Дунаева Татьяна Валерьевна: другие произведения.

Две Империи 1-12 главы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
 Две некогда враждовавших империи. Одна - империя оборотней Тхэр, правящая и держащая в своей власти огромное количеств миров. И другая - загадочная империя Крылатых, эти миры создающая и курирующая.
  Два ровесника-правителя Император Кхэйн и Императрица Эрио, связанные узами давней теплой дружбы, замешанной на сипатии и взаимном уважении.
  Один мечтает отдать власть переемнику и уйти на заслуженный покой. Другая - навести порядок после нескольких сотен лет вынужденного отсутствия, когда правил в конец зарывшийся в дебри Совет Мудрейших. Идеально бы подошла им обоим война: убрать всех неудобных, почистить ряды аристократов и в целом подтолкнуть развитие обоих народов, застоявшихся в последние пять сотен лет... Но "сверху" пришли четкие указания - не сметь воевать и решить дело миром...
  И тоже прошу читателей младше 18 сюда не заглядывать.
  добавлены 11-12 главы,
  
contador de visitas счетчик посещений

  
  Глава 1.
  
  Зеленоватые и синие блики, порождаемые косыми утренними лучами солнца, вырисовывали затейливый узор на мраморном парапете, отполированном до зеркального блеска. Блики дрожали, гасли и вновь появлялись, повинуясь воле тонких пальцев, вертевших хрустальный кубок.
  - Хайто, уже рассвет, - девушка с тяжелым вздохом отставила кубок, еще немного полюбовалась затейливым переплетением ярких отблесков, и обернулась в сторону крупного, темноволосого мужчины, уютно угнездившегося в массивном резном кресле.
  - Еще чуть-чуть. Я же учил вас терпению, моя девочка? Так продемонстрируйте мне, что не впустую я старался, будьте добры. Я устал за прошедшую ночь, и, к сожалению, я не по кабакам ходил...
  Мужчина по-удобнее устроился в кресле, запахнул теплый, подбитый черным мехом плащ и, казалось, застыл.
  Юная императрица снова вздохнула и отвернулась. Конечно, для тех, кто впервые видит рассвет над Столицей, зрелище ошеломляющее - пляска зеленовато-золотистого света, сопровождающееся золотым же сиянием облаков, шпили императорского замка, будто пронизанные сиянием, гордо плывущие над снежно-белым городом. Искры разноцветных бликов в окнах-витражах, сияющие колонны... Белые и черные крылатые фигуры жителей столицы в сияющем небе. Красиво. Первое время. А потом... потом ты привыкаешь. А спустя годы ты искренне недоумеваешь, видя раскрытые в удивлении рты тех, кто видит все это впервые.
  Мысли, плавные и ленивые, были резко прерваны яркой золотой вспышкой света на горизонте, осветившей лицо Императрицы и резанувшей по глазам. Рассвет.
  - Да, вот теперь - пора, - Императрица вздрогнула от неожиданности - советник успел не только встать с облюбованного кресла, но и бесшумно подойти. - Сейчас нам принесут все, а пока, девочка моя, распорядитесь на счет завтрака, хорошо?
  - А раньше ты не мог встать? Я тут уже битый час стою, жду... - Девушка кинула чуть рассерженный взгляд на советника, - Сейчас принесут. Съешь мой, мне полезно поголодать, а то уже совсем тут изнежилась.
  Советник, демонстративно оценивающе и придирчиво начал разглядывать человеческое обличие Императрицы, для достоверности обошел ее по кругу, цокая языком:
  - Да нет вроде - все такая же, как и раньше - кожа-кости, - Темно-синие, почти черные глаза Хайто озорно блестнули, в то время как лицо приобрело скорбное выражение, - так что я подожду, когда для меня тоже принесут завтрак.
  - Ну да, кожа да кости, - ее величество вздернула остренький подбородок, взяла советника под локоть и развернулась в сторону накрытого уже столика на террасе, - а кто довел меня своими интригами, тайнами и намеками до такого вот плачевного состояния? А?..
  - Я, - пожилой интриган даже не сделал попыток соврать или выгородиться, лишь состроил гримасу, которая, по сути, должна была изображать раскаяние, если б его не душил смех, - я и довел.
  Императрица тепло улыбнулась наставнику и изящным жестом указала на ажурный резной столик светло-янтарного дерева, стоящий чуть поодаль за легкими газовыми занавесками, уже сервированный на две персоны и украшенный сложной, но малосъедобной композицией из фруктов и цветов. Там же стояли кувшины с вином и кубки-близнецы того, что остался сиротливо стоять на парапете.
  Советник, увидев все это, лишь вопросительно изогнул бровь - мол, и что же мы тут комедию ломали? Императрица ответила ему точно таким же взглядом, скопировав даже позу своего наставника - мол, кто тут еще комедию ломает - непонятно, милый друг! Постояв так, первые лица империи, вспомнили, что завтрак-то стынет, чуть смутились и начали деловито устраиваться за столом. Такие вот тихие рассветы выпадали в их жизни не часто, и тратить их на перепалку просто кощунственно. Последнюю мысль советник и озвучил своей подопечной, едва насытил первый голод, на что она утвердительно и энергично кивнула. Завтрак прошел в молчании и сосредоточенной попытке съесть все, что принесли слуги. Все съесть не удалось, поскольку не смотря на то, что меню было сверено и оговорено, повар-полуэльф всегда пытался добавить любимой императрице что-нибудь этакое от себя. Сегодня этой добавкой оказалась гора фруктов.
  - Может, выбросим? - Хайто с сомнением разглядывал 'шедевр' поварского искусства, высившейся посередь стола.
  - Да нет, зачем же? Пусть стоит. Кто-нибудь из слуг утащит себе. И, может, наберется смелости съесть...
  Императрица откинулась на спинку стула, исподлобья наблюдая за угощением, будто оно может ожить и удрать само.
  - Хайто, я все еще жду отчета... Уже не первую неделю, - тихо напомнила девушка.
  - Да, девочка моя, действительно много всего вокруг творится. В этот раз вылазка была поистине плодотворной...
  Хайто жестом фокусника извлек несколько прозрачных кристаллов из воздуха и ворох листов и бумажек. Что-то протянул правительнице, что-то оставил себе, и замер в ожидании момента, когда девушка прочитает бумаги и считает память кристалликов. По мере изучения донесений лицо Ее Величества становилось злее и злее, четко начали проступать скулы. Некоторые бумаги она оставляла себе, некоторые возвращала Хайто. Наконец, ознакомившись со всеми донесениями, она надолго замолчала, глядя в одну точку.
  - Наставник, будьте добры, развейте мои сомнения - совет что, рехнулся? Или мое долгое отсутствие в родном мире сдвинуло какие-то тонкие материи в его устройстве и душах моего народа? Или просто их не устраиваю лично я, и они так жаждут наследника, как естественную смену власти?! - последнюю фразу девушка уже прошипела тихим, злым голосом, - Хайто, что с ними происходит, они что, опять рвутся творить добро и причинять пользу? Или просто кому-то нужно пристроить ни на что не годного, слабого талантами, но милого юнца, чьего-то там сына-внука-племянника? Хотя это-то могу понять - их пугает сила императорского рода, и ее хотят разбавить...
  Хайто резко перебил девушку, рубанув ладонью по воздуху:
  - Девочка моя, их пугает конкретно твоя сила. Они просто боятся тебя и надеются, что если твою силу разбавить силой более слабого клана, все успокоится и следующая правительница будет, хм, легче в понимании и восприятии народа. Так что, отчасти, они думают и о народе.
  - Значит, сватать будут... Ну что же, пусть осмелятся...
  Хайто молча собрал все оставшиеся бумаги, аккуратно рассовал их по карманам своего плаща и внимательно посмотрел на подопечную:
  - В любом случае, нам остается только ждать их действий и реагировать соответственно. Ты не можешь открыто выступить против совета до своего совершеннолетия, или разогнать их ко всем демонам. Придется терпеть и ломать комедию...
  Императрица позвонила в колокольчик, призывая слуг убрать все и накрыть для чая.
  Но вместо слуги явился неприметный юноша. С первого взгляда невозможно было даже определить - кто он, какой расы, столько всего в нем было намешано кровей. Пепельно-русые волосы, узкое лицо, серо-голыбые глаза, чуть заостренные ушки, средний рост, среднее телосложение, темно-серые, будто пыльные брюки, серая же куртка... В толпе такого и не заметишь сразу - взгляду не за что зацепиться. Юноша замер в полупоклоне на отдалении от столика, ожидая дальнейших указаний.
  - Твой новенький, дядюшка? - Императрица с возрастающим любопытством рассматривала подручного наставника, - Интересное сочетаньеце кровей, это кто же так наваял?..
  Юноша вскинул голову, намереваясь резко, по привычке, ответить девушке, что его никто не ваял, что он - естественно рожденный, но, поймав заинтересованный, дружелюбный взгляд, полный чисто научного любопытства, осекся, да так и остался стоять с чуть открытым ртом - перед ним была Императрица. Та, на которую он, фактически, работал.
  - Не обижайся, мальчик мой, прошу тебя, Ее Величество иногда заносит... - Хайто бросил насмешливый взгляд на Императрицу.
  - Конечно, это - семейное, правда, дядюшка?.. - девушка невинно улыбнулась зардевшемуся юноше, уже начавшему заметно нервничать.
  - Ты принес? Всех? Отдай Ее Величеству, пусть порадуется...
  Мальчишка судорожно сглотнул и бочком, мелкими шашками приблизился к столику. Оглянувшись на Хайто, он стал торопливо выкладывать на столик портреты юношей Крылатых.
  - Вот, Императрица, - Юнец с трудом, заикаясь, начал, - Это племенные, ой!, извините, претенденты на трон...
  Мальчик окончательно скис, опустив очи долу. Шас точно во что-нибудь превратит... Лучше б в дерево...
  Затянувшаяся тишина, нарушаемая лишь шорохом легких занавесей, да пеньем птиц, давила на уши и порождала желание испариться.
  - Да-а-а-а уж... Оговорки случайными не бывают... - тихий голос правительницы заставил мальчишку пожалеть о том, что он родился на свет, - Это действительно... хм... племенные жеребцы... С целью ухудшения породы...
  Мальчик потихоньку открыл один глаз и скосил его на правительницу. Потом, уже смелее открыл второй, и то, что он увидел, заставило его быстро рвануть с террасы. Крылатая во всем своем величие...
  По лестнице он драпал уже под веселый хохот начальника...
  С ума сойти можно! И это им в его родном мире храмы ставят?!.
  
  
  Глава 2.
  
  - И в завершении моего доклада, моя Императрица, - член совета старейшин, еще довольно молодой мужчина с чуть асимметричными чертами овального лица и вечно опушенными долу темно-серыми глазами, предпринял слабую попытку вернуть себе внимание заскучавшей на троне правительницы, придав голосу то ли назидательный, то ли обвиняющий оттенок, - Должен заметить, что мы очень давно не устраивали крупных приемов, праздников. Ваши подданные, не говоря уже о смертных, с которыми у нас разносторонние дипломатические и торговые отношения, - тут Императрица оживилась, даже изобразила живейший интерес, - не понимают, почему мы так не внимательны к их нуждам. У нас сейчас подросло довольно много молодых, талантливых юношей и девушек, они уже вполне сознательны, и жаждут быть представлены Вам и двору...
  Член совета, которого, как помнила Императрица, звали Аидос, почтительно замер, глядя на носки серебристых туфель девушки. Эта его манера вечно раздражала Императрицу, и однажды, не выдержав его взгляда, она сняла одну туфлю, оставшись на троне босиком. Советник не растерялся и уставился на ее ступню с таким искренним любопытством, что, тогда еще совсем юная Императрица смутилась, и быстро спрятала ноги под складками длинного подола платья, вызвав недоумение советника и ехидную усмешку наставника.
  И, подводя итоги, советник Аидос, - в тон говорившему, с равной долей царственной скуки и монаршего сочувствия, протянула правительница, - Вы радеете за дипломатические миссии, за юных представителей нашего народа и за дипломатию со смертными в целом...
  Императрица переменила позу, в которой пребывала последние два часа отчета советника.
  - Я знаю, что праздников не устраивали давно, да и я часто бывала в отъезде последнее время, а без меня мой народ не желает веселиться... Молодняк я уже видела, мне он представлен, и даже кое-кого из них я уже выделила, лично занявшись их обучением... Но действительно, совет в этот раз подал ценную идею, которой я с удовольствием дам одобрение, - советник просиял на этих словах и гордо расправил плечи, - Более того, - продолжила Императрица, - я лично помогу вам в вашей поистине прекрасной и благородной затее.
  Императрица дружелюбно, почти ласково улыбнулась Аидосу, который чуть-чуть скис на последней фразе, но все равно усиленно сохранял радостный оскал.
  - Ну что вы, Императрица, не стоит, мы сами все сделаем - организуем все, как следует, пригласим всех, кого необходимо! У нас и списки заготовлены, и место для проведения праздника выбрано!.. - Аидос сделал неопределенный жест рукой, предприняв попытку убедить правительницу не лезть, за что удостоился насмешливого взгляда Господина Наставника Ее Величества.
  - И все-таки, я бы хотела вам посодействовать! - Отрезала девушка чуть жестче, чем следовало бы, - Насколько мне известно, последние восемь сотен лет Вы, Аидос, не покидаете пределы нашей Столицы, а ваши агенты, увы, не политики и даже не нашей расы, и видят то, что интересно им, и то, что им следует видеть, опуская ненужные, на их взгляд, подробности. Ситуация же такова, что в некоторых отдаленных уголках наш народ опять начал обрастать ореолом непонятных домыслов и слухов. Из-за нашего отношения ко времени некоторые народы не видели нас на протяжении десятков поколений. Кое-где даже начались зарождаться подобия культов. И вы, господин Старейшина, не хуже меня знаете, чем это обычно заканчивается. С одним из довольно сильных миров общение практически полностью пресеклось - наш представитель, эльф-полукровка, тихо скончался на посту. От старости. Уже несколько лет как. Их правитель, Император Кхэйн, мой ровесник - уже глубокий старец, хотя и держит власть крепко, и умирать, насколько можно судить по отчетам о его деятельности, не собирается, остался чуть ли не единственным жителем этого мира, помнящим нас во плоти. Остальные изучали нас по книгам истории и трофеям, захваченным в войне полутора-тысячелетней давности... Мы не появлялись там триста лет, хотя я просила вас, лет примерно сто назад, отправить туда кого-нибудь из нашего народа на некоторое время, дабы продемонстрировать, что мы не легенда и не вымерли!
  Императрица распрямилась на троне во весь свой немалый рост, и, словно бы случайно, высекла снопы колючих искр кончиками ослепительно-белых крыльев из мрамора колонн и пола, из за чего Аидос почувствовал себя вовсе неуютно.
  - Список подобных... промахов... можно и дальше продолжать, да жаль Вашего времени, Аидос. Так что приглашениями представителей иных миров займусь я лично, после того, как определю дату праздника.
  Императрица отвернулась от опешившего советника в сторону своего дяди, демонстрируя, что аудиенция окончена, и что она сильно недовольна ошибками совета. Аидос немного потоптался, подобрал полы тяжелого белого плаща и, поклонившись профилям Императрицы и ее наставнику, хотел было уже удалиться, но его остановил рокочущий голос наставника Императрицы:
  - Советник Аидос, последний вопрос: когда последний раз вы принимали истинное обличие?..
  Аидос открыл рот, закрыл, прочистил горло, снова открыл, и замер. Он не мог вспомнить!
  - Подсказать, господин Аидос? - голос правительницы был лишен всяких намеков на издевку. В нем была только усталость, - В день моего рождения, во время великой бойни. А до этого - на коронацию моей матери, почти двадцать две тысячи смертных лет назад... Подумайте, пожалуйста над этим на досуге, а сейчас - идите, готовьте свой праздник...
  Сконфуженный Аидос нервно развернулся на носках сапог и рванул прочь.
  
  - Ну вот за что ты их так не любишь?.. - в который раз начал было Хайто, но осекся, видя усталое лицо девушки, и тяжелый, полный горечи, взгляд на совсем еще юном личике.
  Девушка стояла, с усилием опираясь на спинку прекрасного трона, три пары крыльев были бессильно опущены, напоминая скорее провисший плащ, и почти с неприязнью разглядывала потемневшими глазами серебристо-белый, словно заснеженный, тронный зал - предмет зверской зависти других рас. Хайто быстро пересек разделяющее их расстояние и чуть сжал ладонью ее плечо:
  - Я понимаю.
  Он замолчал, девушка, отцепив одну руку от спинки трона, сжала в ответ его ладонь и рассеянно кивнула.
  - Хайто, зачем они играют в смертных? Зачем эти игры нужны, ведь мы другие. Мы можем сколь угодно притворяться, даже тысячелетиями существовать в обликах смертных, носить их личины, но суть-то не изменится. Ты помнишь, сколько сил я потратила, чтобы помириться с тем народом, загладить свою вину, дать им шанс и помочь выжить их рассе? Совет хотел , требовал просто, дипломатичесих отношений с ними. И что? Члены совета просто про них забыли почти на три сотни их лет! А они - так и не смогли забыть проигрыша, простить нам своего поражения.
  - Логично, - в низком, раскатистом голосе наставника прорезались грустные нотки, - мы же тогда их почти всех вырезали, да и вы сами тогда едва не погибли все до одного. Их численность почти восстановилась. Ваша... Не знаю, вернетесь ли вы когда-нибудь к тому, что было раньше - прервалось очень много родов, многие кланы перемешались. Вам понадобятся тысячи лет, чтобы вернуть былой баланс сил и стабильность. Но сейчас нет времени спорить, кто был виноват - нужно действовать. И действовать придется лично тебе, девочка. Император людей тебя помнит. И даже уважает, не смотря на разногласия и обиды в прошлом и невнимание с нашей стороны в последнее время. Напиши ему, он мудр, как дракон, он поймет все, что бы ты хотела сказать, но, как и положено дракону, он потребует соответствующей платы, так что не проси слишком многого.
  Девушка кивнула и присела за один из столиков, спрятанных в нишах по периметру зала. Расправив тяжелые складки светлого 'тронного' платья, откинула с высокого лба золотисто-льняные локоны, и замерла, собираясь с мыслями и духом. Всегда нелегко извиняться. Особенно за то, что ты не делал. Посидев так мгновение, она неторопливо протянула руку, ладонью вниз над столом, чуть прикрыла глаза, словно вспоминая что-то, и бросила несколько фраз на древнем наречии своего народа. Под раскрытой ладонью начали формироваться предметы - прямоугольники серебристо-белой, гладкой как шелк, бумаги, письменные принадлежности, которыми, как ей рассказывал Хайто, частенько пользовались ее родители. Когда все было готово, и предметы перестали светиться, приобретая вполне материальный вид, девушка придвинула себе стопку чистых, оттесненных по углам изображением Венца в окружении трех пар крыльев, листов и начала аккуратно, красивым, витиеватым почерком, писать. Хайто пристроился на подлокотник кресла племянницы, и кое-где подправлял, или просто ехидно комментировал письмо.
  
  
  Император Кхэйн очень любил предутренние часы - все еще спят, дворец потихоньку отдыхает перед новым, суматошным днем - других последнюю тысячу лет у них и не бывает - вечно кто-то носится, бегает и выполняет поручения... В это время можно просто тихо посидеть, почитать, подремать, наслаждаясь краткими часами затишья и покоя в своем логове - любимом кабинете, отделанном потемневшими, полированными панелями некогда рубиново-красного, а теперь уже почерневшего от времени дерева, читать любимую книгу, медленно потягивая густое, с пряностями вино, и ждать, когда за окном забрезжит зеленовато-серый рассвет. Как раз это и решил сделать Кхейн. Почитать. Подойдя к одной из полок, он начал разглядывать ряды золоченых, потемневших от времени, корешков книг, но взгляд ни за что не цеплялся, а разум ничему не радовался.
  - Надо бы книг новых заказать, - император тихо, в который раз, пообещал себе, возвращаясь в любимое массивное кресло, за долгую жизнь уже выдавленное по форме тела правителя.
  Сесть полностью он не успел, так как его заставило замереть в неподобающей императору позе, смутно знакомое ощущение. Словно повеяло свежим утренним ветерком с гор, и в забранное в узорный переплет окно что-то вежливо и тихо поскреблось. Заинтересованный, Кхэйн подошел к окну, и заклинанием, распахнул его - там, чуть светясь, сидела маленькая золотистая птичка со смешным хохолком. Посланник, вестница. Что-то почти забытое, словно из далекого детского сна...
  - Ну, маленькая, что ты мне принесла? - Кхэйн протянул ладонь к разглядывавшей его птичке, - Да я это, я, не сомневайся! - птичка тренькнула и наклонила голову, словно выражая сомнения в подлинности адресата.
  - Да говорю же тебе, глупая, это я, Император Кхэйн! Ну постарел малость, что, не узнаешь уже? - император сердито уставился на вестницу, придвинув морщинистую и серую ладонь ближе.
  Птичка покрутилась и, видимо, решившись, перескочила на ладонь говорившего, замерла в ожидании.
  - Ну что? Отдашь письмо? Или опять уговаривать придется? - император сурово, из под насупленных белых бровей, разглядывал комочек золотистых перьев.
  Птичка резко мотнула хохолком, быстренько сунула клюв под крыло и вытащила оттуда маленькое беленькое перышко. Потом, стоя с перышком в клювике еще раз осмотрела старика, который не имел с адресатом, данным хозяйкой, ничего общего за исключением, разве что, ауры, да таких же пронзительных, угольно-черных глаз, и, решившись, положила перышко на сухую ладонь старика, быстро перепрыгнула обратно на подоконник, и начала сосредоточенно чистить клювиком перья, словно проверяя - а вдруг испачкал, или, того хуже, что-нибудь помял.
  - О! Вот и чтение, - старец с возрастающим любопытством начал разглядывать перышко, которое у него на глазах превратилось в конвертик с одной только строчкой - его именем, - Только староват я уже, дорогая, для любовных записок, хотя ты, Светлая моя, могла и забыть о том, что я все-таки смертен.
  Кхэйн сел-таки в свое кресло и бережно распечатал письмо. Так точно, она, маленькая Императрица Крылатых... Старик ласково, чуть грустно улыбнулся воспоминаниям. И сосредоточился на изящном почерке девушки. Как всегда, первая часть - два листа - чистая формальность, перечисление титулов и званий обоих царственных персон, пожелания здоровья и пр. пр. - Император быстро, по диагонали просмотрел это, далее - заверения в дружественных намерениях, сожаления на тему того, что время беспощадно и извинения в том, что не давали о себе знать... Это он прочитал уже чуточку внимательнее, но то, что он искал было на последней странице довольно пухлого письма, а найдя, расплылся в довольной улыбке. Тут была просьба. Да и какая! Ее светлость Императрица, хочет лично прибыть с малым эскортом к нему в гости, дабы из своих уст передать приглашение на праздник в их Столице. Император несколько раз перечитал последние строки и ошарашено уставился на бумагу. За тысячу лет, прошедшие с момента, как маленькая Императрица Крылатых лично пребыла, дабы устранить-таки разногласия и непонимания между их народами, едва не поплатившись за это намерение жизнью, никто из его народа не был приглашен в их мир. Более того, все встречи и переговоры проходили либо на его территории, либо Императрица создавала свою магическую копию, присылая ее 'в гости'.
  Кхэйн удивленно покачал седовласой головой, по старой привычке, которую из него никак не могли вытравить царедворцы, запустил пятерню в густую шевелюру, и возобновил чтение. Последние строки письма расставили все по местам. Праздник организует совет старейшин. Для перспективного молодняка, который будут представлять Ее Величеству. И Ее Величество считает хорошей идеей представить так же подающих надежды, молодых и талантливых юншей и дев двух миров, друг другу... Это было вообще выделено в письме, словно перо отказалось писать и пришлось обвести. Но, зная аккуратность девушки, в это верилось с трудом. Теперь-то кое-что прояснялось. Просьба о помощи, об услуге. Он долго ждал этого момента.
  Император отложил письмо 'коллеги по несчастью', и, придвинув к себе серебряное перо и бумагу, начал строчить подходящий ответ, стараясь уложиться в высокий слог и то же количество листов, что и Ее Величество, поминутно усмехаясь.
  Час спустя он сложил письмо в темно-серый конверт, запечатал его красной сургучной печатью и, подписав его, подошел к задремавшей вестнице. Птичка чем-то напомнила свою маленькую хозяйку - светло-золотистая, маленькая, своенравная птичка...
  - Ну все, кроха, просыпайся, - Кхэйн подул на нахохлившуюся во сне птичку, - Держи ответ.
  Император положил перед проснувшейся птахой свой конверт. Птаха с сомнением покосилась на пухлый плод графоманства и дипломатии, недовольно чирикнула и клюнула уголок посылки, сразу сжавшейся до размеров перышка. Довольная, вестница осмотрела свое творение, подхватила клювиком и запрятала куда-то под крылышко. И уже собралась было упорхнуть, но ее удержал властный, но уже надтреснутый голос ее адресата:
  - И, пожалуйста, передай ей, что я... - птичка обернулась и настолько разумно посмотрела на Императора, что он смутился, - Я горд тем, что она обратилась ко мне за помощью.
  Птичка тихо, нежно свистнула, и вспорхнула с подоконника.
  Секунда, и она растворилась в предрассветном тумане, оставив запах весны и быстро тающий, чуть светящийся след в темном небе.
  Император Кхэйн стоял и, как юнец, с восторгом смотрел вслед птичке-вестнице, готовый даже помахать ей вслед, хотя она была всего лишь формой заклинания, а не живым существом. Хотя кто их, Крылатых, знает?
  В душе поднимались подзабытые радость и дух авантюры.
  Срочно собрать всех достойных, и подготовиться к встрече с коллегой. Надо только на сей раз лучше организовать охрану Ее Величества, и устроить в народе радостное ожидание, написать прочувственную речь гражданам... Мысли полетели вперед правителя. Сегодня он лично поставит на уши весь замок... Все забегают.
  Расплывшись в улыбке, Император бодрой походкой отправился сдергивать сонных чиновников с постелей и раздавать приказы.
  
  
  
  
  
  Глава 3.
  
  - Так, Хайто, рвем когти...
  Слышать подобную фразу от императорской особы странно, но Хайто мгновенно прореагировал:
  - У вас, моя дорогая, когтей нет. А я только что прилетел из той захудалой дыры, куда Вы же меня и отсылали, и собираюсь немного отдохнуть с дороги, ибо я, с вашего позволения, уже стар.
  Дракон сладко, точно сытый кот на нагретой завалинке, потянулся всем своим сене-черным телом, царапнул мрамор стальными когтями по обеим сторонам от Императрицы. Девушка бросила недовольный взгляд на глубокие, в пол-локотя, борозды, оставшиеся от идеально отполированного пола ее любимой галереи.
  - Хайто, наша идея, конечно же, удалась. Император Кхейн ее всесторонне поддержал, но вот загвоздка, - Крылатая бесцеремонно уселась на вытянутую переднюю лапу наставника, начав рассеянно ковырять на ней чешуйки, - Его Величество радостно отнесся к нашей затее. И будет несказанно рад возобновить общение между народами... - Императрица скривилась от явной казенности фраз, как от лимона... - Но в замен он просит пустяковую для нас, но очень полезную для него услугу...
  - Кто бы сомневался! - дракон оскалился и деланно подмигнул подопечной огромным глазом. - Я бы первый заподозрил неладное, если бы он бескорыстно вызвался помочь.
  - Да, но вот просьба, как бы это сказать, странная. Я думала, он попросит бессмертие, алмазы, золото, или еще что-нибудь подобное. Но вот... - Девушка на секунду замялась, но, видимо, приняв какое-то решение, выпалила, - Хайто, он просит, чтобы мы обновили его планету! Сделать новым его мир, постаравшись не перемещать жителей. Он хоть понимает, что это сложно? Что возможность уничтожения населения высока? И что возможность, что все обойдется, ничтожно мала?..
  Дракон продолжал изучающее смотреть своими переливчатыми глазами на подопечную, которая, точно маленькая девочка сидела и продолжала ковыряла чешуйку на его лапе.
  - Ну, ты чего молчишь?! Ты же знаешь, что у нас почти не осталось Крылатых, способных сделать то, что он просит? Причем как раз после той бойни, которую устроил его отец!
  Девушка вскочила и начала мерить шагами пространство между лап дракона, резкими взмахами крыльев поднимая мраморное крошево в воздух.
  - И больше всего меня интересует - откуда же у него такая информация о наших возможностях? Как он узнал-то? Ведь об этом никто не распространялся, более того, это закрытая для смертных информация.
  Хайто звучно зевнул, сверкнув множеством клыков:
  - А я почем знаю? Смертные для меня загадка, как и для тебя. Я наполовину смертен - моя мать была смертная, человек даже, кажется, но даже в человеческом обличии я продолжаю воспринимать себя драконом. Вы же всегда, даже во время воплощений, остаетесь сами собой. Так что он мог и догадаться, и разузнать, и просто предположить невозможное. Это же смертные, маги. И них богатая фантазия. А у тебя такой нет, как ни старайся.
  - Да уж, спасибо, утешил! - императрица, резко остановившись напротив морды дракона, фыркнула, - Теперь вот задача простая - если мы хотим сделать все так, как задумали, нам придется выполнить его просьбу.
  Императрица взяла себя в руки, и отдала мысль-приказ вызвать к ней Мастера-наставника недавно отобранного ею молодняка.
  - Что ж, друг мой, у нас есть немного времени, что бы подготовить Созидающих. И у нас есть несколько способных вынести такое из старшего поколения - нужно поговорить с ними, - Императрица уселась обратно на когтистую лапу дяди и подперла кулачками подбородок, - Хайто, если хоть кто-то в процессе плетения заклинания погибнет, это будет равносильно катастрофе, не говоря уж о скандале...
  Дракон степенно кивнул, чуть не снеся роговыми пластинами на затылке часть лепнины на потолке и оцарапав колону. Потеря каждого из Созидающих равносильна катастрофе - их всего пара сотен. В последнем поколении их вообще оказалось лишь двое на три сотни. Да еще из предыдущего десяток... Причина была проста - каждый Созидающий это не только маг, способный создавать миры, но и самый сильный воин. Они - костяк всей расы, центральная движущая сила их народа. Императорская семья издавна была не только правителями народа Крылатых, но и лучшими воинами. Его подопечная была одним из последних представителей этой древней династии. Он - не в счет. Его дети никогда не будут Крылатыми. Они станут драконами, магами, смертными, но никогда не станут Созидающими - это закон, который никогда не обойти. За долгую жизнь у него народилось множество потомков в разных уголках вселенной, но все они - драконы или маги. Хайто закрыл глаза тяжелыми бронированными веками, погрузившись в далекие воспоминания.
  Императрица сидела, прикрыв глаза, и со смешанным чувством наблюдала за наставником. В который раз она поражалась тому, что время может сотворить со смертной душой. Ее дядя достаточно молод по меркам ее народа, более того, он моложе того же Аидоса, но он выглядит гораздо старше любого из старейшины. Да и совет его уважает и побаивается, не смотря на разницу в возрасте. Ей полторы тысячи лет, но она, по сути, еще ребенок - подросток, которого еще действительно нужно оберегать и наставлять. За же время ее правления, на сколько знала девушка, у ее дяди родились и выросли двое сыновей-драконов, внуки и даже несколько правнуков... она только пробует свои силы, только 'встает на крыло', его же внучатые племянники уже успели основать свою империю...
  Дракон сонно улыбался своим мыслям своей жутковатой улыбкой, пачкая белоснежный потолок над головой черной дымной копотью из ноздрей. Ей вдруг вспомнилось, как когда-то они вот так сидели в его замке, и он рассказывал ей разные истории и легенды, баюкая ее в своих когтистых лапах.
  Тихое покашливание со стороны двери отвлекло Императрицу от теплых воспоминаний, и заставило принять подобающую правительнице позу, насколько этому способствовали бронированные пластины и наросты на лапе наставника.
  Императрица жестом велела вошедшему тихо следовать за ней, дабы не тревожить усталого дракона - спалить - не спалит, но галерею, в которой так полюбил отдыхать дядя, придется снова ремонтировать.
  Перейдя из пронизанной солнцем галереи в один из уютных кабинетов, отделанных светлым шелком и золотистым деревом, Императрица жестом указала своему бывшему учителю на кресло за большим столом и аккуратно заперла двери. Учитель явно чувствовал себя неуютно в этих покоях - он привык к лаконичным интерьерам школы, и, если честно, не знал, как вести себя с повелительницей на ее территории. Заметив его нерешительность, девушка взяла инициативу в свои руки - наполнила бокал игристым вином, переставила поднос с фруктами на стол, и скромно, как в детстве, села на резной стул напротив стола. Учитель потоптался на месте, поправил полы мантии и уселся в массивное кресло за столом, выверенным движением поправил длинные белые волосы, и, враз ощутив себя на привычных позициях, благодарно улыбнувшись предусмотрительности бывшей ученицы.
  - Ну так вы мне наконец скажете, зачем я вам понадобился? Ваш вызов, как бы это сказать, застал меня врасплох, не говоря уж о том, что вы оторвали меня от занятий с молодняком, - Мастер-наставник перешел на свой привычный тон, чуть нахмурив черные брови, - Я жду стоящей причины, моя Императрица.
  - Она, я думаю, достаточно важная, чтобы вот так меня отчитывать, Мастер, - девушка лукаво улыбнулась смутившемуся наставнику, сощурив бирюзовые глаза, - Я хочу, чтобы вы сами решили степень важности моего вызова.
  С этими словами Императрица протянула учителю вскрытый серый конверт со сломанной алой печатью. Учитель бросил недоумевающий взгляд сначала на конверт, потом на бывшую ученицу. Затем, видимо, сообразив, что ради простого письма она бы его не заставила нестись через половину Столицы, взял в руки конверт и, быстро оглядев, несколько раз перечитав - от кого оно, поднял непонимающий взгляд на повелительницу:
  - Юная леди, вы же знаете, я далек от политики... - Начал наставник, но императрица его перебила:
  - Я бы тоже, с удовольствием, придерживалась вашего принципа, учитель, но, прошу вас, прочитайте письмо, и выскажите мне все, что вы думаете об этом.
  Императрица передвинула бокал ближе к учителю и взяла себе несколько ягод с блюда, уставившись взглядом на конверт.
  Мастер-наставник пожал широкими плечами, поправил вечно выпадающую из прически прядь волос, и, заинтересованный словами повелительницы, достал листки серой бумаги из конверта. Осмотрел со всех сторон, равнодушным взглядлм скользнул по гербам на уголках листа, углубился в чтение. По мере чтения письма он становился то задумчивым, то раздраженны, то вообще ошарашенным. Перечитав дважды последний лист, он нашарил рукой бокал, и, не глядя, одним махом осушил его, и, забывшись, жестом приказал ухмыляющейся Императрице налить еще, что она с явным удовольствием сделала.
  - Дорогая моя, вы хоть понимаете, что эту, так сказать, 'пустяковую' просьбу, сложно выполнить? - Голос мастера был задумчивым, - Я даже поименно могу перечислить всех моих учеников, обладающих этой способностью, и нужных вам я могу назвать лишь с дюжину. И то с большой натяжкой.
  Учитель тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла, внимательно разглядывая Императрицу из-под изящных черных бровей вразлет. Его красивое, совершенное лицо с тонкими чертами и миндалевидными глазами цвета утреннего моря, выражало крайнюю степень недовольства, поскольку он уже догадался, чего от него дальше попросит повелительница. Равно как и то, что отговорить ее от этой затеи не удастся - скорее она решит все сделать самостоятельно, выложившись при этом не просто в ноль, а в минус.
  Императрица сидела в похожей позе и откровенно любовалась учителем. Он был практически совершенен в плане внешности. Почти идеальный Крылатый. Мечта и идеал почти всех дам, имевших несчастье его лицезреть на приемах. Только вот подкачала легкая рассеянность во взгляде, и некоторая отрешенность от мира, которая, впрочем, нисколько не мешала ему готовить сильных, всесторонне развитых Созидателей, равно как и быть одним из лучших бойцов их народа.
  - Учитывая ваш характер, Императрица, я настаиваю на том, что лично подберу вам группу, с которой вы отправитесь туда, самолично подготовлю и проверю всех, - Мастер сделал небольшую паузу и совсем уж ледяным тоном отрезал, - И возглавлять ее буду тоже я.
  Договорив, Мастер-наставник упрямо вздернул подбородок и резким жестом вернул письмо улыбающейся девушке:
  - У меня есть десять дней, Огонек? - тон учителя стал чуть мягче, словно он опомнился, что та, с кем он разговаривает, его повелительница, и кому только что пытался устроить выволочку, но, тем не менее, назвал ее старым, детским прозвищем.
  - Да, Мастер-наставник, есть. Но, боюсь, что не более того, - девушка виновато развела руками и поджала губы, - Сроки устанавливаю не я, а совет Старейшин, к сожалению.
  Учитель по-птичьи наклонил голову на бок, словно требуя объяснений, и Императрица, глубоко вздохнув, рассказала про затею Старейшин, про другие их попытки устроить подобное сборище, и про их с Хайто замысел. Учитель, как в детстве, внимательно слушал девушку, иногда прося что-то уточнить или рассказать подробнее, ожидая, когда она, наконец, выговорится. Когда же она закончила, он, растягивая слова, протянул:
  - А Совет, вообще, в своем уме? Если им так хочется сосватать тебя, то для этого еще рано - ты, прости, совсем еще малышка. И дело не в физиологии, как ты понимаешь, а в возрасте. Но и это не главное. А то, что если ты, Огонек, им сейчас уступишь и выберешь себе одного из тех, кого они тебе подготовили, то это будет ошибкой. И дело не только в том, что слишком мало достойных, но и в том, что они получат над тобой власть. Ну, это не мне тебе объяснять, я лишь другое скажу: они начнут требовать наследницу, не взирая на то, что ты еще не в полной силе, и что в связи с этим твоя дочь получит лишь часть твоей нынешней силы. И, как следствие, будет слаба, чем перечеркнет сотни тысяч лет истории вашей династии... А твой сын, если он у тебя будет, и если у твоего избранника хватит силы для него... - Учитель потрясенно замолчал, переведя взгляд с бокала на криво ухмыляющуюся Императрицу, - И, я боюсь, это - именно то, чего они хотят добиться, моя Повелительница... Ты слишком сильна даже сейчас, в довольно юном возрасте. А твое, хм, пришествие в этот мир, до сих пор служит источником некоторых опасений и страхов. Я понял, почему ты меня позвала, девочка. Сделаю, что в моих силах.
  Учитель резко встал из-за стола и решительным шагом направился в сторону выхода из кабинета, задержавшись лишь на секунду, чтобы рассеянно кивнуть бывшей ученице.
  Императрицу давно перестала смущать эта манера учителя срываться с места ни с кем не попрощавшись - он считал это нормальным, чем иногда обижал чересчур церемонных царедворцев и выводил из себя Старейшин, хотя, по сути, и являлся одним из самых старых представителей их расы. Она же его ценила именно за энергичность и знания, в тайне считая его правым и слегка завидуя его праву на бесцеремонность.
  'Императрица, вы закончили? - в голове, разрывая плавный ход мыслей, раздался низкий голос наставника Хайто, - А то у меня еще пара любопытнейших докладов для вас припасено'.
  'Я так понимаю, мне нет нужды пересказывать вам наш разговор? - Императрица вложила по-больше сарказма в мысли-чувства, - А то я себя уже попугаем ощущаю последнее время'.
  Хайто передал девушке образ взлохмаченного солнечно-рыженького попугая, сидящего на жёрдочке и требующего печенье, причем это был настолько жалкий, тщедушный и потрепанный попугай, что девушка невольно рассмеялась, и, мурлыкая под нос песенку, быстрым шагом направилась обратно в галерею, где она оставила дядю отдыхать.
  
  
   Итак, все вроде бы готово, мой Император, - внучатый племянник императора, подающий надежды маг-оборотень Дэрхэн, который с самого утра вместе со своей группой носился по площади перед дворцом, проверяя каждый миллиметр мостовой, выстраивал защитные контуры и заклинал каждый камушек, - площадь выдержит появление Крылатых во плоти, равно как и их свиту.
  Юный маг, взглядом попросив у деда разрешение, устало опустился на раскладной стул на краю площади.
   Осталось только, чтобы архимаги перепроверили некоторые слабые места - черные драконы искажают вокруг себя пространство, да и когти у них страшенные, прямо скажем, не понятно что хуже. - Дэрхэн с хрустом потянулся, задев и уронив ногами соседний стул, чем вызвал усмешку Императора.
  Привычка Дэрхэна все нечаяно ронять многим стоила уже жизни, особенно, когда выяснилась его полная неспособность к алхимии. Нет, если ему удавалось что-то сделать, то это поистине было неповторимым шедевром, но вот то, во что превращалась лаборатория, да и сам маг, обычно цензурно описать не получалось.
  Император кивком головы поблагодарил юношу, за последнюю неделю он и его товарищи очень много сделали для безопасности их мероприятия.
   Спасибо, Дэрхэн, приятно слышать. Архимаги проверят все сегодня же, да еще и завтра в полдень. За несколько минут до прибытия делегации.
  Юный маг казался чем-то обескураженным, вертелся на стуле и бросал быстрые взгляды то на площадь, то на деда. И, в конце-концов, не выдержал:
   Мой Император, а зачем такие, хм... ...приготовления? Ведь их же будет всего дюжина? Ну и по два дракона на каждого Крылатого? Не многовато-ли на столь малое число людей...
   Договорить молодой маг не успел, его резко и зло перебил Император, заставив подскочить вместе со стулом, в который он от неожиданности намертво вцепился:
   Они. Не. Люди. Запомни это, пожалуйста... Если бы в прошлый раз мы сделали хотя бы четверть того, что сделали сейчас, то часть твоей родни, да и твой родной дед, были бы живы и поныне... Да и дворец бы не пришлось переносить на другой остров... Историю надо было лучше учить, и не по школьным учебникам, мой мальчик...
  Император во время этой отповеди разглядывал прищуренными глазами площадь, постукивая себя замшевыми перчатками по бедру.
   В прошлый раз мы понадеялись на двойной кордон архимагов и зачарованный пятачок земли на месте телепортации, да и драконы, что с ними прибыли, должны были загасить эффект от их появления, но, как оказалось, совершенно зря - появление всего трех крылатых вызвало очень сильный отклик в структуре нашего мира, насквозь пропитанного магией. Настолько сильный, что стихии вышли из-под контроля. И Юная Императрица висела в воздухе, закрыв куполом своих соплеменников, драконов и часть встречающих, ожидая, пока мы справимся с ситуацией. В этот раз все еще сложнее - их будет двенадцать. Соответственно, мы должны быть готовы к любым сюрпризам, - Император Кхэйн, будто ставя жирную точку, резким шагом направился в центр площади, специально построенной для завтрашнего события - перепроверить все лично. Дэрхэн, мученически вздохнув, встал со стульчика и поплелся следом за Императором, бормоча себе под нос тихие жалобы темным богам...
  
  
  
  Все. Готово.
  Императрица еще раз окинула критическим взглядом свою группу. Мда, посланники, чтоб нас в лягушек воплотило... Девять желторотиков, едва сменивших детский перламутр крыльев на белые, взрослые перья, спокойный и невероятный, как статуя божества, Мастер-наставник, его старший помощник - близкий друг ее отца, две дюжины черных драконов - внуки-правнуки Хайто и он сам, ну и, собственно, скромная персона Ее Величества в ритуальном одеянии... Черное. Белое. Серебро... Бр... Процессия... Ну, что имеем, как говорится, с тем и будем играть...
  Императрица тяжко вздохнула, заполучив за это ухмылку Хайто, осуждающий взгляд из-под изогнутой черной брови мастера-наставника и эпидемию сдавленного кашля среди драконовой братии.
  - Еще раз напоминаю - наша задача вести себя так, чтобы все подумали, что мы - просто еще одна раса, сильная магически, со своими странностями, особенностями, но - раса. На доказательства этого это у нас уже ушло почти семьсот лет...
  Один из молодых раздраженно дернул верхней парой крыльев, пробубнив:
  - Угу, раса... Вот такая вот мы странная раса. Шесть крыльев, полтора их роста, белые волосы, лица такие, что эльфы от зависти зеленеют... Черные драконы в качестве охраны... А так ничего, вполне себе так раса... - Парень, заметив, что его тихому бормотанию внимает вся 'делегация', смутился и затих, сложив крылья и сделал попытку спрятаться за товарища.
  Эпидемия кашля среди драконов перешла в сдавленное фырканье и наглый ржач. Этим балагурам только дай повеселиться за чужой счет.
  Мастер-наставник с 'отеческим любованием' во взгляде из рязряда, 'чадо ты мое, любимое, да, увы, неразумное', уставился на смущенного паренька и спокойно, перекрыв своим спокойным голосом начавшиеся было шуточки и хохот, резюмировал:
  - Да, раса. Так необходимо. Это, с позволения, сказать, империя, обладает редким потенциалом. Военным. Магическим. А уж энтузиазма на повоевать - хоть отбавляй. А нас четко попросили не воевать с ними. Они нужны. Не нам.
  Паренек, вконец сжавшийся, смущенно кивнул наставнику и пробормотал извинения в сторону Императрицы.
  - Пора. Начинаем, - резко оборвала весь этот цирк Императрица.
  Каждый из членов делегации без суеты и спешки четко занял свое место, разом успокоив начавшийся было нервоз Императрицы.
  Четко вымеренное время, выверенные движения, потоки силы, живой щит из драконов, не дающий магии хлестать за пределы - все это выглядело, наверное, очень эффектно для наблюдающих со стороны провожатых - совета Старейшин и насупленного молодняка, не попавшего в круги 'избранных'. Аккуратно выйти за пределы хрупкого, искусственного мира Крылатых не так-то просто. А перемещать такую группу тем более сложно, не порушив хрупких связей Тонких миров.
  Только бы старый лис Кхэйн не подвел!
  
  
  Глава 4.
  
  Тщательно отрепетированный и подготовленный праздник набирал свои обороты - маги на специальных площадках показывали 'фокусы', акробаты, канатоходцы и циркачи демонстрировали свое мастерство, развлекая народ. Повсюду раздавались и продавались всевозможные сладости и лакомства, погода радовала весенним солнышком и столь редким здесь ясным небом, жители и гости столицы щеголяли нарядами и драгоценностями, а город - пышным убранством и множеством цветов, свезенных накануне праздника со всех окраин и питомников. Праздник обошелся казне баснословно дорого, но, как надеялся Император Кхэйн, это все окупится сторицей.
  Постепенно к площадке, украшенной особенно ярко - алыми и бордовыми цветами, лентами темно-золотого бархата и атласа, начал стягиваться народ, стараясь не подходить слишком близко к тройному кольцу Имперской Стражи - лучшие воины и маги бескрайней Темной Империи не вызывали у людей желания приблизится - уж слишком хорошо их знали в народе.
  Над площадкой - специально выбранном и сровненном в виде чаши-амфитеатра плоскогорье рядом со столицей, гулял ветер, развивая флаги и гербы провинций. Шум постепенно утихал - многотысячная толпа, затаив дыхание, ждала выхода Повелителя и его свиты. Нарастающее волнение подхлестнула торжественная и величественная музыка древнего гимна. В кульминационный момент мелодии, сверкая рубинами и искрами бриллиантовых пуговиц на черно-бордовом бархате камзола и черном велюре плаща, явился из шатра Император, окруженный лишь малой свитой и приближенными - возможными наследниками трона. Народ вытягивал шеи, привставал на цыпочки, стараясь запомнить побольше подробностей невиданного зрелища - Повелитель был в сопровождении лишь трех дюжинн придворных, да и те стояли за его спиной.
  Народ, ждавший пышных фраз и речей, был потрясен и возмущен до глубины души: император, дождавшись конца гимна и кивка архимага, проронил лишь одно слово - 'Начинайте'.
  
  Три месяца в народе тщательно готовилось ожидание этого дня: почти месяц гуляли противоречивые слухи, еще пару недель шли заседания и 'какие-то тайные собрания' во дворце правителя, в столицу съезжались, телепортировались и слетались величайшие мастера - архитекторы, маги, цветоводы, погодники... Столица вычищалась, обновлялась. На плоскогорье же не пускали никого постороннего. Император хранил молчание, рабочие многозначительно гримасничали... И лишь на третий месяц, когда вот-вот мог вспыхнуть бунт, Кхэйн сделал принародно заявление, вызвав шок у всей империи... Крылатые - те, чьим именем вот уже вторую тысячу лет пугают непослушных малышей, скоро прибудут сюда. Как гости, как возможные союзники. Как друзья в беде...
  
  Архимаги, рядовые маги и стражи обратили взоры в центр площади. По народу прокатилась волна суеверного страха, но любопытство, все-таки пересилило - никто не побежал. К счастью, живых свидетелей прошлого появления Крылатых, исключая Кхэйна, было лишь двое - Верховный архимаг Алорис - тогда еще мальчик-адепт, да начальник дворцовой охраны - бывший паж Императора - сейчас уже дряхлый старик на давно заслуженном отдыхе, на предложение присутствовать при новой встрече с Крылатыми, скрутивший посланнику фигу и добавивший несколько емких, непечатных фраз из своего богатого лексикона. А больше правду никто и не знал, ведь все учебники истории были аккуратно, но тщательно подчищены восемь сотен лет назад - бумага она же все стерпит.
  
  Воздух уплотнился, заискрившись от наполнившей площадь силы - маги не жалели ни себя, ни гибнущий от истощения мир - если все удастся, то любые их жертвы восполнимы и имеют смысл. Если же нет...То об этом лучше не думать. Над зачарованной площадью, выложенной обсидиановыми плитами, начала стягиваться магия, искажая очертания предметов, размывая силуэты стоящих на ней стражей. Толпа привстала, кто-то в ужасе завыл, Император улыбался. Архимаги начали пошатываться, и тот самый момент, когда уже толпа на ступенях амфитеатра готова была ринуться вверх по проходам, над площадью начали формироваться силуэты гостей. Это было странно, и не похоже на обычные телепорты. Вот только что был лишь воздух, искрящийся и дергающийся от чар, и уже над площадкой висят в воздухе белые крылате фигурки, окруженные двойным кольцом драконов. Магические ограждения явно с трудом сдерживали потоки воздуха, взбиваемого огромными черными крыльями.
  Народ на трибунах начал нервничать, самые отчаянные рвались по-ближе, самые разумные - по-дальше. Император стоял в расслабленной позе, радостно улыбаясь суматохе. Семья императора тоже пыталась сохранить расслабленность, архимаги под шумок потихоньку, незаметно, утаскивали тех из своих, кто уже выбился из сил и обвис в руках товарищей. Солдаты скучали.
  Первыми на площадь опустились громадные туши внешнего кольца драконов, будто проверяя на крепость плиты. Выдержали. Второе кольцо. Маги начали сползать на землю все чаще. Дэрхэн и его маги, следуя указаниям Верховного, быстро и технично заполняли бреши, создавая вид, что так и задуманно все изначально... Черные крылья сложены, в воздухе лишь белые фигуры Крылатых, мерно взмахивающие ослепительно сверкающими крыльями. Несколько обсидиановых плит треснуло, подняв в воздух облако черного крошева. Движение руки одного из магов, осколки легли на свои места. Медленно, осторожно один за одним, крылатые фигуры, охваченные золотистым сиянием, начали свой спуск на землю. Плиты завибрировали, мелкие камини за ограждением начали подпрыгивать. Алый платок распорядителя взлетел в воздух. Фанфары и стук огромных барабанов отвлек, приковал к местам запаниковавших зрителей. Подсадные зрители из тайной службы императора повскакивали с мест, начав радостно и громко приветствовать гостей, обниматься с соседями и кидать в воздух лепестки цветов, бумажное конфети... Несколько секунд замешательства на трибунах, и вот она - счастливая толпа, орущая от исступления и радости, что все обошлось и они живы.
  
  Сияние вокруг высоких гостей потухло. Драконы, медленно, будто красуясь, начали менять очертания, превращаясь в одетых во все черное, черноволосых же мужчин. Императрица, опустившаяся на плиты последней, приветственно подняла руку своему коллеге.
  Миг, и все пришло в движение. Маги и солдаты начали выстраиваться кордоном, охранники Крылатых заняли свои места вокруг своих подопечных, Созидающие же, колонной по двое, во главе с Императрицей и ее наставником, величественно двинулись вверх по лестнице на встречу с Императором Кхэйном и его родственниками.
  Народ на трибунах снова притих, ожидая - а что дальше-то будет?
  Первые лица двух империй в полной тишине синхронно друг другу поклонились, с улыбками глядя друг другу в глаза, заняв верхние ступеньки шикокой лестницы - Кхэйн на верхней, Императрица двумя ступенями ниже (дабы не смущать население своим ростом), мирно обменивались приветствиями. Широкий пригласительный жест императора, усиленный магией зычный голос, привыкший повелевать армадами, произнес ритуальные приветствия. Приятный уху мелодичный голос крылатой Императрицы произнес ритуальный же ответ... Гости и хозяева заняли свои места на ступенях и в императорской ложе амфитеатра.
  Зеленый платок взлетел в воздух.
  Грохот салютов, радостный вопли, шапки и цветы в воздухе, фанфары и барабаны, монеты, ленты и цветы в толпу, разносчики с бесплатными сладостями и хмельными, да в меру, напитками по рядам... Солдаты в парадных мундирах, со скучающими лицами заняли места в первых рядах, показывая тем самым народу, что все закончилось хорошо, и что можно расслабиться. Актеры и акробаты, фокусники и жонглеры, музыканты и артисты начали свое выступление, насыщая впечатлениями тех в толпе, кто еще не успокоился и жаждал зрелищ. Тайные агенты вылавливали смутьянов и недовольных, отвлекая их на себя, или просто под видом 'ой, а тут человеку плохо стало, помогите вынести его на воздух!' уносили их в тайные коридоры, построенные как раз для этих целей.
  
  
  Императрица, сидевшая по правую руку от Кхэйна, с словно приклеенной, доброжелательно-благосклонной улыбкой на красивом, точеном лице, чуть наклонилась к Императору:
   Прекрасное представление, мой царственный брат. Особенно на трибунах. Наводит на мысли о тщательной, кропотливой подготовке праздника...
   Конечно, моя дорогая сестрица, мы очень тщательно подготовились. И представления, и выступления актеров, и последующий пир для народа, и прием во дворце и бал для избранных... - Император чарующе улыбнулся вечно юной подруге, одновременно отдав какой то приказ жестом руки своим тайным агентам, - Впереди еще турнир, соревнования в искусстве владения магии, представление самых выдающихся воинов и подающих надежды адептов.
   Я думаю, все пройдет великолепно - вы же так тщательно продумали праздник, мой друг. Крылатая чуть чуть изогнула тонкую бровь. Император едва заметно кивнул - мол, да, так надо. Девушка в ответ чуть повела верхней парой крыльев, будто поудобнее их укладывая.
   Я думаю, да, моя дорогая. Ведь главное, что бы народу понравилось...
   Вы правы, мой дорогой друг.
  
  Дерхен, слушая этот пустой разговор, потихоньку вподал в ступор - и ЭТО императрица крылатых? Бессмертное существо, способное создавать миры? Это шутка? Он начал по-тихоньку, стараясь особо не вертеть головой, рассматривать остальных гостей. Драконы-оборотни вовсю переговаривались между собой поверх голов застывших, словно статуи, сидящих на специальных креслах без спинок крылатых фигур. Крылатые сидели, как истуканы. Ни движения, ни звуков, ни разговоров. Хоть Император и показывал ему объемные изображения каждого из гостей заранее, объясняя - кто из них - кто, вблизи отличить их один от другого было крайне сложно. У всех по три пары белых крыльев, белые одежды с высоким, глухим воротом, оставляющие открытыми лишь лица, полностью скрывали фигуры, белые же перчатки прятали длинные пальцы и узкие кисти. Белая кожа, светлые, отличающие лишь оттенком волосы, схожие черты лиц - отдаленно напоминающие чем-то эльфов - тонкие, будто вырезанные скульпторами носы, узкие губы, миндалевидные глаза всех оттенков моря и листвы, четкие, вытянутые скулы, высокие чистые лбы, ровные овалы лиц... Будто их не природа создавала, а архитектор, задавшийся целью создать абсолютно идеальные, симметричные и правильные лица. Ощущения от результата были двоякие - и красиво, и неправильно до жути.
  Чуть выбивалась из общей картины Императрица - больше эмоций, одежда другого покроя, но под белыми покровом скрыты полностью даже волосы. Алмазный венец на гордой голове, и простое, приталенное, белое платье. Дерхэн с любопытством разглядывал ее профиль, пока его не отвлек тихий шепот, раздавшийся у него над ухом, заставившей его вздрогнуть:
   Это еще что, вот когда их собирается несколько сотен вместе, тут уже можно караул кричать. Кажется, что сейчас снег пойдет... Или от тишины уши лопнут. Они ж общаются между собой напрямую, телепатически...
  Шептал ему, как оказалось, советник Императрицы - Хайто. Черный дракон, дядя Ее Светлости, который, видя, что захватил внимание молодого мага, добавил:
  А когда их еще больше соберется, нас, драконов, вообще в сон клонит... Скучно безмерно... Стоят эдакие статуи, и молчат, молчат, иногда кто-то крылом или рукой взмахнет... И опять час полной тишины и неподвижности.
   А вы ему верьте больше, - 'отмер' один из крылатых, юноша с более короткими, серебристо-белыми волосами,- он вам такого расскажет...
   А будто-то не правда? - один из молодых 'черных' выглянул поверх головы соседа, и заговорщики подмигнул Дерхэну.
   Нет, - с достоинством ответил сереброволосый, и сново замер истуканом. Даже не моргал!
   Вот и я об этом же, замер как статуя! - шепотом добавил уже третий дракон, стоящий за спиной мастера-Наставника.
  Среди драконов и людей началась эпидемия кашля, монархи-заговорщики переглянулись. Обстановка, последние пол-часа напряженная, тут же разрядилась, послышались первые тихие разговоры, шепотки, начались движения и переглядывания.
  А представление тем временем набирало обороты. День клонился к закату, над рядами самых стойких из зрителей зажглись огоньки, на площадь выбежади глотатели огня, зажгли заранее подготовленные шутихи, фейерверки. Воздух над амфитеатром расцвел мириадами огоньков, причудливыми цветами, фигурами замков, драконов и диковинных зверей. Имератор подал пример заскучавшим гостям, поднявшись с кресла и подав руку Императрице.
  Вот в воздухе взорвался огромный салют, разлетевшись на пол-небосвода переливающимся млечным путем, и все, вслед за монархами, гости начали покидать ложу.
  Осоловелый, пьяный и счастливый народ не особо уже замечал - кто и куда идет, где-кто... На площадь начали выкатывать бочки с вином и элем, вытаскивать столы с угощениями, актеров сменили шуты и музыканты. Офицерский состав покинул свои места, удалившись по домам, солдаты принялись бродить среди толпы - порядка для. Тайные агенты удвоили бдительность, вылавливая недовольных и подстрекателей.
  
  
  Глава 5.
  
  Банкет был в самом разгаре - множество гостей, с миниатюрными ('А нечего за казенный счет брюхо набивать - это не благотворительная столовая, а дворец' (с) Главный казначей) тарелочками и бокалами с вином. Толпа избранных, допущенных на императорский праздник, расслабленно и вальяжно дефилировала, демонстрируя друг другу (и недруг - недругу) лучшие наряды и драгоценности, как степень своего благосостояния, дамы изображали возле щечек 'подруг' поцелуи, стараясь при этом не смазать макияж и не зацепиться массивными и не очень серьгами за прически и кружева на воротниках. Мужчины зорко следили за 'приятелями' - кто вдруг возвысился по служебной или царственной лестницам, кто, наоборот, явно сдал... Молодые люди флиртовали, кокетничали, назначали свидания и дуэли, матроны следили за девушками-дебютантками, отцы и матери почтенных семейств - за своими наследниками. Маги, как обычно, отошли в дальний конец зала, разбились на группки и тихо перешептывались, обсуждая свое, только им и понятные дела и проблемы.
  
  И в разгар этого сияющего, уже привычного для всех высокородных господ, великолепия, из 'императорских' дверей, торжественно, выверенными шагами, вышел распорядитель праздника - моложавый, напомаженный мужчина, разодетый в золотую парчу и алый бархат. Громко трижды стукнув жезлом об пол, изрек:
   Его Величество Император Великой объединенной Имрерии людей - Кхэйн Великий!
  Разряженные гости спешно начали освобождать центр залы, шипя и проталкиваясь на положенные по рангу местам.
  Ее Императорское Величество, Императрица крылатого народа... Тут распорядитель чуть замялся, но быстро нашелся, - Императрица!
  По залу прошла волна недоуменных шепотков - как так? А имя-то? Так и называть - Императрией?! Как же так можно?...
  Распорядитель, тем временем, чинно представлял каждого из входящих в 'императорские двери', добавив сумятицы в ряды аристократов.
  Венценосная пара, а за ней и вереница приближенных, степенно вошла в залу. Тут шепотки стихли, сменившись гробовой тишиной. Наблюдая за крылатыми из ложи для избранных, аристократы не учли одного - мебель в императорской ложе была сделана, по настоянию монархов, очень хитро: сидя, крылатые не отличались ростом от имперцев... А тут... Кхэйн едва доставал своей коллеге до груди, да и полу-расправленные крылья добавляли габаритов. А уж драконы-оборотни, одетые в что-то строгое, украшенное лишь серебряным шитьем и сапфирами по вороту, и отдаленно напоминающее военную форму, вообще резко контрастировали с разряженными в бархат, шелка и парчу, увешенных драгоценностями, членами семьи правителя. Не говоря о том, что ростом свита крылатых тоже не была обижена...
  Венценосная пара, раздовая милостивые 'наклонения головы', продефелировала к тронному возвышению, заняв места на тронах. Вот тут уже разница в росте не была компенсированна - Кхэйн откровенно терялся на фоне белоснежной фигуры коллеги.
  Тихая музыка, повинуясь жесту распорядителя, совсем сошла на нет, и началось 'представление их императорским Величествам' перспективных, молодых и успешных... Ну и их, слегка контуженных происходящим, родственников.
  
  
  Кхейн, друг мой, - Императрица, чуть-чуть скосила глаза в сторону коллеги, - Это надолго? Я слабо знакома с вашим протоколом, у нас подобное занимает от силы минут десять на пол-сотни гостей...
  Час, я думаю - сегодня представят только аристократов и прочих лоботрясов, моя дорогая сестра. Тех, с кем действительно стоит познакомится, я представлю вам позже.
  Как у вас все... Интересно... - Крылатая чуть улыбнулась и подарила медленный, учтивый кивок очередному представленному семейству.
   Вы не старайтесь их всех запомнить - они вам не нужны будут в дальнейшем... - Император, следом за девушкой, вежливо кивнул следующим, - Это, как вам сказать, материал, серая масса, из которой иногда что-то путное вылезает. Старейшие семьи, богатейшие наследники, почивающие на том, что их предки совершили что-то значительное, или состояли в родстве с нашей семьей... Сами по себе, каждый из них мало что из себя представляют, но, случалось, забывают про распри и начинают объединяться... Вот тут уже возникают сложности, приходится их ссорить...
  Императрица, как заведенная кукла, вновь кивнула и улыбнулась очередному семейству, представляющему нервно косящегося на стоящую вокруг трона охрану, юношу.
   Да нееет, мой друг, я их всех запоминаю... тут ничего не сделаешь, я, как вы, выборочно запоминать, не умею.
   Хм, я бы сказал, что нибудь едкое, но вы и так все поняли, моя дорогая. Триста лет, понимаете ли, над вашей памятью раздумывал... - Кхейн лучезарно улыбнулся очередной дородной даме, увешанной драгоценными камнями, выставляющей на показ все, что не могло скрыть декольте, - И даже надумал ряд оправданий для вас...
   У меня тоже есть оправдание, мой друг, - Императрица чуть сощурилась, продолжая улыбаться толпе придворных, - Я отсутствовала все эти триста лет. Меня, как бы сказать, не было на месте... Но об этом мы позже поговорим, не так ли? - Лучезарная улыбка, пугающая своей идеальностью чуть смутила очередного 'представленного' молодца.
   Конечно-конечно, моя дорогая, позже мы все обсудим... Когда этот фарс закончится, когда бал будет позади...
   Бал? - Крылатая даже на секунду утратила невозмутимость, - Еще и бал будет?.. Ну вы... совсем... Хорошо подготовились...
   Да, мы подготовили целую программу увеселительных, положенных по протоколу, мероприятий, - Кхэйн расплылся в довольной улыбке сытого кота, - А вы, моя дорогая, мне уже очень давно танец задолжали, вальс. Думайте, как будете выкручиваться...
  
  Крылатая на мгновение замерла с рассеянным взглядом, затем обернулась к коллеге и одарила его царственной улыбкой, едва замметно кивнув.
  Придумывать объяснения вашим потом - вам, Император!
  Конечно, Императрица!
  
  Тем временем толпа желающих быть представленной, иссякла, распорядитель вышел на центр залы, четырежды стукнул о пол своим жезлом, и в наступившей тишине объявил бал. Торжественно взмахнул жезлом же в сторону невидимых из залы музыкантам.
  Аристократы, подобно ярким муравьям, разошлись по краям площадки для танцев и замерли, ожидая первую пару.
  Император, не смотря на годы, легко поднялся с трона, протянул ладонь крылатой, чуть согнувшись в поклоне. Крылатая царственно встала, подала руку... А тут благовоспитанная толпа ахнула, будто обычные крестьяне, первый раз увидившие чудо - по ступеням, ведущим к трону, Император вел фигуру, окутанную золотистым сиянием, плавно меняющую форму. К концу седьмой ступени сошла уже невероятная по колоритности пара - пожилой император в черно-красных, парадных одеждах, и юная, хрупкая девушка в белоснежном бальном платье. Аристократы, как один, вытянули шеи, стараясь рассмотреть это чудо - костюм императрицы явно был женской парой к костюму их императора, только там, где у Кхэйна было золотое шитье, у крылатой - серебряное, где рубины у одного, там бриллианты у другой, где черное - там белое, а где алое - там голубое... Морщины на темно-серой коже и седина, и ослепительная юная свежесть... Белые волосы в простой мужской косе, прихваченные на конце серебряной заколкой, и рассыпанные по плечам волосы цвета меди. Белого золота, тяжелая, корона одного, и легкий, невесть как держащийся на волосах, алмазный венец... Полная противоположность. Полная совместимость. В тишине, нарушаемой, лишь звуками вальса, первая пара вышла на центр зала. полный достоинства поклон императора, ответный реверанс императрицы, и невероятная пара легко, будто не в первый раз, закружилась в танце, подавая пример другим парам.
  
  Бал шел своим чередом, аристократические семейства отошли от шока, и почувствовав себя в привычной среде, расслабились, начали даже слегка свысока посматривать на гостей, оказавшихся не столь уж страшными. Тем более, крылатые все приняли вполне человеческий облик, да и люди Его Величества от них не отходят - развлекают, ну и заодно стерегут, наверное. Можно и расслабится, и пропустить бокальчик-другой, вот только за девушками приходится следить во все глаза - так и льнут к охране крылатых, позабыв про всякий стыд. А те и рады стараться...
  
  
  Глава 6.
  
  
  Стоя среди всей этой мишуры, Имперетрица заново перебирала в памяти последний разговор с советником Аидосом, случившийся накануне их перемещения сюда. Неприятный разговор, давший толчок целой цепочке тягостных раздумий.
  Она сама вызвала советника к себе. Тот явился на зов тотчас же, будто ждал где-то поблизости. Аидос нервничал - он явно не мог понять, что от него может хотеть его правительница...
  Императрица, ради спокойствия советника предстала перед ним в облике смертной, сама разлила янтарное, терпкое вино по бокалам. И, дождавшись, когда советник чуть-чуть расслабится, начала допрос:
  Советник, объясните мне свою позицию, будьте добры!
  Тот заерзал, и сделал вид, что не понимает вопроса.
  Вы находитесь в смертном, живом теле круглосуточно, так? - тот кивнул и замер.
  У вас есть какие-то веские причины на это, о которых я не догадываюсь? - девушка чуть склонила голову на бок, участливо наблюдая за мужчиной в глубоком и неудобном кресле напротив.
  Нет Императрица, это, наверное, просто необходимость - я последнее время много времени провожу с живыми людьми, и не только, - Аидос неопределенно пожал плечами и вновь поерзал.
  'Да, крайне неудобное кресло, знаю, мой дорогой Аидос...' - подумала про себя с удовлетворением правительница.
  Необходимость? - Императрица изумленно вскинула брови, - Вы уверенны?
  Да, моя повелительница, я уверен... - советник еще и кивнул.
  Оооо, как все сложно. Он пьянеет. Стремительно. С нескольких глотков этого чудного вина...
  Хорошо, допустим, это так, - девушка подлила еще вина в бокал мужчине, - Но объясните, для чего вы завели себе дом на поверхности? И слуг в доме и во дворце? И, страшно об этом говорить, огород и животных, мой друг вы тоже завели...
  Моя Императрица, люди должны что-то есть... Да и мне, знаете ли, тоже нравится этот процесс... - и советник, заплетающимся языком, развалившись в кресле, начал вещать в защиту 'сельского хозяйства', 'влияния на развитии смертных рас', 'прогрессе, который мы для них можем подтолкнуть' и прочее, прочее...
  Главное, не схватиться руками за голову и не застонать. Боги Равновесия, за что?! Был бы Аидос смертным, я бы могла сказать - он сошел с ума. Но тут... Тут другое совсем. Он затосковал, засомневался. И сбился. Просто заблудился в желании жить и в желании быть богом. Это иногда происходит с теми из, кто слаб. С теми, у кого нет цели. Значит, придется... Придется делать свою основную, на самом деле работу...
  Я выслушала вас, советник. - Прервала поток красноречия девушка. - Скажите мне, вы хотите по-быть смертным?
  Советник застыл, подозрительно кося пьяным глазом на свою Императрицу.
  В каком... эээ... Смысле, повелительница - по-быть смертным, - умен, заррраза. Даже вот такой пьяный - думает.
  Я предлагаю вам одно воплощение. В выбранном Вами мире. Сроком... Ну скажем, через семьдесят лет я готова подождать вашего возвращения. Мы вас вернем и вы приступите к своим прямым обязанностям...
  Советник отставил бокал на столик и мелко-мелко замотал головой.
  Нет? Причина вашего отказа? Обоснуйте, пожалуйста.
  Я... Я согласен, Императрица, - просипел тот, - но, прошу вас об отсрочке - ровно после праздника... Мне нужно уладить дела.
  Хорошо, советник. У вас есть время до окончания основного праздника, запланированного ранее, - советник скрипнул зубами и низко опустил голову э нееет, милый мой советничек, не удастся затянуть праздник на месяцы, знаю я вас, - Сразу же после этого вы получите воплощение в выбранном вами мире. Предпочтения есть, пожелания, условия? - тот опять мелко замотал головой и нервно сглотнул.
  Тогда решено! - Императрица встала с кресла, обозначая конец аудиенции, - Прошу вас подготовиться и убрать из города всех тех смертных, что зависят от вас. Нам не нужны проблемы в виде одичавших людей на улицах, потерявшихся животных или гниющей органики в центре города.
  Аидос встал и, криво поклонившись, ушел. Хорошо, что тут дверей нет, только занавеси из ткани, подумалось девушке... А то бы хлопнул...
  'Боги Равновесия, - мысленно взмолилась Императрица, - Прошу вас, дайте сил ему прийти в себя. Я не хочу его уничтожать! Это немыслимо больно и страшно - впитывать в себя его память, его разум, его безумие... И отпускать на волю только чистую, назамутненную энергию созидания...'
  Он не первый за последние тысячи лет, кто вот так 'заигрался'. Это периодически происходит. Бывает, что кто-то не моет выйти из 'воплощения', и его начинает кидать раз за разом в смертные тела, а бывает, что кто-то хочет 'поиграть в богов'... И если в первом случае разум 'погуляет и вернется' домой или же за ними отправляется кто-то из наших и вытаскивает, выталкивает, пробудив память... То во втором случае приходится уничтожать заигравшегося. И лучше это сделаю я, чем тот, кто стоит над нами. Или этого 'игрока' получат те, кто стоит от нас по другие стороны от Равновесия...
  
  
  ***
  Дэрхэн, удравший с осточертевшего ему бала, шел по балкону. Ночь, звезды, прохладно... Ветер, пробирающий до костей - в погоду на острове грубо вмешались и она мстила. 'Жестоко мстила' - добавил про себя маг, потирая озябшие руки. Бал, в принципе, уже подходил к концу - первые лица двух Империй уже покинули высокое собрание. Крылатые прибились полным составом к трезвым и непьющим магам, их охрана разбрелась половиной по закуткам, утащив с собой по девушке, а кто сразу и не по одной... А Дэрхэн, замурзаный Императором за последние три месяца до невменяемого состояния удрал в тишину и одиночество, которые очень ценил. А тут - шум и суета центрального Мира. Дядя клятвенно обещал его отпустить домой, как только все уляжется, признавая, что все это не для Дэрхэна - уроженца тихого мирка на окраине Империи.
  Его уединение было грубо нарушено - на краю длинного балкона, идущего вдоль всего этажа, сидела какая-то девушка. Точнее даже девчушка. Сидела, закинув ногу на ногу и болтала туфелькой над пропастью, с любопытством глядя вниз. 'Либо пьяная, либо наркотик, либо - самоубийца...' - сделал неутешительные выводы Дэрхэн. На этом балконе другие бы не рискнули сидеть вот так, как она.
  - Привет! Хорошая ночь, правда? - тихо сказал молодой маг.
  Девушка повернула голову плавным грациозным движением, разом перестав болтать ножкой. Туфелька, покачавшись, замерла криво и полетела в пропасть. Маг сделал пару шагов к высоким гранитным перилам и предложил самым мирным тоном:
  - Хочешь, я тебе её достану?
  - Давай, - согласилась девчушка, - Только тут далеко... Так что не надо, наверное. Она мне не нужна уже.
  - Сейчас достану, - маг еще пару шажков сделал, преодолев разделявшее их с самоубийцей расстояние, - Ты не волнуйся...
  Встал почти вплотную, чтобы если что, успеть поймать девчонку, надумай она сигануть.
  - Да я и не волнуюсь, вообще-то. Тут правда далеко!
  - Куда упала туфелька, ты видела?
  Еще шажок, как бы невзначай оперся на перила рядом с ней и заглянул вниз. Девушка, не держась за перела, указала рукой, опасно наклонившись вперед:
  - Вон, видишь - блестит. Рядом с полосой прибоя.
  - Ага, вижу...
  А сам - цап её за талию. А второй рукой 'поманил' туфельку. Та послушно взмыла вверх, набирая скорость. А когда застыла напротив, девушка констатировала:
  - Мокрая... Потому я её и не хотела доставать.
  - Высушить?
  - Давай!
  Взял рукой атласную туфельку-балетку, расшитую крошечными брилиантами, высушил струей теплого воздуха и вернул девушке. Та опять нагнулась над пропастью и надела на ногу, хмыкнув и припечатав с непосредственностью ребенка:
  - Сухая, но жмет.
  - Ты тут откуда, ребенок? От взрослых с праздника удрала?
  Девчушка повернулась на него и вытаращила глаза.
  - Не совсем чтобы так...
  - Значит - удрала. А тут что сидишь? Да еще и в таком виде? Собралась прыгать, дождалась бы, когда Крылатые улетят обратно. Нам скандалы ни к чему!
  - Вааам - что?.. - Глаза девушки стали еще больше.
  Усталый и злой, как демон, Дэрхэн аккуратно снял девчушку с парапета, попутно осмотрев её наряд. И нахмурился. На девушке были узкие замшевые брючки, шелковая блуза с кружевным воротом и длинный, без рукавов жилет из незнакомой ему плотной ткани с вытканными на ней узорами. Все - черное и очень дорогое. Волосы девчушки, тоже черные как смоль, были безжалостно обрезаны по плечи - криво и явно не ножницами цирюльника. А из прически выглядывали кончики заостренных ушек. Мысленно маг взвыл: 'Мелкая эльфийка, из темных... Мать моя... оборотень!.. Да когда же этот день-то кончится?..' А вслух - ласково и предельно мило, как только мог:
  - Так, ты вообще тут откуда, такая нарядная?
  - Я тут в гостях, вообще-то, - девушка задрала голову, что бы на него посмотреть.
  Росточку в ней - как раз до груди мага.
  - И у кого ты в гостях?
  - У Императора.
  - А он об этом - знает? - с иронией спросил Дэрхэн.
  - Ага. Обратно меня на парапет вернешь, а то мне залазить туда высоко?
  - Неа. Сигануть собралась?
  - Неа! - засмеялась девушка, - А у вас что - часто девушки сигают тут?
  - Да бывает... - улыбнулся помимо воли маг, - Точно не прыгнешь? Тут далеко, как сама говорила, лететь-то. И не стоит он того.
  - Пффф... - сморщилась девушка.
  - Точно говорю - не стоит он твоей смерти...
  - Э? - девчушка остранилась, на сколько позволяли руки мага.
  - Ты еще очень молодая, а он - дурак! Ты ж вон какая красавица! Да за тебя любой в империи мальчик биться на дуэлях будет, - вдохновенно начал вещать маг.
  Девчушка похлопала ресницами, заглянула в обрыв за парапетом, и снова уставилась на мага.
  - Хочешь, я тебя в твои покои отведу, там наверняка уже все с ног сбились, тебя ищут... А хочешь торт?! Сладкий, хороший тортик! С вишней! Любишь вишню? Я очень люблю... Пойдем и съедим целый огромный тортик!.. Хочешь?
  - Хочууу... Наверное... - Неуверенно протянула девушка, внимательно вглядываясь в поисках чего-то, одной ей известного, в его лице, - Ты это, маг... Ты не волнуйся, слышишь... Все хорошо. Я правда прыгать не буду, веришь? Только не волнуйся, хорошо? У тебя, наверное, день тяжелый был, да? - девушка успокаивающе начала гладить хрупкой и тонкой ручкой Дэрхэна по плечу, - Давай отсюда пойдем, ладно? Тортик поедим?
  - Хорошо, пошли.
  Перехватил эльфочку за руку и повел её к близжайшим дверям с балкона, матерясь про себя на тех, кто девчушку упустил. Небось, кто-то из драконов мимо неё, козявки, прошел, не взглянув, а она и обиделась. Или паренек бросил... Или родители кавалера забраковали...
  - Куда дальше - знаешь? - спросил он у девушки, молча семенившей рядом.
  - Туда, до конца коридопа, а там направо, и еще раз направо.
  - Стоп, так там же самых важных гостей Империи селят!
  - Ну я тоже вроде бы не с окраин мироздания, маг. Тортик-то где брать будешь? - напомнила девчушка.
  Тортик решили стащить с банкетного зала. Так как он стоял на возвышении, то гости да него не добрались и Дэрхэн, подкинув на вытянутых руках мелкую по-выше, осуществлял воровство десерта её руками. Та долго колупала и выбирала куски, пока шепотом не доложила 'готово'. Скрываясь и прижимая к груди тарелки со здоровенными кусманами торта, они пробрались до гостевого крыла. Девчушка, передав свою тарелку магу, отперла замок и безпардонно толкнула попой поистине драгоценную, инкрустированную золотом и самоцветами дверь, игнорируя предложение помощи мага.
  - Хм... Ребенок... А тебе что, воспитатели не говорили, что чужих к себе пускать нельзя?
  Дэрхэн крутил головой, разглядывая шикарнейшие покои. На ту груду золота, что потрачена да обстановку этой гостиной, можно построить неболшой дворец... А на стоимость той двери, что девчушка так вот непочтительно проигнорировала - еще и гарнизон пару лет содержать.
  - Неа! - девчушка махнула рукой на столик черного дерева и диван.
  - Ну тогда я скажу: нельзя пускать чужих дяденек в дом...
  'Чужой дяденька' толкнул локтем великолепно сбалансированную дверь, легко и без стука закрывшуюся. Прошел к диванчику и пристроил тарелки.
  - А вот ложки мы не стащили... - Заметила девушка, - Щас, подожди... Где-то у меня тут... Блин. Не тут! Есть серебро? - девушка, плюхнувшись на диван рядышком с магом, заглянула в лицо магу.
  - Ну есть... На... - маг, недоумевая, отцепил с пояса протянул девушке кошелек.
  Та деловито высыпала содержимое на колени, выковыряла и ссыпала обратно в кошель золотые монетки. А серебро, подумав, взвесила в руках.
  - Пойдет, - кивнула она и принялась МЯТЬ тонкими пальцами монеты, будто тесто.
  - Маг, челюсть подбери. Смешно и не солидно выглядишь.
  Девушка разделила на два равных кусочка серебряный комок, отложила один и из второго вылепила ложку. Зажала между ладоней, подумала и протянула только-только успевшему челюсть подобрать Дэрхэну. Он машинально взял в руки изящную ложечку - удобную и хорошо легшую в руку, как ни одна другая вещиша в его жизни до этого. Пока он разглядывал это чудо, девушка так же невозмутимо 'слепила' вторую. Пододвинула к себе тортик, пожелала 'приятного аппетита' и начала быстро и аккуратно уничтожать свой кусман, выгребая, как и все дети, первым делом крем и вишенки.
  - Маг, отомри! - рассмеявшись, сказала девчушка, - А то твой торт тоже без вишни будет!
  - Да я вообще-то сладкое не очень... - Отмер маг, - Это вот - что?
  И ложкой помахал.
  - Мммм... Ложка? - осторожненько, как у психи, спросила девушка.
  - Ну да, ложка...
  - Что-то не так? - огромные бирюзовые, как оказалось, глаза с интересом уставились мага.
  - Да нет, все так... Как ты это сделала?
  - Хм... А не все ли равно, маг? - Хитро сощурилась девчушка.
  - Так... Ты ВООБЩЕ, кто? Эльфийка?
  - Да упасите меня Древние! Вот тоже мне - радость! Не-не-не! А что - похожа? - с ужасом спросила она.
  Маг в ответ тупо кивнул. Говорить уже не мог. Девушка, нахмурившись, рванула с дивана в низком старте в сторону большого зеркала.
  - Ва-а-а... Не ну, что такое, а?.. - Возмутилась девчушка, разглядывая свое отражение, - Да когда меня отпустит-то? Ладно хоть на балу при всех так не оконфузилась...
  Девушка обернулась к магу и извиняющимся тоном произнесла полную чушь с его точки зрения:
  - Маг, ты меня извини, пожалуйста. Я не глядя как-то... Три сотни лет почти так отбегала, теперь иногда клинит. Сейчас исправлю! Сиди.
  Очертания девчушки чуть-чуть поплыли, цвет одежды 'вылинял', став ослепительно-белым, волосы, словно живые, поменяли цвет до медного, и, взметнувшись вверх, упали уже ярко-медной шелковой волной до талии.
  - Ну вот, другое дело! - удовлетворенно пробормотала девушка, кивнула отражению и вернулась на диван к замершему магу, - Маг, ты торт - будешь?
  - Ва-ва-ва...
  - Да? Нет?
  - Ваше Императорское... Величество...
  - Так ты торт-то будешь?! - нахмурила тонкие, темно-медные брови юная Императрица.
  - Буду.
  - Ешь тогда, не дразнись! А вишни - точно будешь?
  - Неее... Выковырять вам их? - зачем-то спросил маг.
  - Выковыривай! - согласилась Императрица крылатых.
  А маг-оборотень, тупо и механически выковыривая и складывая горкой на тарелке Императрицы ягоды, повторял про себя только одну фразу, вытеснившие все другие: 'Вот я попааал...'
  Посидев так в тишине, нарушаемой только постукиванием ложечек о фарфор, маг не выдержал и обратился к Императрице крылатых:
  - Ваше Величество...
  - Императрица, Тхэр, - поправила его девушка.
  - Что, простите?..
  - Мое имя - Императрица, маг. Не надо 'Ваше Величество', это как-то... странно звучит...
  - Ну так у нас принято. Не могу же я к Вам обращаться 'Императрица', - искренне возмутился маг.
  - Хм... - Императрица с задумчивым и сосредоточенным выражением лица выкладывала ложечкой пирамидку из вишенок, - Почему - нет, если это моё имя?
  - А другая Императрица если у вас будет, как её называть? Или как называть вас, если вы передадите свой трон другой?
  - Так, Тхэр...
  - Я не тхэр, Ваше... Императрица.
  - Разве нет? - девушка сощурилась, продолжая подравнивать ряды ягодок, - Да нет, ты тхэр, маг-оборотень, я не могу ошибаться.
  - У тхэра три ипостаси, а у меня - две только. Я дефектный...
  Девушка пристроила на вершинку пирамидки последнюю вишенку, полюбовалась чуть-чуть результатом и осчастливила мага:
  - Ага, есть. Немного дефекта, но не критично. Хочешь, завтра поправлю? Там чуть-чуть не верно в сцепке, а в результате доминирует человеческая ипостась. Ты же Императора потомок, да?
  - Ну да... Внучатый племянник.
  - Хм... Мне это ничего не говорит - веришь?
  - С трудом... Императрица. А почему завтра?
  - А сегодня я занята, Тхэр.
  - Хан...
  - Хан?
  - Моё имя Дэрхэн Хан. Хан меня зовут друзья. И родственники.
  - Хан, - девушка задумалась и с серьезным видом кивнула, - Я сегодня занята, Хан. И да, тогда получается, что мое имя - Огонек. А императрица у нас бывает только одна, Хан. А её дочь зовется Юная, или Младшая Императрица. Потом она уже Императрица. Потому это и имя и титул. Я правильно объяснила?
  - Правильно, - подтвердил Хан, - А чем вы заняты? Или это секретная информация? - Маг посмотрел на тарелку с горкой вишенок, которую она теперь вертела по столику и скурпулезно подравнивала.
  - Мир ваш спасаю, - спокойно так, не отрываясь от своего занятия, сообщила Императрица, - Еще делаю пирамидку из вишенок и с тобой общаюсь. А еще с Императором в допросной сижу - он шпионов поймал и учит меня людей допрашивать - довольно скучное занятие, замечу. Сейчас палач закончит, я ему свой метод покажу, гораздо чище и эффективнее. А, ну да! Еще на балу с вашими архимагами разговариваю. Вроде бы все перечислила...
  - Эммм... Ну да... Понял... - маг с сочувствием посмотрел на девушку, решив, что она с ума сошла.
  - Ничего ты не понял, Хан, - весело рассмеялась девушка и подняла на него якие, неестественно-бирюзовые глаза, искрящиеся смехом, - Одна я, основная сейчас внутри вашего мира, вместе с другими Крылатыми. Мы там с момента прибытия. Другая я - с тобой воровала торт и ем его сейчас. Третья - с Кхэйном в допросной. Четвертая - выслушивает мудрую чушь в исполнении вашего седого и морщинистого мага... И все это - я. Одновременно и во всех четырех местах. Каждая - условно материальные проекция, исключая ту, что ковыряется с тонких энергиях вашего старенького мира. Так понял? Вижу, что не очень понял. А еще ма-а-аг! - поддразнила его Императрица.
  - Да нет, понял я. Но не совсем. В голове с трудом укладывается... А как же вся та информация, что с каждой проекции идет? Разом собирается, или потом?
  - Разом, - сморщила курносый веснушчатый носик девушка, - Вот я потому одну проекцию и отправляла на балкон. Скучно как-то стало... И не зря, как оказалось! Тебя встретила.
  - Та-а-ак. то есть - информация, разговоры, ощущения... Запахи? - Императрица кивнула и опять нос сморщила, - И все - скопом... И сколько таких проекций разом можете выдать?
  - Любопытный ты Хан... - Девушка усмехнулась и спохватилась: - А, ты же маг! Ну раз так, тогда скажу: пока что не больше четырех проекций, потом - до восьми, потом - до шеснадцати, двадцать четыре, ну и так далее. От опыта зависит... Я потому и говорю - завтра, когда основная часть разума освободится, я могу подправить тебе твой дефект.
  Хан без особого энтузиазма колупнул свой истерзанный кусочек торта. И спохватился:
  - Так завтра же вроде бы как должны... мир спасать...
  - Завтра официальная часть, как вы говорите, - усмехнулась Императрица, - А основная не прекратиться до неё. Ну и собственно, Кхэйн просил визуальную часть сделать для публики. Представление, так сказать.
  - А она не нужна?
  - Да, в принципе, нет, - пожала плечами девушка, - Только для публики. Вы, смертные, не поверите, если спецэффектов не будет. Молний, вспышек, землетрясений... Вот и устроим вам завтра это все. Ярко и красиво.
  - А мне ты почему это так спокойно рассказываешь? - удивился маг.
  - Ты никому это не расскажешь, Хан, - усмехнулась она в ответ.
  - Заклинание неразглашения?
  - Заклинания - это к вам, магам. А я делать ничего не буду. Просто ты не расскажешь - и всё тут. Даже Кхэйну, хотя именно он это и предложил эти представления устроить.
  - 'Народ любит зрелища...' - процитировал он любимую фразу Императора.
  - 'И если им его не дать, они сами его устроят!' - закончила собеседница за него, - Именно так он и сказал. И скажи, кому ты расскажешь, маг-оборотень Хан? Магам? Пффф... Не думаю. Воякам? Ну выслушают и забудут. У ваших вояк - две извилины. Одна - от затылка до... нижней части корпуса проходит, а вторая вокруг головы, там, где шлемом натерло. Или политикам вашим? Аристократам? Не поверят, да и Кхэйна ты подставлять не будешь, - хитро улыбнулась Императрица крылатых.
  - А завтра вы еще и решите мою проблему с третьей ипостасью, и я буду вам обязан... Сильно обязан, так? - спросил начавший закипать маг.
  - Ага, - легко согласилась с ним девушка, - Именно так все и есть. Здорово, правда?
  - Эммм... Если вы на это так смотрите... Тогда да.
  - Ну если бы я решила твою проблему за просто так, ты бы считал себя обязанным мне чем-то, ну или искал бы подвох. А тут все чисто, Хан. Я прошу тебя молчать, а в замен помогаю. Тебе так удобно будет?
  Хан разозлился и был обижен предположением Императрицы, и ответил весьма резко:
  - Да уж, все чисто, Императрица. Не придерешься.
  - Хан? Я вас... обидела? - глаза девушки стали как два блюдца, - Чем, можете объяснить?
  Хан сжал челюсти, чувствуя, как накатывает волна звериной ярости.
  - Хан, вы трансформироваться тут решили? Я так сильно вас задела своим предположением? Может, меня извинит, что я редко общаюсь с представителями Темной Империи и с людьми в частности?
  - Извинит, отчасти, - прошипел маг через сомкнутые зубы. Точнее - клыки уже.
  Девушка встала с дивана и отошла от мага. Тот кивком поблагодарил - ему стало легче, когда объект раздражения не был под боком. Девушка нахмурилась и посмотрела на свои ставшими белыми атласные туфельки.
  - Хан, я поняла, чем тебя оскорбила. Я даже не предположила вариант 'попросить хранить тайну'. Сразу предложила обмен, это было не правильно, - Императрица подняла глаза на мага, - Ты учти, пожалуйста, что из вашей Империи я не официально только с Кхэйном общаюсь, и то редко. Четыре встречи за две тысячи лет. Кхэйн - Император, и никогда не делает что-то просто так. Не имеет права. Я - тоже. Я не могу просто взять и вмешаться в твою жизнь, изменив её. Что бы иметь возможность это сделать, я дала тебе закрытую информацию, обязав себя. Ты хранишь тайну, я тебе помогаю. Иначе нельзя. Законы равновесия на нас действуют сильнее, чем на вас. Ну и учти, что ты - второе в истории наших народов существо, с которым я разговариваю не о погоде... Мне очень сложно понять - как правильно с тобой разговаривать, где границы, где приделы и нормы в общении. Вы это изучаете с рождения, а я - по ходу общения с тобой. Если не сложно, ты поправляй меня, если я что-то не так говорю, хорошо? И прошу не обижаться - это столь же бессмысленно, как обижаться на камень, упавший тебе на голову.
  - Камню на мою обиду... Я понял вас, Императрица Огонек. Я тоже не учел, что вы иное совершенно существо. Вы чем-то демонов напоминаете. С теми тоже непонятно, как общаться. И нам и им тяжело, частые стычки на фоне различий. Бывает, демон что-то напрямую высказал кому-то, а тот и обиделся... Прямо как я сейчас, - усмехнулся успокоившийся маг.
  - Демоны? Хм... Это те метаморфы из хаотических миров, что с двумя или больше ипостасями, и большая из них с крыльями и прочими атрибутами ночных кошмаров, а питаются они эмоциями, страхом и эманациями разрушения? - предположила с улыбкой девушка.
  - Ну я не знаю - чем они питаются, если честно. Мясо вполне так неплохо жрут... У меня есть их изображения, могу показать.
  Девушка вопросительно кивнула на диван, и успокоившийся маг, улыбнувшись, кивнул и похлопал по дивану рядом с собой. Пока девушка усаживалась, Хан достал комп-наладонник и принялся в нем ковыряться в поисках нужных изображений.
  - О, а у вас еще и техника есть? - Императрица с любопытством разглядывала крохотный тонкий комп.
  - Есть, - ответил на её удивление маг, - Она не афишируется особо. Несколько технических миров не так давно присоединились к нам. Мы даем им ресурсы, они и стараются, разрабатывают. Только не повсеместно эта техника работает.
  - Знаю. В некоторых мирах физические законы другие. И техника перестает в них работать, иил работает, но лучше б она этого не делала. Мы давно от чистой техники отказались из-за этого.
  - Ну потому наш Император Кхэйн и так настороженно к ней относится. Развиваем, но не особенно распространяем её. Многих забавляет. Что-то есть в ней такого...
  Маг замолчал, а девушка попыталась заглянуть через плечо, но кукольный рост 'проекции' не позволял. Она дернула Хана за рукав, заставив опустить комп ниже и изогнулась, разглядывая электронную игрушку.
  - Ага, нашел! Вот яркий представитель, - маг, наконец-то нашел нужное и ткнул пальцем в изображение на дисплее.
  Над компом выросло галограмное изображение крупного и массивного крылатого демона.
  - А, этих знаю, забавные. Ты в чем-то прав, Хан. С ними легко общаться. Когда они перестают истерить и пытаться нас прибить, - Хан вытаращился на девушку, а Огонек пояснила, - Там с их верованиями какие-то пересечения по внешнему виду нашей расы.
  - Да? Я тоже толком ими не интересовался, признаюсь... Они от меня далеко очень живут. Да и толку с них мало. Только в сцепке с верой работают.
  - Угу. Они эгрэгорные существа. А если их 'оторвать' от эгрегора, то это простые оборотни. В тебе, как в оборотне-тхэре, есть их генотип, где-то 12,96 %, если округлить.
  Хан, уже который час сдерживающийся, таки зевнул. Вот так взял и зевнул во всю пасть самым неприличным образом. Девушка спохватилась:
  - Хан, ты же спать, наверное хочешь? Солнце уже скоро встанет, а я тут тебя забалтываю. Это мне спать не надо, а ты как?
  - На следующей неделе посплю, не тревожьтесь, - попытался пошутить маг.
  - Ну нет! Это завтра ты совсем сонный будешь, и с тобой будет не интересно! Нет уж, иди спать, маг-оборотень Хан. Завтра, после представления, жду тебя тут. Кхэйна я предупрежу сама и объясню ему все. Он же явно на тебя планы составил... Иди.
  - Доброй ночи, Императрица Огонек, - маг опять зевнул и встал с дивана.
  Императрица удивленно подняла брови и голову на бок склонила, совсем став похожей на фарфоровую куколку в витрине магазина, а маг, усмехнувшись, пояснил:
  - Так положенно у нас - желать 'Доброй ночи'.
  - Тогда - Доброй ночи, маг-оборотень Хан, - послушно отозвалась девушка.
  Маг пошел к двери, но взявшись за ручку, спохватился, что еще один вопрос остался не выясненным. Обернулся спросить, но на диване уже никого не было. Сротливо стояли тарелки с недоеденными кусками торта и вишневой пирамидкой, рядом - ложки, доказывая, что это все ему не показалось, и вечер, и Императрица не были галлюцинацией... Но девушки уже не было в комнате.
  Дэрхэн по прозвищу Хан, воровато озираясь, вернулся к столу и забрал ложку. Одну. Ту, что ему Императрица давала. Просто на память, ну и исследовать заодно...
  
  Глава 7.
  
  
  - Доброе утро, не так ли, господин Хан? - раздался мелодичный, полный ехидства знакомый голос справа от засмотревшегося на представление, устроенного Крылатыми, мага.
  - Госпожа...? - Хан обернулся к стоящей рядом девушке и застыл, зачарованный.
  - Эрио, леди Эрио. Так же на ващем языке звучит мое имя, господин Хан?
  Яркая, красивая миниатюрная девушка, выглядевшая вчера, как фея-куколка, сегодня красовалась с убранными в строгую армейскую прическу медными, будто бы темнее, чем вчера, волосами, и в форме старшего адьютанта, взяла мага под локоток, вызвав волну шепотков за спиной своим нахальным поведением.
  - Вы прекрасно выглядете, леди Эрио, - против воли улыбнулся маг, разглядывая это курносое чудо.
  Ростом сегодня девушка была едва ли до ключицы магу, и внешность уже была более естественная для живого существа, хоть и по-прежнему неверояно-яркой.
  - И вы, господин Хан, тоже сегодня лучше выглядете. Выспались? Вам нравится? - Огонек кивнула на 'сцену', а у стоящей рядом герцогини округлились глаза и выпал из рук драгоценный веер...
  - Очень! - отозвался маг, проследив за веером что, искрясь и переливаясь брилиантами, упал в пыль.
  - Я о Крылатых... - намекнула девушка.
  - Я обо всем, что я вижу...
  - Хм... Давайте посмотрим все-таки на Крылатых, когда еще раз доведется такое увидеть!
  Девушка, наслаждаясь происходящим и вызванным своей особой фурором, еще и довольно недвусмысленно прижалась к магу, породив уже более громкие шепотки, местами с слышимыми приглушенными возгласами 'да кто это?!' Император, стоящий в первом ряду, сразу за кордоном из черных драконов, кинул в пол-оборота насмешливый взгляд на резвящуюся Имперарицу. Так, изогнув бровь, ответила лукавой улыбкой. Хан стоял, как дурак, столбом.
  - Хан, я начинаю жалеть, что открыла вам, кто я... Ты был такой живой, интересный... А стал - как все они...
  - Постараюсь исправится, леди Эрио, - жарко прошептал, изогнувшись, ей на ухо маг.
  - У вас получается, господин маг!
  Герцогиня, пытаясь расслышать, о чем они там шепчутся, сделала шаг к ним и... Издав громкое 'Хрясь', драгоценная безделушка погибла под полной ножкой жадной до сплетен дамы.
  - Жалко, ничего так, забавная штучка была, хоть и аляпистая... - проговорила девушка, кинув равнодушный взгляд на обломки веера, что торопливо собирал с пыльной земли её герцог-супруг под нервое повизгивание дамы... Лакеев и слуг сюда не пустили, и благородные аристократы были в некоторой прострации, вынужденные уже час справляться со своими надобностями самостоятельно. В третьем ряду тоже назревал конфликт - какой-то даме стало плохо, а нохательные соли и складные стульчики для них - у слуг...
  - Сегодня день скандалов, леди Эрио, - с улыбкой пробормотал маг, возвращаясь к созерцанию основного действа, ради которого тут, собственно все и собрались.
  Девушка загадочно улыбнулась и перевела взор на огороженную площадку перед ними.
  Кордон из развернувших свои полуночно-черные крылья драконов ограждал по периметру площадь, равную ипподрому, а в центре, приковывая жадные взгляды разряженной и потеющей на полуденной жаре, фигуры Крылатых, освещаемые солнцем до режущего глаза сияния. Ветерок трепал искрящиеся одежды, играл со снежно-белыми перьями их крыльев, поднимал тучи пыли и бросал их в лица аристократов, возжелавших лично попялиться на небывалое зрелище. Император, как самый продуманный, захватил с собой зонтик от солнца. Остальные же до этого не додумались... Будет лекарям и косметологам сегодня нервная работенка...
  Императрица снова стояла в центре, вокруг - трое, вокруг них - еще трое, замыкающий, внешний круг - пятеро белых фигур.
  - Сейчас... - предупредила стоящая рядом с Ханом 'проекция' Императрицы.
  И фигуры пришли в движение - взмах крыльев (Хан поразился, что они не задевают друг друга, и КАК три пары крыльев вообще так слаженно работают?), Императрица подымается в воздух, за ней - второй круг, третий, четвертый же остался на земле. Драконы утробно заурчали, да так, что среди дам, уже пунцовых от жары и солнца, по-новой прошла волна обмороков. Звук пробирал до костей, заставляя дрожать внутренности и ныть зубы.
  Фигура Императрицы окуталась ярким золотым сиянием, её свет перекинулся на следующую за ними тройку, и дальше, пока не коснулся земли. Драконы, реагируя на происходящее, нагнули к задрожавшей земле тяжелые головы, украшенные шипами и длинными, острыми рогами, сменив диапазон своего рыка. Теперь и у Хана перехватило дыхание - до того этот вибрирующий звук был низкий. Огонек улыбалась, поглядывая по сторонам.
  Драконы, распластавшись уже практически по земле, загородили своими крыльями стоящих за ними людей. Безумно-яркая вспышка, гул, тряхнувший, казалось, каждую клеточку в организме, и нарастающая дрожь земли, перерастающая в небольшие, но ощутимые волны под ногами уронили всех не успевших вовремя среагировать.
  - Уже можно открывать глаза, господа! - тоном ведущего праздника произнесла Огонек и помогла магу встать с переставшей раскачиваться земли.
  Хан успел подняться как раз вовремя - Крылатые, приземляясь и вставали на одно колено, приложив руки к земле, но едва только Императрица коснулась земли и распахнула во всю ширь свои крылья, солнечный свет, будто собираемый ими, потек по их рукам в землю, преображающуюся на глазах! Серая и безжизненная пустыня меняла свой цвет, будто сама почва молодела, возвращая краски. Несколько секунд и раздался истошный крик 'смотрите!!!' из толпы. Все жадно подались вперед, ища - что же там случилось? А там, будто в ускоренной съемке, вырастала трава, подымались цветы и деревца, а от круга Крылатых в серое и пыльное, всегда наполненное смогом небо стремительно поднялся мерцающий столб света, от которого и по небу разливались нежные краски, а свет солнца наконец-то смог пробиться сквозь хмарь и обрушился на и без того измученных аристократов, ярко высвечивая их враз ставшими слишком аляпистыми одеяния и драгоценности, выставляя в невыгодном свете 'поплывшую' от жары косметику на лицах изнуренных дам.
  - Небо... голубое! Оно голубое!!! - потрясенно и испуганно взвизгнула герцогиня, плотно обосновавшаяся на земле.
  Хор потрясенных голосов прошел волной от герцогской четы, расширяясь и множась подробностями и замечаниями.
  Трава... Цветы... Голубое небо... Хан вздохнул полной грудью и с шумом выдохнул. Да, и воздух очистился. Положил ладонь на ручку девушки, лежавшую на его локте и сжал. Слов не было. Если бы вчера Императрица не предупредила его, что все сегодняшнее - представление, и 'финальный аккорд', он бы был так же поражен, как и остальные. Но и с этим знанием проделанная ими работа впечатляла! Маг с подозрением покосился на Императора - единственного устоявшего на ногах во всех перипетиях, и единственного, кроме Эрио, выглядящего не как пугало. 'Вот старый хитрец! Даже этот момент продумал - его одежда плотная, не пропускает солнечный свет, и при этом довольно свободая! Стоит и хитро улыбается уголком губ... Пока мы тут...'
  Крылатые, не дав Хану в волю воздать должное злому гениию старого Императора, плавно встали, сложили крылья и замерли. Драконы, подтверждая мысли об окончании представления, перекинулись в человеческое обличие и направились к своим подопечным.
  - Ну всё, господин Хан, представление окончено, - проговорила с усмешкой Императрица.
  - Весьма впечатлен... А вы уделите мне сове внимание сегодня, леди Эрио?
  - Ну конечно же, господин Маг!
  - Хан, подойди-ка ко мне, и очаровательную госпожу... ...адьютанта... прихвати, - раздался резкий голос Императора.
  Волна шепотков за спинами резко сменила направленность, когда Хан, ведя под ручку расточающую любезные улыбки непрезентабельно выглядящим аристократам, неумело выколачивающим пыль из своего душного бархата и нагревающейся на солнышке парчи, подошел к царственному родственнику, опустив в почтительном поклоне голову. Эрио, чуть растерявшись, тоже повторила его движения, и вся раззолоченая толпа сдавленно ахнула - у наглячки на губах гуляла лукавая усмешка, которую она даже не пыталась скрыть.
  - Ну как вам представление, госпожа ... адьютант? - Разглядывая склонившую перед ним буйную рыжую головушку девушку.
  - Весьма интересно было понаблюдать... мой Император, - с улыбкой произнесла та.
  - У вас, насколько я знаю, на сегодняшний вечер уже планы... - Еще шире заулыбался Кхэйн, краем глаза заметив реакцию толпы.
  - Да, Ваша Светлость. Весьма приятные.
  - Тогда вы удилите мне немного времени до этого? - Низким, рокочущим голосом, от которого до сих пор млели даже молодые красотки, нарочито громко произнес он.
  - Конечно, Ваше Светлость! - Поддержала девушка игру старого приятеля.
  Император, лукаво улыбаясь внучатому племяннику, милостиво кивнул ей и Хану и, словно бы потеряв всякий интерес, вновь повернулся навстречу идущим через поле Крылатым под конвоем драконов.
  Молодые, ну, пусть будет люди, поклонились спине Императора и чуть погодя распрямились и отошли в сторонку, посколько высокородная толпа начала пахнуть потом как обычные смертные, да еще поверх этого торопливо поливать себя духами. Что для оборотня Хана было равносильно пытке, да и Огонек заметно морщилась.
  - Хм... Я испачкалась, - заявила девушка, разглядывая приблизившуюся себя же к Императору.
  - У меня до сих пор это в голове не укладывается, если честно. Слова 'посмотри на себя со стороны' выглядит уж слишком буквально... - Подал голос Хан.
  - Ну вот я и смотрю, - отозвалась девушка, - Оп-па, и еще кусок обещенного Кхэйну скандальчика!
  Едва девушка Это проговорила, так вторая фигура Огонька - так, что с крыльями, поверх плеча Императора, улыбнулась и приветливо кивнула ему, на мгновение буквально задержав на нем взгляд. И этого хватило! Аристократы, проследив за направлением взгляда Крылатой Императрицы, снова принялись шептаться.
  - Огонек, вот зачем ты это делаешь, а?! - С досадой спросил маг.
  - Кхэйн меня об этом попросил. Он тебя на в преемники метит, Хан-оборотень! - Ласково, как маленькому ребенку, проворковала девушка, - А подобный вот скандал - отличное начало...
  Хан попытался вырвать локоть у девушки, но, дернувшись, понял, что не может даже пальцем шевельнуть, а локоть, нежно сжимаемый пальцами, будто в тиски угодил.
  - Хан, если ты думаешь, что мне это нравится, ты нисколько не ошибешься. Но у меня совершенно другие цели, нежели у Кхэйна. И да, я тоже считаю, что твоей репутации подобные скандалы лишь на пользу пойдут.
  - Какое же место я занимаю в ваших планах, миледи, и сколько скандалов еще вы с дедом запланировали? - сквозь зубы процедил маг.
  - Не много, Хан, - совершенно лишенным даже намека на раскаянье тоном произнесла тихо Эрио-Огонек, - Буквально еще три скандальчика, и я вас отпущу.
  - И мной займется дед, так?
  - Совершенно верно, Хан. Совершенно верно.
  - А если я еще один от себя добавлю?
  - Какой же? Прилюдное что-то и громкое? Я вам не позволю, Хан. Вы уже поняли, что даже дернуться не дам, разрушая планы вашего Императора...
  - Прилюдный и громкий... Нет, я пущу про вас со мной слух...
  - О-о-о-о, мой дорогой, это вы не успели! Слух уже пошел, но кто знает - откуда появилась красотка-адьютант, кем была и куда делась... Да и вообще, Хан! Ну не ведите себя, как обиженный человечек!
  - А вы не ведите себя, как избалованное дитя!
  - Хан, к вашему сведению, я НИКОГДА не была ребенком. Я такая, как есть, с момента появления на свет... Так что о вашем сравнении могу судить лишь косвенно... - Так же с милой, влюбленной улыбкой на губах, пробормотала девушка.
  - Эрио... Зачем? Вам это - зачем?
  - А на это вопрос, господин маг, я вам отвечу сегодня, но позже! А сейчас зеваки и актеры покидают театр! И нам тоже пора удалится.
  Императрица в облике Эрио, все так же цепко держа мага за локоток, шевельнула рукой, открывая мерцающий зев портала и потянула злющего Хана за собой.
  - Еще одни шок для публики? - Ядовито спросил маг, - У нас единицы умеют строить порталы! И все они Императорских кровей!
  - А-а-ага, - просто отозвалась девушка, ведя не сопротивляющегося мага за собой по переливающемуся синей радугой коридору.
  На свет они вышли где-то в предгорьях, рядом с небольшой полу-разрушенной башней.
  - Кхэйн подсоветовал это местечко, - пояснила Эрио, выпуская-таки мага из захвата.
  Оглядев злого мужчину, девушка рассмеялась и, заломив рыжую бровку, ехидно спросила:
  - Ты вообще собираешься в себя приходить, или мне лет через сто прийти?
  Маг ругнулся и кивнул. Жаление придушить беспринципную мерзавку было сильным, но желание стать полноценным оборотнем и обрести-таки третью, крылатую, ипостась было сильнее. Так что Хану ничего другого не осталось, как взять эмоции под контроль и поплестись за девицей в башню, невольно любуясь точеной фигуркой и походкой. 'Жаль, все это не настоящее... - С досадой подумал маг, задержав взгляд на аппетитных формах, - Наверняка этот облик выбран исходя из моих вкусов и предпочтений именно дедом. Иначе я не могу объяснить такой выбор внешности.'
  Поскольку вокруг ничего интересного не было, он снова принялся рассматривать девушку, уверенно поднимающуюся по каменной лестнице на самый верх башни. 'Да, если подумать - сначала мне подсунули очаровательное черноволосое юное создание, а когда не прокатило, она тут же поменяла внешность. Но сначала явив мне совсем кукольный вид... Хотя может я и излишне предвзят, но когда в игру вступает дед, то не бывает случайностей, - размышлял про себя Хан, - Знать бы что задумала именно она!'
  А Эрио легкой танцующей походкой прошлась по верхней площадке крыши, заглянула за край и уверенно кивнула. Обернулась к мрачному магу и спросила:
  - Приступим?
  Хан пожал плечами. Разговаривать не хотелось совершенно.
  Девушка, едва сдержав разочарованный вздох, подошла вплотную к магу и, запрокинув лицо заглянула ему в глаза, припечатав:
  - Хан, я тебя не заставляю делать что-либо! Все претензии - к Кхэйну. Сейчас я выполняю твою просьбу и ухожу. Императору я скажу, что и так довольно с тебя. Дальше пусть он сам. Хочешь этого?
  Хан немного подумал и понял, что этого он не хочет категорически!
  - Нет, - уверенно произнес он, глядя в бирюзовые глаза Эрио.
  - Тогда закрой глаза и дай мне руку.
  Руку он протянул, а глаза закрывать отказался, на что Эрио криво усмехнулась и, сказав 'как знаешь', взяла его за запястье. Поднесла к нему тонкое лезвие кинжала и полоснула, мгновенно прикрыв порез ладонью. Против ожидания, кровь не полилась, а место пореза начало нестерпимо печь и чесаться. Несколько мгновений затишья и Хан нервно дернулся, видя, как сквозь его смуглую кожу проступают светящиеся золотым и алым вены, проступает сетка капилляров, высвечиваются сухожилия и кости, а через какое-то время потерявший счет времени Хан оглох и ослеп, и единственный напоминанием о реальности происходящего было словно горящее и плавящаяся будто в огне плоть. И рука Эрио, крепко, как кандалы, сжимающее его пульсирующее запястье.
  Органы чувств возвращались к нему урывками - то наползая, то отходя на задворки сознания. Мир, полный радужных красок вокруг тошнотворно качался и шумел, было нестерпимо холодно. Хан принюхался и различил тонкий, дразнящий запах женщины его вида. В гудящей голове, наполненной тысячью шорохов и ярких, непривычных ощущений пронеслось паническое: 'Тхэр! И она его ждет, а он лежит. Подумает, что раненый или больной и улетит!'
  Тхэр, собравшись силами, оттолкнулся от пола и втал, покачиваясь на длинных задних лапах. Самка, что так манила его к себе своим чистым, не замутненным ничем запахом, шевельнулась и расправила крылья. Оборотень, низко врыкнув, расправил гигантские крылья и ринулся на добычу, сиганувшую в мгновение ока вниз. Не останавливаясь и не раздумывая ни на секунду Тхер ринулся следом. Тело, послушное воле, распласталось, в полете, принимая на себя первый удар воздуха, слаженно забились кожистые крылья, закрылись прозрачной защитной пленкой огромные глаза, способные разглядеть с высоты птичьего полета мышь в траве, сложились, поджавшись, мускулистые лапы. Самка, дразнясь, летела впереди. Тхер, хищно оскалив острозубую пасть, рванул догнать играющую с ним Тхэр, желающую доказательства, что он сильный и достойный её. Самка мельче и у неё маленькие крылья. Но она легче и выносливее. Рывок, еще один и добыча схвачена и обернута её же крыльями. От непривычной нагрузки тут же взвыли мышцы, попытались вывернуться из суставов кости крыльев, но оборотень упорно удерживал не сопротивляющуюся и затихшую в когтях самку, по спирали снижаясь. Все-таки немного не удержал возле самой земли и неверно рассчитал момент - грохнулся с размаху боком об землю, успев сложить хрупкие крылья, но и у самочки тоже вышибло дух. Тхэр, скалясь в морду своей добычи, развернул её лицом к себе и аккуратно развел длинными подвижными пальцами её крылья в сторону.
  'Моя!' - рякнул он ей в лицо, и последние разумные мысли покинули его череп, спасовав перед звериной ипостасью.
  
  ***
  Императрица, мирно попивавшая вино в истинном обличие в кабинете на пару с Кхэйном и Хайто, неожиданно и не впопад усмехнулась, застопорив серьезный разговор, что велся уже который час.
  - Что такое, Огонек? - С жадным интересом подался вперед Кхэйн, вглядываясь в совершенные черты лица давней приятельницы.
  - О, ничего такого, Кхэйн, просто твой племянник оказался несколько шустрее, чем я ожидала. Он меня догнал и поймал. В облике Тхэр, конечно же... - лукаво улыбаясь, произнесла Императрица.
  Мужчины, запрокинув головы загоготали, а Императрица, заломив бровь, с любовью, как на родных, но немножко недалеких чад, на них смотрела.
  - И как? - Отсмеявшись, спросил Кхэйн.
  - Если ты о том, как прошла корректировка - то отлично, дружочек. А если о подробностях - расспросишь Хана потом сам, если он чего-нибудь вспомнит потом. И вообще, старый ты интриган, мог бы и предупредить, что Тхер при трансформации превращаются в животных.
  - Я предупреждал, моя милая ЮНАЯ подруга, что третья ипостась Тхэр - боевые машины, животные, созданные для убийств массовых и кровавых...
  - Хорошо, мой друг. Будем считать это твоей милой... Довольно приятной... шуткой.
  В каждой паузе мужчины посмеивались, обмениваясь взглядами между собой.
  - И давайте, все-таки, вернемся к вопросу кандидатов 'жертв' для нашего праздника, мои милые интриганы...
  
  ***
  Холод отступал, сменившись промозглой сыростью. Тхэр пошевелился, распрямляясь на смятой траве и раскрыл плотный кокон из крыльев, в который он завернул свою самочку. Довольно заурчал, покусывая её за чувствительное место на загривке - одно из немногих, не прикрытых прочными роговыми пластинами и наростами.
  - Полетали? Ну а теперь пора обратно! - Человеческая речь из уст его самки прозвучала совершенно неожиданно для Тхэра.
  Он извернулся и рыкнул ей в оскаленную изящную мордочку.
  - Ага, порычи еще на меня, Хан!
  Хан оскалился, пытаясь осмыслить, и тут со стороны самки произошла подлость - она обхватила его лапами за плечи, проведя коготками от крыльев к бокам. Хан замурлыкал от удовольствия и прикрыл веки, наслаждаясь... И тут его тело пронзила судорога, а за ней еще одна, скручивая тело, изламывая крылья...
  Мокрый, голый и трясущийся маг-оборотень Дэрхэн Хан лежал, свернувшись в позе эмбриона на истерзанной кем-то траве, а рядом, подперев кулачками остренький подбородок, лежала Эрио-Огонек, одетая в тот же самый беленький эльфийский костюмчик, что и накануне.
  - Одежду - дать? - С сочувствием спросила она у мага, пытающего сесть.
  - Ненавижу...
  - О как! - Восхитилась девушка.
  - Как же я это все ненавижу...
  - Вот даже как!!!
  Девушка с интересом наблюдала за магом, и тоже села, извернувшись кошечкой. Подумала и театральным жестом вытащила из-за спины теплую сухую одежду для Хана, у которого зуб на зуб не попадал. Маг выхватил одежду и торопливо одевался, не стесняясь своей наготы.
  - Как же я ненавижу вот это состояние... когда тебя используют самым циничным образом! - Закончил, наконец, Хан свою мысль.
  У девушки глаза стали с полновесный золотой каждый.
  - Хан, вообще-то для меня тоже стало неожиданностью то, что ты меня догнал! И это меня ты хм... воспользовал для самоутверждения своей самцовости. Ничего так, да?
  - Конечно - догнал! Женские особи Тхер меньше почти вдвое, и крылья короче. Скажи еще - не знала, не поверю!
  - Ла-а-а-адно, - протянула Эрио и слитным движением поднялась с земли, - Промолчу. А ты, Хан, иди домой и дуй на царапки!
  С этими словами Эрио, сделав на прощание ручкой, растаяла в воздухе. Хан, в волю поорав матом на окружающее его великолепие, открыл портал в свои покои во дворце деда. И тут уже сообразил, что он, как последнее животное, мало того, что даже не поблагодарил Императрицу за подарок, так еще и... Выругавшись от души еще разок, маг шагнул в прортал.
  
  
  Глава 8.
  
  
  - Нет, ну каков, а? - Восхитилась Императрица.
  - Что такое снова случилось, Эрио? - С ухмылкой заправского злодея спросил Кхэйн.
  - Я еще и виновата у него! - Императрица, по-удобнее устроившись на кресле и бережно, дабы не разнести мебель в щепки неосторожным касанием, компактнее сложила крылья за спиной. Ивсе-равно раздался скрежет, будто кинжалом вспарывают ткань.
  - А ты как думала, моя дорогая? Хан молод и крайне не доволен тем, что я для него готовлю. Ты лишь добавила ему обиды. Ну и такой облом: думал, нашел себе пару, а тут - ты!
  - Пфффф... Кхэйн, это я, как раз прекрасно понимаю... Но сам знаешь - редко кто тебя спрашивает: 'А хочешь ли ты быть Императором, мой милый потомок?..' Тебе, насколько я знаю, тоже не было из чего выбирать?
  Крылатая, прикрыв глаза, кивнула своим мыслям, облик пошел легкой воздушной рябью и перетек в человеческий, Хану и Кхэйну даже более привычный, чем её естественное обличие.
  Хайто хмыкнул, глядя на то, как миниатюрная шатенка, свесив ноги со слишком высокого для нее стула, спрыгивает на пол. То, насколько разнятся облики его племянницы его искренне забавляло.
  - Ну да. Мне достались развалины и толпа за троном, выстраивающаяся очередью на моё место.
  - Хм... У нас такого не бывает, к счастью. Я одна была. Но тоже весело было по-началу. Особенно в первый день моего правления, когда вы каким-то образом к нам портал открыли и толпой в центральный мир рванули. Воевать... - Напомнила девушка, усаживаясь в глубокое кресло рядом с мужчинами. Как всегда - скинув туфли и поджав под себя ноги.
  - Ну знаешь ли, моя дорогая! Мы немножко промахнулись тогда. И виновные полегли в первые же секунды. Эх, как вспомню! Вот это была битва!... - Причмокнул от удовольствия - то ли от вкуса редчайшего вина, что принес с собой Хайто, то ли от воспоминаний, Кхэйн, - У меня до сей поры армия не восстановлена в численности.
  - А у меня - население, - хмыкнула девушка.
  - Так что же Хан опять выкинул-то? - Выдернул из обмена реверансами и упреками императоров Хайто.
  - Да ну его... Вот пусть с ним сам Кхэйн и нянчится, коль Его Величеству так угодно! Но всё же, странный выбор ты сделал, друг мой, странный, - нахмурилась девушка.
  - А больше некого, моя дорогая! У меня толпа в две сотни потомков. И Хан из них самый смышленый!
  - Это та толпа, что за тобой ходит и потеет?
  - Нет, это - дети правителей покоренных миров. Они у меня, так сказать, в гостях. Пожизненно.
  - А правят - наместники.
  - Естественно! Но и из них тоже некого выбрать - выше головы они не прыгнут, - упредил пожилой правитель следующий законный вопрос, - А мои потомки - бездари и лентяи.
  - Хм, Кхэйн... Я могу продлить твою жизнь на сколько пожелаешь - достаточно тебе лишь намекнуть, - напомнила девушка.
  - Ну уж нет, моя дорогая! Набегался я уже - хватит! И так твоими стараниями прожил на пол-тысячи лет больше нужного, - сделал брезгливую мину Кхэйн, от чего по его лицу пошли глубокие морщины.
  - От как! Ну теперь я понимаю, что ж ты так в Хана своего вцепился, - заявила Эрио, сморщив носик, - Вы с ним так похожи, что подданные при смене власти заметят лишь то, что профиль на монетах как-то вроде бы помолодел...
  - Это идеальный вариант для них! Гораздо лучше, чем бессмертный правитель, поверь мне на слово, моя дорогая коллега. Когда мои подданые поймут, что я - бессмертен твоими стараниями, мы оба получим глобальные проблемы.
  'Хайто? - Обратилась мысленно Императрица к дяде за разъяснениями, пользуясь тем, что Кхэйн отвлекся на составление требований к содержанию гостей для Совета, - Проясни мне этот момент, пожалуйста.'
  'Ну бессмертие это лакомый кусочек для многих, моя девочка. Едва только станет ясно, что ты способна наделять им кого-то, за тобой начнется настоящая охота. Культы, жертвы, дары...' - Вяло отозвался дракон-оборотень.
  'Не это, это я сама способна понять. Про бессмертного правителя. Разве люди не любят стабильность и предопределенность?'
  'Любят! Очень любят. Но еще больше им нравится надежда на перемены к лучшему. А с бессмертным правителем эти надежды несбыточны. Именно по-этому Кхэйн так рвется заменить себя Ханом, пока не начались бунты...'
  'Благодарю, Хайто!' И, уже Кхэйну:
  - Ты добавь по-больше капризов, ладно? Пусть по-мучаются.
  - Уже, - улыбнулся ласково Император, - Вот по второму разу пересматриваю... Хрустальная посуда с золотой канвой, экзотические кушанья и фрукты - пусть сами думают, что это... Ну и наложниц моим мальчикам, что бы не скучали за две недели праздников...
  - Да где они тебе наложниц-то столько найдут? - Возмутилась девушка.
  - У них есть в запасе время - пусть ищут. Хотят праздник, 'как у людей'? Пусть получают!
  - А не многовато-ли для твоих мальчиков счастья? Смотри, обзавидуются... - Предупредил Хайто с нарочитой строгостью.
  - Обзавидуются, - подтвердил довольный собой Император, - Еще как обзавидуются! Вернутся домой злые, шальные и обиженные роскошью, которой у них нет!
  - Тем большего они тут у тебя постараются добиться? - С хитрой улыбкочкой спросила Императрица.
  - Вот именно! Представь, чего они добьются в жизни после такого старта, а? Да они у меня землю рыть начнут... А может чуть больше мальчиков пустишь, а? Или у меня еще девочки еще есть, тоже из военных...
  - Ну вот... Давай тогда уж всю твою молодежь к нам на недельку-другую, а? Где я их вылавливать буду потом, если им у нас понравится? Нееет, две сотни - перебор! Я бы и сотню твою срезала до тридцати, но...
  - Но тут тонкий момент, да. И цифра красивая: сотня отличившихся и перспективных молодых военных! Как звучит, а?
  Девушка развела руками. Для неё 'красивая цифра' это абстрактное понятие, далекое от понимания.
  
  
  ***
  
  Хан разносил на части макивару, ожесточенно молотя её ударами, способными размозжить череп противнику, и все равно не мог успокоится. То, как его подставил дед, было грубо даже для его обычных методов манипуляций людьми. Что осталось Хану, взятому за шкирку, как маленькому котенку? Поджать лапки и не рыпаться? Хан обрушил на измочаленную деревянную макивару еще серию ударов, вышибая вкопанный в землю столб. Его обдало ошметками и комьями земли, не особо добавляя ему хорошего настроения этим событием. Поднять бы столб, да чурбана он разнес так, что там и поднимать уже нечего. И так все руки и ноги в занозах от острых шепок - первые пол часа он драл её когтями, от ярости трансформировавшись во вторую, звериную, ипостась.
  'Ну стерва, а! - В который раз за последние три часа зло подумал оборотень, - Как она меня! И ведь не придерешься к ней, не выскажешь все, что думается. Нельзя! Либо дед напустится, защищая свою бесценную Крылатую, либо эта маленькая стерва щелчком руки разнесет нашу планету, воспоминания одни от мира останутся! Еще и лапочку-девочку из себя строит при этом! Значит нужно действовать умнее...'
  Маг поднял деревянный столб, вогнал его обратно в землю и, для верности, еще глубже, чем до того погрузил. Зло сощурившись понаблюдал, как утоптанная босыми пятками поколений бойцов почва тренировочной площадки разравнивается вокруг него, пошел приводить себя в порядок.
  'Праздник у неё? Отлично! Будет ей праздник...' - Решил для себя Хан, рывком открывая дверь в свои довольно скромные апартаменты.
  
  ***
  
  - Итак, списки готовы! - Торжественно заявил Кхэйн ближе к рассвету и передал кучу исписанных гербовых листов коллеге.
  Хайто, имеющий кошачью привычку дремать в любых условиях, встрепенулся в глубоком кресле. Эрио же, приняв внушительную стопку, взвесила её в руках и с уважением посмотрела на потягивающегося с хрустом Императора.
  - Ну-таки да! - Подбоченился тот, - Момент же тонкий, политический... Все нужно предусмотреть. А состав 'сотни' очень разномастный - от банальных людей и темных эльфов до полу-демонов и морфов. И каждому - своё.
  Императрица принялась просматривать листы, стараясь не нарушить порядок. Рыжие бровки 'гуляли' вверх-вниз а самые интересные моменты она зачитывала вслух двум уставшим пожилым мужчинам.
  - Хайто, как тебе такое: 'Г-н младший лейтенант Брайен Оши, оборотень-Тхэр: десять фунтов парной бараньей печени ежедневно, а так же две дюжины перепелиных яиц на завтрак и пинту парного овечьего молока...' Сдается мне, Кхэйн, в армии они у тебя трескают то, что им досталось и не перебирают... - Кхэйн закивал, - Ты их ко мне на откорм отправляешь? Совсем дела плохи? - Кхэйн состроил высокомерное лицо, Хайто закивал, оскалившись, - Хочешь тонну золота? Могу организовать... - Кхэйн состроил еще более высокомерное лицо, хотя куда уж дальше, а Хайто с вытянутым лицом замотал головой.
  - Нет, мы как-нибудь сами. Нароем золотишко... А вот с танталом и графнием могла бы и помочь! Их добывать тяжко, да и мало их.
  - Нет, - ухмыльнулась Императрица, - Золото - пожалуйста. Хоть тонну, хоть две. А эти - не могу. Инертные и неокисляемые металлы могу дать. Могу дать алмазов.
  - А давай... Тонну?
  - Тонна!? В четыре раза срезай - соглашусь.
  - Договорились, мне как раз столько и надо было... - ухмыльнувшись, пропел Император.
  - А для чего, если не секрет? Не цацки же фавориткам делать? - Влез практичный Хайто.
  - Нет, конечно! Для промышленности и подкупа должностных лиц.
  - Ну ладно... Давай о ерунде - потом. Так. Дальше, - Эрио зашуршала листами, - Вот этого я им организовать не смогу! И не проси! Какая, к Древним, экскурсия?! Где? Могу только по центральной части столицы их поводить. Под конвоем. А дальше у нас не-кислородная атмосфера, будет тебе известно!
  - Это разве для тебя проблема? - Невииным тоном спросил пожилой Тхэр.
  - Конечно! Там же есть население и прочие-прочее. Что я их, выгоню? Ваши ученые дыхательные аппараты изобрели? Нет? Ну и нечего тогда. Будут только по столице гулять.
  - А закрытые летательные аппараты? - Не унимался Кхэйн.
  - Наши 'закрытые летательные аппараты' это мы сами. Было такое раньше, не спорю. Но это было еще до того, как люди и им подобные начали из пещерок выходить, почесывая редеющую шерстку на пузиках... Технику у нас тоже давно нет. И создавать не буду. Так что никаких 'познавательных экскурсий по миру Крылатых' до тех пор, пока ваши ученые не изобретут скафандры и прочее.
  - Хоть бы намек дала! - Возмутился в который раз за годы знакомства Кхэйн.
  - Нет, - отрезала Императрица, - Не положено!
  - Ну хоть артефакт какой ковырнуть дай... Что-нибудь же валяется у вас? Ну или у других?..
  - Нет. Кхэйн, не валяется у нас ничего! И не проси дармовщинки, не дам! Вон, Хан показывал комп с голограммами, дайте этим изобретателям золота или что там у них ценится, и пусть ковыряют-придумывают!
  - Тогда...
  - Могу прикопать где-нибудь 'древнюю пластину с изображением летательного аппарата', если у них фантазии не хватает... - Предложил Хайто, уставший от споров.
  - Отлично! Согласен, - потер ручки Император.
  - Только я не скажу, где я её прикопал! Как найдут - так найдут, - Император скис и укоризненно на дракона посмотрел, - Что? Это обычная практика! Народ должен быть уверен в том, что ему есть чем гордится! - Возмутился Хайто, напоровшись на укоризненный взгляд Императора.
  - Вот всегда с вами так! Алмазы-то хоть нормально дашь? Или тоже копать придется?
  - Конечно - копать! Зато представь, какой праздник будет в народе, когда их откопают, ммм? - Зажмурилась довольной кошкой Императрица.
  - Тогда тут, в материнском мире! Я тебе покажу в какой штольне.
  - Ладно, - покладисто согласилась девушка.
  - И на какой глубине! Ну Эрио, ну побудь ты человеком хотя бы минуточку! Мне они уже вчера нужны, а не через сто лет!
  - Ладно-ладно!
  - Пфффф... Хайто, Императрица сейчас шутит или как?..
  - Неа, она вообще никогда не шутит. Скучнейшее существо во Вселенных! - закатил глаза её дядя-дракон. Второе скушнейшее существо во Вселенных...
  - Сделаю я тебе алмазы, 'вчера' сделаю. Так что через неделю их точно найдут и начнут копать. Место уже присмотрела. Я теперь хорошо знаю - где у тебя что в земле... - Пробормотала Императрица, вернувшись к спискам, и резко заявила, наткнувшись на что-то в списках: - Хана мне не надо, замени пожалуйста! Он на меня разобижен, как енот, у которого сахар забрали. Будут диверсии или месть, а за них я дам ему по пушистой кошачьей мордочке так, что не унесет!
  - Нет, Хана я к тебе отправлю!
  - Он меня 'ненавидит'.
  - Он в тебя влюблен по кисточки на ушах, как и я в свое время. Вот и весь ответ.
  Императрица тяжко, с подвыванием, вздохнула, пробормотав 'да за что мне этооооо...' и взмолилась:
  - Давай в этот раз без Хана? Мне и так будет весело с сородичами и твоими 'детишками'. Еще и он будет тянуть на себя внимание. Твой потомок - ты и воспитывай. У меня тоже -молодняк и репутация! - Заявила Императрица, пустив чуть-чуть истерики в голос, - А тут этот молодой-влюбленный!
  - Ну тебе жалко для меня немножечко времени?! Дай ему проекцию, пусть ей нервы трепет.
  - Моя проекция - тоже я. И нервы... Хм... И нервов-то как раз у меня нет, это я просто от сложностей увиливаю, - задумчиво как-то протянула девушка, - Ладно, мастер шантажа! Отправляй своего Хана, только скажи мне, что с ним делать нужно.
  - Побаловать его надо. И обломать потом по-круче, но так что бы он потом в петлю не полез, ладно? Этот юноша только на злости и стрессе думает хорошо и быстро.
  - Варианты предлагай, у меня сейчас другим сознание занято, да и чесно, не хочу этим ум забивать!
  И Кхэйн предложил, да такое, от чего даже Хайто крякнул удивленно, а Императрица захохотала, запрокинув голову.
  - Какая, однако, интересная у вас тут жизнь!
  
  ***
  
  Император лишь к вечеру смог добраться до логова Хана. В полночь будет прощальный бал, на котором обнародуется приглашение и после которого гости со всем апломбом покинут гостеприимных хозяев и хозяева наконец-то вздохнут спокойно. А весь день Император встречался с главами промышленных и не очень промышленных гильдий, работники сельского хозяйства, хоть и у них было три месяца в запасе и изменения пришлись на зимнее время, не успели подготовится и в оранжереях все повяло... У всех жалобщиков был один вопрос: 'Как дальше жить?' Раньше-то все было понятно, а теперь со всех сторон посыпались вопли. Слишком ярко, слишком зелено, людям плохо становится от слишком чистого воздуха и воды. Ну и те, кто занимались поставкой чистой воды и очистителей воздуха - технических и магических, теперь не знали - куда деваться. Многие, хоть и были оповещены зарание о грядущих изменениях, не выдерживали и съезжали с катушек от радости. Но в целом, всё было ожидаемо - активизировались подпольные секты и организации, прошла массовая и не особо истерия с демонстрациями, культовыми шествиями и прочая, прочая... Единственные, кто были беззаветно счастливы - дети.
  А прогулка до апартаментов внучатого племянника заняла еще пару часов, хоть и дворец, вроде как, один, но это еще дойти нужно до нужных апартаментов... А магом Кхэйн никогда не был. Потому - ножками, ножками да по лестницам, в каре из телохранителей, а за ними - дюжина гвардейцев, а за этой толпой - прихлебатели без счета, караулившие Его Величество в коридорах дворца, и каждые - с собственными жалобами, которые на общей нервной волне они изволили попытаться пропищать... Единственное, что подняло настроение Императора - внешний вид его свиты, бывший сегодня уже не столь блистательным, как ранее. Косметологи хоть и сделали все возможное, а вот с солнечными ожогами они столкнулись, пожалуй, впервые...
  И вот уже битый час Кхэйн, оставив охрану и свиту томится за дверями, потратил на то, чтобы уломать Хана отправится в 'гости' к Эрио. Мог бы и приказать, но ему нужно не тупое раздражение и подчинение приказу, а нужна здоровая, конструктивная злость внучатого племянника. Ну и, желательно, что бы он сам согласился.
  - Хан, мальчик мой, ты заблуждаешься на её счет! - Высокомерно заявил Кхэйн в ответ на мнение о характере Крылатой стервы, с удовольствием наблюдая краем глаза, как лицо молодого мага дрогнуло, - Императрица очень открытое, доброе и дружелюбное существо, всегда готовое пойти на разумный компромисс! Она предложила поощрить лучших наших военных двух-недельным отпуском и взять все расходы по их содержанию на себя!
  - А что взамен, Ваше Императорское Величество? Вы же с ней никогда ничего не делаете просто так, права не имеете.
  - Взамен?! Да о чем ты, мальчик мой! Она хочет познакомить наших молодых офицеров со своими воспитанниками! Возможно будут небольшие поединки, обмен опытом... - Хан не проявил энтузиазма, а Кхэйн решил на другое надавать: - Если подобный обмен удастся, можно будет говорить о ежегодном таком 'отпуске' для лучших и отличившихся. И для вас, молодых и талантливых, это великолепная возможность показать себя. Думаю, после этого отпуска можно будет говорить о повышениях и продвижении по службе тех, кто особо отличился... - на этих словах Хан задумался, вспоминая некоторых из своих друзей, не обладающих долгой родословной и не способных по этой причине подняться по служебной лестнице, а Император, почуяв прогиб, продолжил жать: - Ну и конечно же, посмотреть своими глазами - как они живут. Присмотреться, доложить... Ну и кому я доверю последнее, а, внук?
  Хан же уперся всеми четырьмя лапами:
  - Все же я бы не хотел встречаться с Императрицей. Я не лучшим образом себя повел. Возможно - оскорбил Её Светлость... - Попробовал намекнуть Хан.
  - Если бы Её Светлость была оскорблена, ты бы первый, поверь мне, узнал об этом... Я как-то имел неосторожность вывести её из равновесия, и до сих пор жалею об этом...
  Император, сложив пальцы домиком и пристроив локти среди наваленных горой бумаг, сидел за столом Хана. Маг, как ему и положенно, стоял напротив, как солдат по команде 'вольно' перед лицом начальства. Маялся тяжким для него разговором, понимая, что до тех пор, пока он не ответит 'да', дед от него не отстанет. Потому опустил голову в вежливом поклоне и решил хоть что-то выжать из деда, прежде чем дать согласие:
  - Мой Император, я согласен отправится к ним. С одним условием - Вы расскажете мне, как так получилось, что Императрица отсутствовала и не давала о себе знать так долго, что они превратились практически в легенду. И что же так тщательно затерто в нашей истории такого, что у господина отставного генерала Парриста при слове 'Крылатые' до сих пор случается нервный тик.
  Император, кивнул Хану на стул, намекая, что разговор будет долгим.
  
  ***
  
  'Когда мы покинем это гостеприимное место, Огонек?' - Мысленная речь Мастера-Наставника была полна иронии.
  'Сегодня ночью, сразу после очередного бала, Мастер-наставник.'
  Пара крылатых сидела на крыше императорского дворца, свесив ноги с резного бортика. Наставник сидел на голове какого-то чудовища, а бывшая ученица на спине соседнего монстра.
  'Устала?'
  'Устала...'
  'Кхэйн интересный смертный. Более интересен, чем остальные, - заметил наставник, - Но так же, как и все, ищет выгоду. Но при этом его выгода прировнена к выгоде его народа. И это делает ему честь.'
  'Это все так, Наставник, но я от него немного устала. Тяжело подстраиваться под их нужды.'
  'Это да. Сложно. Я вообще не понимаю, как у тебя получается, Огонек!' - В речи наставника сквозили нотки удовольствия, как у мастера, говорящего о изделии, за которое он испытывает гордость.
  'Быть может, хорошие учителя? - С нескрываемым ехидством подумала Крылатая, - Одни мои советники чего стоят...'
  'Эти, думаю, тоже внесли свой достойный сожаления вклад, - Наставник едва заметно усмехнулся уголком рта, и свова вернул разговор в так волнующее советников русло: - Но все же, Огонек тебе придется выбрать кого-то в будущем. Трон крылатого народа для двоих. Так что твои советники, отчасти, действуют из лучших побуждений. Или, быть может, ты уже выбрала кого-то?'
  'Выбрала, наставник.' - Едва заметно улыбнулась бывшая ученица, осторожно шевельнув массивными крыльями, удобно складывая их за спиной.
  'Прекрасная новость. Думаю, ты выбрала достойного на роль Императора, - Наставник прикрыл глаза, что бы скрыть от своей юной Императрицы довольный блеск глаз, - Я буду удостоен чести познакомиться с ним до совета?'
  Императрица то прикрыла глаза и улыбнулась, держа паузу. Которая, впрочем на терпеливого и уравновешенного наставника не произвела совершенно никакого впечатления. Разве у него чуть более замено изогнулись губы в легкой улыбке.
  'Мне не найти среди нашего народа никого, достойнее вас, Мастер-Наставник. Второе место на троне - для вас!' - Абсолютно серьезно, уже без тени шутки, сообщила Крылатая и с явным удовольствием полюбовалась на смену теней эмоций на вечно невозмутимом лице наставника.
  'Что ж, для меня это... большая честь, моя Императрица... Но... Давайте сделаем так, как было и с вашей мамой, и с вашей бабушкой - пусть я пока что буду считаться лишь женихом Вашего Величества...'
  'Пусть так, Мастер-Наставник. Но у предыдущих императриц было, из кого выбирать. У меня такого выбора - нет. Вы сейчас один из лучших Крылатых, и не пытайтесь МЕНЯ в этом переубедить.'
  Мастер-Наставник удрученно кивнул, но мгновенно взял себя в руки и вернул контроль над эмоциями, решив воззвать к разуму своей правительницы с другого ракурса:
  'Огонек, это... Многие ученицы влюбляются в своих Наставников...' - Начал было он, но Огонек его перебила:
  'Не в этом дело, Мастер. Я уважаю вас, я ценю вас. Вы хороший Наставник, друг и лучший, идет ли речь о создании миров, о технике или банальной магии. Это разумный и просчитанный выбор, который с удовольствием примет народ. Не о какой любви речи не идет, я просто понимаю, что вы - лучший Император для нашего народа. И все, - Пожала она плечами, добавив учтиво, - Надеюсь, я вас не разочаровала. Вы долго пытались объяснить мне, что такое чувства, но как-то у меня с ними все не получается разобраться. Возможно, позже.'
  'Мне кажется, что у вас пока было слишком мало воплощений, что бы разобраться в этом. Позже - несомненно, понимание придет. Когда вы собираетесь объявить?' - Наставник бросил взгляд на горизонт, над которым уже поднималась ярко-оранжевая полная луна.
  'Сразу же после этой неразумной затеей с праздниками в нашем городе. А сейчас у нас бал...' - Юная Императрица заметно скривилась, подтверждая мысли наставника о том, как ей вся эта мишура надоела. Он и сам чувствовал себя, как левиафан, заплывший в чей-то декоративный пруд - лишнее движение, и пруд будет безвозвратно разрушен.
  'Скажи, Огонек, зачем ему это представление?'
  'Что бы истории остался факт, что его династия спасла их мир, когда он находился на краю гибели. Ну и что бы вывести из тени вбранного им наследника, Наставник.'
  'Ты думаешь, в истории у них не сохранимся наше учатие?' - Брови Наставника взлетели вверх в веселом изумлении.
  'Думаю, в истории сохранится, что он уговорил или заставил нас каким-либо образом это сделать. Хитростью и мудростью Величайшего в истории Императора Кхэйна Центральный Мир Темной имерии был спасен от неминуемой гибели... - Пафосно изрекла Крылатая и, хмыкнув, добавила уже проще, - Ну или что-то в подобном ключе. Пройдет несколько тысячелетий, и упоминания о нас сотрутся... Не в первый раз уже. Все движется по спирали...'
  'Вы там на долго решили обосноваться, украшая собою крышу? - Ввинтился в их разговор голос Хайто, - Так я вам скажу, как очевидец, что вы среди горгулий, что украшают замок, смотритесь крайне инородно... Жду вас в зале. У Кхэйна уже скулы от улыбок сводит, не смотря на столетия тренировок. Пожалейте старичка-то!'
  'Может, без меня? - Без особой надежды спросила Крылатая, - Ты, как мой представитель, за меня по-улыбаешься?'
  'Не надейся. Я и так уже четверть часа тут. Улыбаюсь. И ко мне какое-то... Какая-то дама... Вобшем, спасай положение, дорогая моя племянница. Корона - у тебя на голове, тебе и скалиться в улыбках! То есть, царствовать!' - Ехидно 'исправился' наглый дракон.
  Крылатые тихо-мирно, без лишнего шума и эффектов, переместились в один из боковых коридоров сразу за нужным из залом, решив не тешить красивыми полетами довольно многочисленную толпу праздно-шатающегося народа, что в низу все это время изображала полуночные прогулки с целью подышать свежим (ага, с моря) прохладным (слезы вышибает из глаз и тащит по лицу, оставляя стылые дорожки до висков) целебным воздухом (только к целителю потом и идти). Наставник и Императрица натянули на лица приветливо-вежливые мвски и пошли к гостям, мирно беседуя о пустяках, заинтересующих разве что выжившего из ума ценителя древней архитектуры.
  
  
  
  Глава 8.
  
  Кхэйн их встретил настолько приветливо, что Императрица, если бы имела такой загадочный рудимент, как совесть, наверное смутилась бы, а так - всего лишь ответила столь же теплым и радостным приветствием, в очередной раз поставив в тупик окружающую Императора блистающую брилиантами свиту.
  - Кхэй, друг мой, а скажи - зачем твои придворные украшают одежду таким грандиозным количеством драгоценностей? - Светским тоном спросила она коллегу, когда они остались почти одни, если не считать пол-сотни жадно внимающих каждому их слову.
  - Как бы вам сказать, моя дорогая коллега. Возможно - традиция. Возможно - желание показать богатство своего рода, - В тон ей ответил Кхэйн, сдувая несуществующую пылинку с довольно скромного, по местным меркам, серебристого камзола из плотного переливчатого бархата. Само по себе сокровище, не требующее дополнительной отделки.
  - Хм... Я поняла, но подобная одежда довольно не удобна на мой взгляд. Разве разумно носить то, что доставляет неудобство? И вес некоторых платьев кажется мне чрезмерным для некоторых юных особ...
  Император проследил взором за одной из таких особ, виртуозно выделывающих замысловатые па в тяжелом и неповоротливом пышном платье и снисходительно улыбнулся, пояснив:
  - Они много тренируются, поверьте мне. Многим моим солдатам не снилась та подготовка и муштра, которым их безжалостно подвергают любящие родители этих юных особ. Не беспокойтесь за них - я бы еще поспорил, кто, в случае марша при полной выкладке, придет на позицию первым - мои солдаты, или рота этих юных очаровательных созданий, если сказать им, что там их будут ждать незамужние лорды...
  - Думаю, все-таки юные девы, мой друг... Хотя и тех и других там будут ждать боевые действия, все же у дев мотивация по-сильнее будет.
  - Вот и я так думаю, - С отеческой улыбкой глядя на девушек, стреляющих глазками в его насупленного и злого внучатого племянника, пропел Император, - Вот вам яркий пример напротив. Борьба за призрачный шанс, а какая ожесточенная!
  Императрица деже сочувствием немного прониклась к юному оборотню, столь плотно штурмуемому прицельным огнем, что вели глазки очаровательных кокеток, собравшихся вокруг него. Юноша сегодня был и вправду хорош, вынуждена была она признать с тенью самодовольства. Чуть-чуть подправив его, да немного потрепав нервы, едва заметно изменив внешность и исправив некоторые ошибки, что были изначально в его крови, получился приятный глазу результат: вместо чуть сутулого и нескладного молодого мага все имели возможность лицезреть красавца-мужчину, но не слащавенького и милого мальчика, коих немеренно кружило по залу в поисках жертв определенного рода, а именно Мужчину, притягивающего взляды обоих полов. Строго и элегантно одетый в темно-серный, подозрительно похожий покроем и отделкой на кхэйновский, камзол и строгие брюки, он выделялся на фоне разряженных придворных вернее и выгоднее, чем одетый в алое и золотое мажордом, откровенно терявшийся в сегодняшнем буйстве нарядов разнообразных отенков крови. Правильные черты лица, лишенные заметной раньше излишней мягкости, стали более хищными и резкими, едва-едва, а все же довольно сильно заметнее проступили скулы, тяжелее и жестче подбородок, темнее волосы и глаза... И вот получился такой образчик мужского эталона, что хоть сейчас бери и печатай с него профиль на государственные монеты... Заглядение, да и только. Вот все и заглядывались, не уверенно перешептываясь и с удивлением высматривая явнее проступившее фамильное сходство с Императором Кхэйном. Даже пошли первые шепотки о том, что, дескать, юноша-то внебрачный сын-внук-правнук самого Императора, что он специально был убран подальше от дворца и интриг, дабы... а тут уже мнения расходились, но Императрица была уверена на все сто, что к исходу бала нужная Кхэйну версия завладеет умами аристократов и закрепится позднее в народе, как единственно правильная. И матроны, что не теряясь, отчаянно подталкивали своих подопечных, еще вчера требовали от них обратного - обходить сомнительного и нелепого мага стороной, храня себя для более выгодных партий.
  - Как все быстро меняется, не правда ли? - Подал голос довольный, как сытый тигр, Кхэйн, разглядывая из-под полу-опущенных ресниц своего протеже.
  - И вправду... Быстро, - Вынуждена была согласиться Императрица, занимавшаяся последние несколько минут тем же, - Главное, задать нужное направление... И начальное ускорение, - Усмехнувшись, добавила она елейным голоском.
  - Ну полно вам, моя дорогая! Вы будто бы дитя, у которого отняли игрушку, что его забавляла! Или я что-то не знаю?..
  - Хм... - Императрица состроила гримаску, - Скорее, я слегка раздосадована, мой друг, что игрушка сломалась... И стала обыкновенной и скучной. А хотите пари? - Повернувшись к коллеге, с лукавой улыбкой неожиданно предложила она.
  - Невозможно отказаться! - С удовольствием принял предложение Император, - И что же за пари? Каковы ставки?
  - О, самые пустяшные, мой милый друг! Это спор для развлечения, а не ради выигрыша! Я, например, ставлю... одно свое перышко за то, что ваш очаровательный внучатый племянник наберется наглости пригласить меня на следующий танец.
  Император изменился в лице - получить такой артефакт, это редкая возможность. Перья Крылатых которые ему когда-то давно подарила Императрица, как он сам убедился, прочнее любой стали, тоньше самого изящного и дорогого шелка. Легкие, белоснежные, с чуть заметным серебристым блеском маховые перья были длиной от ярда до полутора, а после того, как наж ними потрудился мастер-оружейник, они стали грозным и необоримым оружием, не единожды спасавшим жизнь самого Кхэйна на ритуальных поединках. Во всей Темной Империи лишь два таких клинка, и оба - его. Заполучить третий и подарить прилюдно юному Хану будет большой удачей и символом... Мысли, несясь и обгоняя друг друга, отразились глубокой складкой между бровей Императора, а крылатая бестия, на сей раз в облике кукольно-прекрасной юной блондинки, очаровательно улыбалась, наблюдая сметение чувств пожилого коллеги.
  - Согласен, но, мое мнение такое - через два танца. Этот и следующий он попробует вас позлить, а после пригласит вас. От меня... Что вы желаете от меня, моя дорогая?
  Стоящий справа от Императора генерал весьма не кстати для него самого поперхнулся коньячком, который цедил из фляжечки, создав множесво шума и привлекая внимание.
  - Как заманчиво, мой дорогой друг, - Промурлыкала девушка и прикрыла глаза на секундочку, - Даже не знаю, что я могу у вас попросить. Вы поставили меня в затруднительное предложение... Быть может, я попрошу у вас права лично подарить Хану клинок из моего махового пера? Это не будет чрезмерно?
  Девушка сделала вид, что спрашивает совета, краем глаза поглядывая за багровеющим генералом, забывшим дышать. Не надо было читать мысли, что бы понять, что в данный момент думает генерал - его зависть к возможной удаче Хана покрывала его лощеное лицо пятнами, а жадный и голодный взгляд, что он молниеносно бросил на парадные ножны Кхэйна, в которых и покоилось одно такое чудо, и вовсе её позабавил.
  Кхэйн сделал вид, что раздумывает, чуть нахмурился и, бросив еще один взгляд на протеже, 'просветлел' лицом и уверенно кивнул.
  - Итак, пари! - Торжественно, но шопотом произнес Кхэйн, - Генерал Рирт, будьте свидетелем! Нне притворяйтесь, вы прекрасно слышали каждое наше слово - для того я вас тут и поставил, - Поморщился Кхэйн на попытки генерала сделать 'рыбье' лицо.
  - Так точно, мой Император! - Отрапортовал генерал и вытянулся в струнку, забыв, что в его руке была зажата фляжка.
  Императрица с подчеркнутым вниманием проследила взглядом за тонкой струйкой, вытекающей на ботфорты генерала и распространяющей отчетливый запах даже среди дикой смеси ароматов духов и явств, что царил в этом логове роскоши, принюхалась и хмыкнула.
  - Генерал, не позорьте меня... Ах это еще и не коньяк! - Возмутился Император, тоже принюхавшись, - Это коньячный спирт! Как вам не стыдно... На балу - и спирт.
  - Это лекарство, мой Император, - Бодро нашелся генерал, с тоской и печалью скосив глаза на все истончающуюся струйку из и без того маленькой, на пол-литра, фляжечки, - Мне его намедни прописал целитель.
  - Ну-ка, это от каких таких болезней спирт во внутрь у нас стали прописывать? - Изогнув бровь, поинтересовался Кхэйн у побледневшего враз генерала.
  - От язвы, мой Император! - Уже тише пробасил 'болезный', проклиная всех богов за то, что попался на глаза своему повелителю ДО того, как 'целебный' спирт закончился.
  - Хм... Я знаю хор-р-рошее лекарство от этого недуга, генерал Рирт! - С гаденькой усмешкой протянул Кхэйн и ласково оскалился, - Голод, холод и покой! Завтра подойдите ко мне за направлением. Есть у нас один прохладный мирок, где давно нужно навести порядок... Вот там и полечитесь, генерал. А пока вы свидетель...
  - Так точно, мой Император! - Вытаращил в порыве служебного рвения глаза и вытянулся, хотя дальше, казалось - некуда, незадачливый генерал.
  А Хан, тем временем, будто бы желая потрепать нервы венценосным спорщикам, пошел в направлении Императрицы... Но на пол-пути выбрал какую-то миленькую брюнеточку и закружил её в вальсе. Кхэйн потихонечку, через зубы выдохнул, а Императрица, лукаво блестя бирюзой глаз на Хана, флиртующего с ошалевшей от счастья девушкой, прошептала 'еще не всё...' и отправилась к столикам с напитками и закуской. Геренал и Император, панически переглянувшись, поторопились следом. Если Императрица сейчас уйдет из зала... То Хан не получит свой клинок! 'Нужно было все пункты оговаривать! В письменном виде!' - Корил себя мысленно Кхэйн, выглядывая тоненькую фигурку в белоснежном платье среди оттенков кармина.
  'Как же мне скучно-о-о-о. Домой хочу, в Цитадель... Или в Информаторий. Да куда угодно, лишь бы подальше...' - Думала про себя Императрица, с кислой миной рассматривая спины перешептывающихся и озирающийся в поисках её особы Императора и генерала Рирта.
  Решив для себя, что клинок она ему в любом случае подарит, Императрица тихо удалилась на близжайший же балкон, на свежий воздух, устав от бессмысленного брожения из одного конца зала в другой. Придворные Кхэйна при виде неё вели себя настолько одинаково и предсказуемо - все как один замирали и нацепляли приветливые маски поверх искаженных страхом лиц, будто рипетировали реакцию зарание, что это надоело уже на второй минуте. Это действо, эти лица, утомляли раз от раза сильнее, чем необходимость следить за манерами или выслушивать шаблонные благодарности от наиболее смелых из тхэров-военных. Нет, они не знали наверняка о её вкладе в судьбу Хана, но, будучи от природы сообразительными и наблюдательными, два и два сложили, связав воедино появление делегации 'светлых', чудесное исцеление своего, хоть и не чистокровного, но сородича и его внезапное возвышение. Когда очередной молодец не самого высокого чина пытался её остановить, она смерила его таким ледяным взглядом, что молодой оборотень предпочел слинять с дороги, оставив свои вежливые восторги при себе.
  - А вино у них ничего так... - Равнодушно сообщил ей Хори - один из младших сыновей Хайто, что следовал за ней тенью до балкона, - Нужно будет выторговать себе партию...
  - Рада, что хоть вам тут нравится, - Со вздохом произнесла Императрица, разглядывая рваные облака, затягивающие небеса вопреки всем стараниям магов.
  - Да нам, вообще-то, везде нравится, - Усмехнулся он, запуская пустой бокал в полет и проследив за его падением, - Где есть вино... Ну и женщины. Хотя вот последние тут хоть и красивые, но скучноватые... Представляешь, Огонек, они меня спросили - в каком я чине... А, кстати, в каком я чине? - Спохватился Хори, а Огонек прыснула от смеха.
  - Ну, наверное, Хори, ты гвардеец Императрицы... А чин... А не все равно? Придумай себе любой, хоть генерала... Ты же дракон!
  - Нет, кузина, так не правильно будет! - Проговорил он, отсмеявшись, - Чины раздают и назначают! А ты мне говоришь - выбери сам. Вот выберу чин геренала, и что?
  Огонек невольно улыбнулась, вспомнив о генерале и его лекарстве, кивнув кузену головой в знак согласия.
  - Ну хочешь, называйся генералом. Я подтвержу.
  - Не-е-е-ет, генерал у нас Хайто, а я... Я и до капитана не дорос... Так что буду просто гвардейцем! Ну или как там еще назваться? - Широко заулыбался юный дракон.
  - Хори, ты можешь шептать дамам на ушко, что ты мой кузен, - Хитро предложила она.
  Хори прижал ладонь ко рту и отшатнулся, вытаращив сапфировые глаза в притворном ужасе, гротескно изображая реакцию большинства дам на его отца, господина Хайто. Замахал на кузину рукой и возмутился:
  - Что я, из ума выжил?! Я не хочу, что бы дамы, в буквальном смысле, падали к моим ногам! Нет-нет-нет, дама, падающая в не притворный обморок - совершенно не тот вид романтики, что я ищу!
  Девушка пожала плечиками и собралась было поменять свою дислокацию, но ей помешал выросший в раскрытых настежь дверях на балкон силуэт Хана, отчаянно крутившего головой.
  - На запах идет, - Доверительно сообщил Хори и, подмигнув кузине, обхватил её за талию и прижал к себе столь решительно и быстро, что она и пискнуть не успела, - Ну ты хоть обними меня, что ли! - Зашипел молодой дракон ей на ухо, - Тебя, между прочим, спасаю от этого... оборотня! А ты застыла истуканом.
  Девушка, спрятав предательскую улыбку в плечо хулигана-кузена, послушно обняла его за талию, стараясь не выдать себя гнуснейшим хихиканьем.
  Хан же, постояв и полюбовавшись несколько секунд, развернулся на пятках и вышел вон, резким тоном извинившись на нарушенное уединение влюбленной пары.
  - Что это он так на тебя взъелся, а? - Сросил Хори, совершенно не желающий отпускать кузину и даже успевший немного изучить на ощупь то, что ему под руки так удачно подвернулось, - Не поделили чего-то?
  - Да какое там... - Все еще уткнувшись в плечо, пробормотала сердито Императрица, - Обиженый и брошеный. Вот и все.
  - Жалко его - такая девушка бросила! М-м-м... Огонек, ты бы почаще что ли в таком вот виде ходила... Мы бы чаще в гости наведывались!
  - Хори, и ты туда же! Ты же знаешь, что это все иллюзия, - Возмутилась девушка.
  - За то как приятно подержать в руках такую качественную илюзию! - Промурлыкал дракон и получил чувствительный такой шипочек в районе 'чуть ниже поясницы'.
  - Ой, да сколько угодно! - Великодушно предложил кузине Хори, - Ты мне другое скажи - когда мы от сюда наконец-то слиняем?
  - Что, дамы не ощупанные кончились? - Съязвила девушка, на сей раз легко выскользнув из крепких объятий кузена.
  Хори оглядел кузину и несколькими ловкими движениями, выдававшими немалый его опыт в этой области, поправил её прическу и платье. Удовлетворенно кивнув, кузен печпально признался:
  - Ну и это - тоже. А на самом деле мне тоже не сладко вот уже который день подряд в этой форме бродить. Это отец умеет годами в человеческом теле существовать, а мне непривычно. Я самое долгое - неделю человеком как-то бегал. Полетать хочу - жуть как!
  Императрица с сочувствием посмотрела на юного дракона, выглядевшего, по меркам людей, лет на двадцать от силы, а в истинном обличии Хори - крупный многотонный монстр. Хоть он и был самым младшим из хайтовского многочисленного выводка, все же мог поспорить в размерах с иной морской галерой, безжалостно посрамив её. И места для взлета тут ему тоже нигде не хватит, не говоря о том, что единственная достаточно высокая башня Императорского дворца развалится под весом черного дракона, если тот попытается по ней вскарабкаться или оттолкнуться для первого прыжка. А с земли - только та площадка, на которую они приземлялись по прибытии. И её лишь сегодня привели в порядок для отлета. Огонек и сама все время пребывания здесь была лишена радости нормального, полноценного полета. Не считать же за полет ту попытку удрать от спятившего Хана, закончившуюся в кустах?
  'Кстати о Хане... Что-то с ним нужно будет сделать, как-то объяснить... - Подумала Императрица, но резко сама себя одернула, сердито нахмурив брови, - Это с какой стати этот наглый детеныш оборотня занимает место в моих мыслях?! Он - не моя забота, а Кхэйна.'
  - Ненавижу связываться с людьми - потом не отвяжешься до самой их смерти! - В слух пробурчала Императрица, резко ударив кулаком о ладонь.
  - Ну а твоя бабушка очень, так сказать, любила... И даже весьма! - Ухмыльнулся Хори, исподтишка любующийся сердитой кузиной.
  Девушка фыркнула и скосила глаза на скалящегося от непонятного ей восторга Хори. Смерила его взглядом и тот, словно в подтверждение её мыслей, закивал и повертелся, красуясь.
  - Да-да-да, моя милая кузина! И ничего так получилось, кстати! Целый клан черных драконов обязан бабуле и её неожиданной любви своим появлением на свет. Замечательная была женщина. Во всех планах.
  - Бабуле было, кому передать власть, прежде чем... полюбить человека и уйти с ним, - Напомнила Крылатая, - Была моя мать, принявшая у неё правление, был мой отец и мирное время.
  - Хм... Тоже, конечно, верно, кузина! Но ты бы подумала, что ли. По мне - замечательный в своем упорстве молодой мужчина. И далеко не каждый представитель нашего племени сможет вынести твой снобизм более десяти минут, а этот, вроде бы, с тобой целый вечер провел - и ничего, не сбежал!
  - Это я от него сбежала, Хори. И хватит о нем - не до него сейчас.
  - Ага. - С видом 'я все знаю' изрек дракон.
  - Что - ага?! - С тяжким вздохом спросила девушка.
  - Да то - ага! Ты переводишь разговор, уходишь от ответа, прячешься от него по темным балконам, даже мне разрешила тебя облапать, хотя я уже лет так шестьсот, как это пытаюсь сделать... Мне думается - неспроста это все! - Дракон с довольным видом жмурил тяжелые веки, пряча такой же, как и у отца, тяжелый и пронизывающий до нутра взгляд глаз-сапфиров.
  Императрица только головой сокрушенно покачала, не желая дальше спорить с упрямцем. И этот за своё! Будто помешались все на желании увидеть рядом с ней мужчину. Махнула рукой и, кинув прощальный взгляд на манящую высь ночного неба, ушла обратно в бальный зал, едва переставляя ноги, будто к ним гири привесили. Еще пара часов и она может возвратиться в свой родной мир, где её ждет привычный облик, тишина и привычная элегантность дворца, нормальное, изумрудное небо и, главное, отсутствие Кхэйна, Хана и прочих требующих к себе повышенного внимания личностей. Да если бы она сейчас повстречала советника Айдоса, она бы, наверное, ему простила его промахи и отменила ссылку, радуясь ему, как родному брату - ну подумаешь, пару раз в неделю кропает отчеты и заставляет её выслушивать то, что она и так знает - какая мелочь, право слово! Так что хорошо, что он уже наказан... А то бы вышел неприятный казус.
  Зал вновь оглушил её обилием звуков, запахов и красок. Да так, что быдь Императрица из плоти и крови, её, наверное, замутило бы, а так - только навалилась тоска вкупе с новой волной брезгливости. Люди веселились, подогревая себя градусом алкогольных напитков, громко говорили и смеялись, обсуждая абстрактные для неё понятия, танцевали и заключали сделки. Нацепив на лицо маску вежливого внимания, Императрица уверенно пошла в угол, где было чуть тише. Император - явно там.
  - О, моя дорогая коллега, ну что же вы нас покинули? - Воскликнул Кхэйн весело. Да только губы были чуть поджаты и левая рука сердито сжимала белые лайковые перчатки так, что расшитое серебром произведение портного превратилось в неприглядные лохмотья.
  - Любовалась звездами, мой дорогой друг. Они прекрасны в это время! - Милым голоском фарфоровой дурочки пропела она.
  - Вы совершенно правы, моя дорогая! И все благодаря Вам и Вашему народу. Раньше их не было видно, - Подхватил Император, едва заметно кивнув на затененную нишу, возле которой стояла пара мрачных гвардейцев и подпирал стенку пара сыновей Хайто, - Вы уделите мне минутку вашего внимания перед отлетом?
  - Да, конечно, - Так же мило произнесла Императрица, переходя на нормальное зрение, не обращая внимание на то, как дернулись стоящие рядом с Императором от вида её нормальных, ярко-бирюзовых, с синими белками, глаз.
  Картинка, что предстала глазам Крылатой, впечатлила: по залу уверенно двигалось около сотни переодетых военных, чья аура светилась ровным желто-зеленым оттенком. Подставные гости стекались к гостям обычным и под разными предлогами уводили их к нижним этажам. Похоже на эвакуацию, но вот только почему?
  'Хайто?' - Обратилась она мысленно к дяде.
  'Какие-то фанатики штурмуют замок, моя девочка. Кхэйн стремиться убрать нас по-дальше от своих интриг.' - Не подымая головы и продолжая рассматривать мраморную мозайку, ответил дракон.
  Девушка мило улыбнулась напряженному Кхэйну и приняла поданную руку. Среди его свиты уже не было ни единого штатского. Только его гвардейцы - молчаливые и плавные в движениях, будто ртуть, оборотни-тхэры обступали Императорскую пару, скрывая от глаз. Но тхэры чуть-чуть не успели, или не рассчитали: в центре зала послышался нарастающий шум борьбы, первые крики боли и лязг стали. Императрица, влекомая тихо ворчащим Кхэйном, впервые за вечер улыбнулась совершенно искренне.
  - Мой друг, там, кажется, гибнут твои преданные люди... - Подколола она его.
  - Да, гибнут, - Резко бросил на ходу Император, не оборачиваясь, - У них такая служба.
  Императрица еще шире улыбнулась и доверительным тоном произнесла:
  - Весело у вас тут. Неужели еще не вся оппозиция изведена?
  - Да как только я их уже не изводил... А все выплывают те, кто считают, что знают - как лучше править Империей. То заговоры, то еще какая-нибудь ерунда. Вот опять решили громко о себе заявить, да ничего, и этих поймаем.
  Сзади раздался взрыв и вопли боли и ужаса, сменившиеся грохотом серии взрывов. Спины обдало жаром. Кхэйн, нахмурившись, обернулся в дверях и ругнулся особенно витиевато. Огонек тоже заинтересовалась поневоле и обернулась через плечо.
  - Хан полез в самую гущу - это часть плана? - Поинтересовалась она тоном театрального критика.
  - Нет! - Отрезал Император и сделал серию знаков гвардейцам, что стояли по бокам от них, - Вы насколько неуязвимы в этом облике?
  - Абсолютно, как всегда, - Равнодушно отозвалась девушка и поправила локон в прическе, спадающий на чистый высокий лоб, - А этот отчаянный юнец?
  - Увы, не совсем, но живуч... - Задумчиво проговорил Кхэйн, напряженно наблюдая за тем, как четверо гвардейцов вклинились в гущу сражающихся, - Если голова будет целая, мы его восстановим - у нас же не только магия в запасе, но еще и техника.
  Императрица невольно засмотрелась, как здоровенный оборотень в крылатой ипостаси сражается, расшвыривая вокруг себя противников, как картонные муляжи. Но вот он дернулся, и еще раз, получив чувствительный даже в боевй трансформации, тычок копьем под нижние ребра и невольно, пытаясь в слепой ярости добраться до врага, насадил сам себя до вередины толстого древка.
  - Хм... Вам следует его вытаскивать - у него печень пробита, как я вижу. До диафрагмы дошло жало. Нервы сильно повреждены, так что он не трансформируется сейчас сам обратно, - С легким беспокойством произнесла девушка.
  - Пытаемся, - Прошипел сквозь зубы Кхэйн, отдавая распоряжение лейб-медикам готовить бокс.
  - Вы не против, если я тихонечко вмешаюсь? - Спросила она шепотом.
  - Я бы даже вас о таком одолжении попросил, моя дорогая. Хан в ярости сейчас и если продолжит в таком духе, проваляется в лазарете чрезмерно долго.
  Девушка кивнула и указала Императору глазами на место чуть левее сражающихся - из плотного дыма и всполохов огня выскочила памятная им девушка-адьютант, раскручивая совершенно неуместный в её тоненьких ручках меч-бастард, со свистом и треском разрывающий попадающих под него нападающих.
  - Как-то... излишне, что ли... Вы не находите? - Спросил Кхэйн у кротко улыбающейся девушки, - Как она вообще не улетает следом за мечом-то?
  - Ну я вообще-то не очень в человеческом оружии разбираюсь, так что не судите строго, - Произнесла Императрица и, повинуясь её словам, рыженькая адьютант откинула здоровенный клинок в сторону и выхватила из-за сипны парные изогнутые клинки, завертевшись юлой, - Так лучше?
  - Ну уже, по крайней мере, реалистичнее выглядит, - Невольно залюбовавшись гибкой фигуркой илюзорной воительницы, насмешливо произнес пожилой мужчина, - Но не переборщите - дайте моим гвардейцам отличиться, отведите свою аватару в сторонку, когда они пробьются к Хану ближе.
  Девушка коротко кивнула - контроль за сражающейся проекцией отнимал значительно больше времени и сил, чем обычно. Пришлось переключить внимание и ослабить контроль за той, что стояла рядом с Кхэйном, заставив Огонька испуганно замереть. Спишут на шок. Звуки борьбы вытесняли остальные и неожиданная обжигающая боль, прорезавшая тело, заставила неловко дернуться оба облика. Один из гвардейцев, что стоял и охранял Императрицу, с перекошенным лицом оседал на пол, роняя, как бешенный пес, клочья пены из перекошенного рта, а из бока Огонька торчал тонкий стилет. Девушка прислушалась к ощущениям и вынуждена была признать, что убийца был настоящим профи: мало того, что стилет хорошенько отравлен, так еще и воткнул от его по самую рукоять - через печень, через внутренности, почти до сердца... Было бы смертельно, если бы облик не был пустышкой.
  - Ядовитый, - Констатировала девушка, вытянула кинжал у всех на виду и вручила опешившему от такого зрелища Кхэйну, - Хорошая вещица, оставьте себе на память. Может, пригодится, если захотите вспомнить юность.
  Император нервно сглотнул и забрал поданный рукоятью вперед клинок. Обнюхал чистое, без единой капли крови, лезвие и изумленно вскинул брови, признав по запаху один из сильнейших ядов в Империи.
  - Это где же они столько денег взяли, что бы организовать подобный банкет? - Возмутился он, передавая смертоносное оружие своему подручному, смиренно опустившему голову, - Кажется, маловаты у нас налоги для аристократов, нужно будет прошерстить тех, кто способен такое оплатить.
  А рыженькая адьютант тем временем прорубилась к Хану и как раз пыталась от него удрать - израненный оборотень, очумев от потерянной крови, не узнавал никого вокруг. Или узнавал, потому и кинулся на обидчицу.
  - Вот странно, вроде бы тхэр своих самок не трогают? - Произнес задумчиво Император, оборачиваясь к гвардейцу-подручному, - Тайро?
  - Не трогают, мой Император. Скорее всего, попытается её подгрести ближе к себе и защитить. Вам лучше убрать её как можно дальше, Выше Императорское Величество, - С низким поклоном обратился подручный к Огоньку, - Сейчас наши люди попытаются его остановить.
  Императрица, состроив недовольную гримаску, пожала плечиком и адьютант, неловко поскользнувшись на обильно политом кровью и вымаранном содержимым кишечников полу, укатилась куда-то в сторону от основного сражения, исчезая из вида.
  - Мы уже можем уйти? - Спросила она довольно резко.
  Император учтиво поклонился и показал рукой направление, приказав гвардейцам охранять вход. Хайто, все это время подпиравший косяк, лениво отклеился от него и проследовал за своей племянницей с каменным лицом. Знал бы Кхэйн, чего стоило Императрице предложить свою помощь - кланялся бы еще ниже. Только дядя, лелеявший и наставлявший девочку с первых дней её жизни, научился читать её чувства, как открытую книгу. Девушке было крайне неприятно влезать в гущу битвы. Противно и неприятно вмешиваться в дела Темной Империи, убивать врагов Кхэйна, но не вмешайся она, исход битвы мог быть и другим - они оба видели, что девушка, столь забавно размахивая слишком длинным и тяжелым для нее клинком, первыми же ударами убрала отвлекшихся на Хана алхимиков, готовых что-то взорвать в центре зала. В самой гуще сражающегося народа. Вывод - чем бы это обернулось, учитывая, что нападавшие понимали всю тщетность своих попыток, напрашивался сам собой.
  Коридор, маги, держащие портал, секундный переход, и Императрица в сопровождении дяди и Императора вышла в центре обсидиановой площадки, с которой вся эта канитель и началась. Крылатые уже построились для перемещения, приняв свой естественный облик, а драконы заняли свои места, метя от нетерпения площадь длинными гибкими хвостами. Гвардейцы, оставшиеся за приделом площадки, замерли истуканами, ожидая своего повелителя.
  - Вы извините меня, коллега, за то зрелище, что вам пришлось наблюдать в окончании вечера? Планировались феерверки, знаете ли.
  - Они вам удались, дорогой коллега! Подобное зрелище не забываемо. - С мягкой улыбкой на губах, совершенно не отражающей внутреннего негодования, ответила Императрица.
  Император крякнул, поняв всю соль упрека и, вежливо раскланявшись с крылатой, быстро отошел на безопасное расстояние под защиту магов. В этот раз все было тише: стабилизированный мир не пытался распасться на части от переизбытка сил, что несли с собой крылатые послы. Все выглядело до невозможного красиво и, для пожилого Императора, неверояно печально. Он не знал - увидит ли еще раз эту странную, вечно юную, девушку, этих непостижимых существ, способных находиться в нескольких местах сразу. Кхэйн, болезненно щурясь, вглядывался, стараясь не пропустить ни секунды, пытаясь запечатлеть этот момент в памяти. Но все же зажмурился, не в силах выносить тот свет, что они с собой несли. Созидание. Чистое, не раздумывающее созидание. Разумы без телесных оболочек, сплошная сила - вот что эти существа собой представляли.
  Когда Император открыл глаза, заметил, что на том месте, где еще только секунду назад стояли величественные фигуры, окутанные нестерпимым для глаз золотым сиянием, что то-то блеснуло. Отправив подручного проверить, Император, запрокинув голову к черному небу, украшенному брилиантовой россыпью звезд, расхохотался, стоило удивленному гвардейцу вернуться обратно. Меч. Тонкий, легкий и длинный клинок-бастард, расширяющийся клином к черненой гарде-клинолому, один-в-один похожий на тот, которым орудовала в толпе шебутная аватара Императрицы. По светлому, чуть голубоватому булатному лезвию шли более темные переливы-прожилки, делая клинок похожим на маховое перо хищной птицы. Обтянутая акульей кожей, хваткая, но явно не для Кхэйновской ладони, рукоять, удобное граненое навершие само по себе было отдельным грозным оружием. Все это чудо было перевязано широкой шелковой лентой нежно-голубого цвета. совсем как те, какими украшают одежду новорожденных мальчиков. И веселенькая, с тисненым на обложке изображением пухленького голубка, открытка. Именно это и вызвало столь бурную реакцию Императора людей.
  - Вот шутница! - Восхищался Кхэйн, бережно принимая из рук гвардейца бесценный клнок, и прочитал на открытке отно короткое слово, - 'Ястреб'.
  Гвардейцы и маги, что его сопровождали, сцеживали улыбки в кулак, прекрасно понимая намек императрицы. Сегодня родилась легенда Темной Империи людей. Дерхэн, по прозвищу Хан, Тхэр с безупречной наследственностью, сильный маг, родственник Императора, героически сражался, спас жизни сотен аристократов, остановил атаку фанатиков-убийц, получив в награду от спасенной им Императрицы Крылатых несокрушимый клинок, был объявлен Императором наследником... Именно это, но еще более пафосно и с надрывом, объявят завтра в каждом городке, в каждой, даже самой отдаленной дыре его необъятной Империи. Осталось только дать нужным людям написать речь и проверить.
  'И не пускать Хана к Крылатым в гости. Уж больно он сильно запал на Императрицу. Прямо как я в свое время!' - Поставил себе галочку Кхэйн, размашисто шагая до подготовленного магами телепорта в замок.
  
  
  
  Глава 9.
  
  - И что ты думаешь, моя дорогая? - Спросил Императрицу Хайто, когда перестал полировать ногти о свой неизменно-черный камзол.
  - Надо было ожидать подобного, - Усмехнулась Императрица, - Что бы Кхэйн упустил свою выгоду?! Ты что? Как же можно! - Изгалялась она, переварив все новости, принесенные агентами Хайто на следующее же утро после резни во дворце.
  - Ну он очень многого добился за время правления, было бы странно ожидать от него чего-то другого, моя милая девочка. Он настолько расширил границы своей Империи, что на языке тхэров разговаривают уже почти в трети обитаемых миров. Замечу, что менее двух пятых частей миров были захвачены ими при помощи грубой силы.
  - А остальные - лесть, подкуп, страх, обман и хитрость! - Торжественно изрек Хори, допущенный на это собрание.
  О чем Императрица уже успела пожалеть: Хори был редкостной язвой и не научился пока что говорить только по делу, ввинчивая свои комментарии там, где они были совершенно не уместны.
  Наро, старший из сыновей Хайто, с немым, просто отеческим укором, посмотрел на Хори, быстро и бесшумно лопавшего мороженное из широкой вазочки-креманки. Хори сделал вид, что смущен, ковырнул ложкой большой кусман и запихнул его вместе с ложечкой целиком в рот, разведя руками. Ложка, торчавшая из уголка сомкнутых губ, заметно подрагивала, а уголок рта дергался. Старший весьма выразительно посмотрел на брата, еще более выразительно - на дверь за его спиной, и снова перевел взгляд на младшего брата, предлагая ему на выбор: или тишина, или - вышел вон. Хори проникся, ссутулил широкие плечи и понятливо кивнул, воровато убирая и ложку, и мороженное под стол.
  Все это время за столом стояла оглушительная тишина, нарушаемая только дробным стуком коготков Императрицы, с самым светским выражением на лице ожидающей окончания представления.
  Советник Лирдан, заменивший, как предупредила его Императрица, провинившегося Айдоса на весь его долгий срок отсутствия, снова вернулся к непривычной ему роли докладчика:
  - Итак. Подводя итог: к празднику более-менее все готово, осталось только озаботится гостевой территорией для... сна и отдыха? - Жалобно переспросил он Хайто, а дождавшись утвердительного кивка, увереннее продолжил: - И стабилизацией оной. Созданием подходящей атмосферы и нужного участка суши уже занялись, площадка для проведения праздника готова, забавы и развлечения для гостей завершены на 76%.
  Крылатая вскинула брови, а Лирдан осторожно пояснил:
  - Мы сделали все по эскизам, предоставленным нашими людьми... Только промахнулись с размерами, Императрица. Сильно промахнулись, - Насупился он.
  - Вы не сделали поправку под средний рост людей? - Спросила Императрица с улыбкой.
  - Вы правы, Императрица. Так и было. Те люди и драконы, что пришли по нашей просьбе опробовать аттракционы и все прочее, были несколько шокированны, хотя, говорят, что им все понравилось! - Быстро поправился Лирдан и позволил себе робкую улыбку.
  - Представляю, что они сказали про мебель... - Улыбнулась девушка, и попросила советника: - Советник Лирдан, если вам будет что-то необходимо, или не понятно, сразу же обращайтесь к драко... Хотя нет, - Сощурила она глаза на просиявший выводок Хайто, - Лучше обращайтесь к мастеру Альду и мэтру Коху. Они здесь специально для этих целей.
  Воплощенные драконы набычились и сделали обиженные физии. А советник, помявшись, робко спросил у Императрицы, строго, но без толку, взирающей на родственничков:
  - Императрица... А что такое 'место для сна и отдыха'? В вашем понимании вопроса?
  - Хм... Это, советник, помещения, обустроенные для людей. Отдельные дома со всем необходимым, или один-два больших домов с... Ладно, Лирдан, не забивайте голову еще и этим. Хайто, ты поможешь советнику с этой задачей? Только прошу тебя, без твоих шальных отпрысков.
  Наро с укором поглядел на кузину, а девушка, чуть улыбнувшись ему, добавила:
  - И можете использовать опыт Наро. Думаю, он побывал за свою долгую жизь в множестве человеческих спален! - Наро заулыбался, - Вот только не забудьте про лестницы и двери, мой дорогой кузен, насколько мне известно, спальни чаще всего в большой спешке и через балконы покидал, унося ноги от разочарованных хозяев этих самых спален...
  Наро усмехнулся и пожал плечами. Хору, как не сдерживался, лег на стол и гнусненько захихикал, уткнувшись в свой же локоть.
  - И эти паршивцы - мои сыновья! - Как-то уж слишком довольно протянул Хайто, оглядывая свои молодые копии в количестве четырех штук.
  Дорм и Арист, еще два брата из того же выводка что и Наро, самозабвенно вырисовывали на листах что-то, отдалено напоминающее остров с пляжем и мысленно спорили, в самом начале отпав от участия в общем обсуждении. У них была своя задача - придумать и просчитать те изменения, которые будет необходимо сделать с городом.
  - Да уж, задачка! - Возмутился Арист, когда заметил обращенные на него взгляды, - Нет, ну понятно - атмосфера. Ну а как быть с тем, что там нужно поднять сушу?
  - Легко. Это, как раз не та проблема, которая должна вас волновать, - Ответила Императрица, - Ваша задача сделать эскиз полу-острова с указанием примерных, хотя бы, размеров. Ну и прикинуть - что где будет размещаться. Дальше этим уже займутся наши. Вы же жаловались на скуку, дорогие кузены? Вот вам и занятие.
  - Вот же... Занятие, - Возмутился уже Дорм, - Вот острова я еще не делал!
  - Да не понимаю я ничего в этом! - Поддакнул Арист в тон брату.
  - А можем мы просто взять что-то подходящее в каком-то из миров и тупо скопировать? - Подал умную мысль Хору.
  Братья замерли, стараясь не смотреть друг на друга. До такой простой мысли они не доперли. Дорм сделал умное лицо и ответил:
  - Ну, тупо мы копировать не будем, нужно изменить, подправить... Есть у меня подходящее для этих целей местечко на дальней окраине. Совершено не обитаемое, но это и лучше... -Дорм замолк, ожидая разрешения кузины, которая его с радостью дала:
  - Тогда бери с собой мастира-созидающего Мариш, знаешь такую? - Дождавшись кивка, она продолжила, - И метнитесь туда. Сегодня вечером уже все должно быть готово. У нас осталось два стандартных дня на всю подготовку.
  Дорм с Аристом вышли, не прощаясь из-за стола, а Императрица вынуждена была похвалить елозящего на кресле малдшего кузена:
  - Хору, ты - молодец.
  - И все?! - Обиделся парень.
  - Ииии... И ты сейчас летишь и организовываешь музыкантов. С собой берешь Найру и мастера Дана.
  - К эльфам? - С робкой надеждой не наигравшегося ребенка в голосе спросил тот.
  - Ни в коем случае! - Хором воскликнули дядя и племянница, - Ты что, скандала хочешь?! - Добавила Императрица.
  - Ну а если темных эльфов? - Не сдавался Хору.
  - Никаких эльфов!!! - Повысила голос крылатая, - Вали давай к людям, и там найми. Только не в Темной Империи, а то будет казус. Неприятный.
  Хору насупился и пользуясь тем, что его сейчас пришел его звездный час и никто не заставит молчать, ехидно передразнил их:
  - Эльфов - нельзя. Темных - нельзя. Людей - можно, но ищи, дорогой наш Хору, где угодно. И что бы к завтрашнему утру были! Вы сами себя слышите?!
  - Превосходно мы себя слышим, сын, а когда ты молчишь - еще лучше, - Строго одернул его Хайто, - Координаты дам, там набери. Нормальные музыканты, как раз в нужном ключе.
  - Ладно, - Смилостивился молодой дракон, - Сколько брать?
  - Три полных оркестра, думаю, должно хватить. И еще два - уличные, для танцев на открытом воздухе и на площади.
  - Разве нельзя просто устроить музыку без всей этой... канители? - Поинтересовался советник, - Любой из наших без всяких проблем может сделать музыкальный фон.
  - Увы, господин советник. Люди любят живую музыку. Им захочется подойти к музыкантам, заказать что-нибудь для настроения... Придется соответствовать, - Сокрушенно пробормотал Хайто, разводя руками.
  - Хм, если мне будет позволено высказаться, Императрица... - Осторожно начал советник.
  - Конечно можно, вы же советник, это ваша обязанность. - С тяжелым вздохом сообщила Императрица, потягивая и компактно складывая за спиной разом все три пары крыльев.
  Советник кивнул в знак согласия и закончил совершенно неожиданным для всех собравшихся за круглым столом:
  - Вы определили для Айдоса слишком мягкую степень наказания, на мой взгляд, Императрица. То, что он заварил, теперь еще долго будет нам возвращаться кругами на воде.
  За столом снова воцарилась тишина, которую нарушил сквозящий удовольствием глубокий баритон дракона Хайто:
  - Хм. Кажется, в нашем полку прибыло, господа заговорщики! - Тепло отозвался Хайто и изобразил полный уважения кивок-поклон в сторону замершего истуканом советника, - Где вы до этого прятались, Лирдан?
  Лирдан смутился и покаянно признался:
  - Я был младшим секретарем у господина Айдоса, господин Хайто. Занимался... Как бы это сказать... Бумагами.
  - А по рангу вы кто? - Неприятно сузив глаза, спросил дракон.
  Советник совсем стушевался, но ответил дяде Императрицы, что с кривой улыбкой наблюдала за вытягивающимися лицами кузенов и заходившими ходуном желваками на породистом лице дяди:
  - Созидающий, уровень - мастер, господин Хайто.
  Хайто закрыл глаза и беззвучно, одними лишь губами злобно выматерился.
  - Как долго вы на этой должности, советник? - Косясь на отца, спросил Наро.
  - Шесть тысяч девятьсот семьдесят лет, - Без запинки ответил тот.
  - Это в каком исчислении?
  - В нашем, господин Наро, - Кротко ответил советник. Да только в голосе у него сквозила боль и обида.
  Императрица сочувствующе улыбнулась расстроенному Крылатому и бережно коснулась его крылом, показывая, что разделяет его боль.
  - Теперь вы поняли, господа, что я вам говорила, когда пыталась донести вам мысль, что многое пора менять?
  - Да, дорогая. Члены так называемого совета отбирают себе лучших из лучших, заставляя их заниматься ерундой вместо того, для чего они предназначены! - Грозно ответил Хайто.
  А Императрица мягко обратилась к советнику:
  - Лирдан, после этих... праздненств я передам вас мастеру-наставнику, что бы он провел переподготовку и дополнительную настройку, если вы желаете. Думаю, вам не будет лишней пройти и небольшую практику, занимаясь нормальным для вас делом?
  - А как же должность советника? - Нерешительно спросил он, боясь поверить в услышанное обещание.
  - Вы с легкостью сможете совмещать и то и другое. Гораздо важнее для меня, что бы созидающие занимались свои делом, воины - своим, а те, кто рожден для поддержания равновесия - своим. Вы завели семью?
  - Нет, Императрица, не успел, - Чуть виновато улыбнулся советник, будто речь шла о не сданном вовремя домашнем задании.
  Императрица по-доброму усмехнулась, пожурив крылатого, которому по возрасту давно пора было уже иметь не только троих отпрысков, но и даже взрослых внуков.
  - Займитесь этим. У мастера-наставника, насколько мне известно найдутся для вас замечательные кандидатуры.
  - Вы очень добры, Императрица! - От всей души поблагодарил её советник.
  - Это вы очень терпеливы, Лирдан. Ну что ж, все свободны на ближайшие четыре часа. Хайто?
  - Останусь, нужно еще кое-что обсудить.
  Драконы и сияющий от переполнявшего его счастья советник ушли, оставив хмурого Хайто и уставшую Императрицу наедине.
  - Я все понял, Огонечек. Прошерстить нужно всех. Но почему они себе берут именно созидающих?! - Возмутился Хайто.
  Императрица, склонив голову на бок, пояснила дяде простую для Крылатого, но непонятную для дракона истину:
  - Воины не подчиняются никому, кроме своих командиров, Императрицы и её супруга. Служители равновесия вообще начхать хотели на любые игрища. Их не заставишь и не уговоришь делать то, что сдвинет чашу равновесия. А созидающие... Они более гибкие, чем остальные, более восприимчивы, что ли. Их можно уговорить, можно на них как-то повлиять. Считай, что общий разум, общий характер поделен на три неровные части: основной, больший - дан созидающим. Два маленьких - всем остальным. Можно сказать, что созидающие самые живые из нас, наиболее похожи на смертных. У них совершенно другая логика, нежели у остальных.
  - Твои любимцы?
  - Моя головная боль, как говорят люди. Их и так жалкое количество, да еще и члены совета себе часть прибрали.
  - Но ведь последнее время они начали появляться на свет, не так ли?
  Хайто выглядел не на шутку встревоженным. Перебирая в уме разговоры с племянницей, он еще больше начал нервничать.
  Императрица, помолчав, произнесла неутешительный вердикт:
  - Очень мало, Хайто. Критически мало.
  - А ты? - Напомнил он ей о основной её роли и обязанности в их обществе.
  Императрица, как-то странно свесив руки вдоль тела и уткнувшись лбом в столешницу, проворчала недовольно, помахав верхней парой крыльев, от чего по комнате прошел легкий ураган локального масштаба:
  - А я... Я - все это сразу. Все три роли, плюс судья и палач. Бррр... Самой тошно.
  Хайто, усмехнувшись на эту её совершенно детскую реакцию, напомнил воспитаннице:
  - Ты же как-то можешь повлиять на количество и ранг зарождающихся? Разве нет?
  Императрица, переложив увенчанную алмазной короной голову на бок, одним глазом покосилась на дядю, пробурчав:
  - Могу. И займусь этим, как только разгребем то, что наворотил Совет, будь он не ладен.
  Дядя, развеселившись окончательно, предложил осторожно, зная заранее ответ:
  - Ну раз ты еще и палач, то, может?..
  Крылатая сморщила нос и ответила вопросом на вопрос:
  - И посеять страх среди народа? Не смеши меня, дядя. Я не настолько сильна, что бы так вот легко забрать их жизни. Буду их постепенно выводить из игры, убирая по-дальше.
  - Долго и муторно, - резюмировал Хайто, скрестив на груди руки.
  Племянница, не меняя позы, еще и крыльями сверху голову накрыла, чуть обиженно протянув:
  - Увы, иногда завидую Кхэйну. Его подчиненные не столь разрушительны, как мои. Да и знаешь, Хайто, отсутствие Айдоса нам еще отольется... Ой как сильно и неприятно отольется. Ты собрал сведения далеко не о всех его делишках. Ищи дальше, ищи далеко от нас. Там, где сфера интересов нашего народа сведена к нолю. Нужно выдернуть все корни, которыми он уцепился за смертных, оборвать все щупальца. Этот гаденыш, судя по оказанному сопротивлению при переходе, крепко где-то засел. Я бы предположила не менее пары отсталых миров, зараженных верой в него...
  Пришел черед дракона морщиться и изображать гадливость на лице:
  - Да уж, додумался! Выставить себя богом! Что у вас, кстати, за такое полагается?
  Девушка, чуть-чуть помолчав, таки изволила поднять свою царственную голову со стола и сесть нормально, что бы ответить дяде простым и страшным:
  - Уничтожение. Полное. Стирание самой личности. Развоплощение - самое близкое слово в человеческом языке. Но для этого нужно сначала за ним прибрать, а то мы получим тупое, обезличенное, да еще и темное, озлобленное божество, питающееся эманацией веры.
  - Как у вас все сложно! - Опять скривился дракон.
  - Все просто. Если не играть в смертных и богов. Просто и приятно. - Девушка встала и потянулась всем телом, распрямляя крылья во всю их немалую длину.
  Хайто невольно залюбовался зрелищем. Очень он любил, когда его венценосная подопечная еще не отходила от общения со смертными - такая забавная и живая, что даже немного была похожа на самих драконов. А в остальное время, как он не настраивал себя, как не крепился... Но вдоль позвоночника нет-нет, да пробегали холодные волны страха, стоило осознать - с кем он спорит и кого наставляет.
  
  
  
  Глава 10.
  
  Все было готово: большой полу-остров сиял огнями окон готовых принять гостей трех больших домов, новенькими зданиями и свежим лаком скамеек, воздух сладко благоухал палисадниками и экзотическимим цветами. Не было, правда, среди витавших ароматов характерной нотки перегноя или прелых листьев - но это не удивительно, если учесть, что всему этому великолепию не больше суток от роду! По уверению драконов - верх шика и блеска. Как пошутил Наро, не хватает в углу большого желтого ценника 'всего 999 кредитов за сутки!' Это для крылатых было несколько непонятным заявлением, но драконы хихикали.
  Готовы были и тенистые алеи для прогулок, и что-то под названием 'тенисный корт', и ипподром, и арена, и еще куча разных и непостижимых для нее, крылатой, странных вещей и равлечений из мира смертных. Ну а ей лично понравился пляж с чистым белым песком и нарядные маленькие яхты с разноцветными парусами, что покоились пока вдоль длинного, уходящего далеко в море пирса-волнореза. А вот остальное... Ну, судя по тому, как радостно здесь, с визгами и восторженными воплями, бегали и резвились драконы и люди, что все-таки прижились в Столице, тут, наверное, было не плохо. Осталась сущая мелочь... Слуги.
  С этим и обещала разобраться одна из внучек Хайто - белая драконица с нежным именем Дарина. Включилась, загудев и засияв широким каменным зевом, арка перехода и из нее поперла Армия. Иначе это назвать язык не поворачивался.
  - Что это, Дарина? - Со стоном-вхлипом спросила Императрица у юной драконицы, гордо вышагивающей впереди армии в спецформе, идущей в ногу колонной по двое.
  - Смирррна! Рррравнение на Императрицу! - Скомандовала Дарина и отчиталась, - Задание выполнено!
  - Дариночка, солнышко - что это?! - Опять спросила Императрица у сияющей от восторга белокурой девчушки лет так пятнадцати человеческих на вид.
  - Прислуга! Целый штат! Как и было заказано! Нравится? - Вдруг совершенно кротко и чуть кокетливо спросила девушка, преданно заглядывая в глаза Императрице - своему крылатому кумиру.
  - Эммм... Да... Но солнышко, это же... андройды! Где ты их достала, тем более - столько?
  Императрица, опасливо косясь на поедающую её счастливыми глазами внучатую племянницу, приблизилась к замершим в ожидании роботам и едва заметно вздрогнула. Колонна андройдов стояла, улыбаясь милыми и вежливыми улыбками, поблескивая внимательными понимающими глазами... Жуть...
  - Первые сто пар - горничные, вторые - слуги, третьи - повара и работники кухонь, еще сорок пар - садовники и уборщики. Все трех видов: блондины, брюнеты, шатены. На любой вкус! А последние пять сотен - боевая модификация, - И так она это произнесла, с таким удовольствием в голосе...
  - А это решение, кузина! - Наконец-то отмер и обрел дар речи Наро, - Где бы мы нашли столько прислуги? Хотя андройды это, все же... как-то перебор, не находишь?
  Крылатая кивнула, всецело и полностью соглашаясь со словами Наро. Она бы еще от себя добавила пару уменьшительно-ласкательных в адрес малышки Дарины, но... Сама её попросила, не сделав поправку на то, что маленькая драконица увлекается роботами и техногенными мирами. А еще девчушка ни разу не воевала, а потому всякая около-военная дурь не стремилась выветриться из её милой белокурой головушки, прочно свив там гнездо.
  - Ну, Наро! И где бы я забрала за такой срок ТАКОЙ штат? А тут - все есть!
  - Сама делала? - Спросил Наро.
  - Неее... Прототипы не мои, я только их скопировала и чуть-чуть прошивку поправила. Теперь они почти как люди, только без устойчивых привычек! А еще у нх у каждого есть свое имя и чуть-чуть характера добавила. Вот! Я - молодец?
  - Да, молодец, - как-то глухо и деревянно отозвалась Императрица, пытаясь в уме перебрать данные по гостям - есть ли у них такие технологии, или нет. Выходило, что еще нет. Потому это было несколько рисковано, подсовывать им андройдов.
  - Это вы еще главного не знаете! Подчиняться они будут только вам, избранным из крылатых, нашему семейству и заложенной программе. Они неподкупны, неубиваемы, их нельзя склонить на ту или иную сторону... А еще при попытке их разобрать, они шумно и эффектно самоуничтожаются! Да еще и с выбросом магии. Это - техно-магия, а не чистая технология. Так что дохлго крысюка они разберутся в них, приняв за совершенных големов! Ну как?
  - Дарика, ты не просто молодец, ты - умничка! - Похвалил её Наро, а Императрица, ободряюще улыбнувшись, вновь принялась разглядывать 'воинство'.
  - Я им и униформу всем организовала! - Продолжала красоваться и напрашиваться на похвалы девушка.
  - Нужно проверить их в деле, - предупредила, прервав поток восторгов и самовосхваления, Императрица.
  Когда дракона несет, он может заниматься самолюбованием часами на пролет. Лучший способ добиться чего-то от этих самовлюбленных оборотней, это усомниться в их действиях или возможностях. Это правило она уяснила столь давно, что большинство взрослых драконов почти перестали вестись на подобное. Но не Дарика, стремившая доказать всей черношкурной родне, что белый дракон - это звучит не только гордо и красиво, но и чего-то стоит. Отсюда, наверное, и её увлечение техникой, которую остальные драконы игнорируют в глухую, заслуженно считая ненадежной и зыбкой блажью, мода на которую проходит со временем практически в любом мире.
  - Приказ: всем отправляться к метам несения боевой слубы! - Гаркнула Дарика и колонна, разделяясь на ручейки и теряя по пути боевые единицы, уходящие на свои рабочие места, откочевала от телепорта. Дарика, раздавая команды, следовала сбоку от своего детища, упакованного в зеленую и нарядную, будто из книжки по истории, театрально-типичную для слуг униформу.
  - Брррр... - Выразил общую мысль Наро, дрожащей рукой вытирая вспотевший лоб, - В этот раз она превзошла саму себя!
  - В прошлый раз ты говорил то же самое, дорогой мой кузен! - Не удержалась и напомнила ему крылатая.
  - Но в этот раз она действительно отожгла, согласись! Целая армия андройдов! Бррр... И куда её потом девать?
  - Раздадим кому-нибудь. Раздарим, - пожав плечами, предположила девушка, беря кузена под руку, - Давай лучше остальное проверять. Тут где-то должны музыканты прятаться. Как бы и тут сюрпризов не было. Чего-то я нервничаю.
  - Я тоже.
  
  Хору и остальные его братья... меньшие... словно решив ради разнообразия пощадить нервы кузины, на этот раз в точности и досконально выполнили свои поручения и теперь лукаво поблескивали похожими, ярко-синими глазками, видя, как силится их сестрица найти хоть какой-нибудь подвох.
  'Даже не пытайся, Огонек! Они все сделали хорошо и правильно, весь их сюрприз и каверза именно в этом!' - Раздался в голове мысленный голос мастера-наставника, стряхнув все напряжение и крепнувшее час от часа беспокойство, как рука - мокрый снег с ветки.
  'Мастер-наставник!..' - И столько было в это вложено облегчения и доброго восхищения, что в ответ вернулось теплое чувство, будто бы наставник укутал её своими крыльями, защищая от всего внешнего мира.
  'У нас все готово. Мои малыши хорошо потрудились, сама можешь наблюдать!'
  - А еще мы раздвинули и немного переместили город, так что теперь этот полуостров находится на одной линии с Дворцом и соединен широким прогулочным проспектом, - Сказал уже вслух для всех собравшихся мастер и предложил Императрице свой локоть, на который она с радостью оперлась.
  - Никто не жаловался? - С беспокойством спросила она.
  - Да нет, все всё поняли. Даже не возмущались, наоборот - всячески содействовали.
  Тут в разговор влезла одна из молодых воспитаниц-созидающих, Дей:
  - Всем так понравился пляж и новый вид из окон, что наши не только не препятствовали, но и даже предлагали свои идеи!
  - Нам очень понравилось, Императрица! - Подхватил другой молоденький созидающий, встопорщив еще перламутровые, с разводами, нежные крылья. У этого их было две пары, и о явно комплексовал.
  - Арон? - Спросила Императрица и юноша кивнул, польщенный тем, что правительница знает его имя, недавно совсем полученное от наставника, - Молодец, мне наставник тебя очень хвалит. Говорит - у тебя бесподобно получаются животные.
  Парень расцвел на глазах, перестав зло топорщить перья и зашагал ровнее, принимая мысли-поздравления и теплые улыбки сверстников.
  'Ты когда хочешь провести ему корректировку?' - Спросила наставника Императрица.
  'Да вот думаю - надо ли? У него дар, редкий. А корректировка, хоть и выровняет его способности и данные, но вот не проиграем ли мы от этого? Может, лучше потом его детей откорректировать?'
  'Плохие идеи, наставник. Но давай подождем до первой 'линьки' - может, и не понадобится вмешиваться?'
  'Може и так. Такие раньше бывало?'
  'Очень давно, мастер. Очень. Но память об этом у нас есть.' - Задумчиво отозвалась правительница, в пол-уха слушая - что и как было сделано для приема гостей.
  Они шли по широкому проспекту, поражавшему своей симметричностью и красотой, а Императрица, отвечая легким кивком и едва заметной, но теплой улыбкой на приветствия выходивших ей на встречу из своих преображенных домов крылатых, раздумывала, прогоняя и так и эдак в памяти слова дяди о вмешательстве в потомство. Обычно сами крылатые не знают - кто и что у них получится, создавая дитя. Именно создавая! Энергия отца и матери, объединенная при помощи сложного ритуала, закачивалась в специально подготовленные ниши-колыбельные. Три года в них, в подвешенном состоянии, развивалась и формировалась будущая матрица крылатого, его энергетическое 'тело' и разум, его будущая личность. Императрица могла и имела право по своему усмотрению, или по просьбе родителей, что-либо изменить в будущем крылатом. Или спасти его и родителей, если у тех не хватает энергии на поддержание 'колыбели'. Именно это, а никак ни страх, в основном и вызывал столь беспрекословное подчинение её власти. И именно для этого женщины её рода раз разом выбирали себе в спутники сильнейшего. Что бы вытянуть, спасти, поддержать, что бы хватило сил и умений.
  Смешно сказать, но примерно десять поколений назад крылатые, хоть и превосходили нынешних своих потомков числом втрое, были раз эдак в десять слабее, многие из них так и не могли до конца жизни научиться усмирять свои силы, подчинять их, развеиваясь потоком чистой энергии в пространстве. А уж сколько погибало потомства, лишившись подпитки обессиленных родителей!.. Но об этом помнили только те, кто дожил до нынешних времен, а их были единицы, и Императрицы, чья память, объединяя весь прожитый опыт предшественниц, была к услугам каждой из них. Стоит лишь обратиться к ним, и ответ, если он есть, будет дан. Ни одна из Императриц не умерала в привычном смысле этого слова. Все они были живы, став информацией, воспоминаниями, энергией, что была ей доступна и так пугала Совет.
  Она редко пользовалась этой возможностью и не беспокоила память своих прародительниц, поскольку ни одна из её предшественниц не попадала в схожую с ней ситуацию. Тут опыт был бессилен.
  Императрица мягко ступая, с удовольствием слушала щебет младшей группы, самому 'маленькому' из которой перевалило за сотню лет, и тихо радовалась, ведь сейчас её стараниями не погибает ни один из малышей. В положенный срок, в присутствии мастера-наставника и Императрицы, каждый новый крылатый, практически взрослый физически, но что четырехлетний человеческий младенец по уму и уровню мышления, открывает свои глаза с ярко-синими 'белками' и выходит из кокона 'колыбели', приветствуемый счастливыми родителями и улыбающейся правительницей, которой, никогда не надоест это зрелище.
  'О чем мечтаешь, Огонек?'
  'О детях...' - Отозвалась она и лицо само собой озарила широкая озорная улыбка, когда она заметила удивление наставника.
  'Я, может, что-то путаю, но тебе еще рановато думать о детях...' - Осторожно ответил наставник, с тревогой вглядываясь в лицо собеседницы.
  'О наших детях я подумаю, когда придет срок. Я думаю о тех двух десятках малышей, что скоро пополнят ряды твоих учеников, мастер-наставник!' - Ехидно ответила она, - 'Но если ты так торопишься...'
  'Я никуда и никогда не тороплюсь!' - Со смехом и заметным облегчением ответил тот.
  - Вы совсем нас не слушаете, Императрица! - Мягко укорила её Дей, когда они, осмотрев все, и даже сделанный Ароном и еще одной малышкой, Моной, зверинец с редкими и необычными животными и рептилиями.
  - Прости меня, Дэй, в голове столько всего, а посланники людей прибудут уже завтра утром.
  - Ну! До утра еще часов шестьдесят по их времени! - Отмахнулась Мона, - А у нас уже все готово к приему. Осталось только еда, но это не к нам - мы тут совершенно ничего не понимаем!
  - Это к нашему повару, Мона. Он обещал на время праздников откочевать ближе к гостям.
  - Наверное, он по своим соскучился! - Сделал предположение Арон.
  - Возможно, - с улыбкой согласилась Императрица и приобняла длинными и широкими крыльями младшую группу, столь пока что малочисленную, благодаря их без слов за помощь и понимание.
  Мастер наставник, чуть склонив голову на прощание, увел своих 'малышей' в учебные комнаты, а Императрица, поведя плечами, взлетела, что бы осмотреть измененный город сверху.
  - А дела-то никто не отменял, - пробормотала она самой себе и, сложив крылья, камнем упала в низ, в последний момент раскрывая их и уходя от столкновения с землей. Ей еще сегодня предстояло пробежаться по молодым, ожидающим пополнения семьям, и проверить 'колыбели', посмотреть потенциал тех двоих, кто её прошлый раз сильно обеспокоил слишком низкими показателями и, если понадобится, подправить их и подпитать родителей. С них она и решила начать, выбрасывая на задний план сознания всю эту канитель с людьми, посланниками и советом, отодвигая до поры всю эту не нужную шелуху и бред заскучавших от долгой жизни бессмертных существ.
  
  ==========================
  Обновка от 21.02.16
  ==========================
  
  Глава 11.
  
  Огромный пустой зал, гладкие белоснежные стены которого ни разу не коснулись не только резец мастера, но и даже рука ни единого смертного, был наполнен лишь отсветом сияния, наполнявшего его середину, был часты убежищем Императрицы. Чаще всего она просто приходила сюда для того, что бы почувствовать, что она - не одна в этом мире. Здесь, кружась в медленном и величественном танце, жила Память. Общая Память их рода, по воле одной из её предшественниц помещенная сюда. Столб золотистого света, во времена своей создательницы шириной не более ладони, сейчас - в десять размашистых шагов крылатого и высотой почти в три сотни метров. Зал, как и все в их мире, созданное волей одной из правительниц, рос по мере наполнения, уходя вглубь планеты и разрастаясь вширь, не меняя при этом своих внешних размеров. Не техника, не магия. Интуитивное знание, понимание правильного и допустимого, заложенное в самих Крылатых. Невозможное для нарушения, доведенное до абсолюта... Что-то между, что-то за гранью, как и все, что создавалось ими. Ни один из простых крылатых не входил сюда. Большинство даже не подозревали об этом месте в центре их мироздания, не смотря на отчасти общее сознание. Даже те, кто быд посвящен в тайну, старался держаться от этого места по-дальше, хотя и не было прямого запрета, и, теоритически, любой мог войти в этот поток света, что бы получить ответы на свои вопросы, возникни они.
  Вот только беда в том, что вопросов ни у кого не возникало. Все так привыкли, что есть мудрая Императрица, что есть её супруг, Император, что и не подумывали, что можно что-то предлагать, как-то действовать. Да и не в природе Крылатых это было. Незачем. Ведомые сквозь милионы лет поколениями лучших и сильнейших, они полностью утратили волю. И новая, совсем еще молодая Императрица это понимала. Но все же, как это не смешно звучит, и ей тоже было свойственно надеяться на лучшее. Хотя и не простительно.
  Выйдя из потока, она постояла с опущенной вниз головой, по крупицам собирая, вспоминая, свою привычную форму, стараясь вычистить из сознания мысли и голоса давно сгинувших в небытие предшественниц и предшественников.
  - Ты снова пытаешься получить совет для живых у тех, кто давно умер? Глупо и наивно.
  Девушка подняла глаза на говорившего, пытаясь вспомнить его имя, уплывавшее от неё скользким угрем в тине шума в голове. Имя нкак не хотело всплывать, только прозвище 'Странник' вынырнуло на поверхность. Странник. Это слово и заменяло ему имя, служило и назвищем, и объяснением, и оправданием.
  Мужчина, прятавший телосложение атлета под потертой, старой одеждой из грубой льняной ткани и исцарапанной, седой от старости кожи неведомых, сгинувших в пучине времен зверей, приветственно помахал девушке от стены, где он вальяжно и с удобствами развалился, используя вместо кресла сам воздух.
  - Нет, я пытаюсь... Хотя да, ты, как всегда прав, Странник. Нет у них ответа. Зато советов - уйма. Один другого интереснее, - с кривой ухмылкой ответила Императрица.
  - Так всегда и было. И вот толку с этого? - Странник лбвиняюще ткнул пальцем в столб золотистого света, медленно кружившегося в центре гулкого зала, под далеким от сюда потолком которого медленно кружились облака, - Только место занимает!
  - Не надо так говорить, - мягко напомнила ему Императрица, печально улыбнувшись, и медленно пошла на встречу Страннику, будто бы вспоминая, как это - ходить.
  - Только не надо говорить таким тоном! Ты мне слишком живо свою бабушку напомнила! Заяви еще, что это святыня вашего народа, и вообще будет полное сходство!
  - Ну ТАК я не считаю, но если ты просишь...
  Девушка, успевшая за пройденный десяток шагов, разделявший их, прийти в себя, за мгновение подправив свою внешность и приняв гордую, в пору древним статуям забытых богов, позу, наставительно и гулко произнесла:
  - Это Святыня нашего народа, Странник! Не тебе от этом судить!
  Странник с готовность рассмеялся, изобразил ленивые аплодисменты и язвительно протянул:
  - Ооооочень похоже, только ножку левую назад отставь, и у твоей бабушки крылья были чуточку короче, а еще она, в отличае от тебя, постоянно носила Алмазный Венец. И меч за компанию за спиной.
  Императрица повела плечами, будто бы ощутив за спиной тяжесть огромного клинка с извивающимся змеей широким лезвием, пробурчав недовольно:
  - Фууу, нет, не хочу! Ладно еще Венец! Но меч! - Девушка покачала головой с удовольствием разглядывая старого знакомого, - Меч - это не мое. Эта реликвия постоянно цепляется, мешает сложить нормально крылья, и вообще, он очень горячий, даже в ножнах. Вид, кстати, с ним за спиной самый глупейший!
  - Да-да-да! Но твоей бабуле нравилось необычайно!
  - Еще бы! Волосы развеваются от жара, крылья грозно раскрыты, постоянно высекая искры из стен и пола, а над плечем - черная, мерцающая огнем рукоять, - замогильным тоном изрекла девушка, заметно скривившись, - Только вот бабуля все как-то больше в боевом виде ходила, а мне, видишь, не судьба.
  Императрица развела руками и указала на свою прическу, украшенную уменьшенной копией Венца, положенной для её возраста. Венец был мощным артефактом, и считалось, что ей еще рано его надевать, только ослабленную 'тень' этого же артефакта. Хотя она уже его носила как-то, пусть и вынужнено, но в первый же день своего рождения.
  - Да уж... Веселая была женщина. Славная... Не то, что ты! Сидишь, тише воды! - С укором в голосе возмутился Странник, с удовольствием потягиваясь и зевая.
  - Создается впечатление, что мы что - твое единственное развлечение... - Невинным тоном пробормотала Императрица, с усмешкой в глазах рассматривая старого знакомца, и отмечая, что он, как всегда, нисколько не изменился. Будто бы только час назад они виделись.
  Странник тем временем нахмурился и высокомерным тоном осадил вздумавшую его дразнить девушку:
  - Ну, пожалуй, не то, что бы единственное... Но одно из самых любимых - это точно. Не льсти себе, не настолько у меня серая и тоскливая жизнь.
  - Мне кажется она достаточно тосклива, что бы ты столько времени тут прождал меняв одиночестве, - весомо проговорила Крылатая, пожав плечом.
  Красивое, покрытое густым золотистым загаром, вечно-юное лицо странника исказила гримаса, которую с одинаковой точностью можно было назвать и обиженной и брезгливой - до того у него была подвижная мимика, в мгновение ока преображавшая породистое лицо, которое можно была даже назвать красивым, если кому-то нравится сочетание выбеленных солнцем до неопределенно-льняного цвета волос, густо-бронзовой кожи, высокого лба, ярко-голубых, словно два колодца в летнее небо, глаз, орлиного профиля, усугубленного к тому же еще и тяжелым подбородком, да тонкими, тоже потемневшими от загара, губами. Лишь когда Странник улыбался, лицо его вмиг преображалось сеточкой морщинок, идущих от ярких глаз и мелькнувшей белоснежной, широкой ухмылкой. Но улыбался он так крайне редко - хватило бы пальцев одной руки, чтобы сосчитать, сколько раз на памяти девушки это редчайшее событие происходило. Все больше лицо Странника кривилось в ехидной усмешке, или же он без-эмоционально и молчаливо наблюдал, впитывая в себя события, как губка воду. Вот и сейчас он изобразил одну из фирменных своих кривых ухмылок и ворчливо произнес, решив быстро сменить щекотливую тему:
  - Да, долго ты что-то в этот раз. Что-то интересное?
  Императрица тяжело вздохнула, помотав головой и сокрушенно произнесла, разделяя слоги:
  - Ни-че-го! - Она опять поморщилась с досады, - Ворох всевозможной информации, куча самых бредовых вариантов... И ни одного похожего случая за всю нашу долгую историю, что, похоже, медленно, но верно подходит к логическому концу.
  - Угасаете? - Прозорлово поинтересовался тот, выловив главное из потока возмущений.
  Девушка не стала отнекиваться, признавая за этим странным существом, повадившимся приходить незванным в гости, весь его опыт, вмещавший бездну прожитых эпох. Она только устроилась рядом с ним, тоже повиснув в воздухе в полу-лежачей позе, уютно завернувшись в белые крылья, как в плед. Странник с легкой завистью посмотрел на крылья девушки, но промолчал. Спустя несколько минут Императрица продолжила, будто бы их разговор и не прерывался ни на мгновение, хотя занимал он уже не один десяток лет:
  - Ты прав, как это часто бывает с тобой. Угасаем. Это наиболее правильное слово. Воля к жизни исчезает. Мой народ сбит с толку, растерян. Они - как дети, которые впервые остались без присмотра взрослых.
  - Так, в принципе-то, и есть... Как раз взрослых у вас почти и не осталось. Не считать же насмерть перепуганный Совет, состоящий из чудом выживших - взрослыми! Смешно!
  - Смешно, - без тени улыбки эхом повторила девушка, зло сощурив бирюзовые глаза, в которых плескалось отражение золотистого пламени, - Но вот только что мне делать, Странник? Может, у тебя есть ответы на мои вопросы?
  Мужчина с удивлением посмотрел на крылатую собеседницу, напоминавшую сейчас белый встопорщенный кокон. Видно, подумалось ему, совсем у девушки совсем плохо дела идут, если она попросила у него совета. Но какой он мог дать ей совет?
  - Хочешь, девочка, я расскажу тебе сказку? - Предложил он, когда смог справиться с первым шоком и заговорить без нервной дрожи в голосе.
  - Разве от такого щедрого предложения кто-то отказывается? - Лукавой кошкой сощурилась Крылатая, повернувшись корпусом к мужчине и переведя-таки взгляд на своего собеседника.
  Посланник хитро улыбнулся в ответ, и протянув задумчиво, 'и такое бывало', уселся по-удобнее, шумно прочистил горло, комично кривя лицо в притворной задумчивости принялся и торжественно, будто бы скальд на приеме у короля, вещать зычным, густым голосом, порождавшим обычно толпы мурашек у замерших с раскрытыми ртами слушателей:
  - Тогда слушай и запоминай, дитя Крылатого народа! Эту сказку я еще никому не рассказывал. Даже тьма ночи не слышала её!..
  - Лютню дать? - Невинным тоном быстро вставила девушка, чуть-чуть сбив пафос с собеседника, пока тот набирал в грудь воздуха.
  - А! - Отмахнулся он, разом потеряв всю напускную серьезность, - Это мы, пожалуй, смертным королям на потеху оставим...
  Странник, вспоминая что-то свое и давнее, хмыкнул и, удобнее развалившись в невидимом кресле, на всякий случай строго глянул на девушку, сидящую с самым внимательным, на какое только была способна её скупая мимика, лицом. Удовлетворившись послушным и кротким видом коронованной собеседницы, он продолжил, хотя уже и не столь пафосно:
  - Жил-был... Хотя... Нет, не так мы, пожалуй, начнем, а вот так: когда-то давно существовал один прекрасный, многочисленный и мудрый народ. Но так давно это было, что сама пыль, из которой состоял их родной мир, уже трижды становилась материалом для других звезных системам, пройдя свой путь по космосу от центра мироздания до самых его темных окраин, где на небе ночью почти не бывает звезд. Народ этот был величествен, силен и мудр, и была у них особая сила - создавать дугие миры и, могли они населять их, в отличае от вашего народа, разумными существами по своему усмотрению. Был этот народ уже далеко не юн, когда постигла их беда: гордость за свои деяния превысила их важность, отринули они всякую осторожность, а азарт перешагнул через рациональность и рассудок. И перестали они следить за своими многочисленными творениями, бросая их, как бросают дети свои надоевшие игрушки, соревнуясь между собой - чья игрушка выйдет ярче, необычнее, или же - страшнее и омерзительнее. Со временем они забросили даже свой родной мир, встречаясь между собой лишь изредка, да и то - что бы похвастаться новым творением и забыть о нем навсегда. Миры рождались и гибли, будто бы в агонии, а народ, их создавший, не замечал, что из-за постоянного противостояния внутри своей расы, у них уже очень давно не рождалось детей, что каждый из них стал недоверчивым одиночкой, одержимым маниями и страхом, что другие его превзойдут, или подсмотрят его идеи. Их родной мир, оставшийся без присмотра, погиб, когда остыло его Солнце, и даже этого никто не заметил, поскольку само понятие 'дом' стерлось из их языка, скудевшего век от века. Сколько это продолжалось - никто не знает, ибо не было тому свидетелей, способных ответить на этот вопрос. Да только вот народ забыл не только о доме, но и о том, что и у них когда-то давно были Творцы, создавшие их...
  Странник надолго замолчал, погрузившись в воспоминания, а Императрица не перебивала его, боясь спугнуть откровение. Странник, уже не столь громко и торжественно, как в начале, ссутулившись, продолжил свой рассказ, и между его бровей залегла глубокая складка.
  - Творец, что когда-то создал этот народ, пришел в ярость, видя, что они наделали, и, вернув в небытие большую часть созданого ими, изрек: 'С этого момента и до скончания времен, все мои творения будут иметь свой срок. Каждому народу будет дан свой противник и свой страх. И вы первые получаете то, чем так безжалостно играли.' Он забрал силы этого народа, оставив им лишь крохотную толику от их возможностей, дав им взамен страшный дар - смертную жизнь, и вновь исчез. По началу этот народ не сильно горевал, вспомнив-таки о своих созданиях и, сохранив способность открывать двери между мирами, перемещались из мира в мир, они становились там богами даже с той крошечной силой, что у них была. Но вот прошло немного времени и во вселенной раздался первый крик ужаса и боли: это кричал от страха умирающий бог, смертельно раненый рукой своего слабого и хрупкого создания, вышедшего из повиновения. Спустя время крик повторился, но уже из другого уголка необъятной Вселенной. И снова, и снова... Новоиспеченные боги, вновь поверившие в свое могущество, испугались, поняв вдруг, что они теперь не только стареют, хоть и невероятно медленно, но могут и погибнуть, а могут кануть в небытие, забытые своими народами... Тогда они собрались вместе, со страхом вглядываясь в давно стершиеся из памяти лица друг друга и холодея от ужаса, осознавая, что их осталась едва ли двадцатая часть от прежнего числа. Доведенные до отчаяния, вспомнили они о том, что среди них когда-то был правитель. Поднялся крик, ор, посыпались обвинения и проклятия... Ни один не хотел брать общую вину на себя, признавать себя виновным в случившимся. Ни к чему они не пришли тогда, но вот только в момент, когда шум спора достиг апогея, один из мужчин поднял копье, с которым он привык ходить в своих мирах, опасаясь нападения, и ударил другого...
  - Бог, убивший другого, забирает силу побежденного, - кивнув, тихо произнесла Крылатая.
  Странник с удивлением поглядел на девушку, которую считал если не глупым младенцем, то примерно близко к этому, поризнавая её правоту:
  - Да, так и случилось, маленькая... И это дало толчек новой Эре. Страшной, кровавой... И не известно, чем бы закончилось это смутное время, названное Эрой Богов, если бы во второй раз не вмешался Творец, дав на один час правителю того народа обратно его силу, предложив тому распорядиться этим часом и данной силой по своему усмотрению. Правитель метался, не в силах выбрать верное решение. Час уже подходил к концу, когда правитель-таки изрек Последние Слова...
  Странник опять замолчал, хмурясь и барабаня длиными сильными пальцами по потертой и вылинялой коже штанов, натянутой на колених.
  - Что сделал тот правитель? - Спросила заинтригованная девушка, ощутив себя на мгновение маленьким любопытным ребенком, которым она никогда не была.
  - Верный вопрос, девочка... Тот правитель не пожелал ни возвратить силы своему народу, ни вернуть обратно свою давно утерянную возлюбленную, ни даже обрести обратно свой дом-мир, по которому он безумно тосковал... Знаешь, что он пожелал, девочка?
  - Не догадываюсь, Странник...
  - И он тоже до последнего момента даже не догадывался... А потом - закрыл глаза и позвал все души его утерянного народа в темный, мертвый и холодный мир их родины, а когда собрались все - и живые, и души мертвых, он забрал у них все оставшиеся силы, вернув их Творцу, и, забрав и их тела, и их память, отправил очищенные души в один из своих любимийших миров, дав им долгую, но все-же смертную жизнь... вот так он поступил.
  - Как странно было его решение... - Пробормотала Императрица, нахмурившись.
  - Не думаю... Так и так, они бы погибли, но волей их правителя, у них появился шанс на простую, полную простых радостей, жизнь.
  - А правитель?.. - Поняла она на Странника свои странные, не похожие ни на что живое, глаза-камни.
  Зрачки в них исчезли, лишь бесконечная бирюза плескалась в глазницах на белоснежном лице, озаренным рассеянным золотистым светом, усиливая сходство с алебастровой статуей.
  Странник желчно усмехнулся, кивнув своим мыслям и произнес, бросая слова по одному, словно камни в пропасть:
  - А правитель... Творец, когда кончился оговоренный час, забрал обратно свой подарок, но кое-что он оставил, наказав правителю того народа жить и вечно помнить, возложив на него вину за падение своего народа.
  - Но разве их Творец, не виноват, Странник? - Горячо возмутилась девушка, чье чувство равновесия было нарушено несправедливостью наказания, - Ведь это он бросил своих детей так надолго... Разве нет и его вины в произошедшем?
  - Не знаю, девочка, не нам об этом судить... Нам только остается... Слушать старые сказки, и делать верные выводы.
  Они оба надолго замолчали, а когда Императрица, выйдя из задумчивости, повернулась обратно к Страннику, тот выглядел как-то постаревшим, и взгляд его голубых, как небо, глаз, видел явно не стены информатория, а совсем другие дали, не доступные ей.
  - Нет, Странник, у меня нет мужества того далекого правителя... Этот путь не для меня. И не для моего народа. Я попытаюсь исправить содеянное, благо у меня никто силы еще не забрал!
  Голос Императрицы звучал лишь чуточку более решительно, чем нужно. Чуть более поспешно и торопливо, чем следовало, она ответила. Потому Странник, уловив колебания собеседницы, примирительным тоном, тепло и ласково произнес:
  - Я и не сомневался в твоем решении, Крылатая дева! Это была всего лишь старая глупая сказка... Но вот тебе еще один кусочек той далекой легенды: Творец, когда впервый раз разозлился на тот народ, создал им на замену другой. За основу он взял уже существовавшую когда-то давно расу, только вот у них была забрана свободная воля, замененная чувством равновесия и справедливости, были забраны так же смернные тела и почти все чувства, присущие живым существам. Им была отданна отобранная у того народа сила, но пользоваться они в одиночку ей не могут. Им для этого нужно собираться в специальные связки и группы... Творец учел свои ошибки, но, как всегда не сделал поправку, не беря в расчет время и других смертных...
  - Похоже на то... Но... Ты не совсем прав, часть из нас...
  - Одна ты, - строго поправил её Странник.
  - Хорошо... - Императрица, казалось, начала немного терять терпение, - Тогда - мой род. Так лучше? - И, дождавшись величественного кивка собеседника, девушка продолжила, - Мой род может все то, что мог тот народ и в одиночку. Я могу заменить в связке любое количество Крылатых.
  - Но только когда войдешь в полную силу, не так ли?
  - Нет. Уже сейчас. Не дожидаясь сроков и коронации.
  - Рановато... Как так получилось? У вас же жесткие границы программы?! - Изумился Странник, - Какой сегодня интересный день! Ты дважды удивила меня за пару часов разговора.
  Теперь уже пришел черед Крылатой криво ухмыляться такому вот странному комплименту от Странника.
  - Ты помнишь, когда я появилась на свет? - Спросила она.
  - Да, конечно же помню!.. - Чуть-чуть раздраженно бросил он и замер, а Императрица мысленно загнула еще один пальчик, прибавив в копилку новую лучезарную улыбку, которой ее одарило это древнее существо, - Ну конечно же! Ты же родилась ровно в тот день, когда смертные-таки прорвали границы вашего мира и у вас тут была кровавая баня! Как же это я не сопоставил! Неужели это так повлияло? Или то, что этот черный змей, твой дядюшка, напялил на тебя венец в обход всех Правил и Традиций?
  Императнице явно не хотелось об этом говорить, но она продолжила:
  - И то, и то. И Хайто - не змей. Он дракон, - привычно поправила она его, - В момент первого пробуждения моего сознания, совпавшего с моментом гибели мох родителей и множества родственных мне. Пусть это случилось раньше времени, но меня пробудили именно их мысли, обращенные ко мне в ту секунду.
  - Так ты у нас еще и недоношенная? - Восхитился Странник, игнорируя любые приличия и укор в глазах девушки, - Их силы влились в тебя?
  - Да. - Бросила она, недовольная бестактностью знакомого.
  Странник заерзал на месте, возбужденный новой информацией, по которой истосковался больше, чем мог тосковать узник подземелья по солнечному свету, продолжая допытываться:
  - А ты пыталась их отделить?
  - Пыталась. Не получилось.
  - Ты, получается, тоже можешь забирать силы своих погибших собратьев?
  Императрица дернула плечем, разворачвиая плотный кокон из крыльев - говорить об этом ей совершенно не хотелось.
  - Соблазн, правда? - Хищно вглядываясь в стройную фигуру девушки, спросил он, вставая со своего места.
  Императрица на мгновение прикрыла клаза, гася в них плямя и беря контроль над эмоциями, которых у нее, полагалось, что не должно было быть, а когда открыла их вновь, на него вновь глядела бирюзовыми глазами живая статуя.
  - Нет. Меня это раздражает. Я не хочу эту силу. Я её не просила.
  - Нуууу... Ты всегда можешь отказаться от всего и уйти в миры смертных, не так ли? - Тоном искусителя пропел мужчина, которого спокойный вид девушки ни капли не обманул.
  - И ты - тоже, - напомнила она Страннику с жесткой усмешкой.
  Тот в ответ только развел руки, возвращая себе свой растрепанный и насмешливый вид, признав свое поражение, усаживаясь обратно.
  - Поймала! Да, могу. А толк? Короткая передышка, и вот я снова тут, среди вас.
  - Я могу тебя отправить на более долгий срок.
  - Эльфом? Или что-то в этом роде?
  - Например.
  Мужчина изобразил ужас, замахав на тихо рассмеявшуюся девушку руками и возопив:
  - Не хочу! Помилуй, Владычица! Надоело, знаешь ли, за мою бесконечность. Уже путаться начал - кто я сегодня, а кем был вчера!
  - Не заливай, - звонко рассмеялась Императрица, растеряв и напряжение, и злость на этого странного мужчину, хранящего множество тайн и загадок, - Я же не путаюсь!
  - Сравнила! Ты-то всего-ничего живешь!
  - Хм... Все относительно.
  - Ну если ты о памяти предыдущих Императриц, то у вас же разделена она, не так ли?
  - Разделена. С момента моей пра-пра-бабушки, так вообще все храниться тут, - Императрица кивком головы указала на столб света перед ними, - Так удобнее.
  - Эээх... Мне бы так, - мечтательно протянул Странник, изображая руками, как будто вырывает из книги листы и сминает их, - Взять, и скинуть все ненужное, как хлам, в какой-нибудь уголок... И забыть его там.
  Оба улыбнулись этой шутке, вновь завороженные игрой света.
  - Тебя не потеряют? - Спохватился вдруг Странник, прекрасно знавший, что Императрица обычно нарасхват.
  - Нет. Я снова в двух местах одновременно, - отмахнулась девушка, принявшись в задумчивости теребить локон, выбившийся из строгой прически, - Надоело уже.
  - А по-моему, это удобно! - Возразил Странник, продолжая веселиться, - Что, там совсем скукота?
  Сегодня он словно бы заново узнавал эту девушку - столько в ней было открытий и эмоций в этот день, что угаснывшие было надежды после её резкого отказа, свова воспряли. Не замечающего ничего за своими раздумьями Крылатая продолжала стоять и теребить светлую прядь, не отдавая себе в этом отчета. Спустя несколько секунд до нее дошло, что она так и не ответила, а Странник терпеливо ждет ответа, лукаво улыбаясь.
  - Не знаю, - отбросив локон за спину, произнесла она, - Не то, что бы скукота... Но я не вижу во всем этом смыла. Зачем все это делать... Ладно, не бери это в голову, я не хочу об этом всем говорить, это мои проблемы.
  Мужчина пожал плечами, еще шире улыбаясь Правительнице. Пока девушка, приняв какое-то решение, устраивалась обратно на расстояние вытянутой руки от Странника, он молчал, но стоило только той расслабиться, он опять бросил острый камушек в омут её терпения:
  - Я видел, к тебе там все какой-то темный пытается пробиться?
  Императрица сморщила нос и с укором покосилась на Странника, замечающего по своему обыкновению все то, что не нужно было бы.
  - Очень милый мальчик, - продолжал тот юродствовать тоном заботливой бабушки, - Что же ты так с ним... прохладно? Жалко расстраивать, что ли?
  - Вот тебе все надо, да? - Грубовато поинтересовалась Императрица.
  - Да! И все же? Почему ты так с ним? Нравится?
  - Нет. Очень упорный.
  - Это же кхэйновский бастард, если я не ошибаюсь? - Продолжал Странник, внимательно следя за реакцией девушки.
  Пожав плечами, она обронила:
  - Официально - потомок то ли его кузена, то ли кузины...
  - О! Ну это если только его... кузина смогла породить его в пяти-летнем возрасте, ибо умерла она, когда ей исполнилось шесть...
  - Я знаю.
  - А кузен, если мне не изменяет память, был придушен людьми его папочки еще в колыбели... У них тогда была замечательная традиция устранять всех, кто хоть как-то мог претендовать на трон...
  - Она никуда не делась, только действуют чуть-чуть иначе...
  - Да-да, - нетерпеливо перебил он, нетерпеливо взмахнув рукой, - Знаю. И все же, как у него получилось его так выставить?
  - Кхэйн - мастер мифов и подтасовки истории! По одной из официальных версий, что прижилась в народе, его кузина родила внебрачного сына от своего жениха в разгар войны в возрасте шестнадцати лет. Там целая трагическая любовная история, сохранившаяся вернее, чем правда. В нее и верят, но есть и вторая: все то же самое, но только с кузеном и его невестой. Что, как ты понимаешь, тоже нашла свой отклик в небезразличных романтике сердцах. Одно известно точно - мальчик воспитывался вдалеке от Двора, в одном из тихих, но крайне суровых миров...
  - Это в каком-же?
  - У18-С93-Е167, это если в нашем реестре, - Отчеканила Императрица
  Нахмурившись, Странник задумался, пробормотав брезгливо:
  - Звезда 'Пронитар' у них она называется. Был как-то там, но не на их обитамой. В целом - Дыра. Захолустная. Все с большой буквы. Но вот 'суровым' это место никак не назовешь. Диким - да...
  Императрица без какого-либо интереса слушала, потому Странник оборвал свои воспоминания и вернулся к более интересному:
  - Так он Кхэйну - кто? Сын?
  - Какой-то там по счету внучатый племянник официально. На деле - сын от любовницы, которую он столь же успешно скрывал, как и правдивую историю. Она сама не знала - кто её любовник, как и то - кто отец её ребенка, насколько мне докладывали.
  - Значит, ты наблюдала за его жизнью! Вот новость! Но ты права, он жонглирует правдой так, что любо-дорого смотреть. Но как бы не заигрался... И все же, как четко мальчик следует традициям! Кхэйн, помнится, тоже с невероятным упорством преследовал тебя в свое время.
  - Вот только не путай их цели! - Отмахнулась Императрица, которую последнее время любые упоминания о Хане начали выводить из себя, - Кхэйн рвался соединить наши народы, грезил династическим браком, пекся о своей Империи... А Хан... У этого - уязвленное самолюбие и первая влюбленность, - выдала она вердикт.
  - Ну не правда! Это ты за своей холодностью и ограниченностью чувств не видела, а Кхэйн тебя любил. И любит по сей день, моя милая девочка! - Язвительно произнес мужчина, с веселым изумлением рассматривая профиль собеседницы, - Он же так и не женился официально.
  - Угу. Только вот скажи мне, язва бессмертная, как он мог жениться после того, как громко и во всеуслышанье, на всю свою Имерию заявил, что женится только на мне, или не женится вовсе?
  - Поверь мне, он бы нашел способ! Что бы этот черт и не отболтался?! Не бывало такого ни разу! Да он вторую тысячу лет правит кучей из ядовитых скорпионов и змей!
  - Ты, похоже, симпатизируешь ему... Хочешь, замолвлю за тебя словечко и попадешь в его свиту? - Рассмеялась девушка.
  - Ну уж нет! Никаких свит! Я - Странник. Забыла?
  - Как тут забудешь! Ты же мне об этом постоянно твердишь, будто бы сам не веришь себе.
  Напряжение, что воцарилось между ними после 'сказки', рассказанной Странником, медленно растворялось, и эти двое вновь перешли к привычной язвительной манере общения, более привычной им обоим, чем тяжелые разговоры.
  - Ты посидишь со мной? - Тихо спросил Странник у девушки, когда та замолчала.
  - Да, если хочешь.
  - Хочу. Я устал быть один...
  - Врешь, - равнодушно бросила она.
  Мужчина покорно согласился, чуть-чуть улыбаясь и прикрыв глаза:
  - Вру. Но мне нравится твое общество. И я все еще надеюсь, что когда-нибудь...
  - Даже не надейся! - Пропела Крылатая, обрывая его.
  - Ну неужели у этого маленького крысеныша - больше шансов, чем у меня?
  - Знаешь, в чем его преимущество? - Вкрадчиво произнесла девушка, покосившись на Странника.
  - А у него еще и преимущества?! Все, я ревную! Ну в чем же?! - Деланно возмутился он.
  - Он лет так через триста умрет, а ты - нет.
  Странник выглядел опешившим, но все же быстро нашелся:
  - Хмммм... В этом разрезе я даже не догадался искать преимуществ. Надо же! Я тоже могу лет через триста исчезнуть на какое-то время!
  - Это не то. Ты же снова потом заявишься, не так ли?
  - Конечно! От меня так просто не отвертишься!
  - Вот-вот!
  Оба чуть заметно улыбались, посматривая не друг на друга, поскольку наперед знали реакции собеседника, а на медленные, завораживающие движения золотистого сияния информатория.
  - Кажется, мне придется тебя сейчас покинуть, - спустя несколько часов уютного молчания пробормотала Императрица, распрямляясь.
  - Не прощаемся, - задумчиво ответил ей Странник, едва заметно кивнув.
  
  
  
  Глава 12.
  
  Императрица решительным шагом зашла в полу-разгромленный кабинет, в котором они накануне заседали с драконами, оглядела разрушения и тщательно прикрыла за собой дверь, подперев её спиной.
  - Что тут у нас случилось? - Очень ровным голосом поинтересовалась она, переводя строгий, как у школьной учительницы, взгляд с одного родственничка на другого, попутно оценивая ущерб, нанесенный драконьим холеным мордашкам и дорогой отделке кабинета.
  Особенно живописно выглядели болтун-Хори и маленькая Дарика, стоящие, сцепившись, как два весенних кота, на столешнице давно рухнувшего на пол стола из драгоценного черного дуба... Даже мраморную столешницу умудрились расколоть!
  - Поспорили мы тут немного, - примирительным тоном изрек Хору, потирая скулу и Наро торопливо кивнул, подтверждая его слова.
  - С ума сойти можно! Наро! И ты? - Притворно изумилась правительница, попутно носком туфли переворачивая ближней к ней осколок чего-то нежно голубого и фарфорового. Ваза. Старше нее самой раз так в двадцать.
  - Ну а куда же без меня, кузина! - Ненатурально изумился тот, пропев в тон кузине.
  - Если бы не Наро, тут бы еще хуже все было, ага... - По секрету призналась сестра по выводку Хору, очаровательная тихоня Сай, скромненько притулившаяся в уголочке на чудом уцелевшем стульчике. В руках у неё исходила парочком чашка ароматного какао, а на коленях нашла свое спасение тарелка с какими-то лакомствами, даже с виду казавшимися настолько сладкими, что у Императрицы заныли скулы от одного мимолетного взгляда на Сай.
  Императрица, пересчитав по головам сконфуженных, побитых и не очень, родственничков, восхитилась:
  - Семь! Семь драконов в моем... теперь уже - бывшем, кабинете! И что же вас сюда привело? Такой толпой?
  - А ты не спросишь, почему мы тут подрались? - С надеждой в голосе спросила Дарика, выпуская из захвата сопящего от злости Хору, которого она до того цепко держала одной рукой за волосы, а другой - за шейный платок, выглядещий теперь скорее использованным бинтом после перевязки, чем стильным и дорогим аксессуаром.
  Огонек сложила руки на груди и желчно усмехнулась, вперив тяжелый взгляд в Дарику, пытающуюся в скором темпе, а главное - незаметно от окружающих, навести порядок в своей одежде.
  - Так это мне и так ясно - столько драконов в одном помещении! Вы в таком количестве можете либо перепиться, либо передраться, либо... нечто третье, но вы тут все родня, так что этот вариант отметаем, - с ленцой в голосе протянула Императрица.
  - А вот и не правда! - Возмутилась не отошедшая от запала драки Дарика, - Не из-за этого... Ну то есть...
  Девушка смутилась и беспомощно огляделась, надеясь, что хоть кто-то из её братьев заступиться, но мужчины безмолвствовали, стараясь не встречаться с ней взглядами. А Сай, отхлебнув какао, опять укусила сладкое чудовище, истекающее медом, так что Императрица старалась без крайней необходимости на нее не смотреть.
  - Ну и? - Ласково подтолкнула Крылатая Дарику к продолжению.
  - Это все Хору! - Обличительно выставив палец на своего малолетнего дядю, возопила она совершенно по-детски.
  И прерывая поток возможных гневных воплей, Огонек, оттолкнувшись спиной от двери, размашистыми шагами прошла в центр комнаты, встав аккурат рядом с обломками ножек стола, нелепо торчащими из-под столешницы. Где-то среди этой горы щепок и осколков опознавались и обломки её любимого кресла, так что Дарика, заметив, куда направлен взгляд тети, тут же прикусила язык.
  - Слезь, - скомандовала она тихо, и драконы послушались, отступив к стенам, тоже носившим следы битв, - Замерли все. Я сказала - все!
  Последнее предупреждение прозвучало так, что даже Сай перестала жевать, прижала к груди чашечку, добавив к разгрому неаккуратные подтеки какао, и испуганно замерла на месте.
  Императрица, не произнося не слова, лишь чуть заметно нахмурившись, прикрыла глаза, рисуя перед мысленным взором интерьер кабинета, каким он ей помнился, воспроизводя его в мельчайших деталях, потом, борясь с возникшим соблазном, вынужденно добавила к получившейся картинке еще и родственничков, сиротливо жавшихся к стенкам.
  Первым звуком, раздавшимся в тишине, был удивленный и совершенно не характерный для здешних мест свист. Это не удержался Нару, выдав удивленную трель и не менее заливистую тираду после нее.
  Игнорируя это вопиющее безобразие, Императрица молча указала сначала на родственничков, а после на дверь.
  - Нару! Останься на минутку, у меня к тебе дело, - предупредила Крылатая, едва заметно морщась, так как затихшая было перепалка вновь грозила разгореться по новой, но уже хотя бы в коридоре, где громить особо нечего.
  - А меня так научишь?.. - Робко спросил Нару, обводя диким взглядом вновь ставшим целым кабинет, в котором будто бы и не было погрома. Правда, стол лишился своей антикварной потертости, а огромные панорамные окна полу-кругом теперь были распахнутыми настежь.
  - Нет. - Отрезала Императрица, присаживаясь в свое кресло и указывая нетерпеливым кивком на тяжелый резной стул напротив.
  - Ну кузииина, - заканючил Нару, копируя гнусавые интонации, присущее добивающейся своего Сай, - Знаешь, в какую сумму мне обходится чинить дом после посещения моей родни?!
  - Живи в пещере, тебе это больше подойдет, - пустив в голос толику раздражения, отчеканила Крылатая, - Манеры подходящие, а уж лексикон и реакции... Вылитый пещерный тролль!
  Нару сделал вид, что смутился, умело маскируя кашлем смешок. Да, это был редчайший случай - они довели-таки свою правительницу до белого каления за те три долгих дня, что были проведены в совместной работе. Вот только Их три дня - это полторы недели по времени его родного мира, а так - ничего...
  - Ладно, но - как ты это делаешь, хотя бы принцип?.. - Не сдавался Нару, прихвативший с диванчика-канапе подушку и подкладывая её себе под зад.
  - Вернула все, как было, Нару, - явно не желая вдаваться в подробности, отрезала Императрица.
  Пронять тоном дракона было нельзя, и он выразительно уставился на стол и на окно.
  - Ладно, как это было лет так с четыреста назад. Не имеет значения, - поправилась девушка, задумчиво барабая пальцами по столешнице и разглядывая потрепанный и надорванный ворот камзола братца, на котором не хватало несколько пуговиц. В каждом из двух рядов, - Давай это в другой раз обсудим, если ты не против?
  - Я не то, что бы очень против... но ты же и в следуещий раз так же скажешь, не так ли?
  - Вынуждена с тобой согласиться, Нару. Так и будет, - додтверждая свои слова медленным кивком, призналась правительница, взмахом руки вернув первоночальный, целый, вид еще и одежде кузена.
  - Я о том же... - Весомо проронил дракон, указав на вернувшиеся на место пуговицы.
  - Тогда давай так: что именно тебя обеспокоило больше всего?
  - Серьезно? Вот так вот возьмешь и ответишь на вопрос? - Не поверил дракон в такую щедрость.
  - Да. Но только не наглей.
  - Ладно. Один и самый главный вопрос, сестричка: у меня чувство такое, что... что ты, возжелай, могла нас... уничтожить? - Осторожно, будто бы он копал под собой застывшую корку на озере лавы, спросил он у серьезной и собранной Крылатой.
  - Да. Я могла вас... забыть... вписать в картину этого кабинета.
  Ответ, прозвучавший в тишине кабинета, расположенном так высоко над землей, что даже шум города не долетал сюда, вызвал эффект, далекий от обычных манер Нару. Реакция дракона была яркой иллюстрацией к словам 'шок', 'несдержанность' и 'сквернословие', когда же он опустился обратно в кресло, перестал, наконец, извергать из себя нецензурные слова и зло уставился на кузину, но та, с видом гробовщика, вколачивавшего в гроб гвозди, равнодушно пожала плечами и ровным тоном изрекла:
  - Эмоциональность драконов порой даже меня заводит в тупик...
  - Ты хоть понимаешь - что ты говоришь?! Да это... это!... - Вскричал опять Нару и раскрыл рот, дабы объяснить - что это по его мнению.
  Императрица распрямилась в кресле, распахнув во всю немалую ширь крылья, будто бы напоминая зарвавшемуся братцу - кто в этом кабинете хозяин, рявкнув так, что с легкостью перекрыла все подуги дракона:
  - Цыц! Не смей выражаться, ты и так на пять лет выбрал лимит моего терпения за прошедшие сутки!
  Начавший было вставать с кресла Нару тяжело рухнул обратно в кресло, выбив пыль и облако пуха из хрупнувшей по шву подушки. На лбу мужчины, как и над верхней губой, блестели бисеринки холодного пота, когда его догнало полное осознание сказанного кузиной.
  - Огонек... Значит, это правда?
  По кабинету медленно и невесомо кружился лебединый пух, подхваченный легким сквозняком из окна. Помолчав, она ровно и спокойно спросила, усевшись обратно и принимая более привычный её кузенам вид тоненькой крылатой девушки в строгих, как у монахини, белых одеждах:
  - Что именно? Или, все-таки, ты мне расскажешь сейчас, из-за чего возникла ваша безобразная свара в моем кабинете?
  Дракон помялся, нервно, дрожащей рукой смахнул пот, напрочь забыв и про платок, и про светские манеры, судорожно кивнув. Крылатая лишь опустила веки на мгновение, попутно отдавая мысленное распоряжение слугам принести напитки для кузена. Самой ей сейчас делать вид, что она что-то там ест или пьет совершенно не хотелось.
  Нару молчал довольно долго, а Крылатая не торопила его, давая время собраться с мыслями и подобрать формулировки - выслушивать густо пересыпанную нецензурщиной речь кузена она отказывалась напрочь. Когда же молчаливые тени-слуги принесли заказанное и водрузили все на столе, исчезнув так же быстро, как и появились, Нару, промочив горло белым вином, с тяжким вздохом принялся не то рассказывать, не то рассуждать, стараясь не смотреть куда угодно, но не на правительницу Крылатых:
  - Собственно, скандал устроили Хору и Дарика, - девушка кивнула, - А причина... Я тут не с самого начала, но вот когда добежал... Вобщем, Хору заявил, что ты легко можешь исправить всю эту ситуацию и с твоим народом, и с нашим... одним взмахом ресниц, как он заявил, но не хочешь. Дарика, как ты понимаешь, кинулась тебя защищать...
  - Зря. Это не далеко от истины. - Тихо обронила она.
  Дракон замер, неверяще уставившись на кузину. Отказываясь верить, он ждал, что вот сейчас она засмеется, подмигнет... Сделает хоть что-то, что позволо бы ему... Девушка, видя смятение кузена и друга, пояснила, прямо и неотрывно глядя в синие, потрясенные и потемневшие от страха, глаза дракона:
  - Нару, твой младший брат прав. И не прав одновременно. Я могу прямо сейчас изменить тех что есть, или создать любое количество Крылатых, нужных нам. Отдавая им свою силу, или зачерпывая силы из пространства вокруг нас, из Вселенной, из звезд, из миров... Даже сама ткань мироздания будет мне материалом. Догадываешься - что произойдет после?
  Тот оторопело кивнул, вжав голову в плечи и чуть слышно пробормотал:
  - Как-то сложновато такое представить... Но Хайто мне уже говорил что-то подобное... Ты о Равновесии, да? - Жалким и сиплым голосом спросил дракон.
  - И о нем - тоже. Но в первую очередь о том, что ничто нельзя создать, не потратив энергию. Она может быть или твоей, или взятой извне. Это я усвоила очень рано, поверь мне...
  - Это ты о Туманном Замке сейчас? - Догадался дракон, довольно быстро справившись с первым потрясением.
  Девушка кивнула, а дракон притих, будто бы прислушиваясь к своим мыслям, где вставали на место очередные куски головоломки под названием 'Крылатые'. Не обращая внимание на состояние двоюродного брата, девушка тихо продолжила объяснения:
  - Да, Нару. Я его создала очень давно, практически ничего еще не умея... На одном только желании сделать подарок Хайто, - губы девушки искривила чуть заметная усмешка, - Как результат - никто не может понять - ГДЕ и КАК существует этот остров с замком, и почему туда могут попасть только представители вашего рода. Вот так вот, Нару. Ваш родовой замок - парадокс и моя оплошность.
  - Но, если предположить и откинуть все условности... - Робко предположил он.
  - И законы мироздания... - Вставила с заметной улыбкой девушка.
  - И законы, - послушно повторил Нару, - То ты действительно обладаешь безграничными возможностями, предписываемыми, скорее богам, чем смертным.
  - Ну если так, то - да. Но подобные мысли и суждения - смертный приговор для нас, Нару. Как и для вас.
  - А мы-то тут причем?! - Довольно истерично возмутился Нару, растеряв остатки воспитания и привычной ленцы.
  - Нару... - Укорила его девушка, - Ты хоть сам понимаешь до конца - что вы такое?
  - Мы - драконы! - Мужчина выставил вперед подбородок с очаровательной ямочкой, по которой сходила с ума не одна сотня девиц.
  - Угу. А я - белый и пушистый кролик! - Съязвила в ответ девушка, - Ваше третье поколение, перекрещенное с обычными существами - да. Просто драконы. Сильные, храбрые, обладающие магией и двумя ипостасями, но Хайто и его первые потомки - не совсем. Хотя третий и четвертый выводок ведь у вас от другой матери, от смертной? - Она дождалась кивка кузена и продолжила, - Как бы тебе объяснить-то, а?
  - Словами, и понятными, желательно, - огрызнулся дракон, выпивая в три глотка фужер вина и наливая еще один.
  - Хорошо, попробую... Наша с тобой бабушка была особой неординарной и эксцентричной, как всем известно, и любила нестандартные решения. Передав венец дочери, она полностью отдалилась от дел, оставила заодно еще ошалевшего от такой радости мужа-Императора, но эксперименты не бросила, а наоборот - нашла себе единомышленника из Создателями забытого мирка.
  - Ну да, мага. Орое Нару, наш прародитель... Эту историю я знаю, нам ее с детства рассказывают. Что, дескать, они друг друга полюбили, а от их любви родилось у них двое детей... - Нереплеливо перебил рассказ кузины дракон, за что получил полный укора взгляд, который мужественно и привычно проигнорировал.
  - Именно... А на деле... Там, в пылу эксперементательской деятельности они настолько сошлись характерами и настолько увлеклись, что сначала бабуля вырастила себе физическую аватару, а потом и вообще, отказавшись от своей сути, полностью в нее переселилась, заявив, что так ей удобнее. А началась история вашего рода, Нару, когда бабушка и этот маг, Орое, на которого вы, мужчины рода Нару, похожи безмерно, совершили с точки зрения моего народа немыслимое - они объединили свои силы, решив создать разумное существо, какого нет в природе. Это оказалось труднее, чем они думали, у них ушло около тысячи лет на разгадку, и в то же время... - Императрица нахмурилась, а Нару, замерев, слушал, как некогда, в детстве, сказки, - И в то же время, Нару, они создали нечто новое - вас, черных драконов, способных воплощаться в человеческих телах, но еще и способных и к исконно нашей магии. Вы не совсем их дети, вы - детище. Любимое, драгоценное. Они оба сильно выложились при этом как маги, а бабушка, потратив много сил, которых после передачи Венца у нее и так мало осталось, выгорела и оказалась запертой в смертной аватаре, ваш же 'дедушка' без её подпитки и поддержки начал стареть... Но остались вы, способные летать между звезд, перемещаться в любую точку пространства, времени, творить, создавать, разрушать... одними лишь мыслями и словами. Во многом вы - это наша овеществленная копия, но бабушка была романтиком, да и позаботилась о вас, если честно, и предала вам другую форму, отличную от нашей. Облик людей и облик драконов, хотя и немного своеобразный в обеих ипостасях. Вы крупнее обычных драконов, есть отличая и в строении, но это мелочи... равно как и то, что вы не похожи на обычных людей. Скорее - на улучшенные внешне копии людей. Как и мы. Фактически, вы наша ветвь, но вот только вы ограничены двумя формами, двумя телами. И вас можно ранить, убить, в конце-то концов. Хоть это и довольно муторное занятие. Так что да, Хору прав, и моя власть, как у Императрицы, распространяется и на вас.
  - И ты этим... ты хоть раз?.. - Потрясенно прошептал Нару.
  - Нет. И не собираюсь, если только вы сами не зайдете слишком далеко.
  Нару запустил обе пятерни в и без того всклокоченную прическу, украшенную еще и осевшим на кудри пухом, теребя волосы. Помаявшись так немного он, не отрывая взора от столешницы, протянул расстроенно:
  - Огонек... Ты только что весь мой мир перевернула с ног на голову, и так спокойна...
  - Обращайся! - Со смешком предложила девушка, подперев кулаком подбородок и из-под ресниц наблюдая за обескураженным кузеном.
  - Но почему отец нам этого никогда не говорил? - Все еще не веря до конца в сказанное Императрицей, тихо воспротивился Нару.
  Криво усмехнувшись, Императрица спросила его:
  - Скажи, Нару, а ты сам - расскажешь своим детям такое? Мне кажется, что та легенда, что он вам рассказал - всяко лучше правды.
  Ссутулившись, мужчина сокрушенно помотал головой, плотнее сжав голову ладонями. Он был вынужден признать резон в словах кузины и тихо признался:
  - Не расскажу... Незачем... Проклятие! Это же получается, что я, как и ты, могу вот так же? - от избытка чувств у него окончательно перехватило горло и он обвел рукой кабинет.
  - Нет.
  Императрица для верности и лучшего понимания еще и головой отрицательно мотнула.
  - Но почему?! Ты же сказала...
  - А кто тебе даст тут куролесить? - Возмущенно перебила его девушка, изумленно изогнувь бровь.
  Но переупрямить дракона могут только весомые аргументы. Тяжелые, неожиданные и с хорошим замахом. Да и то - не всегда. Решительно сказанное 'нет' для них лишь повод поспорить, а потому Нару продолжил выспрашивать:
  - Огонек! Я серьезно! Могу?
  - Хайто - может, хотя это и займет у него много времени и сил. Не путай - ваши силы ограничены вашеми же резервами. Ты - тоже можешь. Теоритически. Но еще меньше бери масштаб. Можешь, например, что-то незначительное улучшить вокруг себя, починить сломанное или испорченное. Но расплачиваться ты будешь годами жизни, физическим состоянием, душевным самочувствием и еще множеством неприятностей. Тебе не кажется, что отдать золотом - дешевле?
  - Все же я хотел бы попробовать... научишь?
  - Я? Я резве ношу мантию мастера-наставника, братец?
  - Вот всегда так у тебя! Да ваш наставник меня вышвырнет за пределы классов раньше, чем я ему просьбу изложу! - Возмутился дракон, пытаясь смутить кузину.
  Девушку смутить не получилось, она лишь развела руками, спокойно ответив:
  - Значит - на то есть причины!
  - Ууууу, жестокая ты, сестричка! Прааавильная! До противного!
  - На том и держимся. Но ведь это не единственная причина ссоры, не так ли?
  - Да остальные - так, по мелочи... Обычная ерунда между Дарикой и Хору, ты же их знаешь!
  Императрица кивнула, состроив кислую мину, про себя мысленно выдыхая и расслабляясь. Эти двое вечно грызлись друг с другом, хотя Хору казалось бы, было уже не столько лет, что бы дергать девочек за косички и дразнить их, но, являясь ярым поклонником магии и магических миров, раз за разом он подбивал Дарику на пустой и глупый спор о превосходстве одного над другим. И Дарика, по юности своей, велась.
  - У Хору что, супруги нет, что бы ей мозги есть? - Раздраженно бросила девушка, не понимая, что кидает камень в тухлое и гнилое болото.
  - Откуда?!
  В голосе Нару прорезалась застарелая боль и обида, и Крылатая вскинулась, едва не зарычав от досады - все сегодня решили на неё вывалить по-больше застарелых проблем, будто ей своих мало, потому она, изобразив грозное лицо, спросила:
  - Так... Опять какая-то беда всплыла, не так ли?
  - А она и не тонула! - Огрызнулся на её кузен, досадуя на свою минутную слабость.
  - У вас-то что?.. - Опешила кузина, сделав большие и удивленные глаза.
  Конечно, Хайто просил не говорить венценосной кузине об их проблемах, мол, сами разберемся, не маленькие... Но годы шли, а проблема не только не решалась, но усугублялась, потому он, обойдя просьбу отца (но не запрет, которого не было), с никуда не девшейся досадой в голосе вывалил на кузину правду:
  - А то же, что и у тебя! Все почти холостыми ходим! Как Найра, близняшка моя, обожглась, так и...
  Императрица нахмурилась и подалась вперед, требуя от кузена продолжения. Тот пробурчал, почувствовав себя в весьма глупом положении и поняв - почему отец ему не рекомендовал обращаться к Императрице с подобным заявлением:
  - Нару ведь с каким-то там эльфом сошлась, с принцем, что б его. Любовь у них случилась, понимаешь?! Большая, светлая и печальная. До сих пор барды о ней песенки распевают.
  - Ну и? Родила она от эльфа и что? - Не поняла суть возмущения девушка, склонив голову на бок, будто большая белая птица.
  Нару неопределенно помахал в воздухе рукой, но был вынужден продолжить, раз уж начал и сказал 'а':
  - Так она же хотела - дракона! Ты представь еще шок - она двенадцаь месяцев ходила, не способная перевоплотиться, в человеческом теле, терпя все невзгоды, а потом еще и роды! И это вместо аккуратненькой кладочки в теплой пещерке и двоих-троих-пятерых драконят в аккуратных скорлупках...
  Императрица улыбнулась, представив своенравную и вспыльчивую старшую кузину с животиком и, почему-то с пяльцами в руках и, давя в себе смешок, выдавила:
  - И что такого? Если у нее, как ты говоришь, 'любовь', да еще и 'большая и светлая', тогда она должна бы радоваться? Или я опять что-то не понимаю?
  - Примерно так оно и было! Первые лет так тридцать... Пока дете её не подросло и не выяснилось, что дитятко-то не-дракон! Ни на капельку! И, главное, не собирается им быть. Чистокровный эльф, что б их...
  - И все же - какое это имет отношение к остальным?
  - А такое что драконы-не-родственники в обозримом пространстве, знаешь ли, закончились... А вот наш клан - нет. А пример Найры всех немножечко так, до тремора и икоты, напугал остальных... Вот и ходим, в репке чешим, думаем - что делать.
  - Ну, положим, некоторые тут вообще убежденные холостяки... - Пустила она шпильку в адрес кузена.
  - Ну - положим! Хотя это, знаешь ли, в контексте обсуждаемого звучит двусмысленно. Ладно - я, а вот Дарике что делать? И Хору? И почти двум дюжинам остальных?
  - Не связываться с эльфами? - Предложила девушка, уже не скрывая широкой ухмылки.
  - Знаешь ли, сестричка, есть загвоздка... остальные - смертны. Либо - из 'противоположного лагеря'. И там точно нечего более приятного, кроме клинка под ребра, не поймаешь. Та же Темная Империя тебе в пример.
  - Тхэры, чем тебе не вариант? Лояльны и живут долго. Искусственная раса, ваш геном перебьет, а магия - поможет.
  - Пффф!!!! Хотя бы тем, что они еще хлеще нас! Наглые, эгоистичные, самовлюбленные... в квадрате! - Возмутился Нару, видя все возрастающий скепсис на лице кузины.
  - Ладно, но в этом я вам не помошник, Нару. Сами справляйтесь! - Отрезала она наконец, поняв, что ловить тут нечего, - Хайто же как-то нашел себе аж четырех жен за свою жизнь! Не говоря уж о запредельном количестве любовниц!
  - Да, нашел! Но он - первый дракон в роду! А нам что - за ним, прости меня... жена, знаешь ли, не ботинки...
  - Избавь меня, пожалуйса, от подробностей! - Вскинула обе ладони вверх девушка, - Мне и так хватает в последнее время... всякого!
  Теперь уже пришла очередь Нару смеяться, и он заметно оживился:
  - Наслышан, наслышан! Ты в курсе, что твоё 'всякое' пробилось через все кордоны и запреты и буквально через пару часов прибудет?..
  Императрица зло рыкнула на братца, но тот, медленно, но верно возвращаясь в свою обычную манеру, продолжил измываться:
  - Вот я о том и говорил, когда ты мне предложила тхэр в кандидаты! Ты только представь перспективы!.. - Начал он мечтательным голосом, но Огонек перебила его:
  - Не буду! Мне Кхэйна хватило в свое время! С его предложениями руки и сердца! Уволь меня от этого! Я не железная. Второй раз представитель этого рода не переживет период ухаживания, а он, что бы ты знал - наследник их Империи!
  - О! Так ты меня для этого попросила остаться? Мне снова разыгрывать из себя твоего кавалера? - Подобрался, как хищник перед прыжком Нару. Разве что не облизывался.
  Императрица поморщилась, но все-же выдавила из себя почти равнодушное:
  - Как хочешь. Но прошу тебя, держи его от меня на расстоянии. Во избежание...
  Нару закатил глазки, прижал руку к сердцу и трагически провыл с придыханием в звучном голосе:
  - Ох нет, что же подумает народ?..
  - Народ тебя знает, стервеца, как облупленного, и знатно развлечется за твой счет, дракон Нару. Не надо пафоса и драмы.
  Разом, осыпавшись буто сломанная кукла-марионетка, означенный стервец принял нормальную позу, возмутившись с плохо скрываемой досадой:
  - Ну вот опять ты это делаешь!
  - Что? - Заломила бровь Огонек.
  - Ломаешь мне все веселье!
  - Это ты ломаешь комедию.
  Дракон, выдернув из-за пазухи блокнот и ручку, сделав вид, что готов конспектировать инструкции.
  - Ну да, ну да... А целоваться - будем? - Тоном нотариуса спросил он.
  - А надо?
  - Да. На балконе?
  - Тебе не кажется, что это несколько банально, - откинувшись в кресле, ехидно спросила кузина.
  - Действительно? Может - на лестнице?
  - Еще банальнее.
  - Под лестницей? - Изумился, заломив густую черную бровь, Нару.
  - И кто нас там увидит?
  - Случайный свидетель! Мы его специально подкараулим, он все расскажет бедняжке-Хану, тот вызовет меня на дуэль... - Быстро прикинул Нару, черкая в блокноте.
  Девушка уже тряслась в припадке беззвучного смеха, а Нару продолжал разглагольствовать:
  - Или нет, я лучше отлучусь, ты его уведешь на балкон... или - он тебя, а там появляюсь я, весь такой грозный и в приступе гнева... А что ты... Да ты!!! Ты что, ржешь?!
  - Ох... Нару! Ничего этого не надо!
  - Вот где твоя женственность, где твоя гордость?! Где жалость к скучающему и застрявшему в вашем замершем в послеобеденном сне городе, дракону, а?
  - А все это у меня должно быть? Прости, не знала... Ты продолжай, как раз протянем время до приезда гостей, не успеем все еще раз проверить, дерну тебя потом на пол-часа обратно сквозь время... И будешь ты у меня зелененький и нарядный на торжественном приеме...
  - Да ну тебя, сестричка... Скучная ты, - сложив и убрав блокнот, скуксился дракон.
  - Угу. До противного. Знаю. Пошли уж лучше, мечта-кавалер, на проверку оборонительных сооружений...
  - Спорю на любимую саблю, что это определение Дарики.
  - Выиграл. Хотя я ничего и не ставила.
  - Вот всегда ты так! Слушай, а ты мысли точно не читаешь?
  - Упаси меня создатель читать драконьи мысли! У меня не достаточно хорошая выдержка, брат, для этого.
  - И то верно...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"