Довгулева Александра: другие произведения.

Воробей

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Бывает так, что в жизнь совершенно обычного преподавателя врывается совершенно необычная студентка. И тогда о тишине и покое остаётся только мечтать! Но,возможно, не в этом счастье. Лёгкий романтический рассказ. Дата написания указана примерно. Приятного чтения


Александра Довгулёва

Воробей

  
  
   Громко. Она кричала так громко и с такой невиданной страстью, что я даже восхитился. Светлые растрёпанные волосы торчали в разные стороны, глаза горели ярким пламенем; её движения с каждой секундой становились всё более яростными, и, даже, какими-то отчаянными. Эта "барышня" стояла всего в полуметре от меня, и, отчаянно жестикулируя, вещала нечто, смысл которого я уже и не пытался понять. Девочка была похожа на воробья. Маленького, прыгучего, взъерошенного и с мозгом размером с горошину.
   Если честно мне уже порядком надоел визг несносной девчонки, пытавшейся доказать мне что-то последние двадцать минут.
   -Не один из Ваших доводов не может обосновать заявление по поводу моей некомпетентности как преподавателя.
   Девочка застыла с приоткрытым для продолжения фразы ртом и вскинутыми в театральном жесте руками.
   -Я ничего подобного не заявляла, Игорь Станиславович, - буркнула она.
   -Ну, как же, - возразил я, - вы врываетесь в аудиторию, суёте мне свою проваленную контрольную работу и очень импульсивно начинаете объяснять, почему я должен Вам её зачесть, хотя там нет ни единого правильно выполненного задания.
   -Но я всё сделала правильно! - вновь воскликнула она, состроив по-детски обиженное лицо.
   -На мой взгляд, мне лучше знать, правильно Вы это сделали или НЕТ.
   Я специально выделяю голосом слово "нет", пытаясь поставить в уже наскучившем "разговоре" жирную точку. И увидев, как паническое стремление потухло в глазах студентки, и она притихла, я уже мысленно праздновал победу.
   Но не тут-то было!
   -Вы. Не. Правы. - Процедила она сквозь зубы.
   Её взгляд вновь устремился в мою сторону, и я не без интереса отметил в них холодную злую решимость, приправленную граммом презрения, что, несомненно, добавляло пикантности в ситуацию. Очень редко студенты позволяли со мной подобное, если честно, то почти за двадцать лет преподавания такое случилось со мной впервые.
   Увы, резко возникшее любопытство тут же было загнано в те далёкие края моего сознания, из которых пришла мыслью о том, что одна единственная фраза заткнёт нахалку в мгновении ока, после чего она, скорее всего, станет тише воды - ниже травы. Я привстал со своего места, опираясь обеими руками на столешницу, слегка подался вперёд и почти прошептал:
   -Докажи.
   Девушка, кажется, захлебнулась от злости, и выскочила из зала, громко хлопнув дверью напоследок.

***

   Меня зовут Игорь Станиславович Верилов. И как вы уже успели заметить, став свидетелем этой прелестной сцены, я преподаватель в одном из столичных ВУЗов ( не будем уточнять в каком именно, так как наша дальнейшая история может скомпрометировать это чудное учебное заведение и пошатнуть его репутацию, а мы ведь прекрасно знаем, что такое репутация в современном жестоком мире). Доволен ли я своей жизнью? Пожалуй, я не смогу дать однозначный ответ на этот вопрос, в, конце концов, это моё личное дело. Скажу только, что будучи ещё сущим ребёнком, каким я был когда-то в двадцать лет, славная профессия преподавателя мнилась мне чем-то возвышенным и благородным. Увы, незрелый тогда ещё ум не учёл всех тех проваленных контрольных, бездарных курсовых и наглых самоуверенных студентишек (каким, к слову, тогда - больше двадцати лет назад - был и я), которые, несомненно, встречаются всякому, ступающему по этому полному камней и оврагов пути. Нет, не знал я, сколько времени я буду проводить за своим столом, погребённый под кипами бумаг и в перемазанной чернилами рубашке, перечитывая тот бред, который пишут мои подопечные, уверенные в своей гениальности.
   Впрочем, профессия преподаватнля не была лишена некоторой прелести.... А прелесть эта есть власть. Да, да, Вы не ошиблись именно власть. Практически безграничная, надо сказать. И заключается она не сколько в возможности держать в руках чужие судьбы, а....
   Кто-то постучал в дверь кабинета.
   Оторвавшись от проверки очередного эссе, я посмотрел на часы. Бронзовые стрелки отчаянно кричали, что мне давно пора уходить, а в здании не должно было остаться никого, кроме уборщиков и охраны.
   В дверь снова постучали, и, судя по звуку, ногой.
   Хм.... Мой поздний гость явно был нетерпелив. Скривившись уже от третьей попытки выдернуть меня со своего места, я встал из-за стола. То, что я увидел в коридоре, было неожиданным.
   Парадокс: что бы я ни делал, насколько твёрд и непреклонен ни был, на курсе всегда найдётся студент, который способен дольше других проявлять упрямство, однако вламываться ко мне в кабинет почти в - я посмотрел на часы - десять вечера ещё никто не осмеливался.
   В коридоре, не менее взъерошенная и тяжело-дышащая, чем в прошлый раз, стояла "воробей". Этот ребёнок воистину был невыносим! Я догадался о причине её визита сразу же, как мой взгляд скользнул по мятому листу бумаги в её руках.
   -Нет. - Опережая возможные просьбы, спокойно сказал я.
   Не смотря на то, что такие поздние визитёры встречались мне не часто, ситуация в целом была не нова. Я видел два варианта развития событий.
   Первый - девчонка переделала работу. В этом случае сейчас она начнёт упрашивать меня посмотреть её и исправить оценку. Второй - упрямица работу не сделала и пришла мне доказывать свою правоту.
   Как выяснилось, я угадал. Почти.
   -Игорь Станиславович! - почти заорала она, - Вы должны перепроверить мою работу!
   - Я ничего никому не должен, - ответил я, стараясь сделать свой тон как можно более безразличным, - тем более Вам. Если бы Вы уделили немного больше времени изучению материала, Вы бы поняли, что то, что происходит сейчас, лишено всякого смысла.
   -Да ни в одной книге мира нет объяснения этому! - она ткнула пальцем в обведенную в круг ярко-красную "2".
   - Нам не о чем говорить, - ответил я, чувствуя, как самообладанию медленно приходит конец, - Вы не понимаете элементарного. А это, между прочим, Ваша работа как студента.
   На несколько секунд в коридоре повисла тишина, настолько сильно контрастировавшая с тем, что было всего пару секунд назад. Удивительно, сколько один не повзрослевший вовремя ребёнок может производить шума.
   -Так объясните, - процедила сквозь зубы она с такой ненавистью, что я невольно вздрогнул, -между прочим, это Ваша работа, как преподавателя.
   Эти слова взбесили меня настолько, что прежде, чем я сумел обдумать их, я сделал то, что не позволял себе на протяжении всей своей карьеры. С жёстким и непреклонным "Вон!", я захлопнул дверь перед своей студенткой.

***

   Меня зовут Игорь Станиславович Верилов. И как вы уже успели заметить, став свидетелем этой прелестной сцены, я тоже человек, способный, порой, выходить из себя. Если говорить откровенно, моё поведение было шокирующим не только для "воробья", но и для меня самого. Я не мог простить себе этого. "Совесть?" - можете спросить вы. Увы, не думаю, что она у меня ещё есть, как, впрочем, сердце, слёзные железы и прочие сентиментальные рудименты, которыми при рождении наделено человеческое тело. Однако, мысли о вечернем инциденте не давали мне покое весь следующий день. Конечно, я и раньше злился на студентов, но не настолько, чтобы проявить слабость и позволить себе настолько эмоциональную реакцию. Это было не в моих принципах.
   Через час примерно с такими мыслями я подошел к своему дому.
   Поднимаясь по лестнице (так как проклятый лифт опять не работал), я не подозревал, что увижу перед дверью в квартиру. Впрочем, обнаружив спящего "Воробья" у своего порога, я не сильно удивился. Студентка сидела на полу, подтянув к груди колени и спрятав в них лицо. Она казалась ещё более взъерошенной. Я невольно усмехнулся, обнаружив, что в подъезде всё ещё царила тишина. Не особо церемонясь, я потрепал её за плечо.
   Девчонка резко подняла голову, уставившись, казалось, невидящим взглядом на меня, а потом птичьи глазищи удивлённо распахнулись, и тишина вмиг была разбита звонким возгласом:
   -Игорь Станиславович!
   Я невольно закатил глаза.
   -Можно поинтересоваться, что Вы здесь забыли?!
   Почему-то она показалась мне немножко смущённой, правда этот миг был настолько краток, что позже я списал этот мираж на переутомление.
   Собственно я ожидал, что в лицо мне будет ткнута уже ненавидимая мной работа. Что ж, будем считать, что её упрямство заслуживает внимания, тем более выгонять девушку - я посмотрел на часы- почти в час ночи на улицу было просту жестоко.
   -Заходите, раз Вам не жаль своего времени на абсолютно бесполезные вещи.
   К моему удивлению, пичуга безропотно поднялась на ноги и молча последовала за мной в квартиру. А девчонка оказалась несколько не такой, какой я её представлял. Как ни странно, уже через полтора часа полный шок и недоумение в её глазах сменились сначала пониманием, а потом и живым интересом. Она была готова слушать и признавать свои промахи. Она была готова учиться. Не думаю, что найдётся хотя бы один преподаватель на этой грешной земле, который не ценил этого редкого качества в своих студентах.
   В конце концов, "объяснение" превратилось в "обсуждение", а тема контрольной была забыта, так как сам разговор медленно перешёл в те области, где мой "воробей" довольно неплохо ориентировался. И всё это продолжалось до тех пор, пока я не вспомнил о своей привычке смотреть на часы.
   -Пять утра, -констатировал я удивительный, на мой взгляд, факт, - через четыре часа, мне необходимо стоять перед аудиторией, полной студентов.
   Девушка выглядела... расстроенной? Да, пожалуй, это самая моя удивительная студентка: совсем не вписывается врамки...
   -Можно последний вопрос? - спросила она, почти робко, хотя, возможно, в этом снова было виновато моё переутомление.
   Я кивнул. В конце концов, после проведённой за обсуждением ночи было бы глупо отказать.
   -Почему Вы преподаёте?
   Да.... И я совсем не удивился, потому что надо было ожидать неожиданного. Мне не надо было думать, что ответить.
   -Это как наркотик, -совсем не думая о словах, ответил я.
   Увидев недоверия на её лице, продолжил:
   -Аудитория, полная студентов, - это та же клетка с тиграми. Ты идешь меж них, понимая, что они не должны чувствовать твою слабость, не должны осознавать, что их больше, что они сильнее. Это ужасно тяжело, кажется, что стоит тебе зазеваться - и лишишься, ноги, руки, а, возможно, и головы. Но в тот момент, когда ты начал говорить, когда ты встал перед ними, готовый встретиться лицом к лицу, твой голос будто наполняется властью и силой. И когда эта сила заставляет смотреть на тебя не отрываясь, когда на их лицах ты видишь отклик, ответ на то, что делают твои слова, когда их глаза зажигаются интересом и пониманием, ты осознаёшь, что тигр прыгнул через огненное кольцо.
   Только через несколько секунд после того как мои губы перестали двигаться, я вдруг понял, что закрыл глаза. Открывать их не хотелось совсем - желательно ближайшие десять часов - однако, в комнате стало подозрительно тихо, и мне пришлось сделать это.
   Когда наши взгляды встретились, я невольно задержал дыхание. Огромные влажные карие глаза были полны восхищения. Это было странно, необычно и удивительно. Их взгляд зачаровывал, одновременно заставляя чувствовать себя польщённым и ... смутившимся?
   Волшебство растаяло, стоило ей опустить взгляд.
   Её не скромное и странно тихое "Вау!" заставило улыбнуться.
   Через десять минут, когда пичуга покинула мою квартиру, я вернулся в комнату. Взгляд сам упал на стол, за которым мы сидели. Она забыла злосчастную работу.
   И тут я понял, что так и не узнал ни её имени, ни фамилии. Взяв в руки лист, я мысленно содрогнулся, впрочем, через секунду я уже смеялся в голос, так как таких совпадений просто не бывает!
   В верхним правом углу корявым почерком было написано "Елизавета Воробьёва".

***

   Я с нетерпением ждал пятницы, тщетно уговаривая себя, что это не потому, что в этот день в моём расписании стояли лекции воробьиного потока. И когда, наконец, пятница наступила, я с удивлением обнаружил, что приехал почти на полчаса раньше без всякой веской причины, чего со мной ещё никогда не было.
   Встав за кафедру и заметив уже знакомую взъерошенную блондинку, я с небывалым воодушевлением принялся за работу.
   Первые двадцать минут всё шло прекрасно, пока жуткий грохот не прервал мою речь.
   Нет, меня не удивило, что источником шума была Елизавета (в конце концов, шум, видимо, был её постоянным спутником), просто, она вскочила со своего места, уронив стул на пол. Всего на секунду она посмотрела на меня, и я понял, что девушка в панике. Она казалась растерянной и отчего-то напуганной.
   И совсем не укладывался в голове тот факт, что это напугало и меня. Прежде, чем я успел что-то сделать, она выбежала прочь.
   Стоит ли говорить, что всю следующую неделю я думал только о том моменте, раз за разом прокручивая в голове события того дня, пытаясь понять причины такого странного поведения... Я был в тупике. Впервые в жизни я не мог разложить всё по полочкам, всё глубже погружаясь в эту кипящую смесь мыслей и чувств, которые резко проснулись от глубокого сна. Казалось, что кто-то проткнул в моей голове ту тонкую плёнку, разделявшую их и меня всё это время, что звук падающего на пол стула в тихой аудитории на самом деле был тем громогласным хлопком, с которым она взорвалась как воздушный шар! И, конечно, тот факт, что девушка не появилась на лекции в следующую пятницу, не способствовал восстановлению моего душевного равновесия. Но всё же она появилась, правда уже в понедельник.
   Это радостное событие ознаменовал стук в дверь моей квартиры, вернее грохот, с которым её нога врезалась в многострадальную деревянную поверхность. Ощутив острый приступ dИjЮ vu, я взглянул на часы. Была почти полночь, и я догадывался уже тогда, кем является мой поздний гость, хотя и не подозревал о том... хм... что случится чуть позже.
   Дверь распахнулась в ту секунду, когда я повернул ключ в замке. И в мою прихожую ввалилось нечто.
   Ввалилось в прямом смысле, так как моя гостья, видимо собираясь ещё раз "деликатно" постучать, потеряла равновесие и растянулась на паркете у моих ног. Это был первый раз в моей жизни, когда девушка ползала у меня в ногах.
   Предприняв пару неудачных попыток подняться, она, казалось, сдалась, и перевернувшись на спину с абсолютно безумной улыбкой протянула:
   -Игорь Станиславович, а я Вас ищуууууу...
   Она рассмеялась, что абсолютно подтвердило мои догадки о невменяемости её состояния.
   -Елизавета, что Вы творите?!
   Увы, мой голос звучал скорее обеспокоенным, чем возмущённым, правда, я старался не думать о причинах этого.
   Девушка вновь рассмеялась ещё пуще прежнего, отчего я стал всерьёз опасаться, что она ещё и головой ударилась при падении.
   -Что смешного! - почти заорал я, пытаясь поставить её на ноги, чему абсолютно не способствовал тот факт, что она давилась от смеха и извивалась как угорь.
   -Когда Вы злитесь Вы такой ... такой забавный!
   Понимая, что толку я всё равно не добьюсь, я молча перекинул её руку через плечо и буквально потащил в сторону гостинной, игнорируя абсолютно ужасный пьяный гогот.
   -Ой, - произнесла она единственную фразу не лишенную смысла в тот момент, когда я уронил её на диван.
   -Проспитесь, - буркнул я, собираясь уйти в соседнюю комнату.
   Однако моим планам не суждено было сбыться: мисс неожиданность решила окончательно лишить реальность здравого смысла.
   -Игорь Станиславович, - воскликнула она, - а куда Вы пошли?!
   -Спать.
   - А почему без меня?
   Окончательно лишившись ощущения реальности происходящего, я посмотрел в сторону дивана.
   -Ну признайтесь, - лепетала она, - Вам же понравилось обнимать меня!
   Мне понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что она имеет ввиду.
   -Во-первых, я не обнимал Вас, а вынужден был тащить, потому что кто-то совсем не умеет пить, - отчеканил я, - а во-вторых, Елизавета, Вы абсолютно не понимаете, что несёте, поэтому поговорим за...
   Мой взгляд упал на её лицо, на котором застыло абсолютно непередаваемое и неуместное выражения, которое окончательно выбило почву у меня из под ног.
   -Что? - не в силах справиться с этим спросил я.
   -Ты назвал меня по имени, - благоговейно прошептала она, садясь на колени.
   То, что произошло в следующую секунду, окончательно убедило меня в том, что всё это мне снится.
   Да-да, я заснул над проверкой очередной бездарщины, и вот, моё утомлённое подсознание сыграло со мной злую шутку. Как ещё можно было объяснить, что студентка, которая моложе меня больше чем на двадцать лет, стремительно преодолела разделявшее нас расстояние и прижалась своими, горькими от спиртного губами к моим - сухим и потрескавшимся? Как ешё можно было объяснить, что когда моя рука помимо воли зарылась в мягкие короткие волосы, её нежные влажные губы преоткрылись, позволяя мне проникнуть сквозь них, глубоко и сладко... Я явно спал, потому что она тихо застонала и прижалась ближе, когда мой язык скользнул по её зубам, пробуя на вкус давно забытое ощущение.
   Не могло же быть на самом деле этого... поцелуя? Или...
   Я оттолкнул её прежде, чем зашёл слишком далеко, буквально метнувшись в другую часть комнаты.
   -Игорь...
   Она потянулась в мою сторону. Взгляд её был мутным, а движения неловкими, и я взмолился, чтобы утром она всё забыла.
   -Завтра ты скажешь мне "спасибо", - бросил я прежде, чем захлопнуть за собой дверь спальни.

***

   Меня зовут Игорь Станиславович Верилов. И в мои обязанности преподавателя явно не входит лечение студентов от похмелья. Так же, к ним явно не относится надежда на то, что алкоголь убил ровно столько мозговых клеток студента, чтобы он напрочь забыл всё, что случилось вчера. И уж тем более к ним не относятся тщетные попытки уговорить себя самого забыть о том, каким мягким и отзывчивым казалось юное девичье тело в моих объятьях.Примерно с такими мыслями и ужасающе мрачным выражением лица я разводил аспирин, судорожно придумывая, что бы ещё всучить ей, когда она соизволит проснуться.
   О том, что это знаменательное событие свершилось, мне подсказал уже ставший привычным шум, непременно сопровождавший всякое действия "воробья". Зайдя в комнату, я имел удовольствие лицезреть свою студентку, растянувшуюся на полу рядом с диваном. Ощутив dИjЮ vu второй раз за сутки, я молча поставил стакан на стол, намеренно делая это как можно громче, считая, что обладаю полным правом на эту маленькую, но весьма подлую месть. Мои действия возымели успех: девушка схватилась за голову, видимо, борясь с приступом сильной боли. Через мгновения, она как-то жалобно посмотрела на меня.
   -Ванна там, - сообщил я.
   В течение несколько минут я старательно игнорировал звуки рвотных позывов, которые, наконец, сменились шумом воды, прежде, чем вновь лицезрел свою полуночную гостью.
   -Дверь там. -Холодно сказал я, указывая в сторону прихожей и усиленно делая вид, что увлечен чтением (в моих руках была первая попавшаяся мне книга).
   -Я хотела...- тихо начала она.
   -Дверь там, - с нажимом повторил я, не отрывая невидящий взгляд от расплывающихся строчек.
   К счастью, ей хватило ума внять моему прозрачному намёку и покинуть мой дом. Уже через минуту я понял, насколько ужасна была вернувшаяся тишина.

***

   Я не видел её две недели. Наверное, стоило радоваться, что мне удаётся избежать неприятного разговора, который бы несомненно последовал бы за возвращением воспоминаний. Однако, я не мог.
   С каждым днём, я всё чаще ловил себя на том, что среди однотонной толпы в коридоре, я высматриваю маленького взъерошенного воробья, что скрип ручек по бумаге во время моих лекций становится всё более гадким и раздражающим, а вопросы студентов всё более нелепыми.
   И я отчаянно пытался убедить себя в том, что причиной всему этому не было желание узнать, почему в ту злополучную ночь, девушка появилась именно у моего порога.
   Когда вечером пятницы на третьей неделе ко мне постучали в кабинет, я тут же вскочил со своего места, и, как десятилетний мальчишка, метнулся к двери. Сложно сказать, почему я ощутил такую безумную радость, увидев на моём пороге маленькую взъерошенную блондинку, похожую на воробья.
   -Здравствуйте, - слишком вежливо поздоровалась она, протягивая мне знакомый лист бумаги.
   -Проходите.
   Быстро просмотрев работу, я с удивлением обнаружил, что исправлять мне теперь нечего.
   -Что ж, похоже, Вы справились, - вынужден был признать я, выводя поверх старой отметки короткое слово "зачёт".
   Она кивнула.
   В повисшей тишине моё дыхание, казалось, было слышно на всём этаже. Я не мог объяснить, почему меня охватило странное чувство предвкушения, будто помимо воли ждал чего-то, неведомого мне.
   -Я хотела извиниться, - наконец произнесла она.
   Подавив неизвестно откуда взявшееся разочарование, я сдержанно кивнул. Она подошла к двери и остановилась на пороге, заставляя меня задержать дыхание, вновь возвращая то новое для меня ощущение необъяснимой надежды. Она стояла в проходе несколько секунд, будто решая, стоит ли сказать ещё что-то. И всё-таки, она решила, что нет.
   А почти возненавидел дверь, когда она закрылась.

***

   Возвращаться в пустую квартиру не хотелось совершенно. Её покой и тишина, которые раньше казались мне идеальными, теперь были самым страшным наказанием. Именно наказанием, потому что я нарушил самое главное правило, которое поставил себе как преподаватель: НИКОГДА не влюбляться в студенток.
   Хотя я не был уверен, что это была влюблённость, или даже симпатия. Скорее какая-то странная болезненная одержимость. Увы, я слишком долго обманывал себя, упустив момент, когда это всё началось, когда "воробей" из несносно ребёнка превратилась в прекрасную девушку с огромными карими глазами и мягкими короткими завитками волос, к которым так хотелось прикаснуться. Сам виноват. Надо было задавить это ещё в зародыше. А я был дураком.
   Поднимаясь по лестнице (я даже и не посмотрел, сломан лифт, или нет), я занимался тем, что нещадно обличал себя и свою сентиментальность, которая, оказывается, всё ещё у меня была. Поднявшись на лестничную площадку, я замер, не веря своим глазам. У моих дверей, прислонившись спиной к стене и сложив руки на груди, стояла Лиза.
   -Вы всегда возвращаетесь так поздно, или мне просто везёт? - абсолютно неподобающим образом спросила она.
   -Всегда, - ответил я прежде, чем успел остановиться, - что Вам нужно? Зачёт я уже поставил.
   -Мне нужно поговорить с Вами о вещах по-важнее зачёта, - горячо сказала она.
   В миг её взгляд, до этого опущенный, устремился прямо на меня. И как только наши глаза встретились вернулось то чувство незащищённости и смущения, которое раньше мне было неведомо. Её глаза пылали. Яркие, открытые и искренние.
   -И о чём же? - поинтересовался я, пытаясь сохранить самообладание.
   -О той ночи, само собой, - ответила она.
   -Я сказал, что прощаю Вас, так что нет причин Вашего пребывания здесь.
   Я попытался подойти к двери, чтобы скрыться за ней. Лишь бы подальше от этих ужасающих глаз, которые будто видели меня насквозь.
   -Вы прекрасно знаете, что я не об этом! - воскликнула она, преграждая мне путь.
   -А о чем же? - я начал раздражаться.
   Ситуация выходила из под контроля. Позже я признался себе, что это безумно пугало.
   -Вы поцеловали меня!
   Как можно говорить такие вещи, глядя прямо в глаза?
   -Вы кое-что перепутали, - возразил я, стараясь любым способом избежать её пронзительного взгляда, - это Вы поцеловали меня в пьяном бреду!
   -Нет, я всё прекрасно помню! Я только начала, а поцеловал меня именно ты!
   Было сотни вариантов ответов. Достойных ответов, разумных ответов. Ответов, которые могли бы исправить положения. Ответов для неё болезненных, унизительных, снисходительных и подходящих намного больше, чем то, что я сказал.
   -Вы были пьяны, не понимали что творили. Вам стоит просто забыть об этом.
   -Нет! - она, кажется, и не пыталась рассмотреть это вариант, -Нет! Ни за что! Потому что...
   Она затихла, я уже знал, что это не к добру. Там, где прекращается шум, начинаются проблемы. Я с содроганием ждал продолжения и не поверил своим ушам, когда услышал его.
   -Потому что сейчас я не пьяна, - тихо сказала она, - и ещё больше хочу поцеловать тебя.
   Наверное от удивления, на меня напал паралич, иначе я не могу объяснить почему не остановил её. Обе её руки были на моём лице, пытаясь удержать, а её мягкий тёплый язык пытался заставить меня открыть плотно сжатые губы.
   -Прекрати, - сказал я в тот момент, когда способность двигаться вернулась ко мне, - ты не понимаешь, что делаешь!
   -Прекрасно понимаю! И не смей отталкивать меня! - заявила она, вновь пытаясь меня поцеловать.
   На этот раз я сумел предотвратить это.
   -Конечно не понимаешь, ты ещё совсем ребёнок!
   -Мне уже девятнадцать! Многовато для ребёнка, не находишь?!
   Я безуспешно пытался убрать руки, которые с необычайной для хрупкой девушки силой вцепились в мою спину и не желали сдаваться без боя.
   -Я твой учитель!
   -И что? Не брат же!
   -Знаешь сколько мне лет! Да я тебе в отцы гожусь!
   -Не правда!
   -Правда! У нас огромная разница! Мне сорок три!
   -О, - казалось, она подсчитывала нашу разницу в возрасте несколько секунд, -многовато, ну ничего, любви все возрасты покорны!
   -Какой такой любви?! - буквально заорал я, чувствую, что начинаю паниковать.
   - Самый что ни наесть настоящей! - заявила она.
   Воспользовавшись моим замешательством, девушка вновь сумела прильнуть к моим губам.
   И в этот момент я вдруг понял, что готов послать всё к чёрту. И свою репутацию, и свои убеждения, и свою спокойную жизнь. Настало время перемен. И я не просто ответил на поцелуй, а перехватил инициативу, обнимая своего воробушка, чувствуя, как дрожит её тело в моих руках.
   -Ты пожалеешь, - предупредил я, на секунду оторвавшись от её губ.
   -Не думаю, - упрямо возразила она.
   Я не смог сдержать улыбку.

***

   Меня зовут Игорь Станиславович Верилов. И я как-то абсолютно упустил тот момент, когда оказался на кровати в расстегнутой рубашке. Птичка оседлала мои бёдра и явно намеривалась наделать глупостей. Останавливать её не хотелось совсем. Впрочем, вдруг у меня так не кстати проснулась совесть.
   -Может остановишься пока мы не зашли слишком далеко? - поинтересовался я, наблюдая как ловкие пальчике расстёгивают мой ремень.
   -О Боже! - закатила глаза она, - может, ты, наконец, заткнёшься?!
   Дальнейшие мои протесты были пресечены весьма оригинальным способом.
   Я ещё долго задавался вопросом, где она научилась вытворять такие вещи своим языком с ушами ни в чём неповинных преподавателей. Впрочем, я не был уверен, что действительно хотел это знать.

***

   -Ты уже уходишь? - с лёгкой издёвкой в голосе спросил я.
   Мы провалялись в кровати пол дня, на часах уже было около пяти.
   -Да, - ответила девушка, - надо вещи собрать.
   -Надо сделать что?! - с недоверием спросил я.
   Она обернулась. Её улыбка была похожа скорее на дьявольский оскал.
   -Я к тебе переезжаю!
   Видимо, я никогда не смогу предугадать то, что она скажет в следующий момент.
   -Ты ведь не против? - уже мягче спросила она.
   Я помотал головой, боясь что голос может подвести.
   -Я люблю тебя, - нежно прошептала она, залезая ко мне на колени, - а когда мы поженимся, ты перестанешь, наконец, спорить со мной по поводу этого!
   Я рассмеялся. Не смог просто сдержать рвущийся наружу смех, ведь она говорила это абсолютно серьёзно! Впрочем, я быстро справился с собой и нашёл своими губами губы, явно собиравшейся на меня обидеться девушки.
   -Как скажешь, - ответил я, уже не пытаясь спорить, чувствуя теплое дыхание на своей шее.
   Так из моей жизни навсегда исчезли тишина и покой.
   Так в моей жизни появилось настоящее счастье.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"