Джерри Лила: другие произведения.

9. Хаос и разрушение (часть 2)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В любой критической ситуации - сохраняйте спокойствие. Вас обязательно спасут. А если не спасут, пусть им будет стыдно

  ...- И, раз вы наконец здесь, я могу отправиться на полигоны и пугать кого-нибудь там. Спокойно, Кэрэа, в умеренной степени. Я уже думал, что просижу в этой проклятой башне до Осеннего праздника.
  - Простите. Моему прибытию немного мешало то, что я был без сознания.
  - При смерти вы были всего несколько часов, а потом могли бы и поторопиться, - порадовал заботой темный магистр, и обессиленно махнул рукой: - Да не берите в голову. Как вспомню, что совет сделал с гильдией, так и хочется убивать... Представляете, эти ненормальные пустили Нормана к власти!
  - Это плохо?
  - Бессмертная нежить во главе страны?
  И то правда. Соседи будут счастливы. Они давно ищут повод объявить Аринди оплотом тьмы и потихоньку уничтожить. Проблема, в общем, что в одиночку им страшно. Не слишком приятно нападать на страну, которую обвиняешь в применении запрещенного оружия, когда она действительно его применяет. Вряд ли даже при многочисленных талантах темной гильдии маги успели разбазарить все запасы. Нет, я не уверен... и все-таки вряд ли. Но вот правитель-заарн... на заарна ополчатся даже те страны, которые о нас и наших проблемах слыхом не слыхивали. Никто не будет разбираться; инстинкт толпы - древний инстинкт.
  Как оказалось, собеседник имел в виду несколько другое:
  - Он же Лорд, Тсо Кэрэа! Генетическая программа. Он всех угробит, чтобы власть удержать и расширить.
  Судя по описанию, Норман был типичным человеком.
  Больше всего мне хотелось спросить у Шеннейра, что за хрень он творит; но это не тот вопрос, который задают магистрам - тем более темным магистрам. Гораздо приятнее для нервов считать, что это тонкая продуманная стратегия, которая предусматривает выживание участников. Стратегия, да, а не спонтанное насилие ради развлечения. И даже в том, чтобы считать меня светлым магистром - ах да, простите, делать вид, что он считает меня светлым магистром - тоже есть смысл.
  Определенно, я вовсе не уверен в этом. Зато теперь я знаю, за что заклинатели не переносили собственного главу.
  - Вы столько лет выбивали из темных инициативу, и теперь удивляетесь, почему они ничего не способны сделать без указки сверху?
  - В светлой гильдии массово промывали мозги, но даже какой-то ученик вроде вас еще способен соображать, - без сожаления и отрицания ответил он.
  - Если вы считаете, что разделять чужие цели можно только с промытыми мозгами - мне вас жаль.
  Хотя я не считал, что человек, которому фанатично верили сотни магов, вообще имел право высказываться по этому поводу.
  - Ну-ну-ну, - почти с сочувствием протянул Шеннейр. - Мне тоже жаль разрушать ваши идеалы. Кстати, поздравляю с полезным приобретением. Из вашего заарна получился толковый эмпат. Помог выявить некоторых... Вы же просили список?
  Я осторожно забрал густо исчерканный свиток, как никогда ощущая себя жалким. Начать с того, что я вовсе не просил; и это не должно было случиться именно сейчас и именно так. Я вообще не предполагал, что условие будет выполнено. Но темный магистр вполне доступно показал, как аккуратно следует обращаться со словами.
  - И чем мне придется расплачиваться за подобную щедрость?
  Хотя какая разница. Я все равно ничего делать не собираюсь.
  Шеннейр смотрел на меня со снисходительной усмешкой. Клеймо на щеке практически его не уродовало.
  - Что бы обо мне не говорили - я не забываю ни хорошего, ни плохого, - в его глазах горело безумие - безумие и холодный расчет. - Итак, список. Это полная версия - за исключением тех, кто уже присоединился к нам. С ними, кем бы они ни были, я буду разбираться самолично. Дальше. С теми, кто зачеркнут, я уже закончил. Остальные в вашей власти - можете карать, можете миловать, можете отпустить на волю. Некоторые даже будут вам благодарны. Неблагодарных я отсеял сразу - от помощи им нет никакого прока. Вот ключи от камер...
  - Ставите эксперименты?
  - Так вы отказываетесь? - связка разноцветных печатей повисла в воздухе. - Я рад, что не придется тянуть с казнями. Лишний десяток душ на моей совести ее не омрачат.
  Я забрал ключи и отшатнулся, когда маг оборвал фразу и резко ухватил меня за подбородок, оттягивая веки и рассматривая зрачки.
  - Вызову Миля в гильдию, - подвел итог осмотра он. - Не прибью, так помучаю. Предупреждал же насчет блокираторов. Кстати, к Лоэрину можете не обращаться - мы уже с ним все обсудили.
  Интересно, нейтрал еще жив?
  - Оставьте Миля. Он мне нужен.
  - Да забирайте, мне не жалко, - слегка изумился собеседник. - Потом. Но как вы его выносите?
  Миль знает много и не умеет лгать. А еще он мой враг, и он несчастен. Этого достаточно.
  - Но третьего предупреждения не будет, - Шеннейр сильнее стиснул пальцы, разом отбросив прежний тон: - Мне нужны адекватные союзники. Поэтому завязывайте с этим, или я вас заставлю.
  Мне тоже нужны адекватные союзники, а дело приходится иметь с ним. И что теперь, на людей бросаться?
  - Вам все это нравится, правда? - осведомился я, и боевой маг отступил, неожиданно спокойно признавшись:
  - Мне надоело. Вы знаете, что такое - быть магистром?
  Он медленно прошел на середину зала и раскинул руки:
  - Вытаскиваешь эту беспомощную толпу из болота. Защищаешь. Приносишь ей победу. Темная гильдия была одной из сильнейших гильдий на материке, неподконтрольных государству. Чтобы тебя обвинили в этом и за несколько лет разрушили все. Мне надоело наступать на горло собственным желаниям, Тсо Кэрэа Рейни. Я - причина всех бед? Пускай. Каждый получает то, что хочет.
  Я бы ему поверил. Если бы я был способен верить этому человеку.
  Словно опомнившись, Шеннейр резко усмехнулся и прошел мимо, хлопнув меня по плечу:
  - Жду вашего решения. Не унывайте, светлый магистр! Смутные времена все спишут. А от тех, кто против, мы избавимся.
  Я безмолвно наблюдал, как блокирующие линии на стенах разомкнулись, и дверь бесшумно закрывается за его спиной. Как и обычно, общение с главой темной гильдии оставило после себя хаос в мыслях и полностью испорченное настроение. Он даже помогать ухитрялся так, что после хотелось вешаться; хотя, может быть, вешаться мне хотелось просто так, независимо от обстоятельств. И по какому праву он начал мне указывать? То, что я не могу размазать темного магистра Шеннейра по стенке сейчас, не значит, что я не смогу этого сделать вовсе. Что не отменяет факта, что темный магистр Шеннейр мне полезен, и избавляться от него - верх глупости. И Шеннейр об этом знает, и знает, что я об этом знаю... Круговорот обоюдной выгоды и сделок с совестью.
  Почерк у темного магистра оказался размашистым и беглым. Я растянулся на скамье, рассеянно проводя пальцами по строчкам и ощущая только опустошенность. Имена, выжженные в памяти, остались линиями на бумаге. Ни злорадства. Ни радости. Пустота.
  Их было много; больше, чем я предполагал, и оставшиеся счастливчики были разбросаны без видимой системы. Но даже вершителем судеб представить себя не получалось; скорее это было странно... очень странно - держать чужую жизнь в своих руках. Я подбросил ключи от камер на ладони и беззвучно повторил:
  - Смутное время... что может быть лучше смутного времени?
  Смутное время, которое творишь ты сам?
  Вариантов, к кому обратиться, было немного. Учитывая, что Вильям не вникал в то, что не касалось его самого - оставался ровно один. Я тронул браслет и закрыл глаза, формируя образ зала казней; Миль не стал тянуть с ответом - подозреваю, ему просто нечем было заняться в Вилленсхольме, кроме как ждать вестей.
  - Опять вы, - заклинатель обернулся, оценивая обстановку и особо останавливаясь на пятнах крови и сломанной пасти механизма. Разумеется, это место существовало лишь в моем воображении; такая связь была затратной, но давала надежду, что разговор не перехватят. Хотя я бы не стал давать гарантий. - Прекрасное место для разговора. Вы меня специально позвали именно сюда?
  - Конечно же. И не стоит сожалений, Миль. Когда я буду умирать, я тоже вас позову. Подождите немного.
  - О, вы умеете воодушевить, - вернул любезность он. - Как раз насчет вашего благополучия я не сомневался. Но я надеялся, что вы свалите окончательно и будете доставать Шеннейра. Серьезно, Рейни, почему бы вам не достать Шеннейра? Вы светлый, он темный...
  - Вы тоже темный.
  - А он магистр, он темнее. И он убил вашего учителя. Отомстите ему.
  - Как объект психологического измора, Шеннейр страшен, - с сожалением признал я. Миль посмотрел очень мрачно, и продолжил уже обычным тоном:
  - Я скучаю по старым добрым временам, когда магистры без изысков рвали друг другу глотки. Поздравляю, вы теперь официальная последняя надежда темной гильдии. Вильяму уже пересказали вариантов десять вашего появления. Кстати, вы мешаете Шеннейру из принципа?
  То есть моя должность живого щита, который встанет между главой темной гильдии и его жаждой крови, уже всех устраивает. Но я все равно не мог этого понять.
  - Почему я? Почему не совет? Почему не Алин, в конце концов?!
  - Видите ли, гильдия делится на магов с замками и неудачников, - темный маг сел рядом, откинувшись назад, и со скукой продолжил: - Кое-кто из высших пытался обратиться к Алину. Алин выразил соболезнования и ответил, что ничем не может помочь, так как Шеннейр магистр, а он удалился в изгнание, и никто этому не препятствовал, и прочая, прочая, прочая. Никому неохота связываться с толпой сбрендивших фанатиков... и это все.
  - Проще подчиниться сбрендившим фанатикам?
  - Успокойтесь уже. То, что светлые за это время успели бы три раза поднять бунт и проиграть, и так всем ясно.
  То есть высшие выжидают. А так как из особо значимых событий на горизонте маячит только вторжение Заарнея, то поневоле напрашивается мысль, что помыслы их чисты и невинны. Никакого насилия. Вторжение уничтожит Шеннейра, а они пересидят в укрытии. "Выиграют выжившие", не так ли?
  И это бы радовало. Но. При таком раскладе вовсе не нужно вторжение останавливать.
  - В этом есть какая-то логика? - я вырвался из круговорота мыслей и протянул Милю список. Маг быстро пробежался глазами по строчкам и усмехнулся своим мыслям:
  - Шеннейр расчищает вам дорогу.
  Ну что же, сам темный магистр говорил то же самое.
  - Олвиш? - я дошел до конца списка и удивленно приподнял брови: - Он же высший?
  - Ну вы даете, Тсо Рейни, - изумился мастер проклятий. - Вы хотя бы Шеннейра спросили, чем расследование закончилось.
  И чего ради лезть во внутригильдейские разборки? Что бы ни двигало исполнителями, тех, кто стоит за ними, не найдут. Или не тронут, что одно и то же.
  - Помните, мы едва не попали под молнию на подъезде к Вихрю? Маяки указывали неверное направление. За безопасной дорогой в числе прочего должен был следить Олвиш. Но вы же понимаете, что настоящая причина в том, что ему взбрело в голову высказаться на прошлом совете.
  Что не дает ответа, почему из всех высших под раздачу попал именно он. И почему темный магистр именно ему позволил жить. Хотя Шеннейр мог бы сделать это просто так - просто чтобы посмотреть на мои действия.
  - Знаете, что мне это напоминает? - неожиданно развеселился собеседник. - Когда дикие звери учат детенышей охотиться, они приволакивают добычу. Не мертвую, а подраненную.
  Я внутренне передернулся:
  - Ваши ассоциации, Миль.
  - Олвиш... странный, - неохотно добавил он. - Не двинутый, как Шеннейр, а именно странный. У него вся семья была из ваших, светлых, и это повлияло. Определенно повлияло. Он их вырезал своими руками. Теперь, как обычно, половина гильдии обвиняет его в том, что он это сделал, а другая - что он об этом жалеет.
  - Он жалеет?
  Заклинатель со странным выражением лица пожал плечами:
  - По-вашему, я эмпат, чтобы мне было это интересно? Рейни, вы осознайте один факт. Если бы вас хотел убить Олвиш, то от вас бы даже пыли не осталось.
  Да осознаю я свою никчемность по сравнению со всеми вами, осознаю. Поехали дальше.
  Миль умолк; я терпеливо ждал, пока он каким-то неровным дерганым движением потянулся и с преувеличенным энтузиазмом объявил:
  - Полчаса назад Вилленсхольм подтвердил лояльность Шеннейру. Не передать, как я счастлив этому факту. Снова работать на этого психопата. Великая Тьма, Тсо Рейни, как я вас ненавижу.
  - Миль, а вы пробовали ему не хамить?
  - Рейни, а вы пробовали не лгать и не притворяться? Попробуйте, вдруг понравится.
   Совет был столь прекрасен, что у меня не нашлось возражений. Действительно. Зачем скрывать, что я растерян, зол, что мне страшно ошибиться и страшно не выдержать? Меня обязательно поймут и поддержат.
  Светлые магистры не испытывают подобных эмоций. Никому не нужна искренность.
  - Вы собираетесь вернуться в гильдию?
  - Нет, - непререкаемо отказался темный. - На меня здесь даже стены давят.
  - В сравнении с остальными вы неплохо держитесь, - осторожно заметил я. На фоне общей подавленности и хаотичных метаний Миль демонстрировал отменное смирение с судьбой.
  - Мне худо от одной мысли, на кого приходится полагаться, - заклинатель устало потер виски. Четкие контуры начали размываться, предвещая скорый обрыв связи. - Такими темпами через четверо суток нас уничтожит Заарней, и волноваться о дне сегодняшнем нет смысла. Но, надо думать, все будет хорошо... все будет хорошо...
  Вряд ли самовнушение Миля хоть когда-нибудь работало.
  Связь оборвалась, привычно оставив легкое головокружение. В зал для казней заглянул Эршенгаль и с облегчением уточнил:
  - Вы живы.
  Судя по новенькой боевой цепи, легкой броне и перчаткам с рунными пластинами дела у боевого мага шли в гору. Но особенно счастливым он и не выглядел.
  - Сам не рад, - я со вздохом поднялся. После встречи с Шеннейром мне больше не хотелось никого видеть, но дальше игнорировать Нормана было наглостью. Все-таки Норман - наш правитель, наша надежда, опора, наказание и кара небесная, к которой я сам напросился на встречу. Удел магистра - делать именно то, что ты делать не хочешь.
  Хорошо? Что за смешная надежда.
  - Спасибо, что остановили Шеннейра, - сказал Эршен, не глядя на меня, ошарашив на весь остаток пути.
  - Тяжело видеть, как те, в кого ты веришь, творят подобное?
  К счастью, он не стал отвечать.
  
  Посланников Нормана в башню не пустили, оставив мерзнуть на осеннем ветру. Ночью заметно похолодало, и рядом мерзли боевые маги, с лестницы обсуждая, сдохнут ли заарны, если с них стащить защитные маски, и сразу становилось видно, как дружно живут в Аринди разные народы.
  Но, по правде говоря, это единственная страна, где люди и нелюди действительно жили вместе.
  Заарны походили на самих себя: десять слоев одежды и непроглядно-черные щитки шлемов. Броневик, очевидно, ехал по эхолокатору, обходясь без окон, и мне ничего не оставалось, кроме как разглядывать спутников, гадая, гуманоидны ли они. Даже эмпатический отклик этих существ звучал как-то странно. Интересно, свита Лорда состоит из отдельных разумных или обладает единым сознанием?
  Главный вход в подземелья находился в бывшей администрации Полыни, от которой остались одни оплавленные стены. Сам Норман разумно обитал где-то дальше - по крайней мере, сначала мы спустились на лифте, а потом долго ехали на подземном монорельсе. Шпионаж не задался с самого начала: вокруг царила радикальная темнота. Иногда за стенами я ощущал скопление живых существ, но провожатые двигались все дальше, пока не вывели... пожалуй, в тронный зал.
  Представление о тронных залах я имел смутное - монархии в Аринди не было никогда - но достопамятный черный-черный портрет не врал ни капли. Стены, потолок и что тут еще было терялись во мраке; светился лишь тусклый узор на полу, позволяя различить контур стоящего передо мной существа.
  Черные глаза глядели сквозь меня, холодно и безразлично. Лорд Норман был невысок, пожалуй, на полголовы ниже меня, но поднятые щиты создавали впечатление чего-то неизмеримо огромного. Разумеется, причина встречи была вовсе не в убежище Оливы, но впечатление, что я здесь для суда и наказания, становилось вполне отчетливым.
  Шумный живой мир исчез, отделенный незримой чертой; я вслушался в могильную тишину и умиротворенно произнес:
  - Норман, вы научите меня ставить такие щиты?
  Стоило бы задвинуть умную мысль о геополитике, но я вполне четко представлял, куда меня пошлют с такими советами. В данный момент.
  - Обычно людям тяжело находиться рядом со мной из-за них, - голос заарна был таким же безэмоциональным, но давление действительно уменьшилось.
  - Странно.
  Мне всегда тяжело.
  Я смотрел на древнюю нечеловеческую тварь и тоскливо размышлял, что сделки с совестью приобретают все больший масштаб. С такими, как Норман, вообще не следовало бы вести переговоры. Но он - единственная в Аринди реальная сила. И поэтому я стою здесь, и поэтому я буду обещать ему луну с неба, именно поэтому я закрою глаза на все его грехи - потому что мне нужна его поддержка.
  - Вы знаете, что пятьдесят процентов энергии Вихря, которые получила темная гильдия, идут на снабжение замковой долины?
  Заарнский лорд чуть склонил голову, показывая, что готов меня слушать. До тех пор, пока ему это не наскучит.
  - Почему вы это позволяете?
  - У нас пакт о ненападении и невмешательстве, - неохотно разомкнул он губы. - Я не могу нарушить условия контракта.
  Как вредно иметь принципы.
  Головокружение становилось все сильнее, и я пожалел, что конвоиры ушли, оставив нас в одиночестве. Можно было к ним прислониться; а так приходилось силой воли держаться на ногах, продолжая говорить:
  - Хотите, я расскажу вам о будущем? Перед вторжением Заарнея на ваших укреплениях будет диверсия - достаточная, чтобы нападающие смогли пробиться в подземелья. Вы ведь сами не уверены, что победите - потому что вас не забыли на родине, пятый Лорд. А высшие поднимут щиты личных замков и без проблем попадут в прекрасный новый мир. Аринди без нелюдей. И без людей, но жертвы того стоят. Маги не станут вам помогать, Номмейни"дхег"тайла.
  И в этом причина, почему они не воюют сейчас - а вдруг щиты поцарапаются и в самый ответственный момент откажут? Норман оставался спокоен; я не сказал ничего, что бы он не знал.
  А, в общем-то, я вовсе не был уверен, что это правда. Но это могло бы быть правдой.
  - Я уже понял, что люди - бесполезные ленивые никчемные существа, - размеренно произнес заарн, и я внезапно ощутил, что мои шансы вернуться живым стремительно падают. - А маги - худшие из них. Удивите меня.
  - Но я буду вам помогать.
  - Вы? - сквозь щиты отчетливо пробилась насмешка. Норман смотрел на меня как на забавную зверюшку; зверюшку, забавность которой вовсе не помешает смахнуть препятствие с пути, когда придет время: - Меня раздражает активность магов, начавшаяся после вашего приезда, Тсо Кэрэа Рейни. Если выбирать из вашего действия или бездействия, я бы предпочел, чтобы вы больше не возвращались на поверхность. Что вы скажете на это?
  Он предлагает мне казнь или вид на жительство? Переговоры дошли до угроз. Как приятно ехать по накатанной дорожке.
  - Скажу, что это глупо.
  - Потому что вы - светлый магистр? Ваши... странные традиции?
  Да кто бы возникал. На свои посмотрите.
  - Я никто, - устало ответил я. - Но я уже обеспечил вам поддержку Шеннейра и его сторонников - если вы с ним не разругаетесь до этого момента. И я гарантирую, что к началу вторжения гильдия тоже будет на вашей стороне. Может быть, я не самый лучший союзник. Но я не бесполезен.
  - Гильдия? Неужели? - ментальные щиты впервые дрогнули, обжигая холодом. Теперь бездушные черные глаза смотрели в упор, и я не отвел взгляда, открывая сознание:
  - Убеждение и отсутствие выбора творят чудеса. Норман, я от вас тоже не в восторге. Но мне некуда идти. Это - моя страна, и я надеюсь сделать ее немного лучше... лучше, чем теперь. Я устал от смертей. Я не хочу войны. Здесь и сейчас - я вам не враг.
  А насчет там и потом уговора не будет.
  - Но что хотите вы сами?
  Я расширил эпатическое поле, захватывая зал, подземелья, край развалин города, всюду натыкаясь на пустоту, и просто ответил:
  - Я собираюсь восстановить светлую гильдию. И мне нужны гарантии, что вы не вырежете моих сородичей как в прошлый раз.
  И пусть у них будут принципы, гордость и все такое прочее. Мне абсолютно без разницы, на что для этого придется пойти.
  Норман молчал.
  Обрыв связи был почти незаметен - пожалуй, я понял, что меня больше не читают только тогда, когда щиты вновь отодвинулись, выстраивая вокруг владельца ледяную крепость. Из темноты вынырнули фигуры в масках, давая понять, что аудиенция окончена, и я очень понадеялся, что они выведут на поверхность, а не куда-нибудь еще.
  - Простите за мой интерес, но... Лорды действительно собираются отомстить Аринди за использование темного Источника?
  Конвоиры остановились, и Норман медленно поднял руку, подзывая летающих вокруг светляков:
  - Чужой мир всегда враждебен, - искры на его ладони закружились, образуя сияющий шар. - Чужой мир сопротивляется вторжению. Для любого мира его Источник - светлый, а все другие - темные. Но Хсаа"Р"Нэа питается мирами. Он делает инъекцию...
  Большой черный паук оплел шар длинными лапами, и искры одна за другой начали гаснуть, оставляя пустую оболочку.
  - Сначала заразить. Растворить. И поглотить, - раздувшийся паук шлепнулся на бледную кожу и растворился, впитавшись в нее. - Для Нэа не имеет значения, куда идет эта магия. Не имеет значения, используете ли вы ее или нет. Заарней уничтожит вас - это решено. Отдайте мне гельда, Тсо Рейни.
  - Гельда? - я запнулся, но быстро припомнил, кто в окружении подходит под описание. - Он мне не принадлежит, чтобы я его отдавал.
  - Так значит - нет? - не дал возможности увильнуть Норман. Я стиснул зубы, помянув Тьму. А ведь все закончилось почти хорошо.
  - Нет. На данный момент Матиас нужен в гильдии. Он - важный элемент плана.
  Отказ правителю Аринди не понравился, и это сулило крупные неприятности. Возможно, стоило согласиться, но мысль о том, чтобы так легко распоряжаться разумными существами, мне претила.
  Или стоило сказать по-другому - я не жертвую своими фишками просто так?
  Путь назад показался бесконечно долгим, хотя небо еще только начинало светлеть. Возвращение в Шэн я уже воспринимал с радостью, но новые лица рядом с пропускным пунктом подсказали, что даже оно откладывается.
  Стоящий рядом со внешней охраной заарн поднял руку, отправляя конвоиров восвояси, и сам пошел рядом. Похоже, его статус предполагал безоговорочное подчинение: то ли кисточек на повязке было больше, то ли узоры на одежде богаче.
  - Привет, Тхиа, - поприветствовал я, ничуть не удивляясь встрече. - Тебя поздравить с повышением?
  - С добрым утром, Кэрэа. Лучше не надо, - с мягкой насмешкой отозвался незнакомец, стягивая маску. - Я был за то, чтобы тебя отпустить.
  - Мы против, - угрюмо возразила Фаррен, бесшумно выступая следом за ним. Ингви промолчал, всем своим видом выражая согласие.
  - У вас еще бывает разница во мнениях?
  - Тут много чего бывает, - неопределенно ответил командир гончих. Он почти не изменился с нашей последней встречи - только по правому виску, захватывая глаз, вилась черная татуировка. - От кого только не нахватаешься привычек.
  Я смотрел на старых знакомых, испытывая острое сожаление. Он могли бы быть полезны... но Норман успел раньше. Поэтому я никогда не был для него неизвестным звеном.
  - Что вы обо мне рассказали?
  - О, не сомневайся, - понимающе уверил он. - Все.
  У администрации подозрительно кучковались темные маги. Прислонившись к первой машине, стоял и меланхолично курил Эршенгаль, и картина стала ясна: я пробыл в подземельях дольше, чем они предполагали, а так как Шеннейр уехал по делам, то остальным заняться было нечем.
  Тхиа миновал напряженную охрану, пройдя чуть дальше, и я спросил, кивнув на его спутников:
  - Кому они подчиняются?
  - Мне. А я подчиняюсь Лорду, - он с бледной ухмылкой потер татуировку. - Выбор, как видишь, невелик.
  - Ты как будто не слишком рад, что вернулся.
  - Как будто... - заарн обернулся на вход в подземелье. Создавалось впечатление, что ему вовсе не хочется спускаться. - Пока я гонялся за тобой по Хоре, то успел забыть, от чего бежал из Заарнея. Теперь тут то же самое.
  Они тоже надеялись на лучшее? Ах да, у них же был настоящий бунт против системы с Норманом во главе. А теперь... теперь он сам - система. Не об этом мечтали, верно?
  - Интересно, как теперь он будет поступать с теми, в ком проснулись опасные гены? С такими же, как он. С новыми Лордами. Будет устранять как конкурентов? Или даст время, сделает вид, что отпустил на свободу? Как ты думаешь, Кэрэа?
  Я покачал головой, и заарн опустил голову, печально усмехнувшись.
  Переговоры с предположительно-враждебной стороной темным не пришлись по душе, и напоминать про ее предположительную враждебность опять отправился Эршен. Ему вечно доставалось все самое сложное.
  - Зачем вы приехали, Эршенгаль? - осведомился я, замечая за его спиной Матиаса. Призыватель цепко оглядывался, наматывая на руку серебряную цепочку, и был здесь ну полностью ни к месту.
  - Если бы вы не вернулись из подземелий, Шеннейр бы объявил Норману войну, - доступно, как несмышленому ребенку, объяснил боевой маг.
  - Он не стал бы, - скептически поправил я. - Это невыгодно.
  - Не все же измеряется выгодой.
  Я решил, что мне послышалось.
  - Матиас, ты-то что здесь забы...
  Заарны отступили от собрата синхронно, прижимаясь к стене. Трогательное единодушие затронуло даже охрану, впервые вызвав у нее какие-то эмоции; впрочем, это не был страх.
  - Не разговаривай с ним! - первым сорвался Ингви, как тот, кто стоял дальше всех.
  - Человек, ты не... не надо, - на красивом личике Фаррен застыла гримаса отвращения. - Это неполезно... вредно... неправильно для статуса.
  - Потому что он на вас не похож?
  - Внешность - это индикатор, Кэрэа, - оборвал нытье гончих командир. Он казался спокойным; выдавали только дрогнувшие пальцы, потянувшиеся к ятагану. - Как только появляется вредная мутация, она сразу видна. Так сделано специально, чтобы выбраковывать порченых еще на выходе из инкубатора.
  - Вы сами сделали меня таким! - огрызнулся Матиас.
  - Это опасно и должно умереть, - сказал мне Тхиа на прощанье. - Отдай это Норману. Такие вещи не стоят ссоры.
  То, что вокруг меня постоянно концентрируются всякие люди и нелюди, еще можно понять. Но почему каждый считает своим долгом ездить мне по мозгам, что делать, а что нет? И, что примечательно, через раз из самых лучших побуждений. Я схватил все еще злобно шипящего на сородичей недо-гельда за рукав, потянув за собой, и кратко посоветовал:
  - Не маячь перед Норманом. И перед сородичами в целом. Ты вроде бы должен был уехать с Шеннейром?
  Похоже, кроме меня так никто не считал.
  - Я могу видеть тебя по эмпатическому отклику, - потерянно ответил он. Я забрался в машину и равнодушно похвалил:
  - Молодец. Так и до светлого докатишься. Чем дольше развиваешь эмпатию, тем сложнее от нее избавиться.
  Машина слишком резко тронулась с места, сразу прокатившись по выбоине, и я уткнулся лбом в переднее сиденье, жалея о том, что так самонадеянно сорвался из Вилленсхольма, решив, что какая-то рана мне нипочем. Ошибки, сплошные ошибки. Не сомневаюсь, что в Шэн есть лекари, но доверия им никакого, а Миль в гильдию не поедет. На крайний случай придется обращаться к Эршену - среди прочих он казался самым вменяемым и сдержанным человеком. Настолько, что я совершенно не хотел ничего узнавать о его прошлом.
  Черный шпиль Шэн уже ярко выделялся на посветлевшем небе, а это значило, что до Осеннего праздника оставалось четверо суток. Ничтожный срок. Конечно, Аринди сильна. Конечно, в Заарнее регресс, но никто и не требует от паразита быть гениальным. Паразит должен уметь делать хорошо только одну вещь. И если вторжение начнется, то мы его не остановим.
  - За все время существования вашего мира, Матиас - кто-нибудь пытался открыть портал и напасть на Хсаа"Р"Нэа?
  Не касаясь темы, кому оно надо и кто туда добровольно полезет.
  Эршен заложил крутой вираж, едва не съехав с дороги, и с каменным лицом продолжил вести машину. Матиас изумленно вытаращился на меня и покатился со смеху:
  - Да они же... они же отсталые! Они даже не знали, что другие миры существуют, - веселье стихало вместе с тем, как он осознавал, что я не шучу. - Такого не бывает, магик. Жертва не нападает на охотника.
  И то верно - никто не станет тратить колоссальные ресурсы только ради того, чтобы пробить дверь в иные миры, когда нет причин. Лучше потратить ресурсы на оружие - оружие не бывает бесполезным. Я полюбовался, как сверкают молнии в гигантском пылевом облаке, окружающем Вихрь, и отметил:
  - А вот это - серьезное упущение.
  
  Путь в Шэн прошел благополучно, что скорее действовало на порядком истрепанные нервы, чем радовало. Чтобы не расслабляться, в пути я пробовал связаться с Шеннейром: связь пять раз сбивалась, а на шестой тот ответил трехэтажным матом.
  - Простите, Рейни, это не вам. Потом поговорим, - буркнул темный магистр в перерыве и отключился. Сделаем вывод - до полигонов он добрался.
  В ангарах, несмотря на ранний час, было многолюдно. Большой кран грузил ящики на летучие платформы, а наблюдал за этим высший маг Райан. Неприятности приходили и уходили, а совет продолжал стойко держаться за нерушимые основы: пофигизм и невмешательство. Нас высший предпочел бы проигнорировать, но уйти от прямого вопроса не смог:
  - Надеюсь, вы не растаскиваете имущество гильдии? - он медленно обернулся, и я в извинении склонил голову: - Простите за резкость, Райан, я просто вспомнил, какой интерес у вас вызывали светлые замки. Вы же не собираетесь делать с Шэн то, что сделали с Иншель?
  Несколько секунд высший разглядывал меня из-под набрякших век, поражаясь, почему я вообще смею к нему обращаться, а потом брезгливо поморщился:
  - Ты наглеешь с угрожающей быстротой, светлый. Это мой заказ для мастерских. Я не собираюсь терять голову, пока вы наводите панику.
  - Панику? - я удивленно окинул взглядом ангары и группу сонных магов с нашивками пятой артефактной мастерской, контролирующих погрузку. - Я не представляю, что нужно сделать, чтобы заставить вас наконец шевелиться.
  Эршенгаль расправил боевую цепь, и Райан с неохотой погасил атакующую печать, отворачиваясь. Впрочем, мне и самому не хотелось продолжать беседу. Забавно: я светлый - но за мной стоит Шеннейр, а значит, передо мной даже будут оправдываться. И презирать. Порой эмпатия сводит с ума.
  - Тебя и его жизнь волнует? - Матиаса буквально трясло от злобы, и я попросил у высшей силы терпения добраться до какого-нибудь укрытия и просто лечь.
  - Разумеется, Матиас. Больше, чем ты можешь представить.
  В комнате, куда привел Эршен, оказалось панорамное окно, но хоть выходило оно на противоположную от Вихря сторону. По сравнению с домом Нормана штаб боевых магов был... обычным, пустым и довольно аскетичным, но, по крайней мере, безопасным. Мне не особо хотелось знать, кто тут жил раньше и куда он делся.
  - Это не опасная мутация, - заарн по-прежнему стоял над душой, мешая смиряться с неизбежностью обращения к темным за помощью. Хотя, конечно, если сородичи тебя не то что ненавидят или боятся, а шарахаются как от чумного, и так всю жизнь, то это поневоле начнет напрягать. - Изменения из-за высокой степени приспособляемости к вашему миру.
  - Я верю.
  - Они сказали, что я эмпат... - фразу прервал разговор на повышенных тонах за дверью. Матиас что-то невнятно прошипел, отступая в тень, и Эршен впустил в комнату невысокого бледного человека в мантии высшего. Именно по бледности я его и узнал: именно он присутствовал на казни вместе с Гвендолин. И, если не на месте казненного, то в качестве вразумления.
  - Нэттэйдж, глава Внутренней службы, - незнакомец вежливо поклонился, ни словом, ни жестом не выдав ничего, кроме этой самой вежливости. - Позвольте выразить вам благодарность, светлый магистр, что вы остановили казнь...
  Судя по имени, предки Нэттэйджа приехали со стороны дорогих соседей. Сейчас Аринди закрыла границы, что, в принципе, типично для страны, в которой много лет то гражданская война, то ерунда в подобном духе.
  - Да? - я устало потер веки, прекрасно понимая, не выгляжу и не чувствую себя магистром. Хотя перед темной гильдией я и раньше не выглядел, поэтому нечего начинать. - Спасибо. Можете сразу перейти к делу.
  Эршенгаль и Матиас разом переглянулись, очевидно, вспомнив манеру своего главы. Вести себя как Шеннейр я не планировал, но выслушивать славословия от высших - тоже. Но посетитель перестроился быстро:
  - Я пришел просить за своих подчиненных...
  В окно со стуком влепился почтовый журавль, размазываясь бледным пятном. Таинственный начальник таинственной службы не дрогнул, и только погасил защитную печать, которую вызвал на чистых инстинктах:
  - Кто-то вызвал, когда по связи опять пошли помехи. В шторм летают только почтовики, - словно оправдываясь, пояснил Нэттэйдж, и порывисто шагнул ко мне: - Я не отрицаю свою вину за то, какой опасности вы подверглись в Шэн. Но все причастные к этому вопиющему событию уже казнены, также знакомые виновных и те, кто ничего об этом не знал и, несомненно, виновные именно в этом. Я ничуть не сомневаюсь в справедливости решений нашего магистра. Но, прошу вас, помилуйте тех, кто сейчас дожидается казни! Это хорошие специалисты и верные гильдии маги, и я клянусь, что они не помышляют принести вам вред. Они будут полезны и они сделают все необходимое, чтобы загладить свой проступок...
  Я смотрел, как по стеклу растекается фосфоресцирующая кровь, и чувствовал, как ум начинает заходить за разум. Нэттэйдж просил прощения за попытку отравления в гильдии, к которой был совершенно непричастен, но каким-то образом должен был предотвратить. Вот и сработали пробелы в списке. Со мной пришли договариваться.
  - А моя благодарность будет велика.
  Эмпатическое эхо Нэттэйджа было искренне и прекрасно. Он волновался за своих, и он отлично осознавал, что волнение за своих товарищей придется светлому по душе. То был настолько замечательный повод, что если бы его подчиненные не попадали в список, им следовало бы туда попасть.
  А еще он без колебаний задушил бы их собственными руками, если бы это принесло ему пользу. Я ощутил себя на месте Нормана - тот случай, когда к тебе приходят всякие мутные типы с предложением сотрудничества, а тебе хочется их послать.
  - Я подумаю об этом, Нэттэйдж.
  Он покорно склонил голову, не выразив ни знака недовольства. Промедление не входило в его планы, но высший понял, что давить сейчас опасно.
  - Позвольте один вопрос, светлый магистр. Вы действительно уверены, что прорыв придется на этот Осенний праздник? - он бросил на Матиаса выразительный взгляд, достаточный, чтобы быть замеченным. Заарн достал ритуальный нож и начал подбрасывать его на ладони, делая вид, что ничего не заметил. - Не подумайте, что я сомневаюсь в ваших словах. Не в ваших. Но кто в Заарнее стал бы рассказывать о дате вторжения перебежчику? Мы предполагали, что у нас есть фора...
  Лампы погасли плавно и ненавязчиво. Стекло лопнуло уже в темноте, впустив в комнату холодный ветер, и свет зажегся снова.
  - Гвен, изолируй блок АЕ один дробь шесть, - Нэттэйдж без всяких признаков паники коснулся стены браслетом, подключаясь к внутренней связи. Осколки непробиваемого стекла лежали вдоль ровной линии, ограниченной выросшей от пола до потолка синей печатью. Впрочем, Шэн восстановила подачу энергии, и разбитое окно уже затягивала переливающаяся пленка.
  - Это ведь не совсем хорошо, да? - я потихоньку сдвигался к выходу, отодвигаясь от бледных трещинок, неуклонно расползающихся от окна.
  - Все хорошо, - успокаивающе проговорил Эршенгаль.
  - Все в порядке, - повторил высший, закрывая за нами дверь. Кажется, он очень хотел оставить Матиаса внутри, но не получилось. - Шэн - очень старое здание. Некоторые ее структуры настолько старые, что начинают отмирать. Сейчас поставим на карантин, восстановим...
  В соседнем помещении коротали время боевые маги и двое заклинателей в серой форме. Нехорошие взгляды, которыми они обменивались, ясно говорили, что от кровопролития стороны сдерживает исключительно прямой приказ. Ну и то, что спутники Нэттэйджа были в явном меньшинстве.
  Серая ткань не вызывала приятных ассоциаций; вряд ли внутренняя служба занималась мирным снабжением гильдии. Скорее, вместе с заарнами, обеспечивала порядок и покой на просторах нашей родины. То есть, вместе с ними же, занималась запугиванием и террором.
  - Кэррен. Ринвель, - представил спутников высший. Я безразлично кивнул, задержавшись взглядом на втором маге, на лице которого еще остались синяки от игл, и оцепенел.
  Ринвель.
  Гребаная Тьма. И поспешность. И глупость. Тьма хохотала голосом Миля, узнавшего, кого именно я вытащил с почти совершенной казни. Мне хотелось завыть в голос и побиться головой о стену, но отменять решение было уже поздно.
  Я досчитал до десяти, прикрыв глаза, и сухо произнес:
  - Если бы я знал, кого спасаю, я бы не торопился. Наверняка убивать светлых учеников было куда веселее, чем сражаться с темным магистром, не правда ли?
  Маг подался назад от неожиданности, и я искренне пожалел, что никогда не умел пользоваться боевой цепью. Но глупо винить окружающих в своих ошибках. Нужно просто думать, прежде чем делать.
  Хотя я давно запутался в чередовании дня и ночи - все равно спать приходилось тогда, когда получится - но перед рассветом в гильдии становилось почти выносимо. Когда маги спали, их можно было даже спутать с людьми. Только темный источник сегодня был особенно надоедлив, давя на виски и раздражая неровным ритмом, и я удивлялся, как еще был способен что-то ощущать, кроме него.
  - Нэттэйдж, а почему вы не в своем замке?
  Высший не протестовал, чтобы вся компания шла за ним - хотя куда было ему деваться, если он не хотел получить отказ. Я уже начал понимать, в чем была суть списка.
  - А вы не помните?
  - Я должен?
  - Даже не знаю, расстраиваться мне или нет, - в дружелюбии проводника прозвучала едва уловимая нотка фальши. - Хотя его уничтожили за день до начала войны.
  Когда объявили начало войны, были уже десятки жертв с обеих сторон. Что тут второстепенные поместья.
  Если источник был сердцем Шэн, то пункт управления - как минимум, мозгом. Небольшой круглый зал типично для гильдии был пафосен и мрачен: полутьма, антрацит, змеевик и большие экраны с мелькающей рунной вязью. Почти половина мест у пультов пустовала, но операторов было мало просто потому, что их осталось мало.
  Посередине зала стояла Гвендолин с нейрошлемом в руках. Главным оператором Шэн она стала как раз после нападения на башню, и эхо смерти еще гуляло в высоких сводах.
  - Что там? - Нэттэйдж без стеснения занял одно из пустующих мест, показывая, что он здесь гость частый и привычный.
  - Выгорели две печати, - отстраненно ответила глава Информационного отдела. От шлема и от обода вокруг ее головы к потолку вели переплетенные провода. - Активность источника в критических пределах, но связующее кольцо меня очень, очень беспокоит.
  - Источник Шэн проснулся и сжигает ограничители? - с любопытством уточнил я, занимая крайнее кресло. - И часто у вас так?
  - Низкий поклон нашему магистру, - объявил Нэттэйдж и зевнул. - Постоянно.
  Встреча опасности проходила в дружеской и непринужденной обстановке.
  - Не тревожно жить на вулкане?
  - А еще мы со светлой гильдией вместе обитали, - припомнил маг.
  Кто-то из инфоров уронил со стола кружку. Судя по всему, воспоминания были не слишком теплыми.
  Высшие перешли на какой-то свой язык, посторонним непонятный, и я обратился к своей соседке, уловив знакомое сочетание:
  - Связующее кольцо?
  Инфор прекратила коситься на меня из-под волос и с готовностью пояснила:
  - Соединяет печати вместе... - и смущенно умолкла.
  - Светлая гильдия была так страшна?
  Она закивала, радуясь продолжению беседы, и взмахнула руками:
  - Светлые постоянно перехватывали управление, у Шэн начинали противоречить протоколы, и пуфф! Мозги спекались.
  Тут заклинательница осознала, с кем разговаривает, и поспешно уткнулась в консоль, делая вид, что полностью погружена в работу.
  - ...Нет, меня оно определенно беспокоит, - твердо решила Гвендолин и надела шлем. - Я блокирую внешние порталы и объявляю предупреждение по жилым секторам.
  Лампы вновь мигнули, и теперь их свет был куда тусклее. Что-то шло не так, и аура спокойной мощи, окутывающая Шэн, как будто дала трещину; как будто исправном механизме, в мерном биении сердца начались перебои.
  Непринужденной обстановка медленно быть переставала.
  - Третья печать, - быстро доложил один из инфоров. - Четвертая.
  Высшие тревожно переглянулись:
  - Миля нет в гильдии, - непонятно к чему сказала Гвендолин.
  Для комплекта - здесь и Шеннейра нет. Почему-то именно эти двое никогда не оказывались там, где положение становилось безнадежным.
  - Начинаем эвакуацию, - вяло дал отмашку Нэттэйдж, и застонал: - Шесть утра. Нас повесят.
  Кажется, по поводу всеобщей серьезности и оперативности Эршен пребывал в глубоком шоке. Но потрясения боевого мага еще не закончились:
  - Пятая мастерская говорит... много что говорит, в общем, отказывается, - окликнул Гвендолин тот же оператор. - Они как раз заканчивают заказ для Райана...
  - Райан перебьется, - отрезала волшебница. - Через минуту отключаем их от источника.
  - Как у вас с исполнением приказов? - вмешался полный дурных предчувствий Эршенгаль.
  - Приказов? - с иронией отозвался Нэттэйдж. - Каких приказов? У нас вообще нет полномочий, но т-ш-ш, это секрет.
  То есть они могут объявить предупреждение, но никого не могут заставить ему следовать. Маги - хозяева своей судьбы; хотят оставаться в опасной зоне - и остаются.
  Боевой маг кивнул и отошел в угол с переговорным браслетом. Я поднял тяжелый нейрошлем и немного неловко нахлобучил его на голову; ни к чему важному, разумеется, меня бы не допустили, но посмотреть - вполне. Для непосвященных источник Шэн так и выглядел, как описано - черный провал и сверкающее кольцо со стремительно расширяющимися разрывами.
  Нет, все же, будет забавно, если Заарней начнет вторжение именно сейчас. Откроются врата, рухнет защита, и иной мир начнет победное шествие. Падет Аринди, падет несчастная Хора, падет бедная прибрежная Вальтона и воюющая Эрла, потому что там все еще хуже, чем здесь. Останется один Ингалемарк, потому что болеет паранойей и следит за пограничными щитами, чтоб его. И будут ингалемарцы сидеть по домам и плакать, что так хотели уничтожить Аринди, но кто-то сделал это раньше.
  Инфорская сеть чем-то напоминала те сети, что создавали светлые. Искусная обманка, механическая и неживая, которую поддерживали нейрошлемы; провода будто лезли прямо в голову, показывая, как защитные печати бесконечный томительный миг истончаются, почти исчезая... и неровно, одна за другой, вновь наполняются силой.
  Я уменьшил погружение, наблюдая, как в реальном мире операторы весело переглядываются, обсуждая тормозящие резервные цепи, и как Нэттэйдж непререкаемо вещает:
  - ... не буду я отменять эвакуацию, пусть побегают! Спать они хотят. Я третьи сутки на ногах...
  Тьма плеснула в глаза; боль вонзилась тупой пилой, прошивая виски, и я с хрипом вцепился в голову. Шлем с обрезанными проводами покатился по полу, и Матиас рывком выдернул меня из кресла.
  Антрацитовые экраны блестящими осколками устилали такой же черный пол. В темноте светились только магические печати; операторы растерянно поднимались со своих мест, оглядываясь на тех, кто так и остался сидеть.
  - Какая тварь активировала портал? - тихим страшным голосом спросила Гвендолин.
  Моя соседка лежала на столе лицом вниз. Под нейрошлемом растекалась кровь, и там, где только что сверкала искра дара, была пустота.
  Портал. Чистейший Свет, они врубили портал. Жрущую немеряно энергии опасную штуку, которая нарушает границы между мирами, рядом с нестабильными вратами в Заарней. Они что, думали, раз у меня не получилось в свое время сюда переместиться и всех угробить, так ни у кого не получится? Я никогда не сомневался, что маги гильдии невероятно талантливы.
  Тишину сломал стон, идущий из глубины; по стенам прошла дрожь, и пол ощутимо скосился набок. На самом деле ничего серьезного не происходило: практически заражение источника как в Вилленсхольме. Только в сотни раз сильнее и быстрее.
  - Уведите светлого! - рявкнула начальница инфоотдела, и ослепительная волна заклинания впиталась в стены, останавливая движение. Заклинатели поднимались и вставали рядом с высшей, образуя круг, объединяя свои печати; темный источник рванул вверх и, получив отпор, откатился обратно. Я потянулся к ним, готовясь поддержать... готовясь попытаться поддержать, но связь грубо оборвали, вытолкнув за дверь.
  - Ваша главная цель - выжить, светлый магистр, - жестко сказал мне Эршенгаль и потащил дальше по коридору. - А моя - выполнить приказ Шеннейра. Не мешайте.
  - А они?.. - я поморщился от сильной хватки, не пытаясь сопротивляться. Сопротивляться боевому магу - вообще бесполезная затея. Он меня вырубит и так потащит.
  - Сами разберутся, - уверенно ответил Эршен. Я бы поверил - но я был эмпатом.
  - А ведь ничего не предвещало, - с досадой пробормотал почти бегущий рядом Нэттэйдж. - Алин съехал, Шеннейр убрался, живи да радуйся...
  - Успеете?
  - Да, да, да, куда мы денемся?! - вызверился на боевого мага Нэттэйдж. - Что у нас, выбор есть?
  Лифты в Шэн были полностью автономны и подпитывались от отдельных накопителей. Когда маги ставили на них защиту, они представляли, как в случае беды бегут на своих двоих все сто этажей, и потому искренне старались. Но я все равно предполагал, что с тех уровней, откуда можно спуститься, перемещать не будут.
  У ближайшего транспортного узла уже толпились сонные и слегка взбудораженные жители башни. Люди в серой форме запускали внутрь небольшими группами, но было похоже, что с воплями штурмовать двери никто не собирался. Наверное, мешало самосознание. Или боевые маги с активированными боевыми посохами.
  - Спасибо, - высший неохотно обернулся к Эршену, и тот передал ему свой браслет:
  - Командуйте.
  - Все под контролем, всех выведем. Инфоотдел в деле, - Нэттэйдж поднял руки, прерывая поток вопросов от собравшихся, и тихо сообщил нам: - Я наверх. Эршенгаль, светлый на вас.
  Стена башни лопнула прямо над дверьми, обсыпав собравшихся крошкой. Заклинатели отреагировали мгновенно, заращивая пролом, но коридор уже очевидно начал смещаться вбок. Кто-то из задних рядов, плюнув на самосознание, начал пробиваться вперед; сверкнула молния, и темные спокойно расступились, обходя тело.
  Ну что же, дисциплина в гильдии поддерживалась.
  Стены дрожали почти непрерывно. Аварийное освещение то тухло, то ярко вспыхивало, и я всем телом ощущал, какое бешеное количество энергии вкачивает Гвендолин в башню, чтобы та только не схлопнулась, и чтобы темный источник не вырвался с нижних уровней.
  Один высший маг. Почему здесь нет никого еще?! Ведь был же Райан... ах да. У него же есть личный замок.
  - Светлый магистр, прошу вас, - умоляюще прошептал Нэттэйдж. - Здесь девяносто три уровня, мне людей не хватит!
  Я до боли сжал ключи, с ненавистью глядя на него, и сказал:
  - Тьма с вами, Нэттэйдж. Где камеры?
  
  Изолятор предупредительно находился немногим выше зала для казней. Сам зал уже захватил источник; его значок на панели перемещений горел красным, и нас не хотели пускать и сюда.
  Когда-то давно я действительно мечтал нагрянуть на этот уровень и освободить всех узников. Проблема лишь в том, что узники должны были быть светлыми, а не темными, которых обвиняли в убийстве светлых. Что-то в моей жизни шло не так.
  Я прикладывал к дверям ключи и шел дальше, не оглядываясь и не смотря на пленников. Все равно запомню. Ринвель, который старался держаться на расстоянии, говорил им, куда идти, и маги, вместо того, чтобы с воплями блаженства мчаться на свободу, реально его слушали.
  В общем, это было кругом ужасно.
  Последнюю дверь я открыл на автомате, не сразу сообразив, что дальше тупик. Сидящий в абсолютно пустом помещении человек даже не повернул головы, продолжая смотреть на маленькую медитативную печать.
  Миль был прав: высший темный маг Олвиш действительно походил на всех своих родственников разом. И он не вырезал их полностью: его сестру казнил Шеннейр. Но Олвиш там тоже был. Олвиш участвовал в штурме Иншель. Олвиш в числе прочих принимал сдачу светлой гильдии. Его сестра, высший светлый маг Юлия, ненавидела брата до последнего вздоха.
  Его старшая сестра, боевой маг Юлия, была готова сжигать города ради нас всех. И это тоже я не собирался вспоминать.
  - Тсо Кэрэа Рейни, поторопитесь! - все-таки окликнул меня Ринвель. И было с чего: из крупных пор на стенах начали сочиться красные капли, и воздух в коридоре потяжелел, став невыносимо жарким и душным. Пленник не шевелился, словно был выше всего происходящего.
  - Знаете, Олвиш, я ничего не буду решать, - я подбросил ключ на ладони и небрежно швырнул ему под ноги. - Как смешно, что темные победили только для того, чтобы превратиться... вот в это. Сдохните под обломками. Или примите милость от светлого. Удачи вам выбрать.
  - Это что было? - отмер Матиас через десяток шагов. - Зачем?!
  - Затем, что он никогда этого не забудет, - я остановился и торжествующе ткнул ему в грудь: - И будет страдать!
  Вот Нэттэйдж бы страдать не стал, и большинство из известных мне темных не стали, а этот будет. Гордость - та еще штука.
  Каменные плиты лопнули с гулким грохотом, и из глубокого разлома хлестнуло зеленоватое пламя от сгоревших заклинаний. Боевая цепь легла поперек разлома, превращаясь в узкий железный мост, и Эршенгаль молча схватил нас за шиворот, потащив за собой.
  
  ***
  
  Шэн умирала.
  Умирала мучительно, корчась в агонии. Линии печатей составляли внешний скелет, еще пытаясь удержать ее на грани, но башня неуклонно кренилась набок, проваливаясь под землю, и таяла, как подожженная свеча. Верхних этажей уже не существовало; о том, что творилось на нижних, на которых сейчас приходился весь вес огромного здания, не хотелось и думать.
  Если я что и понял из окружающей суматохи - когда надо, темные могут работать очень и очень быстро. Маги строили защитные экраны, без колебаний снося мешающие здания и окружая башню сплошной цепью из опор и связующих тросов. Где-то организовали лазарет - как я понял, сильнее всего пострадали лаборатории, имеющие прямое подключение к источнику. Поток выходящих почти иссяк, но истерить и бояться людям не давали, моментально загружая делом. Внутренняя служба вместе с боевиками Шеннейра командовали чуть ли не с упоением, ошалев от собственной крутости и величия. Конечно, им приходилось работать больше всех, да еще следить за остальными, но величие преодолевало любые преграды.
  - А как же озверевшая толпа, которая по трупам рвется к спасению? И теперь мне еще показывают, что темная гильдия не состоит из одних сволочей и эгоистов. Как жить после этого?
  Эршенгаль поднимал щиты на своем участке, а я стоял рядом, следя за эмоциональным тоном и выравнивая яркие вспышки. Не знаю, насколько это помогало, но давало иллюзию нужности. Механизм, сплоченный единой целью, должен работать без сбоев.
  - А еще мы не бросаем раненых, - хмуро подсказал боевой маг. - Откуда вы взяли этот бред? Разве в вашей гильдии было бы иначе? Или не эмпаты - уже не люди?
  Обращение к общечеловеческим ценностям типа взаимопомощи звучало бы прекрасно, если бы Эршен не напомнил о гибели Иншель. Куча трупов, реки крови, полное окружение, блокировка порталов и заклинания массового уничтожения. А так - да, в нашей гильдии тоже все прошло замечательно.
  - За такое Шеннейр убивал на месте. Светлый магистр, пожалуйста, отойдите подальше.
  Предположим. Шеннейра бесили трусы. Потому что у темного магистра чувство самосохранения отсутствовало напрочь.
  К нашему участку подъехал грузовик, и я убрался к развалинам. Матиас устроился рядом, кончиком ритуального ножа чертя на песке линии, и зло сплюнул:
  - Магик, ты прав. Кто же знал, что тут найдутся такие... благородные, кто останется.
  - Что ты сделал с защитными печатями? - мягко спросил я.
  - Разомкнул, - он поднял голову и ухмыльнулся. - Всего лишь. У вашего источника даже охраны не было. Эй, насчет порталов, я не при чем - мы же были внутри!
  Я крепче стиснул его за воротник, впечатывая в стену.
  - Это же твое последнее задание, - в фиолетовых глазах отражалось искреннее непонимание: - А я его закончил. Шэн должна быть разрушена, темные должны умереть. Ведь этого хотела светлая гильдия?
  А за эти пять дней произошло много интересных вещей. Например, кто-то из самых дружеских побуждений показал заарну источник, рассказал, как туда добраться и что произошло тут много лет назад. В общем, я вполне мог поздравить иномирника с тем, что он сделал все так, как хотел Шеннейр.
  - Ведь это было твое желание, - растерянно повторил заарн.
  Или я. Отрицать нет смысла.
  Я разжал пальцы и отвернулся. Тени одобрительно смотрели на нас, уже не прячась. Шэн должна быть разрушена. Они все должны умереть. Почему я тоже все время что-то кому-то должен?
  - С вами все в порядке? Тсо Рейни?
  Я очнулся, поняв, что стоящий рядом Нэттэйдж спрашивает это уже не в первый раз. Высший с облегчением выдохнул, и криво усмехнулся, кивая на Шэн:
  - Вопрос насчет прорыва снимаю.
  Слава Свету, до них дошло. И всего-то главному замку темной гильдии пришлось превратиться в руины, чтобы темные потихоньку начали осознавать, что что-то идет не так.
  Если бы источник не вырвался из-под контроля, ему бы стоило это сделать.
  - Что там?
  Нэттэйдж то и дело морщился, касаясь глубокой ссадины на щеке и еще больше размазывая по лицу грязь. От высокомерной маски высшего не осталось и следа, и сейчас он был куда более терпим.
  - Инфоры держали защиту, пока все не уйдут. Как и обещали.
  - А что будет с ними?
  Хотя это изначально глупый вопрос.
  - Да, жаль, - маг обернулся на рушащуюся гильдию и кивнул. - Без Гвендолин инфоотдел закроют.
  Чтобы остальные жили, кто-то всегда должен умереть.
  Молоточки в висках начали отбивать совсем уж дикий ритм. Я пошатнулся и привалился к стене, не в силах совладать со ставшим вдруг непослушным телом. Все было абсолютно не так. Я не знал, что мне делать.
  - Вы расстроены? - прозорливо спросил Нэттэйдж.
  Мститель, жертва, магистр. Магистр, мститель, жертва. Шеннейр был прав, дело именно в этом.
  - Конечно, расстроен! - я яростно вцепился в ошейник, втягивая внезапно загустевший воздух сквозь стиснутые зубы, и нащупал застежку. - Мне впервые в жизни встретились темные, которые собираются пожертвовать собой ради других. И те собрались помереть. Я думал, такого не бывает! Матиас, вытаскивай меня.
  И рухнул в искажение, такое знакомое, пустое и серое.
  Еще когда я только начинал тренировки, меня предупреждали - дар перемещения, как и любой особый дар, опасен для носителя. Чем чаще я перемещаюсь, тем тоньше становится грань и ближе тот миг, когда я уже не смогу удержаться в этом мире. Но в тот момент меня меньше всего волновало будущее. Какое будущее может быть у смертника?
  Из искажения реальный мир казался театром теней. Люди - забавные мечущиеся фигурки на бумажном фоне, источник - большой водоворот, и я позволил утащить себя к самому началу, туда, где нити, свивающие путь, слабели, и рванулся вверх, к сияющему в темноте кругу.
  Зал управления Шэн практически не изменился: только стены поплыли, и печати почти погасли, израсходовав силы. Их уже не поддерживали.
  - ... не эти жалкие слизняки. Мы останемся верны темной гильдии, - тихо сказала Гвен, и стоящие вокруг заклинатели слушали ее молча и спокойно. Разумеется, они не хотели умирать - никто не хочет умирать, особенно молодые и сильные маги - но они прекрасно знали, на что шли. - Мы сделали все, что должны.
  У них были такие вдохновленные лица, что мне было почти стыдно их прерывать.
  Я схватил ближайшего оператора за руку, вклиниваясь в инфорскую сеть, и, не давая опомниться, потащил за собой. Сеть вскипела, пытаясь разорвать навязанную связь, но я держал ее крепко, не обращая внимания на темную магию. Искажение сомкнулось над головой, утягивая все глубже; такие группы я не перемещал даже в лучшие времена, когда с той стороны поддерживали связь сородичи-эмпаты. Сквозь серую дымку проступило фиолетовое небо, и иной мир жадно вцепился в пойманную добычу - и на этот раз у меня не хватало сил вырваться.
  Зато у меня был якорь. И якорь был гельдом, причем связанным со мной гельдом и кровно заинтересованным в том, чтобы я вернулся. Он сиял в сумерках, как маяк; нити лопнули, не выдержав напряжения, и солнечный свет начал приближаться, постепенно, рывками...
  Мы материализовались в криво начерченном заклинательном круге. Кажется, на ногах удержалась только Гвен, по извечной привычке выглядеть соответственно статусу. Матиас так и стоял посреди пентаграммы с ритуальным кинжалом, зажмурившись, а собравшиеся вокруг типы пялились молча.
  Хорошая фишка. Нет, Норман точно обойдется.
  - Убейте меня... - невнятно простонал кто-то инфоров и уткнулся в землю, закрывая голову руками. Гвендолин стряхнула пылинку с рукава и чуть надтреснутым голосом произнесла:
  - Вы зря рисковали, светлый магистр. Вне Шэн наши способности бесполезны.
  М-м-м, мне уже пора сказать "не в выгоде дело"?
  Я обвел магов задумчивым взглядом и пожал плечами:
  - На Шэн жизнь не закончилась.
  Черный источник вырвался из-под земли, столбом взмыв к небу, превращая в пыль все, что находилось рядом, ударил в щиты... И начал опадать, накрытый огромной белой печатью, похожей на снежинку. Высший маг Олвиш стоял на границе круга, все с тем же отмороженным выражением глядя перед собой.
  Если честно, все его родственники были сильнейшими магами. Мы отлично ладили, но вечный Свет, как я боялся этих психопатов.
  Я поежился и постучал по переговорному браслету:
  - Нэттэйдж, у вас есть спецлиния связи с Норманом?
  И стоит уже начать придумывать, под каким предлогом я будут выбивать из заарнского Лорда помощь в этот раз.
  - Я позову начальников отделов, - оживился начальник внутренней службы. Матиас наконец очнулся и с нечленораздельным рыком кинулся ко мне, но Эршен перехватил его на полпути, связав собственной цепью.
  - Все это время вы носили сломанный ошейник? - спокойно осведомился он.
  Ну, если совсем без недомолвок... да. Я ведь знал, что этим закончится. У меня было время на подготовку. Светлые еще во время войны научились подчинять чужие артефакты, и мне достаточно было просто несколько минут подержать его в руках. С чего они вообще решили, что светлый магистр вот так запросто поднимет лапки, позволит себя заковать и доставить в стан врага совершенно беспомощного?
  Ах, ну да. Всегда нужно верить в лучшее.
  - Я же знал, что никто спокойно спать не сможет, пока мою способность к перемещениям не блокируют, - я пожал плечами и застегнул серебристую кожаную полоску обратно. - А еще я не хочу провалиться в Заарней или остаться в искажении навсегда. Мой дар необратимо нарушен.
  А еще это была моя страховка на самый крайний случай, которую я только что бесполезно потратил. И теперь ничего не мешает темным достать нормальные оковы или свернуть мне шею за такие выходки.
  Матиас все же выкрутился и вцепился мне в воротник, и я тихо засмеялся, наблюдая, как полыхает темный источник, пожирая остатки башни. По крайней мере, я больше не буду видеть ее из своей камеры.
  Бывают в жизни приятные моменты.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"