Дорошенко Александр: другие произведения.

Встретимся над облаками. Часть первая

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
Оценка: 7.90*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Попавший в ловушку восемнадцатилетний Тимур Гарин, сержант Армии Обороны Терры, неожиданно получает шанс на спасение. Пройдя через межпространственный портал он оказывается на планете, населённой крылатыми людьми. Уставший от войны солдат с радостью вливается в мирную жизнь не подозревая о том, что скоро ему вновь придётся взять в руки оружие и встать на защиту своего нового дома... Книга предназначена для тех кто несмотря ни на что сохранил в душе детскую мечту о свободном полёте над облаками, наперекор границам и запретам.

  Встретимся над облаками.
  
  Когда подступаешь к воротам рая, мобилу - в карман штанов,
  Так бомбу в карман галифе совал лихой комиссар Жухрай.
  На вахте тебя тормознут и спросят: - "Эй, паря, кто ты таков?!"
  А ты в амбразуру швырнёшь мобильник - и сразу ворвёшься в рай.
  
  Какое их, в сущности, дело собачье - кто ты и зачем идёшь?
  Когда все - сюда, только ты - отсюда, по рваному льду скользя,
  Где против законов природы рая - хреначит и снег, и дождь.
  А в эти врата можно только войти, а выйти уже нельзя.
  
  Проскочил - и до кучи привет!
  Хорошо, что попутчиков нет.
  Хорошо, что ни с кем не делить,
  Не молчать третий тост.
  Райский плац - для разбитых сапог,
  Для того, кто теперь одинок.
  По краям подорожник в пыли
  Да бурьян в полный рост.
  
  Когда оторвёшься, Мухтару в зубы полпачки отдав махры,
  Когда отобьёшься на ржавой шконке за сорок шальных секунд,
  Матрос из "Курска" придёт и сбреет седые твои вихры,
  Ворча тихонько: "Ещё салага, а разблатовался тут..."
  
  И будет тебе не море сниться, не сказочный Херсонес,
  Туманный колокол тоже будет звонить не по снам твоим.
  Приснится старый вагон-теплушка и мимо летящий лес,
  И рядом с тобою - в платке девчушка, и вам хорошо двоим.
  
  (Андрей Земсков. Баллада о солдате).
  
  
  Глава 1. Двое.
  
   - Смотри, братик, я поймала солнце! - Янка в восторге повернулась ко мне. Диск дневного светила едва просвечивал сквозь плотную пелену облаков и не слепил глаза. Девочка свела большой и указательный пальцы так, словно действительно схватила отливающую медью небесную монетку и теперь ждала похвалы.
   - Молодец, - кисло ответил я, делая чудовищное усилие, чтобы вновь не задремать. После ночи проведённой без сна голова просто раскалывалась. Срочно требовалось найти какое-нибудь полезное занятие. Например, поесть.
   - Перекусим?
   - Точно, давай! А что у нас сегодня на обед?
   - Думаю что суп из чёрных трюфелей на первое и жаркое из фазана на второе. И разумеется бланманже на десерт.
   С этими словами я залез в ранец и вытащил два пластиковых пакета полевого солдатского рациона. Янка подобравшись поближе, присела на корточки. Сквозь огромные дыры в грязных джинсах вылезли чёрные, разбитые коленки. Процесс приготовления пищи не требовал особых кулинарных талантов. Достаточно оторвать верхнюю часть пакета, залить содержимое водой из фляги и немножко подождать пока бурый порошок внутри разбухнет, превратившись в нечто напоминающее по виду кашу-размазню.
   Получив свой паек, девчонка торопливо запустила внутрь пятерню, перемешала и принялась насыщаться, выгребая содержимое рукой. Я последовал её примеру - ложек у нас не осталось. За месяц похода, рацион успел приесться до рвоты, но приходилось терпеть. Впрочем, моя спутница лопала его с таким упоением, что хоть сейчас снимай для рекламы. Оставалось только тихо завидовать её отличному аппетиту.
   Янка мне вовсе не сестра и вообще даже не родственница. Мы подобрали её три с половиной недели назад, когда плутали в лабиринтах развалин второй промышленной зоны. Когда появился наш отряд, девчонка из последних сил отбивалась от двух "Пауков" и "Краба" и была уже готова торжественно склеить ласты. Оголодавшая почти до звериного состояния, чёрная от усталости, первые два дня она молчала и только зыркала настороженными глазами из-под копны грязных, спутанных волос. Потом Вика, наш штатный кинолог, имевшая огромный опыт работы со зверёнышами всех мастей сумела её разговорить. История найдёныша оказалась проста и по нынешним временам совсем не вызывала удивления.
   Ещё три года назад равнина Южного сектора была относительно безопасна, а патрули Цитадели своевременно уничтожали редкие отряды чужаков, которые каким-то чудом прорывались через Электрический Вал. Многочисленные коммуны и независимые поселения процветали, снабжая армию всем необходимым. Затем, после разгрома бригады Коваленко в трёхдневной битве при Остале и падения Ирниса сектор, по сути, оказался в руках пришельцев. Большинство жителей бежали на север под крылышко Цитадели, но среди руин осталось несколько групп упрямцев, самоуверенно решивших, что справятся сами.
   Яна жила в одной из таких коммун населённой членами секты Пришествия Цибитусов. Поселение находилось под землёй, его обитатели почти не выходили на поверхность, выращивая продовольствие на гидропонных фермах. Поначалу всё шло хорошо, но потом наступила расплата за легкомыслие: одна из Стай смогла каким-то образом засечь людей. Бедняги сражались с отчаянием обречённых за каждый туннель, роботы несли чудовищные потери, но силы были неравны. Когда стало ясно, что конец неизбежен, сектанты собрали уцелевших поселенцев и несколькими отрядами отправили на поверхность через аварийный выход, надеясь на то, что хоть кто-то сможет спастись. Отряду, в который входила моя "сестрёнка" не повезло. Из полусотни человек чудом уцелела только она одна, остальных уничтожили в коротком, жестоком бою. Больше месяца девочка пряталась среди руин, питаясь крысами и насекомыми пока, наконец, не повстречалась с нами. В отряде Яна, быстро освоившись, стала всеобщей любимицей. Живая, подвижная как шарик ртути она неизменно вызывала восхищение среди ребят. Даже у нашего командира Богдана Тимофеевича - "Батяни Богдана", теплел взгляд при виде её потешной мордашки. Правда я так и не понял, с какого перепугу соплячка записала меня в свои родственники. Первое время её бесконечное "братик" страшно раздражало, затем я привык, втянулся в игру и принялся в ответ звать непоседу сестрёнкой. А что, с меня не убудет, а ребёнку приятно...
   - Может ты поспишь, а я покараулю? - чумазая мордашка Яны двоилась и расплывалась перед утомлёнными глазами.
   - Нет, всё в порядке... сейчас немного посижу, и мы пойдем снова... - пробормотал я непослушными губами и заснул.
  
   Катастрофа случилась позавчера днём. Наш патрульный отряд - восемь бойцов, девчонка и гибрид, благополучно перейдя широкое шоссе ?41, двигался среди руин небольшого городка Ермаково. Полуторамесячный рейд подходил к концу, через четыре дня мы должны были вернуться в Цитадель. Места были тихие, Стаи Чужих никогда раньше здесь не появлялись и ребята в предвкушении скорого отдыха предательски расслабились...
   Четыре "Паука" беззвучно выскочив из мусорных куч, кинулись на Джека. Гибрид не успел даже гавкнуть, когда стальные клинки буквально разорвали его на куски. Кинолог Вика закричала от боли (гибриды и проводники связаны друг с другом на телепатическом уровне) и, не осознавая себя, кинулась на помощь погибающему питомцу.
   - Стой! - гаркнул Батяня, но было поздно. С грохотом обрушились непрочные кирпичные стены и окружённые облаком пыли в нашу сторону двинулись два "Скарабея". Правая машина выпустила сгусток плазмы и перерезанная пополам Вика рухнула на асфальт. Мы прыснули в стороны спеша найти укрытие. "Скарабеи" ребята серьёзные - лучемёт не в силах пробить броню машины даже в упор, зато прямое попадание их плазменной пушки прожигает насквозь любой бронекостюм.
   - Бес, мать твою, что ты копаешься, жги! - крикнул командир.
   Яростно ругаясь, плазмомётчик спешно переводил оружие из походного положения в боевое. На это ему требовалось секунд тридцать. Слишком много. Ничего не скажешь, Чужие отлично подготовили засаду. Видимо они знали, что наш гибрид способен учуять любой работающий электронный прибор в радиусе пятидесяти метров и потому своевременно перевели системы в "спящий" режим, устроив сюрприз с фейерверком.
   Я втиснулся между двумя бетонными блоками, лупанул плазмой из подствольника по ноге ближайшей машины, промахнулся, взвыл от ярости и тут Янка-Обезьянка показала высший класс. Сжав зубы, девчонка подбежала к правому "Скарабею", и кошкой вскарабкалась на крышу по одной из суставчатых лап. Вооружена наша кроха была стандартным оружием сектантов - копьём с силовым наконечником, штукой смертоносной в ближнем бою, но абсолютно бесполезной на дистанции. Все мы при виде этого акробатического трюка подавились собственным дыханием. Девочка смертельно рисковала, ведь у неё не было даже обычного бронекостюма - любой Паук мог убить её простым взмахом лезвий.
   Схватив обеими руками древко копья прозванного за длинный клинок "ассегаем" она со всей силы ударила в щиток панциря защищающего от осколков хрупкую электронную начинку роботанка. Силовое поле, окружавшее стальной наконечник легко прошило броню, и "ассегай" до упора погрузился в переплетение микросхем и печатных плат. Брызнули искры, Янка, не удержавшись на ногах, шлёпнулась на попу. Повреждённый "Скарабей" не потерял подвижность, зато перестал ориентироваться в пространстве. Забыв обо всём на свете, он начал кружится на одном месте, яростно паля из пушки.
   - Прыгай, дура! - завопил я, готовясь выскочить на помощь, но "сестрёнка" не нуждалась в моих приказах. Выдернув копьё и сверкнув босыми пятками, девчонка колобком покатилась по броне, шмякнулась на землю и лисой метнулась к ближайшему укрытию.
   В следующее мгновение раненный "Скарабей" влепил заряд плазмы в борт своему товарищу, и тот взорвался, словно перегретый паровой котёл. Бес вскинул пушку и успокоил ослепшего страдальца прямым попаданием в корму. Как только смолк грохот второго взрыва, я вытянул за шиворот спрятавшуюся Яну. Ей очень повезло - кроме нескольких царапин и ссадин она совершенно не пострадала.
   - Ещё одна такая выходка и я тебя точно выпорю, слышишь?
   - Внимание! - громко сказал батяня, вскидывая левую руку, на которой уже сидел "сокол" - маленький летающий дрон-разведчик. Я, прекратив воспитательную работу, торопливо опустил на глаза козырёк полевого коммуникатора. Сокол пошёл вверх по спирали, на стереоскопическом экране замелькали руины. И, к сожалению, не только они одни...
   - Мать моя, женщина! - протянул Бес. - Нам всем пи... прости Яночка, крышка!
   Из-за наступающих "Пауков" и "Крабов" не было видно земли, следом за ними сосредоточенно топали "Скарабеи". Смертоносный вал накатывался с неотвратимостью цунами, и было понятно, что жить всем остались считанные минуты.
   - Тимур, - скучным, повседневным тоном сказал Богдан Тимофеевич, скидывая ранец и вытаскивая из кармана командирский планшетник. - Возьми, здесь данные по рейду. Передашь в штабе Самойлову лично в руки. А теперь Янку в охапку и брысь отсюда!
   - Но командир...
   - Давай, не спорь! - хищно осклабился Бес, раздвигая сошки плазмогана. - Мы их встретим. Умоются твари кровушкой!
   Это было неправильно, это было подло, но привычка повиноваться приказам настолько въелась в кровь, что я лишь коротко отдал честь, засунул в ранец планшетник и, схватив подмышку, упирающуюся девчонку бросился бежать. Долго ещё за спиной слышались выстрелы и взрывы. Наш отряд недаром считался лучшим в Патруле...
  
   - Братик, братик! - тревожный голосок Янки вырвал меня из омута сновидений. - Проснись, там кто-то ходит!
  Бестолково глядя на мир слепыми со сна глазами, я торопливо схватился за лучемёт. Девочка отползла в сторону и приготовила копьё. Справа и слева послышался шорох и быстрый перестук многочисленных лапок. Указательный палец ласково обнял холодный спусковой крючок...
  "Пауки" атаковали как всегда одновременно с разных сторон. На самом деле, эти небольшие, размером со среднюю собаку роботы не очень опасны, особенно для человека облачённого в бронекостюм. Их пластиковые панцири легко разрушаются выстрелом лучемёта, или просто хорошим ударом приклада. Плохо когда тварей много, а особо хреново, когда те действуют в компании с "Крабами".
  "Крабы" - главная ударная сила Чужих. Они быстры, маневренны и сильны не только в ближнем бою, но и на средних дистанциях. Их скорострельные плазмомёты очень опасны и превосходят по мощности наше лазерное оружие. Особенно хорошо поганцы чувствуют себя на пересечённой местности, где можно устроить засаду. Вот почему когда на нас бросились "Пауки", я ни на секунду не усомнился в том, что старшие товарищи ползают где-то рядом.
  "Сестрёнка" отпрыгнула в сторону, взмахнула копьём и прикончила одного из нападавших. У неё это здорово получилось. Ещё бы, набила руку, когда жила одна. Я хладнокровно как в тире расстрелял двух оставшихся гадов, затем бросил тревожный взгляд на индикатор заряда батареи - энергии осталось на четырнадцать выстрелов. Плохо, очень плохо.
  "Краб" выскочил из-за бетонной плиты и выпустил плазменный сгусток в сторону Яны. Промахнулся. Наглый "Паук" подкравшийся сзади, прыгнул мне на плечи и сбил с ног. Сталь клинков лязгнула о пластик брони. Девочка плюхнулась на пузо и перекатилась за камень, уходя от второго выстрела. Я стряхнул неожиданного визитёра и приложил прикладом. Хрустнул пластик, в нос ударила вонь горящей изоляции. "Сестрёнка" встала на колени, вытянула из кобуры ракетницу и, держа оружие перед собой обеими руками, высунулась из укрытия. По глазам ударила вспышка, ракета, шипя, покинула ствол. Лобовую броню Краба украсил оранжевый цветок взрыва, после чего пришельцы стали беднее ещё на одного робота.
  - Ходу! - крикнул я, вскакивая на ноги. Девочка одним движением переломила ствол, вытряхнула, пустую гильзу, вставила новую ракету. Затем подхватила ассегай и подбежала ко мне. Поразительно, но в бою она всегда оставалась предельно собранной и хладнокровной, словно опытный солдат. Впрочем, в противном случае ей никогда не удалось бы выжить в одиночку так долго.
  - Ещё ракеты остались? - спросил я.
  - Не-а, последняя.
  - Плохо.
  Это оружие Бес смастерил специально для неё, переделав обычную сигнальную ракетницу так, чтобы та могла стрелять боевыми боеприпасами. Лёгкая, практически лишённая отдачи она идеально подходила для тонкой детской руки.
  В развалинах вновь зашуршало. Поминутно оглядываясь, мы двинулись быстрым шагом, стараясь держаться открытых мест. Похоже, Чужие решили довести до конца начатое дело, не считаясь с потерями.
  Полтора часа спустя, мы вышли на широкую улицу и остановились в нерешительности, не зная, куда идти дальше. По обеим сторонам тянулись высокие стены каких-то промышленных корпусов без окон и дверей. Улица упиралась в невысокий забор с запертыми воротами, за которым виднелось огромное бетонное здание непонятного назначения.
  - Пойдём к дому, - решил я. - Возможно, там у нас получится спрятаться.
  - Ага, - устало сказала девочка, беря меня за руку. - И отдохнуть.
  Мы двинулись по потрескавшемуся асфальту, внимательно прислушиваясь. Положение было - хуже не придумаешь. Мой лучемёт полностью разряжен, в пистолете осталось шесть патронов. Он, да последняя Янкина ракета - все, что есть для самозащиты. Ах, да, в подсумке болтается осколочная граната, но её нужно оставить на самый крайний случай. Единственный шанс спастись это найти надёжное укрытие и подождать пока крохотный реактор, встроенный в приклад вновь зарядит батарею.
  Лучемёт - отличное оружие: лёгкое и надёжное. Мощности лазерного луча достаточно чтобы уложить "Паука" и "Краба", а подствольный плазмомёт поможет разделаться со "Скарабеем" и если повезёт с "Валькирией", но для длительного боя он совершенно непригоден. Полного заряда хватает на девяносто выстрелов лазером и пятнадцать плазмой, после чего нужно ждать несколько часов пока реактор не восполнит запас энергии. Более продвинутые модели снабжены съемными батареями, но они тяжелее и требуют больше ресурсов для производства. Вот потому и штампуют наши заводы оружие попроще да подешевле, такое, каким может пользоваться даже ребёнок. Мы медленно проигрываем войну, под ружьё поставлены все, кто способен держать оружие. Да что говорить, если даже в патрульные отряды - элиту армии, начали включать бойцов всего на пару годков старше Янки, а планку призывного возраста опустили с двенадцати до десяти лет. Ещё два-три года такой мясорубки и боюсь, что против роботанков станут бросать ползунков из ясель с плазменными минами, привязанными к спине.
  Мы шли молча, усталость, накопившаяся за последние дни, давала о себе знать. "Сестрёнка" поминутно зевала и, похоже, почти спала на ходу. До забора с воротами осталось совсем немного. Я ещё успел подумать, что стоит принять таблетку стимулятора, засунул руку в нагрудный карман, как вдруг, земля задрожала, и бетонная стена метрах в пятнадцати от нас пошла трещинами. Сердце стукнуло и благополучно усвистало в пятки. Мигом, забыв об усталости, мы рванули с места, словно мелкие воришки, получившие изрядный заряд соли в филейную часть, а за нашими спинами из пролома на улицу суетливо выползал "Броненосец" разбрасывая передними ногами осколки бетона. Тяжёлый танк прорыва размером с автобус он был абсолютно неуязвим для ручного оружия и по праву считался самой опасной боевой единицей пришельцев.
  Выбравшись на проезжую часть, смертоносная машина развернулась в нашу сторону, затем с лёгким жужжанием из корпуса выдвинулась небольшая башенка с тупым обрубком плазменной пушки. Мы с Янкой одновременно подлетели к забору и почти не останавливаясь, перемахнули на ту сторону. Вот что значит страх, помноженный на бешеный заряд адреналина.
  Я огляделся и даже застонал от отчаяния. До спасительного дома было почти сто метров открытого пространства. Несколько ржавых до прозрачности автомобилей разбросанных по площади не могли обеспечить укрытие. Приплыли. Здесь нас и похоронят! Глухо ахнула пушка, часть забора разлетелась в вихре осколков. Послышался быстрый перестук тяжёлых шагов. "Броненосец" шёл добивать проклятых людишек, которые, несмотря на все старания, никак не хотели сдохнуть.
  Окинув площадь тоскующим взглядом, я увидел неподалёку внушительную дыру в асфальте. Похоже, прямо под нами располагалась подземная парковка. Вот он шанс! Янка, которая при падении со стены в очередной раз рассадила свои многострадальные коленки, негромко ныла, размазывая сопли по физиономии.
  - Пошли! - крикнул я, хватая её за плечо.
  - Я копьё потеряла! - простонала она.
  - Плевать! Бежим, сейчас он будет здесь!
  Мы кинулись к дыре последним, яростным спринтерским броском. Топот за спиной становился всё громче... Нам, не хватило буквально нескольких секунд. Нескольких коротких, гадских секунд. Я уже разматывал прицепленный к поясу крепкий фал с кошкой на конце, который должен был помочь безопасно спустится вниз, как грянул новый выстрел. Взрывная волна ударила в спину сокрушительным пинком. Меня швырнуло в переплетение ржавой арматуры, перед глазами распахнулась хищная пасть пролома. Я полетел в темноту, обрушился на проржавевшую крышу автобуса стоящего под дырой, пробил её насквозь и приземлился на гору прогнивших сидений.
  От перелома позвоночника меня спас бронекостюм принявший на себя основной удар. Я лежал на спине и тупо пялился в потолок, где в клубах ржавой пыли светил яркий проём отверстия.
  - "Неужели жив? Невероятно! Когда вернусь, поставлю Богу свечку. Нет, лучше две, за себя и за... Яна! Где Яна"!
  Одним быстрым движением я нажал кнопку пульта управления костюмом. В предплечье вонзилась игла и впрыснула в тело мощную порцию стимулятора. Рискованный поступок, но выбора нет, сейчас мне понадобятся все силы. Разбросав по сторонам дурацкие сиденья, я выпрыгнул через окно и мягко приземлился на бетон.
  - Яна, ты где? Сестрёнка?
  Слабый стон был ответом. Обежав покосившуюся машину, я внезапно остановился, словно наткнувшись на невидимую стену. Девочка лежала в лужи крови маленькой сломанной куклой и смотрела на меня беспомощным взглядом полным боли.
  
  Глава 2. В смерти - жизнь.
  
  Давайте, наконец, познакомимся. Меня зовут Тимур Гарин, мне восемнадцать полных лет. Был призван согласно приказу от 16 марта 612 года в ряды Армии Обороны Терры (АОТ) в возрасте двенадцати лет и с тех пор защищаю Цитадель. Имею два поощрения и выговор третьей степени. Награждён медалью "За стойкость" и двумя медалями "Пролившему кровь за Родину". Дважды ранен - в 615 и 616 годах. В 615, при переходе в бригаду Внешнего Патруля, получил звание сержанта Гвардии. Участвовал в начальном этапе битвы за Ирнис, рейде Золотой Сотни, осаде Чёрной Шахты... хотя, чёрт побери, кого могут интересовать анкетные данные человека который умрет в ближайшие два часа?
  Все люди имеют заветную мечту. Кто-то хочет много денег, кто-то пылкой любви. Девушки мечтают найти прекрасного принца, а старики - терпеливого собеседника способного часами слушать их неторопливые рассуждения. Моя мечта проста но, увы, недостижима. Я хочу гулять под открытым небом, чтобы ветер шевелил волосы, а солнце ласково гладило плечи тёплыми ладонями. И никаких бронекостюмов. Никакого оружия и ранца за плечами. Чтоб под ногами не хрустела спёкшаяся в стекло убитая земля, а упруго сгибались мягкие стебли травы. Мелочь, правда? Целовать в губы, светлоглазую девушку не боясь, что завтра её вместе с другими обречёнными кто-то недрогнувшей рукой бросит затыкать безнадёжный прорыв, заранее зная, что никто не вернется назад. Прижимать к груди пахнущую молоком и счастьем маленькую дочь, которую не призовут в армию раньше, чем она научится писать своё имя неуклюжими печатными буквами. И всё. Всё? Да пожалуй. Остального я добьюсь сам, если выживу, конечно.
  Война началась за восемь лет до моего рождения. В то благословенное время, Терра была воистину райским местом. Строились новые города, совершались научные открытия, сочинялись отличные книги и музыка. Правительство готовилось реализовать глобальный проект освоения Западного континента, инженеры заканчивали строительство планетолёта "Илона Митресей" - будущего разведчика внешних газовых гигантов, художник Корнелий Свис завершал титаническое полотно "Фиолетовый ромбоэдр" над которым трудился больше двадцати лет. И всё это рухнуло в одночасье. Рухнуло навсегда. Западный континент так и остался незаселён, планетолёт разобрали на металл для нужд армии, картина сгорела за тридцать секунд в огне чудовищного пожара. А Терра превратилась в одно большое поле боя.
  Люди прибыли сюда чуть больше шести веков назад. Несколько сотен тысяч отважных мужчин и женщин покинув Землю, прошли через межпространственный портал и предоставленные сами себе начали строить цивилизацию. Им пришлось тяжело, ведь в соответствии с Колониальным Законом Метрополии, проход открывался раз в тридцать с небольшим лет всего на несколько дней. Остальное время мои предки находились в полной изоляции. Но это их не смущало. Шли годы, один за другим сменялись поколения терран, никогда не видевших неба Земли, материнская планета превратилась в легенду и у нашего народа появилась собственная история. Много плохого и хорошего произошло за эти годы. Извержения вулканов, потопы, эпидемии, постройка новых городов, пышные праздники и победы спортивных команд. Одного только никогда не случалось на моей земле. Войны.
  Приближающиеся к Терре неопознанные объекты, астрономы обнаружили за пять месяцев до приземления. Четыре корабля пришельцев шли с выключенными двигателями и потому долгое время их принимали за обычные астероиды. Первым, идею об искусственном происхождении таинственных гостей высказал астрофизик Ник Горькавин - директор обсерватории в Нью-Гринвич. Коллеги подняли его на смех, но быстро заткнулись, когда "астероиды" внезапно ожили и начали стремительно сближаться с планетой. Я тысячи раз видел документальные кадры, на которых огромные - больше километра в диаметре, зеркальные сферы, легко словно играя, входили в атмосферу. Чужие корабли опустились в самой южной точке полуострова Лисий Хвост, тесной, плотной группой и сразу поставили купол защитного поля. Люди окружили место посадки множеством датчиков и научных приборов, несколько спешно сформированных групп контактёров, безуспешно пытались привлечь к себе внимание. Пришельцы не отвечали. Так продолжалось около года. Корабли стояли неподвижно, не подавая признаков жизни. Постепенно ажиотаж вокруг визита стал угасать, пошли разговоры о том, что на борту вообще нет ни одного живого существа, но неожиданно сейсморазведка показала наличие многочисленных пустот под территорией занимаемой небесными гостями. Сразу стало понятно, что кажущееся спокойствие на самом деле обманчиво - пришельцы активно занимаются подземными работами. 5 марта 592 года правительство собралось на экстренное заседание и именно тогда в первый раз прозвучало слово "вторжение". Было решено увеличить число наблюдателей и начать формирование "Корпуса Безопасности" - первого Терранского военного подразделения. К сожалению, слишком поздно...
  19 марта 592 года. Самый чёрный день в истории планеты. Именно тогда в силовых полях открылись незримые ворота и сотни летающих грузовиков-носителей под завязку набитых боевыми роботами всех мастей, вылетели из подземных укрытий. Это не было войной, это было тотальным истреблением. Полицейские части погибли в первые часы, после чего Стаи Чужих обрушились на беззащитные города. Роботы не щадили никого и не брали пленных. По данным статистики, за первые три недели погибло 70 процентов населения.
  К счастью, враги не сумели уничтожить всех сразу. Некоторые районы почти не пострадали и именно там начали возникать первые очаги сопротивления. Уцелевшие заводы производили оружие, наземные машины и флайеры спешно укрепляли бронёй. Неорганизованные толпы ополченцев стали ядром будущей АОТ. Был одержан ряд мелких, но очень важных побед доказавших что пришельцы не всесильны. Примерно тогда же далеко на севере началось строительство Цитадели - могучей крепости, ставшей сердцем планетарной обороны. Постепенно положение стабилизировалось. Мы контролировали внушительный кусок территории, наши патрульные и диверсионные отряды, проникая на захваченные земли, наносили серьёзный урон инфраструктуре захватчиков. Но увы, сидя в окопах войны не выиграть, а у АОТ не было ни ресурсов ни людей для ведения полномасштабных боевых действий. С каждым убитым, терране становились слабее, Чужие же могли себе позволить не считаться с потерями...
  Я не помню мамы, она погибла, когда мне было всего два года. На конвой беженцев, в котором ехали родители, напала Стая. В бою оказалась уничтожена вся техника, выжившие люди в количестве двухсот человек двинулись к Цитадели пешком. Стояла холодная зима, на равнине открытой всем ветрам невозможно было найти помощь, отец потом говорил, что почти всю дорогу нёс меня на руках. До цели добралось всего одиннадцать обмороженных счастливчиков. Остальные остались лежать в снегу под холодным северным небом.
  Мы поселились в Цитадели. Так как папа был университетским преподавателем истории и, следовательно, знал толк в педагогике, его назначили директором приюта. История человечества оказалась никому не нужна, а с многочисленными сиротами надо было что-то делать. Я рос как обычный уличный мальчишка. Играл в вентиляционных шахтах, вдыхая полной грудью пыльный воздух идущий с нижних ярусов, плескался в резервуарах-охладителях электростанции заполненных чёрной как дёготь, вонючей, но зато очень тёплой водой. Потерял два зуба в бесконечных драках и получил уважительное прозвище "Скала" за умение держать, не сгибаясь, встречный удар. В двенадцать был призван в армию, а к четырнадцати имел в активе участие в двух боевых операциях и выговор третьей степени, за то, что на спор не отдал честь генералу Фраю во время смотра. В тяжёлом 615 году, проходя службу в гарнизоне Ирниса, был тяжело ранен и отправлен в Цитадель. Мне невероятно повезло, ведь спустя всего два дня, город пал. Погибли все, никто не уцелел. Это было самое страшное поражение АОТ со времён Вторжения. Робкая надежда на то, что войну когда-нибудь удаться выиграть, растаяла как дым.
  Вести о тотальном уничтожении Ирниса дошли до отца, когда я в беспамятстве валялся на окровавленных простынях всего в двух километрах от дома. Твердо, уверенный в моёй смерти он, не выдержав, покончил с собой...
  Именно в госпитале, я познакомился с Богданом Тимофеевичем - своим будущим командиром, человеком-легендой, одним из самых прославленных Патрульных. Когда он неожиданно предложил прейти к нему в отряд, я страшно удивился. Только позже мне довелось узнать что, будучи очень суеверным человеком Батяня решил, что везучий мальчишка сумевший обмануть смерть, выскользнув из Ирниской ловушки, должен обязательно принести удачу. Три года так оно и было...
  
  Янка смотрела на меня, и в её глазах было столько страдания, что я пошатнулся словно от удара. Она сжимала в зубах свою тугую косичку и громко стонала. Даже сейчас девчонка держалась достойно. Наверное, ей хотелось вопить в голос, но она терпела, боясь привлечь внимание врагов. Я бухнулся рядом на колени. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять - дело труба. Обе ноги сломаны, кости пробив мышцы и плотную ткань джинсов, торчали наружу окровавленными клыками. Несомненно, повреждён позвоночник. И естественно полно внутренних повреждений.
  Трясущимися пальцами я вытянул из поясной аптечки картридж с "коктейлем камикадзе" - мощным стимулятором и обезболивающим в одном флаконе. Очень поганая штука, разрушающая организм, но Янке он уже не повредит. Просто не успеет. Крохотная иголка вонзилась в мышцу, эффект наступил практически мгновенно - лицо порозовело, сведённые судорогой челюсти разжались, белые от боли глаза приняли нормальный цвет.
  - Сейчас, маленькая, - прошептал я, аккуратно подсовывая под голову правую ладонь.
  Внезапно сверху донёсся скрежет. Я оторвал "сестрёнку" от пола и, вскочив на ноги, бросился в темноту. Парковка была практически пуста, спрятаться решительно негде. Опустив на глаза козырёк коммуникатора, я перевёл его в режим мраковизора. Темнота мгновенно отступила. Впереди виднелась стена с чёрным провалом дверного проёма. Отлично, укроемся там. Грохот ударил по ушам. Тупой "Броненосец" слишком близко подошёл к дыре, и растрескавшийся бетон провалился под ногами. Он приземлился на многострадальный автобус и смял его в лепёшку. Но если вы думаете, что падение с высоты шести метров смогло серьёзно повредить этому бронированному болвану, то вы заблуждаетесь. Башенка закрутилась, выискивая цель. Взрывная волна выстрела буквально вколотила меня в дверной проем, и я понял, что на сей раз, получил свою долю тумаков. Спина взорвалась болью, на поясе загорелся сигнал критического повреждения брони, расплавленный ранец потёк разноцветными соплями. Прощай командирская планшетка, штаб никогда не получит последнего отчёта отряда "Благо". Я торопливо ударил ладонью по кнопке экстренного сброса доспеха, и он слетел с меня как скорлупа с цыпленка. Голова Янки на руках болтается из стороны в сторону. Похоже она без сознания. Узкий коридор петляет, словно сумасшедший удав. Что бы там ни было, но от "Броненосца" мы ушли. Хотя, на самом деле, нас уже ничего не спасёт.
  
  Яна лежит на полу, смотрит на меня и часто дышит. Изо рта тонкой струйкой течёт кровь. Действие препарата подходит к концу, и она вновь начинает чувствовать боль. Я достаю картридж и вкалываю вторую, последнюю дозу. Этого делать категорически нельзя, но когда ничего другого не остаётся, то можно.
  - Бра... - шепчет девочка чуть громче шелеста ветра. - Бра... ти... ухо...ди...
  - Нет, - говорю я.
  - Уходи... по... пожалуй... ста!
  - Нет! - ору я и крик отразившись от стен, убегает гулять по коридорам причудливым эхом.
  Вторая доза коктейля возвращает силы, сестрёнка безуспешно пытается сесть. Я прислоняю её спиной к стене, и она благодарно улыбается.
  - Ты должен уйти, - её голос звучит почти нормально. - Помнишь клятву Патрульного?
  - Ты не солдат.
  - Пожалуйста.
  - Я не дам тебе умереть в одиночку.
  Из коридора доносится шуршание. Я направляю в ту сторону луч фонаря и вижу "Паука". Он отшатывается назад и исчезает за поворотом. Разведчик. Понятно, они не торопятся. Им незачем торопиться.
  - Уходи! - твёрдо говорит Яна.
  Смотрю в её чёрные глаза, полные непреклонной решимости и мне становится стыдно.
  - Прости, - шепчу я и целую холодный, липкий от крови лоб. - Когда окажешься там... не убегай сразу, подожди на пороге.
  - Обещаю. Но... но ты тоже не торопись, ладно?
  Не ответив, я расстёгиваю кобуру, висящую у неё на боку, и достаю ракетницу. Взвожу курок и вкладываю оружие в правую руку.
  - Это тебе подарок от Беса и остальных ребят.
  Затем вытаскиваю из подсумка гранату, вкладываю в левую руку. Тонкие пальчики крепко стискивают ребристую чугунную оболочку. Я осторожно вынимаю чеку и машинально запихиваю в карман.
  - А это подарок лично от меня. Ты храбро бился Патрульный. Уйди достойно.
  Каждый Патрульный готовится к смерти заранее. И каждый знает, что если его ранят и он станет обузой для отряда, то должен сам попросить последний дар и услышать в ответ слова прощания.
  - Спасибо, это самый лучший подарок в моёй жизни, - серьёзно говорит Яна.
  Я провожу ладонью по её волосам, разворачиваю фонарик таким образом, чтобы он светил в сторону приближающихся врагов и, встав, ухожу, не оглядываясь, зачем-то считая шаги. В горле стоит колючий ком, по щекам бегут предательские слёзы. Последний раз я плакал, когда узнал о смерти отца и с тех пор думал что источник пересох навсегда. Ошибся!
  На семьдесят восьмом шагу за спиной слышится выстрел ракетницы, а затем почти сразу, взрыв гранаты. Я сбиваюсь с шага и стискиваю зубы до скрипа. Храбрая девочка ставшая моей названной сестрой, ушла в вихре пламени и осколков. До скорой встречи!
  
  Полчаса спустя, я выкидываю пистолет. Незачем таскать полкилограмма стали, и пластика, если закончились патроны. Но лучемёт по-прежнему при мне, его прикладом так хорошо крушить хлипкие панцири "Пауков". Подземелье представляет собой настоящий лабиринт. Дважды, я прохожу через огромные залы, набитые мёртвыми станками и непонятными механизмами. Зачем они, какую тайну хранят здешние катакомбы? Этого мне не узнать никогда.
  Свернув в очередной коридор, слышу за спиной противный скрежет. "Краб"! Я уже научился различать поганцев по звуку. Не оборачиваясь, бегу вперёд. Теперь, без бронекостюма я уязвим словно бабочка на зелёном лугу, любой "Паук" может обидеть. Внезапно, яркий свет бьёт по глазам. В коридоре становится светло как на улице в знойный полдень. Преследующий меня робот резко тормозит и озадаченно начинает крутить глазами-телекамерами. Как и всякая тупая машина, попав в нестандартную ситуацию, он впадает в короткий ступор. Я не робот и потому бегу со всех ног. Коридор кончается полуоткрытой металлической дверью с большим прозрачным бронестеклом в верхней части. Рывок вперёд, шаг в темноту, поворот. Дверь с шумом захлопывается перед самым носом озадаченного "Краба". В помещении загорается свет и я, найдя засов, задвигаю до упора. Всё. У меня в запасе несколько минут, чтобы передохнуть. Не думаю, что они смогут быстро пробиться внутрь.
  Комната, в которой я очутился сильно захламлена. Повсюду валяются опрокинутые стулья, на столах застыли компьютерные терминалы. И нигде и признака выхода. Ну что же значит именно здесь приму последний бой.
  За дверью слышится возня. Подхожу, смотрю сквозь стекло. В коридоре оживлённо и весело. Четыре "Краба" топчутся у самой преграды, не меньше двух десятков "Пауков" суетятся вокруг, словно им не терпится взять на анализ кровь из моей сонной артерии. Один "Краб" поднимает пушку, стекло покрывается сетью густых трещин. Угу. Минуты через три они его вышибут, затем внутрь хлынут "Пауки". Интересно, скольких я успею прикончить, прежде чем меня порежут на ремешки?
  Неожиданно становиться всё равно. Я отворачиваюсь от двери и делаю несколько шагов вглубь комнаты. Будь что будет. Может, наконец, отдохну по человечески, если тот свет действительно существует. Интересно, Янка ждёт меня на пороге, как обещала, или уже усвистала исследовать новый мир? Ещё несколько шагов. За спиной стреляют почти непрерывно. Вот упёртые железяки! Как же им не терпится... Тут я вижу мерцающий синий квадрат, и останавливаюсь.
  Как выглядит межпространственный портал мне отлично известно. Нет, живьём я его, конечно, не видел, ведь он открывается раз в тридцать четыре года, и последний раз это случилось за год до начала Вторжения. Но зато его часто показывали в документальных и игровых фильмах. Огромная синяя штука - сорок метров в ширину и тридцать в высоту. Каждое открытие портала на Терре превращалось в один большой праздник. Люди дружно бросали работу, спеша увидеть чудо. Толпы земных туристов потоком выплёскивались на равнину Лиссак, а навстречу им тёк поток туристов с Терры. Следовало торопиться, проход оставался, открыт только шесть дней и за этот ничтожный срок нужно было многое успеть. Увы, боюсь, что когда портал откроется снова, земляне увидят только разрушенные города и незахороненные трупы.
  Но всё это ерунда, потому что сейчас передо мной светится именно портал. Он невелик - примерно три метра в ширину и столько же в высоту. Я провожу ладонью по мгновенно вспотевшему лбу. Галлюцинация или нет? Что ж, есть только один способ проверить наверняка...
  За спиной водопадом обрушивается стекло. Копошащаяся масса Пауков врывается в комнату. Сейчас или никогда! Я делаю глубокий вдох и бросаюсь в ослепительное сияние. Секунда небытия, когда кажется, что ты рассыпался на миллиард пылинок, затем удар, струя тёплого ветра в лицо, и я начинаю медленно падать в распахнувшуюся бескрайнюю бездну. Где-то внизу на немыслимой глубине плывут густые облака. Затем в глазах чернеет и наступает покой.
  
  Глава 3. Дикарь.
  
  Я лежу на правом боку, прислонившись спиной к чему-то твёрдому. В голове со скрипом вращаются заржавевшие шестеренки, едва проворачиваясь в густом, прогорклом масле... "- Я же говорил: нельзя их смазывать сливочным маслом!... - Масло было самое свежее... - Да, но туда, верно, попали крошки. Не надо было мазать хлебным ножом"... Что за чушь? Что вообще происходит? Так, спокойно! Прежде всего, нужно открыть глаза... Зачем? Чтобы посмотреть по сторонам, болван! Да понял, понял не надо ругаться... пробуем, пробуем... не ленись, бездельник! Веки поднимаются со скрипом. Нужно смазать... Хлебным ножом. Ха-ха-ха, как смешно.
  Я разлепляю веки и вижу перед своим носом две ступни. Ступни босые, пыльные, обильно покрытые многочисленными порезами и ссадинами. Некоторое время тупо их созерцаю, потом до меня медленно доходит, что ноги сами по себе не бегают. Значит, где-то поблизости обязательно должен находиться владелец. Осознав эту простую и вместе с тем гениальную мысль, поворачиваю голову и смотрю вверх. Надо мной стоит человек. Из-за света бьющего в глаза, не могу разглядеть лица. Зато хорошо вижу, что он держит в руках палку. Длинную палку с широкой и плоской штукой на конце. Как её там... тяпку? Нет не тяпку - мотыгу. Внушительную такую, крепкую. И нацелена она, между прочим, в мою сторону. Зачем? Я что, грядка с овощами? Меня сейчас окучат? Нет, это ошибка, нужно подняться и объяснить... Подняться? Легко. Даже слишком - тело почти ничего не весит. Что случилось, чёрт возьми? Пока валялся без сознания, меня по уши накачали гелием?
   Я опираюсь на локоть и начинаю подниматься, но не рассчитываю силы. Шутки шутками, а моя бренная оболочка действительно сильно потеряла в весе и потому вместо плавного подъема подскакивает вверх. Босоногий огородник испуганно отпрыгивает назад невероятно мягким и плавным движением и ещё ниже опускает своё грозное оружие. Теперь я вижу, что это худенькая симпатичная девушка лет восемнадцати с короткой мальчишеской стрижкой. Неужели я такой страшный? Не бойся крошка, на самом деле я очень миролюбивый парень, в жизни мухи не обидел. Хочу ей это сказать, но из пересохшего горла, вырывается шипение и бульканье, словно из сломанного водопроводного крана. Вода! Пить! Полжизни за глоток воды!
   Она оказывается сообразительной и исчезает, прежде чем я успеваю сесть. Моя бедная голова идёт кругом, в глазах двоится. Очень симптоматично. Неужели, после прыжка в портал, я успел где-то хорошо тяпнуть, да так что ничего не помню? С кем же я мог пить, падая в бесконечную пропасть? Наверное, с птичками, с кем же ещё?
   Поток безумного бреда прекращается сразу, как только девушка появляется вновь. На сей раз она без мотыги - наверное, решила, что я ещё не готов к вспахиванию, зато в руках у неё зажат кривобокий сосуд, в котором что-то соблазнительно плещется. Умничка!
   Я жадно протягиваю обе руки, принимаю спасительный фиал и подношу к лицу. Внутри булькает мутная белёсая жидкость, в ней плавают какие-то подозрительные чешуйки и комочки. В нос бьёт сильный кислый запах. Плевать, в таком состоянии я готов выпить литр отработанного машинного масла, потому не капризничаю. На вкус пойло примерно такое же мутное как на вид и напоминает скисший, сильно разбавленный сок. Божественно. То, что нужно человеку, в глотке которого открылся филиал знойной пустыни.
   Девушка внимательно глядит на меня и, скрестив ноги, опускается рядом. У неё обветренное загорелое лицо человека проводящего большую часть жизни на улице и не знакомого с косметикой. К волосам на голове похоже давно не приходила в гости расчёска, они подстрижены неровными клочками. Складывается впечатление, что для этой деликатной операции используется нож, а не ножницы. Одежда примитивна и функциональна - рубашка с длинными рукавами и шорты с кокетливыми завязками под коленками. Ещё есть короткий плащ, спускающийся до середины спины. Ткань грязно-бурого цвета, грубая словно мешковина.
   - Спасибо, - невнятно бормочу я, с трудом шевеля губами.
   Она молчит, разглядывая меня с бесцеремонностью маленького ребёнка.
   - Хм, ты вообще меня понимаешь?
   Ноль эмоций.
   - Понятно... - я мучительно начинаю вспоминать иностранные слова. - Шпрехен зи дойч? Это... Ду ю спик инглиш? Кисс ми бейби?
   Пока я пытался выудить из башки жалкие осколки школьных знаний, произнося бессмысленные фразы, послышались лёгкие шаги, и к нам подошла вторая девушка, выглядевшая чуть младше первой. Она была невысокого роста, с приветливым круглым личиком и большими, смеющимися глазами, а её костюм ничем не отличался от одежды моей новой знакомой.
   Увидев меня, девчонка захихикала, прикрывая рот ладошкой затем, повернувшись к "огороднице" спросила драматическим шёпотом:
   - Ну что, как он?
   - Бредит, - лаконично ответила та. - Несёт какую-то чушь.
   - А я ведь говорила, что он дикарь. Давай его скинем и все дела!
   - Погоди Ритка! - старшая недовольно повела плечом. - Не зуди. Я ещё не до конца разобралась. Иди лучше в дом!
   - Психованная ты всё-таки, Танька! А вдруг он на тебя кинется? Зубами в горло вцепится и привет!
   - Пусть только попробует!
   - Эй, девушки, вы за кого меня принимаете?
   - Ой, действительно разговаривает! - в восторге взвизгнула Рита. - Круто! Прямо совсем как человек!
   - Я и есть человек, - мне стало обидно.
   - Тебе сказали, дуй домой! - рявкнула Таня.
   - Фи, подумаешь! - надула губки младшая, крутанулась на пятках и медленно двинулась прочь. Меня поразила её походка - казалось девушка идёт почти, не касаясь земли, слегка припархивая и на мгновение, зависая в воздухе. Потом я увидел то, на что не обратил внимания сразу. Легкий порыв ветра приподнял полу короткого плаща, обнажив большой горб между лопатками. В рубашке зачем-то была прорезана дыра, горб торчал наружу, розовый и мерзкий. Мне стало жаль, что у этой красивой глупышки тело обезображено таким неприглядным уродством, и я поспешно отвёл глаза в сторону.
   Таня продолжала молчать, пристально разглядывая меня словно пытаясь изучить каждый сантиметр тела. Это было неприятно, но я не стал форсировать события. Мне внезапно пришла в голову идея провести небольшой эксперимент из курса элементарной физики. Засунув руку в карман, я стал искать подходящий предмет и быстро нащупал нечто холодное и металлическое. Пистолетная гильза! Отлично!
   Таня склонила голову набок и даже слегка приоткрыла рот, до такой степени её заинтересовали мои действия. Чувствуя себя фокусником-недоучкой, я поднял руку и разжал пальцы. Мне даже не понадобился секундомер, чтобы понять - гильза падает медленнее обычного. Всё ясно. Моё несчастное тело не накачали гелием. Я действительно стал меньше весить. Можно увеличить силу тяжести в центрифуге, но люди ещё не научились искусственным путём достигать эффекта невесомости. Это не Терра, а другая планета. Лоб мгновенно покрылся испариной. Вот ведь влип!
   Тем временем девушка сменила объект наблюдения. Теперь она с жадным любопытством разглядывала гильзу лежащую на земле. Пару раз даже порывалась сцапать, но всякий раз в испуге отдёргивала руку.
   - Понравилось? - я улыбнулся, потом поднял блестящую игрушку и протянул на раскрытой ладони. - Держи.
   Секунду огородница колебалась и шевелила пальцами, затем одним решительным движением смела добычу, и тут же потянула в рот, словно действительно была несмышлёным карапузом. Я захихикал, глядя, как она, попробовав латунь на зуб, несколько раз лизнула языком, прислушалась к вкусовым ощущениям, потом яростно принялась полировать блестящий цилиндрик о рукав рубашки.
   - Можешь забрать себе, - тоном пресыщенного богатством миллиардера произнёс я.
   Таня замерла, затем печально шмыгнула носом.
   - Я не могу её взять, - убито прошептала она и посмотрела тоскливым щенячьим взглядом. - Мне нечего дать тебе взамен.
   При этом у неё было лицо ребёнка, мимо которого проносят коробку полную прекрасных, но чужих игрушек.
   - Ты не поняла, это подарок!
   - Правда? Не шутишь?
   - Нет.
   - Ура!
   От избытка чувств она вскочила, несколько раз крутанулась на пятках и снова плюхнулась на землю. При этом я увидел, что её спина украшена точно таким же горбом что и у Риты. Странно, что у обеих девушек одинаковый дефект. Может это какое-то генетическое заболевание?
   - Послушай, Таня, а как я сюда собственно попал? - на самом деле этот вопрос следовало задать в первую очередь, вместо того чтобы заниматься раздачей призов.
   - Упал, - лаконично бросила она, любуясь гильзой.
   Я поскрёб в затылке и огляделся по сторонам. За моей спиной возвышалась стена постройки, суда по всему дома. Перед носом расстелилась небольшая утоптанная земляная площадка, окружённая хилым плетнём. Сразу за ней поднимались густые заросли каких-то культурных растений, напоминавших обычную кукурузу. И два обрыва - справа и слева. Похоже, дом находился на плоской и длинной, словно язык, вершине высокого холма. Любопытно.
   - Откуда я упал?
   - Пойдем, покажу, - смилостивилась девушка. Она спрятала гильзу в карман на груди, тщательно завязала клапан, словно боясь, что ценный подарок выпадет, затем поднялась одним легким, плавным движением невозможным при обычной силе тяжести. Я последовал её примеру и, неожиданно взлетев в воздух, больно стукнулся макушкой о нависающий над стеной край крыши. Мои мышцы, привыкшие к иной гравитации, вновь сыграли плохую шутку.
   Справа дружно прыснули смехом. Я повернул голову и увидел узкое окошко, за которым маячили несколько задорных детских рожиц. Поняв, что их обнаружили, они восторженно завизжали и исчезли в глубине дома. Секунду спустя тонкая рука закрыла окно плетёной ставней.
  Вновь утвердив на земле подошвы армейских ботинок, я осторожно сделал несколько шагов. Мне уже стало ясно, что главное здесь - не делать резких движений при ходьбе, иначе можно не рассчитать и улететь в пропасть.
   - "Ленивые черти, неужели нельзя огородить эти провалы нормальным забором! А если кто упадёт"? - с раздражением думал я, чувствуя себя младенцем первый раз вставшим на ноги.
   Ещё когда я сидел, прислонившись к надёжной стене, меня постоянно преследовало чувство, будто земля под ногами слабо покачивается, словно лодка, попавшая в зыбь. Понятно, что твердь не может колебаться, следовательно, у меня серьёзные проблемы с головой. Интересно это пройдёт или нет.
   Тут тряхнуло настолько сильно, что я чуть не упал, успев в последний момент ухватиться за плетень. Чёрт, бошку даю на отсечение, что это было не головокружение, а покачнулась сама площадка. Может землетрясение? Я быстро взглянул на Таню и увидел, что та ведёт себя совершенно спокойно, словно ничего не произошло. Плохо. Значит проблемы всё-таки со мной.
   Закусив губу я перебрался через плетень и, пройдя метров пять, приблизился к краю. Признаться, у меня не было никакого желания смотреть вниз - дело в том, что я немного боюсь высоты. Хотя если быть честным до конца, не "немного", а просто боюсь. Стыдно конечно, но что делать.
   - Ты так смешно ходишь, - сказала Таня.
   Вот уж кто точно не боится. Девушка подошла к самому краю и, встав на одну ногу словно цапля, принялась шершавой пяткой почёсывать правую икру. Судорожно сглотнув, я подобрался ближе, осторожно посмотрел вниз и тут мой желудок рухнул в коленки. Всё представления об окружающем мире разлетелись на мелкие осколки, словно зеркало под ударом молотка.
   У бездны, не оказалось дна. Вообще. Под нами только пустота, да редкие клочья белых облаков. И стоим мы не на вершине холма. Вниз, метров на шесть, уходит отвесная стена, коричневая, пульсирующая и, похоже, живая. Там где она заканчивается, начинаются заросли каких-то длинных отростков, напоминающие густую бороду. А дальше ничего - пустое пространство. Позже я узнал, что эта "борода" - воздушные корни, которыми наш носитель собирает из атмосферы драгоценную влагу.
   Страх высоты, накатил с новой силой, я бухнулся на колени. Одно только хорошо, с моёй головкой на самом деле всё в порядке. Земля под ногами действительно качается, ведь мы плывём по воздуху, словно плот Гекльберри Финна по волнам Миссисипи.
   - Ты заболел? - озадаченно спросила Таня.
   Безумная девчонка, наконец, соизволила встать на обе ноги, после чего оказалась в ещё большей опасности, чем раньше, так как теперь её ступни наполовину торчали над бездной. По сути, глупышка опиралась только на пятки. Любой легкий толчок, любое колебание почвы, могло привести к трагедии.
   - Ты падал оттуда, сверху! - она непринуждённо взмахнула рукой и пошатнулась.
   - Отойди от края! - рявкнул я.
   - Зачем? - дурочка посмотрела на меня глазами полными изумления.
   - Упадёшь!
   - Куда?
   - О боги!.. Вниз!
   - Вниз? - Таня опустила голову и смешно зашевелила пальцами ног. - И что?
   - Совсем спятила, да? Как тебя только из дома выпустили? Отойди, говорю!
   - Ты, наверное, действительно болен, - полным сочувствия голосом проговорила девушка, качнулась вперёд и начала падать, широко раскинув руки.
   У меня на секунду остановилось сердце, затем я рванулся, но пальцы схватили лишь воздух. Таня падала достаточно медленно и будь у меня верёвка, можно было попытаться прыгнуть следом, но... Я лежал на краю и с ужасом смотрел на удаляющуюся фигурку. Поток набегающего воздуха вздул парусом короткий плащ, обнажив уродливый горб который на самом деле её совсем не портил... А потом горб внезапно лопнул двумя вертикальными щелями и два прекрасных радужных крыла раскрылись словно крылья чайки.
   Подавившись собственным криком, я глядел на то, как девушка плавно заскользила вперёд поймав воздушный поток, гася скорость падения. Вот она, несколько раз энергично взмахнув крыльями, стала набирать высоту. Минуту спустя, Таня промчалась на расстоянии вытянутой руки и свечкой ушла в зенит. Пятясь задом, я отполз от края и сел, скрестив ноги. Меня трясло словно в лихорадке. Разум отказывался верить увиденному. К счастью, мне доводилось бывать и не в таких переделках потому, когда эта фея-переросток коснулась ногами земли, я уже успел более-менее прийти в себя.
   - Почему ты дрожишь? - подозрительно спросила она. - Если болен, то должен уйти.
   Её голос звучал ровно, словно она не порхала несколько секунд назад аки бабочка вокруг лампы.
   - Ага, уйду. Сейчас. В отличие от тебя я не умею летать.
   - Умеешь. Но только вниз.
   - Очень смешно!
   К этому времени крылья уже успели исчезнуть внутри своего футляра. Не удержавшись, я встал и подошел ближе. Девушка не протестовала, когда я поднял край плаща и прикоснулся ладонью к горбу. Он был тёплый и живой, покрытый жёсткой, чешуйчатой кожей.
   - Этот... эти крылья, они у тебя с рождения?
   Таня изумлённо посмотрела на меня, затем засмеялась.
   - Конечно нет, глупенький! Мне его купили в Шпиле.
   Последние слова, девушка произнесла с заметной гордостью.
   - Ах, ну да. В Шпиле. Как же я сразу не догадался. Разумеется, такие красивые крылья можно купить только там!
   Девушка смущённо зарделась.
   - Они тебе действительно понравились, да? Ритка говорит, что у неё красивее, но она просто завидует!
   - Конечно, завидует. Лучших ещё не встречал! - искренне ответил я. Приятно говорить правду. Действительно откуда мне знать, как выглядят крылья других летунов?
   - А ты хороший, - доверчиво сказала Таня и осторожно провела ладонью по рукаву моей гимнастёрки. - Только, очень смешно одет. Когда я увидела, как ты летишь...
   - Падаю.
   - Ну да, падаешь, я сразу кинулась на помощь и принесла сюда, хотя мама ругалась и говорила что ты дикарь. Но ведь ты не дикарь, правда?
   - Конечно. - Монолог про мою дикарскую сущность звучал весьма двусмысленно, если на минуту вспомнить её недавние пляски вокруг блестящей пистолетной гильзы.
   - Я тоже так считаю. Дикари другие. Они злые и все в нарывах. К ним нельзя подходить близко иначе заболеешь.
   - Ужас, какой.
   - Ага. - Таня неожиданно зашла сзади и ласково погладила мне спину между лопаток. Получилось очень приятно.
   - У тебя широкая спина, - сообщила она таким тоном, словно это было главное моё достоинство.
   - Правда? И что?
   - Поместятся большие крылья. Будешь быстро летать.
   - Гм, а с чего ты взяла, что я вообще собираюсь летать? Мне и без крыльев хорошо.
   Она отшатнулась и с изумлением посмотрела на меня.
   - Не летать нельзя!
   - Почему?
   - Потому что... потому... не знаю. Это всё равно как, имея ноги не ходить, а ползать на брюхе.
   - Извини, я пошутил.
   - Да? - Она с некоторым сомнением посмотрела на меня. - Так ты точно не дикарь?
   - Уфф, дались тебе эти дикари. Я гвардии сержант Армии Обороны Терры, Патрульный, стрелок отряда "Благо", специалист по уничтожению легко и средне-бронированных целей. С отличием окончил ускоренные полевые курсы фельдшеров, награждён тремя медалями и двумя поощрениями! Как думаешь, могу я быть дикарём?
   - Нет, - с облегчением ответила Таня, и немного помолчав, робко добавила, - а с кем ты сейчас разговаривал?
  
  Глава 4 Знакомство с родителями.
  
   Слабый ветер шевелил волосы, голова кружилась, но я мужественно стоял на самом краю обрыва и смотрел вниз. Если чего-то очень сильно боишься, лучше не зарывать голову в песок, а глядеть страху в глаза. Кроме того, рядом была Таня, и я надеялся, что в случае чего она вновь придёт на помощь.
   - Красиво...
   - Ага. Но лучше всего в небе... Поймаешь тёплое течение и паришь высоко-высоко...
  Я вздохнул и с завистью посмотрел на неё. Вот ведь повезло девчонке.
  - Послушай, а твои крылья, это что?
  - Не поняла?
  - Что они такое?
  Некоторое время она изумлённо разглядывала меня. Наверное, с такой же рожей я рассматривал бы взрослого человека решившего выяснить, что такое руки.
  - Странный ты, - наконец вымолвила она.
  - Какой есть.
  Таня несколько раз рассеяно дернула себя за мочку уха, затем пожала плечами.
  - Я и сама толком не знаю. Крылья и всё. В доках Шпиля их можно купить не очень задорого. Конечно, есть шанс нарваться на мошенников, но это как повезёт.
  - Насколько я понял, они живое существо?
  - Ага. Тебе сначала разрезают кожу на спине, а потом подсаживают их. Знаешь как больно, особенно когда плохо приживаются? У меня, к примеру, всё прошло гладенько, а вот Ритка чуть не померла, два дня орала не переставая.
  - Ужас, - искренне сказал я, потом, не удержавшись, вновь потрогал Танькин "горб". Живой пульсирующий симбионт, намертво приросший к телу. Противно. Никогда не соглашусь посадить на себя такое.
  Девушка неожиданно зябко повела плечами.
  - Пойдём домой а? Я есть хочу, да и он проголодался.
  - Ты его кормишь отдельно?
  - Нет, просто, когда долго не поешь, он напоминает о себе. Внутри становиться холодно и голова начинает кружиться. Я пока с тобой возилась, пропустила обед.
  - Пошли, конечно.
  Дом был сравнительно небольшим, приземистым. Крыша покрыта охапками сухих стеблей, стены обмазаны слоем потрескавшейся штукатурки. Местами она отвалилась, обнажив основу из переплетённых между собой прутьев. Строение венчал небольшой выцветший флажок с трёхмачтовым парусным корабликом, закреплённый на высоком флагштоке. Таня толкнула низкую дверцу и, пригнувшись, вошла. Я последовал за ней.
  Внутри, хижина казалась гораздо больше чем снаружи. Наверное, потому что практически отсутствовала мебель. Ни кроватей, ни стола, ни стульев. Только плетёные стеллажи вдоль стен забитые разной утварью, да небольшой ткацкий станок в углу. За станком сидела женщина средних лет с худым, вытянутым лицом и недобрыми глазами. Она тут же уставилась на меня взглядом полным подозрения. Рядом с ней на полу скрестив ноги, восседала Рита, а в противоположном углу копошились несколько малышей. Дети, сопя, старательно пытались разобрать на составные части лучемёт и так увлеклись, что не сразу заметили моё появление. На их счастье благодаря встроенному в рукоять биометрическому сканеру, пользоваться оружием мог только я один, иначе к этому времени численность семейства могло слегка сократиться.
  - Я привела его, мама! - громко, явно волнуясь, возвестила Таня. - Он не дикарь!
  - Это мы ещё посмотрим, - злобно буркнула женщина. - Смотри, если ошиблась, я тебя прокляну!
  - Кончай ма, - фыркнула Рита. - Нормальный парень. Ну, одет не по нашему, и что такого? У тебя все дикари!
  - Ещё попомните мои слова. Умоетесь кровавыми слезками, а поздно будет! - прошипела хозяйка и, отвернувшись с яростью, принялась проталкивать челнок сквозь натянутые на раму толстые нити.
  Ритка махнула рукой, дескать, что с неё взять и на коленках подползла к нам. Я, чувствуя себя немного не в своей тарелке, присел у стены. Пол был земляной, утоптанный до твёрдости камня. Дети прекратили безуспешные попытки застрелить друг друга и теперь пялились на нас, пихаясь локтями и возбуждённо перешёптываясь.
  - Тебя как зовут, - с жадным любопытством спросила младшая сестра.
  - Тимур.
  - Клёвое имя. Ты, с какого Дома?
  - Прости, не понял.
  - Ну, даёшь! Как твой Дом называется? Наш, например - "Петербург".
  - И что это значит?
  - Без понятия, но слово красивое.
  - А что такое "Дом"?
  - Ты прямо как дикарь! Дом это место, где мы сейчас находимся. Хижина и всё остальное.
  - Понятно, значит, так вы называете свой летающий остров...
  - Конечно! Долго же до тебя доходит.
  - Прости Рита, но я, похоже, при падении стукнулся головой и теперь много чего не помню.
  - Вот оно что...- сочувственно протянула девушка. - Тогда понятно. Я тоже, когда летать училась в стенку въехала. Вот, потрогай.
  Она склонила голову, и я нащупал на её темечке глубокую вмятину.
  - Досталось тебе...
  Таня, которой, похоже, очень не понравилось моё длительное общение с Ритой, громко фыркнула.
  - Хватит вам ерундой заниматься! Я, между прочим, ещё не ела. Забыла, что сегодня твоя очередь дежурить?
  - Совсем нет. Тимур ты будешь кушать?
  - Ага, если можно...
  - А почему нельзя?
  Рита энергично вскочила на ноги, подошла к одному из стеллажей и принялась "накрывать на стол", вернее "на пол". Девушка поставила перед нами миски, потом притащила большую кастрюлю и принялась руками накладывать какую-то бурую субстанцию, поминутно облизывая пальцы. Потом вытащила две коричневые лепёшки, небрежно стряхнула с них пыль и положила рядом. Таня торопливо схватив одну, принялась быстро крошить в свою миску. Я неуверенно взял в руки вторую лепёшку и понюхал. Пахло не очень приятно. Похоже, она была сделана из высушенного подтухшего мяса перемешанного с мукой и какой-то клейкой патокой.
  Тем временем Таня, закончив процесс измельчения, тщательно перемешала содержимое миски, затем принялась, торопливо есть, загребая получившуюся тюрю обеими руками. Похоже, в этом доме никто не подозревал о существовании такого полезного предмета как ложка. Глядя на всё это безобразие, я внезапно вспомнил Янку, и моё сердце сжалось от боли. Как же ей всё-таки не повезло. Уверен, попав сюда девчонка оказалась бы на седьмом небе от счастья.
  Покрошив лепёшку, я перемешал свою порцию и приступил к трапезе. На вкус блюдо оказалось более приятным, чем на вид. Правда "каша" явно успела подкиснуть, но в целом получилось не так уж страшно. Таня, быстро прикончила свою порцию и тщательно вылизала миску.
  - Спасибо Небу за хлеб наш насущный, - уставив глаза в потолок, громко произнесла она явно ритуальную фразу, потом с довольным видом погладила себя по животу. - Ну вот, совсем другое дело!
  Рита взяла освободившуюся миску, убрала на полку, потом подошла ко мне. Я торопливо проглотил остатки пищи и протянул ей свою ёмкость, но девушка удивлённо посмотрела на меня.
  - А вымыть? У нас каждый сам моет посуду!
  - Вымыть? - Я растеряно огляделся по сторонам, пытаясь взглядом найти умывальник с раковиной, но ничего похожего в хижине не оказалось.
  Поняв причину моего затруднения, Таня хихикнула и несколько раз лизнула тыльную сторону ладошки, словно умывающаяся кошка. Тут только до меня дошло. Почувствовав, что краснею, я старательно вылизал миску и протянул Рите.
  - Так-то лучше, - довольно сказала девушка, ставя её на полку.
  - Там где я жил раньше, посуду моют водой...
  - Серьёзно? - изумилась она. - Вы, наверное, страшные богачи. У нас воды хватает только чтобы еду приготовить. Конечно, когда идут дожди, становится полегче, но сейчас...
  - Понятно, - кивнул я и подумал, что жизнь на летающем острове не так проста и беспечна, как может показаться на первый взгляд.
  Тем временем, Танька вспомнила о моём подарке, и торжественно извлекла его из кармана.
  - Смотри, что у меня есть! - важно провозгласила она.
  Рита охнула и бухнулась на пол рядом с сестрой.
  - Что это такое?
  - Штука. Мнё её Тимур подарил!
  - Покажи?
  - А волшебное слово?
  - Танюсечка, будь добренькая, покажи, пожалуйста!
  - Смотри. Только руками не трогать!
  - Вот жадина! Дай подержать!
  - Нет, не дам, ты её сломаешь!
  - Ну почему тебе всегда достаётся самое лучшее! - расстроено всхлипнула Рита и искоса поглядела на меня. Взгляд был красноречивее слов. Я, быстро засунув руку в карман, вытащил большую пуговицу из жёлтого алюминия. Пуговица украшенная пятиконечной звездой - эмблемой АОТ была новой и блестящей.
  - Вот, возьми!
  - Насовсем?
  - Насовсем.
  Ритка завизжала, опрокинулась на спину и в восторге замолотила ногами в воздухе. Теперь уже пришло Танькино время завидовать. В какой-то момент, я испугался, что сёстры подерутся, но они как-то быстро обо всём договорились и, обменявшись подарками, принялись их рассматривать.
  В это время, сховавшиеся в углу малыши поняли, что происходит нечто интересное. Окончательно оставив в покое многострадальный лучемёт они начали робко подбираться поближе, словно любопытные котята. Их оказалось пятеро - трое мальчишек и две девчонки. Старшему на вид было лет восемь, младшему около года. Я сразу заметил, что ни у кого из них за спиной нет крыльев. Похоже, летать здесь начинали учиться достаточно поздно.
  - А что у тебя есть ещё? - возбуждённо поинтересовалась Танька, глядя на меня, словно ребёнок на Новогоднего Деда.
  И начался праздник. Молодые дикарки восхищались каждой новой вещью извлекаемой из карманов. Кусок медной проволоки, пустой картридж из-под "коктейля камикадзе", моток кевларовых ниток, осколок пластика от бронекостюма - всё жадно осматривалось, обнюхивалось, пробовалось на зуб. Угрюмая мамаша, забросив ткацкий станок, присоединилась к дочерям, а малышня, уразумевшая, что страшный чужой дядька не собирается их кушать, во всяком случае, в ближайшее время устроила настоящий цирк с клоунами, но без коней. Только когда я вытащил чеку от гранаты, сердце укололо острой иглой.
  - Что это? - спросила Ритка.
  - Ничего, - буркнул я, сжал чеку в кулаке и убрал обратно в карман. Затем встал, сделал несколько шагов и поднял с пола лучемёт. Если не считать того, что он оказался изрядно исслюнявлен, ничего плохого с ним не произошло. Индикатор указывал, что батарея полностью заряжена. Что ж лучше поздно, чем никогда. Интересно, а коммуникатор уцелел или нет?
  - Послушай Таня, когда ты меня спасла, на моей голове была каска?
  - Что?
  - Ну, такая штука похожая на зелёную кастрюлю?
  - Нет, не было.
  - Жаль, значит слетела.
  Я вернулся на место, предварительно положив лучемёт на самую высокую полку, чтоб до него вновь не дотянулись шаловливые детские ручонки.
  - А это что? - неугомонная Рита ткнула пальцем в нож, висящий на поясе. Я молча щёлкнул фиксатором и вынул оружие из ножен.
  - Ух, ты! - восторженно протянули обе сестры, а их мамаша впилась завистливым взглядом в сверкающее лезвие.
  - Можно посмотреть? - благоговейным шёпотом спросила Таня.
  - Да, конечно. Только будь осторожна он очень острый.
  - Действительно, острый! - воскликнула та секунду спустя, торопливо засовывая в рот, порезанный большой палец.
  - За него можно купить целый Дом! - потрясённо воскликнула Рита, вертя клинок в руках. Затем отдала оружие матери, вскочила на ноги, подбежала к одному из стеллажей и торопливо вытащила какой-то предмет, завёрнутый в ткань.
  - Вот, смотри! - По тому, с каким почтением девушка держала его в руках, стало понятно, что предмет обладает огромной ценностью.
  Это был нож, сделанный из плохонького железа, с сильно источенным лезвием, покрытым раковинами ржавчины.
  - Мы три цикла жили впроголодь, чтобы его купить, помнишь, Танька?
  - Ага, четыре урожая отдали до последнего зёрнышка. Папа тогда цикл у Роберта вкалывал!
  Я покачал головой. Похоже, кусок железа, за которым на Терре не стал бы наклоняться даже последний бедняк, здесь имел огромную ценность. Спрятав клинок обратно, и вернув драгоценный нож Рите, я вновь принялся опустошать карманы. У детей, как мелких, так и взрослых опять разгорелись глаза.
  - Ну, думаю, это вам будет неинтересно... - на моей ладони лежал кусок древесного угля размером с большой палец.
  - Нам всё интересно, - успокоила меня Таня. - Для чего оно нужно?
  - Я им рисовал картинки для... своей сестрёнки.
  Поблизости не было ничего, что сошло бы за бумагу, потому я просто провёл чёрную жирную линию себе по запястью. Сестры завизжали от восторга. Нет, не будь они такими дылдами я точно не дал бы им больше шести лет. На двоих. Рита схватила уголёк и мазнула по лицу Тани, затем громко расхохоталась. Несколько минут девушки занимались тем, что разрисовывали друг другу физиономии, затем принялись за своих младших сестёр и братьев, которые совсем не протестовали против такого насилия. Танька разошлась настолько, что стянула с себя рубашку, под которой не оказалось ничего, кроме крепкого загорелого тела и Рита тут же изобразила на её худеньком животе какую-то клыкастую рожу. Затем старшая сестра с таким же энтузиазмом принялась расписывать торс младшей. - "А Рита-то попухлее будет", - подумал я, стараясь не разглядывать девушек уж слишком откровенно. Впрочем, моя деликатность оказалась им совершенно по барабану. Не знаю, до какой степени оголённости дошли бы их художественные фантазии, но тут уголёк к счастью (вернее сказать, к сожалению) закончился. Всё семейство, за исключением угрюмой мамаши стало похоже на племя каких-то дикарей в боевой раскраске.
  - А у тебя больше нет такой штуки? - спросила Ритка, с сожалением натягивая рубашку на разрисованное тело.
  - Нет. А что вам слабо его самим взять?
  - Откуда?
  - Как откуда, из печки конечно?
  Сёстры в изумлении переглянулись.
  - А что это?
  - Ну, знаете, - не выдержал я, - хватит притворяться! Можно подумать, вы огня никогда не видели...
  Тут я осёкся и стал, как и в случае с умывальником внимательно оглядываться по сторонам. В хижине не было ни только печки, но даже самого примитивного очага, а в крыше отсутствовало отверстие для выхода дыма. После короткого допроса, я убедился, что мои новые знакомые не знают что такое огонь. Ну, всё, приехали! И ещё кто-то из присутствующих, имел наглость называть меня дикарём! Невероятно!
  Веселье продолжалось, ребятня резвилась вовсю. Постепенно я начал ощущать сильную усталость и понял, что меня ужасно утомила суета. Захотелось забиться в уголок и поспать часов десять. Интересно, где тут можно подремать? Обитатели хижины, конечно, ложится пока не будут, судя по тому, как высоко стоит солнце здесь ещё только середина дня, а вот мне явно пришло время отдохнуть.
  Но тут, хозяйка, словно прочитав мои мысли, звонко хлопнула раскрытой ладонью по полу.
  - Так всё, хватит на сегодня! Всем спать!
  - Ну, ма...
  - Никаких ма! Я сказала - спать!
  Её авторитет, похоже, был непререкаем. Во всяком случае, никто не решился спорить. Таня с Ритой поднявшись, подошли к стене и начали разворачивать нечто, что я грешным делом сначала принял за рыболовные сети. Только минуту спустя, стало понятно, что это гамаки. Детишки, позёвывая и потирая глаза, принялись расползаться по сторонам.
  - А для тебя кровати нет, дорогой гость, - не без злорадства, сказала мамаша. - Ничего, на полу места много.
  Я равнодушно пожал плечами. Шесть лет службы в армии приучили спать на любой поверхности, тем более что низкая сила тяжести, легко превращала пол хижины в пуховую перину.
  Распихав малышню по гамакам, Таня нерешительно подошла ко мне и присела напротив.
  - Если хочешь, забирайся на моё место, а я посплю внизу.
  - Нет спасибо, я привык спать на земле.
  - Правда?
  - Ага. Лучше скажи, вы всегда ложитесь так рано?
  - В смысле?
  - Ну, вообще-то нормальные люди делают это по ночам.
  - А что такое "ночь"?
  - Как что? Не придуривайся. Ночь это время суток, когда солнце... э, гаснет и наступает темнота.
  Несколько секунд, Танька удивлённо смотрела на меня, явно пытаясь определить, шучу я или нет, потом звонко расхохоталась.
  - Ты совсем того, да? Что значит "темнота"? Солнце светит всегда!
  - Мой дед рассказывал, - внезапно вмешалась хозяйка, - что наш народ, пришёл сюда из края, где оно иногда гасло.
  - Да чушь он болтал! - воскликнула Ритка. - Ну, ма, ты даёшь! Подумай сама, как может погаснуть солнце?!
  - Это говорил мой дед, - обиделась та. - И не тебе, глупая личинка сомневаться в его словах!
  Рита негодующе фыркнула, но спорить не стала. Таня пожала плечами, затем вновь повернулась ко мне.
  - Доброго сна!
  - У нас говорят по-другому - "Спокойной ночи", - прошептал я.
  - Спокойной ночи, - немного растеряно повторила она, потом неожиданно погладила меня по голове и смущённо кинулась к своему гамаку. Хорошая девушка. Красивая. И "горб" с крыльями её совсем не портит.
  Улыбаясь, я прикрыл глаза, и устроился поудобнее. Но уснуть удалось не сразу. В голове с немыслимой скоростью замелькали картинки недавнего прошлого, в ушах загремели выстрелы, послышался плач Яны, скрежет лап приближающихся "Крабов" и мерная поступь "Броненосца". Затем, я почувствовал, как тело начали колоть в разных местах тонкие острые иголки. В очередной раз, с остервенением расчесав место укола я, наконец, догадался, что меня жрут какие-то кровососущие насекомые. Понятно, почему семейство залезло в гамаки. Тоже мне, гостеприимные хозяева! Проклиная всё на свете, я ворочался некоторое время, затем решительно вышел на улицу. Здесь было значительно лучше, пусть даже негаснущее солнце по-прежнему висело в зените. Найдя место в тени, я растянулся на земле и почти мгновенно заснул. Первый день в новом мире подошёл к концу.
  
  Глава 5. По воле волн.
  
  Холодно. Очень холодно. Стужа внутри и снаружи. Где я? Кто я? Почему вокруг так пусто? Может я камень? Нет, камни ничего не чувствуют. А я чувствую. Свет. Появляется свет. Эй, кто там? Не уходите, пожалуйста, мне страшно! Вы ведь не сделаете мне больно? Что? Не слышу, говорите громче...
  Равнодушный голос, холоднее, чем лёд произносит "Годится"! И вновь наступает покой беспамятства.
  
  - Просыпайся соня! Ишь развалился! - звонкий Риткин голос, сопровождаемый увесистым пинком, заставил меня открыть глаза.
  - Ты меня достала! Я бревно что ли? У меня все бока в синяках! Когда-нибудь я тебя точно отшлёпаю!
  - Да ладно ныть, лучше садись завтракать, - фыркнула несносная девица и скользнула под навес. - Вот, держи.
  Я со вздохом сел, демонстративно потёр правый бок и принял миску с неизменной утренней кашей. Ритка пристроилась рядом и как всегда принялась меня разглядывать, словно забыла за ночь как выглядит моя физиономия.
  - Обязательно нужно пинаться? - пробормотал я, разбалтывая рукой содержимое миски. - Вот когда дежурит Таня, она ничего такого себе не позволяет!
  - Да я же шучу! И вовсе не пинаюсь, а глажу.
  - Мужа своего так будешь гладить!
  - А это мысль! Кстати, давно хотела тебя спросить - я тебе нравлюсь?
  - Давно это когда? Прошлым утром ты меня уже спрашивала и позапрошлым...
  - Не увиливай от ответа. Вдруг с тех пор ты успел передумать. Так нравлюсь или нет?
  - Нравишься, - покорно ответил я. Каждый день она начинала с одного и того же набора вопросов.
  - Правда, нравлюсь?
  - Правда.
  - А остров наш нравится.
  - Очень.
  - Он большой и богатый.
  - Ага.
  - И у меня будет хорошее приданое.
  - Здорово.
  - Так почему ты не хочешь остаться? Чем тебе сдался Шпиль?
  - Просто хочу посмотреть большой город.
  - Без крыльев тебя там не возьмут даже в разносчики. Будешь жить на улице как последний нищий!
  - Я и так живу на улице.
  - Если б не привередничал, то я могла упросить маму отдать тебе папин гамак.
  - Нет, спасибо...
  Мне действительно больше нравилось спать на улице чем в душной и грязной хижине. Я сделал навес, отлично защищающий как от редких дождей, так и от прямых лучей жаркого незакатного солнца и чувствовал себя превосходно.
  - Раз я тебе нравлюсь, то становись моим мужем! - неугомонная Рита, наконец, дошла до самого главного.
  - Прости, но не сейчас, - стандартно ответил я.
  - Но почему ты такой упёртый!
  - Зачем вообще женится?
  - Ну как зачем... Любить друг друга, вместе спать и делать детей...
  - Можно подумать, этим нельзя заниматься без проведения всяких дурацких обрядов!
  - Конечно, нет! Это неприлично!
  Я вздохнул. Пуританские взгляды сестёр на взаимоотношения полов были непоколебимы - сначала женитьба потом всё остальное. Но мне совершенно не хотелось становиться фермером и до самой смерти вкалывать на летающем острове. Город Шпиль, казался более привлекательным местом для жизни.
  Хлопнула дверь из хижины вышла заспанная Таня. Она окинула нас угрюмым взглядом, потянулась, чихнула и, указав на стоящие у стены ведра, сказала Рите:
  - Что расселась? Кончай болтать, и полетели на дойку!
  
  Электронные часы с "вечной" батарейкой показывают, что моё пребывание здесь длится больше трёх недель по терранскому времени. Двадцать четыре дня, если быть точным. И тридцать восемь дней, если верить "летописи", которую ведут здешние обитатели, правда, доверять ей нельзя. Местные не знают ни часов, ни минут и хотя эти слова сохранились в языке, их значение давно потеряло первоначальный смысл. Самой маленькой единицей измерения здесь считается день, но его продолжительность - величина весьма условная. Каждый раз, проснувшись, хозяйка первым делом ставит новую чёрточку на "календарной" стене хижины. Эта стенка не заставлена стеллажами и по виду больше напоминает школьную доску. Как объяснила Таня, когда она исчёркивается полностью, её вновь штукатурят, делая в углу, соответствующую отметку. На мой взгляд, такой способ летоисчисления не имеет особого смысла, ведь мы ложимся и встаём в разное время - сегодня раньше, завтра позже.
  Причудливые воздушные потоки породили в этой части планеты любопытное природное явление, которое здешние жители именуют Кольцевым течением. Попавшие в него острова движутся с достаточно стабильной скоростью, описывая полный круг примерно за шесть терранских месяцев. Один такой виток носит название "цикл" и именно этот отрезок времени заменяет местным жителям привычный для нас год. В своём неспешном путешествии острова раз в цикл обязательно проходят мимо Шпиля - единственного неподвижного человеческого поселения. Именно там фермеры сбывают свою продукцию, получая взамен необходимые товары. Жизнь обитателей планеты Арамиль протекает исключительно над облаками, где есть достаточно кислорода для дыхания. Что касается поверхности, то она абсолютно безжизненна. Если верить легендам, которые каждый вечер рассказывает мать семейства Галина, люди пришли сюда не по своей воле. Будучи то ли беженцами, то ли изгнанниками они оказались вынуждены обустраивать своё будущее в этом малопригодном для существования месте. В качестве основания Шпиля поселенцы использовали макушку высокого горного пика, где воздвигли трёхкилометровую башню, собранную из стальных и деревянных ферм. Верхушку башни окружили плотным кольцом сцепленных между собой летающих островов, на которых собственно и возник город. После того как открыли Кольцевое течение, часть жителей, став свободными фермерами, отправились в неспешный полет на пойманных островах, возвращаясь, каждый цикл с амбарами полными зерна.
  На мой взгляд, летающий остров - невероятно интересное создание. По сути, он не является единым живым организмом, а состоит из множества существ, сбившихся в одну колонию. Внутри большую часть объёма занимают газовые мешки, наполненные водородом. Именно они и обеспечивают необходимую летучесть. Густые заросли воздушных корней спускающихся на десять - двадцать метров вниз улавливают влагу, а растения-симбионты растущие на "спине", делятся с носителем необходимыми питательными веществами. Подозреваю, что возраст этих летающих гигантов насчитывает сотни, если не тысячи лет. Умершие обитатели колонии непрерывно заменяются новыми, и этот процесс постоянного перерождения тянется бесконечно долго.
  Жизнь на острове "Петербург" была тяжела и монотонна, его обитатели постоянно балансировали на краю выживания. Признаюсь что мужество Галины и старших дочерей существующих в условиях практически полного отсутствия ресурсов не могло не вызывать уважения. Пожив с ними бок о бок, мне стал понятен их детский восторг при виде самых обычных вещей.
  День семьи начинался с того что, проглотив утреннюю порцию каши, Таня с Ритой улетали за водой, которая была главным дефицитом, а её добыча - тяжёлой работой. Девушки спускались к "бороде" воздушных корней, где каждая выбирала стебель помясистее. Прикрепив к нижнему концу корня ведро, добытчица поднималась как можно выше и при помощи несложного приспособления напоминающего тиски, начинала осторожно отжимать воду, медленно опускаясь вниз. Губчатая мякоть неохотно делилась собранной из воздуха влагой, которая по капле стекала в ведро. "Выдоив" таким образом, один корень, девушка неслась наверх, где сливала мутную и неприятно пахнущую драгоценную жидкость в общий котёл, а затем вновь устремлялась вниз. За три часа каторжной работы им удавалось собрать литров пятнадцать, которые, учитывая многочисленность семейства, уходили просто влёт. Во всяком случае, на мытьё посуды её действительно уже не оставалось. Праздник случался, когда шёл дождь, тогда можно было вымыться и выстирать одежду, но это происходило крайне редко.
  Внешне остров "Петербург" (если верить Галине так назвался маленький земной городок на континенте Америка), имел форму прямоугольника с сильно изрезанной береговой линией. Его длинна, составляла примерно шестьдесят метров, ширина около двадцати. Практически всю площадь занимали посадки трибакса, хижина и хозяйственные постройки робко ютились на самом краю.
  Трибакс - культурное гибридное растение, завезённое переселенцами с Земли, являлся главным источником пищи. Рос он быстро, и за цикл фермеры успевали снять по два урожая кряду. Его толстый стебель, покрытый узкими жёсткими листьями, поднимался выше человеческого роста, разделяясь в своей верхней части на несколько крепких початков. Зёрна были крупные, размером с вишню. Их перетирали на примитивной ручной мельнице, а из полученной муки делали кашу и лепёшки.
  Рецепт каши был очень прост и не требовал особых кулинарных умений. Муку заливали водой, добавляли небольшое количество масла и патоки затем давали немного постоять. Блюдо готовилось сразу на несколько дней вперед, так что первые два дня вкус был ещё ничего, а потом каша скисала, становясь, на мой взгляд, просто отвратительной. Что касается коричневых лепёшек, то они проходили по разряду деликатесов - ими лакомились далеко не каждый день. В сарае всегда наготове лежала тонкая лёгкая сеть. Как только в небе над островом появлялась стая птиц, привлечённая аппетитным зрелищем созревающего трибакса, девчонки тотчас вытаскивали её наружу и вылетали на охоту. Они растягивали сетку на всю длину и ловили птичек как рыбаки рыбу. Пойманной добыче без всякой жалости сворачивали шеи, ощипывали и потрошили. Мясо аккуратно срезали с костей ножом и кусочком острого как стекло обсидиана, измельчали в фарш, перемешивали с мукой и патокой, затем, раскатав в лепешки, выносили сушиться на солнце.
  Я попал на остров в жаркую пору уборки урожая и естественно подключился к общей работе. Каждое утро, отправив сестёр-феечек за водой, мы с Галиной, взяв, в помощники Никиту, самого старшего из мальчишек, заперев остальных детей дома, шли в поле. Благодаря второму ножу и моим сильным рукам, дело шло быстро. Никита, собрав небольшую охапку срезанных стеблей, относил на площадку перед хижиной служившей током. Очистив запланированный участок, мы возвращались к дому и садились срезать початки. Затем Галина с остальными детьми принималась лущить зерна, а я приступал к самой тяжёлой работе: отжиманию сока. Для этих целей служил пресс - примитивный механизм, состоявший из двух деревянных валиков, пары шестерёнок и ручки. Стебель помещался между валиками, я крутил ручку, а влага стекала в подставленную ёмкость. Полученную жидкость, сладковатую и слегка маслянистую, разлив по плоским широким мискам с низкими бортиками ставили на солнце, периодически помешивали, собирая с поверхности масло в отдельный сосуд. В сухом воздухе, влага быстро испарялась, сок превращался в густую патоку, которая использовалась для самых разнообразных целей. Про кашу и лепёшки я уже говорил, кроме того, её добавляли в воду, выжатую из корней (в чистом виде та мало годилась для питья из-за неприятного вкуса) и, дав напитку забродить, пили словно квас.
  Выжатые стебли использовалась при изготовлении ткани. Для того они сначала замачивались в длинном корыте, наполненным водой. Спустя несколько дней их вытаскивали, трепали деревянными колотушками и прочёсывали через частый гребень. Полученные волокна пряли, а из нитей ткали грубое полотно. Готовые холсты аккуратно сворачивались и убирались в сарай.
  Ничто так не объединяет людей, так как совместная работа. Даже Галина, которая всю дорогу смотрела волком и, похоже, вела учёт всем съеденным мискам каши, постепенно подобрела и даже несколько раз снисходительно назвала меня "сынком". Что касается сестёр, то они относились ко мне по-разному. Более практичная и деловая Рита, похоже, решила всерьёз заполучить меня в женихи, поэтому её жутко раздражало моё твёрдое желание покинуть Дом и остаться жить в Шпиле. Что касается Тани, то летунья вела себя очень непредсказуемо. То, разозлившись непонятно за что, могла, наградив целым ворохом грубых выражений упорхнуть в небо успокаиваться, то начинала ластиться и чуть ли не мурлыкать словно кошка. Я сам не мог решить, кто из них мне нравится больше, и старался благоразумно держать нейтралитет, опасаясь, что девчонки начнут ссориться из-за меня чаще, чем обычно.
  Однажды, спустя месяц после прибытия на Арамиль, я мирно сидел на току прислонившись спиной к нагретой стене дома и наслаждался краткими минутами покоя. Урожай по большей части был собран, вся основная работа на сегодня сделана. Хозяйка и Рита о чём-то громко спорили в хижине, их раздражённые голоса доносились через открытое окно. По площадке с визгом носилась вырвавшаяся на свободу малышня. Около моих ног пристроилась трёхлетняя Полинка, невероятно рассудительная и умная девочка. Она пряла пряжу, и я поражался, глядя на то, как проворно вертится веретено в её крошечных пальчиках. Неподалёку сидела Таня и зашивала прореху на своей рубашке. Я искоса любовался её великолепной фигуркой, на которой ещё были видны бледные угольные полоски, изо всех сил стараясь придать лицу максимально равнодушное выражение. Получалось плохо. Сёстры совершенно не стеснялись ходить топлес в моём присутствии, и выдержать эту пытку со спокойной физиономией было чертовски трудно.
  - Послушай, - начал я, решив, что беседа на отвлечённую тему - лучше, что можно придумать в сложившейся ситуации. - Зачем ты возишься с этой рванью? Возьми другую рубашку, а эту пусти на тряпки.
  - Что значит "рванью"! - возмутилась девушка. - Она совершенно новая, я ношу её всего третий цикл.
  - Ничего себе свежачок!
  - Кроме того, чтобы надеть другую рубашку, её нужно сначала сшить. Вот будет время, в следующем цикле займусь на досуге, а эту отдам Никитке, ему как раз впору придётся.
  - Но почему сразу не сделать одежду на смену. У вас в сарае лежит куча ткани.
  - Ага, только вся она пойдёт на продажу. Знаешь сколько вещей нужно купить? Удобрения, шестерни для пресса, большую кастрюлю... всего не упомнишь. А торговцы последнее время совсем озверели, цены гнут такие, что не продохнёшь. Никите скоро крылья покупать, да и на свадьбу деньги, скорее всего, понадобятся.
  - На свадьбу?
  - Ага. Папа умер, но Дом не может стоять без хозяина. Потому как прилетим, к маме сваты в очередь выстроятся, сам увидишь. Кто ж откажется от такого богатства.
  Мне уже было известно, что отец девушек погиб в начале цикла от рук дикарей, но я и подумать не мог, что всё окажется настолько серьёзно. Тем временем, Танька перекусила зубами нитку.
  - Боюсь только, что ни один нормальный мужик за мою мамашу не пойдёт. Уж очень она вредная и... экономная.
  Я кивнул, соглашаясь. Более жадного человека, чем Галина, мне встречать, ещё не доводилось. В этот момент случилось совершенно невинное на первый взгляд событие. Виталик, самый отъявленный шалопай из всей команды голопузых оболтусов, убегая от Наташки, не успел вовремя остановится и врезался в плетень. Удар был настолько сильный, что мальчишка перелетел через хрупкую преграду, и пару метров прокатился по земле, ревя, словно провозная сирена. Танька отшвырнув в сторону рубашку, пулей метнулась к нему. Остальные дети в испуге сбились в кучу. Подскочив к плачущему брату, который уже успел сесть, девушка залепила ему такую затрещину, что бедняга опрокинулся на спину. Рука у Тани была сильная и ударила она от души. Затем, схватив сопляка за волосы, она поволокла его в хижину. Я просто оторопел от вида жестокой расправы. Никогда бы не подумал, что мягкая мирная Таня способна на такое зверство.
  Дверь дома захлопнулась, и через короткое время послышался громкий рёв и свист розги. Я замер, не зная, как поступить. С одной стороны мне претили телесные наказания, с другой я не мог вмешаться, так как не был членом семьи. Наконец, порка закончилась, и Таня появилась на пороге, хлюпая носом и вытирая слёзы.
  - Ты чего плачешь? - осторожно спросил я.
  - Жалко дурачка!
  - А зачем тогда порола?
  Она вздохнула, подобрала с земли рубашку, вытерла лицо, одела, затем поманила за собой.
  - Идем, покажу кое-что.
  Я, пожав плечами, двинулся следом. Мы обошли дом, и Таня присела у стены.
  - Смотри, - кивнула она в сторону несколько бурых пластинок, похожих на квадратики кафеля вставленных в деревянные рамки, которые висели на воткнутых в штукатурку колышках.
  - Видишь отпечатки? Здесь вся моя семья.
  На каждой пластине имелись чёткие, глубокие отпечатки крошечных детских ладошек и ступней.
  - Эта плитка моя. Какой же я была крохой!
  - Похоже.
  - Вот Риткина. У неё ручонки ещё меньше. А это... - Таня ласково провела пальцами по двум квадратикам, которые почему-то были густо замазаны зелёной краской. - Это Кати и Толика.
  - С ними что-то случилось?
  - Да. Они упали.
  Я посмотрел на неё.
  - Теперь ты понимаешь, зачем я...
  - Понимаю. - До меня внезапно дошло, почему никто из малышей никогда не оставался на улице без присмотра крылатых старших.
  - Думаешь, мне его не жалко было? Луплю, а сама реву в три ручья. Но это лучше чем плакать, разводя краску, верно? - внезапно Таня вскочила и, пробежав несколько шагов, рывком ушла в небо.
  
  Глава 6. Охота на Снарка.
  
  Это случилось спустя несколько дней, после описанных выше событий сразу, после того как отметили окончание сбора урожая. Праздник получился по-семейному тихий, но очень искренний. Галина торжественно достала кувшинчик с какой-то алкогольной настойкой и приготовила "особую" кашу, добавив в обычную тюрю небольшое количество редких и явно дорогих специй. После ужина началась музыка с танцами. Хозяйка довольно неплохо музицировала на небольшом инструменте неизвестной мне конструкции, а молодое поколение лихо отплясывало под незамысловатую мелодию. Скажу сразу, что если вам не доводилось танцевать при низкой силе тяжести, вы многое потеряли. Ни один даже самый умелый акробат на Терре не сможет повторить и половины тех безумных кульбитов, которые мы отчебучивали в тот весёлый вечер. Праздник я завершил шумным фейерверком, выпустив в небо всю обойму из подствольного плазмомёта. Дети были в полном восторге. До того они считали лучемёт просто причудливой игрушкой, а после представления прониклись к нему огромным уважением и несколько раз потихоньку пытались пострелять сами, разумеется, без особого результата.
  Но праздник закончился, наступили будни, уже на следующий день каждый занялся своим делом. Малыши, сбившись в кучку, пряли нитки, Галина сидела за рамой ткацкого станка, а мы на улице втроём перебирали семена трибакса, отбирая самые крупные и качественные. Работа была нудная, кропотливая и проходила в два этапа. Сначала просто откладывались наиболее симпатичные зёрна, затем девушки внимательно осматривали их со всех сторон, нещадно бракуя за малейшую трещинку или пятнышко. Прошедшие окончательный отбор семена, ссыпали в небольшие полотняные мешочки - по сто штук в каждый. Мешочки тщательно завязывались, на концы верёвок вешалась печать. Оттиснув на печати знак Дома, мешочки откладывались в сторону.
  Таня объяснила, что каждый Дом имеет собственную уникальную печать, которая используется для оформления официальных документов и проведения финансовых операций. На печати дома "Петербург" был изображён стилизованный трёхмачтовый парусный кораблик точно такой же что и на флаге. Когда я спросил, зачем нужно так тщательно отбирать зёрна, выяснилось, что всякий раз по прибытию в Шпиль, мешочки обмениваются в Банке Земледельцев на аналогичные, собранные другими фермерами. Именно эти семена высаживаются затем во время посева. Таким нехитрым способом местные жители пытаются предотвратить вырождение культуры.
  Итак, мы сидели на току, работали и болтали. Я уже давно поведал сёстрам историю своего появления в этом мире. К счастью благодаря легендам Галины, девушки примерно представляли, что такое межпространственный портал и потому довольно спокойно приняли известие о моём инопланетном происхождении. Рассказы о войне, феечки слушали с жадным вниманием, похоже, для них они служили великолепной заменой фильмам ужасов.
  - ...Разумеется, мы сунулись в эту дыру не просто так. Где-то в катакомбах находился старый штаб пятой бригады и Батяня надеялся обнаружить остатки тактического оборудования - коммуникаторы, стереопланшеты и прочую электронную требуху, которую можно было, потом сдать ребятам из технического отдела. В Цитадели постоянно не хватало запчастей для ремонта...
  Естественно, что в электронике сестры разбирались примерно так же хорошо, как и в плавании брассом, но уточняющих вопросов практически никогда не задавали. Оно и понятно, в сказке, тем более страшной, всегда должна присутствовать тайна.
  - ... И тут Енот внезапно смотрит, а на спине у Боксёра висит дохлый "Паук", причём тот его в упор не замечает. Боксёр был таким здоровяком, что мог в одиночку опрокинуть "Скарабея", и на мелочи никогда не разменивался... - на этой фразе я внезапно замер, потому что увидел небольшой остров, лениво проплывающий над нашими головами.
  - Девчонки, глядите...
  Проследив за направлением моего взгляда, обе феечки вскочили. Таня стартовала с места практически мгновенно, Ритка испустив вопль - "Макончайерундойзаниматьсявалисюда"! - рванула следом. В хижине что-то пискнуло, загрохотало и несколько секунд спустя, Галина появилась на пороге с коротким луком в руках.
  - Что? - рявкнула она, глядя на меня.
  Я молча показал рукой. Хозяйка охнула, метнулась обратно в хижину и вернулась уже без лука, но зато с Никитой, которого волокла за шиворот.
  - Ну, ма!.. - тянул опешивший мальчишка, похоже, совершенно не понимающий чего от него хотят.
  - В сарай, за кольями, живо! Ты тоже не пялься, а давай помогай!
  - Что делать-то? - спросил я, честно говоря, совершенно не понимая причины возникшего переполоха.
  - Иди за мной.
  Мы побежали к сараю. Никита, который к этому времени уже успел во всём разобраться, сопя, тащил охапку толстых кольев и большую деревянную киянку.
  - Куда нести?
  - Пока на ток, потом покажу.
  Галина открыла дверь пошире, и выкатила наружу здоровенную катушку с намотанной на неё верёвкой. Вставив ось - длинную крепкую палку, мы потащили её на ток. Над нашими головами с шумом пронеслась Ритка.
  - Круто ма, кусок что надо! Я за копьями!
  - Давай. Пришьём его там, где большая щербина. Есть за что крепить конец?
  - Ага, Танька расчищает.
  - Давай, шевелись.
  Рита влетела в сарай и вскоре выпорхнула наружу с двумя длинными острыми палками в руках. Я уже знал, что они используются для прокалывания газовых мешков. Копьё внутри полое, через него водород выходит наружу, после чего остров немного опускается вниз. Таким образом, здесь регулируют высоту полета, когда требуется поймать подходящий воздушный поток. Со временем отверстие в мешке зарастает, и он вновь наполняется газом.
  Миновав ток, мы вышли на убранное поле и двинулись вдоль края острова к тому месту, где в неровной береговой линии имелся довольно внушительный "залив". Похоже, обитатели фермы всерьёз решили втиснуть беспризорный клочок суши в это углубление.
  Тем временем, безжалостный ветер постепенно разносил острова в разные стороны. Сверху послышался негромкий хлопок, свист выходящего газа и восторженные вопли сестёр.
  - Только бы не переборщили, балаболки, - прошептала хозяйка, посмотрела на охапку кольев притащенных трудолюбивым Никитой, потом взглянула на меня.
  - Давай Тимур, поработай.
  - Что надо делать?
  - Заколачивай их там, где я покажу.
  - Хорошо.
  Галина ткнула большим пальцем ноги в едва приметную ямку.
  - Здесь.
  Я послушно взял кол и начал забивать его киянкой в мягкую, податливую землю.
  - Стой, достаточно, - сказала хозяйка, когда деревяшка ушла в почву на две трети своей длины. - Давай следующий, вот сюда.
  Работа оказалась несложной, и минут через десять, половина кольев оказалась забита. Тем временем ничейный островок опустился достаточно низко. Появилась Таня.
  - Вы готовы? - спросила она.
  - Да, - ответила Галина. - Бери верёвку. Тимур не спи, помогай!
  Мы подняли катушку насаженную на ось, каждый со своей стороны. Таня схватила конец верёвки и полетела прочь. Катушка принялась быстро разматываться.
  - А если не хватит? - спросил я у хозяйки, но та не ответила, пристально глядя в след улетающей дочери.
  Верёвки хватило. Феечка благополучно добралась до острова и скрылась из виду. Прошло несколько томительных минут. Катушка продолжала медленно разматываться - островок улетал всё дальше. Наконец появилась Рита.
  - Готово! - прокричала она и замахала руками.
  - Теперь наша очередь! - быстро сказала Галина, и несколько раз с силой крутанула катушку, чтобы появилась слабина. - Привязывай к крайнему колу, живо!
  Я встал на колени и выполнил приказ.
  - Теперь накидывай на другие. Да не так, дубина! Накинул, обернул пару раз и к следующему. Вот, верно. Главное, чтобы ветер не усилился!
  Работа была несложной и напоминала выуживание рыбы. Мы медленно, подтягивали к себе пойманный кусок, цепляя верёвку за колья, следя за тем, чтобы она натягивалась не слишком сильно. Рита контролировала процесс, сидя на островке, а Таня постоянно кружила в воздухе, готовясь схватить веревку, если та всё же порвётся.
  Сначала мне казалось, что мы никогда не закончим, уж слишком далеко успел отлететь объект нашей охоты, но постепенно расстояние стало сокращаться. Уже можно было разглядеть листья невысоких кустов, которыми поросла спина пойманного "зверя". Обессилившая Таня опустилась рядом и, сложив крылья, вяло попыталась помочь, но я отогнал её. Сам справлюсь. В конце концов, мне посчастливилось родиться на планете с нормальной силой тяжести, потому мои мышцы были значительно крепче, чем у здешних обитателей.
  Спустя примерно два часа, заарканенный остров уткнулся коричневым боком в край нашего Дома, словно уставший щенок. Проколов ещё один газовый мешок, чтобы уравнять поверхности мы принялись "сшивать" обоих летунов между собой. Делалось это просто - на захваченном куске набили ряд кольев, после чего скрепили будущих друзей десятком верёвок.
  - Уф, - сказал я, падая на землю. - Ну и работёнка.
  - Ага, - вздохнула Таня. - Но она того стоила.
  - А они не разлетятся снова?
  - Не-а. Постепенно срастутся друг с другом и станут единым целым.
  - Вот оно что... И когда будем снимать швы?
  - Не поняла?
  - Веревки, когда уберём?
  - Дней через пятнадцать, не раньше.
  - Эй, люди вы что валяетесь?! - подбежала весёлая Рита. - Айда смотреть на сокровища!
  - И то верно, - сказала Танька вставая. - Тимур, мам, пойдём, глянем.
  Признаться, я немного волновался, ступив на поверхность пойманного островка. Уж очень сильно качалась земля под ногами. Но верёвки держали крепко.
  По площади, он оказался небольшим: примерно тридцать квадратных метров и судя по всему был совсем диким. Во всяком случае, на его поверхности отсутствовали следы культурных растений, только жёсткая редкая трава да невысокие кусты. На первый взгляд ничего особенного, но тут, Рита пропела торжественную мелодию и подняла с земли камень, размером с человеческую голову.
  - Сюрприз! - довольно воскликнула она. - Что, не ждали?!
  Галина охнула и схватилась за сердце. Даже я, ещё не научившийся до конца разбираться в местной системе ценностей, и то уважительно присвистнул. Конечно, камни стоили здесь дешевле, чем железо, но всё равно, очень дорого. Из них делали жёрнова для мельниц, молотки, лезвия мотыг и множество других необходимых в хозяйстве вещей. Особенно ценились глыбы обсидиана, из острых осколков которого получались отличные скребки, ножи и бритвы. Валуны попадали на острова в виде вулканических бомб. На поверхности планеты постоянно извергались вулканы, вышвыривающие в атмосферу пепел и камни. Пепел, оседая на спинах воздушных гигантов, превращался в почву, а более крупные частицы, как правило, падали обратно на землю, но иногда врезались в острова.
  - Вот крылья для Никитки, - улыбаясь до ушей, сказала Рита. - И ещё куча денег останется!
  - Радость то, какая, - бормотала мамаша, и я почти слышал, как в её голове скрипели шестерёнки счётной машинки. Маленькой и очень жадной.
  - Но это ещё не всё! Таба-дам! - прокричала Таня, вспархивая на валун скрытый высокой травой. - Я памятник! Крутой у меня постамент!
  Постаментик на самом деле был несколько маловат для памятника, но достаточно велик для всего остального. Хозяйка упала на колени, и принялась судорожно разгребать траву, пытаясь хотя бы приблизительно определить ценность находки. Её старшая дочь застыла в эффектной позе, едва касаясь кончиками перемазанных землёй пальчиков неровной поверхности глыбы. Она сильно напоминала девушку с древней картины давно забытого земного художника.
  - Разверни крылья, - попросил я.
  - Зачем?
  - Для красоты.
  - Пожалуйста!
  Радужные крылья разошлись в стороны. Я восхищённо замер, затем торопливо стянул с запястья часы и отщёлкал несколько снимков встроенной камерой. Разрешение у неё конечно паршивое, но всё равно получилось отлично. Как жаль, что мой коммуникатор слетел во время падения. Сколько красивых кадров можно было бы сделать!
  Галина вскинула лицо искаженное алчной гримасой.
  - Вы что бездельничаете?! А ну живо ищите, может, ещё найдёте!
  Таня тяжело вздохнула, с её губ сползла улыбка. Она устало спрыгнула на землю и принялась покорно раздвигать руками высокие стебли травы.
  
  Глава 7. Не только радость.
  
  - Как же нам всё-таки повезло... - мурлыкала Таня, прижимаясь щекой к нагретому солнцем шершавому боку валуна. Великолепный трофей, был общими усилиями извлечён из тела приблудившегося островка и оттащен к хижине, став на время любимой игрушкой всего семейства.
  - Помимо прочего он ещё и красив, - сказал я. - Жаль что вы его, в конце концов, продадите.
  - Ага. Можно было сделать настоящий памятник. А, правда, что у тебя дома камни ничего не стоят и валяются прямо под ногами?
  - Правда.
  - Вот если найти ту самую дырку, сквозь которую ты попал сюда и натаскать кучу всяких сокровищ...
  - Зачем?
  - Стали бы дожами, купили дворец в Шпиле и зажили б в своё удовольствие.
  - Боюсь, что на той стороне портала тебя ждёт тёплый приём, - буркнул я, ощутив укол беспокойства. Мысль о том, что Чужие нашедшие с моей помощью окошко сюда, могут развязать новую бойню была очень неприятна. Я только-только начал отвыкать от войны.
  - Ерунда, - беспечно махнула рукой феечка, - Ты их всех перестреляешь из своего ружья!
  - Будем довольствоваться тем, что есть. Мне очень надоело стрелять.
  - Жалко. А чем ты собираешься заниматься, когда поселишься в Шпиле? Учти, без крыльев там делать нечего.
  - Да куплю я крылья, куплю не переживай!
  Время, когда я рассматривал симбионта на спинах сестёр с брезгливым отвращением, прошло. Теперь мне самому хотелось научиться летать и как можно быстрее. Если для этого нужно поселить на собственном теле пульсирующего розового паразита... что ж, не такая большая плата за свободу.
  - Но на что ты будешь жить? На первое время тебе понадобятся деньги, да и хорошие крылья стоят немало.
  - Продам что-нибудь из вещёй, делов то. Кстати, Тань, скажи, а как вообще выглядят ваши деньги? Из чего они сделаны?
  - Посиди, сейчас покажу. Главное чтобы мамаша не увидела...
  Девушка, вскочив, нырнула в хижину. Уверен, что Галина, которая последние два дня забросив ткачество, лихорадочно занималась подсчётами будущих прибылей от продажи камней, превратившая земляной пол дома в один большой гроссбух, вряд ли была способна заметить, что-нибудь ещё кроме своих цифр.
  Я подошёл к валуну и присел на корточки. Он действительно велик по здешним меркам - примерно с половину меня и без сомнения способен принести хозяевам кучу денег. Кроме него и того камня, которым хвасталась Ритка (за своеобразную форму я назвал его "тыковкой"), мы смогли отыскать в траве ещё несколько булыжников размером с кулак. Вполне недурственный улов.
  Появилась Таня и протянула раскрытую ладонь.
  - Вот смотри!
  Я с интересом взял деньги и начал их разглядывать. Это были кусочки плотного дерева, размером и формой напоминающие костяшки домино. По краю лицевой и оборотной стороны тянулся несложный узор, а в центре красовалась цифра номинала. И узор и цифра были аккуратно выжжены, по всей вероятности узким лучом лазера. Дёшево и сердито, а главное не подделаешь!
  - Красиво, - сказал я. - Как называются?
  - Большая монета - шпала, а мелкая - щепка.
  Щепка была размером с фалангу указательного пальца и лишена украшений, только цифры. Я подкинул её на ладони и вернул девушке.
  - Ясно.
  - Одна шпала - сто щепок. Вот и вся премудрость.
  - Спасибо за лекцию.
  Таня кивнула, встала и несколько раз прошлась туда-обратно, заложив руки за спину. Затем остановилась, виновато посмотрела мне в глаза и, смущаясь, провела большим пальцем ноги вертикальную черту по земле.
  - Я говорила маме, - расстроенным голосом произнесла она, - что мы обязательно должны заплатить тебе за работу, но она даже слушать не хочет. Твердит, что ты и так обязан нам жизнью, что слишком много ешь и так далее. Знаешь же какая она... бережливая.
  Я невесело усмехнулся, глядя на печальное лицо девушки.
  - Не грусти, ласточка. Мне от вас ничего не нужно.
  - Но... но это неправильно! - воскликнула она, топнула ногой и как, всегда оказавшись в расстроенных чувствах, свечкой ушла в небо - успокаиваться.
  Проводив её взглядом, я внезапно подумал, насколько по-разному относятся к полёту крылатые обитателя острова. К примеру, Галина на моей памяти поднималась в воздух раза три, не больше, всегда неуверенно и даже с опаской. Рита также не расправляла крыльев без особой нужды, предпочитая заниматься делами твердо, стоя на ногах. И только Таня каждую свободную минуту проводила в воздухе, явно получая от этого огромное удовольствие. То, поймав восходящий поток, неспешно парила, изредка взмахивая крыльями, то наоборот, устраивала настоящий цирк, с демонстрацией фигур высшего пилотажа от иммельмана до мёртвой петли. Если бы вы только знали, как я ей завидовал! За два месяца проведённых на борту летающего острова, мой страх высоты куда-то спрятался, я уже без опаски подходил к краю и мог подолгу смотреть вниз, но это геройство не стоило ничего, по сравнению с её свободой. Крылья! Чёрт побери, я хочу крылья! Когда же, наконец, мы доползём до Шпиля?!
  Шумно приземлившись, успокоившаяся девушка подошла ко мне. Ей было стыдно за слова матери, и она явно хотела сделать для меня что-то приятное.
  - Хочешь, полетаем? - наконец неуверенно предложила она.
  Я вздрогнул и встал.
  - Ты серьёзно?
  - Конечно.
  - А удержишь?
  - Было бы что держать, глупый! Кроме того, я уже один раз таскала тебя на руках, помнишь? Хотя нет, ты тогда был в отключке. Так как?
  - Со... согласен.
  - Тогда пошли.
  - Прямо сейчас?
  Феечка захихикала.
  - А чего ждать то?
  На ватных ногах, я подошёл к краю и замер. Внутренности превратились в один ледяной комок. Таня встала сзади и крепко обняла руками, её тугие грудки удобно пристроились под моими лопатками. Меня сразу бросило в жар, а в следующее мгновение громко захлопали крылья, ноги оторвались от земли, и бездна приветливо распахнула навстречу свою алчную пасть.
  Я плохо помню этот полёт. Мы сначала бесконечно долго падали вниз, затем Танька поймала восходящий поток и устремилась навстречу солнцу. Остров "Петербург" крохотной почтовой маркой плыл где-то под ногами, в ушах свистел ветер, и было невероятно хорошо. Казалось, что это я сам рассекаю воздух крепкими, сильными крыльями. Кто сказал, что человек не может оторваться от земли без помощи всяких громоздких и шумных устройств. Пусть посмотрит на нас и заткнётся! Вот она настоящая подлинная свобода - свобода выбора направления. К чёрту дороги и тропинки, к чёрту улицы и тротуары! Мы летим куда хотим, и никто не сможет опустить на нашем пути шлагбаумы границ и запретов! Только вперёд, только вверх, не останавливаясь, отсюда и до самых звёзд!..
  После я долго лежал на спине, распластавшись, словно морская звезда, не в силах поверить, что волшебство так быстро закончилось.
  - А ты тяжёленький стал, - с осуждением сказала Таня. - Может, мама права, и кто-то действительно слишком много ест?
  Тут она засмеялась и умчалась в дом, а я остался на месте, опустошённый и до безумия счастливый.
  
  Следующий день выдался пасмурным и серым. Сильный ветер нагнал густые плотные облака и всё население острова, включая годовалого Васеньку, с надеждой поглядывали в небо, ожидая дождя. Несколько раз сёстры-летуньи взлетали вверх, и ныряли в облака, освежится. Назад они возвращались растрёпанные, мокрые и невероятно довольные. Мне было не так весело. В компании Никиты я по приказу хозяйки трудился в поле, подготавливая землю к будущему посеву. Если верить расчётам, до Шпиля оставалось всего несколько дней и Галина, заранее впавшая в печаль при мыли об утрате бесплатной рабсилы, старалась выжать из меня всё что только можно. Я не протестовал, решив, что тяжёлый физический труд поможет мышцам оставаться в тонусе, да и немного лишнего веса сбросить, совсем не мешало.
  Первое время я никак не мог приспособиться к работе, потому что после каждого удара каменным лезвием по земле, меня подбрасывало в воздух сантиметров на двадцать - низкая сила тяжести демонстрировала свою вредную сущность. Наконец Никита, которого страшно смешили, мои акробатические номера сжалился, и объяснил, что перед тем как ударить, я должен, обязательно уцепится пальцами ног за траву или торчащие из земли пеньки срезанных стеблей трибакса. Сам мальчишка проделывал это не задумываясь, совершенно автоматически.
  Я уже давно понял, что обитатели острова поголовно ходят босиком не потому, что являются сторонниками здорового образа жизни. Обувь, даже самая хорошая не может обеспечить надёжного сцепления ног с почвой. Я сам спрятал свои армейские ботинки на второй день после прибытия, и был уверен что, вряд ли когда-нибудь воспользуюсь ими снова.
  Монотонный труд наводил тоску, пальцы ног ныли от непривычной нагрузки. Внезапно прямо над головой громко зашумели крылья. Решив, что это Таня опять балуется с фигурами высшего пилотажа, я поднял взгляд и с изумлением увидел, что вместо наглой феечки к нам подлетает какой-то незнакомый мужик, одетый в лохмотья, сшитые из тряпок и шкур. Его бородатое лицо было покрыто омерзительной коростой, на месте правого глаза красовался гнойный провал, вместо носа торчал раскуроченный пенёк, крылья покрывали зелёные разводы, похожие на пятна плесени. В руках монстр держал натянутый лук.
  - Что за!.. - воскликнул я, отпрыгивая назад.
  На сей раз, старые рефлексы сослужили хорошую службу. Рывок получился сильным, совсем как на Терре, я естественно не удержался на ногах и стрела, которая должна была вонзиться в грудь прошла мимо. Незнакомец на бреющем полёте с шумом промчался над землей и принялся набирать высоту. Заметив его, Никита закричал и во все лопатки кинулся к дому, но далеко уйти ему не дали. Он успел пробежать всего метров десять, когда второй налётчик, ястребом упавший из поднебесья, подхватил мальчишку на лету и начал торопливо подниматься.
  Танька атаковала стремительно и бесстрашно врезалась в спину похитителя. От неожиданности тот выпустил жертву, Никита упал, прокатился по земле, и как не в чём ни бывало, понёсся дальше. Девушка впилась зубами в правое крыло врага, который, тонко заверещав от боли, испуганно заметался из стороны в сторону.
  Тем временем, мой несостоявшийся убийца, развернувшись, пошёл на второй заход. Я подхватил с земли мотыгу и метнул её словно копьё. Бросок оказался удачным - тяжёлая каменная дура с хрустом впечаталась в физиономию наглеца. Нелепо взмахнув руками, он выронил оружие и впилилившись в землю, пропахал подбородком глубокую борозду.
  - Спасибо что помог обработать поле! - крикнул я, кидаясь к хижине. Там на верхней полке стеллажа лежит верный лучемёт. Главное, успеть добежать. И всё будет хорошо. Даже ещё лучше.
  Укушенный Таней бедняга, кренясь на правый бок, медленно улетал прочь, выкрикивая нечто нецензурное. Интересно, чем он собственно оказался так недоволен? Его победительница, ласточкой носилась в воздухе, готовясь вновь прийти на помощь мне или Никите. Я мельком взглянул в небо. К нам стремительно приближались пять летунов, и целая стая чернела вдали. А ещё выше, метрах в пятистах, из облака выглядывал край какого-то большого острова. Похоже, судьба решила крепко наказать нас за недавнюю удачу.
  Заметив новую опасность, девушка кинулась на перехват. Её единственным оружием была скорость, и великолепное умение управляться телом в полёте. Пятеро бандитов торопливо выпустили стрелы, но не смогли попасть в слишком быструю цель. Таня промчалась сквозь их строй, и те метнулись в разные стороны, опасаясь лобового столкновения. Её дерзкий маневр, позволил мне выиграть метров двадцать. Никита уже подбежал к дому, дверь распахнулась, мальчишку втянули внутрь. Затем на пороге появились Галина и Рита с луками в руках, причём умная младшая сестра не забыла прихватить с собой лучемёт.
  Свистнули стрелы, одна из них вонзилась землю рядом с моей правой ногой. Я просто физически ощущал незащищенность собственной спины. Таня спикировала на удачливого стрелка. В полёте феечка развернулась и впечатала в горб противника свои крепкие маленькие ступни. Заревев от боли, бедняга, ломая кости, врезался в землю. Поняв что шутки кончились, налетчики, сосредоточили всё внимание на девушке оставив меня в покое. Я подбежал к дому, и выдернул лучемёт из Риткиных рук. Оружие довольно заурчало, признавая хозяина.
  Крайний летун так и не понял, отчего умер, второго я срезал в тот момент, когда он попытался достать Таню коротким копьём. Два оставшихся бандита явно поняли, что им тут не рады и обратились в бегство.
  - Так это и есть дикари? - спросил я Риту.
  - Ага! Осторожно, ещё летят!
  - Вижу.
  Вторая группа была уже недалеко, но бояться не следовало. Теперь, когда в руках лучемёт, бояться стоило им.
  Вскинув оружие, я прильнул глазом к оптическому прицелу. Дикари были как на ладони. Ну, красавчики ловите подарок!
  Сгусток плазмы вылетел из подствольника и секунду спустя, воткнулся в брюхо одного из приближающихся героев. Тот разлетелся на кровавые ошмётки, взрывная волна расшвыряла по сторонам его товарищей. Кое-кого задело останками, двоим молодцам осколки костей располосовали крылья, и бедняги плавно кружась, заскользили вниз, словно осенние листья. Ещё три выстрела заставили даже самых тупых сообразить, что ничего хорошего им тут не светит. Яростно табаня крыльями, уцелевшие бандиты в панике начали тормозить и разворачиваться.
  К этому времени их остров, наполовину высунулся из-под прикрытия предательского облака. Он выглядел огромным и мрачным, в окуляр оптического прицела отлично были видны кроны деревьев торчащие над краем. Нет, то, что на некоторых островах растут деревья, я знал и раньше иначе, откуда бы местные жители брали материал для поделок, но что существуют вот такие летающие джунгли, даже не подозревал.
  - Они улетают, улетают! - радостно вопила Рита, подпрыгивая на месте от переизбытка чувств.
  - Улетели, но обещали вернуться, - пробормотал я.
  Внезапно, мне в голову пришла злая мысль. Я прицелился в бок воздушного гиганта и дважды выстрелил плазмой. Несколько секунд ничего не происходило, затем край дикарского острова охватила стена огня. Расчёт оказался верным, газовые мешки загорались один за другим, и вскоре вся видимая часть полыхала, словно подбитый дирижабль. Взрывы следовали непрерывно. Подгоняемый ими словно импульсными выхлопами ракетных двигателей, пылающий монстр быстро скрылся в облаках.
  - Ну, ты силён... - протянула Рита и с некоторым страхом поглядела на меня.
  - Ерунда! - бросила приземлившаяся Таня. - Пойдёмте лучше скинем падаль!
  Мы, взяв в сарае палки, приблизились к лежащим на землё мёртвым дикарям.
  - Не прикасайся к ним руками, иначе можно заболеть, - предупредила меня старшая сестра и с отвращёнием сплюнула. - Гадство какое, я ж одного укусила! Надеюсь, что обойдётся без последствий.
  - Для кого из вас двоих? - хихикнула Рита.
  - Не смешно!
  Вблизи, дикари выглядели ещё отвратительнее, чем издалека. Их тела были покрыты многочисленными язвами и нарывами, у некоторых не хватало пальцев. Не грозные бойцы, а компания каких-то прокажённых нищих.
  - Оружие тоже нельзя трогать, - строго сказала Таня, затем обернула тряпкой кисть и принялась собирать рассыпавшиеся стрелы.
  Когда последний мертвец был сброшен вниз, мы, избавившись от палок и тряпок, пошли обратно к дому. Где-то вдали виднелись багровые сполохи да слышались приглушённые хлопки. Теперь понятно почему жители планеты не пользуются огнём. Летать на заполненных водородом подушках дело слишком... взрывоопасное.
  - Почему дикари такие уроды? Я имею в виду их язвы и всё остальное.
  - Говорят, что в джунглях очень здорово жить, - задумчиво протянула Таня. - Полно жратвы, не надо горбатиться, чтобы вырастить урожай. Воды хоть залейся - пей не хочу, а из шкурок получается отличная одежда, но вот людям приходится плохо. Слишком много разных болезней. Слабые умирают быстро, ну а те, кто выживают, сам видишь, какими красавцами становятся...
  - Но если они такие обеспеченные ребята, зачем им нападать на фермы?
  - А утварь, а инструменты? Или думаешь, что их пускают в Шпиль поторговать? Кроме того, у них не растёт трибакс, а кашки пожевать всем хочется.
  - Надо же гурманы, какие, я на неё уже смотреть не могу!
  - Правда? Ну, ты и привереда, - фыркнула Рита.
  - И главное, - помолчав, добавила Таня, - им нужны пленники. Взрослых... ну тех, у кого уже есть крылья, они убивают, а детей забирают себе.
  - Зачем?
  - Воспитывают по своему подобию.
  - Вот оно что...
  - Ага, - вновь засмеялась Рита. - Если б они нас всё-таки одолели, тебя бы точно убивать не стали. Ты ж бескрылый, а значит ещё младенец. Ути-пути, хочешь сисю пососать?
  - Тоже мне взрослая нашлась, - фыркнул я. - Сама с горшка недавно слезла.
  - А что такое горшок и зачем с него слезать?
  
  Стояла ясная, солнечная ночь. Я сидел на улице под своим навесом, и мужественно борясь со сном, высматривал в небе дикарей. Понятно, что не все они погибли, а значит, могли вернуться, ведь их острова больше не было. Захват нашего Дома оставался единственным шансом выжить для уцелевших. Но пока всё спокойно. Может бедняги, смогли потушить горящего гиганта и спасти хоть клочок?
  Наконец я встал и вошёл в хижину. Мирно сопели умаявшиеся за день дети и взрослые. Я приблизился к гамаку Тани, схватил её за пятку, выглядывавшую сквозь сетку, и легко пощекотал. Девушка зашевелилась, открыла глаза и с недовольным видом посмотрела на меня.
  - Чего тебе?
  - Выходи на улицу.
  - Зачем?
  - Так надо, - ответил я и выбрался на свежий воздух.
  - Что случилось? Пожар? - спросило она, выходя следом и зябко потирая плечи.
  - Почти. Кстати, а что собственно означает слово "пожар"?
  - Ты только за этим меня разбудил, дурак?
  - Разумеется. Так что?
  - Не знаю. Все так говорят. Доволен? Я могу идти обратно?
  - Погоди, давай отойдём подальше.
  - Учти, я девушка порядочная! Если задумал какую-нибудь глупость, сразу предупреждаю, ничего не выйдет.
  - Оставь свои подозрения и просто пошли.
  - Ладно, но я тебя предупредила!
  Она с независимым видом зашлёпала вперёд, а я поспешил следом.
  - Стой, достаточно, теперь нас никто не услышит. Садись.
  Таня фыркнула, но подчинилась. Похоже, моё поведение её страшно заинтриговало.
  - Вот. - Я стянул с плеча лучемёт и положил ей на колени. - Возьмись, пожалуйста, за рукоятку и положи палец на спусковой крючок. Только ни в коем случае не нажимай.
  - Зачем?
  - Делай, что говорят!
  Она, не споря, выполнила приказ, затем уставилась на меня глазами полными любопытства. Я нажал на окошко индикатора заряда батареи, и оно послушно скользнуло в сторону, обнажив маленькую сенсорную панель. Осталось только приложить к сенсору большой палец правой руки и коснуться утопленной кнопки рядом с предохранителем.
  - Держи крепче, не разжимай!
  - Ай! Щиплется!
  - Терпи... Ну вот и всё, сканер настроен.
  Я вернул индикатор на место и ласково погладил оружие.
  - Зачем это было нужно?
  - Да так, просто перестраховался немного. Теперь если придёт нужда, ты можешь стрелять из него.
  - Правда? - изумлённо воскликнула девушка.
  - Да. Вставай, пошли к краю покажу как. Только учти, что если попадёшь в землю и пробьешь газовый мешок, случится большая неприятность. Видела, как горел дикарский остров? Это-то и называется пожаром. Ясно?
  - Ясно... - ответила Таня, растерянно глядя на оружие в своих руках. - Но зачем ты так поступил?
  - Неужели непонятно? Если меня... если со мной случится беда, ты всегда сможешь отомстить.
  - Спасибо, - прошептала девушка, в её глазах блеснули слёзы. - Я даже не думала, что ты мне настолько доверяешь!
  - Прекрати. Конечно доверяю... Вот смотри, это называется прикладом. Раньше, когда оружие было пулевым, он помогал гасить отдачу. Сейчас отдачи нет, но приклад всё равно необходим: в нём помещается батарея и микрореактор...
  
  Глава 8. Доки.
  
  Жизнь постепенно налаживается и всё бы ничего, но холод внутри выводит меня из себя. Как же надоело ощущать пустоту и бесприютность. Зато мне, наконец, удалось вспомнить собственное имя. Это здорово, правда, остальные всё время молчат и не отвечают на расспросы. Почему они такие тупые? Суетятся, иногда бормочут бессмыслицу и всё. Ну, ничего, скоро я выйду на свободу и полечу. Полечу быстрее ветра, никто не остановит!..
  
  Патрульный, оказался щуплым пареньком лет шестнадцати, облачённым в форменный костюм тёмно-синего цвета. Он несколько раз на безопасном расстоянии облетел наш Дом, полюбовался на флаг с корабликом и, наконец, приземлился перед хижиной, где его уже ожидала Галина с печатью в руках.
  - Служба безопасности доков, младший дозорный Сергеев, - лихо козырнул он. - Добро пожаловать в столицу, госпожа Рыбкина!
  - Ну, наконец-то, - брюзгливо протянула хозяйка. - Думала, никогда не появитесь! Давай бланк.
  Дозорный вытащил из сумки на поясе пачку бланков сделанных из рыхлой серой бумаги. Подозреваю, что на её изготовление шёл всё тот же вездесущий трибакс.
  - Буксировщиков, какой бригады предпочитаете?
  - Естественно Вертокрылов. Культурные молодые люди и берут умеренно, не то, что некоторые.
  - Значит Вертокрылы... - парень чиркнул несколько строчек в бланке. - Дикари среди вас есть?
  - Нет, конечно! Ещё чего придумал!
  - Простите, но я должен осмотреть всех обитателей, согласно новому постановлению Конклава Дожей.
  Бурча под нос ругательства, хозяйка зашла в дом и выгнала на улицу малышей.
  - Давай, смотри. Может, среди них притаился кровожадный дикарь, а я не заметила!
  - Простите, но таковы правила.
  Он мельком осмотрел нас и, кивнув, застрочил в бланке.
  - Характер груза?
  - Полный амбар трибакса, ткань и несколько камней. Будешь проверять?
  - Нет, благодарю, таможенный досмотр не входит в мою компетенцию. Спасибо за сотрудничество.
  Дозорный закончил заполнять бланк и протянул его Галине. Та внимательно просмотрела все графы.
  - Слово "караван" пишется через "о", проверочное слово "корова"! Тоже мне грамотей! Нарожали идиотов... - гневно фыркнула она, затем приложила печать и, не прощаясь, ушла в дом. Парнишка только покачал головой.
  - Тут нет никакого "каравана"! - обиженно пробормотал он, убирая бланк обратно в сумку.
  - Ох, сударь, не обращайте внимания, матушка сегодня немного не в духе, - обворожительно заворковала Рита и ласково взяла оторопевшего дозорного под руку. - Надеюсь, этот незначительный конфликт не разрушит нашей дружбы? Пойдемте, я провожу, вам ведь так далеко лететь...
  - Спасибо, но я сам...
  - Ох, вы такой самостоятельный! Боже как я люблю самостоятельных мужчин! Позвольте узнать, как вас зовут?
  - Ви... Виктор.
  - Чудесно, это моё самое любимое имя! Знаете, когда у меня родиться первенец, я обязательно назову его Виктором!
  - Гм, а если это будет девочка?
  - Тогда... тогда, Викторией. Правда здорово?..
  - Что с ней случилось? - удивлённо спросил я у Тани, когда воркующая парочка отошла на безопасное расстояние. - Дикаря кусала ты, а заразилась, похоже, она.
  - Ерунда, ничем Ритка не заразилась, просто спасает ситуацию. Паренёк конечно мелкая сошка, но он может, если разозлится, "забыть" передать нашу заявку бригаде буксировщиков, и тогда мы потеряем день или два. Мамаша как всегда в своём репертуаре...
  - А при чём тут "караваны"?
  - При том, что она не умеет читать. Но не признаваться же в этом какому-то младшему дозорному! Вот и демонстрирует свою учёность.
  - А ты, читать умеешь?
  - Тоже не умею. Знаешь, у меня был выбор - грамота или крылья. Я выбрала крылья.
  - Наверное, правильно, хотя кто знает.
  - Ничего, я девушка молодая ещё научусь!
  - И то верно!
  Тем временем, ошалевший дозорный, получивший на прощание жаркий и совсем не братский поцелуй, быстро взлетел.
  - Всё, скоро прилетят буксировщики, - проговорила Рита подходя. - Уф, ну и бревно же этот сопляк!..
  Она пинком распахнула дверь и с криком - "Мать, да сколько можно повторять одно и тоже"!.. - скрылась в хижине. Зазвучали первые раскаты надвигающейся перебранки. Мы молча переглянулись и поспешили отойти подальше, к самому краю.
  - А где Шпиль, я его не вижу, - мной овладело болезненное нетерпение.
  - Э...э... там! - Таня уверенно махнула рукой в пространство.
  - Как определила? По запаху?
  - Не знаю... Может ясновидение, может предчувствие... а может потому что туда улетел дозорный!
  - Ну, ты хитрюга!
  - А то...
  
  Буксировщики прибыли часа через четыре. К этому времени Галина, и Рита успели насмерть разругаться до конца жизни, помириться и вновь поцапаться. Когда парни появились на горизонте, я сначала грешным делом подумал, что на нас вновь напали дикари, но Таня меня быстро успокоила.
  - Не бойся, они хорошие, хоть выглядят как настоящие бандиты.
  Я поднял лучемёт и взглянул сквозь оптический прицел.
  - Да уж, видок зверский.
  - А то. Буксировщики самые независимые люди в Шпиле. Им даже дожи не имеют право приказывать, только просить. Потому ребята могут плевать на приличия.
  - Понятно...
  Несколько минут спустя, летуны приблизились к острову. Их было двадцать человек - мускулистые мужики с большими и явно очень сильными крыльями. Предводитель бригады: огромный, словно шкаф смуглокожий здоровяк, похожий на настоящего пирата, приземлился перед домом. Остальные продолжали парить в воздухе.
  - Моё почтение, Галина, - прогудел он сочным басом. - Вижу, что дочки твои с каждым циклом становятся краше и краше. А где Борис?
  - Увы, Рустем его больше нет с нами.
  - Что? Плохо. Хороший мужик был. Правильный. Ну да ладно, все там будем.
  - Расценки не поменялись? - с тревогой спросила хозяйка.
  - Для тебя нет, но боюсь что в последний раз, - вздохнул здоровяк. - Торговцы совсем озверели. Умники всё про какой-то "кризис" талдычат. Слово, какое дурацкое, прости Небо. Балаболки чёртовы. Ну что, готовы?
  - Да, разумеется. Девчонки, не стойте столбом, помогайте!
  В "носовой" части острова, сразу за хижиной, ближе к краю, в землю были вколочены два толстых бревна с зацепами, которые Таня называла непонятным словом "кнехт". Буксировщики разделились на две группы по десять человек. У каждого отряда имелся свой канат, длинный и крепкий. Они набросили концы канатов на кнехты, тщательно закрепили, затем впряглись в упряжь цепочкой один за другим, и полетели, мерно, абсолютно синхронно взмахивая крыльями.
  - Ты хочешь сказать, что двадцать пусть и очень сильных людей способны оттащить наш Дом к Докам? Не верю! - прошептал я.
  - Напрасно, - сказала Таня. - Они занимаются этим всю жизнь, прекрасно умеют чувствовать воздушные течения и способны взять в помощники даже самый капризный ветерок.
  Буксировщики действительно, не столько тащили остров, сколько помогали ему поймать нужную воздушную струю. Постепенно, на горизонте начал вырисовываться какой-то тёмный массив. Таня усвистала в зенит и вскоре вернулась с приятным известием, что до города осталось совсем немного. Спустя полтора часа, по моим часам, мы подошли настолько близко, что можно было разглядеть детали даже без оптического прицела. Прямо по курсу колыхались зелёные фермерские острова, дальше громоздились какие-то строения, а над всем этим, возвышалась тонкая решётчатая башня - тот самый шпиль, который дал название всему городу.
  - Это Доки, - с видом умелого гида сказала Таня. - Видишь как много Домов? Все они прилетели с урожаем. Сейчас прицепимся к какому-нибудь острову и начнём заниматься делами. Ох, и хлопотно же будет.
  - А что за ними?
  - Склады, таможня, торговые конторы, гостиницы и кабаки. А ещё дальше начинается сам город. Ты уже готов в нём поселится? - последние слова девушки прозвучали на удивление печально.
  - Конечно, готов.
  - Ну и правильно, нечего такому парню делать в компании чумазых фермерш, - бросила она и поспешно улетела.
  Я вздохнул. Мне показалось или эта девчонка действительно расстроилась? С чего бы?
  Тем временем летуны, развернувшись, начали тормозить. Наступал самый ответственный момент. Дом медленно скользил мимо других островов, плавно гася скорость. Интересно, что случится, если мы сейчас врежемся? Наверное, ничего хорошего. Но буксировщики показали себя отличными парковщиками, безупречно проведя сложный маневр торможения. Мы окончательно остановились напротив островка, раза в полтора меньше нашего. Над его хижиной гордо реял флажок с полумесяцем.
  - Гляди-ка, - сказала незаметно подошедшая Рита. - Под боком у "Москвы" встали.
  - "Москвы"?
  - Ну, да, так называется эта мелочёвка, - презрительно бросила девушка. - Ничего особенного.
  - А что значит "Москва"?
  - Не знаю. Говорят, страна такая была на Земле. Тоже маленькая. О, вот и хозяева появились! Эй, Джамшут, Азиза! Приветики!
  Из хижины соседнего Дома вышли смуглолицые молодые мужчина и женщина в непривычных, пёстрых одеждах и приветливо улыбаясь, замахали в ответ.
  Буксировщики спустились вниз и деловито принялись сматывать канаты.
  - Ну что, хозяйка, доставили, как обещали, - прогудел подошедший Рустем. Галина тяжело вздохнула и пошла к амбару с видом полной покорности судьбе. Спустя двадцать минут довольные работяги ушли в небо, унося с собой плату - шесть полных мешков трибакса. Как объяснила Рита, доля каждого составляла четверть мешка, и ещё один шёл сверху, в общак. Затем появился таможенный чиновник с двумя помощниками. Тут хозяйка вновь показала свой тяжёлый норов. Крик стоял такой что, наверное, был слышан всему городу. Рита отчаянно пыталась погасить конфликт, а Таня с безучастным видом сидела на земле и катала в ладошках мой подарок - блестящую пистолетную гильзу. Скандал завершился тем, что чиновники получив, установленное законом мыто, равное двум мешкам зерна и четырём кускам ткани посмеиваясь, улетели. Хозяйка принялась носиться по току, в поисках бедняги на котором можно было сорвать злость. Наконец она подлетела к старшей дочери.
  - А ты что расселась? Самая умная, да? Мы тут делами занимаемся, а тебе всё равно? У, лентяйка! Давай, живо лети к торговцам и скажи, что я готова принять их завтра утром!
  Таня молча встала, спрятала гильзу в карман и неожиданно подошла ко мне.
  - Хочешь проветриться? Доки посмотреть?
  - Конечно!
  - Тогда пошли.
  Она вновь как тогда, крепко обхватила меня руками и расправила крылья. Земля ушла вниз, мы промчались над несколькими рядами фермерских Домов и спустя две минуты опустились на деревянную мостовую перед строем невысоких приземистых строений. Странно, хоть мне было отлично известно, что под ногами колышется обычный летающий остров, я тут же почувствовал себя матросом, сошедшим на берег после долгого плавания. Таня взяла меня за руку, и мы неторопливо двинулись вдоль домов.
  - Не люблю это место, - пожаловалась она. - Очень грязно и народу полно.
  С последним заявлением невозможно было не согласиться, людей действительно оказалось много. Они торопились, толкались, ругались и выглядели страшно занятыми. Ничего не скажешь, неподходящее место мы выбрали для неторопливой прогулки.
  Наконец моя спутница остановилась около двери, над которой висела выгоревшая вывеска с надписью "Иванов, Рябинович и дочери".
  - Нам сюда.
  Внутри я увидел несколько низких столов, за которыми сидели люди абсолютно конторского вида. Они что-то строчили в толстых тетрадях, разговаривали с немногочисленными клиентами, яростно щёлкали костяшками счётов. Оглядевшись, Таня решительно подошла к одному из клерков.
  - Добрый день.
  - О, кого я вижу, Танюша! С прибытием девочка! Ты с каждым циклом всё краше и краше! А это кто? Твой молодой человек?
  - Э... нет, просто знакомый. Добрый вечер Иван Иосифович.
  - И тебе добрый вечер, солнышко! Ну-с чем порадуешь старика?
  - Всё как обычно. Мама ждёт вас завтра утром.
  - Разумеется, мы будем в срок. Как урожай?
  - Отличный! Амбар ломится от зерна, вашим грузчикам придётся попотеть.
  - Ну, это их работа, за то им и платят. А как поживает ваш батюшка?
  - Он умер. Его убили дикари.
  - Что вы говорите, - всплеснул руками клерк. - Какая неприятность... вернее горе. Да конечно, горе. Кстати я не расслышал, где вы пришвартовались?
  - Сразу за "Москвой". Рядом стоят "Касабланка", "Слоупок" и "Крыжополь".
  - Да, да, теперь понимаю... Вот, подпишите заявку и завтра, сразу после поднятия белого флага можете нас ждать.
  - Спасибо, - Таня поставила неумелую закорючку на протянутом бланке. - Всего доброго.
  - И тебе, всего хорошего, золотце, и вам молодой человек. Кстати, не хотите приобрести десять мер трибакса по смешной цене?
  - Нет, спасибо, - ответил я и вышел вслед за Таней.
  На улице, девушка тряхнула головой и негромко сказала: - Ну что, полетели обратно? Честно говоря, у меня нет настроения гулять, извини.
  - Да конечно. Значит, завтра эти молодчики прикатят за урожаем?
  - Ага. Он сказал, что сразу после поднятия белого флага, но шиш. Опять придётся ждать полдня.
  - Прости, про какой флаг вы говорили?
  - Посмотри на шпиль. Видишь, на его верхушке поднят флаг?
  - Да, и что?
  - Их меняют четыре раза в день. Сейчас он красный, значит уже вечер. Чёрный означает сон.
  - Ночь.
  - Ну да, у нас говорят "сон" или "время сна". Затем белый - утро и синий - день. Всё очень просто.
  - Понятно. Значит уже вечер...
  - Верно. Давай, полетели.
  Когда мы вернулись домой, оказалось, что Галины и Риты нет на месте. Около открытой двери хижины сидела Азиза, и что-то рассказывала малышам. Увидев нас, она улыбнулась и встала.
  - Ваша матушка просила посидеть с детьми, пока вы не вернётесь.
  - Спасибо большое, - приветливо ответила Таня и тут же нахмурилась. Она и так весь вечер была не в своей тарелке, а тут совсем скисла.
  Смуглокожая красавица, взмахнув на прощание рукой, полетела к своему острову. Угрюмая феечка присела на корточки и принялась, рассеяно поправлять рубашку на плече у Полинки. Потом внезапно вскочила и повернулась ко мне, нервно кусая губы.
  - Послушай Тимур ты, когда собираешься уходить? Я имею ввиду, уходить насовсем?
  - Думаю что завтра утром. Подозреваю, что твоя мама не захочет больше меня кормить.
  - Да верно, ты прав... Будь добр, окажи последнюю услугу. Посиди с сопляками, мне очень нужно отлучиться!
  - Как хочешь, - немного обиженно сказал я.
  - Спасибо! Только не уходи до моего возвращения.
  - Не в моих правилах исчезать не попрощавшись.
  - Отлично! - Таня кивнула и пулей ушла в небо.
  Я, не утруждая себя заботой о воспитании подрастающего поколения, загнал малышню в хижину и сел прислонившись спиной к двери. Далёкий город притягивал взгляд, манил, звал в гости. Интересно, смогу ли я прижиться в этом странном месте? За всё время, проведённое на Арамиле, меня ни разу не посещали сожаления о потерянной родине, но сейчас я чувствовал себя маленьким и жалким. Романтическое путешествие на волшебном плоту по зачарованному озеру в компании юных фей подошло к концу, впереди возвышается Авалон, загадочный и суровый одновременно. Жаль, что Таня не останется со мной. Я представил, как мы могли бы летать вместе и, совсем загрустил.
  Галина с Ритой вернулись тогда, когда чёрный флаг уже давно трепыхался на верхушке шпиля. От них остро пахло алкоголем, они едва ковыляли, опираясь, друг о друга. Я дождался, пока они войдут в хижину, и заполз под свой навес. Пора ложится спать, завтра предстоит длинный день.
  
  Глава 9. Прощание с Домом.
  
  Я проснулся оттого, что кто-то довольно таки нелюбезно пнул меня в лодыжку.
  - В чём дело?! Ритка, сколько можно повторять!..
  Но это была не Рита. Надо мной склонился невысокий, растрёпанный мужичок, чья розовая лысина ярко блестела в лучах вечного солнца. Одутловатое лицо и пухлый красный нос красноречиво указывали на то, что его обладатель был профессионалом в области дегустирования и употребления крепких алкогольных напитков
  - Галина где? - резко спросил он, буравя меня взглядом пары злобных маленьких глазок.
  - Где-где, спит, наверное, ещё!
  Не говоря больше ни слова, грубиян, повернулся и пошёл к хижине. Я проводил его изумлённым взглядом. Больше всего, ранний визитёр напоминал бродягу ищущего опохмела.
  - Э, на борту! - хрипло прокаркал он и замолотил кулаком по двери.
  Пару минут спустя, послышались возмущённые вопли, а ещё через минуту недовольная Галина появилась на пороге.
  - Какого чёрта ты припёрся так рано? - возмутилась она.
  - Что значит "какого чёрта"? Мне, что здесь не рады? - рявкнул гость, входя внутрь. Хозяйка всплеснула руками, с подозрением глянула на меня и поспешила следом. Впрочем, не прошло и тридцати секунд, как на улицу пулей выскочила Танька, протирающая на ходу заспанные глаза. Похоже, она вернулась домой уже, после того как я лёг. Интересно, где её носило?
  - Доброе утро! - сказал я. - Как спалось?
  Мрачная словно туча доверху набитая отборным градом, феечка подошла, и уселась в своей любимой позе, скрестив ноги. Помолчали.
  - Ты видел его? - наконец спросила она.
  - Этого забулдыгу?
  - Моего нового папочку! - яростно ответила девушка, и её лицо исказила судорожная гримаса.
  Я вздрогнул.
  - Ты надеюсь, шутишь?
  - Нет!
  - Погоди, но как же так...
  - Просто. Говорила же, что за мамашку не выйдет ни один приличный мужик!
  - Да, но это уж как-то чересчур. Как его хоть зовут?
  Таня закрыла лицо ладонями.
  - Гюнтер. Мерзкий ублюдок. Ненавижу!
  - Вы его знали раньше?
  - Ага. Он познакомился с отцом, когда тот работал у Роберта. С самого начала крутился ужом, проходу не давал. Не пойму, что мать в нём нашла? Я как чувствовала, что этим всё закончится!
  - Но может ещё обойдётся?..
  - Нет! Думаешь, она меня вчера просто так к Рябиновичам отправила? Знала змея, что могу сорвать помолвку.
  - Так ты полетела...
  - Полетела, но опоздала!
  - А свадьба?
  - Какая свадьба! Этот урод ещё больший жмот чем она! Подписали контракт, зарегистрировали в ратуше, заплатили пошлину... всё!
  - Так они уже?..
  - Да, о чём и разговор!
  - Плохо...
  Таня всхлипнула, с тоской посмотрела на меня, затем решительно вскочила.
  - Ладно, хватит! Мои проблемы, это мои проблемы. Лучше скажи, ты собрал вещи?
  - Да ещё вчера.
  - Отлично! Тогда тебе стоит уйти прямо сейчас!
  - Но попрощаться...
  Она поморщилась.
  - Брось. Или хочешь, чтобы эта парочка выставила счёт за проживание и еду? Они могут. Давай, пошли, отнесу тебя в город.
  - Спасибо.
  - Бери шмотки, иди за хижину и жди там. Я сейчас.
  Повесив лучемёт на плечо, взяв мешок в котором лежали мои армейские ботинки, я вышел из под навеса и, обогнув амбар, подошёл к обрыву. Минуту спустя, появилась Таня, держа в руках круглый, тяжёлый свёрток.
  - Запихни пока в мешок. Ага, спасибо. Ну, готов?
  - Да.
  
  Оставив за спиной зелёные луга фермерских Домов и мрачные трущобы доков, мы пронеслись над городом и опустились на одну из многочисленных посадочных площадок. Позже я узнал, что закон запрещает горожанам взлетать и садиться прямо на улицах во избежание столкновений и травм. Нарушители платят, солидный штраф следящим за порядком патрульным которых здесь называют "Гражданскими аэро-инспекторами", или просто гаишниками.
  - Прибыли, - сказала Таня. Полёт как всегда улучшил её настроение. Мы покинули площадку и ступили на деревянную мостовую улицы. - Запоминай, это место называется Торговым кварталом. Здесь самые лучшие магазины в городе. В доках всё дешевле, но и качество соответствующее. Есть правда ещё Круглая площадь, но то местечко только для богатых. Цены там... я таких чисел даже не знаю.
  - Понятно.
  Я с любопытством огляделся по сторонам. Улица, на которой мы стояли, естественно очень сильно отличалась от тех, к которым я привык. По сути, то была цепочка островов соединенных между собой узкими деревянными мостками без перил. По обеим сторонам шли широкие приземистые дома, плетёные стены которых выглядели ещё более хлипкими, чем стенки Таниной хижины - грузоподъемность острова не бесконечна, слишком тяжёлый дом может просто-напросто "утопить" своего носителя. Именно по этой причине, хозяева недвижимости платят налог муниципалитету не за площадь, а за общий вес постройки.
  - Смотри внимательно, тут лавки в каждом доме. На вывесках нарисованы картинки, объясняющие, что к чему. Разберешься?
  - Если не пойму, то прочту.
  - Ах да, забыла, что ты грамотный... - Таня тяжело вздохнула, несколько раз по привычке дёрнула себя за мочку уха, затем показала на мешок. - Достань, пожалуйста, то, что я тебе дала.
  - Забирай.
  - Нет, ты не понял это теперь твоё. Посмотри что внутри.
  - Что значит "твоё"? - проворчал я, разворачивая свёрток. Внутри лежала "тыковка" - камень найденный Ритой.
  - Это значит что если моя мамочка жадина, ещё не обязательно, что я такая же!
  - Прекрати, я не могу его забрать!
  - Если не возьмёшь, то он прямо сейчас отправится в пропасть!
  - Но Таня!..
  - Не спорь! Ты спас нас, когда напали дикари, вкалывал как проклятый на поле, помог поймать новый остров... Мы вот-вот расстанемся и мне не хочется, чтоб ты думал, что наша семейка сплошь состоит из одних скупердяев.
  - Галина может обвинить меня в воровстве...
  - Никогда! - рассмеялась девушка. - Я сама ей всё расскажу, когда вернусь.
  - Но если она донесёт властям...
  - Десять раз нет! Когда таможенники досматривали имущество, мамаша ничего им не сказала про большие камни, только мелочь показала. Помнишь, мы же сами прятали их в сарае накануне.
  - Ну да.
  - Если власти узнают о контрабанде такого размера... тут одним штрафом дело не обойдётся. Запросто могут отрезать от Дома кусок. Треть или даже половину.
  - Ого!
  - А ты как думал.
  - Но она может устроить тебе весёлую жизнь в полёте!
  - Пусть только попробует! В конце концов, я уже взрослая.
  - И всё равно, это плохо.
  - Прекрати! - Она топнула ногой, подлетела сантиметров на пятнадцать и, приземлившись, решительно зашагала к одному из зданий. - Это "Мечта рудокопа", самая лучшая лавка, где продают и покупают камни. Пора превратить "тыковку" в деньги.
  - Хорошо, - сдался я. - Но ты напрасно беспокоишься, мне есть что продать.
  - Знаю. Но лишние шпалы ещё никому не вредили.
  Обменяв кусок базальта на внушительную кучу деревянных брусочков, мы вновь оказались на улице.
  - Теперь ты довольна?
  - Ага. Буду спать спокойно. Осталось только отыскать для тебя жилище, и я отправлюсь домой с чистым сердцем. Давай вернёмся в доки, там есть дешёвые комнаты...
  - Нет.
  - Что нет?
  - Больше никаких дешёвых комнат. Я всю жизнь мыкался по казармам и чужим углам. Хочу нормальный дом, а не гамак в ночлежке!
  Таня посмотрела на меня и вновь потерзала своё многострадальное ухо.
  - Как хочешь, ты сам себе хозяин...
  - Знаешь где здесь можно снять приличное жильё.
  - Знаю. Пошли, тут недалеко.
  Мы двинулись в путь. Удивляюсь, как местные могут ориентироваться в этом лабиринте. Впрочем, если не ходить, а летать то сверху всё выглядит гораздо более понятно, тем более, что надписи и вывески закреплены не только на стенах но и на крышах. Но моя спутница больше не захотела подниматься в воздух. Наверное, потому что ей до смерти надоело меня таскать, возможно, причина была в чём-то другом, не знаю. Так или иначе, но минут через пятнадцать мы вырулили на узкую, чистую улицу, где не было лавок и праздношатающейся публики.
  - Похоже, что здесь, - немного неуверенно сказала Таня.
  - Ага. - Я огляделся по сторонам. Дома были добротными и чистыми. - То, что надо.
  - Смотри на флажки над дверьми, - посоветовала девушка. - Если висит красный, значит, свободных комнат нет, если зелёный...
  - Понятно.
  Мы миновали несколько зданий, и я остановился около симпатичного дома, над дверью которого развивался зелёный флажок.
  - Зайдём сюда?
  - Иди один, я подожду на улице.
  - Пошли!
  - Нет! - она упрямо прошлёпала несколько шагов, и уселась на краю острова, свесив ноги вниз. - С чего ты вообще решил, что мне интересно как выглядит твоя будущая халупа?
  - Извини.
  - Хочешь совет?
  - Давай.
  - Когда хозяин назовёт цену, смело снижай наполовину. Он, конечно, начнёт стонать и ругаться, но ты не уступай. Помнишь, как я торговалась в лавке?
  - Да уж. В какой-то момент решил, что вы подерётесь.
  - Правильно. Так и нужно. Если проявишь твёрдость, сможешь скинуть четверть, а то и треть первоначальной цены.
  - Ого!
  - Здесь иначе нельзя. Давай, действуй, я тебя подожду.
  - Тогда отдыхай. - Я подошёл к двери и решительно забарабанил дверным молотком.
  Хозяин оказался невысоким, круглолицым человеком, с хитрыми, плутоватыми глазами. Он с изумлением уставился на мою необычную одежду, но быстро пришёл в себя и улыбнулся самой приветливой из всех фальшивых улыбок.
  - Что изволите, молодой человек?
  - Вы сдаёте комнаты?
  - Да, разумеется, у меня есть свободная комната, к сожалению одна, но уверен, вам она понравится. Прошу, проходите!
  Комната и правда оказалась славная. Большая, светлая, чистая, не перегруженная бесполезной мебелью. В ней было всё, что необходимо для жизни - широкая кровать, большой стол, три стула, шкаф и этажерка. Да ещё в углу находилась душевая кабина, отгороженная ширмой. Она то и добила меня окончательно.
  - Ну что, - скучающим тоном, протянул я. - Конечно не тот уровень к которому я привык... На столешнице пятна... у шкафа потрескалась дверца... кровать... кровать не продавлена но низковата... Сколько вы хотите за это убожество?
  - Восемьдесят щепок в день!
  - Невероятно любезный, как вы ещё не прогорели с такими запросами! Сорок и не щепкой больше!
  Хозяин всплеснул руками.
  - Я не потерплю такого безобразия! Идите в доки, молодой человек! У меня приличное заведение!
  - Всего доброго! - я улыбнулся и двинулся к двери. Хозяин догнал меня на пороге, схватил за рукав и завёл долгую историю о своей тяжёлой жизни. Моё опрометчивое предложение явно разбило его благородное сердце, бедняга пояснил что взяв меня на постой за столь смешные деньги, он вынужден будет отправить побираться на улицу всё своё многочисленное семейство... Двадцать минут спустя, мы сошлись на пятидесяти щепках и у меня сложилось твёрдое убеждение, что поторгуйся я ещё минут десять, цена сократилась бы до сорока пяти. Заплатив за десять дней, я получил ключ от примитивного деревянного замка и квадратный жетон из застывшей смолы. С этим жетоном мне следовало не позже завтрашнего дня явиться в управу при ратуше и, заплатив пошлину, зарегистрировать своё пребывание в городе.
  - Вы точно обещаете, что здесь нет никаких кровососов? - грозно спросил я, указывая на кровать.
  - Если найдёте хоть одного, я съем его в вашем присутствии! - взвыл обиженный хозяин.
  Бросив на кровать, свой немудрёный скарб я вышел на улицу. Таня сидела там, где раньше, маленькая, поникшая и очень грустная. Подойдя, ближе я заметил, что она медленно гладит гильзу и тихо всхлипывает. У меня сжалось сердце.
  - Всё в порядке, комната моя.
  - Хорошо, - тускло ответила она.
  - Ты так и не сказала, когда вы улетаете.
  - Думаю, что послезавтра утром.
  - Так скоро...
  - А что тянуть? Сегодня мать и Гюнтер будут разбираться с Рябиновичами, завтра день покупок, затем в путь. Не забывай, что каждый день стоянки в Доках обходится в шпалу.
  - Послушай, может ты...
  - Прощай! - она резко вскочила, крепко обняла меня, поцеловала в губы и стремительно ушла в небо.
  
  Глава 10. Любовь и крылья.
  
  Я долго смотрел вслед улетевшей феечке. Затем, засунув поглубже руки в карманы жилетки пошёл по улице, тупо разглядывая разноцветные фасады домов. Снова один. Снова пустота в груди. Отец, Наташа, ребята из отряда, Янка, теперь вот Таня... Ладно, утешимся мыслью, что она хотя бы осталась жива. Плохо начинать жизнь на новом месте с безвозвратной потери.
  Чарующий запах готовой пищи, донёсшийся с веранды открытого кафе, напомнил о том, что мне сегодня так и не удалось позавтракать. Немного поколебавшись, я поднялся на невысокий помост, уселся за ближайший столик и с интересом посмотрел на огромную яркую вывеску - "Едальня "Рваное крыло". Что ж, едальня так едальня, могли и хуже обозвать.
  Появилась молоденькая официантка, которая после короткого приступа изумления вызванного моим костюмом, робко поинтересовалась, что я собираюсь заказать.
  - На ваше усмотрение, девушка. Главное чтобы было вкусно.
  - Могу порекомендовать...
  - Не стоит. Просто принесите и всё!
  Пожав плечами, она удалилась и вскоре поставила на стол несколько тарелок. Увидев самую обыкновенную ложку, я честное слово чуть не зарыдал. Неужели, в этом аскетичном мире всё же используют столовые приборы? Кто бы знал, как мне надоело, хлебать еду руками! Растрогавшись, я заранее решил простить местному шеф-повару любую неудачу, но этого делать не пришлось. Не представляю, как можно готовить вкусно без огня, но у него здорово получилось. Прикончив всё что лежало в тарелках и, попросив добавки я, в конце концов, понял, что непотребным образом обожрался. Всё-таки, два месяца бесконечной скисшей каши могут доконать кого угодно. Впрочем, получив счёт и, промокнув со лба внезапно выступивший пот, я пришёл к выводу, что, вряд ли смогу часто пользоваться услугами этого милого заведения.
  Было ясно, что после такой гастрономической оргии единственно правильным решением будет, вернутся домой, оставив изучение города на потом. Расплатившись, я вышел на улицу и огляделся по сторонам. Моё внимание привлёк высокий, жилистый мужик с большой деревянной бочкой за плечами. Бочка явно была тяжёлой, дядя шёл согнувшись, сосредоточенно глядя перед собой остановившимся взглядом. Впереди вприпрыжку скакал крошечный мальчуган, который время от времени начинал пронзительно верещать: "Вода! Вода! Чистая вода!". Больше всего меня поразила надетая на ребёнка шлейка с поводком, второй конец которого оказался, закреплён на широком поясе мужчины. Позже мне довелось убедиться, что здесь это весьма распространённая практика - жители Шпиля предпочитают выгуливать своих бескрылых отпрысков на поводках словно собачек. Вполне естественная предосторожность. Как там говорила Таня? "Они упали"...
  Я остановил водоноса, отвёл в своё новое жилище, где он заполнил душевой бак, получил деньги и ушел, в поисках новых покупателей. Устройство душа было примитивно до безобразия - ёмкость с краном и лейкой наверху и корыто с высокими бортиками под ногами. Подогрева естественно не было, мыться пришлось в холодной воде, что совершенно не могло испортить мне настроение. Стянув одежду и бросив прямо под ноги в корыто, я с наслаждением пустил воду, сожалея лишь об отсутствии мыла. Таня говорила, что оно продаётся за бешеные деньги на Круглой площади в лавках торгующих элитной косметикой, но я пока не был морально готов отдать пять шпал за один-единственный кусок.
  Впрочем, и так всё получилось просто отлично. Вдоволь наплескавшись и тщательно истоптав ногами, многострадальные шмотки я сел за стол и занялся приведением в порядок лучемёта. Его давно следовало разобрать, почистить от пыли, проверить контакты и добавить воду в резервуар подствольника. Работа отняла больше часа - я никуда не спешил и потому мог себе позволить делать всё тщательно. К этому времени одежда успела хорошо отмокнуть, и после несложной процедуры стирки была водружена для просушки на спинки стульев. Так как запасного костюма у меня не было, а хождение голышом по улицам шло в разрез с нормами здешней ханжеской морали, пришлось отложить знакомство со Шпилем до утра.
  Весь следующий день я шлялся по городу. Сначала посетил управу где, отстояв небольшую очередь, зарегистрировался по месту проживания. Никаких документов удостоверяющих личность не понадобилось, здесь не любят долгую волокиту, наверно из-за высокой стоимости бумаги. Клерк усердно занёс продиктованные мной данные в карточку, заставил прочесть с выражением короткий текст присяги на верность, принял причитающуюся законом пошлину и выдал взамен вид на жительство. С облегчением покинув оплот бюрократии, я почувствовал себя свободным как птичка, но для полного счастья оставалось решить ещё одну небольшую проблему. Было ясно, что в городе летающих людей очень трудно найти работу человеку не способному подняться в воздух без посторонней помощи. У меня имелось кой-какое барахло, которое можно было с выгодой продать, увеличив свой скромный капитал после чего оставалось только отыскать приличную клинику специализирующуюся на выращивании симбионтов. Хорошие крылья стоили очень дорого, всех моих денег могло не хватить на покупку действительно качественного образца, а приобретать первое попавшееся барахло в Доках очень не хотелось. Впрочем, ещё во время путешествия на острове, меня посетила отличная, хотя и преступная мысль о том, как обеспечить себе стабильный источник дохода. Но для реализации этого криминального замысла требовалось провести некоторую подготовительную работу.
  Я обошёл весь Торговый квартал, не пропуская ни одной лавки, заглянул на Круглую площадь, ошалел от обилия нулей на ценниках, пообедал в едальне "Летучий крыс" и, в конце концов, уставший от впечатлений отправился обратно. Правда, пришлось воспользоваться помощью уличного мальчишки, который совершенно безвозмездно (всего за пять щепок) показал дорогу к дому.
  Весь следующий день прошёл в похожих хлопотах. Проанализировав собранную вчера информацию, я убедился, что продавать имеющиеся у меня артефакты прежней жизни в обычные лавки не имеет смысла, следовало придумать более оригинальный ход. Мне внезапно пришла в голову мысль, что раз в городе имеются богатые люди то, вне всякого сомнения, у них водятся лишние деньги. А там где есть лишние деньги, всегда крутятся мутные субъекты, которые на самых законных основаниях стараются облегчить кошельки доверчивых нуворишей. К числу таких умельцев, вне всякого сомнения, принадлежат торговцы антиквариатом и произведениями искусства. Окрылённый этим внезапным озарением я подошёл к ближайшему стражу порядка, у которого получил квалифицированную консультацию, затем нанял проводника и под его присмотром посетил все крупные художественные галереи. Нашёл самую приличную, договорился о встрече с владельцем на следующий день и с чувством выполненного долга вернулся домой.
  Вечер только начался, ложится спать, было рано, я провёл инвентаризацию имущества и отобрал главных претендентов на продажу. Внезапно накатила грусть. Всё шло слишком хорошо, а значит рано или поздно обязательно должна произойти какая-нибудь пакость. Похоже, что меня, человека совершенно не привыкшего к мирной жизни, просто раздражал вид множества весёлых беспечных людей беззаботно дефилирующих по улицам Шпиля. Как они могут жить, не боясь внезапного нападения или налёта?
  Подойдя к окну, я отдёрнул плотную занавеску и взялся обеими руками за толстые прутья деревянной решетки, словно потерявший надежду узник. Вид открывался не самый приятный - обзор закрывала глухая стена соседнего дома, зато, если посмотреть вверх, то можно увидеть небо и крылатых людей в нём. За два дня шатаний по улицам я почти не встречал бескрылых взрослых, притом, что пешком ходили многие. Подозреваю, что среди них было много таких как Галина, не любящих или просто боящихся летать. Таня с её маниакальной страстью к полёту и здесь могла показаться чудачкой.
  Таня... Весь вчерашний день я изо всех сил сдерживался, чтобы не отправиться в Доки. Меня останавливало только нежелание становиться участником бесполезного, грязного скандала, да боязнь ухудшить её и без того тяжёлое положение. А сегодня уже поздно. Сегодня утром команда весёлых буксировщиков вытянула остров со стоянки, и он отправился в неспешный полёт влекомый причудливым воздушным течением. Возможно, мы снова встретимся в конце цикла, но это будет уже не то. Кто знает, какие события произойдут за шесть месяцев разлуки.
  В дверь постучали. Я, чертыхаясь, подошёл, отодвинул засов, и в изумлении отступил на шаг.
  - Можно войти? - спросила Таня неестественным, звенящим от волнения голосом.
  - Да конечно, проходи...
  Она вошла, напряжённая словно струна, белые от волнения губы сжаты в тонкую нитку, в глазах плещется ужас, руки судорожно прижимают к груди трогательный сиротский узелок.
  - Я не помешала? Ты один?
  - Нет, не помешала.
  Увидев, что кроме меня в комнате никого нет, феечка испустила явственный вздох облегчения. Интересно, что она ожидала увидеть? Толпу голых девиц?
  - Что-то случилось? Вы отложили вылет?
  - С чего ты взял? Дом отправился в путь утром.
  - А ты...
  - Да! - быстро ответила она и зачастила, словно пытаясь не дать мне возразить. - Не думай, что осталась из-за тебя, больно надо! Дело в этом ублюдке Гюнтере. Ненавижу! Подонок, дурак и трус. Представляешь, при мне хвастался в кабаке своим дружкам, что заполучил на старости лет жирный кусок - богатую ферму и трёх жён в придачу!
  Я инстинктивно сжал кулаки.
  - Когда полез лапать, я дала ему промеж глаз, так он со страху залез под стол и принялся вопить, что раз теперь я его доченька то должна выполнять все приказы! Ага, щаз, нашёл дурочку! Будь у меня нож, честное слово, взяла бы грех на душу! Увидел твой подарок и сразу попытался отнять, кричал, что в ювелирной лавке за него дадут кучу шпал... Упрекает мать что разбаловала мелких - дескать слишком мало работают и много едят, а сам палец о палец не ударил весь день, только орал, затем насосался пива и задрых, а мы надрывались как проклятые! И вообще, не хочу, чтобы моим первым... мужчиной был этот урод. У него губы липкие и сопли всё время текут!
  Танька выдохлась и замолчала.
  - А что Рита? - осторожно спросил я.
  - А то, - горько ответила девушка. - Эта дурочка только рада, Гюнтер всегда был её любимчиком.
  - Она не пыталась тебя остановить?
  - Конечно, нет, наоборот, радовалась как ребенок, залезший в кастрюлю с патокой, что избавилась от конкурентки. Ты же знаешь, у неё всё рассчитано. Думаю, скоро всем хозяйством начнёт заправлять она в компании с "папочкой", а мама окажется в пролёте!
  - Тогда правильно поступила, что решилась уйти.
  - Конечно, правильно! Если б осталась, то точно башкой бы тронулась или глупость, какую учинила.
  - А как Галина отнеслась к тому, что ты отдала "тыковку"?
  - Самому не догадаться? Чуть не рехнулась от горя, только что в стенку головой не стучала. Хотела меня побить, но ведь для этого ещё нужно догнать, а летает она очень медленно.
  - Да уж.
  - Ну вот, главное дело сделала, с тобой поговорила. Теперь пойду искать жильё, пока не подняли чёрный флаг, а завтра займусь поисками работы.
  Последнюю фразу она произнесла решительно, но без огонька, похоже, ожидая возражений с моей стороны. Я не был садистом и не стал её мучить.
  - Зачем искать? Комната достаточно просторна для двоих.
  - Это неприлично, мы не замужем!
  - Боишься осуждения со стороны родственников? А как же отчим, который собирался спать с тобой? Это прилично? Прекрати говорить глупости, мы тут отлично поместимся!
  - Ну, не знаю... - у этой нахалки, ещё хватило наглости изобразить колебание, хотя радостный блеск глаз выдал её с головой. - Раз уж ты так настаиваешь...
  - Настаиваю. Давай проходи и устраивайся.
  Сделав нечеловеческое усилие, чтобы не завопить от восторга она степенно прошла в комнату.
  - Ну, как тебе наше жилище?
  - Волшебно! Сюда может поместиться четыре хижины, не меньше.
  - Пожалуй.
  Отбросив узелок, девушка ещё раз огляделась по сторонам и неодобрительно покачала головой.
  - Не понимаю, зачем тебе столько ненужных вещей?
  - Где ты видишь ненужные вещи?
  - Ну, например, что это такое? - она брезгливо махнула рукой в сторону стола и стульев.
  - Вот это стул, на нём сидят, вот это стол за ним едят!
  - Да нет, - поморщилась она, - я знаю, для чего они нужны, просто, зачем тратить кучу драгоценного дерева на то без чего можно отлично обойтись?!
  - К примеру, кушать сидя на полу?
  - Ага. Удобно и не упадёшь если что.
  - Железная логика. И шкаф не нужен, ведь одежду можно превосходно хранить, просто свалив в одну большую кучу, - я легонько пнул её узелок, и он отлетел в угол.
  - Верно. А это что такое?
  - Душ.
  - Опять непонятное слово! Для чего оно нужно?
  - Мыться, стирать одежду и просто освежаться во время жары. Налил воду в бак, открыл кран и наслаждайся.
  - Лить воду? Ты совсем дурной? Знаешь сколько она стоит?
  - На самом деле гораздо дешевле, чем ты думаешь. Никто тут не доит воздушные корни. У города есть свои собственные источники.
  - Всё равно дорого!
  - Прекрати, ты говоришь как Галина.
  - Правда? - Таня заметно опечалилась.- Неужели я становлюсь такой же...
  - Не переживай с кем не бывает. Кроме того, можно немного сэкономить на перепродаже.
  - То есть?
  - Сначала моешься, затем стираешь одежду, а потом сбываешь грязную воду.
  - Кому?
  - Кто купит. К примеру, в соседнем доме мужик выращивает цветы на продажу так ему она постоянно требуется.
  - Правда? Тогда, наверное, действительно не страшно.
  - Ты не голодная? Может, хочешь поесть?
  - Нет, спасибо, - фыркнула Таня. - Я перед отлётом обожралась как индюшка боялась, что от земли оторваться не смогу.
  - Впрок?
  - Ага. Подумала - когда ещё удастся, тем более что после того как мать назвала меня воровкой, я решила не брать с собой и щёпки. Пусть подавится!
  - Значит, улетела без денег?
  - Ну да...
  - Прелестно. И на что ты собственно собиралась снять комнату?
  - Э...э... - Таня смутилась и вцепилась пальцами в ухо. - Я надеялась, что ты предложишь мне остаться, - наконец выдавила она.
  - А сразу не могла сказать?
  - Давай поговорим об этом завтра! Ты не представляешь, как я устала. Всё-таки не каждый день уходишь из дома.
  - И то верно. Если хочешь, ложись и отдыхай.
  - У тебя есть гамак?
  - У меня есть кровать.
  - Но она только одна, кому-то придётся спать на полу.
  - Чушь, она отлично подойдёт для двоих!
  - Но... я не могу...
  - Потому что мы с тобой не женаты?
  - Потому что... я никогда не спала на кровати и боюсь упасть на пол!
  - Не беда, ляжешь к стенке!
  Несколько секунд Таня колебалась, видимо, пытаясь придумать очередной аргумент, затем засмеялась, скинула одежду и скользнула под одеяло.
  - Как хорошо! Тепло и бельё такое мягкое...
  - Только убери ноги с подушки, - посоветовал я. - Вообще-то на неё принято класть голову.
  - Правда? Странный обычай, - удивилась она, но рекомендацию исполнила. С довольным видом потёрлась щекой о наволочку, затем потянулась и зевнула. - Давай, ложись, здесь действительно много места.
  - Сейчас. - Я закрыл дверь на засов, поплотнее задёрнул шторы, разделся и лёг рядом. Потом мы долго не разговаривали. Нам было хорошо, и тратить время на глупую болтовню совсем не хотелось.
  
  Таня лениво рисовала пальчиком невидимые узоры на белой простыне, голова удобно устроилась на моей руке. Я пощекотал ей подбородок, словно игривой кошке, она сначала засмеялась, но затем стала очень серьёзной.
  - Можешь ответить на вопрос? Только, чур, не врать!
  - Задавай, - вздохнул я.
  - Ты ведь уже занимался этим с... другими девушками.
  - Да. Тебя это смущает?
  - А сколько их было? Много? Две? Три?
  - Гораздо больше. Честное слово, не считал.
  - Хочешь сказать, что спал с ними, а потом бросал? - её голос задрожал от праведного гнева.
  - Да. Более того, как правило, мы даже не знали имён друг друга.
  - Но... но это подло!
  - Возможно. В оправдание могу только сказать, что делалось это по обоюдному согласию. Девчонки просто очень хотели забеременеть. Мы с ребятами помогали им в этом деле как могли.
  - Не понимаю...
  - А что тут непонятного? Я ведь уже говорил, что последние годы на фронт стали призывать всех. Понимаешь - всех. Мужчин осталось мало, некоторые части целиком комплектовались женщинами и девушками. Жить хотят все, беременность оставалась единственным шансом хоть на несколько месяцев вновь оказаться в тылу. Там тоже жилось не сладко, бедняжки до последнего вкалывали на заводах и гидропонных фермах, рожали можно сказать, не отходя то станка, но всё же...
  - И вы, конечно, превозмогая себя, стиснув зубы, героически и абсолютно бескорыстно давали им возможность получить отпуск?! Вот кобели!
  - Понимаю, на это можно посмотреть и с этой точки зрения. Но лично я... знаешь, Патрульные долго не живут, в среднем три - четыре боевых задания, наш отряд в этом отношении был уникален, но всё равно мы знали, что скоро умрём. Тяжело уходить в небытие никого не оставив после себя. Поэтому, мысль, что где-то пусть даже очень далеко бегают твои дети, позволяла примириться с неизбежностью. Во всяком случае, мне.
  - Извини, я не подумала... Ты обиделся?
  - Конечно, нет, глупая!
  - Но неужели у тебя никогда не было любимой?
  - Была.
  - Как её звали?
  - Наташа.
  - Она была красивая? Красивее меня?
  - Пожалуй, что нет.
  - Врёшь!
  - Делать больше нечего. Обычная девчонка, курносая и конопатая. Вот только глаза... чистые, словно ледниковые озёра. Ни у кого больше не встречал таких глаз.
  - И как вы познакомились? Расскажи, мне очень интересно!
  - На самом деле, в нашей встрече не было и грамма романтики. Я тогда только поступил в Патруль, мне было пятнадцать. Наш отряд, вернувшийся после Золотого похода, определили на постой в расположении семнадцатого стрелкового батальона. Была осень, стояла холодная, сырая погода. В блиндаже было очень тесно, спали по очереди. Там я и заприметил её. Обычная соплячка, в форме не по размеру, с тоненькой детской шеей. Не помню, что меня так зацепило, но раз увидев, глаз отвести уже не мог. Она, заметив как я на неё пялюсь, засмущалась и спряталась за подружек, но я подошёл и присел рядом. Сначала болтали о пустяках, затем принялись целоваться, прячась от любопытных в клубах табачного дыма, а как стемнело, выбрались из блиндажа и стали искать место посуше... На войне всё делается быстро.
  Я прижал к себе Таню и закрыл глаза.
  - А чем всё закончилось? - робко спросила она, минуту спустя.
  - Мы были вместе три дня, каждое свободное мгновение. Целовались, держась за руки, радуясь каждому прикосновению, строили планы на будущее, которое непременно наступит после победы. Всерьёз обсуждали какой у нас будет дом и сколько детей... Каждую ночь занимались любовью спрятавшись под навесом за топливным складом среди ржавых бочек. А затем... затем какому-то умнику из штаба пришло в голову устроить ночной штурм узлового укрепрайона силами трёх батальонов без артиллерийской подготовки. Даже идиоту было понятно, что ничего путного из этой идеи не выйдет, но кто их слушает - идиотов... Наступление провалилось, потери составили шестьдесят процентов личного состава. Я, наплевав на возможные последствия, кинулся искать Наташу и даже сумел найти то немногое что от неё осталось... Прости, испортил тебе вечер.
  - Ничего, - всхлипнула Таня, - переживу.
  - Конечно, переживёшь. Кроме того, мне известен отличный способ, поднять настроение расстроенной девушке. Уверен, он тебе понравится...
  
  Глава 11. Выгодная сделка.
  
  - Зачем мы сюда припёрлись? - нервно спросила Таня, угрюмо осматриваясь по сторонам. - Я чувствую себя голой! Давай вернёмся домой!
  - Обязательно вернёмся. Сразу как сделаем дело, - рассеяно отозвался я. - Чёрт, где же эта дурацкая галерея?! Вчера нашёл её очень быстро... Неужели опять придётся нанимать проводника?
  Мы гуляли вдоль Круглой площади уже почти час и успели досыта наглядеться на достопримечательности самой фешенебельной части города. Настоящей площадью она естественно не была, и представляла собой цепочку огромных островов, кольцом окруживших центральный шпиль. На островах помещались дворцы дожей - местных торговых магнатов и правителей города, а так же самые дорогие едальни, магазины, и центры развлечений. Казино, элитные публичные дома, театры и прочие объекты высокой культуры, приветливо распахивали двери навстречу всем, кто мог заплатить. Фасады зданий блестели яркими красками, здесь не было места выцветшим или уродливым вывескам.
  Подстать домам оказалась и публика, лениво прогуливающаяся по широким улицам. Костюмы не отличались особым разнообразием, зато они были очень ярко раскрашены, на мой взгляд, даже слишком. В глазах рябило от попугайских расцветок, кажется, здешние модники искренне считали, что чем пестрее наряд, тем он богаче. Головные уборы и зонтики практически отсутствовали, зато надкрыльники (так именуются короткие плащи, закрывающие горб) поражали многообразием форм и расцветок. Волосы горожане стригли или очень коротко или не стригли вовсе, создавая на макушках причудливые конструкции из множества косичек. Обувь не носил никто, вместо неё ноги покрывали яркой краской, поверх которой тушью наносились сложные узоры. Позже я узнал, что существует гильдия художников расписывающих за немалые деньги тела клиентов. Впрочем, красили не только ноги, но и руки, лица, а в некоторых случаях весь торс целиком. При этом из одежды выше пояса у человека оставался только надкрыльник. Здешние представительницы прекрасного пола могли свободно разгуливать по улице с обнажённой грудью, демонстрируя всем желающим, великолепные образцы боди-арта, но ходить с неприкрытым горбом считалось делом неприличным, такая вольность всячески осуждалось многочисленными блюстителями морали.
  Понятно, почему на фоне этой варварской красоты, моя подруга чувствовала себя не в своей тарелке. Её залатанная рубашка и криво скроенные шорты цвета засохшей грязи, исцарапанные, не знавшие краски ноги и руки, смотрелись очень убого рядом с умопомрачительными туалетами местных модниц. Я признаться тоже устал постоянно находиться в центре внимания. Если Танины обноски свидетельствовали лишь о бедности, то мои камуфляжные гимнастёрка и штаны просто кричали об экстравагантности владельца, вызывая любопытство, изумление и даже зависть. Во всяком случае, за время прогулки ко мне несколько раз подходили люди с вопросом, где я умудрился раздобыть такую красоту.
  - Нужно было остаться дома, - продолжала ворчать Таня. - Лежала бы на кровати и ничего не делала. Всю жизнь мечтала попробовать пролентяйничать целый день!
  - Прекрати, - фыркнул я. - Роль угрюмой старухи тебе не подходит... Так, ура мы кажется, пришли!
  - Ну, наконец. И что это за место?
  - Художественная галерея "Голубая слеза"... хм, ну и название. Если верить завсегдатаям - самое модное заведение подобного рода в столице. Подождёшь меня снаружи?
  - Это ещё почему?
  - Просто собираюсь изобразить из себя сумасшедшего художника. А твой внешний вид может испортить всё впечатление.
  - Ну, и нахал! Спасибо, что хоть не соврал.
  - Не переживай, в следующий раз зайдём сюда вместе.
  - Больно надо. Говорят, в такие притоны ходят только извращенцы.
  - Не всегда. Ладно, постараюсь освободиться побыстрее.
  Я щёлкнул её по носу, и быстро перейдя улицу, толкнул лёгкую деревянную дверь. Слабо тренькнул колокольчик. Внутри было просторно и тихо. Потоки света вливались сквозь широкие окна, освещая бессмертные шедевры местных гениев, заполонившие помещение. По большей части то были картины, написанные на мой вкус слишком ярко и абстрактно, и небольшое количество скульптур из дерева и камня. Посетителей практически не было, только в углу группа ценителей жарко спорила около изваяния больше похожего на засохшую какашку, да одинокий парнишка лет тринадцати стоял, пуская слюни, напротив картины с обнажённой крылатой девой.
  Наспех скользнув взглядом по сокровищам местной духовной культуры, я быстро подошёл к молодому человеку сидящему за невысоким столиком, который с видом пресыщенного жизнью сибарита лениво разглядывал посетителей.
  - Добрый день, моя фамилия Гарин. Могу я видеть господина Гальперина?
  - Вам назначено? - смешно растягивая слова, спросил парень, с любопытством глядя на меня.
  - Да.
  - Гарин, Гарин... - забормотал он, перелистывая ежедневник. - Действительно, назначено. Тогда пойдём... милый.
  Поднявшись со стула, секретарь встал и двинулся вперёд, старательно виляя пухлым задом. Мысленно сплюнув, я пошёл следом. Мы миновали короткий коридор и вошли в небольшой, сильно захламлённый кабинет.
  - Папочка, к тебе посетитель. Мсье Гарин.
  - Спасибо, зайчонок, - ласково сказал Марат Гальперин, немолодой, толстенький человечек, чьё лицо, выкрашенное нежно-розовой краской было разрисовано голубенькими цветочками. - Добро пожаловать, молодой человек. Проходите, садитесь.
  "Зайчонок", послав мне, воздушный поцелуй выскользнул из кабинета. Я присел в удобное плетёное кресло и положил на колени плотный холщёвый мешок.
  - Итак, господин... простите, как ваше имя? Мы, люди творчества не любим условностей.
  - Тимур.
  - Красивое имя! Зови меня Маратом и давай перейдём на "ты". Договорились?
  - Конечно, Марат.
  - Отлично. Итак, что ты хочешь предложить? Признаться, я в первый раз слышу твою фамилию, а ведь мне известны все художники города. И почему собственно ты решил обратиться сюда, а не к моим... коллегам?
  - Всё просто, Марат. Мою фамилию ты не слышал потому, что я только несколько дней назад как прибыл в столицу. А почему пришёл именно к тебе... Знаешь, мой покойный батюшка любил повторять, что начинать дело всегда следует с самых-самых. "Голубая слеза" - лучшая галерея в городе и потому...
  - Отличный подход, мальчик! - покровительственным тоном сказал Гальперин. - Но ты должен понимать, что качество товара должно быть соответствующее. Мы не покупаем бездарных поделок, а берём только шедевры.
  - Именно это я и имел ввиду. Если ты забракуешь мою работу то я, образно говоря, начну спуск вниз двигаясь от возвышенного к посредственному пока не найду подходящего покупателя. Это лучше чем сразу втюхать труд всей жизни первому попавшемуся пройдохе, получив гроши.
  - Великолепно. Даже если я и не куплю у тебя ничего, буду считать, что день прошёл не зря. Редко когда можно встретить такого разумного человека. Итак, чем ты хочешь порадовать старика?
  - Прошу, - я развязал мешок и жестом фокусника извлёк наружу пару армейских ботинок. Моя верная обувка, вычищенная и отполированная, сияла первозданной чистотой.
  - О!.. - протянул Марат не в силах сдержать восхищения. - Боже, что это за прелесть?!
  - Скульптурная композиция "Разбитое сердце поэта после разлуки с музой". Соответственно вот целое сердце, - я протянул левый ботинок, - и вот разбитое. - Я провёл пальцем по глубокой трещине на подошве правого.
  - Невероятно! Какое изящество форм, какие мягкие контуры... - Ботинки, отлитые целиком из гибкого пластика, были грубы, неудобны и уродливы, но Гальперин пялился на них словно коллекционер обнаруживший подлинную скульптуру Бенвенуто Челлини на блошином рынке. - Интересно, из какого материала они сделаны?.. Никогда не встречал ничего подобного...
  С этими словами, маститый деятель искусства вцепился зубами в подошву. И почему местные жители всё время пытаются попробовать незнакомый предмет на вкус? Ну, просто дети малые...
  - Это застывшая смола дерева Плас-Тик, - пояснил я. - Очень редкое растение, встречается только в глубине дикарских островов. Мне случайно удалось раздобыть немного и вот...
  - Ну конечно! - с жаром воскликнул Марат, - дерево Плас-Тик, как же я мог забыть. Пару лет назад в моей галерее уже выставлялся браслет из этой смолы. Помню дож Юманов купил его за... за... впрочем это неинтересно. Как хорошо Тимур, что ты заглянул именно ко мне!
  - Я был уверен, что тебе понравиться. Кроме того, у моих скульптур есть ещё одно, особое свойство.
  - Правда? И какое?
  - Понимаю, что звучит дико, но их можно надевать на ноги!
  - Серьёзно? Но это же неприлично! И главное зачем?
  - Марат, разве тебе, человеку искусства, стоящему выше обывательской морали нужно объяснять зачем? Потому, что так никто не делает! Вот, смотри.
  Я напялил ботинки и несколько раз прошёлся по кабинету. Чёрт, неудобно, подошвы скользят по ровному полу как по льду. Проклятый дешёвый пластик! Будь они хотя бы резиновыми...
  - Впечатляет, - задумчиво протянул Гальперин. - Старые ханжи, конечно, окажутся, шокированы таким непотребством, но молодёжь должна оценить.
  - Разумеется. Ты можешь устроить у себя в галерее эту, как её... перзен... короче выставку. Представь - молодая, красивая девушка... - тут я взглянул на Марата и быстро поправился, - вернее юноша, на котором из одежды только боти... скульптуры, демонстративно ходит по залу...
  - Да! Да! - Гальперин вскочил, его глаза пылали. - Тысячу раз да! Мой мальчик, ты гений! Именно так и поступим!
  - Отлично. Теперь давай обсудим цену...
  Последующие полчаса были наполнены бурей страстей и эмоций. В водопаде слов звучащих с обеих сторон в основном преобладали числительные. Несколько раз Марат начинал осторожно рвать на своей плешивой макушке волосы, однажды, забывшись, попытался поцеловать меня в губы, я едва спасся, запрыгнув с ногами на стол. Затем он принялся жаловаться на кризис и упадок интереса к искусству со стороны богатых клиентов. Сообщил, что ему в скором времени придётся отправлять своих "зайчишек" рыться в мусорных корзинах для поиска пропитания. Наконец, окончательная сумма была названа и Гальперин, вытирая слезы, раскрыл чековую книжку...
  - Не забывай меня милый! - непрерывно повторял он, провожая до выхода, ласково поглаживая прижатый к щеке правый ботинок. - Когда создашь следующий шедевр, приходи снова. Никто, слышишь, никто не даст тебе лучшую цену!
  - Разумеется... зайчонок, - бормотал я стараясь как можно быстрее покинуть притон. - Всенепременно!
  На улицу я вылетел пробкой, чуть не сбив с ног какого-то пожилого джентльмена. Ощущения были самые гадские. Танька тысячу раз права, нам нечего делать в этом храме искусства. Кстати где она? А, стоит на прежнем месте, словно брошенная всеми сиротинушка и внимательно рассматривает что-то лежащее на ладошке.
  - Вот и я, извини, задержался. Но зато мы теперь богаты... Что там у тебя такое?
  Феечка внимательно посмотрела на меня. Выражение её лица было задумчивое и растерянное одновременно. Не говоря ни слова, она протянула ладонь, на которой лежала монета в две щепки.
  - Денежка, - сказал я. - Что в ней особенного?
  - Понимаешь, - медленно проговорила она, привычно хватаясь за ухо. - Пока тебя не было, случилась странная история...
  И замолчав, вновь уставилась на монету.
  - Продолжай, пожалуйста, мне очень интересно. - Я знал что, находясь в замешательстве, она может молчать очень долго, и потому решил форсировать события.
  - Что?.. Ах, да, сейчас расскажу.
  - Внимательно слушаю.
  - Сначала ничего не происходило, мне стало скучно, потом я решила посмотреть на твой подарок. Выставила перед собой ладошку, сложила лодочкой, а другую руку засунула в карман и стала искать эту, как ты её называешь, всё время забываю...
  - Гильзу, - вздохнул я.
  - Верно. Искала, искала... И тут, проходившая мимо очень богато одетая тётенька остановилась, жалостливо поглядела на меня, положила на ладонь монетку и молча ушла. Совершенно не понимаю, зачем она так поступила, можешь объяснить?
  - Э...э... мя... - я сделал нечеловеческое усилие, чтобы не заржать, хотя смеяться особо не над чем. Просто позор - мы вместе уже второй день, а моя девушка до сих пор ходит в лохмотьях, словно настоящая нищенка. Ничего, прямо сейчас и исправим! В конце концов, богач я или нет!
  - А поконкретнее можно?
  - Понимаешь... думаю здесь произошла ошибка. Тебя приняли за другую, только и всего.
  - За другую?
  - Ага. Госпожа по всей вероятности принадлежит к какому-нибудь секретному ордену или клубу. Сложенная лодочкой ладошка - тайный знак. Увидев, его она решила, что ты член организации и передала тебе послание. Готов поклясться, что это необычная монета.
  - Правда? - девушка так доверчиво посмотрела на меня, что стало стыдно. Впрочем, уверен - известие, что её приняли за обычную попрошайку, клянчащую милостыню, было бы воспринято гораздо хуже.
  - Правда, правда. Спрячь получше, и пошли, у нас куча дел.
  Танька, кивнула, оторвала от рубашки лоскутик и аккуратно завернула в него подарок. Похоже, феечка поверила в мою безумную версию. Что ж, тем лучше.
  - А куда теперь... - начала она, но её слова, заглушил резкий, громкий звук, похожий на яростное мяуканье. Я вскинул голову и с изумлением увидел грациозного, пушистого зверька, который, яростно маша крыльями, стремительно догонял пёструю птицу. Рывок, удар передними лапами, предсмертный писк и вот торжествующий охотник с добычей в пасти уже садится на край крыши соседнего дома.
  - Что это? - изумлённо спросил я.
  - Кошка, - равнодушно ответила Таня.
  - Сам вижу что кошка. Почему она с крыльями?
  - Где ты видел кошку без крыльев, дурачок?
  - Гм. К примеру, у себя дома.
  - Серьёзно? Ну, у вас, наверное, живут какие-то мутанты. Все настоящие кошки умеют летать.
  - Действительно, и как это я раньше не подумал...
  Зверек, быстро расправившись со своей добычей, принялся яростно вылизываться. Горб на его спинке был маленький, поросший короткой шёрсткой. Поразительное зрелище.
  - Вот бы завести такого...
  - Для чего?
  - Просто так... играть, гладить...
  - Интересно вы там все такие... извращенцы? - с опаской спросила Таня. - Гладить... Придумал же глупость! Говорила, что не следует ходить в эту мерзкую галерею!
  - Пошли уж, чучело, - вздохнул я. - Слышал, что шопинг - лучшее лекарство от стресса. Следует проверить, правда, это или нет...
  
  Глава 12. Криминальный талант.
  
  Спустя четыре часа, мы устало возвращались домой, нагруженные пакетами и свёртками. Хождение по лавкам не улучшило Танино настроение, она шла, угрюмо бормоча что-то под нос.
  - В чём дело, ласточка? Ты недовольна?
  - Никогда! - сквозь стиснутые зубы процедила она. - Никогда в жизни я не тратила столько денег на всякую ерунду! Можешь сравнивать меня с мамашей, сколько угодно, но это уже перебор!
  - Если скажу, что тоже в первый раз совершаю такие траты, тебе станет легче?
  - Ты ведёшь себя как неразумный ребёнок! Если б нам не нужно было покупать тебе крылья, я и слова бы не сказала! Или думаешь воспользоваться первой попавшейся дешёвкой? Останешься калекой на всю жизнь!
  - Успокойся, у нас будут деньги на крылья. Я много ещё чего могу продать. Старую одежду например. Впрочем, если выгорит одна задумка, мы вообще забудем о нехватке средств. Лучше скажи как тебе твоя новая причёска? Ведь лучше той копны что была?
  Таня закатила глаза и прибавила шагу, я засмеялся. Посещение парикмахерской, оказалось тем ещё приключением.
  Заведение было естественно одним из самых дорогих в городе. Когда мы вошли, пожилой парикмахер или куафер, как их здесь называли, только что отпустил предыдущую клиентку. Увидев феечку, он пискнул, всплеснул руками и закатил глаза.
  - Боже, что это такое? Дитя моё, кто же вас так изуродовал?
  Смущенная Таня, и так находящаяся весь день в состоянии стресса, испугано повернулась ко мне, решив по всей вероятности, что с её мордашкой что-то случилась.
  - Волосы! Ваши волосы! - простонал мастер. - Это чудовищно!
  - А что не так с моими волосами?! - тут же окрысилась она.
  - Какой безумец вас стриг? Этого человека следует немедленно посадить в тюрьму, он опасный для общества преступник!
  - Ещё чего захотел! Ритка конечно дура и вредина, но в тюрьму её сажать пока не за что!
  - Именно что "пока", - хмыкнул я и, повернувшись к куаферу, сурово сказал:
  - Мне рекомендовали вас как лучшего мастера. Похоже, мы только зря потеряли время и кроме оскорблений ничего здесь не дождёмся. Пойдём милая, поищем другого специалиста.
  - Зачем вообще нужно стричься? Волосы у меня и так короткие!
  - Стойте! - взвыл мастер. - Ваша шевелюра - вызов моему мастерству! Девочки, подготовьте клиентку к работе!
  Ассистентки мастера - две мускулистые угрюмые тётки подхватили под руки упирающуюся Таню и подтащили к креслу рядом с невысоким столом. Появился таз и кувшин с тёплой водой. Феечка запищала, когда её голову окунули в воду, и попыталась вырваться, но бесполезно.
  - Ни в коем случае не открывай глаза! - крикнул я, увидев мыло в руках мучительниц. Танька начала было орать что-то непечатное, но забулькала и замолчала. Воду меняли раза четыре, под конец я с изумлением убедился, что волосы у девушки не черные как думал раньше, а тёмно-каштановые. Затем её посадили под вентилятор, и одна из ассистенток с натугой принялась вращать рукоятку привода. Лопасти быстро закрутились. Хороший фен. Понятно теперь почему у них такие накачанные мышцы. Вторая, пристроившись рядом, принялась частым костяным гребнем вычёсывать насекомых. Таня обиженно всхлипывала и обречённо смотрела на меня. Ещё никогда с ней не обращались так бесцеремонно.
  Когда её усадили в кресло перед куафером, она в последний раз попыталась сбежать, но угрюмые тётки пресекли безнадёжную попытку. Право, уверен, что раньше они ходили в подручных у местного палача, уж очень профессионально действовали. Мастер торжественно открыл запертую шкатулку и извлёк на свет божий портновские ножницы и ручную машинку для стрижки собак. Насколько я успел разобраться, эти инструменты стоили дороже, чем остров на котором мы находились, включая всё движимое и недвижимое имущество. Яростно залязгало безжалостное железо, феечка в ужасе закрыла глаза.
  - "Если эта сволочь, отстрижёт ей ухо я его прикончу"! - решил я. Но всё обошлось, куафер оказался профессионалом, и спустя какой-то час моим глазам предстало восхитительное зрелище. Таня и так была красива, а уж с модельной стрижкой стала вовсе неотразимой.
  - Ну и что вы со мной сотворили? - угрюмо пробурчала она, уставившись на своё отражение в небольшом зеркале. - Ладно, сойдёт, могло быть и хуже.
  - Спасибо, - искренне проговорил я, пожимая руку взмыленному мастеру. - Вы сотворили чудо. Признаюсь, мне и в голову не могло прийти, что такое возможно. Давайте, пройдём в другую комнату и обсудим вопрос оплаты...
  - Сколько ты ему заплатил? - с подозрением спросила Таня, когда мы вышли на улицу.
  - Ровно столько, насколько он заработал и ни шпалой меньше, - туманно ответил я.
  - Куда пойдём теперь?
  - В парфюмерную лавку, лавку, где торгуют древесиной, к ювелиру и, разумеется, в магазин готовой одежды. Надоело, что все вокруг смотрят на меня как на пингвина сбежавшего из зоопарка, да и тебе гардероб сменить не мешает...
  
  И вот после всех этих опасных приключений мы возвращались домой.
  - Ну, скажи, - продолжала ворчать Таня. - Зачем мне три разных костюма? Да ещё таких дорогих? А духи? А эта дурацкая краска для рожи и всех остальных частей тела? Я даже не умею ей пользоваться!
  - Ерунда. Соня, дочка нашего хозяина красится каждый день. Уверен, она с радостью даст тебе несколько недорогих уроков.
  - Вот именно что недорогих... Всех в этой дыре интересуют только деньги. Жадные уроды!
  - Жизнь вообще дорогая штука, - философски заметил я. - Но скажи, неужели тебе не понравился тот надкрыльник перламутрового цвета.
  Таня вздохнула и на миг прикрыла глаза.
  - Ради него, я готова забыть обо всём, - тихо прошептала она.
  Дома было хорошо. Оставив феечку разбираться с вещами, я вышел в коридор, подозвал хозяйского сына, сунул ему в руку несколько шпал и послал в "Рваное крыло" сделать заказ для торжественного ужина. Следовало обмыть удачную сделку в "Голубой слезе" и остальные приобретения. Вернувшись в комнату, я увидел, как Таня торопливо примеряет наряды. Она могла недовольно ворчать сколько угодно, но девчонка - всегда девчонка. Первым делом феечка нацепила изящный бронзовый браслет, затем застегнула на шее ожерелье из полированных бутылочных осколков, на котором ювелир по моей просьбе закрепил вездесущую гильзу.
  - Мне правда идёт? - смущённо поинтересовалась девушка.
  - Правда. Ты просто прелесть. А теперь снимай тряпки и пошли в душ.
  После всех трат она, похоже, смирилась с новыми расходами и подчинилась беспрекословно. Впрочем, совместная помывка ей очень понравилась. Сосед-садовод сегодня мог не рассчитывать на воду для своих роз. Мы так расшалились, что опрокинули корыто в котором стояли, после чего срочно пришлось прекращать веселье и заняться ликвидацией катастрофы. В качестве тряпок отлично подошли старые Танины рубашка и шорты. Надеюсь, что мы не сильно испачкали ими пол. Впрочем, влажная уборка оказалась весьма кстати. Когда принесли ужин, моя подруга категорически отказалась садиться за стол, полагаю исключительно из вредности, и нам пришлось расположиться на мокром полу.
  Закончив трапезу и отправив обратно грязную посуду (надеюсь, в едальне её моют менее экстравагантным способом, чем на острове "Петербург"), я потянулся и заявил, что пора поработать.
  - Конечно, поработаем прямо сейчас! - с воодушевлением воскликнула феечка и одним движением прыгнула в кровать. После душа и ужина её дурное настроение стремительно улучшилось.
  - Когда я говорю "поработаем", это означает именно работу! - наставительно сказал я, поднимая с пола один из свёртков. - Займёмся пополнением дефицита бюджета!
  - Что? - переспросила она, - Опять какое-нибудь извращение?
  - Почти.
  Положив свёрток на край стола, я достал лучемёт и вынул нож из ножен. Любопытная девушка спрыгнув с кровати, подошла ближе. На стул она садиться естественно не стала и немного подумав, забралась на стол, улеглась на живот, подперла голову руками и, болтая ногами, принялась наблюдать.
  Первым делом я раскрыв полую рукоятку ножа, вытряхнул набор предметов, который Батяня презрительно называл "оргазмом выживальщика". Неизбежные рыболовные крючки, нужные мне здесь как собаке пятая нога, моток лески, иголки, многоразовая зубочистка, пинцет, судя по размеру предназначенный для выщипывания бровей (Гальперин бы оценил) и прочие абсолютно необходимые для жизни вещи. Из всего этого многообразия, я выбрал тонкий как церковная свечка цанговый карандаш, и небольшую, раскладную линейку затем, отложив нож в сторону, взялся за лучемёт.
  Мне не составило особого труда снять цилиндрик лазерного целеуказателя. Судя по мерцанию индикатора, его батарея оказалась полностью заряжена. Отлично. Хорошая штука этот лазерный прицел. Одним лёгким поворотом кольца, его можно превратить в мощный и яркий фонарик. Можно наоборот, сузить луч настолько, что тот станет прожигать бумагу и дерево. Идеальная зажигалка, мечта курильщика.
  Положив целеуказатель рядом с карандашом и линейкой, я раскрыв свёрток, вытянул из него несколько деревянных брусков и кусок плотной фанеры. По толщине, ширине, и структуре бруски ничем не отличались от деревяшек применяемых для изготовления местных денег. Сделав необходимые измерения, я взял нож, на обухе которого красовалась отличная мелкозубчатая пила и, отпилил несколько кусков. Затем тщательно зачистил осколком обсидиана, в результате чего получил шесть брусочков отличавшихся от шпал только отсутствием узора и цифр номинала.
  Взяв карандаш и положив рядом монету, я принялся старательно копировать рисунок на поверхность бруска. Когда-то в детстве у меня это неплохо получалось, отец даже говорил, что если б не война из меня мог бы вырасти отличный художник. Впрочем, в армии я быстро нашёл неожиданное применение своему таланту, занявшись разметкой, а позже и набивкой татуировок. Особенно удавались девичьи головки (кто бы сомневался) и почему-то бабочки. Фирменным моим рисунком была обнажённая красавица с крыльями, порхающая на фоне облаков... И ведь ещё говорят что ясновидения не бывает!
  Убрав отдохнуть разрисованный брусочек и зажав в пальцах целеуказатель, я поднёс его к листу фанеры. Прежде чем приступать к процедуре выжигания следовало отрегулировать мощность луча. Вспыхнула яркая точка, зашипело, в воздух поднялось облачко голубоватого дыма. Я с наслаждением вдохнул забытый за последние месяцы запах. Таня, которая с неослабевающим любопытством следила за всеми манипуляциями, подползла поближе и принюхалась. Секундой спустя, её физиономия расплылась в довольной улыбке.
  - Как приятно пахнет! - прошептала она
  Я посмотрел на счастливое лицо подруги и понял, что в секте "Любителей запаха горящего дерева" моими сегодняшними стараниями стало на одного адепта больше.
  - Никогда ничего подобного не нюхала! Гораздо лучше, чем духи, что ты мне купил сегодня. Может, поищем завтра с таким же запахом?
  - Вот ещё что придумала. Мне хочется, чтобы от тебя пахло цветами, а не копчёным мясом, - буркнул я, подкручивая колёсико настройки мощности. Потом провёл лучом несколько линий и принялся выводить слово за словом.
  - Что ты рисуешь?
  - Не рисую, а пишу.
  - Правда? Красиво. И что уже написал?
  - "Проба силы... проба... Гарин".
  - Хорошая у тебя фамилия. Серьёзная. А у меня смешная, и главное совершенно глупая.
  - Не пойму, что плохого в фамилии Рыбкина? Значительно лучше, чем Попрыгушкина или Сопелькина.
  - Хотелось бы мне когда-нибудь стать Гариной...
  - Гм, ты меня отвлекаешь! Помолчи, пожалуйста.
  Прекратив терзать несчастную фанерку, я положил перед собой размеченный брусок и вновь включил лазер. Работа оказалась кропотливой, но несложной и несколько минут спустя в наших руках оказалась монета достоинством в восемь шпал. Дёшево и сердито.
  - Отлично. Плохо только что она слишком чистенькая и новенькая. Следует поправить...
  Я быстро встал, схватил Таньку за щиколотку, приложил брусочек к пыльной подошве её ступни и несколько раз с силой провёл сверху вниз. Девушка завизжала и начала брыкаться.
  - Щекотно, прекрати, дурак!
  - Другое дело. Видишь, и для тебя нашлась работа!
  Потом бросил готовую монету на стол.
  - Давай, сравни с подлинной и если найдёшь различия, сразу скажи, а я пока займусь остальными.
  Спустя час мы стали обладателями шести монет разного достоинства на общую сумму в сорок шпал.
  - Никаких отличий! - в восторге заявила моя служба ОТК. - Ты умница!
  - Знаю. Завтра попробуем пустить их в оборот. Надеюсь, нас не схватят за руку.
  - Никогда! Мы теперь сможем стать самыми богатыми людьми в мире и купить весь город целиком!
  - Вижу, что на мелочи ты не размениваешься, молодец. Всё, на сегодня хватит, пора отдохнуть!
  - Я готова! - воскликнула она, быстро соскакивая со стола.
  
  Глава 13. Покинутый.
  
  В холле клиники было светло и по-домашнему уютно. Дорогая удобная мебель, выдержанная в едином, строгом стиле, стены затянутые тканью спокойного светло-зелёного цвета, несколько великолепных картин. Вся обстановка говорила о немалом достатке и отличном вкусе владельца. Молчаливый охранник при входе, окинул нас внимательным взглядом, но ничего не сказал. Мы пересекли холл, и подошли к высокой конторке, за которой стояла красивая молодая девушка.
  - Добро пожаловать, - приветливо улыбаясь, сказала она. - Чем могу быть полезна?
  - Я хотел бы приобрести крылья, - мой голос предательски задрожал.
  - Прекрасно, вы не ошиблись с выбором. Позвольте узнать ваши имена?
  - Тимур Гарин и Татьяна Рыбкина.
  - Отлично, - девушка сделала несколько отметок в листке перед собой, затем подошла к раструбу пневматического телефона, гибкая труба которого тянулась вдоль стены. - Семён Петрович, к вам посетители. Вы готовы их принять?
  - Да, разумеется, - донёсся до нас искажённый расстоянием мужской голос.
  - Прошу, следуйте за мной...
  Доктор Семён Петрович Кюбарсэп, был высоким беловолосым человеком средних лет с проницательным серьёзным взглядом. Он встретил нас в своём просторном кабинете, больше похожем на анатомический музей.
  - Спасибо Светлана, можете идти, - сказал он, и взглянул в листок, поданный девушкой. - Итак, Тимур Гарин... Отлично, отлично...
  Потом несколько раз обошёл вокруг меня словно я стал новым экспонатом его кабинета.
  - У вас широкая спина. Это хорошо.
  - Знаете, доктор, вы не первый кто мне это говорит.
  - Не сомневаюсь.
  Закончив осмотр, Кюбарсэп опустился в кресло.
  - Присаживайтесь, прошу вас. Значит, вам нужны крылья. Странно, что такой взрослый человек их ещё не имеет.
  - Так получилось.
  - Понимаю. Сразу хочу предупредить, здесь вам предложат лучшее, что есть в городе, но и цены у нас самые высокие.
   - Спасибо за искренность, меня в первую очередь интересует качество, а ваша клиника признанный лидер, это признают все.
  - Отрадно слышать. Хорошие крылья - лучшее вложение капитала. - Доктор задумчиво побарабанил пальцами по столу, потом кивнул, словно приняв какое-то решение.
  - У меня для вас есть отличный малыш. Уверен, вы созданы друг для друга.
  - Малыш?
  - Так мы называем симбионтов. В некотором смысле они наши дети, так что не удивляйтесь. Прошу, пройдёмте, покажу вам ясли.
  Он встал, подвёл нас к небольшой крепкой двери и постучал условленным стуком. Лязгнул засов, на пороге появилась невысокая полная пожилая женщина с круглым добродушным лицом.
  - Это Арина Родионовна, хранительница яслей, - пояснил Кюбарсэп. - Входите господа.
  Мы вошли в небольшую комнату, заставленную низкими столами, на которых возвышались деревянные ящики с вентиляционными отверстиями по бокам.
  - Перед вами боксы, где малыши ожидают своих будущих владельцев. Арина откройте, пожалуйста, восьмой номер.
  Хранительница всплеснула руками.
  - Неужели нашли? Радость то, какая!
  - Пока ещё нет. Решение в любом случае останется за клиентом, - дипломатично сказал доктор.
  - Берите молодой человек, берите обязательно! Он такой красавец - вылитый принц! А как бедняжка переживает одиночество - не передать! Да вы сами гляньте! - запричитала Арина, поднимая крышку восьмого бокса.
  Мы с Таней быстро переглянулись. Похоже, длительное общение с питомцами не пошло на пользу этой милой женщине.
  - Подойдите ближе, не стесняйтесь, - сказал Кюбарсэп. - Только прошу, не трогайте его руками. В этом возрасте они очень ранимы, и любое прикосновение воспринимают как ласку нового хозяина.
  - Так они разумны?
  - Нет, конечно... в нашем понимании этого слова. Но и бездушными кусками мяса их тоже не назовёшь. Они чествуют боль, голод, холод, тепло и ласку. Способны отличать одного человека от другого, могут испытывать симпатии и антипатии... впрочем, вы пришли сюда по делу, а не слушать лекции. Я изучаю их всю жизнь и без ложной скромности могу сказать, что являюсь лучшим специалистом по симбионтам на планете.
  Существо, лежащее на губчатой подстилке нельзя было назвать ни красивым, ни привлекательным. По форме оно напоминало слизня - одного из тех скользких насекомых, которых часто можно увидеть на листьях салата или капусты. Только слизи никакой на нём естественно не имелось: жёсткая чешуйчатая кожа телесного цвета была сухой, и тёплой. Признаться, я испытал короткий приступ тошноты, при мысли, что скоро оно станет со мной одним целым. Впрочем, отвращение из присутствующих похоже испытал я один.
  - Какая прелесть! - восхитилась Таня, и захлопала в ладоши, словно маленькая девочка при виде котёнка. - Что за лапа! Цвет здоровый! А полоска вокруг подошвы... никогда не встречала такой широкой! И... и... э, хотя с другой стороны ничего особенного, встречаются и лучше, - совсем другим тоном закончила она и виновато посмотрела на меня.
  - Можете не стараться, барышня, - тонко улыбнулся доктор. - Возможно, вы не в курсе, но я не торгуюсь. Никогда. Это мой принцип. Так что можете спокойно дать волю эмоциям.
  - Раз так, то думаю, что он нам подходит. Во всяком случае, это лучшие крылья, что я видела! Правда... - девушка замолчала и вцепилась в ухо. - Вам не кажется, что он слишком большой?
  - Верно, - кивнул Кюбарсэп. - Вам Тимур очень повезло с подругой, из неё получился отличный эксперт. Давайте вернемся в кабинет, где я подробно расскажу об этом малыше и связанной с ним проблеме.
  - Значит, проблема всё же есть? - поинтересовался я, когда мы покинули ясли.
  - Естественно, иначе бы вы его просто не увидели. Присаживайтесь, беседа не из коротких. Надеюсь, вы не торопитесь?
  - Нет. Выбор симбионта штука ответственная, здесь спешить нельзя.
  - Мне нравится ваш подход. А то бывает, прибегают сопляки и, не глядя, хватают первого попавшегося - ещё бы, ведь им нужно успеть к художнику разрисовать мордашку. А затем обижаются, когда получают отказ.
  - Вы отказываете клиентам?
  - Случается. Мои доходы позволяют выбирать. Репутация в данном случае стоит дороже денег.
  - Согласен.
  - Итак, малыш, которого хочу вам предложить... мы называем его Беспризорником, первоначально предназначался для сына дожа, фамилию которого по понятным причинам я произносить не буду. Назовём этого субъекта... мнэ-э... Полуэкт. - Кюбарсэп тихо рассмеялся, словно сказал шутку понятную только ему одному и продолжил:
  - Работа предстояла огромная, ради неё я забросил свою книгу и целых три десятка дней не вылезал из лаборатории. Уже давно мне не приходилось контролировать процесс от начала до конца, обычно этим занимаются ассистенты, в данном случае пришлось всё делать самому. На создание Беспризорника пошли лучшие ткани, отбраковать пришлось почти два десятка зародышей, прежде чем удалось завершить первый цикл развития. Впрочем, не буду вдаваться в подробности, не думаю, что они покажутся вам интересными. Всё шло хорошо, но тут Полуэкт внезапно отозвал заказ.
  - Ничего себе!
  - Увы, да. Один мой конкурент предложил симбионта на шестьдесят шпал дешевле. Представляете, какая насмешка? Я попал в абсолютно идиотское положение. Главная неприятность заключалось в том, что зародыш в своём развитии уже прошёл точку невозврата, остановить процесс было невозможно, всё равно, что попытаться запихнуть цыпленка обратно в яйцо.
  - Вы не составили письменный контракт?
  - Сделки такого уровня заключаются исключительно устно в присутствии двух независимых свидетелей, что должно подчёркивать степень доверия. Насколько мне известно, это первый случай за последнюю сотню циклов, когда дож отказался от собственного слова. Он уже потерял гораздо больше, чем сэкономил, приобретя репутацию ненадёжного партнёра, но, увы, мне от этого не легче.
  - Вы понесли серьёзные убытки?
  - Деньги тут не причём! - Доктор вскочил и нервно прошёлся по кабинету. - Я вложил в Беспризорника много сил, он лучшая моя работа!
  - Но его можно было продать другому!
  - Всё не так просто. Расходы на его создание оказались велики, нельзя слишком сильно сбрасывать цену иначе пострадает репутация. Возможно, будь у меня немного лишнего времени, я смог бы найти покупателя но, увы... Ваша подруга правильно заметила, он слишком большой. Сын Полуэкта, юноша достаточно крупный, симбионт проектировался под его размер, и потому не подходит большинству клиентов, ведь нам практически никогда не приходится иметь дело с взрослыми людьми. К тому же Беспризорник растёт достаточно быстро, и скоро станет, непригоден для пересадки. Ещё неделя, от силы полторы и мне придётся его усыпить, другого выхода нет. Когда я сказал что у вас широкая спина, это не было пустым комплиментом.
  - Понимаю. Значит, я единственный кто сможет спасти вашего... червя-переростка?
  - К сожалению да. Боюсь что в ближайшее время нам не найти такого широкоплечего клиента.
  - Но его солидный возраст не скажется на качестве?
  - Нет. На самом деле, чем старше симбионт, тем лучше. Их содержание обходится достаточно дорого, вот почему большинство заводчиков предпочитают сбыть своих питомцев с рук как можно быстрее, часто продавая неразвитый молодняк.
  Я посмотрел на Таню, и та кивнула соглашаясь.
  - Папа специально выбирал для меня самого взрослого. Обращал когда-нибудь внимание на жёлтую полоску вокруг нижней части горба? Чем она шире, тем он старше. Некоторые мошенники даже специально подкрашивают её краской.
  - Верно, - сказал доктор. - Но у нас вы можете не опасаться подделок.
  - Хорошо, - улыбнулся я, - меня убедили ваши аргументы, и тронула история несчастного малыша. Остался один вопрос. Сколько?
  - Двести шестьдесят шпал.
  Таня судорожно сглотнула и вцепилась пальцами в край стола.
  - Причём я отдаю его по себестоимости, не заработав на продаже ни щепки.
  - То есть это окончательная цена?
  - Да. Полуэкт должен был заплатить триста шестьдесят. Понятно, что в Доках можно купить крылья и за пятнадцать, но вы ведь пришли сюда не за этим?
  - Мои крылья стоили тридцать, - прошептала феечка. - Мы взяли самые дорогие из тех что были...
  - Вполне приличная цена, - сказал Кюбарсэп. - У кого вы их покупали?
  - У доктора Потапова. Его клиника расположена в бывшем здании таможни.
  - А, Костя! Хороший человек. Он стажировался у меня два года, потом открыл собственное дело. Если не станет халтурить, то далеко пойдёт. Во всяком случае, подделками парень не торгует. Итак, ваше решение?
  - Сумма не маленькая, - осторожно начал я. - Но склоняюсь к мысли принять ваше предложение. Впрочем, нужно сначала узнать мнение моей подруги и партнёра... Таня, оставь в покое ухо, ты его когда-нибудь просто оторвёшь!
  - Извини... - она опустила руку, потом решительно взглянула на меня. - Хочешь знать моё мнение?! Бери! Бери, не раздумывая, чёрт с ним с деньгами у нас их достаточно. Иначе потом будешь кусать локти всю жизнь.
  - На том и порешим. Доктор, мы согласны.
  - Отлично. Вы не пожалеете. - Он поднёс к губам раструб пневмотелефона. - Светлана будь добра, подготовь, пожалуйста, бланки стандартного договора. Мы нашли хозяина для Беспризорника. И скажи Степану, чтобы готовил операционную.
  - Пересадка будет прямо сейчас? - побелевшими губами спросил я. На меня внезапно накатила волна ужаса как у первоклашки при виде кресла стоматолога.
  - Нет, - успокоил доктор. - Операцию сделаем послезавтра. Сейчас, только подготовительный этап. Малыш должен получить некоторое количество вашей крови, это облегчит приживание. Вам когда-нибудь делали переливание?
  - Делали, - криво усмехнувшись, ответил я. - Два года назад... впрочем, не важно.
  - Тогда осталось уладить только финансовый вопрос. Учтите, как только ваша кровь вольётся в него, обратной дороги уже не будет.
  - Понимаю, - ответил я, вытаскивая из кармана новенькую чековую книжку. Все наши средства, подлинные и фальшивые мы положили в банк "Стабильный капитал" мигом превратившись из никому неизвестных бродяг в респектабельных буржуа. - Но прежде, доктор, вы могли бы осмотреть крылья моей подруги?
  - А в чём дело? - тут же взвилась она.
  - Просто хочу, чтобы тебя обследовал лучший из специалистов.
  - Но зачем?
  - Возможно, он сможет дать несколько практических советов.
  Феечка скорчила, кислую гримасу, но спорить не стала.
  Кюбарсэп улыбнулся.
  - Буду рад взглянуть на вас, барышня. Заодно проверю, насколько качественно делает свою работу Костя. Пожалуйста, снимите надкрыльник и встаньте к свету. Отлично... Так, повернитесь правым боком... левым... разверните крылья... Здесь не болит? Нет? Хорошо. А здесь?.. Очень хорошо... Давно у вас этот шрам? Кончик правого крыла не зудит во влажную погоду? А этот шрам откуда? Подрались с сестрой? Прискорбно, прискорбно, нужно держать себя в руках. А кто зашивал? Она же и зашила? Ясно. Всё можете сворачивать. Насколько я понял, большую часть своей жизни вы провели на ферме. Верно?
  - Да, а как вы догадались? - удивилась Таня.
  - Элементарно Ва... гм, не важно. Очень просто. Обе верхние хорды ваших крыльев покрыты царапинами. Их настолько много, что образовалась жёсткая короста ороговевшей кожи. Похоже, они появлялись изо дня в день, на протяжении длительного периода времени. Такие отметины есть у каждого, кто добывает воду из воздушных корней - во время работы крылья постоянно цепляются, повреждая нежную кожу. Так как "дойкой" занимаются только фермеры, легко можно предположить, что вы долгое время прожили на ферме.
  - Потрясающе! - в восторге воскликнула девушка. - Вы настоящий волшебник!
  - Ничего волшебного, обычная дедукция пополам с логикой. Ну и наблюдательность конечно.
  Он помолчал, потом внимательно посмотрел на меня.
  - Вот кто на самом деле представляет загадку, так это вы, Тимур.
  - Простите?..
  - Строение фигуры, структура мышц... такое впечатление, будто ваше тело, формировалось в условиях, отличных от наших. Нечто подобное я уже видел однажды... Впрочем, оставим досужую болтовню, вас наверное больше интересуют результаты осмотра.
  - Да, пожалуй, - кивнул я, а про себя подумал, что с этим проницательным человеком следует держать ухо востро.
  - У вас хорошие крылья Татьяна. Качественные и надёжные, можете при встрече сказать спасибо Потапову. К тому же вы ими часто и умело пользуетесь, что только идёт на пользу. Хорды гибкие, упругие, отсутствует дряблость присущая лентяям, что поднимаются в воздух от случая к случаю, хотя имеются явные следы дистрофии вызванной однообразным питанием и недостатком белка. Впрочем, эта проблема присуща всем людям, чей рацион в основном состоит из трибакса. Эта славная культура, конечно, спасла нас в своё время от голодной смерти, но питаться только ей опасно для здоровья. По той же причине полотно крыльев местами ослаблено, есть два проблемных участка, которые могут лопнуть при слишком сильных перегрузках, будьте осторожны. В остальном всё отлично. Опухоли отсутствуют, следов грибка Ventus Gribus нет и в помине, а ведь им поражены крылья почти половины жителей города. На правой верхней хорде есть след сильного ушиба, но он почти сошел на нет. Кстати откуда он взялся? Снова драка с сестрой?
  - Нет, - невесело сказала Таня. - Ударилась, когда врезалась в дикаря, заметила только после боя. Впрочем, ему пришлось гораздо хуже.
  - Вы его ранили?
  - Убила. Влепилась ногами в горб на полной скорости. Думаю, что он умер от боли ещё до того как врезался в землю.
  - Гм. Понятно... - протянул доктор и посмотрел на мою подругу с некоторой опаской.
  - Всё это хорошо, - нетерпеливо сказал я, - но что вы посоветуете делать с дистрофией?
  - Правильное питание, пища богатая белком и жирами. Жир очень важен, ведь для полёта требуется много энергии. Кстати вам Тимур тоже следует подумать о специальном рационе на время приживания крыльев. В городе есть несколько домашних пансионов, где готовят обеды специально для тех, кому только что сделали операцию. Цены выше, чем в харчевнях, но значительно ниже, чем в едальнях. Если хотите, могу дать несколько адресов.
  - Да, конечно.
  - Помимо того вам барышня нужно обязательно пройти курс лечения - пятнадцать инъекций препарата укрепляющего ткани хорд и полотна крыльев. Выгода очевидна - вы станете меньше уставать, да и скорость полёта значительно вырастет.
  - Хорошо, - сказал я. - Внесите стоимость курса в общую сумму.
  - Как скажете. Уколы делаются ежедневно, лучше в одно и тоже время.
  - Что такое "уколы"? - с подозрением спросила феечка. - Надеюсь ничего неприличного?
  - Смотря куда их ставить, - философски заметил я. - А куда кстати?
  - В крылья, - улыбнулся Кюбарсэп. - Не бойтесь Таня, больно не будет.
  
  Глава 14. Галлюцинация и первый полёт.
  
  Я проснулся от собственного крика, мокрый, словно только что вылез из ванны. Испуганная Таня выскользнула из постели, набулькала полкружки холодного чая вперемешку с обезболивающей микстурой и поднесла к губам.
  - Выпей, пожалуйста!
  - Спасибо. - Всё тело пылало, словно раскаленный горн. - Думаю мне лучше лечь на пол.
  - Почему?
  - Боюсь, ещё немного и кровать загорится от жара.
  - Не смешно.
  - Во всяком случае, ко мне лучше не прикасайся, а то обожжешься.
  - Хорошо, не буду, - пообещала она и тут же уткнулась мордочкой в грудь. - Очень больно?
  - На самом деле можно терпеть, только постоянно кажется, что по спине ползает рой насекомых.
  - Знаю. Это потому что Он прорастает внутрь тебя. Пускает корни словно дерево.
  - Спасибо, утешила. Наверное, я буду смотреться глупо с ветками за спиной.
  - Ты весь мокрый, давай вытру.
  - Лучше сменить простыню и одеяло.
  - Верно. Но для этого тебе придётся встать.
  - Тогда лучше потом. Не уверен, что смогу сейчас подняться.
  - Как хочешь.
  Таня принесла полотенце, тщательно вытерла пот и сменила холодный компресс на моём горбу. Чёрт побери, я всё-таки сделал это! Подсадил симбионта на спину! И ещё такие бешеные деньги заплатил, придурок! Если б знал как это мерзко, никогда не позволил бы сотворить с собой такое! Никогда!
  Феечка вновь легла рядом, её тело казалось прохладным, почти ледяным. Я прижался к ней как мог теснее, положил голову на руку и практически мгновенно отрубился...
  
  Стоял тёплый вечер, солнце почти уползло за горизонт, на потемневшем небе появились первые бледные звёзды. Я сидел на мягкой траве под кроной огромного дерева, лениво грыз травинку, изредка поглядывая на носки своих лакированных пижонских туфель с огромными серебряными пряжками. Мой костюм выглядел так, словно я сбежал со съемок исторического сериала о прошлом Земли. Очень напыщенно и абсолютно непрактично.
  Внезапно послышались лёгкие шаги, и появилась Янка. Чумазая беспризорница, некогда подобранная нами среди руин, сейчас выглядела, словно маленькая принцесса в своём пышном белом платье. Изящная золотая корона на голове впечатляла, а огромный веер, зажатый в тонкой руке, напоминал хвост павлина.
  - Привет, братик! - жизнерадостно сказала она, плюхаясь рядом. Похоже, её совершенно не беспокоила сохранность собственного туалета. - Даже не представляешь, как я рада тебя видеть!
  - Я тоже очень рад. Ты сегодня такая нарядная...
  - Тебе нравится? Всю жизнь мечтала о таком платье. - Она кокетливо развернула веер и несколько раз энергично взмахнула, породив небольшой ураган. - И это тоже хорошая штука, хотя твои крылья значительно лучше.
  - Откуда ты знаешь, как они выглядят? Я ведь даже их ещё ни разу не раскрыл!
  - Предчувствую. Если они окажутся такими же красивыми как у Тани, стану тебе завидовать.
  - Скажи ей это сама. Она будет довольна.
  - Увы, не могу, она же спит. Надеюсь, потом мы обязательно подружимся. И у меня будет не только брат, но и сестра.
  - Ты думаешь, это случится?
  - Конечно! Ведь я теперь тоже умею летать!
  - Понятно... Чёрт, что происходит?! Как ты смогла меня найти, и... вообще ты же умерла!
  - Ну и что? Думаешь, из-за такого пустяка я не могу навестить братика? А как нашла... да после твоей операции, у наших чуть все контакты не перегорели! Шуму было... Так что отыскать тебя оказалось проще, чем пилюлю проглотить!
  - Постой! Какие контакты, что за "наши"? Хочешь сказать, что на самом деле я не сплю, а болтаю с тобой наяву?
  - Да нет, конечно, спишь. Просто... боюсь что не смогу сразу объяснить... Ой, извини, мне пора! Ладно, чмоки чмоки! Когда встретимся в следующий раз, тогда и поболтаем!..
  
  Таня тихо посапывала, уткнувшись носом мне в плечо. Я, стиснув зубы, осторожно сполз с кровати. Подошёл к столу налил в кружку чистой воды и залпом выпил. Жар сменился сильным ознобом. Охватив плечи руками и лязгая зубами, словно йог-недоучка, сушащий мокрую простыню на вершине Эвереста, я сел на стул и задумался. Творилось нечто странное. Признаюсь честно, что уже почти забыл свою погибшую "сестрёнку". В конце концов, наше знакомство длилось очень мало, к тому же за годы службы я сумел нарастить на сердце здоровенную мозоль, научившись долго не скорбеть о павших друзьях. Тогда, к чему этот сон? Настолько реалистичный, что страшно становится. Или может дело в симбионте? Кюбарсэп предупреждал о возможных негативных последствиях во время приживания. В данный момент Беспризорник подключается к моему мозгу задействуя все возможные каналы передачи информации. Вполне возможно, что именно это и порождает столь правдоподобные галлюцинации. Трясущейся от слабости рукой, я вытер холодный пот и, пошатываясь, вернулся в постель. Уставшая Таня даже не проснулась.
  
  - Ты не должен боятся! Соберись! Всего один маленький шажок! - в пятидесятый раз повторила Таня и легонько потянула меня за рукав. - Ну, давай же, Тим! Будь умницей!
  Легко сказать соберись. Страх высоты, который как считалось, благополучно издох, на самом деле только уснул. Теперь он проснулся, зевнул и, обнажив клыки, принялся грызть изнутри грудную клетку. Мерзкая скотина!
  Я стоял на самом краю острова и любой, даже самый лёгкий толчок, мог швырнуть меня навстречу бездне. Вот только толкать никто не собирался, прыгать следовало самому. Идиотская ситуация. А если крылья не раскроются?
  - Они обязательно раскроются, не бойся!
  - Но я их совершенно не чувствую! Как ими махать, объясни хоть сейчас!
  - Ты можешь объяснить, как двигаешь руками? Всё случится само собой, только нужно действовать, а не ныть!
  - Никто и не ноет, - буркнул я, слегка перенося центр тяжести вперёд. Этого оказалось достаточно. Воздух ударил в лицо, громко, как парус затрепетал надкрыльник. Первый, и боюсь последний самостоятельный полёт начался.
  - Молодец! - прокричала Танька, падая рядом. - Теперь раскрывай!
  - Как?! - заревел я. - Не могу!
  - Просто раскрой и всё!
  - Не могу! - волна паники захлестнула с головой, вымывая остатки разума и здравого смысла.
  - Ну и дурак! - презрительно бросила она. - И чего спрашивается, трачу на тебя время? Если не хочешь сдохнуть, лучше действуй прямо сейчас. Нет - тогда до свиданья, я больше не собираюсь тебя спасать! - С этими словами феечка ушла вверх.
  Ежу понятно, что столь грубым и примитивным способом, она пыталась заставить меня собраться. Находясь в обычном состоянии, я никогда не купился бы на такой дешевый трюк. Но сейчас страх оказаться в полном одиночестве заставил меня рвануться изо всех сил. Послышался треск, чудовищная боль пронзила тело затем, что-то огромное появилось справа и слева. Глаза застил кровавый туман в голове щелкнуло, словно кто-то повернул выключатель, после чего стало темно и спокойно.
  Впрочем, обморок продолжался не больше двух - трёх секунд. Подозреваю, что именно в этот момент мозг ушёл в перезагрузку, для того чтобы вновь подключённое периферийное устройство смогло, наконец, заработать в полную силу. Придя в себя, я первым делом осознал, что крылья всё же раскрылись. Теперь следовало превратить беспомощное трепыхание в нормальный полёт. Со стороны мои судорожные метания напоминали, наверное, барахтанье щенка брошенного в воду. Беспорядочное шлёпанье лапами, веер брызг, испуганное тявканье и прочее в том же духе.
  - Ровнее! Ровнее! Не суетись! - кричала Таня, нарезая круги вокруг.
  - Тужься доченька! Тужься! - завопил я в ответ. Шутка была так себе, но в подходящий момент настроение может поднять даже самая тупая острота.
  Мне удалось синхронизировать работу обоих крыльев, и хотя каждый взмах по-прежнему причинял сильную боль, я постепенно начал понимать механику полёта, ничего сложного в этом действительно не было. Больше всего меня беспокоила кровь, струящаяся по спине. Внезапно подумалось, что ритуал первого раскрытия крыльев, очень напоминает действо, которое называют умным словом "дефлорация".
  - "Надо же, потерял девственность, какой кошмар"! - Осознав нелепость собственных мыслей, я громко рассмеялся, а затем меня охватила ярость. Почему скажите на милость, я веду себя, словно котёночек с бантиком на шее который в первый раз порезал лапку? Неужели несколько месяцев мирной жизни превратили меня в бесхребетного слизняка? Плевать на боль, плевать на кровь, я должен доказать себе что ещё способен драться!
  Снизу что-то кричала Таня, но я не обращая внимания на её вопли начал стремительно подниматься выше и выше. Словно сумасшедшему Икару, мне внезапно захотелось схватить в кулак золотое солнце. И тогда местные жители, наконец, узнают, что такое ночь!
  Позже Таня созналась, что практически все новички в первый раз раскрывшие крылья проходят короткую, но очень опасную стадию, когда поток новой информации исходящий от симбионта буквально погружает мозг в пучину безумия. В этот момент человек не может контролировать собственные действия и потому способен на всякие глупости. Так что девушка в целом была готова к моему неадекватному поведению. К чему она действительно оказалась не готова, так это к скорости, с которой я устремился в зенит. Доктор Кюбарсэп не подвёл, мне действительно достались очень хорошие крылья, бросившаяся в погоню феечка чуть пупок не надорвала. К счастью, укрепляющие инъекции сделали своё дело. Ругающаяся как чёрт Таня настигнув меня, схватила за щиколотку и впилась зубами куда-то под коленку. Этого оказалось достаточно, чтобы прийти в себя.
  Недоступное светило злорадно скалилось, глядя на мои жалкие потуги похитить его с неба.
  - Тимочка, спускайся, пожалуйста, - быстро говорила девушка. - Ты весь в крови, тебе надо к врачу!
  Яростное безумие берсерка схлынуло, я почувствовал сильную слабость и боль. Голова кружилось, перед глазами дружно скакали яркие звёздочки, голос Тани звучал глухо, словно через толстый слой ваты. Не говоря ни слова, я заскользил вниз, навстречу бесформенной кляксе города. Рядом возвышалась решетчатая башня шпиля, и мне неожиданно пришла в голову мысль, что можно уцепится за неё и хоть немного отдохнуть...
  - Стой, туда нельзя! - закричала Таня, но я, не слушая подругу, сделал несколько судорожных взмахов, сложил крылья и мёртвой хваткой вцепился в прочную деревянную балку.
  - Назад! Немедленно назад! - завопила феечка. - Это запрещено! Нас сейчас пристрелят!
  - Пристрелят? Кто?
  - Стражники шпиля! Никто не имеет право приземляться на башню, это закон!
  - Глупость, какая! Мы просто немного отдохнём и полетим дальше, что тут плохого?
  Она не успела ответить. Послышался свист рассекаемого воздуха и, к нам приблизились два летуна в ярко-жёлтой форме. Один оказался вооружён арбалетом весьма грозного вида, к бедру второго был прикреплены ножны с длинным, словно мачете клинком. Таня вскрикнула и, развернувшись, попыталась прикрыть меня своим телом.
  - Не стреляйте, прошу вас! - закричала она. - Мой друг, он... не в себе, это его первый полёт!
  Стражник с мачете сделал знак напарнику, и тот опустил арбалет.
  - В сторону, барышня! - хрипло приказал он.
  Девушка беспрекословно подчинилась. Сложив на ходу крылья, патрульный, словно огромная летучая мышь приземлился на соседнюю балку и быстро подошёл ко мне. Я не был способен сказать в своё оправдание ни слова, только что-то промычал. Мужик, не став читать нотации, просто откинул в сторону надкрыльник, осмотрел горб и понимающе кивнул.
  - Эй, девчонка, как там тебя?..
  - Таня.
  - Можешь спустить его на землю? Мы подстрахуем.
  - Да конечно.
  - Тогда шевелись.
  Я хотел сказать, что сам великолепно умею летать, но не смог и рта раскрыть. Девушка зацепила меня, и мы довольно неуклюже спустились на улицу. Тут же откуда-то из поднебесья спикировал радостный гаишник.
  - Так господа, нарушаем? Приземляемся в неположенном месте?!
  - Прекратите капрал, - брезгливо морщась, сказал старший стражник. - Разве не видите, что случилось ЧП?
  - Простите, офицер Крылов, - воскликнул блюститель порядка, вытягиваясь в струнку, - не сразу разобрался.
  - Вы свободны. Летите, выполняйте свой долг, - бросил Крылов, после чего повернулся ко мне. - Никогда больше так не делай! В следующий раз, никто шутить не будет.
  - Извините, - пробормотал я, едва ворочая резиновым языком. - Никогда... не повторится.
  - Надеюсь. - Внезапно он усмехнулся и потрепал меня по волосам, словно ребёнка. - Поздравляю с первым полётом, парень. Я сам помню, такую штуку тогда отколол, до сих пор стыдно. Вам, барышня больше не требуется наша помощь?
  - Нет, спасибо, до клиники несколько кварталов.
  - Тогда удачи. Всё, сержант, полетели! - и оба стража ушли в небо.
  - Обопрись на моё плечо и пошли, - тихо сказала Таня.
  - Прости, я вёл себя как дурак...
  - Это я вела себя как дура, ведь знала, что творится с людьми во время первого полёта. Просто подумала, раз ты взрослый то сможешь себя контролировать.
  - И часто происходят несчастные случаи?
  - Иногда бывают. Вон, Ритка чуть бошку себе не проломила. Хорошо, что стенка у дома оказалась не такой крепкой.
  Я не выдержал, засмеялся и чуть не упал от приступа головокружения. Дальше мы шли молча, благо до клиники доктора Кюбарсэпа было действительно недалеко...
  
  Глава 15. Гараж смерти.
  
  После двух дней отдыха, я вновь поднялся в небо. На сей раз, обошлось без приключений. Мы мило покружились в небе около часа, до тех пор, пока у меня не заболела голова, затем спустились вниз и отправились на поиск нового жилища.
  Этим утром, хозяин, который последнее время косо смотрел на нас, постоянно твердя, что сдавал комнату одному человеку, а раз нас теперь двое то и плату следует увеличить, решил взять быка за рога. Каким-то образом, ему стало известно, что я купил крылья в самой престижной клинике столицы, и это оказалось последней каплей. Ворвавшись без стука в комнату, он с порога начал кричать, что раз мы такие богачи, то должны платить не меньше шпалы в день. Все попытки воззвать к здравому смыслу ни к чему не привели. В конце концов, разошедшийся домовладелец заявил, что сообщит в Комиссию Нравственности, о том, что мы живем, не состоя в браке. Таня с визгом повисла у меня на руках, благодаря чему мерзавец смог отступить, сохранив целостность физиономии.
  Новая квартира нашлась достаточно быстро. Комната оказалась в полтора раза меньше и в пятьдесят раз уютнее прежней, хозяйка - сухонькая старушка, была приветлива и говорлива. Имея трёх взрослых, состоятельных сыновей, она не нуждалась в дополнительном заработке, и сдавала жильё только из нелюбви жить в одиночестве. Заплатив за месяц вперёд, мы принялись обживаться.
  Район был тихий, респектабельный, населённый по большей части людьми, которых на моей родине до войны называли "средним классом". Наше появление, вызвало вялый интерес, но особо никто с расспросами не приставал.
  Прошло несколько спокойных дней. Я плотно изучал премудрости полёта, тратя на это всё время и силы. Мне легко удалось научиться скользить по прямой, быстро набирать высоту, тормозить перед препятствием и приземлятся, не отбив ступни, о твёрдое покрытие посадочной площадки. Одним словом овладеть тем необходимым минимумом, на котором, как правило, останавливалось большинство обывателей не желавших идти дальше в силу трусости или лени. Я, конечно, стоять на месте не собирался, твёрдо решив превзойти в умении своего инструктора. Уже сейчас, Танька проигрывала мне в скорости, но в остальном я по прежнему оставался аутсайдером. Даже самые великолепные крылья не могут научить мастерству, на овладение которым требуются годы тренировок. Фигуры высшего пилотажа, умение чувствовать воздушные течения, способность ловко маневрировать на полной скорости и прочие премудрости были для меня пока недоступны.
  Однажды утром мы как обычно отправились в небо. Покружив с полчаса, и разыграв несколько воздушных схваток в духе пилотов-истребителей прошлых войн, я для разнообразия предложил спуститься как можно ниже к поверхности планеты, но Таня встретила это невинное предложение в штыки.
  - Сколько раз можно повторять, что там опасно!
  - Мы будем очень осторожны, если что не так сразу поднимемся.
  - Воздух внизу ядовит, им можно отравится.
  - Скажи уж проще, ты боишься!
  - Боюсь! - Танька вздохнула. - Когда я была маленькая и глупая... примерно как ты сейчас я тоже попробовала окунуться в бездну...
  - И как?
  - Чуть не сдохла. Чудом вылезла, после чего долго болела.
  - Но нас ведь двое. Будем страховать друг друга.
  - Уф, какой же ты всё-таки настырный! Ладно, давай! Но запомни - как скажу "назад", без вопросов начинаешь подниматься. Понял?
  - Понял. Только, чур, спускаемся рядом со шпилем. Очень хочу посмотреть, как он устроен.
  - Хорошо. Главное не подлетать близко, иначе стражи начнут стрелять.
  - Кстати, а к чему такие строгости?
  - А сам как думаешь? Неужели непонятно?
  - Мало ли что я думаю...
  - Шпиль сделан из редких и жутко дорогих материалов: железа, стали, дерева. Можешь представить какой это соблазн для всяких жуликов. Дай им волю, они за несколько циклов разнесут башню до основания, после чего город развалится как сноп трибакса у которого лопнула верёвка.
  - Тогда понимаю, действительно серьёзная причина.
  Мы свернули крылья, словно паруса перед бурей, выставив наружу только самые кончики, чтобы можно было регулировать скорость спуска, и плавно заскользили вниз. Толстые подушки островов с бородой воздушных корней остались над головой, перед нами была только пустота да уходящая в глубину решётчатая башня шпиля, плавно расширяющаяся к основанию. Глядя на это циклопическое сооружение, я поневоле проникся уважением, к неизвестным строителям сумевшим создать такую махину. Всё же люди умеют делать невозможное, если очень захотят.
  Среди переплетения балок я внезапно разглядел группу каких-то типов и спросил Таню кто они такие.
  - Ремонтники, - пояснила та. - Меняют прогнившие брёвна и красят сталь, чтоб не ржавела.
  - Понятно.
  - Может, пойдём наверх?
  - Вот ещё, конечно нет.
  - Под нами облака в них можно заблудиться!
  - Неужели такая опытная летунья боится облаков?
  Таня фыркнула и замолчала. Мы продолжали спуск. Шпиль оказался более оживлённым местом, чем я предполагал. Помимо бригад ремонтников и патрульных стражей, я то и дело видел стены каких-то строений размещённых внутри башни или вынесенных наружу на прочных консолях. Около них также мелькали человеческие фигуры.
  - Что там за дома? Неужели жилые?
  - Не знаю, - честно призналась Таня. - Скорее всего, тут расположены мастерские, где делают железные инструменты.
  - "И выжигают лазером узоры на монетах", - добавил я про себя. Нет, всё верно, огнеопасные технологические процессы лучше всего проводить подальше от наполненных водородом летающих островов. Интересно, много ли осталось оборудования вывезенного с Земли со времён переселения? И главное, почему они не поддерживают отношения с материнской планетой? Авария портала или что-то ещё? Галина говорила - предки были изгнанниками, а значит вполне возможно, что с момента появления людей я - первый пришелец извне. Или нет? Ведь кто-то построил портальчик, там на Терре. Значит, здесь появлялись и другие гости. Семён Петрович обмолвился, что уже встречал человека с телом, развившимся в условиях высокой гравитации. И Гальперин мельком упомянул о проданном в галерее пластиковом браслете. Странно, почему я вспомнил об этом только сейчас? Впрочем, ничего удивительного, последние дни моя голова забита полётами и всем что с ними связано. Следует, наконец, собраться и внимательно всё обдумать... Тут меня вновь уколола игла беспокойства. Незакрытый портал... Кто знает, может Чужие уже вторглись сюда и скоро Арамиль станет полем глобальной битвы? Не лучше ли купить остров и улететь к чёртовой матери, подальше от Шпиля, выскочив из Кольцевого течения? Но если у нас с Таней родятся дети, какая участь ждёт их в условии полной изоляции? К примеру, где взять крылья, без которых тут невозможно выжить? Куда не кинь, всюду клин...
  В этот момент мы вошли в облака, и неприятные мысли мигом выветрились из головы. Всё вокруг заволокло плотной белой пеленой, сразу стало холодно и неуютно.
  - Давай подниматься! - решительно сказала Таня.
  - Погоди немного, я хочу подлететь к башне.
  - Ты с ума сошёл! Нас прикончат! Тебе мало прошлого раза?
  - Не бойся, в таком тумане никто ничего не увидит! Неужели тебе самой не любопытно?
  - Представь себе, нет!
  - Врёшь. Лучше молчи и лети следом.
  - Вот дурак... - безнадёжно протянула девушка, пристраиваясь в кильватере.
  - Главное не сбиться с курса. И не лететь слишком быстро, иначе можно врезаться в шпиль.
  - Боюсь, что мы потеряем друг друга!
  - Не бойся. Лучше подберись поближе и возьми меня за ноги.
  Таня тяжело вздохнула, я почувствовал, как её руки схватили меня за щиколотки.
  - Не дёргайся слишком резко, - буркнула она. - Вот ведь влипла с тобой, зачем мы вообще купили крылья? Они дурно повлияли на твою голову!
  - Что, правда, то, правда, - хмыкнул я.
  Постепенно, впереди начало вырисовываться нечто тёмное и большое.
  - Башня! Приготовься тормозить.
  - Хорошо.
  Спустя минуту, я висел вниз головой, оплетя ногами толстую балку, раскачиваясь из стороны в сторону.
  - Ну, как, похож на летучую мышь?
  - Не знаю что это такоё, - проворчала феечка. - Ты доволен, мы можем, наконец, отправиться назад?
  - Погоди. - Я одним рывком принял вертикальное положение и встал на балку, словно гимнаст на брус. - Прогуляемся немного.
  Таня мученически вздохнула, но спорить не стала. Несколько минут мы играли в двух мартышек, скачущих с ветки на ветку в поисках бананов. Занятие оказалось очень увлекательным и моя подруга, забыв об опасности быть схваченной на месте преступления, расшалилась не на шутку. Деревянные балки сменялись стальными, так что довольно быстро мы перемазались в ржавчине и стали похожи на рыжих клоунов. Внезапно впереди, сквозь туман проступили очертания, какого-то большого, плотного предмета.
  - Стоп! - скомандовал я. - Там или дом или сарай. Давай посмотрим поближе.
  - Давай!
  Судя по всему, это прямоугольное строение сделанное из плотно пригнанных толстых досок было большим гаражом, предназначенным для флайера. Оно стояло на деревянной платформе, не имело окон, зато было снабжено воротами во всю ширину торцевой стены. Ворота оказались заперты на внутренний засов, а в правой створке имелась небольшая дверца с навесным замком.
  - Опа! - сказал я. - Знатный домишко.
  - Лучше пойдём от греха подальше. Вдруг хозяева вернутся.
  - Не думаю. Похоже, гараж давно заброшен. Посмотри на замок, он весь проржавел. Спорю на что угодно, его не открывали циклов десять не меньше.
  - Тебе виднее. Что будем делать дальше?
  - Попробуем проникнуть внутрь.
  - Каким образом? Доски толстые, не сломаешь!
  Не ответив, я вынул нож из ножен и стал ковырять ржавчину на дужке замка. Скверное железо истончилось настолько, что острая закалённая пилка клинка, справилась с ним за минуту. Гораздо труднее, оказалось, отворить дверь - древесина, разбухнув, намертво застряла в проёме, так что пришлось попотеть. Наконец она со скрипом поддалась и мы, сгорая от любопытства, заглянули внутрь. Большую часть пространства гаража занимала бесформенная непонятная груда, почти неразличимая в сумеречном свете.
  - Ничего не видно! - пожаловалась Таня.
  - Подожди минутку! - я торопливо расстегнул поясную сумку, вытащил лазерный целеуказатель, который по понятным причинам всё время носил с собой, одним движением развернул лепестки рефлектора и нажал на кнопку. Острый, узкий луч света распорол темноту. Перед нами стоял древний флайер.
  - Ну и штука! - восхищённо протянула феечка. - Никогда такой не видела!
  Мне тоже никогда не доводилось встречать живьём подобные машины, только в исторических фильмах и кадрах кинохроники о буднях переселенцев.
  - Что это, можешь сказать? - потребовала Таня.
  - Летающий аппарат. Впрочем, похоже, кроме корпуса от него ничего не осталось.
  Предположение оказалось верным. Когда мы зашли в гараж, сразу стало ясно, что с флайера снято всё что можно, включая обивку салона и двери. Нетронутым остался только кузов, целиком отлитый из сверхпрочного пластика.
  - Какая красота, - потрясённо шептала девушка, осторожно гладя гладкий пыльный борт.
  - Ага. Жалко, что мы не сможем использовать его по назначению...
  - Тише! - быстро сказала Таня и схватила меня за руку. - Слышал?
  - Что?
  - Звук! Совсем рядом!
  Я замер и действительно услышал слабый, жалобный писк, исходящий откуда-то снизу. Так могло пищать только живое существо.
  - Похоже птица. Видишь, в крыше дыра, может тут гнездо?
  - Непохоже... Чувствуешь запах?
  - Верно, пахнет... пахнет кошками. Ни одна птица не поселится рядом.
  Я сделал шаг в сторону, посветил на пол и буквально в нескольких сантиметрах от своей правой ноги увидел маленький меховой клубочек.
  - Что там? - нервно спросила Таня.
  Подцепив пальцами ноги, неподвижное существо я взял его в руку и внимательно осмотрел.
  - Мёртвый котёнок. Умер совсем недавно, тельце закоченело, но разлагаться ещё не начал.
  - Гадость, какая, выбрось немедленно!
  Писк, жалобный и безнадёжный повторился вновь. Я, положив мёртвого малыша на капот флайера, осторожно двинулся вперёд вдоль правого борта и почти сразу увидел раскрытый технологический лючок. В глубине небольшой ниши, на мягкой подстилке неподвижно лежали ещё три мёртвых котёнка. Поочерёдно коснувшись пальцами каждого, я убедился, что один из них умер совсем недавно. У самых ног что-то зашуршало, я быстро опустил луч фонарика. Свет, отразившись от пары глаз, вернулся двумя яркими вспышками. Рыже-чёрный полосатый пушистик, медленно выползал из-под флайера.
  - Берегись! - предостерегающе крикнула Таня, - он сейчас вцепится тебе в ногу!
  Засмеявшись, я нагнулся и подхватил лёгкое как пушинка тёплое тельце, похожее на скелетик обтянутый тонкой шкуркой.
  - Ты... ты с ума сошёл! - девушка смотрела на меня так, словно я взял в руки ядовитую змею.
  - Прекрати, глупая! Неужели не видишь, что он умирает от голода и жажды? Сейчас маленький, потерпи немного.
  Я вернулся назад, посадил несчастного на капот машины, снял с пояса флягу, налил воду в крышку и поставил импровизированную поилку ему под нос. Звереныш, не став ломаться, тут же принялся жадно лакать, крохотным, розовым язычком.
  - Посмотри, ну разве не красавец?
  - Даже не думай взять его с собой! Это опасный дикий зверь!
  - С ума сошла что ли? Да его ладонью накрыть можно, и ещё место останется!
  - Ты не понимаешь!.. Говорят, что они по ночам подбираются к спящим, перегрызают горло, а потом пьют кровь!
  - Страсти, какие - котёнок вампир! А детей они случайно из колыбелей не воруют? Порчу не наводят?
  - Можешь смеяться сколько угодно, только эта мерзость останется здесь!
  - Тогда и мне придётся остаться. Неужели тебе его совсем не жалко?
  Таня выругалась и выскочила из гаража. Я тяжело вздохнул. Иногда она бывает такой упрямой. Тем временем, малыш выпил все, что было в крышке, и потёрся мохнатой щекой о палец. Похоже, он совершенно меня не боялся, наверное, одиночество и голод оказались страшнее, чем огромный, непонятный человек. Оттянув рубашку на груди, я аккуратно запихнул его за пазуху и вышел наружу. Таня с угрюмым видом сидела на краю платформы, болтая ногами.
  - Полагаю, мамаша погибла, или бросила их по какой-то причине. Представляешь, как им было страшно умирать одному за другим в холодном гараже...
  - Прекрати. Если думаешь, что я разрыдаюсь от жалости, то не надейся! Куда ты его дел?
  Я молча тронул пальцем крошечный холмик, выпирающий из-под рубашки. Холмик зашевелился, кожу царапнули острые коготки и шершавый, словно наждак язычок.
  - Совсем больной, да? Ведь он может...
  - Вгрызться в живот, проесть его насквозь и вылезти наружу обмотанным окровавленными кишками! - страшным голосом проревел я, затем виновато коснулся её руки. - Прости, пожалуйста, но я действительно люблю кошек и не могу вот так оставить умирать беднягу.
  Девушка тяжело вздохнула и встала на ноги.
  - Давай уж, наконец, вернёмся домой, пока нам на голову не свалилась ещё одна полудохлая сиротка.
  - Давай. Только по дороге нужно обязательно заглянуть в лавку, купить молока и мясного фарша. И миску для кормёжки. И ёмкость куда он или она будет...
  Таня громко заскрипела зубами, и торопливо перебирая руками, стала протискиваться сквозь частокол балок.
  
  Глава 16. Долг уплачен.
  
  Тигра лежала на спине вытянувшись в струнку и блаженно жмурилась. Я осторожно почесал её туго набитый животик, услышал негромкое, довольное урчание и повернулся к Тане. Девушка сидела около небольшого зеркала и быстрыми движениями втирала светло-бирюзовую краску в лицо. Кто бы мог подумать, что всего за несколько недель, моя подруга превратится в заядлую модницу.
  - Ты её перекармливаешь! - обличающим тоном заявил я. - Смотри, такое впечатление, что она проглотила теннисный мячик. Ужас, скоро малышка превратиться в один огромный живот на тонюсеньких ножках. А ведь ей ещё нужно учится летать.
  - И вовсе не перекармливаю, - меланхолично ответила феечка, не отрываясь от зеркала. - Ну, может только чуть-чуть. Но сам ведь знаешь, как трудно устоять, когда она на тебя смотрит своими огромными глазищами.
  Что, правда, то правда, слегка оправившись, коварная девчонка быстро сообразила, как правильно давить на жалость и теперь всячески пользовалась своим положением. Достаточно было только взглянуть в её полные страдания, кроткие глаза и услышать тихое "мяу", как рука сама тянулась к бутылочке с молоком. Получив что хотела Тигра, мгновенно превращалась из умирающего лебедя в безумного беса, устраивая сумасшедшие пробежки по полу, стенам и потолку. Глядя на её акробатические номера, я с содроганием думал о том, что начнется, когда она раскроет крылья. Судя по состоянию горба, это знаменательное событие должно произойти в ближайшее время. Уверен, скучать нам не придётся.
  - Ещё несколько дней назад, кто-то брезгливо морщил носик и презрительно твердил что выкинет "эту мерзость" в бездну, - мстительно заметил я и, не выдержав, засмеялся.
  - Мало ли что кто-то кому-то когда-то болтал, - буркнула Таня. - Не вижу здесь ничего смешного.
  - Просто вспомнил, какой концерт ты закатила спросонок, когда увидела что, она дрыхнет, уткнувшись мордочкой тебе в подмышку.
  - Да уж, - фыркнула девушка, - это было нечто.
  - Зато теперь даже не знаю, кого ты любишь больше...
  - Конечно её. Она не храпит и не пихается во сне. Такая милая девочка... а главное не болтает всякую чушь, вместо того, чтобы помочь.
  - Тебе требуется моя помощь? - галантно поинтересовался я.
  - Разумеется. Покрась, пожалуйста, спину и плечи.
  - А ведь совсем недавно ты утверждала, что не будешь заниматься всякой ерундой... - вздохнул я, аккуратно зачерпывая губкой краску из небольшого ведёрка.
  - Мне просто нравится быть красивой. Что тут плохого?
  - Ты красива без всякой мазни... - этот спор длился давно, и победителей в нём естественно быть не могло. Признаюсь, что меня до сих пор несколько шокировала любовь местных жителей раскрашиваться во все цвета радуги. Приходилось всякий раз напоминать себе древнюю поговорку про чужой монастырь и собственный устав.
  Закончив несложную работу размазывания краски по Таниному телу, я снял со стола плошку с чёрной тушью, аккуратно размешал содержимое, затем окунул тонкую кисточку. Феечка пододвинулась ближе.
  - Как в прошлый раз? - напряжённым голосом спросила она.
  - Ага. Только, пожалуйста, не дёргайся, ладно? Иначе опять клякс насажаю.
  Девушка замерла и закрыла глаза. Я быстро покрыл щёки узором, подсмотренным пару дней назад на физиономии какой-то богатой горожанки, добавил от себя несколько дополнительных элементов, нарисовал на веках два цветка, провёл вертикальную линию по носу, оформил лоб и подбородок, оставив нетронутыми только уши - всё равно размажет. Кто бы мог подумать, что умение рисовать пригодиться не только для изготовления фальшивых денег... Дальше, было проще. Кисти рук и ступни, Таня разрисовала сама, мне остались только грудь, живот и спина - день сегодня был жаркий, девушка решила отправиться на прогулку одетая только в шорты и надкрыльник. В отличие от строгого, канонического рисунка на лице не допускавшего вольностей, картинки на прочих частях тела могли быть самыми разнообразными, зачастую весьма легкомысленного или даже неприличного содержания. Впрочем, Таня в силу патриархального воспитания не позволяла мне слишком перегибать палку, потому пришлось ограничиться нейтральными сюжетами.
  Наконец, работа была закончена. Оставив девушку, восседавшую неподвижно, словно мраморная статуя обсыхать на сквозняке я, сверяясь с зеркалом, быстро размазал по лицу краску кирпичного цвета и провёл тушью несколько толстых горизонтальных линий, после чего стал похожим на настоящего индейца. Затем спрятал косметические причиндалы до следующего раза, вышел из комнаты и заглянул в гостиную. Хозяйка дома, по своему обыкновению сидела в плетёном кресле-качалке и ловко работая костяными спицами, вязала нечто безразмерное.
  - Доброе утро, Полина Викторовна.
  - О, Тимушка, вы уже встали? А я совсем было, собралась вас будить.
  - Да нет, спасибо... Мы идём гулять, и если вам не сложно...
  - Разумеется, несложно. Присмотрю с удовольствием.
  - Спасибо.
  - Не за что. Она такая потешная. Помню, мой Барсик был...
  - Да-да! - быстро сказал я, - вы рассказывали!
  - Правда? Ну, тогда ладно...
  Пожелав старушке доброго дня, я вернулся домой, в который раз радуясь, как нам повезло с квартирной хозяйкой. Признаться, мы были готовы к тому что, увидев Тигру, она закатит истерику, ведь здешние жители не имели привычку держать в доме кошек, считая их опасными хищниками. Каково же было моё удивление, когда, увидев котёнка, бабулька не только не начала визжать, но напротив, пришла в неописуемый восторг. Оказалась, что раньше у неё постоянно жили кошки, на страх впечатлительным соседям. Так что теперь можно было спокойно отправляться гулять: девчонка оставалась в надёжных руках.
  
  - Ты теперь летаешь, почти так же хорошо, как и я, - сказала Таня.
  Я польщено улыбнулся, всем телом чувствуя приятную, сладкую усталость. Мы только что приземлились и теперь неторопливо гуляли среди угрюмых складских построек Доков.
  - Пожалуй, нам пора подумать о том, чем заняться дальше. Мне надоело просто так болтаться в воздухе, у человека должна быть какая-то цель в жизни. Ты так не считаешь? - задумчиво спросила она.
  - Согласен. У тебя есть идеи?
  - Пока нет. К примеру, можно открыть собственное дело и заняться торговлей...
  - И до конца жизни сидеть в конторе, сгибаясь под грудой пыли накопившейся на плечах? Зачем тогда вообще учится летать?
  - Пожалуй. Тогда давай купим остров и станем свободными фермерами. Наймём пару работников и отправимся в полёт.
  - Идея хорошая, я сам подумываю о таком, но... тебе это действительно хочется?
  - На самом деле не очень, в городе жизнь значительно интереснее.
  - Вот видишь...
  - Может, ты вступишь в Гильдию художников? У тебя хорошо получается.
  - И ты начнёшь ревновать меня ко всем красавицам, чьи пышные телеса я стану расписывать?
  - Ой, верно...
  - Видишь, всё не так просто... Кстати, не хочешь перекусить? Если не ошибаюсь, прямо по курсу харчевня!
  - Верно, пойдём. Надеюсь здесь не подают отраву.
  В большом зале было светло и немноголюдно. Мы прошли к столу, скромно расположенному рядом с ширмой отгораживающей часть помещения и уселись на стулья с невысокими спинками. Судя по всему, большинство посетителей предпочитали принимать пищу на полу, столов в заведении было всего четыре.
  - А здесь ничего, - сказал я, оглядываясь, - уютно.
  - И цены, наверное, значительно ниже, чем в едальнях, - поддакнула Таня.
  - Нисколько не сомневаюсь. Что касается вопроса о будущем... боюсь, скоро нам станет не до планирования.
  - Что ты имеешь в виду?
   Немного поколебавшись, я рассказал ей о своих подозрениях и страхах. Девушка слушала с выражением удивления и недоверия на лице.
  - Ерунда, какая, - наконец сказала она. - С чего ты взял, что Чужие действительно нападут? Мы же не сделали им ничего плохого!
  - Мои соплеменники вели себя по отношению к ним весьма политкорректно, но это не помогло.
  - И что дальше? Подумай сам, нельзя же всё время только сидеть и ждать когда неприятности свалятся на голову! Так можно всю жизнь потратить на пустяки!
  - Возможно, ты права... - тут принесли заказ и мы замолчали.
  Есть действительно хотелось очень сильно. Главным недостатком Беспризорника была прожорливость - для эффективной работы симбионту требовалось слишком много энергии. За время нашего совместного сосуществования я, сбросил больше десяти килограммов, после чего окончательно понял, что от дистрофии меня может спасти только частое и обильное питание. Кто бы мог подумать, что крылья окажутся идеальным средством от ожирения!
  Трапеза прошла в молчании, Таня сильно проголодалась и не спешила продолжить беседу, кроме того, похоже, что мой рассказ произвёл на неё сильное впечатление, во всяком случае, её лицо было сосредоточенным и задумчивым. Подошёл официант и начал складывать пустые миски на поднос. Я засунул руку в карман, чтобы достать деньги, как вдруг за ширмой послышалась какая-то возня, затем хриплый, ломающийся голос подростка громко произнёс - "Нет, не буду!".
  - Прекрати, паря! - рявкнул густой, сочный бас.
  - Ну, сыночек, перестань, пожалуйста! Мы ведь уже деньги уплатили! Это совсем не больно! - вторил ему грустный женский голос.
  - Что там происходит? - спросил я у официанта.
  Тот пожал плечами и равнодушно ответил:
  - Господин Малахитов, изволит операцию делать.
  Мы с Таней переглянулись и быстро прошли за ширму. Там оказалось многолюдно. Худой парнишка не старше четырнадцати лет, сидел на столе, обхватив плечи руками, и трясся, словно от озноба. Рядом стояла невысокая женщина с заплаканными глазами, по всей вероятности мать, ласково гладившая его по голове. Напротив, негодующе сопел здоровенный мужик, волосатый словно обезьяна. Его огромная борода гневно топорщилась, а глаза метали молнии.
  - Слушай сопляк! - рявкнул он, - я занятой человек и не собираюсь тут с тобой Ваньку валять! Ложься на стол, кому говорю!
  - Пожалуйста, Павлик! - всхлипывала женщина, - слушайся господина доктора!
  Мальчишка бросил на них затравленный взгляд и, закусив губу, покорно лёг на живот. По его блестящей от пота спине можно было изучать анатомию - тонкая кожа туго обтягивала рёбра, был виден каждый позвонок. Вот у кого, наверное, никогда не было проблем с лишним весом.
  - Молодец, умничка моя! - воскликнула женщина.
  - Так, мамашка, отойди, не крутись под ногами! - презрительно бросил здоровяк и, повернувшись к открытой двери, крикнул в темноту: - Где вы там черти! Валите сюды, бегом!
  Послышался топот ног, и в помещение вбежали два парня. Один нёс небольшой деревянный ящик, другой корзину. Перепуганная мать тенью скользнула к стене, судорожно вцепившись обеими руками в ветхую ткань залатанной блузы. Брезгливо морщась, "господин доктор", несколько раз провёл смоченной в мыльной воде губкой по спине мальчишки, потом повернулся к ассистенту с корзиной.
  - Давай! - приказал он, - Тащи!
  Парень откинул крышку и вынул небольшого симбионта.
  - Куда его, господин?
  - Ложь покудова на стол, - Малахитов сопя с шумом, заскрёб волосатую грудь. - И эта, не стойте, черти. Хватайте его, да смотрите, чтоб не вырвался!
  Парень торопливо шмякнул симбионта прямо на кучку крошек и объедков, затем схватил мальчишку за ноги и навалился сверху. Его товарищ, умело зафиксировал руки пациента. Тот вскрикнул и зажмурился.
  - Глянь, мамашка, какой красава! Прям от сердца отрываю, можна сказать задаром отдаю. Пять шпал разве деньги?
  Похоже, что для женщины и одна шпала была огромной суммой. Судя по жалкому состоянию, в котором пребывала её одежда, они с сыном находились на самой низкой ступени социальной лестницы.
  "Доктор" снял симбионта со стола, небрежным жестом стряхнул крошки и протёр губкой. "Красава" висел в его руке неподвижно, словно тряпка и не шевелился. Он имел буро-коричневый цвет и выглядел совсем больным. Интересно, из какого мусорного бачка его достали?
  Малахитов шумно сплюнул, растёр плевок подошвой, вытянул из ножен кривой короткий нож с заржавленным лезвием, обтёр о край своей залепленной бурыми пятнами рубашки и занёс над спиной мальчишки.
  - Держите крепче, робятушки, а то счас он курва дёргаться начнёт!
  Мы с Таней, не сговариваясь, выскочили обратно в зал. Она сразу направилась к выходу, а мне пришлось на секунду задержаться, чтобы сунуть официанту монету в десять щепок. Тонкий крик ударил вслед - для бедняги на столе всё ещё только начиналось.
  - Ну и дела, - буркнул я, поводя плечами. - В клинике Кюбарсэпа, было немножко не так.
  Моя подруга шумно вздохнула.
  - Для бедняков, такие шарлатаны - единственный способ дать детям крылья.
  - Похоже, симбионт был нездоров.
  - Не то слово.
  - Интересно откуда его взяли?
  - Думаю, что у перекупщика, который скупает бракованных зародышей в клиниках. Сам понимаешь, какого они там качества.
  - Да уж. Пять шашек за крылья... Интересно, что случится, если они не приживутся?
  - Тогда, скорее всего, бедняга просто умрет. Или останется калекой до конца жизни. В любом случае, неба ему точно не видать.
  - Понятно...
  Признаться мне было не по себе от увиденного. Наверное, потому что я сам недавно перенёс операцию, и ещё помнил как это неприятно. Правда, меня резали не на грязном столе в заплёванном зале дешёвой харчевни, а в стерильном помещении операционной, острым как бритва обсидиановым скальпелем. И делал это не похмельный мужик с трясущимися руками, а лучший хирург города...
  Таня принялась со всеми подробностями рассказывать о том, как оперировали её саму, я рассеяно слушал, погружённый в собственные мысли. Мы шли по узкой, грязной улице зажатой между двумя рядами приземистых зернохранилищ. Прохожих почти не было, судя по всему этот район Доков, не пользовался особой популярностью.
  - Может, лучше ещё немного полетаем, - начал я. - Что за удовольствие шляться по этой помойке...
  Закончить фразу мне не удалось. Амбары расступились как по команде, и мы вырулили на небольшую площадку полную народа. С первого взгляда сразу стало понятно, что разворачивающиеся здесь события абсолютно не предназначены для чужих глаз.
  Четверо крепких мужиков в чёрной одежде с обнажёнными ножами, теснили к стене двух стражников шпиля. Ещё четверо чернорубашечников парили в воздухе, держа развёрнутую крепкую сеть, отрезав блюстителям порядка путь к бегству.
  - Я говорил тебе, что рано или поздно мы встретимся!? Говорил. А ты дурак смеялся. И вот теперь мы встретились. Что же ты не смеешься падаль? - брызгая слюной, вопил один из чёрных, обращаясь к стражнику в котором я с удивлением узнал своего старого знакомого, офицера Крылова. - Давай, поржи напоследок!
  - Ты всегда был гнилым червём Череп! - презрительно бросил тот. - Слишком любишь болтать!
  Мачете в руках стражника выглядело весьма внушительно, каждому было ясно, что, тот не задумываясь, пустит его в дело.
  Череп грязно выругался и, пригнувшись, двинулся вперёд. Его подельники, оскалясь, пошли следом.
  - Бери верхних, - тихо сказал я. - Избавься от сетки.
  - Поняла! - девушка сверкнула глазами и с места ушла в небо, вытаскивая на ходу отличный нож, купленный в оружейной лавке несколько дней назад. Я также обнажил оружие и молча кинулся в бой. Крылов, увидев наш маневр, яростно усмехнулся и прыгнул прямо на главаря. Блеснуло мачете, Череп отшатнулся, его товарищ нырнул вперёд, намереваясь воткнуть клинок в беззащитный правый бок офицера, и завопив от боли, рухнул на землю - мой удар свалил его с ног.
  Тем временем Таня решила повторить свой коронный удар, отработанный на несчастном дикаре. Поднявшись достаточно высоко, она коршуном спикировала вниз и, развернувшись в самый последний момент, ударила ногами в горб одного из бандитов. Тот, заревев от боли, рухнул на землю, а феечка, подброшенная отдачей словно акробат на батуте, ринулась на второго летуна. Бедняга запутался правой рукой в сетке и не успел достать оружие. Девушка, подлетела вплотную и коротко взмахнула ножом, затем вновь принялась набирать высоту. Её противник с распоротым левым крылом, начал снижаться, безуспешно пытаясь удержаться в воздухе.
  В Патруле нас учили рукопашному бою, хотя признаться, я редко посещал занятия, считая их бесполезной тратой времени, но некоторые приёмы всё же усвоил. Раненный парень, корчился на земле, зажимая рану обеими руками, Череп сцепился с Крыловым, ну а нам со стражником достались оставшиеся налётчики. Мой противник оказался умелым и осторожным бойцом. Он двигался с мягкой кошачьей грацией, его клинок рассекал воздух стремительно, словно атакующая змея. Я сразу сообразил, что с таким опытным бойцом мне не совладать в одиночку и ушёл в глухую оборону, ожидая подмоги. К счастью ждать пришлось недолго. Напрасно главарь рычал и вращал глазами, офицеру было плевать на его гримасы. Отбив нож лезвием мачете, стражник с оттяжкой ударил ногой в живот, и бандит согнулся пополам, мгновенно позабыв обо всём на свете. С силой, рубанув клинком по жилистой шее, Крылов отпрыгнул в сторону, чтобы не попасть под струю бьющей из артерии крови затем метнулся к моему противнику. Тот, мгновенно уразумев, что дело пахнет кислым, кинулся прочь, спасая жизнь. В этот момент нас накрыла сеть брошенная сбежавшими летунами. Бедняга, запутавшись, забился, словно огромная рыба.
  - Костя, заряжай арбалет и дуй за ними! - крикнул офицер своему напарнику, который как раз управился со своим противником. - Смотри, не упусти!
  - Есть! - бросил парень, подхватил с земли разряженный арбалет и ушёл в небо.
  - Трусы, - презрительно сплюнул Крылов. - Смелы только ввосьмером против двоих.
  Потом посмотрел на меня и Таню.
  - Спасибо, за помощь!
  - Это вам спасибо, что не пристрелили нас тогда, - ответил я.
  - А, так вы та самая парочка! - засмеялся он. - То-то смотрю, лица знакомые. Помогите упаковать мазуриков. Правда жить им осталось недолго, только до приговора, но закон есть закон.
  - Кто они такие и из-за чего разгорелся весь сыр-бор, офицер? - полюбопытствовал я.
  - Григорий. Для вас просто Григорий. А ребята знатные - банда грызунов в полном составе.
  - Грызунов?
  - Да. Так мы называем мерзавцев, что ковыряют башню. Грызут балки как крысы, понимаете? Компания отпетых негодяев, но даже среди этой братии, Череп считался полным отморозком. Пару месяцев назад, я взял двух его приятелей, так он публично поклялся выпустить мне кишки. Честно говоря, даже в голову не пришло всерьёз отнестись к его словам. Теперь вижу что напрасно.
  - Да уж, - я обтёр клинок от крови. - Нелёгкая у вас работа.
  - Работа, как работа, бывает и хуже, - криво усмехнулся он. - Хотя конечно, если б не мы, шпиль давно бы рухнул. Я понимаю грабителя, забравшегося в чужой дом, налётчика, напавшего на прохожего. Они конечно подонки, но их действия могут причинить вред только отдельному горожанину. Когда же грызуны ради сиюминутной выгоды уничтожают будущее, причём своё собственное... знаете, господа, этого я уразуметь не могу. Просто не укладывается в голове.
  - Рубят сук, на котором сидят.
  - Верно. Хм, интересная поговорка, никогда не слышал, надо запомнить...
  Мы дождались прибытия подкрепления, попрощались со своим новым другом и отправились домой полные уверенности, в том что исчерпали лимит приключений на месяц вперёд. О том, что счастливой и безмятежной жизни пришёл конец, нам стало известно уже на следующее утро.
  
  Глава 17. Неожиданный гость.
  
  Новый день начался как обычно. Мы только-только продрали глаза, слегка поплескались в душе и теперь лениво собирались к завтраку. Тигра покуролесившая полночи, возлежала на Таниных коленях с видом пай-девочки, блаженно жмурясь и тихо мурлыча. Я, поминутно зевая, сидел за столом и скрёб о наждак брусок прессованной туши. Внезапно в дверь постучали.
  - Входите, открыто! - крикнула Таня.
  - Утро доброе, мои хорошие! - проворковала хозяйка, появляясь на пороге. - Никак только встали?
  - Ага. Эта шкодница носилась как угорелая и постоянно пыталась выцарапать нас из-под одеяла, - пожаловалась феечка. - Потому и не выспались.
  - Понимаю, - улыбнулась старушка. - В этом возрасте они как дети, совсем сладу нет. Вот помню Джессика, когда только летать выучилась, повадилась мне с потолка на голову прыгать. Вцепится в волосы всеми четырьмя лапами и давай макушку вылизывать. Снять пытаешься - вопить начинает, когти в ход пускает. Так я всё время с разодранной головой ходила, пока папочка не сшил чепчик из плотной ткани...
  Мы, слышавшие эту историю раз тридцать, покорно внимали. Обижать хозяйку не хотелось, она и так делала для нас слишком много. Но длительной беседы на сей раз не получилось. Полина Викторовна только было, собралась перейти от шкодницы Джессики к своему любимому Барсику, как вдруг всплеснула руками.
  - Ой, да что это я, в самом деле! Заболталась и совсем забыла, зачем пришла. Господин вас какой-то спрашивает. Говорит, что пришёл по важному делу. Будете встречаться или прогнать?
  Мы с Таней изумлённо переглянулись. Кто бы это мог быть?
  - Да, конечно, зовите, - сказал я и, выбравшись из-за стола сел в глубокое плетёное кресло, положив руку на крышку длинного ящика стоявшего рядом. В ящике лежал лучемет, достать его было делом нескольких секунд.
  - Может это Крылов? - неуверенно предположила Таня, перекладывая котёнка с колен на подушку и пряча нож под одеяло.
  - Возможно, но что ему нужно?
  Послышались негромкие шаги, и в комнату вошёл незнакомый мужчина средних лет. Был он высок, широкоплеч, быстр и порывист в движениях. На круглом, приветливом лице, сияла радостная улыбка.
  - Доброе утро, молодые люди! Надеюсь, не помешал? В этом случае, приношу самые искренние извинения.
  - Всё в порядке, присаживайтесь, - ответил я.
  - Благодарю! - гость сделал несколько шагов и одним резким движением опустился на стул. - Ваша милая хозяйка сказала, что вы ещё спите, но я настоял на встрече.
  - Нет, всё в порядке.
  - Отлично! - он нервно потёр руки. - Позвольте представиться. Манцев Илья Харитонович. Прошу так сказать любить и жаловать...
  Странная манера гостя двигаться сразу бросилась в глаза. Казалось, что он вынужден постоянно контролировать себя, чтобы не делать слишком резких движений. Интересно, а я со стороны выгляжу таким же неуклюжим?
  - Надеюсь, вы не из Комиссии Нравственности? - нейтральным голосом поинтересовалась Таня.
  - Что вы, конечно, нет! - рассмеялся Манцев. - В этом, с позволения сказать органе, заседают старые маразматики, лысые, беззубые и совершенно пустоголовые. Я не имею к ним никакого отношения.
  - Что ж, и на том спасибо, - натужно улыбнулась моя подруга. - Тогда позвольте узнать, чем обязаны столь ранним визитом?
  - Мне очень хочется пообщаться с вами, Тимур, - гость посмотрел в мою сторону. - Сначала пообщаться, а затем быть может и начать сотрудничать. Надеюсь, вы Татьяна не будете против?
  - Откуда вы нас знаете? - резко спросил я.
  - Несколько дней назад, мне довелось присутствовать на приёме у дожа Адамова, известного знатока искусств, решившего продемонстрировать своё новое приобретение - скульптурную композицию "Разбитое сердце поэта".
  Мне стало смешно, пришлось спешно закашляться. Манцев бросил в мою сторону внимательный взгляд, слегка улыбнулся и продолжил:
  - Когда утихли восторги ценителей, я отвёл хозяина в сторонку и поинтересовался именем автора. Это, к сожалению, Руслан сказать не мог, но посоветовал спросить у Марата Гальперина, хозяина галереи "Голубая слеза"...
  - Надеюсь, вы не один из его "зайчиков"? - насмешливо поинтересовалась Таня.
  - Разумеется, нет! - засмеялся гость. Похоже, его было непросто вывести из себя.
  - Узнав у Марата адрес, я имел неприятную беседу с хозяином вашей прежней квартиры. Он оказался весьма неприятным типом, грубым и невоспитанным.
  - Да вы просто сыщик, - меланхолично заметил я. С каждой минутой мне всё меньше нравилась наша беседа.
  - Нет, что вы, просто любитель... Нового адреса, этот тип не знал, зато не поленился сообщить, что вы, Тимур, покупали крылья в клинике Кюбарсэпа. Мы с Семёном старые друзья, он дал мне всю необходимую информацию, после чего я и оказался здесь.
  - Всё понятно. Но что собственно вам от нас нужно? Если хотите украсить дом оригинальной скульптурой, то ничем не могу помочь, я завязал с ваянием.
  - Правда? Жаль, очень жаль. Надеюсь, вы всё-таки передумаете...
  В этот момент Тигра наконец-то решившая познакомиться с гостем поближе, поднялась с места, грациозно потянулась когтя подушку, и сделав один огромный прыжок, приземлилась на колени Манцева.
  Тот вздрогнул от неожиданности, но сразу расплылся в улыбке.
  - Вот это зверюга! Ты кто, мальчик или девочка? Крылышки ещё не прорезались? Знаете Тимур, когда я в первый раз увидел летающую кошку то чуть челюсть не потерял от изумления... Эй, уберите лучемёт, прошу вас он здесь совершенно лишний!
  - Или вы прекратите паясничать, - прошипел я сквозь сжатые зубы, кладя оружие на колени, - или убирайтесь!
  Илья невозмутимо поднял бровь, иронично посмотрел на меня и холодно улыбнулся.
  - Спрячьте лучемёт, юноша. Приношу извинение за небольшой спектакль, просто мне очень хотелось взглянуть на вашу реакцию. Как вы догадались, что я терранин?
  - Для аборигена вы слишком резко двигаетесь, кроме того, я в своё время тоже изумился, увидев летающую кошку.
  - Всё верно. Первые годы, пока у переселенцев ещё работало взятое с Земли научное оборудование, они использовали кошек в качестве подопытных животных, пытаясь решить проблему передачи симбионта наследственным путём. Им удалось добиться того, что котята начали рождаться с крыльями, но дальше этого дело не пошло. Приборы постепенно вышли из строя, закончились необходимые реактивы, а пополнить запасы было негде.
  - Вы знаете, за что их изгнали?
  - Да, мне позволили изучить старые хроники. Они были жителями закрытого научного города Арамиль расположенного неподалёку от Екатеринбурга - столицы Уральской Конфедеративной Империи. Когда к власти в стране пришли религиозные фанатики объявившие крестовый поход против извратителей божественного естества, горожанам предложили быструю смерть в очищающем пламени вместе с семьями или медленное умирание на урановых рудниках. Они выбрали третий путь, взявшись за оружие. Мятеж поддержали офицеры расквартированной неподалёку мотострелковой бригады и особый дивизион сил ПВО. Город окружал силовой барьер, имелась собственная электростанция, фабрика пищевых синтезаторов и независимые источники водоснабжения. Все попытки штурма провалились, а применить тактическое ядерное оружие рядом со столицей новые власти так и не решились. В конце концов, ученые, построив портал, открыли сюда стабильный проход. Планета была малопригодна для жизни, но выбирать не приходилось.
  - А симбионты, откуда взялись?
  - Насколько я понял, именно над их созданием и трудился наукоград. Понятно, что в крылья те превратились, только после того, как началась подготовка к исходу, изначально они предназначались для других целей.
  - Каких?
  - Разумеется военных. Солдаты, оснащённые такими биологическими устройствами, должны были превратиться в настоящих суперменов. Есть мнение, что смена власти в Конфедерации произошла не без помощи одной могущественной заокеанской державы, заинтересованной в срыве разработок. Впрочем, это только слухи.
  - Очень интересно и познавательно... - протянул я, ласково поглаживая ребристый ствол лучемёта, - но, а вы собственно кто такой? Не пора ли сообщить свои анкетные данные? О нас вы, похоже, знаете значительно больше, чем мы о вас
  - Я терранский ученый, сбежавший... или вернее сказать дезертировавший на Арамиль около трёх лет назад. Точно сказать не могу, давно сбился со счёта, ведь здесь мне незачем пользоваться прежним календарём.
  - Тот портал в подвале... был сделан вами?
  - Отчасти. Я возглавлял научную группу, которая трудилась над его созданием. Хотите узнать подробности?
  - Естественно.
  - Хорошо. Не вдаваясь в детали, скажу, что работу над собственным порталом, терране начали около двух сотен лет назад, после того как окончательно убедились в том, что Земля не собирается делиться секретом. Для этих целей был построен научный центр Ястребово.
  - Мы видели огромный серый дом...
  - Главный корпус. Плюс многочисленные лаборатории, полигоны, жилые кампусы и прочее. Естественно, помимо работы над порталом там шли и другие исследования.
  - Понятно.
  - За несколько лет до начала вторжения, группа под руководством моего учителя Вячеслава Измоденова, сумела переправить три миллиграмма вольфрама на поверхность планеты в соседней звёздной системе. Это был грандиозный успех, у нас появилась надежда увидеть результаты труда ещё при жизни. К сожалению, началась война. В неразберихе первых лет, работу практически свернули, все ресурсы оказались брошены на создание Цитадели. Над проектом продолжали трудиться всего несколько десятков человек, в том числе и ваш покорный слуга, возглавивший группу, после того как Измоденов отошёл от дел. В конце концов, нам удалось пробить канал сквозь пространство и установить стабильный проход. Это был триумф.
  - Но зачем вы проложили дорогу именно сюда?
  - На самом деле, нашей целью была естественно Земля, где мы надеялись получить помощь ресурсами и оружием. Увы, достигнуть материнской планеты так и не удалось.
  - А перенастроить портал?
  - К сожалению, это невозможно. Его можно открыть только один раз.
  - А сделать новый?
  - Тут требовалась прорва специального оборудования, но все промышленные центры попали в руки Чужих ещё в самом начале войны. Мощностей Цитадели едва хватало, на то, чтобы удовлетворить самые необходимые нужды, где уж говорить о снабжении такого затратного проекта как наш. Даже просто разобрать и вновь собрать портал мы не могли - не имелось ни специалистов, ни времени.
  - Но почему вы не попросили помощи у здешних жителей?
  - А толку? Что они могли нам дать? Ресурсы, которых нет?
  - Переправить сюда раненных и больных. Детей, наконец!
  - Вот это другое дело. Высшие тузы из Совета Обороны стали потихоньку обсуждать вопрос об эвакуации своих семей, но пока шли споры, пал Ирнис, равнину заполнили Стаи, бои шли буквально у самых стен центра. Для нас, по сути, это был конец, на эвакуацию отвели неделю, но что можно успеть за семь дней? Собрать вещи, да демонтировать оборудование, которое могло потом пригодиться в Цитадели.
  - Но почему вы не уничтожили портал?
  Манцев скривился как от зубной боли.
  - Вина за это лежит только на мне. Я поступил как последний идиот!
  - В смысле?
  - Когда наша группа, образно говоря, протоптала тропинку на Арамиль, следующим шагом стало исследование найденного мира. Для этих целей был построен флайер, отлично приспособленный к местным условиям, после чего я, вместе с товарищем отправился на разведку. Довольно быстро мы наткнулись на одну из воздушных ферм и вступили в контакт. Островитяне знали немного, но полученной информации хватило, чтобы сделать правильные выводы. Проанализировав направление воздушных потоков, нам удалось вычислить примерное месторасположение Шпиля и спустя всего несколько дней найти сам город. Скажу честно, я был потрясён увиденным. Конечно, на лицо имелась серьёзная деградация наук и общественных институтов, но местным жителям удалось создать свой уникальный мир, необычный и очень привлекательный.
  - После чего вы решили дезертировать?
  - Да. Не сразу конечно. Только когда пришёл приказ об эвакуации я понял, что не могу оставаться на Терре. Что меня ожидало в Цитадели теперь, когда работа всей жизни оказалась пущена коту под хвост? Жалкое прозябание в конструкторском бюро или на производстве?
  - Геройская смерть в бою вас не устраивала?
  - Если гибель могла бы что-то изменить...
  - Великолепная отговорка. Впрочем, не мне вас судить, я сам не захотел умереть красиво... Но всё-таки, почему вы не закрыли портал.
  - Можешь смеяться, но до недавнего времени я был уверен, что закрыл его.
  - То есть?
  - На демонтаж установки времени не было, мы с минуту на минуту ожидали вторжения. Был отдан приказ заминировать основные узлы и взорвать центр. Саперы, сделав свою работу, ушли вместе с охраной комплекса на защиту Южного арсенала. Я получил электронный ключ от детонаторов и приготовился уничтожить все, что осталось, как только последний сотрудник покинет помещения.
  - Почему же вы этого не сделали?
  - Сам не понимаю, как так получилось. Я очень торопился, был страшно напуган, мне нужна была небольшая отсрочка, чтобы успеть собрать необходимые вещи и перенести на флайер. Подозреваю, что перепутал последовательность команд при наборе или просто забыл нажать кнопку "ввод".
  - Значит портал оставался открытым все эти годы... Но ведь для поддержания работы, наверное, требуется море энергии?
  - На самом деле нет. Чтобы пробить канал в ткани Пространства её действительно нужно много, но для всёго остального, достаточно одного стокиловаттного изотопного реактора.
  - Значит, после вашего бегства Чужие по какой-то причине не смогли обнаружить дверь ровно до того момента как... - я замолчал и закусил губу.
  - Думаю, настала пора твоего рассказа Тимур. - Манцев посмотрел на меня. - Или это секрет?
  - Было бы что скрывать, - буркнул я и быстро пересказал свою историю. Илья слушал молча, нервно пощипывая подбородок.
  - Тебе очень повезло, - резюмировал он в конце.
  - Возможно. Но может не всё так страшно? Мы же не знаем наверняка, нашли они портал или нет!
  - Увы, в том, что он обнаружен, нет никаких сомнений.
  - Есть доказательства? - резко спросила Таня.
  - Да.
  Манцев встал, положил Тигру на кровать и несколько раз прошёлся по комнате из конца в конец.
  - Дело в том, что в данный момент я занимаю пост Тайного советника при Совете Порядка Конклава Дожей и, следовательно, имею доступ ко всей информации поступающей в секретариат правительства. Главная новость, которая ещё не стала достоянием общественности, заключается в том, что фермы практически перестали прилетать в город. Уже десять дней как Доки стоят пустые.
  - А ведь верно, - задумчиво протянула Таня, - я тоже вчера обратила внимание, что у причалов нет островов, но не придала этому значения...
  - Они перехватывают фермы? - спросил я.
  - Вне всякого сомнения.
  - Но зачем?
  - А вот это нам и предстоит выяснить.
  - Нам?
  - Нам. Мне и тебе. И Тане, если она согласиться помочь.
  - С какой это стати! - разозлился я. - В конце концов, не моя вина в том, что Чужие оказались здесь.
  - Ты привёл их за собой.
  - Но именно вы не закрыли дверь!
  - Верно... Но ты ведь солдат, а мне очень нужен помощник знающий с какой стороны у пушки ствол.
  - Я больше не хочу воевать!
  - Но война уже идёт, неужели непонятно! Ещё пару месяцев блокады и в городе начнётся голод. А если чужаки решат атаковать Шпиль в открытую? В распоряжении дожей, конечно, есть с десяток древних флайеров, но когда "Валькирии" начнут расстреливать острова из плазменных пушек, их вряд ли удастся остановить!
  Я сжал зубы, вспомнив, как легко сумел уничтожить дикарский остров.
  - Простите, Илья, - медленно сказала Таня, - разве мы можем что-нибудь сделать? Я, конечно, никогда не видела этих ужасных машин, но если верить рассказам Тимура, справиться с ними очень сложно.
  - Верно, барышня, - Манцев кивнул. - Но не всё так безнадёжно. Если нам удастся подобраться к порталу достаточно близко, я легко выведу его из строя.
  - Как? - криво усмехнувшись, спросил я. - Закидав грязью?
  - У меня есть "Веретено".
  - А у Таниной мамы целый ткацкий станок, и что с того?
  - "Веретено" - сверхзвуковая крылатая ракета третьего поколения.
  - Гм... это несколько меняет дело. И как вы планируете её использовать?
  - Запустить через портал внутрь комплекса. Боеголовка содержит тридцать килограмм эйпирита, этого хватит, чтобы разнести к чертям всю установку.
  - Звучит заманчиво.
  - Ещё как.
  - Не думаю, что нас подпустят к порталу.
  - Прорвемся силой. В любом случае, сначала нужно провести разведку. Мой флайер готов вылететь в любую минуту. Осталось только набрать экипаж.
  - А если мы не согласимся?
  - Плохо, но не фатально, возьму кого-нибудь из стражников. Правда придётся потратить несколько дней на подготовку, а время сейчас ценится на вес золота.
  Я закрыл глаза. В голове было пусто. Страшно не хотелось принимать предложение Манцева, но с другой стороны особого выбора не было. Находись мы на поверхности планеты, можно было забиться в какую-нибудь щель, надеясь на то, что всё обойдётся, но когда под ногами колышется хлипкая "твердь" летающего острова понятие "безопасность" становится зыбкой и расплывчатой словно утренний туман.
  - А что они делают с захваченными людьми? - внезапно спросила Таня. - Дело в том, что мой Дом... мой прежний Дом, сейчас плывёт в Кольцевом течении...
  - Понимаю ваши опасения, - Илья кивнул. - Как давно он отправился в полёт?
  - Около двух месяцев назад, - быстро ответил я.
  - Тогда с ними всё должно быть в порядке. Не думаю, что Чужие специально прочёсывают пространство, скорее всего "Валькирии" дежурят в определённом секторе, перехватывая острова пролетающие мимо. Значит, ещё треть цикла вы можете, не беспокоится, но потом...
  - Понимаю, - Таня закусила губу и отвернулась.
  - Какова наша роль в предстоящей экспедиции? - спросил я.
  - Во-первых, вы Тимур можете стать вторым пилотом...
  - Но я не умею управлять флайером.
  - А машиной?
  - Да, конечно.
  - Тогда нет проблем.
  - Хорошо, поверю на слово. А что "во-вторых"?
  - В случае боя, вы будете стрелком.
  - Машина вооружена?
  - Естественно. Три авиационные плазменные пушки с системой электронного прицеливания. Хватит, чтобы отбиться от пары "Валькирий".
  - Звучит заманчиво. Как долго продлится полёт?
  - Дня четыре, не больше. Путь от Шпиля до окна портала займёт около полутора суток. Разведаем обстановку, по возможности не ввязываясь в драку, после чего вернёмся домой, и представим собранную информацию Конклаву. Надеюсь, что дожи согласятся устроить карательную экспедицию и выделят для этих целей свои флайеры. Тогда мы, атаковав всеми силами, запечатаем портал раз и навсегда.
  - Но если врагов окажется больше?
  - Не думаю. Вспомни, Чужие всегда предпочитали воевать наземными войсками, "Валькирии" использовались редко даже для проведения крупных операций.
  - Ребята говорили, это потому, что они слишком сложны в производстве...
  - Правильно, при всём могуществе, пришельцы так и не смогли построить большое количество летательных аппаратов. Вряд ли они держат здесь крупные силы, воевать тут особо не с кем.
  - Надеюсь, вы знаете, что говорите... Ладно, я согласен!
  - Я тоже! - решительно заявила Таня.
  - Отлично, тогда не будем терять время.
  - Эй, полегче, нам ещё нужно уговорить хозяйку взять Тигру на временное содержание и собрать вещи...
  
  Глава. 18. "Фрам".
  
  Я выбрался из неудобного пилотского кресла, потёр ладонью одеревеневшую спину и направился к выходу из рубки. Пол под ногами слегка вибрировал, в ушах стоял гул работающих двигателей. Перешагнув через комингс, я ударился плечом о верхнюю койку, тихо выругался, затем наклонился над спящим Манцевым и легонько потряс за плечо.
  - Просыпайтесь кэп, ваша вахта!
  Илья вскинул голову, несколько секунд смотрел на меня бессмысленным взглядом, потом вяло кивнул и сел, спустив ноги на пол.
  - Кофе ещё осталось? - хрипло спросил он.
  - Да. Полтермоса.
  - Отлично. Набулькай, пожалуйста.
  - Сейчас.
  Из тесного как чулан кубрика, служившего одновременно кают-компанией, я протиснулся на крошечный камбуз. При виде меня Таня стоявшая около газовой плитки испуганно вздрогнула и торопливо повернула рукоятку конфорки. Голубой огонёк недовольно пыхнул и погас.
  - Опять балуешься? - строгим тоном вопросил я, подставляя пластиковую кружку под краник большого термоса.
  - Не понимаю о чём ты! - ответила девушка, быстро пряча руки за спину. - Мне просто захотелось попить, только и всего!
  - Ну, так пей. Будешь кофе?
  - Нет! - фыркнула она. - Сами глотайте эту гадость!
  - Как хочешь. Смотри, не сожги корабль, пироманьячка!
  Сопровождаемый её недовольным фырканьем я вышел и направился в рубку. За спиной тут же раздался хлопок вспыхнувшего газа. Манцев сидел в пилотском кресле и яростно зевая, тыкал пальцем в сенсорный экран бортового компьютера.
  - Ваш кофе, сэр! - тоном вышколенного стюарда из старого, давно забытого фильма возвестил я.
  - Спасибо, бой, - невозмутимо ответил он, принимая кружку. - Как там наша юная леди?
  - Играет с огнём, - фыркнул я, усаживаясь в соседнее кресло. - Дорвалась. Боюсь, сожжёт весь газ в баллоне.
  - Ничего, пусть развлекается, - беспечно отозвался он. - Не забывай, девочка в первый раз увидела открытое пламя.
  - Да уж, нашла развлечение... - усмехнулся я, поудобнее устраиваясь в кресле.
  - Думаю, что тебе стоит пойти поспать, - строго сказал Илья. - Скоро мы прибудем на место, и мне понадобиться отдохнувший, а не отупевший от бессонницы стрелок. Так что марш в люльку!
  - А вдруг срочно понадобится помощь...
  - Если понадобится, то разбужу в ту же секунду, можешь не сомневаться.
  - Как скажете, - покорно ответил я и направился в кубрик.
  Койки на флайере были узкими словно садовые скамейки, с высокими предохранительными бортиками. Я влез на своё место, зафиксировал тело тремя ремнями, которые должны были помочь, в том случае если пилот вздумает заняться выполнением фигур высшего пилотажа, с наслаждением вытянулся и закрыл глаза. Нет, "Фрам" Манцева хорош всем но, чёрт побери, как же здесь тесно!
  
  Вопреки всем ожиданиям дом нашего нового друга находился не в фешенебельном районе Круглой площади, как можно было предположить, учитывая высокий социальный статус хозяина, а в Доках. Он располагался на крайнем острове, из окон открывался восхитительный вид на безбрежный воздушный океан.
  Несмотря на свои внушительные размеры - строение занимало целиком почти весь остров, для жилья использовались всего четыре крохотные комнатки, остальное пространство было отведено под ангар и мастерскую.
  - Неплохо, - уважительно протянул я, когда мы в сопровождении Манцева, вошли в помещение. - Вы тут основательно устроились.
  - Есть немного, - скромно ответил он. - Меня всегда тянуло к механике, а здесь просто непаханое поле, тем более, что конкурентов нет.
  - У вас и станки имеются! - моему удивлению не было предела.
  - Да, - с гордостью отозвался Илья. - Токарный, фрезерный, сверлильный. Ну и ручной электроинструмент, разумеется. Питание от изотопного реактора, - он кивнул в сторону слабо гудящего матового куба размером с тумбочку.
  - Здорово. С таким оборудованием можно сделать массу вещей на продажу.
  - Верно. Жалование советника невелико, к тому же мой статус не требует постоянного присутствия в Доме Правительства, так что основные деньги я зарабатываю в мастерской, - он кивнул на груду больших деревянных шестерёнок сваленных в углу. - К примеру, за эти шестерни и валы для соковыжимательного пресса я получу от заказчика сто шпал.
  - Неплохо, - восхитилась Таня, потом нахмурилась и пробормотала что-то нелестное о спекулянтах, наживающихся на труде несчастных фермеров.
  - Каких же размеров был ваш флайер, что в него смогло поместиться всё это барахло? - с любопытством поинтересовался я.
  - На самом деле он невелик, большой корабль просто бы не полез сквозь портал, - ответил Манцев. - Я поступил проще - поймал беспризорный островок, загрузил всеми необходимыми вещами и затем взял на буксир.
  - Умно!
  - Да, хотя пришлось помучаться, негодник дважды освобождался из плена и сбегал. К счастью я вовремя замечал пропажу и догонял мерзавца.
  - Представляю, - мечтательно сказала Таня, - как были бы рады фермеры в руки, которых попалось такое богатство.
  - Не сомневаюсь, - улыбнулся Илья. - Но мне удалось переселиться в город без потерь.
  Миновав за разговором мастерскую, мы вышли в ангар, отделённый от основного помещения перегородкой из тонкой, негорючей синтетической ткани и увидели летательный аппарат, которому в скором будущем должны были доверить свои жизни.
  Внешне, кораблик Манцева не был похож на обычный терранский флайер. По форме он напоминал огромный кабачок, по бортам отсутствовали пилоны гравитационных стабилизаторов и цилиндры потоковых ускорителей, зато имелись четыре коротких, словно обрубленных крыла, каждое из которых оканчивалось трёхлопастным подъемным винтом. Ещё один - тянущий винт находился в носовой части машины. Фюзеляж оказался собран из отдельных пластиковых панелей, что придавало аппарату вид игрушечной модели сильно увеличенной в размерах.
  - Знакомьтесь, - с гордостью в голосе сказал учёный, - этого увальня зовут "Фрам". Выглядит, конечно, неказисто, зато прост в управлении и очень надёжен.
  - Да уж, - протянул я. - Честно говоря, думал увидеть нечто более... современное.
  Манцев улыбнулся и ласково погладил борт флайера.
  - Напрасно привередничаешь Тимур. Конечно, машина примитивная, но здесь иначе нельзя. Когда её строили, мы сознательно старались сделать всё как можно проще. Не забывай, ни у кого из нас тогда не было крыльев и в случае аварии, членов экспедиции ждала неминуемая гибель.
  - Всё понятно, но зачем поставили пропеллеры вместо нормальных движков? Сделали из машины пародию на древний вертолёт. Какая у него скорость? Пятьдесят километров в час?
  - Крейсерская - сто шестьдесят, максимальная - двести десять - вполне прилично.
  - Ерунда, флайер разгоняется до восьмисот...
  - А топливо? Где прикажешь брать топливо? Если ты ещё не заметил, заправок тут нет. Даже с самыми экономичными движками, мы рухнули бы через пятнадцать часов полёта. А эти силумитовые электромоторы способны крутиться практически вечно. Плюс два реактора повышенной мощности. Их рабочий цикл, на секундочку, превышает триста лет. Не перпетум мобиле конечно, но где-то рядом. Главное вовремя смазывать подшипники и можно летать всю жизнь без остановки. На Терре такая схема естественно неработоспособна, но здесь сила тяжести ниже в пять раз, а плотность воздуха наоборот выше на десять процентов. Так что...
  Капитулировав, я поднял обе руки.
  - Сдаюсь. Действительно, о топливе не подумал. Так значит, время автономного полёта у него может исчисляться годами?
  - Теоретически да, но практически конечно много меньше, ведь пилоту и пассажирам надо что-то кушать. В отличие от моряков, мы не можем ловить рыбу.
  - Всё равно здорово. Давайте заглянем внутрь!
  Внутри оказалось мило, но тесно. Сначала мы протиснулись в небольшую рубку с двумя пилотскими креслами, и откидным столиком штурмана.
  - Управление самое простое, приборов немного, основную работу выполняет бортовой компьютер, - сказал Манцев. - Думаю, ты быстро освоишься.
  - Надеюсь, - я немного растеряно посмотрел по сторонам и внезапно увидел пришпиленную к стене большую двухмерную чёрно-белую фотографию. На ней был изображён молодой худощавый светловолосый мужчина в шубе, глядящий в упор тяжёлым, пронзительным взглядом. Недобрые стальные глаза словно спрашивали - "Что парень, струсил? Укрылся в безопасной гавани и решил, что жизнь удалась? Слабак!"...
  - Это Фритьоф Нансен, - пояснил Илья. - Знаменитый земной путешественник. Моё корыто названо в честь его корабля.
  - Никогда не слышал... - протянул я и быстро отвернулся. - А где установлено оружие?
  - Первая пушка пропущена сквозь вал тянущего винта, что позволяет стрелять прямо по ходу, правда наводиться приходиться всем корпусом. Вторая установлена во вращающейся башенке. Прошу за мной.
  Мы вышли из рубки, миновали крошечный тамбур и оказались в кубрике. Вдоль стен крепились четыре узкие койки, в центре располагался длинный алюминиевый стол.
  - При желании, стол убирается в пол, а койки откидываются к стенкам, таким образом, мы получаем достаточно вместительный грузовой отсек, - пояснил хозяин.
  - Как тесно, - вздохнула Таня.
  - К сожалению да, - кивнул Манцев. - Даже двоим, тут сложно развернуться, что уж говорить о четверых. Зато компактно. Кстати, Тимур вот и второй боевой пост, видишь люк в потолке? Забирайся на стол и поверни вправо красную ручку.
  Я с некоторым сомнением посмотрел на стол, затем, взявшись обеими руками за край, попробовал его на прочность.
  - Не бойся, - засмеялся Илья, - лезь смело, он выдержит!
  Одним прыжком запрыгнув на холодный металл, я повернул ручку над головой.
  - Толкай люк от себя, - приказал хозяин.
  Толстая плита легко ушла в сторону, и я смог выпрямится в полный рост. Полусферическая боевая башенка была отлита целиком из толстого бронепластика прозрачного как стекло и поворачивалась лёгким касанием руки. Узкая, вертикальная щель амбразуры оказалась прикрыта заглушкой.
  - Пушку поставим в полёте, - пояснил Манцев. - Нечего ей сейчас тут делать, ещё зацепимся стволом за что-нибудь. Как обзор?
  - Отлично, верхняя полусфера прикрыта полностью. А днище?
  - Увы, снизу мы абсолютно беззащитны, - вздохнул Илья. - Что поделаешь, когда строили "Фрам" никто не подозревал, что ему придётся воевать с "Валькириями".
  - Ясно, - я нагнулся, закрыл люк и спрыгнул со стола. - Идём дальше.
  Мы вышли из кубрика, прошли на камбуз, где внимание тут же привлекла настоящая газовая плита, посетили гальюн с одним посадочным отверстием и, наконец, остановились в плотно забитом грузовом отсеке.
  - Как видите, всё готово к немедленному вылету, - сказал Манцев. - Резервуары полны воды, продовольствия хватит примерно на месяц полёта, имеется аварийный комплект инструментов и оружия.
  - Ого, - уважительно протянул я. - Да вы я гляжу, на мелочи не размениваетесь.
  - Неизвестно что мы обнаружим по возвращении, - сурово ответил Илья. - Может статься, что нам срочно придётся искать для жилья новый остров.
  - И то верно. Вы показали всё что хотели?
  - Почти, - хозяин насквозь прошёл отсек по узкому проходу, отодвинул в сторону крышку очередного люка и продемонстрировал крохотное помещение сферической формы с прозрачными стенами. - Здесь находится пост кормового стрелка. Его займёшь ты, Таня.
  Девушка с удивлением взглянула на учёного.
  - Но я не умею стрелять из ваших дурацких пушек!
  - Ничего, Тимур научит. Должны же вы чем-то заниматься в пути!
  
  Глава 19. Разведка боем.
  
  - Вставай парень, у тебя появилась работа! - стальные пальцы Манцева сдавили мне плечо. - Давай, шустро!
  Не проснувшись ещё до конца, я рефлекторно попытался вскочить и взвыл, когда ремни впились в тело.
  - Что... что случилось?
  - Гости.
  Торопливо щёлкнув фиксаторами, я поднялся и встал на ноги.
  - Где Таня?
  - Уже на посту. Вот надень. - Илья протянул мне тонкий обруч коммуникатора. - Я включил "Тень", так что радарами нас не возьмёшь, но если они подойдут ближе, то легко засекут в оптику.
  - Что такое "Тень"? - спросил я, встав на стол и открыв люк. - Никогда не слышал.
  - Прототип маскировочной системы, - ответил Манцев, скрываясь в рубке. - Был доведён до ума, но в серию так и не пошёл из-за высокой сложности производства. Единственная действующая установка была смонтирована на "Фраме" для проведения полевых испытаний. У меня всё никак не доходили руки разобрать её на запчасти, ведь здесь от неё толку никакого...
  - И хорошо, что не разобрали.
  - Да уж. Сейчас было бы обидно. Ладно, не отвлекаемся. Ты готов?
  - Готов! - я щелкнул тумблером включения автонаведения пушки. Небольшой стереоэкран вспыхнул и засветился слабым зелёным светом. Вниз заскользили столбики букв и цифр - система торопливо тестировала сама себя на предмет ошибок и сбоев. Я уткнулся плечом в приклад, обхватил пальцами ребристую рукоятку, затем несколько раз повёл стволом из стороны в сторону.
  - Эй, народ, вы там про меня совсем забыли? - раздался в коммуникаторе недовольный Танькин голос. - У меня уже ноги затекли!
  - Всё в порядке Танюш, оставайся на месте. Помнишь, чему я тебя учил?
  - Помню. Только ерунда всё это. Не верю я в ваши летающие железяки.
  - Хочешь сказать, мы тебя разыгрываем? - спросил я, глядя на экран. По нему медленно перемещались две небольшие точки. - Илья, две птички на три часа, идут параллельным курсом.
  - Вижу.
  - Сколько осталось до портала?
  - Примерно сорок-пятьдесят километров.
  - Патруль?
  - Несомненно.
  - Разворачиваемся?
  - Нет, продолжаем движение. На одиннадцать часов от нас крупный малоподвижный предмет, похоже остров. Попробую укрыться за ним.
  - Хорошо.
  - Учти, если они нас заметят...
  - Уже заметили! Ну, понеслась!
  Одна из точек внезапно изменила направление и устремилась в нашу сторону. Вторая продолжала двигаться прежним курсом. Я развернулся и прильнул к прицелу. Тонкий красный крестик заметался в поисках цели и замер. Встроенный компьютер сам рассчитывал упреждение, так что стрелку оставалось только вовремя нажать на спуск. В нижней части экрана быстро сменяли друг друга цифры указывающие расстояние до цели, рядом светилось зелёным число 91,9% - шанс попадания первого выстрела. Переведя орудие в режим стрельбы короткими очередями, я задержал дыхание и плавно нажал на спуск.
  Пушка мелко затряслась, в нос ударил запах озона, вокруг дульного среза выросла зелёная корона. Цепочка смертоносных плазменных сгустков бесшумно ушла в пространство и спустя секунду, среди облаков вспыхнул и быстро погас яркий цветок взрыва.
  - Один есть, - спокойно сказал Манцев. - Только не расслабляйся Тимур.
  - Нет, сейчас всё брошу и пойду обмывать победу! - огрызнулся я.
  - Эй, что там бумкнуло? - испуганно поинтересовалась Таня.
  - Одна из тех железяк, в которых ты не веришь!
  - Серьёзно?
  - Да.
  Вторая "Валькирия" метнулась в нашу сторону. Она двигалась очень быстро, было понятно, что на сей раз победа не окажется такой лёгкой. Два трассера прорезали воздух в нескольких метрах от корпуса "Фрама". Если учесть что проклятая машина не могла наводиться по лучу радара, выстрел оказался очень точный. Ещё пару таких залпов и нас можно смело списать в утиль. Я выпустил очередь и промазал - в самый последний момент противница изменила направление полёта. Завывая, она пронеслась над головой, я торопливо развернул башню, ловя в прицел ускользающий силуэт. Очередь, вторая, третья, затем яркая вспышка и грохот взрыва. Всё.
  - Неплохо парень. Но если б они атаковали одновременно...
  - Да, разумеется, был бы полный кирдык.
  - Хуже что теперь о нас знают. Впрочем, ничего не поделаешь, укроемся за островом и подумаем, что делать дальше.
  - Согласен. Тань ты как там?
  - Всё в порядке. Но как было красиво!
  - Всегда готов устроить фейерверк в вашу честь, сударыня.
  - Жаль, что мне не удалось пострелять.
  - Ещё успеешь. Скоро там остров?
  - Уже почти на месте. Разверни башню на десять часов и увидишь.
  Я воспользовался советом и действительно на экране прицела тут же возник большой неподвижный предмет.
  - Здоровая медузка, - похвалил Илья. - Примерно сорок на тридцать метров. И пустая.
  - Любой фермер, наткнувшись на такой кусище, три дня плясал бы от радости, - вздохнула Таня.
  - Ну, это уже перебор, - фыркнул я. - Три дня слишком много. Два с половиной, не больше.
  - Плохо ты знаешь наших фермеров. Жаль что мне опять ничего не видно.
  К этому времени мы подошли настолько близко, что находку можно было рассмотреть без всяких вспомогательных средств. Остров по краям был покрыт высокой травой. В центре стеной стояли густые заросли кустов, из которых сторожевыми башнями торчали три тонких высоких дерева. И никаких следов присутствия человека - ни стеблей трибакса, ни остатков построек. Девственная земля.
  Илья, снизив скорость, начал подходить к небесному страннику.
  - Думаю, кому-нибудь из нас стоит отправиться на разведку, - сказал он.
  - С радостью! - тут же отозвалась феечка.
  Послышалось шуршание, тупой стук упавшего на пол тяжёлого предмета и две секунды спустя Танька появилась в кают-компании.
  - Готова! - бодро отрапортовала она.
  - Постой, тебе никто не разрешал покинуть пост! - воскликнул я.
  - Ну и что такого? - засмеялась она и звонко шлёпнула меня по ноге. - Стой дальше на своём столе дурачок, а я полетела.
  С этими словами вредина скрылась в тамбуре.
  - Ну, никакого представления о дисциплине! - мне оставалось только беспомощно пожать плечами. - Как в небе Илья? Чисто?
  - Чисто, можешь расслабиться.
  - Раз так то и я, пожалуй, пройду проветрюсь. Мне что-то очень не хочется отпускать её одну.
  - Добро. Только не отлетайте далеко.
  - Хорошо.
  Я с облегчением отлип от пушки, спрыгнул на пол и достал из узкого оружейного шкафчика лучемёт. Нетерпение Тани можно было понять - застоявшиеся крылья требовали работы. Я сам постоянно чувствовал, как Беспризорник успевший привыкнуть к ежедневным длительным полётам негодовал и требовал движения. Он вёл себя как шебутной первоклассник вынужденный сидеть за партой во время урока чистописания. Уныло, скучно, а за окном весело поют птицы, солнце приветливо машет рукой, и задорный ветер с укором шепчет: - " Ну что застрял парень? Айда наперегонки!".
  Почти бегом я выскочил в тамбур, раскрыл овальную дверь и сделал шаг в пустоту. Воздушный поток ударил в грудь, над головой гудя пропеллерами, величественно проплыл "Фрам". Я позволил себе провести в свободном падении секунд пятнадцать, после чего раскрыл крылья. На мгновение меня накрыла волна безумия как во время первого полёта: похоже застоявшийся симбионт впрыснул в кровь слишком большую порцию адреналина, затем опьянение прошло, и я начал быстро подниматься вверх, навстречу острову.
  - Таня ты где, я тебя не вижу!
  - А? Что? - возник в коммуникаторе удивлённый голос.
  - Чем занимаешься?
  - Э... летаю...
  - Так и знал! Тоже мне разведчица! Кончай кувыркаться без дела и дуй сюда!
  - Хорошо, сейчас! - весело отозвалась она.
  Мы подошли к дрейфующему куску суши практически одновременно. Несколько раз пронеслись над самыми кронами деревьев, пытаясь разглядеть, не прячется ли кто в кустах, но никого не обнаружили. Ветви сильно переплелись, сплошной зелёный полог мог легко укрыть небольшого слона.
  - Опускаемся, - скомандовал я. - Илья вы можете просветить эти дебри?
  - Сейчас, подойду ближе.
  Танька приземлилась первой и сразу принялась обрывать невзрачные бело-жёлтые цветы воздушной орхидеи, выглядывающие из травы. Эту с позволения сказать "разведчицу" можно было брать голыми руками, особо не напрягаясь. Вот ведь лёгкая душа, не обременённая страхами и чувством постоянной тревоги. Даже завидно.
  - Не отвлекайся! - бросил я. - Или возвращайся на корабль.
  - Вот ещё! - воскликнула она. - Посмотри, какие большие! Я пыталась выращивать их дома, но они плохо росли, а здесь...
  - Тимур! - быстро сказал Манцев. - В кустах скрыт крупный объект обтекаемой формы, около четырёх метров в длину.
  - Может вулканическая бомба? - предположил я.
  - Нет, сканер показывает, что у него металлическая оболочка. Это может быть...
  Илья не договорил. Послышался глухой вой турбины, затем треск ломаемых веток и из кустов выползла блестящая, словно зеркало машина. Мне ещё никогда не доводилось видеть "Валькирию" так близко.
  Танька вскрикнула и отшатнулась. Я, ругаясь, потянул за приклад лучемёт, мирно дремлющий в кожаном футляре на груди и замер, увидев направленные в нашу сторону короткие стволы двух плазменных пушек.
  - Что там у вас... о чёрт! - голос Манцева сорвался на крик. - Не двигайтесь, сейчас я её подстрелю...
  - Нет! - быстро бросил я. - Нельзя, мы же стоим на мешке с водородом!
  - Дьявол!
  Стрелять действительно не стоило. Если газ под нами вспыхнет, мы сгорим как бабочки залетевшие в огонь. Возможно именно поэтому "Валькирия" не стала форсировать события. Таня вцепилась мне в плечо, наши лица отразились в зеркальной броне. Внезапно раздался щелчок, и обе пушки скрылись внутри корпуса.
  - Что там у вас? - нервно спросил учёный.
  - Она убрала пушки.
  - Правда? Отлично! Тогда взлетайте немедленно!
  - Нет. Подозреваю, что именно этого от нас и ждут.
  - Но всё же шанс...
  - У нас нет шансов Илья! Лучше смотрите, как бы сюда не прилетели её подружки.
  С этими словами я медленно коснулся пальцами широких лямок и, поведя плечами, сбросил лучемёт на землю. Суетится, и правда не следовало. На то чтобы развернуть крылья и взлететь нам требовалось секунд пять. Ещё десять - на набор более-менее приличной скорости. За это время зеркальная дура могла сто раз выдвинуть пушки.
  - А она красивая... - восхищёно протянула феечка. Похоже, даже сейчас Таня не понимала всей степени опасности. Как бы мне хотелось оказаться на её месте.
  - Интересно... - начал, было, я, но тут "Валькирия" внезапно выключила турбину и медленно опустилась на землю. Остров под ногами ощутимо содрогнулся.
  - А вот теперь у вас появился шанс, - тихо сказал Манцев. - Подождите ещё секунд тридцать и взлетайте, тут я её и накрою.
  - Хорошо, - так же тихо ответил я. - Главное дай нам отойти подальше...
  - Тиу-ит! Тиу-ит! - неожиданно громко пропищала машина.
  Мы аж подпрыгнули от неожиданности.
  - Что... что это такое? - испуганно спросила Таня.
  - Не знаю...
  - Юи-ют! Ют-ю! Иу!
  - Чёрт побери, да она, похоже, бешенная! - нервно сказал я.
  - Думаешь, укусит? - хмыкнул Илья.
  - Туу-тик! Туу-тик! - продолжала надрываться "Валькирия".
  - Знаешь, - серьёзно сказал Манцев, - похоже, она пытается нам что-то сказать.
  - Чушь, - фыркнул я. - Это тупая железяка умеет только убивать!
  - Не такие уж они и тупые, - задумчиво ответил Илья. - Ладно, хватит испытывать судьбу. Улетайте!
  - Погодите... - мне внезапно показалось, что в словах учёного есть доля правды. "Валькирия" продолжала издавать отрывистые звуки, постоянно меняя тональность. Похоже, она пыталась подобрать тембр таким образом, чтобы получилось нечто напоминающее человеческую речь. Отцепив от плеча крепкие Танькины пальцы, я сделал несколько шагов в сторону блестящего чудовища, каждую секунду ожидая, что пушки, выскочат из амбразур.
  - Осторожнее Тимур! Может не стоит рисковать?
  - Всё под контролем, - надеюсь, что мой голос звучал достаточно уверенно. - Привет крошка, мы ведь подружимся, правда?
  - Ра-тит! Ра-юк!
  - Может подарить ей цветы? - нерешительно спросила Таня.
  - Попробуй. Только не делай резких движений, договорились?
  - Хорошо. - Девушка пошла следом за мной, держа перед собой букет, словно щит.
  - Ну, прямо кампания хиппи на природе, - нервно фыркнул Илья. - Занимайтесь любовью, а не войной!
  Не обращая внимания, я подошёл вплотную к "Валькирии" и осторожно коснулся рукой гладкого холодного корпуса.
  - Ра-тик! Ра-тик! - запищала она громче прежнего и несколько раз раскрыла и закрыла пушечные амбразуры, словно находясь в крайней степени возбуждения.
  - Да ты я вижу общительная особа. Знать бы еще, что тебе от нас нужно...
  - Ратик! Ратик! - надрывалась машина и тут до меня, наконец, дошло.
  - Нет... не может быть!
  - Что случилось? - испуганно спросила Таня.
  Чудовищным усилием воли мне удалось взять себя в руки. Криво ухмыляясь самой дебильной из всех возможных улыбок я вновь опустил руку на холодный борт машины и, чувствуя себя полным идиотом громко сказал: - Привет, сестрёнка! Однако как ты подросла с момента нашей последней встречи. А уж красавицей стала - не передать!
  
  Глава. 20. Воскресшая из мёртвых.
  
  - Чисто теоретически, в этом нет ничего необычного, - Манцев мерил шагами поляну заложив руки за спину, словно профессор аудиторию полную внимательных студентов. - Но с практической точки зрения это первый зафиксированный случай подобного рода...
  Я сидел на земле, скрестив ноги, опершись о холодный Янкин борт правым плечом, и рассеяно поглаживал приклад лучемёта. Таня, вцепившись пальцами в ухо, попеременно пялилась круглыми от удивления глазами на всех участников дискуссии. Спокойнее всех вела себя "сестрёнка". Она лежала неподвижно, и только изредка громко пищала.
  - Простите Илья, но я всё равно ничего не понимаю. Каким образом сознание погибшей девочки оказалось внутри "Валькирии"?
  - Оно было перенесено вместе с мозгом.
  - В смысле?
  Манцев вздохнул и остановился.
  - Понимаешь Тимур... Во всех больших машинах Чужих - я имею ввиду "Скарабеев" "Броненосцев" и "Валькирий" в качестве основного элемента управления используется человеческий мозг.
  - Что?
  - Да. Пришельцы трансплантируют его внутрь своих механизмов, создавая подобие биологического компьютера. Получается очень эффективная система.
  - Но... И как давно это стало известно?
  - Практически с самого начала. Ещё до того как они начали снабжать всю свою технику системами самоуничтожения, нам удалось захватить несколько неповреждённых единиц.
  - Значит, приказ ?261 был издан, для того чтобы не дать им заполучить свежие мозги...
  - Верно.
  - Но почему нам ничего не говорили? Зачем было держать это в тайне?
  - Спроси у Штаба Объединенного Командования. Полагаю, они считали что, зная правду, бойцы не так рьяно станут стрелять.
  - Чушь!
  - Что за приказ такой? - спросила Таня.
  - Согласно ему, - морщась, ответил я, - мы были обязаны добивать своих тяжелораненых товарищёй выстрелом в голову, в том случае если не имели способа эвакуировать их в тыл.
  - Какой ужас! - воскликнула девушка. Она побледнела и, похоже с трудом сдерживала тошноту. - И ты так... поступал?
  - Естественно. Приказ есть приказ. Впрочем, в Патруле была традиция, когда тяжелораненые делали это сами. Она... - я ласково погладил холодный металл, - подорвала себя гранатой. Но к счастью, похоже, неудачно.
  - Ра! - пискнула Яна. - Тиу-ит лу.
  - Что мне действительно непонятно, - задумчиво протянул Манцев, - так это то, как она смогла сохранить воспоминания о прошлом. Насколько мне известно, при трансплантации Чужие полностью стирают личность, оставляя только основные рефлексы.
  - Возможно, произошел сбой?
  - Или сознательный саботаж. Парадокс, но за двадцать лет мы почти ничего не выяснили о своих противниках. Кто они - бездушные механизмы или существа из плоти и крови? Зачем им нужна эта война? Есть ли у них общество и какова его социальная структура... Вопросы, вопросы...
  - Но вы ведь говорили, что удалось захватить несколько неповреждённых машин.
  - А что толку? Да мы скопировали кой-какие технологии, но главного ответа так и не получили.
  - Скопировали технологии?
  - Конечно. К примеру - плазменные пушки. До того солдатам приходилось обходиться только лазерными пукалками.
  - Вот оно что...
  - Полевые коммуникаторы процентов на девяносто собраны по их технологиям. Даже принятые за основу универсальные разъемы и то их разработка.
  - Всё это конечно очень интересно, но сейчас больше всего меня интересует проблема общения с Яной. Уверен, она могла бы многое рассказать нам, если б сумела. У вас нет никаких идей на этот счёт?
  Манцев поскрёб затылок, потом развернулся и быстро зашагал к стоящему неподалёку "Фраму".
  - Насколько я поняла, - нерешительно сказала Таня, - девочка сидит внутри... не целиком?
  - Нет, - вздохнул я. - Только мозг.
  - Жуть! Ей, наверное, очень неудобно?
  - Не знаю. Сама потом спросишь.
  - Я боюсь.
  - Напрасно. Янка говорила, что с радостью познакомится с тобой лично.
  - Интересно когда? Разве вы виделись, после того как она превратилась в ЭТО?
  - Нет. Понимаешь... мне трудно объяснить... давай поговорим потом, ладно? Вот и Илья возвращается...
  Учёный действительно торопился назад, держа в руках планшетный компьютер, обмотанный пучком разноцветных проводов.
  - Надеюсь, сработает, - сказал он подходя. - Тимур будь любезен, попроси свою подругу открыть доступ к коммуникационному интерфейсу. Клянусь, что не стану загружать никаких вредоносных программ.
  - Яна ты слышала? Пожалуйста, сделай то, что он просит.
  Раздался щелчок и в борту "Валькирии" открылся небольшой лючок.
  - Отлично! - воскликнул Манцев.
  - А вы точно сумеете подсоединиться?
  - Конечно. Я же говорил, что мы скопировали все, включая разъемы... Так, а теперь помолчите, пожалуйста.
  Мы подошли ближе и стали с интересом наблюдать за его манипуляциями. Илья подключил кабели, затем с довольным видом уселся на траву и принялся деловито стучать пальцами по незнакомым символам на экране.
  - В своё время наша группа всерьёз занималась исследованием потрохов Чужих. Мы надеялись, что их технологии позволят продвинуться в работе над порталом.
  - Помогло?
  - Да, естественно... Пожалуй всё... Яна, сейчас я начну произносить слова, а ты повторяй за мной. Договорились?
  - Ди! - пискнула она.
  - Будем считать, что ответ утвердительный. Внимание, начинаю: Раз... Два... Три... Четыре... Пять...
  На экране планшетки поплыли значки больше похожие на клубки рассерженных змей. Манцев удовлетворенно хмыкнул и, не прекращая счет, забарабанил по виртуальной клавиатуре. Внезапно иероглифы сменились привычными словами: "Четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать"...
  - Надо же, получилось! Давай Тимур, поздоровайся с ней.
  - Привет ещё раз, сестрёнка!
  - "Привет братик! Я же говорила что у тебя красивые крылья!"
  - Спасибо. До сих пор не могу поверить, что ты жива.
  - "Так ведь ты просил, чтобы я не убегала далеко. Я честно ждала на пороге, а после решила вернуться!"
  - Молодец.
  - О чём вы там болтаете? - недовольно спросила Таня. - Мне тоже хочется поучаствовать!
  - Давай просто буду читать её ответы.
  - Давай.
  - Подождите ребята, сейчас я настрою голосовой синтезатор. Яна, пожалуйста, продолжай говорить.
  - "Хорошо, а что?"
  - Всё что угодно.
  - "Песенку можно?"
  - А как же.
  - "Весёлую или грустную?"
  - Конечно весёлую!
  - "Тогда... тогда слушайте, моя любимая:
  
   Ночь на исходе,
   Время подходит,
   Легкий прохладный подул ветерок.
   Будет он нежить
   Спящую нежить,
   Спи, засыпай поскорее, дружок.
   Тех, кто не спит, священник седой
   Всех поливает святою водой...
  
  - Ничего себе "весёлая"! - фыркнул я.
  - "А что такого, мне её мама каждый вечер пела. Это же колыбельная. Продолжать?".
  -Гм, продолжай.
  
   Хватит резвиться -
   Надо ложиться,
   Крышку у гроба скорей закрывай.
   Будешь ты круче
   Мышки летучей,
   Ну а пока баю-бай, баю-бай.
   Там для неспящих, опасен и зол,
   Точит охотник осиновый кол.
   Ночью проснешься -
   Сразу напьешься,
   В час, когда люди погасят огни,
   Вкусной и нежной
   Кровушки свежей,
   Ну а пока поскорее усни (1).
  
  Последние две строчки оказались произнесены громким металлическим голосом, холодным как сталь. От неожиданности мы с Таней подпрыгнули, а Манцев коротко рассмеялся.
  - Что не ожидали? Однако ваши поэтические предпочтения сударыня отличаются некоторой... экстравагантностью.
  - Илья, вы молодец! - обрадовался я.
  - А почему у неё голос как у мужика? - с подозрением спросила Таня. - Опять ваши шутки?
  - Сейчас попробую исправить... Как твоё самочувствие Яна?
  - В смысле?
  - Ну... мне трудно представить, что ощущает человек сознание которого заключено в корпус машины.
  - Не знаю... - девочка на секунду задумалась. - Не могу сказать. Очень странно и непривычно. Сейчас привыкла, а поначалу сильно мучалась. Слов таких нет. Сами попробуйте и поймёте.
  - Спасибо, но пока не хочу... - всё это время он колдовал над планшеткой, а голос Яны постепенно изменяя тональность, становился тоньше и мягче. - Вот так, пожалуй, будет лучше всего. Как вам, нормально?
  - Пойдёт, - снисходительно сказала Таня. - И всё же мне не верится, что внутри сидит только её думалка. Может, откроем и посмотрим? А вдруг...
  - Никаких "вдруг", - сурово отрезал Манцев. - Сейчас не время заниматься глупыми экспериментами. Яна, будь добра, ответь, пожалуйста, на один вопрос. Ты с нами или с ними?
  - Разумеется с вами! Я ведь сбежала. Если меня найдут, то сразу убьют, не спрашивая.
  - Это меняет дело.
  - Не говорите ерунды Илья! Она всегда была с нами!
  - Не горячись Тимур, я не сомневаюсь в её преданности, но вопрос всё равно следовало задать. А теперь, если нет возражений, давайте вернёмся в Шпиль. Мы собрали достаточно информации и можем с чистой душой начинать обрабатывать Конклав Дожей на предмет совместного боевого похода. Яна у тебя нет проблем с перемещением в пространстве?
  - Если поделитесь водой, то нет.
  - Сколько тебе нужно?
  - Литров сорок.
  - Всего? Конечно, сейчас принесём.
  - Погодите, - вмешался я. - У меня, к примеру, есть масса вопросов. Может, пока не будем торопиться с отлётом.
  - Мы можем без проблем болтать по дороге. Я сейчас настрою наши коммуникаторы на её волну, а вы пока сходите на корабль и принесите две канистры с водой. Похоже нашу союзницу, мучает сильная жажда...
  
  (1) песня Светланы Гавриловой "Вампирская колыбельная".
  
  Глава 21. На пороге.
  
  - ... Таким образом, мы можем быть уверены, что численность боевых кораблей охраняющих портал не превышает десяти - двенадцати единиц. При правильно спланированной операции, у нашего флота есть все шансы прорваться и запечатать проход раз и навсегда.
  - Благодарим советника Манцева за обстоятельный и подробный доклад. Полагаю, что настала пора начать прения, - спикер Конклава сложил руки на пухленьком животике и оглядел своих молчащих коллег. - Кто хочет высказаться первым? Прошу вас, мастер Баторин.
  Сухой словно спичка старик с желтушным лицом медленно поднялся из глубокого кресла и нервно хрустнул суставами тонких рук. Бросив на нас гневный взгляд, он повернулся к остальным участникам заседания.
  - Прежде чем начать обсуждение хочу напомнить всем присутствующим, что основополагающим принципом нашего государственного строя является великая идея нейтралитета и мирного сосуществования. Советник Манцев, будучи пришельцем, разумеется, забыл об этом обстоятельстве, но мы с вами люди воспитанные в гуманистических традициях предков не должны идти на поводу его воинственных амбиций. Более того, боюсь, что беспричинная агрессия, совершённая против мирного патруля... э... инопланетных гостей, свидетелями которой мы только что были, - быстрый кивок в сторону погасшего стереоэкрана, - может привести к нежелательным последствиям. Если завтра пришельцы вздумают объявить войну Шпилю, казус белли уже имеется. Ваша преступная эскапада советник поставила нас на грань гибели.
  - Вы забываете уважаемый Карен Мьянмович, что война уже началась. Или перехват ферм, мирно дрейфующих в Кольцевом течении, по-вашему, не является проявлением враждебности? - усмехнувшись, спросил Илья.
  Баторин пожевал тонкими губами, затем презрительно взмахнул рукой.
  - Нет никаких доказательств того, что в этом прискорбном событии виновны именно пришельцы. Возможно, перехватом занимаются дикари или Шатуны, решившие таким способом взять Шпиль за горло.
  - Действительно господа, что мы собственно имеем? - подал голос один из дожей. - Невнятную запись боя с неопознанными летающими объектами? Простите, но это не доказательство. Никто не сомневается в преданности советника Манцева общему делу, но он мог просто-напросто ошибиться, к примеру, приняв за врагов новый, неизвестный доселе вид птиц.
  - Птицы, вооруженные плазменными пушками? При всём уважении к вам, Борис Николаевич, думаю, что в торговле трибаксом вы разбираетесь значительно лучше, чем в орнитологии.
  Дожи недовольно загудели, спикер постучал молоточком и повернулся к Илье.
  - Прошу вас, советник впредь воздержаться от оскорблений! Карен Мьянмович продолжайте, пожалуйста.
  - Что за цирк? - тихо спросил я Манцева, после того как желтушный старик вновь начал верещать о неспровоцированном нападении. - И почему вы отказались предоставить этой компании торгашей наше главное доказательство?
  - Сразу видно Тимур, что ты неискушён в политических играх, - усмехнулся учёный. - Баторин - старый демагог, который без капли сомнения станет опровергать утверждение, что дважды два - четыре, если только эта школьная задачка будет вынесена на рассмотрение совета. Он да ещё несколько болтунов создают фон, но люди принимающие решения пока молчат. Мы дали им пищу для размышления, и теперь только от их решения зависит дальнейшее развитие ситуации. Дождёмся перерыва, обычно все важные вопросы решаются в кулуарах. Будьте готовы к тому, что вас двоих обязательно пригласят для неофициальной беседы за чашкой чая.
  - А если мы откажемся? - спросила Таня.
  - Не советую. В отличие от этого клоуна, - Манцев презрительно кивнул в сторону распалившегося докладчика, - там будут действительно серьёзные люди. Главное ни слова о Яне. Её существование должно оставаться в тайне.
  - Но почему?
  - А ты можешь дать гарантию, что среди присутствующих нет агента Чужих? Наличие в наших рядах мятежной "Валькирии" может спровоцировать захватчиков на немедленную атаку. Не стоит их дразнить раньше времени.
  - Как скажете, - вздохнул я. - Только мне кажется, что пока мы тут болтаем...
  - Не переживай. Здесь такие вопросы решаются быстро. Или не решаются вовсе.
  
  Манцев конечно шутил, когда говорил, что Янку мучает жажда. Её мозг находился в изолированной капсуле с замкнутой системой жизнеобеспечения никак не зависящей от внешних источников. Вода требовалась в качестве топлива для двигателя - сложнейшего устройства с фантастическим КПД, в принципе работы которого так и не смогли разобраться терранские учёные.
  "Фрам" величественно плыл, гудя винтами, а Янка кружилась вокруг него то, пристроившись в кильватер то, скользя впереди. Иногда она внезапно уносилась прочь а, вернувшись назад, тут же начинала жаловаться, на то, что ей скучно тащится со скоростью черепахи. Смертоносная машина, вела себя словно спущенный с поводка игривый пёс во время прогулки.
  - Расскажи, что случилось с тобой, после того как мы расстались, - попросил я.
  - Было очень больно и страшно. Даже не представляешь, как не хотелось умирать. Потом они повалили по коридору стеной. Я выстрелила и бросила гранату. Затем... затем темнота и холод...
  - Холод?
  - Ага, словно в леднике или морозильной камере. Вокруг пустота, чей-то унылый шёпот, не живой а мёртвый... Потом появился Друг. Он сказал, что я в безопасности, что мне не нужно бояться. Я ему поверила... Так хотелось поверить хоть кому-нибудь.
  - Это был человек? - деловито спросил Илья.
  - Не знаю, думаю что нет. Его голос был слишком... холодным, как всё вокруг. Он несколько раз заговаривал со мной, учил как себя вести, чтобы хозяева ничего не заподозрили, рассказывал о том, что предстоит сделать, когда произойдёт Слияние...
  - Слияние это процесс пересадки?
  - Да.
  - Тебе было больно? Помнишь какие-нибудь детали?
  - Нет. Просто на секундочку заснула, а затем проснулась уже в новой одежде.
  - Корпус "Валькирии" ты называешь одеждой?
  - Ага! - Янка тихо захихикала. - Правда здорово придумала?
  - Не спорю. А что было потом?
  Потом, новоиспечённую боевую единицу поместили в ангар, оснастили оружием и несколько раз прогнали через виртуальный тренажёр. Каким-то образом, девчонка уже знала все, что нужно для управления собственным новым телом и потому легко справилась с самыми головоломными тестами.
  - Тебя запрограммировали, - пояснил Манцев. - Не представляю, как они умудряются это проделывать с человеческим мозгом ведь он биологический объект, а не компьютер...
  После испытания, Янку направили на фронт. В её задачу входило патрулирование сектора и поиск отрядов АОТ. В бой вступать запрещалось - Чужие действительно берегли "Валькирий". К счастью за полторы недели она так никого и не обнаружила, а затем её и большую часть других воздушных машин отозвали в тыл, откуда перевели на новую базу в подземной части научного комплекса, рядом с порталом.
  - Вам дали, какие либо объяснения?
  - Конечно, нет. Мы получали только приказы.
  - А другие машины... с ними можно было общаться?
  - Не-а. Они тупые как камни. Я несколько раз пыталась побеседовать на закрытой волне и всё без толку. Правда, Друг обещал, что скоро появятся другие... особые. Но я так и не дождалась, сбежала раньше.
  - Ты видела, как устроена база?
  - Немножко. Она полностью находится под землёй. Там полно коридоров и комнат. В некоторых сидят пленники - крылатые люди.
  - Что? - я аж подскочил.
  - Фермеры с захваченных островов. Их изучают в лабораториях словно зверюшек.
  Мы с Манцевым переглянулись.
  - Вот и ответ, почему Шпиль до сих пор не уничтожен, - протянул он.
  - Не вижу причины...
  - Симбионты. Голову даю на отсечение - Чужих интересуют симбионты. Не забывай, что изначально они конструировались как биологические компьютеры, а крыльями стали уже позднее.
  - Раз у них полно пленников, мы не можем просто взять и запечатать портал. Ведь тогда бедняги обречены!
  Илья поморщился и отвернулся.
  - Когда стоит вопрос о выживании целого народа... - глухо начал он, затем махнул рукой. - Не будем торопить события. Сколько "Валькирий" дежурит у портала?
  - Три пары. И ещё шесть машин прочёсывают течение в поисках летающих островов. Несколько штук находятся на базе. Ремонтируются, отдыхают.
  - Вам необходим отдых?
  - Конечно. Но я не устала. Мне очень нравится летать!
  - Догадываюсь. А почему ты сбежала? - поинтересовался я.
  - Решила тебя найти, - весело ответила она. - Найти и удивить!
  - Да уж, удивила... Погоди а как ты вообще узнала что я жив?
  - Об этом мне рассказал Друг. Те роботы, что бросились за тобой в портал, успели сообщить обо всём, что видели, прежде чем погибнуть. Я смотрела запись. Ты падал, раскинувшись, как морская звезда. Потом к тебе подлетела Таня, схватила за ноги и понесла в сторону острова.
  - Ты тащила меня вниз головой? - спросил я у подруги, оседлавшей штурманский столик.
  - А что тут такого? - пожала плечами она. - Так было удобнее.
  - Но это унизительно...
  - Думаешь, стоило оставить тебя падать? Могу уронить ваше высочество прямо сейчас!
  - Ну, уж нет, я теперь сам летун хоть куда.
  - Ты не летун, а болтун. Сначала научись правильно тормозить и разворачиваться, а уж потом хвались!
  Янка тихо засмеялась. Похоже, ей нравилось слушать нашу шутливую перебранку. Девчонка столько времени была вынуждена молчать да выслушивать бессвязный шёпот своих коллег по несчастью, что простая человеческая речь действовала на неё как хорошая порция веселящего газа.
  - Насколько я понимаю, было ещё что-то кроме записи? - дипломатично поинтересовался Илья.
  - Ага. Однажды, находясь в патруле, я почувствовала мысли Тимура, его боль и растерянность. Это было так неожиданно, что мой бортовой навигатор засбоил и несколько минут выдавал неверные данные. С такими же проблемами столкнулись и другие машины.
  - Симбионт доктора Франкенштейна... вернее Кюбарсэпа, - вздохнул я.
  - Да уж, - хмыкнул Манцев. - Семён в своих попытках создания идеальных крыльев временами перегибает палку.
  - Зато я точно узнала, что ты жив, а потом даже сумела поговорить чем, похоже, выдала себя с головой. Координатор потребовал немедленного возвращения на базу для внеочередного осмотра. Я не стала ждать разоблачения и сбежала, прикончив ведущего.
  - Неужели в твоём механизме нет маяка, позволяющего Чужим отслеживать перемещения?
  - Конечно, есть. К счастью Друг подробно объяснил, где он находится и как его отключить в случае необходимости. Так что меня потеряли.
  - Уверена?
  - Разумеется. Я нахожусь в бегах четыреста восемьдесят шесть часов. Если за это время меня не смогли обнаружить, то значит, уловка сработала.
  - Логично...
  Мы беседовали большую часть пути. Уверен, что за информацию выложенную Яной, аналитики штаба АОТ дали отрезать бы себе все конечности. Принципы формирования и внутренняя иерархия Стай, тактические приёмы, система управления, алгоритм отдачи приказов, тыловое обеспечение и приоритеты пополнения боевых отрядов - важнейшие сведения столь необходимые нашим командирам, сыпались как из рога изобилия. И хотя на главный вопрос - кем же на самом деле являются пришельцы: машинами или биологическими существами, мы так и не получили ответ, всё равно рассказ Яны, попади он в руки терран, мог без сомнения произвести настоящий переворот в войне. Осталось только решить каким способом передать на родину запись беседы. Может голубиной почтой? Ах да, голуби здесь не водятся. Зато можно дождаться, когда у Тигры прорежутся крылья и натаскать её на доставку фронтовой корреспонденции. А потом, после победы открыть фирму по дрессировке почтовых кошек. Подозреваю, что на Арамиле этот бизнес будет пользоваться большой популярностью.
  Когда до Шпиля осталось несколько часов полёта Илья, внезапно заявил, что Яне пока не следует показываться на глаза посторонним людям.
  - Это должно остаться нашим маленьким секретом. Не стоит во весь голос сообщать о её присутствии.
  - Вам виднее, - я пожал плечами. - Сестрёнка, ты не против?
  - Нет. Жалко конечно, что не смогу прошвырнуться вместе с вами по магазинам и пообедать в кафе, - ехидно сказала она.
  - Пожалуй, сейчас тебе действительно не стоит это делать.
  - Проблема в том, где её спрятать, - вздохнул Манцев. - Шпиль слишком населённый город.
  - Может в вашей мастерской?
  - Не получится. Мой помощник Толя - страшный болтун. Что известно ему - известно всему городу. Кроме того, нисколько не сомневаюсь в том, что Служба Тайных Операций приставила его ко мне в качестве соглядатая. Если я прямо сейчас отправлю парня в отпуск, это вызовет у них вполне обоснованные подозрения.
  - Может нанять склад в Доках?
  - Полагаю, что так и поступим. Хотя всё равно опасно.
  - Можно было бы напрячь нашу квартирную хозяйку... - задумчиво протянул я. - Нет, не выйдет. Во-первых, мы не сможем незаметно провести Яну к дому - на улицах круглые сутки топчётся народ. А во-вторых, с нашей стороны это будет форменным свинством. Мало того, что повесили на шею старушки котёнка, так ещё и боевую машину пришельцев в придачу.
  - Вижу у вас со мной сплошные проблемы, - печально сказала Яна.
  - Не говори ерунды! - воскликнула Таня. - Эти двое всегда ищут сложности на ровном месте... Кстати о Тигре! Тим, помнишь сарай, где мы её нашли? Может туда?
  - А ведь точно! Танюш, ты гений!
  - О чём она? - поинтересовался Манцев.
  - Под городом, внутри башни есть заброшенный гараж. Если выкинуть занимающий его корпус старого флайера получится отличное укрытие.
  - Идея неплохая, - кивнул Илья. - Главное не попасться на глаза стражам Шпиля. Впрочем, у меня есть пропуск, разрешающий пребывание в любой части города... Стоит попробовать, в любом случае, что мы собственно теряем?..
  
  Глава 22. Вторжение.
  
  Холодные капли медленно стекают по заплесневелым деревянным стенам. Кап, кап. Красиво. В своё время школьный учитель рассказал, что внутри каждой капельки содержится целый мир. Яна хорошо помнит как долго-долго стояла уткнувшись в микроскоп наблюдая за суетой крошечных живых существ на предметном стекле... У них под землёй была отличная школа. Глава секты, преподобный сваами Мурашкин считал что только просвещение сможет спасти людей от гибели и потому не жалел ресурсов на образование. К сожалению, знание древней земной литературы и умение рисовать натюрморты не помогло обитателям коммуны избежать уничтожения.
  Яна отключила внешние оптические сенсоры - в тесном гараже всё равно было не за кем наблюдать, и решила заняться делом. Перед расставанием, Манцев загрузил в её банк данных сборник художественной литературы - несколько сотен тысяч томов. Раскрыв файл с четвёртой книгой саги о приключениях юного волшебника Игоря Горшкова, девочка углубилась в чтение. Следовало торопиться, впереди было ещё двенадцать романов, а времени осталось совсем немного.
  Ресурс системы жизнеобеспечения был не бесконечен и требовал перезагрузки каждые полторы тысячи часов. Три четверти срока уже миновали. Фильтры и картриджи с необходимыми для дальнейшего существования компонентами можно было заменить только на базе. Когда друзья задавали свои бесконечные вопросы, она сознательно не стала сообщать им об этой маленькой проблеме, прекрасно понимая, что помочь ей всё равно не смогут, а раз так то зачем лишний раз огорчать хороших людей. О своём скором конце Яна размышляла без всякой паники, равнодушно словно машина. Один раз погибнув она больше не чувствовала страха смерти, боязнь не успеть дочитать понравившуюся книжку оказалась гораздо сильнее. Когда настанет срок, беглая "Валькирия" не говоря ни слова, просто потихонечку улетит навстречу небу, и будет скользить среди облаков, до тех пор, пока не сработает безотказная система самоуничтожения...
  
  Я вытер ветошью перепачканные смазкой руки, закрыл технологический люк кожуха двигателя и спрыгнул на пол.
  - Готово.
  - Хорошо.
  Илья, колдующий над компьютером, мельком взглянул на меня и вновь углубился в работу.
  - Какие-то неполадки, кэп?
  - Нет, хочу ещё раз прогнать систему через симулятор. Чем чёрт не шутит, вдруг всплывёт какой-нибудь баг.
  - Я пока не нужен?
  - Нет, отдыхай. Можешь полетать, размяться.
  - Дождусь Таню, она обещала скоро быть.
  Я оставил Манцева в покое и вышел из ангара. Подошёл к краю острова, сел свесив ноги вниз, коснулся пальцами обруча коммуникатора и совсем уже собрался связаться с Яной, но потом передумал. Во время нашей последней беседы сестрёнка недовольно сообщила, что очень занята и попросила не отвлекать её по пустякам. На мой изумлённый вопрос, чем может заниматься "Валькирия" стоящая без движения в тесном гараже, она ответила, что читает интересную книжку и не хочет прерываться на болтовню. Странно, никогда не замечал за ней библиофильских наклонностей.
  Послышался шум крыльев и звонкий шлепок босых ступней о деревянный помост посадочной площадки. Я поспешно вскочил. Таня, раскрасневшаяся и жутко довольная, сделала несколько торопливых шагов, пытаясь удержать огромную корзину.
  - А вот и я! Соскучились?
  - Конечно. Как дома?
  - Отлично. Тигра так обрадовалась, что исцарапала мне все руки.
  - Вот негодяйка!
  - Ничего подобного, просто у неё сейчас переходный период, потому и бесится. Баба Поля говорит, что не сегодня-завтра начнут резаться крылья.
  - Жаль, если мы пропустим это занимательное зрелище. Всегда мечтал посмотреть, как оно выглядит со стороны.
  - Сразу могу сказать - ничего красивого.
  - Всё равно жаль. Но да бог с ним. Где ещё побывала?
  - Слетала на рынок да заглянула в парфюмерный бутик "Радуга Горш". Они выпустили эксклюзивную линию ультра-яркой краски "Девятое небо". Отстояла в очереди больше часа - народ просто помешался и сметает новинку влёт. С трудом сумела урвать только изумрудный, оранжевый и шоколадные цвета. Сейчас поедим, и ты меня накрасишь, ладно? Нужно только решить какую расцветку выбрать...
  - Мне бы твои заботы.
  - Не ворчи. Вот тебе точно подойдёт шоколадный. Будешь красивый-красивый.
  - Ага. Как негр.
  - Как кто?
  - Как негр. Это такие специальные ребята, которым в отличие от нас не нужно красится. Они и так от природы измазаны по самое немогу.
  - Везёт же некоторым! - Таня завистливо вздохнула.
  - Что ещё купила?
  - Вот! - она важно вытащила свёрток набитый знакомыми на вид коричневыми клубнями. - Страшно дорогой деликатес, называется... Бездна, забыла как...
  - Картошка, - улыбаясь, подсказал я.
  - Точно! - воскликнула она. - Продавец говорил, что её нужно очистить от кожуры, и вкушать маленькими кусочками, наслаждаясь оттенками вкуса!
  - Жрать сырую картошку, когда на "Фраме" есть плитка и набор отличных сковородок? Мы что, свиньи? Сейчас поджарим, ты пальчики оближешь!
  - Что значит "поджарим"? Учти, я выложила за неё огромные деньги! Попробуй только испортить!
  - Не беспокойся, чудо! Картошку сковородкой не испортишь!..
  
  Обед прошёл весело. "Деликатес" поджаренный до хрустящей золотистой корочки оказался гвоздём программы. Феечка сначала воротила нос, но затем, распробовав, смолотила большую часть, оставив нам подъедать остатки. Закончив трапезу прозрачным как слеза трибаксовым пивом тройной фильтрации, мы перешли на веранду и уселись в глубокие кресла.
  - Хорошо, - сказал Манцев. - Жаль, что здесь никогда не заходит солнце. Представляете, как было бы здорово сидеть и любоваться закатом.
  - С рюмкой мартини в одной руке и сигарой в другой, - подхватил я. - Да вы эстет, Илья.
  - Что есть, то есть. К сожалению, весь этот джентльменский набор нам недоступен. Во всяком случае, курить сигару не позволяют правила техники безопасности.
  - Зато нам доступны другие удовольствия.
  - Верно.
  Помолчали. Болтать не хотелось. Объевшаяся Таня тихо дремала.
  - Что поделывает наша юная подруга, - наконец спросил учёный.
  - Читает какую-то книжку и не желает общаться. Не пойму, что на неё нашло?
  Илья вздохнул и побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.
  - Подозреваю, что в курсе причины её депрессии.
  Я внимательно посмотрел ему в глаза.
  - Она скоро умрёт?
  - Да. Как ты догадался?
  - Почувствовал.
  - Завидую тебе... и твоему симбионту.
  - Иногда это сильно напрягает.
  - Всё равно.
  - Что мы можем сделать?
  - Теоретически - ничего.
  - А практически?
  - Можем попытаться вступить в переговоры с Чужими и потребовать полного ремонта "Валькирии" с последующим обязательным техобслуживанием.
  - В переговоры? С НИМИ? Илья, вы шутите!
  - Если у нас на руках окажется достаточно веских аргументов, то почему нет? Кроме того, не забывай о пленных фермерах.
  - Так они и согласятся!
  - Понятно, что железяки пойдут на попятный только в случае если мы прижмём их к стенке и никак иначе.
  - Но пока к стенке прижаты как раз мы.
  - Всё ещё может измениться...
  Послышались торопливые шаги, на веранду вбежал парень в синей форме с нашивкой курьера Конклава дожей на правом рукаве.
  - Прошу прощение господин советник, срочная депеша!
  - Давай сюда! - Манцев вскинулся и протянул правую руку.
  Посыльный вложил в ладонь квадратный конверт и дисциплинированно отступил в сторону. Илья сломал смоляную печать и углубился в чтение. Я с любопытством наблюдал, как быстро меняется выражение его лица. Вот он тихо выругался и взмахом подозвал курьера.
  - Передай, что мы вылетаем прямо сейчас.
  - Его превосходительство Адамов особо подчеркнул, что это должна быть просто разведка!
  - Да понял я, понял! Передай Руслану, чтобы его бездельники стряхнули пыль с радиопередатчика и настроились на волну "Фрама".
  - Это всё?
  - Да.
  Курьер отдал честь и вышел.
  - Что случилось? - спросил я.
  - Патруль засёк пять гранд-островов идущих к Шпилю полным ходом. Если их скорость не изменится, они достигнут столицы через три-четыре часа.
  - Неужели дикари?
  - Хуже - Шатуны.
  - Шатуны? Это кто ещё такие?
  - Вольные скитальцы. Сами себя они называют "Повелителями ветров". Их огромные острова снабжены двигателями и могут передвигаться наперекор воздушным течениям.
  - Ого!
  - Я о том же. Буди Таню и по местам.
  
  Вновь гудение пропеллеров и белая стена облаков перед обзорным стеклом. Воздушного боя не предвидится, потому я сижу в кресле второго пилота и слушаю Илью.
  - Шатуны появились через несколько лет после переселения. Это были люди, которых не устраивала формирующаяся в Шпиле олигархическая форма правления. После провалившегося путча они ушли на нескольких островах в свободное странствие.
  - Наш Дом три раза торговал с ними, - сказала Таня. - Их города иногда заходят в Кольцевое течение.
  - И как? - поинтересовался я.
  - Ничего, нормальные ребята и цену дают хорошую.
  - Не похожи на дикарей?
  - Ни капельки. Кроме того, дикари никогда не торгуют.
  - Раз в цикл то один, то другой гранд-остров подходит к Шпилю. Их интересует продовольствие и железные изделия. В обмен они отдают древесину, смолу, удобрения и камни. Нельзя сказать, что у нас очень любят Шатунов: несколько раз случались серьёзные стычки, но приходиться мириться ведь торговля с ними чрезвычайно прибыльное дело.
  - Тогда не понимаю, почему такой переполох?
  - Ещё никогда они не являлись такими большими силами. Согласно Вечному Договору, к Шпилю одновременно может подходить только один гранд-остров, но никак не пять.
  - Понимаю. Но как они вообще могут летать против ветра? Используют кошек в упряжке?
  - Нет, всё не так архаично. "Повелители ветров" применяют паротурбинные установки. Грубые, неэкономичные, но очень надёжные, вынесенные на консолях за пределы острова, чтоб случайно не поджечь газ.
  - А что служит топливом?
  - Водород. Его выкачивают из островов-сателлитов, которые таскают за собой на привязи, словно связку воздушных шаров...
  Облака разошлись, и прямо перед нами возникло нечто громадное. Гранд-остров был, по крайней мере, в три раза толще и в пять раз шире самого крупного острова виденного мной ранее.
  - А почему нет клубов пара? - несколько разочаровано спросил я.
  - Экономят топливо полагаю, ветер же попутный... Так, похоже нас обнаружили.
  Я увидел, что в нашу сторону движется группа летунов человек в тридцать. Вооружены парни были арбалетами и длинными луками. Илья, увеличив скорость, пронёсся мимо патрульных, и те сразу остались за кормой, несмотря на все попытки догнать чужаков. "Фрам" поднялся метров на триста, гранд-остров проплыл под днищем. С высоты сразу стали видны ещё четыре города справа и слева от нас. Они двигались, выстроившись неровной линией, примерно в километре друг от друга.
  - Тимур, принимай управление. Сейчас поворачивай направо, доберись до крайнего и пройдись над всей стаей, - скомандовал Манцев.
  - Есть, кэп!
  - Только не снижай скорость, иди ровно, я врубил внешние камеры. Проскочим пару раз туда-обратно, потом сразу домой.
  Отдав распоряжения, Илья включил радиостанцию и начал вызывать Шпиль. Таня присев на корточки уставилась в большой иллюминатор, вмонтированный в пол рубки. Я, сжав правой рукой, рукоять джойстика плавно развернул корабль и двинулся в указанном направлении. Заметив наше приближение, в небо устремились отряды крылатых людей. Несколько минут спустя в воздухе болталось не меньше тысячи летунов и их количество постоянно возрастало.
  - Послушайте Илья, а, сколько народу живёт на одном острове?
  - Семь - восемь сотен, не меньше, - рассеяно ответил учёный.
  - Ого! - уважительно потянул я.
  С высоты, воздушные города выглядели примерно одинаково. Невысокие, приземистые дома сплошной стеной опоясывали остров по краю, словно совершенно бесполезный в здешних условиях крепостной вал. Внутреннее пространство было заполнено ровными прямоугольниками полей и рощами приземистых плодовых деревьев. Кое-где зеркальными кляксами блестели поверхности небольших прудов. Похоже, трудолюбивые поселенцы использовали каждый квадратный сантиметр полезной площади. Жаль, если эту красоту придётся уничтожить.
  Двигатели, обеспечивающие гранд-островам независимость, производили впечатление своим нелепым внешним видом. Похоже, что проектировавший их инженер был любителем паровой техники древности - более архаичную конструкцию придумать, на мой взгляд, было сложно. Машины состояли из лабиринта причудливо изогнутых труб, шатунов, цилиндров и клапанов, соединённых в один гигантский клубок. Монументальная решётчатая консоль выносила это чудо человеческой мысли метров на тридцать за пределы береговой линии, исключая возможность внезапного пожара. На самом краю острова по обеим сторонам консоли я заметил несколько цилиндрических строений с плоскими крышами из стен, которых выходили целые пучки труб.
  - Газгольдеры, - пояснил Манцев. - В них хранится гремучий газ - смесь водорода и воздуха. Полного запаса хватает на несколько часов работы двигателя.
  - Понятно, - пробормотал я. - Эти Шатуны такие затейники...
  Гигантский пропеллер, похожий на крылья ветряной мельницы сейчас свободно вращался под напором попутного ветра и казался бесполезным украшением, но было ясно, что когда его запустят он сможет потягаться с любым воздушным потоком.
  - А почему в Шпиле нет ничего подобного?
  - Слишком опасно. Сильный пожар может уничтожить башню и тогда городу придёт конец.
  Мы прошли над шеренгой островов из конца в конец и я развернулся для повторного захода.
  - Что дома? - нервно спросила Таня.
  - Паника. Объявлена мобилизация, открыты квартальные арсеналы, населению раздаётся оружие.
  - Арбалеты с луками?
  - Ага.
  - Но ведь вы говорили, что у дожей есть нечто посущественнее.
  - Только флайеры без вооружения. Все современные стволы убраны в Арсенал и заперты на двадцать три замка.
  - Каждый дож имеет один ключ?
  - Верно. Арсенал нельзя открыть без общего решения Конклава.
  - Вижу здесь всё серьёзно...
  - Конечно. Система сдержек и противовесов в действии.
  - Но разве налёт Шатунов не повод вооружиться? Кроме того, зачем вообще нужна вся эта суета? Мы можем в любой момент превратить эти мешки с газом в пять летучих костров. Несколько очередей из пушек и всё...
  Манцев внимательно посмотрел на меня и медленно покачал головой.
  - Ты готов погубить несколько тысяч человек? - тихо спросил он.
  Я вздрогнул.
  - Нет...
  - Я тоже. И никто не готов. Кроме того - огонь оружие обоюдоострое.
  - В смысле?
  - Просто так гранд-острова не сжечь их обитатели набили руку на тушении пожаров, на это дело потребуется много времени. А теперь подумай, что удержит Шатунов от нанесения ответного удара? Шпиль в этом отношении более уязвим. Мы можем локализовать несколько очагов, отцепив загоревшиеся острова, но если столицу атакует тысяча летунов с огненными стрелами?
  - Взаимное уничтожение...
  - Верно.
  Я замолчал, сосредоточившись на управлении. Группы стрелков кружились в воздухе, пытаясь перехватить наш кораблик, приходилось постоянно маневрировать, чтобы уйти от столкновения. Несколько стрел ударили в корпус, но прочный бронепластик так просто было не пробить. Правда, всё может измениться, если стрелы поразят винты. Пришлось увеличить скорость.
  - Думаю что достаточно, - сказал Манцев. - Мы увидели что хотели. Хм... раньше они никогда не атаковали наши корабли. Похоже, ребята действительно прибыли сюда с дурными намерениями.
  - У вас имелись сомнения?
  - У меня была надежда. Очень не хочется ввязываться в войну, пока не решена проблема с Чужими.
  - А может быть, Шатуны напали именно потому, что существует эта проблема?
  - Что? Гм, об этом я как-то не подумал... Вполне возможно. Если так, то мы должны действовать очень быстро!
  
  Глава. 23. Крысиный гамбит.
  
  "Тот-Кого-Все-Знают выпрямился во весь свой исполинский рост и повернулся к растерявшемуся юному волшебнику.
  - Что Гарик, не ожидал встретить меня в Священной роще? - издевательски спросил он.
  Игорь машинально облизал мгновенно пересохшие губы и выставил перед собой раскрытый веер, подарок мудрой Силирии.
  - Я не боюсь тебя, порождение мрака!
  Тот зловеще захохотал.
  - Двоечник, неужели ты не знаешь, что ведьмины амулеты не работают на святой земле. Тебе ничто не поможет, жалкий червяк! Готовься принять мучительную смерть!
  - Мы победили тебя у Хрустального Гроба и в Запретной Келье, над Водопадом Фиолетовых Струй и в Чесучем Муравейнике! Ты проиграешь и сейчас!
  - Ты не только двоечник но и дурак, - с усмешкой сказал Тот, любовно поглаживая массивный золотой перстень надетый на указательный палец правой руки. - О, как долго я ждал момента, когда великий и непобедимый Игорь Горшков окажется один. Забыл, наверное, что раньше рядом с тобой всегда были друзья. Всегда, но только не сегодня!
  - Я и один справлюсь!
  - Не справишься. Будь здесь Маруся или Одинокий Ронин они смогли бы помочь. Но ты рассорился с ними, и теперь настала пора платить по счетам!
  - Так это был ты! - воскликнул внезапно прозревший Игорь.
  - Конечно я. Маруся никогда не писала той глупой записки, а Ронин не подсовывал кашляющего паука в твой ящик для обуви.
  - Ты... ты подлец! - выкрикнул юный волшебник, и предательская слезинка покатилась по щеке.
  - Конечно подлец. Ведь я как-никак Тёмный Лорд!
  Тот-Кого-Все-Знают зловеще захохотал и вскинул руку.
  - Вот и всё Гарик. Перстень Рубинового Глаза способен превратить тебя в пепел даже здесь. Жаль, что ты умрёшь и не увидишь, как мой гнев обрушится на Лицей. Я разрушу это мерзкое место, убью всех воспитанников и преподавателей, калебастов и домашних любимцев! О, как будет весело!
  Внезапно..."
  Яна отложила в сторону пухлый том, вылезла из кресла и подошла к огромному окну, откуда открывался отличный вид на парк. Несколько минут она любовалась рядами причудливо подстриженных деревьев, игрой разноцветных водяных струй изливающихся из хрустальных фонтанов, огромными цветочными клумбами, затем словно солнечный луч прошла сквозь стекло, и шагнула в пустоту. Горячий ласковый ветер подхватил её и повлёк к небесам. Стоящие внизу слуги почтительно склонялись при виде своей прекрасной повелительницы.
  Следует немного отдохнуть от чтения, тем более что к шестому тому серия стала явно выдыхаться. О том, что постоянные ссоры между закадычными друзьями вызваны кознями злобного Того-Кого-Все-Знают, Яна догадалась с первых же страниц и всё оставшееся время поражалась, как эта немудрёная истина не дошла до Игоря и умнички Маруси. Право, волшебники иногда бывают непроходимыми тупицами. Впрочем, в исходе финальной битвы девочка нисколько не сомневалась - злобный Лорд опять окажется, повержен, друзья помирятся, и обитатели Лицея смогут слегка передохнуть. До следующего тома конечно.
  Яна летела медленно, любуясь окрестностями. Парк закончился, уступив место золотым пшеничным полям и лугам, на которых паслись тучные стада. Аккуратные крестьяне в ярких праздничных одеждах весело трудились, собирая урожай. Когда девочка создавала королевство, она постаралась сделать его счастливым и приятным для глаза. Здесь никто не болел и не умирал. Не было войн и природных катаклизмов. Люди жили в достатке и всегда улыбались. Возможно, кому другому это место могло показаться скучным, но Яне очень нравилось своё беспроблемное государство, в которое она сбегала при каждом удобном случае.
  Существование в симбиозе с машиной не всегда ужасно, есть здесь и некоторые приятные стороны. К примеру, возможность создания воображаемой реальности неотличимой от настоящей жизни. Для пленницы, чьё сознание оказалось заключено в жестяную коробку это стало спасением от страха и одиночества. Строя собственный замок, разбивая сад полный чудесных диковин, Яна забывала о кошмарах окружающей действительности. В конце концов дошло до того что девочка даже начала путать правду с вымыслом всё чаще ощущая себя королевой которой иногда снятся кошмарные сны в которых она - бессловесная боевая машина на службе у таинственных пришельцев. Придуманный мир с каждым днём становился всё реальнее, и это было прекрасно. Однажды непонятно каким образом ей удалось затащить в свои грёзы Тимура и даже перекинуться с ним парой слов. Именно после этой беседы она начала всерьёз задумываться о побеге. Осталось только решить в какой именно из двух Миров следует сбежать. К счастью внезапное разоблачение избавило её от мук выбора.
  Громкий сигнал тревоги мгновенно разорвал на мелкие клочки синее небо и зелёную землю волшебного королевства. Яна вновь глядела сквозь оптические окуляры на заплесневевшие доски. Затем изображение сменилось - охранный маячок, закреплённый на крыше гаража засёк неладное и теперь спешил показать хозяйке объект своего беспокойства...
  
  "Фрам" мягко опустился на посадочную площадку.
  - Вот и дома! - Манцев поднялся с энергичным видом, боком протиснулся между креслами и сделал шаг к двери. Внезапно ожил мой коммуникатор.
  - Братик, ты не спишь? - голос Яны звенел от беспокойства.
  - Нет, не сплю. Что-то случилось?
  - Да. У меня гости появились.
  - Что? Чужие?
  - Нет, люди. Но какие-то странные. Копошатся неподалёку, мешок к балке привязывают.
  - Мешок?
  - Ага. Большой такой и, похоже, тяжёлый.
  - Ясно. Погоди немного. Илья, не уходите, пожалуйста.
  - Что случилось?
  Я в двух словах обрисовал ситуацию. Манцев нахмурился, вернулся на место, торопливо включил монитор, затем нажал несколько кнопок. На вспыхнувшем экране мы увидели человеческие фигуры в чёрных одеждах, скользящие среди ржавых балок.
  - Девочка, ты слышишь меня?
  - Да.
  - Покрути камеру, я хочу увидеть мешок.
  - Сейчас.
  Изображение сместилось в сторону, и мы действительно увидели внушительных размеров тюк, крепко прикрученный к одному из вертикальных опорных столбов.
  - Можешь определить что внутри?
  - Попробую.
  Тонкий как игла луч лазера упал на грубую ткань и заплясал, сканируя поверхность.
  - Внутри находится сыпучее вещество. Вес около пятидесяти килограммов.
  - Уверен, что на ткани остались частички этого вещества. Можешь провести спектральный анализ?
  - Да, конечно. Потерпите немного...
  Прошло несколько минут.
  - Готово. Сложная органическая формула. В моей базе данных нет информации.
  - Неважно, скинь сюда, посмотрю по справочнику... Так, тринитроцеллюлоза, интересно...
  - А если по-человечески, кэп? - взмолился я.
  - Пироксилин. Вещество, служащее основой для приготовления бездымного пороха.
  - Взрывчатка?
  - Верно. Кто-то минирует башню.
  Мы уставились друг на друга.
  - Что значит "минирует"? - поинтересовалась Таня.
  - Потом объясню, - ответил я, торопливо расстёгивая ремни безопасности. - Думаю нам пора вниз. Снимем этот мешочек.
  - Чтобы завалить Шпиль пятидесяти килограммов пироксилина мало, - озабоченно сказал Илья. - Башня строилась на века, тут нужно не меньше полутонны.
  Изображение вновь сместилось. В поле зрения телекамеры попал один из террористов. Парень с арбалетом в руках стоял в напряжённой позе, часто оглядываясь по сторонам.
  - Увеличь изображение, - попросил Илья.
  - Знакомый?
  - Нет. Видишь эмблему на правой стороне куртки? Яна, ещё ближе!
  - Очень похоже на крысу...
  - Правильно, крыса. Знак Грызунов.
  - Ничего себе! Что им нужно?.. Хотя, любопытное совпадение получается - все стражи Шпиля отозваны для отражения возможной атаки Шатунов, и Грызуны тут же начинают минировать башню.
  - Ты веришь в совпадения?
  - Нет. Да и откуда эти ребята смогли взять так много взрывчатки? Чтобы её приготовить требуется серьёзное производство...
  - Которое, несомненно, есть на гранд-островах. Браво Тимур, голова у тебя варит хорошо.
  - Их нужно остановить. Вы с нами?
  - Чуть погодя. Сначала свяжусь с Адамовым, пусть шлёт стражей на перехват, потом бластер в руки и вниз.
  - А "Фрам"?
  - Опасно стрелять плазмой рядом с башней. Можно серьёзно повредить конструкцию.
  - Значит только лазеры?
  - Только лазеры.
  - А чем воевать мне? - недовольно спросила Таня.
  - Кусай за крылья, у тебя хорошо получается.
  - Вот кто-то сейчас получит!
  - Ой, боюсь, боюсь... У вас не найдётся запасного бластера, Илья?
  Манцев озабоченно взглянул на нас и пожал плечами.
  - Мне бы не хотелось... - начал он.
  - Не ведите себя как девушка. Просто скажите, да или нет?
  - Да, - недовольно буркнул он. - Но учтите, если потеряете...
  - Придётся отрабатывать.
  - Жизни не хватит. Идёмте.
  Мы покинули "Фрам", прошли через мастерскую и вошли в небольшую комнату, судя по всему служившую хозяину дома рабочим кабинетом. Илья подошёл к сейфу, стоящему в углу, порылся в карманах, вытащил ключ и открыл замок. Внутри лежали бумаги, какие-то приборы и три бластера в крепких пластиковых кобурах. Один Манцев засунул себе подмышку, второй протянул Тане.
  - Возьми. Ты ведь умеешь стрелять из лучемёта?
  - Да, Тимур научил.
  - Тогда всё просто. Батарея заряжена полностью, её хватит примерно на две сотни выстрелов, следи за индикатором. Старайся бить по крыльям или в корпус - больше шансов что не промахнешься.
  - Спасибо. - Феечка вытащила оружие и взвесила в руке. - Тяжёлое.
  - Зато нет отдачи. Кобуру закрепи на поясе.
  Внешне, бластер напоминал пистолет "маузер", которым в древние времена вооружались элитные русские пехотинцы именуемые "комиссарами". Только ствол короче и толще да острые углы энергономично сглажены.
  - Учти Тимур, реактора в нём нет, для зарядки нужно вернуться обратно в мастерскую. Так что следи, чтоб она не палила впустую.
  - Всё понятно. Ладно, пора открыть сезон охоты на грызунов! Как освободитесь - присоединяйтесь.
  - Хорошо. Главное будьте осторожны, крысы - форменные отморозки.
  - Знаем, уже встречались.
  Мы выскочили из кабинета и бегом бросились наружу. Битва за Шпиль, началась!
  
  Глава. 24. Будни сапёра.
  
  Высокий парень, нервно сжимающий потными ладонями небольшой арбалет, судорожно сглотнул и повернулся к своему напарнику: худому как палка мужчине средних лет с колючим неприятным взглядом.
  - Бригадир, можно спросить?
  - Чего тебе? - недовольно ответил тот, машинально поглаживая кончик запального шнура.
  - А что в этом доме?
  - Ничего интересного. Хрень стоит какая-то неподъемная.
  - А может, посмотрим? Что-то мне здесь не нравится...
  - Заткнись дурак. Ведь говорил Трёхпалому, что не стоит брать молокососов!
  - Да я чо, я ничего... Просто скучно без дела стоять!
  - Что значит без дела?! Мы сигнала ждём.
  - Так, когда он ещё будет...
  - Закрой пасть и...
  Негромкий гул, донёсшийся из сарая, заставил его замолчать. Парнишка испуганно поднял арбалет.
  - Там кто-то есть! - почти закричал он.
  Глаза бригадира холодно блеснули. Он быстро выхватил из ножен узкий длинный клинок и бесшумно как тень скользнул вперёд. Его нервный напарник неуклюже двинулся, следом держа оружие наготове.
  Несколько секунд спустя грызуны уже стояли на площадке перед воротами. Бригадир внимательно осмотрел петли.
  - Дверь открывали совсем недавно. И замка нет...
  - Может там побывал кто-то из наших?
  - Не знаю. Сейчас откроем и поглядим.
  - А вдруг...
  - Не бзди, салага, - презрительно бросил старший и одним движением распахнул дверь.
  - Что это? - в изумлении воскликнул молокосос, глядя во все глаза на блестящую металлом поверхность.
  Бригадир с шумом втянул воздух сквозь стиснутые зубы и шагнул вперёд.
  - В первый раз вижу такое, - пробормотал он и кольнул остриём кинжала непонятный предмет.
  - Да он целиком из железа сделан! - благоговейно протянул его юный спутник. - Если отпилить хотя бы кусочек...
  - Это не железо, а сталь, причем первостатейная! - сказал старший грызун и провёл ладонью по гладкому холодному борту. Его глаза алчно заблестели. - Обычной пилы здесь будет мало, нужно...
  Рёв включившейся турбины заглушил диалог, по босым ногам злоумышленников ударила волна обжигающего горячего воздуха. В следующее мгновение "Валькирия" вынеслась из гаража как застоявшийся жеребёнок из стойла, смахнув по дороге обеих террористов-неудачников. Бригадир врезался спиной в стальную балку и с переломанным позвоночником начал неспешный полёт к поверхности планеты. Его товарищ, которому повезло несколько больше, застрял в паутине ржавой арматуры со сломанной ключицей.
  Десяток грызунов кружащих в воздухе недалеко от башни в ужасе разлетелись по сторонам при виде зеркального чудовища, затем принялись стрелять из арбалетов. Стрелы без толку отскакивали от корпуса. Неожиданно раздался громкий крик, после чего один из бандитов прожженный лазерным импульсом принялся безвольно падать вниз, раскинув руки. Я выстрелил ещё раз, промахнулся и заложил крутой вираж, чтобы погасить скорость. Таня промчалась мимо паля почти непрерывно. Ей удалось срезать двоих.
  - Угомонись! - быстро сказал я. - Не стреляй попусту... Привет сестрёнка!
  - "Привет!" - Яна сорвалась с места и подлетела к нам. - "Они раскрыли моё убежище. Пришлось вылезти наружу".
  - Понятно. Займись пока этими красавчиками. Только будь осторожна со стрельбой. Не попади в башню.
  - "Постараюсь. А вы куда?"
  - Надо снять взрывчатку. Ты можешь помочь её обнаружить?
  - "Сейчас"!
  "Валькирия" распахнула скрытый лючок, выпустив наружу несколько зеркальных шариков, которые деловито жужжа разошлись веером и, набирая скорость устремились к шпилю.
  - "Как только они что-нибудь найдут, я вам скажу".
  - Спасибо. Пошли Таня, снимем пока тюк около гаража.
  Мы скользнули к башне, сложили крылья и, прыгая с балки на балку, поспешили к цели. Взрывчатку никто не охранял благодаря решительным действиям Яны. Таня первой подобралась к туго набитому мешку и, вытащив нож, перерезала верёвки. Я подхватил увесистую добычу, затем выдернул детонатор и внимательно его осмотрел. Он выглядел очень примитивно - плотно забитая порохом трубка из застывшей смолы, от которой тянулся запальный шнур длиной около метра. Дёшево и сердито.
  - "Ребята, мои птички нашли мину" - быстро сказала Яна. - Она висит тринадцатью метрами выше, почти над самыми вашими головами".
  - Я пошла, - быстро сказала Таня. - Тим выброси эту гадость и присоединяйся!
  - Хорошо. - Я взвалил тюк на плечо и поспешил прочь. Взрывчатку следовало выкинуть подальше от основания башни, помня о неприятной любви пироксилина к самовоспламенению. Минуту спустя крылья раскрылись навстречу ветру. Грызунов поблизости к счастью не было - "Валькирия" неплохо зачистила местность. Отлетев от шпиля метров на сто, я разжал пальцы, и опасный груз бесшумно ухнул в Бездну.
  - Ну что, Яна, нашла ещё подарки?
  - "Да, целых две штуки".
  - Веди.
  - "Возвращайся обратно и спустись метров на десять, немного забирая вправо. Она прикручена к внутреннему опорному столбу, не пропустишь. Учти, её охраняют трое".
  - Понял. Танюш, как у тебя?
  - Порядок, там был всего один охранник. Я ему прожгла крыло, и он сбежал. Сейчас выкину и займусь следующей.
  - Понял.
  Я вернулся к башне, двигаясь в указанном направлении. Вцепился пальцами в ржавую стальную перекладину бросил тело вперёд, приземлился на широкую балку и сразу увидел тех, кого искал. Два "грызуна" сидели на корточках около большого тюка, третий с луком в руке стоял на страже. Заметив меня он нервно рванул стрелу из колчана... и пробитый навылет с коротким криком полетел вниз. Его товарищи кинулись вперед, но я не собирался давать им ни единого шанса. Два выстрела - промахнуться с такого расстояния невозможно и вот мой нож уже разрезает верёвки.
  - Что там у вас происходит? - возник в коммуникаторе встревоженный голос Манцева.
  - Зажигаем вовсю. Вернее они зажигают, а мы тушим, - сквозь зубы пробормотал я, стартуя со своим опасным грузом, прочь от башни. - А как у вас?
  - Лечу на помощь. И не один, со мной три десятка Стражей.
  - Крылов с вами?
  - Конечно, куда он денется. Ругается так, что облака краснеют.
  - На кого?
  - На дожей конечно. Он с самого начала был против того чтобы снимать охрану башни.
  - Я выбросила ещё один мешок! - вклинился в нашу беседу взволнованный голос Тани. - Около него никого не было, но шнур уже горел.
  - Дело дрянь. Яна, нашла ещё что?
  - Да. Один рядом с тобой. Но торопись они, похоже, поджигают запал.
  - Понял! - я выкинул добычу и круто развернулся. - Веди!
  Мне повезло успеть в самый последний момент. Шнур почти догорел, пришлось вырвать детонатор целиком и кидать вниз. Он пролетел метров шесть и взорвался. Острый как стекло осколок вонзился в правую икру. Не тратя время на удаление мины я просто распорол мешок ножом и поспешил назад.
  - Где следующий?
  - "Недалеко от тебя но... Уходи! Немедленно уходи он сейчас взорвётся"!
  - Понял!
  Я прыгнул в пустоту, расправил крылья и пулей помчался прочь.
  Грохот взрыва ударил по ушам, резануло острой болью, в левом крыле появилась прореха. Меня швырнуло в сторону, завертело волчком. Кусок дерева весьма ощутимо ударил в плечо. Мимо промчались обломки, каждый из которых был способен превратить моё тело в мешок набитый переломанными костями. Только полминуты спустя я понял, что остался жив.
  - Тимур! Тимушка! Ответь! - перепуганный голос рвал барабанные перепонки.
  - Всё в порядке, солнышко!
  Послышался гул, рядом затормозила сверкающая "Валькирия". Щелчок и наружу выдвинулась короткая стыковочная ферма.
  - Цепляйся и полетели!
  - Спасибо сестричка, - пробормотал я, хватаясь обеими руками за холодный металл. Голова гудела словно колокол.
  Второй взрыв прогремел, когда мы поднялись вверх метров на сто.
  - Да что же они творят! Яна сколько ещё осталось зарядов?
  - Вижу два.
  - Их запалили?
  - Пока нет.
  - Хорошо.
  Я отцепился, зашипел от боли в раненом крыле и помчался к башне. Рядом появилась Таня. Девушка испугано всхлипывала но, похоже, вид моего в целом невредимого тела произвел на феечку благоприятное впечатление.
  - Тимушка может, не будем больше рисковать? - жалобно спросила она.
  - Да всё в порядке милая. Ну, поцарапало немного, с кем не бывает. Илья, где вы там? Мы уже начинаем скучать.
  - Дерёмся, - лаконично ответил учёный. - Грызуны и их приятели с гранд-островов пошли на перехват. А как у вас?
  - Сами, наверное, слышали... Ладно, давайте скорее...
  Мы подлетели к башне, а дальше всё смешалось, в памяти остались только рваные яркие картинки, словно куски плохо смонтированного фильма. Арбалетная стрела вспарывает воздух над плечом. Боль. Пробито правое крыло. Люблю симметрию. Таня стреляет. Короткий предсмертный крик. Сталь балки больно бьёт по ступням. Рывок вперёд. Грызун пытается сбить с ног ударом разряженного арбалета. Прозаично бью кулаком в живот, затем ломаю челюсть ударом колена. Прости парень, ничего личного. Его приятель торопливо лупит кремнём по кресалу, поминутно оглядываясь через плечо. Опоздал, дурак, быстрее нужно шевелиться. Таня стреляет вновь, мимо пролетает безжизненное тело. Да ей не фермершей нужно было быть, а сразу идти в спецназ... Поджигатель понимает, что не успевает и вскакивает на ноги. Правильно, умирать нужно стоя, а не на коленях! Прощай бедняга, ты выбрал не ту сторону. Детонатор прочь, нож вспарывает мешковину. Плотные светло-коричневые хлопья потоком высыпаются наружу. По дороге ветер развеет их словно облако осенних листьев. Со стороны, наверное, будет выглядеть очень красиво... Что? На пятнадцать метров влево и вниз? Понял, пошли. Таня, не спи...
  Мы карабкаемся, словно две обезьянки. Мина под нами и вокруг никого нет. Это может означать только одно... А вот и запальный шнур. Красиво горит, собака. И быстро. Очень быстро. Не успеем... Я разжимаю пальцы и падаю, вниз ударяясь обо все встречные балки. - "Мишки очень любят мёд"... Приземляюсь. Всё-таки низкая сила тяжести благословенная вещь, у меня нет ни одного перелома. От шнура остался огрызок длиной сантиметра три. Сжимаю огонь пальцами. Больно, но терпеть можно. Всё, потух. Вытаскиваю нож, вспарываю мешковину, отбрасываю детонатор в сторону. Вот теперь действительно всё... Ещё один? Где? Понял, сейчас будем...
  Когда Манцев с Крыловым, наконец, нашли нас, мы сидели, рядышком свесив ножки вниз. Таня, сосредоточенно сопя, зашивала мне крыло, а я морщился от боли всякий раз, когда кривая игла вонзалась в плотную кожу. Рядом висела "Валькирия" и звонкий Янкин голос старательно выводил куплеты очередной жизнеутверждающей песни:
  
   Ты просто отряхнёшь ногой комок земли,
   Не зная до сих пор что, мы здесь полегли,
   Мы спим здесь много лет, и черви нас съедят,
   А наши черепа в коробочках хранят.
  
   У каждого свой рок, у каждого свой след,
   Но рок наш так жесток, а милосердья нет,
   Мы, вынырнув из тьмы, туда нырнули вновь,
   А кое-кто унёс на пальцах нашу кровь.
  
   Но этот "кое-кто" туда же в тьму уйдёт
   И вот тогда-то там настанет наш черёд...(1)
  
  - Вот вы где, - с облегчением сказал Илья. - Почему не отвечали?
  - Голова разболелась, решили немного отдохнуть, - вяло ответил я.
  - Ну-ну, - протянул учёный и повернулся к феечке. - Тебе помочь?
  - Сама справлюсь, - беспечно отозвалась та. - У меня в этом деле большой опыт. Мы с сестрой постоянно рвали крылья друг другу, когда были мелкими.
  - Как знаешь.
  Крылов опустился на балку и сделал шаг к нам.
  - Спасибо, - коротко сказал он. - Весь город у вас в долгу. На самом деле это наша работа но раз так получилось... Не знаю что скажут эти надутые индюки, - он мотнул головой куда-то вверх, - но что касается Стражей, знайте: теперь вы одни из нас.
  Не дожидаясь ответа, он склонил голову, потом развернулся и прыгнул вниз. Секунду спустя его голос загрохотал, словно горный обвал - у стражей за время их короткого отсутствия накопилось много работы, следовало торопиться.
  - Слова командира Стражей дорого стоят, - заметил Манцев. - Хорошо иметь таких сильных друзей.
  - Что наверху?
  - Когда мы пошли вам на помощь, три большие группы Шатунов формировались ввиду города.
  - Интересно, как они отреагируют, узнав, что их хитроумный план с треском провалился?
  - Надеюсь, возьмутся за ум и начнут переговоры...
  Прерывистый тревожный звук, приглушённый расстоянием раздался где-то высоко над головами. Лицо Ильи исказилось.
  - Ревуны службы гражданской обороны! - бросил он. - Вот и ответ, похоже, наши гости решили проверить на прочность защиту города. Нужно лететь. Вы со мной?
  - Да, - ответил я поднимаясь.
  - Я не успела зашить до конца! - воскликнула Таня.
  - Ерунда, дырки в крыльях это так стильно!
  
  (1) Фрагмент песни Светланы Гавриловой "Эпитафия".
  
  Глава 25. В огне брода нет.
  
  Таня стояла, пошатываясь, крепко вцепившись пальцами ног в неровную трибаксовую крышу. Внезапно она наклонилась вперёд, и её вырвало полупереваренным обедом. Я отвернулся, чувствуя что, вот-вот последую примеру подруги.
  - Что это? - хрипло спросила она, вытирая рот тыльной стороной ладони. - Вроде продукты были свежие.
  - Надышалась дыма.
  - Да? - она сделала шаг в сторону, потом внимательно стала рассматривать свои чёрные от копоти руки, покрытые волдырями ожогов. - А ничего цвет. Главное что на краску денег тратить не надо.
  - Верно, во всём нужно искать позитив. Впрочем, твой выходной костюм можно смело пускать на половые тряпки. Или добавив ещё немного дырок использовать как сеть для ловли птичек.
  - Плевать, - отмахнулась Таня, потом посмотрела в сторону уродливого провала на месте, которого ещё совсем недавно находился остров. - Мы так и не узнали, какого цвета у неё крылья...
  Я подошёл ближе и осторожно, чтобы не задеть свежие ожоги обнял за плечи. Слов не было. Была горечь и скорбь. Всегда больно смотреть на руины собственного дома, а здесь даже и их не осталось.
  - Я им этого никогда не прощу, - зло сказала Таня и с ненавистью посмотрела вверх, туда, где виднелись исполинские туши трёх гранд-островов. - Возьму у Ильи пушку и сожгу к чертям!
  - Успокойся...
  - Нет! Баба Поля была самым добрым человеком, а Тигра самой лучшей кошкой на свете! За что их убили?! Что они им сделали плохого?!
  - Мы тоже убили многих. Гораздо больше, чем нужно, - горько сказал я.
  - Ерунда, мне их не жаль! - выкрикнула Таня и внезапно заплакала. Моё сердце сжалось от боли. Феечка была слишком чистым человеком, до сих пор верящим в справедливость и доброту, потому жуткие события сегодняшнего дня ударили по ней с удесятерённой силой, погрузив в пучину безнадёжного отчаяния.
  - Всё будет хорошо, - шептал я, ласково гладя её по голове, чувствуя как под ладонью, крошатся и ломаются опалённые огнём волосы. - Тебе сейчас кажется что, всё кончено, что прошлая жизнь никогда не вернётся, но это не так. Мы пойдём дальше навстречу новым радостям и горестям, а нынешние беды уйдут во тьму, постепенно затягиваясь, словно раны.
  - От ран остаются шрамы!
  - Ерунда. Знаешь сколько у меня этих шрамов. И ничего. Всё будет хорошо. Тебе просто нужно отдохнуть. Сон как вода смывает грязь и копоть ненужных воспоминаний.
  - Я не смогу заснуть, всё тело болит.
  - Да уж, досталось тебе. Давай найдём Илью, возможно у него есть мазь от ожогов и обезболивающее. Надеюсь, он не откажет нам в такой малой просьбе. Сможешь взлететь?
  - Нет у меня сил. Если хочешь, то лети, а я останусь здесь.
  Таня со стоном опустилась ничком, вытянулась и уткнулась лицом в жёсткие стебли трибакса.
  
  Когда мы, бросив Стражей расхлёбывать последствия неудачного теракта, поднялись до уровня островов, я просто не поверил глазам. В небе кипел бой. Мне ещё никогда не доводилось видеть такое количество крылатых людей кружащих в воздухе. А если учесть что эти люди не просто так летали, а усиленно мутузили друг друга, зрелище получилось просто феерическим.
  Какое-нибудь понятие боевого построения отсутствовало напрочь. Возможно, изначально две армии ещё соблюдали строй, но сейчас Шатуны и защитники Шпиля перемешались так, что управление сражением стало невозможно и это пугало больше всего. Никаких тактических приёмов - внезапных ударов, ложного отступления и прочего в том же духе, а просто тупая мясорубка, когда каждый дерётся сам за себя. Горожан было больше, зато агрессоры были лучше вооружены и обучены.
  Основой наших вооружённых сил (если их можно так назвать) составляли ополченцы. Любой обитатель столицы, имеющий крылья и крепкое здоровье автоматически записывался в ополчение и приносил присягу. Я тоже прошёл эту несложную процедуру, когда получал вид на жительство. Равенство полов здесь было полное - священная обязанность защищать Родину распространялась как на мужчин, так и на женщин. Раз в цикл в городе устраивался День Защитника, когда ополченцы собирались на квартальных опорных пунктах, получали оружие и под присмотром наставников обучались основам ратного дела. Понятно, что в теории это выглядело гораздо лучше, чем на практике. Само оружие - пики и луки, учебные стрелы которых в целях экономии делались из стеблей трибакса, были скверного качества, а уровень подготовки наставников мало отличался от уровня курсантов. Тем не менее, некоторое представление о поведении в бою ополченцы всё же получали.
  Помимо серой массы ополчения в городе имелось некоторое количество национальных гвардейцев. Будучи добровольцами они не получали денег за службу и занимались военным делом в свободное от работы время ради кой-каких налоговых послаблений и самоутверждения в глазах окружающих. Боевой потенциал этих отрядов был немного выше, тренировки проходили чаще и более-менее регулярно. Во время Дня Защитника именно гвардейцы служили инструкторами, получая уникальный шанс вдоволь покомандовать роднёй и соседями. В случае мобилизации они ставились во главе ополченческих отделений взводов и рот.
  За время существования Шпиля мобилизация проходила трижды. Первый раз в период короткой, но кровавой войны с Шатунами, второй раз во время внезапного налёта восьми дикарских островов получившего название "Атака безумцев" и, наконец, сегодня.
  Похоже, что вражеские командиры, своевременно получив известие о провале операции "Пироксилин" поспешили перейти к плану "Б" введя в бой специальные отряды стрелков-огнемётчиков, вооруженных огромными луками в полтора человеческих роста и привязанных к ступням крепкими кожаными ремнями. Тетиву у них натягивали обеими руками, а толстые, длинные стрелы были способны прошить человека насквозь, словно булавка бабочку. Правда, целиться из такого оружия достаточно сложно ведь стрелки могли бить только по врагам находящимся под собственными ногами, зато по островам они палили не промахиваясь.
  Огненные стрелы делались из поющей травы - растения напоминающего обычный бамбук. Полые стебли имели прочные стенки и в срезанном виде выглядели как обыкновенные трубки. Их выпрямляли, затачивали и привязывали пропитанную маслом паклю сразу под оперением. Перед выстрелом паклю поджигали. Стрела, глубоко вонзившись в почву обречённого острова, пробивала газовый мешок. Водород, находящийся под давлением выталкивал земляную пробку, образовавшуюся внутри трубки, и начинал с шумом выходить наружу. Смешавшись с воздухом, он, вспыхивал от горящей пакли, после чего превращался в небольшой огненный гейзер поджигающий всё вокруг. Пара десятков таких "гейзеров" была способна поджечь любой остров. Таким образом, огненные стрелы здесь являлись воистину "оружием Судного Дня".
  Пока ополченцы медленно отжимали толпу шатунов прочь от города, поднимаясь, всё выше, огненные стрелки скользнули в образовавшийся разрыв и дружно взялись за дело. На их перехват рванулись оставленные в резерве наиболее боеспособные части Национальной Гвардии, гаишники и дружины дожей. Между ними и отрядами тяжеловооружённых бойцов прикрытия закипела отчаянная схватка, что дало возможность стрелкам безнаказанно поражать неподвижные острова. Следом за стрелами вниз полетели пироксилиновые бомбы, после чего вся западная часть города скрылась в огненном вихре.
  Появились флайеры дожей. Лишённые вооружения они, не вступая в общую свалку, оттаскивали пылающие острова при помощи железных крюков закреплённых на длинных цепях. Отчаянные пожарники рубили канаты, скрепляющие острова между собой и, пробив копьями газовые мешки, "топили" поражённых гигантов. Те безмолвно уходили навстречу бездне, словно смертельно раненные корабли с открытыми кингстонами.
  При виде происходящего безумия, нами овладело сначала отчаяние, затем дикая ненависть. Не сговариваясь, мы с Таней рванулись в самую гущу схватки, и с яростью берсерков принялись отстреливать огнемётчиков, не считая заряды, быстро потеряв друг друга в кровавой карусели. Взрывы гремели практически непрерывно, огненный смерч пожирал острова один за другим словно голодный зверь и в какой-то момент, мне заблудившемуся в густых клубах дыма пришло в голову, что всё кончено.
  - Яна, сестрёнка, ты меня слышишь? - задыхаясь, прокашлял я.
  - "Да, братик. Что там у вас происходит?"
  - Это конец, города больше нет! Жги их! Жги их всех, они должны ответить... Отомсти за нас!
  - "Держись, иду на помощь"!
  - Отставить помощь, всё равно не успеешь! Жги их чёртовы острова!
  - "Поняла, но..."
  - Действуй! - я замолчал не в силах больше вымолвить ни слова. Мимо меня вниз, пылая словно гигантский погребальный костёр, проплыл погибающий остров. Яростно работая крыльями, я ушёл в сторону, пытаясь спастись от непереносимого жара. Горящие лёгкие требовали кислорода, но вокруг был только дым.
  - "Вот и всё, - пронеслась неожиданно спокойная мысль. - Теперь действительно конец"... - внезапно в лицо ударил солнечный свет и я, отчаянно кашляя и почти ничего не видя сожжёнными дымом глазами, вырвался наружу.
  - Таня, ты как? Жива?
  - Жива, только... Получи гадёныш!.. Извини это я не тебе... Ты где?
  - Рядом, - я оторвал от рубашки лоскут, смочил водой из фляги и протёр горящие глаза. Стало немного легче.
  - Тимур, Таня, вы живы? - голос Ильи дрожал от волнения. - Я только что получил приказ расстрелять гранд-острова! Ужас конечно, но делать действительно больше нечего. Пробивайтесь к мастерской, если сможете.
  - Опоздали, слюнтяи! Переговорщики хреновы! - рявкнул я. - Лучше займитесь тушением пожаров, я уже приказал всё что нужно!
  - Но...
  - Делай, что тебе говорят!
  Сверкающая металлом звёздочка пронеслась в вышине, и над одним из гранд-островов вспыхнуло пламя. Пушки "Валькирии" это вам не подствольная пукалка - двойная очередь буквально разрубила гиганта пополам. По измученным глазам ударила яркая вспышка, затмившая на мгновение солнце.
  - Так их, так! - шептали мои пересохшие губы. Сейчас я не думал о сотнях несчастных, для которых эта вспышка положила конец всему. Они напали первыми, презрев договоры и честь. Следовательно, им нет, и не будет прощения.
  Безжалостная "Валькирия" ещё дважды прошлась над обречённым островом, поливая его плазмой. Никакие огненные стрелы, никакие пироксилиновые гранаты не смогли бы причинить такие жуткие разрушения за столь короткое время.
  - "С одним закончила, - лаконично сказала Яна. - Продолжать?"
  - Да.
  - "Есть командир!"
  - Яна постой может, они остановятся... - умоляюще попросил Манцев.
  - "Простите Илья, но я подчиняюсь только приказам Тимура".
  - Тимур!
  - Мы должны закончить то, что начали! Иначе городу конец! Действуй сестрёнка!
  - Это будет бойня! - не сдавался Илья.
  - А сейчас мы что, в салочки играем?! Давай, не медли!
  Манцев замолчал. Я жадно смотрел как далёкая "Валькирия" несётся к следующему острову. В отличие от добряка-учёного маниакально уверенного в том, что всегда можно договориться я был уверен, что единственный способ остановить битву и спасти гибнущий город это вселить в сердца Шатунов ледяной страх, всеобъемлющее понимание - если продолжать веселье и дальше, не выживет никто... Тут мимо пронёсся небольшой отряд огнемётчиков, после чего мне стало не до размышлений.
  Счётчик выстрелов застыл на цифре пять, когда Яна сообщила что, второй гранд-остров отправлен вслед за первым.
  - "Мне продолжать?" - словно мимоходом поинтересовалась она.
  - Нет, подождём. Посмотрим на их реакцию.
  Чёрт побери, реакция последовала почти незамедлительно. Тугой клубок сцепившихся горожан и шатунов стал редеть и рассыпаться. Агрессоры спешно уходили к своим домам, наверное, только сейчас осознав, что в случае чего, возвращаться будет некуда. В свою очередь наши защитники, увидев пылающий Шпиль, ринулись помогать тушить пожары. Немногочисленные оставшиеся в живых огнемётчики растратившие боеприпасы, ласточками неслись прочь. Их никто не преследовал.
  
  С костяным крюком в руках я спикировал к крыше дома, зацепил им сразу две связки трибакса и посмотрел на Таню, которая занималась тем же в полуметре от меня.
  - Готово! - кивнула она, поймав мой взгляд.
  Я взмахнул рукой и наши помощники, висящие над головами двумя небольшими группами, дружно потянули за верёвки. Раздался громкий треск - крыша, изо всех сил сопротивлявшаяся насилию поддалась, в ней образовалась дыра весьма приличных размеров. Сложив крылья, мы спрыгнули вниз прямо на удачно подвернувшийся стол. Нужно было спешить - одна из стен дома уже горела, следовательно, жить ему оставались считанные минуты.
  Оказавшись внизу, Таня рванулась к закрытой двери боковой комнаты, я же быстро оглядел помещение, решая, откуда начинать поиски. Так, под столом никого нет, под стульями тоже. Кровать слишком низкая, под ней не спрятаться и мышонку. Значит, шкаф... Небольшое количество мебели в здешних домах играло на руку, делая поиски достаточно простым делом. Плетёная дверца шкафа отлетела в сторону, и я увидел двух малышей не старше шести циклов, забившихся в угол. Они сидели, крепко обняв друг друга и, похоже, были напуганы настолько, что не могли даже пикнуть.
  Резко схватив их на руки, я одним прыжком заскочил на стол и посмотрел в дыру.
  - Берите скорее! Не спите! - треск пламени стал совсем громким, правая стена дома горела во всю.
  Лежащие на краю дыры помощники подхватили детей и утянули наверх.
  - Тимур мне нужна помощь! - прозвучал в наушнике взволнованный Танин голос.
  Я спрыгнул на пол и нырнул в дверной проём. Девушка стояла, нагнувшись над низкой кроватью на которой лежала пожилая женщина с белым, как мел лицом.
  - Что с ней?
  - Больные крылья. Не может летать!
  - Давай, я за руки, ты за ноги!
  Женщина была, похоже, не в себе и даже попыталась протестовать, но нам было не до выяснения отношений. Мы бесцеремонно проволокли ее, словно куль с мукой и пропихнули в дыру.
  - Уходите! - громко крикнул Юра, один из добровольных спасателей, - Крыша горит!
  Половина дома уже пылала, счёт шёл на секунды и мы, не теряя времени, выбрались наружу. Два летуна, яростно работая крыльями, уносили спасённую женщину к висящему неподалёку грузовому флайеру с открытым кузовом, прозванному за свою характерную форму "галошей". К нам подлетел квартальный староста в прожжённой до дыр одежде.
  - В соседнем доме три нелетающих ребёнка и их прабабка. Дверь заперта изнутри, на все требования открыть, старуха только ругается и кричит, что не впустит всяких там воров и насильников! - торопливо выпалил он.
  - Ясно, полетели ребята... О, Илья вы проходите как раз над нами! Спуститесь и помогите разобрать крышу!
  - Сейчас! - "Фрам" действительно пролетавший в этот момент, над нашими головами начал быстро снижаться. Мы переглянулись и помчались выручать боящуюся насильников бабку...
  
  Работа была адская в прямом и переносном смысле, жарко было как в аду. Мы, рискуя сжечь крылья, как бабочки на огонь пикировали к очередному обречённому дому и проникали внутрь в поисках бескрылых детей и неспособных летать стариков. Не знаю, скольких бедняг нам с Таней удалось спасти в этот слишком затянувшийся день. Иногда на помощь приходил "Фрам" или один из флайеров дожей, тогда становилось чуть легче. Илья отчаянно рисковал, кидаясь в самое пекло, не обращая внимания на пламя. Днище кораблика почернело и обгорело, но это не могло остановить нашего друга. Несколько раз Яна порывалась, бросив всё присоединиться к спасательной операции, но всякий раз я останавливал её и "Валькирия" продолжала нарезать круги над уцелевшими гранд-островами вселяя ужас в сердца Шатунов.
  Всему рано или поздно приходит конец. Пришёл финал и глобальному пожару. В небо ещё поднимались несколько столбов дыма, но то были уже последки, остатки былой роскоши. Я и Таня настолько выдохлись, что практически не могли держаться в воздухе, каждый взмах крыльев причинял нестерпимую боль. Тем не менее, мы решили навестить дом и узнать всё ли в порядке у Полины Викторовны и Тигры. Впрочем, можно было не спешить. Нашего дома больше не было...
  
  Я сидел рядом с Таней, изо всех сил пытаясь не отрубиться. Мне только что удалось поговорить с Ильей, он пообещал забрать нас как можно быстрее. Хорошо когда рядом есть друг готовый в любой момент прийти на помощь. Яна по-прежнему пугала врагов своим внешним видом явно получая большое удовольствие от процесса. Отлично, пусть развлечётся, это всяко лучше, чем читать глупые книжки для умственно-отсталых детишек. Пожары, похоже, потушили все, во всяком случае, больше не было видно ни одного столба дыма. Ветер унёс гарь и копоть, воздух очистился, и я с наслаждением упивался свежестью словно узник, вырвавшийся на свободу из зловонного каменного мешка.
  Внезапно послышался шелест маленьких крыльев, затем что-то лёгкое ударилось в плечо. Я резко повернулся и вскрикнул от боли, когда острые как иголки коготки впились в грудь. Тигра с ног до головы была перемазана сажей, шёрстка на правом боку оказалась опалена до кожи, исчезли роскошные усы. Более несчастного и жалкого существа придумать было трудно. Зато у неё появились крылья. Полупрозрачные, изумрудно-зелёного цвета, словно молодые листья они были прекрасны. Уткнувшись носом мне подмышку несчастная кроха заплакала, жалуясь на несправедливость жизни. Я осторожно гладил её неповреждённый бочок, чувствуя как под рукой, бьётся маленькое храброе сердце...
  
  Глава 26. Долгожданные переговоры.
  
  Вечное солнце заливало жаркими лучами Зал Совета сквозь полуразрушенную крышу, демонстрируя всем желающим закопченные стены, обвалившуюся лепнину, обгоревшие картины в покореженных рамах. Пахло гарью, свежим деревом и краской - бригада ремонтников наводившая порядок покинула зал буквально за несколько минут до начала экстренного заседания правительства. Уцелевшие дожи сидели в креслах и хмуро разглядывали представителей Шатунов прибывших для проведения переговоров, изредка бросая озадаченные взгляды на Таню, которая что-то шёпотом выговаривала перебинтованной и потому очень недовольной Тигре. За всё время существования Конклава домашние животные ни разу не допускались на заседания, но возразить не рискнул никто. Ничего удивительно, ведь мы неожиданно для всех и в первую очередь для самих себя, стали самыми влиятельными людьми в городе. Наш основной аргумент, после заправки и короткого отдыха вновь бороздил небеса, держа под прицелом плазменных пушек гранд-острова агрессоров. Понятно, что никто из присутствующих не хотел идти на конфронтацию по такому пустяку особенно, после того как Илья доходчиво объяснил что мятежная "Валькирия" подчиняется только моим непосредственным приказам. Впрочем, недавняя бойня надолго отбила у дожей желание бесцельно толочь воду в ступе. Чудовищный пожар уничтожил треть столицы и нанёс колоссальный ущерб, как простым горожанам, так и финансовым магнатам. Подозреваю, что кое-кто из присутствующих в самое ближайшее время будет вынужден отправиться на улицу искать работу, чтобы банально не умереть от голода.
  Представителей Шатунов было двое. Не знаю, специально подобрали такую контрастную пару или это была случайность. Первый посланец оказался огромным как гризли лохматым мужиком в совершенно фантастическом костюме сшитым из разномастных кожаных лоскутков. Чёрная шевелюра окружала массивную голову, словно неровно подстриженный куст, а бороды хватило бы на изготовление нескольких элегантных придверных ковриков. Зато его спутница была хрупкой пожилой женщиной, худенькой и маленькой словно ребёнок, едва достающей бородачу до пояса.
  Дож Руслан Адамов занимавший в правительстве должность руководителя Службы Порядка, дважды стукнул деревянным председательским молоточком.
  - Довожу до сведения присутствующих, что в связи с безвременной кончиной спикера Конклава, уважаемого Сергея Мироновича, я согласно регламенту временно принимаю его функции на себя. Сразу хочу предупредить, что не потерплю пустой болтовни и пространных разговоров ни о чём. Мы только что пережили самый страшный кризис в истории, но основные трудности ещё впереди. Так что коллеги, будьте благоразумны и давайте начнём работать, забыв хотя бы на время о распрях и личной вражде, тем более что угроза уничтожения никуда не исчезла.
  В рядах дожей возникло небольшое оживление, но возражать никто не решился. Опасность ситуации понимали все. Я внимательно оглядел их и пересчитал. Шестнадцать человек. А было двадцать три... Пятеро погибли, двое лежат с тяжёлыми ранами, ещё неизвестно выживут или нет.
  - Итак, начнём. Прибывшие сюда представители Ша... гм, Повелителей Ветра имеют все полномочия, чтобы вести переговоры о перемирии. Надеюсь, ни у кого нет возражений?
  - Почему о перемирии, а не о капитуляции? - резко спросил перебинтованный как мумия дож. - После всего, что учинили эти субъекты, разговоры о перемирии являются неуважением к памяти павших!
  - Верно! - поддержали его сразу с двух мест. - Пусть сдаются, тогда и поговорим!
  - Вы забываете, - громко сказал лохматый шатун, - что мы в любой момент можем повторить, только на сей раз огненными стрелами будут вооружены все от сопляков до стариков! Их не сможет остановить даже адская машина, что кружит сейчас в небе. Просто не успеет!
  - Но вы понимаете, что это полное уничтожение? - тихо спросил Адамов. - Погибнут все и наши и ваши, а немногим уцелевшим будет не до мести?
  - Честь превыше всего!
  - Вы ещё смеете говорить о чести! - взорвался обычно невозмутимый как скала дож Пирин. - Вы атаковали нас, наплевав на договоры и пакты! Атаковали предательски, исподтишка, используя для своих целей подонков и убийц! Что мы вам сделали?
  - Сами знаете что! - шатун вскочил с места и зарычал, потрясая кулаками. - Моя земля! Мой город, моя жена и дети погибли! У них не было ни единого шанса спастись, когда прилетели ваши дьявольские машины. Видит Небо, не мы начали это войну!..
  - Успокойтесь Алексей! - сказала его спутница и повернулась к нам. - Прошу простить моего друга, он немного возбуждён. Мне кажется, вы не совсем правильно поняли смысл нашего посольства. Мы вовсе не собираемся просить мира или капитуляции.
  - Зачем же тогда вы здесь? - холодно спросил Адамов. - Тянуть время?
  - Нет. Прежде чем возобновится бой, мой народ хотел бы знать причину, по которой вы уничтожаете наши города. Зачем вы на это пошли?
  - Простите Ольга, но вы обвиняете нас в преступлениях, которые мы не совершали...
  - Не совершали? Грязная ложь! И доказательством тому служит зеркальное чудовище! Не знаю, как вам удалось построить такой сложный механизм, но клянусь, он нас не остановит!
  Изумлённый гул был ей ответом. Руслан несколько раз стукнул молотком и, пристально глядя в глаза собеседнице, хрипло спросил:
  - Значит, вы утверждаете, что Шпиль напал на ваши города?
  - Да, и сжёг четыре острова. Мы последние. После того как окончится сегодняшняя битва, под небом не останется ни одного Повелителя Ветра. Но и ваш гнусный притон будет сожжён дотла, обещаю!
  Адамов растерянно посмотрел на Манцева.
  - Ты что-нибудь понимаешь, Илья?
  - Разумеется, - сухо ответил учёный. - Случилось то, о чём я предупреждал тебя и чему ты отказывался верить. В отличие от Шпиля, Шатуны абсолютно независимы, что понятно совсем не устраивает наших инопланетных гостей. А они всегда уничтожают тех, кто мешает.
  Спикер коротко выругался и яростно стиснул подлокотник кресла.
  - Чёрт знает что! - проговорил он. - И как нам быть?
  - Попытаться убедить присутствующих здесь представителей народа Повелителей Ветра решивших устроить массовый суицид, что мы им не враги.
  - Убедить кого? Этого дуболома Герасимова или Ольгу Римскую известную всем своим ослиным упрямством? Шатуны знали, кого назначить послами!
  - Прекратите говорить так, словно нас тут нет! - воскликнула Ольга. - Или вы хотите сорвать переговоры?
  - Переговоры? - тонко улыбнулся Илья. - Пока мы слышим только угрозы. Не хочу показаться занудным, но руганью дипломатические вопросы не решаются.
  - Я вас не знаю, - холодно сказала госпожа Римская. - Не будете ли вы так любезны, назвать своё имя и должность?
  - Тайный советник Манцев к вашим услугам. Прибыл на Арамиль с планеты Терра более шести циклов назад.
  - Что? - Ольга впилась взглядом в лицо учёного. - Вы надеюсь, шутите?
  - Нет, - беспечно ответил тот.
  - Но каким образом? Это же невозможно!
  - А как сюда добрались ваши предки? По железной дороге? Прошу прощения вы, наверное, даже не знаете что это такое. Разумеется через портал.
  - Я вам не верю!
  - Ваше право. Но реальность никаким образом не зависит от веры или неверия отдельных личностей. Портал существует и тому есть ряд убедительных доказательств. К примеру, присутствующий здесь Тимур Гарин.
  Илья небрежно взмахнул рукой и оба посланца уставились на меня словно я был диковинным экспонатом странствующего паноптикума.
  - К сожалению ситуация сложилась таким образом, что сейчас портал попал в руки существ, пытающихся уничтожить людей как вид. И ваше нелепое вторжение случилось в тот самый момент когда мы начали подготовку к ответному удару. Не вы одни пострадали от этих негодяев. Пришельцы плотно оседлали Кольцевое течение и начали перехват фермерских островов снабжающих Шпиль продовольствием. Надеюсь вам не нужно объяснять, чем это может закончиться для города. Устроив вчерашнюю бойню даже не попытавшись, объяснится, вы сыграли на руку нашему общему врагу.
  - Всё это только слова, - презрительно бросил Герасимов. - Неужели вы думаете что мы купимся на такую примитивную ложь?
  - Тимур пригласи, пожалуйста, сюда свою подругу, - сказал Манцев. - Иначе мы так и будем ходить по кругу.
  Я кивнул и сказал несколько слов в микрофон коммуникатора. Наступила полная тишина, присутствующие затаили дыхание. Послы переглянулись, Ольга предостерегающе положила ладонь на руку своего спутника. Наконец послышалось гудение турбины и "Валькирия" величественно вплыла в зал сквозь пролом в крыше.
  - Позвольте представить нашего друга и союзника перешедшего на сторону людей! - торжественно возвестил Илья.
  Яна медленно опустилась на пол в нескольких шагах от послов и выключила двигатель.
  - Впечатляюще... - сказал Адамов, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимость. - Очень жаль советник Манцев, что вы показали нам её только сейчас.
  - На то были весьма объективные причины, - развёл руками учёный. - Я не хотел, чтобы враги знали, что мятежная машина находиться на нашей стороне.
  Ольга Римская оправилась первая. Она сделала шаг и, повернувшись ко мне, с неуверенным видом спросила: - Я могу посмотреть её поближе?
  - Разумеется. Впрочем, спросите об этом у неё сами.
  - Она... она умеет говорить?
  - Да. Илья вы можете подключить Яну к внешним динамикам?
  - Я ждал этой просьбы, - улыбнулся он и, достав небольшой пульт, нажал несколько кнопок. - Скажи что-нибудь девочка.
  - Э... здравствуйте, надеюсь вам меня хорошо слышно?
  - Просто отлично. Яна, эти господа хотят осмотреть тебя с близкого расстояния, ты не против?
  - Если обещают что не будут стучать молотком по коленке то, пожалуйста!
  - Молотком? По коленке? - в изумлении переспросила Ольга.
  - Это она так шутит, - пояснил я. - Она вообще очень весёлая девочка.
  - Там внутри сидит ребёнок?
  - На самом деле только часть ребёнка. Правда, самая лучшая.
  - Не понимаю...
  - Илья, объясните пожалуйста.
  Манцев пустился в пространные объяснения. Я подошёл к "Валькирии" и тихо спросил:
  - Ну, как ты?
  - Нормально. А кто это у Тани на руках?
  - Тигра. Помнишь я про неё рассказывал?
  - Ага. А почему она вся перебинтована?
  - Пострадала в пожаре. Чудо что вообще осталась жива.
  - Жаль, что не могу её погладить...
  Подошла улыбающаяся Таня и встала рядом. Любопытная кошка потянулась носом к блестящей поверхности "Валькирии" и принялась сосредоточенно нюхать.
  - Наверное, чует запах своего прежнего дома, - высказала предположение феечка.
  - Вполне возможно, - согласился я.
  В этот момент к нам подошли Манцев и послы.
  - Итак, смотрите сами. Надеюсь, вы понимаете, что технический уровень Шпиля не настолько высок, чтобы создать нечто подобное. Один корпус чего стоит. Он отлит целиком из стали. Видите, ни единого шва. Для этого требуется сложнейшее оборудование, которого у нас нет, и никогда не было.
  Герасимов провёл ладонью по корпусу.
  - Почему он так блестит?
  - Защита от лазерного оружия. Весьма эффективная надо признать, - пояснил Илья.
  По его просьбе Яна последовательно принялась открывать технологические люки и амбразуры, демонстрируя желающим свою внутреннюю начинку. К этому времени дожи покинули свои места и плотным кольцом окружили машину. При этом почтенные магнаты вели себя как младшие школьники во время экскурсии в музее техники - шумели, ссорились, размахивали руками, только что не дрались. Политические проблемы оказались на время забыты, что неудивительно, обитателям планеты Арамиль ещё никогда не приходилось видеть ничего подобного.
  Прошло довольно много времени, прежде чем удалось восстановить порядок. Постепенно все вернулись на места, и в зале стало более-менее тихо. Послы имели весьма задумчивый вид. Похоже, они начали понимать, что несколько поторопились, обвинив во всех своих бедах обитателей Шпиля. Во всяком случае, в их голосах появились виноватые интонации. Впрочем, о победе говорить было рано. Правда, никто больше не угрожал новой самоубийственной атакой. Ну что же, и то хлеб.
  Внезапно я почувствовал, что дальнейшая дискуссия меня совсем не интересует. Действие обезболивающих таблеток, которыми любезно снабдил нас Манцев, прошло, и ожоги заныли с новой силой. Сидевшая рядом Таня также чувствовала себя неважно. Её лицо побледнело, губы сжались в узкую нитку. Я коснулся её руки и показал глазами на дверь. Она торопливо кивнула, мы тихо вышли в коридор и заперлись в одной из совещательных комнат. Тюбик с мазью лежал у меня в кармане, так что можно было без промедления приступить к врачеванию ран.
  - Как ты думаешь, они отрастут снова? - озабоченно спросила феечка, критически разглядывая в зеркальце свою макушку, на которой отсутствовала половина волос, что, делало её похожей на представительницу древнего политического движения "панков".
  - Сколько раз можно повторять что отрастут.
  - А пятна на лице останутся?
  - Если не будешь лапать пальцами, то нет.
  Она тяжело вздохнула, откинулась на стуле, взвизгнула от боли и выпрямилась.
  - Проклятый огонь, и кто его только выдумал!
  Щёлкнул коммуникатор, и голос Ильи тихо произнёс:
  - Где вы, ребята?
  - Сидим в комнате, лечимся. А как у вас?
  - Обсуждаем. Наши гости, похоже, уже морально готовы снять со Шпиля обвинения в развязывании войны, но мы с Русланом решили немного подстраховаться. Поможете?
  - Куда мы денемся. Что надо делать?
  - Сейчас к вам подойдёт человечек. Это Антон Рюмин, заместитель Адамова, главный технический эксперт по флайерам и всем что с ними связано. Я пообещал Руслану, что вы поможете решить проблему с Арсеналом.
  - А что там произошло?
  - Антон всё объяснит. Поможешь?
  - Запросто.
  - Только не забудь захватить с собой лучемёт.
  
  Глава. 27. Будни медвежатника со стажем.
  
  Главный арсенал Шпиля, находился ниже уровня островов и был встроен в башню. В сопровождении Антона и нескольких охранников мы опустились на посадочную площадку перед входом, и подошли к двери.
  Эксперт по флайерам оказался молодым, весёлым парнем который с первых же минут начал кидать на Таню жаркие взгляды. Заметив это, феечка сразу воспрянула духом: внимание со стороны незнакомого человека могло означать, что не всё потеряно, несмотря на сгоревшие волосы и обожженное лицо. Со мной он общался заискивающим тоном, словно с очень важной персоной.
  - Надеюсь, охранники не спят, - сказал Антон, и несколько раз ударил дверным молотком. Спустя пару минут послышались тихие шаги, открылось крохотное застеклённое окошко и на нас уставились настороженные глаза.
  - Что нужно?
  - Откройте. Приказ Конклава.
  - Пропуск.
  Антон вынул сложенный вчетверо лист бумаги и вставил в узкую прорезь похожую на щель почтового ящика. Окошко захлопнулось, мы услышали удаляющиеся шаги.
  - Серьёзно всё тут у вас поставлено, - уважительно протянул я.
  - Ничего удивительного, это самый главный объект города, даже Монетный двор не охраняется так тщательно. Так вы, правда, сможете помочь его открыть?
  - Конечно. Но сначала объясни, что нас собственно ждёт.
  - Весь Арсенал сделан из железа. Дверь тоже железная. В ней тридцать замков...
  - Сколько?
  - Тридцать. Правда, закрыты только двадцать три, по числу дожей.
  - Тогда я не понимаю в чём проблема? Заставьте их собраться и пусть открывают.
  - Не всё так просто. Проблема в том, что осталось только двенадцать ключей.
  - А остальные?
  - Пропали с погибшими дожами или сгорели вместе с дворцами.
  - Неужели каждый ключ существовал только в единственном экземпляре?
  - Разумеется. Иначе, какой смысл во всех этих предосторожностях? Но вы ведь справитесь?
  - Постараюсь... - я внезапно понял, зачем Манцев посоветовал мне взять с собой лучемёт.
  Вновь послышались шаги, лязгнул засов, и мы толпой вошли в большое помещение, почти пустое, если не считать массивного стола и двух коек у стены. Охранников оказалось трое. Антон протянул им ещё одну бумагу, при виде которой те вытянулись в струнку и без лишних слов покинули комнату.
  - Вот дверь, - сказал он, подходя к противоположной стене. - Правда, внушительное сооружение?
  Я пожал плечами. Дверь была сварена из обыкновенных листов железа отполированных до блеска. Небольшие отверстия замочных скважин тянулись несколькими рядами.
  - Сколько здесь засовов?
  - Всего один, но он сделан из настоящей стали!
  - Надо же, какая неожиданность.
  Признаться, я оказался немного разочарован. Воображение рисовало ворота толщиной с лобовую броню тяжёлого танка и массивным штурвалом запорного устройства. Здесь же была обычная дверь с двумя внешними петлями и единственным засовом. Профессиональный сварщик с автогеном, особо не напрягаясь, способен был вскрыть эту жестянку за несколько минут. Главная сложность заключалась как раз в том, что на планете не было ни автогенов, ни сварщиков.
  - Ну, как? Справитесь?
  - Без проблем, - с уверенностью настоящего медвежатника ответил я.
  - Отлично. Только прошу, не поцарапайте поверхность. Видите, как она блестит?
  - Разумеется, ни одной царапины не будет. Ну, разве что пару маленьких и незаметных.
  - Великолепно! Я чем-нибудь могу вам помочь?
  - Естественно. Возьми с собой всех стражников, выйди из помещения и закрой дверь.
  - Но...
  - Прости, но никто кроме меня и неё, - я кивнул в сторону Тани, - не имеют права знать как это делается. В прошлый раз нам пришлось убить не в меру любопытного парня, который неосмотрительно решил подсмотреть за нашей работой. Кстати он был очень похож на тебя...
  Антон в испуге отшатнулся, быстро отдал приказ стражникам и, не задавая больше вопросов, покинул помещение. Я крепко запер дверь, затем повернулся к феечке, и улыбнулся.
  - Ну что красавица, как тебе идея начать карьеру взломщицы сейфов. Правда, звучит заманчиво?
  - Прекрати паясничать! Я сегодня не в настроении. Лучше давай, колись, как ты собираешься вскрывать эту проклятую железяку?
  - Элементарно. Но сначала устроим небольшую перестановку мебели. Поможешь?
  - Что нужно сделать?
  - Положить на бок стол. Давай, я берусь с одного края, ты с другого... Вот и всё, видишь, ничего сложного.
  - И зачем это нужно?
  - Он послужит хорошим укрытием от осколков и прочей мерзости, гляди какие толстые доски. Приступим, мне просто не терпится перетряхнуть содержимое этого склада ненужных вещей.
  Я зашёл за стол, присел на корточки, положил на край лучемёт и прицелился в верхнюю петлю. Таня опустилась рядом.
  - Лучше убери голову от греха подальше, - посоветовал я.
  Девушка тяжело вздохнула и пригнулась. Зелёный комок плазмы ударил точно в цель. Громыхнуло. В закрытом помещении звук взрыва оказался нестерпимо оглушающим. Прежде чем моя подруга успела высказать все, что думает по этому поводу, я выстрелил вторично. Как только стих грохот, в дверь яростно забарабанили перепуганные стражи. Игнорируя их стук, мы вылезли из укрытия. Нижнюю петлю снесло начисто, верхняя едва держалась на каких-то соплях. Я переключил оружие в режим непрерывного разряда и повёл узким лучом лазера, сверху вниз устраняя последнее препятствие.
  Моя подруга скептически окинула взглядом искореженную дверь и сказала криво усмехнувшись:
  - Ты как всегда не ищешь лёгких путей.
  - Наоборот, легче не бывает. Представляешь, сколько пришлось бы возиться с замками? - весело ответил я открывая входную дверь.
  Стражники толпой ворвались внутрь и остановились в полном изумлении.
  - Что... что вы наделали! - с ужасом воскликнул Антон. - Я же просил!..
  - Извини парень, - покаялся я, - слегка переборщили с зарядом, так что царапин оказалось немного больше чем планировалось. Мне действительно очень жаль, правда-правда!
  Эксперт по флайерам дрожащей рукой провёл по поверхности двери.
  - Ребята, когда узнают, будут просто убиты, - простонал он. - Они ведь каждый день её полировали, старались, и вот...
  - Тебе не кажется, что после вчерашних разрушений, лить слёзы по какому-то куску железа несколько цинично? - зло спросил я. - Давай, наконец, займемся делом!
  - Да, конечно, - поспешно сказал Антон, - а что собственно нужно?
  - Пусть твои бездельники напрягут мышцы и освободят проход. Сейчас эта дура держится только на засове, так что её нужно немного сдвинуть, чтобы вышла из проёма, затем оттащить в сторону. Действуй!
  Расстроенный Рюмин отдал приказ и несколько минут спустя, тяжёлая дверь была убрана и положена на пол. Её обратная сторона оказалась покрыта толстым слоем ржавчины и вся поросла паутиной.
  - Вот видишь, - не без издёвки произнёс я. - Этим бездельникам-охранникам есть к чему стремиться, посмотри сам, какой беспорядок! Пусть берут корщётки, ветошь, полировочную пасту и приступают к работе немедленно!
  Антон пристально посмотрел мне в глаза и даже открыл было рот чтобы произнести несколько соответствующих обстановке фраз, но решил не рисковать и обиженно отвернулся. Больше не обращая внимания на стушевавшегося советника, мы с Таней вошли в короткий тамбур и остановились перед широкой деревянной дверью обитой пыльным войлоком. Я с натугой отодвинув засов, потянул ручку на себя. Дверь распахнулась со зловещим скрипом, в лицо ударила волна затхлого воздуха пропитанного запахом железа и ружейной смазки.
  Арсенал оказался относительно небольшим, плотно заставленным помещением.
  - Бедненько, но чистенько, - резюмировал я, осматриваясь по сторонам. - Антон, ты не знаешь, существует ли опись всего этого богатства?
  - Разумеется, - Рюмин шагнул к небольшому столу у входа, пошарил в ящике и вынул наружу толстую засаленную тетрадь. - Здесь всё записано.
  - Отлично! И от бюрократии иногда бывает польза. Так, посмотрим, что имеем...
  После нескольких минут внимательного изучения письменного источника прошлых эпох выяснилось, что город располагает шестью двадцатимиллиметровыми авиационными пушками, десятью двенадцатимиллиметровыми пулемётами, пятью разновидностями ракет и некоторым количеством ручного оружия. Помимо четырёх десятков штурмовых карабинов "Пурга" имелось несколько образцов РПГ "Гренада", ПЗРК "Булавка" и рельсотронов "Квейк". Очень внушительно, учитывая, что на вооружении местных жителей имеются только арбалеты, луки и пики с ножами. Особо умилили меня десять противотанковых мин. Интересно, для каких целей вояки прошлых лет собирались их использовать?
  - У вас есть люди способные пользоваться этим барахлом? - поинтересовался я. - Если да, то они нужны здесь прямо сейчас.
  Действительно, для того чтобы привести в порядок древние стволы, законсервированные, чёрт знает сколько десятилетий назад, требовались специалисты и время.
  Антон торопливо кивнул.
  - Ребята скоро будут. В каждой дружине имеются парни, которых тренируют управляться со старым оружием. Для этого используют учебные образцы со спиленными бойками и рассверленными стволами.
  - А стрелять эти "эксперты" умеют?
  - Только теоретически.
  - Зашибись. Значит, воевать с Чужими они будут тоже теоретически?
  - Чтоб отпугнуть дикарей или Шатунов этого всегда хватало...
  - Понятно. Ладно, выгони из помещения всех посторонних, и начнём работать.
  Я присел на корточки около автоматической пушки, провёл пальцем по чёрному стволу, покрытому толстым слоем закаменевшей смазки и покачал головой.
  - Надеюсь что внутри, эта кочерга выглядит так же хорошо, как и снаружи...
  
  Глава. 28. Прорыв к порталу.
  
  Наверное, ещё никогда вечное солнце, традиционно висящее в зените, не раздражало меня так как в этот день. День, когда должно решится всё. Банк пуст, карты на руках и теперь всё зависит от того, кто из игроков сумел отхватить больше козырей. Второго шанса не будет, если сейчас наша авантюра окончится провалом, то обитатели планеты Арамиль обречены. Даже Шатуны с их управляемыми островами вряд ли сумеют скрыться. В лучшем случае их ждёт медленное вырождение. Сколько бы эти снобы не твердили, что Шпиль не нужен, они не смогут долго протянуть без его товаров и технологий. А провал вполне возможен, ведь силы слишком неравны. С нашей стороны выступили девять древних флайеров за джойстиками, которых сидели плохо обученные пилоты. Их напарники - стрелки-теоретики сжимавшие в потных ладошках рукоятки пулемётов тоже мало на что годились, хотя и утверждали обратное. Некоторую уверенность вносили только самонаводящиеся ракеты гроздьями висящие на пилонах. Они были способны серьёзно испортить жизнь любому противнику и не требовали высокой подготовки пилотов. Так же многое зависело от того, знают ли Чужие о нашем походе и сколько "Валькирий" они смогут выставить для обороны портала. В любом случае отступать уже поздно, бить следует сейчас в полную силу.
  Построение "Флота Возмездия" как патетически обозвал нашу инвалидную команду Руслан Адамов, не отличалось особой оригинальностью. Флайеры дожей разбитые на звенья двигались впереди тремя группами. "Фрам" играющий почётную роль командной машины держался сзади и выше основной группы. Мощный радар непрерывно сканировал окрестности, а сидящий в кресле второго пилота Антон, назначенный на время экспедиции радистом, в любой момент был готов сообщить остальным о появлении врагов. Яна шла под нами, спустившись километра на четыре, и должна была сыграть роль приятного сюрприза. Во всяком случае, мы очень надеялись, что её появление внесёт некоторую сумятицу в рядах Чужих. За спинами основной группы, вторым эшелоном двигались шесть "галош", кузова которых были доверху забитыми пластиковыми канистрами с топливом. На канистрах восседали дружинники и шатуны, вооружённые штурмовыми винтовками и ПЗРК "Булавка". Как только начнётся заруба, они вступят в бой в качестве крылатой пехоты или если уж быть до конца справедливым - пушечного мяса. Впрочем, никто их в бой силком не гнал, все пошли добровольно. Сначала мы боялись, что ребята перестреляют друг друга, мстя за недавнюю бойню, но к счастью обошлось - желание поквитаться с Чужими заварившими кашу оказалось сильнее личных обид.
  К слову, шатуны вытребовали от нас право на участие в карательной экспедиции под угрозой возобновления боевых действий. Дожам крайне не хотелось снабжать огнестрельным оружием своих недавних противников, но пришлось, скрипя зубами смириться. Повелители Ветра предоставили отряд лучших бойцов, этаких крылатых спецназовцев, настоящих головорезов. Получив стволы и пройдя инструктаж, парни немного потренировались в стрельбе по подвижным мишеням, после чего авторитетно заявили что "инопланетным ублюдкам больше не жить!". Не хочу показаться циничным, но если ребятам действительно удастся хоть на несколько секунд отвлечь вражеских "Валькирий" подставив тех под удар ракет или плазмы, их миссия будет выполнена, вне зависимости от того останутся смельчаки живыми или погибнут.
  Я сидел, скрестив ноги, на холодной алюминиевой поверхности стола готовясь в любой момент занять пост бортового стрелка. Таня удобно устроившаяся в хвосте болтала с Яной о жизни и похоже совершенно не переживала о предстоящем сражении. Всё-таки у неё невероятно лёгкий характер, я рядом с ней, наверное, выгляжу унылым брюзгой. Впрочем, такое положение меня вполне устраивает, боюсь, что день, когда феечка начнёт занудствовать станет предвестьем Конца Света.
  Металл под моей пятой точкой вибрировал сильнее, чем обычно, а в равномерный гул моторов временами вплетались визгливые нотки. "Фрам" шёл со значительным перегрузом. Помимо четвёртого члена экипажа и дополнительного запаса стрелкового оружия, наш кораблик тащил под своим оплавленным днищем длинный пластиковый контейнер оливкового цвета внутри которого лежал "последний довод королей" - прототип сверхзвуковой крылатой ракеты "Веретено". Именно этот во всех отношениях неотразимый аргумент мы собирались использовать как козырь в возможных переговорах с Чужими.
  Работа над универсальным устройством, способным с одинаковой лёгкостью поражать как воздушные, так и наземные цели велась соседями Манцева по комплексу, группой академика Брусакова. Снабжённая новейшей системой наведения игнорирующей противоракетные ловушки и помехи она со стопроцентной вероятностью поражала цели на ближних и средних дистанциях. Испытывать новинку должны были здесь, на Арамиле, для чего "Фрам" оснастили захватами, способными удержать контейнер с ракетой. Инженеры уже вовсю трудились над сборкой флайера-мишени но тут пришёл приказ об эвакуации... Готовясь к побегу Илья взял прототип с собой. С одной стороны он не хотел уничтожать такую высокотехнологичную игрушку, на создание которой ушло столько сил и ресурсов. С другой, в случае нужды он собирался разобрать её электронную начинку на запчасти для ремонта флайера. И вот теперь, как и в случае с "Тенью" запасливость учёного сыграла нам на руку.
  - "И тогда злобный Тот-Кого-Все-Знают вскинув свой волшебный пестик, произнёс роковым голосом жуткое заклинание "Йоко-Лэ-Мэ-Нэ!" и все вокруг зажали уши от отвращения...".
  - А что значат эти слова? - с любопытством спросила Таня.
  - "То было древнее, страшное проклятие, смысл которого утерян во мраке веков!".
  - Хм, может быть он просто решил послать всех на...
  - Внимание! - резко сказал Манцев. - Четыре цели на двенадцать часов!
  Я быстро вскочил, стукнулся макушкой о потолок, выругался сквозь зубы, уткнулся плечом в приклад и рявкнул в микрофон:
  - Второй пост к бою готов!
  - Понял. Таня ты готова?
  - А, что?
  - Ты готова говорю?
  - Я? Наверное, готова. Или нет... Ой, мне в туалет нужно!
  Илья в полголоса выругался.
  - Ну и бардак!.. Давай быстрее!
  На экране прицела показались четыре точки. На моих глазах они растянулись в линию и прибавили скорость. Манцев торопливо отдавал команды пилотам боевых флайеров. Вот все три звена начали довольно неуклюже расходиться. Градус напряжения стал стремительно нарастать, и в этот момент холодная, влажная рука вцепилась мне в лодыжку. Я вскрикнул и подпрыгнул на месте.
  - Ты испугался? - удивлённо спросила Таня.
  - Что ты здесь делаешь? - рявкнул я.
  - Ничего, пришла Тигру проведать... - девушка повернулась к плетеной клетке, в которой дрыхла наша красавица.
  Когда мы сообщили Илье что собираемся взять её с собой, он сначала не поверил, а потом долго ругался но, в конце концов, уступил. И, правда, ведь нужно же было куда-то девать несчастного котенка, чьи ожоги требовали лечения. Хуже всего пришлось Антону. Парень и так чувствовал себя на борту "Фрама" немного не в своей тарелке, да тут ещё когтистое нечто вовсю осваивающее технику полёта. А уж после того как она опытным путём установила, что курчавые волосы эксперта по флайерам великолепно подходят для экстренного торможения всеми четырьмя лапами, бедняга и вовсе скис, втягивая голову в плечи всякий раз, как только слышал шум крыльев. Впрочем, в преддверии боя, мохнатая бестия была отловлена и заперта в переноску.
  - Какая к дьяволу Тигра! - возопил я. - Дуй на место, идиотка!
  Танька с оттяжкой шлёпнула меня ладонью по мягкому месту, в ответ я попробовал достать её ногой, но промахнулся. Она гнусно захихикала и, сверкая пятками пулей вылетела из кают-компании.
  - Тимур, Таня, что там у вас? - раздражённо спросил Манцев.
  - Всё в порядке, готовимся! - отрапортовал я.
  - Очень заметно. Таня ты закончила с делами?
  - Какими? Ах да, закончила. И даже руки помыла. С мылом. Показать?
  - Не надо! Детский сад...
  Тем временем в небе впереди сверкнули несколько вспышек, то флайеры выпустили первые ракеты. "Валькирии" мгновенно сломали строй и ринулись врассыпную. Одна из ракет видимо основательно протухшая за долгие годы хранения рухнула, вниз оставляя за собой густой белый след, остальные рванулись в погоню за ускользающими целями.
  - До портала десять километров! - рявкнул Манцев. - Сейчас они полезут как шершни на мёд!
  Справа рванул взрыв - вражеской машине удалось уничтожить преследовательницу. Я развернул пушку и дал длинную очередь.
  - Ещё четыре сверху! Парни, не жуйте сопли, кончайте их!
  - Ой, летит! - в восторге взвизгнула феечка. - Сейчас я тебя!..
  Звенья "Альфа" и "Бета" свечками ушли в зенит. Звено "Гамма" согласно диспозиции продолжало идти прежним курсом, готовясь в любой момент прикрыть "Фрам".
  - Тимур, я промахнулась, он к тебе гад пошёл!
  - Вижу!
  Без всякого прицела я заметил "Валькирию" заходящую с левого борта. Короткая очередь, вспышка, веер осколков.
  - О да у тебя классно выходит!
  - Не отвлекайся!
  Снова взрыв, на сей раз ракета не промахнулась. Впрочем "сухим" счёт оставался очень недолго. Падающие сверху машины Чужих открыли ураганный огонь и мгновенно сожгли два флайера из звена "Бета". С торжествующим рёвом, победители пронеслись мимо и начали разворот но тут одна из "Валькирий" разлетелась на куски. Застоявшаяся "сестрёнка" вступила в дело.
  - Ракеты! Какого чёрта, выпускайте ракеты! - надрывался Илья.
  - Шеф, пехота на подлёте! - доложил Антон.
  - Да и хрен с ними! Когда они доползут, нас раскатают как бог...
  Взрыв! Ракета ближнего радиуса действия взорвалась в метре от вражеской машины и осколки изорвали броню словно картон...
  -... черепаху! "Гамма" подсобите им!
  - "Ну и карусель! - думал я, лихорадочно вращая башню, стараясь поймать в прицел, юрких как тараканы бестий.
  Таня в азарте палила в белый свет как в копеечку, похоже, вовсю наслаждаясь процессом. Янка кружила в дьявольском танце с двумя партнёрами, в глазах рябило от вспышек плазменных разрядов. Неуклюжие флайеры, освободившись от большей части ракет, пытались достать противника огнём пулемётов и пушек. Внезапно одна из наших машин клюнув носом, пошла, вниз оставляя за собой жирный черный след. Сработали пиропатроны, отлетел фонарь и две крохотные фигурки выпали, наружу на ходу разворачивая крылья.
  - "Одно хорошо, здешним лётчикам не надо беспокоиться о том раскроется парашют или нет, - пронеслось у меня в голове. - Надеюсь, что ребята уцелеют".
  Яна добила первого партнёра по танцу и теперь дожимала второго. Вдали появилась группа тёмных точек - это спешила на выручку крылатая пехота. Внезапно Илья швырнул флайер на правый борт, да так резко, что я чуть не свалился со стола. Следом за этим "Валькирия" промчалась буквально в двух метрах от нас, яростно паля из всех орудий. Ей не хватило совсем немного, для того чтобы превратить "Фрам" в решето. Я развернул башню слишком резко и промахнулся, хотя мог легко попасть, но в этот момент кормовой стрелок, наконец, показал, на что способен. Танина очередь легла точно в цель, разнося гадину в клочья.
  Несколько минут спустя всё кончилось. Мы потеряли ещё одну машину, но "Валькирий" больше не осталось. Одну прикончила моя сестрёнка, вторую, как ни странно сбил подлетевший шатун, удачно запустивший ракету из ПЗРК.
  - Похоже, они нас не ждали, - сказал Манцев. - Иначе стянули бы к порталу все силы.
  - Сколько до него осталось?
  - Около четырёх километров. Полагаю, что нам пора остановиться.
  - Да, пожалуй, ближе подходить не стоит.
  "Фрам" замер на месте. Я спрыгнул на пол, щёлкнул пальцем по пруту клетки, обитательница которой безмятежно продрыхшая всю битву теперь недовольно мяукала, затем прошёл в рубку.
  - И что дальше, кэп?
  - Будем действовать по плану. Дождёмся, когда подползут "галоши", заправим флайеры, затем сядем нашей девочке на спинку и нанесём дружеский визит соседям.
  - Только вот оценят ли они наше миролюбие?
  - Оценят, куда денутся!
  Пока подползали транспортники, Манцев послал к порталу двух пехотинцев-летунов. Я порывался отправиться с ними, но он и слушать не стал. Пришлось подчиниться.
  Портал выглядел весьма занятно - синий плоский квадрат, парящий в воздухе. Около него было пусто, так что наши разведчики беспрепятственно подошли практически вплотную. Один из них запустил небольшой летательный аппарат с четырьмя пропеллерами. Неуклюжий дрон жужжащий, словно недовольный шмель, сделав пару кругов, влетел в синеву и исчез на глазах изумлённых ребят. Он был оснащён телекамерой и небольшим динамиком, который после включения сразу стал орать: "Внимание, несу важное сообщение! Не стрелять!". Радио и теле сигналы свободно проходили сквозь портал, потому мы могли видеть всё, что происходит с летающим парламентером. Экран монитора мигнул и показал огромный зал, залитый ярким светом.
  - О, - сказал Илья. - Они снесли перегородки. И прорубили дополнительный проход. А мы целый год терзали наших бюрократов, чтоб те разрешили провести перепланировку помещения, да так ничего и не добились!
  Робот ещё раз крутанул камерой, после чего изображение пропало. Последнее что мы успели разглядеть это корпуса двух "Валькирий" находящихся в состоянии полной боевой готовности.
  - Они его уничтожили!
  - Нет, - бросил Манцев, взглянув на планшетник. - Слабый сигнал продолжает идти. Ребята просто включили глушилки и отрубили связь. Вполне разумное решение.
  - Вы думаете, переговоры состоятся?
  - Надеюсь.
  Наш план, в сущности, был прост. Снести охрану при входе. Перевести "Веретено" в состояние полной боевой готовности и передать управление компьютеру "Фрама". Затем дождаться результатов посольства и в случае согласия начать переговоры, пересесть на спину Яны и проникнуть на Терру. В случае любых агрессивных действий со стороны Чужих, компьютер мгновенно выпускал нашу умную ракету. Проклятый проход навсегда закрывался, после чего спасённые жители планеты вновь оказывались предоставлены самим себе. Грустно конечно, но иной альтернативы не существовало. Впрочем, мы искренне надеялись, что до этого не дойдёт и нам всё же удастся договориться.
  
  Глава 29. Бойкие старички.
  
  Тяжесть навалилась на плечи мгновенно, я даже вскрикнул от неожиданности. Несколько месяцев проведённых на планете Арамиль не прошли даром. Рядом закряхтел Илья, а Таню гравитация, похоже, просто размазала по стальной поверхности "Валькирии".
  - Мамочки, - едва слышно прошептала она, закатывая глаза, - как худо...
  - Терпи, - пробормотал я, берясь пальцами за тонкое запястье и нащупывая пульс. Сердце девушки яростно колотилось, изо всех сил стараясь протолкнуть по венам кровь ставшую тяжёлой словно ртуть. - Терпи солнышко, и главное не делай резких движений.
  - Да я никаких сделать не могу...
  - Говорил - не стоит идти с нами...
  - Помолчи...
  - Держись Танюша, - прохрипел Манцев и медленно сел. - Скоро тебе станет легче.
  - С чего это? - поинтересовался я, усаживаясь рядом. - Думаю, что для адаптации ей потребуется несколько месяцев.
  - Ты забыл о симбионте, - усмехнулся учёный. - Сейчас этот маленький поганец всеми силами перестраивает организм носителя на новый лад. Подозреваю, что она полностью придет в форму дня через три. Нам, терранам потребуется гораздо меньше времени.
  С этими словами он соскользнул со спины Яны, поморщился, затем выпрямился в полный рост, и замер, скрестив руки на груди. Прежде чем последовать его примеру я внимательно огляделся по сторонам.
  Зал был пуст, если не считать двух "Валькирий" и нескольких "Крабов" мирно стоящих у дальней стены. За время моего отсутствия помещение действительно значительно увеличилось в размерах и стало больше напоминать ангар военной базы, чем лабораторную комнату. Исчезли столы и компьютеры, под потолком повисли яркие лампы, освещающие каждый квадратный сантиметр площади, неровные бетонные стены скрыли белые пластиковые панели. Я погладил несчастную феечку по голове, чувствуя, как разленившиеся мышцы с трудом справляются даже с такой смехотворной нагрузкой, и в этот момент большие двустворчатые ворота в дальней стене с шипением начали открываться. Манцев сделал шаг вперед, и весь подобрался словно перед прыжком. Я скатился на пол, стукнулся копчиком о бетон, зашипел от боли и встал рядом. Ноги тут же заныли. Хорошо же меня встречает родина, ничего не скажешь!
  Створки ворот разошлись и в помещение вошли два диковинных существа, при виде которых мы изумлённо переглянулись. Первым вышагивал странный тип больше напоминавший небольшой круглый столик, на который кто-то водрузил матовый коричневый цилиндр размером с приличную кастрюлю. Столик двигался очень мягко и грациозно, плавно перебирая четырьмя тонкими длинными ногами. На цилиндре отсутствовали какие-либо отверстия или щели. Зато его спутник выглядел как классический человекоподобный робот - двухметровый громила с корпусом из пластика и стали. Его походка была тяжела и неуклюжа, он громыхал словно средневековый рыцарь в полном турнирном облачении. Не доходя нескольких метров, они остановились и замерли - ни дать, ни взять скульптурная композиция вышедшая из рук безумного ваятеля. Мы с Ильёй молча смотрели, предоставив хозяевам право заговорить первыми. Пару минут прошли во взаимных разглядываниях. Я решил что "столик с кастрюлей" играет первую скрипку в тандеме, а его спутник никто иной, как обычный телохранитель. В пользу сего предположения говорило, что он явно не был вооружен, зато в руках громилы было зажато нечто массивное и крупнокалиберное. Его небольшая круглая голова с тремя блестящими оптикой "глазами" была постоянно повёрнута в нашу сторону и, похоже, отслеживала каждое движение. Что ж, похвальная предусмотрительность.
  Наконец, хозяин лёгким движением выдвинул из-под столешницы пару тонких длинных рук, развёл в стороны почти человеческим жестом и монотонным голосом громко произнёс:
  - Добро пожаловать братья туда, где вам всегда рады. Прошу, чувствуйте себя свободно и не забывайте, что находитесь среди друзей!
  - Спасибо на добром слове, - с плохо скрытой иронией сказал Манцев. - Просто не могу описать насколько мы счастливы лично лицезреть своих инопланетных гостей. Надеюсь, вы простите нас за столь настойчивое вторжение, малосовместимое с правилами хорошего тона.
  Если кастрюлеголовый и понял насмешку, то он её проигнорировал.
  - Действительно, вы могли и не устраивать этот шум на входе, тем более что мы и так собирались в ближайшее время посетить вашу столицу с дружеским визитом. В любом случае надеюсь, что произошедший инцидент окажется последним и дальше, наши братские народы пойдут рука об руку к общей великой цели.
  Похоже, парень был мастером витиевато выражаться и я решил, что следует немного сбить с него спесь.
  - Мне кажется, что вы совсем не похожи на людей. Во всяком случае, если встать перед зеркалом, я сразу смогу найти между нами не меньше сотни отличий. Не рановато ли ты записал нас в братья, дружок?
  - Говоря так я имел ввиду, конечно, не внешнее, а внутреннее сходство. Кроме того, при чём здесь люди? Эти низшие, достойные жалости существа не могут претендовать на равенство. Их удел быть источником биологического материала, не более того.
  Илья изумлённо хмыкнул, затем проговорил с некоторым сомнением в голосе:
  - Признаться, я нахожусь в замешательстве. Мы с Тимуром чистокровные терране, то есть обыкновенные люди, тем не менее, вы ставите нас выше человеческой расы. Почему?
  - Потому что вы Изменённые. Надеюсь, вам понятен смысл, который я вкладываю в это слово. К сожалению, в вашем языке отсутствуют соответствующие идиомы, приходится пользоваться приблизительными терминами, не отражающими реальную суть вещей.
  - Изменённые... - сказал Манцев медленно, словно пробуя слово на вкус. - Изменённые... Ну да, конечно, я же говорил что дело в симбионтах! Но почему?..
  - Уважения достойны только те существа, которые способны изменив своё тело, подняться на новую ступень развития. Только они и есть истинные творцы, все остальные биологические объекты ничем не отличаются от животных. Да они, по сути, и есть животные.
  - Но ваши предки тоже были такими...
  - Ну и что с того? Любая форма жизни движется от низшего к высшему, от примитивного к сложному - это главный закон развития. Мне нечего стеснятся своих убогих предков вынужденных находиться в тюрьме несовершенного тела. Их существование, конечно, видится мне отвратительным в своей бессмысленности, но они успели давно исчезнуть, породив нас.
  - Значит, - закипая от ярости, спросил я, - если б на наших спинах не было этих розовых червяков, то вы и разговаривать бы с нами не стали?
  - Разумеется, - снисходительно ответил кастрюлеголовый. - Ну, скажите, стали бы вы вступать в переговоры с животными? Конечно, попробовать можно, но какой в этом практический смысл?
  - Остынь, Тимур, - быстро сказал Манцев, кладя руку мне на плечо. - Я рад, что вы готовы к дискуссии и надеюсь на взаимопонимание.
  - Да, разумеется. Прошу, пройдемте, мне кажется, что это место не слишком подходит для серьёзной беседы.
  - Думаю, что нам всё же стоит остаться тут. Мне на просторе всегда лучше думается. К тому же наша спутница плохо себя чувствует.
  - Я заметил. Но это легко исправить, - пришелец взмахнул рукой, и в ангар вплыло кресло, закреплённое на круглой платформе. - Мы используем такие сиденья для транспортировки гостей, ещё не успевших адаптироваться к здешней силе тяжести.
  - То есть к пленникам с захваченных островов? - фыркнул я.
  - К гостям, - твёрдо поправил меня он. - Изменённым, решившим разделить с нами радость совместного сосуществования.
  - И как долго длится период адаптации? - невозмутимо поинтересовался Илья.
  - От двух до четырёх суток, в зависимости от возраста и здоровья гостя.
  Кресло подплыло к "Валькирии" и остановилось. Я, пошатываясь, прошёл следом и коснулся рукой Таниного плеча. Девушка устало смотрела на меня, её лицо блестело от пота, и имело нездоровый грязно-зелёный цвет.
  - Давай милая я помогу тебе спустится. В этом кресле будет значительно легче, обещаю.
  - Спасибо, - прошептала она и попыталась улыбнуться дрожащими губами.
  Собрав все силы, я стянул её с зеркальной брони и взял на руки. Её одежда была мокрой насквозь, словно она совсем недавно купалась не раздеваясь. Кресло оказалось мягким и очень удобным. Похоже, оно было устроено таким образом, чтобы максимально облегчить состояние пациента, наиболее равномерно распределив нагрузку. Особенно умилило меня углубление для симбионта в спинке. Интересно, сколько несчастных "добровольных гостей" успели прокатиться на этом троне?
  - Ну, как, легче?
  - Да, спасибо.
  - Всё-таки тебе следовало остаться...
  - А если бы портал закрылся? Как мне после этого жить одной?
  Я молча поцеловал её в мокрый лоб и выпрямился.
  - Вот видите,- снисходительно сказал хозяин. - Мы готовы сделать всё возможное, чтобы гостям было удобно.
  - Спасибо, - хмыкнул Илья, - но всё же прежде чем покинуть ангар, считаю своим долгом предупредить, что мы сделали несколько приготовлений на случай обострения отношений.
  Сразу после этих слов Яна быстро развернулась и выдвинув пушки, нацелила их на основание портала.
  - Если кто-нибудь из ваших коллег подойдёт к ней ближе, чем на десять метров она откроет огонь без предупреждения. Одного попадания достаточно чтобы закрыть проход навсегда. Говорю вам это как большой специалист по межпространственным порталам.
  - Мне больно слышать ваши слова, - ответил кастрюлеголовый. - Напоминаю, что среди равных нет и не может быть место недоверию.
  - Возможно, мы не столь равны, как того хотелось бы. И кстати имейте ввиду, что с той стороны, на портал нацелена ракета последнего поколения. Она будет запущена в том случае, если мы не вернёмся назад в течение четырёх часов.
  Пришелец переступил своими изящными ногами.
  - Ваши бесконечные угрозы, заставляют меня думать, что вы пришли сюда не как посланники доброй воли, а как воинственные безумцы не способные внять голосу разума. Сколько можно повторять что мы не питаем к вам враждебных чувств, напротив призываем к миру и сотрудничеству.
  - Всё зависит от того, как пройдут переговоры. Интересы государства, которое мы имеем честь, представлять, требуют не забывать об осторожности.
  - Я принимаю ваши извинения. И если больше нет возражений, то прошу следовать за мной. Кстати, хотелось бы знать, каким образом вам удалось перепрограммировать модуль, так что он полностью вышел из-под нашего контроля?
  - Модуль? Вы имеете в виду "Валькирию"? К сожалению, это наша маленькая тайна. Но я готов открыть вам все необходимые подробности... после окончания переговоров.
  - Что же, всегда буду рад выслушать.
  Я бросил быстрый взгляд на "модуль", который, никак не проявляя своей человеческой сущности, неподвижно висел, держа под прицелом портал. Уверен, что в любой момент пришельцы могут попытаться нейтрализовать Яну, но вряд ли они пойдут на такой риск прямо сейчас, пока есть возможность договориться.
  Пришелец развернулся и двинулся к воротам, Манцев не колеблясь, последовал за ним. Я положил ладонь на руку Тани, бессильно покоящуюся на подлокотнике кресла. Девушка взглянула на меня и слабо улыбнулась.
  - Мне значительно легче, - прошептала она. - Честное слово.
  Я кивнул. Её лицо действительно почти вернуло естественный цвет, а на щеках заиграл слабый румянец. Конечно, до идеала далеко, но всё же феечка перестала напоминать несвежего зомби. Мне самому тоже заметно полегчало - перестали ныть суставы и мышцы при каждом движении, ушли головокружение и тошнота. Организм вспоминал навыки существования при высокой силе тяжести, а Беспризорник ему в этом явно очень способствовал.
  Продолжая держаться за руки, мы медленно пошли вслед за остальными. Вернее пошел, конечно же, я один, а девушка с комфортом поплыла, рядом развалившись в удобном кресле. Справа грохотал ножищами молчаливый телохранитель-киборг, время от времени поворачивающий в нашу сторону окуляры. Интересно, как он себя поведёт, если я попытаюсь сбить с ног его хозяина? На самом деле вопрос абсолютно праздный ведь дойди дело до драки, в нашем распоряжении только кулаки и зубы. Перед тем как отправиться сюда мы долго думали, брать с собой оружие или нет и, в конце концов, решили, что не стоит послам, привёзшим предложение о мире потрясать стволами, тем более что в случае нападения от бластеров будет мало толку.
  - Надеюсь, вы оцените наше гостеприимство, - снова затянул свою песню "столик на ножках", - Мы искренне рады принимать вас у себя.
  - Благодарю, - устало сказал Илья. Похоже, его начала утомлять гипертрофированная приветливость чужака. - Кстати, у нас, Изменённых, существует древний обычай называть свои имена при знакомстве. Может, наконец, представимся друг другу.
  - Правда? - удивился хозяин. - Вы ещё придаёте значение таким формальностям? Что же, не буду спорить. Моё имя вы вряд ли сможете произнести правильно, потому называйте, так как сочтёте нужным, я не стану возражать.
  - Неожиданное предложение, - усмехнулся учёный. - В первый раз сталкиваюсь с таким. Есть идеи Тимур?
  - Кастрюлькин. Или нет, лучше Табуреткин! - выпалил я.
  - Забавно, но не слишком почтительно по отношению к нашему э... брату.
  - Может Болтунов? - предложила Таня.
  - Уже ближе к теме но всё равно не то... О, придумал! Пусть будет Артур! - воскликнул Илья.
  - Почему Артур?
  - Слышал, про рыцарей Круглого Стола?
  - А...- я расплылся в улыбке. - Тонко.
  - Значит договорились. Итак, мы будем называть вас Артуром.
  - Звучит неплохо, я согласен.
  - Отлично. А нас соответственно зовут Илья, Тимур и Таня.
  - Запомнил, - важно сказал Артур, и затем неожиданно добавил: - Кстати, Тимур, я очень хочу, чтобы вы разрешили обследовать вас и вашего Спутника.
  - Что? Меня и простите кого?
  - Вашего Спутника. Симбионта. Надеюсь, вы не откажете мне в этой скромной просьбе?
  - Но зачем?
  - О, это долгий разговор. Когда наши примитивные предки вступили на великий путь совершенствования своих убогих организмов, они использовали для этих целей неживые, механические устройства. За последующие тысячелетия наша великая раса достигла невиданных высот в умении комбинировать меж собой мёртвую и живую материю. К примеру, моё тело лишь на тридцать пять процентов состоит из биологической ткани, все остальное - немыслимо сложные электронные устройства, собранные при помощи высокоточных автоматов. И все эти годы мы думали, что наш путь - единственно правильный. Потому вы, наверное, поймёте изумление, и радость когда в наши руки попали Спутники. Конечно, они очень примитивны, но сама идея, что тело можно усовершенствовать при помощи органических устройств, на мой взгляд, революционна и открывает немыслимые перспективы. Не стану скрывать - последние две тысячи лет мы практически остановились в развитии, что совершенно противоречит нашей идеологии непрерывного движения вперёд к совершенству. Постоянное улучшение уже готовых систем и ни одной свежей идеи. Застой. Стагнация. И тут появляетесь вы! Открывшиеся перспективы так велики что до конца их не в состоянии постичь даже мой уникальный разум!
  Артур говорил очень эмоционально, впрочем, об этом можно было судить лишь по тому, с каким жаром он размахивал руками, так как его голос продолжал оставаться таким же безжизненно-механическим. Со стороны это, наверное, выглядело очень смешно, но нам было совсем не до смеха. Похоже, несмотря на все заверения в братской любви людям готовилась участь подопытных кроликов.
  - Теперь вы понимаете, как важен для науки каждый Спутник, а тем более ваш? - пришелец неожиданно остановился. Я так и не понял где у этого чудика спрятаны глаза и есть ли они вообще, но в тот момент мне показалось, что он уставился на меня вопрошающим взглядом.
  - Что такого интересного может быть в моём симбионте? - полагаю, что мой голос прозвучал не слишком приветливо.
  - Он особенный. Вы в курсе, что ему однажды удалось на короткое время вывести из строя навигационные системы всех модулей находящихся в воздушном пространстве Планеты Облаков?
  - В первый раз слышу, - соврал я.
  - Жаль, что вы сами не осознаёте потенциальных возможностей своего Спутника. Тем более в ваших же интересах поскорее выявить их. Обещаю, что эксперименты будут проходить с огромной осторожностью и максимально корректно. Мы обладаем в этом деле колоссальным опытом.
  - А если произойдёт ошибка?
  - Это исключено. Впрочем, сейчас вы увидите нашу лабораторию и уверен - отбросите все сомнения. В любом случае каждое открытие требует жертв во имя будущих поколений. Неужели вы откажетесь от чести положить жизнь на алтарь науки, вместо того чтобы и дальше влачить унылое существование. Это худшая форма эгоизма!
  - Послушайте, Артур мне кажется, что мы уходим от темы! - недовольно сказал Манцев. - Наше посольство прибыло сюда для проведения переговоров, а не для участия в сомнительных медицинских экспериментах.
  - Одно другому не мешает! Переговоры подразумевают обоюдное доверие между сторонами, а его надо заслужить. Доказать делом что вам не безразличны наши идеалы гуманизма и вселенского братства.
  - Значит, прежде чем говорить о мире, Тимуру придётся лечь на операционный стол?
  - Это слишком прямолинейно, но... да. Вот наше главное условие!
  - Тимушка ты же не согласишься?! - в ужасе прошептала Таня.
  - Там будет видно, - неопределенно ответил я, на ходу пытаясь найти выход из создавшегося положения. Вызвать Яну? Но пока она будет пробиваться сюда, Артур или его соотечественники успеют сделать с нами что угодно. Сомневаюсь, что удастся совладать с телохранителем голыми руками.
  Тем временем открылись очередные двери, и мы вошли в узкий, длинный коридор со стеклянными стенами.
  - Взгляните сами, - сказал пришелец, - как хорошо и весело живётся нашим гостям.
  Стеклянные перегородки отделяли коридор от анфилады комнат забитых людьми. Крылатые "гости" сидели или лежали на узких двухъярусных койках. Мужчины и женщины, облачённые в одинаковые белые комбинезоны, занимались своими делами, и признаться не выглядели очень счастливыми. Некоторые спали, другие разговаривали или пялились в огромные стереоэкраны, на которых плясали какие-то клоуны.
  - Вы видите? Мы полностью взяли на себя заботу о содержании. Им больше не нужно тратить силы на то чтобы выращивать скудную пищу. Их рацион максимально сбалансирован и богат всеми необходимыми веществами. У них достаточно воды для питья и мест для отдыха. Они рады и я получаю удовлетворение, глядя на просветлённые лица своих младших братьев!
  Мы молча созерцали картину всеобщей "чистой, незамутнённой радости" и потихоньку начинали закипать от бесцеремонной лживости пришельцев. Или они всерьёз считают, что сделали людей счастливыми, заперев в стеклянных клетках и бросив в миски "сбалансированные, питательные, богатые микроэлементами" пайки?
  Внезапно Таня быстро повернулась к Артуру и громко спросила:
  - А где дети? Почему там нет ни одного ребёнка?
  - Вы имеете в виду личинок?
  - Я имею ввиду детей! Куда вы их дели?! - феечка почти кричала.
  - Не понимаю вашего возмущения. Личинки, не имеющие Спутников, находятся там, где им и надлежит быть - в виварии, откуда их забирают по мере надобности.
  - В виварии? Вы используете детей как подопытных животных? - глухо спросил Манцев.
  - Разумеется. А для чего они ещё нужны? Вот взгляните, к примеру...- Артур подошёл к одному из окон, и мы увидели помещение очень похожее на операционную армейского госпиталя. На узком столе лежал ребенок, плотно опутанный трубками и проводами. Его голова была заключена в стеклянный шар, заполненный прозрачной жидкостью. Самым ужасным в этой картине было то, что черепная крышка несчастного была снята, и сквозь стекло отчетливо просматривалась пустая черепная коробка.
  - Тело самки, полностью готовое к пересадке мозга. Мы как раз собирались начать операцию, когда появились вы.
  Я сделал над собой чудовищное усилие, чтобы не кинутся на четырёхногого ублюдка. Таня побледнела как смерть и, закатив глаза, откинулась на спинку. Даже невозмутимому Илье, похоже, отказала выдержка. Артур же, словно не замечая нашу реакцию, продолжал разглагольствовать:
  - Эксперимент очень познавательный и интересный. В соседнем кресле сидит молодой человек, абсолютно добровольно согласившийся участвовать в операции, понимая какой важный вклад это внесёт в науку.
  Парень мало походил на добровольца. Он сидел с закрытыми глазами и, похоже, беззвучно молился. Его руки и ноги были прочно зафиксированы широкими ремнями, волосы на голове полностью обриты. Рядом застыл блестящий хромом робот, сжимающий в манипуляторах некий аппарат самого зловещего вида. Похоже, процедура действительно оказалась прервана на самом интересном месте.
  Манцев с шумом выдохнул и взял себя в руки.
  - Какой смысл в эксперименте? - дрожащим от напряжения голосом спросил он.
  - Но это же очень интересно! - с энтузиазмом ответил Артур. - Пересадка мозга Изменённого в тело личинки да ещё противоположного пола может дать много новой информации столь необходимой на пути к достижению совершенства. Разумеется, после того как все исследования будут закончены, мозг добровольца вернут на место и он вновь сможет насладиться прелестями своего совершенного тела!
  - А мозг девочки? Где он?
  - Утилизирован, разумеется. Какой смысл хранить биологические отходы? Итак, вижу, вы впечатлены и без сомнения готовы принять моё предложение. Прошу пройдёмте, посмотрим на операционную, подготовленную лично для вас.
  Артур шагнул вперёд. В этот момент я, почувствовав лёгкое прикосновение к своей правой руке, повернул голову и увидел, как стоящий рядом киборг нажал на своём широком поясе какую-то кнопку. В следующую секунду в его металлическом боку бесшумно распахнулся плоский лючок, из которого выдвинулась толстая телескопическая штанга, на конце которой оказался, закреплён небольшой пистолет совершенно фантастического вида. Я уставился на оружие, потом бросил изумлённый взгляд наверх. Робот посмотрел мне в лицо, чуть кивнул, затем демонстративно отвернулся. Пистолет оказался достаточно тяжёлым, кроме того, его рукоять проектировалась явно не под человеческую ладонь - на спусковой крючок нужно было нажимать средним пальцем. Впрочем, оружие - всегда оружие, неважно для какой расы оно создавалось. Главное при выстреле не заглядывать в ствол, и всё будет в порядке.
  Громила закрыл люк, затем сделал два шага в сторону и его принципал оказался на оси выстрела. Намёк был слишком очевидным, и я, не колеблясь, спустил курок, целясь в матовый цилиндр Артура. Пистолет слегка дернулся, в корпусе пришельца образовалось отверстие размером с кулак, из которого брызнули зелёные сгустки. Ножки "столика" подломились, после чего он завалился набок. Несколько секунд конечности ещё конвульсивно дёргались, затем затихли. По белому пластику пола стала быстро растекаться липкая зелёная лужа...
  
  Глава 30. Обретение надежды.
  
  - Хороший выстрел, - похвалил телохранитель холодным, лишённым эмоций голосом. - Теперь открой дверцу на его передней панели и забери то, что лежит внутри.
  - Дверцу?
  - Да. Торопись у нас мало времени.
  Не споря, я подошёл к убитому Артуру и остановился в нерешительности. И где у этого мерзавца передняя панель, "столешница" ведь круглая?
  - Посмотри внимательно, на верхней плоскости носителя есть прямоугольная пластина более темная, чем остальной корпус.
  - Вижу! Черт, не открывается!
  - Поднеси к ней его кисть, все равно, какую и прижми, должно сработать.
  Я не без отвращения взялся за руку мертвеца. Кисть оказалась узкой и плоской с пятью длинными тонкими пальцами, причём два из них были противостоящими. Как только она коснулась крышки, щёлкнул замок и тайничок открылся. Внутри лежал блестящий металлический цилиндрик.
  - Отлично, бери ключ и пошли!
  В этот момент Манцеву, похоже, вернулся дар речи. Он схватился за голову и воскликнул:
  - Что ты наделал! Зачем было его убивать?!
  - Замолчи! - сурово сказал киборг. - Парень поступил правильно, можешь мне поверить!
  - Но переговоры...
  - Какие к чёрту переговоры?! Они бы просто выпотрошили вас как перепёлок. Я и раньше говорил тебе Илья, что ты идеалист, вечно выдающий желаемое за действительное! Включи мозги и попытайся понять - мы для них не более чем расходный материал!
  - Но что делать дальше?
  - Слушаться меня во всём. Забрал ключ, Тимур?
  - Да.
  - Тогда пошли, вопросы по дороге, у нас на всё про всё есть двенадцать минут!
  С этими словами он быстро двинулся по коридору. Мы, переглянувшись, устремились следом.
  - А собственно кто вы такой и откуда меня знаете? - ученый, наконец, решил выяснить то о чём должен был спросить в первую очередь.
  - Полковник Андреев, - лаконично ответил телохранитель. - Андрей Геннадьевич. Шестая отдельная инженерная бригада. Помнишь, несколько лет назад мы монтировали оборудование в этих самых катакомбах?
  - Андрей? - Манцев на секунду замер, потом вновь двинулся вперёд. - Ты?! Боже мой, как же так?..
  - Попал в окружение, получил заряд плазмы, очнулся уже таким...
  - Но как тебе удалось сохранить память?
  - В результате чёртового эксперимента. Им, видите ли, было интересно узнать, насколько повысятся боевые характеристики модуля с нестёртой личностью. Сначала мою капсулу запихнули в "Скарабея" затем в "Броненосца". Испытывали. Потом Зануде понадобился телохранитель...
  - Зануде?
  - Да. Согласитесь, очень подходящая кличка, хотя твоя идея с Артуром гораздо лучше.
  - Что, верно, то верно.
  - Всё дело в том, что чужаки слишком полагаются на технику и крайне забывчивы, хотя, учитывая возраст это вполне естественно.
  - Сколько же им лет?
  - Не меньше тысячи по нашему летоисчислению.
  - Ого!
  - Сам понимаешь, за это время мозги должны были сильно протухнуть. Кроме того, постоянные модификации тел также не способствуют сохранению ясности мысли. Одним словом, когда стало понятно, что мне вот-вот сотрут память, я сумел подключиться к медицинскому компьютеру и слегка подкорректировал результаты отчёта. Они настолько привыкли доверять своим железкам, что даже не удосужились проверить.
  - Именно так ты спас Яну?
  - О да. Я хорошо изучил их компьютерные системы и несколько раз анонимно вмешивался в процедуру программирования трансплантируемого мозга, пытаясь не допустить уничтожения личности в чем, наконец, и преуспел.
  - Но неужели хозяева ничего не подозревали? Мне показалось, что Артур достаточно продвинутый специалист.
  - Артур был болтуном, дураком и некомпетентным профаном. Все его так называемые "эксперименты" не имели никакого отношения к науке. Он вёл себя как злой мальчишка, отрывающий ноги жуку, чтоб посмотреть - побежит тот или нет.
  - Но кто проводил сложные операции?
  - Машины. Нужно признать - в этой области чужаки достигли немыслимых высот, нам до их уровня ползти и ползти. Созданные ими автоматы оказались настолько совершенны, что за хозяевами, в конце концов, осталось только общее руководство процессом. Ежу понятно, что такой подход к делу привел к полной деградации расы. Компетентные специалисты постепенно исчезли за ненадобностью, на смену пришли "руководители" умеющие красиво говорить, но неспособные завязать шнурки на ботинках без посторонней помощи.
  - Ты хочешь сказать, - воскликнул Манцев, - что мы всё это время воевали против толпы обленившихся лоботрясов?
  - Именно. Те из них кто считает себя великими стратегами, командуют Стаями, зачастую из вредности подставляя друг друга. Другие проводят безумные эксперименты над пленниками теша свои низменные инстинкты. Помнишь, как мы с тобой за рюмкой чая пытались вникнуть в логику происходящего, анализируя те или иные события? Так вот расслабься, никакой логикой здесь на самом деле и не пахнет!
  Манцев замолчал. Похоже, он оказался просто раздавлен услышанным. Его можно понять, я сам почувствовал себя немного не в своей тарелке. Одно противостоять умному, коварному врагу, преследующему ужасные, но вполне конкретные цели, другое дело воевать с бандой пресыщенных бездельников решивших весело провести время.
  - Почему вы не убили этого мерзавца сами? - внезапно нарушила тишину Таня. - Неужели вам было не жалко людей, над которыми так жестоко издевались?
  - Увы, - Андрей покачал круглой головой. - Запрет на причинение вреда хозяевам обойти своими силами невозможно. Даже для того чтобы снабдить Тимура оружием мне пришлось отключить несколько периферийных блоков. Но всё ещё можно поправить, мы уже почти подошли к Зелёной зоне.
  - Что за зона? - спросил Илья.
  - Личные апартаменты хозяев. Только отсюда можно напрямую управлять всеми системами базы через терминал открытого доступа. Именно потому никто из слуг-киборгов не способен перешагнуть порог этих комнат, в том числе и я. Но запрет можно снять вручную. Так что кто-то из вас должен войти внутрь и думаю, этим героем будешь ты Тимур.
  - Почему не я? - возмутился Манцев.
  - Извини Илья, но там могут встретиться другие чужаки. А вдруг тебе придёт в голову начать переговоры вместо того, чтобы просто выстрелить?
  - Прекрати!
  - Тем не менее, пойдёт Тимур. Нам осталось всего четыре минуты. Не будем спорить, ладно?
  Андрей остановился перед большой зелёной дверью, вынул из контейнера на поясе какую-то плоскую коробочку и протянул мне.
  - Держи, это коммуникатор с дистанционной камерой. Через него я буду руководить твоими действиями.
  - Ага, - я взял его в левую руку. - Что теперь?
  - Просто подойди к двери и приложи ключ к сенсорной панели. Дальше действуй по обстановке. Подсказок от меня не жди, я никогда не был внутри. Ищи комнату с большим овальным экраном это и есть терминал. Давай, работай!
  Я шагнул к двери и чиркнул ключом по панели. Та бесшумно скользнула в сторону, открывая короткий полутёмный коридор пол стены и потолок, которого были покрыты мягким ворсистым материалом.
  - Почему мы так спешили? - послышался в наушниках недовольный голос Ильи.
  - Каждые четырнадцать минут, медицинский компьютер посылает запрос о состоянии здоровья на чипы встроенные в тела хозяев. Если ответа не последует, поднимется тревога.
  - Интересно, почему машина не отслеживает состояние непрерывно?
  - Из-за дурости самих хозяев. Они считают, что постоянный мониторинг ущемляет свободу и право на неприкосновенность.
  - Бред!
  - Само собой. Но я же говорил, что в их действиях логика практически отсутствует.
  - А сколько всего Чужих на базе?
  - Шестеро.
  - Так мало?
  - Конечно. Их вообще очень мало, всего несколько сотен. Они ведь почти не размножаются. Зачем это нужно существам ставшим практически бессмертными?
  - До сих пор не могу прийти в себя. Все эти годы нас убивала горстка полоумных стариков.
  - Так как правило, всегда и бывает, за крупными преступлениями обычно стоят полоумные старики...
  Я ускорил шаг и перестал прислушиваться к разговору. Пол под ногами пружинил, словно упругий матрас и был очень тёплым. Похоже, Чужие не любили яркий свет, во всяком случае, во всех комнатах было темно. Впрочем, недостаток освещения не помешал мне разглядеть хозяина апартаментов. Он возник в дверном проёме и, увидев меня замер в явной растерянности. Я, не вступая в переговоры, выстрелил в упор, затем, быстро перешагнув бьющееся в конвульсиях тело, вошёл в комнату.
  С первого взгляда стало ясно - место то самое. Помещение было абсолютно пустым, если не считать овального "стола" в центре, мерцающая поверхность которого не могла быть ни чем иным как компьютерным терминалом.
  - Андрей, я нашёл его.
  - Отлично! Поднеси камеру ближе... Да это он. Теперь коснись ключом поверхности.
  - Есть! О, зажёгся!
  - Верно. Нажми на оранжевый треугольник в центре. Так, теперь белый иероглиф справа. Тот самый что похож на надкушенное яблоко... Теперь коснись пальцем жёлтой спирали и перетащи её на нижнее поле, под черту... Хорошо, затем...
  Я торопливо выполнял приказы своего наставника. В какой-то момент разноцветные иероглифы и пиктограммы закружились перед глазами, словно стеклышки гигантского калейдоскопа затем стало полегче. Так прошло несколько минут. Внезапно послышались тяжёлые шаги, и Андрей вошёл в комнату.
  - Устал? Передохни, дальше я сам.
  - Успели?
  - Успели. Сейчас отключу системы безопасности и заблокирую оставшихся хозяев в их апартаментах. На наше счастье они спят.
  Я отошёл от стола и с завистью стал смотреть, как огромный киборг легко касаясь пальцами экрана, манипулирует символами. На душе внезапно стало тепло и спокойно, как после тяжёлой, благополучно завершённой работы. Неужели мы победили? Нет, конечно, впереди ещё долгая дорога, но на тёмном, мрачном небе, наконец, появился небольшой просвет. Тучи в любой момент могут сомкнуться снова, но если очень постараться, этого можно не допустить...
  - Значит так старик, путь свободен, можешь идти спокойно. Двигайся по зелёным стрелкам на полу, не заблудишься.
  Андрей с металлическим лязгом потёр ладони и повернулся ко мне.
  - Илья пошёл обратно в ангар. Хочет вернуться на Арамиль и вырубить свою чудо-ракету.
  - Самое время. А что делать Яне?
  - Пусть остаётся на месте. Я отключил все охранные системы и загнал модули по конурам, но мало ли что.
  - Хорошо. Сейчас свяжусь с ней.
  В комнату тихо вплыло кресло с Таней. Я помахал ей рукой и включил коммуникатор.
  - Привет сестрёнка, ты как там?
  - "Осталась одна. Остальные железяки только что куда-то ушли. Даже обидно, неужели они перестали считать меня опасной? А как дела у вас?".
  - Прикинь, мы захватили базу! - я торопливо начал пересказывать события прошедшего часа.
  - "Ничего себе, - огорчилась она, выслушав мою историю. - Обидно, я там бездельничала, а вы веселились!".
  - Успеешь ещё навоеваться.
  - "Сомневаюсь. Знаешь, не хочу тебя пугать, но у меня в капсуле десять минут назад отказал последний фильтр. Я переключилась на аварийную систему, это ещё восемь часов. После чего начнутся необратимые процессы...".
  - И ты молчала?! Подожди, сейчас всё сделаем!
  Я повернулся к киборгу, который продолжал возиться с компьютером с видом первоклассника дорвавшегося до отцовского ноутбука.
  - Андрей, у нас проблема. Вы сильно заняты?
  - В данный момент беру контроль над всеми восьмью Стаями, что приписаны к этому сектору. Четыре из них сейчас ведут плотное наступление на позиции наших в районе Южного УРа.
  - Что? - воскликнул я. - Они подошли так близко к Цитадели?
  - Верно. За последние два месяца Чужие прут практически непрерывно. Армия несёт чудовищные потери, затыкать прорывы бросают всех кто может двигаться, даже раненных из госпиталей.
  - Чёрт! Мы можем хоть что-нибудь сделать?
  - Да. Если я перехвачу управление Стаями, то смогу отрезать ударную группировку от линий снабжения. Тогда наступающим крышка. И котёл.
  - Это очень здорово, только... вы долго будете заняты?
  - Час - полтора. А что собственно случилось?
  - У Яны отказала система жизнеобеспечения. Она переключилась на аварийку но...
  - Понимаю. Ничего страшного, мы десять раз успеем поправить, процедура замены фильтров проста как чистка зубов... Как только закончу, сразу займусь активацией ремонтного ангара.
  - И ещё, - внезапно сказала Таня, - Почему вы забыли о том несчастном пареньке, который сидит в кресле и ждёт, когда ему вскроют бошку? Он же ещё не знает, что всё закончилось.
  - Верно, - не отрываясь, сказал Андрей. - Но вы можете освободить его сами. Замок на двери лаборатории открыт, так что...
  - Пошли! - решительно сказала Таня, схватив меня за рукав. - Жаль, что мы не сможем спасти девочку...
  - Погоди секунду! - я хлопнул себя ладонью по лбу. - Андрей, ещё один вопрос. У нас есть тело с пустой головой, и мозг, болтающийся внутри "Валькирии". Их нельзя объединить?
  - Разумеется, можно, - быстро ответил киборг. - Вот только согласится ли Яна влезть в чужое тело? Это не то же самое, что надеть чужой костюм, собираясь на вечеринку.
  - Сейчас спрошу, но почти не сомневаюсь в положительном ответе. В любом случае, держите операционную в полной готовности.
  - Хорошо. А теперь дайте мне, наконец, закончить.
  - Уже исчезли!
  
  Мы шли по пустому коридору, взявшись за руки. Я только закончил беседу с "сестрёнкой" и теперь ожидал окончательного ответа. Моё предложение, похоже, поставило её в тупик, что неудивительно, и она попросила время на размышление. Таня молчала, по привычке терзая мочку уха.
  - Знаешь, - наконец тихо сказала она. - Я вот тут подумала, насколько сильно может изменить мир любая мелочь. К примеру, миска, с кашей надетая на голову младшей сестре.
  - Прости, не понял.
  - В то утро я разозлилась на Ритку и напялила ей на голову свою миску. Затем сбежала, потому что мама принялась вопить как резанная. Поднялась в небо и внезапно увидела впереди какую-то точку, быстро падающую вниз. Это был ты. Интересно, чтобы случилось со всеми нами останься я в то утро дома?
  - Не знаю. Думаешь, было бы хуже?
  - Прекрати. Благодаря встрече с тобой я узнала и увидела столько нового, что страшно делается. Познакомилась с множеством интересных людей...
  - Постоянно рисковала своей единственной жизнью...
  - Побывала на другой планете...
  - Где тебя чуть не выпотрошил маньяк с замашками провинциального садиста!
  - Да уж. Но подумай, что рано или поздно наш остров обязательно перехватили бы "Валькирии" и мы в любом случае попали б к нему в руки.
  - Да, действительно. Тогда не стану спорить, тем более что ничего ещё не закончилось.
  - Но мы победим?
  - Конечно. Теперь, когда мы знаем так много, стыдно проиграть каким-то тухлым киборгам.
  Она улыбнулась и доверчиво потёрлась щекой о моё плечо.
  
  Эпилог.
  
  Алиса остановилась и судорожно вытерла мокрое лицо жёстким рукавом приютской рубашки, затем торопливо принялась расстегивать крепления бронепанциря. Пластиковая броня, которая теоретически должна защищать от осколков на деле оказалась неудобной, тяжёлой и очень громоздкой штукой. К тому же её размер был на несколько номеров больше чем нужно, и девочка чувствовала себя внутри словно ящерица, решившая примерить пустой черепаший панцирь.
  Конечно, она понимала, что взрослые обязательно заругают её за потерю доспеха, тем более что лучемёт она выкинула ещё раньше, но командиры были далеко, а злые многоногие машинки совсем близко. Честное слово, Алиса была бы очень рада любой даже самой суровой выволочке, только б не бежать одной по этой страшной равнине, где за каждым камнем могло притаиться чудовище.
  Броня свалилась на землю как скорлупа ореха, и юная воительница почувствовала себя совсем хорошо. Немного подумав, она двинулась дальше, постоянно поправляя сползающую на нос каску, огромную словно ведро. Подумать только ведь ещё неделю назад она жила себе спокойно в приюте, трудилась в швейной мастерской и всё было отлично, но тут приехал дядька в красивой военной форме и забрал с собой всех воспитанников достигших призывного возраста. В учебном батальоне им сказали, что на фронт отправят не раньше чем через полгода, но внезапно пришёл приказ... Алиса видела, как изменилось лицо командира взвода, взрослого пятнадцатилетнего парня, когда он его получил.
  - "Товарищ капитан да как же это? Сопляки, даже оружия в руках не держали! Всего три дня как прибыли... Есть отставить разговоры!".
  Потом им выдали каски, бронепанцири и лучемёты. Не всем, а только тем, кому хватило, остальные поехали так. На робкие вопросы неудачников, командир, сделав грозное лицо, рявкнул, что настоящие солдаты добывают оружие в бою. В грузовике было весело, хоть и очень пыльно. Затем... Алиса плохо помнила, что было затем. По степи ползли многоногие чудовища, вспышки плазменных взрывов слепили глаза. Она стреляла наугад забыв всё то чему её учил на уроках предварительной боевой подготовки однорукий приютский военрук. Потом все побежали. Не все конечно, только те, кто остался жив... Тяжёлый лучемёт мешал, она его бросила, стало легче. Затем был взрыв и чёрное одеяло беспамятства...
  Вокруг тянулись какие-то унылые развалины и, в конце концов, уставшая Алиса остановилась около закопченной стены. Очень хотелось пить, но фляга была пуста. Девочка принялась вертеть головой в поисках подходящей лужи, но тут, чьи-то крепкие руки схватили за плечи и потащили вверх. Она завопила, замолотила в воздухе перепачканными землёй голыми ногами, но без толку. Рывок, поворот и вот беглянка сидит на холодном бетоне, гадская каска опять сползла аж до подбородка, скрыв от хозяйки окружающий мир. А может и к лучшему? Вдруг когда она её поднимет, то увидит перед собой жуткое чудовище или что ещё хуже - ходячего мертвеца страшные истории, про которых обитатели приюта часто рассказывали друг другу после отбоя.
  - Ну и пигалица, - услышала она хриплый, надтреснутый голос. - Сколько тебе лет, кроха? Семь? Восемь?
  - Десять! - обиженно ответила Алиса, открывая лицо. Ну, вот опять! Почему все вокруг только и делают, что смеются над её ростом? Ну да, она маленькая, но разве это плохо? Командир говорил, что в маленьких попадают реже, так что ещё неизвестно кому тут повезло больше.
  - Десять лет? - говоривший оказался длинным, худым стариком с морщинистым словно печёное яблоко лицом. Его голова была лысой как яйцо, зато щёки и подбородок скрывала густая коротко подстриженная борода. - Дела. Откуда ты тут такая взялась?
  - С войны, - важно сказала девочка. - С настоящей войны. Стреляла, стреляла, а потом потерялась. Вы не видели моих... ну мою... эту, как её... группу?
  Старик, почему-то помрачнел.
  - Ты что, только из приюта? - тихо спросил он.
  - Ага. И сразу в битву! Правда, здорово?
  - Да что же они там, совсем охренели? - старик на секунду закрыл глаза. - Как же так можно...
  Он отвернулся, сделал несколько торопливых шагов туда-обратно, затем вновь подошёл к Алисе.
  - Не обращай внимания, это я так... Давай лучше познакомимся. Меня зовут... - он улыбнулся и вытащил из кармана гимнастёрки плоскую блестящую пластину. - Сможешь прочесть?
  - Конечно, - сказала девочка, - я умею читать лучше всех!
  - Тогда вперёд!
  Она взяла пластинку в руки.
  - Так... И...г. Иг.
  - Верно.
  - Иго... э... забыла букву.
  - Буква "р".
  - Верно! Игор... и почему-то перевёрнутая "р"...
  - Мягкий знак.
  - Нет такой буквы!
  - Есть, только вы, наверное, её ещё не проходили.
  - Наверное.
  - Так что получилось?
  - Ну вот, забыла! Э... э... Игорь?
  - Правильно. Давай дальше.
  Алиса посмотрела на второе слово, длинное как гусеница и покачала головой.
  - Не знаю я таких букв!
  Старик печально улыбнулся.
  - Десять лет и не умеет читать... Впрочем зачем учить грамоте пушечное мясо... - прошептал он, затем уже громче добавил: - Отчество моё действительно сложное - Всеволодович. А фамилия - Можейко. Для друзей, просто Игорь. А как именуют тебя?
  - Алиса. Алиса Уточкина.
  - Ну, вот и познакомились.
  Он протянул узкую, сухую ладонь и беглянка пожала её с важным видом. Обычно она стеснялась в присутствии взрослых, но дедушка Игорь показался ей совсем не страшным человеком.
  - Вы тут один.
  - Ага, - он вздохнул. - Я сапёр, мы минировали шоссе, когда эти черти полезли изо всех щелей. Еле смог унести ноги, где остальные не знаю, тоже, наверное, попрятались.
  - Можно мне с вами тут посидеть? А то одной страшно?
  - Конечно, о чём разговор.
  - Ура! - девчонка вскочила на ноги, и проклятая каска вновь сползла к переносице.
  - Да сними ты свой котелок, - засмеялся дед Игорь. - Поверь, без него будет гораздо лучше.
  - Там ремешок заломался, никак не могу расстегнуть.
  - Постой спокойно, - он вытащил нож и одним движением перерезал упругий пластик. - Всё, снимай... Я бы тому, кто таких соплячек в пекло бросает...
  - Я не соплячка! Я уже большая!
  - Ага, большая, даже каску без посторонней помощи снять не можешь!
  Алиса фыркнула, но спорить не стала, ведь дед Игорь взрослый он и ударить может, если разозлится. Нельзя дразнить тех, кто сильнее тебя - эту нехитрую мудрость она усвоила очень хорошо, в приюте дерзких не любят.
  Аккуратно положив каску на пол, девочка огляделась по сторонам. Они находились в небольшой комнате... вернее это раньше было комнатой а теперь от неё остались только четыре обвалившиеся стены. Высота их была такова, что коротконогая беглянка не могла заглянуть за край, даже подпрыгнув. К счастью у одной из стенок стояла пирамида каких-то конических штук защитного цвета. Алиса вскарабкалась на верхушку кучи и с любопытством закрутила головой. Пейзаж вокруг не радовал разнообразием - повсюду развалины и редкие кусты с прореженными осколками ветвями. Где-то вдали поднимались клубы дыма и слышались приглушённые взрывы.
  - Я на твоём месте не стал скакать тут, - с неудовольствием в голосе сказал старик.
  - Почему?
  - Это всё-таки мины, а не игрушки.
  - Что?
  - Мины говорю. Конечно, ты весишь как птичка, но раз в год и палка стреляет.
  Девочка торопливо спрыгнула вниз, отряхнула пыльные коленки и уселась на ящик, покрытый брезентом. Дед Игорь улыбнулся и достал из кармана небольшой пакетик.
  - Вот, возьми, пташка.
  Алиса быстро развернула подарок, и даже задохнулась от радости, увидев два кубика жёлтого сахара.
  - Это всё мне?
  - Всё тебе.
  - Спасибочки! Нам его раз в год дают на праздник... как его... День низыви... незавы...
  - Независимости.
  - Точно! Ой, как вкусно... - она торопливо захрустела одним кусочком, а второй спрятала в карман.
  - Значит, всю жизнь в приюте... а родителей своих помнишь?
  - Не-а. Они ушли на небеса, когда я была маленькая. Тётя Зина, наша воспиталка говорит, что если я буду храброй и убью десять врагов, то обязательно попаду к ним. Вот только не пойму одного...
  - Чего именно?
  - Как я залезу на небо, если не умею летать?
  - Не беспокойся кроха, когда придёт срок, ты научишься, обещаю, - криво усмехнувшись успокоил её старик.
  - А у вас внуки есть?
  - Нет, и никогда не будет.
  - Почему?
  - Потому что мои дети... ушли на небеса раньше, чем те успели родиться.
  - А вы убейте десять машин, и сразу к ним!
  - Спасибо за совет, - мрачно сказал дед Игорь. - Так и поступлю.
  - А мы долго будем здесь сидеть?
  - Подождём до вечера, вдруг подойдут остальные старички-сапёры. Затем пойдём в тыл... Ты пока поспи, вон глаза слипаются.
  Он постелил брезент и положил сверху засаленный ватник. Алиса не стала спорить, она действительно очень хотела спать и сразу улеглась на импровизированную постель.
  - В шортах-то не холодно бегать? - спросил старик, заботливо укрывая её вторым куском брезента.
  - Не-а, я привыкла.
  - Что ж они вам форму не выдали?
  - Сказали что таких маленьких размеров на складе нет.
  - Ну, хоть ботинки могли бы подобрать... Ладно, спи.
  - Спокойной но... - пробормотала девочка и провалилась в пучину сновидений.
  
  Ей показалось, что она закрыла глаза буквально на секунду и вот уже рука деда Игоря трясёт за плечо.
  - Что?..
  - Молчи, - прошипел он. - Ни звука!
  Алиса затихла и мгновенно всё поняла, услышав со всех сторон характерный гул и топот множества ног.
  - Будем сидеть тихо, может, и не заметят... - голос старика звучал не громче шелеста ветра.
  Девочка выскользнула из-под брезента, на коленках подползла к узкой щели расколовшей кирпичную стену сверху донизу и прильнула правым глазом. По равнине, словно живой ковёр потоком двигалась Стая. Проносились, лязгая клинками суетливые "Пауки", шебуршали многочисленными конечностями "Крабы", величественно вышагивали суровые "Скарабеи". При виде этого ужаса внутри у неё всё заледенело, и она, отшатнувшись назад, прижалась к деду Игорю. В конце концов, он ведь взрослый и конечно знает, что надо делать.
  - Не бойся, глупая, всё будет хорошо, - голос старика предательски задрожал.
  - Они нас застрелят, да?
  - Ничего подобного. Только не шуми, ладно?
  - Я не боюсь, правда вот...
  - Что?
  - Мне обязательно нужно убить десять штук, иначе как я попаду на небо?
  - Успеешь ещё повоевать дурочка. Видишь, они не замечают нас...
  Прошло минут десять, и девочка уже начала думать, что всё действительно обойдётся. Внезапно старик, который решил посмотреть в отверстие на марширующих врагов, отшатнулся и повернулся к ней белый как снег. Алиса, не спрашивая, глянула сама и увидела, что к убежищу приближаются два шестиногих гиганта.
  - "Броненосцы" мать их... - тоскливо протянул дед Игорь. - Вот и конец нам пришёл...
  Действительно, Стая уже практически прошла мимо, последние "Скарабеи" как раз поравнялись с укрытием и если бы не приближающиеся чудовища, можно было праздновать спасение, но теперь... Обе машины должны пройти справа и слева от развалин и уж конечно низкие стены не укроют людей от зорких электронных глаз.
  - Вот что, внучка, - хрипло сказал старик, подползая к штабелю мин. - Когда твоя воспиталка говорила про десять чужаков, она имела в виду всякую мелочёвку. Но эти здоровые твари стоят как двадцать обычных. Завалишь одну и сразу на небо, к мамке с папкой. Так что смотри, два раза повторять не буду. Это плазменная мина, она специально сделана, чтобы взрывать таких гигантов. Пользоваться ей легче лёгкого, просто берёшь за основание, заскакиваешь под гадюку, жмёшь вот эту кнопку, целясь раструбом в брюхо, и всё! Плазма выстрелит вверх, прожжёт броню, затем будет взрыв основного заряда, осколки посекут ему ноги, если сразу не сдох. Но ты этого конечно уже не увидишь. Поняла?
  Губы девочки задрожали, когда до неё дошёл смысл сказанного.
  - Я... я боюсь!
  - Не бойся милая, больно не будет. Раз и на небесах!
  - Вы не врёте, точно не будет больно?
  - Конечно. Как комарик укусил.
  - Но как я найду своих там наверху... я ведь даже не знаю, как они выглядят!
  - Зато они знают, потому что все время следят за тобой!
  - Правда! Тогда давайте скорее, мне очень хочется к ним!
  - Держи. Она конечно тяжеленькая, но ты утащишь. Беги быстро, тогда не успеют подстрелить. Ты возьмешь правого, я левого. Вместе вознесёмся, главное не бойся!
  - Я не боюсь, - сказала Алиса и внезапно поняла, что действительно страх куда-то ушёл. Дед Игорь старый и умный, раз уж говорит, что больно не будет, так чего боятся. Зато потом она встретит родителей. Как хорошо...
  "Броненосцы" подошли совсем близко. Ещё минута и они заметят их своими гляделками. Ничего, не страшно, она умеет очень быстро бегать, тяжёлая мина не сможет помешать. Значит так, поднырнуть под брюхо, нажать кнопку, прицелиться...
  Четыре стальные звезды с лёгким гулом упали с небес. Дед Игорь выкрикнул какое-то безнадёжное ругательство, в ту же секунду плазменные пушки вспороли спины обеих гигантов.
  - Я пошла! - крикнула Алиса, охваченная воодушевлением профессионального камикадзе.
  - Стой! - старик схватил её за воротник. Затрещала рвущаяся ткань. - Стой глупая!
  Обе машины горели, разбрасывая во все стороны сгустки огня, а "Валькирии" перестроившись, унеслись вослед ушедшей Стаи. Несколько секунд спустя оттуда донеслась канонада взрывов.
  - Мать моя женщина, никогда такого не видел... - прошептал старик и перекрестился трясущейся рукой. - Да что же это делается!
  Алиса ещё минуту назад страстно желавшая вознестись к небесам в яркой огненной вспышке, внезапно почувствовала себя невероятно лёгко. Как хорошо жить! Громко смеясь, она вскарабкалась на стену, и не в силах сдержатся, завопила от восторга, так как ещё никогда в жизни не кричала. Счастье, переполняющее её до самого края, оказалось настолько неизмеримым, что когда из-за развалин вынырнули несколько "Скарабеев" она даже не подумала прятаться. Засмеявшись, девчонка скатилась вниз и побежала навстречу чужим машинам, широко раскинув руки. Дед Игорь, подавившийся криком, мёртвым взглядом смотрел вослед, с ужасом ожидая, когда плазменный сгусток прервёт бег маленькой фигурки. И не дождался. "Скарабеи" равнодушно протопали мимо, и только один, в чью суставчатую ногу вцепился верещащий от восторга человечек, покорно остановился и замер, словно не зная, что делать дальше...
  
  - Интересно, а куда мы едем? - спросила Алиса своего спутника, машинально ковыряя обкусанным ногтём прочный панцирь шестиногой "лошадки".
  - Спроси у него сама, - ответил старик, стараясь не смотреть на скопище Чужих движущихся навстречу сплошным потоком.
  - Думаю что в хорошее место, где тепло и много еды.
  Игорь вздохнул, стянул куртку и набросил на плечи девочки. К вечеру похолодало, а её рубашка и короткие штанишки служили плохой защитой от осенней стылости. Да и броня "Скарабея", на которой они сидели, тепла совсем не добавляла. Малышка с благодарностью кивнула и ещё плотнее прижалась к его правому боку.
  - Я думаю, что мы им просто понравились, вот они и не стали никого убивать, - заявила она. - Когда приедем, нам всё расскажут.
  Старик промолчал, соглашаясь. Действительно когда приедем, тогда и узнаем, а сейчас чего собственно дёргаться? Он смотрел, щуря подслеповатые глаза на огромное здание, из серого бетона вырастающее впереди и пытался угадать, чем же закончится этот богатый событиями день.
  Алису дурные предчувствия явно совсем не мучили. Получив, в собеседники взрослого человека, она решила воспользоваться случаем и восполнить пробелы в образовании.
  - Деда...
  - Что?
  - А почему ветер дует? Ребята говорят оттого, что деревья качаются!
  - Болтают твои ребята...
  - Тогда почему?
  - Долго рассказывать.
  - А я не тороплюсь. Мне ведь надо знать иначе так и помру дурочкой!
  Старик, засмеялся, потрепал её по голове и принялся с воодушевлением раскрывать один секрет мироздания за другим, в то время как мерно шагающий "Скарабей", продолжал нести своих всадников к неведомой цели...
  
  
  Конец первой части.
  
  
  
  
  
  
  
  
Оценка: 7.90*7  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Д.Сугралинов "99 мир — 2. Север"(Боевая фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Н.Мамлеева "Попаданка на 30 дней"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) М.Бюте "Другой мир 3 •белая ворона•"(Боевое фэнтези) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"