровища. Пока путешественники управлялись с яхтой, направляя свой корабль к истоку реки Аллигарио, он, разгадав их замысел, двинул туда огромную массу лавы.
   Началась смертельная схватка воды и огня. Искрясь и клубясь, втекал раскаленный поток в воду, где, яростно шипя, застывал бесформенной массой. Но на смену умершей приходила новая волна огня. Следуя по пути, проложенному своей окаменевшей сестрой, она проникала в озеро еще дальше, и все повторялось сначала. Постепенно то место, где можно было выплыть из озера в реку, становился все уже и уже.  []
   Положение вновь становилось отчаянным. Бессильные что-либо сделать, друзья следили за ходом событий, затаив дыхание. Но вот протока сократилась настолько, что следующая волна лавы неминуемо должна была перекрыть ее полностью. Тогда приятели оказались бы целиком во власти злобной горы. И все же у них еще теплилась робкая надежда на то, что они успеют проскочить.
   Развязка не заставила себя ждать: очередной огнедышащий вал навис над узким проливом, грозя уже в следующую секунду поставить точку в затянувшемся споре.
   И вдруг что-то громоздкое мелькнуло в воздухе и, описав дугу, угодило прямо в надвигавшийся поток огня. Это был рюкзак с сокровищами, которыми в последнюю секунду решил пожертвовать Нанси, вспомнивший о том, что им говорила огненная Саламандра. Золото пиратов погрузилось в кипящую пучину и в то же мгновение она остановилась и замерла, как по волшебству. Более того: весь тот жуткий грохот, что сотрясал небо и землю во время их бегства, внезапно стих, и в наступившей мертвой тишине раздался оглушительный, словно вой сирены, вопль Баффо:
   - Н-е-е-е-е-ет!!!
   Он лежал на дне яхты, обхватив лапами голову, и безутешно плакал.
   - Не горюй, старина, мы потеряли золото, зато сохранили жизнь. Да и "Черная Принцесса" теперь у нас, - попытался успокоить друга Эрик.
   Но все было тщетно: Баффо ни на что не реагировал. Всхлипывая, он бормотал себе под нос, что жизнь не удалась, что "Черную Принцессу" придется отдать, а у него ничего-ничегошеньки не останется!
   Тут в разговор вступила Аделанта:
   - Баффо, ну не надо так расстраиваться! Повелитель Моря обещал тому, кто вернет ожерелье его дочери, любые сокровища. Поплыли с нами, и, я уверена, ты будешь вознагражден!
   Ее слова возымели действие. Всхлипы постепенно прекратились. Спустя некоторое время хомяк поднялся со дна яхты и, утирая слезы, хмуро заявил:
   - Эх, вы! Отдать этому паршивому вулкану такой клад! Ну да что с вас взять, вы же ничего в этом не смыслите. Ладно уж, поплыли к вашему Повелителю: посмотрим, как он умеет держать слово!
  
  

Г Л А В А 19

  

и последняя, где описывается победное возвращение героев домой,

их долгожданная встреча с родителями и Мариолой и то,

как были вознаграждены участники экспедиции.

  
   Теперь плавание под парусами приобрело для путешественников особую прелесть. Они чувствовали себя храбрецами, победившими в смертельной схватке. Друзья то и дело любовались "Черной Принцессой" и восторгались ее красотой. Один только Баффо не принимал во всем этом никакого участия. На все уговоры друзей пойти посмотреть на чудесное ожерелье он мрачно отвечал, что мол-де мало проку заглядываться на то, что твоим никогда не станет.
   Аделанта вспомнила о том, что жемчужина обладала волшебным свойством и могла показать любой уголок океана. Тогда они стали развлекаться тем, что загадывали различных обитателей моря. Поочередно на черной матовой поверхности отражались то сельдяные короли, то рыбки-клоуны. Увидели они и русалку, грустящую в ожидании их возвращения.
   - Потерпи, Мариола, уже немного осталось, - обращаясь к ее изображению, сказал Нанси, словно она могла его услышать.
   Но как ни старались прыгуны, увидеть своих родителей они так и не смогли. Их дом находился на берегу и потому был недоступен для всевидящего ока жемчужины.
   Река постепенно набирала силу. В нее вливались сотни маленьких ручейков и притоков, и с каждым днем она становилось все более полноводной. Теперь им не нужно было постоянно маневрировать, чтобы не наскочить на мель - Аллигарио стала широкой как море. Ветер дул все время попутный и команде яхты ничего не оставалось делать, как лежать кверху брюшком, предаваясь праздности.
   Молва о путешественниках, одержавших победу над вулканом, бежала впереди них. Неизвестно, от кого пошел слух, но только все жители речного побережья были об этом осведомлены. Стоило только друзьям причалить к берегу, как отовсюду к ним спешили различные обитатели леса, чтобы поглазеть на смельчаков и преподнести им свои дары. Звери угощали путешественников всевозможными ягодами, грибами и орехами, птицы - жуками и гусеницами. Одним словом, еды теперь у них было в изобилии, не говоря уже о почете, который вдвойне приятен, если ты его заслужил. Даже Баффо перестал хандрить и благосклонно принимал оказываемые ему знаки внимания.
   Примерно через неделю плавания горы по левому борту стали значительно ниже. Они проплывали родные места Викуньи, и ламу с неудержимой силой потянуло домой. Напрасно друзья уговаривали ее плыть с ними, обещая щедрые дары Повелителя Моря - она была непреклонна в своем решении сойти на берег.
   Как ни грустно было всем расставаться с ламой, пришлось им пришвартоваться в одной из заводей.
   - Знаешь, как-нибудь я обязательно загляну к тебе в гости и прихвачу с собой твою долю награды, - на прощание пообещал Баффо.
   - Если мы тебе вдруг понадобимся - нас всегда можно найти в лагуне, - прибавила Аделанта, обнимая ламу.
   - До швидания, щаштливого пути! - замахала хвостом с берега Викунья.
   Дальнейшее плавание проходило без каких-либо знаменательных событий. Даже встречи с чудовищной поророкой, так потрепавшей их в начале пути, на сей раз удалось избежать. Они проскочили устье реки ночью во время отлива. Проснувшись поутру, Нанси увидел, что они уже в океане.
   - Ур-р-ра! - завопил он, не помня себя от радости, и растолкал всех остальных.
   По карте путешественники выяснили, что их бухта находится немного севернее и, сменив направление, взяли курс на лагуну. Спустя еще пару дней впереди показался их родной коралловый риф. Здесь приятелей ждала торжественная встреча - весть об их возвращении долетела даже сюда.
   Подплыв к лагуне, друзья не поверили своим глазам: вся вода буквально кипела от ожидавших их морских обитателей. Но самыми первыми путешественников встретили их старые знакомые - дельфины. На спине одного их них сидела Мариола.
   - Вы вернулись, какое счастье! - радостно воскликнула она, подплывая к яхте.
   - Ты обрадуешься еще больше, если увидишь вот это! - ответил Нанси и поднял высоко над головой добытое ожерелье.
   Мариола ахнула и всплеснула руками, а Нанси наклонился и надел ей на шею талисман.
   - Какие же вы молодцы! - счастливо сказала русалка и добавила. - Отец распорядился приготовить награду, и она уже ждет вас на рифе, кстати, вместе с вашими родителями.
   - Как, мама и папа тоже здесь?! - не помня себя от радости, воскликнули прыгуны.
   А тем временем яхта в окружении почетного эскорта подплывала к рифу, на котором действительно рядом с горой драгоценностей стояли в страшном волнении родители прыгунов. Мама украдкой вытирала глаза, а отец старался сохранить невозмутимый вид, но было видно, что ему это удается с трудом.
   Едва подплыв к рифу, Нанси с сестрой кинулись навстречу родителям. Счастливых слез теперь уже не скрывал никто.
   После первых бурных минут Нанси с достоинством представит геккона и хомяка:
   - Ма, познакомься, это наши лучшие друзья - Токи и Баффо.
   - Ну что ж, мы очень рады. Милости прошу всех к нам в дом.
   Забрав с собой дары Повелителя Моря, от которых Баффо не мог оторвать глаз, они с помощью дельфинов переправились не берег и вошли в свою норку.
   - Как хорошо оказаться дома после стольких дней отсутствия! - воскликнул счастливый прыгун.
   Мама накрыла на стол, и все уселись за праздничный ужин в честь их благополучного возвращения, на котором чего только не было!
   Насытившись и рассказав родителям обо всем, что с ними случилось, путешественники почувствовали, что умирают от усталости, и папа отвел их в детскую. Там уже были постланы мягкие постели с шуршащими крахмальными простынями.
   Когда все улеглись, Нанси попросил отца:
   - Па, расскажи нам сказку!
   Тогда папа погасил свечу и начал таинственным полушепотом:
   - Ну, слушайте! Сегодня я расскажу вам историю под названием "Новые приключения прыгунов"...
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) А.Эванс "Дракон не отдаст свое сокровище"(Любовное фэнтези) Грейш "Кибернет"(Антиутопия) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Боталова "Императорская академия 2. Путь хаоса"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала! или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) Т.Сергей "Эра подземелий 4"(Уся (Wuxia)) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"