Дудко Олег Викторович: другие произведения.

"энциклопедия Наших Жизней" Книга 8 - "дачная Эпопея" Глава 1 - С чего всё начиналось.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Гостим на дачах у друзей, и наконец получаем свой участок в Садовом товариществе - "ЯУЗА - 2".

  ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
  НАШИХ
  ЖИЗНЕЙ
  .................................................................................................
  
  КНИГА 8
  ДАЧНАЯ ЭПОПЕЯ
  ..................................................................................................
  
  ГЛАВА 1
  
  С ЧЕГО ВСЁ НАЧИНАЛОСЬ
  
  
  .................................................................................................
  .....................................................................................
  
  ВВЕДЕНИЕ
  
  "ДАЧА" - тема объемная. К тому же частично уже нашла отражение в одной из Глав предыдущих книг. Но мы всё - таки решили не отказываться от публикации 8-ой книги - "ДАЧА"...
  Эта тема неразрывно связана с историей нашей жизни, в основном - в пенсионный период. И вот здесь-то мы столкнулись с трудностями изложения материала. Слово - "ДАЧА" охватывает всё, что связано с её строительством и созиданием. А затем начинается - жизнь на даче.
   Оказалось, что трудно отделить то, что касается именно самой дачи от наших других тем. Дачная тема: строительство, садоводство, огород и все проблемы с этим связанные.
  К другим темам я отношу - личную жизнь членов нашей семьи, несмотря на то, что именно эта жизнь, в основном, протекает на даче... Это: работа, отпуска, друзья, гости, юбилеи и т. д.
  
  Ну, что ж, попробуем, может быть, что-нибудь и получиться. Сумели же вычленить тему - "СОБАКИ И ЛЮДИ", несмотря на то, что большинство из собак жили с нами именно на дачах...
  Но до нашей дачи было ещё - ой, как далеко...
  А начиналось всё с чужих дач. И первая собственная дача появилась у моей сестры - Милочки...
  
  
   ЧАСТЬ 1
  
  
   ЧУЖИЕ ДАЧИ
  
  ДОМ - "ДАЧА" в посёлке ЛЕВ ТОЛСТОЙ Липецкой области
  
  Есть у меня родная сестрёнка - Милочка и её маленькая семья - муж Володя (Царство ему - небесное!) и сын - Сергей.
  В это время собственных дач ни мы, и никто из родственников - не имели. Поэтому все, кто имел родных в деревнях и селах, ездили к ним летом в отпуска.
  Все эти посещения напоминали дачную жизнь.
  
  Сейчас я вспоминаю 1980-ые года. На время летнего отпуска семья моей сестры уезжала в поселок "ЛЕВ ТОЛСТОЙ" к Володиной тётке.
  Поселок - "Лев Толстой" находится в Липецкой области.
   В 1890 году от станции Богоявленск прокладывается линия на запад. В 5 верстах от села Астапово был открыт полустанок, который назвали так же - Астапово (ныне станция Лев Толстой). Сначала поезда двигались из Астапова только в сторону Данкова и Лебедяни. В ноябре 1890 года начала действовать ветка Астапово - Троекурово. С тех пор станция становится узловой.
  Известность станция приобрела в связи с трагическим событием. Здесь, в доме начальника станции И. И. Озолина, 7 (20) ноября 1910 года умер писатель Л. Н. Толстой.
  Лев Толстой явился родоначальником движения толстовства, одним из основополагающих тезисов которого является Евангельское "непротивление злу силою". Вокруг этой темы в русской эмигрантской среде в 1925 году разгорелись до сих пор не утихающие споры, в которых принимали участие многие русские философы того времени.
  Толстой в октябре 1910 года, выполняя своё решение прожить последние годы соответственно своим взглядам, тайно покинул Ясную Поляну, отрекшись от "круга богатых и учёных". Своё последнее путешествие он начал на станции Козлова Засека. По дороге он заболел воспалением лёгких и вынужден был сделать остановку на маленькой станции Астапово (ныне Лев Толстой, Липецкая область) , где 7(20) ноября и умер.
  В ноябре 1918 года станция и посёлок были переименованы - в Лев Толстой. В доме Озолина открылся музей Л. Н. Толстого (c 1 декабря 1946 года - филиал Московского государственного музея Л. Н. Толстого).
  В 1927 году посёлок Лев Толстой Липецкая область становится поселком городского типа.
  
  В то время собственные машины имели - муж Володиной сестры тоже - Володя. Но его все звали не по имени, а величали Хохлом. Он работал таксистом, и на машину заработал раньше нас. Мы первую машину купили, в основном - на занятые деньги, но - купили же!
  Вот и приходилось Хохлу и Виктору по очереди отвозить по весне на тёткину "дачу" багаж всех Володиных родственников и их самих, а осенью - привозить всё обратно в Москву. Витя, в основном, возил в поселок Лев Толстой - Милочкину семью. От Москвы до поселка Лев Толстой расстояние на машине составляет 409 км.
  
  У Володи - три сестры: Зина, Катя и Соня. Соня живет в Харькове. Катя и Зина - в Москве, так же, как и Володя с Милочкой и Сережей.
  
  Хохол - муж Екатерины. Ездили они ездили к тётке, и Хохлу надоела зависимость от тётки во время отдыха. Загорелся он идеей - купить свой Дом - дачу...
  Хотелось купить домик поближе к Москве. Долго ничего не могли подобрать.
  
  Но вот однажды они решили съездить на экскурсию в село, одноименное с поселком, в котором они отдыхали у тётки - "Лев Толстой". Деревня находилась недалеко от Калуги, в том же направлении, что и Тула, только немного в стороне.
  
  
  Бытует два мнения о названии этого села.
  
   Первое - Село входило в число владений Льва Николаевича Толстого. При его жизни персонального названия село не имело. Поэтому, когда Л. Н. умер, было принято решение оставить в качестве названия села - "СЕЛО ЛЬВА ТОЛСТОГО".
  
  Второе - Великий русский писатель жил в Тульской губернии. Он часто бывал в Оптинской пустыни, которая находится от "Села Льва Толстого" в 70-и километрах, и в котором он не бывал ни разу.
  Игнорируя этот факт, в 1918 году, Калужский уездный исполком Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов переименовал Тихоновскую волость в Лев-Толстовскую. Одновременно с этим село "Тихонова слобода" стала называться - "Село Льва Толстого".
  
  
  Как бы это село не называлось, именно в нем, на берегу реки Вепрейки расположена Свято-Успенская Тихонова пустынь.
  Именно сюда наши родственники поехали на экскурсию
  
  Обитель была основана в конце XV века преподобным Тихоном Медынским (Калужским). Бытует притча о старом дубе - исполине, в дупле которого укрывался в уединении, постриженный в монахи в Чудовом монастыре, инок Тихон. Вблизи этого дуба была построена небольшая деревянная церковь Успения Пресвятой Богородицы. И уже позже в XVIII - XIX веках сформировался архитектурный ансамбль монастыря.
  
  Впечатляет своим размером монастырский комплекс. Колокольня и Успенский собор являются шедевром архитектуры Калужского края.
  Успенский собор - это синекупольный величественный красавец, который восхищает своим прекрасным видом! Вход в него с улицы открыт только по большим праздникам. Этот храм и 5-ярусная, высотой - 75 метров Колокольня являются визитными карточками Тихоновой Пустыни.
  
  В монастырский комплекс входят ещё - Преображенский и Никольский храмы.
  
  Преображенский храм - двухэтажный. В нижней подземной церкви находятся мощи преподобного Тихона Калужского. За эти храмом находится небольшой Некрополь.
  Никольский храм - встроен в Трапезную.
  
  
  В трех километрах от обители, среди густого леса находится монастырский скит.
  Здесь, в 1887 году был открыт целебный источник, над которым воздвигли церковь во имя иконы Божией Матери.
  
  За время своего существования Пустынь пережила и пожары и разрушения поляками в 1610 году. В 1918 году - была закрыта.
  И только 2 ноября 1993 года началась новая жизнь Свято-Тихоновой пустыни, как мужского монастыря Успения Пресвятой Богородицы.
  
  Нашим "туристам" понравилось всё, что они осмотрели. Но больше всего их восхитила красота тех мест. Поскольку в этот раз они устали, решили вернуться сюда ещё раз, и, поездив по окрестностям - поискать продающийся домик, да ещё желательно, чтобы рядом была бы речка.
  
  В Калужской области многие деревни и села располагаются на берегах рек и водоемов.
  Здесь протекает 2043 реки, общей протяженностью 11670 км. . Из них - 280 имеют длину более 10 км, их общая протяженность - 7455 км.
  Конечно, самая красивая река области - река Ока.
  Она берет свое начало на юге Орловской области. В пределах Калужской области Ока - уже многоводная большая река с широкой хорошо разработанной долиной. Река начинается двумя ручейками - Окой и Очкой в центре Среднерусской возвышенности. Ширина реки 200-230 м, глубина 1-2,7 м.
  В Калужской губернии, кроме Калуги, на ее берегах стоят города: Лихвин, Перемышль и Таруса, и около 100 селений (по данным на 1912 год).
  Длина реки Оки - 1478 км, за пределами Калужской области протекает 1304 км.
  По особенностям строения долины Оки в пределах области отчетливо подразделяется на три отрезка.
  Первый отрезок - до города Калуги. На этом отрезке река течет с юга на север, имеет широкую пойму (2-3 км) и 2-3 надпойменные террасы. Русло реки очень извилистое.
  Совершенно иной облик имеет долина реки Оки на отрезке от Калуги до Алексина. Река течет здесь с запада на восток, в узкой долине с крутыми берегами. Высота склонов долины местами составляет 80-90 метров.
  Третий участок долины реки Оки - от города Алексина до устья Протвы. На этом отрезке долина вновь расширяется и принимает опять почти меридиональное направление. Увеличивается ширина поймы (до 300-400 м и более).
  Немало бед приносила река горожанам. Летом 1820 года Ока разлилась до ограды Казанской церкви. Весной 1849 г. уровень Оки был 15 м 30 см. Вода затопила нижние улицы города и люди передвигались на лодках. Наводнения были в 1877 г., 1876 г., 1908 г., 1970 г. В 1908 году вода поднялась на 17 м 64 см.
  Река Ока имеет несколько крупных притоков: Жиздра, Угра, Протва.
  Длина реки Угры - 399 км. А по территории Калужской области протекает 61.4% длины всей реки.
  Река Жиздра протекает на 205 верст и имеет притоки: Серену, Брынь, Рессету и Вытебеть; река Угра протекает на 379 верст; из ее притоков замечательны: Шаня с Суходровом, Ресса с Можайкой и Серпейкой. Река Десна также имеет притоки, из которых наиболее видны Болва и Снопоть, которые берут начало в Мосальском районе и уходят в Орловскую область.
  Ну, и нельзя не вспомнить, что общая площадь лесов Калужской области составляет 1353,3 тыс.га. Их доля в общей площади области составляет 44,4%.
  И вот, Хохол, Катя и Володя поставили перед собой цель - выбрать и купить себе домик, да такой, чтобы рядом с ним были - и речка, и лес.
  Быстро сказка сказывается... Много они перебрали вариантов. И выбрали, наконец, и купили полдома с участком в деревне Шемордино...
  
  ДОМ - ДАЧА В ШИМОРДИНО БАБЫНИНСКОГО РАЙОНА
  
  В Калужской области есть два Шамордино.
   В одном из них, что находится под Козельском - известный монастырь под Козельском.
  Во втором Шимордино - заброшенное имение близ деревни под Воротынском, где моя сестраМилочка с Мужем Володей всклдчину с сестрой Володи - Екатериной и её мужем купили половину дома с участком.
  ..................................................................................................
  
  По материалам сайта www.transday.ru добавляем справочку о Шимордино под Козельском, где - известный монастырь... Наверняка, кто-то соберется однажды посетить святые места под Калугой, которых в этой области много...
  Шимордино...
  По дороге из Козельска в Москву заезжаем в Шимордино, где расположен женский монастырь Казанской Свято-Амвросиевской пустыни.
  Монастырь был основан как женская община в 1884 году Амвросием Оптинским на землях, пожертвованных монахиней Амвросией, в миру богатой помещицей А.Н. Ключаревой. Строительство велось на средства чаеторговца Сергея Перлова. В 1901 году община получила статус монастыря.
  Главный храм монастыря, красивейший Казанский собор, напоминает здание Исторического музея в Москве, возможно потому, что строился он архитектором Сергеем Владимировичем Шервудом, сыном Владимира Осиповича Шервуда, построившим в 1875-81 годах Исторический музей.
  Трапезная, водонапорная башня и дом Сергея Перлова возведены в таком же стиле архитектором Романом Клейном, работавшем в 1875-77 годах чертежником Владимира Шервуда на постройке Исторического музея. Церковь "Утоли моя печали" с богадельней построены по проекту калужского губернского архитектора Б.А. Савицкого.
  В монастыре с 1891 года и до конца своих дней жила единственная сестра Льва Николаевича Толстого Мария. Она поселилась здесь после смерти своего духовного наставника Амвросия Оптинского.
  В начале XX века в монастыре насчитывалось несколько сотен насельниц. В 1923 году монастырь был закрыт, монашки подверглись надругательству, кто-то разбежался по домам, остальные были высланы, сосланы, а многие расстреляны. Казанский собор был отдан сельхозтехникуму, а больница - школе, в которой в 1950-51 годах учителем русского языка и литературы работал будущий известный бард Булат Окуджава. В 1990 году монастырь был вновь передан верующим. В начале 2000-х годов был отремонтирован Казанский собор, вокруг монастыря восстановлена ограда, возведены Святые врата.
  На территории монастыря расположены: собор Казанской иконы Божьей Матери, или, Казанский собор, построенный в 1889-1902 годах, церковь иконы Божьей Матери "Утоли моя печали" с богадельней, построенная в 1890 году, церковь Амвросия Оптинского, построенная в конце 1890-х годов, церковь иконы Божьей Матери "Спорительница хлебов", построенная в 2008 году на месте разрушенного Троицкого храма, водонапорная башня, а также "святой" источник с часовней над ним и купальня под горой в овраге. Обязательно стоит взять с собой в дорогу несколько бутылок, чтобы набрать в них "святую воду", говорят, что она действительно целебная. Правда до купальни ведет внушительная лестница, из примерно 230 ступенек.
  Если есть силы, то по дороге в Москву можно также заехать в Калугу, однако советуем для посещения этого города выделить отдельный день, так как в это время вы наверное уже будете уставшими, да и полученных от поездки впечатлений для одного дня вполне достаточно.
  ......................................................................................................
  
  Ну, а теперь можно перейти к рассказам о Шимордино Бабынинского района, где мы с Виктором бывали не раз.
  Шимордино располагается в 7 км от города Воротынска.
  Ближайшие города: Калуга, Тула, Ступино.
  В Бабыкинском районе протекают реки: Высса, Вязовенка,, Головинка, Гремша, Грязна, Дрисенка, Еленка, Катагоща, Коща, Ловатянка и Малая Нигва.
  Деревня Шемордино расположиться на берегу Высса.
  Название на русском языке: Река Высс
   Название на английском языке: Vyssa river
   Высса - левый приток Оки и река, протекающая в Калужской области.
  Река тянется в длину всего на 50 километров и занимает общую площадь 52 квадратных километра.
  В среднем течении Выссы можно встретить бобров.
  
  Начало реки находится на левом берегу реки Ока. В реке обитают пескари, плотва, щуки, окуни, гольцы. Здесь есть отличные места для рыбалки и пляжного отдыха. Также здесь есть специальные нерестовые участки, на которых запрещено рыбачить во время нереста.
  Высса также течет в национальном парке "Угра", в котором, кстати, разрешена охота.
  
   Прекрасные еловые леса, окружающие реку, сближают с природой и создают ощущение покоя и счастья. Минеральные источники и родники с хорошей питьевой водой, расположенные на реке, специально обустроены для посетителей парка.
  
   К настоящему времени на территории парка Угра в различной степени сохранилось 18 усадеб, три из которых имеют федеральное значение.
   Среди усадебных комплексов приокской части национального парка: прекрасно сохранившийся липовый парк усадьбы Алексея Келлата в Шамордино и остатки каменоломни по добыче знаменитого шамординского мрамора (начало XX века), который использовался при сооружении многих зданий в Калуге и Киевского вокзала в Москве.
  Обнажения подобных известняков каменноугольного возраста встречаются вдоль реки Выссы.
  
   К сожалению, не сохранилась сама усадьба. Но остатки старинного парка, сохранившегося до наших дней и само место расположения усадьбы Нарышкиных - Келлата (XYIII-начала XХ века) на берегу речки Высса занимают наиболее живописные участки национального парка "Угра".
  Владельцы усадьбы: В конце XVIII века - Еропкины, в первой половине XIX века - В.Д.Богданов, потом А.И. Калыгина, во второй половине XIX века - Прадки, с конца XIX века до 1917 г. - промышленник А.С.Келлат.
  
   ШАМОРДИНО - деревня Рождественской сельской администрации Бабынинского р-на Калужской области. Ранее - сельцо Заборовской волости Перемышльского уезда. Сначала владельцами Шимордино были Нарышкины, потом - Келлаты.
  В XIX и XX веках усадьба и прилегающие деревни принадлежали помещику фон Шлиппе, одновременно имевшему усадьбы в Шлипово и Наумове.
  В 1903 году Шимордино насчитывало населения - 100 чел.
  В начале XX века в Шлипово работал завод по добыче строительного, и отделочного материала - шамординского мраморовидного известняка. Минерал разрабатывался в толщах склона. На сооруженных заводских площадках и корпусах проводилась обработка, распиловка на блоки и плиты.
  Этот материал использовался при постройке цокольного этажа Казанского собора, Калужского девичьего монастыря, отдельных цоколей Калужского вокзала и пристройки к Госбанку, и пьедестала монумента В. И. Ленину в г. Калуге (1925).
  В настоящее время добыча известняка считается нерентабельной.
  Все места, включая: бывшую усадьбу Нарышкиных, карьер шимординского мрамора, лесопарк на реке Угре и само Шимордино - являются интересным объектом туристского и экскурсионного осмотра.
  
  Один любитель-фотограф - Кирилл Сальников устроил себе прогулку выходного дня с фотоаппаратом по маршруту:
  Калужская область, Резвань - Угра - Ока - Опытная станция - село Воротынск - Шамордино.
  Фотографии здесь помещать не будем. Но его короткие комментарии приведем.
  
  Прогулка выходного дня грунтовыми дорогами до старого Воротынска и усадьбы Шамордино от 30 мая 2009 года.
  Собственно, это были не комментарии, а надписи под фотографиями...
  Проехали Воротынск - дорога в городе убитая, все обочины в грязи, грязь разносится по дорогам, сплошные ямы, плюс лежачие полицейские... Ничего интересного.
  В Кромино тоже ничего интересного не заметили - обычная деревня с речкой. Машину оставили на горке за деревней у карьера.
  Карьер глубокий, не действуют, но стенки держатся, не обвалились еще. Постепенно обрастает мусором. Надеялся увидеть песчаный карьер с камушками - но нет, здесь добывали глину, ничего интересного.
  Прошли через лес по грунтовой дороге к речке, а от речки уже и деревню видно, также грунтовка.
  Шамордино - первого дома нет, уцелел подвал, который активно засыпают мусором. Так и не узнали что там в подземелье.
  Шамордино - приятная деревня. Вот сарай классический.
  Изба с лавочкой.
  Через Выссу переправились по мостику, живой мостик из ствола дерева.
   На крутом правом берегу продолжение деревни. Её надо обойти по берегу реки, чтоб не тратить силы.
  Ранняя весна, зелени нет, сухая трава...
  А рядом оползень. Скорее всего - прошлогодний.
  Высса очень приятная речка.
  Дно каменистое, вода чистая .
  Камни побольше. Попытались отломить кусочек одно из них -
  действительно местный камень хорош, почти мрамор.
  Островок на реке.
  Остров-камень .
  
  Перешли небольшой овражек, отделяющий заброшенный парк от деревни Шамордино. Стол от национального парка Угра. Рядом мешок для мусора!
  Впервые такое вижу.
  Идем дальше по пойме, как бы обходя парк со стороны реки. Внизу осталась кирпичная стена - единственное, что уцелело от времен бурной деятельности на карьере.
  Шамординский карьер. Мраморовидные известняк высокого качества здесь начали добывать еще в царские времена. В 30-е годы местный камень даже шел на облицовку первых станций московского метрополитена, а от карьера к большой железной дороге была проложена узкоколейка - ее следов так и не нашел.
  Через перелесок прошли к полю, с которого видно парк, проход между елок к развалинам дома.
  Уцелевшая аллея усадьбы в Шамордино. Сюда можно проехать и на машине со стороны села Воротынск (не путать с городом) по грунтовке, да и пешком недалеко, но вдоль речки интереснее.
  Старые тополя умирают и падают, а туям нормально, вымахали высоко, возможно самые высокие туи в области.
  Под ногами всякое барахло валяется. После изгнания барина, тут был детский дом, его закрыли, дом растащили...
  Остался лишь подвал с дырой в потолке.
  Весьма уютный подвальчик.
  Из редких деревьев растет также кедр.
  Со стороны реки, если подниматься от стола, стоит щит с информацией и схемой. Такой же щит установлен в карьере.
  На щите написано:
  ................................................................................................
  ПАРК УГРА
  ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ТРОПА
  "КРОМИНО - УСАДБА КЕЛЛАТА"
  УСАДЕБНЫЙ ПАРК
  Относительно молодая усадьба второй половины XIX века. Принадлежала А. С. Келлату, к которому она перешла от помещика фон-Шлиппе в 90-х годах.
  Прежними владельцами усадьбы также были - Нарышкины, Богданов В. Д., Калыгина А. И.
  Жилой комплекс включал большой барский дом, днревянный, на кирпичном цоколе, и флигели для гостей и хозяйственных нужд.
  Большую часть усадьбы занимает парк, правильной прямоуголтной формой и хорошо сохранившейся планировкой. Периметр парка оформлен посадками липы мелколистной в возрасте около 100 лет. Вдоль оврага на отдельных участках встречается клен остролистный. На одной линии с бывшим главным домом усадьбы сохранились посадки липы и тополя бальзамического, замыкающие прямоугольный контур парка.
  Центральную его часть формирует двухрядная круговая аллея, диаметром 37 метров.
  Ниже на щите план парка, сверху которого написано - Д. ШОМОРДИНО.
  ......................................................................................................
  
   Возвращаемся той же дорогой. Следы бобра.
  Тихая заводь на речке.
  Электричество у реки есть. Вай-фай только не ловит.
  Остатки мельницы и плотины.
  Весна ранняя, жаркая, начало марта, лед у реки быстро тает.
  Лед нависает карнизами.
  Вода капает с ледника.
  Жара .
  ................................
  
  МАЛЕНЬКАЯ РУССКАЯ ШВЕЙЦАРИЯ
  Вот именно в Шемардино, которое - под Воротынском, семьи: Семченко Катерины и Володи-Хохла вместе с Суховеровыми Володей и Люсей (Милочкой), выбрали себе дом - "дачу", которую и купили в складчину.
  Когда они приехали в Шемордино в первый раз, чтобы посмотреть продаваемую половину дома, они остановились около него, и поняли, что отсюда им уезжать никогда не захочется.
  Дом располагался на первом порядке. Порядком назывались - улицы.
  Дома, расположенные на первом порядке, окнами смотрели на открывающийся перед ними простор. Вдоль домов пролегла дорога, одной стороной убегающая к краю крутого косогора, внизу которого протекала река Высса - приток Угры. Подойдешь к обрыву, посмотришь вдаль, и перед твоим взором открывается незабываемый, волшебной красоты вид. Изумрудные луга, обрамлены со всех сторон лесами. И не верится, что всего лишь в одном километре за горизонтом раскинулось, отсюда глазу невидимое - село Сорокино.
  От этой красоты замирало сердце. Река внизу - у твоих ног, и тихая даль, не омраченная ничьим присутствием, напоминающая райское видение. Смотришь, и забываешь, что ты живешь в реальном мире. Будто красота эта тебя заворожила и унесла в далекую волшебную страну. Кто-то назвал эти места - маленькой Швейцарией, и был прав...
  Само Шевардино тоже со всех сторон окружено дикими лесами. И даже в те, не такие уж далекие годы, да и до сих пор, в лесах водятся волки и кабаны.
  В Шевардино можно попасть с двух сторон.
  Можно доехать электричкой до станции - Крамино. Само Крамино - большая деревня, раскинутая на возвышенности. Внизу протекает - Угра. Извилистой тропочкой спуск приведет тебя к мостику. Перейдя его, попадаешь на луга, которые тянутся километра на полтора, и опять подводят тебя к возвышенности, поднявшись на которую, попадаешь в лес. Здесь встречаются Смоленские и Брянские леса. Перелесок тянется 2 км. Идешь с тяжеленным рюкзаком за плечами, и в какой-то момент, когда кажется, что обступивший тебя лес никогда не выпустит тебя из своих объятий, неожиданно деревья расступаются, обнажив опушку. И перед тобой открывается вид на Шемордино. Скидываешь рюкзак на землю, чтобы отдохнуть, а заодно и полюбоваться пейзажем...
  Именно, этим своим видом завораживала всех увидевших её - наша русская настоящая "Швейцария". Здесь мы бывали несколько раз летом... Жалко, что не сохранились фотографии.
  Второй путь до Шемардино - для имеющих машину. По шоссе - в сторону Курска. В деревне ЗАБОЛОТЬЕ - спуск на дорогу, ведущую в Шевордино.
  Вот здесь-то начинается полоса препятствий. Дорога - чернозем, который во время дождя расползается и превращается в густую сметану. Буксуешь, а лучше - оставляешь машину, и идешь дальше пешком...
  Володя купил свой Запорожец позже, поэтому первое время они гурьбой ездили на машине Хохла, или же добирались электричкой.
  Володя пару раз в гололед переходя мосточек через Угру, падал с рюкзаком в ледяную воду...
  Других дорог до Шемордино не было.
  Ближайшей деревней было - Сорокино. Это всего в километре от Шемордино, если спуститься от дома вниз, перейти речку Выссу, и пройти лугом, а потом - лесом.
  Сорокино отличается также, как и Шемордино - необыкновенной красотой! Здесь протекает река Тирекрея, и она придаёт деревне особый смысл.
  Сорокино располагается на некотором удалении от основной дороги Калужской области - Киевского шоссе - на расстоянии 22 км.
  
   Расстояние до Калуги: 34 км.
  Расстояние до Москвы: 218 км.
  Расстояние до районного центра: 23 км
  Дойдя от Шевордино до Сорокино, дальше можно добраться пешком до нескольких других деревень по ближайшим шоссе: Хвалово-Бабынино-Дяглевка-Рассудово-Поповские хутора-Кромено-Орешково.
  А ближайшие населенные пункты после Сорокино: Кулешовка (3км), Кумовское (4км), Мезенцево (4км), Осиповка (6км), Поповские Хутора (5км), Рындино (3км), Харское (6км).
  
  Но ходить в Сорокино не пытались. Обычно ездили при необходимости на машине до Калуги.
  
  Пожалуй пора вернуться к тому моменту, когда дом-дача был приобретен.
  Дом - пятистенка. Это означает наличие капитальной пятой стены, разделяющей дом на два, имеющих общую стену. К дому прилегал большой участок земли, разделенный хиленьким заборчиком на две части по линии этой - пятой стены. Дом - деревянный. Фундамент - из мраморных плит. И из этого же Шимординского мрамора с внешней стороны дома была выложена веранда.
  В доме была единственная большая комната с русской печью посередине.
  Со временем русскую печку снесли и сложили голландку. В итоге - промахнулись. Голландка давала тепло только, когда топилась. А затем дом быстро выстуживался. Все лежанки и кровати для многочисленных семей располагались вдоль всех стенок дома. Но вскоре взрослые почувствовали необходимость в своих изолированных углах. И большую комнату разгородили на маленькие. Кроме того, с внутренней стороны дома построили ещё одну веранду, причем - двойную. Сначала строили из мраморного камня, который мужчины привозили из заброшенной каменоломни. Глину и песок для строительства тоже привозили тачками из карьеров. Но работа была трудоёмкая, поэтому к каменной веранде пристроили деревянную. Получилось не плохо.
  Кстати, последний огромный мраморный камень так и остался лежать неиспользованным - на участке.
  Первые "разборки" между семьями произошли, когда нужно было выбирать - какой семье какая веранда должна принадлежать. Спор пришлось решать с помощью жребия. Веранда с внешней стороны дома досталась - Кате и Хохлу, а двойная веранда с задней стороны дома - Володе с Милкой и Сережке. Именно об этом он и мечтал. Размер веранды позволял превратить её в жилую комнату, в которую Серёжка и переехал жить.
  Участок сзади дома был запущенным. Им никто давно не занимался. И только одиноко стоял покосившийся старый туалет. И опять же мужчины построили новый туалет, так как в старом можно было провалиться в выгребную яму.
  Потом постепенно стали отвоевывать у запустенья - кусочки земли для клумбочек с цветами. Вскоре за клумбами появились первые грядки с зеленью и клубникой. Грядки требовали ухода и уменья. Появились недовольные - те, кто работал на грядках больше других. Может быть, поэтому, как-то незаметно на участке появились отдельные грядки - Катины и Люсины.
  Ещё позже стали осваивать землю за пределами двора, и сажать - картошку. Земли было много - около 20 соток. Обрабатывали под картошку только часть её. Поэтому большая часть участка - пустовала, зарастя каждый год репейником.
  Самой трудной работой был ежедневный полив огорода. Воду брали из речки. А затем её надо было поднять вверх на участок. Со временем купили мотор, и научились с его помощью подавать воду из речки наверх.
  Как-то скинулись с соседями и пригласили буровиков. Буровая долго бурила скважины на косогоре около домов. Но так воду и не нашли. Речка слишком глубоко запрятала свои поземные воды и делиться ими с людьми не захотела.
  И только Борин племянник сумел проложить от речки трубы и установить мотор так, что летом вода качается постоянно. Боря с женой Ларисой дружили с Володей, и до сих пор поддерживают теплые отношения с Милочкой м Сережей.
  
  После покупки дома в Шимордино, на все лето вывозили на дачу ребятишек. У Кати с Хохлом было две дочки - старшая Марина и младшая - Юленька.
  У Милочки с Володей рос приемный сын - Серёжа.
  Марина повзрослев, вышла замуж, и у неё тоже родились две девочки - Женечка и Олеся. Новое поколение сменяло старшее, и тоже проводило свое счастливое детство на этой же даче...
  
  УМИРАЮЩИЕ ДЕРЕВНИ
  
  Когда дом только купили, на их улице стояло 8 домов, и ни один не пустовал. И то же самое - на всех других "порядках". Так назывались - улицы села.
  Тогда в Шивордино был колхоз. Люди работали в нем и жили в деревне одной большой семьёй. И в каждой семье было не меньше двух - трех детей. Молодежи было много.
  
   Милочка вспоминает, что на лугу - на другой стороне речки Выссы было устроено футбольное поле. В команду входило 11 человек. Так вот, пока шла игра, ещё 2 команды по 11 человек ожидало своей очереди выйти на футбольное поле. А в жаркую погоду мальчишки в ожидании игры не вылезали из речки.
  Наступало время обеда, и из какого-нибудь дома слышался оклик- "Люська! Ты там рядом, покричи моим - зови обедать!".
  Какая дача? Деревня и есть - деревня...
  
  А ещё Милочка вспоминала, как на косогоре, что на речке, и на большом луге по ту сторону Выссы, часто устраивались гулянья, или как их называли - сходы. На них собиралась молодежь не только из Шимордино. Приходили многие из дальних деревень. Затевали игры, танцы, или просто - гуляли. Многие пары именно здесь знакомились, и потом - женились...
  
  Шло время. Колхозы канули в вечность. Дети повырастали и в деревне жить уже не хотели. Они уезжали в города на учебу и в деревню больше не возвращались. Работы не было. И многие хозяева стали продавать свои дома и, вслед за детьми перебираться в город, покупая там жильё. Среди оставшихся в деревне жителей, в основном, были одинокие пенсионеры, которым в городе податься было не к кому.
  
  В Шимардино резко сменился контингент отдыхающих. На лето приезжали дачники, купившие здесь дома у уехавших коренных жителей.
  
  Милочкино выражение - "Дачники всё изуродовали"... И ещё - "Раньше деревня гудела, а теперь она - голая!"...
  
  Сегодня - март 2015 года.
  В деревне Шемордино круглогодично проживает всего двое стариков - Борис с женой Ларисой.
  Милочка говорит, что Боря "один в один" похож на дремучего старика, изображенного на картинах художника Васильева - "СТАРЕЦ" и "ГРУСТНЫЙ СТАРИК". На картинах нарисован портрет старика в гриве отросших волос, бороды и усов - воплощение не только старости, но и одиночества и заброшенности...
  
  Весной возвращается в свой дом - наш Серёжа.
   Все остальные, с кем он рос в этом доме - разъехались. Красавица Юленька вышла замуж и живет в Америке. Когда Юля родила дочку, Катя уехала к ней помогать воспитывать внучку.
  С Хохлом они развелись.
  Их дочка Марина тоже развелась со своим мужем, и теперь свободное время проводит уже на своей другой даче с внучками.
  
  
  Из знакомых, с которыми Милочка дружила особо, продолжает приезжать в отпуск - медсестра - Рита. Она увлекается цветоводством. Много вложено в землю труда и любви. Всего на новое место не перевезёшь. Да и за дачу в опустевшей деревне много не дадут. А за половину цены бросать всё жалко. Вот и продолжает она ездить.
  
  Соседи по участку, которые в старости ещё кое-как шевелились за стенкой, тоже уехали в город. Оставалась одна старушка - Валя. Сын её умер ещё в молодом возрасте. Зимой родные её забирали в город, а на лето привозили сюда. Но вот, в прошлом году у неё отнялись ноги. Ухаживать за собой она уже не могла. Её забрали родственники и сюда уже, вероятно, она не вернется... Жива ли она? Вот и ещё один дом опустел...
  
  
  И это - все, кто остался из "коренных" жителей...
  
  Сама Милочка, в настоящее время - тяжело больна. С трудом встает с постели. Какая уж там дача!
  
  А ведь именно с этой дачей у неё связаны самые счастливые, и самые печальные воспоминания. Именно на этой даче умер любимы муж - Володя.
  
  
  Из предыдущих записей...
  
   Сегодня воскресенье, 4 сентября 2005 года. Позавчера похоронили Володю...
   Недавно он пролежал в больнице месяц. У него был уже не первый тяжелейший инфаркт. Его выписали с неутешительным диагнозом - "Он не жилец"... Кроме диабета и кучи сопутствующих болячек, у него - тромб в сердце. Мы все понимали, что малейшая нагрузка или даже неосторожная ходьба могут сдвинуть тромб и тогда - всё... Сначала он осторожничал, тем более, что Милочка ежедневно ходила на уколы. Кроме своих основных болячек, она ухитрилась на даче наступить на сгнившую крышку погреба, провалиться вниз и разбиться (ушиблены ребра, руки и т.д.). Но вот Милочкины уколы кончились и мы с удивлением узнаём, что они с Володей поехали на дачу. Как?... Зачем?...
   Нам Милочка рассказала, когда мы ехали с кладбища, что Володя инстинктивно, на уровне подсознания чувствовал приближающийся конец и спешил со всем, что ему было дорого, попрощаться.
   Для начала надо сказать, что он напросился к сестре Зине - посмотреть на дачу, которую она купила. Потом он захотел поехать на свою дачу. Серёжа работал и не мог их отвезти. (К тому времени они купили себе другую машину). Так Володя настоял и сел за руль сам. Больше половины дороги проехали и ему стало плохо... Пришлось выйти на свежий воздух... Милочка предложила ехать назад, но Володя не захотел. На даче несколько дней прошло спокойно.
   29 августа Володя почему-то решил постричься. Волосы остригли ему очень коротко, ёжиком, по его просьбе. Потом он пошёл с друзьями в баню, хотя это категорически было нельзя делать. Пришёл весь красный, задыхающийся, но чистый. А утром вызвался сесть за руль, чтобы отвезти друга Юру с женой в соседнее село за родственником, который сломал руку. До села было всего 20 км. Доехали до села. Володя пожаловался, что ему плохо. Вывели его на воздух и посадили на ближайшую лавочку. Он задыхался, но успел сказать - "Вызовите скорую помощь"... Юрина жена поддерживала Володю, пробовала массировать голову. Когда приехала скорая помощь, врач посмотрел Володю и сказал: - "Что вы его держите, он уже мёртвый"...
   И никто нигде не помог... Ни милиция, ни скорая помощь, ни сидевшие рядом мужики... Все уехали. Юра, хотя много лет не садился за руль, завёл машину. Вдвоём с женой они перетащили Володю в машину и сумели доехать до больницы, которая оказалась судебно-медицинским центром.
   Мила говорила, что дальше было всё как в тумане. Она куда-то бежала, кому-то звонила. Но все в Москве были оповещены раньше её. Быстро приехал Серёжа с Мариной, племянницей и крестницей Володи. Потом к вечеру приехал Сизанюк Саша, муж Марины. На следующее утро Милочку отвезли в Москву... Остальное было всё очень тяжело, но все родственники сделали всё возможное... Володю проводили с честью...
   Обратно с кладбища Милочка ехала с нами. В машине впереди сидели Саша за рулём и я, как занимающая много места, а сзади - Люда, Стэлла и Милочка. После того, как Милочка рассказала о последних днях Володи и о том, что она уверена, что Володя специально уехал, чтобы умереть не на её глазах, я спросила её: чувствует ли она его присутствие дома?
   Милочка рассказала, что приехавшая на похороны из Харькова Володина сестра Соня, храпит во сне. А ещё отдельно от храпа Мила слышит всё время чьё-то дыхание. Так дышал Володя, когда ему трудно было дышать. И ещё. У Володи была привычка - в туалете отрывать бумагу дольками по отрывной полосочке. Так вот Мила всю ночь не спала и слушала, как в туалете всё время слышался звук отрываемой бумаги: трык, трык, трык...
   Люда (дочка Стэллы) первый раз была на похоронах, боялась близко подойти к гробу, а в машине, когда Мила рассказывала о том, что Володина душа до 40 дней будет ещё дома и будет подавать знаки присутствия, у Людочки глазищи сделались круглыми, лицо вытянулось от страха...
  Я не знаю, из скольких разных частей состоит жизнь каждого человека в отдельности, но у Милочки - точно жизнь распадается на две части: Жизнь до смерти мужа - Володи, и жизнь (доживание и существование) - после...
  
  Но смерть Володи изменила резко не только Милочкину жизнь, но и жизнь Серёжи.
  Ещё когда Володя был жив, однажды, в выходной день Серёжа с отцом поехали на дачу, и попали в страшную аварию.
  Движение на дороге было активным. Все спешили на дачи. Наши мужчины тоже ехали на дачу, в Шимордино, которая находилась под Калугой. Машины выстроившись в нескончаемый ряд, на участках между населенными пунктами, набирали приличные скорости. И вот, когда до Калуги было уже недалеко, огромный Маз, за которым ехали Серёжа с Володей, неожиданно резко затормозил "по нулям". Машина наших не успела предпринять ничего, и полностью въехала под Маз, превратившись в блин.
  Серёжу спасло то, что он был пристегнут. Сломавшееся кресло разложилось спинкой назад, и Серёжа, ударившись о руль, не вылетел вперед, а оказался лежащим на распластанном сидении. То же самое случилось и с Володей.
  Приехавшей аварийной бригаде пришлось наших мужчин вырезать из сплющенной машины. У Володи повреждений было меньше, а вот Сергею... Ему повезло то, что его скорая помощь отвезла в Калугу, в больницу, в которой есть хирургическое "лицевое" отделение, где проводятся именно операции, связанные с травмами головы и лица. Во время операции, Серёжа пришел в себя, и упорно показывал врачам рукой на рот. Те сразу не поняли, а потом, когда посмотрели, оказалось, что у него откушен язык, который пришлось пришивать. Но самой тяжелой оказалась травма головы, которая до сих пор дает себя знать...
  Милочка сколько могла - работала, где могла. Но здоровье и наступившая в стране безработица загнала Милочку и Сережу в безвыходное положение.
  У Сережи с работой тоже были затруднения... После аварии у него частые головные боли. Поэтому работать физически ему затруднительно. Начались нескончаемые приступы депрессии. Он стал часто уезжать на дачу в Шивордино, в которой уже давно никто не жил, и проводить там в одиночестве длинные осенние вечера. В вопросах питания он всегда был непритязателен. Кроме того - друзья семьи по даче - Боря с Ларисой поддерживали его и подкармливали, как могли. Картошка и домашние соления выручали всех.
  
  Милочке они же отзванивались, чтобы - не волновалась...
  
  Серёжа иногда ездил в Калугу, к своим друзьям детства. Эти ребята были все родом из Шимордино и к Серёжке относились, как к родному.
  Милочка подумала, что, может быть, их безвыходное материальное положение (они с Сережей жили только на её пенсию), давит на его психику. У неё родилась мысль - продать трехкомнатную квартиру, в которой они жили с Серёжей, и купить меньшую, а на полученную разницу можно будет прожить какое-то время.
  В процессе решения квартирного вопроса, у Милочки родился другой вариант размена квартиры, который она и осуществила. Продав трёхкомнатную квартиру, она купила в Москве - однокомнатную квартиру, и кроме того, ещё одну однокомнатную квартиру в Калуге для Серёжи. Обе квартирки - миниатюрные. Кроме того, все оставшиеся от покупки квартир деньги, ушли на благоустройство Калужской квартиры, так как она требовала ремонта и необходимой обстановки. Чтобы не потерять Московскую прописку, Серёжу прописали вместе с Милочкой в Москве.
  Вот так и получилось, что разменяв большую площадь, жить вдвоем стало ещё неудобнее, и не на что...
  Серёжа стал свою квартиру в Калуге сдавать, и на выручаемые 8 тысяч рублей продолжал жить летом на даче в Шивордино. Дом ветшал. А главное, в нем было очень холодно. Зимой можно было лечь спать и - не проснуться, превратившись в сосульку. Поэтому зимой он иногда перебирается к маме в Москву - погреться. Спит на кухоньке, и с нетерпением ждет весны, чтобы опять уехать на дачу в Шимордино.
  Сережа почему-то не хочет пройти обследование, чтобы оформить инвалидность. На даче погружается в состояние одиночества. Не расстается с компьютером. Любит бродить по лесу. Немного занимается огородом. Сочиняет не плохие стихи и философствует на заумные темы. Ни с кем не общается, и говорит - "Лучшей доли - не желаю...".
  Его философия не всегда нам понятна. Ему всего 37 лет. Последствия аварии продолжают сказываться на здоровье. Он заметно сдает по всем жизненным показателям. Но ведет себя пассивно.
  Единственное, что он говорит о своем существовании - такая жизнь его устраивает, а в Шимордино его душа отдыхает...
  
   Милочкина новая квартира оказалась на противоположном от нас конце Москвы, в Востряково... Милочка, как и Серёжа, осталась в одиночестве. От нас до неё 3 - 4 часа езды на машине, а с учетом пробок и того дольше.
  Казалось бы, ну, пусть - одна, ну, пусть в одиночестве, но пока есть здоровье... А здоровья-то и не стало...
  С уходом Володи распалась Милочкина семья.
  Странные совпадения. Умирает деревня. И как будто её обреченность легла тенью на судьбу Володи, Милочки и Серёжи. И не коснулась ли она всех других, кто из неё уехал?
  
  Вот такая история дома - дачи в Шимордино, на которую иногда приезжали и мы Виктором.
  ....................................................................................
  
  
  Дача Филиных
  
  
  Пока мы не увязли в собственных дачных проблемах, мы продолжали иногда принимать приглашения и посещать дачи наших друзей.
  
   На протяжении всей жизни у меня были и остаются три самых верных и любимых друга - это Боря Филин, Саша Смирнов и Коля Макаровец.
  
  Дружба с Борей Филиным началась ещё в МАИ, когда Виктор ещё не имел своего места в общежитии, Борис делил свою койку пополам с Виктором. И только, когда Борис женился, Виктор получил в общежитии официальное место.
  
  Были мы несколько раз в гостях у Боречки Филина и Галочки - первой жены Бориса и в их квартире и на даче.
  
  Много слышали о даче Бориса и Марины - второй жены Бориса, но ни разу на ней не были.
  
  Писать об этих двух женщинах мне трудно, так как они обе - необыкновенной своеобразной красоты и внешней и внутренней.
  
  В одной из предыдущих Глав, мы так написали по этому поводу...
  
  
  ................... Мне немного сложно писать о Борисе, так как этим самым действом я вторгаюсь в его личную жизнь. Но, что поделать, если судьба так распорядилась, что ему суждено было прожить две "личных" жизни.
   Если считать, что, встретив в жизни свою вторую половинку, - вместе они составляют единое целое, то как сосчитать, если жизнь судьбой разрезана пополам, и потом дарована ещё одна половинка???
   Пытаюсь понять - как и почему? Нет ответа...
  
   Пытаюсь сравнить эти две жизни Бориса.
   Например, жизнь с первой половинкой можно сравнить с белой скатертью, застилающей гостеприимный стол. На столе, со временем на смену граненым стаканами и стаканчикам появляется хрусталь. Он прозрачен, и его резные кружевные рисунки восхищают своей чистотой, простотой и первозданностью. Они искрятся под упавшими на него лучами солнца, и западают в душу щемящими воспоминаниями о детстве и юности.
  
   Но вот я вижу - другие фужеры, на таком же гостеприимном столе. Хрусталь цветной, узоры на нем изысканны. И вот, лучи солнца попадают на резную грань, и бокал начинает испускать свечение, подобное северному сиянию, переливаясь всеми цветами радуги... Как будто сам космос накрыл своим волшебным крылом земную явь. Это на смену первой половины судьбы явилась - вторая...
  
   Ну, и как сравнить или оценить всю эту невообразимую красоту, и можно ли это сделать? ........................
  
  
   С Борисом и Галочкой Филиными мы продолжали дружить всё время после окончания ими института. Борис и Галя поженились на третьем курсе. Долгое время жили вместе с Галиными родственниками. Мы пару раз приезжали к ним в гости. Я помню эту огромную комнату, разделённую шкафами на укромные уголки, где спали Галины сёстры, братья и мама.
   Я теперь не помню - когда и как была получена ими собственная трёхкомнатная квартира, недалеко от метро Медведково, на улице Широкой. Может быть, путём расселения дома, в котором жила семья Галочки, может быть, они получили её по очереди, в которой мы все когда - то стояли... (А, может быть, её получил Боря, работая на фирме Королёва). У них уже было двое ребятишек, два сына - Андрюша и Серёжка. Обворожительные мальчишки.
  
   Это дело случая, но, когда мы получили свою квартиру в Москве - на улице Бестужевых, в Отрадном - оказалось, что нас от дома, где жили Галочка с Борисом отделяет всего несколько остановок автобуса.
  
   В семье Гали все братья и сёстры уже имели свои семьи, и своё жильё, их объединяли встречи на даче, которую построили Галины родители, когда её отец был ещё жив. Мы несколько раз тоже приезжали на эту дачу, куда на выходные или праздничные дни собиралась вся большая и дружная Галкина семья. Дружная - это не пустое слово. Все братья и сёстры дружили семьями, поддерживали друг друга в бедах, и радовались радостям остальных.
  
   У нас остались после посещения их дачи несколько фотографий. Помню, что один из наших приездов был посвящен сбору по поводу окраски дома. Мужчины по очереди красили стены дома в зелёный цвет и жарили на всю ораву шашлыки, а женщины готовили закуски. Здесь же бегали и играли дети, в том числе и наши - Стэлла и Олежка... Как давно это было.
  
   Галя с Борисом увлекались горными лыжами. У нас остались фотографии, где они зимой - на лыжах в горах.
  
   Галя и Борис работали после окончания МАИ в разных организациях. Вскоре Борису посчастливилось перейти на работу в Королёвскую фирму, где он проработал всю свою жизнь. И только в прошлом году, когда ему исполнилось 80 лет, он вышел на пенсию. Большая часть этих лет им была прожита на Байконуре. Он был свидетелем и участником всего, что происходило в фирме - и в Москве, и на далеких площадках космодрома Байконур.
  
  
  Вся трудовая деятельность Бориса была связана с работой в РКК "Энергия" им. СП. Королева, г. Королев, а Байконур стал его вторым домом.
   Борис нам никогда ничего не рассказывал о своей работе. А, поскольку, мы встречались чаще всего по каким-нибудь праздникам или особым датам, нам и расспрашивать - то его особо было некогда. Но мы всегда помнили, что там, на Байконуре, все, что там происходило - видел, был рядом, был свидетелем и непосредственным участником многих событий - наш друг Борис Николаевич Филин...
  
  Он не просто присутствовал, а - работал на площадке 12-го апреля 1961 года, в момент первого запуска человека в космос.
  
  Вот как об этом вспоминает А. Н. Солодухин. (Получено по электронной почте от автора 19 февраля 2001 г.)
  
   ОН СКАЗАЛ "ПО-Е-ХА-ЛИ!"
  
   9 апреля - воскресенье.
  
  
  
   На стартовой площадке и в МИКе происходит напряженная работа по подготовке стартового комплекса, ракеты-носителя и космического аппарата. Поздно вечером закончились заключительные операции по подготовке космического аппарата стыковке с ракетой.
  
   10 апреля - понедельник.
  
   Вспоминаю случай накануне вывоза ракеты и космического аппарата на стартовую позицию. Утром, войдя на испытательную площадку, где находился подготовленный космический аппарат для стыковки ракетой-носителем, видим, что у стены МИКа в большой красной заглушки от камеры сгорания двигателя первой ступени ракеты-носителя, находится груда различных разъемов и электрических проводов массой около 6-8 кг. Нас охватил ужас. Откуда все это? Оказывается, О. Г. Ивановский ночью самолично принял решение уменьшить массу спускаемого аппарата путем удаления части электрических жгутов с разъемами, не задействованных на пилотируемом варианте. Все это произошло на космическом аппарате, прошедшем полный цикл электрических испытаний и подготовленном для стыковки с ракетой. Операция взвешивания КА показала небольшое превышение веса над расчетным, допустимым исходя из энерговооруженности ракеты-носителя, перед сборкой головного блока. На борту КА имелось некоторое количество электрических жгутов, которые в беспилотном, манекеном варианте обеспечивали функционирование системы аварийного объекта (АПО). Он составил технологическое указание (ТУ) об обрезке кабелей с тяжелыми штепсельными разъемами. В результате такой операции произошло уменьшение веса спускаемого аппарата (отрезали согласно ТУ по принципу гребенки, с резкой длины каждой отдельной отрезаемой жилы). Обрезание бортовых жгутов в спускаемом аппарате проводил номер боевого расчета из 5-ой группы рядовой Б. Я. Данилов. И все это произошло на космическом аппарате, прошедшем полный цикл электрических испытаний и подготовленном для стыковки с ракетой.
  
   Было много волнений и " горячих" разговоров между руководством. Несколько раз звучало: "Отправлю в Москву по шпалам!". В конце концов все обошлось, но пришлось каждую в отдельности изолировать, провести дополнительные электрические испытания при заправленной ТДУ и установленных пиропатронах.
  
   Вечером состоялось торжественное заседание Государственной комиссии по запуску "Восток" на котором было принято решение об осуществлении первого в мире полета ракеты с космонавтом на борту 12 апреля 1961 года. Утвердили первым летчиком-космонавтом Ю.А. Гагарина, дублером - Г.С. Титова. А в это время проводилась стыковка космического аппарата с ракетой-носителем, шли заключительные операции. Мы с руководителем электрических испытаний Б. Н. Филиным прозваниваем электрические цепи соединений ракеты и космического аппарата. После проделанной работы, наблюдаем за виртуозной работой монтажников и крановщиков под руководством ветерана космодрома Н. П. Синеколодецкого. Крановщики медленно и осторожно подводят КА к ракете, устанавливаются крепежные - и стыковка закончена. Надевается головной обтекатель на космический аппарат.
  
   11 апреля - вторник.
  
   Под утро провели предстартовые горизонтальные испытания -проверочные электрические включения. В 5 часов 40 минут - все готово к вывозу на стартовую позицию. К этому времени прибыли С.П. Королев, его заместитель по испытаниям Л. А. Воскресенский и руководитель стартовой группы А. С. Кириллов. Подается команда, раздвигаются ворота МИКа и ракета-носитель с космическим аппаратом медленно начинает путь по казахской земле на стартовый комплекс. Тепловоз двигается настолько медленно, что идущие рядом с ней, не отрывают свои взгляды от величественной картины.
  
   Ракета с КА "Восток-1" устанавливается в стартовое сооружение, поблескивая серебром восходящего солнца. Четко и слаженно работают стартовые расчеты. Со своим помощником Б. Я. Даниловым поднимаемся на сорокаметровую высоту по ферме установщика и оказываемся с ним на поясе площадки у посадочного люка спускаемого аппарата. У самого люка на площадке находилась приставная площадочка с двумя ступеньками, с помощью которой забирались в кабину спускаемого аппарата для проведения различных операций. Люк в СА был прикрыт предохранительной крышкой, которую осторожно снимаем, а В. Н. Андрианов на нижней площадке на уровне приборного отсека (ПО) подключает сто контактный отрывной штекер космического аппарата, с помощью которого подается напряжение и различные команды на системы КА с ЦПУ. По команде В. И. Ярополова, который расположился на нулевой отметке, В. Е. Стаднюк подает напряжение на борт КА с ЦПУ, находившийся в бункере пультовой носителя в левом углу. Кабина освещается бортовыми светильниками и после доклада В. И. Ярополову, разрешаем точно по утвержденному графику первого дня специалистам по системам СА приступить к предстартовым операциям по проверке бортовых систем КА.
  
   К 10 часам утра прибыли на стартовую позицию Н. П. Каманин, В.И. Яздовский, Ф. А. Агальцов, а в это время председатель Государственной комиссии К. Н .Руднев и С. П. Королев находились на верхнем мостике около СА и С. П. Королев давал пояснения ему по устройству космического аппарата "Восток-1". Затем подвел его к отверстию в ферме и объяснял ему, зачем это отверстие сделали в ферме обслуживания. Дело в том, что в случае возникновения нештатной ситуации, космонавт может аварийно катапультирован через отверстие в головном обтекателе и ферме обслуживания на стальную сетку, которая перекрывала часть котлована. "На всякий случай", - ответил, улыбаясь, С .П. Королев.
  
   Приближается полдень, а в 13 часов должна состояться встреча со стартовой командой. Этот ритуал оставался до определенного времени. Космонавтов, членов Государственной комиссии встретили бурной овацией. У всех было приподнятое настроение, гордились тем , что и их частица труда вложено в общее дело. Ю. А. Гагарину, Г. С. Титову, Г. Г. Нелюбову были вручены желтые и красные степные тюльпаны. Ю. А. Гагарин заверил, что приложит все силы и знания для выполнения исторического полета. Обходя строй под бурные аплодисменты, космонавты слышали слова пожелания успешного полета. После этого Ю. А.Гагарин с Главным и в сопровождении ведущего конструктора направились к лифту. Дверь лифта отворилась, и первым вышел Олег Генрихович, за ним С.П. Королев и Ю. А. Гагарин. Он поднялся к спускаемому аппарату, заглянул внутрь, внимательно осмотрел кабину. Сергей Павлович, обращаясь ко мне, спросил: "Ну, как, теперь пустишь в кабину корабля?" - намекая на известный уже случай.
  
   В делах и заботах пролетел день, вечером мы не поехали в жилой городок, а остались отдыхать в монтажно-испытательном корпусе. Мы расположились в комнате на втором этаже, где раньше находилась лаборатория системы аварийного подрыва ракеты (АПР). Улеглись В. И. Ярополов, В. Е. Стаднюк и Е. А. Ануфриенко. Никто не мог заснуть. Все жили ожиданием предстоящего полета. В темноте послышались шаги, дверь приоткрылась: "Завтра, точнее, уже сегодня, у них будет напряженный день, не будем им мешать. По голосам мы узнали С. П. Королева и его заместителя К. Д. Бушуева.
  
   12 апреля - среда.
  
   В эту ночь нам спать практически не пришлось. На площадке Љ 2 спали только оба космонавта. Мы же не могли заснуть - не верилось, что именно сегодня состоится историческое событие 20 века. В четвертом часу боевой расчет прибыл на стартовую позицию, прибыл и С.П. Королев и перед строем всего боевого расчета напомнил об особой ответственности каждого номера расчета за четкое выполнение стартового графика подготовки ракеты и космического аппарата: "Честность прежде всего. Допустил ошибку - тут же доложи по команде. Наказания не будет. Без честности не может быть испытателя, не будет успеха".
  
   И вот в ночной тишине по динамику громкой связи раздается голос А. С. Кириллова:
   "Всем службам полигона объявляется семичасовая готовность! Приступить к подготовке ракеты и корабля "Восток"!
  
   На стартовой площадке закипела работа. Жесткий предстартовый график закрутил всех. Подымаемся на "козырек" - нас обдувает прохладный ветерок, дышится свободно, хотя мы одеты в зимнюю одежду и унты. С ЦПУ В. Е. Стаднюк подает напряжение на борт космического аппарата и включает определенные системы согласно утвержденному графику подготовки космического аппарата. Над головным обтекателем, под которым расположен КА, нависает утренняя дымка. Приближается утро, на востоке посветлело и небо подернулось золотом. На верней площадке установщика около спускаемого аппарата довольно прохладно. Началась заправка баков ракеты компонентами топлива. Ракета постепенно одевается в снежную "шубу" и нас окутывают белые облака конденсата из дренажей ракеты и образовавшейся снег белыми хлопьями сыплется на нашу площадку. Следим за точностью выполнения графика подготовки космического аппарата по второму дню, докладываем В. И. Ярополову о проделанных работах внутри спускаемого аппарата.
  
   Вдруг дверь кабины лифта открывается и появляется С. П. Королев и А. С. Кириллов, они подходят к люку спускаемого аппарата, по отдельности заглядывают внутрь спускаемого аппарата, затем отходят к отверстию в ферме обслуживания и посмотрели вниз котлована, перекрытого стальной сеткой. Начало светать, наступило утро. Степь стала оживать под лучами восходящего солнца. В шесть часов на площадку поднялись О. Г. Ивановский и Н. П. Каманин для проверки шифра логического замка. На космическом аппарате, кроме дублирования всех систем, была предусмотрена возможность ручного управления спуском с орбиты. Данной системой в 1965 году воспользовался П. И. Беляев, летавший с А. А. Леоновым, когда автоматика спуска с орбиты отказала. Но тогда был еще лишь первый пуск в мире с человеком и медики сомневались в правильности принятия решения космонавтом, оказавшимся один на один с невесомостью.
  
   Чтобы космонавт в возбужденном состоянии не включил тормозную двигательную установку (ТДУ) космического аппарата на спуск, нажав на пульте пилота особую красную кнопку, закрытую предохранительной крышкой, в кабине корабля на пульте управления был создан дополнительный пультик с кнопками (логический замок). Для включения ТДУ космонавт должен был нажать три из девяти кнопок в определенном порядке, а тормозная двигательная установка в то время включалась только один раз. Значение кода (цифр) знали только С. П. Королев, К. П. Руднев, Н. П. Каманин, которым ведущий конструктор передал акт об этой операции. Космонавт мог пользоваться этим кодом только на орбите, распечатав специальный конверт, если засветятся кнопки в определенном порядке.
  
   Объявляется трехчасовая готовность. На верхнюю площадку установщика медики для закладки питания - последняя операция перед посадкой космонавта. Питание закладывают на десять суток, так как в случае отказа ТДУ корабль возвратится на Землю, конструкция СА и высота полета позволит осуществить спуск за счет естественного торможения в верхних слоях атмосферы, но тогда Ю. А. Гагарину придется пробыть на орбите не 108 минут, а около десяти суток.
   Это был запасной вариант спуска с орбиты.
  
   Нам осталось находиться наверху не более одного часа. Стрелки часов стремительно приближались к двухчасовой готовности, когда должны прибыть космонавты. Тепловоз увозил пустые заправщики. Испытатели с ферм обслуживания вглядывались вдаль, на дорогу, ведущую к старту, откуда должен появиться автобус с космонавтами. "Едут! Едут!" - закричали во весь голос мы с самой высокой точки фермы обслуживания, увидев как по дороге, ведущей к старту, двигался бело-голубой автобус. Автобус въехал на стартовую позицию - из него, поддерживаемый Е. А. Карповым вышел Ю. А. Гагарин и вступил на "нулевую" отметку стартового комплекса. Все зааплодировали, Ю. А. Гагарин, в ярко-оранжевом скафандре, подошел к членам Государственной комиссии и доложил, но слов мы не слышали, так как находились у спускаемого аппарата. К. П. Руднев, а за ним С. П. Королев и маршал К. С. Москаленко обняли и расцеловали Ю. А. Гагарина, и вот он в сопровождении ведущего конструктора О. Г. Ивановского направился к лифту, остановился на ступеньках около двери, где ждали его инженеры-испытатели В. И. Шаповалов и Ф. А. Востоков. Наше время пребывания у спускаемого аппарата заканчивается, пора уступать место специалистам, которые будут усаживать космонавта в кресло пилота и закрывать люк. В. И. Ярополов командует: "В бункер!" дверь кабины лифта открывается и на площадке появляется О. Г. Ивановский, Ю. А. Гагарин, Ф. А. Востоков. Выше нас на площадке находится кинооператор В. А. Суворов, чтобы запечатлеть посадку космонавта в корабль. В. Я. Хильченко жестом показывает нам: "Вниз!" Спускаемся на нулевую отметку и слышим команду: "Всем, не занятым в работе, покинуть стартовую площадку!" - направляемся в служебное здание, где транслируются все команды и переговоры. Специалисты по скафандру с одной стороны, О. Г. Ивановский и В. Я. Хильченко с другой помогают Ю. А. Гагарину подняться по двум ступенькам приставочной площадке, закинуть ноги и лечь в кресло. Закончив размещение, прощаются с ним, желают успешного полета. Космонавт занял место в кабине и начал проверку систем корабля. По докладам понимаем, что все идет по графику. В половине восьмого С. П. Королев поинтересовался у Ю. А. Гагарина самочувствием. Казалось, все идет согласно графика подготовки второго дня, но вдруг, когда до пуска осталось несколько десятков минут, случилось непредвиденное.
  
   Слесари-монтажники Н. И. Селезнев, В. В. Морозов и В. И. Шаповалов проводили заключительные операции на спускаемом аппарате, закрывали люк и вдруг слышим: "Нет КП-3! Нет КП-3 !" Это В. Е. Стаднюк докладывает В.И. Ярополову из пультовой бункера, что на ЦПУ один из трех транспарантов, сигнализирующий электрический контакт прижима крышки люка спускаемого аппарата не горит. Весь полигон замер в ожидании. Вдоль командного пункта нервно ходит С. П. Королев. Принимается решение: открыть люк спускаемого аппарата и повторно установить крышку. А до пуска остается совсем мало времени. В этой нештатной ситуации так замелькали моментные ключи слесарей- монтажников, что они сумели открыть и закрыть тридцать замков крышки люка и снова проверить ее на герметичность специальным приспособлением - "присоской", работа эта происходила в момент, когда половина фермы обслуживания обхвата ракеты была уже отведена. Вот все с облегчением вздохнули - из пультовой по громкой связи слышим доклад В. Е. Стаднюка: "Есть контакт КП-3!"
  
   Объявляется 50-минутная готовность, С. П. Королев по связи успокоил Ю. А. Гагарина, что все идет согласно графика.
  
   "Развести фартуки и опустить стрелу агрегата!" - раздалось из динамиков. Пора в бункер. По двадцати минутной готовности Н .П. Каманин и П .Р. Попович спустились в бункер и сообщили, что у Гагарина пульс - 64, дыхание - 24, мы же слышали стук собственных сердец, а пульс у нас, вероятно, зашкаливал за сотню. С затаенным дыханием продолжаем слушать переговоры и команды.
  
   "Все стартовое, заправочное и вспомогательное оборудование стартовой позиции к пуску готово!" слышим команду по громкой связи. Ясно, остается около десяти минут до пуска. Встаем вдоль стен подземного коридора ближе к выходу, чтобы попытаться первыми выбежать и еще раз проводить Ю. А. Гагарина. Стрелки часов приближаются к решающей отметке. Зная, что сейчас как стрела, влетят Л. А. Воскресенский , А. С. Кириллов, С. П. Королев, стремительно пробегая 57 ступенек вниз, прижимаемся к стенке бункера. Стремглав влетая, С. П. Королев толкает меня и кричит: " Вниз! Вниз!" Следует команда: "Минутная готовность!"
  
   Мы замерли в ожидании. Нервное напряжение достигло предела. В бункере наступает полная тишина, через минуту управление ракетой будет передано автоматике.
  
   - "Сброс ШО объекта!"
  
   - "ШО сброшен!" - докладывает Стаднюк.
  
   Замираем в ожидании и слушаем команды. Слышно гудение наземной аппаратуры, на пультах гаснут и вспыхивают разноцветные транспаранты. Нервы у всех напряжены до предела. В тишине звучат одна за другой команды руководителя стартовой службы А. С. Кириллова.
   " Ключ на старт!" - Борис Семенович Чекунов поворотом специального ключа включает автоматику запуска ракеты. И, наконец, короткая, властная команда:
   "Пуск!"
   "Подъем!"
   "Есть подъем" - в 9 часов 07 минут московского времени громко не докладывает, а кричит оператор центрального пульта управления ракеты Б. С. Чекунов.
  
   Освобождаются и расходятся в стороны фермы пусковой установки. От нарастающего гула двигателей бункер дрожит, закладывает уши.
  
   - "По - е - ха - ли - и - и!" - вырывается из динамика голос Юрия Гагарина.
  
   Когда мы выбежали из бункера, в лицо ударил яркий свет казахского апрельского солнца, а уши закладывал нарастающий рев удаляющей ракеты с космическим аппаратам и первым человеком на борту. Ракета медленно поднималась. Но вот она полетела, все ускоряя и ускоряя свой разгон. Так в памятный день 12 апреля 1961 года над планетой поднялось утро космической эры! В эти минуты мы еще до конца не понимали всей масштабности события, участниками которого довелось нам стать. Это пришло позже. А в тот момент мы, завороженные, стояли у выхода из бункера и, задрав головы вверх, смотрели вслед улетающему Ю.А. Гагарину. У всех на глазах были слезы - слезы радости.
  .................................................................................................
  
  
   Борис был не только свидетелем всех событий, происходивших на Байконуре за долгие годы космических побед и поражений, но и непосредственным их участником, выполняя свою конкретную работу, как, например, в период подготовки лунного комплекса ЛЗ.
   Когда все пять запусков ракеты - носителя Н1 окончились неудачей, нужно было срочно определять основные причины этих неудач, а затем решать проблему доработки изделия.
  
   "Управление всеми работами осуществляли трое: ведущий конструктор, руководитель испытаний, и руководитель филиала завода. Персонально это Бугров, Филин и Лыгин.
  В случае отсутствия нас - кто-то замещал. Единоначалия не было, и не было случаев, чтобы мы не решили сообща какой-нибудь вопрос. При возникновении существенных замечаний всегда старались разобраться в них до конца, и сами принимали все необходимые решения по их устранению. Исходили при этом из того, что нам на месте виднее, а также стараясь максимально разгрузить руководителей в Москве от наших проблем. После проведенных работ мы сообщали на фирму, что произошло и что нами сделано для устранения замечания, заканчивая обычно доклад словами: "Просим подтвердить правильность нашего решения".
  Постоянство этой формулировки часто становилось поводом для шуток.
  
   Принятый нами порядок оказался устойчивым, не требовал никаких изменений и просуществовал до закрытия программы в 1974 году. Мы втроем стали друзьями на долгие годы, ездили в горы кататься на лыжах, выезжали на Куандарью, где великолепные условия для подводной охоты. За эти годы у нас сформировался дружный творческий коллектив (рис. 2). За шесть лет для многих наших сотрудников работа по ЛЗ стала высшей ракетно-космической школой, а "двойка" на Байконуре - вторым домом. Умели не только трудиться, но и отдыхать. Летом играли по вечерам в футбол, а зимой - в хоккей на освещенной площадке, которую построил между гостиницами Лыгин. После возвращения с рыбалок, не прекращавшихся и зимой, гостиницы наполнялись запахом жареной рыбы и лука, а по коридорам деловито перемещались люди с графинами".
  
   Вот так жил и работал Борис Николаевич Филин.
  
   К счастью, его труд, как и труд всех его соратников и сослуживцев по справедливости отмечен государственными наградами.
  Дальнейшая его работа нашла отражение в его наградах.
  
   Борис Николаевич Филин награжден:
  
   Орденом "ЗНАКА ПОЧЁТА"
   Орденом "ДРУЖБЫ НАРОДОВ"
   Юбилейной медалью "к 100-летию ЛЕНИНА"
   Юбилейной медалью "850-летие Москвы"
  
   Федерацией космонавтов Б. Н. Филин отмечен, как -
  
   "ЗАСЛУЖЕННЫЙ ИСПЫТАТЕЛЬ КОСМИЧЕСКОЙ ТЕХНИКИ"
   "ЗАСЛУЖЕННЫЙ ВЕТЕРАН КОСМОНАВТИКИ"
  
   Борис Николаевич имеет свидетельство участника первого пуска, подписанное - командиром боевого расчёта подготовки и пуска В. ГУДИЛИНЫМ и техническим руководителем подготовки и пуска Б. ГУБАНОВЫМ.
  
   Борис Николаевич Филин был участником пуска "Восход-2", командиром корабля тогда был полковник Беляев П. И., а вторым пилотом - Леонов А. А. 1965 год.
  
   Борис Николаевич был участником запуска космического корабля "Союз-40 - Салют-6".
  
   Борис был в группе подготовки лунного корабля Л 1. 1967 год.
  
   Борис Филин за большой вклад в развитие космонавтики был награжден юбилейной медалью "50 лет космической эры".
  
   Борис Николаевич Филин - за высокие результаты в труде, большой вклад в создание изделий космической техники, награжден юбилейной медалью - "50 лет РКК "Энергия" имени С. П. Королева".
   Медаль выдана Ракетно-космической корпорацией "ЭНЕРГИЯ" имени С. П. КОРОЛЕВА. 23 августа 1996 года.
  
   Вот такой была работа и жизнь нашего друга Боречки Филина. А нам удалось отразить здесь лишь малую часть его такой богатой интересными событиями - на Байконуре и в городе Королеве.
  
  Но самой Главной наградой для Бориса стало вторично подаренное ему - чувство ЛЮБВИ.
  Как всё это случилось?
  
  Я просто приведу ранее написанное в одной из предыдущих Глав нашей книги...
  
  
   Как у них всё начиналось?
  
   Байконур - это не только трудная и ответственная работа. Это ещё и - жизнь на Байконуре, овеянная космическим воздухом, привезённым возвращающимися космонавтами, это ещё и романтика оживающих грёз фантастических романов.
   Однажды Боря с Мариной привезли нам в подарок маленький дубок, сказав, что он с космодрома. Сейчас он вырос, но ещё не стал настоящим большим дубом. Дубы вообще растут очень медленно. Мы ошибочно (жалко было вырубать растущий рядом с внешней стеной дома кустарник), посадили молодой дубок близко к углу дома, не подумав о том, что дерево растет не только вверх, но и - вширь. Дубок наливается, и через несколько лет приблизится к дому ещё ближе. Думаем, что корни проросли ниже фундамента нашего маленького гостевого домика, и в этом смысле его жизни ничто не угрожает.
  
   Борис и Марина работали на одном предприятии, в Подмосковье, в г. Королёве. Но по-настоящему они сблизились, подружились, и узнали друга, находясь в длительных командировках на Байконуре. Байконур стал их вторым домом.
   Так уж получилось, что личная жизнь переплелась с профессиональной стезёй, и протекала она на таких удалённых друг от друга городах, как - Королёв и Байконур.
   Была весна... Но до весны, сменяя друг друга, бывают - лето, осень и зима.
   Лето на Байконуре длится долго. Ещё на протяжении всего сентября стоит обычно жара, доходящая днём до 35 - 45 градусов. Летом часто бывают пыльные бури (суховеи). Это очень неприятное явление, сопровождающееся взметающимися высоко вверх вихрями песка и пыли.
   Осень - это постоянные моросящие дожди. Сначала осенняя погода бывает тёплой. Это жаркое лето постепенно остывает. А кончается она - мокрым снегом...
   Зима? В отличие от летних суховеев, зимой часто бывают туманы. Снег покрывает землю не высоким покровом, не больше - 20 сантиметров. Снегопады могут неожиданно смениться дождём. Да и в течение суток перепады большие: от - 10 днём до - минус 25-30 градусов ночью.
   И, наконец - весна... Весна вступает в свои права нерешительно. Температура опять колеблется с большими перепадами: днём + 10, а ночью до - 10 градусов. И это не только в начале весны. Уже приблизившись к лету, днём может стоять жара - до + 25 градусов, а ночью - пуститься до - 1. И дождь иногда сменяется снегом...
   Но вот весна постепенно вступает в свои права. Природа просыпается. Дни стоят - солнечные. И, если осадков выпадает всё меньше и меньше, то ветры никак не хотят успокаиваться, и, часто проносятся с большой скоростью - штормовые ветры.
   Весной степь просыпается.
   О, как прекрасны казахские степи весной. Если летом они кажутся безжизненными, замершими в накалённом воздухе, боясь пошевелиться, чтобы окончательно не сгореть, то весной эту степь - не узнать. Она - живая.
   Весенняя степь - зелёная от травы. Подснежники придают ей схожесть с молодой девушкой, а красные маки оживляют её, наполнив цветом живой крови. Молодой ковыль от лёгкого ветерка стелется им под ноги. А они - Борис и Марина молча бредут по ожившим весенним просторам казахской степи, взявшись за руки, и наслаждаясь чувством единства и влюблённости...
   Степь ещё не выпила всю долю отпущенной ей воды. И временами встречаются небольшие очаги этой накопившейся в земляной чаше отстоявшейся прозрачной воды, Борис и Марина присаживаются около какой-нибудь такой чаши, и, наконец - говорят друг с другом, поверяя сокровенные мысли, которые в другое время не доверили бы даже себе. Эти мысли сверкали радостью от удивления, что им суждено было встретить друг друга и полюбить, и щемили от боли, что...
   Но так уж было, видно, суждено - Борис расстался с Галочкой и мальчишками...
  
  ВСПОМИНАЕТ ВИКТОР
   Мы с Ираидой приехали первый раз в город Калининград - в гости к Марине и Борису. Они жили в квартире её родителей.
  Собственно, начав рассказ о даче Бориса и Галочки, мы не смогли остановиться перед тем, чтобы не рассказать хотя бы коротко сначала о Боре и Гале, а потом о семье Бори, Марины и её родителей. Дело в том, квартира, в которой они живут уже несколько десятков лет, так же, как и дача досталась им в наследство от родителей Марины.
  Дом, в котором они живут, относится к первым постройкам (которые осуществляли ещё военнопленные немцы) этого города - двухэтажный, кажется, с одним подъездом, в котором на лестничных площадках располагались две двери, ведущие в квартиры слева и справа. Впрочем, мы там были так давно, что я могу в чём-то и ошибаться. Дом находился недалеко от проходной завода и у него была плоская крыша.
  
   Квартира, вернее - две квартиры верхнего этажа, в своё время были объединены в одну большую, и предоставлены семье отца Марины.
  
   Когда Марина с Борисом поженились, они заняли левую квартиру, в правой жили родители Марины. Средняя комната была общей. Там встречалась вся семья за общим столом. Кстати, вначале мы не знали о том, что две квартиры объединены. И просто удивлялись, как это родители Марины незаметно появлялись в средней комнате.
  
   Когда мы были у них первый раз, Марина с Борей делали ремонт. Мы увидели, как они красят стены краской. Для нас это выглядело непривычно, так как мы больше привыкли к стенам, оклеенным обоями.
  В это раз и в следующий - Боря показывал собственноручно подписанные космонавтами некоторые грамоты и фотографии (а я не переживал, что когда-то нас со Смирновым не взяли на фирму Королёва).
  
  
   В гостях мы познакомились с мамой Марины - Валентиной Антоновной и отцом - Александром Дмитриевичем Каллистратовыми. Сына Виктора в этот раз мы не видели.
  
   Мы немного стеснялись, а родители были приветливыми, как-то - по домашнему раскрепощёнными. Не помню, чем нас угощали, но был момент, который мне запомнился надолго. Когда Борис с Мариной были у нас, мы среди разных закусок, подали на стол уже тогда полюбившийся нам, маринованный чеснок и черемшу, которые специально покупали на рынке. Борис, видимо желая нам угодить, купил и подал на стол этот вид закуски. По этому поводу Александр Дмитриевич "проехался" шуточкой, что в прежние времена такие кушанья на стол не подавали, их употребляли - вот не помню, кого он привел в пример, то ли кучера, то ли дворника, не важно. Я потом думала - почему? Из-за резкого запаха чеснока? Хотя раньше от кого-то ещё слышала подобную реплику по поводу винегрета, который любила готовить мама у нас дома.
   Может быть, в прежнее время, действительно выдерживался этикет блюд, подаваемых в аристократических домах, отличающийся от простонародных обедов в семьях нижестоящей категории людей?
  
   Александр Дмитриевич за обедом пил мало, но много рассказывал интересного о прошлой жизни, особенно в Ленинграде. Вспоминал и о том, как пришлось ему работать директором завода "Асенал" в блокадном городе. И надо было слышать, с какой теплотой он говорил о людях, которые тогда работали рядом с ним...
  Биография А. Д. заслуживает всяческого уважения.
  
   А .Д. Калистратов - директор завода в 1939-1942г.г.
  
   С 11 июля 1941 г. началась эвакуация части оборудования и людей в Омск.
   Завод успел эвакуировать два эшелона, третий был вынужден вернуться назад, т.к. немцы захватили Мгу и перекрыли ж/д. Для оставшихся работников с 7 июля 1941 г. был введен 11-часовой рабочий день.
   28 сентября 1941 г. первые немецкие бомбы были сброшены на завод, появились первые жертвы, разрушены котельная, многие цеха.
   В условиях блокады, нехватки работников, оборудования завод давал продукцию фронту.
  По инициативе директора завода в 1941 г. на заводе был открыт первый в городе стационар для дистрофиков.   ОАО "МЗ "Арсенал"
  
   Более 1500 человек остались живы, благодаря этому стационару. Затем и по всему городу были открыты такие стационары.
  
   Администрация завода принимала все меры, чтобы снабдить работников продовольствием. Были организованы две бригады рыбаков, которые ловили рыбу в совхозе Всеволожского района - эту рыбу директор делил на всех работников. Те, кто ездил на передовую, привозили мясо убитых лошадей - оно тоже делилось на всех.
  
   В конце 1941 г. продовольствия не хватало. Директор завода А. Д. Калистратов обратился к руководству города с просьбой: разрешить заводу самим привезти себе продовольствие с Ладоги. Разрешение было получено - и вот восемь автомашин были снаряжены на Ладогу. Вооруженные автоматами своего изготовления, арсенальцы по Ледовой дороге добрались до продовольствия - его не успевали отвозить в город. Погрузили на машины 20 тонн. Когда машины подъехали к заводу, то были встречены плачущими от радости арсенальцами. Все эти меры помогли избежать много голодных смертей.
  
   В 1941 г. завод принял участие в разработке "катюш".
   В 1942 г. завод был награжден первым своим орденом: Трудового Красного Знамени, а 72 работника были приглашены в Смольный, где им были вручены ордена и медали.
   И это при том, что основную массу работающих составляли женщины и подростки.
  
  
  В это же время в подмосковных Подлипках продолжал работать завод Љ 8Ф.
  
  В декабре 1942 г. постановлением ГКО на части завода был создан артиллерийский завод Љ 88, директором которого назначили А. Д. Калистратова.
  
   В соответствии с постановлением правительства от 13 мая 1946 года на территории подмосковного артиллерийского завода Љ 88 (станция Подлипки) создан Научно-исследовательский институт NЉ 88 (НИИ-88) Министерства вооружения СССР, ставший первой в стране организацией по созданию серийной ракетной техники. (В НИИ зам директора по науке в это время был профессор Ю.А. Победоносцев).
  16 мая 1946 года исполняющим обязанности директора НИИ-88 назначается бывший директор артиллерийского завода Љ 88 А. Д. Калистратов.
  
  30 августа 1946 года начальником отдела Љ 3 специального конструкторского бюро НИИ-88 назначен Сергей Королев (в это время он, в составе группы советских специалистов, находился в командировке в Германии). Отделу поручалось разработка баллистических ракет дальнего действия на основе трофейной немецкой ракеты ФАУ-2.
  
  
   За долголетнюю и безупречную службу в Советской Армии Александр Дмитриевич Калистратов имеет ордена и награды.
  
   "ОРДЕН КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ"
   "ОРДЕН ЛЕНИНА"
   "ОРДЕНОМ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ I степени"
   Медалью "ЗА БОЕВЫЕ ЗАСЛУГИ"
  
   За участие в ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ инженер - полковник Каллистратов Александр Дмитриевич Каллистратов указом ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР от 9 мая 1945 года награжден медалью "ЗА ПОБЕДУ НАД ГЕРМАНИЕ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ 1941 - 1945 г. г. ".
   От имени ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР медаль вручена 2 августа 1945 года.
   Народный Комиссар Вооружения - Генерал-полковник - Д. УСТИНОВ.
  
  
  Инженер-полковник Каллистратова Александра Дмитриевича награжден - "ОРДЕНОМ КРАСНОГО ЗНАМЕНИ".
   Москва, Кремль. 20 апреля 1953 года.
  
  
   В ознаменование 800-летия города Москвы тов. Каллистратов Александр Дмитриевич от имени Президиума Верховного Совета СССР награжден ИСПОЛНИТЕЛЬНЫМ КОМИТЕТОМ МОСКОВСКОГО ГОРОДСКОГО СОВЕТА ДЕПУТАТОВ ТРУДЯЩИХСЯ медалью "В ПАМЯТЬ 800-летия МОСКВЫ". 24 марта 1949 года.
  
  
   Каллистратов Александр Дмитриевич - За храбрость, стойкость и мужество, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, и в ознаменование 40-летия победы советского народа в Великой Отечественной войне в 1941 - 1945 годов УКАЗОМ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР от 11 марта 1985 года награжден орденом ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ II степени.
  
   Наверное, это только малая часть биографии отца Марины. Но это была самая волнующая и героическая часть его жизни.
  
  Марина Александровна Филина (Каллистратова), так же, как и её муж - Борис Николаевич Филин, всю свою жизнь работала, и по сей день работает в РКК "ЭНЕРГИЯ" имени С. П. Королева.
   Мы не можем привести здесь весь её послужной список. Но в качестве примера упомянем, что:
  
   - Она являлась руководителем по системам прицеливания и стартовой киносъемки пуска универсально-космической транспортной системы "ЭНЕРГИЯ".
  
   - Марине Александровне Филиной выдано Удостоверение Љ 062, подтверждающее её непосредственное участие в подготовке и осуществлении ПЕРВОГО СТАРТА РАКЕТЫ НОСИТЕЛЯ "ЭНЕРГИЯ" с универсального комплекса стенд-старт (УКСС) 15 мая 1987 года с космодрома "БАЙКОНУР".
   Удостоверение выдано Космическим Агентством Военно-космической силы РФ РКК "ЭНЕРГИЯ" КБ общего машиностроения НИИ химического машиностроения.
  
   - Марина была руководителем юстировки радиотехнического комплекса космического аппарата ЯМАЛ - 200 в РКК "ЭНЕРГИЯ" имени С. П. Королева. 2004 год.
  
   - Марина имела непосредственное отношение к разработкам оптико-электронного комплекса на этапе подготовки и пуска МКС "Энергия-Буран" на космодроме "БАЙКОНУР", за что была награждена медалью - "20 лет полета "ЭНЕРГИЯ-БУРАН"".
  
  Марина продолжает работать в РКК "ЭНЕРГИЯ" имени С. П. Королева. А наш друг - Боря ушел на пенсию.
  
   Поздравляя Бориса с Новым 2014 годом, мы пошутили - "Ты теперь на иждивении у Марины. Она - работает, а ты - пенсионер!". Он ответил - "Я не просто пенсионер. Я пенсионер космической ЭРЫ". Так и не хватает слов - "И я горжусь этим!". А мы гордимся ими обоими.
  
  Всё рассказанное о семье Филиных - Калистратовых позволят понять происхождение ещё в советские времена - большой квартиры и дачи старого уклада.
  Старая дача. Большой деревянный дом. И участок, на котором растут почти столетние деревья.
  У Бори с Мариной вырос сын Володя. Дача была - вторым домом для семьи. Поэтому Володя проводил на даче много времени вместе с дедушкой и бабушкой Каллистратовыми. Недавно и у Володи родилась дочка. И она тоже будет расти всё в том же старом доме состарившейся дачи - теперь уже с бабушкой и дедушкой Филиными.
  Время летит быстро, и вполне возможно, внучка Филиных родит правнучку... Вот так - одни поколения сменяются новыми, и только всё та же стареющая дача изо все сил будет держаться все в той же форме...
  .....................................................................................................
  
  
  
  
  
  Дачи Баснина Ю. Ф.
  
  
  БАСНИН ЮРИЙ ФЕДОРОВИЧ - начальник Управления АСУ ГОССНАБА СССР.
  Ираида работала начальником отдела внедрения вычислительной техники в СОЮЗГЛАВХИМНЕФТЕМАШЕ Госснаба СССР.
   Юрию Фёдоровичу БАСНИНУ подчинялся Вычислительный центр ГОССНАБА СССР и он курировал подобные отделы, созданные во всех СОЮЗГЛАВСБЫТАХ. Отделы работали в тесной связи с ВЦ, который являлся идеологом разработок и проведением расчётов на ЭВМ. Соответственно, являясь начальником отдела, Ираида часто общалась с Ю.Ф. по работе. А позже, мы уже дружили семьями. Ю.Ф. был тяжело больным человеком. У него было вырезано одно лёгкое... Танечка (его жена), заботилась о нём постоянно, следя за тем, чтобы дома не было ни пылинки, чтобы он не ездил в обычном транспорте, чтобы не простудился, и т.д. и т.п.
  В этом плане вспоминается случай, когда мы ещё не знали о здоровье Ю. Ф. и допустили оплошность. Мы тогда ещё жили в Подмосковном поселке - Дзержинке. Мы пригласили Юру и Танечку к себе в гости. Из Москвы я привёз их домой на машине. К их приезду Ира постаралась накрыть праздничный стол. Посидели очень даже душевно. Поскольку я выпивал наравне со всеми, за руль сесть не мог. И, как само собой разумеющееся, мы проводили гостей до остановки автобуса, не заметив их растерянности. И только после этого случая, Таня рассказала о том, что у Юры - одно лёгкое, и в общественном транспорте он не ездит, боясь подхватить какую-нибудь инфекцию...
  Уже когда мы переехали в новую квартиру в Москве, они были у нас ещё пару раз в гостях. Судя по тому, что Стэлла уже училась в медицинском училище, это было осенью 1976 года.
  Не помню, по какой причине была организована нами встреча, может быть - необходимость обсудить ситуацию на работе, а, может быть, ещё что - то, но на этот раз мы никого больше в гости не приглашали. Тем не мене, стол был раздвинут во всю комнату, а уж насчёт закусок и напитков Ира постаралась очень, как всегда.
  Когда хорошо закусили, и переговорили на все возможные темы, почувствовалось, что гости немного заскучали. И, вдруг, раздался звонок в дверь. Мы удивились, так как никого не ждали. Открываем дверь - стоит наша дочка, а на лестнице ещё кто-то. Мы вернулись в нашу гостиную. За нами входит Ёлка, и говорит - "А ничего, что я не одна?"...
  И тут началось что-то неправдоподобное. Стэлла кому-то сказала - "Проходите!"... И в комнату стала просачиваться - бесшумно, с улыбками до ушей, молодёжь... Они рассаживались, тесно прижимаясь друг к другу, чтобы всем хватило места - сначала по одну сторону стола, потом на диван, по другую сторону стола. Те ребята, кому не хватило места, уселись на спинку дивана, сзади ребят, сидевших за столом. Стэлла быстренько организовала им бокалы, тарелки и вилки. И нам оставалось только смотреть, как всё содержимое медленно, но уверенно исчезает с сервированного закусками стола. После первого насыщения, тишина нарушилась шепотком. Потом шепоток перешел в говорок. И, наконец, стеснение пропало, За столом стало шумно и весело. В ход пошли анекдоты. Неожиданно, появилась гитара (оказалось - кто-то с ней пришел), и нам исполнили серию песен - каких и о чём, я уже не помню.
  Я и Ираида очень переживали - как отнесутся к этому Юра и Таня. Но, оказалось, они восприняли всю эту ситуацию нормально. Юра даже подпевал ребятам.
  Как Вы уже догадались, Стэлла, зная, что готовится "большой" приём дома (большой - по количеству готовившихся блюд и закусок), привела после занятий к нам домой всю свою группу будущих медиков.
  
  ДОБАВЛЯЕТ ИРАИДА
  Был интересный момент. Мы с Виктором сидели, прижатые к краешку дивана. И, вдруг, я вижу, что Виктор как-то ёжится, шевеля ногами. Я заглянула под стол... И что же вижу? Одна девочка, сидевшая по другую сторону стола (обувь всю ребята сняли в коридоре), дотянувшись до ног Виктора Анатольевича, гладила их своими ножками. Я посмотрела на девочек, сидевших напротив, но у всех были невозмутимые лица...
  Позже Стэлла рассказывала, когда они ушли, эта девочка изображала всем, как менялось выражение лица Виктора, по мере того, как она "заигрывала" с ним таким образом...
  
  ПРОДОЛЖАЕТ ВИКТОР
  Кончился набег молодёжи так же неожиданно, как и начался. Это, как волна прилива - набежала на тихий берег, слизнула всё, что попало, и убежала назад, в море. Кто-то сказал - "Пора!". И все - сытые и счастливые, исчезли из нашего поля зрения. Наша дочка, естественно, растворилась вместе со всеми.
  Были и мы в гостях у Басниных несколько раз. Помню, как, после закусок и горячего, Ю. Ф. угощал нас коктейлями своего "производства". Все рецепты очень разнились друг от друга. Были молочные коктейли, и с сырыми яйцами, и с ягодами, и много разных других: и крепких и безалкогольных...
  Ираида загорелась желанием постигнуть это искусство. При случае даже купила книжку, в которой было огромное количество различных рецептов. Но в жизни это желание не воплотилось. И, хотя застолий у нас бывало много, дальше напитков в их натуральном виде - не заходило. Единственное, что иногда мы сооружали, это - "КРОВАВУЮ МЭРИ": чистый спирт, налитый в фужер, поверх томатного сока, присыпанного солью.
  Юрий Фёдорович, по состоянию здоровья, не водил машину, но, живя летом на даче, очень любил рыбалку. Часто приглашал меня. И, мы на моей машине ездили с ним на их дачу, а ночью - на рыбалку. Я был не заядлым рыбаком, а мой сынишка - Олежка, которому было уже 12, просто бредил рыбалкой. Поэтому мы всегда брали его с собой. Олежка с Ю. Ф. соревновались в ловле рыбы, и побеждали с переменным успехом. Юра говорил, что рыбная ловля - это вторично. Вода успокаивает, снимает напряжение, позволяет расслабляться, и отдыхать. Оберегая Юрино здоровье, Танечка не очень приветствовала любые выпивки. Но, на рыбалку Юра потихоньку брал с собой небольшую фляжку с коньяком. И тогда, вероятно, отдых становился ещё приятнее...
  Особенно запомнилась мне одна рыбалка. Ездили мы несколько раз с Юрой и моим сыном - Олегом - на Клязьминское водохранилище. Въезд был в середине Ивантеевки, строго по пропускам, которые были у двух начальников Главков Госснаба СССР, как правило, всегда ездившими с нами. (Мне кажется, что именно по их пропускам нас пропускали в эту запретную и хорошо охраняемую зону. И по пути мы проезжали несколько шлагбаумов, милиционеры, у которых заранее открывали их, получая сообщение с начала въезда, отдавая честь сидевшим в машине людям). Проехав шлагбаум, мы двигались по дороге к плотине. С одной стороны дороги, по двум каналам, текла вода на Северную водозаборную станцию, которая находится где - то около Мытищ на Челюскинской (там стоят две башенки, которые видны из электрички, здесь весь поток чистой воды уходит под землю). То есть - первичная обработка воды уже сделана. Вода в каналах охраняется особо тщательно. Останавливаться и подходить к воде строго воспрещается, хотя было видно, как в воде плещется крупная рыба.
  Мы подъезжали к плотине и машину оставляли "в отстойнике". Там стояли машины всех приезжающих рыбаков. На берегу водохранилища были устроены подмостки, на которых мы выбирали себе место. В основном, нам попадалась рыбка небольшого размера. Больше всех вылавливал Олежка. Оба начальника Главков любили на берегу на свежем воздухе опрокинуть одну - другую рюмочку привезённого с собой коньяка. Нам с Олегом, естественно не доставалось.
   Мне особенно запомнился вид плотины, открывающийся нам, смотрящим со стороны. На саму плотину пропуска выдавались по чину - не ниже министра. Приезжали они на "Чайках". Видно было, как около этих высоких чиновников из багажников машин вынимали и расставляли раскладные столики, и сервировали их. Кроме всего, ловили они рыбку на удочки, которые забрасывали с другой стороны плотины, где был водосбор. Как говорится, там и дурак бы поймал рыбу. Видно было, как они часто вытаскивали рыбку, и не маленькую, как мы, а большую. Я помню, пошутил - "Может быть, им цепляют рыбу на крючки специальные водолазы?"... А Олег всегда порывался прорваться на плотину.
  
  Дача у Юры и Тани была в Кратово - "казённая" - государственная, Госснабовская, а не собственная...
   Однажды мы с Ираидой были у них в гостях на даче. Стоят деревянные, старой постройки домики на две семьи, с отдельными входами. Для чиновников выше рангом выделялись и отдельные дома. Если кто-то увольнялся, то дачу обязан был освободить. В этом случае она предоставлялась кому-то другому в качестве улучшения, или очереднику. Основная мебилировка на дачах была тоже казённая. Мне почему-то эти дачи больше напоминали какой-то пансионат, или старый санаторий. Заборов внутри территории не было. На участке было много старых деревьев. Грядки, если и были у каких-то домиков, и то - небольшие, не похожие на огороды. Чаще встречались клумбы с цветами.
  Была и другая Госснабовская дача, предназначенная для работников "высшей категории". Она располагалась в другом месте. Когда Ю. Ф. занимал должность начальника отдела, дачу ему выделяли в Кратово. После того, как он стал начальником УПРАВЛЕНИЯ АСУ ГОССНАБА, его семья переехала на дачу, предназначенную для руководящего (элитного) состава... Рядом с ними была дача заместителя Председателя Госснаба СССР.
  Однажды, когда мы поздно вечером возвращались из Кратова в Москву на машине, произошел казус. На дороге перед машиной возникла женская фигура - босая, в мокром платье. Она махала руками, чтобы мы остановились. Мы и так не могли не остановиться, иначе задавили бы эту женщину. Она что- то бормотала, и просила её подвезти. Сердобольная наша Ираида попросила Юру подвинуться (он ехал на заднем сиденье) и посадила туда женщину. Проехав какое-то расстояние, она попросила остановить машину и вышла. Юра с укором попросил Ираиду больше не одаривать его таким соседством. Женщина оказалась просто пьяной...
  Я так подробно рассказываю о Ю. Ф., так как именно он предложил мне перейти на работу в Москву. И, когда я решился на этот шаг, Юрий Фёдорович рекомендовал меня на работу в ВПТО.
  Он и в дальнейшем, по возможности, опекал меня, одаривая нужными советами.
  В рабочем дневнике Виктора записано:
  31 мая 75 года
  Был у Иры. Она сообщила, что Ю.Ф. сказал, что мне нужно за собой следить - гладить брюки, ходить в чёрном костюме с галстуком и быть стриженным (свои люди донесли - свинство?).
  
  РЕПЛИКА ИРАИДЫ
  Насчёт внешнего вида, он, конечно, был прав. В Дзержинке, хотя институт был огромным по численности, все привыкли, что это - большая семья, в которой можно выглядеть, ну, скажем так, не по-домашнему, но и не строго официально. Не обязательно в чёрном костюме и т. д. Да и стрелки на брюках отутюживались не каждый день. И, естественно, костюмы, покупаемые на каждый день, по цене отличались намного от тех, которые береглись для торжественных случаев.
  Мы ещё не осознали разницу между социальными уровнями. Поэтому нужно было срочно пересматривать привычки одеваться и следить за собой. Кроме костюмов, накладывались и особые обязательства на аксессуары: галстуки, портфели, носовые платки, носки, обувь и т.п.
  Но привычки брали верх. И, поэтому...
  
  04. 06. 75 г.
  С утра хотел поехать на выставку, но ??....
  Приехав на работу, позвонил Баснину. Он говорит, что нужно увидеться - "ты уже в кресле? Позвони, что же ты где-то пропал?"
   К вечеру, созвонившись с Юрием Федоровичем ещё раз, подъехал к нему, забрал, и мы поехали к нему домой. Договорились о рыбалке (в пятницу вечером к нему приеду, а в 1 час ночи поедем).
  Дома у Юры должны были быть гости и меня задержали. Были старые приятели Ю.Ф. по Ангарску, где Ю.Ф. работал начальником лаборатории. Поздно приехал домой.
  Встреча была полезной!
  
  08. 06. 75 г.
  Отвозил Ю.Ф. на дачу -- только туда (на госдачу, где сосед по домику -- зам. Председателя Госснаба СССР).
  
  13. 06. 75 г.
  
  Чернышов сказал, Таня Баснина искала. Я сам отпросился у Буланова.
  Уехал в 14 00. Заехал за Ю.Ф. По дороге Ю.Ф. сказал, что спрашивал у Бурцева, ну, как новый. А он ответил - "С нами советуется, не зазнаётся, лучше пока не надо". Ю.Ф. сказал - "Это лучше, чем я ожидал. Костюм у тебя ничего, а вот галстук надо сменить".
  
  
  Когда вернулся в ВПТО, Чернышов сказал, что меня искала Таня Баснина.
  Вскоре она позвонила ещё раз и напомнила (была еще раньше договорённость) в пятницу после 2-х отвезти её к маме и вместе с мамой и Мариной - на дачу.
  
  
  После моего ухода из ВПТО - АСУ, как-то так получилось, что мы с Басниными перестали встречаться. Может быть, в глубине затаилось чувство, что не оправдал его доверия?
  Ираида ушла из Госснаба через три года, в 1980 году. Пока работала там, встречалась с Юрием Фёдоровичем регулярно. Иногда он спрашивал - "Как там дела у Виктора?". Ответ - "Нормально"...
  ..........................................................................................................
  
  
  Дача В. П. ЛАПШИНА
  
  
  С Лапшиным Владимиром Павловичем я познакомился, когда мне нужно было найти новую работу, после всех неприятностей, которые выпали на мою долю в период работы в ВПТО.
  
  Перед увольнением из ВПТО, я числился в отделе программирования. Чтобы избавиться от меня окончательно, использовали проверенный метод - провели реорганизацию, и отдел программирования слили с каким-то другим, в котором моей должности - не оказалось.
   Поэтому я вынужден был в срочном порядке заняться поиском нового места работы.
  Я знал, что при одном из членов Политбюро была организована группа из кандидатов и докторов наук, типа "стратегических исследований принимаемых решений". Группу возглавлял некто Федулов, выход на которого у меня так и не получился. А работа была интересной, да и льготы у них были разные, в том числе - два летних месяца отпуска.
  И вот, просматривая записную книжку, я наткнулся на телефон совершенно мне не знакомого, но когда-то встретившегося мне в п/я 1000 - Лапшина, занимавшегося проблемой станков с ЧПУ.
  О работах Лапшина и предприятия п/я 1000 я знал, когда ещё на работе в НИХТИ, регулярно читал всю последнюю новейшую литературу, в том числе и по оборудованию с ЧПУ.
  
  Когда я ему звонил, о том, что он работает в ИПК, - я, конечно, не знал.
  
  Я позвонил. Он предложил встретиться, и мы встретились...
   Переговорили. Сейчас Лапшин был - заместителем директора Института повышения квалификации Министерства станкостроительной и инструментальной промышленности. Он сказал, что у них в институте организуется Вычислительный центр и должна быть организована соответствующая кафедра. Её пока нет, хотя им такая кафедра - очень нужна. Он сказал, что уже давно надоедает директору по вопросу создания такой кафедры, и теперь ещё раз переговорит с директором, и тогда они примут окончательное решение...
  Я честно сказал, что сейчас оказался на мели и почему. Я также рассказал, что занимался САПРом и АСУ, в том числе, знаком с работами Данильченко, работавшего в то время директором института Миноборомпрома (чего я в тот момент тоже не знал), но уверенно оперировал его фамилией. Я действительно был знаком с его "закрытыми" работами, с которыми познакомился более двух лет назад. А также знаком с работниками Техуправления двух министерств МОП и ММ Армяговым и Моргуновым, которых Лапшин также знал.
  Лапшина, вероятно, подкупило ещё и то, что я был знаком с его научными разработками по ЧПУ. Лапшин, работая ещё в п/я 1000, был Главным конструктором Министерства по этой проблеме.
  Мы, в общем, нашли "общий" язык и общих знакомых. Лапшин как-то сразу поверил в меня. Мы говорили, перебивая друг друга.
  В итоге нашего разговора он сказал, что, если я не против, он переговорит с директором, и, если тот даст "добро", то Лапшин мне позвонит.
   Ему пришлось долго уговаривать своего директора, чтобы он дал согласие принять меня на работу в ИПК. Наконец, под личную ответственность Лапшина, тот дал это согласие.
  Через некоторое время Лапшин мне позвонил и сказал, что уговорил директора о моем приеме на работу "под ответственность Лапшина", и, что я должен приехать, и он представит меня директору.
   Я приехал и познакомился с директором ИПК - Карякиным В. Н.
   Директор согласился взять меня, и ещё раз повторил - "Под твою ответственность, Владимир Павлович. Но учтите, что сейчас в штатном расписании такой должности нет, а она появиться с нового учебного года. Мы берём вас исполняющим обязанности с последующим избранием по конкурсу. Если согласны - то оформляйтесь!"...
  Я был согласен!!!
   В ИПК МСИП я начал работать 20 апреля 1977 года.
  Оформили меня - старшим преподавателем на кафедру АСУ ТП, которую возглавлял - Серебряный.
  Заведующий кафедрой - Серебряный В.Г. представил меня работникам своей кафедры, как ответственного за вычислительную технику и будущего заведующего кафедрой АС.
  
  Я уже упоминал о нашем директоре Карякине. Самым надёжным помощником у него был - его заместитель Лапшин, который к тому же имел через жену (мне, кажется, она была дочерью Министра) - связи с семьей нашего Министра. Правда, когда мы с ним подружились, он уже не поддерживал связи с женой, и жил в двухкомнатной квартире на Молодёжной.
   Формирование годовых учебных планов и их защита в Министерстве обычно ложилась на плечи Лапшина.
  Директор возглавлял кафедру технологии станкостроения.
  Одно время я вместе с директором и Серебряным посещал все выставки на Красной Пресне. Так как Серебряный свободно владел языками, нас хорошо принимали, как правило, кроме дополнительных специальных проспектов, предоставляли разные мелкие презенты. Иногда нас угощали, в том числе, и горячительными напитками. Правда, это было довольно редко. Иногда давали книги. Так я привёз домой книгу "Выстрел в спину", которую у меня попросил мой друг - Саша Смирнов.
  
  Когда у директора умер отец, то он попросил помочь ему. В число помощников попал и я (это - Лапшин, Майсурадзе, Адаскин и я). Так я впервые попал на Митинское, только что открывшееся, кладбище. Да и нас, провожающих, было всего несколько человек. Здесь я понял, что в огромном городе в последний путь практически, кроме самых близких, некому провожать. Даже гроб нести некому. (Вместе с родственниками директора нас всего было не больше 10 человек). Хотя существует обычай, в соответствии с которым - близкие родственники гроб нести не должны. На кладбище для этих целей предоставляются - железные повозки. Хотел бы заметить, что дома в квартире у директора я был первый и единственный раз.
  Грустная тема, но жизнь такова, что рано или поздно каждый из нас провожает в последний путь кого-либо из своих близких, или - знакомых...
  Мне почему-то пришла в голову шальная мысль о кладбищах.
  Кладбища - это большие "дачные" участки. Только с этих дач никто не возвращается. Эти дачники прописываются там навечно...
  Безусловно, основной опорой для меня был - Владимир Павлович Лапшин. Он работал в ИПК заместителем директора по учебной работе, и даже когда-то был заместителем директора по методической работе (я, правда, этого как-то не заметил). Именно он намечал для института, - каких и сколько групп надо для штатного преподавательского состава института. Он же учитывал все пожелания своего Министерства и Министерства ВШ (Высшей школы), что не всегда можно было увязать. Это ему удавалось почти всегда.
  Владимир Павлович Лапшин был небольшого роста подвижный "живчик". Как я позже узнал, что он был женат на дочке нашего министра, но почему-то в момент, когда мы сблизились, он уже жил один в своей двухкомнатной квартире. У него был брат Николай, который работал в Госплане СССР начальником подотдела Отдела вычислительной техники (что равносильно Главкам) у Ашастина, к которому когда-то пытался устроиться Саша Смирнов. Николая я часто приглашал к себе в институт для групп начальников ВЦ, чтобы он обрисовал слушателям - всю картину с вычислительной техникой в нашей стране и за рубежом. Сам я обязательно присутствовал на его лекциях - мне тоже надо было быть в курсе всего, с чем связана ВТ.
  Мы с Ирой бывали у них на даче, на остановке - 43-й км по Ярославской ж/д, а следующая была станция Софрино, где ещё у НИХТИ были какие-то связи, а также рядом были мастерские, принадлежавшие собору в Загорске.
  
  ВСПОМИНАЕТ ИРАИДА
  Мне запомнилась эта поездка на дачу к Лапшиным. Старый дом, я бы сказала точнее - старинный дом. Он был крепким, деревянным и большим. При доме был участок. Наверное, был сад. Сейчас уже не помню. Запомнились мне теплицы, в которые меня водил, как на экскурсию Владимир Павлович. Была весна, и в теплицах ещё ничего не было посажено. И только в доме в ящичках взошла пряная зелень - укроп, петрушка, и ещё что-то.
  Ещё мне запомнилась печка, построенная самими братьями - Владимиром и Николаем на участке. Печка было с секретом. На ней можно было жарить шашлык. При желании - готовить что-нибудь на плите. Но, кроме того, в неё ещё была встроена коптильня. Нам даже продемонстрировали её в действии. Николай Павлович послал сына за рыбой. Тот на велосипеде быстренько сгонял на станцию Софрино, и вскоре вернулся, привезя несколько огромных толстолобиков. Их-то и закоптили на обед. Помню, стол накрывали, кажется на веранде. На тарелки раскладывали горячую вкуснейшую рыбу, и к ней - белое вино.
  Нас познакомили с мамой братьев Лапшиных. Очень милая, симпатичная женщина. Чувствовалось, что она окружена любовью. Поскольку она постоянно жила на даче, Николай Павлович с семьёй тоже жил с ней. А Владимир Павлович - жил в своей Московской квартире. Мы несколько раз бывали у него в гостях, в основном - на его днях рождения.
  Квартира его находилась на первом этаже. Окна выходили на палисадник, заросший деревьями и кустарниками. Поэтому, когда смотришь в окно, кажется, что ты находишься не в городе, а на даче. Особенно красочный пейзаж за окном радовал глаз зимой, когда каждая веточка покрывалась искрящимся на солнце инеем. Смотришь и, кажется, что попала в сказочную не реальность...
  Официально Владимир Павлович жениться после развода с семьёй не решался. Но всегда поддерживал близкие отношения сразу с несколькими женщинами. Все они были одинокими, и жили в своих квартирах. Без приглашения к В. П. - не приезжали. Смотря по настроению, и по намечаемой компании, Вадим Павлович звонил одной из своих подруг. Обычно, приехавшая подруга помогала приготовить кушанья и накрыть стол. Когда все гости разъезжались, она помогала убрать и помыть посуду и оставалась - до утра.
  Я как-то спросила В. П. - почему все его подруги были зрелого возраста. Неужели свободному мужчине не хочется "попробовать молодого тела?". На что В. П. мне ответил - "Ничего ты не понимаешь. Зрелая женщина каждый раз ложась в постель - такое вытворяет! Она всегда думает, что это - в последний раз".
  Мы с В. П. Лапшиным продолжали дружить и встречаться до самых его последних лет жизни. К сожалению, он умер рано. Может быть, здоровье подточило злоупотребление крепкими напитками.
  ......................................................................................................
  
  
  САДОВОЕ ТОВАРИЩЕСТВО - ДРУЖБА
  
  
  1983 год
  
  Однажды, жена Витиного брата - Тонечка, погостив у нас, и, вернувшись домой, написала Бате в письме:
  
  Из письма Бате от Тонички -
  09.11.83 г.
  ....................Виктор с тещей Олега - Ларисой хотят покупать дачу. Ездили смотреть, но начинать надо всё с нуля...........................
  
  
  А начиналось всё так...
  
  ВСПОМИНАЕТ ИРАИДА
  
  Однажды, когда я приехала из какой-то командировки, мне Лариса Михайловна (Танина мама) рассказала, что у них на работе выделяли участки, а она отказалась. Ну, я её и отругала. Люди мечтают, а она отказалась! Я сказала, что мы с удовольствием приняли бы участие, и приобрели бы участок на две семьи, пополам с ними...
  
   Через некоторое время я опять уехала в командировку. Когда я вернулась, Лариса сказала, что им предлагали опять участки в садоводческом товариществе - "ДРУЖБА", и она написала заявление, памятуя мои пожелания. Товарищество находилось за Дмитровым, недалеко от Талдома. Кругом - леса. А недалеко от них - знаменитый журавлиный заповедник.
  
  Таким образом, мы приобщились к дачным проблемам. Мы от души считали реальным иметь дачу на две семьи.
  Товарищество находилось на север от Москвы, что было удобно, так как мы жили как раз на севере Москвы. Кроме того, от Дегунино в сторону Дубны от нас ходили электрички, останавливаясь на остановке "Темпы", в трёх остановок автобуса от "Дружбы". Правда, климат был там намного холоднее, чем в на южном Подмосковье, но зато - ближе. Участки находились в лесу. Нужно было самим срезать деревья, корчевать кустарник, выкапывать корни.
  
   Когда мы приехали, дорог к участку ещё не было, и машину оставляли перед въездом в "Дружбу". Нужно было всё, что привозили с собой - инструменты, еду, одежду - тащить на себе. Участок Ларисы был на самом дальнем краю товарищества. Надо было идти километра полтора - сначала мимо всех участков, по диагонали, к речушке Дубне, через которую перекинут хлипкий мостик. Перейдя через речку, нужно было, повернуть направо и идти до углового участка вдоль лесной окраины. Ларисин участок был второй от угла (впоследствии участки ушли много дальше). По заведённым порядкам, участки садоводчества от леса отделялись огромным глубоким (более 2-х метров глубиной и 3-х метров шириной) пожарным рвом. Через него перекинуто было пару брёвен, по которым можно было перебраться в лес, где было много грибов.
  
  Я не участвовала в корчёвке. Но Олег, Виктор и Лариса ездили туда по выходным регулярно. Ездила с ними и Танюшка, хотя была уже с животиком...
  Таня ходила по спиленным наклонным стволам деревьев, как будто хотела измерить весь участок. Олега с нами в этой первой поездке не было. Мы с Олегом в очистке и корчёвке участия не принимали.
  Володя - муж Ларисы, в это время находился в больнице (лечился от очередных запоев). Поэтому в первоочередных работах он тоже не участвовал. Ездили туда на нашей машине. Ей шел уже одиннадцатый год, но нас она выручала в любых ситуациях. Так и здесь - чего только мы не перевезли на дачу Ларисы в это лето.
  Согласно общей договорённости, все расходы по даче мы осуществляли пополам. Это - и вступительные взносы и другие платы.
  
  Проделана была огромная работа. Стволы срезанных деревьев скатили в большой гурт. Они потом были обработаны и пошли на строительство дома. Пеньки и корни - выкорчеваны. Лариса наняла рабочих, и уже вскоре на участке стоял бревенчатый дом. На первых порах не было прихожей и веранды, крутые ступеньки вели прямо в дом. Позже была пристроена кухня, веранда, крытое крыльцо. Комната в доме была одна - большая. По всем стенкам стояли кровати. Так что, если приезжала большая компания, всем хватало места. А из коридорчика на чердачное помещение вела крутая лестница. На чердаке был досками застелен пол. Сверху его весь застелили матрасами и кучками было сложены подушки и постельное бельё.
  Там, наверху, могла устроиться на ночлег ещё не маленькая компания. А приезжать туда любили многие. Родня у Ларисы была большая, а сама Лариса - очень гостеприимный человек. И не только гостеприимный, но и трудолюбивый. Поэтому не удивительно, что за два - три года весь участок превратился в цветущий сад - огород. Яблони, груши, алыча, слива, ирга и т. д. и т. п. Мне очень нравилась её цветущая по весне белая сирень. Она позже не раз давала мне отводки, но они почему-то приживались у нас с трудом.
  
   Были у Ларисы и огурчики, и зелень, и помидоры. А главной её гордостью была - клубника. Когда родился внук - Димка, все отпуска и выходные Лариса проводила на даче вместе с ним, отпаивая его чаем с мятой, и откармливая овощами с грядки и сладкой клубникой.
  Димка, уже став сам папой, любил ездить на свою дачу, любил её, и всё время чего-то перестраивал, достраивал...
  
  Настал момент, когда Володя, (Ларисин муж, Димкин дед) вышел из больницы. Он по сути дела был тяжело больным человеком. Будучи геологом, он всё время был в разъездах. Лариса ездила с ним, вместе с маленькой Танечкой. Они любили вспоминать, как застали потерявшуюся Танюшку, сидящей в большой грязной луже, радом с валяющимися там же свиньями. Часто жили в бараках, палатках...
  
  Однажды, когда Володя работал на вышке, разразился ураган с ливнем, молниями, ветром. Нужно было закрепить что-то на самом верху. И Володя полез. Его сорвало ураганом с вышки, и он упал с большой высоты вниз. Разбился очень. Разорвало селезёнку, пробило голову. Ему сделали операцию, вытащили, как говорят, с того света, но он остался инвалидом. Хотя голова была "зашита". Головные боли его не покидали. Сделали опять трепанацию черепа, так как начала развиваться опухоль. Опять "зашили". Но вырезанная опухоль опять возобновилась. И опять - операция. На этот раз "дырку в голове" заделывать не стали. И у него кусочек черепа остался просто затянутым кожей. Нужно было всё время беречь голову. Небольшого неосторожного удара по голове было бы достаточно, чтобы Володя погиб...
  
  Но самое опасное было в том, что ему нельзя было пить вообще. Если он выпивал, он становился агрессивным, если это можно мягко назвать. Он был не вменяемым, опасным для себя и людей... А он пил, и пил почти всё время.
  В стране в те года функционировали специальные лечебницы для лечения алкоголиков. Ларисе удалось через родственников завести связь с ведущим доктором такой лечебницы. Естественно, за определённую плату, удавалось Володю регулярно отвозить и оставлять в этой лечебнице на излечение. Режим там был строгий. Через несколько месяцев его выпускали домой. Но через некоторое время всё начиналось снова и повторялось заново, кончаясь лечением.
  
  Вот и опять вернулся Володя домой, и с большой радостью стал заниматься дачей. Лариса, правда, жаловалась, что он всё делал не так. Вдруг начинал рыть колодец не там, где надо, то что-то ломал, то строил вновь по-своему и т.д. Единственная большая польза от него была - в заготовке брёвен. Он брал топор, уходил через ров далеко в лес, выбирал отличное дерево, срубал его, очищал от коры, и как только ему удавалось - притаскивал это бревно на участок (дачу)...
  
  Но главное, он пил, а если напивался, можно было ожидать самого плохого...
  Я писала Ёлке в письме в Дальнегорск, где она проходила практику в геологической партии:
  ".......Володя Суспицин поссорился на даче с какой-то соседкой, которая пришла срезать около их участка дёрн. Замахнулся топором. Составила милиция акт. Лариса разыграла, что ссора на почве ревности. Наверное, отделаются штрафом......"
  Мы пару раз при нём приезжали на дачу, но вскоре поняли, что это не для нас. Жалко было Ларису, но мы самоустранились. Ещё какое-то время мы вносили свою часть расходов за дачу, а потом умная Лариса перестала у нас брать деньги. Она прямо нам сказала, что догадалась, что мы перестали ездить из-за Володи... Правда, когда нам пришла открытка с приглашением купить красный кирпич, то половину кирпича мы оправили на Ларисину дачу. Из этого кирпича Володя построил остов для гаража, не успев покрыть его крышей... Так он много лет и простоял без крыши, глядя в открытое небо.
  
  Так окончилось наше участие в дачном участке в товариществе - "ДРУЖБА".
  Но порой мы приезжали в гости, правда, довольно редко. Уже построили стационарный мост через речку, провели дороги, на которые проложили плиты так, чтобы можно было разъехаться двум машинам, провели водопровод, при въезде организовали продуктовую палатку...
  
  Сегодня идет уже 2015-ый год. Нет в живых - Ларисы и Володи. Маленькая Таня (мама Димы) после перенесенного инсульта, находится на инвалидности. Дима женился на Леночке из Камышина. Он не работает, так как их сынишка часто болеет. Диме приходится много работать, чтобы обеспечить свою семью и -помогать больной матери. Дачей заниматься возможности не стало. Тем более, что на время отпуска они всей семьёй уезжают на Волгу, в Камышин, к родителям Леночки.
  И вот, после длительных колебаний, дачу Дима продал.
  Расставаться с дачей было жалко. Сколько труда и денег вложено в её строительство и поддержание. Но главное - это память: о проведенном на даче детстве Димы, о Ларисе Михайловне, которая была и мамой и бабушкой, выращивала элитную клубнику, заваривала чай с мятой, и любила на даче принимать гостей...
  Жалко... Но всё когда-нибудь кончается. Сначала уходят из жизни - люди. А вслед за ними - всё, что им когда-то принадлежало...
  ......................................................................................................
  
  
  ДАЧИ В ШАТУРТОРФЕ
  
  Начиналась дачная эпопея намного раньше, чем мы получили свой участок.
  Первый раз это случилось, когда у Вити на работе предлагали участки. Находились они за Шатурторфом, под Шатурой. Назывался Шатурторф так недаром. Там действительно добывали торф. Раньше от Шатуры туда вела одноколейка и ходило 4 вагончика, в которых ездили на работу рабочие. Там всё время велись разработки торфа. Потом, из маленького рабочего посёлка вырос рабочий городок, и назвали его Шатурторф. Сейчас туда построены дороги, и можно ездить на машинах. Чтобы посмотреть участок, мы тоже поехали на машине. Сначала дорога шла нормальная. Построена она была по прорубленной просеке, поэтому и слева и справа от неё стоял старый лес. Постепенно дорога перешла в грейдер. А потом и вообще перестала быть проезжей. До дачных участков нужно было ещё идти пешком. По бокам на проезжей части дороги стояли машины, ну, и мы пристроили также свою машину.
  
  Оказалось, что нам предложили участок не на голом месте, а в уже построенном садоводческом товариществе. Стояли домики. Но, в связи с тем, что доставка материалов, видимо, была затруднена из-за дорог, домики все были какие-то не солидные. Вся свободная почва представляла собой утоптанный рыжий торф.
  Мы нашли домик председателя. Мне понравилось, что его домик стоял на берегу небольшого водоёма, который сделал он сам. В товариществе было несколько не освоенных участков. Мы могли выбирать любой.
  Мы посмотрели, сказали, что подумаем, и потопали назад, к машине.
  Думали мы не долго. Очень хотелось... Но, территориально - очень далеко. Мы живём на севере, а Шатуре - на юге. Да и до Шатурторфа ехать далеко - это раз. Завозить туда материалы и всякое другое - очень дорого из-за расстояния и отсутствия нормальных дорог. Поскольку мы оба работали, из-за дальнего расстояния, на дорогу будет уходить уйма времени, и на наше присутствие на даче того же времени будет не хватать. И, хотя торф - это прекрасное удобрение, у нас было сомнение - будет ли что-нибудь расти на одном торфе?
  В общем, мы подумали, подумали, и отказались... Наверное, правильно сделали.
  .....................................................................................................
  
  
  САДОВОЕ ТОВАРИЩЕСТВО - ЯУЗА 2
  
  1988 год
  
  До этого года мы, не имея своей дачи, в основном, ездили в гости к друзьям, на их дачи.
  
  И вот, наконец, подошла очередь завести нам с Витей свой дачный участок.
  
  Я работала в НПО "ХИМАВТОМАТИКА". Предприятию где-то давно были выделены участки в Хотьково, под Загорском. Рассказывали, что участки были расположены на холмах и оврагах, что затрудняло их освоение. Но, поскольку участки были распределены в первую очередь среди руководства предприятия и различного начальства, многие работы проводились за счёт предприятия. А самым удобным было то, что туда было удобно добираться на электричке.
  
  Прошло несколько лет. И вот, когда начался в стране дачный бум, предприятие выбило себе разрешение на организацию садоводческого товарищества - "ЯУЗА - 2". Правда, сделав ответственным владельцем - "НПО ХИМАВТОМАТИКА", обязали выделить большое количество участков ведущим предприятиям, относящимся к нашей префектуре, а также мелким организациям района (типа - райторга и т.п.).
  В первую очередь данные участки достались руководству этих предприятий, и только небольшая часть их - простым сотрудникам. В НПО участки распределили давно, где-то ещё в 1987 году. Но очень долго шло оформление земли и других документов. Когда в 1988 году подвели итоги, оказалось, что ряд участков "выпали в осадок", т.е. не были распределены. В основном, это были крайние участки. Часть из них вообще утонула в торфяном болоте. Тем не менее, начался на предприятии ажиотаж. Оказалось, что сохранились списки тех, кто в своё время подавал заявления, но не получил участок. Было много и новых желающих. Всё это делалось шёпотом, чтобы не устраивать на предприятии переполох. Всё равно, удовлетворить всех возможности не было.
  
  Поскольку я была, в общем-то, не маленьким начальником "в белом доме", я прослышала про эти участки от моей сотрудницы, и подруги - Виктории Яковлевны Бортнюк. Проанализировав ситуацию, я "потянула проблему на себя", и предложила себя в помощь организационной комиссии. Я начала выверять списки желающих получить дачный участок, уточнять их и т.д. Постепенно как-то так получилось, что создалась активная группа, в которую я, уже официально, вошла от нашего "Белого дома". У нас на территории предприятия основные службы и цеха находились в большом кирпичном здании. А вычислительный центр, машиносчётная станция, и проектные лаборатории ОАСУ-ХИМ, располагались в новом корпусе, оштукатуренном, и побелённом. Его почему-то прозвали - "Белый Дом".
  
  В общем, никто даже не удивился, когда в списках оказалась и моя фамилия.
  И, даже, когда все собрались, чтобы тянуть номер участка, я оговорила условие, что активная группа имеет право выбрать себе участок, а не тянуть жребий.
  
  Естественно, я привезла домой план товарищества, на котором были обозначены свободные участки, и мы с детьми выбрали себе то, что нам понравилось.
  
  Первый раз мы заехали в наше товарищество, возвращаясь с Ларисиной дачи. Оказалось, что от неё до нашего участка - 60 км. Её дача - за Дмитровым, а наша - за Загорском. А Дмитров и Загорск где-то на одной линии от Москвы, и не очень далеко друг от друга. Таким образом, на Ларисину дачу можно было ездить через нашу. Так вот, возвращаясь с их дачи на нашей машине (я, Виктор, Лариса, Олег и Танюшка), мы заехали в "ЯУЗУ - 2". Участки были уже обмерены и обозначены вбитыми колышками, на которых чернилами были выведены номера. Мы долго лазали между кустарниками и пнями, пока не нашли свой участок.
   Незадолго до этого, от предприятия собрали бригаду, даже оплатили им работу за то, что они должны были электропилами спилить деревья на всех участках. Так вот, они не только спилили, но и утащили себе на участки все стоящие деревья - на строительство, а похуже - на дрова. Поэтому-то мы и застали только пеньки, да кучу веток. Зато, корчевать нужно было уйму и маленьких корневищ и огромных пней. Но это мы делали уже следующей весной.
  
  Я писала Ёлочке в письме, в Дальнегорск, где она находилась в командировке в составе геологической партии.
  
  Четверг. 21 июля.
   ЗДРАВСТВУЙ, ДОРОГАЯ ЁЛОЧКА!
  Сегодня у меня на редкость удачный день. Во-первых, прошло общее собрание садоводческого товарищества - "ЯУЗА - 2". Меня выбрали в правление. Как члену правления разрешили выбрать участок. Я выбрала, как договорились - тот самый. Специально вкладываю тебе схемку, чтобы ты могла помечтать вместе со мной.
  Наш участок - 182. Викин - 183. И представь себе - 157 - Зибарова. Всего от ОКБА - 50 участков. В том числе от исполкома были распределены 40 участков по организациям, которые замкнуты на сам исполком. Так на участке, отмеченном звёздочкой - начальник КГБ Бабушкинского района - Парфёнов. А на участке, отмеченном двумя звёздочками - нач. РУВД Бабушкинского района - Селезнёв. У нас есть зам. директора комбината "Стройдеталь" - член правления - Оськин. А из организаций исполкома есть представители автобазы, маслозавода, гидроводхоза, военкомата, райпищеторга, ремстройцеха, дормеханизации, нач. РУВД, нач. КГБ, а также - комбината "Стройдеталь", теплопроекта, гипротрансмост, завода "Сатурн", РУНО, райсобеса, ПЖРО и РУЗО.
  Можешь себе представить - как трудно было попасть в это товарищество. Участок, как маленькая Швейцария. В общем, мы с папой довольны очень.
  В августе будет сделан вокруг садового товарищества забор (чего так и не сделали!), дороги и перевезут домик сторожа (он готов). А в следующем году проведут свет и артскважину пробьют.
  В этом году надо пробить ссуду и думать о жилье, так, чтобы с весной вывести бабу Катю с Людочкой. Конечно, это в волнах. Но, хоть помечтать.
  .........................................................................................
  
  Воскресенье. 11 сентября 88г.
   ЗДРАВСТВУЙ ДОРОГАЯ ЁЛОЧКА!
  
  "..........Теперь об участке. Ездили с папой туда 1 раз. Вырубили 1/4 часть участка - молодняка. Участок - сказка: сухой, около леска, рядом дорога. Лариса принесла кусты клубники. Мы их обмазали глиной (корни). Я подвела - загудела по скорой в больницу. Старички приехали в среду. Их не возьмёшь туда. Олег уехал на три дня с поездом "Турист" по маршруту Ленинград - Рига... Мила с приступами лежит от скорой до скорой. И папа поехал один на дачу.
   Надо выбрать место без пеньков, вырвать траву, вскопать грядку и посадить клубнику.
   Сегодня он привезёт мне в больницу плащ (завтра домой поеду сама), и расскажет, что удалось ему сделать. Но я знаю, что он, когда захочет, может всё сделать отлично.
  В этом году нужно будет поездить до заморозков, довырубить молодняк... Если удастся - выкорчевать пеньки. Успеть посадить чеснок. А весной можно будет сажать полностью всё, что хочешь. Поставить палатку, и не убирать её. Или срочно делать хозблок. Если повезёт, то стройматериалы подорожают не с 89, с 90-го года. Поэтому нужно успеть построиться за следующее лето.
  Пенсию новую будут вводить не скоро, так как в стране нет денег. Держать пенсионеров тоже особо не будут. Поэтому надо готовиться к пенсии. А как?
  Все советуют дом ставить кирпичный - это вечный. Думаю, что брусовой нам не потянуть, а щитовой - холодный. Ссуду - 5 тысяч рублей дадут в январе. За зиму надо договариваться, а весной строиться. Юра уже строит планы, но пока не кончится суд, ему, естественно, не до этого..........."
  ....................................................................................................
  
  В этом году на участок мы съездили несколько раз. Пару раз с нами ездили дети. Работу организовали чётко. Виктор и Олег топорами срубали кустарник. Я и Эля охапками сносили его к дороге, и сжигали в костре за границей участка. Нам сказали, что если жечь на своей земле, она будет прокалена, и на ней уже ничего не будет расти. А вот зола это наилучшее удобрение...
  Последний раз мы поехали на участок вдвоём. Туда выделили от предприятия на выходной служебный автобус. Места все были заняты, Зибаров даже сидел на перевёрнутом ведре. Уже были первые заморозки. Где-то к полудню пошел мокрый снег. Все продрогли и решили уезжать домой раньше, чтобы не заболеть. Но народ собирался к автобусу очень долго. Если на участке мы работали, и в движениях согревались, то, придя в холодный автобус, мы медленно замерзали в своих мокрых курточках.
  В этот год на дачу ездить было уже бесполезно.
  
  1989 год
  
  Весной все садоводы потянулись на свои участки, и мы тоже. Не все имели машины, поэтому освоили местный транспорт. Нужно было на электричке доехать до Загорска. Причём, нужно было сесть на Александровскую электричку, которая делает меньше остановок, и, естественно, доезжает до Загорска быстрее. А главное, все электрички набивались битком, и стоять приходилось всю дорогу, придерживая ногами сумки с продуктами и разной утварью.
  
  В Загорске все спешили на автобусную станцию, которая располагалась здесь же, на привокзальной площади. С неё отходила уйма автобусов в разные направления от Загорска. Интересно, что во многие местечки по маршрутам ходили даже Икарусы. И только в нашем направлении ездили разбитые маленькие коробочки - автобусы, которые по пути часто ломались. Картина посадки была просто пугающей. А водители устраивали себе на потеху ещё и "игры". За несколько минут до прихода автобуса, народ рассеивался на платформе группками, гадая, куда подойдёт в этот раз автобус. Когда автобус показывался в конце площади, или трогался со стоянки, напротив автовокзала, народ скучивался, как по команде - "На старт!", и готовился к абордажу. Автобус делал какие-то замысловатые виражи, а толпа, напоминая огромный ком людской массы перекатывался слева направо и справа налево, стараясь подбежать к автобусу быстрее. Наконец, толпа прижималась к ещё движущемуся автобусу. Кого-то намертво впечатывали в ещё закрытые двери. Все волновались - какую дверь он откроет - заднюю или переднюю. И, когда дверь открывалась, передние счастливчики, прижатые толпой, не могли влезть на ступеньки, и с трудом, волоча за собой сумки, на четвереньках влезали в автобус, а затем кидались занимать места. Автобус набивался так, что даже стоять было тесно. А ехать нужно было больше часа. Наш рейсовый автобус шёл до Закубежья, это ещё несколько остановок после нашей Александровки. Когда-то здесь была деревня Александровка и колхоз. Почему-то от колхоза ничего не осталось, только запущенные и заросшие сорняками поля. Они находились по ту сторону дороги, противоположную нашим участкам. Позже эти земли отдали под садоводческие участки московским таксистам.
  
  Автобус до Закубежья ходил редко (4 раза в сутки - правда, строго по расписанию), поэтому многие доезжали на проходящих автобусах до большого села - Константиново. Остановка была на углу, около большого каменного здания - бывшего клуба. А ещё раньше там располагалась церковь. Около этого здания был поворот на Закубежье. И по дороге в этом направлении нужно было идти пешком ещё 4 км до "Яузы-2".
  
  За конечной остановкой нашего автобуса в Загубежье, если сразу повернуть влево, через несколько км. начинается журавлиный заповедник. Перед мостом через небольшую речку (может быть это была Дубна) стоял щит, на котором было написано: "Журавлиный заповедник", а ниже добавлено "Не шуметь, не стрелять!".
  Этой дорогой мы обычно ездили, после посещения дачи Ларисы Михайловны (тёщи Олега), направляясь на свою дачу. Дорога в районе Журавлиного заповедника обычно была пустой. Недалеко от дороги мы встречали делянки с высушенным торфом. Проезжая делянки, я подъезжал к бурту торфа и старался заполнить мешок просушенным торфом. При этом оглядывался кругом - как будто кто-то подглядывал за мной. Мне было очень неудобно - мы вроде бы воровали торф, который затем на участке раскидывали по грядкам. Самое интересное, что у нас под носом в нескольких шагах был точно такой же торф, только не просушенный и не собранный.
  Если с одной стороны дороги, проложенной через Журавлиный заповедник, были старые торфоразработки то с другой строны был лес. Но деревья, были хилыми, небольшими - больше похожими на кустарник. Журавлей мы ни разу не видели. Обычно где-то далеко журчал постоянно трактор (или трактора). А в целом кругом царила тишина. Осенью над нами собирались стаи журавлей, которые учили молодых журавлей летать стаей, подчиняясь каким-то общим правилам. Отлёта стаи на юг мы никогда не видели. За то, спустя некоторое время, когда мы переехали к Эле на дачу, иногда наблюдали улетающих на юг стаи журавлей. Всегда они летели клином и слышался их рокот (при этом мы всегда вспоминали стихотворение Расула Газматова). Это было так величественно и очень красиво! А вот, когда они весной прилетают, нам не удалось ни разу наблюдать, к сожалению.
  
  В этом же направлении, не доезжая до заповедника несколько км., мы с Олегом часто ездили собирать грибы. Запомнился случай, когда мы с ним собрали около 1000 грибов - маленьких подосиновиков и подберезовиков.
  Правда, это было только раз!
  
  Когда у нас была неисправна машина, мы, как и все, ездили на участок "своим ходом", и переживали те же трудности, что и все...
  
  Все корчевали пни. Наша соседка - Смирнова Валя, наняла трактор. К нему прицепляли металлический канат с петлёй на конце. Цепляли огромный пень и трактором вытаскивали его на дорогу. Пни-то вытащили, зато весь участок превратился у неё в большие ямы и бугры, которые надо было ровнять. Мы от этого отказались.
  
  С первого же года мы начали сажать всё, что удавалось купить. По дороге на дачу, по Ярославке, в Тарасовке раскинулся большой рынок саженцев и рассады. Каждый раз мы останавливались около него. Во-первых, было интересно пробежаться по нему, посмотреть и узнать - что вообще выращивают люди. Каких только цветов не продавалось там в виде рассады. А саженцы! Иные названия сортов мы вообще раньше не знали. Считай, 80 процентов наших посадок мы приобрели на рынке в Тарасовке. Но были и исключения. Всё та же - Валя Смирнова (соседка по даче) заказала в питомнике саженцы яблонь на себя, меня и Вику. Саженцы были небольшими, упакованные в целлофановые мешочки, с бирочками, на которых были написаны сорта.
  
  Какие-то саженцы покупал Виктор в специализированных магазинах - "Садовод". Один раз ему удалось купить двойной саженец в магазине недалеко от работы. Как потом оказалось, основной ствол раздваивался, и на каждом боковом стволе, видимо, были привиты разные сорта (места прививки видны не были, а от корней вверх шли два тоненьких прутика высотой в 1,5 метра). На одном стволе вырос сорт - "ПАПИРОВКА", а на другом, - "МЕЛБА". Яблоня разрослась, и всегда радовала нас отменным урожаем. Не заметили как, наверное, от жадности, у нас оказался посаженым большой яблоневый сад - штук тридцать (26) яблонь разных сортов, включая и яблони с райскими яблочками. Жаль только, что почему-то не попалась нам ни разу антоновка. А, может быть, мы покупали антоновку, а потом оказывалось всё что угодно, но только не она.
  Посадили мы и иргу. Это маленькие синие ягодки, очень вкусные. Но собирать мы их не успевали, так как всегда нас опережали птички.
  По обе стороны дорожки, недалеко от калитки мы посадили барбарис, причём разных сортов. Один - тёмнофиолетовый, а другой - яркозелёный. Кусты впоследствии разрослись так, что между них было трудно проходить, так как они цеплялись за одежду своими колючками, и больно царапали руки. Ягод было много. Мы их частично собирали для того, чтобы потом добавлять в плов.
  Посадили несколько кустов жимолости. Ягоды небольшие, синие, очень сладкие и вкусные. Они созревали рано и радовали внуков.
  
  Однажды мы купили в Тарасовке орешник. Как сказали ребята, орех был привитый, культивированный. Купили два дерева, так как говорили, что по одному - он не плодоносит. Одно деревце у нас погибло. Второе разрослось. Но, на нём не было орехов. И только несколько лет спустя выросло сначала несколько орешков. А на следующий год мы собрали целое ведро. Как потом оказалось, в лесу, недалеко от нашего участка вырос молодой орешник. Вероятно, на расстоянии деревья "нашли друг друга".
  А сегодня ореховое дерево превратилось в разросшуюся кудрявую махину, орехов даёт немало, но никто их не собирает.
  
  А ещё у нас росла на участке черноплодка. Её мы не покупали, а привезли из сада моей сотрудницы - Людочки Кондрашевой.
  
  Людочка же жила с мамой и сынишкой, в загородном собственном доме с садом, огородом, и всеми вытекающими из этого последствиями.
  С мужем она давно развелась, и Антошку воспитывала одна. Ну, почему - одна? Конечно - с мамой. Мама была уже не молодой женщиной. Но, как могла, старалась поддерживать дом и посадки в порядке, ну, и конечно, ухаживала за внуком, когда Людмила уезжала на работу в Москву.
  Дом был большой, сад и огород - тоже. Поэтому Людмила "пахала" наравне с матерью.
  Мы как-то с Виктором напросились к ней в гости. Получилось этот так. Однажды Викуля с Юрой привезли на дачу отводки кустов чёрноплодной рябины. Я спросила - откуда она их взяла. Вика ответила, что ей их привезла из своего сада Люда Кондрашова. Ну, конечно, буквально на следующий день, придя на работу, я стала просить Люду - "И я хочу! И - мне тоже!". Людочка сказала - "Берите сколько хотите. Только - приезжайте, и выкапывайте сами". Мы сразу же вспользовались предложением, и в выходные дни сначала съездили к Люде, а потом отвезли черноплодку на дачу и сразу же посадили.
  Когда мы ехали к Люде, - в деревне немножко заплутали. Нас разыскал Антошка - её сын, приехавший на велосипеде. Попав к Люде, и посмотрев, как они с мамой живут, я поняла - какой огромный труд требуется для того, чтобы поддерживать порядок в их большом хозяйстве.
  На улице капал дождь. И наша обувь, естественно была грязной. Но увидев чистые дорожки, расстеленные от крыльца по всему дому, мы сами догадались - сразу же стали разуваться, оставив обувь на крытом парадном крыльце. А когда Люда нас повела в сад, нам выдали специальные калоши, которые стояли рядком на заднем крыльце.
  Люда помогла Виктору выкапывать из разросшихся зарослей рябины молодые кусты. От жадности, мы загрузили весь багажник машины черноплодкой. А потом нас позвали пить чай с мятой и листьями черной смородины. В доме пахло свежестью, какими-то сухими травами, и была такая чистота, и порядок, что я подумала - и мне бы так дома, да - не получается...
  Впоследствии черноплодка у нас тоже разрослась. Из неё у нас получалось вкуснейшее вино. Нужно только было не упустить момент, и во время её собрать. Однажды, приехав на выходные на дачу, мы к сожалению, не нашли на кустах ни одной ягодки. Мы подумали, что кто-то залез, и обобрал ягоду. Но нам объяснили, что это делают дрозды. Они специально высматривают - где созрела ягода, потом, как по команде, вся стая налетает на кусты, буквально облепив все веточки, и склёвывают все ягоды в один миг...
  
  Но это я немножко забежала вперёд, а лучше вспоминать и рассказывать обо всём по порядку.
  
  Первый, и самый важный расход - первый взнос - 360 рублей.
  Собралось правление садоводческого участка и постановило, что на всякие первостепенные работы потребуются деньги, это - строительство дорог, пожарной канавы вокруг всех участков, вырубка деревьев и т.д. Стоимость работ раскинули на всех садоводов, получилось - по 360 рублей для начала.
  
  В 1988 году мы уже начали делать маленькие покупки для дачи.
  
  В первую очередь мы купили:
  - топор за 1р.20.
  - затем купили: лопату, грабли, тяпку и маленький топорик, всё это за 6-50р.,
  - и ещё один топор за 3-50р.
  - купили гвоздей 4 кг. Х 0,89 = 3,56р.
  - и ещё 4 кг. Х 0,90 = 3,60 р.
  - серп за 1,50р.
  - шурупы - 1р. и
  - какой-то бак за 1 р.
  - торфяные горшочки для рассады - 3,60р.
  
  Купили рассаду:
  - смородина - 18р. и
  - клубника - 30 рублей.
  - семена овощей на 4 р.
  
  - за корчёвку больших пней заплатили - 100 рублей.
  
  - купили тележку навоза за 10 рублей, и
  - опилки - 10 р.
  
  
  Дачный сезон начинается обычно ранней весной. Мы строили планы всю зиму. Но ездить по морозцу мы ещё не решались. Однако, в марте мы купили кое-какой дачный инвентарь. Кое-что докупали за лето.
  
  Мы купили:
  - вилы - за 3 р.
  - лопата - 2,60 р.
  - вилка - 1,20 р.
  - лейка - 3,10 р.
  - пила - 3,80 р.
  - кусачки - 1,70 р.
  - стамеска - 3,70 р.
  - рубанок и нож - 5,80 р.
  - 2 молотка - по 2,50 р.
  - долото - 1,80 р.
  - ручной опрыскиватель - 5,0 р.
  
  Всё купленное надо было где-то хранить. Мы взяли пример с Вики Бортнюк, моей подруги и соседке по даче слева. Она выкопала на участке яму, и закопала в землю ящик. Правда, это стало возможным только тогда, когда сошли весенние грунтовые воды. Тем не менее, на случай дождей, всё, что складывалось в ящик, заворачивали в плёнку, или плёночный мешок. Когда уезжали на неделю, ящик присыпали соломой, хворостом. Я помню, что и потом, летом, мы использовали этот ящик как холодильник, пряча туда продукты от полевых мышей.
  
  В первый год, заборов между участками ещё не строили. Поэтому, общались мы просто - пересекали условные границы, обозначенные колышками, "пешком".
  
  Рядом с нашим участком располагался участок моей подруги - Виктории Яковлевны Бортнюк.
  Мы с ней дружили все 10 лет моей работы в НПО "ХИМАВТОМАТИКА", и дружим с ней до сих пор. Это удивительная по своей судьбе женщина. По возрасту в лаборатории она не была старше всех. Тогда ей было, где-то около сорока. Но для всех она была подругой, мамой, сестрой. Работала в ОКБА она уже давно и знала, казалось, всех. А самое главное, будучи со всеми в приятельских отношениях, она в мгновение ока могла решить любой организационный вопрос, подписать по инстанциям и затем у начальства любую бумагу, особенно, когда эти бумаги касались денежной премии. Так же она дружила со всеми сотрудниками в министерстве, особенно в нашем родном отделе АСУ. Когда я ей сказала, что при моём приёме на работу мне отказали в переходе переводом (это прерывало непрерывный стаж), она удивилась, почему сразу же не обратилась к ней, она в кадрах всё уладила бы. Но тогда я ещё не знала о её "всемогуществе".
  
  Через неделю, как я перешла в ОКБа, мне исполнилось 45 лет. Мне готовили подарок от лаборатории. В ОКБа была своя стеклодувная мастерская. Кроме основной продукции, предназначенной для приборов, мастера выдували потихоньку ширпотреб, который быстро расходился между работниками ОКБа. Выдуваемое стекло было не прозрачным, а переливающееся перламутровыми и радужными разводами. Было стекло и перламутро-золотого цвета. Пользовались успехом заварные чайники, в горлышко которых вставлялась колба с дырочками внизу. В колбу засыпалась заварка, а в чайник - кипяток. Особенно ценились самоварчики, величиной с графин. Через настоящий краник можно было разливать напитки, залитые в самовар. Но это было по форме трудоёмкое литьё. Поэтому купить такой самовар было нелегко, так как их отливали мало. Но, поскольку всё это шло опять же через Вику, со временем она мне такой самоварчик достала. У нас дома до сих пор сохранился такой самоварчик - память об ОКБА.
  
  А в день рождения в этом году, Вика решила проверить, понравится ли мне какое-нибудь изделие из такого стекла. Она поставила на своём столе красивый графин, внутри которого танцевал чертёнок. Я подумала, что, это, вероятно, подарок мне на день рождения, и сделала вид, что не заметила графинчик. А Вика решила, что меня такие вещи не интересуют. Побежала в магазин, и они мне подарили деревянный декоративный кофейник. Я в нём впоследствии копила перегородки от грецких орехов для будущих настоек. Вот так.
   Иногда не нужно скрывать свои мысли, а стоит и повосхищаться чем-либо, чтобы получить желаемое. Правда, позже, через ту же Вику я приобретала многие стеклянные безделушки. Очень тонкая и изящная работа выполнялась к каждому новому году. Они выдували зверушек - лошадок, извивающихся змей и т.д., соответствующих символам наступающего года. Но они были хрупкими, и почти все за долгие годы хранения в доме, сломались или разбились.
  
  Виктория Яковлевна была не только моей любимой подругой. Её любили все.
  Она была необыкновенной женщиной - и внешне, и характером. В её общении с людьми оставалась какая-то особая вкрадчивость, в хорошем смысле этого слова, мягкость, обаяние. Люди тянулись к ней. Она ничего для этого не делая, притягивала к себе людей. Ей хотелось открыть душу, пожаловаться на жизнь. Она умела выслушать, а главное - всегда была готова помочь. У ней был какой-то особый талант - дружить со всеми и быть полезной всем. Казалось, что благодаря её характеру, она должна быть счастливой. Но - нет... Счастья ей выпало слишком малая часть от того, что она раздавала людям.
  На работе она была незаменимой. Дело в том, что мы разрабатывали много директивных документов, которые необходимо было согласовывать со многими службами, и подписывать многими руководителями, особенно - в министерстве. Виктория Яковлевна проделывала это виртуозно. Мне казалось, что она знакома со всем многотысячным коллективом ОКБА и министерства, знает каждого, и про каждого - всё. Люди тянулись к ней со своими радостями, больше - бедами, за её советами, сочувствием и помощью. И как только её хватало на всех? Ну, а среди всех документов, которые она помогала оформлять, проталкивая их по всем инстанциям, конечно, были - премии, которые нам иногда выделялись министерством.
  
  Насколько я помню (могу в чем-то и ошибаться за давностью лет), она с семьёй приехала из Грузии. Её муж был военным, и там служил. Оттуда его со временем перевели в Москву. У них родились два сына - Саша и Жорик.
  Муж безумно любил Викторию, но ревностью мучил и изводил её всячески, издеваясь над ней и по кажущейся причине и без причины вообще. Я помню слово - "гнус". Только так она называла мужа, когда о нем заходила речь. Видно здорово он её измучил своими домаганиями.
   Выпивая, в порывах всё той же ревности, мог поднимать на неё руку.
  Вика долго терпела, и, наконец, не выдержав издевательств, вместе с мальчиками и старенькой мамой - ушла от мужа на частную квартиру. Он долго преследовал её, извинялся, плакал, уговаривал вернуться. Но Вика к нему не хотела возвращаться...
  Безусловно, поклонников у неё было много. Но она как-то сразу пресекала любые ухаживания, переводя их в шутку.
  Я уже упоминала, что наша лаборатория занимала две комнаты: большую и маленькую. Вика сидела в маленькой комнате. Наша лаборатория отличалась сплоченным коллективом. Но в маленькой комнате собралась особенно дружная группа.
  В маленькую комнату забегали, чтобы пожаловаться на кого-то или на что-то, посоветоваться, и, в конце концов, просто - узнать последние новости, которыми всегда владела наша Викуля. Новости, чаще всего касались вопросов повышения или размеров премии, а главное - будет ли она и когда...
  Мы все держали в столах маленькие кипятильники, и временами заваривали себе в кружках чай. Рано или поздно, кружки внутри становились коричневыми от чайного налёта. Мне почему-то запомнилось, как Вика брала в руки такую кружку и протирала её внутри белым листом бумаги. Я раньше не знала, что так сравнительно легко можно было очистить кружку от чайного налета. Дома иногда моешь чашки со средством для мытья посуды, и то не можешь очистить сразу, а тут, оказывается, всё так просто.
  В эту комнату не только любили забегать девочки из нашей лаборатории, но и сотрудники из всех других отделов. И вот я стала замечать, заходя в маленькую комнату, что там частенько стал появляться незнакомый мне средних лет мужчина. Как потом оказалось, зовут его - Юрий Дмитриевич, и он влюбился в нашу Викулю. Ухаживал он за ней долго, упорно. Он работал не в ОКБА, и приходил в нашу организацию по работе. Но большую часть времени своих "местных" командировок он проводил в нашей маленькой комнате. Скоро все с ним перезнакомились, и даже привыкли к нему, когда он превратился в тень Виктории...
   Юрий жил вместе с мамой, в небольшой квартире, недалеко от Зоопарка. Вика позже рассказывала, что, если жаркими ночами приоткрывать окна, то слышится рев диких зверей.
  Первое время, она встречалась с Юрой у них дома только вечерами. Нужно было возвращаться домой, к сыновьям и маме, которая старалась вести их маленькое хозяйство, и обихаживать внучат. Мальчишки росли шаловливыми.
  Юра старался окружить Вику заботой, вниманием, и защитой, которой ей так не хватало в личном плане. Ему удалось постепенно завоевывать её сердце и расположение. И вот Вика, наконец, сдалась.
  Когда Юрина мама умерла, Вика переехала к Юре со всей своей семьей.
  Когда настал момент, и я ушла на пенсию, многие попали под сокращение, или же уволились, по каким-то другим причинам, сами. Вика тоже ушла из ОКБА. Она устроилась на работу в какую-то фирму, продававшую стиральные порошки и другую подобную продукцию. Мы стали встречаться реже - только когда одновременно приезжали на дачу.
  Когда мама Вики была ещё жива, а Вика ещё работала, она привозила маму на дачу, и она жила там подолгу.
  Устав от дневной дачной работы, я приходила к ним попить чайку. Кроме того, у Вики всегда было что-то вкусненькое.
  Вырос старший сын Вики - Саша. Появился внук - маленький Александр, который практически рос на Викиных руках. Она приезжала с ним, с Юрой и мамой на дачу.
  Настал момент, когда мама заболела и слегла в постель, постепенно угасая.
  Вика рассказывала, что в последний день своей жизни, мама неожиданно села на кровати, и стала одеваться. Вика спросила - куда это она собралась. Та ответила - "Надо идти... Надо". Она собиралась в последнюю дорогу...
  Интересно, что я не раз слышала рассказы о том, что перед смертью многие куда-то стремятся уйти, куда-то пробуют перебраться со своего места, и что-то другое происходит в этом же духе. Что их зовет, или тянет к себе?
  Я помню, нам рассказывала тётя Таня - сестра матери Юры Ануфриева (мужа Стэллы), что когда на её глазах умирала Екатерина, Стэллина свекровь, она, лежавшая последние дни практически без сознания, вдруг очнулась, смогла спуститься с дивана, и поползла к двери по ковру...
  Бегут ли они, стараясь из последних сил убежать от смерти, или спешат навстречу её зову? Это знают - только они...
  Время продолжает поглощать всё, что уже нами прожито, и накрывать своей тенью проявляющееся будущее...
  Однажды Вика долго не появлялась на даче. А когда приехала, я её не узнала. Она часто любила очень коротко стричь волосы. А в этот раз её коротко стриженая голова стала седой.
  Умер её младший сын - Жорик... Не хочется здесь писать о чужих бедах. Но причина была... И, теперь уже не важно, какая это была причина. Не стало молодого парня... Постепенно - все забудут о нем. И только мать будет оплакивать его до конца своей жизни, так как сердце ничего не забывает - ни секунды мимолетного счастья, ни безумную боль дорогих сердцу потерь.
  Настал момент, когда мы с Виктором перестали ездить на свою дачу. С Викой мы перезванивались. Старший сын Саша жил отдельно. Внук вырос.
  Вика с Юрой жили вдвоем. Однажды у Юры случился инсульт. Вика выходила его. Она мне говорила, что, если когда-нибудь она вдруг останется одна, она постарается уехать из этой квартиры.
  Мы дружили с Викой всё время моей работы в ОКБА. Но особенно нас с Викой и Юрой сблизило получение дачных участков, которые оказались рядом. Поэтому наша дружба продлилась ещё на много лет.
  Последнее время Викин телефон мочит. Может быть, она сменила мобильник? Или?...
  В общем, пока у меня от неё нет никаких известий.
  
  За Викиным участком - был участок Женечки Зибарова, тоже нашего сотрудника.
  Он пришел к нам в лабораторию не с первого года моего пребывания там. Но сразу же стал для всех настолько своим, что всем казалось, что он с нами был "вечно".
  В ОКБА, в штабе Гражданской обороны работал его отец. Штаб находился в подвале основного корпуса. Женя во время дежурств отца, частенько навещал его. Иногда, когда отец из дома приносил с собой на дежурство домашние обеды, Женя мог у отца перекусить.
  Женя был высокого роста, седой не по возрасту, не то, чтобы толстый, а просто - представительного телосложения. По натуре - очень исполнительный и очень деловитый. Научные проблемы его не трогали. Зато, все хозяйственные проблемы он разрешал в два счета. Поскольку у нас был в основном женский коллектив, Женя был нашим общим "братом", "мужем", "отцом".
  С какими только просьбами к нему не обращались... И никогда не было отказа. Только - помощь и дружелюбие.
  Он очень хорошо ко мне относился. Иногда говорил - "Знаешь, Ираидушка, за что я тебя люблю? У тебя глазки зауженные. И мне иногда кажется, что ты наших кровей, и моя родня...". А глазки у меня не были узкими. Просто при большой близорукости я всегда немного щурилась, даже в очках.
  Так получилось, что, когда нам выделялись дачные участки, Томасыч, как мы его всегда звали, получил участок рядом с Викой. Наш и Викин участки располагались по крайней линии, вдоль небольшой пожарной канавы и лесопосадочной полосы, разросшейся в небольшой перелесок.
  По улице, за нашим рядом участков, располагался ещё ряд, примыкавший своими "задами" к нашим участкам. Так вот, Томасыч был соседом Викули со стороны второго ряда. Сначала они не отгораживались друг от друга. Только была вырыта между участками отводная дренажная канава. Однажды Вика привезла и посадила вдоль этой канавки, на своем участке кусты малины. Поскольку отец Жени, ушедший к тому времени на пенсию, находился на даче и в будни, однажды, в отсутствие Вики, выкопал эти малиновые кусты и посадил у себя на даче. Вика переживала очень, но не стала заводить разборок. Она была выше этого. Они с Юрой просто после этого случая отгородились от участка Зибаровых, установив забор из металлической сетки.
  Во времена нашей бытности на даче, Женечка был таким же незаменимым помощником и другом, как и на работе. Мы не уставали им восхищаться, и завидовали его жене в плане того, что наши мужья не были такими же хозяйственными умельцами.
  Женя первый установил хозблок, обустроив его под миниатюрный комфортный и уютный изнутри домик. У него у единственного на наши два ряда была настоящая работавшая колонка с водой. Пока мы не пергородились заборами, все бегали к нему на участок с ведрами за питьевой водой.
  Женя не раз помогал нам и советами и реальной помощью. Руки у него были "золотые".
  В нашу последнюю весну, когда мы приехали на дачу, обживая наш новый дом, к нам пришел в гости Женя. Мы сидели на кухонке, за столом из гарнитура - "Ладья", тогда очень модным. Было, как всегда - что выпить, и чем закусить. Женя сидел с нами, был бодрый, весёлый. Но новости, которые он нам рассказал, были грустными. Он тяжело болен. У него нашли рак, кажется, - толстой кишки. Кишку вырезали, и вывели наружу. Из неё все отходы выделялись в специальный сосуд, прикрепленный к поясу на животе. Сначала его жена, по необходимости, промывала его. Потом Женя стал ухаживать за собой сам.
  Мне Женечка запомнился ещё тем, что, каждый Новый Год, первый поздравительный телефонный звонок всегда был от него. Я к этому привыкла. И удивлялась - как можно почти сразу же после боя курантов отвлекаться от гостей, и звонить кому-то по телефону.
  Но вот наступил очередной Новый Год, а звонок не последовал...
  
   За нашим участком, рядом с участком Жени Зибарова была - Оксана. Её семья, во главе с ней - это было что-то!!! Ну, во-первых - её муж, Женя. Маленький, рыжий пьяница. Он не просыхал вечно. Если и видели его трезвого, то это было ненадолго... Единственная их дочка - Люда, редко появлялась на даче. Она была замужем. У неё была маленькая дочка. И, хотя она жила в семье мужа, жизнь у неё не складывалась из-за свекрови. А, может быть, по другим причинам. Оксана всё время помогала ей, чем могла, покупала внучке Иришке одежду, продукты.
  
  Ну, и, наконец, несколько слов о самой Оксане. По своей натуре она представляла себя торгашку до мозга костей. Она и мыслила-то особыми категориями - "на чём бы ещё сделать деньги?". Но надо отдать ей должное, она была очень боевой, общительной и неуёмных организаторских способностей. Она работала начальником диспетчерской службы в большом гаражном предприятии. Может быть, работа сделала её такой, или она нашла себя в этой работе, какая разница. Но начинала она свою карьеру в этом же гараже в качестве обычного водителя. Однажды она попала в аварию. У неё ампутировали пальцы обеих ног, осталось, после операции, много швов на теле. Вот тогда-то её и перевели на работу в контору диспетчером. А дальше, за много лет карьеру она уже сделала себе сама. Она дружила со всем начальством, умела "жить" сама и давала "жить" другим. Все водители и машины умело управлялись ею. В общем-то, это был своего рода талант. Кроме того она дружила с работниками ГАИ своего района, помогая своим шоферам. И Виктор (мой муж) пару раз пользовался этой оказией. Жила она в доме напротив нашего - через улицу Бестужевых, рядом с нашей стоянкой.
  
  В нашем товариществе, как я уже упоминала раньше, дачные участки получили многие организации. От их гаража тоже было несколько представителей. Нам посчастливилось стать соседями самой Оксаны. Неподалёку, на следующей линии был участок главного бухгалтера их фирмы. Позже мы познакомились с Левоном, шофёром их гаража, который кое-что и нам подвозил на своём грузовике (он тоже был членом нашего товарищества). Был ещё кто-то...
  
  
  Первое впечатление от Оксаниного Жени было неприятным. Когда никого не было на дачных участках (то ли из-за погоды, то ли в будничные дни, когда все были на работе), Женя бегал по чужим участкам и стаскивал к себе спиленные брёвна или плохо лежащие стройматериалы. Нас это возмутило. Мы даже выговорили ему и Оксане по этому поводу. Это же обычное воровство. Причем - у своих же соседей. Но Оксана отмахнулась, сказав, что это его дело, и она за него не отвечает...
  
  Оксана одна из первых привезла к себе на участок списанный на работе синий фургон. Через некоторое время такие же фургоны стали появляться и на других участках. Мы спросили, может ли она достать фургон и нам? Оказалось, может.
  И, действительно, через некоторое время появились фургоны у нас, у Вики, и у Смирновой Вали, нашей соседки справа.
  
  В апреле же купили:
  
  - фургон за 53 р.
  - перевозка фургона, плюс кран при погрузке на машину - обошлась - 100 р.
  - за установку фургона краном на участке - 30 р.
  - Оксане за организацию перевозки - 5 р.
  К фургону купили:
  - замок - 5 р.
  - ключи - 2 р.
  
  Поскольку фургон привезли без нас, а заборов между участков не было, краном закинули фургон на наш участок в правый угол в конце у дороги. А у нас по замыслу он должен был стоять в другом конце участка у задней стены будущего дома. Когда мы приехали, восторгам нашим не было конца. Для нас, как "любимых" соседей (с самого начала Оксана старалась с нами сдружиться, тем более, что мы жили в соседних домах), Оксана подобрала нам фургон, хоть и списанный, но в прекрасном состоянии. Я раньше не интересовалась - что собой представляет фургон. А на самом деле, это прекрасный "домик". Сверху - железные толстые листы, покрашенные в синий цвет. Под ними - утеплитель из листов толстого пенопласта. Внутри - остов из толстых деревянных брусов, обшитых опять же железом. Пол представлял собой опять же - железный низ, уложенный по нему деревянный пол и сверху - железный настил. Снаружи - огромная щеколда во всю дверь. На неё мы навесили замок...
  
  Теперь уже мы спокойно могли привозить и оставлять в фургоне всё своё имущество. А пустые на дачу мы никогда не ездили. Как позже я любили шутить - "Все помойки были наши"... И, действительно, все деревяшки, выбрасываемые и складываемые на площадку около мусорных баков, подбирались не только нами. Строительные материалы были дефицитом, деньги лишние у нас, как и у большинства "совков" тоже не водились. Поэтому что же удивительного в том, что все старались подобрать выброшенное другими и им не нужное, но нам - необходимое. Но, естественно, основные траты производились за наши кровные деньги.
  У той же Оксаны мы купили две больших фляги, которые установили в фургоне. В них мы сливали хорошую питьевую воду, которую привозили из Москвы. Пару раз в одной из фляг ставили брагу, а однажды у соседа даже гнали свой самогон на оборудовании Жени.
  
  - две фляги - 10 р.
  
  Позже (через 3-4 года, а до этого после поворота у последней колонки набирали воду в пластмассовые и одну алюминивую канистры) стали ездить с флягами в Константиново. Там, на повороте дороги, недалеко от клуба стоит колонка. Около неё постоянно останавливаются водители - набрать водички. А те, кто ждёт автобуса, просто подходят помыть руки или напиться из ладошки холодной свежей водички.
  
  Вспомнив о флягах, мы с Виктором рассмеялись. Зибарыч - (чтобы его не путать с Оксаниным Женей, мы звали Женю Зибарова - ЗИБАРЫЧ) сказал, что он опробовал систему самогонного аппарата, и первачок получился - что надо! Мы, конечно, забросали его вопросами - а - как? ... и - что?...
  Оказалось, что для начала Женя поставил брагу: - в большую молочную флягу всыпал сахар, залил водой, и добавил дрожжи. Когда всё это перебродило, - перегнал... и - получилось то, что "доктор прописал".
  
  Мы, точно соблюдая пропорции, в своей фляге поставили брагу...
  Ждать положенное время у нас терпенья не хватило, и мы попробовали по глоточку, чтобы узнать - что же получается в процессе броженья. На вид жидкость во фляге была мутного цвета. На вкус - сладкая, напоминающая забродивший квас. Но ничего. Вроде вкусно, градусов не чувствовалось. Время шло к обеду. Мы позвали Зибарыча, чтобы он попробовал брагу и определил - почему не чувствуется никакой крепости. По нашему мнению, по мере брожения должна появляться и крепость. Сели обедать. И всем налили для пробы по кружке. Зибарыч сказал - "Молодая брага. Ей ещё стоять и стоять...". Но не выливать же налитое в кружках. Наоборот, под картошечку с тушенкой мы даже выпили бражки - ещё по кружечке, потом - ещё. Как-то стало на душе радостнее, теплее. Беседа потекла живее и интереснее.
  Не знаю - как это получилось, но под конец обеда язык начал заплетаться. Обед перешел в ужин, после которого почему-то захотелось отдохнуть. Зибарыч поплелся в свой хозблочный домик, а мы, не убрав со стола грязную посуду, перебрались на свои кровати...
  
  Утром мы удивлялись происходившему накануне. Не поверили, и решили проверить... Мы подумали - неужели брага такая крепкая? Наверное, зависит от количества. Позвали опять Зибарыча, и спрсили - гнать пора? Вроде бы крепкая? Он ответил - "Нет. Перебродившая брага уже не должна быть сладкая, а ваша -как квасок".
  Продолжили обсуждение за завтраком, определяли за ночь уменьшился ли вкус сахара или нет.
  Кончилось всё тем, что, когда мы решили, наконец, перегнать брагу, фляга была уже пустой...
  
  Ещё нас сейчас удивляет очерёдность наших покупок. Насчет этого определенных планов мы не составляли. Во-первых, мы ещё не знали - без чего невозможны первоочередные дачные работы. Во-вторых, не всё можно было купить в магазинах. За некоторым дефицитом нужно было и побегать. Поэтому многие покупки мы делали по наитию.
  
  Интересно, что одной из первых покупок была ...?
  
  - шашлычница- за 18,50.
  
  Всё-таки, наши ежегодные поездки на машине в отпуска, в том числе и дикарями, отложили свой отпечаток романтики, но в то же время и возможного комфорта "на колёсах". Шашлычница, это, конечно, не первая необходимость, но приятно... А вот первой необходимостью, конечно, было приобретение плиток и печек для приготовления обедов.
  
  - плитка - 18 р.
  - печка - 40 р.
  - трубы для печки - 13,80 р.
  - газовая печка - 23, 70 р.
  - 2 баллона - 18 р.
  - баллончики - 5,20 р.
  
  У меня в расходно-учётной книге за те года, записано, что мы купили газовую печку. Наверное, я так обозвала газовую плитку с баллончиками. Мы потом регулярно заправляли в них газ, который быстро кончался. Заправляли мы его около ж/д станции - "Лосино-Островская". Там таких же, как мы, с баллончиками выстраивалась огромная очередь. Окошечко зачастую бывало закрыто. Все интересовались - "Газ привезут?". И, если слышали в ответ - "Да", спешили занимать очередь. Когда привозили газ, его даже некоторые спешащие "очередники" помогали разгружать. Но нужно отдать должное, отпускали газ быстро. Процедура сводилась к тому, что у нас брали пустые болончики, давали в обмен полные, проверив их на наличие газа быстрым прикосновением ключа (раздавалось шипение), получали деньги, и... собственно всё. Очередь таяла на глазах. Последним газа могло и не хватить...
  Среди первоочередных покупок, естественно, был умывальник.
  
  - умывальник 3,0 р.
  
   Мы даже сделали для него настоящий остов. Из какой-то старой тумбочки выдрали сломанный верх, вставили в него старую раковину. Сзади приделали что-то вроде деревянной решётки, в середине которой прикрепили умывальник. А слева и справа закрепили полочки под мыльницы и мочалки.
  
  Любопытно, что на дачу мы приволокли, (естественно, довезли на машине), ещё несколько выброшенных кем-то раковин. Среди них была одна большая, двойная, чугунная, и ещё одна чугунная, а позже - алюминиевые раковины... Мы туда и свои старые раковины привозили после ремонта в доме. А один раз привезли старый наш унитаз. Интересно, для чего?
  
  В Москве, напротив нашего дома был детский сад. Однажды мы нашли около их ворот выброшенные старые детские стульчики. Мы их тоже оприходовали. Они были сделаны из металлического остова, а сидения обтянуты дермантином. Мы, конечно, тут же отправили на дачу. Нужно сказать, что они долго нам служили. Поскольку мы пользовались первое время своим маленьким походным столиком, сидеть на этих стульчиках было удобно, особенно детям. А я пользовалась ими, когда приходилось, например, обрабатывать клубнику и подолгу сидеть на одном месте. Чтобы стульчики не проваливались ножками в землю, мы приспособили под них дощечки...
  
  Купили раскладушку, которую хранили в фургоне, и, при необходимости, могли её там раскладывать для гостей.
  
   - раскладушка - за 7 р.
  
  Ещё купили два надувных матраца, которые могли служить постелями в палатке или фургоне, а то и просто на улице.
  
  - 2 матраца - 31, 4 0 р.
  
  А в основном, для ночёвок, в первое время мы использовали машину. А потом, когда земля просохла, и стало теплее, мы привезли и разбили на участке палатку, с которой мы ездили в отпуска. Чтобы не было холодно, мы пару раз съездили на колхозные поля и стащили приличный стожок сена. Застелили сеном пол в палатке, сверху - покрывало, потом простыни и тёплые одеяла. Спали, как на сеновале. А аромат от сена - опьяняющий запах трав... И не жёстко.
  
  Правда, осенью, когда мы решили палатку по холодам свернуть, оказалось, что весь её "пол" прогнил. Видимо, за лето вода от дождей попадала под палатку, а когда низ палатки прогнил, уже подгнило и сено. Надо было палатку ставить не на голую землю, а на какой-нибудь настил. Ну, что говорить, когда всегда живёшь "задним умом", а возврата назад уже нет. И всё-таки, спасибо нашей палатке. Она нам послужила последний раз, и выручила отлично. Ведь, мы в ней ночевали даже с внучатами...
  Устроившись с ночлегом и приготовлением еды, мы занялись тем, чем занимаются миллионы дачников - выращиванием овощей, деревьев, цветов.
  
  Мы для этого купили:
  
  - ящики под рассаду - 8,10 р.
  - горшочки торфяные под рассаду - 2,70 р.
  - земля для рассады и удобрения - на 15 р.
  - и ещё земля - на 4,50 р.
  - удобрения и птичий помёт - 15 р.
  - ещё какие-то удобрения - 6 р.
  - и ещё удобрения - 0,56 р.
  - и ещё птичий помёт - на 6 р.
  
  В этом году мы рассаду дома никакую ещё не сажали. Поэтому, в основном, покупали и сажали саженцы.
  
   Купили и посадили:
  
  - саженцы - три малины и 1 яблоня - 10 р.
  - и ещё саженцы малины и вишни - 6, р.
  - саженцы яблонь - 15,20 р.
  - и ещё саженцы яблонь - 15,20
  - клубень пиона - 3,0 р.
  
  Но хотелось уже в этом году посадить и попробовать вырастить свой огурчик и помидорчик. Странно, но зелень, к которой мы пристрастились много лет спустя, нас тогда не интересовала.
  
  Мы купили семена:
  
  - семена - 5,0 р. + 1,0 р.
  
  Но семена нужно было куда-то сажать. Мы приобрели:
  - теплица - 47 р.
  - теплицу - 50 р.
  - парник - 10 р.
  - плёнка - 1,88 р.
  - леска - 3,10 р.
  
  Теплица называлась - "Урожайная". Собирали мы её сами. Состояла она из алюминиевых трубок и соединительных патрубков. Сверху она накрывалась плёнкой, которая прикреплялась к трубкам специальными металлическими прищепками со специальными прокладками типа изоляционной ленты, разрезанной по внутреннему размеру стальной жёсткой прищепки. Из двух теплиц мы собрали одну, зато, довольно высокую (что, впоследствии, нас привело к необходимости построить большую теплицу и очень высокую - 2,5-3 метра по центру). Внутри теплицы мы сделали две грядки - слева и справа от входа.
  
  А парник представлял собой несколько полукруглых металлических обручей. Концы их втыкались в землю над грядкой. А сверху накрывалось всё это плёнкой. Прищепок никаких не было. Поэтому концы плёнки придавливались к земле деревяшками и кирпичами или камнями.
  
  Как только посадили что-то в землю, остро встал вопрос с водой. Мы приезжали, пока работали, только на выходные, да в отпуск. В наше отсутствие, растения, естественно, никто не поливал. Поскольку рядом с участком проходила пожарная канава, в ней долго ещё после весны сохранялась вода. Мы, как и многие другие наши соседи, брали воду из этой канавы, предварительно дополнительно выкопав в канаве глубокую яму. Когда она просыхала, за водой ходили в лес. Там была большая яма (лужа), в которой вода держалась ещё какое-то время.
  
  Многие начали бурить скважины на своих участках. Первым пробурил у себя скважину и установил колонку - Зибарыч. К нему стали все бегать с вёдрами за водой. Ему, конечно, это было хлопотно, но он не отказывал. Бурили мужчины специальным буром, но вручную. Собственно, скважина была небольшой. И трубы туда вставлялись небольшого диаметра. Но главное - нужно было попасть в водяной слой. Говорили, что под нашими участками где-то протекает подводная (подземная) река, и к ней текут маленькие ручейки. Но как попасть скважиной в то место, где они протекают? (Виктор даже искал воду с помощью рамок!). Нас удивляло, что его рамки всё время приводили к стенкам нашего дома. Я смеялась и говорила - "Единственная вода на участке - в доме. Вот и приводят рамки к ней"...
  В конце концов, мы решили искать воду по серьёзному.
  
   Купили водяной насос. К нему прилагалось несколько металлических труб.
  
  - насос - 35 р.
  
  В это время соседка - Валя Смирнова привозила бригаду, которая пробурила скважины ей по всему участку, но воды не нашли. Дело в том, что, когда мы выбирали себе участки, мы в первую очередь обращали внимание на то, чтобы они не находились в низине, с тем, чтобы участки по весне не затапливало.
  Приехавшая бригада просверлила очень глубокие скважины. Но нигде на Валином, соседнем с нашим участке, вода не была найдена.
  Мы попросили, чтобы они поискали воду и у нас. Они назвали цену за бурение - сколько-то рублей за метр. Мы им заплатили, они бурили в одном или в двух местах, и довольно глубоко, но воды не нашли.
  
  - За бурение водяной скважины заплатили - 90 р.
  
  Наш участок только одним углом соприкасался с участком Зибарова. Если под его участком протекал ручей, он мог выходить на наш участок. И, действительно, позже, мы в этом убедились, но было уже поздно...
  
   Когда на следующий год у нас уже стоял домик, мы решили выкопать колодец где-то напротив наших окошек рядом с домом. Стали копать. И, когда выкопали чуть больше метра, земля стала проваливаться куда-то вниз. Мы немедленно прекратили копать, памятуя недавний случай у кого-то на участке. Там тоже искали воду. Мужчина, уже пожилой, копал, копал, и вдруг, под ним провалилась земля, закружилась воронкой и стала затягивать его вглубь. Хорошо, рядом находилась жена. Она легла на землю, на край ямы, держала его за руки и кричала. Кто-то прибежал, и его спасли.
  Хорошо, что мы во время остановились. Яму завалили пеньками. На этом месте мы насыпали высокую грядку и выращивали на ней зелень и редиску.
  
  Второй раз мы убедились, что речка проходит практически под нашим домом, когда решили сделать душ. К стенке нашего домика примыкал фургон. За ним - маленький сарайчик, внутри которого мечтали устроить душ. С одной стороны мы сделали помещение для туалета. Так вот, когда мы стали копать под душ яму для стока воды, повторилась та же история. Грунт стал проваливаться куда-то вниз. Мы испугались, и засыпали землю обратно. Сделали пол, и использовали это помещение, как сарайчик для хранения строительного барахла...
  
  Впоследствии, мы не раз убеждались в том, что как раз под нашим домом протекает подземная река. Иногда, особенно весной или во время сильных дождей, ночью наша лежанка непроизвольно колебалась, когда мы спали на ней.
  
  Был ещё один эксперимент с рытьём настоящего глубокого колодца. Но об этом я расскажу позже. А воду ко всем участкам подвели централизованным путём в следующем году, и своя скважина нам уже не потребовалась.
  
  Но основной проблемной мечтой, конечно, было строительство дома. Но у нас не было - ни денег, ни строительных материалов...
  
  .....................................................................................................
  
  ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Каменистый "S-T-I-K-S Шесть дней свободы" (Постапокалипсис) | | Р.Прокофьев "Игра Кота-6" (ЛитРПГ) | | A.Opsokopolos "В ярости (в шоке-2)" (ЛитРПГ) | | А.Мичи "Академия Трёх Сил" (Любовное фэнтези) | | М.Весенняя "Дикий. Охота на невесту" (Любовное фэнтези) | | Н.Любимка "Пятый факультет" (Боевое фэнтези) | | Л.Каримова "Вдова для лорда" (Любовное фэнтези) | | Эль`Рау "И точка" (Киберпанк) | | А.Демьянов "Долгая дорога домой. Книга Вторая" (Боевая фантастика) | | П.Працкевич "Один на один с этим миром" (Научная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"