Дудко Инна Николаевна: другие произведения.

Седьмой в семье был лишним - шестого объедал..

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сказ о том, как последние станут первыми. Общий файл (черновик)

  СЕДЬМОЙ В СЕМЬЕ БЫЛ ЛИШНИМ - ШЕСТОГО ОБЁДАЛ...
  
  Глава 1
  
  Ребёнок жался к остывающему телу собаки. Ему было непонятно почему единственное существо, проявлявшее в этом мире о нём заботу, неподвижно лежит, завалившись на бок, не реагируя на робкие попытки малыша привлечь к себе внимание. Раздался скрип двери, и сердце мальчика сжалось от страха, он свернулся калачиком, втянув нечёсаную лохматую голову в щуплые плечи, и ещё сильней прижался к еле теплому боку. Раздались тяжелые шаги и пьяный голос прорычал:
  - Магда! - но ему никто не ответил.- Магда!! Что б тебя черти на сковороде жарили и забыли перевернуть!
  - Чего? - раздался сварливый женский голос. - Залил зенки с утра, так ляг где в уголочке та не отсвечивай!
  - Кажись, Белка околела! Вот чего!
  - Да ты что? - женщина тут же выбежала на улицу и подбежала к будке. - От же зараза! Только ж с утра всё нормально было!
  - Может её это...постоялец, сынок твой, завалил, чтобы хоромы и миску оттяпать, - хохотнул мужчина и пнул сжавшегося в комок ребёнка. - Или, скорее подцепила она от него заразу какую да и сдохла.
  - Та он мне такой же сын как и тебе! - взвизгнула женщина и было кинулась с кулаками на мужа, но он хоть и был изрядно пьян с легкостью перехватил её руки и в один миг озверев, зло кинул жену на землю, после нагнулся и ухватив за волосы повернул её лицо к себе.
  - Подгуляла с нечистью, пока я на войне кровушку за тебя изменщицу лил,а теперь мне приписать выродка норовишь? - в ярости прорычал он, дыша ей в лицо перегаром.
  - Та я ж тебе уже сто раз говорила - чиста я перед тобой! Доня у меня народилась, красавица! Только выкрали её цыгане, а этого,- женщина кивнула в сторону ребёнка, - подложили.
  - Так что ж ты сразу не призналась!
  - Сколько раз повторять, Хасим, боялась я, что ты меня убьешь!
  - За что?
  - Что дочку твою не сберегла!
  - Дура, да мне до одного места эти сопли, у нас и так шестеро детей без этого выродка: одним больше одним меньше! Ты понимаешь, что ты меня на всё село опозорила, рогатым сделала, - мужчина отпустил волосы жены и отвернулся, смачно плюнув в её сторону.
  - Так не знала ж я! - женщина закрыла лицо грязными руками и зарыдала в голос. - Не знала я, что ребёночек от нечисти прижитый, думала никто подмены не заметит. Та если б я знала, я б его в речке, как котёнка своими руками утопила!!!
  - Дело говоришь,- пьяно усмехнулся мужик и подошёл к ребёнку.
  - Та ты что, сдурел? - заголосила баба.- Что соседи скажут?
  - А им абы трепаться, всё равно повод найдут, - мужик пнул ребенка ещё раз и тот жалобно заскулил. - Но вообще-то ты права, некрасиво получиться. Да и что, мы зря его целых три года кормили и одевали?
  Женщина в непонимании уставилась на мужа, а тот нагнулся и брезгливо морщась, поднял мальчика за шиворот изодранной, уже малой ему рубахи.
  - Есть одна идея, - мрачно улыбнулся мужчина. - Он нам Белку загубил? Загубил. Нам без собаки нельзя? Нельзя. Вот пусть теперь вместо неё на цепи сидит, двор охраняет, дармоед.
  И тут же одним движением крепкой руки Хасим сорвал с ребёнка остатки рубашонки и швырнул их в сторону.
  - Собакам одежда не полагается, - оскалившись, пробурчал мужик.
  - Ты в своём уме? - еле слышно пробормоталаМагда, пытаясь встать на ноги, по её новой юбке грязными разводами стекала чёрная жижа.
  Хасим даже не повернулся в сторону жены. Он по-деловому стаскивал с мёртвой собаки ошейник.Когда это у него, наконец, получилось, мужик подтянул мальчика к себе и попытался напялитьошейник на ребёнка. Но тот оказался слишком велик для тощей шейки. И тогда взбешенный Хасим выхватил нож из-за голенища, облепленного грязью сапога. Магда испуганно охнула и метнулась в хату от греха подальше, а мужчина злорадно хохотнул ей в след, но вспомнив, зачем он это всё собственно затеял, поудобней взял злосчастный ошейник и проделал в нем ещё одно отверстие. После с нескрываемым удовольствием одел своё творение на шею беспомощной жертвы и, подхватив тело собаки под мышку, пошёл прочь со двора.
  Ребёнок всё это время покорно сносивший издевательства, словно очнулся,он не сводил глаз с уносимой собаки и в них читался безграничный панический ужас: сейчас он останется здесь один. Один, среди зверей маскирующихся под людей и не будет здесь Белки, которая заменила ему семью, которая защищала, согревала в холод и делилась едой из своей миски. Отчаянье придало ребёнку сил и он рванулсявслед за своим мучителем, протянув худенькие ручки к единственному другу, но цепь оказалась слишком коротка и ребенок, не дотянувшись до цели, упал личиком в чёрную грязь, подхватился, рванулся, но снова упал и, поняв, что это всё, конец, стал на четвереньки и взвыл жалобно и протяжно, как учила Белка.
  Хасим обернулся и довольно щелкнул языком:
  - А у тебя неплохо получается, щенок, - и пошёл донельзя довольный собой к кожевеннику, сговариваться о том, чтобы сделать из шкуры собаки шапку...
  А над деревней нёсся жалобный вой, он креп и становился всё громче и многоголосней - это дворовые и бродячие псы присоединялись к своему новоиспечённому собрату, скорбели вместе с ним по ушедшей сестре и обещали не бросить на произвол судьбы её выкормыша.
  
  ****
  Золочёная карета въехала в деревню, и остановилось у первой более менее опрятной хаты. Дверца открылась и из экипажа выглянула хорошенькая девочка в богато вышитом дорожном платье. Она брезгливо сморщилась и прикрыла курносый носик надушенным кружевным платочком.
  - Фи, какое амбре, - простонала она.
  - Дорогая, это вынужденная остановка,- пояснил спокойный голос. - Сейчас мы уточним дорогу и уберёмся из этой дыры куда подальше.
  - Но, папа, - заныла девочка, - неужели это так обязательно? А если у этих людей блохи?
  - Успокойся,- ответил мужчина, всё-таки вылезая из кареты,- ты можешь посидеть здесь.
  - Ни за что! Я с тобой. И всё же может, просто отправим кучера?
  - И проплутаем ещё сутки? Нет уж, спасибо! Больше я этому идиоту узнавать дорогу не доверю. Если хочешь, чтобы что-то было сделано хорошо - сделай сам.
  С этими словами мужчина решительно направился к слегка приоткрытой калитке ведущей во двор небольшого вполне опрятного дома, девочка последовала за отцом, всем своим видом демонстрируя на сколько окружающая обстановка ей противна.
  Магда так и застыла с тазом белья в руке, когда в их двор вошел знатно одетый господин. Он был щёгольски одет и явно молодился, но в сравнении с местными мужиками был просто чудо как хорош. Модник не обращая внимания на реакцию, которую произвёл на бедную женщину, подошёл ближе и поинтересовался:
  - Мужик дома?
  Магда только и смогла кивнуть, не веря до конца, что этот красавчик обращается к ней, но тут же вспомнила, что муж дома и если ему, не дай Бог, хоть что-то не понравится в её поведении или покажется подозрительным, то не миновать ей взбучки, и тут же закричала:
   - Хасим, выдь во двор! Тебя тут знатный господин спрашивает!
  - Чего? - отозвался хриплый сонный голос. - Какой господин?
  - Благородный! - ответила Магда и расплылась в щербатой улыбке.
  - Ты что сдурела? - снова подал голос Хасим. - Тут благородных господ отродясь не было! Говори прямо кого там черти принесли! Кум что ли с ярмарки вернулся?
  - Та говорю ж, дурья твоя башка, господин высокородный почтили нас своим визитом, оказали честь.
  В сенях послышалось шебуршание и стук опрокинутой посуды. Через секунду на крыльце возникла фигура заспанного и слегка помятого Хосима. Но к удивлению нежданного гостя, вместо того, чтобы поздороваться и принести извинения за столь непочтительный приём, мужик с криком кинулся к собачьей будке и стал что есть мочи по ней колотить, а после ухватился за цепь и вытащил из хлипкого строения брыкающуюся собаку.
  - Ах, ты гад! - кричал Хасим, пиная несчастное животное. - Во дворе чужие, а ты и голоса не подал! А если б это были воры!
  Собака перестала выдираться и только тихонько поскуливала, получая очередной пинок.
  - Папа, сделай что-нибудь! - взмолилась девочка, уцепившись в рукав отца. - Пусть не мучают собачку! Собачка хорошая!
  - Изверги, не мучайте животное! - повысил голос мужчина.
  - А то что? - Хасим развернулся лицом к гостю. - Ну, что? Продолжай, что ты мне сделаешь?
  - Прикажу деревню выжечь, всю, до тла, - ответил господин и в его голосе почувствовался метал. Хасим злобно глянул из-под косматых бровей, но пинать пса перестал -такой обещаний на ветер не бросает. - Разрешите представиться Барон ЖигмарФон Баст, собственной персоной, с младшей дочерью Леонеллой. Эти земли жалованы мне Его Высочеством за заслуги перед короной.
  - Ой! - сдавленно пискнула Магда и рухнула на колени, откинув таз с бельём подальше.
  - Что, правда, барон? - переспросил не желающий уступать Хасим.
  - А я похож на шутника? - ледяным тоном переспросил Фон Баст.
  - Нет, - наконец сдался мужик и склонился в поклоне. - Чего изволит Ваша Светлость?
  - Вот так бы сразу, - довольно кивнул барон. - Моя Светлость изволит уточнить дорогу на Вислуцк.
  - Ну, это просто. По нашей улице до окраины доедите, а там одна дорога, по ней езжайте не ошибётесь, прямо к городу и выведет, только нигде не сворачивайте, места у нас здесь гиблые.
  - Спасибо за предупреждение, - и барон развернулся, чтобы покинуть негостеприимный двор, но на его руке повисла дочь.
  - А собачка? - жалостно заныла девочка.
  Барон кинул взгляд на слегка подрагивающий грязный комок, свернувшийся у будки. Собака была очень странная и нескладная: голова была лохмата, а лапы нет, уши росли по бокам и были удлиненные и заострённые, кроме того кто-то напялил на неё грязный мешок прорезав дырки для головы, передних и задних лап.
  - А что за странная порода у вашей собаки? - поинтересовался Жигмар.
  - О-о-о, - довольно скалясь, протянул Хасим, - это очень-очень редкая порода: эльфийская борзая, таких днём с огнём не сыщешь, - обернулся к жене и грозно поинтересовался: - А ты опять за своё? - женщина затравлено сжалась. - Зачем мешок на животину напялила?
  - Так сыро ж, всю неделю дожди шли, как бы не околел, - промямлила Магда.
  - Папа, хочу собачку, - Леонелла снова требовательно потянула отца за рукав.
  - Но золотце, она грязная и вонючая, - попытался её отговорить Фон Баст.
  - Зато ни у кого такой нет, - возразила девочка и направилась к щенку.
  Леонелла подошла к несчастному животному и склонилось над ним:
  - Хочешь поехать со мной? - поинтересовалась девочка, собака измученно кивнула и уставилась на неё огромными тёмными глазами, проглядывающими сквозь грязные пряди сбившейся шерсти больше похожей на волосы. - Тогда пошли, - скомандовала маленькая спасительница, и было протянула руку, чтобы погладить несчастное животное, но в последний момент отдёрнула, - я поглажу тебя потом, когда тебя отмоют и вытравят паразитов, - пообещала девочка, - а сейчас я почешу тебя за твоим чудесным ухом.
  И девочка переборов брезгливость ласково почесала за грязным ухом. Собака застыла на мгновение, а после кинулась в ноги девочке, измазав вонючей грязью подол её дорожного платья. Леонелла взвизгнула и отскочила.
  - Ты ещё не передумала, - улыбнулся барон, глядя, как дочь зло фыркает, пытаясь отчистить несчастный подол.
  - Конечно, нет, она едет с нами, - решительно заявила она.
  - Вообще-то это он, кабель,- поправила девочку Хасим. - Но мы не можем просто так расстаться с нашим дорогим питомцем. Мы его вырастили, можно сказать с пальцавыкормили ...
  - Думаю, этого хватит, чтобы скрасить горечь расставания, - ответил барон и швырнул к ногам мужчины три золотые монеты.
  - О, вы так щедры,- пролепетала Магда и бросилась подбирать деньги, но муж её опередил и сгрёб монеты вместе с грязью в свою огромную ладонь.
  - А как щенка зовут? - поинтересовалась Леонелла.
  - Никак, - пожал плечами Хасим. - Жрать захочет сам придёт.
  - Фи, - сморщила носик девочка. - Пошли папочка, а то мне уже здесь дурно. Я не привыкла общаться со всяким сбродом, - и девочка картинно закатив глаза, направилась к выходу, животное уже снятое с цепи, словно привязанное, последовало за ней.
  Барон кинул последний взгляд на угодливо скалящихся мужика и его жену и поспешно вышел на улицу, где рядом с каретой виновато топтался кучер.
  Магда посмотрела на мужа и покачала головой:
  - Ой, не к добру это всё...
  - С чего ты дуреха так решила.
  - Та я тут подумала...
  - Не с твоими куриными мозгами думать,- проворчал Хасим и стал рассматривать блестевшие среди грязи на ладони золотые кругляши.
  - Нет, ну всё-таки, не по-людски мы поступили.
  - Да, если бы этот напыщенный индюк накинул ещё монетку, я бы ему этого уродца освежевал и подал в зажаренном виде по первому требованию.
  - А если они поймут, что мы их обманули и что это не собака вовсе,- не унималась женщина.
  - Так скажем, что не разобрались, сами с рук купили,- Хасим осторожно вынул монетки из грязи и с наслаждением попробовал каждую на зуб. - Не обманул, - констатировал он.- Всё-таки хорошо, что я этого дармоеда не зашиб тогда, задницей почуял, что он нам ещё может пригодиться.
  - Так если бы не я, он бы давно издох,- подала голос Магда, не отрывая взгляда от денег. - Так что там и моя доля.
  - Конечно, - согласился Хасим и гаденько усмехнувшись, добавил,- пусть эта мысль тебя согревает этой ночью, а меня сегодня домой не жди.
  - Ах, ты ж кабель, - выкрикнула женщина и кинулась на мужа с кулаками, но он,хохоча, увернулся, а когда она снова на него бросилась, просто отвесил ей затрещину, такой силы, что баба завалилась и долго не могла подняться. Когда же она встала и, кляня на весь двор свою долю и мужа, поплелась в дом,Хасима уже и след простыл. Он на всех порах бежал, зажав шальные деньги в кулаке, к Марьке-вдовице, женщине приятной во всех отношениях и любившей составить компанию мужчинам, особенно если они щедры и ещё способны согреть даму холодными ночами.
  
  ****
  Леонелла подошла к карете и парой резких фраз приказала старенькому кучеру очистить подол её платья от грязи. Слуга обречённо слез с облучка и принялся за работу.
  - Ну и куда мы денем твоё приобретение? - поинтересовался подошедший Жигмар, кивнув в сторону собаки притаившееся около колеса кареты.
  - Пусть бежит следом, - равнодушно пожала плечами девочка.
  - Боюсь, в таком случае у твоих подруг не будетвозможности подивиться на столь экзотичную болонку, - возразил ей отец.
  - Но что тогда делать? - растерялась маленькая капризуля.
  - Ну, выход здесь только один - взять собаку в карету.
  - Но, пап, - девочка скривила печальную мину, - она так ужасно пахнет...
  - Я, кажется, тебя предупреждал. Теперь поздно за сию живность уплачено и поверь, ты мне: сумма, которую я заплатил этим живодёрам приличная. Так, что придется потерпеть. Зато в следующий раз ты будешь думать, прежде чем просить купить тебе ещё какую-нибудь экзотическую гадость.
  Девочка обречённо опустила голову и полезла в экипаж, но через пару минут выскочила с флаконом духов и вылила их на пса все без остатка, принюхалась и довольная полученным результатом заняла своё место в карете.
  Дальше путешествие борона и его дочери проходило вполне спокойно. Зверь тихо сидел в отведённом уголке и не выдавал своего присутствия ни рычанием, ни стоном. Леонелла даже пару раз обеспокоенно наклонялась к нему: не издох ли. К концу дня путешественники, наконец, въехали в Вислуцк. Стражу миновали быстро и без проволочек - один вид герба над дверями кареты внушил стражникам чуть ли не священный трепет. Барон, человек практичный, распорядился немедленно ехать к ветеринару, дабы не тащить в новый дом заразу неизвестного происхождения и вскоре экипаж остановился возле вывески "Друц и сыновья: мы вылечим ваших питомцев". Легко соскочив на землю и подав руку дочери, Фон Баст приказал кучеру взять на руки щенка и нести следом.
  Помещение, в котором принимал ветеринар, оказалось забито людьми, но узнав, кто пришёл на приём,Мастер Друц лично выпроводил всех под благовидным предлогом. Когда же посторонние покинули помещение, старенький профессор указал на старый выскобленный стол и скрипучим голосом проговорил:
  - Что у вас там барон? Выкладывайте.
  Барон кивнул кучеру, мол, что стоишь, дубина, ложи собаку на стол и торжественно провозгласил:
  - Да, вот, прикупил дочурке зверушку по случаю. Собака, точнее щенок, но очень редкой породы - эльфийская борзая, говорят штучный экземпляр. Только вот сами видите, состояние желает лучшего... - борон на минуту замолчал, - посмотрите, что с ним, сделайте милость, а я в долгу не останусь, вы же знаете за услуги я плачу золотом.
  Профессор прошел в угол комнаты, помыл в тазу руки и задумчиво склонил голову.
  - Говорите эльфийская борзая? Не слышал о такой породе, что ж любопытно, посмотрим.
  Старичок, шаркая ногами по полу, подошёл к столу, где уже лежал щенок, одним движением сорвал уже практически расползшийся мешок, склонился над животным и тут же отскочил, недоумённо уставившись на своих посетителей.
  - Что там? - взволнованно спросил барон.
  - Это же ребёнок! - воскликнул лекарь, махая рукой в сторону стола.
  - Какой жеребёнок? - не поняла Леонелла. - Это собачка.
  - Нет, это не жеребёнок и не щенок! - возмущенно закричал Друц. - Это вообще не зверушка! Это дитя человеческое, хотя возможно и полукровка!
   Барон ошарашено оперся на стену и вытер выступивший пот со лба.
  - Звери, - прошептал он, - как можно так с ребёнком. Бедный мальчик.
  - Извините, барон, но я не могу вам ничем помочь, - склонился в поклоне Мастер Друц. - Моё дело звери, а не дети. Вам нужно к людскому доктору, ребёнок истощён и возможно действительно серьёзно болен.
  - Да - да, - согласился Фон Баст и сунул в руку Мастера золотой. - Извините, что оторвали вас от дел.
  - Ничего, это ничего, - прошамкал Мастер.
  - Я хотел бы вас попросить, - после короткой, но весьма выразительной паузы начал было барон, но старый Друц тут же прервал его не дав договорить.
  - Вам не стоит беспокоиться, - полушепотом сказал старик. - Я ничего не видел, ничего не слышал и соответственно никому ничего не скажу.
  - Спасибо, - облегчённо вздохнув ответил Жигмар, склонил голову в знак признательности и не теряя времени поспешил покинуть кабинет.
  Барон, его дочь и кучер несущий обессилившего мальчика немедленно вернулись в карету.
  - Угораздило меня ввязаться в эту авантюру, - прошептал Жигмар, с отвращением глядя на ребёнка, как только карета тронулась с места. Теперь он был уверен, что это действительно маленький мальчик возрастом два - три года, не больше, истощенный, весь в ссадинах, но вопреки всему ещё живой. - И зачем я только пошёл у тебя на поводу? - барон раздраженно посмотрел на притихшую дочь.
  - Пап, я не поняла, так это не собачка?
  - Нет, - резко ответил Жигмар дочери.
  - И что ты с ним теперь делать будешь? - невинно хлопая длинными ресницами, поинтересовалась она.
  - Почему это я? - возмутился мужчина. - Я купил его для тебя, он твой. Так что это твои проблемы, что с ним делать. Будешь лечить, заботиться, что там ещё полагается в таких случаях.
  - Но я не хочу, - надула губки девочка. - Я думала это необычный щенок, а это самый обычный ребёнок. Зачем он мне, чем он так необычен, чтобы мне позавидовали мои подружки.
  - Ты говоришь почти как взрослая и так похожа на мать, - улыбнулся Фон Баст. - Но я не собираюсь упрощать твою задачу. Он твой и ты должна решить, как с ним поступить.
  - Тогда давай его выкинем, - предложила девочка, от того как просто она приняла столь жестокое решение у Жигмара даже перехватило дыхание, он изменился в лице и ещё раз с сожалением подумал, что его дочь действительно пошла вся в мать. - А что я такого сказала? - изобразила удивление Леонелла, заметив неодобрительный взгляд отца.
  - Как это что? - возмутился Жигмар, - ты так легко предлагаешь лишить жизни беззащитное существо и ещё спрашиваешь: в чём дело?
  - А что тут такого. Между прочим, падре говорит, что мы все умрем, кто раньше, кто позже. А в случае этого оборванца такой расклад будет наиболее человеколюбивым. Кому он нужен? Да и вообще пусть скажет спасибо, что последние часы провёл в тепле и был накормлен.
  - Ты хорошо подумала? - приподнял бровь барон, надеясь, что дочь одумается.
  - А что тут думать? - пожала плечикамиЛеонелла, открыла дверцу едущей кареты и вытолкнула не успевшего ничего понять ребёнка на мостовую.
  Жигмар схватился за голову, он отказывался поверить, что вырастил такое чудовище, а девочка, как ни в чём не бывало, разгладила складки на своём платье и смущенно проговорила:
  - Ну, вот, папочка, нет ребёнка - нет проблемы. Давай мы ничего не скажем о случившемся маме, пусть это будет наш маленький секрет.
  Барон обреченно кивнул головой и с тоской уставился в окно. До него с запозданием дошло, что он всё ещё может остановить карету, отправить кучера подобрать несчастного мальчика, но почему-то он этого не сделал. Долгое время после этого случая барон задавался вопросом: почему он оставил несчастного на верную смерть? И каждый раз совесть безжалостно ему отвечала, что он, барон Фон Баст, просто струсил, не смог заставить себя взглянуть в изможденные детские глаза, позволить уложить на пол кареты искалеченное тельце или даже нет, конечно, и это тоже, но главным его страхом стала реакция жены на такой "сувенир" из поездки да и скандал в свете, который непременно разгорелся бы возьми он ответственность за жизнь мальчика, Жигмару был сейчас совсем некстати.
  Ребёнок выпал из кареты на дорогу, но экипаж, не останавливаясь, умчался дальше. Мальчик давно привык к боли, поэтому даже не заплакал, хотя падение было весьма болезненным. В его глазах застыло очередное разочарование, последняя надежда быть любимым скрылась вместе с экипажем, несущимся на всей скорости куда-то далеко. Но вдруг ребёнок почувствовал, что его осторожно переворачивают. Над ним склонилась молодая нищенка, грязная и оборванная. Девушка охнула, и по её щекам потекли слёзы жалости:
  - Бедненький мой, маленький, - тихо зашептала она. - Сейчас, сейчас. Потерпи, я посмотрю. Ой, какой ты худенький, но ничего...ничего.
  Нищенка взяла ребёнка на руки и прижала к груди, жалея и баюкая. И в этот момент, первый раз в жизни мальчик понял, что счастье всё-таки есть на свете.
  
  ****
  София, так звали девушку, которая подобрала ребенка на мостовой, состояла в братстве "Убогих" и была профессиональной нищенкой. Но так было не всегда, когда-то и она жила в своём доме, у неё была любящая мать и беззаботное житьё. Всё изменилась с появлением в их спокойной и вполне сытой жизни отчима, который оказался любителем молоденьких невинных девочек. София не стала терпеть его грязных домогательств и всё рассказала матери, но та, вместо того чтобы выгнать из дома развратного любовника выставила на улицу родную дочь, обвинив в распутстве и желании опорочить честного человека. Отчим нагнал её на улице и предложил стать его содержанкой, но София плюнула в его заплывшие жиром свиные глазёнки. Осатанев от такого оскорбления, мужчина схватил её за руку и стал звать стражу, а когда собралась толпа зевак, во всеуслышание обвинил её в воровстве. Он тряс в воздухе замусоленным кошельком, который София видела впервые в жизни, и кричал, что она, мерзкая тварь пыталась его стянуть, но он вовремя почувствовал и взял воровку с поличным. Девушка пыталась оправдаться, но её никто не слушал, мордастыематроны, сбежавшиеся на бесплатное зрелище сокрушенно кивали головами и брезгливо шептали друг другу: " Такая молодая, а уже воровка".
  Так София оказалась в темнице, ей было тогда шестнадцать.Отчим не оставил её и там, он являлся к ней и предлагал свободу в обмен на согласие разделить с ним ложе, угрожал, умолял, но девушка была непреклонна. Неизвестно чем бы закончилась вся эта история, если бы не один пожилой офицер, который выслушал девушку и поверил ей. Так в один из визитов отчима, который не оставлял надежды, что темница сломит упрямицу, этот офицер и ещё два свидетеля спрятались в нише и слышали весь разговор, из которого стало окончательно ясно кто же в действительности является в этой запутанной истории жертвой.Естественно был скандал, отчима судили, но он откупился, с Софии сняли все обвинения, но мать отказалась от неё. Девушка осталась одна, без дома, без средств к существованию.Единственным её капиталом стали знакомства, приобретенные в местах не столь отдалённых, которыми ей и пришлось воспользоваться.
  Вот уже минуло десять лет как онапримкнула к попрошайкам, но София не жалела об этом, люди которые приютили её и дали кусок хлеба стали для неё настоящей семьёй. Тем более, что благодаря Фирсу, ставшему Папочкой побирушек лет восемь назад, в их рядах царил жесткий порядок и дисциплина. Фирс был в этом плане тверд и даже жесток, но жизнь оборванцев под его твёрдой рукой значительно улучшилась. Памятуя об этом и зная, что Папочка никогда не бросает сирых и убогих, София, стараясь не растрясти драгоценную ношу, отправилась прямиком на Пиковую площадь. Именно там любил "работать" Фирс.
  Папочка нищих действительно стоял на своём месте, во всю изображая безного слепого калеку. У него это отлично получалось и потому сердобольные горожане редко проходили мимо, каждый считал своим долгом кто едой, а кто копейкой поддержать несчастного.
  Фирс недовольно приподнял бровь, разглядев идущую прямиком к нему любимую ученицу, но, не желая быть раскрытым, бродяга продолжил косить под слепого. София остановилась недалеко от Папочки и подала условный сигнал, который означал, что ей нужен срочный совет. Фирс кивнул в сторону небольшого закутка и потихоньку потащил туда своё грузное тело, искусно перебирая руками, ему самому стало любопытно, что случилось, тем более, что он рассмотрел в руках нищенки какой-то свёрток.
  - Ты соображаешь, что ты делаешь? - возмущенно начал Фирс, предварительно убедившись, что за ними никто не наблюдает и не подслушивает.
  - Но... - начала оправдываться София.
  - Что но? - передразнил её Папочка. - До вечера подождать не могла? Рабочий день в самом разгаре, клиент прёт, а ты меня отвлекаешь!
  - У меня вот, - промямлила сбитая с толку девушка и протянула в сторону Фирса свёрток с ребёнком.
  - Откуда он у тебя? - тут же сменив сварливый тон на деловой поинтересовался бродяга.
  - Из кареты на ходу выкинули, - чуть не расплакавшись, ответила София, - прямо на мостовую. А он даже не заплакал.
  - Звери, - сдавленно прошептал Фирс и протянул руки к ребёнку. Мальчик обречённо посмотрел на него, но не проронил ни звука. - Надо его Левону показать, он хоть и пьянь беспробудная, но врачом от Бога был...когда-то. Только ты это, перед тем как нести малого к нему помой его что ли. А то этот алкаш ещё смотреть его откажется, ты же его знаешь...пьянь пьянью, а чистоту блюдёт.
  - Хорошо, - сказала София и немного помявшись добавила, - только тогда сам понимаешь с меня выручка сегодня невелика будет.
  - Да, ладно, - кивнул Папочка, - что я каменный, ничего не понимаю! Иди уже, коза.
  София с легкостью подхватила ребёнка и обрадованная, что Фирс оправдал её ожидания, помчалась к мосткам, там свободно можно было спуститься к реке и выкупать малыша.
  Девушка за считанные минуты добралась до нужного места, но когда она приблизилась к воде, ребёнок задёргался и забился, пытаясь высвободиться из её объятий. Мальчик решил, что его снова предали. Что эта теплая девушка, которая так долго носила его на руках, на сам деле просто хочет его утопить как слепого котёнка. Отчаянье сменилось безразличием, и ребёнок обмяк в руках своей спасительницы. София не поняла такого странного поведения мальчика и решила, что он просто боится воды, поэтому вошла в воду вместе с ним, как была, в своих лохмотьях. Ребёнок с непониманием смотрел на действия этой странной девушки, вместо того чтобы утопить его, она ласково и нежно стала вытирать его лицо и истощенное тельце от грязи.
  - Не бойся, маленький, - ласково ворковала нищенка, - вода, она хорошая, не надо бояться. Вот подрастёшь, научишься плавать, будешь как рыба в реке себя чувствовать.
  Малыш неуверенно провёл крохотными ладошками по воде и затем, словно не понимая, что творит, неуверенно плюхнул ими по гладкой поверхности реки. Во все стороны полетели брызги. София, заметив заинтересованность на маленьком сосредоточенном личике, провела рукой по воде и стремительным движением хлестнула по прозрачной глади, да так что обрызгала себя с ног до головы, малыша, которого держала второй рукой и даже проходившего мимо дородного дядечку. Мужчина грозно развернулся, но рассмотрев, кто же там балует,подобрел и зычно крикнул:
  - Софико, это ты, негодница?
  - Я, дядько Кондрат, - в тон ему ответила девушка, не прекращая водные процедуры.
  - Ты, шо так взопрела, что сиганула в воду в парадном одеянии? Хворостины на тебя нема.
  - Так я ж свой костюмчик давно не стирала, вот и решила два хороших дела за один раз совершить. А то ж вы меня знаете, всё дела, дела.
  - То-то ж, что я тебя, козу, знаю, - дядька Кондрат, задумчиво намотал свой длинный ус на палец. - Не чисто здесь что-то. Чтобы ты работу в самый разгар кинула, да пошла купаться...ой, чую не спроста это.
  - Ой, дядько, какой ты умный, - ласково проворковала София, незаметно приближаясь к мужчине. Неожиданно девушка со всего маху ударила ногой по воде, обдав прохладными каплями пузатого дядькус ног до головы, и кинулась убегать.
  Кондрат, на минуту оцепенев от такой подлости, заревел раненым медведем и, откинув бочонок, который нес на рынок, кинулся догонять обидчицу, но пробежав метров пять понял что не с его отдышкой за девицами гоняться.
  - Ой, егоза! - только и крикнул он её вдогонку. - От же поймаю - выдеру, что Сидорову козу. Будешь знать, как над старшими потешаться.
  Но София не слышала этих угроз, она неслась словно ветер в сторону старого рынка, пугая общественность не пристойным поведением. Наконец, немного притомившись, девушка остановилась перевести дух, положила ребёнка на травку, а сама присела рядом. Дитя с любопытством уставилось на неё. Повинуясь какому-то непонятному, щемящему душу порыву девушка прижала к себе ребёнка и расцеловала, а затем стала подкидывать в воздух и ловить весело хохоча. По лицу ребёнка пробежала судорога, София в испуге мигом положила ребенка на землю и внимательно присмотрелась к нему. Мальчик разочарованно уставился на неё, ему самому было непонятно, что сейчас с ним случилось. Убедившись, что с ребёнком всё в порядке девушка щёлкнула его по носу и сделала ему козу, а затем стала щекотать впалое пузико. Ребёнок почувствовал, что задыхается, его лицо опять скрутила судорога, но единственное о чём он мечтал в этот момент, чтобы эта странная девушка не останавливалась. София почувствовав, что опять происходит нечто странное, отстранилась и вдруг её глаза вновь наполнились слезами, она всё поняла.
  - Маленький мой, - сочувственно прошептала нищенка, - да ты просто не умеешь смеяться...но ничего, я тебя научу. Обещаю.
  Передохнув ещё пару минут и пощекотав травинкой заскорузлые пяточки ребёнка София снова взяла его на руки и продолжила свой путь.
  Вскоре показался шумный старый рынок, девушка свернула вничем не примечательную подворотню не доходя до него и постучала в старую, слегка покосившуюся дверь и, не дожидаясь особого приглашения, вошла внутрь.
  Бывший лекарь, а нынче запойный пьяница, Левон был дома, причём в весьма благодушном настроении, видимо он уже успел поправить здоровье да и не один раз.Он сидел за столом и напевал что-то непристойное, притопывая босой ногой в такт. София тактично кашлянула и мужчина поднял на неё опухшие очи.
  - А я к вам, - нищенка церемонно поклонилась.
  - Да я бы удивился, если бы ты сейчас сказала, что пришла к моему коту, - хохотнул Левон. - Кстати, где эта блохастая скотина? - девушка в ответ лишь пожала плечами. Она была очень рада, что застала лекаря ещё почти трезвым, если так можно сказать, и в состоянии нормально изъясняться, что по слухам было большой редкостью.
  Левон встал, слегка пошатываясь из-за стола, и загадочно улыбаясь, направился к покосившемуся шкафу, но вдруг передумал и вернулся обратно.
  - Что там у тебя? - на ходу пробубнил он.
  - Ребёнок, - и София протянула малыша Левону.
  - Сам вижу, что дитё, - отмахнулся бывший лекарь, - я спрашиваю, что ты принесла в счёт оплаты услуг.
  - Ничего, - спокойно ответила девушка.
  - Как ничего? - разочарованно пробормотал мужик и раздраженно добавил, - и у тебя хватает нахальства беспокоить меня, мэтра третьей ступени, ничего не имея, чтобы отблагодарить за непосильную помощь?
  - За оплату не переживай, - ничуть не дрогнув резко ответила София, ей было не впервой общаться с этим наглым беспробудным пьяницей. - Папочка вечером занесёт.
  - Вот вечером и пациента своего принесёшь.
  - Побойся Бога, - не выдержала нищенка, - ты сейчас уже на лёгком элеганте, а к вечеру вообще лыка вязать не будешь. Я тебе знаю, ты вечером своё имя вспомнить не сможешь, не то, что диагноз поставить.
  - Тьфу, тьфу, тьфу, только бы не сглазила, дурища, - прервал её Левон и мечтательно зажмурился. - Ладно, уговорила, - вдруг ни с того ни с сего сдался он, - показывай своего малого. Я всё-таки давал клятву Гиппократу...или не ему. А черт с ним, суть ты, я думаю, уловила.
  София тряхнула головой, мол, конечно. Ей было всё равно, что несёт сей не совсем трезвый субъект, в данный момент она была готова согласиться с чем угодно, лишь бы малыша осмотрели и если надо оказали помощь.
  - Давай, своего подопечного сюда, - Левон указал на топчан укрытый вполне чистым, хотя и залатанным в нескольких местах одеялом. Девушка беспрекословно уложила мальчика, куда было велено. Левон ополоснул руки в тазу, стоявшем в углу, и нетвердой походкой направился к пациенту. Как только лекарь приблизился к топчану, мальчик вскочил на четвереньки и попытался удрать.
  - Он что не ходит? - пораженно пролепетал Левон.
  - Наверное, нет, - пожала плечами София. - Слушай, а у тебя есть, что для маленького, а то он видимо голоден.
  - Ну, брагу ему рановато, - хмыкнул мастер, но вдруг хлопнул себя по лбу и направился к столу. Вернулся он весьма довольный собой, сжимая в руке кусок чёрствой сдобной булки, коей разжился у жены булочника на днях. - Вот, дай мальцу, ему нужнее.
  София приняла кусок булки из слегка подрагивающих рук Левона и протянула мальчику. Ребёнок принюхался и, сделав резкий выпад, выхватил еду у слегка опешившей девушки, отполз в дальний угол топчана, и грозно поглядывая исподлобья, давясь, практически не жуя, стал запихивать булку себе в рот. София было протянула руку к малышу, чтобы успокоить, погладить по голове, но мальчик злобно зарычал, словно зверь у которого хотят отнять добычу. Девушка недоумённо переглянулась с лекарем и решила подождать, пока ребёнок насытиться, а уж затем попробовать понять, что здесь происходит. Когда с булкой было покончено, малыш блаженно потянулся и подполз к Софии, ребёнок стал интенсивно вилять задом, словно у него там есть хвост,выпрашивая добавки, а когда девушка склонилась к нему, обхватил её за шею и вылизал лицо, так как это делала его Белка, когда была жива. Девушка судорожно обхватила ребенка, и очередной раз за день разрыдалась. Лекарь, впервые наблюдая такую картину, даже протрезвел, он почесал затылок и тихо спросил:
  - Где ты взяла это чудо природы!
  - Его выкинули из кареты, прямо на ходу, - захлёбываясь слезами, еле выговорила нищенка.
  - Тогда всё понятно. Так, отставить сырость, давай я его осмотрю, - Левон решительно протянул руки к ребёнку и, несмотря на жалостливый протест, вернул пациента на топчан.
  - Как тебя зовут, - предельно ласково и, стараясь не дышать на малыша перегаром, спросил док.
  Малыш повертел головой и, найдя взглядом Софию, неуверенно сказал:
  - Гав...
  - Так...- опешил лекарь и провёл дрожащей рукой по лицу. - Много я видал на своём веку, но такое... - глубоко вздохнув и взяв себя в руки, мэтр приступил к осмотру.
  Через пять минут процедура была завершена, и Левон какой-то постаревший и осунувшийся прошел к шкафу, достал оттуда жбан с брагой и проследовал к столу. София взяла ребёнка на руки и в ожидании диагноза уставилась на лекаря. Леон будто почувствовав её взгляд, повернул свою косматую голову в её сторону и спросил, кивнув на жбан:
  - Будешь?
  - Нет.
  - А я выпью.
  - Ты сначала скажи, что с ребёнком.
  - Ничего, - Левон пожал плечами, - истощен, был много раз нещадно бит, если всё-таки научиться ходить, скорее всего, будет хромать. Но жить, точно будет, если конечно сам не передумает.
  - А почему он не разговаривает?- задала София мучавший её вопрос.
  - А зачем собаку учить говорить? - как-то странно заморгав, ответил лекарь.
  - Какую собаку? - не поняла девушка.
  - Такую, - как-то обреченно кивнул Левон, - эти мрази, у которых он жил, точнее выживал, держали твоего мальчонку на цепи в собачьей будке, вместо цепного пса,видишь у него на шее следы от ошейника, - с этими словами лекарь опрокинул чарку вонючей браги и закусил засохшей луковицей.
  - А как мне его лечить?
  - Зачем? Пусть изображает собаку и дальше.
  - Ты что с ума сошёл? - София гневно сверкнула очами. - Я не позволю! Малышу и так уже столько пришлось пережить!
  - Вот-вот, - мэтр наставительно выставил скрюченный палец, - зачем провоцировать новые неприятности. Сама подумай, так он будет до конца жизни обеспечен коркой хлеба.
  - Это интересно где? - раздраженно вскинула голову нищенка.
  - Ой, вот только не надо строить из себя дуру большую, чем ты есть на самом деле, - елейным голоском протянул док. - Естественно на паперти. Ты отлично знаешь, что там любят юродивых.
  - Ты что вообще, того? Допился до чёртиков? - потрясённо спросила София.
  - Не мы такие, жизнь такая, - философски ответил Левон. - Настоятельно рекомендую тебе лишний раз подумать, прежде чем возьмешься учить сие чудо природы говорить и ходить, скажет ли сей малец тебе потом спасибо.
  - Научу, вот и увидим, - упрямо выпятив подбородок вперёд, молвила девушка. - Только ты ни словом не обмолвился почему он так странно выглядит. Это потому что над ним издевались?
  - Врядли, - почесав затылок, заметил мэтр, - скорее он такой от рождения.
  - И уши?
  - Что уши? Слышит он нормально. Тут не в ушах дело.
  - А в чём? - удивилась девушка и присела на топчан, так как стул в коморке был один и на нём восседал сам хозяин.
  - Да я сам толком не знаю. Только малыш твой какой-то явный гибрид. Таких называют полукровками.
  - Ты хочешь сказать, что его мать приблудила с животным или ещё чего хуже с нечистью?
  - Да, нет, глупая ты баба. Помню мне мой дед сказывал, а ему его дед...сказку продивный народ. Будто жили когда-то на нашей земле люди чудесные -олофы, их по-другому ещё эльфами звали. Так вот твой малец по описанию на них очень похож.
  - Слышала я эти байки, да что-то не больно мне в них вериться,- недоверчиво покачала головой девушка и призадумалась. А после минутного молчания резко встала и направилась к выходу, неся ребенка, словно драгоценную ношу, обернулась на пороге и сказала: - А даже если и так, что с того, не упырь и ладно.
  - Дело твоё, - буркнул хмелеющий на глазах Левон. - Про оплату не забудь, а то пашешь на вас и не капельки благодарности.
  - По этому поводу не тревожься, вечером всё будет.
  Пьяница ей не ответил, он пододвинул ближе жбан с брагой и после неудачной попытки налить ядреную жидкость в чарку стал жадно хлебать прямо из горла.София, скривившись от столь неприятного зрелища, поспешила покинуть убежище бывшего лекаря.
  
  ****
  С наступлением ночи к старому обветшавшему дому на окраине города потянулись нескладные фигуры нищих, усталые дети улиц возвращались домой на заслуженный отдых, оставляя городские улицы в распоряжении воров, разбойников и прочих любителей ночи. Дом хоть и выглядел заброшенным, на самом деле таковым не являлся, и вся округа знала, что в нем обитает братство Убогих. У Папаши Фирса даже официальная бумага была и купчая, но предъявлять её было некому, потому что, ни один нормальный, здравомыслящий человек не решился бы потревожить покой черни, опасаясь напороться на перо или что-нибудь ещё похуже. Тем более, что слухи которые будоражили округу свидетельствовали о жестокости и кровожадности изгоев, осевших в стенах злосчастного дома.
  София уложила малыша в своём углу, накрыла старым драным платком и когда убедилась, что ребёнок крепко спит на цыпочках выскользнула в общую залу. Все были в сборе. За коряво сбитым из наструганных досок столом сидел цвет нищенства. Женщины и мужчины в лохмотьях, полуголые дети ... все грязные и вечно голодные хлебали варево, которое разливала из общего котла в подставляемую посуду грудастая тётка Марта. Только теперь Софияпочувствовала насколько голодна, она взяла щербатую миску и стала в очередь. Но, видимо, поесть ей в этот вечер было не судьба, потому что через минуту к ней подошёл Папочка Фирс и позвал за собой в свою коморку.
  - Ну, как сходила? - заинтересованно спросил он, в нетерпении потирая руки.
  - Нормально, - кивнула девушка, - только Левону за услуги должна осталась.
  - Это ничего, я уже отправил Янину с флягой доброй браги к нему. Так что считайте вы в расчёте.
  - Спасибо! - обрадовалась девушка.
  - Спасибо на хлеб не намажешь и в чарку не нальёшь, - отозвался в своей манере бродяга, - так что отработаешь. А что на счёт мелкого? Жить будет?
  - Да он нас с вами переживет, - махнула рукой нищенка. - Правда, он ни ходить, ни говорить не обучен, но это пока.
  - Как интересно, - Папаша запустил пятерню вкудлатую, сбившуюся бороду.
  - Ничего я в этом интересного не вижу, - возмутилась София. - Это же зверьём надо быть, чтобы так с дитём обращаться. Я много жестокости видела, но чтобы ребёнка на цепь вместо собаки садить, это даже для меня слишком.
  - Софа, не брызгай слюной, одежду намочишь, - грубо прервал пламенную речь нищенки Фирс. - Давай не будем о морали. Ты мне лучше скажи, что Левон по поводу чудного внешнего вида ребёнка сказал.
  - И ты заметил? - удивилась София.
  - А я что похож на идиота, что бы не заметить такие выдающиеся ушки? - грозно вопросил Папочка.
  - Я не в том смысле, - тут же попыталась оправдаться девушка.
  - Все вы так говорите, -усмехнулся Фирс, и девушка не смогла понять злиться он ещё или уже отошёл. - Давай ближе к теме. Итак, что сказал Левон.
  - Предположил, что мальчик похож на олофа. С бадуна и не такое привидится. Мне кажется, что над ребёнком просто хозяева поиздевались.
  - Твоё мнение меня сейчас не интересует, - снова перебил девушку Фирс. - Говоришь, олоф...интересно. Ну да ладно потом разберёмся. Можешь идти, - Папаша царственным жестом указал в сторону двери.
  Софии не надо было повторять дважды, и она тут же кинулась вон из апартаментов предводителя местной басоты. Но не успела она переступить за порог, как Папочка её окликнул.
  - Софа, завтра работаешь на Зайцевском перекрёстке, малого возьмёшь с собой.
  - Но... - было попыталась возразить нищенка.
  - Никаких но. Или ты забыла наш закон: кто не работает - тот не ест. Здесь не богадельня и не приют для сирот.
  - Но ведь он ещё очень слаб, - всё-таки осмелилась возразить девушка.
  - Слаб? Значит, больше подадут, ты ведь знаешь, люди любят время от времени проявлять сострадание. Или, может, ты хочешь, чтобы я продал его в бордель? Там всегда есть спрос на этакий специфический товар.
  - Нет! - в ужасе застыла София. - Я возьму его с собой. Обещаю, мы заработаем с ним достаточно, чтобы никто не упрекнул нас в нахлебничестве.
  - Вот это другой разговор, - смилостивился Папаша. - Иди, отдыхай, дочь моя.
  София не успела ответить. Она, как и остальные нищие, застыла от душераздирающего воя, который доносился из дальней женской комнаты. Вскоре к одинокому печальному завыванию присоединились голоса с улицы. София кинулась в комнату, ведь там она оставила спать мальчика, за ней последовали человек десять зевак. Девушка вбежала в комнату и оцепенелавпечатлённая увиденным. Малыш непонятным образом взобрался на подоконник и тоскливо выл на полную луну, которая словно желтый блин прилипла к ночному небу, ему вторила стая бродячих собак, сбившихся в кучу у стены дома. Вой был такой тоскливый и безнадёжный, что в душах нечаянных свидетелей тут же что-то засаднило, в глазах запекло и появилось стойкое желание присоединиться к нестройному хору. Словно почувствовав, что за ним пристально наблюдают, ребёнок прекратил свою печальную песнь и плавно соскочил с подоконника на пол, затем подполз на четвереньках к своей спасительнице и обхватил опешившую девушку за ноги. София тут же подхватила малыша на руки и прижала к себе. Незваные очевидцы одобрительно загудели.
  - Софико, ты б хоть познакомила нас с мальцом, - хохотнул крепкий мужичок с искусно нарисованной язвой на лице, - а то на концерте побывали, а как зовут артиста, не знаем.
  - Да я и сама не ведаю, как его зовут, только сегодня на улице бедолагу подобрала, а сам он ещё не говорит.
  - Так дай ему имя сама, - предложила толстушка Хреся.
  - В самом деле, - поддакнул вездесущий Фирс, вынырнувший будто из-под земли. - Не дело человека без имени оставлять.
  - Я не знаю, - взволнованно ответила София, - это очень ответственно. Папочка, может быть, ты назовёшь его? - жалко улыбаясь, попросила растерянная девушка.
  - Что б вы без меня делали, - деловито заворчал Фирс. - Конечно, назову, без имени не оставлю, - предводитель нищих задумался, а после затянувшейся паузы хлопнул себя по лбу и объявил: - Придумал! Есть одна старая сказка про олофов, так был в ней один герой-везунчик, защитник сирых и обездоленных, - Папаша подошёл к нищенке и взял из её рук ребёнка, приподнял его над собой, заглянул в испуганные глаза и зычно объявил, - быть тебе от ныне и до веку Мавелем.
  Малыш прислушался и словно довольный поворотом дела сказал очередное: "Гав", повторно шокировав окружающих, особо пугливые даже перекрестились для верности.
  - А теперь спать, - жестко сообщил Папаша Фирс, - побудка с восходом солнца, кто не выспался - я не виноват, - и, передав малютку Софии, поспешно покинул комнату.
  
  ****
  Прошло несколько месяцев с того знаменательного дня когда София взяла на себя заботу о найденыше. Девушка с завидным упрямством занималась с Мавелем, но ребёнок упорно отказывался разговаривать, передвигался на четвереньках, хлебал по-собачьи из миски и предпочитал обществу людей общение с собаками. София плакала, умоляла, но ничего не могла с этим сделать. Малыш обожал свою названную мать и зло рычал, если кто-то осмеливался не то что нагрубить, а даже не так посмотреть на неё. Когда София с малышом выходили на работу в паре, их выручка увеличивалась в три, а иногда и в четыре раза, что не укрывалось от всезнающего Папочки Фирса. Поэтому каждая новая попытка Софии сделать из Мавеля человека, вызывала у него стойкое неодобрение, хотя главный бродяга и не запрещал девушке заниматься этим бессмысленным, с его точки зрения, делом.
  Так однажды вечером, наблюдая за очередной попыткой Софии заставить Мавеля пройти хотя бы пару шагов на двух ногах, старый лис, будто невзначай подсел к упрямице и завёл неспешную беседу:
  - Как дела дочка? - благодушно начал он разговор.
  - Да всё неплохо, - отмахнулась София и снова попыталась поставить малыша на ноги.
  - Кажется мне, дочка, что тратишь ты время зря, пошла бы да отдохнула и дитю поспать самое время.
  - Ничего, ещё успеется, - будто не поняв к чему клонит Фирс, отмахнулась нищенка.
  - Ладно, - сдался Папаша, - давай перейдем прямо к делу. Тебе не надоело?
  - Что? - невинно захлопала пушистыми ресницами девушка.
  - Вот только дурочкой не прикидывайся.
  - Ой, можно подумать, - фыркнула София.
  - Ты прекрасно поняла, о чём я веду речь, - Фирс строго взглянул девчонке прямо в глаза. - Но если я переоценил твои умственные способности, то для особо одарённых поясню: доколе ты мне будешь ценный кадр ненужной муштрой портить?
  - Так вот ты о чём, папочка... - девушка воинственно вскинула голову. - Научить дитё вести себя как подобает человеку, по-твоему, бесполезная трата времени и порча кадров?!!
  - Что ты пырхи подняла? - замахал руками мужчина, - охолони малость и вдумайся в то, что я тебе скажу. У тебя ничего с мальцом не выйдет, смирись с этим. Уж больно сильно те выродки постарались, забили в ребёнке всё человеческое, а тебе о своей семье уж подумать пора, - Фирс покровительственно положил руку на плечо притихшей девушки. - Ты и раньше пышнотой форм не страдала, а теперь вообще на нет сошла. Носишься со своим приёмышем, что дурень с дверьми. А зачем? Подумай!!! Если всё оставить как есть, всем будет лучше: и тебе меньше хлопот, и малец всегда с коркой хлеба будет, люди пропасть не дадут, и мне хорошо, что у всех всё хорошо.
  - Нет! - упрямо качнула головой София.
  - Вот же настырная сила! - взорвался Папаша Фирс и в сердцах замахнулся на упрямицу, но неожиданно получил сильный удар палкой по вытянутой руке и в недоумении стал озираться по сторонам. Оказалось, что это Мавель ползавший на четвереньках рядом с Софией подобрал с земли дубину и, поднявшись на нетвердые ножки, врезал ею обидчику. Малыш, пошатываясь, стоял и размахивал своим орудием, демонстрируя, что никому не даст в обиду свою защитницу. От неожиданности Фирс на время потерял дар речи, а София счастливо разрыдалась. Ребёнок внимательно посмотрел на девушку, на могучего великана сидевшего рядом с ней и вроде бы больше ничем не угрожавшего ей, и сделал два крохотных неуверенных косолапых шага, плюхнулся на пятую точку и шустро подполз к нищенке, которая плакала и не могла остановиться. Мальчик уткнулся ей в колени и тихо прошептал:
  - Мама...
  София протянула к ребёнку руки и обняла своего малыша, затем спешно вытерла слёзы и обернувшись к Фирсу победно провозгласила:
  - А вы говорили! А вы не верили!
  - Ой, да ладно, - смущенно пробурчал Папочка, но от глаз Софии не утаилась, что этот грубый и жёсткий человек тоже растроган случившимся.
  - Ничего не ладно.
  - Ну, пошёл. Ну, заговорил. И что с того? Для нищего все эти навыки не обязательны.
  - Он не будет попрошайкой. Я это чувствую, - решительно сказала девушка.
  - Ой, не смеши мои портки им и так в жизни досталось, - заржал в голос Фирс.- Может он у тебя прынц только немытый?
  - Нет,- спокойно возразила София. - И не смейся надо мной, я просто это чувствую...как мне не быть публичной девкой сколь меня жизнь к панели не подталкивала, так и ему не быть побирушкой.
  - Ой, ли! - хитро сощурился бродяга. - Говорят, от сумы да от тюрьмы не зарекайся...
  - Нет. Ещё раз говорю: не будет он нищим.
  - А кем же он станет в таком разе? - Фирс заинтересованно подался вперёд.
  - Он будет вор! - молвила, словно отрезала, София. - Да такой, что о его делах будут слагать легенды.
  
  Глава 2
  Молодой мужчина шел по дороге. На вид ему было чуть меньше тридцати. Шаг его был лёгок и бодр, разве, что человек с намётанным глазом смог бы заметить, что парень слегка прихрамывает, но в столь ранний час рассматривать его было некому. Молодой человек шагал один, если не считать огромного пса непонятной породы следовавшего за ним на небольшой дистанции. Парень был среднего роста, худощавого телосложения, но слабаком его назвать язык не поворачивался - что-то неясное, на уровне инстинкта, говорило, что в этом с виду безобидном путнике таится нечто хищное, что не стоит выпускать наружу или тем более злить. На плечи молодого человека спускались волнистые смоляные кудри, на голову был повязан синий платок, поверх которого красовалась широкополая шляпа, выполненная по последней моде. Сюртук не уступал головному убору в изяществе и идеально сидел на не очень широких плечах. Немного портил картину заплечный мешок, который своим потрёпанным видом будто кидал вызов светлому облику молодого господина. Парень внезапно остановился и обернулся. Пёс не ожидал такого поворота событий, но скрыться ему было негде: ни кустика, ни заборчика вокруг не наблюдалось. Собака застыла и в следующее мгновение рухнула наземь, притворившись дохлой. Юноша не смог сдержать улыбки, наблюдая этот маленький спектакль, а после минутной паузы обратился к четырёхлапому актёру:
  - Браво, Муха! Ты как всегда бесподобен. Только я повторяю: у нас разные дороги. Ты - свободен.
  Собака никак не отреагировала на слова парня и продолжила валятся на дороге. Молодой человек закатил глаза к небу, махнул безнадёжно рукой и продолжил свой путь. Пёс тут же приподнял голову, а поняв, что объект преследования от него отвернулся, встал и, соблюдая дистанцию, пошел за ним.
  Путь был неблизким и молодой человек очень спешил, через час быстрой ходьбы его хромота стала более заметна, но он, сцепив зубы, не сбавлял заданный темп. Собака, как и прежде, трусила немного поодаль то, приближаясь, то намеренно отставая. Парень уже оставил надежду избавиться от незваного попутчика и просто не обращал на него внимания, занятый своими мыслями.
  Старания юноши были вознаграждены, ещё до того как солнце стало сиять во всю свою богатырскую силушку, он прибыл на место куда так спешил. Когда парень завернул за небольшую берёзовую рощицу перед его усталым, но от этого не менее довольным взглядом предстала небольшая деревушка под дивным названием Ведрыч. Почуяв, что его путь на сегодня практически закончен, молодой человек улыбнулся и, сделав над собой усилие, пошел ещё быстрее, чуть не срываясь на бег.
  Деревня встретила юношу дружным собачьим лаем, который тут же, как по мановению волшебной палочки, стих, как только путник громко гаркнул что-то в ответ. Молодой человек воровато оглянулся и шмыгнул в кусты, а после путанными тропами добрался к небольшому ухоженному домику стоявшему на окраине. Но как только паренёк прокрался во двор, прытко миновав забор, входная дверь резко открылась и на пороге появилась немолодая, но очень хорошенькая женщина. Она счастливо улыбнулась и протянула руки к уставшему путнику:
  - Мавель, сынок, я так рада, что ты вернулся!
  - Мама, я дома! - только и смог ответить паренёк и подхватил хрупкую женщину на руки.
  Женщина счастливо рассмеялась и попросила поставить её на землю, что блудный сын хоть и нехотя, но тут же выполнил.
  - А теперь мой руки и за стол, - строго сказала женщина и упёрла руки в бока, - я ж тебя, как облупленного знаю, небось и сам забыл уже, когда нормально кушал.
  - София, я уже не маленький, - улыбнулся в ответ Мавель, но всё же отправился к тазу с водой помыть руки.
  - Маленький, большой - какая разница, - вздохнула женщин, - руки мыть в любом возрасте надо!
  - Уже, уже, уже... - Мавель склонился в шутовском поклоне.
  - Не паясничай, - не очень убедительным тоном сказала София, - давай быстрее за стол пока завтрак не остыл.
  - Какой завтрак? - удивился парень. - Ты не могла знать, что я сегодня появлюсь. Я же сюрприз тебе хотел сделать...
  - Ага, как же. Сюрприз! - рассмеялась женщина. - Да, все местные шавки ещё вчера как с ума посходили. Я сразу смекнула, что это мой мальчик домой спешит.
  - Да-а-а, - протянул Мавель. - Недоработочка вышла, я об этом и не подумал.
  - Не подумал, - передразнила гостя женщина и взяла его под руку. - Пошли уж, кормить тебя буду!
  Но не успели они сделать и шага к двери в дом, как в калитку, что-то грохнуло, а затем послышался требовательный лай.
  - Что опять собаку домой притащил? - вскинула бровь София.
  - Да не то что бы и притащил, - сконфуженно скривился Мавель и стал похож на маленького мальчика, который, пока не было взрослых, притащил домой животное. - Там просто такая история случилась...
  - Знаю, я твои истории, - отмахнулась женщина. - Собачку обижали, ты за неё вступился, выкупил и привёл ко мне. Так?
  - Не совсем, - потупился парень. - Муху, действительно обижал хозяин, который, кстати, оказался хамом, и мне ничего не оставалось, как преподать ему хороший урок. После разгрома, который я учинил в той забегаловке, мне пришлось спешно линять, а собачка за мной увязалась. Я по-хорошему Мухе всё объяснил, что он свободен, что ему со мной нельзя, но как видишь всё без толку.
  - Мав, ты понимаешь, что у меня здесь не псарня? - вкрадчиво спросила София.
  - Ага, - виновато кивнул парень.
  - Это тринадцатая собака, которую ты ко мне приводишь. Мне их, что, солить?
  - Но ведь ты тех пристроила в деревне, - попытался оправдаться Мавель.
  - И что с того? Я не нанималась бродячих собак по дворам пристраивать.
  - Ладно, обсудим это позже, - предложил блудный сын. - Пошли завтракать.
  - Э, нет, - попятилась София. - Ты будешь пироги с мойвой трескать, а бедный пес под дверями будет маяться?! А ну-ка немедленно впусти несчастную псину во двор, я ему сейчас костей вынесу.
  Мавель улыбнулся и кинулся к калитке, за которой раздавался уже не лай, а жалостливоепоскуливание. Когда парень открывал калитку то задел ею несчастную собаку, раздался визг, который тут же оборвался, как только пёс увидел своего спасителя. Мав внимательно смерил пса взглядом и плавным жестом предложил пройти во двор. Мухе два раза повторять было без надобности, и собака со счастливым лаем метнулась в указанном направлении.
  - Это Муха, - торжественно представил Мавель пса.
  - Но ведь это же кабель? - недоуменно посмотрела София на сына.
  - Я это знаю, ты знаешь, а вот его бывший хозяин до последнего момента был уверен, что он, - Мав кивнул в сторону резвящейся собаки, - девочка.
  - Бывает, - кивнула женщина и зашла в дом.
  Через несколько минут София вернулась, она вынесла в большой миске для собаки кости и с улыбкой наблюдала, как пёс носиться по двору, пугая глупых кур. Женщина подозвала собаку к себе и погладила по голове, затем поставила миску поближе и направилась в дом. Мавель уже сидел за столом уставленным всякими вкусностями и улыбался. Первым делом он стащил с головы шляпу и без зазрения совести запустил ею в кота пригревшегося на подоконнике, затем снял влажный от пота платок, промокнул им испарину выступившую на лбу и положил его рядом с тарелкой, блаженно растрепал волосы и почесал за своими выдающимися ушами.
  - Ненавижу шапки и платки, - пожаловался он Софии.
  - Тогда зачем ты их носишь? - поинтересовалась женщина.
  - Так надо, - ответил Мав. - Сама понимаешь маскировка. Вот и приходиться всё это на голову напяливать, а то меня только по одним ушам раз плюнуть вычислить можно будет.
  София только вздохнула в ответ и подошла к печи, достала из неё сковороду, на которой возлежала стопка горячих румяных блинов, поставила её перед одуревшим от счастья сыном и села напротив. Мавель ухватил первый блин и,обжигаясь, скрутил его в трубочку, затем обмакнул в липовый мёд и, зажмурившись от удовольствия, откусил. София, не отрываясь, смотрела на своего мальчика и в её глазах стояли слёзы счастья. Она в который раз благодарила Бога за тот день, когда она обрела этого чудо-ребёнка. Мавель дожевал первый и самый вкусный кусок блина и открыл глаза. Женщина в который раз поразилась перемене произошедшей за считанные минуты в облике сына: сейчас от него словно исходил теплый, еле заметный свет и щемящее душу тепло. Глядя на этого умиротворённого молодого мужчину, никому не пришло бы в голову, что перед ним сейчас сидит изворотливый вор и беспощадный убийца. Мавель улыбнулся и Софии подумалось, что, наверное, она единственный в мире человек, который знает, что у её сына на самом деле пронзительно голубые глаза, только приобретали они такой цвет, к сожалению, очень редко, в минуты, когда он был по настоящему счастлив. Так, когда он был задумчив, они становились изумрудными, когда его захлёстывала волна ярости - чёрными, каждому настроению соответствовал свой оттенок, и София знала их все наизусть, поэтому сейчас она испытывала легкую грусть оттого, что жестокая судьба отмерила её мальчику так мало счастливых минут.
  Внезапно Мавель замер и хлопнув себя по лбу, ринулся к своему заплечному мешку, тщательно порылся в нем и извлек на белый свет бархатный кошель щедро расшитый золотом. С видом властелина мира парень прошел к матери и протянул ей свою находку.
  - Это тебе, - торжественно произнёс он.
  - С чего это? - недоверчиво повела плечами София.
  - Считай подарок к свадьбе, - лукаво сощурившись, пояснил Мав.
  - К какой свадьбе? - опешила женщина. - Опять сплетен по селу наслушался? И когда только успел?
  - Ой, только вот не надо мне лапшу на уши вешать, мол, ты ни сном, ни духом. Я всё про тебя и кузнеца знаю. Что бы не было бесполезного трёпа, скажу сразу: я твой выбор одобряю. Верес - он мужик надёжный, степенный, руки золотые, вдовец опять же. Да и сколько уже можно тянуть резину. Ой, смотри, маманя, сведёшь мужика с ума - кому он тогда нужен будет.
  - И с чего это ты взял?
  - Так ведь уже почитай больше года он к тебе ходит, а ты с ним в обещанки-цацанки играешь - не хорошо!
  - Ну, ты и жук! - только и выдохнула София. - А ну, признавайся, откуда всё знаешь.
  - Так у вас обоих всё на лицах написано, - хохотнул хитрец, - да и Трезор, пёс которого ты к нему на подворье пристроила, обо всём мне исправно докладывал, держал так сказать в курсе событий. Он даже намекнул мне, что возможно в недалёком будущем у меня появиться братик или сестричка, в зависимости от того как Верес постарался.
  - Ах, ты ж зараза, - взвилась покрасневшая до кончиков ушей София. - Я тебе покажу, как шпионов ко мне в дом приводить!
  - Маму, - жалостливо протянул Мав, сделав бровки домиком, - вы сначала подарочек посмотрите, а потом уже ругайтесь, - и парень, прикинувшись паинькой, вернулся к блину.
  Женщина дрожащими руками взяла кошель и вывернула содержимое на стол. На выскобленные доски стола выпали изумительной красоты украшения. Это был умопомрачительный комплект, состоявший из колье, серёжек и перстня. Украшения были выполнены с небывалым изяществом, но поражала не только искусная работа мастера - драгоценные камни, изумруды и алмазы, из которых были создан этот комплект, ошеломляли и восхищали своей чистотой и размером.
  София минуту разглядывала украшения, лежавшие перед ней, а затем суетливо запихнула их обратно в кошель.
  - Я не могу принять такой подарок, - резюмировала она.
  - Тебе не понравилось? - удивился Мав.
  - Откуда они? - проигнорировав вопрос, спросила София.
  - А то ты не знаешь, - пробубнил парень, и от взгляда Софии не скрылось, что глаза Мавеля стали холодными и жёсткими. - Король награду выдал за заслуги перед государством и отечеством, - продолжил парень с нехорошей ухмылкой.
  - Кого на этот раз подняли? - строго спросила женщина.
  - А тебе какая разница?
  - Разница всегда есть. Я не возьму твой подарок, мне не нужно ворованное.
  - Раньше ты не была столь щепетильна, - отрешённым тоном произнес парень.
  - Раньше я была нищенка, а теперь, когда ты купил нам этот дом...я - честная селянка. И не хочу, чтобы грязь, которой у меня в прошлом более чем предостаточно заляпала и будущее.
  - Надо же, - всплеснул руками Мав. - А то, что домик приобретён на ворованные деньги, это тебя не смущает.
  - Нет, тогда ты обещал, что это в последний раз и что мы начнем новую жизнь. Только почему-то новую жизнь начала одна я, а ты взялся за старое.
  - А я просто ничего другого не умею, - горько отозвался парень.
  - Так научись! Я старше тебя вдвое, но не плачу. Мне было в сотню раз тяжелее научиться работать, но я же смогла!
  - Подожди-ка! Между прочим, это ты сказала, что моя судьба - быть вором.
  - Вспомнил!
  - Да, вспомнил! Фирс мне столько раз повторял эту историю, что я её до конца жизни не забуду!!
  - Глупыш! Как ты не понимаешь?! Я тогда готова была сказать всё что угодно, только бы защитить тебя.
  - От кого?
  - От Папочки. Ты просто не представляешь, что это за человек был. Ради денег он готов был на всё: искалечить, убить, предать. Если бы тогда я не сказала, что ты будешь вором, он в лучшем случае мог просто запретить мне с тобой заниматься, а в худшем сделать с тобой что-нибудь этакое, чтобы люди подавали больше.
  - Ну, да! А так он всего лишь стал сдавать меня в наём домушникам, чтобы я заговаривал собак.
  - Но это у тебя мастерски получалось. Ни одна ходка с твоим участием не была сорвана дворовыми псами.
  - И ты ещё спрашиваешь: почему я ворую. Жизнь такая, детство тяжелое.
  - Не спорю, - сдалась София, - но ведь всё ещё можно исправить! Ты молод, у тебя масса талантов.
  - Только таланты мои как-то в нормальной жизни мало кому пригодятся.
  - Ты недооцениваешь себя. Неужели из-за тёмного прошлого ты согласен променять нормальную жизнь вот на это, - София зло потрясла кошелем, в котором мелодично брякнули украшения.
  - А что в этом такого? Или, может, цена маловата? - ухмыльнулся Мавель.
  - Да, нет, - качнула головой женщина. - Я бы даже сказала - слишком велика. А впрочем, это твоя жизнь, не мне решать, чем тебе заниматься. Только помни, что ты самый родной мой человек, и я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
  - Я знаю, - прошептал Мавель, подошел к Софии и опустился перед ней на колени, - прости меня, я не знаю, что на меня иногда находит. Просто тени прошлого неотступно следуют за мной, терзают меня. Я ничего не могу поделать с собой. В моей памяти засела та карета, из которой меня вышвырнули. Да и согласись, что школа карманников Серго тоже не могла не оставить след в моей душе.
  - Мав, я понимаю, но ведь можно зарабатывать и честным путём!
  - Да не из-за наживы я ворую! - вскрикнул парень и зарылся разгоряченным лицом в складки платья матери. - Пойми, не корысти ради...
  - Но тогда я вообще ничего не понимаю, - всхлипнула женщина, гладя своего мальчика по непослушным волосам.
  - Вот. И все так. А я просто хочу отомстить...отплатить всем этим толстопузым и толстозадым, заплывшим собственным жиром за твою поломанную жизнь, за своё тяжелое детство, за голод, за холод.
  - Мальчик мой, не стоит всю жизнь гоняться за призраками. Ненависть разрушает.
  - И пусть. Я всё равно рано или поздно найду тех, кто выкинул меня из кареты, тех, кто держал меня на цепи. Я хочу знать кто я, откуда, кто мои родители!
  - Мавель, снова ты за рыбу гроши! Смирись, ты никогда не узнаешь, чей ты сын. Мы не знаем, что это была за карета, специально ли тебя вытолкнули или ты упал случайно! Мы не знаем, действительно ли тебя держали вместо собаки или...
  - Или я сам захотел жить в будке? Ты это хотела сказать?! - не дал ей договорить Мав.
  - Нет, не это. Подумай сам, как, не имея никакой информации, ты собираешься искать обидчиков.
  - Почему не имея? - отстранился парень. - Я ведь помню. Хотя мои воспоминания и туманны, но кое-что из них можно выудить.
  - А ты не путаешь воспоминания и фантазии? - поинтересовалась София и заглянула в почерневшие глаза сына. - Я не могу вспомнить, что неделю назад было, а ты хочешь сказать, что отчётливо помнишь то, что с тобой происходило, когда тебе было года три от роду.
  - Ма, есть вещи, которые не забываются и поверь мне, если бы я увидел тех людей, я бы их точно узнал. И знаешь, что я тебе скажу, пусть ты мне и не веришь, но я их найду. Найду и отомщу, жестоко отомщу. А это, - парень ткнул пальцем в сторону кошеля, - так, аванс, что бы толстосумам жизнь мёдом не казалась.
  - Вот опять ты за своё. Хочешь отомстить своим мучителям - пожалуйста, это твоё право. Но зачем ты всех под одну гребёнку ровняешь. И среди богатых есть достойные люди.
  - София, ты меня поражаешь, - Мавель встал и прошел к окну. - Создается впечатление, что ты провела большую часть жизни не на улице, в притоне, а в институте для благородных девиц.
  - Хватит, - София встала и подошла к сыну. - Слышишь, хватит. Я не хочу больше об этом слышать.
  - И всё же придется. Не я затронул эту тему. Это ведь ты веришь в светлое, доброе, вечное. Вот тогда назови мне хоть одного толстосума, пусть не добродетельного, но хотя бы порядочного.
  - Принц Густав, - не колеблясь, назвала женщина.
  - А-а-а-а, - протянул Мавель, - любимец простого народа Густав Благородный. Что ж вижу до вас ещё не дошли новости. Так, что, матушка, придётся мне вывести вас из вашего приятного заблуждения. Густав уже не принц, он - король. Прежний сир откинул копытца уж с месяц назад, - услышав это София приглушено охнула и села на скамью, стоявшую у окна. - Для меня очень странно, что вы об этом не знаете, - продолжил свой монолог Мав, убедившись, что с матерью все в порядке. - Вот только весть о кончине прежнего правителя не самая худшая из тех, что я вам принёс. Так, вот почитаемый вами за святошу Густав взошел на престол. Помниться это он обещал всем равенство и свободу, а так же обещал, что с его приходом к власти нищих в стране не станет. Так вот - он держит слово. Только решить проблему он решил чересчур радикальным способом, то есть, нет нищих - нет проблем.
  - Я что-то не совсем понимаю, - София провела похолодевшей рукой по лбу.
  - Сейчас поймешь, - Мав присел рядом с ней и продолжил, - так вот три дня назад был принят указ о борьбе с чернью. Только вот никто не бродит по столице и не раздаёт бедноте золото задарма. Стража получила приказна тотальную зачистку. Теперь нищих вешают на главной площади наравне с убийцами.
  - Не может быть, - простонала София.
  - Я не хотел тебе об этом говорить, но тот дом, в котором обитало братство "Убогих", сожгли, причем, вместе со всеми кто оказался в нем на тот момент внутри.
  - Но там же были старики, дети, женщины.
  - Кому какая разница. Нет нищих - нет проблемы.
  - А Фирс?
  - Болтается в петле на площади, - с отвращением произнес Мав, - туда ему и дорога. Вот только остальных жалко... - парень уткнулся лицом в ладони и горестно вздохнул. - Серко, Камля, Наину, Фарса, даже однорукую малышку Маню - их всех повесили. Они были в городе, когда карательный отряд жёг дом. Их отловили потом.
  - Но за что? -сдавленным голосом прошептала женщина, вытирая набежавшие слезы.
  - За то, что они нищие, а нищие, по словам твоего милостивого Густава: " Это язва на теле города, которую нужно выжечь коленным железом"!
  - Прости, я не знала, - София обняла Мавеля и прижала к себе, как в детстве. - Может быть ты и прав. Всё зло от богатеев, продавших душу за возможность править. Просто после того как ты два года назад выкрал меня и увёз сюда, я забыла как на самом деле жесток мир. Но ведь я имею на это право... мне надоело жить в грязи и страхе, видеть в каждом человеке скрытую угрозу. Я хочу хотя бы в старости пожить по-человечески.
  - Тоже мне, старушка нашлась, - Мав отнял руки от лица и печально улыбнулся. - Меня утешает одно, что и за мной числиться хоть одно доброе дело. Ведь если бы тогда я не тиснул того торговца и на его деньги не вывез тебя из столицы, сейчас бы мы с тобой не разговаривали.
  - Да уж, - согласилась София и положила голову на плечо своего мальчика.
  - А эти цацки, - парень кивнул в сторону украшений, - можешь считать маленькой местью за излишнюю жестокость с теми, кого обыватели называют отбросами общества.
  - Ты хочешь сказать... - женщина запнулась.
  - Именно, я прошелся с ревизией по королевской сокровищнице и в счёт моральной компенсации взял, что мне понравилось.
  - Но...
  - Никаких но! Я ведь не для себя. Я основную часть разделил между теми немногими, кому удалось спастись. Теперь они смогут попытаться начать жизнь заново.
  - А если нет? Легкую наживу не так просто забыть.
  - Если они настолько глупы и ленивы, то туда им и дорога. По крайней мере, моя совесть чиста - я предоставил им шанс. Это, во-первых, а во-вторых, его величество тоже пускай утрется и побеситься. Беднее он, конечно, от моего непредвиденного визита не станет, но вот гордость я его ущемил основательно.
  - Мав, а это не опасно? Тебя же, наверное, ищут?
  - Конечно, ищут, ма. Что за глупые вопросы. Вот только кто сможет поймать ветер? - парень на минуту замолчал и вдруг, неожиданно сменил тему. - И вообще за нашими разговорами мои блинчики остыли, придётся теперь ждать, пока разогреются, - Мав встал и тряхнул головой, будто отгоняя наваждение. - Ты, мамуся, их разогрей, а я выйду,гляну, как там Муха освоился и есть ли жертвы среди птичьего населения после его освоения новой территории.
  И не дав Софии возможности возразить, Мавель стремительно выскочил во двор.
  
  ****
  
  Уже месяц Мавель вёл спокойную жизнь зажиточного крестьянина, мать отлично справлялась с хозяйством и ревностно не подпускала своего мальчика к делам на расстояние пушечного выстрела. По началу парня это забавляло, после стало надоедать и, несмотря на уговоры Софии, он поправил курятник, подновил крышу и даже взял пару уроков у Вереса по кузнечному делу.Но, в конце концов,когда всё было починено и все дела переделаны ему стало чудовищно скучно, а стайки девчат, которые по делу и без дела зачастили в дом тётки Софии, поглазеть на потенциального жениха попросту раздражали.
  В один из таких дней с утра пораньше София подошла к сыну и, глядя на его понурившиеся плечи и взгляд полный тоски, предложила:
  - Сынок, у нас закончилась соль, может, сходишь в город на рынок заодно и развеешься. Я ведь вижу, тяжело тебе без дела-то.
  - Хорошо, - обрадовался Мав, - только я ещё в шинок тогда зайду кружечку пивка пропущу. Можно? Я так, чтобы вкус не забыть, да последние сплетни послушать.
  - Ладно, только смотри мне! - София шутливо погрозила пальцем. - Без фокусов! Чтобы я не волновалась.
  Мавель радостно подхватился и помчался собираться в дорогу. Сборы не заняли много времени, и вскоре парень резво зашагал в сторону небольшого городишка, что был в двух часах ходьбы от деревеньки. Хоть София и предлагала сыну взять коня, но Мавель предпочёл отправиться пешком. Уверенный в своих силах молодой человек бодро пошел по пустынной дороге, но уже через час пожалел, что отказался от лошади, потому что прогулка под палящим солнцем по невыразительной местности в гордом одиночестве оказалась ничем не лучше чем сельские будни, успевшие опостылеть хуже пареной репы. Отогнав малодушные мысли, Мав ускорил темп. Неожиданно парня кто-то окрикнул, Мав обернулся и увидел возок, на котором восседало два солидных дядьки -это былиКрез - кожемяка, что жил по соседству с Софией, со своим кумом. Товарищи решили тоже в это утро выбраться на рынок и, заметив сына своей соседки,постановили предложить ему составить компанию. Мавель был несказанно рад такой удаче и с радостью принял так, кстати, подвернувшееся предложение. Мужики потеснились, пуская нового пассажира на освободившееся место и Крез тут же вспомнил занимательную историю по этому поводу. Так слушая разные байки, парень и добрался до города. От попутчиков Мав узнал кое-какие новости и где в городе находиться самый приличный шинок. Прикупив соли на рынке Мавель без зазрения совести отправился в кабак под звучным названием "Алая заря", который по счастливой случайности находился как раз рядом с рынком и считался одним из лучших в городе. Сделав глубокий вдох, парень толкнул тяжелую дверь и зашёл внутрь питейного заведения.Его сразу же обдал тяжелый дух непроветренного помещения заполненного запахом кухни, табачным дымом и чем-то ещё практически неуловимым, но не очень приятным. Кивнув хозяину, Мавель независимо прошёл в самый тёмный угол и сел так, чтобы можно было видеть всё помещение. Парень заказал расторопно подбежавшей дородной девке кружку пива и натянул шляпу, с которой не расставался на людях, ещё глубже, так что его лицо, кроме подбородка стало скрыто от посторонних глаз. Заказ принесли через минуту, и Мав с удовольствием ухватил запотевшую кружку и жадно сделал первый глоток. Пиво оказалось недурственным, и парень поспешил заказать себе ещё одну кружечку, зная, что одной будет маловато, но насладиться в полной мере прекрасным напитком ему не удалось. Словно из ниоткуда за столом Мавеля появился человек, укутанный в плащ, капюшон,накинутый на голову, полностью скрывал лицо незваного гостя.
  - Какими судьбами, Яма? - прошептал человек. - Что Ветер забыл в этом захолустье?
  - А может, давай без кликух, Плут? - жёстко оборвал гостя Мав, капюшон и даже полумрак, царивший в помещении, не помешали парню узнать в наглом незнакомце старого приятеля. Мавелю совсем не понравилась эта неожиданная встреча. Меньше всего он хотел быть сейчас узнанным, тем более таким трепачом, каким был этот самый Плут.
  - Как скажешь, - стушевался Плут, обескураженный тем, что его так быстро узнали. - Как мне к тебе обращаться?
  - Зови меня мастером, Плут, - сказал Мав, нарочно ещё раз упомянув погоняло собеседника.
  - Ты же сам просил без кликух! - зашипел незваный гость, опасливо оглядываясь по сторонам.
  - А это я так, для профилактики, дорогой мой, - хохотнул Мав. - А то вдруг в присутствии стражи ты вдруг забудешь про наш уговор.
  - Да как ты только мог такое обо мне подумать! - обиделся Плут.
  - Ладно, уж, святошу из себя строить, - махнул рукой Мавель, - я тебя не первый день знаю, поэтому и предупреждаю, на всякий случай: надумаешь позвать стражу - загребут обоих, поверь мне, а я слов на ветер не бросаю.
  - У меня и в мыслях такого не было, - заявил Плут. - А за поклёп с тебя пиво. Оно здесь чудесное, уж я-то знаю.
  - Не вопрос. Главное, ты помни, о чём я тебя предупредил. А ты должен помнить я ничего не делаю просто так. И вообще мне что-то не совсем понятно как ты меня нашел, как в прочем непонятно и зачем? - Мав внимательно уставился на собеседника, пытаясь понять, исходит ли от него опасность. Он знал Плута много лет, но сейчас не мог точно ответить сам себе что это: случайная встреча старых приятелей или подстава.
  - Помню, помню, - усиленно закивал Плут всем своим видом показывая, что вовсе не собирается делать глупостей. - Что ты, в самом деле, как параноик, нервный какой-то?
  - Так современная политическая обстановка как-то напрягает. На наших настоящую охоту открыли.
  - Ещё бы.
  - Интересно с чего это вдруг?
  - А ты что не в курсе? - хохотнул Плут и подсел ближе к собеседнику, а после, опасливо оглядевшись, добавил. - Кто-то тиснул бриллианты прямо из королевской сокровищницы. Да ещё и венчальную корону прихватил.
  - Да ты что? - деланно удивился Мав, хотя внутри он ощутил прилив гордости, что о его проделках ведётся столько разговоров, но он справился с собой и, сделав спокойное лицо, весело сказал. - И куда только охрана смотрит. Ужас.
  - Не то слово, - поддакнул Плут и завертел головой по сторонам. - Я не понял где моё пиво? Ты же обещал.
  - Ах, да, - кивнул Мав и поманил девку, которая только недавно приносила его заказ. - Красавица, принеси-ка нам с другом ещё кружечек шесть, - парень глянул на Плута, - нет, восемь вашего отменного пива и что-нибудь прикусить на свой вкус, - девушка всё внимательно выслушала и со всех ног кинулась выполнять заказ. - Только ты так и не ответил как меня нашёл?
  - Так я тебя вообще-то и не искал, - ухмыляясь, ответил Плут. - Я на рынке один кошелек отрабатывал, а тут смотрю: идет какой-то приличный господин ворон считает, дай думаю, прощупаю, что за он. Присмотрелся - ба! Знакомые всё лица! Мой старый друг пожаловал в глухомань на гастроли! Я сначала и глазам не поверил. Потом прошёлся за тобой, поближе подобрался, смотрю: точно ты. Я тебя с самого рынка пасу, если хочешь знать. Если честно то я думал, что ты меня заметил и специально сюда привел, побеседовать в спокойной обстановке. А ты, оказывается, теряешь чуйку, коли хвост не заметил! - задушевно сказал парень и тихо со смаком рассмеялся.
  - Ничего я не потерял, - спокойно ответил Мавель, но ох и дорого далось ему это напускное спокойствие. Задетое за живое самолюбие требовало набить пакостнику морду, но Мав знал, что если кинется с кулаками на обидчика будет выглядеть как круглый идиот и только спровоцирует новые домыслы. - Ты ведь и сам не знаешь, когда я тебя заметил и заметил ли, может я специально виду не подал - проверял тебя, может, я тебя и сейчас проверяю.
  - Ты мне не веришь? - Плут скорчил обиженную мину.
  - Сам понимать должен не мы такие - жизнь такая, - тоном бывалого старика ответил Мав.
  Девчонка оказалась очень проворной и в скором времени на столе выстроилась батарея из запотевших кружек, кроме того она принесла тарелку вареной картошки и сковороду с домашней колбасой, которая ещё скворчала и постреливала, недовольная тем что её вытащили из печи. Старые знакомые, не отвлекаясь на болтовню накинулись на трапезу, а когда голод был утолён и душа потребовала приятной беседы перешли к неспешному разговору, изредка отвлекаясь на то, чтобы хлебнуть пива. После третьей кружки настроение Мавеля значительно улучшилось, голову кружил сладкий хмель, подозрения на счёт намерений Плута развеялись сами собой, и появилось желание вспомнить былое.
  - А что мы всё пиво да пиво, может чего покрепче? - вдруг поинтересовался Плут. - Душа требует праздника, а от пива только ногам работа до ветру бегать.
  Мавель с удовольствием принял предложение, он подумал, что ничего не будет, если он пропустит по стаканчику перцовочки, тем более, что домой совсем не хотелось. Будто сама собой на столе материализовалась бутыль и две чарочки. Перцовка оказалась чудо как хороша, и после парочки тостов уже было затухшая дружеская беседа, побежала с новой силой. Плут к тому времени уже и вовсе окосел. Он опёрся о плечо товарища и вальяжно заявил:
  -Давай к нам в банду.
  - Не-е-е, - протянул Мавель.
  - Да ты чё, у нас там всё по серьёзке, ребята высший класс - профессионалы!
  - Я уже ответил.
  - Чё, может, брезгуешь? - обиженно сказал Плут и потянулся к ножу.
  - Да ты что? Вообще? - возмутился Мавель и откинул нож подальше. - Я завязал.
  - Да, ладно, - скривился Плут. - Из профессии так просто не уходят. Сам знаешь: воров бывших не бывает...разве что...- он многозначительно замолчал.
  - Что? - не понял Мав.
  - Разве что человек, который себя вором звал, с гнильцой был или так не вор одно название.
  - Ты на что это намекаешь? - Мавель ухватил собутыльника за грудки и со всей силы тряхнул. На этот раз с приступом раздражения ему не удалось справиться - искра попала в стог сухого сена и до пожара было совсем рукой подать. - Да я лучший и самый настоящий! Мне нет ровни во всём королевстве и не тебе этого не знать! - взорвался Мавель, одна только мысль, что Плут, этот неудачник, который всё время смотрел ему в рот, смеет говорить с ним в таком тоне доводила его до бешенства
  - Тогда чего ж ты от дел отошел. Может под бабью юбку забился?
  - Нет, - рыкнул Мавель, в глазах всё поплыло и он понял насколько пьян, - просто надоело!
  - Ну-ну, - Плут цокнул языком. - Просто потерял ты квалификацию, вот и всё. Даже я тебя сделать могу! - и Плут потряс в воздухе тощим кошельком Мавеля.
  - Неправда! - парень зло выхватил свой кошелёк, это было уже просто последней каплей. - Я любого могу обчистить в этой забегаловке.
  - Ой-ли, - пьяно ухмыльнулся Плут. - Да здесь даже косорукий, кривоногий да вдобавок слепой работать сможет. Ты вот сделай что-нибудь этакое, чтобы я поверил, что ты ещё всё можешь. Что-то такое наглое и коварное, что ещё никто не делал.
  - Что ты от меня хочешь? Чтобы я луну с неба украл?
  - Зачем луну. У меня есть идея поинтересней. Завтра в Доме Правосудия, как здесь пафосно называют этот сарай, состоится одно очень интересное заседание. Тут два соседа за межу судятся уже лет десять, достали всех. Так вот завтра их дело разбирать приедет сам верховный судья.
  - Ну? - Мавель в непонимании уставился на приятеля.
  - Что, ну? Вот сможешь подрезать кошель у самого верховного судьи в зале суда во время заседания, тогда я в тебя поверю, принесу извинения, сниму шляпу и бочку пива за моральный ущерб поставлю. Ну, как? Идёт?
  - Да не вопрос,- кивнул Мав, и приятели ударили по рукам.
  Позже когда товарищи, слегка пошатываясь, покинули шинок, и стояли, обнявшись на прощание, Плут отстранился и заплетающимся языком провозгласил:
  - З-з-запомни, Яма, заседание завтра в полдень. Я тебя в зале суда с ребятами ждать буду. Посмотрим, на что ты ещё годен и чтобы без обмана. А если не придешь...
  - Обижаешь, - Мав не дал приятелю договорить. -Я не приду только в одном случае, если меня не будет на этом суетном свете.Счаз-з-з я вот так просто упущу шанс утереть тебе нос.
  Перекинувшись ещё парой подколок приятели, наконец, расстались. Мавель отправился к матери в деревню, а Плут мгновенно растворился в одном из переулков неприветливо насупившегося города.
  Вернулся Мав домой под вечер. Был он мрачен и практически трезв, но не смог, матери вразумительно объяснить, где соль, за которой его собственно в город и посылали. Отмолчавшись на допросе с пристрастием устроенном взволнованной Софией, Мав буркнул, что сходит за солью завтра и завалился спать прямо на скамейке в сенях.
  Муха тоскливо завыл во дворе, София ещё раз посмотрела на уснувшего сына и, взяв миску с костями, вышла к собаке. Женщина потрепала пса за ухо и сказала:
  - Ой, чует моё сердце, не к добру всё это, - собака тихо гавкнула исклонила голову на бок, словно соглашаясь с хозяйкой.
  - Ладно, если как сегодня в пустую сходит, - продолжила свои рассуждения София,- а ну, как куда вляпается, если уже не вляпался.
  Собака уткнулась мокрым носом в руку опечаленной хозяйки, будто пытаясь утешить, женщина ласково погладила псину по голове и ушла обратно в дом.
  
  ****
  Мав проснулся ещё до рассвета, всё его существо переполняло суетливое беспокойство, он не мог до конца понять, как Плут смог его, словно сопливого юнца, втянуть в столь сомнительное предприятие. Тем более в это смутное время, когда всю страну лихорадит и лучше бы для него, Мавеля, залечь на дно и не отсвечивать. Не найдя достойного оправдания своему необдуманному поведению парень вздохнул и вышел во двор. Он понимал, что если не явиться в уговоренное место и не выполнит обещанного на его репутацию вора - виртуоза ляжет не выводимое пятно, Плут постарается донести эту весть до каждого. Этот трепач скорее всего во всех деталях опишет, что Яма-Ветерок "сдулся", "обабился", "дал слово и не сдержал". Мав не мог потерять авторитет заработанный таким нелёгким трудом, но с другой стороны интуиция подсказывала, что эта вылазка не обойдется показательным выступлением.
  Так терзаемый сомнениями молодой человек встретил рассвет, наскоро позавтракал и, не придумав ничего умнее, чем разбираться с проблемами по мере поступления, наскоро попрощался с матерью, и отправился в город. София ещё долго смотрела в след уходящему сыну, не решаясь вернуться в опустевший дом.
  Мав занятый своими мыслями не заметил странного поведения матери и, не оглядываясь, отправился вперёд, продумывая как наиболее эффектно выполнить поставленную перед ним задачу.
  Площадь перед Домом Правосудия была до отказа заполнена людьми, казалось зеваки со всех близлежащих деревень, стеклись в этот день сюда. Мавелю пришлось основательно потрудиться локтями, чтобы, в конце концов, попасть в зал суда. Окинув быстрым взглядом, набившийся, словно сельди в бочку, люд, Мав сразу заметил Плута. Вор стоял, скрестив руки на груди, в окружении нескольких головорезов самой преступной наружности. Заметив Мавеля, он склонил голову в знак приветствия и сделал знак, мол, покажи, на что способен. Мав, коротко кивнул в ответ и принялся дальше изучать обстановку. Верховного судью он заметил сразу, не заметить эту тушубыло просто не возможно. Глядя на этого служителя закона, возникал только один вопрос, каким таким чудом стул ещё не развалился под его внушительным весом. У Мавеля мелькнула мысль, что сей достойный господин пошёл в судьи только ради того чтобы носить мантию, потому что в обычное платье наверняка не мог влезть. Такой явно не будет сложной мишенью, решил парень. Спрятав улыбку, Мав размял руки и направился в сторону объекта, с которого должен был срезать кошелёк. С невероятным мастерством он подкрался к нему, миновав стражу и простых обывателей. Через считанные минуты всё было кончено. Мав хотел сделать пару шагов в сторону, чтобы переложить кошель из рукава за пазуху и по привычке окинул взглядом окружающую обстановку, неожиданно для себя он встретился с взглядом Плута. И тут случилось непостижимое, лицо Плута исказила злорадная улыбка, он вытянул руку в сторону Мавеля и закричал что есть мочи:
  - Держи вора. Караул! Судью ограбили!
  От удивления Мав выронил кошель и в резко наступившей в зале суда тишине стук мешочка набитого золотом об пол произвел реакцию будто грянул гром среди ясного неба. Прежде чем Мавель успел сообразить, что происходит, на него навалилась куча мала из стражников и добропорядочных зевак, его спеленали как младенца и уложили на пол.Стражники работали так слаженно и проворно, что у Мава не осталось и толики сомнения - всё произошедшее здесь было хорошо спланировано. В зале поднялся страшный галдеж и сумятица, но тут неожиданно всё стихло. Стражники, стоявшие кольцом вокруг пойманного вора, расступились, и к преступнику подошёл сам верховный судья. Молоденький страж тут же сунул судье отобранный во время потасовки кошелёк. Толстяк спрятал кошель в складках мантии и, брезгливо сморщившись, произнёс:
  - Вот же гадёныш, развелось вас, как собак нерезаных. Честному человеку даже при исполнении обязанностей надо держать ухо востро.
  - Так, - Мавель хотел сказать, что он в зале не один из воровской братии, но не успел.
  - Молчать, - взревел судья и ударил преступника ногой прямо в лицо.
  Перед глазами Мавеля поплыли круги и он отключился.
  
  ****
  Пришел в себя Мав уже в тёмной сырой камере.Свет почти не проникал сквозь маленькое окошко больше похожее на щель. Мавель приподнял гудящую, словно колокол, голову и огляделся, в полумраке, царившем вокруг, ему мало что удалось различить. Камера была очень маленькая и более походила на каменный мешок: голые стены, потолок, пол и клок прелой соломы, заменявший заключённому и стол, и стул, и кровать. Внимание Мавеля привлёк непонятный звук. Парень, превозмогая боль, приподнялся и пополз в сторону, откуда исходило лёгкое шуршание. В душе молодого вора шевельнулась надежда, что всё каким-то чудом обойдется, но чаяния Мава рухнули, когда он понял, что источник шума -всего лишь копошащиеся в углу крысы. В душе шевельнулось отчаяние и Мавелю до боли захотелось встать на четвереньки и взвыть жалостливо и тоскливо, как в детстве. Неимоверным усилием воли парень подавил этот порыв, не желая доставить своим тюремщикам удовольствие увидеть его подавленным и растоптанным.
  Внезапно дверь камеры распахнулась, свет неприятно резанул по глазам и Мав поспешил их закрыть. В темницу вошли трое. Один из вошедших пнул растянувшегося на полу узника сапогом в живот и скомандовал:
  - Встать! Я к тебе обращаюсь, поскудь! -Мавель с трудом разлепил веки и взглянул на говорившего. - Что пялишься, отрепье? Была б моя воля, я бы с вами не цацкался, а вешал на первом же суку.
  - Деревьев не хватит, - прошептал Мав и попытался встать, но был сбит с ног стремительным ударом молодого солдата.
  - Молчать!!! -взревел он. - Тебе, поскудь, слова не давали!
  - Марат, не трать свои душевные силы на всякий мусор, - остановил взбесившегося молодца более мудрый товарищ, он встал между воякой и Мавелем, заслонив вора от удара. - Он этого не достоин. Да и после того как его отметелили в зале суда ему твоя зуботычина что слону дробина.
  - Ничего, я постараюсь, чтобы урок от меня он надолго запомнил, - хрипло дыша, ответил офицер, пытаясь обойти товарища.
  - А ну как помрёт? - подал голос третий. - Я вообще поражаюсь вам! - возмущенно заговорил он, видимо в этой троице он был старшим. - Нас отправили сюда зачем? Проводить подсудимого в допросную, а вы тут хрен знает, чем занимаетесь. Тебе, Марат, давно уже стоит повзрослеть, а не изображать из себя народного мстителя!
  Мавель с пола наблюдал за перепалкой, как он понял, своего конвоя. Глядя на этих бравых вояк, его неожиданно начал душить смех
  - Эй, смотрите, он ржёт! - взволнованно заговорил самый старший. - Как бы умом не тронулся...
  - Ага, как же, - скептически скривился Марат.
  - Разговорчики! - оборвал его старший. - Берём клиента под руки и бегом в допросную. Окочуриться, что мы Его Превосходительству скажем?
  Возразить на такие доводы было нечего, поэтому Мавель практически бережно был поднят с пола и выведен в узкий коридор. Идти до допросной пришлось недолго, она располагалась в конце коридора, налево.
  - Арестованный номер триста девять дробь три доставлен, - отрапортовал Марат, опережая своих товарищей, когда они втиснулись в небольшую вполне чистую комнатку.
  - Хорошо, посадите его на скамью, а то какой-то он чересчур помятый, - раздался зычный голос. Команда говорившего тут же была исполнена. - Вы свободны,- милостиво обратился голос к троице застывшей в ожидании нового приказа, конвой тут же отдал честь и стремительно покинул помещение.
  Молодой вор попытался собраться с мыслями, его очень обрадовало, что его всё-таки усадили на скамейку, а не бросили на пол, что было не очень-то похоже на допросы, о которых он был наслышан. Собравшись с силами и преодолев подступившую дурноту, Мав поднял глаза и ахнул, перед ним стоял не обычный следователь, а сам верховный судья. Сейчас, вблизи он казался ещё жирнее и безобразнее: свиноподобное лицо лоснилось от пота, из-под завитого напудренного парика свисали грязные жирные волосёнки, тело при каждом движении колыхалось, словно холодец на тарелке. Мавель понял, что его сейчас стошнит и скорее закрыл глаза.
  - Что-то не так? - ласково поинтересовался судья. - Последствия травмы сказываются? А как ты хотел, гадёныш? Так-то. Не хорошо воровать.
  Мав от удивления открыл глаза, он не мог взять в толк, что же от него хочет этот странный служитель закона.
  - Можешь называть меня судья Гаррис, - прервал затянувшуюся паузу толстяк. - Давай поговорим с тобой по-хорошему, можно даже сказать по-семейному. Ведь все в нашем королевстве знают, что я заключенным, как отец родной, а может и мать.
  Мав недоверчиво сощурился, но решил помолчать, ему стало даже интересно, что последует дальше. Парень окинул взором комнату, которую освещали всего лишь три скудно горящие, но очень вонючие светильника. Неожиданно для себя парень открыл, что в комнате находиться ещё кто-то, только этот кто-то явно хотел остаться незамеченным. Про себя Мав отметил, что если бы не случайность то и он вряд ли бы заметил человека укутанного с ног до головы в серый плащ, притаившегося в углу комнаты.
  - Итак, ты - Яма, вор-карманник, которого в народе ещё называют Ветром, - снова выдержав паузу начал судья.
  - С чего вы взяли? - ухмыльнулся Мав.
  - Это не вопрос, это утверждение, - повысил голос Гаррис.
  - И что с того? - Мавель нагло уставился на собеседника.
  - А то, что я очень рад встрече, - хохотнул толстяк и его заплывшее жиром тело пошло мелкой рябью. - Ты даже не представляешь, насколько я рад. Мы за тобой давно охотимся и были очень опечалены, когда ты залёг на дно. Особенно был опечален Густав, в сокровищнице которого ты так опрометчиво поорудовал.
  - С чего вы взяли, что это я.
  - Сорока на хвосте принесла.
  - То, что вы мне шьёте не доказуемо.
  - Да, ну?! - судья удивлённо приподнял бровки. - А с каких это пор вину в государственной измене надо доказывать. Я сказал: "Виновен!" и достаточно, а в твоём случае этого даже много.
  - Какая государственная измена? - взвился Мав. - Я никогда таким не занимался!!!
  - А запустить руки в сокровищницу короля, тем самым пошатнув экономику страны - это не измена?
  - Причем здесь страна? - удивился Мавель.
  - Ну как же, откуда,по-твоему, наш государь восполнит недостачу сделанную тобой? А я тебе отвечу: придется поднять налоги, а поднимутся налоги - поднимутся и цены, понял, к чему я веду?
  - Понял, - сокрушённо кивнул парень.
  - Но ты можешь загладить свою вину перед королём и отечеством, - торжественно заявил судья.
  - Я не буду доносить, - прошипел Мав.
  - А я тебе и не предлагаю, - улыбнулся Гаррис. - Я в судебной системе не первый год, так что знаю, кто чего стоит. Я не буду предлагать тебе сдавать товарищей, это удел таких трусов и бздунов как Оскар, ты его знаешь как Плута. Да, да Плут - наш агент, только давай не будем сейчас об этом. Так вот для тебя у нас есть настоящее дело, причём тебе не придется никого предавать или нарушать свои принципы.
  - Интересно, что же, по-вашему, я могу такое сделать? - скептически поднял разбитую бровь Мав.
   - Сущую безделицу, - пропел судья, он решил, что Яма заинтересовался его предложением. Толстяк подошел к столу и пододвинулк себе большой бархатный футляр при взгляде на который у Мавеля бешено заколотилось сердце. - Я вижу, ты узнал, - торжественно сказал судья.
  - Что вы, - Мав опустил глаза, - я не понимаю о чём вы.
  - Ай-яй-яй, - покачал головой Гаррис, - как не стыдно. Выкрасть корону перед коронацией и забыть об этом, - и толстяк извлёк из футляра большую корону, усыпанную драгоценными камнями. - А ведь без неё невозможно короновать. Вот конфуз так конфуз.
  - Я в первый раз вижу её, - недрогнувшим голосом заявил Мав.
  - А вот Одноглазый Ким, которому ты её толкнул за бесценок говорит обратное.
  - И что?
  - Да в принципе то ничего. Тем, что ты её выкрал, ты нам можно сказать услугу оказал.
  - В смысле? - не понял парень.
  - Позже поймешь...-неопределённо повел плечами судья.- Ну, так как насчёт того чтобы искупить свою вину да послужить короне и отечеству?
  - Я с законниками не связываюсь,- брезгливо скривил губы Мав.
  - Я смотрю ты готов на мученическую смерть, даже не выслушав моё заманчивое предложение?
  - Лучше умереть достойно, чем жить и стыдиться себя.
  - Я предвидел такой ответ, - ничуть не удивившись, продолжил толстопуз, и добавил как бы невзначай, изучая потолок. - Только вот как-то ты не думаешь о своих близких. Говорят, у тебя мать...была.
  - О чём это вы? - делая вид, что не понимает, о чём идет речь оскалился Мав. - Какая мать? Сирота я, сирота! Слышите вы?! Сиротинушка! Сейчас расскажу про своё тяжелое детство - слезами захлебнётесь. Про юность думаю не надо, а то и вовсе обрыдаетесь, а вам по положению не положено ещё мантию соплями заляпаете.
  - Не паясничай, - доброжелательно оборвал его монолог судья. - Я вашего брата повидал да послушал столько, что тебе и не снилось. Меня такой нудой не разжалобить, я в этом вопросе кремень, - и судья сжал ладонь в жирный кулак, помолчал, а затем будто скучая и обращаясь вовсе не к Мавелю, а кому-то невидимому произнес. - Так значит Плут наврал? Что ж придется пустить эту Софию под нож, а то взболтнет ещё чего лишнего про наши методы, нам это вовсе ни к чему. А? - Гаррис навис над оцепеневшим от ужаса преступником. Сейчас Мавелю стало действительно страшно, не за себя - за мать, умереть самому с гордо поднятой головой... к чему-то подобному он стал готовить себя ещё там, в зале суда, когда понял, что попал "как кур в ощип", но София...она же ни в чём не виновата. Это он, балван, подставил её, а сейчас, Мав точно понимал это, от его дальнейшего поведения зависит будет она жива и здорова или нет. Но как о ней узнали? Видимо Плут рассказал о ней Гаррису иначе откуда этот ком жира знает её имя, это не может быть просто совпадением, тем более что Плут говорил, что следил за ним, когда они встретились, он вполне мог проследить за ним и когда они разошлись. Как можно было так потерять бдительность? Мав снова почувствовал горячую волну стыда и отвращения к себе.
   Судья молча наблюдал за бурей эмоций мелькавших на лице молодого, но уже закостеневшего вора и не спешил продолжить, он, опытный игрок на нервах, знал, что клиент должен дозреть, прежде чем следует нанести последний и решительный удар, не стоит отвлекаться на болтовню подсудимый сам всё додумает.
   - А может тогда она тебе не мать, а сожительница? Плуту ни к чему меня обманывать, - судья гадко улыбнулся и подмигнув добавил. - Любишь постарше да погорячее? Уважаю. Мне она тоже приглянулась, думаю наведаться к ней, а то прямо как-то жаль такую красу да под ножь. Пусть что ли на последок послужит отечеству!
   Рыча словно раненый зверь, Мав рванулся к судье, но тот не смотря на свою массивность, резво отразил удар и ухватил паренька за горло.
  - У-у-у, какой прыткий,- улыбнулся он, дыхнув смрадным дыханием, Мавелю прямо в лицо. - Так что на счёт моего предложения? Или может ты хочешь послушать истории о том, что бывает с родственниками врагов государства?
  - Говори,- с трудом прохрипел вор, он чувствовал, что вот-вот потеряет сознание, от недостатка воздуха всё плыло перед глазами.
  - Вот и умница, люблю паинек. Еслибудешь хорошо себя вести,то возможно с головы твоей мамаши и волосок не упадёт, - судья разжал руку и Мавель, словно сломанная кукла сполз на пол. - Так вот, о чём это я. Ах, да. Я тебе предлагаю очень выгодную сделку. Повторяю ещё раз: тебе не придется переступать через себя или нарушать ваши воровские законы.
  - Не очень-то мне в это вериться, - Мавель склонил голову на бок. - Что я могу сделать такого, чтобы и нашим и вашим угодить?
  - Тоже что и обычно только наоборот...-загадочно протянул Гаррис. Мав недоумённо приподнял бровь и судья продолжил. - Есть одно государство, оно у современного мира как прыщ на заднице. Война неизбежна, но нужен повод. Ты не думай, он будет, это дело времени, но мы не можем больше ждать. Поэтому я предлагаю тебе отправиться в это государство, там проникнуть в сокровищницу и подложить корону, которую ты благополучно украл ранее. Разразиться международный скандал. Мы получим повод к объявлению военных действий, а ты -свободу.
  - Как-то здесь всё слишком просто...- Мав недоверчиво уставился на блиноподобное лицо судьи.
  - На словах всегда всё просто, а в жизни сам знаешь, как оно бывает. Если бы всё было так элементарно, то нам не было бы необходимости обращаться к тебе. Ты не находишь? Идти на сговор с преступниками не наш метод.
  - Ой, давайте не будем. Я весьма наслышан о ваших методах, - скептически скривился вор. - А если я всё-таки откажусь?
  - Ты что клинический идиот? - судья застыл от такой наглости. - Или это у тебя такие шутки глупые?
  - Нет, я серьёзно, - Мав разлёгся на полу поудобней и ненароком кинул взгляд в ту сторону, где притаился соглядатай.
  - Ну, ты и глупец, - раздосадовано хлопнул себя по лбу пятернёй Гаррис. - Я-то рассчитывал, что ты поумнее будешь, хотя может тебя просто слишком сильно по голове приложили, тогда всё понятно. Но в любом случае, чтобы ты не видел мир в розовом цвете, поясню: ты теперь посвящен в государственную тайну и живым выйдешь отсюда только в одном случае, если согласишься на сотрудничество. Это раз! Твоя маманя у нас под колпаком и в случае если ты всё же решишь принять геройскую смерть она разделит эту участь с тобой, правда перед этим с ней поразвлечется солдатня. Это два! Мне продолжать или до тебя дошло, что ты не в том положении, когда можно поерепениться?
  Мав безвольно откинул голову и закрыл глаза, к смерти он относился философски, но когда речь зашла о жизни Софии, он понял, что деваться ему некуда.
  - А какие гарантии, что вы сдержите своё слово и с мамой всё будет в порядке? - в конце концов, спросил он после долгих и мучительных раздумий.
  - Никаких, моё честное слово,- кивнул судья, - но я обещаю, что всё будет хорошо, я даже разрешу тебе с ней повидаться, прежде чем ты отправишься на это опасное задание во имя интересов Родины.
  - Когда, куда, карта местности, сухпай, - без интонации обреченным голосом проговорил пленник.
  - Вот так бы сразу, - судья обнажил в улыбке полусгнившие зубы. - Всё получишь завтра, непосредственно перед отправкой. Хочу сразу тебя предупредить, чтобы у тебя не было глупых иллюзий, отправишься ты не один, присматривать за тобой будет твой возлюбленный приятель Оскар Плут. И смотри, Яма, чем дольше он проживет, тем здоровее будет твоя мамочка. Кроме того с вами пойдет отряд из четырёх человек, все бывалые воины, так что без глупостей и опять же помни о мамаше. Если что, сам понимаешь, кто за твои косяки отдуваться будет.
  Мавель снова не ответил, его била мелкая злая дрожь, он клял себя последними словами за тупость и глупость, как он мог ввязаться в эту авантюру с подрезанием кошеля в зале суда и даже на минуту не задуматься о последствиях? Разве не должен был он, тертый калач, почуять за версту западню и всеми правдами и неправдами постараться её избегнуть? А теперь он умудрился подставить самого родного человека и попал под каблук к законника. Позор! Если бы мог, Мавель с удовольствием сейчас удавился бы прямо на глазах у судьи, оставив Гарриса с носом, но парень чётко понимал, что его смерть не является гарантией свободы Софии. Скорее даже наоборот, женщине пришлось бы отдуваться за своего приемыша перед взбешенными представителями закона. Пауза затягивалась. Мавель лежал на полу неподвижно.
  Судья окинул пристальным взглядом съёжившуюся фигурку и кликнул конвой. Его лоснящееся от жира лицо сияло от удовольствия и чувства превосходства. Гаррислюбил ломать людей и ему очень льстило, когда его называли "укротителем строптивых".
  - Отведёте нашего нового сотрудника в "гостевую", накормите и пусть его осмотрит лекарь. Без присмотра не оставлять, в разговоры не вступать. Ясно.
  - Так точно! - рявкнули молодцы и подняли Мавеля с пола.
  - Да, кстати, - Гаррис обратился напоследок к узнику, - а почему Яма.
  - А вам зачем? - повёл плечами Мав.
  - Просто, интересно, знаешь ли.
  - Что ж, коли интересно, то извольте: я, когда первый раз на дело шел, в яму провалился, там двое суток просидел пока подельники про меня вспомнили да отыскали, так с тех пор и прозвали.
  - И всё? Всё так просто? - хохотнул судья. - А я то думал, что будет поинтересней. Не оправдал ты моих надежд. Ну и фиг с ним, точнее с тобой. До завтра, - толстяк повернулся к застывшему в недоумении Мавелю спиной и кинул конвою через плечо. - Увести.
  Когда заключённого вывели из помещенья, человек,просидевший весь допрос серой тенью, зашевелился и встал с насиженного места. Плащ распахнулся, и в тусклом свете ламп блеснуло массивное ожерелье с кровавым рубином невероятного размера в центре. Человек был одет в безумно дорогой, тёмно серый камзол в тон плаща, голову его покрывал высокий парик, лицо было трудно различить при таком освещении, тем более что неизвестный был довольно смугл. Судья, встретившись глазами с мужчиной, тут же склонился в уважительном поклоне.
  - Не пойму я, что это за цирк ты сейчас здесь устроил? - раздался спокойный глубокий голос человека в сером.
  - Ваше Пр...
  - Давай без регалий, не хватало, чтобы кто-то узнал, что я здесь был, - поморщившись, перебил судью мужчина.
  - Конечно, конечно, - суетливо закивал толстяк. - Разрешите пояснить, то, что вам пришлось наблюдать, было ничто иное как банальная психологическая обработка. Если бы я приказал его просто избить, мы бы ничего не добились. Этот Яма тот ещё фрукт.Я на своём веку повидал таких. Им на себя наплевать - лишь бы остаться верным своим идиотским идеалам. Но ведь нам нужен был совсем другой результат, нежели бесполезная смерть заключённого. И мы этот результат получили, между прочим как раз благодаря этому, как вы изволили назвать, цирку.
  - Хорошо, посмотрим, что у вас в итоге получиться. Я что-то не очень уверен, что ваш план сработает.
  - Кто не рискует - тот сами знаете...-развёл руками судья.
  - Ну,ну,- кивнул его собеседник и направился к выходу. - Я надеюсь, вы понимаете, что в случае провала на моё имя не должно быть даже намёка.
  - Обижаете,- улыбнулся Гаррис, - не извольте беспокоиться по этому поводу, всё будет сделано по высшему разряду.
  Таинственный посетитель снова закутался в плащ и вышел из допросной.
  
  ****
  Мавеля привели в довольно просторную чистую комнатку и усадили на кушетку. Через пару минут появился вдрызг пьяный тюремный врач и попытался наложить несчастному пленнику повязку на разбитую голову. Получилось у него это раза с четвертого. "Вот же бездарь, - отстраненно подумал парень, - Левон даже в более плачевном состоянии мог починить любого". Мав слабо застонал и дёрнулся после очередной неумелой манипуляции горе-лекаря.
  - Что, больно? - заплетающимся языком прошамкал пьяный служитель Эскулапа.
  - Да можно было бы и поаккуратней, - бесстрастно ответил Яма и закусил губу от очередного неверного движения лекаря.
  - Можно, - согласился врач, - но видимо просто сегодня не твой день. Бывает и такое. Но ты не думай, когда помрешь, всё само собой пройдет.
  Мавеля передернуло от пьяных разглагольствований и он в очередной раз поморщился от острой боли, которая словно стрела пронзила затылок.
  Лекарь абы как закончил перевязку и собрался уходить, но вдруг, словно вспомнив о чём-то, прошел к столу стоящему у стены и достал из шуфлятки бутыль с подозрительной жидкостью. Откупорил её и глотнул, по запаху, мгновенно распространившемуся по комнате, Мав понял, что это сивуха. Лекарь нетвёрдой походкой подошёл к больному и торжественно вручил початую бутыль.
  - Обезболивающее, -пояснил он. - Мы ж не звери какие. Извини, чем могу, так сказать.
  Мав нехотя принял бутыль, а врач на нетвердых ногах отправился к выходу, не вписался в дверной проём, выругался и со второй попытки всё-таки покинул помещение. Мав остался один, хотя он и не уважал безобразно воняющую сивуху, но на душе было так погано и всё тело болело, будто по нему пробежал табун лошадей, что парень решил отступить на этот раз от принципа. Он открыл бутыль и в три долгих глотка опустошил её. Жидкость обожгла пищевод и парень закашлялся, дойдя до желудка выпитое решило вырваться обратно и Мав из последних сил сдержал рвотный позыв, отдышался и уставился в одну точку.Алкоголь подействовал практически мгновенно и вскоре Мав забылся прямо на той же кушетке, где ему делали перевязку.
  Мавеля подняли на рассвете, Яму терзало тяжелое похмелье, голова болела ещё больше чем после потасовки во время задержания, в горле было сухо, так, что казалось, язык сейчас присохнет к небу, в животе зарождалась революция.Несмотря на жалкие протесты,парнянакормили и к его немалому удивлению выдали монашескую рясу.Нехотя молодой человек её одел и с горечью подумал: "Толи ещё будет!". Затем его вывели из подземелья, и он оказался во дворе небольшой крепости. Не успел он осмотреться, как к нему подскочил Плут, дружески хлопнул по плечу и со смешком пропел:
  - Добро пожаловать в команду, - больше он ничего сказать не успел, так как Мав, забыв про предупреждение сделанное судьёй Гаррисом, опрокинул его на землю и стал душить, подоспевшие на визги Оскара остальные члены отряда так же одетые в монашеские рясы успели вовремя оторвать озверевшего Мавеля от его жертвы.
  Плут спокойно встал, отряхнулся и как ни в чём небывало произнёс:
  - Да не дуйся ты. Вот я,например, на тебя совсем не обижаюсь, пойми, мы теперь в одной упряжке, нам с тобой в паре работать и лучше будет, если мыстанем доверять друг другу, а не пытаться свести старые счёты.
  Мавель смачно плюнул в лицо предателю и отвернулся.
  -Ну, как знаешь, - всё так же весело ответил прайдоха, вытираясь рукавом,- у тебя будет время понять, что я прав.
  Мавель отвернулся и сжал кулаки, чтобы не сорваться снова. Вскоре к ним подошли солдаты так же переодетые в рясы и Плут тут же переключился на них. Не смотря на похмелье от взора Ямы не утаилось, что солдат переодетых в рясу не четверо, как говорил судья, а шестеро. Недовольно поморщившись, парень подумал, что его тут явно недооценивают, хотя может это и к лучшему.
  Отряд получил последние указания и медленно двинулся по улицам города, когда они,наконец, вышли за городские ворота Плут обратился к Мавелю:
  - Ну, что, Яма, двинем к твоей мамане прощаться или передумал? - тут же увернулся от затрещины адресованной ему взбешённым пленником и, отойдя на безопасное расстояние, выкрикнул. -Эй, и побольше уважения к моей персоне!
  Яма одарил бывшего приятеля презрительным взглядом и отвернулся, но Оскар не собирался униматься.
  - Не смотри на меня как солдат на вошь, - продолжил веселиться Плут. - Пока что только я знаю точные координаты места, куда нам следует прибыть для получения подробного плана операции, а от этого зависит твоя и не только твоя жизнь.
  Мав, который за ночь извелся, переживая за мать, постановил, что все-таки следует сделать над собой усилие и перестать нарываться на неприятности. Для успокоения совестипарень решил зайти к Софии, посмотреть собственными глазами всё ли с ней в порядке.Он обернулся и смотря сквозь бывшего товарища холодно произнес:
  - Пожалуй, надо зайти.
  - Вот и отлично! - непонятно чему обрадовался Плут. - Разбиваемся парами, мы с тобой впереди, остальные сзади. И давайте в темпе вальса, девочки, - с этими словами Оскар озорно хлопнул в ладоши и подмигнул переодетым воинам.
  Мава передёрнуло от такого обращения, и он поспешно отвернулся. Дорогу до деревни прошли очень быстро, Яма спешил удостовериться, что с Софией всё в порядке, Плут,молча, шел рядом, не отставая ни на шаг. Мавель очень боялся обнаружить на месте ухоженного домика холодное пепелище, но разум подстёгивал этот страх, рисуя всё более и более чудовищные картины.Кроме того похмелье давало о себе знать тупой пульсирующей болью в виске, отнимая последние силы. Когда парень подошел к знакомому дому и постучал в калитку, в его душе шевельнулось предчувствие беды, но он никак не мог понять какой именно. Мама распахнула двери и, увидев Мавеля, повисла на плече блудного сына:
  - Я так волновалась,- сквозь слёзы шептала она,- несносный мальчишка, выдрать бы тебя!
  - Раньше драть надо было,мамаша, теперь-то уже поздно!- вставил своё слово Плут.
  - Мав, что происходит? - взволнованно спросила София, поняв, что сын пришёл не один.- Почему ты в таком виде? Кто эти люди?
  - Обо всём этом вы узнаете очень скоро! - рассмеялся Оскар, не дав Мавелю вставить слово. - Вас сейчас проводят в одно местечко, не столь отдалённое. Там вы посидите вместо своего сынка, а когда он выполнит обещанное, то вернется за вами, и вы вместе вернётесь домой.
  - Что??! - взревел Мавель. - Зачем?!!
  - Как это зачем? - удивился Плут. - Что бы ты вёл себя смирно: ниже травы, тише воды. А то мало ли погеройствовать решишься. Так, Скар, Авдей, отведите арестованную по назначению, - из кучки монахов, якобы читающих молитву, вышли двое и силой оторвали Софию от сына.
  Мавель кинулся на них с кулаками, но остальные тут же оттеснили его к забору, а Оскар, подскочивший к нему прошипел:
  - Рыпнишься, мамаше твоей копец!!! Будет умирать долго и мучительно.
  Мавель обмяк, он с отчаяньем наблюдал, как увели Софию, и с какой тревогой и жалостью она смотрела на него.
  - Вот и молодец, можешь же если захочешь! - сказал Плут.- Ты дажене представляешь, какой ты молодец!!! Если бы ты не привёл нас сюда, мы бы вряд ли её нашли!
  Мав зашипел и сжал кулаки, но Плут указал в сторону Софии, и парню не осталось ничего, как безвольно опустить руки. В опустевшем дворе жалостно завыл Муха.
  - Ладно, твоя взяла, - Яма посмотрел Оскару прямо в глаза, - поломал ты меня.
  - Ну, наконец-то, - хихикнул тот.
  - Дай я хоть пса с привязи сниму, подохнет же с голоду.
  - А ты его часом на нас не натравишь? Я помню о твоих способностях, - недоверчиво спросил Оскар.
  - Мы же должны доверять друг другу, - елейным голоском ответил Яма, -ты же сам говорил.
  - Говорил, но в себе-то я уверен, а вот в тебе, пока, не очень. Пусть кто-нибудь из наших пойдёт и отвяжет.
  - Даю слово, я никому не причиню вреда, -твердо сказал Мав. - Жалко же животину, а никого другого он к себе не подпустит. Если есть добровольцы быть покусанными - могут сделать шаг вперёд.
  Храбрецов не нашлось, особенно после того как войдя во двор потенциальные добровольцы оценили размер пёсика.
  - Ладно, - неожиданно согласился Плут, - только без фокусов. Ребята взять нашего нового брата на мушку.
  Монахи зашуршали рясами, и каждый из них достал по крохотному арбалету. Мавель такого оружия никогда не видел, но решил, что рисковать не стоит.
  - Если что - стрелять на поражение, - скомандовал Оскар.
  Яма улыбнулся, в его раскалывающейся от боли голове родился план спасения Софии. Спокойной походкой он подошёл к собаке и потрепал её за ухом, пёс отозвался на ласку и заискивающе завилял хвостом. Мав стал неторопливо отстёгивать ошейник, склонился к Мухе и произнёс еле слышно:
  - Беги, собери свору из самых отчаянных, только быстро, и мчитесь по Северной дороге, там нагоните Софию,маму охраняют двое, освободите её и проводите к Вересу, как только исполнишь, найдешь меня. Беги!
  - О чём это вы там беседуете? - вдруг раздался голос Плута. - Небось, каверзы очередные строите! Вот так всегда получается, ты, Яма, пользуешься тем, что меня разжалобить в два счёта можно, - предатель тряхнул головой.- Всё я передумал, зачем отвязывать собаку, чтобы избавить от мук, если можно просто пристрелить. Отряд, пли по собаке!! Только этого собачатника не заденьте, он нам ещё нужен живым.
  Монахи прицелились, но Мав уже отвязал Муху и пёс со всех лап бросился со двора. Всё произошло настолько неожиданно, что никто не успел выстрелить и Муха благополучно ушёл живым и здоровым.
  - Упустили, - разочарованно протянул Плут, - хотя с другой стороны не взяли грех на душу, возрадуемся братья!
  Мавель посмотрел на Плута, как на идиота, но вслух ничего не сказал. Теперь он чётко знал, что делать, спасение уже не казалось таким нереальным.
  - Вы получили то, что хотели, - тихо сказал Мав, - если так, то пошли отсюда. Я так понимаю нам надо торопиться ... девочки?
  - С чего вдруг такая перемена, мой друг? - поинтересовался Оскар.
  - А что тут непонятного? - еле сдерживаясь ответил Яма. -Чем раньше мы доберёмся до места, тем быстрее всё это закончиться.
  - Логично, - хмыкнул Плут. - Я с тобой даже соглашусь. Братья, стройся!! Так ты Мел, и ты Ден идёте первыми, Мы с Ямой за вами, ты Брут и ты Буг - замыкающие. И глаз с нашего дорого любителя собак не спускать! В случае чего вы же в курсе перед кем отвечать придется. Переодетые вояки молча кивнули и стали в том порядке, который назвал командир.
  - Ну, как говориться, с Богом! - засмеялся Плут и отряд чинно покинул осиротевший двор.
  
  Глава 3
  Леонелла потянулась на обтянутых безумно дорогим шелком подушках, её нагое тело было слегка прикрыто ничего не скрывающей прозрачноё кисеёй. Девушка откинула бесполезный материал, сбившийся в ногах, и протянула руку к лежащему рядом мужчине.
  - О, ты был как всегда великолепен, -промурлыкала девушка и потерлась лицом о поросшую жесткими волосами мускулистую грудь мужчины. - Впрочем, как и всегда.
  - Работа такая, - задумчиво проронил мужчина.
  - Вот, опять ты про работу, - капризно надула губки Леонелла, - а я совсем о другом, - она прильнула к нему всем телом, бесстыдно улыбаясь. - Хочешь, объясню?
  - Попробуй, - милостиво согласился мужчина и провёл рукой по девичьему стану.
  Леонелла ту же воспользовалась предложением и стала покрывать поцелуями тело любовника, мужчина ухватил её за волосы и по-хозяйски притянул её лицо к своему, а после впился грубым поцелуем в слегка приоткрытые губы красавицы. Леонелла отстранилась и с обожанием уставилась на любовника.
  - Я до сих пор не верю, что ты мой.
  - Не льсти себе, -оборвал её мужчина.
  - Я имела в виду, что мы вместе, любимый, - поспешила оправдаться Леонелла.
  - То-то же, - благосклонно кивнул любовник.
  - О, Лютмир, как я счастлива, что ты обратил на меня внимание. Мне, кажется, узнай отец о нашей связи, он бы лопнул от злости.
  - Этот старый дурак Жигмар? - приподнял бровь мужчина. - Он не стоит, чтобы мы о нем вспоминали.
  - Действительно, пошёл он к чёрту, - хохотнула девица и откинулась на подушки. - Не зря мамочка наставляет ему рога при каждой возможности.
  - Но ты её обскакала, не так ли? - улыбнулся Лютмир. - Залезть в кровать к его самому главному врагу даже у твоей похотливой мамаши мозгов не хватило.
  - А вот и нет, - Леонелла кокетливо передёрнула плечиками, - она была бы не против, это ты не захотел.
  - А я смотрю, ты неплохо осведомлена,- сказал мужчина, внимательно вглядываясь в хорошенькое надменное личико.
  - А то, - Леонелла нисколько не смутилась от столь пристального взгляда. - Бедняжке же надо было кому-то поведать о фиаско на любовном фронте, и я как заботливая дочь подставила свою жилетку.
  - Ух, какая ты у меня умница, - покровительственно произнёс Лютмир, - продолжай в том же духе и если твоя маман взболтнёт что-нибудь интересненькое сразу же ко мне.
  - Есть мой генерал, - девица шутливо отдала честь.
  Воцарилось молчание, Леонелла мечтательно уставилась в потолок и представила себе, в какой быистерике билась её мать, если бы узнала, что дочь смогла добиться мужчину, который миновал её сетей. Лютмир же и вовсе настолько глубоко ушел в свои раздумья, что забыл о молоденькой любовнице лежащей рядом.
  - Эй, - Леонелла требовательно потянула любовника за руку,- я к тебе обращаюсь! Опять ты где-то далеко!
  - А... - будто очнувшись от видения, отозвался Лютмир. - Ах, это ты, я задумался.
  - Сама вижу, - раздраженно ответила Леонелла и встала с шикарной кровати, грубо откинув несколько ни в чём не повинных подушек. Девушка стала подбирать с пола разбросанные по всей комнате предметы одежды, расшвырянные в порыве страсти. - Я ухожу.
  - Ок! Только, когда будешь выходить из моих покоев, постарайся не сильно светиться, а то сама понимаешь...нам ни к чему афишировать наши отношения.
  - Что!!? - оскорбленно взвизгнула Леонелла. - И ты меня вот так отпустишь и даже не попытаешься извиниться?
  - За что?
  - За то, что ты забыл о моём существовании!
  - Не правда, - отмахнулся Лютмир, - я просто задумался, пойми, сейчас запустился механизм одной операции и если дело выгорит, я сорву банк!
  - Какой банк? - возмутилась Леонелла. - Тебе что мало, что ты фактически управляешь нашей страной? Ведь не секрет, что этот идиот Густав всего лишь марионетка, кукла в твоих руках!
  - Да, мало, - не моргнув, чётко ответил мужчина, - почему я должен упустить такой шанс. Ведь и дураку понятно, что править двумя королевствами лучше, чем одним!
  - Хочешь усидеть на двух стульях сразу?
  - А почему бы и нет! Тем более что никто так и не узнает, что за всем этим стою я. Я буду править из тени, как умелый кукловод, как...
  - А не боишься?
  - Чего?
  - Что я разболтаю о твоих планах? - поинтересовалась Леонелла и мстительно усмехнулась.
  - Не советую, - ледяным тоном ответил Лютмир. - Ты ведь умная девочка и должна понимать, чем для тебя грозит неумение держать язык за зубами. Я хоть и любитель молоденьких хорошеньких стервочек, но поверь мне на слово, не терплю предательниц. Не веришь? Жеров может тебе устроить занимательную экскурсию в подвал моего замка. Я думаю, тебе на первый раз будет достаточно просто посмотреть, чтобы такие глупые мысли не посещали твою пока ещё хорошенькую головку!
  Девушка испуганно попятилась, но наткнулась на кресло, потеряла равновесие и плюхнулась на пол.
  - Дорогой, я же пошутила, - залепетала она. -Для меня такая честь делить с тобой ложе, просто я немного приревновала тебя к твоим делам. Но ведь это простительно, потому что я без ума от тебя. Прости, я больше никогда не позволю себе что-то подобное.
  - То-то же, - смягчился мужчина. - Пожалуй, я тебя прощаю, можешь остаться ещё на ночь.
  - А муж? У этого глупца хватит наглости заявиться прямо сюда.
  - О, можешь об этом не беспокоиться, я ещё утром услал его подальше по делам государственной важности, - хищно оскалился Лютмир.
  - Ты такой умный, -простонала Леонелла и вернулась в кровать, кинув собранную одежду обратно на пол.
  Лютмир ничего не ответил, он сжал любовницу в крепких объятиях и подарил страстный поцелуй, от которого девушка сладостно застонала. Мужчина, не прекращая ласк, тихо прошептал:
  - Мне надо будет одна услуга от тебя.
  - Что ты только не пожелаешь - я всё выполню, - купаясь в блаженстве, простонала Леонелла.
  - Тогда вот что, - Лютмир задумался, но вскоре продолжил, - мне нужно, чтобы ты внушила Густаву, что на него готовиться покушение.
  Леонелла резко открыла глаза, вид у неё был такой, словно на неё только что вылили ведро ледяной воды, но колкость готовая сорваться с её острого язычка отступила при воспоминании о страшных подвалах и она раздражённо спросила:
  - И каким путём я ему это внушу?
  - Каким? Ты прямо как маленькая, - лукаво улыбнулся интриган, - естественно постельным, не мне тебя учить,как это делается.
  - Но ведь ты обещал, что мне после того раза больше не придётся делить ложе с этим сопляком, - Леонелле хотелось разреветься от досады: все её честолюбивые помыслына счёт "серого кардинала" таяли как снег под весенним солнцем. На самом деле выходило, что это он помыкал ею, как хотел, и она ничего не могла с этим поделать.
  - Я просто тебе поражаюсь, - тоном учителя отчитывающего нерадивую школьницу произнёс Лютмир. - Ну, у тебя и запросы, если тебе даже сам король не хорош, да на твоём месте любая дамочка визжала бы от восторга, а ты привередничаешь.
  - И что? - девушка возмущенно вздёрнула нос. - Если я достигла вершины, кто обвинит меня, что я не хочу возвращаться на ступень ниже, как бы высока она не была?
  - Я так понимаю, под вершиной ты подразумеваешь меня? - девушка кивнула и мужчина продолжил. - Так почему же ты не хочешь мне помочь, дабы удержаться на этой самой вершине?
  - Я не отказываюсь, - пошла напопятнуюЛеонелла. - Просто этот Густав, он такой наивный, аж противно. Ты же помнишь, сколько мне пришлось приложить усилий, чтобы затащить его в постель, этот лопух краснел, бледнел, но более чем на поцелуй не мог отважиться. А сколько я натерпелась потом, с его слюнявыми заверениями в вечной любви. Мне даже замуж пришлось выйти только, чтобы он отстал!!! И всё это ради того, чтобы ты смог подменить всего лишь один документ!!
  - За то какой! - довольно кивнул Лютмир. - Я тогда одним махом устранил практически всех конкурентов, так что твоя жертва просто мизерна в сравнении с тем, что мы поимели от этой маленькой аферы.
  - Не мы, а ты, - стиснула кулачки девушка, - не надо обобщать!
  - А ты разве не со мной? А подарки, полученные от нашего короля и от меня лично разве не смягчили душевную рану от чересчур лирических повадок нашего государя? Мне кажется, детка, что тут одно из двух: либо ты заигралась, либо зажралась. С таким настроем, поверь, ты мне, долго при дворе не протянешь. Сама знаешь, сколько девушек помоложе, посвежее мечтают занять твоё место, причем запросы у них значительно скромнее.
  - Хорошо, - Леонелла задумчиво склонила голову, она пожалела, что высказала свои претензии вслух, ведь Лютмир был прав: многие девицы продали бы душу ради того, чтобы делить ложе с двумя первыми лицами в стране, да что с двумя, хотя бы с одним. - Только подробней опиши легенду, которую я должна впарить этому любителю сонетов и подкинь деньжат на новый гардероб и кое-какие мелочи. Надо же как-то привлечь внимание Густава, тем более что он на меня обижен.
  - На тебя нельзя долго обижаться, - возразил Лютмир, - поверь мне, он очень скоро забудет обиды и с разбегу запрыгнет к тебе в кровать по первому требованию. Только теперь мы не будем разрывать вашу связь, у нас есть возможность держать его при себе, ничего не обещая, ведь ты замужем...и если король будет навязчив, пострадает честь дамы, а ты сама в курсе - в таких вопросах наш Густав педант, он не позволит себе ничего подобного.
  - Может быть, - безразлично пожала плечами девушка. - Только я так и не услышала, что я получу за свои старания?
  - С чего это тебя так заинтересовал этот вопрос, раньше ты не торговалась?
  - Раньше и ты не намекал мне, что моё время проходит и найти мне замену раз плюнуть. А коли дело дошло до этого, то мне следует задуматься о завтрашнем дне. Не хочу быть содержанкой у третьесортных вельмож, а после и вовсе оказаться на улице.
  - Логично, - уважительно кивнул головой Лютмир. - Поместье в Сведзи тебя устроит?
  - То самое? - недоверчиво переспросила Леонелла.
  - Да, - коротко кивнул мужчина, наслаждаясь полученным эффектом, а после, как ни в чём не бывало, он подвинулся к девушке. - Ну, а теперь, когда все тонкости предусмотрены, может, вернемся к нашим делам? - Лютмир сгреб отбивающуюся девицу в объятия. - Кажется, я закончил где-то здесь, - и любовник впился горячими губами в нежную шею девушки. Леонелла для вида посопротивлялась ещё не много, но вскоре сама обвила руками шею любовника.
  
  ****
  Мав сидел у дороги чуть поодаль от своего конвоя, он был весьма доволен собой: сегодня он ухитрился стянуть у одного из "братьев" хороший наточенный нож. Сейчас холодное оружие покоилось за голенищем сапога, дожидаясь своего часа.
  За прошедший день маленький отряд отмахал приличное расстояние. К удивлению Плута, готового к неприятным сюрпризам от нового члена команды, за это время ничего криминального ровным счётом не произошло. Мавель вёл себя паинькой, и вскоре внимательность охранников стала понемногу угасать. Яме же только это и было нужно. Усыпив бдительность охраны, парень стал готовиться к побегу. Сейчас он сидел и тревожно вслушивался в ночную тишину, его очень тревожила судьба Софии. Мав надеялся, что его план, придуманный в минуту отчаяния, всё-таки сработал, и Мухе с другими псами удалось отбить мать у стражников и увести её в безопасное место, но вестей до сих пор не было и это не добавляло оптимизма. Тем не менее, Мав отчётливо понимал, что как только он выполнит то, что ему приказали, его тут же пустят в расход, та же участь ожидает и Софию, если она ещё жива. Мавель покачал головой, ему в очередной раз стало стыдно, что за два дня его два раз развели как мальчишку, а ведь ещё совсем недавно он считался самым неуловимым и везучим вором во всей стране. Невесёлые мысли прервал еле слышный, но весьма отчётливый лай. Мав узнал своего гонца и беспокойно насторожился. Муха лаял, зная, что хозяин обязательно его услышит, но держался поодаль, чтобы люди в монашеских рясах его не заметили. Пес сообщил, что операция прошла удачно и София в безопасности. Мав облегченно вздохнул, больше ему ничего не надо было. Теперь он был свободен, четверо вояк и Плут для него были не помехой на пути к воле, но Яма решил повременить с побегом и выяснить кое-какие детали непонятные ему в этом деле, кроме того хотелось вернуть должок Плуту. Мав хищно улыбнулся и нащупал за голенищем сапога резную рукоять ножа.
  Оскар, не подозревая о нависшей угрозе, подошел к Мавелю и пнул пленника ногой.
  - Чё? Откалываешься от коллектива, так сказать, брезгуешь? - Мав проигнорировал попытку Плута завязать разговор. - Молчишь? - не унялся предатель. - Типа тебе не по чину с нами презренными словечком перемолвиться?
  - Это ты сам сказал, а не я, заметь, - не выдержал Яма.
  - Ой-ой-ой, какие мы важные, - скривился Плут. - Ну и сиди здесь один и попробуй шелохнуться, не забывай ты под прицелом, а я в деревню, тут неподалеку, наведаюсь. Есть там у меня одна знакомая, а ты, чтоб вёл себя смирно до моего прихода. Узнаю, что выпендривался - мало не покажется.
  Мавель только ухмыльнулся, а про себя отметил, что всё складывается как нельзя лучше. Еле дождавшись, когда Плут покинет временный лагерь, парень легко поднялся и,прихрамывая, побрёл к своему конвою. Вояки уже развели костёр и мирно переговаривались, готовя нехитрый ужин на костре. Маву даже на какой-то момент стало их жаль, но вспомнив простое правило: или мы их или они нас, парень подавил приступ сострадания. В конце концов, это не он первый начал.
  Плут вернулся нескоро, когда ночь плотным одеялом окутала окрестности, выпустив на чёрное небо месяц и скудную россыпь из тусклых звёзд. Командир отряда был изрядно навеселе, видимо встреча со старой знакомой прошло особо удачно, настолько удачно, что он не обратил внимания на отсутствие часовых. Оскар подошёл к костру и огляделся. Его подчинённые нагло нарушали его приказ, вместо того, чтобы внимательно следить за пленником они все как один спали, развалившись у весело потрескивающего костра, в то время как пленник, словно каменный истукан, неподвижно сидел на том же месте, где Плут его и оставил при последнем разговоре. Не в силах сдержать злость, Плут со всей силы пнул ногой мирно лежащего рядом Буга. Тело воина опрокинулось на спину, и Оскар застыл в ужасе: у силача Буга было перерезано горло.
  - Ребята! - севшим от страха голосом завизжал Плут.
  - Они тебя не слышат, - раздался спокойный голос Мавеля практически над самым ухом Оскара, тот дернулся бежать, но через долю секунды оказался прижатым к земле. - Куда же ты, дурашка, убегаешь, - елейным тоном продолжил Яма, тщательно связывая руки бывшего приятеля за спиной. - Мы же поговорить ещё не успели, обсудить детали, так сказать. Ты же так хотел поговорить, посекретничать, а разве я могу отказать старому другу?
  Мавель надежно связал Плута и подтащил обездвиженное тело к огню, бережно уложил рядом с одним из трупов.
  - Ну, чего ты на него так косишься? - шутливо уточнил Мав, наблюдая гримасу страха на лице стремительно трезвеющего предателя. - Это же твой любимчик Мел. Да, он покинул этот суетный мир, но ведь ты не стал к нему из-за такой мелочи относиться хуже. По крайней мере, я бы на твоём месте не стал. Все там будем, - Яма многозначительно замолчал и, выдержав паузу, добавил. - Кто-то раньше, кто-то позже. Всё зависит от нас.
  - Ты не понимаешь, с кем ты вяжешься! - яростно извиваясь, зашипел Плут. - Да, твою мамашу в порошок сотрут и тебя им накормят!
  - Ой, вот только не надо пустых угроз! Пусть для начала меня поймают. Я-то уже не буду столь глуп и наивен. Вы преподнесли мне хороший урок.
  - А как же твоя драгоценная мамочка? - Плут с надеждой заглянул в глаза бывшему пленнику, но встретившись с мрачным взглядом Мавеля, понял, что на этот раз такая тема не пройдет.
  - У меня нет родителей, я сирота, - словно в подтверждение мыслей Плута жестко заявил Яма. - Да и ты, Плут, должен был бы знать одну из главных наших заповедей. А коли ты, продажная шкура, запамятовал, то я напомню. Вор не имеет семьи, чтобы таким как ты и твои хозяева невозможно было взять его за яйца.
  - Так почему же ты не ушел сразу? - в отчаянье вскричал Оскар.
  - На то были причины, и я не собираюсь перед тобой в них отчитываться, а вот тебе придётся поделиться кое-какой информацией.
  - С чего ты взял, что я соглашусь? - вздернул бровь Плут.
  - Насколько я помню, - Мав сощурился, - ты всегда очень боялся боли, а так же очень переживал за свою смазливую мордашку, - Яма подтащил связанного Плута поближе к костру. - Так вот сейчас и проверим, точна ли моя память, - с этими словами Мав достал из-за голенища сапога нож.
  - Ты что? - заверещал брыкаясь Плут. - Что ты собираешься делать?
  Мавель уложил свою жертву на спину и придавил коленом, деловито проверил нож на предмет остроты и провёл холодным лезвием по слегка заросшей щеке ошалевшего от страха Оскара.
  - Ничего особенного, - улыбаясь, ответил он. - Буду, дорогой мой Плут из тебя Гуинплена делать.
  - Кого? - не понял Оскар.
  - Гуинплена, - Мав дотронулся ножом до края рта Плута. - Человека, который смеётся, темнота. Разве ты о таком не слышал? Мне София часто книгу о нём в детстве читала. Сейчас я сделаю тебе парочку надрезов и...
  - Н-е-е-е-т! - завизжал, сорвавшись на фальцет Плут. - Лучше просто убей!
  - Не могу, - сочувственно закивал головой Мавель. - Не заслужил ты такой милости. Хотя...если ты ответишь на парочку моих вопросов, я могу и передумать. Тем более, что терять тебе нечего.
  - Спрашивай, - обреченно прошептал Плут.
  - Кто это всё затеял?
  - Судья Гаррис. Я давно у него на крючке, меня тогда на какой-то мелочи взяли и предложили сотрудничать. Ты видел, как они работают, так что сам понимаешь я не смог отказаться.
  - Зачем?
  - Мне не отчитывались. Я ведь так, мелкая сошка. Мне дали наводку, что мол, если ты появишься в поле зрения, то я обязан заманить тебя в ловушку. Так что пойми, здесь без обид, если бы тогда в город за солью не припёрся мы бы с тобой в такой замес и не попали бы. Я с тобой специально встреч не искал.
  - Мы бы не попали в замес, если бы ты меня предупредил.
  - Я не мог, меня же тоже пасут.
  - Ой, вот только не надо этого:я не мог. Всё ты мог, просто не захотел.
  - Думай, как хочешь, - Плут отвернулся.
  - Эй, - Мав пнул собеседника, привлекая его внимание. - Я ещё не закончил. Где корона?
  - В деревне Боровики, там наш пост в доме винокура.
  - Почему вы сразу не взяли её с собой.
  - Ты что дурак? С такой дорогой вещью шляться по дорогам. Естественно её тайно переправили ближе к границе, чтобы и мы и корона была в безопасности.
  - Какой пароль? Как себя в Боровиках надо вести?
  - Ты что совсем? - удивился Плут. - Зачем тебе это?
  - А мало ли, - ухмыльнулся Яма. - Может, всё-таки решу поработать на корону, искупить свою вину перед отечеством. Кстати, а почему именно я должен был подкинуть корону и почему именно тебя мне дали в полезную нагрузку?
  Плут не ответил.
  - В молчанку решил поиграть? - нарочито весело спросил Мав. - А что ты на это скажешь? - и парень слегка порезал щеку Плута.
  Пленник дёрнулся и попытался отстраниться от лезвия, но лишь усугубил своё положенье, тоненькая струйка крови потекла из глубоко разреза.
  - А черт с тобой, - простонал Оскар. - Слушай, тебя выбрали, потому что ты мастер и выкрал эту корону у Густава, меня же с тобой отправили, чтобы в момент, когда ты подкинешь нашу бандероль в сокровищницу нужного нам государства, я тебя сдал. То есть сделал бы так, чтобы тебя задержали с поличным.
  - Так вот оно что, - Мав хлопнул себя по лбу. - То-то я никак додуматься не мог, каким образом подкинутую мной корону обнаружат. А так всё получиться до неприличного простои логично. Ты прибыл ко двору, поймал вора, который к всеобщему удивлению пытался выкрасть всем знакомую корону, недавно пропавшую в соседнем государстве. Что ту ещё скажешь: скандал. Разрыв дипломатических отношений и как итог начало военных действий. Всё как и запланировал судья. Только что ему в том?
  - Все-таки ты поразительно глуп, неужели ты до сих пор не понял, что за судьёй стоят другие люди, власть которых практически безгранична, а интересы не ограничиваются пределами нашего государства?
  - Нет, я в принципе-то догадался, но хотелось бы знать поимённо, чтобы при личной встрече не попасть впросак...
  - Ты не только глупец, но и ещё фантазёр с завышенным самомнением, - заметил Плут.
  - Может быть, - задумчиво произнес Мавель, - так к кому надо будет подойти в Боровиках?
  - Одноглазый Терентий там за старшего, но я бы не советовал тебе к нему соваться, он, таких как ты, на обед пачками ест.
  - Ой-ли, обойдусь и без твоих советов. Только вот ответь ещё на один вопросик, что ж это за государство такое, что на него так твои хозяева взъелись?
  - Ворания. Молодое государство на севере. А что они не поделили я не в курсе.
  - Что ж было приятно и очень интересно пообщаться, - сказал Мав и взял нож поудобнее.
  - А может не надо? - взмолился Плут.
  - Надо, - Мав хлопнул бывшего товарища по плечу. - Надо, не могу я такого опасного свидетеля оставить, сам понимаешь, если тебя это утешит, то замечу, в этом нет ничего личного, работа такая. Да и тебе после того как ты мне выдал столько государственных секретов ничего иного не остаётся. Утешься, я сделаю всё быстро и качественно.
  С этими словами Мав ударил Плута ножом прямо в сердце. Яма не ощущал ни жалости, ни злобы глядя на дернувшееся и обмякнувшее тело, только легкое сожаление, что когда-то, причём не так давно, делил с этим человеком кров и хлеб. Знали бы ребята, с кем живут бок об бок - ужаснулись бы. Но теперь всё это было неважно, Мавель по кличке Яма восстановил справедливость. Отложив рассуждения о нравственной позиции содеянного, Мав огляделся. Тела убитых им людей лежали на местах, где их настигла смерть. Тут в голову вора пришла мысль, что нельзя убитых оставлять прямо здесь: дорога рядом и тела быстро обнаружат, а чем скорее этот факт раскроется, тем стремительней начнутся его поиски. Яма был реалистом и чётко понимал, что противник сможет увязать трупы конвоя и его пропажу в одно целое. Поэтому заприметив невдалеке лесок, Мав решил спрятать трупы там. Превозмогая усталость, он по очереди затащил туда тела убитых им вояк. К удаче парня там оказался вполне глубокий овраг, который Мав тут же приспособил под братскую могилу. Обыскав напоследок тела убитых и забрав все деньги и документы, которые могли помочь в опознании личностей погибших, Мавель вышел на дорогу и бодро захромал в сторону деревни. За поворотом его поджидал верный пес Муха. Яма потрепал верного питомца за ухом и попросил присмотреть за Софией, пока он не вернётся. Пес было возмутился, но парень смог его убедить, что так будет лучше и расстроенная собака потрусила исполнять просьбу хозяина. Мав проводил Муху взглядом и продолжил путь.
  В деревню Яма попал только утром, она встретила его мрачной угрюмостью заплывших грязью улиц. Вор ещё раз проверил свою рясу на предмет пятен кровии не обнаружив оных смело зашагал по деревне, натянув капюшон на лицо так, что его большая часть была скрыта от взглядов посторонних. Вдалеке Мав различил неизвестно откуда взявшийся патруль. Солдаты шли прямо ему на встречу и Мав, дабы избежать сомнительной встречи свернул в первый попавшийся двор. Прижавшись всем телом к покосившейся калитке, Мавель, затаив дыхание рассматривал проходивших мимо солдат. Когда угроза миновала Мав отлип от щели, через которую наблюдал за происходившим на улице, и окинул пристальным взглядом замызганный двор. Волна мелкой противной дрожи пробежала вдоль позвоночника Мавеля, этот двор почему-то показался ему знакомым. Из дома доносилась грязная ругань, внезапно дверь отворилась и во двор выбежала безобразная старуха, прижимающая к груди бутыль с самогоном, за ней бежал вполне молодой мужчина, оба они, не смотря на то, что было ещё раннее утро, находились в изрядном подпитии. Женщина споткнулась на ровном месте и растянулась на земле, но бутыль из цепких рук не выпустила, гнавшийся за старухой молодчик подскочил к ней и стал безжалостно пинать ногами.
  - Тварь!!! - заорал он. - А-ну, отдай бутылку, ты своё ещё вчера вылакала!
  - Сыночек! - взмолилась старуха, даже не пытаясь защититься. - Мамочке плохо! Мамочке надо полечиться! Ну, что тебе жалко для меня двести грамм!
  - Ты на них сначала заработай! - рыкнул мужчина, наступил ногой матери на руку и вырвал из слабеющих пальцев бутыль, сплюнул и, не обратив назастывшего истуканом Мавеля ровным счётом никакого внимания, отправился обратно в дом, из которого доносился пьяный хохот.
  Женщина так и осталась лежать на земле, уткнувшись лицом в грязь, затем с третьей попытки она встала на четвереньки и, заваливаясь то вправо, то влево поползла к дому. Мав глядел на старуху и не мог оторваться: ему до чёртиков была противна эта пьяная баба, но даже измазанная грязью, она казалась ему смутно чем-то знакомой. Между тем, женщина стала стучать в дверь.
  - Ты, сынка, не будь так жесток, - лепетала она еле ворочающимся языком. - Ты ж знаешь, мамке много не надо.
  - Пшла вон, - раздался крик из-за двери, а после последовал взрыв смеха.
  - Магда, хочешь выпить? - послышался тонкий голосок.
  - Ага! - закивала баба, рискуя разбить лоб об порог.
  - Тогда задери юбку и ...- видимо шутница не успела договорить, потому что раздался звук падающего тела и новый взрыв смеха.
  - Магда... - прошептал, словно пробуя на вкус, Мавель. - Знакомое имечко, - жестко добавил он, память неожиданно выплюнула обрывок воспоминаний о том дне, когда околела Белка. В тот день эта женщина тоже валялась в грязи, только была она значительно моложе и трезвее.
  Словно услышав своё имя, женщина повернула нечесаную голову в сторону неподвижно стоящего монаха, по синему спитому лицу расползлась беззубая улыбка:
  - Батюшка, вы к нам? - с надеждой произнесла она.
  - К вам, к вам, - преодолевая рвотный позыв, выдавил из себя Мав.
  - А меня вот сынок в дом не пускает, - пожаловалась баба, решив, что нашла достойного слушателя для своих жалоб. - И здоровье поправить не даёт.
  - Так поделом тебе, -вырвалось у Мавеля. - За такой грех, тебя вообще Гиена Огненная ждёт не дождётся.
  - А что поделаешь, - словно пропустив мимо ушей, упрек продолжила баба, - грешна, есть такое дело. Мне бы сейчас соточку потянуть, я бы и покаялась, и раскаялась. Так ведь нету.
  - Ты почто дитя на цепь посадила? - не выдержал Мав¸ он из последних сил сдерживал волну ярости поднявшуюся в душе.
  - Так, то не я, -ничуть не смутившись, отмахнулась старуха, - то мужик мой, что, спасибо тебе Господи, уж год как околел, ирод.
  - За что?
  - Так ни зачто, просто так. Приревновал малость, думал, я ему изменила. Дитё то нечистое было. Уши не наши, не человечьи у того выродка были.
  - Так ты его мать? - в ужасе попятился Мав, содрогнувшись от ужаса, что убогая пьянчужка развалившаяся на земле перед ним, его родная мама.
  - Та ты шо,- замахала руками Магда. - Сплюнь три раза. Я женщина честная. Подкинули мне его цыгане, а мою доню, кровиночку, выкрали.
  - Что за цыгане? - поспешил задать вопрос Мав, дабы скрыть облегчение, которое испытал, узнав, что его догадка неверна.
  - Та цыгане, как цыгане, табор их недалече на излучине Тырсы стоял. Помню цыганка там была Риза, её собаки, дело, наверное. Она мне сразу не понравилась, ука - и баба погразила грязным кулаком, кому-то невидимому.
  Мав ещё раз взглянул на спившуюся женщину и решил, что она и так уже достаточно наказана, чтобы ещё и ему руки марать. Да и что он мог сделать? Разве что убить. Но в этом случае его поступок скорее бы смахивал на проявление милосердия нежели на акт возмездия. Склонив голову, Мавельразвернулся и пошел к выходу, стараясь не смотреть в ту сторону, где когда-то было его конура.
  - Эй, батюшка! - окликнула его Магда. - А благословить?
  - Благословляют людей, а скотине типа тебя и без благословения живется неплохо, - жестко произнес Мавельи не оборачиваясь, покинул загаженный двор. Его била мелкая дрожь, воспоминания, преследовавшие его в кошмарных снах, словно вырвались на свободу и терзали, рвали в клочья беззащитную душу. Яма кинулся бежать, не разбирая дороги, на его счастье он вскоре наткнулся на колодец. Парень словно в тумане метнулся к нему, достать воду получилось не с первого раза, непослушные руки дважды упускали ведро. Наконец сгруппировавшись, Мав всё же совладал со злосчастным ведром и достал его из колодца, осмотрелся по сторонам и вылил раздобытую с таким трудом воду себе на голову, провёл рукой по мокрымволосам, нащупал замаскированныепод ними уши, растер мочки. Постепенно дурнота отступила, туман в голове развеялся и Мавель смог обдумать своё положение. Расклад был не самый лучший, Яма понимал, что в скором времени на него объявят настоящую охоту, судья явно не оставит его в покое, но у Мавеля родилась рискованная идея, которая вполне могла сработать. Парень решил идти в Боровики, там-то его явно искать не будут, а даже если словят, он всегда может сказать, что остался верен слову и, несмотря на гибель сопровождающих, продолжил выполнение миссии возложенной на него. Кроме того, после упоминания Магдой о таборе цыган, которые его якобы подкинули неожиданная надежда найти родителей, занозой засела в душе. У Мава появиласьстойкое желание проверить, а вдруг его семья не отказалась от него, а вдруг он был просто украден и может быть родственники до сих пор ищут или оплакивают его.
   Насколько Яма помнил, излучина Тырсы находилась как раз недалеко от Боровиков, что стало ещё одним весомым аргументом, чтобы следовать по установленному судьёй маршруту. Мавель достал ещё одно ведро воды из колодца, напился вдоволь, набрал воды в походную флягу, снятую с Плута, и тихо произнёс: - Тырса, так Тырса, мне как раз по пути.
  
  ****
  Король с тоской смотрел на удаляющийся женский силуэт. Он всегда плохо понимал женщин, но после того, что произошло за последние два дня, Густав окончательно поставил крест даже на попытках угадать, что твориться в их хорошеньких головках. Итак, два дня назад бывшая возлюбленная, которая в своё время сама же и дала ему от ворот поворот, набралась наглости подойти и томно вздыхая пожаловаться на то, как тоскливо ей живиться и какой она когда-то была, пардон, дурой. Густав тогда своим ушам не поверил, услышать такое признание из этих надменных губ, было сродни тому, чтобы вода превратилась в вино, но ещё более странным стало то, что далее строптивая красавица начала активно пытаться соблазнить молодого короля. Только расчёт её оказался не совсем верен. Со времени их связи молодой Густав несколько поумнел да и опыт общения с женщинами получил не малый, при дворе как никак жил. Дамочки, которые взялись врачевать так жестоко разбитое Леонеллой сердце, быстро объяснили тогда ещё наследному принцу что хочет женщина и чего можно от неё ожидать, если она что-то вбила себе в голову. Поэтому, когда Леонелла предприняла активную попытку охмурения, Густав вместо того, чтобы принять блудную любовницу в объятия, осчастливленный её внезапным интересом, озадачился вопросом: что она собственно от него хочет? Молодой монарх предположил, что на красавицу так повлияла смена его статуса с принца на короля. Ведь ходить в любовницах у самого государя наверняка почётнее и прибыльнее, нежели у наследника престола, но сегодняшний визит Леонеллы окончательно сбил с толку Густава, который только-только нашел более менее логичный повод для странного поведения придворной дамы. Девушка подловила момент когда король остался один и кинулась ему в ноги, да так неловко, что соблазнительный бюст едва не выскочил из стеснявшего его корсажа.
  - Прошу, выслушайте меня, - страстно зашептала она.
  Густав с грустью посмотрел на грудь вернувшуюся на своё более скромное место и отогнав навязчивое желание прикрыть её ещё чем-нибудь чтобы не отвлекаться вяло кивнул.
  - Густав, во имя прошлого, которое связывает нас, выслушаёте меня!
  - Ты сейчас о чём?- надменно приподнял бровь король. - Неужели ты так наивна, что думаешь будто то, как ты со мной поступила, может нас связывать?
  - Ну , Густав, давай не будем вспоминать о дурном, - Леонелла начала терять терпение, мало того, что этот сопляк никак не реагировал на её прелести, он ещё имел наглость высказывать ей претензии!!! - кто дурное помянет - тому глаз вон! Были ведь и у нас прекрасные минуты.
  - Именно, - кивнул молодой монарх, - минуты! В этом ты на сто процентов права. Минуты!!! И недели, месяца горечи и боли!
  - Я не знала, что тебе было так больно, - Леонелла склонила голову, чтобы Густав не увидел её перекошенное от злобы лицо, красавица вспомнила Лютмира и его родню до пятого колена и то, что она его предупреждала, что этот юнец обличенный властью не поддастся на её чары. И что ей теперь оставалось делать? Надежда попасть в постель к королю таяла, как кораблик в тумане, а иного метода донести информации предназначенную для королевских ушей она не видела. С другой стороны признаться Лютмиру в том, что у неё ничего не получилось, было ещё более унизительно, чем предлагать себя королю в качестве любовницы. Интриганка взглянула на Густава и решила пойтиво банк, всё равно терять сейчас было уже нечего. - Но, не смотря на те страдания что я вам причинила, умоляю, выслушайте меня. Вам грозит страшная опасность.
  - Интересно о чём это ты? - Густав подался вперёд и презрительно улыбнулся. - Уж не о коварных помыслах моей новой фаворитки доложить хочешь?
  - Ты ошибаешься, мне нет дела до твоих постельных принадлежностей. Угроза о которой я хотела предупредить реальна, но раз ты не хочешь меня слушать, я не стану навязываться, - Леонелла гордо поднялась, качнула бюстом и исполненная достоинства пошла прочь, словно и не она минуту назад валялась в ногах у короля, умоляя её выслушать.
  - Постой, - Густав с неподдельным интересом наблюдал за сменой тактики поведения красавицы, теперь ему стало действительно очень любопытно, чего же всё-таки добивается эта коварная искусительница. - Выкладывай свою информацию государственной важности. Я прощаю тебе твоё непочтительное поведение, будем считать его причиной временное помутнение рассудка на почве душевных переживаний за жизнь государя и отечества.
  Леонелла скрипнула зубами, никто её ещё так не унижал, единственным, что удержало её от опрометчивых высказываний по поводу так называемого монарха, стало то, что она представила, что с ним будет, когда он попадет в западню мастерски подстроенную Лютмиром. Представив во всех деталях мучения Густава, который сейчас явно насмехался над ней, Леонелла собрала волю в кулак и произнесла:
  - Готовится заговор, одна всем известная держава хочет опозорить вас перед всем современным миром и объявить узурпатором, который не по праву занимает трон, - услышав это, Густав чуть не поперхнулся, такой явный бред единственный родной сын покойного короля услышать не ожидал. - Ведь тебя не короновали большой венчальной короной?
  - Нет, - тихо произнес король.
  - Так какой ты король? Ты пока так, исполняющий обязанности. Кроме того, ходят слухи, что король Виварт, которого ты считаешь отцом, на самом деле был бесплодным! А ты так, безродный сиротка, которого он усыновил в одном из походов!
  - Что за бред! - не выдержал Густав. - Ты хоть сама понимаешь, что за чушь несешь?
  - Я-то понимаю, а вот ты, похоже, нет, - резко ответила Леонелла и вплотную приблизилась к королю. -Я повторяю, это не мои домыслы и фантазии, всё сказанное - провокацияподготавливаемая со стороны одного государства, которое хочет посадить на престол кое-кого другого.
  - Да кому я мешаю?! - Густав в недоумении развел руками.
  - А ты подумай...- многозначительно прошептала Леонелла и в очередной раз развернулась, чтобы уйти.
  - Ты со мной в эти игры играть брось, - монарх хмуро смотрел на собеседницу. - Говори коли пришла, а нет, так я могу счесть такое поведение подтверждением участия в заговоре. Я думаю, ты охотнее поделишься со мной информацией здесь, чем в пыточной.Очень уж не хочется портить такую холёную шкурку.
  - Конечно, я всё расскажу, - тут же согласилась Леонелла. - Только в другом месте, здесь могут быть уши. Да и обстановка слишком мрачная, - женщина томно потянулась, демонстрируя гибкий стан. - Где мы можем поговорить без соглядатаев и чтобы нам никто не помешал?
  - У меня, - Густав сглотнул и тяжело задышал, понимая, что если они отправятся в королевские покои прямо сейчас, то разговора не получиться. - Вечером около семи придешь.
  - Обязательно приду, - Леонелла торжествующе улыбнулась, - разрешите в таком случае Ваше Величество пока откланяться.
  - Иди, - кивнул Густав.
  Коварная искусительница тут же развернулась и удалилась в одной ей ведомом направлении, а Густав смотрел ей в след и никак не мог понять, что всё это вообще было. С одной стороны всё что она несла было полным бредом, чушью, околесицей, но с другой стороны в казалось бы, неправдоподобном рассказе встречались моменты похожие на истину. Например, корону-то действительно выкрали, и коронация прошла не по всем правилам, у старого короля действительно почему-то не было других наследников. Непонятным казалось и желание Леонеллы безвозмездно помочь, ведь Густав был уже давно с ней знаком и знал, что эта красавица просто так ничего не делает. Мучимый смутными догадками и возникающими всё новыми и новыми вопросами Густав вошел в тронный зал. Он решил отложить все размышления на эту тему до вечера, и уж после встречи с Леонеллой обдумать все хорошенько.
  
  ****
  Леонелла безмерно довольная собой впорхнула в свои покои. Всё складывалось как нельзя лучше, даже некоторая неприязнь Густава сейчас сыграла ей на руку: уж больно натурально всё получилось. Она кожей чувствовала, что король смущен и обескуражен, что он не может понять, где правда, а где вымысел. Торжество красавицы было внезапно прервано легким покашливанием. Леонелла застыла на месте и удивленно прошипела:
  - Ты? Здесь?
  - А что? Разве отец не имеет права навестить свою дочь? - перед Леонеллой, вольготно развалившись в кресле, сидел сам барон Фон Баст. - Или может ты мне не рада?
  - Что за вопрос? - всплеснула руками красавица. - Конечно, не рада! Ты ещё имеешь наглость спрашивать?!! После того как выставил меня из дома, опозорил моего мужа, опорочил маму!
  - Какой высокий слог, - мягко улыбнулся постаревший, но не утративший привлекательности Жигмар. - Но я заглянул к тебе не для того, чтобы узнать о твоих успехах в ораторском искусстве, я хочу кое о чём тебя предупредить.
  - Боже, как интересно, - Леонелла притворно заломила руки и прошла к изящной кушетке, опустилась на нее, как бы случайно оголив грудь, поправила ворот платья и, глядя отцу прямо в глаза, надменно произнесла:
  - Валяй, у меня есть пара минут.
  - Я думаю мне больше и не потребуется, - без каких-либо эмоции произнес барон. - Так вот, о чем я хотел предупредить тебя, дочь моя.
  - Давай без официоза, - мрачно прервала родителя Леонелла. - Ближе к делу.
  - Пожалуйста, - Жигмар не стал спорить. - Мне не нравятся игры, в которые ты играешь. Да, и не надо снисходительно смотреть на меня. Я всё знаю!
  - Так уж и всё? - Леонеллу веселило поведение папаши, ей вдруг до чёртиков захотелось поведать ему о её связи с его непримиримым врагом Лютмиром, но отец ей не дал такой возможности. Он стремительно поднялся и в два счета оказался рядом, ухватил за руку и, нависнув над ней словно скала, чётко изрек:
  -Ты,кажется, забыла, кто я и почему при дворе? Так я тебе напомню: я отвечаю за безопасность короля. И если мне ради его спокойствия придется заточить родную дочь в подземелье, видит Бог, я это сделаю, ни на секунды не поколебавшись. И ещё, кончай с колдовством. Двадцать лет назад я положил половину своего здоровья, чтобы очистить наше королевство от этой заразы не для того, чтобы моя же дочь возродила традиции чернокнижников и ведьмаков.
  - Но я не..- попыталась возразить Леонелла и тут же получила звучную пощечину.
  - Не рассказывай мне сказки, думаешь я не чувствую наложенное на тебя заклятие очарования? - взревел взбешенный Жигмар. - Кстати, мне доложили, что тебя видели выходящей из покоев Лютмира. Всё хотел спросить: ты уже успела стать его подстилкой или всё ещё мучаешь бедолагу?
  - Ты про нас знаешь? - Леонелла ошарашено уставилась на отца, она ожидала какой угодно реакции, но только не такого равнодушия слегка приправленного иронией.
  - Я же отвечаю за безопасность, - усмехнулся Фон Баст, - мне положено знать всё. Мне по большому счету плевать, в чьей постели ты проводишь дни и ночи. Только хочу предупредить, чтобы ты не заигрывалась, я ведь Лютмира знаю, если что он тебя на завтрак сожрет и не поперхнется.
  - Мы ещё посмотрим, кто кого, - Леонелла сделала жалкую попытку высвободить руку из цепкой хватки отца.
  - Действительно, - усмехнулся Жигмар, - на это стоит посмотреть, - барон отпустил дочь и направился к выходу, затем обернулся и, взглянув на поникшую девицу, произнес. - Зная, как вы девушки слабы на память, повторю свою просьбу ещё раз. Во-первых, не колдовать, иначе даю слово окончишь жизнь на костре, как и положено ведьме. Во-вторых, будь разборчивее в своих связях, а то подцепишь ещё чего, - услышав это, Леонелла густо покраснела. - В-третьих, не советую тебе замышлять что-либо против Его Величества, пока я рядом все твои скудные потуги будут бесполезны и обернуться большими неприятностями непосредственно для тебя.
  Закончив свою речь Жигмар покинул покои дочери, не посчитав необходимым даже запереть двери. Леонелла проводила родителя ненавидящим взглядом и прошептала:
  - Вот именно пока ты рядом и я постараюсь это исправить!
  Неожиданно в окно раздался стук, Леонелла вздрогнула и обернулась. Окно словно по волшебству открылось и на подоконнике появился чёрный ворон. Птица насмешливо и презрительно глянула на застывшую женщину и зловеще каркнула. Леонелла словно зачарованная подошла ближе, она заметила, что к ноге ворона привязано какое-то послание, трясущимися руками девица отвязала скрученный в трубочку листок. Когда послание было у неё в руках, ворон каркнул ещё раз, одарил побледневшую красавицу колючим взглядом и выпорхнул на улицу. Леонелла посмотрела в след удаляющейся птице и взволнованно стала изучать послание, выучив написанное наизусть, она подошла к свече и подожгла листок, а оставшуюся горстку пепла стряхнула с ладони в камин, находившийся в углу комнаты.
  - Значит в среду ночью, - задумчиво пробормотала красавица, нервно покусывая губы. - Главное не забыть...
  
  ****
  Мав без приключений добрался до излучины Тырсы, но здесь его ожидало жесткое разочарование: никакого табора тут не оказалось. Наоборот, теперь в этом живописном местечке находился пост дружинников, которые тут же проявили интерес к одинокому монаху. К Мавелю подошёл коренастый мужик в ладно скроенном обмундировании и поинтересовался:
  - Что-то потерял, братец?
  - Да, нет...- как можно спокойней ответил Яма. - Иду поклониться Святыне, да вот видимо заблудился.
  - С чего ж ты взял, что заблудился? - спросил подоспевший ещё один воин.
  - Да говорил мне один калика, что придется миновать табор цыганский, что в излучине Тырсы обосновался, да вот нет его. Значит не по той дороге я видимо пошел, - сокрушенно пожаловался Мав.
  - Тю, - хлопнул по плечу Мава дружинник. - Тоже мне ориентир нашли - цыгане. Это ж не народ - ветер, вот и ищи ветра в поле.
  - Однако, интересно мне, что ж за Святыня в наших краях, что-то я о таком и слыхом не слыхивал, - подозрительно сощурился второй вояка, что был постарше.
  - Так мощи Марфуты-мученицы, - на ходу придумал Яма.
  - Что-то не помню я такой, - строго сказал дружинник. - Давай-ка брат или отец или как там тебя, я в ваших чинах не разбираюсь, пройдем в одно местечко, для дальнейшего разговора.
  Мавель кивнул и сделал вид, что собирается идти в заданном направлении, но в последний момент сделал обманное движение и попробовал скрыться в ближайших зарослях, и это ему практически удалось, но неожиданно что-то нестерпимой болью обожгло затылок беглеца, и он со всего разгона грохнулся без чувств наземь.
  Дружинники неспешным шагом настигли неподвижное тело через минуту.
  - Ну ты, Хром, и даешь! - восторженно вскрикнул вояка помоложе. - С такого расстояния и прямо в яблочко, точнее в темечко!
  - Да, что там, - отмахнулся Хром. - Я белке со ста шагов в глаз попасть могу, не то, что беглому камнем в затылок.
  - Что с ним делать будем?
  - Как что? Пока в тёмной закроем, а потом приедет Терентий, он-то и решит, что с этим монахом делать будем.
  Очнулся Мав в камере, такой поворот событий вовсе не входил в его планы и он громко выругался по этому поводу, но тут же получил замечание, что де он здесь не один и мешает честным гражданам отдыхать. Услышав человеческий голос Мав воспрял духом, раз не посадили в одиночку, значит не всё так плохо. Дотронувшись до многострадальной головы, Мавель нащупал огромную шишку на затылке и скривился от боли. В этой запутанной истории пока больше всего страдала его голова. Затем превозмогая дурноту, поднялся и постарался оглядеться. Темница была довольно большая, но практически под завязку забита людьми. Убогийсвет, проникавший через небольшое оконце, позволил Маву заметить, что большинство его сокамерников - цыгане. Сделав такое открытие, Яма даже не знал толи горевать дальше, толи радоваться такому стечению обстоятельств. Парень дотронулся до лежавшего рядом пожилого цыгана и спросил:
  - Прости, что беспокою, но, может, ты знаешь одну цыганку?
  - Я знаю не одну, - лукаво блеснул очами дед, - конкретнее говори: чего хочешь.
  - Я ищу Низу, - быстро произнес Мав.
  - Зачем она тебе? - поинтересовался цыган и от цепкого взгляда Ямы не утаилось, что дед напряжено ждет ответа.
  - Дело есть, поговорить хочу.
  - Ишь ты, вот так просто поговорить, - дед неприязненно расхохотался.
  - Оставь, Дамир, - из дальнего угла раздался спокойный голос. - Подойди сюда, мальчик, я здесь.
  Маву не надо было повторять дважды и он, стараясь ни на кого не наступить, отправился туда, откуда раздавался голос. В углу расслабленно откинувшись на клок прелой соломы, восседала изумительно красивая цыганка, она курила трубку. Яма поймал себя на том, что не может даже предположить, сколько ей лет, она была явно не молода, об этом говорили умудренные опытом усталые глаза, но и назвать её женщиной в возрасте язык не поворачивался, на столько она хороша собой была.
  - Присаживайся, - женщина указала на свободное место рядом. - Зачем ты, мой золотой ищешь бедную Ризу.
  - Спросить хочу, зачем она подменила в одном селе девочку на мальчика?
  - На то были свои причины, солнышко, - ласково ответила цыганка. - Действительно ли ты хочешь узнать "зачем?" или может на самом деле тебя интересует совсем другой вопрос?
  - Ты права, женщина, - Мав с трудом сдерживал охватившие его эмоции. - Я хочу знать, откуда тот ребёнок взялся.
  - Это длинная история, мальчик. Но я всегда знала, что ты меня найдешь,и готовилась её тебе рассказать. Садись, Мавель, и слушай, рассказ мой будет долгим.
  - Откуда ты знаешь моё имя? - удивился парень.
  - Я многое о тебе знаю.
  - И о моих родителях знаешь?
  - И о них тоже.
  - Так...рассказывай же, - Мав взволнованно сжал кулаки.
  - Так ... не перебивай, - передразнила его Риза,- я же сказала, зайчик, что всё тебе расскажу. Только слушай внимательно и запоминай. У нас мало времени, а мне нужно многое тебе поведать. Обещай не перебивать меня и не спрашивать лишнего.
  - Обещаю, - Мав внимательно уставился на Ризу.
  - Тогда, я начну. Эта история началась задолго до твоего рождения. В одной стране, которая славилась плодородными землями и лесами полными дичи, жил прекрасный народ - олофы. Откуда они пришли, кто такие - никто не знал, но от простых людей они отличались очень сильно и внешне и внутренне.
  - Интересно и чем же? - не удержался от вопроса Мав.
  - У олофов были удлинённые уши, миндалевидные глаза, все они были прекрасно сложены, движения их были легки, словно и нет земного притяжения. Мне трудно объяснить. Для того, чтобы понять ... их нужно увидеть. Внутреннее же отличие заключалось в том, что олофы были не способны творить зло, они были наивны и просты, - глаза цыганки погрустнели. -Их страна, Ольфоран, процветала.Олофы далеко продвинулись в науке, медицине, искусстве, архитектуре.
  - Может, довольно расписывать мне этих несуществующих ангелов во плоти! - не сдержался Яма, ему до чёртиков хотелось скорее услышать уже что-то о родителях, нежели слушать байки о чудном народе.
   - Я не рассказываю тебе сказки, тем более что олофы действительно существовали, - спокойно возразила Риза. - Просто ты должен знать историю своего народа!
  - Я - олоф?! Что за бред!!! Оставь эти байки для ротозеев на рынке,- Мав попытался встать, но Риза в последний момент ухватила его за руку.
  - Это не байки! Ты действительно олоф или может для тебя более благозвучно слово эльф? Каким словом не называй твоя сущность не поменяется.
  - Ну, да! - Мав разочарованно засмеялся. - Конечно, я - эльф, распоследний на всю округу!
  - Ну, это ты себе льстишь, - Риза отпустила руку парня и запустила её в свою роскошную гриву. Затем ловким движением откинула волосы назад и продемонстрировала опешившему Маву изящное ушко с удлиненной ушной раковиной.
  - Что и ты тоже? - пораженно произнес он.
  - Вообще-то скорее это ты - тоже, а я - в первую очередь. Но если ты будешь и дальше меня перебивать, то мы так и не дойдем до сути дела.
  - Всё молчу, молчу, - Яма усердно закивал головой в подтверждение своих слов.
  - Так вот, как ты понимаешь люди не смогли спокойно созерцать, как их мирные соседи живут и жизни радуются. Тем более их задевало то, что олофы были во многом лучше них, последней каплей стало то, что люди заметили, что эльфы практически не стареют и живут очень долго. Ольфорану была объявлена война и его жителям, не сведущим в военном деле пришлось дать бой, развязка которого была предрешена. Ольфоран пал, осталась только деревушка высоко в горах, которая хранила Святыню, покровительствующую племени олофов - Орлиное Око. Люди не могли её найти, она была скрыта от глаз не посвященных, но после того как Ольфоран пал некоторые эльфы перед лицом смерти отреклись от Родины и соотечественников и стали на путь предательства. Они-то и сдали людям местонахождение Святыни. Враги ворвались в неё ночью, лица их были скрыты под масками.
  - Ты говоришь так, будто видела это на яву...
  - Ты прав. Но сейчас не об этом. Так вот, тот, кто руководил нападением, прорвался в храм.Хранительница святыни храбро вышла к нему на встречу, пытаясь остановить, но он отбросил её и вырвал Орлиный глаз из колыбели, в коей он покоился веками, тем самым этот нечестивец обрек наш народ на вечное скитание и вымирание, он подхватил хранительницу на плечо и забрал с собой, бедняжка была без сознания. С той ночи нет удачи нашему племени. Мы вымираем...нам приходиться скрываться среди людей и хранить тайну нашего происхождения. Я не знаю как так получилось, но люди разорив нашу страну почему-то сразу же забыли кто мы есть на самом деле. Из мирных соседей к которым часто обращались за помощью мы превратились в приспешников дьявола, гонимых и всеми ненавидимых.
  - Политика, что тут ещё скажешь. Надо же как-то оправдать перед потомками ничем не прикрытую алчность и жестокость. А что стало с хранительницей? Кто-нибудь о ней слышал?
  - Да, я знаю что с ней стало, - Риза печально вздохнула и утерла выступившую слезу, - она была моей сестрой. Мы - близнецы.
  - Ничего себе, - присвистнул Мав. - Ты тоже хранительница?
  - Нет, я обычная, а у неё был огромный дар.
  - Но откуда ты знаешь, что с ней произошло, ты тоже попала в плен?
  - Нет, меня израненную бросили во дворе, я потеряла сознание, когда пришла в себя, в деревне не было никого живого, только истерзанные тела, я решила бежать, - цыганка сделала глубокую затяжку и выпустила струйку сизого дыма, - я шла бесконечно долго, пока не потеряла сознание. Очнулась уже в таборе, который неизвестно каким чудом проезжал мимо, цыгане выходили меня и позволили остаться. С тех пор я колешу по земле вместе с ними.
  - Я что-то ничего не понимаю, - Яма стиснул руками голову, - масса информации и ничего по существу.
  - Моя сестра, её звали Зара, попала в плен. Тот воин, что похитил её из храма, пленился её красотой и решил сделать своей наложницей. По добру у него это не получилось - Зара была горда и честна, так он взял её силой. К своему ужасу Зара открыла для себя, что насильник, разоривший храм и родную деревню тоже олоф, хотя и нечистокровный. Злодей будто помешался зачарованный красотой моей сестры, он обещал ей всё: власть, богатство, свободу, но она неизменно отвечала ему отказом. Непонятно почему, но он вдруг проникся идеей, чтобы Зара родила ему наследника, но как он не старался у него ничего не получалось. Так прошло полгода. Однажды, получив очередное "нет" от строптивицы Господин, как его все называли, разозлился и отправил Зару к прислуге, приказал нагрузить её самой черной работой. Он не знал, что его мечта сбылась и Зара беременна, а она упорно молчала об этом и настойчиво готовила побег, она не хотела, чтобы её ребёнок рос в доме предателя. Благодаря своему дару она смогла склонить на свою сторону одного из охранников, и он помог ей бежать, долго Зара скиталась, но всё же нашла меня, наша кровь соединила нас. Так я узнала об её злоключениях. Но счастье встречи было недолгим, во время родов моя любимая сестра умерла, оставив на белом свете сыночка. Так в цыганской кибитке появился на свет ты. Поверь, я никогда бы по своей воле с тобой не рассталась, но так сложились обстоятельства. Господин узнал о побеге любимой наложницы и принялся пытать слуг и охрану. Во время допроса этот подлец узнал, что Зара была в положении, для него это был настоящий удар. Он стал с остервенением тебя искать. Радомир, старый барон, узнал об этом и потребовал, чтобы я избавилась от тебя, дабы не навести беду на весь табор. Я хотела уйти вместе с тобой, но Радомир остановил меня, он объяснил, что нас с тобой схватят в два счёта, и тогда уже я займу место на ложе у Господина, ведь мы с Зарой были очень похожи. Мы как раз проходили одну деревеньку, там я заприметила одну женщину, она была ласкова и добра, у неё только родился седьмой ребёнок - девочка. Я посмотрела на ладошку малышки и поняла, что она со дня на день умрет, если её не увезти оттуда, и поэтому я решилась на подмену, мне казалось, что Магда сможет стать хорошей матерью тебе. Но я ошиблась. Прости меня. Спустя пять лет я вернулась, чтобы забрать тебя, но оказалось, что тебя продали вместо собаки каким-то богатеям. Я была поражена такой жестокостью, но ничего изменить уже было невозможно. Я ушла, я даже не прокляла их, они это сделали сами.
  - Седьмой в семье был лишним - шестого объедал, - невесело напел Мав старую почти забытую песенку.
  - Ты о чем? - не поняла Риза.
  - Ты что не знаешь эту песню? - удивился Яма.
  - Отчего же, знаю. Только не пойму, почему ты о ней вспомнил?
  - Да потому, что по стечению обстоятельств я и был тем самым седьмым. Мы с Софией сложили эту песню, когда попрошайничали на улицах, - Мавель замолчал, затем тряхнул головой, будто отгоняя наваждение. - Так вот кто мои родители. Всегда хотел узнать чьего я роду-племени. Вот узнал на свою голову, да только как-то легче от этого не стало.
  - Может быть, твою горечь смягчит то, что малышка, с которой тебя поменяли, выжила, я выходила её во имя тебя. Сейчас она уже взрослая, у неё семья, муж, дети. Я вас обязательно познакомлю, если у меня будет такая возможность.
  - А она знает кто она?
  - Конечно. Я давно ей всё рассказала и она даже съездила к Магде, только разговора у них не вышло.
  - Не удивительно.
  - Может быть, - Риза протянула руку к лицу Мавеля и погладила его по щеке. - Солнышко, не обижайся на меня, всё что было - уже прошло, надо думать о том, что будет.
  - А какая разница, - Мав махнул рукой, он чувствовал себя обманутым и брошенным.
  - Не говори так. Для тебя сейчас всё только начинается. Твоей матери перед родами было виденье, и она просила меня передать тебе его слово в слово. Слушай и запоминай: ты - избранный, именно тебе суждено отыскать Орлиное Око и вернуть его в колыбель, в твоих руках судьба твоего народ, только ты можешь дать ему шанс возродиться из пепла.
  - Что-то многовато для меня одного, - недоверчиво улыбнулся Яма. - Я всего лишь вор, хотя и не самый худший в своем деле.
  - Мне без разницы вор ты или пекарь, - мрачно заявила цыганка.- Я передала тебе предсказание, хочешь ты, не хочешь, то, что предначертано сбудется.
  - Допустим, я избранный, - Мавель внимательно посмотрел прямо в глаза тётке. - Но где я тебе разыщу этот камень, его наверно уже десять тысяч раз продали и перепродали.
  - Я подскажу тебе с чего начать поиски. Тебе надо идти в Воранию, - при упоминании этой страны лицо у Мава удивленно вытянулось, - у меня там есть человечек, который мне очень должен, он проводит тебя к тамошнему королю. Моего должника зовут Веталь, он живет на Кленовой улице в доме увитом плющом, его там каждая собака знает, так что найти его будет не проблема, скажешь ему, что ты от меня и он сделает для тебя всё, что только сможет. Король Власень знает о драгоценных камнях всё, он тебе и подскажет, где гостит камушек теперь.
  - Послушай, а что это за страна такая, - взволнованно спросил Яма. - Чем она всем не угодила? Уж больно многие имеют к ней претензии.
  - О, так ты не в курсе? - Риза загадочно и печально улыбнулась. - Ворания находится именно на том месте, где когда-то располагался Ольфоран. После того, как нашу страну разграбили и разрушили наши земли пришли в упадок, некогда плодородные земли были истощены, леса выжжены. Люди поначалу пытались там хозяйничать, но ничего у них не получилось. Им явно не хватило знаний и трудолюбия, которым от них отличались олофы. Но люди,они же хозяйственные, потому и решили: зачем земле пропадать и стали туда выселять преступные элементы на вольное поселение. А потом появился Власень и предложил кругленькую сумму странам, разделившим Ольфоран между собой, за эти уже никому не нужные земли. Его предложение было принято на ура, всем этот криминальный район стоял, словно кость в горле. Никакой прибыли - одна головная боль. Власень создал Воранию, навел на своих землях порядок, своеобразный, но порядок. И никто бы его не трогал и обходили бы все Воранию стороной, если бы не узнали главы соседних держав, что земли, которые все считали бесплодными, под завязку набиты алмазами и золотыми жилами, хватились, но уже было поздно. Вот и ищут возможность вернуть жирный кусок, упущенный по собственной глупости.
  - Вот дела, так дела,- Мав повел затекшим плечом, - а мне как раз в Варанию надо и как раз к королю. Возможно, мы найдем общий язык, потому что я могу быть ему очень полезен.
  - Вот, видишь, сама судьба, зайчик, ведёт тебя. Только хочу предупредить в Ворании специфический народ и обычаи.
  Договорить цыганке не удалось. Дверь в камеру открылась и нечесаный охранник прохрипел:
  - Монах, на выход!
  Мавель подскочил, но в последний момент обернулся и шепнул счастливо улыбающейся Ризе:
   -Я найду тебя. Если судьба заведет тебя в Чирковичи, зайди на подворье кузнеца, там должна быть моя приёмная мать София, передай ей, что со мной всё в порядке.
  - Хорошо, золотце, -кивнула Риза, - я постараюсь. До встречи! А я знаю, что мы ещё встретимся!
  Справившись с охватившим его волнением, Мавель степенно вышел из темницы. Охранник, беззлобно ругаясь, провёл его длинным коридором и втолкнул в небольшую комнату, которая при более детальном осмотре оказалась вполне хорошо обставлена, из чего Яма сделал вывод, что его привели не просто на допрос, а что сейчас с ним будет разговаривать начальство. Действительно в дальнем углу в кресле с высокой спинкой и массивными подлокотниками сидел человек. Это был статный мужчина лет сорока с пышными усами, седина рано окрасила его виски, но это нисколько не портило величественный образ могучего воина. Мужчина властным жестом отпустил охранника и стал пристально изучать Мавеля тяжелым немигающим взглядом. Мав в свою очередь тоже с большим любопытством рассматривал своего противника. Мощь, исходившая от сидевшего в кресле, в какой-то момент даже заставила Яму зауважать оппонента, но высказать это вслух молодой вор не решился.
  - Ну, что? Так и будем в молчанку играть? - раздался мощный бас. Мужчина, сидевший в кресле, подпёр огромным кулаком упрямый подбородок и с ленцой добавил: - У меня-то времени много, а вот у тебя до рассвета. Так что если тебе есть что сказать, можешь начинать, я как мать родная тебя выслушаю.
  - А что тут рассказывать, - начал было Мав, но тут он заметил, что бывалый вояка, ведущий допрос моргает только одним глазом. Яма вспомнил, что Плут упоминал некоего одноглазого Терентия, как раз к нему и должен был обратиться отряд, достигнув Боровиков. - Простите меня за дерзость, - Мав решил пойти на риск и сменил тон с безразличного на учтиво-заискивающий, - а вы случайно не Терентий будете?
  - Он самый, - без выражения ответил мужчина, но от Мавеля не скрылась искорка интереса, промелькнувшая в уцелевшем глазе.
  - Так вас-то мне и надо!!! - выкрикнул Мав и бросился обескураженному Терентию в ноги. - Я так рад! Благослови вас Бог, само провидение привело меня к вам. О, если бы вы знали, что мне пришлось испытать на пути к вам. Голод, холод - вот мои попутчики, но я дошел!! Мы ведь служим одному великому делу! - Мавель поднял на воина пылающий фанатизмом взгляд.
  - Погодь, парень, - Терентий грозно сдвинул брови. - Что-то ты натараторил мех и кайстру, да информации ноль. Давай-ка всё по порядку: кто, зачем, куда. Порядок есть порядок!
  - Конечно! - Мав поднялся и отряхнул испачканные колени. - Зовут меня Яма. Я завербован судьёй Гаррисом не так давно, но проявил себя как ревностный слуга закона, тем более, что для укрепления моих новых жизненных идеалов мою мать взяли под стражу. На данный момент я приступил к выполнению особой миссии: я должен доставить груз Х в сокровищницу одной известной вам державы.
  - То, что ты говоришь похоже на правду, но почему ты один? - Терентий изучающе уставился на допрашиваемого.
  - О, не надо об этом, иначе моё бедное сердце разорвешься от печали, - Мав снова упал на пол, но почувствовал, что переигрывает и поумерил пыл. - Мы вышли из крепости и благополучно следовали по выбранному маршруту, но однажды ночью на наш лагерь напали разбойники. Я испугался и убежал, я просидел остаток ночи в кустах, но когда вернулся, никого не застал на месте. Понимаете!!! - Мав сорвался на фальцет. - Никого! Там не было ни живых, ни мёртвых. Что же мне оставалось делать? После тщетных поисков я решил искать загадочный населённый пункт под названием Боровики и почтенного воина Терентия.
  - С чего это вдруг? - недоверчиво усмехнулся Терентий, буквально прожигая побледневшего Мавеля взглядом единственного глаза.
  - Как это почему?
  - В твою преданность, извини,конечно, парень, мне не вериться. Так что лучше давай на чистоту.
  - Мне нечего скрывать, - Мавель понуро повесил голову, а затем словно найдя силы, гордо выпрямился и,смотря прямо в лицо Терентию, сказал. - Я уже упомянул: у них моя мать, и в данный момент её здоровье и я бы даже сказал жизнь зависти исключительно от того как пройдет операция. Может быть я плохой гражданин и криминальный элемент, но в том, что я плохой сын меня не может никто обвинить!
  - Хорошо сказано, я тебе верю, - Терентий уважительно кивнул головой, было видно, что ему понравились слова сказанные Мавелем. Он подкрутил ус, дабы скрыть смущение и указал на табурет стоящий в углу кабинета. - Садись. Я так понимаю, ты крайне заинтересован в успехе операции? Что ж тогда давай обговорим детали. Потом я отошлю весточку куда надо, а ты пойдешь, отдохнешь - путь-то ожидает тебя неблизкий.
  Мавель облегченно выдохнул не смея поверить своему счастью, его план сработал, теперь оставалось только придерживаться изложенной версии и путь в Воранию был открыт, мало того ему окажут полное содействие. Оставалось только придумать, как заполучить корону.
  
  ****
  Лютмир сжал в жарких объятиях Леонеллу, эта молоденькая стерва всё сильнее западала ему в душу, что заставило мужчину лишний раз насторожиться. Он даже стал её избегать, но вот сегодня она пришла, и он не смог ей отказать, да по правде и не хотел. Разбросав в порыве страсти по комнате одежду, он увлек её в кровать, и только насытившись её белым, точно выточенным из слоновой кости телом, сказал:
  - Давно не виделись, хорошо выглядишь.
  - Я же не виновата, что ты бегаешь от меня как от огня, - Леонелла обиженно засопела.
  - Не выдумывай, - Лютмир строго посмотрел на любовницу. - Просто у меня было очень много дел.
  Точно в подтверждение его слов в дверь постучали, и слуга шепотом позвал хозяина, пробормотав слово, которое Леонелле не удалось разобрать. Лютмир немедленно поднялся с кровати, накинул халат, поймав убийственный взгляд нагой красавицы, он коротко пояснил:
  - Я сейчас, это ненадолго. Дела государственной важности, сама понимаешь.
  Леонелла капризно вздернула нос и отвернулась, всем своим видом показывая, как она обижена. Но стоило Лютмиру покинуть спальню, как женщина тут же подорвалась с ложа, и ничуть не смущаясь своей наготы, подбежала к двери, ведущей в кабинет. Леонелла приникла к крохотной щелочке и попыталась услышать, о чем там говорят.
  - Голубиная почта доставила весточку для вас, - тихо сказал слуга.
  - Что там? - так же негромко поинтересовался Лютмир.
  - Объект прибыл в Боровики.
  - Почему так долго добирался?
  - Форс-мажор, весь отряд исчез, он остался один.
  - Странно. Тогда почему он не сбежал.
  - Его мать у нас.
  Леонелла затаив дыхание слушала разговор, но неожиданно пошатнулась и одна из половиц предательски скрипнула, слуга и Лютмир услышав это, перешли на шепот. Единственное, что в невнятном бормотании смогла разобрать Леонелла, были слова: корона, Боровики, Ворания. Поняв, что разговор подходит к концу женщина поспешила вернуться в кровать. В принципе ей было с лихвой достаточно услышанного. Откинувшись на подушки девица угрюмо усмехнулась: не зря она сегодня использовала ударную дозу приворотного зелья, оно того стоило. Сопоставив последние события в государстве, слухи, упорно распространяемые во дворце и только что услышанное, она пришла к выводу, что Лютмир похитил венчальную корону, вывез её в Боровики, а теперь хочет вывезти в Воранию, где либо удачно её продаст, либо пустит в дело. Леонелла покачала головой и прошептала:
  - Ай-ай-ай, а как же я? А как же посвятить меня в свои замыслы? Нехорошо, придётся наказать.
  - Кого это ты собираешься наказывать? - раздался зычный голос Лютмира.
  - Тебя конечно, - слегка смутившись, сообщила Леонелла, - как ты можешь думать о государственных делах, когда у тебя в кровати замерзает без ласки хорошенькая дама.
  - Тогда накажи меня прямо сейчас, - мужчина развратно улыбнулся и привлёк к себе любовницу, но тут, словно вспомнив о чем-то, отстранился.
  - Что? - Леонелла злобно уставилась на любовника. - Что на этот раз?
  - Да так, - Лютмир провел рукой по обнаженному бедру красавицы, - забыл спросить, как там наш Густав?
  - Не наш, а твой! - Леонелла скинула руку мужчины с бедра. - Я же предупреждала, что он не захочет меня слушать.
  - Ты хочешь сказать, что он остался безразличным к твоим чарам? - Лютмир надменно изогнул бровь.
  - Конечно, нет, - прошипела оскорблённая до глубины души красотка. - Но мне пришлось изрядно попотеть, чтобы он захотел меня выслушать.
  - Я надеюсь попотеть в переносном смысле этого слова? - хохотнул Лютмир. - А то ты же знаешь, мне чужого не надо!
  - Ах ты!!! - Леонелла с кулаками бросилась на любовника. - Ты же сам меня к нему в кровать отправил.
  - Ой, да ладно, - задорно смеясь, ответил шутник. -Уже и пошутить нельзя. Можно подумать мне жалко, ради Бога, пусть Его Величество набирается опыта. Только и ты дорогуша не забывай, кто твой хозяин.
  - Уж не ты ли? - Леонелла еле заметно, ехидно улыбнулась.
  - Конечно, - не заметив иронии, подтвердил мужчина. - А разве есть варианты?
  - Тогда слушаюсь и повинуюсь, - девица покорно подставила шею под поцелуи, но в её взгляде промелькнуло столько злобы, что она поспешила сомкнуть веки.
  - Вот и умница, - довольный кротостью любовницы Лютмир решил сделать ей подарок. - Как твой Господин и Повелитель хочу сделать тебе подарок, проси, что пожелаешь!
  - УбейЖигмара! - словно давно поджидая момента, тут же выпалила Леонелла.
  - Ого, почему так слабо? - скривился мужчина. - Почему не соболиную шубу, не дворец из розового мрамора, не арабского скакуна, а всего-навсего голову отца?
  - Потому что он меня достал и он опасен! Между прочим, он знает про нас! Нет, не смотри на меня так, это не я ему сообщила, а он по-отечески пожурил меня за неразборчивую половую жизнь. Он мне угрожал!
  - Да, успокойся ты, - Лютмир откинулся на подушки. - Собака лает - ветер носит. Должен же быть у меня хоть один достойный оппонент во всём государстве, иначе же можно и хватку потерять, и тогда прости - прощай власть, на моё место придут другие.
  - Ты не слушаешь меня, - Леонелла схватила любовника за руку. - Он же рядом с королём, тот слушает его как отца родного, ты не думаешь, что он может разрушить все наши планы.
  - Конечно, нет, - Лютмир провел ладонью вдоль щеки красавицы и остановился на подбородке. - Он мне ещё и поможет, потому что я искренне в него верю, и планы, строю учитывая особенности его характера и поведения. Так что, дорогая, по этому поводу можешь не беспокоиться!
  - Всё ровно я хочу видеть его мёртвым!
  - Ладно, спрячь свои хищные коготки, - Лютмир дотронулся до сжатых в кулачки ладоней, - ты так прекрасна, когда жаждешь чьей-то крови. Обещаю, как только барон Фон Баст выполнит отведенную ему роль в моём спектакле, я преподнесу тебе его голову на серебреном блюде.
  - На золотом, - поправила его Леонелла. - На золотом, и чтобы по кроям были инкрустированы рубины ... или нет... лучше пусть будут изумруды под цвет его глаз.
  - У тебя такой тонкий вкус, - Лютмир поцеловал красотку в плечо. - Будь по твоему, только не требуй от меня этого подарка раньше времени.
  - Кстати о времени, - Леонелла глянула в окно, - мне пора.
  Девушка встала и стала спокойно собираться, всем своим видом игнорируя пораженный взгляд своего, как он считал, повелителя.
  - И ты просто так возьмешь и уйдешь? - севшим от напряжения голосом спросил Лютмир. - Даже если я попрошу остаться?
  - Нет, ну если ты попросишь остаться я,конечно, задержусь, но я думаю что это не в твоих интересах, - Леонелла безразлично пожала плечами.
  - С чего это ты так решила?
  - Потому что я спешу к бабке, которая делает для меня заговор от беременности. Сегодня его действие как раз заканчивается, а прерывать обряд нельзя. Но если ты хочешь, чтобы я родила для тебя наследника, то я не против.
  - Нет, нет, - тут же пошел на попятную Лютмир, -конечно езжай, может, нужны деньги или карета? Ты говори не стесняйся.
  - Ой, да ладно, как-нибудь обойдусь, - Леонелла закончила одеваться, поправила прическу и, поцеловав любовника на прощанье, тихо выскользнула из комнаты.
  
  Глава 4
   Леонелла поплотней закуталась в длинный черный плащ и убедившись, что за ней никто не наблюдает, юркнула в потайную калитку скрытую густыми зарослями шиповника. Как и было условленно, её там уже ждали. Мужчина, одетый в чёрное, держал под уздцы двух лошадей. Небрежно кивнув, незнакомец помог женщине вскарабкаться в седло, легко запрыгнул на свою лошадку и жестом приказал Леонелле следовать за ним.
  Ехали довольно долго, Леонелла знала, что спрашивать у безмолвного провожатого что-либо бесполезно - всё равно не ответит, поэтому она решила воспользоваться образовавшимся свободным временем и обдумать сложившуюся ситуацию. Она настолько глубоко ушло в свои размышления, что не заметила как они прибыли на место. Это была опушка леса, усыпанная плешивыми кустарниками и пожухлой травой. Мужчина всё так же безмолвно подошел и протянул руку, помогая красавице спуститься с лошади на землю. Дальше ей пришлось идти одной, но дорогу она отлично знала и поэтому, нисколько не смутившись, побрела по еле заметной тропинке.Вскоре она вышла к поляне, на которой располагался старый, но вполне хорошо сохранившийся охотничий домик. Леонелла подошла к почерневшей от времени двери и постучала.
  - Входи, - раздался женский голос.
  Леонелла затаив дыхание толкнула дверь и вошла внутрь, её била мелкая дрожь. Она испытывала жуткое возбуждение всякий раз, когда оказывалась здесь, не смотря на царивший вокруг полумрак, женщина не могла не заметить потрясающую роскошь убранства помещения, непостижимо переплетающуюся с аскетизмом и простотой. Находится здесь было и страшно, и любопытно, смесь эмоций просто сбивала с толку и лишала способности думать логически. Подавив волнение, женщина горделиво выпрямилась.
  - Я пришла! - громко и чётко произнесла она.
  - Да, я вижу, - раздался насмешливый голос.
  Леонелла суетливо завертела головой, чтобы понять, откуда раздаётся голос, но у неё ничего не получилось. Обстановка начинала её нервировать.
  - Может, хватит пряток, - нервно дернувшись от неприятного скрипа, произнесла посетительница. - По-моему наши отношения не на том уровне, чтобы пытаться поразить меня дешёвыми эффектами.
  - Ты так в этом уверена? - голос то приближался, то отдалялся.
  - Я пришла не для того, чтобы терпеть ваши издевки. Я ухожу.
  - Не ерепенься красавица, мы тебе нужны намного сильнее, чем ты нам, - голос стих, но в камине, который располагался в глубине комнаты неожиданно вспыхнул огонь и в облаке дыма вырвавшегося из него проявилась фигура, укутанная в бесформенный балахон с капюшоном, накинутым на голову.
  - Я смотрю, вы любите эффектные появления...- задумчиво произнесла Леонелла, стараясь не подать виду, насколько её поразило происходящее.
  - Да, ну, скажешь ещё, - женщина откинула капюшон, скрывающий её лицо, и Леонелла в очередной раз скрипнула зубами от зависти, так хороша была чертовка. - Проходи, присаживайся,- женщина жестом указала на кресло с ножками в виде лап сказочного животного. - Мы благодарны за помощь, оказанную тобой, и совет решил наградить тебя. Что ты хочешь в награду?
  Леонелла на какой-то момент потеряла дар речи о такой удаче она даже и мечтать не смела, она бросилась в ноги женщине и произнесла:
  - Я хочу быть как вы - ведьмой, хочу колдовать, хочу поднимать мёртвых, хочу...
  - Слишком много, - оборвала её колдунья.
  - Мне кажется, что я прошу вполне реальные вещи, тем более, если учесть, сколько пользы вы получаете от нашего с вами сотрудничества.
  - Не забывай, красавица, что и ты имеешь от нас многое, что простым смертным не доступно.
  - Ну, так сделайте меня колдуньей, и я перестану донимать вас своими мелкими нуждами!
  - Девочка для того чтобы стать колдуньей надо как минимум иметь дар. А у тебя не то, что дара, даже намёков на него нету!
  - Но почему? - Леонелла беспомощно распласталась на полу.
  - И ты ещё спрашиваешь? - колдунья изобразила удивление. - Ты вспомни, кто твой отец. Между прочим, это он сжигал наших сестер и братьев пачками, это он развязал охоту на ведьм и посвятил ей всю жизнь. О каком даре может идти речь с такими родственничками?
  - Тогда убейте его, это моё желание! - Леонелла резко поднялась и, стряхнувмусор, прицепившийся к подолу, с немой надеждой уставилась на колдунью.
  - Зачем? - ничуть не смутившись уточнила колдунья.
  - Он портит мне жизнь!
  - Это слишком слабый аргумент, чтобы убрать такую мощную фигуру.
  - Но ведь вы сами говорили о том, что он причинил много неприятностей вам. Благодаря ему сотни таких как вы мертвы!
  - Ну, это одна сторона медали, - колдунья потянулась и лениво опустилась на кресло ранее предложенное Леонелле. - Зато теперь мы так могущественны исключительно благодаря ему. Ведь этот гордец считает, что искоренил магию и колдовство в нашем королевстве. Его слово свято и в итоге в наше существование никто не верит, именно поэтому мы можем творить что пожелаем. И пока твой папик жив - это гарантия нашей безнаказанности, ведь никому не придет в голову сомневаться в компетентности самого Жигмара Фон Баста - пока он в добром здравии, для простых смертных мы мертвы, обращены в пепел и развеяны по ветру.
  - Всё действительно так или это пустые отговорки? - Леонелла недоверчиво уставилась на ведьму.
  - К чему мне тебя обманывать. Была б моя воля я сама бы окропила его поганой кровью землю, пропитанную нашими слезами, но пока не время. Так что придумай другое пожелание.
  - Хорошо, - Леонелла на минуту задумалась. - Но ведь не всё колдовство строиться на даре, есть же простенькие заклинания, которыми смогу пользоваться и я. Пусть я не смогу стать настоящей колдуньей, но хоть чуть-чуть овладеть магией мне вполне силам.
  - Ладно, если ты настаиваешь, я спрошу у совета, может быть, они что-нибудь придумают. Только и ты должна понимать, что для такой чести твоих былых заслуг мало. Подумай, что ещё ты можешь предложить такого, чтобы мне захотелось походатайствовать за тебя с особым рвением, - колдунья хитро сощурилась.
  - Я знаю, где венчальная царская корона, недавно украденная перед самой коронацией, - быстро проговорила Леонелла, перейдя на еле слышный шепот, - и я знаю, куда её на днях повезут - этого достаточно?
  - Думаю да, - в глазах ведьмы шевельнулся живой интерес. - Обсудим?
  - А что тут обсуждать? Требования обеих сторон выдвинуто. Дело исключительно за вами.
  - Ладно, - колдунья склонила голову. - Тогда подожди меня здесь, я мигом.
  - Ты куда? - Леонелла не смела поверить своей удаче.
  - Надо посоветоваться с товарищами, - строго ответила ведьма и чуть смягчившись добавила. - Я же не могу принять такое решение самолично. Но ты не беспокойся, я быстро. Думаю, в течение часа обернусь, так что расслабься, отдохни, вон там, в углу на столике стоит бутылка изумительного вина и лежит кусок сыра. Угощайся не стесняйся.
  Колдунья кинула перед собой жменю странного порошка, помещение заволок дым, а когда он,наконец, развеялся, Леонелла обнаружила, что находится в комнате одна. Она прошла в угол, налила бокал вина и осушив его за один глоток, наполнила его снова, вернулась к креслу и удобно в нем устроилась. Загадочная улыбка от предвкушения исполнения заветной мечты играла на её губах. Она даже не представляла, что в данный момент на неё с любопытством пялятся двенадцать пар глаз.
  
  ****
  Легкое покашливание заставило двенадцать фигур, закутанных в одинаковые балахоны, отстраниться от огромного зеркала, установленного в центре комнаты на массивных столбах.
  - Гликея, зачем ты устроила снова этот цирк, - раздался требовательный старческий голос. - Тебе, что энергию девать некуда? Так шла бы в балаган фокусы показывать!
  - Это не фокусы, а необходимый антураж, Тезар, - немного смутившись ответила ведьма. - Между прочим, без таких вот штучек ох как непросто заставить обычных людей поверить в то, что ты обладаешь магическим даром.
  - А я и не занимаюсь такой ерундой и тебе не советую, - сухо парировал мужчина стоящий рядом с Тезаром. - Мне до сих пор не понятно, зачем ты носишься с этой дурочкой. Хочу колдовать, хочу быть ведьмой, - перекривлял он Леонеллу, заламывая руки.
  - Я смотрю Явар, ты, где умный, а где и не очень, - не намериваясь уступать позиции, парировала Гликей. - Эта как ты говоришь дурочка, регулярно снабжает нас золотом и что ещё более важно секретной информацией.
  - Да, да, - согласилась черноволосая женщина. - А то, что у неё мозг как у ракушки, так это наоборот нам на пользу.
  - Я бы не назвал её тупой, - вставил своё слово румяный толстячок Эльдар, - высоты, которых она добилась, свидетельствуют, что соображалка у неё работает.
  - А я вам про что! - окрыленная поддержкой Гликея, решила идти до конца. - Может она и не блещет интеллектом, но сообразила, что можно достигнуть высот при дворе через кровать.Причем она этих высот добилась и сейчас делит ложе с самыми главными фигурами в стране.
  - Я вообще не понимаю, где ты с ней сошлась? - поинтересовался Тезар.
  - Несколько лет назад она сама меня нашла, - призналась Гликея. -Ей нужны были травки, чтобы не забеременеть. Девочка уже на тот момент была очень деятельна и прошла уже не через одну кровать. У неё даже был конфуз и она залетела. Избавиться от ребёнка на приличном сроке оказалось очень трудно, поэтому наученная горьким опытом она обратилась ко мне. Сначала наше знакомство на этом и закончилось, но потом она стала интересоваться: могу ли я сделать приворотное зелье.
  - Это же верх легкомыслия вот так запросто раскрываться перед простыми людьми, - зло скривилась худенькая женщина в углу, - этим самым ты ставишь под удар нас всех!!!
  - Я что хоть раз прокололась??! - Вспылила Гликея. - Прежде чем раскрыться перед этой Леонеллой я сделала ей пару проверочек, а в заключение испытаний связала её руки невинной кровью. Помните кровь младенца, которую я принесла для проведения ритуала, её принесла мне она. Причем лишила жизни невинное дитя она сама, своими изнеженными ручками!!! Так что прежде чем свидетельствовать против меня ей следует трижды хорошенько подумать. За такое преступление одно наказание - смерть, а вот доказать, что я колдовством промышляю, очень постараться надо!
  - Братья и сёстры, - раздался хриплый голос, мужчины всё это время стоявшего в тени. - Всё это дело прошлое! Гликея, ответь нам: зачем ты оставила эту никчёмную женщину в нашем тайном убежище, почему стремглав явилась к нам?
  - Мне нужен ваш совет, Марат, - колдунья церемонно поклонилась. - Эта интриганка знает, где находиться венчальная корона и готова указать координаты. Мне показалась, что эта информация заинтересует вас.
  - Да, это действительно жирный кусок, - мужчина уважительно кивнул.
  - Её требования вы слышали. Каков будет ваш ответ.
  Тишина, царившая в помещении, сменилась нестерпимым гвалтом, который прекратился, как только Марат поднял руку и сжал в кулак.
  - Сейчас говорить буду я, - строго сказал колдун. - А вы потом, по очереди. Я имею на это право. Ведь тридцать лет назад это я помог вам уйти от бесноватого Фон Баста, это я создал наше братство и разработал его законы.
  - Мы слушаем тебя, - притихнув, словно расшалившиеся дети прошептали присутствующие маги и колдуны, уцелевшие после тотальной зачистки тридцать лет назад.
  - Так вот, что я хочу сказать вам, Гликея права, что поддерживает связь с дочерью Фон Баста. Она ненавидит своего отца, питает пристрастие к магии и чернокнижию, такие дамочки редкость в нашем теперь непогрешимом королевстве. Я думаю, что венчальная корона очень и очень пригодится нам в будущем. Поэтому предлагаю удовлетворить просьбу Леонеллы.
  - Как? - вырвалось у Тезара.
  - Нет! - завопил толстячок.
  И комната заполнил гул протестов.
  - Успокойтесь, друзья! - широко улыбаясь, Марат перекрикнул собравшихся. - Вы не дослушали меня, а уже делаете выводы. Никто не собирается наделять её реальной магией или допускать к тайным знаниям. Дослушайте мою мысль до конца! Мы сделаем вид, что согласны и даже очень хотим выполнить её просьбу, но у нас просто нет таких возможностей.
  - Но зачем нам это? -заинтригованно поинтересовалась черноволосая колдунья.
  - Чтобы направить её энтузиазм на наши благородные цели. Я думаю, все помнят о пропавшей Святыне олофов. Я как раз почему-то о нем вспомнил. Ходят упорные слухи, что сей магический предмет, находится у нас в стране. Орлиное Око очень мощный артефакт и завладеть им будет большой удачей для нас. Я думаю, если мы скажем, что эта вещица необходима для того, чтобы посвятить простого смертного в маги, Леонелла всю страну с ног на голову поставит, но её найдет. Главное внушить ей, что сама она им воспользоваться не сможет и что ей необходимо принести его к нам. И если это действительно случиться, то мне кажется, парочка безобидных ни на что не претендующих заклинаний будет просто мизерной ценой в сравнении с тем, что мы получим.
  - Однако, - крякнул Эльдар, - к такому повороту даже я не был готов.
  - Давайте проголосуем, - предложил Марат. - Здесь присутствуют все члены братства.
  - А если мы не примем ваше предложение, то пусть это гнусное отродие Фон Баста сгинет в ближайшем болте! - прокричала ведьма Стелла, и обнажила белоснежные зубы в кровожадном оскале.
  - Хорошо, - кивнул Марат. Колдун в который раз пожалел, что вырвал Стеллу из лап селян, творивших по их мнению справедливый суд. - Кто за то, чтобы принять мой план? Поднимите руки, - в воздух взметнулось одиннадцать рук. - Кто за то, что избавиться от дочери Жигмара? - руку подняла одна Стелла, зло косясь на остальных. - А кто не проголосовал? - Марат испепеляющим взглядом уставился на собравшихся.
  - Так ты и не проголосовал, - подал голос Тезар, он был настолько стар, что позволял себе без церемоний обращаться к признанному лидеру.
  - А -а-а-а, - протянул Морат, - тогда получается двенадцать против одного. Таким образом, решение принято практически единогласно. Гликея, отправляйся обратно и донеси до своей подопечной наше решение. Я думаю тебе лишний раз твою задачу разъяснять не надо?
  - Нет, - Гликея поклонилась и с гордо поднятой головой удалилась, точнее, растаяла в воздухе.
  Леонелла к моменту, когда Гликея вернулась, уже извелась: бутылка вина была давно выпита, сыр съеден. Колдунья снова появилась эффектно, На этот раз она предстала перед изнывающей в ожидании решения своей судьбы женщины как тень, слегкаколышущаяся на ветру. Заметив в расширенных от удивления глазах Леонеллы смесь страха и восхищения,ведьма довольно улыбнулась.
  - Я принесла тебе добрую весть, - начала она. - Совет заинтересовался информацией, которой ты обладаешь.
  - Естественно, - Леонелла важно склонила голову, пытаясь сохранить хоть капельку достоинства и по возможности скрыть ту радость, которую ей принесли слова Гликеи.
  - Но не всё так просто, - загадочно продолжила ведьма. - От тебя потребуется ещё кое-какая информация.
  - А разве я мало предлагаю? - Леонелла явно занервничала, что н укрылось от цепкого взгляда Гликеи. - В таком случае моя тайна останется при мне.
  С этими словами женщина встала и направилась к выходу. Гликея, которая до сих пор висела над полом бесплотным призраком метнулась ей на перерез.
  - Стой! - тоном, не терпящим возражения, произнесла колдунья. - Я не договорила. Ты уйдешь отсюда, как только я закончу.
  В этот момент Леонелла ощутила, что её ноги налились такой тяжестью, что она не может больше сделать и шагу.
  - Информация, которая нужна нашему братству, касается одной вещицы. По слухам она каким-то чудом попала в нашу страну и о ней слышали при дворе. Ты хочешь узнать о чем речь? Что ж изволь. В мире существует один артефакт, благодаря, которому простой человек может обрести магические способности. Не надо победно улыбаться, без нас, точнее без наших знаний и способностей это не возможно, - Гликея смерила побледневшуюЛеонеллу презрительным взглядом.- Так ты всё ещё хочешь уйти?
  - Н-н-нет, - Леонелла отрицательно замотала головой. - Пожалуй, теперь нет.
  Через десять минут возбужденная Леонелла покинула охотничий домик, она со всех ног кинулась туда, где её ждал провожатый с лошадьми. Женщина заворожено повторяла: "Орлиное Око, Орлиное око".
  В это же время Гликея уже стояла снова в небольшой комнате с огромным зеркалом и обсуждала операцию по изъятию венчальной короны. Так как точный срок, когда корону будут переправлять за границу, был неизвестен, было решено сделать засаду, благо от Боравиков до границы был только один путь - через Тихий лес. Там - то Тезар и предложить расположить отряд из двадцати - тридцати наёмников. Оговорив детали операции, члены братства степенно двинулись по домам самым обычным способом - кто-то верхом, кто-то пешком, кто-то на экипаже. По общей договоренности колдуны в столице старались не колдовать и не привлекать к себе излишнего внимания и это им вполне удавалось.
  
  ****
  Мавель не успел отдохнуть, как планировал, едва он смог уснуть, как за ним пришли и парой не очень приветливых фраз объяснили, что через час ему вместе с новым отрядом из отборных солдат предстоит пересечь границу. Делать было нечего, и Яма покорно побрел во двор, чтобы лично проследить за сборами их небольшого отряда. Терентий раздобрился и выдал им телегу с запряженной в неё пегой лошадёнкой, а так же запас провианта на целую неделю. Мавель безразлично наблюдал за суетой царившей вокруг. Его нисколько не смутили знакомые рясы, которые выдали его новым конвоирам да и ему самому. Терентий настоял, чтобы Мавель оделся в новую рясу, потому что от старой исходила такая вонь, что хоть святых выноси. Сделав задумчивое лицо, Мав прогуливался по дворику, всем своим видом показывая, что он настраивается на выполнение ответственного задания, а сам в это время стремился заметить, где же корона и где её будут хранить во время путешествия. Его старания были вознаграждены и вскоре Яма в полглаза заметил в приоткрытом окне одного из кабинетов как Терентий суетливо оглядываясь по сторонам вручил рослому солдату, уже переодетому в монаха небольшой сундучок. Мавель уселся на скамеечку, так чтобы не пропустить момент, когда парень с сундуком подойдет к телеге. Практически отвернувшись, исключительно боковым зрением Мавель углядел этот момент. Солдат украдкой подошел к возку и, приведя неведомым Маву способом секретный механизм в действие, закрепил сундучок ко дну возка. Яма улыбнулся, действительно идея была проста, но действенна: снизу сундучок был совсем не виден, а искать груз под телегой не каждый додумается. От этих размышлений Мава отвлек окрик Терентия:
  - Эй, Яма. Иди сюда. Последний инструктаж проводить буду.
  - Это ещё зачем? - надменно изогнул бровь Мавель.
  - Иди, коли заву! - повысил голос одноглазый воин.
  - Иду, бегу, лечу, - с нескрываемой иронией пропел Яма и нехотя отправился навстречу Терентию.
  - Ну, значит... - замялся вояка. - В Ворании вас встретят.
  - Знаю, - кивнул Мав.
  - Ну, что ещё тебе сказать, - запнулся Терентий. - Видимо, малый ты не плохой, - наконец нашел слова бывалый воин, - только не на ту дорожку стал.
  - Может, обойдемся без моралей, - потупился Мав. - Всё-таки, может, и не свидимся уж.
  - Без моралей, так без моралей, - согласился Терентий. - Ты только про мамку не забывай, будь ей достойным сыном.
  И неожиданно для Мавеля Терентий сжал его в своих медвежьих объятиях, хлопнул по плечу и пожелал удачи. Не смея обернуться в сторону этого бывалого воина, Мав прошел к своему отряду, и через пару минут группа монахов покинула опустевший двор.
  Погруженный в свои мысли Мавель и не заметил, как отряд прошагал большой отрезок пути, к нему никто не лез с разговорами, его попутчики тоже хранили молчание, изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами. Потом был привал и час отдыха и снова дорога, безлюдная и пустынная. Часть солдат шла пешком, часть ехала на телеге, затем они менялись. Старший предложил и Мавелю немного подъехать, но повинуясь какому-то странному предчувствию, парень отказался. После очередного поворота на горизонте появилось темное пятно леса, дорога вела прямо к нему. Он был настолько велик, что обойти его не представлялось возможным. Коренастый мужчина, которого Мав видел в окне с Терентием, пошептался с сидящими рядом и сказал в слух.
  - До границы можно сказать уже рукой подать, она аккуратчерез этот лес и проходит. Перейдем через него и мы считай на месте, до столицы Ворании доплюнуть можно. Вот только хочу предупредить хоть этот лес, и кличут Тихим, таковым он на самом деле не является. Места здесь гиблые, да и народец лихой тут побаловать любит. Так что идем тихо внимательно, оружие наготове.
  - А если у меня ничего нет? - подал голос Яма.
  - Тогда молись,- озорно кинул какой-то шутник.
  - Я, конечно, слышал о безграничной силе веры, но может мы её усилим чем-нибудь более материальным? Хоть дубину какую дайте, - попытался настоять на своём Мав.
  - Не положено, - коротко ответил парень. - Может ты с этими татями в сговоре. Мы тебе оружие, а ты нас им же и порешишь.
  - Да мамой клянусь, у меня даже и мысли такой не было! - возмутился Мав. - Просто знаете ли мне тоже жить охота, вы вон до зубов вооружены, а я вроде как голый.
  - Не боись мы и себя и тебя защитим! - хохотнул молоденький паренёк, у которого ещё и усы толком расти не начали.
  Мав решил прекратить эту бесполезную дискуссию и отвернулся. Он решил держаться поближе к телеге, чтобы в случае чего на первое время укрыться за его колесами.
  Нехорошая слава леса подтвердилась, как только путники вступили на его территорию. Потянуло гнилой сыростью, солнце заслонил шатер из косматых причудливо изогнутых ветвей и ни звука. Вокруг была мертвая тишина. Отряд следовал по тропинке, опасливо оглядываясь и вздрагивая от каждого шороха. И вот когда они миновали уже большую часть леса, и внимательность несколько притупилась, на них напали. Неожиданно раздался дикий рев и со всех сторон на них посыпались люди одетые в темную ничем не примечательную одежду. Мав словно только и ждал этого, он прытко закатился под телегу и уже оттуда незаметно посмотрел на действие, разворачивавшееся на лесной дороге.Он сразу определил, что работают профессионалы, обычные разбойники не действуют так виртуозно и слажено, кроме того и внешний вид говорил о том, что это наемники причём не самые дешевые. Прошла минута с начала боя, а практически все члены отряда с которым следовал Мав были либо ранены, либо убиты, хотя надо отдать им должное, сражались они геройски, если бы противник не задавил их числом исход схватки мог бы быть совсем другим. Понимая, что времени остается в обрез и налетчики вот-вот получат доступ к телеге, Мав ногами выбил в ней второе дно и достал сундучок, он не сомневался, что наемникам нужна именно корона. Единственное что оставалось для Ямы загадкой так это то, кто их отряд сдал, эти данные были известны единицам. Что-то громко ухнуло и рядом с Мавелем покатилась голова того самого безусого солдатика, который ещё недавно обещался защитить всех от всех. В какой-то момент Яма хотел отложить сундук и кинуться в схватку, но сражение было явно проиграно ещё в самом начале. Поэтому откинув эти мысли, Мавель сгруппировался и откатился к ближайшему кусту, он сделал это так мастерски, что в пылу сражения на него никто не обратил внимания. Затем он пополз, словно уж, стараясь как можно реже задевать пышную растительность. Сегодня Яме явно везло и после пятнадцати минут усердных ползаний, место схватки оказалось позади. Поняв это, Мавель встал и что есть духу побежал. Он несся бесшумно и вдохновенно, и казалось даже ветер,подбадривая дул ему в спину. Тут он выскочил на поляну, на которой стояли привязанные лошади, и одинокий часовой в неизменной опрятной темной одежде грустно ковырял прутиком в углях. Бедолага даже не понял, отчего он умер. Яма мгновенно свернул ему шею, затем отвязал всех лошадей, выбрал себе самую лучшую и погнал неожиданно приобретенный табун в сторону, где по его расчетам находился край леса. Достигнув опушки, Мавель спешился. Он явно понимал, что лошади ему ни к чему и вызовут только новые вопросы и подозрения, поэтому он жестко хлестнул своего скакуна. Конь заржал и встал на дыбы, а после ускакал прочь, уводя за собой и остальных. Мав с грустью проводил его взглядом, он был настолько измотан своими путешествиями, что с трудом держался на ногах, но ситуация не оставляла ему возможности отдохнуть. Яма внимательно осмотрелся вокруг, вскоре он нашел то, что искал. На опушке стояла приметная сосна с уродливо изогнутым стволом. Под ней Мавель зарыл свою опасную ношу и бесконечно опустошенный, еле передвигая ноги, направился к видневшемуся на горизонте городу.
  Не помня себя от изнеможения, он споткнулся и свалился в какую-то яму, где тут же и забылся глубоким сном, даже не пытаясь выбраться наружу. Проснулся он уже ночью, осмотрелся и не смог сдержать хохота: Яма отсыпался в яме. Холодный месяц скупо светил со своей звездной высоты, тускло освещая чахлую степь. Мавель с трудом выбрался из своего нежданного укрытия и продолжил путь. Нога нещадно ныла, оттого хромота парня становилась все заметнее. Каждый шаг давался с трудом и всё-таки Мав добрался до города. К его удивлению ворота никто не охранял и ободренный таким поворотом дел Яма вошел в город, но торжествовал он недолго. Чуткий слух уловил легкий шорох и злобное рычание. Из темноты навстречу незваному гостю вышли две огромные овчарки. Мав повинуясь своему чутью, опустился на четвереньки и тоже зарычал. Собаки метнулись к нему, Мав был опрокинут на лопатки и ощутимо приложился так и незажившим затылком, перед глазами поплыли цветные круги. Последнее, что почувствовал Яма прежде чем потерять сознание шершавые языки, вылизывающие его щёки.
  
  ****
  Мавель открыл глаза и огляделся. Он неудобно лежал на клоке соломы, в небольшом помещении с зарешеченным окном. "Опять камера", - тоскливо подумал Яма и уныло взвыл, сетуя на свою долю. Уж слишком часто он в последнее время стал посещать застенки. Ему тут же отозвался воем нестройныйхор дворовых собак. Дверь, ведущая в камеру,распахнулась, и на пороге появился благообразный старичок в казённой форме. Он нес поднос, на котором стояла металлическая миска с едой.
  - Очухался уж! - улыбнулся старик.
  - М-г, - кивнул Мав и попытался сесть. - Скажи, батя, я в тюрьме? - задал онволновавший его вопрос.
  - Окстись, милый, - замахал руками дед. - Какая тюрьма, у нас их уж почитай лет тридцать как нет.
  - Нет?! - поразился Яма. - Разве так бывает?
  - Конечно, - дед расплылся в улыбке. - В Ворании всё бывает. Благодетель наш, Власень как к власти пришел, так и повелел темницы упразднить. Говорит: нечего дармоедов содержать, и без них есть куда капитал вкладывать.
  -А как же вы с преступниками поступаете?
  - Как, как, а вот так! Мы, милый, по понятиям живем: убил - смерть; проворовался, скрысился - смерть либо поругание. Как говориться наказание соответственно проступку. Так то.
  - Тогда где я? Уж больно местечко всё-таки на темницу смахивает...
  - Так здеся раньше темница-то и была, а сейчас ночлежка для бездомных, только левое крыло под острог отведен. Да не то чтобы и острог, так приезжих блатнюков припугнуть малёху, чтобы знали на кого рыпаются. Вот тебя вчерась бездыханного посередь улицы добрые люди подобрали и сюда принесли, а то бы сторожевые овчарки тебя зализали до смерти. От ведь до сих пор понять не могу, чем ты их так задобрил? Ведь по-хорошему они тебя испугать должны были, а то и потрепать слегка. К чужакам они строги, специально их обучаем.
  - Ну, так, может, приглянулся я им, - уклончиво ответил Мав, пытаясь переварить полученную информацию, уж больно невероятной она казалась.
  - Кому ты паришь, - дед пристально глянул на Мавеля и тот кожей ощутил, что старик совсем не так прост как кажется на первый взгляд. - Чтобы моим собачкам понравиться надо семь пядей во лбу иметь, а я у тебя таковых не замечаю.
  - Так может это врожденное обаяние и внутренняя красота.
  - Не хочешь говорить дело твоё, только в таком разе сдаётся мне, что ты вражеский лазутчик. Так что посиди, отдохни, я к тебе попозже зайду, может, поумнеешь.
  Старичок развернулся и вышел, захлопнул дверь, и Яма явственно услышал звук запираемых засовов. Оставшись в одиночестве, Мав решил подкрепиться, он дотянулся до миски и подтянул её к себе. Пайка оказалась вполне сносной, спокойно поев, Мавель стал обдумывать сложившуюся ситуацию. С какой стороны не посмотри, а дела его выглядели не очень. Через пару часов раздался скрип и в камеру, как и обещал, заглянул уже знакомый Яме дедок, он хитро сощурился и поинтересовался:
  - Ну, что? Желания по душам побалакать не возникло?
  За дверью раздались ещё чьи-то гулкие шаги, и раздался тихий голос:
  - Дед Веталь, ты занят?
  - А что не видно? - грозно рыкнул старик обернувшись.
  Слух Мавеля царапнуло знакомое имя, он вспомнил, что к человеку именно с таким именем он должен обратиться по словам Ризы. Пристально уставившись на старичка, Мав произнес:
  - Можно один вопрос?
  - Валяй,- кивнул дед.
  - А вы случайно не на Кленовой улице живетё?
  - Ну, - дед кивнул, - и что с того?
  - Тогда вам привет от Ризы!!! - торжественно провозгласил Мав.
  Старик замер, затем сердито нахмурился и зло сверкнув глазами, четко произнес:
  - Не знаю таких! - и тут же захлопнул дверь.
  Мав словно громом пораженный таким заявлением снова остался один. Теперь он вообще не понимал и не представлял что делать.
  
  ****
  Пятеро человек одетые в неприметную темную одежду лежали тщательно связанные на каменном полу. Кто-то заботливо выложил их в ряд. Чуть дальше на соломе лежало ещё трое, двое из них были одеты в рваные монашеские рясы, а третий в военный мундир. Со скрипом отварилась дверь, и в помещение протиснул своё тело судья Гаррис, он был очень недоволен. Бегло осмотрев комнату и находившихся в ней связанных людей, он на долю секунды задержал взгляд на еле приметной нише в стене, скрытой от посторонних глаз небольшим выступом и еле заметно кивнул.
  - Ну, что преступнички? - ласково улыбнулся судья. - Попались?
  - Мы не преступники!!! - подал голос молодой парень в рясе с разбитым лицом.
  - Следствие покажет, кто тут преступник, а кто агнец божий! - повысил голос Гаррис.
  Толстяк прошелся по камере и склонился над сложенными в ряд мужиками.
  - Говорить сами будем или заплечных дел мастера позвать? - ни один из лежавших не удостоил судью даже взглядом.
  - Они не будут говорить, - спокойно заметил мужчина в мундире, лежащий чуть дальше. - И палач вам здесь не поможет.
  - Что? - взвизгнул судья. - Хочешь сказать, что они не боятся боли?
  - Нет, - спокойно возразил воин, твердо глядя прямо в лицо Гаррису своим единственным глазом. - У них просто языки у всех укорочены.
  - А вот от тебя Терентий я предательства и вовсе не ожидал! - резко перекинулся на говорившего Гаррис.
  - А я никого и не предавал! - четко ответил Терентий.
  - Так как же они о нашей операции узнали, как вычислили время и место??!!
  - То мне не ведомо.
  - А мне ведомо, - зашипел судья, - продался ты и все тайны государственные сдал!
  - Не было такого! - раздраженно крикнул Терентий. - Не меряй всех по себе.
  - Что?!! - Гаррисаж слюной чуть не подавился. - Да я тебя!!!
  - Что ты меня? - передразнил его Терентий, затем смачно сплюнул и процедил сквозь зубы. - Кишка тонка!
  Гаррис было кинулся к наглецу, но передумал и заковылял к двери.
  - Стой! - раздался спокойный властный голос. Из потайной ниши на свет вышел человек, укатанный в серый плащ. - Я сам с ними сейчас потолкую.
  - Но...Господин, они не стоят такой чести, - Гаррис склонился в поклоне, насколько ему позволяло его брюхо.
  - Не тебе решать. Выйди за дверь и позаботься, чтобы нам никто не помешал.
  Судья не посмел ослушаться и, подавив прилив злости, покинул помещение. Незнакомец в сером плаще, избавившись от ненужного свидетеля, тут же склонился над одним из наемников, заставил несчастного открыть рот и убедился, что язык у него действительно отрезан. После этого он подошел к Терентию.
  - На счет их немоты ты сказал правду. Откуда тогда ты об этом знаешь, если не был с ними в сговоре.
  - Да об этой шайке вся округа наслышана, - Терентий посмотрел на укутанного в плащ мужчину, как смотрят на ребенка, который спрашивает очередную глупость. - Мне по должности подобную информацию знать положено. Не верите - доказывать не буду. Не хочу.
  - Гордый?
  - Есть немного.
  - Уважаю, - мужчина склонился к Терентию. - Так, может, ты мне идейку подкинешь, как информация ушла?
  - Нет, не подкину, потому что и сам не знаю. С нашей стороны всё сработано было чисто, я в своих ребятах уверен.
  - Что ж я тебе верю. Только и ты сам понимать должен, что просто так операции не проваливаются.
  - Понимаю, - Терентий уставился на собеседника пытаясь увидеть лицо, но незнакомец тут же отстранился. - Может у вас в свите, какой стукачок завелся или вы может бабе своей в момент страсти по неосторожности что-нибудь брякнули. Все знают:там, где власть - даже у стен есть уши.
  - Дело говоришь, Теря, - услышав своё сокращенное имя, Терентий вздрогнул.- Вижу, не узнал меня... - незнакомец, наслаждаясь моментом, откинул капюшон.
  - Ты??? - багровея от ярости, прошептал Терентий.
  - Я! - хохотнул мужчина. - Вижу ты все такой же гордый и честный!
  - В отличие от тебя да.
  - Да, ты всё тот же, доходили до меня слухи, что ты выжил, но я не верил и как теперь вижу зря. Ты даже, получается, опять на службе у меня был, вот как жизнь повернулась.
  - Действительно, - кивнул Терентий, - знал бы, какой свинье служу, сам бы наемникам корону вынес на белом ручнике.
  - Вижу, не пошла тебе впрок моя наука. Жаль, что я тебе тогда во время порки всего лишь один глаз кнутом выбил, да и не пороть тебя надо было, а повесить, да и всего делов.
  - Поздно опомнились, Господин, - с издевкой ответил Терентий. - Даже если бы вы меня и прикончили, совесть моя была бы чиста - Зара к тому моменту уже была на свободе и найти её вы так и не смогли бы. И ребёнка она носила моего! Уже только ради этого стоило жить.
  - Ах, ты сволочь! - человек в плаще потерял самообладание, он стал суетливо метаться по комнате, затем он остановился, будто что-то для себя решив. Он легким движением руки отстегнул пряжку плаща и тот с шуршанием осел на пол, на груди мужчины красовалось ожерелье. Рубин, находившийся в центре, словно ожил в предвкушении крови, по его идеальным граням побежали легкие искорки. Мужчина поднял руки и принялся читать заклинание. Пленники, лежавшие на полу и в том числе Терентий стали стонать и корчиться от непосильных мук, их тела и души пожирало призрачное пламя. Через минуту всё было кончено, на полу лежали аккуратные горстки пепла и солома, которую пламя даже не тронуло. Мужчина окинул пол отстраненным взглядом и остался вполне доволен полученным результатом, его била мелкая дрожь. Рубин сыто блестел на его груди, его обрамляли язычки колдовского пламени. Незнакомец поднял плащ и плотно укутался в него. Потом словно вспомнив о чем-то, подошел к тому месту, где ещё недавно лежал связанный Терентий, поворошил носком сапога кучку пепла и из неё выкатился стеклянный глаз. Нисколько не смутившись, мужчина наклонился к нему, поднял, вытер об плащ и, игриво подмигнув искусственному оку, произнес:
  - Хороший сувенир, пожалуй, возьму на память.
  
  ****
  Густав спрятался за гобеленом и, затаив дыхание ждал, когда этот несносный Жигмар Фон Баст пройдет мимо, избавив его от своих нудных лекций. У Его Величества были совсем иные планы на сегодняшний день, нежели слушать занудные речи сего достойного мужа. Дождавшись когда опасность миновала, юный монарх проскользнул по коридору, перешел в крыло прислуги, а там уже без особых усилий добрался до конюшни. Там он приказал оседлать ему самую никчемную лошаденку и, поменявшись с окосевшим от удивления конюхом одеждой, выехал за пределы замка. Довольный собой Густав подставил своё лицо утреннему солнцу и поехал по дороге прямо. У него не было никакой определённой цели или маршрута, ему просто захотелось устроить себе выходной.
  Улочки были пустынны, но ситуация сменилась, когда король приблизился к рынку. Небольшая площадь до отказа была заполнена людьми, но Густав ничего этого не замечал, всё его внимание было приковано к юной красавице, которая сидела в самом начале торгового ряда и предлагала прохожим вязанные из лозы корзины. Девушка словно ощутив его пристальный взгляд, подняла голову. Густав заглянул в огромные зеленые глаза и понял, что пропал, дабы не свалиться со своей лошади он зажмурился и попытался сосчитать до десяти, чтобы разбушевавшееся сердце не выскочило на мостовую и не испортило конюху, его лучший парадный костюм. Неожиданно на руку Его Величества легла чья-то прохладная ладонь. Густав открыл глаза и увидел стоящую рядом зеленоглазую прелестницу.
  - Пойдем, - тихо молвила она. Король с готовностью спрыгнул с лошади и последовал за девушкой.- О своей кобыле не беспокойся, за ней присмотрят, - предвосхищая вопрос юноши сказала красавица.
  Пораженный до глубины души и, не веря в происходящее, Густав следовал за стройной, словно тростинка,девушкой, не смея что-нибудь сказать. Порой ему казалось, что он даже дышать боится, ведь вдруг его неосторожное дыхание развеет это прекрасное видение. Наконец девушка остановилась перед каким-то непримечательным домом.
  - Меня зовут Лада, - тихо сказала она и распустила пшеничную косу, что спускалась ниже пояса, ветер этим тут же воспользовался и взметнул золото её волос ввысь. -Не бойся.
  - А я и не боюсь! - обиженно надулся молодой монарх. - Это тебе бояться надо.
  - Ой, тогда я просто вся трепещу, - засмеялась девушка. - Вы соизволите тогда проводить меня до комнаты?
  - Почту за честь!
  - Тогда следуй за мной, - и девушка вошла в дом, Густав последовал за ней, он почему-то был твердо уверен, что с ним ничего не случиться.
  Красавица миновала чистый коридор и двинулась к лестнице находившейся справа, поднялась на второй этаж и остановилась у обшарпанной двери, шаловливо поманила парня пальчиком. Густав в два прыжка оказался рядом. Лада взяла его за руку и толкнула дверь. Перед глазами Густава предстала типичная девичья светёлка, бедненькая, но чистенькая. Девушка прикрыла дверь и подтолкнула застывшего столбом парня к кровати.
  - Вот, здесь я и живу, - скромно молвила она. - Нравиться?
  Густав усиленно закивал, ему сейчас было не до обстановок, весь мир для него сосредоточился в зеленоглазом чуде стоящем рядом. Словно прочитав мысли короля, девушка подошла к нему и нежно обняла.
  - Как бешено стучит твоё сердце, - ласково сказала она. - Может быть, это его успокоит? - и Лада поцеловала смутившегося Густава. Молодой король почувствовал легкое прикосновение пухлых девичьих губ к своим и потерял голову, он подхватил соблазнительницу на руки и отнес её на кровать.Что происходило далее Густав не мог описать как не старался, ничего подобного он не испытывал ни с одной из своих любовниц. Словно во хмелю, он сжимал в объятиях хрупкую незнакомую девушку и боялся отпустить её даже на миг.
  - Тебе хорошо? - тихо спросила девушка.
  - Как никогда!!! - улыбнулся Густав.
  - Мне пора обратно на рынок, - грустно сказала Лада.
  - Ты можешь больше вообще не работать. У меня есть деньги. Много денег, - затараторил король.
   Девушка отстранилась, словно её ударили. Она резко встала и стала одеваться.
  - Я что-то не так сказал? Я чем-то обидел тебя? - взволнованно спросил Густав.
  - Я не продажная девка, - четко выговорила красавица. - И дарю свою любовь только тем, кто этого заслуживает и в замен мне ничего не надо, только твоя радость за мою, твой стон за мой!
  - Прости, я не подумал, - Густав печально опустил голову. - Может, я могу чем-то сгладить свою вину?
  - Да! - девушка радостно подскочила к парню, будто только этого и ждала, но её просьба весьма удивила привыкшего к дамским капризам молодого монарха, она загадочно улыбнулась и попросила: - Не забывай меня.
  - Как ты можешь так обо мне думать. То, что с нами произошло самое чудесное событие в моей жизни! - возмутился Густав.
  - Все так говорят, но не все свои слова держат. Вот, - девушка сняла с шеи медальон и протянула его парню. - Обещай всегда его носить с собой, чтобы не случилось!
  Густав,молча, принял подарок, повертел в руках и тут же одел на шею.
  - Но тогда и ты должна взять у меня что-нибудь на память, - строго сказал король и снял с безымянного пальца любимый перстень с бирюзой. - Иначе получается: я буду тебя помнить, а ты меня - нет.
  Девушка безмолвно приняла подарок и тут же повисла на шее у Густава, но увлечь себя обратно в постель не дала.
  - Нам пора, - тихо шепнула она. - Иди первым, твоя лошадь привязана слева от входа в дом.
  - Мы ещё увидимся? - с надеждой произнес король.
  - Мне кажется да, - Лада грустно улыбнулась и поцеловала Густав на прощанье, провела рукой по его волосам и сказала: - Иди и не оборачивайся, никогда не оборачивайся, когда уходишь.
  Король последний раз заглянул в зеленые глаза и вышел из комнаты. Лада осталась одна, она вслушивалась в удаляющиеся шаги и на её губах играла легкая улыбка. Внезапно на пороге возникла сгорбленная старуха, она сурово уставилась на девушку и прошамкала беззубым ртом:
  - Что в королевы метишь?
  - Нет, просто жалко его. Он такой хороший, а на него уже столько понавешено: и зависть, и привороты, и воздействие.
  - И поэтому ты ему свой амулет отдала?
  - Да. Ему он нужнее, а я себе ещё сделаю.
  - Ох, и бедовая ж ты девка, - вздохнула бабка. - Не боишься на костёр за такое своё милосердие загреметь.
  - Ой, бабусь, не накаркай! - встрепенулась девушка. - Да и за что меня на костёр, я ж не колдунья какая, просто травница. Людей лечу да корзины плету, что с меня взять.
  - Ты это Жигмару объяснять будешь, если донесёт кто.
  - Не донесут, ты ж меня знаешь. Я очень аккуратная, - Лада рассмеялась, подскочила к старухе и обняла её.
  - Уж и не знаю подарок или проклятье дар, что тебе достался, - проворчала женщина.
  - Я пойду искупнусь? - почувствовав, что гроза миновала поинтересовалась Лада.
  - Иди работай, охламонка и так столько времени прогуляла!
  - Ну и ладно, - кивнула девица. - Вечером с девчатами тогда на реку пойду.
  Тем временем Густав на нетвердых ногах спустился на первый этаж и вышел из дома. Лошадь действительно была привязана там, где указала Лада, борясь в душе с жутким желанием обернуться, он взлетел в седло и поскакал прочь, но проехав метров сто, вспомнил, что так и не представился прелестнице. Его осенила мысль, что если красавица узнает, кто он на самом деле то возможно согласиться поехать жить с ним в замок. Да к чёрту замок, он готов был построить для неё настоящий дворец. Густав развернул лошадь и погнал её обратно, но к своему удивлению, сколько не метался по узенькой улочке так и не смог найти дом, в который его привела Лада. Расстроенный и разочарованный король вернулся обратно в замок, безразлично выслушал наставления возмущенного до глубины души безответственным поведением монарха Жигмара и безмолвно удалился в свои покои.
  
  ****
  Лютмир внимательно смотрел на Леонеллу. Он никогда особенно не доверял ей, а теперь после ряда событий имевших место в последнее время, его подозрения усилились. Последней каплей было исчезновение венчальной кроны, которую он с таким трудом выследил. Проанализировав возможные пути утечки информации он пришел к выводу, что Леонелла вполне может быть причастна к этому. Тем более, что в тот день, когда голубиная почта принесла известия о короне сия молодая особа была как раз таки в его постели.
  Леонелла в свою очередь наблюдая за любовником тайно ликовала, по его мрачному выражению лица она поняла, что его затея с короной провалилась, это же подтвердил один из слуг Лютмира соблазненный ею не далее как вчера. Женщина потупила взор и печально вздохнула:
  - Ах, мой смелый лев, сегодня опять не в духе...
  - С чего ты взяла? - надменно поинтересовался Лютмир.
  - Мы уже столько времени наедине, а ты не спешишь заключить меня в свои объятия. Что ещё я могу подумать?
  - К примеру, что ты мне уже надоела, - Лютмир испытывающее уставился на побледневшую красавицу. - А? Или ты такой возможности не допускаешь?
  - Почему ты так говоришь? - Леонелла еле сдержалась, чтобы не влепить этому напыщенному индюку пощечину, но в последний момент передумала и решила изобразить "Оскорбленную невинность". - Ты специально хочешь сделать мне больно? - прошептала она и расплакалась горько и безнадежно.
  Лютмир был не готов к такому повороту событий, он попытался на неё прикрикнуть, но Леонелла разрыдалась ещё сильнее, ему ничего не оставалось делать, как подойти к ней, обнять и попытаться утешить. Сам не понимая зачем он это делает, старший советник привлек девушку к себе и зарылся лицом в её волосы. Ощутив ароматисходивший от неё, Лютмир тут же забыл из-за чего был так зол на столь прекрасную деву, он почувствовал себя настоящей свиньей и хамом, его охватило жгучее желание сделать для неё что-нибудь приятное.
  - Ну же, не надо, не плачь. Ты разрываешь моё сердце, - в порыве неожиданного раскаянья выпалил он. - Хочешь какой-нибудь подарок? Проси, я всё для тебя сделаю, только не плачь!
  Леонелла моментально успокоилась, она утерла слезы кружевным платочком и пристально посмотрела на Лютмира. Она не знала что ей делать: попросить что-нибудь вполне реальное либо попробовать выведать что-либо о предмете интересующем её на самом деле. В конце концов, она решилась. Сделав шаг в сторону и повернувшись к любовнику спиной, красавица тихо произнесла:
  - Что ты можешь мне подарить? У меня всё есть. Всё кроме одного...но то чего мне не хватает ты мне дать не в силах.
  - Уж не солнце ли с неба подать на завтрак? - съязвил задетый такими словами советник.
  - Нет, что мне солнце, - Леонелла слегка обернулась в сторону любовника и грустно улыбнулась. - Слышала я, что есть на свете один драгоценный камень, поразительной красоты и чистоты, владеть таким под стать одним королевам. Вот, моя заветная мечта: хочу чтобы сей камушек стал моим.
  - И что ж за самоцвет такой? - Лютмир заинтересованно сощурил глаза.
  - Его называют "Орлиное око" - странное имечко для рубина, неправда ли, - Леонелла резко развернулась лицом к советнику, но никакой реакции на его застывшем словно маска лице не заметила. - Ходят упорные слухи, что этот камень гостит в нашей столице.
  - Наслышан, как же, - процедил сквозь зубы мужчина, подозрения на счет стоявшей рядом с ним рядом коварной искусительницы снова закрались в душу, хотя что-то неуловимое, неосознанное и нашептывало, что это невозможно, что она не может так поступить. Удивляясь своим мыслям, Лютмир тряхнул головой, отгоняя наваждение, расстегнув ворот рубахи, он спешно подошел к окну и раскрыл его. Свежий воздух, ворвавшийся в помещение, охладил разгоряченные щеки и помог советнику немного прийти в себя. Он обернулся и посмотрел на безучастно стоявшую на своем месте Леонеллу, женщина внимательно следила за ним, но в её взгляде не было и намека на волнение или сострадание.
  - Ну, так, что скажешь? - деловито поинтересовалась она.
  - Скажу, что от скромности ты не умрешь, - Лютмир смотрел на любовницу и никак не мог понять почему несколько минут назад она ему казалась чуть ли не ангелом во плоти, а сейчас он снова видит перед собою молодую, но уже весьма циничную стерву. - А почему именно "Орлиное око" позволь полюбопытствовать?
  - Потому что этот камень знаменит и ни у кого нет ничего похожего! Я привыкла, что у меня должно быть самое лучшее!
  - Понятно, - протянул Лютмир, внутренний голос говорил ему, что эта дамочка врет, - я подумаю, что можно сделать. Обещаю, дорогая, если этот камушек в столице - он будет твоим.
  - О, Лютмир!! - Леонелла кинулась на шею советнику. - Ты,правда, сделаешь это для меня?
  - Конечно.
  - Я буду ждать.
  - Тебе не придется дожидаться долго, - улыбнулся Лютмир, прикидывая кого из своих людей подослать к этой интриганке вечером, куда деть тело и как потом обставить её исчезновение.
  
  ****
  Густав почувствовал, что после встречи с Ладой всё изменилось, как только вернулся во дворец. У него было ощущение, что раньше он был глух и слеп, а теперь мир явился ему во всех красках и звуках. Самым неприятным открытием для молодого короля стало то, что он неожиданно понял: большинство советников и приспешников на самом деле стремятся сделать из него марионетку в своих руках, нежели помочь разобраться в делах государственных. Особенно в этом преуспел первый советник Лютмир, Густав вдруг ощутил, что ни в одном слове этого, казалось бы, весьма уважаемого господина не было правды, каждая фраза, каждое движение сводилось к тому, чтобы подавить, заставить подчиниться. Из всей свиты действительно беспрекословно преданным оказался лишь Жигмар Фон Баст да ещё пара молодых офицеров, которые редко бывали при дворе, предпочитая жизни в гадюшнике суровые будни на границе королевства. С женской половиной дела обстояли ещё хуже, дамы, казавшиеся прелестными глупышками, вдруг превратились в размалеванных напыщенных дур. Но не это было самым страшным для Густава, более всего он тяготился мыслью, что больше никогда не увидит Ладу. Молодой король было попытался совершить вылазку из замка, но бдительный Фон Баст пресек его жалкую попытку и сейчас монарх словно провинившийся мальчишка стоял потупив очи перед грозным учителем.
  - Ваше Величество,- строго заговорил Жигмар после минутной передышки. - Вы должны понимать, что ведете себя недостойно. Ваши вылазки могут дорого стоить.
  - Но я всего лишь хотел прогуляться, - попытался защититься Густав.
  - Видимо вы прослушали, что я говорил вам только что и мне придется повторить, что простая прогулка в одиночестве может стоить вам жизни. В стране ещё не спокойно и хватает людей врождебно относящихся к правящей династии.
  -Вы хотите сказать, что за стенами замка каждый первый встречный возжелает разорвать своего короля на части?
  - Я этого не говорил. Вы просто не имеете права рисковать собой. А вдруг ваша лошадь понесет? А вдруг рядом начнется пьяная разборка. Поймите город полон неожиданностей.
  - Но я всего лишь хотел развеяться...
  - Дорогой мой мальчик...
  - Я давно не мальчик мне уже двадцать три года и я давно не играю в игрушки!- возмущенно перебил его Густав, но Жигмар лишь печально улыбнулся.
   - Хорошо, мой повелитель, - заново начал он.- С тех пор как ты принял царский венец, ты больше не принадлежишь себе и своим желаниям. Ты - принадлежишь своей стране и своему народу.
  - Как высокопарно звучит, - пробурчал Густав, но к своему удивлению он обнаружил, что Фон Баст действительно верит в то, что говорит.
  - Может быть, - согласился Жигмар, - но из песни слов не выкинешь.
  - Да, но можно выкинуть саму песню, - раздался насмешливый голос.
  - А-а-а, советник Лютмир и вы тут,- раздраженно протянул Жигмар.
  - Представьте себе да, - Лютмир склонился в галантном поклоне перед Его Величеством. - Разрешите поприветствовать Вас мой государь и пожелать доброго дня. Я вижу этот зануда, слегка подернувшийся мхом зеленым, ни свет, ни заря уже допекает вас своими рассуждениями. Гоните его прочь, выслушивая его разглагольствования поутру можно запросто заработать расстройство желудка.
  - Ну, что вы, мы обсуждали вполне достойную тему, - поспешил вмешаться Густав и Жигмар благодарно кивнул ему. - Это как раз вы как то беспардонно влезли и стали нападать на моего верного Фон Баста.
  - Прошу прощения, - Лютмир Фон Лых склонил голову, - просто вы мне нужны, государь, по делам государственной важности.
  - Что ж говорите, - Густав спокойно посмотрел Лютмиру прямо в глаза.
  - Но я хотел бы пообщаться с вами наедине.
  - У меня нет секретов от Жигмара.
  - Но это не значит, что и у меня от него нет секретов, - возразил Фон Лых.
  - Советник, видимо боится, что я раскрою обман в его "правдивых" доносах, - подал голос Жигмар.
  - Как вы мне оба надоели, - вздохнул король, - с вашей вечной враждой, неужели нельзя договориться и сосуществовать тихо и мирно.
  - Нет! - в один голос ответили непримиримые враги.
  - Ладно, я не хочу продолжать этот ни к чему не ведущий разговор. Лютмир следуйте за мной в кабинет, а вы Жигмар зайдете позже, и мы договорим.
  - Слушаюсь, - барон поклонился и тут же удалился прочь.
  Лютмир злорадно улыбнулся, его всегда радовала даже самая малая возможность насолить этому невозможно честному гордецу. Тем временем Густав безнадежно вздохнул и отправился в кабинет, который находился в далеком северном крыле. Весь путь король и советник провели в тягостном молчании. Густав чувствовал неприязнь и пренебрежение, исходившее от Лютмира, задавая себе в сотый раз, мучавший его вопрос: "Почему он не замечал всего этого раньше?", а Фон Лых раздумывал, как ему убедить этого несносного мальчишку начать компанию против Ворании. Наконец они вошли в кабинет, и Густав занял своё массивное кресло, Лютмир уселся напротив.
  - Так, что вы хотели сообщить мне такое важное? - Густав изобразил на лице подобие интереса.
  - Государь, против вас замышляют.
  - Кто? Почему? Зачем?
  - Правитель Ворании желает сместить вас с престола и посадить своего племянника, чтобы укрепить свои позиции, а затем соединить две страны в одну.
  - Откуда такая информация, - участливо поинтересовался Густав, отчетливо осознавая, что в словах советника нет ни слова правды.
  - Донесли тайные агенты, внедренные в стан врага.
  - Вот прям уж и врага? - усмехнулся король.
  - Я на вашем месте не относился бы к столь серьезной информации с таким пренебрежением! - вспыхнул Лютмир, он чувствовал, что молодой монарх, закрывается от него и он не может никак на него повлиять, как это было раньше.
  - Вот именно, - мрачно выговорил Густав и поднялся. - Вы не на моём месте и пока что мне решать, как к чему относиться. Вы свободны.
  Лютмир выскочил из кабинета как ошпаренный, его лицо стало мертвецки бледным, а глаза метали молнии.
  - Щенок! - с ненавистью прошипел он. - Вот именно, что пока, скоро у тебя такой возможности не будет! - и Лютмир метнулся по коридору, чуть не сбив с ног ничего не подозревающего дворецкого, мирно шедшего на кухню.
  
  Глава 5
  Мавель крепко спал, когда дверь в темнице открылась и в неё проскользнула неприметная тень. Посетитель подошел к спящему парню и бесцеремонно его растолкал. Мав удивленно уставился на взявшегося непонятно откуда парнишку, он в свою очередь приставил палец к губам, всем своим видом призывая сохранять молчание, после поднялся и жестом пригласил его следовать за собой. Яма тут же встали стараясь не шуметь пошел за мальчиком. К его большому удивлению пацан не вывел его на улицу, а провел куда-то длинным тюремным коридором, Мавель внимательно запоминал дорогу, надеясь сбежать при первой возможности. Изрядно поплутав по лабиринту коридоров мальчик вывел Мава к винтовой лестнице ведущей в башню и жестом указал следовать по ней. Яма вопросительно глянул на своего сопровождающего, но парнишка лишь ещё раз указал в сторону лестнице. Мавелю ничего не оставалось делать, как проследовать в указанном направлении. Поднявшись по очень крутой лестнице, Яма оказался в небольшой комнатке освещенной тусклой свечой. В комнатушке из мебели был только стол и два кривоногих стула, на одном из которых восседал, покуривая самокрутку, дед Веталь. Старик довольно улыбнулся и указал на свободный стул:
  - Присаживайся, в ногах правды нет.
  - Зачем весь этот цирк? - не удержался от вопроса Мав.
  - Это не цирк, а меры предосторожности! - слегка повысив голос, пояснил старик. - Или ты думаешь, у нас здесь всё очень просто? Накоси - выкуси! - дедок скрутил кукиш и ткнул его прямо в лицо удивленного Мавеля. - Что смотришь, будто в первый раз видишь? - пробурчал дед Веталь.
  - Да я, знаете ли, как-то не могу сообразить как себя вести, - честно признался Мав. - Даже не знаю, что и сказать.
  - А ты и не говори в таком случае, пока не спрошу, - ответил дед и,смягчившись, добавил. - Ты не серчай на меня за то, что так с тобой в камере разговаривал. Тогда в коридоре, понимаешь ли, были одни товарищи, перед которыми мне светиться вовсе не к чему.
  - Бывает, - согласился Мавель и всё-таки присел.
  - Так говоришь, привет мне от Ризы, - пристально изучая Яму, словно впервые видя, произнес дед.
  - Ага.
  - Хорошая девка, много добра людям сделала. Так, и с чем она тебя ко мне прислала. Не надо морщиться, я прекрасно понимаю, что не за песнями она тебя ко мне прислала.
  - Мне надо к вашему королю попасть.
  - Вона как, так тебе тадысь на тот свет надо. Нет у нас короля.
  - Как это нет?!! - опешил Мав.
  - А вот так это. Не король у нас, да будет тебе известно, а пахан.
  - Так что Власень мертв?
  - Сплюнь, дубина! Власень здоровее нас с тобой обоих. Просто повторяю, он - не король, он -пахан.
  - Да какая разница?!! - возмутился Мав.
  - Сынок, я так кумекаю ты ещё не просек куда попал, - понимающе покачал головой деде Веталь. - Ты прежде чем соваться сюда, сначала бы информацию подсобрал что ли, а то я в поясняльщики не нанимался. Ну да ладно, не отправлять же тебя обратно, коли пришел. Просвещу тебя. Только не бесплатно, ты мне тоже кое-что расскажешь.
  - Интересно что?
  - А как моих собачек задобрил. Уж больно меня этот вопрос интересует. Ну, что, по рукам?
  - Лады, - Мав кивнул и протянул руку.
  Дед с удовольствием её пожал, устроился поудобней и начал свой рассказ.
  - Значит так, государственный строй у нас воровской, глава страны пахан и не дай тебе Бог его назвать как-нибудь по-другому, обидится. Понятия, по которым мы живем, я тебе вкратце изложил в прошлый раз. Могу только добавить - следи за своей речью, никаких ругательств, никаких оскорблений. У нас с этим строго: за базар нужно отвечать. Если накосячишь наказание будет строгим. По выбору либо смерть, либо дорога тебе в чушкари или петушиную деревню
  - Чего, чего? Что за бред! Я сам вор и в шайке состоял, но что-то о таких правилах и слыхом не слыхивал.
  - Милок, а ты сидел?
  - Нет.
  - То-то же, значит, и жизни-то не знаешь. Не вор ты, а так экспроприатор.
  - Это ещё почему? - обиделся Мав, его самолюбие задели слова этого странного старика.
  - Даже и не знаю, как объяснить. Это понять может только тот, кто в заключении маялся. Пойми, там, в неволе, существует свой неповторимый уклад жизни, правила по которым в крохотных камерах сосуществуют люди.
  - Интересно, я об этом даже не задумывался.
  - Многие не задумывались, пока Власень не объяснил что и как. Умнейший человек я скажу тебе и срок отсидки у него лет двадцать.
  - Видимо было время подумать, - усмехнулся Мав.
  - Было, - строго замет дед. - И в этом нет ничего смешного, ведь именно он заметил схожесть между государственным строем и тюрьмой и обмозговал, как это можно использовать.
  - И что? Ты хочешь сказать, что превратив страну в одну большую тюрьму он свой народ облагодетельствовал? По мне уж лучше смерть, чем такая свобода.
  - Много ты понимаешь, - разозлился старик и начал расхаживать по комнатушке. - А знаешь ли ты, какой разгул преступности здесь был ещё недавно? Днем на улицу выйти было страшно, не то, что вечером! А теперь? Теперь хоть ночью по улице ходи : никто не посягнёт ни на твою жизнь, ни на кошелёк.
  - Неужели?
  - Представь себе. Потому что все знают, что за проступок будет возмездие. И не такое как у вас там, - старик махнул рукой в неопределённом направлении. - А настоящее, жесткое и неотвратимое и прежде чем что-нибудь сделать каждый трижды подумает: стоит ли оно того?
  - Мне всё-таки кажется, что вы, уважаемый, несколько идеализируете своё государство. У нас тоже за многие провинности предусмотрена смертная казнь, но что-то особенно это не помогает. А вы говорите, что ещё и её избежать можно по собственному выбору.
  - Ты видимо не совсем понимаешь о чем говоришь. Ни один нормальный человек не согласиться перейти в касту изгоев, коими являются чушкари и петухи.
  - А кто это такие? - поинтересовался Мав.
  - Они отверженные, становяться такими после проведения ряда действий, - дед Веталь склонился к уху Ямы и прошептал каким образом это происходит, от услышанного Мав покрылся холодным потом и с нескрываемым ужасом уставился на старика. - Да, да, - закивал дед в подтверждение своих слов, - именно так, после этого с ними никто не имеет права даже заговорить, они живут за пределами городов в маленьких слободках за колючей проволокой. Их доля до скончания своих дней выполнять самую черную работу: вычищать нечистоты, мыть туалеты, устранять засоры. И пути обратного у них уже никогда не будет.
  - Да, вот дела. А как же вы поступаете с женщинами. Примерно так же только там своя специфика, да и у нас это большая редкость. Так что, надеюсь, теперь ты понял куда попал. Подумай теперь ещё раз, действительно ли тебе нужно к нашему пахану.
  - Надо, - нисколько не задумываясь, ответил Яма. - У меня к нему дело чрезвычайной важности. Готовиться заговор против него и я думаю смогу помочь ему разрулить ситуацию, только я планировал что и он кое-чем сможет быть для меня полезен, но после твоего рассказа сильно в этом сомневаюсь. Ну да Бог с ним, коли ты говоришь, что он справедливый правитель, отчего же не помочь хорошему человеку.
  - Постой, - старичок положил руку на плечо Мавеля. - А что ты от него хотел?
  - Да, Риза сказала, что он сможет мне помочь отыскать один драгоценный камень, след которого утерян.
  - Риза, тебя не обманула.
  - Но как же? Чем мне может помочь человек, который считай половину жизни провел в тюрьме?
  - Хе-хе, - дед довольно хохотнул, - так ты спроси меня, за что он сидел!
  - И за что же?
  - За ювелирку! Он специалист по этому делу, да при том такой, что ему равных нет!
  - Правда? - Мавель не мог поверить своим ушам, неужели удача всё же решила повернуться к нему лицом. - И вы сможете устроить нам встречу?
  - Без вопросов! Тем более если это касается безопасности страны, это просто мой долг. Только здесь мы афишировать ничего не будем. Я тебя отведу к пахану на сходку, ну это что-то вроде Совета, по-вашему, как лично мной пойманного шпиона из соседнего государства. Он захочет перетереть с тобой наедине, а там я уж тебя и представлю по форме. Доложишь ему о заговоре, может он тебе и поможет.
  - А не боишься, что я на него нападу?
  - Это тебе боятся надо, - холодно ответил дедуля, - Власень себя обезопасить сможет, чай не первый день у власти, а вот что с тобой станется мне даже и подумать страшно.
  - Я пошутил, - попытался оправдаться Мав.
  - А я нет, - сказал старик и прошел на своё место, уселся, вытянул ноги и крякнул от удовольствия. - Так, я свою часть договора выполнил, сейчас твоя очередь. Рассказывай, как моих собачек задобрил.
  - Да в общем-то никак.
  - Будет, мне лапшу на уши вешать, я своих подопечных как облупленных знаю. Признавайся, ты колдун?
  - Нет, что вы! У нас колдовство под страхом смертной казни запрещено. Просто я ... точнее меня, когда я был совсем маленький, приемные родители содержали в будке вместе с собакой, а когда она околела и вовсе вместо собаки. А когда я случайно к людям попал, и они меня научили разговаривать и ходить, связь с собаками все равно осталась, я понимаю их, а они меня. И даже, знаете ли иногда в полнолуние так душа мается, что мочи нет и когда я не могу сдержать этот порыв то мы поём, всем кажется, что мы воем, а мы поем.
  - Да, - дед слегка поёжился, - я пожалуй заберу слова, что ты жизни не видел обратно. Извини, парень. Можно ещё один вопрос?
  - Конечно, - Мавель кивнул.
  - А этому научиться можно?
  - Если честно - не знаю. Пока что у моих знакомых такого желания не возникало, поэтому мне трудно сказать.
  - Ну, не знаешь, так не знаешь. Тогда до завтра. Сейчас спустишься, мальчонказаведет тебя обратно в твои апартаменты.
  - Да, не надо, я дорогу и так запомнил.
  - Уважаю, - улыбнулся дед Веталь, - но здесь дело скорее в безопасности, чем в знании дороги. Пацан поможет избежать нежелательных встреч.
  - Тогда, ладно.
  - Тогда, до завтра. Я за тобой подойду к полдню, так что будь готов.
  - Всегда готов, - Мавель кивнул старику на прощанье и вышел из комнаты.
  Яма спустился по крутым ступеням и столкнулся лицом к лицу с тем самым мальчуганом, который привел его сюда. Мальчик жестом указал следовать за ним и без лишних разговоров повел Мавеля в камеру. Путь они проделали молча, на их счастье никто им не встретился. Мав зашел в свои апартаменты и дверь с глухим звуком тут же захлопнулась. Парень прилег на солому, служившую ему ложем, но так и не смок заснуть до самого рассвета. Сон свалил его неожиданно и старый Веталь, когда пришел за ним, как и обещал к полудню, еле растормошил смогшегося арестанта. Сонно моргая Яма долго тер глаза не понимая чего от него хотят, а когда до него всё-таки дошло резко подскочил, но был одернут строгим окриком деда. Веталь нахмурил брови и погрозил Мавелю кулаком, мол, ты веди себя соответственно ситуации, а затем без лишних разговоров связал пленнику руки за спиной и слегка подтолкнув в плечо вывел из камеры, по-хозяйски запер дверь и произнес так, чтобы все слышали:
  - Ничего, ничего, скоро разговоришься. Сейчас я тебя к самому пахану доставлю, пусть он с тобой побалакает о делах твоих невеселых.
  Мавель молча кивнул и не протестуя пошел по коридору, слегка подгоняемый в спину понуканиями и репликами старичка. Они вышли во двор, где их поджидала черная карета с решетками на окнах. Дед Веталь усадил пленника в неё и пристегнул, правда не очень сильно, к жесткому сидению.
  - Порядок, есть порядок, - словно извиняясь пробормотал он. Затем вышел и тщательно закрыл на засов дверцу. Обошел карету, осматривая со всех сторон, убедился в её исправности, залез на козлы и залихватски гикнув, погнал каурую лошаденку вперед. Экипаж скрипнул и двинулся с места. Таким образом они беспрепятственно миновали ворота и выехали в горд. Мавель с любопытством рассматривал в оконце чистенькие улочки, веселых горожан спешащих по своим делам, глядя на их беззаботные и счастливые лица Яма подумал, что местный правитель наверное действительно умён и справедлив. Единственным неприятным зрелищем для парня стало то, что он всё же увидел чушкарей, зануженных и убогих, старательно вычищающих заплывшую нечистотами канаву под одним из мостов. Не выдержав, Мавель с силой грохнул кулаком по стенке кареты.
  - Чего тебе? - тут же раздался голос деда Веталя.
  - А мне вот интересно, - прокричал Мав, - если у вас изведётся преступность, кто будет за вас выполнять черную работу? Будете опускать невиновных, тех, кто слабее физически?
  - Эк, ты выдумал! - сердито ответил старик. - Что б ты знал, эти работы очень хорошо оплачиваются, для нормальных людей, конечно, так что желающих подзаработать хоть отбавляй, особенно из бедных стран. С нашим золотым запасом мы можем себе это позволить. Я только чего-то не пойму, почему ты вдруг взъелся? Тебе что стало, может быть, их жаль? Эта шваль у своих крысит, детей насилует, женщин убивает, а тебе их вдруг жалко стало? Да-а-а. Ну, народ.
  - И ничего мне их не жалко, - сказал Мавель, крепко задумавшись над тем, что только, что сказал дед. - Просто противно как-то.
  - А что поделаешь. Они сами этот путь выбрали. Многих ждала петля, а мы проявили, к-хе, гуманизм.
  - Даже не знаю...я б наверное лучше петлю выбрал.
  - Многие так говорят, но когда перед плахой оказываются совсем другое петь начинают. Ты не подумай, это я не про тебя лично, просто столько на своём веку повидал, что,наверное, и жизни оставшейся не хватит, чтобы пересказать. Ладно, давай, помалкивай, а то не порядок получается.
  - В смысле? - не понял Мав.
  - Не положено мне с подконвойным разговаривать. Заподозрить неладное могут.
  - Понятно, тогда я нем как рыба, - сказал Яма и снова углубился в изучение улиц, проплывавших мимо его окна.
  Путешествие было не долгим, но весьма познавательным. Мавель с большим интересом рассматривал необычную страну и даже решетка на его окне выглядела символично. Наконец карета остановилась перед массивными воротами, дед Веталь что-то зычно прокричал и их впустили внутрь. Дед слез с козел и к нему тут же подбежал молодой человек в чёрном форменном костюме. Старик наскоро перекинулся с ним парой фраз и стал отпирать дверцу кареты, затем высвободил Мава. Парень с удовольствием покинул поднадоевшее средство передвижение и с удовольствием стал разминать слегка затекшие ноги. Молодой человек в костюме протянул деду черный шарф, старик взял его в руку и приблизился к своему подопечному.
  - Я должен завязать тебе глаза, - спокойно произнес он. - это не моя прихоть, порядок такой.
  Веталь покорно кивнул и дал завязать шарф. Дед выполнил свою работу старательно и Мавель даже немного огорчился, ему было очень охота хоть в полглаза взглянуть на местно, где обитает здешний правитель, но видимо было не судьба. Старик тронул Яму за плечо и кратко сказал:
  - Иди.
  - Куда? - не понял Мав.
  - Вперед, конечно.
  - Но я же ничего не вижу?
  - Ничего, я подстрахую в случае чего, - успокоил парня Веталь.
  Мавелю ничего не оставалось делать, как повиноваться, он скорбно вздохнул и пошел вперед, стараясь не споткнуться на ровном месте. Неожиданно для себя Мавель понял, что вполне хорошо ориентируется в пространстве даже с плотно завязанными глазами, на какой-то момент он даже четко увидел картинку двора по которому его вели. Мав сделал глубокий вздох и ощутил знакомый запах, шаловливая ухмылка возникла на его губах, и он вдруг оглушительно взвыл, ему тут же ответил нестройный лай откуда-то слева. Яма блаженно улыбнулся и прошептал:
  - Псарня...
  - Она самая, - подтвердил дед Веталь и добавил чуть тише, - ты это, веди себя нормально, без самодеятельности, нам с тобой лишний раз светиться ни к чему.
  - Хорошо, - Мавель покаянно опустил голову и оставшуюся часть дороги вел себя паинькой.
  Они долго петляли по замку, прежде чем попасть в нужное помещение и Яма даже задумался над тем, действительно ли здесь такая сложная система коридоров и переходов или же его попросту водят туда - сюда, чтобы окончательно запутать. Прийти к какому-то окончательному решению он не успел, так как дед Веталь, наконец, остановился. Он снял с Мавеля повязку и тот увидел, что они стоят перед добротной дубовой дверью. Старичок поправил прическу, оправил костюм и без стука вошел, Мавель последовал за ним. Они оказались в огромной пустой комнате, из мебели здесь был лишь огромный стол и стулья. За столом сидели люди. Мавелю хватило одного взгляда, чтобы понять - среди них нет ни одного высокородного, но держались они достойно и гордо. В торце стола сидел человек, которго просто невозможно было не заметить. Он был весьма коренаст и немолод, одет в черный неприметный костюм, но от его фигуры исходила такая мощь, что аж дух захватывало. Мужчина окинул ясным взглядом не прошеных посетителей и строго произнес:
  - Веталь, это что за цирк. Что за фраера ты притащил на толковище? Ты что, наших законов не знаешь?
  - Знаю, - ничуть не смутившись, ответил дед. - Поэтому и привел, тут случай больно интересный, твоего личного внимания требующий.
  - Ну, коли так, то пусть твой интересный случай выступит перед честным собранием, а мы его послушаем.
  - Э, нет. Так дело не пойдет, - старик упер руки в бока. - Я ж говорю, что не всё тут так просто. Пойдем-ка, Власень, выйдем на минуточку, мне тебе лично пару словечек сказать надобно.
  К удивлению Мавеля правитель Ворании спокойно встал и последовал за дедом Веталем, который в последнюю минуту обернулся и знаком указал Яме следовать за ними. Смещенный, Мав направился к двери находившейся в дальнем углу помещения, она вела в небольшой уютный кабинет. Как только дверь захлопнулась Власень развернулся к старику и сурово произнес:
  - Ну, и что это такое, я спрашиваю?
  - Дела государственной важности, - спокойно ответил Веталь и присел на табурет скромно стоящий около простого добротно сколоченного стола. - Понимаешь, тут промедление смерти подобно, а твоему окружению не обязательно знать известия, что на хвосте принес сей молодчик.
  - Кстати, а кто он и как на тебя вышел.
  - Это Яма из соседнего Дудланда, пацан попал в крутой замес, один хороший проверенный человечек порекомендовал ему к тебе обратиться, напрямую, дело серьёзное.
  - А я здесь каким боком? - удивленно поднял брови Власень.
  - Ты сначала выслушай, а потом уж будешь кипиш поднимать.
  - Ладно, говори, как там тебя...Яма, кажется?
  - Да. Яма, -кивнул Мав и деловито вышел вперед. - Значит так, я- вор. Не знаю подхожу ли я под это звание по вашим понятиям, но на родине я считаюсь именно вором и поверте я не самый худший в этом ремесле, потому что не был практически ни разу изловлен, а дела мои говорят сами за себя. Последним моим трофеем была венчальная корона короля. - Мав сделал многозначительную паузу, чтобы дать понять находящемся в кабинете насколько он проворен.
  - Так это твоя работа? - со знанием дела ухмыльнулся Власень. - Что ж неплохо, неплохо.
  - Моя, - гордо подтвердил Яма. - Но с этой короной я приобрел и огромные неприятности. Если вкратце, то на меня начали настоящую охоту, мне устроили ловушку, и я повелся. Я угодил в лапы самого судьи Гарриса, но я так понимаю, что за ним стоят более серьезные люди.
  - С чего ты это взял? - поинтересовался пахан.
  - Да не может эта заплывшая жиром скотина разработать такой дьявольский план. Кроме того я заметил, что когда Гаррис меня колол на допросе в помещении находился ещё кто-то, при чем сам судья этого неизвестного боялся как огня. Но это так лирические отступления. Гаррис угрожая мне расправой над матерью, потребовал, чтобы я подкинул украденную мной ранее корону в вашу сокровищницу. Меня бы ожидала свобода, а вас международный скандал и военные действия, - Мавель замолчал.
  - Ну? - Власень вопросительно уставился на Мавеля.
  - Что "Ну"?
  - И что дальше?
  - Всё.
  - Не понял, - Власень тряхнул головой и уселся на второй табурет. - Что ты от меня хочешь? Зачем пришел?
  - Как это зачем? Вам что нужна война?
  - Нет, конечно. Только тебе какое дело до этого?
  - Никакого. Мне нужна информация в обмен на корону.
  - А ты наглец, - уважительно протянул Власень.
  - Кроме того я знаю как можно разрулить создавшуюся ситуацию. При раскладе, который я предлагаю, мы все выйдем белыми и пушистыми.
  - А ты ещё и самоуверен, - Власень переглянулся с дедом Веталем. - Ну, давай, рассказывай, интересно послушать.
  - Нет, - Мав, обиженно поджал губы. - Я вижу вы мне не верите, а быть шутом я не собираюсь.
  - А с чего я должен тебе верить? - пахан подался вперед. - Вот кто ты есть такой, чтобы я в твоих словах не усомнился? Тем более что сам говоришь, будто твоя мать у них. Какой понт тебе сдавать своих.
  - Во-первых, свою мать я уже освободил. Во-вторых, очень хочется поквитаться с Гаррисом и разрушить его планы. В-третьих, я уже говорил мне нужна кое-какая информация.
  - Ох, Веталь, Веталь, кого ты ко мне привел? - Власень страдальчески закатил глаза.
  - Вражеского лазутчика, - толи шутя, толи всерьёз ответил дед. - Только вот, что я тебе скажу Власень, я мальчику верю, потому как его ко мне за помощью прислала сама Риза.
  При упоминании этого имени Власень сразу же погрустнел, в его глазах мелькнула какая-то непонятная тоска и боль, но Мав сделал вил, что ничего не заметил.
  - Риза? - переспросил пахан. - Ты видел её?
  - Да, - подтвердил Мав.
  - Где?
  - В Боровиках, среди задержанных, там почему-то отлавливают цыган.
  - Ей нужна помощь?
  - Не знаю, думаю, нет. Потому что она была уверена, что вскоре окажется на свободе.Ну так что, теперь-то вы мне верите про корону?
  - Ладно, допустим, я тебе поверил, тем более, что сказанное тобой вполне вписывается в современную политическую обстановку, но что же ты предлагаешь делать?
  - О, всё до банального просто. У вас есть канал тайной связи непосредственно с нашим королем?
  - Конечно, - кивнул Власень.
  - Он надежен?
  - Вполне, тем более что в отличие от вашей страны у нас разрешено колдовство.
  - Тогда я предлагаю немедленно отправить Густаву Х срочное известие о том, что вашими стражниками задержан некто неизвестный при попытке пересечь границу. У этого перебежчика изъята корона, которая по описанию полностью соответствует украденной венчальной короне, и что вы желаете вернуть её настоящему владельцу. Я думаю, что после такого широкого жеста о войне в ближайшее время не может быть и речи.
  - Умно придумано, - довольно крякнул дед Веталь.
  - Действительно, - одобрительно улыбнулся Власень. - Тогда в свою очередь спрошу, что за информацию ты хочешь получить от меня?
  - О, пустяк. Риза сказала, что вы знаток ювелирных украшений.
  - Есть немного, - ухмыльнулся Власень, но глаза его стали холодными и жесткими.
  - Она решила, что вы сможете мне подсказать, где я смогу найти Орлиное Око.
  Когда Мав произнес имя камня в кабинете повисла гробовая тишина, Власень напрягся и обернулся к деду Веталю, тот медленно кивнул и пахан устремил свой въедливый взор снова на притихшего парня.
  - Риза ошиблась? - невинно поинтересовался Мав.
  - Отчего же, - неопределённо пожал плечами Власень. - Только позволь полюбопытствовать, зачем тебе сия вещица?
  - Надо.
  - Х-м, надо...конкретный ответ. А ну-ка, Веталь подержи-ка своего подопечного покрепче.
  Мавель не успел и слова сказать, как его скрутила какая-то неведомая сила, Власень спокойно подошел к пленнику и сорвал с его головы платок и грязную повязку, которой была перевязана его голова, откинул волосы и внимательно осмотрел уши несчастного.
  - Теперь верю, - констатировал Власень. - Эльфам действительно Орлиное Око надо, - затем обернулся к старику и приказал: - Отпусти.
  Мавель тут же ощутил, что хватка ослабла, а затем и вовсе исчезла. Парень зло уставился на обидчиков и процедил:
  - И что дальше?
  - Ничего, - ответил Власень. - Могу сказать только одно, что если ты подвязался отыскать сей артефакт, то придётся тебе туго, потому что он сейчас в нечистых руках и используется в корыстных интересах.
  - И что с того? - не понял Мав.
  - Ну, как же, - пахан оперся о стол. - Если такой камень как Орлиное Око использовать во зло окружающему миру, он сам озлобиться и может принести очень много бед. Я даже могу сказать, что его вызволить из плена мелочь, а вот очистить от грязи налипшей за эти годы задача куда посложнее.
  - Я что-то не могу сообразить, - затряс головой Мавель. - Вы говорите о камне словно у него есть душа.
  - Так оно и есть, - кивнул Власень.
  - Только у Орлиного Ока она сейчас озлоблена и жаждет мести. Страшно даже подумать о том, что будет с тем на кого этот гнев падет, - отстраненно добавил дед Веталь.
  - Вот и отлично, - обрадовался Яма, - тот, кто не по праву владеет камнем, падет от его гнева. Чем плохо?
  - Тем, что нынешний владелец знает как этого избежать, и пока он жив, камень будет служить ему.
  Мавель подобрал сорванную с головы повязку, повертел в руках и отправил в урну стоящую в углу, затем нагнулся за платком, завязал его таким манером, чтобы уши снова стали невидны.
  - Всё равно у меня нет другого пути, - решительно начал он после затянувшейся паузы. - Так вы знаете, где мне искать Орлиное Око.
  - Только примерно, - словно извиняющимся тоном ответил пахан. - Он всё ещё в руках у Господина, того самого который разграбил храм и вынул камень из колыбели. Сам же Господин по слухам обитает как раз таки в твоей родной стране, говорят он второй человек в вашем государстве, а некоторые утверждают, что и первый.
  - Вот те раз, - Мавель ошарашено уставился в пол. - Значит мне теперь ко двору пробираться надо?
  - Если ты не передумал то да, - подтвердил дед Веталь.
  - Идеи есть? - поинтересовался Власень.
  - Идеи есть всегда, - отмахнулся Яма, - только вот возможности иногда ограничены.
  - Говори, что придумал, - Власень подошел к Мавелю и положил руку на плечо. - Чем смогу, тем помогу.
  - С чего такая забота? - Мав недоверчиво прищурился.
  - Нравишься ты мне, - пахан улыбнулся, - да и к Господину у меня свои счеты имеются. Только я не волен своей жизнью теперь рисковать - государство на мне. Так что поверь, если я говорю что помогу, значит помогу.
  - Тогда вот что, - Мавель решил не упускать подвернувшуюся возможность. - Отправьте меня Густаву корону возвращать, так я попаду ко двору, а там уже на месте сориентируюсь.
  - Неплохо придумано, - заметил Власень, - только не могу я тебя одного туда отослать.
  - Хорошо, пахан, -подал голос дед Веталь. - Я пойду с ним.
  - Взыграла кровушка?
  - Можно и так сказать, - ничуть не обидевшись, ответил старик. - Охота и мне на старости лет Родину повидать.
  - Не боишься? Колдовство там и сейчас запрещено, - заметил Власень.
  - Стар я, чтобы смерти бояться. Да и видение мне было, чую большие перемены грядут.
  - Как знаешь, - Власень огорченно качнул головой. - Может, передумаешь?
  - Нет.
  - Тогда единственное что я могу тебе сказать: знай, я всегда буду рад тебя видеть, и если тебе будет нужна моя помощь - никогда не откажу.
  - Спасибо, Власень, я знаю.
  - Тогда берите корону и езжайте, - решительно заявил пахан. - Кстати где она?
  - Ну-у-у, - замялся Мав. - В одном надежном месте.
  - Что, не доверяешь? - изогнул бровь пахан.
  - Но я, же не знал, как сложиться ситуация, когда шел к вам. Извините, но я не мог рисковать, поэтому закопал свою ношу в одном укромном месте.
  - Уважаю, - Власень подмигнул смущенному Мавелю. - Лады, надо теперь подготовитьваш отъезд и правильно всё обставить, за короной заедите по пути, негоже вам туда-сюда метаться, лишнее внимание к себе привлекать. Подождете меня здесь, а мне сходняк закончить надо, а то пацаны не поймут.
  Власень вышел из кабинета плотно прикрыв дверь. Мавель вопросительно взглянул на деда, но тот был поглощен своими мыслями и парень не решился оторвать от размышлений этого странного старика.
  
  ****
  Леонелла зло металась по своим покоям, её мир рушился прямо на глазах. Соблазненный ею слуга Лютмира сообщил ей, что сегодня вечером на неё планируется покушение, чем поверг самолюбивую красавицу в глубокий ступор. Женщина тут же отправила весточку Гликее, но записка которую принес черный ворон была просто непонятна. Леонелла остановилась и притопнула ногой, после того что она сделала для этих колдунишек, они просто не смеют так обращаться с ней. Она им этого не позволит! Леонелла стала спешно одеваться в дорогу и вскоре её фигурка, укутанная в черный плащ, выскользнула за ворота замка.
  Дорога до избушки, где когда-то она и познакомилась с травницей Гликеей, показалась ужасно долгой, тем более, что Леонелле пришлось проделать её пешком. Когда место назначения появилось на горизонте, красавица уже плохо контролировала себя от злобы переполнявшей всё её существо. Не утруждая себя стуком, красавица рванула на себя дверь и ввалилась в помещение увешанное травами. Гликея в дальнем углу составляла сбор для почтенной матроны и не сразу обернулась на шум, когда же она заметила непрошенную гостью лицо её окаменело и лишь ходившие ходуном желваки указывали, что травница еле удерживает себя в руках. Наскоро спровадив ничего не заметившую матрону, Гликея уперла руки в бока и обратилась к Леонелле.
  - И у тебя, бесстыжей, ещё хватает наглости заявляться сюда?
  - Это кто ещё бесстыжий! - взвилась в ответ красавица. - Я столько для вас сделала, а в самый трудный момент, когда я могу потерять всё, в том числе и жизнь, вы мне присылаете какие-то невнятные комментарии?!!
  - Ой, держите меня, - Гликея расхохоталась, - и что же это ты для нас сделала? И где же это ты так надорвалась? Уж не по постелям ли таскаючися всё здоровье растеряла?
  - Что?!! - Леонелла с кулаками хотела набросится на обидчицу, но та в один момент оказалась в другом конце помещения.
  - Что слышала, - злобно оскалившись прошипела ведьма.
  - А как на счет короны? - Леонелла решила пустить в ход последний аргумент. - Между прочим это из-за того, что я вам о ней рассказала, меня хотят убить. Из-за этого Лютмир рвет и мечет! Ведь как я понимаю она не попала по назначению.
  - Ты понимаешь правильно, - кивнула Гликея, - но и к нам в руки она не попала. Так что твои претензии беспочвенны.
  - Но как так?
  - Это у тебя надо спросить, - ведьма ухмыльнулась. - Может ты всем с кого могла хоть что-то поиметь раскрыла сию страшную тайну. Откуда мне знать. Только скажу тебе сразу, что эта затея нам дорого обошлась, мы потеряли кучу проверенных людей. Так что катись отсюда по добру по здорову, пока я добрая.
  - Но...- Леонелла не могла поверить в услышанное.
  - Что но?! Шевелись, не в твоих интересах, если тебя здесь кто-нибудь застанет.
  Не до конца веря в происходящее, Леонелла покинула избу, её душили слёзы. Последняя надежда выкрутиться из сложившейся ситуации растаяла словно дым. Теперь у неё не было иного выхода кроме как бежать, бежать без оглядки, куда глаза глядят и оставшуюся жизнь боятся, что страшный в гневе Лютмир всё-таки найдет её и доведет задуманное до конца. Женщина заторопилась в обратную дорогу. Уже через час она металась по своим покоям сгребая в тюки своё такое дорогое барахло. Неожиданно её взгляд упал на миниатюрную корону, которую когда-то ей презентовал один из воздыхателей, вещица была чудо как хороша, но в данный момент Леонелла не заметила красоты безделушки, в её хорошенькой головке родилась неожиданная идея, как можно спастись от неминуемой расправы и остаться при дворе. Не откладывая задуманное ни на минуту, Леонелла выбежала из своих апартаментов и понеслась по широкому коридору. Провидение благоволило ей, король оказался на месте, у себя в кабинете. Молодой монарх хмуро уставился на нежданную посетительницу и сурово произнес:
  - Вы бы стучали что ли? И вообще чем занята стража? К королю вламываются посреди бела дня, кто ни попади.
  - Ваше Величество, не вините стражу, я на коленях упросила пропустить меня.
  - Вы уже и до этого опустились, - Густав многозначительно изогнул бровь.
  - А вы пошляк, - чарующе улыбнулась в ответ Леонелла.
  - Ну это вы скорее о себе, как говориться у кого что болит... - король запнулся и после незначительной паузы добавил. - И всё-таки вы бестактны, а если бы я был с дамой?
  - Я бы присоединилась, - промурлыкала интриганка и многообещающе улыбнулась, от этой улыбки у Густова пробежал мороз по коже, он ясно ощутил, что женщина перед ним нисколько не шутит и он поспешил сменить тему.
  - Что же привела вас ко мне, по какой причине вы решились нарушить мой покой?
  - Мой господин, - Леонелла рухнула в ноги королю. - Меня хотят убить!
  - Ну, по-моему, это не новость, - король не смог подавить злорадную улыбку.
  - Нет-нет, сейчас это очень серьёзно! Я знаю, убийцы придут за мной сегодня ночью.
  Густав внимательно посмотрел на женщину, распростёртую у его ног, шестое чувство, неожиданно прорезавшееся в последнее время, уверяло, что красавица не врет и ей действительно угрожает опасность. Осознав это, Густав не ощутил и тени жалости, а только любопытство, кто же всё-таки первым решился свести счеты с этой расчетливой стервой.
  - И кто же этот нечестивец, что решился посягнуть на твою жизнь? - изображая полное равнодушие, поинтересовался король.
  - Лютмир.
  - Странно, говорят, что у вас как раз таки очень даже дружеские отношения. Или твой любовник застал тебя в постели с другим, и мучимый жаждой мести, решил расквитаться с неверной возлюбленной?
  - Нет. Всё намного проще, - Леонелла скромно потупилась. - Я взболтнула лишнего, а он об этом догадался.
  - Да-а-а, - протянул удивленный Густав. - Видимо я тебя переоценил. Ты прости меня, конечно, за прямоту, но я тебя считал первоклассной интриганкой и то что ты попалась на простейшем неумении держать язык за зубами просто не укладывается у меня в голове... - но тут король застыл его осенила догадка. - Постой, постой... ты не проболталась, а просто напросто сдала планы своего любовничка на выгодных для тебя условиях? Я прав?
  - Вы всегда правы, - Леонелла скорбно поджала губы.
  - Да-а-а, дела, - снова протянул король. - Что я могу сказать тебе по этому поводу: конечно ты не заслуживаешь ни снисхождения, ни помощи и всё что происходит всего лишь расплата за твои деяния и непомерную жажду наживы и власти, - Леонелла услышав это заскрипела зубами, но смолчала и Густав продолжил. - Но с другой стороны то, что ты смогла насолить самому Лютмиру, заслуживает поощрения.
  - Правда?! - Леонелла в надежде протянула руки к королю.
  - Правда, - милостиво кивнул монарх. - Только не строй иллюзий, Лютмир очень силен и влиятелен его шпионы везде. Так что единственное место, где я могу гарантировать твою безопасность это тюрьма.
  -Что? - Леонелла не поверила своим ушам. - Но за что?
  - За что всегда найдется, - рассмеялся Густав. - Не надо так бледнеть, ты же меня не дослушала. В нашем остроге есть вполне уютные, обставленные со всеми удобствами камеры для венценосных особ, на всякий случай, сама понимаешь. Так что я предлагаю занять тебе один из этих уютных номеров. Да, конечно, свобода будет несколько ограничена, но зато я смогу гарантировать твою полную безопасность.
  -Вы не врете? - Леонелла жалостливо всхлипнула.
  - Нет, - спокойно подтвердил Густав.
  - А ты будешь меня навещать?
  - А мы разве снова на ты? - заметил король, и красавица разрыдалась горько и безнадежно. Густав смутился от подобного поведения ещё вчера такой несносной гордячки, он подошел к Леонелле и помог ей подняться, женщина тут же повисла у него на шее и король, вдохнув аромат её волос, неожиданно для себя произнес. - Хорошо, я буду к тебе заходить.
  
  ****
  Мавель и дед Веталь просидели в запертом кабинете около трёх часов. Затем дверь открылась, и незнакомый человек в скромном темном костюме предложил затворникам следовать за ним. Дед Веталь тут же пошел вслед за незнакомцем и Яме ничего не оставалось делать как последовать его примеру. Зал, где проходило толковище, был уже пуст, но несмотря на это в нем царила идеальная чистота и порядок. Миновав несколько переходов, скудно освещенных факелами, спутники оказались в довольно просторном помещении, единственным украшением его был огромный стол уставленный всевозможными яствами. За ним в глубокой задумчивости сидел Власень, но как только он увидел вошедших он встал и радушным жестом предложил гостей разделить с ним трапезу:
  - Присаживайтесь, - произнес он.
  Старый Веталь тут же занял место по левую руку от пахана, Мавель скромно присел рядом с дедом.
  - Что ж, - тут же начал о деле Власень. - Всё идет по плану. Я перетер с пацанами, конечно без особых подробностей, но они так сказать прониклись, особенно казначей. Он уже рассчитал смету вашей поездки.
  - Небось он припишет парочку нулей к сумме требуемой на самом деле, - невесело усмехнулся Мав.
  - Что ты,- замахал руками Власень, - мой казначей честнейший человек, копейки лишней из казны не возьмет.
  - Что ж так? - ехидно поинтересовался Яма. - Это прямо чудо какое-то казначей, который не крадет.
  - Никакого чуда тут нет, - сурово заметил Веталь. - Просто сидит этот достойный муж на стуле обтянутом кожей своего предшественника, который проворовался.
  - Не может быть,- не поверил своим ушам Мав.
  - Может, - кивнул Власень.
  - Но это же дикость какая-то, - Мавель потрясенно уставился на пахана, который спокойно жевал пучок петрушки.
  - Зато очень действенно и даже, знаешь ли, как-то мобилизует, - ничуть не смущаясь, заверил тот.
  - Этак ты ещё скажешь, что у вас как на древнем востоке - преступников в чан с дерьмом садят. А над головой ятаган пускают, чтобы злоумышленник уворачиваясь от него в чан с головой нырял.
  - Нет, такого у нас нет...пока, нет, но ты мне подкинул интересную идею.
  - Да. Как говорил кто-то из мудрейших: " О времена, о нравы".
  - Я что-то не пойму, - неожиданно прервал рассуждения Мавеля Власень. - Тебе что-то не нравиться?
  - Да я и сам ещё не знаю,- честно признался Яма. - Просто у вас здесь всё как-то совсем необычно. Я до сих пор не разобрался что это за понятия, по которым вы живете и нравиться мне это или нет.
  - Что ж, по крайней мере, честно, - Власень одобрительно кивнул. - Ну, на счет понятий я тебе поясню, а дальше уж сам решай. Значит так, - Власень хлебнул кваса из глиняной кружки и продолжил. - Основных понятий у нас пять, остальное так, доработки, пояснения. Первое и самое главное правило - не кради.
  - Ого, - Мав аж поперхнулся. - Неожиданно.
  - Отчего же, - Власень сурово взглянул на Мавеля. - У своих воровать - грех.
  - А что, у чужих, значит, можно?
  - Так мы и у чужих не воруем, - Власень хитро блеснул глазами, - а если у какого толстосума и отберем что, так это та самая экспроприация, так сказать перераспределение благ в обществе согласно потребностям.
  - Вон оно что, - Мав сделал умный вид не желая дать понять окружающим, что практически ничего не понял из того что сказал пахан.
  - Следуем далее. Второе правило - плати долги.
  - А это вообще к чему? - не удержался от вопроса Яма.
  - Не перебивай, - шикнул на него дед Веталь.
  - Да, ничего, - Власень ухмыльнулся, - я же сам взялся про понятия рассказывать, так что придется растолковать. Понимаешь, парень, человек который не выполняет обязательства потенциально опасный элемент. Мало того, что на него нельзя положиться так он может запутавшись в долгах и на воровство пойти и на другие злодеяния. Я понятно излагаю? - Мав кивнул. - Третье правило гласит - не лги. Четвертое - отвечай за базар, за сказанное то есть. Так что, на будущее, прежде чем ляпнуть что-нибудь семь раз подумай. Пятое - не занимайся делами ради наживы. Шестое - не сотрудничай с законниками.
  - Шестое ваше мне совсем не понятно. У вас же нет законников.
  - Зато они есть в соседних странах, - не моргнув глазом, ответил Власень.- И последнее, седьмое -жить надо по этим правилам или понятиям, как кому удобней называть и не допускать беспредела.
  - А что такое беспредел? - поинтересовался Мав.
  - Это когда понятия нарушаются.
  - Честно скажу: я впечатлен, - Яма в знак уважения склонил голову. - Я,конечно, не знаю, как ваши понятия работают в реальной жизни, но в теории всё разумно и оправданно. Только повторюсь - непривычно как-то.
  - Понятное дело, - согласился пахан. - Просто у нас ось марали по отношению к вашей немного смещена, отсюда и непонимание.
  - Ну, почему сразу непонимание! - возмутился Мавель.
  - Ой, молчи, знаю я, что о нас балакают вашилжеморалисты. Дескать, мы тут звери, права человека не соблюдаем. Можно подумать у вас они соблюдаются.
  - Нет, конечно, -поспешил согласиться Мав.
  - И я об этом же. Просто иной раз обидно: у самих бардак, а на нас ещё рыпаются.
  - Может уже время и о деле поговорить, - напряженно заметил дед Веталь, - а то от ваших рассуждений уже уши опухать начали.
  - А ты не слушай коли не нравиться,- резко заметил пахан, но тут же поостыл и добавил. - Интересно всё-таки знать истинное мнение со стороны.
  - Интересно-о-о, - передразнил его старик. - Мне интересно, отослал ли ты весточку ко двору короля Густава да когда мы выезжаем, кто нас прикрывает, а остальное это все так, сплошная теория.
  - Ох, дед, здаётся мне знаешь ты что-то да сказать не хочешь.
  - А если и так, то что? Пытать будешь?
  - Зачем пытать? - обиделся Власень. - Просто спрашивать. Так скажи же мне друг мой сердечный, что тебя так беспокоит, отчего разворчался, будто столетний дед.
  - А я и есть столетний,- гордо сверкнув очами отвел старик.
  - Не цепляйся к словам, - пахан стукнул кулаком по столу, - ты же понял о чем я!
  - Ладно, успокойся, - дед примирительно положил свою руку на сжатую в кулак ладонь пахана. - Ничего я не знаю, просто предчувствие какое-то неприятное, будто зря время теряем, будто что-то нехорошее надвигается.
  - Коли так, то чего ты молчал! Я бы вас давно отправил бы, а не разговоры по просвещению молодёжи разговаривал! - Власень возмущенно встал, затем махнул рукой и снова сел. - Слушайте сюда, - тихо произнес он, - значит так, сейчас вас отведут к одному человечку, он вас принарядит в соответствующую одежонку, особенно тебя, - пахан кивнул на Мавеля. - Затем получите паёк, деньги и все что в таких случаях полагается. Прикрывать вас будет группа "А", тебе Веталь я думаю не надо объяснять, что это значит, - в ответ старик утвердительно кивнул. - Выезжайте прямо сейчас. Всё, можете идти.
  - Но... - Мавель в недоумении уставился на Власеня. - А как же план?
  - С планом всё в порядке. Не бойся парень, я к вам, когда вы будете готовы к выезду, подбегу и посвящу в детали.
  - Ну разве что так, - Мавель облегченно вздохнул.
  Власень хлопнул в ладоши и в комнату тут же вошел тот самый человек, что ещё недавно привел Мава и деда Веталя сюда. Пахан коротко кивнул ему и тот жестом предложил гостям следовать за ним.
  
  ****
  Леонелла проснулась в хорошем настроении, ей вполне нравилась её новая комната, то, что располагалась она в остроге, нисколько женщину не смущало. Накинув шелковый халат красавица подошла к зарешеченному окну и выглянула на улицу, уважительно присвистнула. Король действительно сдержал данное слово и обеспечил ей безопасность, подобраться к башне в которой была "заточена" прекрасная преступница можно было разве что с внушительной армией. Леонелла победно улыбнулась: её план сработал. Причем она не только обрела защиту под крылышком у короля, но и даже выпросила, чтобы этот глупый монарх навещал её. Между прочим и это обещание Густав выполнил, вчера он почтил её своим визитом и они пили чай как добрые знакомые. Леонелла лелеяла надежду, что после нескольких таких визитов чай им подадут уже в постель. Соблазнительница развернулась и прошла к столику на котором уже стоял поднос со свежими фруктами.
  Леонелла только протянула руку к огромной сочной груше, как до её слуха донеслось странное скрежетание, она обернулась и чуть не обомлела от неожиданности. За окном вцепившись в решетку сидел тот самый, печально знакомый красавице ворон и время от времени проводил огромным клювом по металлическим прутьям, к его лапе было прицеплено послание. Леонелла было хотела проигнорировать черного посетителя, но тот не собирался улетать. В конце концов любопытство взяло верх и женщина подошла к окну отвязала послание и дрожащими руками расправила скрученную в трубочку бумагу. Там красивым подчерком было изложено следующее:
  "Дорогая сестра, прости меня за тот недостойный приём который я оказала тебе в последнюю нашу встречу, но ты должна понять и меня, операция была провалена и во всём обвинили соответственно тебя, но сейчас, когда праведно расследование и стало понятно что невиновна мы приносим тебе глубочайшие извинения. Нам стало известно, что наш деспот-король заключил тебя под стражу, мы хотим оказать тебе всестороннюю поддержку и подготовили твой побег, укажи только день и ты снова окажешься на свободе. Кроме того хочу дать совет: ты узнала основы любовной магии и у тебя есть реальный шанс попрактиковаться, попробуй воздействовать на короля, очаруй его, пусть он падет к твоим ногам. Твоя верная Гликея".
  Леонелла дочитала последнюю строчку и довольно фыркнула, затем покружилась по комнате и села писать ответ.
  " Уважаемая, я очень рада, что вы осознали, какую ошибку допустили, отказавшись от меня, но я умею прощать и я прощаю вас. В ваших советах я не нуждаюсь, как и в устройстве побега, так как это моё добровольное отречение от мира, где правит подлость и предательство. Единственное, что вы можете для меня сделать - это прислать флакон приворотного зелья, потому как моё уже закончилось, а как вы понимаете здесь нет условий, чтобы создать новое. Заранее благодарна".
  Леонелла перечитала свое послание и довольная собой направилась к окну, где её терпеливо дожидался ворон, привязала к его ноге письмо. Птица тут же взлетела и через пару минут пропала из вида скрывшись за деревьями. Женщина проводила её взглядом, а после кинулась к кровати и стала прыгать по ней словно в детстве. Красавица подбрасывала вверх подушки и визжала от восторга, затем плюхнулась на ложе сама и уставилась в потолок.
  - Не зря говорят, что понос пройдет и жизнь наладится, - тихо произнесла она. - Кажется у меня именно такая ситуация. Ну, Лютмир, что выкусил? Думал от меня так легко избавиться? А вот тебе - накоси - выкуси!
  Тихую беседу с самой собой снова прервал тот самый скрежет, Леонелла подошла к окну, но ворона там не было, а на решетке висел стеклянный пузырек с зельем, на нем было написано всего одно слово: " Удачи". Девица сжала сосуд в ладони и прошептала:
  - Спасибо, удача мне как раз таки очень понадобиться!
  Вечером, когда Густав зашел навестить свою пленницу, Леонелла была в полной боевой готовности, но к её немалому удивлению король никак не отреагировал на её чары, хотя после того как она обильно надушилась зельем вызывающим желание это было очень и очень странно. Король отстраненно допил чай и, не покусившись на бесстыдно обнаженные прелести собеседницы, отбыл к себе в резиденцию.
  Леонелла была в ярости, она металась по комнате не в силах понять, почему этот несносный Густав остался холоден к ней, вместо того чтобы валяться в ногах и умолять о близости. В какой-то момент у неё даже возникло подозрение, что зелье испорчено, но с другой стороны на стражников оно подействовало безотказно, каждый из них был готов жизнь отдать только за возможность дотронуться до её руки. Леонелла печально подошла к окну, за окном темнело и на небе уже просвечивали первые звезды. Тут до плеча девушки кто-то дотронулся, Леонелла охнула и обернулась в надежде, что Густав передумал и вернулся к ней, но перед ней стоял не король, а Гликея. Леонелла разочарованно выдохнула:
  - А это ты.
  - А ты кого ждала увидеть? - фыркнула ведьма.
  - Хотелось бы короля.
  - А что, он не приходил?
  - Приходил.
  - И где он?
  - Ушел.
  -Как?
  - Как обычно, ногами.
  - Как он мог уйти, тут же такая убойная доза зелья в помещении, что его отсюда по доброй воле могли только вынести, а он бы визжал и вырывался.
  - Представь себе, нет, он был мил, но не более чем обычно. Я и так и этак, а он остался ко мне холоден.
  - Странно, -Гликея наморщила лоб.
  - И я думаю, что странно.
  - А на нем не было никаких амулетов, оберегов.
  - Откуда я знаю. Болтался на шее какой-то убогий медальон.
  - Какой?
  - Ну такой, - Леонелла неопределенно повела рукой в воздухе.
  - Нарисовать сможешь?
  - Наверное.
  Леонелла подошла к небольшому секретеру в углу, достала лист бумаги и перо и принялась старательно, словно школьница, рисовать. Через минуту она гордо предъявила ведьме неказистый рисунок, на котором был изображен медальон. Гликея внимательно рассмотрела его и уважительно зацокала языком.
  - Х-м, - наконец произнесла она. - А этот твой Густав не так прост как всем кажется...
  - В смысле? - Леонелла взволнованно уставилась на ведьму.
  - В смысле, если это действительно то, что я думаю, то не видать тебе, детка короля, как своих ушей.
  - Говори толком!
  - Хорошо, - Гликея ещё раз посмотрела на рисунок. - Вот этот предмет, который ты схематически изобразила, до боли похож на амулет, который защищает от попыток воздействовать на волю и разум.
  - То есть?
  - Боже!!! - ведьма бессильно воздела руки к небу. - Какая ты недогадливая! Пока на нем болтается эта штучка, на него никакое приворотное зелье не подействует!
  - А-а-а-а, - протянула Леонелла. - А её можно как-нибудь испортить.
  - Нет. Можно только выпросить, выдурить, купить. Так что действуй - это твой единственный шанс.
  - Час от часу не легче, - Леонелла понуро опустила голову, но вскоре взяла себя в руки и уже более бодрым голосом произнесла. - Ничего, что-нибудь придумаем.
  - Только будь осторожна. Если это действительно амулет, то это значит, что у него появился знакомый маг, причем, весьма сильный.
  - Маг? Да ты что с дуба рухнула, откуда ему здесь взяться? Ты что забыла, что рядом с королем всегда крутиться мой отец, а у него на волшебство нюх.
  - Ты права, но всё равно что-то здесь не так.
  - Может он через кого-то получил эту вещицу?
  - Врядли, я всех умельцев по этому делу знаю, они проверенные люди и не допустили бы ничего подобного.
  - Но как тогда?
  - Сама не знаю, разве что в окрестностях объявился новый сильный маг, который не торопиться примкнуть к нашему братству.
  - А что так бывает?
  - Всякое бывает, - ответила Гликея и подошла к окну. - Мне пора. Ворона я с тобой оставлю. Не спорь. Если что новое узнаешь, или там помощь, какая нужна будетотправишь его ко мне.
  Ведьма тряхнула черными кудрями и растворилась в воздухе, а через минуту на подоконник сел черный ворон. Птица внимательно изучила комнату и застывшую в раздумьях молодую женщину и отвернулась.
  
  ****
  Мавель сидел в карете рядом с дедом Веталем, оба были одеты по последней моде, ещё бы им предстояло предстать перед монархом соседней державы. Власень расстарался и не пожалел средств на делегацию, а лично для Мавеля даже раздобыл где-то шикарный напудренный парик. Парень долго отпирался от злосчастного аксессуара, но когда его убедили, что сей предмет просто необходим ему для маскировки согласился и вскоре вовсю щеголял в нем, пошучивая, что теперь у него, по крайней мере, голова в тепле. Но вот сборы были закончены, и настал час расставания. Власень лично спустился проводить своих послов. Он долго обсуждал что-то с дедом Веталем наедине, а затем подошел к Мавелю. Смущаясь словно мальчишка, пахан протянул парню небольшую коробочку и тихо произнес.
  - Отдай это Ризе, если конечно встретишь её и скажи, что моё предложение до сих пор в силе.
  - А если я не встречу её? - взволнованно спросил Яма.
  - Тогда эта вещь останется тебе. Только не продавай её, пусть она всегда будет с тобой.
  Затем Власень пробормотал ещё несколько наставлений и спешно попращавшись поспешил скрыться в замке.
  Мавель в недоумении подошел к Веталю, но тот по всей видимости тоже не был расположен к беседе и лишь кивнул парню на карету, мол давай залезай. Мав с готовностью запрыгнул в экипаж, дед степенно последовал за ним. Как только пассажиры заняли свои места карета тут же тронулась и неспешно потрусила по добротно вымощенной дороге.
  Ехали молча, Мавель наблюдал за суетой на улицах, старательно отводя взгляд, когда на их пути попадались чушкари или петухи, не смотря ни на что ему всё равно было дико смотреть на этих опущенных на самое дно существования людей.
  - Да не жалей ты их, - неожиданно раздался скрипучий голос деда.
  - Почему ты думаешь, что я их жалею?
  - У тебя на лице всё написано.
  - Так уж и всё?
  - Всё, - спокойно констатировал старик. - И что считаешь это перебором, и что ни один человек не заслуживает такого обращения.
  - Но разве я не прав? - Яма подался вперед.
  - Нет, - жестко ответил Веталь, он стукнул кулаком в стену экипажа и приказал вознице остановиться на углу, где деловито расчищали грязь чушкари, затем поманил Мава к себе поближе и вкрадчиво произнес. - Смотри, вот они, голубчики, искупают свою вину перед Богом и людьми. Тебе жаль их?
  - Да, - тихо произнес Мав и попытался отвернуться, но старик не дал ему этого сделать, он ухватил попутчика одной рукой за подбородок, а другой указал на одного из чушкарей. - Вон, видишь того, длинного, с оборванным ухом? - Мавель кивнул. - Он изнасиловал и убил тринадцать деток возрастом не старше десяти лет. А вон видишь того мордоворота с красными прыщавыми щеками? Он пришел в дом к соседке и убил добрую женщину, а также её трех малолетних детей, кроме того надругался над её матерью, которой за девяносто.
  - Довольно! - вскричал Мав и,наконец, вырвался из цепкой хватки старческих пальцев.
  - Я вижу, тебе уже не так жаль их? - ехидно улыбнулся старец.
  - Ты прав, после твоих рассказов мне совсем не жаль их, но не проще ли и честнее было их просто убить?
  - Э, нет. За кого ты нас принимаешь? Мы цивилизованная страна и чтим права человека. Так что свою судьбу они выбрали сами, у них был выбор смерть или такая жизнь.
  - Опять ты меня путаешь, - разозлился Яма, - плетешь что-то о выборе...а если человек не виновен. За что ему такие муки?
  - У нас не у вас. У нас невинных под суд не отдают.
  - Это типа дайте нам человека, а вина найдется?
  - Не угадал. В нашей стране магия поставлена на службу людям, и каждый подсудимый проходит магическую проверку. На ней ни соврать, ни схитрить, ни подкупить не получится.
  - Неужели так бывает?
  - Бывает, - кивнул дед Веталь. - Так что прежде чем принимать, чью либо сторону для начала собери информацию об обсуждаемом предмете. Это я тебе на будущее говорю, а то можешь впросак попасть.
  - Приму к сведенью, - ответил Мавель и надолго замолчал.
  Карета давно уже покинула город и трусила по проселочной дороге, а в ней всё так же царила тишина. Первым не выдержал Мав и как бы для начала разговора задал вопрос, который на самом деле его весьма интересовал:
  - А про какое предложение Ризе упомянул Власень?
  - Ну, не в преферанс же сыграть в пятницу, дурья твоя башка.
  - Это я и сам понимаю, - Мав пропустил насмешливый тон попутчика мимо ушей. - Я серьёзно спрашиваю.
  - Эх, молодежь, - важно протянул дед и мечтательно закинул руки за голову. - Вот я в твоём возрасте сразу бы смекитил, в чём тут дело, а ты вон даже не догадываешься. Руку и сердце он ей предложил, вот что.
  - Как?
  - Вот так. Или у вас люди не женятся?
  - Женятся, - потрясенно промычал Мав. - Только я как-то до такого поворота событий не додумался.
  - Оно и видно, - крякнул старик. - В твоём возрасте ещё о таком и не думают. До утра на сеновале покувыркались, попрощались, разбежались.
  - А вот и нет, - возразил Яма, при этом покраснев как рак.
  - Тю, - старик хитро сощурился. - А тебе вообще хоть одна девка за титьку подержаться дала али как?
  - Не твоё дело! - рявкнул парень и отвернулся, желание разговаривать с этим несносным стариком у него пропало напрочь.
  - Ну-ну, - примирительно дотронулся до его плеча дед Веталь и лукаво улыбнувшись, добавил. - У тебя ещё всё впереди...ещё надержишься.
  Мавель раздраженно заглянул в глаза улыбающегосястарика и к своему удивлению тоже не смог сдержать улыбки. Они вдруг оба расхохотались и смеялись долго до слез и боли в животе, а потом, отдышавшись, продолжили свою беседу, но вовсе на другую тему и в более мирном русле.
  Карета мирно ехала по заданному маршруту, люди, редко встречавшиеся по дороге, видя знак пахана над дверками, уважительно кланялись. Без каких либо препятствий путники добрались до местечка, где Мав зарыл корону. Карета остановилась именно в том месте которое парень и описал. Мавель открыл дверцу и спрыгнул на землю, осмотрелся и застыл как громом пораженный: опушку на которой он зарыл свой клад, было не узнать, по ней словно ураган прошелся. Дед Веталь почувствовав заминку, высунул свою голову наружу.
  - Проблемы? - непринужденно поинтересовался он.
  - Ага, - не стал отрицать Мав, пытаясь почесать под париком свой затылок. - Я теперь вряд ли найду то место. Интересно что здесь произошло?
  - А кто его знает, - философски заметил старик. - Может нелюдь какая пошалила. Чё смотришь на меня такими глазами? У нас здесь и такое бывает.
  - Бывает, так бывает, - смиренно произнес Яма. - Только меня об этом никто не предупредил и все мои ориентиры псу под хвост пошли! Вот как я сейчас найду то место? Если начнем капать прямо сейчас, то тут раскопки займут месяца два не меньше.
  - Не паникуй раньше времени, - дед Веталь протянул Мавелю руку. - Дай мне свою ладонь, закрой глаза и представь мысленно то место, где хованку устраивал.
  Мавель было хотел поспорить, но передумал, ему и самому до чертиков стало интересно, что старик будет делать. Он послушно закрыл глаза и во всех подробностях представил ту уродливую сосенку под которой спрятал корону. Дед взял его руку в свою, и Мав ощутил легкие мурашки и приятное тепло от этого легкого прикосновения. Старик слегка потянул Яму за руку приглашая следовать за собой, и тот пошел за ним, не открывая глаз. Наконец дед Веталь остановился и произнес:
  - Можешь открывать глаза и брать в руки лопату. Это здесь.
  Мав разлепил веки и огляделся. Окружающий пейзаж в изобилии приправленный буреломом и вырванными с корнем деревьями был трудно узнаваем и всё же парень уловил в нем нечто знакомое. Он взял услужливо протянутую возницей лопату и стал копать в том месте, на которое указал дед Веталь. Вскоре лопата шкрябнула по чем-то твердому и парень трясущимися от возбуждения руками извлек из образовавшейся ямы футляр с короной. Старик бережно принял футляр и торжественно отнес в карету. Мавель нагнал его по дороге и восторженно затараторил:
  -Ну, ты...вы даете! Вот это да! Это и есть колдовство?
  - Можно сказать и так, но не совсем. А что это ты меня уже на вы называешь?
  - Да я просто не знаю как к колдунам правильно обращаться, не хотелось бы в тыкву быть превращенным.
  -Что-то раньше ты не был так пуглив, - улыбаясь заметил дед.
  - Раньше я не совсем верил в то, о чем вы с паханом рассказывали. Думал, что вы разыграть меня хотите.
  - А сейчас изменилось?
  - Просто я увидел своими глазами, что вы не врете.
  - Какой ты, однако, впечатлительный юноша, - старик бережно поставил футляр в потайной отсек. - Ты ещё ничего толком не видел, а уже свято уверовал. Ну, да ладно, может это и к лучшему.
  - Так как мне теперь к вам обращаться?
  - Веталь, наты, если мы наедине, - старик бросил быстрый взгляд на Мавеля. - Если ты не против конечно, не люблю когда мне напоминают о моём возрасте. Ну а при людях и тем более при дворе мастером Виталлием.
  -Хорошо.
  -Ну, вот и договорились. Надеюсь больше неожиданностей на нашем пути не встретиться.
  - Хотелось бы, - согласился Мав и занял следом за мастером своё место в карете.
  Экипаж тут же тронулся и стремительно понес своих пассажиров к границе между Воранией и Дудландом.
  
  Глава 6
  
  Густав печально смотрел в окно. В кабинете он был совершенно один и мог,наконец, предаться своим безрадостным размышлениям. С тех пор как он встретил ту самую простолюдинку, во время своего наглого побега из замка, молодой король утратил покой и сон. Все его мысли были обращены к хрупкой девушке с загадочной улыбкой. Только вот его страсть почему-то никто не воспринял всерьёз и даже верный Жигмар усмехнулся и ответил, что,мол, всё это глупости, что женщин хватает и при дворе, чтобы нудиться ещё и по какой-то немытой простолюдинке с базара. Густав тогда разозлился не на шутку, но ничего не ответил верному слуге. В тот момент он ещё раз понял, насколько же он одинок и не понят в собственном замке. С того дня король ни разу не обмолвился о Ладе, но тайком выбирался в город, чтобы найти её. К своему стыду и удивлению он так и не смог найти то место, где встретил загадочную девушку. Единственным доказательством, что это был не сон стал подаренный красавицей медальон, очертаниями похожий на солнце. В часы тоски Густав подолгу глядел на медальон, вертел его в руках и ему становилось легче.
  Простояв у окна с добрый час, Густав словно очнулся, тряхнул головой и произнес вслух:
  - Соберись! Что ты, братец, раскис словно тряпка какая. Нам с тобой ещё предстоит сегодня подвиг совершить - посетить Леонеллу, - и взъерошив пятерней волосы король вышел из кабинета. Прошел быстрым шагом по коридору сопровождаемый словно из-под земли выросшей охраной, распорядился седлать лошадей и никто не мог и заподозрить в его решительной поступи, что на самом деле молодой человек мыслями сейчас совсем в другом месте.
  Не обращая внимание на предостережения, что погода портиться Густав залихватски вскочил в седло и молодецки присвистнув, наплевав на правила приличия, пустил своего верного гнедого скакуна вскачь, охрана безнадежно отстала и король снова остался наедине с собой. Но насладиться в волю бешеной скачкой у него не получилось так как вскоре перед ним предстала та самая крепость в которой и была заточена его прекрасная пленница. Разгоряченный ездой Густав без стука вбежал в её покои, молодая женщина сидела у окна и от скуки читала. Леонелла сдавлено охнула, подскочила и присела в изысканном реверансе.
  - Ваше Величество, на улице надвигается гроза, я не ожидала, что вы посетите меня сегодня.
  - Я обещал навещать тебя и я своё слово держу, - ответил Густав и присел напротив красавицы.
  - Как ваши дела? - любезно поинтересовалась Леонелла.
  - Как сажа бела. А у тебя как?
  - Как у меня могут быть дела, - женщина надменно вздернула бровь, но тут же вспомнила, что она не в том положении, чтобы показывать свои капризы и тут же сделав скорбное выражение лица протянула, - ску-у-у-чно. Весь день одна и одна, скоро забуду как разговаривать, не то что танцевать.
  - Ты скучаешь по танцам? - удивился Густав.
  - Да, очень, - потупилась Леонелла, стараясь сдержать смех, ей до жути хотелось расхохотаться над этим наивным глупцом.
  - Что ж, - Густав поднялся и галантно склонился перед Леонеллой, - тогда я приглашаю вас на танец.
  - Но здесь нет музыки, - наивно захлопала ресничками женщина.
  - А разве это так важно, - произнес король и протянул руку.
  Леонелла не стала упускать такой шанс и тут же оперлась на нее.
  - И раз-два-три, раз-два-три, - стал напевать Густав кружа Леонеллу по комнате в танце.
  - Ты так хорошо танцуешь, - промурлыкала красавица, стараясь поплотнее прижаться к королю.
  - Не стоит, мы не на балу и я устал от этих дешевых комплиментов.
  - Нет - нет, я от души.
  - Ну, раз от души, то спасибо, - Густав попытался отстраниться, ему было неприятно, что Леонелла так нагло врет, а в том, что все её слова ложь он был почему-то уверен на сто процентов.
  Он остановился и отступил назад разглядывая партнершу по танцам с ног до головы. Густав печально улыбнулся, как странно устроен мир: под такой шикарной оболочкой скрывалось такое гнильё. Не обратив внимание на заминку Леонелла шаловливо протянула к нему руки и коснулась цепочки на которой висел медальон подаренный Ладой.
  - Ой, а что это? - невинно поинтересовалась девушка.
  - Так, безделица.
  - Покажи, - тоном капризного ребенка потребовала Леонелла.
  Густав нехотя подцепил пальцем цепочку и достал поверх камзола медальон.
  - Какая прелесть! - восхитилась красавица. - Подари мне!
  - Нет, - коротко ответил король.
  - Но почему? Эта побрякушка не золотая и даже не серебряная, в ней нет ничего драгоценного. А я коллекционирую такие вещи!
  - Впервые слышу, чтобы тебя интересовало, что-то не имеющее отношение к драгоценностям.
  - У каждой уважающей себя дамы должны быть тайны. Густав, миленький, подари мне эту безделицу. Что тебе стоит?
  - Ещё раз говорю: нет! Эта вещь дорога мне как память об одном человеке. Я не имею права её подарить да и не хочу.
  - У-у-у, жадина, -Леонелла отвернулась и капризно надула губки.
  - Пойми, я не могу! - почему-то стал оправдываться король. - Хочешь сходим в сокровищницу и ты выберешь себя что пожелаешь.
  Леонелла обернулась, и хитро сощурив глаза, произнесла:
  - Честно-честно?
  - Слово короля.
  - Тогда у меня одна маленькая просьба.
  - Какая?
  - Не носи этот медальон.
  - Я не могу этого сделать.
  - Тогда хотя бы снимай его когда ты заходишь ко мне.
  - Это ещё с какой стати? - не понял Густав.
  - Какой ты глупый, - Леонелла подошла ближе и неуловимым жестом сняла с шеи застывшего в недоумении короля медальон, отнесла его на столик и довольно улыбаясь обернулась. - Это же так просто. Мы, женщины, очень завистливы и кто знает на что я решусь дабы заполучить желаемый предмет. А ты будешь ходить с этим медальоном и провоцировать меня на всякие глупости.
  - Ну, а так что изменилось? Ты сняла с меня медальон, но он всё равно мой, и дарить его тебе я не собираюсь.
  - Э нет, тут ты ошибаешься, - ликуя произнесла Леонелла. - Теперь когда он лежит на моем столике я могу представлять, что он принадлежит мне.
  - Господи, какие же вы бабы глупые, - король невольно улыбнулся. - Ты вдумайся в чушь, которую ты несешь, но ладно, если для тебя это так важно, то пусть медальон пока полежит там, где ты его положила, главное чтобы я не забыл его забрать, когда буду уходить, - Густав строго посмотрел на сияющую Леонеллу и не поняв причины её веселья добавил, - и не вздумай его украсть. Наказание за воровство у нас строгое и его никто не отменял.
  - Что ты, - замахал руками красавица, - и в мыслях не было.
  Леонелла отвернулась от короля и достала из потайного карманчика флакон с приворотным зельем, нанесла несколько капель в области шеи и за ушком, злорадно думая про себя, что теперь этот напыщенный индюк никуда от неё не уйдет.
  - Что ты там делаешь? - поинтересовался Густав, у которого неожиданно закружилась голова.
  - Так, ничего, наношу духи. Хочешь понюхать?
  - Не особенно, - простонал Густав, неожиданно для себя он вдруг понял насколько женщина которая находится рядом прекрасна и желанна. - Ни одни духи не сравняться с ароматом твоего тела.
  - Ты помнишь? - поинтересовалась Леонелла, невинно обнажая плечо.
  - Такое нельзя забыть, - прошептал Густав, затем он тряхнул головой и поднялся. - Что ж был рад тебя увидеть, но, как говориться дела государственные ждут.
  - А может быть, хотя бы сегодня они подождут? - наивно глядя прямо в глаза своей жертве, прошептала соблазнительница. - Посмотри, какая гроза на улице?
  Густав глянул в окно, там действительно грохотал гром и молния рвала небо на части.
  - Нет, не думаю, что это будет правильно, - через силу произнес он.
  - Не заставляй меня тебя упрашивать, - Леонелла неспешно приблизилась к нему и обвила руками его шею.
  - А ты разве умеешь?
  - Показать?
  - Было бы любопытно.
  В эту ночь Густав остался ночевать у Леонеллы.
  Утром, покинув её покои и водрузив на шею медальон, король так и не смог объяснить себе причину этого своего временного помешательства. Он вернулся в замок и приступил к государственным делам, но неприятный осадок в душе так и остался, как не пытался Густав отвлечься от произошедшего. Может быть он еще долго бы терзался анализируя события этой ночи, если бы к нему не подошел Жигмар и не произнес:
  - Ваше Величество, гости, которых мы ждем прибыли. Какие будут распоряжения?
  - Проведи их в тайный зал, да так, чтобы никто не видел и не слышал и тем более не знал кто и зачем к нам прибыл.
  - Слушаюсь, - барон Фон Баст склонил голову и тут же покинул кабинет.
  
  ****
  Лютмир сидел перед зеркалом, его напряженный взор был направлен на отражение, словно он увидел там нечто новенькое. Внезапно мужчина поднялся и спешно направился к камину, отодвинул ложную панель и достал из тайника массивную шкатулку, любовно погладил её и прижал к могучей груди. Затем немного успокоившись, спрятал своё сокровище обратно, и прошел в дальний угол покоев, где находился столик с ещё почти полной бутылкой крепкого вина. Неверной рукой, слегка разлив божественный напиток, он наполнил бокал и одним махом осушил его, наполнил за ново, но пить не стал, а задумавшись уставился в окно.
  В последнее время события вышли из-под контроля этого человека. Молодой монарх, который казалось был под пятой у более опытного и хитрого Лютмира непостижимым образом вышел из повиновения и теперь его, своего наставника в прошлом, даже и в грош не ставит. Сорвалась интрига связанная с венчальной короной, а самое обидное, что стерва по вине которой такой идеальный план потерпел крушение ушла безнаказанно. От мыслей о Леонелле, гадюке, которую он добровольно запустил к себе в постель, Лютмир ощутил прилив такой ярости, что у него аж глаз задёргался. Раздался хруст, и мужчина в недоумении уставился на раздавленный бокал в своей руке, струйка вина вперемешку с кровью медленно стекала с ладони на камзол, а далее на пол, дополняя хитрый узор персидского ковра.
  Фон Лых кликнул слугу, расторопный парнишка появился тут же, взглянул на хозяина и не проронив ни слова исчез, через минуту он вернулся с бинтами и снадобьями. Как только слуга наложил повязку барон оставил его наедине с уродливым красным пятном, бросив в дверях пожелание, чтобы к его возвращению этого безобразия не было. Парень хмуро кивнул и склонился над ковром.
  Лютмир вышел из покоев и побрел по замку. В этом крыле было плохое освещение, потому что слуги быстро поняли, что господина советника такое положение вещей вполне устраивает и не утруждали себя ненужной работай. И сейчас ступая в полутьме Фон Лых был очень доволен понятливостью прислуги, потому что увидь кто его выражение лица в данный момент это породило бы лишние кривотолки и вопросы. Неожиданно Лютмир услышал тихое шуршание и приглушенные голоса. Затаив дыхание советник подкрался к закутку из которого доносились эти звуки.
  - Аглая, не будь так жестока, - страстно бухтел возбужденный мужской голос, - ну, дай хотя бы в шейку тебя поцелую.
  - Нет-нет-нет, - игриво отвечала девушка, скорее набивая себе цену, нежели отказывая назойливому ухажеру. - Ты мне не рассказал последние сплетни, а ты обещал.
  - И что же ты хочешь узнать, искусительница?
  - Ну-у-у, хотя бы о том, куда делась эта стерва, Леонелла.
  - О, это проще простого, говорят, что сам государь взял её под стражу за попытку переворота!
  - Да ты что?!! -заохала девушка. - И как же она собиралась переворот делать.
  - Известно как, снюхалась с темными колдунами, они её и научили.
  - Да неужто колдуны существуют. Жигмарчик же истребил всех, ещё лет тридцать назад.
  - Ой, ну ты и наивная, - охнул парень, - если ты выйдешь в поле и всё его прополешь, это же не значит, что сорняков в мире больше нет и никогда не будет. Так и здесь. Я слыхал, что колдуны и у нас в столице есть, а одно их братство вообще такую силу взяло, что все их бояться.
  - А почему Жигмару не доложат?
  - А кому охота против колдунов идти, кому эта резня надо? Чай, своя рубаха ближе к телу. Мы их не трогаем, они нас. Дай шейку.
  - Никаких шеек, - шикнула девица. - Ты ещё мне не всё рассказал.
  - Он сказал тебе достаточно, чтобы вас обоих на виселицу отправить, - подал голос Люмир.
  Его слова прозвучали как гром среди ясного неба, влюбленные кинулись врассыпную, а Фон Лых сопровождал их спешное отступление громогласным хохотом. Отсмеявшись Лютмир произнес вслух.
  -Всё-таки как полезно порой пройтись ночью по коридору.Так вот кому Леонелла сливала информацию.
  Советник развернулся и пошел к выходу. Не смотря на то, что была уже глубокая ночь, ему вдруг захотелось подышать свежим воздухом. Не встретив никого на пути, Лютмир вышел в сад, миновав большую фигурно выстриженную лужайку, он зашел в ажурную беседку и присел в плетеное кресло. Откинувшись на удобную спинку, Советник предался дальнейшим размышлениям, а подумать было над чем.
  Теперь всё становилось на свои места, так вот кто посмел кинуть ему вызов. Какой же он глупец, что поддался на провокацию этой Леонеллы. Он-то думал, что у неё личный интерес, а выходит, что на самом деле она всего лишь шпионка, подосланная под его бок группкой лиц возомнивших себя достойными власти. В том, что братство колдунов существует и набирает силу, он был уверен, ему давно уже об этом доложили, но Лютмир не рассчитывал, что их аппетиты вырастут так быстро, и они решат, будто могут посягнуть на его кусок пирога, причембез достойной подготовки. Да, видимо он стареет, упустить врага даже такого казалось бы слабого из виду, такой промах может стоить очень дорого, что ж придется исправить свою ошибку. Надо будет наведаться в то место, где собирается братство самому или командировать кого-нибудь. Обязательно, прямо завтра с утра.
  Успокоенный своими рассуждениями и тем, что невидимый враг, виновник неудач последних дней выявлен, Лютмир не заметил как задремал. Утром его обнаружил садовник скрутившегося калачиком в кресле, но спящего так сладко, как он давно уже не спал. Сообразительный старик не стал будить знатного вельможу, а тихо отправился работать в другую часть парка.
  
  ****
  Мавель и дед Веталь сидели в скромно обставленном помещении и обсуждали сложившуюся ситуацию. Время шло, а никто не проявлял интереса к послам соседней державы. Они уже даже стали подумывать, что о них совсем забыли, когда потайная дверь открылась, и в комнату вошел хорошо одетый молодой стройный светловолосый мужчина. Парень окинул внимательным взором стальных глаз присутствующих и дружелюбно заулыбался.
  - Рад приветствовать вас у себя в замке, - произнес он. - Извините за такой не совсем радушный приём, но сами знаете: дельце, которое привело вас сюда весьма щепетильное.
  - Не извольте беспокоиться, - тут же ответил старик. - Мы всё понимаем дорогой... - дед Веталь хитро сощурился, - как вас там величать? Извините, не имею чести.
  - Как? - слегка обиделся Густав. - Вы не узнали меня? Я же король, сам Густав.
  - Это тот, который Благородный что ль? - подал голос Мавель.
  - Тот самый, -горделиво кивнул Густав.
  - Разрешите и нам представиться, сир, - торжественным тоном начал дед. - Меня зовут мастер Виталлий, я правая рука нашего правителя, а это мой молодой ученик Мавель.
  - Приятно познакомиться, - вежливо кивнул король и сел на подготовленное для него кресло.
  - Думаю, на этом с официальной частью можно закончить, - предложил старый мастер, - и перейти непосредственно к делам. Мавель, мальчик мой, достань посылку.
  Мав тут же достал из затейливого сундучка футляр с короной и торжественно вручил его Густаву, тот немедленно его открыл и при виде утраченной драгоценности заулыбался, словно ребёнок получивший на день рождения желанную игрушку.
  - Братцы! - забыв про официальный тон счастливо вскрикнул он. - Вы даже не представляете, что вы сейчас сделали! Вы спасли меня! Теперь коронация пройдет, как положено и не одна шавка не посмеет вякнуть, что я невзаправдашний король.
  - Мы рады за Вас, - спокойно заметил Веталь.
  - А вы собственно, на чём специализируетесь мастер? - неожиданно поинтересовался Густав. - Вы не подумайте ничего дурного, я спрашиваю не из праздного любопытства. Просто, видите ли, я у власти сравнительно недавно и мне не всё нравиться в системе управления нашего государства. Если вы имеете отношение к институту власти в вашей стране, может быть, вы бы поделились так сказать опытом.
  - Извините, - старик с сожалением развел руки, - я не имею к власти никакого отношения. Моя специализация магия и колдовство.
  - Ой, как интересно, - глаза короля загорелись неподдельным интересом. - Вы, значит, занимаетесь борьбой с этой ересью?
  - Совсем наоборот, мы стараемся поставить эти дары небес на службу человечествуи государства.
  - А разве так можно? Какой толк может быть от этой грязи?
  - Ваше Величество не прикидывайтесь невинным агнцем, можно подумать вы сами этого не знаете.
  - Я не понимаю о чем вы.
  - Ох, уж мне эти монархи, - вздохнул старик, - им проще наврать мех и три коробочки, нежели признать очевидное.
  - Мастер, хватит этих иносказаний, объясните прямо, что вы имеете в виду, - Густав гордо выпрямился в кресле.
  - А то, что на вас сейчас находиться очень сильный магический оберег, а вы делаете вид, что ничего об этом не знаете.
  - Какой ещё оберег? - не понял король и уставился на Мавеля, который всё это время сидел молча, Яма как и монарх не совсем понимал о чем сейчас толкует дед Веталь.
  - Очень сильный, - повторил старик и поднялся со своего места, он подошел к застывшему королю и тихо произнес: - Ваше Величество позволит? - Густав кивнул, и мастер тут же подцепил своим когтистым пальцем тонкую цепочку, извлекая на свет медальон подаренный королю Ладой. - Вот он, красавец.
  - Вы утверждаете, что это оберег? - недоверчиво повел плечами монарх.
  - Он самый. Я вижу, что для вас это новость?
  - Признаться да, - кивнул король. - Но с другой стороны вспоминая, как поменялось моё отношение к людям после того как я стал его одевать, я склонен вам поверить. А как он называется, что это вообще за вещица.
  - О, Вашему Величеству весьма повезло. Это коловорот, очень сильный знак символизирующий солнце. Я чувствую, что сделал его очень мощный колдун, но сердце его чисто. Потому что только с чистым сердцем можно сделать такой сильный оберег. Он защищает вас от любого воздействия из вне, будь то сглаз, подавление воли, приворотное зелье.
  - А что и такое бывает? - недоверчиво переспросил Густав.
  - Бывает, - Веталь не смог сдержать смеха. - И не такое бывает. Я смотрю, вас тут неплохо обработали. Вы же ничего просто не знаете и не догадываетесь какой опасности подвергаетесь.
  - Да, ну, бросьте. У нас в стране колдовства нет.
  - Тогда откуда медальон?
  - Мне его подарила на память одна девушка.
  - Так давайте спросим у неё, есть ли магия в вашем государстве.
  - Это невозможно, - Густав понуро опустил голову. - Я сам пытался её найти, но у меня не получилось.
  - Со мной получиться, - уверенно заявил дед Веталь. - Нас к ней приведётеё же подарок.
  - Вы уверены? - с надеждой спросил король.
  - Если она жива и находится в городе, то я даю вам слово, сир.
  - Тогда поехали.
  - Может лучше завтра? - вставил своё слово Мав, он до чертиков устал в дороге и тащиться на ночь глядя ещё куда-то ему совсем не улыбалось.
  - Мой ученик прав. Утро вечера мудренее. Я понимаю нетерпение Вашего Величества, но мы действительно устали. Наш путь был долог и тяжел.
  - Хорошо, - слегка огорчившись, ответил Густав. - Я дам распоряжение, чтобы вас устроили на ночлег. До завтра.
  И король тут же покинул помещение.
  
  ****
  Мавель не спал всю ночь, несмотря на усталость. В его голове суетливо носились мысли и он не мог ничего с собой поделать. За последнее время с ним столько случилось, его привычный уклад жизни был нарушен, идеалы попраны. Он всю жизнь хотел узнать кто же он такой и кто его родители, а слегка прикоснувшись к этой тайне, отправился спасать какой-то чудной народ, к которому якобы относиться, приняв всё на веру по первому слову, даже не удосужившись потребовать доказательств. Теперь он при дворе самого короля и тот считает его, чуть ли не товарищем, а он всего лишь вор, хотя и не самый худший среди себе подобных.
  Утром измученный, с красными глазами и посеревшим лицом Мав прибыл в назначенное место. Дед Веталь и король его уже ждали, развлекая дуг друга лёгкой беседой. Они спустились во двор по укрытой от посторонних глаз лестнице и подошли к уже готовому к отправке экипажу.
  - Друзья мои, в путь! - возбужденно провозгласил король и первым занял место в карете.
  Старик и Мавель послушно последовали за монархом, как только все заняли свои места и Густав подал условный знак карета тронулась. Мав с любопытством выглянул наружу. Ему было очень интересно взглянуть на город своего детства, особенно из окна шикарного экипажа.
  - Мастер, вы что-нибудь чувствуете? - неожиданно прервал затянувшееся молчание король.
  - Да, - кивнул старик, - но пока что к цели нашей поездки это не имеет никакого отношения. Так смутные видения, потоки силы.
  - Я вас не понимаю, выражайтесь точнее, - попросил Густав.
  - Ну, как бы сказать попроще, - тут же попробовал объяснить Веталь. - Город пропитан магией, хотя её и не так много как у нас, но она в основном черная. Вот я и чувствую её, как вы к примеру запах. Представьте, что вы идете мимо лавок и запах меняется в зависимости от занятий хозяев.
  - Интересное сравнение, - улыбнулся король. - И чем же "пахнет" моя столица?
  - Простите, сир, но она не "пахнет", она "смердит".
  - Почему? - обидчиво поинтересовался Густав.
  - Потому что у вас здесь в основном черное колдовство, я уже об этом упоминал.
  - Что значит черная? - не удержался от вопроса Мав, ему тоже было очень интересно слушать рассуждения старика.
  - Да потому что против людей направлена.
  - Но как же так? - возмутился король. - Мы боремся с этой заразой, а она оказывается плодится и множится прямо у нас под носом?!
  - Ваше Величество, ваша так называемая борьба и привела к этому. Вы сделали колдунов действительно всемогущими.
  - Но почему?
  - Для того чтобы магия исчезла вам пришлось бы всего лишь уничтожить всех людей. Потому что пока жив хоть один человек живо и волшебство, потому что человек - это уже само по себе чудо!
  - Какие громкие слова, - махнул рукой Густав. - Но я вам не верю! Мне нужны доказательства! А то вы являетесь ко мне и утверждаете, что черное - это белое и ждете, что я вамп тут же поверю.
  - Я ничего не жду, - строго произнес мастер. - Между прочим, это вы начали этот разговор, поэтому я ничего не собираюсь вам доказывать, время само расставит всё на места. Я это чувствую. Только раз вы так скептически настроены, может и поиски одной юной особы следует прекратить?
  - Нет, поиски мы прекращать не будем. Я хочу убедиться на деле, что вы хотя бы на что-то способны.
  - Кто бы говорил, - не удержался Мав.
  - А это ты сейчас к чему сказал, - Густав угрожающе сжал кулак.
  - Ваше Величество живет в иллюзорном, выдуманном мире, изображая страуса спрятавшего голову в песок, занимается розыском девиц, а на страну свою плевал с высокой колокольни, - Яма понял, что его ни с того ни с сего понесло, но остановиться не мог. - Мы вам привезли корону, а вы вместо благодарности, начинаете нести чушь о том, что мы должны ещё вам доказывать на что мы способны.
  - Мав, остановись, - попытался остановить парня Веталь.
  - Нет уж пусть говорит, интересно же знать, что обо мне думают иностранные послы, - вмешался Густав.
  - А что о Вас можно думать? Только то, что Вы инфантильный самодур, с старательно запудренными мозгами. Вот я смотрю на Вас - вроде бы и нормальный Вы человек, с понятием, но как же в таком случае Вы допускаете, чтобы в стране творилось такое?
  - А что вам не нравиться? - удивленно поднял брови Густав, он был шокирован таким агрессивным поведением молодого молчаливого ученика мастера.
  - А вы на окраине бывали?
  - Зачем?
  - Для общего развития, - процедил сквозь зубы Мав, - прикажите вознице отвезти нас к Сенной площади. Если вы конечно не трус?
  - Мне нечего боятся, - гордо ответил Густав и отдал слуге распоряжение ехать по указанному направлению.
  После этого разговора в карете установилась гробовая тишина, каждый думал о своём. Мавель бранил себя самыми страшными словами за отсутствие выдержки, но с другой стороны ловил себя на мысли, что ему очень интересно увидеть выражение лица молодого короля, когда они прибудут на место.
  Когда молчание уже стало невыносимым Густав не выдержал и заговорил первым:
  - Мастер, так вы не чувствуете её? Или хотя бы направление, где её искать. Она здесь?
  - Нет.
  - Я же говорил, что ничего у вас не получиться, - огорченно произнес король.
  - Почему вы сразу делаете такой вывод? Вы задали столько вопросов и даже не удосужились дослушать мои объяснения. Её нет в городе, но я чувствую её где неподалеку. Скорее всего, она восстанавливает силы.
  - Это как? Вы о чем?
  - Магия - дело очень тяжелое. Тем кто занимается ею надо периодически подкреплять силы. Черные маги делают это за счет других людей, а светлые за счет природы. Вот и сейчас я чувствую, что человек, который наделил вас своей защитой находится где-то в лесу и ему очень хорошо.
  Густав хотел ещё что- то спросить, но не успел - карета резко остановилась. Король выглянул в окно и резко отпрянул. Веталь удивленно посмотрел на него и тоже посмотрел на улицу. Открывшаяся перед ним картина весьма его поразила: вся площадь была уставлена виселицами, на которых колыхались тела женщин, стариков и даже детей.
  - Что это? - прошептал побледневший король.
  - Плоды вашего правления, - жестко ответил Мав.
  - Разве плохо, что мы эффективно боремся с преступностью?
  - Видимо сир, вы невнимательно посмотрели на площадь. Это не убийцы, не воры, не прелюбодеи. Это всего лишь нищие. Ваша программа по борьбе с бедностью в действии. Не правда ли впечатляет?
  Густав с трудом заставил выглянуть в окно ещё раз, затем потрясенно опустил свой взгляд на руки и тихо произес:
  - Я не знал.
  - А я знал, их всех, - резко ответил Мав. - Я с ними вырос, они были безобидными, единственный их недостаток, что они были бедны как церковные мыши.
  - Я же говорю я не знал.
  - Мастер, вы слышите? - Мавель саркастически рассмеялся. - Он не знал. Я в таком случае стесняюсь спросить: вы - король в своей стране или собачий хрен в стакане?
  - Прекрати, - одернул Яму старик. - Ты не видишь? Королю плохо, надо возвращаться во дворец.
  Густав, согласно кивнул и тут же отдал кучеру команду. Всю оставшеюся дорогу молчали, молодого короля била крупная дрожь, он, то сжимал, то разжимал кулаки, ему очень хотелось задать пару вопросов как Жигмару, так и Лютмиру, и этот разговор не сулил им ничего хорошего.
  К разочарованию монарха по прибытию в замок ни Жигмара, ни Фон Лыха там не оказалось, вконец раздосадованный Густав уединился в своих покоях.
  
  ****
  Лада медленно шла по лесной дорожке её душа пела, давно ей не было так хорошо и спокойно. Хотя в сердце девушке невзначай просыпалась тревога, она гнала дурные мысли подальше, не желая портить такой прекрасный день.
  Когда до городских ворот оставалось совсем немного, она разжала ладонь, и в свете заходящего солнца на ней сверкнул своими лучами коловорот. Совсем такой же, как она подарила своему королю. Лада улыбнулась тепло и светло вспомнив его объятия. Со времени их случайной встречи не было и дня, чтобы она не вспомнила о нем, когда тоска о возлюбленном становилась совсем невыносимой, она украдкой приходила к замку и смотрела в надежде хотя бы из дали увидеть своего короля, такого наивного и доброго.
  Улыбаясь своим мыслям Лада шла по городу. До дома, где она жила со своей бабкой оставалось совсем немного, когда её путь преградила мощная фигура мясника Дадана. Он грубо ухватил девушку за плечо и дохнув перегаром произнес:
  - Как на счет ночи любви? Не кочевряжься, я заплачу.
  - Я не продажная девка! - пытаясь высвободиться закричала Лада.
  - А я тебя продажной и не называл. У каждой бабы своя цена, так что сколько?
  - У тебя денег не хватит, - едко ответила девушка.
  - Тогда я возьму бесплатно! - захохотал Дадан и разорвал у горла вышитую сорочку красавицы.
  - Нет! - выкрикнула Лада и добавила что-то ещё на тарабарском языке.
  После этой непонятной фразы Дадан отлетел на добрых метров пять и качественно приложился головой о стену дома. Мясник взревел словно раненый зверь, поднялся и шатаясь медленно стал надвигаться на застывшую в ступоре девушку.
  - Всё равно моей будешь!
  - Нет! - замотала головой Лада.
  - Тогда я всем расскажу, что ты ведьма!
  - Только попробуй!
  - Конечно попробую, ты сама сделала свой выбор.
  Лада не дослушала угрозы насильника, она не помня себя помчалась домой, там забилась под одеяло никому ничего не сказав о случившемся. Она надеялась, что глупыйДадан просто из злости угрожал ей, а проспится и забудет обо всём. Но её глупым надеждам не суждено было сбыться - утром за ней пришли.
  
  ****
  Густав проснулся от невнятного шума, наспех одевшись, он выскочил на балкон и увидел непонятное шествие, направляющееся к замку. Король вызвал слугу и отправил его разузнать, что же случилось. К тому моменту, когда слуга вернулся с донесением Густав был уже готов к встрече со своим народом во всей красе. Выслушав сбивчивое донесение парнишки, он чуть ли не бегом ринулся вниз. Двор был забит челядью, и Густаву пришлось значительно повысить голос, чтобы подданные расступились, пропустив его вперёд. Толпа приближалась, гул, сопровождающий её, сформировался в вполне отчетливое слово, люди с ненавистью и любопытством скандировали: "Ведьма!"
  Король с любопытством всматривался в приближающуюся толпу. Неожиданно он почувствовал, что его кто-то крепко ухватил за локоть. Он обернулся и увидел стоящего рядом мастера Виталлия, он был очень бледен, но его глаза смотрели строго и уверенно.
  - Не дайте свершиться беззаконию, - еле слышно произнес старик.
  - Не лезьте не в своё дело, - жестко ответил Густав и высвободил руку.
  - Как знаете, - отозвался мастер. - Только как бы потом пожалеть не пришлось.
  - Вы мне угрожаете?
  - Отнюдь, просто предупреждаю.
  Густав не успел ничего ответить, потому что люди вокруг заголосили с новой силой - шествие вошло на территорию замка. Король с любопытством взглянул на церемонию: впереди важно вышагивали жирные монахи, затем стражи, а в конце палач, скрывший лицо под черным колпаком вел хрупкую девушку с накинутой на худенькую шею удавкой. Хотя она была в одной изодранной ночной рубахе, а лицо её было покрыто синяками и ссадинами, Густав сразу же узнал девушку - это была Лада. Сердце молодого монарха забилось, словно птица в клетке, ноги стали ватными, а голова пошла кругом. Не помня себя, он растолкал всех и подбежалк несчастной ведьме, не смотря на окрики. Девушка печально улыбнулась ему и, не сказав ни слова, рухнула без чувств на землю. Тогда король поднял её на руки и, оглядевшись по сторонам, крикнул:
  - Народ мой, что же вы творите? Вы люди или нелюди? Кто дал вам право без суда и следствия истязать безвинное дитя.
  - Но она ведьма, - неуверенно возразили особо ретивые.
  - Кто это сказал?
  - А что если и я! - нахально подал голос Дадан. Мясник вышел вперед и, указав на подбитый глаз, добавил. - Видите, как она меня отделала?
  - Люди! - король в замешательстве оглянулся на своих поданных. - Неужели то, что девушка дала в глаз наглецу есть доказательство, что она колдунья? В таком случае нам надо спалить на костре всех сварливых жен.
  Люди одобрительно загалдели.
  Густав, почувствовав поддержку в людском гуле, продолжил:
  - Так я скажу вам более, если следовать логике этого детины, всякий ребёнок вправе определить своего родителя в колдуны за малейшую затрещину.
  - А король-то дело говорит, - подхватил беседу кто-то из задних рядов.
  - И чего хай такой подняли? - поддакнула румяная толстушка.
  - Не каждый же день ведьм ловят, интересно же, - возразила её соседка.
  Король поднял руку, добиваясь тишины, и когда народ уважительно смолк, продолжил.
  - Все мы помним те страшные времена, когда колдуны правили балом в нашей стране, но Великий Жигмар выжег коленным железом эту заразу. Так неужели же вы думаете, что он бы позволил этой гадости расползтись по столице заново.
  - Жигмар стар! - парировал Дадан, пытаясь хоть как-то реабилитироваться в глазах своих приунывших товарищей.
  - Так может, ты метишь на его место? - язвительно поинтересовался король.
  - А почему бы и нет, - важно ответил Дадан.
  - Потому что для такого дела нужна голова, а не кастрюля с холодцом, - резко ответил Густав. Народ от такого сравнения рассмеялся над незадачливым мясником, а сам Дадан обиженно засопел. - Итак, народ мой, слушай мою волю. Я не в праве позволить пролить безвинную кровь, поэтому будет так. Мы проведем следствие, в ходе которого выясним, кто прав кто виноват. Сам Жигамр будет вести его. Только в итоге, если обвинения не подтвердятся, сам клеветник ответит перед законом. А до того момента, чтобы подсудимая не сбежала либо чтобы кое-кто не учинил над ней расправу, - Густав многозначительно глянул в сторону Дадана, - она будет заточена в крепости. Такова моя воля!
  Толпа одобрительно взревела, король милостиво улыбнулся и передал свой груз подоспевшему стражнику. Освободившись от дорогой ноши Густав снова потребовал внимания от толпы и, добившись тишины бодро произнес:
  - Я думаю, все вы добрые люди, и были оторваны от своих дел глупым мужчиной, потерпевшим фиаско в любовном деле, но не зря же вы шли в такую даль. На сегодня вы мои гости и мои погреба к вашим услугам!
  Толпа возликовала, люди наперебой стали восхвалять такого мудрого и щедрого монарха, разворачиваюсь в ту сторону, где на горизонте замаячила желанная халява.Сам же Густав потихоньку отошел на задний двор и приказал своему доверенному офицеру доставить подозреваемую в крепость, выделить ей лучшие покои, те самые, что находятся в башне, где гостит Леонелла.
  
  ****
  Леонелла была в бешенстве. Мало того, что после ночи любви Густав сбежал, так он её игнорировал последующие два дня. А теперь он обнаглел до такой степени, что поселил с ней по соседству какую-то оборванку. Кроме этого, он уже вторые сутки не выходит из её комнаты. В бессильной злобе женщина затопала ногами и пнула стоявшее рядом кресло. Нет! Дальше так продолжаться не может, она просто не имеет права упустить глупенького короля, который только-только попал в её сети. Тем более, что в этой игре на кону её жизнь, точнее её сытая и обеспеченная жизнь. Леонелла подошла к окну, ворон словно почувствовав, что для него сейчас найдется задание, вышел навстречу. Красавица тут же метнулась к столику и быстро написала короткое послание. Птица всё это время внимательно следила за ней, и как только послание было закреплено, метнулась вон из комнаты.
  Леонелла в который раз поразилась скорости ворона, потому что уже через несколько минут Гликея стояла посреди её комнаты.
  - Итак, - строго сказала она. - Что за проблемы на этот раз?
  - Густав ... он, - замялась Леонелла.
  - Не мямли, говори толком!
  - Он холоден ко мне. Вон притащил с улицы какую-то замарашку и носится с ней как курица с яйцами, ко мне даже не заходит.
  - Что за она?
  - А я почём знаю? Стражники поговаривают, что невинная жертва, которую оклеветали.
  - Интересно, - Гликея нахмурилась. - И в чем же её вина?
  - Да, так, ерунда какая-то, говорят, что она колдунья.
  - Вот так номер, - ведьма скептически усмехнулась.
  - И я о том, какая она к чертям колдунья, так потоскуха местная, а короля нашего разжалобить раз плюнуть. Сама знаешь.
  - Да уж.
  - Только вот, что мне делать в этой ситуации? Я просто ума не прилажу!
  - Господи, всему учить тебя надо, - Гликея раздраженно взглянула на расстроенную красавицу. - Отрави и всего делов, она же рядом, а король, я так думаю, хоть по нужде, но всё-таки её покои покидает!
  - Но как? У меня нет яда, да и если вдруг что, первым делом подозрение падет на меня!
  - А ты не такая дура, как кажешься, - Гликея уважительно глянула на подопечную. - Так и быть, помогу, но в последний раз, мне, знаешь ли, уже надоело с тобой цацкаться. Значит так, я передам тебе с вороном ядовитую змею, а ты уже сама придумай, как её подкинешь сопернице. При таком раскладе тебя вряд ли заподозрят.
  - Какая ты умница, - Леонелла радостно кинулась на шею ведьме, - прямо не знаю, чтобы я без тебя делала.
  - И я не знаю. Змея будет в колбочке, не додумайся её открыть, твоя смерть в мои планы не входит! - с этими словами колдунья растаяла в воздухе.
  Спустя час Леонелла держала в руках небольшую колбу, внутри которой переливалась всеми цветами радуги шустрая змейка. Красавица долго рассматривала затейливый узор на её спине, а затем весело рассмеялась в предвкушении от устранения соперницы, так необдуманно ставшей у неё на пути.
  
  ****
  
  Заседание тайного братства чёрных колдунов началось, после соблюдения необходимых ритуалов все тринадцать членов заняли свои законные места. В помещении повисла напряженная тишина все присутствующие ждали, когда заговорит Марат, но он не торопился иобведя своих соратников тяжелым взглядом умышленно держал театральную паузу, когда же терпение окружающих было на исходе он заговорил четко отчеканивая каждое слово:
  - Мне было видение. Грядут перемены. Сейчас в стране такое положение, что в зависимости от того как мы сработаем будет видно в чью сторону склонятся весы и вознесёт ли выбранная нами чаша нас к власти и богатству.
  - Что ты предлагаешь? - спросил старик Тезар.
  - Говори конкретнее, - поддержал его Явор.
  Марат выдержал паузу и надменно ответил.
  - Я предлагаю пока свернуть нашу деятельность и понаблюдать за обстановкой.
  - Как? - вскрикнула Гликея. - Я не согласна, моё дельце вот-вот выгорит. Леонелла уже затянула короля в постель. Ещё немного усилий и он будет у нас в руках.
  - Не хотел бы тебя огорчать, но мне в это не очень верится. Да и в способности Леонеллы я не очень-то верю. Кроме того, кто сказал, что Густав останется королем. Мальчик наигрался со скипетром и державой, пришло время передать их другому.
  - Я не понимаю, к чему ты клонишь, - снова подал голос Тезар.
  - Тезар, если ты не только глуп, но ещё и глух, то специально для тебя я повторю: мне было ведение, грядут перемены!!! - раздраженно сказал Марат.
  - Слушайте его, ваш предводитель дело говорит! - раздался неожиданно чей-то голос.
  Присутствующие испуганно стали оглядываться в поисках источника звука, внезапно они замерли, словно стайка перепуганных кроликов перед удавом. Там у дверей стоял сам Господин, в этом не было сомнений, на его груди злобно переливался оголодавший за последнюю неделю рубин.
  - Да, да, - Господин вальяжно прошел в центр комнаты и фамильярно положил руку на плечо Марата. - Грядут перемены. Как тонко подмечено, я бы не выразил суть проблемы более точно. Вот только боюсь перемены эти не в вашу пользу. Я терпел ваше присутствие в своём городе, меня даже какое-то время забавляла ваше мышиное сюсюканье, но теперь всё! Баста! Да, сопротивлении бесполезно все ваши умения бесполезны, потому что я навел здесь магический вакуум. Колдовать здесь могу только я. Так, что раз, два, три, кто как стоит так и замри.
  Как только он произнес эту фразу маги почувствовали, что не могут пошевелиться, единственное, что им оставалось бешено вращать глазами, потому что ни одно заклинание действительно не сработало.
  Господин ласково провел рукой по идеальной грани рубина и нежно произнес:
  - Кушай мой маленький, кушай за банкет оплачено!
  Воздух в помещении стал сгущаться, застывшие в причудливых позах люди начали медленно обугливаться. Превозмогая нечеловеческие муки Марат злобно прокричал:
  - Скажи хоть за что? Чтобы в аду я мог предоставить тебе счет.
  - За то, что разинули рот на чужой кусок пирога, - ответил Господин и довольно рассмеялся.
  - Будь ты проклят, - простонал в ответ колдун.
  - Взаимно, мой друг, взаимно, - весело ответил Господин, его видимо очень забавляла открывшаяся перед ним картина.
  Через несколько минут Господин покинул помещение, в котором на полу валялось тринадцать ничем не примечательных головешек. Над городом висело странное зарево. Как только он отъехал на достаточное расстояние над зданием, где находилось убежище членов тайного братства, взметнулся красный петух пожара.
  
  ****
  Мавелю не спалось, казалось, что какая-то темная сила не даёт дышать полной грудью. Он вышел на балкон в надежде отдышаться. На улице царила непроглядная тьма, но вдруг вдалеке стало происходить нечто странное. Казалось, огненная воронка засасывает небо в себя. Это зрелище завораживало, не позволяло ни на секунду оторвать взгляд. Мав в какой-то момент понял, что и его тоже засасывает туда, в багряную даль, его ноги подкосились, и он стал заваливаться, рискуя выпасть с балкона. Яма всё это понимал, но наблюдал, будто со стороны не имея возможности сделать хоть что-нибудь, дабы избежать падения. В последний момент, когда парень уже представлял, как его тело со всего маха удариться о землю чья-то рука закрыла его глаза, обрывая сумасшедший полет в зарево, и кто-то заботливо подхватил его и уложил на пол. Яма лежал с закрытыми глазами, боясь их открыть. Его мучил страх, а если он уже упал и умер? Его терзания прервал голос деда Веталя.
  - Открывай очи, я рядом. Всё прошло.
  Мав улыбнулся:
  - Я ваш должник. А что это было?
  - Орлиное око, - коротко ответил старик. - И судя по тому, что мы с тобой наблюдали, а ты даже в некоторой степени и поучаствовал скоро быть беде.
  - Почему?
  - Не задавай глупых вопросов. Неужели ты сам не понимаешь?
  - Отчего же, понимаю, но хотелось бы удостовериться.
  - В чем? В том, что ещё немного и камень выйдет из под контроля своего ненасытного хозяина и затопит кровью всё до чего дотянется?
  - В принципе да, - Мав, еле сдержался чтобы не задать ещё парочку вопросов.
  - Ты не исправим, - пробурчал дед. - Иди к себе, за завтрашний день мы должны определить место, где наш камень обитает. Иначе может быть слишком поздно. Как проснешся найдешь меня в библиотеке.
  Мавель молча повиновался, он вернулся в свою комнату и даже лег в кровать, но так и не уснул, ощущение неясной тревоги не покидало его.
  Утром Мав как и договорились нашел деда Веталя за изучением рукописей в библиотеке, но их планам не суждено было сбыться. Так как в тот самый момент, когда они собрались покинуть замок к ним подошел сам Густав в сопровождении своих советников Жигмара и Лютмира. Король представил своих гостей, как знаменитого странствующего ученого и его ученика, а после, словно невзначай предложил им отправиться вместе с ним и его свитой на охоту. Предложение было обставлено так, что отказ можно было сразу прировнять к оскорблению, поэтому мастер Виталлий тяжело вздохнув, дал согласие.Жигмар холодно поприветствовал новых знакомых, а Лютмир и вовсе одарил надменным взглядом, причем особенно долго он рассматривал Мавеля, подозрительно сощурившись и будто пытаясь припомнить, где мог встретить его раньше. Яма тоже внимательно изучал Фон Лыха, его лицо, осанка тоже были ему смутно знакомы, но он не мог вспомнить, где он мог его видеть и при каких обстоятельствах. А вот Жигмара Яма вспомнил сразу. Ему потребовалось много душевных сил, чтобы не выдать своих эмоций. Он вспомнил это холеное лицо, хотя видел его всего лишь один раз и было это более двадцати пяти лет назад. Горькие воспоминания обожгли душу, в ушах зазвенел язвительный смех маленькой хорошенькой девочки. Мав стиснул до хруста кулаки. В этот момент дед Веталь положил руку ему на плечо и тихо что-то произнес. Мавелю сразу же стало легче, на его счастье Густав и его советники уже отошли на достаточное расстояние, он развернулся к старику и благодарно сжал его руку.
  - Ох и хлопотное это дело - ученики, - улыбнулся дед в ответ. - Того и гляди всё дело запорют, - затем он добавил шепотом, так чтобы слышал один Мав. - Что хоть случилось-то?
  - Да, так, мелочи, - Яма неопределенно повел рукой.
  - Хорошие мелочи, что ты из-за них чуть в обморок не бухнулся, ничего не скажешь.
  -Да, я и сам толком не пойму, - Мав всё же решился поделиться с мастером. - Мне кажется, что я этого Лютмира где-то видел.
  - Вполне возможно, - Веталь хитро улыбнулся. - Это всё?
  - Нет, - Мав опустил глаза. - Второго я точно видел.
  - Ну, видел и что с того?
  - А то, - Яма обиженно засопел, - что обстоятельства эти не очень приятные. Я не знаю сколько мне было тогда. Я уже говорил вам, что люди, у которых я жил держали меня в конуре вместо собаки, так Вот всё поменялось в тот день когда этот господин появился в нашем дворе вместе со своей дочерью. Они почему-то забрали меня с собой и девочка была со мной очень ласкова, мы ехали куда-то в карете и я спал у ё ног. Но потом что-то случилось и всё переменилось. Я помню, как она зло рассмеялась, а потом вспышка боли и темнота. Я очнулся на руках у Софии. София-девушка, которая меня подобрала и вырастила. Она говорит, что видела как меня словно щенка выкинули из кареты мчавшейся на всем ходу. Так что теперь я думаю вам понятна моя реакция?
  - Конечно понятна мой мальчик. Я даже больше скажу: я не удивлен. Кстати о сволочном характере родной дочки Жигмара ходят байки даже по нашей Ворании.
  - Но причем здесь она?
  - Мав, я не хотел бы тебя огорчать лишний раз, но просто так получилось, что когда я дотронулся до тебя твои воспоминания были настолько ярки, что меня невольно закинуло в ту самую карету, я был с тобой там бесплотным духом и всё видел. Ты был мал и истощен, поэтому практически ничего не помнишь, а я всё это увидел минуту назад и могу сказать тебе - тебе вытолкнула из кареты именно она, девочка, потому что узнала, что ты человек, а не собака. Жигмар просто не успел остановить её.
  Мав пораженно отстранился, он верил каждому слову этого странного старика, но в его голове не укладывалось, что маленькая обаятельная девчонка оказалась способной на такой поступок.
  - Но за что? - сорвался с его губ накипевший вопрос.
  - Просто так. Просто потому, что ты перестал быть для неё интересным.
  - Да-а-а, - Мав провел рукой по покрытому каплями пота лбу, - если она была такой в детстве, то мне страшно представить что же из неё выросло.
  - Незаурядная стерва, которая ни перед чем ни остановиться в достижении своих целей. Я слышал, Густав заточил её сейчас в башне за государственную измену, но ходят слухи, что это просто прикрытие для их связи. Так что возможно ты ещё с ней встретишься.
  - Избави меня Бог от таких встреч, - вздохнул Мав.
  Тут к ним подошел один из егерей короля и попросил следовать за ним. ОН подвел их к стойлу с двумя прекрасными уже оседланными скакунами.
  - Его Величество уже ждет вас, - вежливо произнес он, помогая подопечным занять свои места в седлах. - Пора выезжать.
  - Но разве всё уже готово? - удивился Мав.
  - А что в этом такого? - удивился егерь. - Наш хозяин не любит помпы. Для него охота это именно охота, а не рюши и дамы с собачками. Зверь уже давно поднят вам осталось прибыть на место и приступить к веселию.
  Мав поглядел на Веталя, старик казалось и не слушал, он был где-то далеко, затем он встрепенулся, приосанился и обратился к разговорчивому парнишке:
  - А хоть на какого зверя идем?
  - Известно на какого - на кабана.
  - Хорош зверь, - старик задумчиво уставился на Мавеля. - А ты, - обратился он к нему, - держись-ка от вепря подальше и парик покрепче на голову нахлобучь - ветер, знаешь ли.
  Мавель с недоумением посмотрел на мастера, но парик поправил. Затем пришпорил своего коня и поскакал вперед.
  Дальше все происходившее больше напоминало Маву картинки из старинной книги: прекрасные всадники на безумно дорогих породистых скакунах, оружие, сделанное лучшими мастерами, собаки, которые могут потягаться своей породой со своими хозяевами. Короче происходившее настолько увлекло молодого олофа, что он и думать забыл о своих печалях. Вскоре Мав и Веталь нагнали основную группу охотников.
   Густав отделился от свей свиты и подозвал деда Веталя к себе. Яма огорченный таким невнимание спешился и обратил свой взор к двум борзым терпеливо дожидающихся команды атаковать.
  - Вы знали, что это будет она? - тихо спросил он у старого мастера.
  - Да, - так же тихо ответил Веталь.
  - Что мне делать? - мрачно поинтересовался король.
  - А что говорит ваше сердце?
  - Это не важно. Может она меня заколдовала?
  - Если бы она наложила на вас чары, у вас не возникали бы такие вопросы,- дед улыбнулся. - Это я вам как специалист говорю. Единственное в чем она пред вами виновата, так в том, что полюбила вас чисто и беззаветно. В прочем я так понимаю её чувство не безответно?
  - Вы правы, - Густав покраснел. - Но я боюсь, что это всё морок.
  - Всякое чувство морок, оно существует только в нашем сердце не зависимо от того к кому мы его испытываем.
  - Но она ведьма.
  - Ну а вы король.
  - Вы это сейчас о чем? - Густав в непонимании уставился на мастера.
  - О том, что вы просто идеальная пара. Или вы просто боитесь её?
  - Я не боюсь её, я боюсь быть обманутым.
  - Что ж я могу вам в этом помочь,- дед Веталь решительно полез за пазуху.
  В этот момент кусты неподалёку зашевелились и на поляну выскочил подранок. Зверьчувствуя скорую гибель бросился в атаку на своих обидчиков. Первым под чудовищный удар попал король, он увлеченный беседой с мастером Виталлием не успел среагировать, его лошадь встала на дыбы, получив в бок чудовищный удар. Мавель не раздумывая, кинулся на зверя, рука заученным движением выхватила из-за голенища нож и всадила его по рукоятку в самое сердце вепря. Подранок попытался нанести ещё несколько страшных ударов всё равно кому сатанея от боли, затем обмяк и завалился на бок отшвырнув Мавеля словно сломанную игрушку далеко назад.
  К месту трагедии уже сбежались практически все участники охоты. Король не пострадал в тот момент когда его лошадь встала на дыбы мастер Виталлий каким-то чудом успел выдернуть его из седла и перекинув через спину своего коня увез подальше от опасности. Теперь они уже вернулись и бледный Густав стоял рядом со своей лошадью у которой было разорвано брюхо. Бедное животное сучило ногами и жалобно хрипело. В конце концов один из слуг с разрешения короля прекратил её страдания. Густав обернулся к своему спасителю и осипшим голосом спросил:
  - А где Мавель? Ведь это же он кинулся на кабана.
  Все тут устремили взгляды туда где лежало тело храбреца. Старик Веталь мгновенно спешился и растолкав зевак склонился над телом ученика. Яма лежал на спине раскинув руки в разные стороны, парика на нем не было и все могли увидеть его смоляные кудри, благо хоть уши были скрыты плотной повязкой.
  - Я узнал его! - раздался грозный голос где-то с боку. - Ваше величество, я думаю вам следует знать, что к вам в доверие втерся преступник.
  - О чем вы? - дед Веталь возмущенно обернулся к говорившему.
  - Простите, мастер, - Лютмир слегка склонил голову, - видимо этот самозванец и вас ввел в заблуждение. Или, что, скорее всего, вы с ним в сговоре.
  - Что за бред ты несешь, Лютмир, - Густав грозно уставился на советника.- Эти люди только что спасли мне жизнь.
  - Вот это-то меня и настораживает,- Лютмир загадочно улыбнулся. - Я не знаю, кто этот почтенный старец, зато вот его ученик персона очень даже известная, в узких кругах. Прошу любить и жаловать, - Фон Лыхуказал рукой на Мавеля пытающегося приподняться на локтях.- Перед вами сам Яма, в народе за неуловимость называемый Ветерок, вор, карманник.
  - У каждого свои недостатки, - невозмутимо ответил Густав, - моё спасение искупает его прежнюю вину.
  - И даже кражу венчальной короны? Ведь это он её умыкнул из вашей же сокровищницы.
  - Как? - король в недоумении уставился на Мавеля. - Это правда?
  Мав нагло уставился на короля и кивнул, Густав развернулся и пошел прочь, с него было достаточно потрясений за это утро.
  - Стража, -зычно крикнул Лютмир, тут же словно из-под земли выскочила дюжина молодцов в форме. Лютмир окинул их довольным взглядом и деловито приказал: - Увести этих преступников.Отведите их в камеру для особо опасных.Не кормить, воды не давать. Того который ранен пусть посмотрит лекарь, он нам нужен живым.
  Стражники тут же взяли в плотное кольцо старика, а Мава, так как он не мог передвигаться сам, уложили на самодельные носилки. Как только стражники покинули поляну Лютмир, взлетел в седло и погнал скакуна к замку, он мрачно улыбнулся сам себе и произнес:
  - Однако, какая удачная нынче выдалась охота, жаль только подранок не довел начатое до конца. Ну, я думаю, в следующий раз все пройдет более благополучно.
  
  Глава7
  Раны Мавеля, оказались не такими серьёзными как посчитал Лютмир да и сам Мав не стал его в этом переубеждать. Когда парень понял, что раскрыт он не стал строить из себя героя и страдальчески корчась, изобразил полную немощь. Он решил, что лучше ввести противника в заблуждение по поводу физического состояния незадачливого пленника. Может от этого особой пользы и не будет, хотя как знать? Сейчас расклад такой, что каждую соломинку надо использовать - а вдруг поможет выбраться?
   Когда Яму несли на импровизированных носилках, он тайком рассматривал своих конвоиров. Вывод был не утешительным - эти головорезы мать по приказу хозяина в темницу кинут. Да, умеет советник кадры подбирать. Носилки сильно трухнули на одном из ухабов и Мав старательно застонал, демонстрируя какой он бедный и несчастный. Деда Веталя вели далеко впереди и Мав пару раз видел его разом сгорбившуюся и сильно постаревшую спину.
  Путь был долгий, на конец стража и пленники прибыли в крепость. Камера в которую поместили Мава и Веталя оказалась на столько глубоко под землей, что даже стражники боязливо перешептывались вспоминая нехорошие истории связанные с этим уровнем подземелья. Камера была огромная и очень сырая. Один из стражников запалил на стене чудовищно чадящую лампу, когда убогий свет разорвал клочья плотного мрака Мав с удивлением отметил, что посреди помещения находится что-то: толи яма, толи колодец. Ему даже стало любопытно зачем здесь эта дыра в полу, но спросить он не решился. В это время другой стражник достал оккуратно сложенные кандалы и стал приковывать старикак стене. В этот момент в камеру зашел молодой вдрызг пьяный врач, его подвели к лежащему на носилках Мавелю, тот с горем пополам пощупал раненого и громко икнув провозгласил:
  - Можете приковывать, жить будет.
  К Яме тут же подошли двое молодцов, и надели кандалы ему на ноги. Яма натужно хрипел и стонал, показывая как ему больно, но никто не проявил, ни капли сострадания. Оковы были одеты как положено. Как только все было исполнено, стража быстро покинула комнату, оставив пленников наедине.
  Мав дотронулся до оков и выругался, высвободится из таких без посторонней помощи вряд ли удастся.
  - Что ты там матюкаешься, - послышался голос Веталя.
  Короткий пас и к потолку взлетел легкий светящийся шар, который озарил мягким светом убогую камеру. Мав взглянул на старику и к своему удивлению понял, что дед смеётся.
  - Как ты их!! - восхищенно продолжил дед. - Мне стоило больших усилий, чтобы не выдать тебя смехом в дороге. Прямо лиса из сказки.
  - В смысле? - Мав не понял, о чем старик ведет речь.
  - Разве ты не помнишь: битый небитого везет?
  - Представь себе - нет.
  - Зря, народное творчество знать надо - это же классика.
  - Мне и так жилось раньше не плохо. Пока не ввязался в эту авантюру.
  - Да ладно, - старик снова заулыбался. - Всё будет хорошо.
  - Я что-то твоего оптимизма не разделяю, - Мав демонстративно брякнул оковами.
  - Тебя напрягают эти мелочи?
  - Что-то не поворачивается язык такое мелочами называть.
  - Тоже мне нашел причину для паники, - мастер щелкнул пальцами и кандалы рухнули на пол, превратившись в пыль. - Иди ко мне, только смотри в яму не свались.
  - Тоже бред какой-то, - буркнул Мав. - Зачем она здесь вообще.
  - Ну не таскать же тела туда сюда, - глубокомысленно пояснил дед, - тело в колодец и всё. Ты что ещё не понял? Нас привили в камеру, из которой не возвращаются.
  Мав застыл как в копанный. Его злил веселый тон, которым этот несносный старик только что объявил, что их участь предрешена.
  - И что вы в этом находите забавного? - хрипло поинтересовался Яма. - Мне,например, ничуть не весело здесь находится.
  - Тебе, мой мальчик, надо научится относится ко всему проще.
  - Куда уж проще! - взорвался Мав. - Мы в камере смертников! Король знает кто я на самом деле! Нас ожидают пытки! Я нахожусь в одной камере с помешавшимся колдуном, который и палец о палец не ударил чтобы нас высвободить и развлекается показывая дешевые фокусы с оковами!
  - Успокойся, - старик встал и осторожно подошел к парню. - Вместо того, чтобы наводить панику ты бы лучше задумался, почему я поступил так, а никак не иначе.
  - Ну и почему?
  - Потому, что если бы я начал колдовать в лесу, то выдал бы себя с потрохами. Поверь мне, это покушение на короля повесили бы на нас. В стране с такой подачи снова бы начали охоту на ведьм. Короче последствия были бы страшными. А так мы вроде как просто исчезнем, о нас все просто забудут.
  - В смысле нас здесь заживо похоронят?
  - Естественно нет, мы выберемся.
  - А как же Орлиное Око? Ты ж сам говорил, что у нас времени нет.
  - О, а это как раз вторая причина по которой я не оказал сопротивления. На охоте я понял, что владелец камня совсем рядом и почему-то я уверен, что он обязательно нас посетит.
  - И как ты себе это представляешь?
  - Вполне обыкновенно.
  - Я поражаюсь твоему спокойствию.
  - Поживешь с моё - научишься контролировать эмоции.
  - И всё равно мне не понятно, что Господину здесь делать?
  - Сводить старые счеты.
  - С кем?
  - Ну не с тобой же, - старик гордо тряхнул головой, - со мной, конечно.
  - А вы разве знакомы?
  - Конечно, только он меня не узнал. Но ничего я ему о себе напомню, ночью. Так что с утра можно ждать гостей
  Мавель отвернулся от старика, услышанное поразило его.
  - Ты заметил Господина и даже не показал мне его?! А кроме того ты знал моего отца и ничего мне об этом не сказал? - тихо произнес он.
  - Ты не спрашивал, - так же тихо ответил дед Веталь. - Да и что я мог тебе показать? Я почуял его, точно борзая добычу. В обычном понимании я его тоже не видел.
  - Хорошо, допустим я бы его не увидел и ты не стал смущать моё сознание лишней информацией. Но ты должен был мне рассказать, что вы друг друга знаете. Причем, как я понимаю, достаточно близко! - вырвалось у Мава.
  - Что я должен был тебе рассказать, что твой отец последняя сволочь?
  - Всё равно, я имею право знать! Знать правду, какой бы горькой она не была!
  - Если ты так настаиваешь, то я расскажу. Только не пожалей потом!
  - Я слушаю, - Мав демонстративно уселся прямо на холодный пол.
  - Что ж, дело твоё. Мы с твоим отцом были друзьями. Но потом наши пути разошлись. Я не знаю, что с ним случилось, но он пошел по дороге зла, предал свой народ, предал себя, в конце концов. Я не буду рассказывать про то, что не видел своими глазами, но болтают, что он стал хуже зверя. Мы не встречались с ним много лет, но когда нас свела судьба - это была не самая теплая встреча. Я не узнал в этом жестком обезумевшем тиране своего друга, это он меня узнал. Он попросил помощи. Господин искал свою бежавшую наложницу с ребёнком и её сестру, но не мог найти. Я отказал ему и за это он ударил меня в спину своим кинжалом, который я сам заговорил для него и выбросил меня, истекающего кровью на дорогу. Меня подобрал цыганский табор. В нем-то я и встретил Ризу. Моему удивлению не было предела, когда я понял, что именно её-то и разыскивает Господин. Не обнаружив моего тела там, где он его выкинул этот негодяй заявил самому Жигмару, который в тот час начал охоту на ведьм, что весьма мощный колдун скрывается на северных дорогах. Если бы не Риза, которая рискуя собственной жизнью, помогла мне покинуть страну, мы бы сейчас не разговаривали. Ты доволен? Я пересказал тебе вкратце историю наших взаимоотношений.
  - Вполне, - Мав опустил голову, ему не верилось, что его отец такое чудовище. - Одно радует, завтра я сам смогу посмотреть ему в глаза.
  - Я тебя разочарую, - жестко блеснул глазами мастер. - Не думаю, что эта встреча принесёт тебе много радости.
  - Завтра и посмотрим. Если он конечно придет.
  - Прибежит.
  - Интересно, это ещё почему? Ты же сам говоришь, что не видел его, а он тебя вообще не узнал.
  - Я отправил ему маленький подарок. Моё послание найдет его, где бы он ни был, потому что я знаю его настоящее имя и указал его в заклинании.
  - Ох уж это мне ваше колдовство! Лучше бы ты миску супа наколдовал и клок сена, а то больно уж жестко на сыром полу спать.
  - Да ради Бога, - хмыкнул Веталь, и через пару минут в темнице появилось всё требуемое.
  Узники, молча, перекусили и задумались каждый о своем. Каждый из них осознавал всю важность следующего дня. Возможно завтрашнее утро, наконец, поставит жирную точку в этой запутанной истории.
  Веталь обернулся в сторону Мавеля и произнес:
  - Я не знаю, как всё сложится завтра, может я действительно старый кретин, который загнал и себя и своего молодого друга в ловушку. Но я хочу чтобы ты знал, я сделал это из лучших побуждений.
  - Хорошее утешение, - невесело заметил Мав. - Может давайте не будет философствовать, а лучше придумаем какой-нибудь вполне реальный план действий? А то я ведь мысли читать не умею ещё испорчу что-нибудь в вашей гениальной игре не из вредности, а по незнанию.
  - Ты прав, мой мальчик, - колдун в знак уважения склонил седую голову. - У меня есть кой-какая мыслишка и только ты можешь её реализовать. Я не берусь предлагать какой-то конкретный план, всё будет видно по обстоятельствам, но у каждого из нас будет своя вполне конкретная роль и каждый из нас должен её сыграть в любом случае! Ты со мной?
  - Конечно, - Мав протянул руку старому Веталю. - Можете на меня рассчитывать! Итак, что от меня потребуется?
  - Значит так, когда в подземелье спуститься Господин ты должен будешь отобрать у него Орлиное Око, он обязательно оденет его прежде чем спуститься к нам. Как только ты завладеешь камнем, передашь его мне. А дальше дело техники. Господин будет для нас не опасен!
  - Как-то уж всё чересчур просто, - с сомнением зацокал языком Яма. - Помниться мне, что ты говорил будто Око очень опасно.
  - Так, то ж для простых смертных, коими мы с тобой не являемся.
  Дед хитро глянул на Мавеля, затем провел рукой в воздухе и тихо произнес:
  - А теперь спать, нас ожидает тяжелое утро так что силы ещё очень даже понадобятся.
  Мав не услышал окончания фразы, его веки налились свинцом и он провалился в крепкий и здоровый сон.
  
  ****
  Леонелла была в недоумении: ночью ворон тревожно раскаркался, а потом рассыпался в прах. О том, что это был не сон свидетельствовала аккуратная кучка пепла на подоконника. Женщина в тревоге стала бродить по комнате. Она надеялась, что Гликея, с которой они договорились встретится в полдень, всё объяснит. Но ведьма в назначенное время не явилась. Пытаясь хоть немного отвлечься от тревожных мыслей, Леонелла затащила в постель очередного молоденького стражника. Усатый детина счастливо сжимал в могучих объятиях красавицу, не веря в свалившееся на его голову счастью.
  После бурного времяпровождения на её ложе Леонелла как бы невзначай поинтересовалась у своего охранника:
  - А что в городе нового Потапушка? Я сижу здесь уже давно, ты даже не представляешь как мне здесь тоскливо и одиноко.
  - А тама чего интересного? - с деревенским акцентом поинтересовался парень. - Всё так же. Вона сегодня ночью кто-то спалил дом вместе со всеми кто там был. Поговаривают, что там на шабаш собирались колдуны и ведьмы. Да только кто ж сейчас разберет - все как один сгинули в очищающем пламени!
  - Что?! - Леонелла испуганно уставилась на любовника. - А кто там был, ты не знаешь?
  - А что это ты так разволновалась, - подозрительно сощурился охранник. - Может и ты колдовством балуешься?
  - Сплюнь три раза! - возмущенно вскрикнула Леонелла. - Просто любопытно, а вдруг я с кем-нибудь из них знакома, за честных людей почитала, а они на меня порчу навели. Как ещё объяснить, что меня жертву безвинную в темнице замуровали?
  - А-а-а, - протянул паренёк. - Тыдыслухай сюда. Я конечно не точно знаю, но вроде как говорят, что там были Явор, тот что староста, Марат, богатый купец, Гликея, травница местная, а больше я и не помню кто. Я ж не знал, что тебе понадобиться это. Если б знал внимательней слушал бы, а то и записать бы кого попросил. Сам-то я пока не грамотный.
  Леонелла не слушала пустую болтовню охмуренного ею охранника, она поняла, что больше ей не на кого рассчитывать, её союзники мертвы, а сама она, хоть и добровольно, но в темнице. Интересно кто же расправился с тайным братством колдунов. Уж не её ли любимый папочка, что б его подняло да не опустило! От невеселых размышлений её отвлек звук опрокинутого столика, её новый воздыхатель полуодетый носился по комнате.
  - Тебя что оса укусила?- недоуменно поинтересовалась красавица, надменно передернув плечами.
  - Да если бы, - сокрушенно замахал руками парень, - король прибыл. Мне страшно подумать что будет если он увидит меня в вашей спальне, а не на посту.
  - Так шевелись же, Потоп! - взвизгнула Леонелла и полезла под кровать доставать панталоны любовника, закинутые ею туда в порыве страсти.
  Как горе любовники не старались они не успели. По коридору раздались гулкие шаги, Леонелла могла поклясться, что это сам Густав. Затаив дыхание мужчина и женщина застыли там где стаяли, судорожно пытаясь придумать хоть какое-то оправдание своему поведению, но король прошел мимо даже не заметив отсутствия часового у дверей своей пленницы. Он задумчиво прошел мимо и скрылся за дверями, ведущими в покои новой заключенной.
  Охранник счастливо выдохнул и пропев:
  - Кажется пронесло! - принялся одеваться дальше, а Леонелла опустилась на пол, там где стояла. В ней боролись сейчас противоречивые чувства. С одной стороны она была рада, что всё обошлось и король не застукал её с поличным, но с другой стороны её переполняла безотчетная злоба, ведь Густав даже не соизволил к ней заглянуть, не говоря о чем-то более серьёзном.
  Красавица решительно сжала губы, теперь когда Гликеи нет, она может рассчитывать только на себя. Хорошо, что колдунья успела передать ей змею до собственной непредвиденной кончины. Леонелла окрикнула уже выходящего из её покоев одетого по форме охранника.
  - Дорогой, а завтра ты ко мне придешь?
  - Не-а, - широко улыбнулся он в ответ. - Завтра у меня выходной, я в ночь заступаю.
  - Ну, так ночью и приходи.
  - Так вряд ли получиться-то, начальник караула уж больно строгий.
  - Но может ты что-нибудь придумаешь? - Леонелла кокетливо улыбнулась.
  - Может и придумаю.
  - А ту ведьму тоже так строго охраняют? -словно невзначай поинтересовалась соблазнительница.
  - А тебе зачем?
  - Просто интересно. Не нападет ли она на меня?
  - Можешь спать спокойно, Алехандро не спускает с неё глаз, а сменит его Глеб, тоже товарищ вполне надежный.
  - Глеб, говоришь, - прошептала Леонелла, припоминая смуглого красавца. - Тогда я действительно могу спать спокойно.
  Охранник убедился, что снаружи никого нет и шустро юркнул в коридор, а Леонелла слегка покусывая пухлые губки уже придумывала коварный план устранения соперницы.
  
  ****
  Густав понуро опустив голову вошел в покои отведённые для Лады. Комнаты была обставлена роскошно, но девушка будто не замечала этого, она сидела в уголке прямо на полу уставившись своими большими глазами куда-то в потолок.
  Король молча подошел и сел рядом, но Лада даже не глянула в его сторону.
  - Почему ты молчишь? - наконец не выдержал Густав.
  - Не поёт птица в клетке, - Лада еле заметно улыбнулась разбитыми губами.
  - К чему ты это?
  - К тому, что я пленница в твоей темнице и разговаривать нам не о чем.
  - Почему ты так говоришь? - обиделся король.- Я ведь о тебе забочусь и всё это сделал для тебя.
  - Интересно это что всё? - Лада неприязненно отодвинулась. - Ты не поверил мне и это главное.
  - С чего ты это взяла?
  - Если бы это было неправдой то я была бы на свободе, а не в тюрьме.
  - Ты не понимаешь! Я спас тебя от толпы. Если бы я оставил там, то тот детина, которого ты отвергла всё равно свел бы с тобой счеты.
  - Я достаточно сильна, чтобы разобраться с ним!
  - И подписать себе смертный приговор? Тогда бы все точно поверили, что ты ведьма!
  Лада закрыла лицо руками и тяжело вздохнула, помолчала, а затем глухо произнесла:
  - Я не ведьма, я простая травница.
  - Прости, но я тебе не верю. Один мой новый знакомый, - при воспоминании о мастере Виталлии король ещё больше помрачнел, - сказал, что тот медальон, который ты мне подарила на самом деле оберег и его сделал очень сильный колдун.
  - И ты решил, что это я. Не совсем, сначала я сомневался, но теперь я почему-то твердо уверен, что мастер Виталлий был прав.
  - Так это был всё-таки он? - Лада потрясённо вытаращила глаза.
  - Ты что его знаешь? - в свою очередь удивился Густав.
  - Нет, но очень хотелось бы познакомится, если это конечно тот человек о котором я думаю.
  - А со мной поделишься или это секрет?
  - Да ради Бога, - Лада возбужденно зашагала по комнате. - Недавно я ощутила, что в городе появился очень сильный маг. Настолько сильный, что я сначала даже сама себе не поверила. Я рассказала о своих ощущениях бабуле. Она внимательно выслушала и рассказала одну старинную легенду об одном волшебнике. Его между прочим как раз и звали Виталлием, он был очень добр и мудр, только он внезапно исчез из наших краев. В легенде говорится, что когда он вернется, то к людям вернется счастье.
  - Вряд ли это он, - задумчиво произнес Густав.
  - Почему?
  - Потому что он меня подло обманул, непонятно для чего втерся в доверие...
  - Что он сделал тебе плохого?
  - Ничего, наоборот жизнь спас.
  - Тогда почему ты так о нем отзываешься?
  - Я же сказал, он обманул меня.
  - Но может быть, у него были на это причины?
  - Я не хочу об этом знать.
  - Поговори с ним, я прошу тебя, не лишай свой народ возможности стать счастливым.
  - Хорошо, я поговорю с ним, - Густав загадочно улыбнулся, - но при одном условии - ты выйдешь за меня замуж.
  - А я здесь причем?
  - При том. Решай.
  - Мне нужно подумать, но каким бы оно ни было, запомни: насильно мил не будешь, - гордо ответила Лада и отвернулась.
  Густав застыл в нерешительности, совсем не такой он представлял их встречу. Не придумав ничего умнее, он выскочил вон из комнаты, громко хлопнув дверью. Лада как только осталась одна рухнула на пол там где стояла. Её всю знобило, она не понимала, что с ней происходит. С одной стороны она беззаветно любила своего короля, но с другой червь сомнения поселился в её сердце.
  Густав сломя голову мчался по коридору, он не знал ни куда несется, ни зачем. Внезапно его кто-то ухватил за руку. Король оглянулся и увидел стоящую рядом Леонеллу, она приветливо улыбнулась.
  - Почему ты не в своих покоях? - строго поинтересовался Густав.
  - Потому что очень захотела с тобой поговорить.
  - Я не настроен вести светские беседы!
  - Но, Густав, - Леонелла изобразила обеспокоенность, -на тебе просто нет лица. Я просто не могу отпустить тебя в таком состоянии. Пошли ко мне, выпьем по бокалу вина, мне кажется я знаю как тебе помочь.
  - Откуда ты знаешь в чем моя проблема?
  - Дорогой мой, я ведь не идиотка и у меня есть глаза. Так что идем, я подскажу тебе верный путь к сердцу твоей дикарки.
  Густав заинтересованно уставился на красавицу и позволил себя затащить в комнату.
  Леонелла по-хозяйски усадила короля в кресло, подала бокал вина, а сама скромно устроилась напротив.
  - Я так понимаю ты хочешь добиться взаимности у той девчонки, которую поселил рядом?
  - Да, - Густава слегка передернула от тона, которым были произнесены эти слова.
  - Так вот, по старой дружбе я берусь тебе помочь.
  - мне казалось, что ты ничего просто так не делаешь? - корль вопросительно изогнул бровь.
  - Вам правильно кажется, Ваше Величество. Но я неплохо тебя знаю Густав, если у тебя все получиться с этой простолюдинкой ты сам не забудешь обо мне и отблагодаришь по своему усмотрению. Разве я неправа?
  - Права, но всё же признайся зачем тебе это?
  - Скажу прямо, я поняла, что мне не завладеть твоим сердцем в качестве любимой женщины, но может быть в нем отыщется уголок для меня как для друга.
  - Хорошо, допустим ты говоришь правду, но в таком случае, что ты мне предлагаешь делать с Ладой.
  - О, начнем с элементарного. Как ты можешь требовать взаимности у избитой полуголой перепуганной девочки?
  - Я об этом не подумал, я сейчас же распоряжусь и к утру у неё будет ворох платьев и гора обуви.
  - Не надо кидаться в крайности, - Леонелла хитро улыбнулась. - Пусть ей принесут простое платье и кожаные сандалии, а вечером ты сделаешь ей первый подарок. Сам не появляйся здесь. Пусть слуга принесет ей коробку, в которую ты положишь шикарные туфельки или платье или украшенье, что подскажет сердце. Но что-то одно. И так три дня подряд. А на четвертый заявись к ней с огромным букетом цветов, брось их к её ногам и ничего не говоря удались. На пятый день она сама будет ждать встечи, поверь мне, я-то разбираюсь в женщинах.
  Густав слушал, как завороженный. План, предложенный Леонеллой, ему очень понравился, но в душе гнездилась тревога, хотя амулет подсказывал, что красавица говорит правду и не пытается на него воздействовать, всё равно седьмым чувством он чуял какой-то подвох в её словах. В конец измучавшись, Густав бросил строить догадки и списал свои ощущения на усталость от перенасыщенного дня. Он поблагодарил Леонеллу и заверил, что сделает всё так, как она ему предложила, затем быстро попрощался и отправился в сопровождении охраны в замок.
  Прибыв домой, он тут же наведался в сокровищницу и выбрал подарок для Лады, потом вызвал доверенного слугу и попросил уложить подарок в коробку и отвезти в крепость. Добравшись на место слуга должен был ничего не говоря отдать коробку охраннику, а тот уже в свою очередь отдать подарок Ладе. Довольный, что план Леонеллы уже запущен в действие Густав отправился к себе, упал на кровать широко раскинув руки. Но сон к нему не шел, в головезвучали слова Лады о мастере Виталлии. Действительно в этой истории было много непонятного. Если он враг, то почему спас ему жизнь. Если друг, то почему связался с вором и обманом втерся в доверие. Не имея возможности найти ответы на эти вопросы Густав решил завтра же с утра отправиться в крепость и навестить задержанных мастера и его ученика. Лада права, надо набраться терпимости и дать возможность им высказаться, может, у них действительно были причины так повети себя. В ожидании утра Густав уснул, но ему снились кошмары и на рассвете он проснулся опустошенный и избитый. Наскоро отзавтракав он отправился в крепость в которой по приказу советника Лютмира были размещены Мавель и старик Веталь.
  
  ****
  Леонелла довольно нежилась на шелковых подушках. Час назад от неё вышел Глеб, плечистый красавец, который уже давно был готов ради неё сделать всё что угодно. План Леонеллы был прост и гениален, а что самое замечательное - он работал. Леонелла внушила Густаву необходимость подарить этой деревенской ведьме шикарный подарок, она почему-то не сомневалась, что он её послушает. Вторым шагом к цели был разговор с Глебом, который удался на славу. Ей не стоило особого труда внушить туповатому воздыхателю, что ведьма, которую он сторожит очень опасна для окружающих, а в первую очередь для короля. Глеб разволновался, и уже было хотел зарубить ведьму, но Леонелла его вовремя отговорила. Она обняла его и произнесла:
  - Милый мой храбрец, а если она успеет заколдовать тебя и твоё оружие повернется в мою сторону? Поверь мне, эта хитрая тварь способна ещё и не на такое.
  - Но что тогда делать? - задумчиво произнес Глеб.
  - У меня есть идея, - Леонелла хищно улыбнулась. - Я слышала, что король пришлет этой колдунье сегодня подарок.
  - И что? - не понял охранник.
  - Ты должен будешь отдать ей его.
  - О, да!!! Я зайду якобы с подарком, а сам зарежу её? Гениальный план!!
  - Нет, мой рыцарь, надо действовать тоньше, мы ведь не знаем, что она задумала, - Леонелла подошла к комоду и достала из него пузырек со змеёй. - Вот, возьми. Эту змейку мне подарил мой отец. Ты ведь знаешь, что мой отец сам Жигмар - истребитель ведьм.
  - Да, моя прелесть, - кивнул Глеб.
  - Так вот, тебе надо будет её разрубить, извлечь яд и намазать этим ядом подарок короля.
  - Но, вдруг, она невиновна, - ни с того ни с сего засомневался охранник глядя на шуструю змейку.
  - Если она невиновна, то с ней ничего не случиться. Яд этой змеи действует исключительно на ведьм.
  Леонелле потребовалось совсем немного времени и усилий, чтобы Глеб и вовсе забыл о своих сомнениях. Одурманенный приворотным зельем он думал только о своей прекрасной хозяйке, которая обещала ему ещё одну встречу после удачного избавления короля от опасности.
  Теперь, вспоминая глупого поклонника, Леонелла улыбалась. Иногда очень хорошо, когда вокруг в основном идиоты. Ими так легко управлять: там улыбнулся, там шепнул, там нахмурился и вуаля - весь мир у твоих ног. Леонелла уже строила честолюбивые планы по возвращению своего положения при дворе, когда в её дверь аккуратно постучали. Затем в комнату как можно тише зашел Потап. На его усатом лице было крупными буквами написано, насколько он доволен собой. Он явно что-то прятал за спиной.
  - Моя, госпожа, вы спите? - тихо позвал он.
  - Нет, - Леонелла оторвалась от своих радужных планов и с недоумением уставилась на охранника.
  - Ты что не ждала меня? - удивился Потап.
  - Если честно, то нет. Ты же сам сказал, что у тебя не получится.
  - Любовь творит чудеса, - пафосно произнес он и бухнулся на колени. - Моя любовь, не гони меня, я пришел к тебе не с пустыми руками.
  - И что ты мне принес? - надменно поинтересовалась Леонелла, - букет полевых цветов?
  - Нет. Но если ты их так любишь, я нарву тебе целую охапку, а теперь прими от меня этот скромный подарок, - И мужчина жестом заправского фокусника достал из-за спины очаровательные туфельки. Они были прекрасны, алого насыщенного цвета из кожи неизвестного животного, Леонелла могла поклястьсяю, что в жизни такой не видела, усыпанные алмазами и рубинами, расшитые серебром и золотом. Не смотря на обилие украшений, они казались ажурными и словно воздушными. Леонелла не смогла удержаться от искушения, она тут же скинула свои тапочки и одела обновку. Туфельки пришлись как раз в пору и она, счастливо заливаясь смехом, повисла на шее у воздыхателя.
  - Признавайся, откуда ты взял такую роскошь? - щелкнув его пальчиками по носу, пропела она.
  - Секрет, - важно ответил он.
  - А, так ты их украл? - Леонелла возмущенно выбралась из объятий.
  - Нет, любимая, конечно, нет!
  - Тогда откуда они, - Леонелла пристально уставилась на заливающегося краской Потапа. - Либо ты говоришь правду, либо идешь вон!
  - Тут такое дело, - смущенно затараторил мужчина. - В общем, дело было так. Шел я по коридору, я сам напросился в обход, чтобы к тебе заглянуть. Смотрю: стоит Глеб мнется, а как меня увидел, так сразу руками замахал, мол, чтобы я подошел. Подруливаю я, а он мне и говорит:
  - Друг, постой пару минут на посту, так приспичило, боюсь, сейчас по ногам побежит. Не дай оконфузится.
  Ну, я то что, согласился постоять за него, только, говорит он, мне коробку не трогай это подарок от самого короля. А сам какой-то странный, весь взъерошенный. Сделал шаг и будто осколки какие-то забряцали. Я сразу смекнул, пил, наверное, на посту да и разбил бутылку, вот и хотел по-быстрому следы преступления убрать. Я его, конечно, понимаю, меня бы ведьму охранять поставили я б тоже трезвым не пошел. Короче он шась и побежал, а я остался. Дай думаю, хоть одним глазком гляну, что за подарок. Открыл коробку и ахнул, мать моя родная, такую красоту какой-то оборванке дарить?!!! Ну, я сразу сориентировался, коробку закрыл и поставил, как была, а туфельки тебе моя королева принес. Только тебе они под стать!
  По мере рассказа Потапа Леонелла бледнела, её глаза наполнялись ужасом. Дико завизжав, она скинула туфельки и метнулась к тазу, где ещё с вечера осталась вода, в которой она ополаскивалась. Женщина стала ожесточенно оттирать ноги. Наконец, когда паника немного отступила. Леонелла подумала, а вдруг Глеб не успел втереть яд или яд не успелвпитаться? Ведь Гликея предупреждала, что это страшный яд, а она себя чувствует хорошо. Успокоившись, она глянула на застывшего истуканом любовника.
  - Чего вылупился, - зло процедила она. - Немедленно забирай свой подарок и неси обратно!
  - Как ты себе это представляешь? - удивленно развел руками Потап.
  - Никак. Забирай и всё.
  - Не буду! - твердо ответил обиженный поклонник и, хлопнув дверью, покинул неблагодарную даму сердца.
  Леонелла задумчиво смотрела на туфельки, валяющиеся в разных углах комнаты. Она уже придумала, как сейчас подойдет к Глебу и вернет опасный подарок. Успокоенная и ободренная тем, что с ней всё-таки ничего плохого не случилось и чувствует она себя вполне сносно, если не считать легкую дрожь, но это всего лишь здоровая реакция организма на перенесённый стресс
  - Да...- задумчиво протянула красавица. - И на старуху бывает проруха, - затем она гордо вскинула голову и с вызовом произнесла:- Но я жива и это главное. Я - жива и значит мы ещё посмотрим чья возьмет.
  ****
  Судья Гаррис был очень зол. Да какое зол? Он был просто в ярости. Его посреди ночи подняли с постели, в которой остались две сиротки, приглашенные им для профилактических бесед. Судья, в который раз проклинал себя за то, что связался с Господином, польстился на щедрые подношения. И теперь войдя в комнату, где его ждал этот влиятельный человек, он напялил дежурную улыбку и склонился в учтивом поклоне. Всё-таки сорванные планы на ночь не повод кусать руку кормящего.
  Господин сидел в любимом кресле и не сразу заметил, что его уединение прервано. Он поприветствовал вошедшего легким кивком и продолжил хранить молчание.
  - Что-то случилось? - подал голос Гаррис.
  - Да, - коротко ответил Господин.
  В помещении снова повисло молчание. Судья выдержал значительную паузу и не совладав с раздражением язвительно произнес:
  - И вы позвали меня сюда ночью, чтобы помолчать по этому поводу??!
  - Нет, - Господин тряхнул головой. - Я просто не знаю, как точнее изложить суть вопроса.
  - Начните с главного, - подсказал Гаррис.
  Господин внимательно глянул на судью и опять погрузился в размышления, когда Гаррис уже был готов развернуться и уйти он сказал:
  - Ночью мне было видение. Не знаю, как это объяснить. Знаю одно - без магии здесь не обошлось.
  - Побойтесь Бога, какая магия в наше время?
  - Ой, вот только не надо делать вид, что ты не знаешь о том, что магия существует, - Гаррис было хотел возразить, но одного взгляда Господина хватило, чтобы отбить эту охоту. - Так вот мне привиделось, что подельник Ямы Ветерка, которого мы вчера сцапали, мой старинный враг. Причем мёртвый враг. И сейчас я не могу понять к чему бы это.
  - Нашли над чем голову ломать, - Махнул жирной рукой Гаррис и уселся без приглашения на соседнее кресло. - Навестите наших птичек в клетке и задайте интересующие вас вопросы. Всё же просто как белый день.
  - Действительно, - согласился Господин, - чего это я? Ведь решение, в самом деле, очень простое. Тогда вели заложить экипаж. Мы отправляемся, прямо сейчас!
  - А я вам зачем? - удивился Гаррис, он тайно надеялся вернуться к своим сироткам и довести "беседу" до конца.
  - Ну, это же твоё ведомство.
  - Мне кажется, такому человеку как вы все двери открыты, - льстиво заверил судья. - А я буду лишь лишней тяжестью для лошадей.
  - Не бойся, мои лошади лучшие в королевстве, так что справятся. Просто хочется пообщаться с умным человеком, да и вдруг потом твой совет понадобится. Тысам видишь, это видение несколько выбило меня из колеи.
  Судье ничего не оставалось делать, как повиноваться, он скрепя зубами покинул Господина и отдал необходимые распоряжения. Не прошло и часа как они выехали к острогу.
  Всю дорогу Господин молча слушал байки Гарриса, которые тот рассказывал без особого энтузиазма, оба облегченно вздохнули, когда карета въехала на тюремный двор. Небо на востоке уже начало светлеть, предвещая, что рассвет уже скоро.Господин не глядя на массивное строение, последовал за Гаррисом, который знал дорогу к подземелью, в котором содержат особо опасных преступников. Спускались долго по грязным заросшим паутиной коридорам. Наконец судья остановился и мрачно указал на грязную корявую дверь рядом с которой стоял внушительный конвой.
  - Здесь, - сказал он. - Вы желаете, чтобы я зашел вместе с вами или желаете побеседовать наедине.
  - Пожалуй, я пока войду один, - задумчиво ответил Господин. - Но ты будь начеку. Если здесь содержится тот, о ком я думаю, это может быть ловушкой и тогда неизвестно чем эта встреча закончиться.
  - Вы меня удивляете, - всплеснул руками толстяк. - Как вы можете сомневаться в своих силах, ведь как я вижу ваш камушек с вами?
  - А вот так! Полностью уверены в себе только идиоты, настоящий стратег должен предвидеть любой разворот ситуации.
  - Как знаете, - отмахнулся судья. - В таком случае может не рисковать и позвать ещё солдат?
  - Нет, я просто стараюсь быть осторожным, а то, что предлагаешь ты - уже паникерство.
  Судья обижено засопел, но промолчал. Господин последний раз оправил складки шикарного серого плаща и вошел в камеру.
  За дверью была небольшая лестница, на которой был очень крутой спуск. Господин не добрым словом вспомнил того кто это придумал и сгруппировавшись стал спускаться. Затем пройдя по узкому коридорчику, он попал в каменный мешок, освещенный мягким светом. Господин сразу понял, что не ошибся. Это действительно была ловушка. Потому что в таких камерах свет не предусмотрен. Он гордо выпрямил спину и шагнул вперед.
  - Так ты все-таки остался жив? - скучающим тоном произнес он.
  - Как видишь, - отозвался дед Веталь.
  - Я вижу - ты постарел.
  - Людям присуще стареть. Зато я вижу ты - всё так же молод и горяч.
  -Как здоровье?
  - Твоими молитвами, - саркастически усмехнулся старик в ответ.
  - Одного понять не могу: зачем тебе это? - Господин внимательно окинул взглядом камеру, заострив внимание на яме, которая черной дырой расползлась по полу.
  - А просто так. Захотелось приключений на старости лет.
  Всё время пока происходил этот странный диалог, Мавель внимательно изучал вошедшего мужчину. Он действительно видел его при дворе и Густав даже их знакомил, но парень не мог вспомнить ни титула, ни имени. Странное чувство охватило Яму, он понимал, что перед ним сейчас находится его отец, но ничего по этому поводу не испытывал кроме сомнений. В конце концов, не вслушиваясь в то, о чем разговаривали Веталь и Госпадин он невпопад спросил:
  - А это правда, что вы олоф?
  Старые враги в один момент умолкли, а затем разразились бурным хохотом.
  - Я думал ты поумнее будешь, - сквозь слезы произнес Господин, удостоив Мава снисходительным взглядом. - На пороге смерти следует думать о высоком, духовном, а не о ерунде всякой.
  - Но это не ерунда, - Мав даже обиделся на такое отношение к себе. - Как я буду вкушать благодать в раю, если меня будет мучить этот вопрос.
  - О, да вы молодой человек уже печетесь о жизни в царствии небесном? - хмыкнул Господин. - Похвально, что вы не строите глупых иллюзий. Что ж я отвечу. Да, я олоф! И эту тайну вы унесете с собой.
  - С чего такая уверенность? - поинтересовался мастер.
  - А с того, что ты сам, лично, подписал приговор себе и своему подельничку. Кстати никак не могу понять, когда вы успели снюхаться?
  - Пути господни неисповедимы, - развел руками старик. - Только зря ты думаешь, что уже выиграл. Матч-реванш только начинается.
  - Ты всегда меня недооценивал, - на показ вздохнул Господин. - Какой матч? Какой реванш? Ты сам загнал себя в ловушку дав привести сюда и призвав ещё и меня на свою голову. Ведь я так понимаю моё видение твоих рук дело.
  - Моих, - кивнул Веталь. - Но разве ты не думал о том, что я мог себе позволить позвать тебя только в том случае, если буду на сто процентов уверен в победе?
  - И как ты себе это представляешь? - Господин скептически сдвинул брови. - Ты думаешь, что сможешь одолеть Орлиное Око?
  - А оно разве у тебя? - наигранно удивился дед.
  - А то, - довольно выпятил подбородок Господин. - Смотри! - он гордо распахнул плащ, и на его груди заиграло массивное колье, в центре которого светился багряным заревом рубин.
  - Простите, - снова подал голос Мав. - Я, конечно, понимаю, что мой вопрос не в тему, но очень хочется узнать, а уши у вас тоже удлиненные?
  - Малыш, ты меня уже достал, - рыкнул Господин, но немного успокоившись, добавил. - Ясное дело они у меня удлиненные...были. Потом по обстоятельствам пришлось их просто отрезать.
  - Но это же больно, - скривился Мав.
  - Быть убитым ещё больней, - резонно заметил Господин. - А ты вообще, с какого перепугу такими вещами интересуешься?
  - Просто, дело в том, что вы мой отец, - брякнул Мавель. - Но я гляжу на вас, и меня всё ещё берут сомнения.
  Раздался оглушительный хохот, Господин снова смеялся до слез, справившись с приступом безудержного смеха, он произнес, вытирая выступившие слёзы.
  - Да, будет вам известно, молодой человек, у меня нет детей. У меня мог быть только один ребенок и его у меня подло украли!!- он кинул грозный взгляд в сторону Веталя. - А твой престарелый дружок был в этом пособником.
  - Не правда, ты сам в этом виноват! - ответил старик. - Я всего лишь не захотел помогать тебе в поисках.
  - Это одно и то же, - махнул рукой Господин.
  - Но почему у вас мог быть только один ребенок?
  - Таково моё проклятие. Так было предначертано, когда я взял Орлиное Око из колыбели. У меня мог быть один единственный ребенок, причем, только от женщины, которую я полюблю, по-настоящему полюблю!
  - Даже так? - удивился Веталь.
  - Да, так! И вы отняли её у меня! И ребенка тоже!
  - Никто у тебя никого не отнимал! - повысил голос Веталь. - Как можно отнять то, что тебе не принадлежит?!
  Господин зло глянул в сторону старика, но промолчал, он только положил руку на рубин и воздух в камере стал сгущаться.
  - Посмотри на меня, - обратился к нему Мавель. - Я тоже эльф, - он сдернул повязку и продемонстрировал свои длинные уши.
  - И что с того? - Господин надменно вздернул бровь. - Хоть гном, это не повод для родства.
  - Я сын Зары.
  - Откуда ты знаешь её имя? - срывающимся голосом произнес Господин.
  - Потому что я её сын.
  - Ты врешь, у неё был ребенок от Терентия.
  - Какой Терентий? - подал голос Веталь. - Ты же сам знаешь, что у неё был ребенок от тебя!
  - А вот теперь я не уверен! - закричал Господин.
  В это время снаружи послышался шум, судья Гаррис что-то доказывал своим визгливым голосом, но его голос становился всё тише и тише, пока не смолк окончательно, затем послышался звук отодвигаемого засова и легкие шаги. А через несколько секунд в каменный мешок спустился сам Его Величество Густав Благородный. Он недоуменно оглядел присутствующих, его взгляд остановился на Господине и он удивленно произнес:
  - Лютмир, а ты что здесь делаешь?
  - Могу адресовать Вашему Величеству тот же вопрос. Хотя не буду, потому что всё складывается для меня очень даже удачно. Я очень рад, что мы здесь собрались. Можно будет решить все вопросы одним махом.
  Густав проигнорировал колкий ответ советника и прошел к старику Веталю.
  - Я не понимаю, что здесь происходит, - обратился он к нему. - Почему вы не в кандалах? Это он вас освободил? - король кивнул головой в сторону Лютмира.
  - Нет, Господин пришел сюда не за этим, - тихо ответил старик.
  - Именно, - кивнул Лютмир. - Я здесь дабы вершить суд.
  - Поскольку глава государства я, - с нажимом произнес Густав, - то и суд решить мне, а вы пока свободны.
  - Сопляк!!! - взревел Господин. - Неужели ты ещё не понял, что по собственной глупости попал в ловушку? Ты - никто! Здесь только я имею слово и оно таково: вы все умрете!!!
  - Лютмир, ты что, рассудком повредился? Я сейчас кликну стражу, и ты присоединишься к этим недостойным обманщикам, которых пришел проведать!!!
  - Густав, Ваше Величество, перестаньте, - старик дотронулся до плеча короля. - Господин не шутит и в ваших интересах не нарываться сейчас на грубость. Сейчас на кону и ваша и наша жизнь, так что будьте благоразумны!
  - Какой Господин? - Густав вопросительно посмотрел на мастера. - Причем до Лютмира чудовище из деревенских сказок?
  - Потому что это, как вы изволили выразиться чудище, долгие годы обитало с вами бок о бок. Ваш советник и есть Господин.
  - Не может быть... - растеряно произнес Густав.
  - Может, - отчеканил Лютмир. - Так что советую меня не злить, и возможно проживете хотя бы на пять минут дольше.
  - Ну, коли наша судьба предрешена, - затараторил Мавель, - то мы имеем право на последнее желание?
  - Смотря какое, - сурово ответил Лютмир.
  - Я хочу обнять вас, отец. Пусть вы не признаете меня, но найти вас было смыслом моей жизни. Так позвольте же заключить вас в объятия?
  - Ага, а ты меня кинжалом в бок?
  - Нет-нет, я могу дать самую страшную клятву, что даже и в мыслях у меня нет причинить вам зло. Да и посмотрите: у меня нет оружия, хотите я разденусь догола.
  - Я не понимаю твоей навязчивой идеи.
  - Ещё раз повторяю: я всю жизнь посвятил поиску родителей, если я припаду к вашей груди, моя смерть не будет бессмысленной.
  - Ладно, но только поклянись, что не принесешь мне вреда, я сам засвидетельствую клятву и горе тебе, если ты попытаешься её нарушить.
  Мавель игнорируя ошарашенные взгляды Веталя и Густава, вышел вперёд. Он встал на колени и произнес слова самой страшной и неотвратимой клятвы. Затем Лютмир подозвал его, и они обнялись. У Ямы было такое ощущение, словно он обнял глыбу льда, стараясь скрыть перекошенное от неприятных ощущений лицо, он склонил голову и медленно отступил назад.
  - Теперь я готов к смерти, - торжественно произнес Мавель.
  - И это всё? - раздраженно фыркнул Лютмир. - И ты даже не попытаешься меня убить или хотя бы покалечить?
  - Но ведь я поклялся, - строго заметил Мав.
  - Ты идиот, - вырвалось из уст Густава. - Ты же мог попытаться спасти нас всех!
  - Оставь мальчика в покое он знает, что делает, - вступился за ученика старик.
  - Тешь себя, тешь, - язвительно заметил Лютмир. - В этот раз я полностью согласен с нашим сопливым королем - он глупец. Такой идиот просто не может быть моим сыном. Значит, Терентий действительно сказал правду, и Зара забеременела от него! Получается, я столько лет убивался зря по чужому выродку и блудливой потаскухе?
  - Не говори так о моей матери! - зарычал Мав.
  - А то что? Покусаешь? Фу! Какие манеры! Постой, а у меня для тебя есть сюрприз,- Лютмир зашуршал плащом.
  Пока Господин вел беседу с Мавелем, король склонил голову в сторону мастера и тихо прошептал:
  - Что будем делать?
  - Ничего, - так же тихо ответил старик. - Пока у него Орлиное Око мы ничего не можем сделать.
  - Но почему тогда вы позволили себя запереть здесь?
  - Потому что риск благородное дело.
  В этот момент Лютмир предъявил Мавелю свой прощальный подарочек. А его ладони сверкнул стеклянный глаз.
  - Держи, - Лютмир кинул глаз Яме. - По ходу это всё что осталось от твоего папани.
  Мав поймал стекляшку и сжал в ладони.
  - Что ж, - вальяжно произнес Господин, - мне кажется, официальная часть затянулась, пора переходить к делу. Прощайте, до встречи в аду, - и он разразился диким хохотом, затем провел рукой по груди, в поиске рубина и не обнаружил его. Лютмир испуганно опустил взгляд и понял, что ожерелья на нем нет.
  В этот момент то же самое понял и дед Веталь, он ударил его колдовской волной, но Лютмир в нужный момент сгруппировался и отскочил, проявляя кошачью ловкость. Старик кинул новое заклинание, но и оно не попало в цель. Лютмир захохотал:
  - Ты такой же мазила, как и в молодости. Тебе не боевые заклинания творить, а цветочки да букашек растить.
  Тут острая боль обожгла плечо советника, он инстинктивно опустил взгляд вниз и увидел злосчастный глаз Терентия, потом обернулся в ту сторону, откуда последовал удар и увидел стоящего поодаль Мавеля.
  - А ничего вещица, - произнес парень, нагло глядя прямо в глаза родителю, в руке он сжимал ожерелье с Орлиным Оком.- Мне так кажется, она мне вполне подойдет.
  - Ты!!!- взревел Лютмир, но было уже поздно тех секунд на которые он застыл рассматривая наглеца и его добычу вполне хватило Веталю, чтобы прицелиться и, наконец, попасть в него. Словно тысячи иголок одновременно пронзили тело великого Господина, и он стал падать, неловко заваливаясь на бок. В этот момент к нему подскочил Густав и столкнул в яму. Раздался стук тела о дно и предсмертный крик.
  - Как к тебе попало ожерелье? Это же просто невозможно? - пытаясь унять дрожь в коленках, спросил Густав.
  - Ловкость рук и ничего более, - улыбаясь, ответил Мав. - Не всегда воровство это плохо!
  - Хватит слов, Мавель, немедленно отдай мне ожерелье. Посмотри на камень, он может рвануть в любую секунду! - прервал их беседу старик.
  - Да, Веталь, конечно, - Мав тут же подбежал к колдуну и отдал опасное ожерелье.
  Дед Веталь сел прямо на пол и уложил Орлиное Око к себе на колени. Камень казалось, ожил, по нему побежали блики и искры, но старик стал водить над ним руками, от скрюченных пальцев Веталя стало исходить мягкое сияние, которое будто поглощало, не давало багровому зареву заполнить пространство камеры. На осунувшемся лице колдуна выступили крупные капли пота, его стала сотрясать крупная дрожь, но он ни на секунду не прекращал своих движений. В конце концов, рубин перестал светиться, превращаясь в обычный камень, а старик тут же обессилено рухнул. Мав подскочил к нему и уложил его седую голову к себе на колени.
  - Вот и всё, Мавель. Мы сделали это. Теперь всё зависит только от тебя.
  - Почему от меня?
  - Потому что дальше ты пойдешь один.
  - Но почему?
  - Потому что я умираю. Чтобы успокоить Орлиное Око, нужно было заплатить, и эта плата оказалась для меня слишком высока.
  - Нет. Ты не умрешь! Так не честно!! - закричал Мав, сжимая старческую ладонь в своей.
  - Всё честно, мальчик мой, всё честно. Запомни, судьба твоего народа в твоих руках, сумей довести начатое до конца.
  - Но как? Я ведь ничего не знаю. Куда? Что?
  - Возьми ожерелье, оно больше не опасно, - дед обессилено протянул Маву Орлиное Око. Тебе надо найти Ризу, она отведет тебя туда куда нужно.
  - Но где мне её искать. Их табор мог уехать куда угодно!!
  Стареющий на глазах дед Веталь закрыл впадающие глаза, а потом тихо сказал:
  - Я вижу её у твоей приемной матери. Так, что тебе не придется плутать по всей стране.
  Густав всё это время стоявший немного в стороне, подошел ближе и склонился над умирающим.
  - Простите меня, - тихо произнес он. - Это я виноват, если бы не я, вы бы не попали сюда, и ничего этого не было бы.
  - Не козни себя, молодой король, - ответил мастер. - Всё случилось так, как должно было случиться. Об одном прошу: пересмотрите своё отношение к магии и колдовству. Ведь они существуют и, отрицая очевидное, вы наносите вред в первую очередь себе. Только не устраивайте охот на ведьм как в прошлом, результаты их вы могли наблюдать сегодня.
  - К чему вы это? - удивился Густав.
  - К тому, что добро вы выжгли, а зло затаилось и жило с вами всё это время бок об бок. Я вам дам ещё один совет: съездите к нам в страну, пообщайтесь с Власенем, он вам всё толково объяснит и подскажет.
  Мастер Виталлий, снова закрыл глаза и тяжело вздохнул. С каждой минутой он становился всё дряхлее и дряхлее пока не превратился в прах.
  Густав посмотрел на Мавеля сидящего рядом с останками старика и подал ему руку.
  - Пошли, я так понимаю, тебя ждут дела, да и мне здесь задерживаться не хочется. За учителя не беспокойся, мы похороним его со всеми почестями.
  Мавель поднялся, ещё раз с тоской поглядел на то, что осталось от Веталя, к которому он так привык за последнее время и последовал за королем.
  Покинув каменный мешок оба молодых человека облегченно вздохнули. Мав по привычке окинул цепким взглядом коридор, по которому им следовало двигаться, и невольно остановился. В углу бесформенной массой лежало тело судьи Гарриса. Поза его была настолько неестественной, что вопроса о том жив ли этот человек, не возникало. Мав негромко окликнул Его Величество и спросил:
  - А за что вы его?
  - Кого? - не понял вопроса король.
  - Ну, вон, там, в уголке валяется труп некоего всем известного судьи. Так как у меня с этой тварью свои счеты, то мне до боли интересно кто же меня опередил.
  - Не знаю,- растерянно ответил Густав. - Когда я заходил в камеру он был ещё жив, хотя и вел себя очень нагло. - Король обернулся в сторону притихших солдат, старший тут же вышел вперед, и, склонившись в легком поклоне, поинтересовался.
  - Чего изволите, сир?
  - Патрик, - сурово начал король, - я видимо чего-то не понимаю в этой жизни. Что случилось с судьей? Ещё пять минут назад он был живее всех живых и что теперь? Потрудитесь объяснить мне, что же здесь всё-таки произошло.
  - Понимаете, Ваше Величество, - проникновенно начал Патрик, смиренно опустив очи долу, - когда вы вошли в камеру, судье стало плохо. Видимо им завладела нечистая сила. Он стал биться головой о стену, затем он выхватил у Эрика нож и стал наносить себе раны одну за другой, но видимо лезвие не проходило сквозь слои жира годами копившегося на его боках, и он снова стал биться головой о стену.
  - Что-то мне не очень в это вериться, - спокойно ответил король, от его взгляда не укрылось, что большинство солдат из его личной охраны еле сдерживают рвущийся наружу хохот вызванный "правдивым" рассказом Патрика.
  - Почему? - обиженно произнес хитрец.
  - Во-первых, слишком уж довольные у вас физиономии, - сдерживая улыбку, всё так же строго продолжил Густав. - А во-вторых, я вас чертей знаю как облупленных, так что нечего мне сказки рассказывать.
  - Но всё именно так и было! - улыбнулся Патрик. - У меня даже свидетели есть. Все присутствующие ребята могут подтвердить под присягой, что именно так всё и было.
  - Ага, - хором подтвердили солдаты.
  - Густав, - подал голос, наблюдавший за разыгрываемым перед ними фарсом, Мавель. - Мне кажется, что они тебя обманывают.
  - Да я и сам это вижу, не слепой.
  - Ой, да ладно, - махнул рукой Патрик. - Всё равно у вас улик нет.
  - Ну-ну, - многозначительно покачал головой король. - Есть случаи, когда улики и не требуются.
  - Ваше Величество, - Патрик склонил голову, - мы готовы к любому вашему решению.
  - Тогда слушайте, - Густав сделал такую кислую мину, что даже Мав испугался за солдат, к которым проникся симпатией. - Повелеваю: за самосуд произведенный над судьёй прямо за спиной у короля выпить каждому по бочонку хмельного вина, причем за свой счет. А поутру всем надлежит явиться в замок. Кто не придет - будет отстранен от службы.
  Парни радостно загалдели, все кроме Патрика. Он как самый опытный боец знал, чем чревата такая королевская доброта. Вот сейчас вся охрана отправиться в загул, все поупиваются, а по утру как и велено заявятся в замок, а там Густав устроит им такую тренировку, что и подумать страшно, а самое главное похмелиться не даст! Только толку, что он об этом знает, сейчас ослушание смерти подобно - король и так, считай, им жизнь дарует, а головная боль мизерная плата за самоуправство. Заметив грустный взгляд начальника своей охраны, Густав улыбнулся, и слегка склонившись к нему тихо произнес:
  - Вижу, понял ты мою задумку. Так что впредь умнее будете. Передай ребятам, чтокаждый должен со своим пустым бочонком явиться. Если кто попробует мою волю не исполнить, накажу всех, так своим орлам и передай. А теперь вы возьмете тело этого борова и снесете в каменный мешок, выкинете его в яму, что там находиться. И чтобы ни одна живая душа не знала, что вы здесь были. Судью подадите в розыск через денек другой. Дело приподнимете так, что он, мол, проворовался и сбежал.
  - Не извольте беспокоиться, - Патрик склонил голову, - всё сделаем как надо.
  ќ- И ещё, - Густав обернулся в сторону притихшего Мавеля. - Я с этим добрым господином собираюсь отобедать в "Жареной Жар-птице", я понимаю, что вы туда обязательно припретесь вслед, так вот настоятельно прошу и даже требую, сделайте своё присутствие там незаметным, а не какв прошлый раз. Вы и так не в самом выгодном положении, так что злить меня ещё больше не следует.
  Патрик только смиренно кивнул и отступил к своим подчиненным, а Густав в сопровождении Мавеля спешно стал подниматься по зловещим коридором на поверхность.
  Оказавшись на свободе, Мавель блаженно вдохнул ядреный утренний воздух полной грудью. Всю дорогу из подземелья его мучил вопрос, который он так и не решился задать, теперь ободренный свежим воздухом он пристально посмотрел на короля и спросил:
  - И что это была за комедия?
  Густав, ничуть не смутившись, ответил:
  - Да так, отрывок из популярного романа "Король и его охрана". Шучу. Я понимаю твоё недоумение, но если честно, то я просто не знал, как правильно себя повести. С одной стороны судья гад и ребята давно мечтали свести с ним счеты, с другой стороны они не имели на это права, с третьей я сам хотел разобраться с этим толстяком и задать ему пару вопросов. Только что уж теперь? Ну не наказывать же мне их за излишний энтузиазм, тем более, что они, считай, сделали хорошее дело.
  - Да, трудное это дело царствовать, - сочувственно покачал головой Яма.
  - Да уж, это тебе не девкам глазки строить. Ну, так как на счет покушать? Я думаю, нам есть о чем поговорить за завтраком.
  - А у меня есть варианты? - лукаво улыбнулся Мав.
  - Нет, - в тон ему ответил Густав и распорядился оседлать для них двух спокойных лошадок.
  ****
  Уже буквально через час король и вор сидели за добротным дубовым столом щедро уставленным всевозможной снедью. Мавель наполнил кубок и предложил помянуть мастера Веталя, король с ним согласился и первую чарку они опрокинули в полной тишине. Затем выдержав положенную паузу, Густав произнес:
  - Светлая ему память. Только вот объясни мне, как ты, Яма-Ветерок, с мастером познакомился. А лучше расскажи мне всё по порядку с самого начала. Откуда ты такой ушастый в наших краях взялся.
  - Ага, я вам сейчас всё расскажу, а вы меня в кандалы да на каторгу или в острог? - недобро сощурился Мав.
  - Нет, даю слово чести. А ты я надеюсь, понимаешь, что для меня это слово не простой звук.
  - Хорошо, будь по-твоему, - невесело согласился Мав. - Только давай ещё пару чарок хряпнем, а то я как-то не соображу с чего начать.
  Король в знак согласия тут же наполнил чарки. На этот раз они провозгласили тост за дружбу и чокнулись. В знак солидарности с тостом им отсалютовала из-за столика находившегося неподалеку охрана короля в полном составе.
  - Приказать им уйти? - Густав взглянул Мавелю прямо в глаза.
  - Да, нет. Я думаю, им будет интересно послушать, а каких-то страшных тайн в моём рассказе не будет, всё довольно просто, хотя и немного запутано.
  Немного помолчав Мавель начал свой рассказ. Он не утаил ничего, наверное, первый раз в жизни он был столь откровенен. Не королю, не притихнувшей охране он рассказывал свою историю, в этот раз он рассказывал её самому себе, без скидок, без поблажек. Он смотрел на себя будто со стороны и понимал, что ему предстоит ещё очень и очень многое сделать, чтобы искупить грехи своего прошлого. Наконец рассказ был закончен, король наполнил чарки заново и, поднявшись, обратился к Мавелю.
  - Я поднимаю эту чарку за тебя, за твой путь и желаю, нет, не желаю - повелеваю, нет, не повелеваю - прошу, оставайся таким же честным человеком или эльфом, как тебе больше нравится. Я не думал, что когда-нибудь скажу такое, но я очень рад, что ты украл мою корону, потому что если бы ты этого не сделал, мы бы не познакомились.
  - Полно тебе, Густав, - растроганно сказал Мав. - Мы ещё не столько выпили, чтобы признаваться друг другу в вечной любви и преданности. Давай просто пожмем друг другу руки и этого я думаю, будет достаточно.
  Густав тут же протянул Мавелю руку, и они обменялись крепким рукопожатием.
  - И всё-таки я хочу тебе сказать, - Густав слегка понизил голос. - Чтобы не случилось, ты можешь рассчитывать на мою помощь.
  - Надеюсь, она мне не понадобиться, но спасибо.
  - А ты научишь меня тому фокусу, благодаря которому ты снял медальон с Лютмира, - неожиданно сменил тему король.
  - Боюсь, что вам сие мастерство совсем не нужно. Разве что вытаким нестандартным образом решите пополнить казну...но в этом случае о государственных делах придется забыть потому что всё ваше время будут занимать тренировки.
  - Неужели это так сложно
  - А вы как думали? Ваше Величество, быть карманником - это же настоящее искусство, годы тренировок плюс талант.
  - Жаль, - Густав выглядел огорченным.
  Неожиданно к столику за которым сидели король и Мавель подошел мужчина, укутанный в черный дорожный плащ. Судя по комьям грязи, которыми был заляпан плащ, человек проделал длинный путь.
  - Жигмар? Что ты тут делаешь? - удивленно спросил Густав.
  - Расплачиваюсь за вашу безответственность, - строго ответил советник. - ВашеВеличество как вы могли? ВЫ понимаете, что ведете себя как мальчишка? Мне стыдно за вас.
  - Ну что я совершил в этот раз? - раздражённо вздернул бровь король.
  - Как что? - Фон Баст чуть не задохнулся от возмущения. - Исчезнуть из замка не обмолвившись и словом куда направляетесь это по-вашему нормально? Вы сорвали три аудиенции, да черт с теми аудиенциями весь замок на ушах, потому что монарх пропал! Благо вам хоть хватило ума взять с собой охрану. Мы все переполошились, люди обеспокоены тем, что случилось, что заставило вас так спешно покинуть свои покои и что же в итоге? Я застаю вас в третьесортной таверне распивающим брагу с каким-то простолюдином, - с этими словами барон окинул неприязненным взглядом застывшего истуканом Мавеля. - Боже, так это же тот самый преступник, которого вы сами приказали арестовать вчера! - сделав такое открытие Жигмар в недоумении застыл, затем пристально уставился на короля в ожидании пояснений.
  Густав молчал не долго, затем ответил своему верному советнику, что не собирается перед ним отчитываться, а вчерашний арест был ничем иным как важнейшим этапом спецоперации удачно завершённой на рассвете. И не дав Жигмару возможности что-либо возразить, Густав предложил ему успокоиться и разделить с ними трапезу. Барону ничего не оставалось делать, как согласится. Он сел лицом к Мавелю и заметил, что молодой человек не сводит с него глаз.
  - Что-то не так? - неприязненно поинтересовался барон.
  - Никогда не думал, что буду сидеть с вами за одним столом. Вот уж действительно: пути господни неисповедимы.
  - Да уж, - кивнул Жигмар, - я тоже не думал, что буду делить трапезу со всяким отрепьем.
  - Это ты сейчас обо мне? - повысил голос король, видя, что назревает скандал, и не совсем понимая странное поведение Ямы.
  - Что вы, Ваше Величество, - поспешил оправдаться сконфуженный советник. - Я об этом представителе народа, который сидит напротив.
  - А что ж вы так плохо относитесь к народу? - язвительно поинтересовался Мав.
  - Мавель, ты тоже не прав, советник очень много делает для простого народа, - поспешил вмешаться Густав.
  - Да, а его дочь ещё больше.
  - Ну, а Леонелла -то здесь причем? - возмущенно всплеснул руками король.
  - При всем. Я только что вам поведал свою историю. Так вот человек купивший собачку был никто иной, как вот этот господин собственной персоной вместе с родной дочерью, - горько ответил Мав.
  - Жигмар, это правда? - король не поверил своим ушам.
  - О чем вы? - не понял барон.
  - Ты купил у крестьян собачку лет двадцать - двадцать пять назад? - подался вперед Густав.
  - Было дело, - бледнея, согласился Фон Баст.
  - А потом, когда оказалось, что это не собака, а ребенок, вы выкинули его наскоку из кареты?
  - Не совсем так, его выкинула Леонелла, а я просто не успел ей помешать, - как-то отрешённо проговорил Жигмар. - Меня до сих пор мучает этот кошмар. Ночами мне сниться, что мы с Лео едем в карете, и она снова и снова выбрасывает бедного мальчика на верную смерть.
  - А почему вы уверены, что он умер? - поинтересовался Мавель.
  - Если бы он уцелел - это было бы настоящим чудом, мальчик был крайне истощен и после такого удара вряд ли выжил. Но постойте, откуда вам известно об этой истории? - Жигмар в недоумении уставился на Мавеля. - Об этом было известно только мне, Лео, лекарю и кучеру.
  - Правда? - нагло усмехнулся Мав. - Что ж вы опять про мальчика-то забыли. А он как раз таки и выжил и вполне здоров, хромает только. Вот так - то барон. Неожиданная встреча.
  - Это был ты? - севшим от волнения голосом произнес Жигмар.
  - Да, - тихо ответил Мав.
  - Я очень рад, что ты жив, - барон позволил себе улыбнуться. - Ты даже не представляешь, какой камень свалился с моей души.
  - Действительно не представляю, - кивнул Мав. - Особенно не представляю, как ваша дочурка обрадуется.
  - Оставь её, - грустно ответил Жигмар, - а если сможешь - прости.
  - С чего это? - Мав упрямо выпятил подбородок.
  - Потому что она всё равно уже достаточно наказана. Король разве не ввел вас в курс дела?
  - Кто я такой, чтобы вводить меня в курс дела? - неприязненно отозвался Мавель.
  - Ну, как же, - снисходительно улыбнулся Жигмар, - я смотрю: вы сидите тут прямо как закадычные друзья. Почему бы и не поделиться радостными новостями.
  - Вы это сейчас о чём? - не понял Густав.
  - Не надо ломать комедию, - устало вздохнул Жигмар. - Речь идет, конечно, о моей дочери. Вы не успели обрадовать вашего нового друга, что посадили её в крепость? Ну, тогда позвольте это сделать мне. Леонелла под арестом и выпускать её на свободу не собираются. Вы не подумайте, что явозмущаюсь, я лучше вас всех знаю, что она получила по заслугам, но простите, я всё-таки её отец и мне очень неприятно такое положение вещей.
  -Дорогой барон,- молодой король доверительно склонился в сторону преданного слуги, - по-моему, вы не в курсе реальной картины происходящего. Ваша дочь в крепости находится не под стражей, а под охраной. Я даже скажу больше: Леонелла чуть ли не на коленях умоляла меня, её туда спрятать.
  - Но почему? - удивленно поднял брови барон.
  - Да всё проще простого, ваша девчушка немного забылась, с кем имеет дело, точнее совсем потеряла инстинкт самосохранения и посягнула на интересы своего любовника, а вашего вечного врага - Лютмира. Мой второй советник человек большого ума и сразу же её вычислил, всё его существо наполнилось гневом и он возжелал отплатить неверной красавице, а Леонелла не будучи от природы круглой дурой это поняла и примчалась просить у меня защиты. Вы сами понимаете - крепость единственное место, где я мог гарантировать ей жизнь. Ваша дочь вполне довольна условиями содержания и питанием. Я думаю, вы сами сможете у неё обо всём этом подробно расспросить, тем более, что больше ей нет необходимости скрываться.
  - Понятно... но почему нет необходимости? - пораженно произнес Жигмар.
  - Не далее как сегодня ночью Лютмир покинул пределы нашей прекрасной страны. Можно вопрос, чисто между нами? - Густав заговорщицки понизил голос. - Вы знали, что Лютмир и некто по прозвищу Господин есть одно лицо?
  - Господин? - не веря своим ушам, переспросил барон. - Нет, конечно, - тут же добавил он, затем справившись с охватившим его удивлением, добавил вполне спокойным голосом: - Хотя нечто в этом роде я и предполагал: больно хорошо он для своего возраста сохранился, - по лицу Жигмара было видно, что он еле сдерживается, чтобы не задать ещё ряд вопросов, но барон быстро взял себя в руки, решив, что если король посчитает нужным сам посветит его в курс дела.
  - Жигмар, я не думаю, что мне следует вас предупреждать, что услышанное вами государственная тайна? - улыбнулся Густав.
  - Что вы, - обиженно махнул рукой Фон Баст, - не мальчик, понимаю, что к чему.
  - Вот и прекрасно. А сейчас все дружно отправимся во дворец и в честь моего пребывания в целости и сохранности устроим званный обед. По левую руку от меня посадите Ладу, а по правую Леонеллу.
  - Но это нарушение этикета! - возмутился советник.
  - А мне плевать, - без тени улыбки ответил Густав и подмигнул заскучавшему Мавелю. - Ты тоже приглашен.
  - Весьма польщен, - Мав церемонно склонил голову, - но вынужден отказаться от столь заманчивого предложения - спешу. Вы, я думаю, не будете на меня обижаться, потому что сами знаете положение дел: промедление в моём случае смерти подобно.
  - Жаль, - грустно кивнул король, - но ничего не поделаешь.
  - На обратном пути обязательно загляну, - тут же поспешил оправдаться Мав.
  - Попробуй не заглянуть, - Густав погрозил приятелю кулаком. - Так, что Жигмар проследите, чтобы там, на счет обеда всё было в лучшем виде.
  - Конечно, сир, - Жигмар склонил голову,- я прослежу, но сам, наверное, тоже не приду.
  - Это ещё что за новости? - возмутился король. - Давайте, все меня бросьте на растерзание фрейлинам.
  - Сир, я не могу сидеть за одним столом с Леонеллой, мне стыдно.
  - Вот те раз, - присвистнул Густав, - ещё минуту назад вы злились, что она в крепости, а тут когда выпадает возможность убедится, что с вашим чадом всё в порядке вы хотите удрать в кусты?
  - У нас не те отношения, чтобы мы кинулись друг другу в объятья, вы прекрасно это знаете. Вы сказали, что с ней всё в порядке для меня вашего слова вполне достаточно. Прошу вас избавить меня от необходимости делить с ней трапезу.
  - А вот и нет, - почему-то заупрямился Густав. - Вы сами сказали, что несмотря ни на что вы её отец, следовательно, она ваша дочь, так что я требую, чтобы вы присутствовали на обеде. Я даже больше скажу: не просто присутствовали, а присматривали за своей дочуркой, чтобы в её хорошенькую головку не взбрела очередная "гениальная" идея по перераспределению власти в нашем государстве.
  - Ах, вот вы о чём, - смутился Жигмар, - тогда что ж я обязательно буду, можете на меня положиться. Только, простите мою недогадливость, я не понимаю зачем вам этот званный обед?
  - Есть повод, - загадочно ответил король и снова подмигнул ничего не понимающему Мавелю. За столом повисла напряженная тишина.
  Густав, чтобы сгладить неловкую паузу, тут же предложил выпить за всё хорошее, Мав поддержал товарища. Потом они выпили ещё и ещё, не известно, сколько бы они просидели в том заведении, но король, словно вспомнив, о чём-то очень важном вскочил из-за стола, все присутствующие удивленно устремили на него взгляды.
  - По коням, - скомандовал изрядно захмелевший от выпитого Густав. Не в силах совладать с порывом, охватившим всё его существо, молодой монарх быстрым, хоть и нетвердым шагом направился к выходу, всё ушло на второй план: и запутанная история чудного народа олофов, и попытка государственного переворота, званный обед и недоеденный завтрак. Сейчас перед его взором был только силуэт хрупкой, точно тростинка девушки, такой близкой и такой далекой одновременно.
  - Я покидаю вас, - тоном, не терпящим возражения, сказал Густав, остановившись у самой двери. - Жигмар, если хочешь, можешь задержаться, с тобой мы увидимся в замке, а тебе мой друг, Мав, я желаю удачи в твоем нелегком деле. Барон, снабдите Мавеля всем, что он потребует, от него зависит жизнь и процветание целого народа.
  - Спасибо, мне ничего не надо, - тут же поспешил заверить Яма, встретившись взглядом с Фон Бастом.
  - Мав,ты этобрось. А на счет твоих обид на семейство уважаемого борона я скажу тебе вот что: всё что не свершается - всё свершается к лучшему. Да, Леонелла не самая благородной из девиц, да, Жигмар смалодушничал и не остановил карету, не одернул дочь...но задумывался ли ты о том, чтобы с тобой было, если бы они не выкупили тебя тогда. Ты так бы и остался в той зловонной конуре охранять двор, но собаки долго не живут...
  - Да...не живут, - Мавель согласно кивнул, затем повинуясь порыву, резко встал и заключил Густава в объятия. - Спасибо тебе. Если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь - только свистни, я тут же прибуду.
  - Добро, буду иметь в виду, но и ты помни: на обратном пути непременно загляни, ты обещал, - смущенно сказал король и направился к выходу. Его охрана с явным сожалением тут же последовала за ним.
  Барон тоже поднялся, и сухо попрощавшись с Мавелем, покинул харчевню. Яма остался один, он присел за стол и налил себе ещё одну чарку, затем опрокинув её, тоже встал и направился к выходу. Он снова был свободен как ветер, и путь его лежал домой. Ведь именно у Софии сейчас, по словам деда Веталя, находилась Риза. Олоф запустил руку в карман, и Орлиное Око тут же легло в ладонь, напоминая, что времени очень мало и следует торопиться.
  ****
  Пожелание Его Величества было выполнено, и в обеденный час парадная зала была уставлена столами, которые ломились от изысканных блюд. Весь цвет высшего общества суетливо толкался у огромных ажурных дверей ведущих в залу в ожидании монарха. Среди этого пышного цвета знати легко было заметить Леонеллу заблаговременно прибывшую на место пиршесниства, чтобы послушать последние слухи. За ней шлейфом тянулась несколько вялых поклонников, которым она снисходительно улыбалась. Красавица чувствовала себя не вполне уютно, ей вовсе не хотелось нос к носу с Лютмиром, но и не подчиниться прихоти короля она тоже не могла. Поэтому она облегченно вздохнула, когда дворецкий предложил пройти всем в залу и занять места согласно списку. Неожиданно для себя Леонелла поняла, что её место находиться по правую руку от короля. Это открытие придало ей уверенности и она окинула зал кишащий знатными сеньорами с выражением нескрываемого превосходства.
  - Его Величество Густав Х, - раздался зычный голос глашатая и мерный ропот высшего общества тут же стих.
  Леонелла увлеченная своими честолюбивыми помыслами даже не сразу заметила, что молодой король занял своё место. Она уже правила железной рукой своей страной, через Густава разумеется, но раз он пригласил её сюда и посадил рядом значит эти мечты вполне могут стать реальностью.
  - Леонелла! - голос короля вырвал бедную женщину из её сладких грёз. - Леонелла, чёрт возьми с вами всё в порядке? - Густав внимательно смотрел на красавицу не совсем понимая её поведение.
  - О, да, дорогой, - как можно нежнее произнесла Леонелла, она хотела добавить ещё что-нибудь ласковое, но слова застряли у неё в горле, когда она заметила, что по левую сторону от короля в шикарном платье сидит Лада.
  - Точно? - заботливо поинтересовался монарх.
  - Да, - стиснув до хруста зубы прошипела красавица, если бы не толстый слой румян наверное даже гости на противоположном краю стола заметили как она побледнела от ярости. Она демонстративно отвернулась от Густава и подозвала мальчишку подававшего спиртные напитки. - Вина, - севшим от напряжения голосом произнесла она, - живо и кувшин захвати, чтоб два раза не бегать.
  Густав с интересом понаблюдал за Леонеллой, так и не понял, что с ней происходит и какая муха её укусила, затем решил, что поговорит с ней после и обернулся к Ладе. Девушка держалась просто, но гордо. Ей очень шло платье выбранное лично им: простое, но безумно дорогое одновременно, без пошлых рюшей и плюмажей, но в тоже время изысканное и неповторимое. Налюбовавшись в волю избранницей, которая в свою очередь делала вид, что совсем не замечает жаркого взора своего воздыхателя, король встал и в зале снова воцарилась полная тишина.
  - Вы наверное все гадаете, - громко начал Густав, - по какому случае такое пиршество. Я не буду томить вас ненужным нагнетанием обстановки. У нас есть новости, которые, я думаю, будут вам небезинтересны. Я не стану говорить хорошие они или плохие - пусть каждый решит для себя сам. Итак, новость первая! Одна дружественная держава, я пока опущу какая именно, задержала группу грабителей при попытке перейти границу, среди драгоценностей, которые злодеи пыталась переправить была обнаружена венчальная корона.
  - Не может быть, - выдохнула какая-то впечатлительная придворная дама.
  - Может, - Густав снисходительно улыбнулся, сделал театральную паузу и продолжил, - корона уже доставлена в Вислуцк и передана лично мне. Так что хотите вы этого или нет, но не далее чем через неделю обряд коронации будет завершён и никто, слышите, никто не посмеет вякнуть, что я восседаю на троне не по праву или не законно!
  В зале поднялся страшный шум, все вельможи наперебой заверяли, что никогда ничего подобного даже в мыслях не допускали, дамы охали и картинно закатывали глаза.
  Густав спокойным, хотя и не совсем трезвым взором окинул собравшихся, утренние посиделки давали о себе знать, хмель ещё не выветрился из его головы.
  - Я тоже в вас не сомневался! - скрыв иронию, вполне нормальным тоном произнес он. - За это и выпьем!
  - До здравствует король! - разнеслось по залу. - Ура! Ура! Ура!
  Густав устало плюхнулся в кресло и залпом осушил услужливо наполненный слугой кубок. Он попытался заговорить с Ладой, но не успел, один из вельмож, маркиз Больон, поднялся со своего места и прокричал:
  - Сир, Вы обещали новости, а мы пока услышали только одну. Простите мне мою дерзость, но хотелось бы услышать и остальное, пока присутствующие здесь находятся в трезвом уме и ясной памяти, я надеюсь, Вы понимаете, о чём я, - и маркиз склонился в галантном поклоне.
  - Я понимаю, - отозвался Густав и снова встал, раздосадованный тем, что не успел сказать Ладе то, что хотел. - И даже не сержусь. Итак, новость вторая! И пока последняя, остальные на подходе. Как вы все заметили, среди нас нет моего советника Лютмира. Это не случайно. Сегодня ночью сей субъект покинул пределы нашей страны. Он оказался предателем и вражеским лазутчиком, извернувшись ему и его приспешнику судье Гаррису удалось бежать.
  В зале повисла мертвая тишина. Высший свет просто не знал как реагировать, но потихоньку шум начал нарастать и вскоре в зале было шумно, словно на базаре в ярморочный день.
  Леонелла рассеянно слушала речь короля, она даже не поняла, что её гонителя больше нет в стране, её мысли были направлены на то, как, чёрт возьми, избавиться от соперницы, но неожиданно красотка почувствовала дурноту и, обессилев, выпустила бокал из слабеющей руки, её тело охватила мелкая неприятная дрожь. Леонелла хотела позвать на помощь, но из горла вырывались только хрипы вперемешку с хлопьями пены. Густав обернулся на странные звуки и увидел бьющуюся в предсмертных конвульсиях Лонеллу, она из последних сил попыталась встать, но тут же завалилась на стол, скинув на пол посуду, стоявшую с краю.
  - Лекаря, - страшным голосом закричал Густав, но в этом не было необходимости, к ним и так со всех ног бежал придворный лекарь Цу Ань, прибывший в Вислуцк из далекой восточной страны. Хотя это было весьма молодой мужчина, но своё ремесло он знал намного лучше многих седовласых детей Эскулапа. Цу Ань склонился над телом женщины. Густав не видел, что восточный лекарь делает с ней да и если честно, ему не очень хотелось это знать, но вот Цу Ань выпрямился и произнес своим мягким голосом:
  - Она мертва. Я не могу ничего сделать. Поздно.
  - Но почему? - сорвалось с губ Густава.
  - Яд, - однозначно ответил лекарь.
  Слово яд, прозвучало в звенящей тишине, присутствующие повскакивали со своих мест и настороженно глядели друг на друга и на стол уставленный кушаньями.
  - Но как? - Густав в непонимании схватился за голову. - Всю еду на кухне проверяют. Как сюда мог попасть яд?!
  Неожиданно кто-то довольно громко произнес:
  - Короля хотели отравить! Конечно! Короля хотели отравить!
  Эту реплику подхватили и зал наполнился гулом, который перекрыл женский крик исполненный ярости:
  - Это она, ВЕДЬМА! Ведьма хотела отравить нашего короля! Убить её, сжечь!!
  Эту идею тут же одобрили, и знатные сеньоры и сеньориты сбившись в толпу стали приближаться к застывшей от ужаса Ладе.
  - Стоять! - взревел Густав, в этот момент лекарь что-то тихо говорил ему. - Достопочтимый Цу Ань говорит, что яд несчастная приняла ночью. А я хочу вам сказать, что у Лады не было возможности передать яд в это время, потому что я неотлучно находился при ней. Я ясно выражаюсь? Мы проведем расследование и допросим всех охранников. Обещаю мы выясним кто это сделал.
  Напуганные до глубины души представители знати замерли, словно кролики загипнотизированные удавом, но сказанного Густавом было недостаточно, чтобы заставить их вернуться на свои места и молодой король ясно понимал это. Поэтому сделав шаг вперёд, и положив руки на плечи бледной как смерть девушки, он произнес.
  - И вообще, как вы можете бросать такие обвинения будущей королеве?
  Лада затравленно дернулась, но Густав до боли сжал её плечи и зло прохрипел, слегка склонив голову, так чтобы слышала только она:
  - Молчи, дура! Жить хочешь? Тогда молчи и совсем соглашайся!
  Лада еле заметно кивнула.
  - Так, что я требую извинений перед своей невестой, - с напускной веселостью обратился король к своим подданным.
  - С каких это пор короли женятся на нищенках, - подал голос маркиз Больон.
  - С тех самых, - жестко ответил Густав. - С тех самых. Я же не критикую вас за то, что вы сожительствуете с родной дочерью, - лицо маркиза болезненно скривилось от этих слов, а король подумал, что выпитое им вино да на старые дрожжи сослужит ему пожалуй плохую службу. - Но не будем обсуждать подробности интимной жизни здесь присутствующих, - продолжил Густав. - Я думаю, у каждого есть свои скелеты в шкафу. А если вернуться к моей свадьбе, то хочу вас заверить, что все морально-этические аспекты оговорены мной с всеми уважаемым советником Жигмаром. Не правда ли барон?
  - А? Что? - тихим голосом отозвался бледный барон. Жигмар растерянным взглядом провожал тело дочери, которое уносили из залы.
  - Да-да, - с важным видом кивнул король, - но даже если и этого мало, чтобы успокоить взбунтовавшуюся общественность, то я буду вынужден открыть вам государственную тайну. Причем эта тайна только частично принадлежит мне и сейчас вы поймете почему. Лада - является законной дочерью правителя смежной с нами державы, чтобы предотвратить игру в "угодайки"скажу сразу, что это государство - Ворания. Их правитель обратился к нам за помощью, потому что группа неизвестных совершила ряд попыток, чтобы похитить наследницу.
  - Но почему вы не приютили бедняжку при дворе? - возмутилась какая-то великосветская матрона.
  - А разве вам с вашим жизненным опытом это не понятно? - вопросом на вопрос ответил Густав. - Как только такая красавица появилась бы при дворе, сразу бы возникла масса вопросов и слухов. Плюс все наслышаны о странных нравах воранцев, несчастная девушка тут же выдала бы себя с головой. Поэтому нами было принято столь нестандартное решение, которое в свою очередь не смогло оградить бедняжку от подлых посягательств, -Густав почувствовал, что его "несёт" он врал вдохновенно и красиво. - Результатом, которых, стала попытка выдать невинное дитя за ведьму. Да, в их стране к колдовству относятся по-другому, оно стоит на службе у государства, но это не повод обвинять человека во всех смертных грехах. Наоборот нам надо учиться у воранцев и перенимать их опыт, вместо того, чтобы прятать голову в землю будто страусы. Барон фон Баст полностью поддержал меня в этом вопросе! Не правда ли барон?
  Но ответа Жигмара никто так и не услышал, он стоял молча, не сводя глаз с дверей, за которые несколько минут назад унесли тело его дочери.
  - Так вот, - продолжил Густав, - свадьбе быть - это вопрос решенный. Таким образом мы убьём двух зайцев: во-первых соединим влюблённые сердца, а с другой породнимся с богатейшим родом. Согласитесь ведь все слышали о том, сколько государств имеет виды на Воранию, земля, которой просто напичкана золотом. Многие ищут предлог, чтобы перейти к военным действиям и отхватить кусок пожирнее, а мы получим всё и без жертв со стороны мирного населения.
  - Гениально!! - вскрикнул маркиз и зал разразился бурными аплодисментами. - Виват молодым!!!
  От поднявшегося шума Лада пришла в себя и, улучив момент, когда хватка Густава ослабла девушка резко встала.
  - Но я не ...- громко начала она.
  - Не можешь скрыть своих чувств! - тут же перебил её король. - И я тоже, дорогая! Дай-ка я тебя поцелую, - и с этими словами Густав сгреб брыкающуюся красавицу в объятия. - Я думаю нам следует ненадолго покинуть вас, мои гости, сами понимаете дело молодое, - быстро произнес король и не давая невесте возможности опомниться подхватил её на руки. -Мы скоро.
  И с этими словами Густав напрвился к выходу из зала. На выходе как по волшебсту из неоткуда возник Патрик, которому король еле слышно бросил:
  - Мы в саду. И что бы ни одна душа.
  - Будет сделано, - козырнул вояка и снова смешался с толпой.
  В зале повисла напряженная тишина.
  ****
  Густав вынес Ладу в сад и огляделся, вокруг царила тишина и покой. Затем он обернулся к невесте, и при виде этой странной девушки застывшей в неловкой позе сердце его бешено застучало и он, не помня себя от счастья, заключил её в объятья, не обращая внимания на робкие протесты. Наконец Ладе удалось высвободиться, и она, надменно встряхнув не уложенными волосами, поинтересовалась:
  - С чего такая радость? Хотел меня отравить, а потом вдруг совесть замучила?
  Пораженный ледяным тоном Густав не сразу уловил смысл сказанных красавицей слов, поняв же, молодой король ужаснулся.
  - Ты думаешь, что я хотел убить тебя? - потрясенно произнес он.
  - Но туфельки же предназначались мне? - не скрывая обиды, произнесла девушка. - А именно они были отравлены.
  - Какие к чёрту туфли? - не понял Густав.
  - Те что ты прислал в подарок. Когда она умирала, - Лада поёжилась, - мне было видение.
  - Туфли... - задумчиво произнес король. -Мне ничего об этом неизвестно, я хотел сделать тебе подарок от всего сердца, для того чтобы ты стала хоть чуточку благосклонна ко мне. Ты же ведьма, если не веришь мне, то проведи обряд, чтобы проверить честность моих слов. Единственный мой грех перед тобой - это моя любовь, я готов на всё лишь бы ты была со мной рядом.
  Лада внимательно смотрела на любимого, она знала, что он говорит чистую правду, потому что ложь она чуяла за версту. Немного успокоившись, она присела на скамеечку.
  - Тем не менее, отравлены были именно туфельки, - устало повторила она. - Ладно, я верю что ты здесь не при чём, но что это был за цирк? Какая я тебе дочь монарха?
  - А что ты хотела? Чтобы я сказал - это местная колдунья, но она хорошая и поэтому это не она отравила Леонеллу?
  - Я знаю одно - ложь ни к чему хорошему не приводит, - упрямо сдвинула брови Лада
  - Интересно откуда ты это знаешь? - насупился Густав. - Вот увидишь всё будет хорошо, надо только предупредить пахана Ворании. Он хороший. Я думаю, что он даже согласится удочерить тебя для успокоения твоей совести. Тем более что на их богатства мы не претендуем.
  - Да? - Лада невесело улыбнулась. - Там, в зале, ты говорил совсем по-другому.
  - Там, я - король! Я должен доказать что блюду интересы своего государства и готов на всё ради этих интересов. Мой двор давно морально разложился и я ничего не могу поделать. Их много, я - один. Единственное, что я могу пока, заметь ПОКА, потому что я недавно пришол к власти и даже коронован не по правилам, но как только я окрепну как правитель я всё перекрою по своему усмотрению, дай мне только время.
  - Слова...
  - Да, слова! Политика - грязное дело. И ты отлично знаешь, что я не солгал тебе ни слова.
  - Но и там ты был вполне искренен.
  - Спасибо, - Густав грустно улыбнулся, - но как я мог заставить поверить окружающих в то, во что сам ни на секунду не верю. Пришлось вжиться в образ подлого захватчика.
  - Тебе это удалось. Даже слишком.
  - По-видимому в прошлой жизни я был актер. Лада, - Густав умолк подыскивая слова,- сегодня у меня выдалась странная и страшная ночь. Я не знаю, почему, но хочу сказать тебе именно сейчас о том, что ты оказалась права: мастер Виталлий действительно оказался невиновен, а я на самом деле был просто вовлечен в игру потусторонних сил как одна из марионеток.
  - Ты позволишь мне встретиться с ним? - возбужденно произнесла Лада.
  - Боюсь, что нет.
  - Но почему? - Лада уловила горечь в словах Густава.
  - Потому что этот великий человек погиб сегодня ночью, вернее на рассвете, в неравной схватке со злом невольным свидетелем, которой мне пришлось стать.
  - Не может быть, - руки Лады опустились, словно безвольные ветви.
  - Может, - тихо сказал Густав. - Прости, что я тебя не послушался сразу. И прости меня за то, о чем я попрошу тебя сейчас, потому что я не попросил тебя об этом раньше, хотя следовало: Ладушка, будь моей королевой.
  Повисло неловкое молчание. Сначала на лице девушке расцветала радостная улыбка, но затем она сменилась выражением задумчивости на хорошеньком личике.
  - Нет, - ответ Лады прозвучал очень резко в наступившей тишине. Густав резко развернулся и молча направился в сторону, где находился замок, но Лада мгновенно нагнала его остановила легким прикосновением к плечу. Густав обернулся и не глядя на девушку произнес:
  - Что?
  - Ты не дослушал, - Лада тепло улыбнулась. - Я не хочу быть твоей королевой. Я хочу быть твоей любимой.
  Густав тут же подхватил девушку на руки и закружил по аллее.
  - Что ты делаешь? - счастливо смеясь, запротестовала Лада. - Немедленно поставь меня на место.
  - Слушаюсь и повинуюсь, - шутливо ответил Густав и выполнил просьбу любимой, поставив её на землю, король снова заглянул ей в глаза и серьёзно произнес: - Но ты и так моя любимая, единственная и ненаглядная. Став же королевой ты поможешь мне исполнить завет мастера Виталлия. А он завещал мне пересмотреть взгляд на магию в нашем государстве.
  - Раз так, - Лада сделала многозначительную паузу, - мне нужно подумать.
  -Я надеюсь не очень долго? - Густав многозначительно изогнул бровь.
  - Как знать... - неопределенно повела плечами Лада, и никто в этот момент не смог бы догадаться говорит она серьёзно или шутит.
  - Смотрите, дамочка, вы рискуете осиротить государство.
  - С чего бы это?
  - А с того, что вот возьму и помру завтра или нет сегодня прямо после обеда от неразделенной любви.
  - Это шантаж, - Лада обняла Густава и поцеловала в щеку.
  - Я знаю, - нагло согласился король, подставляя другую щеку для поцелуя.
  - Я вот тут подумала, - прошептала Лада, игнорируя жест Густава. - Раз речь идет о жизни всего государства, то я не могу вам отказать Ваше Величество. Только хочу задать вам один вопрос.
  - Я слушаю тебя, дитя моё, - произнес король, зарываясь лицом в волосы любимой.
  - И не страшно тебе на ведьме-то жениться?
  - Нет, нестрашно, - севшим голосом сказал Густав, отстранился и, глядя прямо в глаза своей невесте произнес. - Без тебя жить - вот это страшно, а всё остальное мелочи.
  - Ну, раз так, то наш договор надо скрепить.
  - Ух ты! Уж не кровью ли? - усмехнулся Густав.
  - Зачем же сразу кровью, - смутилась Лада и многозначительно посмотрела в сторону своей кровати. - Я знаю более надежный и приятный способ.
  Густав не нашелся что ответить, он просто взял Ладу на руки и отнес на ближайшую лужайку с пышной травой, выстриженной в форме короны.
  ****
  Мавель вышел из "Жареной жар-птицы" с основательным запасом провизии, путь его ждал неблизкий, благо король оставил ему ту самую лошаденку, на которой он сюда приехали. Пегая кобылка была вполне отдохнувшей и спокойно восприняла нового хозяина. Мав разложил свои запасы по седельным сумкам и легко взлетел в седло. Уже через час он покинул столицу и направил лошадь по северной дороге, которая вела к его дому. Ехать было тяжеловато, всё-таки нагрузка последних дней давала о себе знать, Яма с замиранием сердца представил, чтобы было, если бы ему пришлось проделать этот путь пешком, как он делал это обычно.
  Время от времени молодой человек всё-таки делал остановки, давая возможность отдохнуть и себе и кобыле, но несмотря даже на эти небольшие задержки через пару дней он добрался до своей деревни. Сунуться прямо домой Мав не решился памятуя последние события, да и о гибели судьи, наверное, ещё никому не известно, так что, скорее всего его приказы ещё никто не отменял. Мавель побоялся попасть в засаду и поэтому отправился разведать обстановку к кузнецу Вересу, у которого София должна была скрываться первое время.
  Мав нисколько не удивился, когда со двора кузнеца выскочил Муха. Пес залился радостным лаем, демонстрируя всевозможные акробатические кульбиты. Мавель тут же спрыгнул с лошади и потрепал верного друга за ухом. Муха не успел сделать доклад о произошедшем за время отсутствия хозяина, потому что на пороге появилась взволнованная София. По её округлившемуся животику Мавель понял, что его информаторы были правы и Верес не только в кузнечном деле мастер.
  - Сынок, это ты? - дрожащим голосом позвала женщина.
  - Да, мама, я вернулся, - ответил Мавель и подошел к матери.
  - Блудный сын, ты снова вернулся ко мне, - София погладила виновато склоненную голову своего мальчика, по её щекам бежали тихие слезы счастья. - А ведь я ещё утром сказала, что ты придешь сегодня, но мне никто не поверил.
  - Ну, так уж и никто,- раздался голос появившейся будто из ниоткуда Ризы. - Лично я в этом нисколько не сомневалась, - женщина раскрыла объятия и светло улыбаясь, произнесла: - Ну, здравствуй что ли племянничек. Я же говорила, что мы ещё встретимся.
  - Говорила, - кивнул Мавель, обнимаю двух своих самых родных женщин.
  Не выпуская друг друга из объятий, все трое ввалились в дом, там им на встречу вышел здоровенный мужик со шрамом на пол лица. Это был Верес, кузнец дружелюбно улыбнулся и протянул пасынку свою огромную ручищу. Обменявшись с Мавелем рукопожатием, он хохотнул и заключил опешившего паря в свои медвежьи объятия. Выбравшись на свободу из рук Вереса, Мав с недоумением на него уставился, чем вызвал залихватский хохот мужчины.
  - Что такое? Уж не помял ли я твой парадный лапсердак? - широко улыбаясь, поинтересовался кузнец.
  - Да бес с ним, меня больше интересует целостность моих ребер. Меня так ещё ни одна баба не тискала, - вполне серьёзно заявил Мав. - Может, объяснишь мне, Верес, с чего такая сильная ко мне любовь?
  - А ты сам не догадываешься?
  - Да вроде как нет, - честно признался Мавель. Женщины с любопытством наблюдали за их диалогом, но судя по всему вмешиваться и прояснять обстановку не собиралась.
  - Вишь, какое тут дело вышло сынок... ты ведь не против, что я тебя так называю? - Мавель кивнул, мол, не против. - Если бы ты тогда так не напортачил с судейскими да не приволок их по глупости домой, София ещё лет двадцать со мной разговоры разговаривала, а тут, так сказать под давлением обстоятельствей сначала поневоле пришлось у меня скрываться. Ну, а потом когда всё улеглось, у нас дело само собой сладилось, и София осталась хозяйкой в моём доме по собственной воле.
  - Ну, это и так понятно, что по доброй, - Мавель глянул на улыбающуюся мать, - попробовал бы ты её заставить. Она уж меня - кремень, - и парень сжал кулак, демонстрируя какой у Софии характер.
  - А то я не знаю, - лукаво блеснул глазами Верес. - Что в сложившейся ситуации хочется сказать: давайте-ка все к столу, а то ведь байками сыт не будешь, да и ты Мав в дороге явно оголодал. Откушаем, чего Бог послал, по стаканчику самогоночки хлопнем, там глядишь, и беседа пойдет живее.
  Мавель не стал возражать и позволил себя усадить за стол, только там он в раз понял, насколько голоден, он так спешил добраться домой, что просто на просто забыл о том, что надо питаться. На какое-то время увлеченный едой и рассказами родных о том, что происходило с ними пока он отсутствовал Мавель забыл о , зачем он здесь, а когда от ядреной самогонки, которую Верес гнал по личному рецепту в глазах заплясали чертики утомленный дорогой Яма попросту заснул прямо за столом.
  Проснулся он на рассвете. В комнате ещё царил полумрак, но он был запуган зарождающимся на востоке заревом. Парень лежал в мягкой чистой постели не желая открывать глаза, ему так не хотелось разорвать эту хрупкую нить ведущую в сны, где всё было так прекрасно. Тем не менее, повинуясь какому-то неясному предчувствию, Мавель открыл глаза. Он ничуточки не удивился когда обнаружил, что находится в комнате не один. На краю его постели сидела Риза, в её сложенных на коленях руках что-то тускло блестело. Мавель скорее почувствовал, чем увидел, что это Орлиное Око. Парень не стал задаваться вопросами, зачем в его комнату пришла его тетка и почему в её руках камень, он приподнялся на локте и тихо дотронулся до её плеча. Риза вздрогнула, будто от удара, на какой-то момент Мавелю показалось, что она спала, а он её разбудил. Но приглядевшись внимательней и заметив заплаканные глаза Ризы, парень понял, что это не так.
  - Дорогую же цену пришлось заплатить за него, - прервала затянувшееся молчание цыганка.
  - Ты уже знаешь? - Мавель не смог скрыть удивление, Риза в ответ лишь сокрушенно кивнула. - Но откуда?
  - Он мне рассказал, - женщина кивнула на камень. - Ты уснул за столом и когда мы с Вересом тащили тебя наверх, чтобы уложить спать из твоего кармана выпало ожерелье. Я подобрала его, чтобы не заметила София. Она - то не в курсе наших с тобой дел, ещё чего доброго решила бы, что ты взялся за старое, а в её положении сам понимаешь волноваться нельзя. Так вот я спрятала его, чтобы не было лишних вопросов, а когда все легли спать, пришла к тебе чтобы вернуть ожерелье, но неожиданно, когда я снова коснулась камня, меня посетило видение. Я увидела всё: как Орлиное Око служило Господину, как камень упивался чужой болью и как вы смогли его освободить. Бедный Веталь, если бы он не потратил столько энергии на Господина, он мог бы остаться жив, - на глаза Ризы снова набежали слезы. - Это неправильно, - прошептала она. Почему из-за изуверов и сластолюбцев гибнут лучшие из нас?!!
  - Риторический вопрос, - ответил Мав, за показным спокойствием он пытался скрыть чувство утраты, которое снова охватило его сердце.
  - Тебе что? Всё равно? - поразилась Риза.
  - Нет, - Мав резко встал с кровати. - Мне очень даже не всё равно, но я знаю одно, мастер знал, на что он идет.
  - Да, знал, - цыганка откинула назад непослушные волосы. - Потому и пошел на это.
  - Я только одного не понимаю, - Мав заглянул тетке прямо в глаза, - зачем? Зачем нужно было весь этот цирк устраивать, зачем надо было провоцировать Господина? Ведь даже дети знают, что нельзя будить спящую собаку!!!
  - Мальчик мой, ты не понимаешь!! Вы и так еле-еле успели.
  - Куда успели? "В гости к Богу не бывает опозданий..."
  - Не передергивай! Стих отличный, но в данном случае совсем не к месту. Я так понимаю, что ты так до конца и не осознал, какую катастрофу вы с мастером Веталем предотвратили?
  - Нет, не осознал, мне всё обещали объяснить потом, но наступление этого долгожданного "потом" затянулось на неопределенный срок.
  - Что ж тогда я восполню этот пробел в твоих познаниях. Ты представляешь, что происходит с вещами, которые используются не по назначению?
  - В смысле?
  - Ну, например если взять вазу для цветов и попытаться ею забивать гвозди.
  - Странный пример, - Мав улыбнулся, представив себе эту картину.
  - Зато понятный. Так вот, первый гвоздь ты может и забьешь, может забьёшь и второй и даже третий, но потом войдя в раж и не рассчитав силы ты ударишь ею слишком сильно, - Риза внимательно посмотрела на усиленно осмысливающего услышанное Мавеля. - И что произойдет в таком случае?
  - Ваза треснет?
  - Это в лучшем случае, а в худшем она разлетится на осколки, раня и причиняя боль, как и глупцу решившему применить предмет не по назначению, так и ничего не подозревающим окружающим.
  - То есть ты хочешь сказать, что камень должен был вот-вот рвануть, словно мина замедленного действия.
  - Что-то вроде того.
  - И что последствия действительно были бы такими страшными? - голос Мавеля дрогнул.
  - Не то слово, - Риза встала с постели племянника. - Они были бы просто чудовищными. Если бы хоть один человек в городе уцелел - это было бы настоящим чудом.
  - Интересно, неужели мой отец не был в курсе происходящего? Он не показался мне таким уж глупцом.
  - Мой мальчик, иногда сильнейшие мира сего ослеплены властью, обладателями которой стали и им проще закрыть глаза на некоторые моменты, нежели отказаться от своих возможностей. Конечно, Господин знал, что нельзя беззаконно использовать Орлиное Око бесконечно, но он знал и то, что если вдруг камень выйдет из-под контроля вместе с ним по его прихоти погибнут и тысячи ни в чем неповинных людей.
  - Да уж, ну и папаша у меня был, - с тоской произнес Мавель. - Лучше бы я действительно оказался сыном Терентия. Он, во всяком случае, уважения достоин.
  - Да, он был очень хорошим человеком. Помнишь, как мы встретились? Это он тогда освободил меня, да что меня - он весь табор отпустил, как только узнал меня. Хороший человек был светлая ему память.
  - Да, светлая.
  Мав подошел к окну и уставился в небо, там, на горизонте едва пробивающийся с востока свет тушил звезды одну за другой.
  - Рассвет, - с легкой грустью кивнул Мав в сторону зарождающегося в небесах дня.
  - Рассвет, - согласилась Риза. - Что ж возьми самое необходимое и следуй за мной.
  - Куда?
  - Я отведу тебя туда, куда лежит твой путь.
  - Но откуда ты знаешь, что тебе следует отвести меня к колыбели?
  - Для этого не надо быть провидицей, - цыганка улыбнулась. - Это было понятно как только ты появился здесь. А когда яувидела своими глазами, что ожерелье с камнем у тебя, у меня не осталось никаких сомнений. Так что я собрала необходимое в дорогу ещё вчера, пока вы с Вересом дегустировали его "нектар богов".
  - Что ж отлично, - Мавель обвел взглядом комнату. - Ты собралась ещё вчера, а я даже сумки не распаковывал. Ой, - парень схватился за голову, - я и забыл о своей лошаденке, ей пришлось хорошо потрудиться, чтобы доставить меня сюда как можно быстрее, а я отплатил ей черной неблагодарностью, даже напоить с дороги не додумался!
  - Не переживай, я позаботилась о твоей лошади, так что она вполне отлично себя чувствует, а твоя сумка аккуратно лежит в углу конюшни. Только хочу тебя предупредить, что отправимся мы пешком.
  - Почему? Верхом мы добрались бы намного быстрее.
  - Тебе это только кажется, там, куда мы идем - конным хода нет, а бросать коней посреди дороги на произвол судьбы это глупо. Тем более, что они очень пригодятся в Софии и Вересу в хозяйстве.
  - Ну, раз ты так настаиваешь, то я согласен. Тем более, что я сам не очень люблю путешествовать верхом, пешком это у меня получается намного лучше, не смотря на хромоту.
  - Видишь, как отлично всё складывается, - Риза направилась к двери. - Что ж тогда в путь, не будем терять ни минуты.
  - Но как же София, Верес? Мы что с ними даже не попрощаемся?
  - Долгие проводы - лишние слёзы.
  - Но это по-свински, я только вчера вернулся и тут снова исчезну, даже не попрощавшись с мамой.
  - Я оставила им записку, в которой всё объяснила. Пойми у нас действительно мало времени, а на карту поставлено слишком многое.
  - Ой, ну, хватит!!! - Мав раздраженно тряхнул головой. - Я последние месяцы только и слышу о том, что от меня зависит судьба моего народа, вот только мне в это не совсем вериться. Если не сказать грубее. Если я такая важная персона, почему меня никто не искал? Точнее, почему меня никто не нашел? По большому счету моя жизнь в последнее время это просто череда невероятных совпадений, которая началась, когда я залез в королевскую сокровищницу и выкрал венчальную корону!!!
  - Ты не прав. Произошедшее с тобой вовсе не случайность! - Риза ухватила Мавеля за плечо и развернула лицом к себе. - Слышишь меня! Не случайность и не совпадение.
  - А что же тогда? - губы Мавеля дрогнули, будто он хотел сказать что-то ещё, но сдержался.
  - Судьба, - тихо ответила женщина. - Если хочешь - рок, как не называй, а смысл один и тот же. Послушай меня, я прожила жизнь и понимаю, что с тобой твориться. У любого человека порой берут сомнения, и ты имеешь на это право. Вот только хочу тебе сказать, что коли взялся за дело, то надо довести его до конца как бы трудно не было, иначе не стоило начинать.
  - Но я и не отказываюсь! - Мав возмущенно взмахнул руками. - Единственное чего я хочу это попрощаться с мамой.
  - И ты думаешь, она тебя так просто отпустит?
  - Нет, - парень обреченно опустил голову. - Ты права, лучше её сейчас поставить перед фактом, а потом лишний раз извиниться.
  - Тогда в дорогу, - Риза ободряюще улыбнулась племяннику и сжала его руку. Женщина выглянула в коридор и на цыпочках покинула помещение, Мав последовал её примеру и бесшумно выскользнул за дверь.
  Беглецам удалось, не привлекая внимания, покинуть дом, но сюрприз ожидал их в конюшне. Там укутанная в шерстяной платок их поджидала София.
  - Далече собрались? - грустно поинтересовалась она.
  -М-г, - кивнул покрасневший от стыда Мавель. - А как ты догадалась?
  - А вот как, - ответила София и протянула клочок бумаги исписанный витиеватым подчерком. - Не спалось мне ночью, вышла водички попить, смотрю - записка лежит. Я её как прочитала, так и обомлела, кинулась сюда, думала, что уже и след ваш простыл, а потом смотрю - вещички-то на месте, в уголочке сложены. Эх вы... - София произнесла последние два слова с такой горечью, что Мавель готов был провалиться сквозь землю.
  - Ну, что ты, в самом деле, - попыталась вступиться за племянника Риза. - Не устраивай тут трагедию на пустом месте, да и волноваться тебе нельзя.
  - А ты вообще помалкивай! Втерлась в доверие, а сама моего мальчика со двора увести задумала.
  - Ну, мама, перестань! - произнес Мавель не смея поднять глаз.
  - Да, уж София, перестань, - раздался голос Вереса. Могучий кузнец подошел к жене и по-хозяйски её обнял. - Раз людям надо ехать - пусть едут. Чем раньше поедут - тем раньше вернуться. Только если в другой раз, не попрощавшись сбежать попытаются, я им лично урок хорошего поведения проведу, вожжами.
  - Согласен, - Мавель снова покаянно повесил голову.
  - А теперь мы можем ехать? - деловито поинтересовалась Риза. - Время-то идет...
  - Молчи уж, - покосилась в её сторону София. Женщина подошла к приемному сыну и нежно обняла, затем выждав выразительную паузу, подошла к новоявленной подруге и тоже заключила её в объятия.
  - Береги его, - Еле сдерживая слезы, попросила она Ризу.
  - Не беспокойся, - ответила цыганка и погладила расстроенную женщину по голове. - С ним ничего плохого не случиться, ведь всё самое страшное позади. Он скоро вернётся - только жди и верь в это.
  Мавель снова обнял мать, затем Вереса, после чего ухватил свою суму и, не оборачиваясь, вышел из конюшни. Риза догнала его только далеко за деревней и была очень удивлена, что её опередил огромный лохматый пес. На этот раз Муха был не намерен отсиживаться дома, оставив хозяина на произвол судьбы.
  ****
  Они были в пути уже три дня. Шли в основном еле приметными дорожками, которые были известны только Ризе, по настоянию цыганки они почему-то старательно обходили крупные сёла, а если что-то было необходимо заходили на хутора, где крестьяне вели отшельнический образ жизни и не могли знать о том, что сейчас твориться в столице. Мавель с большой толикой недоумения наблюдал за родной теткой, он искренне не понимал: зачем такие предосторожности? Когда путники в очередной раз обогнули богатую деревню, свернули в лес и только уже глубоко в чаще Риза остановилась и безапелляционно заявила, что сегодня ночевать они будут здесь, Мавель не сдержался.
  - Что это за цирк?! - возмущенно выпалили он, и Муха солидарно рыкнул в сторону цыганки, ему тоже не очень нравилось ночевать под открытым небом. - Я не понимаю к чему этот курс молодого бойца! - не обращая внимания на собаку, продолжил Мав. -Камень у меня, он обезврежен. Единственное, что осталось так это вернуть его в колыбель, а ты сама говорила, что это проще простого.
  - Племяш, ты действительно так глуп или просто прикидываешься? - Риза смерила парня насмешливым взглядом, потом шлепнула себя по лбу. - Да я ж просто забыла, что ты не человек.
  - Ты это сейчас к чему сказала? - Мав настороженно уставился на тётку.
  - А к тому, что по человеческим меркам ты вполне уже взрослый мужчина, а вот по нашим эльфовским - ты ещё совсем мальчик, птенец желторотый, которому всё надо разжевывать.
  Мав, услышав такие слава, до хруста в висках сжал зубы, чтобы не сказать обретенной родственнице что-нибудь чересчур грубое, у него от усилия аж глаз задергался. Заметив выражение лица племянника, Риза спохватилась, что хватанула через край и тут же поспешила смягчить сказанное.
  - Ты не обижайся, на правду не обижаются. Просто меня немного смущает, что ты, прожив всю сознательную жизнь среди людей, натерпевшись обид и унижений, остаешься таким наивным.
  - Интересно в чём же ты усмотрела такую вопиющую наивность? - ершисто поинтересовался Мав.
  - Ну, коли не догадываешься, то давай подумаем вместе.
  - Окажи любезность, просвети меня сирого.
  - Изволь, - Риза проигнорировала ироничный тон племянника. - Господин мёртв?
  - Нашими усилиями, да.
  - У него были сообщники?
  - Не знаю как сообщники, а слуги точно были.
  - Отсюда вывод... - Риза сделала театральную паузу, давая Мавелю возможность закончить фразу.
  - Вывод? - не понимая, что этим хотела сказать женщина, переспросил Мав.
  - Ага, вывод, мой мальчик, - Риза снисходительно улыбнулась. - Раз живы те, кто знали Господина, значит и его тайна жива. Я уже окончательно убедилась, что ты ещё не осознал всей серьёзности ситуации, поэтому буду говорить прямо. Явно остались люди, которые знают об Орлином Оке. И неужели ты думаешь, что ни у одного из них не возникнет желание завладеть столь мощным артефактом несущим безграничную власть.
  - Но он же пуст. Мастер Веталь отдал свою жизнь, чтобы обезвредить камень.
  - Но знаем об этом только мы, остальные пока в неведении. Да и мастер всего лишь усыпил камень, если так можно выразиться.
  - Как это усыпил?
  - Усыпил, остановил, заморозил - я не знаю. как правильно выразится, но если камнем завладеет человек с черным сердцем и далеко идущими планами сейчас, то он сможет подчинить Орлиное Око себе. Потому что камень сейчас практически беззащитен.
  -Почему ты не сказала об этом раньше? - возмущенно произнес Мав. - Я бы вел себя совсем по-другому. Я же не знал и даже не догадывался, что и мы и камень в такой опасности, - парень потрясенно взялся за голову. - Получается, я опять подставил маму!! А если к ней уже заявились охотники за камнем?!
  - По этому поводу не волнуйся, я позаботилась о том, чтобы её и Вереса не нашли, поверь я ещё кое-что могу. А что до остального то я ждала, когда же до тебя дойдет вся серьёзность сложившейся ситуации.
  - Чтобы делать какие-либо выводы надо обладать достаточной информацией, а я до сих пор открываю для се6я всё новые и новые факты. Так что здесь твои упрёки не совсем уместны.
  - Может быть и так, - цыганка отвела взгляд, - но теперь, когда мы с тобой всё выяснили, я надеюсь: ты всё понял.
  - Я же не идиот, - обиженно засопел Яма. - В свою очередь я надеюсь, что больше сюрпризов не будет.
  - Надежда умирает последней, - задумчиво заметила Риза.
  - Нам долго ещё идти? - поспешил сменить тему Мав.
  - Завтра с утра перейдем границу, она здесь недалеко, а там ещё день ходу, если повезет.
  - Если честно, то я думал, что дорога будет намного короче.
  - Так мы же не напрямки ломимся, а плутаем словно зайцы, чтобы запутать возможную погоню.
  Мавель невесело рассмеялся.
  - И это ты мне пять минут назад говорила о логике? - тихо спросил он. - А ты не думаешь, что если нашим преследователям известно об Орлином Оке, то известно и место, куда мы следуем. В этом случае я бы на их месте не метался по стране в поисках неуловимых похитителей, а направился прямиком к колыбели.
  - Не думаю, что есть в мире люди, которые знают о том, где находится это место, но ты прав, такую возможность исключать нельзя, поэтому теперь мы должны быть вдвойне осторожней, - женщина замолчала, а затем словно обдумав что-то добавила. - Раз пошел такой разговор, то давай с тобой сразу договоримся - чтобы не случилось, ты должен вернуть камень в колыбель, чего бы нам это не стоило.
  - Я тебе это торжественно обещаю, только в таком случае ты должна мне сказать, как найти то место, где хранился камень.
  - Хорошо, я расскажу тебе...но только завтра. Потому что сейчас все ориентиры не имеют смысла, фактически любая местность к ним подойдет. Но как только мы дойдем до точки, с которой откроется вид на великий перевал, я объясню тебе, как найти разрушенный храм.
  - Но... - Мавель хотел настоять на своём требовании.
  - Никаких но. Завтра. А сейчас давай спать, - и Риза демонстративно стала готовиться ко сну.
  - Постой, - Мав хлопнул себя по лбу, - я забыл отдать тебе вот это, - И парень полез в потайной карман. - Вот.
  На ладони парня матовым блеском сверкнула коробочка, которую ему передал Власень.
  - Что это? - не поняла Риза.
  - Подарок для тебя от твоего верного воздыхателя.
  - Это ты сейчас о ком? - Риза недовольно уставилась на племянника, но коробочку взяла.
  - Пахан некой молодой державы шлет тебе этот презент.
  - Власень? - удивилась цыганка.
  - Он самый, а ещё он просил передать, что его предложение в силе.
  - Вот же дурачок, - смущенно улыбнулась женщина и отвернуласьсжимая в руке подарок.
  - Я или он? - попытался уточнитьМав, но Риза ему не ответила, она разглядывала простенькое кольцо, которое достала из коробочки.
  - У-у -у, жмот, - протянул Мав. - Я то думал там, как минимум золото - бриллианты...
  - Много ты понимаешь, - буркнула цыганка, - может, для меня ничего дороже этого кольца нет. И вообще, я, кажется, сказала тебе: ложись спать!!!
  С этими словами Риза повернулась к племяннику спиной и продолжила готовиться ко сну.
  Мавель ещё несколько минут сверлил стройную фигурку тетки уничтожающим взглядом, но поняв, что это бесполезно тоже стал поспешно устраиваться на ночлег. Муха улегся отдыхать чуть подальше, пес твердо решил не спать всю ночь, чтобы в случае опасности поднять всех на ноги.
  ****
  Утро настало очень быстро. Мавелю на какой-то момент показалось, что он даже и не ложился, но времени нежиться в импровизированной постели не было. Он резко сел. Когда это всё наконец закончиться?? Не жизнь, а сплошная погоня...
  Мав огляделся. Риза тоже уже встала и раскладывала на холстине скудный завтрак, и только Муха спал сном праведника.Мав растолкал собаку и присел к импровизированному столу. Они молча перекусили, собрали вещи и снова двинулись в путь.
  До границы добрались, как и планировали с самого утра, перейти её не составило труда, пьяный надсмотрщик просто махнул им рукой, не требуя никаких документов. Мавель вступил второй раз в жизни на землю Варании и был поражён. Буквально за пограничным постом начиналась безлюдная пустыня.
  - Что это? - дрогнувшим голосом спросил он.
  - Эхо магической войны, - тихо ответила Риза. - Олофы не хотели умирать без боя...
  Яма проглотил ком ставший в горле и чтобы скрыть охватившие его чувства пошел вперед. Муха тихо скулил, пес брел по выжженной земле, понуро опустив голову.
  Они шли и шли, а пустыня всё не кончалась... Первый раз в жизни Яма понял шутливую фразу: "Пустыня от слова пусто". Здесь не было жизни. Вообще не было. Мав это чётко чувствовал. Он был в пустыне Аль-дута и даже в Пеко его заносила судьба, но такое ощущение безысходности и пустоты посетило его впервые.
  - Когда-то здесь шумел лес, и колосились поля, - невыразительным голосом произнесла Риза, и Мав понял, какую боль приносят ей воспоминания. - Не то, что теперь, не правда ли...
  Мавель не ответил. Он шел молча и какая-то странная злость, переплетенная с раздирающей сердце грустью, владела им. Постепенно среди безжизненных песков стали попадаться осколки скал, постепенно пески перешли в ровное словно стол плато, опоясанное на востоке цепочкой гор.
  - Нам туда, - неожиданно прервала затянувшееся молчание цыганка и кивнула в сторону тянущихся ввысь вершин. - Я обещала открыть тебе путь и сдержу своё слово. К ночи мы доберемся до подножья Великих гор и поднимемся на первый перевал, там тебе надо будет сесть и обратить лицо к востоку. Ты будешь сидеть так пока на небе не появиться первая утренняя звезда, она-то и укажет тебе дорогу.
  Женщина снова пошла вперед, показывая всем своим видом, что привалов не будет.
  Мавель оказался прав, у подножия гор их ждали. Если бы Яма не ожидал такого поворота событий, они стопроцентно угодили бы в ловушку. Но в этот раз Мав был на чеку, и его зоркий взгляд сразу заметил засаду. Парень поделился своими наблюдениями с Ризой, и они решили разделиться. Цыганка настояла на том, что она выйдет к засаде и постарается отвлечь их внимание, в то время как Мавель должен будет незаметно добраться до перевала. Мав был простив такого плана, но Риза оказалась непреклонной, она схватила племянника за плечи и сказала:
  - Сейчас на кону не моя и не твоя жизнь, а судьба нашего народа. Так что иди и делай, что предначертано. За меня не беспокойся, я не так безоружна, как кажется. Тем более, что ты дал обещание.
  Они долго спорили, но, в конце концов, Мавель согласился. Он обнял упрямую тетку и, не прощаясь, отправился в ту сторону, где находился крутой подъём. Муха тоскливо взвыл, не решаясь последовать за хозяином. Собака попыталась запрыгнуть на один из выступов, но у неё ничего не получилось и пес, раздосадованный этим обстоятельством, развернулся и побежал в ему одному ведомую сторону. Мавель не стал останавливать друга, посчитав, что так будет лучше. Уже высоко поднявшись над плато, парень увидел, как к месту, где залегли наёмники, направляется, приплясывая, стройная женщина с черными кудрями. Дальше он не стал смотреть, не смог. Он добрался, как и велела Риза до перевала, сел лицом к востоку и стал ждать утреннюю звезду. В голову лезли разные мысли. Кто он? Где он? Живо ли Риза? Зачем он ввязался в эту историю? Мавеля одолевали страшные сомнения, а вдруг всё это большая ошибка и он не тот? Вдруг все эти жертвы напрасны?
  Поток вопросов без ответа развеял мягкий свет, за своими размышлениями Мав даже и не заметил, как прошла ночь. Теперь перед ним сияла путеводная звезда, и в ореоле её неяркого света Мавель увидел свою дорогу. Мав поднялся и на негнущихся ногах последовал за лучом, который манил и звал за собой. Как он шел, куда? Мавель не знал, да и не хотел знать, в его душе поселились покой и свет. Он то карабкался ввысь, то полз где-то внизу, вся его жизнь сейчас сошлась в прозрачном свете звезды, который так и норовил ускользнуть, сбежать, бросить во тьме.
  Наконец погоня была закончена, и Мав вышел на небольшую площадку, выложенную из гладких плит, подогнанных друг к другу с таким искусством, что и волосок вряд ли можно было бы протиснуть между ними. Мавель по привычке проследил за бегущим лучом и его взгляд наткнулся на руины храма. Интуиция подсказала Яме, что он на месте. Не смотря на то, что храм был разрушен, он всё равно поражал своей изящностью и красотой. Мавель невольно подумал о том, насколько же низко пали те, у кого поднялась рука на такую красоту. Осторожно двигаясь между развалин, Мав направился к месту, где по его расчетам был вход в храм. Он вошел под внушительные своды, и каждый его шаг отдавался звучным эхом. Повинуясь шестому чувству Мавель сделала несколько шагов и свернул направо, там, в неброской нише он увидел её. Почему-то Яма ни на секунду не усомнился, что перед ним именно колыбель, хотя этот потемневший от времени предмет был выточен из дерева, а над ним нависла бесформенная глыба. Повинуясь сиюминутному порыву, Мав достал ожерелье и положил его в колыбель. Сначала ничего не происходило, но затем в воздухе запахло грозой, и где-то вдали прозвучал раскат грома. Каменная глыба зашевелилась, и перед Мавелем, стряхивая пыль и мусор с платка, предстала старуха. Она смачно чихнула от поднятой пыли и сердито буркнула:
  - Ух ты! Плод любви и ненависти. Горячая смесь, редко такое увдишь! И где ж тебя столько времени черти носили?
  - Да я, бабушка, как смог, так и пришел, - попытался оправдаться удивленный Мав.
  - Ну-ну, - бабуля сделала такое суровое лицо, что Мавель понял - она не верит ни одному его слову. -Что-то больно долго ты до меня шел, я уж и мхом порасти успела. Ну да ладно, пришел и на том спасибо.
  - Пришел, - как-то стесняясь, произнес Мав, - ну, а дальше-то что? Камень я вернул, теперь-то я свободен?
  - Ишь, ты, какой быстрый, - бабка зашлась хриплым смехом. - Эх, молодежь...
  Бабка не успела закончить фразу, потому что где-то высоко под самыми сводами полуразваленного храма раздался странный звук и прямо к колыбели спикировал огромный орел. Он уселся на полуразрушенной колоне, внимательно посмотрел на Мавеля, обменялся многозначительным взглядом с бабулей и, ухватив в свою могучие когти Орлиное Око, взмыл ввысь.
  - Однако, - удивленно прошептала бабушка. - Видимо ты родился под счастливой звездой. Великий Праотец с тобой. Он велел передать, что род олофов возродится от тебя. Но кроме этого он дарует вам новое место, где вы будете плодиться и множиться.
  Мав потрясенно слушал старую женщину, её слова казались ему небылицей, а всё происходящее не более чем сном. В себя его привела мощная оплеуха отвешенная старушкой.
  - Ты меня слышишь? - требовательно взвизгнула она. - Так вот, я дам тебе сейчас сосудик в нем зелье, ты спустишься в долину с южной стороны и там его в полночьвыпьешь. После этого ты будешь идти три дня и три ночи пока не найдешь место, где будет жить и множиться твой род.
  - Но как я узнаю это место?
  - Праотец спуститься к тебе и вернет тебе Орлиное Око.
  - У меня ещё один вопрос по существу, - Мав неловко потупился. - А как я буду плодиться и размножаться, если у меня ни жены, ни невесты нет. Да я даже не влюблялся ещё по большому счету.
  - Это твои проблемы. Ты в ответе за своё народ и теперь только от тебе зависит: возродиться он или нет. Об одном на последок хочу предупредить: как не родиться искра от удара грязи об камень, так не родится и продолжение рода от связи между мужчиной и женщиной, не благословленной любовью.
  Больше бабуля ничего не сказала, а по-старчески кряхтя, завозилась в своём платке и через какую-то минуту снова превратилась в каменную глыбу. Мавель потрясенно уставился на камень, дотронулся до него рукой, на какой-то момент он решил, что всё увиденное им всего лишь плод воображения, но в кармане вместо ожерелья он обнаружил небольшой флакон с непрозрачной жидкостью. Убедившись, таким образом, в реальности происходящего Мав сокрушенно вздохнул и направился к выходу.
  Он выполнил всё, как было велено: спустился с южного склона с риском переломать ноги и руки и в полночь выпил зелье, хотя по вкусу оно было вряд ли приятнее конского навоза. А после Мав почувствовал невероятную легкость и желание идти. Не имея возможности, да и желания сопротивляться этому порыву он пошел.
  Эпилог
  
  Солнце ласково гладило плечи молодого мужчины, шедшего не разбирая дороги, и золотило мех пса верно следующего за ним по пятам. По человека лицу было видно, что он чрезвычайно измучен дорогой, об этом свидетельствовала и хромота, становившаяся всё заметнее с каждым его шагом. Ветер ласково трепал его шевелюру, несмело касаясь чересчур длинных ушей. Мавель шел уже трое суток и не ощущал усталости. Перед ним раскинулась прекрасная долина, защищенная со всех сторон горами, неспешная река ленивой змеёй ползла по ней, даря своим берегам плодородие. Мав прикинул и решил, что лучшего места для жизни не придумать. Он попытался остановиться, но не смог устоять на месте более пяти минут, ноги сами понесли его прочь от благодатного края. Затем он вышел в широкую степь, перед ним стелили свои ковры широкие луга, но и здесь он не смог остановиться. Ноги несли его всё дальше и дальше. Происходящее несколько беспокоило молодого олофа, у него складывалось впечатление, что он всего лишь фишка в чужой, неведомой ему одному игре, и всё давно предрешено. Но он шел и шел, минуя места, в которых был вполне не прочь остановиться и по истечении определенного периода времени при наличии определенных условий начать "плодиться и размножаться". Поглощённый своими невесёлыми мыслями Мав и не заметил, как после очередного поворота дорогу его преградила очередная река, она зло перекатывалась в слишком узких берегах, неприветливые скалы нависли над ней, а на той её стороне ежом ощетинился дремучий лес. Иными словами вид местности явно говорил, что здесь не рады незваным гостям.
  Мав застыл на мрачном, усыпанном крупными валунами берегу и стал оглядываться в поисках переправы, ему до чертиков хотелось поскорее покинуть это негостеприимное место, тем более что внутренний голос верещал на все лады о том, что надо уносить ноги иначе что-то будет и Мавелю ой это что-то не понравиться. Мав приметил выброшенный на берег кусок какого-то когда-то могучего дерева и решил, что вполне сможет при его помощи перебраться на тот берег и продолжить свой бесконечный путь, но внезапно с небес раздался тихий свист и перед ним спустился огромный орел. Хищная птица насмешливо посмотрела на опешившего олофа и тут же взмыла в небеса, оставив после себя лежать прямо на земле Орлиное Око. Камень сверкал в лучах солнца спокойным светом, обещая защиту и поддержку. Мав потрясенно переводил взгляд с рубина на превратившуюся в точку где-то вышине птицу.
  - Нет! - прокричал он. - Только не здесь. За что?
  Но ответом Яме-Ветерку было молчание.
  
  
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Н.Князькова "Мужчина без кода доступа" (Короткий любовный роман) | | А.Субботина "Плохиш" (Романтическая проза) | | А.Чадова "В день моего увольнения" (Короткий любовный роман) | | Е.Ночь "Умница для авантюриста" (Приключенческое фэнтези) | | А.Калинин "Рабыня для чудовища" (Проза) | | Н.Геярова "Шестая жена" (Попаданцы в другие миры) | | М.Ртуть "Черный вдовец" (Попаданцы в другие миры) | | М.Кистяева "Кроша. Книга вторая" (Современный любовный роман) | | А.Ардова "Мужчина не моей мечты" (Любовное фэнтези) | | М.Анастасия "Хороший ректор - мертвый ректор" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"