Дорн Алиса: другие произведения.

Институт моих кошмаров-1. Здесь водятся драконы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Оценка: 7.47*177  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сначала все было хорошо. Я подала документы на поступление в пять вузов и стала ждать ответа. И он пришел. Из шестого. В который я ничего не посылала...
    Так я попала в ГООУПиОАатСДиРН, университет, словно созданный из моих ночных кошмаров. Здесь учеба превращается в игру на выживание, компьютерный вирус может призвать Ктулху, вашим соседом по комнате окажется вампир или оборотень, а еще... здесь водятся драконы.


    Магическая академия. Первая часть трилогии. Продолжение: "Почти нормально" (написано) и "Никаких демонов" (пишется).

    Часть текста удалена. Книга вышла в июне в серии "Другие миры" АСТ, ISBN: 978-5-17-097301-9
    Купить на бумаге: Лабиринт, интернет-магазин АСТ, интернет-магазин ЭКСМО, Рид.ру, Книгинг (Украина), Book24.ua (Украина), Flip.kz (Казахстан), Oz.by (Беларусь)
    Друзья! Если вы зарегистрированы на Лабиринте, большая просьба оставить отзыв на ИМК1. Очень помогает продажам. :)


Hic sunt dracones ("здесь обитают драконы") -

надпись, которую наносили на

средневековые карты для обозначения

опасных и неизученных территорий

В жизни всегда есть место страху.

И, соответственно, подвигу.

Макс Фрай

  

ГЛАВА 1

СОСЕДКА ПО КОМНАТЕ И ПРОЧИЕ НЕПРИЯТНОСТИ

  
   Вначале все было хорошо. Я подала документы на поступление в пять университетов и стала ждать ответа. И он пришел. Из шестого. В который я ничего не посылала...
   Сказать, что я удивилась - значит ничего не сказать, однако недолгий поиск по Интернету подсказал, что ФОУ ГООУПиОАатСДиРН (кто додумался до этой аббревиатуры, и что она значила?! На этот вопрос всемирная паутина так и не смогла дать мне ответ) числился в списках лучших учебных заведений страны в области естественных наук и даже попал в несколько международных рейтингов. Все выглядело так радужно и достоверно (мне уже тогда следовало насторожиться, в жизни обычно бывает либо первое, либо второе), что я даже начала сомневаться, а вдруг я все-таки отправляла туда документы и забыла. Хотя еще утром я была совершенно точно уверена, что ни о каком ГООУПит... - да в этом названии черт ногу сломит! - никогда не слышала. Было двадцать четвертое августа, сроки доставки результатов из всех университетов моего списка давно вышли. Мне ничего не пришло. В принципе, иного я и не ожидала, если учесть, что в выпускном классе учебу я по глупости забросила, но, как говорится надежда умирает последней... Вдруг в этом году демографическая яма, кризис, бла-бла, и отличников будет так мало, что даже меня с моим далеко не самым красным аттестатом примут. Не приняли. Оставался последний шанс на получение высшего образования в этом году: пресловутый ГООУПиО... Короче, вы поняли.
   И я согласилась. А кто бы решил отказаться? Уж лучше неизвестный мне до сегодняшнего утра вуз с подозрительно хорошей репутацией, чем статус человека, поступившего в институт со второй попытки. Стоило только представить родительское сочувствие, а также ленту в Фейсбуке и Твиттере, оживленно делящуюся впечатлениями студенческой жизни (а ведь я еще даже не упомянула Инстаграм!), как я сцепила зубы и отправилась на почту с письменным подтверждением того, что я, Наталья Николаевна Соколова, принимаю предложение ГООУ... Остановимся на этом. Ждите меня первого сентября.
   Теперь мой путь лежал на Москву. Точнее, на ее далекую и малозаселенную окраину, где располагался студгородок. Нанятое за бешеные деньги на вокзале такси вывезло меня за пределы спальных районов, перевезло через лес и остановилось у шлагбаума.
   - Добрый день, - протянула я охраннику паспорт и приглашение.
   - Добрый, - ответил мне мужчина лет сорока. - Новая студентка?
   - Как видите, - развела я руками. - Можно нам проехать? А то в багажнике чемоданы...
   Охранник добродушно усмехнулся в пышные усы.
   - Бросайте их здесь, отнесут. А дальше лучше пешочком...
   Мне оставалось только повиноваться. Выгрузив сумки из машины, я расплатилась с таксистом и даже помахала ему вслед, задумчиво глядя на темный еловый лес, в котором скрылась машина. Надо будет узнать, как отсюда до города добираться. Должен же, несмотря на необжитой и мрачный пейзаж, хоть автобус какой здесь ходить.
   - А куда идти-то? - спохватилась я.
   - Прямо, девушка, прямо. Да вы там увидите, заблудиться невозможно. А о вещах не беспокойтесь, все сейчас в общежитие занесем, прямо в комнату.
   Пожав плечами, я отправилась в путь. Некоторое время лес продолжался и по эту сторону забора, узкая вытоптанная тропинка извивалась между деревьями, заставляя вспомнить "Красную Шапочку". Тот факт, что я была в красной ветровке, только добавлял сходства.
   Я нервно хихикнула и выбросила сказки из головы. Внезапно тропа закончилась, открывая взгляду неожиданную панораму. Прямо передо мной, окруженный идеальным английским газоном, стоял псевдоготический особняк эдак в шесть этажей высотой и окон тридцать-сорок в длину. Нет, конечно, в России до революции было много аристократов с причудами, и про русскую псевдоготику я тоже читала, и фотографии усадьбы Быково смотрела, но увидеть своими глазами под Москвой увеличенное в размерах аббатство Даунтон было... неожиданно. Зато сразу стало понятно, почему охранник на КПП сказал, что заблудиться не получится.
   Я направилась было к зданию, но наткнулась на еще одно препятствие. Как я сказала, тропинка закончилась. А прорубить в газоне хоть одну дорожку никто не удосужился. Приглядевшись, я заметила у края изумрудно-зеленого травяного ковра две таблички. На одной было написано "По газону ходить". Соседняя гласила: "Драконов не выгуливать". Улыбнувшись неизвестному шутнику, я занесла над травой ногу, как... непонятно откуда появилось чудовище. Во всех смыслах этого слова: серо-зеленую кожистую тушу, стоявшую на двух ногах, венчала продолговатая голова, восемьдесят процентов которой составляли челюсти. С большими такими, острыми и изогнутыми зубами в количестве, близком к неограниченному. Обнаружив меня, монстр радостно оскалился и протянул вперед верхние лапы с внушающими уважение (да-да, уважение, а не всепоглощающий ужас) когтями.
   Я судорожно сглотнула и отступила назад. Чудищу это понравилось. Раскрыв пасть еще шире, оно всем корпусом подалось вперед и двинулось на меня.
   - Спасите! - безо всякой надежды взвизгнула я, поворачиваясь с намерением дать отсюда деру.
   Лучше бы я этого не делала. Потому что то, что я увидела, было страшнее любого непонятно откуда вылезшего дромеозаврида.
   Не было никакого леса. Никакого пропускного пункта с усатым охранником. Ничего.
   Перед моими глазами развернулась бескрайняя пустыня. Не такая, как в арабских сказках, с живописными дюнами и оазисами. Скорее, как в фильмах про Мексику: выжженная, потрескавшаяся от сухости земля до самого горизонта, серые то ли от ветра, то ли от солнца колючки и... кактусы.
   Забыв о преследовавшем меня динозавре, я подошла к ближайшей опунции и дотронулась до нее. Сразу же отдернула руку - надо же, укололась.
   Словно во сне я смотрела на проступавшие на пальцах капельки крови. Кололся кактус как настоящий, и даже сильнее.
   Позади раздался рык чудовища, кто-то закричал...
   Но меня это уже не интересовало. Впервые в жизни в глазах потемнело, и я упала в спасительный обморок.
  
   - Ну и что это такое? - требовательно спросили у меня над ухом.
   В другое ухо что-то пробурчали.
   - Твоя новая соседка по комнате, - сумел разобрать мой не до конца очнувшийся мозг.
   - И уже в таком состоянии? - хохотнули слева. - Ну? И что прикажешь с ней делать? Ты же знаешь, я люблю девушек, но в несколько другом смысле...
   - Не сметь! - рявкнули справа, да так, что я вздрогнула и распахнула глаза.
   Склонившаяся надо мной мрачного вида брюнетка криво усмехнулась и отошла в сторону. Скрип старых пружин подсказал, что дошла она только до соседней кровати.
   - Ты очнулась! - радостно прощебетал голос, только что доказавший свою способность давать команды Церберу (и тот бы послушался! Еще бы и хвостом повилял, лишь бы не тронули). - Замечательно. Меня зовут Нора, я главная по этому этажу. Не бойся обращаться ко мне со всеми своими проблемами, с мальчиками, с девочками...
   Я повернула голову, брюнетка снова ухмыльнулась мне в ответ. Мне показалось, или зубы у нее были какие-то подозрительно белые и крупные, прямо как у волка в сказке про Красную Шапочку? В любом случае, мои подозрения подтвердились: как минимум с одной девочкой проблемы у меня будут.
   - ...С учебой. В общем, со всем, - заключила жизнерадостная блондинка с бейджем "Леонор" на груди. - Не стесняйся, я здесь для того, чтобы тебе было уютно.
   В таком случае девушка плохо выполняла свою работу. Сейчас, под взглядом хмурой соседки, мне было чертовски неуютно. И вообще, что за приоритеты? Сначала, значит, мальчики, и только на третьем месте учеба?
   - А... - функция "составить простое предложение" у мозга еще не включилась.
   - Ты в общежитии. Это твоя комната, - услужливо подсказали мне.
   Не то.
   - А...
   - Сегодня первое сентября две тысячи... года.
   Опять не то.
   - Тебя зовут Наташа Соколова, - с ноткой безнадежности попыталась угадать, что я хочу, Нора.
   - Да знаю я, как меня зовут!
   Вот, честно, сама от себя не ожидала. Не иначе как шоковое состояние сказалось: по децибелам и степени угрозы в голосе мне удалось переплюнуть блондинку, хотя казалось, что это невозможно. Все еще в шоке, я услышала, как от моего крика задребезжал стоявший на комоде стакан, а на стене покачнулся висевший в рамке плакат с усыпанным цветочками черепом. Брюнетка на мгновение отвлеклась от созерцания своих ногтей и впервые посмотрела на меня с интересом.
   "Главное, не с гастрономическим", - шепнул мозг и снова скрылся.
   - Что здесь происходит? Там, правда, был динозавр на улице? Почему тут пустыня, я же на окраине Москвы? Где я?
   Последняя фраза прозвучала даже жалобно, стихая на середине до полушепота. Я уже поняла, что ни о какой Москве не могло быть и речи - да, всем известно, что там плохая экология, но не настолько, чтобы в умеренно-континентальном климате на улицах... на отсутствии улиц... росли кактусы!
   Блондинка задумалась, как бы подать мне необходимую информацию.
   - Ты в ГООУПиОАатСДиРН, - я прямо восхитилась, когда она выдала все эти буквы на одном дыхании и ни разу не перепутала их. - Это Софи, твоя новая соседка. Она тебе все объяснит... И там был дракон, а не динозавр.
   Прощебетав это, главная по этажу смылась с такой скоростью, что я не успела возмутиться. И моя новоявленная соседка тоже. Мы обменялись сочувствующими взглядами и, кажется, пришли к негласному перемирию. По крайней мере, она мне даже улыбнулась... Хотя лучше бы этого не делала! На всякий случай я отползла в угол кровати.
   - Значит, Наташа, - резюмировала брюнетка, поглядывая на меня с любопытством.
   Я отважно кивнула.
   - Тяжело тебе будет, - прежде чем я успела спросить, почему (подсознание советовало не спешить с вопросом и намекало, что ответ мне не понравится), она протянула руку. - София Кэпряну.
   - Очень приятно...
   - Сомневаюсь, - хмыкнула София. - Это комната N696 женского крыла главного общежития ГООУПиОАатСДиРН, - еще одна, выучившая без ошибки. Интересно, я к выпуску тоже смогу? Хотя, стоп, какой выпуск? Бежать надо отсюда! - Лови ключи.
   Я и поймала. На колечке громко звякнули два ключа (один из них, судя по виду, открывал амбар... старинный такой амбар, замок которого был размером с мою голову и проржавел веков этак пять назад) и брелок в виде пентаграммы.
   - За вещи свои не беспокойся, мы их разобрали, пока ты валялась в отключке, - продолжала соседка как ни в чем не бывало.
   Разобрали. То-то мне ее блузка в синий цветочек сразу знакомой показалась... сволочь.
   - Что же касается твоего вопроса, где ты... то тут возникают сложности.
   - Да что ты? - сладко пропела я, прожигая взглядом дыру в своей любимой (бывшей любимой!) блузе.
   И какие могут быть сложности с вопросом "где я?", если ты не валяешься с амнезией и без сознания? Город, почтовый индекс, координаты GPS - человечество кучу цифр придумало для разгадки крестика на карте.
   - Угу. Вот ты, к примеру, думаешь, мы на каком языке разговариваем?
   Вопрос показался мне неожиданным. А что, были варианты? Я всего три знала, и то согласно диплому...
   - На русском, - с уверенностью заявила я.
   - Угу, - с печальным выражением лица повторила брюнетка. - Да только я из Брашова.
   - А...
   - Румыния, - с готовностью подсказала она.
   - Спасибо. И на каком же языке мы тут беседуем?
   Конечно, можно было предположить, что преодолеть языковой барьер нам помог интернациональный English, но я как-нибудь заметила бы, если бы количество времен внезапно сменилось с трех на двенадцать.
   - Сложно сказать, - моя соседка то ли привыкла, то ли оказалась на редкость флегматичной. - Вот и с местоположением так же. Ты про ТАРДИС слышала?
   Переход оказался внезапным.
   - Хочешь сказать, мы сейчас в ней?!
   А что, после кактусов и... драконов эта версия не выглядела совсем невероятной. Правда, ТАРДИС, конечно, внутри была больше, чем снаружи, но не настолько же, чтобы вместить в себя целый университет... Или?
   - Нет, - криво усмехнулась София. - Но мы где-то во времени и пространстве. Или нигде. И никогда, хотя эта версия не объясняет, почему у нас иногда часовой пояс как в Калифорнии, а иногда - как в Иркутске.
   Я задумалась. В Калифорнии наверняка росли кактусы (видимо, я окончательно привязалась к этой детали, пытаясь не сойти с ума), но я бы обратила внимание на трансатлантический перелет. Которого не было хотя бы потому, что у меня отсутствовала американская виза.
   - А...
   София поглядела, как я переваривала новость, и снова перевела взгляд на ногти.
   - Что тебя удивляет? Письмо из Хогвартса получила?
   На мгновение я приободрилась. Человек, читавший "Гарри Поттера", не мог быть совершенно плохим! И совершенно неадекватным. Но потом соседка решила меня окончательно добить:
   - Вот и радуйся, попала в магическую академию.
   - Что?
   - ГООУПиОАатСДиРН, - да прекратят мне наконец повторять эту абракадабру?! -является местом обучения потусторонних существ, сверхъестественного и людей с альтернативными способностями, - озвучили мне скучающим тоном, словно истину, известную каждому младенцу.
   Без обид, но альтернативные способности - это талант схомячить три тортика разом. Или вышивать со скоростью сто сорок стежков в минуту. Или еще что-то такое... альтернативное. То есть бесполезное и бессмысленное. Но никак не магический дар, на который мне так старательно намекали! Я уже собралась сообщить все брюнетке, но вместо этого пискнула:
   - Нет у меня никаких способностей.
   - Значит, есть, - отрезала она, - иначе бы ты сюда не попала. А какие - это ты сама разбирайся. И не думай сбежать, - добавила она, глядя, как я изменилась в лице, - все равно до диплома отсюда не выберешься.
   - Почему?
   - Пустыня тебе ни на что не намекнула? И тот факт, что ты даже не знаешь, где ты, - судя по ее изогнутой брови, я была непроходимой дурой. - Вот твое расписание, - мне в руки сунули пачку листов.
   Я послушно посмотрела вниз. Потом еще ниже. И еще... На четвертом десятке предметов мозг опять повесил табличку "не беспокоить".
   - Это все мне?
   - Нет, - раздраженно ответила соседка. - Тебе нужно выбрать, что из этого списка ты будешь посещать в первом семестре, и до конца дня сообщить об том Норе. Которая, к слову, вполне могла объяснить это новенькой и сама! - прокричала она в стену.
   Спустя пять минут ей наскучило любоваться маникюром, и она встала. По росту София оказалась выше меня как минимум на полголовы, что сразу свело дальнейшую конфронтацию по поводу блузки на нет. Мысленно попрощавшись с предметом гардероба и даря его новой хозяйке, я вновь взялась за список. Некоторые названия лекций в нем казались безобидными, вроде философии и азов актерского мастерства, другие - опасными и интересными. Для человека, всю жизнь мечтавшего о магии и параллельных мирах, я имею в виду. А не для того, кто за лето морально подготовился к скучной и предсказуемой жизни студента биологического факультета.
   - Пожалуй, возьму регенерацию, первую ступень, - задумчиво протянула я.
   - Отличный выбор, - одобрила София.
   - Да ну?
   Десять минут наедине с ней, а я уже научилась относиться к ее словам с подвохом! Как выяснилось, не зря.
   - Нет, реально классный предмет, - сообщила мне соседка, ныряя к кухонному блоку у окна, - главное - экзамен не завалить, а то придется до пересдачи обходиться тремя конечностями.
   - Ты шутишь!
   - Не-а, - она появилась из-за холодильника со стаканом вишневого сока в руке. - А как ты иначе докажешь, что выучила?
   Все, с меня довольно! Схватив со стула сумочку с документами, я метнулась к выходу.
   - Эй, ты куда? - послышался позади низкий голос. - Я же сказала, отсюда не уйти!
   - Уйти! - рыкнула я, выворачивая в коридор. - Да я сделаю так, что они меня сами отпустят!
  
   Мисс "Я-здесь-для-того-чтобы-тебе-было-уютно" действительно плохо справлялась со своей работой. Когда я выбежала из комнаты и наткнулась на нее, подслушивавшую под дверью, блондинка сначала покраснела, а потом, услышав вопрос, где найти ректора или кого-нибудь, отвечающего за отчисление студентов, побелела как полотно.
   - Может, не надо... - простонала она, пытаясь остановить меня.
   - Надо! - мрачно пообещала я.
   Даже без ее помощи я собиралась найти ответственного за мое поступление и забрать у него свои документы. А потом вернуться в нормальный привычный мир, пусть без высшего образования, зато в здравом уме и живой.
   Как я и думала, администрация оказалась на первом этаже здания. А самая большая латунная табличка на двери, конечно, должна была принадлежать самой большой шишке: ректору. Ворвавшись в его приемную, я проигнорировала испуганные крики секретаря (вдвоем с Норой они составили неплохой дуэт) и распахнула дверь в кабинет.
   Беспросветная тьма окутала меня прямо с порога. От неожиданности я попятилась, пытаясь нащупать дверную ручку, но сзади была только пустота. И темнота, шелестевшая шепотом тысячи голосов.
   - Новенькая, - еле слышно произнес голос прямо передо мной. - Соколова?
   - Д-да, сэр, - проблеяла Нора, вошедшая следом за мной.
   Из темноты появилось щупальце и осторожно прошлось по моему лицу.
   Я ничего не могла видеть, и все же меня не покидало ощущение, что меня разглядывали. Кто? Что? Этого я не могла сказать. Щупальце, сотканное, по ощущениям, из дыма и тумана, но при этом удивительно плотное, приподняло мне подбородок.
   - И зачем она здесь? - спросила тьма.
   Страх сковал все мое тело, лишая возможности говорить. Я только могла стоять и дрожать, пока темнота продолжала нашептывать на ухо свои рассказы. Но, поскольку Нора молчала, пришлось мне найти силы и все-таки ответить.
   - Я... - голос дрожал, и от этого стало противно. В конце концов, ну, тьма, ну, тентакли. Не страшнее районного стоматолога! Справлюсь. - Я хочу отчислиться.
   - Почему? - щупальце провело по щеке, погладило по волосам и обернулось вокруг шеи.
   - Мне здесь не место, - призналась я. То, что я все-таки сумела ответить, приободрило и заставило отвлечься от его (ее? их?!) касаний. - Если это действительно магическая академия...
   Умом я прекрасно понимала, что их не существует. Может, на страницах книг и экранах телевизоров, но не в реальной жизни. Однако факты, особенно один, крепко обвивший мою шею, говорили сами за себя. Я собралась с мыслями и закончила предложение:
   - Мне кажется, произошла какая-то ошибка. Я обычный человек.
   - Никакой ошибки, - прошептали у меня над ухом. - Мы видим все, мы знаем все. Ты должна быть здесь.
   Никогда не доверяла людям, говорящим о себе во множественном числе. Как оказалось, не зря.
   - Все равно. Я хочу покинуть ваш университет.
   Тьма молчала, сгущаясь вокруг.
   - Так я могу... вернуться домой?
   Давление на шею ощутимо возросло:
   - А ты готова отдать ради этого свою душу?
   - Ч-что? - прохрипела я, борясь с желанием сорвать с шеи душившее меня щупальце. Останавливало подозрение, что существу... ректору... это не понравится.
   - Никто не читает мелкий шрифт, - пробормотала темнота. Разочарованно, как мне показалось, и даже немного обиженно.
   Из ниоткуда прямо передо мной появился листок бумаги. С моей подписью. Ну да, это было подтверждение приглашения, которое я отправила в университет. Мимоходом я отметила, что почему-то могла разглядеть буквы в темноте, но разум после всего произошедшего сегодня уже отказывался удивляться. Я имею в виду, я оказалась неизвестно где. Вокруг бегали драконы, моя соседка по комнате говорила о магии как о чем-то существующем, а сейчас я была занята тем, что пыталась убедить монстра с тентаклями меня отсюда отпустить. По сравнению с этим ночное зрение казалось чем-то относительно нормальным.
   Из глубины кабинета (если предположить, что мы все еще были в кабинете, а не очутились опять "где-то во времени и пространстве") появилось еще одно щупальце и недвусмысленно указало на нижний абзац, напечатанный не иначе как вторым кеглем. Я прищурилась, пытаясь прочитать текст. Похоже, я действительно умудрилась поставить свою подпись на документе, в котором утверждалось, что моя душа будет залогом моего обучения в ГООУПиОАатСДиРН, и в случае моего отказа либо невозможности закончить учебную программу университет имеет право оставить ее себе. Интересно, это вообще легально, включать такие пункты в контракт? Хотя, о какой легальности можно было говорить, когда я даже не знала, под чьей юрисдикцией сейчас нахожусь.
   - Так ты готова отказаться от своей души? - нетерпеливо переспросила тьма. Голоса вторили ей, громче и... Я не сразу угадала появившиеся в них нотки. Это был голод.
   В принципе, понятие души для меня всегда было весьма абстрактным. Прожив всю жизнь в окружении атеистов и в лучшем случае агностиков, я не знала, где она, зачем она, и изменится ли что-то для меня с ее потерей. Ну, в Рай я не попаду, но туда, если верить трудам теологов, среднестатистическому человеку вообще вход заказан. На мой взгляд, рискнуть стоило. Но прежде чем я успела озвучить согласие, вмешалась блондинка (и где она была все это время, пока я нуждалась в помощи?):
   - Нет! Она не согласна! - поспешила она сказать за меня.
   - Печально, - прошептала темнота.
   Остальные голоса снова стихли до шепота. Щупальце распустило узел на моей шее и вскоре совсем убралось во мрак комнаты.
   А я осталась стоять с ощущением, что только что избежала чего-то очень опасного.
   - В таком случае, Леонор, думаем, самое время выдать новенькой правила поведения, - неожиданно по-деловому сообщил второй встретившийся за сегодняшний день монстр.
   - Конечно, сэр. Всего хорошего, сэр.
   Схватив мой локоть, блондинка вытащила меня из кабинета (эй! Тут только что не было двери, я проверяла!), протащила через приемную и наконец остановилась в холле.
   - Никогда, слышишь, никогда больше так не делай! - с удивлением я заметила на ее лице следы слез. - Никогда не тревожь ректора без повода! И никогда, слышишь, никогда ни с кем не пытайся расплатиться душой!
   Судя по экспрессивности, для нее это была больная тема. Дождавшись, пока она сотрет потекшую тушь, я осторожно поинтересовалась:
   - А что бы случилось, если бы я согласилась?
   - А что, по-твоему, происходит с телом без души? - блондинка высморкалась. - Ты бы умерла.
   Вот так вот. Все очень просто.
   Я медленно перевела взгляд на табличку у входа в ректорский кабинет, которую до сих пор не удосужилась дочитать до конца. Надпись на ней показалась мне подозрительно знакомой.
   "Пх'нглуи мглв'нафх".
   И чем, по логике, было тогда это место? Мискатоникским университетом? В любом случае, похоже, оно было институтом моих кошмаров.
   Ниже был приклеен стикер с надписью, сделанной черным маркером: "Ректор. НЕ входить!". Спасибо за предупреждение, как говорится. Но лучше бы вы написали "Страшный монстр из бездн подсознания, если хотите жить, НЕ входите!!!". Возможно, тогда существовал бы хоть один шанс, что студенты прислушаются.
   - Пойдем, - потянула меня за рукав Леонор.
   Я послушно побрела за ней, впадая в прострацию, - что, конечно, было лучше неконтролируемой паники, но тоже не очень круто. Позволила завести себя в лифт, доволочь до комнаты, получила стопку книг высотой с себя и села на кровать.
   Да... Кажется, день немного не задался.
  
   - Ты в порядке?
   Мое состояние обеспокоило даже Софию, сбросившую на время свою высокомерную маску. Она присела возле кровати на корточки и попыталась заглянуть мне в глаза.
   Я с трудом нашла в себе силы, чтобы кивнуть. Ощущение щупалец на шее не отпускало, и я подозревала, что они еще долго будут мне сниться в кошмарах.
   - Этот ваш ректор...
   - Немного нефотогеничен, согласна. Но это уже проблемы журналистского клуба, а не наши.
   То есть то, что ректор - не человек и даже не антропоморфное существо, мою соседку не смущало. А вот то, что он плохо получался на фотографиях, где торжественно перерезал ленточку на новом здании библиотеки - это, конечно, было проблемой.
   Я нервно хихикнула.
   - Что там у тебя? - София заинтересовалась кипой книг на постели.
   Я тоже на нее взглянула. Сказать честно, у меня в год еще ни разу столько учебников не набиралось. Хихиканье перерастало в полноценную истерику.
   - Правила поведения, кажется...
   Пришла в себя я от того, что мне в руки сунули кружку с чем-то теплым. И сладким. Я машинально сделала глоток, прежде чем посмотрела, что там. Какао. С ванилью и миндальным сиропом.
   После второго глотка меня хватило на то, чтобы рассмотреть комнату. Она была небольшой и еще необжитой на моей половине, но довольно уютной. За дверью стояли вешалка для курток и небольшой шкаф - один на двоих - для длинных вещей. Возле шкафа - окно. Сейчас уже стемнело, и не было видно, куда оно выходило, но размер впечатлял. У окна располагалась мини-кухня: два шкафчика сверху, раковина и маленький холодильник внизу. На холодильнике еще примостились чайник и мини-печка. Кухню от жилой части комнаты отделяли два комода, поставленные перпендикулярно стене. Они же служили и тумбочками, стоя в изголовье кроватей. В ногах у моей кровати был письменный стол, на котором кто-то уже расположил мой ноутбук, рядом стоял мольберт, а вот у кровати Софии находилась дверь... неужели собственный душ? Дверь действительно вела в маленькую ванную с душевой кабиной. По сравнению с теми общежитиями, что мне доводилось видеть (комнаты на пятерых, душевая с туалетом на этаже, одна кухня на двадцать комнат, не говорю уже о гигиене! Здесь все выглядело немного потрепанным, но чистым) - просто роскошь!
   Да, следовало признать, что общежитие выглядело очень и очень неплохо. Особенно для места, в котором мне предстояло провести следующие четыре года жизни.
   Кажется, меня взяли в заложники.
   Пытаясь предотвратить новый приступ истерики, я сделала еще глоток.
   Итак, что я имела. Я поступила в институт (ура!). Институт оказался кошмарным местом (не ура). Но мне прозрачно намекнули, что отчисляют здесь только одним способом: ногами вперед. Значит, чтобы выжить, придется учиться.
   Я заметила, что София что-то бормотала, перекладывая книги из одной стопки в другую:
   - "Правила противопожарной безопасности", "Правила поведения при химической опасности", "Правила поведения при биологической угрозе", "Эффективное межкультурное общение", "Эффективное межвидовое общение", "Протокол действий при объявлении карантина", "Список важных телефонных номеров ГООУПиОАатСДиРН", "Правила поведения в Интернете", "Правила поведения студента ГООУПиОАатСДиРН в социальных сетях"... Убиться можно, а ведь раньше хватало обычной клятвы на крови.
   - И как, действовало? - заинтересовалась я.
   По сравнению с перспективой прочесть все эти несколько тысяч страниц я была согласна даже на внеплановый сеанс донорства. К кому обращаться?
   - И даже очень эффективно. Но потом, видимо, руководство решило, что десятая часть студентов, рассыпающаяся прахом оттого, что кто-то подумал о ректоре или выложил фотку с драконом в Интернет, - это не тот результат, которого они хотели добиться.
   Я была неправа. Чтобы выжить, нужно будет не просто учиться, а учиться очень хорошо. И зазубрить эти талмуды: незнание не освобождает от ответственности нигде, здесь - тем более.
   И не думать о ректоре. Вообще. А то мало ли...
   - Надо, наверно, составить расписание, пока еще можно, - решила я.
   - Тебе помочь?
   Я с радостью согласилась. На поверку София оказалась вовсе не такой злюкой, как я думала. Вместе мы разложили на пледе в синюю клетку листы с названиями предметов и начали их изучать.
   - Такое ощущение, что они сами не знают, кто ты, - пришла к выводу София, дойдя до конца списка. - Первый семестр, конечно, всегда вводный, но хоть что-то они могли предложить!
   Они и предлагали: полсотни лекций и несколько десятков семинаров, от истории искусств до астрофизики, у меня даже глаза разбегались.
   - А... кем я могу быть? - осторожно поинтересовалась я у соседки.
   В то, что у меня были какие-то "альтернативные способности", я не верила (уж за семнадцать лет жизни я бы заметила!), но почему-то же меня сюда взяли. Даже пригласили, если быть точнее. На секунду подумалось, какой бы была моя жизнь, если бы я не ответила на письмо неизвестного вуза, но я запретила себе об этом размышлять. Что случается со студентами, не получающими диплом, мне рассказали. А значит, в данный момент моя жизнь здесь, и надо к этому привыкать.
   - Ведьмой, наверное. Из нашего мира здесь чаще всего встречаются маги.
   - И ты тоже... маг?
   Соседка вновь замкнулась в себе после моего вопроса:
   - Нет.
   Глядя на ее хмурое лицо, я поостереглась продолжать расспросы и даже насчет "нашего мира" (есть и другие? Пожалуйста, скажите, что нет!) не стала спрашивать. Пока. Вместо этого я снова взялась за списки.
   - Бери общую историю, - подсказала София. - Легко и интересно.
   - Хорошо.
   - Микро- и макроэкономику.
   - Зачем?
   - Чтобы быстро сдать экзамен и получить достаточно кредитов за семестр.
   Да... Кредитные баллы были еще одной проблемой. За каждый предмет, в зависимости от его сложности, давалось определенное количество кредитов. Не набрал за полгода положенный минимум? Вот тебе и отчисление, радостно сообщал мелкий шрифт под списком предметов.
   - Ладно...
   - Гендерные исследования. Что? - перехватила она мой непонимающий взгляд и принялась меня с жаром убеждать. - Это полезно! И интересно, правда.
   - Хорошо.
   - Регенерация.
   - Нет! - в ужасе отказалась я.
   - Почему? Она тебе здесь пригодится.
   В этом я отчего-то не сомневалась, но рассказ об экзамене меня слишком впечатлил. Не хочу становиться калекой!
   - Нет, - твердо повторила я.
   Постепенно мое расписание заполнялось, а я все больше и больше унывала. Ничего похожего на то, что я собиралась изучать, в списках не было.
   - Ты вообще на кого хотела поступать? - поинтересовалась София.
   - На микробиологию.
   Но я сомневалась, что со всей этой... магией она здесь была, что я и озвучила Софии.
   - Есть, конечно. Здесь все есть, это же ГООУПиОАатСДиРН. Даже факультет бухучета и аудита, хотя, по мне, даже некромантия интересней. Ты просто поздно приехала, на многих лекциях уже давно все места разобрали. Ничего, начнешь в следующем семестре, - попыталась она утешить расстроенную меня. - А пока сдашь вводные и предметы по выбору, все равно когда-то это делать придется.
   Я уныло кивнула, ничего другого все равно не оставалось. По выбору, так по выбору.
   - Как ты относишься к алхимии? - неожиданно спросила моя соседка.
   - Это где превращают свинец в золото?
   Она фыркнула:
   - Почти. Но это самое близкое, что сейчас есть к твоей будущей специальности.
   Я все еще колебалась. На мой вкус, алхимия была слишком созвучна с магией, а спускаться в это безумие я еще не была готова. К тому же...
   - А там как экзамен сдаешь? Тоже с риском для жизни?
   - Скорее наоборот: сумеешь ничего не взорвать, к концу курса получишь автомат. Ну что, решено, берем?
   Поразмыслив, я согласилась. София просияла и сунула мне в руки исчерканный листок.
   - Готово! Твое расписание, - на первый взгляд мне показалось, что в нем стало больше предметов, чем мы успели обсудить, но я не стала спорить. Сил уже не было. - Положим Леонор на стол по дороге, а сейчас приведем тебя в порядок.
   - Зачем? - слабо затрепыхалась я.
   Больше всего мне сейчас хотелось залезть под одеяло (спасибо, неизвестный человек, не только разложивший мои вещи, но и застеливший постель), накрыться им с головой, и чтобы до утра никто не беспокоил. А там уж поспать или порыдать в подушку, как повезет. Но у Софии были другие планы.
   - Для праздника, конечно!
   - Какого еще праздника?
   Если их будни включали в себя лекции по алхимии и - только не думать о ректоре!.. - другие ужасы, то какими же были здесь праздники? Как выяснилось, мои подозрения были небеспочвенны.
   - Праздничного жертвоприношения в честь удачного начала учебного года, конечно же, - сообщила мне соседка. И опять таким тоном, словно шабаш на первое сентября устраивало все человечество. Обнаружив мой ошеломленный до предела взгляд, она тут же скривилась. - Только не говори, что ты из этих моралистов и гринписовцев! Из-за них оно и так превратилось не пойми во что. Коза резиновая, хор рыдающих девственниц изображает драмкружок, а фрукты университет на следующее утро отсылает в благотворительные организации. Только название и осталось.
   Это... радовало. Я имею в виду, такой социально ориентированный подход - это здорово. И все же выбор торжества несколько озадачивал.
   - Может, я тут останусь? - предложила я. На один день впечатлений мне уже хватило.
   - И оскорбишь всех богов, не поднеся никому из них никакой малости? Хочешь, чтобы тебя весь год неудачи преследовали? Ну уж нет, мне с тобой еще в одной комнате жить! Вставай, пошли!
   После инспекции ее комода я поняла, почему София позарилась на мою блузку. Не хочу сказать о ее гардеробе ничего плохого, но все в нем было черным. Все. Включая рождественский свитер (темно-красные олени безрадостно топтались на черном фоне), носки и одинокий купальник. Неудивительно, что девушке захотелось разнообразия.
   - Держи, - с меня стянули футболку и вместо нее надели черную тунику в пайетках. На мой взгляд, с джинсами она смотрелась несколько странно, но София довольно кивнула. - Да, тебе она больше идет. И волосы... распусти, - русые пряди рассыпались по плечам. - Вот так. А теперь пошли, забежим к Норе, и... Добро пожаловать в ГООУПиОАатСДиРН!
   За те несколько часов, что я провела без сознания, в кабинете ректора и за составлением расписания, на улице за распахнутыми дверями успело стемнеть, а окрестности главного корпуса вновь изменились до неузнаваемости.
   То тут, то там полыхали костры. Отовсюду доносилась музыка: тоскливая скрипка справа, дикая плясовая слева, арфа... я даже не пыталась угадать, откуда. Шум, гам, абракадабра всевозможных запахов и звуков сбивала с ног. Студенческие массы (сколько всего народа училось в ГООУ? Это была даже не майская демонстрация) перетекали от одного освещенного пятна к другому, смеясь, крича и обмениваясь выпивкой. Кто-то по дороге пихнул мне в руки одноразовый стаканчик, пахнувший травами и спиртным, потом аналогичным образом у меня появился второй; его забрала София, вскоре исчезнувшая в неизвестном направлении...
   Задрав голову, я посмотрела на здание университета, при свете костров казавшееся еще более величественным. Над главным входом висел герб: антилопа (или это все-таки был козел?) и грифон. Приглядевшись, я даже сумела прочитать девиз на ленте под щитом. Он был удивительно краток и состоял из одного-единственного слова.
   Finem.
   Конец.
   Не думая, я отхлебнула из стакана.
   Вот уж действительно полный... конец.
  
   Утро встретило меня... темнотой.
   Первые мгновения я потратила на то, чтобы вспомнить, где я и как сюда попала. Потому что высокий потолок с лепным бордюром по краю и масштабной паутиной в углу прозрачно намекал, что я не дома. А где тогда?
   Поломавшись, мозг все-таки напомнил про начало учебного года. Ну да, точно. Старинный особняк, драконы, чудовища, горевшие в ночи костры... На этом вчерашние воспоминания обрывались, однако логика подсказывала, что я находилась в общежитии.
   Обнаружив наощупь тапочки, я осторожно прокралась к окну и распахнула шторы (странные они какие-то были... прорезиненные, что ли, что свет совсем не пропускали?). Пейзаж за окном опять успел измениться: ровно подстриженный газон яркого изумрудного цвета сиял свежестью и чистотой, словно вчерашней ночи вовсе даже не было.
   А и была ли она?
   Мне вспомнилась странная, старомодная музыка, терпкий травяной привкус настойки на губах... и провал. Мои воспоминания заканчивались на гербе университета, с которого на меня нахально скалился козел.
   Однако следовало все-таки признать, что ночь с шабашем была, и что я как-то умудрилась добраться до кровати.
   - Закрой... - простонала за моей спиной София, натягивая на голову одеяло.
   - Проснись и пой, - посоветовала ей вместо этого я. Судя по яркому солнцу, день уже давно начался.
   Стоп.
   От меня что-то ускользало. Несмотря на отсутствие похмелья, мысли были медленными и тягучими, никак не удавалось сосредоточиться. София заворочалась в кровати, наконец показываясь на свет:
   - Сколько времени?..
   Черт.
   Так вот какая мысль не давала мне покоя! Первый учебный день!
   - Где мой будильник?! - я точно помнила, что оставила его на комоде у кровати. Заведен он был, как всегда, на восемь, сейчас же, судя по солнцу, близился полдень...
   - Я его выключила, - призналась соседка.
   - Зачем?!
   - Чтобы не звонил, зачем же еще. Черт, всего полдвенадцатого... - София завернулась опять в одеяло, как ни в чем не бывало собираясь спать дальше.
   - Полдвенадцатого?! Но у меня лекция!
   О чем она думала, отключая мой - прошу заметить, мой! - будильник?! Специально заведенный к началу занятий! Все, похоже, перемирию настал конец.
   - Тише... - попросили меня с соседней кровати. - И потом, кто ходит на занятия в первый учебный день?
   Я ходила. Особенно оказавшись в таком месте, как ГООУПиОАатСДиРН (неужели я тоже смогла произнести название полностью?). На сборы времени не оставалось, лекция и так началась тридцать минут назад. Кое-как натянув вчерашнюю футболку и джинсы, я схватила сумку и была такова.
   Нужно было только найти аудиторию.
   То, что я видела вчера, было лишь малой частью университета. Во-первых, готическое здание стояло буквой "П", и те несколько десятков окон, что я разглядела, относились к его центральной части, где располагались административные и общие помещения. Еще из огромного холла, отделанного мрамором и латунью, можно было пройти в два крыла, мужское и женское общежитие, соответственно. Но это было не самым важным. Если выйти из холла через двери, противоположные тем, которые я использовала вчера, удивленному взору открывался вид на весь ГООУ.
   Здания самых разнообразных архитектурных стилей и размеров были хаотично раскиданы по территории. Прямостоящая копия пизанской башни располагалась рядом с корпусом, который могла бы построить Заха Хадид, дом с романским портиком соседствовал с обычной кирпичной пятиэтажкой. С крыльца общежития я смогла насчитать тридцать крыш, и, я не сомневалась, это было только начало. Да им карту надо было выпускать, иначе как тут разобраться!
   А еще путеводитель. Потому что сюда можно было устраивать экскурсии. Засмотревшись на красоту по сторонам, я даже не сразу вспомнила, что не на прогулке. Вовремя спохватилась. К счастью, корпуса были учтены. К несчастью, вместо цифр или латинских букв администрация решила воспользоваться неизвестными мне закорючками.
   - Скажите, - отчаявшись найти необходимое здание самостоятельно, я схватила за рукав пробегавшего мимо студентика, - где располагается... - и сунула ему под нос найденную утром на пороге комнаты копию расписания, где уже были указаны кабинеты.
   - А, фи-каппа-тета? Направо, направо, потом налево, мимо амфитеатра и опять направо.
   Студиозус умчался дальше, я даже не успела его поблагодарить - и попросить повторить указания, так, на всякий случай.
   Фи-каппа-тета, надо же. Кто решил, что использовать древнегреческий алфавит для нумерации домов - это хорошая идея?
   По крайней мере, не китайский и не... древне-абиссинский какой-нибудь.
   Нужный корпус я в итоге нашла (со второй попытки, в первый раз засмотрелась на пресловутый амфитеатр и забыла свернуть), и даже обнаружила нужную аудиторию. А там оказалось, что в первый день учебы на занятия ходила не только я. Лекционный зал на восемьдесят человек был полон, свободными оставались только места в первом ряду.
   - Извините, - промямлила я, оказываясь под пристальным оком профессора.
   Тот предпочел сделать вид, что мое появление вовсе не нарушило ход его рассказа, и снова повернулся к доске.
   - Итак, как я уже говорил, рассмотрим изменения цены при введении импортного тарифа. Изначальную ситуацию отображают кривые D и S. Страна вводит тариф на импорт в сумме t за единицу импортируемого товара. В результате цена вырастает с P до P'. Общий объем спроса на рынке рассматриваемой страны сократится с Q до Q', так как часть потребителей не сможет позволить себе покупать товар по новой цене. Однако увеличится внутреннее производство, потому что отечественные производители, цены которых были завышены по сравнению с мировыми, смогут конкурировать с импортными производителями. Объем отечественного предложения товара увеличится. В результате уменьшится объем импорта, государство получит дополнительный доход, равный произведению ставки тарифа на объем импорта, благосостояние потребителей уменьшится на величину, которой равны эти заштрихованные участки, зато увеличится благосостояние отечественных производителей. Если сложить выигрыши и проигрыши потребителей, производителей и государства от введения импортного тарифа, можно увидеть, что ущерб для страны в целом составит сумму, соответствующую площадям треугольников b и d. А теперь рассмотрим пример...
   Та самая экономика.
   Не то чтобы я ее не любила, но, если бы захотела изучать, пошла бы учиться на экономиста.
   Испуганно кося одним глазом на маркер, рисовавший на доске все новые и новые графики, я полезла в сумку в поисках чего-нибудь, подходившего для конспекта. Из-за Софии я не успела сегодня собраться, поэтому приходилось довольствоваться тем, что было. А была куча документов, которые я не стала пихать в багаж, сотовый и кошелек. И если вместо тетради сгодилось приглашение в ГООУ, которое, как я рассудила, уже никого не заинтересует, то писать было катастрофически нечем.
   На парту передо мной легла шариковая ручка в серебристом корпусе. Подняв глаза, я заметила симпатичного блондина, не иначе как товарища по несчастью, тоже опоздавшего на занятие и потому оказавшегося на соседнем со мной месте.
   - Спасибо, - благодарно шепнула я, за что заработала еще один недовольный взгляд от преподавателя.
   Парень ободряюще улыбнулся в ответ. И от этой улыбки, первой за два дня (приветливая как у риелтора и такая же искренняя улыбка Леонор не считалась, как и оскал Софии), мне вдруг стало легче.
   "Прорвемся, - пообещала я себе, - обязательно прорвемся".
   Кто-то считает, что мое место здесь, в этом ненормальном мире? Значит, найду свое место или докажу, что это не так. Не дают никакой нормальной информации о происходящем? Отыщу ответы на вопросы сама. Отказываются выпускать до диплома? Выучусь и получу диплом. В конце концов, учеба мне всегда легко давалась.... Кроме тех случаев, когда предметы были мне откровенно неинтересны, и в дневнике появлялись "тройки".
   Наверное, именно поэтому мой боевой настрой как появился, так и начал спадать. Я уже говорила, существовала причина, по которой я не пошла учиться на экономиста: я не хотела зубрить экономику. Не хотела, когда выбирала факультет, не хотела и сейчас, поэтому к концу четвертого часа (какой садист вообще догадался поставить три пары экономической политики подряд?) потеряла нить повествования и теперь бездумно смотрела на табуны Р и Q, появившиеся на доске.
   От разглядывания уравнений меня - и весь зал - отвлек телефонный звонок. К тому времени я уже так свыклась с мыслью, что нахожусь "где-то во времени и пространстве", вероятно даже, в параллельном мире, что я не сразу поняла: веселая мелодия доносилась из моей сумки. Покраснев, я выудила мобильный и уменьшила громкость до вибрации.
   - Извините, - промямлила я раздраженному профессору.
   Телефон не успокаивался. Номер на экране не отображался, поэтому я с чистой совестью дала отбой. Но неизвестный абонент намека не понял, упорно продолжая названивать. Просто теперь вместо заливистых трелей сотовый недовольно жужжал на столе.
   - Может, все-таки ответите? - саркастическим тоном предложил профессор.
   Его красноречивый взгляд сообщал, что мои прегрешения без ответной кары не останутся. Как же: три раза за лекцию прервать препода!
   Я покраснела еще больше и, повторив извинения, выскользнула из аудитории. По дороге собрав восемь десятков любопытствующих взглядов. И получив еще один, рассерженный, от преподавателя. Нет, легким для меня этот экзамен не будет, вот уж точно. Прикрыв за собой дверь, я нажала на кнопку вызова:
   - Алло!
   - Привет, крошка, - послышался в трубке мужской голос.
   - Ошиблись номером, - машинально ответила я и отключилась.
   Не тут-то было: стоило взяться за ручку двери, как телефон завибрировал вновь. Хорошо еще, не успела войти в зал - на радость профессору, уже подозревавшему меня в намеренном срыве занятия.
   - Привет, крошка.
   - Не тот номер, - отрезала я.
   Во мне все клокотало от злости. И из-за этого... идиота, не сумевшего правильно записать номер и теперь домогавшегося не той девушки, у меня будут проблемы со сдачей! Кретин. Нет, чтобы сразу проверить.
   Быстрый поиск по списку входящих звонков показал только одно: "неизвестный номер". Так что никаких шансов добавить его в черный список. Взвесив все за и против, я решила временно выключить телефон, как поняла: у меня была сотовая связь!
   Вместо названия оператора в левом углу светилась - да, опять - непонятная закорючка. Я же родителям за всеми переживаниями забыла вчера позвонить, сказать, что нормально добралась! А если они волновались? Да какой там "если", конечно, они волновались, куда я пропала.
   Я набрала домашний номер и стала ждать. Гудки появились сразу, но к телефону никто не подходил. Может, оно и к лучшему - я уже не была уверена, что смогла бы с ними спокойно поговорить. Поэтому, когда включился автоответчик, только обрадовалась.
   - Привет, мам, пап, - быстро наговорила я сообщение, чувствуя комок в горле. - У меня все хорошо, доехала нормально, в общежитии меня разместили. С соседкой познакомилась, она неплохая, все в порядке. У нас только... расписание очень насыщенное, поэтому извините, что раньше не позвонила. Пока не знаю из-за него, когда смогу в следующий раз вырваться, но как только, сразу позвоню снова. У меня все в порядке, не беспокойтесь. Люблю вас.
   Последние предложения уже дались с трудом. Нервно сглотнув и тяжело дыша (только не плакать сейчас, только не плакать!), я прислонилась к стене. Дом сейчас казался таким теплым и уютным... и таким далеким. Смогу ли я его еще увидеть?
   Возвращаться в аудиторию совершенно не хотелось. Я сползла по стенке вниз и так и уселась, обхватив руками коленки. За стеной было слышно, как преподаватель диктовал очередную формулу. Не хочу. Вот не хочу туда возвращаться, лучше посижу пока здесь. Телефон в руке снова ожил, высвечивая знакомую надпись.
   Неизвестный номер.
   - Послушайте, вы...
   - Что, опять ошибся номером? - иронично спросил все тот же голос.
   Красивый, между прочим, голос. Низкий и вибрирующий, и в то же время сразу заставляющий улыбнуться...
   - Знаешь, крошка...
   "Крошка". Ненавижу это обращение. Зарождавшаяся симпатия к обладателю голоса мгновенно испарилась.
   - Не знаю! - рявкнула я, перебивая незнакомца. - Не знаю, откуда вы взяли мой номер, не знаю, кому вы звоните, и не знаю вас вообще! Поэтому прекратите мне названивать и на будущее запомните, что, если точно хотите получить у девушки номер, проверять его надо, как сдачу, не отходя от кассы!
   Не дожидаясь ответа, я повесила трубку и отключила телефон.
   Однако пора было возвращаться в аудиторию. Пока я сидела на каменном полу, лекция кончилась, и студенты ручейком потянулись к выходу. Протолкавшись мимо них к доске, я подхватила сумку и конспект.
   - Эй, - позвали меня.
   Я обернулась: одолживший мне ручку парень все еще сидел на своем месте.
   - Домашнее задание, - передал он мне распечатку. - Взял тебе копию.
   С листа на меня укоризненно смотрела очередная порция графиков. Весело...
   - Спасибо.
   - Брось, новичкам надо держаться вместе, - обаятельно улыбнулся сосед и протянул руку. - Макс.
   Со всей торжественностью пожав ему ладонь, я не выдержала и рассмеялась.
   - Наташа. Так ты тоже здесь первый день?
   - Вообще-то уже второй, но...
   - Кто тут говорил про новичков?
   Мы обернулись. Девочка, которая к нам подошла, была такой... девочкой-девочкой. Маленькая брендированная сумочка на цепочке, босоножки на пугающей высоты танкетке, юбочка, складывающаяся в оборку чуть выше колена... Если я потратила сегодня на сборы пятьдесят секунд, то она - не меньше часа. Светлые рыжие волосы лежали аккуратно уложенными волнами до пояса, сложный макияж подчеркивал приподнятые уголки глаз и делал ее удивительно похожей на лисичку - или на озорную ведьмочку.
   - Можно к вам присоединиться? Здорово. Я тут случайно услышала, ну, может, не совсем случайно... Не важно. И подумала: наконец-то, кто-то как я! Лекция, кстати, была совершенно отстойной, вы же согласитесь? Не думала, что мое первое воспоминание об универе окажется таким скучным. Ну так вот...
   На левой руке, которой девушка активно жестикулировала, позвякивал серебряный браслет с многочисленными подвесками, а ногти были выкрашены в небесно-голубой цвет. Немного ошалев от манеры речи еще одной обнаруженной первокурсницы, я сидела и ждала, пока словесный поток прервется. Макс тоже молчал. Заметив наше оцепенение, девушка смущенно улыбнулась и сообщила:
   - Меня, кстати, Райли зовут. И, когда я нервничаю, могу болтать бесконечно, не обращайте на это внимания.
   - Макс, - блондин перегнулся через спинку стула и ткнул в меня пальцем. - Наташа.
   Так получилось, что у нас у всех на сегодня в расписании больше не было занятий, и мы отправились в столовую. И позвольте сказать вам: это было первое место в ГООУ, в которое я влюбилась! По совершенно (!) бесплатной (!) раздаточной линии можно было гулять часами, фланируя от итальянского уголка к азиатскому, а через него к отдельной стойке с десертами. А как там пахло! Если школьную столовку я обходила по большой дуге, то здесь я была готова поселиться. Единственным, что смущало, был бездонный колодец, в который полагалось скидывать подносы с грязной посудой, и откуда доносилось подозрительное рычание, но это я уже списала на специфику ГООУ.
   По случаю хорошей погоды и тепла мы расположились снаружи современного двухэтажного здания, выкрашенного в веселый салатовый цвет. Столик на четверых стоял в уединении между кустами сирени и фонтанчиком с рыбками, и мы быстро заняли его. Райли, закончившая между первым и вторым блюдами рассказывать о своем бойфренде, которого ей перед поступлением пришлось бросить, потому что он был... "обычным", кажется, что бы она под этим не подразумевала (я уже не была уверена, пропустив часть истории мимо ушей: рыжая болтала с такой скоростью, что уследить за ее речью было невозможно), достала из клатча телефон и потребовала наши ФИО - чтобы добавить на Фейсбуке, разумеется.
   - Здесь есть вай-фай? - удивилась я.
   - Конечно. Ты, что, не читала студенческий справочник?
   Да я, стыдно признаться, еще ни до одной книги из той стопки не дошла. Кроме того, что у меня еще не было на это времени, сам вид всех этих правил внушал трепет и благоговение. Но не любопытство.
   - Дай, подключу, - Райли отобрала у меня телефон. - Держи.
   Рядом со значком оператора появился значок вай-фая. Я быстро проверила почту - все работало! У меня был Интернет! Цивилизация, я так по тебе соскучилась! Видимо, часть обуревавших меня эмоций отразилась на лице, потому что Макс улыбнулся:
   - Тебя это как будто удивляет.
   Конечно, меня это удивляло! В параллельной реальности был Интернет - кто бы мог подумать! Хотя... я могла бы подумать. В названии одной из брошюр было ведь что-то про социальные сети.
   - Зато вы не выглядите такими уж удивленными, - заметила я, размазывая по тарелке ризотто с грибами.
   Меня это еще во время монолога рыжей покоробило: может, она и нервничала, как утверждала, но при этом вела себя как обычная девчонка в обычном университете. А не как человек, которого судьба закинула в фантастическое измерение.
   Мои собеседники переглянулись:
   - Ну да, - озвучил за обоих ответ Макс. - А чему удивляться-то? В конце концов, мы все знали, что нас ждет...
   - Не все.
   Вилка, на которую Райли нанизала очередной листок салата, звякнула, выпав из ее руки, Макс открыл рот, словно собираясь что-то сказать, но тут же его закрыл. Они удивленно переглянулись:
   - В смысле?
   - Я не знала, что меня ждет, - если я чего-то и ожидала от учебы в институте, то точно не тентаклевых монстров и не магии. - Да я вообще не собиралась сюда поступать!
   - Да ладно, - не поверили мне. - Всем известно, что после школы придется учиться в ГООУ, никаких вариантов. Это часть Договора.
   Что-то подсказывало мне, что так и звучавшая заглавная буква в последнем слове неспроста.
   - Какого еще договора?
   Райли закашлялась и потянулась за стаканом с кофе (сделанный на заказ скинни латте со льдом и ванильным сиропом на стевии - теперь вы понимаете, почему я полюбила столовую?).
   - Ты когда-нибудь слышал о таком? - поинтересовалась она у Макса, понизив голос.
   Тот покачал головой.
   - О чем? Эй, вообще-то я все еще здесь!
   - Нет, я знаю, бывает, что находят слишком поздно, но их обычно того... - Макс выразительно провел пальцем по горлу, обращаясь к рыжей.
   И на этой оптимистичной ноте я поняла, что моему терпению пришел конец. Хватит, меня вчера уже достаточно напугали. Больше я не желала никаких таинственных недомолвок. Резко отодвинув стул, я поднялась и взяла поднос.
   - Ты куда? - на меня посмотрели две пары удивленных глаз, одна зеленая и одна голубая.
   - Покормить бездну. А потом - найти кого-нибудь, кто способен ответить хотя бы на один вопрос.
   - Она обиделась, - поняла Райли. - Подожди, мы сейчас все объясним! Извини, мы просто... не ожидали увидеть здесь таких, как ты, - смутилась она.
   Таких, как я? Это каких же? Ничего не понимающих? Сбитых с толку? Оказавшихся в наркотическом трипе какого-то сумасшедшего?
   - Не знающих, - пояснила (или, скорее, решила, что пояснила) Райли.
   - Не знающих чего?
   - О нас.
   Час от часу не легче! Кто-нибудь здесь мог говорить без загадок? Подумав, я все-таки села обратно. По крайней мере, я получила хоть какое-то подобие ответа.
   Помнится, София сказала, что ГООУ - место обучения для сверхъестественного и потустороннего. А еще - что чаще всего из нашего мира здесь встречались люди с магией.
   - О нас - это о магах?
   Макс кивнул.
   - И вы, стало быть, маги?
   Блондин снова кивнул.
   - Крафтер, - уточнила Райли и объяснила, встретив полное непонимание с моей стороны: - Артефактор.
   Это типа амулеты, обереги и все такое?
   - А в чем разница?
   - В том, что кое-кто слишком слаб, чтобы пользоваться чистой магией, - сразу же откликнулся Макс, с превосходством посматривая на рыжую. - Так и думал.
   - В том, что кто-то до сих пор предпочитает обходиться каменными стрелами вместо микроскопа, - процедила Райли в ответ.
   Какое трогательное взаимопонимание. Кажется, я набрела на две противоборствующие школы. Школы магии - если она действительно существовала, как меня тут пытались убедить. А вот сейчас и проверим...
   - Значит, магия реальна? - на меня посмотрели так, словно я спросила, реален ли воздух, которым мы дышим. - Чем докажете?
   Мои соседи по обеденному столу переглянулись, пытаясь отойти от общения с необычным для них существом: человеком обыкновенным. А еще у меня создалось впечатление, что они даже молча умудрялись спорить, кто из них был круче. Наконец Райли признала свое поражение:
   - Лучше ты, у вас это эффектнее получается.
   Макс просиял победной улыбкой и обернулся ко мне:
   - Смотри.
   На кончике его указательного пальца распустился огненный лепесток, постепенно разрастаясь до размеров теннисного мячика. Ух ты, файербол! Завороженная его светом, я потянулась, чтобы дотронуться до огненного шара, висевшего в воздухе, и...
   - Ай! Твою ж...
   Чертовы рефлексы! Ну почему я сначала делаю, а потом думаю! Прижав к груди руку, я баюкала пораженную конечность. На пальцах, которые успели прикоснуться к пламени, уже вздувались волдыри. Прикусив губу, я пыталась не расплакаться на виду у всех, но не выдержала и шмыгнула носом. Больно!
   Макс, побледневший и испуганный, поспешно потушил огонек.
   - Кто же хватается за чужие заклинания?! В нем больше полутора тысяч градусов по Цельсию, о чем ты думала?!
   - А откуда было ей знать? - вступилась за меня Райли.
   - Я не ожидала, что это опасно! В книжках любой, кто владеет магией, за них спокойно берется...
   Интересно, значило ли это, что я магией не владела? По спине пробежал неприятный холодок. Нет, я вовсе не желала становиться очередной адепткой магической школы, благодарю покорно, меня и нормальные человеческие специальности устраивали, но, если я все-таки попала в ГООУ по ошибке, каковы в таком случае были мои шансы выбраться отсюда живой?
   - В книжках, значит, - Макс вернулся из столовой со стаканом льда, в который я с удовольствием опустила пальцы. - Не хочу тебя разочаровывать, но, если ты и дальше будешь ориентироваться на "Сумерки" и ко... Скажем так, лучше не надо.
   Да уж, что вампиров, готовых защищать тебя от всех напастей и влюбленно заглядывать в глаза каждую секунду, тут не найдется, я уже поняла. Скорее я здесь обнаружу опасных хищников, так и норовящих выпить всю кровь из моего слабого анемичного тельца.
   - Значит, магия существует, - резюмировала я.
   Ожоги, которые Райли начала заклеивать пластырями, это подтверждали.
   - Как бы да.
   - И вампиры?
   - Угу.
   - И оборотни?
   На секунду блондин задумался.
   - Смотря кого ты подразумеваешь под этим словом. Но вообще: все твои ночные кошмары. Я не преувеличиваю, - заметил он мой скептический взгляд, - легче сдохнуть, чем перечислить все существующие виды.
   Весело...
   - И вы всю жизнь об этом знали?
   Оба синхронно кивнули.
   - А ты?.. - осторожно поинтересовался Макс.
   - А я собиралась поступать в МГУ, - с грустью поведала я. - Кстати, так что за договор, о котором вы говорили?
   - Договор между нами и людьми, - Макс устроил подбородок на сложенные ладони и теперь внимательно изучал меня. - О том, что мы не нападаем, контролируем себя и адаптируемся в современном обществе.
   "Мы". "Люди", "они". Мне не нравилось это разграничение.
   - Я так поняла, себя вы людьми не считаете?
   - Ты людей видела? - фыркнул Макс.
   Ну... да. Встречались пару раз.
   - Это спорный вопрос, - Райли отозвалась дипломатичнее. - За последние тысячелетия, в отличие от остальных видов, мы сильно породнились с людьми, и по всем признакам мы люди. Но с определенными способностями к магии, которых у остального человечества нет. Да и обычные не очень рады такому родству... Поэтому среди нас есть те, кто называет нас альтернативно одаренными людьми, и те, - она бросила выразительный взгляд на Макса, - кто считает, что мы не люди.
   Меня зацепило одно слово. "Обычные". Так вот что она имела в виду, рассказывая о своем бывшем парне... Стоп, но ведь, чтобы заключить такой договор, кто-то из людей должен был знать об этом мире и всех его... кошмарах?
   - А кто следит за исполнением Договора? - осторожно поинтересовалась я.
   - Мы сами. Сначала семья, затем университет - потому они и не выпускают никого, кто не докажет, что способен существовать во внешнем мире без угрозы для обычных.
   Я способна существовать в нормальном мире, не угрожая его обитателям! Выпустите меня!
   - Но если кто-то нарушит Договор, то за дело возьмутся Охотники, - добавил Макс. - И тогда нам всем не поздоровится.
   А вот на сцене появилась сверхъестественная полиция. Требую торжественных фанфар, хотя, учитывая тональность, похоронный марш тоже сойдет.
   - Охотники? Вроде инквизиции?
   Макс с Райли снова переглянулись. Кажется, мне удалось их чем-то удивить.
   - Почему инквизиции? - озадаченно переспросили меня.
   - Как, они же охотились за ведьмами в средние века... Сжигали их, пытали и все такое.
   - Твоих предков когда-нибудь трогала инквизиция? - недоуменно спросила рыжая у Макса.
   Тот покачал головой.
   - Нет, конечно. Они же не еретики были, - ну да, просто колдуны, - просто маги, - закончил он, озвучивая мои мысли.
   - Но вообще, - Райли осторожно приклеила последний из двадцати пластырей и отпустила мою руку, - почти никто точно не знает, вроде кого на самом деле Охотники. Только слухи. Они - тайна, страшилка, которой пугают нас в детстве. Не будешь слушаться, будешь себя плохо вести, придут злые дяди-Охотники и убьют всю твою семью...
   Мне показалось, что Макс опять хотел возразить, но он промолчал.
   Однако. Оказывается, у монстров были свои монстры. И они их боялись...
  
   Разумеется, утром в спешке я забыла ключи.
   Ну да, как сейчас помню: после того, как София кинула мне связку, весившую почти килограмм, я аккуратно положила ее на комод. Там она и осталась. Моя соседка куда-то убежала - что было в принципе неудивительно, день был в самом разгаре, а я... Потоптавшись некоторое время перед запертой дверью, я отправилась к Норе. Та сидела за своим рабочим местом и что-то строчила на компьютере с отчаянной скоростью и с таким же отчаянным выражением лица.
   - Наташа? - оторвалась она от экрана, когда я вошла в кабинет.
   - Я не вовремя?
   - Наоборот! Мне как раз надо тебе дать пару формуляров, - главная по этажу перевела компьютер в спящий режим и встала. - Пошли, посидим на кухне.
   Как я уже говорила, мужское и женское общежития занимали левое и правое крыло главного корпуса. Посередине на первом этаже располагался громадный холл, а на остальных - общие помещения. На нашем, к примеру, большую часть пространства занимала гостиная, в которой группками стояли столы для учебы, мягкие кресла с диванами и лежали ковры с наваленными сверху подушками. А еще была общая кухня. Даже не так: Кухня. Промышленных масштабов. В огромной комнате стояло сразу восемь плит с духовками, длина кухонной стойки составляла по меньшей мере метров десять, а одну из стен целиком занимал ряд холодильников. Открыв дверцу ближайшего к нам, Нора осмотрела целую армию йогуртов и достала себе один. Потом на стойку были брошены пачка печенья из шкафа, полностью забитого кондитерской продукцией, два пакетика с ромашковым чаем и ложки. Согрев воду в чайнике (они, к слову, также были представлены не в единственном экземпляре), Нора принесла две чашки и заняла барный стул рядом с моим.
   - Угощайся.
   - А это... чье?
   Меток на продуктах не было, да и количество наводило на размышления - ну не верила я, что даже самый ярый фанат йогуртов способен закупить впрок несколько сотен стаканчиков.
   - Общее, конечно, - удивилась она, отпивая чай. - Так вот, насчет формуляров...
   Открыв ящик в кухонной стойке, она достала оттуда пачку листов.
   - Во-первых, мне нужно, чтобы ты заполнила вот это. Список аллергий и особых пищевых потребностей.
   Я пробежала документ глазами. Действительно, вторым вопросом после наличия аллергической реакции на продукты стояло требование перечислить редкие виды продуктов, постоянное наличие которых на кухне обусловлено культурной, религиозной либо физиологической необходимостью. Интересно, что подразумевалось под последней...
   - Во-вторых, как ты уже заметила, у нас весьма специфическое местоположение, - это еще было мягко сказано, - и в магазины тут не находишься. Поэтому раз в неделю мы собираем у студентов списки того, что им нужно купить.
   Я взяла себе еще один листок бумаги, внизу мелким шрифтом были напечатаны два пункта. Наученная горьким опытом, я прищурилась, разбирая буквы.
   Первая строчка была предупреждением: "Закупка лекарств осуществляется только по рецепту от медицинской службы университета". Остальные... тоже.
   "Уважаемые студенты, напоминаем вам, что ГООУПиОАатСДиРН является общественным местом. В связи с этим курение разрешено исключительно в комнатах студентов и исключительно по медицинским показаниям (для подтверждения показаний необходима справка от медицинской службы университета). По вопросам курительных смесей для ритуалов вызова и прорицания обращаться на склад Института оккультных наук. Напоминаем, что ритуалы вызова на территории университета разрешены только в рамках учебной программы и только в том случае, если они санкционированы вашим научным руководителем. P.S. Напоминаем также, что ритуалы вызова не только запрещены, но и воспринимаются частью студентов как оскорбление. Вызывайте на свой страх и риск (см. Справочник по эффективной межвидовой коммуникации, стр. 6, а также Правила поведения на территории университета, статья 13, пункт 13)".
   Я помотала головой, пытаясь прийти в себя. Ритуалы вызова? Однако сейчас у меня были более насущные вопросы.
   - А если мне надо...
   - Алкоголь? - неправильно поняла меня Нора. - Только с восемнадцати.
   Интересные все-таки здесь были порядки.
   - Да нет, мне надо...
   - Все, что захочешь, - заверили меня. - Единственное только, не всегда той фирмы, какой хочется. И есть еще кое-какие ограничения...
   Конечно же, есть. Не только же эти два сомнительных пункта.
   - Цена вопроса? - перебила я Леонор, пока не услышала весь список ограничений.
   На меня опять удивленно посмотрели. Очень удивленно.
   - Бесплатно, конечно же. Да ты совсем ничего не ешь, на, возьми печенья!
   Пачку пододвинули ко мне поближе, но я не обратила на нее внимания.
   - Бесплатно? - переспросила я.
   В это было сложно поверить.
   - Конечно... Поэтому и есть определенные ограничения, сама понимаешь, бюджет, - затараторила Нора. Я с облегчением вздохнула: вот сейчас окажется, что под категорию "бесплатно" попадает только один процент товаров, и я пойму, что все еще нахожусь в реальном мире. - Все, что нужно для учебы и проживания оплачивает университет, но есть пара исключений. Например, предметы роскоши. Туфли от Лабутена купить не получится, извини, только за твои деньги. Если, конечно, не докажешь, что тебе нужна именно их колодка. Или украшения. Однако артефакторы и студенты ювелирного факультета получают право на безлимитную покупку драгоценных металлов и камней...
   Я перестала слушать уже после этого пункта. Откусила от шоколадной печеньки и погрузилась в мысли. Не поймите меня неправильно, но... здесь что-то было неправильно. Бесплатный сыр, как известно, бывает только в мышеловке. А мне предлагали на халяву: а) связь и Интернет; б) еду; в) вообще все, что я захочу, начиная от вот этого вот вкусного печенья и заканчивая новым макбуком ("Все, что нужно для учебы, - в первую очередь!"). В чем подвох?
   Кроме того, что я застряла в этом месте на четыре года, а смертность среди студентов вряд ли снизилась с той поры, как они отказались от клятвы на крови (как там София сказала, десять процентов рассыпавшихся прахом?).
   Внезапно вспомнилось легендарное "Переходи на сторону зла, у нас есть печеньки", и я чуть не поперхнулась. Может, меня действительно таким образом заманивали куда-то силы зла (а что, ректор очень даже подходил под это определение)? Иначе слишком радужно все выглядело.
   Вопрос был только в том, куда, и зачем "силам зла" это было надо. Хороший такой вопрос, первый рациональный за этот день, как я чувствовала.
   - Если хочешь что-то заказать по Интернету, возьми бланк из этой стопки, - продолжала Нора, - с доставкой, сама понимаешь, тоже некоторые проблемы...
   Я понимала. Еще как. Вряд ли даже DHL доставляла в мексиканскую пустыню, меняющую местоположение с той же скоростью, с какой гламурная девушка - наряды.
   - Так, с этим мы, кажется, разобрались. А зачем ты ко мне приходила? - спохватилась Нора. - Какие-то вопросы?
   - Один. У тебя нет запасного ключа от моей комнаты? Я свой утром забыла.
   - Нет, - искренне расстроилась блондинка. - А Софии сейчас нету? Я напишу ей, спрошу, где она.
   Наманикюренные пальчики запорхали по экранной клавиатуре.
   - Она у медиков, спрашивает, можешь ли ты подождать минут двадцать.
   Я кивнула. Подожду, конечно, куда мне деваться.
   - Окей. Тогда она скоро подойдет.
   - Передай ей, что я, наверное, подожду ее в холле.
   - Готово, - Нора отправила последнее сообщение. - А почему именно там?
   Потому что, возвращаясь с политэкономии, я заметила информационный стенд. И мне не терпелось его как следует разглядеть.
   На стене у входа висела доска объявлений. Самую большую ее часть занимали плакаты клубов и секций, зазывавшие к себе. Дальше шли потерянные и найденные вещи... Прочитав следующее объявление, я нахмурилась. Крупными яркими буквами там было написано: "Хочешь раскрыть все свои способности? Надоело быть нищим? Хочешь стать знаменитым? Нужны деньги? Считаешь, что достоин большего? Тебе поможет Адский Труд! В случае интереса обращаться в Офис потустороннего трудоустройства". М-да. Во-первых, на баяны из Интернета, проникшие на территорию ГООУ, видимо, вместе с вай-фаем, во-вторых, на потустороннее трудоустройство... Впрочем, тут же вспомнились слова Софии про "наш мир", и смеяться расхотелось. Остальные вакансии были менее одиозны и относились к различным должностям из студенческого самоуправления и обычным подработкам в кампусе: главный по этажу, помощник библиотекаря... Отметив очень даже конкурентоспособную зарплату, я пообещала себе попозже вернуться к этой части объявлений.
   Под доской на столе в жутком беспорядке валялись брошюры и буклеты. Первая же попавшаяся оказалась картой университета, которую я с любопытством раскрыла. И закрыла, понимая, что без пол-литра хотя бы кофе в ней не разобраться. Честное слово, это была какая-то альтернативная картография! Так что карта отправилась в карман джинсов.
   Со следующей находкой мне повезло больше. "Краткий справочник первокурсника", не взирая на краткость, насчитывал почти сотню страниц мелким шрифтом, и все же мне показалось, что я наконец-то набрела на нормальный источник информации. На первой странице было напечатано обращение ректора. Ну-ка, ну-ка, посмотрим.
   "Дорогой студент,
   спасибо за выбор нашего университета (ах, так это был выбор!). ГООУПиОАатСДиРН является непревзойденным лидером обучения в своей сфере ("Конечно, - мстительно подумала я, - еще бы не быть лидером, когда подобным образованием занимается всего один вуз в мире"), и мы с гордостью можем сообщить, что это место ГООУПиОАатСДиРН занимает по праву. Кроме большого выбора учебных программ (полный список см. стр. 5-23) ГООУПиОАатСДиРН также может предложить разнообразные возможности для проведения досуга (для информации о студенческих сервисах и клубах см. стр. 49 и далее). Наш университет также славится своей историей и традициями, с которыми ты сможешь ознакомиться, прочитав этот справочник (спасибо, с одной уже познакомилась, до сих пор голова как в тумане).
   Для многих начало учебы в университете становится новым отрезком жизни. Этот период может показаться сложным и необычным (да ладно!), поэтому мы составили для тебя этот справочник. Надеемся, что информация, содержащаяся в нем, облегчит процесс адаптации в ГООУПиОАатСДиРН и поможет тебе как можно скорее влиться в жизнь университета.
   Мы надеемся, что в ГООУПиОАатСДиРН ты не только получишь уникальный опыт (в этом можете не сомневаться) и знания, необходимые для дальнейшей жизни и построения успешной карьеры, но и найдешь дом, в котором тебе всегда рады, и людей, которые тебе всегда рады.
   Желаем тебе успешной учебы и насыщенной студенческой жизни!
   И помни: мы видим все. Мы знаем все".
   К концу текста комментарии у меня закончились. Некоторое время полюбовавшись уменьшенной копией знаменитой работы Малевича на месте фотографии, я перевернула страницу.
   Программа обучения. А вот это - как раз то, что мне было нужно! Так, бакалавриат официально четыре года, как сейчас почти везде. Сначала семестр из вводных лекций, примерно одинаковых для всех направлений, а потом уже специализация. Там еще было что-то про то, что "некоторые лекции могут являться обязательными для посещения представителями определенных видов и недоступными для остальных студентов", но мне было не до того: я спешила к своему будущему! Однако не успела я найти микробиологию в списке специальностей, как кто-то подобрался ко мне со спины и обнял.
   - А я уже решил, что ты меня избегаешь, - вкрадчиво сообщили у меня над ухом.
   Кое-как вывернувшись из объятий, я посмотрела на атаковавшего меня парня. Ой. Когда-то давно одна подруга спросила, есть ли у меня типаж, и я призналась, что был. Темные волосы, бледная кожа и светлые глаза; уж не знаю, почему, но такое сочетание я находила особенно привлекательным. Накинувшийся на меня незнакомец под это описание как раз подходил: у него были прямые черные волосы (давно не стриженные, педантично отметила я про себя), мраморно-белая кожа, аристократический профиль с чуть длинным носом, подрагивающие уголки тонких губ, готовых в любой момент растянуться в усмешку, и глаза... Зеленые. Темные и яркие одновременно, как бутылочное стекло, когда попадает на свет. Всегда считала выражения вроде "в них хотелось утонуть" бездарным клише, но что-то такое в них было, манящее и притягательное. Я моргнула, пытаясь прогнать наваждение.
   - Мы знакомы?
   Заправив за ухо мешавшиеся пряди (в ухе при этом блеснуло серебряное колечко-хеликс, заставившее сердце пропустить удар), он ухмыльнулся, словно я сказала что-то смешное.
   - Вот, значит, в какую игру ты играешь, крошка?
   "Крошка". Уже второй раз за день. О да, мы точно были знакомы. Парень сразу же показался менее привлекательным.
   - Так ты тот придурок, который названивал мне на лекции?!
   - Диз, вообще-то, - флегматично поправил он, не обижаясь на "придурка".
   - А полностью как?
   - Диз.
   Меня это объяснение не удовлетворило.
   - Диз как... Дизель? Дизайн? Дизентерия?
   - Как смерть.
   Это еще как? Мысленно перебрав возможные варианты, я ни к чему не пришла и озвучила вопрос.
   - D-E-A-T-H, как еще. А, - в его глазах забрезжило понимание, - ты не англоязычная.
   - Россия, - призналась я.
   Вообще-то я считала, что death произносится иначе, но ему виднее, он с этим именем живет. Однако должна заметить, что его родители, видимо, были теми еще оригиналами...
   - Россия? Водка, балалайка, медведи?
   Парень решил блеснуть эрудицией. Зря.
   - Не забудь еще матрешек и клюкву, - посоветовала я сквозь зубы.
   Ну правда, почему у всех всегда одна и та же реакция? Пьяные медведи в ушанках танцуют балет на вечно заснеженных улицах. Тьфу.
   - Что такое клюква? - нахмурился он.
   Интересно, это он сейчас серьезно, или опять издевался?
   - Ягода такая. Забудь. Короче, Диз, шутка затянулась и мне уже надоела. Не знаю, откуда у тебя мой номер...
   - Ты мне сама его дала.
   В ответ на мое крайне недоверчивое выражение лица он достал из кармана смартфон, покопался в нем и протянул мне. На экране высветился мой номер и надпись рядом: "Наташа". Интересно...
   - Так ты действительно не помнишь? - его эта ситуация забавляла.
   - А есть, что помнить?
   Судя по оскорбленной мине, теперь он обиделся. Да только вот я ему не верила.
   - Крошка, ты меня ранишь в самое сердце, - осклабился он.
   "Крошка", "малышка", "детка". Ненавижу, ненавижу, ненавижу. Думаю, вы бы меня поняли, если бы вам до полутора метров роста не хватало одного-единственного сантиметра (официально; сама я считала, что во мне метр пятьдесят три). Ткнув его в грудь брошюрой, которую все это время держала в руках, я грозно на него посмотрела. Эффекта особо взгляд не произвел. Неудивительно, учитывая, что противник был как минимум на голову выше меня.
   - Еще раз назовешь меня крошкой, и...
   - И что, крошка? - с интересом спросила эта сволочь.
   Нафиг. Насилие - это не вариант. И наверняка запрещено университетскими правилами.
   Нафиг. Нервы - ресурс конечный и не возобновляемый, надо их беречь.
   Нафиг. Лучше подожду Софию у нас в коридоре. С этой мыслью я направилась к дверям в общежитие.
   - И ты меня так бросишь? После всего, что между нами было? - горестно завопили мне вслед.
   Издевающаяся скотина. На этот раз точно издевающаяся: на его лице расплылась широкая и крайне довольная ухмылка.
   Я развернулась и подарила ему легкомысленную улыбку.
   - А ничего не было.
   - Ты же не помнишь, было или не было, - посмеиваясь, заметил парень... Диз.
   Аргумент был логичным, не спорю. Да только вот...
   - Нет, - я улыбнулась еще шире и толкнула дверь. - Но я знаю себя. Поэтому знаю, что ничего не было... крошка.
  
   После насыщенного первого дня я ожидала, что усну, как только голова коснется подушки. Думала, что провалюсь в темноту и очнусь только со звоном будильника утром.
   Но нет. Вплоть до прихода Софии в половине пятого утра я ворочалась в кровати, не находя себе места от нервов и беспокойства. Только перед самым рассветом удалось наконец забыться в тревожной полудреме.
   И до утра мне снились осенние костры, горевшие в ночи.
  

ГЛАВА 2

КОМПЬЮТЕРНЫЙ ВИРУС И КАФЕДРА БЕССОЗНАТЕЛЬНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

  
   Как же было здорово, что на следующий день занятия у меня начинались только после обеда, можно было переставить будильник на пару часов позже и выспаться.
   Можно было бы. Если бы речь шла об обычном общежитии обычного университета. К сожалению, речь шла о ГООУ, а значит, покой нам даже не снился. Пронзительно-громкая противопожарная сирена взвыла в половине седьмого утра. Не проснуться было невозможно - создавали ее на той же фирме, что специализировалась на иерихонских трубах. Нечеловеческий вой заставил подскочить на кровати, моментально забывая про сон. Попутно врезалась локтем в комод; стопка книжек с правилами и наказаниями радивому студенту опасно зашаталась, грозя свалиться на пол.
   - Опять? - простонала в соседней кровати София.
   В отличие от меня, она, как давний житель ГООУ, даже не шелохнулась. Обидно. Я потерла ушибленный локоть и спросила:
   - А что, такое у вас часто бывает?
   Сигнализация на некоторое время замолкла. Я, успевшая уже сунуть одну руку в рукав халата, замерла, думая, что делать дальше. София оказалась мудрее: забралась еще глубже под одеяло, напрочь игнорируя инструкцию по эвакуации. Может, и мне так поступить? Вдруг это учебная тревога была? Будто в ответ на мои мысли сирена снова взвыла. В этот раз компанию ей составило висевшее в коридоре радио, прохрипевшее "Внимание! Это не учебная тревога, всем покинуть здание". Скрипя зубами, соседка вылезла все-таки из постели и потянулась за плащом. Похоже, проигнорировать не получится. Печаль...
   Толпа отчаянно зевавших и потиравших глаза студентов собралась у выхода и с максимальным для такого раннего часа интересом наблюдала за чем-то вдалеке. Я перевела взгляд и вздрогнула: над горизонтом бесшумно распустился ярко-оранжевый гриб предположительно ядерного происхождения. Я запаниковала. Что это? Теракт? Война? Почему нас вывели наружу, вместо того, чтобы засунуть в какой-нибудь бункер (только не говорите, что в университете, расположенном вне пространства и времени и насчитывавшем больше двух сотен корпусов, не нашлось места для какого-нибудь убежища)?!
   "Спокойно, - мысленно велела я себе, - у руководства университета все под контролем. Это совершенно безопасно, иначе нам не велели бы спуститься на улицу. Все в порядке..."
   Самоубеждение, впрочем, несильно помогло, в отличие от усиленного рупором крика:
   - Всем студентам факультета алхимии немедленно к ректору! Живо!
   Мозг снова впал в панику, услышав в одном предложении "алхимия" и "ректор". Интересно, а ко мне это относилось? Я ведь, как-никак, к ним на курс записалась. Помявшись, я спросила у Софии, шипевшей что-то про придурков, не умеющих держать свои руки и мозги при себе.
   - Едва ли, - пробурчала она, понемногу успокаиваясь. - Это, скорее, к тем, у кого специализация. Идиоты. Пошли, что ли, дальше спать?
   - А что, это все? - поразилась я.
   Похоже, что да. Позевывая в кулак, толпа разбредалась - кто в общежитие, досыпать, кто в столовую за ранней чашкой кофе.
   Спокойно, расслабленно, как будто над нами не висел ядерный гриб.
   Может, мне показалось? Может, мне до сих пор все это кажется?
   Может, все произошедшее с момента моего появления в ГООУ - это бред моего воображения, а сама я лежу в коме после того, как меня сбила машина?
   Стоп. Так и свое существование отрицать начать можно.
   - А что это вообще было? - рискнула я поинтересоваться у соседки.
   И это точно не опасно?
   - Как это что? Алхимики.
   И опять все та же выдержка, видимо, свойственная студентам ГООУ.
   Алхимики... А ведь у меня с ними занятие сегодня. С уважением посмотрев еще раз на горизонт, я не знала, радоваться мне или бояться. Здравый смысл подсказывал, что, скорее, второе.
   Куда я попала?
  
   Вернувшись в комнату, я вяло поняла, что все равно больше не засну, и поплелась за кофе. Который, увы, не слишком помог. Прозрачно-коричневатая бурда, с непривычки получившаяся из навороченного кофе-аппарата, не подняла боевой дух и не заставила организм проснуться, а только добавила горечи во рту. И плохого настроения везде. Холодный душ тоже не исправил ситуацию.
   Итак, на часах было восемь утра, до ближайшей пары оставалось больше шести часов свободного времени. Которое можно было бы потратить на изучение университета, разгадывание тайн вселенной и прочая, и прочая. Но... желания совершенно не было. Мало того, что подняли ни свет ни заря, так еще и сон оставил после себя тревожное, слишком реальное ощущение - словно я снова в темноте бродила среди костров. И словно от меня снова что-то ускользало, как память о той ночи.
   Поэтому я последовала примеру Софии и завалилась на кровать с книжкой. Правда, в отличие от нее я выбрала не Кафку (серьезно? Да ни один человек не способен читать "Превращение" с утра пораньше!), а найденный вчера справочник ГООУ. Да, хреновый из меня получился путешественник по измерениям, нелюбопытный. Вместо того чтобы, подобно литературным героям, отправиться исследовать место, в которое меня занесло, я... просто осталась в комнате. Единственным, что утешало, был тот факт, что в какой-то степени чтение справочника тоже могло считаться изучением ГООУ.
   Интересно, что история ГООУ напечатана не была. Я уже настроилась на описание захватывающего противостояния полумифических Охотников и местных резидентов, неведомого мне Договора в духе "Дозоров", но нет. Вместо этого в одном абзаце ("ГООУПиОАатСДиРН был основан более полутора веков назад и с тех пор приобрел репутацию уникального учебного заведения" - сколько еще пустых фраз можно было использовать для рекламы ГООУ? И зачем вообще такая конспирация, если все попавшие сюда и так знали, чем уникален этот университет? Или... Неужели бессмысленные тексты в духе обычных земных пресс-релизов были знаком того, что перед бюрократией не выстояла даже нечистая сила? В таком случае, скажу честно, мне страшно) авторы вежливо посылали читателей... в библиотеку. Где хранился приказ об основании ГООУПиОАатСДиРН, на который мог взглянуть "каждый, ознакомившийся с правилами библиотеки университета и не испугавшийся последствий использования ее ресурсов". Да, там так и было написано. Не знаю, как вы, но я, пожалуй, без крайней необходимости в библиотеку теперь ни ногой.
   Мысли по поводу библиотеки (ладно, насчет "ни ногой" я погорячилась, сегодняшняя побудка достаточно закалила мои нервы, чтобы во мне проснулось любопытство) прервал знакомый сигнал. Настолько знакомый, что мозг даже сразу не сообразил, откуда он доносился. И настолько реальный и обыкновенный, что казался здесь совершенно не к месту.
   - У тебя Скайп звонит, - подсказала София.
   К тому моменту компьютер, который я забыла выключить вечером, надрывался. Посмотрев на аватар звонившего, я испуганно замерла. Родители. Которые совсем скоро зададутся вопросом, почему я не отвечаю. Скосив глаза на окно, - слава богу, атомный гриб скрывала тюлевая занавеска, - я быстро нажала кнопку ответа.
   - Привет, - постаралась я соорудить на лице самую позитивную улыбку.
   Так, чтобы ничего не забыть: я в Москве. Сейчас осень - хотя здесь это не заметно, вчера было градусов двадцать пять, сегодня тоже ненамного меньше. Надо посмотреть, сколько сейчас в Москве. И сколько сейчас там времени тоже, а то мне сразу вспомнились рассказы Софии про часовой пояс "как в Иркутске и Калифорнии".
   Соседка, кстати, стоило мне включить связь, поднялась и начала собираться. Я даже не успела подхватить ноутбук, чтобы переместиться с ним в общую комнату, как она жестом велела мне сидеть и захлопнула за собой дверь. Черт, неудобно вышло.
   - Что? А, да, соседка по комнате. София. Нет, она ничего...
   В панике, как бы не соврать чего-то особо неудобоваримого, я постаралась поскорее свернуть разговор. Ну а как иначе? "Да-да, у меня все хорошо, из окна наблюдается потрясающий вид, но вы не переживайте, облучению радиацией я не подверглась". (Кстати, а точно ли не подверглась? Надо бы у Норы попросить счетчик Гейгера на всякий пожарный). Поэтому я поскорее оттарабанила цензурную версию новостей, соврала, что у меня сейчас как раз планы, собираемся в Алмазный фонд (Почему Алмазный фонд? Это вообще в Москве? Надо было назвать Кремль или Третьяковку, хотя, нет, Третьяковка бы не прокатила, меня даже в Эрмитаж с большим трудом можно было затащить), понадеялась, что мне поверили, поспешно попрощалась, оставила компьютер качать системные обновления и отправилась искать соседку.
   Как я выяснила, открыв дверь, София все это время так и просидела на полу в коридоре.
   - Извини, - пробормотала я, чуть не споткнувшись о нее на пороге.
   - Все нормально, - она с независимым видом прошла в комнату и снова устроилась на кровати. - Волнуются?
   В вопросе слышалось искреннее участие.
   - Еще как, - улыбнулась я и пояснила. - Единственный ребенок. К тому же, в моей семье никто никогда не переезжал в другой город ради такой мелочи как получение высшего образования.
   София понимающе кивнула, и я решила, что это подходящий момент для того, чтобы расспросить ее на личные темы. А то странно ведь - живем вместе, а я знаю только ее имя и национальность.
   - А твои? - осторожно поинтересовалась я. - Они знают, где ты учишься?
   - Да.
   Краткость - сестра таланта. А еще - применительно к ответам - кузина плохого настроения.
   - И как они к этому относятся?
   София отвернулась к стене, с преувеличенным интересом листая книжку.
   - Мы не особо близки.
   Попытка провалилась. Опять, как при вопросе, кто она, София замкнулась в себе. Черт, да что с ней такое было? Вроде и не такая странная, как мне показалось на первый взгляд, даже добрая, помогла мне с расписанием, интересуется моей жизнью, а стоит задать вопрос о ней самой, как все. Камень. Кремень.
   Ну да ничего, рано или поздно либо она откроется, либо я и так к ней привыкну.
   Пока же я решила повременить с дальнейшими расспросами и вернулась к справочнику. На этот раз к разделу со знаменитыми выпускниками ГООУ, "прославившими университет великими и ужасными деяниями". Пожалуй, я погорячилась, лучше бы они и дальше сочиняли официально-бессмысленные пресс-релизы.
   - Ты что-то печатаешь? - обратилась ко мне София спустя какое-то время.
   Я зачиталась описанием эксперимента одного выпускника кафедры биоинженерии и даже не сразу поняла, о чем меня спрашивали. Чувак сумел перекодировать бактерию E. coli так, чтобы она генерировала кровь в организме - и у него получилось, она нормально функционировала, причем, не только в теории или лаборатории. Единственная проблема заключалась в том, что у бактерии открылся побочный эффект. В то время как она заставляла организм вырабатывать кровяные тельца, она еще с большим аппетитом им питалась. Незапланированный побочный эффект, без сомнений.
   София повторила вопрос.
   - Нет... - я даже еще не подключила ноутбук к стоявшему на подоконнике принтеру.
   Который, все же, что-то печатал. Я подобрала с пола один из рассыпавшихся листков и замерла.
   - Что за...
   Буквы, напечатанные изумрудно-зелеными чернилами, не принадлежали ни к одному из известных мне языков. Но и на неправильную кодировку тоже не походили. В замешательстве я взяла следующую страницу. Тут уже шла латиница, но либо это была какая-то абракадабра, либо цитаты из Лавкрафта.
   А это еще что? Вглядевшись внимательнее в черно-белую картинку над объявлением, я покраснела. Принтер выплюнул очередную распечатку. Так, надо что-то решать, пока бумага с чернилами не закончились.
   Сотовый Софии был отключен, компьютера или планшета я у нее даже не видела. Получается, виновником произошедшего была я. Хотя, как, я решительно не понимала. Я и за компьютером-то сидела всего ничего, посмотрела почту вчера и сегодня в скайпе поболтала... Я оглянулась на ноутбук и не нашла его. Это еще что за чертовщина, только что же был на месте!
   - Посмотри выше, - посоветовала София, заметив мои панические метания по комнате.
   Я послушалась. Мой милый, дорогой ноутбук с поцарапанной серебристой крышкой и многочисленными наклейками на ней завис в воздухе в метре от письменного стола.
   Еще неделю назад, увидев летающий компьютер, я бы завизжала и для самообороны вооружилась бы табуреткой. Но пребывание в ГООУ с каждым часом все больше закаляло нервную систему, и потому я молча полезла на стул, пытаясь поймать ноут.
   Не тут-то было! Словно издеваясь, ноутбук выскользнул у меня из рук и поднялся дальше, остановившись высоко под потолком. Мы проследили за его полетом и одновременно вздохнули. На заднем плане принтер все продолжал выплевывать новые и новые листки. Думаю, было бы разумно предположить, что эти две странности как-то были связаны?
   - Нужно что-то делать, - резюмировала я.
   - Ага.
   София подошла к подоконнику и вынула из лотка чистую бумагу. Принтер возмущенно заскрипел и закашлялся, семафоря ошибку красными огоньками.
   "Вспоминай", - скомандовала я себе. Было же что-то... Точно! На моем комоде в стопке нечитабельных брошюр все еще лежал "Список важных телефонных номеров ГООУПиОАатСДиРН". Буква "И" быстро нашлась, а с ней и IT-сервисы.
   Хотелось бы надеяться, что, учитывая все то странное, что творилось в ГООУ, они знали, как бороться с ноутбуками, убежденными в своей невесомости. Вместо гудков в трубке прозвучал автоответчик.
   - Вы позвонили в IT-сервисы ГООУПиОАатСДиРН. Ваш звонок очень важен для нас, однако, прежде чем обращаться в компьютерную помощь, проверьте, что ваша ситуация относится к нашей зоне компетенции. Если в ваш компьютер вселился полтергейст, просим вас обратиться в Департамент паранормальной активности. Для того, чтобы связаться с ДПА, нажмите кнопку "один"... - сообщил вежливый, но холодный женский голос в записи.
   - Это похоже на полтергейста? - шепотом уточнила я у Софии.
   - Нет.
   - Думаешь?
   - Точно, - заверила она меня.
   - Если вы обнаружили у своего компьютера признаки автоматического письма, советуем вам обратиться в Литературный институт. Чтобы связаться с кафедрой бессознательной литературы, нажмите "два"...
   Увы, у нас было не столько автоматическое письмо, сколько автоматическая печать.
   - Если вы считаете, что ваш компьютер одержим бесом или другой потусторонней сущностью, вам поможет кафедра экзорцизмов. Для связи с Теологическим факультетом нажмите кнопку "три"...
   И так до нуля. Теперь я знала, что делать, если у компьютера стал появляться собственный разум (позвонить на кафедру неодушевленной психологии), к кому бежать, если странное поведение компьютера появилось в результате магических либо алхимических экспериментов (к магам и алхимикам, соответственно, - сами кашу заварили, пусть сами и расхлебывают), но не нашла ни одного, ни единого случая, при котором IT считал бы себя ответственным. А я была вовсе не уверена, что алхимики с экзорцистами и психологами мне сейчас помогут.
   Прослушав сообщение еще раз, я поняла, что, если IT не идет к пользователю, пользователю придется идти к IT.
  
   Центр коммуникаций ГООУ с виду больше походил на четырехэтажный склеп в классическом стиле. Белый мрамор, торжественно-строгие колонны, поддерживающие портик, и полное отсутствие окон. Неожиданное архитектурное решение, но не самое странное в ГООУ.
   Начищенная до блеска латунная табличка гласила, что здание занимали: пресс-служба университета, факультет некромантии, кафедра маркетинговых коммуникаций и PR, тренинг-центр по социальной компетенции, редакция студенческой газеты и IT-сервисы. По какому принципу в коммуникационном центре оказалась половина организаций, я не понимала. Ладно еще, некромантию можно было рассматривать как коммуникацию с загробным миром (тот факт, что само наличие факультета некромантии меня уже не смущало, говорило многое о моем состоянии на третий день в ГООУ). Но техподдержка? Разве что IT воспринимались администрацией университета как умение разговаривать с техникой.
   С другой стороны, мне-то что? Лишь бы компьютер починили.
   Поднявшись на второй этаж, я постучала в дверь с нарисованным на ней пингвином. Ответа не было. Тогда я постучала еще раз, но безрезультатно. Не дождавшись реакции, я толкнула дверь и вошла.
   - Простите, можно?
   Компьютерщик сидел спиной ко входу и не видел меня. Не слышал тоже - в наушниках громко звучал металл, а сам он, закинув ноги на стол, откинулся в кресле и дирижировал музыке зажатым в руке карандашом.
   - Простите, - повторила я и, перегнувшись через стойку для посетителей, похлопала его по плечу.
   Музыка сразу же выключилась. Он запрокинул голову и распахнул глаза.
   Ярко-зеленые и очень знакомые глаза.
   - Ты!
   - Ты.
   Но если моя реплика прозвучала обвинительно, то в его голосе сквозило недоумение. Мол, что я тут вообще делаю?
   Вчерашний парень (как там его звали? Мистер Смерть?) встал с кресла и решил опереться на стойку, снова возвышаясь надо мной почти на голову.
   - Что, уже соскучилась по мне, крошка? - осклабился он.
   "Мечтай!"
   Надеюсь, все то, что я хотела сказать, но не могла из вежливости и воспитания (а также из боязни, что единственный обнаруженный айтишник меня пошлет после возмущенной тирады), отразилось в моем взгляде.
   - Так зачем пришла?
   Интересно, а много ли поводов у людей для визита сюда? Может, в IT здесь принято забежать просто так, по дороге, чаю попить?
   - С компьютером проблемы.
   - А, - поскучнел Диз. - Извини, но консультации по телефону. Вживую только если случай совсем хреновый. Номер подсказать?
   Я внимательно оглядела его рабочее место.
   - Это по тому телефону, на котором странная переадресация, и трубку от которого ты так предусмотрительно снял? - уточнила я.
   Айтишник обернулся: состав преступления в лице светло-желтой лаковой трубки от старого (а скоро уже - старинного) аппарата с наборным диском лежал на виду, прямо на стопке компьютерных журналов. Крыть было нечем.
   - Туше, - признал он с обаятельной улыбкой. - Ладно, что там у тебя?
   Как объяснить, что компьютер свихнулся, висит в воздухе посреди комнаты и печатает всякую абракадабру? Да так, чтобы тебя не сочли сумасшедшей? Подумав, я прямо так и сказала. В конце концов, сумасшествие - понятие в ГООУ весьма относительное. Диз не стал смеяться над моими заявлениями и только поинтересовался:
   - А что именно он печатает?
   - Начал с листовок студенческого общества любителей тантрической магии, что бы это ни значило... - почувствовав, как у меня загораются кончики ушей (а по приложенной иллюстрации даже я поняла, что это означало), я поспешно продолжила, - а потом перешел на какую-то тарабарщину.
   Покопавшись в кармане джинсов, я достала сложенный листок:
   - Вот. Шаб-Ниггурат Ка...
   Мужская ладонь крепко запечатала мне рот.
   - Поверь, крошка, ты не хочешь привлечь внимание того, кому принадлежит это имя, - вкрадчиво посоветовали мне.
   Убедившись, что я не продолжу, Диз отнял руку от моего лица.
   - Что-нибудь качала?
   Я заверила его, что ничего.
   - Новые программы устанавливала?
   С момента переезда в ГООУ - нет.
   - Обновления ставила?
   А вот с этим уже было не поспорить...
   - И что это? - решила я узнать диагноз.
   - Скукота. Обычный вирус.
   Обычный? Обычный?! Определенно, это был очень странный мир.
   - И как мне от него избавиться? Поможешь?
   Диз с незаинтересованным видом пожал плечами.
   - А что мне за это будет?
   Не поняла. В телефонной книге под номером стояло "Любая компьютерная помощь студентам и сотрудникам ГООУПиОАатСДиРН. Бесплатно. 24/7".
   - Я думала, это входит в твои служебные обязанности, - ехидно заметила я.
   - Входит, - не стал он отрицать. - Но я не чувствую себя достаточно мотивированным, чтобы их сейчас выполнять.
   Не поняла, дубль второй. Чтобы окончательно меня добить, компьютерщик добавил:
   - Зайди на следующей неделе, может, передумаю.
   Какая следующая неделя, он, что, издевался? Да нет, точно издевался, без вопросов. Но ноутбук-то мне нужен был сейчас, сегодня! Мне на нем еще домашнее задание по макроэкономике делать! Мысленно перебрав все, что я могла ему предложить, я остановилась на следующем варианте:
   - Как насчет такого соглашения, ты починишь мне компьютер, а в ответ, - в его глазах промелькнул огонек интереса, - можешь весь день продолжать называть меня крошкой, и тебе не придется знакомиться с моим перцовым баллончиком.
   - У тебя действительно есть перцовый баллончик?
   Я ответила ему самым невинным взглядом.
   Конечно же, у меня был баллончик. Единственный ребенок очень ответственно и серьезно подходивших к процессу воспитания родителей, да и тот (в данном случае та) полтора метра с кепкой. Так что у меня были и курсы самообороны за плечами (как будто они помогут при весе в сорок с лишним килограммов и моем телосложении), и перцовый баллончик... насчет использования которого я уже даже не совсем шутила.
   Айтишник озорно улыбнулся.
   - Заманчивое предложение, - он подхватил со стола флешку на синем шнурке. - Ладно, согласен. Пошли, крошка.
   С этим, правда, вышла заминка, потому что в дверях мы столкнулись с еще одной посетительницей. Симпатичная полная латина с нежно-салатовым ирокезом на голове бросила на меня быстрый взгляд и коротко спросила у Диза:
   - Она?
   - Она, - подтвердил компьютерщик.
   Надо же, им почти слово в слово удалось повторить наш первоначальный разговор. И что значило "она"? Диз, что, про меня ей рассказывал?
   - Каталина, моя напарница, - представил нас Диз. - Наташа.
   На этот раз мы оба удостоились более внимательного разглядывания. Вторая айтишница хмыкнула. Да уж, тут было что сравнить. Почти два метра черного и серебра (такое ощущение, что они с Софией на шоппинг вместе ходили) и я. Полтора метра, старые кроссовки, выходные джинсы (выходные, в смысле, не на парадный выход, а для лениво проведенных воскресений, чем объяснялся их непритязательный вид), футболка с нарисованными нимбом и крылышками, половина пальцев после вчерашнего ожога замотана пластырями...
   - Да, я уже вижу здесь иронию, - заключила Каталина.
   Прошу прощения? Но прежде чем я успела спросить, на что она таким оскорбительным образом намекала, Диз вытолкнул меня за дверь, попутно давая ей указания:
   - Проследи, чтобы, пока меня не будет, никто не звонил. Ладно, крошка, - убедившись, что Каталина осталась позади, он сбавил темп, - куда идем?
   - В общежитие.
   Куда же еще.
   - Которое из них? - уточнил он.
   А что, их было несколько? Видимо, по моему лицу стало понятно, что для меня это новость, потому что айтишник попросил:
   - Брелок покажи, - увидев пентаграмму, он довольно кивнул. - Агриппа. Да мы соседи. Пойдем.
   - Почему Агриппа? - спросила я, теребя в руках ключи.
   Диз пожал плечами.
   - Не знаю. Почему здания называют в честь известных личностей? - заметив мое непонимание, он пояснил. - Агриппа? Генрих Корнелиус? Знаменитый оккультист и алхимик? Под какой горой ты провела свое детство, что никогда о нем не слышала?
   И здесь алхимики. От них, что, никуда не деться?
   - Под той, где считают, что ничего этого, - я обвела рукой студгородок, - магии, алхимии... драконов... не существует.
   От изумления он даже остановился.
   - Серьезно?
   Надо придумать какую-то отмазку, которая, с одной стороны, позволяла бы избегать подобных признаний, а с другой - объясняла бы, почему я ничего не знаю про их мир. Шел, упал, очнулся, амнезия? А то, честно говоря, уже надоело, что на меня смотрят как на диковинную зверюшку.
   - Извини, - догнал меня айтишник.
   Я промолчала. Все нормально. Я понимала, что для них мое незнание тоже было внове, - но это не означало, что их реакция мне нравилась.
   - И чем этот Агриппа знаменит? Тоже что-то взорвал?
   - Почти, - хмыкнул айтишник, галантно придерживая мне входную дверь. - Взорвал мозги своих читателей. Сначала написал хэндбук по магии и оккультизму, а потом заявил, что магии нет. Какой этаж?
   - Шестой.
   - Ха, а мы действительно соседи.
   Старинная лифтовая клетка со скрипом довезла нас до нужного этажа. Похоже, мы пришли как раз вовремя: даже в коридоре были слышны гневные восклицания, доносившиеся из нашей с Софией комнаты.
   - Это невыносимо! - пожаловалась соседка, когда я вошла. - Я понимаю, принтер, но как, черт бы его побрал, он подключился к холодильнику?
   В ответ на ее слова свет в холодильнике загорелся и вновь погас. Надо же, отключился. Но чего она так из-за этого переживала, я все равно не понимала. Как будто у нас там было что-то съестное кроме бутылки вишневого сока и пачки (отвратительно размокших, кто их вообще держит в холодильнике?) хлебцов.
   Она обернулась и осеклась, заметив появление у нас гостя.
   - Привет, чудовище, - вежливо поздоровался он.
   - А я надеялась, что ты уже в Преисподней, - протянула она, в ответ на что Диз только ухмыльнулся.
   - Ну да, учитывая, сколько раз ты меня туда посылала... Прости, что обманул твои ожидания.
   - Полагаю, вы уже знакомы, - заметила я.
   Обстановка в комнате была какой-то неправильной. И в данном случае, говоря "неправильной", я имела в виду не "неловкой", а "недоброй" и "опасной для здоровья". По крайней мере, мне срочно захотелось куда-то сбежать и оставить их тут вдвоем выяснять свои отношения. Но сделать я это не могла, потому что о компьютере тогда все точно забыли бы.
   - И где пациент? - поинтересовался айтишник.
   Ноутбук к тому времени взмыл совсем к потолку и прятался у карниза. Посмотрев на высоту стен и на меня, Диз хмыкнул.
   - Да, - сказал он. - Теперь я понимаю, почему для тебя это проблема.
   Ему смешно, а я, даже встав на два стула, не дотянусь! Впрочем, я сомневалась, что он смог бы. Ну, давай, покажи чудеса эквилибристики, с удовольствием посмотрю.
   Вместо этого он просвистел четыре ноты, в которых я с удивлением узнала мелодию выключения Виндоус. А ноутбук, словно крыса на звук флейты гамельнского Крысолова, спорхнул ему в руки. Диз рассеянно почесал его по крышке, как нашкодившего, но все равно любимого кота, и процессор довольно заурчал.
   Да, кажется, в ГООУ IT-сервисы действительно включали в себя коммуникацию с техникой.
   - Милый фокус, - как можно спокойнее прокомментировала я.
   Диз усмехнулся, не отрываясь от монитора.
   - Куда мне до тебя. Как ты умудрилась столько заразы за один день собрать? - я, между прочим, тут вообще ни при чем. Сидела, никого не трогала, разве что примус не починяла. - Пожалуй, я продешевил...
   Вот ведь... стереотип одесского еврея из анекдотов!
   - Чего еще ты хочешь? - обреченно спросила я, понимая, куда он клонил.
   - Кофе.
   Я недоуменно моргнула.
   - Прости, что?
   - Кофе, - повторил он. - Двойной эспрессо, добавить молока один к одному и две ложки сахара. Сделаешь, крошка?
   Вот уж действительно, наглость - второе счастье. Ладно... будет ему кофе. Я-то отлично помнила, что именно у меня получилось утром вместо чашки латте, а айтишник об этом даже не подозревал. Когда спустя четверть часа я вернулась в комнату с простой белой чашкой (общей, как объяснила мне Леонор, в отличие от разномастных раскрашенных и даже местами подписанных кружек, занимавших все свободное место в сушке), Софии там уже не было. Что, в принципе, было неудивительно, учитывая, что на Диза она разве что не шипела как разъяренная кошка. Холодильник в углу привычно тарахтел, а айтишник, раздобывший где-то очки в строгой черной оправе, устроился за письменным столом и с интересом читал "Справочник студента" на заложенном мною месте.
   - Твоя соседка просила передать, что будет вечером. Держи компьютер, - он обменял ноут на чашку с кофе. - Спасибо.
   Я осторожно взяла компьютер в руки и приоткрыла крышку. На первый взгляд ноутбук выглядел уютно и безопасно, как и всегда. Из рук не вырывался, кусаться не пытался, вел себя вообще на удивление обычно.
   - А...
   - Лечилку я тебе скинул, лежит на рабочем столе.
   Вот за это искреннее спасибо.
   - Еще я добавил свои контакты в записную книгу. На случай, когда опять по мне соскучишься, - "когда"? Даже не "если"? Вот это самомнение, - или если снова понадобится помощь в ловле компьютера.
   Ладно, за второй пункт в принципе тоже можно было бы поблагодарить, если бы не тот факт, что...
   - Значит, в контакты ты уже залез. Что еще? Может, и по жесткому диску пошарил?
   - Немного. И не осуждаю, - нахально заявил он.
   Чего? От такой наглости я выпала в осадок.
   Интересно, сколько он успел увидеть... и что он именно он не осуждал? Готовые сочинения за одиннадцатый класс? Подборку любовных романов от "Арлекина"? Фотографии с бывшим? Надеюсь, не последнее. Они все-таки не зря лежали в скрытых папках.
   - Спасибо за помощь, - холодно сказала я.
   - И все?
   Интересно, на что он рассчитывал?
   По незнанию Диз сделал неосторожно большой глоток из чашки и тут же закашлялся:
   - Ради всего святого, что это за кошмар?
   - Твой кофе.
   Нет, я так задержалась на кухне не потому, что пыталась приготовить варево пострашнее. Мне не десять лет, в конце концов! Я просто пыталась сварить вторую порцию - нормальную порцию - себе. Увы, упрямый аппарат не поддавался приручению.
   - Знаешь, мы бы могли продолжить с того, на чем остановились... - после кофе его голос звучал уже не так уверенно.
   Я его понимала. На его месте я бы тоже подумала, прежде чем связываться с человеком, неспособным разобраться с кофе-машиной, у которой было всего четыре (четыре! Не сорок и не четыреста, а только четыре!) кнопки.
   - Это откуда же, интересно?
   Диз тяжело вздохнул и после недолгих раздумий отставил чашку в сторону.
   - Крошка, тебе никогда не говорили, что каждая шутка хороша лишь один раз?
   - Так я не шучу.
   Изумрудные глаза внимательно изучили мое лицо. Он, что, считал, что я намеренно лгала? В таком случае его ожидало разочарование.
   - Совсем-совсем ничего не помнишь?
   Я честно подумала, прежде чем ответить.
   - Выпивка у вас там была классная.
   В комнате повисла неловкая пауза. А что, я серьезно говорила. Алкоголь, не оставляющий после себя похмелья, - это настолько круто, что наверняка противозаконно.
   Наконец он ухмыльнулся:
   - Тебе никогда не говорили, что девушке не пристало напиваться до потери памяти?
   - Не знаю. Может, как раз тогда говорили, да я забыла. Ты же вроде как меня в ту ночь видел, что же не предупредил?
   Ага! Крыть было нечем. Значит, либо не предупредил, либо... А был ли он вообще рядом со мной в ту ночь? Что-то здесь стухло. Не складывалась картинка, даже для ГООУ со всеми его странностями. Потому что обстоятельства меняются, но мы - нет. Откуда он взял мой номер? Да, конечно, я могла познакомиться с кем-то на вечеринке и дать ему свой телефон, но не в тот же вечер, когда случайно оказалась за несколько вселенных от дома и чуть не умерла - дважды! Один раз в зубах этой пародии на дракона и один раз в объятьях тентаклевидного монстра. Согласитесь, не самый подходящий момент для того, чтобы, выражаясь словами одной известной телепередачи, "построить свою любовь". И никогда, никогда бы я не дала свой номер Дизу. На таких, как он, я уже обжигалась.
   А еще я была готова поспорить, что Дизу все это было совершенно не нужно. Иначе бы он сейчас не позволил так просто выставить себя за дверь под предлогом, что у меня скоро (да, всего-то через несколько часов) лекция. А он не просто позволил, он свалил, причем с явно написанным на лице облегчением. Вот и возникал закономерный вопрос: зачем ему понадобился весь этот провинциальный маскарад? И почему он уже второй раз возвращал разговор к ночи первого сентября? Определенно, здесь было, о чем задуматься. Но потом. Сначала следовало пережить первое занятие по алхимии.
  
   Корпус омега-омега-омега не зря так назывался. Располагался он действительно в самой заднице... в смысле, совсем на задворках ГООУ. Он даже на карту не попал, соответствующая стрелка указывала на верхний правый угол и была снабжена надписью "где-то там". Где-то там он и оказался... После получасовой пешей прогулки среди кактусов я начала задумываться, а насколько далеко простиралась территория университета? По прошествии часа думать я перестала, потому что узнала, что, оказывается, в пустыне, под палящим солнцем может стать очень жарко. Даже если на календаре третье сентября. Когда прошло уже полтора часа, у меня появились зрительные галлюцинации. По крайней мере, мне хотелось на это надеяться.
   Знакомый силуэт появился на горизонте и приближался с пугающей скоростью. Я тоскливо посмотрела назад - нет, никаких шансов. Отсюда даже нельзя было увидеть другие здания. И людей вокруг тоже не было. Вот он, видимо, и конец, обещанный университетским девизом. От зубов (или клыков, в данном случае разница не важна) дракона. А еще говорят, снаряд дважды в одну воронку не падает...
   Но, не добежав до меня метров сто, дракон остановился. Я пригляделась и с облегчением выдохнула: с динозавриком нас разделял забор из тонкой проволочной сетки, снабженный характерным предупреждающим знаком. Безопасность! Цивилизация! Решив, что рано или поздно забор должен к чему-то привести, я двинулась вдоль него. Чудище потрусило вслед за мной.
   Нет, на самом деле оно было не таким страшным. Так, подумаешь, у него были когти, по сравнению с которыми Эдвард Руки-Ножницы выглядел безобидно, а его рот был усеян четырьмя десятками острых зубов, предназначенных для разрывания жертвы. В остальном же он, как я уже упоминала, больше походил на какого-нибудь дромеозаврида, ныне известного как доисторический прадедушка страуса. Но дракон? Правда? И я должна была в это поверить? Я скосила глаза на незваного попутчика. Разве они не должны быть величественными и прекрасными созданиями? А чешуя? У этого существа была скорее кожа, чем-то напоминавшая крокодилью. А крылья, драконы же должны летать? Нет, если присмотреться, можно было заметить забавно выглядящую внешнюю сторону его передних лап, но взлететь оно явно не смогло бы. Чудовище в ответ на такой интерес приветливо улыбнулось, показывая клыки.
   - И что, ты, правда, дракон?
   Ответом мне послужила табличка на калитке, близнец объявления, украшавшего газон возле моего общежития. "Драконов не кормить". Да, похоже, правда, дракон. Даже грустно как-то, ни тебе мудрых советчиков, ни живых воздухоплавателей. Одно только наследие мезозоя, решившее поскрести когтями по сетке и вызвавшее сноп голубых искр. Вот так и перестаешь верить в сказки...
   Стоп, калитка. Вернувшись к ней, я обнаружила тропинку, ведущую к каменному особняку. Неужели я нашла корпус омега-омега-омега?
   Увы, нет. Согласно табличке, обнаруженное здание было корпусом омега-омега-пси и факультетом криптозоологии. Омега-омега-омега стоял по соседству. И, глядя на него, я пожалела, что вообще направилась сюда. В отличие от классического архитектурного стиля омега-омега-пси, факультет алхимии располагался в... сооружении, стиль которого лучше всего описывался как "я тебя слепила из того, что было". Только получилось совсем не мило. Первый этаж был добротным, каменным. Второй - каменным лишь частично, выше стены были залатаны листами фанеры и досками. Одного крыла не хватало, его место занимали строительные вагончики, а крыша... скажем так, даже на некоторых гаражах у меня под окнами она выглядела лучше и надежней. Внутри ситуация была примерно той же. Добравшись мимо строительных лесов, мешков с цементом и странных приспособлений, которые неплохо бы смотрелись в лаборатории сумасшедшего ученого, до нужного кабинета, я прошла внутрь и оказалась в совершенно захламленной комнате, где под книгами, чертежной калькой и лабораторным оборудованием с трудом угадывались парты. Некоторые из моих одногруппников успели расчистить себе место в этом бардаке, большинство предпочло устроиться на подоконниках.
   - Добрый день, студенты!
   А вот и представитель местных сумасшедших... в смысле, алхимиков. В твидовом костюме с замшевыми заплатками на локтях, сапогах, с горящим взглядом и защитными очками на голове. А, нет, не только очками: за поясом еще торчала пара нитриловых перчаток.
   - Рад вас всех видеть, уверен, вам здесь понравится, - аудитория подозрительно затихла, - знакомиться не будем, это мы еще на экзамене успеем, лучше сразу займемся делом. Но! Прежде чем мы приступим к занятиям, вспомним главное правило нашего факультета! - профессор поднял вверх указующий перст, собираясь передать нам мудрость поколений. - Итак, как звучит первое правило алхимика?
   Аудитория молчала, никто не хотел отвечать. Дожидаясь, пока какой-нибудь отважный идиот не вызовет огонь на себя, я перевела взгляд наверх, куда указывал профессорский палец. Над классной доской красными, совсем не угрожающе выглядевшими буквами было написано "Правило N1. Экспериментировать на студентах запрещено, как бы вам ни хотелось попробовать. Декан". Декан? Я моргнула, но подпись не изменилась. Не ректор? Точно? Господи, а деканом-то здесь кто работает? На всякий случай я сделала шаг назад, подальше от предупреждения. Группа все еще стояла, словно воды в рот набрав. После десятиминутного ожидания (а преподаватель-то терпеливый оказался!) я не выдержала и подняла руку. Эх, плохо быть храброй и ответственной одновременно.
   - Не проводить экспериментов над другими студентами?
   - Неверно! - просиял профессор. - Иначе как бы мы получали столь нужную информацию? Нет! Первое правило алхимика: если что-то пошло не так (а оно всегда идет не так), зад в руки и беги, пока никто не нашел виновного. Запомните это, студенты, и вас ждет долгое и интересное обучение.
   Угу, а если не запомним? Одному из студентов пришел в голову тот же вопрос.
   - Тогда вас, скорее всего, разорвет толпа, - пожал плечами преподаватель. - Впрочем, линчевание осталось большей частью в прошлом, теперь вас ждет судьба похуже... - класс замер, заинтригованный перспективами выживания. - Общественные работы! Ну а теперь, если вопросов нет, то на этом все. Я научил вас всему, что знал, можете начинать.
   Я снова подняла руку и указала на доску:
   - Простите, сэр, а как же это правило?
   - Это? Это не правило, - легкомысленно отмахнулся от меня профессор, - а так, пожелание.
   Я посмотрела на алые подтеки, выглядевшие так, будто кто-то долго и с удовольствием размазывал по стене кровь своего врага. Нет, в моем представлении, это было определенно не пожелание. Как минимум - предупреждение. И, по-моему, очень действенное. На всякий пожарный я зареклась проводить эксперименты над собратьями по альма-матер. И вообще какие-либо.
   А лекция, похоже, на том и закончилась. По крайней мере, когда я сумела оторвать взгляд от размашистой подписи декана, профессора в комнате уже не было. Студенты, совсем не удивленные его отсутствием, занимались своими делами, кто-то зарылся в разложенные повсюду книги, кто-то уже мародерствовал в шкафах с реактивами... или что там использовалось в алхимии. Часть, правда, меньше тяготела к учебе и тихо-тихо, стараясь не обратить на себя внимания, перемещалась к выходу. Подумав, я последовала за ними. А что еще мне оставалось делать? Судя по всему, учить нас никто не собирался, а вне этих стен можно было провести время с куда меньшей опасностью для жизни и здоровья. Здесь, если даже ничего не взорвется (в пробирке у девушки, мимо которой я проходила, жидкость запузырилась и опасно зашипела), то точно часть здания на голову свалится.
   Не тут-то было.
   - Куда-то собрались?
   За дверью меня поджидал мужчина с планшетом. Стайка пойманных прогульщиков стояла рядом с постными лицами.
   - Я думала, занятие кончилось...
   - Спустя пятнадцать минут после звонка?
   Логичное замечание, вообще-то.
   - Но преподаватель ушел...
   Мужчина тяжело вздохнул.
   - К сожалению, профессор Нава придерживается точки зрения, что алхимия - это искусство, которому нельзя научить, его нужно постигать самостоятельно, методом проб и ошибок. Однако это не значит, что учебный план можно не выполнять. Ян Байер, ассистент профессора Нава. Тема проекта?
   - Простите?
   - Тема вашего проекта? - он смерил меня задумчивым взглядом поверх очков. - Вам на почту сегодня прислали силлабус, читали?
   - У меня компьютер был сломан...
   Знаю, плохая отговорка. Я бы и сама не поверила. Сломанный компьютер, отсутствие Интернета, флешка, которая случайным и определенно волшебным образом размагнитилась на турникете в метро - самые ленивые всегда все валят на проблемы с электроникой. И до сегодняшнего дня я была не в их числе. Но, с другой стороны, что я могла сказать, это была правда!
   Мужчина посмотрел что-то в планшете.
   - Соколова, верно?
   - Да.
   - Свободны. Но к следующей неделе, будьте добры, подумайте, в какой области хотите защищать проект на экзамене. Остальные - марш в аудиторию.
   А ведь обещали просто зачет. Да еще и автоматом. За что?! Если бы я знала, никогда бы не согласилась сюда записаться. Я же ничего не смыслила в алхимии, я даже не знала, что это такое, как я могла что-то защищать? Спустившись вниз, я вышла из алхимического корпуса и, глядя себе под ноги, побрела мимо кактусов обратно к общежитию.
   Было еще кое-что, что меня беспокоило. Почему меня отпустили? Всех остальных, кто попытался улизнуть с занятий, погнали обратно. Ассистент преподавателя знал мое имя - или, по крайней мере, угадал с первой попытки. И это настораживало. Задумавшись, я не заметила, что впереди кто-то стоял, и на полном ходу врезалась в чью-то спину.
   - Извините, - пробормотала я, поднимая глаза.
   Ой.
   Спина эта (вообще-то, бок) была зеленой и пупырчатой. И заканчивалась клыкасто-шипастой головой. Проще говоря, сосредоточившись на своих мыслях и разглядывании земли под ногами, я умудрилась наткнуться на дракона. И на этот раз нас не разделял забор.
   Чудовище повернуло голову и плотоядно оскалилось, глядя на меня, судорожно перебиравшую варианты. Драться или бежать? Перцовый баллончик или относительно безопасные стены алхимического факультета?
   - Стоять!
   От неожиданности замерли мы оба, и я, и дракон. А потом так же одновременно посмотрели в сторону кричавшего. Со стороны факультета криптозоологии к нам спешил... студент, наверное. По крайней мере, если судить по одежде, то вероятность встретить профессора в клетчатой фланелевой рубашке и ковбойских сапогах должна быть существенно ниже. При виде нового действующего лица дракон радостно взвизгнул и похромал (надо было делать ставку на укрытие в корпусе, отметила я) к нему. И парень вовсе не пытался от него спастись. Вместо этого он терпеливо позволил себя облизать (впечатляюще устойчивая нервная система: если бы возле моего уха оказались дюжины острых зубов, я бы так спокойно не стояла) и потрепал его по холке.
   - Тише, тише. Чем она тебя так обидела?
   Кто, я? Да я тут, между прочим, вообще к смерти готовилась. Второй раз за день. А после этого меня же еще и обвиняли. Студент перевел взгляд на меня, в его глазах мелькнуло узнавание.
   - Эй, это случайно не ты два дня назад при виде Пушка в обморок грохнулась?
   Пушка? Какой считающий, что обладает чувством юмора, человек его решил так назвать? Да покажите мне на этой ящерице хоть один волосок! На звук своего имени дракон снова осклабился, заставив меня шарахнуться в сторону.
   - Тише, хороший. Она не злая, просто глупая, - что?! - раз драконов боится.
   - Глупо было бы не бояться, - не выдержала я. - Почему он вообще не за забором?
   - Потому что он ранен, ему пока нельзя к остальным.
   Ну да, логично, он ведь хромал. Чудовище жалобно опустило голову. Как будто специально подставляло, чтобы его погладили и утешили. Ну уж нет! Призвав на помощь всю имевшуюся в моем распоряжении силу воли, я развернулась и, стараясь не сорваться на бег, пошла обратно в общежитие.
  
   Дойдя до комнаты, я рухнула на кровать. Вернее, не так. Дойдя до комнаты, я посмотрела тот самый силлабус, после чего, даже не раздеваясь, рухнула на кровать. Сил не было. Я обещала себе не жаловаться и не думать о нормальной жизни, оставшейся где-то там, но... я так не могла. Драконов не существует. Магии не существует. Компьютерные вирусы не заставляют ноутбук летать по комнате. Это все было неправильно, и ничего в моей предыдущей жизни не могло подготовить меня к тому, с чем я столкнулась в ГООУ.
   Сколько я так пролежала, я не знала. Только в один момент поняла, что комната наполнилась ароматом ванили и шоколада. Я открыла глаза: так и думала, как и в первый вечер, у моей кровати сидела София с чашкой какао.
   - Тяжелый день? - сочувствующе поинтересовалась она.
   - Ты даже не представляешь, - я взяла в руки чашку. - Спасибо.
   Это была благодарность не только и не столько за горячий шоколад. За доброту и участие - в гораздо большей степени. Надо было признать, по крайней мере, с соседкой мне, кажется, повезло. Уже что-то.
   - Зачета по алхимии не будет.
   Это было преуменьшением. Без презентации "уникального исследования, имеющего практическую значимость (применение представляется экзаменационной коллегии отдельно) и научную актуальность" (все звучало не так страшно, пока не вспоминалось, что речь шла об исследовании в области чертовой алхимии!) у меня не будет оценки по алхимии, у меня не будет кредитов за пройденный предмет, у меня не наберется достаточное, согласно правилам, количество кредитов за семестр, меня отчислят, а, значит, и убьют... и лучше, пожалуй, об этом пока не думать.
   - Мне жаль.
   Я пожала плечами. Мне тоже было жаль, но проблема так просто не решалась.
   - Лучше скажи, что ты тут делаешь вечером. Я уже привыкла, что ты уходишь после обеда и до утра не возвращаешься.
   - У меня сейчас занятия в студии, - она достала из комода рулон с кистями, - пришла захватить сумку.
   Значит, она и училась на художницу. Глядя на ее мольберт, я гадала, хобби это или что-то большее.
   - Разве для рисования не нужен дневной свет? - спросила я.
   - Раньше, может быть. Но современное искусство удобно тем, что ты можешь рисовать хоть в полной темноте во время семибалльного землетрясения, и кто-то все равно сочтет это концептуальным.
   Странная точка зрения. Особенно для студента изобразительных искусств.
   - Он спрашивал о тебе. Диз.
   Это было неожиданно. С чего вдруг она решила вспомнить наглого айтишника?
   - Что?
   - Диз спрашивал о тебе. Пока ты ходила за кофе. Не подумай, я ничего не сказала...
   Да я уже догадалась, что он меня неспроста тогда выпроводил.
   - Нет, что он спрашивал?
   - О тебе, - София кинула сумку на кровать, - о том, правда ли ты ничего не знала о ГООУПиОАатСДиРН.
   Я застонала. Нет, надо было побыстрее придумать какую-то правдоподобную ложь и пользоваться ею как прикрытием. Потому что все, кто узнавал правду, очень уж удивленно на нее реагировали.
   - Неужели это действительно так странно?
   - Не то чтобы совсем странно. Редко. На моей памяти ты здесь третья такая.
   Третья - это не единственная, уже хорошо.
   - На твоей памяти - это за сколько лет? - на всякий случай уточнила я.
   - Я здесь восьмой год.
   Сколько? Неужели на художника нужно учиться так долго? И во сколько лет она тогда сюда попала? Потому что по ее виду я бы не сказала, что у нас была такая разница в возрасте.
   - А сейчас такие, как я, в ГООУ есть? - с надеждой спросила я.
   - Нет.
   Интересно, что с ними стало. Получили дипломы и отправились домой или... София отвела взгляд.
   Понятно. Лучше об этом тоже не задумываться...
   - Слушай, а вы с Дизом хорошо знакомы?
   - Учились когда-то вместе.
   На информатике или на ИЗО? И то, и другое почему-то было сложно представить.
   - Я тогда училась на философии, - пояснила соседка.
   Еще, как говорила Алиса, которая была в Стране чудес, страньше. Ладно, не будем углубляться в детали и предположим, что это был один из общих курсов вроде макроэкономики.
   - И что ты можешь о нем сказать?
   София долго молчала. Так долго, что я даже не ожидала услышать ответ.
   - Он - не худший из тех, кого можно здесь встретить.
   Щедрая оценка.
   - Но?..
   - Почему ты считаешь, что обязательно должно быть "но"?
   По тону. И потому что моей интуиции компьютерщик очень не нравился.
   - Но он не из тех, кого можно не опасаться, - наконец сказала София.
   Очень полезная информация.
   - Еще загадочнее ты не могла сформулировать?
   Соседка закинула на плечо сумку и ухмыльнулась.
   - Извини, чужих секретов не рассказываю. Ни твоих, ни его. Я пошла, вернусь завтра.
   - Подожди! - дверь не успела закрыться. Я набралась храбрости и сумела все-таки задать вопрос. - А ты... тоже из тех, кого следует бояться?
   Она тихо рассмеялась.
   - Еще как. Вспомни об этом, когда опять решишь завести будильник на семь утра.
  

ГЛАВА 3

РОМАНТИЧЕСКИЕ ИСТОРИИ НАЧИНАЮТСЯ ИНАЧЕ

  
   - Конечно же, формула Вертера гораздо круче! Сам посуди, никаких проблем с вероятностями, что снижает количество трудностей с векторами...
   За прошедшие недели (так странно было смотреть на календарь: вот уже почти месяц я жила неизвестно где) я в какой-то степени привыкла к жизни в ГООУ. Конечно, ее нельзя было сравнить с жизнью в нормальном мире, и абсурдно-необъяснимые явления попадались на каждом шагу, но... человек ведь ко всему привыкает, правда? У меня даже установилась своего рода рутина. Я привыкла к Софии и ее распорядку дня, включавшему в себя ее попытки выкинуть мой будильник и мои - этого не допустить. Да, и такое бывает, если поселить "сову" и почти "жаворонка" в одной комнате. Причем "сову" совершенно клиническую, готова поспорить, что дай ей возможность, и она окончательно перешла бы на ночной образ жизни.
   Я привыкла к постоянным пожарным сиренам. Впрочем, по сравнению со многим происходившим в ГООУ, система сигнализации была чем-то обыденным. Вот с причинами, по которым она включалась (едкий желтый дым, расползшийся по территории, несколько землетрясений, ожившая горгулья, ранее украшавшая крышу общежития и прочая) свыкнуться было немного сложнее. Но после десятой тревоги даже на них стало как-то наплевать.
   - Но его система безумно ограничивает силу заклинаний! Если ты возьмешь, к примеру...
   Я привыкла смотреть в окно перед выходом. Раньше никогда не обращала внимания на метеопрогнозы, зачем? И так ведь понятно, что, если на дворе конец сентября, ни плюс, ни минус тридцати градусов ожидать не стоит. Легкая куртка, зонтик, шарф на шею - и ты готова к выходу. В ГООУ такой вариант не проходил. Не знаю, кто заведовал местной погодой, но его явно отчислили с алхимического факультета. Какие сезоны, какие времена года? Климатические условия в ГООУ менялись самым хаотическим образом. Помните, я упоминала, что в первые дни царили солнце и почти летние плюс двадцать пять по Цельсию? Увы, их пора закончилась. С тех пор мы успели пережить неделю за сорок, когда даже местный асфальт плавился от жары, один осенний ураган, а теперь дружно терпели, пока не закончится зима и не растают полуметровые сугробы. К слову, большинство дорожек в ГООУ существовало чисто символически или не существовало вовсе, поэтому я особенно ждала, когда же уйдет холод, и можно будет не бродить по пояс в снегу. И вылезти из свитера, кстати, тоже.
   Единственным, что оставалось константным при этих погодных американских горках, была местная флора. Ни кактусы, ни трава на газоне не имели ничего против снега и льда, и даже сирень, чье цветение только за прошлую неделю я успела увидеть дважды, радовала глаз ярко-зелеными листочками посреди типичного северно-полюсного пейзажа.
   - Зато она ограничивает твои шансы попасть на тот свет, дубина! Честное слово, если бы такие, как ты, относились внимательнее к технике безопасности, у нас бы не было проблем с Охотниками!
   Кстати о листочках. Как-то раз, пока температура за окном не увлеклась экстремальными значениями, я сделала вылазку в окружавшую университет пустыню. Хотела узнать, как далеко она тянется. Выяснить так и не сумела: после нескольких часов блужданий, будучи на грани обморока и солнечного удара, я выползла все к тому же общежитию, хотя была готова поклясться, что шла в обратную от него сторону. Даже компас на смартфоне включила, но стоило ли говорить, что его здесь постоянно глючило? С этой экскурсии я заодно притащила в комнату маленький кактус, выкопанный где-то на границе вселенной. Посадила в землю и поставила на подоконник. София, помнится, долго ходила кругами возле него и пыталась понять, что я с ним собираюсь делать.
   "Изучать, конечно", - бодро ответила я. Хотя в действительности сама не представляла, что, как, и зачем я вообще его принесла.
   Тем не менее, кактус прижился, неплохо себя чувствовал, будучи оторванным от сородичей, и даже собирался зацвести. И вообще казался очень реальным, хотя и вырос в зыбком и странном пространстве вокруг ГООУ. Настолько реальным, что я после пересадки два вечера иголки из-под кожи выковыривала.
   С ним в комнате даже стало как-то веселее. Уютнее - хотя этому еще немало поспособствовали расшитые подушки, купленные на благотворительном базаре в холле. Да-да, ГООУ устраивал благотворительные акции. Кажется, он вообще очень серьезно относился к корпоративным обязательствам и социальной ответственности - а еще очень старался казаться нормальным вузом. Зачем? Я не знала.
   Кроме подушек после базара в комнате также поселились кружка с совой и полдюжины свечей с ароматом ванили, чей запах причудливо смешивался с запахом невысохших масляных красок на полотне Софии (хотя я все еще не была уверена, что размазанная по холсту половину палитры имела какое-то отношение искусству). Так что, пусть комната продолжала казаться мне тюремной камерой, по крайней мере, теперь в этой камере было приятно находиться. А именно этим я и занималась большую часть времени: болталась без дела у себя в комнате. Да, я могла часами расписывать, что я ко всему привыкла, и что в ГООУ было не так уж и странно (и совсем не опасно), но на самом деле... На самом деле меня не покидало ощущение, что я теряла контроль над своей жизнью.
   Я впервые (ладно-ладно, впервые после окончания школы) прогуляла занятия. Потому что никакой темы по алхимии у меня все еще не было. И через неделю это обстоятельство не изменилось, поэтому я пропустила лекцию во второй раз.
   Я до сих пор не открывала все эти своды правил, уже покрывшиеся пылью на комоде. Потому что мне казалось, что, если я приму их, то приму и все остальное, что происходило в моей жизни.
   Я...
   - Наташа, а ты что думаешь?
   Я улыбнулась, извиняясь:
   - Простите, ребят, но я ничего не смыслю в заклинаниях.
   На меня удивленно посмотрели.
   - Вообще-то мы уже пять минут как обсуждаем планы на выходные...
   А я опять задумалась о своем и упустила нить разговора. В последнее время со мной такое бывало.
   Райли пощелкала пальцами перед моим лицом.
   - Кажется, мы снова ее теряем, - сообщила она Максу. - Эй, ты в порядке?
   Да не особо, честно говоря.
   - Конечно, - бодренько солгала я, не желая вдаваться в подробности. - Так что там с выходными?
   Райли внимательно посмотрела на меня и перевела взгляд на Макса. Тяжелый такой взгляд, с явно читавшимся в нем намеком. Тот в ответ демонстративно проверил содержимое своего стакана.
   - Пойду, возьму себе еще кофе. Вам кому-то что-то принести?
   - Захвати и мне кофе, - попросила рыжая. - Скинни латте макиато...
   - С тыквенным сиропом, корицей и кардамоном, без сахара, - он закатил глаза. - Я помню. Наташа, тебе?
   Я покачала головой.
   - Ничего, спасибо. Мне сейчас все равно на лекцию бежать пора.
   Пожав плечами, он ушел, а мы остались одни. Райли тут же подобралась, словно лисица, учуявшая добычу.
   - Ладно, а теперь сознавайся, в чем дело.
   - Ни в чем.
   Как я могла поделиться с ней своими сомнениями и переживаниями? Мне было плохо, потому что я чувствовала себя здесь не на месте и не знала, что с этим делать. Я была обычным человеком. Оказавшимся в этом... Хогвартсе. Где люди обсуждали заклинания за обедом, черт возьми!
   - Брось, ты сама не своя, - поняв меня без слов, она сощурила глаза. - Мы тебя пугаем.
   - Нет, конечно! Что ты!
   Да. Немного. Потому что они родились среди магии и волшебства, дышали тем же воздухом, которым был пропитан ГООУ, а меня вырастили типичные советские атеисты-материалисты, между прочим. Мы были из разных культур, из разных миров...
   - Мне всегда было страшно ходить в школу, - внезапно призналась Райли. - Казалось, что я где-то ошибусь, и все узнают о магии, - похоже, несмотря на разные миры, у нас все-таки было что-то общее. Я сочувствующе посмотрела на ведьму, - поймут, что я не такая, как все, что я фрик... Можешь не верить, но многие из нас знают, каково это - оказаться в новом для себя мире. Я вот знаю. И, если хочешь, в любой момент готова с тобой об этом поговорить.
   О нет. Только не это "мы всегда рядом и готовы помочь тебе в любой момент, Наташа"!
   - О чем поговорить? - не выдержала я. - О том, что я застряла в этом дурдоме? Ты говоришь, что знаешь, каково это, только вот я даже не подозревала, на что подписывалась, когда попала сюда! А теперь мне никуда не деться, потому что я не могу ни перевестись, ни отчислиться! Да если бы я хоть догадывалась...
   - То что? - Райли холодно на меня посмотрела. Видимо, раз слезливые истории о прошлом и намеки на моральную поддержку не помогли, решила попробовать новую технику. - Тебе на самом деле очень повезло. Охотники прислали тебе приглашение в ГООУ. А могли и убить, ты это понимаешь?
   Макс уже попытался мне объяснить правила игры: если Охотники, следившие за порядком в магическом мире, внезапно обнаруживали человека со способностями, обычно его убивали: слишком опасным и неконтролируемым был дар, проявившийся во взрослом состоянии. Увы, объяснение это было слабым утешением. Особенно потому что никакого дара у меня не было.
   - Куда, ты говорила, ты хотела поступить? - немного смягчилась она.
   - В МГУ... еще куда-нибудь в приличный вуз, все равно, на самом деле.
   - Так поздравляю, ты поступила в приличный вуз. В чем проблема?
   Мне стало смешно. Представилось, как будет выглядеть в резюме упоминание о ГООУПиОАатСДиРН. Да уж, уважаемый, известный во всем мире вуз.
   - Что? - обиделась Райли. - Между прочим, вряд ли ты хоть где-то найдешь таких преподавателей, как здесь.
   Если учесть того же профессора Нава, то определенно, таких преподавателей больше нигде не найдешь.
   - Только вот учат в этом приличном вузе не нормальным предметам, а магии и алхимии, - саркастично заметила я.
   - А ты хотела... микробиологию, кажется? Это у тебя призвание или что-то другое?
   А ведь она попала в точку. Это было "что-то другое". Никакое не призвание, а просто выбор специальности, которая давала хорошие карьерные перспективы и при этом не вызывала бы отвращения.
   - Послушай, тебе дали возможность получить любое образование, какое хочешь, даже то, которое ты считала невозможным, карьеру в будущем, о какой ты и мечтать не могла. Так в чем дело?
   Ну, если посмотреть на ситуацию с такой стороны, то ни в чем, и я просто дурью маялась, переживая.
   - В том, что я не знаю теперь, чего я хочу, - пожаловалась наконец я. - Вот именно, что здесь дают образованием, которое я считала невозможным. Да я все это считала невозможным! А теперь мир так изменился, что я не знаю, что делать... Все вышло из-под контроля.
   Райли тяжело вздохнула. Я могла понять, для нее это должно было звучать как минимум смешно. А мне было... страшно. Я не могла объяснить, почему, но что-то в ГООУ постоянно заставляло оборачиваться в поисках угрозы. Сама я списывала все на нервы и на то, что сложно было все-таки привыкнуть к, например, левитировавшему чайнику, с которым я на днях столкнулась спросонья в коридоре. И другим проявлениям магии, которую студенты не гнушались использовать в повседневной жизни. Или к тому, что я записалась на чертову алхимию!
   А еще была странная апатия, не дававшая взять себя в руки...
   - Так верни это "все" обратно под свой контроль, - посоветовала она. - Выучи эту идиотскую алхимию, пойми, что тебе интересно, чему ты хочешь учиться. Заведи себе хобби, запишись в какой-нибудь клуб, найди себе мальчика... кстати о мальчиках, что насчет Макса?
   Вот тут ей удалось меня удивить. Я на время отложила жалость к себе в сторону и непонимающе воззрилась на Райли.
   - При чем здесь он?
   - По-моему, ты ему нравишься.
   - Сомневаюсь, - поморщилась я. - Ему люди вообще не слишком нравятся.
   Я все еще помнила его ремарку насчет людей... "обычных", как здесь говорили. Собственно, именно она и приходила на ум каждый раз, когда эти двое опять начинали спорить на свои магические темы, заставляя меня чувствовать себя чужой. Занявшей по ошибке чье-то место.
   - Так вот почему ты его избегаешь!
   Интересно, и что ее так обрадовало? Потому что в ее голосе сейчас звучала именно что радость. И облегчение.
   - Я его вовсе не избегаю! - возразила я.
   - Еще как избегаешь, - подтвердил Макс, не вовремя принесший кофе.
   Я смущенно отвела взгляд. Ладно, на самом деле я его избегала. Может быть, невольно, и не то чтобы совсем избегала, так, просто сторонилась, старалась, чтобы между нами всегда сидела Райли, и нам не приходилось оставаться вдвоем, но...
   - Мне пора, - засобиралась я, пока они не успели продолжить этот разговор. Меньше всего мне сейчас хотелось объясняться с Максом. - Лекция.
   Подхватив куртку, я сбежала от них и на выходе из столовой столкнулась с как раз входившей внутрь девушкой. Модельная худоба, светлое, почти белое каре, густо накрашенные глаза... Запоминающаяся внешность, без шуток. Только после неловких извинений мозг понял, что было не так. Я ее знала. Но откуда?
   Я застыла в дверях, не обращая внимания на просачивавшийся мимо меня народ. Бред какой-то. Как я могла быть уверена в том, что видела ее, и при этом не помнить, где? Да я даже не знала, как ее зовут. Так откуда... впрочем, откуда - это было понятно. Вряд ли я знала кого-то из ГООУ в обычном мире, значит, оставалась одна возможность. Первый вечер в университете, до сих пор преследовавший меня во сне (честное слово, что ни ночь, так костры и травяной аромат, уже повеситься хотелось от такого "разнообразия" сновидений). Но ведь не подойдешь же к человеку и не спросишь его "извини, я не помню, кто ты, но не можешь подсказать, откуда я тебя знаю"? Или?..
   Мне вспомнился совет Райли. Действительно, пора брать себя в руки, а жизнь - обратно под свой контроль.
   - Эй! Постой!
   Блондинка обернулась и недоуменно посмотрела на меня.
   - Мы случайно не знакомы?
   Она слегка качнула головой.
   - Ну как же, - продолжала упорствовать я, уже не боясь показаться идиоткой, - я точно помню тебя по празднику первого сентября.
   В ее глазах, до этого пугающе пустых и равнодушных, промелькнуло что-то, что я не смогла понять.
   - Тогда, возможно, и знакомы, - она рассмеялась высоким неестественным смехом. - Только, прости, я плохо ту ночь помню, придется опять знакомиться. Как, говоришь, тебя зовут?
   Что значит "я плохо ту ночь помню"? Еще одна с амнезией, что ли? Вроде потеря памяти - это не вирус и не коллективная болезнь... Я посмотрела ей в глаза и невольно отступила назад. Да, испугалась. Потому что они уже не были пустыми. Но то, что в них отражалось... Я сделала еще шаг подальше от нее и вместо следующего вопроса промямлила:
   - Да нет, если не помнишь, то это, наверное, я обозналась, извини.
   Поспешно выскочив на улицу, я уже там натянула на себя куртку. То, что я увидела... Я не могла это описать, но что-то здесь было неправильно. А, раз уж здравый смысл в ГООУ действовал только ограниченно (очень и очень ограниченно, надо заметить), интуиции в последнее время я привыкла доверять.
   Как она могла так спокойно говорить, что мало что помнит? Если бы я что-то забыла, я бы паниковала до того самого момента, пока не вспомнила бы... Так, стоп. И где же была эта паника? Нет, сейчас-то она присутствовала в полной мере ("вдох-выдох, - напомнила я себе, - вдох-выдох"), но где она была раньше? Почему меня не особо смутила целая ночь, пропавшая из памяти? А объяснение, которое я себе придумала? Да, последним моим воспоминанием с того вечера был запах выпивки, которую я держала в руках, но я в жизни не напивалась до такой степени, чтобы забыть, что со мной произошло! Я вообще не помнила, чтобы когда-нибудь откровенно напивалась, а ведь был даже тот случай, когда я по незнанию схватила стакан с водкой вместо воды (любой мог обознаться, знаете ли).
   Было ли дело в свежем морозном воздухе или в чем-то другом, но впервые за последние недели я почувствовала, что мыслю ясно. Что-то резко изменилось, словно с глаз сняли повязку, и я видела то, что раньше не замечала. И ничего не понимала. Кроме одного: что-то было не так. И это "что-то" опять возвращало меня к первой ночи в ГООУ.
  
   Потеряв время на разговор с блондинкой и размышления, я вбежала в кабинет вместе со звонком, когда свободным оставалось всего одно место в последнем ряду. Делать было нечего, пришлось повесить на крючок куртку и протопать в конец класса. Мой будущий сосед по парте сидел, отвернувшись к окну, и не заметил моего появления, пока я не решилась задать вопрос:
   - Здесь свободно?
   Мне следовало догадаться. Мне следовало узнать его по серебряному кольцу в ухе, или по браслетам с шипами, или по взлохмаченной черной шевелюре... По случайному стечению обстоятельств, которое уже не казалось таким случайным, рядом с единственным свободным местом сидел Диз.
   - Да ты издеваешься!
   - Ты, что, следишь за мной?!
   Справедливости ради, выглядел он таким же ошарашенным (и раздраженным), как я. Недовольно скривившись, он все же смахнул в сторону свои вещи и пригласил:
   - Садись.
   А ведь других свободных мест не было... Пришлось. Тем более, что сразу после звонка в аудиторию влетела преподавательница.
   - Значит, так, - молодая, коротко стриженая девушка в клетчатой рубашке и джинсах уселась на стол (еще и ногами в воздухе стала болтать, вот уж точно, человек науки) и обвела взглядом публику. - Меня зовут Карин Лонасси, многие из вас знакомы со мной по курсу менеджмента разнообразия. Привет всем. Как некоторые уже знают, а остальные узнают об этом сейчас, я не верю в теорию, поэтому никаких учебников, никаких слайдов, только примеры и здоровая дискуссия...
   - Что ты здесь делаешь? - конспиративно прошипела я Дизу, пока шло вступление. - Только не говори, что тебе интересно.
   После помощи с компьютером я его больше не видела и не слышала о нем. На три недели он испарился, и вдруг, стоило мне только наткнуться на нечто странное и непонятное (и связанное с ночью первого сентября, которой он, кстати, по каким-то причинам интересовался), как вот он, не только на одной лекции со мной, но еще и за одним столом.
   Совпадение?
   Вряд ли.
   Диз весело на меня посмотрел и поспешил заверить:
   - Мне интересно.
   Преподавательница спрыгнула со стола и подошла к доске.
   - Стереотипизация. Объектификация. Фетишизация. Геттоизация, - интересно, сколько еще слов с окончанием "-ация" можно было назвать? Или, скорее, придумать, потому что я сомневалась, что хотя бы половина этих терминов существовала в правильном русском языке. На доске стали появляться надписи, сделанные крупным размашистым почерком. - Что общего у этих проблем? Еще одна проблема, объединяющая все вышеперечисленные: репрезентация. Или, правильнее сказать, ее отсутствие.
   - Это же гендерные исследования, как они могут быть тебе интересны? - даже я оказалась здесь только благодаря Софии (которая тоже считала, что это любопытный и увлекательный предмет, опять они с Дизом мыслили в одном ключе) и обещанной легкой оценке.
   Мой новый вопрос позабавил его еще больше, чем предыдущий.
   - Что, не веришь в равноправие полов?
   - Я из России, - напомнила я. - После истории двадцатого века я вообще не особо верю в утопии.
   - Поговорим сегодня о кинематографе. О Голливуде. В прошлом году в ста самых успешных фильмах только пятнадцать процентов главных персонажей были женского пола. И если вы думаете, что со второстепенными персонажами дело обстояло лучше, то вы ошибаетесь: только двадцать восемь процентов ролей со словами были отданы женщинам. То есть, по сути, в среднем на трех персонажей мужского пола приходился один персонаж женского пола, и то благодаря наличию в топ-100 так называемых "женских" фильмов, где количество мужских и женских персонажей было примерно одинаковым...
   Не выдержав, я дернула его за рукав футболки:
   - Так зачем ты здесь? И не ври про "интересно", все равно не поверю. Ты же мужчина! - ладно, каюсь, это прозвучало немного обвинительно. Но я в самом деле не понимала, чем ему мог быть интересен предмет, почти полностью состоявший из историй про женщин и ущемление их в правах.
   - Как и половина группы, - заметил айтишник.
   Я подняла голову и посмотрела на класс. Да... В такие моменты ярче всего чувствовалась разница между мной и большинством студентов ГООУ, выросших в других полушариях (а то и вовсе в иных мирах, если верить Софии).
   - Ладно, раз не поверишь... Такие предметы хорошо выглядят в CV.
   Этот мотив уже выглядел правдоподобнее.
   - И все? - недоверчиво уточнила я.
   - А что тут еще может быть?
   Я не знала. Может, я перебарщивала с эмоциональной реакцией... Возможно, и не было ничего удивительного в том, что в университете, где училось несколько десятков тысяч человек, и каждый сам составлял себе расписание, два студента внезапно оказались на одном и том же курсе.
   - Эй, галерка! - окликнула нас преподавательница. - Диз!
   - Да, мэм? - айтишник при этом был сама невинность.
   - Харе болтать, успеете потом познакомиться, - грозно велела она. - Вам еще вместе проект делать.
   Ой... Скажите, что это необязательно, и еще можно поменять партнера.
   - Так вот, как я упоминала, и это все несмотря на то, что, по данным Американской ассоциации кинокомпаний, большую часть аудитории кинотеатров составляют женщины. А теперь перейдем собственно к теме сегодняшнего занятия, - Карин достала из сумки два диска, - "Мстители" или "Стражи Галактики"?
   А вот к такому методу преподавания я, пожалуй, могла бы привыкнуть. Правда, насладиться фильмом не дали: процесс демократического голосования нарушила пожарная сигнализация. Наш коллективный вздох при этом удивительно хорошо рифмовался со словом "опять".
   - Ладно, так и быть, свободны, - махнула на нас преподавательница. - И что мне с вами делать, тунеядцами... Домашнее задание: найти один фильм, рассчитанный на гендерно-нейтральную аудиторию, где количество персонажей женского пола и мужского будет хотя бы примерно равно, и десять фильмов, где мужских персонажей будет существенно больше. Поверьте, второе гораздо проще.
   Студенты с отсутствующим видом покивали и потянулись к выходу. Причина, по которой включилась сирена, обнаружилась на первом этаже, теперь очень качественно затопленном. Из распахнутых дверей коридора в холл бурным потоком лилась вода, смывая все на своем пути. Хорошо еще, кто-то додумался выставить на пути к выходу помосты, вроде тех, по которым в наводнение бродят туристы в Венеции. Плохо, что от лестницы до ближайшего сухого места было не меньше полутора метров, и то, прибывавшая в холл вода, не успевавшая утекать через открытые двери на улицу (что у них там прорвало? Ниагару?), грозила в скором времени не только затопить мостки, но и отодвинуть их еще дальше.
   - Да мы никак снова оказались на "Титанике", - задумчиво прокомментировал происходящее Диз, спускавшийся позади меня.
   Ему хорошо шутить, а для меня расстояние между ступеньками и ближайшим помостом выглядело почти непреодолимой пропастью. В которую прыгать, рискуя оказаться как минимум по пояс в воде, совсем не хотелось. В подтверждение моих слов айтишник обогнул меня, легко перешагнул на сколоченные из фанеры мостки и галантно предложил мне руку, которую я на автопилоте приняла. И тут же выпустила, когда поняла, что сделала. Потеряв равновесие, я стала заваливаться назад, как...
   - Осторожнее! - Диз крепче перехватил мое запястье и притянул к себе. - Ты всегда такая неуклюжая, или это только мне так везет?
   - Только тебе, - оказавшись на скользких, но относительно сухих досках, я перевела дух.
   В зеленых глазах блеснуло веселье.
   - Почему-то я так и думал.
   Интересно, отчего у меня появилось ощущение, что он имел в виду не только случившийся сейчас инцидент? Непонятно почему смутившись, я высвободила свою руку и поспешила к выходу. На улице, увы, картина была не лучше. При царивших в последние дни температурах даже те массы воды умудрялись мгновенно застывать, превращая все вокруг в ледовый каток. Поскользнувшись на гладкой поверхности, я комично замахала руками, пытаясь не врезаться носом в обледеневшую землю.
   - Ничего, я уже начинаю привыкать, - флегматично заметил Диз, снова подхватывая меня в свободном падении.
   Вот уж кто не чувствовал себя на льду как олененок Бэмби. Чертовы сапоги, чертовы каблуки, чертов ГООУ! С его поддержкой я кое-как добралась до расчищенной дорожки и впервые за последнее время обрадовалась сугробам вокруг. Они, конечно, были холодными, мокрыми и противными, но, по крайней мере, не скользкими и не такими опасными для моих конечностей.
   - Спасибо, - была вынуждена поблагодарить его я. - Можешь меня уже отпустить.
   - Как скажешь.
   Он повиновался, выпуская мой локоть. И пошел рядом с независимым видом. Пройдя полпути к общежитию, я не удержалась и спросила:
   - Ты, что, специально за мной идешь?
   - Знаешь, крошка, - ну вот, а я уже забеспокоилась, куда делось раздражающее обращение, - твоя паранойя умиляет. Это врожденное, или у тебя есть какие-то причины? - не дождавшись от меня ответа (а как бы он прозвучал? "Да, у меня есть причины тебя подозревать: ты мне не нравишься"), он продолжил. - К твоему сведению, я иду к себе. Я же говорил, мы соседи.
   Говорить-то говорил, только я не особо поверила его словам. Но доказательств у меня не было, потому я промолчала. И молчала до самого общежития, что моего попутчика, кажется, совсем не смущало. Вместе со мной он вошел в лифт и нажал шестую кнопку.
   - Соседи, - лишь напомнил он мне, когда я вновь окинула его подозрительным взглядом.
   Ну да, конечно.
   - О, - на выходе из лифта мы столкнулись с Леонор, - ты все-таки ее нашел!
   Она приветливо улыбнулась, не обращая внимания на выражение наших лиц. Диз, услышав ее слова, недовольно скривился, и, хотя он мгновенно принял уже знакомый мне совершенно невинный вид, я отметила его первоначальную реакцию. Я же... скажем так, я была несколько удивлена. "Нашел"? Что она хотела этим сказать?
   - Наташа, как хорошо, что я тебя встретила, - продолжала щебетать главная по этажу, - ты бы не могла передать Софии эти письма? И напомни, что ее искали из меда, путь им позвонит...
   - А почему ты сама ей это не скажешь?
   Растерявшись под ее напором, я покорно приняла стопку конвертов (машинально отмечая обратный адрес: Румыния), хотя играть в испорченный телефон совсем не хотелось. И вообще, у меня сейчас была более насущная проблема, пытавшаяся под шумок испариться. Совсем не странное поведение, совсем...
   - Наташа? - на звуки наших голосов из коридора выглянул Макс.
   Только его сейчас не хватало. Внимательно посмотрев на Диза, Макс перевел взгляд на меня и уже собрался было что-то сказать, как айтишник, воспользовавшись сутолокой у лифта, быстро попрощался и сбежал в свое крыло. Черт, а ведь я только собралась задать ему пару вопросов!
   - Минуту, - предупредила я блондина и нырнула вслед за Норой к ней в кабинет. По крайней мере, она еще никуда не исчезла. - Что ты имела в виду, что он все-таки меня нашел?
   Похоже, работа главной по этажу была тем еще трудом на галерах. Когда бы я не видела Леонор, она постоянно куда-то спешила, пыталась заниматься десятком дел одновременно и, даже разговаривая с тобой, раздумывала над одиннадцатым. Вот и сейчас она рассеянно ответила мне, перебирая какие-то бумаги.
   - Как это что? То, что он просил у меня твой номер телефона, конечно. Кстати, не забудь к пятнице принести мне список покупок, я от тебя за эти недели так ничего и не получила.
   Ну да, мне было немного не до того. Но сейчас речь шла о не о покупках.
   - Когда?
   - Что когда? В пятницу, я же сказала...
   - Когда Диз спрашивал у тебя мой номер? - терпеливо уточнила я.
   А ведь я была права, когда утверждала, что не дала бы ему свой телефон сама!
   - Ах, это... Так второго, сразу после праздника, - она посерьезнела и посмотрела на меня. - А в чем дело?
   Хотела бы я и сама это знать.
   - Диз говорил, зачем ему он?
   Леонор недоумевающе захлопала глазами.
   - А зачем вообще спрашивают телефон у девушки?
   Чтобы позвонить. Только это был не наш... не совсем наш случай. Потому что обычная схема из знакомства, флирта и свидания не предусматривала подозрительных обстоятельств, потери памяти и лавкрафтианского вуза.
   Зайдем с другой стороны.
   - Как он объяснил, почему спрашивает мой номер у тебя, а не у меня?
   - Сказал, что познакомился у костров с новенькой по имени Наташа, а телефон у нее взять забыл. Спросил, не знаю ли я тебя.
   - И ты в это поверила?
   Потому что я - не очень. Хотя после ее рассказа и оставался вопрос, как айтишник узнал мое имя.
   - Конечно, - удивилась Нора.
   - И дала ему мой номер? - уточнила я.
   - Конечно, - повторила блондинка. - А что, не надо было? Это же Диз...
   Вообще-то нет. Мне всегда казалось, что это логично: если девушка не дала парню номер своего телефона, значит, на то были причины, и достаточно весомые, чтобы никто другой не пытался "помочь" и исправить ее оплошность. И что значило "это же Диз"? Потому что, если кто-то здесь намекал, что, раз уж мной заинтересовался парень, которого легче было бы представить на обложке какого-нибудь глянцевого журнала, чем в пыльном кабинете IT, то я должна прыгать от счастья и не замечать, что здесь было что-то не так, я этого кого-то немножко убью, честное слово. Ладно, признаю, с объективной точки зрения, возможно, это было бы естественно и даже немного логично. Если бы у меня уже не было иммунитета, полученного горьким и противным способом.
   Но он был. И очень мешал радоваться подобному вниманию.
   Леонор понимающе наблюдала за моими метафорическими метаниями.
   - Да брось, мне кажется, это мило. Он так настойчиво уговаривал меня поделиться твоим телефоном или хотя бы сказать номер твоей комнаты, искал тебя специально... Знаешь, - мечтательно улыбнулась она, - по-моему, это звучит как начало романтической истории.
   О нет. В нашем случае это звучало как начало чертова детектива. Шпионского романа. Того ужастика про серийного маньяка-психопата, про который вы знаете, что не стоит смотреть его посреди ночи, но все равно включаете.
   Ладно, возможно, с последним я немного преувеличила, но девушка никогда не может быть слишком осторожной.
   - Это все, что ты хотела спросить? - минута, которую мисс "Я-здесь-для-того-чтобы-тебе-было-комфортно" была готова потратить на меня, прошла, и Нора снова вернулась к делам. - Если да, то не забудь, пожалуйста, про список.
   Макс стоял все там же, скрестив руки на груди и прислонившись спиной к стене. Незаметно вздохнув, я нацепила на лицо улыбку и побрела извиняться. А мне было за что. Это было несправедливо - обвинять его чуть ли не в расизме, куклуксклановстве и отношении к людям как у слизериновцев к магглам (и хотя я не успела озвучить все это Райли за обедом, я же так думала! Значит, вина моя существовала) на основании одной какой-то фразы (пусть и несколько обидной. Я тоже люди, хоть и в единственном числе).
   - Давно ждешь? - спросила я, подходя к нему.
   - Да нет. Честно говоря, я оставил тебе записку и уже уходил, как ты вернулась...Слушай, а кто тот парень, с которым ты пришла?
   Как так получалось, что, стоило Дизу появиться, как все начинало крутиться вокруг него?
   - Никто, - удивилась я. - Одногруппник, мы с ним на гендерные исследования вместе ходим. А что?
   - Да ничего. Показалось...
   Судя по задумчивому выражению лица, это было вовсе не ничего, но я не стала продолжать тему и вместо этого приступила к покаянию.
   - Не знаю, сколько ты услышал сегодня из нашего с Райли разговора, но ты все не так понял... - я прикинула кое-что в уме и была вынуждена исправиться, - то есть, возможно, ты так понял, но... Я хотела сказать, я не... Я имела в виду...
   Факты таковы: я не умею просить прощения. Я очень хочу, но у меня никогда не получается нормально, чтобы это выглядело искренне и не пошло, извиняться. Или поздравлять кого-то... Да и вообще собеседник из меня хреновый, если подумать. Но речь не о том.
   А я ведь очень хотела извиниться. Макс мне нравился. Возможно, немного меньше после Той Самой фразы, но все же... С ним было спокойно. У него был тот особый вид обаяния, когда от одной только его уверенной приободряющей улыбки сердце переставало скакать как бешеное, а мысли приходили в порядок. Не в этот раз, правда.
   - Короче, твое отношение к людям... или твои отношения с людьми - это совершенно не мое дело, и я не хочу, чтобы ты подумал, будто я осуждаю или даю вообще какую-то эмоциональную оценку, потому что, как я уже сказала, это совершенно не мое дело...
   Кажется, я от Райли заразилась. Макс, видимо, подумал о том же, потому что улыбнулся и терпеливо подождал, пока я сама не выдохнусь.
   - Может, дашь мне самому сказать? - поинтересовался наконец он.
   - Ты прав, - согласилась я. После такого позора я на что угодно бы согласилась. - Говори.
   - Пригласишь к себе?
   Заметив, как я колебалась, подыскивая вежливую и тактичную причину для отказа, Макс подошел к вопросу с другой стороны.
   - Хочешь узнать, кто такие Охотники?
   Та полиция сверхъестественного мира, блюдущая соблюдение Договора (именно с большой буквы, чтобы никто не перепутал; произносить с почтением и придыханием)? Конечно, я хотела!
   - Проходи, пожалуйста, - я быстро отперла дверь.
   А он знал, чем меня зацепить.
   В комнате Макс с любопытством огляделся, подошел к мольберту и нервно закашлялся, рассмотрев стоявшую на нем незаконченную картину. Я его понимала: София тяготела к абстракции. А еще у нее был красный период, в результате чего стоявший на мольберте холст изображал что-то удивительно похожее на вываленные наружу окровавленные человеческие внутренности.
   - А у вас тут уютно...
   - Ты хотел рассказать про Охотников, - напомнила я.
   - Сначала я хотел извиниться, - смущенно покосившись на разобранные кровати, сокурсник примостился на краешке единственного в комнате стула. - Мне следовало подумать о выборе слов.
   Судя по виноватому виду, Райли не только меня успела сегодня построить.
   - Просто я не подумал, что ты... будешь считать себя человеком.
   - А кем же еще? Я и есть человек.
   - Нет, - последовал жесткий ответ. - И лучше тебе как можно скорее перестать так думать.
   Я удивленно (и несколько возмущенно: мое дело, что мне думать и считать) посмотрела на Макса - не то чтобы я хорошо знала его, но подобная категоричность мне показалась не в его духе.
   - Это почему же, интересно? И что ты вообще имеешь против людей, раз уж на то пошло?
   Я зареклась задавать этот вопрос еще в первый день, когда встретила Макса, но... благие намерения никогда не выдерживают проверки реальностью. Он пожал плечами.
   - Скорее вопрос в том, что они имеют против нас. Ты скоро сама поймешь.
   Я была уверена, что не пойму.
   - На самом деле, те, кто не знает про нас, еще ничего, но вот знающие... Как ты думаешь, кто такие Охотники? - неожиданно спросил он.
   Чудовища, которых боятся сами чудовища? Даже боюсь представить.
   - Они люди.
   А вот это уже звучало как-то даже... разочаровывающе. Люди? Что они вообще могли противопоставить магам, колдунам и прочим кошмарам из детских сказок?
   - Люди, которые знают о нашем существовании. Знают о нашей силе, о наших возможностях. И как, по-твоему, они после этого к нам относятся?
   - Судя по твоему тону, они вас ненавидят, - предположила я.
   - Нет, что ты, - в его голосе появились саркастические нотки. - Ненавидят - это еще мягко сказано, на самом деле.
   - Ты преувеличиваешь. Не могут же они все...
   - Могут, еще как.
   Он говорил слишком уверенно для человека (ладно, специально для Макса: для не-человека), знающего об этом только понаслышке.
   - Что, личный опыт? Враги сожгли родную хату, убили всю твою семью?
   Судя по выражению его лица, шутка оказалась не совсем удачной. И не совсем шуткой. Я испуганно прижала ладонь к губам.
   - Что, правда? Прости...
   - Все в порядке, - отмахнулся он от моих извинений. - Это было давно и вовсе не так трагично, как ты думаешь.
   - Что произошло?
   - Мой отец работал на них, - заметив мое удивление, он прервался. - Часть Договора. По нему тринадцать наших самых старых и сильных родов должны отдавать своих первенцев на службу к Охотникам - иначе откуда бы те узнали, как нас убивать?
   Я сложила два и два. Макс упоминал только об одном брате, младшем.
   - И ты...
   - И я, - согласился он. - После учебы.
   Спустя некоторое время он продолжил:
   - Нам сказали, что произошел несчастный случай. Никого кроме напарника отца рядом не было, но... в теле, котором нам отдали, было четыре пулевых отверстия.
   Мне нечего было на это сказать. "Не так трагично", как же!
   - Но почему они вас ненавидят?
   Он снова пожал плечами.
   - Страх. Зависть. Обычным людям сложно относиться к нам иначе.
   - Я человек, но я тебя не боюсь и не завидую, - напомнила я.
   - Ты не человек. Ты попала в ГООУ, что лучшее тому доказательство, - с этим аргументом можно было поспорить: я лично подозревала какую-то жестокую ошибку, но мне не с кем было поделиться своими предположениями. - И, поверь, для твоего же блага, переставай так считать. Иначе тебя ждет большое разочарование.
   Опять двадцать пять. Мне уже не хотелось продолжать этот разговор - слишком тяжелым и муторным он оказался. Да и спор, в котором не переубедить ни одну из сторон, лишен смысла. И кто решил, что я сегодня жажду получить очередной совет на тему, как мне лучше жить?
   - Ладно, - я вздохнула. - Послушай, спасибо за желание помочь, но ты ошибаешься. Я человек. У меня нет никакой магии, я обычный человек, который живет и собирается жить обычной жизнью.
   Вопрос, правда, был в том, насколько после ГООУ я смогу вернуться к обычной жизни. Но пока я предпочитала об этом не задумываться - если в ближайшее время ничего не изменится, волноваться о будущем мне все равно не придется. Отчислят...
   - Спорим? - криво улыбнулся Макс. - Все равно по-любому скоро узнаем.
   В каком это смысле?
   - Что ты имеешь в виду? - осторожно спросила я.
   Меньше месяца в ГООУ, а я уже выучила важный урок: сюрпризы и неожиданности приятными не бывают.
   - У нас же на следующей неделе введение в теорию магии начинается, там и проверим.
   Что? Нет, не так: что?!
   - Даже если начнется, при чем здесь я?
   - Ты же вместе с нами записана на него, - удивился он. - Ты показывала свое расписание.
   Нет. Скажите мне, что это ошибка. Мало мне алхимии! Я метнулась к письменному столу, где в ящике лежала бумажка с курсами, на которые я записывалась. Не зря мне тогда показалось, что в списке предметов, составленном Софией, было больше курсов, чем мы обговорили. Чтобы я еще раз доверила ей свое расписание!
   В отчаянии я посмотрела на строчку с магической теорией - я же ее не сдам! Да если там кроме теории будет хоть капля практики, мои шансы завалить семестр станут не сто, а двестипроцентными!
   - Мне крышка, - простонала я.
   - Забей, - посоветовали мне. - Все будет в порядке.
   Конечно, будет. А когда я завалю и этот предмет, все станет вообще хорошо...
   - Эй! - притворно (или все-таки искренне?) обиделся Макс. - Мы с Райли тебя бросать не собираемся. Поможем. Так что смирись, магию ты не завалишь.
   Я только горько усмехнулась. Не то чтобы я не верила в их помощь. Я не верила в себя.
   Он встал со стула и кое-как пригладил взъерошенные волосы.
   - Значит, все еще утверждаешь, что ты человек? - я кивнула. - Что ж, скоро выясним. Закроешь за мной?
   Я машинально поднялась вслед за Максом, все еще думая над его словами. И об Охотниках, и о учебе.
   - Кстати, - остановился он в дверях. - Еще одна тема. Райли была права, - не нужно было уточнять, насчет чего именно она угадала. - И, раз уж мы выяснили, что люди мне не не нравятся, может, захочешь как-нибудь выпить кофе?
   Мы и так пили кофе вместе. Практически каждый день. Но я понимала, на что он намекал.
   - Может, в другой раз? - я отвела взгляд. - На меня сейчас столько всего навалилось...
   В другой раз. В другом мире. В другой жизни. Возможно.
   И не вздумайте меня укорять за отговорки, в этой была доля правды. Я сейчас действительно узнала слишком много нового, чтобы думать о кофе и о том, что могло бы за ним последовать.
   - Ладно, - согласился он. - В другой раз.
   В его голосе звучало обещание, которое при иных обстоятельствах меня бы обрадовало, а сейчас... Я не была уверена. Закрыв за блондином дверь, я прижалась к ней спиной и медленно сползла вниз.
   Плохие новости: у меня появилась еще одна проблема кроме алхимии. Хорошие новости: меня пригласили на свидание! От которого, правда, я отказалась, так что не факт, что не надо было занести этот пункт в предыдущий столбец.
   Наверное, я дура. Наверное, я еще могла бы догнать его и поменять свое решение. Но вместо этого мои мысли плавно перетекли на другие, более насущные темы. Введение в теорию магии... Мне конец.
  
   При всех дельных советах, которые Райли мне сегодня дала (да, я готова была признать, что они были вовсе не такими плохими), с одним она промахнулась. Я не нуждалась в хобби. Оно у меня уже было - и не надо утверждать, что паранойю и теории заговоров нельзя считать хобби. А вот от подработки я бы не отказалась. Тем более от такой, которая и с проведением досуга могла бы помочь.
   Объявление о вакансии я заприметила еще в первый раз, когда просматривала информационную макулатуру в холле общежития. Но почему-то забыла о нем на несколько недель... Сейчас, спустившись на первый этаж, на секунду я испугалась, что его уже сняли, но нет. Нужный мне клочок бумаги все еще висел на своем месте, только теперь его закрывали сообщения о том, что срочно требовались дегустаторы на кулинарный факультет и в кафе корпуса омега-омега-омега (я вздохнула: неужели на алхимическом факультете думали, что кто-то на это купится?). Аккуратно отцепив объявление, я посмотрела на знакомый адрес и вышла на улицу.
   Центр коммуникаций несколько поменял свой облик с тех пор, как я была там в последний раз. В стенах появились окна, причем такие пыльные и грязные, будто они стояли там как минимум лет двадцать - и за все это время их ни разу не вымыли.
   Зато дверь исчезла.
   Я обошла здание по периметру, пытаясь отыскать вход. Ноль шансов. Следовало просто поверить в реальность происходящего: окна появились, дверь пропала. Видимо, у них была ротация. Перепрыгивая через сугробы, я подобралась к одному из окон высокого первого этажа, находившемуся неподалеку от места, где совсем недавно располагался дверной проем, и постучала по стеклу. Почти мгновенно окно открылось, и на улицу высунулась всколоченная голова.
   - Привет, - вежливо поздоровалась я. - А как можно войти в коммуникационный центр?
   Вместо ответа мне протянули руку. С ее помощью я кое-как перевалилась через подоконник и оказалась внутри.
   - Серьезно? - поинтересовалась я, переводя дух. - И это единственный вход?
   - Сегодня - да. Ты к нам или куда-то еще?
   - Я...
   Я бегло пробежалась взглядом по комнате. Шесть письменных столов, заваленных бумагами так, что рассмотреть лакированную поверхность не представлялось возможным, пробковая доска на стене, на которой в беспорядке висели фотографии и заполненные неровным почерком списки. На другой стене - огромный телевизор, включенный на полную громкость. Судя по визуальному ряду, на нем шли новости. Странно, я думала, в ГООУ не было телевещания... А, нет, я ошиблась, закадровый смех подсказывал, что шоу было скорее юмористическим. Или, по крайней мере, политико-сатирическим. Рядом с телевизионной панелью кто-то повесил благодарственное письмо от ректора и первую страницу газеты. Да, кажется, я попала туда, куда хотела. В редакцию ежемесячной студенческой газеты ГООУПиОАатСДиРН.
   - Я к вам, - сообщила я, пытаясь перекричать телевизор. - По объявлению. Вам все еще нужен младший редактор?
   На меня странно посмотрели. Потом вихрастый парень подошел к столу, раскопал пульт и убавил громкость.
   - Одну секунду, - предупредил меня местный журналист и выглянул в коридор. - Моника!
   Пришедшая на его зов мулатка была очень красива. А еще выглядела очень, очень профессионально: белая рубашка, узкая юбка-карандаш, черные лодочки. Длинноносый парень, затащивший меня внутрь, кстати, несмотря на прическу, знавшую лучшие времена, тоже выглядел весьма серьезно, и щеголял деловым костюмом и очками в строгой роговой оправе. У меня появилось ощущение, что я со своим красным пуховиком, потрепанными джинсами и рюкзаком с совами не совсем впишусь в коллектив, если меня возьмут.
   - Она хочет стать младшим редактором, - объяснил журналист Монике.
   Мне подарили очередной полный сомнения взгляд. Почему-то с момента поступления в университет я только такие и собирала.
   - Ты хочешь попасть к нам в редакцию, чтобы получать от лоббистов взятки за сокрытие информации? - поинтересовалась она у меня.
   - Н-нет...
   Мне это как-то даже в голову не приходило. Интересно, а какие в ГООУ были лобби?
   - Ты хочешь стать журналистом, потому что считаешь необходимым раскрывать людям глаза на правду и доносить до них истину несмотря ни на что? - спросил оставшийся пока безымянным член редакции.
   - Да нет...
   Будем откровенны: это были странные вопросы. Очень странные. И сами сотрудники редакции тоже были странными. Может, еще было не поздно дать обратный ход?
   Мои ответы, судя по всему, их удовлетворили. Они переглянулись, кивнули друг другу, и Моника жестом передала слово своему коллеге.
   - В таком случае ты принята, - возвестил он. И все? Никаких расспросов про мою квалификацию, ничего? - Добро пожаловать, твое место будет там, в углу.
   Я посмотрела на указанный стол. Единственный из шести, он был покрыт не только продукцией бумажно-целлюлозного характера, но и очень толстым слоем пыли. Давно, видимо, они ищут младшего редактора... Совсем уже отчаялись, вон как подозрительно легко меня взяли. Интересно, почему? В моей голове разом замигали метафорические красные лампочки, намекавшие, что отсюда нужно делать ноги.
   С другой стороны... Двенадцать часов в неделю и три сотни цветных не-рублей...
   - А... какие будут у меня обязанности? - осторожно поинтересовалась я.
   - Отбор и редактура статей, которые нам присылают, можешь писать свои, в этот номер уже не успеешь, нам его сдавать через четыре дня, но, если начнешь со следующего, мы будем рады, - перечислял, загибая пальцы, мой, кажется, новый начальник. Пока в списке не было ничего опасного. - Подбор иллюстраций к статьям и выбор фотографий, сегодня Жако нет, но мы тебя с ним познакомим, это наш фотограф, административная работа и... если не трудно, кофе никогда не помешает. Справишься?
   Триста условных единиц заплясали перед моими глазами. Конечно, справлюсь. Даже с кофе - в крайнем случае, столовая тут недалеко.
   - Да, - твердо пообещала я.
   - Вот и замечательно! - расцвел парень.
   Согласна. Замечательно. Но почему же они так долго не находили никого на этих условиях? Со стороны коридора послышалось деликатное покашливание. Я вздрогнула: в оглушавшей после телевизора тишине я не слышала шагов. Символически постучав в открытую дверь, к нам подошел мужчина, показавшийся мне смутно знакомым.
   - Мессир Джонатан! - с благоговением поприветствовал его журналист. А я вспомнила, где его видела: в ректорской приемной в первый вечер. - А мы как раз приняли в штат новую сотрудницу. Познакомьтесь, это... - тут он понял, что так и не узнал моего имени.
   - Наташа Соколова, - ответил за меня секретарь. - Доброго дня.
   Только вот взгляд его не сулил ничего доброго, по крайней мере, мне.
   - Оливер, - рассеянно представился парень, не заметивший наших переглядываний. - Очень приятно. А это Моника, а с остальными мы тебя потом познакомим. Так с чем вы к нам, мессир?
   - Господин ректор попросил передать вам свое обращение, - мужчина протянул Оливеру белый конверт. Когда они так говорили о ректоре, нормально и спокойно, было легко представить на месте тентаклевого монстра какого-нибудь благообразного старичка. - Значит, вы нашли все-таки нового редактора?
   - Так точно, мессир. Вы имеете что-то против? - спросил мой новый шеф.
   Похоже, даже до Оливера стало доходить, что что-то здесь было неладно.
   - Нет, что вы. Хотя я бы на месте мадемуазель Соколовой, - он снова перевел взгляд своих блеклых глаз на меня, - сейчас сфокусировался на учебе.
   Я поникла. Ну вот, даже ректорский секретарь знал о моем неминуемом провале с алхимией. Пропущенные занятия, не выбранная тема... Впрочем, теперь я была намерена еще побороться. Поэтому подняла голову и расправила плечи.
   - Я фокусируюсь... мессир. Честное слово. Я все исправлю.
   По крайней мере, что смогу. Но просто так не сдамся.
   "Так держать, - подумалось мне. - Осталось сохранить этот настрой до следующей лекции".
   Секретарь мягко рассмеялся.
   - Надеюсь, мадемуазель, - он старомодно поклонился. - Желаю вам удачи в этом нелегком деле.
   Судя по тону, это было предупреждение. Но все равно спасибо. Потому что я подозревала, что удача мне пригодится.
  

ГЛАВА 4

ПРИЗРАК ПЕРВОЙ СОСЕДКИ И КРОВЬ В ХОЛОДИЛЬНИКЕ

  
   Сколько я себя помнила, я вообще была "жаворонком", любила вставать достаточно рано и бодро начинала день. Но шесть утра... Это было слишком рано даже для меня. Поэтому настроение с самого начала не задалось. И я не знала насчет содержания кофеина в чае, но последний тоже особо не помог: раскладывая на кухонной поверхности у окна (единственном в такой ранний час более-менее светлом месте в нашей комнате) кисточки и палетки с тенями, я откровенно зевала - и несколько раз даже чуть не промахнулась, пытаясь вместо румян зачерпнуть кистью содержимое чашки с апельсиновым соком.
   Соседка, в это время готовившаяся ко сну (счастливая!), с интересом следила за моими приготовлениями.
   - Впервые вижу, как ты встаешь на час раньше, чтобы накраситься, - заметила София, тщательно скрывая любопытство. - Из-за кого-то конкретного?
   - Из-за Райли.
   Последовала неловкая пауза, во время которой я умудрилась ткнуть себе в глаз кисточкой для туши и зашипела от досады.
   - Ты хочешь мне в чем-то признаться?
   - Да нет же! - глаз слезился, и я быстро заморгала, пытаясь не размазать косметику еще больше. - Не в том смысле. Просто...
   Просто я не могла обойтись тушью, бальзамом для губ и растрепанным пучком рядом с кем-то, кто выглядел, словно провел три часа в салоне красоты - и это в любое время дня и ночи! В конце концов, у меня тоже есть гордость. И так пострадавшая в последнее время.
   Вспомнив про занятие по магии (София в итоге призналась, что, воспользовавшись моим состоянием в первый вечер, записала меня туда. "Все равно курс обязательный", - виновато сказала она; пришлось ее простить), нанесшее моему эго сокрушительный удар, я скисла. Как и следовало ожидать, я оказалась права, предвещая себе фиаско.
   Началось все с того, что, войдя в класс, я увидела всего полтора десятка стульев, расставленных в пустом помещении по кругу. Отбросив непрошенные ассоциации с сеансами групповой психотерапии и пожалев о том, что укрыться от внимания преподавателя на заднем ряду не удастся, я заняла место по соседству с Райли и постаралась сделаться как можно незаметнее.
   Я уже обратила внимание определенную тенденцию в ГООУ: преподаватели здесь редко походили на нормальных преподавателей. Если кто-то еще старался, надевал костюм, и все такое, то большинство не заморачивались своим педагогическим имиджем и вообще мало отличались от студентов. Так и этот профессор, наплевав на условности, явился к нам в джинсах, растянутой футболке с нарисованным на груди черепом единорога и с морковно-рыжими волосами, стянутыми в неаккуратный хвост на затылке.
   - У любой магии есть три составляющие, - вещал он. - Знак. Языковой, то самое заклинание, которое вы знаете, или изобразительный. Концентрация. Фокус на требующемся вам эффекте, без которого вы не сможете поднять в воздух и муравья. И сила. Что это такое, думаю, объяснять вам не надо.
   Нет, почему же. Я бы послушала.
   Несмотря на все разговоры о магии и на все то, что мне довелось увидеть в ГООУ, я с откровенным скептицизмом относилась к существованию волшебства - по крайней мере, применительно к своей персоне. Что я, обычный человек, тут вообще делала? Увы, кроме ректора едва ли кто-то знал ответ на этот вопрос, - а его я боялась спрашивать повторно.
   - Многие считают, что все три составляющие необходимы. Что ничего не выйдет, если не произнести "абракадабра" или не нарисовать пентаграмму. Однако это не так. Все, что вам нужно, - это воспоминание, образ, упрощенная модель эффекта, которого вы хотите достичь, присутствующая в вашей голове. Вы меня понимаете?
   Класс вразнобой покивал и прогудел что-то условно утвердительное.
   - Уверены? - профессор не поддался на нашу уловку. - Тогда разберем это на примере. Огонь. Самая легкая из всех стихий для новичков. Чтобы призвать его, какие заклинания вы знаете?
   Аудитория понемногу втянулась в обсуждение, предлагая свои варианты. К тому времени, когда идеи закончились, на доске красовалось уже два десятка вариантов - большинство из которых, правда, всего лишь означали "огонь" на разных языках. Как оригинально.
   - Верно. Но зачем вам они? Если вы можете просто представить себе жар пламени и... - он вытянул вперед кулак и развернул его ладонью вверх. На ладони заплясал оранжевый огонек. Снова сжав пальцы и потушив огонь, он обратился к нам. - Кто может повторить?
   Первым тот же трюк продемонстрировал Макс, - кто бы сомневался. Мне уже доводилось видеть этот фокус, но все равно, огненный цветок, распускавшийся над его пальцами, казался нереальным. А вот за ним, как ни странно, вызвалась Райли. Ее огонь был ровным и спокойным, как пламя свечи, но не менее сильным. Даже со своего места я чувствовала его жар.
   Макс удивленно поднял брови. Его губы упрямо сжались, и я поняла, что за этим последует: я почти каждый день слушала и смотрела, как эти двое спорщиков пытались выяснить, кто из них круче. Теперь, видимо, им наконец представился случай сделать это не только на словах. Макс добавил силы, и огонь в его руке разгорелся ярче. Райли не отставала. Он прибавил еще, заставляя пламя вытянуться в воронку. Райли сделала то же самое. Когда высота воронки достигла уже почти метра, рыжая, видимо, дошедшая до своего предела, - со спины мне было видно, как устало подрагивали ее пальцы, - потянулась свободной рукой к одной из подвесок на браслете.
   - Достаточно, - прежде, чем она успела сжать ее в кулаке, вмешался преподаватель. Я почувствовала, как на секунду стало нечем дышать, будто из пространства вокруг откачали воздух, и пламя мгновенно потухло. - Еще кто-нибудь хочет повторить? Может, ваша соседка?
   Я перегнулась через спинку стула, рассматривая, кто занял место справа от Макса. Увы, не девушка. Значит, преподаватель обращался ко мне, предлагая продемонстрировать свои умения.
   Да, конечно. Одну секунду. Только волшебную палочку из Косого переулка заберу.
   - Как скажете, мисс, - неожиданно покладисто согласился профессор с моим отказом. Слишком покладисто. - Однако к концу занятия я ожидаю от каждого из вас того, что показали эти двое, - класс застонал. - Ладно, хотя бы того, что они показали в самом начале, - настроение в аудитории от такой поблажки не сильно улучшилось. - Хорошо, хорошо. Сегодня, так и быть, можете еще пользоваться своими заклинаниями. Но чтоб хоть малюсенький огонек вызвали. Считайте это тестом, должен же я узнать, с кем имею дело. А теперь за работу, тренируйтесь.
   Тренируйтесь. Легко сказать. Я посмотрела на доску и ради смеха произнесла одно из заклинаний, сложив руку щепотью, как моя вторая соседка. Разумеется, ничего не произошло. Таким же образом я перепробовала еще десяток формул.
   Похоже, этот тест я тоже завалю.
   - Просто почувствуй силу, - посоветовала мне Райли.
   - Я пытаюсь, - процедила я, замечая боковым зрением, как один за другим мои одногруппники показывают невозможное.
   Я честно старалась - хотя даже не понимала, что от меня требовали. Какую силу? Какую магию? О чем вы, люди-нелюди? Мои вроде-как-товарищи (им-то уже ничего тренировать не надо было) наблюдали за первыми попытками с сочувствующим превосходством, за последовавшими - просто с сочувствием, подбадривая меня, за последними - с изумлением. Судя по выражению их лиц (и не только их - к нашей группке уже присоединились все присутствовавшие, сдавшие к тому времени норматив), такого антиталанта они еще не видели.
   - У тебя в роду, случайно, никакой нечисти не было? - поинтересовался Макс, когда список неопробованных заклинаний закончился.
   Я угрюмо посмотрела на него.
   - Только пролетарии.
   - Любопытный случай, - с интересом энтомолога, нашедшего доселе неизвестную ему бабочку и думавшего, как бы поудобнее ее пришпилить и добавить в коллекцию, рассматривал меня профессор. - Как, говорите, ваше имя?
   - Соколова.
   Похоже, я уже снискала определенную известность в преподавательских кругах, потому что этот профессор (мастер Дженсен, вспомнила я имя, которое он назвал в начале занятия) тоже со значением покивал в ответ. А потом освободил от остатка урока и посоветовал прийти как-нибудь к нему на консультацию.
   Это было стыдно. Серьезно.
   И сегодня мне опять предстояло подобное унижение: надо было добраться до алхимического факультета и убедить профессора простить мне прогулы. И придумать что-то насчет темы. Тяжело вздохнув, я вернулась в реальность, где София зачем-то распахнула окно.
   - Ты, что, выставила кактус наружу? Ну ты и садистка! - возмутилась (или восхитилась, с ней никогда нельзя было понять) соседка. - Там же минус тридцать всю ночь было!
   Зима, неожиданно напавшая на ГООУ в конце сентября, и не думала никуда уходить.
   - Я не садистка! Это все для науки, - попыталась оправдаться я и включила диктофон на сотовом, забирая растение внутрь комнаты. - День седьмой. Как и в случае с духовкой, эксперимент провалился. Объект показывает абсолютную нечувствительность как к высоким, так и к низким температурам. Проведя восемь часов при температуре в минус тридцать два с половиной градуса по шкале Цельсия... - продиктовала я и, стряхнув с кактуса выросшую за ночь шапку снега, обнаружила, что малыш не только не умер, но на нем распустились первые бутоны. - Ты мой хороший, - умилилась я и почесала его по свободной от иголок макушке.
   Кактус в ответ разве что не замурлыкал и раскрыл еще несколько белых цветочков. Расслабившись от такой гармонии, я чуть не забыла о времени.
   - Блин, я же опаздываю! - спохватилась я и принялась поспешно красить второй глаз.
   - Куда ты вообще можешь спешить в такую рань? - сонно спросила София, забираясь под одеяло.
   - На алхимию. У профессора Нава консультации указаны сегодня с семи до восьми утра. Как думаешь, что это говорит о человеке?
   - Псих, маньяк, трудоголик? - предположила она.
   Возможно... Хотя последняя часть напоминала не столько профессора, сколько его ассистента. Ох, надеюсь, я все же попаду не на него. С мистером Байером, судя по его виду, договориться будет сложнее, чем с его начальником. Пусть мне повезет.
   До алхимического факультета я добралась за рекордные тридцать минут, на последних метрах расстегивая куртку и разматывая шарф: похоже, в ближайшем будущем нас все же ожидало потепление. Могли бы и предупредить! Теперь весь день придется ходить в свитере, изнывая от жары.
   - Простите, можно? - поднялась я по скрипучей винтовой лестнице на этаж натурфилософии и постучалась к профессору.
   Увы, мужчина, находившийся в его кабинете, выглядел гораздо моложе - и строже.
   - Извините, я попозже зайду...
   Уйти мне не дали.
   - А, Соколова, - поднял на меня взгляд ассистент профессора, Ян Байер. - Мессир Джонатан предупреждал, что вы собирались прийти. Проходите.
   Делать было нечего, пришлось войти и присесть на стул для посетителей. И приготовиться слушать упреки - которых не последовало. Вместо этого на стол передо мной бросили пухлую папку.
   - Что это?
   - Темы проектных работ по вашему курсу за последние десять лет. Я подумал, это поможет облегчить вам выбор.
   Неожиданно я расчувствовалась. Должно быть, от благодарности. Но это было еще не все. Сверху на папку лег потрепанный томик. "История алхимии" Карла Кристофа Шмидера, Лейпциг, тысяча восемьсот тридцать второй год, отметила я про себя готический шрифт.
   - Поскольку для вас, в отличие от большинства студентов, предмет является совершенно новым, вам понадобится начать с самых азов. Здесь дается неплохой обзор исторических алхимических школ, однако, если вы решите углубиться, я составил вам список литературы на первое время.
   Я приняла протянутый мне листок и пробежалась взглядом по первым строкам. Болос из Мендеса, "Физика и мистика", двухсотые годы до нашей эры, Роджер Бэкон "О тайнах природы и искусства и о ничтожестве магии", издание тысяча пятьсот сорок второго года... Пожалуй, пока ограничусь этим "кратким обзором", который, учитывая кегль, был не таким уж кратким.
   - Спа...
   - Я все равно жду от вас работу к первому ноября, - напомнил ассистент профессора.
   - Все равно спасибо.
   Он тяжело вздохнул и снял очки, сразу помолодев лет на десять. Должно быть, он был ненамного старше меня и закончил университет год-два назад. Смешно на самом деле было такого бояться - особенно после ректора. И его секретаря, похоже, мессир Джонатан был не так прост, как казалось на первый взгляд.
   - Не за что. Поверьте, никто в ГООУПиОАатСДиРН не старается специально, чтобы вы завалили экзамен. И вам придут на помощь, если вы попросите. Только не пускайте дело на самотек.
   - Не буду, - пообещала я.
   "История алхимии" нежданно-негаданно оказалась очень интересной. Увлекшись чтением, я и не заметила, как на обратном пути через пустыню под локоть мне ткнулось что-то живое и холодное. Не отрываясь от книги, я протянула руку и погладила шершавую морду. А потом подняла глаза и увидела перед собой еще пару украшенных редкостного качества клыками челюстей.
   - Привет, - улыбнулась я им.
   Сегодня я пообещала себе не бояться драконов и твердо собиралась сдержать слово. Поэтому второго не-динозавра тоже обделить лаской никак нельзя было. Постаравшись отвлечься от опасно выглядевших зубов и когтей, я погладила того по шишковатому затылку.
   - Ты, значит, тоже раненый? И как только умудрился? - проведя ладонью ниже по крупу, я присмотрелась: на... полагаю, эту часть можно было назвать бедром... на бедре можно было заметить аккуратный надрез. - Бедняжка. Хочешь яблоко? Я брала на работу, но себе-то я в обед могу в столовой еще захватить. Не знаю, правда, едите ли вы фрукты...
   Судя по утробному звуку, который издал при слове "яблоко" первый дракон, потершийся мордой о мое плечо, ели они все, лишь бы побольше. Пришлось лезть в рюкзак за обещанной едой.
   - А ну руки вверх! - рявкнули на меня со стороны криптозоологического корпуса, да так, что я вздрогнула.
   Ярко-зеленое яблоко покатилось по таявшему снегу.
   На меня угрожающе надвигался тот самый ковбой, который попался мне в прошлый раз. Сегодня рубашка в клетку была скрыта под курткой, зато ковбойская шляпа осталась на месте. И вполне по-ковбойски выглядевшая двустволка тоже присутствовала. Я поспешно подняла руки в воздух. На всякий случай. Драконов я, конечно, решила не бояться, но инстинкт самосохранения это решение не отменяло (по крайней мере, не полностью). Подойдя поближе, криптозоолог недоуменно скривился. Ну, знаете... Извините, я вас тоже не ожидала увидеть. Зато он немного опустил ружье.
   - Эй, разве ты не та девчонка...
   - Которая так по-глупому боится Пушка? Да, это я, - при звуке своего имени раненый дракон опять подставил шею, чтобы его почесали. Я повиновалась. - А ты кого так радостно встречаешь?
   Знаю, сарказм - не самая лучшая форма вежливости, но некоторые люди сами напрашиваются.
   - Гниду, - коротко бросил парень, будто это что-то объясняло. - Что ты достала из сумки?
   - Яблоко! - закатила я глаза, когда ковбой нашел искомый предмет, поднял с земли и старательно обнюхал. - Мне просто стало их жалко, и я решила их подкормить... Что вообще случилось со вторым?
   Мое яблоко все-таки прошло таможенный контроль (честное слово, он даже попробовал его на вкус, прежде чем разломить напополам) и досталось драконам, заглотившим его в один момент и умильно ("умильно-пугающе" на самом деле более точно описывало картину) оскалившимся.
   - Какая-то гнида, - судя по всему, "гнида" была у него любимым эпитетом, - его порезала, как Пушка, - сочтя меня достаточно безопасной, криптозоолог расслабился. - Вот найду эту...
   Гниду. Я уже поняла. И что он с ней собирался сделать - тоже.
   - Но зачем?
   Мне правда было интересно. И жалко этих существ. Они, конечно, выглядели чудовищно, но зато как приветливо кидались к каждому встречному. За что их так?
   - Кто же знает, что этой, - дайте-ка угадаю: гниде? - гниде надо, - сплюнул ковбой. - Вот поймаю и...
   Ну да, ну да.
   Попрощавшись со всеми, включая зеленых чудищ, после яблока твердо записавших меня в друзья и так и норовивших облизать, я с каменным лицом пожелала ковбою обнаружить свою гниду (клянусь, если кто-то еще произнесет это слово возле меня, я не выдержу и либо рассмеюсь, либо прикопаю несчастного) и поспешила на занятия.
   - Эй, ты! - окликнули меня. - В следующий раз вместо яблок лучше принеси прошутто!
   Прошутто? А у драконов (или у их сторожа) губа была не дура.
   - Меня зовут Наташа, а не "эй, ты"! - прокричала я в ответ.
  
   - Жако, ты скинул фотографии с первого? - как можно более трагичным тоном прохныкала я.
   Ненавижу давить на жалость, ответственность и прочие чувства, но иногда обстоятельства требуют. Даже вынуждают, я бы сказала, и речь сейчас шла не о моей личной необходимости, а о приказе непосредственного начальства.
   Жако был почетным членом фотографического клуба ГООУПиОАатСДиРН и нашим (в смысле редакционным) штатным фоторепортером. Честно говоря, в первый раз увидев этого двухметрового (и примерно такого же в ширину) верзилу, я подумала, что в его ручищах более органично смотрелась бы штанга, чем фотоаппарат, но внешность бывает обманчива. На самом деле в глубине души он был художником - нежным и ранимым, а также совершенно не терпящим никакой дисциплины, убивающей (его слова, не мои) вдохновение. Поэтому фотографии с праздника в честь начала учебного года, которые были нужны в этом номере, а не через год, приходилось у него вырывать (на деле, любя уговаривать и осторожно выпрашивать, чтобы не дай бог не обидеть) уже вторую неделю.
   Всего нас в команде студенческой газеты ГООУПиОАатСДиРН было шестеро - логично, по количеству столов в помещении.
   Оливер был главным. Не только редактором, но и вообще в нашей команде. Он писал большинство статей, сам же их и вычитывал. Следил за тем, чтобы газета как-то издавалась, доносилась до студентов и не содержала в себе ничего такого, за что ректор в прямом смысле слова снял бы голову с его плеч. И вообще, чтобы сотрудники работали как отлаженный механизм, даже если этот механизм в нашем случае напоминал семиколесный велосипед без руля и сиденья, зато с десятком педалей и перископом.
   Моника была главной. В тех случаях, когда Оливер срывался, она приводила в порядок его, редакцию и оставшихся в живых подчиненных. Таким образом она вносила в беспрерывную работу нашего коллектива больший вклад, чем Оливер. Именно благодаря ей все еще не разбежались и даже как-то работали. А еще она выглядела достаточно презентабельно и профессионально (нет, Оливер тоже был ничего, но его кардиганы с заплатками на локтях, очки и высокомерный вид британского денди неизменно приводили в бешенство всех собеседников), чтобы ходить на встречи с преподавателями и прочими должностными лицами.
   Третьим был Ким, американец корейского происхождения. Он в редакции был верстальщиком, дизайнером, фотошопером широкого профиля и ответственным за сайт, хотя - вопреки стереотипу о гениальных компьютерщиках-азиатах - ничего не смыслил ни в компьютерах, ни в программировании и зачастую являлся главной причиной вызова в редакцию коллег из IT-сервисов. Еще одна чувствительная художественная натура, он нередко зависал с Жако, вместо исполнения рабочих обязанностей обсуждая художественные течения и современное искусство - под пиво и телевизор, разумеется.
   Кроме того, у нас был администратор, прекрасная и ужасная в своей профессиональности Элли, способная решить любой вопрос, начиная от заказа печати восьмидесяти тысяч экземпляров (наконец-то я узнала, сколько студентов училось в ГООУ!) газеты буквально за два часа до ее отгрузки в секретариат ректора и заканчивая срочной установкой защитной системы против цунами (да, я тоже не думала, что она может понадобиться). Будучи официально лишь администратором, хрупкая и женственная Элли совмещала в себе должности специалиста по внешним связям, психолога и вышибалы для особо рьяных комментаторов нашего опуса. Когда на рабочем месте присутствовала Эл, можно было ничего не бояться - кроме нее самой.
   Вся эта компания приходила в редакцию, когда им вздумается, следуя только себе известному расписанию (хотя каждый из них был готов поклясться, что обсуждал это самое расписание с Оливером и даже где-то записывал его в общей таблице приходов и уходов). И не только они. В те дни, когда окна коммуникационного центра заливал солнечный свет, а входная дверь исчезала в небытие, в редакцию приходили вообще все, кто работал сейчас, работал когда-то или просто решил заглянуть по делам в комцентр. Так уж вышло, что первый этаж центра делили между собой редакция и факультет некромантии, и по этой причине все предпочитали пользоваться нашими окнами, чтобы пролезть внутрь. Хотя я и не знала, почему - некроманты на проверку оказались отличными ребятами с замечательным, пусть и немного специфическим чувством юмора. Выглядел, правда, каждый второй из них как подозрительный сектант, а каждый первый - как его невинно убиенная жертва, но ведь это не повод от них шарахаться, разве нет? Тем не менее, посетители все равно предпочитали входить через нас. Я лично подозревала, что дело было не столько в некромантах и их занятиях (чем бы там они не занимались), после которых коридор невидимые уборщицы отмывали с хлоркой, а стены сотрясались от подозрительного воя - вот в чем, оказывается, была причина орущего на весь этаж телевизора, - а в имевшейся у нас кофеварке и довольно адекватной по меркам ГООУ компании.
   Получив все-таки от Жако фотографии, я мысленно застонала. Нет, он сбросил их на общий диск, большое ему за это спасибо. Только вот снимков была не тысяча и даже не две. И не пять. А мне из них надо было выбрать максимум два десятка. Черт бы побрал производителей карт памяти на тридцать два и больше гигабайтов, благодаря которым фотоманьяки теперь могли отдаваться своей страсти без оглядки на количество кадров.
   С другой стороны, для моих личных целей такое количество подходило как нельзя лучше. Я все еще очень желала узнать, что я забыла про ночь первого сентября, и подробный фотоотчет с праздника должен был мне в этом помочь.
   Щелк.
   Сначала я быстро проматывала кадры, потом стала вглядываться внимательнее - кто знал, какая мелочь могла зацепить мои воспоминания.
   Щелк.
   После первой просмотренной сотни снимков я поняла, что мне понадобится кофе. Много кофе. Потому что мелочей на снимках было очень много.
   Щелк.
   После второй внезапно обнаружила в кадре Софию - в основном благодаря экспроприированной у меня блузке в синий цветочек. Остальные-то на этом вечере были одеты в черное, как на подбор.
   Скрупулезно рассматривая каждое лицо на каждой фотографии, я медленно, но верно проверяла содержимое папки, попутно откладывая наиболее удачные кадры для нового номера газеты. На одном снимке были запечатлены Оливер с Моникой, с нежностью улыбавшиеся друг другу, на следующем я заметила Райли, флиртовавшую с кем-то, мне не знакомым. Но вот себя я, увы, нигде не обнаружила. Как, кстати, и одного загадочного темноволосого наглеца, утверждавшего, что он познакомился со мной у костров.
   - Значит, договорились, до пятницы, - донеслось с той стороны окна. - Пока, крошка...
   Помяни дьявола, как он здесь.
   Узнав голос, я поспешила спрятаться за двадцатитрехдюймовым монитором. До сих пор мне удалось ни разу не столкнуться с Дизом в здании коммуникационного центра - достижение, учитывая, что мы работали на соседних этажах, а редакция в дни без двери становилась тем еще проходным двором. Похоже, теперь моему везению пришел конец.
   С гулким звуком на пол рухнула сумка-почтальонка, которую он не глядя швырнул через окно. За ней последовал и сам айтишник. Легко перемахнув через подоконник (я ему даже позавидовала: ну да, тому, в ком роста под два метра, это нетрудно), он попрощался со своей собеседницей и повернулся.
   - И привет, крошка...
   Ой.
   Монитор оказался не самым надежным укрытием.
   Справившись с удивлением (в самом деле, сколько еще мы могли случайно натыкаться друг на друга? Два студента из восьмидесяти тысяч, казалось бы, какова вероятность?), он ехидно поинтересовался:
   - Мне стоит озаботиться запретительным приказом?
   - Что?
   - Пользуясь твоими же словами, ты за мной следишь, что ли?
   Больно надо!
   - Я здесь работаю, - обиженно пробормотала я.
   - Да? Тогда почему такой испуганный вид, крошка? Знаешь, со стороны это уже может показаться сталкингом... - зайдя ко мне за спину, он уставился в монитор, а я с поздравила себя с тем, как вовремя убрала с экрана фотографии. Помолчав, он осведомился: - "Со слезами на сердце"? Что это за ужас и издевательство над языком, ради всего святого?
   Впервые с момента нашего знакомства я была склонна с ним согласиться.
   - Статья. Радостное послание студента по поводу возвращения в ГООУ на новый учебный год. Я же сказала, я работаю! Теперь веришь?
   Редактуру этой статьи я бросила еще вчера, когда поняла, что больше не выдержу подобных идиом. Сегодня она пришлась как нельзя кстати, играя роль универсального репеллента и выручая меня от особо навязчивых посетителей. Так и в этот раз. Прочитав письмо дальше, компьютерщик очумело помотал головой, будто пытаясь избавиться от навязчивого авторского стиля, и отступил подальше.
   - Угу... верю. Ладно, тогда до встречи... коллега.
   Я хмуро проследила, как он поспешно ретировался наверх.
   До встречи. Надеюсь, не скорой.
   Налив себе еще кофе, я с унылым настроением села обратно за просмотр фотографий. В глазах уже рябило от них. Но вскоре я обнаружила кое-что интересное. Даже более чем интересное.
   Джекпот!
   На снимке, открытом во весь экран, был изображен Диз. В белой футболке, - конечно, кто еще кроме него и Софии мог додуматься выделиться таким образом из одетой в черное толпы? А рядом с ним была девушка, которую я слишком хорошо запомнила. Вытравленные почти до белого цвета короткие волосы, густо подведенные тенями глаза - блондинка из столовой, которая так легко призналась, что не помнила той ночи. Похоже, они ссорились: она смотрела на кого-то за кадром и пыталась вырваться, но Диз крепко держал ее за руку. Даже в профиль было видно его сердито поджатые губы. Интересно, что он ей говорил? И что все это - связь между Дизом и блондинкой, между блондинкой и мной - значило?
  
   Распечатав ту фотографию, я поняла, что больше не смогу сегодня работать, и вернулась в общежитие. Надо было привести мысли в порядок. Но взгляд все равно постоянно находил брошенный на комоде снимок, которому я пока не могла найти объяснения.
   Нет, так дело не пойдет. Мне нужно было какое-нибудь занятие. Я достала из рюкзака "Историю алхимии" и открыла на заложенной странице.
   "В конце концов алхимик теряет себя в головокружительных просторах обозримого, становится жертвой своих великих желаний. Он ошибается и мечтает о невозможном..."
   Они были явно знакомы.
   "Возможно, ошибки являются всего лишь оболочкой для истины..."
   И довольно близко - перед людьми, которых просто знаешь, так не раскрываются. Эмоционально, я имела в виду.
   "Даже самые ученые из представителей этой натурфилософской и химико-металлургической школы были не чужды ностальгии и романтики..."
   Нет, больше я так не могла! Захлопнув книгу (все равно в голове ничего из прочитанного текста не оставалось, и я считала, что частично сам текст был тому виной: что в учебнике по алхимии делали ностальгия с романтикой?), я встала из-за стола. Надо было как-то отвлечься. От фотографий, от вновь разгоревшихся подозрений, от всего...
   Погладив по пути кактус, сменивший окраску цветов с белого на бордовый (не забыть бы записать это наблюдение), я заглянула в холодильник на предмет чего-нибудь попить - идти на кухню было лень, потому я решила украсть немного вишневого сока у Софии. И куда он делся? Неужели закончился? Забавно, будучи его такой ярой любительницей, София не держала запасов; хотя, наверное, это обстоятельство можно было объяснить тем, что запасы всегда хранились в общей кладовке, и перетаскивать их к себе не имело смысла. А, нет, нашла: стеклянная бутылка без этикетки стояла на нижней полке. Я налила себе стакан и вернулась к учебнику. Отхлебнула и... тут же выплюнула содержимое обратно.
   Это был не вишневый сок. А я все-таки была права: ни один человек не способен читать Кафку по утрам.
   Я достала телефон, поспешно набрала номер и стала ждать ответа.
   - Макс, - жалобно спросила я, как только взяли трубку, - ты что-нибудь знаешь о вампирах?
   К тому времени, как раздался стук в дверь, я успела почистить зубы (трижды), прополоскать рот (дважды), впасть в панику (судя по ощущениям, бесконечное количество раз). Да, я была на взводе, и, возможно, немного слишком эмоционально реагировала на происходящее, но можно ли было меня в этом винить? Я только что обнаружила в своем холодильнике кровь и даже - одно только воспоминание заставило меня скривиться от отвращения - попробовала ее на вкус.
   - Наконец-то! - распахнула я дверь, чтобы увидеть за порогом не только Макса, но и Райли.
   А она здесь как оказалась? Неужели Макс позвал?
   - Она здесь для моральной поддержки, - заявил он, заталкивая рыжую в комнату.
   Ладно, для поддержки, так для поддержки. Хотя мне сейчас не поддержка была нужна, а, скорее, сто и один способ обезопасить себя от вампира.
   - Можешь сказать, что произошло?
   - Я пошла налить сока...
   Меня опять затрясло. Я почувствовала, как его руки приобняли меня за плечи, а потом на несколько мгновений мозг, видимо, отключился, потому что, когда я пришла в себя, я уже сидела на кровати рядом с Райли, а Макс копался в холодильнике.
   - Да, определенно кровь, - он открыл бутылку и принюхался. - Не знаю, правда, человеческая или нет.
   - А есть разница?
   Как по мне, так оба варианта были одинаково отвратительны.
   - Конечно. Кровь животных используется для научных экспериментов, многих ритуалов, к тому же, ты сама говорила, что она художница...
   И что? Нет, я согласна, современное искусство ужасно, но вряд ли в мире найдется много креативных личностей, которые додумаются использовать кровь вместо красок. Хотя... вспомнив некоторые из перформансов, про которые мне доводилось читать, я вновь почувствовала острую необходимость в зубной щетке.
   - Значит, ты обнаружила кровь и решила, что твоя соседка вампир? - Макс захлопнул дверцу холодильника и уселся напротив, на ее кровать.
   - А кем еще она может быть?
   - Да много кем, вообще-то...
   Я решила было спросить, кем именно, но поняла, что не хочу этого знать.
   - Еще что-нибудь странное в ее поведении ты замечала?
   Я задумалась. Да, София бродила ночам непонятно где (впрочем, по запаху алкоголя и сигаретного дыма, который она приносила с собой, догадаться, чем она там занималась, было несложно) и вставала после этого не раньше обеда, но на солнце сгорать дотла не спешила. В зеркале отражалась, эту картину я наблюдала каждый день, пока она по полчаса выбирала подходившую под ее настроение помаду (как будто выбор между бордовым и темно-бордовым был настолько сложным!). Еду... Нормальную человеческую еду ела, хотя бешеным аппетитом не страдала. Таскала печенье, стоило оставить тарелку без присмотра, не брезговала и кофе из чужой кружки. Текущая вода... По крайней мере, душ ей ничем не мешал, наоборот, иногда ее оттуда нельзя было вытащить. Зубы... Что-то такое насторожило меня в них еще в первый день, но...
   Я поймала себя на мысли, что примеряла к Софии признаки вампиров из поп-культуры, которая наверняка отличалась от реальности как... если воспользоваться вампирскими аналогиями, как вампиры из современного романтического фэнтези от упырей из мифов, а то и еще больше.
   - Откуда я вообще знаю, как вы вампиров определяете? Я потому тебе и позвонила! Я росла не как вы, я росла в обычном мире, для меня вампиры были персонажами сказок!
   А теперь они стали частью моей жизни. Как я до этого дошла?
   Райли деликатно кашлянула.
   - А ты... не пыталась обсудить эту тему с ней?
   Как она себе это представляла? Спросить, мол, София, у тебя никогда не было желания укусить меня за шею? Оказалось, что да, именно это она и предлагала.
   - Спросить, кто она? Просто, если она вампир... Понимаешь, для них это весьма деликатная тема...
   Деликатная тема? Серьезно? Мы ведь все еще говорили о вампирах, монстрах с длинными клыками и не самыми полезными кулинарными пристрастиями?
   К моему удивлению, Макс ее поддержал.
   - В самом деле, спроси у нее сама. Если тебе будет спокойнее, мы можем присутствовать при вашем разговоре.
   Райли собралась воспротивиться, но под его взглядом сникла и с кислым видом кивнула.
   Ладно. Спрошу. Надеюсь, при свидетелях это будет достаточно безопасно.
   "Ты где?" - отправила я Софии СМС.
   "Мед. Почему?"
   Даже в напечатанном виде ее ответы звучали кратко и недовольно.
   "Надо поговорить".
   "2 мин".
   Оставалось только ждать.
   - София пишет, что сейчас придет, - сообщила я ребятам, на автомате оттаскивая чашку на кухню и выливая кровь в раковину. Пустила воду. Пытаясь побороть отвращение, взялась за губку... А, может, легче выбросить чашку и заказать у Леонор новую?
   - Как, ты сказала, ее зовут? - внезапно заинтересовалась Райли.
   - София.
   Решив, что чашка мне нравится, а второй такой могло и не быть, я все-таки собралась с духом и налила в нее средство для мытья посуды.
   - А фамилия?
   - Кэпряну... А что? - напряглась я.
   - Я о ней слышала...
   Что слышала-то? Интуиция подсказывала, что ничего хорошего. Рыжая виновато улыбнулась.
   - Тебе хорошую новость сначала или плохую?
   А можно хорошую и хорошую? Годовую норму по плохим я в ГООУ уже выполнила, как мне казалось.
   - Давай хорошую.
   - Она все-таки вампир.
   Я медленно поставила чашку на подоконник. Это хорошая новость? Мама дорогая, какими же тогда были другие варианты, предполагавшие в холодильнике наличие крови? Антихрист? Дочка ректора? На третью версию моей фантазии уже не хватило.
   - А плохая?
   - В общежитии ходят слухи о ней. Говорят, что ее первая соседка пропала без вести, и это она ее убила, просто в ректорате решили замять. А все остальные, кого к ней подселяли, съезжали в течение двух недель. Говорят, - Райли понизила голос до таинственного шепота, - что в комнате остался призрак первой соседки и изгоняет всех, кого сюда поселят.
   К концу рассказа я уже не знала, плакать мне или смеяться. Или собирать вещи. Слухи про мстительное привидение напоминали страшную байку, из тех, которыми любят делиться между собой младшеклассники. Черная рука, гроб на колесиках, призрак первой соседки...
   С другой стороны, надо было попробовать осознать, что я реально делила комнату с вампиром.
   - Какие глупости, - донеслось от двери.
   София вернулась быстрее, чем через две минуты. С независимым видом она повесила на вешалку шарф, в который закуталась на улице по самые уши, сняла солнечные очки (а ведь мне следовало подумать, что вся эта темная одежда тоже явный признак вампира! Ну, или гота. Эмо. Человека в депрессии. Женщины, которая верит, что "черное стройнит". Еще кого-нибудь) и поставила на холодильник бумажный пакет. В котором что-то стеклянно звякнуло.
   Меня опять замутило. А ведь я, помнится, еще шутила, что обычно люди в таких пакетах относят в медицинскую лабораторию анализы, а не приносят их оттуда. Кто бы мог подумать, что я окажусь права.
   - Так про призрак соседки - это неправда?
   - Конечно же нет, - фыркнула она. - Если бы здесь было привидение, к нам не стали бы никого подселять. Призраки имеют такое же право на место в общежитии, как и все остальные.
   Замечательная информация. То есть, некоторые из студентов вокруг еще и привидениями были?
   - К тому же, - добавила она в тот момент, когда я задумывалась, не упасть ли мне в обморок, - моя первая соседка никуда не пропала. И она вовсе не мертва. Ты ее прекрасно знаешь.
   В самом деле? В голову как-то ничего не приходило.
   - Леонор, - подсказала она мне.
   Ах, вот оно что. А я еще думала, какая кошка между ними пробежала, что главная по этажу так старательно избегала заходить в нашу комнату и пыталась передать всю корреспонденцию для Софии через меня, а сама София после каждой встречи с ней становилась мрачнее тучи.
   София тем временем забралась с ногами на свою кровать и уселась по-турецки.
   - Итак. Ты хотела поговорить, - напомнила она, с пристальным интересом изучая свои ногти. - И зачем они здесь, кстати? Группа поддержки?
   Я смущенно покосилась на одногруппников. Типа того.
   - Значит, про призрак соседки неправда. А про все остальное?
   - Что остальное?
   - Что о тебе говорят.
   - Но я не знаю, что еще обо мне говорят, - издевательски ответила она.
   Она, что, хотела, чтобы я произнесла это вслух? Ладно. Раз уж мне не оставляли выбора...
   - Ты вампир?
   Я понимала, что вопрос звучал по-идиотски. Но мне советовали спросить прямо и без экивоков, вот я и прислушалась к советам. София вновь обратила все свое внимание на ногти. Когда-то я уже видела у нее такую реакцию...
   - Да.
   И ответ звучал точно так же по-идиотски. "Да"? Вот так просто? Как будто это совершенно нормальное состояние.
   - Как это произошло?
   - Наташа... - Райли сжала мою ладонь, словно я спросила что-то не то.
   - Как обычно. Меня убили.
   Черт. Да, я точно спросила что-то не то. Нужно было быть полным психопатом, чтобы не заметить сейчас боль в ее голосе. Да и в принципе следовало подумать, что это жизнь, и вряд ли в ней найдется место для романтичных поцелуйчиков в шею.
   - Когда ведьма или маг погибают насильственной смертью, - шепотом начала объяснять мне Райли, - они иногда возвращаются в таком виде. Вампиры. Упыри. Стригои. Существа, помешанные на крови и мести. Те, кто никогда не может вернуться, потому что их жажду способна утолить только кровь их родных...
   А раньше она не могла предупредить? Я послала рыжей полный упрека взгляд.
   Вообще, если она хотела меня еще больше напугать, то это ей удалось. С другой стороны, мне вспомнилось, как София отреагировала на вопрос о ее семье. "Мы не близки", - сказала она тогда. Теперь стало ясно, что она имела в виду. Против моего желания страх начало вытеснять сострадание.
   - На самом деле, если тебе так уж интересно, меня закопали, - отвлеклась от своего маникюра София.
   Боже мой...
   - Я была в клубе, - невозмутимо продолжила она. - Какой-то ублюдок угостил меня выпивкой, а следующее, что я помню, - как выбираюсь из свежевыкопанной могилы посреди какого-то леса.
   Только шоковым состоянием можно было объяснить последовавший за этим признанием мой комментарий, совершенно неприличный и хамский.
   - Прямо как в кино про маньяков.
   - Хуже. Прямо как в жизни про маньяков. На самом деле это довольно поучительно: сколько женщин не предупреждают, что нельзя выпускать из вида свой стакан, никто не думает, что именно ей что-то в него подмешают...
   - Почему ты мне это рассказываешь? - не выдержала я.
   София пожала плечами.
   - Мой психотерапевт сказала, что для дальнейшего прогресса важно открыться перед кем-то. Облегчить душу. Как по мне, так совет откровенно дерьмовый, но попробовать стоило, - она поднялась с кровати и направилась к кухонному блоку. - Советую тебе поскорее попросить у Леонор бланк заявления на переселение. В это время свободных мест в общежитие остается очень мало...
   О, в ГООУ существовали психотерапевты? Отличная новость, я подозревала, что такими темпами мне скоро придется к ним обратиться. Так, я не о том сейчас думала.
   - Я не собираюсь никуда съезжать, - решительно заявила я.
   София резко обернулась. Кажется, мне удалось ее удивить.
   - Ты уверена? - спросил Макс, до этих пор державшийся в стороне.
   Была ли я уверена? В том, что собираюсь жить в одной комнате с помешавшемся на крови монстром из сказок и любовных романов? Спросите что-нибудь полегче.
   Но... Это все еще была та же София, которая помогла мне в первый вечер с расписанием. Которая деликатно выходила из комнаты, когда мне звонили родители. Утешала меня, когда пребывание в ГООУ казалось просто невыносимым. Пыталась хотя бы в теории что-то объяснить мне про магию, хотя ученица из меня была аховая, да и сама София после уроков надолго замыкалась в себе. Я даже не представляла, насколько больно ей было вспоминать об утраченных после смерти способностях, но ради меня она это делала. Да, у нее был местами отвратительный характер, и ее распорядок дня оставлял желать лучшего, но все мы не без недостатков.
   - Мне не нужна твоя жалость, - неправильно истолковала мои причины она. - Что бы ни произошло, я все равно чудовище, помнишь?
   В подтверждение своих слов она достала из холодильника бутылку с кровью и демонстративно отпила из нее. Переборов себя, я все же не отвела взгляд. Если она намеревалась меня смутить, ей это не удалось.
   Я помнила. И понимала, почему спрашивал Макс. Могла ли я чувствовать себя рядом с ней в безопасности? Я не знала. Но, если бы она собиралась меня убить, у нее было много шансов. Которыми она не воспользовалась. Зато она помогала мне всю дорогу, зная, что, как только я обнаружу правду, я отвернусь от нее и постараюсь сбежать подальше - как все предыдущие ее соседки. А это дорогого стоило.
   Да, была небольшая проблема с (вероятно, не животной) кровью. Но к этому мне придется привыкнуть. По крайней мере, радовало, что запасы она получала из медицинских сервисов, а не убивая других студентов под покровом ночи. И вообще, я вон, например, мясо ела. По мнению одной моей бывшей одноклассницы, это не меньший грех, чем пить человеческую кровушку, ведь животные так же разумные существа, как и мы, как можно убивать их ради удовольствия?
   - К черту жалость. Это и моя комната тоже, и она меня устраивает.
   Судя по выражению лица Макса, я была храброй, но идиоткой. Пусть так, зато моя совесть будет чиста - я не отвернусь от человека... вампира, который с первого же дня вел себя со мной как с другом.
   - Ладно, раз уж все разрешилось, мы пошли, - обрадованная Райли потянула Макса к выходу.
   - Подожди, - остановил ее тот.
   Что, это еще не все?
   - Тот парень, который провожал тебя с лекции... ты знаешь, кто он?
   Это еще не все. О, сколько нам открытий чудных... А, если серьезно, то под очень внимательным взглядом Макса мне стало не по себе.
   - Диз? - мысленно я перебрала все, что о нем знала. У него было странное имя и отвратительные манеры, его можно было назвать излишне бледным, и в его лексиконе отсутствовало понятие личного пространства... Можно было сказать, что я ничего и не знала. - Неужели тоже вампир?
   - Нет.
   Что-то подсказывало мне, что это не хорошее "нет", говорящее что все в порядке, беспокоиться не о чем.
   - А кто тогда?
   Макс замялся.
    - Как ты думаешь, кто очень опасен и любит заключать сделки? - начал он издалека.
   Никогда не умела отгадывать загадки. Но, раз уж просят, попробую.
   - Румпельштильцхен?
   Блондин красноречиво постучал себя костяшками пальцев по лбу. Райли, будучи более деликатной, натужно закашлялась, скрывая смех. Даже София, отвернувшаяся после озвученного мной решения к окну и делавшая вид, что разговор ее не касался, закатила глаза.
   - Он же сказочный персонаж!
   На себя посмотрите... сказочные персонажи. Ведьма, маг и вампир, а они смеются, что Румпельштильцхена не существуют.
   Ладно, не он, так не он. Думаем дальше. Заключать сделки? Что-то такое я в детстве читала, про дивный народец, что никогда нельзя давать им свое настоящее имя, чтобы не дать власть над собой (или это относилось к магам вроде моих дорогих сокурсников? В таком случае я пропала, потому что имя разболтала еще в первый же день), и верить их обещаниям - все равно обманут, исказят смысл, слово не сдержат и тобой воспользуются.
   - Фейри? - неуверенно предположила я.
   Вот уж на кого айтишник точно не был похож, так на цветочную фею с крылышками.
   Судя по реакции моих якобы товарищей, с откровенным весельем наблюдавших за моими мучениями, опять мимо.
   - Вообще она не так уж и не права, - неожиданно заметила София. А я уже начала переживать, что она опять перестала со мной разговаривать, уйдя в себя, далеко и надолго. - Просто излишне романтична... Да скажете вы ей наконец, кто он?
   Да, кстати, хорошее предложение. Чем издеваться и заставлять меня играть в викторину...
   - Я даже не знаю, о ком они говорят, - нашла себе оправдание Райли.
   Действительно, она же его не встречала... Я вперила полный значения взгляд в Макса, ожидая наконец услышать объяснения.
   - Дело в том, что он... демон.
   Кажется, мне что-то не то послышалось.
   - Кто? - переспросила я.
   - Демон.
   Нет, услышала я все-таки правильно.
   - Демон, в смысле как копыта, хвост и запах серы? Ад, Преисподняя, вечные страдания грешникам?
   В это даже после всех сегодняшних новостей верилось с трудом. С другой стороны, он определенно был нечеловечески красив...
   - Силы зла, Апокалипсис, порабощение мира? - продолжила я ассоциативный ряд, собранный преимущественно из голливудских фильмов.
   - Насчет порабощения не уверена, - вступилась за айтишника София. - По-моему, наш мир ему просто нравится.
   Спасибо, утешила. Теперь мне стало гораздо спокойнее.
   - Все не так плохо, как ты себе представляешь, - выступила Райли, наш штатный оптимист.
   - Ну да, - хмыкнул Макс, - все еще хуже.
   Думаю, кто в нашей компании был пессимистом, уточнять не требовалось. Интересно, а демоны-то ему чем досадили? Они же не люди.
   - Все просто иначе.
   Похоже, София все-таки поверила, что я не собиралась убегать от нее с дикими воплями, полными панического ужаса. Перестав прятаться от меня у окна, она вновь заняла место на своей кровати.
   - Забудь, что тебе говорили в церкви, - она слишком хорошо обо мне думала. В церкви мне ничего не говорили. Меня там попросту не было. - Представь себе два мира, отделенных границей, ГООУПиОАатСДиРН. И тот, и другой мир очень похожи, их заселяют гуманоидные расы, некоторым из которых доступны... скажем так, необычные способности.
   Ага, так демоны - это как маги в нашем мире, только у себя.
   - Значит, все эти истории про продажу души - это выдумки? - уточнила я.
   - Нет, это как раз правда, - отозвался Макс.
   - Тогда зачем им?..
   - Так получилось, что наша магия не очень-то подходит для нашего мира, - продолжила София. - То, что потребует огромных сил дома, без усилий можно совершить в Аду. И, наоборот, проникая в наш мир, демоны получают практически неограниченные возможности, - угу. "Твоя сила равна божьей, Гарри. Спи". Знаем мы эти "неограниченные возможности"... - Но сами по себе демоны не могут попасть в наш мир. И жить в нем. Он для них... ядовит. Чтобы не умереть, им пришлось бы постоянно выпивать силу из людей. Но, если они свяжут себя узами договора с магом, они смогут существовать у нас. Предмет договора может быть любым, однако, как правило, маги обменивают силу демона и его повиновение приказам на свою душу и, соответственно, свою магию, после смерти. Видишь ли, - усмехнулась она, - как бы нам тоже ни хотелось быть всесильными и всемогущими, в Ад мы попасть не можем, пока привязаны к этому миру телом. А силы хочется сейчас и побольше, поэтому некоторые и готовы продать душу демону.
   - Что без лицензии нелегально и, кроме того, крайне опасно, - добавил Макс.
   Остальные недовольно на него посмотрели. Нет, это хорошо, конечно, быть таким правильным, но не в тот же момент, когда я пыталась постичь основы магической бартерной торговли. Значит, ты мне силу и службу сейчас, а я тебе силу и службу потом? В чем подвох?
   - А подвох в том, что сила мага и свобода в нашем мире для любого демона гораздо круче, чем чужая душа, которая рано или поздно растеряет остатки магии и исчезнет. Поэтому большинство идиотов, идущих на сделку с демоном, сами не понимают, на что соглашаются. Знаешь, сколько из них теряют контроль? Сколько погибают от несчастного случая гораздо раньше, чем рассчитывали, не успев насладиться могуществом?
   Я догадывалась.
   - Так что лучше держись от демонов подальше, - подытожил Макс. Да я бы с удовольствием, но кто за меня будет проект по гендерным исследованиям делать? - В ГООУ заключение сделок разрешено, и многие на это ловятся. А потом...
   Что случалось потом, мне уже стало понятно, можно было больше не нагнетать обстановку, спасибо большое. Подумать только, а ведь всего полчаса назад я считала своей самой большой проблемой соседку-вампиршу!
   - Эй, ты еще здесь? - сочувствующе спросила Райли.
   - Я размышляю.
   Полученный сегодня объем новой информации действительно впечатлял. Демон, значит. Существо не богопротивное, как утверждали мои однокурсники, но все равно мерзопакостное и опасное. И очень подозрительное.
   - Обычно это у нее надолго, - заметила София, намекая гостям на дверь.
   Задумавшись, я и не заметила, как ушли Макс с Райли, как вернулась София с какой-то коробкой в руках. Коробка эта громко звякнула, оказавшись на моей кровати, и я очнулась.
   - Что это? - поинтересовалась я.
   - Не знаю, - соседка разбиралась со своей посылкой, доставая из такой же картонки, как у меня, упаковки шоколадок. - То, что ты Норе заказывала.
   Уже? Вот это скорость. Впервые воспользовавшись еженедельным заказом у Леонор, я с любопытством заглянула внутрь. Сначала достала крем для лица... по крайней мере, я подозревала по размеру упаковки, что это был крем для лица. И название, и инструкция были написаны совершенно неизвестными мне закорючками, которые и за иероглифы-то принять можно было с трудом.
   - Любопытно, куда университет на этой неделе занесло, - протянула София, тоже с сомнением изучавшая этикетки. - И можно ли это есть...
   А я добралась до дна коробки. И выяснила, что же так позвякивало. Наконец-то! Я издала радостный вопль и нежно прижала предмет к груди. Оторвавшись от своей посылки, София с любопытством посмотрела на меня.
   - Ты заказала медный горшок с ручкой? - недоумевающе спросила она. - Зачем? Это для занятий алхимией?
   - Очень смешно. Это джезва.
   Меня все еще не понимали.
   - Турка? Ибрик? В ней варят кофе.
   - Ты ведь, в принципе, знаешь, что на кухне для этого стоит автомат?
   Да, я знала. Но к взаимопониманию, не говоря уже о симпатии, мы с ним так и не пришли. Поэтому, чтобы не травиться каждое утро и не бегать первым делом в столовую, пришлось вернуться к началам. София покрутила пальцем у виска, но оставила меня в покое.
   - Кстати, - пришла мне в голову мысль, - раз уж мы так сблизились, открыли друг другу души и рассказали самые страшные тайны, - соседка пробормотала, что хотела бы послушать, какие свои тайны я имела в виду, но я не дала сбить себя с толку, - я могу называть тебя не полным именем? Скажем, Софи? Или Соней?
   Свеженареченная Соня мрачно на меня посмотрела.
   - Укушу, - пообещала она.
   Я замерла, пытаясь понять, шутила она или говорила на полном серьезе, пока не заметила легкую улыбку, появившуюся у нее ее лице. И расхохоталась.
   Что ж, если она уже могла отпускать шутки на эту тему, а я - смеяться над ними, значит, у нас все было в порядке.
  

ГЛАВА 5

ЭТО ВОЙНА

  
   Одной из характерных черт ГООУ была непредсказуемость педагогического процесса. Даже на совершенно обычных и скучных предметах вроде тех же гендерных исследований никогда нельзя было предположить, что нас ожидало. Когда я вошла в класс, Карин успела разделить доску пополам и теперь заполняла ее цитатами. Слева было написано "Если ты любишь своего убийцу - выбора нет. Нельзя бежать, нельзя сражаться". Справа - "Я не птица, и никакие сети не удержат меня, я свободное человеческое существо, с независимой волей, которая теперь требует, чтобы я вас покинула". Глубокомысленно...
   - Итак, - радостно потерла руки преподавательница, когда все собрались, - сегодня мы поговорим о современной героине, а также о прогрессе (или регрессе, тут уж вы решайте) женского образа, совершенном за последние два века. Одна из этих фраз принадлежит персонажу романа, опубликованного в тысяча восемьсот сорок седьмом году, девушке, влюбившейся в человека сложного характера, тяжелого прошлого и гораздо более высокого положения в обществе, чем у нее самой. По поводу последнего можно сказать, что на протяжении большей части книги она зависит от главного героя. Другую произнесла в книге современная независимая девушка, образ которой, по словам автора, был вдохновлен характером героини из первого примера. Она и станет предметом нашего сегодняшнего обсуждения. Кто мне скажет, какая из цитат относится к кому?
   Любопытно. "Джейн Эйр" даже я была в состоянии узнать, хотя не могла назвать себя такой уж ярой поклонницей классики. Но кому принадлежала вторая цитата?
   - Белла Свон? - угадал кто-то в первом ряду. Карин довольно кивнула и достала из-за спины стопку книжек с узнаваемой черной обложкой.
   О нет. Полтора часа обсуждения творчества Стефани Майер? Это как плохой розыгрыш, честное слово. Заберите меня отсюда, я на такое не подписывалась!
   - Надеюсь, ты читал "Сумерки", потому что я о них ничего не знаю, - прошептала я Дизу.
   - Как ни странно, читал, - флегматично откликнулся мой сосед по парте. - Карин заставила в прошлом семестре, - вздохнув, айтишник взял у нее наш экземпляр и продолжил шепотом. - По крайней мере, могло быть хуже: тогда мы еще обсуждали "Пятьдесят оттенков серого".
   - И как? - с искренним интересом спросила я. "Пятьдесят оттенков" тоже как-то прошли мимо меня.
   - После первых ста страниц я рыдал кровавыми слезами, - признался Диз. - Не видел ничего ужаснее с тех пор, как ходил чинить компьютер у секретарши на кафедре полевых литисследований.
   Интересно, это он сейчас говорил иносказательно или в прямом смысле? А то кто их, демонов, знает... Я бросила на напарника взгляд из-под ресниц. Вот ведь... демон. А внешне и не сказать, обычный человек, да еще небритый и не выспавшийся. Лицо его осунулось -- сплошные углы и резкие, будто вычерченные лезвием линии. Под черной оправой очков залегли тени. Упрямо сжатые губы побелели и сливались с кожей. Волосам все так же требовались ножницы или хотя бы пара заколок. Честно говоря, помимо покрасневших от недосыпания глаз ничего инфернального во внешности компьютерщика я так и не нашла. Зато привлекла его внимание.
   - У меня на лице что-то? - он провел ладонью по подбородку, затем по щекам. - Ты так пристально смотришь.
   Я смутилась. И решила спросить прямо и не тратить времени на домыслы и сомнения.
   - Ты, что, правда, демон?
   Верилось с трудом. Даже после чудесного открытия, что моя соседка по комнате была вампиршей. На его губах появилась насмешливая улыбка.
   - Ах, это? Ну да.
   "Ну да"? Они сговорились, что ли? Как можно отвечать подобным образом на важные вопросы? "Ну да"! Нет, чтобы сказать что-то... что-то более подходящее ситуации. Хотя, как должен был звучать правильный ответ на такой вопрос (кроме очевидного "Нет, конечно, демонов не существует!") я придумать не могла.
   Роли поменялись: теперь уже Диз следил за моей реакцией.
   - Страшно, крошка?
   Я подумала, прежде чем отвечать. Как ни удивительно, нет, страшно не было. По крайней мере, не от того, что мой сосед по парте реально оказался из Преисподней. В сравнении с ректором, его загадочным секретарем (интересно, кстати, а кем был мессир Джонатан?) и моими жизненными перспективами Диз был не так уж и плох.
   Это, правда, не означало, что в его присутствии можно было расслабиться. После всего, что я услышала вчера, у меня было только больше поводов не доверять ему ни на гран.
   - Нет, - наконец решила я, - не страшно.
   - Ну и правильно, - он загнул уголки у нескольких страниц, протянул мне книгу и откинулся на стуле, еще глубже натянув капюшон серой толстовки. - Карин обожает эти сцены. Если сможешь что-то про них сказать, считай, сегодняшнее занятие ты сдала. Разбуди меня, когда пара кончится.
   Он, что, на полном серьезе собирался спать на глазах у Карин и думал, что это ему сойдет с рук? Было бы слишком наивно.
   - Эй, - любопытство, которое сгубило кошку и (я всего лишь исходила из своего жизненного опыта) сулило мне в будущем похожую участь, все не отпускало, - а про кровавые слезы - это была метафора или...
   - Нет, блин, это была гемолакрия, - донесся из-под капюшона недовольный голос. - Конечно же, это была метафора.
   На этой ноте я от него отстала, понимая, что большего не добьюсь. Вполуха слушая обсуждение и выводя на листке тетради абстрактные загогулины, я задумалась над более актуальной для меня темой, чем страдания Беллы Свон. Итак, что мы имели.
   Что такого я забыла про ночь первого сентября? Неизвестно.
   Единственное, в чем я была уверена, так это в том, что мои потерянные воспоминания как-то были связаны с демонами. Не зря же один из них (я покосилась на айтишника; как ни странно, сиделось и думалось рядом с ним довольно комфортно, даже паранойя затихла, пока он спал) постоянно попадался мне на пути.
   Что этим чертовым демонам от меня было нужно? Также неизвестно. Почему? Да потому что мне вообще ничего про демонов не было известно. От злости я случайно переломила карандаш пополам. Мне была нужна информация. Как можно больше и как можно скорее, желательно, еще вчера.
   Если я и оставила Диза в покое, то ожидать того же от Карин, как я уже говорила, было наивно. Не вытерпев и получаса, преподавательница просто-напросто подошла и пнула его. Ногой, обутой в тяжелый, докмартинсовский ботинок. Класс вздрогнул. Да уж, никому не пожелала бы такой побудки.
   - Мы говорили о целях и стремлениях Беллы, о том, что...
   - Что на протяжении всей серии она видит смысл своей жизни в Эдварде, а потом, после рождения Ренесми, в своей семье. Знаю, - айтишник поднял на нее совершенно бодрые глаза.
   - И каковы твои мысли на эту тему? - сахарно-сладким тоном поинтересовалась преподавательница.
   Компьютерщик безразлично пожал плечами.
   - Лишь бы она сама была довольна.
   - Но?..
   - "Напрасно утверждают, что человек должен довольствоваться спокойной жизнью: ему необходима жизнь деятельная; и он создает ее, если она не дана ему судьбой. Предполагается, что женщине присуще спокойствие; но женщины испытывают то же, что и мужчины; у них та же потребность проявлять свои способности и искать для себя поле деятельности, как и у их собратьев мужчин..."
   - "Вынужденные жить под суровым гнетом традиций, в косной среде, они страдают совершенно так же, как страдали бы на их месте мужчины. И когда привилегированный пол утверждает, что призвание женщины только печь пудинги да вязать чулки, играть на рояле да вышивать сумочки, то это слишком ограниченное суждение. Неразумно порицать их или смеяться над ними, если они хотят делать нечто большее и учиться большему, чем то, к чему обычай принуждает их пол", - закончила цитату Карин.
   Вау. Просто вау. Глядя на то, как эти двое наизусть цитировали Бронте, я почувствовала себя ущербной. А еще мне стало стыдно за свое образование: ладно, Карин, она учитель, ей практически положено любить литературу, но Диз... Даже не говоря о том, что "Джейн Эйр" наверняка не была самой любимой его книгой, чтобы ее запоминать, откуда он вообще все это знал, он же - якобы - был из другого мира?
   - И вот еще один пример того, как современная литература дает более архаичное представление о женщине как хранительнице семейного очага и о ее главной роли, роли матери семейства, чем книга девятнадцатого века, - резюмировала Карин. - Ладно, за цитату прощаю. Можешь спать дальше. Остальные, - хищно улыбнулась она, - только попробуйте отвлечься.
   Помня о "мартинсах", класс пообещал слушать очень внимательно. А Диз, напротив, шутливо козырнул ей, устроился поудобнее и, кажется, опять задремал. По крайней мере, когда после занятия я исполнила обещание и попыталась его разбудить, очнулся он не сразу.
   - Что, уже все?
   Зеленые глаза осоловело моргнули, пытаясь сфокусироваться.
   - Да, - коротко ответила я. Полтора часа пролетели вовсе не так страшно, как я ожидала, во многом благодаря подсказкам айтишника, знавшего, на что Карин обратит внимание.
   Пока мы сидели в классе, снова пошел дождь. Зима, терроризировавшая нас на протяжении нескольких недель, все же сдалась и ушла, но погода от этого намного лучше не стала. Вчера, к примеру, ГООУ пережил четвертый за время моего пребывания здесь ураган. Сильный. Корпус каппа-ню-сигма, глядя на творившийся на улице хаос, даже решил вспомнить молодость и попробовать улететь - не иначе как в Изумрудный город, - из-за чего было объявлено, что студенты, решившие вылезти из общежития до "урегулирования инцидента" (как хороший политик, ГООУ всегда находил обтекаемые и безопасно звучащие формулировки, что бы ни случилось: летающие дома, камнепад в пустыне или восстание разумных грибов в столовой - спасибо, дорогие коллеги-алхимики, за последнее!), поступают так на свой страх и риск, и университет нести ответственность за судьбы этих храбрецов и дураков отказывается. Сегодня же небо с утра затянуло свинцово-серыми тучами. "И разверзнутся хляби небесные", - прокомментировала картину за окном София, лишенная ночных тусовок, а, значит, бодрая и отвратительно хмурая в восемь часов утра. Оставалось надеяться, что ее пессимистичный прогноз не оправдается: насколько я помнила, в Ветхом Завете после этого говорилось что-то вроде "и бысть дождь на землю четыредесять дней и четыредесять ночей". Я понятия не имела, означало ли "четыредесять" четырнадцать или сорок, но в любом случае была против. Дайте уже солнышка и снова плюс двадцать пять!
   Остановившись на пороге корпуса, я попыталась одновременно запихнуть в сумку полученную на уроке литературу, достать зонтик и не выпустить из рук пакет с распечатками для Оливера, которые утром забрала из типографии, но не успела отнести в редакцию. Нелегкая задача, сейчас я бы не отказалась от дополнительной конечности.
   - Помощь не нужна? Знаешь, я мог бы понести твой зонт, - раздалось у меня над ухом.
   Я подняла глаза: рядом на крыльце стоял Диз, с отвращением рассматривавший серое небо. Надо же, какая галантность! Я хмыкнула.
   - Признайся, ты просто боишься промокнуть.
   - Боюсь? Никогда! Но, - согласился он, - скажем так, перспектива не вдохновляет.
   Подумав, я сунула ему в руки зонтик. Почему бы и нет, если нам идти в одну сторону?
   - Пакет взять? - спросил айтишник, наблюдая, как я боролась с плакатом формата А1, все пытавшимся развернуться.
   А вот это - ну уж нет, без всяких "почему бы".
   - Как скажешь, - равнодушно отреагировал он на мой отказ и зевнул.
   - Что, тяжелая ночка? - сочувствующе поинтересовалась я. Выглядел он довольно потрепанно.
   Компьютерщик поморщился.
   - Сессия.
   - В октябре?
   - Первый курс, - вздохнул он, - знаешь, я тебе даже завидую. Вот перейдешь на специализацию, узнаешь, что такое ГООУ на самом деле. Восемь сессий, и все начинаются в самый неожиданный момент.
   Я споткнулась. Нет, что расписание в ГООУ не поддавалось рациональному объяснению, подчинялось каким-то своим правилам и зависело как минимум от шести переменных, включавших в себя лунный календарь, погоду и настроение левой пятки... пятидесятого тентакля ректора, я уже поняла. Но восемь сессий в году? С них ведь станется, с их оригинальным стилем преподавания. Неожиданно вариант отчисления на тот свет показался не таким уж и плохим.
   - А сам ты, кстати, на каком курсе?
   - На третьем.
   - А сколько тебе лет? - не удержалась я от вопроса.
   - Много. Я видел падение Трои и великий пожар Рима, Черную смерть и открытие Америки... - торжественным тоном начал Диз и расхохотался, увидев изумление на моем лице. - Что, купилась, крошка?
   Он заслужил этот тычок под ребра. Даже не спорьте.
   - А если серьезно?
   - Двадцать.
   - Человеческих лет или... - не унималась я.
   - Или каких?
   - Я не знаю, демонических? Как вы вообще время считаете? Сколько у вас дней в году? И часов в дне? И... - обратив внимание на выражение его лица, я замолчала. - Что? Интересно же!
   - Ага. И поэтому ты решила устроить мне допрос? Знаешь, крошка, я, в принципе, не против, но человечество уже давно придумало более эффективный способ передачи информации. Может быть, ты слышала о такой штуке, как книги?
   Книги... Отличная идея, как я раньше не додумалась. Мне срочно было нужно попасть в библиотеку. Я сверилась с часами. Сейчас, конечно, не успею, но если после следующей пары вместо обеда завернуть туда...
   - У тебя такое лицо, будто ты что-то задумала, - прокомментировал демон.
   - Я? Никогда! - невольно повторила я его ответ. - Но ты не мог бы немного поторопиться? Мне еще нужно Райли забрать.
   - Как пожелаешь, - он прибавил скорости, заставляя меня почти перейти на бег. Вот она, разница в росте, чтоб ей долго икалось, сам-то айтишник шел совершенно спокойно. Впрочем, сейчас такому темпу я была даже рада. - Райли - этот тот Охотник, который ждал тебя на прошлой неделе?
   - Откуда ты знаешь, что он Охотник? - удивилась я.
   Внимательно прислушиваясь к разговорам вокруг, я сумела уяснить, что далеко не все считали Охотников страшной сказкой для маленьких монстров. Были и те, кто говорил о них - исключительно шепотом, - кто знал их как реальных людей. Но откуда они были знакомы Дизу?
   Компьютерщик пожал плечами.
   - Они вечно так смотрят, словно уже в уме пересчитали все твои грехи и готовятся если не жестоко тебя казнить, то хотя бы прочитать лекцию о правильном поведении.
   Я с трудом подавила улыбку. Сравнение было очень образным - и весьма точным.
   - Нет, не он. Райли - моя одногруппница. Мы с ней договорились здесь встретиться, но...
   Но в толпе ее было не видать. Судя по кислому виду студенческих масс, дождь оказался для многих неожиданностью. В холл главного общежития битком набилось народу, и все с мрачной заинтересованностью смотрели за окно, словно надеясь, что ливень сейчас исчезнет, стоит только сконцентрироваться на этой мысли. Лично я бы на это не рассчитывала. Привстав на цыпочки, я попыталась поверх голов найти Райли, но не сильно в этом преуспела. Придется искать ее по телефону.
   - Твоя одногруппница, она случайно не рыжая? С кучей амулетов на руках и очень серьезно настроенная? - предположил демон.
   Звучало похоже на нее.
   - Как ты угадал? - эти приступы ясновидения уже начинали выглядеть (да-да, я знала, что повторялась) подозрительно.
   - Она очень внимательно на нас смотрит.
   - Где? - я завертела головой, пытаясь обнаружить ведьму; Диз показал.
   - Ладно, я пошел. Спасибо, что поделилась зонтом, - протянул он мне его.
   "Спасибо, что давал подсказки на лекции", - хотела сказать я, но не успела, потому что айтишник уже скрылся в толпе. Вот как ему это удавалось? Только что был человек (ладно, не-человек) - и нету его.
   Зато ко мне уже вовсю протискивалась Райли.
   - Это был он? - вместо приветствия спросила она. - Тот демон, которого упоминал Макс? Ну ты и попала, подруга! Пошли!
   Я сопротивлялась. Но если я что-то и узнала про рыжую за время нашего знакомства, так это то, что, если она поставила себе цель, она этого добьется.
   - Куда? Омега-каппа-тета в другой стороне! Мы опоздаем!
   - Успеем! - Райли была непреклонна. - А пока пошли ко мне!
   Буквально втолкнув меня в лифт, она нажала на кнопку с цифрой "четыре".
   - Так, значит, это он? Как ты тогда его назвала?.. Диз? Расскажи мне все! Почему вы пришли вместе? А, ну да, ты говорила, у вас какие-то занятия... А что у вас еще? Ты случайно не из-за него все тянешь с Максом? Не подумай, не осуждаю. Наоборот, полностью тебя понимаю...
   Не умолкая, рыжая запихнула меня в ближайшую от лифта комнату.
   - Господи, что это за звуки? - ужаснулась я от доносившегося из ванной комнаты воя.
   - Люси. Моя соседка.
   - С ней все в порядке?
   На секунду Райли замерла, думая над ответом.
   - Ну, она баньши, а с ними по жизни все не совсем в порядке, - обернувшись на дверь ванной, она поспешно покрутила пальцем у виска. - Близость смерти, и все такое... Но конкретно сейчас - да. У нее просто есть отвратительная привычка петь в душе.
   Действительно, если прислушаться, то в звуках - пением назвать это я все же не могла - угадывалась какая-то мелодия. А я еще какое-то мгновение сомневалась, стоит ли оставаться в одной комнате с Софией. Да мне повезло с соседкой! Спит, молчит, максимум - хлопает дверью по ночам.
   - Не отвлекайся, - потребовала Райли. - Итак, демон.
   - Угу, - покорно согласилась я, понимая, что так просто от меня не отстанут, - демон.
   - Он красавчик.
   С этим утверждением сложно было поспорить.
   - Он до сих пор не заметил, что панк мертв, а мода на готов закончилась в девяностые, - из чувства противоречия нашла я все-таки, что возразить.
   - А еще небось обаятельный, как и все они, - добавила Райли, пропуская мимо ушей критику.
   А вот с этим поспорить было не только можно, но и нужно. Обаятельный? Да он меня с ума сводил, в самом неромантичном смысле этой фразы!
   - И он определенно в тебе заинтересован.
   Осталось только выяснить, что именно во мне его так сильно интересовало, что я устала уже натыкаться на него по всему университету.
   - Так что у вас с ним?
   - Ничего, - честно призналась я.
   - Ничего... Потому, что уже было, или потому, что только будет?
   Я с интересом осмотрелась, оттягивая необходимость отвечать. В гости к Райли я попала впервые. В отличие от нашей с Софией комнаты, тут сразу чувствовались две хозяйки: чья-то половина, похоронно-мрачная, была идеально чиста и несколько... пуста. На ней не было ничего личного, только пара черно-белых фотографий на стене. А вот вторая половина явно принадлежала Райли, в этом не было никаких сомнений. Все горизонтальные поверхности, включая заправленную розовым пледом постель, покрывали разбросанные в ее очаровательно непринужденной манере вещи. И тут сразу становилось понятно, что, под всей своей конфетно-девочковой мишурой, рыжая была не просто ведьмой, но и потомственным артефактором, мастером металла и камней. Учебники соседствовали с листовым серебром, массивный молоток лежал на постели рядом с щипцами для завивки волос, на письменном столе на сером бархате россыпью валялось содержимое косметички и десятка два ограненных камней (подойдя ближе, я рассеянно покатала зеленый пальцем: интересно, сколько можно было заработать, если попросить вот так "на учебу" изумруды от ГООУ и продать их в нашем мире? Правда, я сомневалась, что ректор не предусмотрел такой возможности и не пресек ее в зародыше). На комоде стоял целый батальон рамок с фотографиями. Вся жизнь Райли Харпер, задокументированная и упакованная, полная по-американски белоснежных улыбок. Райли с семьей: групповой портрет, на переднем плане трое девчонок, и все одинаково рыжие и смешливые; старшая еще держит на руках очаровательного карапуза с такой же кричаще-оранжевой шевелюрой. Райли с подругами, пятеро девочек-подростков, одетых в форму команды поддержки, сидят за столиком кафе. Райли с одноклассниками, все одеты в мантии и смешные шапочки с кистями. Райли с Тоби, первое лето после выпуска, позади пляж и яркое калифорнийское солнце, а впереди - поступление в ГООУ и расставание...
   - Ничего не было, ничего нет, ничего не будет. Точка.
   - Но почему? - поразилась ведьма. - Ты его хорошо рассмотрела? Да если бы я могла...
   - Так забирай, - равнодушно предложила я. - Хочешь, познакомлю? Или, еще лучше, он постоянно в IT торчит, заходи в любое время.
   Райли громко вздохнула и покосилась на фотографию - ту самую, с калифорнийским пляжем.
   - Я бы с радостью, - грустно сказала рыжая, теребя браслет на запястье, - но не получается. Наверное, еще слишком рано.
   - Вот и мне слишком рано, - отрезала я.
   Стоило теме переместиться с ее сердечных ран на чужие, как Райли сразу оживилась:
   - Да? Почему? Расскажи, ты же ничего о себе не говоришь! Мы знакомы уже месяц, а я ничего почти о тебе не знаю!
   - Знаешь, - упрямо возразила я. - Например, ты знаешь, что я скрытная.
   - Ладно тебе! Ну, скажи! Про меня ты уже все слышала, - безо всяких преувеличений. Про себя Райли рассказывала без умолку, - я плохой человек, бросила парня своей мечты, разбила сердце ему и себе, а все потому, что не могла признаться ему, что я ведьма. А у тебя какая история?
   - Скучная. Хорошо, хорошо, - увидев ее обиженное лицо, я выдохнула и попыталась взять себя в руки. Может, психотерапевт Софии была права, и иногда стоит кому-то рассказать, что тебя гнетет? - Знаешь ваши истории про популярного квортербека, который на спор решает влюбить в себя скучную ботаничку, а потом понимает, что вовсе она не скучная, и сам в нее влюбляется?
   - А ботаничке еще строит козни злобная чирлидерша, которая хочет заполучить квортербека себе, но не из любви, а ради престижа? Всегда ненавидела этот стереотип, - подхватила Райли и смутилась. - Извини, продолжай.
   - Так вот. В жизни он в нее не влюбляется.
   - О. Так ты говорила про себя...
   Вроде того. Только он был не квортербеком, а местным мажором с обаянием плохого мальчика, сигаретами, мотоциклом и вечно отсутствовавшими родителями. А я... я была такой, какая я есть. Обычной, скучной и правильной. Бывают такие люди, которым нравится то, что общество считает самой идеальной моделью поведения. В детстве им нравится ходить в школу, потому что учиться в любом случае интереснее, чем прогуливать занятия и опасаться родительского наказания; они с удовольствием навещают родственников и не считают, что разговоры за чаем с плюшками - это такая обуза; в дождливые вечера они залезают в кресло под клетчатый плед, рассеянно гладят кошку, забравшегося к ним на колени, и читают интересную книжку - не потому, что эта комбинация показывает их глубокий внутренний мир, а просто потому, что это уютно. Они не чувствуют в себе революционного настроя и не делают попыток взбунтоваться против загнившего мира (которые, будем откровенны, в подростковом возрасте выглядят жалко, бессмысленно и почему-то обычно принимают форму курения за гаражами и тяжелой музыки, гремящей на всю квартиру), им и так хорошо. Тихо и спокойно.
   С детства меня очень тяготила эта моя "правильность". Иногда мне даже казалось, что, если бы не стремление доказать себе, что я не такая, я бы и не влюбилась в Алека (хотя теперь, после встречи с Дизом, пора уже было признать: дело было не в Алеке. У меня просто был типаж, совершенно мне не подходящий). Но все получилось наоборот. Вышло так, что я очень даже "такая", и никакое плохое влияние этого не исправит, как ни старайся. Остается только смириться.
   - Все с тобой ясно, - подвела итог Райли. - Давно это у тебя было?
   - Он бросил меня накануне выпускного, - созналась я.
   Нет, все-таки я была согласна с Софией: совет оказался хреновым. Не знаю, как она, но я никакого облегчения от исповеди не почувствовала.
   - Низко, - оценила рыжая. - Но прошло уже немало времени, так и собираешься, раз уж обожглась на молоке, дуть на мороженое?
   Как по мне, не самый плохой план.
   - А что ты предлагаешь? - я задумчиво провела пальцем по краю металлического листа. Острый.
   - Я - ничего. Но вот кое-кто другой... высокий, темноволосый, привлекательный, никого не напоминает?
   - Нет, - отрезала я.
   - Ну почему?!
   - Мы друг другу не подходим. Мы слишком разные.
   Примерно как песни Тейлор Свифт из моего плейлиста и хард-рок, доносившийся иногда со второго этажа. Даже если бы у Диза был какой-то искренний интерес ко мне, начать что-то с ним - было бы то же самое, что повторить историю с Алеком.
   - Тем лучше! Отвлечешься с ним, все равно с демонами ничего большего затевать нельзя, быстро разойдетесь, и вернешься обратно в игру! - иногда идиомы, которые заклинание-переводчик, накрывавшее ГООУ, переводило дословно, доводили меня до исступления. Особенно американские, почему-то почти всегда связанные либо с деньгами, либо со спортом. - И потом, не думаю, что у тебя в этом вопросе есть выбор.
   - Почему же?
   - Таких, как он, все-таки не зря на протяжении всей истории называли обольстителями. Они знают, как соблазнить. Читают все твои эмоции, угадывают каждое твое желание... - Райли мечтательно вздохнула; я же была склонна отнестись к этой информации со скептицизмом. - Поверь, если демону от тебя что-то нужно, рано или поздно он своего добьется. А ему от тебя явно что-то надо.
   Мне вспомнилось сегодняшнее занятие. "Я свободное человеческое существо, с независимой волей..." Глупости. Конечно же, у меня был выбор. Никого нельзя соблазнить, если сам человек этого не хочет.
   - Пусть попробует, - пожала я плечами.
   Впрочем, я не сомневалась, что Диз и пытаться не станет. Его интерес ко мне происходил из совсем других сфер, так бы он на меня во второй раз и не взглянул. Райли тяжело вздохнула, поражаясь то ли моей глупости, то ли безграничному упрямству.
   - Ладно, хоть ты и не хочешь, но я тебе все равно помогу, - решила она.
   "Хоть ты и не хочешь, но я тебе все равно помогу" - самая страшная фраза в мире. Все неприятности в моей жизни начинались именно с нее. Кроме одной, пришедшей по почте в конверте с университетским гербом.
   - Мы сейчас опоздаем, - напомнила я Райли.
   Не то чтобы я так торопилась на семинар по магии, но лучше уж публичный позор, чем непрошеное сводничество. Отклика мой намек, увы, не нашел. Что-то бормоча себе под нос, рыжая растерянно разглядывала бардак на разноцветной половине комнаты. Надеюсь, она ничего не собиралась сейчас в нем искать - идея была заранее обречена на провал.
   Посторонние (я бы даже сказала, потусторонние) звуки стихли, и из ванной показалась веснушчатая девица с полотенцем на голове.
   - Я думала, ты ушла, - удивилась она. - Слушай, я возьму твой фен, ты не против?
   - Нет, - рассеянно откликнулась Райли, по очереди проверявшая все ящики стола. - Он где-то на кровати, посмотри. Мы уже уходим, - невпопад добавила она.
   Нижний ящик, доверху забитый какими-то пакетиками и коробочками, закрываться отказывался, поэтому Райли так и оставила его выдвинутым.
   - Мы?
   Рыжая все еще была слишком занята, так что отвечать пришлось мне.
   - Привет, - протянула я руку. - Наташа.
   Ладонь баньши показалась мне холодной, как могильная плита - но не факт, что это были не причуды моего воображения.
   - Люси, - задумчиво протянула она. - Но зачем...
   Окончание фразы так и повисло в воздухе.
   - Что "зачем"? - переспросила я, когда она наконец отпустила мою руку.
   Баньши извиняюще улыбнулась.
   - Ничего. Я просто задумалась... о своем.
   "Просто задумалась", как же. Никогда не любила тайны. Категорически не любила, даже детективы из-за этого не читала. И угораздило же меня попасть в ГООУ, где каждый второй вел себя таинственно и каждый первый что-то скрывал.
   - Нашла! - донесся до нас торжествующий крик. - Красный или синий?
   Мы обернулись. Так вот, значит, как выглядели артефакты? Честно говоря, я была несколько разочарована. В руках Райли держала два браслета; ярко выкрашенные бусины из агата были нанизаны вперемешку с ажурными медными шариками. Бижутерия с этнической ярмарки? Да. Мощный колдовской предмет? Едва ли.
   - Красный или синий? - поторопила меня ведьма.
   Я вновь посмотрела на браслеты. Граненые бусины мягко поблескивали при свете торшера.
   - Я знаю эту сцену, - уверенно заявила я, - сейчас ты скажешь, что, если я выберу синюю таблетку, то забуду все, что со мной происходило, - а что, может, и правда выбрать? - А если возьму красную, то пойму, что такое Матрица.
   - Что? - не поняла меня Райли. - Да нет же, красный или синий? Влюбить или убить?
   Интересный выбор... Я задумалась. А ведь один из браслетов мог бы мне пригодиться... Нет. Я помотала головой, отгоняя дурацкие мысли. Это было бы неэтично.
   - Никакой.
   - А, может, все-таки?..
   - Никакой, - повторила я достаточно твердым тоном, чтобы Райли прекратила настаивать. - А, что, им правда кого-то можно убить?
   Рыжая задумалась.
   - Теоретически... Да. Но вообще он делался на человека, поэтому не знаю, насколько подействует на демона. Уверена, что не хочешь попробовать? Мне бы это очень помогло в будущем при калибровке.
   Нет, спасибо.
   - По-моему, убийство - это немного радикально.
   - Зато он точно от тебя отстанет. Если ты уверена, что этого хочешь, конечно, - добавила она. Хотеть-то я хотела, но не такими методами. - Потому что я бы на твоем месте все-таки еще раз подумала, может, этот демон не так уж и плох?
   Он-то, может, был не так и плох, но это не означало, что передо мной стоял выбор из двух предложенных вариантов. Нет. Никаких "влюбить", никаких "убить".
   - А как эта штука вообще действует?
   Честно говоря, поверить в то, что человека можно убить при помощи десятка бусин и резинки, было непросто.
   - А как ты хочешь? - с энтузиазмом спросила Райли. - Потому что, если у тебя есть предпочтения, то у меня тут большой выбор. Этот, - она открыла стоявшую на столе шкатулку и достала из нее кулон в латунной оправе, - работает как гильотина. Есть кольцо с ядом, не в том смысле, разумеется, но вскрытие покажет отравление мышьяком. Еще есть...
   Кучка украшений на столе росла, как и уровень адреналина в моей крови. Колотые раны, гниение, остановка сердца, асфиксия... Кто мог знать, сколько увлекательных способов прикончить ближнего своего придумало человечество.
   - Я ей говорила, что у нее странное хобби, - прокомментировала экспозицию Люси. - О, а вот и фен. Спасибо.
   - А я тебе много раз объясняла, что это не хобби, а семейная традиция! - крикнула ей вслед Райли, отрываясь на секунду от перечисления экспонатов своей коллекции, но не успела: дверь в ванную захлопнулась раньше.
   Внезапно я подумала, что ни разу не видела Райли без браслета на левой руке - на котором, к слову, было не меньше двух десятков разных подвесок. Я понадеялась, что хотя бы они были простым и не слишком смертоносным украшением... Впрочем, стоило вспомнить, как профессор прервал практическую демонстрацию на первом уроке магии, только Райли взялась за одну из них, как мои надежды рассыпались прахом. Я ходила на занятия с ядерной бомбой замедленного действия.
   А я еще считала, что из них двоих Макс более опасен... Я была не права.
  
   Как и следовало ожидать, занятие по магии закончилось очередным фиаско. Не знаю, почему меня приняли в ГООУ - ни капли магии в себе я не чувствовала, хотя и нечистью, по словам Макса, которому я была склонна в этом вопросе доверять, тоже не была. Бюрократическая ошибка? Искали одну Наташу Соколову, а нашли другую, меня?
   За полтора часа занятий к абстрактным загогулинам с гендерных исследований добавились новые, и это было моим самым большим достижением. Горько скривив губы, я посмотрела за окно, где дождь стал понемногу стихать. Я могла смириться с "двойками", но только с теми, которые получала по причине лени. Собственная неспособность что-то выучить (при том, что желание имелось!) стала для меня новым и неприятным опытом.
   Что-то коснулось моей руки: маленький дракончик, сотканный из огня, обвился вокруг запястья. Настоящий... или наоборот, как выяснилось, ненастоящий: выглядел он совсем как в сказках или на китайских календарях, а не как на факультете криптозоологии. Я перевела взгляд на соседнее место и улыбнулась Максу. Как и я, он откровенно скучал, но совсем по другой причине. Запомнив его по предыдущему занятию, профессор лишь спросил фамилию Макса и, коротко кивнув, попросил до конца семестра тихо посидеть где-нибудь в уголке и не отсвечивать. Райли так не повезло: у нее преподаватель первым делом отобрал зачарованный браслет, после чего с доброй улыбкой пообещал составить ей индивидуальную программу занятий. Так что свидетельствовавший об окончании семинара звонок прозвучал для всех нас спасительными трелями. Побросав вещи в сумку, я уже закинула ее на плечо, как меня остановили.
   - Наташа, задержись, пожалуйста.
   Я тяжело вздохнула.
   - Идите без меня, - шепнула я Максу с Райли, которые решили было остаться за компанию, - я все равно на обед не успеваю.
   Макс внимательно посмотрел на меня, но отчего-то мне не захотелось делиться с ним своими планами. Райли на эту заминку не обратила внимания.
   - Увидимся тогда завтра, - прощебетала она, беря блондина под руку и выводя из класса.
   А я приготовилась к очередному выговору.
   Мастер Дженсен (почему не "мессир"? У них была какая-то классификация?), поставил один из освободившихся стульев напротив моего и уселся на него верхом.
   - За время работы здесь я должен был учить восьмерых студентов, которые попали в ГООУ так же, как и ты.
   Любопытное начало. Но... восемь? София за семь лет, проведенных здесь, слышала только о троих. Сколько же преподавал мастер Дженсен? И как умудрялся при этом выглядеть на двадцать пять?
   - Это правда, что все они умерли? - как можно спокойнее спросила я.
   - Охотники не могут позволить себе оставить в живых того, кто не способен управлять своим даром.
   Меня, например. Если, конечно, у меня был какой-то дар, но почему-то кроме меня в этом никто не сомневался.
   Что ж, по крайней мере, спасибо за откровенность. Буду знать, что мне грозит в скором будущем.
   - Необученный маг - это угроза, - объяснил мастер Дженсен. - В первую очередь для себя. Во вторую - для обычных. В третью - для нас. У тебя есть магия, Наташа. И тебе нужно научиться справляться с ней.
   А, может, не нужно?
   - Почему вы так в этом уверены?
   - В первом или во втором? - насмешливо вскинул брови преподаватель. - Потому что, если не научишься ее контролировать, умрешь. И хорошо, если не утянешь за собой никого другого.
   - Нет, в том, что у меня вообще есть магия?
   Я бы не преувеличила, если бы сказала, что на меня посмотрели как на дуру.
   - Ты же здесь. Ошибки быть не может.
   А вот я все-таки предполагала именно что ошибку. Ничего невероятного - знаете, сколько Наташ Соколовых в России? Я как-то смотрела по Интернету. Поняла, что, если решу когда-нибудь стать публичным лицом, придется задуматься о псевдониме.
   - Из тех восьмерых двое категорически не признавали существование магии. Двое не верили в свои способности. Они считали, что не принадлежат этому миру, и никому не удалось их переубедить. Двое боялись, что магия их изменит, что, поверив в свои силы, они перестанут быть собой. Этот страх парализовал их больше, чем ты можешь себе представить. И еще один... Это был тяжелый случай. Тот человек просто не хотел жить. Ему не нужен был новый мир, который мы предлагали, ему и старый был не нужен. Он только хотел, чтобы его оставили в покое.
   Два, два, два, один...
   - А что случилось с восьмым? - спросила я, уже предполагая, что ничего хорошего.
   - Сошел с ума, только переместившись сюда. Ему не повезло, он попал прямо к вольеру с драконами. Медики так и не смогли ничего сделать, чтобы вернуть ему рассудок.
   Я могла понять того беднягу. Когда такая жуткая (при ближайшем рассмотрении-то милая, но до этого момента еще дожить нужно) харя несется к тебе во весь опор, спеша поприветствовать, можно не только сойти с ума, но и умереть с перепуга.
   - Поэтому я хочу, чтобы ты задала себе три вопроса. Первый, - начал он отсчитывать на пальцах, - чего ты хочешь? Второй: чего ты боишься? И, наконец, третий: во что ты веришь? Мне не нужны ответы, - перебил он меня, еще прежде чем я успела что-то сказать, - но я хочу, чтобы ты дала их себе. Поняла? А теперь свободна.
   Честно говоря, я ничего не поняла. Но, будучи девочкой ответственной, по дороге в библиотеку постаралась подумать над заданными вопросами, хотя и не видела в них особого смысла.
   Чего я хотела? Безопасности. Стабильности. Вернуться домой.
   Чего я боялась? Умереть здесь. Потерять контроль над своей жизнью. Влюбиться.
   Верила ли я в магию? После всего, что я здесь видела, глупо было бы хоть во что-то не верить.
   Верила ли я в свои способности? Ввиду предыдущего ответа было бы нелогично не верить, но... скажем так, в глубине души я сомневалась.
   Боялась ли я измениться? Нет. Единственная стабильность - в смерти. Пока мы живем, мы и так меняемся, каждый день, каждый час, каждую секунду.
   Чувствовала ли я себя не на месте в пространстве между мирами, находящемся не пойми где и заселенном волшебниками, демонами, баньши, вампирами... Кто там еще мне попадался? Ах да, ктулхуподобными монстрами. Глупый вопрос, конечно же, я ощущала себя как дома.
   Попытки разобраться в себе пришлось временно прервать. Библиотека, почему-то помеченная на карте университета большим красным крестом, возникла внезапно, словно выросла из-за поворота. Отмахнувшись от мысли, что в ГООУ так оно и могло быть, я поднялась по ступенькам и потянула на себя дверную ручку. В лицо тут же дохнуло пылью и затхлостью.
   Да, библиотека явно не входила в рейтинг мест ГООУ, которые был обязан посетить любой студент. Судя по слою пыли, ровному и удивительно толстому, здесь не убирались лет пять, а четко различимые на полу цепочки следов подсказывали, что за это время посетить книгохранилище удосужились хорошо если пара десятков человек.
   Здесь никого не было. Только за стойкой выдачи книг сидел скелет в очках с толстыми линзами (было бы страшно, если бы не бирка на ключице, гласившая, что данный инвентарь принадлежит медицинскому факультету, нашедшего просят и слезно умоляют вернуть его в корпус мю-альфа-дельта), да наверху одного из книжных шкафов свил гнездо ворон.
   И как тут, спрашивается, тянуться к знаниям? Я осмотрелась: раз библиотекарей не было, их должна была заменять стойка самообслуживания. Логика не подвела. Напротив скелета обнаружилась странная конструкция, напоминавшая помесь диапроектора и кассового аппарата. К счастью, инструкция к нему прилагалась, из целых двух пунктов.
   "1) Откройте книгу на переднем форзаце.
   2а) Если штрих-код отсутствует, верните книгу на место. Вероятно, выбранный Вами экземпляр был изготовлен раньше 1799 года и не подлежит выносу из помещения библиотеки.
   2б) Отсканируйте штрих-код с форзаца при помощи данного аппарата. Возьмите одноразовый скарификатор из поддона В, после чего нанесите каплю крови на индикаторную пластину сенсора. Дождитесь, пока аппарат распечатает квитанцию со сроками возврата книги в библиотеку.
   Напоминаем, что находящиеся в библиотечном каталоге книги являются имуществом ГООУПиОАатСДиРН. Штраф за порчу имущества университета - смерть.
   Желаем вам приятного пользования библиотечными сервисами ГООУПиОАатСДиРН. Надеемся, вы найдете здесь то, что вам нужно".
   Теперь стало понятно, почему библиотека не пользовалась у студентов особой популярностью - они бы еще предложили подписать кровью контракт в трех экземплярах! Ниже кто-то приклеил написанное от руки объявление в лучших традициях советских поликлиник: "Товарищи студенты! Проявите уважение к своим коллегам, вытрите за собой кровь!"
   Покачав головой, я решила, что одалживать книги буду только в случае крайней необходимости. Лучше скопировать текст, благо, принтеров-сканеров и прочей оргтехники, бездарно пылившейся без дела, в библиотеке хватало. Сев за ближайший компьютер (удивительно, но он заработал!), я открыла библиотечный каталог. Ввела "демон" и нажала "искать".
   "Найдено секций: 1. Демонология, код D513152. Показать содержимое секции?"
   Показать.
   "Найдено изданий: 113436. Показать результаты поиска?"
   Неплохо. Если бросить все дела, запереться здесь и читать по две книги в день, то лет примерно через сто пятьдесят я смогу сказать, что знаю о демонах все. Если доживу до того счастливого момента.
   Я прокрутила список вниз. А. Н., "Lemegeton Clavicula Salomonis"; А. Н., "Книга о служебных обязанностях духов или Книга высказываний Царя Соломона о князьях и царях демонов"; Иоганн Вейер, "Псевдомонархия демонов"; Жак Альбин Симон Коллин де Планси, "Инфернальный словарь"... Некоторые из этих названий были мне знакомы по статье из Википедии, которую я тщательно изучила перед походом сюда. А мне нужны были источники, написанные не обычными людьми. Мне требовалась реальная информация - в противном случае я могла бы никуда не ходить и почитать про демонов в Интернете. Подумав, я ограничила поиск издательством ГООУПиОАатСДиРН. Шестьсот тридцать два результата, с этим уже можно работать.
   "Политические структуры потустороннего мира", "Пандемониум: география и достопримечательности", "Экономическая стратегия развития северного региона Ада на 2014-2017 годы по человеческому летоисчислению", "Образ демона в человеческом искусстве девятнадцатого века и образ человека в демоническом искусстве соответствующего периода. Сходство и различия"... Не то, тоже не то... "Семьдесят два правящих рода Ада. Иерархия, личности, способности". А вот это уже могло пригодиться. Тщательно переписав библиотечный номер, я отправилась на поиски - хорошо хоть, карта открытых секций библиотеки висела прямо у входа, иначе у меня были все шансы провести здесь не только обед, но и остаток жизни. Библиотека ГООУ, пусть и не отличалась старинным деревянным дизайном, как в замках или известных университетах Европы (а дешевые алюминиевые стеллажи вообще было бы неплохо подкрасить, а то они местами облупились), все равно поражала воображение. Глядя на покрытые ковровой дорожкой проходы, убегавшие куда-то вдаль, казалось, что еще немного, и ты поймешь, как выглядит бесконечность. Ни конца, ни края, ни стены видно не было. А ведь снаружи здание не было таким большим...
   Секция демонологии нашлась в восточной части второго этажа, сразу за демографическими исследованиями. Поднимаясь по скрипевшей лестнице, я почувствовала, что мне не по себе. Одиночество давило. Здесь, в пыли и полумраке, не верилось, что за мутными стеклами окон находится мир, полный красок и жизни. И людей. Неожиданно я поняла, что соскучилась по компании. Любой, даже необязательно строго человеческой. С умилением я вспомнила Пушка и остальных драконов за забором вольера. А еще тишина. Такая, из разряда "и только мертвые с косами..." Никогда не думала, что буду бояться тишины (с моими многочисленными родственниками она всегда была благословением, увы, редким. Про ГООУ и говорить не стоило, в общежитии постоянно кто-то был рядом, вокруг царили шум и гам, от которых даже в комнате не всегда удавалось скрыться), но обстановка начинала действовать на нервы.
   "Спокойно, - велела я себе. - Вот уже нужная секция, нужный ряд, осталось только найти полку..."
   Я вздохнула. Ну, конечно. Самая верхняя полка. А какая еще могла попасться, с моим-то везением? Найдя среди номеров на корешках тот самый, записанный мною, я привстала на цыпочки, чтобы достать книжку. Откуда ни возьмись появилась мертвенно-бледная рука и потянулась к искомому справочнику, обогнав меня буквально на долю секунды. Э, нет, так дело не пойдет, мне эта книга самой нужна! Подавив в зародыше желание взвизгнуть и убежать, я крепко схватилась за переплет, чувствуя, как под ногтями сминается старая кожа обложки (не человеческая, надеюсь? А то про подобные издания много чего говорят...). После чего обернулась и хмуро посмотрела на обладателя руки.
   Вот, казалось бы, какова вероятность...
   - Чуть больше одной тысячной процента, - произнес хриплый после сна голос.
   Я недоуменно моргнула. Как он здесь вообще оказался, только что же никого рядом не было? А не услышать его появление было невозможно.
   - Что?
   - Вероятность того, что из восьмидесяти тысяч студентов в ГООУПиОАатСДиРН я наткнусь именно на тебя. Или ты на меня.
   Похоже, он подумал о том же, что и я. Не очень-то много, будем откровенны. Оттого только подозрительнее...
   - А каковы шансы, что из всех находящихся тут книг нам обоим понадобится одна и та же? - ласково спросила я и дернула талмуд на себя. - Отдай! Я ее первая увидела!
   - А я первый за нее взялся. Мне кажется, это дает мне на нее больше прав, так что разжимай пальчики, крошка.
   Ни за что! Я только сильнее схватилась за книжку и, чтобы не выпустить том из рук, последовала за Дизом, когда он сделал шаг назад. А затем еще один. И еще.
   - Серьезно? - поинтересовался демон, когда мы дошли таким образом до главного прохода. - Так и будешь держать? Сколько тебе лет?
   - Восемнадцать.
   Почти.
   Айтишник закатил глаза.
   - Это был риторический вопрос. Зачем тебе вообще демонический "Кто есть кто"?
   Никакой нейтральный и не вызывающий подозрений ответ в голову не приходил. Тогда я вспомнила, что лучшая защита - это нападение.
   - А тебе? Ты и так демон, зачем он тебе сдался? Это же для тебя, небось, как семейный фотоальбом.
   - По родственникам соскучился, - огрызнулся Диз, продолжая мою метафору. - Решил, дай хоть так на них полюбуюсь.
   - Что, правда? - паранойя на мгновение уступила место любопытству. - В этом списке есть твои родственники, серьезно? А ты сам?
   - Нет. Но есть мой отец, - заметив мой интерес, он усмехнулся и предложил. - Если любопытно, могу показать.
   - А тебе что с этого будет?
   После того памятного вечера, когда выяснилось, кто такая София, а Макс заодно решил предупредить меня о Дизе, кое-кто, не буду показывать пальцем, мне все уши прожужжал, предупреждая, что связываться с демонами... скажем так, неосмотрительно. Опасно. И вообще не стоит, особенно если ты только попала в этот мир, и ничего о нем не знаешь. И что демоны никогда ничего не делают просто так или себе в ущерб. Правда, это не совсем вязалось конкретно с Дизом и, например, с его помощью на лекции, но...
   - А ты после этого отдашь мне книгу. На время, мне она нужна минут на пять, не больше. Если хочешь, можешь посидеть рядом, проследить, чтобы я с ней никуда не сбежал. Только перестань прожигать меня взглядом, все равно не получится, - я с подозрением на него посмотрела: он, что, опять издевался? - Да, именно это я имел в виду. Знаешь, мне показалось, что сегодня утром у нас почти получилось нормальное человеческое общение, может, попробуешь повторить?
   - Забавное ты выбрал прилагательное, учитывая, что по крайней мере один из нас не человек...
   - Двое, - напомнил он мне. - Нас здесь таких двое. Ну что, по рукам?
   Я не спешила соглашаться.
   - Пять минут, после чего ты возвращаешь книгу мне?
   Диз кивнул.
   - И никак не будешь мешать мне ее читать?
   - Зачем мне это делать? - удивился он.
   Я задумалась. А, собственно, почему бы и нет? Уступить справочник ненадолго, а потом изучать сколько хочется - и без такой сомнительной компании за спиной. По-моему, нормальный вариант. Внутренний голос попробовал шепотом сообщить, что так и продают души демонам: сначала кажется, что условия такие выгодные, что просят они самую малость, а потом ты и сам не замечаешь, как оказываешься в Аду без права на возвращение домой или вовсе умираешь. Я его проигнорировала.
   - По рукам, - стоило мне согласиться, как книга оказалась у меня.
   - Посмотри Абигора, - посоветовал айтишник, отходя к рабочей зоне.
   А он там успел неплохо устроиться: настольная лампа была включена, промокшая под дождем толстовка сушилась на батарее, на круглой столешнице стоял пластиковый стаканчик с кофе. И даже пыли было поменьше, можно было без опаски занять место за столом. Я открыла алфавитный указатель и быстро нашла нужную страницу.
   Абигор, демон войны и герцог Ада, имеющий в подчинении шестьдесят легионов демонов. Неплохое резюме. Коротко и мощно.
   - Отец?
   - Не в человеческом смысле этого слова.
   - А в каком?
   - Это сложно объяснить, - скривился Диз.
   "А ты попробуй", - мысленно посоветовала я. Задавая вопросы в ГООУ, я уже успела понять, что здесь все сложно. И это начинало надоедать.
   - Родоначальник? - Диз подбирал слова медленно, будто иностранец, не уверенный в своем знании языка или в том, что нужный ему термин вообще существует. - Глава клана? Что-то вроде того.
   Что ж, его ответ ровным счетом ничего не прояснял. Я разгладила ладонью бумагу. Вопреки моим ожиданиям, гравюра изображала не чудовище, а обаятельного мужчину средних лет, которого не портили ни длинный нос, ни узкая бородка клинышком. Я украдкой взглянула на Диза: да, сходство определенно просматривалось.
   - Красавец, не правда ли? - и опять моя реакция не осталась незамеченной.
   Я с сомнением покосилась на демона.
   - Сам себя не похвалишь, никто не похвалит?
   - При чем здесь я? - невозмутимо ответил он. - Это все автор.
   Действительно, в тексте сообщалось, что "появляется в образе прекрасного рыцаря, в отличие от большинства демонов весьма привлекателен внешне". Я снова посмотрела на Диза. Прекрасный рыцарь, значит?
   - Довольна? А теперь отдавай книгу обратно, как договаривались.
   С сожалением я протянула ему том, в глубине души подозревая, что где-то в его словах крылся подвох, и книжку я обратно не получу. Но уговор есть уговор, тут ничего не поделаешь. Следующие минуты протекли в молчании, которое прерывал лишь шелест старых страниц; Диз с такой скоростью их перелистывал, что выцветшие чернила упорно пытались слиться в мутное пятно. Наконец демон хмыкнул и потянулся за толстовкой.
   - Видишь, было не так уж и страшно, - легкомысленно подмигнул он мне и скрылся за стеллажами.
   Нет. Было совсем не страшно, честно говоря. И никто меня не обманул: "Семьдесят два правящих рода Ада" были в моем полном распоряжении. Я перегнулась через стол и подтащила книгу к себе. А что, кстати, в ней искал Диз? Понять я так и не смогла, поэтому сейчас с интересом разглядывала последнюю открытую им страницу.
   Данталион, герцог Ада, командующий тридцатью шестью легионами демонов.
   "Согласно записям Вейера, его племени известны мысли всех мужчин и женщин, и они могут изменить их по своему желанию..."
   Я вздрогнула. Изменять мысли... Это же не могло быть простым совпадением?
  
   - Я не понимаю, - пожаловалась я, устраиваясь на сухом валуне. Пока я сидела за книгами, дождь закончился, но вот надолго ли? - Как он все время оказывается там же, где я? Следить он за мной не мог, - иначе бы не успел высушить кофту и допить кофе; нет, Диз пришел в библиотеку раньше меня, - о моих планах не знал... Думаешь, совпадение?
   Мой собеседник молча мотнул головой. Мне с ним вообще повезло: редко когда встретишь такого внимательного слушателя, который, к тому же, и не перебивает.
   - Вот и мне так кажется, - согласилась я. - Тогда как? И ведь не первый раз уже... Да подожди ты, сейчас достану!
   Ладно, насчет "не перебивает" я немного покривила душой. Хотя Пушок и не разговаривал в человеческом понимании этого слова, он все равно умудрялся четко и понятно выражать свои мысли. Например, сейчас он ясно показывал, что, если я не поспешу и не достану наш обед из сумки, выходные мне придется провести за онлайн-шоппингом, выбирая новую.
   Выйдя из книгохранилища и посмотрев на часы, я поняла, что успею еще пообедать. Идти обратно в помещение, когда погода так радикально изменилась в лучшую сторону, не хотелось, поэтому я решила взять, как мне и велели, прошутто (да здравствует столовая ГООУ и сервис в ней: килограмм окорока мне выдали безо всяких вопросов; клянусь, там бы не удивились, даже если бы в придачу к нему я потребовала стопку крови и пачку сушеных нетопырей) и навестить драконов.
   - А его поведение? Вот почему обязательно надо быть таким загадочным засранцем? Появляется из ниоткуда, исчезает в никуда, ничего не говорит, но в то же время... Нет, это не твое мясо!
   Мягко отодвинув морду Пушка, сегодня скучавшего вне вольера в одиночестве, я достала из сумки незнакомый сверток и нахмурилась. Это еще что и откуда? В тетрадный листок оказались завернуты два браслета, красный и синий. Ну, Райли... И когда только успела их мне подложить? На листке в клеточку торопливым почерком была нацарапана записка.
   "Я, Райли Джорджина Харпер, отдаю их тебе во владение по доброй воле и с добрыми намерениями, да будет мир мне свидетелем. P.S. Чтобы воспользоваться синим, просто разорви нитку и назови имя. P.P.S. Если выберешь красный, все равно расскажи, чем закончится, мне интересно".
   Еще бы ей не было интересно. Подумав, я надела синий браслет на руку. По идее, зная, что в случае угрозы у меня есть возможность если не убить, то хотя бы навредить кому-то, я должна была чувствовать себя в большей безопасности... Я прислушалась к своим ощущениям. На самом деле получилось наоборот: будто на запястье у меня была нацеплена бомба, а в чьих руках находился детонатор, я понятия не имела. А если я его случайно порву? И при этом, опять же, совершенно случайно, обращусь к кому-то по имени? Нет уж, спички детям не игрушки. В последний раз проведя пальцами по агатовым граням, я сняла браслет и сунула его в карман джинсов.
   - Так, на чем я остановилась... Точно. В то же время я готова поспорить, что он хотел, чтобы я увидела ту страницу, иначе не оставил бы книгу открытой. Но зачем? И если он наконец решил мне что-то сообщить, то почему не сделать это как все нормальные люди? И нелюди... Почему нельзя просто сказать, безо всяких загадок?
   Пушок не знал ответа на этот вопрос. Но всегда был готов утешить, ткнувшись шипастой мордой в шею.
   - Щекотно, - хихикнула я. - Ладно, держи свой обед.
   Наконец-то я сумела найти в торбе лоток с нарезанным окороком. Правда, тут же возник вопрос, как покормить дракона. Нацепив на одноразовую вилку кусочек мяса, я осторожно вытянула ее вперед. Надеюсь, мои пальцы останутся при мне...
   С молниеносной скоростью драконьи челюсти сомкнулись на белом кусочке пластика. Вилка жалобно хрустнула, и в руке у меня остался лишь черенок. Поняла, это не метод. Перебрав в уме варианты, я просто поставила лоток перед драконом.
   - Чем кормишь?
   Криптозоолог, чье имя я так до сих пор и не узнала, возник у меня из-за спины и устроился рядом на камне.
   - Чем сказал, тем и кормлю, - проворчала я.
   Может, это местная мода такая, вместо приветствия пугать до полусмерти своим внезапным появлением? Ковбой, сменивший сегодня фланелевую рубашку и шляпу на футболку с надписью "сделано в Техасе", шустро стащил у Пушка ломтик окорока, закинул его себе в рот и с одобрением кивнул.
   - Молодец, - оценил он и потянулся за следующим; дракон предупреждающе зарычал. - А вот я с тобой всегда делюсь, - укорил он Пушка.
   - Хочешь яблоко? - предложила я.
   На мгновение ковбой задумался - да, замена не была равноценной, - но все же согласился.
   - Чего такая печальная сидишь? - спросил он, вгрызаясь в глянцевый бок.
   - Я не печальная, я задумчивая.
   Просто эти два состояния выглядят похоже.
   - Ладно, тогда чего такая задумчивая сидишь?
   Не рассказывать же правду?
   - Пустыня. Я думала, после такого дождя она будет выглядеть как-то... живее. Может, расцветет, как в Эль Ниньо...
   Дракон и криптозоолог одновременно повернули головы, рассматривая ландшафт. Пыльная потрескавшаяся земля, выглядевшая так, словно дождя она не видела лет десять, серо-зеленые кактусы, одинокое перекати-поле... Какое там цветение! Создавалось впечатление, будто и не было никогда ни снега, ни ливней, только плюс тридцать и солнце.
   - На самом деле иногда она цветет, - прочавкал криптозоолог и кинул огрызок Пушку. - Только никто не может угадать, когда, и длится цветение не как в нашем мире, несколько дней, а всего пару часов. Так что я бы не рассчитывал на это посмотреть. Слушай, а кто там идет, не видишь?
   Из-за вольера к нам быстрым шагом приближалась не по погоде замотанная в черное пальто фигура. Выцветшее белое каре с рваной челкой, обведенные черным карандашом глаза, впалые скулы... Девушка из столовой!
   - Эй, Бекка, иди к нам! - замахал руками ковбой.
   Бекка его проигнорировала. Отшатнулась в сторону, когда Пушок кинулся ее приветствовать, и стремительно прошла мимо, даже не удостоив взглядом нашу компанию.
   - Ты ее знаешь? - поинтересовалась я, когда она отошла достаточно далеко, чтобы не услышать мой вопрос.
   - Ребекку? Конечно, мы с ней учимся вместе.
   Значит, еще один криптозоолог...
   - Чего это с ней? - задумчиво почесал бороду ее коллега. - Странная она, с тех пор как связалась с этими темными...
   - Темными?
   - С демонами, - перевели мне незнакомый эпитет. - Втюрилась в одного из них, и с тех пор сама на себя не похожа. Нормальная девчонка была...
   В моей голове что-то щелкнуло. Кусочек пазла встал на место, и я поняла, что за картинку собираю.
   - Кажется, я ее как-то видела, - равнодушным тоном сказала я. - Она еще с парнем была, демоном, такой высокий худой брюнет, весь обвешанный какими-то готическими побрякушками. Это не в него она влюбилась?
   Криптозоолог застыл, размышляя, - реально застыл, я даже испугалась, все ли с ним в порядке. А потом расхохотался.
   - Это ты про Диза, что ли?
   Я не поняла, его тут, что, все знали? Отсмеявшись, он покачал головой.
   - Нет, он хоть и из той же тусовки, но Бекка точно не с ним. Там у нее блондин какой-то мутный. Я слышал, девчонки на курсе у нас шептались, этот ее хрен с архитектурного, что ли...
   А жаль, такая версия пропала. Было бы так логично: Диз и Ребекка, которых я видела (первого - согласно его словам, вторую - по моим собственным ощущениям) на празднике в честь начала учебного года... И что было дальше, я не знала. Но была убеждена, что, если только хорошо подумаю, все пойму.
   Возможно, я несколько переоценила свои способности. За полчаса, что занимала дорога от драконьего вольера до центра коммуникаций, понять ничего не удалось, ровно как и придумать. Скрепя сердце пришлось только признать, что быть с кем-то знакомым -не преступление. Даже если речь шла о Дизе.
   В редакции сегодня был только Оливер, низко склонившийся над письменным столом.
   - Я принесла плакат и флаеры, - сообщила я вместо приветствия.
   - Молодец, - похвалили меня второй раз за день. - А что насчет читательских писем?
   Я мысленно поморщилась. В редакцию студгазеты я устроилась по одной очень простой причине: я неплохо (по крайней мере, не очень плохо) справлялась со словами и больше ничего полезного, на чем можно было бы заработать в ГООУ, не умела. Тогда я думала, что мне повезло, легкая, хорошо оплачиваемся подработка, с которой не будет никаких трудностей. Я не учла одного: масштабов безграмотности моих товарищей по альма-матер. Казалось бы, с универсальным заклинанием-переводчиком проблем быть не могло, но нет, изъясняясь невыносимо коряво даже на своем родном языке, студенты умудрились сломать и его. "Слезы на сердце" были еще не худшим перлом - большинство комментариев к прошлому номеру вообще походили на описание товара в онлайн-магазине, переведенное при помощи онлайн-переводчика с китайского на русский через английский.
   - Половина из них в ужасном состоянии, но не думаю, что смогу сделать с ними что-то еще, - призналась я. - Мы точно обязаны их все печатать?
   Оливер тяжело вздохнул.
   - К сожалению, да. Ректор считает, что это показывает уважение к читателям и способствует развитию демократического духа в университете.
   Какое дело Ктулху - или его ближайшему родственнику - до демократии? И вообще, почему бы тогда не проявить уважение к сотрудникам студгазеты и не запастись перед написанием трехкилометровой оды во славу ГООУПиОАатСДиРН словарем?
   - Кстати, ты успела отобрать фотографии? - вспомнил главред. - Ким спрашивал, может ли он уже начать прикидывать место в номере.
   - Сейчас сброшу ему путь к папке.
   А заодно досмотрю фотографии с первого сентября.
   Я села за свое рабочее место и открыла хранилище на общем диске. Фотографий на месте не было. Не всех, разумеется, но ту, что я распечатала, где Жако умудрился поймать в кадр Диза с Ребеккой, кто-то удалил. Прокрутив содержимое папки вниз, я обнаружила еще несколько пропущенных номеров - в той части, которую я не успела просмотреть. Что же было запечатлено на них? Похоже, теперь я никогда этого не узнаю. Твердо помня, что удалить их не могла, но все равно на что-то надеясь, я открыла корзину. Она была пуста.
   Чертов Диз! Без него здесь точно не обошлось. Стул отъехал в сторону с громким скрипом.
   - Мне нужно на минуту в IT, - пояснила я Оливеру. - У меня здесь какой-то глюк...
   И дайте мне только добраться до этого глюка, задушу голыми руками!
   Поднявшись на второй этаж я, впрочем, остыла. Допустим, я сейчас распахну ногой дверь, встану в позу и потребую мне все рассказать. И что дальше? Диз только ухмыльнется, назовет крошкой и пошлет куда подальше. В ответ на все вопросы он промолчит, обвинения будет отрицать, и ни к какому результату я не приду. В замешательстве я замерла перед нарисованным пингвином. И что мне делать?
   - Я могу чем-то помочь, или ты просто так здесь стоишь? - раздался из-за двери сварливый голос.
   Женский, обрадованно поняла я. Может, сегодня не его смена, и Диза тут вообще нет? В голове созрел новый план.
   - Привет, - я проскользнула внутрь. Симпатичная толстушка с салатовым ирокезом на голове сидела за столом в одиночестве и читала какой-то комикс. Как ее тогда представил Диз? - Каталина, верно?
   - А ты Наташа, - с неудовольствием заключила она, осмотрев меня с головы до ног. - Диз будет через пару минут.
   Значит, нужно успеть, пока он не пришел.
   - Я не к нему. У нас там в редакции небольшая проблема, даже не проблемка, а так... мелочь. Ты бы не могла взглянуть?
   Кто знает, вдруг удаленные фотографии удастся восстановить?
   - Диз скоро придет, - упрямо повторила латиноамериканка. - Он и посмотрит.
   Да не нужен мне Диз! Совсем не нужен.
   - А, давай, лучше ты поможешь? Просто это срочно, и Оливер уже мечет громы и молнии...
   Я немного преувеличила: если бы наш главный в самом деле метал громы и молнии, как это за ним водилось в моменты особенно острого цейтнота (к сожалению, в ГООУ это выражение быстро переставало быть фигурой речи и становилось буквальным), на втором этаже услышали бы.
   Игнорируя мои мольбы, Каталина перелистнула страницу. Я машинально перевела взгляд на раскрашенные панели.
   - Это то, о чем я думаю? - с благоговением спросила я.
   Нет, я никогда не стала бы использовать общие интересы, чтобы попытаться втереться в доверие. Просто так совпало.
   - Наверное.
   - Первый том?
   Компьютерщица кивнула.
   - Но разве он уже вышел?
   - Нет.
   Тогда как?.. Я осеклась. Это ГООУ. Не задавай вопросов, если не уверена, что хочешь знать ответ.
   - Дашь почитать? - вырвалось у меня против желания.
   Каталина оторвалась от страницы и с любопытством посмотрела на меня.
   - Пожалуйста... - я сложила руки в молитвенном жесте.
   - А чего сама не купишь? - поинтересовалась она.
   Причина была банальной.
   - Денег нет.
   До первой зарплаты в редакции у меня оставалось еще две недели, стипендии в ГООУ отсутствовали как факт (учитывая, что студенты и так находились в университете на полном иждивении, я не могла никого за это осуждать), а карточку, на которую родители присылали деньги, я решила оставить на черный день.
   Каталина презрительно фыркнула, услышав ответ.
   - Тоже мне проблема. Скажи просто, что тебе нужно для учебы, пусть ректор платит.
   По какому же, интересно, предмету могли понадобиться комиксы?
   - Иллюстрация, - начала перечислять айтишница, хотя я ничего не спросила, - сценарное дело, литературные исследования, жанровые исследования, гендерные исследования, - и тут они, - история искусства, фольклористика... В крайнем случае, напиши, что они нужны тебе для понимания современной человеческой культуры, здесь все так помешаны на нашей адаптации среди обычных, что это всегда прокатывает.
   - Учишь первокурсников плохому? - спросил Диз, открывая дверь.
   В руках у него была спортивная сумка, толстовку он сменил на растянутую футболку, а мокрые волосы лезли в глаза, - я машинально обернулась посмотреть, не начался ли снова дождь, но, увы, именно сегодня в нашем склепе окон не было.
   - Полезному! - поправила его коллега. - Как соревнования?
   - А ты как думаешь? Четвертое место в личном зачете.
   Бросив сумку под стол, он подошел ко мне, так близко, что можно было почувствовать его парфюм, пахнувший свежемолотым перцем.
   - Что ты здесь делаешь, крошка?
   Серые глаза смотрели пристально и... неприятно. Так неотрывно и равнодушно хищник следит за своей жертвой, прежде чем сделать смертельный выпад. Страх ледяной волной прошелся по позвоночнику. По-хорошему, мне следовало сейчас отступить и поспешно ретироваться за дверь. Сигнализационная система, встроенная в подсознание на случай, когда мозг слишком занят обидой и раздражением, чтобы распознать опасность (то есть, по сути, как раз на такой случай, как сейчас), отбойным молотком стучала в висках: беги, и побыстрее! Я велела ей замолчать.
   - Мы с Каталиной просто разговаривали, - спокойно ответила я, словно не мои руки тряслись от совершенно иррационального ужаса. - Спасибо за совет, сама бы я не додумалась. Однако мне пора. Приятно было познакомиться.
   Со всем возможным сейчас достоинством я вышла и, вежливо прикрыв за собой дверь, позволила себе наконец привалиться спиной к стене и выдохнуть. Вытянула вперед ладони: пальцы все еще подрагивали от напряжения.
   А ведь он сердился, неожиданно поняла я. Более того, он был в ярости, хотя я и не знала, почему. И еще что-то ускользало от моего внимания, как в тот день, когда я впервые встретила Софию...
   - Пожалуй, она мне нравится, - услышала я через стенку голос Каталины. - Храбрая и воспитанная: я бы от тебя такого сразу деру дала, а она еще и попрощаться решила. Не вздумай ее обижать, как ты это обычно умеешь, слышишь?
   - С чего ты взяла, что я собираюсь? - а это уже был голос Диза, спокойный и расслабленный, будто не он сейчас был зол как сто чертей... сто демонов. - Зачем она приходила?
   Порадовавшись тому, что не успела озвучить просьбу и вообще рассказать про удаленные кем-то фотографии, я тихо спустилась по лестнице.
   Я не знала, что на его языке означало "обижать", но с меня было довольно. Хватит недомолвок и загадок, непонятной помощи, если она вообще была помощью, странных игр, а теперь еще и невысказанных угроз. Если он и хотел что-то сказать, у него был шанс. И этот шанс закончился. Теперь настал мой черед дать отпор.
   Это война. И на войне все средства хороши.
   Надо только составить какой-нибудь план, потому что я, честно говоря, понятия не имела, с чего начинать.
  

ГЛАВА 6

ДЕМОНЫ, КАКТУСЫ И НАСТОЯЩАЯ ДРУЖБА

  
   Звонок к началу лекции прозвучал ровно в тот момент, когда я переступила порог аудитории. На последнем издыхании я слетела по ступенькам к шестому ряду и плюхнулась поближе к Райли, пока мне не успели засчитать опоздание.
   - Хорошо, что ты пришла, - обрадовалась та. - Я уже думала, мне придется одной отдуваться.
   Я повертела головой по сторонам: действительно, Макса нигде не было видно, зря я думала, что буду последней.
   - Начинаем, - торжественно объявил профессор, выждав из вежливости ровно десять секунд после сигнала (и куда только делась замечательная традиция академического опоздания?).
   - А что это такое? - полюбопытствовала Райли и потянулась к стопке книг, которую я в спешке кинула на скамью между нами. - Это по какому предмету? Я ведь ничего не забыла из того, что нам задавали? А то уже ничего не успеваю запомнить, знаю только, надо ко вторнику эскизы принести. Вика, ты с ней незнакома, она в моем классе по серебру, уже третий день мне об этом пишет, даже не понимаю, зачем... Ой, у тебя какая-то грязь на щеке, дай сотру.
   Не грязь, а пыль. После недели, проведенной большей частью в уединении библиотеки, казалось удивительным, что только на щеке, я была готова поспорить, что она была везде - в легких, в волосах, на руках и одежде; я дышала ей, жила в ней и совершенно не удивилась бы, если бы в итоге превратилась в какую-то особую разновидность пыльного библиотечного привидения.
   - Так для чего тебе... "Запрещенные обряды и ритуалы" Буллона? - удивилась рыжая. - Где ты их вообще нашла?
   Наверху книжного шкафа, прямо за вороньим гнездом.
   - Мне нужно вызвать демона, - раскрыла я карты, отдышавшись после бега по лестницам и коридорам.
   В результате тщательного анализа литературы стало понятно, что это единственный выход. Только так я смогу добиться от Диза правдивых ответов: правильно вызванный в круг демон не сможет солгать, хотя и потребует за свою честность плату.
   Правда, тут опять возникла небольшая заминка. Согласно мнению средневековых экспертов в области демонологии (а более современные авторы с более современными взглядами почему-то на полках отсутствовали), невозможно было вызвать демона без: а) запрещенных, психотропных либо просто трудно добываемых веществ (где я возьму собранную в полнолуние лунную кровь девственницы, и какой извращенец вообще будет хранить такую мерзость? После той книги я еще долго оттирала руки салфетками, пытаясь справиться с брезгливостью); б) групповых танцев на Лысой горе и оргиастических ритуалов, совершенных в строго определенную дату (обычно в апреле-мае, видимо, чтобы участникам было не так холодно на свежем воздухе); в) публичного отказа от церкви, что, казалось бы, было самым простым из перечисленных вариантов, но было совершенно невозможно хотя бы потому, что я к ней никогда не принадлежала. У меня в семье вообще прабабушка была последним крещеным человеком, и все, что я знала о христианстве (немногое, будем откровенны: рецепт рождественского печенья, "Отче наш" и краткое содержание Ветхого Завета), я узнала от нее. Я уже совсем было отчаялась, когда при помощи счастливого случая, вредного ворона, жившего на первом этаже библиотеки, и брошенной в его сторону брошюры обнаружила "Обряды и ритуалы". Как они попали на шкаф, я не знала (может, какой-то бедный студент, которого, как меня, достало постоянное карканье, решил запустить в птицу тем, что лежало под рукой? А потом забыл вернуть книгу обратно), но факты были таковы: тяжелый томик, судя по номеру, числившийся в закрытой секции библиотеки, был напечатан в середине прошлого века и существенно отличался от книг в открытом доступе. В нем я даже нашла то, что мне было нужно...
   Выпавшая из рук Райли книжка с громким стуком упала на стол.
   - Это и есть твой способ покончить с собой?
   О чем она вообще? Наблюдая за тем, как рыжая нервно теребила обложку, я приготовилась слушать.
   - Люси, ну, ты ее помнишь, моя соседка, она же баньши, видит смерть и все такое, - я помнила. Но при чем здесь была она? - Ну так вот, помнишь, она еще спросила тебя "почему" или что-то в этом роде...
   "Зачем?" И сразу же извинилась за свой вопрос. Тогда я не придала этому значения, просто списала на то, что в ГООУ все студенты были странными личностями.
   - Понимаешь... Потом она мне сказала, что увидела на тебе метку самоубийцы.
   Я ничего не понимала.
   - Увидела? Метку? Разве баньши не кричат, когда кто-то скоро умрет?
   - Только если это "скоро" наступит совсем-совсем скоро, - разъяснила Райли. - Например, прямо сейчас. Но в таких случаях любой закричит. А так они просто видят чужую смерть.
   - И она увидела, что я покончу с собой.
   - Где-то через полгода. Да.
   Я ошеломленно примолкла - а что на это можно было сказать? Как вообще правильно реагировать на сообщения о своей смерти? Впрочем, не смерти, нет. Смерти мне баньши как раз не предрекала, а, значит, у меня были шансы сдать алхимию и основы магии! Возможно, меня не отчислят и оставят в живых! Хорошие новости. Наверное.
   - Так ты не хочешь ни о чем поговорить? - с деликатностью носорога решила спросить ведьма. - Например, о том, не испытываешь ли ты желания самоубиться?
   Я? Самоубиться? Зачем, когда ГООУ и так предоставляет столько возможностей умереть, не прикладывая никаких усилий.
   - Ни малейшего. Передай Люси, что она ошиблась, - посоветовала я.
   - Вообще-то обычно они не ошибаются... Ты точно не думаешь о чем-то таком? Потому что, если тебе нужна помощь...
   - Точно.
   - Точно-точно?
   - Честное пионерское, - Райли нахмурилась, пытаясь понять ответ без культурного контекста. - Твоя соседка ошибается.
   Кажется, мне поверили. Рыжая даже успокоилась (что, так просто? Даже как-то странно. С другой стороны, после посещения ее комнаты, я уже начала догадываться, что у Райли были несколько отличные от моих представления о ценности человеческой жизни), но на скорости, с которой на меня посыпались новые вопросы, это никак не сказалось.
   - Тогда зачем тебе вызывать демона? И кого? Случайно не того, которого... Что он вообще сделал, что ты решила на такое пойти? Ты ведь понимаешь, что это опасно? - с неожиданным осуждением в голосе добавила она.
   - Мистер Уолш, минус один балл. Еще пять минут, и могли бы вообще не приходить.
   Макроэкономика, что в принципе было вполне ожидаемо, сводилась в итоге к цифрам: опоздал на занятие - минус балл, пропустил день - минус два балла, не сдал вовремя домашнее задание - минус десять баллов, списывал на тесте - минус двадцать баллов... Набрал меньше семидесяти баллов? Можешь уже не дергаться, в этом семестре экзамен ты не сдашь. Говорят, были и другие группы, где было достаточно просто время от времени радовать преподавателя своим присутствием и не особо громко болтать (еще минус три балла в нашем случае), но мне так повезти не могло.
   - Так точно, сэр.
   Дверь в аудиторию громко хлопнула, и вскоре к нам присоединился Макс, сегодня особенно хмурый. Стоило ему сесть, как зазвонил его телефон; сбросив вызов ("Госпиталь святой Елизаветы", - машинально прочла я название контакта на экране; странно, уже не первый раз при мне Макс получал от них звонки. И каждый раз выходил из комнаты, прежде чем ответить) и получив еще одно замечание от преподавателя, блондин положил сотовый на стол и обратил внимание на книги.
   - Откуда это у тебя? - поинтересовался он, беря в руки "Обряды и ритуалы".
   - Из библиотеки.
   Многострадальный томик снова упал на столешницу, а одногруппники, как выражалась одна моя знакомая, резко "сбледнули с лица" - то ли от моего заявления, то ли от того, что преподаватель обернулся на шум.
   - Ты была в библиотеке? - тихо спросил Макс.
   Судя по его нахмуренным бровям, лучше мне в этом не признаваться.
   - Это же самое страшное место в университете! - прошептала Райли с выражением священного ужаса на лице.
   Интересно, почему?
   - Откуда мне это было знать? - проворчала я.
   - А на карту ты тоже не смотрела? Как по-твоему, что означает большой красный крест?
   - Больницу? - сделала я предположение.
   - Большой диагональный красный крест! Такой, как буква "х" в слове "хана"!
   Я пожала плечами. Мало ли, что он мог означать в ГООУ... у нас, вон, над входом в столовую скрещенные кости висели, но ни одного плохого слова о ней никто не слышал.
   - Я не знала. И, в любом случае, ничего страшного со мной там не произошло, можете не переживать так.
   - Зачем тебя вообще туда понесло? - спросил Макс уже спокойнее, удостоверившись, что на первый взгляд я выглядела целой и невредимой.
   - За книгами.
   Зачем люди вообще посещают библиотеки?
   - Она хочет призвать демона, - выболтала мой план Райли.
   Макс снова помрачнел. Вот он, тот вид, который Диз метко обозвал "выглядит так, словно, если не убьет тебя с особой жестокостью, будет долго и занудно отчитывать".
   - Рассказывай. Все.
   Я задумалась: ни с кем, даже с Софией я не обсуждала свой первый вечер в ГООУ и провалы в памяти, с каждым днем беспокоившие все больше. Но это же был Макс. Внимательный и беспокоившийся обо мне Макс, который после того нашего разговора не давил на меня и не пытался приблизиться раньше, чем я буду к этому готова, но по первому зову приходил на помощь, независимо от того, была проблема в вампирах или в домашнем задании по экономике. Если довериться не ему, то кому?
   И я рассказала. Все.
   - Нет, - последовал категоричный ответ с его стороны.
   - Да! - возразила ему Райли, после услышанного решившая все же принять мою сторону.
   - Это нарушение правил университета.
   - А ментальное вмешательство, по-твоему, не нарушение правил?
   - Пусть обращается к медикам. Если они что-то обнаружат, то сами передадут дело ректору.
   - Ничего медики не обнаружат, это не наша магия! Использование их родовых способностей практически никто не может доказать, ты сам прекрасно это знаешь!
   - Пусть тогда просто поговорит с этим Дизом. Чтобы задать вопрос, необязательно призывать его.
   - Ну да, если он замешан, так он прямо и скажет. Как будто демоны вообще когда-то говорили правду!
   - Вызывать демона все равно слишком опасно, - стоял на своем Макс.
   - Опасно. Но ничего не делать еще хуже! Если они уже пошли на нарушение, ты можешь сказать, что им в следующий раз придет в голову?
   Я недоуменно моргнула. Честно говоря, я ожидала, что голоса распределятся наоборот. Обычно Райли распекала Макса за халатное отношение к технике безопасности в области заклинаний, а он в ответ заявлял, что осторожничают лишь слабаки.
   - Как будто дело в этом! Ты же просто никогда не видела ритуал призыва и хочешь посмотреть, - судя по виноватому выражению, мелькнувшему на лице Райли, в его словах была доля правды. - Вы же бешеные, как алхимики, вам бы только получить в руки новую идею, и больше ни о чем думать не сможете!
   - А вы - застрявшие в каменном веке австралопитеки, у которых на все два ответа: сжечь или взорвать!
   Я вздохнула и перестала прислушиваться к их спору. Нашли любимую тему, теперь это надолго. В ГООУ было две школы магии: стихийная и ритуальная. Первая, по сути, сводилась к тому, чтобы действовать по наитию и в случае чего жахнуть по противнику посильнее. Вторая, включавшая в себя и артефакторику, состояла из схем и вычислений, требовала меньше энергии, но больше тонкой и кропотливой подготовительной работы. И представители этих двух школ очень друг друга не любили: стихийники считали артефакторов слабаками и подлыми крысами (не мои слова), а крафтеры своих собратьев по магии - идиотами и качками. Если прогуляться по университету, можно было заметить, что большинство студентов делились на группки из тех, кто с ног до головы обвешивался бижутерией и тех, кто окидывал первых презрительными взглядами. В чем была причина их вечной вражды, по сравнению с которой конфликт между Монтекки и Капулетти казался детской обидой, я понять так и не смогла. Почему нельзя было пользоваться и тем, и тем? Ведь тот же Макс, хоть и снисходительно отзывался о ритуальной магии, отлично разбирался в ней. Возможно, дело было в разном мировоззрении. Возможно - в семейных склоках, принадлежность к одной из школ обычно определялась тем, кем были твои родители. Ясно было одно: если противники оказывались втянуты в разговор о магии, следовало запастись терпением и найти ближайшее бомбоубежище. Райли с Максом в этом плане были еще ничего - никаких разрушений и случайных жертв они пока не произвели, чего нельзя было сказать о многих моих соседях по этажу.
   - Уолш, Харпер! - стоило преподавателю обратить на нас внимание, как мои одногруппники сразу же заткнулись. - Выйдите из аудитории и получите минус два балла за прогул или продолжайте свою крайне занимательную беседу, и я отберу у каждого из вас по три балла.
   Дорогие сокурсники переглянулись между собой и без слов пришли к консенсусу (умилительное зрелище, учитывая, что секунду назад они были готовы вцепиться друг другу в глотки). Меня подхватили с двух сторон под руки и вывели из зала. Прощайте, два незаслуженно потерянных балла.
   - Нет, - повторил Макс, как только мы оказались в коридоре. - Ты даже не представляешь, насколько это опасно.
   А он даже не представлял, каково это - шарахаться от каждой тени и не знать, какой частицы тебя не хватает и почему.
   - Да, Макс, - я уже приняла решение и не собиралась отказываться от плана из-за того, что у кого-то было другое мнение. - И ты не сможешь меня переубедить.
   По его глазам можно было прочесть, что он всерьез размышлял, не сдать ли меня заранее мессиру Джонатану - из самых благих побуждений, разумеется. Наконец он тяжело вздохнул.
   - Хорошо. В таком случае я тебе помогу. Эй, рыжая, ты с нами?
   - Конечно! - удивилась Райли. - Какие могут быть еще варианты?
   - Тогда собирайте вещи и пойдем в кафетерий. Расскажешь, - обратился он уже ко мне, - как ты собралась демона призывать.
   План был предельно простым. Настолько простым, что даже мне самой не особо верилось в его исполнение: после всех безумных рецептов с ядом тропических жаб, кровью и слезами, Буллон указывал всего две необходимые составляющие...
   - Вот, - я положила книгу между чашками и десертами, чтобы всем было видно. - Нужны только родовой сигил и имя.
   Рядом с гримуаром, чуть не попав в тарелку с морковным пирожным, легла распечатка с изображением сигила. Найти родовую печать оказалось несложно после того, как Диз сам указал мне на Абигора.
   - Настоящее имя, - уточнил Макс. - Ты его знаешь?
   - Судя по твоему тону, на самом деле его зовут не Дизом? - расстроилась я.
   Так и знала, что настолько простых решений не существует!
   - Нет.
   - Зачем ему представляться псевдонимом?
   - Например, чтобы никто не решил призвать его в пентаграмму, - хмыкнул Макс. - Здесь никто не пользуется в обиходе настоящим именем, больше прозвищами и сокращениями. Не то чтобы оно было тайной, но многие заклинания работают только если ты знаешь полное имя жертвы, - я вспомнила инструкцию, которую Райли приложила к браслету, - а зачем давать кому-то над собой власть...
   И как же тогда узнать, как его на самом деле звали? Не спросить же самого Диза: боюсь, такой интерес вызвал бы вполне закономерные подозрения. На ум внезапно вспомнился наш первый разговор с демоном, когда он поймал меня в холле общежития.
   "Диз - а как полностью? Как дизель? Дизайн? Дизентерия?"
   "Как смерть".
   Кто сказал, что имена ничего не значат?
   - Как ты думаешь, - посмотрела я на блондина, - в библиотеке найдется какой-нибудь англо-демонический словарь?
  
   Словарь в библиотеке, куда мне удалось привести одногруппников, - у меня даже вышло убедить их в том, что ничего страшного кроме санитарных условий там не было, - нашелся. И не один: как и в нашем мире, в Аду (он же Нижний мир, Подземный мир, Темный мир, Аид, Тартар, Хелль, Иркалла, Миктлан и прочая, и прочая) говорили на многих языках. Теперь у нас был сигил, было имя, оставалось только найти уединенное место, срисовать со страницы книги магический круг, в центр которого следовало добавить сигиллу, и прочитать заклинание. И постараться не почувствовать себя при этом пациентом психбольницы, оставшимся без лечения.
   Уединенным местом стала наша с Софией комната. Обычно с десяти вечера и до четырех утра я оставалась одна, София уходила... туда, куда она уходила. Я не спрашивала. В любом случае, появление ее во время ритуала было маловероятно. Мы собрались вскоре после ее ухода, расчистили на полу пространство два на два метра и перешли ко второму этапу. Как выяснилось, нарисовать магический круг было не так-то просто. Во-первых, планируя развлечение, мы упустили из вида одну маленькую деталь: ни у кого из нас не было мела. И где его искать, мы тоже не знали, потому что наступил двадцать первый век, и вместо классных досок во всем университете использовались вайтборды с маркерами. Наверняка мел был на складе того же демонологического факультета, но к нему нас никто не подпустил бы. От безнадежности я даже залезла под кровать Софии, где та хранила свои принадлежности для рисования. Как говорится, эврика! У стены нашелся деревянный чемоданчик с пастелью. Я понадеялась, что пастель эта не очень дорогая (хотя внешний вид чемодана скорее говорил об обратном) и что София не будет слишком переживать, если я ее одолжу, и цапнула ярко-розовый мелок, рассудив, что фуксия будет последним цветом, за который соседка возьмется. Казалось бы, проблема решена, но... в школе у меня была тройка по черчению. Никогда не хватало терпения повторить чертеж точь-в-точь, всегда казалось, что и так нормально. А магия, как выяснилось, не терпела неточностей.
   - Угол должен быть на один градус шире, - будучи человеком ответственным, Макс проверял рисунок линейкой и транспортиром.
   - А так не сойдет? - жалобно спросила я.
   Я, между прочим, двадцать минут потратила только на первый контур. Надо было кроме мелков Софии временно воспользоваться и самой Софией вместе с ее навыками художника. Рука уже трижды тянулась к телефону, но каждый раз меня останавливала мысль о том, что они с Дизом давно знали друг друга. И я не представляла, как она отреагирует на то, что я собиралась запереть ее знакомого в пентаграмме (строго говоря, то, что я пыталась изобразить, не было пентаграммой. Скорее икосаэдром, скрещенным с нонагоном и помещенным в звездчатый семнадцатиугольник. А, чтобы никому не было скучно, по граням еще было необходимо разместить вязь неизвестного мне алфавита).
   - Только если ты не против в результате переместиться куда-нибудь в параллельное измерение или призвать Ньярлатхотепа.
   Поняла, вопрос снят. Со вздохом я потянулась за мокрой тряпкой и принялась стирать нарисованное.
   - Хочешь, помогу начертить? - предложил Макс.
   Вот она, настоящая дружба. Несмотря на то, что он был категорически против и считал затею с призывом демона безумством чистой воды, Макс не только не пытался помешать, но и поддерживал меня в моем сомнительном начинании. Я оценила.
   - Ты еще предложи за меня заклинание прочитать.
   - Я могу.
   В этом я не сомневалась. Макс сидел рядом со мной на деревянном полу, скрестив ноги по-турецки, и измерял грани многоугольника - только он не сверял их с гримуаром, нужные значения он знал по памяти.
   - Ты потратил половину вечера на то, чтобы повторить мне, как это опасно. Я все помню: я могу не удержать контроль, демон, - было легче называть его сейчас так, чем по имени, - может пробить защитный круг, и даже если все пройдет по плану, меня могут вызвать к ректору. Думаешь, после этого я соглашусь, чтобы ритуал провел ты? Тем более, что это нужно мне, а не тебе. Ты тут ни при чем.
   - С этим я бы поспорил...
   Я дорисовала еще одну линию и сравнила получившуюся фигуру с изображенной в книге. Вроде похоже.
   - Нет. Кстати о спорах, - вспомнила я, - если у меня ничего не получится, согласишься наконец признать свое поражение?
   То, что на занятиях с мастером Дженсеном я не сумела показать ни одного результата, Макса не убеждало, он упрямо твердил, что это ничего не значит.
   - О каком споре речь? - заинтересовалась Райли.
   - Она считает, что она человек, и что у нее нет магии.
   - Ты ведь знаешь, что этот спор ты не можешь выиграть? - рыжая посмотрела на меня с неожиданным сочувствием. - Вот тут вот еще один кружок должен быть, ты пропустила.
   Я снова посмотрела на исходник. Действительно, пропустила.
   - Не знаю, - хмуро ответила я. - Я вообще не знаю, почему я здесь.
   Вот за какие грехи мне так повезло? Я, к сведению, никогда не хотела учиться в волшебном университете. Я вообще о магии не мечтала (какой смысл мечтать о несуществующих в реальности вещах?), даже когда зачитывалась "Гарри Поттером". Может, о приключениях... самую чуточку. Но не настолько, чтобы желать оказаться в представляющей существенный риск для жизни среде, быть втянутой в какую-то темную историю и позволить кому-то влезть в мою черепную коробку. Мелок, который я слишком крепко сжала, раскрошился под пальцами. Макс подвинулся ближе и накрыл мою ладонь своей.
   - Тихо. Все в порядке. Если тебе так приятнее считать, ладно, - сказал он примирительным тоном. - Я проиграл, ты человек.
   - Я не знаю, что мне приятнее, - горько произнесла я.
   Совсем недавно я бы ни за что не призналась себе в этом, но... глядя на окружавших меня студентов иногда я начинала чувствовать что-то, похожее на зависть. Временами мне тоже хотелось понять, как ощущается электрическая дуга, бегущая по пальцам, хотелось приманить к себе чашку взмахом руки, чтобы не идти за ней через всю комнату, хотелось попросить дождь обойти меня стороной, а не мучиться с зонтом, который ветер все пытается вырвать из рук. Безумие, да и только.
   - А я не знаю, хочу, чтобы у тебя сегодня получилось, или наоборот, - неожиданно ответил Макс. Почему же, интересно? - Кажется, все? Готово?
   Мы все по очереди сверили узор на полу с книжной иллюстрацией.
   - Готово.
   Теперь можно было переходить к заклинанию.
   - Значит, у Абигора в принципе есть четыре вариации имени: Абигор, Элигор, Элигос и, как ни странно, Эрртруар. "Смерть" мы нашли в зависимости от языка в семнадцати вариациях... сколько это получается возможных сочетаний?
   - Шестьдесят восемь? - подсчитала Райли.
   Нас ожидала длинная ночь.
   Но других вариантов не было: раз точного имени Диза никто не знал, приходилось искать его методом перебора. И надеяться, что одна из полученных комбинаций подойдет - и что у мистера Абигора был только один сын по имени Смерть, потому что призвать в круг кого-то другого почему-то не очень хотелось.
   Ладно, начали. Я встала с пола, отряхнула колени и на одном выдохе прочла выученную наизусть формулу. Осталось имя...
   - Абигор мен им эгур Птиире! - а я-то еще думала, что мне с именем не повезло. Кому-то не повезло гораздо больше... - Абигор мен им эгур Птиире! Абигор мен им эгур Птиире!
   Это точно было именем? Уж больно сомнительно оно звучало.
   В ожидании результата мы замерли, но... Словно в ответ на мои вопросы круг так и остался пустым. Значит, либо это было не то имя, либо это вообще было не имя, и из нас получились хреновые лингвисты, либо... либо проблема заключалась в моей - отсутствующей, спящей, сломанной, опять не работающей (нужное подчеркнуть) - магии. Может, теперь мне поверят, что у меня ее нет?
   - Следующий вариант, - Райли передала мне новую карточку с именем.
   После десятой попытки я была уже готова сдаться и перейти к более простым методам. Например, пересечь этаж, постучаться к Дизу (узнать бы еще номер комнаты) и спросить, какого хрена вообще происходит? Останавливало только то, что все равно же, сволочь, не ответит. Ну и упрямство.
   - Успокойся, - Макс положил мне руки на плечи. От его ладоней исходила приятная, расслабляющая прохлада, даже сердиться уже не так хотелось. - Ты справишься. Просто почувствуй: чего ты хочешь?
   Я только кивнула. Приятно, конечно, что кто-то в тебя верит (даже если верит он, потому что не хочет проиграть спор), но я лично в успехе нашей затеи уже сомневалась. В ГООУ, в их обществе, на уроках магии мне все время казалось, что я ущербна. Что у меня не хватает какого-то важного чувства, как зрения или слуха, только отвечающего за магию - и никакие костыли, никакая вера его не заменят. Тем не менее, я последовала его совету, глубоко вдохнула и взяла у Райли следующую карточку.
   Чего я хотела? Мастер Дженсен недавно задавал мне этот вопрос. Но сейчас речь шла о более конкретных желаниях.
   Правды. Информации. Ответов.
   Не бояться неизвестного и не чувствовать себя такой слабой.
   - Абигор мен им эгур Амавет! Абигор...
   В этот раз все было иначе. Я почувствовала это сразу после того, как в первый раз произнесла имя. Почувствовала это так, как чувствуют приближающийся шторм, как ощущают удар за секунду до столкновения... Воздух сгустился будто перед грозой. Лампочка под потолком мигнула и погасла. А когда мои глаза стали различать хоть что-то в темноте, в круге показался человеческий силуэт.
   - Твою мать, - только и смогла я вымолвить.
   Кажется, у меня все-таки была магия. Хорошая новость: я не безнадежна! Плохая новость: родители расстроятся. Они у меня (один - химик, другая - биолог) оба махровые атеисты, отрицающие существование всего сверхъестественного настолько, что, когда другим детям рассказывали сказки про Деда Мороза, мне покупали энциклопедии по мифологии только с той целью, чтобы объяснить регулятивную и этиологическую функции легенд на примерах. И что они получили в результате воспитательного процесса? Дочь, которая не только плевала на все эти функции (а мне мифы банально нравились, как и комиксы, купленные позже на карманные деньги), но и вообще решила заделаться живым суеверием. Какое вопиющее неуважение к старшим, честное слово.
   - И тебе хорошего вечера, - донеслось до меня насмешливое приветствие.
   Да, знаю, не слишком вежливо получилось. Но, во-первых, это было первое в моей жизни заклинание, которое сработало! Да я вообще в магию до сих пор не особо верила -во всяком случае, в то, что могу ей пользоваться. Что за... кем же я тогда была? Считать себя ведьмой не получалось, зеленоглазая и рыжеволосая Райли с ее амулетами подходила на эту роль гораздо лучше. Впрочем, я выбрала неподходящее время для кризиса самоидентификации, вернемся к теме. Во-вторых, даже если отвлечься от того, насколько вообще абсурдна идея призвать демона, думаю, никто не ожидает, что вышеупомянутый демон (который, кстати, является вашим одногруппником) призовется вместе с офисным креслом и с включенным планшетом в руках. Абсурд какой-то. Демонические ритуалы в моем представлении принадлежали темным подвалам с готическими сводами и средневековью во всем его мракобесии, а электроника и офисная мебель - обыкновенному настоящему, в котором я выросла. И все же эти два мира упрямо пытались объединиться...
   - Знаешь, крошка, если бы меня вызвал кто-то другой, я бы, пожалуй, обиделся, - он щелкнул пальцами, вновь зажигая в комнате свет. - Впрочем, еще не поздно, - добавил он, разглядев нашу компанию. - Чем обязан?
   - Ты все-таки чертов демон, - потрясенно выдохнула я.
   А я отказывалась в это верить.
   - Мне казалось, мы это уже выяснили.
   - Так, значит, тебя зовут Амавет?
   - Иногда, - от меня не укрылось раздражение в его голосе. - Но Диз меня больше устраивает.
   Он снял очки и устало потер переносицу. Я как завороженная смотрела на черную пластиковую оправу.
   - Ты чертов демон, как у тебя может быть плохое зрение? И вообще, разве у тебя не должны быть, я не знаю, рога? Копыта? Клыки, когти?
   Судя по тому, как демон закатил глаза к потолку, мои вопросы казались ему как минимум наивными.
   - То есть тебя не удивляет, что я выгляжу как человек, но то, что у меня такое же строение глаза, кажется тебе странным? А насчет клыков и когтей: если у тебя такие вкусы, крошка, - он криво ухмыльнулся, - то это, конечно, можно организовать, но я бы предпочел обойтись без демонстрации. Мне завтра с утра на работу, между прочим.
   В его тоне слышался справедливый упрек, мол, ты на часы вообще смотрела? Я скосила глаза на будильник: надо же, за всем этим рисованием уже четверть второго наступила. Действительно, как-то неудобно в такое время человека... демона беспокоить.
   - Так что тебе нужно, крошка?
   Например, чтобы он перестал называть меня крошкой. Это безумно раздражало.
   - Я хочу узнать, что случилось в первою ночь учебного года.
   - И все, крошка? И ради этого ты пошла на призыв? Могла бы просто спросить.
   - А ты бы ответил?
   - Нет, - после некоторой паузы признал демон.
   О чем тогда говорить? Я пожала плечами и поняла, что далось мне это с трудом. Тело свело от напряжения, сердце колотилось в грудной клетке как бешеное, воздуха не хватало. Снова хотелось бежать без оглядки, куда угодно, лишь бы подальше от него. Я нахмурилась. Я уже испытывала подобное чувство - когда зашла в IT к Каталине. И тогда Диз тоже был рядом.
   Что-то подсказывало мне, что эта паника появилась не сама по себе.
   - Прекрати, - потребовала я.
   Ненавижу, когда мною пытаются манипулировать. А Диз только этим и занимался. Сначала воспользовался своим обаянием (которое, будем откровенны, было опасным оружием. Если бы он не совершил ошибку, обозвав меня крошкой...), потом, когда план провалился, решил включить страх. Я не знала, как ему удавалось наводить на меня (да и не только на меня; я обернулась посмотреть: даже Макс выглядел каким-то побледневшим) ужас одним своим присутствием, но твердо решила: я не поддамся.
   - Страшно?
   - А есть чего бояться?
   Он вытянул вперед руку. Воздух по контуру круга подернулся рябью, когда демон коснулся его.
   - Ты совсем не держишь защиту, - попенял он мне. Конечно же, я не держала защиту. Я даже не знала, о чем шла речь. - Я могу сломать ее за секунду и убить тебя раньше, чем твой друг успеет что-то предпринять. И буду в своем праве: глава тринадцать, пункт тринадцать Правил поведения на территории университета. Тебе стоило их выучить, прежде чем хвататься за книги из закрытой секции.
   Я выучила. Прямо перед черчением пентаграммы. Макс заставил, видимо, в надежде, что я одумаюсь, увидев предупреждение всем потенциальным призывателям. Он явно недооценил мое упрямство. Что демоны очень серьезно относились к оскорблениям - настолько серьезно, что конфликты нередко заканчивались смертью обидчика, - я и так уже знала, этим меня было не удивить и не напугать. В ответ я только показала ему много раз перечитанный раздел "К кому в ГООУ обращаться за помощью". Короткий и заканчивавшийся доброй-предоброй фразой "И вообще, если вы не можете решить свои проблемы самостоятельно, хорошо подумайте, а достойны ли вы жизни?". После этой цитаты я твердо уверовала, что выбора нет, придется брать дело в свои руки.
   - Можешь, - согласилась я. - А хочешь?
   Зеленые глаза внимательно изучили мое лицо. Зеленые, а не серые! Я наконец поняла, что было не так при нашей встрече в IT. Я присмотрелась внимательнее: он был раздражен, и я могла понять причины. Мне бы тоже не слишком понравилось, если бы меня выдернули посреди ночи на допрос. Но был ли он зол... достаточно зол, чтобы убить?
   Забавно, но, при том, что я бы не доверила Дизу даже учебник по алхимии, как минимум половина моего плана держалась на вере в то, что он не причинит мне вреда.
   - Нет, - наконец решил он. Паника ушла, будто ее и не было. Я с облегчением вздохнула. - Не хочу.
   Вот и хорошо. Я собрала оставшиеся у меня крупицы смелости и перешла к делу.
   - Мне нужны честные ответы. Чего ты потребуешь взамен?
   Диз жалостливо посмотрел, словно прикидывая, что с меня можно взять. Обидно, знаете ли. Потом громко хмыкнул.
   - Поцелуй.
   Я моргнула. И еще раз. Кажется, опять что-то послышалось. Не иначе как подсознание подняло голову.
   - Что?
   - Один поцелуй.
   По-моему, он опять издевался.
   - И почему такая странная плата? - поинтересовалась я.
   - Потому что она вызывает у тебя такую реакцию, - осклабился демон.
   Он точно надо мной издевался.
   - А если мне не нравится твоя цена?
   - Очень жаль, потому что я не собираюсь торговаться. Придется тебе меня отпустить - и остаться без ответов.
   Такой вариант меня тоже не устраивал.
   - Неужели ничего больше нельзя сделать? - обратилась я к Максу.
   - Почему же, - ответил за него Диз. - Если бы кто-то из вас, к примеру, мог войти в круг и вырезать у меня на лице охранительные знаки, то мне пришлось бы вам повиноваться. Но только у вас кишка тонка это сделать, не правда ли?
   Вырезать... в смысле, ножом? По коже? На живом человеке? Правда. Меня лично затошнило от такой перспективы, Райли тоже выглядела подозрительно побледневшей.
   - Так что никуда не деться, крошка, выбирай: соглашайся или оставайся ни с чем.
   Я задумалась. Вообще-то подобное предложение было оскорбительно. И бесило, потому что я понимала, чего Диз добивался. Если я откажусь из смущения, он выиграет. Если я соглашусь, а это будет стыдно и унизительно, то он тоже выиграет - но я хотя бы получу информацию. Я, конечно, гордая, но еще и практичная.
   А после "оплаты" можно честно высказать демону все, что я о нем думаю...
   - А это идея, - задумчиво протянул Макс. В свете лампы блеснуло лезвие возникшего будто из ниоткуда кинжала. - Мне известно, о каких знаках он говорит, я мог бы их повторить.
   Кинжал, который он крутил в пальцах, снова сверкнул гранями клинка. Кажется, Макс не шутил.
   - Спокойно, Джон Константин! - я попыталась перехватить оружие и отдернула руку, поранившись. - Никто никого резать не будет. Я...
   - Он демон, - перебил он меня Макс. От его тихого, не по годам серьезного голоса по спине побежали мурашки. - Подумай, об этом еще раз, прежде чем соглашаться. Демоны ничего не делают просто так. Если он просит мало, значит, ты даже не подозреваешь, сколько отдашь потом.
   - Господи боже, это всего лишь поцелуй, что тут может быть еще, - пробормотала я, вытирая пальцы о футболку и радуясь, что, по крайней мере, он убрал свой нож. - Все в порядке. Может, это у них вообще обычная такса?
   - Да нет, - отозвался из круга Диз. - Обычно мы забираем в качестве платы магию. Душу. Или хотя бы ее часть.
   А вот сейчас его никто не просил вмешиваться! Я тут старалась, убеждала, что мне ничего не грозит... Но если посмотреть с такой стороны на их тарифы, то назначенная цена действительно выглядела странно низкой.
   - Почему же ты у меня душу не потребовал?
   - На что мне она? - лениво поинтересовался демон. - К тому же, было бы неравноценно забирать ее в обмен на какую-то пару ответов. Решай быстрее, - поторопил он меня устало. - Мне не особо хочется здесь всю ночь сидеть.
   И опять упреки.
   - Сам в этом виноват, - отрезала я. - Нечего было вести себя так подозрительно.
   - То есть ты вытащила меня из моей комнаты, заперла в клетке радиусом в полтора метра, и я же еще и плохой парень в этой истории?
   Я задумалась. В его словах был резон, но...
   - На хорошего ты не очень похож, - честно сообщила я.
   - Класс, - оценил Диз. - История моей жизни.
   Еще и замолчал, нахмурившись. Ну и пусть, как я уже говорила, он был сам виноват.
   - Значит, ты правдиво ответишь на все мои вопросы, а взамен ты хочешь от меня поцелуй? И все? - в последний раз уточнила я.
   - Именно так, - подтвердил Диз. - Никаких подвохов, все по-честному.
   И это мне говорил демон! С другой стороны, в библиотеке он меня не обманул. Быстро, чтобы не дать себе возможности передумать, я выдохнула:
   - Я согласна.
   Айтишник внимательно на меня посмотрел. Еще и с сомнением, словно не ожидал услышать от меня такой ответ и теперь раздумывал, что с моим согласием делать.
   - Уверена?
   Вот только отговаривать не надо начинать.
   - Да. Где расписываться?
   - Нигде. Мне достаточно твоего слова.
   Вот так рушились мои стереотипы о контрактах, подписанных кровью... которая, кстати, текла у меня по ладони и, как выяснилось, совершенно зря. Я приложила к порезу платок.
   - Ладно. Даю. Честное слово.
   На меня выжидающе посмотрели. Наконец Диз тяжело вздохнул.
   - Я, Абигор мен им эгур Амавет, клянусь своим настоящим и полным именем, пока нахожусь в этом круге, правдиво ответить на все вопросы, которые задаст та, что призвала меня, в обмен на поцелуй. Да будут оба мира свидетелями моему слову.
   Теперь я поняла, чего от меня ожидали. Поклясться именем. Я уже заметила, что, как и в сказках, для магов оно, полное, без каких-либо сокращений и прозвищ, было важно. Словно это был не набор букв, а связь, тот самый символ, о котором говорил мастер Дженсен. Вздохнув, я попыталась повторить клятву, чувствуя себя при этом очень глупо.
   - Я, Наталья Николаевна Соколова, - паспорт номер... прописана по адресу... - клянусь своим настоящим и полным именем, что, получив ответы на заданные мной вопросы, поцелую Абигор мен им эгур Амавета... - я даже не знала, склоняется ли его имя.
   - По его требованию, - подсказал Диз, только добавляя абсурда ситуации.
   Поцелуй по требованию? Хорошо хоть, не до востребования...
   - Не сейчас?
   - Мне не нравится обстановка. И свидетели.
   Замечательный аргумент. Кто из нас тут вообще романтичная дева и должен ломаться по поводу неподходящей атмосферы? Заглянув в хитрые зеленые глаза, я поняла, что ожидание станет для меня еще одной частью расплаты.
   - По его требованию. Да будут оба мира свидетелями моему слову.
   Сердце пропустило удар. Или даже два, потому что в глазах внезапно потемнело и стало трудно дышать.
   - Мне стоит упомянуть о том, что, если кто-нибудь из нас нарушит слово, с ним случится что-то весьма неприятное? - как сквозь вату донесся до меня его голос.
   - Тебе стоило упомянуть об этом до того, как ты заставил меня поклясться, - прохрипела я.
   - Я? Заставил? По-моему, это ты вынудила меня явиться сюда, крошка. Зато будешь теперь знать, чего стоит клятва настоящим именем.
   Темнота отступила, оставив после себя только тяжесть на сердце.
   "Спокойно, Наташа, - приказала я себе. - Вдох-выдох".
   В конце концов, я добилась, чего хотела.
   В кармане джинсов у меня лежал сложенный вчетверо листок, который я развернула.
   - Только не говори, что это список вопросов, - Диз изогнул шею, пытаясь разобрать написанное.
   - Не буду, - согласилась я, хотя провела над ним не один час.
   Как ни странно, больше четверти книг в открытой части демонологической секции библиотеки составляли справочники по договорному праву и брошюры в духе "Бойся своих желаний, или Правильная формулировка, которая может спасти тебе жизнь". И не без гордости я могла сказать, что почти все их просмотрела, прежде чем задуматься о том, что хочу узнать.
   - Очаровательно, - снова хмыкнул демон.
   Я решила проигнорировать его замечание.
   - Что произошло в ночь с первого на второе сентября? Этого года, - подумав, добавила я. В книгах советовалось задавать вопрос как можно конкретней, чтобы не дать демону шанса тебя обмануть. - В ГООУ.
   - Много чего, я полагаю. Пара пьяных драк, несколько отравлений пронесенным со стороны алкоголем, поцелуи, о которых кто-то с раскаянием вспоминал на следующее утро...
   Райли закашлялась на заднем плане.
   - Что случилось в ту ночь со мной? - уточнила я.
   - Не знаю.
   Такого ответа я не ожидала. Да этого просто не могло быть! Он определенно был связан с произошедшим у костров...
   - Я тебе не верю.
   - Придется поверить, крошка. Я же сказал, ни один из нас не сможет обойти данное слово.
   Придя в себя после первого удивления, я задумалась. То, что Диз, как он утверждал, не знал всей картины, не значило, что он не имел отношения к случившемуся. Нет, его ответ означал только то, что нужно задавать правильные вопросы, если хочешь добиться правды. Никакой Интернет не поможет, если не сможешь сформулировать поисковый запрос. Здесь, похоже, была та же ситуация.
   - Ты действительно видел меня в ту ночь, или это была ложь?
   - Видел, - сразу же откликнулся он. - И даже разговаривал. Насколько я помню, ты еще пыталась объяснить мне концепцию девственности в античных культурах...
   За моей спиной кто-то из сокурсников опять закашлялся - а я сразу поняла, что на этот раз он говорил правду. Такое сходу придумать невозможно, да и... подобное обсуждение было бы вполне в моем духе. Я спрятала покрасневшее лицо в ладонях.
   - И не спрашивай, откуда взялась эта тема. Я тут ни при чем, я только упомянул, что у его начальницы, - демон кивнул на Макса, - особо не забалуешь.
   - Какой еще начальницы? - глухо спросила я.
   - Дианы.
   Он, что, считал, будто его ответ что-то объяснял? Впрочем, кому-то объяснял: рыжая, выпустившая из рук гримуар (опять?! Еще немного, и у меня его обратно в библиотеку не примут. А штраф за порчу библиотечных книг здесь был суровый), резко побледнела и повернулась к Максу.
   - Ты Охотник?!
   - Я смотрю, вы не посвятили Райли в эту маленькую тайну? - с невинным видом заметил демон.
   Нет. Это был не мой секрет, чтобы его раскрывать. А Макс не спешил делиться им с каждым встречным - и, наслушавшись про Охотников в университете, я могла понять, почему.
   - Откуда тебе известно мое имя? - глаза ведьмы подозрительно сузились, когда она перевела внимание на Диза.
   - Наташа сказала.
   Ой. Я невольно подвинулась ближе к кругу, когда рыжая нашла следующего виновного.
   - Все было не так, - пискнула я, пытаясь оправдаться. - Я могу объяснить, честно.
   Энергичная и открытая новым идеям Райли мне нравилась. Серьезная и понимающая Райли стала мне в ГООУ самой близкой подругой. Щебетавшая без умолку Райли немного утомляла, но я привыкла. Но вот мрачная молчаливая Райли наводила на меня ужас. Окинув меня многообещающим взглядом, рыжая поднялась на ноги и вышла, на прощание громко хлопнув дверью. Правда, уже через пару секунд вернулась на свое место у меня на кровати.
   - Я здесь только потому, что мне интересно, чем все закончится, - предупредила она. - С вами я потом разберусь.
   Между обещанием и угрозой существует очень тонкая грань. И я была не уверена, что в данном случае ее можно было заметить.
   - Ты решил спросить мой номер телефона у Норы. Почему? - поспешила я сменить тему.
   - Ты мне понравилась, - просто ответил Диз. - Вот я и подумал узнать твой номер, раз не успел сам у тебя спросить.
   Я посмотрела на него исподлобья:
   - А если серьезно?
   - Я серьезно.
   - По твоему рассказу, я должна была произвести на тебя не лучшее первое впечатление.
   - Поверь, не худшее в моей жизни, - усмехнулся Диз. - Ты хотя бы не пыталась меня убить.
   Как мало некоторым для счастья надо, оказывается.
   - И этого достаточно, чтобы начать искать девушку, которую видел всего однажды?
   - Что я еще могу сказать? Ты меня заинтересовала.
   На этот раз его улыбка была именно что улыбкой - легкомысленной и задорной. Такой, что сразу же захотелось улыбнуться в ответ. Я подавила это желание. Да сколько же можно! Выяснили уже, что все эти дурацкие представления не из невинного интереса выросли, так зачем продолжать карнавал?
   - Прекрати врать, - попросила я, уже даже не сердясь.
   - Он не может врать, - напомнила мне все еще дувшаяся на нас с Максом Райли. - Он дал слово.
   Значит, нашел способ его обойти. По идее, это должно было быть не так и сложно. Правда, она ведь такая... относительная. Зависящая от стольких человеческих факторов, что можно ли ей вообще доверять?
   - Почему ты все еще мне не веришь? - неожиданно поинтересовался Диз.
   Потому что плохие мальчики не интересуются хорошими маленькими девочками, правильными и домашними. И не влюбляются в них... по крайней мере, не по-настоящему. Мне это хорошо объяснили.
   Но, минуту, здесь было что-то еще. Что-то в формулировке...
   "Вот я и подумал узнать твой номер..."
   Подумать - не сделать. Может быть, Диз и не мог солгать, но мог увернуться от прямого ответа.
   - Ты сказал, почему думал разыскать меня, но не почему ты это сделал. Что заставило тебя пойти к Леонор, Диз?
   Демон помрачнел, похоже, я была на верном пути.
   - Мне приказали, - наконец произнес он.
   Мысленно я поздравила себя с первой победой. Но в то же время, почему она не принесла мне радости, как я ожидала? Должно быть, ответ задел все-таки мое тщеславие - как бы я не сомневалась в его словах, какой девушке захочется узнать, что дело не в ней, а в приказах? Чьих приказах, кстати?
   Я озвучила следующий вопрос.
   - Я не знаю его настоящего имени. Здесь он называет себя Мором.
   Замечательно. Смерть и Мор. Интересно, а Глад и Война в их компании были?
   - Считай, что за Войну тоже я.
   Я покосилась на демона: что, экономический кризис и оптимизация персонала и до Ада добрались, что он совмещал ставки? Впрочем, сейчас было не до дурацких шуток.
   - Он тоже демон?
   - Да.
   Демон отвечал нехотя, словно через силу.
   - Он приказал тебе следить за мной?
   - Эй! - слабо возмутился Диз. - Это еще вопрос, кто за кем следил. Мне требовалась одна встреча, после чего я надеялся, что больше никогда тебя не увижу. Ничего личного, крошка, - добавил он, - но мне не нужны проблемы. А ты, раз сумела заинтересовать Мора, - определенно проблема.
   Спасибо, таких комплиментов мне еще не делали.
   - Хочешь сказать, что компьютер, гендерные исследования... все это совпадения?
   - Ты сама пришла в IT, - напомнил мне Диз. - Сама записалась в последний момент в группу к Карин, я, к твоему сведению, забил себе место там еще в июле. Сама решила работать в коммуникационном центре. Здесь я совершенно ни при чем.
   Здесь - возможно. В остальном его невиновность представлялась мне крайне сомнительной.
   - Ты сказал, одна встреча. Зачем она была нужна тебе? Какой приказ дал тебе Мор, почему именно тебе? И зачем понадобилось набрасываться с объятиями, если на то пошло? - немного обиженно добавила я.
   - При физическом контакте тебя легче читать. Или когда ты эмоционально раскрываешься. А ты, - айтишник быстро улыбнулся, вспоминая, - так забавно возмущалась тогда.
   "Забавно", ага. Еще один сомнительный комплимент в копилочку. Стоп, секунду. Читать? Что он имел в виду?
   - Что же до остального... Он знал, что я не откажу. И ему были нужны мои способности. Я должен был узнать, что ты помнишь о той ночи и что собираешься предпринять. И в случае необходимости... нейтрализовать тебя.
   Я издала нервный смешок. Слово как из голливудских боевиков.
   - В смысле убить? - пошутила я.
   - Возможно, но необязательно.
   Как мило. Во что же я вляпалась, что неизвестный мне Мор был готов пойти на такие меры?
   - И как ты должен был это узнать? Ты ведь не поверил бы мне на слово. Ты, что, мысли читаешь?
   По его губам скользнула легкая усмешка.
   - Извини, крошка, но вынужден разочаровать тебя: я не всемогущ. Но если тебе нужен телепат, можешь обратиться к Каталине, или я знаю одну на парикмахерском факультете...
   Да нет, телепаты мне не были нужны, мне были нужны ответы. Тогда как он должен был выполнить задание? Я вспомнила мужчину с гравюры. Что там про него говорилось? "Знает о делах будущего"?
   - Ты предсказатель! - догадалась я.
   - И снова мимо. Минуту, - планшет в его руках мигнул, показывая новое сообщение. Быстро набрав ответ, демон поднял глаза на нас. - Плохая наследственность, должно быть, но будущее я тоже не вижу. Но, скажем так... я могу распознать намерения.
   По-моему, это вполне было похоже на телепатию. В чем разница между мыслями и намерениями? Я уже собралась задать этот вопрос, но Диз меня опередил.
   - А в толковом словаре посмотреть слабо? Разница в том, что ты можешь думать о чем угодно, пока ты не замышляешь никаких действий, я не буду об этом знать.
   Я пропустила шпильку мимо ушей и вместо этого задумалась, внимательно наблюдая за демоном. Никакой реакции. А если так?
   - Меня пугают твои фантазии, крошка, - расплылся он в улыбке. - Где ты такого набралась?
   - Нас с классом водили в музей пыток.
   - Нормально. И люди еще считают нас жестокими... - пробормотал Диз.
   Внезапно меня осенило.
   - Так вот как ты узнал, что я собиралась пойти в библиотеку! Ты специально ждал меня там! - я так и знала: это не было совпадением, не зря он не упомянул эту нашу встречу ранее. И точно так же он, должно быть, узнал, что я смотрела фотографии в поисках зацепок. - Ты хотел, чтобы я увидела страницу с именем Данталиона!
   - Да, - не стал отпираться демон.
   - Но зачем?
   - Я считал, что ты имеешь право знать правду. То, что с тобой было сделано, неправильно. Нельзя залезать в чужой разум и менять его просто потому, что хочется.
   Какое благородство.
   Какая гнусная манипуляция!
   - Значит, я имею право знать правду? Только не всю, да? - поинтересовалась я, медленно закипая. - А ту, которая тебе удобна? Потому что ты дал мне одно имя. Но ведь их было двое, верно?
   Недостаточно было просто изменить мои мысли. Нужно было стереть воспоминания, уничтожить, сделать так, чтобы на их месте осталась пустота, ноющая по ночам как отрезанная конечность. Я хорошо изучила тот справочник. "72 правящих рода Ада" оказались великолепным подспорьем, описывавшим способности каждого круга - так в Аду называли кланы. Кроме дара Данталиона три способности были связаны с памятью и восприятием. Потомки Осо насылали безумие, заставляя человека верить в то, чего не было. Его я отбросила сразу. Те, кто принадлежал к кругу Гаапа, могли "делать людей неосведомленными", что бы это ни значило. А дети Малфаса знали мысли и желания людей - и были способны уничтожить их по желанию. Учитывая, что Малфас назывался архитектором Ада (странное звание, согласна. Интересно, а был ли садовник Ада? Повар Ада? Адский дворецкий?), и "ковбой", как я привыкла в мыслях называть парня, возившегося с драконами, упоминал бойфренда Ребекки, демона с архитектурного факультета, можно было сказать, что я нашла главного подозреваемого.
   - Не задавай мне этого вопроса, крошка, - предупредил Диз.
   - Почему же?
   - Он опасен. Ты даже не представляешь себе, насколько.
   Плевать! После всего, что я сделала, я не собиралась отступать.
   - Малфас или Гаап?
   Демон упрямо молчал.
   - Ты должен ответить, - напомнила я.
   Воздух в комнате ощутимо сгустился. Диз дернулся, словно от удара током, и выругался сквозь зубы.
   - Гаап, - наконец признал он. - Они забирают знания.
   Выходит, я ошибалась.
   - Значит, Мор из круга Гаапа и... кто?
   - Данте, - этот ответ дался ему уже легче.
   Данте Данталион? У его родителей совсем не было фантазии, или они издевались? Я закусила губу. Теперь у меня были имена, но яснее картина не становилась.
   Диз закатил глаза.
   - Я об этом еще пожалею, верно? - спросил он у потолка. - Ладно. Слушай внимательно, крошка. Я не знаю, чем ты помешала Мору и его лакею. Полагаю, что той ночью ты увидела что-то, что не должна была, и тебе решили стереть воспоминания об этом. Но, и здесь начинаются мои предположения, что-то пошло не так. Они не знали твоего настоящего имени, вероятно, у них была твоя кровь или что-то вроде того, но...
   Возможно. Я уже не помнила, но наутро мне было и не до того, чтобы искать на теле порезы.
   - Но?
   Он нахмурился, думая, как объяснить мне очевидные для всех остальных вещи.
   - Кровь недостаточный заменитель в таких вещах. Нужно имя, чтобы получить полную власть над тобой. Без него они не могли быть на сто процентов уверены, что твоя память чиста. А проверить они не могли, потому что, если заклинание удалось не до конца, их появление могло послужить триггером для его распада.
   - Поэтому ты удалил фотографии? Чтобы я не увидела их и не вспомнила?
   Демон кивнул.
   - Правда, как сотрудник IT ГООУПиОАатСДиРН и носитель экспертизы в области техники компьютерной безопасности, должен сказать, что вы сами напрашивались. Ставить при логине studentnews пароль studentnews1 - это даже невежливо.
   - А девушка? - вспомнила я. - При чем здесь она?
   - Какая девушка?
   Я потянулась к лежавшей на комоде фотографии.
   - Ребекка. Ее фото ты тоже удалил. О чем вы спорили той ночью?
   Диз скривился.
   - Не ожидал, что ты успеешь ее распечатать... Она девушка одного моего знакомого, и я пытался убедить Бекку порвать с ним. Не думаю, что это имеет отношению к нашему разговору.
   Как бы не так.
   - Она девушка Мора, да?
   Демон кивнул, а я внесла в мысленный список дел на ближайшее время еще один пункт: познакомиться поближе с Ребеккой. Постепенно кое-что прояснялось, но один вопрос все равно не давал мне покоя.
   - Если ты считаешь, что они поступили неправильно, почему согласился им помочь? А, раз уж помог, почему решил так странно указать мне на Данталиона вместо того, чтобы просто рассказать мне все?
   - Знаешь, что такое оммаж? - спросил он меня вместо ответа.
   Я покопалась в памяти. История средних веков была не сильной моей стороной, каюсь.
   - Вассальная клятва. Ты мне земли, я тебе налоги и воинскую повинность.
   - Умеете вы, люди, заключать невыгодные договоры, - хмыкнул Диз. - Нет. В нашем мире вассальная клятва означает кое-что другое.
   - Полное повиновение, - подал реплику Макс, до сих пор хранивший молчание.
   - Верно, Охотник, - немного удивленно откликнулся демон. - Беспрекословное подчинение любому приказу, верная служба правящему дому, иначе смерть. Подобные клятвы - это все, что удерживает нас от очередной бойни. Если ты читала книгу, ты знаешь титул Гаапа.
   - Король Юга.
   Диз кивнул.
   - Круг Абигора подчиняется кругу южного короля, и, если сын Гаапа даст мне приказ, я должен его исполнить. Прикажет мне проверить тебя - я проверю. Прикажет мне молчать - буду молчать.
   - Ты же сейчас не молчишь, - заметила я.
   - Я в круге. Я могу заявить, что не ожидал услышать от тебя правильные вопросы. Или что ты мне угрожала, и у меня не было выбора, - почти весело добавил он.
   Хотела бы я посмотреть на дурака, который в это поверит.
   Получается, ослушаться приказа он не мог, но мог его обойти... Интересно.
   - Теперь ты все знаешь. Дай мне слово, что на этом остановишься, - потребовал Диз.
   - Нет, спасибо.
   Я уже дала ему одно слово. Мне не понравилось.
   - Ты узнала, что произошло, добилась, чего хотела. Просто прими случившееся как данность и иди дальше.
   - Я смотрела: ментальное вмешательство нарушает правила ГООУ и даже для вас карается исключением, - и я была намерена добиться их исключения. Мне только были нужны доказательства. - Что бы я ни видела, это было нарушением похуже, раз Мор пошел на такой риск. Неужели тебе не интересно, ради чего?
   - Интересно? Ради всего святого, неужели ты не поняла, что Мор опасен?
   Потому и следовало избавиться от этой угрозы раз и навсегда.
   - Он прав, - неожиданно вступился за демона Макс. - Если Мор решит, что ты представляешь для него опасность, он может отдать новый приказ. А если все настолько серьезно, то следующий приказ будет...
   - Убить, - закончил за него Диз. - А, поверь, мне не особо хочется это делать, крошка.
   Демон и Охотник, договорившиеся между собой. Картина маслом. Жанр: фантастика.
   Но вообще: какие убийства? О чем они? В нормальных университетах студенты друг друга не убивают. Правда, и воспоминания им не стирают, вынуждена я была признать. Так что, возможно, летальный исход был здесь не так невозможен. Но хотелось бы надеяться, что эти двое меня просто пугали.
   - Да вы издеваетесь! Я еще понимаю, какое ему дело до моей безопасности, - я ткнула пальцем в Макса, - но тебе-то что?
   - Я против бессмысленных жертв, - сообщил мне Диз. - А ты так и напрашиваешься на эту роль.
   Он бы еще сказал, что демон войны - пацифист.
   - Попробуй учесть еще кое-что, крошка. В прошлый раз у Мора не было твоего имени. Теперь...
   Теперь, если он спросит Диза, он его узнает. Нехорошо.
   - Ты свободен, - решила я. - Я не знаю, есть ли у вас и для этого какая-то специальная формулировка, но я тебя отпускаю.
   - Подожди...
   Я не желала больше слушать его аргументы, почему я должна сидеть тихо и не высовываться. Да, опасность. Я понимала. Но только сидеть в окопе и бояться - не вариант. Если все было так серьезно, как мне настойчиво описывали, Мор мог в любой момент, просто столкнувшись со мной в университете (а ведь я его даже не узнаю!) передумать и решить, что я все-таки представляю для него угрозу. И ждать этого момента я не собиралась.
   - Ты ответил на все мои вопросы, ты выполнил свою часть сделки. Уходи.
   В следующее мгновение круг опустел. А потом хлопнула дверь - Райли, так и не проронившая больше ни слова, ушла, как только все закончилось. Как и обещала, собственно. Придется еще перед ней завтра извиняться, как будто у меня и так было мало проблем.
   - Я все с ней улажу, - тяжело вздохнул Макс и поднялся на ноги. - А потом вернусь, и мы поговорим. В его словах был здравый смысл, ты ведь это знаешь.
   Я догадывалась.
   - Давай завтра? - попросила я. - В смысле утром. А то уже скоро рассвет.
   Стоило отправить Диза обратно, как на меня навалилась дикая усталость. Ноги казались свинцовыми, голова гудела как после бессонной ночи (впрочем, почему "как"? Половина ночи уже прошла, и провела я ее вовсе не в кровати), последним оставшимся желанием было завалиться на постель и умереть. Хотя бы на пару часов.
   - Хорошо, - согласился Макс. - Но все же подумай...
   - Подумаю, - с легким сердцем пообещала я.
   Это было не слово, данное под настоящим именем. Его можно было легко нарушить.
  
   Я промокнула полотенцем волосы после душа и, зевая, побрела в комнату. Ночка выдалась еще та. Похоже, она породила больше вопросов, чем ответов, но об этом сейчас думать не хотелось. Спать. Спать, спать и спать. Единственная кружившая в голове мысль сейчас была о постели.
   - Милая пижамка, - насмешливо произнесли в темноте.
   Я скосила глаза вниз, на узор из розовых черепов и сердечек.
   - Ага, - согласилась я. - Мне тоже нравится.
   Прищурившись, я сумела разглядеть сидевший все на том же месте у окна силуэт. Ну да, кто же еще это мог быть. Кое-как скинув тапочки с усталых ног, забралась под одеяло. Темнота при этом внимательно меня изучала.
   - Что? - не выдержала я молчания.
   - Обычно ты более эмоционально реагируешь.
   - Я очень устала, - призналась я. - Поэтому давай ты просто скажешь, почему ты здесь, и как снова оказался в моей комнате, я ведь стерла круг!
   До моего слуха донесся тихий смешок.
   - Знаешь, крошка, а ведь я был вежливее, когда ты меня вызывала. Не доверяй так просто магам, - неожиданно сменил он тему. - Особенно Охотнику.
   - Сказал демон, - проворчала я.
   - И мое происхождение, конечно, делает меня недостойным доверия?
   Вообще-то да. Потому что, хотя я и не так много профильной литературы читала, не припомню ни единого произведения, где демоны давали бы хорошие, добрые и дельные советы. А вот совращать и манипулировать - это всегда пожалуйста.
   - Да, у нас были проблемы с пиаром, - в ответ на мой аргумент признал Диз. - Но мы над этим работаем. Может, ты заметила, но мы уже не вселенское зло. И вообще у нас новый имидж, более... привлекательный.
   - Где это, интересно, я могла заметить? - хмуро спросила я.
   - Не знаю. Например, диск C, папка "Наташа/Личное/Книги/чиклит/это не мое/адов стыд"?
   Значит, копаясь в моем компьютере, он все-таки наткнулся на коллекцию любовных романов. Вот сволочь. Наощупь обнаружив у себя за спиной декоративную подушку, я швырнула ее в сторону демона. Разумеется, промазала, Дизу даже уворачиваться не пришлось. Зато попала во что-то другое. Раздавшийся в темноте звон бьющейся керамики заставил меня испуганно вытаращить глаза.
   - О нет...
   - Что случилось? - встревожился Диз.
   - Кактус... - простонала я, предчувствуя худшее: горшок стоял на подоконнике, прямо за спиной демона.
   Диз развернулся в кресле к окну.
   - В порядке, - заверил он меня. - Вроде бы... Эй, это нормально, что он меняет расцветку?
   Вполне. Сам кактус, может, и не менял оттенок, но вот его цветки чутко реагировали на происходящее вокруг. При мне они были белыми. Стоило Софии подойти поближе, как они становились бордовыми. На Райли кактус в свое время задумался и в первую минуту их знакомства выдал все оттенки радуги. На Макса он прятал цветки, будто их и не было. В редких случаях, когда Леонор была вынуждена к нам зайти, он становился незаметным и исчезал - после ее визитов мы находили его спрятавшимся то на шкафу, то вообще в ванной...
   - Какой сейчас цвет? - невольно заинтересовалась я.
   - Ярко-зеленый. Это что-то значит?
   - По-моему, ты ему понравился.
   Диз коротко хмыкнул.
   - Хоть кому-то...
   Я постаралась скрыть улыбку.
   - Если кактус в норме, то что разбилось?
   - Чашка. Синяя, со "Звездной ночью" Ван Гога. Придется кому-то из вас искать новую.
   И я даже знала, кому. Софии. По моей вине.
   - Это же университет магии, неужели нельзя сказать "крибле-крабле-что-то" и склеить ее обратно? - тоскливо спросила я.
   Диз рассмеялся. И, на удивление, это прозвучало совсем не обидно.
   - Это жизнь, в ней все немного сложнее. Так на чем мы остановились?
   Едва воцарившееся в моей душе спокойствие испарилось после его вопроса. Правильно, не отвлекайся, Наташа, вы с ним по разные стороны баррикад.
   - Не доверяй магам, - подсказала я. - Кстати, как ты все-таки сюда вернулся?
   - В основе каждого круга для призыва лежит портальная формула, которую можно, находясь в том же мире или, в нашем случае, в ГООУПиОАатСДиРН, немного изменить и использовать для перманентной привязки. Если расшифровать вариантную составляющую Лоуса и... Впрочем, кому я об этом рассказываю, - тяжело вздохнул он. - Как будто ты оценишь. Вопрос в другом: разве твои друзья предупредили тебя, что я смогу воспользоваться твоим кругом?
   Нет.
   - Может, они об этом не знали? - вступилась я за них.
   - Едва ли, - ну вот, как я и говорила. В голосе демона появились нотки профессионального искусителя, заставляющего простого смертного поверить, что черное - это белое. - Рыжая, может, и не знала, но Охотник... Ему прекрасно известно, что университет находится ровно посередине между мирами, и наша магия действует здесь так же, как и ваша. Здесь ты можешь вызвать меня, но и мне это тоже под силу. Как и вернуться в круг, куда меня призвали, и узор из мела, - вообще-то это была розовая пастель, и весьма недешевая, но я решила не перебивать его ради подобных деталей. Вдруг еще обидится, - мне для этого не понадобится. Так почему же он не рассказал тебе, крошка?
   Справедливости ради, Макс многократно пытался отговорить меня от идеи с вызовом. Хотя и не соизволил предупредить о подобных последствиях... Почувствовав, что в душе начали зарождаться сомнения, я недовольно поинтересовалась:
   - Это все, что ты хотел мне сказать? "Не доверяй магам"?
   После некоторого молчания из темноты донеслось короткое "да".
   - В таком случае спокойной ночи.
   Я отвернулась к стене. Если кто-то пробрался ко мне в комнату, чтобы напугать, смутить, заставить меня подозревать друзей не пойми в чем (и вот, кстати, любопытно, зачем ему то делать? В чем его выгода? В доброту душевную, бескорыстную, верилось слабо), то мне придется этого кого-то разочаровать. Своих целей он не добьется.
   - И все? Просто ляжешь спать?
   - Ага, - подтвердила я, зевая. - Ты мне уже объяснил, что можешь делать с этим кругом все, что только пожелаешь, сколько бы я не мыла этот треклятый пол. Искать сейчас экзорцизмы, чтобы изгнать тебя, мне откровенно лень. Поэтому, да, я просто лягу спать. Все, что ты хотел мне сообщить, я услышала, информацию к сведению приняла, так что можешь уйти с чувством выполненного долга.
   - А если не хочу?
   Что, раз не получилось смутить меня комментарием про пижаму, попытка номер два? Я понадеялась, что, пусть даже Диз и умудрился каким-то образом вернуться в круг, выйти за его пределы он не сможет.
   - В таком случае, - я уютно замоталась в одеяло, - оставайся. Скоро придет София, уверена, она сможет от тебя избавиться. Спокойной ночи.
   Он тихо рассмеялся. По комнате прошел легкий ветерок, и я почувствовала, что осталась одна.
   - Спокойной ночи, Нат, - донеслось до меня уже с другой стороны портала.
   Хотя, возможно, мне послышалось. Я имею в виду, "Нат"? Он, что, впервые назвал меня по имени, а не крошкой?
   Точно послышалось.
  

ГЛАВА 7

АЛХИМИЧЕСКИЕ РЕЦЕПТЫ И ДРАКОНЬЯ КРОВЬ

  
   Раскаяние очень похоже на похмелье: так же неотвратимо и беспощадно. Постфактум, проснувшись с чугунной от недосыпания головой и больной совестью, я была готова признать, что, возможно, решение вызвать демона было несколько... радикальным. Поспешным. Принятым под влиянием эмоций, а не разума. А Диз был не самым большим злодеем. Он оказался в том же положении, что и я; из-за клятвы им тоже манипулировали.
   Оставалось сказать это вслух и извиниться.
   Проверив с утра первым делом почту, я застонала.
   "Дорогие студенты, спешим уведомить вас, что следующее занятие по предмету GS1012510 "Гендерные исследования" у профессора Лонасси переносится на сегодня и состоится в 12.30 в аудитории A202 корпуса дельта-дельта-лямбда. В случае, если вы не сможете посетить занятие, просим вас предупредить профессора по следующему и-мейлу..."
   Если бы расписание не поменяли, я могла бы просто избегать Диза почти целую неделю, пока не соберусь с духом попросить прощения. Теперь придется сидеть с ним за одной партой и как-то искать силы посмотреть ему в глаза. Соблазн был велик. Написать, что у меня в это время другая лекция, и прийти я не смогу. Но... Нет. Мне только не хватало завалить еще один предмет. Поставленный на беззвучный режим, чтобы не разбудить пришедшую уже после рассвета Софию, телефон завибрировал.
   "Завтрак? Да/нет/да/прямо сейчас/ждем в столовой".
   Интересно, о чем они вчера (сегодня, но очень, очень рано, если быть совсем точной) говорили с Максом, что Райли решила нарушить режим молчания и написать? Кое-как причесав волосы, я выползла в коридор, где меня тут же поймала Леонор.
   - Наташа! - я оторвала взгляд от табло, сообщавшего, что лифт застрял на третьем этаже. - У вас ведь с Дизом сегодня вместе занятия? Ты бы не могла ему передать?
   Я машинально прочитала шапку на бланке формуляра: "Жалоба на нарушение правил межвидовой коммуникации на кампусе ГООУПиОАатСДиРН".
   - Он попросил у меня форму 969-Д, но я никак не могла ее найти, ее так редко спрашивают... Не знаешь, что могло у Диза случиться?
   - Нет, откуда...
   Намек был понят. Как бы не хотелось этого избежать, извиняться придется. И, похоже, очень долго и очень проникновенно.
   Столовая, когда я пришла, была пуста. Ничего удивительного: все нормальные люди уже давно позавтракали, а для обеда время еще не наступило. Только за тремя столиками сидели такие же жертвы бессонной ночи, как и мы, хмурые и заторможенные. По крайней мере, такие же, как я, Райли, как обычно, цвела и пахла.
   - Наташа! - подскочила она на своем месте, едва только заметив меня. - Иди сюда!
   Словно и не было никакой обиды, она радостно улыбнулась и затараторила, пересказывая последние новости, которые успела узнать по дороге сюда, прочитанные в Фейсбуке сплетни о своих бывших одноклассниках и содержание учебника по социологии. Мы с Максом понимающе переглянулись: было легче позволить рыжей договорить, чем попытаться вывести ее монолог на нужную тему.
   - Ладно, нам нужно обсудить, что случилось вчера, - Райли прервалась, чтобы нацепить на вилку лист салата, и Макс поспешил воспользовался образовавшейся паузой.
   - И не только это, - мрачно поддержала его я. - После вашего ухода Диз заявился ко мне...
   Подумав, я решила рассказать друзьям укороченную версию произошедших ночью событий. Ту, которая ограничивалась вопросом: почему они меня не предупредили?
   - Переменная Лоуса?! - воскликнула рыжая, дослушав мой рассказ. - Он так и сказал? Но это же невозможно, мы в ГООУ...
   Отбросив в сторону вилку, она схватилась за айфон, бормоча что-то себе под нос.
   Макс отреагировал спокойнее. Похоже, Диз был прав: он знал. И ничего не говорил. Охотник не стал отрицать выдвинутые демоном обвинения, только серьезно посмотрел на меня и спросил:
   - Он что-то еще сказал?
   - Переменная Лоуса... - восхищенно повторила Райли, швыряя телефон вслед за столовыми приборами.
   - Нет.
   Я не спешила делиться советом, который дал мне Диз. Не потому, что не доверяла Максу, но... Что-то останавливало меня каждый раз, когда я думала о том, чтобы рассказать все до конца.
   - Вы не понимаете! Вариантная. Составляющая. Лоуса, - повторила Райли в третий раз.
   - Да все мы понимаем, - отмахнулся от нее Макс.
   Я лично не понимала. Но мне было все равно, поэтому я не стала возражать.
   - Она лежит в основе всех портальных формул, но считается, что ее невозможно просчитать на Границе! Университет не привязан к одной точке, как... - ведьма взволнованно прикусила губу. - Я его хочу. Говоришь, он все время в IT ошивается?
   - Ага.
   Получается, Райли, обычный, пусть и, как мне казалось, хороший маг, была не в курсе, как использовать эту самую переменную в ГООУ, зато Охотники и демоны о ней прекрасно знали... Забавно. И непонятно. Но, как это постоянно получалось в ГООУ, у меня было слишком мало информации, чтобы делать какие-либо выводы.
   - Мне пора, - посмотрела я на часы. - Лекцию перенесли, еще искать эту дельта-дельта-лямбда. Увидимся.
   - Секунду! - перехватил меня Макс. - Ты подумала?..
   О том, чтобы сидеть тихо и никуда не лезть?
   - Да, - кивнула я. - Подумала.
   - И?
   - И мне правда пора бежать.
   Я не соврала. Мне действительно нужно было спешить. Но еще у меня создавалось впечатление, что разговаривать на эту тему было бесполезно. Конечно, в итоге Макс согласился бы с моим решением, лишь немым укором выдавая свое мнение, - как он все еще терпел меня с моими идеями? - но как раз этот укор мне сейчас был совершенно не нужен. Моя совесть и так вопила во все горло, что я делаю одну ошибку за другой - а еще втягиваю в свои проблемы не имеющих к ним ни малейшего отношения людей.
   С каждой ступенькой подъем на второй этаж дельта-дельта-лямбды давался мне все трудней. И что я ему скажу? "Извини, что призвала тебя, прошу, не жалуйся на меня в ректорат"? Некрасиво и эгоистично. А выглядеть это будет именно так.
   Ладно, как учила всегда бабушка, раньше сядешь, раньше выйдешь. Нужно просто подойти и извиниться. Я распахнула дверь и вошла. Диз выбрал ту же парту, которую мы обычно занимали на гендерных исследованиях: последний ряд, место у окна. Как в тот раз на первой лекции, когда выяснилось, что мы оказались в одной группе, он сидел, отвернувшись к окну, так, что виден был лишь встрепанный темный затылок. Интересно, он очень сердился? В нерешительности я замерла в проходе.
   - Ты сядешь или так и будешь стоять? - спросил он, не оборачиваясь. - На нас уже смотрят.
   Пришлось повиноваться - до занятия еще оставалось время, и пришедшие слишком рано студенты действительно косились на нас в ожидании бесплатного развлечения.
   - Леонор просила передать тебе формуляр.
   - Спасибо, - нейтральным тоном поблагодарил он и наконец повернулся ко мне; я опустила глаза. - Что-то еще?
   - Я была не права, - сказать это вслух было нелегко, как нырнуть в ледяную воду: вроде и ничего страшного, а дыхание перебивает. - Мне не следовало так поступать. Я должна была спросить у тебя нормально, хотя ты сказал, что тогда ничего не ответил бы, так что ты сам... - стоп, это уже не совсем относилось к извинениям. - Я хотела сказать... Прости?
   Все еще не решаясь посмотреть ему в глаза, я уставилась на принт на его футболке.
   "Et tu, Brute?"
   И я, Цезарь.
   Секунды, пока я ждала ответа, показались мне вечностью. Наконец Диз коротко хмыкнул.
   - Просто признайся, что забыла сделать домашнее задание, и подкатываешь ко мне, чтобы я поделился своим.
   - Вообще-то я пытаюсь извиниться! - возмутилась я (а ведь я старалась, несмотря на то, что просить прощения категорически не умела) и тут же спохватилась. - Нам задавали домашнее задание? - в самом деле, что-то такое вспоминалось. - Нам задавали домашнее задание... Я дура.
   Надо было уже научиться, что в ГООУ с его постоянными изменениями в расписании делать домашку нужно было, не отходя от кассы, то есть в тот же день, когда ее задали. А не отвлекаться на демонологию и запрещенные ритуалы.
   Диз пододвинул мне два одинаковых скоросшивателя.
   - Мина Мюррей или Ирен Адлер?
   В папках лежали два распечатанных эссе на тему современного образа классической героини, как и задавали. Оставалось только поставить имя на титульном листе...
   - Откуда ты знал, что я забуду сделать задание? Опять твои суперспособности?
   - Нет. Догадался. Вы, маги, не так сложны, как хотели бы думать.
   - Как будто вы, демоны, сложнее, - проворчала я.
   - Еще проще, - согласился со мной Диз. - Так какой вариант выберешь?
   Я все-таки подняла взгляд на него. Определенно, я его не понимала. Вместо того, чтобы предъявлять претензии, он...
   - Скажи честно, скачал ведь?
   - Написал. Это быстрее и эффективнее - попробуй как-нибудь.
   Я открыла эссе и пролистнула его. Десять страниц мелким кеглем. И это он написал сам? Интересно, до или после нашего... разговора?
   - Не пойми меня неправильно, - как можно вежливее постаралась сказать я, - но о вашем племени ходят слухи, что вы не большие фанаты безвозмездной помощи.
   - Ни в коем случае. Филантропия не в нашем духе, - подтвердил мои подозрения Диз. - Только quid pro quo.
   Обязательно учту это в следующий раз, когда он попытается "помочь" мне, как с книгой в библиотеке. Любопытно, в чем тогда заключалось мое quo с его точки зрения...
   - Так чего ты хочешь взамен?
   - Ты подумала над моими словами? - поинтересовался он; я обратила внимание на то, какого неестественно белого, с сероватым отливом, цвета была сегодня его кожа, и без того всегда бледная.
   И этот туда же. Сначала поведал мне, что я видела что-то настолько запретное и опасное, что нахожусь в опасности, а теперь ожидал, что я просто кивну и пройду мимо. Как он себе это представлял?
   - Забавно, Макс спрашивал то же самое.
   - И что ты ему сказала?
   Ничего. Я сбежала. Но Дизу это знать было необязательно.
   - То же, что скажу тебе. Нет.
   - Неправильный ответ.
   - Моя жизнь, - напомнила я ему. - Мне решать, какие ответы будут правильными.
   - В данных обстоятельствах - едва ли.
   Поверх эссе лег уже знакомый мне бланк формуляра.
   - Соглашайся, - посоветовал мне Диз. - Не приближайся к Мору, не ищи справедливости, и получишь молчание с моей стороны и это эссе. А, будем откровенны, ты не в том положении, чтобы в придачу к алхимии и магии 101, - как он узнал? - завалить еще и гендерные исследования. Или не соглашайся, и я направлю ректору жалобу.
   - Тебе не говорили, что шантаж не красит мужчину?
   - Я мог бы ответить, что глупость не красит никого, - парировал он, - но не буду. Так что, крошка?
   Шах и мат в три хода. Нет, даже не в три. Еще до того, как я села к доске.
   - Я не буду клясться своей жизнью или чем-то таким, - мне уже нечего было терять, поэтому я решила поторговаться. - Но даю слово не принимать никаких поспешных решений.
   - Дефинируй "поспешных".
   - Необдуманных. И глупых.
   А вот к каким решениям я приду, хорошо взвесив все за и против, - это уже другой вопрос, который Диза никак не касался.
   - Лезть к Мору и компании - это глупое решение?
   Напролом, без подготовки?
   - Да.
   Подумав, он покачал головой. Неужели почуял подвох?
   - Недостаточно.
   - За эссе? Вполне. А жалобу ты не отправишь, - вдруг мне в голову пришла светлая мысль. Иногда со мной такое бывало, - потому что в этом случае мне придется рассказать ректору, что сподвигло меня на ритуал призыва. А выдавать Мора не в твоих интересах, разве нет?
   Демон задумчиво посмотрел на меня. Угадала?
   - И я могу пообещать это своим настоящим именем, если ты в ответ дашь слово больше не лгать, когда дело касается меня.
   - Не обсуждается.
   - Почему? - положительного ответа я, собственно и не ждала, больно наглым было предложение, но причины узнать захотелось. - Потому что опять планируешь водить меня за нос?
   Диз улыбнулся в ответ на мои инсинуации.
   - Потому что на самом деле ты этого не хочешь. Такие, как ты, всегда требуют правды, а потом вы начинаете задавать вопросы вроде "как тебе моя прическа?" и обижаться на ответ.
   Не поняла. Он на что-то намекал? Потому что, если да, то, пусть я и не была Райли с ее идеальной укладкой в любое время суток, это все равно было обидно.
   - Что не так с моими волосами? - оскорбилась я.
   Демон оценивающе посмотрел и потянулся, чтобы убрать пряди с лица. Я невольно задержала дыхание.
   - Без челки лучше, - заключил он. - За ней совсем не видно твоих глаз.
   Как будто в них было что-то интересное, чтобы на них смотреть. В отличие от некоторых, сидевших справа от меня, мне даже с цветом, блеклым серо-голубым, не повезло.
   - Если это и есть твоя правда, то я согласна ее терпеть, - вместо этого сообщила я.
   - Это ты так сейчас думаешь. Не обсуждается.
   - Тогда... Тогда прекрати называть меня крошкой.
   Кажется, моя новая просьба позабавила его еще больше предыдущей.
   - Я постараюсь... крошка.
   В ответ на тычок в ребра он только ухмыльнулся.
   - И, что, все это нагнетание атмосферы с жалобой было только ради того, чтобы я согласилась, а не потому, что твоя тонкая душевная организация пострадала от моего поведения? И ты совсем не сердишься? - уточнила я, забирая себе папку с эссе.
   По тому, как быстро он вернулся к своей насмешливо-вальяжной манере, призыв в пентаграмму не особо его разозлил. По крайней мере, не так сильно, как описывалось в справочнике для студентов. Я могла и не извиняться, как оказалось.
   - Я война, а не ярость, - напомнил он мне.
   - А есть разница?
   - Есть. Ярость всегда проигрывает.
  
   Тем же вечером я вошла в здание коммуникационного центра, стряхивая капли с зонтика, и осмотрелась в поисках подставки под трости и зонты. Странно, обычно она стояла прямо у порога, но сегодня - сегодня по холлу словно Мамай прошелся. Вешалка для посетителей лежала на боку, вазон, стоявший обычно у подножия лестницы, был опрокинут и закатился в дальний угол. О, а вот и подставка нашлась. Переступая через вешалку, я подошла к ней.
   - Ничего не получится, - донеслось со второго этажа.
   Знакомый тембр, однако. Тот самый, что шантажировал меня парой часов раньше.
   - Но почему?! Я согласна на все! Любые условия, все, что пожелаешь!
   Обладатель второго, более эмоционального голоса был мне тоже известен. Ну да, Райли же собиралась зайти в IT.
   - Конфликт интересов.
   - Но... Но тогда мы могли бы...
   Окончание фразы потонуло в истошном крике, раздавшемся за стеной. Похоже, на факультете некромантии сегодня было весело. Решив, что подслушивать нехорошо и неудобно во всех смыслах, я поспешила вернуть подставку на место и направилась в редакцию. Однако ответ Диза заставил меня притормозить.
   - И терпеть каждые два месяца аудиторов из "Хантерс Инкорпорейтед"? Ни за что.
   "Хантерс Инкорпорейтед"?.. Хантерс как Охотники? Аудит? Интересно, о чем они беседовали? Так и не придя к выводу, я вошла в наш кабинет - и опять оказалась свидетелем чужого разговора.
   - Я не Шерлок Холмс, пойми, - терпеливо убеждал кого-то Оливер, - я не могу просто так взять и найти твою гниду. И у меня сдача номера на носу, я не могу! Давай, в ноябре, если проблема не решится, мы с тобой опять побеседуем.
   - По-твоему, эта твоя газета важнее? - прорычал его собеседник. - Эта гнида порезала за месяц шестерых, а ты говоришь, в ноябре побеседуем?!
   Что-то знакомое было в его лексиконе. Я кашлянула, обозначая свое присутствие.
   - Наташа! - обрадовался главред. - Ты как раз вовремя.
   Его собеседник повернулся.
   - О, девочка-алхимик, - сообщил ковбой, а это был именно он, с глуповатым выражением лица. - Ты что здесь делаешь?
   Что ж, "девочка-алхимик" - это хотя бы лучше, чем "эй, ты".
   - Меня зовут Наташа, - напомнила я, хотя и подозревала, что бесполезно. - И я, правда, не алхимик, это случайно вышло.
   Несмотря на мои попытки дистанцироваться от той сумасшедшей братии, мне не особо поверили.
   - Алхимик? - уже не такой обрадованный Оливер переглянулся с сидевшей за своим столом Моникой. - Мы должны были тщательнее проводить интервью с соискателями.
   - Как будто у нас было много соискателей, - не согласилась она.
   - Кстати, а почему так? Просто я давно хотела спросить: работа хорошая, зарплата большая... почему к вам не стояла очередь из желающих?
   Оливер с Моникой опять обменялись не поддававшимися расшифровке взглядами.
   - Да бросьте, я все равно уже у вас на крючке и никуда не денусь.
   - О каком крючке она говорит? - рассеянно поинтересовался главред у партнерши.
   - О финансовом. Ты, что, не видел, как она прыгала от радости в день зарплаты?
   Ну... было такое. Признаюсь.
   - Видишь ли... - обратилась ко мне Моника и со значением посмотрела на ковбоя. - Свен, лапушка, захлопни уши.
   Ковбой презрительно фыркнул, но накрыл уши ладонями.
   - Видишь ли, дело в том, что наша работа происходит в тесном контакте с представителями университета. С самой верхушкой университета, если можно так выразиться. Конечно, подавляющее большинство студентов за время учебы ни разу не встречают ректора, но... Ты наверняка уже слышала некоторые домыслы, которые ходят по кампусу... о том, что те, кого он вызывает к себе, из его кабинета больше не выходят... и о том, что наш ректор не совсем антропоморфен...
   - Что он состоящий из щупалец и тьмы монстр, который питается душами студентов, хочешь сказать? Знаю, видела.
   Даже несмотря на цвет кожи Моника умудрилась побледнеть. А Оливер отвлекся от очередной корректуры, которую успел подобрать, вышагивая кругами по кабинету.
   - Как?
   - Когда?
   - В первый день. Я пошла к нему требовать отчисления.
   Свен на всякий случай отодвинулся от меня на шаг. Моника продолжила бледнеть. Один только Оливер, поразмыслив, улыбнулся.
   - Значит, раз вы уже знакомы, ничего объяснять не надо? И ты не против относить ему гранки на согласование? Мы думали поручить тебе это задание позже, когда ты больше освоишься...
   То есть, когда вероятность того, что я сбегу из редакции, станет существенно меньше. Я задумалась. Я до сих пор помнила свою встречу с тьмой, и как она меня напугала. Но после всего остального, что довелось пережить в ГООУ... Да и зарплата была более чем щедрой... И оставалась надежда, что мессир Джонатан вступится и не даст меня сожрать.
   - Конечно, - бодро ответила я. - Никаких проблем.
   Не убьют же меня за плохую редактуру, в самом деле.
   - Я могу уже перестать делать вид, что ничего не слышу? - спросил ковбой... Свен, отнимая руки от головы.
   - Ты даже можешь уйти, - устало предложил Оливер.
   - Я не могу уйти! - вновь взвился ковбой. - Кто-то намеренно пускает им кровь, а ты просишь подождать?!
   - У тебя есть другие варианты?
   Невольно я заинтересовалась.
   - А, что, в ГООУ нет службы безопасности для подобных дел?
   Мне давно не давал покоя этот вопрос. В справочнике информация на этот счет отсутствовала, но должен же был как-то поддерживаться порядок в университете? На меня посмотрели как на сумасшедшую.
   - У нас есть ректор, - пояснила Моника.
   Ну да, в ГООУ ректор был ответом на все вопросы. Чуть что, сразу к нему. Похвальная централизация власти, совершенно не удивительная, если учесть его девиз: "Мы видим все, мы знаем все".
   - Почему бы тогда не обратиться к нему?
   - Он и так знает все, что происходит в университете. И, если не считает нужным вмешаться, значит, мы должны разобраться сами.
   Тенденцию к студенческой самоорганизации я тоже успела заметить за эти полтора с лишним месяца. Но нельзя же поощрять ее до такой степени? Безопасность - это все-таки слишком важно, чтобы доверять ее студентам.
   - Хорошо, - уступил ковбою Оливер, - пошли, покажешь мне своих драконов. Моника, справишься?
   Свен с Оливером ушли. Вслед за ними, забрав с собой диктофон, по делам отправилась Моника, я осталась в редакции одна. Заглянул народ с факультета некромантии, спросить, нет ли у нас арбалета (как ни странно, он у нас был). Элли заглянула на минуту, занесла десяток бейсбольных бит. Потом на стул возле моего рабочего места плюхнулась Райли.
   - Он невыносим, - заявила она, не тратя времени на приветствия.
   - Диз? Уверена, я тебе это уже говорила.
   - Он сказал, что мне нечего ему предложить, - возмутилась она. - И отказался раскрыть свой секрет!
   Который? Я подозревала, что у айтишника их было много, не один и не два...
   Закусив губу, Райли уставилась туда, где в другой день располагалось бы окно. Сегодня там была только отштукатуренная стена, и я сомневалась, что она выглядела настолько интересно.
   - А что, если использовать не абсолютные, а релятивные значения...
   О нет, я знала этот безумный блеск в глазах, который иногда появлялся в спорах с Максом. Рыжая схватила написанную Оливером статью, лежавшую у меня на столе и ожидавшую, пока я ее перепечатаю, и взялась черкать на обратной стороне какую-то схему.
   - Чувствуй себя как дома, - оставалось мне только прокомментировать.
   По крайней мере, если не отвлекаться на ее бормотание, у меня наконец появилась возможность поработать.
   - Мне нужен еще один цвет, - потребовала рыжая спустя полчаса.
   - У меня есть зеленый маркер, сойдет?
   - Давай... Еще есть?
   Я молча протянула ей оранжевый, она опять углубилась в свои записи. Я кинула взгляд: за всеми линиями и закорючками, смутно напоминавшими символы из учебника по алхимии, разобрать что-либо уже не представлялось возможным. Наконец Райли подняла на меня совершенно счастливые глаза.
   - Я поняла!
   Подхватив сумочку, рыжая перегнулась через стол, чмокнула меня в лоб и поспешила к выходу. Она поняла. Что ж, рада за нее. А я - нет, абсолютно ничего не поняла. Оттерев лоб от блеска для губ, я попыталась вернуться к заваленному письмами почтовому ящику, но сегодня был не мой день. Сначала по зданию прошла дрожь - коммуникационный центр решил, что двери переоценивают, и вместо входа снова вырастил себе окна. Потом потянулись первые желающие воспользоваться нашим окном, чтобы вылезти наружу.
   Диз вошел в редакцию, с опаской оглядываясь по сторонам.
   - Твоя сумасшедшая знакомая уже ушла? - спросил он, подсаживаясь за мой стол.
   Должно быть, он имел в виду Райли. Надо же, какое впечатление она на него произвела.
   - Да.
   Я подумала, добавить к письму еще какую-нибудь вежливую формулировку, или так сойдет. Нормально.
   - Что за вопли в коридоре?
   - У некромантов очередной проект оказался живее, чем они ожидали. Соберешься в коридор, захвати биту. Это она оставила?
   В руках у айтишника были испещренные цветными значками листы, которые Райли забыла взять с собой. Неуверенная, что ведьма хотела бы, чтобы их кто-то смотрел, я потянулась за ними. Диз ловко отодвинулся.
   - Отдай, - потребовала я.
   - Не сейчас. Она сама все рассчитала?
   А с чьей помощью она могла это сделать, с моей, что ли?
   - А есть разница?
   - Кто знает... - задумчиво протянул он. - Возможно, я ошибался насчет твоего Охотника. Может, он и не твой.
   Я хотела спросить, что он имел в виду, но он ушел быстрее. Да что же за день такой сегодня был, состоявший из загадок и обрывков чужих разговоров? Должно быть, в моем гороскопе опять (как, в принципе, ежедневно с первого сентября) стояло что-то вроде "Вам предстоит встретить множество странных людей и ничего не понимать".
  
   Еженедельная экзекуция, известная как занятия по алхимии, наступила слишком быстро. Я даже не успела собраться с духом, как пришла пора отправляться через заселенную драконами пустыню (что могло бы прозвучать героически для человека, незнакомого с положением дел в ГООУПиОАатСДиРН) в корпус омега-омега-омега, или, если переводить на русский, о-о-о. Полный о-о-о. А еще у-у-у и "за что мне это?!".
   Последний вопрос не отпускал на протяжении первого часа, пока я сидела на подоконнике с "Простейшими алхимическими рецептами" под авторством Анонима, если верить обложке. Сборник указаний, подчерпнутых автором из трудов средневековых алхимиков, представлял собой редкую смесь поваренной книги и хоррора, однако позволял сделать определенные выводы. Один из наиболее адекватных рецептов, к примеру, предлагал смешать свежую землю, медь, мышьяк, розовую воду, дубовую кору и сажу, прокипятить это все немыслимое количество часов (достаточное для того, чтобы шарлатан, продавший этот рецепт за большие деньги, успел удрать от рассерженного покупателя) и использовать для покрытия позолотой любых предметов. Название у этого рецепта звучало как "философский камень или смертельный эликсир". Со второй частью, учитывая огромное количество мышьяка, я была согласна.
   Итак, вывод первый: если бы господин Аноним жил в двадцать первом веке, из него получился бы хороший и, разумеется, анонимный интернет-тролль.
   Вывод второй: в случае, если алхимики считали это серьезным рецептом, мне срочно надо было прекращать думать об алхимии как о средневековом прообразе химии. Очевидно, несмотря на общий корень, к химии алхимия имела лишь крайне опосредованное отношение, и скорее являлась ответвлением магии, потому что иначе объяснить, как из перечисленных ингредиентов возможно было получить золото, я не могла. Я задумчиво разгладила ладонью сморщенную бумагу страницы. А что, может, попробовать повторить один из рецептов? И узнать на практике, как? Небольшое, но грозное "бух", раздавшееся из реторты на ближайшем ко мне столе, заставило меня вздрогнуть и выбросить подобные мысли из головы. Нет уж, еще взорву что-то ненароком... Вздохнув, я вернулась к чтению.
   Следующий рецепт заставил меня захихикать ("Киммерийские тени покроют реторту тонким покрывалом"? Это еще что значило, и при чем здесь была родина Конана-варвара?) и поинтересоваться у соседа по подоконнику, можно ли, по его мнению, раздобыть где-то пару унций философской ртути (и чем она, интересно, отличалась от нефилософской?).
   - Поищи в шкафу с ингредиентами, - рассеянно посоветовал он мне.
   Создалось впечатление, что мой вопрос его совсем не удивил. Заинтересовавшись, я подошла к упомянутому шкафу. Сера, марганец, медный купорос... На первый взгляд все казалось нормальным, но потом на глаза попадались склянки с наклейками вроде "мертвая вода", "пыльца пикси" или "порошок чешуи русалки, открывать в перчатках" - а то и вовсе с нарисованным на этикетке черепом. Одна из бутылочек привлекла мое внимание: за мутным стеклом блестело золото. Увы, повернута она была так, что прочитать название не представлялось возможным. Я привстала на цыпочки и потянулась за пузырьком, но пальцы соскользнули с перепачканного горлышка. Пришлось лезть за платком. Только вот... Я остановилась и нахмурилась, посмотрев на свои руки.
   Пальцы, выпачканные в блестящей краске. Что мне это напоминало? На ум ничего не приходило. София работала преимущественно в черно-красной цветовой гамме, сама я не рисовала еще со времен школьных уроков ИЗО... Где я могла их видеть? И почему это смутное воспоминание вызывало у меня такую тревогу? Обернув склянку платком, я достала ее с полки.
   "Драконья кровь", - гласила этикетка.
   Надо же. Неужели вот это золото, лениво перекатывавшееся в пузырьке, текло по венам Пушка и остальных драконов? Я была не права. Драконы не были совершенно уродливы. Я застыла, наблюдая, как жидкость вспыхивала, когда на нее падало солнце. Картина завораживала, приковывала взгляд, пальцы, с которых так полностью и не оттерлась кровь, покалывало обещанием незнакомой силы...
   - Осторожно, - предупредили меня, -она может вызвать аддикцию.
   Я обернулась, смаргивая оцепенение.
   - Ассистент Байер?
   Помощник профессора Нава стоял передо мной, как всегда, грозный и очень хмурый.
   - Вы так и не дали мне тему своего проекта.
   - Извините... - действительно, не дала. - Я все пытаюсь разобраться с азами.
   Ассистент устало вздохнул.
   - Послушайте, я все понимаю. Вам не повезло. Алхимия - обычно семейное дело, и у всех ваших однокурсников с детства есть преимущество перед вами. С этим не поспоришь. Как и с методами профессора. Но после предыдущей проверки университета я не в праве поставить вам зачет, как раньше, просто за ваше присутствие. Поэтому, давайте, вы назовете мне пока хотя бы примерную область исследований, а там мы уже разберемся? Что скажете?
   - Хорошо.
   Ничего хорошего. До сдачи курсовой оставалось меньше двух недель, а я не представляла, о чем собиралась писать, а уж тем более, делать проект. И сейчас мне было нужно придумать что-то за пару секунд.
   Пальцы сжались вокруг стеклянного горлышка.
   - Вот, - озаренная внезапной идей, я вытянула вперед руку с пузырьком. - Я буду писать о драконьей крови.
   В крайнем случае, подойду к Свену, он с драконами сутки напролет возится, может, сумеет помочь, рассказать о ней что-то.
   - Значит, драконья кровь и...
   - И ее использование в магии?
   Звучало довольно безумно. Но я смотрела список прошлых тем, там были и не такие. А применение алхимических средств для повышения эффективности заклинаний вообще считалось перспективной областью исследований (господи, если бы кто-то два месяца назад сказал мне, что я буду на полном серьезе об этом рассуждать!..).
   - В ритуальной магии. Хорошо. Конкретное заклинание скажете потом, ближе к защите. Разрешение на опыты я вам выпишу, - ассистент профессора смерил меня оценивающим взглядом. - Уверены, что не хотите взять что-то другое? Кровь дракона - не самая простая тема.
   Значит, в алхимии были вообще легкие темы? Видимо, мне они не попадались.
   - Да, - твердо ответила я. Несмотря на доводы разума, интуиция впервые за долгое время утверждала, что я была на верном пути.
   - Как пожелаете. В любом случае, будет интересно, если именно вам, - от меня не укрылась пренебрежительная нотка в его тоне, - удастся открыть в этой области что-то новое.
   Это было бы не интересно, а откровенно смешно - особенно, если учесть, что до защиты времени осталось всего ничего, а о драконьей крови я узнала только десять минут назад. И теперь, когда я выбрала тему, видимо, неизбежно.
  
   Чем ближе был конец октября, а с ним - сдача номера и экзамены по половине выбранных мной предметов, тем больше накапливалось дел. Написать, проверить, сдать, выучить... Я даже забыла, что неделю назад, сразу после неудачного (или удачного - это как посмотреть; по крайней мере, все остались живы) ритуала призыва, отправила письмо на архитектурный факультет. И, получив ответ, сперва очень удивилась.
   Мисс Рейт, секретарь факультета, согласилась принять меня в обеденный перерыв. Отговорившись рабочими обязанностями и сбежав от Макса, - Райли настолько была увлечена переменной Лоуса, что, после того как примчалась тем же вечером в редакцию за забытыми записями, заперлась у себя в комнате и ограничила общение с внешним миром СМС-ками, гласившими, что она на пороге ни много ни мало гениального открытия, - я поспешила в еще незнакомый мне квартал университета. Архитектурный факультет располагался в восточной (во всяком случае, находящейся на карте справа; где сейчас находился ГООУ, я бы в жизни не взялась предполагать, а стороны света здесь не мог разобрать даже компас) части студенческого городка, в здании, построенном на грани авангардного и деконструктивистского стиля: сплошные кривые линии, динамизм, металл и стекло. Пройдя холл с извивающейся лентой лестницы, я поднялась в секретариат.
   - Наташа? - пухленькая старушка с цветастой пашминой на плечах и завязанными в простой узел седыми волосами встречала меня в дверях. - Пойдемте в конференц-зал, там нам будет уютнее. Я уже и чай поставила, надеюсь, вы любите зеленый?
   На секунду я устыдилась: нельзя таким бабушкам врать, неправильно это. Но менять что-то было поздно.
   - Так вы собираетесь писать о факультетах?
   Я постаралась вспомнить, какую причину для встречи придумала в письме.
   - Да, мы хотели бы сделать серию статей, чтобы студенты смогли познакомиться с жизнью отдельных институтов. В ГООУПиОАатСДиРН столько специальностей, что у многих первокурсников возникают сложности с выбором, можно даже сказать, глаза разбегаются, - женщина успокаивающе улыбнулась, заметив мою нервозность. - Могу сказать по себе: когда я только поступила в ГООУ, я думала, что знаю, чем собираюсь заниматься, а теперь... теперь я не уверена.
   Не уверена я была потому, что пока даже не задумывалась о специализации - мне бы первый семестр пережить. Но мисс Рейт об этом знать было необязательно.
   - Что ж, возможно, в таком случае мне удастся убедить вас поступить к нам? - в глазах секретарши загорелся лукавый огонек.
   - Может быть, - вернула я улыбку.
   - Давайте тогда я расскажу сначала про нас, а вы будете задавать по ходу дела вопросы, - предложила она. - Наш факультет образовался сравнительно недавно, в совете долгое время думали, что на архитектуру не будет достаточного спроса, но они ошибались. Если бы вы видели, что было в начале! Пыльный чулан в административном здании и пять сотрудников!.. Это сейчас мы переехали в отдельный корпус, кстати, его построил один из наших выпускников, замечательный мальчик, лауреат Притцкеровской премии...
   Я кивала, записывала (а ведь из этого материала действительно могла получиться хорошая статья! Даже жалко, что все было только ради прикрытия) и не забывала отпивать маленькими глоточками чай.
   - Ну вот, теперь вроде бы и все, - мисс Рейт взялась наконец за свою чашку.
   Я была вынуждена с ней согласиться. За полчаса я узнала все, что можно было узнать - историю, преподавателей, предметы, специальности и даже клубы и обычаи, зародившиеся на факультете. И все это рассказывалось так искренне и душевно, что к концу беседы я сама была готова записаться учиться архитектуре. А почему бы, собственно, и нет? Попробую стать второй Захой Хадид. Правда, недавний провал с черчением пентаграммы подсказывал, что больших успехов на этом поприще я не достигну, а с моим принципом "и так сойдет" у зданий появятся жутко кривые пол и потолки - и это будет не художественным решением.
   - Мы, - я обнаружила, что любая ложь, произнесенная от имени редакции, а не от меня лично, становилась весомее и, как ни странно, реальнее, - также хотели бы добавить мнения самих студентов, чтобы оживить материал, как вы на это смотрите?
   - Замечательная идея! - обрадовалась женщина. - Если хотите, я дам вам для связи координаты некоторых наших ребят с четвертого курса, уверена, они с удовольствием ответят на ваши вопросы.
   - Я была бы вам очень признательна. И, возможно, тех, кто недавно поступил на специальность, тоже? Пока первые впечатления еще яркие.
   Я не знала, на каком курсе учился Мор, да и учился ли он вообще здесь, или Свен ошибся, поэтому проверить стоило все варианты.
   Получив список лучших студентов, я уточнила:
   - Скажите, а все, кого вы назвали, они... из нашего мира? - я уже привыкла, что, в то время как у обычных студентов были имя и фамилия, демоны обходились лишь одним именем. Здесь же у всех ФИО были указаны полностью.
   - О, милая, да разве же демоны к нам заходят? Они больше идут на юриспруденцию и политологию... Впрочем, несколько и у нас учится. Вы уверены, что хотите и с ними поговорить?
   - Было бы здорово. Господин ректор не устает повторять нам о важности diversity, - вспомнила я умное и модное слово из гендерных исследований, - в ГООУПиОАатСДиРН, поэтому было бы хорошо опросить для нашей серии как можно больше студентов с разным культурным бэкграундом.
   Видимо, мое объяснение показалось мисс Рейт правдоподобным, потому что вскоре она принесла мне второй список - всего из трех имен.
   - Только не забывайте с ними об осторожности, милая моя, - посоветовала мне старушка. - Кстати, одного из них я как раз видела у двести шестнадцатой аудитории, вы могли бы подойти к нему прямо сейчас.
   Палец с покрытым нежно-розовым лаком ногтем указал на вторую строчку с именем. Мор! Я почувствовала, как кровь отлила от лица.
   Хотела ли я его наконец увидеть? Да!
   Было ли это разумным решением? Скорее всего, нет. Но ведь я - та самая кошка, которую сгубило любопытство, я всегда об этом говорила.
   Внимательно изучив план эвакуации, я повернула к двести шестнадцатой аудитории, но не дошла. Знакомый тембр заставил остановиться на полпути и спрятаться за поворотом.
   - Может, раз уж меня вызвал, заодно скажешь, чего ради готов нарушить все договоренности с Охотниками?
   - Договоренности? - лениво переспросил его кто-то, растягивая гласные. - Не смеши. Договоренности достигаются двумя сторонами, мы же позорно приняли все условия и пресмыкаемся перед ними. Они всего лишь люди!
   У собеседника Диза был бархатный, немного протяжный голос. Никаких угрожающих интонаций, но все же отчего-то мне стало не по себе. Интересно, это и был Мор? Хотелось бы посмотреть, но выглянуть я не решилась. Не сейчас, не когда Диз здесь.
   - Научившиеся нас убивать. Напомнить тебе, что было до недавнего времени?
   - То, что сейчас, тебе нравится больше? Постыдные квоты и нормы, правила и проверки, регистрация и учет...
   - Это лучше, чем средневековье. И потом, если ты не заметил, не мы одни в таком положении. Даже гени боятся Охотников.
   Гени? Про кого это он?
   - Пусть, - пренебрежительно бросили ему в ответ. - Большего они и не заслуживают. Свободен.
   Судя по звукам отдалявшихся шагов, второй демон решил вернуться в аудиторию.
   - Подожди! - окликнул его Диз. - Что, если я сообщу южному королю о твоих планах?
   Шаги замерли. Потом Мор - похоже, это был все-таки он - подошел ближе и скорее выдохнул, чем спросил:
   - С чего ты взял, что отец не знает?
   Диз промолчал. Их разговор подходил к концу, а, значит, мне надо было уходить, если я не хотела, чтобы айтишник меня заметил. Тихо-тихо, стараясь не выдать своего присутствия, я отступила назад, как тишину разбил вой противопожарной сирены.
   Как же не вовремя! Об осторожности пришлось забыть - сейчас на выход повалят все находящиеся в здании студенты, и, если я не потороплюсь, Диз (и хорошо, если не Мор) в два счета меня обнаружит. Теперь главным было успеть выбежать на улицу и затеряться там, пока никто не увидел.
   Добежав до лестницы, я влилась в толпу так же спешивших на выход студиозусов. И только преодолела первый пролет, когда что-то заставило меня обернуться. В галерее второго этажа, наблюдая за происходившим с высоты, стояли трое... нет, людьми они точно не были. У мускулистого брюнета для человека был слишком хищный взгляд, напомнивший мне о Дизе в тот день, когда я пришла к Каталине в IT. А второй, снова беседовавший о чем-то с айтишником... Должно быть, это и был Мор. На первый взгляд он походил на человека. Невысокого роста, стройный, с романтичными белыми локонами, связанными на затылке в хвост, он был одет в однотонный трикотажный жилет и клубный пиджак с вышитой монограммой на груди - и в целом своим обликом мог скорее напоминать сына богатого политика, чем демона, - но отчего-то создавалось впечатление, что за его безобидным видом пряталась сталь. Словно почувствовав мое внимание, беловолосый обернулся и медленно снял солнечные очки, которые зачем-то надел в помещении. Я вздрогнула. Не было никакого зрачка, никакой радужки - только бескрайняя тьма ночного небосвода. И откуда-то я знала, что, стой я ближе, увидела бы незнакомые созвездия, испещрявшие эту черноту словно карту.
   "Посмотри мне в глаза".
   Я никогда не слышала этой фразы, произнесенной его мягким, обволакивающим голосом.
   Я точно где-то ее слышала.
   Дыхание перехватило, словно кто-то ударил в живот - резко, без предупреждения. Я вцепилась в перила, почти повисая на них, но все равно не могла отвести взгляд. Даже зная, что, оставаясь на месте, возможно, подписываю себе приговор. Я была слишком близко, чтобы Мор не узнал меня. И теперь он понимал, что Диз сказал ему не всю правду. Пусть я ничего не помнила, я все равно зачем-то вляпалась в это дело.
   Мне не стоило лезть на рожон. Какая же я была дура.
   Заметив неладное, Диз тоже посмотрел вниз. Я увидела боковым зрением, как он сказал что-то Мору - отрывисто и недовольно, - и тот повернулся, отвечая. Стоило зрительному контакту прерваться, как дышать стало легче. Медленно, не веря, что смогу, я буквально оторвала вспотевшие пальцы от холодного металла и, в последний раз бросив взгляд на галерею, метнулась вниз.
   В себя я пришла только на улице. И то, сердце все еще колотилось как после марафона, а пальцы тряслись словно у запойного пьяницы. Я сцепила руки замком, пытаясь успокоиться. Оказывается, это страшно - бояться неизвестно чего. Страшно вдвойне. Я услышала телефонный звонок и, спрятавшись под одной из арок амфитеатра, достала из сумки смартфон.
   "Смерть", - оптимистично высветилось на экране имя абонента.
   Этого следовало ожидать. Как и Мор, Диз сумел меня разглядеть, и едва ли теперь оставит в покое. Я нажала на отбой, но тут же раздался сигнал о получении сообщения.
   "Ответь".
   Ни за что. Я не знала, чего сейчас хотел от меня Диз (он сам был виноват: нечего было запугивать меня заявлениями, что Мор может приказать меня убить, возможно, тогда я бы не затеяла эту глупость с псевдо-расследованием), но ничего хорошего точно не ждала.
   Со вторым звонком я поступила так же. Как и со следующими тремя.
   "Надо поговорить".
   Уяснив, что брать трубку я не собираюсь, Диз перешел на СМС-ки. К тому моменту, как я подошла к общежитию, я получила семь новых сообщений - похвальная настойчивость, но совершенно мною неоцененная. Поднявшись на шестой этаж и сбросив очередной звонок, я резко затормозила. Что он говорил после призыва про перманентную привязку портала? Да даже если и не перманентную, я была уверена, что, проникнув однажды ко мне в комнату, Диз с легкостью повторит этот трюк.
   Что ж, пусть. Если что, сам будет с Софией объясняться. Отключив телефон, я спустилась на два этажа вниз и постучалась в ближайшую от лифта дверь.
   Открыла мне Райли.
   - Ты как раз вовремя! - обрадовалась она. - А, что, я тебя все-таки пригласила? Не помню. Ну да неважно. Мне почти удалось рассчитать коэффициент массы в промежуточных точках пути, сейчас посмотрим, будет ли работать на практике...
   - Спасайся кто может, - прокомментировала из глубины комнаты Люси.
   - Если получится, можно уже будет проверять на живых существах... Ты что-то хотела сказать?
   - Можно мне сегодня у вас переночевать? - жалобно попросила я.
  
   "Стабильность" и "ГООУПиОАатСДиРН" были явными антонимами. Но если в чем-то и можно было здесь быть уверенным, так это в том, что в выходные погода скорее всего будет гораздо поганее, чем была в будни. Я лично подозревала, что таким образом нас пытались замотивировать на учебу, но руководство университета определенно недооценивало студентов. Мотивироваться они не желали, ровно как и корпеть в своей комнате над домашкой.
   - Ладно, и что будем делать?
   - А какие есть варианты?
   Хороший вопрос на самом деле, потому что отправляться в поход даже в столовую никому не хотелось (Макс, преодолевший путь из своего общежития к нам, вовсе отказывался, отряхиваясь как собака после прогулки под дождем), и наши варианты по сути ограничивались неизвестно кем забытой на кухне древней "Монополией", домашним заданием по макроэкономике и запасом любимых фильмов, который каждый из нас привез из дома на компьютере. Понятное дело, что последнее было предпочтительнее, а в разговоре еще выяснилось, что Райли не смотрела британские сериалы. Никогда. Вообще. Не поймите меня неправильно, но каковы шансы вырасти и не посмотреть ни серии? Причем, вырасти не где-нибудь в Сибири, а в Америке. Тут не надо ни надеяться, что у телезрителей внезапно проснется хороший вкус, и канал купит что-то приличное, ни английский язык учить - он и так родной.
   После этого откровения планы на выходные можно было больше не обсуждать: занять угловой диван в гостиной, набрать попкорна на кухне и устроить марафон британского кинематографа, дабы ввести заблудшую душу в нашу с Максом тайную ложу любителей BBC. Спорить, кто будет выбирать тайтл, тоже не пришлось: Райли к выбору не была допущена по причине некомпетентности, а Макс, хоть и был валлийцем, показал себя настоящим английским джентльменом и уступил право выбора мне. Даже приятно. Хотя это он и зря... Я сразу знала, что включу. Первые два сезона "Быть человеком" не просто так дожидались возвращения своего звездного часа на жестком диске. У этого выбора было несколько причин. Райли упомянула, что смотрела американскую версию - надо же было доказать ей превосходство оригинала над копией. Максу я так до конца и не простила то высказывание про людей. Вернее, простила, но все еще помнила. Так что пусть посмотрит, может, поймет чего... про людей и нелюдей. Что же до меня, то сами посудите: вампир с оборотнем снимают дом и внезапно обнаруживают, что он уже занят призраком, с которым им теперь придется уживаться под одной крышей. Как человек, который так же внезапно обнаружил у себя в комнате соседа-вампира, я могла оценить иронию.
   Да и скрытые мотивы у меня тоже были. Пока мои коллеги по образовательному заведению смеялись над представлением "обычных" о них самих, я тихо запоминала информацию - и мне не надо было задавать странных с их точки зрения вопросов и чувствовать себя дурой.
   Первая серия уже подходила к концу, когда в общей комнате появился Диз. На экране как раз шел мой любимый момент, когда главные герои, пытаясь узнать друг друга получше, выясняли, в каком доме в Хогвартсе оказались бы.
   "Неужели кто-то выбирает Слизерин?"
   "Нет, это же все равно что признать себя социопатом".
   - А, действительно, неужели кто-то хотел бы оказаться на Слизерине? - задумчиво протянул Макс и повернулся ко мне. - Ты бы какой факультет выбрала?
   Это был простой вопрос. Я зачерпнула еще попкорна и сползла ниже, пытаясь стать сделаться как можно незаметнее. В голове промелькнула мысль, что, возможно, Диз искал не меня, но после вчерашнего даже мне она показалась наивной.
   - Пуффендуй, без вариантов.
   - Пуффендуй? - удивился блондин. - Честное слово, уж лучше бы Слизерин... Кто по своему желанию хочет попасть Пуффендуй?
   Обидно.
   - Зато они верные и справедливые, - отрезала я. - Сам-то ты кем бы в Хогвартсе был?
   Макс фыркнул.
   - Гриффиндорцем, конечно же! Лучший факультет там.
   - Ах, гриффиндорцем...
   Все так считают. Особенно те все, которые с непомерно раздутым эго.
   - А я - той, кто додумалась поставить видео на паузу, если кому-то интересно, - заметила Райли.
   Да плевать сейчас на это. Тут была проблема посерьезней.
   - Вот ты скажи, - обратилась я к ней, - кто круче: честный, не предающий, сильный и самоотверженный Пуффендуй или Гриффиндор, полный тупоголовых храбрецов, так и норовящих покончить с собой замысловатым способом?
   - Когтевран.
   Я уже приготовилась праздновать свою победу, но не тут-то было.
   - Когтевран? Серьезно?
   Райли пожала плечами.
   - Они умные.
   Ну да, зато либо полубезумные, либо холодные, со своей логикой, главенствующей над чувствами, как слизериновский змей. С другой стороны... Я хихикнула.
   - Теперь понятно, почему вы вечно как кошка с собакой, - пояснила я недоумевающим согруппникам. - Гриффиндор и Когтевран, вечные соперники.
   Недоумение только возросло.
   - Может, в России был другой перевод "Гарри Поттера"? - спросила рыжая у Макса. - Разве Гриффиндор не со Слизерином соперничал? Почему Когтевран?..
   - Потому что у них никогда не было совместных пар в расписании, - раздался с почти двухметровой высоты голос. - Во всяком случае, это одна из версий.
   Диз наконец нашел, что (точнее, кого) искал. А все мои надежды, что он не меня высматривал, пошли прахом.
   - Надо поговорить, Нат.
   Надо? Кому надо? Мне не надо. Совсем. Что мне сейчас было нужно, так это глупые споры о "Гарри Поттере", сентиментальные сериалы и иллюзия нормальности.
   - Садись, - быстро взглянув на меня, Райли похлопала по свободному месту на диване. - И что с того, что у них не было занятий вместе?
   Демон воспользовался ее приглашением и уселся рядом со мной. Я незаметно отодвинулась поближе к попкорну, словно надеясь, что в случае чего стеклянная миска меня защитит.
   - Как и все противоположности, они на дух не переносят друг друга, вот их и старались не ставить в расписание вместе. Точно так же, как Слизерин с Пуффендуем. Слизерин и Гриффиндор слишком похожи друг на друга, чтобы по-настоящему быть соперниками. И те, и другие амбициозны и эгоцентричны, поэтому настоящей противоположностью Слизерина является Пуффендуй - это как индивидуалистские и коллективистские культуры. Первые стремятся к личному успеху, вторые - к миру во всем мире.
   И не встретятся они никогда.
   - А Гриффиндор и Когтевран?
   - Мозги и мускулы. Логика и эмоции. Конфликт, древний как этот мир.
   - Ты это имела в виду?
   Мне оставалось только кивнуть. Удивленно, потому что я не ожидала, что кто-то снимет слова прямо у меня с языка. И недовольно, потому что гостеприимство, которое Райли оказывала демону, меня совершенно не устраивало. Радовало только, что не меня одну: судя по виду, Максу прибавление в нашей компании тоже было не по душе.
   - Любопытно... А ты бы на каком факультете в Хогвартсе учился? - спросила рыжая.
   - Почему-то у меня такое ощущение, что вместо сортировки меня бы сразу отправили к директору на ковер, - Диз машинально поскреб ногтями кожу под одним из браслетов.
   Судя по ответу, еще один потенциальный гриффиндорец. Не зря он мне с самого начала не понравился.
   - Так это правда, что про тебя говорят? Что в первый же день ты попал к ректору и выжил? - заинтересовалась его словами Райли.
   Она говорила так, будто в этом было что-то выдающееся. Да даже я в первый день попала (ладно, вообще-то, ворвалась туда по своей воле) к ректору - и тоже пережила встречу без особых последствий.
   - О да. И знакомства с ним оказалось достаточно, чтобы я понял все свои ошибки, даже еще не совершенные. Поэтому, скажу сразу, все остальное, что обо мне говорят, - чистая неправда, - подмигнул он ей. - Что смотрите?
   - "Быть человеком".
   - Тебе не понравится, - поспешно вставила я.
   - Почему же, звучит неплохо. Про что это?
   Из названия непонятно было?
   - Значит, слушай, - Райли вновь включила видео, - тот парень, что похож на тебя, он вампир...
   А она была права, Диз действительно походил на одного из главных героев. Растрепанные волосы, кожаные браслеты на тонких запястьях, серебряные кольца и связка кулонов на шее (интересно, были ли они амулетами или простой бижутерией? Я скосила глаза на демона и нахмурилась: то ли мне показалось, то ли часть подвесок едва заметно светилась). Темная футболка, которая шилась явно не на такую худую фигуру. Вкрадчивый голос, тяжелый взгляд. Имидж эдакого непонятого плохиша, байронического героя современности.
   - Это он только сейчас так выглядит. В следующей серии продюсеры поменяют актера, - предупредила я.
   - Почему? - расстроилась Райли. - Чем этот плох?
   - Не знаю. Может, решили, что недостаточно привлекателен для целевой аудитории? - предположила я.
   Диз, прекрасно понимавший, кому на самом деле предназначался этот камушек в огород, одарил меня широкой улыбкой - только в этот раз глаза его оставались холодными. Его присутствие продолжало нервировать. Когда первая серия закончилась, я, совершенно изведясь за эти пять минут (всего лишь пять? По ощущениям, прошло не меньше часа), не выдержала и поинтересовалась:
   - Ты, что, собираешься дальше смотреть?
   Демон в это время утрамбовывал подушки себе за спину, устраиваясь удобнее.
   - Ну да.
   - Разве у тебя нет никаких дел?
   - Есть одно. Я же сказал, мне нужно с тобой поговорить.
   И ведь не отстанет. Пока я раздумывала, хватит ли шестичасового телемарафона, чтобы он понял намек и отвалил, за меня решил вступиться Макс.
   - А вот ей, кажется, это не особо нужно.
   Диз с любопытством на него посмотрел.
   - Интересно, а она говорила тебе, что ищет Мора?
   Сволочь! Заложил меня, не моргнув даже глазом.
   Райли тяжело вздохнула и снова нажала на паузу. Под тремя обвиняющими взглядами я съежилась и была вынуждена согласиться: нам всем определенно надо было поговорить. Я набрала побольше воздуха и приготовилась каяться во всех грехах.
   - Молчи, - внезапно предупредил Диз.
   - Ты же сам сказал, надо поговорить! - возмутилась я.
   - Сначала назови мне хоть одну относительно правдоподобную причину твоего присутствия у архитекторов.
   - У кого? - удивилась Райли; Макс еще больше помрачнел. Неужели знал, где учился Мор?
   - Мы собираемся писать для газеты статьи о факультетах... - повторила я свою отмазку.
   Внимательно выслушав мои объяснения, демон кивнул.
   - Сойдет. А теперь...
   - Опять будешь запугивать?
   Диз смерил меня оценивающим взглядом.
   - Да нет, по-моему, ты с этим прекрасно справляешься и без меня, - сообщил он. - Ну вот почему вместо того, чтобы сделать глупость и страдать после нее совестью, ты не можешь пропустить оба этих шага? Сэкономила бы и мне, и себе кучу нервов и времени.
   Потому что... Потому что. Логичной причины у меня не было. А эмоции на объяснение мало годились. Не выдержав серьезного взгляда зеленых глаз, я потупилась и машинально обратила внимание на белый принт, бросавшийся в глаза на темном фоне футболки. Сегодня это был не Шекспир, а Эйнштейн: "Интеллектуалы решают проблемы, гении предотвращают их". Похоже, гением кто-то не был.
   А вообще, почему я должна была чувствовать себя виноватой? Я здесь жертва, если кто-то и должен испытывать чувство вины, так это Мор! Я, правда, сомневалась, что он был на это способен.
   - Зачем ты вообще пошла туда?
   - Хотела его увидеть. Мне было любопытно.
   Судя по общей реакции, это было не лучшим объяснением. Даже Райли закатила глаза.
   - Ты когда-нибудь слышала про любопытство и кошку? - устало спросил Макс.
   Слышала, конечно... и думала как раз о том же, когда подслушивала разговор. Кстати о разговоре...
   Диз был склонен с ним согласиться:
   - Не могу не оценить смелость, но глупость...
   - Бесконечна, - поддакнула я. - Еще Эйнштейн это говорил. Между прочим, а что ты там делал? О чем вы говорили с Мором?
   - О делах, - уклончиво ответил Диз. - И о том, что ты даже не подозреваешь о его существовании. К сожалению, твое появление не слишком помогло моей аргументации.
   Что же это были за дела, интересно?
   - Допустим, ты его увидела, - продолжил демон. - Что дальше? Может, наконец остановишься и перестанешь совать нос туда, где его могут откусить?
   Я задумалась. С одной стороны, один взгляд на Мора довел меня до паники. С другой... Даже сейчас, только от мысли о нем становилось трудно дышать.
   - Нет? - несколько неуверенно произнесла я, отчего вопросительная интонация так и повисла в воздухе.
   Страх - это проблема. А проблемы нужно решать.
   - Нет, - твердо повторила я. - Не остановлюсь. Я уже сказала, я узнаю, что случилось в ту ночь. Чего бы это не стоило.
   Справа от меня Макс тяжело вздохнул.
   - С такими планами трудно будет тебя защитить, - заметил Диз.
   - А я и не просила. Мне не нужна защита. Ни твоя, ни чья-то еще. Вот помощь мне был могла пригодиться, но ты ведь не собираешься мне помогать?
   Судя по выражению лица, нет, не собирался. Скорее, думал о том, как бы незаметно самому меня прикопать, чтобы не мешалась.
   - Кровавый ад! - неожиданно очень по-британски выругался Макс и резко поднялся со своего места.
   Мы все в удивлении проследили, как Охотник, чуть не сшибив кого-то по пути, выскочил из комнаты.
   - Что это с ним? - поинтересовался Диз.
   Я не знала. Неужели мое упрямство и нежелание слушать разумные доводы наконец переполнили его чашу терпения? А я еще думала, что в силу его профессии это невозможно...
   Я попробовала набрать номер Макса, но тот не отвечал.
   - Надеюсь, ты доволен? - процедила я, обращаясь к компьютерщику.
   Демон недоуменно пожал плечами, словно спрашивая, при чем здесь он. А при том, что, если бы не он, этого разговора не случилось бы.
  
   Макс объявился только на следующий вечер. Я возвращалась с подработки, когда увидела его возле нашей с Софией двери; рядом с ним стояла сильно раздраженная девушка с явной примесью индийской крови.
   - Я думала, я тебя окончательно достала, и ты решил меня послать, - с облегчением призналась я. - Я тебе звонила...
   - Потом, - перебил меня блондин и указал на девушку. - Это Сага. Она мара.
   Сага... Мара... Я запуталась.
   - Извини, но, кажется, я не совсем поняла, как тебя зовут, - сообщила я ей. - Так как к тебе лучше обращаться, Сага или Мара?
   Знакомая Макса недовольно скривилась.
   - Vad i helvete... К кому ты меня привел? - возмущенно поинтересовалась она у Макса.
   Тот успокаивающе положил ей руку на плечо.
   - Мара - это не имя, а... скажем так, видовая принадлежность, - объяснил он мне.
   Ладно. Видовая принадлежность, так видовая принадлежность. Мне она, правда, ни о чем не говорила. Я заметила, что Макс как-то странно рассматривал меня, не решаясь продолжить.
   - Ты сказала, что тебе не нужна защита, а нужна помощь, так? - наконец произнес он.
   Я кивнула.
   - На что ты готова, чтобы вернуть воспоминания?
   Наши взгляды встретились. Зачем он спрашивал, если ответ ему и так был прекрасно известен?
   На все.
  

ГЛАВА 8

ПЛАТА ЗА ВОСПОМИНАНИЯ

  
   Бывают планы хорошие и планы плохие. То, что этот был плохим - очень плохим, предельно плохим - видела даже я. Но отступить? Нет, для этого я была слишком... Напугана. Упряма. И не могла же я развернуться и отказаться от своих слов?
   - Ты уверена? - раз десять переспросил меня Макс в тот вечер; хотя он и привел Сагу и познакомил нас, то, что мы с ней собирались сделать, нравилось ему еще меньше, чем мне.
   На последние пять вопросов я только улыбалась. А что я могла ответить? Нет, я не была уверена. Было страшно, но к этому состоянию за почти два месяца в ГООУ я успела привыкнуть. Как выяснилось, человек действительно ко всему привыкает...
   Итак, план. Он был очень прост: воспользоваться помощью максовой знакомой, хмурой и крайне недовольной шведки (скандинавка с кожей цвета карамели, черными волосами и темными миндалевидными глазами? Какой нетипичный типаж) и, по совместительству, мары. Как "кош-мары". Существа, садящегося по ночам на грудь человека и вызывающего дурные сны - и, должна признать, первый пункт описания смущал меня в данный момент определенно больше второго.
   - Знаешь, если бы в комнате находился кто-то третий, он не мог бы не заметить гомоэротический подтекст, - глупо сообщила я потолку, который старательно рассматривала уже минут пять.
   Не то чтобы, лежа на спине, можно было еще что-то увидеть. Если скосить глаза, в темноте можно было рассмотреть подсвеченный циферблат будильника, стоявшего на письменном столе, и компьютер, который я так и забыла выключить, но и все.
   - Заткнись, - рыкнула мара и щелкнула меня по носу остро заточенным ногтем. - Думаешь, мне это нравится?
   Нет, я так не думала. Вряд ли ее радовало происходящее. Способности Саги попадали под тот же пункт правил, что и остальные виды ментального вмешательства, и находились в ГООУ под запретом. Поэтому и цену за то, чтобы найти в моей голове один-единственный конкретный кошмар и вытащить его наружу, она назвала мне соответствующую: две недели плохих снов. Я понятия не имела, зачем они были нужны скандинавке, но согласилась. Даже после долгих и леденящих кровь описаний того, что случалось с людьми, согласившимися на сделки с марами и переоценившими свои силы (бедный Макс, его литературный - и лежавший в жанре хоррора - талант пропадал совсем зазря).
   - Спасибо, - поблагодарила я Сагу, подозревая, что после сделать мне это не удастся.
   - Я здесь только из-за Максена, - отрезала она.
   Вторая ее ладонь лежала на том, что анатомический словарь называл "fossa jugularis sternalis" или яремной ямкой. И ощущение это было не из приятных: словно не было ни тонкой пижамной ткани, ни кожи, и касалась мара непосредственно трахеи.
   - Я знаю, - прежде чем уйти и оставить нас вдвоем, Макс упомянул, что мара была перед ним в долгу и потому поможет вернуть мои воспоминания, - но все равно.
   Сага приблизила ко мне свое лицо. В отсутствии освещения радужка в ее глазах казалась совсем черной и сливалась со зрачком.
   - Пожалуй, никто еще не благодарил меня за кошмары, - криво улыбнулась она, - ты будешь первой.
   И последней, подозревала я, потому что где еще вторая такая дура найдется.
   Она придвинулась еще ближе, так, что ее глаза оказались прямо напротив моих, а ее дыхание чувствовалось на моих губах.
   - А теперь спи, - велела она.
   И я послушно провалилась в сон.
  
   Выпивка в стакане дурманила голову гораздо сильнее, чем мне показалось сначала. Я не помнила, как пришла к тому костру. Монотонный стук барабанов болью отдавался в ушах и сливался в одном ритме с биением сердца, так что и не отгадать было, где заканчивалась музыка и начиналась я сама. Вот где был остальной мир, я могла сказать: где-то далеко-далеко, за гранью восприятия. Нет, я была уверена, что вокруг было полно людей, я слышала их смех и речь, но сейчас они меня не волновали. Значение имели только огонь и барабаны, настойчиво звавшие меня к нему.
   Почему я остановилась именно у этого костра? Я не знала. Маленький, сложенный в отдалении от других, он не пользовался большой популярностью. Никто не фотографировался на его фоне, не танцевал в его свете, мимо него проходили, не задерживаясь. Сквозь языки пламени можно было разглядеть женское лицо. Мраморное и лишенное выражения, холодное, как луна, висевшая сегодня слишком низко на небе. Перед огнем, на расчищенной земле, стояла корзина с букетиками... нет, скорее с вениками серо-зеленоватой травы. Я нагнулась за одним из них и принюхалась. Полынь.
   Кажется, та странная девушка, доставшаяся мне в соседки, что-то говорила о подношениях богам. Должно быть, это было именно оно. Я нахмурилась. Я не верила в богов, но отчего-то у меня создалось впечатление, что эта традиция (странная традиция для очень странного места, будем откровенны) была важна. И, учитывая, что мне довелось сегодня пережить, если боги существовали, мне бы не помешала капелька их благословения. А это место ничем не хуже других подходило для внезапного приступа религиозности. Взвесив в руке букетик, я собралась кинуть его огню, но вместо этого сунула ладонь, в которой сжимала серебристые стебли, прямо в костер.
   Воздух тотчас наполнился знакомым терпким запахом. Огонь довольно лизнул дар и пополз выше, обвивая мою руку. Пальцы. Запястье. Локоть. Больно не было, не было и жара, который следовало бы ожидать. Только яркое оранжевое пламя, скрывавшее ладонь подобно перчатке. Я невольно залюбовалась - и испуганно отшатнулась прочь от костра, когда поняла, на что смотрела.
   - Аккуратно! - воскликнули позади меня, но затормозить я не успела и на всей скорости врезалась спиной в проходившего мимо парня.
   На руку, которая должна была быть обожжена - но не была! - плеснулось красное вино, кровавыми каплями стекая к пальцам. Когда я на него налетела, парень нес выпивку для большой компании: шесть пластиковых стаканов, содержимое которых кляксой Роршаха расползалось теперь по белой футболке, все еще были в его руках - и очень красивых руках, вынуждена была признать я. У него были удивительно тонкие для мужчины запястья, скрытые под кожаными браслетами с острыми шипами, узкие ладони и длинные, даже изящные пальцы, заканчивавшиеся сужавшимися к свободному краю ногтями. На секунду я почувствовала зависть: мне, чтобы сделать такую форму, требовался час с пилкой и зеркалом, ему она досталась от природы. Потом я перевела взгляд выше.
   - Алек? - растерянно побормотала я.
   Нет, не Алек. Парень, на которого я так удачно наткнулась и пролила пару литров спиртного, был всем, к чему Алек стремился - без шансов достигнуть своих целей. Черные, не темные волосы. Белая кожа, походившая даже не на мрамор, на лунный камень с радужными прожилками вен. И - о, мой бог, - зеленые глаза, сверкавшие в переменчивом свете костров не хуже колумбийских изумрудов. Идеал, невесть как попавший в наш бренный мир.
   Стоило моргнуть, как наваждение исчезло. Нет, он все еще был красив, но теперь в глаза бросались изъяны: выступившая на подбородке щетина, волосы, которые нуждались в срочной стрижке еще позавчера - нет, еще месяц назад, - излишняя худоба, плохая осанка, того рода, что часто встречается у слишком высоких людей. Они не делали его менее привлекательным, но добавляли ему... человечности. Странный выбор слова, но почему-то сейчас я была уверена, что правильный.
   Я почувствовала, как что-то кольнуло кончики пальцев, и отвлеклась от - уже невежливого - разглядывания. По ногтям правой руки все еще плясали язычки пламени. Недоуменно посмотрев на кисть, я потерла ее о джинсы. Не самое логичное и безопасное решение, если вы хотите затушить огонь, но в этом случае вроде бы помогло. Пламя как не обожгло меня, так и не испортило одежду, а струйки дыма, поднимавшиеся от пальцев... Их можно было пока проигнорировать. Пообещав себе разобраться со всеми странностями завтра, я снова подняла глаза на стоявшего рядом парня.
   Оказывается, за моими манипуляциями наблюдали. Пробормотав что-то насчет малахольных первокурсников, жертва моей невнимательности тяжело вздохнула и сунула мне в руки стакан, на дне которого еще плескались остатки вина.
   - Держи, тебе это сейчас нужнее.
   - Что это? - поинтересовалась я.
   Потрясение заставило меня частично протрезветь, туман в голове не рассеялся, но временно отступил. Зато вернулась природная подозрительность.
   - Вино, - откликнулся брюнет. Поставив стаканы на землю, он рассматривал уже не такую белую футболку.
   Не похоже. Я, конечно, понимала, что то, что продавалось дома, вином едва ли можно было назвать - спирт, вода и пищевая химия, - но все же такой виноград на Земле не рос, в этом я была уверена. Пахнувший медом и свежескошенным лугом, солнцем и бескрайними просторами вересковых полей... Ему не было места в бутылках с магазинной полки, это я чувствовала точно.
   - Так оно и не оттуда, - подтвердил парень. Придя к выводу, что предмет гардероба безнадежно испорчен, он тяжело вздохнул. Наклонился, слил оставшееся вино в один стакан и шутливо отсалютовал им мне. - Олимп. Я бы сказал, северный склон, - заявил он тоном профессионального сомелье.
   - Очень смешно. На Олимпе виноград не растет.
   Парень только пожал плечами, мол, как скажешь.
   - Знаешь, некоторые говорят, что то, к какому костру ты подойдешь в первый год в ГООУ, определит всю твою жизнь, - он снова поднес стакан к губам и задумчиво посмотрел на огонь у меня за спиной. - Значит, Диана. Неожиданный выбор - с ее стороны, разумеется. Обычно она отмечает кого-то вроде... того парня слева, к примеру. Так, чтобы сразу было видно: школьная команда по регби, качалка по будням, бокс по выходным...
   Я обернулась и проследила за его взглядом. После моего букетика огонь стал ниже, и в мраморной статуи позади костра можно было разглядеть охотницу в коротком хитоне. Артемида. Богиня охоты, луны, магии и, как ни странно, целомудрия - хотя с последним можно было поспорить.
   - На твоем месте я бы распрощался с личной жизнью, - насмешливо заметил незнакомец, видимо, подумавший о том же, о чем и я. - Говорят, у нее с дисциплиной строго.
   - То-то же чуть ли половина ее известных спутниц была кто замужними, кто с детьми, - кисло отозвалась я. Не из-за дисциплины, но из-за того, что Артемида еще считалась сторонницей аскетизма как образа жизни. Нет, не то место я выбрала для проявления богопочитания, или как это правильно называлось. Для аскезы я слишком любила пледик и чай с печеньками. - Да и сама она...
   Я умолкла на полуфразе. Какая-то мысль не давала мне покоя - но вот какая? Впечатление, что опьянение прошло, оказалось обманчивым. Алкоголь все еще оставался в моей крови - и очень мешал думать.
   - Была вечной девой? - подсказали мне с улыбкой. Кажется, я его забавляла.
   Что-то в его словах, не сейчас, раньше...
   - Между прочим, в античных культурах девами называли либо молодых женщин, либо не зависевших от мужчин, - рассеянно сообщила я, пытаясь вспомнить. Что же меня зацепило? - Изначально сексуальной коннотации это обозначение не имело и к личной жизни никак не относилось. Диана, например, когда-то любила Ориона, а у Гекаты, как у богини-девы, не было постоянного спутника, но это не помешало ей родить Скиллу...
   Стоило осознать, что я болтаю, как я покраснела и смущенно замолчала. Многие, как опьянеют, начинают говорить глупости, а я, по выражению моей хорошей подруги, - "умности". Неловко получилось. Нельзя же ни с того ни с сего, в ответ на шутку выдавать энциклопедическую справку по античной мифологии. Это как минимум невежливо, не говоря уже о том, что стремно.
   Но что же здесь все-таки было не так? Барабанная дробь стихла, но в ушах осенним ветром и шелестом тополиных листьев шумело выпитое вино, мешая сосредоточиться.
   - А тетя еще вечно жалуется, что про нее никто не помнит. Зря, как выясняется, - хмыкнул брюнет в ответ на мой доклад. - Вообще-то я совсем не это имел в виду, говоря о дисциплине, но...
   Вот что было не так. Когда мой собеседник говорил об Артемиде - он говорил о ней так, словно она реально существовала. А теперь еще и... тетя? Это он про кого, про Скиллу?
   А парень-то сумасшедший. Жаль.
   - Дианы не существует. Боги - это миф, их не существует, - сказала я скорее себе, желая удостовериться, что мир все еще на месте, и (в отличие от моего собеседника и, возможно, меня) не сошел с ума.
   - Ну да, - не согласился со мной брюнет, - а кто же, по-твоему, занимает половину мест в попечительском совете? Ты бы еще сказала, что магии не существует.
   - Магии не существует, - послушно повторила я.
   Вообще-то я считала это доступной всем информацией и чем-то само собой разумеющимся. Нет, конечно, встречались отдельные личности, верившие в руническую магию, алтайских знахарок и потомственных колдуний, но... они ведь не могли верить в них по-настоящему? Очевидно же, что никакого волшебства не существовало, только физика и суровая реальность.
   Которые, возможно, не до конца разъясняли увиденное мной сегодня... но только потому что мне не хватало знаний. Наверняка у всего было совершенно рациональное объяснение.
   - А ты забавная, - его голос звучал немного удивленно и... заинтересованно? Да нет, показалось. - У тебя есть имя, новенькая?
   Его вопрос заставил меня вновь перейти в защитный режим.
   - Зачем тебе? - подозрительно поинтересовалась я, мысленно готовясь к отступлению.
   - Познакомиться.
   У него была обаятельная улыбка - легкомысленная и по-мальчишески задорная.
   Даже чересчур обаятельная.
   Правильнее было бы проигнорировать вопрос, но язык оказался быстрее разума.
   - Разве ты никуда не спешил?
   - Спешил, - вновь широко улыбнулся он. - Спешил донести до товарищей живую воду. Но, уверен, они поймут, почему я задерживаюсь.
   Стоило ему это сказать, как раздался телефонный сигнал.
   - Я же говорил, - прокомментировал он СМС-ку и повернул смартфон экраном ко мне.
   "Послали за новой порцией Ника. Я была права? Кто она? Хочу узнать все подробности".
   Посмотрев поверх моей головы в толпу, он отыскал взглядом смуглую полную девушку с торчавшими волосами ярко-салатового цвета и мрачно показал ей кулак.
   "Не дождешься", - быстро набрал он и сунул телефон обратно в карман.
   - Итак...
   Черта с два я бы назвала ему свое имя. К сожалению, это сделали за меня.
   - Наташа! - из толпы неожиданно вынырнула София, раскрасневшаяся и оживленная, на редкость непохожая на себя днем. - Иди к нам!
   - Иду! - крикнула я в ответ. Уж лучше странная и непонятная соседка, чем этот псих...
   - Значит, Наташа, - раздалось у меня за спиной. По одному только тону я была готова поспорить, что парень опять ухмылялся. - Приятно познакомиться, новенькая!
  
   Как ни смешно, до Софии я не дошла. Стоило на секунду отвлечься, как брюнетка скрылась из вида, и отыскать ее в человеческих массах, пребывавших в бесконечном броуновском движении, не представлялось возможным. Зато мне удалось найти лес. Я и сама не знала, как (мы же были в пустыне?!), но шершавая кора под ладонью и душистые сосновые иголки, мягким ковром устилавшие землю, посылали мозгу вполне однозначное сообщение.
   Здесь было тихо - и темно, только один-единственный фонарик горел метрах в пятидесяти от меня. Заинтересовавшись, кто его туда повесил, и зачем, я подошла ближе. Лучше бы я этого не делала. Это был не фонарь. И висел он не на ветке. Маленький шарик тусклого, молочно-белого света парил в воздухе без каких-либо приспособлений, я проверила! Ни проволоки, ни лески - да и чем бы они помогли, если никакой лампы тоже не было. А был... просто свет. Перед глазами замелькали кадры сегодняшнего дня: возникшая из ниоткуда пустыня, наследие мезозоя, разгуливавшее по территории, говорящие щупальца, живой огонь... а теперь еще и болтавшийся на полутораметровой высоте светлячок размером с мой кулак. Который я лично никак не могла нормально объяснить. Нет, это уже было слишком. На секунду я пожалела, что под рукой не было еще вина (где я оставила свой стакан? Я попыталась вспомнить, но никак не получалось, как и дорогу сюда): перспектива как следует напиться и забыть последние сутки словно страшный сон уже не вызывала отвращения. Наоборот - энтузиазм и надежду, что наутро все окажется плодом моего воображения.
   Оторвавшись наконец от светлячка, я обратила внимание на расчищенное пространство, которое он освещал. Кто-то решил использовать землю между деревьями для... уличного искусства? Странное место, но никакое другое объяснение при виде выполненного блестящей краской рисунка в голову не приходило. Сложный узор золотой паутиной переливался в свете "фонаря", незнакомая вязь переходила в геометрический орнамент, а рядом с ним... в темном силуэте угадывался лежавший ничком человек.
   - Эй, - неуверенно позвала я, - вы в порядке?
   Конечно же, он был не в порядке - если до сих пор никак не отреагировал на мое появление, был ли смысл ждать, что мне ответят? Упав на колени перед телом, я перевернула его на спину. Девушка, отметила я про себя выбеленные волосы и густо накрашенные глаза. И, кажется, без сознания. По крайней мере, я надеялась на это, но засохшая у нее под носом кровь и отсутствие реакции не внушали оптимизма. Я проверила запястье. Потом приложила два пальца к шее. Ну где же пульс, я ведь всегда умела его находить?! Отняв пальцы от сонной артерии, я попутно - не вовремя - заметила, что умудрилась задеть руками непросохшую краску узора, и теперь, как Мидас, оставляла золотые следы на всем, к чему прикасалась.
   Задержав ладонь над ее лицом, я попробовала понять, дышала ли она. И где только карманное зеркальце, когда оно нужно? Что делать, я не знала. У меня не было с собой сотового (даже если бы и был: кому можно позвонить из пустыни, которая не пустыня?), я не знала, как сюда дошла, и в какую сторону бежать за помощью. Я наклонилась и попыталась услышать ее дыхание, когда кто-то подошел со спины и резко схватил меня за волосы, поднимая на ноги.
   Я вскрикнула от острой боли.
   - Какого черта!..
   Волосы отпустили, но перехватили руки - чтобы ими не размахивала, вестимо. Как будто в этом был какой-то толк, учитывая, что противник был на голову выше меня и вдвое шире. Зажав мои запястья одной рукой, незнакомый мне брюнет с хищными чертами лица брезгливо изучал меня.
   - Послушайте, этой девушке плохо. Ей нужна помощь... - я попыталась воззвать к его здравому смыслу.
   Безрезультатно.
   - Ты же говорил, что сюда никто не зайдет? - раздался за моей спиной другой голос.
   Я обернулась. Неудивительно, что я никого не заметила: в темноте черная фигура совершенно сливалась с деревом, у которого стояла. И, когда я говорила "черная", я не имела в виду, что он был негром. Нет. Существо, вышедшее на свет, было действительно черным, будто с ног до головы вымазанным в жидком гудроне. Гротескно-длинные конечности заканчивались также черными, по-птичьи изогнутыми когтями и сгибались под немыслимым углом. Заметив мой интерес, оно плотоядно осклабилось, распахивая полную узких, острых зубов пасть и демонстрируя раздвоенный белый язык.
   Что за?..
   Я сглотнула и попыталась отступить назад. Кем - чем - бы это не было, оно не было человеком.
   И время для рациональных объяснений кончилось.
   - Никто и не должен был. Что с Ребеккой? - спросил все еще державший меня брюнет.
   - Она оказалась слишком слаба.
   В голосе чудовища - нормальном, с правильно поставленным, несмотря на прикус, произношением, - звучало холодное, нечеловеческое равнодушие.
   - Ее надо привести в чувство.
   - Почему она тебя так волнует? Она не принесет пользы.
   Никакого интереса, словно его собеседник мог и не отвечать на вопрос.
   - Если она умрет, здесь с минуты на минуту появятся медики. На всех студентах стоит маячок на такой случай.
   Монстр странно повел верхней половиной туловища. Пожал плечами? Возможно.
   - Займись. А эту, - по-хамелеоньи длинный язык описал в воздухе круг, - отдай мне.
   Я пыталась протестовать. Пыталась вырваться. Но много ли может сделать парализованная страхом девчонка? Человеческие пальцы на моих запястьях сменили другие, склизкие и холодные, как лягушачья спина, до которой в детстве двоюродные братья уговорили дотронуться. Меня передернуло от отвращения.
   - Посмотри мне в глаза, - потребовало чудовище.
   Нет, не потребовало - попросило. Настойчиво, но мягко, уговаривая, а не заставляя. Я отвернулась, стараясь смотреть куда угодно, только не на него. Тогда скользкие пальцы схватили меня за подбородок и повернули лицом к себе.
   - Посмотри мне в глаза, - уже тверже повторило оно.
   Я зажмурилась - и острые когти впились в руку. До крови. От боли я вздрогнула и распахнула глаза.
   Это было ошибкой.
   На блестящем черном лице выделялись, как ни странно, не зубы - каждый длиной с мой мизинец и острый как нож, - и не язык, беспокойно метавшийся из одного края раскрытой пасти в другой. Глаза. Черные на черном, они должны были сливаться с кожей, только...
   Только в них были звезды.
   Бесчисленные белые точки, складывавшиеся в неизвестные мне созвездия, и чем дольше я смотрела, тем больше их становилось. Они не просто приковывали к себе взгляд, они затягивали с той силой, какая не снилась ни одной черной дыре.
   - Назови свое имя.
   А вот это уже было приказом, а не просьбой. Я попыталась воспротивиться, но чернота затягивала все глубже. Я терялась в ней, растворялась, нелепое сравнение, но я чувствовала себя то ли Саломеей, теряющей по одному свои покрывала, то ли луковицей, с которой сдирают слои. Один за другим. До тех пор, пока не останется ничего.
   - Наташа...
   Я почувствовала облегчение, когда наконец призналась. И нелепую, абсолютно иррациональную благодарность за то, что смогла выполнить его приказ.
   Но ответ монстра не устроил.
   - Назови свое настоящее имя.
   - Наташа, - я уже не думала сопротивляться. Сейчас я бы сделала ради него все что угодно.
   Пальцы крепче обхватили подбородок, задирая его вверх. Пришлось привстать на цыпочки, чтобы не упасть.
   Настоящее имя?.. Я не понимала, чего хотело от меня это чудище - и это вызывало сожаление. Если бы только он объяснил...
   - Наташа. Наташа Соколова.
   Когти острыми иглами впивались в кожу.
   - Не то. Назови. Свое. Истинное. Имя.
   - Но у меня нет другого... - прошептала я, чувствуя, как в уголках глаз собираются слезы. Попыталась их сморгнуть; не получилось. - Клянусь...
   - Как это возможно? - спросил кто-то у меня за спиной.
   Мы были здесь не одни?.. Ах да, кажется, я видела... или нет. Сейчас я была уверена только в одном: в невозможных глазах, вытягивавших из меня душу.
   - Не знаю, - на черном лице снова обнажились белые зубы. Что это значило? Удивление? Злость? А и была ли какая-то разница?..
   Длинный язык прошелся по моему подбородку, слизывая выступившие капельки крови.
   - Но это и не важно.
  
   Сон оборвался так же внезапно, как начался. Вот я в лесу, завороженная взглядом черных глаз, а в следующий момент переворачиваюсь на бок в постели, жадно глотаю воздух, как после долгого погружения под воду. Несколько секунд потребовалось на то, чтобы осознать, где я находилась - и что с той ночи прошло почти два месяца. В последнее верилось с трудом, слишком яркими были воспоминания.
   И отрывочными. Видимо, даже сил мары не хватило для того, чтобы полностью вернуть стертое. Я оглянулась: как я и думала, Саги в комнате уже не было. София тоже отсутствовала, ее постель так и осталась неразобранной. Оно и к лучшему... наверное.
   Быстро переодевшись, я выскользнула из комнаты. Чего зря лежать, если все равно ясно, что больше не засну. Лучше подумать... и успокоиться.
   Дойдя до кухни, совершенно пустой в то ли слишком поздний, то ли слишком ранний час, я устремилась к кладовке. Сколько себя помнила, всегда любила готовить. Алек еще смеялся надо мной, говорил, как это старомодно и провинциально, а мне нравилось. Было в этом какое-то волшебство: берешь по наитию ингредиенты, смешиваешь и получаешь блюдо, большее простой суммы слагаемых (или недоуменно смотришь на тарелку и пытаешься вспомнить, о чем ты думал, когда готовил это, и кого хотел отравить, но, справедливости ради, второй вариант встречался у меня гораздо реже). А даже если и не даешь волю вдохновению и готовишь по давно знакомому рецепту, все равно механические нарезка, взбивание и перемешивание расслабляли лучше любой медитации.
   Я заглянула в кладовку за мукой.
   На душе было гадко. От страха, поселившегося между лопаток, - я всегда понимала, что я трусиха, но от этого было не легче, - от ощущения беспомощности перед Мором. Я никогда не думала, что возможно потерять себя. Теперь знала, что нет ничего проще. Гораздо сложнее найти себя вновь.
   Достала из холодильника масло. Миксер решила не включать, бедные студенты из ближайших комнат не заслужили такой подлости. Залезла в шкафчик со специями, где с трудом отыскала среди полутора сотен баночек нужные.
   Кроме эмоций беспокоило еще то, что, по сути, я ровным счетом ничего не выяснила. Что такого я видела, чтобы Мор посчитал меня угрозой? Может быть, кто-то, более сведущий в магии, понял бы, чего пытался добиться демон, но не я. Я в этом совершенно не разбиралась. И оставался еще главный вопрос...
   Что мне теперь делать?
   Через час, когда по помещению поплыл знакомый с детства аромат ванили, кардамона и имбиря, и настала пора вынимать печенье из духовки, я почти успокоилась (мне страшно, и я не знаю, что вокруг происходит? Подумаешь, проблема! С момента появления в ГООУ могла бы и привыкнуть к этому состоянию), но так и не пришла ни к какому решению.
   - Вкусно, - раздалось у меня за спиной, когда я вынимала последний, пятый противень (в голову к тому времени начали закрадываться мысли, что с количеством я немного промахнулась. Дома-то я привыкла печь на всю семью с родственниками и друзьями разом, а кому отдавать печенье здесь?).
   Я взвизгнула от неожиданности и чуть не рассыпала печенье. К счастью, оброненный противень подхватила мужская рука.
   - Осторожно, - предупредил он меня. - Так и обжечься можно.
   Кто бы говорил! Я, по крайней мере, за горячий металл без прихваток не бралась. Впрочем, судя по тому, как он спокойно поставил противень на стойку, рожденному в адском пекле обычный огонь был не страшен.
   - Блин, ну нельзя же так тихо подкрадываться! - возмутилась я. - А если бы у меня нервы не выдержали?
   Уголки губ чуть дрогнули, но улыбка так и не появилась.
   - Извини.
   - Что ты тут вообще делаешь? Опять за мной следишь?
   - Нат, мы живем на одном этаже, - закатил он глаза. - Ничего удивительного, что мы можем столкнуться на кухне, кончай параноить. Я вообще пришел кофе налить.
   - В пять утра?
   Диз пожал плечами и прошествовал к автомату.
   - У меня экзамен сегодня. Сложный.
   Он не был похож на человека, который тщательно готовится к экзаменам, о чем я не преминула сообщить.
   - Я не знаю, за какое вселенское зло ты меня принимаешь, - флегматично заметил демон, нажимая на кнопки, - но на самом деле я тот скучный чувак, который спрашивает пользователей, пробовали ли они перезагрузить компьютер.
   Конечно. И никто кроме.
   Но вообще, глядя на синяки под его глазами, можно было поверить, что он всю ночь учился. Возможно, я ошибалась на его счет - как ошибалась раньше. В чем только я его не обвиняла, если подумать, и раз за разом оказывалась не права. Он был ни при чем той ночью. Он не лгал мне.
   - По какому предмету? - примирительно спросила я, заливая пакетик с ромашковым чаем кипятком.
   - Педагогика.
   Горячий ромашковый отвар попал не в то горло, и я судорожно закашлялась. Я не ослышалась? Демон войны (а я специально посмотрела: Абигор, который "папаша" Диза, был не просто каким-то там демоном войны, одним из многих, а Тем Самым, с двух больших букв) решил податься в учителя?
   Я так и спросила.
   - В ассистенты профессора. А что в этом плохого?
   Да нет, ничего. Воображение сразу нарисовало Диза в белой рубашке, костюме и очках, стоящим у классной доски. Не надо было поступать на факультет прорицателей (да, был в ГООУ и такой) и заканчивать соответствующую специальность, чтобы предсказать: если он получит должность, информатика станет очень популярным среди женского контингента предметом.
   - В чем дело? - заметил он мое смущение.
   Я покраснела. Ну не признаваться же, в самом деле?
   - У тебя карандаш за ухом торчит, не мешает? - зачем-то спросила я.
   Демон рассеяно вытащил его, покрутил в руках и положил на стол. Потянулся за вытащенным из духовки печеньем, которое я так и не успела переложить на блюдо, но остановился и посмотрел на меня.
   - Можно?
   - Конечно! - спохватилась я. - Угощайся.
   На некоторое время на кухне повисла тишина, прерываемая только звяканьем ложки о фарфор и едва слышными ругательствами, когда горячее песочное тесто рассыпалось прямо в пальцах. Я подцепляла лопаткой рогалики с противня и выкладывала на тарелку, Диз листал записанные аккуратным убористым почерком конспекты. Как ни странно, его молчаливое присутствие умиротворяло - хотя, возможно, сейчас я была бы рада любой компании. Особенно той, которая не задавала бы вопросов, почему мне не спится, и не заставляла бы вспоминать увиденное в кошмаре.
   - Вкусно, - повторил Диз. - Как это называется?
   - Вон то - ванильные полумесяцы, а слева - спекулятиус.
   Конечно, последний был совершеннейшей профанацией: как бы хорошо ни были оборудованы кухни ГООУ, фигурных досок для традиционного в некоторых краях рождественского печенья на них не нашлось, и пришлось просто нарезать тесто квадратиками. Прабабушка, сохранившая рецепт от своих предков-католиков и научившая ему меня, за такое побила бы, если бы увидела.
   Рождественского... В голове зародилось нехорошее предчувствие.
   - Что? - поинтересовался демон, увидев, как я изменилась в лице.
   - Как ты относишься к Рождеству?
   А что, если ему станет плохо? Если я его отравлю? Надо было раньше предупредить.
   Диз, впрочем, умирать с виду не собирался и спокойно закинул в рот очередную печеньку.
   - Рождество, знаю. Это одно из ваших новомодных верований, верно? Про святую троицу.
   Новомодных? Всего-то пара тысяч лет ему исполнилась... Но сейчас не о религии надо было спорить.
   - И... как ты себя чувствуешь?
   Может, все еще обойдется?
   - Спасибо, неплохо, - удивленно ответил Диз. - А в чем... Ах, вот оно что! Решила, что меня убьет суеверие?
   Нет, я их, конечно, не на святой воде замешивала, но мало ли. Сила веры, и все такое... Откуда мне знать, что при встрече демона и религии происходит? Может, он от одного только упоминания Иисуса огнем вспыхнет?
   Отсмеявшись, демон перегнулся через стойку и пододвинул поближе к себе следующую тарелку.
   - Вынужден тебя разочаровать, но от меня не так просто избавиться, - подмигнул он мне. В глазах его все еще пряталась лукавая улыбка, делавшая и без того симпатичного компьютерщика еще более привлекательным. - Да даже если бы ты их в Ватикане освятила, ничего бы не произошло.
   Во мне проснулось любопытство.
   - Совсем-совсем ничего?
   - Угум.
   Вообще-то с набитым ртом разговаривать невежливо.
   - А если я тебя перекрещу?
   Вместо ответа Диз оттянул вниз ворот футболки. Не успела я спросить, чем обязана бесплатному сеансу стриптиза, как заметила под левой ключицей татуировку. Крест. Правда, не тот, к которому привыкли христиане: у этого все стороны были равны, а украшения напрочь отсутствовали. Просто две перпендикулярных линии. Дальше спускался узор из прямых и точек - словно карта созвездий. По крайней мере, одна из пунктирных линий очень напоминала Дракона. Проверить догадку мешала ткань, скрывавшая нижнюю часть рисунка. Смутившись, я отвела взгляд.
   - Зачем он тебе?
   Неужели в Аду крест тоже имел культовое значение?
   - Не крест, перекресток. Место, где завеса между нашими мирами тоньше, а магия, и наша, и ваша, сильнее. У вас он раньше тоже считался символом колдунов.
   Ну да, что-то такое припоминалось. А еще обиталищем чертей, демонов и просто крайне опасным и неприятным по ночам местом. Именно от таких, как некоторые сидевшие напротив меня личности, перекрестки в свое время строили по кругу, чтобы линии не пересекались.
   Но интересно. Себе на заметку: если придет в голову когда-нибудь убить демона, запастись чем-то посильнее распятия и крепкого - в смысле, молитвенного - слова (а вдруг, кстати, попадется демон, который латынь не знает? Поможет ли тогда экзорцизм?).
   - Ладно, пора сдаваться, - Диз кивнул на остывающие рогалики. - Не против, если еще пару возьму?
   - Бери всю тарелку, - посоветовала я, размышляя над демонологическими проблемами (спросить? Или неловко?). - Мне столько все равно не съесть.
   Поправочка: оставшееся количество мне было не съесть даже вместе с Максом, Райли, Софией и всей редколлегией.
   - Спасибо, - улыбнулся без насмешки компьютерщик.
   А я почувствовала, как у меня снова начали гореть щеки.
  
   Утром в коридоре перед дверью обнаружился Макс, выглядевший немногим лучше меня.
   - Кофе? - протянул он мне картонный стаканчик.
   - Печенье?
   Охотник удивленно посмотрел на сверток, но все же принял его.
   - Когда ты успела?..
   - Ночью не спалось.
   Мы молчали, пока ехали в лифте. Я грела руки о стакан с горячим эспрессо, Макс думал.
   - Все плохо? - виновато спросил он, когда мы добрались до первого этажа.
   - Нет.
   - Получилось хоть?
   Я кивнула.
   - И что? - заметив мои сомнения, он выставил вперед перебинтованную ладонь. - Можешь не рассказывать, что выяснила. Просто скажи, оно того стоило?
   Я не знала. Часть меня говорила, что я поступила правильно. Другая, более громкая, спрашивала, чего я добилась. Ничего, наверное.
   - Да, - сказала я, пытаясь убедить и его, и себя, - стоило. Что у тебя с рукой?
   Перемена темы Охотника не обрадовала. Спрятав забинтованную конечность в карман куртки, он постарался улыбнуться.
   - Ничего.
   Ничего, как же. Я уже дважды видела это "ничего". Один раз после того, как он обнаружил восемь пропущенных звонков из больницы святой Елизаветы (ни о чем не спрашивая блондина, я однажды поискала ее в Интернете и выяснила, что ошибалась: это было не какое-то тайное общество, а лечебница для душевнобольных). И второй, когда Коннор, младший брат Макса, позвонил обрадовать его известием о скором исключении из школы. После разговора Макс вернулся в гостиную со сбитыми в кровь костяшками, и мне самой пришлось помогать их перевязывать. Тогда и стало понятно, что у кого-то были не только проблемы со злостью, но и плохая привычка использовать стенку вместо боксерской груши.
   Но что на этот раз?..
   Я порывалась задать вопрос, однако разговор с Софией научил меня, что не стоит лезть и допытываться до правды, даже если очень хочется, даже если кажется, что делаешь это из лучших побуждений. Если Макс пожелает, сам расскажет. А до тех пор я могла только ждать - и надеяться, что этот момент когда-нибудь наступит.
   - У меня еще час до занятий, - сообщила я, - не хочешь себе тоже взять кофе в столовой?
   Эта улыбка была бледнее, но искреннее.
   - Извини, но должен бежать. Просто хотел убедиться, что ты в порядке.
   Я была не в порядке. Уже два месяца, с тех пор, как попала в этот странный и пугающий мир, где магия была частью повседневности, а бок о бок с тобой существовали демоны. Однако, как бы удивительно это ни звучало, после прошлой ночи я чувствовала себя немного спокойнее, будто сумела отвоевать толику контроля над своей жизнью обратно. И я надеялась - хотела верить, - что сегодняшний день станет первым шагом к тому самому порядку.
   Алхимический корпус, как всегда, встретил меня хаосом и запахом гари. Прямо передо мной по изрядно покосившейся лестнице сбежала группа пристыженных студентов, подгоняемая гневными окриками.
   - И чтобы, пока не найдете ошибку, обратно не возвращались! - ассистент Байер выглядел бы сурово, если бы не сажа, размазанная по щеке. - А, Соколова. Необходимо, чтобы вы кое-что подписали.
   "Кое-что" оказалось примерно тридцатью различными формами, напечатанными с двух сторон и максимум четвертым кеглем. Заявление на выдачу драконьей крови, уведомление об ответственности, справка о возможных рисках и опасностях, правила хранения, правила безопасности при работе с драконьей кровью... Последние, к слову, выглядели следующим образом: не пить. Не проливать. Не допускать контакта с кожей. Не допускать контакта с неодушевленными предметами из списка в приложении шесть (я пробежалась глазами по верхним строчкам: растения, книги, техника, изображения людей и животных, запорные механизмы...). Не вдыхать. Вообще не находиться рядом и не иметь к ней никакого отношения.
   - А стерильный бокс для работы с ней мне случайно не полагается? - пошутила я, впечатлившись требованиями.
   Сердито посмотрев на меня, ассистент профессора собрал все необходимые подписи (я оказалась почти права: их было двадцать девять штук) и в обмен на них выдал мне малюсенькую пробирочку с золотой жидкостью, миллилитра три, не больше.
   - Так мало? - не смогла я скрыть удивления.
   - Мало? При неосторожном обращении этого количества будет достаточно, чтобы сравнять корпус с землей. Поэтому будьте внимательнее.
   Ничего себе. Преисполнившись уважения, я максимально аккуратно положила пробирку в сумку. Однако... я почти на сто процентов была уверена, что ритуальный круг, в котором я нашла той ночью Ребекку, был нарисован драконьей кровью. И ее там было гораздо больше, чем дали мне. Что же задумал Мор?
   Мысленно я приказала себе остановиться. Что бы он ни задумал, меня это не касалось.
   Ладно, вообще-то касалось. С тех самых пор, как я умудрилась наткнуться на них посреди леса. Но сейчас у меня был выбор: наконец остановиться, к вящей радости Макса, или переть дальше напролом и пытаться выяснить, во что я вляпалась. Здравый смысл подсказывал, что первый вариант верный, а второй может закончиться историей любопытной кошки. Сложный выбор, что тут еще сказать.
   Когда я вернулась в общежитие, на дверной ручке висел пакет. Опять, видимо, Леонор решила что-то Софии передать, не встречаясь с ней лично. Или нет. На упаковочной бумаге черным маркером было выведено "Наташе".
   Действуя предельно осторожно, как сапер при разминировании, я заглянула внутрь. Содержимое оказалось не таким страшным, как я ожидала: толстая пачка отксерокопированных листов и записка с одним-единственным словом.
   "Спасибо".
   Достав копии, я взглянула на титульный лист. "Введение в демонологию", было накарябано торопливым почерком. Чей-то конспект? Пролистала чуть дальше. "Лекция 6: традиционные способы изгнания демонов в литературе позднего средневековья". Ну-ка, ну-ка... На полях, напротив перечисления методов (святая вода, молитва, перевернутые башмаки) тот же автор оставил неразборчивые комментарии карандашом: "не действует", "посоветовал поработать над произношением", "только ржет, зараза".
   Теперь ясно, от кого подарочек... Я улыбнулась. На самом деле это было даже мило.
   Тем же вечером пришлось осаждать Нору.
   - Я всего лишь прошу тебя сказать, в какой комнате он живет!
   Главная по этажу была непреклонна.
   - Это запрещено правилами.
   - Ты же дала ему мой номер телефона, - напомнила я. - Разве это не нарушает правила?
   Конечно же, это нарушало правила. И Леонор прекрасно знала это, как и то, что с тех пор за ней был должок.
   - Хоть передай ему тогда!
   Нора затравленно посмотрела на картонную коробку у меня в руках.
   - Я должна проинспектировать содержимое, - предупредила она, (почти) сдаваясь.
   Пожалуйста. Полдюжины имбирных маффинов (предвкушая целую ночь кошмаров, я нервничала, а бурная радость, с которой сотрудники редакции - и наши вечно голодные соседи-некроманты - обнаружили, что к кофе есть печенье, давала мне формальный повод и дальше зависать на кухне) смотрели на нас совершенно безобидно, но ее это не убедило. Леонор тщательно изучила их на вид и даже наклонилась, чтобы понюхать.
   - Ты ведь знаешь, что травить других студентов запрещено? - на всякий случай уточнила она.
   - В них нет никакого яда.
   Вот почему она меня подозревала, интересно? Да, вначале я реагировала на айтишника немного негативно, но это же не подразумевало, что я решила отравить его - с глаз долой, из сердца вон?
   - И ты помнишь, что проводить алхимические эксперименты на студентах тоже нельзя?
   - Никаких экспериментов, - заверила я ее.
   - И никаких вплетенных в них заклинаний?
   - Нет.
   Вообще ничего опасного, никаких подводных камней. Просто мой способ - и моя очередь - сказать "спасибо".
  
   Мне снова шесть. Или семь? Нет, все-таки шесть. Мой день рождения должен был наступить как раз через неделю.
   - Мы заберем тебя в воскресенье в пять, - напомнил отец, высаживая меня, ту, шестилетнюю, с туго - слишком туго, даже больно, как она стягивает волосы на висках, но, пока мама видит, не распустить, - заплетенной косичкой и школьным рюкзаком на плечах, в засаженном яблонями дворе.
   - Передавай привет бабушке!
   Не дожидаясь ответа, отец завел двигатель. Сквозь приоткрытое окно было слышно, что родители начали ругаться еще до того, как отъехали, - в тот год они опять чуть было не развелись.
   Пропрыгав на одной ноге по узкому бордюру, я таким образом добралась до подъезда и, привстав на цыпочки, набрала код домофона. Как сейчас его помню.
   Сорок четыре. Буква "К". Один. Два. Три. Шесть.
   Подъезд встретил меня знакомыми, но от того не менее противными запахами. Между ног на улицу прошмыгнул полубродячий, прикормленный Валентиной Ивановной с первого этажа кот, белый в рыжее пятнышко. Осторожно забравшись на первую лестничную площадку (выщербленные цементные ступеньки у входа были самыми опасными и будто скалились проглядывавшими прутьями арматуры), я стала подниматься выше.
   Второй этаж. Вечно забитый мусоропровод с не закрывающейся дверцей.
   Третий этаж. На подоконнике консервная банка (что в ней было раньше?), полная воняющих окурков.
   Четвертый этаж. Хлорка (кто ей до сих пор пользуется?) и подгоревшая пшенка.
   Старая дверь была обита рыжим дерматином. По периметру - гвоздики с декоративными шляпками, высоко, выше, чем я могла дотянуться, дверной глазок.
   - Нет, - прошептала та я, которая лежала в кровати. - Нет.
   Я - шестилетняя, проживавшая все это заново, - открыла дверь своим ключом. Как я гордилась, когда прабабушка вручила его мне на прошлый день рождения! Как же, такая ответственность.
   - Я пришла! - крикнула я, предупреждая.
   Прабабушка не выглянула мне на встречу. Должно быть, зачиталась и не услышала. Пожав плечами, я достала из советской галошницы тапочки со смешными собачьими мордами и прошлепала на кухню.
   Будь я старше, меня бы насторожил стоявший в квартире запах, сладкий и гнилостный - протухшего мяса - и кислый - от старого борща на плите, - но тогда я только удивилась. Прабабушка никогда не оставляла такого беспорядка.
   - Нет... пожалуйста...
   "Это всего лишь сон, - твердила я себе. - Я в любой момент могу проснуться".
   Это был не сон. Он уже давно мне не снился. Я даже забыла половину деталей, всплывавших сейчас с пугающей четкостью.
   И проснуться так просто не получится.
   Желтый линолеум под ногами сменила паркетная доска. Если бы я могла, я зажмурилась бы, но я всего лишь повторяла действия десятилетней давности.
   - Я не хочу это видеть...
   Чья-то рука потрясла меня за плечо. Я распахнула глаза: у моей кровати присела на корточки София, обеспокоенно разглядывавшая меня.
   - Все в порядке? Ты кричала во сне.
   Две секунды ушло на то, чтобы осознать: все в прошлом. Мне семнадцать. Я в ГООУ. В общежитии, в своей постели, наволочка под щекой намокла от слез.
   - Да, просто... кошмар приснился.
   И какой. Честно говоря, когда мне расписывали все "прелести" посланных марой снов, я была готова. К Чужому и Хищнику, к бесконечным лабиринтам с чудовищами и лесу, где единственной добычей буду я (что там еще могла придумать фантазия, сдобренная магией?). Чего я не предполагала, так это того, что против меня используют мои собственные воспоминания.
   Я вцепилась в краешек кровати. Тогда меня должны были отправить на выходные к прабабушке. Она звонила во вторник, сказать, что вернулась с дачи, и что все в силе, она ждет меня в пятницу после школы. А потом... Родителям сказали, что смерть, вероятно, наступила в тот же вторник. И никто не знал. Нужно было позвонить ей, но родители были заняты своими проблемами, а мне это в голову не пришло, - да и никто не думал, что что-то могло случиться. Несмотря на возраст, прабабушка была такой... живой. Энергичной. Жила отдельно, отказывалась от любой помощи, сердилась, когда ее пытались опекать. Никого не удивило и то, что она сама не звонила: у нее была своя жизнь, поездки за город, походы в театр, встречи с немногочисленными оставшимися подругами. Никто не верил, что все может так внезапно кончиться.
   Говорят, что для ребенка травма, когда он узнает, что Деда Мороза не существует. Не знаю. Ни в него, ни в Санта-Клауса в моей семье не верили, поэтому я не могла сказать, так ли это страшно - выяснить, что чудес не бывает. Зато я навсегда запомнила, как страшно впервые встретиться со смертью - и понять, что на самом деле значит "никогда".
   Кое-как убедив Софию, что я в норме, я прошла в ванную и остановилась у раковины, прислоняясь к зеркалу лбом. Прикосновение разгоряченной кожи к холодному стеклу успокаивало. И придавало настоящему больше реалистичности.
   "Я в ГООУ", - напомнила я себе. Призраки прошлого понемногу отступали туда, где им и полагалось находиться: в тень, в ночь, в самые темные уголки моей памяти.
   Поплескав на лицо прохладной водой, я посмотрела на свое отражение. Что и следовало ожидать: нос красный, глаза опухшие, губы подрагивали, словно (хотя почему "словно"?) я в любой момент была готова опять удариться в слезы.
   "И ведь это только начало", - пришла в голову неприятная мысль. Вряд ли мара выбрала в первую же ночь мой самый большой страх.
   Еще раз умывшись, я тихо пробралась в комнату за одеждой, - София к тому времени опять заснула, - кое-как стянула волосы в хвост на затылке и отправилась на кухню. Если я больше не буду сегодня спать, мне понадобится кофе.
   На кухне я целенаправленно пошла к сушке. Отыскала в ней свою турку, залила в нее воду, засыпала перемолотые в пыль зерна и поставила на огонь.
   - Что ты делаешь? - в голосе спрашивавшего звучало искреннее любопытство.
   Я обернулась, так стремительно, что умудрилась хлестнуть себя по лицу хвостом. Ну да, кто же еще. За стойкой, на том же месте, что и вчера, сидел Диз. А я, поглощенная своими переживаниями, умудрилась его не заметить.
   - А ты? - вместо ответа спросила я.
   - Учусь, - если демон и обратил внимание на мой непрезентабельный вид, он оказался достаточно деликатен, чтобы никак его не комментировать.
   Я подошла поближе и заглянула через его плечо в монитор ноутбука. Действительно. В текстовом редакторе был открыт файл с совершенно нормальным титульным листом. На первый взгляд нормальным.
   Проектная работа по семинару "Разработка мобильных приложений для пассивных заклинаний второго уровня"?
   Не буду спрашивать. Ничего не хочу знать.
   - Пассивными считаются заклинания, не изменяющие напрямую структуру мира, - все равно объяснил он мне. - Ко второму уровню относятся заклинания массового ненаправленного воздействия, например, не адресные иллюзии.
   - То есть открыл приложение, и окружающие больше не замечают, что у тебя рога и хвост?
   - Типа того. Только, - он забавно сморщил нос и почесал его под оправой очков, - пока батарейка не сядет. А она, сволочь, быстро садится. Но, все-таки, что ты делаешь? Это как-то связано с алхимией?
   И опять они с Софией мыслили на одной волне. Соседка меня о том же спрашивала, когда впервые увидела турку.
   - Кофе варю.
   Демон удивленно на меня посмотрел.
   - Ты ведь знаешь, что за твоей спиной стоит отличная кофе-машина? - осведомился он.
   Я знала. Но так и не смогла найти с ней общий язык. Несмотря на то, что на панели было всего четыре кнопки, каждый раз вместо кофе у меня получалась отменная... гадость.
   Это его позабавило.
   - А инструкцию к ней читать не пробовала? Вон она висит.
   Я оглянулась, но увидела только яркий плакатик "Сохраняй спокойствие и думай о хорошем". Не его же имел в виду Диз?
   - Ну да. Это старый эксперимент кафедры исследований эмоционального интеллекта. Они создавали алгоритм для распознавания эмоций, и им надо было протестировать его на как можно большем количестве человек. Тогда они и подумали: что нужно каждому студенту в университете? Конечно же, кофе! В общем, эксперимент закончился, алгоритм написали, а машина у нас так и осталась, ректор сказал, что она дает хороший воспитательный эффект. Она же очень обижается, когда к ней приходят с негативом, и варит вместо кофе бурду. Зато, когда даешь ей хорошие эмоции... Смотри.
   Выскользнув из-за стойки, он направился к монстру-автомату и уже через минуту вернулся с кружкой, даже оттуда благоухавшей ароматом хорошо приготовленного эспрессо.
   - Меняемся, - заявил Диз и, прежде чем я успела возразить, переставил чашки.
   Мне досталась красная пол-литровая - такую и поднять тяжело, не то что из нее отпить. Ему - моя с совой, которую я только успела поставить на стойку.
   - Пить можно, - вынес он вердикт, с потешной осторожностью пробуя сваренный по старинке кофе.
   Я, справившись с возмущением, пригубила свой.
   - Интересно, о чем ты сейчас думал? - вырвалось у меня против воли.
   Компьютерщик расплылся в довольной улыбке.
   - Секрет. Что, вкусно?
   Не то слово. Нектар и амброзия, напиток богов. Что, кстати, напомнило мне...
   - Я ведь так перед тобой не извинилась.
   - За что? - удивился демон, допивавший кофе из моей кружки.
   - За футболку, - готова поспорить, что то пятно от вина было не отстирать ничем.
   Улыбка погасла, зеленые глаза мигом посерьезнели. С тяжелым вздохом Диз отставил чашку в сторону.
   - Что ты теперь натворила?
   Меня очень заинтересовала поверхность кухонной стойки, я даже покарябала ее ногтем. Вроде пластик, но... Белая, кристально-чистая, без единого пятнышка - и это в помещении, которым ежедневно пользуются две сотни неряшливых студентов? Вот она, должно быть, магия. Впечатлявшая ничуть не хуже файерболов.
   Я бы, наверное, не стала ничего говорить. Не ему. Но с того самого... возраста я тяжело переносила кошмары. И я устала. Безумно, словно все произошедшее за два последних месяца разом навалилось и норовило погрести меня под собой. А он был сейчас рядом - и, видимо, правду говорят, ничто не сближает так, как бессонница, поделенная на двоих.
   - Ты рассмотрела круг? - спросил он, когда я закончила рассказывать.
   Очки, которые на протяжении последних минут он крутил в пальцах, исчезли. Просто растворились в воздухе, как будто их и не было. Вот я так и знала, что что-то здесь нечисто, без колдовства не обошлось! Откуда он их все время доставал? Точно не из кармана джинсов, туда и паспорт запихнуть было бы проблематично, настолько узкими они были. А сумки у него при себе обычно не было.
   - Нет, - ответила я, оторвав наконец взгляд от его рук.
   Это не было неправдой. И не совсем было правдой. Чертов ГООУ, я здесь скоро в паталогическую лгунью превращусь! Но все же, что-то удерживало меня от того, чтобы открыться ему полностью.
   Диз встал и, подцепив по пути опустевшие чашки, отправился к автомату, заваривать кофе по новой.
   - Значит, мара, - задумчиво протянул он. - Оригинальный подход. Но в случае гаапова круга понятный: они стирают знания, но не трогают эмоции. Не могут. Мары подцепляют переживания... А мы еще удивлялись, как Охотникам удается восстанавливать память.
   - Я ведь не раскрыла никакой страшной тайны Охотников? - спросила я испуганно и виновато.
   Об этом я как-то не подумала. Интересно, у них есть статья за выбалтывание секретной информации? Я надеялась, что нет.
   - Не переживай, я никому не расскажу. Обещаю.
   Он поставил передо мной чашку - на этот раз мою - и снова занял место напротив.
   - А договор о неразглашении подпишешь? - без особой надежды поинтересовалась я. Ну вот не было у меня особой веры в его честное слово.
   - А что я за это получу?
   - Мою благодарность? - предложила я.
   Диз только фыркнул.
   - Маловато будет. Я же говорил: равноценный...
   - Обмен. Первое правило алхимии, я помню, - закончила я за него.
   - Почему алхимии? Разве первое правило алхимии не "чуть что, ноги в руки, и беги"? - недоуменно нахмурился демон.
   Мне удалось сбить его с толку. В самом деле, и перед кем я "Стального алхимика" цитировала?
   - Значит, мара... - повторил Диз, поглядывая на меня с неожиданным сочувствием.
   - Ага, - я легонько подула на кофе. Горячий. - Кстати, а зачем им кошмары?
   - Не кошмары, эмоции, которые они вызывают, - поправил меня компьютерщик.
   - Зачем им эмоции?
   - Своих не хватает, - пошутил он. По крайней мере, я надеялась, что пошутил. - Ты знаешь, что такое магический фон?
   Я с энтузиазмом закивала. Одна из немногих тем в учебной программе ГООУПиОАатСДиРН, которую я понимала! Ну, как, понимала... Я представляла его себе как радиацию: ты его не видишь, не чувствуешь, но он есть. И выделяется всем живым в нашем мире. Чем-то меньше, чем-то, например, магами или созданными ими артефактами, больше. Окружавшие меня люди (и нелюди) утверждали, что это "излучение" можно было увидеть - или хотя бы почувствовать, - но, как обычно, я была чуть менее чем безнадежна.
   - Чем сильнее эмоции, тем больше они ощущаются. А страх - очень сильное чувство, тебе следовало бы быть с ним осторожнее.
   Почему? И вообще, что за инсинуации?
   - Хочешь сказать, я пышу эмоциями, как печка жаром? - оскорбилась я.
   Диз улыбнулся.
   - Хуже. Ты фонишь как Чернобыль.
   Более сомнительного комплимента я еще не получала.
   - Допустим. И что с того?
   - То, что мары питаются магией, которую ты выделяешь вместе с эмоциями. Наш мир не так щедр, как ваш. Вы можете вытягивать магию прямо из воздуха, мы - нет.
   Но зато они могли вытягивать магию из других. Каннибализм какой-то.
   - Только мары, или на вашей стороне у всех такой рацион? - уточнила я.
   - У всех.
   Ой. Я поспешила отодвинуться.
   - Я тебе уже говорил, мне не нужна твоя магия, - поморщился Диз, заметив мой маневр. - И, будем откровенны, страх не очень уж вкусен. Злость лучше, но я все же предпочитаю кофеин.
   Я ошеломленно уставилась на него. В голове не укладывалось: магическая подпитка чувствами, энергетический вампиризм и прочие любимые темы эзотерических журналов для пенсионеров и домохозяек. Если бы я не провела два месяца в ГООУ, ни за что бы не поверила. Но это откровение было еще не самым странным из услышанных мною здесь. Минутку, но кто тогда схарчил целую тарелку печенья, и зачем?
   - Ты не о том думаешь, - сообщил Диз, доливая в кружку молока и высыпая туда один за другим три пакетика с сахаром. Я снова попыталась впасть в ступор. Зачем существу, питающемуся чувствами, сахар, да еще и половина дневной нормы в одной чашке? - Главный вопрос сейчас: что ты собираешься делать?
   С марой?
   - Не спать?
   Демон с сомнением на меня покосился.
   - Сколько ночей ты ей должна?
   - Еще тринадцать.
   И, чтобы пережить их, мне понадобится много, очень много кофе. И чая. И какие-нибудь физические упражнения, наверное. Позитивная новость: у меня наконец появится повод заглянуть в университетский спортзал!
   - Ты когда-нибудь слышала о такой штуке, как депривация сна? - поинтересовался Диз. - На пару дней твой план, может, и сгодился бы, но две недели... Головокружение, обмороки, постоянный озноб, галлюцинации, бред, паранойя... Впрочем, последней у тебя и без того хватает.
   А ведь мог бы просто пожелать удачи. Я вздохнула. Все равно, после увиденного сегодня сна любой делирий был предпочтительнее.
   - И я даже не говорю об этической стороне вопроса, - продолжал он. - Насколько я понял, мара выполнила свою часть договора. А ты хочешь платы избежать. Опять.
   Дожили. Демон поучал меня морали.
   - Как будто ты такой честный и не воспользовался бы лазейкой! - возмутилась я.
   Я не нарушала никаких правил: я обещала маре свои сны в течение следующих двух недель. Но, если нет снов, разве это моя вина?
   Демон рассмеялся:
   - И снова оскорбления? Вот теперь я тебя узнаю. А то ты вторую ночь подряд какая-то слишком добрая.
   - Разве? - удивилась я и задумалась.
   Слишком добрая? Да вроде нормальная, я лично ничего такого не заметила. Да, я на него не сердилась за обидные прозвища - Диз сдержал свое слово и не называл меня крошкой, - и не подозревала его во всех смертных грехах... и даже была рада увидеть его сегодня на кухне, но в целом я была совершенно обычная. И вела себя с ним совершенно так же, как с любым другим человеком.
   От дальнейшего самокопания меня отвлекло деликатное покашливание.
   - Не то чтобы мне хотелось поднимать эту тему, но тебе не кажется странным, что обратиться к маре, зная, какой тяжелой будет плата, предложил твой обожаемый Охотник?
   Опять. Опять он будет намекать на то, что Макс не так чист, как кажется.
   - "Только одна, я многие, у меня тоже нет семьи, кто я?" - с тяжелым вздохом пробормотала я, уперев взгляд в чашку с кофе.
   Диз нахмурился.
   - По-моему, недостаток сна уже сказывается. В этом предложении нет никакого смысла.
   Ну да, кому я опять цитировала поп-культуру? Тому, кто точно не оценит.
   - Сейчас ты сообщишь, что Макс мой наблюдатель, которого приставили ко мне Охотники, - перевела я предыдущую фразу на нормальный язык.
   - Ты сама это сказала. И ты подозрительно спокойна, - окинул меня оценивающим взглядом Диз. - Давно догадалась?
   - После твоего первого намека.
   Кажется, мне удалось его удивить.
   - Я же здесь диковинка, верно? Обычный человек, невесть как попавший в ГООУ. Никто об этом не говорит, но это... чувствуется, - именно поэтому я особо ни с кем не сблизилась кроме Софии, Макса и Райли. Каждый раз терпеть удивленные взгляды и расспросы... В них не было ничего обидного, но все же было неприятно. - Таких, как я, было еще двое за последние восемь лет. Немного.
   - Потому что обычно магия проявляется в первые семь лет жизни, и тогда ты бы знала к моменту поступления все то, что знают остальные. Тебя бы изъяли и всему научили. Либо магия могла проснуться во взрослом состоянии после сильного потрясения, но, полагаю, этого не было... А после восемнадцати тебя бы уже не отправили сюда. Слишком малы шансы, что ты научилась бы ее контролировать, поэтому обычно только обнаруженных взрослых магов Охотники уничтожают. Соответственно, таких случаев, чтобы они нашли кого-то незадолго до совершеннолетия и послали в ГООУ, ничего не знающего, почти нет.
   Вот и у меня были подозрения, что я не просто так здесь оказалась.
   - И тогда, у костра, ты сказал, что Диана выбрала меня. Что ты имел в виду?
   - Это и имел в виду. Ты же не думала, что совершенно случайно подошла к ее алтарю и именно ей принесла жертву?
   Ну... вообще-то, именно так я и считала.
   - Мало ли, куда я могла забрести по пьяни.
   Диз покачал головой.
   - От вина с Митикас невозможно опьянеть, это не самогон, который проносят на праздники алхимики. Нет, все гораздо проще: ты ее заинтересовала, хотел бы я знать, чем, - мне достался еще один долгий, внимательный взгляд, - и она привела тебя к себе посмотреть.
   У нас были определенно разные представления о том, что значило "гораздо проще". И... если он был прав, я тоже хотела бы знать, чем привлекла ее внимание. И кто "привел" меня в лес к Мору.
   - В любом случае, выходит, что у Охотников ко мне какой-то интерес. Тогда логично было бы поставить кого-то своего для наблюдения.
   И это объясняло бы, почему Макс стоически терпел все мои закидоны, молча и не высказывая (почти) своего мнения, даже если я рвалась сделать глупость. Удержаться рядом любой ценой, пусть ему это совсем не нравилось. Я горько усмехнулась.
   - Я что-то упускаю? Если ты все понимаешь, почему ты еще от него не сбежала?
   Я медленно отпила кофе. Аккуратно поставила чашку на столешницу. И решилась. Если не быть искренней в три часа ночи, то когда?
   - Потому что мне нравятся люди, чью мотивацию я понимаю.
   - Ты не знаешь его мотивацию, - резонно заметил Диз, - ты не знаешь его приказов.
   - Я предполагаю.
   Наблюдать и не вмешиваться, какие бы решения я не принимала. Хочу вызвать демона? Пожалуйста. Хочу сломать себе шею? Вперед.
   - Самому подсовывать тебе мару - это уже не наблюдение. Это прямое вмешательство.
   Верно... Но у меня были предположения и на этот счет. Первое, возможно, несколько наивное и романтичное: Макс предложил помочь, зная, что остальные мои попытки добраться до правды окажутся еще опаснее. А они могли быть опаснее, вспомнить хотя бы встречу на архитектурном факультете! Второе, вероятно, более реалистичное: Охотникам надоело ждать, пока моя магия себя как-то проявит, и они решили ускорить события. Как там сказал Диз, "после сильного потрясения"? Наведенные марой сны вполне соответствовали критерию.
   - Тем не менее, я могу понять его. И доверять ему. А вот тебя, - я ткнула в его сторону ложкой, - я совсем не понимаю. Зачем ты мне помогаешь? Взять хотя бы этот конспект, где ты, кстати, его взял?
   - Скопировал у знакомого, - пожал плечами Диз. - Я говорил тебе, я верю, что книги гораздо эффективнее твоих допросов с пристрастием. Но, увы, все более-менее правдоподобные книги о нас находятся в закрытой секции, и я не могу тебя туда послать.
   Почему-то у меня возникло впечатление, что слово "туда" было добавлено в последнюю фразу исключительно из вежливости.
   - Ладно, но зачем? Что тебе от меня нужно? В доброту и безвозмездную помощь я не верю, уж извини. Для этого ты слишком часто напоминал про равноценный обмен. Так что ты хочешь получить от меня взамен, Диз?
   Задав вопрос, я уставилась в поверхность стола. Почему-то смотреть ему в глаза сейчас было страшно.
   - Думай.
   Я уже думала. Провела не одну минуту за размышлениями. Но так ни к чему и не пришла. На душе стало гадко. Собственно, я не ожидала, что он кинется отрицать наличие у себя скрытых мотивов. Надеялась, но не ожидала.
   - Думай, - повторил он. Судя по тону, он улыбался. На ум пришла лишенная веселья ухмылка - оскал - Мора. - Было бы глупо, если бы я сам раскрыл тебе свои планы.
   Наконец я подняла взгляд. Он действительно улыбался - весело и лукаво - и казался еще более довольным, чем когда я похвалила его кофе. Его так обрадовал мой вопрос? Я ничего не понимала. Его не понимала. И сомневалась, что это когда-нибудь изменится.
  
  
  
   Машина для перемещений во времени и пространстве из британского сериала "Доктор Кто"
   Вымышленное учебное заведение из произведений Говарда Лавкрафта
   Краткое описание учебного курса
   Curriculum Vitae, резюме
   Также известная как "правило пятнадцати минут", означающее, что и преподаватели, и студенты имеют право задерживаться на это время
   Персонаж Г. Ф. Лавкрафта, воплощение Хаоса
   Персонаж комиксов издательства Vertigo, частный детектив, экзорцист и оккультист
   англ. Chick Lit, дословно - "женское чтиво"
   Лат. "то за это", т.е. "услуга за услугу"
   Обозначение учебного курса для начинающих
   англ.; дословно "разнообразие". В данном контексте - уважительное отношение к (в т.ч.) культурным, этническим и религиозным различиям и отсутствие дискриминации
   "Какого черта..." (швед.)
   Наташа цитирует "Темное дитя", канадский научно-фантастический сериал про женщин, которые узнают, что являются клонами. В сериале загадочная организация втайне ставит к главным героиням наблюдателей под видом друзей, любовников или мужей.
   Самая высокая вершина Олимпа
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 7.47*177  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Сокол "На неведомых тропинках.Шаг в темноту" М.Комарова "Со змеем на плече" И.Эльба, Т.Осинская "Маша и МЕДВЕДИ" В.Чернованова "Колдун моей мечты" М.Сакрытина "Слушаю и повинуюсь" С.Наумова, М.Дубинина "Академия-фантом" Т.Сотер "Факультет прикладной магии.Простые вещи" Д.Кузнецова "Кошачья гордость,волчья честь" Г.Гончарова "Полудемон.Месть принцессы" А.Одинцова "Любовь и мафия" С.Ушкова "Связанные одной смертью" М.Лазарева "Фрейлина специального назначения" А.Дорн "Институт моих кошмаров.Здесь водятся драконы" В.Южная "Мой враг,моя любимая" С.Бакшеев "Опасная улика" В.Макей "Ад во мне"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"