Дунаева Татьяна Валерьевна: другие произведения.

Политический брак, взаимовыгодный, с разменом. 2я часть 1-18 главы.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 7.44*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
  **** Продолжение книги, 2я часть. 1-18 главы. На СИ представлен отрывок книги!
Полностью книга доступна на Призрачных Мирах Купить книгу можно по этой ссылке
  
contador de visitas счетчик посещений

  
  Часть 2, Черновик.
  
  Пролог.
  
  Последние события, произошедшие в 'тихом-мирном' Эльфийском Королевстве будоражат весь мир уже который месяц подряд. Не смотря на все старания эльфов, вести о непорядках и разногласиях среди Высших просочились даже в далекий Халифат.
  
  Люди начали спешно подтягивать свои войска к границам, гномы закрыли Торговый Город и перекрыли часть проходов через горы. Заблокировали Торговый перевал и отправляют путников и караваны в обход гор.
  
  Правители Сердца Мира - города-государства, созывает под свои стены магов и наемников для защиты стен города от возможных нападений.
  
  Даже селестины - род темных эльфов, живущих далеко на северо-востоке, и не вмешивающихся в мировые дрязги, прислали своего представителя в Столицу Объединенных Эльфийских земель, город Тириос. С требованием провести расследование обстоятельства смерти последнего представителя рода Архимагов Тинвэ, принцессы Элениэль Аллиан Тинвэ, погибшую при загадочных обстоятельствах в своем имении вместе с супругом, лордом Дарриэлем, младшим лордом Четвертого Дома дроу.
  
  Дроу, как всегда, молчат, но выдвинули небольшой отряд для защиты своих границ от вторжений со стороны людей. Четыре десятка отборных воинов, в полной боевой готовности, стоят гарнизоном на границе и не двигаются никуда, еще больше нагнетая и без того непростую политическую ситуацию.
  
  Аристократы и маги Высших эльфов побросали свои дела и стянулись в Столицу с требованием прояснить ситуацию и наказать виновников. Король Аллорэ Тинвэ, обвиненный обществом в смерти племянницы, заперт в своих покоях вместе со своим маленьким сыном, принцем Анарендилем. Совет Магов во главе с Верховным Архимагом держат оборону Дворца, отбивая атаки Северян - Эльфов Нольда, из которых и происходит род принцессы.
  
  Эльфийская Академия Магии, впервые за последние три тысячи лет, закрыта щитами, от туда никто не выходит и не может попасть на ее территорию. Архимаги Академии требуют ни много ни мало - переизбрания Совета, смены правящей династии, нового короля и отомстить предателям, при этом в заложниках у них Королева и многие из отпрысков аристократических семейств, бывших в тот момент на обучении.
  
  Плюс к тому активизировались секты некромантов, колдунов, сект и прочей ереси, с которой люди безуспешно борются уже которую сотню лет, а у эльфов они объявлены вне-закона.
  
  Торговля в мире начала стопориться, гильдии несут убытки и требуют прекратить дрязги и не мешать эльфам разобраться с внутренними проблемами, но их мало кто слушает.
  
  Правительства людских земель заявляет о своей непричастности к событиям, как и к тому сброду, что нарушает границы светлых лесов эльфов, а так же предлагает убежище всем желающим и притесненным.
  
  Морское Братство - объединение моряков разных рас, хранят молчание и увели дальше от берегов свои флотилии, оставив лишь небольшое количество боевых кораблей на рейдах.
  
  Весь мир замер и ждет, кто первый нарушит шаткую конструкцию, что бы либо присоединиться к агрессорам, либо выступить против них.
  
  
  
Глава 1.
   Элениэль Аллиан Тинвэ.
  
  Зимнее солнышко... Маленький золотой кругляш, что висит низко над горами днем и ныряет обратно за горы едва день перевалил за полдень... Многое в этом путешествии я увидела впервые. Например, зиму. Читая иллюстрированные книги, в которых говорится о зиме, о снеге, о сменах погоды и времен года, я много раз пыталась себе это представить, и мое воображение пасовало. Родные леса, овеваемые теплым дыханием ласкового моря и Южным Течением, бережно сберегаемые врожденной магией лесных эльфов, окутанные сетью древних столбов-артефактов, контролирующих рост растений погоду и даже ветер, не могли дать представление о 'непогоде' или о 'золотой осени'... Хорошо грезить о заснеженных горных пиках, сияющих в пронзительно-синем небе, сидя с книгой в уютной, залитой солнцем гостиной Академии - белоснежного шедевра архитектуры, чьи высокие шпили гордо сияли огнями, возвышаясь над темно-зелеными кронами Светлого леса. Интересно было представлять себе эту запредельную высь и холодный и чистый горный воздух... И все же прелесть этого места довольно сложно понять, если ты родился и прожил всю жизнь в месте, где если и стало чуть холоднее, то можно смело озираться в поисках мага Воды, что где-то рядом взывает к силе...
  Здесь, в горах, оказалось труднее всего притерпеться не к огромному, яркому небу над головой, не заслоненному далекими кронами деревьев, не к странному, сухому воздуху, а к резким дневным сменам холода и жары. Короткий день, солнышко на небе - тепло и уютно. А если долго постоять на каменной стене замка, то даже жарко становится. Вечер или пасмурно - холодно и сыро, а промозглый, злой и резкий ветер пробирает до самых костей, выжимает слезы из глаз, вымораживает лицо и руки за считанные секунды. Как-то увернуться, спрятаться на улице от ветра было глупым и бессмысленным занятием, поскольку казалось, что как бы ты не ухищрялся, не поворачивался, ветер всегда дует тебе в лицо. Смена дня и ночи тоже происходит стремительно: смотришь - солнце скоро сядет за горные пики. Бежишь надеть теплый плащ с меховым подбоем, теплую куртку. Но только ты успел утеплиться, вышел на улицу... А тут уже ночь, а ночью на каменном, продуваемом дворе замка до того холодно, что невольно скукоживаться начинаешь, пытаясь намотать на себя плащ по-плотнее. Облачка пара вырываются изо рта при дыхании, и все вокруг почти мгновенно покрывается тонким кружевом инея. Несколько раз, ночами, срывался снег, который я его впервые в жизни увидела вот так, в природе, а не как побочное действие заклинания. Хотела посмотреть на него днем, но едва только в далекой дымке облаков на востоке поднялась алая монетка дневного светила, так все заискрилось, начало переливаться драгоценными узорами, и видение растаяло, оставив после себя только темные пятна быстро подсыхающей влаги. Несколько мгновений, и все: сказка исчезла, а вместо нее - опостылевший пейзаж: серые или охристые валуны, темные базальтовые глыбы, махина Ледяного пика позади замка, а низкие горы с востока не только заслоняли замок от посторонних взглядов, но и не давали мне разглядеть на горизонте силуэт родных земель. Оттенки серого, черных, охра, синий... Вот всё краски этого места. И лишь, редкие, жухлые и колючие травы, да маленькие и кривые деревца чуть выше этих самых трав, неизвестно как цеплялись своими корнями за склоны, оживляя унылый пейзаж.
  Днем, что бы хоть чем-то заняться, я прогуливалась по двору, находила что-то хоть сколько-нибудь отличное от общей серости вокруг и рисовала, вытащив на стену мольберт. Ночами все старались скрыться в сумрачное и теплое нутро замка, по-ближе к жаркому огню каминов. Дроу и те тянулись в большую столовую на первом этаже центрального крыла, приведенную по моему приказу слугами в порядок. Огромное, гулкое и несуразное помещение на первом этаже 'центрального' крыла подкупало наличием огромного, явно предназначенного для запекания целых бычьих туш, глубокого камина. Хоббиты долго и мучительно чистили его от копоти и мусора - даже дроу приложили к нему свои руки, прочищая дымоходы и отдушины, и теперь с радостью разжигали по вечерам, совершенно не жалея, что уходит много древесины и угля, привозимого на их низких, косматых лошадках хоббитами из Долла. Как-то так повелось, что в огромной столовой, освещенной лишь огнем камина, да несколькими свечами, с заходом солнца стягивались все обитатели нашего мрачного замка: хоббиты-слуги пристрастились сидеть у огня, что-нибудь поделывая под тихий, плавный, разговор; воины-дроу, свободные от караула, устраивались в уголке, в самой тени, и тоже занимались своими делами - кто оружие в порядок приводил, кто - доспех после тренировки латал. Торден, их старший, что-то читал, либо писал, устроившись в сторонке за столом. Я придумывала себе занятия по настроению, но чаше всего, наблюдая за этими столь разными и непохожими один на другого персонажами, рисовала их портреты, делала дорожные зарисовки или, если не было настроения, читала. Иногда кто-то из хоббитов уговаривал меня поиграть им на лютне... Мир и тишина. Неизменно, день за днем, полтора месяца подряд...
  Замок за эти четыре месяца уже опостылел. С момента, как я получила записку от лорда Дарриэла, находиться в этом уютном заточении становилось все тяжелее. На это наложилась горечь осознания, что я тоскую по моему 'мужу' и забытое мною в компании Дарра чувство 'одиночества в толпе', что преследовало меня на протяжения всей моей жизни ранее. Я снова почувствовала себя Наследной Принцессой Высших эльфов.
  Мои личные слуги - Молли и Петри - не знали, как и чем меня занять. Охрана, когда пришла в себя после моей демонстрации силы, начала вести себя сильно тише, учтивее. Но в них проснулось великое, всепоглощающее и неуемное эльфийское Любопытство. Я раньше думала, что только мы, светлые эльфы, наделены этим жутким, не дающим покоя зудом 'узнать'. А оказалось, неееет - темнокожие, беловолосые господа дроу ничем от нас, Высших эльфов, в этом плане не отличаются. Нет, они меня ни о чем не расспрашивали, ни в коем случае! Они просто ходили тенью и вынюхивали, внимательно и молча следили за мной... В последнее время, в ответ на мою хандру, начали донимать меня: 'Леди желает погулять по внешней стене?', 'Леди желает посмотреть на Кошмаров?', 'Леди желает сыграть в шахматы?'... В конце-концов, поговорив с Молли, мы выработали 'План' по доведению охранников-темных до нормального состояния - обычных, привычных нам дроу. И принялись, со всем рвением одичавших от скуки женщин, его реализовывать.
  
  По мере реализации наших задумок, ровно спустя неделю, четыре агрессивные зануды для начала начали вести себя, как настоящие аристократы, выводя меня из себя своими предложениями 'развлечь' лучше и эффективнее, чем доводили злобным шипением ранее. Лучше бы дальше с ними были 'на ножах'! Это было, по крайней мере, не так скучно, да и наше противостояние держало в тонусе всех обитателей замка.
  Через неделю взаимных реверансов и игры в 'леди скучает', я начала прятаться в библиотеке, делая каменное лицо и вид, что вот эти вот пыльные, старые фолианты - это предел моих мечтаний... Помогло, увы, дня на три, но после того, как я нажаловалась ей на 'мальчиков', Молли внесла в план коррективы от себя, решив, что мы получили не тот эффект. Дроу, вместо нормального поведения, донимали меня, предлагая то в шахматы поиграть, то на лютне побренчать три часа кряду, исполняя для них те или иные баллады, то книгу вслух им почитай... В ответ на действия хоббитянки, старший охраны, дроу Тордэн, лично пришел проверить - чем же леди так увлеклась в библиотеке, что выходит из нее только глубокой ночью, да и то - озираясь и на цыпочках.
  Подошел, постоял, посмотрел на фолиант, хмыкнул... И остался стоять, подпирая косяк и склонив голову к плечу. Буравил алым взглядом и почти не моргал. Игнорировать я его смогла еще почти два часа. Самое обидное, пришлось читать ту книгу, что не глядя на заглавие, я положила на подставку. Я скосила глаза на название, красиво выведенное на первой странице и сдержала стон, рвущийся из груди... Ладно, придется читать эти 'Исследования человеческих верований и суеверий, собранных на территориях, изначально занимаемых людьми в год 20119 от переселения. Том 37 из 97'. К тридцатой странице 'Введения' я, стараясь не зевать, хоть и отчаялась разобраться в хитросплетениях родственных связей полу-мифических существ и их мест в суевериях людей. Вообще лица дроу примечательны тем, что у них очень богатая мимика. А какой впечатляющий арсенал улыбок: ироничные улыбочки, хищные оскалы, косые улыбки, ухмылки на любой случай жизни, целый набор зловредных или язвительных, мрачные или задумчивые мины... При этом само лицо оставалось неподвижным, будто его хозяин просто меняет маску на нижней части лица... Как-то я предложила Тордену радостно улыбнуться хорошему, теплому и солнечному деньку, и тот, постояв пару секунд неподвижно, изобразил мне улыбку. Меня, глядя на эту жутенькую гримасу, помимо воли жестко передернуло, а на мой вопрос - что у него с лицом, он спокойно ответил: 'это - радостная улыбка, миледи!'... Вот и сейчас лицо дроу расплывалось в 'довольной' улыбке по мере того, как на моем все более и более отчетливо проступало страдальческое выражение. Наконец я сдалась, устав бороться с собственным лицом и челюстью, предательски кривящемся в попытке зевнуть, и не выдержав пытки 'духами лесными, чащи, якобы, охраняющими'. Я, тяжело вздохнув, встала и закрыла книженцию, размером с хорошую гранитную плиту для садовой дорожки. Дроу совсем счастливо заулыбался - этакая лучащаяся смесь ехидства с искренней, злорадной улыбкой.
  Я, напрягшись, убрала фолиант на его место на полке, сняла перчатки, нарукавники и марлевую повязку - именно в таком виде, а еще и в плотном халате поверх одежды, полагалось работать в этом отсеке библиотеки. Вот, спрашивается, кем был бывший владелец замка, что у него в коллекции такие книги? Колдуном? Чародеем? Или просто полу-грамотным богатым бароном, тащившим в библиотеку все, что попало в руки, лишь бы солидно выглядело?..
  Сложив 'оборудование' и прибрав за собой, я-таки 'обратила внимание' на Тордэна и изогнула вопросительно бровь. Тот с неохотой отклеился от косяка, и задал вопрос, который у него все предидущие дни на лице был написан крупными рунами:
   - Леди Элениэль, что происходит?
   - Вас отправили парламентером, господин Тордэн? - холодным, ровным тоном задала я встречный вопрос.
  Темный, хоть и поморщился, но кивнул. Я пошла на выход - мне было крайне неуютно находиться с ним в одном помещении. Он был сильно крупнее, чем известные мне дроу, и постоянно давил, так сказать, аурой. Мне же, привыкшей к тому, что это на меня обычно смотрят, задрав голову, было неприятно осознавать, что кто-то выше меня почти на локоть... Дроу, выйдя следом за мной из библиотеки, закрыл двери и галантно подставил локоть, вызываясь меня сопровождать. Я с самым недовольным видом примостила свои пальцы на сгиб локтя темного.
  Дроу молча пошел, приноравливаясь к моим шагам, но, когда мы вышли на лестницу, продолжил вежливо допытываться:
   - И тем не менее, леди Элениэль, вы не выходите целыми днями из библиотеки... При этом книги с полки берете, как я вижу, совершенно бездумно. Читаете их, но, с вашим умом и образованием, вы просто не можете два дня читать одну книгу на сотню страниц.
  Я попыталась возмутиться, но дроу меня перебил:
   - Я очень внимательно следил, как вы читаете, миледи... Семь раз читать одну и ту же строчку, это перебор, не находите?
  Я промолчала, хотя и хотелось сказать что-нибудь едкое в ответ на его резкий тон, выбранных Торденом. Молчала и ждала - что еще он 'заметил'.
   - Так же не ходите в тренировочный зал упражняться с магией. Вы перестали обедать в столовой, а ваша служанка выносит подносы с нетронутой едой и тайком вытирает слезы, выходя из ваших покоев.
  Я, изобразив изумление, посмотрела на темного эльфа - даже это замечает...
   - Вам известно, что было в записке, переданной для меня от лорда Дарриэла? - ответила я вопросом на вопрос.
   - Да, леди, известно. Но это явно не те новости, что вас так расстроили, - темный, доведя меня до внутреннего двора, застыл, ожидая моего решения - куда идти.
   - Да, не те. Расстраиваться или радоваться полученным известиям, я решу только после того, как узнаю все подробности этой истории из первых рук, господин Торден.
  Темный с удивлением посмотрел на меня, правая бровь поползла вверх. И я спросила:
   - Чему вы изумляетесь, сударь?
   - Вашему спокойствию, леди.
   - А вы ожидали истерик и слез? - темный отвел глаза и протянул 'ну-у-у-у в целом - да', но я перебила его, - Криков 'как они могли' и 'а как же теперь быть?', громких клятв о мести и прочей ерунды не будет! - я усмехнулась, глядя на то, как дроу пытается взять выражение лица под контроль. Получалось у него хорошо, кстати. Вообще мимика у него довольно сложная и ограниченная, и если бы не опыт общения с Дарром и его родными, вряд ли я смогла бы точно ответить - что означает та или иная реакция.
   - Сударь, у меня совершенно нет желания тратить свое время на бессмысленные стенания, - добила я темного высокомерным, скучающим тоном.
  Дроу, поджав губы, задумался. И вот стою я, молчу и смотрю печальным взором на массивную скамью в углу внутреннего двора... А темный, что-то для себя решив, продолжил вести свой допрос:
   - Да, леди, я понял вашу позицию... Но тренировки?
   - Я просто взяла небольшую передышку, сударь.
  Темный выглядел заинтересованным, даже сощурился. Что бы его не разочаровывать, и, чтобы избежать лишних вопросов, пояснила:
   - Сейчас я достигла порогового круга. Уровень контроля 'Воздуха' достиг предела. Вторую стихию я подтянула до возможного сейчас. Смысл раз за разом отрабатывать заклинания, если они уже и так отшлифованы?.. Но, если я продолжу сейчас развивать силу в том же темпе, что и раньше, либо начнутся необратимые изменения в психике, либо могу случайно инициировать третью стихию. И если с первым все ясно, то второе... Вы знаете, чем это грозит для нас всех?
   - Нет, леди, не совсем, я несколько далек от магии... - дроу, понявший, что неприятный разговор затягивается, галантно предложил мне пройти к скамейке.
  Я согласилась, но сесть мне на нее сразу темный не дал - сначала подстелил свой сложенный, подбитый мехом, плащ. Приятно. Тем более, что уже вечереет, а скамья - каменная и холодная. Села, разгладила складочки на юбке, сложила, как хорошая послушная девочка ручки на коленях, и подняла 'усталый и печальный' взгляд на темного. Краем глаза я успела рассмотреть Молли и еще двоих темных, резво прячущихся за опорные колонны... Понятно, точно парламентер. Что еще спросит?
  Тот не разочаровал. Стоял, широко расставив ноги, сложив руки на груди, буравил меня тяжелым, колючим взглядом:
   - Вы хотите сказать, леди Элениель, что если вы дальше продолжите свои тренировки, то мы тут, извините за прямоту, получим магистра с неконтролируемой стихией?
  Я грустно кивнула головой и тяжело вздохнула. Надеюсь, не переигрываю...
   - А какая стихия, если не секрет?
   - 'Земля'. К этому времени мне желательно быть под контролем архимагов.
  Дроу склонил голову на бок и нахмурился. Логично, что он не понимает, о чем я толкую, и проверить мои слова пока что тоже не может. У них нет своих архимагов. Да и магистров - тоже нет. Я пояснила для не знающих:
   - Это противоположная стихия. Для меня, 'воздушного' существа, она очень тяжела. Контроль ее забирает много сил. А если учесть, что 'воду' тоже потащит вверх, то это будет... ммм... Весьма опасная ситуация...
   - Но 'Земля' довольно... разрушительна... - протянул озадаченный воин, - Я сталкивался с человеческими магами, как раз с 'Землей' и с 'Огнем' на поле боя. Незабываемый опыт, должен заметить.
   - Только добавим к этому, что человеческие маги редко доживают до такого уровня силы, как наши. И то, что вокруг нас сейчас - камень... И над нами, - я ткнула пальцем на скалу над замком, - Тоже камень. Первый, шальной, 'вылет' стихии, и нам можно будет вызывать похоронную команду из гномов - эти, может, и откопают наши трупы к следующей осени.
  Дроу слегка передернуло от перспектив, и, весьма напряженным тоном, воин произнес:
   - Чем мы вам можем помочь, леди?
  Тут уже у меня брови на лоб полезли. Вот так легко сдался?.. Не верю! Дроу пояснил, цедя каждую фразу:
   - Вы мечетесь по замку, пугаете прислугу. Слуги, после того, как вы нас об стену 'постучали', нервничают и боятся оказаться на нашем месте. Я принял решение, что вас необходимо отвлечь.
  Дроу, с легкой, поистине змеиной улыбочкой, отвесил шутливый поклон.
  Я про себя потерла ручки. Готово, осталось только дожать 'охранника'. А дело в том, что чем можно занятья, я давно уже решила, стоило только вспомнить о тренировках с Дарром во время нашего бегства сюда, в замок. Именно о них я и думала, когда начала 'скучать'. Но игру надо продолжить!
  Дроу, не меняясь в лице, и не меня все это время позы, стоял и покорно ждал. Я еще пару минут помолчала, 'раздумывая'. И, тяжело вздохнув, медленно и задумчиво, делая расстановки между фразами, выдала заготовленный заранее приговор для них:
   - Чем же вы мне можете помочь, сударь?.. Разве что действительно отвлечься, сменить деятельность... Я могу попросить вас о тренировках?
   - Каких именно, леди?
   - Самые щадящие пока что, господин дроу, - я невольно заулыбалась, глядя на то, как Тордэн быстро переглянулся со 'спрятавшейся' Молли, - Лорд Дарриэль начал обучать меня владению кинжалами и основам рукопашного боя. Так же, в детстве, мне нравилось стрелять из лука...
  Дроу выглядел ну о-о-о-очень... расстроенным. Как же, их ежедневные тренировки превратятся в балаган, благодаря одной скучающей принцессе... Но на попятную не пошел, просто кивнул мне и сообщил:
   - Сегодня, после заката, леди.
   - Благодарю вас, сударь. Буду ждать.
  Воин, нервно и резко поклонившись, ушел. 'Сам виноват, - подумала я, - 'чем мы вам можем помочь, леди?' мысленно передразнила я темного. Вот сам предложил, сам и мучайся теперь!'
  Едва дроу скрылся из глаз, из-за колонны 'выплыла' Молли с довольным лицом дрессировщика тигров, хищники которого начали есть траву и говорить 'спасибо'. Сразу видно - кто сегодня уламывал темного вмешаться. Так, продолжаем представление, зрители еще не ушли, а стоят за колоннами, растопырив ушки.
  Дождавшись служанку, я поджала губы и строго спросила:
   - Молли, я, думаю, не стоит спрашивать - кто так допек несчастного воина, что он даже согласен меня тренировать?
   - Конечно не стоит, госпожа! - Молли так широко улыбалась, что на ее круглых щечках появились ямочки, - Я только предложила, а он сразу согласился!
   - Сразу? - выразила я сомнения.
   - Почти сразу, госпожа! Стоило честно сказать, что я так расстроена и обеспокоена вашим состоянием, что ну совершенно не могу готовить десерты... Сдается мне, миледи, что глубоко в душе господа дроу - отзывчивы и добры, а вся их строгость - суть ерунда и маскарад!...
  Я беззвучно рассмеялась, прикрыв рот рукой.
   - Тогда будьте добры, Молли, приготовьте легкий полдник для меня и для воинов. И позаботьтесь о сытном, хорошем ужине сегодня... Дабы пробудить в них отзывчивость и доброту, столь крепко спящую.
  Молли радостно хлопнула в ладоши и, изобразив, практически на бегу кникенс, кинулась в сторону 'служебного крыла', в подвале которого располагалась кухня. Ей самой не терпелось приготовить нормальной еды, после того, как она по моей просьбе 'портила продукты', сооружая некрасивые и не питательные обеды'. Посидев так для вида, я, улыбаясь, пошла переодеваться.
  Этот раунд мы с моей верной служанкой выиграли. А началось всё с того, что Молли не раз мне хвасталась, с каким удовольствием 'мальчики', как ласково называла темных эльфов хоббитянка, уписывают приготовленное её руками сладкое. Особо наши суровые, мрачные воины прикипели к рассыпчато-хрупким, сладким пирожкам с ягодной, или кремовой начинкой. Брали они их с общего блюда осторожно, по старшинству, тщательно жевали, держа их над тарелочками, и ловили падающие крошки десертными ложками на лету. И не дайте боги, если количество пирожков на блюде не соответствовало значению 'всем поровну'! Как-то осталось три пирожка, так как Петри один уронил на пол... Бедный хоббит потом весь день успокоительные капли попивал в уголке кухни! Нет, на него никто не кричал, не ругался, кроме Молли... Просто Торден, посмотрев на блюдо, предложил съесть оставшиеся пирожки мне, а я отказалась, так как не очень люблю приторно-сладкую абрикосовую начинку. Дроу несколько минут смотрели друг на друга и молчали. После чего Торден медленно пододвинул уже остывший объект спора Петри и тихо так, зло прошипел: 'Ешь!'... Теперь и Петри не любит абрикосовую начинку, которой давился под прицелом четырех пар мерцающих алым глаз... А Молли начала дважды пересчитывать пирожки на блюде, прежде чем его нести к столу.
  Ну а сливочную помадку, к которой меня успела пристрастить Молли, мне приходилось караулить на кухне и прятать от темных по самым укромным уголкам моих комнат. Моя 'охрана', как бы невзначай проходила мимо мисочки, и маленькие конфетки плавно испарялись. Один отвлекает, второй незаметно ворует. Подловить этих воришек ни мне, ни Молли не удавалось. Угроз служанки они не боялись, да и чем серьезным может пригрозить милая круглолицая пампушка, макушка которой едва доставала нам до талии? Мои намеки дроу искренне 'не понимали', так что, посовещавшись с Молли, мы нашли, чем на них воздействовать.
  План был составлен, проработан и воплощен в жизнь. Для начала Молли начала 'беспокоиться', что мол, 'леди наша что-то загрустила', и что ей, Молли, совершенно печально от этого. Потом, вместо десерта после обеда мы получили только крохотные оладьи со сметаной, после ужина, вместо пирожков было только кислое клюквенное желе, совершенно 'мальчишек' не порадовавшее... Так - неделю по нарастающей. К концу недели, когда Молли начала 'в слезах' выходить из моих покоев, дроу начали совещаться. Еще через пять дней без вкусных десертов они начали приставать ко мне с попытками 'развлечь леди'. Еще несколько дней, когда кроме не очень радостных и однообразных десертов, 'расстроенная' Молли начала нас кормить овощными пюре, легкими бульончиками и постным мясом, мотивируя это тем, что 'госпожа совсем, кажется, заболела', темные дрогнули и отправились к ней на переговоры. Та, утирая слезы передником, по заранее подготовленным пунктам сообщила оголодавшим делегатам, что мол, леди очень грустно, она тоскует тут одна, что с магией что-то застопорилось, и что если дальше так продолжится, то леди просто начнет чахнуть. И пока леди не поправится, она, Молли, будет всех кормить полезной, диетической пищей... Дроу, конечно, всеядны, но... Но! Маленькая, грустная и серенькая, парная куриная котлетка, с гарниром из пареной же репы, да с постным салатом из капусты - устрашат даже самого смелого воина. Результат последовал незамедлительно!
  И вот сейчас я стою на памятной тренировочной площадке, по которой буквально несколько недель назад у меня ползали помятые и побитые дроу. Инстинктивно они держались по-дальше от стены, с которой потом еще и сами кровь потом отмывали...
  Вечно-мрачный Тордэн стоял и с разглядывал мой наряд. Я не стала устраивать продолжение 'цирка', хотя Молли и настаивала, и оделась нормально - серая полотняная рубашка, моя потрепанная куртка - такая же, как и у дроу, только светлее, кожаные штаны и ботинки. Молли, бурча, что нечего такую красоту прятать, заплела мне волосы в сложную косу, делающую волосы короче почти втрое. Бурчать перестала только после моего предложения, что 'вот если мне эту красоту на тренировке случайно отрежут, я её в рамку вставлю и тебе, Молли, на память подарю'.
  Взгляд Тордена - внимательный, цепкий - прощупывал мой наряд и искал - к чему бы придраться. Остальная троица тоже не отставала от начальства - разглядывали они меня меня так, будто саркофаг у каменотесов решили заказать вскладчину. Нет уж, предпочитаю статую! Конную, в рост, в серебре отлитую! Дав им вволю полюбоваться, я шепотом напомнила о себе:
   - Господа, вы тренироваться сюда пришли, или так... природой любоваться?..
  Торден молчал. Как зовут остальных я до сих пор не знала, для себя их просто называла по номеру их домов. Слово взял юный дроу из Одиннадцатого дома - 'Младший', как я его для себя окрестила:
   - Леди, дело в том, что мы тренируемся на настоящем оружии...
   - Я понимаю. Потому и просила вашего наставника о тренировках в 'щадящем режиме'.
  Отозвался следующий по рангу дроу, 'Шестой дом':
   - У нас нет даже тренировочного лука, миледи!
   - Я догадываюсь, сударь, но лорд Дарриэль спокойно доверял мне свой.
  'Мальчики' переглянулись. Погрустнели. 'Нашелся', на сей раз 'Третий':
   - Я могу дать вам свой! Но... Вы уверены?
   - Да, сударь, абсолютно, - я для пущего эффекта сложила руки на груди и нахмурила бровки и поджала губы: безотказный способ добиться своего, отшлифованный еще на старшем брате и его воинах в раннем детстве!
   - Хорошо, леди, как скажите, - Торден, все это время, сощурившись, следивший за мной, указал на мишень позади себя.
  Я присвистнула! Плетеная мишень, явно сделанная специально для меня, была столь маленького размера, что попасть по ней новичку довольно сложно. Да еще и шагов на сорок оттащили, сволочи. Э не-е-е-т, не пойдет!
  Я задрала подбородок и приказала перенести мишень... на десять шагов ближе. Лучше один раз покраснеть, прося перенести несчастную мишень, чем переживать позор каждый раз, промахиваясь по ней... Пока мишень переносили и закрепляли на треноге, пока подбирали стрелы из 'простых', 'щедрый' дроу, пообещавший мне свой лук, вернулся, неся на вытянутых руках нечто, бережно завернутое в тонкую черную кожу. Лицо его светилось дружелюбием и заботой о ближнем, вызывая желание отступить по-дальше. Например - за крепостные ворота...
  Я приняла сверток и развернула его. Подозрительно знакомое оружие... Нет, что темные отомстят и придумают для меня ответное издевательство, я не сомневалась, но увидеть лук, похожий на тот, что мне в детстве подарил Дарр, я никак не ожидала. Ладно-ладно, сила есть... На ум тоже не жалуюсь - вроде где-то было чуток... Дроу, видя мою мрачную решимость, синхронно так, слажено и дружно, утекли с траектории возможного полета снарядов и рассредоточились. Встала на позицию, взяла лук, одну из стрел, стоящих в подставке рядом... И вспомнила, как потешался Дарр... Отложила стрелу (младшие дроу еще на пол-шага отступили), начала осматривать и ощупывать лук. Шутник, притащивший мне это оружие, загрустил... Ага, значит - я на верном пути! Пока вертела в руках и осматривала, что-то тихо, едва слышно, щелкнуло. Я легко, без напряжения, натянула тетиву... И совершенно неприлично для принцессы в сердцах выругалась! Оказалось - все просто: в средней части лука, как раз под пальцами, есть потайная кнопка-предохранитель, до которой в детстве я и не могла дотянуться, так как едва могла обхватить ладонью оружие! Хитро спрятанная под резные узоры защита, позволяющая пользоваться этим оружием только дроу с их длинными, тонкими пальцами! Ну и мне он теперь вполне уютно ложился в ладонь. Именно эта защита и не давала мне полностью натянуть этот треклятый лук! Дроу, все четверо, стояли и с живейшим интересом наблюдали за тем, как я, сквозь зубы, строила предположения о том, что я сделаю с их шутником-лордом, подарившим мне в детстве непередаваемые и неизгладимые впечатления от владения таким чудом инженерной мысли, щедро перемежая предельно куртуазные эпитеты словами из лексикона брата-вояки. И самозабвенно посылала стрелу за стрелой, расшибая мишень в клочья... Ударная мощь этого лука поражала, а я увлеклась настолько, что просто не обращала внимание, на то, что тонкая тетива, возвращаясь, в кровь ранит тонкую кожу запястья...
   - Может, вам мишень отодвинуть, и перчатки дать?... - послышался, спустя секунд сорок, неуверенный голос Тордена.
   - Не-е-ет, я сейчас сама ее отодви-и-ну, - протянула я, и, не сдерживаясь, от души приложила по разлохмаченной мишени 'Воздушным копьем'...
  Со злости я 'шарахнула на полную', как говориться. Полу-прозрачное 'Копье', локтей семь в длину вырвалось из направленной в сторону мишени ладони и понеслось, набирая скорость...
  На мой вопль ужаса дроу отреагировали, как настоящие телохранители: сбив меня с ног и закрыв собой. 'Да стойте вы, идиоты!!! - орала я, влекомая на пол, и пытаясь отбрыкаться, - Я же могу защиту поставить...' Но меня никто, разумеется, не слушал.
  - Перелет... - зло сообщила я телу, которое закрыло мне обзор, когда смогла отплеваться от мелкой гранитной крошки, противно скрипевшей на зубах.
   - Хотите, я другую мишень принесу?.. - подал голос 'младший' дроу, когда на дворе стало, наконец, тихо.
   - Вы что, вообще с магами в команде не работали?... - задала я вопрос, когда меня, помятую и злую, подняли с пола.
   - Как-то не доводилось раньше, - отозвался другой дроу, задумчиво осматривавший кусок стены, где теперь не хватало зубца.
   - Я пойду на конюшню, Кошмаров успокою, - совершенно будничным тоном произнес третий темный из-за моей спины.
   - А я... Я пойду, посмотрю, куда зубец стены свалился... - грустно добавил Торден, который во время взрыва и уложил меня первый на пол, закрыв собой.
  Вся наша пятерка выглядела сейчас, в наступившей темноте, очень похоже - серая кожа, серые волосы, серая одежда... Кто темный, а кто светлый эльф, опознать было довольно сложно, разве что заставить всех предъявить клыки или по цвету глаз. Я осмотрела наше 'серое' воинство и фыркнула. Торден, шедший как раз в сторону лестницы на внешнюю стену замка, резко обернулся, взметнув вокруг себя облачко серой пыли... Поглядел на нас, стоящих рядком на дворе... И споткнулся. Трое младших дроу, успевших выйти из ступора, оглядели друг друга, меня, уставились на Тордена... И заржали, как кони, тыкая пальцем то на меня, то друг на друга, стараясь не смотреть в сторону сконфуженного Тордена! Тут явно у них своя какая-то шутка, мне не известная.
   - Только в следующий раз, давайте вы за воротами будете упражняться, или в маг-зале?...
  Жалобный голосок Петри, стоявшего на ступенях во главе выскочивших на улицу слуг был столь полон надежды, и таким просящим, что мне даже чуть-чуть стыдно стало и я, отсмеявшись, предложила от всей своей души:
   - А давайте ворота откроем и это все за ворота просто 'сдую'?..
  Конечно же леди никто не желал утруждать (версия дроу), все были готовы убрать этот пустяковый бардак самостоятельно (предложение слуг), господ ждет вкусный ужин и, вообще, время уже позднее, а еще всех ждут горячие ванны, поскольку понять - кого и куда за стол сажать стало совершенно невозможно, в виду крайней похожести господ эльфов один на другого! (это уже выбежавшая на шум Молли).
  За ужином, на котором, против обыкновения, присутствовали все четверо охранников, было постановлено: во избежание разрушения замка, тренировки переходят в маг-зал; тренировки будут проводиться ежевечерне а дроу будут присутствовать по двое, дабы два других телохранителя точно могли на следующий день выполнять свои обязанности, а не лежать пластом... Тренировки решили проводить комплексные, с использованием магии и оружия. Обсудили защиту и возможные неприятности, выбрали, что из заклинаний я могу использовать, а что - нет. Торден выглядел очень довольным: как же, на неопределенное время получил боевого мага для опытов и натаскивания своих подопечных! Младший же, наоборот, был чуть-чуть обеспокоен - у него была слабая природная сопротивляемость к магии и ему доставаться будет по-полной... Два других дроу - Третий и Шестой дома - радостно потирали ручки и явно придумывали новую пакость. А Молли, счастливая, что все опять дружат, помимо сытного ужина, наградила нас еще и тортиком. Позже, поняв, что мы засидимся за полночь, принесла целое блюдо сливочной помадки, чай для меня и терпкое красное вино для мужчин.
  В покои меня сопровождали хитро улыбающийся Торден и светящаяся от счастья Молли. На пороге дроу притормозил и, иронично улыбаясь, спросил:
   - Леди, скажите, а зачем было представление устраивать?..
   - О чем вы, сударь? - я притворно изумилась.
  Дроу, улыбаясь, неопределенно покрутил в воздухе кистью руки...
   - Нет, сударь, я решительно вас не понимаю! - Я сделала чуть сердитое лицо, - Если вы про мишень, то это действительно получилось случайно!
   - Все хорошо, леди, мне, наверное, просто показалось. Доброй ночи!
  Торден, поклонившись, ушел. Лицо его было при этом настолько хитрым, что стало ясно - догадался, просто не стал портить игру, или тоже прекрасно понимал, что его младшие подчиненные иначе просто отказались бы участвовать в навязанных им тренировках с эльфийской принцессой. Это Торден - взрослый уже темный эльф, а 'мальчишки'... это мальчишки, хоть они и почти мои ровесники!
  
Глава 2.
  
  Рацек-охотник.
  
  'Больно! Как же чертовски больно! Голова сейчас рассыпется на мелкие части. Оставьте меня в покое! И так больно, а еще и тащат. Кто? Куда? Зачем? Брось. Оставь. Не мучай!' - хотелось кричать, дернуться и вырваться, что бы, наконец оставили в покое, дав забыться... Но кто-то весьма упорный тащит и тащит по жестким и холодным камням, по колючим кустам дальше и дальше, продолжая пытку... И это постоянное бормотание, не дающее уплыть, заставляющее слушать и прислушиваться в попытке разобрать этот бред... То ли детский стишок, то ли заклинание: раз за разом, по кругу, слов не разобрать - дышит говорящая рывками, с надсадным хрипом. Толи воронов призывает, а толи наооборот - гонит. Остановилась. Как же хорошо! Боль забралась куда то в глубину головы и там затихла, притаилась на время.
  Бормотание стихло, девушка - а судя по голосу это была именно девушка - судорожно всхлипнула и принялась опять бормотать свой нехитрый наговор. На лицо упала тень, глаз не открыть, видимо кровь запеклась коркой на лице и давит на глаза, вот и не открыть и пытаться не стоит - тут же выпрыгивает боль и начинает рвать голову на части, вгрызаясь в затылок и лоб, как в лакомый кусок...
  Девушка наклонилась, прислушиваясь.
   - Очнулся? Зря. Тебя нести еще и нести. Спи. Слышишь? Чайка кричит? Рацек, слышишь? Зовет! Лети.
   - Какая чайка? Какая, всю твою родню через колено, чайка!? - пытаюсь прохрипеть сухим горлом я, - Где море, и где мы?
  Девушка не сдавалась:
   - Слушай: чайка зовет тебя, ей летать одной скучно, вот и зовет. Ты иди, полетай. Не мешай мне...
  
  И он услышал. Он знал как кричат чайки. Когда-то давно, в другом мире, он был с матерью на море. На пристань они приехали со старшим братом и мамой. Тогда он в первый раз увидел море, и в последний раз видел мать. Он был совсем маленький - и пяти лет от роду не было. Но безбрежное море и крикливых чаек запомнил на всю жизнь. А еще запомнил прорубленную солью и ветром, бородатую физиономию моряка, который забрал у матери мешочек с деньгами и равнодушно сказал:
   - Здесь на одного.
  Мать ответила:
   - Берете только меня, мальчики вернутся домой. Провожатые.
   - Ладно. Эй провожатые! Прощевайтесь! Времени мало, скоро отлив.
  Мать обняла брата, прижала меня и быстро отстранилась. Боялась передумать, что ли? И, уже не оборачиваясь, поднялась по грубо сколоченному деревянному щиту, изображавшему трап, на борт небольшого парусного судна - толь ялик, толь баркас, толь еще какая то лохань - он никогда в них ничего не смыслил.
  Брат стоял и держал его за плечо, но не долго, потом повернулся к нему и сказал:
   - Ну вот и остались мы с тобой вдвоем, Рацек. Дальше только мы.
  Он не плакал тогда, не понимал просто, что происходит и не верил в это.
  
   Бесы! Как же орет эта проклятая жирная и наглая чайка! Просто жуть! Аж мутит. Белая пелена накатывает, и все вокруг - мир, бормотание девчонки, боль - тихо и постепенно растворяются в ней.
  
   Мертвая заснеженная земля, даже не земля - замерзшее болото, корявые больные деревья, жухлые клочки заиндевевшей травы на небольших кочках-возвышениях, в низинках намело малость слежавшегося снега, но все вокруг все равно мертвенно-белое - от инея, от бесконечного пространства засыпанного снежной крупой, и даже ветер, который заунывно и ровно гудит в ветвях, тоже какой то... белый.
  Женщина. Одна сидит, поджав озябшие ноги, на небольшой кочке, сгорбившись у маленького, такого жалкого и наверняка не греющего в этом безнадежном месте, костерка. Хранит его огонь ладонями замерзших рук. Рядом с ней лежат мешки - грубая мешковина, пять или шесть небольших холмиков, которые уже начало присыпать мелкой снежной крупой.
  К женщине приближается высокая сгорбленная фигура в черном балахоне: приближается со спины, фигуру обдувает ветром и становится понятно - насколько худое и даже тонкое существо очень не маленького роста, скрывается за складками ткани.
   - Приветствую тебя, смертная.
  Его сухой и бездушный голос вплетается в дуновение ветра и становится четким и почти громким.
   - Здравствуй Чародей. - Отвечает женщина.
   - Зачем ты здесь?
   И опять, как будто ветер помогает тихому голосу набрать силу.
   - Мне нужна защита, защита для моего сына. Такая защита, которую не сломит ни эльфийский маг, ни человеческий колдун.
  У женщины ветер вырывает слезы из глаз, тянет по лицу наискось, а затем бросает игрушку с видимой неохотой.
   - Ты о многом просишь. Что дашь в замен?
   - Себя. Только все должно быть так как я сказала. Чтобы ни какой чаровник не причинил ему вреда!
   - Судьбу ломишь? Ну да быть по твоему. Твоя воля - твой ответ. Здесь ты еще или уже нет. Перед тремя сидишь, четвертой встанешь.
  
  Черный кинжал с серебряной кромкой выскальзывает из складок балахона, на кинжале блеснула вязь рун. Не прекращая движения, существо ударяет женщине кинжалом в спину, прямо напротив сердца. Вспыхивают руны, наливаются жарким красным светом, и тихо гаснут. Убийца вытирает кинжал о складки одежды на трупе, берет один из мешков и уходит в сгущающиеся сумерки. Ветер же, как будто обрадовавшись новой игрушке, с неистовой силой начинает трепать слишком легкое для этих мест платье женщины. Проходит около часа. Женщина медленно поднимается. Костер погас, но он ей и не нужен больше - ей больше не холодно. Глаза её мертвы и взгляд пуст. Она берет второй мешок и медленной, механической походкой уходит вслед за Чародеем.
  
   - Просыпайся! Да проснись ты уже! Вот ведь увела в сон! Перестаралась, дура! Силенок не пожалела с перепугу. Вставай! Бесы тебя задери!
  Старуха все причитала и причитала, чем и вытащила его из белой и уже такой привычной и уютной дремоты. Приятного в этом было мало, да и сознание подсказывало, что сейчас опять накатит боль. Медленно, стараясь не вызвать нового приступа открываются глаза. Открылся только левый. Хм... не больно, совсем не больно, разве чуть ноет правый глаз.
   - Ага таки выплыл. Прилетел, соколик.
  Судя по голосу - старуха. В голосе сквозило облегчение, как будто все пошло не так а потом внезапно исправилось.
   - А точнее чайка. Ведь Рацек на языке северян и есть чайка.
  Вот ведь сорока! Теперь верно трещать будет без умолку, еще одна!
   - Не знал, - подал голос я.
  Чайка?.. Да, что-то такое точно мелькало в его сознании, царапая острыми углами, но сосредоточится не удавалось - все это было покрыто белой холодной пеленой.
   - Ну вот, поднимайся потихоньку, устала я тебя уже с боку на бок вертеть, да подмывать, чай оклемыкался совсем, пора и будить.
   - Сколько я спал?
   - Да не много, недели три - ты быстро поправляешься. Аж поломанный весь был, жуть! Костей целых почитай не было-то!
   - Сколько!? Три недели? Где мой отряд? Где все? Где Кривой? Где мой брат? Где я сам в конце концов? - подорвался он, делая попытку вскочить. Безрезультатную. Поспешно лег обратно, пристроив закружившуюся голову на подушку...
  Бабка, глядя на мои потуги противненько захихикала и ехидненько выдала:
   - Ох как много зараз знать ты хочешь! Я тебе скажу - что знаю. А знаю я мало. Одна из моих дочерей вытащила тебя из эльфского подземелья. В коем лежал ты как куль с дерьмом, промеж рваного на части человеческого мяса. Перла тебя на хребтине аж до моего домика, а это почитай добрая сотня верст, наговорами и заклятиями укрывала, да ранам твоим не давала ни зажить, ни запаршиветь, кровью лесных тварей отпаивала, да травами врачевала. Вобщем, ко мне несла. Про соратников твоих не ведомо мне ничаго, но видится мне, нет их боле в нашем мире. А 'кривой'... - опять хихикнула старушенция, - Что ж, теперь ты сам можешь тако прозвание брать, крив ты на правый глаз, как есть. Не удалось спасти, да и по совести, спасать там было нече.
   - Зачем? - спросил я.
   - Что - зачем? Спасала зачем? - переспросила бабка, - А не ведаю. Что-то ей в тебе привиделось такое, вот и тащила. Мож понравился, стахолюдина ты эдакая. Сказала выходить, я и выхаживаю. Или ходила зачем? Ходила за вами дурнями, любопытная она у меня, что спасу нет, - признала она, - Хотя дочка моя еще ни разу не ошиблась, тут она в папочку своего, будь он не ладен, праведник бисов, так и помер за свой мир без страха... Вернется сама к новолунию, сам выспросишь. Хватит с тебя на том! Давай, вставай и потихоньку к столу иди, там твой ужин. Крынка молока, да краюха хлеба. Дойдешь - твое, нет - быть тебе голодным.
  
  И Рацек дошел! Не сразу, и не в вечер, а только сильно ближе к утру. Голод был зверский и это говорило о том, что он определенно шел на поправку - он всегда жадно и много ел, выздоравливая. Вот только болел он последний раз, когда мама тогда уехала. И с тех пор даже не чихал, кажется...
  Голова кружилась страшно. С трудом понимая где право, где лево, где верх, а где низ, он добрался до вожделенного края стола. Горница, в которой его расположили, с его лежака, выглядела не большой, но ровно настолько же она стала огромной при первом же самостоятельном шаге. Костеря всех и вся: бабку эту - живой шкелет - не иначе продукт некромантов; дочку её двужильную... сто верст! надо же! Эльфов, за то, что так отделали, да не добили - косячники криворукие, соратников за то, что померли... А он, между тем, им умирать ну вот ни разу не разрешал! Горницу эту окаянную за то, что качается, аки тот плот на перекатах, вот не стоится ей ровно!..
  Отсутствие глаза делало зрение плоским, а расстояние - то неожиданно большим, то удивительно маленьким. Глиняная чаша на столе оказалась строптивой и находилась сильно ближе, чем её хватил Рацек... Ну вот теперь она на полу и её надо поднять. Мысль о том, что прийдется нагнуться пугает своей безнадежностью. О-о-очень медленно, держась за столешницу и не сводя со строптивой посудины взглада, он смог нагнутся и зацепить кончиками пальцев край упавшей чаши, так же аккуратно подтянул её ближе и взяв уже крепче, начал потихоньку производить выпрямление тела в целом, в вертикальное положение. Как говорил сержант из Багно, где их и готовили к вылазке: 'Плох не то солдат, что упал , а тот что лежать остался.'
  Чашу на стол он бухнул машинально, по привычке, как это делал сотни раз до этого, и совершенно зря! Стол оказался на этот раз дальше! Чаша грохнулась на пол с приданным ей ускорением и... разлетелась в черепки с характерным грохотом. От двери в горницу раздалось едва сдерживаемое хихикание. Вот этого только и не хватало для полноты картины - за ним подглядывают! А дальше сработал рефлекс. Он резко, как учили, 'развернулся' в сторону возможного неприятеля... И все произошло очень быстро и беспощадно: разворачиваясь, он потерял равновесие, задел стол, кувшин медленно, будто пьяница в раздумьях, покачнулся - сначала в одну сторону, потом в другую, и упал. Да. Сегодня все было не на его стороне. От кувшина отделилась изрядная часть горлышка и молоко потекло по столу. Отчаянная попытка удержатся, вцепившись в столешницу, не привела к успеху, зато тарелка с лепешками отъехала на противоположный край стола и замерла там в неустойчивом равновесии. 'Покушал лепешечек, попил молочка!' Думал Рацек, изучая стремительно приближающиеся доски пола.
  Удар вышиб дух, и заставил вскрикнуть. За дверью уже откровенно ржали. И жирной точкой в его ужине-завтраке шмякнулась тарелка с лепешками - аккурат напротив его лица, но в недосягаемой дали, за столом. Естественно, тоже вдребезги, расшвыряв по полу содержимое в перемешку с глиняными осколками.
  Дверь отворилась, за ней обнаружилась девушка лет двадцати с хвостиком, в ночной сорочке. И весьма не дурно сложенная, насколько он мог судить из положения 'лежу на боку,ы впечатавшись физиономией в пол'. Подбежала, не переставая звонко и заливисто хохотать.
   - Ну что полетал? Давай помогу подняться.
  Она наклонилась и обхватила его со спины за подмышки. Первая мысль была: 'Гнать!' Обида злая душит! Но по здравому рассуждению, он понял, что до лежанки в ближайшие сутки он не доползет сам никак, а идея барахтаться в луже коварно текущего по доскам в его сторону молока ему не решительно не нравилась. Девушка с трудом, но уверенно подняла его на ноги.
  - Я Лара. - Представилась она, - А ты Рацек, я знаю. Идем потихоньку.
  Уложив его на лежанку, она сообщила:
  - Ну и нашумел ты! Пока шел - меня разбудил, а теперь и весь дом поднял. Не переживай, мама у меня, она такая - чтоб ты двигался так делает. Тебе надо. Ты спал три недели. Она твое тело лечить себя заставляла, теперь еще пару дней тебя вести будет. Но ты сильный, это хорошо. Пару дней, если ходить будешь, а если не станешь, долго в себя не прийдешь, а может и вовсе... Поесть я тебе сейчас принесу. Ну да ты заслужил, вона какой путь проделал. Я тут уберу, ты не переживай, посуды много, хоть каждый день бей!
  Она улыбалась, укрывала его одеялом и поправляла подушку - все привычно так и ловко, как будто только и делала всю жизнь, что выхаживала раненых. И щебетала и щебетала. И все было хорошо и приятно, но кое-что не вписывалось в общий фон: изба в лесу и девушка в сорочке. И по мере того, как она суетилась вокруг меня и порхать по горнице бабочкой, до меня доходило: она в сорочке, вышитой серебром! В тонкой шелковой сорочке, вышитой серебром... В шелковой сорочке, вышитой серебром, эльфийской работы... Рацек открыл рот и присмотрелся - не мерещится ли. Нет! Да как это?! Изба в лесу и девушка - в шелковой сорочке, вышитой серебром, эльфийской работы, скроенной на человека! И тут невыносимо заболел правый глаз. А она все щебетала и щебетала - уже не смеялась, но говорить не переставала и щебетала, и улыбалась...
  Перед глазами все поплыло, но не как раньше, когда бело и холодно, а тепло, темно, уютно, белизны снегов больше не было - было как-то по летнему, как летняя теплая ночь, и так спокойно... И боль уходила и растворялась в темноте. Он решил, что подумает обо всем потом, и тут же уснул.
  
  
  
  ***
  Элениэль Аллиан Тинвэ.
  
  'Чайка... При чем тут крик чайки?.. Я не была на море с самого раннего детства, еще с мамой и братом-Охтаром... Это сон?! Мне приснился сон?!! Впервые в жизни... К чему он?.. Почему мне так тоскливо от этого крика. Никогда чаек не любила...' - сумбурные, странные мысли, как и обрывки этого тяжелого сна, где одинокая чайка летала под медленно кружащим, словно в безветрии, снегом. Громко кричала, звала кого-то, и едва ли не задевая израненым крылом вяло колышущуюся поверхность мертвого, безжизненного и свинцового моря, какое я никогда в жизни не видела... К чему этот сон? Что значит?.. Это будущее? Прошлое? Что-то важное? Что ты мне показала, Богиня Лаур, богиня ветра и эльфийской магии?..
  Но тут робкая заря заглянула в забранное в свинцовый переплет окно, и все тяжелые мысли улетели. Тренировка!!! Я громко позвала Молли, зная, что за час до зари она уже дежурит рядышком, поджидая свою леди-соню! Молли, вторя моему настроению, радостно влетела в комнату, держа чистенький костюм на готове.
  - Молли, мне сегодня сон приснился! - пожаловалась я.
  - Ой, госпожа, и мне тоже! Такой, что я аж уснуть до зорьки не смогла! Жуть!!!
  - А тебе - что?
  - А вы - чур первая рассказывайте! - предложила женщина и кинулась помогать мне одеться - терпеть не могу, когда она так делает и по-просту шикнула на нее. Та послушно отстала, но схватила расческу.
  - Мне чайка снилась. Орала над морем, летала... И снег, много снега... Брр...
  - Ой, плохой это сон, миледи! Очень плохой!
  - Чем же, Молли? - с улыбкой я её спросила. У Молли все приметы - 'не к добру'.
  - Да как сказать... Чайка... А что такое чайка?..
  Я рассмеялась невольно - вот о том и речь!
  - А тебе что приснилось, Молли? - я оделась и сладко потянулась всем телом, повторяя про себя 'тренировка-тренировка-тренировка!!!'
  - А мне приснилось, что вот поставила я пирожки, что мальчики так любят, в духовку. И вроде все как надо, и тесто как обычно... А тут ррраз! И гаснет духовка! Я и так, и эдак, а огонь все никак не разгорается, и угли погасли, представляете?! И только дым валит! А ужин, он через десять минут!!! - Молли аж затряслась вся, и ручки к груди приложила...
  - Да, моя хорошая, вот это - кошмар! - серьезно сказала я, боясь посмеяться над чувствами доброй женщины, - Но это просто сон! Ты же сама поняла?
  Молли, шмыгнув носом, закивала и успокоилась. А я - нет... Но я подумаю об этом позже.
  
  Весь день все обитатели замка ходили в предвкушении вечера. К тренировке дроу выгребли откуда то из своих запасов более тяжелые доспехи из темного, совершенно незнакомого мне металла, а на Младшего, по моей просьбе, напялили еще и шлем с толстым кожаным подшлемником. Юноша, конечно же, отбрыкивался до последнего, мотивируя это тем, что шлем ему, выпускнику Военной Академии дроу, не нужен, на что я в ответ категорично заявила, что я его, без шлема, боюсь, и это решило проблему, хотя и стало в дальнейшем поводом для постоянных шуток над 'страшным и ужасным Младшим дроу, которого даже эльфийский маг боится'.
  Итак, сразу после заката, я отправилась в маг-зал с Торденом и Младшим. На меня тоже хотели что-нибудь напялить, хотя бы кольчугу, но лицо мое стало, наверное, настолько мрачным, что Торден бывший в курсе истории моей семьи, быстро отказался от этой идеи, сославшись на то, что я в кольчуге ходить не смогу - только переползать с места на место.
  Тренировка вышла плодотворной. На меня нападали, я защищалась и отбивалась, используя арсенал 'Воздуха'. После, по просьбе Тордена, нападать начала уже я, используя в том числе и 'Воду', а дроу раненными зайцами скакали по залу - уворачиваясь и шипя сквозь зубы, когда их задевало 'стрелой', в них влетал на приличной скорости, размером с хороший арбуз, шар воды, или я на них разряжала ослабленные 'щиты'. Когда, примерно через час, силы начали иссякать, я им просто зачаровала оружие и с удовольствием наблюдала, как Торден гоняет Младшего, который от каждого прикосновения сыплющего искрами оружия непередаваемо энергично подскакивал, больно ужаленный мелкими, злыми молниями. У него действительно оказалась сильная уязвимость к магии - стрелы, которые должны были просто слегка откидывать воина в доспехе назад, его опрокидывали. 'Бриз' сбивал с ног и волок по полу, а после 'оружия' его пришлось откачивать - у него на несколько секунд остановилось сердце. К концу тренировки его пришлось левитировать из зала. Торден только посмеивался, а я кусала губы - не привыкла к тому, что кто-то так бурно и болезненно на магию реагирует. Буду знать, что и такие существа в мире есть.
  Основной плюс этой тренировки был в том, что я все это время смогла контролировать силу заклинаний, держа их на самых 'низах', а излишки впитывал 'накопитель' - полу-прозрачный крупный кристалл, выданный мне перед тренировкой Торденом из его личных запасов. На мой вопрос: 'А зачем воину столь редкий накопитель?', Торден ехидно и непонятно ответил: 'А что бы у вас, магов, его было на один меньше!' Я насупилась и решила не допытываться до правды, понимая, что она мне не понравится совершенно.
  Когда же мы вышли из зала, в коридоре воцарилась гробовая тишина. Я не сразу поняла - в чем дело. А потом меня осенило: я же сначала 'вытолкала' парящее в воздухе 'тело' Младшего, потом, хмурясь и кусая губы от досады, вышла сама. А следом, как выяснилось, шел, 'печальный' Торден, сделавший скорбное лицо...
   - Миледи, вы его что... того? - прошептала трясущимися губами белая, как полотно, Молли.
   - Да нет, живой... Был только что... И пострадал не так уж и сильно, - я пожала плечами и махнула двум другим дроу, застывшим изваяниями, - Забирайте, у него судорогой мышцы по-сводило. Полежит и придет в себя.
  В подтверждение моих слов жертва магии дернулась и зашипела змеёй.
  Дроу, переглянувшись, приняли у меня Младшего и унесли к себе.
  Нас уже ждал ужин в столовой, и, решив, что и потом можно переодеться - помылись-то мы на тренировке изрядно, когда я в них водными шарами кидалась. Торден перекинул на локоть мокрый насквозь плащ, и мы пошли утолять голод. Но перед тем, как сесть за стол, дроу достал индикатор и, спросив на сей раз разрешение, приложил к моему запястью. Присвистнул. Я аж сама заглянула - что там?
  На индикаторе горели две руны, означающие стихии и четыре из тридцати - резерв. Я кивнула - все верно рассчитала. Нет перерасхода, нет опасности упасть в обморок... Что он всполошился?
   - Торден, что вас так обеспокоило?
   - Да взгрустнулось, леди Элениэль...
  Я склонила голову к плечу, требуя разъяснений - решительно не понимала, где он повод для грусти нашел. Дроу тихо и как-то растерянно продолжил:
   - Получается, что в ограниченном пространстве, в честном поединке, мы мало что можем вам противопоставить, только попытаться расстрелять издалека, или напасть внезапно, разом. Да и наши функции здесь, как охраны... Давайте на чистоту, леди, если вы захотите от сюда телепортироваться, мы не сможем вас удержать. Вас сдерживает то, что мы дали клятву вас защитить и ваш здравый смысл. Поверьте, это вызывает крайне неприятные ощущения!
   - Не доверяете моему здравому смыслу, сударь? Правильно делаете, - улыбнулась я загрустившему темному эльфу, - Вообще удержать мага, а тем более Высшего эльфа, против его воли довольно сложно, но вы не совсем правы, Торден. Против лорда Дарриэла я смогла продержаться от силы секунд пять. Если вы нападете разом, мне останется только заклинание абсолютной защиты, 'кокон', но это крайняя мера, так оно спадает само, но через неделю-две, а я после него буду выжата полностью, даже шевелиться не смогу. И вряд ли я сейчас хотя бы минуту продержусь против того, кто всерьез решит меня убить, - я лукаво улыбнулась Тордену, - На тренировке вы только обозначали свои намеренья, стараясь не причинить вреда. А с телепортацией тоже не все так просто. Перемещаться нужно куда-то конкретно, зная координаты и, еще лучше, в знакомое тебе место. И есть большая вероятность, что меня засекут по энергетическому следу.
  Дроу кивнул, принимая мои объяснения. Помолчал и задумчиво произнес:
   - Для тренировок в даже в пол-силы придется отстранить Младшего. Вы довольно четко обозначили свою позицию и нежелание кого-либо из нас убить или искалечить.
   - Торден, можете считать это непростительной слабостью или блажью светлой эльфийки, но... Но я никого не хочу убивать. Без крайней необходимости, поймите меня.
   - Зря, миледи! - Дроу, кажется был недоволен, и понимать меня не собирался, - Зачастую это решает проблемы. Многие. Но иногда - наоборот, их создает, если убить не того...
  Мы немного помолчали, спохватившись, и накинулись на ужин - еда-то стынет. А когда с горячим разобрались, дроу продолжил 'воспитательный процесс':
   - А с Дарриэлем... Совершенно не удивлен, что против него трудно выстоять, - я насторожилась, а дроу, ухмыляясь уголком рта, продолжил, - Его ваш уважаемый отец тренировал. Их с младшим братом, Охтарона Тинвэ и старшего лорда Дэраха. Когда вас, извините, еще на свете не было.
   - А я не знала, - протянула я чуть обиженно.
  Вот и еще один сюрприз. Стало грустно от мысли, что Дарр и Охтарон тренировались вместе, а для меня это еще одна тайна.
   - Это не афишируется, как вы понимаете. То, что Дарриэль и его отец натренированы против магов, закрытая информация, миледи.
   - Почему так? - я опять нахмурилась, - К чему эти сложности и секреты, сударь?
  Торден, недовольный моей недогадливостью, сердито дернул уголком рта и разъяснил:
   - А вы на секундочку представьте, Ваше Высочество, что будет, если ваш нынешний Совет узнает, что у нас есть несколько дроу, которые совершенно спокойно могут убивать магов? И что их к этому, вдобавок, готовил уважаемый всеми архимаг из Высших эльфов?..
  Я подумала... Аж мороз прошел по коже, когда я в полной мере осознала, к чему это может привести, если этот секрет раскроется:
   - Сказать, что будет международный скандал, это ничего не сказать. Это раз. И два - их попытаются устранить. Аккуратно, тихо, но на это будут брошены огромные силы и средства. Что бы их знания не были переданы никому.
  Дроу кивнул, подтверждая верность моих выводов.
   - А в том, что я их не выдам, вы уверены, сударь? - я очень внимательно следила за реакцией темного, но он был спокоен, как скалы за нашим замком.
   - Да.
   - На каком основании?
   - Я знал вашего отца, и был мельком знаком с вашим братом, леди. Благородны и прямолинейны до невообразимого. Признаю - и в вас это тоже есть. Вы не предаете друзей. А лорды Четвертого дома - ваши друзья.
  Я аж от такой сомнительной похвалы зарделась. Умеют они так комплименты делать, что не знаешь - плакать или смеяться, поблагодарить или обидится. Лучше перевести тему, чем я и занялась, спросив:
   - А где вы познакомились с лордом Дарриэлем, если это не секрет?
   - А вот это уже только лорд Дарриэль вам может рассказать, - с долей сочувствия в голосе протянул дроу.
   - Хорошо, а то, каким краем вы тут замешаны, и как давно - можете сказать?
   - Могу, - дроу улыбнулся уголком рта, - Но не все, как вы понимаете.
   - Скажите?
  Дроу налил себе вина, подумал и, тщательно подбирая слова, начал рассказ:
   - Я давно знаком с мужчинами вашей семьи, леди. Не так плотно, как хотелось бы, увы. И нас, темных, очень заинтересовала история их гибели - мы продолжаем расследование. Вас я, честно говоря, сначала не признал, вы сильно не похожи на брата и отца. Разве что волосы, оттенком, как у Охтара... То, что вы - принцесса из Высших, и что вам дают здесь укрытие, я знал. Из какого вы Дома - понять не смог сразу, а когда начал догадываться, был, признаться, озадачен. Ожидал увидеть магистра в крайнем случае... А вы, по индикатору, выходили лишь начинающим магом... Провели вы меня удачно, должен признать.
   - Торден, мне всего два долгих года. Эльфы моего возраста только-только начинают изучать третий-четвертый круг контроля 'воздуха'.
   - Это я уже в библиотеке позже разузнал, после того, как вы продемонстрировали свою силу, - темный улыбался, попивая вино, - А до этого меня бесила одна только мысль, что мы тут застряли, охраняя маленькую, капризную принцессу Высших эльфов.
  От нового 'комплимента' я аж чаем поперхнулась. Но доля истины в его словах есть...
   - А я вас не разочаровывала, так? - улыбнулась я мужчине, когда прокашлялась.
   - Да, именно так, леди. Лорд Дарриэль ничего толком мне не объяснил. Вытащил меня из Академии, прислав короткое сообщение, и приказал взять с собой троих воинов, из любых Домов. На мой выбор. Мою задачу объяснил только тут, в замке.
   - И подобная просьба вас не смутила? Ваш Дом выше по положению, на сколько я знаю. Или что-то поменялось?
   - Нет, у нас, как раз все по-прежнему, миледи, - 'у нас' темный произнес с нажимом, - Мы с их Домом давно и плотно... сотрудничаем. И подобная просьба является нормальной для меня. Если лорды Четвертого Дома просят содействия, мы им его оказываем.
  Вот теперь я окончательно растерялась. Это было равносильно тому, что, например, лорды из нашего правящего Дома отправились бы охранять караван с тканями для представителей Торгового дома. Нет, не самолично, но отправили бы, например, своих младших отпрысков. Это столь же мало невероятно, как и то, что мне сообщил темный. Что-то в этом мире меняется, если Дома дроу так вот спокойно сотрудничают. Отставив пустую чашку, я сжала виски пальцами. Решительно не понимаю, что творится вокруг меня.
  Пока я пыталась простимулировать массажем свой мозг, темный молча наслаждался вином и моей растерянностью. Так, ладно, пока у нас тут вечер откровений, нужно пользоваться! Я задала еще один вопрос, мучивший меня уже долгое время:
   - У вас есть информация, по тому, что происходит сейчас у нас в Государстве?
  Темный кивнул, но произнес:
   - Обрывочная и устаревшая. Только то, что поступает через хоббитов. Вас устроит?
  Я кивнула. Хоть что-то узнать лучше, чем сидеть в полном неведение.
   - В целом - все вполне ожидаемо и предсказуемо. Архимаги обвинили вашего дядю в вашей смерти. Замечу: не Совет магов, а именно Архимаги.
  Я кивнула, подтверждая, что тут все логично. Совет поменяли более чем на половину за прошедшие тридцать лет. Многие ушли из совета сразу после гибели отца, кого-то сместили позже, заменив теми, кто удобен. Как результат - Королевский Совет сейчас на треть состоит из молодых магистров, зависящих от воли Короля.
  Дроу, умостился по-удобнее и продолжил свой неспешный, спокойный рассказ:
   - Армия взбунтовалась следом. Те из офицеров, кто приходится вам хоть и дальней, но родней, или кто был дружен с вашим братом, метнулись в столицу, бросив своих подчиненных в гарнизонах.
  Я тоненько пискнула и закусила губу, что бы не взвыть. Вот это - плохо, очень плохо. Я до последнего надеялась, что этого не будет, а теперь в гарнизонах остались только штатные маги, лекари и горстки из четырех десятков лесных эльфов. Ну может кто-то из северян не покинул посты. Без руководства! Дроу, глядя на ною реакцию, только грустно усмехнулся.
   - Я вижу, вы понимаете, что за этим последовало, миледи?
   - Да, но я лучше вас послушаю, сударь.
  Дроу налил себе еще вина. Подумал, налил второй кубок и протянул мне. Я с благодарностью приняла, хоть к вину и была непривычна.
  Подождав, когда я отопью вина и возьму себя в руки, он начал рассказывать дальше:
   - Аристократы из Высших семей тоже в ярости. Убийство произошло среди дня, в вашем имении. Во время одной из прогулок ваших с Дарром двойников. Подробности мне не известны, домыслы строить не буду, но Столица гудит, как растревоженный улей. Даже Нольда-северяне, считающие вас дальней, но родственницей их правителям, встали гарнизоном под стенами королевского Дворца. Требуют справедливости и грозят разнести дворец по камушкам, но выковырять предателей. Наше посольство ежедневно подвергается наплыву тех, кто с чего-то решил, что мы, дроу, должны провести независимое расследование. Селестины тоже выразили свое недовольство вашей гибелью и ситуацией в вашем уютном королевстве. И предложили свои услуги в выяснении заговорщиков и поимке преступников. В Столице у вас теперь целых два селестина-мага.
  Я, как выяснилось, почти залпом допила вино на последних известиях. Селестин, лорд Мирантин - мрачный и молчаливый тип, с которым меня знакомили как-то на очередной церемонии во дворце, произвел на меня неизгладимое впечатление. И ладно я! Он на всех производит такое впечатление. Мрачный, неулыбчивый тип с белоснежной кожей, иссиня-черными волосами, заплетенными в простую косу до колен и черно-серыми, миндалевидными, чуть раскосыми глазами... Узкие, резкие черты лица - как у дроу, но кожа - белее снега. Этот лорд всегда спокоен, собран и молчалив. За шесть часов приема я от него услышала только положенные по протоколу слова. Ни одним междометием или предлогом больше! От него все старались держаться на расстоянии - как же: темные маги, неразговорчивые и замкнутые эльфы. Вроде бы и родня, но настолько дальняя, что даже дроу на их фоне кажутся близкими и родными обаяшками. Мирантин был бессменным послом своего народа почти три тысячи лет. Один! А тут - второй селестин.
  Но это еще не все было, Торден задался, похоже, целью выяснить - на сколько большими могут быть у меня глаза...
   - Гномы, - мои глаза еще чуть-чуть округлились, хотя я думала, что дальше некуда, - Да-да, именно гномы... Они тоже прореагировали. Эти торгаши закрыли в очередной раз свой Торговый Городок, уведя всех своих граждан с территорий эльфов и людей в подземные города. И привычно законопатились там. На поверхности остались только посольства и Банки, в которых увеличили многократно охрану. А человечески деньги они теперь меняют по три к одной гномьей...
  Тут уже не до шуток. Если такое происходит, то гномы считают, что будет война. Я порылась в памяти, что бы хорошенько обдумать этот момент. Торговый Город представляет собой большую, не огороженную ничем территорию, заполненную постоялыми дворами, тавернами, лавочками-магазинчиками и, собственно, огромной торговой площадью в центре. Торговля там бурлит круглосуточно, под присмотром гномьих дружин и войск степных народов. С маленькими отрядами бандитов или налетчиков успешно справляются своими силами, а в случае серьезной угрозы гномы уходят от туда, забрав весь товар, как это не раз бывало. Вот так идет к ним большая армия, в надежде хорошенько поживиться... А приходят к пустому городу, где если и есть что взять, так только камень из-под ног, да то, что на постоялых дворах второпях побросали жильцы. На все-про-все у гномов часов десять уходит. Что самое неприятное в этих ситуациях: гномы уходят, запирают за собой огромные ворота и полностью перекрывают Торговый перевал. А торговля между Халифатом, Южными степями и Миестасом - столицей людских земель - прекращается, либо идет через Сердце Мира. На этом торговцы теряют свыше пяти месяцев в пути, а чаще предпочитают сбывать все товары в Сердце Мира. И без того богатый город-государство от этого выигрывает несказанно, а вот все остальные - теряют прибыль.
   - А люди как на все реагируют? - еще вопрос, не последний, но самый важный сейчас.
   - Ну а как они обычно реагируют на такое? Радостно лапы потирают, как же еще. Жители Засечи и Приречья скоренько помирились, объединили войска и слаженно кинулись в приграничные леса. Как у них водится, с обозами и толпой 'мирных' жителей следом. Селиться, я так понимаю. Когда я последний раз получал сообщение, часть ваших гарнизонов были отброшены почти на два дневных перехода за Просеку - без поддержки из столицы лесные не могут грамотно воевать. Они у вас отличные партизаны, хорошая разведка, но им нужно командование, которому сейчас не до них. Граница в некоторых местах отодвинута до старых пределов. Но это только вопрос времени... Многие авантюристы, прознав, что эльфийские леса почти не охраняются, спешно идут через болота, соблазнившись россказнями и подъемными деньгами, что им предложили бароны с окраинных земель.
  Я устало потерла глаза рукой. Кто же все это заварил-то?.. Не дядя и не его сторонники, это точно. Они от этого всего больше других проигрывают...
   - Тут вы, наверное правы, миледи, - подтвердил мои слова, высказанные нечаянно вслух, дроу, - Я - воин, а не лорд. Но и мне ясно, что им это в большей степени навредило, чем остальным.
   - Вам известно что-то конкретное?
   - Да. Ваша тетя, королева, сейчас в заложниках у магов. Ее перенесли из дворца на территорию Академии Магии. Академия закрыта щитами, туда никто сейчас не может попасть, и от туда никого не выпускают.
   - Там же многие из аристократов учатся! - я опешила от такого, - Дети дворян, богатых торговцев... Да сильные маги всех наших родов, все там... Это же сотни магов, которые могут отбросить людей, помочь разобраться с нарушителями границ!...
   - Увы, они ясно обозначили свою позицию, принцесса.
  Я закрыла глаза и попыталась успокоится. Это плохо, это очень плохо! На границах - только легкие отряды, разведка и ни одного опытного боевого мага. Кто угодно может пройти на нашу территорию. Да что там 'может'! Кто хотел, уже вошел... Остальные просто за компанию прут, пользуясь ситуацией. Значит, те, кто это заварил, своего добились - можно целую армию протащить - наши так заняты делёжкой трона и поиском виноватых, что и не заметят, пока поздно не станет. Время пошло...
   - Торден, когда пришли последние вести?
   - Неделю назад. Как раз касательно людей. Это уже от нашей разведки.
   - Ваши тоже там?.. - я не поверила. Эти не вмешиваются, обычно, до последнего.
   - Нет, наши - на границе с людьми стоят. Ну и да, сокращаем численность человеческих войск, так сказать. В меру своих скромных сил. Наших пол-сотни отправили, добровольцами, из свежего выпуска. Ну и вместе с уцелевшими лесными ночами добавляем смуты в ряды людей. Нас, конечно, не просил никто, но такая возможность потренировать отряд, понимаете ли... Да и материал нашим некромантам нужен, а там его легко достать. Жаль было таким шансом не воспользоваться.
  Я поблагодарила дроу за сведения, и откланялась. Эльф проводил меня до покоев и, вежливо склонив голову в поклоне, ушел. К себе я вернулась подавленная и в растрепанных чувствах. Одно дело прогнозировать - 'что будет если...' И совсем другое - знать, что твой народ на пороге войны, и что ты, отчасти, являешься её причиной.
  Нужно заставить себя отдохнуть. Мало того, что тренировка была сложной, хоть я и старалась не показать этого, так еще и новости - ожидаемые, но все равно шокирующие. И так ощущения, что на мне мешки по горам таскали, еще и голова начала болеть от переживаний. Сто лет не болела, а тут... И это еще 'устаревшие' новости, а что там на самом деле творится сейчас - не известно. И Дарр - где-то там, скрывается в гуще событий. Как, под какой личиной - не знаю. Ведь по официальной версии - мы оба погибли. А если - нет? Если он, как бы выразится, 'чудом выжил'? По закону, после моей смерти, он из принца-консорта становится просто принцем правящего Дома. Единственным живым наследником нашей семьи, кроме дяди и его сына, которым выразили недоверие семьи аристократов.
  Я приняла ванну и отправилась в кровать. Сон не шел, зато хорошо, словно муравьи из разворошенного муравейника, шли тревожные мысли. Да, наш с Дарром брак - фиктивный, политический... Но каков сам казус: нас уже не разведешь - меня же нет? Дарр - вдовец, принятый Верховной Жрицей в семью перед ликом богини. Сейчас еще и это добавляет к всеобщей панике остроты. Я усмехнулась, представив, как все законники Столицы самозабвенно листают своды правил и уложений, грызут перья от досады. Ладно хоть для того, чтобы наследовать трон, у нас не достаточно родиться в правящей семье или быть в браке с 'нужным' эльфом. Необходимо пройти процедуры 'Избрания' и 'Подтверждения', а то был бы им... законный кроль-дроу на троне. Трон, теоретически, можно захватить силой, но на практике, маги - гарант власти, этого не допустят.
  Я пыталась угнездится в кровати, прогнать тяжелые мысли, но получалось плохо. Когда совсем разворошила всю кровать - встала и на цыпочках прокралась к тайничку на книжной полке. Там у меня на черный день помадки припрятаны... Оказалось - были припрятаны, а теперь их нет. Какой-то наглый обладатель хорошего нюха их 'нашел' и унес вместе с тарелкой. Я не отчаивалась - еще в столе есть заначка, а там ящики на гномьи замки закрываются, и ключ у меня. Я проверила резервную заначку и выдохнула - эта, к моему счастью, осталась цела. Цапнула тарелку с конфетами и вернулась на кровать. Кому сказать - не поверят, что эльфийская принцесса прячет в сейф сладости от дроу! Вот так влезет взломщик в поисках документов, а у меня там, по привычке, стоит тарелка с заначкой на черный вечер...
  Ну и пусть, буду есть и думать. Я ушла обратно к кровати, прижимая к груди тарелочку и устроилась на краю огромного, королевского, ложа. Основной вопрос, что не давал мне покоя - кто это все это сделал. Все это части одной цепи, одной преследуемой цели: и смерть родных тридцать лет назад, и беспорядки сейчас... И кто-то так подставил дядю, что от него даже его сторонники отвернулись.
  Кому все это выгодно настолько, что этот кто-то вот уже четвертый десяток лет, а то и больше старательно плетет интриги? Кто обладает такой властью и деньгами, что способен засылать своих шпионов и убийц в самое сердце эльфийского государства, протягивая руки даже во дворец? И как тут замешаны дроу? Понятно, что по самые кончики их острых черненьких ушек, но какая у них в этом деле выгода? Если сменить власть, то просто достаточно предъявить меня - живую и целую. Маги меня признают, а их вес в нашем обществе таков, что их слову поверят. Если кто не поверит, то алхимикам достаточно проверить мою кровь, и все, станет ясно, что я - не подделка. Остальных я могу убедить сама, дав нерушимую Клятву, что все действия темных эльфов были согласованы со мной. Тогда дроу, спасшие меня от грядущих покушений, выйдут из этой ситуации если не героями, то хотя бы в самом лучшем свете.
  Так, думаем, пока думается и пока конфеты не кончились. Если я появлюсь сейчас в столице, то бунт под-утихнет - не закончится, нет. Явно еще куча проблем вскрылась, которые раньше замалчивались. И взятых заложников магам, конечно же, не простят сразу. Я смогу оправдать Короля, снять с него обвинения в моей смерти. Но факт покушения-то остается, вот его и будут расследовать с особой тщательностью. Будет переизбрание династии, но я уже в стороне, как магистр. Затолкать меня на трон уже возможностей нет. Я теперь выступаю только как голос 'за' или 'против' в выборе нового Короля. Может, рискнуть и вернуться?.. В голове, почему-то голосом Дарра, прозвучала ехидная мысль: 'Вот тут тебя, Ваше Высочество, и добьют...' Да уж. Добьют, причем обязательно! От места телепортации далеко отойти не удастся, сразу уберут, и скажут - а никого тут не было... Кто-то запустил всю эту махину заговоров не для того, что бы я влезла в нее со своим чувством долга и справедливости в попытке все это остановить. Колесо начало двигаться. Дарр успел убрать меня с дороги, что бы не зашибло, но наша свадьба стала катализатором, ускорив события. Но вот когда и, главное, в каком качестве меня вернут обратно? И вернут ли?..
  Я решительно отставила тарелочку с оставшимися конфетами. Осталось ровно четыре помадки. Как раз. Надкусила их все и водрузила ажурное серебряное блюдце ровно в центре стола - как намек, дабы стыдно всяким дроу стало! Хотя... 'Дроу' и 'стыдно' взаимоисключающие, на мой взгляд, понятия, но, может, хотя бы проникнутся?
  
Глава 3.
  
  Тренировки с дроу мы начали проводить ежевечерне. Торден блаженствовал, гоняя меня, как новобранца, до полного изнеможения, считая хорошим окончанием тренировки момент, когда все, кроме него, не могли ровно стоять на двух конечностях. В момент, когда я командовала 'все', обозначая конец магической части, начинались обычные тренировки воинов. Меня потихоньку 'подтягивали', заставляя бегать, прыгать и кувыркаться, уворачиваться от тренировочных клинков, выточенных Торденом из ножек сломанного стола, обнаруженного в подвале, и парировать удары. Не скажу, что получить таким вот клинком было не больно, но, по крайней мере, это было не смертельно. Через неделю я приноровилась одновременно пользоваться и оружием, и магией, не используя лишних, подкрепляющих жестов для вызова заклинаний, чем вносила дополнительную смуту в ряды 'противника'. А к середине второй недели синяки с рук и ног у меня перестали сходить - они, казалось, меняли оттенки и формы, вяло переползая по моему телу с места на место. Молли, уже не столь довольная, как в начале тренировок, принялась ворчать, что 'не достойно леди ходить с синяками и ссадинами по всему телу, будто мальчишке-беспризорнику', я же только отмахивалась от ее жужжания. Мало мне вечно ворчащих дроу, которым воспитание, дескать, не позволяло, поднять руку на женщину, так еще и служанка бурчит!
  Мое заточение здесь приобрело хоть какое-то разнообразие, и дополнительную практическую пользу. Нет, мастером клинка я не стану - для этого нужны годы тренировок, но хотя бы смогу постоять за себя, когда магия иссякнет по какой-то причине. Только эти доводы и смогли убедить Тордена в необходимости продолжать мое избиение на тренировках. С луком я день за днем справлялась все легче и легче. Даже мишень отодвинули на шестьдесят шагов - больше не позволяли размеры маг-зала, а на двор меня не пускали, во избежание новых непредвиденных разрушений - кусок стены, из которого вывалился наружу зубец, пошёл трещинами, грозившими в последствии еще большими разрушениями, если его не починить. А починят стену, как мне сказали, самое раннее - по весне.
  Новости почти не доходили до нашей глуши, и только хоббиты, привозившие провиант, оставались тоненькой ниточкой к бурлившей в мире жизни. Ситуация в целом менялась только в худшую сторону - Короля Аллорэ Тинвэ обвинили в измене Государству. Для него и для его сына это равносильно смертельному приговору. Мне жалко было маленького принца до слез, от этого известия я на несколько дней впала в состояние апатии, из которого меня, как щенка за шкирку, вытащил Торден, припечатав 'вас, помниться, никто не пожалел, когда убили отца и брата! Если бы не заступничество друзей вашей семьи, вас бы в живых не было, причем давно. Ваш дядя всегда знал, что его положение шатко, и не предпринял никаких попыток спасти свою семью. Он мог спрятать сына у магов, но не сделал этого! Простите, леди, но он слаб как правитель, и слаб как отец.' Я вскинулась и долго орала на Тордена, темный лишь улыбался уголком губ, но дело свое сделал - я пришла в себя.
  Только в душе поселилась тянущая пустота, сосущая силы одинокими вечерами, заставляющая изводить свой разум в поисках ответов, остервенело перерывать книги библиотеки, 'глотать' все незнакомое на полках в кабинете Дарра и снова задавать себе вопросы. Кем был хозяин замка? Зачем ему такие книги? Откуда?... Часть книг я так и не смогла опознать. Что-то на пергаменте, что-то на коже непонятного происхождения (не хочется думать - чья, но Торден о-о-очень многозначительно хмыкнул, когда я их ему показала), что-то на деревянных тонких табличках. История. Много истории. Разная, разных народов. Легенды и сказки. Страшилки и курьезы... Многое я знала, что-то читала тайком в библиотеке отца. Что-то из гор книг, прочитанных за время Колледжа и Академии... Свитки, старые пыльные документы, прошения и требования ожили в моей памяти: фраза тут, слово - там, предложение - здесь... Замирала, перечитывая по памяти эти фрагменты, и в голове, тихо и неотвратимо, выстраивались ровные схемы, дополненные недостающими кусочками. В ушах стоял гул голосов, рассказывающих мне историю людей. Я сжала пальцами виски, пытаясь унять тянущую, противную боль. Перенапрягла память. Но это пройдет, это бывает, когда слишком много информации попадает за раз. Нужно поспать...
  
  ***
  
  Амулеты, кольца, побрякушки разных мастей, раковина какого-то морского зверька на шее, обруч с рубином на голове, в правом ухе аж три серьги, а в левом - две, даже, кажется, вполне себе женское ожерелье из жемчуга. Все это на одном человеке говорит либо о категорической его ненормальности, либо о том, что он Колдун. Да именно так с большой буквы - Колдун. Вообще это не просто человек, а точнее, уже просто не человек: его манеры, его одежда, его мысли - все подчиненно одной цели - больше, больше силы, ведь завтра её может не хватить. Они готовы убить за определенные камни, за символы и цацки, они постоянно в поиске и борьбе, ведь каждый из них знает, что не хватает именно тех чар на которых не достало побрякушки-накопителя, силы воли, тренировок. Таков закон, закон который правит миром в целом, и чарами в особенности - Закон Подлости.
  Именно такой человек шел по улице города, и улица перед ним расступалась - казалось даже сами узкие улочки становятся шире, а дома пытаются убраться с дороги странного типа. Он рассекал кишащую толпу как горячий нож масло, и ни у одного карманника, даже умирающего с голоду, не возникало мысли стянуть что нибудь из многочисленных украшений. Каждый знает - зачарованная вещь, отнятая у Колдуна немедленно выпускает спрятанные в ней чары на свободу. Человек шел по улице и от него шарахалось все, включая животных - животные хорошо чувствуют разрушительные чары и предпочитают держатся от них подальше.
  Человек подошел к таверне. Обычная городская таверна, линялая вывеска которой позволяет предположить, что намалевано на ней все что угодно, от морского заката до горного великана, ибо не только краски, но и вероятно, сам художник, что написал сей 'шедевр', давно рассыпались прахом от времени. Колдун остановился, может он о чем-то задумался или чего то ждет... Завсегдатай таверны распахнул скрипучую дверь и высунул морду (лицом сие назвать трудно), а затем и все свое пропитое тело на улицу. Вместе с ним вышли: запах перегара, квашенной капусты, кислого пива.
  Колдун гадливо поморщился.
   - Там? - Спросил он.
   - Да. - Коротко ответило пропитое лицо.
  Небольшой кошелек перекочевал из рук в руки. Завсегдатай быстро, и не такой уж не твердой походкой, направился вдоль по улице, спеша прочь от таверны. Мимо него пропылил экипаж, возница громко прикрикнул на шарахнувшуюся от пьянчуги лошадь.
  Колдун постоял еще немного в раздумьях, резко распахнул дверь, сорвал, не жалея уха, серьгу с красным камнем и зашвырнул в шум и дым таверны. Отошел дальше по улице вслед за своим наемником, на пару домов, и замер.
  Позади него раздался страшный грохот, таверна, сложившись карточным домиком, просела внутрь самое себя, и буквально утонула в страшном вихре чародейского огня. Колдун удовлетворенно хмыкнул и продолжил свой путь. Через пару кварталов он подобрал свой кошелек с бездыханного тела пьяницы, лежащего ничком в сточной канаве (а где еще ему полагается быть?) и направил свои стопы к северным городским воротам.
  Сегодня он потерял сильный амулет, но видят боги, оно того стоило! Еще как стоило!
  
  ***
  
  Я зарылась в этой странной библиотеке, дроу и слуги мне помогали, как они думали, наводить в ней порядок и упорядочить. Я стояла с закрытыми глазами в центре библиотеки, а воины, свободные от дежурства и четверо освобожденных от работы слуг посмышленее, громко зачитывали названия книг из тех, что могли прочесть. Я им диктовала - на какую полку какого стеллажа и в какой из комнат их ставить. Пришлось потрудиться, чтобы донести до хоббитов идею, что '4А-Б-8-17' это 'комната 4А, восьмой стеллаж, семнадцатая полка'... Но оно того стоило - я теперь точно знала - что у меня тут и где. Дроу поначалу косились с иронией, но в очередной раз относя книги на полку к таким же, только уже выставленным по темам, пугливо на меня оборачивались и переговаривались на языке жестов. Что они не могли опознать, называли 'билиберда' и тащили в отдельную кучу. Вот ими я в первую очередь и займусь!
  
  Вскоре от Дарра пришло долгожданное сообщение, что его, в компании с двумя лордами-дроу, можно ждать через две недели. Получается, что он отсутствовал почти семь месяцев. Чуть даже больше. Год, в течении которого я обязана находиться в этом замке, скоро подойдет к концу, мне не терпелось узнать новости и получить возможность покинуть эту неуютную крепость. Сидение в полном вакууме угнетало настолько, что я, а за мной и младшие темные, кидались из крайности в крайность, шокируя своими выходками бедных хоббитов. Когда мы начали 'играть в прятки' по замку - причем дроу прятались от меня, ползая по лепнине и балкам потолка, а я, летая по коридорам с диким хохотом а-ля человеческая ведьма из сказок, сшибала их от туда. Практичные хоббиты начали опасаться ходить по коридорам по-одному, и ночами не покидали своих комнат. А потом нас поймал Торден и долго, нудно выговаривал (почему-то в основном мне) за недостойное взрослых эльфов поведение. Когда же, в ответ на лекцию, я ему, не моргнув, заявила, что 'я - несовершеннолетняя девушка и мне можно дурачиться, если душа того просит, а дроу за мной приглядывают', у младших темных эльфов натурально отвисли челюсти... Оказалось, что я сильно ошиблась в оценках возраста мужчин, и Младший родился раньше меня на пол-века, а Шестой - мой ровесник - считался у них вполне состоявшимся, взрослым мужчиной. После моего известия, что мне еще девять сотен земных лет до звания 'взрослой Высшей Эльфийки', мои 'няньки' приуныли, а Торден, посмеиваясь, предложил усилить нажим на тренировки, дабы сил на детские шалости не оставалось...
  
  Лорда ждали с нетерпением все - и прислуга, уставшая от наших бесчинств, и дроу, изнывавшие от сидения в четырех стенах, и я, готовая растерзать 'любимого мужа' за столь долгое отсутствие. На мой возрастающий нервоз, Торден хмурился и заводил отвлеченные разговоры 'ни о чем', пытаясь выяснить, каковы, все-таки, отношения между мной и его другом и воспитанником... На расспросы я сначала спокойно отвечала, потом - отшучивалась, а к концу обозначенного срока уже сама начала язвить на тему 'а не ревнует ли господин Торден к сиятельному лорду?', чем вызвала такую волну праведного гнева темного эльфа, и такую отповедь, что потом сидела весь вечер, глупо моргала и пыталась прийти в себя, жалея, что замкнутый ранее воин, под моим влиянием, начал больше общаться, шутить и вести себя более раскованно.
  К предполагаемому дню возвращения хозяина замка слуги навели порядок, спешно проветрили и подготовили дополнительные покои для лордов, навезли из Долла всякой снеди, а мы чуть уменьшили нагрузки на тренировках, в надежде, что синяки, оставленные тренировками сойдут, и вид у всех пятерых будет не таким помятым. Особенно ярко выглядел у нас Младший. Этот вообще с тренировок, как правило, уползал. Волосы за те двое суток, что проходили между его тренировками, не успевали улечься, как им полагается, и ходил он у нас совершенно чумной - глаза круглые, щека дергается, а его короткие, чуть ниже плеч, волосы, собрались в стойкую прическу, метко названную Петри: 'проволочный зачес затейливый, к потолку направленный'. Его проблему смоли решить только тем, что он начал о-о-очень быстро уворачиваться и следить за моими движениями, пытаясь заранее предугадать по интенсивности и цвету свечения то, что сейчас в него полетит. Тоже результат, причем хороший! По крайней мере я теперь почти не боюсь его нечаянно забить, шлем уже с него сняли, заменив его плотной кожаной шапкой. Но это хорошо только для магии первого-третьего круга, которую я применяла на тренировках. Четвертый и выше его просто размазывал. Торден принял решение гонять его еще безжалостнее и энергичнее, выразив надежду, что 'либо вы его прибьете, либо выработается сопротивляемость!'.
  Нервоз достиг апогея - Дарра прождали два лишних дня, когда, наконец, стоящий в дозоре на надвратной башне дроу, просигналил фонарем: 'едет'. Вот тут суета началась такая, что только ветер поднялся от бегающих туда-сюда маленьких хоббитов. Я попыталась сосчитать - сколько хоббитов тут носится. Получалось, три десятка, при условии, что слуг в замке было всего десять! Рявкнула на малышню и отдала четкие распоряжения, разогнав всю кутерьму. Хоббиты побежали исполнять приказы, на дворе стало тихо и дроу заняли свои места - двое по бокам от меня, один - скользнул за ворота, еще один - стоял наготове, на механизме, открывающем ворота. Хотя мне и самой тоже очень хотелось в панике побегать кругами по двору, или и проверить - как я выгляжу, держала лицо и стояла статуей ледяному спокойствию. Начать сейчас нервничать означает скомпроментировать себя перед воинами. Да, мы с ними даже слегка сдружились, если это можно так назвать, но мои чувства - это моя проблема. Выставлять их на показ перед дроу ниже моего достоинства.
  Тем временем, пока я думала о своем и тихо нервничала, всадники приблизились к воротам и, судя по всему, спешились. Слаженно, будто отрепетировав заранее, мы с дроу двинулись к центру мощеного двора перед замком. Сделали десять шагов, застыли.
  Ворота открылись, пропуская троих всадников, ведущих в поводу разгоряченных, хрипящих кошмаров. Видимо, они торопились, хотя и добрались лишь к позднему вечеру. От шкур хищников валил густой пар - разогрелась от гонки, которую им устроили хозяева, а на дворе стремительно холодало. Я сделала шаг вперед, склонила голову и наклонила корпус в максимально-учтивом для меня поклоне. Я приветствую не только своего мужа и гостей, но и хозяина замка. Охранники застыли изваяниями за моими плечами - им не положенно кланяться по протоколу.
  Гости, поклонившись в ответ, повели своих скакунов в сторону конюшни, куда уже повел верхового Дарра Младший. Все верно: если кто-то чужой попробует забрать кошмаров у хозяев, у него будет маленький и призрачный шанс пережить эту попытку - скорее всего эти гордые бестии откусят что-нибудь незадачливому идиоту, протянувшему к ним свои лишние конечности. А Младшего кошмар Дарра явно знал - обрадовался, как родному и принялся шарить у того по карманам куртки.
   Дарриэль, стоя в десяти шагах напротив, разглядывал скульптурную композицию 'приветствующая сторона', чуть склонив голову на бок. Торден и Шестой никак не реагировали на повышенный интерес лорда.
  Когда же гости, наконец, вернулись и, следом за Дарром, приблизились на расстояние пяти шагов, я, как хозяйка замка, поприветствовала прибывших:
  - Милорд, - мягкая, положенная по протоколу улыбка и наклон головы Дарру, - Уважаемые лорды, - полу-поклон и еще одна легкая радушная улыбка, - Я рада приветствовать вас в нашем замке, - еще один кивок-поклон, чуть дольше прежних, - Прошу вас проследовать в дом, к огню, - изящный шаг в сторону и плавный приглашающий жест рукой, - Вас проводят в ваши покои.
  Когда не знаешь, что делать и как себя вести в той или иной ситуации, значит ты не внимательно слушал наставников по этикету. Я же их слушала всегда внимательно.
  Гости, поклонившись мне и, отдельно, хозяину дома, удалились это - не официальная встреча, 'знакомиться' будем позже.
   - Милорд Дарриэль, ваши покои так же готовы и ожидают вас. Ужин будет подан в столовую через два часа, - я церемонно наклонила голову.
   - Миледи, я рад видеть вас в добром здравии! Не могли бы вы уделить мне некоторое время после окончания ужина? - Дарр, как выяснилось, этикет тоже знал хорошо.
   - Вы в своем праве, милорд. Где вам будет угодно назначить встречу? - вежливый интерес, слегка развернутые к собеседнику ладони, легкий наклон головы вбок - все прописано в десятках толстенных томах этикета и выучено наизусть за годы, проведенные в Колледже. Ох, только бы не сорваться, бесы вас сожри!!! Контролирую каждый мускул тела, демонстрирую легендарное эльфийское спокойствие...
   - В моем кабинете, моя леди, если вы не возражаете, и если вас это не затруднит.
   - Ни сколько не затруднит, мой лорд. Я прикажу растопить в кабинете камин к этому времени. Сейчас же, прошу меня извинить - меня ждут мои обязанности, как хозяйки замка, - кланяюсь дроу.
   - Конечно, миледи. Не смею вас задерживать! - Дарр элегантно и учтиво поклонился.
  Все, с реверансами на этом этапе покончено, осталось пережить ужин...
  Телохранители, пропуская меня вперед, посторонились. Я же спокойно и величественно ушла в сторону столовой. Дарриэль шел следом и, по ощущениям, высверливал в моей спине, в районе лопаток, взглядом пару дырок. Едва сдерживая желание увеличить между нами разрыв, я степенно дошла до столовой и, едва Петри закрыл за мной дверь, тихо-тихо, со свистом, выдохнула через стиснутые зубы. Торден тихо, шепотом, поведал, наклонившись к моей макушке:
   - Кажется я понял, что вы имели в виду, когда говорили, что у вас с лордом очень сложные и напряженные взаимоотношения...
   - И что же вы поняли, господин Торден? - я закрыла глаза, что бы не выдать своего волнения.
   - Вы боитесь его, миледи. И совершенно напрасно. Дарриэль - последнее существо в этом мире, которое вам может навредить.
   - Почему вы так в этом уверенны, сударь? - я по-прежнему не открывала глаза.
   - Потому что я знаю его, миледи, и немного смог узнать вас. Хотя многое для меня по-прежнему является загадкой.
   - Мы позже вернемся к этой загадке, если вы не против, - я, собравшись с духом, оттолкнулась от двери, к которой так панически прижималась спиной, и проследовала к замершим в нерешительности слугам - отдать последние распоряжения. Телохранители шли следом.
   - Конечно вернемся, миледи. И, должен предупредить: во время обеда мы так же будем присутствовать за вашей спиной. И да, все блюда будут проверены нами.
   - Вы не доверяете тем, кого привел с собой лорд Дарриэль? - я обернулась, чтобы посмотреть на дроу - меня несколько смутила такого рода подозрительность темного.
   - Я не доверяю никому, миледи! Пора бы вам это уяснить. Тем более, у меня нет оснований доверять старшим лордам моего дома.
  Рассеянно кивнула темному и отправилась проверять, все ли готово к приему гостей. Сервировка и все прочее были идеальны. Здесь я была в родной и знакомой стихии, и меня трудно было смутить. Дроу молча проверяли все холодные блюда, закуски и десерты, проверяли вина, фрукты, посуду и, с особой тщательностью, стулья и столы. Перетормошили и перенюхали все салфетки... Я доверилась их чутью и знаниям - тут я не помощник - с трудом смогу отличить по запаху только маленькую толику самых распространенных ядов, да и то не в еде, а в мензурке. Когда закончили с этим, пришло время проверить горячее и еще раз успокоить и сделать строгое внушение струхнувшим от наших действий хоббитам. За хлопотами время пролетело незаметно, не оставив шансов на праздное шатание и мандраж.
  Ровно в указанное время, ни минутой позже, гости прибыли в столовую в сопровождении слуг. Все проходило четко по протоколу. Церемония знакомства, вежливые расспросы о самочувствии, о погоде, о замке, застольные беседы на отвлеченные темы и сдержанные комплименты ужину и хозяйке. Перемены блюд и опять беседы. К концу ужина слуги уже валились с ног, а я героически сдерживала желание завыть волком. Успешно, надо сказать сдерживала. Телохранители, как и обещал Тордэн, проверяли мою пищу и напитки, вызывая тем самым сдержанно-благосклонное одобрение лордов, что привел с собой Дарр.
  Дарр в основном молчал, отговаривать тем, что дает шанс заскучавшей в одиночестве леди насладиться беседой, а лордам познакомится с очаровательной принцессой.
  Когда был съеден, обсужден и похвален десерт, а вино допито, я первая, показывая пример, встала из-за стола. Ужин окончен, леди устала. Лорды тут же поднялись и, еще раз поблагодарив за теплый и радушный прием, откланялись и, пожелав доброй ночи, удалились в сопровождении приставленных к ним ранее слуг.
  Меня уже пошатывало, когда Дарриэль, галантно взяв меня под локоть, сообщил Тордену, что они могут быть свободны на сегодня, и что моей безопасностью он сегодня озаботится лично. Опять поклоны, вежливые пожелания доброй ночи, и я, наконец-то почти свободна! 'Почти! На сегодня!' - ехидно добавила я про себя.
  Голова слегка кружилась - такого колоссального напряжения воли, как за прошедшие несколько часов, я не получала ни на одной тренировке. Дарр молча повел меня в сторону своего крыла, а я вяло переступая конечностями, молилась только о том, что бы дойти до конца лестницы... теперь - миновать эту бесконечно-длинную галерею... Еще лестница, два коротких коридора и дроу распахнул дверь кабинета, до которого я уже отчаялась дойти. Там, на столике, уже ждало нас красное вино для Дарра и эльфийское, настоянное на травах, для меня, стояли бокалы, жарко пылал камин... Дарриэль провел меня в сторону кресла, помог сесть, налил вина мне и, когда я приняла бокал, для себя. Постоял немного и, тяжело опустившись, сел на мягкий пуфик около меня. Мы сидели и молчали, глядя в огонь и попивая вино. Молчание затягивалось. Обоим было, что сказать друг другу, но оба ждали - когда заговорит другой. Теперь - его очередь, решила я для себя, стараясь не смотреть на мужа. Облокотилась на спинку кресла и молча пила маленькими глоточками вино, глядела на языки пламени, пляшущие за черной витой решеткой. Почти четыре месяца назад я так же сидела в этом кресле и смотрела, как огонь пожирает мой привычный мир...
  Из тяжких раздумий меня вырвал голос Дарра. Тихий и усталый голос эльфа, который в последнее время явно многое перенес:
   - Элли, простите, что не смог приехать раньше...
   - Я понимаю, Дарриэль, так нужно было.
  Опять неловкая тишина. От хриплого, низкого голоса темного по телу пошли мурашки. Как же я, оказывается, соскучилась по его бархатистому, с легкой хрипотцой, голосу... Вслух же, предельно ровно, следя за дыханием:
   - Вы закончили все, что рассчитывали?
   - Нет, не все. Многое еще предстоит сделать.
   - Понятно... Когда?
   - Не в ближайшее время. Сейчас я должен отдохнуть и подумать.
   - Гости к нам на долгое время прибыли?
   - Нет, на пару дней.
   - Они здесь для того, чтобы убедиться в моем существовании и узнать о моих дальнейших планах?
   - Да, - Дарр поставил бокал на столик.
  Я, спрятавшись за упавшей на лицо прядью волос, чуть скосила глаза на темного. Сгорбился. Локти уперты в колени, смотрит в огонь поверх сцепленных в замок рук... Впервые вижу его таким. Вымотанным и потерянным. Я поставила свой кубок, с едва отпитым вином, на столик рядом с его - свое он тоже лишь пригубил. Дарр проследил взглядом за моей рукой - на меня он тоже старательно не смотрел.
   - Что-то случилось, Дарриэль? - я, как не старалась, не смогла скрыть нотки беспокойства в голосе. Слишком сильно за него переживала, да и потрепанный, усталый вид темного тоже добавлял лишних сейчас эмоций, больно царапая сердце.
   - Да, новости не радуют, миледи.
  Вот как? Уже не 'мое сокровище'? Впрочем, ожидаемо - действие артефактов давно закончилось, и Дарр пришел в себя. Ему, наверное, сейчас еще более неловко находиться рядом со мной, чем мне. Я, помолчала и, по возможности спокойно, сделала глоток вина, чтобы справиться с севшим голосом. Когда это удалось, продолжила:
   - Если ваши вести могут подождать, то вы можете мне их поведать завтра, лорд Дарриэль, - мне удалось произнести это ровно и с ноткой сочувствия в голосе.
  Официально, да. А куда деваться? Нужно расставаться с иллюзиями как можно быстрее, поэтому я попыталась завершить столь тягостный для обоих разговор:
  - Сегодня мы оба устали, милорд. Вам необходимо прийти в себя и отдохнуть с дороги.
   - Да, вы правы, миледи, - Дарр по-прежнему смотрел лишь на огонь, - Гостей расположили в отдельном крыле?
   - Конечно, милорд. Из их комнат открывается прекрасный вид на горы за замком.
   - Хорошо. Я вижу, вы потихоньку начали приводить в порядок замок?
   - Да, милорд.
   - Вы хорошо организовали встречу и ужин, лорды были очень довольны. Они не ожидали, что их встретят здесь лучше, чем во дворце...
   - Благодарю милорд, я сочла своим долгом провести встречу на достойном уровне.
   - Благодарю вас, леди Элениэль.
  Темный встал и, поклонившись, учтиво предложил:
   - Позволите сопроводить вас до ваших покоев?
  Я, встав, поклонилась в ответ:
   - Благодарю вас, милорд.
  Все, обратная дорога стала сущим кошмаром! Дарр искоса разглядывал меня, как будто впервые увидел, а я шла, как по дворцовому парку, слегка придерживаясь за локоть мужа, держа подбородок ровно, и глядя прямо перед собой... И мысленно повторяла про себя, как мантру: 'в ящике стола - сливочная помадка, много помадки... Я дойду, дождусь, когда Дарр уйдет, и буду есть помадку. Вкусненькую, сладкую сливочную помадку, приготовленную хорошей, доброй Молли... А потом я не буду реветь в подушку, я - магистр и принцесса правящего Дома Высших эльфов!.. И у меня есть помадка!' Помогло. Даже когда Дарр, откланявшись, пожелал мне, в который уже раз за этот чудовищный вечер, 'ясной ночи', я нашла в себе силы с легкой улыбкой пожелать ему того же, и ровно войти в свою гостиную. Дверь темный за мной закрыл очень аккуратно, без шума. Я, ничего не видя перед собой из-за застилающих глаза слез, дошла на ощупь до стола, и принялась шарить в ящике заветную тарелочку. Там, чтобы этим 'охранничкам' икалось, лежало пять сухих и черствых конфет! Надкусанных! Эти бесы красноглазые поменяли мою свежую помадку на те, что я для них оставила на столе. Да еще и от себя добавили: столь же черствую, сухую и покусанную - пойди теперь разбери - где надкусанные мной, а где - ими?!
  Я со стуком поставила тарелку на пол, конфеты, с сухим стуком полетели веером. Да бесы с ними со всеми. И Дарра - туда же, за компанию, к бесам! Резким движением вытерла слезы, из последних сил добрела до спальни и, не раздеваясь, забралась на кровать. И тут меня уже накрыло с головой. Я не плакала, нет... Я ревела так, как ни разу в жизни до этого. Что там Милли и Тинни говорили - стоит влюбиться - сама догадаюсь?! Нет, спасибо, избавьте меня от такого сомнительного счастья! Лучше дайте зомби, или умертвий, я даже на некроманта уже согласна - с ними я знаю, что делать. Да хоть нечисть лесную, только подальше от этих... упырей. При воспоминании о Дарре едва затихнувшая истерика началась по-новой.
  Спустя какое-то время я поняла, что это уже ни какая не истерика, не-е-ет, это больше похоже на подбирающийся срыв. А с моим возросшим контролем... Это означает, что это - новая стихия. Проклятие! Рывком поднялась с кровати, и принялась лихорадочно вспоминать - что делать при активации 'Огня'. Я ведь почти не врала Тордену, говоря, что чрезмерные нагрузки приведут к этому. Умолчала только о том, что следующая стихия не 'Земля', а 'Огонь'. 'Земля' для нас, эльфов - последняя в круге магии. Я, срывая с себя на ходу платье, полетела в ванную комнату. Сдерживая и выравнивая дыхание, крутанула до отказа кран с холодной водой и залезла, сгорбившись, с головой под ледяную струю. Не помогает! Я не чувствовала холода, от меня пошел пар, а вода, успевающая набраться в ванной, стремительно нагревалась. Выскочила из ванны, метнулась в комнату - там куртка и штаны из жаропрочной кожи. Быстро, стараясь сдержать рвущуюся стихию, напялила одежду, застегнула, как смогла дрожащими руками, куртку, завязала узлом и спрятала мокрые волосы под капюшон, и рванула прочь из комнаты. Мой страх только питал пробуждение стихии, а справиться с ним я не могла!
  Схватила за бронзовую ручку двери и вздрогнула всем телом... Ладони светятся алым! Плечом толкнула двери - я не запираю их на ночь, мне некого тут бояться. Лестницу преодолела одним прыжком, используя леветацию. Бегом, босиком, оставляя цепочку горящих следов на камнях, через двор в полуподвальный тренировочный зал. Захлопнула за собой двери... Все, нужно выпустить огонь, пока я не сожгла саму себя. С болью, с криком, разрывая душу, стихия рвалась наружу, выжигая с треском воздух вокруг, врезаясь в каменные стены. Держать, держать контроль, не поддаваться зову огня, взять себя в руки, погасить панику... Воздух потрескивает от жара, каждый вздох, как глоток кипятка, камень под ногами нагревается. Держусь, сцепив зубы. Несколько минут, лицо и шею жжет, ступни на мгновение теряют чувствительность и, охваченные огнем, отзываются зверской болью... Еще чуть-чуть, еще одну-две волны боли выдержать... Вокруг ладоней, выставленных 'от себя', над сведенными судорогой пальцами, свечение превращается в первые, еще робкие и невнятные язычки пламени. Переворачиваю руки ладонями вверх, с усилием распрямляю пальцы, и над ними послушно формируется светящийся золотистым светом шарик. Сминаю его, вызываю снова, не обращая внимания на лопнувшую, пошедшую волдырями кожу и выступившую кровь... Чужая, не родная для меня стихия не дается в руки просто так, пытаясь сопротивляться. Еще попытка, и еще одна, пока вызов 'светлячка' не произойдет автоматически, подчиняясь воле и жесту. Хорошо! Готово, Первый круг контроля. Остальное - изучать, сидя над книгами, тренироваться и развивать... Все... Мягко стряхиваю свечение с кистей рук, отзываю, и гашу пламя вокруг себя, разрываю связь со смиренной стихией.
  Напряжение, сковавшее все тело, начало потихоньку отпускать, его место занимает Боль. Еще чуть-чуть, надо удержать сознание хотя бы минутку, или я просто тут задохнусь. Призываю 'Воду'. Под высоким сводом зала неохотно формируются тучки и начинается дождь. Влага, не долетая до разогретого пола, испаряется, чтобы вновь пролиться дождем. Пол под моими руками начал, потрескивая, остывать. Когда я успела осесть на пол? Не важно. Важно, что жжение в глубине груди сходит на нет, а на запрокинутое лицо падают ласковые капли холодного дождя, плавно перешедшего в крупные, медленно кружащиеся в остывшем воздухе хлопья снега... Я закрыла глаза и легла на пол, свернувшись калачиком и наслаждалась прохладой камня под щекой.
  Едва успела задремать, как меня начал тормошить кто-то, матерясь на языке темных эльфов, нагло переворачивать и щупать пульс на шее. Я вяло отмахнулась локтем от наглеца, пробормотав с жутким акцентом на языке темных 'оставьте меня в моей луже, тут хорошо и прохладно! Я тут посплю, если вы не против'. Руки, на мгновение оставив меня в покое, опять принялись тормошить, на сей раз подымая с пола, отрывая мою примерзшую одежду от каменных плит. Кто-то, пахнущий почему-то Торденом, прижал меня к груди и, шипя сквозь зубы проклятия всему племени безмозглых магов, потащил из уютного зала, хрустя тонкой коркой льда на подмерзших лужах.
   - Торден, ну я вас прошу, ну положите меня обратно, вам же не сложно? Там так хорошо было, холодно... Не трясло...
   - Леди, я вас сейчас куда-нибудь в другое место... положу, договорились? Пока вас кто-нибудь другой не нашел, и пока у вас болевой шок не прошел... Вы скандал - хотите?
   - Не плохо было бы... Только если я сама его устраиваю, ладно?
  Темный, двинувшийся на выход из зала, держа меня на руках, фыркнул и сделал верный вывод:
   - Что, допекли вас сегодня?
   - Ага. С детства приемы ненавижу!
  Глаза открывать было трудно - кожу на лице пекло, голос сипел. Я спросила темного:
  - Торден, я сейчас - красавица, да?
  Темный опять фыркнул и честно признался:
  - Не то слово! Но мазь от ожогов есть, лекарства для вас подготовлены, пока метался под дверью маг-зала и думал, что делать... 'Земля' у нее, понимаешь ли, следующая! - проворчал темный, сворачивая 'тайными тропками' в неизвестном мне направлении, - Как не стыдно так нагло врать-то было? Высший эльф, принцесса, маг!
  - Я и не врала, я только не все сказала! Сначала - 'Огонь', а последняя - 'Земля'. Они - самая сложная для меня. Что, книжку нужную нашли? - подколола я воина.
  - Нашел. И принял меры. Заказали галлон мази для вас. И вашу одежду для тренировок пропитал специальным составом... Вы, кстати, не желаете узнать, что с вашими волосами?
  - К троллям подробности, сударь! Просто скажите - есть ли у меня волосы?
  Дроу засмеялся и, сделав эффектную паузу, ответил:
  - Есть, и даже в хорошем составе! Ну ресниц почти нет, и брови забавно выглядят... В целом вы сейчас... Зрелище для стойких духом. Но волосы - на месте, уверяю вас.
  - Дайте угадаю, вы еще и в крема, и в ополаскиватели для волос что-то добавили?
  - Именно. А еще во все шампуни, мыла, духи... Так что пострадала только кожа на руках и лице, ступни. Да и то не сильно, местами.
  - Сами догадались добавить? - я разлепила-таки один глаз. Болели глаза нещадно, а кожа отозвалась таким зудом, что я зашипела. Контроль это, конечно, хорошо, но если тормошить тело, боль прорывается.
  - Нет, лорд Дарриэль в письме подсказал и рецепт, и решение.
  - Оооо!.. Так вы все-таки на меня жаловались, сударь?
  - Конечно, леди, а как же? Вы же временами ведете себя просто несносно! Должен же я хоть кому-то пожаловаться на вас?
  - Ну тоже верно, - примирительно заметила я, - А вы вообще куда меня несете? - я скосила глаз и огляделась вокруг, - Это не похоже на мои покои!
  - К супругу, куда же еще? Сами вы сейчас, со своими руками, банку с мазью не откроете, и бинты не сможете наложить. А я этим заниматься не намерен!
  Я задергалась на руках.
  - Ээээ неееет! Лучше я так... Как нибудь... Сама! Дня четыре-пять отлежусь и буду, как новенькая!
  - Хватит дергаться, Дарриэль вас не съест! - шикнул на меня темный.
  - Да вы его просто плохо знаете! Еще как съест! - я попыталась пошутить, но воин шутку не поддержал. Опять на меня шикнул.
  - Не шипите на меня! И оставьте лорда в покое, он устал!
  - Лорд уже почти час, как для вас все подготовил. Я его по тревоге поднял, когда вы светящейся кометой через двор летели!
  Я тихо выругалась сквозь зубы.
  - Кто еще заметил?
  - Никто. Я замок по периметру, по крыше обходил - заметил... А все остальные - счастливчики, и спят по своим кроваткам... кроме нас с Дарром!
  Торден, перехватив меня, постучал в какую-то деревянную панель в коридоре. Она отъехала в сторону и из темноты высунулись две руки, в которые он меня и передал, с облегчением выдохнув: 'Все, Дарр. Я пошел, разбирайся с ней сам!' и очень быстро удрал.
  
  
Глава 4.
  
  Рацек-охотник
  
  Рацек шел лесом. Если дичь идет дорогой, догонять её надо лесом, не верите? Зря! Во первых, дичь Рацека - колдун - и ему не надо знать, что за ним идут. Во вторых, Рацек родился в лесу, вырос в лесу - в лесу он дома. Колдун устанет, разведет костер, выставит свою колдовскую охрану и завалится спать. Сколько он их таких уже положил? Чародеев, магов всех мастей, вот теперь колдун... Все они одинаковы, надеются на свою силу, не ожидают от нее подвоха, а зря. Мудрые люди говорят, что такой, как Рацек, один на сотню лет рождается, ну да ладно.
  Колдун действительно сошел с дороги верст через десять, правда костра жечь не стал, да и охраной не озаботился, просто отошел от дороги саженей на пятьдесят, да и сел под кустом на полянке. Глаза закрыты, но сам сидит такой, подобранный, как вроде прыгнуть с места собрался. Рацек обошел его кругом, и ничего! Ничего вообще! Ни охранных контуров, ни следов силы. Давить нечего! От колдуна тянет тихонечко, но от них всегда тянет. Пора, наверное. Вышел из подлеска - тихонько, ни веточка не хрустнет, ни птичка не вспорхнет - и направился к цели. Чуток сбоку, для того чтоб лицо видеть и если глаза откроет на самом краю оказаться, если что - шмыг в кусты, и там лови ветра в поле, а Рацека в лесу! Но это на самый крайний случай, а так никуда он уже не уйдет от него. Подходил противу заката, там само солнышко поможет, ежели чего. Тесак в руке, веревка во второй. Рукоятью оглушить, веревкой связать, и к местному корольку на поклон, мол: 'Вот дичь! Давай награду!'. Оставался шаг. Последний. Рука с тесаком уже взмыла вверх...
   - Жить хочешь? - Спросил колдун, не открывая глаз.
   - Что? Да я! - Рацек аж поперхнулся.
   - Если жизнь дорога, медленно опусти руку, отойди на шаг назад и положи веревку и оружие, - колдун открыл глаза.
  Странные глаза - один голубой, второй зеленый, как у соседской кошки в далеком детстве, она еще мышеловка была, за то мать её и прикармливала... И тут Рацек почуял, почуял силу. Тихую, спокойную - прямо внутри себя, напротив сердца. Но оттого и страшную, что проглядел. 'Как? Когда?'
   - Как же это? Как же так?! Что ты сделал?
   - Если успокоишься и положишь оружие - останешься жить. Выполняй, что велено.
  Его спокойствие убивало всякое желание спорить. Рацек сделал шаг назад, швырнул веревку, а тесак аккуратно положил справа... 'Ну а что? ну а вдруг?'
   - Теперь подойди и сядь.
  'Ага вот и не вдруг. Ладно, я тебя руками придушу если что!' - подумал Рацек, сделал шаг вперед и присел напротив странного типа.
   - Ты жив потому, что мне нужен. Ты хорошо ходишь, я тебя заметил всего час назад. Ты хорошо чувствуешь магию. Ты слабо к ней восприимчив. Слушай внимательно, делай как велено, останешься жив и станешь богаче, - а странные глаза говорили: 'Как ты себя поведешь, забавный зверек? Поиграем? Я - кошка, ты - мышка!'
   - Сделку с таким, как ты, я не приму, ты враг! Таких как ты, я давлю! - Рацек знал, что в такой ситуации надо соглашаться на все, а потом всаживать нож, и желательно в спину. Да и сделки с простыми людьми эти твари не признают, но иногда, редко, даже платят, и даже оставляют в живых, чтоб охотники не переводились. Шанс паскудный, но он есть.
   - У тебя нет выбора, и такие, как ты, шкуру и золото ценят превыше прочего.
   - Таким как я надо зарабатывать на жизнь! Тварь ты эдакая! Не тебе, убийца, меня судить! Ты мерзкая погань! - 'Ой, а не перегнул ли я палку? А вот возьмет да и спустит ту беду что, напротив сердца усадил, с поводка. И тогда - был Рацек, да нет уже Рацека.'
  Колдун молчал и ждал, а Рацек, решив попытать счастья, 'пошел на попятную':
   - Ну добро. Скажи что тебе надобно. Небось крови детей малых не затребуешь, а там мож и сговоримся.
   - Нет, эта дрянь мне без надобности. Требуется передать одну вещь, одной личности, задание простое, но путь не простой. Вещь будет заговорена на тебя, пока не отдашь, а отдать абы кому нельзя - умрешь, рассказать о ней нельзя - умрешь, самому посмотреть нельзя - умрешь. Когда передашь - тебя наградят. Но чтоб идти не скучно было... сколько там за меня живого ваш местный 'владыка' давал?
   - Десять золотых.
   - Аж десять! - восхитился колдун, - Во дает! Дурак! Людей на смерть за такие гроши посылать! Ну уже наверняка увеличил награду, ты у меня уже третий от города, и первый пока живой. Охотников - меньше, награда - выше. Вот тебе пятьдесят. - Он швырнул увесистый кошелек на землю между собой и Рацеком.
   - Это на дорогу. Вот тебе вещь. - Небольшой сверток из простой мешковины, запаянной сургучом по краям, полетел сверху на деньги.
   - Пойдешь на северную оконечность хоббитского Долла, там в горах найдешь замок. Имя его потеряно, но назывался он 'Замок заката', это так, для справки, под ним никто его уже не помнит. Найдешь эльфийку, с золотыми волосами - раз увидишь, не спутаешь уже ни с кем, отдашь сверток, дождешься когда вскроет, при тебе или нет, неважно, просто не отходи больше чем на версту от свертка, заберешь награду и свободен. Дорога долгая, дорога сложная, сроку тебе 3 года на все. Почему так много? Потому что её может там не оказаться, за ней идет славная охота, прийдется искать, если она умрет до того, как ты передашь посылку - ты труп. В твоих интересах её найти быстрей. Если ты что-то сделаешь не так, тварь под сердцем шевельнется - не приятно, но не смертельно. Если ты продолжишь поступать неверно, она тебя убьет. Это мелкий демон - по вашему, у него своя воля, но подчиняется он мне, эльфийка его прогонит, когда откроет сверток, даже если не захочет, все равно прогонит. Демона не убить, ну задавить-то его, конечно, можно, но перед смертью он заберет тебя с собой. Все понял?
   - Да че уж тут не понять? Слушай, а убей меня прям здесь! Че тянуть-то? Это ж ты мне через земли белобрысых идти предлагаешь? Они меня так почекрыжут, что смерть от разрыва сердца мне покажется детским лепетом! А то еще в 'работники' определят, что в тысячу раз хуже. Не, не пойду! Валяй, отдавай команду своей твари!
  Колдун глядя на Рацека поднялся, отвернулся и пошел в сторону дороги.
   - Ты куда? А умирать? Нет уж! Стой, скотина!
  Рацек повернулся к тесаку. И протянул руку.... Когда он очнулся, уже светало. В груди еще неприятно шевелилась тварь, но было не так больно, как вчера, так как вчера ему давно больно не было - с той памятной вылазки к эльфам, где он потерял глаз. 'И далось нам тогда эльфийское золото?.. И вообще, о чем я думаю? Я труп! Труп! Который знает об этом! Ходит! Но все равно - труп!.. То задание, что дал колдун, выполнить невозможно! Точка. Большая жирная точка в жизни охотника на магов Рацека, что рождается раз в сто лет. И все-таки как же он так меня? Ни у кого не удавалось! Ни у кого! Как щенка, ей богу. Лара, Лара, не дождешься ты Рацека, не будет у вас своего дома, своей земли, кончилось, все кончилось. И все эти чванливые отпрыски магических наук погибли зря! Вообще все зря!'
  Рацек упал лицом в траву, покрытую холодной, жгучей рассветной росой. Тварь шевельнулась в груди, напомнила: 'Надо идти!'
  
  Спальня в доме, Лара сидит на краю кровати. В серебристых волосах играет луч рассвета.
   - Я самая неумеха, по нашим меркам, мать меня отдаст. Но потребует доказательств, что ты меня не в халупу ведешь. Нужно крепко стоять на ногах, чтоб с ней сговорится. Рацек, я хоть и слабая, но провидица, я вижу, что ты сюда вернешься, не знаю зачем и когда, но то, что вернешься, это точно! И я верю - ты прийдешь за мной, и уведешь меня в странный мир людей. Я могу ждать долго, мы долго живем, но у тебя нет столько времени. Тебе надо уходить. Сегодня. Сейчас. Мать увидит. Она долго в неведении о том, что в её доме происходит, не останется. И тогда тебе будет плохо. А её силу ты уже понял. Твой амулет на столе в гостиной. Иди, только вернись. Вернись за мной.
  Новолуния он так и не дождался, когда из трех лун осталась на небе одна, да и та ущербная, он тихо ушел на рассвете. Пошел в людские земли, пошел зарабатывать на выкуп Лары у сварливой матери.
  
  'Дааа вот незадача! Третьи сутки под боком белобрысые. Надо пройти дальше. И ведь НАДО! Тварь дает о себе знать все чаще. Гонит.' Как пройти, Рацек не знал. Он только разъездов и патрулей насчитал почти дюжину, да как грамотно поставлены! За одним он уже проходил в глубь на три версты, но нарвался на встречный разъезд, и как его гнали! Страшно было, аж жуть! Белобрысые гнались молча и неутомимо. Но! Они временами его теряли! Раз за разом, стоило чуть оторваться и замереть, они как будто сбивались со следа. Нет, следов-то, он и так не оставлял, все же лесовик, да и разрыв держал порядочный... Но стоило замереть, и его принимались беспорядочно искать. Стоило сдвинутся и его как будто начинали видеть, прям сквозь чащу и расстояние. Страху натерпелся, как ни разу за свою жизнь. Эти же не убьют, по крайней мере - не сразу, эти вволю поизмываются, а фантазии к этому делу у них - хоть отбавляй!
  Тварь опять уколола рядом с сердцем. Рацек пожевал последний кусок вяленого мяса и понял: 'Если не сегодня, то никогда! Придется вернутся за припасами, а дрянь в груди не даст ему отклонится от курса, свалит жуткой болью и вынудит идти прямо в лапы к дроу. Вариантов нет!' Он поднялся, критично осмотрел поляну. 'Через час никто и не узнает, был тут кто-то, или нет. Пора. Рассвет. Самое вялое у дроу время, как были ночными, так и остались. В темноте как кошки видят, а с рассветом, что малые дети. Но это не надолго, встанут те, кто отдохнул в ночь, и граница опять будет заперта как на гномий замок. Опять рассвет, опять идти, третий раз уже, судьба-шутница...'
  Шел быстро и не сильно скрываясь, чем больше он пройдет за час, тем меньше ему потом красться перебежками. 'Хорошо хоть лес тут густой. Кустарник опять же. Был бы бор, и все - приплыли, хотя и так затея безнадежная. Почему же они его теряли?' Так размышляя он и наткнулся на белобрысого, прям вот лицом, можно сказать, к спине. Тот стоял и старательно что-то приматывал к ветке - ловушку что-ли мастерил? Рацек видел их ловушки - не сильно замудренные, но убийственно эффективные и хорошо замаскированные - если бы не детство и юность в лесу, попался бы как пить дать. Размышлять было некогда, да и его присутствие явно заметили. Дроу молниеносно выхватил кинжал, но тесак у горла дальнейшие действия пресек.
   - Тихо, не буянь малец! - То, что дроу молодой, совсем зеленый, было видно - не попался бы опытный так легко, да и явно не воин, его снаряжение не состояло из узких длинных мечей и гибкого хитрого доспеха. Скорее это была добротная дорожная одежда из мягкой кожи.
   - Ты мертв! Ты кусок мяса! Человеческий выродок! Если ты прямо сейчас не уберешь свою нелепую железку от моего горла, ты умрешь такой смертью, что заплачут небеса над твоим трупом! - Дроу было страшно. Страшно и стыдно. Он попался человеку! Это приговор. Это позор! Это конченная жизнь и карьера. Человека, конечно, убьют - за такое убьют страшно, но ему теперь не отмыться никогда. И плевать что он некромант 4 круга, и ни разу не воин. Такое не прощают ни одному из темных.
   - Слушай. Вот зачем ты меня так пугаешь? Я и так боюсь, что жуть! Видишь у меня руки дрожат - ну как отрежу тебе ченить? Ты лучше помолчи и послушай. Ты облажался, так? Так. Твоя судьба не лучше моей, так? Так. Твоя при этом еще и длиннее. Рано ли, поздно меня грохнут, а ты будешь жить с клеймом. Так? Так. Мне надо пройти к горам, не спрашивай зачем, я под заклятием, не могу сказать, вот прям умру если не пройду. Ты меня проведешь, мы расстанемся и все довольны, я жив, честь твоя не задета. Как тебе?
   - Никогда. Я буду опозорен, но не пущу врага в страну, - уперся белобрысый.
   - Да никакой я не враг, я долбанный бисов почтальон, я посылку несу, - тварь предупреждающе шевельнулась в груди.
   - Как ты это представляешь?! Да тебя раскусят сразу! - 'Дроу обсуждает варианты! Получилось!' Рацек, вне себя от радости, чуть не опустил тесак.
   - Ну ты же не почуял? Вот и они не почуят. Где вы трупы собираете?
   - Тут не далеко, - удивленно сказал дроу.
   - Вот и ладненько, провожаешь меня аккурат к трупешникам, желательно к тем, что ближе к северу едут, а рядом с хоббитами я сойду.
   - Ты сумасшедший... Но пошли, лучше если тебя найдут там. Убери железку, я клянусь, что доведу тебя до повозок и не выдам.
   - Вот и ладненько, вот и договорились, - Рацек убрал, тесак.
  И сел прямо на траву. Клятва темных нерушима, нарушить клятву они себе физически позволить не могут. Почему? Да бис их знает! Нелюди же.
   - Как же все таки я вас боюсь, белобрысы черножо...- Вовремя остановился он - не хватало еще, чтоб у юнца появился лишний повод его грохнуть.
   - Какие вы все таки жалкие! Людишки, - заявил враз осмелевший дроу, - Пошли. Что расселся? - и дроу зашагал по лесу.
  'Дроу собирают трупы, трупы людей. Им нужна рабочая сила. Почему дроу не поднимают всех и не заставляют идти своим ходом? Все просто, кто поднял, тот и хозяин, а у одного дроу ресурс на поддержание зомби ограничен, а это значит, что тот, кому нужны зомби должен быть на границе, а это не разумно, потому как основной потребитель это строители, алхимики и прочие 'полезные' профессии, которым по опасным границам шастать не досуг. Вот и везут им свежих покойников с доставкой 'на дом'. План созрел как говорят, 'с перепугу'. План безумный, подстать походу. Повезут в Пирамиду, повезут быстро, значит по короткому пути - старые карты он еще в королевском архиве изучил, еще там, на юге, до всего этого. Значит, впритык к Доллу, значит, надо попасть в караван! Еесли дроу не дадут пройти человеку, пусть дроу везут человека, а пару дней он сможет пролежать без движения, чего уж там.'
  Если вы думаете, что у темных все охраняется и все контролируется, вы глубоко заблуждаетесь. У них очень многое построено на личных качествах и старательно культивируемом страхе для любых не-дроу. Известно, что один воин дроу сможет раскидать людской отряд среднего уровня подготовки, поэтому в разъезде их от трех до одиннадцати, от уровня опасности. Известно, что дроу ненавидят людей органически. Поэтому, даже в неглубоком тылу, особой охраны нет, есть патрули, но патруль, завидев некроманта с зомби, даже не подумает поинтересоваться, а зомби ли оно? К тому же, вопреки людским легендам, отнюдь не каждый дроу обладает даром к магии смерти. И распознать подмену становится мало вероятно, и только случайность может позволить выявить такой противоестественный союз. Так оно и вышло. До повозок добрались спокойно. Возле самих повозок стояло двое зомбей призванных распугивать ворон, с чем они с переменным успехом и справлялись. Больше никого.
   - Помоги стащить пару трупов, - Рацек решительно подошел к крайней повозке.
   - С чего это? Я тебя привел? Клятва выполнена. Дальше сам. - Дроу стоял и нагло улыбался.
   - Ты сказал: 'не выдам', если ты сейчас не поможешь, считай, выдал! - Рацек остановился и посмотрел на ухмыляющуюся черную рожу в упор.
   - Хм. По сути - верно... - дроу явно решил затеять дискуссию по поводу клятвы и её трактовки. Потянуть время.
  И тут случилось то, что предвидеть ни мог ни Рацек, ни Дроу, ни даже тот, кто внимательно следил из кустов за труповозкой и компанией рядом с ней - поднял голову один из трупов на повозке. И заговорил. Само по себе, явление ординарное, упыри и прочая нежить вполне себе разговорчивая - при первой свежести, когда органы соответствующие еще целы, да легкие могут качать воздух. Но только не трупы, поднятые по канонам дроу! Эти просто инструменты, куски плоти... А то, что это труп, сомневаться не приходилось - хотя бы по тому, что в вытекшей глазнице торчало черное древко стрелы, с красным оперением. Такие стрелы дроу из трупов не вытаскивают, ибо бессмысленно - переднюю часть древка, как и наконечник, разорвало внутри черепа несчастного в мелкую щепку и на острые сегменты - после такого не говорят и не ходят, а смирно лежат и ждут погребения или некроманта... Знал это Рацек, знал это дроу, знал это невидимый наблюдатель... Дроу еще и не чувствовал в нем не-жизнь, до данного момента: то есть лежал себе вполне нормальный такой труп, а тут раз и 'встал', даже сильнейший некромант тратит время на подьем, и колоссальную энергию, а тут щелк - и все.
   - Я Лора... - пауза - Твоя богиня... - пауза, видимо лежащий сверху труп сильно давил на спину этому 'живчику', - Я беру, этого.... человека под свою защиту... Это мертвое тело... будет моим посланником... ты же, Иран... будешь ему опорой... и защитой, до той... поры пока он... не покинет земли... моего народа... забудь месть... богам нужен он... и его дело.
  Ну и мертвое тело начало предпринимать попытки выбраться из под товарищей по несчастью. Сказать, что дроу обалдел? Не-е-ет, это будет слабо сказано! Он стоял, вытаращив алые глаза, с отвисшей челюстью, и пытался разложить в голове творившуюся там кашу. Труп встал - встал так как он, по определению, не может встать. Он хоть и слабый, но некромант, он учится в Академии, там он видел многое, в том числе массовое поднятие десятков трупов, он знает, как это тяжело, и знает, сколько времени это занимает. Так, как сейчас, просто не бывает. То, что богиня смерти говорит через мертвые или умирающие уста, это вообще канон, но говорит-то она только с жрицами! На худой конец - с женщинами. Мужчина недостоин слышать глас богини, это также канон. Но с другой стороны, она же богиня учит: 'Лишь то является отклонением от Закона - преступлением, что стало достоянием большего числа детей моих, нежели один'. Значит, так как он один свидетель, и ему, естественно, никто не поверит, закон соблюден. Идти против воли богини, ему даже не пришло в голову, как она мстит - известно многим, целые сильные семьи, да что там, целые народы исчезали с лика мира от её гнева. Достаточно того, что завтра труп на службе заявит жрицам, что сие дитя сошло с пути и недостойно жить. Не будет ни его самого, ни его и так не самого выдающегося Дома, их просто сотрут. Он подобрал челюсть и посмотрел на человека. Рацек стоял подобравшись и недобро глядел на барахтающееся тело в повозке.
   - Мож его - того? Голову срубать? Че это он? - Рацек потянул из за пояса тесак.
   - Не сметь! Он посланник! Он свят! - Дроу заступил ему путь к трупу, - Слышал же - ты под его опекой. Он тебя защищать теперь и оберегать будет... И видимо я... - Дроу из-под лобья зыркнул на человека, и быстро отвернулся к повозке, - Помоги его вытащить.
  Рацек подошел к повозке, где творилось нездоровое по его мнению оживление, которое следовало немедленно прекратить. И сторонясь дергающихся рук покойника, помог сдвинуть его собрата сверху. 'Живчик' вывалился, но тут же поднялся и встал по стойке смирно. 'Как на параде прям. Только стрела картину портит.' - подумал Рацек.
   - А вообще я от жрецов слышал, что не важно, в какого бога верить, плохо когда ничего святого у человека нет. Но тут я че-то сомневаюсь. Мож ну его, святого этого? А? - Рацек явно освоился в ситуации и кажется даже начал получать некое от нее удовольствие. Убивать его теперь не будут, это точно, оберегать даже начнут, похоже. О таком развитии событий он и мечтать не смел.
   - Нельзя. Думаешь, мне ты нужен? Или твоя миссия сверх важная? Богиня сказала свое слово, я должен ему следовать. Все. Точка. Ты хотел на повозке до Долла добраться?
   - Ну типа того. - Рацеку не понравилось как ухмыльнулся дроу, тот похоже, тоже уже пришел в себя.
   - Ничего тупее никогда не слышал! Это не возможно! По дороге минимум пять патрулей и две заставы. Там не такие как я - там опытные бойцы, 'Вороны', и выкупят тебя мгновенно. Пойдешь со мной, я тебя провожу, говори куда тебе.
   - В горы... в замок... там. Этот... Заката, кажись.
   - Ничего о таком не знаю, но старых крепостей в горах десятки, тебе на север от Долла?
   - Да.
   - Ну поищем. Что делать-то? Не дорогу же спрашивать. Радуйся, человек. Я теперь дезертир, меня казнят, как вернусь.
   - А богиня?.. - Не понял Рацек.
   - А что богиня? Богиня сказала - я делаю, ну умру, ну казнят, теперь весь мой остаток жизни - это ты человек, этот зомби и то что я в этот период сделаю - это важно, остальное нет.
   - Суровая она у вас баба, - с невольным уважением протянул охотник.
  Дроу поморщился, но ничего не сказал.
   - Я припасы возьму и пойдем, ляг рядом с трупами, и не отсвечивай.
  Рацек улегся, сначала на спину, потом глядя на стоящего над ним по стойке смирно посланника отвернулся от него на бок. Было тихо, только противно пахло свернувшейся кровью. Знакомый и такой мерзкий запах.
  Шли днем, дроу явно от этого страдал, а 'живчик' портился и начинал вонять. На третий день, когда отмахали прилично от границы, дроу достал из сумки маленький котелок и уселся в тени.
   - Собери хворосту, надо бальзамирующий состав варить, а то посланник нас вонью выдаст, да и развалится он так скоро, хвала богам хоть насекомые не селятся в не-мертвых.
  Рацек пошарил по округе, и набрал охапку. Майское солнце палило нещадно. Он присел на поваленный ветром замшелый ствол, и бросил охапку хвороста под ноги. Накатила тоска - жуткая, неизбывная. Куда он идет? Зачем? Даже если золотоволосая эльфка там, даже если ему удастся передать ей сверток, даже если она его не убьет - что сомнительно - любви с эльфами у людей особой не было, разве что с лесными, но те как бы и не эльфы вовсе, так дикари... и даже если ему заплатят вдосталь, он просто не сможет вернутся. Сейчас ему помогает этот полоумный фанатик своих богов. А когда он завершит миссию? Все, он не нужен, вон дроу - тоже в расход, а уж по своему поводу Рацек тем более иллюзий не питал. Этот 'живчик' еще, ходит, мертвечиной воняет как будто, и так - не муторно.
   - Эй! Покойничек! Взял бы хворост - донес до костра, для тебя же, будь ты трижды неладен, стараюсь.
  'Живчик' всегда смотрящий на Рацека своими немигающими помутневшими глазами (то еще, кстати, развлечение), покорно нагнулся, поднял хворост и выпрямился обратно.
   - Мне... тяжело... - С знакомым уже придыханием проговорил он.
   - Что тяжело? Хворост? - спросил остолбеневший Рацек.
   - Говорить.... и упра... управлять... я еще .... еще учусь
   - Кто учится? - не понял Рацек.
   - То что... внутри... внутри тебя...
   - Так. Ты очень даже снаружи! Прям весь! Что ты несешь... - и тут до него дошло - Демон? Демон, что сидит внутри? Ты - это он, оно?
   - Да... надо... вернутся... подозрения... идем...
   - Ага, да, надо, потом поговорим да? - Но демон уже замолк, то ли действительно ему тяжело было и он выдохся, то ли решил, что хватит с Рацека лекций на сегодня.
  Рацек прямо воспрял духом, он знал - если враг говорит, есть надежда, убийца убивает молча, только тот, у кого есть интерес, начинает говорить. И он сильно сомневался, что у демонов это как-то по другому.
  Дроу, увидев, что посланник богини тащит дрова, даже встал, бросив свои зелья и травы.
   - Он.., он... он тебя слушается!?
   - Оказывается - да! Сам не ожидал. Я пошутил, а он взял и потащил, - Рацек обернулся к 'живчику' и скомандовал, - Сюда ложи, - и показал на место на траве рядом с некромантом.
  Живчик послушно подошел и кинул хворост под ноги дроу, и тут же повернулся к Рацеку и продолжил буравить его своим мертвым взглядом.
   - Иди, сядь под дерево, - распорядился Рацек
  Труп медленно, но уверенно отошел и сел под ближайшее дерево. После такой демонстрации дроу даже с каким-то уважением посмотрел на человека, и возобновил прерванное занятие.
   - Слушай, - Рацек присел рядом с дроу и начал ломать хворост, - А твои что, тебя совсем не чуят? Идем как по дороге, спокойно так. И никого. Я думал тут на каждом шагу засада.
   - Нет тут никаких 'засад', неужели ты думаешь, что вас, людишек, кто-то воспринимает всерьез? Да на границе с эльфами гарнизон в сто крат серьезнее, хотя мы и в союзе, просто угрозы не сопоставимые. Да и не слышат меня, я только учусь, силы через меня мало течет. Все равно как ручей в лесу обнаружить - пока не наткнешься впритык - не услышишь, другое дело водопад...
   - Понятно значит, недоучка. Ну тут оно, конечно, к лучшему. А я? А наш 'святой'?
   - Ты удивительно 'тихий', как мертвое дерево - ни смерти, ни жизни, как будто нет тебя вообще, только когда двигаться начинаешь, зона 'тишины' перемещается за тобой, а вот это - странно. Видел чтоб сухие деревья по лесу ходили? Нет? Вот то то и оно. А он, - дроу кивнул на 'святого', - Он вообще странный - когда двигается вроде нежить, когда замирает, как сейчас, вроде и просто труп, а кто трупы искать будет? Их в лесу знаешь сколько? А то, что труп человека, так это только магистры определить смогут, а магистры, как ты уже наверное понял, по людским границам не шастают, - дроу, рассказывая это Рацеку, продолжил перебирать скляночки, выцепляя нужные, - Так, что нас поймать можно только в движении, да и только, если искать специально. Меня, конечно, уже ищут, но не в трех же днях пути на северо-запад. Здесь поселений нет. Ловить тут нечего.
   - И вот вся эта земля, она просто не заселена? Зачем вы её удерживаете тогда? Тут же столько, столько, - Рацек аж захлебнулся от эмоций, обведя шальным звором пространство вокруг, - Тут же так развернутся можно! Поля, фермы, города, а там же болота и гниль одна, - он кивнул за спину на восток.
   - Да держим, а что прикажешь? Вас сюда пустить? - с ехидством предложил темный, - Как ты думаешь, если эта зона отчуждения будет уничтожена вашими фермами, городами, как много времени пройдет, пока расплодившиеся людишки начнут всерьез угрожать столице? Десять лет? Двадцать? Пятьдесят? А сколько продержатся хоббиты? Как скоро в Долле поставят свои косые халупы ваши фермеры, а дома хоббитов приспособят под погреба? Не думаю что долго.
   - Так вы что полуросликов защищаете? Во насмешил-то! Грозные дроу охраняют полуросликов! - издевательски захохотал Рацек.
   - В том числе, в том числе, - дроу отвернулся к костру и принялся помешивать ставшее окончательно черным, густым и вонючим варево.
  Разговор явно был окончен, Рацек расположился в теньке огромного клена, и мгновенно, по старой привычке воина, уснул.
   - Вставай, нужна помощь, меня посланник не слушается, - Рацек открыл глаза, перед ним стоял дроу, с распространяющим вокруг себя миазмы котелком в вытянутой в сторону руке. Видать и его пробрал аромат варева!
   - Вона как! Эй, посланник! Поди сюда, нежить вонючая!
  Затем Рацеку пришлось лицезреть самую неприятную процедуру в его жизни. Внутренности 'посланника божьего' были извлечены на свет. В вены при помощи специального маленького насоса залита дрянь из котла, гнойники взрезаны и вычищены, извлечена, наконец-то, стрела, а дыру в глазнице попросту заменил камень. Впрочем от этого 'выразительный' взгляд трупа ничуть не потерял, а местами даже и приобрел - теперь под определенным углом к свету камень отблескивал, что создавало иллюзию лихорадочного блеска в глазах. А рано утром двинулись дальше.
  
  
  
Глава 5.
  
  Элениэль Аллиан Тинвэ.
  
  Дарр, прижимая мое тельце к груди, быстро пошел куда-то вглубь очередного перехода. Когда по глазам неожиданно ударил свет, я зажмурилась - в комнате, куда меня принес дроу, было слишком светло, и кроме неясных цветных пятен, ничего не успела рассмотреть.
  Дарр бережно меня сгрузил куда-то - видимо, на диван, и отошел в сторонку, любуясь. Я смело повторила:
   - Я - красавица! Знаю, как выгляжу - не надо комментировать, магов-огневиков молодых не раз видела...
   - Да я и не собирался, - протянул насмешливо мужчина, - Я думаю, что с тобой, счастье мое, делать.
   - Я Тордену уже предлагала: вернуть обратно в мою прохладную лужу и там оставить. Там темно и хорошо! И не бурчит никто...
   - Ну раз ерничаешь, значит в порядке.
  Я бы покивала, но шее, похоже, тоже досталось - ворот куртки я, помнится, не смогла застегнуть.
  Прохладные пальцы коснулись ожога на щеке, причиняя резкую боль. Я зашипела и пообещала 'откусить лишние щупальца'. Дроу лишь хмыкнул. На какое-то время меня оставили в покое, и я даже успела задремать, когда моих губ коснулось что-то прохладное - кромка бокала, явно с какой-то гадостью. Запахов я сейчас тоже не различала, и протестующее замычала, на что дроу ласково предложил 'зажать нос, как в старые, добрые времена.' Деваться некуда - с учетом того, как зудит кожа на носу - то еще будет удовольствие. Послушно разлепила растрескавшиеся губы и выпила предложенное. Гадость горькая, противная и знакомая по временам тренировок в Академии - 'противовоспалительное, обезболивающее. Усиливает регенерацию и предотвращает лихорадку'. Нам такое же примерно давали, когда кто-то получал обширные ожоги или обморожения. Та-а-ак, где Дарр его взял?!
  Дарр, повозившись и позвенев склянками на столике рядом, решительно ухватился за застежки на моей куртке.
   - Мм... Дарриэль, должна предупредить - на мне только куртка и штаны.
   - И? Стесняешься? - в голосе мужчины звучала насмешка.
   - Предупреждаю. Я только это успела надеть. А стесняешься, обычно, ты.
   - Я тоже не стесняюсь, вроде бы.
   - Тогда ладно, - разрешила я.
   - Элли, я должен тебя целиком осмотреть. Куртка, конечно, хорошая - сам выбирал, но ты ее толком не застегнула.
   - Некогда было, уж извини.
   - Я понял. Полежи спокойно, пожалуйста.
  Пока дроу меня осторожно раздевал, вертел и осматривал, я старалась сдерживать дрожь, но все равно темный задал вопрос:
   - Морозит?
   - Лихорадит, - я предпочла дать уклончивый ответ.
   - Сейчас пройдет, - он начал аккуратно намазывать мазь и заворачивать меня в простыни, этой же мазью пропитанные.
   - Надеюсь, что пойдет... - меня все равно потряхивало. На сей раз от смеха.
  Дарр, закончив с менее поврежденными участками - ступнями и шеей, предупредил:
   - Основной удар пришелся на руки и лицо. На корпусе - чисто. Только левая ключица и хм... ниже чуть-чуть.
   - Я поняла.
  Сложно не заметить, когда мужская рука, решительно так, как масло в кожаный доспех, втирает тебе холодную мазь... чуть-чуть ниже ключиц!
  Дарр, зачерпнув уже другой мази, приступил к кистям рук и запястьям, попутно бинтуя их. Я закусила было губу, но Дарр шикнул на меня 'не смей!'. Пришлось терпеть, тихо поскуливая.
  Когда закончил, скомандовал:
   - Я приглушил свет, открывай глаза - нужно проверить и закапать лекарства.
  Послушно приоткрыла правый глаз.
   - Хорошо, теперь левый... Оба... Моргни! Готово. Так, не реви, будет только больнее!
  Я, как могла, сдерживала слезы - глаза не просто щипало, а драло немилосердно. А этот садист заявляет мне 'не реви!'. Дарр, тяжело вздохнув, сел рядом и начал говорить уверенным тоном, отвлекая меня:
   - Элли, я знаю о чем говорю. Когда я первый раз под 'Огонь' попал, меня матушка твоя врачевала. У меня тогда ни бровей, ни ресниц не осталось! На что нос и подбородок были похожи - вообще приличными словами не описать! И челка еще месяц отказывалась рости, пока алхимик не выручил. Я же не маг, у меня устойчивость - не как у тебя. Это тебя в основном просто жаром подпалило. А меня - именно магией приложило, да так, что меня две недели вытаскивали, а твоя мама, поверь мне, просто зверствовала. А уж как она выражалась, когда кого-то лечила - сама наверняка помнишь!
  Я, сквозь слезы, заулыбалась. Это да, от моей мамы пациенты, даже самые стойкие, выли и рыдали. Её ядовитые комментарии и реплики были способны растоптать любого! Но лучшего целителя в нашем мире не было ни до нее, ни после.
   - Ну вот. Я сейчас лицо намажу и тоже бинтами специальными замотаю. Будешь совсем красавица! Всем мумиям на зависть!
  Дарр, осторожно касаясь, начал намазывать мне на лицо столь резко пахнущую мазь, что у меня аж обоняние пробилось. Но от нее по коже расползался приятный холодок и зуд стихал мгновенно.
   - Магия жизни? - Спросила я, чтобы хоть немного отвлечься от ощущений.
   - Она самая! Есть у нас с тобой одна общая знакомая, я ей эту мазь и заказывал.
   - Она знает, что я жива? - сердце забилось быстрее от мысли, что кто-то знает правду.
   - Да, она не отстала, пока не вытрясла - для какого мага мне нужны такие запасы мазей и зелий. Она была настолько... встревожена... что я намекнул, что ты жива. Настойчивая девушка.
   - Спасибо... - я смогла только прошептать - в горле стоял комок.
   - Сама ей спасибо скажешь, когда встретитесь.
  Я кивнула. И тут замерла. Уши! Этот упырь трогает мои уши!!!
   - Ты дышать перестала, Элли. Так больно?.. - вкрадчивый голос в самое ухо.
  Я чуть мотнула головой. Хорошо, что кожа и так равномерно малиновая... Не поймешь, что я краснею.
   - Хорошо, - протянул мужчина, - я почти закончил. Сейчас закутаю тебя и на кровать переложу.
   - А ты куда ляжешь?..
   - А куда я сейчас, от тебя? Тебя утром еще раз мазать.
   - Всю? - просипела я.
   - Нет, только лицо и руки. Ну и уши - тоже, - засмеялся этот вредина, - Все, спать! И так от ночи осталось часа четыре от силы. Хорошо, что сейчас поздно светает - успею тебя перенести в твою спальню, и отговориться от лордов, что ты - соня, каких поискать.
   - А утром я буду?...
   - Нормально уже будешь выглядеть. Не переживай. Только руки дольше будут подживать. День-два и снова можешь... - что именно я могу, Дарр не договорил, просто бережно поднял сверток со мной и понес на кровать. Там уложил и ушел. Судя по звукам - прибрать следы лечения и отмыться от мази. Минут через двадцать вернулся и принялся раздеваться. Когда матрас под ним прогнулся, я опять дышать перестала, а темный, спокойно так, подкатился по-ближе и сгреб меня поперек груди, уткнувшись мне в затылок носом. Я как могла ровно произнесла:
   - Дарр, отодвинься, пожалуйста, ты же весь мазью пропахнешь.
   - И что? Я и так ей пахну. А тебя лучше сейчас рядом держать, - мужчина, судя по недовольному голосу, уже засыпал, - У тебя может лихорадка начаться, или сбежишь и лови тебя потом...
  Дарр звучно зевнул и щелкнул клыками.
   - Спи.
   - Я не могу так спать! - я попыталась уползти. Но как ползти, если ты - туго спеленатый червячок?!
  Дарр подгреб меня обратно, еще и прижал к себе. Я замерла, пытаясь научиться заново дышать.
   - Отпусти, пожалуйста. Со мной все хорошо. Если начнется лихорадка, я сама тебя разбужу, ладно? - в моем голосе, помимо воли, прорезались истеричные нотки.
   - Да что ж... Такое?! - Дарр начал уже злиться, поднялся на локте и заглянул мне в лицо, - Не съем я тебя! Я все понимаю - у тебя мало поводов относиться ко мне с симпатией, особенно после того, как ты бумаги из кабинета прочитала... Но я же тебя просил - прекрати меня бояться!
   - Не кричи, пожалуйста... Я не боюсь тебя. И это тут не причем. Я просто прошу тебя - убери руку.
   - Я тебе так сильно неприятен? - голос Дарра был глух и мрачен.
   - Нет. Все в порядке.
   - Так, Элли. Давай на чистоту - в чем дело? - Дарр устроился обратно ко мне за спину. Руки, гад, не убрал. Еще и грудью прижался. Я тихо зашипела сквозь зубы.
   - Больно?
  Я аккуратно помотала головой, стараясь не потревожить повязки на лице.
   - Элли?... Я ничего уже не понимаю, - теперь в голосе темного прорезалась обида.
  Нет, он еще и обижаться на меня удумал?!
   - Спи, пожалуйста! - теперь уже я зашипела гадюкой, - Я никуда не сбегу, буду спать, бес с тобой - руку можешь не убирать, только давай спать, а?!
   - Так... Поздно, мне уже интересно стало! Давай, признавайся - что у тебя случилось?
  Я буркнула 'Ничего, спи'. Дроу начал меня тормошить и легонько щекотать по спеленатым простыней ребрам. Нет, ну как маленький! Не добившись ответа, перешел к другой тактике - поймал прядку волос и дернул.
   - Элли, я не отстану. Я должен знать, что у тебя случилось, пока меня не было. Для меня это важно.
   - Да ничего не случилось! Тебе же Торден все докладывал, так?
   - Докладывал, - мужчина, перестав меня дергать, мрачно переспросил, - Торден?..
   - Что - Торден?
   - Что?.... Да то самое!
  Вот, уже он зашипел... Даже отодвинулся слегка, и рука напряглась так, что вот-вот задушит. И тут до меня дошло, на что он намекает! Я аж дернулась от возмущения!
   - Да ты с ума сошел? Он тут причем?! Ты вообще о чем подумал?!
   - А что я должен был подумать? Вы с ним так мило общаетесь, он выполняет твои приказы, ходит за тобой тенью... Мне запретил за тобой идти - сказал, 'сам принесу эту занозу'! Да он же светлых с трудом переваривает, особенно Высших, а тут - такая забота! И ты - как статуя ледяная, и на 'вы' опять... Что еще тут подумать можно?
   - Что ты - балбес, к примеру! - я разозлилась, - И что он просто выполняет твое поручение, охраняя меня. А то, что мы с ним общаемся - так мы почти восемь месяцев тут нос-к-носу! Ка-то пришлось примириться с данностью и перестать фыркать друг на друга! И тренировки каждый вечер, знаешь ли, бесследно не проходят - сработались.
  Дроу обиженно засопел. Может хоть так отстанет?.. Нет, зря я надеялась - посопел, фыркнул и опять носом в мою макушку зарылся. По телу прошла волна предательской дрожи. Дроу замер. Провел рукой по моей талии, по груди. Я закусила губу... Все, как говорится, попалась...
   - Элли?.. Это то, о чем я подумал? - задал вопрос мужчина и опять чуть сжал мои ребра.
   - Нет, это тебе кажется! Это лихорадка и галлюцинация горячечного бреда!
   - У тебя нет лихорадки. И это - не галлюцинация, - пробормотал мне в затылок темный, да еще и руку на грудь пристроил!
   - Убери. Свою. Руку!
  Дарр, тяжело вздохнув мне в волосы, прижался ко мне всем телом. Мое собственное тело, игнорируя вопли разума, неосознанно выгнулось навстречу и прижалась к мужчине... И опять вздрогнула всем телом, поняв, что это еще не самое плохое за сегодняшний день... Есть вещи по-хуже. Например, мысль, что не одна я тут такая, оказывается...
  Дроу простонал мне в волосы мое имя, и замер. Через минуту, явно с неохотой, отодвинулся чуть дальше от меня. Когда смог выровнять дыхание, заговорил с такой болью в голосе, что у меня невольно слезы на глаза навернулись:
   - Я надеялся, что это просто наваждение. Все эти месяцы себя уговаривал, что это только артефакты... Не помогло. Сюда летел - чуть кошмара насмерть не загнал. Ругался на себя, и все равно, мчался... Пытался успокоить себя тем, что скучаю по тебе, что ты - часть моей жизни в две сотни лет и стала мне хорошим другом... Что просто волнуюсь, что это зов долга... А когда тебя увидел, и понял - нет, не прошло. Готов был развернуться обратно и бежать - куда угодно, лишь бы подальше от тебя. Но не смог. Думал, что если я тебе безразличен, то будет легче выполнить свой долг и уйти, оставив тебя... Сейчас же... Я не смогу тебя отпустить, Элли.
  Мы молчали, оба. Тут сказать нечего. Он и так все понял, без слов. Что с этим теперь делать - не понятно. Как быть, как себя вести друг с другом?..
  Тогда, в лесу - мы были одни, без посторонних рядом, и могли вволю дурачиться. В долине хоббитов для всех было нормальным, что Дарр меня целует или обнимает при всех... Так у полуросликов все просто - раз оба эльфы и нас к друг другу тянет - почему нет, тем более, если уже женаты? Они не видели разницы - темный эльф или светлый. Молли, когда намекала мне что 'не прочь бы маленьких эльфяточек увидеть в замке', на мои объяснения невозможности 'эльфят', резонно отвечала, что мол, вот бывает - один хоббит смуглый и черноволосый, а другой - рыжий и белокожий, и ничего! Оба же хоббиты - живут вместе и радуются, деток нянчат - смуглых да рыженьких! 'А все остальное - глупость несусветная!..'
  У нас в замке куча 'лишних' дроу. Тот же Тордэн, уже подозревающий меня и слишком внимательный для 'простого воина'. Я не рискнула его расспрашивать - та довлеющая над всеми аура, что остальных заставляет в его присутствии неуверенно ерзать, даже меня вымораживает. Я не то что кто он такой, я даже возраст его приблизительный понять не могу! Лорды - Второй Императорский дом - тоже 'хороши': Лорд Траэл и лорд Орголл. Хорошие имена, ничего не скажешь! Летучая мышь и Ужас, если грубо перевести. И это явно не их настоящие имена... Куда мне играть против этих матерых хищников?
  Да те же хоббиты! Если они кому-то из темных сболтнут, что, мол, лорд их и леди - хорошая, любящая друг друга пара... Тогда, по примеру дроу, лучше сразу совершить ритуальное самоубийство. Обоим причем.
  Вскоре меня сморило, но смог ли уснуть Дарр - я не знаю.
  
Глава 6.
  
   Дарриэль, младший лорд Четвертого Великого Дома дроу.
  
  Уснуть я так и не смог. Элли, повозившись немного, затихла в моих объятиях, доверчиво прижавшись ко мне спиной. Обычно она спала, свернувшись клубочком, как маленький котенок - я это еще во время путешествия, на привалах, заметил. Откуда у нее эта привычка, не знаю, но, возвращаясь в лагерь, раз за разом закутывал эту несносную девчонку в одеяло. И подолгу на нее смотрел, борясь с самим собой...
  Когда я дал себе слабину? Когда не смог заметить, что нас тянет друг к другу? Да не надо себе врать! Я всю жизнь мечтал выйти из тени и прикоснуться к ней. Коснуться этого живого пламени.
  'Элли - из Высших эльфов, Дарр. Если она полюбит, то одного и на всю жизнь. Другого она никогда не примет, не ломай её жизнь, прошу тебя...' - много лет назад отец предупреждал меня, говорил, что ненависть и страх ко мне для нее лучше, что я должен держаться от неё на расстоянии... Но я не смог.
   Я закрыл глаза, и пред внутренним взором встала картина: маленькая девочка со сжатыми кулачками, что кричала на меня, выговаривая за 'косорукость'. Первое в моей жизни разумное существо, которое меня совершенно не боялось. Позже, когда её отчитывали за недостойное поведение, она исподлобья сверлила меня своими желто-зелеными, цвета хризолита, глазами. В них бушевало пламя жизни, пылала легендарная ярость Нольда. И она нисколько не раскаивалась. Наоборот, когда ей высказали за мой испорченный камзол, она только прошептала - 'жалко - мало!'...
  Я совершенно был не готов увидеть в семье Высших эльфов, даже таких адекватных, как Дом Тинвэ, такого ребенка. Обычно дети Высших эльфов - что-то эфемерно-воздушное, пищащее и абсолютно избалованное... А тут - разумное существо с таким характером, что и у взрослых эльфов не часто встретишь. И я решил подшутить над ней... Вспоминая, как я перерывал все в Столице торговые лавки в поисках чего-то этакого, я сам себя не узнаю. Своей улыбкой я довел до заикания не одного эльфа в тот день. Злость, азарт, шальное веселье... Эмоции, давно и прочно вытравленные, вернулись в мою жизнь.
  К следующему празднику Весны дела снова забросили в Столицу светлых эльфов. Охтарон, встречавший меня, помнится, обмолвился, что у его маленькой сестрички 'малый' день рождения. И снова я бегал в поисках подарка, пугая всех лавочников, но так ничего достойного не смог найти. И я и подарил ей свой лук. Просто взял, повинуясь глупому порыву, и подарил. Родители Элли и Охтар подбирали подбородки с пола, а я улыбался, глядя, как маленькая, хоть и подросшая за год принцесса, силится натянуть тетиву и удержать стрелу. Как гневно провожает меня взглядом, но не прячется от меня. Хоть и явно уже побаивается. Друг моей юности, Охтар, долго потом постукивал по виску пальцем, намекая, что я рехнулся, отдав маленькой девочке невероятно редкое оружие, изготовленное для меня лучшим мастером-оружейником нашего народа. Другой такой лук я себе так и не заказал...
  В течении следующего года я мотался, как проклятый по всему Халифату, но на изломе зимы на душе будто кошки заскребли - меня тянуло в Дом моих друзей. Я шел по кривым улочкам забытого богами халифатского городка, мнящего себя государством, и в какой-то убогой лавочке мне на глаза попалось грубое, примитивно сделанное женское украшение. Но зацепило меня не оно, а сочетание материалов - слегка позолоченное серебро и зеленый хризолит... И, вернувшись в дом визиря, я, метался, порываясь написать письмо Охтару, расспросив, как у них дела...
  Помню, визирь этот много мне нервов попортил за те месяцы, что я торчал в его городке. Очередное задание Императрицы: организовать новый поход халифатских воинов на расплодившихся в последние годы зеленокожих. Трех визирей мы за год 'работы' сменили, этот, четвертый, оказался столь же упертым, как и остальные. На все посылы, на все завуалированные намеки, что с ним может случиться то же, что и с предшественниками, этот фаталист в чалме спокойно отвечал 'На все воля Всевышнего! Если ему будет угодно меня забрать к себе, я с радостью оставлю этот мир!' И постоянно уводил разговоры в сторону, не отвечая ни 'да', ни 'нет', не пропуская меня к их малолетнему халифу, вместо которого он, фактически правил...
  Меня уже тошнило от разноцветных тряпок, что эти дикари навинчивали на свои потные тела, от жирной пищи, что отказывалась перевариваться, если её плотно не залить вином, визгливой музыки, криков торговцев, долетающих со всех сторон, от пыли, висящей в воздухе и удушающего запаха благовоний, смешанных с запахами пота, навоза и гниющих фруктов... И в один из вечеров, когда я метался, раздираемый противоречиями, визирь в очередной раз позвал меня пить чай... Все шло, как обычно, и этот вечер должен был быть, как и множество других жарких, душных вечеров до этого, за исключением того, что визирь, загадочно мерцая карими глазами, как самому дорогому гостю, предложил мне сегодня отведать 'редчайший чай с родины достопочтенного эльфа, доставленный как раз сегодня утром к его двору!' Визирь взмахнул унизанной золотыми перстнями рукой, и толстая служанка, кое-как задрапированная в полоски тонкой яркой ткани, сгибавшаяся под весом золотых бирюлек, навешанных на нее, внесла поднос с чайником и пиалами.
  Визирь лично разливал чай, прогнав слуг. Осторожно, стараясь не пролить не единой капли, налил мне четверть пиалы... Я, не веря изменяющему мне в этой мешанине человеческих запахов, обонянию, взял пиалу и поднес её к лицу, полной грудью вдыхая знакомый аромат... Чабрец, мелиса и липовый цвет... Запах, что витал в комнате Элли, когда мы с ней познакомились, запах любимого чая маленькой принцессы и Охтара. Я держал пиалу, и, прикрыв глаза, вдыхал яркий, родной аромат. На мгновение среди гула человеческого города, мне послышался ровный, похожий на прибой, шум высоких крон дубов и серебристых лип, росших вокруг усадьбы Тинвэ, перекличка птиц в далеких от земли ветвях, тихие шорохи трав, а в гуле голосов, что доносился с улицы, отделенной от нас лишь тонкой глиняной стеной, мне почудился серебристый смех маленькой эльфийки с зелеными глазами, густой, зычный голос Охтара, мелодичное ржание сильфов... Я сидел, расслабившись, и улыбался, погрузившись с головой в нахлынувшие ощущения, пока меня из сладкой грезы не вырвал тихий, полный достоинства голос визиря: 'Теперь я вижу, что ты хороший человек, Дарр-Али сын Дэра Черного Крыла! Достойный! Только достойный мужчина может с такой силой любить родину. Утром я пошлю гонцов с вестью. Через три недели наши воины, как ты и хотел, выступим в Великий поход!'
  Именно визирь помог тогда мне отправить письмо Охтару, а узнав, что я ищу необычный подарок для младшей дочери легендарного мага Аллиана Тинве, 'Али-Ану, Белое Пламя', как они его называли, поднял всех магов на ноги, что бы подарок был доставлен вовремя, считая, что я шлю дары для будущей невесты...
  С этого момента все и началось. Я не пропускал ни одного её дня рождения: бывало, что специально высматривал подарки, еще летом. Это превратилось в манию, что спасала меня от вынужденного одиночества вдали от дома. Я передавал и пересылал для нее подарки, а друг-Охтар, посмеиваясь, описывал мне реакцию Элениэль, ее возмущение и недовольство. Мой отец, часто пересекавшийся с девочкой, тогда уже заметил, что мои подарки идут ей 'на пользу'.
  Следующий раз, когда я увидел маленькую принцессу, ей уже было двенадцать вёсен, её пригласили ко двору. Маленькая леди, которую я увидел, была просто удивительна! То, что она будет красивой эльфийкой, было понятно и раньше, но тут... На неё оборачивались все в зале! Кукольно-прекрасная тоненькая девочка, в белом, расшитом сапфирами и серебром платье, гордо и смело шла к трону в сопровождении отца и брата. Подняв подбородок, распрямив плечики, вызывая всеобщее восхищение, внимание... И злилась - в её глазах мерцала стихия! Все перешептывались, повторяя 'дочь архимагов!' Она же явно не понимала - зачем она тут, во дворце, нужна, когда дома столько интересных дел осталось недоделанными.
  Тогда я не смог подойти к ней - девочку привезли буквально на час, а меня заняли деловыми, важными разговорами. Когда я освободился, её уже отправили домой с небольшой охраной. По пути в их загородное имение на них напали... Девочка, уставшая за день, крепко спала в карете и даже не заметила, что напавшие на них люди вырезали двоих из шести стражников и полегли на месте, все. И это практически в центре эльфийской Столицы! Благодаря Аллиану мы смогли перехватить тела наемников, и 'допрашивали' их уже селестин Мирантин и наш некромант. Толком нам это ничего не дало - это были наемники из Сердца Мира, официальные члены Гильдии Убийц. Цепочка из кучи мертвых посредников терялась глубоко в людских землях... Тогда мы с отцом и забили первый раз тревогу - кто-то неизвестный ни светлым эльфам, ни дроу, стремился уничтожить их род. Причем если до этого были только попытки убрать старших эльфов, то после того, как у Элли прорезался сильный, наследный дар к стихийной магии, начались попытки убить и её.
  Её круглосуточно охраняли, архимаг-отец превратил их загородный дом в настоящую крепость, сам занимался образованием девочки... Но в двадцать лет девушку пришлось переводить в школу при Академии. Сильный стихийный дар развивался рывками, а архимаг Аллиан не мог оставить свои обязанности и возиться с дочерью. Мать была целителем, магом Жизни, хорошим алхимиком, но у нее не было дара к стихиям. Она не могла научить девочку тому, что необходимо, но могла присматривать за ней в стенах Академии, где она преподавала.
  Юную принцессу под усиленной охраной перевезли в школу. На прощание я ей подарил шахматы, которые когда-то давно купил в Сердце Мира. Древние, еще с тех давних эпох, когда наши народы не сотрудничали так плотно, как сейчас. Светлые эльфы против темных. Как она это восприняла, я не знал до последнего. Но, если учесть, что её всеми силами пытались настроить против нашего народа - не удивительно, что она относилась к нам с опаской.
  В тот же год мы начали искать заказчиков покушений на их семью, переваливших за две дюжины попыток. И те из Высших эльфов, кому мог доверять Аллиан, и мы с отцом, начали охранять и опекать Элли. Охтара отвлекли начинающиеся беспорядки на границах, и он был вынужден на несколько лет завязнуть в командовании армией, мотаясь вдоль всего побережья и наводя шороху в приграничных лесах.
  Я начал дарить девушке более полезные вещи, подарки выбирал тщательно и продуманно, уже не из вредности, не для того, чтобы в очередной раз рассердить маленькую злючку, а в надежде, что бы она не станет такой, как все остальные Высшие. Среди членов их сумасшедшей семьи, с таким братцем, как Охтар, у нее не было шанса стать безликой 'прекрасной принцессой', а в школе...
  Позже, по требованию родственников-аристократов и Совета Магов, её перевели в Колледж. Сколько было сил потрачено на то, что бы убрать от туда всех подозрительных личностей, обеспечить девушку безопасностью, обложить её подходящими соседями, следить за ней... Я лично приезжал и 'пугал' их директорат и педагогов. В это же время стало ясно, что девушкой всерьез интересуются, что её 'примеряют на трон'... И все же и мы, и она справились с этим забегом на выживание...
  Забрезживший рассвет отвлек меня от размышлений. Нужно будить принцессу и снова обработать ожоги мазью, сделанной её подругой. Как та уверяла, это самое оно для мага - еще и ресницы с бровями сможет вернуть в нормальный вид, и регенерацию ускорит двадцати-кратно. Только нужно к моменту пробуждения 'жертвы' по-больше сладкого питья заготовить. Если бы не консультация этой шебутной лесной эльфийки, я бы вчера растерялся, при виде такого 'подарка'! Я хмыкнул, вспоминая ее вчерашнее 'Я - красавица!'. Да уж...
  Разбудить её опять не получалось - девушка просто на меня не реагировала, хотя мы это уже проходили. Это поначалу я нервничал, когда вот так же не мог её разбудить, но после, проконсультировавшись с магами-наставниками, узнал, что лет до трехсот это у них считается нормальным. Юный организм компенсирует изменения, вызываемые магией, лечит психику, восстанавливает резерв. Хотя немного жутко, конечно, глядеть на то, как эльф, которому, как и мне, достаточно трех часов в сутки для сна, спит беспробудно по десять-двенадцать.
  Аккуратно размотал бинты с лица и рук и, не удержавшись, присвистнул! Вот это мазь! Не удивительно, что её подруга постоянно занята и так 'нарасхват' - это же просто чудо! Ровная, гладкая и белая кожа там, где еще три часа назад были жуткого вида волдыри. Только руки, как и предупреждала эта лесная, выглядели чуть хуже. Но и это поправимо...
  Все-таки к моменту, когда я закончил с процедурами, Элли открыла один глаз и скосила его на меня. Я, улыбаясь, принес ручное зеркальце, выставил ей его перед лицом и спросил:
   - Нормально видишь?
   - Угу... - эльфийка недовольно буркнула.
   - Что-то не хватает?
   - Волос частично, - уклончиво ответила девушка.
   - Ну это поправимо, сделаешь новую прическу.
  Я отдал ей в руки зеркало - пусть любуется на последствие своей несдержанности, и потянулся за питьем для нее. Памятная для нее фляга была была наполнена клюквенным морсом - кислым, но при этом безумно сладким из-за меда, что я с перепугу туда влил почти до половины. Сам его когда пробовал - аж дважды передернуло от вкуса. Долго сомневался, но решил, что не буду переделывать.
   - Пей давай! Лекарь сказал - нужно много пить чего-то фруктового и сладкого.
   - Да знаю, - девушка при виде фляги сморщила нос, но, понюхав содержимое, начала маленькими глоточками пить морс, передергиваясь почти на каждом глотке, - Я не первый раз так обгораю, а после третьего раза Тинни и придумала эту мазь. Вымазала опытными образцами... А потом выбрала тот участок, который лучше всех выглядел... Еще и запатентовала состав, и диссертацию написала... А я ходила неделю с руками 'в квадратик'! А в центре каждого - цифра...
  Девушка, морщась, допила морс и вручила мне пустую флягу обратно.
   - Да, она мне тоже эту историю рассказывала, пока мазь готовила, и рецепт 'пропитки для одежды' писала. Как глаза? - пока она еще обратно не уснула, надо пользоваться моментом.
   - Нормально. Вижу уже хорошо, не болят почти. Чуть-чуть щиплет в уголках, но это, скорее всего, мазь попала во сне.
   - Хорошо, но надо закапать.
  Я потянулся за хрустальным пузырьком с каплями, а Элли, не сводя взгляда со знакомого ей пузырька, бочком принялась переползать от меня по-дальше, и я её хорошо понимал: этот рецепт был не от Тинни, старавшейся всегда сделать лечение как можно более мягким и безболезненным, а еще от матери Элли. Она эти капли для нас с Охтароном в свое время делала, когда нас с ним Аллиан тренировал. Эффективность этих капель была равна тому, с какой силой они 'драли' глаза и жглись. Суровая целительница мотивировала это тем, что помимо лечебного свойства эти капли обладают замечательным педагогическим эффектом: один раз их закапаешь, и начинаешь беречь глаза, дабы второй раз такому лечению не подвергнуться...
  Девушка, пойманная мною на дальнем краю кровати, процедуру вытерпела почти молча, только вцепилась пальцами в одеяло: знала, что помогало это жуткое лекарство отлично, а времени у нас нет - буквально через час завтрак, и лорды будут выспрашивать, куда принцесса делась.
   - Элли, я лордам скажу, что ты спишь, как и все маги, дольше положенного, и предпочитаешь завтракать в комнате. Время до ленча у тебя будет, но не дольше, хорошо?
   - Хорошо, - эльфийка, проморгавшись, открыла глаза и на меня уставилась - у меня аж дух захватило от её взгляда...
   - Ты только Молли отправь ко мне, ладно? Я же ни одеться, ни причесаться не смогу сама, а выглядеть нужно на высоте.
  Я кивнул, и начал упаковывать девушку в одеяло - отнести её к себе. Потом уже уберу все тут, сейчас нужно торопиться. Хоть Молли с Петри и предупреждены, лучше поспешить. Девушка тихо и послушно все стерпела, только уголки губ чуть дрожали от сдерживаемого смеха. Что смеется-то?
   - Чего веселимся? - вкрадчиво спросил я.
   - Да так, - эльфийка лукаво улыбалась, а глаза искрились смехом, - Нянчишься...
  Я фыркнул - да уж...
   - Ну а что еще с тобой, сокровище моё, делать?! Если ты, как дитя малое себя ведешь? Вот, простынку поменял, в одеялко завернул, в кроватку несу... А говорят, что ты взрослая девушка, маги-и-истр...
   - Я?! Кто такое сказал? Тебя явно ввели в заблуждение, лорд Дарриэль! - девушка откровенно потешалась над ситуацией.
   - Да есть тут такие... А еще говорили - послушная, умная... - я аккуратно подхватил кулек с принцессой и понес тайными переходами, - И что воспитана самым лучшим образом!
   - Да, я просто образцовая принцесса! - Элли, чтобы не мешать мне её нести, сжалась в комочек и уткнулась носом мне в плечо.
   - Мне Торден рассказал, как одна образцовая принцесса четверых чуть дроу не размазала, рассердившись.
   - Сами виноваты - нечего было меня изводить, я не железная, а тут эти... Со своим снобизмом.
   - Элли, это нормальные дроу, в отличае от нас с отцом. Пока ты их не перевоспитала, - намекнул я.
   - Знаю. Только по-этому я и повела себя с ними так, как с нормальными дроу, - буркнула принцесса.
   - Да ты страшное существо, оказывается! - я попытался перевести разговор в шутку.
   - Да нет, это ты - странное существо, Дарр, - припечатала девушка, - Загадочное настолько, что жуть берет.
   - Не бойся, я не ем эльфов!
   - Да что ж вы с Торденом вы к этому факту прицепились, а? - Элли, казалось, начала сердиться.
   - А до тебя разве слухи не доходили? - я был заинтересован, ведь явно доходили слухи, что мы - каннибалы.
  Девушка хмыкнула. Ага, точно!
   - Поверила?
   - Пока останусь при своем мнении!
  Вот же... загадочные существа - женщины: перепроверяют правду, но легко могут поверить в ложь! И наоборот, по настроению... И пойди потом, мужчина, догадайся - что именно они приняли за истину, а что посчитали ложью?.. Можно вывихнуть мозг и заработать стойкую, не проходящую мигрень, пытаясь осознать ход их мыслей на пути к 'истине'.
  Еще один переход и потайная дверь в глубине алькова в спальни Элли. Я, одной рукой держа сверток с принцессой, второй расстелил кровать, попутно отметив, что девушка вчера просто поверх одеяла с краю лежала, уложил свою ношу на кровать. Ноша сверкала на меня глазами и кусала губы, едва сдерживая негодование. Ну вот что опять?! Я аж руки от нее убрал, подняв их к верху, не хватает только тоненько крикнуть 'сдаюсь!' для полноты картины.
   - Что? - осторожно поинтересовался я.
   - Значит, вот как?... Три минуты по переходам, и ты - в моей комнате?!
   - Ну да, а как иначе? - я искренне не мог понять, почему эта загадка природы возмущена.
   - А что ж меня вчера по всему замку полу-мертвую таскали?
   - А-а-а... Вот ты на что взъелась... - я выдохнул, поняв, что гроза пронесла на сей раз мимо, - Так Торен только часть переходов знает.
   - Ты ему тоже не доверяешь? - брови девушки взлетели.
   - Ну конечно. С тобой, как выяснилось, никому доверять не стоит.
  Я принялся распаковывать сверток, стараясь смотреть в сторонку. Докатились - никогда меня нагота чьего-то тела не смущала, а тут... И Элли - тоже глаза отвела. И опять губу зубками прикусила. Я, не выдержав, провел пальцами по её губам:
   - Не кусай губы! Меня это... отвлекает.
  То, как она реагирует, как тянется ко мне, действительно... отвлекало. Особенно то, как на это реагирую я сам.
  Девушка медленно кивнула, не сводя с меня глаз. Я только вздохнул тяжело. Зеленоглазое, персональное испытание на выносливость, право слово!
  Когда дошел до простыни, Элли залилась краской по самые ушки и, вцепившись в край простынки, пробормотала 'я сама, ладно?'. Теперь уже я медленно кивнул, выдыхая сквозь зубы. Вот и как быть дальше? Запастись успокоительным?
   - Там ванная есть, - нашлась Элли, - Заодно помоешься, ведь ты весь мазью пропах. А я дальше сама справлюсь, хорошо?
   - Хорошо.
  Я, запустив пятерню в воронье гнездо, оказавшееся на моей голове на месте прически, пошел в ванную, которая с ночи стояла, заполненная холодной водой. Ясно. Элли не сразу кинулась в маг-зал, сначала сама пыталась справится. Но мне это сейчас вполне подходит.
  Через десять минут я вернулся в комнату. Девушка уже лежала в кровати и сладко спала. Я тихонечко прокрался на выход - пусть лучше спит, а то я за себя, кажется, не отвечаю.
  Вернулся в свою комнату, навел порядок - Петри лучше не трогать мои запасы зелий, а то может схватить рукой не ту скляночку, нюхнуть не тот флакончик... И ищи нового слугу. Снял и швырнул в угол простыни, одежду девушки убрал в гардеробную к своим вещам - потом гляну, что с покореженной курткой, привел себя в порядок и пошел на новое испытание, под названием 'завтрак с навязанными мне благородными лордами'.
  В столовую я успел впритык: все уже было готово, а на подходе к моему месту за столом дежурила Молли. Лорды, увидев меня, чуть склонили головы, приветствуя.
   - Доброе утро, лорды!
   - Лорд Дарриэль, неужели Её Высочество не порадует нас своим присутствием за столом? - Лорд Траэл - старший из лордов Второго дома - казался расстроенным.
  'Как же, знаю я ваше 'расстроен' - подумал я про себя. Вслух же, с сожалением:
   - Боюсь, что так, господа. Её высочество - молодой маг, и часто просыпает первый завтрак. Специально для нее мы ввели второй, за пару часов до полудня.
  Я, в пол корпуса, обернулся к застывшей в поклоне Молли:
   - Леди вчера поздно легла?
   - Да милорд, очень поздно, - служанка, в подтверждение своих слов тяжело вздохнула, - Она пропустила тренировку из-за ужина, и восполняла её ночью. Я думаю, как раз к ленчу она присоединиться к вам.
   - Хорошо, ты свободна.
  Служанка, присев в низком поклоне, скоренько ушуршала прочь из столовой через дверку для челяди.
  Завтрак пошел своим чередом, только лорды едва заметно переглядывались. Ближе к окончанию завтрака начались расспросы:
   - Лорд Дарриэль, скажите, леди тренируется каждый день? - на сей раз голос подал лорд Орголл.
   - Да, на сколько мне докладывали - ежедневно, - я старался говорить как можно спокойнее, будто меня это совершенно не беспокоит.
   - Разве это не опасно? - лорд Орголл, чуть сощурившись, разглядывал незнакомые блюда, приготовленные хоббитами.
  Завтрак, к слову сказать, хоббитянка приготовила легкий и не сильно питательный, как я и приказал. Мне нужно, что бы к ленчу лорды проголодались, и больше времени уделяли еде, а не разговорам.
   - Нет, не опасно, если маг себя контролирует. К тому же за ней всегда присматривает Торден. Нет причин переживать.
   - Её сила?.. - лорд Орголл по прежнему, казалось, полностью поглощен только изучением содержимого тарелки.
  Я, чтобы потрепать нервы лордам, чуть 'задумался'...
   - Думаю, если так продолжится дальше, она не позже, чем через десять-двадцать земных лет, наденет одеяния архимага...
   - Но это же... - Лорд Траэл недоверчиво переглянулся с Орголлом, и явно был неприятно удивлен, - У неё же только две стихии?
   - Нет, милорды, три. Но неравномерно развитые. Над этим, как я знаю, она сейчас и работает.
  Лица лордов стали непроницаемыми. Насколько мне известно, эти двое здесь для того, чтобы посмотреть на Элли, и, по возможности, уговорить её выдвинуть свою кандидатуру на эльфийский трон. А тут, с такой перспективой, становится ясно, что на это сомнительное предприятие Элли не подпишется. Стать архимагом для нее гораздо заманчивее, чем быть Королевой, и она не раз озвучивала свои намерения.
   - И все же, лорд Дарриэль, мы хотели бы с ней поговорить.
   - Увы, - я, извиняясь, развел руками, - Сейчас служанка пробует её разбудить. Но если она вчера тренировалась - то до самого утра не уходила из маг-зала. По словам телохранителей, она каждый раз до минимума вычерпывает резерв...
   - Хм... Но в таком случае, остается надеяться, что она знает - что делает, - выразил свои сомнения Лорд Траэл.
  Второй лорд в ответ только головой покачал.
   - Я не сомневаюсь в правильности её действий, - нужно сразу обозначить свою позицию в этом вопросе, что бы не думали давить на меня в разговоре с принцессой, - Она - дочь своего отца.
   - Конечно, лорд Дарриэль, мы не сомневались в этом. Мы лишь хотим как можно скорее решить проблемы с нашими сородичами, Эльфийским Государством.
   - Как и я, господа, как и мы все...
  Лорды, закончив завтрак, приняли мое предложение и отправились осматривать замок. Я отправил с ними Тордена, отговорившись делами. Стоило лордам уйти, я, посидев еще минут пять для верности - с них станется вернуться, быстро пошел к Элли. Нужно предупредить её о планах лордов. Она, конечно, девушка разумная, но эмоциями владеет крайне плохо. Всю игру может разрушить!
  
  ***
  Элли, против моих ожиданий, уже успела проснуться и, одетая для выхода, сидела на низком стульчике. Хоббитянка, с зажатым в одной руке нарядным, по мнению хоббитов, платком, суетилась вокруг неё, пыталась сделать прическу, и отчаянно стенала сквозь слезы. Я её понимаю - все волосы вокруг лица Элли стали короче, завились колечками и торчали дыбом. Я, глядя на это чудо, только фыркнул. Молли аж подскочила на месте от неожиданности, но, разглядев меня, кинулась ко мне со слезами, причитая:
   - Нет, ну Ваша Светлость, ну как так можно-то, а?! Такую красоту... Сжечь!
   - Молли, - девушка поморщилась, - Прекрати! Счастье, что хоть это осталось. Могло быть намного хуже. И убери платок, я его не надену!
   - А вы, госпожа, лучше бы помолчали!!! - махнула на нее платком заплаканная служанка и, уже мне, - Ваша Светлость, ну неужели ничего сделать-то нельзя?
   Я отодвинул с дороги хоббитянку и пошел смотреть - что там её так взбудоражило. Осмотрев, затребовал расчески и все прочее. Молли, еще раз тихо всхлипнув, прикатила столик с необходимым. Огромный, ярко-зеленый, расшитый маками и васильками, с длинной золотой бахромой по краям головной платок, которым она так отчаянно размахивала до того, женщина водрузила поверх всех баночек, как крайнее средство. Я аккуратно, двумя пальцами, убрал это цветастое чудовище в сторонку. Где хоббиты берут такие пронзительные краски для ткани, что их платки можно использовать как орудия пытки? Достаточно напротив жертвы ЭТО повесить, и заставить смотреть. Сутки и 'клиент' будет готов все рассказать, лишь бы только избавиться от этого чуда перед глазами! Элли при этом была само спокойствие, только чуть-чуть, уголками губ, улыбалась мне - или уже смирилась, или надеялась на лучшее.
  Через минут двадцать мной был получен вполне приличный результат: сложная, красивая прическа, какие носят многие маги-огневики. Волосы были заплетены в множество переплетающихся между собой кос на макушке, а остальная грива, переплетенная тонкими лентами, спускалась по спине, перехваченная в нескольких местах заколками. И элегантно, и волосы не попадут под раздачу при работе, и не видно, что челка, замазанная воском и тщательно уложенная, длиной сантиметра три от силы. И ушки мило торчат из прически... Элли, когда я подвел её к напольному зеркалу, с теплой улыбкой кивнула моему отражению, а Молли только руками всплеснула - результат, похоже, ошеломил её.
  Пока мы друг друга разглядывали, Молли тактично ретировалась из комнаты, оставив нас наедине.
  Элли с лукавой улыбкой рассматривала меня. Я же, с растущим удивлением, всматривался, понимая, сколь сильно изменилась Элли с нашей встречи в её имении. Куда-то делась маленькая сердитая девочка. На меня смотрела уже взрослая, знающая себе цену, леди. Изменились даже движения, став более плавными, более уверенными.
   - Ты сильно изменилась, Элли, - я, понимая, что сказал банальность, все же не смог удержаться.
   - И ты тоже, Дарр...
  Элли отвела взгляд от зеркала и повернулась ко мне:
   - Ты вымотан, но не это главное... Ты молчишь, но в тебе появилась такая тоска, что мне хочется тебя стукнуть, или обнять, или накричать на тебя - лишь бы ты снова стал собой...
  Я обнял девушку за плечи и прижал к себе. Точнее, как она, не передать словами, чувства и противоречия, что раздирают меня в последние месяцы.
   - Ты права. То, что мы смогли вытащить на свет - не радует, сокровище моё.
   - Расскажи, пожалуйста, - Элли обняла меня и доверчиво прижалась щекой к моему плечу.
   - С чего начать? - я, коротко сжав её плечи, нехотя отстранился и повел девушку к паре кресел, стоящих рядом.
   - С гибели наших двойников, наверное. А там - сам решишь, что и когда нужно рассказать, ладно? - Элли села и сложила руки на коленях.
  Я сел в соседнее кресло, и начал, по возможности кратко, рассказывать:
   - Начать с того, что мой брат выжил, - девушка, светло улыбнувшись, кивнула, - Его успели донести до имения, а Линвэ задействовал портал в имении. Ваши слуги быстро доставили его на площадь перед дворцом. С трудом, тяжело, но его успели откачать члены Совета, боясь нашей мести. По приезду я смог пробиться к магам в Академии и заставил его забрать у Совета и выходить, там он сейчас и находится. Медленно, с трудом, но брат поправляется - тело пострадало очень сильно, но удар был столь силен магически, что здорово повредил его ауру, да и саму суть - тоже задело. В ловушке была жуткая мешанина заклинаний.
  Элли кивнула - понимала, о чем я говорю, только спросила:
   - Кто-то знал о твоей сильной устойчивости к магии?
   - Торден рассказал?
   - Да, он, - кивнула Элли.
   - Хорошо, я сам бы тебе рассказал, но так мы сэкономим время. Итак, брат выжил... У нас давно уже были амулеты, подменивающие наши ауры - твой отец в свое время позаботился, нужно было. В этот раз это нас и выручило. Пока договаривался с Академией, отправил брата к знакомым целителям, а сам, помотавшись несколько дней под его личиной, 'вернулся' уже собой, просто отключив амулет.
   - Как ты уговорил архимагов помочь?
  Элли знала, о чем говорила, ведь ее ректор меня на дух не выносит, да и старшие архимаги тоже на меня всегда косились с подозрением, ведь пока Элли училась, я их затеррорил. Я пожал плечами, и объяснил:
   - Меня пропустили без вопросов, когда мы с целителями переправились к зданию Академии. Но стоило целителям и рунникам перехватить у меня брата, твой ректор меня просто за шкирку, как мальчишку, потащил к себе в кабинет! А в кабинете начал меня трясти и орать, требуя сказать, где я тебя спрятал.
  Элли хихикала, закрыв лицо ладонями.
   - Этот... архимаг... древний... - я аж зубами скрипнул, вспоминая устроенную взбучку, - Ни на мгновение не поверил, что одна из его лучших учениц могла так бездарно погибнуть от какой-то магической ловушки. Ты, дескать, 'должна была её на подходах почувствовать, а не переться, как овечка, туда, откуда магией прет за пол-версты' - замечу, это его слова точь-в-точь! - Элли утерла выступившие от смеха слезы и, коротко кивнув, сказала:
   - Эта девушка, что вы приткнули на мое место, магией не обладает. Потому её и сожгло до тла. А меня, скорее всего, только бы ранило, хоть и сильно. Но мало кто знал в Совете - какой у меня уровень силы. Это вас и выручило.
   - Не только это. Если бы ректор и твои учителя, быстро смекнув ситуацию, не подтвердили, что та горстка пепла на дорожке - твоя, нам бы туго пришлось.
  Я криво усмехнулся, вспоминая, как на меня смотрели учителя девушки, всю жизнь считавшие меня врагом принцессы, и тут понявшие, что я её спас. И тяжелый, мрачный взгляд лорда Тиндэрэ, Главы Академии.
   - Дарр, да у нас давно уже раскол в рядах магов. Одна часть упорно лезет к власти, а другая - от нее отбрыкивается. Это ещё с моего деда началось.
   - Но при этом, когда прижмет, обе части охотно пользуются законными и не очень преимуществами, - подколол я.
   - А то! Тем и живем! - Девушка, не скрывая, одобряла действия обожаемых преподавателей.
   - Так, дальше... Кто совершил покушение - мы нашли, но опять только исполнителей, увы. Заказчик по-прежнему в тени. В целом же ситуация такая, - я глянул на принцессу, она сидела собранная и серьезная, - В Столице у вас бардак! Те тысячелетия, что ваш Дом стоял у власти, остальные тихо лелеяли надежду с вами поменяться местами. Мне тоже своя порция ненависти досталась за то, что я тебя у всех увел и не сберег. Сейчас каждый сильный Дом тянет на себя венец, все считают себя достойными, трясут листами с фамильными древами, и спорят о родстве. Дошло уже до поединков. Только несколько окраинных Домов остались в стороне - да и те поглядывают в сторону, заговаривая об отделении от государства в случае неподходящей кандидатуры на престоле. Нольда тоже бунтуют и требуют кусок власти, намекая на то, что, мол, война не за горами, а войска-то у них...
   - А дядя?.. - Элли, кажется, уже поняла, переспросила для уверенности.
   - Несчастный случай, конечно же! При штурме дворца, в кабинет Короля, где в данный момент находились они с сыном и четырьмя магами, влетел 'Огненный Шар', разнеся всё и всех в клочья. Кабинет, со всеми документами, сожжен до тла - только зачарованный камень выстоял.
  Элли прикрыла глаза, сделав знак рукой 'продолжай'.
   - Это сделали маги из Совета. Якобы один из магистров, получив ранение, не удержал контроль над заклинанием... По чьему приказу это произошло- не совсем понятно, магу никто не оказал помощь, он погиб от истощения, полностью выложившись. Скорее всего, это сделано с целью скрыть правду о том, как была захвачена власть ранее от остальных. Как ты понимаешь, к моменту, когда началось разбирательство, 'виновника' уже не было в живых. А некроманты не могут поднять и допросить тело Высшего эльфа - это мало того, что технически не возможно, так еще и законом запрещено.
  Элли, не открывая глаз, зло произнесла:
   - У дяди был амулеты, активировав которые он мог защититься от магии. Пусть слабый, но дар, позволяющий их запустить, у него был. Еще, на сколько я знаю, кольцо для экстренной телепортации в Приемный Круг в академии. И еще множество интересных вещиц, оставшихся в наследство от деда и отца! Насколько неожиданно на него должны были напасть, что он не успел ими воспользоваться?! Только удар в спину, нанесенный тем, кому он полностью доверял.
   Я промолчал - сам об этом не раз думал, пытаясь понять, почему амулеты не были активированы, но, поскольку времени рассуждать у нас сейчас нет, продолжил:
   - Мы с отцом нашли улики, косвенно объясняющие - что случилось, когда погиб Аллиан и Охтарон, но не можем до сих пор понять, почему твоя мать не вмешалась. Но об этом позже. Сейчас - главное: за всем этим стоят они и те же 'заказчики', и они не успокоятся, пока тебя не уничтожат. Что ты жива, они, судя по всему, уверены.
   - Тот некромант, хозяин лича, тоже замешан? - Элли, все так же сидела, не двигаясь и не открывая глаз.
   - И он - тоже, - я заулыбался - молодец, девочка, догадалась, - Наш с тобой путь проследили, когда мы двигались через Засечь. Я сам тогда сглупил - с этим тавернщиком, помнишь?
   - Моя вина... - вздохнула Элли, - Если бы я не затребовала с тебя оплатить провиант, нас бы не заметили и списали бы на ворье...
   - Да нет, дорогая, это я себя, как мальчишка повел. Ты тут не причем. Не надо было выделываться, тогда бы трактирщик не поднял вой, что ночью его ограбил дроу, и не нажаловался на это своему сюзерену... В общем, о том, что мы там были стало известно. А что я был не один, легко догадаться по тому, сколько фуража и еды я купил. Ну и яблоки я не особо ем, если честно, у меня в них клыки застревают.
  Элли грустно улыбнулась мне, и, дотянувшись, взяла меня за руку. Я чуть ближе передвинул кресло и сел рядом, переплетя наши пальцы.
   - На тот момент ты не знал, насколько все серьезно закрутилось. Да и дурачились мы оба. Знали бы, что за нами так пристально наблюдают, вели бы себя иначе. Сейчас уже ничего не изменишь, не вини себя - ты отлично держался... Для дроу! - Элли подмигнула и чуть сжала мои пальцы.
   - Ну да, для дроу - отлично просто. Сам себя не узнаю, - проворчал я и откинулся на кресле, голова гудела после четвертой подряд бессонной ночи, но не много, в принципе, осталось рассказать, - Уже когда я собирался уезжать, меня догнало сообщение о том, что лорды, которые у нас сейчас тут шныряют, хотят на тебя посмотреть. Я, должен признаться, водил за уши и ваших и наших, подделывая отчеты о твоих успехах, сильно занижая их. Сейчас это нам только на руку. Сделаем вид, что да - у тебя три стихии, но не до крайнего придела развиты, хорошо, Элли?
   - Хорошо, я сама это хотела предложить - чем меньше народу знает правду, тем лучше. Посмотрим, что они сделают, что предложат, так? - Элли, судя по голосу, начала приходить в себя.
   - Да, так и сделаем.
   - Дарр? Ты будешь рядом?..
   - Буду. Я тебя с ними наедине не оставлю. Ты же, все-таки, моя жена, - подмигнул я ей.
   - Тогда пошли на позиции?
  Я заулыбался - хорошо, когда тебя вот так легко понимают. Мы с Элли одновременно встали с кресел, продолжая держаться за руки. Посмотрели на наши руки, улыбнулись и чуть пожав ладони друг другу, расплели пальцы. Я отметил про себя, что пожатие девушки стало крепче и увереннее - ежедневные тренировки дают плоды.
  И, как два воина - плечом к плечу - пошли на бой.
  
Глава 7.
  
  Ленч, введеный по настоянию хоббитов, возмущавшихся что 'есть всего два раза в сутки - пагубно для здоровья', лордов, мягко говоря, удивил. Они тихо переговаривались и ждали - что дальше будет? Длинный стол был уставлен холодными и горячими закусками, графинами с морсами и соками. Но рядом со столом не было ни одного стула! Подходи, бери, чего душа желает, а кушать извольте либо стоя, либо - сидя на небольших низких диванчиках, стоящих вдоль одной из стен.
  Элли, как только мы вошли в столовую, тут же занялась делом - нахваливала незнакомые темным эльфам блюда, мило общалась с лордами, шутливо отвечала на вопросы - в общем, вела себя как пристало леди.
  Лорды, ожидавшие увидеть взбалмошного и несдержанного юного мага, или же избалованную девочку-принцессу, были несколько удивлены - по портретам годовалой давности, что были в распоряжении дроу, выходило, что их должен был встретить нервный подросток... А тут - юная, цветущая и уверенная в себе девушка, да еще столь похожая на своего легендарного отца - и в жестах и в движениях и даже в манере говорить и держать голову, во всем. Даже одевалась так же, как маги её семьи - без излишеств и практично...
  Когда я, специально слегка отстав на входе в столовую, подошел, один из лордов как раз допытывался, как продвигается ее обучение:
   - Юная леди, вам, наверное, сложно изучать дисциплины самостоятельно, вдали от наставников?
   - Порой бывает сложно, милорд, но мне дали хороший базис в Академии, осталось лишь развить способности, - Элли тепло улыбнулась лорду, - С этой задачей я вполне справляюсь.
  Я встал рядом с девушкой, которая мне по-дружески улыбнулась и протянула блюдечко с бутербродами.
   - Лорд Дарриэль, вы как думаете? У меня получается? - чуть кокетливо склонив голову к плечу, обратилась она ко мне.
   - Думаю вполне. Но вчерашняя тренировка была явно лишней, миледи, - я поджал губы и строго глянул на супругу.
   - Вы об этом? - Элли продемонстрировала руку со следами ожогов, - Да, вчера не очень хорошо получилось, не надо было совмещать заклинания...
  Лорд, перехватив в воздухе узкую ладонь девушки, спросил 'можно?' и, получив разрешение, начал разглядывать. Я стиснул зубы. Наглость - несусветная. Хоть я и знал, что ожоги выглядели уже несерьезно, но все-таки... Элли, вскинув брови, задала вопрос:
   - Вы - лекарь, господин Первый лорд? Как неожиданно! - Элли изобразила удивление.
   - Нет, миледи. Но в ранах немного разбираюсь. Ничего серьезного, так - чуть-чуть обожгли кожу между пальчиков. Пару дней - и будет все хорошо.
   - Вы со мной, как с ребенком говорите, милорд! Право слово, не стоит так беспокоиться. Лорд Дарриэль уже осмотрел мои ожоги и высказал мне за них все, что думает о моей беспечности.
  Я включился в игру девушки, сделав 'строгое внушение':
   - Миледи, это не беспечность, это чрезмерная самоуверенность, присущая всем магам. Может вы, господа, объясните леди, что не стоит так нагружать себя? - я еще и головой покачал, для достоверности.
   - Ах, оставьте, господа! Ну что вы так на меня накинулись? Будто я не магистр, а дитя, выхватившее уголек из камина ладошкой!
  Лорды сдержано заулыбались от такого сравнения - видно именно это они и подумали. А это мысль, между прочим! Я, мягко забрав ладонь Элли из цепкой лапы Первого лорда - а то уже поглаживать порывается, выдвинул заманчивое предложение:
   - Леди Элли, а во сколько у вас тренировка сегодня?
   - Как обычно - сразу после заката, милорд. Ваш воин, Торден, столь любезен, что позволяет мне тренироваться с его воспитанниками.
  Лорды, напряглись. Нет, внешне это не проявлялось. Почти. Но я заметил, как у одного чуть дернулись губы, а другой - сощурился. Не движение, но намек на него. Конечно, им не нравится мысль, что кто-то из светлых эльфов тренируется вместе с дроу. Тем более, если это простые воины, а светлый - маг. Я, 'от щедроты душевной', предложил Элли:
   - Миледи, а вы не будете сегодня против лишних 'зрителей'?
  Элли - умничка, тут же подхватила мою идею: чуть нахмурила бровки, будто раздумывая и кивнула. Но задумчиво предупредила лордов:
   - Господа, я должна предупредить, что тренировки проводятся довольно 'жестко'. Это неоднозначное зрелище. Что бы не происходило, я прошу вас оставаться в стороне. Я, конечно, использую в тренировках только ослабленные заклинания, и те, что не могут серьезно навредить... Но... Вы уверены?
   - Конечно, леди! Это будет познавательно и интересно - увидеть совместную тренировку мага и воинов, не правда ли, лорд Дарриэль?
   - Конечно, лорды. Это по крайней мере, весьма зрелищно. Леди?
   - Тогда - решено. Сразу после заката я вас жду в маг-зале. Вы предупредите Тордена и его воинов?
   - Конечно, моя леди! А мне вы позволите тренироваться с вами? - я, в надежде на согласие, заулыбался.
  Элли, прищурившись, возмущенно ответила, даже пальцем пригрозила:
   - Ну уж нет, милорд! Будете просто зрителем. А за одно укажите мне на мои ошибки и недочеты!
   - Вы отказываетесь со мной тренироваться? - я откровенно наслаждался реакцией лордов.
   - Милорд, те жалкие несколько секунд, что я успеваю продержаться против вас, вряд ли можно назвать полноценной тренировкой!
  Второй лорд, уже с искренним любопытством спросил нас:
   - Вы уже тренировались вместе?
   - Да, если это избиение младенца можно так назвать, господа! Лорд Дарриэль раз за разом демонстрирует мне преимущества лорда-дроу перед магом-эльфом, - девушка искренне рассмеялась и развела руками.
  Лорд, поддержав шутку девушки, обратился ко мне с деланным возмущением:
   - Как вы могли, лорд Дарриэль, так издеваться над юной принцессой?
  Я усмехнулся и 'добил' лордов:
   - Леди Элениэль, может и принцесса, но по воспитанию и духу - боевой маг, господа. Она спокойно воспринимает критику и невероятно быстро всему учится.
   - Вот, теперь вы меня хвалите, милорд! А тогда заявляли, что я просто ленюсь! Вы представляете, господа!
  Господа дроу, кажется выпали в мутный осадок на дне колбы... Что бы Высший эльф вот так спокойно, с само-иронией, да при посторонних, признал, что его кто-то ругал... Мы с Элли должны дать им понять, что они могут сбросить девушку со счетов.
  Один из лордов, как бы в задумчивости, протянул:
   - Да, миледи, это довольно сложно представить. Что бы наследная принцесса так запросто тренировалась с простыми воинами...
   - Бросьте, лорды, какая из меня 'наследная принцесса'? О чем вы? Уже сейчас понятно, что, даже если я, так сказать, 'воскресну' и вернусь в Столицу, меня не изберут на трон, - мягко возразила Элли, - Да и для чего, господа? Что бы унять волнения, и следом, через несколько лет буквально, получить новые, еще хлеще?
   - Почему вы так считаете, леди Элениэль? Ведь вы - законная наследница престола! Народ вас знает и любит, и вас без сомнений выберут, если вы вернетесь...
  Девушка мягко, но очень грустным голосом перебила лорда:
   - Увы, милорд. Меня не утвердит Совет Магов - это противозаконно. Я уже сейчас магистр. Несколько лет затишья, и мой народ ждет новое потрясение: Королева отрекается от венца, надевая белые одежды архимага. Да и аристократы вряд ли выберут ту, которая замужем за одним из лордов-дроу, давайте называть вещи своими именами и будем честными друг с другом!
   - Но вас можно развести, разве не так? - выразил сомнение лорд, кинув быстрый взгял на меня.
  Я взял слово, выкладывая факты, которые для меня накопали законники, и которые до поры хотел придержать:
   - Да, можно. Но с согласия глав обоих Домов. Мой отец, при необходимости, тут же даст согласие, тут никаких загвоздок нет. А с Элениэль выходят сложности, - я сделал паузу - пусть сами подумают.
   - Ну у Дома Тинвэ сейчас, фактически, глава - вы, лорд Дарриэль. Я не вижу тут сложностей!
   - Есть милорд. В законе прописано четко - 'Главой Правящего Дома может стать только совершеннолетний Высший эльф или эльфийка по достижении возраста совершеннолетия: десяти 'долгих' лет'. Вы теперь понимаете, чем это нам всем оборачивается?..
  Элли ахнула и прикрыла рот ладошкой. Дроу отреагировали спокойнее, чем девушка, но тоже были неприятно озадачены. Я продолжил вываливать на них факты:
   - Я специально перепроверил своды законов. Понятно, что это сделано с единственной целью - не допустить на трон другие ветви эльфийских родов, но мы не можем обойти этот пункт. Теперь нас можно будет развести только по достижению леди Элениэль совершеннолетия. Причем это может сделать только она. Либо - есть еще надежда, что её бабушка и дедушка, пропавшие безвести более сорока лет назад, это сделают. Если они живы и удастся их отыскать. В остальных случаях нам не могут помочь даже жрицы, увы.
  Элли, отняв ладонь от губ, задумчиво протянула:
   - Да, все верно, господа, я учила эти своды законов. Я этот момент упустила из вида, когда давала согласие на брак. Тогда дядя был жив и мог нас развести... Но теперь...
  И, уже мне, с сочувствием:
   - Милорд, значит мы либо ищем моих родных, либо ждем еще девять сотен земных лет. Увы, мне жаль, что так произошло, - Элли коснулась кончиками пальцев моего рукава, взгляд стал потерянный...
   - Все к лучшему, миледи, не расстраивайтесь. Если вы готовы меня терпеть еще почти тысячу лет...
   - Я думаю, что-то можно придумать! - резко прервал наш обмен сочувствиями Первый лорд, - Можно обратиться к Императрице, к жрицам, в конце концов...
   - И мы получим односторонне-аннулированный брак, - Элли недовольно поджала губы, - Только по вашим законам. А по нашим - нет. И, как результат, осложнение и не без того не простых отношений между нашими народами. Нет, господа, это не выход! - Элли упрямо вздернула подбородок, - Нужно найти другое решение. Ну и искать другого кандидата на трон. Который всех устроит. Как только такой появится, я с радостью, одной из первых, присягну ему на верность.
  Лорды нехотя склонили головы, признавая решение девушки. Я же, взяв Элли под руку, извинился перед лордами и увел её в другой конец столовой. Там, выдав ей тарелку с каким-то сладким печеньем, начал искоса наблюдать за лордами. Те, низко склонив головы, совещались - один из лордов был явно весьма недоволен, второй его остервенело в чем-то убеждал. Что ж, пусть посоветуются, полезно.
  Элли же, осмотрев печеньки, затребовала что-нибудь 'нормальное', мотивировав это тем, что она не дроу, и сладкое ест только по настроению... Ладно, добыл ей бутербродов с холодным мясом и сыром и торжественно вручил. Поставил оголодавшую девушку так, чтобы разговаривая с ней, видеть ожесточенно спорящих лордов. Элли, стоя спиной к ним, строила мне смешные рожицы и совершенно не переживала - знала, что я её в обиду не дам, и это было неожиданно приятно.
  В течении дня лорды предприняли еще несколько попыток найти 'подход' к принцессе, но каждый раз получали один и тот же ответ. Я, в свою очередь, не отходил от девушки далеко, старался, по-возможности отманить их на себя, отвлекая то библиотекой, то документами... Но эти двое с упорством весенней реки шли к своей цели, продолжая увещевать Элли. Эти попытки не имели целью её уговорить, скорее, лорды проверяли: а так ли сильна решимость девушки отказаться от трона, и не обернется ли внезапная смена её решения, проблемой в будущем?
  До вечера принцесса дотерпела с трудом, явно готовая уже достаточно грубо оборвать витиеватые речи лордов, если они снова подойдут к ней. Спасло нас то, что Торден притащил шахматы и мы сели играть двое на двое... Элли хоть смогла спокойно отдохнуть и подготовиться к тренировке.
  С наступлением заката я повел лордов в маг-зал. Там, рядом со специальной зоной для зрителей у стены, нас уже ждал Торден со своими воинами и Элли. При виде принцессы я нахмурился - это было слишком смело даже для неё. Лорды с лица спали, разом забыв про выбранные ими роли хороших дядечек-лордов, видя - во что одета эльфийка. И уже рот открыли - высказать не сильно вежливое, и резкое 'фе', когда их опередил старший воин:
   - Куртка леди Эллениэль недавно сильно пострадала, я счел необходимым выдать ей другое снаряжение, - холодный, спокойный голос воина убил все возмущения в зародыше, - А так как другого обмундирования у нас нет, будет в этом.
  Элли, спокойно пожала плечиком. Справившись с шоком, вынужден был признать сказать, форма воинов Второго дома ей невероятно шла... Видно было, что амуницию на ней долго и тщательно подгоняли, причем все ремни до предела утянули, сняли нашивки и знаки Дома, но все равно характерный доспех опознавался... Чешуйчатые накладки, закрывающие бедра и бока едва проглядывали из-под туго утянутых по тонкой девичьей фигурке краев черного, цельного кожаного доспеха из матово-черной кожи василиска. Ботинки были её собственные, с памятными бантиками, а вороненые поножи, рассчитанные на голень взрослого мужчины, были так же туго пригнаны поверх. Плотный воротник с металлической чешуей, закрывающий шею с куртки так же был отстегнут и заменен на более короткий и простой, а наручи, похоже, так и не смогли подогнать и тоже убрали из комплекта, как и перчатки с металлическими вставками и шипами... Должен признать, выглядела девушка весьма необычно и воинственно, но в ряду с другими воинами она смотрелась, как маленький котенок на фоне черных тигров. Ну и золотая косища, кокетливо перекинутая через плечо дополняла образ...
  Торден еще раз придирчиво оглядел свой строй, и, как всегда равнодушно и холодно, пригрозил:
   - А те из зрителей, кто посчитает после тренировки, что девочка позорит эту форму, выйдет с ней один-на-один на завтрашней тренировке, без сдерживающих амулетов.
  Молодые воины согласно закивали. Младший из них, из Одиннадцатого дома, тяжело вздохнул, бросив косой взгляд на эльфийку. Видно этот уже пытался выразить свои сомнения касательно внешнего вида леди. Элли ответила Тордену таким радостно-щенячьим взглядом, что юноша нервно сглотнул...
  Воины вместе с Элли ушли в центр зала, а я, нажав на исписанную рунами панель в стене, активировал защитный контур вокруг нас, и началось... Никто не отдавал команды, просто все пятеро бойцов разом пришли в движение, силуэты воинов расплылись, смешаясь со своих мест. И все явно остервенело пытались поймать девушку, или хотя бы коснуться её оружием. Торден пока держался чуть в сторонке и кровожадно улыбался - наблюдал.
  Вот один из воинов пытается подобраться к Элли со спины, но, напарываясь вспыхнувший на мгновение воздушный щит, отскакивает и ошарашенно трясет головой со вздыбленной шевелюрой - по себе знаю, мерзкое ощущение. Второй, дождавшись слета щита, пробует достать клинками - Элли, прогнувшись до пола, уходит с линии удара. И, снизу, с пола, посылает в него шар воды, размером с хороший арбуз, влетевший ровно в живот и сбивший противника с ног. Третий - как раз младший, кадучись пробирается к магичке, но поскальзывается на льду, возникшему под ногами и, подсеченный 'Бризом' отлетает, но тормозит о колонну. Спиной. Первый уже проморгался и обходит девушку... Та, в последний момент взлетает под потолок, швырнув на прощание куском льда, заставив воина кувырком уйти за спасительную колонну, на которой расцвел ледяной цветок.
  Вода чередуется с воздухом, защита с атаками, по залу расползается месиво из воды и ледяного крошева, пахнет морозом и озоном, уши закладывает от грохота... Несколько раз в тонкую пленочку защиты напротив нас влетали, разлетаясь вдребезги, снаряды - незабываемое ощущение... Младший, подобравшийся на расстояние удара, но уже без книнков - Элли вморозила их в ледяную глыбу в центре зала - хватает её довольно жестким захватом за предплечье, но следом отлетает с жутким воем - его рука покрыта до шеи коркой льда и отнялась. Это эльфийка, вывернувшись и шипя от боли, смогла коснуться его руки ладонью.
  Несколько мгновений тишины - маг стоит в центре зала - воины обходят по периметру. Элли - тоже уже без клинков - вышибли, тяжело дышит, пытаясь уследить за всеми разом. Торден, хищно улыбаясь, заменил в атаке выбывшего младшего, на что Элли, расплывшись в ответ злорадной улыбке, молниеносно опускает ладони в сторону пола. Вспышка! Четыре воина стоят, вмороженные - кто одной ногой, а кто и двумя - по щиколотку в лед на полу, и расстроено матерятся, пытаясь оторвать обувь от пола - что бы выбраться, нужно разрезать заиндевевшие ботинки и бегать за шустрой девушкой босиком по ледяному крошеву... Еще вспышка, на сей раз оранжевая, и лед, к которому прикоснулась ладонями ухмыляющаяся девушка, начал стремительно таять, заливая пол ровным слоем воды. Торден, довольный, как сытый питон, улыбался, скрестив руки на груди, с отеческой гордостью посматривал на эльфийку.
  Лорды отмерли - воины пошли собирать оружие. Я выдохнул и хотел было снять защиту, но Торден сделал знак обождать. Ладно, значит еще не всё.
  Дроу разбились по двое, эльфийка держалась поодаль, на сухом пятачке - ждала команды от старшего. Тот махнул рукой. Элли, используя запасенные накопители энергии - пару кристаллов, гасивших всю тренировку излишки её силы, на сей раз выплетала что-то более сложное - не начальных кругов. Что-то доступное лишь магистрам. Застыла статуей, только руки шевелились, выравнивая канву заклинания. Я опознал заклинание, а через несколько секунд Первый лорд прошептал: 'Воздушное оружие', и впился взглядом, а покровительственная полу-улыбка, что висела, как приклеенная на его лице, все время тренировки, мигом слетела, сменившись жадным оскалом нашедшего добычу зверя. Я понимал его реакцию - это заклинание почти не используется ни кем, кроме сработавшихся связок из воинов и мага. В виду его опасности для воинов.
  Фигурка принцессы чуть мерцала, по ней пробегали короткие разряды, а в руках у темных заискрились, переливаясь голубым и белым, призрачные клинки - копии их собственных. Пошла привычная для дроу тренировка, но магическим оружием, одно касание которых может убить противника, а Элли стояла, не шевелясь, поочередно накладывая защиту 'Воды' на того из воинов, кто в данный момент в ней нуждался. А если учесть, что насквозь мокрые дроу стояли по щиколотки в воде, ошибись, или проворонь кто-то из них, всех ударит по цепочке. 'Если кто-то не успеет выставить блок, или принцесса проворонит момент и не закроет ледяным щитом, будет салют!' - тихо проговорил лорд Траэл, не сводивший сверкающих алых глаз с воинов, держащих в руках смертоносное оружие. Лорд ждал момента, когда Элли проворонит удар - проверить, а не иллюзия ли это заклинание. Не верил, хорошо зная что даже удерживать в руках эти клинки обычному воину очень болезненно - тут нужна сопротивляемость магии... Лорд смотрел на молодых воинов и, холодно и зло усмехаясь, мысленно перестраивал планы на них - на бывший раньше 'бросовый материал', что думали списать после возвращения.
  'Теперь у этих троих 'мальчишек' появился шанс на карьеру...' - подумал я, глядя на то, как Лорд Траэл, многоликое чудовище, умевшее годами играть выбранные им роли, зло сощурившись сверлил неприязненным взглядом Тордена. Тот ему отвечал столь же нехорошим прищуром... Между этими двумя 'родственниками' всю их жизнь идет тихая, безмолвная схватка - Траэла бесило то, что Торден, по его мнению, был 'солдафоном' и прививал своим воспитанникам недостаточно почтения традициям... Тордена бесило то, что лорд на первое место ставит личную выгоду, игнорируя свой Дом. Торден, уже которую сотню лет аккуратно прибирал себе бросовый, никому не нужный материал, собирая мальчишек-дроу в стенах академии и воспитывая их них лучших в Империи воинов, незаметно скопил преданную и сильную армию из нескольких сотен вышколенных бойцов, готовых вцепиться в глотку любому. Далеко не сразу лорды, погрязшие во внутренних разборках за тепленькое место в Пирамиде, начали осознавать, что в каждом Доме, даже в свите Императрицы есть его воспитанники, 'Вороны', как звали их другие дроу за символ Академии - ворон на фоне луны, что был вытатуирован напротив сердца каждого из них... Что разжалованный из лордов 'солдафон', сброшенный ими со счетов, просто-напросто обложил их со всех сторон, как лис в норе. Академия - отдельная и неприступная город-крепость, стала самостоятельной единицей, стремительно наращивая силу - свои воины, свои кузни, свои торговые связи, даже свои маги и алхимики... Осторожно и неторопливо, как крадущийся к добыче тигр, Торден-солдафон убрал из своей вотчины других лордов, заменив воспитанниками, преданными ему даже больше, чем Императрице и Пирамиде. Каждый из его воспитанников, отдавая честь, произнося клятву прикладывал сжатый кулак к груди... Ровно напротив татуировки-символа. И это пугало лордов больше, чем ореол уважения и почитания, каким сопровождался каждый из Воронов Тордена... Молодняк, живущий на улицах городов дроу, мечтает уже не о том, чтобы его заметил или нашел и забрал в Дом отец или старший родственник, а о том, чтобы его заметили 'Вороны'. Тордено по-тихому убрать мечтают, может, и многие... Да только вот он был одним из самых лучших, и заменить его в Академии было не кем, да и за ним стоит уже армия преданных и обожающих щенков...
  
  Пока мы отвлеклись на переглядывания, младший выбыл снова - случайно коснулся воды у своих ног своим же искрящимся клинком, и с грохотом и искрами полетел в угол зала. Остальные успели подпрыгнуть - явно это не первый раз случилось. Элли, стоявшая на сухом, вытянула в сторону руку и мягко поймала летящего спиной вперед воина заклинанием и, вернув, 'сложила' около нашего контура на сухой кусок пола. Парня слегка подергивало, от него валил пар, но он был живой, и судя по виду, очень радовался этому факту.
  Продолжался этот бой от силы минуту. Торден отдал команду, все застыли. Элли сняла заклинания и выдохнула, убрав в карман почти пустые и потемневшие накопители.
  Сошлись в центре, поклонились друг другу и направились к завороженным зрителям.
  Младший, шипя, как раз предпринял попытку подняться с пола. Волосы у него стояли дыбом, руки подергивались и подламывались, суставы его не слушались. Вид при этом был довольный до невообразимого.
  Элли, подойдя к нему, криво усмехнулась, разглядывая его с высоты своего роста:
   - Ну да, в этот раз я тебя аккуратнее сгрузила.
   - Ага. А в прошлый раз - сбросили в трех метрах от пола, да еще и с ускорением, - весело ответил парень, даже не пытаясь подняться на ноги, довольствуясь тем, что смог сесть.
  Я очень хорошо знал его состояние: встать на ноги не получится все равно, а вот позабавить окружающих видом трясущихся коленок и разъезжающихся ступней - запросто! Еще и вестибулярный аппарат шалит так, что сложно понять - на полу ты стоишь, или на стене.
  Торден, криво усмехнувшись, изрек:
   - Ну так в этот раз мы подпрыгнуть успели, а в прошлый - нет... И ты оба клинка замкнул, помнится.
   - Да-а-а, мы все летели сияющей 'ромашкой' в разные углы зала, - засмеялась девушка.
   - Миледи, а вы сегодня что-то из 'Огня' использовали, да? - Юноша из Шестого дома как раз отковыривал кусок пришедшего в негодность кожаного шнурка от ботинка и с подозрением его разглядывал.
   - Ну да, - девушка пожала плечами и поморщилась, ойкнув - ей тоже сегодня досталось, когда младший ей руку выкрутил, - Вы же опять попались на заморозке.
   - Да, это проблема - летать мы не умеем... - отозвался грустно парень.
  Лорд Траэл, наконец, пришел в себя и восхищенно протянул:
   - Вы хорошо держались, господа! А леди... Леди, это... Невероятно, - лорд запустил пятерню в волосы, забывшись.
   - Все сегодня молодцы. Результат улучшили вдвое за неделю. Летать начали меньше... - вечно спокойный Торден чуть улыбался, что для него редкость, - Даже Младший целый и не сильно дымит. Принцесса! - Девушка вытянулась, - Еще раз так близко подпустите кого-то из воинов, сам займусь. И почему на вас доспех искрил?
   - Часть металлических клепок на куртке сопротивлялись отковыриванию! Качественно закреплены! - бодро отрапортовала та, стоя навытяжку.
   - Шестой, исправь. Все свободны, - скомандовал воин.
   - Нет, Торден, подождите, - я хитро подмигнул Элли, - Что бы никто из молодых не страдал чрезмерной самоуверенностью, пусть леди Элениэль продемонстрирует какое-нибудь заклинание из тех, что сегодня здесь использовались, но в полную силу.
  Торден расплылся в довольной улыбке и первым шагнул внутрь контура. Следом юркнули все остальные, и младшего, цапнув за ворот, втянули.
   - Милорд?.. - Элли смотрела на меня, подозрительно сощурившись.
   - Миледи, вы используете крохотную толику силы, постоянно контролируете заклинания и ограничиваете себя - я это видел. Только в конце тренировки было что-то отдаленно похожее на нормальную работу магистра.
  Элениэль кивнула и отошла на несколько шагов от нас. По пути предупредила:
   - Я попрошу вас, господа, отойти к стене и плотно прижаться к ней - там дополнительные защитные руны, увидите. Не выходите, пока я не разрешу. И... Оставьте, пожалуйста, мне местечко!
  Элли встала, отвела руку в сторону и назад и замерла. В этот раз почти не было сияния: вода с пола ручейками подымалась вверх и над её запрокинутой ладонью с хрустом формировалось что-то чудовищное - длинная, вытянутая ледяная глыба около десяти локтей длинной... Еще пара секунд, и по ней пошли разряды ослепляюще-ярких молний. Девушка чуть качнула рукой и, послав это чудовище в стену, развернулась на пятках и, пригнувшись, бросилась к нам, под прикрытие купола. Одновременно с тем, как я её втянул под защиту и прижал к стене, раздался чудовищный грохот, от которого заныли уши, по полу и стенам прошла судорога, а температура в зале упала так резко, что воздух заискрился и дыхание перехватило. Когда я пришел в себя и огляделся, невольно присвистнул... Зал, ставший меньше в где-то вдвое, искрился и переливался, став похожим на ледяной грот. Стены, колонны, местами даже потолок - все было покрыто толстым слоем голубого, сверкающего льда. Единственное 'чистым' местом был полукруг под нашими ногами.
  Когда все обрели способность говорить, а встроенная защита зала начала устранять последствия, Элли, выдохнув облачко пара и полюбовавшись на него, отрапортовала бодрым голосом лектора:
   - Атакующее заклинание 'Сосулька', первый круг магии воды, двенадцатый круг контроля силы. Совмещено с 'Шаровой молнией', десятый круг, семнадцатый уровень силы. Сегодня так, чисто для зрелищности, а в бою - для большего разлета осколков при ударе и увеличения поражающей способности. Расстояние - зона четкой видимости мага, область воздействия от эпицентра удара: двадцать пять локтей - смертельная зона, тридцать пять - сильные повреждения, сорок - дезориентация, обморожение, шок. Ну и истерика у тех, кто наблюдал это со стороны, как правило... Максимально-эффективное использование против обороняющихся крепостей, осадной техники и латной конницы, или плотного пешего строя. Наименее - против разрозненного отряда менее пятидесяти единиц. Чем тяжелее доспехи жертв, тем сильнее получаемые повреждения. Нежить разносит на части, расшвыривая куски в радиусе около ста локтей.
  Я не знаю - кто, но кто-то из дроу шумно и нервно сглотнул, а Элли продолжила, как ни в чем ни бывало:
   - На заклинание уходит порядка семи - двенадцати секунд, зависит от влажности окружающей среды и боевого опыта магистра. Количество подобных заклинаний, возможных к использованию одним магом моего уровня ограничено пятью-шестью за раз. С накопителями - зависит от опыта, но не более четырнадцати.
   - А после - что? - произнес лорд Орголл, задумчиво стиравший ногтем иней, осевший на его черном камзоле.
   - А все, милорд, на этом я 'пуста'. Почти... Но это еще дойти до меня надо, вот по этому, - Элли махнула рукой на месиво из острых осколков льда, ощетинившихся перед кругом высотой по колено, - А маги, как известно, в одиночку не ходят... - подмигнула девушка мне.
   - Мда-а-а... - Торден сгибал и разгибал руки в заиндевевшем кожаном доспехе. С него ссыпались куски льда, замерзшая мокрая кожа лопнула на плече.
  Остальные тоже не лучшим образом выглядели. Один из воинов судорожно пытался оторвать примерзший к перчатке кинжал, за рукоять которого он по глупости схватился.
   - Да-а-а уж... - Опять повторил Торден, недовольно осматривая прореху на плече, - Вот так доковылял кто-то из последних сил до мага, а тут мы... Добиваем счастливчика...
   - Если сами ЭТО переживем, - сдавленно прохрипел младший с пола у нас под ногами.
   - Переживете, это только в замкнутом пространстве такой эффект потрясающий, - я , коснувшись пластины, отключил защиту и стало совсем зябко, - На воздухе это не так здорово выглядит!
  Все, не сговариваясь, заторопились из зала, а младшего, подперев плечом, увел один из воинов. Элли, улыбаясь, дернула меня за кончик косы. Видно, давно в полную силу не работала, раз так сияет и хулиганит.
  В коридоре, на выходе из дверей, всех уже ждали слуги с горячим глинтвейном и закусками. Молли молча накинула на принцессу - единственную, кстати, из всех нас не покрывшуюся инеем, теплый плед и раздала всем желающим сухие, прогретые над огнем полотенца. Мы нестройной толпой потянулись в столовую - там, помнится, камин был...
  Я усадил девушку в кресло и вызвался поухаживать. Лорды выглядели не очень-то счастливыми после всего увиденного, и, судя по перемигиваниям, ждали подходящего момента, чтобы накинуться с расспросами. Наконец, чуть отогревшись, лорд Орголл озвучил мысль, что после тренировки вертелась на языке у всех нас:
   - Миледи, ответьте пожалуйста на один вопрос - если ваши маги обладают таким могуществом, почему вы, простите за грубость, подчиняетесь Королю?
   - А все просто, милорд... И эти данные общедоступны и секретом не являются. Дело в том, что таких магов, как в моем Доме, рождаются единицы. Дети магов почти всегда наследуют способности, отсюда у нас династии, куда посторонние не особо вливаются. А в целом, - Элли тяжело вздохнула и продолжила, сжав чашечку с чаем обоими ладонями и нахохлившись, как воробышек, - В целом, все мы, эльфы - магически одарены, так или иначе, но только менее десяти процентов от всех эльфов способны развить способности.
   - А вот ублюдки ваши - маги через одного... - не упустил возможность ввинтить ядовитую шпильку лорд.
   - А вот не надо мне напоминать, милорд, сами, поверьте, все мантии на локтях уже прогрызли! - в тон ему ответила девушка, - И не мне вам рассказывать, какие сейчас в мире из-за них проблемы, и сколько совместных с вашими, кстати, воинами, элитных отрядов полегло, подчищая результат знакомства с людьми несдержанных в эмоциях лесных эльфов!
  Лорд Орголл шутливо поднял обе руки вверх, взывая к миру, а Траэл, брезгливо поджав губы, изобразил церемонный поклон. Элли показала зубки, и его это задело...
  - Мне продолжать? Или еще немножко продолжим вечный спор? - уже спокойнее, с лукавой улыбкой спросила Элли.
  - Конечно, леди! Мы все - внимание!
   - Стихийников среди НАШИХ магов - меньше половины. Итого мы, эльфы, имеем сорок-пятьдесят одаренных из тысячи... Более, чем двумя стихиями управляет одна одна треть из них. Добавлю к этому, что обучение и в Школе, и в Академии стоит очень серьезных денег, да и смертность на нашем факультете высока. Ну и терпения дойти до верхов знаний не всем хватает. Вот и считайте. А на деле... Один из двух сотен магов - магистр, один из пяти сотен - архимаг. Ну и не забывайте, что многие перемещаются по миру, кто-то преподает, иные, добившись высот, возвращается домой и заводят семьи, а бывает и так, что маг, проучившись сотню лет, бездарно гибнет в первом же бою... Вот и получается: в среднем, тридцать - тридцать пять архимагов, что у нас есть, не могут подставить всех тех, кто вынужден подчиняться Короне. Только добившись звания архимага, ты можешь быть относительно свободен от воли Его Величества... Ну и магией мы, стихийники, не можем выращивать пищу, делать одежду и строить, да и характеры у нас, стихийных магов, тоже не подарок...
  Лорд Траэл, едко усмехнувшись, сделал вывод из услышанного:
   - Да, леди, я понял вашу мысль. Добавлю от себя, что у каждого из вас есть имущество, которое не хочется терять, Дом, семья и родственники, связанные вассальной клятвой и подчиняющиеся воле Короля.
   - Да, милорд, все верно. Нас держат, и крепко - не дернешься.
   - Как и нас, миледи, - едва слышно произнес Лорд Траэл.
  Элли грустно кивнула и посмотрела на меня. В этот момент мне показалось, что она знает, или хотя бы догадывается о причинах, по которым моя семья вот уже шесть сотен лет скитается по поверхности, выполняя поручения Императорского Дома...
  
  
Глава 8.
  
  Тренировка сделала свое дело - лорды окончательно отстали со своим предложением, поняв, что тут нечего ловить. И, отбросив церемонии, вроде как расслабились и, как по волшебству, сменили свои маски, став интересными и остроумными собеседниками. Воины ушли чинить и приводить в порядок снаряжение. Элли хотела было отдать одолженную куртку, но Лорд Траэл, покачав головой, остановил её, заявив, что девушка форму заслуживает, хоть и не воин, а маг. Торден тихо хмыкнул, а смутившаяся Элли от души поблагодарила лорда за комплимент.
  Когда все посторонние покинули столовую, а слуги принесли вина, закуски и зажгли свечи, лорд Траэл, весь вечер не сводивший с нас мерцающего взгляда, чуть заметно улыбаясь, тихо произнес:
  - Смотрю я на вас, дети, и удивляюсь: насколько вы двое, внешне так похожие на матерей, характерами удались в ваших неспокойных отцов...
  Мы с Элли непонимающе переглянулись и синхронно склонив головы к левому плечу, уставились на старших лордов. Те, усмехнувшись от слаженности наших действий, понимающе переглянулись. Лорд Орголл, заговорщически подмигнув, пояснил непонятные слова друга:
  - Ваши уважаемые отцы в юности столь знатно погуляли по миру, сея такой ужас среди людей, зеленых и магов-полукровок, что во многих уголках нашего континента их имена до сих пор не упоминают на ночь, а если и поминают, то содрогаясь и шепотом... В халифате их долгое время называли 'шайтанами' или, чаще, 'ураганом из-за гор'.
  Я, медленно кивнув, пояснил навострившей ушки Элли:
  - Дэр Черное Крыло и Али-Ану, Белое Пламя. Их до сих пор там почитают, как страшных, но великих воинов, посланных Всевышним для борьбы со степными орками.
  - Именно, Дарриэль. Но не только там их так называют. Несколько столетий эта парочка наводила ужас на человеческих и не только, магов и колдунов, вылавливали и уничтожали некромантов, отщепенцев-полукровок, выжигали секты. Аллиан - магией, Дэрах - мечом. Часто к ним присоединялся Лорд Леаринистэн, архимаг-селестин, маг 'Разума', стихийник. Искали утерянные в войнах артефакты и рукописи, разнесли по камушкам прежнюю столицу людских земель... Река Гранная, что долгое была границей эльфийских земель - тоже, кстати, их детище! Аллиан с Леаринистэн, посовещавшись, решили так вот эффектно отделить людей от эльфов. Это сейчас, тысячелетия спустя, там низина и болото, а тогда была полноводная река, несущая свои солоноватые воды через глубокие ущелья к морю... Переправиться через нее могли лишь самые отчаянные идиоты.
  - Потому и мост там такой огромный? - догадалась Элли.
  - Да, он соединял далекие в те времена берега, и был построен совместными усилиями гномов и эльфов. А люди, испугавшись мощи двух эльфийских архимагов, почти две сотни лет сидели тихо и на пушечный выстрел не приближались к мосту.
  Лорд Траэл, так же, чуть улыбаясь, ехидно добавил:
  - Не стоит забывать и того, как они успели в свое время еще и в Сердце Мира знатно порезвиться! Да так, что правительство само выдало им всех тех преступников, что они затребовали! Вот что значит - хорошая репутация. Вам, как я сужу по вашей реакции, этого не рассказывали, юная леди? - обратился он к Элли.
  - Нет, милорд, как-то это все мимо меня прошло: к моменту моего появления на свет, Аллиан Тинвэ был уже уважаемым профессором, примерным семьянином и образцовым отцом, - съязвила в ответ эльфийка.
  Лорд Траэл, запрокинув голову, звучно рассмеялся, а Орголл, посмеиваясь, торжественно произнес:
  - Вот что любящая женщина способна сделать даже с самым страшным магом в мире!
  Элли хитренько заулыбалась, а лорд Траэл еще долго усмехался уголком рта, поглядывая то на меня, то на на Элли.
  
  ***
  
  Засиделись мы до глубокой ночи, а когда спохватились, было уже поздно отправляться отдыхать. Разве что моя Элли тихо клевала носом. Её и отправили, тепло попрощавшись. Пока я её сопровождал, девушка отчаянно зевала и уговаривала меня, что она вполне способна еще немножко посидеть в хорошей компании, но я её угомонил обещанием спеть колыбельную. Принцесса, мигом взбодрившись, фыркнула и гордо отказалась от такой чести и со словами: 'ну уж нет, этого еще не хватало' и закрыла перед моим носом дверь. Когда я спустился обратно в темную столовую, лорды сидели на диване и потягивали вино - явно ждали меня. Весь вечер я нервничал, хоть и не показывал это Элли. Эти двое должны огласить приговор, и от него многое зависит.
  Встал напротив них, всем видом демонстрируя, что шутки кончились и пришло время серьезных разговоров. Первый лорд, кивнув, указал мне подбородком на стул рядом с диваном. Я сел, не отводя напряженного взгляда с лордов. Как кадет на зачете чувствовал себя. Лорд Траэл, лениво смаковал вино и намеренно затягивал неприятную, нервирующую еще больше, паузу. Второй лорд ждал, когда заговорит старший.
  Через несколько минут лорд Траэл, наконец-то отставил на подлокотник кубок и довольно миролюбиво улыбнулся мне. По спине, пробирая до костей, прошел мороз, в горле, заклокотав, родился но был тут же задушен низкий рык.
  Вот с таким же добрым, миролюбивым и чуть насмешливым выражением на лице Первый лорд Второго Дома стоял за спиной Императора, когда тот отдавал приказ уничтожить весь Четвертый Дом. В тот день, когда Дарриэля с младшим братом спас Аллиан Тинвэ. В голове, среди подымающейся от накатившей ярости кровавой пелены, пронеслись мысли: 'Если бы я, смертельно раненный, не успел тогда дотянуться до амулета вызова... Наши бы с Даррианом трупы гнили на помойке в общей куче, куда эти ублюдки свалили тела всех его родных...' Под прикрытием Аллина двенадцатилетний Дарриэль и супруга Аллиана Тинвэ Лаура, голыми руками откидывали скользкие от еще не свернувшейся толком крови остывающие тела, пытаясь откопать еще живого, но задыхающегося Дарриана. Лорд Траэл, мягко улыбаясь, пытался вразумить полыхающего белым пламенем ярости архимага, способного в тот момент стереть с лица земли Пирамиду... Если бы я не дотянулся до вшитого под кожу амулета... Я с трудом отогнал заклокотавшую в груди ненависть и боль.
  Сдерживать растущее напряжение было тяжело, но необходимо - он специально трепет мне нервы, ждет моей ошибки или неосторожных действий, улыбается и проявляет показную отеческую заботу... Не дождется - цена ошибки слишком высока. Я для него неудача, вечное напоминание о его провале. Заноза, которая хоть и зудит, но вытащить - нельзя, пока нельзя. Наконец, усмехнувшись, начал медленно, лениво говорить, постепенно отбрасывая великосветские манеры и многословность, что демонстрировал весь день эльфийке:
  - Дарриэль, я, кажется понимаю, что вы нашли в этой девушке, и почему вы с Дэрахом так отчаянно за нее боретесь, - с улыбкой на тонких губах произнес Лорд Траэл, - Я очень давно не встречал среди эльфов таких, как она, а вы знаете, что я не молод. Объект безусловно любопытный. Я понимаю Ваше увлечение, и даже я под очарованием данной особы. Приложите все усилия чтобы не привязаться к ней чрезмерно сильно. Хотя о чем я? Наверняка мой совет запоздал. - Улыбка стала шире, и превратилась в лукавую насмешку. Эдакий старичок-сводник: 'Уж я то зна-а-аю', - Скользкий путь, на грани предательства. - Улыбка исчезла, лицо окаменело. - Посмотрите хотя бы на молодняк, отдай я сейчас прямой приказ о уничтожении, нет гарантии, что они будут его выполнять. Такое не допустимо. Такое не приемлемо, нельзя забывать - кто мы, и чему мы служим. Тем не менее вот мое слово: девушка не должна умереть. - Он договорил и принял прежнюю позу - лорда, что скучая, коротает вечерок за бокалом вина.
  
  Я медленно кивнул. Ледяные когти, что сжимали мое сердце с момента нашей с ними встречи, чуть-чуть разжались. Старый гад, все это время внимательно изучал эмоции на моем лице, и он опять выиграл! Я попался. Попался как щенок, как тот же молодняк, поддался на провокацию и теперь этот опытный игрок сделал свои выводы, и спланировал свои ходы. Лорд Траэл, прапрадед Тордена, был одним из старейших дроу, одним из самых опасных в нашем мире противников. И если он признал право Элли на жизнь, со стороны дроу ей пока ничего не угрожает. Даже наоборот...
  
  - Не-е-ет, нельзя эту бестию на трон, - усмехнулся, глядя на друга и кузена, лорд Орголл, - Она все перевернет, сломает с таким трудом сложившийся порядок. Напомнила мне чем-то селестинов, когда они еще не были 'смирными' затворниками - эти тоже устраивали кавардак, совершенно невозможно было после них делать прогнозы. Контролируйте её, Дарриэль, мягко, но непреклонно, вам это под силу, я верю. Даже когда операция будет завершена - контролируйте и направляйте. Я не хочу, что бы Высшие эльфы её себе получили! Как угодно, удерживайте объект рядом, если вдруг почувствуете, что теряете прямой контроль - замените себя Торденом, любым другим воином, которому она будет доверять и который будет подконтролен вам. С ними просто и сложно, они, светлые, это эмоции, эмоциями можно управлять, но предсказывать их сложнейший ребус... Но не мне вас учить. Однако однозначно предпочтительнее, если рядом с ней будете именно Вы. Вам ясно?
  - Да, я понял вас, лорд Орголл. Я буду рядом с ней сколько потребуется.
  - Назревает еще одна сложность, - Лорд Траэл ухмылялся, развалившись на диване и пристально, с прищуром, глядел на меня.
  - Какая еще? - вскинул брови Лорд Орголл.
  - Девушка очень юна. Еще чуть-чуть, и ей захочется... как бы сказать... романтики, мужского внимания, общения... На этом этапе удержание контроля представляется мне сложнейшей задачей, - Лорд Траэл, улыбаясь, рассматривал меня в упор. Я продолжил сидеть, изобразив подходящее случаю задумчивое лицо. Понятно, к чему весь этот разговор. Лорд Орголл нахмурился и тоже на меня уставился, сощурившись, как сытый кот на тощую мышь. И разглядывал, будто мысленно разбирал на части, взвешивая - есть или не есть.
  - И что с этим делать, господа? Найти кандидатуру? Или лиц мужского пола истреблять на подходах? - Я совершенно спокойно выдержал их пристальное внимание, и даже позволил себе ухмыльнутся.
  - Вам решать, Дарриэль. Но доклад, о том что объект сбежал с 'кандидатурой', как вы изволили выразится, или, страдая от не разделенной любви, стал не подконтрольным, не должен иметь места быть! - Лорд Траэл подался вперед, и лицо его вмиг преобразилось - напротив сидел уже не расслабленный лорд, а жестокий, хищный и расчетливый воин-стратег, - Но мне видится что проблема уже назрела, не так ли?
  - Что ж господа, да, это так, но девушка понимает, что сейчас есть дела важнее.
  - Кто? Торден? Один из его подчиненных? Сомнительно. - фыркнул Первый лорд
  - Нет, с Торденом и его подчиненными у них ровные, довольно дружеские отношения.
  - Ну конечно! - Второй лорд аж засиял и глаза прикрыл от удовольствия, когда сообразил, в чем дело, - Ну тогда это решает эту досадную проблему, не так ли, господа?
  - Лорд Дарриэль?.. - Первый лорд с змеиной улыбкой следил за моей реакцией.
  И я решил его не разочаровывать. Эти два лорда - не мой уровень. Мне их не провести, как не старайся. Мы с Элли для них лишь интересная комбинация в их игре, растянутой на тысячелетия, не более. Они уже давно перестали мыслить категориями обычных дроу - потому так долго и прожили, и добились таких высот в нашем обществе. Я спокойно кивнул, подтверждая их догадки. Таких пешек, как мы, они без сантиментов разменивали и скидывали со стола... Лорды переглянулись с гаденькими улыбками.
  - Молодец, Дарриэль. Верное решение. Однако должен предупредить, что те артефакты, что вы с принцессой носите, должны будут быть переданы потом ей. Нам необходим этот Род архимагов в обозримом будущем.
  - Сделаю. Что-то еще?
  - Пока все. Распорядитесь на счет нашего отъезда. Да, конечно, должным образом, попрощайтесь от нашего имени с принцессой, - лорды, казалось, уже забыли о только что состоявшемся разговоре, и снова сидели спокойные и расслабленные.
  Я встал и, поклонившись, вышел, аккуратно прикрыв за собой двери.
  
  ***
   Когда темные уезжали, я лично провожал их. Один. Первый лорд, отведя меня в сторонку, дружески предупредил меня тихим шепотом:
  - Дарр вы неплохо держитесь. Неплохо, но не достаточно хорошо. Вам с девушкой следует уделить пристальное внимание контролю.
  - Когда вы поняли?.. - так же тихо спросил я - этот момент нужно сразу прояснить. Лорд, усмехнувшись, пояснил:
  - Ситуация первая: младший из торденовских схватил её за руку. Ситуация вторая: ты забираешь её руку у меня, твой зубовный скрежет не слышали только лишенные слуха. Ситуация третья: во время тренировки, ты готов был кинутся на защиту девушки. Держи себя в руках, думай головой... Инстинкты требую защищать свою женщину, но контролируй их. Девочка тоже держится не плохо, но её излишнюю эмоциональность можно списать на возраст, юность, и на что угодно - ей найдут сотни оправданий. Тебе - нет. Вина целиком ляжет на тебя.
  Я поклонился лорду, благодаря за совет. Лорд, прищурившись, посмотрел мне в глаза и задал напоследок загадку:
  - Подумай на досуге, Дарр. Откуда у нас, детей богини ночи, богини смерти, воздушные маги?..
  Усмехнулся и пошел к ожидающему около ворот другу. Вскочили по седлам и, не прощаясь, умчались в ночь. Дождавшись, когда стихнет эхо, порожденное стуком копыт их скакунов, я закрыл ворота, и, махнув рукой Тордену, стоявшему в густой тени, отправился в замок, ломая голову над загадкой старого интригана.
  Очнулся я, понимая, что стою перед дверью в покои Элли и не могу решиться - открыть дверь, или нет. Сжал ручку двери и потянул. Не заперто. Тихо прокрался к постели девушки и аккуратно устроился с краю, рассматривая её. Элли спала, свернувшись плотным комочком, привычно превратив всю кровать в подобие гнезда. Личико, даже во сне, было настолько серьезным, что я не удержался - провел пальцем по точеному носику. Элли сморщилась и отмахнулась, как от бабочки. Я еще раз провел - тот же эффект, только еще и глаза распахнула, и на меня уставилась.
  - Дарр?..
  - Я.
  - Лорды уехали? - девушка зевнула, прикрыв ротик уголком одеяла.
  - Уехали, и привет тебе передавали.
  - Это хорошо. Что они решили? - Элли вмиг стала очень серьезной и собранной, только моргала как-то подозрительно заторможенно, - Не говори мне, что они просто на меня поглядеть приезжали - не поверю! Я знаю, кто они в вашей иерархии: эти просто так даже пылинку с чужого плеча не сдуют...
  - Велели тебя охранять, - я невольно улыбнулся - до того она забавно выглядела - серьезное личико в обрамлении кудрей светлого золота, - Любой ценой защищать тебя.
  Пусть сама думает, что это значит. Девушка нахмурилась и прикусила губу.
  - Значит, решили, что я пока что нужна вам? Для чего, Дарр? - в голосе принцессы звучала плохо скрываемая досада.
  - Я не знаю, для чего им ты, Элли. Я знаю, для чего я это делаю.
  - И ты мне можешь это сказать...
  - Нет, прости. Не могу.
  Элли тяжело вздохнула и, повозившись на кровати, протянула мне руку:
  - Давай спать, а? Потом поговорим. Что сможешь - расскажешь, что нельзя - оставь при себе.
  Я смотрел на её руку, не веря глазам. Я только что ей фактически сообщил, что наши лорды до последнего спорили - что с ней делать, что кто-то другой решает её судьбу за неё, а она предлагает поспать? Не гонит меня прочь, не ругается...
  - Ну? - насмешливо протянула принцесса, - Я предлагаю выспаться, а то ты совсем уже на призрака похож стал.
  - В твоей кровати? - осторожно спросил я.
  - Ну ты же зачем-то сюда шел, как я понимаю? Не приветы же от лордов передать? - фыркнула эта бестия, - Вот тебе кусок кровати, вот одеяло, подушку не дам - так спи. Не хочешь - иди к себе.
  - Эм-м-м... Я, кажется, совсем потерялся в твоих рассуждениях.
  - Дарр, ты давай уже найдись и решайся, где ты спать будешь, а я, извини, пока посплю. У меня резерв в ноль выбран, - эльфийка опять смачно зевнула и, поморгав, пробормотала, - да еще и накопитель через себя пропустила. Я сейчас усну хоть сидя! Если у тебя есть какие-то планы... Давай после обеда всё, - в подтверждение своих слов Элли закрыла глаза и просто выключилась.
  Я поймал на лету её руку и прижал к губам. Меня душил смех. Вот о чем я только думаю? Лорд Траэл, старый интриган, со своими откровенными разговорами и загадками, перетряхнул все мои и без того взбудораженные эмоции, направив мои мысли не в то русло... И я, само собой же, повелся. Элли, конечно, вспомнит на утро о нашем разговоре... Но она фактически спала, пока мы разговаривали.
  
  ***
  
  Утро началось весьма приятно! Эли, закинув на меня руку и ногу, тихо сопела, уткнувшись носом мне в шею - перед сном я её сгреб к себе под бок и закутал в одеяло. Я легонько пощекотал девушку по уху. Она заворочалась и спрятала лицо, спрятав лицо мне в волосы. Ушко все равно так призывно торчало, что я не удержался и пощекотал еще раз. Элли, буркнув 'что?!', вдруг резко подскочила, болезненно уперевшись мне локтем в живот, и ошарашенно глядя на меня, выдохнула: 'Дарр?'
  - Ну да. Ты же меня сама вчера заманивала в кровать?
  - Я?! - Элли недоверчиво осмотрела нашу композицию.
  Я лежал, как был - в штанах и рубашке, она - в короткой пижамке. Одеяло слетело на пол, так что обзор был хороший. И то, что она, фактически, на меня заползла ночью - тоже было понятно.
  - Так, вспомнила, - Элли медленно убрала с меня конечности и чуток отползла, - Не надо рассказывать.
  - Я сам не совсем понимаю, как я у твоей комнаты оказался. Шел я спать к себе... - я с удовольствием потянулся всем телом - давно так хорошо не высыпался.
  - Шел, значит, шел... А оказался у меня, - девушка с лукавой улыбкой смотрела, как я потягиваюсь, - Знаешь, а я не помню, когда последний раз так быстро резерв восполнялся, да и настроение - отличное. Так что хорошо, что ты дверью ошибся, - подмигнула принцесса.
  - То же самое, - я легко поднялся с кровати и протянул девушке руку, за которую она тут же ухватилась.
  Стянул принцессу с кровати и крепко прижал к груди. Элли, улыбаясь, так доверчиво прижалась лицом к моему плечу, что я не удержался поцеловал её в растрепанную макушку. Сейчас, утром, когда я успокоился, все представилось в новом свете - все стало проще и яснее, и я был благодарен эльфийке за её вчерашнее 'приглашение'. Барьер, что между нами был, начал спадать. Вернее, мы его просто перешагнули, а вот куда это заведет - не знаю, и думать вот этим солнечным радостным утром об этом не буду!
  - Иди к себе в комнату, бродяга! - Элли потерлась щекой о плечо и шутливо толкнула меня ладонью в грудь, - За завтраком обсудим, что дальше делать будем, раз уж мне великодушно жизнь подарили.
  - Элли! - я попробовал возмутиться, - Ты не понимаешь, похоже, всей ситуации...
  - О не-е-е-т, прекрасно понимаю, Дарр! - девушка сердито фыркнула, - Милорды вам с отцом не поверили, и приехали проверить - а жив ли последний представитель Дома Тинвэ Норрэн, лично приехали. И я хорошо понимаю, что если бы тебе приказали меня убить... Ты бы был ну в очень сложной ситуации, не так ли?
  Я промолчал. Девушка и так все хорошо поняла. Элли выскользнула из объятий и, с лукавой усмешкой на меня посмотрела.
  Я снова поймал её, и поцеловал. Она не вырывалась, даже наоборот - прижалась ко мне и робко, неумело обвила руками шею. С трудом оторвавшись от губ эльфийки, я сказал ей:
  - Да, я и сейчас в ситуации не особо-то легче прежней, мое сокровище. Тебя нужно срочно перепрятать, вопрос только один: куда?
  - Вот за завтраком и решим!
  Девушка, продолжая хитро улыбаться, показала мне на дверь.
  
  ***
  
  За ленчем, когда мы с эльфийкой тихо, но очень бурно спорили, куда нам отправиться дальше, к нам присоединился Торден. Когда он вник в суть проблемы, предложил для начала решить другую - у Элли нет своей лошади. У нас есть кошмары, и две полу-дохлые человеческие животины, которые были отправлены в Долл доживать свой срок. Ну и все пони хоббитской долины тоже были в нашем распоряжении... По мнению Тордена все они годились только на провиант в качестве колбасы, или на корм кошмарам.
  Мы с Торденом оценивающе осмотрели комплекцию Элли. Нет, любой из нас с радостью возьмет её дополнительным грузом, и с удовольствием согласится на приятную компанию. Но на предложение Тордена распределить 'дежурства' и часы, когда и с кем Элли поедет, девушка решительно продемонстрировала нам пылающий огнем кулак, сложенный в жесте категорического несогласия, перенятом у хоббитских мальчишек. В простонародье именуемый 'кукиш'.
  На наше возмущение, что мол, как иначе, она предложила: 'вот вы, сами, по двое и езжайте! А я - отдельно поеду'. Торден, не выдержав, съязвил:
  - Ну и как вы поедете, ле-е-еди?
  - Ну уж точно не с одним из вас, су-у-ударь!
  - Леди, вы забываетесь! - Торден отчетливо скрипнул зубами.
  - Да нет, Торден, это вы кое-что забыли!
  Я с интересом наблюдал за их перепалкой. Судя по всему, у этих двоих пикировка на гране ссоры - обычная манера общения. Мило и по-родственному так ругаются, как старший брат с младшей сестрой. Загляденье!
  - И что же я забыл? - воин смерил упрямую девчонку оценивающим взглядом. Та лишь чуть-чуть улыбалась.
  - То, что Элли - маг, - подколол я друга, улыбаясь.
  - И?..
  - И то, сударь, что если вдруг, по какой-то причине, я на рефлексах выставлю щиты, или призову силу, моему соседу придется ну о-о-очень не сладко!
  - А вы не рефлектируйте, леди, - Торден не сдавался.
  - А я не могу, сударь! - театрально развела руками принцесса. Девушка повернулась ко мне и жалобным тоном произнесла, надув губки:
  - Нет, Дарриэль, ну ты ему объясни - он же просто непробиваем! Торден опять зубами скрипнул, нехорошо сощурившись.
  - Торден, она верно говорит, - я, прыснув от смеха, поднял обе ладони вверх, призывая спорщиков к спокойствию, - Я же к этому могу добавить, что нормальные, не ослабленные накопителем щиты, активированные в такой тесной близости, да еще в седле, отправят в полет всех троих - и Элли, и её соседа, и кошмара. И если кошмары это переживут, то боюсь, что мы - нет. И хорошо, если это будет вода или огонь, а если молнии?..
  Девушка воинственно вздернула острый подбородок, еще и руки на груди сложила. Торден сидел насупившись. Да, с магами он раньше по одну сторону баррикад не стоял, всё как-то больше на противоположных, потому и уперся на своем.
  - Так, убедили! Можем по-пробовать два варианта: пытаемся познакомить Элли с кошмарами - может с кем и подружится. И ищем подходящую метлу... - Торден гаденько улыбнулся.
  - А метлу - зачем?.. - вытаращилась на воина Элли и почему-то и на меня недоуменный взгляд кинула.
  - Ну как - зачем? Если с бестиями общий язык не найдете - на метле полетите! Или на чем вы там, маги, летаете?.. - отомстил воин.
  - Ах вы... сударь... Да вы... Шутник!!! - Элли сердито засопела и, взвинтив тон, звонко высказала наболевшее: - Не летаем мы на метлах, это люди сплетни распускают! От невозможности понять принцип заклинания леветации!
  - Ну значит все еще проще: без метлы обойдемся, и важный в хозяйстве хоббитов инструмент целее будет, - Торден тоже руки на груди сложил и упрямо выпятил подбородок, рассеченный глубоким шрамом в далекой юности.
  Пока эти двое в словесности упражнялись, да фыркали друг на друга, я лихорадочно соображал: что тут можно сделать. Достать сильфа мы не сможем никак. Да и заметно слишком будет, и так отряд получается слишком большой, да и серебристо-белый тонконогий сильф среди черных кошмаров... Как большой плакат 'Здесь нет ничего интересного!!!', заставляющий все повернуть головы и проверить - что тут?... Лошади нас только задержат, а усадить принцессу на кошмара довольно затруднительное предприятие, но может и получиться. Ехать всю дорогу с ней в обнимку... Конечно, перспектива приятная, но это слишком - боюсь, что я сорвусь через несколько дней. Или Элли сорвется. Я решительно встал, и поманил спорщиков пальцем как раз на моменте, когда Элли предлагала тянуть жребий - кого из дроу левитировать за собой, привязав к седлу веревочкой. Оба без вопросов поднялись и пошли следом, мигом перестав препираться. По пути я завернул на кухню, и в наглую спер корзину с кусками свежей баранины из-под носа опешившей при нашем вторжении в её святилище Молли. Не слушая лепетания хоббитянки, пошел на конюшню. Там торжественно вручил Элли первый кусок и проинструктировал:
  - Так, Ваше Высочество, сейчас проверим. Все довольно просто: по одному пытаешься их кормить, кто примет кусок, того кормишь дальше. Только голой рукой мясо не держи, отхватит пальцы - не заметишь! Постоянно с ним в это время разговариваешь, как с сильфом, только на нашем языке, пожалуйста. Дерзай! - я обвел жестом дверцы денников.
  Элли решительно направилась к первой дверце. За внушающей уважение решеткой из толстых железных прутьев стоял громадный, лоснящийся кошмар Тордена. При виде девушки матерый зверь плотно прижал к голове уши, сощурил огненные глаза. Практически без раздумья ощерил здоровые, в палец длинной, белые клыки, и зло на нее зашипел. Элли, пожав плечами, ехидненько пробормотала 'да кто бы сомневался!' и пошла дальше. Следующий, мой - отошел к стене и, прядая ушами, тихо рыкнул. Так продолжалось до тех пор, пока она не дошла до четвертой двери: стоявшей за ней молоденький, еще короткогривый и более мелкий кошмар с любопытством потянулся носом, фыркнул, обдав девушку облаком пара, и потянул лоснящуюся морду к угощению. Элли, нанизав взятку на кинжал, протянула. Зверь смело стянул баранинку, одним махом её заглотил и опять тихонько фыркнул. Элли, продолжая протягивать кусочек за кусочком, с ним разговаривала - спокойно и чуть строго. Слушая речь девушки, Торден привалился к столбу и откровенно ржал, зажав рот ладонью, а я хоть и старался держаться серьезно, но тоже, не удерживавшись, прыснул. Девушка, не прекращая своего занятия, и не оборачиваясь к нам, спросила:
  - И вот скажи мне, умный Кошмарчик, что же эти господа так весело... ржут?
  Кошмар, разумеется, не ответил, но подставил морду боком - гладь, мол. Эльфийка принялась поглаживать и почесывать ногтями гладкую щеку зверя, продолжая строить предположения:
  - Ага, я поняла!.. Нет, ну как сами на эльфийском высвистывают и змеями шипят, так им можно, а над моим произношением изволят потешаться!
  - А вы, моя леди, на нашем языке мурлыкаете, как маленький беззубый котенок! - обиделся я.
  И повернувшись к другу, переставшему радостно скалиться, спросил:
  - Торден, я что, на эльфийском шиплю?
  - Да нет, нормально все, не замечал раньше как-то...
  - Торден, а как вы заметите? Вы же, вообще слова выплевываете, как колючки. А окончания высвистываете, будто они у вас застряли между клыков, - добавила Элли, уже спокойно кормящая молоденького кошмарчика с руки.
  Мы с Торденом переглянулись и нахмурились. Вот же новость! Сколько лет с эльфами общаюсь, никто такого не говорил... Наоборот, всячески хвалили мое произношение.
  - А мне раньше все говорили, что я хорошо вашей речью владею... - воин тоже был явно раздосадован таким известием.
  - Да кто ж вам правду-то скажет, сударь? - Элли ехидно ухмылялась уголком рта, продолжая почесывать шкурку примлевшего хищника, - Вас же все боятся наверняка, до икоты! Представляю ситуацию, в которой вам это могли сказать: вы так, сквозь зубы, в вашей неподражаемой манере: 'Я норррррмально объяссссняю?!' И вам кивают, кивают... Быстро так кивают - говорить-то не могут, язык к небу примерз и зубы стучат...
  - Ну да, примерно так... - протянул дроу, - Нет, ну хоть кто-то из наших должен был заметить? - Торден с подозрением воззрился на меня. Я только руками развел, может - шутит?
  - А ответьте мне, сударь - как же это они могут заметить, когда все дроу так разговаривают?
  Принцесса протянула руку к гриве хищника и начала перебирать пальцами жесткие черно-красные пряди, продолжая ворковать с ним. И у неё получалось именно ласково, мягко ворковать! На нашем-то языке! 'Язык, на котором даже признание в любви звучит, как грязная площадная брань!' - так, кажется сказал один поэт из светлых эльфов... Ныне покойный...
  Я и сам недоумевал: замечал, конечно, что многие светлые едва заметно морщатся, когда мы с ними разговариваем, но думал - это мы не нравимся, а, оказывается, это наш акцент по их нежным эльфийским ушкам резал!
  - Ну тут уже ничего не сделаешь, - я подвел итог, - Строение челюстей и все прочее...
  Торден, все еще не верящей и хмурый, решил проверить - медленно, старательно произнес фразу на языке светлых: 'Спасибо, леди, раскрыли глаза на правду на сороковой сотне лет...', а Элли, улыбаясь, эту фразу медленно, с расстановкой повторила на всех наречиях эльфов, включая и певучий язык селестинов и совершенно зубодробительный, хоть и красивый в звучании, диалект Высших. Торден попытался повторить последнее и 'сломался' в начале фразы - расхохотался на на середине фразы, ощутив разницу. Мы с Элли тоже не удержались от смеха, когда даже кошмары фырканьем поддержали веселье воина.
  С конюшни мы уходили, широко улыбаясь. Я пытался научить Элли правильно выговаривать слова церемониального приветствия, а она послушно за мной повторяла. Торден, идущий за нами, уже только всхлипывал и тихо передразнивал девушку - причем даже передразнить у него её толком не получалось: 'Горгулья говорящая, зубастая, хихикающая!' - так ласково окрестила принцесса его попытки.
  
  
Глава 9.
  
  Прежде, чем решить - куда дальше двигаться из замка, для начала решили предпринять попытку верховой вылазки, дабы размяться и проверить, как Элли справится с кошмаром. Предупредили слуг, что вернемся ближе к вечеру, отбились от Молли, пытающейся нагрузить лишней еды с собой, оставили троих младших дроу в замке и попытались выехать.
  А тут столкнулись с новой непредвиденной сложностью: да, хищник вполне слушался Элли, всячески ластился к новой знакомой и позволил ей себя оседлать и вывести на двор, даже сесть в седло - без проблем! Даже слушался поводьев и выполнял команды... Но на этом - все! Встряли мы на добрых пол-часа, пытаясь понять, почему зверь, вначале идущий весьма бодро, кругом по двору, менее, чем через минуту останавливается. И ни понукания сидящей в седле Элли, ни уговоры не действуют. Более того, когда Элли, напомнив о себе животному, хлопала его по шее и журила, тот, вздрогнув, оборачивался на неё и удивленно смотрел попеременно то одним рубиновым глазом, то другим. Потом, будто спохватившись, делал несколько неуверенных шагов и снова замирал и смотрел на седока, изогнув мощную шею. При этом постоянно подозрительно принюхивался!
   - Юри, шагом! Да что же такое-то?! - прорычал хозяин скакуна, воин Шестого Дома, пытавшийся заставить расшевелиться кошмара, которого звали Юри, когда у всех животы начало от смеха болеть.
  - А я, кажется, знаю - в чем дело... - Тордена опять пробило на ехидное хихиканье.
  - И я - тоже! - шепотом сказал другу.
  Я стоял и пытался спрятать улыбку, глядя на то, как опять все повторяется: Элли строго поговорила с Юри, и тот, как бы спохватившись, прошел послушно шагом пол-круга, после чего неуверенно остановился и опять разглядывал и обнюхивал девушку.
  Я сбегал на конюшню и принес чересседельные сумки, в которые предварительно накидал, что под руки попало, лишь бы потяжелее было. Вернувшись на двор, подошел к Юри и нагрузил его сумками. Элли сидела с обиженным лицом и комкала в руках поводья из кожи василиска. Поправил сумки, подмигнул принцессе и отошел обратно на наш наблюдательный пункт.
  - Юри, шагом! - мрачно скомандовал, уже без надежды в голосе, юный воин.
  Мы все вытянули шеи - что будет? Юри неторопливо пошел, миновал отметку в пол-круга и послушно ускорился, повинуясь движениям наездницы. Прогнав бестию три круга, светлая натянула поводья - Юри послушно остановился. Слезла и сунув свой любопытный носик в сумки, залилась краской так, что даже кончики ушек стали пунцовыми.
  Торден опять издевательски заржал, а мы все отправились к девушке. Та стояла и кусала губы от досады, рассеянно поглаживая морду Юри, которой он её слегка подпихивал, чуя, что девушка расстроена.
  - Ну да-а-а, вот того мы точно не могли предусмотреть, - задумчиво протянул хозяин Юри, - что кошмар просто понять не может - что у него за пушинка на спине!
  Элли стояла и прятала глаза, комкая в руке поводья.
  - Ну ладно вам, - вмешался Младший, - Ее Высочество не виновата, что Юри её просто не чувствует на своей спине!
  Опять раздались смешки. Девушка сердито зыркнула на 'защитничка' зелеными глазищами.
  Торден, не удержавшись, съязвил:
  - А ничего страшного: нагрузим по-больше провианта, оружие запасное - тоже на него, авось Юри забывать не будет, что на нем наездник сидит!
  - Трден, хватит, - резко осадил я друга, видя, что Элли уже злится.
  Торден тут же подобрался и извинился перед принцессой. Что-то расслабились все, пора этим заняться. Воспринимают Элли, как часть своего отряда, переходя все границы.
  Я резко скомандовал развинтившемся воинам:
  - Торден, и ты, - я указал на старшего из его воинов, - Отправляетесь с нами, остальные - в замке. Ваше Высочество, примите наши извинения. Думаю, через некоторое время Юри привыкнет к тому, что его наездник сильно легче, чем воин с оружием и в броне, и подобных сложностей возникать уже не будет. Все, разошлись. Десять минут на сборы!
  Все тут же подтянулись - даже эльфийка - и, приложив правый кулак к груди напротив сердца, ринулись исполнять. Элли чуть задержалась на входе в замок, кинула на меня полный благодарности взгляд и убежала.
  Через десять минут мы наконец-то выехали за ворота. На кошмара Юри действительно сгрузили всё, что брали с собой - бурдюки с водой, немного еды, и тульи со стрелами... Но и этого явно было не достаточно - Юри шел слегка неуверенно, и девушке иногда приходилось напоминать о себе: похлопывать его по шее, забавно подпрыгивать в седле или разговаривать с животным. Торден ухмылялся уголком рта, иронично поглядывал на наездницу, но молчал.
  Спустя час неторопливой езды Юри действительно пошел ровнее и спокойнее, девушка тоже смогла расслабится, и начала вертеть головой, осматриваясь. Прошлый раз мы были тут глубокой ночью, несясь галопом - не до красот природы было.
  Не сказать, что пейзаж вокруг был чем-то примечателен - таким разве что гномы могут восхищаться, со счастливыми лицами описывая породы камней, что грудами лежали вокруг. Справа - горы, слева, в далекой зеленой дымке - Долл, позади и перед нами - каменистые холмы, покрытые редкими пятнышками ранней зелени. Ярко светило весеннее солнышко, по камням бегали юркие серые ящерки, при нашем появлении совершенно не спешившие в укрытия - не пуганные они тут.
  В таком темпе двигались вдоль гор почти до заката. Кошмары - не лошади, они видят в темноте так же хорошо, как и мы, и им все равно, когда возвращаться в замок. Когда эти, по сути своей, магически созданные бестии, сытые и здоровые, то могут двигаться сутки напролет с короткими, в час-два, передышками. За четыре часа пути мы покрыли расстояние втрое больше, осенью на лошадях, а за час до заката я скомандовал привал - как раз достигли края Мертвой пустоши, и необходимо было осмотреться.
  Торден с подчиненным, отдав команду своим кошмарам 'ждать', ушли на разведку - один из хоббитов жаловался, что вокруг Долла непонятные личности шатаются, а я остался приглядеть за Элли. Девушка казалась чуть уставшей - отвыкла от седла, да и непривычно-быстрая езда могла утомить, но все равно она радостно и светло улыбалась, подставив лицо теплым солнечным лучам.
  - Надоело в замке сидеть? - спросил я девушку, которая как раз разглядывала маленькую ящерку, смело перебравшуюся с камня на её ладонь.
  - Надоело - не совсем подходящее слово, Дарр. Еще чуть-чуть, и я бы начала сбегать в самоволку. Слишком все вокруг непривычное, не такое, как дома.
  Я склонил голову на бок, залюбовавшись картиной, а Элли продолжила:
  - Замок явно человеческой постройки, мне тяжело привыкнуть к нему, постоянно гнетущее ощущение - темный, квадратный, неуютный. Сплошной камень. Да и горы... Сложно обвыкнуть было. Ну и тебя сильно не хватало, - тихо и смущенно призналась девушка.
  - Скучала?
  - Злилась! - Элли поджала губы и звонко щелкнула по носу кошмара, который плотоядно облизывался на ящерку, пригревшуюся в ладони.
  - Сильно злилась? - я присел на корточки рядом с девушкой и с интересом смотрел, как крохотная серая ящерка, совершенно без страха, сидит, уцепившись тонкими коготками за палец Элли.
  - По началу - очень сильно, Дарр. Ты мог меня предупредить о том, что тут за замок и что меня ждет, мне было бы легче.
  - Только на это?
  - Не только, но в основном.
  Элли попыталась пересадить ящерку ко мне на руку, но та отчаянно сопротивлялась и попыталась спрятаться в рукаве куртки. И я покачал головой - не пойдет она ко мне.
  - Торден? - спросил я, уже зная ответ.
  - Да, он. И его команда. Я вижу, что он хороший воин, понимаю, почему остальные ему так слепо подчиняются, но я неуютно чувствую себя в его присутствии. Даже сейчас, когда мы, вроде бы, лучше друг друга узнали, мы продолжаем собачиться, он постоянно меня провоцирует, - Элли тяжело вздохнула.
  Я, помолчал, обдумывая - что ей можно о нем рассказать. В принципе, его история секретом не является... Коснулся руки девушки и, дождавшись внимания, начал, аккуратно подбирая слова, объяснять:
  - У него непростые отношения со светлыми, сокровище моё. В поединке чести он как-то убил наследника высокопоставленного чиновника Высших, в Сердце Мира. Это было очень давно. Фактически - все было по закону, но на деле же... На деле после этого он лишился почти всего.
  - Как? - Элли вскинула голову, тонкие черные брови поползли вверх, - Ведь, если все было по закону, то ему ничего не грозило?! Это же поединок чести!
  - Да, не грозило. Но никто не отменял подлых приемов. Торден - бывший лорд второго дома, и подвоха не ждал... Пока он добирался до родины, убили его жену, старших дочерей, всех сыновей и внуков... Эльфы-маги из Сердца Мира, как один, отказались создать ему портал до Пирамиды, мотивируя это тем, что никто из них там не бывал, координат не знают, что необходимое специальное разрешение, что бы открыть проход на территорию дроу, предлагали переправить его в вашу Столицу, явно в ловушку. В результате, к моменту, когда он оказался дома, там во всю шла резня - на него накинулись и его враги. За десять лет от его семьи почти никого не осталось - только он и одна из его дочерей с внучками. Их спасли у себя жрицы, вмешалась Императрица. Торден сам чудом выжил - у него есть внучки, племянницы, братья, дядья - за счет них, Второй Императорский Дом и выстоял, отчаянно борясь, сохранил свои позиции. Ну и те лорды, что у нас были в гостях, тоже его родственники. Чего это стоило самому Тордену, сколько поединков, сколько покушений он пережил - об это знает только он сам... Звание Третьего Лорда он потерял. Последние двадцать сотен лет он преподает воинское искусство молодняку в военной академии. Почти все наши прославленные воины - его ученики. Теперь он крайне редко и неохотно, как ты понимаешь, покидает свою территорию, не связывается с магами, с трудом выносит светлых эльфов. Ну и характер - не мне тебе рассказывать. Элли, продолжая смотреть на меня круглыми от удивления глазами, задала вопрос:
  - И после всего... этого... ты отправил ЕГО мне в охрану?! Да это просто издевательство с твоей стороны было! Над ним, в первую очередь!
  - Да, именно его. Торден - один из лучших воинов. И, поверь мне, ему это было необходимо.
  - А мне? - зло сощурив хризолитовые глаза, спросила девушка.
  - И тебе - тоже, Элли. Неужели Торден хоть раз перешел границу приличий? Как-то оскорбил тебя? Или унизил? Элли, обуздав злость, задумалась. Помолчав с минуту, отрицательно мотнула головой и уверенно сказала:
  - Нет, Дарр, не было никаких целенаправленных оскорблений - все в рамках. Просто он меня самозабвенно выводил из себя.
  - Разве у него получилось? - я подмигнул сердитой эльфийке и встал с камня.
  - Да, по началу очень даже получалось. А потом как-то меня его царапанье перестало нервировать, я перестала его бояться, поняв, что он мне никогда ничего не сделает. Девушка ссадила ящерку с руки на камни, опять щелкнула по носу Юри, который снова попытался сцапать шуструю добычу, и тоже встала.
  - Ну вот, первый шаг сделан вами обоими - вы оба помимо деления на светлый-темный, увидели в друг друге что-то иное,- я улыбнулся девушке.
  - Ну да... Личности, живое существо за слоями... - Элли плечами пожала и вдруг замерла, глядя мне за плечо нахмурившись.
  Я быстро развернулся. Там было чисто. Внимательно осмотрелся, шепотом спросил у девушки: 'что?'. Элли мотнула головой и закрыла глаза. Прошептала губами какую-то магическую формулу, и, через секунду, зло зашипела!
  - Некросы, опять! Четверо! Да что же им тут, листвой что ли, устлано?! - вызверилась яростным шепотом девушка и указала пальцем направление.
  - Ты можешь наших отследить? - я подобрался и подозвал к себе кошмара.
  - Тордена могу, - кивнула Элли, - У него заговоренной 'Воздухом' камень в рукояти кинжала, могу по нему ориентироваться, - эльфийка стояла бледная, поджав губы, - Направление точно скажу, а вот расстояние только примерное - не умею в горах определять.
  - Давай, - кивнул я.
  Я влетел в седло, а Элли, так же, как до того, зажмурилась и пробормотала скороговоркой длинную фразу. Постояла чуть-чуть, поводила головой из стороны в сторону, и, открыв глаза, произнесла, уверенно показывая направление рукой:
  - Туда, чуть меньше лиги, в расщелине. Некросы там будут через несколько минут, наши заняли позицию и ждут. Элли, без вопросов, влетела первая в седло и выжидающе уставилась на меня.
  - Ты остаешься здесь, - безапелляционно заявил я.
  - Нет, - Элли тряхнула головой.
  - Не обсуждается! - я начал злиться.
  - Не обсуждается, Дарр, то, что там четыре некроманта! Два из них - личи, два - чуть ниже их уровнем, но тоже сильные. Один из них - полу-эльф. Вы не справитесь с ними. Время, Дарр!
  - Что бы держалась в стороне, в случае опасности - уходишь, ясно? - я рыкнул на Элли и послал кошмара в галоп.
  Элли не отставала, держась на два корпуса позади меня. Несколько минут бешеной гонки, и вот она, расщелина. Мы резко осадили скакунов, слетели с их спин, и отослали в сторону - нечего им тут делать. Показал знаками девушке, где ей занять позицию, и пошел в обход - посмотреть расстановку сил. Что там идет бой было понятно и так - шум, пролетая по неглубокому ущелье, обрастал эхом и усиливался так, что уши закладывало. Элли пошла по кромке расщелины, прячась за камнями и замирая. Я постарался зайти за спины противников.
   Наши скупо отстреливались, спрятавшись за камнями, а некроманты столь же вяло кидали в них костяные 'стрелы', ожидая - когда у дроу закончится боезапас. Грамотно работали, сволочи - двое живых магов стоят сзади под щитами, а двое личей поочередно атакуют. Торден со своим воспитанником тоже зря времени не теряли - один из некромантов как раз словил метательный кинжал, вошедший по рукоять в середину бедра, а второму прилетела стрела, воткнувшаяся по диагонали в грудь. Только этим было все равно. Личей можно целиком утыкать железом - не поможет, только двигаться будут медленнее. Они уже мертвы. Вот они и стояли, порядком 'украшенные' стрелами с черным оперением - да, с коварными наконечниками, разделяющимися на четыре части в теле, но совершенно бесполезными против подобной нежити.
  Я взял на изготовку лук, прицелился и посмотрел на противоположный склон - там, в такой же позе, с натянутым луком, за камнем сидела светлая. Кивнул ей. Выстрел - слаженно, спарено. Моя стрела, 'ёлочка', влетает в спину некроманту, сбивая с него щит. Следом, через мгновение, в то же место, влетает стрела Элли, влетая магу под лопатку. Вспышка молнии, и на месте некроманта - дымящийся труп. Две стрелы у Элли заговоренные - лично выдавал. Второй некромант отреагировал сразу - метнулся следом, но слишком медленно - человеческому магу не успеть за нами. В него так же слаженно влетает еще две стрелы. Только первой, к сожалению, влетает стрела Элли, снимая с грохотом щиты, а следом - моя стрела-срезень, начисто срезав ногу в паху, пролетела и, высекая искры, остановилась в камнях. Лич, стоящий левее, тут же развернулся к нам. Я успел заметить краем глаза, как побледневшая Элли откинула в сторону лук и выставила ладонь в отвращающем жесте. Противники разделились: 'наш' лич, бывший полу-эльф, простер ладонь к трупу и еще живому, но истекающему кровью, магу, забирая его жизнь и силу себе, второй начал выплетать что-то более серьезное, направляя на камни, где спрятались Торден с помощником. Элли встала во весь рост. Дальше счет пошел на секунды.
  Воздух со стороны лича стремительно заполнялся тьмой - словно облако черной мошки поднялось и расползалось по воздуху от двух распростертых на камнях тел, от же Элли - наооборот, одновременно с волнами легкого ветерка, широкими кольцами пошел серебристый свет, запахло морем и прогретым солнцем хвойным лесом. Несколько секунд, 'светлый воздух' вытесняет темный, лич покачнулся, взмахнул сухой, серой рукой и тьма вокруг него стянулась в плотный кокон. Второй, что был занят отстреливающимися темными эльфами, закончил плести свое заклинание и швырнул в камни темное, подсвеченное зеленым, густое облако. Торден успел перекатиться за другие камни, а вот юноше повезло меньше - заклинание его слегка зацепило, стремительно разъедая кожаный плащ. Я не стал дожидаться продолжения, и, обходя по дуге, начал передвигаться к ним. Все инстинкты орали 'Опасно!' - тем более, что сейчас не ночь, а наша одежда, обмундирование, все наши навыки убийц - все это хорошо для темноты. Сейчас, в лучах заходящего солнца, мы были чудесными мишенями - черное на сером. Бей - не хочу!
  Спасало только то, что второй лич, бывший человек, порядком под-выдохся, пытаясь подстрелить молниеносно двигающегося Тордена, да и второй воин, наученный тренировками с принцессой, шестым чувством начал определять - откуда в него пролетит магическим снарядом. Элли отвлекала на себя полукровку, сманивая его чуть-чуть в сторону и вверх по склону: уходила от ударов, отбегала юркой ящеркой по камням, раздражая того мелкими, жалящими ударами, практически не выставляя щитов.
  Я как раз успел обойти второго лича со спины, быстрый бросок, свист парных клинков, и отсеченная голова с сухим стуком упала на камни. Это его не убило, но отвлекло, да и магией он теперь воспользоваться не сможет. Разворот ко второму личу, окруженному темной сферой. Тот, нехорошо скаля мелкие зубы, смотрел на меня, полностью игнорируя эльфийку. Взмахнул рукой, и сзади от себя я услышал шорох и треск костей. Я быстро отпрыгнул с того места, где стоял, обернувшись к новой угрозе. Из забытых нами полу-разложившихся трупов с хрустом вылетали кости, дробились и соединялись в копье. Кому оно предназначено?!
  Предостерегающий вскрик Элли, одновременно с раздавшимся треском молнии. Сбоку донеслась заковыристая брань Тордена, он кинулся к обезглавленному некроманту - добить. Тот уже ползал по земле, скребя камни сухими конечностями, копошился в попытке найти свою откатившуюся голову. Длинные, изогнутые клинки Тордена, с серебряным кантом вдоль всей кромки, оставляли зияющие, дымящиеся следы на теле не-мертвого. Я снова схватился за лук - еще есть несколько тяжелых стрел-срезней. Встал на одно колено, не обращая внимания на неотвратимо формирующееся слева от меня 'копье', прицелился. Выстрел. Срезень снес личу руку, оставив её болтаться на лоскутке кожи, второй срезень, отправленный следом, вырвал из него кусок плеча, разрубив ключицу, но беспомощно скользнул по металлическому воротнику, уйдя вправо.
  Элли стояла, беспомощно закусив губу до крови. Лич, не меняя позы, нечеловечески вывернул шею, уставившись на девушку. Она держала сложные щиты на нас и на себе, снимая с меня щит на долю секунды для выстрела. Четыре щита, две цели - защитить нас или напасть на некроманта. Держать сложное, энергоемкое заклинание, ожидая, когда лич нападет, или снять защиту и подставить одного из нас под смертельный удар. Только одно заклинание за раз - на второе уже не хватает сил. Лич, уже не обращая внимание на нас с Торденом, только шире скалил белые, местами вывалившиеся зубы на высохшем и черном лице. Я прицелился и выстрелил. Осталось два срезня... Нога противника, чуть выше колена, подломилась, и лич начал заваливаться вбок. Элли, сняв с нас и себя защиту, тут же взмахнула рукой - мысленная формула была отработана, и в не-мертвого понесся плотный белый шар, свитый из молний. Одновременно с этим за моей спиной раздался короткий, полный боли вскрик. Я резко обернулся на крик, выставив оружие, и не успел увидеть, как от столкновения с заклинанием темная фигура некроса отлетает назад, объятая белым пламенем и рассыпаясь прахом в полете.
  Справа от меня на камни криво, на бок, оседал старший из торденовских мальчишек. Удивленные вишневые глаза на посеревшем лице, раскрытый рот. Копье прошило его насквозь, пробив доспехи, проломив ребра, смяв его фигуру, как бумажную. Парень диким от боли взглядом обвел нашу компанию - бегущую к нам по камням Элли, Тордена, бросившего рубить клинками замершие неаккуратной кучей останки лича, меня с клинками на изготовке. Криво улыбнулся нам и упал, выставив перед собой руки.
  Я подскочил первый, поддержал парня и помог ему ровно лечь на камни. Торден, опустившийся рядом на колени быстро осмотрел раны и покачал головой, на что парень, скалясь окровавленным ртом, кивнул. Он все и без нас понял. Элли, добежав до нас, бухнулась рядом на колени, и протянула над смятой грудной клеткой ладони, сложенные лодочкой. Я остановил её, отодвинув дрожащие ладошки. Даже если она вольет все свои жизненные силы, юному воину это не поможет, только продлит агонию. Тут только рунный маг разве что справился бы, да несколько опытных целителей. Элли закусила губу и ласково коснулась лба юноши, отерла ладонью кровь у него с подбородка, положила свою узкую ладошку, чуть мерцающую серебристым светом, на солнечное сплетение, унимая боль и уничтожая последствия темного заклинания. Торден, с холодным и бесстрастным, застывшим маской, лицом, помог сложить воспитаннику на груди руки с зажатым в них оружием - у него нет детей, нет женщины или братьев, ему некому передать свои клинки. Элли сняла со своих плеч плащ - укрыть его им вместо погребального покрова. Юноша был еще жив, но это уже ничего не значило - он сам прекрасно все понимал, глядя с одобрением на наши действия.
  - Благодарю тебя, воин Третьего Дома... - тихо прошептала эльфийка, продолжая держать руку на его груди.
  - Мое имя Иривэс, я младший сын Иртани, Третий Императорский Дом, - хрипло, отплевываясь от забившей рот крови, произнес тот, - Я рад был узнать вас, принцесса-Солнце.
  Элли кивнула, не стесняясь слез, проложивших дорожки на её щеках.
  - Ну вот, я не зря жизнь прожил! - Усмехнулся, чуть поморщившись, дроу, - Если по мне слезы льет прекрасная эльфийская дева, то можно и умереть!
  Мы, все трое, невольно улыбнулись этой шутке. Торден повернулся к девушке и попросил:
  - Элениэль, вы поможете ему уйти?
  Девушка кивнула и вытерла тыльной стороной ладони слезы, размазав по щекам кровь.
  - Я провожу тебя, Иривэс, сын Иртани. Легкой тебе дороги, воин.
  Юноша кивнул и улыбнулся наставнику, прошептав 'благодарю'. Это отняло последние силы темного, и парень, чуть дернувшись, затих. Алые ручейки крови, до того толчками выходившей из-под смятого доспеха, начали стихать, пока совсем не остановились. Элли отняла окровавленную руку от груди Иривэса, и я помог ей встать и отойти на несколько шагов от тела воина. Торден остался сидеть на коленях рядом с погибшим воспитанником, что-то ему тихо говоря на родном языке. Мы стояли и ждали, когда наставник закончит. Через минуту Торден встал и со столь же непроницаемым лицом, как и до того, посмотрел на нас. Строго - на Элли.
  - Элли, вы знаете, что нужно делать? - наконец разомкнул губы дроу.
  - Да, Торден, я знаю. У нас схожие обряды и порядки для воинов. Только обращение к богине произнесите вы сами - мне нельзя, я - не воин, - голос девушки был тихим и срывался.
  - Не плачь, принцесса-Солнце, - нахмурился Торден.
  - Он принял на себя это копье, Торден. Встал на его пути! Я видела, кому оно предназначалось... - произнесла девушка и в упор глядя на старшего воина.
  - Это была его смерть, он так решил! - Жестко осадил я светлую, - Он отдал свою жизнь за твою, уважай его решение и не плачь. Проводи его в дорогу. Помни о нем.
  Элли, широко распахнув глаза, уставилась на меня, словно решив проверить - не послышалось ли ей?.. Торден как раз поправил плащ, и, укрыв им раны Иривэса, добавил:
  - Он умер с честью. Выполнил клятву, спас вас от смерти, а нас от позора. Что еще нужно воину?
  - Проводить его достойно? - тихо спросила девушка, выдавив из себя жалкую улыбку, склонив голову к плечу.
  Я кивнул, а Торден указал рукой на тело юноши и, дождавшись, когда принцесса подойдет к телу, нараспев начал произносить слова обращения к Богине смерти Лоре, на древнем языке наших воинов, используемом лишь для ритуалов. Элли встала в изголовье импровизированного погребального ложа и простерла руки, окутывая тело Иривэса мягким оранжевым сиянием. Тут, среди мертвых обломков скал, не было древесины, не было горючих камней - не из чего сложить костер, только магия светлой эльфийки, только её огонь... Я стоял по правую руку и, вторя Тордену, тихо шептал слова древней молитвы. 'Сколько раз я её произносил за свою жизнь?' - подумал я отстраненно... - А сколько раз её произносил за свою долгую жизнь Торден?'
  Элли наклонилась и, опустив ладони, коснулась ими плеч погибшего воина - от её рук потекли ручейки сияющего золотистого пламени, охватывая фигуру целиком. Мы с Торденом, завершая молитву, опустились на одно колено, обнажив скрещенные перед собой клинки. Мы отомстим за его смерть.
  Несколько минут и чистое, золотисто-рыжее и ровное пламя превратилось в ослепительный огненный кокон, скрыв от нас тело Иривэса. Элли отошла на несколько шагов и встала. Руки девушки, покрытые подсохшей бурой коркой, безвольно висели вдоль тела, пальцы заметно дрожали. Она приняла наши объяснения, но осталась при своей правде. 'Мы с ней слишком разные,' - подумалось мне вдруг, - 'Или все дело в том, что она впервые провожает к Богине Лоре кого-то близкого? Впервые в её жизни тот, кого она считала другом, умер на её руках?' Похоже, что второе. Девушка, почувствовав мой взгляд, ответила жалкой улыбкой - губы и подбородок у нее дрожали. В несколько шагов преодолел расстояние между нами и с силой прижал девчонку к себе: пусть ревет, выплачется, если ей от этого станет легче, лишь бы не держала эту боль в себе. Элли, вцепившись окровавленными пальцами в ремни портупеи, держащей заспинные ножны, прижалась мокрой от слез щекой к доспеху. Она уже не плакала, но взгляд был мрачным и злым, не предвещая ничего хорошего. Мы стояли и смотрели, как на камнях медленно угасает пламя, оставив после себя лишь легкий пепел и несколько лужиц жидкого металла - это, да еще легкое, белое облако, поднявшееся в стемневшее небо - все, что осталось от юного воина. Торден, за все это время не проронивший ни слова, подошел к нам и хмуро посмотрел девушке в глаза. Эльфийка не отвела взгляда.
  - Ревешь, Ваше Высочество? - резко поинтересовался он у девушки.
  - Нет, господин Торден, думаю, - ровно ответила та.
  - О чем? - спросил я у нее.
  - Как найти эту заразу, рассылающую по миру своих слуг-личей. И уничтожить её.
  - Хорошие мысли, - кивнул Торден и ушел обшаривать уцелевшие вещи некромантов.
  - Элли, тебе с ним пока ещё не справиться, - я чуть сжал девушку, напряженно застывшую в кольце моих рук.
  Элли резко и коротко кивнула и уверенно, зло произнесла:
  - Мне нужно к селестинам, Дарр. Или найти архимагов, готовых поделиться знаниями, - желчно усмехнулась она, - Я не справлюсь с ним только светлой магией. Тут нужно другое оружие, - она подняла голову и, посмотрев мне в глаза, продолжила, - Я сама понимаю это. Я чувствую, что я лишь на половину маг, мне остается быть той самой 'гномьей пушкой', вкладывая кучу силы там, где необходимо умение. И в арсенале этого лича, - она выпростала руку и указала на то место, где лежал прах полу-эльфа, - То, что я не знаю. Он использовал незнакомые мне заклинания. Это не просто некромантия, Дарриэль, это комплексная, неизвестная мне магия. Я недоучка, Дарр! И там был 'Темный воздух', я должна узнать - кто так нагло учит людей нашим древним заклинаниям! Не просто так они запрещены!
  Я кивнул - сам видел то, самое первое заклинание, что применил лич против нас. И то, с каким трудом Элли его перебила, хоть эльфийка и сильнее его.
  Свистом подозвал к себе кошмаров - пора отсюда уходить.
  Пока мы разговаривали, вернулся Торден, неся с собой потрепанную незнакомую сумку - не из наших запасов. Посмотрел на нас, обнявшихся, ухмыльнулся и осторожно вытряс из сумки все содержимое нам под ноги. Мы, не сговариваясь, нагнулись над получившейся грудой мусора, едва не столкнувшись лбами. Принцесса предостерегающе подняла руку. Понятно, ждем. Элли поводила рукой над горкой, которая отозвалась легким хлопком и чуть-чуть подпрыгнула от этих манипуляций на камнях, развалившись, и кивнула нам, прошептав 'теперь - чисто'. Я кончиком кинжала - на всякий случай - разгреб кучку. Среди обычного хлама, кусков сушеного мяса, сухарей и пустых кожаных листов, я наковырял два туго набитых кошеля, вощеный жесткий тубус, в каких обычно карты хранят и письма, и разовый свиток с заклинанием, какие можно купить в гильдиях Сердца Мира. Взрезал кончиком кинжала бок кошелька - от туда струйкой потекли золотые монеты человеческого государства - овальные пластинки вдвое тоньше, чем гномьи, что у нас в ходу. Торден присвистнул - по грубым прикидкам там было около пяти сотен золотом в каждом из кошельков, если пересчитать на наши монеты. В человеческих монетах, так вообще весьма солидная сумма. Элли, нахмурившись, спросила у меня:
  - Это большая сумма?
  Я кивнул ей, но посколько и Торден, не интересовавшийся внешним миром, тоже с любопытством рассматривал горку из просыпавшихся монет, пришлось разъяснить им:
  - Человеку этого хватит на год безбедной жизни в Сердце Мира, если не шиковать. Или на три-четыре года в хорошей гостинице в Миестасе. Лет на триста в деревне, и это жить барином... Ну а в халифате на эти деньги раньше можно было купить хороший, голов на пол-сотни, табун, нанять охрану и погонщиков, а пригнав табун в Южные Степи, продать за большие деньги. Настолько большие, что хватит купить дом где-нибудь в центре города, в Глории, и до конца их короткой жизни, жить припеваючи.
  - И это, как я понимаю, на дорожные расходы у них, - уверенно сказал друг.
  Я медленно кивнул, подтверждая его догадку. Это кто ж такой богатый нас охотит, а? Будь мы с Элли вдвоем, тут бы мы и полегли...
  Элли тем временем вскрыла печать на свитке и начала его просматривать, а Торден вскрыл тубус и вытряс из него несколько пергаментных карт: одну хорошего качества - вытравленную на тонкой, мягкой коже и с ажурными металлическими уголками - что бы не обтрепалась, остальные карты были по-проще. Торден опять присвистнул и развернул свою находку нам на обозрение - каждая такая карта стоит не меньше двух платиновых монет, и торгуют ими исключительно гномы, да и у тех можно только заказать какую-то конкретную область континента. Целиком весь континент они не делают никому и ни за какие деньги. А главная особенность этих карт была их предельная точность! Но, как и все товары гномов, сделанные для инорасцев, она содержала только те сведения, что в договоре прописал заказчик. Просил проставить все таверны на пути от Сердца Мира до Миестаса?.. Не вопрос! Будет тебе точная карта с тавернами - ни одной дороги, ни одной географической точки... Просил горные перевалы и подходы к ним - получите и распишитесь. Со всей старательностью на пустой карте будут обозначены именно перевалы и куски дорог, что к ним ведут. Не нравится? Закажи еще одну, отдельную, только предоплата - вперед, в полном объеме, наличными вон тем хмурым бородатым дядькам с топорами, что стоят на входе в лавку... Или иди к стряпчему и за четверть платины закажи договор, где все будет учтено, что тебе нужно. Стряпчий - за соседним столом сидит, тоже гном... Я как-то по молодости тоже купился на рекламу, и мой кошель на пять с половиной платиновых похудел, причем один я отдал вирой за убитую охрану.
  Вот и тут была карта, содержащая в себе кусок болот, пограничную с людьми Засечь, так же была обозначена подъездная дорога к Зеленому Доллу, область Мертвых земель и краешком - горы. На территории, принадлежавшей эльфам, к счастью, не было никаких пометок, кроме центральных въездов, таможенных постов и новой границы. А область, где был расположен наш замок, была безжалостно обведена чернильным кружком... - И вот еще вопрос: как давно они за нами рыщут? Ведь гномы семь месяцев, как законопатились и не торгуют, а карта именно их изготовления, тут подпись мастера стоит, я его знаю лично - не подделаешь... - задал вопрос в пространство я.
  Мы с Торденом начали перебирать остальные карты, но тут не очень повезло: все они были дешевенькими, грубо сделанными картами разных участков человеческих земель - без пометок, каких-либо посторонних надписей или знаков. Отмечены только харчевни, трактиры и заставы на дорогах, да крупные города и веси вдоль центральной жилы - Торгового Пути. Такие можно купить практически в любом городе у торговцев сувенирами и дорожными товарами, в трактирах на пути. Карты не точные, но по ним можно было сориентироваться в дороге, прикинуть - где остановиться на ночь, а где - срезать путь и выгадать пару дней в дороге.
   - Так, сдается мне, эти некроманты не местные, заезжие... - Протянул я задумчиво, - Смотри, Торден - карты дорог и трактиров. У нас только халифатцы такие покупают на память, да еще если только немые или те, кто не может спросить дорогу...
   - Или те, кто не знают дороги, и не желают привлекать к себе внимание, - объединил варианты Торден.
  - А у меня тут свиток разового портала, - задумчиво отозвалась эльфийка, - Странный, правда, но наверняка рабочий был, пока я на вещи не применила 'очистить заклинания'... Куда он вел, я не могу толком понять. По координатам получается, - Элли подняла рассеянный взгляд на нас, брови стояли 'домиком', - Куда-то на север... Точнее - почти одна параллель с нашей столицей, но сильно дальше.
   - МорнТаур? - спросил я.
   - Нет, еще дальше, Дарр. Примерно в пять раз дальше, чем от нашей Столицы до границы Темного Леса. Где-то в Мерзлых Болотах - точнее сказать не могу, тут нужна специальная карта - просчитать точку выхода, я не спец по порталам, да и составлено тут заклинание необычно... Явно человек писал.
   - С чего ты так решила? - я подобрался.
  - Эльф, или дроу, или гном никогда бы не допустили такой грязи на свитке, - ухмыльнулась девушка и передала раскрытый свиток нам с Торденом. Ну да-а-а, все верно - буквы старшей эльфийской речи, составляющие основу магического языка, были кривыми, в нескольких местах были исправлены помарки, оставив после себя едва просматриваемые следы зачищенных рун, а наклон скакал то вправо то влево, и, самое главное: все руны были вытянуты и без завитушек - так не написал бы эльф, неровные, угловатые и скакали по высоте - как не мог написать дроу, а сами строчки разной длины, вкривь и не по линии- чего не допустил бы ни один уважающий себя гном!
   - Так мог написать только человек, ты права, - я поднес свиток ближе к глазам и всмотрелся, - Причем ощущение, что он копировал другой свиток, изменив координаты - они написаны тщательнее, с другим нажимом на перо, словно другой рукой.
  Торден, смекнув что-то, поднес к свитку тот кусочек карты, где был чернильный кружок. Я сравнил чернила и нажим на перо, пытаясь угадать - одна ли рука это делала. Увы, похоже, что нет - чернила были разными: на свитке были более дорогие чернила из 'чернильных шариков', и писали его тонким металлическим стилом, а на карте - обычные чернила из сажи, и царапины от гусиного или тростникового пера. Жаль.
   - Пора от сюда выдвигаться, - выдал я предложение задумавшимся спутникам, - Пока в замок, а там решим.
  Я собрал в свою сумку все ценные находки, кроме монет - толку нам в эльфийских землях с человеческого золота? Остальное завалил камнями и щебнем. А карты нужно будет рассмотреть при свете дня и поразмыслить на досуге. Элли протянула мне свиток и мотнула головой в сторону трупов:
   - Сейчас, сожгу этих. Нечего им тут валяться!
  Мы поднялись к верхнему краю расщелины, где нас ждали, переступая копытами Кошмары. Скакун Иривэса, не увидев своего хозяина, низко взрыкнул. Торден, вздохнув тяжко, пошел с ним шептаться и успокаивать.
  Элли, рассчитав расстояние, вытянула ладони в сторону тел, валявшихся кучами внизу, шепнула, и от ее ладоней, стремительно разрастаясь, понесся довольно крупный шар из темно-бордового пламени. Грохот от взрыва потонул в реве воздуха - Элли с перепугу выставила длинную 'Воздушную стену', отгоражвая нас от бушующего внизу пламени. Кошмары, встав на дыбы, завопили, а через секунду к нам прибежал Торден, зло шипя и ругаясь. Встал рядом и, сжимая и разжимая кулаки, гнусно матерясь.
  Принцесса недоуменно смотрела на бушующее внизу пламя и почесывала указательным пальцем кончик носа.
   - Почему пламя такое?! - проорал я сквозь какофонию из визгов животных, рева пламени, шума воздушной стены и мата Тордена.
   - Да я сама не знаю, Дарр! - проорала в ответ та и напряженно повела плечами, - Разозлилась сильно, или еще что-то.
   - ...И все это на вас, магов и одновременно!!! - Закончил свою эмоциональную речь наставник воинов, тяжело дыша.
  Мы с девушкой рассеянно кивнули, полностью соглашаясь с его предложениями.
  Пламя не желало угасать, а Элли, пытающаяся вернуть над ним контроль, начала тихо сползать на камни, закатывая глаза. Я её подхватил на руки и отнес от края пылающей расщелины, а Торден, не чинясь, подошел, замахнулся и залепил девушке звонкую пощечину.
   - Да вы что, сговорились?! - заорала резко пришедшая в себя эльфийка, хватаясь за пылающую щеку, а пламя резко сменило свой цвет с темно-синего на оранжевый и разом, как по команде, начало гаснуть, оставляя после себя оплывающие, раскаленные до прозрачного сияния камни.
   - Мы - нет, а ты что творишь? - встряхнул я её, продолжая удерживать на руках, - Это 'Темное пламя'! Ты с чего это вдруг решила, что с ним справишься?
   - Да не решила она ничего, это место тут такое, проклятое, понимаешь? - как-то слишком спокойно произнес Торден. Я вскинул голову и посмотрел на друга. Воин стоял вытянувшись стрункой, и в священном ужасе смотрел на свою ладонь. Перевел ошарашенный взгляд на принцессу, злобно шипящую и потирающую щеку, на меня и, ссутулившись, плавно опустился на землю и, встав на одно колено, глухо произнес:
   - Прошу простить меня, леди, за причиненное оскорбление. Я жду от вас наказания.
   - Торден, какое, к бесам, наказание? - зашипела девушка, отняв руку от щеки и скривившись.
   - Я вас ударил. Вы - женщина. Элли бросила злющий взгляд на меня, а я настороженно следил за застывшим другом. На скулах девушки заходили ходуном желваки, губы сжались в линию. Она, сквозь зубы, вдохнула и с трудом сдерживаясь, что бы не заорать, проговорила:
   - Хорошо, господин Торден! В качестве наказания я требую от вас... - Элли нехорошо, хищно улыбнулась, - Официальных извинений, в письменном виде! Заверенных стряпчими. Срок подачи - не позднее года с данного момента! Формулировка - оскорбление, нанесенное в порыве неконтролируемой агрессии и в состоянии аффекта. Вас это устроит?
  Я затрясся от смеха и прижал девушку крепче к себе, спрятав лицо у нее в волосах, что бы не выдать себя. Определенно отец прав - мы хорошо на неё влияем. Нас же, да нашим же оружием! Обычно мы, дроу, доводим окружающих до обмороков бюрократическими проволочками! Торден низко опустил голову, выражая согласие. Только мрачным голосом уточнил:
   - Формулировка именно такая?
   - Да, именно, - важно, но уже как-то вяло кивнула девушка, - После получения этих бумаг я составлю и направлю ответные письма, где признаю ваши действия не злонамеренными, имеющими под собой единственное желание - спасти мою жизнь, и выражу свою надежду на то, что этот инцидент никак не повлияет на наше дальнейшее сотрудничество! К концу этой речи глаза девушки медленно закрылись, она сцедила в кулачок зевок и окончательно привалилась ко мне. Торден, побледневший и какой-то совершенно шальной, встал, отряхнулся, и бочком подойдя ко мне, тихим шепотом спросил, продолжая коситься на эльфийку:
   - Она что, серьезно?
  - Абсолютно серьезно, дружище!
  - Я же её... - Он нервно сглотнул и, поджав губы, посмотрел на красный след на щеке девушки, не желавший проходить.
   - Она - другая, Торден. У Высших ударить женщину - тоже невероятное оскорбление и бесчестье для мужчины, но у магов все чуть-чуть иначе. Эти друг друга иной раз, когда резерв закончился, могут и вином облить, и обматерить, и даже в волосы противнику вцепиться, - с улыбкой пояснил я, - Элли, конечно сильно обиделась, разозлилась. Но она маг, стихийник, и более эмоциональная, чем остальные Высшие. Главное - она поняла, почему ты это сделал. Ей, наверное, даже стыдно стало, что напугала всех. Если хочешь, потом перед ней извинись, на словах, а лучше делом, - Торден на меня смотрел, как на законченного психа, - Поверь мне, она поняла, что иначе мы бы её не вытащили, - я дернул плечом и пошел к своему кошмару, который тут же принялся обнюхивать мою ношу и фыркать. Но не возмущался, хоть Элли и была порядком вымазана в крови. Торден, беззвучно подойдя, бережно перехватил спящую девушку из моих рук и, дождавшись, когда я сяду в седло, осторожно мне её вернул обратно. Элли, получив магическое истощение, находилась в состоянии крепкого, почти беспробудного сна, на грани обморока. Руки и кожа у нее были ледяные, дышла едва-едва.
  Торден приложил к её запястью индикатор и тихо ругнулся - руны стихий едва тлели, а на 'резерве' слабо мерцала только первая в ряду. Я вытащил из кармана её куртки кристалл-накопитель и уложил его девушке за пазуху, на кожу - хоть там и крохи остались, но и это может помочь. Торден молча отстегнул ножны и отдал мне свой кинжал с камнем 'Воздуха', оказавшийся тоже слабеньким, но накопителем. Я не стал спрашивать, откуда у друга эльфийский кинжал, явно для мага предназначенный, не моя это забота, лишь молча поблагодарил его за заботу о девушке.
  Понаблюдав, как от камней медленно, словно слабый парок, ниточки силы нехотя перетекали в тело девушки, мы с наставником сняли с себя плащи и тщательно завернули её в них. Хоть как-то сберечь тепло во время ночной скачки по предгорьям.
  Я по-удобнее устроил получившийся сверток перед собой в седле, пришпорил кошмара и поднял его в галоп - пора вернуться обратно в замок. Уже понятно, что сегодняшняя ночь в замке - последняя, но девушку нужно в тепло и влить тонизирующие средства. Нормальный, долгий сон в теплой кровати, горячий завтрак и чашечка чая утром - то, что ей необходимо перед новой, долгой дорогой.
  Кошмары, чувствуя наш настрой, понеслись в бешеной гонке, перелетая через препятствия, и распластываясь в диких, невообразимых для существ из плоти и крови прыжках. Двое скакунов без седоков, закусив удила, тенями мчались следом. А расщелина, ставшая могилой для Иривэса, продолжала мягко светиться оплывшими краями в темноте, медленно остывая.
   ***
  
  Колдун сидел на болотах уже третий день. Он ждал. Он злился. Доставало все! Мошкара, от которой не укрыться ничем и нигде, болотная вонь, лягушки закатывающие концерт каждую зарю - хоть утреннюю, хоть вечернюю, а иногда и просто так... Местная мелкая нечисть, норовившая то стянуть сапог, то украсть бечеву от шатра, а то просто цапнуть медитирующего чужака за палец. Головы двух свеже убитых кикимор, насаженные на подгнившие прутики не помогали, у нечисти явно не доставало мозгов, а любопытства было в избытке. Впрочем, болотным упырям хватило одной ночи с фейерверками (стена огня, да пара огненных шаров), чтоб угомонится и больше не лезть, но остальную болотную братию это похоже нисколько не смутило. Зато тлеющий торфяник на кочках тушить льдом пришлось еще часов десять после этого. Так к общей вони болота, добавилась вонь гари...
  А самое главное, чего не понимал колдун - что Второй забыл в этих болотах?! Ну не в этих конкретно, а вообще - уже не десятая даже встреча, а он всегда тащит его по болотам. И в прошлые разы еще ничего было, но тут-то рядом разлом! Тут мутация от магии избыточной на каждом шагу и, главное, что мутация эта воплощенная, пытается то в штанину по ноге забраться, то нос оттяпать - пройти здесь можно, и даже не сложно, но сидеть тут и ждать три дня! От этого злоба разгоралась сильнее, а ожидание становилось невыносимым.
   - Беснуешься, Иллер? - голос сзади. Мгновенная реакция колдуна - встал одновременно крутанувшись вокруг своей оси.
   - Сколько раз я просил тебя назначать встречи в более-менее нормальных местах?! - колдуна напугали, в купе с его вобщем-то взвинченным состоянием это произвело эффект взрыва.
   - Ну, ну, угомонись! Тише, Иллер, или забыл кто перед тобой? Третий Второму не указ. Или хочешь стать четвертым?..
  Тот, кого Иллер называл Вторым действительно стоял рангом выше, и действительно мог вертеть колдуном, как ему вздумается, и действительно мог сместить. Насколько колдун знал единственным и неизменным в их организации был только Первый. Впрочем Первого колдун видел всего один раз, и не горел желанием встречаться снова. Хватало и Второго за глаза. Колдун буравил взглядом низко надвинутый капюшон Второго. Ненависть захлестывала.
   - Морда твоя эльфийская, - ненавидяще прошипел Иллер, и тут же кардинально изменился в лице - побледнел, зашелся хрипом и осел прям в грязь, уронив жезл.
   - Прости. Я устал просто. Наверное, - хрипел колдун, а сам выпученными от недостатка воздуха глазами старался смотреть исключительно на носки своих сапог, с краю так некстати погрызенных ночной кикиморой.
   - Устал? Тяжело было? Это хорошо. Легко быть и не должно! Помни, ты должен нам свою жалкую жизнь! - По мере монолога Второго к лицу колдуна возвращался нормальный цвет, - Как прошло? Все сделал?
   - Да, Владыка.
   - Впрочем чую - сущность уже живет и развивается. Хорошо. Получай свою награду! - в колдуна полетел камень - ограненный рубин, размером с голубиное яйцо. Что ни говори, а награждали в организации очень щедро. Страшно щедро.
   - Вот твоя следующая задача...
  
  ***
  
Глава 10.
  
  Элли проснулась только ближе к вечеру, когда уже уехали и слуги, и Молли с Петри, не отходившие от нее весь остаток ночи и утро, а хмурые и обеспокоенные дроу начали заметно нервничать, волнуясь за её состояние. Я весь день ходил и всех, по-очереди, успокаивал, поражаясь, как за столь маленький срок все успели привязаться к девушке. И так дел было много - собраться, пересмотреть документы, хранящиеся в замке, спрятать их в тайники, подчистить все следы своего пребывания тут. Нужно связаться через кристалл связи с лордами, затребовать и дождаться отряд воинов и мага для охраны пустого замка, перебрать оружие, а с учетом того, что мы натыкаемся на нежить, заменить обычное на посеребренное... Дел невпроворот! А вместо этого я каждые двадцать-тридцать минут должен всех успокаивать, объясняя, что с леди все хорошо. Воинам на 'собраться' хватило десяти минут, хоббитов-слуг я еще ночью предупредил, что сегодня же они покинут замок, чем вызвал бурю слез и эмоций. Молли и Петри, заикаясь, попросили дождаться пробуждения Её Светлости, что бы попрощаться. Я запретил - Элли и так тяжело, а тут ещё и на слезы служанки смотреть? Разрешил только оставить ей письма и какую-нибудь мелочь на память, и подготовить её вещи для путешествия. Чтобы прекратить истерику Молли, пришлось дать туманное обещание, что мы когда-нибудь заглянем в Долл в своих странствиях и навестим полюбившуюся принцессе чету. Хоббиты просияли и кинулись исполнять поручение с рвением новобранца в учебном лагере.
  Когда после обеда я сменил Молли на посту около постели Элли, я уже и сам начал дергаться: время уходит, а девушка все так же лежит - только кожа чуть теплее стала, да дыхание чуть глубже. А в целом - глубокий обморок. Такое состояние у магов может длится до нескольких суток... Я уже в неё все возможные тоники влил, а индикатор все-равно упорно показывал 'единицу', перестав мерцать только к обеду. Ситуация не изменилась ни через два часа, ни через три. Торден, мрачный, как грозовая туча, зашел и положил на кровать рядом с девушкой еще один довольно крупный накопитель, пробурчав: 'потом, когда все закончится, вернешь'. К нашему с другом разочарованию, резерва камушка хватило лишь на то, чтобы поднять уровень до 'тройки'. Но и это дало заметный результат - эльфийка стала возвращаться в мир живых, уходила восковая бледность, на лицо возвращались краски, а обморок перешел в сон.
  Спустя пол-часа после этого на заработавший организм начали наконец-то действовать тоники, а индикатор, уже не снимаемый с плеча Элли, начал, мигая, показывать, что восстановление идет полным ходом. Мы с Торденом одновременно облегченно выдохнули, когда эльфийка чуть заметно шевельнулась и тихо, сквозь сон, застонала - тело, лежавшее долгое время в состоянии истощения, наверняка затекло.
  Торден, подорвавшись как мальчишка, бросил: 'Я за едой', и удрал из комнаты, тихонечко прикрыв за собой двери, явно не желая встречаться с Элли, когда та проснется. Я только посмеивался, глядя на то, как дергает и корежит старого друга, как ломаются его стереотипы по отношению к одной отдельно взятой Высшей эльфийке. Торден, люто ненавидевший всех без разбора светлых эльфов, сначала сделал исключение для Аллиана, затем включил туда же Охтара, теперь же этой чести удостоилась и Элли. Более агрессивно, чем к Высшим эльфам, он, пожалуй, относился только к эльфам-магам. Коллекция артефактов 'дабы магам не досталось', что за свою жизнь собрал Торден, вызывала нервный почесон и бессонницу у всех желавших заполучить её себе... А тут - забота, как о сородиче. 'Или как о дочери, которой у него нет,' - поправил я себя мысленно.
  Я тихонечко примостился на краю кровати рядом с Элли, и принялся разглядывать её. Стало чуть грустно от мысли, как девочка сильно изменилась за последний год. Овал лица, ровный и по-детски округлый раньше, стал резче, жестче, черты потеряли детскую мягкость, в облике все больше появилось общего с отцом и дедом, больше напоминая решительные, открытые лица Аллиана Тинвэ или Охтарона. Та же привычка смотреть прямо в глаза собеседника, выводившая почти всех из себя. Кроме дроу, обладающих той же манерой. Уже вряд ли кто осмелится обратиться к ней, назвав 'девочкой'. Я и сам ловил себя на том, что мне всё труднее звать её детским прозвищем 'Элли'. Элениэль Тинвэ. Магистр, потомок Верховных Архимагов... Маленькая, смешная принцесса Элли исчезла, погибла, её больше нет... Мы сами её убили своими интригами, вырвав её из детства и заставив повзрослеть. Я нежно коснулся пальцами лба девушки, отвел с лица отросшие светлые пряди. Девушка, сквозь сон, едва заметно улыбнулась.
  Как раз в этот момент от двери послышался шум, и я отправился смотреть - кто там. В коридоре, груженые подносами, обнаружились неуверенно переминающиеся Торден и Младший. Первое, что я от них услышал, был успевший уже набить оскомину за сегодня вопрос 'Проснулась?' Я только раздраженно плечами пожал, и пропустил этих фуражиров в комнату - пусть сами смотрят, проснулась или нет! Младший ринулся было вперед, но наставник, ловко и незаметно проведя подсечку, его опередил, да еще и падающий из рук воина поднос подхватил, оставив юношу сердито сопеть за порогом. Хотел и двери перед носом сконфуженного Младшего захлопнуть, но парень быстро спохватился - торопливо вытащил из кармана огромное яблоко и выставил его перед собой. Мол, я тоже еду принес! Так и вошли в гостиную: ухмыляющийся наставник, ловко балансирующий парой подносов, а следом - сияющий весенним солнышком Младший, несущий на вытянутых перед собой руках яблоко, с торжественностью министра, несущего королевские регалии.
  Перед входом в спальню принцессы все опять повторилось, за небольшим исключением: один из подносов перехватил я, включившись в игру, а у Младшего, оказывается, еще одно яблоко припрятано за пазухой было, еще крупнее первого. Все продумал! Ответом на нашу возню стал тихий смех эльфийки, успевшей уже проснуться и устроиться по-удобнее на подушках, с улыбкой глядевшей на нашу троицу. Я, не растерявшись, подравнял колонну для полного сходства с вереницей слуг, несущих блюда на приеме.
  - Как вы себя чувствуете, Ваше Высочество? - с поклоном поинтересовался я, пристраивая свой поднос на прикроватную тумбочку.
  - Весьма неплохо, милорд! - церемонно кивнула мне девушка, лукаво улыбаясь, - Там трое некромантов прибыли, судя по изысканным манерам - из ваших.
  - А вы откуда узнали? - Торден, пристроив блюда со своего подноса на свободное место, уселся на стул рядом с кроватью и тоже принялся внимательно разглядывать эльфийку, как и я до него.
  Элли, с хитрой улыбкой протянула руку Младшему, требуя яблоко. Тот, радостно оскалившись, схватил нож и, бережно разрезав яблоко на ломтики, протянул их девушке.
  - Так они уже поздоровались. Я потому и проснулась, что они заранее со мной связались. Предусмотрительные и весьма вежливые господа. И телепортировались в сторонке от замка, чтобы мне не навредить своим появлением.
  Я кивнул, и пояснил:
  - Они предупреждены, что тут Высший эльф. Правда просил одного некроманта, а тут троих, похоже, прислали. Ты с ними можешь общаться на расстоянии?
  - Конечно, - Элли легко пожала плечами, продолжая уплетать яблоко, - Ваши некроманты... хм... Специфические. И один из них не ниже меня по уровню контроля силы, и из лордов - судя по манерам.
  - Я думал, что только маги одной стихии могут между собой связываться, ну и архимаги - со всеми остальными, - удивленно протянул Торден, переведя взгляд с девушки на меня.
  Я отобрал у Элли остатки яблока, вручил поднос с глубокой чашкой мясного бульона с гренками, и пояснил, что сам в свое время понял из рассказов Аллиана:
  - Да так примерно и есть, но наши некроманты действительно отличаются от человеческих. Наши - это те же магистры-стихийники, что и у светлых, только немного иначе работающие.
  - Угу, темные. Потому ваши некроманты и учатся столетиями, а человеческие - лет двадцать-тридцать, и готов. У ваших - наука, у человеческих - обряды, пентаграммы, жертвоприношения и прочая мерзость.
  - Это потому у всех некромантия вне закона? - спросил Младший, которому не хватило места и он просто угнездился на полу с другой стороны кровати, поджав под себя скрещенные ноги.
  Элли, не отрываясь от миски с бульоном, указала локтем на меня, что бы я объяснил.
  - Не только. Наши тоже не церемонятся с материалом. Только вот души они предварительно отпускают. А человеческие - нет. Наш зомби, - Элли фыркнула, чуть не подавившись бульоном, а я подправил фразу, - Зомби, поднятый нашим некромантом, это мертвая оболочка, тело, управляемая стихией. А человеческие - это оболочка, с привязанной к ней душой. Вне закона их объявили изначально жрицы богини Лоры. Следом уже и маги, а следом к ним присоединились те, кто от их дел пострадал.
  - Зомби? - прошептал Младший с круглыми глазами.
  Элли опять фыркнула и даже от бульона оторвалась на мгновение - на Младшего одним глазком глянуть, чем его смутила.
  - Да нет, их родственники. Зомби, если некроманту не хватает сил, часто сжирают своих вызывающих, а после идут туда, где обитались при жизни...
  - Приятного аппетита, лорд Дарриэль! - криво усмехнулась принцесса, возвращая мне пустую миску и высматривая - что бы еще ухватить.
  - Всегда пожалуйста, миледи! - я чуть склонил голову, изобразив поклон.
  Подсунул девушке сытный салат со сметаной и продолжил:
  - Ну и, как результат - вымершие деревни, толпы упырей и гулей, эпидемии и прочее прочее... По мне, так ничего страшного не было - ну нежить, ну толпами... Только вот торговцы да гномы жаловались, что перемещаться по континенту стало довольно сложно. Вот магов и заставили этим заняться, - закончил я рассказ.
  - А наши некроманты могут применять те же способы, что и человеческие? - Опять подал голос любопытствующий Младший.
  - Теоретически - да, - задумчиво произнесла Элли, - А на практике - не будут.
  - Почему? - отозвался Младший, а Торден недовольно на него глянул.
  - Да потому что это против кодекса и чести дроу! - пафосно произнесла девушка, - А на самом деле, ну зачем им это? У них, как и у всех эльфов, и так сил несоизмеримо больше, чем у человеческих магов.
  - Да, только вот человеческие себе ученичков клепают кучами, да плодятся быстрее, чем кролики! - сердито добавил я и, встав с кресла, указал воинам на выход. Так и не дадут за болтовней девушке поесть нормально.
  Воины, мгновенно поднялись и, поклонившись, оставили нас. Я налил эльфийке чай и протянул ей чашку, наказав:
  - Ешь, я сейчас одежду тебе и снаряжение принесу. Сегодня в ночь выдвигаемся из замка, нужно торопиться.
  - Меня ждали долго? - Элли, ухватив чашку с чаем, блаженно улыбнулась, уловив любимый аромат липового цвета.
  - Нет, ты меньше суток проспала, - и, глядя на её недоверчивое лицо, объяснил, - Торден дал два накопителя из своих заначек, ну и тониками я тебя плотно напоил. Напугала ты всех, сокровище моё!
  - Нормально, а я думала, что суток трое провалялась... - изумилась Элли.
  Тряхнув головой, я сходил в соседнюю комнату и принес для девушки все необходимое для путешествия: снаряжение и одежду. Предложил свою помощь, но эльфийка, улыбнувшись, отказалась, не сводя с меня пристального взгляда. Я тактично оставил её одну и пошел вниз - разбираться с вновь прибывшими, оказавшимися как один из воспитанников Тордена - 'Воронами'.
  
  ***
  
  Спустя почти пол-часа Элли вышла во двор, вызвав там фурор среди мужчин. Замерли все, кроме Тордена и оставшихся двух его воспитанников, поспешивших её встретить. Все вновь прибывшие воины - четыре сработанные тройки - синхронно поклонились девушке. Некроманты, чуть отстав от остальных, тоже склонили головы следом. Причина проста: Торден, скупо, в своей обычной манере, успел поведать им о том и о том, что Элли получила разрешение от Старшего лорда Второго Дома носить доспех воина, а так же помогла проводить в последний путь Иривэса, хорошо знакомого многим из прибывших. И синхронный, полный достоинства поклон был знаком благодарности и уважения эльфийке, ведь зачастую многие из нас погибают, не получив достойного погребения. Только жрицы, проведя сложный и выматывающий обряд, могут с определенной долей уверенности сказать - жив тот или иной из нас, или нет. Жест принцессы, её помощь умирающему воину, то, что она до последнего была рядом с ним, не побоявшись замарать кровью рук, и то, что она, не пожалев себя сожгла до тла останки врагов, глубоко тронуло не только воинов, но и магов, знающих не понаслышке - что такое перерасход сил, и чем он грозит стихийному магу.
  Элли, стоя на ступеньках замка, низко поклонилась им в ответ. Торден как раз успел дойти до девушки и помог ей спуститься - её еще слегка пошатывало от истощения. Старший над прибывшими магами, младший лорд Третьего дома, распрямившись первым, тихо испросил у меня разрешения познакомится с магистром. Я, соглашаясь, кивнул, чувствуя в душе растущую гордость за свою подопечную.
  Пока Элиниэль шла к нам, один из воинов, заступив ей дорогу, с поклоном протянул теплый, кожаный, с меховым подбоем, плащ, произнеся с теплой улыбкой: 'Вам пригодится, госпожа магистр!'... И так каждый из старших групп! До нас девушка дошла, укутанная в плащ, с новыми замшевыми перчатками, вторым колчаном стрел и огромной шоколадкой в золотистой фольге, забавно торчащей из кармана. Улыбка совершенно шальная и столь заразительная, а на щеках играл милый румянец, какой не встретишь у взрослых эльфов, что даже наши некроманты против воли чуть-чуть улыбнулись!
  - Добрый вечер, уважаемая коллега! Некромант Эскорэн, младший лорд Третьего дома, к вашим услугам! - шутливо поклонившись, первым представился старший маг.
  - Добрый, уважаемый коллега! Магистр стихийной магии, Элениэль Аллиан Тинвэ, наследница Дома Норрэн, - так же шутливо ответила девушка и шаркнула ножкой.
  Два других мага быстро переглянулись. Лица у обоих были вытянувшиеся и потрясенные.
  - Как я понимаю, магистр Элениэль Тинвэ, то, что вы живы - закрытая информация? - поинтересовался лорд Эскорэн, с нескрываемым любопытством рассматривая доспех девушки, подаренный ей Торденом и, с особым весельем - ботинки с кокетливыми, хоть и немного обтрепанными зелеными бантами.
  - Верно понимаете, лорд Эскорэн, - подтвердил я, делая знак своим подойти, - мы тут все... инкогнито. Лорд понимающе усмехнулся и кивнув, вновь обратился к принцессе:
  - Ваше Высочество, лорд Дарриэль сказал, вы столкнулись с чем-то новым, подкинутым человеческим некромантом? Можете нам показать?
  - Принимайте, коллега! - щедро предложила Элли и, сняв перчатку, протянула руку, выставив ладонь вперед.
  Некромант, повторив манипуляции девушки, коснулся её ладони. Оба, сверля друг друга взглядами, постояли так немного, обмениваясь образами и общаясь. Элли чуть заметно хмурилась, тщательно, во всех подробностях восстанавливая события недавней стычки. Когда маги закончили 'общаться', хмурились уже все четверо - и Элли, и трое наших некромантов, переглядывающихся между собой и явно мысленно обсуждающие увиденное.
  - Я понял. Да, вы правы, и все сделали верно, благодарю вас... Мое почтение, леди, господа!..
  И, поклонившись, молча ушли в сторону замка, куда уже успел перейти весь отряд, прибывший с ними. Мы остались на опустевшем дворе впятером: Торден, два его младших воина, и мы с Элли. Все уже готовые к путешествию и собранные. Я осмотрел наше воинство и, глубоко вздохнув, скомандовал:
  - В дорогу!
  Разобрав оседланных кошмаров, мы, по одному, выходили за ворота, ведя скакунов в поводу. Там, выстроившись в линию - ширина дороги не позволяла даже двум кошмарам идти бок о бок, уселись по седлам и тихонько тронулись в путь.
  
Глава 11.
  
  - И вот опять ночь, восход луны, мир и покой! А мы куда-то на ночь глядя, несемся вскачь во весь опор! Лорд Дарриэль вернулся, - констатировала голосом лирика девушка, идущая сразу за мной.
  - Жалеешь? - спросил я у девушки.
  - Шутишь?! - возмутилась она и хмыкнула, - Нисколечко не жалею, милорд!
  Когда, попетляв, вывернули с топы на ровную дорогу, я махнул рукой, указывая в направлении северо-запада. Мы с Торденом еще днем решили, что выберемся с предгорья, держась окраиной Долла, и, по максимально короткому маршруту пересекая наши земли, поедем к месту, прозванному 'Перекресток' - месту пересечения трех границ воздушных народов - дроу, селестинов и светлых эльфов. Хоть Торден и хмурился - ему не нравилась даже сама идея - приближаться к территории светлых - но согласился, что это сейчас единственный возможный маршрут. Элли, не посвященная в эти планы, догнала меня и вопросительно изогнула бровь. 'К селестинам', - произнес я одними губами, и светлая, кивнув, вернулась на свое место. Юри слушался сегодня идеально, не доставляя неудобств.
  Так мы неслись всю ночь почти до рассвета, а когда девушку уже заметно начало мотать в седле, скомандовал привал, ругаясь про себя. Вот же упрямая! Вот чего стоило сказать, что устала?! Я, осадив кошмара, резко развернулся и подъехал к ней.
  - Элли, ты как?
  - Я зна-а-аю теперь, почему у ваших скакунов такое звучное название! Это реально Кошмары! - Элли, морщась, сползла с седла, сев с размаху на каменистую землю, и взвыв, принялась потирать поясницу.
  - Ну вообще-то не за это...
  - Этого мы уже никогда не узнаем, но, сдается, именно это было первым словом дроу, сползшего со спины Кошмара.
  - Вполне возможно, так и было, леди, - бросил Торден, уже деловито суетившийся со своими воспитанниками, уводя скакунов в сторону небольшого распадка, до которого мы совсем чуть-чуть не доехали.
  Я тоже спешился и, отпустив своего кошмара следом за остальными, протянул девушке руку. Элли ни с первой, ни со второй попытки встать не смогла, только жалобно на меня глядя, протянула: 'Кажется, я себе отбила всё, что нельзя!'
  Понаблюдав за её попытками собраться в кучку, подхватил принцессу на руки и понес в сторону распадка, где уже наверняка был готов лагерь, успокоив приунывшую девушку тем, что 'завтра будет не лучше!', сгрузил её на уже расстеленную для неё скатку, наказав 'спи!' Долго упрашивать не пришлось - едва я успел отстегнуть с неё оружие и укрыть одеялом, она уже мирно сопела. Остальные дроу, наблюдавшие эту картину, похоже, впервые, со звоном подбирали челюсти. Я на языке жестов, глядя на них в упор: 'Да, это нормально. Нет, с ней все в порядке. Да, она спит!'
  Торден, покачав головой, только пробормотал 'аж завидно!' и ушел осматриваться. Младшие воины молчаливыми тенями растаяли в предрассветном тумане следом. Мне, в кои-то веке выпало сторожить лагерь. Непривычно было - последний раз мы так с Охтаром путешествовали вдвоем, а после я всегда перемещался либо один, либо охраняя кого-то, как осенью с Элли. И сейчас не знал, чем себя занять. Побродил вокруг, перепроверил всё снаряжение, нашел на дне распадка ручей и набрал воды, еще раз перепроверил наше с эльфийкой снаряжение... Как раз за этим занятием, когда я с остервенением полировал серебристую кромку клинка, меня и застал вернувшийся Торден. Туман чуток поредел, солнце взошло, а чем заниматься весь день я так и не придумал...
  Друг подошел ко мне и, ухмыляясь, спросил:
  - Что, отвык?
  Я поморщился и нехотя признался:
  - Да не то слово! Давно уже не перемещался большой группой.
  - Я тоже, - усмехнулся наставник, и, бросив на землю плащ, устроился по-близости со мной, - Давно никуда не выбирался. Последний раз с её отцом, - Торден кивнул на спящую девушку, - В болота в совместном рейде.
  Кстати, лезвие уже сияет, - равнодушно заметил он мне.
  Я, вздохнув, убрал оружие в ножны. Есть не хотелось, спать - тоже. Младшие, едва вернувшись в лагерь, бесшумно скользнули по лежанками и, завернувшись в плащи, затихли.
  - Завидую я им. Спят себе. Только легли - сразу уснули, - проворчал Торден.
  - Ты сейчас бурчишь, как древний лорд, Торден, - подколол я друга.
  Тот, повозившись, устроился по-удобнее, и кивнул. Мы немного молча посидели, и наставник, посмотрев на появившееся из-за горизонта, но едва в тумане различимое, солнце, предупредил меня:
  - Дарр, я с тобой только до границ. Там я своих заберу и в академию.
  - Я понял уже. Молодых тебе теперь долго в норму приводить придется.
  Вытянулся рядом на камнях, тоже повозился и вытащил острый камень из-под лопатки.
  - Да уж! - Скривился воин, - Им теперь домой сразу нельзя, после общения с Элли. В Пирамиде и дня не протянут. Разболтались, разулыбались... Ты вообще как после светлых в себя приходишь? - спросил меня Торден.
  Я плечами пожал и, подумав, признался другу:
  - А я вообще в себя не прихожу уже лет четыреста, наверное. То со светлыми, то с магами, то с халифатцами, то в Сердце Мира со всякой шушерой общаюсь.
  - К нам когда сможешь вернуться? Я тебя в академии жду, инструктором.
  - Не скоро, дружище. Очень не скоро. Сначала со светлыми нужно все уладить. С колдуном этим, невесть откуда всплывшим, разобраться.
  Торден только тяжко вздохнул. Он мня уже давно и безрезультатно зазывает к себе.
  - Дарр, сдается мне, тебя никто не отпустит. Боюсь, так и будешь мотаться, выполняя поручения Императрицы и её семьи.
  - А варианты - есть? - спросил я устало.
  - Пока - нету, - легко согласился Торден, - Но ты не больно-то их ищешь. А Дэрах последнее время так вообще боится лишний шаг сделать.
  - Торден, у них моя мать... Наш отказ - это её гибель, надеюсь, тебе не стоит напоминать, что будет с Домом, если в нем не останется ни одной женщины? - тихо напомнил я другу.
  - Знаю, не стоит, - довольно резко отозвался друг, - Но что-то уже пора сделать? Вы с отцом уже сколько столетий по всему миру носитесь? Шесть? Семь? И где конец вашей службы? Пока вы все не сложите свои головы, выполняя их прихоти?!
  - Торден, прекрати, пожалуйста, - прошипел я, - Что ты предлагаешь? Выкрасть её? Вломиться на территорию центрального храма? Перебить охрану, уговорить жриц... А потом - отступать, отбиваясь от воинов всего города через всю Пирамиду?.. - спросил я желчно.
  - Как вижу, ты уже не один вариант прикинул? - заинтересованно спросил меня наставник.
  - Поверь мне, не один. И везде я упираюсь в то, что они - в центре города, глубоко под землей. Отец уже пытался. Чем закончилось - знаешь.
  - Портал?
  - А никак. Там все закрыто от магии, наглухо. Туда не пробьешься, от туда - тоже. Рунный портал - может сработать, но не со свитка, тут маг нужен. А где я найду магов, согласных на такое мероприятие? Это самоубийство.
  - Ну тоже верно. В Пирамиду согласится лезть только смертник. Тем более ссорится с Первым Домом... - медленно пробормотал наставник.
  Я скосил глаза на друга. Тот лежал и смотрел на плывущие по небу плотные облака и барабанил пальцами по пряжке ремня, раздумывая, чем мне можно помочь. Не первый раз мы с ним так вот обмозговываем эту ситуацию в поисках выхода. Полежав так некоторое время, Торден спросил:
  - И Аллиан Тинвэ, как я понимаю, тоже отказывался?
  - Да нет, он как раз согласился. Но в шутку предложил отцу создать за одно новый подходящий мир и туда переселится, обоими семьями, - Торден тихо фыркнул, - Он и так сильно помог, вытаскивая нас с братьями. И улаживая конфликт с жрицами после попытки отца выкрасть остальных.
  - Наслышан. Даже до нас тогда волна докатилась, - улыбнулся друг, явно с удовольствием вспоминая переполох, что Дэрах в храме устроил.
  - Торден, давай об этом в другой раз, хорошо? - попросил я, поняв, что желания обсуждать мою проблему сейчас просто нет. Да и не время.
  Наставник кивнул и, прикрыв глаза, устроился спать.
  Через пару часов наши завозились, но, так как решили, что передвигаться ночами, пока не достигнем лесов безопаснее, занялись едой и всем прочим. Элли, полностью игнорируя шум вокруг, спала. Даже не так, она Спала! Я, не удержавшись, прокомментировал это:
  - Обратите внимание: вот еще одно уязвимое место всех магов! Сон первые пять часов у них настолько крепкий, что мага можно подвесить к дереву, а он и не проснется!
  - Но если маг в процессе привязывания проснется, всем будет ну очень не комфортно. Так что вешать нужно ласково и аккуратно, и, главное, не снимая теплого одеяла! - Это уже Элли пробормотала, приоткрыв один глаз, и сладко зевнув, продолжила вещать, - А если маг, при этом уснул голодным...
  - Нет, ваше высочество, то, что вы изобразили, это не 'уснул', это вырубился, - не удержался я от комментария.
  Девушка, с трудом выползшая из-под стопки одеял и плащей, сложенные на ней, с подозрением оглядела получившуюся гору и спросила:
  - И это теперь все моё? Или это недоразумение, и вам некуда было одежду сложить?
  - Мы о вас заботились, миледи, что бы вы не замерзли! - отозвался Торден, вороватым движением вытащив свой плащ из кучи.
  - Мдя? Весной?.. Спасибо, мне было очень тепло и приятно, и ну совсем не тяжело, а тот, у кого в подкладке плаща метательные звездочки были зашиты, может больше не беспокоится...
  Средний воин сдавленно вякнул и кинулся за своим плащом, ощупывая его подклад и пересчитывая пальцами заначки под тихое хихиканье всего остального отряда. Младший потешался громче всех ровно до слов:
  - А у кого-то от плаща пахнет шоколадкой...
  Парень быстро спал с лица и уверенно заявил:
  - Там не было шоколадки!
  Элли, пожала плечиком и отправилась умываться, уловив ниже по склону журчание ручейка. Мы, пока девушка не видит, принялись осматривать и обнюхивать свои плащи, чувствуя себя при этом идиотами.
  - Да не было там шоколадки! - повторил уже не так уверенно молодой воин, глядя на пыльное, грязное, с кусочками гравия и травинками пятно на своем плаще.
  - Ага, а у меня - была! И она, из-за жары, растаяла, а я хотела со всеми ей поделиться, - донесся от ручья спокойный голос Элли.
  
  
  ***
   Рацек-охотник
  
  Тот кто видел мертвые земли, никогда их не забудет. Не стирается такое из памяти. Камни. Щебень, каменное крошево вместо земли, и обломки камней - будто здесь гигант-мельник скалы чудовищными жерновами смолол, а получившуюся 'муку' разровнял. А между камнями - клочки травы, бледно-желтой, бледно-красной, иредка - бледно-зеленой. Деревья, небольшие ощетинившиеся колючками - корявые, изломанные, с редкими листьями, и кустарник такой же. Все изнеможденное, бледное, а под ногами серое и черное. Здесь хотелось пригнуться, невольно смолкали разговоры, оживали в памяти страшные сказки о чудовищах, что раньше населяли эти места. Маги своими битвами уничтожили эти земли. И так мерзко, а тут еще рядом, на расстоянии вытянутой руки, бредет не-мертвое тело 'посланника'. Хорошо хоть вонять перестал.
  - Эй, дроу! А эти места, они вам вот к чему? - поинтересовался Рацек.
  - Ни к чему. Они только по бумагам наши, ты патруль хоть один видел?
  - Да и то верно. Сами загадили, сами забросили, - съязвил Рацек.
  Дроу как-то недобро, в пол-оборота, бросил взгляд на идущего сзади человека.
  - Какой-то не той истории вас учат, люди. Мы не одни тут 'старались'. Кого тут только не было.
  - Ага, не такой истории нас учат, не вашенской! Вашенская, вона, в книжках из человечей кожи вся понаписана, а нашенская, она такая - как бабка помнила, так и рассказала. У нас человеков, вишь ли, на каракули пускать не принято, а бумагу - где ж её взять? Эльфы за нее столько дерут, что не до нее как то... - подобными перепалками они с дроу развлекались всю дорогу. Казалось, это в общем- то забавляет обоих. Но иногда дроу прямо посреди словесной баталии резко замолкал, и все шло насмарку. После такого разговорить его заново не представлялось возможным - Рацек уже неоднократно пробовал, но оставался ни с чем, и приходилось уныло брести, да не забывать поглядывать по сторонам.
  Дроу совершенно неожиданно подал голос:
  - Про кожу ты зря. На ней только жрицы ритуалы записывают, а так, нишиша на вашей коже толком не хранится - три длинных года и труха одна осталась. Если крысы раньше не доберутся. Графит и обычная бумага, и то тысячелетия переносят.
  Рацека передернуло. Он живо представил, как в дроуских подземельях крысы хрустят страницами из человечей кожи. Среди вояк ходили слухи, что дроу хлебом не корми, дай из кожи человеков чего нибудь наделать. А у него в отряде был тип, 'Кривой' звали, что исколол все тело похабными татуировками, ибо, как он считал: эльфов, хоть и темных, от картинок подобного содержания должно мутить, да и писать на гаденького качества синюшных орнаментах не сподручно будет. Только Рацек подумал, что зря Кривой старался, как разговорившийся сегодня дроу его разуверил:
  - Вот перчатки из вашей кожи, говорят хорошие получаются, но я такие только видел, даже не щупал. Это высшая знать только себе такие вещи позволяет, да и то, как мне кажется, только для солидности, а не из практических соображений.
  Ладно пошли, нам до темна надо пустошь перейти, - пробурчал недовольно Рацек.
  По пути через пустоши он дважды, при случае, пытался заговорить с 'посланником богини', но тот не уверенно отвечал:
  - Я пока... плохо понимаю... не смогу объяснить... позже... вы много говорите... это хорошо... говорите больше... надо больше... разное надо.
  Трупешник выдавал что-то в таком вот духе и замолкал. Приходилось идти и изводить дроу издевками - по другому он просто не отвечал, игнорируя человека.
  
  ***
  
  До сумерок мы развлекались, тихо, в пол-голоса, травя байки из жизни и отдыхали. Кошмары успели поймать что-то живое и схарчить, слегка подравшись за добычу. Что они словили мы толком не разглядели, да и отобрать у бестий их игрушку практически невозможно. Они обидчивые и наглые, но с пятью такими животными сторожа, в принципе, не нужны. Если противник один, а кошмары голодны, то он труп. Если не один, то кошмары, окружив их стаей, все-равно своего добьются.
  Только чуть больше провозившись и поиграв предварительно с жертвой. А о большом отряде наши с Торденом взрослые, натасканные животные предупредят, не подымая лишнего шума.
  С наступлением ночи мы быстро собрались, устранили следы своего пребывания здесь. На всякий случай еще и обрызгав камни вокруг стоянки тем же веществом, что метят свою территорию Зимние волки - огромные белоснежные и голубоглазые красавцы, что живут в горах рядом с Ледяным перевалом. Иногда эти величественные и гордые звери дорастают до четырех-пяти локтей в холке. Мы, дроу, их охраняем, не позволяя на них охотится и иногда даже приручая и используя в охране наших владений - от одного только их запаха собаки-ищейки и кони, сойдя с ума, рвутся с поводков и удирают в противоположном направлении. И у многих представителей разумных и не очень рас, нюхнувших этот дивный аромат огромного хищника, начинаются приступы паники и истерии. Кстати, только на Высших не проверяли - не доводилось как-то. Я, протянув оплетенную кожей бутылочку девушке, спросил:
  - Узнаешь запах?
  Элли, осторожненько понюхала и, резко скривившись, выдохнула и просипела:
  - Ты сколько волков остриг, изверг, что бы это сварить?
  Пока я подбирал упавшую челюсть, она, прочихавшись, пояснила:
  - Фу-у-у! Мы таким же, только еще с запахом медвежьей шерсти, обрабатываем те места, куда жеребятам сильфов заходить не следует. С детства этот запах не люблю!
  - Это почему? - с любопытством спросил я, убирая бутылочку в специальный, жесткий отсек в поясе.
  - Да потому что яблоки любила всегда. А спеют они долго, пока еще дождешься... А они висят, красненькие с бочка, красивые, и манят... Ну вот Линвэ как-то и обработал яблоню под моими окнами этой ерундой... - Девушка опять сморщилась и потерла свербящий нос пятерней.
  - То есть на тебя никакого эффекта - нет? - переспросил я, чтобы быть уверенным.
  - Ну почему же? Как только чувствую запах волка, так во рту - невероятная гамма вкусов! Зеленые, горько-кислые яблоки и вот этого... средство от прожорливых жеребят...
  Я тепло улыбнулся Элли и помог ей сесть в седло. Все-таки кошмары для неё высоковаты - она едва пальцами до луки седла дотягивается, да и то - привстав на цыпочки. Да и в седле двух таких тростинок, как она, с комфортом разместить можно, седло-то не для хрупкой и тонкой в кости светлой леди, а для темного воина в тяжелых доспехах. Поймал её пальцы и чуть сжал, получив в ответ благодарную улыбку.
  - Сегодня к утру будем в наших лесах, там уже спокойнее поедем, - успокоил я Элли, пытающуюся как-нибудь поудобнее примостить свое тельце в седле.
  - Радует несказанно! - фыркнула леди.
  Мы с мгновение смотрели друг другу в глаза и улыбались, как два заговорщика. Элли, забрав у меня ладонь, подмигнула и прошептала 'веди, командир!'
  
Глава 12.
  
  До леса мы добрались к заходу второй луны, побив все рекорды и приятно удивив этим Тордена, бурчавшего всю дорогу, что мы не укладываемся в сроки. Какие сроки и кто их установил, наставник не признавался ни в какую, только шевелил бровями и поджимал губы. Значит, просто бурчал, придумав удобный повод. Спешились и медленно пошли, выбирая место для отдыха. Элли жалась ко мне, потрясенно оглядывая обступившие нас деревья. Да, наш лес от светло-эльфийского отличался и сильно. Казалось бы - две недели пути до границы, а разница - колоссальная. Их лес - ухоженный и светлый, с сияющими солнцем прогалинами, красивыми, будто для вдохновения художников созданными водопадами и ручьями, огромными, уходящими ввысь деревьями, увитыми плющом и цветущими лианами... И наш - темный, с непролазными буреломами, сырыми оврагами, заросшими темным самшитом и папоротником, острыми обломками черных скал торчащими сквозь густую подстилку из темно-зеленого, а местами и бурого, или красного, мха. Те же, что и у них деревья-великаны - секвойи, сосны и ели, дубы и буки, клены и ясени, те же самые лианы или плющи... Но выглядело это совсем иначе. Светлый лес очаровывал, завораживал, уговаривал не суетиться и отдохнуть, звал погулять, пел сотнями птичьих голосов, звонко журчал ручьями, шелестел травами и ветром в листве, кормил путников нарядными и разноцветлыми съедобными грибами, забавлял сладкими ягодами. Наш же прятал от чужих глаз свои дары, выставляя на вид только смертельно-ядовитое, заставлял путника оглядываться по сторонам, нервно вздрагивать от каждого шороха, скрипел, выл, держал в напряжении даже стойких духом, а остальных - бежать без оглядки.
  Я, не обращая внимание на остальных - пусть уже что угодно думают, поймал Элли за руку и подтянул девушку ближе к себе. Торден только улыбнулся, сказав:
  - Ага, мне тоже в вашем, светлом, лесу не по себе становится! Постоянно жду подлянки от эдакой красоты, - и отправился искать укромное местечко для отдыха.
  Элли ему в след буркнула сердито:
  - У нас единственная там подлянка - это отряды лесных эльфов!
  Из кустов донеслось тихое:
  - И стреляют они в темных без предупреждения, кстати! И как метко, трусы, стреляют...
  Элли открыла уже рот возмутиться, а я, чтобы отвлечь нервничающую эльфийку, спросил у неё:
  - А ты знаешь, почему вас 'светлыми' начали называть?
  - Лин рассказывал, когда я ещё крохой была... - сердито отозвалась Элли.
  - Поделишься? Мне отец рассказывал, хочу сравнить версии.
  Остальные тоже навострили ушки, а я прижал Элли к себе и плотно закутал в свой плащ - дать хоть какое-то ощущение защиты. Элли, помедлив, начала рассказывать, постепенно успокаиваясь:
  - Лин говорил, что изначально Высшими, а точнее, Высокими, называли три расы - нас, селестинов и дроу. Из-за того, что мы выше всех остальных ростом, ну и всякие заморочки вроде кодексов и прочего, тоже только у этих трех ветвей есть. Нас звали солнечными эльфами, селестинов - сумеречными, а дроу - ночными. Но это было в самом начале, первые три тысячелетия после переселения в этот мир. Потом уже, когда мы распределились по этой части континента, отвоевав эти земли у зеленокожих и остановив кочующих с юга людей, каждая из трех рас Высоких эльфов начала под себя обустраивать свой кусок, а названия поменялись. Селестинов все чаще начали звать темными эльфами, вас - просочившимся из старого мира коротким и запоминающимся 'дроу', а нас, всех остальных эльфов - эльфами светлого леса, ну или светлыми.
  - А Высшими-то вас начали звать почему? - подал голос Младший.
  - А тут политика и подмена понятий, - отозвался я, подмигнув принцессе.
  - Не только это, Дарр, - мягко поправила меня девушка, - Сейчас это, скорее, статус нашей ветви. Изначально мы жили в светлом лесу одни, позже, к нам пришли лесные эльфы, когда их люди начали теснить, позже присоединились Нольда, до того мирно жившие вдоль побережья, а тут столкнувшиеся с селестинами и вами, дроу. Потом уже, одними из последних - горные кланы, потерявшие свои территории и ослабленные в битвах за те места, что мы сейчас зовем 'Мертвые Земли'. Ну и Перевал Зеленых раньше тоже горные кланы контролировали, но не смогли воевать на три стороны - и с гномами, и с людьми и с зеленокожими. Сначала по горам к вам сунулись, получили хорошенько, - младший заулыбался - эту часть истории все дроу хорошо знали, - А остатки к нам опять же рванули. Был бардак и неразбериха, да еще и вы, с присущим вам упорством, преследовали и пытались дорезать горных и Нольда, а столкнувшись с лесными и за них взялись. Тут уже сестры-богини вмешались, явившись во плоти... Гэлторн, мой отец Аллиан и с ними еще несколько наших архимагов рванули разбираться - кто ж там так разошелся... Так наши с вами ветви и встретились.
  - И что? - средний дроу тоже не удержался от вопроса.
  - А то, что мы даже языка друг друга не знали, представьте, как это выглядело! - усмехнулась Элли, - Наши тогда Тириос почти достроили и Город Магов, и никуда особо и не лезли - не в нашей это манере стараться захватить как можно больше земель, - рассмеялась девушка, - Дед рассказывал, что при встрече был поражен вашим внешним видом и тем, как мы с вами похожи. А ваши воины тоже впечатлились - встретили-то их лучшие из архимагов. Шок, говорил, испытали обе стороны, да еще какой! Ну и что жестами по-началу изъяснялись, пока не выдернули мага 'Разума' - Лорда Леаринистэна, селестина, и несколько суток учили через него языки друг друга. А потом еще очень долго там торчали, договариваясь о границах и прочем... Кстати, аккурат на том месте, что 'Пятачком' или 'Перекрестком' сейчас называют.
  - Ну так почему Высшие-то? - всё не унимался Младший, даже забывший, что он воды хотел попить - так и застыл с фляжкой, прижатой к груди.
  - Да потому что Высокие Правители Светлого Эльфийского Леса, Солнечные Эльфы звучит, конечно, сильно и гордо, но на нашем наречии совершенно для остальных народов непроизносимо! А умученный лорд Леаринистэн, когда его в очередной раз переспросили, буркнул 'Высокие Эльфы', да еще и напутав с диалектами... - Элли уже откровенно говоря, наслаждалась, видя недоверие на лицах темных эльфов, ожидавших пафосную и длинную - в стиле светлых - историю.
  - Что, правда? - я тоже последнюю версию ни разу не слышал, только три официальных знал.
  - А-а-ага! Мне лорд Леаринистэн рассказывал - он до сей поры у нас преподает, кстати. И Ректор подтвердил, когда я его в лоб об этом спросила. Ну и есть официальная версия - тоже правдивая, что на первом в истории Совете эльфийских народов нашу ветвь признали Высшей все остальные, выбрав Элеммакила Сиятельного королем, а его брата назначив Главой Совета Магов и прочее, прочее, прочее.
  - А на деле? - тихо спросил вернувшийся Торден у девушки.
  - А на деле так и было, - чуть грустно улыбнувшись, кивнула она, - Дом Тинвэ Норрэн выступет гарантом мира и соблюдения договоров тридцать с хвостиком тысяч лет.
  - А почему вас остальные-то светлые слушаются? - опять не унимался Младший.
  - А потому, Младший, что каждый эльф из их Дома дает клятву, нарушить которую невозможно... - пояснил я, и сам замер, пораженный мелькнувшей догадкой.
  - Элли, ты помнишь слова клятвы? - я повернул к себе девушку и заглянул ей в глаза.
  - Ну конечно помню, Дарр! Слово в слово. Я тоже дала её, когда поступила в Акаде... - Элли замерла с открытым ртом, тоже сообразив, о чем я ей толкую.
  - О не-е-ет... Дарриэль! Договоры, союз наших рас... Все, что заключались... Все же скреплено нашей Клятвой! Все эти попытки меня убить, пока я... Вот зачем вашим лордам так важно было лично удостовериться, что я жива, Дарр, - побелевшими губами прошептала эльфийка.
  Я медленно кивнул, а девушка спрятала лицо у меня на груди. Торден стоял, запустив пятерню в волосы, младшие дроу, хоть и воины, тоже заметно побледнели и испуганно переглядывались.
  - Если бы вас убили, принцесса, мы бы все накинулись друг на друга... - слишком ровным голосом, выдающим с головой состояние шока, в котором он прибывал, констатировал Торден, - Мы все настолько привыкли, что есть Аллиан и Гэлторн, что есть ваш брат, Охтар, что любые разногласия между нами эти трое Высших могут решить... Что есть дом Тинвэ... Что за ними и не видели остальных эльфов. Воспринимали их, как мусор, как камни под ногами...
  Торден сел на поваленный ствол и подпер кулаком челюсть, осознав весь масштаб бедствия. Младшие, чуть потоптавшись, ушли в ту же сторону, откуда вернулся наставник - обустраивать место для стоянки, поняв видно, что пока что дальше мы не пойдем. Элли чуть слышно, шепотом, прошептала мне в куртку 'мы сейчас, как дети, потерявшиеся в лесу... Взрослые ушли и оставили нас разбираться со своими проблемами, а мы привыкли, что есть великие и могущественные родители, что
  нас и помирят, и от врагов защитят, и позаботятся о завтрашнем дне. Сами себя в ловушку загнали, сами!' Я стоял и гладил девушку по спине, а наставник, быстро оклемавшись, ушел в сторону - посовещаться со своими и нам дать время поговорить, перед уходом знаками показал мне, что они рядом лагерь разобьют.
  - Дарр, что мне делать?! - подала голос Элли.
  - То, что и собирались раньше, сокровище моё. Траэл и Орголл сообщат Императрице, что ты жива. Наш народ будет ждать, когда всё успокоится. У нас еще есть время где-то до осени, разобраться с теми, кто пытается тебя убить.
  - После мне придется вернуться в Столицу, - сказала Элли спокойно, с едва заметной горечью в голосе, - А я не хочу...
  Я чуть крепче прижал девушку, но она помотала головой, мягко оттолкнула меня и отошла в сторону, пряча от меня глаза.
  - Элли... - Начал я, но замолчал.
  Что я могу ей сказать? Что это её долг? Что она обязана будет вернуться к своему народу, метаться между учебой, магами, аристократами и другими ветвями эльфийского народа, разрешая свары, конфликты, влезая в дрязги, безжалостно карая отступников, как её отец... Потому что это - её долг?
  - Дарриэль, ты по-этому со мной возишься? - девушка стояла ко мне спиной - ровная, напряженная, как струна.
  - Да, - я с трудом протолкнул это слово через горло, стиснутое спазмом. Хотелось схватить её, успокоить, наобещать чего-нибудь невозможного... лишь бы... лишь бы... Но я не хочу ей врать, даже в малом - не хочу. Даже рассказать ей о том, чего на самом деле я хочу, что мы найдем выход - это будет ложью, которую от меня ждет лорд Траэл.
  - По-этому ваш Дом защищает наш? Твой отец, ты, твой младший брат... Вы всегда где-то рядом с нами, так? - опять спокойный, ровный голос. Таким голосом - глубоким, красивым, но совершенно мертвым, лишенным и тени эмоций, разговаривал и её дед, Король Элеммакил.
  - Дарриэль, прошу тебя, оставь меня на некоторое время, мне нужно подумать... - эльфийка медленно обернулась ко мне, а я вздрогнул.
  Мне рассказывали, что так бывает. У нас в порывах эмоций глаза светятся алым, а у Высших они переливаются светом звезд - лунным серебром. На месте моей Элли стояла незнакомая мне Высшая эльфийка - мерцающая в темноте алебастровая кожа, сияющие лунным светом волосы и глаза цвета серебра на неподвижном и прекрасном лице. Стихия воплоти. Я сделал шаг к ней, но она предостерегающе подняла руку и проговорила:
  - Не подходи, это опасно.
  - Только одно, Элли. Я скажу это и оставлю тебя думать: мной движет не только долг и клятва, как и тобой. Я буду рядом столько, сколько потребуется. Нужно будет - я буду с тобой всю свою жизнь. Защищать, оберегать, и да, возиться. Есть много причин, почему я это делаю. Клятва - не основная. Скорее - последняя из них.
  Девушка, не сводя с меня мерцающих, серебряных глаз, медленно кивнула и отвернулась, обратив лицо к небу, спрятанному за густой листвой.
  Я ушел, и встал в сторонке, не на виду, но приглядывая за ней. Элениэль опустилась на землю, покрытую толстым слоем мха и замерла, только волосы чуть заметно развевались. Из густой тени рядом со мной бесшумно, как ночной кот, вышел Торден и, окинув взглядом застывшую фигурку девушки, расползающееся вокруг неё пятно белого пепла на месте густого мха, и безмолвно, лишь губами, изобразил удивленное присвистывание.
  'Ярость Высшего эльфа, я видел это уже, когда она нами стену вытирала, И у отца её дважды такое наблюдал. Он в таком состоянии орков голыми руками рвал, сжигая.... Почему сейчас?' - серия быстрых знаков пальцами.
  'Я не знаю, как это объяснить...' - ответил я так же, языком жестов дроу.
  'Зато я знаю, Дарр: у девушки к тебе эмоции. Рискну предположить, что она тебя любит.' - утверждение Тордена.
  'Да. И у меня к ней тоже.'
  Торден, подумав, скривился и продолжил:
  'Паршиво. Тогда зачем ты с ней так? Мог ей об этом сказать?'
  'Не мог! И правду сказать - не могу, и обманывать её - не могу!' - я чуть слышно рыкнул, и, воровато оглянувшись на
  Элли, пояснил другу, стоящего в позе 'и как это понимать?'
  'Пойми, Торден, я не могу так с ней!'
  'Тебе лорды что сказали?!' - Торден, казалась, был готов меня уже чем-нибудь тяжелым приласкать.
  'И что?! На что я нас обрекаю, если мы с ней будем вместе?' - вот бес упертый, а! Торден медленно, стараясь не шипеть, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул сквозь стиснутые зубы, а потом медленно, но верно продолжил меня доводить, от злости перейдя на рубленную и отрывистую манеру общения дроу Пирамиды:
  'Слушай сюда, кадет! Тебе ясно дали понять, что ты в Пирамиду никогда не вернешься! У твоего отца еще есть шанс. Ты - изгой! Тебя еще потерпят в академии - там ты будешь приносить пользу, но у тебя никогда не будет своей семьи, своей женщины среди дроу. Как и у меня. Траэл тебе прямым текстом всё сказал, а ты тут девочке нервы треплешь! Вы с ней на ближайшую тысячу лет повязаны.'
  'Торден, я не хочу её потерять!'
  'Ты что, от светлых заразился?! Ходишь, ноешь, сомневаешься! И ты её в любом случае потеряешь! Сам это прекрасно знаешь.'
  'И вот как?'
  'Будь с ней, сколько дадут Боги. А потом - отпусти. Не рви ей и себе душу.'
  'Торден, ты, как бывший лорд Второго Дома, знаешь что-то важное. То, из-за чего нас с ней толкают друг к другу? Почему наш Дом уничтожили? Это же все звенья одной цепи!'
  'Знаю я', Торден неожиданно зло зашипел и яростно оскалил клыки, 'Но сказать ничего не могу! Клятва!'
  Я дал другу время справиться с внезапным приступом ярости, но тот все никак не успокаивался, уставившись тяжелым, злым взглядом на ни в чем не повинный замшелый ствол дерева. Когда Торден перевел дух и перестал скалиться, как раненый тигр, я его спросил, глядя в его полыхающие алым глаза:
  'Ты любил?'
  'Да...' - взгляд воина потух и Торден, скривившись, как от незрелого лимона, добавил: 'Она - любила, а я - нет!'
  И, со смесью отеческой нежности и грусти посмотрев из-за ствола дерева на Элли, знаками же добавил: 'А когда понял, что люблю, было уже поздно, её не было среди живых. Живи, Дарр.' Торден, еще немного постоял и, развернувшись, ушел обратно в густую тень, оставив меня одного.
  Я, затаив дыхание, подошел к эльфийке. Встал рядом и тихо позвал по имени. Элли так и сидела, уставившись невидящим взором на далекую от земли крону. Транс, что Высшие зовут 'звездным сном'. Бесы, вот как? К ней даже подходить сейчас опасно! А оставишь тут - может и пол-леса спалить, и сама в пожаре сгореть. Или патруль с обязательным магом в связке может заметить и свернуть - проверить, кто ж тут такой сильный бродит...
  Отстегнул и снял перчатки и наручи из тонкой вороненой стали - если их не снять, через них может прожечь руку насквозь.
  Эх, знать бы где упасть...
  - Элли, ты прожгла дыру до скалы! - сказал я шутливый тоном, и сцепив зубы, попытался дотронуться кончиками пальца до лица.
  Как в кипяток руку суешь! Или в жидкий лед, скорее...
  - Элли! Посмотри на меня, пожалуйста! - продолжил я тем же мягким, чуть насмешливым тоном.
  Ласково и спокойно, как с маленькой девочкой, только вот...
  - А у меня сейчас кожа на руке сгорит... - констатировал я, глядя на свои пальцы. От кожи шел парок...
  Взгляд принцессы стал чуть более осмысленный и она, с трудом разомкнув побелевшие губы, медленно произнесла:
  - Эти ожоги магией не вылечить.
  - Я знаю, сокровище моё! - весело сказал я, улыбаясь, - Возьмешь себя в руки, или будешь меня потом с ложки кормить?
  Я потянулся еще и второй рукой, правой. Элли, приходя в себя, сделала глубокий вдох и прикрыла глаза. 'Белое пламя' начало медленно гаснуть, будто втягиваясь широкими жгутами в тело девушки. Я рискнул посмотреть на свою руку. Мда, а пальцы все-таки обгорели... Точнее, кожа тихо слезет... Спрятал за спину, и здоровой рукой прикоснулся к её щеке.
  - Элли? - позвал я тихо.
  Девушка кивнула и открыла глаза. Серые. Серебристо-серые!
  - Что за... - начал я и задохнулся от сковавшего меня ужаса. Волосы на затылке зашевелились.
  - Глаза? - ровно спросила она и по-птичьи склонила голову набок.
  - Да.
  - Серые? - так же спокойно - мороз по коже от такого голоса.
  Я кивнул, и придвинулся по-ближе к девушке, внимательно рассматривая. Нет, не показалось! Волосы тоже посветлели, золотистого оттенка лишь чуть-чуть осталось.
  - Элли, почему?
  - Так бывает. Наследие Высших эльфов.
  И опять - неподвижная статуя, даже кожа холодная, как мрамор. Словно не живая. Скупые жесты, нет мимики...
  - Элли, это пройдет? - подражая строгому голосу её матери, спросил я.
  Она промолчала, а я предложил:
  - Пойдем в лагерь?
  Кивнула и плавным движением поднялась, вопросительно изогнув бровь. Тоже результат, хоть и жутковато...
  
  Когда мы вошли на укромную полянку, закрытую со всех сторон от посторонних глаз, все воины вскочили на ноги, три пары изумленных глаз уставились на принцессу. Я, стоя за её спиной, быстро приложил палец к губам и жестами попросил: 'не трогайте её!'.
  Младший, проследив за принцессой, двигающейся к расстеленному на бревне кожуху плавно, как ртуть, так же жестами спросил: 'Это леди Элениэль?!' Я закатил глаза и развел руками. Ну кто же еще?! Торден, поджав губы, постучал пальцем по виску и указал на меня. Я прочистил горло и спросил девушку вслух:
  - Ужин?
  Та, подумав, кивнула и сказала:
  - Да. Руку обработай, пожалуйста.
  Воины от голоса Элли вздрогнули и на неё уставились, глупо раскрыв рты. Кроме Тордена. Тот не сводил тяжелого, как гранитная плита, взгляда с меня. Желваки ходили ходуном, губы сжались в нитку. Таким злым я своего наставника еще в жизни не видел.
  - Миледи, я могу с вами поговорить? - спросил наставник, продолжая сверлить меня злющим взглядом, - Наедине. Лорд Дарриэль - не против!
  Элли, чуть заметно пожала плечами, не сводя светящегося серебром взгляда с пламени костра, а Торден, достав из своей сумки мазь и бинты, вручил их мне, и на языке жестов сказал: 'Дарр, пятнадцать минут! Ты не видишь, она в критическом состоянии. Ты, может и спец по Высшим эльфам и магам, но с женщинами не умеешь разговаривать.' Я медленно кивнул, развернулся, и деревянной походкой ушел с полянки - друг прав на все сто! Да и видеть Элли такой вот - было жутко.
  Следом за мной, оглядываясь назад и быстро жестами переговариваясь, пошли младшие воины.
  - Лорд Дарриэль, что с леди? Я её не узнаю! И доспех на ней... Он будто на солнце выгорел, стал серым... - Шепотом спросил Младший, когда мы отошли на достаточное расстояние.
  - Ришас, не спрашивай! - излишне резко одернул я юношу, с нервяка обратившись к нему по имени.
  Тот, пробормотав извинения, занялся положенным ему делом: юркнул в густой кустарник и пошел в обход - осматриваться и проверять территорию вокруг нас.
  Я обрабатывал ожоги на руке, игнорируя грызущую боль, а сам думал - вернется ли Элли к нормальному состоянию? Почти у всех в её роду были белые волосы, но раньше и не задумывался - почему у многих Высших волосы золотистые, а у большинства их магов они белые, как снег. Ведь у нас тоже цвет кожи с годами светлеет, и цвет волос становится белее... Только до этого времени почти никто не доживает. Попытался вспомнить хоть одного не-беловолосого и не-сероглазого архимага-высшего, и не смог! Только мать Элли, с крохотной каплей крови Нольда, да её златовласая бабушка... Охтар - не маг, и его шевелюра вечно сияла, как солнце, да так, что в любой толпе, в гуще любой схватки его можно было заметить по золотистой макушке, возвышающийся над всеми...
  Внезапная догадка заставила подскочить на месте и я принялся рассматривать свой рукав. 'Доспех будто выгорел на солнце...' Кожа василиска - мягкая, но крепкая - её не каждая стрела пробьет, она жаропрочная, не горит в огне, сопротивляется магии, служит тысячелетиями! Она не белеет, столкнувшись с пламенем!!! А тут - будто поседевший край рукава. Так, будто из него вынесло всю краску, выжгло пигмент. Или вынесло саму магическую суть болотной бестии, из кожи которой были сделаны наши доспехи... Ощупал поврежденный участок и пришел к выводу, что край рукава стал ощутимо жестче - как будто простая, хоть и хорошая кожаная броня. Или будто после кислоты...
  Я еще раз о-о-о-очень внимательно посмотрел на свою руку. Да, кожа слезла - сам снимал лохмотья, но это было всё! Под ней не было повреждений. Будто простой ожог - только обширный. Болит, пульсирует, печет... Но как так?! Что, моё собственное тело смогло сопротивляться пламени, повредившему жаропрочный, пропитанный специальными составами доспех?! Да быть такого не может! Или может?.. Торден назвал меня спецом по магам. Но что я знаю о самих магах, кроме способов их убийства и слабых мест? Сейчас, перебрав снаряжение и подготовившись, я могу совершенно спокойно выйти и против 'нашего' некроманта, и против лича. Даже против молодого эльфийского архимага - помолившись и сцепив зубы...
  Я вырос, фактически, с ними - Высшими эльфами, магами. Думал, что знаю о них все... Но вот что касается жизни магов...
  Тут я, кажется, не знаю ничего. Ровно как и о себе самом!
  
  
Глава 13.
   Рацек-охотник
  
  Зеленый Долл. Долл они видели только из далека. По негласному договору с хоббитами, дроу было запрещено заводить не-живых на территорию полуросликов. Так и шли по границе, только Рацек тоскливо вздыхал, глядя на ухоженные полюшки и уютные дымки, идущие из хитро спрятанных домоходов хоббитсикх норок. Небось пироги пекут с рыбкой... Чтобы отвлечься от мыслей о домашней еде, Рацек принялся разглядывать полюшки, угадывая - что в этом году посалими полурослики. А приглядевшись, понял -не все поля были засеяны злаками или традиционной для хоббитов репой. Чаще попадались целые поля с дурманом, и другими не ведомыми Рацеку травами и кустарниками. Хоббиты явно не 'за спасибо' пользовались благосклонностью и защитой темных эльфов.
  Дорога вела в горы, деревья редели, кустарники тоже, и только по оврагам да берегам маленьких горных рек еще теснились целые дубравы. Местность превратилась в сплошные холмы, изрезанные мелкими, чаще пересохшими, ручейками. Зато дичи - какой только не было! И косули, и целые стада туров, и статные олени. И вся дичь - смелая и наглая, будто и не стреляют тут её толком. Однако Рацек предпочитал стрелять зайца, из ивового лука, который тут же, на привале и смастерил - вытянул жилу со спины неосторожной косули, которую намедни завалил голыми руками, подкравшись в распадке на водопое, сбил с копыт, да довершил дело тесаком. Дроу, конечно же, не примянул при этом отметить, что 'на водопое даже хищник зверя не трогает, и только человек, не знающий чести, бьет зверя везде и всегда'. На что Рацек хмыкнул, взвалил косулю и молча попер.
  Дроу явно был поражен тем, что человек поймал руками быстроногого зверя и прятал за злой колкостью смущение.
  Останавливаться было нельзя - хоббиты непременно выдадут странную компанию хозяевам, а на глаза им лни попадались уже дважды. В Долл не всех дроу пускали, только только тех, кто знал - как и что делается. Тут был тонкий дипломатический момент: хоббиты - как перепелки - пугливы, но полезны. А еще глазастые. 'Лишних' тут замечают сразу и докладывают. Значит, надо очень быстро двигаться, но даже это даст им лишь фору, но не спасение.
  Дроу неодобрительно поглядывал на лук, но любопытство явно ело его поедом. И уже совсем в горах, на вечернем привале, он-таки попросил Рацека позволить ему испытать это несомненно ущербное творение рук человеческих. Рацек хмыкнул, и отдал лук.
  - Да че уж? Пожалуйте сударь! Оскверните свои белы.... мда, черны рученьки, сим недостойным и несомненно, примитивным приспособлением, - Рацеку не терпелось остаться наедине, с 'посланником'. А тут повод!
  - Рученьки не пораньте! Я ж под себя делал, - подзадорил он дроу.
  Все, теперь эльф в мясо грубой тетивой руки собьет, но без добычи не вернется.
  Спустя четверть часа, после того как спина дроу растворилась в сгущающихся сумерках, Рацек встал, подошел вплотную к 'гласу богини' и пристально, в упор, посмотрел в мертвое лицо. Что он надеялся там увидеть? Он и сам наверное не смог бы объяснить.
  - Рассказывай. Можно. - Произнес человек.
  - Я изучаю вас с того момента, как меня поселили в тебя. - Удивительно ровно, но без эмоций, заговорил труп, - Я знал, что вы за существа, но только по рассказам, теперь я знаю больше. Я так понимаю, тебе грозит смертельная опасность, а вы очень боитесь развоплощения?
  - Развоплощение? Это что, смерть?
  - Да, вы называете это 'смерть'. Когда ваша физическая составляющая теряет связь с вашей энергетической.
  - По разному. Но никому не хочется умирать - это верно. К чему ты клонишь?
  - Мы с вами очень разные создания. Мы из абсолютно разных реальностей. Вы плоть. Отождествляете себя с плотью, и по возможности, бережете её. Мы только энергия - сила, по вашему, или магия. Мы существуем вместе в этом мире, но редко это осознаем и почти никогда не встречаемся, но так было не всегда.
  - Ты пытаешься мне сказать, что ты не демон? Жрецы предупреждают о таком! Демоны часто притворяются кем то еще, чтоб получить выгоду! - предупредил его человек.
  - Мне ни к чему притворятся. Если ты хочешь считать меня демоном - считай, насколько я знаю, ваши демоны тоже из нашей реальности. Как правило, это голодные существа, подобные мне. А наш голод... это нечто совсем непохожее на ваше желание поесть.
  - А ты, значит, сыт? И вообще в целом доволен? И не ценишь жизнь свою? Тогда, что я могу поделать? Пошли дальше! Там тебя эльфка грохнет и все довольны!
  - Конечно я ценю жизнь, ты не понял меня, просто требовалось понять, что цените вы. Вот я и уточнял. Сам процесс гибели, пороговое состояние, которое вызывает у вас ужас. Мы ничего подобного не испытываем, наша смерть - это рассеивание энергии, и в конечном счете, поглощение её подобными же нам самим существами.
  - И в подземном мире демоны пожирают друг - друга! Да! Сходится. Вы что, правда друг дружку жрете? - поинтересовался Рацек у демона.
  - А вы - нет? Разве умирая, вы не запускаете цикл, который приводит к взаимному поглощению? У нас этот процесс всего лишь короче.
  - Короче? Ну пусть так. Что ты можешь мне предложить? Только не надо заливать про несметные сокровища и божественную силу. От щедрых предложений часто теряют голову, в прямом смысле.
  Рацек сложил руки на груди и с вызовом на трупешник посмотрел, ожидая - чемм тот его сманивать на свою сторону будет.
  - Сначала вот что ты должен сделать: первое, мы перейдем на мысленную речь. Так удобнее и безопаснее. Потом, обсудим сделку и условия, это разговор не на полчаса, если я верно понял ваше измерение времени. Первый контакт нужно произвести сейчас, иначе это будет очень подозрительно для окружающих. Первый раз для воплощенного мучителен, а для тебя он будет мучителен вдвойне. Для своей жизнедеятельности я использую твою же силу, просто не могу иначе жить в вашем мире, а при контакте ты будешь сопротивляться, потребуется сломить барьер, получится что ты будешь ломать сам себя. Это очень затратно. А мне нужно, чтоб ты жил. Приступим?
  - Ээээ... ты хочешь чтоб я пустил тебя в свою голову? - возмутился Рацек, - Ну уж нет! К бисам такие переговоры, демон! Оставайся-ка ты там, где ты есть!
  - Пойми, я уже в твоей, как ты выражаешься, голове! И не только - даже этим трупом на самом деле управляет твоя сила, я лишь правильно её направляю. И мысли мне твои ведомы, я же 'внутри'. А так ты сможешь отчетливо сообщить, что именно, по твоему, требуется мне знать, а я тебе - отвечать, и заодно, получу возможность не читать из твоей головы весь не-упорядоченный хаос, что там происходит.
  - Так! Вот же... - Рацек обе пятерни в волосы запустил, - Да паразит ты, вот кто! Матерый глист-трехлетка! Одно слово - демон! Твою через колено! И мысли чтишь, и за трупом бдишь! И еще в голове у меня, понимаешь ли, бардак! Ну знаешь ли!
  - Знаю, в том-то и дело, что знаю. Хоть и не сильно хочу это все знать, но это вопрос выживания, понимаешь ли.
  - О чем я сейчас думаю? - нашелся, как проверить демона, Рацек.
  - Ты думаешь: 'Не думать о фиолетовой свинье', это лишь фраза, а на самом деле ты пытаешься, лихорадочно и хаотично бегая по поверхностным событиям, вспомнить где проморгал чужое присутствие в своем сознании, но это не выражено словами, кажется правильно?
  - Верно... - признал свое поражение охотник.
  Этому упражнению со свиньей учил Рацека старый сержант. Оно, по его утверждению, не позволяло выдать эльфским ментальщикам важную информацию. Мда-а-а, при случае сказать надо будет сержанту, что дермо его способ!
  - Я понял. По факту, выбора у меня уже нет! Куда не сверни, всё - болото! Согласен! При условии, что ты клянешься без разрешения мысли мои не читать! Что бы там клятвы для вас не значили.
  - Клянусь! Как у вас говорят: 'С легким сердцем'.
  - Давай тогда. Начали.
  Рацека скрутило, ноги подкосились и он упал на камни, но не почувствовал удара, он начал истошно кричать. Все было похоже на тот день когда он напал на колдуна, но тогда оказывается было еще не так больно. Сознание охватили феерические всполохи пронзительных, невозможных, цветов, шум в ушах был просто невыносим, и он полностью отключился от внешнего мира. Ничего не видел, кроме этого страшного карнавала, и ничего не слышал. А дальше... Дальше что то неимоверно огромное, тяжелое, и ужасающее начало приближаться очень быстро и так... неотвратимо, как лавина, как смерч. Надо было бежать - немыслимо с этим вступать в бой! Но куда? Куда бежать? Он заметался в поисках выхода, судорожно шаря вокруг, нет не руками, чем-то наподобие длинных нитей, и видел он ими же... 'Мерзко-то как' - только и успел подумать он, когда увидел выход. Маленькую темную пещеру, даже не пещеру - лаз, в месиве красок она казалась такой уютной и тихой, что он без раздумий туда нырнул, кинулся, влетел, и со все нарастающей истерикой начал протискиваться внутрь. А когда безжалостно обдираясь об края, вылез с той стороны, там было тихо и темно. И только радостный голос произнес: 'Получилось! Ты молодец! А теперь очнись! Твой спутник рядом.'
  Рацек пришел в себя возле потухшего костра. Его колотило крупной дрожью, единственный глаз заливали слезы, и колени дрожали как у попавшегося на чужой жене барда. В голове раздался голос:
  - Ты справился! - В голосе были эмоции, и он звучал совсем не так как у трупа, - Теперь, постарайся всегда отвечать мне только мысленно, это будет сложно, но ты научишься.
  - Что это было? Что там было такое?! - Рацек произнес слова в своей голове.
  - Это был фантом, я тебя испугал. Видишь ли, только добровольно можно пойти на мысленный контакт, по другому никак. Но сама мысленная речь против вашей природы, поэтому и не развита у вас, она как бы против основ безопасности вживленных в вас самой природой. Поэтому мне пришлось изобразить для тебя нечто настолько опасное, чтоб контакт со мной стал наименьшим злом для твоего подсознания. Как видишь сработало!
  - Больше так, никогда! Слышишь? Никогда! Не делай! - Рацек был вне себя от гнева. Не сказать, что он понял все, что ему демон вещал, но он понят главное - его напугали! Как деревенскую девку в бисову ночь! Его! Воина!
  - Больше не потребуется. Обещаю, - уверенно проговорил в его голове довольный собой демон. Через пару минут прошелестел по камням дроу. Он кинул к костру двух зайцев.
  - Я видел по дороге странную рысь. Она как-будто ходила патрулем по верхушке скалы, и скалилась на кого-то по ту сторону. Решил не лезть. Котята, наверное.
  - Наверное, - Рацек равнодушно пожал плечами.
  У горных кошек котят сейчас быть просто не могло, поздновато уже. Рацек забрал лук у напрягшегося дроу. Тетива явно была темнее в центре. Но комментариев от вечно язвительного Рацека не последовало и дроу сел разделывать свою добычу.
  Рацек же чувствовал себя как после марша в сутки длинной. Ноги налились свинцом. Голова болела, так, будто по ней дубиной лупили. Еще и спать хотелось ужасно, а глаз слезился, как у больного старика. Демон был прав. Это было очень тяжело.
  - Демон? - Позвал Рацек мысленно.
  - Да? - тут же отозвался голос.
  - Вот скажи, как же эти, эльфы, ну селестины которые? Они ж с друг дружкой вроде мысленно говорят, у них оно так же по началу?
  - Я ничего не знаю о тех, кого ты называешь селестинами. Но могу предположить, что если это целый народ, освоивший мысленную речь, то у них просто нет тех же блоков, что у тебя.
  - Вот всегда так с этими ушастыми! Все-то у них есть, все-то они могут! А если чего-то нет, то непременно того, что всем другим жить мешает. Ну их к бисам! Давай, выкладывай теперь свои предложения.
  Дроу, не отрываясь от дела, недоуменно поглядывал на Рацека. Прежде всегда внешне беспечный вояка, который если о чем то и задумывался, то лба не морщил, и болтать не переставал, теперь лежал чуть поодаль от костра, и хмыкал что-то себе под нос, шевелил бровями и хмурился. Такое поведение было, мягко говоря, не типичным, и дроу начинал заметно нервничать.
  - Ты охотишься на магов? Так? - начал издалека демон.
  - Верно. Только вот - отохотился. Точнее - до-охотился...
  - А как ты это делаешь? Магия в вашем мире сокрушительна, я этому был свидетелем, а с твоей заточенной железкой мага не одолеть.
  - Ну, я их чары чувствую и могу давить.
  - Понятно. Значит ты сам маг. Не удивительно. Меня же ты прокормил.
  - Что!? Я!? Ты ошибаешься, демон, раз в сто лет рождается такой как я, которому чары нипочём!
  - Неправда, просто раз в сто лет один из сильнейших магов начинает истреблять коллег. По-другому не бывает, могу объяснить как это работает. Хочешь?
  - Это имеет отношение к нашему делу?
  - Прямое.
  - Тогда давай, объясняй.
  Рацек по-удобнее устроился на земле, прикрыл слезящийся глаз - дроу, пялившийся на него, нервировал и отвлекал. А демон вещи говорит хоть и не понятные, но интересные. Демон 'тактично подождал', когда Рацек устроится и начнет 'слушать'.
  - Значит так: первое что тебе прийдется усвоить - магия есть основа всего, вообще всего. Четыре стихии - это именно то из чего состоит весь мир. Поэтому не-магов нет.
  - Да ладно, не, ну какая магия? Вона кучу народу знаю - они не маги и вообще, ничего так живут.
  - Они не управляют магией вне своего контура... Хм.. Вне тела? Да, так правильнее сказать. Они работают с магией инстинктивно, не осознанно, она служит им для поддержания жизни и прочих бытовых нужд. Ты плохо слушаешь - магия это просто все, пойми, вообще все! Те трупы животных, что сейчас специальным образом обрабатывает дроу, состоят из магии, то что он сейчас делает ножом, который так же состоит из магии, с этими трупами - тоже можно назвать магическим обрядом, если он что-то сделает не так, они станут непригодны верно?
  - Ага, ну типа, если он желчь там прорежет, и она вытечет на тушу, есть будет неприятно. Понял.
  - Типа, - повторил демон, - Так вот. Просто стихия земли, воздуха, воды и огня, из которых при жизни состояло животное придут в то состояние, когда станут мало пригодны в пищу, и твой организм почувствовав это, постарается дать понять твоему же сознанию, что есть это нежелательно.
  - Допустим. Заумно, на эльфью болтовню про баланс сил в природе смахивает, что они нам скармливают, когда их о помощи попросить... Я похожее уже от них слышал. Только я-то тут причем?
  - Теперь пока про нас. Я, как и подобные мне создания, целиком состоим из магии, но в не-сбалансированном её состоянии. Как раз то, что магией считается у вас. Пример: некий маг творит 'Сосульку', а на деле он выдергивает одного из примитивных созданий воды из моей реальности, и оно тут же разрушается в вашем мире, вот с такими спецэффектами.
  - Ты хочешь сказать, маги уничтожают вас своими заклинаниями?
  - Ну вот не прямо нас - наш мир тоже многообразен. Есть у нас существа и наподобие тех же зайцев, жуков и прочей мелочи в вашем мире. Именно их, чаще всего, дергают маги. Таких, как я, вызвать ох как нелегко, и вызванные существа тут же распадаются, а энергия в чистом виде попадает обратно к нам. Не сразу, но обязательно. Чем быстрее происходит разрушение чего-либо, тем сильнее внешние его проявления, яркий пример - горение, когда быстро разрушается значительная часть материального вещества, получается пламя, получается тепло. Наши, будем назвать их, тела, разрушаются здесь с непредставимой пока для тебя скоростью.
  - Да как это связанно все с нами-то? Ты уже скажешь? Я начинаю жалеть, что пустил тебя в голову! Толку мне с твоих заумных лекций, если завтра мы оба будем разрушатся!Ты быстро, а я медленно?!
  - Если ты желаешь, я умолкну. Но объяснить цель без причин я не могу. Продолжать?
  - Как будто у меня есть выбор...
  - Наши миры тесно связанны, естественное течение энергий - от вас к нам. Вы, будучи воплощенными, все время своего существования аккумулируете энергию, откуда - мы сами не знаем, не успели выяснить. А разрушаясь, вы толкаете её в наш мир. Мы называем это 'переход'. И только после этого энергия становится подходящей для воздействия на ваш мир. Ваша энергия статична, неприменима к таким выбросам у вас же. Наша статична у нас, а у вас же это просто взрыв.
  - Я так и знал, что само существование магов оскорбляет предков! - съязвил запутавшийся напрочь Рацек.
  - Хм... вряд ли они способны оскорбится. Далее. То, что происходит у нас - опосредованно влияет на ваш мир. Мы существуем бок о бок, помнишь?
  - Мне вообще очень сложно это понять, а еще сложнее - понять, зачем ты обо всем этом говоришь!
  - Терпение, еще немного, и все встанет на свои места. Мне тоже тяжело из твоей памяти вытаскивать нужные слова и понятия! Ты, конечно же, слышал о духах деревьев, духах ручьев и тому подобных?
  - Ну, даже видел. Чего уж там.
  - Так вот это - наши существа, 'проросшие', если тебя так понятнее, в ваш мир. Все живое и неживое 'теряет' в наш мир малую толику энергии, но постоянно. Энергия как бы сочится через своеобразные поры. К этим слабым источникам присоединяются существа, не нашедшие другого, или, реже - сознательно выбравшие этот путь, и питаются этими крохотными ручейками. Если это дух двухлетней березки, то он слаб, потому как поток от нее совсем крохотный, но если дух опытен, он начнет 'подкармливать' свою березку той энергией, которой ей не хватает для жизни, потребляя лишь ту, которая в избытке - в дисбалансе с остальными. Со временем он получит сильное дерево, исправно снабжающее его пищей, а береза - лучшие условия, потому как его вбросы в этот мир, хоть и микроскопические, изменят само место, плодородность земли и так далее. Это хороший вариант развития событий.
  - Есть и плохой?
  - Есть. Пример: дух болотца медленно развивает свой 'мирок' и живет не тужит. Но в какой-то момент приходит очень сильное, энергетически, создание на его болото - воплощенный. В сумерках воплощенный видит в коряге нечто страшное, что его пугает и вынуждает бежать, и дух получает дармовой всплеск энергии - страх, в коем количестве получил бы, за полгода, а то и год развития своего мирка. В следующий раз дух попробует повторить эту ситуацию уже искусственно, и если получится - он пропал, больше он с этого пути не сойдет. Дальше - больше. Энергии становится настолько много, что дух начинает менять какого-нибудь головастика, чтоб он вырос и начал пугать воплощенных. Так появляются водяные и кикиморы. А потом, скорее всего - случайно, испуганный воплощенный умрет, и хорошо если утонет, тогда его 'хватит' на долго, а вот если его убьют... ...вобщем энергия умирающего не идет ни в какое сравнение с испугом! И кикиморы, войдя во вкус, начинают убивать. Подобным образом возникли легенды и о демонах.
  - Красиво поешь: 'не мы таки - жизня така!' прям мильён раз такое слышал, тока без магиев и духов. Значит ты - этот, кикимор болотный? - вкинул-таки свой медяк Рацек.
  - Нет, я существо, изъятое непосредственно из нашего мира.
  - А че ж ты это... того, не разложился со спецеффектами, как все?
  - Я пользуюсь искусственной связью с тобой. Меня долгое время держали в артефакте в голодовке, а у нас от количества энергии напрямую зависит мыслительная способность, поэтому мне даже сложно предположить, какой промежуток времени я так прозябал. Затем привязали к тебе, привязали с определенной программой, а спасло меня то, что ты носишь артефакт, который пробивает брешь в наш мир. Я так понял, он тебя от магии защищал, и сливал к нам энергию заодно. Я подключился к этому каналу, и начал потихоньку восстанавливаться. Затем я понял, что непосредственно от тебя я получаю больше, да и твой артефакт свой ресурс исчерпал, и магия стала накапливаться, а так как ты сам с ней обращаться, судя по всему, просто не умеешь, я начал её поглощать.
  - То есть ты хочешь сказать что медальон, он был магический?
  - Скорее - антимагический. По ту сторону от него собралось огромное количество потребителей, и они жадно хватали всю магию, до которой могли дотянутся... Ну, в общем-то, поэтому ты к ней и был почти что неуязвим.
  - Теперь, по сути дела, мне надо добраться в совершенно определенное место в вашем мире, оттуда я смогу вернутся домой без расщепления. Но до этого надо отвязать нас друг от друга, потому что программа выполнится без моего участия, моя задача была лишь контроль - что бы ты двигался в нужном направлении. Для этого мне придется тебя научить, научить, как провести процедуру. Другого выхода нет, вашим магам в этом плане доверять нельзя, они предпочтут меня пленить и использовать, пока это будет возможно, а затем уничтожить, да и вряд ли они обладают необходимыми знаниями для процедуры разделения. Поэтому только ты, существо которому это выгодно не меньше, чем мне самому, сможешь это сделать. Сил у тебя достаточно. Не хватает только знаний.
  - Зачем мне это? Не проще ли тебя уничтожить, и дело с концом? Вона, к эльфке дойду, тебя там распылят, да и все...
  - Не дойдешь, твое сердце в моем распоряжении. Забыл? Да и после обучения ты сможешь успешно прятаться и отбиваться, что несомненно увеличит твои шансы на выживание. Решай. Учить насильно нельзя. Это один из законов.
  - Ха! Решай. Ты делаешь мне последнее время такие предложения, что отказаться от них просто ни в какую не получается! Что с дроу делать будем? И с этим... Посланцем - бодрым трупешником?
  
  ***
  
  Впервые после дома Лары, и впервые вообще, по собственной воле, Рацек снял амулет, подаренный мамой. Демон объяснил, что хоть этот амулет не один раз спас Рацеку жизнь, но теперь его миссия подходит к концу. Оказалось, что это вещь из того же разряда, что и амулет, призвавший демона - он тоже соединял миры, но по-своему. Сознания, заложенного в амулете было мало, и тварь, пойманная в него, была слаба, однако даже этого с лихвой хватало, чтоб переливать почти всю энергию носителя и его окружения в сопредельную реальность. Хотя демон и пытался втолковать, что реальность-то как раз была одной, лишь их с Рацеком природа столь сильно разнилась, что мир они воспринимали каждый по-своему, Рацеку было все же проще было делить миры на 'там' и 'здесь'. И без того его несчастный мозг пух от количества новой для него информации.
  Его амулет был кормушкой по ту сторону мира, и к нему стягивалось огромное количество сущностей, подобных демону - энергия, текущая туда, неизменно поглощалась, поглощалась с лихвой, а тем временем сам-то амулет силой почти не обладал, обеспечивая тем самым магическую 'невидимость' и неуязвимость владельцу.
  Однако с маминым подарком пришлось расстаться. Рацек снял его, памятуя данное матери обещание 'никогда ни за что не снимать амулет, пока не будешь уверен, что его защита тебе не нужна'. Обещание позволяло сделать так, память о матери - нет. Но пришлось повесить амулет на ближайшем корявом, измученном горными ветрами, дереве, потому как демон поставил его перед выбором: либо Рацек учиться - либо носит амулет. А учиться хотелось - мир, про который говорил демон был интересен, очень. Рацек сам не заметил как втянулся, и иногда даже подгонял демона: 'что же там дальше? Давай, давай!'
  Он так сильно тянулся к знаниям, что впитывал их, как сухая губка - воду. Да и согласитесь: знания, от которых зависит ваша жизнь, усваиваются намного легче прочих. Так он узнал, что те, кому они молятся - вовсе не и боги. Просто несчастные из мира демона, что потеряли возможность вернутся назад, в свою реальность. Обрели самостоятельность и власть. Но тут их может поддержать лишь та энергия, что добровольно, или не очень, отдают им люди. Просто ходить и питаться, как на той стороне, у них уже не получается. Отсюда и жертвы, отсюда и тот факт, что бедняк, отдающий последнее богам, приносит жертву несоизмеримо большую, чем богач, забивающий табун лучших лошадей во славу богов. Им нужна не сама жертва - жертва лишь символ. Но приносящий богам бедняк сожалеет о том, что ему теперь нечем накормить детей, а довольный собой богач идет за ломящийся от яств стол - его жертва угодна, он переплюнул всех. Но нет! Шансов, что боги обратят свой взор к бедняку, и для поддержания веры кинут тому какое-нибудь простенькое чудо, ох как выше...
  Рацек начинал понимать мир таким, каким он являлся, и был ранее сокрыт от него. Он начинал видеть и задумываться над тем, что он видит. Демон объяснил, что одна энергия всегда разрушительна. Если в расщелину течет Вода, но там голый камень - там не вырастет дерево. Но если птицы нанесут туда горсть Земли, а солнце согреет эту горсть живительным Огнем и благодатный ветер будет перемешивать там Воздух, семя попавшего туда дерева непременно вырастет. А после его гибели - Земли, Воды Огня и Воздуха там станет на много больше, и на этом поднимутся другие деревья, начнут жить другие существа, многократно умножив силы данного места. Так происходит Созидание. И напротив: если пересохнет питательный ручей, то солнце, прежде благодатное, выжжет Огнем землю и все живое в расщелине, а ветер развеет оставшееся. Так происходит Разрушение. И чем больше дисбаланс стихий, тем разрушительнее она действует. Такова магия. Таков закон всего сущего. Рацеку предстояло научится Созиданию, для того, чтобы он мог освоить Разрушение. Демон утверждал, что только этот порядок правилен, так же он говорил, что воплощенные маги слабы, ибо, как правило, владеют только чем-то одним, а это путь Разрушения - на него нельзя ступать не научившись Созиданию.
  Нужный им замок они нашли, нашли легко - демон рассказал, что он видит огромное количество собратьев, которые кормились здесь, у некого места - там полно дармовой энергии. Раньше было полно. Ныне же 'источник' покинул место, и демоны ошивались здесь скорее по привычке, и в надежде на возвращение источника пира. Вывод был однозначен - эльфки здесь нет. То что остаточная магия - эльфская, демон определил с большой вероятностью. С эльфом он, оказывается, уже встречался. Так же демон заверил, что 'автора' магии в замке Рацек по окончанию обучения легко найдет.
  Так что спешить и в самом деле стало некуда. Континент, за оставшийся от данного им колдуном срока, год, можно весь пройти вдоль и поперек, включая пустоши.
  Они ушли в горы свой странной до рези в глазах компанией. Так как теперь 'тварь-у-сердца' стала союзником, можно было надолго оттянуть миссию, но полностью отказаться было нельзя - демон заверил, что ровно через три года сработает не подконтрольное ему заклинание, и сердце носителя, Рацека, остановится. Дроу опять 'предстал перед богиней', и ему было объяснено, что человек, дескать, слаб, и его надо учить, а для этого прийдется отложить миссию. Ему же, как сопровождающему, было вменено в обязанность кормить и защищать 'миссию'. Нельзя сказать, что невольный попутчик остался доволен разговором, но возражать не решился. Пока не решился.
  Они с дроу нашли пещеру, высоко в горах - не достаточно высоко, чтоб не остаться без козлятины и горного чеснока, активно прорастающего в складках гор, но и вместе с тем довольно высоко, чтобы не встретить ни одного другого двуногого разумного.
  
  
Глава 14.
  
  Когда Дарриэль с озирающимися младшими покинули лагерь, Торден с самым решительным видом подошел к костру и сел напротив эльфийки. И тут решимость покинула его. 'Кто я такой, что бы вмешиваться? Мало им лордов?..' - подумал Торден. Но, посмотрев на безучастно сидящую девушку, решил - нужно вмешаться!
  Подкинул хворост в костер, поправил угли под маленьким медным котелком с водой... И все пытался подобрать слова да они что-то расползались, не желая складываться. Принцесса Элли - не его кадет, и говорить с ней сложно, да и чувствовал себя рядом с ней воин как-то 'не в своей тарелке'.
  - Торден, вы хотели поговорить, - напомнила о себе принцесса.
  Торден отвлекся от огня и решил для себя - была-не-была! Элли сидела с ровной спиной, сложив руки на коленях, как примерная девочка. Воин хмыкнул, оценив шутку и начал говорить:
  - Да, леди Элениэль я бы хотел поговорить о лорде Дарр...
  Но эльфийка его спокойно перебила, пристально и не мигая глядя на воина:
  - Оставьте, пожалуйста, титулы, политес и наш язык, Торден. Я знаю, как они режут вам слух, и как тяжело даются. Говорите, как привыкли - я пойму.
  Торден выдохнул с заметным облегчением, и сказал, уже на языке дроу:
  - Хорошо, - и, набрав в грудь воздуха, как перед прыжком в ледяную воду, предупредил, - Элли, то, что я тебе сейчас скажу, должно остаться между нами.
  Элли, подумав немного, спросила:
  - Клятва? Или достаточно моего слова?
  - Достаточно слова. Вы уже доказали, что ваше слово равносильно клятве...
  - Я, Элениэль Аллиан Гэлторн Тинвэ, даю слово чести воину Тордену, что все, что я от него услышу на этой поляне в этот вечер, останется скрытым только в моей памяти. - Четко проговаривая слова, делая выверенные и ровные паузы, произнесла принцесса, - Исключение составляют только те выводы, что я сделала да данного разговора и лишь подтвердятся.
  Торден медленно кивнул, хотя по телу прошел озноб... Если бы статуя богини вдруг заговорила, она бы разговаривала вот так... Как принцесса сейчас.
  - Хорошая формулировка. И как я пойму - что из выводов ты сделала ранее?
  - Я сама определю, Торден. И, поверь, солгать не смогу. Никак. - Криво усмехнулась девушка.
  - Ладно, верю, хотя сам не понимаю - почему.
  Торден, усмехнулся и стал серьезен. Чуть подумав, изрек довольно неожиданное:
  - Элли... Дарриэль - молодой балбес, - начал уверенно темный, - Он не похож ни на дроу, ни на светлых эльфов. Он рос со светлыми, с вашим братом под присмотром вашего отца, но подчиняется клятве, данной Императрице.
  - Эту информацию от меня скрывали. Даже слуги, - ровно произнесла девушка, проигнорировав первую часть.
  - Об этом не распространяются. До двенадцати он рос при храме в детинце. Его мать... Сейчас она одна из жриц Лоры - это все, что я могу сказать. С двенадцати до двадцати лет жил под присмотром Охтара в вашем имении за городом. До ста лет - кадетом у меня в академии. Дольше их с братом, Даррианом, скрывать у себя я не мог.
  - Скрывать? - бровь девушки вопросительно изогнулась.
  - Дэрах, Дорт, Дарриэль и Дарриан - все, что осталось от четвертого дома. Дорта можно не считать - у него свои дела уже давно.
  - Хм... Про старшего я знаю, он уже давно ушел от своего народа. Имя стерто из истории - он давно уже пользуется другим. Но ходят целые легенды об этом дроу. Его гоняли, объявляли отступником, и столько темных полегло, пытаясь его убить, что пока его не трогают. Слишком дорого. Хотя это временное явление... А Четвертый Дом некогда был многочисленным и влиятельным, насколько я знаю. Но все, что происходит в Пирамиде, прячется во тьме...
  - Все верно. Был влиятельным. А потом был обвинен в предательстве.
  - Обвинение сняли, раз они до сих пор живы?
  - Да. Ровно в тот момент, когда все, кроме этих четверых, были уже мертвы. Мальчишки выжили чудом, а Дэраха держали связанным, заставляя смотреть на гибель его Дома. Хотели убить последним.
  - Причина? Каково было обвинение?
  Торден покачал головой, пристально глядя на эльфийку - не может сказать. Элли изобразила улыбку уголками рта, и 'великодушно' предложила воину:
  - Тогда давайте скажу я, Торден... Дарриэль потенциально - сильный маг. Стихийник. Если ему начать интенсивно заниматься, через половину долгого года он достигнет уровня магистра. Но у него стоят мощные блоки, не дающие пользоваться даже базовыми способностями мага. Ему доступна только устойчивость к магии стихии и к заклинаниям 'Разума'. Какие блоки - я не знаю. Могу так же сказать, что у него изменена внешность при помощи рунной магии. Их с братом сделали слишком одинаковыми. Так не бывает у эльфов. Даже у близнецов. Но уровень мастерства это сделавшего - высочайший. И кто это сделал - догадываюсь, но нет фактов. Я лично знаю шестерых арихмагов, кто это мог провернуть.
  Торден как раз тянулся еще раз помешать угли в костре и засыпать заварку в котелок, да так и застыл, глядя круглыми от изумления глазами в кипящую воду. На эльфийку он глаз поднять не решался, а она совершенно спокойно продолжила:
  - Вижу, я права, Торден. Дарриэль и его брат - полукровки. Не в первом поколении, скорее всего его мать - метис с Высшим эльфом. И это либо это как-то вскрылось, либо их мать отказалась сотрудничать с кем-то из тех, кто выше в вашей иерархии. Дом уничтожали не из-за полукровок, а пытаясь вынудить Первую леди Четвертого Дома что-то сделать. Причина, по которой лорда Дэраха объявили предателем в этом. Ведь дали же мальчикам жить до тех пор. А тут - такая массовая травля. Показательная. Остальные дроу реагируют на Дарра не как на полукровку, значит это не обнародовано. Торден сидел, как громом пораженный. Помолчал и спросил хрипло:
  - Как давно вы знаете?
  - Постепенно накапливались факты. Последние - сегодня. Торден, если бы в нем не было менее четверти нашей крови, он бы не отделался только ожогами, коснувшись меня сквозь 'белое пламя'. Это ведь чистейшая энергия, только выглядящая, как огонь.
  - Вы его так проверяли?!
  - Нет, - Элли отрицательно покачала головой, - Я действительно потеряла контроль над эмоциями. Последствия этого вы видите сейчас, они мне тоже неприятны. Но это неизбежная расплата за выброс такого количества силы за раз.
  - Что с вами? Это скоро пройдет? - с прорезавшимся в голосе беспокойством встрепенулся воин. Думать о том, что еще две недели путешествовать с такой вот Элли ему не хотелось.
  - Да, через час-два это пройдет, и я стану... Такой, как вы все привыкли. А на счет того, проверяла ли я его... Нет, нет смысла. Та ловушка, что сожгла моего двойника в имении - я не знаю, кто эта девушка, но предполагаю, что её внешность просто поменяли, плюс амулет, подменяющий ауру. Магия иллюзии высшего уровня. Кто из магов работал - не знаю, пока не важно. Но вот то, что дроу пережил удар, вот это важно. Если на нем стояли такие же блоки, как у Дарра, то их больше нет. Думаю, в Дарриана уже вцепились педагоги и ему еще с пол-долгого года, а то и больше, не вырваться из Города Магов. Хотя брат Дарриэля слабее него, но никак не ниже двенадцатого круга, раз оклемался. Выше люди редко подымаются - я взяла предельно-возможную силу для человеческой ловушки. Но утверждать не буду - я не спец по человеческим магам. Вопрос тут остается один: кого хотели убить? Меня? Вряд ли. Я бы просто не пошла в ловушку, почувствовав на подходах. И Дарра бы не пустила. И, Торден, эта ловушка и тогда меня бы не убила, сейчас бы просто сильно, на недельку, оглушило, оставив с пустым резервом, ну и пострадала бы одежда. Конечно мне бы потребовалась бы помощь целителей, но дроу - любого дроу - сожгло бы до тла. Это нужно совсем обо мне ничего не знать, что бы так грубо работать. Либо знать достаточно, что бы точно просчитать вкладываемую в заклинания силу. И настраивать четко на меня, на мою ауру. Но это невероятное мастерство.
  Элли, посмотрела на выкипающий чай, чуть шевельнула кистью и разошедшееся пламя утихло, послушно прижавшись к хворосту, который Торден в задумчивости мелко наломал и накидал уже целую кучу. На полянке стояла оглушительная тишина, нарушаемая только тихим потрескиванием углей, да гулом ветра в далеких крона. Там, наверху, шел дождь, не долетая до земли... Вся ночная живность попряталась и не рисковала высунуть носа из своих нор. И та, кого сейчас боялось все живое, сидела напротив воина и хладнокровно излагала факты, что от неё все так тщательно скрывали, пытаясь 'сберечь девочку' от неприглядной правды. Торден, тяжело вздохнув, задумчиво протянул:
  - Удивила ты меня, девочка...
  - Торден, вы с Дарром постоянно упускаете из вида одно: я - Высший эльф.
  - И что это должно мне объяснить? Для меня все светлые - одинаковые.
  Воин криво усмехнулся, ловко подхватил котелок и сноровисто, привычно разлил готовый чай по кружкам. Подумал и, вытащив из заначки коричневые кусочки сахара, разломил их, сжав в кулаке, и добавил в чай себе и принцессе, буркнув под нос: 'Остальные - перетопчутся!' Девушка даже не улыбнулась, хотя раньше бы обязательно ехидненько прокомментировала подобное.
  - То, что у Высших эльфов абсолютная память. Мы помним все, что слышали, все, что прочитали, все, что видели или заметили хоть краем глаза... За всю свою долгую жизнь. Плюс возможность обратиться к памяти крови.
  - Ты хочешь сказать, что ты помнишь ВСЕ, что прошло через тебя за твою жизнь?! - не поверил ей темный.
  - Абсолютно. Даже могу с точностью восстановить любой из прожитых дней где-то начиная с возраста в шесть месяцев. Во всех подробностях, вплоть до запахов, звуков, ощущений... Могу наизусть процитировать или переписать до закорючки каждую из прочитанных мною книг. Нарисовать подробные портреты всех, с кем когда-либо встречалась... Вижу, ты впечатлен, и понял, что это значит... Воин, подобрав челюсть с громким клацаньем клыков, медленно кивнул и протянул эльфийке кружку с ароматным настоем, на который она всех 'подсадила' за время, проведенное вместе в замке. Элли, посмаковав чай, продолжила 'вечер открытий':
  - А теперь представь, Торден: с пятилетнего возраста до двухсот десяти земных лет я практически ежедневно занималась, уделяя восемнадцать из двадцати шести часов в сутки ежедневно на обучение. История, политика, логика, социология... Так же точные науки и, для общего развития, дополнительно - основные языки мира, музыка, изобразительное искусство, магические и научные трактаты, геология, география и прочее-прочее... Вас, темных, так же учат сражаться, как нас - запоминать, анализировать, сравнивать. Вы, Торден, как бывший лорд, тоже подобному прессингу подвергались, разве нет? Элли дождалась, когда темный медленно и завороженно кивнул, подтверждая её слова и, улыбаясь уголком губ, примирительно произнесла:
  - У нас так готовят каждого отпрыска Высших. Просто знания правящего Дома отличаются от тех, что дают прочим. В нас дополнительно впихивают ВСЁ, что дают остальным. Здесь, - девушка коснулась пальцами своего виска, - Хранятся знания уже пяти библиотек. Не всё - я выбирала только то, что мне пригодится, но со временем пробелы будут заполнены... На прочитать все необходимое из библиотеки замка ушло три месяца, все пока непонятное для меня, но что может пригодиться - еще месяц чтения. Все хоть сколько-нибудь интересное - еще два... Оставшиеся два месяца я лениво листала книги, выискивая крохи информации, дающие ключи к тому, что мне не понятно. Но еще несколько десятилетий уйдет на то, чтобы все это 'разложить по полочкам' в голове.
  Элли, остудив в ладонях серебряную кружечку 'заморозкой', принялась неторопливо, маленькими глоточками пить настой, а Торден, покосившись на нее, взял кружку и тоже уткнулся в неё. Сделав несколько глотков ароматного травяного настоя, вынужден был признаться:
  - Недооценивали мы тебя, Элли. Мерили по себе, считали юной и несмышленой девчушкой...
  - А я и есть, в принципе, такая, как ты сказал - юная и несмышленая, Торден, - эльфийка механически улыбнулась и вытащив из поясной сумки горсть разноцветных конфеток, ссыпала половину на требовательно протянутую темным ладонь,
  - Вы, дроу, тоже так умеете от природы. Мы тут очень похожи. Только вам некогда этим заниматься. Вы воюете, выживаете, а эти способности развивают в раннем возрасте, когда вам не до них. У Дарра эта способность тоже частично развита.
  - С какого возраста необходимо начинать тренировать память? - тут же вцепился в важную для него информацию темный.
  - С пяти лет. Можно с шести-семи, но не позже девяти лет- у тебя же только мальчишки в Академии, так?
  - Ну да. Значит, с шести... Рановато, но ладно... - тихо пробормотал Торден.
  - Наставник 'Воронов' поймал в когти добычу... - улыбнулась Элли.
  - И про 'Воронов' знаешь? - насмешливо, но чуть ворчливо, спросил Торден.
  - Знаю, - кивнула Элли, - Тяжело не заметить - хотя и похожи твои воспитанники на остальных дроу, но все же отличаются. Да и охрана, что осталась в замке - все из твоих. Если и были сомнения, то дюжина воинов с Вороном Лоры на плече и воротах курток, да с одинаковыми прическами их развеяли... И у них глаза - другие. Но все же было очень приятно увидеть столько адекватных, сильных духом дроу, если честно.
  Торден коротко кивнул, принимая похвалу от принцессы. Хотя сам уже мысленно был в другом месте - составлял планы для тренировок воспитанников. Подумав и просчитав последствия подобных изменений, возмутился:
  - Помнить абсолютно все... Как вы вообще с этим живете?! - брезгливо передернулся воин, представив на секундочку - каково это - подробно помнить ВСЁ...
  - Спасемся эмоциями, впечатлениями. Жаждой знаний. До ста долгих лет этого хватает, обычно. Потом уже тяжелее, начинаешь уставать, ничего нового не происходит вокруг. Но речь ведь не об этом. Ты хотел что-то еще сказать или спросить о Дарре?
  - Да, Ваше высочество, с тобой часами можно общаться, оказывается. Но я хотел другое спросить... Элли, ты любишь Дарра? - поняв что юлить тут не следует, напрямую спросил воин.
  - Да. И он меня - тоже, - спокойно так, будто о завтрашней погоде идет речь, согласилась эльфийка.
  - И? Что ты будешь делать?
  Элли, чуть помолчав, произнесла, покачав головой:
  - Ничего, Торден. Я не буду делать ничего. Я рада, что мы рядом с ним. Мне жаль, что так все сложилось, но делать я не буду ничего.
  - Ждешь, что Дарр сделает первый шаг? - резко, с проснувшимся внезапно раздражением спросил воин.
  - Нет. Надеюсь, что он его не сделает. Держусь от него на расстоянии, как могу.
  У Тордена аж руки опустились. Он в раздражении поставил пустую кружку на землю, впечатав её до половины в мох. Думал, придется убеждать её в чем-то, доказывать... А тут все еще хлеще! 'Два замороченных упрямца, под стать друг другу!' -пронеслась у него мысль, - 'Хочется их головами друг об друга постучать! Может ума прибавится!' Вслух же мрачно спросил:
  - Причина?
  - Клятва нашего рода, - девушка прикрыла глаза и нараспев произнесла на языке магов, языке Высших эльфов, голос обрел глубину и силу: - 'Я щит между народами, я грань между ветвями древа эльда... Мое слово - слово мира. Моё слово - власть и оковы...', - Элли открыла глаза и добавила решилельно: - Много красивых слов. Один смысл - мир между нами любой ценой... Я хочу сделать так, чтобы и без этой клятвы эльфы жили в мире, или, если не вытяну сама эту цель, передать сове бремя по наследству.
  Торден желчно усмехнулся - на их языке начало этой клятвы звучало иначе. Все лорды её знали...
  - Что будет, если ты не выполнишь клятву? Кто тебя, мага такой силы, накажет?!
  - Я сама, Торден. Я умру, причем довольно скоро и неприятно, если нарушу её. Сожженная своим же внутренним огнем до тла. Меня убьет моя же сила, и эта участь много хуже любой смерти. Ты этого не знал?
  Торден отрицательно качнул головой и протянул задумчиво:
  - Я думал, только у нас так все серьезно. А у ваших - так, клятва или кодекс чести...
  - Нет, у всех Высших эльфов так. Мы, как и вы, неохотно даем клятвы, стараемся от них отвертеться, избежать. Но дав их, выполняем любыми силами. Именно на этом и держится наше государство, наша присяга Королю, наши с вами и селестинами союзы... Цена их - жизнь Высшего эльфа, давшего Клятву. Хорошая цена, не правда ли? И я уже её нарушаю - мой народ проливает кровь, а я тут... Прячусь.
  - То есть, фактически, ваша клятва - это проклятие? - сощурился воин.
  Девушка кивнула, добавив:
  - Да. Персонально, не снимаемое. Без срока и шансов вывернуться. Первая клятва - не навредить своему народу, дается еще в Школе, вторая, служить на благо - в колледже, третья, защищать свой народ и подчиняться воле Главы совета - в Академии. Четвертая, быть гарантом мира между Высшими эльфами, отдельно нашим Домом, тогда же. Каждая из них - оковы и ограничения, но так необходимо, воин. Так нас не боятся, зная, что в любой момент мага-эльфа можно остановить. Именно поэтому среди Высших эльфов нет полукровок, Торден. На них клятвы не действует. Представь, что будет, если бесконтрольный метис огромной силы, способной разрушать и создавать целые континенты, вырвется в мир?.. И его никто не сможет остановить! Что тут полукровки с людьми, воин? Легкий бриз рядом с торнадо! То, что мать Дарра - у жриц, я не удивлена. Только боги могут их сдерживать. До поры, как правило. У нас с Дарром нет будущего, наставник воинов. Мы можем быть вместе, но общего будущего нет.
  Элли, помолчав чуть-чуть, тихо произнесла, опустив голову, будто ей даже в таком отрешенном состоянии тяжело об этом говорить:
  - Есть то, что я могу еще тебе сообщить, но это тоже храни только в своей памяти: взрослые полукровки были и раньше. Результаты мы до сих пор расхлебываем - Мертвые Пустоши, Болота на севере, бестии, населяющие их и Ледяной перевал... Куски континента, вместе с городами, ставшие морским дном... Несколько вулканических островов, да Восточный риф - все, что осталось от довольно крупного острова - в треть нашего континента, что раньше был рядом с нашим. И там тоже было население, были города и страны. Ничего до сих пор не известно о тех народах, а они жили там. Стихийные сущности так же почти пропали с нашего континента. Наши маги раз за разом пытаются выйти с ними на связь, найти их следы, но не получается. Может их больше и нет. Без них наш мир поломан, ущербен. Законы магии работают, но криво и с перекосами - мир живой и пытается обрести баланс. Раньше все было ровно распределено: эльфы - 'Воздух'; разумные ящеры - 'Вода'; люди, хоббиты и зеленокожие - 'Земля'; дети драконов и гномы - 'Огонь' и 'Рунная магия'; народ древ - дриады и оборотни - 'Жизнь'; дроу - 'Смерть'; Селестины - 'Разум'... Изначальные ровные схемы нарушены, магия бьет ключом, наделяя самый многочисленный народ - людей - той магией, что не хватает для баланса в мире, затыкая ими бреши...
  Тордена посетило давно забытое ощущение - волосы зашевелились. И эльфы это скрывают, прикрывая заботу о людишках гуманностью?!
  - Ты хочешь сказать, что вы поэтому людишек охраняете?! И не даете их уничтожить?! Для баланса сил в магии?
  - Ну и из гуманных соображений - тоже, Торден. Мы не звери. Пусть живут где-нибудь. Как раньше жили - отдельно и через бурный пролив с коварными течениями. На отдельном острове или за горами в пустынях и степях Халифата... Кстати, это их, первых наших полукровок, в том числе, вина, что орды людей, спасаясь от катастроф, хлынули к нам. Метис селестина и высшего может 'брать под контроль' разумы огромного числа людей, делая их послушным своей воле стадом. Что и пытался проделать, вынуждая людей трудится на свое благо. Метис высшего и дроу - боевой маг, прирожденный воин, но жесток, беспринципен и агрессивен, может, не задумываясь, сжечь приютивший его город, обидевшись на что-то. Ладно хоть дроу и селестины ни разу не перекрещивались... Хотя может просто я об этом не знаю. И растут метисы значительно быстрее, чем мы. В двадцать лет уже неуправляемы. В тридцать - уже взрослая особь, но с дикими комплексами несправедливо обиженного ребенка. А живут так же долго, как и мы.
  - Куда они делись?
  - Их уничтожили, Торден, свои же родственники, из страха... И мы, высшие, им помогали. Пытались исправить последствия.
  - У нас об этом знают? И что будет, если смешается все три расы?
  - Да знают ваши все это, но держат эту информацию в секрете от большинства. Как и у нас. Это и может быть причиной, почему нас с Дарром так упорно толкают друг к другу. Жрицы богини Лаур дали 'добро' на наш брак, благословение богини. Это напрягает. У ваших жриц уже есть женщина-полукровка, вполне возможно наши тоже захотели себе абсолютное оружие. Пока мы с Дарром не снимем браслеты, мы в опасности, - Задумчиво добавила девушка, и, как-то невпопад, добавила: - Кстати, если смешается все три высших ветви - получится просто очень сильный маг с многогранным даром. Или те, кого зовут чародеями. Те, кто меняет мир вокруг себя по собственной прихоти. Такое тоже было - так появилось новое направление в магии 'Иллюзия'. Это не так страшно, но тоже не радует.
  И, не дав толком воину оправиться от этого откровения, произнесла задумчиво, будто в ответ своим мыслям:
  - И у самого Дарра есть то, с чем ему следует разобраться. Призраки прошлого, собственная Клятва. Его способности. Ну и тот же лорд Траэл...
  - Тоже заметила? - отмер дроу.
  - О! Тут сложно не заметить, что они друг друга трепетно и нежно... любят! Вокруг этих двоих все дышит ненавистью, да так, что кровь в жилах стынет. Хорошо, что в замке нет травы - повяла бы на корню.
  - Ты еще и эмоции чувствуешь? - с подозрением спросил воин.
  - Сильные - могу улавливать. Эмоции сродни энергии, что мы используем для контроля стихий, - кивнула девушка и, предостерегающе подняв ладонь, повернула голову в сторону входа на поляну. Будто прислушиваясь, - Слабенький и молодой маг-некромант. Уверенно прет на источник энергии. На меня то есть, - поправилась Элли.
  Торден молниеносно поднялся и закрыл собой единственный проход на грамотно выбранную полянку. Элли, взмахнув рукой, погасила костер - ни дыма, ни искорки не вырвалось из умирающего пламени, и, накинув плащ, бесшумно отступила в густую тень, слившись с ней. Остальным уже пора было вернуться, но не могли же они, заболтавшись, пропустить сигнал о нападении?
  Через несколько секунд раздался тихий предупредительный свист Младшего, его подхватили сигналы Дарриэля и Шестого. Патруль - тройка воинов и маг. Торден, быстро шагнув вперед, тихо, на грани слышимого, шепнул Элли: 'Молчи, не вмешивайся. Капюшон. Головы не подымай!' и замер в тени острого обломка скалы рядом со входом. Будто растворился.
  
  
   Дарриэль, младший лорд Четвертого Великого Дома дроу.
  
  Вот, как говорится, помяни неприятности - распишись, получи и не бухти, что много дали! Патруль. Ладно хоть успел руку в порядок привести и натянуть поверх бинтов перчатку. Терпимо. Двигается и ладно. Но о втором клинке пока что можно забыть. Свистнул в ответ и 'радостно' пошел встречать гостей. Ничего удивительного, что кто-то 'свернул проверить'. Элли устроила чудовищный выброс силы. На лигу вокруг маги наверняка почуяли... Нацепив привычную маску презрения ко всему живому. Так надеялся, что пронесет мимо...
  Младшие встретили и тормознули патруль довольно далеко от нашей стоянки, но тех вел за собой маг - молодой еще, зеленый. Вот он стоял и пялился алчно в направлении нашей стоянки. Кожа совсем черная - как мокрый уголь, а голову, не смотря на усилия держаться с достоинством, норовит втянуть в плечи, щуплый... Но при этом высокомерный и наглый взгляд выдавал с головой - мелочь младших домов из Пирамиды. Рвется выслужиться и доказать всей Империи, что он Достоин... Воины, что рядом с ним стояли - спокойные и опытные - насмешливо косились на своего мага. За спиной, конечно же. Их старший тройки был мне мельком знаком - тоже из Воронов, но выпуск предыдущий - два долгих года назад как раз.
  Я вышел и встал между Младшим и Шестым, как их называла Элли, а за ней и Торден. И принялся скучающе их разглядывать. Чуть заметно кивнул знакомцу... Воины из патруля подтянулись и насмехаться перестали. Маг мне едва до плеча ростом доходил... Совсем, видно, в Пирамиде измельчал молодняк. Или выгребли и кинули в патрули все, что наскребли - тоже вариант. Я, изогнув бровь, бросил взгляд на струхнувшего мага, разглядевшего-таки нашивки на нашей форме и сообразившего - кто перед ним.
  - Младший лорд Четвертого Дома, Дарриэль? - зачем-то спросила эта зелень, поклонившись.
  Я изогнул бровь, но кивнул.
  - У вас тут маг?..
  Старший группы, стоя за спиной мага, поднял глаза к небу и выпятил нижнюю губу. Наш Младший хмыкнул... Я поднял вторую бровь.
  - У вас маг... То есть светлый... То есть светлый маг! - 'Зелень' пытался вернуть былую свою наглость, но не мог.
  Репутация у меня хорошая, правильная.
  - Магистр, - насмешливо поправил я.
  - Да, магистр! Эльф?
  - А что, еще есть варианты? - изобразив любопытство, задал я вопрос.
  - Э-э-э... Нет, лорд, прошу извинить меня!
  - Еще есть вопросы? - спросил я, переводя скучающий взгляд на старшего группы.
  - Есть предупреждение, лорд Дарриэль. От дальних патрулей. Через границу с человеками сутки назад кто-то прошел. Странный, осторожный. Ловят.
  - Ловят сутки? Благодарю за предупреждение.
  Воины, приложив кулак к груди, застыли, опустив головы. А маг, придя-таки в себя, решил сново влезть:
  - Я обязан доложить о встреченном маге, лорд Дарриэль!
  - Ты его не встретил.
  - Э?..
  - Ты его не встретил, - разделяя слова, процедил я, - Ты почувствовал присутствие мага. Под охраной лорда Четвертого дома и нескольких воинов-выпускников Академии. Разница - есть?
  - Да-а-а, есть, - протянул тот, опустив смиренно голову.
  Как же ему, зеленому щенку-некроманту четвертого круга, лет пятидесяти от роду, хочется посмотреть на светлого магистра! И выслужится - тоже хочется... Аж потряхивает всего. Я лениво и со скукой в голосе предложил:
  - Ты можешь на него посмотреть... - малец встрепенулся и неверяще на меня уставился, а я продолжил с соблазнять: -
  Магистр под моей защитой. Приблизишься - убью. Хочешь?
  - Я в патруле! - быстро напомнил он.
  - Я - на задании. Они - тоже, - я махнул рукой за спину, где двумя статуями застыли младшие воины. Для меня - младшие. Для него два старших по званию.
  Юноша чуть дернулся, но склонился в поклоне. Трое воинов, плавно распрямившись, ушли восвояси, а зеленому некроманту пришлось их догонять. Мы еще так постояли и пошли обратно, предупредив Тордена свистом 'отмена'.
  Наставника я заметил на подходе - чуть более темный участок тени, что лежала поперек входа на стоянку. Специально чуть приотстал, поправляя перчатки, пропустив младших перед собой. Мелькнувший размазанный силуэт, короткая возня и вот уже Торден жестко отчитывает попавшего под горячую руку Шестого. Младший, против моих ожиданий, наставника вовремя заметил и тоже пропустил напарника перед собой и остался послушать. С удовольствием понаблюдав за взбучкой, просочился мимо них в лагерь и огляделся в поисках принцессы. Та уже укладывалась спать, заворачиваясь в одеяло. Быстро обернулся. Младший, заметив мой взгляд, ретировался обратно погулять на сон грядущий. Еще и Торден Шестого с собой утащил, дернув за плащи. Такие тактичные все стали - оставили нас наедине! Я подошел к девушке, сидевшей неподвижно, и, взяв за плечо спросил:
  - Почему? - и продемонстрировал забинтованную руку. Поймет?..
  - Ты - маг, Дарр. Сильный стихийный маг, - совершенно спокойный ответ. Элли все верно поняла и подтвердила мои опасения.
  - Но... Нет! - меня как ледяной водой окатило пониманием. Загадка старого лорда... Наша с Дарри мать, которую ни я, ни он не помним в лицо. Только голос...
  - Да. Могу тебе это с уверенностью магистра сказать, - изрекла девушка и села ровнее, разглядывая меня, - Да, ты маг, хоть и хорошо заблокированный. Освободить тебя от блоков мне не под силу.
  - Кто это мог сделать? - прорычал я. Я разозлился, очень сильно разозлился.
  Хотелось рвать и метать! Попытался встать, но Элли, ухватив за рукав, резко, с неожиданной для её хрупкого тела силой, дернула меня обратно. Сел. Посмотрел в жидкое серебро её глаз, светящихся в темноте, и взял себя в руки. Когда удалось хотя бы внешне успокоится, спросил. Может излишне резко, но девушка даже ухом на мой тон не повела:
  - И как давно ты знаешь?
  - Окончательно поняла только сегодня. До этого были только подозрения, несостыковки, хвостики мыслей.
  - Элли... Я - ублюдок? - переспросил я у неё, и сам от этого слова дернулся, как от удара.
  - Ты смесок. К счастью - на четверть или меньше.
  - К счастью?! - я едко, зло, усмехнулся в глаза девушке.
  - Да. Будь в твоей крови больше нашей примеси... Ты бы не пережил младенческий возраст, Дарр. И мы бы не встретились с тобой, - Элли все так же продолжала смотреть мне в глаза - не мигая и не отводя серебристого взгляда.
  Я закрыл глаза, чувствуя, что меня повело. Оперся о землю и замер, опустив закружившуюся голову.
  - Дарр. Я - с тобой. Мы найдем способ тебя освободить. Ты еще не понял, что это значит?
  Лишь горько усмехнулся в ответ. 'Что я - ублюдок...' - прошептал я чуть слышно.
  - Что ты - балбес, супруг мой, - ласково, с тенью ехидства поправила меня Элли.
  И, сев по-ближе, но не пытаясь ко мне прикоснуться, спросила с тенью улыбки в голосе:
  - Дарр, как ты думаешь, что ты можешь сделать, сняв блоки?
  Я дернул плечом. И сжал виски пальцами, пытаясь унять сбивающие с мыслей противные ощущения. Что-то мозги отказывались соображать напрочь! Какие блоки? Что я могу сделаешь? Я - чудовище, которое не должно существовать...
  И, словно в ответ на мои мысли:
  - Ла-а-адно, давай так: твоя мать под защитой Храма, так? Если я ничего не упустила, то она маг такой силы, что мне остается только кору жевать... С зависти. Богиня Лора что в руки получила - уже не отпустит, но с головы твоей матери и волос не упадет. Твой брат - в Академии. Уважаемый Лорд-Ректор не выпустит Дарриана, пока не дотянет его до верхних кругов магии. У Лорда Тиндэрэ хватка - волкам не снилась. За брата можешь не волноваться лет как еще с сотню или около того. После - тем более. Зная Тина, он костьми ляжет, но оставит себе под боком такого мага. Лорд Дэрах скрылся в Сердце Мира. Его, конечно, достать могут... Но твой брат там начальник Сыска вот уже лет так с шестьдесят долгих... Что-то мне подсказывает, что он не просто так там продержался так долго... Они в безопасности на столько, на сколько могут вообще возможно в нашем мире! Дарр, ты должен только себе и своим собственным клятвам - пора с ними разобраться.
  - Дарри - тоже?.. - запоздало спросил я.
  - Ну да. Как по-твоему он выжил? Чудом? В магии чудес не бывает, Дарр. Это наука. Тут только законы и расчет. Ну а что у вас с братом имена - нечто среднее между нашими и вашими? Ничего не говорит? 'Д' - положенная для лордов часть от имени отца, 'Арри' - от матери. Твое 'Элль' и его 'Ан' - наши слоги, хоть и чуть исковерканы вашим произношением.
  Элли внимательно, по-птичьи склонив голову, разглядывала меня, ожидая реакции. Я молчал, пытаясь переварить все, что она на меня вывалила. От её ледяного, ровного тона хотелось завыть, но она озвучивало лишь то, что я и так от себя долго гнал - пытался найти доказательства обратного... Искал подтверждения, что я - нормален. Мои мысли опять перебил спокойный, как пустая виселица, голос эльфийки:
  - Ты, как я вижу соображаешь сейчас плохо. Зови остальных и ложись спать, темный эльф Дарриэль. Обдумаешь все по дороге.
  Я, не сдержавшись, рыкнул на девушку. Та невозмутимо подняла бровь и жестко, в лоб спросила:
  - А кто же ты, лорд Дарриэль? - и заставив меня молчать, с силой приложив пальцы к моим губам, продолжила ровным тоном: - Да, я знаю, что ты мне тут пытаешься сказать! Но! Ты кое-что снова упускаешь из вида.
  - Что же? - спросил я, отведя её пальцы в сторону, но не выпуская их.
  - Сколько яда! Хоть бери да в банку сцеживай, - восхитилась принцесса, - А то, что кто-то из архимагов поменял при помощи рунной магии твое тело. Физически ты темный эльф. Чистокровный! На все сто процентов! Так, что остальные могут удавиться - более чистой крови дроу в нашем мире сейчас нет ни у кого.
  Я замер, открыв рот, что бы язвительно высказать принцессе, что я об этом думаю, но сдавленное пересохшее горло пропустило только сиплое, как карканье ворона 'что?..'
  Девушка опять наклонила голову на бок и пояснила вкрадчивым голосом, подавшись вперед и улыбаясь так, что я неосознанно подался назад - когда кто-то скрупулезно изображает мимику, а глаза остаются - как лужицы жидкого металла - это жутко. Особенно, если раньше ты думал, что знаешь эту эльфийку...
  - Вот похоже тут у тебя пробел в знаниях, Дарриэль-убийца магов! Рунная магия меняет саму ткань мира. Продумав формулу и по-эксперементировав с результатами, маг высшего уровня может медь в платину превратить. И в результате будет настоящая платина. Её можно расплавить, отлить монеты, украшения. Это нормальная чистая платина. Только разве что безумец на это пойдет - цена такого превращения выше стоимости того куска металла, что получится у мага. И твое тело, измененное с её помощью остается таким практически навсегда. Вернуть то, что было, сможет только тот же рунник, кто над тобой трудился. Он сильно выложился на вас двоих и теперь вы - его последние сильное заклинание. Его руны - в вас, живут в вас. Они - часть вас двоих. Больше в своей жизни он не может сделать подобного, отдав свои силы вам. Даже меня можно поменять и сделать, к примеру, человечкой, - Дарр дернулся и обнажил клыки от такого предположения, Элли проигнорировала и продолжила: - В результате получится довольно милая худощавая девица лет так восемнадцати с той же массой тела... Платиновых так с три тысячи заплатить придется за эту блажь. За меньшее никто не согласится терять силы пожизненно. Только вот магия моя никуда не денется! Если тело выдержит и не сгорит - я буду величайшим из человеческих магов, - Элли криво улыбнулась, - С тобой маг не стал рисковать, и по-просту заблокировал способности, как понимаю - до времени.
  - Твой дед, Гэлторн, может это расшифровать? Кто-то из селестинов?
  Элли пожала плечами, сказав:
  - Может. Даже снять - может. Но это опасно. Мало выявить руны - это может узнать почти любой опытный маг-рунник в Академии. Есть большой риск, что тебя разнесет на атомы или убьет в процессе снятия чар. Нужно четко знать - какой из смыслов вкладывал изменявший вас маг в каждую из рун в длинной формуле, что висит на вас. Десять-двенадцать управляющих рун, до сотни вспомогательных, по несколько десятков значений для каждой из них. Все это нужно расшифровать, осознать и снять в той последовательности, что их накладывали. Шансов ноль, если не иметь ключа, оставленный автором заклинания.
  - Ты-то откуда это знаешь?! - ядовито спросил я.
  Элли тихо-тихо сказала, посмотрев на свои пальцы, крепко сжатые моими:
  - Мой отец - рунный маг, он мне рассказывал теорию. Практики не было, как ты понимаешь. Никто в здравом уме не даст в руки маленькой девочки такую власть над миром... Ну и мое состояние сейчас отвратительно еще и тем, что мозг работает так, что мне лень озвучивать все, что я вижу и понимаю, Дарр. Многим Высшим это нравится, как, например, Его Величеству Элеммакилу - он почти все время в подобном виде пребывал. Нравилась ясность ума и отсутствие эмоций и желаний. Голый разум, медленно и верно выжигающий все живое в тебе. Для меня это пытка, причем болезненная. И ты её сейчас продлеваешь, пытаясь скатиться в самобичевание. С каждым часом мне будет труднее выйти из него. Хочешь и дальше разговаривать так? Или отложим до времени?
  - Элли, ты уверенна в своих выводах?
  - Да, раз я их тебе сказала вслух. Пока была не уверена - молчала. Повторяю: зови остальных и ложись спать, темный эльф Дарриэль. Обдумаешь все по дороге.
  Первый шок от её откровений уже схлынул, оставив после себя злую, мрачную решимость все проверить, дорыться до правды и выбраться-таки из той ловушки, куда меня загнала судьба. Я тихим переливчатым свистом позвал остальных и, перекинувшись с Торденом дежурными 'все нормально', устроился спать. Рядом с Элли.
  Наши кошмары черными призраками бродили по лесу, иногда возвращаясь к стоянке и проверяли - не собираемся ли мы двинутся дальше, а проверив, уходили охотится стаей в густом подлеске и у водопоя. Шумно делили между собой добычу, стараясь друг друга не покалечить - только лязгая зубами и низко, утробно рыча на противника...
  Воины дежурили весь остаток ночи и утро, сменяя друг друга. Я привычно просыпался, когда кто-то из наших бесшумной тенью скользил мимо, и снова проваливался в тревожный сон, до тех пор, как Элли, пробормотав сквозь сон 'да что ж такое-то?!' подползла ко мне под бок и шепнула: 'Если у вас нет паранойи, это не значит, что за вами не наблюдают!'...
  Улыбнувшись девушке, я самым позорным образом отрубился. Будто светильник, из которого выдрали питающий кристалл-накопитель.
  
  
Глава 15.
  
  Утром - если можно считать утром время за два часа до обеда, я смог проснуться. Элли сидела нахохлившаяся, стучащая зубами о край парящей кружки с тонизирующей настойкой - её запах разнесся далеко над поляной. Еще и парой плащей поверх одеяла укрыта. Рывком сел и на неё уставился. Девушка кисло улыбнулась и, отхлебнув тоника, прошептала 'доброе утро.'
  Торден и Шестой были тут, кошмары, судя по звукам, ждали неподалеку.
  - Элли, что с тобой? - девушка как раз пыталась отдать Тордену кружку, но он, сурово сдвинув брови, показал три пальца.
  - Отходняк у неё, - рыкнул злой наставник, - С ума можно так сойти! Вчера всех до изжоги довела. А сегодня - прихожу в лагерь, а у нас тут больная эльфийка! Хладный недо-труп, бесы дери. Лежит и зубами клацает, кошмарам на зависть!
  Шестой, ловко раскладывая поздний завтрак по тарелкам, фыркнул и кивнул, а Элли, стуча зубами, возмутилась, делая еще одну попытку избавится от тоника под шумок:
  - А нечего будить было! Я бы еще пару часов так полежала и нормально...
  Торден показал уже два пальца. Элли, простонав, залпом выпила остатки тоника в кружке и передернулась от отвращения.
  Я быстро встал и подошел к девушке - осмотреть. Не то, чтобы я не доверял Тордену, но тут другое... Осмотрев, спросил:
  - Элли, ты хоть понимаешь, на что твое состояние похоже?
  - На отравление нервно-паралитическим ядом, конечно! Ёй!... А на затылке тоже есть мышцы?.. - поморщилась та, ощупав голову, - Это практически оно вчера и было. А это - отходняк.
  Я только вздохнул тяжко - чертовы маги... Тело воспринимают, как приложение к своей магии. Досадное и ограничивающее их свободу! Вот и эта сидит, дрожит, зрачки расширены и на свет толком не реагируют... Я против воли заулыбался - глазищи девушки были нормального, пронзительно-зеленого цвета. И она морщилась от выпитой гадости и была живая - реагирована на нас, шевелилась!
  - Фух... - я шумно выдохнул, - Элли, ну ты вчера...
  - Так, не надо, не начинай! - Элли, сверля меня взглядом, скороговоркой выпалила: - Извиняться не перед ке мне буду - сами во всем виноваты, - эта бестия еще и носик задрала, - Доконали бедненькую меня и довели до предела! А я - маг, между прочим! Стихийный, бес вам в тапки! - Торден уже ржал, как сумасшедший, я тоже начал подхихикивать, - И доводить меня опасно для здоровья! Моего в первую очередь!!!
  В этот дивный по своей дурости момент на поляну сунулся Младший и, осмотрев нас ржущих, догадался спросить довольно громко, забыв, видимо, что Элли уже прекрасно наш язык выучила:
  - Белого чудовища больше нет?...
  - Нету! - простонал Торден, сползая на землю, - Его эльфийка... съела!
  - Вот спасибо, дорогие мои сородичи! За трезвую оценку моих душевных качеств! Тебе, Младший - особенно! - попыталась обидится Элли.
  Но, подумав, все-же прыснула и спросила у меня с теплой улыбкой:
  - Отходняк. Коллективный. Что, не по себе всем вчера было?
  - Да уж... На всю жизнь запомню и потомков пугать этим будем!
  От слов Младшего улыбку на губах Элли будто смело - как солнышко за тучу зашло. У меня - тоже. Болезненная тема для всех нас. Каждому - по-своему. Смех и шутки мгновенно стихли и все подобрались и стали серьезными, вспомнив про нетронутый завтрак. Девушка, перестав дрожать, взяла протянутую Шестым тарелку, но ароматное, тушеное с травами и кореньями мясо, её не вдохновило. Как и меня. Поковырявшись в мясе и даже осилив половину, я поднял глаза на смурную Элли, выковыривающую с серьезным видом что-то из тарелки. И отлегло от души! Она была права вчера, выговаривая мне, что я перестал соображать. Думал, что в угол загнали. Ща-а-ас! Наоборот, я из угла наконец-то вылез!
  - О! Вот это - дело! - подметив изменение в моем настроении, подмигнул мне наставник, - Добро пожаловать в мир живых, Дарр!
  Элли, тоже бросив на меня взгляд, лукаво заулыбалась и уже с большим аппетитом начала ковыряться в тарелке, даже начала есть. Прожевав кусочек и старательно проглотив, девушка часто задышала, приоткрыв рот. Шестой почему-то смутился и извинился перед леди за промах в готовке. Та величественно кивнула, а мы опять в тарелки уставились.
  - Все нормально же? - не понял Торден, как раз дотрескавший добавку и отчищающий тарелку и ложку.
  - Аха, - просипела Элли, и зачерпнув прямо из кружкой из котелка чая, сделала огромный глоток. И сдавленно ругнулась, вытирая выступившие слезы.
  Я еще раз осмотрел остатки рагу на своей тарелке. Понюхал и тоже ругнулся, с укром глядя на совсем смутившегося Шестого. Судя по запаху, там было столько жгучего перца, что хватило бы весь светло-эльфийский двор накормить 'остреньким'.
  Элли, отдышавшись, но еще сидя с круглыми, как у совы, глазами, протянула задумчиво:
  - Доброе утро от Шестого! Но зато меня трясти перестало и отходняк прошел полностью. И вылечилась, и согрелась, и наелась, и напилась - и все это меньше, чем за минуту! Ну вы даете... Вот это я понима-а-а-аю, терапия!
  - Миледи, я нечаянно... Мы... Для нас это - не острое... - выдавил Шестой.
  Порывшись, я достал из сумки вяленное мясо, сухари и яблоко, и протянул принцессе. Пока искал, нашел подарок и письмо от горничной и слуги Петри. И коробочку с подарком. И тоже вручил это эльфийке. Элли, торопливо раскрыв письмо, пробежала по строчкам взглядом. Лаково и чуть с грустью улыбнулась и открыла коробочку, а заглянув в неё, вытерла выступившие на глазах слезы и вытряхнула содержимое коробки на колени. Там были слегка подсохшие сливочные помадки и красивая зеленая лента для волос, сплетенная кем-то из хоббитов. Помадки она раздала, разделила поровну, а ленту, перекинув тяжелую косу, крепко завязала бантом на пушистом конце своей золотой косищи. Глаза, как два драгоценных камня, сияли, полные слез. Но моя леди улыбалась. Воины притихли, столкнувшись за раз с таким количеством эмоций, захлестывающих с головой. Я боялся шевельнуться - не спугнуть!
  'Светлые - это эмоции...' - вспомнились мне слова лорда Траэла. Да, это эмоции. Но я знаю теперь, что если меня захлестывает этой волной - это нормально. Я - нормален. Я - маг. Хоть и потенциальный, но маг. Я черпаю силу не в долге и расчете, а вот в этом живом слепящем вихре... Хоть к этому и сложно привыкнуть.
  Тайком обвел взглядом остальных. Торден чуть-чуть, хоть и одними глазами из-под прикрытых век, но тепло улыбался, глядя на Элли, сидящую с блуждающей на губах ласковой улыбкой перечитывающую письмо хоббитов, теребя ленту на косе. На Ришаса-Младшего, прикрывшего глаза от удовольствия и смакующего, может быть последний раз в жизни, вкуснейшие сливочные помадки. Арсаэш, 'Шестой', с задумчивым видом изучал конфеты, прежде чем отправить их в рот - будто прикидывал рецепт...
  Элли, просто находясь рядом, меняет нас всех. Будто открывает глаза на что-то... На что? На мир вокруг нас? Или на нас самих, на то, что скрыто в каждом? Я читал досье на каждого из них, поражаясь дальновидности наставника: замкнутый и немногословный Арсаэш тайком пишет неверояно красивые, рвущие душу на части мелодии; глуповатый и говорливый младший - талантливый алхимик, вмиг преображающийся в лаборатории из болтуна в ученого с сияющими, полными идей глазами. Покойный ныне Третий, Иривэс, укрощал и дрессировал животных... Каждый из 'Воронов Тордена' был талантлив по-особому, и теперь эти двое, изменившись за время, проведенное рядом со светлой, вернуться в Академию... И новый выпуск будет еще интереснее благодаря тем знаниям, что они и Торден получили от Элли...
  Не этого ли я добивался?.. Как раз этого, если честно. Хоть и не надеялся на столь грандиозные изменения в самом наставнике. И в Элли. Я снова посмотрел на свою эльфийку... Не сказать, что она нас всех вокруг пальца обвела, но близко к тому - её знания оказались сильно больше того, что я подозревал. И что она сказала такого Тордену, что наставник так блаженно и довольно улыбается? И ведь не спросишь напрямую - наверняка через клятву о неразглашении общались... Но выяснить надо. Как и то, что еще в голове Элли заложено. Но это уже по пути.
  - Ну что? Посидели? И хватит. - скомандовал я расслабленно сидящим компаньонам.
  Все будто только этого и ждали - молниеносно собрались и навели 'порядок'. Минута - и все в полной тишине в 'боевом порядке' (принцесса в каре из воинов) идут по тропе, ведя кошмаров в поводу. Еще две минуты и все по седлам. Я первый, за мной Элли, закрытая с боков Младшим и Шестым, замыкающий - Торден.
  
  ***
  Ровно и без происшествий шли девять дней - останавливаясь лишь на день и продолжая путь едва под пологом леса стемнеет. Элли удивлялась по-началу, что у нас все наоборот, но я объяснил, что это у них все наоборот, а у нас нормально. Долго сравнивали, придя к выводам, что у светлых все через спину: мы в серых рассветных сумерках едва видим, нас клонит в сон и снижается внимательность, а у светлых - наоборот - поздние сумерки наиболее комфортное для глаз время суток. Ночью им тоже все хорошо видно, хоть и хуже, чем для дроу, пасмурным днем тоже проблем не возникает ни у них ни у нас... 'А вот в солнечную погоду!..' - одномременно с Элли протянули мы и засмеялись. Как оказалось, ясную солнечную погоду они любят, но сидя в тенечке. Желательно - дома. Младший, которому вечно все нужно знать, тут же задал свое 'почему?!' Я ответил, вызвав уважительный взгяд от Элли, даже не нашедшей - чем дополнить:
  - Высшие эльфы родом из умирающего от старости мира. Вечный полу-мрак и холод. И островки жизни, поддерживаемые силой их магии. Солнце того мира светит едва-едва, подымаясь над горизонтом ненадолго, едва ли согревая заледенелую землю. Для них солнечный свет - долгожданная радость и удовольствие, но по-прежнему болезненное для глаз.
  - Значит высшие эльфы могут долго терпеть холод, видят ночью и в сумраке, но слепнут на свету. А питаются в основном мясом и зеленью, - резюмировал Шестой.
  - Ты прямо как конспект для лекции готовишь! - восхитился я, - Давай добавлю еще данных для размышлений?
  - Давайте! - заулыбался юноша.
  - У них температура тела ниже на шесть градусов, чем у нас, метаболизм очень медленный, но регенирация почти такая же - лишь чуть-чуть хуже. Они совершенно не потеют, - раздался смешок со стороны Младшего, - Серьезно не потеют! Если Высшего эльфа засунуть в душное, сухое и жаркое помещение, ему хана.
  - Что, правда? - Младший опять глаза вытаращил и на принцессу оценивающе уставился.
  Элли фыркнула и задрала носик:
  - А ты попробуй запри! Особенно мага...
  Я улыбнулся девушке и продолжил:
  - Вот тут и кроется самое интересное! Они все - маги. До единого, бес их... Хм... Ладно, продолжим...
  Принцесса уже не сдерживаясь хихикала, вовсю потешаясь над задумавшимся Младшим. Шестой предположил вариант:
  - Так, ловим мага по-слабее, поим спиртным...
  - А спиртное на Высших не действует. Вообще! И имунитет к ядам близок к нашему, - невинным голосом напомнил я.
  - Не поим спиртным, а лупим по затылку и связываем! Знаю точно - срабатывает, - весомо предложил наставник.
  - Это да, получится! Вобщем связываем и заталкиваем в помещение, нагнетаем жара... - продолжил изгаляться Шестой.
  - В баню, к людям! - прыснула Элли.
  - В баню, - согласился Торден, - И через склько часов, теоритически, получаем труп высшего эльфа?
  - Эй! - вполне искренне возмутилась Элли, - Полегче, пожалуйста, господа теоретики! Мы редкий и вымирающий вид!
  - Правильно - что вас убивать? Сами справляетесь, без нашей помощи. А мы так, чисто теоритически, - покладисто согласился я с девушкой, - Ну так сколько часов-то?
  Шестой, что-то прикинув в уме, выдал предположение 'семь с запасом', Младший 'пять'. Торден предположил, 'около семи, но для верности - девять'. Элли, изумленно вскинув брови протянула, качая головой:
  - Ну вы и садисты! Девять часов, в жаре! Надо же... Да нисколько - все вы ошиблись.
  - Как так?! - возмутился Шестой.
  - Да так! Через час-полтора этот маг в себя придет, хоть и подзадушенный, и выровняет температуру вокруг тела за счет базовых, начальных умений, присущих их расе! - усмехнулся я.
  - Ага, значит, нужно сделать так, чтобы не пришел в себя... - опять Младший.
  - Хорошая задачка! Спасибо, лорд Дарриэль! - согласился Шестой.
  - Так, вы меня не разыгрываете... - догадалась Элли.
  Ответом ей стали четыре уверенных 'нет'. Принцесса, обведя их всех демонстративно-презрительным взгядом сказала:
  - Хорошо, давайте дальше теоретизировать! Только я на сей раз. Согласны?
  Все послушно закивали. Я оскалился в предвкушении - сейчас будет нечто!
  - Пройдемся по вспомогательным, не-боевым заклинаниям. Помните очень полезное заклинание, которым я легким косанием очищаю воду из болота до питьевой? Так и называется 'Чистая вода'. Что будет, если это заклинание я применю на живом существе?.. - принцесса сделала эффектную паузу, - Пра-а-авильно - сухая мумия и мгого питьевой воды рядом, - Шестой заметно взбледнул, а Элли продолжила: - 'Заморозка' - чудесная вещь. Твое любимое, Младший! - Тот поморщился, - Нужно коснуться, хотя бы на две секунды, голой кожи жертвы и готово! Кусок замороженной плоти в форме ладони, глубиной на четыре пальца... У вас сердце глубже, нет? Так и думала... Дальше продолжать?
  - Ага... - Торден с жадностью слушал девушку.
  - Так, 'сосулька'! Да, она самая. Формируется из воды в воздухе на расстоянии в три-четыре пальца от ладони мага... Препятствие просто разносит на части - даже если это череп или грудная клетка того, в чьем мозге они формируются. 'Бриз' в замкнутом пространстве тоже эффектная вещь, но тут двое пострадавших уже - в том числе и маг... О! 'Шар воды'! - заулыбалась Элли, - Тоже в трех пальцах от ладони формируется. Если впритык к грудной клетке и резко призвать, то легкие жертвы будут заполнены выдранной из него же водой. Как и желудок... 'Перышко' - инстинктивное умение, помогающее нам переносить тяжелые предметы, облегчая их вес. Действует где-то от трех минут до сорока под контролем мага. Убираем вес противнику, запускаем в небо и он полете-е-е-ел... А потом где-то в далеке упал. Сам. Если не замерз насмерть в атмосфере - тут как пнешь... Ну и 'огонь' - 'светлячок'. Фонарик безобидный по сути, а если перед самыми глазами... и неожиданно? Это первые два круга трех стихий.
  Воины прониклись и молча переглядывались. Жадный до знаний о 'возможном противнике' Торден хищно и довольно скалился. Некоторое время ехали молча, но молодняк, отойдя от стресса, опять не выдержал:
  - Вас этому учат?! - возмутился побледневший до серого цвета Шестой.
  - Ага. Рассказывают - что, чисто теоритически, будет если... - мстительно подтвердила принцесса, - Могу честно сказать, что таких 'мирных' заклинаний около десятка в каждой из четырех стихий. И использовать их можно по-разному. Можно и воду для питья пригодной делать, а можно и врагов устранять...
  - Вы, как я смотрю, вообще магией почти не пользуетесь в жизни, - заметил Младший, - Так, изредка, когда прижмет. Человеки - не так. Те постоянно...
  Элли кивнула. А я задумался - вот еще одно отличие Высших эльфов от остальных. Огромная сила, расходуемая по капле.
  - Почему так, Элли? - спросил я тихо.
  - А что бы не облениться, Дарр! - подмигнула мне девушка, - Ну и воспитание, наверное... Не знаю, не думала еще над этим... У нас никто не кичится магией, не вставляет на показ. Способности - тут да, это инстинктивно... А вот именно заклинания... Зачем лишний раз взывать к силе? - Элли пожала плечами.
  - Эх, а я бы хотел научиться летать, как ваши маги... - мечтательно вздохнул Младший.
  - А я - приземляться аккуратно... - грустно вздохнула Элли, вызвав недоумение, а за ним и издевательский хохот всей команды.
  
  ***
  ***
  
  На десятый день наш небольшой отряд достиг границы со светлыми эльфами. Тут уже частично действовала их магия, делая лес более гостеприимным. Торден со своими 'воронами' заметно загрустили, хоть и пытались шутить на тему 'наконец-то домой отправимся!' Элли тоже повесила нос, хоть и старалась держаться. Мы были довольно близко, буквально в недели пути от крайних городов дроу, и патрули попадались все чаще. Дважды не удавалось проскользнуть мимо, и вперед выходил Торден со своими воспитанниками, мы с Элли держались за ними под видом 'сопровождаемых лиц'. Элли сидела, низко опустив голову в капюшоне, не снимала перчаток и довольно успешно 'косила' под одного из нас. Благо и кошмар, доспех и плащ, да и рост позволял... Этакий юноша-маг... Патрулям без магов это удавалось подсунуть, а с магами, 'завернувшими на огонек', разговаривал я или Торден.
  Осталось только пара-тройка дней пути до 'Пятачка' и все... но до него еще нужно добраться, аккуратно обойдя многочисленные патрули вдоль границы, расположение и маршруты которых мне подкинули еще в замке. За три часа до рассвета, тщательно замаскировав нас с Элли, Торден со своими пошли проверять - правдива ли информация почти двух недельной давности.
  Принцессе под страхом 'выдать по филейке' я настрого запретил использовать магию. Просто сидеть и ждать. Она и сидела. В овражке. Прижавшись с недовольным видом к моему боку и насупившись.
  - Ты чего насупилась? - спросил я, легонько толкнув её в бок локтем.
  - Ничего, - Элли еще сильнее насупилась, став похожей на недовольного хомяка.
  - Сокровище моё, ну вот что ты опять дуешься?! - шепотом возмутился я.
  - Ну знаешь ли! Я сижу на границе со своим, кстати, государством и союзниками. В овраге. И прячусь от всех, - пробурчала принцесса.
  - Добро пожаловать в наши ряды! - великодушно предложил я, - Нам сейчас нужно незаметно и без шума пройти...
  - Это как раз я понимаю, - перебила меня принцесса, - Но сам факт коробит. Да и обидно, что ваши так вот границу охраняют, будто война скоро... Небось, людей не так стерегут!
  - Конечно не так! И война вполне может быть, - подтвердил я, - Ну сама посуди - если бы у нас такая вот заварушка, как у вас, в Пирамиде была, да еще почти год длинной? Вы бы тоже патрулями все обложили?
  - Обложили бы, - вздохнула девушка, вынужденная согласиться.
  - Дарр...
  - М-м?
  - Ты можешь оставить меня у сумеречных, если...
  - Нет, - перебил я.
  - Ну ты и упрямец!
  - Не меньший, чем ты, - парировал я шепотом.
  - Там Лерни сейчас скорее всего. Мы с них хорошо друг друга знаем...
  - Лерни?.. - с зародившимся подозрением спросил я.
  - Ты опять не о том подумал! - прошипела Элли, ловко ткнув мне в ребра пальцем - аккурат между двумя пластинками кожаного доспеха, - Лерни - это Леаринистэн, Лорд-Куратор направления 'Разум', друг моих родителей, - и припечатала, без перехода: - Ревнивец ты!
  - Я не ревнивец. Я просто уже сбился считать - сколько народу за тобой охотится.
  Скосил глаза на Элли. Ушки красные, мордочка насупленная. Поймал за плечо и притянул по-ближе, поцеловав в макушку.
  - Ну и нервничаю я, когда ты кого-то так ласково называешь... - признался я девушке.
  - Лерни - это Лерни! Его сложно звать как-то по-другому...
  - Я его знаю. И вот с ним тебя наедине точно не оставлю, сокровище моё!
  - На меня не действует магия разума, Дарр. Я магистр, забыл? И легко её отслеживаю и блокирую воздействие, - напомнила эльфийка.
  - Может и так. Но лорд Леаринистэн - древний, очень умный архимаг. И что у него на уме - не знает вообще никто.
  - А еще он обаятелен и чертовски умен, и в него влюблена почти вся женская половина Академии... И он до сих пор не женат... - хитро улыбнулась девушка, глядя на меня снизу вверх.
  - И хотелось бы знать - почему это он до сих пор свободен?..
  - А потому что он читает мысли. Легко добирается до каждого уголка твоей памяти! И юные эльфийки по нему предпочитают сохнуть на расстоянии и из-за угла!
  - Ты тоже там, за улом стояла?.. - подколол я девушку.
  - Не-а, - по-детски мотнула Элли головой, - Я с ним ребенком познакомилась и мы подружились. И он меня старался не читать.
  - Мы с тобой его знаем с разных сторон, солнышко моё. Я его знаю, как великолепного мага-дознавателя, способного вывернуть мозги преступнику наизнанку. Хлесткого, резкого, но не садиста, - вынужден был я признать, - Никого специально не мучает. Профи! Несколько секунд 'контакта' и пытуемый ползает по полу в собственном... хм... ну и рассказывает все, что твоему Лерни интересно узнать было.
  - Я знаю, - лукаво улыбнулась Элли, - И его работу подобного рода мы наблюдали. Челюсть моя упала бы, если бы не жесткий воротник куртки...
  - Дарр, мы там не цветочки нюхали в Академии. Да, меня не выпускали 'в поле', но и так хватало впечатлений... - девушка посмурнела лицом и сильнее прижалась ко мне.
  
  За час до рассвета вернулся Торден и махнул нам рукой - нашли место, где можно перекантоваться день. Очередной сырой овражек, загороженный низко нависающим обломком скалы. Судя по запаху - тут не так давно была лежка крупного тигра, а сейчас его спугнули шатающиеся по его охотничьим угодьям двуногие патрули, заставив переместиться глубже в лес. Нам на руку - запах тигра отбивал наши, да и другое зверье сюда не пойдет. Застрять нам тут придется еще на двое суток - как раз будет подходящие прогалы в сменах патрулей.
  - Только драпать придется, петляя зацами, и со всех ног. И кошмаров нужно оставить здесь. Жаль, но с ними уже не пройдем, - резюмировал я, выслушав результат разведки.
  - Не будем пробовать - лишний риск, - согласился наставник, - Сейчас отдыхаем два часа и мы снова наблюдать. Что-то мне не нравится тут. Не здоровая активность у патрулей.
  - А что такое? - встрепенулась Элли.
  - Да так-то все по схеме - ориентиры, движение... Какой-то нездоровый азарт присутствует. Заглянем ближе к границе, послушаем о чем близжайший к нам патруль на отдыхе будет говорить - тогда понятно будет.
  Элли закусила губу - она легко может 'посмотреть', что творится на лиги вокруг, но это рискованно - тут каждый патруль усилен магом, да не тому, первому, 'зеленухе' чета... И так ощущение, что мы через псарню пытаемся кошку пронести. Да и на 'той стороне' тоже наверняка не мух ловят.
  - Не грусти - будет еще шанс оторваться... - попытался было Торден её успокоить.
  - Да я не о том, Торден. Я волнуюсь - что там у наших происходит.
  - Вот позже и узнаем, а сейчас - вы с Дарриэлем, в лагерь, на страже.
  
  Близжайшие два часа мы с Элли опять просидели в 'кустах'. Точнее я - в 'кустах', а эльфийка, как светлому эльфу и положенно - замаскировавшись высоко на дереве.
  Когда нас сменили 'разведчики', Элли фыркнула, что ей по деревьям раньше лазать старшие запрещали, а теперь наоборот - загоняют.
  - То ли еще будет, солнечная вы наша! - предостерег Шестой, уходя в дозор, - С нами поведетесь - и не такому научитесь.
  - Ну мало того, что я стрелять из лука, сражаться парными клинками, да еще и ножи метать научилась... Теперь еще и по стенам, как муха бегаю... И на деревья белкой карабкаюсь, - ворчливо пожаловалась мне Элли, - Я ж скоро спать научусь даже вниз головой, как вы!
  - Ну и чего тут плохого? - спросил я, устраиваясь по-удобнее в тени скалы.
  Элли подошла ко мне и плюхнулась рядом. Подумала немножко и призналась смущенно:
  - Я книг уже почти три недели в руках не держала... Непривычно как-то. А мышцы перестали ныть после тренировок еще в замке. Докатилась - цепляя струны на лютне прикидываю - сколько таких струн понадобится, чтобы сплести из них тетиву для лука, и на сколько кривеньких выстрелов её хватит... Это же не нормально, Дарр!
  - Да, это не нормально, - согласился я, - Но это позволяет тебе выжить. Ты не заметила, но вполне держишь взятый нами темп. Почти не задерживаешь продвижение. И я и Торден довольны результатами.
  - Какими именно?
  - Наставник думал, что мы доберемся дня на четыре позже. И сейчас приятно удивлен. Ты не ноешь, а так же как и мы, сцепив зубы, пробираешься к намеченной цели. Вспомни наше осеннее путешествие? Как ты выматывалась, как плакала, когда думала, что я не вижу...
  Девушка засопела недовольным ежиком. А я продолжил примирительным тоном:
  - Ты молодец, Элли. Весьма неплохо для леди!
  - Я справляюсь? - робко переспросила девушка, теребя бант на косе.
  - Конечно справляешься, сокровище моё... - вздохнул я.
  'Вот как она умудряется?- думал я про себя, - Одновременно такая взрослая и разумная в суждениях, и такой ребенок в поступках? Почему такой перекос? Мы виноваты? Или это нормально? И спросить-то не у кого...'
  - Элли, скажи... - я нахмурился, пытаясь мягче сформулировать вопрос, девушка молчала, не перебивая, а я смог-таки 'вывернуться': - Почему высшие только после тысячи лет считаются совершеннолетними? Принцесса призадумалась и прижав край банта к губам, тихо сказала:
  - Ну теорититески... - и сама хмыкнула, - Теоритически именно в этом возрасте мы полностью взрослеем. Появляются привязки, формируются пары и семьи - хотя в столь юном возрасте редко кто заводит детей, но женятся многие из нас. Чаще всего в Колледже уже случаются помолвки... Ну и как раз к этому возрасту маги достигают верхних кругов и осознают последствия применения своих сил. Да и физически уже полностью сформированы - дальше только развить можно то, что уже заложили ранее. Это такой порог что ли...
  Элли пожала плечами и затихла.
  - А до того? Нам Аллорэ, твой дядя, упорно твердил, что ты маленькая еще... Для брака, - попробовал намекнуть я.
  - Эм-м-м... Ну да... Наверное, - осторожно согласилась Элли, косо глядя на меня из-под челки.
  - В психологическом плане? Или как?
  - В психологическом... Дарр, а ты зачем спрашиваешь?
  - Да понять пытаюсь. То ты ведешь себя как ребенок, то ты взрослая девушка, то - древний высший эльф. Уже запутался - кто ты, - отшутился я.
  - Ага... - сделала вид, что поверила, принцесса, - Это нормально. Как раз до совершеннолетия. У меня три стихии, а должно быть четыре для баланса. Вот и дергает со стороны на сторону.
  - То есть это из-за магии?..
  - В первую очередь - да.
  - А во вторую? - не сдавался я.
  Элли опять недовольно засопела. Но я решил выяснить все до конца, пока мы к селестинам не сунулись. Развернулся лицом к девушке и потребовал:
  - Ну?
  - Ну и все! Что я тебе еще должна сказать, Дарриэль? Что плохо контролирую свои эмоции? Что мне бы еще лет пятнадцать-двадцать в Академии безвылазно нужно было торчать под присмотром наставников? Так ты это и так знаешь! - разозлилась Элли.
  - А еще и я тут под боком постоянно смущаю. Так?
  - Да. Так, - честно призналась она.
  - Ты по-этому предлагаешь оставить тебя с селестинами?
  - Так будет лучше.
  - Для тебя? - осторожно спросил я, начиная закипать. Да за кого она меня принимает? За юнца, не способного здраво мыслить рядом с любимой девушкой?!
  - Для нас обоих, я думаю.
  - И на какое время тебя там оставить?
  Элли промолчала, но отвела глаза. Понятно все с ней...
  - Ты не хочешь находится рядом со мной?
  - Хочу, Дарр. В этом-то и беда, - тихо призналась Элли.
  - Ну так будь рядом! Я не дикий зверь, Элли. Разумный взрослый эльф. И буду держать себя в руках столько, сколько потребуется, - а заметив её полный скепсиса взгляд, добавил тихо, со вздохом: - И тебя тоже удержу.
  Принцесса покраснела и быстро отвернулась. Значит - не поверила. Я бы тоже не поверил, если бы наслушался про дроу то, что у них в Академии болтают.
  - Так, чего ты боишься? - решительно начал я, но принцесса только маленьким остреньким ушком дернула, - Если того, о чем лесные про нас болтают - забудь. Ты рядом с нами уже почти год. Хоть раз ты заметила что-то хм... неприличное... со стороны Тордена или его воспитанников? - ушки опустила и голову в плечи вжала, насколько доспех позволял - видно это единственная реакция, которую я сейчас дождусь, - Правильно! Мы не человеки и не лесные эльфы и сдерживаем себя и свои инстинкты! - 'Богиня, что я несу!!! а главное - кому?!', - Я вот, может, тебя опасаюсь, - плечи Элли вздрогнули и она тихо всхлипнула, - Знаешь, что у нас про высших болтают! Жуть! Вплоть до того, что вы вымираете из-за того, что вы... нет, об этом тебе знать рановато... - Оборвал я себя резко, вспомнив - с кем вообще разговариваю.
  Дотянулся и цапнул девушку за перехлест перевязи с заспинными ножнами. Подтянул к себе на колени - успокаивать... И порадовался, что и так сижу! Она, оказывается, тихо, бесшумно хихикала, закусив зубками перчатку! Все то время, пока я тут соловьем разливался и краснел, и заикался, пытаясь подобрать слова! Вот бестия!!!
  - Ну ты!!! Эльфийка малолетняя!!! - прошипел я, глядя на то, как принцесса, фактически лежа у меня на коленях, корчится от сдерживаемого смеха и, всхлипывая, утирает слезы.
  Захотелось чуть-чуть придушить... Слегка...
  - Дарриэль - ты такая прелесть! - просипела девушка сквозь скулеж, - Так, как ты, со мной даже отец и мать не разговаривали никогда! Это так приятно...
  Я сидел сконфуженный, раздумывая - 'Или не слегка придушить?..' Элли откинула голову, и прижавшись затылком ко мне, тыльной стороной руки тщательно вытерла слезы.
  И улыбаясь, сказала, скосив на мой окаменевший подбородок зеленые глаза:
  - Спасибо тебе большое, но это как раз я знаю, мой хороший. И слухи эти - тоже знаю, как и их авторов - это лесные болтают, предлагая щедрую помощь 'в восстановлении популяции самым приятным образом!' И о той стороне жизни, что ты мне так тактично пытаешься намекнуть - я тоже наслышана, не злись.
  - Ну тогда что за комедия? - уже спокойнее и вполне миролюбиво спросил я, наслаждаясь запахом волос девушки и обняв её за плечи.
  - Ты первый начал! - лукавая улыбка и сияющие, полные нежности, глаза...
  'Или не сдержусь?..' - мелькнула мысль и засела в голове, а её догнала вторая мысль-предательница - 'А кто мне запретит-то?..'
  - Не знаешь ты ничего... Так, розовеньких книжечек у подружек начиталась, - пробормотал я. 'Что ж я делаю? я же нарываюсь!'
  - Ни одной не прочитала! Почти. Три страницы в одной книге - мне там описание озера понравилось, - возмутилась девушка.
  Я с усилием перевел згляд с губ Элли на что-то нейтральное. Вот этот вот камень подойдет - кривой такой, замшелый булыган размером с голову тролля... А в голову упорно лезло: 'Мы сидим, скрытые от всех, цикады и птицы на деревьях орут так, что мы себя едва слышим, ручей неподалеку добавляет шума... остальные вернуться ночью, к третьей луне... И мы с Элли - одни...'
  - Эм-м-м.. Дарр, я посплю, пожалуй?.. - каким-то слабым голосом и с просительными нотками предложила эльфийка, делая попытки отодвинуться от меня.
  Я заторможенно моргнул, не сводя взгляда с камня, и кивнул.
  - Руки разожми, а то у меня ребра сейчас хрустнут... - напомнила Элли.
  Перевел затуманенный взгляд на свои руки. Мдя... Вот вам и взрослый эльф... Разумный! Одна рука уместилась у девушки на талии, крепко и собственнически прижимая к себе, а большим пальцем второй я, оказывается, поглаживал её ключицу в вырезе куртки... Еще и развязать умудрился верхнюю застежку! Я прокашлялся и выпустил девушку. Вот же...
  - Я к ручью, укладывайся, - да-да, это у меня такой вот голос - хриплый и низкий...
  Смотрел на то, как Элли, пытаясь справиться с непослушными руками, быстро угнездивается, уже вполне сносно заворачиваясь в плащ, и думал: 'Нельзя нам наедине оставаться. Это может плохо кончится!' А сознание, и за ним тело, возмутилось: 'Это кому плохо, а кому и хорошо!'
  - Кажется, я сошел с ума... - признал я девушке тихо и, развернувшись на пятке, ушел к ручью.
  
  
Глава 16.
  
  До вечера крутился рядом с оврагом, разминался, отрабатывал приемы... Делал все, что бы не возвращаться к 'соблазну'. Ругался сам на себя, нагружая мышцы до предела. Западня. Это - западня. Устав окончательно, сел под близжайший к оврагу осколок скалы и задумался над тем, как я до такого докатился. Вгляд сам сабой упал на запястье, где под одеждой прятался брачный браслет. Мелькнула шальная мысль - а не в нем ли дело? Артефакт-то древний, мало понятный. Эти браслеты перекочевали с Высшими эльфами вместе со множеством других знаний, и кто знает, как они работают? Архимаг Гэлторн? Неуловимая легенда какая-то, а не архимаг! Взял и пропал, заварив своим исчезновением целую кашу, а мы теперь расхлебываем.
  Расшнуровал рукав и уставился на браслет, внимательно его изучая. Обычное эльфийское серебро, хотя и неверояно высокого качества, в новом мире такого они делать иак и не научились, не хватает каких-то компонентов. Белое, не яркое и мягко, как-то приглушенно блестит на запястье. Переливы от бежевого к голубому через желтовато-зеленый. Под каким углом глянешь, так и поменяется оттенок. Филигранная работа, да и красив так, что дух захватывает. И не классические эльфийские растительные узоры, а что-то скорее геометрическое - плавные линии, перетекающие в углы, круги, ромбы. Странная вещица, и практически не ощущается на руке, будто не весит совсем. Хотя должен - массивный. Попытался снять украшение и не смог. Сначала рука снять не подымалась - будто я преступление совершаю. Но, разозлившись сам на себя, ругнулся и попытался расстегнуть. А никак! Вот - застежка, и она игнорирует мои потуги, вот - замочек, который не шевелится, будто он только декоративный, вот штырек на тонкой цепочке, который нужно вытянуть, и он не вытягивается! Поднес к самым глазам, рассмотрел. Нормально вроде все. Не смят (поди-сомни эльфийское серебро! Нольда из него доспехи делают - легкие и прочные), замок не поврежден и должен открыться, стоит только раскрыть замок и вытянуть штырек... И снова никак. Встал и пошел к Элли - разбираться - что это такое. Элли я застал за интересным заняитем - она сидела, засунув указательный палец в рот, с закатанным рукавом, и сверлила ну о-о-о-очень нехорошим взглядом свой браслет.
  - У нас, похоже, мысли сходятся, моё сокровище...
  Элли кивнула, вытащила палец изо рта, придирчиво рассмотрела пострадавший ноготь и снова уставилась на браслет, как на птулившегося на руке скунса.
  - Какие выводы? - я присел рядом с девушкой и поднес свое запястье к её, сравнивая браслеты.
  - Парные артефакты, мужской и женский. Времен до перехода. Теоритически уже разряженные. Но! Но... - Элли зло сощурилась, - Но еще ни разу после перехода их не защеткивали на сильных магах!
  - Разница, как я понимаю, существенная.
  - Скорее всего - да, - принцесса замолчала, раздумывая, а я тоже затих, давая ей возможность подумать, - Да. Что могу точно сказать - как-то они работают, но вот как, - Элли усмехнулась и продолжила: - Мы тоже многое потеряли и многое приобрели, Дарр. Как и вы. Как все другие расы. Браслеты действуют теперь по другим принципам, используют другие силы и энергии. Многие артефакты просто тут перестали работать как надо...
  - Например, столбы? Вы же их по-привычке сделали и расставили?
  - Угу. Раньше это была защита, и сильная. Теперь - погоду и растения контролируют. Ну и еще несколько мелких эффектов, несущественных.
  - Например? - мне стало интересно.
  - М-м-м... Секреты хранить умеешь?
  - О да-а-а! - я сделал кровожадное лицо, каким нас обычно изображают люди на картинках.
  
  Элли прыснула и выдавила:
  - Ну очень похож, ага! Ну тогда храни этот - люди, звери, да и все смертные создания рядом с этими столбами живут дольше. Вдвое минимум. Ну и маги 'Воздуха' и 'Жизни' рядом с ними восстанавливаются быстрее. А не-жизнь загибается.
  - Тоже мне тайна! - усмехнулся я, - Да мы это уже давно опытным путем проверили.
  - А столб где взяли?! - возмутилась Элли.
  - Вытащили с краю, рядом с границей, провели эксперименты, а потом обратно вернули! - я поднял обе ладони вверх, видя, что Элли начала возмущаться, и быстро добавил, - Давно уже.
  - Перепроверяли, значит, да? Вам же сказали, для чего они. Маг-рунник под клятвой вам рассказал! Ваши им пять часов вопросы задавали и так и сяк! Целая комиссия была! Ну вы, дроу, и параноики. Ну и перестраховщики! - изумленно вымолвила девушка.
  - Скажи ваши - не такие же! - сделал обиженное лицо я, - Вы ж тоже каждую полученную от нас новость и так и эдак мозгуете. Целая дюжина Высших сидит и думает, 'а что если...'
  - Такие же. Ладно, давай этот спор оставим пока, идет? - со смешком предложила принцесса, а я кивнул, - Твой браслет тоже не снимается?
  - Ни в какую. Намертво заклинило. Крутится на руке свободно, а как за замок берусь, так он словно вцепляется в меня. Словно живой!
  Элли, сердито поджав губы продемонстрировала свой - то же самое.
  - Дарр, у меня вопрос такой... Личный... Скажи честно - ты ко мне как ДО браслета относился? - в лоб спросила Элли, оставив украшение в покое.
  - Хорошо относился, - ехидно ответил я, после небольшой паузы, - Весьма. Часто о тебе думал. Признаюсь, очень хотел встретится наконец-то.
  - Хм... Я о себе такого сказать не могу, прости, - смущенно улыбаясь, призналась эльфийка.
  - Ничего, я это знаю. Ты меня боялась и терпеть не могла. Отцу жаловалась на меня. А уж обиды сколько было, м-м-м....
  Девушка окончательно смутилась и руками развела. Правильно, сам виноват. Спросил Элли, пытаясь понять, когда её отношение ко мне начало меняться:
  - Когда ты меня бояться перестала? И дуться, кстати?
  - Когда поняла, что ты не мировое зло, - показала мне эльфийка язык, а я усмехнулся, - Когда когда тебя ранили ночью, а я спала, разобиженная. Или позже, у хоббитов, разглядев, наконец, в тебе живую душу, а не безликого и бесстрашного воина-дроу. И позже в замке, поняв, что мне без тебя очень тоскливо. Как-то постепенно все случилось, - пожала плечиком девушка, тепло и грустно улыбаясь.
  - То есть после того уже, как браслеты надели? - для верности спросил я.
  - Ну да. А ты?
  - Хор-р-роший вопрос... Правильный такой, - задумчиво отозвался я. А, подумав, ответил: - В твои двенадцать лет, наверное. Ты такая очаровательная тогда была, - подколол я эльфийку, что на меня круглыми глазами смотрела, - А когда на тебя тогда напали, я впервые за тебя испугался. Так сильно испугался, что сам удивлен был. И всерьез взялся за твою безопасность. И как-то постепенно тоже все случилось, - грустно добавил я в тон Элли.
  - Думаешь, браслеты тут не причем? - откликнулась эльфийка.
  - Думаю, все проще, чем нам кажется. Что ответы на поверхности, а мы их ищем в глубине, перебирая камни за пазухой, так же, как дроу и Высшие привыкли искать скрытый смысл в словах и поступках друг друга, моя принцесса.
  Я уселся по-удобнее и, прикинув время по заходящему солнцу, протянул девушке руку, не сводя с неё глаз. Элли приняла вызов, переплетая пальцы с моими. Подтянул её ближе к себе и поцеловал. Осторожно, боясь разбудить чувства, будто целуешь лепесток огня, и получил в ответ благодарную улыбку от девушки.
  - У нас есть несколько противников, давай размышлять - кому из них, и что нужно от нас, раз ничего другого не дано, - подмигнул я ей.
  - Давай тогда ты первый, ладно? Я дополню, если что.
  - Колдун. Странный колдун, скорее всего, человек...
  - Нет, - решительно перебила Элли, - Не может он быть человеком, Дарр. Я о нем нашла неоднократные упоминания лет так за пять тысяч до Разлома. Даже самые сильные маги из людей не живут так долго. Девять тысяч - предел, до которого они могут сохранять свои тела. А тут вдвое больше. И всегда 'Колдун молод', и это подчеркивается.
  - Легенды? Это может бы собирательный образ, либо несколько колдунов, маскирующихся под погибших предшественников, - возразил я, а девушка с явной досадой кивнула, признавая мою точку зрения, - Что этому нужно - ума не приложу. Какие у него цели - тоже сложно понять.
  - Мы о нем слишком мало знаем, Дарр. У меня тоже даже догадок нет.
  - Еще, конечно же, наши Великие Лорды. У этих далеко идущие планы, связанные с тобой. Какие, я не знаю, - предупредил я девушку.
  - Господства во всем мире, зеленых стереть с лица земли, гномов запихнуть по-глубже, что бы не высовывались, людей - рабами в резервации, наших магов - на службу свои целям... Всех лишних - на алтарь, под нож науки, - сморщила она носик, умудрившись при этом довольно пафосно все это изречь.
  - Эм... Ну примерно так, - нехотя признал я, - Еще никто так кратко и внятно не описывал стремления и цели нашего народа... А пока этого достичь не получится - маловато нас, да и в пустынях мы воюем с трудом - нам нужно сохранять мир с другими рассами. И буфер между нами - вы, Высшие эльфы. Какие цели у твоего народа, сколько вас сейчас осталось, Элли?
  продолжение от 01.05.15
  Элли прикрыла глаза, вспоминая, и произнесла уверенно:
  - Пять тысяч четыреста восемнадцать взрослых. Это было на тот момент, как я покинула столицу. Это если и меня считать. Еще три с половиной сотни - младенцы, ну и почти тысяча - подростки. Две тысячи из общего числа - безвылазно живут в Сердце Мира. Шесть с половиной тысяч, если грубо округлить в меньшую сторону. Это все население наших домов, включая и бестолковых, и 'выгоревших', и уединившихся от всех, и тех, кто занимается торговлей, наукой, историей, а так же военных. Активных, участвующих хоть как-то в жизни государства из них примерно восемь сотен. Мне не по себе как-то стало, когда я осознал масштабы проблем, что встали перед Высшими эльфами. Это у же не проблема, это катастрофа...
  - А было изначально? Сто тысяч?
  - Нет, это ты лишка взял... меньше, конечно. Сорок четыре тысячи. Любят у нас ровные числа. Сорок четыре тысячи авантюристов, изменников и предателей родины! - торжественно изрекла Элли и фыркнула, глядя на мои округлившиеся глаза, - А ты как думал? Что нас не проклинали во след те, кто побоялся бросить свой родной мир? Что мы просто вот так мирно ушли, и нас благословили на прощание? Лаур забрала только молодых, полных сил, стремящихся жить. Магов или просто талантливых умельцев, воинов. Исключение - наш первый король, он был очень талантливым организатором, и пришел с детьми, женой и братьями. Целой семьей - Тинвэ Норрэн, 'Кланом Сияющих'.
  У меня все равно не укладывалось в голове - почему их так мало осталось. Наша разведка докладывала о двадцати тысячах последний раз...
  - Скажи, а ваши кланы между собой враждовали после перехода? - Спросил я у нахмурившейся и поджавшей губы девушки.
  - Немного было, на уровне поединков чести, ну или интригами сживали противников со свету. Объединяли дома, ослабив врагов, а чаще - за счет союзов между наследниками. Мы слишком ценим свою жизнь, Дарр. В старом мире мы жили под защитными куполами, разделенные ледяной, неприветливой пустыней. Перемещались только через порталы, стараясь экономить даже магию. Само место жизни не располагало к вражде - выжить бы, - криво усмехнулась Элли, - Вообще, Дарр, мы довольно инфантильны по природе. Если все идет ровно и врагов нет, тысячелетиями ничего не будет меняться. Даже листва будет падать с деревьев по расписанию, заранее предупредив, дабы уберечь эльфов от стресса, - Элли подняла упавший рядом с её рукой кленовой листок, криво погрызенный гусеницей и помохала им, как доказательством.
  - Сложно в поверить, глядя на тебя. Или вспоминая твоих родных. Один Охтар чего стоит! Наверное ваш Дом именно поэтому власть так легко взял?
  - В основном - да. Дед часто говаривал: 'Пока остальные спорят, мы делаем!' А цели моих сородичей... - девушка сердито дернула плечом, - У каждого - свои. А общая цель проста - жить. Дай нам волю, смылись бы на отдельный континент, огородившись куполами и там бы впали в вечный статис, созерцая прекрасное, созданное своими руками.
  - И ты?..
  - И я, наверное. Куда я от сородичей? Остаться с другими 'светлыми' эльфами? Нет уж, спасибо...
  - Ты так говоришь, будто вы уже нашли этот самый 'отдельный континент', - с подозрением спросил я, подавив в себе возмущение тем, что вариант 'остаться с темными эльфами' она в расчет не берет. Не говоря уж о варианте остаться со мной...
  - Только подозрения, Дарр. Только мысли.
  - Твоя мать?.. И та проваленная попытка куда-то переместиться?
  Элли рассеянно кивнула, вертя за тонкую веточку резной зеленый листик.
  - Это хотя бы логично, - нахмурившись, тихо прошептала эльфийка, - Но, может они хотели попасть куда-то, где их ждала битва. Я не знаю, Дарр. Бесовы тайны...
  Девушка положила листик обратно на землю, продолжая смотреть на него, будто бы он может дать ей ответ. Я тоже ответа на этот вопрос не знал. Мы с отцом сами не могли понять - что тогда случилось. Знал другое:
  - В мире орудует очередная секта, Элли. Под нашими носами. Организованная, сильная. При деньгах, связях и разменивающая своих пешек так легко, будто у темных эльфов научились. Набирают рекрутов среди людей, а стоит тем выполнить задание, убивают их. Секта, знающая наши слабые стороны, просчитывающая комбинации с такой легкостью, что мы с отцом заподозрили Высшего эльфа на ключевых местах или во главе. Или дроу, - добавил я весомо, - Тяжело отличить - методы уж больно схожи. Или полукровку... - Уже тише добавил я, - Замок, в котором я тебя спрятал, принадлежал колдуну, именующему себя 'ученым'. Его в свое время наши отцы вылавливали. Может он и ученый, а вот сопротивлялся мощно, чуть моего отца не размазав по скалам. Замок Заката. Мы его давно уже себе прибрали, подлатали и используем. И он там не один раньше был такой.
  - Знаю, у человеческих магов манера такая - выстроить себе замок, или, на худой конец, башню и запереться в ней, окружив себя роскошью и охраной. Сначала бед наворотят, народ против себя настроят, а потом прячутся, боясь за свою жизнь. Человеческие маги попадают в зависимость от магии. Чем долше живут, тем больше ей пользуются. До смешного доходит - воду в стакан не из графина берут рядом, а заклинанием призывают. Забери у них магию и они кинутся в пропасть. Не завидная участь, которой нас стращали в детстве.
  - Я встречал таких в Сердце Мира. Сидит в башне наверху где-нибудь годами. Общается с коллегами через кристаллы. Еду готовят, воду для чая кипятят - всё при помощи магии.
  Элли рассеянно, будто бы мыслями была далеко отсюда, кивнула. Я потрепал её по макушке, возвращая к нашей реальности:
  - Значит, Колдун, очередная секта, Великие Лорды, селестины, светлые эльфы, да еще и Жрицы... Многовато на нас двоих, не находишь? - пошутил я, оскалив клыки.
  Девушка усмехнулась и тоже сделала кровожадное лицо. Получилось не грозно, а скорее, забавно. Но это её совершенно не смутило.
  Разом замолчав, мы сидели, уютно привалившись друг к другу и ждали разведку, обмозговывая ситуацию. Эльфийка в какой-то момент задремала, пристроив голову ко мне на колени, а я перебирал пальцами пряди её золотых волос, наверняка глупо улыбался, и думал, слушая шум леса вокруг нас. Не обращая на нас никакого внимания, и занятый своей Вечной, шумной жизнью, этот лес жил и до нашего прихода, помнил наши первые шаги, первую пролитую эльфами кровь, крик первого дитя, родившегося под защитой его сплетенных крон... Этот древний лес будет жить и после нашего ухода, когда в мире уже не останется нас, эльфов. Кто будет здесь? Люди? Наверное да. А потом и от самого леса ничего не останется, руины наших городов разберут на свои постройки люди, а от нас останутся только пугающие детей и манящие авантюристов в путь легенды и сказки. Я не сказал Элли, но дроу тоже вымирают, хоть и не так стремительно, как они. От шеснадцати изначальных Домов осталось двенадцать. Фактичиски - десять. Первый и Второй практически слились в один. А значит впереди еще одна резня между домами - за теплое место за троном Императрицы. Только дома от Шестого и дальше насчитывают больше сотни взрослых дроу. Двенадцатый дом, самый многочисленный - огромен, но там только две женщины, способные рожать детей. Младшие и ослабленные дома подбирают на улицах то, что бросили другие - слабых, без магического дара или хоть каких-то выдающихся способностей. У них нет учителей, подобных Тордену. Они ничего не добьются, даже если наберут тысячи воинов. Десятку лордов старших Домов при поддержке магов-некромантов достаточно двух-трех суток, что бы уничтожить любой из Домов. Я это сам хорошо все видел, и не раз. А помимо этого, наши женщины заигрались во власть, казня и милуя, игнорируя ценность жизни жертвы для общества, сами убивают и травят друг друга хлеще, чем когда либо. Маги и Великие Лорды стараются держаться от своих остервенелых жен как можно дальше, подсовывая им других - кого не жалко потерять. А в результате -молодняк год от года мельчает, магов все меньше, а родившихся девочек, не жалея сил, прячут до совершеннолетия, натаскивая так, как ни одного другого воина, из страха, что их украдут ослабленные, но амбициозные Дома. Его старшую сестру так тоже украли, младенцем, перебив охрану. А когда она нашлась, то уже была в свите Императрицы. Другое имя, другой Дом, другие цели. Море удовольствий и жестоких развлечений. Так, правда, было всегда... Но последнее время либо он, Дарриэль, отринутый от всего это, смог на это посмотреть со стороны, либо это приобрело такие масштабы, что вышло за пределы Пирамиды. Гадюшник. Родина... Торден уже две тысячи земных лет пытается что-то изменить, как-то создать стороннюю силу, что сможет диктовать свои условия Великим Лордам дроу, и даже он бурчал и жаловался, что едва набрал полную группу для обучения в последних двух наборах. Но если он сможет заполучить кого-то из девочек и перевоспитать, уподобившись другим лордам - победит. И, одновременно, проиграет, став таким же, как они. И Вороны превратятся в еще один Дом.
  Вынырнув из невеселых и тяжких раздумий, я посмотрел на эльфийку и опять улыбнулся помимо воли - свернувшись калачиком, спит наша надежда на мир, примостив златовласую голову на моих коленях. Моя Элли. Будущий великий Архимаг Высших эльфов. Ей уже сейчас достаточно вернуться в Столицу и поднять свое знамя - темно-сапфировый стяг с восьми-конечной серебряной звездой, заключенной в круг, и за древним стягом Тинвэ Норрэн пойдут молодые эльфы, архимаги, магистры... Все, кто её знает, все, кто помнит её отца и брата. Все те сотни магов, которых воспитал за тридцать тысяч лет её дед встанут за её спиной. Пойдут и Высшие, и лесные, и гордые Нольда. И она это понимает хорошо. Я видел эти мысли на её лице, когда она смотрела сегодня на 'их сторону леса'. Понимает так же хорошо, как и то, что вся эта толпа потребует крови. А чьей - и так ясно. Люди, дроу - вот близжайшие враги. Толпа не знает правды, она жаждет мести и действий. Молодые, полные амбиций и азарта маги, не сдерживаемые клятвой Королю - что может быть страшнее этой силы? Первой же волной сметет людей, и Элли не удержит сородичей от этого. Пока не удержит. Нужно время, которого нет. Вмешаются ли боги, как польются реки крови? Вряд ли. Богов уже давно никто не видел. Мы молимся, мы возносим их хвалы, но не верим, как раньше. Лора? Богиня смерти. У нее двоякое отношение к войне. С одной стороны - во время войны в нее сильнее верят, ей поклоняются, её молят о снисхождении... А с другой стороны, с каждым убитым верующим она слабеет - чем меньше последователей, тем слабее бог. Покровительница светлых эльфов и магов, богиня Лаур? Эта богиня вообще будто бы пропала. Хоть и Жрица, прикрываясь божественным велением Лаур, заставила меня надеть браслеты по традициям светлых эльфов, я до сих пор толком не могу разобраться с тем, что мне это дает... Уже полностью стемнело и я тихонечко растормошил эльфийку, пощекотав её ушко. Смешные они у Высших эльфов - маленькие, острые и плотно прижатые к голове. И шевелят они ими... Вот и Элли только ухом дернула, но через пару секунд открыла глаза.
  - Элли, а ты мне можешь сказать, что мне дает то, что я перешел в твой Дом? - спросил я у сонно хлопающей глазами девушки.
  - М-м-м, дай подумаю...
  Элли повозилась, и встала, позевывая и озираясь вокруг. Сфокусировала взгляд на моем лице и, медленно моргнув, заявила сонным голосом:
  - Ну, во-первых, ты, по закону, переходишь в мой дом полностью, приобретая все права и обязанности принца Высших эльфов, - Элли, мельком глянув на мое перекошенное лицо, напомнила, - Вот не надо кукситься! Я тебе это уже говорила! Ты, наверное, просто за своими мыслями не понял - что это тебе дает и чем обязывает.
  Я медленно кивнул и попросил ледяным тоном:
  - Продолжай!
  Элли дернула плечиком, сердясь на мой резкий и холодный тон.
  - Это я на себя злюсь, не на тебя, сокровище моё! - Извинился я перед ней, - Продолжай и не обращай внимание на мои гримасы.
  - Ну тогда ладно, - великодушно отозвалась девушка и потянулась, как кошка, - Еще ты можешь выдвинуть свою кандидатуру на трон, ну или проголосовать на Совете лордов за того или иного кандидата, - я кивнул - тут все понятно, а Элли продолжила: - Но это все только по достижению совершеннолетия, до которого тебе не многим меньше моего. Хотя бывали разные случаи в истории - когда в том или ином Доме не оставалось взрослых представителей или близжайших родственников. Это в принципе, все сторонняя ерунда. Есть главное - по нашим законам ты заново рожденный, знаешь что это?
  Я уверенно кивнул головой, но потом помотал - что именно это значит У НИХ, я не знал.
  - Хорошо, у вас мужчина же тоже при заключении брака может полностью перейти в дом жены, так?
  - Так чаще всего и происходит, хотя редко браки заключаются между представителями разнымх Домов. Но бывает и такое.
  Кстати, в таком случае с него снимаются все старые обвинения. Даже личная месть зачастую аннулируется, но и он тоже не имеет права мстить старым врагам. Ну и все права, что у него были ранее, тоже он теряет.
  - Тут то же самое. Кстати, твоя вражда с Траэлом... Как бы тебе сказать... - Замялась принцесса.
  - Незаконна, - мрачно буркнул я, - Как бы я не желал его уничтожить, нужны будут новые причины...
  - Ну это на бумаге так, Дарр. На деле - сам знаешь, как все это соблюдается.
  Я поднял руку, прося тишины. Девушка достала из поясной сумочки гребень и принялась приводить в порядок волосы.
  Понаблюдав за этим чарующим процессом, я спросил, что бы быть уверенным:
  - Фактически, по законам, я должен именоваться лорд Дарриэль, Старший принц Дома Тинвэ Норрэн? Я теперь Высший эльф со всеми вытекающими от сюда последствиями?
  Эльфийка хмыкнула и стрельнула глазками на меня. И ушки свои маленькие и острые плотно к голове прижала.
  - Что еще? - с шутливой суровостью в голосе спросил я, перехватывая у неё из рук гребень и беря в плен тяжелую шелковистую косу.
  - Ну для этого брак еще нужно подтвердить... Вернее... Мня-я-я-я... Ка бы это сказать-то?.. Факт свершившегося брака. Удачного... - Элли еще и нос в вороте куртки спрятала, и от туда, из ворота, глухо произнесла: - А так как в тебе течет кровь Высших эльфов, то ты с легкостью можешь пока именоваться и так и эдак... Например, моя прабабка была наполовину Нольда, при замужестве она перешла в род Тинвэ. Там обряд отдельный, с применением магии... Я, если честно, до конца этот момент не знаю.
  Я решил пока не комментировать момент с 'подтверждением брака'. И так Элли пытается в куртку целиком спрятаться.
  - Та-а-ак, а по закону у нас три наших ветви вроде как признаны родственными? И по закону же полукровок, ежели такие будут, может принять в род любой старший представитель Дома в присутствии Жрицы, - эльфийка кивнула, - А так оно и произошло.
  - Дядя проморгал этот момент, да и не знал он, что ты полукровка. Он вообще, как ты понял, в политике не очень силен был - его не готовили для трона, а знания были обрывочными. Да и, как отец часто бурчал, Аллорэ как-то больше мечтал, чем учился. Охтар и то лучше был подготовлен, - с болью в голосе произнесла Элли, - Не знаю, понял ли он до конца, как вы с Дэрахом его обскакали!
  - Да я сам только сейчас понял, как мы всех обскакали-то! Точнее - мой отец. И что ты мне пыталась донести все это время - тоже только сейчас доходит... Так, Элли, ты чего?!..
  Эльфийка от меня уползала. Вытянула у меня из рук переплетенную мною заново косу и потихонечку-полегонечку, бочком, переползала по мху, не сводя пристального взгляда хризолитовых глаз.
  - Вот только паниковать - не надо! - Отсмеявшись, напомни ей, - Это конечно все соблазнительно... Очень соблазнительно, - добавил, оценивающе осмотрев уползающую бочком от меня эльфийскую красавицу, - Но не посереть же леса! Да и на условно-вражеской территории...
  Элли, подумав, еще чуть-чуть отползла и возмутилась тихонечко:
  - Ты сейчас себя со стороны, супруг мой, не видел... Бррр... Жуть! Картина маслом 'Упырь почуял кровь!'
  - Не-е-ет, родная! 'Дроу почуял выгоду', - усмехнулся я, а Элли быстро-быстро покивала головой и еще отодвинулась бы, да я её поймал и к себе подтянул за перехлест ремней, - Хотя это где-то близкие понятия, но не паникуй. Доберемся до селестинов, зададим им вопросы, получим ответы... А уже после думать будем - что дальше. Чую я, в Темном Лесу много хвостиков припрятано.
  Элли, сидела, сердито нахохлившись, и молчала. Я чуть-чуть её встряхнул и спросил:
  - Чего молчишь? Напугалась?
  - Нет. Думаю.
  - А вслух можешь думать? Мне тоже интересно.
  - Угу. Жрицы. Наши и ваши. Который день голову ломаю над вопросом 'что им надо'? Да и сами селестины - те еще... Затейники-затворники. Дел натворили и спрятались.
  - О-о-о, вот что нужно этим, вообще никто не поймет! У нас лорды, конечно, с ними 'общаются', да только вот они совсем сон в последние годы потеряли - все думают, что же им, сумеречным, надо-то? Они же молчат и улыбаются загадочно в ответ на все вопросы, или головой мотают, как кони на водопое...
  - Значит не те вопросы задавали. И не так. И не тем селестинам, - тихо рассмеялась Элли, - С нами они вполне разговаривают.
  - А как? - изумился я. - Мы с ними вроде бы нормально общались, но стоит вопрос задать, так всегда от них один ответ - 'не я'!
  Элли в кулачок прыснула и пояснила - где мы ошибались все это время:
  - А так! Задаешь вопрос: 'Кто из сумеречных может мне правдиво ответить на такой-то вопрос'. И они говорят - кто, если нужного селестина среди присутствующих нет. Потом просишь передать свой вопрос нужному селестину, потом ждешь некоторое время и спрашиваешь: 'Не передавал ли для меня такой-то из вас ответа на мой вопрос...' Их ответ вам 'не я' означает, что ответ-то известен, но тот, кого вы спрашиваете, не может на него полноценно, а значит, честно, ответить.
  Пытаюсь осознать этот каламбур, но, кажется не получается, а Элли, усмехаясь, пояснила с иронией:
  - Что, пасует логика? И у нас поначалу пасовала, пока не догадались чисто интуитивно, да и то, посмотрев, как они на факультете в Академии общаются между собой. Они маги 'Разума', Дарр. Способности просыпаются в младенчестве. У них практически, коллективный разум в обществе. Общаются чаще всего мысленно, не экранируя память от сородичей. То, что знает один селестин, знают все остальные. Но ответ даст только тот, чьи это воспоминания. Или тот, кому разрешил ответить хозяин воспоминаний. Как-то так примерно, - развела руками девушка, - По этому их 'не-я' значит 'знаю это не-я'.
  - Да уж... Не удивительно, что мы в тупик с ними зашли. Больше, чем с одним селестином никто из наших вроде бы не общался, - Элли улыбнулась хитренько и кивнула, - И ты знаешь, кому задавать свои вопросы?
  Элли опять уверенно кивнула. И предложила:
  - А ты свои задай-ка Лерни.
  - Ты так уверенна в том, что знаешь мои вопросы?! - я сощурился, разглядывая веселящуюся за мой счет эльфийку. После недавней демонстрации её способностей, начал уже и её подозревать невесть в чем...
  - Нет, не уверенна, - еще шире заулыбалась светлая, - Да только Лерни был дружен с нашими отцами - это раз, и Лерни может знать того мага, кто вас с братом изменил - это два, и этот эльф сует свой нос везде, где есть тайны - это три. Ну и он был единственным селестином, которому строжайше запрещено появляться во Дворце и в Столице - это четыре! Причем запрет один раз снимали, и я вот думаю - а для чего?..
  - А вот и узнаю заодно, - подмигнул я Элли.
  - Учти, он обожает загадки - загадай её ему, и он вцепится, как клещ!
  - Учту.
  Из леса над оврагом раздался тихий свист - на грани слышимости даже для дроу. Я ответил, а замершей принцессе пояснил - 'наши возвращаются'.
   02.05.15, бонус)))
  Торден пришел один - младшие остались караулить патрули. Пришел и шумно плюхнулся рядом, подтянув сумку с провиантом. А мы с принцессой забыли о еде, пока разговаривали, так что на вяленное мясо и сухари накинулись все трое.
  - Ну что там? - не выдержала Элли, которой явно кусок в горло не лез.
  - Да истерика у всех - и у наших, и у ваших! - зло ответил воин, прожевав жесткое мясо и запив его водой из фляги, - На 'Пятачке' уже четыре дня дежурят трое селестинов. Вчера еще двое пришли. Все патрули с умным видом их стороной обходят. А селестины разбили шатер на полянке, нюхают цветочки и вас ждут.
  - Похоже на то, - согласился я, - А еще что?
  - Новости есть, подслушали, но немного. Светлые вроде бы как определили претендентов на трон - одиннадцать аж желающих. Все Высшие эльфы отметились - по одному от каждого из правящих домов, и трое - от Нольда. Совет назначен на первый день следующей весны. До того будет тишина, и правит Совет лордов - назначили из Правящих домов и по одному от каждого из домов Нольда.
  Элли, забывшая, как дышать все это время, шумно выдохнула. Торден, косо на нее глянув, добавил:
  - Это ваши Архимаги выползли из Академии, да напугали всех так, что за месяц все организовалось. Хлеще всех лорд Тиндэрэ злобствовал! Я его аж зауважал заочно - кого-то в статую превратил, кому-то Имение по округе заметал. Войско Нольда, что под стенами замка, говорят, вообще до заикания довел... Одного из их военоначальников в Халифат, говорят, закинул порталом - 'Мозги проветрить', а другого, вместе с охраной, на ледяной перевал - 'остудиться'... он Ректор вроде как ваш? - спросил он хихикающей в ладонь у девушки.
  - Ну да. И мой троюродный дядя. Он вообще-то спокойный, как дубовая роща зимой. Он Нольда на-половину, - пояснила с застенчивой улыбкой девушка, - А их нельзя доводить. Тем более - Архимагов. Тин, конечно, потом пожалеет их, бедняжек... Но обратно не вернет - пока сами не доберутся до эльфийского леса, не извинится. А не доберутся - какие же они воины тогда! - Элли явно дядю-ректора в этот момент передразнивала.
  Торден хмыкнул - вот такие решения - по нему. Я тоже улыбался - знал Ректора лично, и приятно знать, что не только мой загривок от его тяжелой руки пострадал.
  - А ваши - что?
  - А наши... Наши вроде чуть-чуть расслабились в отношении светлых. Я одного из своих 'воронят' порасспросил по-смышленее. Говорит, в Пирамиде заварушка началась, с дракой за теплые места. Ну и лесные эльфы на границе с людьми наконец-то встали кородоном. Что-то там тоже стряслось непонятное.
  - Час от часу не легче! - возмутилась Элли и остервенело вгрызлась в полоску вяленной оленины.
  - Угу, и мне теперь, как вас на руки сумеречным передам, нестись в Академию, - мрачно подтвердил Торден, - Так что бегом сейчас рванем через лес. Выдержишь, принцесса?
  - А куда ж я... - начала Элли, но, под строгим взлядом наставника, быстро проглотила не прожеванный кусок мяса и отрапортовала, - Выдержу, господин наставник!
  - Во-о-от! - довольно протянул Торден, и мы с ним усмехнулись, - Уже лучше. Еще б годик-другой... долгий... и из тебя бы толковый воин вышел! Конечно, до дроу тебе никогда не дотянуть, но что-то вполне терпимое можно сделать...
  - Благодарю... - мрачно протянула Элли, - За трезвую оценку моих способностей, сударь! А за психику личного состава - не боитесь?
  - Неа, не боюсь! - усмехнулся тот, - Наоборот, станет скучно - жду вас с Дарром в Академии. Обоих! - строго сказал наставник, на меня хмуро глянул, и встал, показывая, что разговор окончен.
  Мы следом поднялись и синхронно поклонились наставнику. Это приглашение дорогого стоит, и впервые его получил не-дроу, да еще и девушка. 03.05.15
  Отряхнулись, перепроверили амуницию, закрепив так, что бы ничего не звякнуло и не скрипнуло, и побежали. Все лишние вещи уже с утра были отобраны и припрятаны под камнями, и бежали мы на легке. С собой - только по-минимуму оружие и маленькая плоская фляжка воды с добавленным в нее тонизирующим зельем. Удастся проскочить - хорошо. Не удастся - нам наши вещи ничем уже не помогут, только мешать будут. Кошмары тоже заранее были отправлены глубже в лес, на нашу территорию, и там будут ждать Тордена и его воинов. Элли, как с другом, тепло попрощалась с успевшим привязаться к ней Юри, и никак не желавшему уходить, пока кошмар-вожак Тордена не куснул за загривок хорошенько... Что ж, селестины нас ждут. И ждут, зная, что мы идем задавать вопросы... Еще бы сообразить на бегу - какие вопросы я задам этим загадочным сумеречным эльфам. Да и жутковато как-то осознавать, что я по собственной воле бегу к магам 'Разума'. У меня не останется тайн. Они же все вскроют, все прочтут...
  - Элли, - на бегу спросил я, - А маги разума меня 'прочитают'?
  - Ага, боишься? - ответила на выдохе эльфийка, - Только те, кто выше тебя по уровню силы.
  - Опасаюсь! - съязвил я в ответ, - И много таких?
  - А бес их знает, Дарр! - сморщила носик она, перелетая юркой белочкой через буераки, - Ну в любом случае, это не станет ничьим достоянием, они не раскрывают личных воспоминаний никому и никогда. Вроде как, - 'успокоила' меня Элли.
  От всех мыслей, что крутятся на переферии сознания, становится муторно. 'Вопросы' скачут в голове с такт нашим 'прыжкам', не желая выстраиваться в очередь. На поверхность выполз один, самый главный - 'что, бесы всех сожри, делать?! И как от этого отвертеться?' Но не задавать же селестинам его? А как не задавать, если они тебя 'читают'? Да уж, с невеселыми мыслями я иду к селестинам. Но уж кому, как не этим мрачным затворникам, сбежавшим и отгородившимся от всего мира, меня понять?
  
  4.05.15
Глава 17.
  
  Почти всю ночь напролет мы бежали. Неслись, прыгали, падали, замирая в оврагах, или прятались под кустами и густыми зарослями папоротника по команде одного из младших, бегущих чуть впереди нас. Шлепали по ручьям и даже качественно покормили пиявок в зарослях камыша у крохотного, сплошняком заросшего озераца, уходя с пути очердного патруля, на сей раз - 'светлых'. Повисели, подобно нетопырям, спрятавшись в ветвях раскидистого дуба, росшем обособленно от других собратьев практически на границе со светлыми - его ствол 'поглотил' один из артефактов-столбов, и дуб, сотни лет щедро питаемый магией, разросся так, что был вдвое выше своих собратьев, подавив их. Там мы провисели почти два часа, пока от младших воинов не пришла команда двигаться дальше - Элли, крепко привязанная к толстой ветке, смогла отдохнуть. Девушка не бурчала, но смотрела на нас так выразительно, что мы с Торденом, вспомнив её недавнее 'как летучие мыши вниз головой спать научусь', едва удержались от ехидных коментариев. Торден закусил перчатку, перехватив эту привычку глупую привычку у девушки, а я, чтобы не фыркать, занял челюсти рукавом...
  А потом опять бег по лесу, вдоль границы - тут уже был промежуток между патрулями, но в него еще попасть нужно. Нас спасало только то, что патрули дроу и светлых эльфов старательно обходили друг друга стороной, глядя преимущественно в сторону и презрительно фыркая. Легконогая эльфийка неслась на равне с нами, упорно сцепив зубы, но приходилось зорко следить за ней - эта упрямица, как я уже понял, могла идти на пределе сил, не жалуясь и не возмущаясь, а о том, что она выдохлась, мы бы поняли, лишь когда она свалится без сил. К рассвету с обоих сторон от нас послышались предупреждения - 'на месте'. Торден снизил скорость и направляемые младшими, мы направились к 'Пятачку' уже не таясь. Патрули тут не ходили, предпочитая держаться по-дальше от лагеря селестинов.
  - Патрули удрали, а мы - прем, - словно прочитав мои мысли, мрачно произнес Торден, разглядыавая шедшие им на встречу три закутанные в темные одежды фигуры. Еще двое селестинов остались в лагере и стояли рядом с нарядным темно-синим шатром, что селестины разложили на полянке. Младший и Шестой бесшумно появились из густых зарослей молодых дубов и заняли позиции по бокам от нас. Вид у обоих воинов был потрепанный - это мы бежали по прямой, а они рыскали зигзагами, направляя нас и проверяя дорогу впереди.
  - Хорошо сделано, - похвалил их Торден, осмотрев своих 'воронят'. Те вытянулись в струнку и приложили кулаки к груди. Хотя сами с приближающихся селестинов подозрительных глаз не сводили, и были похожи на настороженных тигров.
  - Ну что, принцесса, давай прощаться до поры? - Насмешливо спросил наставник у девушки, и неожиданно рявкнул с перепугу, бросив на Элли нервный взгяд, - Так, только не реветь!
  - Не буду, - ответила принцесса, и подозрительно носом шмыгнула.
  - А чем сейчас занимаешься?!
  - Скучаю уже по вам, сударь! - усмехнулась моя язва.
  Селестины подошли на расстояние в десяток шагов и синхронно, как один, поклонились. Мы им в ответ тем же ответили. Как можно более учтивее. В центре стоял, конечно же, Лерни собственной персоной. Еще и улыбался нам, как дитё конфете... Я резко оборвал поток мыслей, так как этот невыносимый селестин еще и радостно покивал в ответ на них. Читает? Головой помотал, на Тордена кивнул и на носки своих сапог покаянно глаза опустил. Угу, верю! Тот руками развел.
  Торден, глядя на нашу пантомиму, хмыкнул. Элли, кинув быстрый взгляд на меня и Лерни, подошла к Тордену, и, задрав голову, снизу вверх на него посмотрела.
  - Ну, светлая, ты приглядывай там за ним, ладно? - хитро улыбнулся наставник.
  - А ты за своими присматривай - хорошие воронята. Спасибо тебе за них, Торден, наставник Воинов, - с грустной улыбкой отозвалась она.
  Торден, заметно дрогнув, положил ладони на плечи девушке и чуть сжал. А Элли, наплевав на чины, обняла опешившего от такого воина. Лицо у Тордена, сначала застыв каменной маской, разгладилось и он усмехнулся, пробормотав в мою сторону 'светлые, что с них возьмешь?..', но девушку приобнял за плечи одной рукой, а второй макушку ей въерошил, как одному из своих мальчишек-воспитанников. Младшие смотрели во все глаза на эту картину, да и я, признаться, тоже был удивлен. А уж селестины вообще замерли, приоткрыв рты.
  
  04.05.15.
  - Ну бывай, принцесса-Солнце. Помни - жду в гости, - строго напомнил наставник воинов и отстранил от себя сияющую девушку, - Вот и вправду, Солнышко эльфийское!
  Торден отошел на пару шагов, склонив голову на бок, залюбовался эльфийкой. А девушка, вытерла выступившие-таки слезы и позвала:
  - Младший!
  - Ришас, принцесса, Одинадцитый Дом! - отозвался, улыбаясь, наш болтун.
  - Ришас, не забрасывай медитации, хорошо? Магом не станешь, но дольше проживешь, - пошутила девушка и протянула ему руку. И крепко, как друзья, пожали руки - взявшись за запястья друг друга.
  - Шестой? - позвала Элли, обернувшись к юному воину.
  - Арсаэш, принцесса, Шестой Дом! - Улыбаясь, отозвался юноша.
  - Арсаэш, я очень надеюсь, что когда мы вновь встретимся, мне больше не придется прятаться под потолком, что бы твою игру на флейте послушать! Там, кстати, пыльно и слышно не очень-то хорошо, - подколола она юного воина. Тот пожал плечами и тоже руку девушке пожал.
  Воины отошли к наставнику и поклонились. Я взял печально улыбающуюся Элли за руку, и мы, склонив головы и прижав кулаки к груди напротив сердца, ответили им воинским приветствием.
  Секунда, и три тени бесшумно, как ночные волки, исчезли в густом подлеске. Мы с Элли, переглянувшись, обернулись к тактично притихшим в сторонке селестинам.
  Лерни на правах общего знакомого, размашистыми шагами, выдававшими волнение мага, подошел к нам.
  - Ну вот это было... да-а-а-а... - Протянул довольный селестин, сияя на нас фиолетовыми глазами, - Вот это...
  - Повторяешься, Лерни, - отдернул его второй маг разума,- И, кстати, это не вежливо...
  - Так вот начинать разговор! - закончил уже третий.
  - Да ладно вам! Вы что, не поняли! Это же такой исторический момент!!! - возмутился Лерни.
  - Да ладно! А мы вам, случайно не... - начала Элли.
  - Ой, Эллени, прости! - спохватился Лер, - Вы нам совершенно не мешаете!
  - Эммм... - протянул я, устав уже головой вертеть.
  - А, Дарриэль, ты тоже не мешаешь! - 'Извинился' Лерни.
  Второй селестин, что стоял справа от их знакомца, презрительно фыркнул и, стрельнув на Дарра глазами, 'извинился':
  - Это я не вам, лорд Дарриэль! Меня Дорант зовут. А то Лерни от радости поплыл...
  - Да я понял...
  - Ле-е-е-ер, а можешь ко мне в голову не лезть?! Ты же мне обещал! - Элли зло поджала губы и сердито на профессора уставилась.
  - Ну так инересно же, как ты вообще...
  - А ты спроси по-нормальному... - перебил его Дорант строго.
  - Ага, совсем уже... - кивнул третий селестин, разглядывавший с любопытством принцессу.
  - Я сейчас ка-а-ак заору... на кого-то. Самыми нехорошими словами! - предупредила Элли.
  - Меня Мэйстирэ зовут, - широко улыбаясь, ответил этот 'кто-то'.
  - А я добавлю, - щедро предложил я, поближе к себе подтянув нахохлившуюся принцессу.
  - Ого!
  - Поняли!
  - Отстали!
  Селестины разом, как один, кивнули и с уважением на меня посмотрели. Лерни, спохватившись, жестом радушного хозяина указал нам на шатер.
  - Эм-м-м... Элли, мы идем? - спросил я, уже не столь уверенный, что нам НАДО к селестинам.
  - Угу, - отозвалась сердито Элли, не сводя глаз с Лерни, - Сейчасссс! Она это 'сейчас' настолько ласково произнесла, что я даже сочувствием к попавшему под горячую руку принцессы магу проникся.
  - Йяй! А вот это было грубо, Ваше Высочество! - Дернулся чем-то обиженный Дорант, - Лерни, ну ты что, не видишь - девочка выросла!
  Лер, закусив губу, отмахнулся. Они с Элли, как два кота по весне, стояли друг напротив друга, а селестин Мэйстирэ пожаловался, причем почему-то мне:
  - Ну все, началось! Лорд Дарриэль, может вы их расцепите?
  - А чем они сейчас заняты? - с долей интереса спросил я - так, скорее из вежливости.
  - Да Лерни продавить пытается. А Эллени его в ответ эмоциями жмет, да так качественно! - Селестин улыбнулся и добавил, - И Дорант попал за компанию - полез посмотреть. Это для нас нормально, не удивляйтесь, лорд Дарриэль.
  - А вы?..
  - А я что, псих - к магистру в голову лезть? - еще шире заулыбался тот, и, подмигнув мне, обратился к Элли: - А вот Лерни проспорил, кстати! Дарриэль не читается. Только эмоции, а мысли - заблокированы наглухо!
  
  6.05.15
  - Да, Лер! Проспорил, - заулыбался Дорант.
  Селестин, уже совсем белый, как снег, сердито дернул уголком рта.
  - Сдаешься? - спросил его Дорант.
  - Ла-а-а-адно, сдаюсь! - расслабился Лер и руки поднял.
  - Вы еще и спорили на нас... - изумилась Элли, переводя дыхание.
  И опять эти черноволосые эльфы по-очереди заговорили - один начинает, второй подхватывает, а третий заканчивает:
  - Ну чем-то нужно было заняться - мы вас уже пол-года ждем...
  - Как Дарриэль в Академии побывал, и брата своего принес...
  - Так я домой телепортировался, и вас дожидался. Прикинул по времени отъезда из Столицы, и несколько дней запаса взял, - закончил Лерни.
  Остальные двое селестинов, повернулись и пошли к шатру. Дорант что-то отчаянно жестикулировал руками, а Мэйстирэ ему кивал головой. У меня в висках начала пульсировать тупая боль. Кто-то упорно пытается читать?..
  - Ле-е-ер-р-р-рни!!! - Прорычала принцесса, заметив мою гримасу, - Мы сейчас как возьмем, как развернемся и пойдем с Дарром обратно! А ты тут тихо будешь звереть от неудовлетворенного любопытства, согласен?!
  Селестин, изобразив грустные собачьи глаза, кивнул. Боль тут же отпустила. Вот же бесы... И как с ними разговаривать?! Как вообще светлые с ними общаются? Записками? Элли с сочувствием на меня посмотрела и тихонечко прошептала:
  - Сейчас у них чуть-чуть состояние стабилизируется после встречи, и легче пойдет. Не переживай так. Это из-за того, что они разом Тордена и младших 'словили'.
  - Это ты вовремя предупредила, моё сокровище! Я уже думал, как бы от них удрать!
  Элли, мягко пожав мою руку, которую так и не выпускала, успокоила меня:
  - Не надо. Они сейчас обменяются впечатленимя - те двое, что у шатра, специально к нам не подходили - выровнять состояние встречающих, смотри сам, - предложила эльфийка.
  Я и посмотрел, своим глазам не веря: по мере приближения к шатру менялась походка 'встречавших' нас селестинов, лица успокаивались и жесты становились плавнее.
  Еще минута, в течении которой мы стояли чуть в сторонке, и Лерни, уже спокойно, с совершенно другими интонациями, обратился к нам:
  - Элли, ты меня прости, ладно? Это я от вашего Тордена заразился наглостью. Очень напористый дроу.
  Элли кивнула и показала пальцем на меня. Лер послушно принес и мне 'извинения':
  - Дарр, ну ты теперь понял, почему я с тобой тогда не согласился при других эльфах общаться?
  - Да понял уже, - я двольно раздраженно ответил селестину, - Мог сразу сказать?
  - Ну так было бы не интересно, - чуть-чуть, уголками тонких губ улыбнулся Лерни, - И ты бы сюда не пошел тогда, так?
  - Вынужден признать - да, не пошел бы.
  Лерни, широко улыбаясь, развел руками, а Мейсрирэ, бросив полный укора взгляд на Лерни, откинул плотный полог, и мы, нагнув головы, зашли в уютный шатер, в центре которого тлели угли в металлической чаше, распространяя нежный и легкий аромат благовоний. Уселись на расстеленный ковер, а Элли еще и пару нарядных, но жестких и тяжелых подушек подгребла к себе под локоть. Мэйстирэ, повозившись у жаровни, разлил ароматного травяного настоя и раздал чашки - сначала мне и принцессе, а потом своим. Та пара селестинов, что не представилась, в шатер не входила. Заметив мой пристальный взгляд, Лер пояснил спокойно:
  - Те двое пошли с охраной границ договариваться, что бы нас на закате пропустили. Мы-то спокойно ходим, а вот вас не пустят Стражи леса, если не предупредить. Ну и вам придется что-то оставить им в подарок, думайте - что.
  Элли, вальяжно, как кошка, устроившаяся на подушках, указала на бантик-ленточку на своем ботинке, пояснив мне:
  - Стражи эмоциями питаются. Мало с ними договориться, нужно еще и 'покормить' вкусненьким. А вкусное для них - эмоции.
  - Ты точно первый раз у селестинов? - спросил я.
  Элли кивнула. И начала отрезать кинжалом кусочек затрепанного бантика.
  - Она от меня о стражах знает, Дарр. Я ей в детстве про них часто рассказывал, - отозвался Лерни, - А что ты можешь предложить им?
  - Это должна быть памятная вещица. Не важен размер, важно, что бы с ней были связаны какие-то воспоминания. И лучше - очень хорошие, - встрял Дорант.
  Я задумался. И посмотрел на перчатки. Их мне старший брат подарил. А с другой стороны... Хорошие эмоции? Тогда у меня есть только то, что связанно с Элли. Селестины следили за мной, замерев. Чуть грустно улыбнувшись, полез за пазуху и вытащил медальон - невзрачный серебряный медальон-тайник на крепком кожаном шнурке. Обычная безделушка, в каких обычно хранят локон любимой, портрет или еще что-то подобно-сантиментальное. Подцепив ногтем замочек, открыл и бережно вытряхнул на ладонь маленький белый цветочек с острыми лепестками - звездоцвет. И кусочек тонкой серебристой ленточки. Элли, замерев, подняла на меня мерцающие золотым и зеленым глаза. Лерни, сглотнув комок в горле, отвернулся, не в силах справится с нахлынувшими эмоциями.
  - Дарриэль... Оставь цветок. Достаточно ленточки. Так ты навредишь стражу, не надо! - пробормотал Мэйстирэ севшим голосом.
  Я на них не смотрел. Даже замечать селестинов перестал. Все вдруг стало не важным, мелким в сравнении с тем, что я видел перед собой. Глаза моей эльфийки. И целый мир в них. Элли встала с подушек и подобралась, не сводя взгяда с моей ладони. Протянув руку, нежно, как хрупкой снежинки, коснулась цветка, провела пальцами по моей ладони. Селестины, мелькнув тенями на переферии зрения, ушли. Прошелестев, раздвинулся и закрылся плотный полог шатра, отсекая який свет первого летнего дня.
  - Дарр, - прошептала девушка, - Это... Самое хорошее воспоминание?
  Я кивнул, глядя на цветок. Не подымая глаз - боясь посмотреть на неё, как ночная птица на солнце...
  - Да. Тот день, когда я понял, что мы теперь можем быть вместе, Элли. Когда я впервые взял тебя за руку.
  - В тот день я вела себя ужасно, Дарр! Как капризная избалованная девчонка, - еще тише прошептала она.
  А я улыбнулся широко и тряхнул головой, глядя на хрупкий цветок. Белая звездочка на моей черной, как уголь, ладони. Зачарованный, он не завянет и тысячелетия спустя. Да, он не больше не пахнет, и один из лепесточков был смят - это я его неаккуратно подхватил, вытаскивая украшения из перепутанных волос крепко спящей эльфийки. Я не понимал тогда - почему поддался порыву и спрятал этот цветок в найденый в секретере её комнаты медальон...
  - Именно, как девчонка - маленькая, смешная... Но в тот день, впервые за долгие годы я был спокоен за тебя, понимаешь? Элли, бережно взяла с моей ладони звездоцвет и убрала его обратно в раскрытый медальон, погладив пальцем, будто крошечное живое существо.
  - Кажется, понимаю, Дарр...
  Она взяла неказистое, но драгоценное для меня украшение, села рядом и надела мне его обратно на шею. Так осторожно и робко коснувшись моих волос, что я закрыл глаза, вздрогнув. Поймал её ладошки, замершие, едва коснувшись, на моих плечах, и сжал их.
  - А ты понимаешь, что я две сотни лет мечтал быть рядом с тобой, маленькая моя принцесса? Как наваждение, как сон о сне, как болезнь - желание быть рядом. И тут ты - со мной. Живая, настоящая, - усмехнулся я, не открывая глаз, - Сердитая, взбалмошная, разобиженная, и упрямая до невозможного. Я с ужасом ждал, что ты сломаешься, что сорвешься и пошлешь меня и телепортируешься куда-нибудь к бесам на именины...
  Элли тихо рассмеялась и уткнулась носом мне в шею. И уже от туда с неверояным ехидством произнесла тихонечко:
  - Сначала я была слишком зла и обиженна, что бы соображать! Потом вообще-то я так и собиралась сделать, но решила, что ты меня, как кутенка скрутишь, прежде чем я смогу куда-то перенестись, - я кивнул - сам видел, как принцесса, зло сощурившись, явно раздумывала - куда сбежать, - А потом... А потом я повзрослела, наверное. Ну и не хотелось уже никуда. Без тебя.
  - Дарр, - позвала она, - Я...
  Я быстро приложил пальцы к её губам и предупредил, прижавшись щекой к теплой, пахнущей солнцем и лесом золотистой макушке:
  - Тшшш... Не надо, не говори, моё сокровище, я знаю это. И я - тоже...
  Элли кивнула и обратно носом зарылась в мои волосы, растрепавшиеся во время бега по лесу. Я прикрыл глаза, наслаждаясь столь редким для нас с ней моментом тишины. Селестины, отделенные от нас лишь тканью шатра, хранили молчание. Оно и понятно - для них естественнее обмен мыслями и эмоциями напрямую. Наверное, это довольно удобно.
  
  
Глава 18.
  
  Когда селестины повели нас к границе, я, к стыду своему, был вынужден признать, что очень мало знаю собственно о 'Темном Лесе' и его обитателях. Впрочем, как и все дроу. Слухи, версии, предположения... Знал, что вдоль всей границы леса селестинов, как пограничные столбы, растут Черные Дубы, что ближе, чем на восемь сотен шагов к Границе приблизится проблематично, а ближе - опасно для разума... Не разу еще меня судьба сюда не заносила, и я, как и все, мог только строить версии по поводу природы Границы селестинов. Мы искали артефакты, скрытые заставы с прячущимися там магами-ментальщиками, природные источники 'безумия'... А на деле Стражами Темного Леса оказались те самые гигантские Черные Дубы, росшие, со слов Лерни, на расстоянии ровно в триста шагов друг от друга. Эти исполины возвышались над густой зеленой дубравой подобно шпилям господского замка над городом, приковывая взгляды и заставляя невольно сбавлять шаг, рассматривая древних красавцев, вызывая трепет и уважение одним своим видом даже издали. Словно живой строй стражников в тяжелой броне, эти исполины уже много тысячелетий стояли вдоль всей границы Темного Леса. Когда только селестины отселились сюда, начав осваивать эту часть Эльфийского леса, их маги заметили, что рядом с Черными Дубами все живые существа начинают нервничать, и даже полу-разумные бестии обходили небольшую рощу на 'Пятачке' стороной, избегая Темный Лес. Века экспериментов, магических изменений и вот - Граница, вселяющая ужас во всех носителей разума. Вдоль границы не росли другие деревья, и только приземистый самшит и густые заросли ежевики заполняли пространство между дубами, да и они стелились, жались к земле, словно тайком тут росли, радуясь, что на них не обращают внимание грозные хозяева этих мест. Много было желающих нарезать для поделок тысячелетнего самшита, или полакомится той еживичкой... Все потом в лечебнице годами нервы лечили... Некоторым даже это удалось. В смысле, нервы вылечить... Даже сейчас иногда находятся смельчаки - чаще всего лесные эльфы по юности на спор пытаются принести ежевики с Границы Темного Леса, считая это за подвиг. Иногда их тела находят, но чаше всего - нет. Животные, что живут вдоль границ, быстро сообразили, что тот, кто идет, озираясь к этим зарослям, обратно уже бежит не разбирая дороги и с диким воплем, в котором уже нет ничего от опасного разумного двуногого, и бегут они до тех пор, пока не падают без сил, становясь законной добычей обитателей леса.
  Обычно Черные Дубы не вырастают выше своих собратьев, заполняя собой овраги и неглубоки распадки, их много в лесах дроу, да и в Светлом лесу их можно найти, если хорошенько поискать. Но то обычные растения, не обладающие такими свойствами, как Стражи. Их пугающие, мрачное название дало им сочетание темно-серых, почти черных стволов и темной глянцевой листвы с острыми уголками. Высшие эльфы вообще довольно незатейливо называют растения, просто языки их таковы, что звучит это для людей загадочно. Морн Дорон. Черный дуб.
  Мы подходили к границе и я на своей шкуре ощущал - какого это, быть маленьким муравьем, которого разглядывает огромный великан. Без злобы, без ненависти. Ждет и разгялывает. Не глазами, нет. Но чувствовалось это так, будто они на нас смотрели. Два молчаливых селестина, что до того нас встречали у шатра, теперь стояли между двумя черными великанами, поджидая нас. Быстро прикинул высоту дубов... Получается, что широко и вольно разросшиеся макушки, сросшиеся в вышине над проходами, вознеслись над землей на высоту около двухсот футов! Не всякий замок так высоко строится! И словно в подтверждение моих мыслей шедшая рядом со мной Элли благоговейно прошептала:
  - У нас центральный шпиль на Академии такой же высоты...
  - А замок Военной Академии почти вдвое ниже... - согласился я, невольно понизив голос.
  
  08.05.15
  - Неверояно! Лерни, они продолжают расти всю свою жизнь? Ведь дубы растут только первые лет пятьдесят-сто. А эти? - тут же накинулась на друга принцесса с расспросами.
  Лерни, шедший на несколько шагов впереди, бросил через плечо:
  - Всю свою жизнь, но довольно медленно. Когда их только пересадили - намучались с ними, пока не поняли - что им надо. Потом, лет уже через пятьсот они стали самостоятельными. И тысяч десять, как обрели свой... пусть будет - 'разум'. Ну вы сами, наверное, уже почувствовали их внимание...
  - Раз болтать начали, то точно почувствовали, - отозвался шедший слева от нас с принцессой Мэйстирэ.
  Дорант, шедший справа, подмигнул нам и спросил:
  - Как ощущения?
  - Как будто я ма-а-аленькакя лягушечка, а меня сейчас будут изучать шальные первогодки-целители... - шепотом выдала принцесса с лукавой улыбкой, - Новое и необычное чувство. А у тебя как, Дарр?
  - Как перед табуном чужих кошмаров. И вроде бы они сыты, и вроде бы не должны бросится, и табунщики - рядом, и опасности нет, а что-то свербит...
  Селестины хором прыснули, а Лерни затребовал 'поделится впечатлением', но Элли не согласилась пустить его в свой разум, предложив развивать загибающуюся без подкормки фантазию. Лер грустно вздохнул и на меня умоляюще уставился. Никак не сдается этот мозгоправ - все норовит меня прочитать, но уже осторожнее, чем вначале. Но и эти осторожные вмешательства заметны - будто волосы на затылке прохладный ветерок перебирает. Пойманый на этом Лер лишь руками разводит и извиняется искренне. До следующего раза.
  И ведь знает, зараза, что ему никто ничего не сделает! Хотя обидеть его довольно сложно - Элли объяснила, что хоть и магия разума на меня не действует, но в арсенале этого якобы легкомысленного, а на самом деле 'немного сошедшего с ума', архимага, есть еще и все заклинания стихий - и темные и светлые. И за последнюю тысячу лет не нашлось не одного достаточно отчаявшегося мага, рискнувшего бросить ему вызов. Да и у наемных убийц тоже не особенно получалось незамеченным подойти к нему хотя бы на расстояние выстрела.Чаще всего таких неудачников находили мертвыми с безумным, остановившемся взглядом и кровью, пошедшей изо рта и ушей.
  Старший брат рассказывал, что как-то Лерни, бывший у него с деловым визитом, вздумал 'погулять' по самому злачному району Сердца Мира - Городу Нищих. Стража, третью состоящая из дроу, туда не заходит никогда и ни при каких условиях, а Лерни - пошел, а потом долго жаловался, что улицы были пустынны. Выяснилось позже, что люди просто уходили с дороги, загодя чувствуя опасность. Захлопывались ставни, запирались двери, люди прятались по подвалам, и даже бродячие собаки и кошки сбегали с пути мага. Улица, по которой боялись ходить даже орки, да и несколько соседних, столь же злачных, опустели и затихли. А ожили лишь спустя полтора часа после ухода раздосадованного селестина. По Городу Нищих в тот день прокатилась небывалая ранее волна самоубийств. А все из-за того, что гуляющий там Лерни был сильно огорчен и печален.
  Понятно, что если Лерни захочет меня продавить, он размажет мой мозг по черепной коробке, но не сделает этого - не так много в этом мире тех, с кому ему интересно. И мы с Элли в числе этих счастливчиков. А значит - в безопасности.
  - Дарр, тебе какой больше нравится? - вырвал меня из раздумий голос принцессы.
  Мы как раз вышли из под сени Светлого леса и стояли на опушке.
  - Дуб? Ну тот, что слева... - предположил я. Почему-то мой взгляд приковывал именно это дерево, да так, что я не мог взгляда отвести, как ни старался. Рядом с ним застыл, касаясь ствола ладонью один из селестинов.
  - А меня, кажется, зовет тот, что справа, - в голосе Элли была смесь изумления и любопытства.
  Вот когда у светлого эльфа такой восторженный голос... Хуже только вопрос: 'А если эти два вещества смешать и нагреть?...'
  - Элли, давай без экспериментов, ладо? Вешаешь, как и сказали, на кору бантик и идешь дальше по команде! - предупредил я строго, хотя излишне торопливо.
  Лер фыркнул и спросил:
  - Дарриэль, ты это Солнечному эльфу говоришь, да?
  Элли, не сводя завороженного взгляда с исполинского дерева, медленно кивнула.
  - Я о-о-очень надеюсь, что одно милое солнечное дитя меня услышит... Элли?
  - А? - Элли моргнула и на меня уставилась с восторгом, - Дарр, ты хоть понимаешь? Оно разговаривает! Ну что-то вроде того, - взмахнула рукой эльфийка, - И оно - он. Ну в смысле, мужская особь... Интересно так...
  - Элли, солнышко, а давай тебе будет интересно с ТОЙ стороны границы, хорошо? - я слегка занервничал.
  - Хорошо, - послушно отозвалась моя принцесса. Слишком поспешно для принцессы, слишком послушно для магистра...
  Лерни хмыкнул. Два других селестина с лукавыми улыбками переглянулись. Я набрал по-больше воздуха и произнес на одном дыхании:
  - Магистр Элениэль Аллиан Гэлторн Тинвэ Норрэн! Ты сейчас пройдешь Границу без всяких экспериментов, без каких-либо лишних действий, и уже по ту сторону границы, под присмотром селестинов, если они согласятся, будешь изучать так заинтересовавшее тебя явление, - я перевел дыхание и спросил у враз посмурневшей девушки: - Даешь слово?
  - Даю слово! Но это, Дарриэль, младший принц Дома Тинвэ Норрэн, не честно с твоей стороны! - насупилась Элли.
  Лерни, опередив меня, сказал с ехидтвом:
  - Зато это правильное решение, Ваше Высочество!
  Элли сердито фыркнула и коротко кивнула. А мне спокойнее не стало. Да, Элли теперь не полезет изучать Стражей... Но что она выкинет?.. Элли, бросив разочарованный взгляд на дубы, тяжко вздохнула и попыталась меня успокоить:
  - Дарр, не надо переживать, я поняла ваши с Лерни предупреждения. Я, как послушная эльфийка, просто пройду. И никаких экспериментов не будет! - Добавила она, глядя на то, как у меня, да и у селестинов тоже, поползли брови вверх,
  - Нет, я не шучу! Я не ментальщик, но чувствую, что Стражи очень опасны. И что голодны - тоже ощущаю. Так что у тебя нет поводов тревожиться.
  Я медленно выдохнул. Как оказалась - не я одни. Лерни тоже заметно нервничал.
  Мы разбились 'на пары' - Мэйстирэ пошел со мной, а Дорант - с Элли. Лерни шел между нами. Получилась цепочка: я, три селестина между нами и Элли. Ну и по одному магу-ментальщику около древ. По мере приближения я помимо воли напрягался - изучающий меня взгляд, казалось, уже рассматривает, нежно перебирая, мои внутренности, заглядывает в мысли. Бросил быстрый взгляд на Элли, она тоже сбилась с легкого размашистого шага и семенила, гордо задрав подбородок. Лицо ну о-о-очень спокойное - хоть сейчас статую с нее ваяй. Если у эльфа такое лицо, значит он очень сильно возбужден. Хотя мое, наверное не лучше.
  Когда поравнялся со Стражем, оказавшимся вблизи действительно больше похожим на башню, чем не на живое дерево, по команде Мэйстирэ вложил свой дар в глубокую складку на коре. Маг, стоявший около ствола, поднял вверх хрупкую ладонь, прислушиваясь к своим ощущениям. Я ждал, когда можно будет отсюда уйти. Несколько секунд тишины взорвал резанувший по нервам вопль Лерни 'БЕГОМ!!!'
  Я рванул с места, и сам ощутив ЭТО. Дубы, мелко содрогаясь, зашумели, на нас градом посыпалась древесная труха, сухие ветки и прошлогодние желуди. Было похоже на начинающийся ураган с градом - где-то с далекой вершины пошел гул, нарастая и оглушая нас, стоящих внизу букашек, хотя не было даже намека на ветер. Срываясь с места, успел краем глаза заметить, как мое подношение, мелькнув серебристой искоркой, исчезло, поглощенное наплывом коры. Визг Элли заставил извернуться в прыжке и припасть к земле: девушка неслась, едва касаясь земли ко мне, перепрыгнув в прыжке Лерни, что сидел, прижав к земле ладони с закрытыми глазами. Вот около него мы и встретились. Цапнул её за протянутую руку и развернув в нужную сторону, толкнул впереди себя. Девушка сообразила и понеслась, придерживая капюшон кожаного плаща - крохотные желуди, падая с высоты в сто-двести футов, быбивали куски дерна, сшибали даже крепчайшие самшитовые ветки... Вокруг летали куски ежевичных ветвей и остро пахло сочной дубовой листвой. Принцесса неслась в мешанине обломков и и листвы дикими прыжками, перелетая с кочки на кочку, как очумевшая белка. Мне даже завидно немного стало, хоть я и понимал, что эти её полеты - результат бесконтрольно примененной магии - реакция на испуг.
  Отбежав на приличное расстояние и вылетев на опушку обычной дубравы, мы оба резко остановились. Подбежал к Элли и торопливо оглядел - пара царапин на лбу и на кончике носа ссадина. Больше страха было. Элли делала то же саоме - с тревогой меня осматривала.
  - Шишка на затылке, - признался я встревоженной эльфийке, - Дожили! Только никому не говори, что у лорда дроу шишка на затылке - решат, что кто-то со спины подкрался...
  - А ты никому не говори, что магистр-стихийник визжал, как девчонка, испугавшись желудей, - нервно улыбнулась Элли, оглядываясь назад, - Что там у них случилось, как думаешь?
  - Да что бы я знал, что у них там не так пошло.
  Элли влезла ко мне под руку, тесно прижавшись - её всю колотило после пережитого. Я тоже оглянулся. Деревья и не думали успокаиваться, продолжая атаковать желудями на стоящих внизу селестинов. Лерни так и сидел между Стражами, уже изрядно присыпанный, а остальные, по двое, прижимали руки к содрогающимся деревьям.
  - Дарр, а давай еще чуть-чуть отойдем, а? - жалобным голосом предложила Элли, - Мне как-то нехорошо...
  - Да мне как-то тоже. Но и вглубь без сопровождения нас, если помнишь, просили не соваться. Страшно?
  - Нет. Да. И... Я не знаю, Дарр. Это не страшно, это как-то настолько странно... Страж, когда я его коснулась, начал дрожать. Кора шевелится начала, будто он пытался мою ладонь схватить... А потом он съел ленточку... Взял и съел.
  - А завизжала - когда? Когда он ленточку... эм-м-м... съел?
  - Когда желудь в лоб влетел. До этого было страшно, но интересно, а тут неожиданно как то. Я голову подняла вверх, и ровно так, в лоб получила... - со смешком призналась Элли.
  Селестины, больше напоминавшие леших, чем эльфов, пятясь, начали отходить от дубов, не обращая внимание на царящий вокруг хаос.
  - Не справляются, - мрачно констатировала сжавшаяся Элли у меня из подмышки - только исцарапанный любопытный нос из-под плаща торчал, - Сейчас, скорее всего, будут объединять разумы и давить впятером.
  И действительно - маги осторожно, прикрывая макушки руками, подошли к кучке мусора и листвы, выросшей на месте
  Лерни и, отряхнув с него мусор, коснулись ладонями своего старшего Архимага.
  - Удобно стоим, на возвышении...
  - Угу, - отозвалась девушка, отказываясь выползать из укрытия.
  - Тебе видно?
  - Угу... Сейчас еще будет интереснее, и лучше бы на быть отсюда как можно дальше...
  Маги, все разом, что-то начали петь на своем языке. Плавное и тягучее, с повторяющимся однообразным мотивом. Я с трудом понимал их наречие, но выхватывал отдельные фразы. Что-то о ночи, покое, тишине и... Попытался вслушаться - мотив был простой, незатейливый, но запоминающийся... Звал, просил подпеть... Будто бы знакомый мотив...
  Элли чувствительно дернула меня за ухо и закричала мне в лицо, рванув второй рукой за ворот куртки:
  - Дарр, не слушай это, нельзя!!!
  От резкой боли и крика девушки распахнул глаза и удивился - когда я уже успел сесть?! Я же стоял, а рядом Элли...
  - Слышишь, Дарр? Посмотри на меня, пожалуйста!
  Голос эльфийки срывался на хрип, и я с трудом отвел взгляд от травы под моими коленями на девушку, сидящую напротив меня. Огромные от страха глаза сияли зеленым золотом... Страх?! А из уголка рта бежала тоненькая алая струйка. Кровь?!!
  - Элли, что с тобой?.. - мой голос тоже срывался и сипел, будто я долго орал на морозе.
  Принцесса вороватым движением вытерла дрожащий подбородок, размазав по нему кровь и вымученно улыбнулась.
  - Это не страшно, нас зацепило, когда они стражей баюкали, ерунда.
  Я коснулся своего саднившего носа. Перчатка была вся в земле и ошметках травы, которую я, похоже, скреб в невменяемом состоянии.
  - От ерунды кровь носом не идет...
  - Не идет, - легко согласилась девушка, тоже вытерев выступившую кровь и присвистнула, глядя на свою перемазанную руку, - То, как нас задело - это ерунда по сравнению с тем, что могло быть. Пять селестинов в связке! Три архимага... На таком жалком от них удалении! Да наши мозги могло просто сжечь! Так что мы с тобой молодцы, нам есть чем гордится.
  Опираясь друг на друга, как два подвыпивших друга-гуляки, встали и оглядели 'поле битвы'.
  - Мдя-я-я-я... - Единственное, что я смог произнести. Приличного.
  - Угу... - Согласилась эльфийка, - Но я бы применила более емкие выражения к данному случаю...
  - Горло сильно саднит что бы ругаться...
  - Ты орал. И я, наверное тоже. Ну у тебя и голос, Дарриэль... Я от твоего вопля в себя пришла, когда ты меня переорал...
  - Нервы забалтываешь?
  
   10.05.15
   Элли, шарившая по своим карманам, кивнула и вытащила из поясного кошеля платки, вручив один мне. Стоять мы могли только держась друг за друга, крепко вцепившись в пояса с кинжалами и слегка при этом пошатываясь, так что то еще было зрелище со стороны, наверное - два осыпанных листвой чумазых эльфа в черно-зеленых кожаных доспехах, с кружевными платками, прижатыми к носам.
   Стражи, с сильно поредевшими кронами, почти затихли, лишь иногда про листве будто судорога проходила, как по шкуре огромного животного, донимаемого укусами оводов. Из-под горы мусора как раз выкапывались селестины - все пятеро. Все пространство вокруг них было засыпано желудями и перемолотой в труху листвой.
   - Вот это да-а-а... - Раздался голос Лерни, когда тот огляделся по сторонам.
   Селестин откопался полностью, вытряс насекомых и труху из шевелюры, мельком проверил остальных и как-то заторможенно побрел в нашу сторону.
   - На ногах? Красавцы! - Поприветствовал он нас, - И кто это сделал?
   - Лер, я у тебя первая это хотела спросить!
   Элли попыталась отцепиться от меня, но я её обратно подтянул. Так надежнее. Земля не качается.
   - Дарр? Нет... Ты не мог. Или мог?
   Я осторожно пожал плечами, вмиг пожалев о этой неосторожной попытке шевельнуться. От каждого движение зверски кружилась голова. Легкое сотрясение мозга, от попадания желудя! Скажи кому - не поверит.
   - Элли? Ты?
   - Лерни, я дала слово! - возмутилась эльфийка, отняв на мгновение платок от припухшего носика.
   - Хм... - глубокомысленно изрек маг, - А кто?.. Не могли же они сами так?
   - А может уже отсюда пойдем? - с надеждой предложил подошедший Мэйстирэ.
   Вообще видок у селестинов был тот еще. Хоть бери и ставь вместо Стражей вдоль Границы, пришельцев пугать. Нам с Элли досталось меньше всего, на 'хозяевах' же места живого не было - шишка шишке, а поверх шишек - царапины на синяках... И все это в разводах зеленого, присыпанное серым и с ползающими букашками...
   - Интересно, нас в таком виде - пустят? - спросила девушка, разглядывая поочереди подходящих мрачных и умотанных в край селестинов.
   - Пустят. У нас в любом виде пускают... Еще и встретят сейчас, я попросил. Так что сидим и не двигаемся, - мрачно выдал молчавший до того селестин, что нас встречал у правого дерева.
   Уселись? Нет, мы сползли на землю! Все сползли, подпирая друг друга. Лерни, хоть и выглядел лучше всех, тоже морщился и потирал то плечи, то затылок.
   - Шишка, - с детским каким-то удивлением сообщил Лер, ощупывая свою голову, - И еще одна...
   - У меня тоже, и не одна. Как вообще голова выдержала! - это уже Мэйстирэ, заметно бледный и зеленый даже сквозь грязь. И у этого сотрясение...
   - Нет, всет-таки, что произошло? Олвэн, ты около Стража был, можешь сказать? - Не унимался Лер.
   Мрачный селестин, предложивший нам ждать остальных, поджав губы, проворчал:
   - Возбудились стражи. Сильно. И не сказать, что сильно голодные были. А тут...
   - Когда только лорд Дарриэль прикоснулся - нормально было. Принцесса чуть позже подошла к моему стражу, я наблюдал. Дотронулась, и они оба как сорвались, - в тон Олвэну ответил второй маг.
   - Я с таким еще не сталкивался ни разу, - кивнув, согласился первый.
   Селестины, что бы не тратить силы и не посвящать нас в свои тайны, перешли на мысленное общение, а мы с Элли, устроились рядом, привалившись к дереву. Нормальному такому, неподвижному и мирному дубочку! Принцесса нашарила свою фляжку, сделала пару осторожных глотков и предложила мне. Я отказался - при сотрясении пить тоники... Проще еще раз головой об дуб с разбегу - тот же эффект. Вытащил из заначек флакон с крепленым вином и, немного подумав, все же намочил им платок и выдал эльфийке. Девушка, хоть и шипя сквозь зубы, принялась промывать опухающие царапины на лице.
   - Элли, ты в момент, когда дерево зашевелилось, что-то странное почувствовала? - Тихо спросил я у морщащейся от резкого спиртового запаха эльфийки.
   - Угу. Пытаюсь теперь понять - что это было.
   Я передал фляжку принюхавшимся селестинам. Те приняли с радостью, употребив вино по назначению. Только Мэйстирэ принялась, как и Элли, приводить в порядок пострадавшие ладони и лицо.
   - Вот и я. Пытаюсь, - С удивлением наблюдая за остервенелыми попытками селестина отдраить кожу от зеленых разводов.
   - Знаешь... Это странно, но, помоему, это не было агрессией со стороны Стражей! Ольвэ-северянина, Нольда, знаешь? - спросила меня принцесса.
   Я кивнул. Знал я этого рунного мага из их Академии. Жуткий тип. Невозможный грубиян. Великолепный рунник, алхимик, каких поискать! А еще трясется над каждой секундой своего драгоценного времени, требуя того же от других.
   - Он псов разводит. Крупных, красивых. Злых. Как-то я видела, как Ольвэ их кормит. Так эти псы на него так же реагировали, когда он вошел с бадьей мяса для них... А если просто выходил с миской - спокойнее было. Псы при виде бадьи тряслись, повизгивали, и через весь парк неслись... - Элли помолчала и мрачно пошутила: - Хорошо, что у этих дубов нет ног... Мы бы этого не пережили!
   - Мы с тобой - бадья с едой? - Криво ухмыльнулся я.
   - Угу. Похоже на то... Или что-то очень лакомое!
   - Похоже. Как обрано потом уходить будем? Телепортом?
   - Однозначно - телепортом! - девушку аж передернуло от перспективы еще раз через такое пройти.
  
  11.05.15
  Нашу помятую компанию нашли буквально через минут двадцать. Селестины, что шли к нам не таясь, привели для каждого из нас по сильфу и, к нашему с Элли обоюдному изумлению - целителя. Вертлявую, шумную и подвижную лесную эльфийку - рыжую, фигуристую и малорослую, как и всё их племя. При виде меня она сначала притормозила у уперлась в ведущего её под локоток селестина, но рассмотрев Элли, устало привалившуюся ко мне, ахнула и кинулась помогать. Интересная у лесных все-таки реакция на Высших эльфов, особенно на королевскую семью - не уже раз замечал: боятся и лебезят, в глаза заглядывают. Дико это как-то. Вот и эта целительница первым делом кинулась не к заметно пострадавшим селестинам, а к принцессе, отделавшейся лишь царапинами. Меня старательно обходила стороной, не подымая глаз. Полукровка? То-о-очно. Костяк тяжелее, чем положено, руки длиннее... Я поймал себя на кощунственной, невозможной для любого дроу мысли, что мне все равно. Даже не так! Мне все равно, что она полукровка! Да, есть возмущение, но такое слабое и незначительное, скорее вызванное манерами этой особы и производимым её шумом... Ну и примешивалось еще и отвращение, вызванное её страхом по отношению ко мне. И это было по меньшей мере странно.
  Тем временем Элли, уже наспех подлатанная, вежливо поблагодарила зардевшуюся от похвалы принцессы эльфинидку и попросила её поглядеть, что с её супругом. Пауза. Эльфинидка озирается по сторонам в поисках еще одного высшего эльфа... И не находя его, вновь оборачивается к принцессе. Элли, строго глядя на целительницу, царственным жестом кивает на меня, представляя меня по всей форме и титулу...
  - Элли, ну вот зачем ты так, а? - с досадой спросил Лерни, успевший поймать грохнувшуюся в обморок целительницу над самой землей, - Девушка юная, нервная, впечатлительная, а ты?
  - Нехорошо как-то получилось... - Согласилась принцесса.
  Я порылся в поясной сумке с зельями и вытащил один из пузырьков, предупредив напрягшихся селестинов, что это всего лишь амиачный спирт.
  - Вот же, какая репутация у тебя, принц Дарриэль, стойкая! - Восхитился Лерни, разглядывая напрягшихся сородичей.
  Я равнодушно пожал плечами и передал супруге флакончик, попросив самым великосветским тоном:
  - Ваше высочество, будьте добры сами, а то наш целитель, увидев столь близко дроу, опять свалится в обморок...
  Эльфинидка довольно быстро очухалась, а я от помощи вежливо отказался, сославшись на то, что неплохо себя чувствую, и юной целительнице имеет смысл обратить свой взор на более тяжело пострадавших сородичей... И это было даже не далеко от истины - доспехи нас с Элли защитили, а шишка через пару часов сойдет. Ну а необходимые зелья я выпью, когда будем в относительно спокойном месте. К концу моей высокопарной речи эльфинидка сидела с невежливо раскрытым ртом и кивала, как механическая кукла, а мы с Элли наслаждались произведенным эффектом, ловя насмешливые взгляды, которыми нас награждали знающие нас Архимаги-селестины. Пришедшая 'команда спасения' тоже перемигивалась меж собой так, что я заподозрил их в том, что они специально выбрали именно эту нервную эльфинидку. С них станется бороться со страхами друга, подсовывая раз за разом объект фобии под самый нос. Лерни как-то рассказывал, что Элли в детстве побаивалась личинок стрекоз. Ну так этот стервец подговорил других преподавателей, принес ей в комнату в Школе огромный аквариум, где было пяток личинок радужной стрекозы. И было ей задание на каникулы - описать, с поясняющими рисунками, процесс их превращения из страшных, отвратных на вид личинок в невероятных по своей красоте насекомых... Элли - послушная девочка, терпеливо делала зарисовки, ежедневно писала наблюдения, кормила их, вылавливая самолично для них из другого аквариума мотыля... А к концу 'процесса', принцесса уже больше не боялась этих насекомых. Так вот, вполне возможно, что Лерни, или еще кто-то столь же чокнутый, решил бороться с фобией эльфинидки, столкнув нос-к-носу с дроу. Потом с них спрошу. Строго. Нашли себе пугало. Эльфинидка все же дело свое знала неплохо, приведя всех страждущих в приличный вид и состояние, достаточное, что бы сесть верхом. Наша побитая компания воспряла духом, а ко мне с вежливым поклоном подошедшел голубоглазый и юный селестин, протянув поводья из витых шелковых шнуров.
  - Принц Дарриэль, для вас - вот этот сильф, он выносливее остальных.
  Я послушно принял поводья и придирчиво осмотрел меланхоличного и крупного скакуна пыльно-серой масти. Тот так же придирчиво разглядывал меня, кося фиолетовым глазом с горизонтальным зрачком. Должен вытянуть вроде бы, но сомнения все равно были. Хотя у Высших есть боевые сильфы, этот флегматик на него не тянул ни ростом, ни статью. Сильф фыркнул и кивнул, словно бы соглашаясь с моими выводами. Принцессе же достался тонконогий и легкий светло-серый озорной сильф, с которым она тут же принялась налаживать контакт. Остальные, видимо, разобрали своих скакунов, поскольку те были без узды и поводьев и разбрелись без напоминаний каждый к своему хозяину.
  
   обновка от 12.05.15
  - Лерни, куда мы сейчас?
  - Ко мне сначала, два-три дня отдохнете, а после - в центральное поселение, - прервав шушуканье со своим животным, сообщил мне Лер, - Тот, кого вы ищите, там еще нет.
  - А ты знаешь, кого мы ищем? - Подозрительно сощурился я.
  - Конечно, Дарр. Его все ищут! Но никто не находит.
  - А мы, значит, найдем?
  - Конечно найдете, - с усмешкой отозвался мой сумасшедший друг, - Но я больше сейчас мечтаю найти свою горячую ванну, вкусный ужин, вечерок у камина и как продолжение этих чудес - мягкую кровать... как, наверное, и принцесса, и ты сам.
  - Да я бы лучше прямо сейчас...
  - О-о-о, мой дорогой лорд Дарриэль, это ты сейчас говоришь! А вечером, за бокалом вина ты мне скажешь совершенно другое!
  - Что же например? - усмехнулся я.
  - Вечером ты мне скажешь: 'Благодарю тебя, Лерни, что не дал мне попереться на ночь глядя не-пойми куда...'
  - Посмотрим... - уклонился я от дискуссии, а селестин насмешливо фыркнул и заговорщически подмигнул Элли.
  - Увидим!
  Целительница-эльфинидка круглыми глазами, полными восторга, таращилась на 'смелого' лорда Леаринистэна, спорящего с дроу, что стало как-то... неуютно... продолжать спор на глазах у целой толпы свидетелей. А если учесть, что эти свидетели самозабвенно читают мысли этой самой напуганной полукровки... Я изобразил другу церемонный поклон и ушел подсадить Элли на спину сильфа, тут же попытавшегося меня игриво куснуть за плечо, но лишь громко скрипнувшего крепкими зубами по вороненому наплечнику. Сильф, обиженно всхрапнув, помотал головой.
  - Во-о-от, не все эльфы одинаково мягкие и вкусные, малышка! - наставительно произнесла Элли своему сильфу, похлопав того по изящной шее, - Об иного и зубки сломать можно! Эта хулиганка и меня попыталась тяпнуть за плечо, - улыбнулась мне девушка.
  - Вы ей понравились, - пояснил синеглазый селестин, что нам подводил скакунов, - Эта малышка кусает только тех, кто ей по душе. Например Лерни от неё вообще дальней стороной ходит.
  - Так, а этот? - Я с подозрением косился на 'своего'.
  - А этот... Этот вообще тихоня и флегматик, так что неожиданностей быть не должно...
  Я изогнул бровь и демонстративно посмотрел в сторону развороченной границы...
  Юноша хмыкнул и развел руками, мол, бывает и такое.
  Селестины разделились - с нами отправились Лерни и пара молоденьких селестинов, что занимались сильфами, а остальные, забрав с собой нервную целительницу, чумазых Мэйстирэ и Доранта, обещали вечером заглянуть в гости. Я, к своему стыду, с трудом их отличал одного от другого по лицам. Разве что цвет глаз, если в их узкие глаза-щелочки свет попадал, был разным. А в остальном - схожая одежда, схожие прически, очень похожие, высокие голоса. Селестины неспешно поехали впереди, бесшумно 'общаясь', а Элли, ехавшая вровень со мной, тихим шепотом, пояснила мне:
  - Дарр, у той девушки, что слева от Лерни, - я изогнул бровь, скосив на принцессу глаза, Элли повторила с нажимом, - Да, слева девушка. Знаю, их сложно отличить, но у неё верхнее платье запахивается направо, а пояс уже в двое, и узоры на рукавах... Дарр, а ты их вообще различаешь? - с удивлением в голосе спросила меня Элли.
  Я медленно помотал головой. Интересное дело... Я присмотрелся к юным селестинам, как раз обернувшимся к Леру так, что мне стали видны два профиля. Пригляделся. Еще раз пригляделся, пытаясь заметить отличия... И точно - у девушки едва заметно мягче черты лица, не такой узкий разрез глаз, ну и заметил, что действительно - шелковый пояс в два раза уже и иначе расшита одежда, чем у мужчин. Все прочие, более заметные отличия если и были, то их скрывали многослойные одежды. А мы-то все думали - где у селестинов прячутся женщины! Думали даже, они их к нам опасаются привозить. Но и у светлых - тоже только селестины-мужчины в посольстве.
  - Элли, честно, я раньше вообще не обращал на это внимания, думая, что все селестины, с которыми я общался - мужского полу... А тут...
  - М-м-м-м... Ты их посла у нас в Столице - знаешь?
  Я кивнул, внутренне уже готовый узнать шокирующий факт, но обошлось:
  - Вот его помошник, что наездами у нас в Академии бывает - эльфийка. Дед говорил, что только при первом знакомстве так сложно разобраться, а потом с ходу отличаешь - кто из них кто. Повнимательнее присмотрись - и станет понятно.
  У меня вторая бровь вверх поползла, присоединившись к первой, а принцесса хмыкнула и добила:
  - Архимаг Мэйстирэ - эльфийка, а Дорант - её супруг.
  Я с сомнением поглядел на Лера, которого знал всю свою сознательную жизнь, Элли, заметив мой интерес, насмешливо фыркнула и поделилась важной нформацией:
  - Что бы не попасть в неприятную ситуацию, просто обращай внимание на имена, когда они представляются. На 'э' заканчиваются женские, на 'энт' или 'эн' - мужские. На 'ни' - имена маленьких детей, 'ти' - подростки. Я думала, ты знаешь это.
  Я невольно усмехнулся - у Лерни детское имя... Ему идет!
  - Теперь - знаю, моё сокровище. Вот она разница - я посол, подготовленный к общению с Высшими и Нольда, а так же с Халифатом... А тебя, похоже, все-таки тайком готовили к эльфийскому трону.
  - Не похоже, Дарр, - Элли сморщила нос и покрутила в воздухе пальцами, будто ловя за хвост убегающую мысль, - В мою голову впихнули слишком много противоречивой информации, да так, что я сама поражаюсь иной раз. Например - история появления Разлома и болот на его месте. Мне давалась одновременно и официальная версия для эльфов, плюс та, что скармливается людям, плюс к тем - 'правдивая', предназначенная для правящей семьи, и еще - та, что, собственно, отец, как главный виновник, мне озвучил. И так - по каждому значимого событию не только в истории эльфов, но и в истории людей. Будто отец, составляя программу моего обучения, преследовал своей целью научить меня смотреть на события с разных сторон, учитывать все мелочи и аспекты. Я потому и так удивилась, что Стражи ощущаются, как мужские сознания! Дерево - это 'Земля', это женское начало. Духи деревьев всегда описываются, как девушки. А эти? Почему... Сплошные 'почему'...
  Девушка тяжело вздохнула, а я мог лишь ей ободряюще улыбнуться. Аллиан преследовал множество целей, и основная - сделать так, что бы его звездочка-Эллени, как он её звал, могла выжить вопреки всему. Это он нам с отцом неоднократоно повторял. Другие цели Архимага были мне неизвестны, но, возможно, Гэлторн сможет дать ответ мой на вопрос - почему Аллиан так спокойно воспринимал мой нездоровый интерес к его дочери? Не мог Архимаг не заметить, как я на неё смотрю! А Гэлторн, а Тин? Эти хоть и смотрели на меня всегда волками, но, скрипя зубами, позволяли мне вмешиваться в её жизнь. Так, будто я имею на это право. Да еще, как выясняется, раз за разом спасали мою шкурку, оставаясь в тени. Кукловоды... Пришла моя очередь делать дыхательные упражнения, поскольку уже не только мой сильф начал нервничать, ощущая мою злость, но и Лерни обернулся на меня, подняв бровь.
  Что бы успокоится принялся разглядывать лес вокруг меня - все-таки первый раз в Темном Лесу. Дорогу-то я и так запоминаю по ходу продвижения, даже могу точно сказать - сколько раз и в какую сторону света и насколько градусов мы повернули... А вот пропустить возможность осмотреться - жалко. Элли занялась тем же, и, делясь впечатлениями и перебрасываясь шутками, мы осматривали довольно непривычные пейзажи вокруг нас, а дорога пошла веселее и легче.
Оценка: 7.44*6  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"