Dtprince: другие произведения.

Летний снег - Глава 8

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

   Бывают такие моменты в жизни, когда хочется открыть окно Статуса, и абсолютно бесстыже вложить все свободные очки в параметр "Удача", чтобы затем откинуться на спинку удачно подставившегося кресла и расслабленно наблюдать, как с неба аккуратно сыплются деньги, красотки и красотки, обернутые в деньги.
   К сожалению, для получения такой удобной способности сначала нужно быть достаточно удачным, чтобы она оказалась реальной, а не чьим-то разгулявшимся воображением.
   Я же таким точно не был, поэтому в данный момент усердно разжигал спичками собственноручно собранный костёр.
   Спичками! Словно и не шиноби вовсе!
   ...На самом деле я был просто слега раздражён, а использование спичек шиноби никак не порицалось. Далеко не каждый может щелчком пальцев вызвать чакру огня, так как управление стихийной чакрой занятие не легкое, ему обучают обычно в гораздо старшем возрасте, и многие останавливаются на той стихии, что ближе им. Я, как тот, кому изначально легко давались Вода и Ветер, был в этом плане среди избранной элиты, так как владел сразу двумя. Грех жаловаться.
   Огонь просто отказывался подчинятся, по крайней мере пока. Всего лишь плохая синергия с уже освоенными. Мне совершенно нечего стыдится.
   С ненавистью посмотрев на коробок, с обложки которого надо мной смеялся какой-то чересчур добродушного вида мужичок, я тяжело вздохнул и убрал инструмент своего позора обратно в карман.
   Самое главное, что костёр был готов и уже вовсю разукрашивал яркими отблескамистены и потолок воздвигнутого мной ледяного домика, согревая лежащую неподалёку бесчувственную Мадоку. Мне-то холод не страшен, а вот ей среднестатистическая температура Страны Снега явно не пошла бы на пользу.
   Страна Снега... Боже, вот уж удружил, так удружил.
   С одной стороны, это было логично. Войдя в одну льдину, я вышел не абы где, а из другой. На этом континенте было не так много мест, где можно найти натуральные конструкции изо льда подходящего размера.
   С другой стороны, к чёрту логику. Я помнил Страну Снега по урокам Мадоки. Маленькое островное государство, зима круглый год, живут за счёт экспорта различной техники, живут бедно. А ещё где-то пять лет назад здесь в результате вооружённого переворота сменилась власть, главный ум страны умер от руки младшего брата, и жить стали совсем плохо. Как вскоре оказалось, у нового правителя был самый что ни на есть отвратный характер, гораздо больше амбиций, чем мозгов, и банда "технически не нукенинов". Его интересовала лишь разработка нового оружия, и его слово было закон. Экспорт быстро накрылся медным тазом, а все нужные для комфортной жизни ресурсы банда нового Даймё собирала с населения. Тут бы нарасти гражданским волнениям, а шиноби Юкигакуренаконец-то начать активные действия против узурпатора, вот только население было слишком малочисленным, оголодавшим и беспомощным для волнений, а бравые шиноби Деревни, скрытой во Снеге, и были теми самыми "технически не нукенинами".
   Вся эта история была очень странной, особенно вялая реакция других стран на такой наглый захват власти и смену Даймё руками шиноби своей же деревни. Весь существующий мир был построен на связи между странами и их личными деревнями шиноби. Даймё и государство страны управляли потоками денег и ресурсов, обеспечивая свою Деревню так нужными ей заказами, по самым премиальным расценкам, а те, в свою очередь, были обязаны служить в роли военной мощи страны и эти заказы выполнять. И если связь между ними нарушалась...
   Убийство Даймё считалось святотатством. Та же Сунагакуре, оказавшаяся в отчаянном положении из-за решений Даймё Страны Ветра аутсорсить заказы чужим шиноби, вместо того чтобы устранить его, напала на Коноху, чтобы доказать ему свою силу и профпригодность. Потому что, если ты хочешь доверия между страной и деревней, деревня не может устранять членов правительства страны, которая её приютила. Особенно её лидера. Этим можно не только порушить всю систему, обеспечивающую комфортную жизнь и доступную работу десяткам тысяч твоих людей, но и привлечь внимание соседей, которые с радостью воспользуются ситуацией, при полной поддержке лидеров своих стран, которых такая безнаказанность совсем не устраивает.
   Тайное устранение не поможет. Охрана Даймё, как правило, набирает почти весь свой состав из шиноби своей же деревни. Если они упускают успешное покушение, то первым делом тень падает именно на них. Любая смерть действующего Даймё расследуется как покушение по умолчанию.
   Ситуация же в стране Воды, чью Даймё убил Кисаме, и описывать не надо. Киригакуре пытается держать всё в стабильности силовыми методами, но страна утекает у них из рук. Повсеместный голод, безработица, запредельная преступность, анархия... Есть, конечно, Мей Теруми и её планы, но что она на самом деле может сделать, пока Ягура жив, здоров и у власти?
   А в Конохагакуре Даймё даже выбирает самого Хокаге, пусть это по большей части и формальность, так как кандидатуры отбираются самой деревней и согласовываются при активном участии её верхушки.
   Скорее всего, ситуации в Стране Снега кто-то помог развиться. Может, кому-то не нравился технологический прогресс, а может, потому что всех не устраивал предыдущий Даймё. Возможно, причина была в том, что это маленькое, бедное островное государство и всем было плевать, какие интриги тут проворачиваются и каким образом это происходит.
   Всё это было очень интересно, но я не собирался ввязываться в местную политику. Меня волновало собственное благополучие и Мадока. Поэтому беспокоила меня лишь одна неприятная деталь, связанная с этой историей.
   Ко всем своим прочим блистательным личным качествам, Казахана Дото был лютым параноиком, везде видевшим заговоры против себя. Это выражалось в том, что никто не пересекал границы страны без его ведома, а любых подозрительных личностей могли запросто лишить жизни.
   И, чего уж лукавить, миловидный и ухоженный маленький мальчик с бессознательной женщиной под мышкой были подозрительней некуда.
   Лишнее внимание нам было совсем не нужно. Поэтому я даже не пытался найти ночлег в каком-нибудь близлежащем поселении, избегая даже приближаться к ним, и впервые на практике воспользовался печатью, собирающей дым, чтобы костёр не выдал наше местоположение.
   Долго так продолжаться не могло. Я не собирался селиться в этой богами забытой стране.
   Однако достичь континента на своих двоих попросту не представлялось возможным - море было слишком неспокойным, а расстояние слишком большим. Так или иначе, но нам придётся найти корабль и, если мне не изменяет память, в Стране Снега был лишь один портовый городок, который почти наверняка находился под пристальным надзором Дото и его шиноби.
   Однако, это были проблемы будущего меня. Сейчас моей первостепенной задачей был уход за Мадокой и добыча еды.
   Я прямо чувствовал незримое одобрение со стороны своих первобытных корней. Костёр, охота, своё логово с бессознательной женщиной внутри - всё по заветам предков, только дубины и набедренной повязки не хватает.
   Ясно было одно - ситуация не сдвинется с места, пока Мадока не очнётся и не восстановится до подвижного состояния. К счастью, все её конечности были на месте, голова или сердце не повреждены, а значит, что вопрос был лишь в том, сколько времени на это уйдёт.
   Облегчение, вызванное её поправлявшимся здоровьем, помогало справиться с пережитым днём ранее. Я еще пару часов отходил от напряжения, глупо хихикая время от времени, после того как вышел из того измерения. Не потому, что смешно было, просто нервы шалили.
   Встреча с местным божеством вызывала множество вопросов, думать о которых совершенно не хотелось, но мои мысли раз за разом возвращались к ним.
   Кеккей Генкай - эссенция богов, взятая у них силой? С этим ли связаны названия некоторый определённых техник? Я почти не помнил имени "Кураоками" до всего этого, но я и не особо интересовался азиатскими пантеонами. Зато я был хорошо знаком с именами "Аматерасу", "Сусаноо", "Изанами" и "Изанаги". Упоминания о них встречались и в этом мире, но Синтоизм не был активной религией, назывался по-другому, и вообще относился скорее к полузабытым мифам.
   Чем являлся Шинигами? Трупом божества, чем-то ещё? Откуда у Узумаки были эти их маски, помогавшие управлять им?
   Что насчёт Хидана и его Дзясина? Была ли их ситуация похожа на мою? И кем был Дзясин? Ведь "Злое сердце" явно не его настоящее имя.
   У меня было слишком мало информации, но я абсолютно не горел желанием выпрашивать её у Кураоками. Слишком свежи были воспоминания от встречи, слишком тяжело его присутствие в моей голове.
   Решив, что мне срочно нужно было развеять мрачные мысли, я поправил поудобней подсумок с кунаями на ноге, жестом руки открыл проход в ледяной стене и направился на охоту.
  
  
***
  
   Это случилось на третий день моего пребывания в этом промёрзлом лесу.
   Лицо Мадоки наконец-то начало возвращать себе здоровый цвет и, по моим крайне приблизительным прогнозам, она должна была очнуться со дня на день. Слегка пораскинув мозгами, я пришёл к выводу, что, проснувшись, она будет зверски голодной, и мне надо бы запастись провиантом, поэтому отправился за дополнительной крольчатиной.
   Но стоило мне отойти на пару сотню метров от своего импровизированного лагеря, как я наткнулся на двоих помятого вида личностей, устало бредших по направлению к нам.
   Выглядели они неважно. Грязные, рваные плащи носили следы порезов, явно оставленных режущим оружием, пестрили дырками, и почти не скрывали самурайских доспехов. Шлемов при них не было. Лица были измождённые, волосы спутанные и давно не мытые, но взгляд у обоих был твёрдый и упрямый. Они не заметили меня, прыгавшего по ветвям и стволам деревьев, но я не мог сказать, что в этом была целиком моя заслуга - я сомневался, что они были в состоянии вовремя заметить медведя, если бы тот внезапно появился и понёсся на них.
   Судя по всему, я наблюдал членов местного сопротивления.В этой стране разве что они могли одновременно быть при такихдоспехах и оружии, и в то же время в таком плачевном состоянии.
   Определив на глазок траекторию их пути, я понял, что на мою ледяную постройку они натолкнуться не должны, и уже начал прикидывать, следует ли мне незаметно сопроводить их, на случай если они вдруг решат поменять направление, когда услышал в своей голове чужой голос.
   [Они сойдут]
   Вне своего измерения мыслеречь Кураоками была не такойиной, не оглушала своей интенсивностью, но даже так я чуть не свалился с ветки от неожиданности.
   - Сойдут? Для чего? - шёпотом спросил я, почуяв неладное.
   [Для ритуала. Время пришло.]
   Я устало облокотился спиной на ствол дерева.
   - Ты так и не объяснил мне, в чём его суть, - сказал я, краем глаза следя за медленно приближавшимися самураями. - Ритуал подразумевает правила - слова, жесты, действия, всё должно следовать одной схеме. Более того, почему сейчас? Почему они?
   [Не важно. Ты поймёшь. Сейчас.]
   Предчувствуя предстоящую передачу информации, я покрепче ухватился за дерево, и, как оказалось, не зря. На пару секунд я потерял окружение и покачнулся, но сумел удержаться.
   - Отлично. Просто замечательно. Похоже теперь я знаю, как проводить ритуал. Но может ты ответишь на другие мои вопросы?
   [Ответы придут в процессе.]
   Я сдержал рвущееся наружу негодование и прикрыл глаза. Спорить с ним было бессмысленно.
   Тем более, что двое мужчин уже почти добрались до моего дерева.
   Бесшумно падая на плечи тому, что шёл позади, быстро и сильно хлопаю тому по ушам. Спрыгнув с его плеч, подныриваю к удивлённо обернувшемуся второму, вырубая его резким апперкотом ногой. Развернувшись, добавляю в челюсть упавшему на колени первому, отправляя и его в нокаут.
   Выдох.
   Подойдя поближе, я осмотрел лежащего передо мной человека. Мужчина, около сорока лет, темноволос. Никаких особых примет. Обшарив его, я не нашел ничего кроме очень скромного и пустеющего кошеля.
   Бессмысленное действие. Я просто тяну время.
   Собравшись с духом, я достаю кунай и, прежде чем передумать, резко делаю надрез на своей ладони.
   - Боже, услышь мой зов. Прими это подношение и смилостивись над рабом твоим.
   Слова скребут язык. Я чувствую тошноту.
   Аккуратными движениями я рисую своей кровью Тории* на лбу у самурая.
   - Даруй силы слуге своему, раздели с ним трапезу свою.
   Я прикладываю левую ладонь к нарисованному символу и чувствую, как что-то подступает к горлу.
   Осталась лишь одна фраза. Она была слегка странной, в том плане, что у неё были вариации. Но мне было всё равно. Я хотел побыстрей закончить всё это. И я выбрал наобум.
   - Сто дней!
   Эйфория.
   Лимбическая система заходится в припадке, прилежащее ядро плавитсяот перегрузки.
   Кураоками поглощает что-то из этого человека, и я ем вместе с ним.
   Сдвиг.
   Я смотрю осознанный сон.
   Это жизнь самурая, которого я поглощаю. Минута за минутой, секунда за секундой. Я не могу промотать то, что вижу. Я не могу заблокировать то, что он чувствовал. Я заперт, и я ем. Он ест.
   Это обычная похлёбка. Но овощей в ней почти нет. Как и соли. Как и вкуса.
   Напротив меня сидит маленький мальчик, с такой же тарелкой.
   Я не знаю, как его зовут, но чувствую чужеродную заботу к нему.
   Сын? Воспитанник?
   Они почти не говорят. Не только за столом, но и в повседневной жизни.
   Я всё ещё не могу промотать то, что вижу и чувствую.Как самурай ест, ходит в туалет, хрипло спорит с продавцом за гроши. Как он напивается в баре со своими старыми друзьями. Как тренируется с катаной на заднем дворе. Как мастурбирует, шёпотом зовя чьё-то имя.
   Лишь сон проматывает время, даря передышку.
   День за днём, неделя за неделей, я продолжаю жить в его теле, чувствовать его чувства.
   Спустя некоторое время, его рутина прерывается. Судя по обрывкам разговоров, он был на мели. Он нанимается в отряд охраны торгового корабля, одного из немногих, что всё ещё посещают страну. Его единственное условие - сына он возьмёт с собой.
   Капитан оказывается человеком приятным, и легко соглашается. Быстро выясняется, что самурай не переносит качки, но показывать слабость ему запрещает гордость.
   Я страдаю вместе с ним.
   Время идёт, и корабль без особых проблем добирается до пункта назначения. Капитан говорит, что он пробудет в порту ещё неделю. Самурай и его сын свободны делать что хотят на это время.
   Они радостно соглашаются, но радость эта мимолётна, и растекается в горечь. Местные условия жизни оказываются несоразмерно лучшими, чем на их родине. Продукты стоят почти ничего, нет вездесущих стражников, люди порой даже улыбаются, просто идя по улице. Эта разница гложет его, насмехается над ним, топчется по давно забытым больным местам. Потому что он помнит лучшее время, в отличие от своего сына? Я не знал.
   Но в тот же день, самурай испытывает шок, выбивающий из его головы все остальные переживания. На огромном плакате он видит Её - Принцессу Страны Снега, в чью смерть верили все. Он расспрашивает о ней кого может. Фудзиказе Юкие, говорят они. Юный талант, актриса.
   Шок оборачивается решимостью.
   Время продолжает ползти.
   Самурай оживает. Его тренировки становятся более регулярными, интенсивными. Он не владеет чакрой, но его талант с мечом вышколен тысячами часов тренировок. Его сын, видя преображение, становится заметно радостней и активней. Они начинают чаще разговаривать.
   Маршрут торгового корабля не долог, и через пару недель путешествия они снова в стране Снега.
   Самурай оставляет сына дома и встречается с одним из своих друзей. Он рассказывает, что заполучил важный секрет, и что ему нужно встретиться со "старой гвардией". После короткой беседы они отправляются в путь.
   Их встречают разбойники.
   Я чувствую синяк от стрелы, не пробившей доспехи. Чувствую порезы, оставленные поржавевшей сталью. Чувствую смертельную усталость.
   Чувствую радость, потому что понимаю, что скоро всё закончится.
   Это происходит через пару часов.
   Резкая боль, звон в ушах, дезориентация. Секундой спустя - снова боль и чернота.
   Я снова я.
   Я наконец-то понял, в чём смысл ритуала. Я кормлю Кураоками куском души, определяя размер последней фразой молитвы. Словно стригу овец ради их шерсти.
   И я ем сам. Но не душу, нет. Я ем память, в тех же размерах. Вариаций всего несколько.
   Десять дней. Сто дней. Тысяча дней. Десять тысяч.
   Миллион.
   Меня выворачивает на снег, словно желудок пытается избавиться от чужих воспоминаний. Бесполезно. Они выжжены в моей памяти, и я могу вспомнить любую секунду.
   Но к своему удивлению я обнаружил, что моё сознание быстро справилось с бардаком в голове. Подозрительно быстро, даже. Сто дней чужой жизни разложились по полчкам и стали полностью доступны, больше не давя на сознание своей инаковостью.
   Основная проблема была в другом.
   Я съедал память. Оригинальный владелец терял её навсегда.
   В этом были плюсы и минусы. Плюс состоял в том, что самурай не вспомнит моего лица и факта нападения.
   Минус - то, что он знал государственно важный секрет, что поменял его жизнь и мог поменять жизнь многих других. Его сын видел изменения и, возможно, что-то заметил. Его другие друзья тоже могли заметить. Ладно, это всё были мелочи. Но его напарник знал больше, и знал о моём нападении.
   Проделать то же самое и с напарником? Один человек, потерявший память - случайность. Двое - закономерность. Если я ещё и к сыну сунусь...
   И что насчёт принцессы? Не обрёк ли я только что целую страну? Но что она могла сделать, без поддержки шиноби? Да и судя по виденному мной, сдалась ей эта бедная страна. У неё впереди успешная жизнь и карьера.
   Медленно я взял в руку выпавший в процессе ритуала кунай.
   Если они просто исчезнут... Так будет лучше, разве нет?
   "Умерли от ран, полученных в бою с разбойниками". Просто и понятно. Совсем не подозрительно - или подозрительно, но в удобном для нас ключе.
   Всего лишь пара ударов.
   Кто они мне, в самом-то деле? Плевать я хотел на судьбу его сына и на их отношения. В аду видел этот разрастающийся огонёк надежды на лучший мир, что чувствовал самурай.
   Это меня не касается.
   Мне всё равно.
   ...Мягкая, тёплая ладонь накрывает мою дрожащую руку с оружием, остановившемся у горла бессознательного мужчины. Другая вытирает слёзы с моих щёк.
   Я плакал?
   - Шшш, всё в порядке, - шепчет Мадока. - Не спеши. Мы вместе со всем разберёмся. Нет ничего глупей, чем обрывать чью-то жизнь, находясь в таком состоянии. Разве ты забыл?
   Я отрицательно покачал головой.
   - Нам нужно о многом поговорить. Я ведь и не рассчитывала снова открыть глаза, знаешь? Да и поесть хотелось бы, - смущённо засмеялась она. - А эти ребята подождут, никуда не денутся. Ты же помнишь нужную печать?
   Я закрыл глаза и сделал пару глубоких вдохов и выдохов.
   - Помню, - ответил я твёрдо. - Простите, Мадока-сан. Я хотел накормить вас, когда вы проснётесь, а вышло... Вам не стоило двигаться, вы были при смерти всего несколько дней назад.
   - Пустяки, пустяки, - отмахнулась она. - Отлежусь чуть позже. Поставь им печати и расскажи уже наконец, что случилось, пока я была без сознания.
   К счастью, усыпляющий фуин был одним из самых простых. Мне потребовалось лишь несколько минут, чтобы нарисовать две штуки и налепить их на лбы мужчин. Закончив с этим, я поведал ей о событиях прошлых дней, утаив лишь некоторые детали, вроде упоминания Ооцуцуки.
   - Боги, хмм? Я не религиозна, но то, что ты описал... Кто бы мог подумать, - задумчиво произнесла Мадока. - Твой же "контракт" с ним... Ты знаешь, как я отношусь к подобного рода поводкам, но я не могу тебя винить - всё-таки ты смог вытащить нас из патовой ситуации. И ты прав, что беспокоишься о том, что этот твой ритуал могут отследить. Кража воспоминаний? В нашем мире убивают за куда менее опасные способности.
   - Но эта способность слишком полезна, чтобы не использовать её, - возразил я.
   - Верно. Однако тебе будет необходимо планировать всё до мелочей каждый раз, если ты хочешь, чтобы это осталось в секрете. И ты не сможешь пользоваться этим часто. Если, конечно, ты не готов убивать тех, на ком используешь ритуал?
   - Я буду каждый раз проживать их жизнь. Возможно, если это короткая вариация, или человек гнилой... Но, если я буду знать, что он такой, я никогда к нему с этим ритуалом не подойду, - меня передёрнуло от самой мысли.
   - Ты всегда был сильным эмпатом, - тепло улыбнулась Мадока. - И пусть это принесёт тебе проблемы в будущем, я рада что ты такой, какой есть.
   Я смущённо промолчал, почесав щеку.
   - Что же касается остального... Мне придётся залечь на дно. Хорошо, что этот Учиха не видел тебя - значит, он не должен связать тебя со своей персональной вендеттой. Если, - тут она на мгновение запнулась. - Если Забуза жив и здоров, я смогу оставить тебя с ним. Самое время, пока ты не начал копировать увиденное в голове самурая. Меня совсем не прельщает наблюдать взгляд побитого щенка от твоего учителя. Ему не идёт.
   - Неужели он умеет делать такие?
   - Раньше он делал их чаще, - поделилась она, усмехнувшись. - Сейчас почти перестал. Не солидно.
   - А что мы будем делать с... - я выразительно посмотрел в сторону спящих непробудным сном мужчин.
   - А ничего, - просто ответила она.
   - Что значит "ничего"?
   - Ты сказал, что они не умеют пользоваться чакрой, ведь так? Это не самураи из Страны Железа. Ты справился с ними слишком быстро и внезапно, чтобы тебя могли запомнить без усиления восприятия. А это значит?..
   - ...Что всё можно обставить как последствие их раннего боя. Списать несостыковки на травму головы, - я мысленно выругался. Здорово же ритуал встряс мне мозг, что я сразу об этом не подумал. - Но что насчёт принцессы?
   - Юкие-чан? А что, ты хочешь спасти красавицу принцессу, Хаку? - лукаво спросила Мадока. - Вот уж не думала, что и у тебя есть такие детские мечты...
   - К-конечно нет! - слегка поперхнулся я. - Но...
   - Я шучу, не переживай. Конечно, вряд ли это само по себе к чему-то приведёт, но, возможно, мы сможем воспользоваться этим в будущем. В твоих воспоминаниях, этот самурай что-то писал?
   - Да, иногда. Хайку.
   - Хорошие?
   - Он пытался, правда.
   - Сможешь повторить почерк?
   Я задумался. Покопался в чужой памяти, нашёл нужные кусочки.
   - Да. Да, смогу.
   - Вот и отлично, - хлопнула она в ладоши. - Напишешь "памятку", только постарайся, чтобы понатуральнее вышло, и подложим ему. Этого должно быть достаточно.
   На том и порешили.
   Спустя несколько часов немного подлеченные самураи очнутся в том самом месте, где расправились с разбойниками днём ранее. Через некоторое время, оправившись от замешательства, они обнаружат потерю памяти одного из них и подложенную записку, после чего, в смятении, но воспрянувши духом, продолжат своё путешествие по прежнему маршруту.
   Нам же с Мадокой оставалось ждать ещё пару дней, пока она не выздоровеет окончательно.
   По крайней мере, теперь я мог с ней говорить. Мне не хотелось оставаться один на один со своими мыслями.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"