# Глава 10. Затишье перед бурей

Медведь Бронированный

## Глава 10. Затишье перед бурей


-- Раз! Два! Три! Начали! -- Джо и Дейв, спрятавшись под мантией-невидимкой у стола Слизерина, принялись колдовать со всей возможной скоростью, еле слышно шепча заклинания.


Остальные присутствующие рядом студенты увидели довольно занятную картину -- наложенная в тарелки еда стала складываться в миниатюрные человекообразные фигурки, хватать столовые приборы, и собираться в маленькую армию прямо перед Малфоем. Последний был слишком шокирован, чтобы хоть как-то воспрепятствовать.


Когда последний "солдатик" встал в строй, вся армия издала "грозный" боевой клич, потрясая ножами и вилками. Тут в Хорька, и сидящих рядом Крэбба и Гойла, полетели кусочки еды с ложек-катапульт. Малфой тут же пришел в себя, но было поздно! Летающие тарелки бомбардировали его фруктовыми снарядами, повалив на пол, и войска пошли в наступление. Издав еще один боевой клич солдатики (предварительно бросив "холодное оружие") бросились на врага...


В результате на полу Большого зала в полной прострации сидела троица слизеринцев, покрытых с ног до головы едой, а студенты вокруг чуть под стол не падали от смеха. Последнего Хорёк стерпеть не мог, и с совершенно красным, даже винным, оттенком лица, выбежал из зала. Его гориллоподобные миньоны последовали за ним, также как и шутники, все еще скрытые мантией-невидимкой.


-- Класс! Надо будет как-нибудь повторить... -- заявил Джо, когда он с Дейвом сняли мантию в одном из потайных ходов, ведущих в холл.


-- Ага! Будет знать как задирать первокурсников! -- согласился Грейстокк. -- Только повторить вряд ли получится, Хорек в следующий раз будет настороже. Лучше придумать что-нибудь другое...


-- Да знаю я, знаю! -- отмахнулся Блэк, выходя обратно в холл. Его мысли были уже далеки от Малфоя. Заходя в Большой зал он тут же стал искать глазами Джинни Уизли. Она все так же сидела за столом Гриффиндора, в компании Эрики и братьев. Обе девушки что-то весело обсуждали, и Джо очень надеялся, что темой разговора является его последний розыгрыш. Ведь настоящей его причиной была она...


Не успели американцы сесть за стол, как к ним подошёл профессор Снейп с искажённым от ярости лицом.


-- Двадцать очков с каждого! -- выпалил декан Слизерина. -- За эту возмутительную выходку с едой! И отработки на десять дней! Начиная с сегодняшнего вечера! Жду вас в десять вечера в своем кабинете!


-- Постой-ка, Северус! -- имя давнего врага подошедший Сириус произнёс со всем презрением, на которое был способен. Уж лучше бы назвал Сопливусом, как обычно. Но нельзя -- МакГонагалл потребовала не называть так зельевара при студентах. -- С какой стати ты оштрафовал моих парней? У тебя есть доказательства, что это их рук дело?


-- А кто же еще? -- Снейп ничуть не смутился. -- Уизли были все время на виду! Поттер, правда, где-то отсутствует. Но невелика разница, наверняка он их сообщник! Только его отсутствие мешает мне снять с Гриффиндора еще двадцать очков!


Блэк уже собирался взорваться от возмущения, но в их перепалку успела вмешаться МакГонагалл:


-- Прекратите немедленно! Северус, я отменяю ваше наказание, и возвращаю отнятые баллы. Ваши доказательства сильно притянуты за уши, -- зельевар собрался было возразить, но заместитель директора не дала ему этой возможности: -- Мы не будем использовать веритасерум на учениках! Может быть, в некоторых школах это и практикуют... -- короткий взгляд в сторону арабов, -- но в Хогвартсе это запрещено!


Раздражённо фыркнув, Снейп развернулся и ушёл с развевающимися полами мантии.


-- А вы, молодые люди, -- декан Гриффиндора повернулась к Блэкам и Грейстокку. -- Только попадитесь мне со своими шуточками. Сниму по сто очков с каждого! И наказание профессора Снейпа покажется вам курортом!


-- Да, мэм! -- хором ответили все трое. МакГонагалл была так грозна, что Сириус даже позабыл, что давно не является ее учеником. Как только профессор ушла, мародер и его молодые последователи облегченно выдохнули, и присели за стол Гриффиндора.


-- Хорошая была шутка! -- похвалил парней Блэк-старший, отчего парни просияли. -- Нечто подобное мы устроили для Сопливуса на пятом курсе. Вы нас обогнали на год! Отличные чары анимации для четверокурсников! -- Бродяга взлохматил им волосы.


-- Гарри точно не участвовал? -- спросил Блэк, пока парни накладывали себе завтрак.


-- Нет. Он слишком занят с Герми и этими японцами в Выручай-комнате. Даже завтракает там, -- ответил отцу Джо.


Сириус лишь вздохнул. Крестник его помощь не принял. Точнее, совет пальнуть дракону в глаз он выслушал, но посчитал это слишком рискованным планом. Ведь огнедышащий ящер после этого наверняка придёт в бешенство, что не очень поможет выполнить задание Первого тура -- выкрасть золотое яйцо.


Скорее всего, оно будет раздавлено самим драконом, и Гарри дисквалифицируют, и неясно, какие у этого будут последствия. Кубок огня вполне может посчитать это уклонением от выполнения условий магического договора Чемпиона. Об этом недвусмысленно сказал Барти Крауч, когда Гермиона однажды попыталась расспросить его в коридоре замка.


Оба "беспристрастных" судьи остановились в Хогвартсе, и студенты довольно часто их видели. Хотя Глава департамента международного сотрудничества появлялся значительно реже Бэгмена. Последний активно участвовал в жизни замка, совершенно не беспокоясь о стопках документов, которую ему ежедневно доставляли на подпись из Министерства. Крауч же наверняка заработал себе геморрой, скрупулезно занимаясь своей работой.


Гриффиндорка спросила старого бюрократа, может ли Чемпион саботировать собственные выступления на соревновании. Участвовать в турах, но стараться больше выжить, чем победить. Начальник Перси сухо ответил, что правила состязания запрещают подобное. Чемпионы обязаны были показать всё, на что способны, иначе либо погибнут, либо лишатся своей магии.


Напоминание о скверном нраве и огненном дыхании побудило Гарри срочно научиться уворачиваться, и действовать максимально скрытно. А кто это умеет лучше всех? Правильно -- японские шиноби... или их наследники из Махоутокоро! Поэтому Поттер и попросил Ватанабэ и ее друга помочь ему, научить его этому искусству.


Шизука неожиданно согласилась, хотя ее соотечественники были явно против. Их недоброжелательность по отношению к британскому сопернику их Чемпионки была так сильна, что тренировки пришлось перенести из Запретного леса в школу. Добби как-то раз подслушал жалобы Поттера, что ему негде заниматься, и предложил Выручай-комнату. С тех пор Гарри проводил там всё своё свободное время.


-- Эх, жалко что мы не узнали про эту удивительную комнату лет двадцать назад! -- со вздохом сказал Сириус. -- Она бы... -- Блэк замолчал, заметив, что сын его не слушает. Джо делал вид, что ест, но на самом деле "исподтишка" разглядывал младшую Уизли. Мужчина усмехнулся, глядя на это.


-- Почему ты не пригласишь ее на свидание? -- спросил у сына Сириус, взлохматив ему волосы. -- У вас же сегодня поход в Хогсмид.


-- Да... поход... -- подтвердил одновременно смущенный предложением и возмущенный порчей "прически" Джо. Слегка успокоившись, Блэк-младший уставился в тарелку, и продолжил говорить, делая короткие паузы для размышлений: -- Она уже занята... Идёт на свидание с Майклом Корнером... Он, конечно, самовлюбленный баран, но все равно лучше чем Малфой... Наверное... И, кроме того, я уверен, что она всё ещё влюблена в Гарри... Мне... мне было бы неприятно чувствовать себя запасным аэродромом...


Вместо ответа Сириус положил руку на плечо сына в знак поддержки. Лицо парня было донельзя печальным, и напомнило Бродяге о том как много лет назад Джеймс точно так же мучался, видя Лили в обществе Нюниуса. Хотя здесь ситуация несколько другая... Блэк даже на миг испугался, что младшая Уизли станет тем клином, что разобьет дружбу его сына и крестника. Но он быстро отмёл эти мысли, убедив себя, что это маловероятно. Ведь девчонок в школе полно...


Завтрак подходил к концу, и настало время почты. На стол перед двумя Блэками и Грейстокком приземлились три совы. Одна из них передала Сириусу письмо из Министерства, а две другие несли газеты -- новые выпуски "Факела" и "Пророка недели"*.


Школьную газету взял Джо, и сразу же пролистал, прежде чем углубиться в чтение. В этом выпуске были очередная пара интервью с Чемпионами от Джинни. После Крама и Флер она напечатала про Джейзу да Фариас и Джона Грейстокка.


Бразильянка оказалась чистокровкой, уроженкой Рио-де-Жанейро. Её родители очень удивились, когда заметили у нее способности метаморфа, но не стали презирать её из-за этого. Вместо этого они нашли ей хорошего учителя в Амазонии. Он научил ее всему, что знал сам, в том числе и превращению в животных. К своему учителю Джейза относилась как к любимому дедушке, но отказалась назвать его имя -- якобы он не любит известности, предпочитая жизнь лесного отшельника.


Да Фариас назвала своим хобби фотографирование, а в будущем она собиралась работать разрушителем проклятий и заниматься раскопками сокровищ Мезоамерики. Участие в Универсиаде бразильянка рассматривала как способ проверить свои силы перед тем, как начать полную опасностей работу разрушителя.


Спросила Джинни и про отношение девушки к Чемпиону африканской школы Уагаду. По школе давно ходили слухи, что между ними начался бурный роман. Но Джейза заверила мисс Уизли и читателей, что ее и Патрика связывает только дружба. Впрочем, этому никто не поверил, даже когда кениец стал общаться с афроамериканкой из Салема -- Талией Фрейзер.


Чемпион Салемского университета, Джонатан Грейстокк, тоже поведал много интересного. Многие знали, что он старший сын преуспевающего американского финансиста, и продолжит в будущем дело отца. Все замечали, что по характеру он напоминает более адекватный вариант Перси Уизли. И потому большинство не понимали чего этот домашний и правильный мальчик забыл на таком опасном состязании, как Универсиада.


Но оказалось, что это своеобразная маскировка, как у Кларка Кента из сериала про Супермена. Признание Джона, что с раннего детства его тренировали в лучших традициях морской пехоты специального назначения, вызвал полнейший разрыв шаблона. Студенты Хогвартса как раз недавно посмотрели Рэмбо, и стали ожидать от Грейстокка таких же подвигов, и даже большего.


Нельзя сказать, что Джона это обрадовало. Он даже пожалел, что поддался своему тщеславию и сделал это глупое признание. Теперь ему приходилось соответствовать не только высоким ожиданиям одноклассников и отца, но и всей общественности. Хорошо, что никто не знает, что он наследник рода Грэй, и что Дамблдор приходится ему "как бы дедушкой".


Сам он, как и Гарри, хотел тихой и спокойной жизни, хоть и понимал, что это невозможно с капиталами и "связями" его семьи. На отца уже было несколько покушений, да и его с братом пытались похитить пару раз. Если бы не Клиф МакКиннон и его уроки, то мальчики не смогли бы себя защитить, а отец уже давно был бы в могиле.


В отличие от предыдущих интервью, Джинни не стала спрашивать Джона про его отношения с Викторией Хайтауер, его девушкой. Она планировала чуть позже написать о ней целую статью, когда закончит с Чемпионами. И не только про нее, а про всех пассий участников Универсиады. Младшую Уизли немного коробило, что ей придется однажды взять интервью и у Гермионы, и расспрашивать ее об их отношениях с Гарри.


Сегодняшняя же газета была про Эрику Шервуд и Шизуку Ватанабэ. Наверное именно из-за этого австралийка так возбужденно что-то обсуждает с Джинни. Скорее всего, та хвалит её за отличную статью, судя по смущению рыжей.


Эрика имела за плечами довольно интересную историю. Её дед был обычным маглом-океанологом, влюбившимся в русалку. В отличие от своих северных сородичей, южные девы моря были красавицами, способными посоперничать с вейлами. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Джерард Гринвелл десять лет искал виденную мельком русалку, и в конечном итоге нашел бабушку Эрики.


Их дочь не была ведьмой, но имела некоторые особенности русалки, вроде способности отрастить жабры и управлять водой. Некоторые русалки могли превращать свой рыбий хвост в человеческие ноги. Мать Эрики не имела хвоста вовсе. Все чего она могла добиться -- это удлиненные перепончатые ступни, как от жаброслей.


Джерарду повезло, старейшины поселения русалок разрешили влюбленным совместно воспитать свое дитя. Шелли Гринвелл выросла на берегу моря неподалеку от острова Мако, где находилась одноименная академия магии. Девушка часто заплывала на их территорию, и однажды встретила отца Эрики -- Джэка Шервуда. История старая как мир -- учился, влюбился, чуть позже женился. А через год молодожёны обрадовали родителей внучкой...


Сейчас её отец был владельцем популярного бара в магической части Мельбурна, и очень гордился дочкой-чемпионкой, как и мать и остальные родственники, в том числе и подводные. Австралийка наследовала русалочьи способности матери, и много времени проводила в океане, изучая рыб и других подводных жителей. Подобно любимому дедушке она хотела стать океанологом. Магическая подводная флора и фауна, оказывается, почти не исследованна, и Эрика хотела восполнить этот досадный пробел.


История японки была более трагичной, чем у австралийки. Ватанабэ оказалась внучкой директора Махоутокоро -- Кинтаро Накамуры. Его единственная дочь, мать Шизуки была убита неизвестным шиноби во время последней войны кланов, которая закончилась всего пятнадцать лет назад.


Для Магической Японии они были привычны, и отчасти именно из-за них американское правительство не стало настаивать на разоружении японской магической аристократии. Ведь таким образом они значительно ослабляли сами себя, и потому переставали быть проблемой.


На фотографии, которую сделал Колин, Шизука выглядела совершенно спокойной, но в ее глазах был намек на застарелую боль. Джо оглянулся на японского директора. Накамура явно читал статью, и имел то же выражение глаз, что и у его внучки. Становилось понятным, почему он выглядел таким напуганным, когда из Кубка огня вылетело имя Шизуки. Он опасался, что и она погибнет.


Правда, тогда становилось непонятным, как он допустил, чтобы его любимая внучка играла в квиддич. Ведь это весьма опасный спорт, стоивший многим игрокам жизни. Вон, судя по рассказам, даже Гарри чуть не погиб в прошлом году. Сама Ватанабэ опустила этот момент в интервью, поведав лишь, что начала играть на третьем курсе, и была почти сразу замечена тренером сборной Японии. В национальную команду девушку пригласили два года назад, и для неё большая честь представлять свою страну на международных соревнованиях.


В отличие от предыдущих Чемпионов, Шизука проигнорировала вопрос о своей личной жизни. Джо мог поспорить на что угодно, что в скором времени это будет темой для сплетен номер один. Лучше бы она ответила хоть что-то, меньше бы привлекла внимания. Блэк-младший решил, что чуть позже обязательно заскочит в Выручай-комнату, чтобы предупредить ее. Она может быть еще не стала его другом, но её помощь Гарри вызвала большое уважение бывшего МакКиннона.


Но сперва следовало узнать, что там пишут в Пророке и в письме к Сириусу:


-- Что там? -- спросил Джо у Дейва.


-- Ничего особенного... -- отозвался Грейстокк, дочитывая последнюю статью. -- В Черном лесу завёлся какой-то суперпрожорливый жук-короед. Он поел многие деревья, и нанес большой ущерб обитающим там лукотрусам. В ближайшем будущем может быть дефицит древесины для волшебных палочек.


Блэк протянул руку, чтобы забрать газету. Тема волшебных деревьев его вообще не интересовала. Уж лучше самому быстренько пролистать: -- Скитер чего-нибудь писала?


-- Нет. Зато редактор "Пророка", на второй странице, обратился с открытым письмом к нашим журналистам из "Факела". Отметил их несомненный талант в журналистике, но посетовал на их общую неопытность. Предложил направить к ним опытного наставника... Не удивляюсь, если он имел в виду именно Скитер.


-- Не, это навряд ли, -- вдруг возразил Блэк-старший, закончив хмуро читать свое письмо. -- Этот редактор наверняка уже в курсе, что Дамблдор запретил этой сучке показываться на территории школы. С учетом того, что случилось с Гермионой после ее статьи, это очень верное решение. Теперь она не может говорить со студентами и собирать материал. К сожалению, я не обладаю достаточным влиянием на редакцию Пророка, чтобы ее вконец уволили. Люциус и кто-то ещё высокопоставленный в Министерстве её прикрывают.


-- Па-ап! А что от тебя Министерство хочет? Что в письме? -- полюбопытствовал Джо.


-- Да ничего особенного, -- ответил Блэк, спрятав письмо во внутренний карман своей красной аврорской мантии. -- Просто уведомили, что слушание дела об избиении Драко Малфоя Гарри Поттером состоится первого декабря, в десять часов утра. Желательно, чтобы мы оба присутствовали, но "Министерство понимает, что школьные занятия могут не позволить мистеру Поттеру участвовать в заседании суда" -- процитировал он письмо сухим канцелярским тоном, как у Крауча.


-- То есть ты пойдешь один? -- уточнил Джо. -- А приговор не будет суровее, если Гарри останется здесь?


-- Может быть, и так, -- честно ответил Сириус. -- Но Люциус вряд ли добьется большего, чем крупный денежный штраф. Судьей будет Амелия, и она точно не допустит какой-либо несправедливости.


Парни согласно кивнули. Мадам Боунс они еще не встречали, но ее репутация честного чиновника была всем известна. Хотя многие удивлялись, как она удерживает свой пост, и до сих пор не заменена на более верного Министру сотрудника. Сириус объяснял это тем, что за нее работает ее репутация, и все просто-напросто боятся ее трогать. А очернить ее светлый образ образца справедливости за все тринадцать лет ее службы на этом посту так и не получилось. Впрочем, вполне возможно, что это тоже не очень-то помогло ее сместить, ведь у Главы ДМП наверняка тоже полно компромата на кого угодно...


-- Может, пойдем уже? -- предложил Дейв, нетерпеливо поглядывая в сторону Астории. Та мило улыбалась ему со стола Слизерина. Грейстокку крупно повезло, младшая Гринграсс согласилась пойти с ним на свидание в Хогсмид.


Джо вздохнул, коротко взглянув на Джинни, к которой подошел Майкл Корнер. Ох, как же ему хотелось набить этому индюку рожу, и самому повести рыжую красавицу на свидание. Но увы и ах! Кипя от злости, Блэк встал со стола, и поторопился выйти из Большого зала, напоследок бросив Дейву, что выдернет лохматую парочку из Выручай-комнаты.


Поднявшись на седьмой этаж, он всё-таки дал волю своим чувствам и с силой ударил по стене. Почувствовав резкую боль, он тихо выругался, и сполз по стене, баюкая руку. Злость не уходила. Он даже не понимал, на кого больше злится. На Джинни, за то, что влюблена в Поттера, и никого больше не воспринимает всерьёз? На Гарри, за то что он "парень мечты" младшей Уизли, этакий прекрасный принц на белом коне? Пфф! Или на себя?!


Черт! Джо даже не понимал, когда успел влюбиться. Просто как-то раз поймал себя на том, что постоянно разглядывает Джинни, а когда она с ним говорила или улыбалась, то хотелось горы свернуть. Сперва он был в замешательстве. Но вспомнил поведение лучшего друга, когда тот видел Асторию, и ему все стало ясно...


А когда позавчера они с Дейвом подслушали как Малфой говорил своим тупицам, что отец разрешил ему немного "позабавиться с этой девчонкой Уизли"... Джо хотелось разорвать его прямо на месте, и только вмешательство друга помешало ему это осуществить.


Он, видимо, совсем потерял связь с реальностью, так как в себя Джозеф пришел только когда ощутил на своем плече чью-то руку. Подняв голову, он увидел Луну Лавгуд. Она ободряюще ему улыбнулась, и спросила:


-- Ты почему сидишь на холодном полу? Нарглы одолели? Бывает...


Слова девушки ввели Блэка в ступор. Луну он знал уже давно, но это был первый раз когда она упомянула при нем своих воображаемых животных, о которых ему столько рассказывали. Нарглы что делают? Разжижают мозг, вроде бы... А что! Вполне похоже на его состояние. Может быть Герми права, и все эти существа являются забавными иносказаниями?


Так ничего и не ответив светловолосой студентке Рейвенкло, Джо встал с действительно холодного пола, и отряхнулся. Судя по часам, он просидел так около получаса. За это время его тело успело порядочно занеметь. Нужно было срочно выпить бодроперцового зелья, чтобы не заболеть. Но сперва нужно позвать Гарри и Герми, ведь он ради этого сюда поднялся.


В сопровождении молчаливой Лавгуд он дошел до стены напротив портрета Варнавы Вздрюченного, и три раза прошел туда-сюда, думая о месте, где можно потренироваться в боевой магии. Тут же появилась знакомая дверь.


Джо ожидал увидеть просторное округлое помещение, в котором Гарри, Райотаро и Шизука носились бы туда сюда и бросались друг в друга заклинаниями. От них нужно было либо уклониться, либо прикрыться одним из крупных валунов, что устилали весь пол. Для последнего использовалась обычная Левиоса. Именно так проходило большинство тренировок. Иногда Джо и Дейв к ним присоединялись, но не могли угнаться, они только учились бегать по стенам и потолку.


Вместо привычной картины боя всех против всех Джозеф увидел Гермиону, склонившуюся над книгами на столе, в то время как Гарри, Райотару и Шизука возились с огромным валуном посреди зала. В руках Поттер держал палочку с активированным Люмосом Гладиусом, и выжигал им на камне разные символы. Судя по недовольным возгласам японцев, он явно делал что-то не так.


Джо примерно представлял что именно им не нравилось. Все это было частью плана, составленного еще в первые дни тренировок. Гарри собирался использовать против драконов их естественную слабость -- воду. Для этого он намеревался заключить огнедышащего ящера в огромный водяной купол, созданный системой рунных камней, расположенных по периметру арены. Весь расчет был на то, что водная стихия сильно ослабит дракона, позволив без труда похитить золотое яйцо из гнезда.


У этого плана были очень большие недостатки, и самая первая из них -- необходимость постоянно находиться в движении. Ведь ящер навряд ли будет спокойно наблюдать за тем как вокруг его гнезда будет "прогуливаться" какой-то человек. Поэтому Гарри и нужны были тренировки по уклонению -- ему нужно было уметь избегать попаданий драконьего пламени, когтей и хвоста.


Вторая проблема -- количество силы, необходимой для создания такого количества воды. Фактически весь план держался на предположении, что рунные камни на Арене смогут воспользоваться запасами мощного магического источника, расположенного под школой. Если это не так, то придется использовать Конъюнктивитус, как советовал Сириус.


Или же воспользоваться теми бредовыми заклинаниями, что Луна, Гермиона, Дафна и Сьюзан нарыли среди книг, предоставленных комнатой: отсекающее когти, превращающее чешую в кожу, или клыки в сахарные палочки, и т.д. Впрочем, все эти заклинания требовали огромного количества магии и вряд ли даже у МакГонагалл получилось бы в одиночку трансфигурировать дракона, пусть даже частично. Но девушки не унывали, и продолжали искать.


Райотаро, Шизука и Гарри сейчас отрабатывали начертание рун. Получалось у Поттера откровенно плохо, волшебная надпись напоминала его конспекты, которые тоже будто куриной лапой писаны. Японцы смотрели на гриффиндорца как на покойника. Если он и на Арене будет так чертить, то о плане "А" можно забыть.


Гарри смущенно, но с большой ноткой раздражения в голосе, отговаривался, что ему просто нужно потренироваться. Ведь он вполне аккуратно вырезал руны на маленьких камнях! А световой меч просто больше размером, и потому нужно контролировать моторику не только кисти, но вообще всей руки! Ватанабэ была с этим полностью согласна, и потому предложила натаскать гриффиндорца в искусстве каллиграфии. И вот тут Джо решил вмешаться:


-- Эм, ребята! А вы не забыли, что сегодня поход в Хогсмид? -- спросил Блэк.


-- У меня Первый тур на носу, а ты мне развлекаться предлагаешь? -- немного сварливо спросил Поттер.


-- Да, предлагаю! Тебе это сейчас необходимо, а то крышу уже начинаешь терять от переживаний и постоянных тренировок! Еще чуть-чуть, и ты на нас сорвещься! И, чтобы это не произошло, тебе нужно развеяться! -- заявил Джозеф, глядя другу прямо в глаза. -- Ну даваааай! Отдохнешь немного, в себя придешь, а потом продолжишь тренировку с новыми силами... -- продолжал уговаривать Гарри Джо, а затем тихо, на ухо, прошептал: -- Ты хоть Герми пожалей! Она же не меньше тебя старается, наверняка устала, -- этот аргумент проломил стену упрямства Поттера. Он внимательно посмотрел на Грейнджер, подмечая ее нервное перелистывание страниц. Лицо парня тут же поникло от осознания своей вины.


-- Сходите на свидание, -- продолжил между тем Джо. -- Снимите комнату... сбросьте напряжение... -- Блэк еле увернулся от тумака Гарри, с хитрой улыбкой отпрыгнув за камень.


Поттер пару мгновений еще пытался прожечь дыру в своем друге, но потом плюнул и вопросительно посмотрел на японцев.


-- Я согласна с Джо-куном, нам всем нужно отдохнуть, -- ответила Шизука. -- Завтра утром мы вернемся к нашим планам. Ты успеешь отработать свою каллиграфию за оставшиеся два дня.


Гарри кивнул, и снова повернулся к своей девушке. Та будто и не слышала весь этот разговор, погруженная в книгу. Поттер неторопливо подошел к ней, и обнял со спины. Поцеловав ее в щеку, он что-то тихо ее спросил. Наверняка пригласил на свидание. Грейнджер удивленно развернулась к нему, но ничего не сказала. Ей хватило одного лишь его взгляда, полного уверенности в правильности своих действий.


Радостно улыбнувшись, девушка впилась ему в губы с поцелуем, и остальные почувствовали себя лишними. Вместе они тихо покинули Выручай-комнату. Японцы тут же куда-то испарились, Джо даже не понял в каком направлении, не говоря уж о Луне, которая имела отсутствующий взгляд, витая в облаках.


Идя вниз по лестнице Джозеф задумался о собственных планах на день. Дейв и Гарри оба заняты своими девушками. С Невиллом и Роном будет скучно. Впрочем, последний наверняка будет с Лавандой. Может погулять с Симусом и Дином? Или лучше закадрить девчонку на день? Кто там из пятикурсниц нынче свободен?


Тут взгляд парня упал на Лавгуд, и в его голову закралась идея...


-- Луна! -- позвал он девушку, та его будто не услышала. -- ЛУНА! -- снова позвал девушку Джо. Она, наконец, вернулась на грешную землю из страны грез. -- У тебя есть планы на сегодня? -- спросил Блэк, глядя в ее светло-голубые глаза.


-- Я обычно не планирую свой день... -- ответила рейвенкловка.


-- Ну... раз так, то как насчет того чтобы провести его со мной? -- спросил Джозеф. -- В Хогсмиде! -- зачем-то уточнил он.


-- Не имею ничего против, -- ответила Лавгуд, внимательно его разглядывая. -- Это свидание?


-- Эмм... Да! -- ответил Джо. -- А... что-то не так?


-- Нет-нет, все хорошо.


-- Ну... тогда встретимся через двадцать минут у ворот замка, -- предложил Блэк, мысленно спрашивая себя, не сошел ли он с ума.


-- Хорошо, -- ответила Луна, и они разошлись в разные стороны, туда где располагались их факультетские гостиные.


У портрета Полной Дамы Джо увидел небольшое столпотворение из младшекурсников, в центре которой на Рона, со слезами на глазах, орала Лаванда:


-- Мне надоело смотреть как ты пялишься на эту французскую сучку! Ты меня совсем не уважаешь! Смотришь на нее, как баран на новые ворота, и это в то время как я тебя целую! У тебя совсем нет совести! Видеть тебя не хочу! -- истерила Браун.


Все эти крики сопровождались ударами тяжелой сумочки и острых ногтей. Рыжий еле успевал уворачиваться, и на его лице уже багровела длиннющая царапина от кончика глаза до подбородка. Окружающие их студенты откровенно наслаждались зрелищем, подзуживая ту или другую сторону.


Блэк-младший прошел мимо этого балагана, назвал пароль и прошел через проход за портретом Дамы. Прямо за ним он столкнулся с близнецами Уизли, которые подслушивали за тем, что происходит в коридоре, угорая от смеха.


-- А чего вы здесь слушаете? Не проще ли было бы посмотреть снаружи? -- спросил их Джо.


-- Неа, нам бы тогда пришлось принять сторону! -- ответил Фред. -- Подслушивать намного интереснее! -- добавил Джордж. -- Кстати, ты же сегодня в Хогсмиде будешь? -- Джо кивнул. -- Приходи к двум часам в Визжащую хижину!


-- А что там будет? -- поинтересовался Джозеф, с легким подозрением в голосе. -- Это же не какой-то розыгрыш?


-- Обижаешь! Своих мы не разыгрываем! -- заявили близнецы хором. Но Блэк им не поверил, его скепсисом можно было огурцы мариновать. -- Да ничего не будет! Нас Сириус просил передать тебе приглашение туда. А также Гарри, Гермионе, Дейву и остальным...


-- А, ну раз так, то я обязательно приду, -- заверил близнецов Джо, прежде чем подняться в спальню четверокурсников. Внутри он обнаружил только Невилла, который зачитывался очередной книгой по магловской биологии.


-- Привет, Нев! -- поздоровался с Лонгботтомом Блэк. -- А ты в Хогсмид что-ли не собираешься?


-- Что? ... -- Невилл был так погружен в чтение, что не сразу осознал сути вопроса. - А, нет, не собираюсь. Что я там не видел? Думаю, мы с Луной проведем это время в теплицах, посмотрим на клетки мандрагор через тот микроскоп, что прислала мам Гермионы.


-- Эмм... Нев, мне неприятно тебе говорить это, но я только что пригласил Луну на свидание... -- сообщил Джо, чувствуя себя неловко перед другом. -- Ты как? Нормально к этому относишься? -- спросил он шокированного любителя гербологии. Меньше всего Блэк хотел встать на пути его романтических чувств. Ведь он сам пригласил Лавгуд со скуки, и был к ней совершенно равнодушен.


-- Да, вполне... Желаю вам приятно провести время! -- преувеличенно бодро пожелал Лонгботтом, но Джозефа он обмануть не сумел:


-- Ты совершенно не умеешь врать, Нев! -- со смешком заявил Блэк. -- Как давно она тебе нравится?


-- Эмм... почти два месяца, -- смущенно признался герболог-любитель.


-- И почему сам не пригласил ее на свидание? Впрочем, не надо, не говори, все и так ясно! -- Невилл еще больше смутился от такого заявления друга. В замке давно спорили, кто более стеснителен: он или Ханна Аббот. -- Давай сделаем так...


***


Хогсмид в этот теплый субботний день был особенно приятен. Утренний туман уже ушел, и землю прогревало слегка теплое осеннее солнышко. Студенты медленно продвигались от одного магазинчика к другому, и с удовольствием подставляли лица под последние теплые солнечные лучи уходящего года.


Скоро придет зима, а вместе с ней -- пронизанные холодом дожди, а затем и снег. До самого Рождества, когда землю укутает сплошным снежным покровом, на улице будет делать нечего...


-- Тебя за смертью посылать надо! -- проворчал Джо, принимая от Корнера пинты со сливочным пивом, и передавая один сидящей рядом Луне.


-- Сам видишь, какая там толпа! -- огрызнулся в ответ парень Джинни. Последняя уже жалела, что предложила подруге устроить двойное свидание. А сама Лавгуд совершенно не обращала внимание на постоянные пикировки Блэка и Корнера.


Помимо этого, Луна совершенно не волновалась из-за того, что невольно стала местным центром внимания. Буквально все обсуждали тот факт, что "Полоумная Лавгуд каким-то образом захомутала красавчика Блэка!" Если бы это были только студенты, можно было бы беспокоиться, но Джо отчетливо видел среди толпы Риту Скитер, которая уже бросила пару занитересованных взглядов в их сторону.


Блэк-младший сидел спиной ко входу, поэтому не мог видеть как в Три Метлы зашли лохматая парочка, Невилл, и Дейв с Асторией. Они тут же заметили друзей и направились к их столику, который более чем наполовину свободен.


-- Привет, ребята! -- поздоровался за всех Гарри. От его утренней раздражительности не осталось и следа. А Гермиона аж светилась от счастья и любви, тесно прижавшись к парню, и положив свою голову ему на плечо.


Идущие за ними Грейстокк и Гринграсс выглядели не менее счастливыми. Не знай Джо своего лучшего друга как облупленного, он наверняка предположил бы, что эта парочка тоже заперлась на часик в гостиничном номере. Неужели простая романтическая прогулка так на них подействовала? Или они зацеловались до отказа мозга?


Видимо, Джинни тоже пришла к такому же выводу, так как стала активно строить из себя влюбленную дурочку, в лучших традициях Лаванды Браун. Майкл был только счастлив от такого оборота, ведь за все время их свидания младшая Уизли очень вяло отвечала на его ухаживания: обниматься не хотела, говорила мало, и больше с Лавгуд и Блэком, и даже в щечку поцеловать не позволила.


Корнер уже начал жалеть, что позвал эту недотрогу, а тут такие приятные изменения. Решив ковать железо, пока горячо, рейвенкловец вовлек девушку в затяжной поцелуй, совершенно не заметив как недобро сверкнули глаза Блэка. В будущем его ждала веселая жизнь, такая, что он даже Драко позавидует.


Чтобы там не планировала рыжая, это явно не получилось. Поттер к целующейся Джинни отнесся совершенно безразлично, разве что глянул в сторону близнецов и Рона, что расположились в двух столах от них, ближе к стойке, где Симус и Дин помогали дяде Финнигана разливать напитки. Фред и Джордж болтали с Ли Джорданом, и совершенно не замечали действий младшей сестренки, а Рон, которого накануне окончательно бросила Лаванда, пытался уподобиться василиску.


-- Мы вашему двойному свиданию не помешаем? -- спросила Астория. Блэк и Лавгуд синхронно покачали головами. Джо и Невилл пересеклись глазами, и Лонгботтом коротко кивнул, хотя и волновался как космонавт перед вылетом. Стеснительный гриффиндорец уселся с другой стороны Луны, и завел с ней тихий разговор о биологии, который вывел девушку из заоблачных мечтаний.


Обе пришедшие парочки сели напротив друг друга. Едва они это сделали, как всю компанию сфотографировали.


-- Спасибо, Филипп, -- поблагодарила своего фотографа Скитер, нагло подсев к компании школьников во главе стола. -- Молодые люди же не откажутся ответить на пару вопросов прессы? -- Джо тут же отправил ее в пеший эротический маршрут, но та даже не шелохнулась, лишь сузила глаза в сторону "грубияна", взглядом обещая "громкую славу". Блэк только фыркнул.


-- Так что, я задам пару вопросов? -- повторила она вопрос, но не стала дожидаться ответа. -- Ты уже готов к Первому туру, Гарри? Взволнован? Нервничаешь? Знаешь ли ты, что вам приготовили? -- спросила она, достав Прытко-Пишущее Перо.


Поттер с самого начала игнорировал Скитер, и сейчас тоже не видел причин отвечать ей, жестом показывая Финнигану, что им не помешали бы несколько кружек сливочного пива. Подождав минуту, и так и не дождавшись ответа, журналистка слегка разозлилась, но не отчаялась:


-- Ты помнишь своих родителей? Как тебе кажется, они бы обрадовались, узнай, что их сын -- участник Первой в мире Универсиады? Гордились бы тобой? Беспокоились? Или бы это им не понравилось? Как мисс Грейнджер к этому относится?


Едва она закончила последний вопрос, как от пальца Гарри к шляпке гвоздя, вколоченного в стол, пробежала еле заметная искра. Это был единственный знак того, что гриффиндорец разозлился. А Джинни, между тем, прочитала то, что успела написать Скитер:


"Когда наша беседа затронула его родителей, эти изумрудные глаза наполнились слезами..." -- процитировала рыжая вслух. -- Но это же вранье! Я вообще ни разу не видела, чтобы Гарри плакал! И эту ложь вы собираетесь скормить читателям?!


-- Мисс Уизли, если не ошибаюсь? -- Джинни зло кивнула. -- Читала твои статьи про Чемпионов. Впечатляет, но чувствуется недостаток опыта. К примеру, тебе стоило бы уделять внимание чувствам своих собеседников! Конечно, в случае Крама и Ватанабэ сухое изложение их биографий оправданно, но вот мисс Делакур и мисс Шервуд, и уж тем более горячая мисс Фариас, вовсе не создают впечатления бесчувственных големов! То же относится и мистеру Грейстокку...


Гневный ответ Джинни застрял у нее в горле. Ведь упреки были очень даже справедливы. Девушка растерянно оглянулась на друзей, но те сами были в шоке. Никто не ожидал подобного от Скитер. Все были настолько поражены, что не заметили как к их столу подошли Грюм и Хагрид. Учитывая размеры последнего...


-- Что ты здесь делаешь, Рита? -- грозно спросил преподаватель ЗоТИ. Но журналистка ничуть не смутилась. Даже ее ядовито-зеленое перо не перестало что-то писать на пергаменте.


-- О, здравствуй, Аластор! Я всего лишь преподала детишкам небольшой урок журналистики. Наш редактор предложил мне помочь талантливому молодому поколению из "Факела", и я с радостью согласилась. Мисс Уизли оказалась сущим брилиантом! Но, к сожалению, неограненным. Очень надеюсь это исправить... -- Джинни от этой похвалы невольно смутилась. -- Ну чтож, мне пора. Очень приятно было с вами пообщаться, дети!


С этими словами Скитер закинула свое любимое перо в сумочку и поспешила удалиться. Ее недавние собеседники проводили ее долгими шокированными взглядами, пока она не скрылась за дверью бара. Луна первой обратила внимание на то, что скандально известная журналистка забыла на столе свой пергамент с записями. Придвинув его к себе, она с интересом взглянула на них...


-- Хмм, как интересно... -- протянула рейвенкловка.


-- Что там? -- поинтересовался подошедший Рон. Он и близнецы давно присматривались к происходящему за их столиком. Вместо ответа Лавгуд зачем-то протянула пергамент Гарри. Читая их Поттер постоянно морщился, но достигнув конца его глаза невольно расширились до размера галеонов. -- Может скажете уже, что она там такого понаписала? -- снова попросил младший Уизли.


-- Она предупредила меня насчет драконов... -- ответил Мальчик-Который-Выжил, все еще потрясенно разглядывая две последние строчки записей Скитер. Остальные подростки, услышав ответ друга, так же удивились. Грюм нахмурился, а Хагрид расстроился:


-- Я сам хотел тебе все рассказать, Гарри. Точнее, показать... Приходи сегодня ночью к моему домику, нужно будет в лес прогуляться...


-- Спасибо, Хагрид, но я уже видел Арену, -- ответил Поттер, передав записи Скитер Гермионе. -- Мы уже две недели как знаем о драконах. Друзья помогают мне подготовиться, -- о помощи Ватанабэ гриффиндорец предпочел умолчать.


-- Вот как? А откуда ты о них узнал, Поттер? -- поинтересовался Грюм, напряженно уставившись тому в глаза.


-- Провел небольшую разведывательную операцию, -- сухо ответил Гарри, твердо смотря в глаза профессора. Ему незачем знать, что он и Шизука вломились в кабинет директора. А потом к Рону пришло письмо от Чарли Уизли с подтверждением. Все ожидали, что Грюм потребует деталей, но тот лишь одобрительно хмыкнул.


-- О как! Молодец, Гарри! -- порадовался Хагрид, и хлопнул парня по плечу, отчего тот слегка качнулся. Не успей он укрепиться магией, то наверняка ударился бы носом об стол.


-- Кстати, Сириус просил меня напомнить вам, что ждет в Визжащей хижине, -- сказал старый аврор. -- Там у него еще несколько гостей... Это сюрприз, -- добавил он, заметив вопросительные взгляды подростков.


Все уже допили свои напитки, поэтому их ничего не держало в Трёх Метлах. Кивнув на прощание Симусу и Дину, вся компания направилась к выходу из бара. На улице они встретили Дафну, Трейси и Блейза, которые наоборот хотели зайти внутрь. После короткого разговора с друзьями, они решили последовать за ними.


Ко всеобщему удивлению, Визжащая хижина полностью преобразилась. На окнах исчезли доски, все стекла были заменены на новые. Стены покрасили в гриффиндорские тона, а перед входом построили широкую веранду, посередине которой стояла будка с надписью "Касса", а поверх большими буквами сияла надпись -- "Кинотеатр"


Неожиданно Гермиона сорвалась вперед, и с криком "Мама!" обняла Хелен Грейнджер, вышедшую из здания...