# Выбор без выбора

Оксана Алайша Донченко

"Что все это значит?" - в очередной раз подумала она, стряхивая пепел в банку.

Солнце заливало колючим светом окно и било в лицо. Елена щурилась, отворачивалась, но уходить не спешила. Поднесла сигарету к губам, глубоко затянулась. Противно все: и курить противно, и жить, и вопросы, остающиеся без ответов опротивели. Сны стали пустыми, звенящими и надоедливыми, как металлические банки, привязанные к хвосту...

"Что значит "уехал"?"

Она опустила голову и закрыла лицо ладонями. В этой полутьме плавали ватные хлопья мыслей, настойчиво прилипали к глазам и жгли, будто кислота. Так хотелось заплакать, зарыдать, но не получалось. Ничего не осталось, даже слез.

Елена растянула сухие, потрескавшиеся губы в усмешке, представила, как выглядит со стороны, и ей в самом деле стало смешно. Она рассмеялась и отметила, что на истерику это не похоже.

"Маленький принц бросил свою розу, но он не вернется, ведь он не настоящий принц, он заведет целое поле мелких цветочков, так легче и проще - ничего не делать..."

Елена допила кофе и перевернула стакан. Черные капли упали кляксами на подоконник. Она ногтем соединила их в осьминога. Вспомнила высказывание, что осьминог не жалуется, хотя у него и руки из задницы, и ноги от ушей, и задница в голове, ухмыльнулась.

"Впрочем, смысла нет. Ты прав".

Все вокруг потускнело, выцвело. Сразу навалились сумерки и окружающие предметы стали выглядеть как на перепроявленной фотопленке - сыро и размазанно.

Елена открыла окно нараспашку и перегнулась через подоконник, не замечая, как кофейный рисунок вплавился в ее майку. Машины, подмигивая красными и белыми огнями, неслышно мчались по дороге, на перекрестке разделялись в несколько светящихся лент, поднимались на холм и перетекали в небо, заливая его струящейся паутиной.

Елена оглянулась. Комнаты больше не было, она стояла на дороге, в самом центре двигающегося потока. Вдалеке, на обочине, сидел на корточках человек. Руками он раскапывал землю, потом засыпал ямку и раскапывал в другом месте, снова и снова делал одно и то же действие, показавшееся Елене бессмысленным и любопытным одновременно.

- Что ты делаешь? - спросила она у человека, присаживаясь рядом и силясь увидеть его лицо.

Он выпрямился. Отвернулся, присел и продолжил занятие.

Теперь Елена поняла, что это мужчина. Плащ мутным облаком обволакивал его тело, скрывая голову. Елене был виден только подбородок, тщательно выбритый, и упрямо почти до синевы сжатые губы.

- Ты что-то ищешь?

Ответом был усиливающийся гул машин. По темной дороге неслись самосвалы, тракторы, комбайны, свистели и лязгали металлом. Пыль, щебенка, куски мокрой слипшейся в комки грязи вырывались из-под колес и злобно впивались в маслянистый асфальт.

Елена прикоснулась к мужчине, но он сбросил ее руку с плеча, бормоча ругательства.

- Что это за место? Кто ты? - не унималась она.

- Уходи!

Трудно было разговаривать в таком шуме, Елена пододвинулась ближе и почти прокричала:

- Объясни мне, куда я попала и я уйду!

Порыв ветра толкнул ее к незнакомцу. Всем телом она прижалась к нему, почувствовала, как сильно он дрожит, ей захотелось обнять его, отдать свое тепло, и, самое главное, увидеть глаза.

- Не мешай мне! - зарычал мужчина, схватил Елену в охапку и швырнул в машинный поток.

Удар спиной вышиб воздух из легких, в следующее мгновение она увидела наползающие гусеницы трактора. Закричать от боли не хватило сил. Впрочем, от такой боли не закричишь...

Умирая, Елена вспомнила день рождения своей подружки.

Им было по десять лет. В школе сидели за одной партой, две отличницы, противоположные друг другу, как две стороны медали, и также спаянные навсегда. Лиза - черноволосая, с короткой стрижкой каре, глаза как угли, скромная и смущенно улыбающаяся. Елена - светлорусая, с длинной косой, голубыми глазами, в которых постоянно вспыхивал демонический огонь новых приключений.

Полированный стол накрыт праздничной скатертью, стоят салатики, котлеты, пюре горкой в тарелке, стаканы с компотом. Подарки именинница сложила на тумбочку около дивана. Одноклассники по-воробьиному шумной гурьбой обсуждают проделки друг друга. Лиза, розовощекая и счастливая, принимает похвалы и поздравления. Елена рядом, рада за подружку. А еще больше рада оттого, что напротив сидит этот смешной мальчишка. Взъерошенный, веселый, всегда готовый лишний раз подраться. Он поворачивает голову к Лизе, и Елена перехватывает его горящий взгляд.

Стоп-кадр.

Вот она, эта первая удушающая боль, от которой даже кричать невозможно. Эта первая горечь и ненависть. Раздирающие плоть тяжелые металлические гусеницы...

Вдох.

Движение.

Ступеньки эскалатора медленно и методично тянут ее вниз. Под землю.

Елена бездумно ползет вверх. На четвереньках, как израненное животное.

"Я еще живая?" - спрашивает и не может ответить.

Это неважно. Надо двигаться. Под землю не хочется, рано. Наверное, еще не весь путь пройден.

Она перебирает руками и ногами и понимает, что топчется на месте. Наверху маячит незнакомец в плаще. Его громкий хохот разбивается о сводчатый потолок на цветные мыльные пузырьки, они облепляют Елену, делают ее скользкой. Скользящей.

Скользящей вниз. В темноту тоннеля.

В ушах свист. Она глохнет.

"Перепад давления, слишком большая скорость падения", - равнодушная констатация.

Умирая, Елена расправляет руки, словно хочет обнять всю эту темноту, вобрать ее в себя, до последней капли.

Удар.

Выдох.

- Помнишь, как мы с тобой танцевали? - спрашивает кто-то за ее спиной.

Елена чувствует на шее теплое дыхание. Он всегда рядом. Большой, нежный, готовый ее обнять, защитить, успокоить.

- Да, помню. Я люблю быть звездой. Наверное, это плохо?

- Ты и есть звезда. Это хорошо.

- Мне так больно.

- Гореть как звезда всегда больно.

- Тебе еще не надоело меня утешать?

- Я своих не бросаю. Никогда. А ты- моя звезда. И я не могу тебя потерять.

- Мне нужно увидеть ЕГО лицо, глаза.

- Зачем?

- Не знаю...

Легкое дуновение ветра набирает мощь, закручивается в спираль, срывает с Елены одежду, рвет волосы. Уже даже дышать нечем. Мельчайшие крупицы пыли как наждачная бумага шлифуют кожу, вскрывают вены. Собачий лай притягивает внимание Елены. Она обнимает животное, гладит золотой нос и тихо шепчет:

- Пусть мы с НИМ будем вместе. Хоть ненадолго.

Смерч выносит ее на блестящую паутину звездных дорог. Нужно выбрать одну. Настоящую, правильную дорогу. Елена закрывает глаза. Тишина. Ледяная. Окровавленное тело ноет.

Умирая, Елена делает шаг вперед...