Джиллиан: другие произведения.

Детский сад-8

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
Оценка: 8.66*37  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Время от времени Тёплую Нору сотрясают катаклизмы, а мир открывается для Селены различными, не всегда приятными сторонами.


   МЁРТВЫЙ ЛЕС
  
  
  
   Глава первая
  
   К последним весенним дням Ирма резко вытянулась и похудела. Селена про себя обзывала её акселераткой и бешеным одуванчиком (волосы, несмотря на все заколки, оставались косматыми), а ужаснувшиеся домовые во главе с Веткиным старались закормить волчишку, приняв её худобу не только близко к сердцу, но и на свой счёт. Усиленному кормлению Ирма не поддавалась. Гиперактивный ребёнок превращался в столь же гиперактивное взрослое существо, пусть и костлявое, порой выглядевшее голодным и измученным от собственного энергичного движения, но всё такое же по-детски увлекавшееся всем подряд.
   Ирма придумала новую игру.
   Игру обозвали "крепость". Сначала игралось легко. Участников делили на две группы. Одна вставала в круг, и участники крепко хватались за руки друг друга. Другая бегала за пределами круга, пытаясь прорваться вовнутрь. Шум, гам, смех, куча мала - в общем, всё то, что любила раньше Ирма. Освоившись с нехитрыми правилами, маленький народ визжал от удовольствия. Но волчишка постепенно расширяла свод правил, и вскоре "крепость" превратилась в довольно сложное действо. Маленький народ ворчал, но пока терпел, хотя время от времени орал на выдумщицу и требовал старой игры, в которой можно не только активно подвигаться, но и поваляться в своё удовольствие на подросшей зелёной травке. Ирма держалась и продолжала усложнять игру, необычные ходы которой затем хотела опробовать в пейнтболе.
   Сегодня её уговорили-таки сыграть в старый вариант "крепости"
   В это время, после "тихого часа" и в ожидании ребят из школы, Селена наравне с малышнёй бегала по саду, на зелёной, в жёлтых цветах, лужайке, играла вместе с детишками за пределами "крепости". Игра ей нравилась. Простенькая, но для младших - самое то: и побегать, и посмеяться, и азартно повизжать под безоблачным небом и припекающим щёки солнцем.
   ... Внезапно группа-"крепость" замерла, а потом дети разжали руки и попятились. Не сразу поняв, что случилось, кое-кто мгновенно проскочил было в круг, а потом без паузы кинулся подальше от него. Хозяйка Тёплой Норы подняла брови в недоумении и вздрогнула от неожиданного звука. В круге стояли недавно проскользнувшие-таки между игроками Люция и двойняшки-оборотни. До сих пор хохотавшие, Тармо и Вилл чуть запоздало, но тоже рванули подальше от девочки-дракончика. И Селена уже не просто привычно, а чисто инстинктивно уставилась на драконишку, в яркий весенний денёк нелепо заверещавшую - и тут же замолкшую.
   Дети в секунды спрятались за Селеной, опасливо поглядывая на малолетнюю предсказательницу.
   Селена, насторожённая, ждала символического предсказания - такого, что не всегда сразу и расшифруешь, зато по форме выражения порой опасного для детей.
   А Люция выкинула кожистое крыло с жёстко торчащим боевым когтем... и всё. Ни попытки броситься на кого-то. Ни - снова закричать. Тишина. Неподвижность. Правда, эта неподвижность не коснулась лица малышки. Чуть полноватое, хоть и с высокими скулами, из-за чего тёмные глазища с возрастом становились всё огромней, оно дёргалось и кривилось. Те же глаза явно пытались что-то рассмотреть, но вглядывались в пустоту перед собой. Люция будто смотрела на стеклянную стену: то фокусируя взгляд на стекле, то словно "падая" взглядом сквозь него... Брови дракончика то морщились, то взлетали в изумлении, рот раздражённо ощеривался, а потом плотно закрывался, и губы сжимались в плотную ниточку.
   Медленно подходя к Люции, Селена убеждалась в невероятном: кажется, малышка-дракон не знает, как реагировать на то, что ей пригрезилось, и как именно "рассказать" об этом всем, кто рядом. Если пригрезилось. Крыло с боевым когтем еле заметно опускалось... И внезапно Селена остановилась, сообразив и другое: кажется, предсказание промелькнуло перед глазами Люции так стремительно, что она растерялась! Драконишка старалась поймать промелькнувшее мгновение прозрения, а оно пропало наглухо.
   - Селена... - прошептала Ирма, и она чуть не подпрыгнула, не расслышав, как девочка-оборотень очутилась рядом. - Она драться не будет?
   Забеспокоившись, Селена вспомнила, что чёрный-то дракон может разглядеть по личному пространству Люции то, с чем связано её пророчество. И торопливо попросила:
   - Ирма, сбегай за Колром, пожалуйста!
   Как ни странно, минуту назад в азартной игре визжавшая от восторга, сейчас волчишка серьёзно кивнула.
   - Ага! Я быстро!
   И, развернувшись, помчалась со двора. Следом бросилась, даже не прося подружку остановиться, - её привычная свита: Берилл, мальчишка-вампир, и Тармо с Виллом. Фаркас тявкнул было радостно и тоже побежал за командой, но Селена успела поймать его за шкирку и передать Вади, чтобы посторожил.
   И снова обернулась к Люции. Та сама неуверенно брела к ней - какие-то несколько шагов, причём шла, волоча крыло и с застывшими глазами... Дети, догадавшись, что Люция больше не опасна, тоже приблизились к ней. Хозяйка места присела перед драконишкой и осторожно потрогала её за плечо.
   - Люция, ты сумеешь сама втянуть крыло?
   - Селена! - окликнула её Айна, самая спокойная из младших. - Риган идёт.
   Риган, мальчик-дракон, возвращался после учёбы у старика Трисмегиста.
   Наверное, он шёл улицей, а потом уже свернул во двор Тёплой Норы. При виде странно замершей толпы он ускорил шаг, сразу начав ковылять, и, уже добежав, спросил:
   - Что с-случилос-сь? Поч-чему Люция?..
   - Начала прорицать, - объяснила Селена, поняв его недоговорённость, - а потом она замолчала, и крыло осталось. Ты сумеешь сделать так, чтобы она его убрала?
   - Не знаю, - признался мальчик-дракон. - Х-хельми легко это делает, а у меня не вс-сегда получаетс-ся.
   Будто услышав ответ Ригана, Люция медленно повернулась к нему, а потом вдруг поспешно укрыла плечо Селены единственным крылом. Селена привычно обняла девочку, стараясь не задеть крыло. И лишь после того как Люция прильнула к ней всем телом, почувствовала, как собственную спину обдало холодком, а потом побежали и мурашки: прорицает ли девочка-дракончик сейчас? Или это обычное проявление детской привязанности? Желание найти утешение в объятиях взрослого, после того как испытала некую странность?
   Во двор ворвалась Ирма со своей командой. Волчишка добежала до Селены, присевшей на корточки, чтобы Люции было удобно стоять, и вполголоса сказала:
   - Он сейчас придёт! Сказал - быстро!
   И тут же улепетнула к своим. Селена посмотрела ей вслед, невольно улыбаясь: Ирма теперь возвышалась не только над своей преданной командой, но и над остальными. Даже Вади, бессменный её кавалер, только самую чуточку не уступал ей в росте... Селена хотела бы снова присоединиться к детям, но Люция буквально не отпускала её, обнимая. Инстинктивно понимая, что девочку-дракончика что-то всё ещё беспокоит, Селена продолжала сидеть на корточках, покорно дожидаясь прихода чёрного дракона.
   Колр появился во дворе Тёплой Норы, когда маленький народ радостно водил хороводы вокруг Ирмы. Та строго проговаривала считалку, выбирая команды для пряток.
   При виде взрослого дракона детишки убежали в сад - и Риган, взявший за руку Стена, пообещал Селене, что будет за ними за всеми приглядывать... Звонкие голосишки поутихли среди пышной зелени садовых деревьев и кустов. Колр подошёл к Селене. Люция глянула на него угрюмыми глазищами, но с места не сдвинулась.
   - Что с-случилось?
   Ладонь дракона легла на плечо дочери, помогая крылу втянуться.
   Встала Селена с трудом - ноги затекли от долгого сидения в неудобном положении. Да и вставать пришлось осторожно: девочка-дракончик, несмотря на присутствие приёмного отца, вцепилась в Селену, сжав в кулачки куртку на её груди. Пришлось подняться вместе с Люцией на руках.
   - Я бы тоже хотела знать, что случилось, - хмуро сказала Селена, встревоженно поглядывая на малышку. И кратко пересказала Колру события последнего часа.
   Чёрный дракон бережно взял Люцию за подмышки. Та разомкнула пальцы, отпустив куртку, и послушно повисла на руках приёмного отца, пока тот разглядывал её.
   - Ничего не вижу, - покачал головой Колр, уже прижимая малышку к себе. - У неё абс-солютно чис-стое личное прос-странс-ство.
   - То есть прорицания не было? - уточнила Селена, продолжая беспокоиться.
   - Нет, - уверенно сказал дракон. - Что-то, может, и с-скользнуло по краю, но не задело её с-спос-собнос-сть пророчес-ствовать.
   - Но почему девочку это так тревожит? Она выпустила не просто крыло, а с когтем.
   - Возможно, она с-слиш-шком мала, чтобы понимать, что некоторые прорицания ей недос-ступны. А тот промельк, возможно, был на вес-сьма тонком уровне. Она поняла, что что-то было. Но увидеть не с-сумела. Возможно, потому и появилс-ся боевой коготь, что малыш-шке это не понравилос-сь. Заберу её домой. Аманда приглядит за Люцией, пока не вернутс-ся с-старш-шие девочки
   Селена не совсем поняла высказывание Колра про тонкий уровень прорицания, но решила подождать до приезда Джарри, который вместе с другими родителями деревни уехал в пригород за школьниками. Семейный обычно более просто и на примерах объяснял магические штучки, которые не всегда понимала Селена...
   Распрощавшись с чёрным драконом и бредя по весеннему саду в поисках детворы, она размышляла, почему несостоявшееся предсказание Люции так беспокоит её. И фыркнула: человек любопытен. И если что-то может узнать заранее, он старается получить знание о будущем в полном, насколько это возможно, объёме.
   Успокоившись на этой мысли, Селена немедленно включилась в игру, которую затеяла бессовестная Ирма, - в "прятки". Отсутствие совести в волчишке сказалось в том, что Ирма, как водящая, вместе со своими дружбанами, двойняшками Тармо и Виллом, прячущихся могла легко найти по следам!
   Так что Селена, ничтоже сумняшеся, решила подставить волчишку и вбросила вокруг мест с прячущимися заклинание "обесслеживания"! Резко потеряв след, Ирма и двойняшки обозлились и принялись бегать, как бегают обычные дети в поисках спрятавшихся. Теперь "прятки" проходили равноправно для обеих сторон, и довольная Селена примостилась на скамье, на которой сидел Риган с её сыном. Стен жадно смотрел на бегающих оборотней, но не возражал против того, чтобы очутиться на коленях матери.
   - Как прошло сегодняшнее занятие? - спросила Селена, тоже не отрывая взгляда от играющих и тихонько похлопывая ладошками Стена в "ладушки-ладушки".
   - Трис-смегис-ст хочет с-снова с-сломать мне крыло, а потом с-сложить как надо, - шмыгнул носом Риган и поёжился. - Ему будет помогать Бернар. - И добавил потише: - Я знаю, что это для моей пользы. Но мне... с-страш-шно.
   Не зная, как утешить мальчика-дракона, Селена пообещала лишь одно:
   - Я буду рядом, Риган. Обязательно! И Хельми будет рядом. И Колр. И Коннор делает так, чтобы ты не почувствовал боли!
   Вообще-то, как понимала Селена, Трисмегист и сам придумает какое-нибудь обезболивающее на время сложной операции. Мальчик-дракон не ощутит боли во время операции. И Бернар, и Колр помогут ему в этом. Но сейчас надо поддержать дух Ригана. А чем больше вспомнит Селена всех, кто будет сочувствовать маленькому дракону, тем уверенней будет себя Риган чувствовать.
   Риган посидел, посмотрел на деревца с нежно-зелёными листьями, повздыхал, глядя на высокие белые облачка на синем небе, а потом взглянул на Селену и заулыбался. Да так задорно, что Селена рассмеялась и погладила его по голове, хоть и не любила проявлений телячьих нежностей.
   Ирма тем временем придумала, как отыскать спрятавшихся: раздражённо взвыв, она решительно полезла на крепчуг, росший посредине любимой площадки для игр в саду. Крепчуг поражал воображение крепкими сучьями, до сих пор безлиственными, а потому воинственно торчавшими в стороны. Забравшись повыше (Селена встревоженно привстала, обнимая сына), Ирма огляделась и принялась отдавать приказы двойняшкам, откуда они должны выволакивать прячущихся. Писк, визг, протестующие вскрики, торжествующие вопли...
   - Ирма, мы всех нашли! - заорали двойняшки, встав под крепчугом и задрав голову к своей предводительнице. - Только Вади нет!
   - Щас! Я ещё выше заберусь! - откликнулась волчишка.
   Испугавшись, Селена закричала:
   - Ирма, ты не разглядишь Вади сверху!
   - Да? - удивилась девочка-оборотень и принялась быстро спускаться с дерева. С последнего, толстенного сука она спрыгнула. - А почему? А где он?
   Селена подняла голову посмотреть на крепчуг и улыбнулась. Волчишка проследила её взгляд и обалдела: Вади, слегка смущённый, спускался следом. Налетев на своего кавалера, она чуть не с кулаками накинулась на него:
   - Где ты прятался?! Где?!
   - Ирма, тебе не стыдно? - изумилась Селена. - В следующий раз Вади понадобится от тебя прятаться - куда ему податься?
   - Вади - от меня?! - рассвирепела Ирма. - Пусть только попробует прятаться!
   - Но игра...
   - В игре он должен мне помогать найти себя! - заявила волчишка, возмущённо стукнув мальчишку-оборотня костлявым кулачишком в плечо. - Семейный во всём должен мне помогать! А он - прятаться?!
   Селена традиционно чуть не закатила глаза: Ирма то ли всерьёз, то ли в шутку, но продолжала играть в "тили-тили-тесто"!
   Вади перехватил очередной замах девочки-оборотня, и через секунду Ирма отчаянно дёргала руку, стараясь выдрать её из захвата. Но, к удивлению Селены, волчишка не разозлилась ещё больше, а, успокоившись, гордо сказала, обернувшись к хозяйке места:
   - Видишь, какой Вади сильный? Я правильно себе выбрала семейного!
   После этой торжественной тирады Вади в очередной раз и привычно для всех густо покраснел и, отпустив ручонку подружки, сбежал сам. А Ирма скептически посмотрела ему вслед и фыркнула, усмехаясь настолько взросло, что Селена даже забеспокоилась. Но долго заниматься проблемами "жениха и невесты" не пришлось. До приезда школьников оставалось всего ничего, и надо бы снова заставить малышню двигаться, чтобы потом не лезли, заскучавшие, к старшим.
   Собрав детей в группу (Вади подглядывал из-за яблони), Селена повела всех на самое любимое место - на игровое пейнтбольное поле. Обернувшись в очередной раз, она с затаённой улыбкой заметила, как Вади потихоньку догоняет всех.
   Играть в пейнтбол без взрослых, естественно, не стали. Но впечатлений от этого места и так хватало. Так что Селена нисколько не удивилась, когда Ирма стремительно всех "построила" и заставила играть в новую игру, благо место, оснащённое всяческими препятствиями, располагало... Правда, вскоре волчишка, совершенно явно уставшая (вытягиваться в рост начала - двигаться-то стало тяжелей), свалилась на скамью, под бочок Селены. Та обняла её за талию, и девочка прильнула к ней, наблюдая то за детьми, то за Риганом, который за скамейкой играл со Стеном на зелёной траве луговины, не занятой пейнтбольной площадкой.
   - Устала? - ненужно спросила хозяйка места, улыбаясь.
   - Угу, - отдуваясь, проворчала Ирма. - Селена, почему Вади от меня бегает?
   - Ты слишком рано начала называть его своим семейным.
   - Ничего не рано, - возразила волчишка, поглядывая на бегающую толпу малышни. - Я подслушала Каису. Она сказала Тибру, как нам повезло: у нас в деревне мальчиков много. А вот в других кланах их мало. И девочек-оборотней трудно пристроить замуж. И я решила, что к взрослой жизни надо готовиться заранее. Ведь Вади добрый и сильный! И обоняние у него лучше всех! - Подумав, Ирма пожала худенькими плечиками: - Значит, семейным его не надо называть? Тогда он убегать от меня не будет?
   - Ринд Вилмора своим семейным не называет, - напомнила Селена. - Но все знают, что они скоро поженятся.
   От хорошо известной, но сейчас иначе понятой информации Ирма забавно открыла рот. А потом спохватилась:
   - А если я Вади называть семейным не буду, он не найдёт себе другую?
   Селена про себя покачала головой: откуда у восьмилетней девочки такие мысли? Но в ответ не придумала ничего другого, как коварно перевернуть вопрос волчишки:
   - А ты? Ты себе не найдёшь другого семейного за это время?
   Ирма озадаченно уставилась на пейнтбольные препятствия: на маскировочные рвы, горки... И глубоко задумалась. В результате, Селена шла с пейнтбольного поля, одной рукой держа Стена, время от времени зевающего в её ухо, другой таща за руку Ригана. Ирма, погружённая в очень глубокие мысли о невероятно трудной взрослой жизни, плелась рядом, вцепившись в карман её лёгкой куртки, пошитой Амандой именно на прохладно-тёплую весеннюю погоду. Краем глаза Селена видела, как Вади крался следом, в толпе болтливой малышни, время от времени бросаясь в сторону, если считал, что Ирма вот-вот оглянется.
   Волчишка забыла о "семейном", едва все гуляющие приблизились к калитке в изгороди: на другом берегу речки одна за другой к мосту ехали машины - возвращались школьники. Дети обрадовались так, будто старшие уезжали не на полдня, а на несколько дней, а потому - начали пискляво вопить и визжать от счастья. Ирма подняла голову, скептически посмотрела на машины, потом на свою команду - с выражением: "Я тут над важными проблемами размышляю, а эта мелочь!.." Но всеобщая радость оказалась такой заразительной, что вскоре, отцепившись от кармана Селениной куртки, она подпрыгивала на месте, подняв руки, и вопила, будто боясь, что её-то подъезжающие не разглядят.
   Машина Джарри, которая завершала процессию, терпеливо дожидалась, когда можно будет въехать в гостеприимно открытую калитку. И Селена спокойно подошла к ней заглянуть в салон, чтобы приветствовать школьников Тёплой Норы. Сердце впервые за сегодня укололо томящей болью, и она с трудом заставила себя улыбаться, заметив, что в салоне нет братства. Но вопрос задать она не успела.
   - Селена! - из салона зазвенела навстречу ей Вильма. - Коннор с ребятами пошёл проверять квартиру Агаты! Они вернутся вечером!
   Селена выдохнула. Наверное, подерутся с кем-то по дороге домой, вот Люция и среагировала. Издалека кто-то встревоженный откликнулся: "Но Коннор не впервые дерётся в том районе пригорода! И Люция никогда не пророчила по этому поводу!"
   Машина с Джарри поехала на территорию деревни, сопровождаемая толпой малышни. Селена шла следом, трудно улыбаясь... Или сегодня Коннор встретится с превосходящим противником... Или девочка-дракончик пыталась предсказать что-то другое, совсем не связанное с братством... И, лишь дойдя до Тёплой Норы, Селена не выдержала - бросилась в кабинет и, сев в кресло - с дремлющим Стеном на коленях, сняла браслеты, отделяющие её от братства. По одному из братства "услышала" спокойного Хельми, каких-то "тёплых" Мику и Колина (тёплые - для неё значило: оба смеются чему-то), мечтательного Мирта и рационального Коннора, который, кажется, что-то объяснял или рассуждал о чём-то. Снова выдохнула: всё! Это неудавшееся пророчество Люции не о братстве! Фу-у... Гора с плеч...
   Из-за двери её коснулось мягкое послание: "Я иду".
   Она оглянулась вовремя. Дверь открылась, и на пороге показался Джарри, с улыбкой кивнув сыну.
   - Выглядишь обеспокоенной, - заметил он, беря с настенного крюка полотенце и поглядывая на столик перед креслом, куда она ссыпала блокирующие браслеты: руки-то вымыл ещё во дворе, под уличным умывальником, снова востребованным в конце весны.
   - Испугалась немного, - призналась Селена, снова надевая браслеты. - Люция сегодня начала было предсказывать, а потом пророчество резко закрылось.
   - То есть полного предсказания не было? И отчего ты так испугалась?
   - Она выпустила боевой коготь, а братство осталось в пригороде, - всё ещё напряжённо объяснила Селена и с благодарностью приняла ласку сына, который, обернулся к ней погладить по щеке. Она давно знала, что Стен отчётливо чувствует эмоции близких и пытается помочь, когда интуитивно знает, что может. Вот и сейчас - зажатые до боли лицевые мышцы начали расслабляться от тепла его ладошки.
   Дальше дело расслабления в свои руки взяла необходимость быть среди детей, И Селена, оставив хохочущего Стена на руках отца, поспешила в гостиную. Здесь пришлось присесть на один из диванчиков, чтобы окунуться в рассказы школьников о проведённом дне, поговорить насчёт проблем, выяснить, кому будет нужна помощь с не понятым кем-то учебным материалом... Потом в гостиной появился Джарри с сыном, а значит, пора загонять всех в столовую. Впрочем, загонять - сильно сказано. Дети и сами быстро заняли привычные столы по группкам. Что братство осталось в пригороде - знали все, так что на пустые места за их столом никто не обращал внимания. Разве что ученики Колра с сожалением вздохнули, предполагая, что ребятам братства удастся сегодня подраться с тамошними, местными хулиганами, наводя порядок в микрорайоне...
   Лишь раз Селена заметила кое-что непривычное: в общем негромко-хлопотливом гаме Берилл вдруг тихонько вздохнул, а потом поднял голову - посмотреть на стол взрослых. Александрит, его старший брат, немедленно откликнулся на этот взгляд, вопросительно подняв брови. Берилл поколебался, а потом встал из-за стола и быстро подбежал к столу взрослых. Он никогда при всех не садился на колени к брату, но сейчас сел... Продолжая говорить с Бернаром, Селена опустила руки под стол и сняла браслеты. Странно. Берилл ощущал пустоту. Правда, недолго: мальчик поднял глаза на брата и что-то прошептал. Александрит улыбнулся ему и приобнял младшего за пояс, словно боясь, что он упадёт. Берилл посидел так с минуту, а потом завозился и ушёл. Настроившись на него, пустоты Селена больше не ощущала.
   Но под конец ужина к Селене подошёл Вереск. Не сразу, а по своей привычке всех дичиться сначала помялся рядом, выждал, когда вокруг хозяйки места не останется никого из желающих с нею поболтать. Только тогда постарался попасть ей на глаза. Поскольку брат Космеи редко пытался настаивать на личной беседе, Селена сразу откликнулась и кивнула ему остаться в столовой, из которой ребята постепенно уходили.
   И подошла, едва только дежурные занялись уборкой столовой.
   - Ты хочешь со мной поговорить, Вереск?
   - В Тёплой Норе я потерял связь с моим мастером инициации, - хмуро сказал тот. - Пока ехали сюда, я его чувствовал.
   Мягко, стараясь, чтобы он не обозлился (а Вереск с момента, как решил навсегда остаться в Тёплой Норе, всё ещё очень обидчив!), Селена ответила:
   - Может, у них в пригороде ситуация, что Мирт вынужден тебя заблокировать?
   Мальчишка-эльф неожиданно проницательно взглянул на неё.
   - Я не об этом... Знаю, что Мирт меня часто блокирует, потому что я ему мешаю. Но я знаю, каков этот блок. Если в это время "стучаться" к нему, я попадаю будто в замкнутое помещение. Но сейчас я чувствую пустоту.
   Заглянул в столовую Джарри, вопросительно кивнул: "Ты долго ещё?"
   - Сейчас, я скоро, - пообещала Селена и снова перевела глаза на мальчишку-эльфа.
   Дрогнуло сердце при воспоминании о пустоте, встревожившей Берилла. Выждав, когда дверь в гостиную деликатно закроется, она прикинула: стоит ли при Вереске связываться с братством? А если мальчишка-эльф снова начнёт ныть, вцепившись в её связь с Миртом? Не хотелось бы, чтобы Мирт снова изо всех сил сдерживался и старался как можно деликатней отвязаться от своего инициированного. Но Вереск выглядел и впрямь обеспокоенным, поэтому Селена решилась, зная, чего он ждёт. Она села на табурет и, поставив локти на столешницу, снова сняла браслет, блокирующий от Коннора.
   Как и Вереск, она уже знала то впечатление, когда братство закрывается от неё - например, чтобы она не вмешивалась в горячие ситуации. Вереск выразился близко к тому, что она ощущала в этот миг: блокируемая, она будто попадала в тесную, абсолютно закрытую комнату. Сейчас Селена прошептала только имя: "Коннор..." и прислушалась.
   Как будто вызвала не мальчишку-некроманта, а произнесла имя, стоя на краю обрыва - в совершенную пустоту, мгновенно поглотившую имя старшего сына. Но ведь она недавно чувствовала братство!.. Селена открыла глаза. Пустота там, где она всегда слышала живое дыхание закрытого или открытого Коннора, напугала. Она получила странное впечатление, что может упасть в эту медленно, но упорно, расширяющуюся вокруг неё, пустоту сама. И раствориться в ней, рассыпавшись на атомы.
   ... Опомнившись, прикусила губу. Глупости. Поэтому и использовала образное выражение своего мира - рассыпаться на атомы. "Но час назад я их всех слышала!"
   Подняла глаза на терпеливо выжидавшего Вереска и, стараясь, чтобы голос не дрожал от испытанного страха, предложила:
   - Давай подождём ещё немного. В конце концов, они часто экспериментируют с магическими приёмами. А вдруг им сейчас просто мешать нельзя, пока они проводят опыт? Обычно они прибегают от дома Агаты за час до ночного сна. Вот и посмотрим, что они скажут в своё оправдание - вернувшись.
   Она даже улыбнуться сумела, показывая, что последние слова - шутка.
   Но Вереск принял всё на полном серьёзе и вышел из столовой, чтобы присоединиться к ребятам в гостиной - хотя бы в качестве наблюдателя.
   А Селена посидела ещё немного, успокаивая смятенное дыхание, а потом вышла к детям с той же лёгкой улыбкой. Одним взглядом оценила усилия старших, которые привычно организовали малышню на вечерние игры. Напомнила Вильме, что неплохо бы всем: и старшим, и младшим - погулять и поиграть на улице. Вечер хоть и прохладный, но солнечный и сухой. Есть два-три часа. А назавтра домашние обещали дождь.
   А когда народ Тёплой Норы с радостными криками-воплями помчался на детскую площадку и в сад, схватив за рукав Хаука, хозяйка Тёплой Норы попросила:
   - Не мог бы ты передать Колру, что я и Джарри ждём его на веранде?
   - Я сейчас! - пообещал маг огня и рванул на улицу.
   - На веранде? - переспросил Джарри, оказывается стоявший за спиной.
   Селена обернулась и обнаружила, что на неё вопросительно смотрит и старик Бернар. Он всегда оставался на пару часов после ужина, чтобы ребята-маги могли спросить у него то, что не поняли на уроках... Сейчас его присутствие - на руку.
   Селена открыла рот объяснить, но неясное чувство заставило её взглянуть на дверь в гостиную. На пороге стоял Хаук. Он сообщил, что чёрный дракон уже сидит на веранде, то есть в гостевом кабинете. И не один, а с Трисмегистом. Селена пригласила семейного и Бернара в кабинет. Едва они расселись, она нервно покусала губы.
   - Может, я начинаю слишком рано паниковать, но... мне кажется, у нас проблема.
  
   Глава вторая
  
   Усыпить его нельзя. Ни магически, ни подсыпав чего-либо в питьё или в еду.
   Но можно подло ударить сзади по голове... Исподтишка. Сильно. Выстрелив, например, из лука. Или из арбалета... Тупая боль в затылке подсказала.
  
   ... Чтобы добраться до самого большого ножа, надо всего лишь опустить руку к ремню. Его неприметная пряжка, придуманная Микой, поддавалась примитивным манипуляциям пальцев, в несколько едва слышных щелчков превращаясь в достаточно длинное лезвие. С последним щелчком нож закреплял свою форму, обретая даже рукоять, тонкую, но ребристую, а потому удобную.
   Вздрагивая от холодного сильного ливня, бьющего по полуголому телу (ему оставили лишь штаны), Коннор попытался просчитать пространство вокруг себя. Итак... Он лежал на цельном, грубо обтёсанном камне. Кисть левой руки просунута в ржавый наручник, буквально влитой в этот камень. Грязная и вонючая от старости и гнили тряпка - на глазах. Когда мальчишка начал приходить в себя, он "расслышал" в том же пространстве, как от камня, к которому его приковали, шепча плохо различимые, направленные на него слова, пятились двое или трое.
   Несколько минут назад он инстинктивно потянулся свободной рукой к тряпке на глазах. Рука, только было напрягшаяся, упала. Нет - свалилась без сил. Изумлённый, Коннор понял, что она порезана - и глубоко. Боли не чувствовал. Заставили что-то выпить? Смазали порезы обезболивающим?
   Пространство он чувствовал хорошо.
   Когда те двое или трое ушли настолько далеко, что ближайшее пространство опустело, Коннор собрался с силами и, тяжело подтащив к себе порезанную руку, буквально уронил её на пояс штанов. Пусто. Как и ожидалось. Ремень с него сняли.
   Что ещё ничего не значит.
   Он мысленно "прошёлся" по своему телу. Клипса, прятавшаяся за ухом, ожидаемо пропала. Неудивительно - бесстрастно признал он. Магический накопитель так фонил магией, что наверняка клипсу сняли в первую очередь. То же - с кольцами и браслетами. Опять странно: почему он тогда не чувствует маму Селену?
   Ладно, хватит себя инспектировать. Пора освобождаться. Эти пока непонятные похитители ушли довольно далеко - процессу освобождения помешать уже не смогут, пусть и захотят вернуться... Он напрягся привстать - и, не сумев даже поднять голову, снова рухнул на холодный камень, мокрый, шершавый. Полежал, сморщившись и отворачиваясь от обильной воды по лицу - особенно со сбитой набок намокшей тряпки на глазах. Застыл, снова проверяя себя, странно слабого. И, впервые обеспокоенный, задышал чаще: камень под ним... высасывал из него силы! И не только магические... Коннор снова приподнял правую руку. На этот раз движение далось ещё трудней, чем в первый. Но далось. Пока ещё.
   Решил полежать немного, чтобы полностью прийти в себя. А заодно выяснить, где братья. Он настроился на кровь - и через секунды его тело начало ломать страшнейшими судорогами. Чтобы успокоиться, изумлённый Коннор немедленно прислушался к ливню - отстраняясь, переключаясь с кровной связи... Когда тело вновь растянулось по камню, прикусил губу. Им ещё хуже. Это значит, их надежда - только он сам. И главное - они ещё живы.
   Значит... Никаких лишних секунд на отдых. Это иллюзия слабого, что потом он будет лучше соображать. Камень-то продолжает высасывать силы...
   Как сказала бы мама Селена: что мы имеем? Вспоминая о Тёплой Норе, как ни странно, он мог рассуждать хладнокровно, не впадая в панику.
   Из оружия (он прислушался к себе и вспыхнул надеждой: не нашли!) тончайший стилет, спрятанный в тесных ножнах из собственной кожи. Раньше из едва видного отверстия в запястье вылетало дуло мелкокалиберного пулемёта. Теперь здесь пряталось узкое лезвие холодного оружия.
   Из магического подспорья - те татуировки, которые драконы оставили, убрав из него оружие. Точней - не оставили. Вынуждены были оставить. Татушки эти Трисмегист вписал с обратной стороны кожи. Ювелирная работа. Ведь вписал он их, по-своему переложив и соединив кровеносные жилы.
   Стараясь не вспоминать, каким образом его подловили: воспоминания - это потеря времени и силы! - Коннор сосредоточился на плане поэтапного освобождения. Стилет - в левой руке. Той самой, которая зажата в наручнике. Камень, на котором он лежит, пьёт силы. С чего начать? Оружие подождёт - крови живых, если придётся защищаться. Надо начать с наручника... Но, ещё немного поразмыслив, мальчишка пришёл к выводу: нет, сначала надо попробовать накормить камень.
   Камень пьёт жизнь. А если предложить ему смерть?
   Коннор сконцентрировал внимание на плечах. Именно здесь начинались невидимые обычному глазу (да и магическому тоже!) древнейшие эльфийские руны, которые затем переходили на спину. Именно отсюда начинался призыв к смерти, силу которой можно собрать отовсюду... Небесная вода била с неба по лицу, мешая сосредоточиться, но вскоре Коннор начал активировать руны. И уже секунды спустя с новым изумлением почувствовал, что некромагические силы собираются в необычайно плотной насыщенности. Он... на кладбище? Но, едва отвлёкся, как сбор сил буквально опал. Пришлось снова заострить внимание только на кровеносных рунах, которые Трисмегист сотворил, помня о главной специализации мальчишки-некроманта.
   Камень забыл о живой силе, чуть только Коннор "предложил" ему мёртвую. Мёртвую он жрал так, что временами Коннору казалось - камень всё-таки вот-вот сожрёт и его, как источник лакомства. Но, выждав немного, мальчишка "прощупал" пространство и выяснил, что камень впитывает все силы, кроме его личной. Прекрасно.
   Продолжая пропускать сквозь себя и перепосылать мёртвые силы ненасытному каменному вампиру, Коннор, морщась и отплёвываясь от попавшей в рот дождевой воды, открыл второй канал некромагического сбора. Добрав нужный концентрат, он направил его к наручнику. Удерживая сосредоточенность сразу на двух действиях, мальчишка ощущал себя так, словно он удерживал течение разбушевавшейся по весне реки (было с ним такое однажды) и одновременно проводил сложнейший ритуал...
   Левая рука дёрнулась, когда острым краем наручника, внезапно проржавевшего и обломившегося под напором некромагии, порезало пальцы. Коннор, продолжая кормление камня, медленно сел на нём. А потом быстро съехал с него и, чуть не упав, но всё же ступил босыми ногами несколько шагов по... болоту? Он вздрогнул, отдёрнув ногу, в которую впились, похоже, какие-то острые камешки. Но прошёл по колючему, лишь бы оказаться подальше от жадного "ложа". И только затем остановился - и закрыл сбор некромагических сил.
   Правая рука с усилием поднялась и с трудом стащила пропитанную водой повязку с лица. Коннор невольно содрогнулся, когда открыл глаза. Теперь ясно, откуда здесь столько некромагических сил. Грубо обработанный камень в два человеческих роста - вокруг него россыпь мелких серых предметов, в которых легко даже в подступающем сумраке угадать кости. Вокруг - мёртвый лес. Чёрные деревья (он пригляделся к стволу ближайшего), на которых даже мха и лишая нет, настолько они сгнили. Под ногами непролазная грязь, в которой - чудо, что не застрял и не проткнул стопы полусгнившими костями. И - вечер, в котором беспрестанный, нудный холодный дождь и чёрные тени...
   - Жаль, убить тебя нельзя... - прошептал мальчишка, глядя на камень и досадливо морщась: сил таких сейчас нет. - Ты не представляешь, как жаль...
   Закрыв глаза, Коннор поднял лицо к небу. Кажется, дождь - единственная живая сила в этом странном месте. Для начала он проверил, не магический ли это дождь. Не является ли он таким же вампиром, как камень... Магический - вызван искусственно, но обычный. Просто вода. Из неё силу можно брать.
   Он снова обратился к кровеносным татуировкам. Пора спасать братьев, а делать это - лучше вернувшим силы. Здоровым. Слабым он им не нужен.
   Ливень сбивал кровь с порезанной руки и с пальцев. Держать правую на весу было довольно сложно. Но неизвестные надрезали кожу на ней так, чтобы кровь только выступила. Чтобы камню-вампиру сразу стало понятно, кого жрать... Вскоре кожа на порезах не спеша, но начала соединяться. Коннор взглянул на левую: пальцы тоже больше не кровоточат. Оставив на некоторое время кровеносные руны в действии, он медленно, остерегаясь пропороть стопы разбросанными всюду костями, хлюпая вязкой грязью, обошёл вампирский камень. Смутно надеялся найти свою куртку или хотя бы рубаху. В идеале - обувь, которую с него сняли. Нашёл только два черепа. Один совсем старый, лишённый любой информации, - он присел перед обоими на корточки: пришлось "пытать" черепа на близком расстоянии - сил маловато для обычного анализа. Другой - свежий. Судя по глухим эманациям от свежего, человека выпил камень-вампир. Значит, камень-вампир - капище? Коннор осторожно повернул череп. Затылок пробит.
   - Мне это не нравится... - прошептал он и поёжился. Дождь продолжал хлестать, и он впервые за последние годы усомнился, что был прав, отказавшись от металлической начинки, внедрённой в него Трисмегистом. Внутренние механизмы давно бы подняли температуру тела. А личная аптечка мгновенно бы впрыснула нужные лекарства, если бы магический определитель решил, что хозяин может заболеть.
   Когда мальчишка понял, что замечтался о несбыточном, он, с трудом двигая замёрзшими губами, то ли усмехнулся, то ли ухмыльнулся. Дёрнул пальцами левой руки - и правой подхватил выскочивший стилет. С камнем-вампиром он ещё разберётся. Нельзя его оставлять просто так. Нисколько нет сомнений, что им ещё воспользуются. С теми, кто послабей его, Коннора. Но пока... Пора искать ребят.
   Быстрый прикид ситуации. Прослушивание пространства - и Коннор сначала неуверенно, но затем всё быстрей побежал от капища между чёрными деревьями. Грязь брызгала в стороны из-под ног, мерзко вязла фонтанчиками между пальцами, а он стремился к первому ближайшему зову крови, лишь раз внутренне обозлившись, что связь плохая. Не потому что её глушат. А потому что маловато его собственных сил - слушать. Но на злость тоже нужны силы. Поэтому злоба - излишняя роскошь в его положении. И тем более - в положении его друзей-кровников. И он заставил себя быть спокойным и сосредоточился на беге, который, ко всему прочему, должен его разогреть.
   Одновременно он держался не только направления к ближайшему брату, но и контролировал пространство вокруг себя. Пустота, которую он ощущал, поражала, хоть он и оставался равнодушен к ней. Поражала отсутствием живого на дальние расстояния. Он был прав, когда впервые определился, что вокруг него мёртвый лес. Но... почему? Кому понадобилось бросить его и братьев здесь? Почему он не помнит, как вообще произошёл переход сюда? Что-то смутное о том, что его ударили в затылок, который едва заметно ныл, когда он поворачивал голову... Повезло, что не убили, как того, чей череп постепенно утопал в грязи возле камня-вампира? Хватит об этом думать!
   Он остановился так резко, что босые ноги проехались по гнилой поверхности почвы - здесь спустя минуты бега уже не такой податливой, как недавно. Спуск. Небольшой, но ощутимый. Коннор смахнул ладонью воду с лица и замер на месте, вслушиваясь в то, что его инстинктивно заставило застыть не месте.
   Два чёрных дерева... Нет, три - впереди, а за ними - что-то необычное. Хмурясь, Коннор пытался понять, что именно. Не живое. Но... и не мёртвое. Не замечая, что ёжится и поднимает плечи от влажного холода, словно постепенно вселяющегося в него, Коннор шагнул раз, другой... Что-то живое, но как мёртвое... Он понял, что эта несуразица его раздражает. Как раздражали сумерки, которых сейчас по времени вроде как быть не должно. Как не должно быть и этого ливня, намагиченного кем-то...
   Он сглотнул и, не сдержавшись, всё же обозлился на эту неопределённость. С минуту приводил зачастившее дыхание в порядок... Вновь прислушался. И - забыл дышать. Та неопределённость двинулась к нему.
   Дождь бил по плечам, но внутренне Коннор будто выпал из реальности, вытянувшись в струну. Он слушал пустоту впереди и отслеживал, как живая мертвая неопределённость по шагу... ползёт к нему. Ещё немного вслушивания - и мальчишка будто очутился в пригороде, где к нему с двух-трёх сторон спешили Ночные Убийцы. Но на этот раз у него не было сил, которые создадут непробиваемый для Убийц кокон. Так что... Он сжимал стилет, перестраивал рисунок кровеносных эльфийских рун... И слушал, как нечто подбирается всё ближе.
   Когда ладони наполнились некромагической силой, так легко накапливаемой здесь, он машинально шмыгнул носом, забыв, что насморка нет, а по лицу продолжает лить небесная вода. И медленно, присматриваясь, зашагал к месту, которое двигалось, но не имело права на определение как "живое", так и "мёртвое". Впрочем, мёртвый лес мог себе позволить играть такими понятиями. Коннор согласился с собой, когда эта мысль возникла. Пока оставалось неясным, насколько враждебным и опасным будет это нечто.
   Пройдя два ствола, мальчишка застыл. Не зря вспомнились Ночные Убийцы.
   За третьим громадным, но уже привычно чёрным гнилым стволом, на земле, смутно светлело белёсое пятно размером с машину, в которой школьники Тёплой Норы ездили в школу. Если бы эту машину раздавили всмятку. Его передние по отношению к Коннору края судорожно поддёргивались и сокращались, чтобы приблизить пятно навстречу невольному путнику. Второе впечатление - раскатанное тесто с рваными краями. Видел Коннор такое в кухне Тёплой Норы, когда домашние готовили выпечку. Но волны на этом нечто быстро заставили забыть о мирных воспоминаниях. Особенно когда они всколыхнулись - при виде появившегося из-за ближайшего ствола мальчишки. Нечто заторопилось, выбрасывая неровные клочковатые края вперёд, а потом подтягиваясь к ним всем "телом"...
   Коннор медленно пошёл навстречу, присматриваясь к магической структуре странного существа. Новое раздражение, что плохо видит из-за слабости, тут же запихал куда подальше. Наконец, мальчишка остановился в нескольких шагах от тестообразного нечто. То нерешительно тоже замерло на месте, но ненадолго. Желание сожрать живого у этого "теста" оказалось на том же уровне, что и у камня-вампира. Уж это Коннор увидел в пространственной структуре существа отчётливо. И понял, что мирно разойтись не получится. Хотя мальчишка и сделал попытку. Он "предупредил", что опасен не менее, раскрывшись перед изучающим его странным созданием.
   "Я тот, кто может тебя сожрать сам", - показал Коннор.
   Лёгкое ощущение пренебрежительности коснулось его инстинктов.
   - Угу... - проворчал мальчишка, уже сообразивший, что противник хоть и опасный, но не бессмертный. - Тогда давай поспеши с нападением. А то мне некогда!
   Пока он мысленно договаривал последнее слово, "тесто", словно ураганным ветром сдутая с дороги бумажка, вспорхнуло кверху, весьма очевидно собираясь накрыть собой потенциальную жертву.
   Мальчишка вскинул руки, сконцентрировав некромагическую энергию на кончиках пальцев - и на острие стилета. Взлетевшее "тесто" обрушилось на него и шлёпнулось наземь с быстро расползающейся по центру дырой, внутри которой и оказался Коннор. Если сначала мальчишка побаивался, что "тесто" за милую душу сожрёт набранную им силу, а потом кинется на него самого, то теперь получил впечатление, что стилет, дребезжащий от напряжения собранных некромагических сил, сам прожорливо всосал часть немёртвого создания - его магическую оболочку.
   Коннор быстро опустился на корточки, обводя узким лезвием пространство вокруг себя и добирая материальные остатки создания, чтобы тут же перевести его в силу. То, что существо - чьё-то создание, он уже нисколько не сомневался...
   Он так увлёкся сбором необычной магии, с помощью которой было создано это существа, что забыл поостеречься. И в голос вскрикнул, вскакивая на ноги, а потом перепрыгивая через обрывок создания и судорожно втягивая воздух сквозь зубы, лишь бы не кричать от боли: пока он тщательно обирал силы с "теста", его часть, оставшаяся за спиной и притворявшаяся мёртвой, вкрадчиво приблизилась к нему и облепила щиколотку.
   Хлопка ладонью по ноге было достаточно, чтобы уничтожить присосавшуюся к коже часть создания, уже потемневшего от впитанной крови. Когда с ним было покончено, Коннор, тяжело дыша, прислонился к ближайшему дереву, уже обеими руками держась за щиколотку. Да... сил маловато, чтобы сразу остановить кровь. А бежать с нею под дождём, оставляя отчётливый след, - наверняка приманить к себе не менее кровожадных существ. Это раньше он мог заставить кровь остановиться, лишь взглянув на содранную кожу. Или прошептав краткий наговор на заживление. Но сейчас живые силы брать трудно - и потому, что собственных маловато, и потому, что почти неоткуда, разве что из молотящего сверху дождя. Который, кстати, сейчас ещё и мешает процессу заживления, не давая крови подсохнуть...
   С трудом успокоил дыхание, поглядывая на то место, где недавно мутным светом серело создание. Нет, не Ночной Убийца. По своим свойствам больше похож на "живое серебро"... Коннор вдруг сузил глаза на остаточный след создания. Структура-то знакомая... И вдруг понял, что это было - изначально. Гриб! Из тех, что паразитируют на деревьях! Но такой огромный... Кому понадобилось выращивать из мелкого паразита чудовище-людоеда?..
   ... Досадливо огрызнулся на себя: хватит о ненужном! Срезал стилетом часть штанины и перемотал рану. Пусть и намокнет под дождём, но ведь хоть что-то...
   И снова настроился на кровь.
   Братьев как будто развезли в разные стороны на перекрёстке, центром которого был он, Коннор. В какую сторону бежать в первую очередь? Он начал с той, где, чувствовал, - кто-то из них был ближе. Но сейчас... Прикусив губу, впервые со страхом Коннор "слушал", как жизнь одного из четверых слабела слишком быстро. И этот брат, которого он, тоже ослабевший в этом невообразимом месте, сейчас не может отличить от всех остальных, находился слишком далеко.
   В следующую секунду Коннор бросился на затихающее биение чьей-то жизни, которое резкими ударами общей крови било по его сердцу. Бежать пришлось по склону, ведущему куда-то вниз. И теперь злость, овладевшая-таки им, помогла: чисто машинально он переводил её эмоциональную силу в силу физическую, вкладывая её в ноги. Последнее было необходимо, потому что склон предательски заставлял скользить босые стопы, а неутихшая боль от впиявившегося в щиколотку и отодранного гриба дёргала на каждое движение.
   Но мальчишка упрямо заставил себя думать о чём угодно, лишь бы не о том, что мешает бежать. Пусть даже мысли теперь были глупыми в этой ситуации. Например, о том, что единственная попытка обратиться в личную библиотеку с вопросом, что это может быть за место, осталась без ответа. То есть он, Коннор, остался без подсказок, к которым привык, будучи не только нашпигованным механическими частями.
   "Ничего! - мысленно твердил он, ляская от холода зубами и время от времени скользя по легко рвущемуся гнилому дёрну. - Когда мы будем вместе, мы станем сильней - и выберемся откуда угодно!"
   Склон становился всё круче, явно превращаясь в овраг. Ещё несколько быстрых шагов - и Коннор был вынужден остановиться, схватившись за торчавший сук мёртвого крепчуга. Темнело, благодаря дождю, всё стремительней. А у него нет сил смотреть сквозь дождь. Придётся идти, выбирая путь ногами, почти нащупывая... Он "прислушался" - и все благоразумные мысли вылетели из головы.
   Сосредоточенный на беге, он не заметил, что угасающая жизнь больше не стучит болью в его сердце!
   Оттолкнувшись от крепчуга, Коннор бросился по направлению, которое запомнил. Что-то тёмное мельтешило перед глазами в мрачных сумерках, которые становились черней, пока овраг спускал мальчишку всё ниже и ниже.
   Он ахнул, когда что-то ударило по коленям, и он кувырком упал на землю. Нет, не на землю, а на кучу бурелома - счастье, что гнилого, но всё же... Полуголое тело обожгло гнилыми сучьями, которые ломались под весом мальчишки. Под конец падения Коннор с невольным вскриком рухнул перед стволом, который коротким суком впился в бок... Дождь равнодушно бил по лицу, по телу, и Коннор кривился от злых слёз, но встать...
   Он тяжело отодвинулся от сука, который чуть не пробил его, и сел, опираясь на ствол... Почудилось - он уже дышит не воздухом, а этим жутким ливнем... Опустил ладонь и упёрся ею в землю - в тщетной попытке пробиться к чему-то живому, у чего можно попросить силы. Но под слоями почвы таились та же гниль и смерть.
   Помогая себе руками и задыхаясь от кашля - нечаянно глотнул дождевой воды, мальчишка застыл на месте, пытаясь сообразить, куда идти. Зов крови потерян... Зато... Он "услышал", что где-то, пока далеко, к нему идут те трое или двое, которые оставили его на капище-вампире... Мгновенный всплеск адреналина - и он услышал-таки умирающего брата. Он близко!
   Переставляя ноги не так быстро, как хотелось бы, но помня, что сейчас многое для братьев зависит только от него, единственного освобождённого, Коннор то шагал, то скользил вперёд. И всё же темнота, в которой он не мог видеть, привычно настроив магическое зрение, сыграла-таки с ним злобную шутку. В очередной раз осторожно поставив ногу на вроде как относительно твёрдую поверхность, мальчишка только собрался перенести другую ногу на это же место, как овражная кромка злорадно рухнула вместе с ним.
   Скривившись от ожидаемой боли, Коннор сгруппировался... И с громким плеском упал в воду. Изумлённый и даже ошарашенный, мальчишка с облегчением воспринял подарок судьбы и вынырнул на поверхность оглядеться. Только повернул голову, как буквально в лоб ударил сигнал, на который он настроился. Сигнал умирающего.
   Предполагая, что вода может оказаться полной жутких сюрпризов, Коннор, стараясь не шуметь, поплыл в сторону замирающего зова крови.
   - Мика... - прошептал он, вылезая из воды и бросившись к мальчишке-вампиру.
   Тот не откликнулся.
   Мику привязали к прибрежным кустам так, чтобы его руки, привязанными же, оставались в воде. Ран и других повреждений на его теле Коннор не обнаружил. Слегка удивлённый, почему Мика умирает, Коннор, тем не менее, лихорадочно принялся резать намотанные тряпки. Первая мысль: "Отравили! Или усыпили!" Но, когда он вытащил из воды руки Мики, его едва не захлестнуло горячей ненавистью: надрезы на запястьях! А речная вода не давала крови собрата остановиться!
   Ощерившись не хуже оборотня, Коннор оторвал от рубахи Мики клок и, стиснув надрезы, замотал их так, чтобы края не расходились. Затем растёр грудь и руки Мики.
   Здесь, внизу, он не сумел "расслышать" преследователей. Но на всякий случай решился пройти по руслу реки ещё некоторое время, благо, как он вскоре понял, вскоре она довольно резко поворачивала. А последнее ему на руку - следующий из братьев был как раз в той стороне. Взвалив на плечо Мику и подспудно радуясь, что мальчишка-вампир до сих пор так и не вырос, Коннор зашагал ближе к берегу, то и дело проваливаясь в мягкую тину речного дна. Время от времени он останавливался отдохнуть. И на одной из остановок внезапно вспомнил, что Мика - любитель таскать с собой невероятно много мелких вещичек.
   Прислонив его к затопленному дереву, Коннор обыскал карманы штанов и рубахи (куртки Мике тоже не оставили) бессознательного мальчишки-вампира и чуть не заплакал от слабости и счастья: те, кто их сюда заманил (если заманил), не посчитали нужным выбросить из карманов Мики заготовки для поделок - в основном тех браслетов и "бусиков", которые так любили в лавках города и которые с таким удовольствием мастерили ребята в Тёплой Норе. Перебирая кучку этого богатства, высыпанного на ладонь, Коннор судорожно снимал с каждой вещички силу, под конец поневоле усмехаясь при воспоминании, как он в далёком прошлом копил силы, снимая их с таких же мелочей, будучи пойманным драконами и усаженным ими в клетку.
   В очередной раз ненужно снял ладонью с лица горсть воды, пробормотав дождю:
   - Да когда ж ты заткнёшься...
   Мика потерял много крови. Но и ослабевшим, в сознании он будет хоть иногда идти сам. Облизав губы и выплюнув воду, Коннор положил ладонь на голову брата.
   И выдохнул, когда прочувствовал малую толику вгоняемой в голову собрата силы.
   - Мика... Мика!
   - Почему так холодно, Коннор? - прошептал мальчишка-вампир, не открывая глаза.
   - Потому что, как говорит мама Селена, мы вляпались. - Коннор сумел улыбнуться заледеневшими губами. - И пока неизвестно, во что.
   - Но ты рядом...
   - Мика, я рядом, но у меня нет сил.
   - У тебя отняли магию...
   Мика даже не сумел изобразить вопросительные интонации. Получилось очень обидно. Но Коннор понял. Стиснул губы, чтобы от отчаяния не разъехались плаксиво. И ответил не сразу.
   - Почти...
   - А где... остальные?
   - Мы идём их искать.
   - Это как...
   - Я нашёл тебя. В реке. А я был наверху, в лесу. Теперь надо искать остальных. Ты что-нибудь помнишь?
   - Мы... бежали за кем-то.
   - Это я тоже помню, - пробормотал Коннор и встряхнул Мику за плечи. - Мика. Я тебя буду нести какое-то время. Но потом тебе придётся идти самому. Хотя бы немного.
   - Я пойду... - шёпотом пообещал Мика.
   И Коннор снова поднял его на плечо. Пока идти с грузом на плече возможно: ноги Мики бултыхались в воде, а значит - и часть его веса река приняла на свои волны. Коннор мрачно думал о том моменте, когда Мику придётся поставить на ноги, чтобы шёл сам. Точней - думал о промежутке между этими двумя передвижениями, когда придётся ощутить весь вес Мики. А потом жалко улыбнулся: ну и что, что будет тяжко! Зато Мика живой!
  
   Глава третья
  
   Старый крепчуг неподалёку от мастерской Мики частенько был местом для размышлений и переживаний.
   "Да-а... Анитре хорошо-о... Ей уже семнадцать, поэтому она легко разговаривает и с мальчишками, и со взрослыми мужчинами. А я..."
   Маев вздохнула, машинально качаясь на простых качелях: верёвка через толстую ветвь крепчуга и дощечка для сиденья. Глупые мысли... Девочка слабо улыбнулась. Ну да. Она до сих пор побаивается подходить к тем, с кем близко не знакома. Хоть и живут в одном большом доме. Да и свои... Маленькая Нуала, которая в пригороде, осаждённом машинами, считала её за старшую сестру, сейчас смотрит на Маев отчуждённо. Ну, не совсем отчуждённо, но уже и не как на единственного родного человека. Она вовлечена в оживлённое расписание Тёплой Норы, и Маев понимала, что младшей подружке среди сверстников уютней, но... "Это у меня характер такой, - грустно подумала Маев, - ни с кем не могу подружиться по-настоящему, а если привяжусь к кому, то потом... больно".
   Она снова легонько оттолкнулась от неровного земляного круга под качелями, притоптанного желающими покачаться, а потом проехалась ногами по этому же кругу, вздымая едва заметную пыль... Младшие дети под надзором старших девочек, а её отпустили, потому что она сегодня до ужина помогала Аманде в швейной комнате. Лучше бы не отпускали. Лучше бегать среди малышни и не думать... Поёжившись от внезапно прохладного ветерка, она взглянула на небо. Странно. На сегодня домашние обещали ясную погоду, без дождей.
   Сидела девочка спиной к детским площадкам и к саду, где кипела бурная жизнь обитателей Тёплой Норы. И сидела спиной к ним не потому, что эта бурная жизнь могла помешать её глупым, как она понимала, раздумьям. А потому, что такое положение на качелях позволяло видеть улицу. А ещё оно позволяло робко надеяться, что на дороге вот-вот появится Эрно, приёмный сын чёрного дракона. Люция-то здесь. Значит, он скоро придёт забирать её. И можно, тайком следя за мальчиком, помечтать, что однажды удивительным образом они подружатся и будут везде вместе ходить, как ходит, например, Анитра с Александритом...
   Правда, к последнему выводу Маев опять отнеслась пессимистично. Реалистка же. Кто Эрно - и кто она. Обычная девочка, с короткими русыми косичками, ничего выдающегося. А тут ещё симпатичный темноволосый мальчик успел проникнуться к ней, к Маев, не самыми лучшими чувствами. И Маев в том всецело сама виновата. После тестирования в пригородной школе они попали в один класс магов - расписание обычных образовательных уроков и уроков по магии различалось. И Маев, будучи на год старше Эрно, на курсе общей магии сидела рядом с ним.
   Она уже тогда знала, чем привлёк её внимание Эрно.
   Он тоже прятался.
   Когда Маев попала в группу Коннора в пригороде и узнала, что мальчишка-некромант - очень сильный маг, первое, о чём она попросила его - заблокировать её личную магию. Очень уж натерпелась она из-за неё. Коннор выполнил её просьбу. Как выполнил и разблокировку, после того как закончилась война с машинами, а в Тёплой Норе Маев, наконец, почувствовала себя защищённой. Но даже с открытой личной магией она продолжала "прятаться": вести себя так, чтобы её мало кто заметил.
   Темноволосый мальчик поразил её воображение тем, что он был настоящим воином, но при этом прятал от всех свой страх: он боялся открытого пространства за спиной. Хотя дрался на уроках своего отчима лучше всех. Сначала Маев решила, что он прячется у печи, потому что там уютно. Но потом произошло событие, которое всё объяснило: защищая дракончика Люцию, Эрно часто оставлял собственную спину уязвимой. И спина его представляла собой... Маев вздохнула, вспомнив тот учебный бой, в котором Коннор заставил Эрно снять рубашку. Таких страшных рубцов она никогда не видела... А потом и она испугалась за Эрно. У него появились способности к магии.
   И именно на одной из перемен, когда они вошли в кабинет по общей магии и сели за один стол, она и испортила ровное к себе отношение Эрно, спросив его:
   - А тебе не страшно?
   Мальчик аж вскинулся.
   - С чего бы это?
   От его резкого ответа она смешалась и уже тихо объяснила:
   - Не страшно заниматься магией?
   Он секунды смотрел на неё, а потом так же резко ответил:
   - Если бы я раньше стал магом, многие из нашей группы не погибли бы, когда мы встречались с одичавшими оборотнями!
   И отвернулся от неё.
   Пересадить от себя Маев он преподавателя не попросил. Просто не замечал её некоторое время, а она снова затаилась, чтобы стать невидимкой, как умела это делать и раньше. И долго потом ругала себя, что не сумела соотнести две абсолютно разные ситуации: она-то боялась магии из-за магических машин. Те рыскали по пригороду, отыскивая живых - в первую очередь, распознавая их по магическому фону личного поля.
   Но совместных занятий с сыном дракона Маев всё-таки ждала с нетерпением. Пусть Эрно сидел, не глядя на неё, но ведь сидели они за одним столом. И ей порой этого было достаточно, потому что она невесть каким путём вывела, что у них одинаковая судьба. Разве что Эрно всё-таки повезло больше: его мать, Аманда, жива. А после того как пригород освободили не только от машин, но и от одичавших, после того как хозяйка Тёплой Норы, Селена, начала оформлять детей официально, Маев узнала, что умерла её последняя родственница, жившая в городе. Бабушка. Девочка тогда даже не поняла своей потери. И только когда к ней, узнав о том, прибежала Анитра, обняла её и посидела некоторое время рядом, Маев вдруг разревелась. Успокоилась не сразу. Даже на следующий день не могла "прятаться" и чувствовала себя угрюмой и злой. И поймала на себе удивлённый взгляд Эрно. Но впервые сама мрачно отвернулась от него, не желая говорить хоть о чём-то...
   Но сейчас она опять сидела на качели и смотрела на деревенскую улицу. Почему-то именно сегодня хотелось увидеть Эрно.
   ... - Маев!
   Она вздрогнула от зова и обернулась. К ней спешила Вильма. Маев прикусила губу: попросит, чтобы за детьми присмотрела, пока сама гуляет с Моди? Но Вильма радостно замахала рукой, чтобы не подходить ближе:
   - Селена разрешила погулять за Лесной изгородью! У нас есть два - два с половиной светлых часа! Ты как? Идёшь с нами?
   Маев машинально взглянула на небо. Да, тучи собирались, но как-то так высоко, что не верилось в дождь, который вот-вот грянет.
   - А малыши?
   - С ними будут Асдис и Викар! Они не хотят в лес!
   - Кто-нибудь полетит на дельтапланах?
   Вильма была так озадачена, что машинально пошла-таки навстречу Маев.
   - Наверное, нет, - встав рядом и тоже глядя на хмурое небо, пожала она плечами. - Разве что Космея... Но, если хочешь, полетай немного. Молодой лес не очень высокий, так что на опушке хватит места для полётов. Ладно, думай, а я побежала!
   Глядя ей вслед, Маев быстро прикинула: если Космея не захочет летать, то можно будет взять её дельтаплан! А девочка-эльф наверняка не захочет, потому что выход к Лесной изгороди, в лес, а особенно если будет возможность - и к маленькой заводи, для эльфов - праздник! Всегдашний!.. Руки сами поднялись закрепить шпильками две русые косички так, чтобы они не мешали, если она...
   Маев сорвалась с места и побежала в сад, в просторный сарай - ангар, как его называла Селена. Там хранились дельтапланы. Что - что, а летать на них девочка обожала. Поначалу было тяжеловато, но потом Маев как-то внезапно уловила нужный принцип взлёта - и дело пошло на лад.
   На полпути к ангару она увидела Космею. Девочка-эльф шла, весело болтая с Мускари, своим другом. Позади плёлся привычно всем недовольный Вереск, брат Космеи. И теперь Маев помчалась к ангару изо всех сил.
   Лично Космее дельтаплан не принадлежал. Все называли его Космеиным, потому что девочка-эльф предпочитала его всем другим. Как и Маев. Ей нравилась именно эта модель, раскрашенная в пасмурно-серый цвет, потому что этот цвет в небе выглядел вполне естественным. Разница в использовании дельтаплана была в том, что Космея обожала на нём вытворять всякие фигуры, из которых покачивание крыльями было самым безопасным, А Маев - просто летала.
   Пробегая по садовой дорожке, Маев уже улыбалась во весь рот. Сейчас она взлетит в небо! И это здорово, что - перед дождём! Ведь воздушные потоки будут сильными и часто непредсказуемыми, а именно это ей больше всего нравилось - управлять чудной машиной, покоряя себе её движения, но порой отдаваясь на волю небесных волн. Только в небе Маев забывала о том, что должна быть незаметной. Она чутко следовала ветру и струйным потокам - и успокаивалась, забывая о земле и земных проблемах.
   Хаук, которого она попросила помочь ей, открыл двери ангара, и Маев выкатила дельтаплан в начало деревянного настила. Хорошо, что спрашивать о разрешении летать никого не надо! Старшим мальчикам и девочкам, налетавшим определённое количество времени, чёрный дракон Колр доверял полёты без своего контроля.
   - Маев, ветер поднимается! - крикнул мальчишка-маг.
   - Я знаю! - откликнулась она, так счастливо улыбаясь, что в ответ он неудержимо заулыбался сам. - Но я недолго! Мне хочется покружить над заводью, а потом я вернусь!
   - Помочь с ремнями?
   - Нет, спасибо! Сама!
   Но, когда она устроилась в подвеске, Хаук, выжидавший этого мгновения, без просьбы помог разогнать дельтаплан. Машина проехалась по деревянному настилу, чтобы шуршануть с небольшого трамплина, когда Маев оттолкнулась ногами с конца этого настила. И крутым виражом дельтаплан, подрегулированный направленной в крылья магией, взмыл в воздух.
   Ветер усиливался и становился непредсказуемым, потому что тучи словно наливались не выплаканной пока влажной тяжестью... Маев осторожно поёрзала в подвеске, приноравливаясь к стремительному и сильному движению летательного аппарата. А потом, в развороте над ангаром, сильный порыв ветра ударил в лицо, не давая дышать. И девочка торжествующе засмеялась. Не будучи таким мастером полёта, как Космея, она всё-таки покачала крыльями Хауку, а его фигурка, стоявшая на настиле, явно наблюдая, взмахнула в ответ рукой. Ещё один круг - мальчишка-маг вошёл в ангар и закрыл двери, а Маев направила дельтаплан от опустевшего сада Тёплой Норы к Лесной изгороди. Несмотря на беспорядочно и резко рвущийся в разные стороны ветер, девочка управляла летательным аппаратом, даже не думая о том, что надо делать. Колр на тренировках всегда говорил, что её конёк - интуитивный полёт, и сейчас она пользовалась своей способностью напропалую.
   Специально полетела по деревенской улице, зная, что гоняющую на самокатах малышню и ребят, торопящихся к лесу, её полёт порадует, хотя и дети деревенских магов, и обитатели Тёплой Норы тысячи раз видели дельтапланы в полёте. И оказалась права: внизу закричали, запрыгали, замахали руками...
   На подлёте к изгороди какое-то неясное чувство заставило её оглянуться. Странно: от учебного дома, во дворе которого тоже построили ангар для тренировочных дельтапланов, медленно и величаво поднялся громадный чёрный дельтаплан, с огненно-жёлтыми росчерками на крыльях.
   Маев нравилась раскраска этой модели: цвета напоминали о волосах мальчишки-дракона Хельми. Поэтому она всегда улыбалась при виде чёрного дельтаплана, но помалкивала, что именно в нём её радует.
   Пока неизвестный ей, дельтапланерист, довольно опытный, как поняла девочка, сразу воспользовался воздушными струями и легко начал догонять её. А Маев даже обрадовалась: скользить вдвоём в воздушной чаше над заводью, чьё спокойное зеркало обрамлено густой порослью деревьев и кустов, - это здорово и красиво!..
   Ближе к Лесной изгороди Маев заставила дельтаплан подняться выше: небольшая лужайка за калиткой сразу переходила в молодой лесок, созданный старым эльфом Бернаром и его учениками - на месте отутюженного магическими машинами древесного кладбища. Деревья леска ещё тонкие, но достаточно высокие, чтобы стать угрозой для дельтапланериста.
   Маев огляделась. "Чёрный" дельтапланерист догнал её и теперь поднимался выше, чтобы лететь над ней, будто закрывая серый дельтаплан от грузных туч. Девочка самую малость отлетела в сторону, чтобы посмотреть, кто летит следом. Сердце дрогнуло. Эрно?! Зачем он гнался за ней?
   - Я думал, это Космея взяла дельтаплан! - крикнул мальчик, тоже присмотревшись.
   - А это я! - не зная, как ответить, сердито откликнулась девочка. И попыталась увильнуть от него, пока он сам не сбежал. Было бы обидно увидеть, как он, разочарованный, улетает только потому, что ожидал увидеть девочку-эльфа, а тут она - всего лишь Маев.
   - Подожди! - неожиданно крикнул Эрно. - Где ты хотела полетать?
   - Над заводью! - чуть не огрызнулась она. - Я только чуть-чуть!
   - Возьмёшь меня с собой?
   Сильным толчком ветра Маев чуть не перевернуло вместе с дрогнувшим дельтапланом, настолько она растерялась от его предложения. Но за минуту суматошных размышлений она догадалась, в чём дело: Эрно, раз уж вылетел, хотел получить свою часть радости от полёта. И пусть это будет не Космея, а его одноклассница, он готов и на такой расклад, лишь бы покружить над любимым местом всех дельтапланеристов.
   - Как хочешь! - крикнула она, постепенно успокаиваясь, оттого что Эрно не испытывает злости из-за неё.
   Один из знаков в полётах, которые были разработаны ребятами Тёплой Норы, - знак "спасибо!" Эрно выполнил безупречно: его чёрный дельтаплан мягко словно просел в воздухе, а затем выровнялся. Причём слегка удивлённая Маев заметила, что Эрно не претендует на роль ведущего, как она сначала решила и из-за чего в ней поднялась было глухая обида. Нет, Эрно находился чуть выше неё и позади и летел ровно, без попыток обогнать. А девочка только вздохнула, подумав, что сегодня она почему-то слишком близко к сердцу принимает всё, что ни происходит.
   Заводь в этот час, близкий к закату, отнюдь не казалась спокойным зеркалом: налетающий ветер морщил поверхность, вбивая в воду сорванные листья, а отражавшееся в ней облачное небо будто добавляло свои призрачные, угрюмо серые волны. Но над заводью летать в своё удовольствие можно было! И две громадные птицы планировали над водой, то взлетая высоко, словно стремясь дотронуться крыльями до низких туч, то, едва контролируя дельтапланы, отдаваясь на волю крепчающего ветра.
   Когда Эрно в очередной раз пролетал мимо, Маев, уже с тревогой глядя на упорно темнеющие тучи прямо над заводью, крикнула:
   - Эрно! Пора домой?
   Выглядеть в его глазах трусихой не боялась. Он и так о ней плохого мнения.
   Но мальчишка-маг долетел до неё, чтобы держаться рядом на небольшом расстоянии, и отозвался:
   - Я-то давно хотел предложить, но думал - тебе...
   В следующий миг Маев завизжала от ужаса: что-то сильно ударило в одно из крыльев дельтаплана. И даже в вое ветра она, вздрогнувшая вместе со своей "птицей", расслышала после удара суховатый треск. А ещё через секунды ахнула: новый удар по тому же, правому, крылу - и оно переломилось.
   - Тяни к тропе! - закричал Эрно, который резко взлетел над ней. - К тропе, Маев!
   Тропа начиналась у Лесной изгороди, а заканчивалась открытым местом на заводи. Даже перепуганная до ужаса, Маев сообразила, что именно на тропе ей будет удобно упасть. Если упасть придётся. Во всяком случае, в кусты или в дерево она не врежется. Пытаясь как-то удержаться с переломанным крылом на воздушных потоках, заваливаясь на воду, Маев суматошно потянула за ремни подвески и за верхние, стараясь хоть что-то сделать. Но раненая птица не подчинялась. Просто не могла.
   А когда дельтаплан попросту начал падать в воду, она закричала: затрещало и переломилось второе крыло! И тоже от двух ударов!
   - Маев, прыгай! - вдруг отчаянно закричал Эрно.
   Но она лихорадочно расстёгивала ремни подвески и теперь надеялась только на одно - что Эрно вытащит её из воды, если она не успеет освободиться от дельтаплана. И пусть ругается, как хочет, но... Шквалом ураганного ветра легко дельтаплан перевернуло - и сломанным крылом буквально воткнуло в заводь. И, прежде чем скрыться под водой, Маев снова вскрикнула: на сломанном чёрном дельтаплане падал рядом Эрно!..
   За мгновения до погружения в воду она всё-таки вдохнула побольше воздуха, продолжая рвать на себе ременные пряжки подвески, благо их осталось немного. Ужаснувшаяся теперь из-за Эрно, она постаралась забыть обо всём - лишь бы сосредоточиться на избавлении из подвески, а потом уже думать о помощи мальчишке-магу. Ремни не поддавались. Дельтаплан неуклюже, но безжалостно тонул, а воздуха катастрофически не хватало... Маев не выдержала - выдохнула собранный воздух, чтобы тут же рефлекторно вдохнуть, - и хлебнула беспощадную воду, болезненно рванувшую в нос и в лёгкие... В глазах потемнело, девочка начала биться в ремнях, всё ещё пытаясь дёргать их из пряжек... Всё слабей и слабей...
  
   ... Вода всё так же болезненно хлынула носом и изо рта, и Маев закашлялась. Её тут же перевернули, помогая избавиться от воды-убийцы. Раздирая горло, она кашляла так, что самой страшно становилось: а если внутренности не выдержат?
   Кто-то обнял за плечи и, прижимаясь к её спине, прошептал:
   - Маев, я всё понимаю, но постарайся не кашлять...
   Она сипло выдохнула остатки воды и, судорожно дыша, взглянула на шепчущего. Эрно. Почему он... Что он здесь делает? Он спас её? Но как он сам сумел вырваться из подвески? Глупые вопросы... Почему она не должна кашлять?
   - Почему... - хотела она повторить, и снова горло скрутило судорогой.
   Эрно неожиданно сел, повернул её и прижал к себе. Именно от этой неожиданности девочка так изумилась, что затихла, только изредка всхлипывая.
   - Тихо, Маев... Там какие-то люди. Это они нам сломали дельтапланы.
   - Что-о... - просипела она. И наконец осмотрелась. Они сидели под волной кустарниковых ветвей, нависших над береговой землёй. Здесь было темно и неуютно, потому что редкие капли дождя уже начали своё победное шествие по заводи.
   - Ты меня вытащил... - прошептала она, глядя на рябящую от дождя воду.
   - Вытащил, - спокойно подтвердил Эрно, не выпуская её из рук.
   И спустя время она уже боялась, что он может её отпустить. А его руки такие горячие... Хотя оба мокрые.
   - Почему мы не идём домой?
   - Нас ищут, Маев. Надо выждать какое-то время здесь, в кустах, а потом потихоньку сбежать отсюда.
   Она внезапно вспомнила дельтапланы, вспомнила жуткий треск ломающихся крыльев и вздрогнула от плача. Эрно наклонился к ней посмотреть, что случилось. Но под ветвями было темно, и он не разглядел, а потому тихо спросил:
   - Маев, ты плачешь? Тебе плохо?
   - Дельтапланов жалко, - прошептала она. - Мои самые любимые...
   - Чёрный тоже? - удивился Эрно.
   - Он красивый. А кто эти люди, которые нас... подбили?
   - Не знаю, но у них арбалеты. И они неподалёку. Я надеюсь, что защита, которую сделал для нас, не даст им нас увидеть.
   Маев, стараясь не шевелиться: вдруг он оставит её, и станет холодно? - снова внимательно осмотрела их укрытие. Несмотря на то что они одноклассники в классе магии, Маев всё-таки, как практик, гораздо опытней Эрно, благодаря Коннору. Мальчишка-некромант вовремя разблокировал её способности, а старик Бернар успел многому научить её за считанные дни. Особенно - защите. Итак, девочка огляделась. И тайком усмехнулась, хоть горло всё ещё болело и тянуло откашливаться. Эрно её не отпустит. Укрытие слишком мало. Так что она прошептала:
   - Эрно, я сяду, ладно?
   И села, но не рядом с мальчишкой-магом, а перед ним, сидящим на коленях, - так, чтобы рук с плеч её он не отпускал. Когда она затихла, он спросил:
   - Что ты хочешь сделать?
   - Бернар нас учил растительной защите. Я добавлю к твоей свою - и укреплю, но так, чтобы у нас получился коридор, по которому мы сможем вернуться в деревню.
   - Ты такое сумеешь? - поразился Эрно.
   - Сумею. Только после укрепления надо будет выждать немного, пока этот коридор распространится до Лесной изгороди.
   И Маев сделала это. После её заклинаний и вложения в них силы длинные прутья прибрежных кустарников переплелись между собой - и за спинами двоих начали путь к Лесной изгороди. Да, там будет небольшой лужок - открытое место. Но Маев понадеялась, что там же будут старшие ребята и взрослые. Они помогут. Ведь только они, двое, решились лететь к заводи. А неизвестные люди, которые вдруг захотели их утопить, вряд ли захотят связываться с толпой народа.
   Обернувшись и следя, как тёмный лаз постепенно удаляется в ещё большую тьму, Эрно покачал головой и спросил:
   - Почему ты тогда спросила у меня, не страшно ли мне заниматься магией? Ты же сильный маг, а сказала...
   Маев искоса глянула на него и пожала плечами.
   - Про группы в пригороде слышал? Меня выгнали из такой группы, когда узнали, что начинают просыпаться способности. Ещё поступили благородно, пожелав отдать меня и Нуалу Чистильщикам. Могли бы вообще выбросить на улицы... Когда я попала в группу Коннора, я попросила его заблокировать мне способности - так мне было страшно. Ведь машины искали людей по магической составляющей. А очутись я одна на улице, мне бы не справиться ни с одной из машин.
   - Ситуации разные, - покачал головой Эрно, озвучив недавние мысли Маев. - А я так мечтал стать магом!.. Так жалел, что у меня нет магических способностей... Одичавших легко было бы напугать магией. Да хоть всего лишь сотворить огонь - они страшно его боялись... Пока в нашей группе оставались свои маги, они пугали одичавших. Но тогда и оборотней таких было мало. Это потом... - И он замолчал, задумавшись и продолжая сжимать плечи Маев.
   А девочка вдруг подумала, что странность ситуаций продолжается и посейчас: он спас её, вытащив из воды, - она сотворила усиленную спасительную защиту для них обоих... Потом она забыла об этом, с беспокойством вслушиваясь в шум уже грохочущего ливня - по листьям, по воде.
   - Эрно, - нерешительно сказала она, - если эти люди сюда подойдут, мы их не услышим. Пора идти.
   - Лаз маленький, - ответил он. - Сумеешь без кашля пройти по нему?
   - Сумею. Я уже успокоилась.
   И передёрнула плечами, по которым, как только Эрно убрал ладони, тут же застучал дождь. А потом её пронзила страшная мысль: а если ливень разогнал всех, кто гулял у Лесной изгороди?! Тогда потайной лаз из веток их не спасёт...
   Она поделилась этой мыслью с Эрно, чтобы он был готов ко всему. Хотя очень жалела, что срывает все надежды на лёгкое возвращение домой.
   - Лаз через лес и овраги выходит прямо к тропе через луг? - уточнил Эрно, снова вглядываясь в темноту, ожидающую их.
   - Да.
   - Но луг начинается чуть слева от калитки. А справа - кусты и деревья над нашей речкой. Это со стороны, где стоит дом Белостенного храмовника. Ну, Ильма. Вспомнила? Там просвета между деревьями нет.
   - Вспомнила. Думаешь, надо проложить лаз туда? Но... - Маев, примеряясь к идее, нахмурилась, а потом кивнула: - Я согласна. Сил у меня хватит. Но для начала надо бы прослушать пространство. Вдруг - я начну, а наткнёмся на этих. Ты умеешь - слушать?
   Она ожидала, что он скажет: "Я же сын дракона! Конечно, умею!"
   Но Эрно как-то обескураженно признался:
   - Ни разу не пробовал.
   - Если честно, - с облегчением сказала Маев, - я тоже не умею. Но можно прослушать ветви. Даже дождь не помешает.
   Эрно не стал спрашивать, как это - слушать ветви, только присел рядом, поближе. А девочка взглянула в нужную сторону - в сторону дома Ильма и, настроившись на смутно чёрную сейчас зелень и на живые преграды в ней, стала прислушиваться к жёсткому шелесту листьев под крупными каплями дождя. И, прислушиваясь, чувствовала, как словно кто-то уводит её взгляд всё дальше и дальше... Там, где оказывались живые существа, взгляд замирал, но магическая интуиция подсказывала, что Маев натыкалась на гнёзда птиц или на зверьков. Людей в этой стороне и в самом деле нет. Затем она перевела взгляд на уже проложенный лаз. Здесь было легче: ветви, уже подчинённые её магии, быстро передали вопрошающий взгляд дальше - и Маев даже вздрогнула, когда в конце лаза обнаружила троих живых. И это были люди.
   С перепугу девочка мгновенно уничтожила лаз, расплетя ветви.
   Удивлённый, что маленький тоннель внезапно пропал, Эрно прошептал:
   - Ты что-то услышала?
   - На том конце лаза были неизвестные. А к дому Ильма дорога свободна.
   - Тебе хватит сил?
   - Хватит, - с небольшим сомнением сказала Маев. И спросила сама: - Эрно, все видели, что мы летели к заводи. Как ты думаешь, нас будут искать? Да ещё в дождь?
   - Ты до сих пор не доверяешь? - кивнул мальчишка-маг. - Не бойся. Нас не просто будут искать. Если что - защитят так, что этим... мало не покажется. И, Маев. Стоит ли делать лаз? Может, побежим так?
   - Ливень не даст бежать быстро, а мой лаз закроет нас сверху.
   - Тогда начинай. Я посторожу нас.
   И Эрно, оглядевшись, отломал от лежавшего неподалёку дерева сухой сук, после чего деловито обстругал его конец ножом. Успокоившись, Маев принялась за создание нового лаза. Она бы замёрзла под легко проникающим в их ненадёжное убежище дождём, пока творила новый путь. Но Эрно, удостоверившись, что оружие он получил, снова подсел к ней ближе. И осторожно, чтобы не мешать, прислонился к ней, обогревая.
  
   Глава четвёртая
  
   Обещание идти самостоятельно Мика не сдержал.
   Поначалу Коннор нёс его на плече. И груз для него был не очень трудным. Мальчишка-некромант знал про себя, что он выносливей многих в Тёплой Норе. Сейчас, даже ослабленный, он шёл, сильно загребая воду ногами, а порой там, где глубже, - и грудью, не просто быстро, но решительно. А вот когда вышел на берег, где по колено провалился в глинистый ил, тело собрата, которое грело его плечо, стало ощутимо тяжелей. Коннор про себя решил, что пройдёт ещё немного, а потом сгрузит Мику на почву потвёрже, чтобы тот далее потопал собственными ножками. Но, когда осторожно ссадил мальчишку-вампира с себя и уложил его с опорой на пустотелый от старости и гнили ствол упавшего дерева, тело Мики мягко упало набок. Коннор бросился встать перед ним на колени и приподнять. Младший член их пятёрки снова был без сознания.
   Коннор застыл, бессмысленно глядя на него. Так поэтому последние шаги были как в тумане. Он-то думал, что устал, а это Мика... Мике ничем не помочь. Некромагия здесь не поможет. Были бы обычные магические силы... Опять беспощадно пустые мечты... Всё, что он набрал с мелочи, найденной в карманах Мики, ушло впустую. Нет, не совсем впустую. Всё-таки он, Коннор, сумел заставить собрата прийти в себя. Но так ненадолго...
   Но ведь пора в путь! Где-то уже недалеко, потому что они прошли довольно долгий путь, их дожидается кто-то из оставшихся троих из братства! Что же делать... Снова Мику на плечо - и вперёд? А если за это время... "Ты некромант, - напомнил себе Коннор, стараясь не частить дыханием от страшных мыслей. - Ты привык к смерти. Ты и сам порой нёс эту смерть другим... - А потом с внутренней горькой усмешкой спросил себя: - А всё ли ты вынул из карманов Мики? А вдруг там прячется камень, подобный Рунному Смарагду? Его одного хватило бы, чтобы мы все..."
   Он прервался в своей внутренней речи на полуслове. Буквально остолбенел от простой и даже глупой мысли.
   - Какой же я дурак... - прошептал Коннор, ошеломлённо глядя на мальчишку-вампира. - Это же Мика... Это Мика! Мне же повезло, что я именно его первым нашёл... Ну и пусть, что он ослабел, но он единственный, кто... Какой же я дурак...
   Надежда вспыхнула так, что он неожиданно для себя согрелся каким-то вдохновенным жаром. В несколько секунд план следующих действий был готов.
   Коннор усадил Мику так, чтобы тот не свалился, но голову держал чуть склонённой, чтобы не задохнуться от равномерно льющего ливня. Выяснилось - этого мало, потому что вода всё равно стекала по лицу. Мика мог легко задохнуться, если с головы струя будет стекать по носу. Пришлось потерять время, но выбить дыру в стволе, не только пустотелом, но и гнилом (легко, всего лишь кулаком), и прислонить мальчишку-вампира под образованный край искусственного дупла. Убедившись, что нечаянное затопление Мике не грозит, Коннор бросился к речке.
   Если этот лес умер, прибрежные кусты должны были погибнуть последними. Всё-таки они оставались при живительной влаге. А Коннор, пока с младшим собратом на плече брёл по воде, проверил: та не мёртвая... Чуть не скатившись к воде, мальчишка-некромант нетерпеливо схватился за длинные прутья прибрежных ив. Ломались они легко, несмотря на глубокую пропитку водой. Набрав побольше прутьев, Коннор переломал их на мелкие части и быстро вернулся к Мике.
   - Прости, Мика... - прошептал он, засунув сломанные прутики под спину младшего из братства. И снова побежал к речке.
   Он так горел своим счастливым открытием, что... забылся.
   И ему повезло лишь в одном: когда из тёмной воды навстречу ему метнулось нечто гибкое и мертвенно-белое даже в дождливых сумерках, он от неожиданности поскользнулся и упал. Белая змеища, кажется, тоже не ожидала, что внешне беспечная добыча внезапно исчезнет с глаз. Она по инерции разбега пролетела над Коннором. А мальчишка тоже инстинктивно бросился с топкого берега вверх - одновременно со змеищей, вбросив к её брюху кулак с судорожно зажатым в нём стилетом. Сказались на рефлексе те сумасшедшие тренировки, когда он добивался новой для себя скорости в условиях без механической начинки, когда развивал мгновенное реагирование на бешено летящий к нему предмет, когда сам себе придумал тренажёры, поопасней, чем у Колра...
   Мощным хвостом змеищи, забившейся в конвульсиях, его ударило так, что он отлетел к воде. Впрочем - к лучшему, потому что хлынувшая из распоротого брюха чудовища густая и вонючая жидкость жестоко облила его, не давая дышать.
   Глядя, как уродливая змея бьётся из последних сил в конвульсиях, Коннор подставил лицо дождю, кривясь от смрадной вони на себе. Потом, шипя сквозь зубы и прижимая руку к пояснице, по которой его ударил хвост чудовища, он обернулся к речке и, тяжело дыша, проверил, нет ли рядом ещё какой дряни. Всё ещё держа стилет в дрожащей от напряжения руке, Коннор решительно вошёл в воду и быстро смыл с себя вонючие потёки. А когда вышел... Замер... Змея, чьё туловище было вдвое толще его собственного тела, лежала спокойно, расслабленно - и вдруг задёргалась, будто сойдя с ума и пытаясь ползти, но... задом наперёд! А потом дёрнулась так сильно, что наполовину влетела в ближайший кустарник, где до того пропал её хвост.
   Коннор ссутулился, готовый к бою с новым, пока неведомым врагом.
   Но кустарник, и так чёрный, ко всему прочему ещё и заштрихованный неровными линиями чёрного дождя, коротко протрещал ломающимися ветками, в нём кто-то раздражённо и глухо проревел, недовольный. Змея снова резко мотнулась - и уже полностью исчезла в темноте... Мальчишка-некромант стоял, не двигаясь, внимательно слушая темноту. Судя по удаляющемуся недовольному рыку, присвоивший его добычу зверь продолжал утаскивать змею далее.
   "Хватит, - сумрачно решил Коннор. - Тех веток хватит..." И медленно, застывая на каждом шагу и прислушиваясь, вернулся к Мике. Не пряча стилета, а положив его возле бедра, он сел, втиснувшись в маленькую пещерку, выбитую в древесине ствола, рядом с Микой, живым, но всё ещё без сознания. Теперь под небесной водой оставались только ноги обоих. Коннор вытащил из-под спины Мики переломанные прутики и вздохнул: хоть немного, но они какое-то время оставались не под дождём.
   Наконец он решился. Взял стилет и надрезал свою ладонь. Затем обнял за плечо мальчишку-вампира и прижал порезанную ладонь к его рту. Время от времени он отнимал ладонь и сжимал её, чтобы кровь не останавливалась.
   Будущее становилось непредсказуемым. Он хотел, чтобы Мика пришёл в себя и был самым здоровым в их команде. От его здоровья теперь зависело всё братство. А Мика был неподвижен, и его тело всё норовило свалиться набок, если бы не поддержка Коннора. Мальчишка-некромант спустя минуты уже машинально продолжал давать свою кровь Мике, немигающе глядя в кромешную тьму и ни о чём не думая...
   Неуловимо краткое движение, всё же замеченное боковым зрением, заставило его взглянуть на Мику. Мальчишка-вампир открыл глаза - пустые, без признаков разума, но сияющие алым отблеском. Ещё минута - и Мика отчаянно схватился за ладонь Коннора, будто боясь, что тот вот-вот уберёт её. Зубами вцепиться в ладонь с кровью он не мог, но прижимал её к губам, высасывая предложенную пищу и исцеление, а Коннор чувствовал боль, дёргающую руку, но спокойно продолжал следить за глазами мальчишки-вампира.
   Не сразу, но алый отблеск в глазах Мики погас, и он обрёл свой обычный цвет глаз - серый. А потом безвольно неподвижное лицо мальчишки-вампира отвердело, и он наконец сумел проявить эмоции - испугался. Сначала испугался, когда взглянул вперёд и явно ничего не увидел, кроме темноты, в которой хлестал бесконечный дождь. Потом - машинально слизнув с подбородка чужую кровь, уставился на мальчишку-некроманта, которого не увидел, а почувствовал в кромешной тьме только потому, что сидели они, вынужденно прижавшись друг к другу.
   - Коннор?.. Коннор, что ты сделал?!
   Коннор не спеша опустил ладонь и мягко, без напряжения полусжал кулак. Этого достаточно, чтобы ранка чуть позже затянулась.
   - Я дал тебе кровь, Мика, - прошептал он, - но не просто так. Я хочу, чтобы ты отработал эту кровь. Для нас для всех.
   - Как?
   - Ты единственный среди нас самый слабый маг.
   - И... что?
   - Ты единственный, кого я мог восстановить полностью. Вместе с твоими слабыми магическими возможностями. Мика, щёлкни пальцами.
   Мика открыл было рот, встревоженно глядя на старшего из братства. Кажется, хотел спросить: "Зачем?" Но снова взглянул на темноту и, вероятно, опять неправильно понял Коннора. Наверное, он решил, что Коннор хочет осветить это жутковатое место. И послушно щёлкнул пальцами. Глядя на затрепетавший на кончиках его пальцев оранжевый огонёк, мальчишка-некромант бесшумно, но торжествующе рассмеялся.
   - Сколько ты можешь держать этот огонь? - спросил он, мгновенно потянувшись к дрожащему пламени обеими ладонями.
   - Сколько угодно, - с привычной самоуверенностью ответил Мика. - Всё остальное для меня - очень трудно. Но огонь...
   - Тихо... - прошептал Коннор. - Я прослушаю пространство, а пока вот, - он отдал Мике пучок мокрых и гнилых прутиков. - Просуши. Мне нужен костёр, пусть и самый маленький, чтобы взять с него силы.
   - Понял, - кивнул Мика и деловито принялся водить пучком над своим огоньком. К грохоту дождя прибавилось еле слышное потрескивание и шипение мокрого дерева. Не сиди Коннор рядом с Микой - не расслышал бы.
   Медленно "обходя" ближайшие окрестности, Коннор убедился, что здесь, на берегу, пока безопасно. Неизвестный зверь продолжал тащить мёртвую змеищу очень далеко от них. И так же далеко вокруг не было ни мёртвых, ни живых существ... Братьев он тоже не чувствовал, как и преследователей. Но тому была одна причина: он и Мика сидели внизу, в овраге, а ребята - наверху.
   Мика тихонько толкнул его в бок.
   - Они начинают гореть.
   - Подожги, - отодвинувшись на расстояние для огня, велел Коннор. - А как загорится, попробуй поджечь это дерево, хотя бы часть. Отламывай по чуть-чуть. Нам нужны гнилушки, которые потом можно будет использовать в дороге.
   - Дыма будет много, - с сомнением сказал Мика. - Коннор, а мы где? Ну, сидим?
   - Я же сказал - в дереве. И сидим у речки.
   - Селена, наверное, беспокоится, - вздохнул Мика. - Коннор, а что случилось? Как мы здесь очутились?
   Беспорядочная, перескакивающая с одного на другое болтовня Мики мешала сосредоточиться на сборе сил из огня. Но она же успокаивала и вселяла уверенность. Да и огонь быстро прогорал, хотя Мика вскоре начал добавлять в крохотный костерок подсушенные гнилушки. И Коннор кратко пересказал всё, что случилось с того момента, как он очнулся на камне-вампире - по его предположениям, на капище.
   - А почему ты силу с деревьев не берёшь?
   - Чтобы восстановиться, мне нужна живая сила, а здесь кругом мёртвая. Эта мне не подходит... Некромаги бы обрадовались, попади они вдруг сюда, - криво усмехнулся Коннор и снова глянул вперёд, в завесу хлещущего дождя.
   Какой-то пустоватый разговор продолжался довольно долго. Отвечая, Коннор ждал главного вопроса, потому что Мика задавал свои вопросы как-то бестолково и слишком много, часто не слушая ответов, а то и перебивая. Но мальчишка-некромант уже понял, что с младшим собратом, а потому не удивился, когда Мика вдруг затих, а потом чуть не со слезами в голосе спросил:
   - Коннор, что с нашими ребятами?! Почему я их не слышу?!
   - Я тоже не слышу, - спокойно ответил Коннор и, протянув руку через огонь, сжал плечо затрясшегося в плаче младшего из братства. - Мика, через несколько минут мы выйдем отсюда и побежим наверх, где я буду слушать пространство и искать того из наших, кто к нам ближе. Они все живы. Ты понял меня, Мика? Они живы!
   - Тогда чего сидим? - сердито сказал Мика, шмыгнув носом, и уже на пальцах его обеих рук затрепетали огоньки, чтобы обсушить побольше набранных гнилушек.
   Перед выходом в дождь Коннор, сумев вложить набранные от огня силы, прочитал заклинание высушивания (сухо и тепло - блаженство! Хоть и ненадолго...), наконец получившееся, и напомнил:
   - Мика, там очень темно. Думаю, наступил вечер. Поэтому мы держимся за руки.
   - Я даже тебя не разгляжу? - испуганно спросил Мика, в то же время с видимым удовольствием щупая свою слегка просохшую одёжку. Он и обычно-то мало видел в темноте, а уж если дождь...
   - Некромагия будет снижать нашу чувствительность, а под ногами здесь много грязи и бурелома. Если споткнёшься, лучше будет, если я в это время буду тебя держать.
   - Ладно, - с неохотой согласился тот: кому хочется, чтобы тебя за малыша считали. - А как мне гнилушки нести, чтобы снова не намочить? И почему ты без рубашки?
   - Сняли, - бесстрастно ответил Коннор. - А гнилушки... Их всё равно мало. Сунь под рубашку и прикрывай рукой.
   Он промолчал о том, что в пути им могут встретиться уродливые создания мёртвого леса. Теперь, набрав достаточно сил, он был больше уверен в себе, чем тогда, когда понял, что здесь ко многому слеп и глух. Поэтому всё так же бесстрастно сказал:
   - Мика, сначала выйду я и проверю, свободен ли путь наверх. Потом позову тебя. Нет смысла тебе выходить в холод, пока я стою рядом.
   - Давай быстрей, - сердито и тревожно сказал младший братишка.
   Как понял Коннор, едва он вышел из хлипкого навеса-дупла, Мика мгновенно потерял его из виду. Так что далее Коннор действовал стремительно. Он не только снова прослушал пространство, но и быстро обегал местность вокруг, чтобы понять, откуда удобней забираться на край оврага... Но, видимо, бегал не слишком быстро: когда он сунулся в выдолбленное дупло, Мика схватил его за руку и плачуще заныл:
   - Ты сказал - только посмотришь! Я звал тебя, звал! Я так испугался!
   Пришлось влезть под навес и некоторое время посидеть с Микой, чтобы тот успокоился. Впервые на его памяти мальчишка-вампир признался, что он струсил. Коннор такого от него никогда не слышал, да и не ожидал услышать. Впрочем, небольшая пауза пошла на пользу и ему: он снова прочёл просушивающее заклинание, погрелся, невольно улыбаясь этой ранее обыденной роскоши - здесь, в мёртвом лесу, и лишь затем они вышли в ливень.
   Когда оказались вне навеса, Коннор чуть дёрнул ладошку Мики - это был сигнал, о котором договорились: "Бежим!" И Мика послушно побежал. Слепой за зрячим. Ведь Коннор теперь отчётливо видел всё вокруг, что наполняло его не только уверенностью, но и надеждой. Немного досады вызывали босые ноги, потому что приходилось в основном смотреть вперёд, а не вниз. Так что стопы вновь довольно ощутимо покалывало, а то и резало. Мальчишка-некромант морщился и шипел, благо Мика в этом грохоте воды его не слышал, а потом, спохватившись, оглядывался на Мику и снова морщился - уже от боли, которую чувствовал младший братишка: тот тоже был бос.
   Сначала идти было трудно: глинистая поверхность оврага издевалась над ними, заставляя скользить и скатываться назад. Обозлившийся Коннор выломал из ближайших кустов несколько прутьев, сделав из них толстый, но почти настоящий шест. С его помощью вылез на самый верх оврага и вытянул за собой Мику. Шест, использовавшийся в течение где-то пяти минут, в конце превратился в огрызок - так часто он ломался, пока им тыкали в грязь.
   И снова заторопились по поверхности, уже более или менее ровной, хоть и полной неприятных сюрпризов, от которых охали и вздрагивали.
   Внезапно Мика жёстко дёрнул руку Коннора, а потом будто потащил её к земле. Мальчишка-некромант не сразу понял, что младший братишка споткнулся и упал. Неловким движением падающего Мики Коннора развернуло на скользкой поверхности, и он сам чуть не свалился рядом. Но, когда до него дошло, что случилось, он и в самом деле быстро упал рядом с Микой и даже сквозь ливневый шум услышал его болезненное хныканье. Обняв братишку, Коннор крикнул:
   - Сильно ударился?!
   - Я гнилушки намочи-ил! - зарыдал Мика.
   Коннор не знал - то ли плакать, то ли смеяться на это, но, когда он вгляделся в то, обо что споткнулся Мика, он наклонился к уху мальчишки-вампира и громко сказал:
   - Мика, ты специально это сделал?!
   - Что-о? - провыл мальчишка, и Коннор взял его свободную руку, за которую вёл, и опустил её, послушную и безвольную, на невидимую преграду.
   Изумлённый Мика, уже не обращая внимания на хлёсткий ливень, на обиду из-за напрасно высушенных ранее гнилушек, ощупал предмет, а потом крикнул:
   - Держи топливо! Я сейчас!..
   Забрав гнилушки, Коннор увидел, как Мика с трудом засунул руки в мокрые карманы штанов и, покопавшись там, вынул маленький, но узнаваемый предмет. Коннор узнал махонькую отвёртку, с которой он недавно брал силы. Усмехнулся, а потом замер, когда понял, как им повезло в очередной раз.
   - Это машина! - крикнул Мика, вытирая под носом. - Бумбум!
   Бумбумами Мика обычно обзывал магические машины, похожие на грибы на четырёх и более длинных ножках. Другие называли их крабами. С этими крабами Коннор часто сталкивался в пригороде, осаждённом магическими машинами. И знал, что можно отвинтить несколько деталей, а потом...
   - Мика! Дай отвёртку, я сам!
   - А ты умеешь?! - удивился тот.
   - Ещё как!
   Отвёртка была неудобной, зато былые навыки вспомнились быстро. Пока Коннор пытался демонтировать насквозь проржавевшую машину, прикинул: если машина очутилась здесь, в мёртвом лесу, значит, этот лес находится неподалёку от Города Утренней Зари. Эх, жаль, что в этом лесу он не может войти в личную библиотеку и спросить, что это за место и кому принадлежит... Наконец до него дошло, что размонтировать ржавого краба невозможно. Отвёрткой. Посидев немного перед ним в раздумьях, он хмыкнул и подумал, что тогда, в осаждённом пригороде, он слишком мало использовал свои способности некроманта и некромага.
   - Мика, отойди подальше! Ненадолго!
   - А я не потеряюсь?! - жалобно отозвался мальчишка-вампир.
   - Найду!
   Шаг назад - и Мика пропал в чёрных струях воды. А Коннор заспешил. Убрав отвёртку в свой карман ("Потом отдам!"), он вдохнул, настраиваясь на некромагические силы отовсюду, а потом ткнул пальцем в один болт, в другой, тоже мгновенно рассыпавшийся ржавчиной и так же мгновенно смытый дождём, - и легко снял верхнюю крышку краба. Ещё немного некромагии - и он получил вторую, нижнюю. Обе из лёгкого металла. Немного тяжеловато будет, пока дождь по ним бьёт, но хоть какая-то защита от воды. Правда, теперь придётся держать Мику за плечо, но, судя по дежурной прослушке, следующий брат по крови где-то недалеко. Остальное решил не брать - всё заржавело и без его некромагических приёмов. Даже скопидому Мике не понадобится.
   - Держи зонтик! - крикнул он Мике, сунув ему край крышки, похожей на щит.
   Мальчишка-вампир нащупал деталь и тут же поднял над собой.
   - Я как гриб! - крикнул он.
   - Не тяжело?
   - Выдержу! Отвёртку отдай!
   - У, жмот... - пробормотал Коннор, отдав инструмент Мике и поднимая над собой свою крышку. - Готов к дороге?
   - Ага!
   Теперь, набрав сил, Коннор решился на следующее: он снова испробовал вход в личную библиотеку - глухо: затем попробовал войти в эльфийский мир, неожиданно присоединённый к нему однажды из-за Мирта, - глухо; и, наконец, сделал попытку войти в верхние небеса - в мир Хельми. Но и драконий мир не откликнулся...
   Мика как будто уловил, чем занимается его старший брат.
   - Коннор! - крикнул он. - Но ведь Хельми - сама магия! Почему и он?..
   - Остановись! - отозвался тот, заодно предполагая немного отдохнуть. А когда Мика выполнил его просьбу, он поддержал крышку над его головой и предложил: - Потрогай свой затылок! Ничего не болит?
   Мика самонадеянно не потрогал, а нажал пальцами на затылок - и охнул.
   - Это арбалеты! - объяснил Коннор. - Тупыми концами били!
   - Но почему никто из нас не почувствовал?!
   Мика имел в виду пространство. Когда что-то грозило их пятёрке, кто-то из старших ребят обязательно чувствовал эту угрозу... Коннор пожал плечами.
   - Думаю, они очень сильно закрылись заранее!
   - И всё-таки... Хельми... - уже явно про себя, потому что тихо, сказал Мика.
   Мальчишка-некромант его не услышал, но слова считал с губ.
   - Доберёмся до всех - тем мало не покажется! - повторил он однажды услышанную от мамы Селены фразу.
   Мика фразу узнал и с трудом улыбнулся. Судя по всему, он начинал замерзать, несмотря на почти непрерывное движение. Надо бы его ободрить.
   - Перед нами длинная поляна! - крикнул Коннор. - Когда мы её пройдём, выйдем к небольшому холму. Там нас ждёт кто-то из наших!
   Обещание старшего брата и в самом деле взбодрило мальчишку-вампира. Некоторое время они даже бежали, утопая ногами в болотистой почве, пока не наткнулись на несколько упавших деревьев... Пришлось повозиться, чтобы пройти их. Но настроение у обоих уже было другое - более решительное. Хотя усталость, почти невидимая дорога, неизвестность... Но впереди - кто-то из своих! А вместе они крепче!
   Они прошли то ли поляну, то ли просеку, а может - так и вообще ураган прогулялся по этому опасному месту, а потом ощутимо начали подниматься.
   - Мы идём на холм? - пожелал удостовериться Мика.
   - Да!
   Чем ближе был брат по крови, тем сильней его ощущал Коннор. Но кто из троих их ждал там? Хельми? Мирт? Колин? Внезапно Коннор нахмурился. Колин был самым скромным из братства. Обретённую в Старом городе магию он всегда тщательно блокировал. Значит, если тот, кто сейчас поневоле их ждёт в явно бедственном положении, любой, кроме мальчишки-оборотня! "Ничего, - отчаянно решил Коннор. - Ничего! Пусть я сначала найду Мирта или Хельми - мы потом легко найдём и Колина. Он дождётся! Ведь здесь, наверху, я чувствую всех троих, но в разных сторонах!"
   - Коннор, ты видишь?! - крикнул Мика. - Кто?! Кто здесь?!
   Уже издалека мальчишка-некромант заметил посреди мёртвого леса нечто, не похожее на беспорядочные ветви деревьев. Нечто с ровными краями! Нечто искусственное... Снова капище?! Какому из древних богов захотел кто-то их принести?! Каким духам природы?! Почему именно их?!
   Он тащил Мику за плечо к этому камню и с каждым шагом убеждался, что их ждёт Мирт! Вскоре до капища осталось два шага - и Коннор предупредил:
   - Стой здесь, Мика! Тут такое место, которое выпивает силы! И здесь Мирт! Сейчас я его выручу! Только не подходи к этому камню!
   - Нет, не подойду! - заверил вновь испуганный и одновременно радостный Мика.
   На этот раз Коннор не стал даже думать или терять время на жалость, изучая состояние мальчишки-эльфа, распластанного по камню: поднял руку кверху - и в кулак втянулись некромагические силы, после чего он немедленно ударил кулаком по наручнику Мирта. Когда наручник ссыпался и в ржавчину и смылся с руки брата, Коннор стащил его с камня и, взвалив на плечо, отволок к стоящему рядом Мике, которому оставил оба щита.
   - Мика! Сзади тебя валяется несколько деревьев! Давай к ним!
   У этих деревьев он велел мальчишке-вампиру прикрывать Мирта от ливня, а сам быстро укрепил щиты на поваленных стволах - таким образом, чтобы получилась небольшая крыша. Вскоре все трое оказались под ними, и Коннор, растерев грудь и руки спасённому Мирту, начал вливать в него силы, в то время как Мика снова принялся за обсушивание гнилушек. Коннор мог бы и сам теперь этим заниматься, но самочувствие Мирта не позволяло пока отвлекаться на что-то другое.
   Наконец личное пространство Мирта засияло бледным подобием его бывшего, а Мика сумел-таки разжечь гнилушки в небольшой костерок. И Коннор принялся приводить мальчишку-эльфа в сознание. Мика сел рядом и держал Мирта за руку. По вздрагиванию младшего братишки Коннор понял, что тот плачет. Утешать не стал.
   Наконец, Мирт едва заметно шевельнулся.
   - Мирт, - монотонно позвал Коннор. - Возвращайся. Мы ждём тебя.
   Мальчишка-эльф разомкнул губы и попытался что-то сказать. Даже Коннор не сумел прочитать по этим губам - что именно. Потому кивнул себе и добавил ещё немного силы. Мирт полежал немного, словно прислушиваясь, а потом сумел-таки открыть глаза.
   - Что... - на этот раз довольно отчётливо выговорил он.
   - Мирт! Очнись! - закричал Мика, который его не расслышал и не увидел в темноте, даже при свете огня, движения его губ. - Нам надо найти остальных! Мирт!
   Ещё через секунды Коннор помог Мирту сесть.
   - Что со мной? - в полный голос спросил мальчишка-эльф. - Почему я так ослабел?
   В два голоса братья объяснили ему положение, после чего Коннор спросил:
   - Ты как? Сумеешь присоединиться к эльфийскому миру?
   - Пока лежал - пробовал! - чуть не обиженно ответил Мирт. - Это я сделал в первую очередь, как только понял, что ослабел! Ты говоришь - ощущаешь Хельми и Колина? Где они?
   - Судя по всему, Хельми мы найдём в той точке, которая замыкает треугольник из этих капищ. А вот с Колином сложней.
   - Почему ты думаешь о капище?
   - Колин прячет магические способности. Я был на капище. И ты. Мы оба с открытой магией. Мику, с его слабыми способностями к магии, я нашёл в реке. Значит, Хельми, сама магия, на капище. И надо бы его найти первым, потому что он ближе и потому что с ним мы станем гораздо сильней - сам понимаешь. Ну что? Пришёл в себя? Держи крышку от краба - мы нашли его неподалёку.
   - А ты?
   - Я вернул себе нужные для похода силы. Мне сойдёт и без зонтика. Готовы?
   - Готовы! - откликнулся Мика.
   И они снова двинулись в путь.
  
   Глава пятая
  
   После краткого совещания, на котором решили выждать ещё немного, а потом ехать в пригород, в дом Агаты, и уже на месте разбираться, что произошло с братством, Джарри предложил Селене:
   - Может, дойдём до Лесной изгороди? Прогуляемся, заодно развеешься и за учениками Бернара присмотришь. Вот время до приезда братства и потянем. Не так будешь волноваться, что у них там да как.
   Колр, который выходил вслед за Бернаром, оглянулся, но ничего не сказал и ушёл. Селена помнила: Аманда хотела какой-то перестановки в их доме. Наверное, Колр и желал бы вместе с остальными дойти до изгороди и дальше, но ему пока некогда. Впрочем, домашние обещали довольно жаркие денёчки совсем скоро, так что все прогулки и экскурсии впереди.
   - Дойдём, - ответила она. - Только Стена заберу, чтобы уж всей семьёй...
   Во дворе Тёплой Норы вечернее солнце мягко и уютно легло на весеннюю зелень, своей позолотой будто отогрев её. Малышня под присмотром Асдис и Викара организованно играла на всех площадках. Счастливый визг, смех и выкрики, как ни странно, сумели успокоить Селену, которая перед выходом из гостевого кабинета попыталась снова связаться с братством и выяснила, что попытка безнадёжна... Уже не так натужно улыбаясь, она подошла к Ригану.
   - Мы к Лесной изгороди, - вполголоса сказала она мальчику-дракону, беря за руку сынишку. - Не хочешь с нами?
   - Х-хотел бы, - вздохнул тот и обиженно, но в то же время насмешливо скривился. - Трис-смегист дал такие упражнения, что у меня нога с-сейчас-с болит. А заговаривать её не хочу - не ус-слыш-шу, как с-сама перес-станет болеть. Потом, ага?
   - Ага, - согласилась Селена и повела Стена к отцу.
   - Селена! - закричала Ирма, подбегая. - Смотри, как я научилась!
   Мгновенно подлетела вся её компашка, а потом раздалась в стороны, чтобы волчишка могла показать, чему она выучилась, знакомясь со скакалкой. Когда Селена начала вспоминать игры своего мира (особенно имея в виду стремительную Ирму), она выудила из своей памяти пару игр со скакалкой. Для Ирмы - идеально. И попрыгать вволю, и напридумывать различных игр, кроме тех, что предложила Селена. Но личные игры сошли на нет, когда Селена вспомнила игру "Я знаю десять названий!". Ой, как зацепила эта игрушка Ирму! Даже резинка, которую держали на ногах, постепенно поднимая с каждым пройденным уровнем, была забыта! Нет, игра, в которой вспоминали травы, цветы, имена и другое, оказалась настолько интересной, что Ирма могла играть в неё до наступления ночи.
   Волчишка ловко пропрыгала со скакалкой придуманные фигуры, а потом с воплем: "Ой, ещё одно придумала!" унеслась в сад, сопровождаемая свитой потешно бегущих за ней детишек. Селена, хохоча, обернулась к Джарри. "Скакалку они освоили, - промелькнула мысль. - И вроде она для них безопасна. Может, предложить Мике, когда вернётся, создать обруч?" При воспоминании о Мике, а значит - и обо всём братстве - улыбка медленно сошла с губ.
   - Не думай о них, - велел семейный, сразу сообразив, почему хмурится хозяйка места. - У нас есть время для ожидания. Проведём его с пользой. Пойдём.
   И, только дойдя до Лесной Изгороди, Селена догадалась, что за маленькая заноза свербела в её сердце, пока она с улыбкой смотрела на бегущую крикливую малышню: в толпе галдящих и хихикающих младших не было Берилла.
   Он неожиданно появился у изгороди. То есть как появился... Сидел на руках старшего брата (это почти девятилетний-то мальчишка!). Александрит прислонился к изгороди со стороны леса и разговаривал с Анитрой. Кажется, он и его юная подруга отказались от прогулки к опушке именно из-за младшего братишки. Берилл так жёстко стиснул руки вокруг шеи старшего брата, что тот время от времени осторожно трогал его ладони и, улыбаясь, что-то говорил - наверное, пытался шутить, ослабляя это странное для него объятие. Александрит, как многие в Тёплой Норе, пока не знал о внезапном исчезновении братства.
   Приветливо кивнув всем троим (Берилл тревожно оглянулся на Селену), семейные не спеша пошли к молодому лесочку.
   Селена хорошо понимала Берилла. Мальчик привык к впечатлению, что пятеро мальчишек буквально стоят вокруг него, готовые немедленно помочь в любом деле. И внезапно - пустота. Вот Берилл и жмётся к брату, то и дело сосредоточиваясь на пространственном поиске Селены, чтобы хоть её незримое присутствие ощущать. И это - несмотря на то что он сам частенько надевает блокирующий братство браслет.
   Прошли мимо "семейства" братьев недалеко, так что Селена быстро скосилась на Берилла, на его руки. Блокирующего браслета нет. Как нет его и у Вереска, который, впрочем, сейчас внимательно слушает Бернара. Селена взглянула на свой. Джарри уговорил надеть на время прогулки. Снять?.. Джарри будто услышал, взглянул на неё и покачал головой, кивнув на Стена: не надо расстраивать сынишку!.. Селена тоже покивала, соглашаясь.
   Вскоре Джарри опустил Стена на землю. Тот увидел знакомые лица: Бернар с учениками осматривал опушку молодого леса - и потянул родителей, взявших его за руки, к старшим ребятам. Джарри и Селена переглянулись с улыбкой и потом минут десять бродили следом за Бернаром и его учениками, стараясь не попадаться им на глаза. Правда, в густой траве Стен, бодро поначалу лопотавший про всё важное, что попадалось на пути, но глупые родители могли не заметить, быстро устал. Да и до этой прогулки успел во дворе набегаться с малышнёй. Только Селена собралась взять его на руки, как к ним подбежала Анитра.
   - Селена, я возьму Стена к нам с Александритом? Бериллу с ним будет спокойней.
   - Стен, пойдёшь к Анитре?
   Селена, договаривая вопрос, засмеялась: только назвала сынишку по имени, а он уже ручонки тянет к девушке-травнице!..
   - Анитра, - предупредила Селена, - до изгороди недалеко - веди за руку!
   Девушка-травница сделала лучше: она подхватила малыша за обе руки и побежала к братьям, время от времени поднимая визжащего от удовольствия Стена над землёй.
   А Селена - подняла брови, а потом недоверчиво подставила ладонь - на неё капнуло. Странно. Подняла глаза к потемневшему небу: неужели дождь? И когда только тучи успели набежать? Да ещё такие пасмурно тёмные!.. Домашние, вообще-то, на сегодня дождя, во всяком случае крупного, не обещали. Просчитались?.. Ну, ещё думать об этом! Лучше думать о том, что сейчас можно хоть немного, пусть до дождя, но на свободе погулять с Джарри.
   Однако не успела Селена порадоваться, что теперь в кои-то веки она может побыть наедине с семейным, как от распахнутой калитки в Лесной изгороди раздался дружный и ликующий вопль - Ирма вырвалась на волю! Обомлев поначалу, Селена, хмыкнув, сообразила: волчишка - в сопровождении только двойняшек-оборотней. Что значит - Ирма ушмыгнула от Викара и Асдис и огородами-садами, под эскортом бессменных друганов-двойняшек, пробралась к вожделенной изгороди!
   Стен сразу ожил и завертел руками, пытаясь освободиться от хватки Анитры, изумлённой нежданным нашествием малышни. Берилл немедленно задрыгал ногами, требуя от старшего брата спустить его на землю. Вздохнув, Селена пошла навстречу счастливой волчишке, чтобы строго сказать ей:
   - Ирма, только у изгороди!
   - Да я помню! - звонко отмахнулась девочка и запрыгала на месте при виде бегущего к ней Берилла. - Ага! Ага! Думал, только ты гулять здесь будешь! Мы тихонечко! - сладко запела она в ответ на грозный взгляд Александрита. - Мы только здесь, у изгороди! Со Стеном!
   Александрит вовремя отвернулся, чтобы Ирма не заметила его смешливой улыбки. Селена перехватила его взгляд на Анитру: всё, оба свободны - и теперь могут погулять под руку. Как и она, Селена - с Джарри.
   Несмотря на бандитские замашки своевольной Ирминой компании, все детишки чётко знали свои права и обязанности: хочешь нарушить привычные правила - получи в нагрузку обязанность! В данном случае, обязанностью стала забота о Стене. Облепив изгородь рядом с калиткой, Ирма со своей бандой усадила малыша на траву и принялась болтать и играть рядом с ним, постоянно вовлекая Стена в свои разговоры. Впрочем, тоже недолго: на солнышке, которое, уходя на ночной покой, подавляемое надвигающимися тучами, всё ещё мягко припекало именно с этой стороны изгороди, малыш быстро сомлел и задремал. Умненькая Ирма продолжала болтать уже вполголоса и не хохотать, а хихикать. Для волчишки, когда она нарушала правила и сбегала, куда не надо, главным было не бегать и не хулиганить, а показать: вы мне запретили, а я всё равно тут!
   Селена даже усмехнулась вольнице и совершенно спокойно пошла к Джарри, который остановился возле тропы к заводи и что-то рассматривал... Волчишка в последнее время вдруг обнаружила, что у неё не просто талант сочинять песенки, а что ей нравится сочинять колыбельные!.. Селена оглянулась и даже на секунды встала на месте, улыбаясь: Ирма уселась рядом со спящим Стеном и, насупившись, явно подбирала слова к новой колыбельной для маленького человечка, заснувшего на природе. А компашка, окружившая обоих, открыв рты, смотрели на такое чудо, как рождение новой песенки.
   Обернувшись от изгороди к лесу, Селена сначала растерялась: где Джарри? Но мелькнула среди высоких кустов опушки его светло-серая рубашка, и она заторопилась к нему. И остановилась, ничего не понимая.
   Он пятился. Шёл назад медленно, словно не желая оглядываться, словно играя в какую-то странную игру, в которой пятиться необходимо. Шёл осторожно, словно нащупывая ногой точку на земле, на которую надо встать. Или потому, что здешняя высокая трава, ему по пояс, мешала идти быстро, а он хотел что-то разглядеть издали, на расстоянии.
   Селена хотела крикнуть, позвать его, но замерла с полуоткрытым ртом.
   Джарри вдруг будто окаменел. А секундой спустя на его правой лопатке резко расцвело тёмное пятно... Селена, ничего не понимая, пыталась разглядеть, что с ним - и не могла. На таком-то расстоянии. Но даже ни на мгновения не усомнилась, что с семейным может произойти что-то страшное. Здесь, в тёплом и уютном местечке, где Тёплая Нора постоянно устраивала пикники и экскурсии, просто абсолютно ничего плохого не могло быть!
   Но даже издали она, вздрогнув, увидела, как в центре тёмного пятна оцепеневшего на месте Джарри, резко высунулось нечто из четырёх когтей, и семейный упал лицом к лесу - и пропал в траве. И, лишь когда трава заволновалась, чётко обозначая, что Джарри тащат куда-то в чащу - возможно, к заводи, Селена завизжала от ужаса, срывая голос:
   - Джарри!!
   Показалось, на всей лужайке от изгороди до опушки внезапно исчезли все, кто там был. Такая жуткая пустота улеглась по травам и кустам... Селена бросилась к опушке - уже ничего не соображая, с новым воплем:
   - Колр!!
   Она совсем забыла, что чёрный дракон должен был заниматься собственным домом, а не гулять вместе со всеми в этот недавно тёплый и уютный вечер.
   Но от изгороди метнулась громадная тёмная туча, черней тех, что продолжали наплывать над ними. Метнулась, сбив её с ног прошумевшим воздухом. Упавшая Селена обернулась: у калитки стояла, сжав руки, Аманда, а над головами всех уже кружил дракон, присматриваясь к зелени, темнеющей под накрапывающим пока дождём.
   И в сердце вонзилась игла воспоминаний - когда вдруг с холма, сейчас покрытого молодым лесочком, на деревню двинулась орда магических машин. И это воспоминание побудило хозяйку места, не забывая о семейном, побеспокоиться о беззащитных жителях.
   - Собирайте детей! - закричала она отчаянно. - Уходите в деревню! Быстрей!
   Подняла глаза. Колр кошмарной ракетой мчался к лесу - в ту сторону, куда уволокли Джарри. Селена было побежала следом, но чуть не рухнула на месте: из леса вылетела чёрная сеть! Громадная, хоть и не такая мощная по объёму, как сам дракон! И странно корявая... Колр, явно не ожидавший агрессии снизу и не воспринявший эту сеть серьёзно, едва она коснулась его живота, закричал!..
   Это был страшный крик, но не существа, которое получило болезненную рану, а существа разгневанного и даже рассвирепевшего. Селена чуть не оглохла от рычания чёрного дракона. Следом раздался грохот выпущенного Колром огня. Наверное, от неожиданности чёрный дракон ответил неведомому врагу по принципу "из пушки по воробьям". Впрочем, в лесу затаились явно не безобидные воробьи.
   Дракон кружил над лесным участком, в котором исчез Джарри и из которого его попытались то ли поймать, то ли убить... Огонь, запылавший было на верхушках деревьев, быстро погас - хлынул-таки непредусмотренный ливень... Лес на той своей дальней стороне спускался к реке, отделявшей город от пригорода. Площадь огромная... Плачущая под безжалостно бьющим ливнем Селена подталкивала к калитке в Лесной изгороди перепуганных подростков и ошарашенного Бернара - Стен под защитой Ирмы и её банды уже стоял на территории деревни: их первыми выдворили туда встревоженные Александрит с Анитрой.
   Сначала Селена, занятая горестными мыслями о пропавшем Джарри, не понимала, что её смущает в том, что дети облепили изгородь, большими глазами глядя на бегом возвращающихся подростков и взрослых. Только войдя на территорию деревни, сообразила: здесь сухо! Дождя нет! Следовательно... Дождь магический?! Но... зачем?! Кому нужен скромный семейный хозяйки места? Или его опять пытаются убить из-за той истории с Коннором? Но тогда значит... Селена беспомощно сжала руки. Коннор... Он тоже пропал. И не один. Только это - "не один" - и заставляет верить, что сегодняшнее происшествие всё-таки не связано с тем давним делом о мальчишке-киборге. Или... связано? Где Трисмегист, чёрт бы его!.. Может, он сумеет хоть что-то объяснить?!
   Не сразу она поняла, что её лицо и руки кто-то старается вытереть от лишней влаги. Мельком увидела Аманду с шалью, но, не обращая внимания на неё, снова повернулась к лесному уголку, пропавшему за свирепо льющей с небес водой, к калитке.
   Мокрый насквозь Колр вошёл последним и тщательно закрыл калитку на засов. Испуганные дети тихонько перешёптывались, странно (трудом отметила Селена) поглядывая то на чёрного дракона, то на хозяйку места.
   - Я не понимаю... - злобно сказал Колр и оглянулся. - Не понимаю!
   Чьи-то робкие руки коснулись ладони Селены, дрожащей от холода и вселившегося в сердце ужаса. Она посмотрела - сначала бессмысленно. Потом до неё начало доходить то, о чём ей вполголоса говорит Космея:
   - Селена, там Эрно. Он полетел с кем-то ещё на заводь. На дельтапланах.
   Дошло. Не поверив ушам, уставившись на серую стену дождя, уже полностью скрывшую не только лес, но и лужайку перед изгородью, Селена выговорила:
   - Что ты сказала про Эрно?
   - Эрно? - ахнула Аманда, склонившись к Космее. - Куда он полетел?!
   - К заводи... - уже чуть не шёпотом сказала девочка-эльф.
   Желваки заходили на скулах Колра, который пытался выглядеть бесстрастным. Но развернулся и решительно зашагал к калитке. И скрылся в стене дождя.
   - Идём в Тёплую Нору, - велела, задыхаясь от холода и потрясения, Селена. - Там подождём... - И угрюмо насупилась, впервые чудовищно растерянная.
   Хотелось взять Стена - с малышом на руках успокоилась бы быстрей. Нельзя. Она мокрая и холодная - может сынишку простудить. Но Стена уже подхватили - оказывается, вместе с Бернаром гулял со старшими ребятами и Ривер. Он-то и взял на руки мальчика и тут же подошёл к Селене, мягко сказал:
   - Пойдёмте, леди Селена. Вы правы. Лучше выждать в доме.
   Селена как глянула на Стена, на его недоумевающее лицо, на его губы, выговорившие: "Папа?", так резко и отвернулась.
   Пока шли деревенской улицей, она наконец в полной мере "услышала" сообщение Космеи. И снова испугалась: кто, кроме Эрно? Кто ещё из детей взял дельтаплан и полетел к заводи?! Догнала Александрита и негромко спросила у девушки-травницы:
   - Анитра, кого нет из наших? Ведь все старшие ребята вышли за изгородь!
   Анитра считала девочек и мальчиков по комнатам - и быстро нашла пропавшую.
   - Маев нет, - удивлённо сказала она, а потом будто спохватилась: - Но она часто не ходит со всеми. Может сидеть в нашем саду. Иногда остаётся в Тёплой Норе.
   - Маев взяла дельтаплан, - громко сказала Ирма, которая шагала неподалёку и которая расслышала только имя.
   - Мы видели, - подтвердил Тармо, выглядывая из-за волчишки.
   Сердце совсем стиснуло. Селена сжимала кулаки, чтобы снова позорно не разреветься перед детьми и примолкшими взрослыми. За три дома до Тёплой Норы она внезапно решила, что Джарри и дети, Маев и Эрно, сидят в гостиной, что происшествие на опушке - всего лишь глупый розыгрыш... Машинально стянула браслет, блокирующий от братства - и снова наткнулась на пустоту. И эта пустота привела её в сознание. Уже твёрдым шагом она вошла в дом и только раз посмотрела в гостиную... Дети, кто постарше и кто попал под ливень, побежали по комнатам переодеться в сухое. Аманда, Бернар, Ривер и Александрит прошли в гостевой кабинет, где уже по-вечернему горел в камине огонь.
   Селена, с которой капала вода, вошла в столовую и, увидев домашнего Веткина, обомлевшего при виде мокрой хозяйки, попросила его:
   - Там, в гостевом кабинете, сидят попавшие под дождь. Посмотри, что мы можем им предложить. И позаботься о горячем чае перед ужином - для всех.
   - Дождь?! - поразился Веткин.
   Говорить вслух у Селены сил не осталось. Только кивнула. И сразу вышла, слыша за спиной зов обеспокоенного домашнего: "Кам! Лайла! Ставьте большой чайник!"
   Дежурных в столовой ещё нет. Так что на какое-то время хозяйка места осталась в одиночестве. Хотя и надо бы выйти к тем, кто сидит в гостиной. Надо утешить детей, которые видели, что произошло с Джарри... Но Селена впервые чувствовала себя в такой прострации, что жутко боялась выходить к тем, кто терпеливо ждал её... Она не понимала ситуации. Не знала, с чего начинать поиски Джарри, да и... жив ли он ещё?
   Только когда её начало колотить от промозглого холода мокрой одежды, она покинула столовую и быстро прошла гостиную, чтобы дети её не успели остановить вопросами. Переодевшись, Селена почувствовала себя уже потихоньку приходящей в себя и вышла искать Стена. Нашла, как и предполагала, в комнате Вильмы. Он спокойно играл с детишками, а Вильма, встретившая хозяйку дома у порога, сразу сказала:
   - Селена, я позабочусь о Стене. Иди вниз - тебя ждут.
   Спускаясь по лестнице со второго этажа, она неожиданно удивилась взрослой интонации Вильмы. Даже нет - взрослому решению девочки. "А ты - клуша! - злобно подумала она о себе. - Даже нормально думать не можешь! Ты ведь всегда отличалась умением задавать вопросы и заставлять мужчин придумывать выходы из положения! Так что же сейчас у тебя - мозгов не осталось?! Отвыкла от опасностей? Решила, что теперь всегда будет тихо-мирно? Ты в мире магов и магии! Здесь может такая чертовщина происходить, что нужно быть начеку каждую минуту!"
   Она успела заглянуть в гостиную и в гостевой кабинет, где вызванные Камом дежурные начали носить для взрослых чашки с чаем и ставить подносы с выпечкой. Потом дежурные должны побежать в столовую и быстро приготовить то же самое для всех, пока в кухне продолжает вариться ужин... Заглянула - и машинально обернулась на стук входной двери. Кто-то из детей опоздал войти в дом?..
   И снова оцепенела.
   Первым вошёл храмовник Ильм - Белостенный. Он распахнул дверь из тамбура в гостиную, а потом шагнул в сторону, пропуская мимо себя две худенькие фигурки, одетые в незнакомые Селене одежды и укрытые вязаными пледами. Последним вошёл... Колр. Тоже кутаясь в плед. Тихонько вскрикнула вышедшая из гостевого кабинета на стук двери Аманда - бросилась сначала к одной из худеньких фигурок, обняла, потом, не отпуская Эрно (узнала Селена), бросилась к Колру - и, нисколько не стесняясь, зарыдала, схватившись за него так, словно он собирался немедленно сбежать. А Селена с вновь вспыхнувшей надеждой (эти вернулись - может, и Джарри?..) поспешила к Маев.
   - Что... что с вами случилось?
   - Мы попали под дождь, - тоненьким голосом виноватого ребёнка сказала девочка-маг. - И в нас стреляли из арбалетов.
   - Как... из арбалетов... - У Селены чуть голос не пропал, когда она с содроганием вспомнила тёмное пятно на спине Джарри, а потом высунувшиеся из этого пятна когти.
   - Нас не хотели убить! - заторопилась Маев и переглянулась с Эрно, который обернулся к ней. - Нам специально сломали дельтапланы, а потом мы выбрались из заводи и решили бежать вокруг изгороди к дому Белостенного, Ильма.
   - Но почему не к калитке? - изумлённо спросила Селена.
   Эрно освободился от руки матери и шагнул к ней.
   - Там, на тропе, сторожили эти, которые нас сбили, - сипло проговорил он. - Мы увидели их и побоялись идти к Лесной изгороди, но у нас были кольца для перехода защитной изгороди, поэтому мы решили обойти это место.
   - Они ввалились ко мне в дом, - сказал храмовник, - и попросили проводить их по домам. Хосте и Азалии пришлось сначала переодеть их в сухое и тёплое, а потом уж я отправился с ними к вам. По дороге встретил Колра. Ну и, благо что встретил неподалёку от дома, переодеться пришлось и ему.
   Селена тревожно и вопросительно взглянула на Колра. Тот молча покачал головой.
   Итак, Джарри пропал бесследно.
   Как и братство.
   Столпившиеся в гостиной дети молчаливо слушали, но Селена мгновенно уловила чей-то пристальный взгляд на себя. Вереск. Лицо почти равнодушное, но губы побелели от напряжения. Он слышал всё. Не начнётся ли у него неконтролируемый припадок бешенства, с которым даже братству трудно было справляться? Селена на негнущихся ногах подошла к нему среди расступившихся ребят.
   - Космея, позаботься, чтобы Вереск сегодня не оставался в одиночестве, - спокойно сказала она. - Вереск, ты меня понял?
   Он помедлил, но кивнул.
   Обращаясь ко всем, Селена напомнила:
   - Через час - ужин. Думаю, дежурные приготовят всё, как обычно, сами. Если что - обратитесь к Веткину. - Она знала, что говорит лишнее. Но надо было напомнить притихшим и таким же растерянным детям, что жизнь продолжается. И напомнить, что она, их Селена, спокойна, несмотря ни на что. - А пока допивайте свой чай и, дежурные, не забудьте принести горячий чай для Маев и Эрно.
   - Мы всё сделаем, Селена, - пообещала Анитра, которая уже стояла рядом с девочкой-магом.
   Взрослые уединились в гостевом кабинете - на веранде слева. Селена села в кресло, обычно предназначенное для двоих - для Джарри и для неё. В кресле было... пусто, необычно и неловко свободно. И она не знала, как так сесть, чтобы чувствовать себя уверенно. Подняла глаза. Никто из присутствующих (Ильм остался) не притронулся больше к своим чашкам с чаем. Разве что Колр, сидевший в обнимку с Амандой, жадно прихлёбывал горячий чай, то и дело раздражённо передёргивая плечами. Именно глядя на чёрного дракона, Селена сумела задать первый вопрос:
   - Что за сеть на вас хотели накинуть?
   - Это была не с-сеть, - хмуро ответил Колр. - Точно не с-сумею с-сказать, что это было. Но пох-хоже (он покосился на Бернара) на длинные корни.
   - То есть? - с недоумением переспросил старый эльф.
   - Я не помешаю? - тихо спросил постучавшийся заранее Трисмегист.
   - Заходите, - разрешила Селена, хотя знала, что он войдёт и без её слов.
   - Всё прос-сто, - сказал чёрный дракон. - Когда я кружил над тем мес-стом, где пропал Джарри, между деревьями взметнулись чёрные корни. Или же нечто, пох-хожее на корни рас-стений. Они пыталис-сь впитьс-ся в меня. Приш-шлось прибегнуть к огню.
   После его слов пауза тянулась бы долго, если бы Селена не решилась.
   - Джарри стоял у деревьев, как будто он что-то увидел. Он был в светлой рубашке. Стоял ко мне спиной... Нет, он двигался так, как будто пятился. И на спине сначала появилось тёмное пятно, а потом из него будто вылетели четыре когтя. - Глядя на Трисмегиста, лицо которого было бесстрастно, но в глазах шевельнулось что-то, словно встревожившее его, она добавила: - А Ильм привёл Эрно и Маев, которые летали над заводью и которым неизвестные сломали дельтапланы - расстреляли их из арбалетов. И я не знаю... Впервые не знаю, что происходит и с чего начинать поиски братства.
   Снова тяжёлая тишина. Селена вслушивалась в неё, глядя в окно, на рыжее мерцание последних солнечных отблесков, страшась даже подумать, что сейчас с пятью мальчишками... И с Джарри.
   Как ни странно, первым заговорил Ильм.
   - Старинная "кошка", - задумчиво сказал он, глядя на огонь в небольшом камине. - Это было очень давно. Даже Чистильщики во время осады пригорода пользовались обычными болтами для своих арбалетов. Четыре когтя - это арбалетный болт, который не просто попадает в добычу, но удерживает её, раскрывая четыре когтя наконечника. Но эти болты давно ушли в небытие.
   - Если только не используются в ритуалах, - отстранённо заметил Ривер.
   Собравшись с духом, Селена медленно обобщила, размышляя вслух:
   - Пропало братство. Пропал Джарри. Хотели похитить Эрно и Маев. Почему - похитить? Оба уверены, что их пытались поймать живыми, а не убить, поэтому разбили их дельтапланы. Вы, Бернар, заходили с детьми в чащу довольно далеко. Но на вас нападения не было. Значит, этим неизвестным нужны были именно Эрно и Маев. Почему именно они? Чем отличаются все пропавшие от других? И зачем они понадобились неизвестным?
   - Ливень с-смыл с-следы Джарри в лес-су, - мрачно сказал Колр, которому явно не понравилось упоминание Эрно. - Значит, начинать поис-ски придётс-ся с братс-ства. Мы знаем, куда они направилис-сь пос-сле уроков. Дождя там не было. Берём на вс-сякий с-случай оружие - и едем немедленно.
   И даже Аманда, прижавшаяся к своему семейному, не стала возражать.
  
   Глава шестая
  
   Кто такой эгоист - Коннор знал. Так Селена в сердцах назвала Вереска, когда отчитывала его за то, что он думает только о себе. Потом Коннор "ушёл" в личную библиотеку и в одной из тамошних более или менее современных книг узнал, что слово "эгоист" относится к социально-психологическим понятиям и обозначает существо, которое ставит себя и своё мнение выше других.
   Сейчас он шёл, то с трудом выдирая ноги из болотистой почвы, то почти вслепую шагая в нагромождении сучьев, а то и перелезая стволы павших деревьев, которые так противно проламывались там, где бесконечный дождь довёл их до гнилостного состояния. Коннор шёл, чувствуя, что и он сам пропитывается этой беспощадной водой, и размышлял, примеривая к себе значение того надменного слова, которое впервые услышал от мамы Селены.
   Наверное, он эгоист. Просто раньше этого не замечал. Ну, кроме того случая, когда дрался с одичавшими оборотнями, когда драться не надо было... С того времени как за спиной оказались Мирт и Мика, он то и дело думает: будь он в этом лесу один, может быть, он давно бы выбрался из этого местечка. Ну... Если бы не надо было спасать братьев. Он бы пошёл за теми тремя, которые приковали его к капищу, и убил бы их. Убить легко: что - что, а некромагические силы собрать здесь можно в любом объёме, после чего послать смертоносное заклинание в спину его личным убийцам. И здесь он уверен, что имеет право бить в спину. С таким противником играют по его же правилам... А потом, когда они бы умерли, он так же легко снял бы с них информацию, где он находится и как отсюда выбраться. И выбрался бы... Но зов братской крови заставил его застрять здесь. И приходится тратить силы, выручая слабейших.
   Мимо будто прошёл Джарри и усмехнулся: "Мой старший сын так жалок и слаб, что готов свалить вину за своё положение на братьев?"
   Коннор чуть не споткнулся.
   И тут его поразила странная мысль: почему - слабейших? Про Хельми, например, этого не скажешь. А значит, он, Коннор, просто более везучий?
   ... Углубившись в странные для себя размышления, видимо навеянные монотонным бегом или шагом, Коннор не заметил, что ливень ненадолго перешёл в более спокойный дождь, но затем рванул с новой силой. Впрочем, заметить какие-либо изменения сейчас стало трудно: по инстинктивным впечатлениям, наступила глубокая ночь. Так что тьма, будто лившая вместе с дождём с неба, в любом случае стала непроницаемой.
   Коннор, поневоле застрявший на полпути к следующему капищу из-за решительно преградившего путь поваленного дерева, слишком длинного, чтобы обойти, уже несколько минут разбивал кулаками и ногами его податливый, мягкий от гнили ствол, когда неожиданно, а главное - почему-то сбоку услышал:
   - О-о!.. О-о!..
   Не сразу понял, что кричат его имя.
   Отвернувшись от наполовину разбитого ствола, он бросился назад. Про себя удивлялся, когда это ребята успели отстать. Шли-то чуть ли не в пяти-шести шагах от него. И угрюмо подумал, что теперь трудно будет найти тот короткий путь, которым они следовали только что. А значит, он зря терял время и силы, стараясь пробить дерево не только необъятного обхвата, но и неимоверной длины. Хотя... Заставил себя пошевелить заледеневшими губами - прочитал заклинание "обратного пути". Может, и сработает.
   В густом ливне он здорово врезался пальцами ноги во что-то твёрдое и только зашипел от боли, как внезапно в трёх шагах от себя, слева, услышал плачущий голос Мики, явно стоявшего к нему спиной:
   - Он нас бросил! Мирт, я больше не могу идти!
   И заплакал в голос.
   Даже ливень не мог заглушить этот отчаянный плач.
   Поначалу оцепеневший, Коннор отступил на шаг, а потом закричал в холодную чёрную завесу дождя:
   - Ми-ирт! Мика-а! Где вы-ы?!
   - Коннор, мы здесь! - тоже чуть не плача, правда уже от радости, закричал Мирт. - Был такой страшный ливень, что мы немного потерялись и заблудились! Даже испугались немного! Ты, наверное, далеко ушёл!
   Самый пронизывающий магический взгляд позволил Коннору подойти к братьям поближе. Первым делом он схватился за плечо вздрагивающего Мики - и в ответ чуть не получил удар "зонтиком" из бумбума, когда мальчишка-вампир попытался чуть скособочить его.
   - Чего трясёшься, Мика?! - крикнул Коннор.
   Мика, наверное, был единственным в их команде, кто мог сказать то, что думал, напрямую, без излишних реверансов с извинениями:
   - Я замёрз и устал! - сипло выкрикнул он, продолжая вздрагивать. - Я больше не могу идти! И Мирт больше не может мне помогать, хоть он тебе и наврёт, что может! Коннор, давай посидим немного? Хоть чуть-чуть отдохнём, а?..
   По инерции мальчишка-некромант хотел ответить, что они-то вдвоём всего лишь идут за ним, прокладывающим дорогу. И застыл с полуоткрытым ртом - теперь словно рядом прошла Селена, мимоходом спросив: "Думаешь только о себе?"
   И мысленно оглянулся. Заклинание "обратного пути" сработало: он видел смутно светящиеся следы от своих ног даже сквозь струи дождя.
   - Идите за мной! - велел он.
   Мирт тут же шагнул к нему, но Мика уселся прямо в грязь и, снова разревевшись, замотал головой.
   - Нет! Не-ет!
   Коннор хмыкнул про себя и вздохнул. Наклонившись к младшему брату по крови, он прокричал:
   - Мне говорить много не хочется, Мика! Там, впереди, большое дерево! Нам с Миртом понадобится несколько минут, чтобы продолбить в нём дыру! Как недавно мы с тобой сидели! Помнишь?! Отдохнём без дождя над головой! Согреемся! Слышишь?!
   - Та-ак бы сразу и сказа-ал! - заикаясь, крикнул в ответ мальчишка-вампир.
   Мирт помог ему встать. Коннор хотел отвернуться, чтобы начать возвращение к павшему стволу. Но с места Мика не сдвинулся, а торопливо принялся что-то делать с руками. Пришлось шагнуть к младшему брату и рассмотреть: Мика снимает с кистей повязки. Коннор ещё удивился: зачем? Да, раны мальчишки-вампира зажили, после того как Коннор напоил его своей кровью, но повязки могли бы и подождать. Или они мешают ему, наполненные водой? Но Мика не только снял тряпьё, но и поддёрнул его по длине - честно говоря, не слишком большой, в один узел связал кончики и протянул Коннору.
   - Держи! А я буду держаться за другой конец!
   - Зачем?!
   - Чтобы нам не потеряться! - свирепо ответил Мика.
   Его это успокоит - понял Коннор и кивнул, а потом сообразил, что в черноте ночного ливня его кивка никто не видел, и добавил:
   - Хорошо! Буду держать!
   Идти пришлось гораздо дольше, чем тогда, когда Коннор прошёл тот же путь в одиночестве: Мика постоянно спотыкался и падал, так что Мирт не выдержал и взял его на спину, замедлив этим живым грузом свой шаг. Но даже из-за спины мальчишки-эльфа Мика упрямо держал свою "верёвочку" и не собирался отпускать её. Когда добрались до ствола, в котором Коннор "прорубил" середину, Мирт усадил Мику на свой "зонтик" и помог взяться за второй - в качестве крыши. И подошёл к Коннору. Они осмотрели начатое вминание древесной гнили и договорились, каким образом создадут пещерку в этом стволе.
   Коннор работал и всё время, оглядываясь на то место, где сидел невидимый Мика, думал о том, что сегодня, точней - прямо сейчас, младший братишка всё-таки сделал реверанс: он промолчал, что, кроме того что замёрз и устал, он ещё и голоден. Выйдя из школы и собираясь в дорогу к дому Агаты, они купили у ближайшего торговца по паре пирожков - в надежде, что вскоре будут дома и плотно поужинают. Но что эти пирожки в такой ситуации?..
   Наконец дыра в стволе была продолблена, и Мика первым юркнул в неё - под вожделенную, хоть и хлипкую крышу: все трое знали, что через некоторое время дождевая вода потечёт не только по стенкам "пещеры", но начнёт лить и с "потолка". Но это мелочь - по сравнению с тем, что можно посидеть в темноте без беспрестанного водяного боя по телу. С возможностью поговорить без крика.
   Мирт вдруг сообразил:
   - Я выйду поставить на "крышу наши "зонтики". Тогда вода сверху лить не будет.
   Как только он вышел, Мика, упрямо насупившись, спросил:
   - Ты злишься на меня?
   Коннор взглянул на его осунувшееся и очень уж худое в пламени магического огня лицо. Он тоже продолжал поддерживать свой огонь, расставленный по неровным "стенкам" их ненадёжного убежища: было решено если не высушиться, так хоть погреться. И ответил спокойно, стараясь усмехнуться так, чтобы младший братишка заметил:
   - Я увлёкся работой, которая меня грела. Это вы должны сердиться на меня, что мне захотелось комфорта в одиночку.
   Влез Мирт, быстро стянул рубаху и штаны и выжал их. Затем сотворил свои огни и кивнул Мике. Тот погасил свои и тоже, насколько сумел, избавился от излишней воды. Коннор, глядя на свои штаны, пожал плечами.
   - Давай-давай, - скомандовал уже Мирт. - Мы тебя в середину, между нами, посадим - ты без рубашки, так что погреем немного.
   - Крышки прямо над нами? - спросил Коннор.
   - Да. Я сделал так, чтобы вода стекала по сторонам, - объяснил мальчишка-эльф. - Сюда она всё равно просочится, но наберётся только под ногами.
   - Тогда, может, свёрнутый сон? - предложил Коннор, устроившись меду ними и блаженно ощутив живое тепло. - На полчаса?
   - Не много? - засомневался Мирт.
   Мика, съёжившись, промолчал. Скосившись на него, Коннор покачал головой.
   - Мало. Это не просто сон. Мы должны отдохнуть, а что такое полчаса на отдых?
   - Ты чувствуешь Хельми и Колина? - тоненько спросил Мика.
   - Хельми чувствую. Он уже пустил в ход магию, чтобы выбраться с капища. Но только те запасы, которые у него есть. А этого мало. Говорил же ему, чтобы он начал серьёзно интересоваться некромагией - а он всё отмахивался, - проворчал Коннор. - Здесь столько некромагических сил можно набрать... Сейчас бы уже освободился и нас пошёл бы искать. А Колин... Он, мне кажется, очнулся и затаился. Личной магии он так и не раскрыл, но, видимо, что-то сделал с её помощью - он пропал.
   - А его не убили?! - ужаснулся Мика.
   - Сейчас мы вместе. Почувствовали бы, - напомнил Коннор, и братья выдохнули. - Всё. Спим. Я сам накину на всех заклинание свёрнутого сна. У меня сил больше. Закрыли глаза!
   Он чётко проговорил заклинание, вложив в него столько сил, что братья заснули немедленно и глубоко. После чего он осторожно и с сожалением вылез из пригретого местечка между ними, подтащил Мику ближе к Мирту. А потом на коленях стоял с минуту, прикусив губу и набираясь решимости снова выйти под ливень.
   Вышел. Добрёл до самого удобного места на стволе, где можно влезть наверх и усесться. И закрыл глаза, медленно поворачивая голову то в одну сторону, то в другую.
   Да, он правильно определил: Хельми яростно пытается сломать оковы на капище. Он подождёт с помощью, хотя Коннор ранее и намеревался в первую очередь дойти до него. Но Колин теперь беспокоил больше.
   Пока Коннор сидел в древесной "пещерке", ожидая, когда ребята погрузятся в глубокий сон, он снова и снова проверял, что с Хельми и с Колином. И ему не понравилось в ощущаемой связи, что Колин, сначала явно сидевший на месте, внезапно переместился - и снова замер. А потом было снова перемещение - подальше от того места, где Коннор впервые его засёк. И подальше от Хельми, а значит - от братства. Если похитители так и не поняли, что мальчишка-оборотень - ко всему прочему маг, то его, как Мику, могли ранить и бросить где-то истекать кровью. Ну, предположим, что Колин очнулся и решил сам найти ребят. По следам он это сделать не сумеет - дождь смывает любой запах. Тогда куда он время от времени идёт?
   Коннор вдруг вздрогнул так сильно, что чуть не свалился со скользкого ствола.
   Неожиданная магическая вспышка Колина была такой мощной, что мальчишка-некромант ощутил собрата чуть ли не сидящим рядом!
   Но открытая магия резко вспыхнула и так же резко погасла.
   Что происходит?
   На всякий случай Коннор снова проверил Хельми. Тот всё ещё пытался освободиться. И, кажется, ему пока опасность не грозит. У него... стабильный тупик.
   А Колин... Коннор прислушался, потянувшись к той тонкой нити, которая его связывала с мальчишкой-оборотнем здесь, в этой дождливой ночи... Что делать? Он дал братьям не полчаса, как они думали, а целый час на сон, но... Плохо, что он не может определить, какое точное расстояние отделяет его от Колина. В следующий миг он решился-таки добежать до мальчишки-оборотня, пока друзья спят. Всё-таки у него есть час... Съезжая с края выдолбленной "пещерки", он снова дёрнулся и чуть позорно не свалился на колени - от новой вспышки магии.
   Что делает Колин?! Почему он время от времени открывает свою способность к магии? Даёт знать ему, Коннору, где его искать? Вряд ли. Если бы он показывал своё местонахождение, то оставался бы на месте. Значит, с ним что-то происходит. Но что? И не боится ли мальчишка-оборотень, что на вспышки его магии могут прийти похитители, которые, между прочим, всё ещё бродят где-то поблизости? Или он боится чего-то другого, что пострашней похитителей?
   Коннор больше не сомневался. Младший собрат находился чуть правее направления к Хельми. Да, туда - дольше. Но час! Может, времени и хватит. Но спящие! Что делать?! Ведь, уходя на помощь Колину, Коннор оставляет спящих уязвимыми для всяческих тварей мёртвого леса.
   Мальчишка-некромант обернулся к дыре в ствол. Дыра издали казалась чёрной - спящие сидели, прижавшись друг к дружке и спрятавшись за боковой стеной "пещерки". То есть обычным глазом их не разглядишь... Коннор вспомнил пригород и дом, в подвале которого прятались оборотни, которых он защитил необычным способом, и решительно кивнул самому себе: да, он это сделает.
   И три минуты спустя бежал, скользя по слякотной земле и спотыкаясь о сучья, которые мгновенно ломались. За спиной заклинание окутывало оставленный ствол, оставляя информацию для любого сильного мага, что этот ствол полон... трупов.
   Снова пришлось спускаться к речке. Или в обычный овраг. Разницы нет. После таких дождей (если они, конечно, здесь всегда так льют) на дне любого оврага образуются ручьи и реки. Цепляясь за обламывающиеся сучки и хлипкие тонкие стволы, Коннор то бежал, то съезжал ногами по грязи. Дальше - надо пройти по руслу речки довольно большое расстояние - судя по тому, как связующая с Колином нить становится то тоньше, то прочней. Зато здесь не надо хвататься за что-то, а потому Коннор бежал далее, вооружённый не только своим стилетом, но и отвёрткой, которую он втихаря вытащил у Мики. Тоже оружие - на всякий случай.
   Новая вспышка Колиновой магии словно пронизала его мурашками по всему телу, заставив остановиться, потому что вспыхнула очень близко. И надо выяснить, что чувствует собрат, а по эмоциям попробовать определить, чем он занимается. Первое, что уяснил прислушивающийся к пространству Коннор, Колин на этот раз стоит на месте. Но, углубляясь в чувства младшего брата по крови, Коннор, не замечая, поднимал брови: такой боевой ярости от Колина он никогда не знал!
   Вспышка!
   Как и все остальные, Коннор видел их внутренним взглядом, но то и дело слеп от их проявления. Почему-то создавалось впечатление, что мальчишка-оборотень кого-то пугает, если только не швыряет эти вспышки против грозного противника.
   Следующая вспышка застала Коннора бегущим - уже уверенно на помощь Колину, который явно от кого-то защищался. Не от здешних ли тварей?
   Мальчишка-некромант пробежал глинистый берег, взобрался на небольшой пригорок - и издалека разглядел, что происходит. Глазам поначалу не поверил!
   Внизу размытого обрыва, с трудом удерживаясь на ногах, стоял Колин, а вокруг него - точней полукругом, стремительно перемещались уродливые тени, гораздо выше его. Коннор пошёл медленней, присматриваясь к расстановке сил. Мальчишка-оборотень пока ещё держался, а значит, надо вступить в эту опасную ситуацию таким образом, чтобы избежать ненужных потерь.
   Ещё шаг - и Коннор остановился, совершенно ошеломлённый.
   Не может быть! Этого точно не может быть!
   Но уродливо сутулые фигуры одичавших оборотней трудно спутать с кем-либо ещё! Правда... У этих конкретных одичавших были ещё более неправильные пропорции тела... Коннор, сам не замечая того, машинально пошёл к ним, ошарашенно присматриваясь к громадным грудным клеткам, из-за которых одичавшие вообще не могли держать равновесия: сделав неверный шаг, они падали на колени, а то и набок. Это ладно ещё - вот головы у них были не только чудовищно увеличены, но и покрыты странными шишками и даже наростами. Тем не менее - эти быстры... Что с ними? Или полная деградация, которая не коснулась одичавших оборотней времён войны с магическими машинами, здесь пошла ещё дальше - и местные превратились в настоящих монстров? Или же... Или это действует мёртвый лес?
   Но Коннор вспомнил жутковатый гриб, который покусился на его плоть, и мысленно покачал головой: гриб был под воздействием здешней магии. Неужели те, что экспериментировали с грибом, не пожалели уродов и решили превратить их в ещё более чудовищных... живых? Зачем?! С какой целью?!
   Зрение сфокусировалось после новой магической вспышки Колина. Нет, мальчишка-оборотень не встречал вспышкой старшего собрата. Он не видел его из-за дождя - Коннор знал, что Колин видеть, как он, не умеет при всей своей силе. И он не видел бы Коннора даже без дождя, слишком сосредоточенный на том, чтобы отпугивать одичавших монстров, вознамерившихся сожрать невиданную жертву.
   Пять монстров.
   Коннор дёрнулся на движение в ночной воде. Шестой приближался к пятерым. По тому же берегу, на котором стоял, спрятанный дождём, мальчишка-некромант. Как шестой понял, что его здесь ждёт добыча? Или в него вложили это умение? Чтобы уничтожать тех, кого поймали?
   Коннор вытянулся в ожидании. Монстр должен проскочить мимо него в двух шагах... Шлёпнулся на грязи, когда уродство тела перетянуло одичавшего на повороте. А когда монстр сумел подняться и снова попытаться развить ту же скорость, боясь опоздать к кровавому пиршеству, понёсся по жидкой грязи на четырёх конечностях. Быстрые шлепки ног по грязи - шлепки, которые Коннор "видел" магическим взглядом, но не слышал. Мальчишка-некромант мягко отодвинулся в сторону - и, определив нужную секунду, вогнал стилет и отвёртку в голову скачущего мимо него монстра. Встречное движение одичавшего помогло сделать это не только быстро, но и сильно. Монстр пару мгновений почти висел на руках мальчишки, вытянутых кверху (высоченный же!), а потом рухнул на землю, царапая грязь так исступленно, словно собираясь вот-вот встать.
   Выждав, Коннор присел перед ним, бьющимся в агонии, и выдернул отвёртку из глаза. Стилет-то легко выскользнул... Затем положил ладонь на жёстко подпрыгивающую в агонии бугристую от наростов и шишек голову и быстро прошептал уводящее заклинание. Едва он произнёс последнее слово, как голова одичавшего перестала дёргаться и покорно легла в ту же грязь. Душа монстра освободилась от своей жуткой оболочки...
   Глядя, как Колин продолжает время от времени пугать монстров вспышкой, Коннор подержал с минуту оружие под дождём, смывая кровь монстра. А потом набрал на колющую часть стилета и отвёртки некромагической силы и попробовал на расстоянии убить самого большого. Не получилось. Монстр заметил лишь, что он слишком неустойчиво стоит на лапах, то и дело валясь с них. Судя по всему, некромагический заряд не действовал на тех, кто был создан при помощи некромагии. Тратить же живую магию на убийство одичавших Коннор не собирался. Она нужна для братства.
   Он пожал плечами. Придётся драться.
   И здесь помогло единственное: он уже знал по первому монстру, что они тоже не видят в ночном ливне. Колин-то их освещает своими вспышками. А это значит, у Коннора - очень даже роскошная фора. Он может прятаться за дождём и смертоносной тенью мелькать среди одичавших, убивая их. Мельком он спросил: "Тебе их не жаль? Ведь, выйдя из мёртвого леса, они могли бы вернуть себе прежнюю форму! Нет, не жаль. Внутренняя некромагия не даст им вернуться. А потому..." Он быстро пошёл к мелькающим вокруг Колина теням.
   Одного он убил лезвием стилета в затылок - и пришлось повозиться, оттаскивая тяжеленное тело монстра в сторону, чтобы остальные четверо не нашли его раньше времени и не насторожились.
   Вспышка!.. Один из одичавших слишком близко подобрался к Колину. Отшатнулся от резкого сияния, стремительно схлопнувшегося, и грохнулся на спину. Коннор поднял брови: упавший монстр панически заверещал! Почему?! В следующие мгновения ему наглядно объяснили - почему. Эти монстры, ещё уродливей тех привычных, которых он видел раньше. Неизвестно, оставили они себе прежние привычки - или развили их дальше, но трое немедленно накинулись на упавшего. Присмотревшись, Коннор сообразил: одичавший упал на спину и, кажется, сломал её из-за уродливого строения.
   Наверное, Колин попытался сразу уйти подальше - кажется, именно эти его перемещения и видел Коннор, когда "вглядывался" в собрата, чтобы понять, что с ним происходит. Но один из монстров оторвался от кровожадного пожирания сородича и с земли, не вставая, бросился на него. Мальчишка-оборотень только и сумел отойти на пару-тройку шагов.
   Коннор даже головой покачал: следовательно, Колин не просто пугает? Монстр прыгнул на него, потому что знает, что в таких случаях "жертва" пытается сбежать? Пытается? В таких случаях? Следовательно, одичавших было не шестеро? Больше? Следовательно, своими вспышками Колин успел избавиться, как минимум, от трёх монстров? Ничего себе - скромный Колин! Впрочем, на уроках Колра мальчишка-оборотень тоже не дремал.
   Коннору повезло только в одном: одичавшие отличались жуткой неуклюжестью. Он-то хотел обойти их, пока Колин не бросил ещё одну вспышку. Но один из монстров даже в положении на четвереньках оказался неповоротливым: пытаясь повернуться удобней, он поскользнулся на грязи. И его мосластая ножища нечаянно ударила по ногам мальчишки-некроманта. Через минуту Коннор вертелся как уж на сковородке в куче из трёх одичавших, яростно бросаясь на любую конечность монстров, чтобы нанести хотя бы лёгкую рану. Оружие-то купалось в некромагической энергии...
   Вспышка ударила по глазам - и Коннор чуть не выругался.
   "Не надо, Колин! Не надо сейчас! Беги отсюда, пока одичавшие заняты мной! Я-то справлюсь! Беги, Колин! Беги!"
   Вскоре сумасшедшая драка превратилась в нечто бесконечное и кошмарное, в котором его затаптывали, наступали на него, роняли и вбивали в грязь. А он снова, как в жутком сне, поднимался на ноги и снова бил своим смешным, почти игрушечным оружием. Пару раз Коннор чувствовал: то ли когти, то ли клыки рванули его плечо, потом - ногу, причём ту же, с которой успел содрать клок кожи ненормальный гриб...
   Внезапно он ощутил, как нечто неожиданное летит на него сверху и... Оказалось - не на него, а сбоку. Нечто ударило последнего одичавшего, который уселся было на нём, и сбило монстра в сторону. Коннор, опираясь скользящими по жидкой земле руками, сел с опорой на бедро и без промедления воткнул стилет в голову чудовища, ворочавшегося рядом, не в силах подняться. И вдруг осознал, что перед ним сдыхает последний одичавший. А появившийся рядом Колин протянул руку:
   - Вставай.
   - Щас...
   Задыхаясь от усталости, Коннор с трудом сел на колени и вновь положил ладонь на подрагивающую голову одичавшего. Душа отлетела... А мальчишка-некромант клял про себя дождь, не дававший нормально продышаться...
   - Чем ты его?..
   - Пнём. Тут, недалеко, несколько выворотней есть. Пока ты их отвлекал, я схватил один. Ну и... Помочь встать?
   - Сам... - устало пробормотал мальчишка-некромант, а встав, усмехнулся: - Теперь понятно, в кого у нас Ирма такая сообразительная...
   - Ирма... - беззвучно прошептал Колин, сморщившись. - Коннор, а где все?
   - Чуть наверху спят Мирт и Мика. Когда они проснутся, надо идти к Хельми - выручать его. Расскажи, что тут было.
   - А я откуда знаю, - проворчал Колин, поспевая за старшим собратом. - Пришёл в себя, а ноги спутаны верёвкой. Одежду жалко было, а то бы, перекинувшись, сразу освободился. Только верёвку смотал, только из того места выбрался, а тут эти появились. Не пойму, как они здесь... Вода везде такая, что не почуешь ничего, а они...
   - При чём тут - почуешь? - рассеянно возразил Коннор, благо Колин шагал наравне с ним. - Это же одичавшие. У них обоняние не работает. Забыл? Скольких ты убил?
   - Это не я... - уже пробурчал мальчишка-оборотень. - Снимаешь на секунду магический блок - они скользят и падают. Если который сразу не поднимался, эти накидывались на него... Ну, троих.
   - Ты верёвку с собой захватил? Которой тебя вязали?
   - Конечно!
   - Мика будет доволен, - вздохнул Коннор, отмечая, что мальчишка-оборотень не задаёт лишних вопросов, видимо надеясь уже в компании во всём разобраться. Впрочем, это же Колин. Он всегда помалкивает, пока не разберётся в ситуации. - Колин, что у тебя есть, кроме этой верёвки?
   Мальчишка-оборотень только руками развёл.
   Коннор довёл его до дерева, временно приютившего их, и велел устроить себе свёрнутый сон на пятнадцать минут. Что проделал и сам. Сил-то от некромагии он набирает много. Но чисто физически отдохнуть тоже надо. Мало ли что ждёт их по дороге к Хельми. Отвёртку он заблаговременно снова подсунул Мике. Ещё не хватало расстроить мальчишку-вампира, который за эту отвёртку цепляется, как за последнюю надежду, как за талисман. Засыпая, но вовремя вспомнив, Коннор потрогал раненое плечо и подвигал дважды травмированной ногой. Ничего, доберутся до Хельми - он попросит Мирта исцелить собственные раны, насколько тот сумеет это сделать здесь, в мёртвом лесу. Пока же он только остановил кровь и сумел добавить силу в обезболивающее заклинание.
   Потом. Всё потом. Надо уснуть на эти короткие пятнадцать минут и хоть немного расслабиться, чтобы тело отдохнуло...
  
   Глава седьмая
  
   В вечернюю (с переходом в ночную) экспедицию мужчины ехали на двух машинах. Одну, из Тёплой Норы, повёл Корунд, рядом с которым сел Белостенный Ильм. Селена не понимала, почему поехал "сиротинушка" Корунд, но очень хорошо понимала Ильма, представителя ордена Белой Стены, мага, чья специализация - магическая защита. Чёрный дракон - удивилась Селена - сел в салон машины. С ним просился ехать, как ни странно, Александрит, но Селена напрочь отказала молодому вампиру, боясь, что не сумеет объяснить его младшему брату, куда на ночь глядя уезжает старший - исчезая вдобавок к той пустоте, которую Берилл испытывал сейчас.
   В кабину второй машины сели Ривер и Тибр. Мужчина-оборотень зашёл после ужина в Тёплую Нору узнать у Джарри, что они делают завтра в теплице, которую переустраивали, готовя к лету. Услышав о страшных происшествиях, он решительно сказал, что тоже поедет в пригород со всеми. Если эти все не будут возражать против оборотня в их компании. Колр, который в этой экспедиции с молчаливого согласия остальных оказался старшим, просто передал ему одно из ружей, которые для мужчин принесла из личного кабинета Селена. А Ривер спокойно предложил Тибру сесть в кабину. Вилмор кусал губы, но он, так и не оправившийся с того страшного дня, как его покусали машинные "ласки", хоть и выглядел достаточно здоровым, так и не сумел восстановиться полностью для чего-то энергичного. И сам понимал, что мог стать обузой в поездке.
   Аманда сбегала к себе и принесла для путников плащи и накидки: за пределами деревни со стороны Лесной изгороди продолжался такой ливень, что превратил недавно солнечный вечер, который ещё долго должен был теплиться мягким уходящим светом, в глухую ночь. Впереди, за Пригородной изгородью, продолжала светлеть привычная глазу картина почти летнего вечера. Но сегодня никто не мог поручиться, что ненормальный ливень не перейдёт вскоре с леса на равнины.
   Перед выездом Колр обошёл машины и, судя по тому, что видела Селена, наложил на обе мощнейшее заклинание защиты. Перед тем как сесть в машину, чёрный дракон оглянулся попрощаться с Амандой, но последний взгляд задержал на Селене. Она ещё угрюмо подумала, не оттого ли это, что она закричала о помощи, в первую очередь взывая именно к нему, когда ранили Джарри...
   Открыли калитку - и машины въехали на луговину, а затем проследовали к мосту через речку. Всё так привычно... Аманда догнала Селену, которая, закрыв калитку, пошла было к Тёплой Норе, и схватила её за руку.
   - Они... вернутся?!
   - Колра не тронули. Он вернётся, - уверенно сказала Селена и сама сжала руку белокурой семейной чёрного дракона. Сердце болезненно сжалось: Джарри не вернулся...
   - Эрно ещё у вас, - взволнованно напомнила Аманда. - И Люция... Можно, мы посидим в Тёплой Норе? Немного!..
   - Конечно! - с радушием, которого не чувствовала, сказала Селена. - Как раньше было, помнишь?
   Аманда мелко закивала, а хозяйка места вдруг подумала: "Как быстро она привыкла к защите... Как быстро отвыкла быть беженкой, которая умело обращалась с оружием, отбиваясь от машин и одичавших оборотней..."
   В Тёплой Норе они обнаружили не только Эрно и Люцию. Пока провожали мужчин, сюда же прибежали Хоста и Азалия. Сложа руки женщины-эльфы в гостиной не сидели - сразу принялись за привычное общение с детьми, вовлекая их, растерянных (все знали об исчезновении Джарри, но пока не связывали его пропажу с пропажей братства), в беседы и домашние игры. Впрочем, не все дети были растеряны. Старшие ученики Колра выглядели насторожёнными и явно готовыми к драке... Никем пока не замеченная, Селена смотрела на них с порога гостиной и прикусывала губу, думая: "Может, я и правда, зря волнуюсь? Братство - это не только сильные, но и сообразительные ребята".
   Стукнула дверь. Аманда, оглянувшись на застывшую хозяйку места, быстро прошла в гостиную. Селена видела, как она в первую очередь осмотрелась в поисках Эрно, потом - Люции. И поспешила к драконишке, которая сидела перед красочным, ярким альбомом, чьи страницы ей переворачивала Айна. Люции книги и любые другие печатные издания не доверяли: девочка-дракончик, озлившись на что-то увиденное, могла порвать страницу выскочившим когтем.
   В гостиной мягко и по-вечернему уютно горели свечи - старшие ребята постарались. Правда, сегодня комфорт плохо чувствовался... Понаблюдав за присутствующими, Селена поняла, что надо бы детей отвлечь хоть чем-то. Все зажаты и ощутимо нервничают. Ночью их состояние грозит плохими снами с кошмарами из прошлого. Следовательно, придётся поступиться некоторыми правилами Тёплой Норы, пусть старшие ребята и поймут, чего ради это будет сделано.
   Но для начала она отыскала взглядом Стена. Сынишка ползал вместе с Фаркасом, обернувшимся в человека, в небольшом манеже с игрушками для самых маленьких. Манеж устроил Джарри, когда Селена как-то рассказала об этой необычной мебели для самых маленьких. А потом выяснилось, что он пригодился не только для них двоих, но и для волчат Тибра, когда Каисе некогда ухаживать за ними. И тогда взрослый оборотень приносил своих двойняшек в Тёплую Нору. Сейчас за самыми маленькими, за Фаркасом и Стеном, как обычно следила Ринд, одновременно вполголоса болтая с Вилмором, которому всегда нравилось сидеть в уголке для самых маленьких. Его внимательно слушал, как ни странно, Риган, слегка приоткрыв рот на рассказ мужчины-оборотня.
   Стен активно лопотал о чём-то с Фаркасом. Судя по всему, эти двое понимали друг друга, потому что оба то и дело фыркали и лопотали одновременно... Селена, глядя на сынишку, сумела успокоиться и заставила себя улыбнуться. Так, внешне спокойная, она прошла гостиную под вопросительными взглядами ребят и взрослых, после чего перешагнула порог столовой. Как и ожидала, домашние хлопотали над завтрашними завтраками и обедами. Веткин поднял глаза на хозяйку.
   - Веткин, помнится, мы хотели на завтрашний полдник выпечку с киселём, - негромко сказала Селена. - Тесто готово?
   - Поставили подходить, - закивал домашний.
   - Получится - нет? - испечь что-то прямо сейчас? До сна ещё пара часов. Мне бы хотелось немного угостить ребят сладким. Сам понимаешь - зачем.
   Домашний, сам к своим вычислениям настроенный скептический, что выразилось в бровках домиком, начал соображать. Но Рыжий, сидевший рядом, подтолкнул его локтем и кивнул на верхние полки кухонного стеллажа, заботливо прикрытые занавеской.
   - Кисель сейчас сварим, - поспешно пообещал Веткин, - а к нему будут лепёшки с позавчерашнего полдника. Их пекли на щедром масле, а потому до сих пор не чёрствые, ломкие на зуб.
   - Спасибо, Веткин.
   Селена собралась было уйти, но остановилась. А вот это - против привычных правил! Кам, отвернувшись к окну, старательно драил большую кастрюлю. Не просто старательно, а с каким-то остервенением, словно всерьёз собираясь протереть в ней дыру. Сидевшая на печке Лайла с интересом следила за подростком-троллем, машинально поглаживая кошку Тиграшу - с одной стороны, Пирата - с другой, приткнувшихся к ней для тепла. Собаку, небось, Кам и подсадил к девочке-троллю.
   - Кам, я думала - ты в мастерской Мики, - удивилась Селена.
   Домашние покосились на своего помощника, вздохнули, но ничего не сказали. Тем более Рыжий сразу полез за горшочком с сухим киселём.
   Кажется, Кам посчитал невежливым не ответить на прямое к нему обращение - тем более хозяйки места. Он обернулся и обиженно сказал:
   - Там пусто. И темно, хозяйка. - И, глянув на Веткина, хмуро добавил: - Сейчас воду поставлю для киселя. Потом лепёшки достану.
   - И тыквенное варенье к ним, - поспешно напомнил Веткин. - Горшок с начатым - в подвале. Леди Селена, дежурных пришлёте?
   - Пришлю, - заверила Селена, у которой отошло от сердца, пока вынужденно занималась нежданными делами по хозяйству.
   Ворчание Кама она понимала: в мастерской без ребят и правда скучно, даже в выделенном для него и полюбившемся гончарном уголке. Одно дело - когда вдохновение вдруг приходило к троллю по ночам. Другое - когда было интересно посидеть-поработать в компании интересных ему существ, чувствуя себя при этом частью чуть ли не привилегированного общества...
   Прежде чем обратиться к дежурным, Селена быстро прошла гостиную и свернула на свою веранду. Закрывшись, она сняла браслет. Пустота. Потом, помешкав (страшно же, если не откликнется!), позвала: "Джарри!" Слушала долго. Но привычного отклика семейного не дождалась. Опустив голову, постояла немного и вышла.
   Вернувшись в гостиную, она обошла сегодняшних дежурных, извинившись перед каждым, что просит их поработать больше обычного. Но дежурные так явно обрадовались, что можно заняться чем-то, что не даёт безнадёжно думать о сегодняшнем происшествии возле Лесной изгороди, что она сама выдохнула и больше не чувствовала вины перед ними.
   В основном активно в гостиной играла малышня, а старшие либо вполголоса и неохотно болтали, либо прислушивались к младшим. Селена заметила, что Александрит сидел на одном из диванчиков, а Берилл - у него на коленях, прислонившись к нему.
   С беспокойством отыскав взглядом Ирму, Селена почувствовала облегчение: о братстве пока никто не знал, а поведение мальчика-вампира, так же как нервозность Вереска, традиционно сидевшего на отшибе от остальных, никто не связывал с отсутствием ребят. Так что волчишка сейчас стояла перед напольным зеркалом и под смешки и оханье старших девочек пыталась сама расчесаться. Выходило это дело у волчишки ужасающе: она то рвала свои крепко прихваченные в кулачок космы, выдирая из них клочья, то повизгивала, нечаянно слишком сильно дёрнув от кожи. На зеркальной полочке громоздилась куча мелочи в виде заколок-"бусиков", а также резинки с вязаными кружевами - Селена, глядя на Ирму, как-то раз вспомнила, что в своём мире вязала пару раз такие резинки для волос, а девочки под началом Анитры загорелись и столько навязали, что взрослые Тёплой Норы включили эти резинки в перечень товаров для мелких лавок. Ничего, и этот вид украшений в городе расходился довольно быстро.
   Селена шагнула было к Ирме помочь с волосами - после очередного горестного всхлипывания, но не успела. С диванчика поднялась Космея и бросилась к волчишке на помощь. Скоро Ирма сидела на пуфике перед тем же зеркалом и тихонько жаловалась на расчёску и на слишком своевольные волосы... И только минуту спустя Селена заметила: Гарден сидел сбоку от Ирмы и, кажется, пытался нарисовать её, а Оливия заглядывала в его альбом и улыбалась. На время лишённый подруги, Мускари засел за Гарденом и тихо посмеивался не то над рисунком, не то над неожиданной моделью.
   Хоста, которая занималась малышами, приблизилась к Селене и неловко сказала:
   - Мы хотим эту ночь переночевать у вас. Мужчины уехали, а без них дом слишком огромен и пуст. Ты разрешишь нам?
   - Если вы не возражаете против бывшей бельевой, - улыбнулась Селена. - Там с некоторых пор стоят две кровати, так что...
   - Что ты! Конечно, нет, - с облегчением вздохнула Хоста и вернулась к малышам.
   Селена заметила, что Азалия наблюдала за матерью, пока та разговаривала с хозяйкой дома, и тревожно подняла брови, явно спрашивая мать о чём-то. Кажется, ответ Хосты (та была спиной к Селене) успокоил девушку, и она снова вступила в беседу со старшими девочками... Странное движение чуть в стороне - Селена пригляделась: Аманда обернулась к Хосте и некоторое время смотрела на неё. Потом перевела взгляд на её дочь... Опустив глаза, Селена, после увиденного настроенная на горьковато-насмешливый лад, стала ждать, когда к ней подойдёт и жена чёрного дракона. Но та сидела, не решаясь встать и усиленно занимаясь дочерью, отчего Люция постоянно фыркала и даже шипела на неё: без догляда матери игралось так хорошо!
   Через полчаса дежурные позвали всех в столовую, на внезапный, но желанный для многих пир. Селена сначала вообще хотела, чтобы они обнесли присутствующих киселём и лепёшками, но вспомнила, что не все умеют аккуратно обращаться с едой, и пожалела завтрашних дежурных, которым здесь, в гостиной, убираться. Улыбаясь всем, кто на неё ни посмотрел, она взяла Стена на руки и присела за "взрослым" столом. Пустых стульев возле этого стола несколько, но тот, что рядом с ней... Она боялась даже глядеть на него, как мысленно злилась на себя же, что могла бы сесть и за другой стол - вообще к кому-то из детей. Хотя... Какое там сесть куда-то, когда в Тёплой Норе есть ещё взрослые, которые ждут от неё помощи.
   Пока Стен прожёвывал намазанный тыквенным вареньем кусочек лепёшки, Селена не выдержала и опустила руки под столешницу, чтобы незаметно снять браслет... Пустая тишина. Звать семейного не стала. Не из суеверия. Из нежелания услышать ту же тишину.
   Первой к ней присоединилась Аманда. Пока Хоста и Азалия помогали подопечным рассесться, она улыбнулась Стену, а потом посмотрела на столовую и, не глядя на Селену, неуверенно спросила:
   - Хоста и Азалия на ночь остаются здесь?
   - Да, Хоста попросилась. - Селена продолжать не стала, сообразив, о чём хочет попросить Аманда.
   - Селена, можно останемся и мы? Если что - я могу переночевать в гостевом кабинете, и даже Люция в тамошнем кресле уместится. А Эрно...
   - Эрно разместим у мальчишек-рыболовов, - спокойно перебила Селена. - Люция будет, как обычно, у Вильмы в "яслях". Тебя, если не возражаешь против общества Хосты и Азалии, устроим в бывшей бельевой. Мальчишки поставят там кушетку для тебя.
   - Мы же только до приезда Колра, - всё ещё извиняющимся тоном продолжала Аманда, уже с надеждой вглядываясь в глаза хозяйки дома. - А как он приедет... Мы ведь только подождать...
   Спасла от тягостного упрашивания Хоста. Она первой разобралась с малышнёй и немедленно подошла к "взрослому" столу. Аманда замолчала. А Селена, с трудом удерживаясь от горечи на кривящихся губах, подумала: "Ты-то чего волнуешься? Тебе лишь выждать своего семейного, который уехал в большой компании сильных и умных мужчин. А мне - ждать ли? И... чего ждать?"
   - Дети рады, - без особой на то нужды заметила Хоста, беря свою чашку и приветливо кивая Вилмору, который только что вошёл, ведомый за руку Ринд, и с недоумением оглядывался на нежданный перекус.
   Мужчина-оборотень обрадовался благосклонному взгляду Хосты (эльфов он до сих пор побаивался) и тут же подошёл к столу сам. В очередной раз поздоровался с женщинами и скромно притулился на своём стуле, привычно отодвинутом "в тень". Лепёшки ел с удовольствием, макая их в варенье, разлитое в маленькие чашки, и постоянно взглядывал на стол старших девочек. Вскоре подошёл Александрит, оставивший младшего брата в компании Вильмы и её "ясельников". Он кивнул Вилмору и сел так, чтобы и перед ними стол старших девочек был как на ладони.
   Именно благодаря молодым мужчинам, Селена заметила, что столы этим вечером заняты не совсем привычно. Стол братства, вообще-то ожидался пустым. И хорошо, что он стоял привычно плотно к стене, будучи ближним к столу "взрослых". Но сейчас он пустым не был. Несколько удивлённая, Селена даже скосилась на Аманду: видит ли она, что её сын, склонившись над столом, принадлежащим братству, негромко разговаривает о чём-то с Маев? Наверное, обсуждает недавнюю попытку их похищения?.. И Маев придвинулась к нему, чего раньше никогда не было, когда она беседовала с мальчиками.
   Дежурные, разнеся чашки с киселём и тарелки с лепёшками и вареньем, хотели было присесть за свои столы. Но к одному из них, к Моди, подошла Лада и что-то сказала, невольным жестом указывая на гостиную. Кто-то там остался, кто не захотел сидеть вместе с остальными? Селена с некоторым удивлением обвела столовую взглядом. Вроде все на месте. Но дежурные, выслушав Ладу, улыбнулись и снова убежали в кухню, а потом, нагруженные подносами, выскочили в гостиную.
   Ничего не понимающая Селена встала и, передав засыпающего Стена Аманде, сидевшей рядом, вышла следом. Благодаря дежурным, сразу увидела, что на угловом диванчике сидела Каиса, возле которой стояла большая корзина со спящими волчатами Тибра. Ближе к ногам она поставила корзинку поменьше - с клубками шерсти, из которых она что-то быстро вязала на спицах.
   При виде хозяйки дома Каиса поспешно встала, отложив вязанье, и чуть не умоляюще попросила:
   - Селена, можно - я здесь переночую? Я никому не помешаю! Я же знаю, что здесь, в гостиной, по ночам никого нет! Пожалуйста, пусти меня!
   Говорила она быстро, тихонько - посматривая на корзину с волчатами.
   Чуть не смеясь от ситуации, Селена всё же спросила волчицу, хотя знала ответ:
   - Но... почему? Тибр вот-вот приедет!
   - Без него дом пуст и огромен, - вздохнула Каиса и жалко улыбнулась, кинув взгляд на столик рядом, на котором красовался небольшой поднос: - Я не хотела лепёшек, не просила - твои дежурные решили сами угостить меня.
   - Уж чем - чем, а этим я тебя точно попрекать не буду, - покачала головой Селена и добавила: - Спать будешь у девочек-волчишек. Кровати там нет, но у них есть диван.
   Каиса подбежала к Селене и сжала ей руки, не зная, как выразить благодарность.
   - Сиди пока здесь, вяжи, - предложила хозяйка дома. - Но, если не боишься, можешь посидеть и с нами, в столовой. Там из мужчин только Вилмор и Александрит - тебе будет не так страшно.
   Каиса замотала головой.
   - Нет, посижу здесь. Детки прибегут - поболтают со мной, и им интересно, и мне не так ужасно... Как дома сейчас.
   И вернулась к креслу. А Селена вдруг сообразила, что дежурные убежали не с одним подносом. И до сих пор не вернулись. Примерно предполагая, где они, хозяйка дома вышла в тамбур и открыла дверь гостевого кабинета. Бернара она ожидала увидеть. Но Трисмегист заставил её поднять брови. Как и старый маг Рун из команды Сири. Все трое неспешно беседовали и вкушали (по-другому выразиться Селена не могла, глядя на них) вечернее угощение.
   - Добрый вечер! - приветствовала она старых эльфов и мага, оглянувшихся на неё.
   - Добрый вечер, леди Селена, - ответил Бернар за всех и тут же сказал, объясняя своё и коллег присутствие: - Мы решили дождаться мужчин из экспедиции. Неизвестно, но возможно, им понадобится помощь.
   Бернар всегда наготове, с неизменной котомкой, полной снадобий, сидел в гостиной, а потом и в гостевом кабинете, если кто-то из Тёплой Норы уезжал в ночь. Селена сообразила, что и сейчас он пошёл в Тёплую Нору, объяснив своё вечернее отсутствие старому магу Руну, который немедленно примкнул к нему. Ну а по дороге оба встретили Трисмегиста, и тот решил составить им компанию. Мысленно пожав плечами: Бернар прав, и она не собирается гонять по домам добровольных помощников, - она доброжелательно сказала:
   - Если захочется ещё лепёшек или киселя, скажите. Я подойду ещё раз чуть позже.
   Все трое вразнобой поблагодарили хозяйку дома.
   Не успела она закрыть за собой дверь кабинета, как все трое принялись за прерванную беседу. Уловив обрывок, Селена догадалась, что они говорят о прошлом Города Утренней Зари, о его истории. Тоже было заинтересовалась: вспоминали какие-то увлекательные легенды, связанные с городом.
   Но дверь уже закрыта. В столовой ждут отлучившуюся хозяйку. Насмешливо и грустно вздохнув: у хозяйки такого дома больше обязанностей, чем прав, - Селена вернулась к детям и взрослым.
   За "взрослым" столом шла общая беседа: едоки вспоминали некоторые события прошлого, так что Селена спокойно села на своё место и забрала спящего Стена из рук Аманды. Окинула взглядом столовую, тревожно задумалась, стоит ли снова попробовать прослушать братство - или не стоит? Бросила взгляд на Вереска, на его руку: блокирующего браслета на ней нет. Если были бы какие-то новости, Вереск немедленно сообщил бы ей. Значит... Глухо. То есть пусто. Да и... Александрит пересел к Анитре, а с ним рядом жмётся младший брат, который тоже часто смотрит на пустую, без блокирующего браслета руку и ёжится, чувствуя ту же пустоту.
   Покачивая заснувшего сынишку, Селена тянула из чашки кисель, не ощущая его вкуса, когда к ней подошёл Александрит и смущённо сказал:
   - Леди Селена, я хотел бы попросить вас... - И замялся.
   - Если только в вашу бывшую комнату, - пожала плечами Селена, которая сразу сообразила, о чём хочет попросить молодой вампир. - Эта комната напротив "яслей" Вильмы. Если что, Берилл выйдет к вам. Или вы хотите, чтобы он спал рядом с вами?
   - Наверное, второе - лучше. - Александрит проследил, как вставшая Аманда подошла к Люции, чтобы помочь ей спрыгнуть со стула (Вильма, снимавшая со стульев других "ясельников", благодарно кивнула ей), и сел на освободившееся место, чуть склонившись к Селене, чтобы разговаривать вполголоса. - Что случилось? Почему он не надевает браслет? Леди Селена, сначала я думал - на него произвело тягостное впечатление... - Он запнулся, виновато глядя на неё. - Но он постоянно прислушивается к чему-то. Что мне надо знать, чтобы успокоить Берилла?
   - Надеюсь, что вы промолчите. - Эти слова, вообще-то, она могла бы и опустить: молодой вампир многое держал при себе. - Братство пропало.
   - Это я знаю, - с недоумением сказал Александрит.
   - Оно пропало... - Селена чуть было не использовала выражение своего мира: "пропало с радаров", но вовремя остановилась. - Вы знаете, что браслет Берилла блокирует от ребят, чтобы не докучать им. Но сейчас и Берилл, и я - мы оба чувствуем пустоту, когда настраиваемся на братство. Ребята пропали так, словно их... не существует в природе. Как будто... - У неё снова чуть не вырвалось: "Они все умерли". Снова заставила себя оборвать фразу и успокоиться. - Как будто... браслеты не настроены на них. Берилл чувствует пустоту. Она его пугает. Поэтому он сегодня постоянно возле вас.
   Александрит заглянул в её глаза так глубоко, словно попытался понять, насколько серьёзно она это говорит. И под этим вопрошающим взглядом она поняла, что не может скрыть горестные складки вокруг рта. Специально взглянула на стол Вильмы с последними "ясельниками", которых выпроваживал из столовой Моди. Заставила себя улыбнуться, ещё и взглянув на безмятежно спящего Стена: полгода назад Джарри сделал для сынишки браслет, блокирующий от слишком сильных эмоций матери... Переключение на детей помогло. Немного расслабиться получилось.
   Молодой вампир выпрямился на стуле и посмотрел на Берилла, которого Ирма напористым бульдозером тащила в гостиную обязательно что-то посмотреть.
   - Ирма не знает?
   Селена покачала головой.
   - Нет, и лучше бы не знала до тех пор, пока не прояснится ситуация. Знает Вереск, но Космея пообещала быть рядом с братом.
   - Я пригляжу за братишкой, - пообещал Александрит и добавил: - Надеюсь, с ребятами и Джарри... всё обойдётся.
   - Спасибо, - прошептала Селена.
   Они замолчали, смотря, как дети выходят из столовой, а потом молодой вампир оглянулся на хозяйку дома и, кивнув, поднялся выйти.
   Селена покачивала Стена, размышляя, где ей сегодня лучше устроиться. Мысль о том, что она будет в личном кабинете без своего семейного, ужасала. Вспомнив Каису, хмыкнула. Каиса вряд ли поднимется к девочкам. Наверняка останется в гостиной. Иногда волчица умела быть упрямой, а значит... Ей будет приятно, если хозяйка дома составит ей компанию. А пока...
   Она быстро встала, уложила спящего Стена на кушетку и сноровисто принялась помогать дежурным и Лайле убирать посуду и протирать столы. Когда вернулась к сыну, обнаружила рядом с ним Ригана. Мальчик-дракон сидел с закрытыми глазами, привалившись к стене и поддерживая одной рукой ребёнка, будто опасаясь, что малыш свалится с широкой кушетки. Селена невольно улыбнулась и подняла Ригана, прислонив его к себе, после чего взяла другой рукой Стена и так вышла из столовой. С ними она поднялась на второй этаж, где передала спящего мальчика-дракона Вильме, а потом спустилась к себе, чтобы умыть сынишку перед сном и переодеть в тёплую пижамку. Постояла, посмотрела на корзину, которую раньше использовала для переноски Стена, а теперь хранила в ней сменную одежду для ребёнка. Нет, в корзину Стенька не поместится.
   Она закутала его в вязаный джемпер Джарри и вынесла в гостиную. Здесь одиноко сидела лишь Каиса, которая время от времени поглядывала на свою корзину со спящими волчатами и которая и в самом деле заметно обрадовалась, поняв, что хозяйка дома собирается провести ночь рядом с ней. Волчица даже из вежливости не стала уговаривать Селену уйти спать. Каиса продолжила вязание при свечах, и Селена видела, как она с облегчением улыбается, глядя на мелькающие спицы.
   Придвинув два больших кресла ближе друг к другу, Селена в одно положила вязаное покрывало с диванчика, подушечку-"думку" и прихваченное с собой одеяльце. Опустила Стена в импровизированную кроватку. Сама же она собиралась сидеть до упора в соседнем кресле.
   В доме стыла тишина. Прислушавшись, Селена расслышала едва уловимые ухом голоса по коридору: при открытой двери бывшей бельевой Аманда тихонько разговаривала с Хостой и Азалией. Беседа продолжалась недолго. Наступило молчание... Дождутся ли женщины своих мужчин из поездки? Или им придётся спать здесь до утра?
   Вскоре уснула и скрючившаяся на кушетке Каиса. Выждав, когда её дыхание успокоится, Селена осторожно укрыла волчицу покрывалом с диванчика, которое Каиса или забыла, или постеснялась взять. Дыхание женщины зачастило, но спустя секунды вновь успокоилось. А Селена, мягко ступая в толстых носках, привычно побрела обходить комнаты со спящими. Забралась на второй этаж. Обратила внимание, что все комнаты, кроме двух закрыты. Открыта та, где расположился Александрит, и вторая - от "ясли-сада" Вильмы.
   Постояв немного в нерешительности, Селена всё-таки подошла к обеим комнатам. В комнате ребят и Александрита было тихо. Народ спал. А вот в двух проходных комнатах Вильмы что-то происходило. И Селена, на всякий случай, сотворив магический огонёк на ладони, вошла в "ясли-сад". Увиденная картина заставила её покачать головой.
   Сидя на своей кровати, взахлёб рыдала Ирма. За её спиной стояла Люция, обняв волчишку крыльями. А Вильма сидела на корточках перед кроватью девочки и шёпотом уговаривала успокоиться и заснуть. Завидев хозяйку места, девочка-дракончик сложила крылья и позволила перенести себя к Айне, с которой сегодня вынужденно спала: Айна самая маленькая из "ясельников", и малышка Люция прекрасно помещалась вместе с ней на кровати. Вильма встала, огорчённо глядя на Селену.
   - Иди спать, - прошептала Селена и взяла Ирму на руки.
   Волчишка обняла её, обливая слезами. Селена ни о чём не стала спрашивать её и вышла из комнаты. Пока спускалась в гостиную, Ирма внезапно уснула. Так, со спящей волчишкой на руках, Селена села в кресло ждать утра.
   Мужчины приехали после полуночи.
   Им сказали, что ребята из братства и в самом деле были у дома Агаты, даже успели подняться в её квартиру, чтобы проверить свои защитные обереги. А потом о чём-то поспорили у подъезда и погнались за каким-то парнишкой. Всё. Следы братства пропали на следующей улице. Причём впечатление такое, что следы эти просто-напросто растаяли.
  
   Глава восьмая
  
   Свёрнутый на пятнадцать минут сон внезапно растянулся. Нет, Коннор уловил те мгновения, когда должен проснуться, уловил дремотную границу перехода к бодрствованию. Но кто-то над головой жёстко и громко велел:
   - Спи, Коннор! Время на сон есть!
   И он, от слабости и усталости сначала благодарный этому приказу, снова провалился в поверхностный сон - или в глубокую дремоту. А видения мгновенно приблизились к нему. И вскоре его вновь безжалостно бросило в пучину бешеной драки с одичавшими оборотнями - в драку, в которой осталась лишь одна фора: эти одичавшие были настолько уродливы, что отличались большей неуклюжестью, чем те, которых он помнил по прошлому. Но какие они были тяжёлые... Сбивали с ног одним своим весом!..
   Но одновременно с этим побоищем в его сне присутствовал другой Коннор. И спящий мальчишка-некромант чувствовал его недоверчивое удивление: почему он снова заснул?.. Потом уроды-одичавшие во сне не просто накинулись на него, а задались целью сожрать его ногу. И тот Коннор, который смотрел во сне на все эти жуткие видения, быстро перешёл от удивления к злости. "Если я чего-то хочу, я всегда это получаю! Я хотел проснуться - я должен проснуться тогда, когда задумал!"
   На горящую от непрестанной боли, заживо пожираемую ногу свалился урод-одичавший и резким движением сломал её ниже колена!.. Коннор-со-стороны зарычал и бросился на выручку Коннору спящему! И помог-таки проснуться!..
   Но до полного бодрствования оказалось далеко.
   Коннор очутился в странном положении человека, который спит - и отчётливо слышит всё происходящее вокруг, если оно, это происходящее, издаёт звуки. Услышал вернувшийся грохот ливня и бормотание нескольких голосов...
   Не сразу, но дошло, что на него накинута магическая паутина глубокого сна. Вот только силёнок у наславшего мага не хватило, чтобы сон таковым стал... Сквозь одуряющее воздействие заклинания Коннор всё-таки сообразил, что головой он лежит на чём-то жестковатом, но едва уловимо тёплом. Что на его ногах кто-то сидит, чтобы не дать даже пошевельнуться - не то что встать. А та нога, которую во сне уроды-одичавшие вживую жрали... Коннор резко зашипел, втянув воздух сквозь зубы: дёрнуло такой болью, что заклинание глубокого сна будто взорвалось от его сопротивления. А Коннор, вздрагивая от дёргающей и простреливающей всё тело боли, открыл глаза в бегучую тенями и светом тьму. И еле выговорил:
   - Что... вы делаете?
   - Мирт, он очнулся! - крикнул сидящий на его ногах.
   По голосу с трудом, но мальчишка-некромант узнал Мику. Потом древесный потолок над ним был закрыт лицом обеспокоенного Колина, который склонился над ним и на коленях которого, как оказалось, и лежал он головой. Мальчишка-оборотень жалостливо сморщился и попросил:
   - Коннор, потерпи ещё немного! Мирт сейчас закончит - и ты встанешь!
   Рывками приходящий в себя Коннор не стал спрашивать, что делает Мирт. Если мальчишка-эльф решился на заклинание глубокого сна для него, значит, у Мирта на то есть серьёзные причины. Узнать бы ещё, что делает он с его, Коннора, ногой. Ведь полное впечатление, что мальчишка-эльф препарирует ногу для опытов, грубо и небрежно перебирая в ней мышцы, сухожилия... Будто в ответ - голос Мирта:
   - Коннор, тебе придётся потерпеть. Или я снова прочитаю над тобой заклинание глубокого сна. Ну... Ты понял меня.
   - Нет, не понял, - отозвался мальчишка-некромант, утомлённо от недавней борьбы с чужим заклинанием снова закрывший глаза. - Но потерплю.
   Мирт продолжил "издевательства" над его ногой. Но Коннор, осознав, что уроды-одичавшие не пожирают его ногу, переносил боль гораздо легче. Правда, всё равно изо всех сил хотелось другой ногой внезапно ударить Мирта в лицо, чтобы он прекратил своё действо, приносящее только страданий. Или произнести слова, которые могли бы оградить его самого от боли. Но на эти слова, как и на обычное в другом месте и в другом времени физическое движение, нужны силы. А силы эти сейчас придётся поберечь, потому что они нужны не только для него самого, а для того, чтобы вывести отсюда ребят. Но отвлечься от боли надо.
   - Поговорите... со мной... Что делает Мирт?
   - Одичавшие разодрали тебе ногу, - ответил Колин, отворачиваясь. Мика тоже отвернулся, всхлипнув. - Пока сюда шли, в рану попала какая-то... - он запнулся и сипло закончил: - Какая-то штуковина. Мирт пытается работать с заклинанием отторжения, но эта... не хочет уходить.
   Коннор полежал молча, соображая, что к чему. Потом смутно забрезжило подозрение, что он должен знать, о какой штуковине говорит Колин.
   - Мирт, нога левая? Я... не чувствую их.
   - Левая. Она ещё перевязанная была, - отозвался мальчишка-эльф, невидимый из-за сидящего на ногах Коннора Мики. - Одичавшие почти содрали тряпку, а потом, видимо, когтями внесли эту... заразу. Она, наверное, из здешних. Я раньше о таком не слышал. На отторжение не реагирует. Почти.
   - Не надо её исцелять, - угрюмо сказал Коннор. - Помогите мне сесть.
   Недоверчиво глядя на него, Колин спросил:
   - Ты знаешь, что это?
   - До того как найти Мику, я с ней встретился. Похожа на плоский гриб. Влепилась мне в ногу. Я думал - смог укокошить её. Оказывается, не до конца. - Он передохнул и уже раздражённо приказал: - Не тяните время! Дайте мне сесть!
   Когда сел - выяснил, что Мирт успел перевязать его плечо, тоже задетое когтями уродов-одичавших, и уменьшить боль пары кровоподтёков. Через несколько секунд Коннора развернули так, чтобы он упирался спиной в древесную стену. Руками он подтащил к себе с трудом согнутую в колене ногу и обнял ладонями рану, из которой едва заметно торчал пластинчатый край убийственного гриба. "Интересно, он решил сожрать меня изнутри? Потому затаился? Или он может быть и паразитом?.." Вопросы были бесплодными, потому что мальчишка-некромант не искал ответов на них.
   - Что ты хочешь сделать?
   - Рождённого смертью... можно убить только смертью, - ответил Коннор и сконцентрировался на точках сердца, расположенных на ладонях.
   Шевельнулись губы, проговаривающие заклинание, которое собирает некромагические силы. Когда их набралось достаточно (этого "добра" везде полно!), мальчишка-некромант представил, что силы затвердевают, подобно кувшинам Кама во время обжига. А потом кромка "обожжённой глины" откололась - и Коннор прижал ладони к ране ещё плотней. Два острейших лезвия вошли в тело прячущегося в ране гриба и вспыхнули сжигающим огнём. А через секунды Коннор закричал от боли: гриб умирать не желал, а потому ринулся в ещё здоровые ткани, пытаясь сбежать от убивающих его огненных лезвий. Тело будто взорвалось в клочья...
   Нырком между Миртом и Микой, которые отшатнулись от неожиданности, Коннор вывалился из шаткого убежища в ливень, в грохоте которого мог постыдно и пронзительно кричать, срывая голос. Ведь некромагический огонь въедался в живые ткани ноги вместе с рвущимся туда грибом, убивая вместе с вторженцем и плоть. Сидя в клокочущей грязи, Коннор вскоре только порывисто и хрипло вздыхал, внутренне подвывая, потому что охрип окончательно. Но последнее его не смущало. Рядом Мирт - уж эту мелочь он сумеет исцелить. На это его сил хватит...
   Мирт выскочил следом и, терпеливо стоя под ливнем, дожидался, когда жуткая, неведомая ему операция закончится. Время от времени наклоняясь к Коннору, он следил за ним и его руками и наконец втащил собрата за подмышки назад, в древо, где ему Мика и Колин, хоть и перепуганные, помогли усадить раненого комфортней. Уже втроём они снова высушили Коннора, и тот пару минут наслаждался теплом и сухостью, а заодно мысленно прослеживал, как затихает боль в ноге.
   - Почему ты проснулся раньше времени? - прошептал он, глядя на Мирта.
   - А я вспомнил, что ты делал в пригороде, - хмуро ответил мальчишка-эльф. - И побоялся, что ты и здесь проделаешь то же самое.
   Коннор даже усмехнуться не сумел на это воспоминание.
   - А что он там делал? - спросил Мика.
   Колин не спрашивал, но его глаза тоже поблёскивали любопытством в свете магических огней, расставленных по внутреннему "помещению" в стволе.
   - Пока мы спали, он устраивал себе свёрнутый сон и уходил на улицы пригорода, чтобы убивать машины или воевать с одичавшими оборотнями, - вздохнул Мирт и криво улыбнулся. - Однажды мы с Сильвестром всё-таки заподозрили, что он, в отличие от остальных, не спит. Подкараулили. И заставили его признаться в том, что он умеет использовать свёрнутый сон. Так что, - хмуро взглянул он на Коннора, - когда ты предложил сегодня свёрнутый сон, я на всякий случай проговорил собственное заклинание - на своё личное время, а потом, когда проснулся раньше, сообразил, что ты опять взялся за свои штучки. Ну а потом увидел не только тебя, но и Колина, пока вы забирались в этот ствол... Ну что? Боль прошла? Давай перевяжу заново. А потом подлечим тебе горло, чтобы мог говорить.
   Тряпку, которую ранее отрезал Коннор от собственной штанины, Мирт успел сполоснуть под дождём и высушить, хоть и морщился, что скоро она всё равно промокнет насквозь. Но прикосновение сухой ткани к ране, даже открытой, заставило мальчишку-некроманта невольно улыбнуться. А потом он замер - уже без улыбки - и прищурился, словно глядя сквозь древесную стену.
   - Что? - взволнованно спросил Колин.
   - Хельми пропал, - прошептал пока ещё только удивлённый Коннор.
   - Что значит - пропал? - испугался Мика.
   - Не умер, - сразу догадавшись о причине страха, кивнул ему мальчишка-некромант. - Просто его нет на том месте, которое я отслеживал.
   - Может, он освободился и нас ищет? - с надеждой спросил Мика.
   На эти слова промолчали. Нет смысла гадать в неизвестности.
   - И что теперь делаем? - встревоженно спросил Мирт, который тщетно пытался хоть что-то уловить в пространстве мёртвого леса.
   - Горло, - напомнил Коннор шёпотом. - В дороге нужно. Остальное подождёт.
   Он отметил облегчение на лице Мики, когда тот взглянул на Колина. Мальчишка-оборотень встретил этот взгляд вопрошающе, но потом его лицо вдруг просветлело: Колин понял Мику без слов - предстоит ещё немного отдыха! Младшие члены братства уселись вплотную друг к дружке, чтобы было теплей, и принялись ждать, одновременно продолжая высушивать древесную пещерку.
   Впрочем, они не только ждали. Если Мика о себе ничего не мог рассказать, то Колин как раз многое пережил, с тех пор как очнулся.
   Вынужденно громко мальчишка-оборотень рассказывал, как пришёл в себя в маленьком, очень узком овраге. Кажется, его сбросили сюда с обрыва. Видимо, понадеялись, что он или сразу разобьётся, или не сумеет выбраться из оврага, больше похожего на закрытую со всех сторон пропасть. А может, решили, что он захлебнётся в бурной речке, летевшей в самом низу. А если уж и этого не случится, то, может, утонет в болотистом берегу этой речонки.
   Вариантов много, и все они заканчивались одним - его смертью. Ведь Колин был, как и остальные члены братства, оглушён, перед тем как очутиться в мёртвом лесу.
   Мальчишка-оборотень предполагал - он упал именно в речку, а та из-за глубокого, но узковатого русла была настолько мощной, что бурным течением его закинуло на какие-то камни. Камни те оказались небольшими воротами в другую пропасть - туда рушилась сама речонка.
   Когда сознание вернулось полностью, Колин осмотрелся и понял, что в овраге (место небольшое, но жёстко замкнутое) он совершенно один, и принялся искать выход из природной ловушки. Облазив местность, едва и в самом деле чуть не утонув в тинистом и глинистом левом берегу (правый он обследовать не стал - слишком крут был скалистый обрыв), мальчишка-оборотень понял: выйти отсюда можно, только следуя вместе с течением речонки. То есть необходимо прыгнуть в ту самую дыру между камнями, в которой вода пропадала.
   Колин вспомнил любимый деревенский пруд, один берег которого был песчаным, благодаря Селене: она купила целых две машины песка, чтобы оборудовать небольшой пляж. Все ребята Тёплой Норы, как и деревенские, любили не только купаться в пруду, но и играть, а то и устраивать соревнования на воде между собой. Любимой игрой были самые обыкновенные догонялки. Чтобы участвовать в них, выучились плавать и под водой. Что значит - Колин преодолел страх перед водой вообще. И научился надолго задерживать дыхание, чтобы под водой было комфортно.
   Это-то сейчас и помогло. Колин решился, основываясь на том, что речка в любом случае когда-нибудь должна выйти на поверхность (а он предполагал, что, невидимая, она течёт какое-то время по пещерам); положиться на то, что, если придётся плыть в подземелье, воздух там всё равно будет! Потому как речонка только здесь, в узком месте, настолько бурная, а так-то воды в ней маловато. И Колин нырнул между камнями. А речка далее оказалась не подземной. Она вообще была горной! То есть где-то небольшими пещерами, где-то на открытом месте, но стекала вниз! Мальчишка-оборотень, приготовившийся к долгому плаванию под сводами пещеры, быстро вылетел к месту, где русло речонки расширилось. И вот тут-то, не успел он прийти в себя от радости, что выбрался из замкнутого места, и обнаружил, что к нему с не менее огромной радостью со всех ног несутся одичавшие оборотни! Ещё более страшные, чем те, что он помнил!
   - А я ещё тогда, когда был в том овраге, узнал, что моя магия почти не действует, - задумчиво сказал Колин. - Но заметил: если открывать блок, скрывающий способности, появляется вспышка. Ну и... Я и попробовал отгонять их вспышками. Потом увидел, что они хоть и уродливей обычных одичавших, от тех, кого мы знали, не отличаются.
   - Это как? - спросил Мика.
   - Людоеды, - ответил Коннор вместо замешкавшегося с ответом Колина, который явно не желал говорить об ужасающем. - Я видел, как один упал - и остальные тут же накинулись на него.
   - Ты уже говоришь нормально, - кивнул ему Мирт.
   И замолчал, хотя Коннор ожидал логичного продолжения: а следовательно, пора идти искать Хельми!.. Но молчание. Он внимательно оглядел ребят. Они ёжились, сидя ссутуленными в этой ненадёжной древесной пещерке, но ведь - пещерка! Крыша над головой! Стенки, укрывающие не только от ливня, но и от злобного ветра! И возможность создать огонь, просушивающий и согревающий...И выходить...
   "Ладно, - сказал он себе. - Ладно. Мне легче, чем им. Поэтому..."
   - Пока я бегаю к Хельми, сумеете продержаться без меня это время? - деловито спросил он. Деловитость тона нужна, чтобы они решили: он в самом деле ХОЧЕТ действовать самостоятельно, а значит, они не виноваты в том, что остаются в уютном местечке, в тепле.
   Кажется, Мирт его понял, причём изначально. Он напрягся и взглянул на младших.
   - Ну, мы... - начал он.
   Мика шмыгнул носом и возмущённо перебил его:
   - Коннор, ты вообще обалдел, да? А если с Хельми что-то такое, что понадобится помощь всех нас? Ну ладно - мы с Колином. Если что - ты легко нас перетащишь. А если Хельми ранен? Если он не полный оборот сделал при этом? Он же в этой форме громадина жуткий! Ты ж его без нас с места не сдвинешь!
   - И я не уверен, что мы сумеем отбиться от здешних одичавших без тебя. Говорю это честно и сразу, - заметил Мирт, бросив короткий взгляд на чёрное пятно выхода из древа, где в свете их шатающегося огня иногда виднелись отдельные струи воды.
   А Колин посмотрел на ногу Коннора и пожал плечами.
   - Сомневаюсь, что сумеем отбиться и от остальных тварей, если такие здесь есть.
   - Идём? - завершил Мирт.
   - Нет, - решительно сказал Мика и обратился к Коннору. - Куда мы пойдём в первую очередь?
   - К капищу Хельми, - ответил слегка удивлённый мальчишка-некромант.
   - А те трое, которые тебя оставили на твоём капище? Они нас не догонят?
   И ребята уставились на Коннора. Наверное, Мика успел рассказать братьям всё то, о чём узнал от Коннора.
   - Мика, ты забыл? Я все следы за нами уничтожаю. На это мне много сил не надо, потому как использую некромагические, - усмехнулся он.
   - И где они? - настаивал Мика. - Далеко от нас?
   - Очень далеко.
   - Чем докажешь?! - совершенно неожиданно выпалил Мика. - Ты же даже сейчас не можешь в полную силу использовать магию - мне Мирт сказал!
   Мирт в ответ на взгляд Коннора только улыбнулся и пожал плечами. Судя по всему, его тоже тревожил вопрос о похитителях.
   - Вы забыли, что я неплохо так чувствую пространство - даже здесь, - спокойно сказал Коннор. - Достаточно сосредоточиться, чтобы уловить изменения в льющем дожде. Мне этот дождь даже помогает в ориентировании здесь.
   - Но где эти существа, ты сказать не можешь, - вздохнул Колин.
   - Почему же - могу. - Коннор оглядел братьев и кивнул. - Они потеряли наш след. Думаю - забеспокоились. И пошли проверять всех, кого разбросали по мёртвому лесу. Сейчас они у той самой речки - среди кустов ищут Мику.
   Ошарашенное молчание повисло в древе...
   Затем Мика, как самый заинтересованный, медленно спросил:
   - И что будет, когда они поймут, что ты меня освободил?
   - А они не поймут, - мягко сказал Коннор. - До встречи с тобой у меня было маловато обычных магических сил, но - напоминаю - я всегда мог воспользоваться некромагической. Так что, Мика, не переживай... Я отослал твоего энергетического двойника плыть по течению речки.
   - То есть... - не сразу понимая, что он сделал, насупился Мирт - и распахнул глаза: - Ты сделал так, что они увидят: Мика умер, со временем развязался и уплыл по речке? А потом - утонул в ней?
   Мика открыл рот. А Колин тихонько рассмеялся и стукнул его по спине.
   - Ну, не совсем развязался, - уточнил Коннор, улыбаясь ошеломлённому Мике. - Кусты там, как и деревья везде, гнилые. Они увидят, что Мика умер, его тело начало тонуть, а речка потащила его по течению. И под тяжестью его тела кусты сломались.
   Он ощутил, как менялось пространство среди ребят. От первоначального удивления они постепенно воспряли духом! И уже теперь им не жалко оставлять эту древесную пещерку, в которой они так здорово отдохнули, погрелись и даже успели поспать. И пусть они голодные, но сейчас готовы забыть и об этом... Мика, вставая, даже воодушевлённо сказал:
   - А что будет, когда мы найдём Хельми!.. Ха, да мы тут весь их этот мёртвый лес переломаем и сами их поймаем и свяжем!
   - А почему мы начинаем с капища Хельми? - спросил Колин. - А если он идёт в другую сторону? Тоже нас ищет?
   - С его капища мне легче проследить его путь. Не забывайте, что следы в пространстве всегда остаются. Даже за ушедшим далеко.
   - А вдруг будем ходить друг за другом - и не встретимся? - испугался Мика.
   - Там, где я встречаюсь с кем-то из вас, я оставляю отметины, которые увидит только Хельми, - успокоил его Коннор. - Метки не оставил только там, где был Колин. Но Хельми сразу увидит, что Колин жив и ушёл из того оврага. А уж на берегу той речки он опять-таки заметит мой знак. Он ведь тоже умеет читать пространство.
   Мирт подобрался к выходу и выглянул наружу. Потом вдохнул - набрал воздуха, словно собираясь нырять. Впрочем, так оно и было. Этот ливень - та же речка, разве что более или менее разреженный.
   - Подожди! - ухватил его за плечо Коннор.
   - Хочешь первым? - оглянулся мальчишка-эльф, тут же уступая дорогу.
   - Нет. Что-то... недалеко...
   - Хельми? - с трудом расслышал он голос Мики, в котором было столько надежды!
   - Нет, не Хельми. Сидите здесь и ждите. И лучше не высовываться, пока меня нет. Я быстро - только посмотрю.
   Он обернулся в темноту, подрагивающую от магических огоньков. "Жаль, Мике отдал отвёртку... Интересно, попрошу - он даст мне? Хотя... не надо. Они остаются вообще без оружия. И ещё неизвестно, с чем столкнусь я. Может, придётся задержаться. А за это время мало ли что случится..."
   Согнувшись, будто надеясь, что это защитит на первых порах от воды, он выскочил из древа, сжимая в руке стилет. Дождь ударил по спине, а ноги вмиг увязли в грязи, на самом донышке которой в стопы впились сучья - точней, их остатки... Ребятам он не сказал, но, ещё сидя в древе, он прочувствовал, как от близкого к "пещерке" места доносится, как краем круга от брошенного в воду камня, эманации умирающего зверя. И с каждым кругом эти эманации становятся слабей.
   Коннор уже догадался, что в этом лесу остаются лишь те существа, которые нечаянно забредают сюда. Возможно, этот лес закрыт от живых, но иногда его владетели заходят в него, и тогда по их следам сюда проникают обычные лесные звери, птицы... Так здесь появились одичавшие оборотни. Или тот же бумбум - магическая машина. Если сейчас где-то впереди умирает живое существо - оно умирает либо от голода, либо из-за того, во что превращает его мёртвый лес. Это существо, которое Коннор не мог определить из-за искорёженных сигналов от тела, недавно появилось здесь. Недавно - пока Коннор ходил за Колином. И, хоть мальчишка-некромант не хотел себе в том признаваться, но он не мог оставить умирающего без своей помощи...
   Пробравшись сквозь бурелом и заодно отметив: обойти его - придётся с ребятами сделать довольно большой крюк, - мальчишка остановился, держа ладонь козырьком над глазами, чтобы не заливало ливневой водой... Существо умирало совсем близко от него.
   Когда Коннор осторожно сделал несколько шагов (ловушка могла быть сделана так, что он и не заметил бы её), перед ним замерцали линии не похожего ни на какое другое существа. Громадное, тяжёлое, оно боком лежало в грязи. И Коннор брезгливо и горестно сморщился: живые не должны так умирать!
   Ещё несколько шагов. Кажется, это существо (Коннор обошёл его, проваливаясь в грязь) когда-то было оленем. Или лосем. Мёртвый лес изуродовал его, облепив когда-то прекрасные рога тяжёлым лишайником, отчего голова бессильно легла в грязь, а когда-то сильные и жилистые, конечности вздулись будто от водянки. Из-за чего зверь не мог подняться? Ноги отказали? Или голова больше не могла выдержать веса чудовищных рогов? Или... Коннор шагнул ближе и нагнулся. Тело зверя бугрилось белёсыми язвами, на которых не осталось шерсти... Язвы не простые: в них, кажется, что-то шевелилось...
   Утопая в грязи, Коннор двинулся к голове зверя.
   Глаз не видно - заплыли теми же шевелящимися язвами. Страшно смотреть - не то что дотронуться. Но Коннор, напряжённый от испытываемой ярости, твёрдо положил ладонь между глазами зверя, которому не дано в мёртвом лесу привычной для живых смерти. Даже чуть втиснул пальцы между язвами, которые мгновенно надулись, будто собираясь лопнуть. И зашептал заклинание лёгкой смерти, призывая душу живого покинуть несчастное тело.
   Что-то шевельнулось. Даже если это были бы жуткие существа из прорвавшихся язв, Коннор не отнял бы ладони. Но, приблизив лицо к морде зверя и не переставая шептать, он заметил, как открылся один глаз, мутно-белёсый...
   - Успокоения, стихийные боги! - не выдержал - отчаянно прокричал последние слова заклинания Коннор, запрокинув лицо к небу, немедленно захлеставшему по его лицу. - Успокоения этому существу!
   Тело зверя внезапно напряглось, будто он попытался встать... И обмякло.
   Мальчишка-некромант быстро встал и протянул ладони, словно отталкивая зверя, а на деле устремляя на его морду и далее на тело силу принудительной смерти. Язвы, только было вспучившиеся, вяло опали, а Коннор сломя голову бросился к древу с выбитым в нём временным убежищем. Он оскальзывался по пути, шипел от резкой боли, натыкаясь ногами на сучья, легко ломавшиеся под его весом, но бежал так, будто за ним гнались те самые твари, заживо жравшие зверя... И впервые суматошно думал: "Сумею ли я избавить ребят от такой смерти? Я ведь даже не просмотрел каждого из них, не начал ли мёртвый лес на них своё воздействие! А что, если..." Он остановился от поразившей его мысли, запаниковал, но вспомнил, что есть возможность быстро проверить себя: согнулся в три погибели и быстро щёлкнул мокрыми пальцами. Огонёк мелькнул и мгновенно погас, не поддерживаемый - от шлёпнувшего по ветру дождевого порыва. Коннор с минуту смотрел на ладонь, успокаиваясь и успокаивая дыхание. И возобновил бег к древу.
   Быстро запрыгнув вовнутрь, он велел:
   - Всё, отдохнули - выходим!
   - Нет, - строптиво ответил Мирт. - Пару минут, чтобы тебя обсушить! И согреть! Ты нам нужен сильным и выносливым!
   - Ага! - согласился Мика и первым потянулся к старшему брату со своим огоньком. За ним - Колин.
   - Мы договорились так, пока тебя не было, - объяснил мальчишка-оборотень, обводя своим пламенем вокруг головы Коннора.
   Лихорадочное дыхание мальчишки-некроманта постепенно успокаивалось...
   Через некоторое время четверо, держась за ненадёжные обрывки ткани, связанные между собой, чтобы не потеряться в темноте ночного ливня, спешили следом за мальчишкой-некромантом, который неожиданно заботливо вёл их к пустому капищу. Время от времени он останавливался, чтобы прослушать пространство, а потом оборачивался к братьям и вёл их дальше. Если бы не эта прослушка, да ещё если бы не буреломы, если бы не вязкие от грязи овражные буераки, они бы быстро добрались до капища. Но приходилось многого остерегаться, в том числе и тех существ, которые, кажется, неплохо освоились в этой страшной для всего живого среде...
   Да и сами ребята не всегда могли равномерно идти. Не один раз поскользнулся и упал Мика. Разок вспыхнул магией Колин, который потом смущённо объяснил, что испугался какой-то тени, мелькнувшей рядом. И Коннору пришлось прослушивать пространство, чтобы потом успокоить мальчишку-оборотня - упала сгнившая ветка с дерева, под которым они шли... Последний привал сделали перед холмом, на котором пряталось в ночи и в дожде капище. Снова прослушка, а заодно - отдых. И Коннор, понимающе и сам разочарованно улыбаясь в холодном дожде, заметил, что ребята приуныли, когда он сказал, что капище пусто, хотя он заранее предупреждал о том... А всё равно надеялись встретить Хельми. Так надеялись, а он...
  
   Глава девятая
  
   Выйти из дома, когда на восходящее солнце есть лишь слабый намёк... Стоять, вцепившись в длинную деревянную ручку калитки... Чувствовать временами прокатывающую судорогу уставших от напряжения пальцев... И едва удерживать слёзы ярости и отчаяния. Где-то там, за калиткой, в тёмном ливне, возможно, умирает тяжело раненный Джарри. А далеко за спиной, у Пригородной изгороди, при светло-голубом безоблачном небе горизонт медленно и величаво начинает теплеть. Наверное, птицы в садах встречали это тепло радостным и приветливым свистом и гомоном.
   Наверное - потому что здесь слышен лишь грохот ливня.
   ... Мысль о птицах - и слёзы торопливо побежали по лицу Селены: бедные птицы и зверьё в лесу вокруг заводи! Сколько их погибло под беспощадным дождём! И сколько умрёт, если он вскоре не закончится!..
   А потом мысли снова увело в дождь. Что будет, если она откроет калитку и войдёт в него? Тоже выстрелят из арбалета болтом с "кошкой"? Чтобы утащить и её в неизвестность? Или... Она даже вспыхнула: а если она сумеет найти Джарри?.. Снова попробовала пробить мощную стену ливня проникающим магическим взглядом. Нет... Опустила плечи... Нет, не получится. Даже если с ней самой ничего не произойдёт, семейного в этом безумном дожде ей не найти...
   Шагов она не расслышала. Только чуть повернула голову на движение рядом. У передних лап сторожевого серебряного дракона встал Бернар. Тоже вышел рано. Не спится после вчерашних событий? Старый эльф внешне равнодушно смотрел на гремящие, страшные струи воды, но Селена заметила, что он смотрит чуть правее - туда, где погибал выращенный им и ребятами-травниками молодой лес. И прикусила губу, вспоминая откровение старика: "Вы хоть понимаете, чего вы хотите от меня? Я вкладываю частицу себя самого в эту зелень, а потом меня в ней убивают! Вот чего вы хотите!" Это Бернар возмутился, когда его попросили создать растительность, чтобы бросить её под гусеницы магических танков и тем самым заставить их остановиться.
   Бернар выглядел бледным. Не ощущает ли он сейчас, глядя на густой и плотный дождь, что его "в ней (тогда в зелени, а сейчас в этом молодом лесе) убивают"?
   Совладав со слезами и голосом, Селена спросила, не глядя на старика и зная, что задаёт безжалостный вопрос:
   - Мне кажется - или дождь в самом деле льёт гуще над вашим лесом? Я не хочу... вас обидеть. Мне надо убедиться.
   - Это так, - безжизненно ответил Бернар.
   Сзади будто новая туча надвинулась. Даже старый эльф встревоженно оглянулся.
   Колр. Он тоже приблизился к изгороди, угрюмо глядя на непроницаемую тёмно-серую стену, грохочущую в паре шагов от них. Но Бернар всё ещё не разворачивался к лесу, и Селена тоже посмотрела на деревенскую дорогу. По ней торопились ещё две мужские фигуры. Не сразу она узнала Трисмегиста и Ривера. Оба шли рядом и явно о чём-то переговаривались. Причём Трисмегист держал какой-то небольшой предмет в руках.
   Когда мужчины встали рядом с Селеной, она, не оглядываясь, спросила:
   - Чем отличались Эрно и Маев от других ребят? Тут гуляли Моди, Лада, другие старшие дети - причём уходили далеко в лес, и их легче было похитить тихонько. Но почему-то напали на Эрно и Маев. Джарри стоял всего лишь на опушке леса. Когда его похитили, чуть позже из-за дождя из леса вышли старшие ребята. Их схватить тоже было бы гораздо легче. Но похитителям понадобился именно Джарри! И... чем отличается старый лес слева от деревни от молодого леса, который засадили совсем недавно? Чем, если на молодой обрушили столько дождя?!
   Поняв, что снова срывается на крик и слёзы, она замолчала, дрожа от ужаса и недоумения. Дрожь прошла мгновенно, когда Колр, успокаивая, молча положил руку на её плечо. А потом, как ни странно, Трисмегист, который, как оказалось, держал в руках какую-то книгу, старую до общей потрёпанности и лохматую на кожаной отделке обложки, сказал:
   - Эрно и Маев - летали, когда остальные дети просто бегали по лесу. Джарри отличается от всех бывших в лесу тем, что его магия абсолютно не похожа на магию других. У других она привычная глазу любого, кто занимается магией. А у вашего семейного поразительная смесь, резко отличающая его от всех. Мне рассказывали, что Джарри принял машинную магию, которую в переработанном виде передавал ему Коннор. Уже одно это делает вашего семейного... невероятным, например, для консервативных магов. Лес... Вряд ли я сумею угадать, что не так с молодым лесом... Разве что... - Трисмегист прищурил глаза, словно пытаясь пробить взглядом стену ливня. - Разве что он посажен руками живых, в то время как старый лес здесь растёт искони.
   Селена с возрастающим страхом вникала в сказанное: "У них тут есть что-то типа группировок радикальных магов?! Или этих... консерваторов?! Или сектанты?!"
   - Вы говорите уверенно, - отметил Колр. - Кажетс-ся, вы хотите что-то предложить по с-ситуации?
   Ривер, который стоял до сих пор молча, странным образом не просто осматривая ливень, но вглядываясь в него так, словно точно знал - там что-то есть, - откликнулся первым. Селена заметила, что Трисмегист и не думал отвечать, предоставив такую возможность именно человеку.
   - Вы знаете, что иногда в темноте магическое деяние видно отчётливей - для проникающего взгляда. Я пришёл вчера сюда после нашей поездки, ближе к трём ночи. - Он улыбнулся, покосившись на Трисмегиста. - И выяснил, что не только я подумал о ночной прозрачности. Мы попробовали несколько вариантов магического взгляда, пока уважаемый Трисмегист не сообразил, что нужно смотреть иначе. Мы искали деяние. А нашли символы тех, кто оставил свой магический след в вызванном дожде. Хочу сказать, что обряд вызова дождя выполнен очень небрежно. Видимо, эти маги-похитители решили, что, кроме Джарри, уникальных магов в деревне больше нет...
   - Уникальных! - ахнула Селена и быстро оглядела мужчин. - Братство!
   - Подождите-подождите, - впервые на памяти хозяйки места заволновался и Трисмегист, который мгновенно догадался, о чём хотела сказать Селена, выпалившая лишь часть своего открытия: "Братство!" - Логическая цепочка прослеживается таким образом: сначала пропало братство. Затем пошёл дождь, был похищен ваш семейный, и была предпринята попытка похитить детей - дельтапланеристов! Если исходить из этих фактов, получается, кто-то увидел уникальность братства. Выяснил, откуда оно...
   Пауза молчания привела Селену в ещё больший ужас.
   - А если они выяснят, что у нас тут... Берилл... Вереск... Эрно! - взглянула она на закаменевшего чёрного дракона. - Эрно получил свои магические способности в подземном городе! И Эрно с Маев на прогулке были уникальны тем, что они летали... Трисмегист! Ривер! Договаривайте, что вы там узнали про магические символы!
   - Они знакомые, но очень... странно (Селене показалось - Ривер чуть не сказал: "Любопытно!") искажённые.
   Трисмегист слегка раздражённо поправил мага:
   - Не столько искажённые, сколько в них прослеживается очень древний рисунок.
   Селена поймала мгновение, когда Бернар вдруг едва заметно вскинул голову на слова Трисмегиста, а потом коротко взглянул в сторону молодого леса, скрытого монотонно грохочущим дождём. И, будучи на взводе, обострённо воспринимая происходящее, легко расшифровала вспыхнувшую надежду старого эльфа:
   - Вы пытаетесь мне сказать, что можете прекратить этот ливень?
   - Не сразу. - Трисмегист даже поднял руку, свободную от книги, чтобы жестом отрицания подчеркнуть качание головой. - Нам надо точно узнать, что это такое и с чего начать распутывать заклинание вызова этого неслыханного ливня.
   - Что у вас в руках? - резко спросила Селена. - Что это за книга?
   Он чуть поморщился из-за этой её резкости, но ответил спокойно:
   - Это всего лишь рукописный каталог всех моих библиотек.
   Всех?! Так библиотека Коннора не единственная в своём роде?!
   Даже у обычно невозмутимого Колра в глазах появилось что-то вроде изумления, Ривер же расцвёл так, словно сам придумал и этот каталог, и эти библиотеки, а Трисмегист закончил уже раздражённо:
   - Я не обладаю настолько хорошей памятью, чтобы помнить содержание всех прочитанных книг. Поэтому, изучив каждую следующую, я каталогизирую её и "добавляю" в личные библиотеки. Если она стоит того.
   "Жаль, Коннор его не слышит, - машинально подумалось Селене. - Он бы загорелся этой идеей - создать собственную библиотеку! Хотя... одна у него уже есть. Значит, есть начало следующим... Надо подсказать каталогизацию... Когда вернётся".
   Следующая пауза, в которой мужчины выжидательно смотрели на неё, подсказала, что пора приступать к действию и хозяйке места.
   - Так. Сегодня и завтра, если к вечеру ничего не изменится, наши ребята пропускают уроки в школе. (Она взглянула на Колра - тот без колебаний кивнул: "Да, Эрно тоже!") Ривер, вам даётся утреннее время - подумать, как быть с детьми магов и наших деревенских оборотней. Пусть родители детей выскажут своё решение, ехать им или нет в школу. Далее, Колр, я попрошу вас подумать, кто из взрослых с утра поедет в школу - вооружёнными, конечно, чтобы предупредить руководство школы об уважительном пропуске занятий нашими детьми. Ну и, конечно же, затем поехать снова к дому Агаты и выяснить, насколько возможно, за кем именно и почему погнались ребята из братства. Пока это всё.
   Она сухо кивнула всем сразу и быстро пошла к Тёплой Норе, на ходу продумывая сегодняшнее расписание для детей.
   - Леди Селена...
   Остановившись, она дождалась Бернара, который догонял её. Отметила, что Колр в нерешительности стоит рядом с Трисмегистом и Ривером, которые, развернувшись к лесу и явно забыв обо всём на свете, уже оживлённо обсуждали, наверное, те самые магические символы. Колру это неинтересно, а значит, он вскоре либо вернётся домой, либо зайдёт в Тёплую Нору, чтобы узнать, как хозяйка места начнёт претворять свой план с неожиданными каникулами.
   - Включите меня в своё расписание, - догнав её, попросил Бернар. - Мне бы тоже хотелось быть занятым всё то время, пока Трисмегист и Ривер будут искать заклинание, отменяющее вызов дождя. Сами понимаете - переживать такое лучше в работе.
   - Обязательно, - пообещала Селена.
   Пока они шли, к ним присоединилась Хоста, которая вышла от своего дома вместе с Белостенным. Но Ильм только поздоровался с идущими к Тёплой Норе и, заслышав, что маги начинают работу над едва уловимыми символами, немедленно и предсказуемо заторопился к Лесной изгороди. Некоторое время Селена шла молча, едва сдерживая слёзы уже радости: всё! Хоть что-то начали делать, чтобы вернуть события в привычное русло! Чтобы вернуть братство и... Промелькнувшая мысль ужаснула так, что Селена сжала кулаки: нет, Джарри тоже вернётся!
   Крупным шагом обогнал их Колр, сразу зашедший в свой дом, откуда буквально через минуту выскочила Аманда и поспешила к Селене. Сначала хозяйка места решила, что семейная чёрного дракона хочет забрать детей, оставленных на ночь в Тёплой Норе. Эрно и Люцию не хотели будить, когда приехали мужчины из пригорода. Но Аманда объяснила другое. Кажется, Колр поделился ею последними новостями.
   - Я с вами! - запыхавшись, сказала она. - Если два дня будут свободными от школы, мне нужны старшие девочки в швейную мастерскую. Заодно займём их делом.
   - Я думала - ты будешь спать до обеда, - невольно улыбнулась Селена.
   - Что ты... Я всё перебираю вчерашний день... Да ещё Эрно с Люцией в Тёплой Норе на ночь остались... А мне так страшно за Эрно!
   Почему Аманда забыла о Люции, говоря о своём волнении? Потому что мать всегда волнуется в первую очередь о родном сыне? По странной аналогии Селена вдруг подумала: "А если обратиться к Вальгарду? Поможет старый дракон найти братство и Джарри? У нас, кроме Люции, есть Риган. Можно попросить его позвать драконов. Ведь крик погибающего птенца драконы услышат на любом расстоянии! Ведь пропавший Хельми - тоже дракон! А Вальгард всегда настаивал, что драконы драгоценны. И их осталось очень мало!.. Спросить у Колра, хорошая ли это идея?"
   Селена промолчала как о своих думах, так и о беспокойстве Аманды за сына, но уже по дороге объяснила обеим женщинам, с чего собирается начать сегодняшний день. Обе сразу сказали, что готовы помочь.
   Бернар сразу прошёл в столовую и привычно уселся у "взрослого" стола. Женщины же начали с того, что между собой поделили детей на старших и младших. Одни должны были встать раньше обычного и выйти в столовую. Младшие в это время, естественно, продолжали спать. Договорились, кто кого будет будить, и разбрелись по комнатам второго и третьего этажа - то есть мансарды.
   Старших детей будили осторожно, чуть ли не тайком. Шёпотом командовали тихо и быстро одеться и спуститься в столовую - Селена решила, что лучше места для совещания нет: закрытые от нечаянно проснувшихся младших двери не позволили бы тем неожиданно услышать то, чего пока они слышать (Селена надеялась, что и вовсе) не должны. Будить Вильму, спавшую в комнатах с "ясельниками", Селена послала Аманду - та ходила совершенно бесшумно по старой привычке скрываться от машин и одичавших оборотней. На дверь комнат с "ясельниками", едва девушка-маг вышла, тут же навесили заклинание безмятежного сна для младших.
   - Вильма, - вполголоса попросила Селена, встретившая её внизу лестницы со второго этажа. - Заклинание заклинанием, но... Пока мы в столовой, на всякий случай понаблюдай, чтобы младшие не спустились в гостиную, если вдруг проснутся.
   Девушка-маг, видящая сквозь стены, кивнула.
   Отходя от неё, Селена неожиданно подумала: а может, попросить Вильму взглянуть сквозь магически вызванный дождь? Что девушка увидит? Но тут же покачала про себя головой: пусть даже отчаявшись, не надо хвататься за любую соломинку. Если не сумели разглядеть такие маги, как Трисмегист с Ривером...
   Думая о комнатах "ясельников", впрочем, Селена предполагала, что младшие будут спать долго. В конце концов, до обычной побудки ещё около двух часов.
   Проверив, всех ли подростков разбудили, она вернулась в столовую. Тихонько гудевшая от голосов большая комната мгновенно стихла, когда хозяйка места встала у входной двери, а к ней подошли Аманда и Хоста.
   Окинув взглядом столовую, Селена увидела не только Бернара, но и Колра. Что ж, если чёрный дракон поедет с утра в пригородную школу, уж вернувшись после обеда, он точно сумеет занять детей на тренировках. Она думала - к этому времени придёт и Ильм. Но храмовник, видимо, больше заинтересовался магически вызванным дождём и теоретическими поисками двух магов, как его прекратить. Ну, Белостенного понять можно, если вспомнить его специализацию - защита. А такой ливень - это угроза. Вот и остался с Трисмегистом и Ривером. Зато в столовой за последними столами - Вилмор, Тибр, Александрит и Корунд. Среди мальчишек она думала разыскать Эрно. И немного удивилась, когда увидела, что он сидит отдельно ото всех, но, как и вчера, рядом с Маев. И оба уже что-то шёпотом обсуждают, причём явно споря, хоть и довольно мирно.
   Ребята замерли в ожидании.
   Собравшись с силами, Селена, по собственным впечатлениям, деловито начала:
   - Вы все знаете, что вчера вечером подстрелили и похитили Джарри. Кроме того чуть не похитили Эрно и Маев. Сегодня у нас ещё одна беда: пропало братство. Вчера мы ещё думали, что ребята ушли проверять защитные обереги в квартире Агаты.
   В столовой внезапно стало тихо-тихо: всхлипнула девочка-вампир, а её брат-двойняшка, Пренит, тут же качнулся к ней, чтобы шёпотом утешить. Как и закадычная подружка Агаты - девочка-оборотень Отсана, которая привычно сидела с Сильвестром.
   - Да, мы так думали. Но поздно вечером узнали, что ребята дошли до дома Агаты, а потом их следы напрочь пропали. В связи с этим никто из Тёплой Норы сегодня в школу не едет. Вы остаётесь в деревне, пока мы не узнаем, что происходит. Маг Ривер обещал подумать, стоит ли отвозить на это время своих и соседских детей в школу. Если он надумает отвезти их на занятия, возражать не буду. Но лучше бы они оставались здесь.
   - Почему? - хмуро спросил Вереск. Он сидел, ссутулившись, исподлобья поглядывая на тихонько всхлипывающую Агату, которая, судя по всему, чувствовала себя виноватой в исчезновении братства.
   - Мы не знаем, что происходит, но знаем, что это касается нашей деревни. - Селена сглотнула: давненько не говорила так долго - да при напряжённом горле. - Далее. Бездельничать вы сегодня не будете. У нас есть свои преподаватели. Мужчины из поездки привезут вам задания на несколько дней вперёд, и вы будете выполнять их под присмотром наших учителей.
   Кое-кто из ребят разочарованно зафыркал, кое-кто заворчал. А минуту спустя кто-то и засмеялся негромко. Наверное, над теми, кто не понял, какая удача им всем выпала - выполнять задания под присмотром своих учителей!
   - Для остающихся есть ещё одно задание, - продолжила Селена. - Среди наших младших - Гарден и Оливия. Ирма и Берилл. (Александрит аж вздрогнул при имени младшего брата) Эти четверо (она мельком взглянула на Вереска: "Не бойся. Тебя я тоже не забыла".) так или иначе связаны с пропавшим братством. Мы должны организовать сегодняшний день так, чтобы наши младшие были полностью заняты делами.
   Она специально замолчала, чтобы ребята поняли её задумку. Поняли: лица заметно построжели.
   - Кроме всего прочего, младшие должны будут поверить нашей лжи. А ложь мы им поднесём такую: братство обнаружило, что квартира Агаты ограблена, и занимаются поиском грабителей.
   - Не поверят, - скептически сказал Сильвестр и вздохнул. - Даже Ирма.
   - Из-за чего?
   - Все знают, что Коннор, Хельми и Мирт ставят самые лучшие, самые сильные и крепкие обереги.
   - Тогда мы скажем, что была попытка снять защитные обереги! Попытка! - отрезала Селена. - Что наши ребята увидели эту попытку и побежали за грабителями.
   - В это поверить можно, - с небольшим сомнением сказал Каи, а сидящий рядом Андрис усиленно закивал, подтверждая его слова.
   - Мы вашим вниманием хотим закрепить эту ложь, - объяснила Селена. - То есть сделать так, чтобы младшие не просто поверили, а забыли думать о том, что мы им сказали. Очень надеюсь, что получится.
   Селену вдруг выбило из колеи запланированной беседы. Мужчины тоже сказали, что ребята из братства погнались за кем-то. А если только что выдуманное ею - правда? Если сначала всё-таки так и было? Был грабитель, который пытался сломать защиту оберегов для квартиры Агаты. Но... не настоящий, а приманка, которая спровоцировала ребят на погоню за ним?
   - Дальше, - сумела выговорить она, поражённая возможным открытием. - Наши мужчины, как я уже говорила, съездят в школу предупредить администрацию о ваших нежданных каникулах. А я вас попрошу ещё вот о чём: вспоминайте! Вспоминайте последние дни или даже неделю в школе и вне её! И думайте, не было ли конфликтов между братством и кем-то ещё!
   - Это ладно, - сказал Моди, - мы подумаем. Но всё-таки, Селена, почему ты не хочешь пускать нас в школу? Боишься, что и мы пропадём?
   - Вы достаточно взрослые, чтобы сказать вам напрямую: да, боюсь.
   - Селена, а дождь? - встревоженно спросила Космея. - Что там с дождём? Я помню, что он был такой сильный, что ломал кусты. А наш лес? Что с ним?
   Заметив движение Бернара, Селена кивнула. Если старый эльф хочет сам сказать о состоянии молодого леса, то пусть скажет. У неё уже в горле першить начало - и не только из-за долгой беседы, но и от необходимости прятать свои чувства.
   - Что с нашим лесом - пока неизвестно, - мягко сказал старик, который, наверное, оценил искреннюю тревогу девочки-эльфа. - Но там, у Лесной изгороди, стоят наши лучшие маги, которые собираются уничтожить заклинание, вызывающее этот странный дождь. Пока они изучают, что за магия использована для вызова дождя. Но, я надеюсь, они сумеют совладать с ним.
   Отвлёкшись на оживлённый шумок, Селена увидела, как зашушукались Мускари и Анитра. Вставшая, чтобы задать вопрос, Космея немедленно присоединилась к этому шушуканью. Вереск смотрел на них раздражённо, пока к шепчущимся не присоединились Хаук и Орвар, мальчишки-маги. Селена тем временем быстро перечислила примерное расписание, напомнив, что оно может меняться в течение дня. И снова взглянула на шептунов. Подняла брови: Вереск присоседился к ребятам, что-то энергично обсуждающим, и, нахмурившись, слушал их, то и дело что-то коротко и сварливо вставляя в эту беседу, отчего на него огрызались, но довольно мирно.
   - Можете быть свободны, - сказала Селена. - Не забудьте - завтрак через полчаса.
   И тут же подошла к заговорщикам.
   - К Лесной изгороди не ходить! - жёстко сказала она.
   - Ой, а как ты догадалась? - удивилась Космея.
   - А то я не знаю, чем вы в последнее время увлекаетесь, - хмыкнула Селена. - Но прошу вас: о технологии создания заклинаний вы всегда можете спросить у Ривера - он никогда не отказывает в объяснениях тем, кто хочет всерьёз её изучать.
   - А почему - пока не надо подходить? - настаивал Хаук. - Мы же тихонечко! Постоим рядом и послушаем - и всё, мешать не будем! Правда, Селена!
   - Глупые, как малышня, - мрачно высказался Вереск. - Не ваши родные пропали, вот и играете всё... Подождите, пока найдутся все, тогда и... У-у... ещё и объясняй им.
   Космея, открыв рот, смотрела на угрюмого брата - и вдруг бросилась к нему на шею. Обняла и даже поцеловала его, совершенно ошеломлённого, после чего сказала:
   - Селена, мы всё поняли и будем учиться по расписанию. Чего встали! - накинулась Космея уже на свою компанию. - Идём во двор! Там можно сделать основную разминку Колра, а то что-то у меня предчувствие есть, что сегодня занятия по боевому искусству будут очень... Селена, как это называется?
   - Интенсивными, - подсказала слегка оттаявшая хозяйка места.
   И вся компания будущих технологов заклинаний промчалась мимо неё.
   Оглядев столовую, она выждала, пока к ней не подойдут Эрно и Маев.
   - Слушаю вас, - не дожидаясь просьбы обратиться к ней от Маев, предложила она.
   Но заговорил Эрно. Поглядывая в сторону отца, который что-то обсуждал с будущими спутниками, собираясь в пригород, мальчишка-маг вполголоса сказал:
   - Селена, мы тут с Маев поговорили... Может, если маги сумеют убрать дождь, мы с Маев снова полетаем над заводью?
   - Что-о? - вырвалось у Селены, и она поневоле прижала руку к сердцу.
   - Да нет, ты не бойся! - заторопился Эрно. - Ничего страшного не будет! Мы тут обсудили, что было. Нас убивать не хотели, так? Значит, опять будут стрелять по дельтапланам. Дельтапланы жаль, но зато можно будет поймать этих психов.
   - Не понимаю, - покачала головой Селена, не выдавая, что Колр, на её испуганный жест тенью переместившийся от мужчин, стоит за спиной приёмного сына. Маев стояла бок о бок с Эрно и потому тоже не видела подошедшего чёрного дракона.
   - Мы придумали военную хитрость, - объяснил мальчишка-маг. - Как только закончится дождь, надо осторожно везде спрятать тех, кто нас будет подстраховывать. Мы взлетим, а спрятавшиеся будут наблюдать, откуда будут стрелять в дельтапланы. И тогда мы сможем поймать этих... Ну, ты поняла.
   Селена вопросительно подняла глаза на Колра.
   - Идея хорош-шая, - задумчиво сказал чёрный дракон, и парочка дельтапланеристов подпрыгнула от неожиданности. - Но подождите с-с её воплощением. И не только до времени, когда дождь закончитс-ся. Но и до того, как я вернус-сь из пригорода.
   - Почему? - вызывающе спросил Эрно. - Ты не доверяешь мне?
   - Ты выс-сказал лишь идею, Эрно. А она требует доработки. Хотя бы в той час-сти, в которой будут нужны наблюдатели. Кто они, с-сколько их, как их провес-сти в потаённые мес-ста, чтобы их никто не заметил, и где и как они будут прятатьс-ся - вс-сё это надо будет тщательно подготовить.
   Мальчишка-маг с облегчением выдохнул и, схватив смущённую Маев за руку, побежал к выходу из Тёплой Норы.
   - Надеюсь, вы это не серьёзно? - обеспокоенно спросила Селена, когда рядом с Колром встала Аманда. - Стоит ли так оценивать эту убийственную идею?
   - Пус-сть займётс-ся её воплощением хотя бы в мыс-слях, - ответил чёрный дракон. - Мальчик рас-стёт благородным и умным. Не хочу прерывать это его развитие.
   - Но это опасно, - жалобно напомнила Аманда, просительно глядя на семейного.
   - Я не обещал, что воплощение идеи будет с-сегодня же, - напомнил Колр. - А положение наш-ше таково, что с-ситуация меняетс-ся со временем. Ес-сли Эрно будет нас-стаивать, зас-ставлю его с-сделать рекогнос-сцировку мес-стности. Из-за изгороди, ес-стес-ственно. Пусть определитс-ся с потайными мес-стами и с-спос-собами подойти к ним незаметно. Это его дис-сциплинирует и заставит ответс-ственно отнес-стис-сь к воплощению с-собственной идеи.
   Селена прикинула масштабы потенциального задания Колра и кивнула. Да, такая работа займёт не только ум мальчишки-мага, но и время. Кажется, Аманда пришла к тому же выводу. Она прижалась к Колру, обнимая его за руку.
   - С-селена, я договорилс-ся с-с теми, кто поедет с-со мной. Маг Ривер - в обязательном порядке. Как и вчера - Тибр и Корунд. Возможно, Белос-стенный - Ильм. На них на вс-сех можно положиться в экс-стремальной с-ситуации. Мы с Тибром идём готовить маш-шину.
   И пошёл к входной двери столовой, обнимая Аманду.
   Селена, глядя им вслед, внезапно почувствовала такое отчаянное одиночество, что с трудом удержала себя от бега - точней бегства из столовой. Она снова окинула взглядом помещение: дежурные начали готовиться к завтраку, остальные вышли, чтобы не мешать им или не быть вовлечёнными в их деятельную подготовку. И покинула столовую сама. Бросила взгляд на гостиную, в которой засели компания Космеи и присоединившиеся к ним Пренит и Агата, а значит - и Сильвестр с Отсаной, их привычные спутники в последнее время.
   Так же спокойно Селена вышла в тамбур - и резко рванула дверь в свою веранду.
   Малыш Стен ещё спал, и Селена, безмолвно плача, вынула его из колыбельки, сработанной руками Джарри, и прижала к себе. Обереги малыша не позволяли ему чувствовать эмоции матери. Но от взлетающего движения он проснулся и сонно улыбнулся ей. Отворачиваясь, чтобы не намочить лицо сынишки своими слезами, Селена слегка покачивала Стена и мысленно повторяла: "У нас всё будет хорошо! Вот вернутся твой отец и твой старший брат - и у нас снова всё будет просто здорово!"
  
   Глава десятая
  
   Оставив ребят где-то в десяти шагах от пустого капища, которое оказалось сильней предыдущих камней-вампиров - его и Мирта, Коннор постоял немного над ним, размышляя. Хельми был лучшим в прослушивании пространства. Что случилось, если дракон знал: братья приближаются к нему, - и всё же ушёл в совершенно другую сторону? Причём Коннор интуитивно понимал: Хельми ушёл в глубины мёртвого леса - дальше от тех мест, где попадались одичавшие оборотни и даже магические машины, а значит, есть слабая возможность, что они находятся на краю этого мёртвого леса. Близко к границе с обычным миром. Не может быть такого, чтобы дракон заблудился. Коннор слишком хорошо чувствовал его ярость, когда Хельми понял, что он прикован к капищу. Что значит - старший брат был в полном сознании. Что-то тут не то...
   Забыв о ребятах, терпеливо ждущих его в беспощадно падающей с небес воде, Коннор поднялся на капище, которое тут же невидимо, но жадно впилось в стопы его ног, а потом... Потом едва не "выплюнуло" то, чем "угостил" его мальчишка-некромант, - то есть той же некромагической силой. Странно. "Его"-то капище глоток некромагии приветствовало.
   Выждав, когда дух камня-вампира чуть ли не с ворчанием уйдёт в его тесную глубину, Коннор открылся пространству. Как и предыдущие капища, это находилось среди леса, но на вершине небольшого холма. Как он сам, так и Хельми оставил след в пространстве - тайный след для того, кто знает. Не замечая, как он двигает глазами, Коннор просмотрел незаметные, смутно светящиеся знаки, постепенно исчезающие по мере ухода юного дракона в дебри мёртвого леса. Ничего не понял, но появилось странное знание, что Хельми ещё вернётся.
   Они оба изучали древние книги драконов и эльфийских первомагов. Возможно, дракон-побратим сумел глубже изучить те, которые принадлежали его виду, и вплёл в привычные для Коннора знаки другие, более глубинные, недоступные кому другому, но впитанные сейчас мальчишкой-некромантом на уровне интуиции?
   Стопы ног защекотало. Камень-вампир не отступил и снова, правда теперь украдкой, попробовал взять живую силу из живого. Коннор спрыгнул с него и постыдно чуть не свалился, когда ноги заскользили по грязной жиже. Обозлился - и, обернувшись к капищу, ударил по нему кулаком, вложив в удар злость человека, подправленную накопленной некромагической силой. Ударил - и прижал кулак к плите, ощутив, как та дрогнула, а от кулака во все стороны побежали трещины.
   - Хватит... - пошевелил Коннор замёрзшими губами, напоминая себе. - Нашёл... на что тратить...
   Пора возвращаться. Ребята в десяти шагах, но за этим ливнем они словно... Он передёрнул плечами. Снова откликнулся пригород в этом "словно". И да. Есть такое впечатление, что он обследует пустой, разгромленный магическими машинами дом. Он - в последнем подъезде. Группа - в первом. За несколькими стенами нескольких помещений от ребят. Слишком далеко... Он быстро продумал, что скажет им, а о чём промолчит, и шагнул в ливневую стену, из которой и не выходил. Шаг - и, не оглядываясь, ощутил, что капище агонизирует, пытаясь восстановить целостность. Что ж... Это знак для Хельми: "Мы здесь были. Найди нас!"
   Ещё шаг в лупящей сверху сплошной воде - и опять застыл: "И что я им скажу? Что Хельми ушёл в другую сторону, зная о нас? Что у него свои представления, что нужно делать в первую очередь?"
   Он попытался найти хоть что-то объясняющее поступок юного дракона. Но в лихорадочные раздумья о Хельми и его уходе вкралась странная мысль, перебившая всё на свете: кому холоднее? Ему, которого похитители оставили только в штанах? Или ребятам, которые разуты, но одеты и напрасно прячутся от дождя под крышками от бумбума? Эта глупая, более того - дурацкая мысль заворожила Коннора. Он стоял и старался думать о мотивах поступка Хельми, а в голову лезла разница в температуре грохочущей воды - и человеческого тела. И попытка понять, есть ли в мёртвом лесу ветер, который может загнать дождь под "зонты" ребят... И стоять было так... хорошо.
   ... И вздрогнул, когда кто-то неожиданно ударил его в плечо. Успел смутно удивиться, что не среагировал на этот удар, больше похожий на шлепок слепого человека, потому что удар оказался скользящим. Что даже не взметнул руки в блоке для защиты. Мгновением спустя его шлёпнули уже по другому плечу, будто подтверждая версию о слепом, но голосом Мирта из дождя закричали:
   - Коннор! Здесь, на открытом месте, дождь сильней! Иди за мной!
   "Чего он раскомандовался..."
   - Как... - то ли спросил он, то ли прохрипел. Едва выговорил слово, как сообразил, что Мирт мог и не услышать вопроса. Настолько тихо он его задал.
   - Легко! - его любимым словечком ответил Мирт. - Не забывай - нас уже четверо! И связь восстанавливается! Я слышу тебя чётче, ведь между нами эльфийский мир! И даже этот кошмарный лес теперь не может оборвать связь! Я "слышал", о чём ты думал! Ребята знают, что ты мёрзнешь! Они хотят подождать Хельми! Найди нам дерево - высушиться! И тебе - согреться! Ты не замечаешь, что теряешь тепло! Идём, Коннор!
   Одна рука Мирта пропала с левого плеча Коннора. Другая скользнула с плеча к ладони и крепко сжала её, потянув затем вперёд.
   - Иди за мной! - повелительно крикнул Мирт.
   "Они настолько верят в меня, что думают - я найду укрытие..." Делая следующий шаг, Коннор с трудом поднял свободную от захвата Мирта руку, чтобы прикрыть от воды лицо, в основном - нос. Как-то стороной подумал - ветер есть... И снова встал на месте, чувствуя себя ужасающе усталым. "Некромагия действует на душу..." Мирт вдруг ослабил рывки, и так же внезапно его лицо, которое струи воды почти скрывали от Коннора, появилось близко-близко.
   - Коннор! Утро! Видишь - светлей стало?!
   - Зачем...
   Опять не договорил - одеревеневшие от холода губы не подчинялись.
   А Мирт словно взбесился.
   - Зачем?! Зачем?! Бросай ныть! Ты нам нужен! И ты знаешь, что с тобой происходит! Нас ищут! Ирма плачет! Плачут мои Оливия и Гарден! Плачет Берилл! Мы все от тебя зависим! Селена страдает! И Стен с нею! И Джарри! И Лада плачет! Зачем - говоришь?! Хорош скулить, когда ты нам нужен! Там Колин с Микой плачут из-за тебя, потому что стараются твою слабость преодолеть, потому что у них отняли блокирующие тебя браслеты и кольца! Коннор! Хватит!! Ты понимаешь - они из-за тебя плачут?!
   Мальчишка-эльф уже не держал за ладонь, а вцепился в плечи Коннора и тряс его так, что временами и сам чуть не падал в скользкой жиже холмистого склона, и чуть не ронял мальчишку-некроманта.
   - Ты мой мастер! Ты не смеешь давать слабину перед учеником! Или тебе нравится, что все плачут из-за тебя?!
   - Дейция тоже плачет? - выговорил Коннор, с трудом шевеля губами.
   Мирт замер, прекратив трясти его.
   - Откуда ты знаешь про Дейцию?
   "Прятать не умеешь..."
   Образ светленькой девушки-эльфа из класса Мирта давно и прочно появился в его личном поле. Время от времени Мирт спохватывался и прятал-блокировал симпатичную одноклассницу, тенью мелькавшую в его пространстве, но потом мечтательно забывался, и братство снисходительно помалкивало о том.
   Мирт угрюмо убрал руки.
   - И Дейция тоже...
   - Мне надо отдохнуть и подумать.
   - Знаем, - отозвался Мирт, уже не стараясь кричать: на таком близком расстоянии они слышали друг друга и без разговора вслух. - Сам пойдёшь?
   - Сам, - ответил Коннор, прекрасно понимая: если его будет тащить Мирт, мальчишке-эльфу начнут помогать Колин и Мика. Идущий же самостоятельно, Коннор пусть немного, но блокирует помощь со стороны.
   Подумать было о чём.
   Мирт зря беспокоился, что он, Коннор, не думает о других. Он-то как раз этим занимался почти всё время, пока искал и вытаскивал остальных из "неприятностей". И мысль, которая точила его, была неоднозначной. Есть возможность нахрапом взять этот мёртвый лес - и вытащить всех их отсюда. Но... Коннор шагнул в последний раз и, проверяя пространство, сообразил, что оба они уже стоят в шаге от Мики и Колина, сидящих под крышками от бумбума.
   - Живой! - завопил Мика, предусмотрительно не высовываясь из-под "зонта". - Чё так долго?! Мы тут ждём!
   - Вниз! - велел Коннор. - Там есть стволы!
   И полчаса спустя они нашли громадное дерево, павшее жертвой, как они уже поняли, вечного дождя над этим лесом. Теперь выбивали сердцевину в основном вдвоём, время от времени допуская "погреться" Колина. Мика таскал отломленные куски, отбрасывал их подальше. А потом забрались в "пещерку", начали сушиться, развесив и расставив везде, где только можно (а можно повсюду - ведь древесное нутро податливо из-за гнили), магические огни.
   Селена называла это мозговым штурмом. И начал его Мирт.
   - Коннор, помнишь, как мы в первый раз позвали дождь? Ну, чтобы обмануть машинных демонов? Ритуал мы взяли из твоих книг. Обратный процесс у тебя там есть?
   Коннор понял, что имеет в виду Мирт. Библиотек всегда было две. Та, что оставалась в прошлом и была доступна для всех после совершения небольшого ритуала. И существовала его личная библиотека. Трисмегист устроил её так: едва Коннору нужно было что-то, он мгновенно попадал в библиотеку прошлого, где получал ответ на свой часто интуитивный запрос. Особенность его запросов сказывалась в том, что с частным ответом его память одновременно получала объём всей искомой книги. И так постепенно в памяти мальчишки-некроманта появлялись знания, которые потом он использовал уже машинально, как полученные и выученные на уроке. Хоть порой Коннор и продолжал злиться на Трисмегиста, но всегда оставался благодарен за знания, буквально впихнутые учёным эльфом в его голову.
   Мальчишки после слов Мирта выжидательно уставились на Коннора.
   - Есть. Нет сил, нужных для ритуала. Здесь нет.
   - А если ты применишь некромагические? Ты же говорил - их здесь полно? - с надеждой спросил Колин.
   Именно этого вопроса Коннор боялся больше всего. Да, некромагических сил много. Проблема в том, что он до сих пор побаивался использовать их - после того как вызвал мертвецов Старого города в храм некромагов. Он тогда пропустил силы через себя. И до сих пор помнил, как чуть не умирал потом, пока Колр и Джарри не помогли избавиться от некромагии и её последствий.
   Он-то уже прикинул, что здесь многое можно сделать с помощью мёртвых сил. Но сумеет ли он потом в одиночку избавиться от них?.. Ладно - помрёт сам. А если из-за него погибнут ребята? Если он умрёт на половине сделанного, оставив ребят беспомощными перед лицом мёртвого леса?..
   И вдруг заметил, что сидящий рядом Мирт всматривается в его глаза. Подслушивает!.. На негодование сил не осталось. Да и чего сердиться, если это он сам, расслабившись в тепле и сухости, позволил ему сунуться в личные сомнения... А следом за мальчишкой-эльфом Коннора подслушивали и младшие!
   А Мирт был безжалостен.
   - Мы тогда везли тебя по городу и пригороду - почти час. С заездом к Эрике, чтобы оставить девочку у родителей, дома. Если ты сейчас сделаешь всё, что нужно, рядом будут те, кто сумеет помочь тебе освободиться от мёртвых сил. Коннор, на тебя вся надежда! Ты сумеешь! Мы поможем там, где понадобится наша сила!
   - Ты давишь на него, - напомнил Колин, встревоженно поглядывая на обоих старших. - А ведь он ещё очень слаб.
   - И голодный, - вздохнул Мика. А потом, словно они просто заблудились, наивно спросил: - Коннор, а тут есть кто-нибудь, кого можно поймать и съесть?
   - Они все отравлены, Мика, - покачал головой тот, вспоминая жуткий вид умирающего рогатого зверя.
   - Значит, есть... - разочарованно протянул Мика. - Мирт, а ты можешь хоть какую-то травку вырастить? - умоляюще обратился он к мальчишке-эльфу. - Хоть что-то, что на язык положить можно? А то, кроме воды, мы уже давно ничего не пили и не ели...
   - Ты так говоришь, будто мы все об этом не знаем, - проворчал Колин, невольно сглатывая.
   - Мне жаль, Мика, но... - сам обескураженный, пожал плечами мальчишка-эльф.
   Оба младших неохотно продолжили глупый, как они сами понимали, спор, а Коннор, вслушиваясь в их голоса, которые здесь, в древесной пещерке, слышались отчётливо, постепенно "раскладывал по полочкам" будущие шаги по спасению всех. Он про себя часто удивлялся, но иногда именно такие, вроде как пустые разговоры и позволяли ему видеть, как наяву, что именно нужно предпринять.
   - Мирт, - обратился он к другу, - ты и правда пробовал что-то вырастить здесь?
   - Когда? - изумился Мирт. - Пока ты меня не привёл в себя, я вообще не знал, где мы находимся! А потом - ну, сам знаешь... Я просто знаю, что это невозможно.
   Младшие притихли, уставившись на старших братьев.
   - Ну, так попробуй сейчас, - спокойно предложил Коннор.
   Мирт озадаченно посмотрел на узкий выход в дождь. Потом повёл плечом. Но не потому - понял Коннор, - что ему не хочется выходить в холод и гнетущий дождь, а потому, что мальчишка-эльф сомневался в целесообразности предложенного эксперимента. И тогда Коннор, почти полностью пришедший в себя, посоветовал:
   - Проверь, насколько далеко прячется плодородная земля. Я буду рядом. Идём?
   - Идём, - с облегчением согласился Мирт, кажется заподозривший, что Коннор прячет в мыслях какую-то идею, о которой хочет ему рассказать вне их убежища, не посвящая в неё пока младших. Чтобы не внушать заранее надежду.
   - Коннор, возьми мою рубашку, - предложил Колин, - а я пока обернусь.
   - Не влезу, - с сомнением сказал мальчишка-некромант. - Вы нам лучше крышки дайте, чтобы под ними посидеть, - и то теплей будет...
   Оба выскочили из убежища и тут же чуть не надели на голову крышки из-под бумбумов. На этот-то раз их не задействовали, положив на древо сверху.
   - Хельми далеко, - сказал Мирт, который теперь мог говорить вполголоса, но Коннор в этом грохоте воды его слышал замечательно.
   - Вернётся, - нетерпеливо сказал мальчишка-некромант. - Не отвлекайся. Времени маловато. Скоро наши младшие вообще взвоют с голоду.
   - Так ты... серьёзно? - медленно сказал Мирт. - Насчёт глубины плодородной почвы? А я думал...
   - Садись и проверяй, - велел Коннор, первым присаживаясь на корточки и тоже пытаясь рассмотреть жизненные силы под мёртвой землёй.
   Мирт присел рядом - и Коннор схватился за край его крышки, чтобы помочь удержать. Они сидели на корточках тесно друг к другу, соединив крышки. И Коннор, благо сидели боком, поглядывал на вход в древесную пещерку. Дождь теперь, когда мальчишка-некромант сумел согреться и высушиться, не был помехой для проникающего взгляда, так что он совершенно спокойно разглядел скучившихся у входа Мику и Колина, который и впрямь обернулся для тепла в волчью форму.
   - Мне кажется... - неуверенно начал Мирт, и Коннор свободной рукой взял его за руку, передавая личные живые силы. - Теперь вижу чётко - двенадцать локтей. Но эта жизнь не выдержит на поверхности, если я позову её! - уже испуганно добавил он.
   - Возвращаемся под крышу! - скомандовал Коннор.
   Оба нырками влетели в древо, когда младшие, сообразив, почему оба повернулись лицом к ним, отбежали от входа. Снова потратили несколько минут на то, чтобы высушиться и перестать трястись от холода. Младшие (Колин так и не вернулся в человеческую форму, и Мика жался к его шерсти, греясь) таращили на старших братьев глаза, не смея спросить. Но старшие и так понимали, о чём бы хотели те узнать.
   - Итак, - задумчиво сказал Коннор. - Пока Хельми бегает по своим делам, у нас есть время, чтобы сделать пару дел своих. Мирт предлагает остановить дождь. Но там, у деревни, дождь мы создали локальный. И сейчас я не совсем уверен, что сумею остановить этот, здешний ливень.
   - "Не совсем" - это хорошо, - одобрил Мика. А Колин фыркнул, соглашаясь.
   - Дальше. Мирт может вызвать травы из глубины, но боится - здесь они не выживут. Я думаю о том же. То есть у нас получается следующее: нам нужно освободить от дождя участок, на котором Мирт вызовет травы.
   - Ты пропустил кое-что, - заметил Мирт, зябко обнимая себя за плечи: Коннор интуитивно ощутил, что зябко ему не от холода. Мальчишка-эльф представил, какая работа их ждёт.
   - И что это?
   - Этот участок тебе придётся очистить не только от дождя, но и от некромагической энергии. Если я ещё представляю, как мы уберём дождь, то сомневаюсь, что тебе под силу будет снять слой некромагии над этим участком.
   - Когда я пытался понять, что происходит с Космеей и на каком она уровне, что ей обрезали волосы в храме некромагов, я прочитал пару книг по некромагии, кроме тех, которые уже знал, - хмыкнул Коннор. - То, что здесь используется, завязано на примитивных ритуалах. Есть одно лишь "но": эти ритуалы зиждутся на громадных силах. И тоже примитивных.
   - И какие же это силы?
   - Силы природных стихий. Здесь даже капища - это обычные, еле обтёсанные камни, которые оживлены с помощью магии песка.
   - Такая есть? - с недоумением спросил Мика.
   Задумавшийся Мирт не ответил. Младшие тоже притихли, глядя в основном на Коннора, а тот представил в воображении, как песок течёт между камнями, просачиваясь между ними и в то же время заполняя просветы в них. Впечатлённые младшие вздохнули.
   Мирт поднял голову.
   - С чего начнём?
   - В любом случае придётся начинать с дождя. Точней с уничтожения заклинания, вызвавшего его. Ритуала я не знаю. А значит, придётся ориентироваться на те знаки, которые сумеем рассмотреть в дожде.
   - А мы сумеем?
   - Нам деваться некуда, - усмехнулся Коннор и рассмеялся: - В общем и целом, мы объявляем им войну! И начинать её надо с собственного кусочка земли, отвоёванного у них! А этот кусочек у нас будет, если мы его добудем! Как там Селена говорила малышне? Кто со мной - тот герой! Мирт, мы герои?
   - Герои! - рассмеялся и мальчишка-эльф.
   - Тогда вперёд - изучать знаки заклинания на бесконечный дождь! А как изучим - объединим наши знания и уничтожим вызов. Идём!
   Младшие, заражённые энтузиазмом Коннора, снова облепили узкий вход в древо. Затаив дыхание, оба проследили за тем, как Мирт, снявший рубаху и оставивший её для просушки в древесной пещерке, отошёл от их убежища и пропал в дожде. Как пропал и Коннор. Сначала. Но вдохновение мальчишки-некроманта щедро влило в братьев живую силу. Связь стала отчётливей и для младших. И они, впервые забыв о холоде и голоде, наблюдали, как Мирт сел на колени прямо в грязь, в шести шагах от древа. Затем к нему приблизился Коннор и сел на колени напротив.
   Мирт медленно поднял руки к невидимому небу, не в силах, правда, поднять лицо к нему же. А мальчишка-некромант, напротив, склонился над землёй и упёрся ладонями в грязь... Мельком прошла мысль, что тогда, в далёком для них прошлом, им помогал Хельми, щедро одаривая силой. Сейчас Хельми пока нет. Зато он, Коннор, и Мирт выросли и стали сильней, подпитываемые знаниями.
   Глядя на мальчишку-эльфа вынужденно исподлобья, Коннор проследил, как Мирт выпрямился, опустив руки, а потом поднёс ко лбу палец с выскочившим когтем. Мирту пришлось очень сильно наклонить голову. Первая часть ритуала вызова-уничтожения дождя одинакова. И начинается с крови вызывающего-убирающего. Мирт резко, чтобы не думать о предстоящей боли, начертал порезами первую руну на собственной коже. Едва кровь образовала символический рисунок, в пространстве между мальчишкой-эльфом и мальчишкой-некромантом засияло что-то подобное увеличительному стеклу, а дождь словно приутих-примолк, хотя на деле такого не было.
   - Не поднимай голову! - резко сказал Коннор.
   Он перевернулся на спину и распластался на земле, чтобы не отрывать ладоней от неё. Голову мальчишка-эльф не должен поднимать, иначе дождь смоет кровавую руну. Это Коннор может себе позволить перетерпеть бьющий по закрытым глазам ливень.
   - Вижу знаки - читаю! - И заговорил на древнеэльфийском, "собирая" рунические знаки в единую формулу, которую должен запомнить Мирт, и одновременно отплёвываясь от воды, пытающейся утопить его таким способом.
   - Запомнил! - откликнулся Мирт через несколько минут после молчания Коннора. - Садись напротив! Читаю обратную формулу ритуала!
   Через час младшие уснули, а их старшие братья, охрипнув и осипнув, всё ещё продолжали выговаривать слова эльфийских первомагов, объединив две формулы, знаки к которым холодно высвечивались в льющемся дожде.
   Ещё через час младшие с трудом удержались от ликующего крика, обнаружив, что видят обычным зрением старших братьев, сидящих, словно статуэтки Кама, друг напротив друга. А ещё Мика и Колин заметили, что вокруг двоих образовался круг, который медленно, незаметно, как движение минутной стрелки, расширялся, захватывая в своё пространство и их убежище. И в этом круге дождь лил как обычный весенний, который вот-вот закончился. Отличался этот дождь только одним: по краям круга стояла стена того же ливня. А вскоре младшие не выдержали и заорали от полноты чувств: наверху появились тучи! То есть не появились, а были увидены!
   А старшие продолжали сидеть на коленях, и разница теперь была лишь в том, что Мирт поднял лицо к небу, которое не сразу, но постепенно прекращало плакать.
   И, наконец, мальчишка-эльф поднялся на ноги и с глубоким вздохом запрокинул голову к небу, не в силах больше произнести ни слова. Пара жестов, манипуляция со знаками, помогающими справиться с физическими проблемами, и Мирт прохрипел:
   - Коннор, помочь?
   Он имел в виду, нужна ли мальчишке-некроманту помощь, чтобы подняться с коленей. Коннор сидел на земле, всё ещё упираясь ладонями в землю. А ведь пора переходить к следующему этапу объявленной пока ещё неизвестно кому войны - к вытягиванию-выращиванию травы из-под земли.
   Подбежали Мика и обернувшийся в человеческую ипостась Колин. Оба чуть не заплясали, закричали, со слезами глядя на небо, на грузные серые тучи, из которых на крохотный участок земли больше не лила вода...
   А Коннор неожиданно повалился набок. Мирт сипло закричал и бросился к нему. Младшие оцепенели от ужаса, но мальчишка-эльф буквально шлёпнул ладонь на лоб Коннора и, мгновения прослушав, с облегчением сказал:
   - Обессилел. Сейчас доберёт сил - и начнём следующий шаг. - После чего повернул тело мальчишки-некроманта лицом к небу.
   - Поможем, - решил счастливый Мика.
   - Ага, - подтвердил успокоившийся Колин, прикладывая ладонь к солнечному сплетению Коннора и первым начиная вгонять в него личную силу.
   Присоединился Мика, буркнув на Мирта, который тоже хотел помочь:
   - Сиди - тоже восстанавливайся!
   И все трое задрали головы, невольно улыбаясь небу, которого не видели со вчерашнего дня, и также невольно ожидая, что ветер разгонит тучи, что появится солнце!
   - А что за следующий шаг? - полюбопытствовал, чуть подуспокоившись, Мика.
   - Коннор должен прочистить этот участок от некромагических сил, - придержав вздох, ответил Мирт. - Он обещал сделать это. И, если у него получится, может, у нас получится перекусить хоть чем-то, пусть и зеленью.
   - А потом? - добивался Мика. - Есть ещё какие-то шаги, пока ждём Хельми?
   - У меня пока нет, - покачал головой Мирт. - А вот у Коннора... Когда я спросил его об этом, он вдруг так улыбнулся, что мне... жутко стало. И я не стал настаивать на своём вопросе.
   - А ты?
   - Что я?
   - Что ты хотел бы сделать следующим шагом?
   Колин тоже смотрел встревоженно, и мальчишка-эльф вдруг ухмыльнулся, оглядывая слишком близкие окрестности.
   - Это смешно, - предупредил он. - Но не надо смеяться надо мной.
   - Не будем! - нетерпеливо пообещал Мика. - Ну?
   - Я хочу повторить то, что сделал старик Бернар. Помните нашу луговину? Помните, какая она страшная была в тот день, когда Коннор убил машинного демона заклинанием некромагов? Только у меня желание... - Мирт смущённо улыбнулся. - У меня желание слишком огромное...
   - А я понял, - тихо сказал Колин, глядя на него во все глаза и улыбаясь всё шире. - И я очень хочу, чтобы у тебя это получилось. Мирт... Получится?
   - Вы чего секретничаете?! - рассердился Мика. - Про что вы вообще?!
   - Мика, представь себе этот мёртвый лес живым! - торжественно предложил мальчишка-эльф и сам не выдержал важного момента, засмеялся. - Вот чего я хочу! Я хочу, чтобы этот лес возродился! Чтобы в нём росли красивые высокие деревья, которые бросали бы тень на густые травы с цветами. Чтобы на этих деревьях и кустах вили свои гнёзда птицы и пели от радости! Чтобы в траве бегали зверушки всякие и ползали змеи, а в речках плавали рыбки и квакали лягушки! И чтобы пахло медовыми запахами и грибами! Вот чего я хочу, Мика!
   - Я тоже это хочу! - вдруг вскрикнул Мика и, осёкшись, посмотрел на лежащего в грязи мальчишку-некроманта, под чью голову подсунули крышку от бумбума. В глазах недоверие - и надежда одновременно. После чего уже проворчал: - Нафантазировал тут - так домой, в Тёплую Нору, захотелось. Так захотелось... Мирт, а этот дождь, пока Коннор лежит, не вернётся?
   - Сюда, на этот участок, он уже никогда не вернётся, - высокомерно ответил мальчишка-эльф. - И, если и будет здесь дождь, то только хороший, живительный - тот, которого будут ждать и цветы, и деревья, и травы.
   - А что... - прошептал Коннор, и ребята кинулись наклониться к нему и убедиться, что он в самом деле пришёл в себя. - Мне эта картинка, Мирт, тоже нравится. Поваляться не в этой жиже, а на травах... И цветочки понюхать... Поднимайте меня. Начинаем вытаскивать спрятавшуюся под землю зелень!
  
   Глава одиннадцатая
  
   Несмотря на желание Колра, чтобы в пригородную школу поехал именно маг Ривер, поехать пришлось Лотеру - второму по значимости деревенскому магу. Последнему, правда, не очень понравилась эта идея, выбивающая его из колеи повседневности. Однако Ривер был убедителен, напомнив другу и соседу о безопасности их собственных детей. И Лотер подчинился необходимости.
   А через полтора часа Селена была несколько обескуражена, когда взбудораженный Лотер, по сути только-только уехавший, примчался назад, в деревню, стремительно высадил из машины возле Тёплой Норы почтенного седовласого эльфа, затем доехал до конца деревни (разглядела она) и буквально за шкирку оттащил от Лесной изгороди Ривера. После чего оба поговорили явно на повышенных тонах, бурно жестикулируя, и, возбуждённые какой-то новостью, уехали.
   А выскочившая к оставленному возле дома Понцерусу, университетскому преподавателю, занимавшемуся с факультативными классами пригородной школы, Селена растерянно посмотрела им вслед.
   Опомнившись, она виновато сказала:
   - Добрый день, уважаемый Понцерус. Вы не введёте меня в курс дела? Что происходит? Отчего Лотер выглядит таким взволнованным и почему он привёз вас сюда?
   - Добрый день, леди Селена, - спокойно отозвался старик эльф. - Боюсь, ситуация выглядит иначе, чем она представляется на первый взгляд. И вряд ли я сумею хоть что-то объяснить вам в нескольких словах.
   И далее он велеречиво пояснил: о том, что пропало братство, он узнал от одного из дежурных школьных учителей, который пришёл предупредить, что на факультатив Понцеруса "Философия словесных заклинаний в магии" не придут три существа: юноша-дракон Хельми, подросток-эльф Мирт и подросток-человек Коннор. Поскольку эти трое оказались активным большинством в данной группе (та состояла из пятерых), то, лишённый возможности проводить философскую дискуссию между учащимися - любимую форму урока, Понцерус вообще отменил занятие на сегодня. Старый эльф узнал от дежурного преподавателя, что трое не просто не придут. Они именно пропали. И, будучи пытливым философом, Понцерус захотел узнать в деталях, что произошло, а заодно передать хозяйке Тёплой Норы приготовленную учителями тетрадку с домашними заданиями для школьников Тёплой Норы... Понцерус быстро собрался и пошёл из пригорода по хорошо знакомой ему дороге к знакомой деревне. Пока шёл, решил, что ему хочется провести в этой деревне пару свободных от преподавания дней, благо что в деревне живёт довольно близкий его друг - тоже философ, Трисмегист. Когда Понцерус шагал уже близко к тому месту, где надо с дороги свернуть на кукурузное поле, на разъезженную грунтовую дорогу, рядом притормозила бешено летевшая до сих пор машина с одним из жителей нужной ему деревни. По дороге тот кратко сообщил, что и возле самой деревни происходит что-то магически необычайное и даже с трагическим оттенком. Краткое известие ещё больше заинтриговало старого преподавателя, тем более что в расследовании происходящего, как он выяснил, участвует и его старый друг.
   Под конец своей речи старый эльф вручил Селене тетрадь с записью домашних заданий, которую просил передать ей дежурный учитель, узнав, куда собрался Понцерус.
   Пока Понцерус договаривал последние слова, за его спиной появился упомянутый Трисмегист, который тут же подхватил старого товарища под руку и целеустремлённо повёл (или потащил?) его к Лесной изгороди, по пути что-то горячо объясняя. Слушая удаляющийся голос старого бродяги эльфа, который неожиданно для всех и для себя самого осел в её деревне, Селена хмыкнула.
   - Селена, кто это? - встревоженно спросила Аманда. - Мне кажется, я его знаю, но со спины не узнаю.
   - Это Понцерус, - рассеянно ответила хозяйка места. - Университетский преподаватель, который ведёт факультативы в пригородной школе.
   - О, теперь я вспомнила! - улыбнулась семейная чёрного дракона. - Эрно говорил, что на следующий год и он хочет заниматься на факультативе у этого преподавателя. Но зачем он здесь?
   - Узнать не успела, - уже задумчиво сказала Селена. - Но, кажется, обед к изгороди придётся нести на двоих. И, если честно, меня больше интересует, почему Лотер забрал Ривера. И где сейчас Колр и Корунд. И присоединился ли к ним Ильм, если он, конечно, знает, где они сейчас. То есть... Что они такое узнали, что понадобился Ривер?
   Аманда промолчала, но сжала ей ладонь. Ей тоже хотелось знать, где её семейный.
   ... С утра Селена думала, что у неё остаётся слишком много свободного времени, и боялась, что будет постоянно думать о пропавших. Но Тёплая Нора заставила работать, хотя и с некоторыми оговорками.
   В обычные учебные дни приготовление и организация завтрака и обеда в Тёплой Норе ложились на плечи самой Селены и домашних. Только к ужину готовили столовую приехавшие из школы дежурные ребята.
   Сегодня она твёрдо решила: вся орава Тёплой Норы здесь, но хозяйничать в столовой будет только она. Чтобы было чем заняться и впустую не думать о Джарри, о Конноре, о братстве... Завтрак, как и предполагала, оказался полностью в её заботах. Но вот уборкой столовой после него занялись старшие девочки, хотя Селена и уговаривала их скорее присоединиться к младшим.
   Так что самой хозяйке Тёплой Норы пришлось пойти к "ясельникам". Название младших сохранилось, хотя, по правде сказать, под категорию "ясельников" подходили только Фаркас и волчата Тибра. Все трое уже привыкли перекидываться в человека. И вся Нора сейчас усердно учила маленьких оборотней одеваться - обернувшись, да и оборачиваться в человеческую форму, для начала сняв привычные всем младшим оборотням балахоны.
   Освобождённая утром от работы по столовой, Селена взяла на руки Стена и первым делом пошла отыскивать Ирму. На этот раз поиск оказался сложным: волчишка не скакала, не визжала, не пела... И её компания в полном составе, кроме неё самой, торчала в уголке гостиной, отведённой для младших, и готовилась к выходу на улицу. Но интуиция торкнулась в её мысли, как в закрытую дверь, - и Селена осторожно, чтобы никто не заметил, поднялась в мансарду. Дверь в комнату братства приоткрыта. И хозяйка дома уже уверенно вошла в помещение. Как и ожидала, Ирма сидела на кровати Колина, обняв ноги и положив подбородок на колени, жутко исцарапанные в играх с волчатами.
   Девочка, как и все в столовой, слышала объяснение Селены, почему братства на месте нет. Вроде бы поверила... Но сейчас волчишка быстро скосилась на вошедшую хозяйку Тёплой Норы и снова уставилась на край кровати. Селена присела рядом с девочкой и отпустила Стена бродить между кроватями, хватаясь за края. Она же ссутулилась, тоже глядя в пол. Что сказать Ирме о брате? Как утешить и поддержать, как подбодрить? Когда самой хочется плакать из-за всех этих кошмарных событий?!
   Тёплая ладошка коснулась плеча. Потом волчишка привалилась к Селене. И тяжело вздохнула, а потом сказала:
   - Селена, ты не волнуйся. Бернар сказал, что это переходный возраст виноват. Что братство слишком много себе позволяет. А тут ещё Джарри пропал. Когда они вернутся, я уж Колину устрою, чтобы он не забывал предупреждать тебя! Я ему хвост выдеру - будет с лысым ходить. А давай ты Коннора отшлёпаешь, когда он вернётся?
   Теперь на девочку-оборотня покосилась Селена. Ирма на самом деле так думает? Или пытается её утешить натужными шуточками? Наблюдая за Стеном, который что-то бормотал, остановившись у кровати старшего брата, Селена сказала:
   - Насчёт Коннора я подумаю... Ирма, хочу попросить тебя вот о чём. Ты знаешь, что Гарден до сих пор впадает в столбняк, когда слышит или видит что-то плохое. Нужно очень осторожно занять его сегодня делами, чтобы он не думал о Мирте. Сумеешь? Но очень деликатно.
   Попросила, а сама сжалась: деликатность - и Ирма? Хотя... Девочка повзрослела. Может, у неё и получится.
   Волчишка пообещала.
   Первый час Ирма буквально заставила всех младших, присовокупив к ним и Гардена, играть беспрерывно в любые игры, какие она только вспоминала. И вспоминала Вильма. А с ней играли и другие старшие, кровно заинтересованные, чтобы малышня не унывала, потому что не все восприняли трагически исчезновение братства и семейного Селены. Пока в детских и подростковых умах сиял внезапный выходной - и многие из ребят подумывали о полётах на дельтапланах, пусть и строго над деревней: перед отъездом деревенские маги и Колр жёстко закрыли границы деревни. На всякий случай.
   Но были и те, кто серьёзно задумался о своём времяпрепровождении без уроков, несмотря на полученные школьные задания. Ровно через час после приезда в деревню старого учёного Селена стояла в новой бельевой и рассчитывала вместе с Веткиным, какой комплект белья надо выдать для Понцеруса для ночёвки в садовом домике Трисмегиста. Именно тут, в бельевой, её и нашли Космея и Мускари. Космея выглядела очень решительной, а Мускари, улыбаясь, то и дело пожимал плечами, глядя на свою подругу. Вереск, с искривлёнными от презрения губами, плёлся позади парочки. Но промолчал, когда девочка-эльф объяснила:
   - Селена, мы хотим вот что сделать! Задания можно выполнить после обеда. А сейчас до обеда осталось ещё много времени, и я подумала, что могу провести первый урок для малышей по живописи. Можно, я соберу их в учебке?
   - Ты уверена, что сумеешь это сделать, не подготовившись? - засомневалась Селена, о чём тут же пожалела: Вереск тяжело зыркнул на сестру, снова скривившись.
   - Ничего, - самонадеянно сказала Космея и тряхнула тёмными, отрастающими волосами. - Я эти уроки в уме несколько раз проигрывала - ну, как бы я их проводила. Только мне нужны карандаши и тетради. У нас они есть - для малышей?
   - А чё сразу не краски? - проворчал из-за её спины брат.
   Селена сама чуть не взорвалась от негодования. Но, кажется, Космея уже привыкла к постоянным подначиваниям старшего брата. И ответила спокойно:
   - Хочешь посидеть на моём уроке и поучиться - возьми краски. - И нежно добавила: - Не возражаю.
   Вереск чуть не икнул от неожиданности, а Мускари придушенно захихикал, отвернувшись в сторону. Успокоившись, Селена попросила:
   - Космея, подожди немного, я сейчас закончу и выдам тебе нужное. Только один вопрос: кто уберётся потом, после твоего урока, в учебном кабинете?
   - Я и дежурные моего класса, - не задумываясь, ответила девочка-эльф. Кажется, она и в самом деле продумала заранее всё, что пригодится в деле обучения живописи.
   - Какие это дежурные? - удивился Вереск.
   - А ты не знал, что наши младшие после своих уроков в учебке остаются на дежурство? - фыркнула Космея. - Так что дежурные будут, Селена.
   - Хорошо, подождите меня в гостиной.
   Космея умчалась, вынудив своего друга и брата поспешно последовать за ней.
   А когда Селена закончила с выбором белья для Понцеруса и попросила девочку-тролля Лайлу отнести в домик Трисмегиста комплект и постелить его на запасную кровать, которую Трисмегист использовал в качестве поверхности для засушивания нужных ему растений, Селену нашёл Александрит. Он терпеливо дождался, когда Селена выйдет из бельевой, и смущённо сказал:
   - Я придумал, как занять наших детей из группы "ясельников" постарше. Если вы не возражаете, я мог бы им показать, как делается мебель.
   - Прекрасно, - сказала Селена. - Вы уже знаете, кого пригласить в эту группу? Или хотите, чтобы я её вам подобрала?
   - Нет, что вы! - даже испугался Александрит. - Я знаю, кого хотел бы видеть в своей группе, кроме моего Берилла. Мне нужно только знать, когда это удобней сделать.
   Вспомнив, что Космея намеревалась занять детей до обеда, Селена кивнула и сказала взволнованному парню-вампиру:
   - Вас устроит в послеобеденное время?
   - Конечно! - обрадовался Александрит. - Я успею приготовить всё необходимое для детей. Может, им понравится делать что-то в мастерской - из самого лёгкого.
   И ушёл.
   А Селена, стоя у дверей бельевой, посмотрела ему вслед - и резко забежала в каморку, чуть не сбив с ног Веткина, который ещё что-то проверял... Она даже не заметила, как дверь тихонько хлопнула. Только стояла у стены с широкими полками и рыдала от горя и... благодарности... А когда успокоилась и обернулась, Веткин вполголоса сказал:
   - Мы сейчас вам травки успокоительные заварим, леди Селена. Пока всё это... - Он неопределённо обвёл рукой бельевую, явно указывая на другое, - успокоится, вы будете пить, иначе маленький Стен будет слишком сильно чувствовать вашу тревогу.
   - Спасибо, - прошептала Селена.
   Из коридора в закрытую дверь стукнули пару раз.
   - Селена, ты здесь? - раздался голос Хосты, приглушённый дверью.
   Селена торопливо открыла. Хоста было заговорила, но осеклась на полуслове и внимательно всмотрелась в лицо хозяйки Тёплой Норы. Селена раздражённо опустила голову: следы слёз видны - наверное, глаза опали или веки опухли...
   Женщина-эльф велела:
   - Сиди здесь, не выходи. Я сейчас вернусь.
   Хлопнула дверью перед носом уже удивлённой Селены, и шаги в коридоре вскоре заглохли. Веткин хмыкнул и сказал:
   - Ну и я, пожалуй, пойду - травки заваривать для вас.
   Она открыла ему дверь, а потом, оглядевшись, вернулась в бельевую и села на краешек нижней полки - ждать, когда придёт Хоста... Та появилась, наверное, через пятнадцать минут с баночкой крема в руках.
   - Он на травах, - объяснила женщина-эльф. - Я помнила этот рецепт от матери. Он, этот крем, хорош, когда надо быстро привести себя в порядок. Помнишь - я говорила о том, что эльфийские женщины-аристократки должны держать лицо? Но даже эльфийские девушки и женщины могут быть слабыми. Когда остаёшься в одиночестве на несколько минут... И поплакать тоже могут. А потом снова надо вставать и идти к своим мужчинам - и выглядеть спокойной и уверенной. Так что подставляй своё лицо - через минуты ты будешь сиять здоровьем и решительностью.
   И Хоста склонилась перед Селеной и принялась мягко, почти невесомо вминать в кожу под глазами Селены пахучий ароматными травами крем. Кажется, в составе крема были и успокаивающие травы. Если в начале этой необычной помощи Селена еле крепилась, чтобы снова не расплакаться от нежданной заботы Хосты, то вскоре успокоилась полностью.
   А потом женщины вышли из бельевой в коридор, где за дверью хозяйку Тёплой Норы дожидался Кам, откомандированный сюда Веткиным, чтобы провести её в кухню и напоить обещанным отваром.
   И только тогда, в кухне, Хоста объяснила, почему она искала Селену:
   - Приезжал Ильм. Он попросил в храме заменить его или отменить занятия, мотивировал тем, что нестандартная ситуация в Тёплой Норе требует его участия в расследовании этого странного дела с дождём. А когда ехал сюда, заметил сигнальные знаки, оставленные магом Ривером. По этим знакам Ильм прочитал, что его ждут в каком-то определённом месте недалеко от пригорода. Он заехал в деревню предупредить меня о своём отсутствии и попросить меня рассказать тебе об этом.
   Женщина-эльф замолчала, рассеянно глядя, как её дочь Азалия играет с волчатами и Айной, то и дело поднимая смеющуюся Оливию, словно защищая её от обернувшихся в волчью ипостась оборотней-малышей, а потом сказала:
   - Не хочется заранее тебе говорить об этом... Но мне кажется, они там на что-то наткнулись, что поможет разыскать Джарри и братство... Вот ведь я какая... Прости, Селена, если растревожила тебя этим предположением, но мне так хочется тебя утешить... Прости, если преждевременно...
   Селена не успела ответить, что ей всё равно, лишь бы только не стало хуже, как услышала из столовой мальчишеский зов:
   - Селена! Где Селена?! Кто-нибудь видел Селену?!
   - Герд, я здесь! - откликнулась она. - Что случилось?!
   Ответила легко и спокойно, а у самой сердце затрепыхалось: беспокойный зов раздался как будто в ответ на её отчаянное пожелание, чтобы не стало хуже! Неужели ещё что-то страшное произошло?! Нет, не надо... Пожалуйста, не надо...
   - Трисмегист сделал это! - ликующе прокричал мальчишка-оборотень Герд, врываясь в кухню. - Он заставил дождь закончиться!
   - Там ещё этот старик - который факультативы в нашей школе ведёт! - встал рядом с ним радостный Хаук. - Он тоже помогал! Но Трисмегист больше сделал! Дождя больше нет, Селена! Правда здорово, да?!
   Скептически глядя на мальчишек, в первую очередь Селена поняла: несмотря на запрет, мальчишки всё-таки побежали к лесной изгороди, чтобы проследить за учёными эльфами и посмотреть, какие заклинания они будут творить. А потом... Потом она почувствовала, как от лица отлила кровь, как она побледнела. Дождь... Дождь?! Страшный дождь, в котором пропал Джарри, прекращён?!
   - Бежим! - решительно вскрикнула Хоста. - Посмотрим, что там и как!
   Машинально сунув руку в карман блузки, Селена внезапно с холодным чувством убеждённости и правильности ощутила, что камни на месте. Да, она готова драться, если попадёт в место, которое недавно занял странный враг - магически вызванный ливень! Нет, она догадывалась, что в этом лесу не найдёт ни Джарри, ни братства. Но всё-таки готова была лицом к лицу встретиться с врагами. Так что пока она беспокоилась лишь за двух учёных стариков, которые наверняка вышли из калитки Лесной изгороди и которые могли подвергнуться нападению неведомых и опасных врагов.
   Впрочем... Потом она гнала машину, в которую набились Хоста и мальчишки - Герд и Хаук, а также Александрит и Вилмор. Последние двое зашли в Тёплую Нору, заслышав крик мальчишек и заметив странную суматоху. Узнав о грандиозном событии, оба потребовали взять их с собой. Их и прихватили на всякий случай. Причём оба даже возмутились, когда Селена засомневалась, нужно ли там их присутствие. Так вот именно тогда, когда она гнала машину с пассажирами-помощниками, неожиданно и подумалось, что Трисмегиста она зря называет стариком. Боец-то из него очень даже опасный. И не только потому, что он отличный... нет - превосходный маг. А потому, что он выигрывал во всех играх, которые были придуманы на их спортивной площадке для "красочных" боёв. С ним не справлялась "даже" Ирма. Краской своего "оружия" волчишка сумела вымазать всех - в течение многих боёвок, но Трисмегист ни разу не попался ей. Однажды Джарри даже пошутил над ней из-за этого, после чего волчишка решительно принялась охотиться на старого эльфа. И выяснила к собственному изумлению, что Трисмегист для неё абсолютно недосягаем, хотя, как и остальные, не использовал магию.
   Так что... Селена поджала губы. Трисмегист не только себя убережёт, но и своего старого друга, если что.
   Пока ехала к Лесной изгороди, поглядывая в боковое зеркало, Селена заметила, как отовсюду выскакивают обитатели Тёплой Норы и бегут за ней. Услышали крик Герда? Или мальчишки по дороге оповестили остальных?
   По дороге, как выяснилось секундами позже.
   Пришлось остановиться на те же секунды. К изгороди торопился Бернар. Судя по всему, он-то точно первым услышал от бегущих к Тёплой Норе мальчишек первую хорошую весточку и сразу обеспокоился, как там молодой лесок.
   Селена затормозила рядом со стариком эльфом, и Александрит с Вилмором буквально втянули Бернара в салон машины, которая тут же рванула дальше. Хозяйка Тёплой Норы не стала заглядывать в окошечко между кабиной и салоном, чтобы узнать, каким образом Бернар узнал про остановленный магами дождь. И так расслышала, как пассажиры громко от возбуждения обмениваются одной на всех новостью, а затем пытаются проанализировать её и просчитать будущее.
   За два дома от Лесной изгороди Селена в ветровое окно увидела стремительно приземлявшихся на картошном поле, последнего перед лесом дома, двух дельтапланеристов - из шестерых, круживших над деревней. А когда те освободились от подвесок и побежали к улице, без особого удивления узнала в них Эрно и Маев.
   Но вскоре она забыла обо всём. Не веря глазам - смотрела на зелёный лес там, где вчера и сегодня утром видела лишь серую, гудящую от напряжения и силы стену дождя. Лес... Миленький... Неужели... Она чуть не заплакала, сжимая руль, Пришлось напомнить себе, что эта, отчётливо видимая зелень - возможно, первый шаг на пути к спасению всех своих...
   Чуть не врезалась в изгородь, резко затормозив.
   Со страхом обнаружила, что оба учёных эльфа стоят на той стороне, не на деревенской территории. Не слишком ли самонадеянно?! А вдруг прямо из леса выстрелят снова?! Ведь... Сидя всё ещё за рулём, Селена чуть не задохнулась: Трисмегист тоже уникален! Да ещё как!.. И бросилась из кабины - за теми, кто уже вылетел из машины, стремясь побыстрей очутиться возле изгороди.
   - Почему вы там?! - возмущённо закричала она Трисмегисту.
   Обернулись оба.
   - Не бойтесь, леди Селена, - спокойно сказал старый бродяга, сразу сообразивший, почему хозяйка Тёплой Норы кричит. - Здесь никого рядом нет. Из разумных существ.
   И снова повернулся к лесу, который выглядел довольно плачевно.
   Первое, что отметила Селена: вершины леса оголены, будто кто-то специально содрал с них листья. Впрочем, какое тут - кто-то?.. А внизу - трав не видно под усеявшими их сбитыми дождём листьями. Тревога... Но и облегчение: листья поблёскивают на солнце. Много ли для счастья именно сейчас нужно?
   И вздрогнула от близкого голоса, отчаянно просительного:
   - Селена! Можно - мы обернёмся - и поищем следы Джарри? - умоляюще взглянул на неё Герд. - Вдруг - их ещё можно найти?
   - Селена! Мы помним, где он стоял и упал! - присоединилась к нему Ринд, дёргая от нетерпения хозяйку Тёплой Норы за рукав.
   - Если что - я их подстрахую, сумею обезопасить ребят! - заторопился и Вилмор, тоже с надеждой глядя на мокрый лес, который до сих пор громко "плакал" шлёпающими с веток "слезами", слышными даже отсюда, из-за изгороди.
   Она тут же представила, как стая обернувшихся оборотней бросается в лес в поисках её семейного, как волки кружат среди деревьев и кустарников стараясь уловить знакомый запах, намертво смытый с почвы. И не знала, как сказать всем желающим найти Джарри, что она страшится за них за всех, а потому... И хочется разрешить им бежать в лес, и колется...
   Но вместо Селены всем сразу ответил Трисмегист. Он оглянулся на упрашивающих хозяйку Тёплой Норы и со вздохом произнёс:
   - Нельзя! Мы убрали враждебное заклинание, но оно пока не рассыпалось в полной мере. И, даже если бы мы захотели, в лес пока войти невозможно: это заклинание было многоуровневым. Если вы сумеете увидеть проникающим взглядом, то заметите, как нечто туманное постепенно оседает между деревьями - и это и есть поступенчатое падение заклинательных уровней.
   - То есть дождь закончился, но это же заклинание не пускает? - пожелала убедиться Селена.
   - Именно так. Пока не стоит пытаться войти в лес, - твёрдо сказал Трисмегист, а молчаливый и внешне очень уставший Понцерус кивком подтвердил мнение коллеги.
   - И... сколько это падение продлится?
   - Разные уровни опускаются разно, - ответил на этот раз Понцерус. - Думаем, этот процесс займёт несколько часов.
   Среди оборотней лёгким шелестом прошёл стон разочарования. А вот ученики Бернара немедленно двинулись вдоль деревенской изгороди, чтобы быть ближе к молодому леску. Вскоре Селена услышала, как они наперебой обсуждают потери леса и способы восстановить численность погибших деревьев.
   Прежде чем задать учёным эльфам следующий вопрос, Селена собиралась очень долго. Но, зажав в кулак желание плакать, отпихивая от себя отчаянную надежду, она сумела выговорить:
   - Вы уже знаете, кто это сделал?
   Понцерус очень осторожно сказал:
   - Конкретно пока мы ничего не можем сказать, хотя в знаках этих заклинательных уровней мы разыскали кое-что знакомое.
   - Мы ждём вестей от Колра и магов, - добавил Трисмегист, - чтобы сопоставить наши данные и уже тогда говорить о результатах.
   Выразившись таким витиеватым способом, Трисмегист так упрямо повернулся к лесу, что Селена догадалась: больше он ни слова не скажет, Как и Понцерус, который виновато пожал плечами и тоже отвернулся.
   Но Селена внезапно успокоилась.
   Её пронзило странное впечатление. Множество людей и существ заинтересованы в том, чтобы уничтожить убийственный дождь, найти Джарри и братство, а также узнать, почему неизвестные хотели похитить даже Эрно и Маев. Что бы ни случилось дальше, Селена должна помнить: она не одна. И Джарри не один. И братство не будет брошено на произвол судьбы. Есть много живых, которые полюбили Тёплую Нору и закрытую деревню. Есть много живых, которым нравится жизнь, чуточку отличающаяся от всех других - за пределами деревни. А значит, она, Селена, всё делает правильно.
  
   Глава двенадцатая
  
   Эйфория таяла не сразу, но довольно заметно. И виной тому были голод и слишком сильная вера младших братьев в старших. Когда Коннор доплёлся до древесной пещерки, Мирт снова сел на колени в грязь. Оглянувшись на "пороге", мальчишка-некромант некоторое время наблюдал за неподвижным братом... Мирт буквально ушёл сознанием в поиск хотя бы самого хлипкого, но жизнеспособного семечка на страшной глубине. Необходимы были семена, из которых можно быстро вырастить что-то съедобное для всех четверых... И Коннор не стал тратить время, пролез между потеснившимися младшими и свалился, вытянувшись по всей свободной длине ствола. Пора добирать силы.
   То и дело скашиваясь на вход в древо, он видел, как Мика сидел на краешке пещерки, кажется вяло постукивая пятками по стволу и следя за мальчишкой-эльфом, окаменевшим в болотистой жиже. Одновременно Мика слушал Колина, который сидел рядом, но, повернувшись к Коннору, пытался разговорить его.
   - Не понимаю, почему я не могу помочь, - с досадой говорил мальчишка-оборотень. - У меня тоже есть личные силы - и они тоже живые. Почему ты не разрешаешь помочь Мирту? Так же быстрей будет!
   Мальчишка-некромант помнил, что должен отвечать так, чтобы Колин не только понял его, но и усвоил информацию. Что - что, а мальчишка-оборотень учиться любил.
   - У всех у нас четверых есть личные силы - живые. Чтобы добиться неба над головой, я пустил в ход именно их. Поэтому я сейчас слаб. У меня только два пути восстановления живой магической силы - это дождь и небо с тучами. - Коннор договорил и замолчал, чувствуя усталость и злясь на себя из-за этого чувства. Сообразив: он злится на то, что пока не может изменить, сумел улыбнуться. - Мирт сейчас тратит личные силы, чтобы найти что-то, что нас прокормит. Он тоже потом восстановится, но процесс тоже будет долгим. Мы как в свободном колодце в этом дожде. Брать силы отовсюду, как было раньше, невозможно. И вы с Микой - не обижайся, Колин... Вы с Микой для нас с Миртом - запасной вариант. Если будет ситуация пострашней этой, мы даже спрашивать не будем - заберём у вас живую силу сразу.
   Коннор ожидал, что придётся объяснять дальше, а может - утешать из-за обиды на "запасной вариант", но Колин затих. Обдумывает? Что ж, пока тишина и есть время, надо бы прослушать пространство. И не Хельми искать, хотя в его присутствии Коннор и ребята очень нуждаются. Нет. Нужно сделать другое. Давно не проверял, где находятся те трое, которые приковали его к капищу.
   - Коннор, - тихо позвал Колин, и мальчишка-некромант напрягся: что-либо сейчас объяснять не хотелось. - Мне кажется, стена ливня изменилась.
   - В какую сторону?
   - В нашу.
   - Сильно?
   - Не очень заметно. Просто край ствола, там, где корень, снова пропал в дожде.
   - Тогда подождёт.
   Ответил, чтобы младший брат не тревожился. А на деле - Коннор "раскинул внимание" на ещё большее пространство, чем рассчитывал сначала. Причём растянул это внимание в ту сторону, где корень их дерева... И сузил ни на чём поначалу не сфокусированные глаза: трое шли именно отсюда! И они тоже умели смотреть! Потому что заметили брешь в вызванном ими ливне!.. Коннор не замечал, как раздуваются ноздри его носа со злости.
   Ах, так...
   Расклад такой, насколько он сумел рассчитать: только в их "колодце" живые силы робко начинают возвращаться на несчастную землю, а вокруг всё ещё властвуют некромагические и, насколько он понял, силы, удобные для некромантических дел.
   - Колин...
   - Да?
   - Следи за границей со стороны корня. Если что-то начнётся, предупреди.
   - Ну... Ладно, - не совсем уверенно ответил мальчишка-оборотень. Наверное, он не вполне понял, что значит "что-то начнётся".
   - Пока не отвлекай.
   - Ладно.
   Всё. Силы живой магии на какое-то время вперёд не нужны.
   Коннор закрыл глаза и сжал кулаки. Пересохшими губами прошептал первые слова заклинания - и послал его во все стороны от древа. Мёртвых сил, собранных, пока вычищал "колодец", хватает на многое. И это многое сейчас начнёт такую игру, что...
   Он открыл глаза под закрытыми веками.
   Действие некромагических сил, задействованных в некромантическом заклинании, началось. Первым делом Коннор вспомнил рогатого зверя, погибшего, из-за того что нечаянно зашёл на территорию мёртвых. И сейчас он смотрел, как зверь медленно, оскальзываясь на ненадёжной земле, на подламывающихся ногах пытается подняться. Действие некромагических сил распределено равномерно. Но почему бы не послать рогатому бедняге сил побольше? Как одному из обиженных этим страшным местом? И Коннор "послал" поток некромагии, вихревой воронкой выловив её из самой земли. Рогатый зверь встал и уже уверенно сделал шаг, другой... Минуту спустя он твёрдо ставил ноги с копытами в грязь и спешил сквозь ливень по лучу, посланному перед ним - указывающему направление к троим.
   "Первый есть", - отстранённо подумал Коннор - и "оглядел" других мертвецов мёртвого леса, подпавших под расходящееся заклинание вызова.
   Мёртвые звери и птицы поднимали полусгнившие головы и, оставляя ошметья гнилой плоти в жиже, старались выдраться из жидкой земли, в которую постепенно утопали до сих пор. Взгляд-призрак Коннора остановился на двух трупах. Мальчишка-некромант секунды всматривался в полуистлевшие тела не то людей, не то оборотней, возможно тоже брошенных здесь на произвол судьбы... И добавил им сил, чтобы не мешкали и шли к тем, кому бы неплохо отомстить за собственные изломанные судьбы.
   Когда мальчишка-некромант убедился, что всё идёт по стремительно придуманному плану, он добавил в общий процесс ещё один штрих - укрыл идущих к троим неизвестным сильной маскировкой. Те далеко. Но скоро им будет не до того, чтобы снова добавлять разрушительных сил убийственному ливню над древом с живыми. Вскоре им предстоит защищаться от мертвецов, науськанных на них Коннором.
   А пока... Оставив призрачный контроль за мертвецами в покое, Коннор снова принялся за сбор обычной магии, вылавливая её микроскопические частицы из небесной воды и нависших туч в скважине их "колодца"...
   - ... Ты что... - вырвал его из сосредоточения шёпот Колина. - Ты что делаешь, Мика... прекрати меня пугать... Мика, сядь нормально... Мика...
   Коннор резко сел и рывком бросился к входу.
   - Что случилось?
   - Я не понимаю, - испуганно сказал Колин, удерживая Мику, который заваливался набок и словно никак не хотел сидеть, предпочитая лежать. - Он падает и не отвечает.
   - Меняемся, - велел обеспокоенный Коннор и пролез мимо мальчишки-оборотня.
   Можно было попросить Колина выйти из ствола, но Коннор встревожился, не воздействует ли кто-нибудь на младших в отместку за его некромантическое заклинание?
   Он сел, для удобства тоже свесив ноги наружу, и поднял Мику, чьё безвольное тело не желало подчиняться любым уговорам. Мика без сознания - так сначала решил мальчишка-некромант. Но, прислушавшись к дыханию, убедился: Мика дышит спокойно и даже как-то размеренно, будто просто-напросто спит. Причём дыхание становится всё более тихим и замедленным. Почему он не среагировал на зов и на попытку его разбудить, когда Коннор потряс его за плечи?
   - Что с ним? - спросил Колин из темноты древа, поспешно зажигая огоньки, которые до сих пор не нужны были: сидели-то на тусклом, но свету..
   В голосе мальчишки-оборотня Коннор расслышал плаксивые нотки.
   Пришлось пристальней вглядеться в линии личного пространства мальчишки-вампира. И озадачиться, потому что видел такое впервые в жизни, хотя и помнил об этой особенности вампиров из истории собственного государства. Впрочем, на раздумья времени мало. Надо успокоить Колина и снова начать сбор живых сил. А ещё продолжить контролировать продвижение сюда троих неизвестных и всех мёртвых существ, направленных к ним.
   И Коннор принялся бережно укладывать Мику в более мелком древесном углублении с другой стороны от входа, одновременно объясняя:
   - Колин, не бойся. Мика очень голоден и ослаб. И, хоть он полукровка, сейчас его тело подчинилось вампирским инстинктам.
   - Что это значит?
   - Он заснул. И будет спать до тех пор, пока мы его не разбудим, - улыбаясь, объяснил мальчишка-некромант. Он не стал говорить, что у Мики был выбор: оставаться бодрствующим, вкусив чьей-нибудь крови, или уйти в спячку, не мешая своим собратьям.
   Быстро глянул на Мирта, который так и не шелохнулся.
   - У них такое бывает? - Изумлённый мальчишка-оборотень снова поменялся местами с Коннором, вернувшимся на своё место. И сел рядом с Микой, явно собираясь сторожить его странный сон.
   - Бывает. И, Колин... Не пугайся, когда его дыхание исчезнет. Это нормально для спящего вампира.
   - А мы потом сумеем его... разбудить? - растерянно спросил Колин.
   - Я знаю, что надо делать, - спокойно ответил Коннор, невольно взглядывая в темноте на свою ладонь. - Об этом не беспокойся. Колин, теперь на тебе стража для всех нас: для меня, для Мики, для Мирта. Будь осторожен. И не забудь предупредить меня, если что, насчёт границы ливня.
   И он снова лёг, вытянувшись.
   Колину не надо знать, что Мика в этом странном, застылом состоянии будет быстро худеть, потому что сон его будет тревожен, а потому физические силы мальчишки-вампира будут уходить на внутренние переживания. Но это не страшно: Мика проспит время выжидательности и проснётся тогда, когда им всем будет легче...
   И Коннор вернулся не только к сбору живых сил, но и к контролю за раскинутой сетью, в которую попали мертвецы мёртвого леса. Трое шли к древесной пещерке с живыми, пока ещё не подозревая, что уже сами являются вожделенной добычей восставших из небытия мертвецов. Из чего мальчишка-некромант бесстрастно заключил, что эти трое не больно-то разбираются в тех силах, с которыми играют. Если играют.
   Последнее обстоятельство - неумение троих неизвестных - заинтересовало Коннора. Сделав ещё один рывок и набрав обычных магических сил, он снова обратил внимание на троих, чтобы изучить, какие силы вокруг них собираются. И поневоле приподнял бровь: странная у них некромагия - в основном растительного и животного происхождения. Нет, даже больше именно растительной. Они буквально купаются в эманациях умирающих деревьев и почвы!..
   Жалел ли он этих троих, на которых наслал небольшую армию мертвецов?
   Нисколько.
   Фраза "небольшая армия" жалеть не давала. Насколько Коннор сумел понять: среди тех, кого эти трое и подобные им (а он нисколько не сомневался, что их больше) забрасывали в этот мёртвый лес, не так уж много живых существ, в сравнении с теми живыми, которые сюда попадали нечаянно - и умирали.
   Так что Коннор легко отодвинул в сторону все ненужные мысли о жалости к этим троим и занялся работой, требующей концентрации... А потом услышал далёкий зов. Он коснулся его так... посторонне, словно где-то далеко мимо проехала машина.
   Но кому принадлежит зов, он определил сразу. Снова рывком поднялся - на его движение оглянулся Колин и тут же сказал:
   - Всё тихо.
   - Уже нет, - решительно сказал Коннор и подошёл к сидящему на коленях Мирту. - Мирт, что у тебя? Ты мне нужен!
   - Сейчас... - монотонно от напряжения проговорил Мирт. Он держал над поверхностью земли ладони - так, будто пытался вытянуть из неё неожиданно зелёные в этом месте стебли, которых пока не узнавал Коннор.
   - Тебе помочь?
   - Уйди...
   Мальчишка-некромант сообразил, что лучше и правда отойти, не мешать. Отступив на пару шагов, он присмотрелся к тому, что делает Мирт, и хмыкнул: мальчишка-эльф решил не полагаться на живую силу, как и на эльфийскую родовую. Одна рука источала на вытягиваемое растение личную магию эльфа, вторая - посылала в его стебель дикую магию, благо пользоваться Мирт мог ею, будучи мастером инициации Вереска. Когда от стебля отделились листья, Коннор понял, что видит что-то знакомое.
   Шелест за спиной - Колин спрыгнул с края древесной пещерки и мягко, беззвучно приблизился. Понаблюдав какое-то время за магическим выращиванием растения и сглотнув, мальчишка-оборотень радостно улыбнулся:
   - Белая морковка!
   Коннор кивнул самому себе: эту травку он тоже знал. Её выращивали на огороде, но можно было найти и в диком состоянии. Главное в ней - несколько мясистых корней белого цвета, похожих по форме на морковь, как и определил Колин. Если Мирт сейчас сумеет дорастить белую морковку до цветения - они будут с сытным продуктом, от которого не откажется даже оборотень. Но мешать Мирту мальчишка-некромант не стал, хотя очень хотелось добавить ему силы, чтобы выращивание прошло побыстрей... Коннор мог бы поучиться этому эльфийскому искусству, но сейчас не время. Так что, выждав, пока Колин вернётся к древу сторожить Мику, он отошёл от мальчишки-эльфа, потоптался на сжиженной от ливней земле, определяясь с местом, и замер, высоко подняв подбородок.
   В центре "колодца" зов стал слышней. А Коннор сумел "отозваться", послав отклик поверх туч, где, как предполагал, не было блокирующей мёртвый лес невидимой силовой стены, ну и "потолка" к ней. Сумеет ли Хельми долететь до "колодца" поверху? А что собрат-дракон перекинулся, Коннор не сомневался.
   После отосланного "отклика" мальчишка-некромант огляделся. Пора заняться "колодцем" Для начала он отметил, что граница "колодца" возле корней поверженного древа больше не сдвигается. Быстро проверил, всё ли происходит так, как он задумал. Сумрачно хмыкнул: троица сражалась с первыми мертвецами, добравшимися до неё! Так, этим троим пока не до братства. Поэтому можно спокойно расширить "колодец", чтобы перекинувшийся Хельми сумел легко приземлиться и обсохнуть.
   И Коннор принялся обходить "колодец" по краям, с каждым разом отжимая его края в стороны и таким образом расширяя часть земли, по которой больше не бил неумолчный ливень. Увязая в болотистой почве, он порой едва вытаскивал из жидкой грязи босые ноги, но при этом улыбался, вспоминая мечту Мирта украсить эту землю цветочками и сладкоголосым пением птиц. От этого желания собрата теплело в груди и почему-то вспоминался сад Тёплой Норы. Коннор бродил кругами и представлял, как между садовыми деревьями бегает малышня во главе с визжащей от счастья Ирмой, как мама Селена сидит на скамейке и играет с его младшим братишкой - со Стеном... Он даже услышал ликующий вопль кого-то из ребят:
   - Ага! Ага!
   И не сразу понял, что кричат не в саду Тёплой Норы, а тут же, рядом. И кричит, как ни странно, счастливый Мирт. Оглянулся на мальчишку-эльфа и сам засмеялся: тот чуть не плясал, потрясая только что выдранными из земли двумя крепкими стеблями с болтающимися на них толстыми белыми (пока ещё, естественно, грязными, а значит - серыми!) морковками, а вокруг него прыгал обрадованный Колин, тоже энергично потрясая стиснутыми кулаками, которыми грозил то ли серому небу, то ли кому-то ещё... Всё. Питьевой воды полно. Теперь есть и что на зуб попробовать. Эта часть жизни в "колодце" уже не так страшна. Мирт не просто вырастил сладкую морковку. Он на практике усвоил, как это делается. И теперь они без еды не останутся. Два стебля. Один уже с семенами!
   Мирт быстро оборвал корнеплоды и, подойдя к стене ливня, промыл их, после чего тут же раздал собратьям, Колину - половинку и Коннору - целый. Мику пока решили не вызывать из спячки, объяснив мальчишке-эльфу, что именно с младшим братом происходит.
   Усевшись на край древесной пещерки, ребята ели и планировали.
   - Мирт, ты продолжаешь выращивать еду - согласен?
   - Ещё бы! - фыркнул тот, наслаждаясь белой мякотью овоща. - Тем более что теперь мне не надо искать нужные семена и вызывать их на поверхность. Я могу посеять вот эти и половину из них заставить вырасти очень быстро.
   - Это хорошо, - почти неуловимо усмехаясь, сказал Коннор. Но оба собрата немедленно взглянули на него с любопытством: слишком уж интонации у мальчишки-некроманта таинственные. - Потому как мы ждём Хельми. Он летит сюда и явно тоже голодный. И не забудьте, что голоден он не только потому, что идут вторые сутки нашего здешнего пребывания, но и потому, что он теряет силы из-за полёта. Так что Мирт - доедаешь эту морковку и растишь новую еду.
   - Эх, я не могу помочь, - и в самом деле с сожалением вздохнул Колин.
   - Ты остаёшься на страже. На тебе Мика и прослушивание неба, потому что мне сейчас будет некогда.
   - А, тогда хорошо! - оживился мальчишка-оборотень. - А почему тебе будет некогда? Дальше расширишь "колодец"?
   - Не только. Мне надо придумать, как помочь Хельми спуститься. Как бы я ни расширял для него пространство, ему этого мало. Не забывайте, что он вырос.
   - Коннор! - вдруг с надеждой взглянул на него Мирт. - Если Хельми в этом месте может оборачиваться - а вдруг он нас сумеет отсюда вытащить?
   - Пока его нет, за него отвечать не буду, - покачал головой Коннор.
   - Ладно, - решил мальчишка-эльф. - Морковка нас в любом случае выручит. Хочу сделать грядку рядом с нашим деревом. Если Хельми появится, он эту грядку не раздавит. Коннор, можно - я пока Колина попрошу мне помочь?
   Колин немедленно соскочил с края древа и вопросительно уставился на мальчишку-некроманта. Тот посидел, задумчиво глядя на него, потом перевёл взгляд на Мирта и поинтересовался:
   - Надолго?
   - Нет, мне надо, чтобы он помог собрать семена из морковных метёлок, а потом - посеять их. Дальше я сам.
   - Идите.
   Наверное, минут пять Коннор потратил на то, чтобы полюбоваться блаженным выражением лиц двоих собратьев, которые больше тратили время не столько на сбор семян, сколько на обнюхивание зелёных листьев аппетитно пахучего растения. Почему-то именно это выражение обоих заставило его поверить, что они не просто выберутся отсюда. Они ещё покажут всем тем, кто решил, что они слабы и покорны, кто тут лучший маг! Они и правда поднимут лес - да так, что Бернар похвалит Мирта!
   Улыбаясь самому себе, Коннор прошептал:
   - Что я... как маленький...
   Поглядывая на спящего в темноте древа Мику, он досидел на краю древесной пещерки до той минуты, когда Колин освободился и прибежал в их временное убежище . И тогда спрыгнул. Оглянулся напомнить про мальчишку-вампира - и рассмеялся. Колин, сложив в букетик резные длинные листья морковки, продолжал блаженно жмуриться, наслаждаясь их запахом на местах обрыва. Открыв глаза на тихий смех старшего брата, мальчишка-оборотень счастливо вздохнул и щедро предложил:
   - Хочешь понюхать? Знаешь, как здорово!
   - Я - уже, - напомнил ему улыбающийся Коннор. - Когда ели. Нанюхался.
   - А я буду постоянно нюхать и представлять, что я в нашем саду, - признался Колин и снова зажмурился, втягивая аромат белой морковки.
   - Может, потом и я буду, - неуверенно сказал Коннор, продолжая посмеиваться. - А пока мне надо обойти границы нашего "колодца".
   Древо с пещеркой внутри оказалось теперь в самом центре "колодца". И Коннор, переключившись на более насущные проблемы, раздумывал: "Может, стоило его немного оставить в стороне? Будет ли для Хельми удобным слететь на ствол? Или ему легче приземлиться на землю?.." Так и не решив, как лучше, мальчишка-некромант цепко оглядел пространство, очищенное от ливня и некромагических сил. Надо приготовить оба варианта. Мало ли в каком состоянии будет летящий сюда Хельми... И снова сосредоточился на расширении пространства, одновременно рассеянно думая о том, что Мирту будет удобно засевать очищаемое место не только морковкой, но и чем-нибудь другим, что он найдёт в закрытой пока плодородной почве...
   Не замечая, он внезапно застыл, чуть не всем телом вытянувшись к высоким серым тучам - лицом туда, где инстинктивно слышал приближение крупного существа. И даже чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда тихонько подошедший Мирт проговорил, тоже глядя в небо:
   - Хельми?
   - Хельми, - подтвердил Коннор, справляясь с потревоженным дыханием и снова концентрируясь на подлетающем существе. - Что-то неправильное в нём...
   - Ранен? - всполошился Мирт.
   Подбежавший Колин тоже взволновался.
   - Хельми ранен? - выпалил он, пытаясь изо всех сил разглядеть юношу-дракона под серыми тучами.
   - Нет, не ранен, - покачал головой Коннор, напряжённо вслушиваясь в состояние собрата, - хотя почему-то чувствую боль...
   - Может, он злится из-за чего-нибудь? - предположил Колин и тут же пожал плечами: - Злость и боль? Нет, что-то у него не то...
   - А если он встретился с кем-то из тех, кто нас сюда похитил? - задумался Коннор.
   - Но, если он ранен... - вполголоса сказал Мирт и нахмурился. - У нас даже тряпок нет перевязать. А силы... Коннор, нам хватит сил, если что, помочь ему?
   - Хватит. Ведь теперь мы почти в сборе.
   - Да, только Селены нет и Берилла, - вспомнил Колин.
   В сыром "колодце" вдруг стало ещё холодней. Поднялся ветер, который с каждой секундой становился сильней и порывистей.
   - Ничего себе - высота! - ахнул Мирт, прищурившись на тёмную точку, возникшую на неоднородно сером облачном фоне.
   - Значит, границы ловушки - вот там и заканчиваются? - вторил ему Колин, который ошарашенно хлопал глазами на точку, увеличивавшуюся и обретавшую знакомые очертания летящего дракона. - Так высоко-о... Нет, Хельми не сумеет нас всех отсюда вытащить. Во всяком случае - за раз.
   - Спускаться он будет долго, - решил Коннор. - Ведь он пока не знает, какова площадка для него здесь, а мы пока не можем ему передать картинку нашего местечка. Пойду, разбужу Мику.
   - Возьми две морковки, - протянул ему корнеплоды Мирт. - И скажи ему, что для Хельми у меня тоже остались и что скоро будут ещё. Пусть ест спокойно.
   И Коннор с добычей, на которую глядя, до сих пор улыбался, заторопился к древу. Он так и не сказал ребятам, каким именно образом собирается будить мальчишку-вампира. Влез вовнутрь древа и некоторое время посидел на коленях перед Микой. Весь ритуал он помнил, но ещё надо подумать над тем, что сказать младшему собрату, когда тот очнётся.
   И занялся пробуждением Мики. Вокруг своей ладони на этот раз он прихваченной грязью осторожно, чтобы не смазать, нарисовал небольшой символ отторжения. Когда Мика вцепится в его ладонь и сотрёт часть рисунка - это уже не страшно. Главное, что он прикоснётся к символу губами... Коннор поднял тело мальчишки так, чтобы тот сидел, приваливаясь к его плечу, а потом снова порезал свою ладонь.
   Когда Мика насытился и, снова чувствуя себя виноватым, отпрянул от руки Коннора, тот сказал:
   - Мика, не бойся. Привязки к жертве не будет. Мы остаёмся братьями, и ты не будешь зависеть от меня, как от донора.
   - Откуда ты знаешь? - нервно проворчал младший братишка, исподлобья глядя на него в сумраке древа. - Я у тебя уже столько выпил, сколько в жизни ни у кого не пил... Я не хочу быть привязанным к тебе. А вдруг в следующий раз я не выдержу и убью тебя?..
   - Мика, я провёл ритуал отторжения, - спокойно сказал Коннор, опять плотно обматывая тряпицей порезанную ладонь. - И ещё раз объясняю тебе: ты не будешь видеть во мне только еду.
   - Ты знаешь такие ритуалы? - поразился Мика, торопливо жуя морковку.
   - Когда мы стали братьями, я решил, что буду знать обо всех вас всё, что только могу. На тот случай, если вам будет нужна помощь.
   - Ух ты... - впечатлился Мика. - А я как-то не подумал...
   - Время есть - подумаешь ещё, - улыбнулся Коннор. - Доедай корень - и идём встречать Хельми. Судя по ветру, который даже сюда задувает, он уже близко.
   Он спрыгнул первым и помог спуститься всё ещё слабому мальчишке-вампиру. С первых же шагов по грязи Коннору пришлось держать Мику за плечо: ноги от слабости у него подгибались. Но вскоре обернулся Колин - и тут же бросился на помощь мальчишке-вампиру. Освободившись, Коннор взглянул наверх. Становилось всё темней - словно ливень возвращался на отвоёванную территорию. Но, прикидывая размеры дракона-собрата, мальчишка-некромант, чем дальше, тем больше успокаивался: место остаётся не только для размаха драконьих крыльев, но даже с запасом для свободы маневрирования, если Хельми это понадобится.
   Странно, но понадобилось. Хельми спускался необычно медленно, хотя его-то взгляду пространство внизу наверняка было видно как на ладони. И потому было непонятно, почему он спускается, планируя и кружась по спирали.
   На всякий случай Коннор даже ещё раз перепроверил, не подошли ли те трое похитителей слишком близко, не из-за них ли медлит старший собрат. Нет, всё тихо.
   На ствол древа Хельми садиться не стал. Видимо, он уже хорошо представлял, в каком состоянии здесь все поверхности, когда-то бывшие твёрдыми. Как не стал оборачиваться, едва коснувшись лапами земли, - была у него в последнее время такая фишка (как это дело называла Селена).
   Он сел неловко, так что почти шлёпнул одной лапой в грязь - и опять-таки не обернулся, несмотря на то что неуклюже покачнулся и едва не свалился набок! Братья, шарахнувшиеся к краю "колодца", чтобы не помешать его неловкому приземлению, даже испугались. Вторая лапа дракона оказалась слегка поджата, но к телу не прижималась. И чисто инстинктивно Коннор первым бросился к Хельми, чтобы освободить его от того, что он держал второй лапой и что мешало ему обернуться в человека.
   Как хорошо, что следом кинулся Мирт! Вдвоём легче было перехватить из разжавшейся лапы Хельми мужчину, который был без сознания и в котором ребята от неожиданности не сразу узнали Джарри.
  
   Глава тринадцатая
  
   Они думали - непривычно и невероятно злой Хельми сказал это, имея в виду плачевное состояние Джарри:
   - Человечес-ская форма ужас-сающе уязвима!
   Но спустя минуты, слушая его рассказ, Коннор сообразил, что старший собрат говорил о себе.
   Пока же мальчишка-некромант, Мирт и даже помогающие им младшие втащили полумёртвого, по поверхностным впечатлениям, Джарри в древесную пещерку.
   Ограниченное пространство земли, на которое их стараниями перестала падать небесная вода, всё ещё было жидким, и оставлять на ней отца и друга Коннор и его братья даже не подумали... Коннор вообще чуть позже удивился, что он не бросился к отцу, чтобы затормошить его и немедленно заставить прийти в себя... Совсем как маленький... Как маленький, который испугался, что останется без отца.
   Хельми влез в тесное, но сухое древо последним, огляделся - и его злость ощутимо начала смягчаться и уходить. Наверное - потому, что прочувствовал не только тепло странного временного убежища, но и его устоявшуюся сухость. А тут ещё Колин щедро протянул ему пару белых морковок.
   - Ешь! Они мытые!
   Они все сумели даже усмехнуться, когда юноша-дракон с треском вгрызся в первый сочный корень.
   Коннор и Мирт переглянулись. Перед этим оба, и не сговариваясь, обратились к проникающему зрению. Темно же. Осторожно и удобно уложили тело Джарри в выдолбленном помещении. Когда ещё втаскивали, заметили, что вокруг его тела едва уловимо сияют какие-то смутно разноцветные линии. Усилив магическое проникновение взгляда в темноте, обнаружили: тело Джарри буквально купается в сплетении сложных структур незнакомых им пентаграмм. Попытавшись определить функции этих пентаграмм и подозревая, что они отнюдь не охранные, Коннор примерно, по некоторым знакомым символам, сообразил, что они стабильно удерживают жизненные процессы полумёртвого тела на том уровне, на котором Хельми нашёл семейного Селены.
   Мирт быстро обследовал неподвижное тело.
   - Сквозная колотая рана, очень нехорошая. И несколько укусов... Что с ним случилось, Хельми? Если знаешь...
   - Рана - не знаю. А укус-сы... - Дракон злобно ощерился. - Его пыталис-сь с-сожрать мёртвые крыс-сы! - И на волне той же злости бросил Коннору: - Почему ты только в ш-штанах? Тебе жарко?
   Сам он был в лохмотьях от рубахи и в драных штанах - эта одежда, в целом виде - естественно, привычна глазу тех, кто живёт в Тёплой Норе.
   - Капище, - спокойно сказал Коннор, и глаза Хельми сощурились, яснея. - Я очнулся на нём в таком виде. Как выбрался ты? Я "слышал", как ты злишься - там, на том камне, к которому тебя приковали. А потом вдруг пропал.
   - Я почуял с-силу, похожую на твою, - объяснил Хельми, всё быстрей возвращаясь к своему обычному состоянию бесстрастия. - Реш-шил, что ты с-слегка изменил с-свои характерис-стики в с-силу обс-стоятельств. А когда добралс-ся до мес-ста, вс-спомнил, что некоторые твои характерис-стики с-схожи с-с характерис-стиками Джарри.
   Коннор на странный вопрос об одежде не обиделся. Видел, что Хельми сильно чем-то был взбудоражен и до сих пор на взводе. Теми самыми мёртвыми крысами? Зато теперь мальчишка-некромант сам успокоился. Как недавно он думал, что, будь один, он бы давно выбрался отсюда, так сейчас уверился: выход из мёртвого леса для братства, собравшегося в полном составе, - вопрос времени.
   Хотя оставалась проблема с Джарри. Помогут ли боевому магу пентаграммы Хельми, созданием которых он увлёкся в конце первого школьного семестра?
   Пока Мирт въедливо осматривал Джарри, снимая с него лоскуты разорванной явно чьими-то когтями куртки и рубахи и бережно откладывая в сторону их, уже как будущий перевязочный материал, Коннор кивнул юному дракону:
   - Рассказывай, что у тебя было.
   Хельми, который давился торопливо поедаемой белой морковкой (слишком помногу кусал - и уж точно не от жадности, судя по обострённым от худобы скулам), ответил, для начала машинально потянувшись потрогать затылок:
   - Что... Они хорош-шо спрятались и тщательно с-спрятали с-своё намерение. Даже моё предвидение на три с-секунды вперёд не помогло. Я только увидел, как мы вс-се одновременно падаем. И не успел с-среагировать. Мне кажется, я даже удара не с-сумел почувс-ствовать. Они... меткие, - сквозь зубы признал юный дракон. - И с-стреляли одновременно. Человечес-ская плоть... Был бы я в ш-шкуре дракона, затылка они бы не пробили... Пришёл в с-себя на камне - с-скованный по рукам, по ногам. И дождь... Чуть не захлебнулся - такой с-сильный. С-сначала пытался ос-свободиться, ис-спользуя личные с-силы. Оковы оказалис-сь заговорёнными.
   - Я использовал некромагию, - заметил Коннор в паузе, пока Хельми хрустел следующим корнем.
   - Не с-сообразил, - хмуро признался юный дракон. - Но, когда я реш-шил, что это ты умираеш-шь... Когда ис-спугался - раз ты умираеш-шь, значит, и братья... - Он огляделся с непередаваемым чувством, а потом, чтобы обнять, за подмышки подтащил ближе к себе Мику и Колина, другой рукой вцепился в свободную руку Коннора. Тот правой рукой напрямую вкачивал силы в стопы Джарри. Мирт был далеко, в изголовье Джарри, и потому мальчишка-эльф только мельком улыбнулся, подбадривающе кивнув Хельми. - В общем, как только я реш-шил, что ты умираеш-шь где-то далеко, я с-сразу подумал о том, чтобы перекинутьс-ся. Хотя до этого такая мыс-сль немного пугала... Но тут как-то с-стало всё равно... Я был уверен, что всё получитс-ся.
   - Мама Селена называла это всплеском адреналина, - вспомнил Коннор.
   - Помню, - вздохнул Хельми и улыбнулся: младшие братья, прижавшись к его горячему после полёта телу и пригревшись, начали с трудом таращить глаза, засыпая. - Ну и перекинулс-ся. И только потом с-снова испугался, что оковы могут порвать мыш-шцы. Но личная броня выдержала - оковы лопнули. И я сразу выяс-снил, что лететь с-сквозь этот ливень невозможно. Даже драконом. Вода вбивала крылья в землю. Пролетел с-совсем немного и понял, что не с-смогу вовремя долететь до умирающего. Обернулс-ся в человека - отдохнуть, а потом попробовал взлететь над дождём.
   Лететь вверх, как ни странно, оказалось легче. Вода соскальзывала с крыльев, а не наполняла перепонки между костями, словно кожистый сосуд, оттягивая их. Тяжело было лишь в те мгновения, когда, устав подниматься "свечкой", Хельми поневоле расправлял крылья. Но высота дождя была небольшой, и уже среди туч уставший молодой дракон буквально ожил, освободившись от постоянного давления воды. Шныряя между пасмурными дождевыми облаками, он рвался на плохо слышный отзвук знакомой магии. Правда, пару раз всё же поэкспериментировал подняться ещё выше, но получил по голове и по крыльям невидимой границей наверху. Это открытие взбесило Хельми до такой степени, что чуть позже, опомнившись, он сумел собрать силы из сильной эмоции и вернуться к прежней цели.
   И лишь на месте, точней - над местом, понял, что внизу не Коннор, а Джарри, источающий переработанную машинную магию. Джарри, чьи жизненные характеристики медленно, но упорно слабеют.
   Прежде чем спуститься к семейному Селены, Хельми некоторое время кружил над тем местом, где нашёл его. Магический фон не позволял точно определить, что происходит с Джарри. Визуальное наблюдение также не позволяло рассмотреть ни боевого мага, ни место: мешали и деревья, под которыми Джарри находился, и сильный ливень, смывающий любую информацию. Хельми только предположил, исходя из собственного опыта, что Джарри тоже лежит на капище. А поскольку он человек - хоть и сильный маг, личных сил освободиться от удерживающих его оковов у него нет, тем более раз это не удалось даже дракону.
   И ещё Хельми потерял время, не решаясь спускаться. Спуск для него - это мгновенная тяжесть воды на крыльях. Убийственно. А перекинуться на последних локтях до земли в человека, падая сложившим крылья, - ещё неизвестно, сумеет ли он добраться до поверхности без травм. Но то, что юный дракон начал ощущать, осторожно подбираясь к самой кромке туч, изливавших бесконечную воду, ему не то что не понравилось - напугало больше, чем страх спуститься. Он понял, что чувствует не просто человека с замирающей жизнью, потому что он находится без сознания. Хельми понял, что чувствует человека, который необычно ярко... умирал. И - решился.
   Сложив крылья, Хельми провалился сквозь тучи, надеясь только на своё трёхсекундное предвидение. И, лишь упав в ливень, догадался, что во всём не прав! Если он перекинется в человеческую ипостась за три секунды до поверхности земли, он разобьётся. Если попытается приземлиться в драконьей форме - разорвёт крылья: какими бы гнилыми ни были внизу деревья, они всё ещё стоят, грозя пропороть кожу крыльев. А стояли там деревья довольно часто. Об этой чащобе узнал, пару раз пустив краткий драконий рык к земле и получив пространственный отклик... А разорванные крылья - это травмированные руки. И, если Джарри необходимо помочь, Хельми будет в этой ситуации беспомощен сам.
   Всё это Хельми проанализировал, пока падал в сплошном ливне, полураскрыв крылья. И пришёл в такую ярость из-за собственной предполагаемой беспомощности, что не придумал ничего лучше, как пустить поток огня на предполагаемые деревья под собой, настроившись на предвидение и приземляясь чуть в стороне от Джарри. Под сильным дождём огонь, конечно же, пропал впустую, зато, выпуская его, Хельми сообразил чуть развернуться - и спускался так: крыльями вертикально в стороны - лапами вниз. Нагрузки в виде ливня на крылья не получил. Лишь не замеченное ранее дерево (спускался-то из-за дождевых потоков почти слепым!) чуть разодрало низ левого крыла. Он вовремя шарахнулся от корявого чёрного силуэта, ломая его гнилые сучья, но нижняя часть крыла, близко к подмышке, - это слишком нежная, уязвимая кожа... Правда и то, что юный дракон быстро забыл о не самой болезненной ране - из-за захлестнувшей его эйфории, что он всё-таки на земле и даже почти цел и невредим!
   Быстро перекинулся - за два локтя от земли - и тут же свалился на скользкой жиже. Ноги дрогнули. Но только фыркнул на грязь. Встал, мгновенно омытый бьющими дождевыми струями, и бросился сквозь сошедшую с ума воду к тем деревьям, от которых исходили эманации умирающего человеческого тела.
   Царапина под мышкой саднила, но не мешала. Хельми знал, куда бежит и к кому, но даже в состоянии эйфории сообразил пустить луч внимания, чтобы знать, с чем он может столкнуться. На всякий случай пустить. И, продолжая бег, всё более изумлялся, а потом и насторожился, инстинктивно готовый ударить огнём даже в не лучшей для огня ситуации. Что-то враждебное... Это он уловил поначалу. Что-то жадное. Эти два факта, уловленные лучом внимания, заставили его вспомнить кое о чём. "Его" капище располагалось на небольшой высоте, на холме, который постепенно проседал из-за постоянных дождей. А Джарри находится в густом когда-то лесу! Значит, он не прикован? Может, он отбивается от кого-то, кто напал на него? Но, сколько ни вслушивался юный дракон, сколько ни усиливал луч внимания, ни одной человеческой эмоции не различил. И это заставило его прибавить шаг.
   На несколько локтей вперёд он мог "видеть" даже сквозь стену сплошной воды, благодаря своему, чисто драконьему взгляду. И увиденное настолько поразило его, что он чуть не споткнулся. Вместо ожидаемого человеческого тела, он различил странную кучу, которая, ко всему прочему, шевелилась. И почему-то в душе эта куча резко отозвалась далёким прошлым. Хельми по какой-то неясной аналогии вспомнил мужчину-оборотня Вилмора, хорошего плотника, умеющего работать с сельскохозяйственными машинами.
   А потом были тёмные секунды тёмной ярости, когда Хельми остановился перед этой шевелящейся кучей...
   Он вышел из этой ярости, пылая гневом и пылая драконьим огнём!.. Обеими руками он держал Джарри прямо за одежду и жёстко встряхивал его, роняя на болотистую землю голодных мёртвых крыс, цепляющихся за живую плоть! Роняя и тут же давя их босыми ногами, впихивая их в грязь - не обращая внимания на колющую боль в стопах, когда ломались их позвоночники и кости конечностей... А когда сознание юного дракона полностью вернулось, он поспешно унёс тело Джарри подальше от этого места, к которому, как он "видел", до сих пор стремились оживлённые кем-то крысы-людоеды.
   Он нашёл бурелом, который помог спрятать истерзанное крысами, но ещё живое тело Джарри, укрыв его на время от основного дождя. Почти помог: деревьев-то много, но даже сквозь них вода неминуемо просачивалась. Здесь дракон осторожно уложил тело боевого мага на легко сбитую ногой толстую, но трухлявую кору одного из огромных стволов. Хельми быстро вспомнил своё увлечение и на некоторое время отключился от мира, импровизируя и создавая композицию из нескольких пентаграмм, которая позволила бы Джарри жить до тех пор, пока Хельми не найдёт ребят из братства или даже выход из этого мёртвого леса. Причём, работая с заклинаниями и символами, юный дракон старался не смотреть на тело мага, из которого сочилась не только кровь, но и жизненные силы
   Уже создавая пентаграмму, вскинулся: краем его задел луч внимания Коннора. Узнать авторство луча было легко: у Коннора он всегда был изощрённым и необычным. И Хельми заторопился, боясь, что мальчишка-некромант не стоит на месте и вот-вот уйдёт в другое место. Когда тело Джарри застыло в пентаграммах и Хельми убедился, что силы больше не уходят из боевого мага, он взвалил его на плечо и бросился по направлению Коннорова луча внимания. По дороге он успокоился, сообразив, что и этот луч внимания Коннор посылает из одного и того же места.
   Пока бежал сквозь неумолчный ливень, его занимали две мысли: кто посмел похитить их братство и присоединить к нему Джарри? И что это за проклятое кем-то и гиблое для живых место?! Он машинально копался в своей памяти по истории государства города Утренней Зари, вспоминал его карту, но не находил на её территории ничего подобного. Впрочем, вскоре его заставили забыть попытку узнать это место.
   Луч внимания Коннора внезапно был прерван. Сначала Хельми решил, что Коннор и ребята (а он уже знал, что братство - в полном составе, не считая его самого) куда-то решили передвинуться. И сам этой догадке не поверил, потому что знал: Коннор уже понял, что по его лучу идёт он, Хельми. Вторая догадка его даже обрадовала: впереди какая-то мёртвая дрянь, которая наверняка попытается заступить ему дорогу!..
   Самое трудное на ходу, а тем более на бегу - это провести частичную трансформацию. Но Хельми сумел это сделать. Благо тело Джарри на плече не мешало ему, он вырастил крылья в зачаточном состоянии - зато с боевыми когтями на каждом.
   Он ворвался в группу одичавших оборотней, превратившихся в настоящих чудовищ под воздействием мёртвого лес и его создателей. Они ещё только оборачивались к нему, привлечённые живым (правда, он не мог сказать точно - знали ли, что он живой) грузом на его плече, а юный дракон уже убивал. Одичавшие не успели даже разглядеть, кто или что убивает их...
   - Это недалеко отсюда? - спросил встревоженный Мика.
   - Недалеко, - подтвердил юный дракон и чуть заметно ощерился, словно вспоминая. - Но ш-шли они в другую сторону. Не с-сюда. А я потом ус-стал и обернулся, чтобы побыс-стрей добраться с-сюда.
   - Поэтому ты такой взъерошенный, - без тени насмешки заметил Мирт. - От драки ещё не отошёл.
   - Поэтому... - Хельми с сожалением взглянул на зелёный хвост белой морковки и спросил: - А вы? Как вы здес-сь?..
   - У меня и Мирта было капище, - ответил Коннор. - Мы так поняли - из-за того что наша магия была видна сразу. Мику я нашёл в реке - с перерезанными запястьями. Колин тоже дрался с одичавшими оборотнями, когда я его нашёл. Его на капище не положили, как мы думаем, потому что он обычно блокирует личную магию. И похитители решили, что он обычный оборотень. Потом мы пошли к тебе, но по дороге решили отдохнуть и выдолбили дупло в этом дереве. Потом поняли, что надо найти пропитание. Иначе не выжить. Решили, что ты сам доберёшься до нас и тоже будешь голоден.
   - Откуда у вас-с тут такое? - Дракон приподнял зелень за хвостик от корня.
   - Мирт вырастил, - объяснил Мика. - Он там ещё грядку посеял.
   - С-с чего начнём? - почти не слушая его ответа, спросил Хельми, оглядываясь в темноту ствола, на Джарри.
   - Хельми, наверху, ты говоришь, тоже всё закрыто? - спросил Коннор, и младшие с надеждой подняли на дракона глаза. - Мы, вообще-то, надеялись, что есть вариант - ты нас отсюда вытащишь.
   Тот покачал головой и снова уставился на зелень в руках, то и дело поднимая её к лицу, чтобы вдохнуть терпкий и вкусный запах.
   - Хорошо, - спокойно сказал Коннор. - Мы пока точно ничего не обговаривали, но у нас есть несколько вариантов, что именно делать в этой ситуации. Мирт предлагает из мёртвого леса вырастить лес нормальный.
   И замолчал, приглядываясь, что на это скажет дракон. Хельми застыл, сидя на краю древесного входа.
   - Как вы вытащили этот корень? Как вырас-стили его?
   - Мирт использовал свою личную живую силу - я помог убрать из участка почвы некромагические силы. До этого мы прекратили дождь локально, использовав обратный вариант ритуала вызова дождя. Ты его помнишь? Так мы вызывали дождь, когда возвращались из пригорода в деревню, - сказал Коннор. Он подождал немного, понял, что вопросов больше не ожидается, и продолжил: - Если нас не найдут, а мы не сумеем выбраться из этого леса, живой лес даст нам время, чтобы мы сумели опробовать все варианты выхода из него.
   - А ес-сли те, кто нас с-сюда заброс-сил, придут за нами? - насторожённо спросил Хельми.
   Коннор опустил глаза. Он не торжествовал, потому что помнил: драгоценна жизнь любого существа. И, даже если это существо враждебно...
   - Трое, приковавших меня к капищу, мертвы, - наконец сухо ответил он. - Я поднял тех мёртвых, которых здесь нашёл, и отправил к ним. Пока всю округу держу под контролем. Если почувствую приближение опасности, мне несложно будет позвать на помощь ещё мертвецов. Их здесь много.
   - Ещё варианты! - потребовал Хельми. - Ты с-сказал - у вас-с уже нес-сколько вариантов!
   - Второй вариант - думал дойти до стены, которая не выпускает из леса. И изучить её. Мы не можем собирать в полном объёме силы обычные магические (разве что из дождя), эльфийские и, как ты, наверное, уже убедился, драконьи. Но у нас есть дикая магия, которую придётся доставать глубоко из-под земли. И некромагическая. Как я уже говорил, мёртвых здесь много. Если в стене, ограждающей этот лес по бокам и сверху, мы найдём хотя бы один известный нам символ, будем пробиваться сквозь эту стену. Мы братство. И умеем думать.
   - Больш-ше вариантов нет?
   - Есть. - Коннор оглянулся на Джарри. - Мы не так много занимались историей города Утренней Зари. Но Джарри много лет работал магом сопровождения. Мой вариант в том, чтобы привести Джарри в сознание и узнать, знает ли он что-нибудь о мёртвом лесе. А вдруг удастся не тратить время на преображение мёртвого леса в живой?
   - А я готов тратить время, - тихо заметил Мирт. - Даже несмотря на то что меня ждут в Тёплой Норе брат и сестрёнка. Почему-то мне кажется, оживление леса важней.
   Сидевший с другой стороны от юного дракона Колин вздохнул, кажется надеясь, что сделал это тихонько.
   - Я не совсем правильно выразился, - сказал Коннор. - Лес, конечно же, необходимо оживить. Но лучше это сделать, имея доступ к нашим привычным силам. Быстрей получится.
   Мирт хмыкнул и тоже вздохнул.
   - Значит, еда, ис-сцеление Джарри, охрана, - заключил Хельми.
   Коннор обернулся к Мирту - и оба рассмеялись.
   - Вы чего? - невольно улыбнулся и Мика.
   - Да вспомнили, как впервые встретились в пригороде. Там Коннор тоже чётко определил, что нам надо делать, чтобы спастись от магических машин, - всё ещё смеясь, ответил Мирт. И тут же стал серьёзным. - Всё, я оценил состояние Джарри. Боюсь, нам понадобится грядка не только для съедобных растений, но и для лекарственных. Просто вливать в его тело силы - недостаточно. Необходимо очистить и промыть его раны от нагноения и той заразы, которая уже попала в раны. И чем быстрей, тем лучше. Хельми, как долго будут действовать твои пентаграммы?
   - Пока вливаю в них с-силу, - уверенно сказал дракон. И тут же предложил: - Я могу помочь и с-с грядками. Моя личная с-сила даже без артефактов ос-стаётся в довольно больш-шом объёме. А ведь тебе ещё ис-скать эти лекарс-ственные рас-стения.
   Мирт кивнул.
   - Так, обобщим, - решил Коннор, внимательно слушавший каждого. - Мирт и Хельми идут работать с травами. То есть вы ищете и вытаскиваете наружу из-под мёртвого слоя земли живую почву и нужные растения. Мика - на тебе подумать, из чего можно сделать сосуд для отваров. Да и вообще сосуды для сбора воды и приготовления горячего питья. Колин, ты помогаешь Мике.
   - А ты? - не удержался Мика.
   - Я сижу с Джарри и пытаюсь проникнуть в его личное пространство.
   - В его сны? - вспомнив, заворожённо спросил Колин.
   - Нет. Глубже. Я собираюсь внедрить в его личное информационное пространство вопрос о мёртвом лесе. Хельми, ответь, чтобы я уверился: твои пентаграммы пропустят мой проникающий к нему вопрос? Я вижу в них бреши для этого, но мне надо убедиться, чтобы зря не тратить силы.
   - Пропус-стят, - покивал юный дракон. И первым спрыгнул на "расчищенную" от дождя часть леса, проворчав: - Как приятно прос-сто пос-стоять на воздухе.
   Коннор прыгнул следом, чтобы Мирт мог пройти или пролезть мимо Джарри и присоединиться к дракону. Потом помог спуститься Мике, и Колину. Мика важно сказал:
   - Мы пойдём по краю дождя. Может, что-то и придумаем.
   - Вернётесь - у вас ещё одно задание, - предупредил Коннор. - Будете сушить столько дерева, сколько получится.
   - Высушим, - самонадеянно сказал Мика.
   - Тут дерева много, - задумчиво прибавил мальчишка-оборотень и вдруг оглянулся на древесную пещерку, куда собирался забраться Коннор.
   - Колин? - напомнил о себе мальчишка-некромант.
   Тот обернулся к нему со слезами на глазах, скривив рот от старания заглушить плач. Глядя на него, жалобно заморщился и Мика. Колин взглянул вслед мальчишке-эльфу и дракону и вполголоса спросил:
   - Хельми правду сказал? Джарри выживет?
   Коннор положил руку на плечо мальчишки-оборотня.
   - Выживет. Если бы он здесь один оказался, тогда бы не выжил. Но мы все вместе. И мы поможем ему. И я очень надеюсь, что он поможет нам.
   - А почему его сразу нельзя в сознание привести? - прошептал Мика.
   - Если он будет в сознании, он будет чувствовать боль, - тихо сказал Коннор. - А боль он будет чувствовать не такую, как мы - от наших падений или синяков... Поэтому пусть пока он будет в таком состоянии.
   Младшие братья убежали от ствола, а Коннор подтянулся и влез в пещерку. Он знал, что хотя бы несколько минут он будет наедине с отцом. Поэтому быстро перебрался в изголовье Джарри и обнял его лицо, чистое, умытое сильным дождём и оттого ещё более страшное, потому что изрезано царапинами от зубов и когтей мёртвых крыс, а ещё потому, что проникающий взгляд мальчишки-некроманта сразу отметил неестественную бледность на этом безразличном лице.
   - Потерпи немного, Джарри, - прошептал Коннор, сам с трудом удерживаясь от слёз, пока его никто не видит. - Потерпи... Я сделаю всё, чтобы ты выздоровел. Обещаю.
   А потом сел рядом со взрослым магом так, чтобы правую руку положить ему на лоб, а левую - на затылок. Таким образом, правая ладонь будет получать информацию. Левая - удерживать вопрос Коннора в личном пространстве Джарри.
   - Мёртвый лес... - беззвучно прошептал мальчишка-некромант. И закрыл глаза, погружаясь в информационное пространство отца.
   Там, внутри громадного множества фактов, он должен встретить хотя бы слабый отклик на свой "запрос". Если Джарри хоть что-то знает о мёртвом лесе. Пусть отец спит суррогатным, наведённым сном, но голова-то его продолжает работать...
  
   ... Коннор отшатнулся так, что стукнулся головой о "заднюю стену" пещерки.
   Полное впечатление, что из сухого помещения он снова вывалился в сплошной холодный ливень!
   Проморгался, крепко сжимая веки и распахивая их. И только-только дошло, что он получил ответ на свой вопрос... Он увидел глазами Джарри ответ!
   Пришлось опять поспешно зажмуриться и повторить уже более конкретно свой вопрос, включив в него ещё два слова: "Мёртвый лес тёмных друидов!"
   И, ощущая тошноту от неожиданного падения, рухнул в светлый, пронизанный солнцем лес...
   В сознание того Джарри, который был когда-то давным-давно...
   Он-Джарри стоял в нескольких шагах от ровно бьющей сверху воды. С восторгом и ужасом смотрел на водяную стену, от которой чувствительно веяло влажным холодком. Позади него кто-то был, кто нудным речитативом что-то повторял...
   Но ему-Джарри было не до надоедливого монотонного бормотания. Ему очень хотелось дотронуться до этой стены - хотя бы чуть-чуть, чтобы поверить, что эта водная громада настоящая. Что внутри неё самый настоящий мёртвый лес, о котором он слышал мельком. И боевой маг сопровождения машинально переходил на проникающий взгляд, чтобы увидеть страшно корявые чёрные контуры мёртвых деревьев...
   И от удивления и даже благоговения перед этим легендарным лесом боевой маг постепенно переходил к жалости и смятению: зачем это было сделано? Чем провинился живой лес перед теми, кто сотворил с ним такое?..
   ... Мальчишка-некромант сипло выдохнул, очнувшись. Наверное, от неожиданности задержал дыхание, потому и в горле пересохло...
   В памяти отца было мало сведений о мёртвом лесе. Но теперь Коннор знал достаточно, чтобы спасти и его, и ребят. И чтобы вывести их отсюда...
  
   Глава четырнадцатая
  
   Драконы Вальгарда... Ранее Селена вспомнила о них лишь однажды. А сейчас для неё драконий клан стал навязчивой идеей... Зато, как чуть позже выяснилось, об участии драконов в происходящем ещё раньше задумались другие.
   ... От Лесной изгороди она вернулась странно и неожиданно для себя успокоенной. Страх за Джарри и братство в душе остался. Но он перебивался новой истиной, которую она поняла, пока везла взрослых и ребят до Тёплой Норы.
   Оказалось, сейчас необязательно быть вовлечённой в событие и быть его активным участником. Оказалось, в её деревне собрались умные и сильные мужчины, которые готовы взвалить на собственные плечи самые трудные проблемы и не возмущаться, что хозяйка места отодвинута в сторону. Напротив, эти мужчины сами вежливо, но непреклонно отодвигают Селену в сторону. И всё потому... Она не поверила, когда дошла в своих размышлениях до этой мысли: они готовы ей помогать, потому что всем им здесь комфортно... Более того... Она остановила машину возле дома и с изумлением смотрела вперёд, ничего не видя, пока из салона ей не напомнили, что пора въезжать во двор Тёплой Норы... Более того... Даже храмовник Ильм не возражал против хозяйки места, построив в её деревне свой дом! Не возражал против неё, как... руководителя!.. И это она поняла только сейчас... Ничего себе - открытие...
   Она вернулась в Тёплую Нору и сразу включилась в суматошный и деятельный день - в неожиданный выходной для школьников. Лишь бы не думать о том, над чем не властна... Совсем немного времени до обеда - до определённой единицы дня, после которой следовал тихий час, а потом всё снова заскользит по необычному сегодня расписанию.
   Прежде чем включиться в этот суматошный, но так необходимый ей ритм, она разыскала сынишку. Стена найти было легко. Сегодня мужчина-оборотень Тибр на пару с Вилмором выполнял все работы Джарри, поэтому Каиса вновь сидела в опустевшей поначалу гостиной и вязала, приглядывая как за своим недавно рождённым малышом, спящим в корзине, так и за волчатами Тибра, игравшими в манеже для самых маленьких. Стен был помещён туда же. Селена благодарно кивнула ей и забрала сынишку из манежа. Сегодня и прямо сейчас она очень хотела держать на руках своего малыша и чувствовать его родное тепло... Правда, был момент, когда она страшно испугалась. Её в пот бросило, когда она в очередной раз не вполне оптимистично подумала о судьбе братства и Джарри - и, ахнув, взглянула на Стена и лишь потом на свои руки. Нет - выдохнула она. Браслеты и кольца, блокирующие её негативные размышления от всех, в том числе и от сынишки, были на своих местах. И прижала к себе сына, таким образом молча прося прощения за свои вздрогнувшие руки, чуть-чуть всё же напугавшие его...
   В первую очередь, обходя свои владения, Селена, порой сама того не замечая, искала Люцию. Да, вчера малолетняя предсказательница не успела принять пригрезившееся ей пророчество. Но похищение Джарри предсказала своей жалостью к Селене - обняла её крылом, когда подошёл Колр... И сейчас хозяйка места с недоумением, но упорно высматривала драконишку, чтобы понять: не является ли собственным предвидением навязчивое мысленное повторение фразы "драконы Вальгарда"? И кого спросить, не пыталась ли сегодня девочка-дракончик прыгать с каких-либо высот, предрекая появление драконьего клана?
   Время от времени спохватываясь, Селена вспоминала, что именно сегодня должно быть по дообеденному расписанию. Например, с испугом вспомнила, как Космея просила её на всякий случай заглянуть на её первое в жизни занятие по рисованию. И Селена, взяв в кулак свои чувства, помчалась в учебку. Хорошо, по дороге её никто не увидел, а то бы встревожились - знала она, как примерно сейчас выглядит.
   В коридор учебки она вступила, еле дыша, боясь прервать урок первой в истории Тёплой Норы учительницы из своих. На цыпочках прокралась к двери выбранного Космеей кабинета и прильнула к небольшой бреши между косяком и дверью. Всмотревшись (не считая боковых сторон - кабинет как на ладони), она, сама того не замечая, подняла брови. За столами сидели не только ясельники Вильмы. С боков приткнулись и ребята постарше.
   За столом Оливии и Гардена, например, присоседился Герд с небольшим листом, явно выдранным второпях из альбома. Мальчишка-оборотень с напряжённым от стараний лицом то и дело посматривал в сторону учителя. А младшая сестрёнка Мирта то и дело заглядывала в его лист и пару раз показывала пальцем, что не так в его рисунке, после чего, забывшись и высунув язык, Герд исправлял оплошность.
   За столом Ирмы и Вади сбоку притулился Мускари, который, кажется, исполнял роль подсказчика - насколько помнила Селена, мастер Александрит хвалил его рисунки по дереву. Мускари тоже рисовал, прислушиваясь к звонкому, слегка осиплому, наверное, от волнения, голосу Космеи. Но часто присматривал за рисунками соседей, чтобы вовремя исправить их и объяснить, что не так. Правда, Ирма скептически выслушивала его.
   За столом Вилла и Тармо примостился Комган - сынишка мага Лотера, а за отдельным столом нашлись даже мальчики оборотня Сири. Остальные скучились по "интересам": кто с кем дружит в малышовой группе. Например, Айна сидела с Лекой, девочкой-оборотнем, а мальчик-дракон Риган - с эльфом Корилусом. Других Селена не разглядела, но поняла, что кабинет заполнен под завязку.
   Но кто поразил Селену больше всего, так это Вереск. Он пристроился за отдельным столом - ближе к окну. Это он-то, который скептически отнёсся к предложению сестры провести урок... Однако сейчас мальчишка-эльф добросовестно внимал учительнице и усердно работал над своими листами. А поразило Селену, что он частенько оборачивался и серьёзно выслушивал Брина и Илмари. Те сидели за его спиной и кулачками тыкали иногда его в спину, чтобы помог в том, что у них не получалось.
   Слегка приоткрыв дверь и убедившись, что Стен не будет радостно кричать при виде знакомых лиц, Селена некоторое время наблюдала за Космеей, чётко объясняющей, как рисовать ту или иную фигуру, пока чисто геометрическую, но уже с тенями. Сначала, убедившись в том, что юную учительницу все слушают сосредоточенно и без хулиганства, Селена хотела было сразу закрыть дверь кабинета, но внезапно обратила внимание, что время от времени Космея взглядывает на последние столы в кабинете. Странно. Мускари сидел за первым столом... На всякий случай Селена ещё немного открыла дверь и снова удивлённо подняла брови: за последним учебным столом сидел Александрит и внимательно смотрел на Космею и её учеников. Через минуту Селена сообразила, в чём дело: наверное, Космея попросила мастера посидеть на её уроке, чтобы увериться, что она правильно объясняет основные принципы рисунка...
   И закрыла дверь в кабинет, размышляя, стоит ли в следующий раз потратить больше денег на альбомы, карандаши и краски для Тёплой Норы.
   Постояв в коридоре, чтобы сообразить, куда идти далее, одновременно заново поудобней пристраивая на руках Стена, Селена вдруг застыла на месте, заслышав шумок.
   Дверь следующего кабинета она открыла спокойно, заторопившись на неоднородное гудение, на которое сначала не обратила внимания. Никто её не заметил. Это был самый большой кабинет в учебке. И что в нём сейчас делалось... Анитра сидела, окружённая теми, у кого плохо шла математика. Бернар устроился за учительским столом, объясняя магические принципы тем, кто выполнял домашние задания по магии и на чём-то споткнулся. Лада насупилась на собственную тетрадку, постукивая по ней карандашом, а усевшаяся рядом Далия вздыхала, сверяя записи в тетрадях и задание по учебнику. У обеих до сих проблемы с грамматикой по общему языку... В дальнем углу над тетрадями и учебниками склонились Эрно и Маев.
   Селена не стала объявлять о своём присутствии и осторожно вышла.
   ... После урока у Космеи Вильма увела малышню играть на садовые площадки. Через полчаса, проверив дела на кухне, Селена решила проверить, не нужна ли помощь Вильме с ними. Понимала сама, что предлог надуманный: это Вильме-то - и помощь с малышнёй? Но ничего не могла с собой поделать. Так хотелось лишний раз увидеть Люцию!.. Малышня бегала по саду, радуясь свободному часу. Люции Селена не отыскала среди восторженной толпы. Как не нашла и Ирмы. Куда делись самые заметные личности из ясельников? Встревожившись, Селена зашагала было к Вильме, чтобы спросить, не знает ли она, где девочки... Но невольно остановилась. Между клетью с индюшками и садовыми кустами пряталась скамейка, облюбованная старшими подростками для вечерних поболтушек. И сейчас из кустов, скрывающих скамью, доносился знакомый и требовательный голос. Селена встала у куста и прислушалась.
   - Ты всё врёшь! И браслет у тебя не действует! Ты просто не хочет мне ничего говорить! Быстро снимай свой браслет и слушай!
   На кого рычит рассерженная Ирма?
   - Ничего не слышу! Я тебе уже говорил! - со слезами в голосе ответил Берилл, и Селена поняла, о чём разговор.
   Пора выручать мальчишку-вампира.
   - Ирма-а! - позвала она, и Стен на её руках фыркнул и передразнил: "Ирма-а..." Селена улыбнулась сынишке и снова позвала: - Ирма! Бери-илл! Где вы?
   За кустами затаились. Медленно отходя от кустов, Селена громко проворчала:
   - Ну, если я сейчас Берилла не найду! Попадёт ему от меня!
   В кустах зашуршали, затрещали, ненадолго затаились, а потом под чьими-то стремительными ногами раздался постепенно затихающий шелест травы. Надеясь, что эти двое поняли хозяйку места правильно и сейчас обегут часть сада, чтобы потом чинно попасться ей на глаза, Селена побрела к Вильме. Машинально поглаживая по спинке Стена, она думала: "Берилла я от Ирмы спасла. А что делать мне, если девочка напрямую спросит, почему Колин до сих пор не возвращается из пригорода? Если спросит, почему Берилл ничего не может ей ответить, почему он не чувствует братство?"
   Обошлось. Два пострелёныша, взявшись за руки, степенно вышли ей навстречу, и волчишка солидно сказала:
   - А мы тут гуляли-гуляли и услышали, как ты кричишь. Ты нас искала?
   - Да, искала, - подтвердила Селена. - И очень рада, что нашла. Ирма, передай Вильме, чтобы она не забыла: скоро обед.
   - Не забудет! - пообещала волчишка и, порастеряв всю свою солидность, рванула мальчишку-вампира за руку, таща за собой вглубь сада. Тот покорно поспешил следом.
   А Селена выдохнула: Ирма забыла спросить про Колина!
   Обед начался ровным гулом неторопливой беседы. На пустые места за столом братства не смотрели. Впрочем, чуть позже посмотрели-таки, поскольку туда опять уселись Эрно и Маев, которые не обращали на остальных внимания, а потому и остальным надоело присматриваться к парочке заядлых дельтапланеристов, которые явно всерьёз обсуждали то ли полёты, то ли модели дельтапланов.
   Приглядывая за детьми, Селена отметила, что младшие всё-таки не так ощутимо чувствуют беду, нависшую над Тёплой Норой, как старшие. Подростки разговаривали между собой вполголоса, часто замолкая и отводя взгляды от "взрослого" стола - в основном от Селены...
   На обеде Трисмегист, сидевший за "взрослым" столом вместе со своим гостем и другом Понцерусом, только под конец трапезы выговорил:
   - Мы знаем, где сейчас мальчики братства. И ваш семейный, леди Селена. Но, боюсь, чтобы выручить их, нам необходимы драконы Вальгарда. И чем больше думаю об этом деле, тем больше убеждаюсь: когда Колр и маги вернутся из пригорода, вам они скажут то же самое.
   А Понцерус закивал, соглашаясь с коллегой.
   - То есть вы знаете, что происходит? - резко спросила Селена, глядя на Трисмегиста требовательно, как и другие женщины, чьи мужчины, как они понимали, разбираются с опасной проблемой.
   - Пока промолчу, - ожидаемо упрямо ответил старый эльф под вопросительными взглядами остальных за "взрослым" столом. - Чтобы быть абсолютно уверенным в своих вычислениях, хотелось бы сопоставить свои наблюдения с выводами уехавших в пригород. Возможно, маги Ривер и Лотер не вполне осведомлены, но примерно близко к нашим заключениям могут думать Белостенный Ильм и уважаемый Колр.
   - И как вы собираетесь вызвать Вальгарда, уважаемый Трисмегист? Пройти за ним пространствами?
   - Это слишком изнурительно, - отозвался тот. - Думаю воспользоваться помощью Ригана. Он поможет дозваться драконов.
   - Но отсюда - это слишком далеко, - растерялась Селена. - У нас уже был случай, когда драконы не услышали крик Люции, хотя они были в городе.
   - Нет, Селена, нет, - поспешно вмешалась Аманда. - Колр потом объяснил, почему Вальгард и его драконы не услышали этого крика. Крик Люции был направлен на отца. А Хельми использовал зов погибающего птенца. Это разные крики.
   - Я не знаю, что за ситуация была с Люцией, - задумчиво сказал Трисмегист. - Но леди Аманда права. Драконий крик имеет разные значения. Поэтому мы и собираемся использовать крик Ригана, на который Вальгард просто обязан откликнуться.
   - А если Риган не захочет... - У Селены перехватило в горле, и ей пришлось откашляться, чтобы продолжить: - Оставшись в одиночестве, Риган долго звал драконов. Никто не откликнулся на зов по-настоящему погибающего птенца. Возможно, тому крику помешали горы, гряда которых отделяла наши земли... Мне бы не хотелось, чтобы мальчик снова испытал то отчаяние, которое он чувствовал тогда...
   За "взрослым" столом воцарилось гнетущее молчание. Даже Трисмегист притих, размышляя. А Селена примолкла, раздираемая противоречиями: она должна спасти братство и Джарри! Но почему за счёт искалеченного ребёнка?.. Ну зачем она напомнила, что было с Риганом? Пусть бы его попросили - и не она, а другие! Что она наделала... И как по-другому спасти... А если по-другому и нельзя?!
   И вздрогнула, когда её кисти коснулась рука сидевшей рядом Хосты.
   - Риган любит ребят братства, - твёрдо сказала женщина-эльф. - Он обожает Джарри. Если ему объяснить, ради чего нужен крик погибающего птенца, он обязательно откликнется и сделает всё, чтобы спасти всех.
   После минутного молчания Селена прошептала:
   - Спасибо, Хоста.
   После обеда Вильма решительно повела ясельников на второй этаж - на тихий час.
   К Селене тут же подбежали рыболовы. Они явно пытались сдержать радость: не было бы счастья, да несчастье помогло. Не надо идти в школу - пораньше высвободилось время на рыбалку. Каи выступил из группы мальчишек и попросил:
   - Селена, а можно не спать? Мы на пруд хотим - порыбачить.
   - Два часа, - твёрдо сказала хозяйка места. - Потом вы приходите и принимаете участие во всех делах по расписанию. Меня поняли?
   - Поняли! - отозвались ребята и гурьбой помчались за удочками.
   Старшие напомнили Селене, что в это время они обычно ещё в школе. И попросили разрешения на время сна ясельников посидеть в учебке: не все справились с домашним заданием. Пришлось напомнить и им про те же два часа. И старшие отправились в учебку вместе с Бернаром, уже по дороге одолевая его вопросами, а заодно споря между собой, сумеют ли они уговорить Асдис и Викара снова помочь тем, кто плохо понимает общеобразовательные предметы.
   Трисмегист и Понцерус ожидаемо направились к лесной изгороди, пообещав хозяйке места уведомить её, если будут какие-то изменения в лесу за изгородью.
   - Ой, я забыла... - тихонько сказала немного огорчённая Аманда.
   - Что - забыла? - покачивая Стена, негромко спросила Селена.
   - Я хотела старших девочек впрячь в шитьё, - развела руками семейная чёрного дракона. - И забыла им про это сказать.
   - Я скажу - или ты сама сходишь в учебку? - уточнила хозяйка места.
   - Сама, - решила Аманда. - Посижу вместе с ними в кабинете. Как только кто-нибудь из девочек освободится, заберу. Остальные сообразят прийти ко мне сами. Хотя бы узнать, зачем она мне. Кстати, ты знаешь, что Агата и Вереск, кажется, подружились? Они постоянно ходят вместе - правда, если их не видят.
   - Мы... - медленно сказала Селена, чуть кривовато улыбаясь: она поняла, почему Аманда рассказывает ей о Вереске и Агате - переключает на мысли более спокойные. - Мы с тобой похожи на сплетниц.
   Аманда улыбнулась и, пожав плечами, побежала следом за старшими ребятами в учебку. Стоявшая рядом Хоста взглянула в глаза хозяйки места и вздохнула:
   - А сама Аманда знает про Эрно и Маев?
   Селена тоже пожала плечами. Вполне возможно, что и знает. Хоста предупредила:
   - Пока наших мужчин нет, я тоже посижу с Амандой в швейной комнате. Уж где - где, а там дел всегда невпроворот.
   И ушла. А Селена, прижимая к себе задремавшего сынишку (тоже привык к тихому часу), некоторое время постояла на месте, соображая, с чего начинать послеобеденные дела. Ничего не придумывалось, и она решила подняться в мансарду, посидеть там, где её никто не потревожит хотя бы несколько минут.
   Дверь в комнату братства была плотно закрыта. Селена толкнула её - и застыла на пороге, а потом попятилась в коридор, боясь, что Стен проснётся и заплачет. Кто-то рыдал в комнате, не в силах остановиться. Оглядев из коридора кровати, Селена вздохнула и спустилась в гостиную, где сидела Каиса, которая пообедала вместе с волчатами здесь же, за одним из небольших столиков, и теперь терпеливо ждала, когда Тибр вернётся из пригорода.
   - Каиса, посидишь и с моим? - попросила Селена, укладывая Стена на подушку кресла рядом с волчицей.
   - Конечно, посижу, - улыбнулась та. - Где трое - там и четвёртый. Беги по своим делам и не беспокойся ни о чём.
   Селена кивнула ей и побежала снова в мансарду. Теперь она спокойно и быстро вошла в комнату братства и сразу присела на кровать Коннора, чтобы обнять за плечи рыдающую Ладу и прислонить её к себе.
   - Почему-у? Почему он ушёл? Это всё из-за Агаты! Да?!
   - Агата не виновата, что мужчинам нравится драться, - проговорила Селена, вынимая носовой платочек и пытаясь вытереть девочке-магу лицо.
   - Почему-у? Почему я в этот раз не пошла с ними?!
   - Ещё не хватало, - сама на грани слёз, проворчала хозяйка места. - Я бы тогда совсем с ума из-за вас сошла...
   - Но я бы тогда не боялась за него! Почему-у?
   - Если ты успокоишься и перестанешь реветь, тогда услышишь меня. Лада, кажется, наши маги сумели что-то узнать. Они думают, что знают, где сейчас братство и... - Она споткнулась и сумела-таки выговорить: - И мой семейный.
   Лада подняла искажённое от плача лицо и уткнулась ей в плечо.
   - Прости меня, Селена! Прости!.. Я почему-то... остановиться не могу.
   Селена вспомнила, как легко Мирт или Хельми успокаивали эмоции любого существа, и только вздохнула. Ей-то для этого приходится использовать определённые заклинания. Знать-то она их знает, но... Она погладила девочку по голове и прошептала нужные слова. Вскоре Лада прекратила вздрагивать, разве что всхлипывала... Ещё несколько минут - и обе сидели на кровати Коннора, обнявшись и глядя в пол, и Селена думала: "Неизвестно, будет ли Лада семейной Коннора - рано ещё об этом. Они пока ещё только дружат... Но так переживать за него уже сейчас..."
   Когда девочка-маг полностью пришла в себя, Селена встала с кровати и сказала:
   - В учебку пока не ходи. Или посиди в гостиной, или пойди в швейную мастерскую Аманды. Она собирает старших девочек для работы.
   - Ага... - пробормотала девочка-маг, шмыгая носом. - Я ещё немного посижу и пойду к Аманде. В учебке мне ничего не надо - я все задания сделала.
   - Посиди, - согласилась Селена и вышла из комнаты, горестно усмехаясь: хотела посидеть в этой комнате, чтобы успокоиться?
   Внизу, в гостиной, она обнаружила Моди и удивилась. Почему он здесь, а не наверху, с Вильмой? А то и не гуляет с девочкой-магом, пока её подопечные спят?
   - Селена, - неловко подошёл к ней Моди, - меня Вильма послала. Мы искали-искали Гардена - не нашли. А он должен спать во время тихого часа.
   Подозревая, что мальчик-эльф тоже, где-то прячась, предаётся слезам или горечи, Селена вздохнула и спросила:
   - Когда Вильма увидела, что его нет?
   - Ещё перед тихим часом. Я уже обегал Тёплую Нору и сад, - торопливо добавил Моди. - Его нигде нет.
   - Как Оливия?
   - Спит.
   - Возвращайся к Вильме, - велела Селена. - Я попробую сама найти его.
   Моди чуть не взлетел на второй этаж Тёплой Норы. А Селена виновато взглянула на Каису, которая только усмехнулась и кивнула: "Иди уж".
   Первым делом и логично Селена направилась в учебку, думая найти Орвара - поводыря Гардена в стае одичавших оборотней во времена войны с магическими машинами. Если переживания младшего брата Мирта из-за пропажи старшего были слишком тяжелы, мальчик-эльф легко мог вновь впасть в магическое остолбенение. И здесь в отсутствие Мирта мог помочь только мальчишка-маг. Но в учебке Орвара не оказалось.
   - Мне кажется, - задумчиво сказала Ринд, девочка-оборотень, - он побежал с Эрно к Лесной изгороди. С ними кто-то ещё был, но я точно помню, что они бежали к изгороди. Там ведь эти маги - Трисмегист и Понцерус. А нашим мальчикам-магам очень интересны их рассуждения про магию и про этот дождь.
   Прикинув, стоит ли ехать на машине к Лесной изгороди, Селена решила, что добежит и так. Ей необходимо движение, чтобы за небольшой усталостью не быть такой... плаксивой, когда на рёв тянет со страшной силой из-за малейшего намёка на беду. И она заторопилась по деревенской улице, отмечая, что та сегодня слишком пустынна. А может, ей только кажется это...
   Как она и предполагала, уважаемые маги стояли за Лесной изгородью, а не перед. И изучали тот же лесок, который выращен Бернаром и его учениками. Не выдержав любопытства, Селена крикнула:
   - А почему не старый лес? Почему вам больше интересен лес молодой?
   Она не ожидала, что старики ответят сразу, но, тем не менее, Трисмегист откликнулся сразу и чётко:
   - На молодом лесе прослеживается гораздо больше нужных нам знаков и символов.
   - Понятно, - пробормотала Селена и, мельком глянув на старый лес, на тропу, которая вела к лесной заводи и которая теперь пропала под поваленными дождём ветвями, отвернулась от изгороди - в попытках разглядеть прячущихся мальчишек и Маев. Насколько она поняла, именно девочка-маг была третьей в шпионской разведке мальчишек-магов.
   Сначала её внимание привлекли кусты с той стороны улицы, где стоял последний дом перед изгородью. Запустив проникающий взгляд, она обследовала эти кусты и пришла к выводу, что здесь никого. Затем "просканировала" кусты недалеко от дороги и с облегчением пошла к ним.
   - Ой... - тихо сказала Маев, когда Селена раздвинула ветки кустов, где сидели девочка-маг и Эрно.
   - Мне сказали - Орвар пошёл с вами, - вполголоса, показывая, что ругаться не собирается, объяснила Селена. - И где он?
   - А он сначала сидел с нами, - сказал Эрно, смущённо прижимая к себе какие-то учебники, - а потом вдруг резко убежал - на ту сторону, где сады.
   - Что за книги? - поинтересовалась хозяйка места, кивая на учебники.
   Мальчик и девочка переглянулись и одновременно вздохнули.
   - Это... домашнее задание, - ответила Маев голосом ну очень послушной девочки, и Селена заподозрила, что оба пытаются подслушивать старых магов, используя какие-то заклинания из учебников. Ладно. В это дело она вмешиваться не будет. Но потом поговорит с обоими о недопустимости магического подслушивания. И не только с точки зрения этичности этого дела. Им ведь и ответка прилететь может - от подслушиваемых.
   - Учебники мне! - уже железным тоном скомандовала она. - Получите их в Тёплой Норе. Всё ясно?
   - Всё, - хмуро сказал Эрно и отдал книги.
   Не успела Селена отвернуться, как краем глаза заметила хитрованскую улыбку приёмного сына Колра, обращённую к Маев. Оглянувшись на девочку, которая тоже была удивлена этой улыбкой, Селена поняла, что Эрно что-то задумал, о чём и собирается рассказать своей... подруге.
   "Этому я не вправе мешать", - подумала она и отпустила ветви кустарника, скрывая прячущихся подростков и тут же быстро шагая к указанным садам. Здесь, ближе к Лесной изгороди, пять домов не были заселены, а потому жителями деревни использовались лишь картошные поля, а вот сады постепенно зарастали не только сорняком, но и дичающими кустарниками, наподобие той же ежевики. В общем, настоящие джунгли, где самым маленьким легко потеряться. Если это, конечно, не оборотни, которым только волю дай - и они будут бесконечно бегать по этим кустарниковым лабиринтам.
   Она выбралась за первый дом и прошла немного, не убирая проникающего взгляда, чтобы сразу найти мальчишек - Гардена и Орвара. Но здесь их не было. Она обследовала весь сад за домом и нехотя пошла к саду следующего дома. Мальчишек нашла только за третьим домом. Точней - одного из них. Орвара. Темноволосая голова мальчишки-мага еле виднелась в кустах
   - Орвар! - закричала она. - Выходите!
   - Селена! - обрадованно закричал мальчишка-маг. - Иди сюда! Я не могу его вывести!
   Обречённо опустив плечи: Гарден снова в ступоре! - Селена решительно пошла вперёд через загустевшие кусты.
   Увиденное заставило её ахнуть. Гарден стоял, привычно для него в состоянии остолбенения крепко держась за плечо Орвара и глядя слепыми глазами в пространство перед собой. Ушёл на край эльфийского леса. "Когда же пройдёт его инициация!" - в сердцах подумала Селена, надеясь, что после инициации младший брат Мирта перестанет впадать в странное состояние то ли столбняка, то ли спячки - даже Трисмегист пока в этом не разобрался. А рассердилась она не из-за внутреннего состояния Гардена, а из-за внешнего. Видимо, пока мальчик-эльф находился в ступоре, он прошёл несколько шагов по заросшему саду - и на его лице сейчас красовались жуткие кровавые царапины. Обеспокоенная, что его в таком виде заметит Оливия, Селена сердито спросила Орвара:
   - Если ты его нашёл, почему до сих пор не привёл в дом?
   - Он держится за моё плечо, но идти со мной не хочет, - мрачно сказал мальчишка-маг. - Я шагаю вперёд - он опускает руку. И я не знаю, что делать дальше. Думал, ты пришла - поможешь. А ты... Поможешь?
   - Если бы знать - чем, - вздохнула Селена и предложила: - Сбегай за Вилмором - он на руках его сумеет отсюда вынести к Бернару, чтобы тот исцелил ему царапины. А я, пока тебя нет, тут с Гарденом постою на всякий случай.
   Они поменялись местами, и вскоре Орвар исчез в кустах. А Селена погладила холодную ладошку Гардена на своём плече, пожалев, что нельзя присесть, и приготовилась ждать.
  
   Глава пятнадцатая
  
   Ожидаемо Мика с Колином вернулись быстро. Сопя, влезли в древесную пещеру - в противоположную от "коридорчика" с Джарри часть ствола. И выдохнули, снова быстро развешав магические огни и тут же греясь от них. Да, на "улице" промозгло от "колодезной" ливневой стены, несмотря на отсутствие дождя.
   - Придумали? - спросил Коннор.
   - Придумали, - откликнулся Мика, чьи светлые волосы распушились за время пребывания в "колодце", а не под дождём. - Вариант первый. Мне нужен овраг. Обычно там можно набрать глины, а потом на костре из гнилушек прокалить её. Ну, как мы таскали глину из нашего оврага - помнишь, для ритуала для одичавших. Или как для посуды Кама. Я не мастер, как Кам. Но обычные плошки сделать несложно. Есть второй вариант, но только если ты сам сделаешь. У нас два "зонта" из крабов-бумбумов. У них края загибаются. Если сумеешь аккуратно проржавить в нужных местах, у нас будет длинная такая посуда, небольшая, но металлическая. Ну, что? Неплохо я придумал?
   Если учесть постукивающие от холода зубы Мики, то его хвастливые интонации почти не чувствовались. А Колин тревожно спросил:
   - Как Джарри? Ты узнал что-нибудь от него?
   - Узнал. Только надо подумать кое над чем. Потом расскажу, что знаю.
   - Это как? - не понял Мика. - А сразу сказать нельзя?
   - Джарри знает, что это за место. Был рядом с ним однажды. А я помню страницы истории эльфийских первомагов - из тех книг, содержание которых Трисмегист впихнул в мою голову, обучая в лаборатории. Теперь мне надо совместить эти две информации.
   - Почему? - спросил неугомонный мальчишка-вампир.
   - То, что сказано в книге, отличается от того, что я вижу. Мне надо понять - почему, - рассеянно ответил Коннор, стараясь не слишком участливо смотреть на Мику: древняя история была примитивной, но касалась тогдашних вампиров. И теперь мальчишка-некромант сообразил, почему младший братишка, проголодавшись, так быстро ушёл в спячку.
   - Давай я пока тебя сменю? - предложил Колин. - Посижу с Джарри, а ты посмотришь на крышки от бумбумов. Если они не пригодятся, мы поищем овраг с глиной.
   - Никаких оврагов! - отрезал Коннор, осторожно протискиваясь возле стены наружу и уступая место мальчишке-оборотню.
   - Почему? - чуть не обиделся Мика.
   - Я провёл защиту вокруг нас. По стенам нашего колодца. Если пойдёте сквозь неё, нарушите все границы.
   - Что? Такая слабая? - съязвил Мика и вдруг перестал насмешливо улыбаться: дошло, в чём дело со слабой защитой.
   - Да, слабая, - спокойно подтвердил Коннор. - У некромагов обычно мало заклинаний защиты. Поэтому мне пришлось сделать обычную защиту, основанную на обычных силах, но с вкраплениями некромагических. Защита получилась так себе. То есть от обычной отличается тем, что мы можем выходить из колодца, но к нам со стороны дождя проникнуть никто не сумеет. Но, выходя, мы будем нарушать целостность защиты. Некромагические силы останутся в защите, а вот обычные, которые являются каркасом, на месте не удержатся.
   - Значит, пока невозможно расширение "колодца", ну, то есть места без дождя? - со страхом спросил Колин, усевшийся в изголовье Джарри.
   - Есть надежда, что Мирт и Хельми доберутся до слоя с дикой силой, - вздохнул мальчишка-некромант и спрыгнул на землю, держась за край древа, чтобы не заскользить. - И тогда нам всем будет легче.
   - Почему? - упрямо добивался Мика, севший на "порог" пещерки, свесив ноги.
   - Дикая сила даст возможность дозваться до эльфийского леса.
   Уходя от древесного убежища, Коннор оглянулся. Мика, сосредоточенный до насупленных бровей, уставился в землю, наверное стараясь разгадать, что значит последняя фраза старшего брата. Потом он повернул голову - видимо, Колин что-то сказал - скорей всего объяснил, и лицо мальчишки-вампира просветлело от понимания. "Мог бы и сам догадаться", - улыбаясь, думал Коннор и мечтательно взглянул наверх, на пасмурные тучи, серым потоком летящие над их "колодцем".
   Он забрал один "зонт" и внимательно осмотрел его. Мика прав: края крышки вогнуты. Достаточно перерезать "зонт" в нескольких местах, а потом в перерезанных местах согнуть края, чтобы получились продолговатые посудинки, которые удобно использовать не только для нагрева, но и кипячения. Вот только в одном младший брат неправильно оценил работу над металлической посудой: Коннор побаивался работать с ржавчиной там, где дело касалось точности. Одно - когда можно определённо ткнуть пальцем в шуруп, чтобы рассыпать его в ржавчину. Другое - когда надо прорезать ржавчиной ровную поверхность, причём слишком тонкую, чтобы суметь рассчитать силы и не сломать весь щит.
   Щит?.. Коннор чуть не споткнулся. Одновременно обнаружил невесть когда скользнувший в ладонь стилет...
   В таком месте надо ко всему относиться очень насторожённо. В том числе и к своим мыслям. Откуда вместе насмешливого "зонт" появилось слово "щит" для этой жалкой крышки?
   Быстро вскинул голову, чтобы оглядеться. Нет, защита, пусть о ней он и сказал младшим, что она несовершенна из-за наличия в ней таких противоречивых сил, как живая и некромагическая, обладает достаточной мощью. Он в ней уверен особенно сейчас, когда узнал, с кем столкнулись... На всякий случай Коннор даже присмотрелся к тучам, бегущим над "колодцем"... Нет, насколько он понял, "создатели" мёртвого леса достать братство сверху не сумеют. Небо им недоступно, хоть они невольно и задействовали его в своём диковинном ритуале.
   - Что с-случилос-сь? - подошёл к нему насторожившийся Хельми.
   Коннор чуть улыбнулся: за небольшое время в мёртвом лесу он подзабыл, что ребята чувствуют друг друга отчётливо. Браслетов-то и колец, блокирующих эмоции и даже мысли, у них нет. Отняли.
   - Пока не понимаю, - откровенно ответил он, - но что-то приближается. Что-то враждебное.
   - Это я и так вижу, - пробормотал юноша-дракон, глядя на его руки. И в следующую минуту за плечами Хельми взметнулись небольшие крылья с боевыми когтями. Частичная трансформация давала дракону отличную возможность иметь личное оружие. Кроме рук и ног, тренированных у Колра.
   - Что?.. - приблизился и встревоженный Мирт, оглядываясь.
   Коннор снова покачал головой.
   - А вы? Сумели что-нибудь сделать с почвой?
   - Едой мы обеспечены, - ответил Мирт. - Придётся немного потерпеть, что это всегда будет белая морковь. С лекарственными травами тяжелей. Если почва для съедобных растений не очень хороша, но мы сумеем вывести эту нехорошесть из корнеплодов почти вручную, то с травами... Я не уверен, что для Джарри они будут полезны, как были бы полезны вне этого леса.
   - Травы больны некромагией, - хмуро объяснил Хельми. - Мы пробовали вывес-сти эту с-силу из них, но на выведение уходит с-слиш-шком много личных с-сил. Ес-сли мы попробуем дать отвары из этих трав Джарри, я не уверен, что он пойдёт на поправку.
   - А дикая магия? Вы не достучались до неё?
   - Сил не хватает, - вздохнул Мирт. И вдруг обернулся: - Что это они?
   Все трое старших братства взглянули в сторону древа.
   Мика и Колин изо всех сил, скользя и проезжаясь по грязи, мчались к ним.
   - Вон! Коннор - вон там! - закричал Колин, указывая рукой чуть влево.
   Старшие резко развернулись.
   Коннор рванул к указанному Колином месту, но не успел буквально на пару секунд. Странная и страшная, смутная в дождевых потоках двуногая фигура с огромными рогами на слишком большой голове на мгновения показалась за защитной стеной - и тут же отступила в ливень. Небесная вода разом словно "смыла" фигуру из видимости.
   - Никто за стену не выходит! - закричал Коннор, впрыгивая в дождь - всё с тем же щитом и стилетом наизготовку.
   Два шага прочь от "колодца", и он пропал с глаз своих ребят - он знал это. Но нетерпеливое желание немедленно поймать рогатую фигуру погнало его вперёд. Эта фигура могла вывести его и ребят из мёртвого леса, чего они сами пока не могли сделать. И не из-за того, что не знали, куда именно идти, чтобы покинуть гиблое место. Нет, не из-за этого. А из-за того, что он, Коннор, уже знал, что весь мёртвый лес представляет собой сплошную ловушку, которая заставляет кружиться на одном месте, постоянно выводя к одному из капищ. Даже такие метки, как заржавевший краб-бумбум или недавно погибший рогатый зверь, не давали возможности подойти к краю мёртвого леса. Если Коннор сумеет поймать одного из живых обитателей этого леса, он заставит его вывести ребят и Джарри отсюда.
   В последнее - что поймает, - верилось с трудом. Но ведь попытаться-то можно?
   И Коннор бросился в погоню.
   Он выпустил на волю все свои магически разработанные чувства, которые так помогали ему в пригороде спасаться самому и спасать свою группу ребят. И фигуру, которая так легкомысленно показалась ему и братьям, он преследовал по пятам очень долго - и знал, что преследовал, потому как та невольно оставляла даже в смывающем все следы дожде цепочку знаков своей магии.
   И эта цепочка отчётливо вела мальчишку-некроманта сквозь бьющую с небес воду, пока не оборвалась. Точней - пока эту цепочку не пересекла другая цепочка знаков. А когда Коннор, разгорячённый погоней, растерялся и остановился, чтобы обследовать место и разобраться, что делать дальше, то пришлось признать, что смысла следовать за одной из цепочек нет. И всё потому, что следующая цепочка была пересечена третьей - с не менее яркими знаками. Обитатели леса водили мальчишку-некроманта за нос!
   Обозлённый донельзя, Коннор встал на месте, зажмурился, чтобы выдержать лупящую по лицу воду, - и раскинул руки в стороны: секунда, другая... Некромагическая сила (не растительная, как у обитателей мёртвого леса), собранная с погибших здесь животных и птиц, скопилась быстро на "щите" и на острие стилета. Мальчишка-некромант присел, словно упал, и резко крутанулся вокруг собственной оси, посылая убийственную волну некромагии во все стороны. Если страшные обитатели мёртвого леса удалились на не слишком большое расстояние от него - сами виноваты!
   Застыл в том же положении, прислушиваясь.
   Далековато ушли. Лишь с одной стороны донёсся болезненный вопль существа, которого достала некромагическая волна. Вопль, услышанный не зримо, а заплутавший в пространстве мёртвого леса.
   - Не убил же... - презрительно пробормотал Коннор, спокойно поднялся и теперь уже опустил голову - вслушиваясь, в какой стороне ждут его братья.
   Теперь, когда они вместе, прослушка быстро увенчалась успехом. Всё-таки ждали его уже четверо. И он, подняв над собой бывший щит, а теперь банальный зонт, пошёл в нужную сторону, устало волоча ноги под мощно бьющим в крышку от бумбума ливнем. Вспышка активности, потраченная на погоню и сбор сил, обратилась сильным утомлением. Но внутри всё ещё горела чуть мстительная радость: "Думали - со слабаками встретились? Мы ещё померяемся с вами силами!"
   Он вывалился из ливня в "колодец" и с облегчением опустил "зонт".
   Четверо бросились к нему.
   - Догнал? - спросил Хельми, перехватывая из его рук "зонт", но предусмотрительно не притрагиваясь к личному оружию.
   Рывками загоняя стилет в тайник запястья, Коннор покачал головой.
   - Сам идти можешь? - сочувственно спросил Мирт.
   - Выгляжу совсем... дохлым? - ухмыльнулся мальчишка-некромант.
   - Тогда шагай к древу и рассказывай, - велел Мирт. - Хватит оставлять нас в неведении, когда сам уже кое-что знаешь!
   Бросив беглый взгляд исподлобья на Мику, Коннор кивнул.
   - Только без подробностей, - предупредил он. - Буду рассказывать только то, что нам необходимо, чтобы выбраться отсюда.
   - Возле Джарри с-сидеть буду я, - сказал Хельми. - Я пока с-самый с-сильный.
   Они влезли в убежище, тёпло-сырое. Мирт раздал "новый урожай" морковки, и Коннор, прикинув, что именно опустить в своём рассказе, начал:
   - В памяти Джарри я видел этот лес. Джарри стоял на его опушке. Вокруг него было солнце и зелень. А перед ним - стена дождя. И я услышал его голос: "Мёртвый лес тёмных друидов". Больше об этом месте Джарри ничего не знает. Его попросили туда привезти какого-то мага, который указал ему дорогу. Но не объяснил, с чем может столкнуться боевой маг сопровождения. Впрочем, Джарри и не сталкивался. Он просто увидел место, которого не ожидал увидеть... Но в моей личной библиотеке осталась древняя книга эльфийских первомагов. Об истории Города Утренней Зари. Когда-то давным-давно наш город был всего лишь небольшим поселением, где главным зданием была крепость эльфийских князей. А вокруг неё селились эльфы, люди и оборотни... История любого государства богата на войны. Наш город тоже часто испытывал нападения врагов. И однажды на него напали очень страшные существа. - Коннор опустил голову, потому что испытывал очень сильное желание взглянуть на Мику. - Они не впервые нападали на город, и эльфы знали, что враг этот страшен и убивает без пощады. Поскольку численность горожан и поселений вокруг города была небольшой, то предупреждённые жители бежали в лес. Они пытались там укрыться, и в этом им помогли друиды - жрецы лесных племён. Слишком много о них говорить не буду. Эти друиды тоже сильно пострадали от общего врага, и тогда самые сильные из них решили остановить врага необычным способом. Они создали три капища в самом сильном месте леса. Тайком сумели поймать трёх существ из напавших на тогдашний город и ритуально убили их на капищах. Сила этого ритуала была такова, что вызвала мощный ливень, который вкруговую защитил беженцев из Города Утренней Зари.
   - Это как? - негромко спросил Колин, заворожённый историей.
   - Горожане и поселяне собрались в центре между капищами, а дождь обозначил границу - круг, который враги не могли проскочить.
   - Коннор, - вдруг прервал его абсолютно спокойный Мика, - прекрати называть их просто врагами. Это были вампиры.
   - Откуда ты...
   Коннор замолчал, а ребята удивлённо уставились на мальчишку-вампира.
   - Про тёмных друидов я не знаю, - покачал головой Мика, - но, когда я пошёл в школу, я в читальном зале нашей школьной библиотеки прочитал много чего об истории вампиров. В том числе и о том, что сначала они не были оседлыми, не имели постоянного места - такого цивилизованного, как город, например. И предпочитали нападать на поселения эльфов или людей. Оборотней они опасались, поэтому их почти не трогали.
   - Ты многое узнал... - медленно сказал Коннор, испытующе глядя на младшего брата. - Но, если я...
   - Меня ты этим не обидишь, - сразу сказал Мика. - Тем более я знаю, что вампиры того времени были теми ещё оборотнями.
   - Что? - вырвалось у Колина. Он только хлопал глазами то на Коннора, то на Мику.
   - Это так, - спокойно сказал Мика и пожал плечами. - Я даже видел рисунки из древности, которые изображали их. Как вспомню - так у самого мурашки по спине. Не хотел бы я жить в то время и выглядеть так, как они. И не только выглядеть...
   - Ты точно не обидишься? - ещё раз со вздохом спросил Коннор.
   - Нет. Я примерно знаю, что они собой представляли в то время. - Мика посидел, скептически глядя на огоньки, развешенные на стенах, и договорил: - Помните, они недавно хотели опять захватить власть над городом? Взгляд вампира и тогда был страшным. Древние эльфы глаза перед ними не опускали, но с людьми этот взгляд... - Он поморщился и тоже вздохнул. - В общем, страшно было.
   - Ну, раз ты разрешил... - Коннор помолчал и продолжил: - Капища действовали на вампиров так: вызванный друидами дождь мог пропустить вампиров к беженцам. Но, пролетевшие (Колин ахнул) сквозь колдовской дождь вампиры буквально сразу начинали слабеть и впадать в спячку. Так что добраться до прячущихся они не могли.
   Мальчишка-некромант перевёл дыхание и откашлялся, чтобы продолжить, но Мика вдруг медленно, будто сделав открытие, проговорил:
   - А я думал - я сам...
   - Что - с-сам? - не понял Хельми.
   - Капища всё ещё действуют, - угрюмо сказал Коннор. - Они продолжают лишать вампиров сил.
   Мика жалко понурился и только и мог, что шёпотом повторять:
   - Я думал - я сам... Я думал... - И внезапно вскинулся: - А почему сейчас я не?..
   - Я доделал защиту древа и нашего "колодца" от дождя, - просто ответил Коннор.
   - А что было потом? - вполголоса спросил Мирт, тоже с сочувствием поглядывая на Мику. - Ну, впадали они в спячку. Что потом?
   Коннор облизал губы и снова покосился на Мику, которого обнял Колин.
   - Друиды тащили их к капищам и укрепляли дождь, превращая его чуть ли не в крепостную стену. - Он выждал немного, но Мика всё сидел, ссутулившись, без движения, и мальчишка-некромант продолжил: - На этот раз город был спасён от разграбления и убийств. Горожане и поселяне вернулись к обычной жизни. Но друиды оставили капища, спрятанные дождём. Ведь такое случалось редко - что горожан успевали предупредить о появлении таких страшных врагов. А вдруг бы лесная защита понадобилась вот-вот? Мёртвый лес находился и находится очень близко к городу. И тому, который был. И к тому, который есть. Но он скрыт от глаз обычных магов настолько, что о нём раз за разом все забывают. Я предполагаю, что в этот дождь вплетено несколько заклинаний - в том числе и такие, которые заставляют отводить, скажем так, память от мёртвого леса. Ну, как глаза отводят...
   - Но ты сказал - дождь был вкруговую, - с недоумением напомнил Мирт. - А мы видим целый лес дождя!
   - В книге Трисмегиста тоже об этом есть, - кивнул Коннор. - И это касается уже нас. Друиды сумели создать защиту от врагов. Но не сумели вовремя остановиться.
   - Это как? - теперь уже не удержался Хельми, чтобы поторопить мальчишку-некроманта, который вспоминал страницы книги, стараясь вычленить из них главное.
   - Они решили не просто оставить этот лес как защиту для горожан, но стали хранителями капищ. И стали тащить на них всех врагов государства, если такие были. Некоторые друиды-жрецы не выдержали постоянных смертей и ушли из леса. Всё-таки в основном они были жрецами, которые любили лес и всё живое. Остались только те, которые поддерживали жизнеспособность капищ...
   - Камни-вампиры... - прошептал Мирт, устремляя изумлённый взгляд куда-то за стены древесной "пещеры".
   - Именно так, - подтвердил Коннор. - Стоит положить на них жертву, капища начинали тянуть из неё силы. Любые - физические или магические. Ближе к нашему времени хранители капищ видоизменили свои взгляды на врагов государства. Они начали похищать магов, если те хоть чем-то отличались от всех остальных. Достаточно было, если маг имел несколько специализаций вместо одной. Одновременно трансформировался и сам лес тёмных друидов. Кольцо дождя начало сжиматься вокруг капищ.
   - Зачем Джарри приезжал сюда? - с испугом спросил Мика. - Ты сказал, что нашёл название в его памяти. Он не... - Младший брат в ужасе взглянул на неподвижно лежащего боевого мага сопровождения.
   Коннор понял его.
   - Нет! - резко сказал он. - Джарри и ещё один маг сопровождения ещё до войны привезли сюда обычного мага из Старого города. Тот сразу отослал обоих, сказав, что дело, которое его привело сюда, затянется надолго. - Мальчишка-некромант замолчал надолго, отдыхая и восстанавливая осипший голос. А потом добавил: - У меня было время подумать. Мне кажется, тот маг попросил боевых магов привезти его сюда, чтобы отыскать своего друга. Возможно, тот увлекался многими специализациями и попался на глаза тёмным друидам. Наверное, они были хорошими друзьями, что тот приехавший сюда маг попытался разыскать его...
   - Мы братс-ство, - неожиданно сказал Хельми и оглядел братьев, сузив глаза. - Мы владеем навыками ис-спользования обычной, эльфийс-ской, дикой и драконьей магии, не с-считая переработанной маш-шинной! И мы братс-ство из таких разных...
   - Я тоже так думаю, - спокойно отозвался Коннор.
   Они посидели немного: старшие - глядя на младших, которые проникались открытием, почему они оказались в мёртвом лесу. Колин неуверенно спросил:
   - А... Джарри?
   Мирт сообразил первым:
   - Переработанная машинная!
   Снова замолчали, ошеломлённые открытием за открытием.
   - Но почему они... - начал Мирт и споткнулся на полуслове. Продумал, хмурясь, и пожал плечами: - Почему они... их сознание так трансформировалось? Ведь так легко было поддерживать нормальное состояние леса, чтобы время от времени превращать его в убежище для тех, кто в нём нуждается? Неужели они не думали... - И снова замолк, явно поражённый неожиданной мыслью, после чего возмущённо вскрикнул: - И где они были, когда на город напали магические машины?!
   - Машину на капище не возложишь, - криво улыбнулся Коннор.
   Но мальчишка-эльф не мог прекратить возмущаться:
   - Все эти годы войны у них была возможность помочь городу, а они сами превратились в вампиров - прости, Мика! Они могли в этом лесу спрятать весь пригород! Увести жителей и уберечь живых от машин! А они предпочли хватать беспомощных магов?! Да они и сами никому не нужные мертвецы!
   Хельми положил ладонь на голову Мирта, привычно посылая успокоение. Когда мальчишка-эльф начал дышать спокойней, Коннор заметил:
   - Ничего. На нас они споткнулись. Так что я думаю, что нам пора выполнять твою мечту, Мирт, - возродить этот лес.
   Но оказалось, мальчишка-эльф успокоился только внешне. Внутри него продолжало бушевать негодование, которое и вылилось в вопрос:
   - Откуда они берутся - эти тёмные друиды, если ты говоришь, что племена друидов ушли из этих мест?!
   Братья переглянулись.
   - Тот парнишка, который убегал... - шёпотом напомнил Колин. - Почему он им помогал? Откуда они его взяли?
   - Я думаю, они находят среди детей таких, которые им подходят. Например, в пригороде, где есть бедные микрорайоны. Они ищут тех, у кого есть магические способности, и обучают их всему, что надо, чтобы вырастить из них себе подобных, - уже задумчиво сказал Коннор. - Сейчас им это особенно легко, после того как пригород оживился. Сирот много. Особенно в таких микрорайонах, как тот, где находится дом Агаты. Тот парнишка... Он был приманкой. Кто-нибудь помнит, что он такого сказал, что мы побежали следом за ним? А ведь он был всего лишь в нескольких шагах от торца Агатиного дома. Мы начали заворачивать за дом...
   - И в нас начали с-стрелять из арбалетов, - закончил Хельми, раздувая ноздри. - Ну, попадис-сь мне этот парниш-шка...
   - Коннор, а почему ты думаешь, что нам надо вырастить нормальный лес? - с тревогой спросил Колин.
   - Я не знаю, сколько этих тёмных друидов сейчас, - задумчиво сказал мальчишка-некромант. - Убил я троих - тех, что меня приковали к капищу. Убил не своими руками, а послав к ним мёртвых зверей и птиц. А если в следующий раз они подкараулят Джарри в другом месте? Если в следующий раз они и нас будут подкарауливать, но уже по одному? Сначала отдадут капищам-вампирам самых слабых - Мику, потом тебя, Колин... Лес ведь тоже напитывается нашей силой и продолжает мертветь дальше. Капища продолжают увеличивать его площадь. А если однажды невидимый мёртвый лес вступит в пригород? А потом надвинется на город?
   - И, чтобы компенсировать убитых тёмных друидов, с улиц пропадут другие мальчики, - поёжился Мирт. - Им тоже заморочат мозги и превратят их в убийц.
   Почти в тон ему Коннор насмешливо продолжил:
   - Хорошо, что тебя не слышит Селена! Она бы сказала: "Бедные мальчики! Надо их обязательно привезти в Тёплую Нору!" - И осёкся. - Ребята... Что там творится с Селеной... Мы, Джарри...
   - С-смотри на вещи реально, как говорила С-селена, - посоветовал Хельми. - Там, в наш-шей деревне, с-сейчас-с Трис-смегист, Колр и Ильм, не с-считая вс-сех ос-стальных. Нас уже наверняка ищут.
   - Уговорили, - внезапно сказал Мирт и врезал кулаком по ближайшей стене, пробив в ней чуть ли не дупло. - Если нас уже ищут, значит - мы можем заняться этим лесом и его тёмными друидами. Неизвестно, сумеем ли мы найти "бедного мальчика", но мне здорово хочется стукнуть по носу этих бессовестных друидов! Им, понимаешь ли, такое положение дел нравится! А может, мне нравится, когда я знаю очень много? Если мне нравится многое уметь? Я что - ограниченным должен быть только потому, что кому-то этого от балды захотелось? Хельми, поможешь мне добраться до дикой магии?
   - С чего хочешь начать, Мирт? - серьёзно спросил Коннор.
   - С исцеления Джарри. Пока он шестой в нашем братстве, потому что его личная сила велика - его ведь не укладывали на капище? А нам простой магии не хватает, чтобы вернуть доступ к эльфийскому лесу и драконьему небу!
   - Тогда я с вами, - приподнялся в тесном помещении мальчишка-некромант. - Мика и Колин, вы остаётесь с Джарри. Если что - сразу зовёте нас. Крышку от краба мы с Хельми преобразим в посуду чуть позже - тогда, когда у нас на поверхности будет лекарственная трава. На вас остаётся высушивание гнилушек для костра.
   - А мы ещё кое-что сделаем! - обрадовался Мика. - Мы эти гнилушки будем собирать, отламывая от этой пещеры! Тогда здесь будет просторно и тепло!
   - Согласен, - деловито сказал Колин и тут же отодрал от стены за своей спиной несколько кусков. - Что встали? Идите - пробивайтесь к дикой магии!
   Мирт даже засмеялся от ощутимого вдохновения, охватившего младших братьев, и первым выпрыгнул наружу... Когда трое старших подходили к грядке с белой морковкой, Хельми вполголоса, чтобы не было слышно у древа, спросил:
   - Коннор, мы с-с Миртом-то вс-сё понимаем, но вот младш-шие... А ес-сли они с-сообразят, что, возможно, тот с-самый парниш-шка, который нас-с заманил под арбалетные с-стрелы этих друидов... - И замолчал, не зная, как выразиться.
   - Я понял, - ответил Коннор. - Нет, его среди тех троих не было. Там были только старшие. Если он здесь, в мёртвом лесу, то жив.
  
   Глава шестнадцатая
  
   От входа в древесную пещерку короткие грядки Мирта выглядели как привычная глазу грязь. И только вблизи стали видны бледно-зелёные ростки. В нескольких шагах от грядок нашёлся тот самый участок, который Мирт определил как место, где нужно искать выход дикой магии... По-хозяйски оглядев свои грядки, мальчишка-эльф вздохнул и обернулся к братьям.
   - Место, которое вы разрабатывали, я вижу, - сказал Коннор. - Но почему именно здесь?
   - Мы обошли весь колодец, - объяснил Мирт, присев и любовно оглаживая ростки. - Отклик дикой магии послышался только в этом месте. Пусть очень слабый, но в других местах его вообще не слышно. И, Коннор... Я всё думаю... Может, нам привести сюда Колина? Ведь благодаря дикой магии, он стал магом. А вдруг она откликнется живей, когда почует его?
   - Я понял тебя, - кивнул мальчишка-некромант. - Не получится. Дикая магия только пробила Колина, но не оставила в нём своего следа. Ты единственный, кому она может ответить. Ты мастер Вереска. А он только и работал с дикой. Хоть и не знал о том. Значит, нам придётся усиливать твои силы, потому что на нас дикая не откликнется. Мы ведь только пользуемся ею. И то редко.
   Мальчишка-эльф, сидя на корточках, вгляделся в грязную жижу. Съёжившись от промозглой влажности, он поднял голову и улыбнулся Коннору.
   - Это хорошо, что Хельми нашёл Джарри!
   Юный дракон рассмеялся, тоже глядя на мальчишку-некроманта, кутавшегося в слишком свободную для него рубаху Джарри. Поддерживаемое в древесной пещерке тепло позволило Коннору высушить отцовскую одёжку и временно надеть её. Хоть и рваная, но здесь, в местечке без дождя, она позволяла мальчишке-некроманту чувствовать себя более комфортно.
   Коннор усмехнулся в ответ.
   - Когда всё закончим, я могу хоть постоянно ходить в одних штанах! Ведь тогда будет не просто тепло, но и жарко. Зато сейчас нас всех уравнивают босые ноги!
   Теперь присели ещё двое, и Мирт, изучая грязь, пожаловался:
   - Вам хорошо! Вы оба видите пространство! Ведь это Хельми сказал, что чует дикую магию через слои почвы, а я-то ничего не чувствовал. Мне нужно либо чисто визуально её увидеть, либо ощутить, когда её сила коснётся моей.
   - Но в первый раз именно ты сказал, что уловил дикую! - удивился Коннор.
   - Ну, мне так показалось, - смутился мальчишка-эльф. - Поэтому я сразу попросил Хельми проверить это место. И он уже сказал, что я прав.
   - Серое в грязи... - задумчиво сказал Коннор. - Интересно было бы посмотреть, какой дикая магия предстанет...
   - Не иронизируй, - хмыкнул Хельми. - Я понял, что это дикая не потому, что разглядел с-серое на чёрном - в глубине. Я увидел внутри образ, который подс-сказал, что с-серая откликнулась.
   - Мне ты об этом не говорил, - заметил мальчишка-эльф, не спуская глаз с невидимой точки на земле.
   - Не х-хотел лиш-шний раз напоминать и расстраивать, - пожал плечами юный дракон. - Вот и...
   - Ну-ка, ну-ка... - заинтересовался и Коннор. - Какой образ ты заметил? Чей?
   Хельми с небольшой укоризной посмотрел на него: мол, зачем брата зря огорчать? Но Мирт обернулся к нему, тоже вопрошающе приподняв брови, и вздохнул:
   - Не бойся. Не размякну. Наоборот. Мне это придаст сил.
   И дракон нехотя ответил:
   - Внизу, там, где я предполагал найти дикую магию, я видел тень Гардена - твоего младш-шего брата. А пос-скольку вс-сё новое мы обычно тщательно изучаем, то я помню, что любая сила, которой мы пользуемс-ся, нес-сёт знакомые или близкие вс-сем нам образы. Потому и понял, что мы добралис-сь до с-серой, дикой с-силы.
   - Это я тоже помню, - пробормотал Коннор и скомандовал, сам побаиваясь, что насупленный Мирт может легко перейти в следующую стадию грустных воспоминаний о своих младших, а значит, напрасно потянет время: - Мирт, ладонь в центр. Мы передаём тебе силы, а ты посылаешь поисковое внимание. - И ухмыльнулся: - Глядишь - и Вереска разглядим, как поглубже копнём.
   - Из-за того что он мой инициированный? - риторически пробормотал мальчишка-эльф и мягко приложил ладонь к жидкой земле.
   Затем юный дракон и мальчишка-некромант положили руки на плечи Мирта... Тот вздохнул и открылся, чтобы братья сразу нашли в его личном пространстве потоки дикой магической силы и повысили её активность. Вливали свои силы осторожно, не забывая о том, что отдают последнее - в надежде переломить ситуацию.
  
   ... Орвар прибежал, ведя с собой не только мужчину-оборотня Вилмора, но и Бернара. Как выяснила Селена, целитель-эльф был в Тёплой Норе, когда заметил мчавшегося к ней мальчишку-мага. Приблизившись, он услышал возбуждённый разговор о Гардене, впавшем в магический ступор, о Гардене, которому на этот раз странным образом его личный поводырь помочь не может. Бернар немедленно поспешил следом за мужчиной-оборотнем и мальчишкой, чтобы сразу помочь с царапинами, о которых услышал. Бернар, как всегда, очень близко к сердцу принимал беды с детьми-эльфами. А уж нынешняя беда заставляла его волноваться из-за любой мелочи.
   - Но это даже к лучшему, - проворчала Селена - с облегчением при виде старого эльфа с неизменной котомкой на плече. - Только давайте всё-таки сначала выведем его отсюда, а то вылечить прямо сейчас - это хорошо. Но ведь потом снова пробиваться сквозь кусты! Снова будет расцарапан!
   - Он сам сюда прошёл? - с недоумением спросил Бернар, осматриваясь.
   Вилмор осторожно поднял мальчика-эльфа - и выдохнул, когда тело Гардена стало вялым и тряпичной куклой обмякло на его руках. Селена догадалась: мужчина-оборотень побаивался, что мальчика придётся нести, взявшись за его подмышки. Всё-таки безвольным грузом - легче.
   - Орвар? - обратилась она к мальчишке-магу, перепосылая ему вопрос старого эльфа-целителя.
   Орвар поднял руку, показывая браслет, настроенный на Гардена. Браслет придумало братство, когда ребята поняли, что магический ступор Гардена постепенно проходит, но время от времени всё же возникает. И всегда слишком неожиданно. И тогда лучше сразу позвать либо Мирта, либо Орвара. Мирт часто оставался на факультативах в пригородной школе, так что за мальчиком-эльфом попросили проследить Орвара, благо что тот и ранее был его поводырем. Орвар только плечами пожал: Гарден беспокоил его не часто, так что на браслет, вызывающий его, согласился.
   - Браслет сработал, - объяснил он, шагая следом за Селеной между разросшимися кустами и говоря громко, чтобы слышал идущий позади старый эльф. - Я побежал сначала в наш сад - ну, около Тёплой Норы, потому что думал - Гарден там. - И тут же растолковал свои слова: - В последние два раза, зимой, он был в нашем саду, поэтому я сразу про него и подумал, да ещё увидел кусты.
   Селена знала, о чём он говорит: старшие братства постарались для Гардена, да и для его личного поводыря: устроили браслет не только в качестве сигнальной установки, но и призрачного экрана, который может подсказать Орвару, где, примерно, может находиться подопечный.
   - Ну и сами знаете, что браслет играет в "холодно-горячо". В нашем саду он сработал, как "холодно". А когда я пошёл к Лесной изгороди, стало "тепло", а потом и "горячо". Проверил кусты - и нашёл.
   - Орвар, - строго позвал Бернар, - не уходи сразу. Твои царапины тоже выглядят угрожающе. Надо их хотя бы смазать, иначе загноятся...
   Мальчишка-маг что-то проворчал себе под нос и замолчал.
   Селена, несмотря на ситуацию, не выдержала - улыбнулась: дети знали, что старый целитель щепетилен в вопросах болячек, а потому не настаивали в его присутствии, что "и так пройдёт". А если его рядом нет - могли бегать с такими ушибами, синяками и кровоподтёками, что Селена, как только сходила зима, гоняла девочек-целительниц по комнатам с обязательной проверкой на предмет повреждения кожи. Благо все девочки маги и легко определяли травмы любой степени.
   Кусты закончились. Время от времени приподнимавший Гардена повыше, чтобы его не задели ветки, Вилмор вышел на деревенскую улицу, и Селена услышала его удивлённый возглас:
   - Да не торопись ты, Гарден! Сейчас опущу - и побежишь, куда хочется!
   Селена рванула вперёд, чтобы убедиться: мальчик-эльф пришёл в себя без помощи кого-либо со стороны! И точно! Гарден на руках оборотня активно брыкался, да так, что Вилмор и в самом деле с трудом сумел отпустить его.
   Орвар не успел среагировать. Он замер рядом с хозяйкой места и уставился на убегающего от них мальчика-эльфа, настолько ошарашенно хлопая глазами, что Селена сама успела улыбнуться. И не только изумлению Орвара и Вилмора, но и полному ошеломлению выбравшегося из кустов старого Бернара. И лишь после этого наблюдения сама сообразила, что Гарден бежит не к Тёплой Норе, а к Лесной изгороди.
   - Куда это он? - обалдело спросил Орвар и, не дожидаясь ответа от таких же ошеломлённых взрослых, бросился следом за подопечным.
   - Гарден! - вскрикнула Селена.
   В общем, Вилмор и хозяйка места не стали притворяться солидными людьми - кинулись за ним. И только расстроенный странным поведением Гардена Бернар попытался спешить так, как подобает старому и уважаемому эльфу.
   По дороге к изгороди Селена присматривалась, что там, впереди. Что заставило Гардена нестись к ней изо всех силёнок?
   Откровенно говоря, её сердце дрогнуло. Она вдруг решила, что либо братство вернулось, либо Джарри нашёлся. И что Гарден это ощутил - или увидел. Поэтому на бегу она с надеждой вглядывалась в небольшую группу, стоявшую на территории деревни, но вплотную к изгороди, за которой так и торчали две сухопарые фигуры учёных эльфов. Вглядывалась и пыталась вычленить всех, кто там стоял...
   Но Гарден бросился не к калитке. Он ворвался в группу старших ребят, которые решились-таки, несмотря на запрет Селены не мешать взрослым эльфам, подойти ближе к Трисмегисту и Понцерусу и сейчас с интересом следили за ними, старательно вникая в их беседу. Ворвался к ним мальчик-эльф неожиданно для всех - причём самой большей неожиданностью для ребят оказалась грубость Гардена: он яростно, почти агрессивно расталкивал всех руками - чуть не дрался, пока не очутился перед Вереском. Удивлённый Вереск даже вздрогнул, когда маленький эльф едва не толкнул его, встав рядом, а потом, почти без паузы, резко ударив его по плечу.
   Поражённая Селена издалека видела, как Вереск отшатнулся от напора мальчика-эльфа, а тот синхронно с ним шагнул так, чтобы оставаться с ним рядом. Рубаха Вереска, снова шагнувшего, натянулась от вцепившегося в плечо мальчика так, что Вереск был вынужден замереть.
   Селена подбегала к старшим ребятам, которые растерялись до мёртвой тишины. Никто и слова не мог сказать от неожиданности и замешательства: обычно меланхоличный Гарден - и так себя ведёт?!
   Вереск пытался ещё раз отступить, таща за собой крепко ухватившегося за него мальчика-эльфа и сам поддерживая его руками за плечи, чтобы тот вдруг не свалился. Мальчишка-эльф испуганно поднял глаза и увидел Селену.
   - Что?! Что случилось, Селена?!
   На громкие голоса и даже вскрики пришедших в себя ребят обернулись от созерцания леса учёные эльфы. При виде странной группы, среди которой появились запыхавшиеся от бега мужчина-оборотень и хозяйка места, а к ним торопился старик Бернар, сильно встревоженный, оба немедленно покинули место наблюдения и зашли на территорию деревни.
   - Что происходит? - спросил Трисмегист, изучающе разглядывая всех.
   Понцерус же сразу впился суженными от внимания глазами в Гардена, а потом будто проехался тем же проницательным взглядом по его руке на плече Вереска.
   - Что это? - тоже задался он вопросом, но, кажется, имея в виду совсем не происшествие, при котором мальчик-эльф вёл себя довольно странно.
   Трисмегист немедленно определился с направлением его взгляда и тоже застыл.
   - А... что вы видите? - неуверенно спросила Селена, которая уже стояла рядом с двумя мальчиками-эльфами.
   Вилмор пока ещё стеснялся старших эльфов, а потому встал неподалёку, готовый, если что, к тяжёлой работе.
   Возможно, раньше Селена никогда бы не задала такого вопроса, но в нынешней ситуации махнула на все приличия и этикеты рукой. Тем более, как она уже знала, учёные эльфы и сами достаточно часто нарушают правила поведения в обществе, если они чем-то кровно заинтересованы. Во всяком случае - её учёные эльфы.
   Трисмегист медленно подошёл к напряжённому от непонимания, а потому очень насторожённому Вереску. Понцерус шёл рядом, но чуть сбоку, словно изучая этих двоих с другого ракурса.
   Что они видели? Селена видела, что испуганный Вереск посматривает то на учёных эльфов, то на Гардена - особенно часто на мальчика-эльфа, будто предполагая, что тот сейчас выкинет что-то такое, что может быть опасно. Предположение, вообще-то, имеющее право на реальность. Но Гарден... Он снова смотрел несфокусированно - так, словно его заинтересовало то, что он видел сквозь плечо бывшего ученика некромагов. Было впечатление, что мальчик-эльф вновь полностью впал в магический ступор, причём ещё более глубокий, чем бывало с ним раньше. Вереск временами, наверное, тоже подпадал под это впечатление, потому что именно в это время старался осторожно избавиться от его руки. Но пальцы Гардена железно напрягались, цепляясь за его рубаху, и Вереск со вздохом опускал руки и оставался на месте.
   После того как к нему приблизились взрослые эльфы (в том числе и подоспевший Бернар), Вереск больше не дёргался, видимо решив отдаться на волю тех, кто лучше знает. Прошла минута, другая, пока Трисмегист и Понцерус изучали что-то то ли между мальчиками, то ли на руке Гардена - на плече Вереска... За это время плечи Гардена медленно опустились, словно он успокоился. Впечатление, что он успокоился, увы, оказалось ложным: стоило Вереску переступить, чтобы встать удобней, как тонкая рука мальчика-эльфа вновь напряглась, а плечи приподнялись.
   - Что это с ним? - прошептал Вереск, глядя на Селену.
   Поколебавшись, она пожала плечами. Потом, словно этого мало, покачала головой.
   - Не знаю, - наконец озвучила она.
   Но в голове не столько паника, сколько надежда: а если с Гарденом происходит что-то связанное с братством?
   - Я помню, что Гарден иногда впадает в оцепенение, - после недолгого молчания сказал Трисмегист. - Но обычно ему помогал выходить из него мальчик Орвар. Почему Гарден впал в оцепенение, держась за Вереска?
   - Мало того, - добавила для полноты картины Селена, - Гарден бежал к Вереску, очнувшись после этого, как вы сказали, оцепенения. И вновь... оцепенел.
   А в голове уже набатно загремел колокол.
   - Гарден - брат Мирта... - будто про себя сказала она. - Вереск - инициированный Мирта, долго проживший в подземном городе под Старым городом магов. Что вы видите, Трисмегист? Понцерус?
   - Идёт... какая-то работа с дикой магией. Правда, я не представляю, почему в эту работу включился Гарден, - ответил Трисмегист, щурясь на руку Гардена... И внезапно ахнул. Секунды тревожного молчания - и старый эльф заторопился: - Леди Селена, в деревне есть ещё одна машина, которая нас может отвезти в пригород, к магам Риверу и Лотеру? К Колру?
   - Если только вы скажете мне, что происходит! - сквозь зубы процедила Селена, вмиг разъярившаяся на его недосказанность и даже умолчание.
   Дети, снова примолкшие, с беспокойством взглянули на неё.
   - Братство начало работу с дикой магией, - чуть ли не передразнивая её, сквозь зубы ответил старый бродяга-маг. - Вы говорили - Гарден недавно вышел из оцепенения? Сначала Мирт работал в одиночку. Теперь они взялись совместными усилиями... Они ещё не добрались до дикой магии, но тянутся к ней... Наши мальчики... прекрасны! Они сообразили добраться до дикой магии, чтобы выбраться!..
   Слёзы брызнули так, что Селена просто не уследила за собой.
   - Они живы... Они живы?!
   Кто-то крепко взялся за её ладонь. Сквозь слёзы она увидела Ладу. Подростки окружили их обеих, будто защищая...
   - Но почему... Гарден?.. - всхлипнула она.
   Сердце болезненно стукнуло. И она поняла: Гарден снова бежит по краю эльфийского леса! В потоках рафинированной, родовой эльфийской магии! А Вереск, который несколько лет был повелителем серой магии в подземном городе, соединяет мальчика-эльфа с потоками дикой магии! Они... проводники для братства?! Но как такое может быть?! И где, в каком глухом углу, братство находится, если мальчишки сумели дать о себе знать только сейчас?!
   - Я отвезу вас, - решительно вмешался Вилмор, немедленно разворачиваясь. - Тибр уехал с утра туда же, но я могу сесть за руль. Возьму машину у Сири, а Вук поможет нам с охраной.
   - Леди Селена, вы и мальчики (Трисмегист твёрдо кивнул на Вереска и Гардена) едете с нами. Ещё мне понадобится оружие - а я знаю, что у вас ещё осталось огнестрельное!
   Подростки с восторгом смотрели на учёного эльфа, мгновенно преобразившегося в настоящего воина. Бернар промолчал, но, судя по ладони, сжавшейся в кулак на ремне котомки, он тоже готов ехать в пригород.
   Селена машинально сунула свободную руку в карман - пара камешков. Всего лишь. Но в кабинете есть ещё несколько...
   - Как быть с Гарденом? - напомнила она о проблеме.
   - Я сделаю всё, что надо, - пообещал Трисмегист и, кивнув Понцерусу, подошёл вплотную к мальчикам-эльфам.
   Через минуту Вереск выкрутился под железными пальцами Гардена таким образом, чтобы стать настоящим поводырем для младшего брата Мирта.
   Сопровождаемые взволнованными детьми, взрослые быстро, насколько это возможно, поспешили к Тёплой Норе. Вилмор ушёл раньше. Когда вся толпа, гудящая от напряжения, добежала до дома, их уже встретили не только мужчины, готовые ехать в пригород, но и женщины - решительная Хоста и Аманда. Селена была вынуждена вооружить всех - кроме Вука и Элви, а также, как ни странно, Сири, проворчавшего, что он не пропустит возможности помочь хозяйке места. У оборотней оружие было своё.
   Выехали на трёх машины. Забрали и Понцеруса, который даже удивился, что о нём могли не подумать, как об участнике военной экспедиции. Ружьё он взял в руки так спокойно, что все сразу поверили: обращаться с оружием учёный эльф умеет.
   Именно Понцерус задал Трисмегисту волнующий всех вопрос:
   - Друг мой, насколько я понял, ты уже знаешь о проблеме. Не пора ли и нас ознакомить с ней?
   В салоне их машины сидели не только учёные эльфы и Бернар, но и Селена с мальчиками. Так что Вереск аж всем телом склонился к Понцерусу и Трисмегисту в надежде услышать хоть что-то объясняющее его положение. При этом он не забывал одной рукой держать Гардена, чтобы тот не свалился с сиденья. С другой стороны от Гардена сидела Селена, которая просто-напросто просунула руку обнять мальчика-эльфа за пояс и прижать к себе.
   - Сначала я боялся сказать что-либо конкретно, - немного недовольно ответил Трисмегист. - Слишком всё было неоднозначно. Потом увидел заклинательные знаки в дожде, вызванном теми, кто ранил вашего семейного. Узнал их. Правда, они были странно... извращёнными. Эти знаки в своих заклинаниях обычно использовали друиды, когда вызывали дождь, чтобы напоить земли во времена засух. Но этот дождь, пролившийся над нашим лесом, был слишком беспощадным, а в его вызывающих знаках отсутствовал символ плодородия. Была ещё одна странность, которая не позволила мне сразу определить, с чем мы столкнулись. То, что этот дождь полился вдалеке от того места, где он должен лить. Это сбило меня с толку.
   Тут не выдержал Понцерус.
   - Должен?! - поразился учёный эльф. - Есть такое место, где этот дождь является естественным?
   - Есть, - вздохнул Трисмегист. - Это место характерно тем, что оно постоянно отводит не только глаз, но и память. Причём не только человека - мага, но и эльфа. Потому все об этом месте забывают мгновенно.
   - Друиды... - сам того не замечая, перебил его Понцерус, уставившись в пол машины. - Извращённый вызов убийственного дождя... - Он поднял потрясённые глаза: - Боги стихий... Это тёмные друиды?..
   - Именно, - подтвердил Трисмегист и, взглянув на нетерпеливо шевельнувшуюся Селену, сказал: - В давние времена друиды, жившие по соседству с нашим городом, придумали, как спасать жителей Города Утренней Зари от нашествия врагов, которые считались беспощадными и непобедимыми. Впоследствии место убежища, к сожалению, превратилось... в гиблое место.
   - Вы хотите сказать, что некие тёмные друиды похитили братство и моего семейного? - медленно спросила Селена.
   - Да, так и есть. Они обитают в мёртвом лесу, в котором вечно льёт дождь.
   - Но почему вы раньше не сказали?!
   - Повторяю: меня сбило с толку, что такой же дождь пролился за оградой нашей деревни, - терпеливо сказал Трисмегист. - Теперь же я уверен в своём открытии. И, думаю, что деревенские маги и Колр тоже начинают понимать, что происходит в том месте, которое они обнаружили.
   - Но почему... тёмные друиды похитили их? - потерянно спросила Селена. - Почему они чуть не убили Джарри? И... можно ли надеяться, что он жив?
   - Простите, леди Селена, - вздохнул тот. - О вашем семейном сказать что-то конкретное не могу. Знаю лишь одно: тёмные друиды отвезли его в свой лес.
   Некоторое время ехали молча. Понцерус явно переваривал сообщение Трисмегиста. Вереск был просто ошеломлён, а Селена пыталась уложить в уме всё, что услышала. Вопросов возникало много, и секунды спустя она мрачно решала, спрашивать ли у Трисмегиста о том, что её тревожит? Нет, спросить-то она спросит. А вот ответит ли хитроумный эльф?
   - Трисмегист, - решилась она, - вы так и не ответили, почему тёмные друиды похитили их всех. Почему именно их? Почему они хотели похитить и Эрно с Маев?
   - Тёмным друидам не нравится движение вперёд. Или, как в вашем мире говорят, прогресс. Они не любят необычное. Они не любят, когда рушатся традиции. Когда люди становятся более развитыми. Стоит ли мне продолжать, леди Селена?
   - Нет, не стоит, - негромко ответила она. - Но... вы ответите мне на другие вопросы? Слишком уж их много накопилось.
   - Попробуйте задать.
   - Зачем вы велели ехать мне?
   - Когда наши мальчики сумеют совладать с дикой силой, они должны будут знать, где тот край леса, куда они должны выйти.
   - Это понятно, - пробормотала она и с надеждой и ужасом взглянула на старого эльфа. - Не хотите ли вы сказать, что уже сегодня мы сумеем найти их?!
   - Знание - сила, - криво усмехнулся Трисмегист. - Теперь, когда ваши мальчики знают, с чем столкнулись... Теперь, когда мы знаем, с чем столкнулись... Думаю, мы начнём движение друг к другу с обеих сторон леса. Может, и не сегодня. Может, ночью или завтра, но, думаю, с той силой, с которой пытаются наши мальчики работать, они сумеют пойти вперёд и выпутаться из данного положения.
   - Откуда вы знаете, что братство знает про тёмных друидов?
   - Коннор знает, - ответил Трисмегист. - Одной из первых книг, содержание которых я вложил ему в голову, была наша древняя история. Он просто должен догадаться, с чем столкнулся. Думаю, непрестанный дождь и наверняка встреча с друидами внутри мёртвого леса подсказали ему всё, что необходимо.
   - А зачем там нужны Вереск и Гарден? Может, стоило оставить их в деревне?
   Селена знала - зачем. Хотелось подтверждения догадке.
   Вереск тоже с нескрываемым любопытством воззрился на старого эльфа, как и Бернар с Понцерусом. Трисмегист зорко взглянул на хозяйку места.
   - Мне казалось, вы уже знаете.
   - Знаю, но хочу увериться.
   - В мёртвом лесу не работают любые силы. У братства есть только та, что является личной. Она ограничена, поскольку её восстанавливать в таком месте трудно. Но мальчики нашли силу, которую можно черпать бесконечно. Одновременно эта сила соединит их с эльфийским лесом, потому что Мирт - мастер Вереска, который владеет дикой магией на интуитивном уровне. А это уже прорыв для них. Ведь Коннор - мастер Мирта. Если вся пятёрка получит доступ к эльфийской силе, на волне общей силы юный дракон Хельми сумеет прорваться к драконьему небу. И тогда в руках наших мальчиков будет сила, которая позволит им без потерь выйти из мёртвого леса. Вот почему Гарден взял в поводыри Вереска.
   Слушавший учёного эльфа, открыв рот, Вереск медленно откинулся к спинке сиденья, заметно успокоенный. И уже более доброжелательно покосился на неподвижного Гардена... На что Селена едва заметно сумела ухмыльнуться: да, знание - сила.
   Осталось узнать, что с Джарри. Жив ли он... Она снова вспомнила страшный дождь за Лесной оградой. И передёрнула плечами. Если семейный безжалостно брошен под этот ливень - тяжело раненным, беспомощным... Перед глазами вновь расцвело тёмное пятно на спине Джарри... Селена прикусила губу, лишь бы не разреветься перед сидящими напротив эльфами. Слёзы горячо подступили к глазам, и пришлось напомнить себе, что есть одна радость - нашедшееся братство. Так, может, будет надежда и на спасение семейного?
  
   Глава семнадцатая
  
   Сначала Коннор даже испугался - это когда плечо Мирта под его ладонью вдруг мелко затряслось. Мальчишка-некромант решил, что собрат... сорвался и заплакал. Почти одновременно и Хельми со страхом переглянулся с Коннором: тоже подумал, что впечатлительный и тонко чувствующий мальчишка-эльф плачет от безысходности или вспоминая своих младших брата и сестрёнку?
   Но даже в ровном гуле бесконечного дождя, в котором приходилось разговаривать в полный голос, даже если собеседники находились близко друг к другу, Коннор расслышал-таки странный звук. И усмехнулся. Хельми насторожился, с недоумением подняв брови, - и оба нагнулись посмотреть в лицо Мирта. Выяснилось, что тот очень старался утихомирить странный смех, но не мог.
   - Что тебя развеселило? - поразился Коннор.
   - Ты предвидел! - уже хохоча, обернулся к нему Мирт с шутливо обвиняющими нотками в голосе. - Ты это предвидел, да?
   - Что именно?
   - Ты сказал: когда мы углубимся в землю, чтобы быть ближе к дикой магии, мы увидим Вереска! Ну и... Я увидел его образ!
   Он снова повернулся, потому что неудобно было в этом положении плотно держать ладонь на земле. Но плечи всё ещё подрагивали. Селена обычно говорила про Ирму, любительницу похихикать: смешинка в рот попала. Братья снова переглянулись - на этот раз с облегчением: Мирту тоже смешинка попала?.. А потом улыбка Коннора медленно растаяла, но, приподняв уголки губ, чтобы Мирт слышал, что он продолжает сочувственно улыбаться юмору ситуации, он спросил:
   - И каким он сейчас выглядит? Таким же занудой-надоедой? Сумеешь разглядеть, что он делает?
   - Ты что? - не оглядываясь, удивился Мирт. - Это же лишь образ! Отметина, что я добрался до глубинного слоя дикой магии!
   - Как знать... - стараясь, чтобы Мирт ничего не заподозрил раньше времени и чтобы интонации ответа звучали насмешливо философски, откликнулся Коннор. - Мы же раньше никогда не пробовали искать дикую магию целенаправленно. Да ещё под землёй... А вдруг... если ты будешь всматриваться в образ Вереска, проявляя его более отчётливо, ты невольно заставишь дикую силу добровольно подняться наверх? И тогда не придётся её вытаскивать? Связь-то между Вереском и серой магией очевидна.
   - Любопытно, - хмыкнул Мирт и замолк.
   Его плечи больше не тряслись. Кажется, он всерьёз воспринял предложение Коннора и сосредоточился на образе Вереска - судя по всему, пока ещё зыбком...
   Хельми осторожно, стараясь не двигаться, взглянул на Коннора, потом так же осторожно свободной рукой коснулся его плеча.
   "Ты думаеш-шь..."
   "Да", - кивнул мальчишка-некромант.
   Юный дракон убрал руку и больше не говорил телепатически. Чувств тоже не проявил, хотя сразу после ответа Коннора ноздри его тонкого носа раздулись, пока он прятал эмоциональную вспышку. Но по тому напряжению, которое слышал в нём Коннор, было ясно, что Хельми нетерпеливо ждёт, чем увенчается сосредоточенность мальчишки-эльфа. А Мирт тем временем настолько сконцентрировался над нужным местом и тем образом, который нашёл, что, видимо, даже не заметил, как прошептал:
   - А почему здесь...
   Его оборванная на полуслове фраза морозом продрала спины Коннора и Хельми. Они снова переглянулись. И тут же резко подняли головы. Отлично развитое боковое зрение обоих позволило заметить едва уловимое движение за защитным кругом, установленным Коннором по аморфно льющимся стенкам "колодца".
   Движение в дожде. Что-то тёмное в привычно сером мельтешении воды.
   Снова переглянулись.
   Наверное, надо бы встать и подойти - нет, даже подбежать к стенке "колодца"! Но встал выбор: что важней? Поиск Мирта, который они сейчас подпитывают, - или преследование врага, который ещё неизвестно зачем так близко подошёл? Коннор поймал странную мысль: тёмные друиды, возможно, поняли, что делают их пленники, а потому пытаются отвлечь от того, что может спасти братство... Но в любом случае Мирт сейчас напряжён так, как может быть напряжён рыбак, ведущий к берегу крупную рыбу - лишь бы не сорвалась с крючка!.. И сбивать его с этого напряжения... сбивать его с только что ненадёжно пойманного потока дикой магии... А если потом у него ничего не получится?
   Тёмные тени за светло-серой стеной ливня пропали. Может, друиды решили, что Мирт с друзьями всего лишь безнадёжно пытаются сделать хоть что-то? Провести хоть какой-то ритуал, чтобы выйти из мёртвого леса?
   Но зачем они вообще здесь появились? Проверить, что делают пленники, высвободившиеся от вампирящих капищ?
   "Хельми... Замени меня. Что-то мне не нравится всё это..."
   Ни слова не говоря даже мысленно - лишь раз вновь взглянув на стену "колодца" с подозрительным движением, юный дракон шагнул встать прямо за спиной мальчишки-эльфа и положил на его плечо свою ладонь, сдвинув в сторону ладонь Коннора. Коннор выпрямился, машинально поводя плечами, чтобы убрать закостенелость от напряжённого положения. И одновременно прослушал пространство.
   Сам того не замечая - чуть приподняв подбородок, он медленно поворачивался вокруг собственной оси...
   Что-то не то... В глубокую насторожённость вкралась досада: как мало сил, чтобы сделать проникающий взгляд более пронизывающим!..
   Впрочем, и то, что есть, достаточно красноречиво говорит: намечается нечто. Но что именно? Он всё так же машинально прошептал заклинание, собирающее все силы для магического видения. И окаменел, когда перед глазами мелькнуло то, чего в "колодце" быть не должно от слова "совсем"! Он буквально оцепенел, чтобы не сморгнуть взгляд, перед которым внутри очищенного и безопасного, как он недавно думал, "колодца" смутно, призрачным дымком затлели знаки. Настроившись на друидические ритуалы, о которых он знал очень мало и помнил только, что называется, расхожие, он считывал сейчас из этих размытых и искусственно искажённых знаков приближение беды.
   Хотя... Беда начиналась уже с того, что знаки эти сами предупредили о ней внезапным появлением в "колодце".
   Коннор с тревогой оглянулся на вход в древо.
   Быстрое прикосновение пальцев Хельми... Продолжая держать одну руку на плече Мирта, юный дракон тоже уставился в сторону "пещерки".
   "Что ты видиш-шь?"
   "Не знаю, но в пространстве что-то неправильное! Этих знаков здесь не должно быть! Они могут быть только за границами "колодца"!"
   Неуверенно Коннор шагнул к входу в древо и вздрогнул от возгласа Мирта:
   - Рядом с ним Гарден и Селена!
   - Мирт... - напряжённо сказал Коннор, а Хельми мгновенно отлепил ладонь от плеча мальчишки-эльфа и, развернувшись, выпрямился, сжав кулаки. - Ты можешь вызвать дикую магию... вытащить её сюда немедленно?
   - Но там Гарден...
   - Мирт, у нас ситуация, которую Селена называет ЧП!
   Стремительно вставший на ноги Мирт огляделся и отрапортовал:
   - Дикая выходит, но клочьями. Что у вас здесь?
   - Пока не знаем, но...
   - Коннор, - сквозь зубы сказал Хельми, - по-моему, пора быс-стро идти к младш-шим! Что бы здес-сь ни с-случилос-сь, они...
   Наверное, дракон хотел сказать - они самые беспомощные. Но не успел.
   Пронзительный крик, приглушённый стенами громадного дупла, которое они, не сговариваясь, обзывали "пещеркой", заставил всех троих броситься к младшим братьям. Первым влетел в древесную "пещерку" Мирт, за ним - Хельми.
   Коннор вдруг оглянулся, хотя уже ухватился за края дупла, чтобы впрыгнуть вовнутрь. И чуть не споткнулся на "пороге", не сорвался с края "порога" в древо.
   За спиной внезапно стемнело.
   В следующий момент Коннор вцепился в ногу Хельми.
   - Вылезай!! Жги!!
   Не будь последнего слова - Хельми так быстро не выскочил бы из "пещерки". Не увидел бы, что в "колодце" неожиданно стемнело, словно резко наступил поздний вечер. Хотя, как показалось Коннору, он и не смотрел, а мгновенно выполнил приказ мальчишки-некроманта: выпрыгнул - и ослепительный поток огня ударил полукругом от входа в "пещерку" - по выметнувшимся из земли колючим корням, которые образовали в "колодце" густейший, высоченный лес. И, едва появившись над землёй, мгновенно качнулись в сторону древа.
   - Жги!! - крикнул Коннор, а сам чуть не нырком бросился в "пещерку", из которой били отчаянные крики.
   Он ничего не видел в суматохе и в полутьме, в которой даже гнилушки не горели. Не помогали даже яростные всполохи драконьего огня с "улицы" по стенам. Помнил только, что в "помещении" есть живые и оживлённые мёртвые. И швырнул в сторону, где лежал Джарри, грубую "горсть" недавно набранной некромагической силы, а вслед чуть не выплюнул всего два слова. Не останавливаясь, лишь на секунду сконцентрировался на пальцах, добирая новые горсти, после чего вновь вбросил уже в обе стороны "пещерки" мёртвую силу, убивающую поднятую тёмными друидами мертвечину. И даже беспорядочный и болезненный крик, которым, словно густым дымом, полнилось дупло, не помешал сосредоточиться на главном.
   Крик затих через секунды.
   В "пещерку" дыханием воздуха внесло дым с "улицы".
   Коннор, ощущая подгибающиеся после выброса сил ноги, хрипло спросил:
   - Все... живы? Мирт?
   - Жив...
   - Колин?
   - Мы с Микой...
   - Живы-живы, - проворчал испуганный мальчишка-вампир, странно заикаясь и всхлипывая.
   Оба младших откликнулись из "коридора", где лежал Джарри.
   - Мирт... Джарри? - дрогнув на имени отца, спросил Коннор.
   - Его надо... вытащить отсюда на свет. Я... не вижу его...
   Коннор оглянулся. На "улице" стало светлей, а мрачные отсветы драконьего огня прекратились. Сглотнув: слишком неопределённый ответ дал Мирт, - мальчишка-некромант заставил себя высунуться наружу. Хельми стоял в трёх шагах от входа, дыша с хрипами и слишком сильно при этом будто кланяясь. Прямо перед ним - так много, что даже его ноги утопали по колено, высились кучи тяжёлого, хоть и мягкого пепла.
   Выпрыгнув и встав рядом с ним, Коннор сообразил, в чём дело. Сгнившие корни мёртвых деревьев поднялись к небу, и только огонь Хельми сумел остановить их движение, когда они попытались прорваться в "пещерку". Но остановил лишь с этой стороны... Некогда упавшее дерево словно делило круговую поверхность "колодца" пополам... Коннор развернулся и полез по коре древа наверх. Пару раз чуть не свалился, когда толстые, но ненадёжные обломки коры под его весом резко срывались. Наконец он добрался доверху и протянул руку лезущему вслед Хельми. Оба уселись, как на крыше, и оглядели площадь "колодца" с другой стороны. Переглянулись.
   На небольшом отдалении от ствола густо торчали те же гнилые корни. Если со стороны входа огонь юного дракона сжёг наступавшие на древо мёртвые корни, то с этой корни успели влезть в "пещерку", буквально прошив её стены, и только некромагические силы Коннора будто скосили их, превратив оставшиеся в странный, ровно стриженный чёрный газон...
   - Что будет с-следующим? - спросил Хельми, не глядя на Коннора. - Из земли наш-шего "колодца" полезут кос-сти, чтобы проткнуть нас-с? Чтобы с-сжечь эти, у меня огня нет. Нет с-сил для его творения.
   - Зато есть некромагия, - хмуро отозвался Коннор. - Я уже набрал её достаточно. Но эта сила слишком однообразна. Многого с ней не сделаешь. Как ты думаешь, эти корни ещё могут что-то натворить?
   - Нет, - внимательно присмотревшись к чёрному "газону", покачал головой Хельми. - Это ос-статки. Очень короткие. Они прос-сто будут торчать.
   - До следующей диверсии у нас есть время, - решил Коннор. - Немного, но есть. Пока они приглядываются, много ли урону нам нанесли, пока думают, что пускать в ход в следующий раз, нам надо быстро добраться до дикой силы.
   - Почему ты так надеешься на неё? - угрюмо спросил Хельми. - Только из-за того что она дас-ст нам возможнос-сть добратьс-ся до эльфийс-ского лес-са, а потом до драконьего неба?
   - Ты забыл ещё об одной стороне дикой магии, - бесстрастно ответил Коннор. - О том, что самые сильные заклинания - это заклинания прошлого. И сильны они именно потому, что маги основывали эти заклинания на дикой магии.
   - И ты знаеш-шь эти заклинания, - уточнил Хельми.
   Не сговариваясь, они съехали с древа и поспешили к тому месту, где Мирт пытался найти дикую магию. Именно сюда ребята дотащили раненого Джарри.
   - Коннор, - немного нервно сказал Колин, - ты говорил, что, когда тебе понадобится сила, ты легко возьмёшь её у нас. Даже не спрашивая. Я не хочу ждать! Возьми у меня личные силы. Пожалуйста, Коннор!
   - Мои тоже, - быстро сказал Мика, сидящий на коленях перед Джарри.
   Мальчишка-некромант мягко сел на колени и осмотрел тело отца. Мирт глаз не поднимал, но его рот то и дело кривился, будто это ему больно... Корни, прострелившие стены "пещерки", успели впиться в тело Джарри. Коннор их уничтожил, но из микроскопических и довольно больших кровавых точек на теле семейного Селены продолжала сочиться кровь...
   - Я не могу... - прошептал Мирт и отвернулся. - У меня больше нет сил... Коннор, может, пора взять силы у Джарри? Чтобы защитить его самого?
   - Сядь на то же место, где ты мне сказал, что дикая сила исходит клочьями, - жёстко скомандовал мальчишка-некромант. - Мне нужен всего лишь один клок! Один, Мирт! И тогда мы сумеем прорваться!
   Мирт посидел, посидел. Встал и отошёл в сторону на пару шагов. Снова сел, опустил ладони к земле. Прежде чем полностью приложить руки к земле, раздражённо разбросал полусожжённые корни. И застыл на месте.
   - Стерегите Джарри здесь, - обратился Коннор к младшим. - Лучше будет, если вы останетесь на виду у нас. - А когда он отошёл от Джарри и младших и встал за спиной Мирта, обернулся к Хельми: - Говоришь, следующими будут кости? Спасибо за подсказку. Один раз сработало - с теми тремя, сработает и сейчас. Я не хотел убивать всех. Но выбора они нам не оставили.
   - Ты уверен? - спросил Хельми.
   - Абсолютно, - холодно сказал Коннор.
   Он обошёл Мирта и сел перед ним на колени.
   На этот раз не мальчишка-эльф порезал себе кожу.
   Коннор стилетом процарапал глубокие кресты на собственной ладони, а когда кресты наполнились кровью, он втиснул свою ладонь между ладонями Мирта. Губы будто машинально зашептали заклинание из книги первомагов по некромантии. Заклинание, близкое к тому, что он шептал, когда взывал к мертвецам Старого города, чтобы те собрались в помещениях храма некромагов.
   ... Клочок дикой магии - сказал Мирт...
   Кровь стала катализатором.
   Кровь странного существа, в чьих жилах мерцала смесь магий...
   Дикая почуяла в этой смеси намёк на то, что она тоже когда-то была использована этим живым существом. Потом она легко нашла в собственной памяти след этого существа и признала его магом, имеющим право на её использование. На безграничное использование в любых количествах...
   ... Мирт отскочил от Коннора. Точней - его отбросило так, что, вскочив, он едва устоял на ногах - и то, благодаря Хельми, который поддержал его.
   - Что проис-сходит? - спросил юный дракон, с тревогой глядя на Коннора, ссутулившегося там, где должен был сидеть мальчишка-эльф.
   - Не знаю, - ошеломлённо признался Мирт. - Меня как будто... волной...
   Некоторое время они, как и младшие, вытянувшие головы в их сторону, наблюдали за неподвижным Коннором. Потом Хельми тихо, чтобы те же младшие не услышали и не заволновались, возможно, напрасно, спросил:
   - До атаки друидов... что ты с-сказал о Гардене и С-селене?
   - Коннор велел сосредоточиться на образе Вереска, - тоже вполголоса откликнулся Мирт. - Я и... Сначала всё было тускло, а потом я вдруг понял, что Гарден сидит в машине, а вокруг него - Вереск и Селена. Я... не поверил...
   - Они ищут нас-с, - задумчиво сказал дракон и оглядел стены "колодца". - Как только мы начали ис-скать дикую с-силу, они начали ис-скать нас-с. Кажетс-ся, с-с Верес-ском нам повезло.
   - Что с ним?.. - внезапно выдохнул Мирт, невольно шагнув к Коннору.
   Ему почудилось, что он перенёсся на несколько лет назад. Именно тогда, когда Коннор впервые начал собирать команду в пригороде, Мирт однажды нечаянно увидел странные вещи: когда происходило что-то слишком уж сложное, на кистях мальчишки-некроманта взбухали вены. Причём не один раз, а так, словно кровеносные сосуды кто-то подкачивал... Помнится, тогда мальчишка-эльф здорово напугался. До такой степени, что не решился спросить у Коннора, что же с ним такое происходит.
   Потом-то Мирт узнал, что это провода, по которым пробегает машинная магия, придуманная Трисмегистом специально для Коннора.
   Но провода из организма мальчишки-некроманта убрали несколько лет назад. Как и всю его металлическую начинку, помогавшую выживать в пригороде, захваченном магическими машинами... Мирт боялся признаться себе, что же он сейчас наблюдает. Очень боялся, потому что знал о серой магии многое. А главное - он знал об ограничениях в работе с ней. А тут... Коннор качает эту магию так, словно он снова, как это называла Селена, киборг, который только что завалил жуткую громадину машинного демона!.. Словно он дорвался до самого вкусного в жизни и торопливо пожирает его, пока... пока не отняли!..
   В вопросах магии мальчишка-эльф всегда доверял Коннору. Но сейчас... сомневался, всё ли правильно делает мальчишка-некромант, потому что очень уж страшно всё это выглядело...
   - Он... не переес-ст? - прошептал Хельми.
   - Спроси его сам! - огрызнулся, сам того не желая, мальчишка-эльф.
   - Коннор! - в полный голос позвал юный дракон. - Ты не жадничаеш-шь?
   Не ожидавший, что дракон воспримет его предложение всерьёз, Мирт вздрогнул.
   От Джарри оглянулись Мика и Колин.
   А Мирт уже с надеждой уставился на мальчишку-некроманта.
   Тот сначала не подавал никаких признаков, что слышал старшего собрата, а потом неловко, будто страшно устав, медленно отнял ладонь от земли и выпрямился, всё ещё сидя на коленях. Лицо похудело настолько, будто он не силы качал, а работал физически.
   ... Выпрямившись, он оглянулся. Не на Мирта или Хельми, а в сторону отца. А потом с трудом, по-стариковски тяжело встал и подошёл к младшим.
   - Мика, - сипло позвал он. - Что там у нас с грядкой?
   Если сначала Мирт удивился, почему Коннор спросил не его, а именно Мику, то потом сообразил: кто - кто, а хозяйственный Мика первым побеспокоился о провизии после нападения мёртвых корней. И наверняка уже сбегал проверить, как там и что.
   - Эти чёрные корни её уничтожили, - мрачно доложил мальчишка-вампир. - Они взрыхлили землю грядок. Несколько морковок уцелело, потому что успели подрасти. Я их собрал. Вот они! - И он поднял за зелёные хвосты кучку корнеплодов.
   Сами не заметили, как все расселись на корточках вокруг Джарри.
   - Есть проблема, - сказал Коннор, который выглядел очень и очень спокойным. - Мне эту проблему решить легко. Но я не один, поэтому спрашиваю вас. Ситуация такая: если я оставлю тёмных друидов в живых, они постоянно будут пытаться нас уничтожить. Под их властью весь мёртвый лес, а значит - все его ресурсы для нашего уничтожения. На переговоры они с нами не пойдут. Мы для них жертвы. Это первый вопрос, который бы я хотел вам задать.
   После первых же фраз о тёмных друидах братство словно затаилось. Колин сжал руки на груди, будто пытаясь отодвинуть от себя всё, что услышал. Хельми упрямо наклонил голову. Мирт неслышно ахнул и побледнел. Мика обиженно смотрел куда угодно, только не на Коннора.
   - Итак, мы решаем, - безжалостно напомнил Коннор, очень хорошо понимая чувства братьев. - Без их смерти нам отсюда не выбраться. Это первая и, пожалуй, единственная преграда на нашем пути к свободе и к обычной жизни.
   - А тебе обязательно нужно наш-ше позволение, - медленно договорил Хельми.
   - Нет, не нужно, - легко ответил мальчишка-некромант. - Я уже убил троих - когда понял, что они идут по моему следу с намерением убить меня. А что ты хочешь, Хельми... Чтобы я без вашего ведома убил остальных? Ты боишься знать об этом?
   - Не переворачивай, Коннор, - лихорадочно блестя глазами, сказал Мирт. - Я могу на тебя положиться во всех случаях, даже самых жестоких... Нет, я не о том... Коннор, это правда, что по-другому нельзя?
   - Расчёт простой: или мы, или они.
   - Но ты же умный! - поднял голову Колин. - Ты же и раньше чего только ни придумывал... Может, и сейчас?... Ну, чтобы и они остались в живых, и мы бы выбрались отсюда живыми? Или... Никак?
   Начиная раздражаться, Коннор постарался с минуту подышать, прежде чем ответить на наивный вопрос мальчишки-оборотня.
   - Колин, твои руки и ноги в пятнышках, - напомнил он. - Это пятна от проникновения мёртвых корней в твоё тело. Если бы не Хельми и я, эти корни напились бы твоей крови. Крови Мики. Крови Джарри. И нашей. Вот такой выбор перед нами.
   - А что потом? - вызывающе спросил Мика. - Ну, убьёшь ты их. А потом? Мы сразу сумеем выйти из этого мёртвого леса?
   - Нет, не сразу. Мёртвый лес нашпигован всяческими страшными колдовскими штучками тёмных друидов, - сказал Коннор. - Их очень много. И даже после смерти друидов нам придётся много поработать, чтобы выбраться отсюда. Но будет одно подспорье: тех, кто специально на нас хочет натравливать мёртвых, уже не будет. И никто не будет идти по пятам за нами, когда мы начнём пробиваться к опушке, одновременно уничтожая заклинания друидов.
   - А зачем их уничтожать?
   - Напомню. Главное здешнее заклинание - отводит не только глаза живого существа, но и его память. То есть мы, даже избавившись от тёмных друидов, но не уничтожив их заклинания, будем мотаться по этому лесу долгое время. Возможно, пока наши взрослые не пробьются к нам.
   - Я... не могу решать, - прошептал Колин. - Это слишком страшно.
   - Колин прав, - заметил Мирт, передёрнув плечами. - Коннор, а может, ты найдёшь другой способ нейтрализовать их?
   - У меня голова пустая, - признался мальчишка-некромант, - когда я думаю о тёмных друидах. Может, придумаете вы?
   - "Нейтрализовать" - хорош-шее слово, - признал Хельми. - Может, в твоих запас-сах заклинаний ес-сть такие, которые могут в этом помочь?
   - Каким образом?
   - Коннор! - обрадовался Мика. - А если их самих к капищам привязать, что будет?
   - Не знаю, - смутился мальчишка-некромант - и про себя усмехнулся: начали думать! А то взвалили только на него то, в чём он и сам не уверен, а ведь что-то делать надо! И добавил: - А кто вязать их будет?
   - Помнишь, как ты некромагов Перта вырубил? - оживился Мирт. - Может, и сейчас так сделать?
   - Не думаю, что эти друиды захотят честного боя со мной, - покачал Коннор головой, вспоминая рогатую голову того, за кем он гнался, пока ему не отвели глаза, преградив дорогу.
   - А как ты х-хотел их убить? - поинтересовался Хельми. - На расстоянии или?..
   - Я наполнен серой магией, - хмыкнул мальчишка-некромант. - Если и убивать, то, конечно, на расстоянии. Например, те же кости. Поднять их мне теперь легко. И направить остриями в мишени - сейчас легче лёгкого...
   - А корнями ты можешь командовать? - вдруг спросил Мирт, который насупился так, словно пытался что-то понять. - Ну, вот как они? Поднять из земли и направить?
   - Могу. И что?
   - А если эти корни направить на друидов? - быстро спросил Колин.
   - А если вообще устроить им весёленькую жизнь? - задумчиво спросил Мика, и все уставились на мальчишку-вампира, который насупился от напряжения.
   - Это как? - не выдержал Коннор.
   - Ты же сказал, что сил теперь у тебя много. Я так понимаю: ты можешь контролировать тёмных друидов, а Мирт пока начнёт добираться до эльфийского леса, а следом Хельми - до драконьего неба. Это дело долгое. Ну и... Собрать те же корни и заставить их напасть на своих хозяев. Как только тёмные друиды разберутся с корнями (а это будет не сразу, потому что обалдеют!), ты собираешь кости и заставляешь их кружиться вокруг друидов. Ну и всякое такое.
   - И что нам даст оставленная им жизнь?
   - Коннор, пусть их судят взрослые, - как маленькому, объяснил ему Колин. - Например, власти нашего города. Ведь ты же сам сказал, что здесь погибали универсальные маги. Ну, Джарри ты же просмотрел - и в его личном пространстве нашёл эту историю. Ну и пусть эльфы с ними разберутся. Или драконы. Да, Хельми?
   Коннор тоже задумчиво оглядел братьев, наконец-то, с найденным решением расслабившихся и сейчас здорово похожих на заговорщиков.
   - Ну, ладно, - медленно сказал он. - План таков: сначала я науськиваю мёртвые корни на тёмных друидов. Мирт в это время ищет дорогу в эльфийский лес и лечит Джарри. Как только друиды освобождаются от корней... - Он замолчал, прикусив губу, а потом фыркнул: - А почему бы не заставить капища воззвать к своим хозяевам, чтобы выпить их кровь? Согласен! Начинаем? Начинаем!
   И они начали.
  
   Глава восемнадцатая
  
   Подглядывать нехорошо - говорила Селена.
   Ирма не понимала: как это - нехорошо? Столько всего узнать можно! Да ещё порадоваться, что знаешь то, о чём другие не догадываются... Правда, однажды сказанное Селеной сбылось. Волчишка вместе со своими бессменными сопровождающими увидела, как во дворе своего дома оборотень Сири наказывает своего младшего сына. Порка эта потом несколько ночей снилась Ирме в жутких кошмарах, так что долгое время она обходила дом и двор Сири, да и самого злющего оборотня стороной.
   Подслушивать нехорошо - говорила Селена.
   А Ирма удивлялась: как это - подслушивать нехорошо?! Столько всего узнать можно раньше других! И таинственно помалкивать, пока остальные не узнают или пока им не расскажут. И потом промолчать - даже когда все будут удивляться. Ух, как здорово всё знать - всё, что остальным сразу не скажут! Но помалкивать - ещё лучше! Это чтобы в следующий раз на неё, маленькую волчишку, никто ничего не подумал, а значит - не заподозрил, что она подслушивает.
   Но в этот раз...
   Подкравшись к небольшой толпе у Лесной изгороди, Ирма услышала то, о чём не хотела бы слышать до тех пор, пока всё не образуется. А подслушанное ясно показало, что образовываться "это" явно не собирается.
   Из подслушанного тогда сложилось всё, что ранее она не понимала: и отсутствие брата, и странное враньё Селены (а то, что Селена врёт, - Ирма давно знала), и странная, слишком долгая отлучка братства, и даже страшное происшествие с Джарри, и внезапный дождь, и пустота, о которой очень неохотно говорил Берилл... Ирма, обернувшаяся в волчью ипостась, осторожно выбралась из кустов, рядом с которыми стояли все, ненароком объясняющие ей, что случилось в последние дни, перебежала в ряд других кустов и ускользнула подальше от Лесной изгороди.
   И засела в саду Тёплой Норы. На отогнутые ветки кустов, обняв коленки...
   Сначала Ирма вволю нарыдалась - до заикания, до неосознаваемого качания всем телом, с бессмысленно вытаращенными глазами на то, что она не видела... Потом жуткий плач, какого у неё никогда не было в жизни и который она почему-то не могла прекратить, как-то сам закончился. Но бессмысленность состояния осталась. Она даже не заметила, что провела под кустом несколько часов. Не услышала, что её ищут и зовут... Попробовали бы её разыскать, если она того не хотела. Даже Вади не нашёл бы...
   Интересно, а он искал?
   Забурчавший живот подсказал, что скоро ужин. Скоро. Голод и это соображение о времени медленно привели девочку в полное сознание. И волчишка начала думать.
   Братство в опасности. В такой, что им самим с ней не совладать. Нет, они там что-то начали делать, чтобы выбраться. Но это трудно. И сложно. Брат, конечно, очень умный, но... Опять рванувшие слёзы не позволили подумать о страшном. А Ирма-то считала, что слёз у неё не осталось... Но перед той жуткой пустотой, которую она ощутила, когда вдруг подумала, что старшего брата нет рядом, слёзы нашлись...
   Потом зашелестели кусты - и под склонённые ветви сунулась голова волчонка-подростка. Голова нюхнула Ирму. И сбежала. Это появление и исчезновение заставило Ирму насупиться и успокоиться - в ожидании, что произойдёт дальше. А дальше к ней, в кусты, влезли двойняшки Тармо и Вилл. Сели рядом, открыли рты на её зарёванное лицо.
   - Ты плакала... - прошептал Тармо.
   - Нам Вади сказал, что ты здесь, - прошептал Вилл. - Тебя Берилл искал.
   - На, - сказал Тармо и протянул ей балахон. И отвернулся. И Вилл отвернулся.
   "Всё правильно, - равнодушно от усталости подумала Ирма, натягивая одёжку из запасных - свою-то у Лесной изгороди оставила, когда оборачивалась волчишкой. А запасные всегда висели в тамбуре, в шкафчике. - У моего Вади лучший нюх на свете... Нет, не нюх. Я уже взрослая. Надо говорить - обоняние. И, если Колина не будет со мной, со мной будет Вади. И Берилл. И Тармо с Виллом. Но я не должна просто сидеть и реветь. Надо что-то придумать, чтобы Колин тоже был рядом. Что-то большое и ужасное"
   - Почему... Вади?.. - заикаясь, спросила она, не договорив, потому что горло снова перехватило сухими рыданиями.
   Но закадычную подружку двойняшки поняли.
   - Он сказал - ты плачешь, а он - боится, когда плачут, - объяснил Тармо.
   - А зачем... Берилл?.. - с надеждой взглянула она на двойняшек.
   Оба дружно замотали головами и вздохнули - вместе с нею, вздохнувшей.
   - Александриту некогда с ним сидеть, - сказал Вилл. - А Берилл переживает. Он сказал - с тобой переживать легче.
   - А Вильма ругается, - добавил Тармо. - Она тебя искала-искала, а ты никак не находишься. А скоро ужин. И поэтому она злится.
   - Лада тоже плачет, - снова шёпотом добавил Вилл. - Сидит наверху и плачет. Сначала прибежала - всё нормально было, а теперь опять плачет.
   Ирма шмыгнула носом. Наверху - это в мансарде, в комнате братства. Значит, Лада тоже боится за Коннора? Пойти к ней - посидеть на кровати Колина и пореветь ещё немножко? Только что изменится из-за нового рёва?
   Тогда про Ладу лучше забыть.
   А вот Вади и Берилл... Ирма задумалась, а двойняшки-оборотни притихли, чтобы не мешать думать: уж кто - кто, а они отлично знали это озабоченное выражение своей предводительницы, когда она задумывает что-то грандиозное.
   ... А потом Ирма мысленно присоединила к двойняшкам мальчика-дракона Ригана и поджала губы, пытаясь к своему выбору подойти скептически. Может, девочка-дракончик Люция? Нет, Люция хоть и умная, но ещё маленькая. Она напрочь откажется во всём этом участвовать. А вот Риган, если его немножко обмануть... Кажется, начала вырисовываться интересная комбинация, в результате которой Колин и его братья точно вернутся домой... Только вот начало этой комбинации надо бы раскрутить так, чтобы никто не сумел догадаться, что происходит. До тех пор бы никто не догадался, пока она, Ирма, не окажется в нужном положении.
   Ирма сознавала, что не так умна, как её старший брат Колин. Но знала о себе, что она умеет придумывать разные комбинации. Это слово ей сказал, а потом объяснил его значение чёрный дракон Колр, когда она придумывала всякие уловки во время игры с красками, чтобы не только выиграть, но и привести свою команду в целости и сохранности к намеченной цели. Правда, в пейнтболе все условия заранее определены. А в только что задуманной комбинации всё слишком неясно.
   В первую очередь всё зависит от того, сумеет ли она привлечь Ригана.
   А если не получится, в глазах всех её выходка будет просто баловством. Ругаться не будут. Да и, может, и не узнают...
   Пока же всё выглядело чисто схематически. Двойняшки Тармо и Вилл с удовольствием выполнят первую часть плана - в этом она уверена. Берилл тоже будет рад отвлечься. А вот Вади может выдать. Он слишком боязливый, хотя сам по себе смелый. Ирма не могла себе объяснить, почему думает о Вади так: смелый, но боязливый. Но эта странная характеристика мальчишки-оборотня ей давно известна, а значит, Вади не вписывается в её план - и в комбинацию.
   Повторив про себя это слово, которым она очень гордилась, Ирма принялась за воплощение своей идеи в жизнь. Ага, ужин!.. Нет, сначала Вильма!
   - Вильма сильно ругалась? - неожиданно спросила она у двойняшек.
   - Сильно! - подтвердил Тармо. - Кричала.
   - Это хорошо, - одобрила Ирма и снова задумалась - над тем, как можно снова разозлить любимую няньку, чтобы она со злостью наорала на бедную волчишку. При всех. Громко. И обидно. Очень обидно.
   - А чем... хорошо? - не сразу сообразил удивлённый Вилл. - Для чего?
   - Для моей комбинации, - отрезала Ирма.
   И принялась плюхать пальчиками по нижним векам, чтобы не очень было видно, что она плакала. Нельзя, чтобы Вильма увидела и пожалела. Очень нужно, чтобы она, наоборот, рассердилась... Двойняшки смотрели-смотрели на подружку, а потом Вилл шмыгнул в кусты и не слишком скоро, но вернулся с картошем, который оказался разрезанным. Приложив картошные половинки к векам, Ирма спросила:
   - На кухне добыл? Никто не видел?
   - Кам для ужина мыл, - объяснил Вилл. - Он отвернулся - я стащил. Ирма, а ты расскажешь, что придумала?
   - Есть одна комбинация, - неопределённо сказала волчишка, и маленькие оборотни переглянулись: подружка пришла в себя - и, кажется, у неё наготове или только-только вырисовывается увлекательная проказа!
   - Сегодня или завтра? - спросил Тармо.
   - После ужина, - уже деловито откликнулась Ирма. Всё, что должно собой представлять комбинацию, пока мысленно, но постепенно становилось на места. Так что, немного помолчав, она спокойно спросила: - Кто из наших старших в Тёплой Норе редко носит браслет? Ну, чтобы выходить за изгородь?
   - Но там страшно! - ахнул от восторга Вилл. - Дождь еле-еле закончился!
   - Фи... - пренебрежительно сказала Ирма. - Больно надо - за Лесную изгородь! Мы сбежим с огородов!
   - На пейнтбольную площадку? - с недоумением уточнил Тармо. Подумал, глядя на хмыкнувшую Ирму, и пожал плечами: - Можно и сбегать.
   Волчишка догадалась: Тармо решил, что она хочет поиграть на площадке, пока там никого нет. Чем хорош пропускающий браслет - с ним одно существо может пройти защиту изгороди, а потом бросить его через забор - и второе существо легко переберётся через защиту, так же, как и третье. Так что этот этап её комбинации и правда прост в исполнении. Ирма схитрила: она не стала говорить друзьям, что сегодня пейнтбольная площадка ей неинтересна, что её планы гораздо обширней и даже грандиозней. Ой, да у неё мурашки по спине бегали, когда она представляла, что собирается сделать!
   А пока друзья сидели рядом и перебирали всех тех, кто часто забывается и оставляет браслет на столах в гостиной. На браслеты-то до сих пор почти никто не покушался. Разве что было дело с Пренитом, но и тот - из благородных побуждений похитил пропуск-браслет, да ещё специально и втихаря оставленный для него когда-то драконом Хельми.
   - Каи! - сообразил Тармо. - Он, когда бегает рыбачить, постоянно оставляет браслет не в своей комнате, а в гостиной. Потом приходит и не вспоминает про него, пока утром в школу не надо.
   - Та-ак... - хищно протянула Ирма. - Браслет надо выкрасть - и спрятать подальше от Вильмы. А то она сразу увидит!
   - Увидит, - согласился Вилл.
   О способности любимой няньки видеть сквозь стены знали все. Поэтому похищенный предмет следовало не просто похитить, а сразу унести туда, где расстояние не позволит Вильме разглядеть его, если Каи всё-таки спохватится. Ведь у всех предметов своё личное пространству, а если Каи пожалуется Вильме, она сразу будет искать его по знаковому пространству.
   - В кустах рядом с изгородью, где пейнтбольная площадка, - предложил Тармо.
   - Закопать под корнями, - уточнил Вилл. - Вильма про кусты не подумает и не посмотри. Не увидит - точно!
   - Тогда начнём так, - волчишка снова шмыгнула носом, но уже решительно: первая часть комбинации буквально сияла перед глазами. Осталось доработать другие этапы. - Вы идёте к Вильме и говорите, что поругались со мной. Я на вас обиделась и убежала от вас. Потом я приду и ругаюсь с Вильмой, а вы утаскиваете браслет Каи и прячете его. Потом ужинаем и убегаем. Все будут думать, что я обиделась на Вильму, которая меня наругала, а потому искать меня не будут. А значит, и вас искать не будут.
   - И убегаем?
   - Нет. Надо сразу придумать, кто ещё с нами будет. А нас будет мало.
   - Почему? Неужели ты придумала такую игру, где можно играть с этим... малым составом? - удивился Вилл. - Ну, мы трое. Вади...
   - Нет, Вади не берём! - категорически сказала Ирма. - Берём Берилла! Но не за изгородь. Он нам понадобится здесь!
   - А Вади? - поразился Тармо. - Он же твой будущий семейный!
   - Он нам тоже понадобится, но тоже здесь, - жёстко сказала волчишка, которой только сейчас стало страшно - до такой степени, что она начала дышать часто и тяжеловато. Ну и придумала!.. Может, отменить всё?.. А вдруг не получится, да ещё её наругают ужасно? И не Селена. Не Вильма... У-ух... Но братства нет уже два дня... Глаза снова налились слезами. И неизвестно, что с Колином... Волчишка ожесточённо шмыгнула. Нет уж. Взялась - надо доделать! И пусть взрослые уехали в пригород, вроде как придумав что-то, чтобы выручить братство, но поддержка им всё равно пригодится!..
   Ирма оскалилась: не убьют же! А если и побьют, то она выживет!
   Зато братство вернётся! Колин будет рядом!..
   Оскал скривился в плаксивую гримаску, но волчишка судорожно сжала кулачки. Слёзы пригодятся при встрече с Вильмой.
   Двойняшки-оборотни переглянулись.
   - Ирма... - тихо позвал Вилл. - Мы ведь не играть... Да?
   - Да! - рявкнула девочка-оборотень. - Если не хотите со мной, я сама всё сделаю.
   - Хотим, - решительно сказал Вилл. - Идём? Ругаться с Вильмой и воровать браслет? Или ты хочешь позже?
   - Позже нельзя, - сказала Ирма и первой встала с веток.
   Ругань с Вильмой прошла замечательно. Любимая нянька бросилась к Ирме и с перепугу устроила нещадный допрос, куда та пропала на время прогулки. Уже всерьёз обиженная, волчишка нарыдалась так, что её пришлось успокаивать Анитре - магу и целительнице, оставленной Селеной за старшую на время своего отсутствия... Потухшая, насупленная, с впавшими глазами, Ирма села за стол в таком состоянии раздрая, что в любой момент была готова отказаться от своей затеи. Но Вилл толкнул её в ногу и поморгал глазами, когда она взглянула на него, пока никто не видел.
   Итак, браслет благополучно похищен.
   Две части комбинации готовы.
   Осталось поговорить с Бериллом. На нём самая главная часть.
   После ужина, как и ожидалось, Вильма вывела ясельников сначала во двор, а потом разрешила поиграть в саду, на игровой площадке. Ирма в сад пошла, но играть не стала. Вильма посмотрела на неё, посмотрела да забыла. Главное для неё - не буянила бы волчишка. Ирма это прекрасно знала.
   По договорённости, Тармо и Вилл усердно играли в догонялки, время от времени поглядывая в её сторону. Так что Ирма легко дождалась, пока Берилл сам подойдёт к ней.
   - Почему ты не играешь?
   - Не хочу.
   - Из-за Вильмы? Из-за того что она тебя отругала?
   - Ага.
   Они немного помолчали, наблюдая за остальными, которые с визгом и смехом носились по лужайке. И волчишка, не глядя на мальчика-вампира, сказала:
   - Берилл, помоги мне. Я тут кое-что задумала, и мне нужна твоя помощь.
   - А что надо сделать?
   Ирма оценивающе взглянула на него. Если сказать всё сразу, струсит и начнёт уговаривать не делать такого. А если сказать только часть... Или не струсит? Но двойняшкам-оборотням она тоже пока ничего не сказала. Будет нечестно, если скажет Бериллу, но промолчит Тармо и Виллу. Собрать вместе тесную компанию и во всём признаться? Или сделать это уже за изгородью?.. А как сказать им о таком, если она сама, как вспомнит, что придумала, так мороз по коже?..
   Мимо пробежал Вади, взглянул вопросительно.
   И волчишка решилась.
   - Берилл, тихонько скажи Тармо и Виллу, чтобы они на бочку пришли. Всё скажу.
   Ненужную в хозяйстве дряхлую бочку, довольно большую, приспособили для тех, кто любит бегать на месте: поставили вокруг бочки что-то вроде заборчика, за который можно держаться, - и только перебирай ногами! Игрушка хорошая, но быстро всем надоедала. Потому-то Ирма и созвала секретное собрание на ней.
   Усевшись на заборах с обеих сторон бочки, лениво перебирая ногами, чтобы заставить её крутиться, компашка - без Вади - внимательно выслушала план Ирмы. Волчишка очень боялась, что её будут отговаривать от ужасающего закидона. Но двойняшки мгновенно сказали, что они - за! А вот Берилл немного подумал и сказал:
   - По мне, так ты правильно придумала. Но надо сделать не так. Я не должен оставаться в деревне. Это Тармо и Вилл должны остаться.
   - Почему они? - подозрительно спросила волчишка.
   - Риган мне не поверит. А вот если Тармо или Вилл подойдут к нему и скажут, что ты сбежала, а они не могут тебя вернуть, потому что не могут перелезть ограду, потому что защита не пускает, он поверит.
   - Но мы же хотели, чтобы Вади по моим следам дошёл до изгороди, а потом сказал бы Ригану, что я сбежала с мальчиками за изгородь! А потом подошёл бы ты и подтвердил, что меня нет.
   - Вади дальше тебя не будет искать!..
   - Почему?!
   - Нет, ты не понимаешь, Ирма! Как только Вади узнает, что ты сбежала, он меня не послушает и скажет не Ригану про тебя, а бросится к Вильме или к Анитре!
   Волчишка замолчала, надув губы. Берилл прав. Вади боязливый - особенно когда дело касается изгороди. Ему в защищённой деревне настолько уютно, что он даже на пикники за Лесную изгородь неохотно ходил. А уж если сейчас, когда такое страшное за той изгородью было, сказать ему, что кто-то ушёл...
   - И что делать? - растерялась Ирма. Она так привыкла к своему плану, считая его идеальным, что пришла в замешательство, не зная, как выкрутиться из тупика.
   Двойняшки-оборотни тоже смотрели на Берилла озадаченно.
   - Ну-у... Наверное, всё то же самое, только по-другому, - задумчиво сказал Берилл. - Мы с тобой уходим - нам браслет не нужен, потому что меня изгородь пропускает. А ты не слишком тяжёлая - перенесу. Браслет Каи пусть останется у Тармо и Вилла. Как только мы уйдём, они немного ждут, а потом идут к Ригану. Пусть они ему скажут, что ты обиделась на Вильму и решила сбежать из деревни. Что они знают, где обрываются твои следы, но говорить это взрослым не хотят. Все видели, как Вильма на тебя кричала, а ты плакала. Это было при Ригане - я видел его тогда, он тебя жалел. Пусть Тармо и Вилл скажут Ригану, чтобы он помог тебя разыскать до того, как кто-то поднимет тревогу. Ну, чтобы тебе ещё раз не влетело потом. И скажут, что взяли браслет. Это он поймёт.
   - Но Риган хроменький, - вспомнила Ирма. - Ой, как же он будет догонять нас?
   - А мы на самокатах! - азартно сказал Тармо. - Правда, Вилл? Я сильней - поставлю Ригана к себе. И покатим! Так и скажем, что так быстрей будет!
   Открыв рот, волчишка смотрела на друзей. Ух ты... Оказывается, если советоваться с друзьями, комбинации-то поинтересней бывают!
   - Всё? - спросил Берилл. - Бежим?
   Сначала с бочки не спеша спустилась Ирма. Помахивая прутиком, подобранным с тропинки, она прогулочным шагом отправилась в дальний угол сада.
   Потом её догнал Берилл, который, размахивая руками, что-то ей объяснял.
   Они оглянулись на повороте тропинки: двойняшек-оборотней на бочке уже не было. Ещё несколько неспешных шагов - и вопящая толпа малышни скрылась за кустами. А Берилл и Ирма бросились вперёд. Никого не встретив, они довольно быстро оказались у изгороди. Здесь Бериллу пришлось поработать: Ирма-то хоть и худенькая, но вытянулась. И пусть они сверстники, но мальчику-вампиру досталось попыхтеть с волчишкой. Он пытался и так и этак перетащить за защиту, но - увы, ничего не получалось. На этот раз сообразила Ирма.
   - Берилл, сядь на изгородь ногами в сад! - велела она.
   Мальчик-вампир подчинился. Волчишка уселась к нему на колени и потрогала руками верхнюю жердь. Расплылась в улыбке. Так она и знала!
   - Я держусь руками за жердь, а ты поворачиваешься! - снова скомандовала она.
   Неуклюже, но Берилл выполнил предложенное. Покряхтели с минуту, но вот Берилл сел ногами на луговину, а девочка-оборотень съехала с его ног.
   - Прыгай! - скомандовала она, схватившись за его руку.
   Когда мальчик-вампир очутился на земле, он первым делом опасливо посмотрел в сторону леса. Успокоился - дождя нет.
   - А куда мы побежим? Или всё равно?
   - Нет. Мы побежим вон туда - в сторону той деревни, которую разрушили магические машины. И чем дальше отбежим, тем лучше.
   - Откуда ты знаешь, что деревня там?
   - А я видела ночью, куда поехали машины, когда наши ритуал решили выполнить. Ну что? Бежим? Надо бы успеть подальше.
   И они помчались, страшась пока только одного: как бы кто раньше времени не хватился их исчезновения. Бежать приходилось по той части луговины, которая не занята пейнтбольной площадкой, а значит, по довольно неровной и бугристой поверхности. Ничего. Для детских ног - самое то, тем более для волчишки и вампира, умеющего бегать, словно вихрь.
   Правда, останавливались отдышаться - и не один раз.
   В первую же передышку, волоча ноги от усталости, Ирма спросила:
   - А почему ты сразу решил помочь? Это ведь... - она не сумела объяснить, насколько их авантюра ужасающа.
   - Помнишь, я однажды упал с крепчуга? Кам тогда меня ещё поймал.
   - Помню. - Волчишка слабо хихикнула.
   - Мне так страшно тогда было, когда я повис на ветке. Но ещё страшней было, когда ветка сломалась - из-за Люции. Помнишь - она била по этой ветке ногой? С тех пор как братство пропало, я постоянно падаю и никак не могу упасть. Я не знаю, как объяснить, но я всё время вспоминаю, как падал с крепчуга.
   - И ты хочешь... - медленно сказала Ирма.
   - Я хочу встать на ноги.
   - Из-за братства такое? Это... плохо? А вдруг кто-нибудь из них когда-нибудь... - Ирма с трудом договорила: - Как тогда тебе жить?
   - Я буду знать об этом. - Помолчав немного, Берилл добавил: - Однажды Коннор мне объяснил это и сказал, что я переживать не буду. Я буду просто знать. Только Коннор не совсем прав. Я буду переживать. Ведь они и мои братья. Но такой пустоты... - Он снова замолчал, а потом просто сказал: - Я не умею сказать, Ирма. Но мне нравится то, что ты придумала. Если тебе станет страшно, я могу сказать всё за тебя.
   - Посмотрим, - ответила Ирма.
   Признаваться в том, что она с каждым шагом трусит всё больше и больше, она не собиралась. И сейчас больше всего боялась, что Берилл заметит, как заплетаются в беге её ноги. И отнюдь не от усталости, а потому что подрагивают от нарастающего страха, который она испытывает.
   Когда они в очередной раз пошли медленно, чтобы успокоить дыхание и отдохнуть, мальчик-вампир спросил:
   - Как ты думаешь, далеко ещё до той деревни?
   - Не знаю. Я слышала - Джарри сказал - они час ехали. Но тогда осень была, и земля плохая из-за дождей. А что? Мы же не собираемся в деревню.
   Берилл взглянул на неё с улыбкой.
   - А тебе бы не хотелось туда сбегать? Ну, когда всё закончится - и можно будет?
   Девочка-оборотень надула губы, представляя себе разрушенную деревню с остатками ритуальных фигурок. А потом сказала:
   - Туда, наверное, лучше бы Мика поехал. Ему же всегда интересно что-то найти.
   - А помнишь, как мы подносы у него искали в мастерской?
   - А помнишь, как искали костыли для Пренита?
   Они начали вспоминать всё, что связано с мастерской Мики, и идти стало легче. Когда вспомнили, как мальчики братства придумали бусики для девочек Тёплой Норы, как научили маленькое население дома собирать такие бусики и не только их, Ирма уже вовсю улыбалась... Громадный камень, торчавший в небо острым концом, привлёк их внимание. Они приблизились к нему и оглянулись. Своя деревня отсюда едва виднелась. Дома можно было различить, только если сильно прищуриться.
   - Ждём здесь? - предложил Берилл.
   - Давай здесь, - вздохнула волчишка и первой уселась на край камня. - Берилл, а вдруг Тармо и Вилл не сумеют уговорить Ригана найти меня?
   - Тогда будем ждать Колина дольше, - после недолгого молчания ответил мальчик-вампир. - Ну, пока Селена и взрослые не выручат братство...
   - А ещё Джарри потерялся... - прошептала волчишка.
   Вечер постепенно подступал, поднимаясь холодком от земли. Ирма снова села, обнимая ноги и сердито думая о том, что её ждёт, когда всё раскроется.
   - Едут! - возбуждённо крикнул Берилл.
   - Одни? - вскочила она и встала рядом.
   - Пока не вижу...
   Двойняшки приехали с добычей - с Риганом!
   Мальчик-дракон бурно возмущался из-за собственного похищения, шипел и фыркал на всех. Не сразу, но замолчал, глядя на Ирму, которая разглядывала его так, словно не узнавала. И буркнул:
   - И зачем вс-сё это?
   - Риган, - совершенно спокойно от отчаяния сказала волчишка, - всё это очень нужно, чтобы ты крикнул в ту сторону. - И, повернувшись к едва заметным вершинам гор далеко-далеко, показала рукой. - Пожалуйста, Риган. Мы не хотим тебе объяснять, потому что ты сам всё знаешь. Риган, крикни. Позови...
   Несмотря на то что внутри неё всё успокоилась, а может, благодаря этому, она заметила, что мальчик-дракон побледнел. Он смотрел вдаль, и его раскосые глаза наполнялись безнадёгой.
   - Я кричал... И долго... И никто не приш-шёл и не прилетел. Мой крик никого не призовёт. Вы зря... меня с-сюда привезли.
   Берилл сразу обмяк и отошёл в сторону. А двойняшки стояли возле самокатов и смотрели то на него, то на Ирму с Риганом.
   Ирме хотелось кричать, визжать, рыдать. Хотелось наброситься на мальчика-дракона с кулаками. Но перед глазами всплыли смутные образы любимых существ, и волчишка почти спокойно сказала:
   - Мы привезли тебя сюда не зря. Ты нужен братству и Джарри. Кричи, Риган! У тебя получится! Драконы своих слышат! Так сказал Джарри. Так проверь то, что он сказал. Кричи, Риган. Чтобы проверить.
   Риган сглотнул и обернулся к едва видимой горной гряде. И закричал.
  
   Глава девятнадцатая
  
   Клочок облачного неба над "колодцем" медленно, но неумолимо темнел. Судя по всему, день закончился, а вечер из-за ливня вот-вот превратится в чернейшую ночь.
   За час после военного совета Коннор успел реализовать одну идею. Одно капище он активировал, перенаправив его голод на его же создателей, и сотворил постоянный зов камня во все стороны.
   Решительно полагая, что на некоторое время он отвлёк друидов от происходящего в "колодце", он тут же подсел к Мирту, которому помогал Хельми. Мирт за час добраться до эльфийского леса не успел. Добавив мальчишке-эльфу немного стабильно идущей личной силы, взятой от дождя на краю "колодца", Коннор некоторое время отстранённо размышлял, стоит ли пробовать преобразовать дикую магическую силу, которой набрано много, в личную. Ещё один вариант помощи брату. Некромагическая точно не поможет, а вот дикая...
   - Есть... - внезапно прошептал Мирт, и оба помощника резко склонились перед ним проверить, что именно есть.
   Хотя можно было бы и не взглядывать на землю - достаточно увидеть руки мальчишки-эльфа, на которые он смотрел с торжествующей улыбкой.
   Чуть сбоку, от тела Джарри, закричали Колин и Мика, созерцая разноцветные облачка вокруг кистей Мирта. А мальчишка-оборотень ещё и с наслаждением засопел, втягивая запахи ароматных трав и цветов, которые немедленно хлынули от троих, искавших и пробивавших пути в эльфийский лес. Счастливый Мика не выдержал - бросился к старшим братьям и сплясал вокруг них какую-то дикарскую пляску, оскальзываясь на грязи и едва не падая, а потом... Потом мальчишка-вампир замер, прислушиваясь к собственным ощущениям. Отмер и, подняв собственные сияющие руки, с воплем: "Ага! Я на наши грядки!" помчался к стволу.
   Вдогонку ему хохочущий от радости Мирт крикнул:
   - Одну оставь под лекарственные!..
   Коннор сжал рот, стараясь не слишком поддаваться всеобщей эйфории, хотя внутри него тоже всё... искрилось и сияло.
   - Напоминаю, - поднимаясь с коленей, сказал Коннор. - В течение следующего часа, Мирт, ты растишь нужные травы и принимаешься за Джарри. В течение этого же часа ты, Хельми, пробиваешь путь к драконьему небу. Я займусь сначала нашей защитой, пока друиды не поняли, что мы прорвались к силе, а потом устрою ещё одну ловушку для друидов. И, если они поймут, что тут происходит, нам помешать уже не смогут.
   Мирт, оглянувшись на бегущего к Мике Колина, вполголоса сказал:
   - Ты... не боишься, что мы слишком много времени тратим? Сначала ты тоже говорил о часе, а теперь...
   - У нас неясная позиция, - спокойно ответил мальчишка-некромант. - Во всём. Неудивительно, что и обстановка меняется на раз. Поэтому нервничать из-за времени не собираюсь... Я не уверен, что и в следующий раз того же не повторю. И мне очень и очень нужен Джарри. Он взрослый, и на нашу ситуацию у него может быть иной взгляд. Так что... плевать на время, которое растягивается. Главное, что оно работает на нас.
   - Ты заговорил, как в пригороде, - заметил Мирт.
   Он не стал объяснять, что значит - в пригороде. И так понятно, что он имеет в виду пригород не современный, а занятый когда-то магическими машинами.
   - Я начинаю? - спросил Хельми.
   Он выглядел совершенно безучастным - в отличие от ребят. Как будто ему уж точно всё равно, сумели ли они все заполучить эльфийские силы, нет ли. Но Коннор знал, в чём дело: Хельми ещё никогда не чувствовал себя настолько беспомощным, как сейчас. Сначала отдал силы, сражаясь за Джарри, а затем - окутывая его вневременным магическим пространством. Потом сквозь жёсткий ливень летел на сигналы Коннора в "колодец", стараясь бережней нести живой груз. И, наконец, до последней капли использовал драконий огонь, уничтожая науськанные на них друидами корни.
   - Начинай, - согласился Коннор, понимая его неуверенность.
   Мирт помчался к ливневой стене "колодца" отмыться от грязи, а после чего немедленно побежал к грядкам. Младших возле них уже почти не видать - сумерки вовсю занимали своё законное место в "колодце". Правда, теперь младшие легко и смеясь расставляли повсюду магические огоньки, которые постепенно вырисовывали границы грядок... Коннор оглянулся на Хельми. Тот, в отличие от мальчишки-эльфа, не сел на колени, а устроился в "лотосе". Так эту позу называла Селена.
   Прежде чем помочь собрату по крови, Коннор быстро обошёл границы "колодца". Подумалось, что смешно сказано - быстро. Мало того, что площадь довольно большая, а от темноты визуально-иллюзорно расширившаяся, так и грязь ещё пока никто не отменял.
   Вернувшись к юному дракону, Коннор спросил:
   - Помочь сейчас?
   - Чуть позже, - глухо ответил Хельми.
   Коннор уселся рядом - в тот же "лотос". Его личная забота, до того как Джарри будет готов принимать участие в освобождении из мёртвого леса, - контролировать этот мёртвый лес. В основном - перемещение по нему тёмных друидов. Ну и заодно постоянное "возвращение" к тому капищу, которое недавно он перенастроил под новую жертву - на самих тёмных друидов, чтобы проследить, как распространяется зов каменного вампира по лесу.
   Время от времени Коннор поднимал голову и всматривался в ребят. Мирт со своими помощниками, окружив свои грядки магическими огнями, неистово работал с травами. Даже отсюда, от места, где лежал Джарри и сидел Хельми, было видно, что мальчишка-эльф буквально всю землю этих маленьких грядок перебрал своими руками - так сияла почва эльфийской магией. Потом Коннор взглядывал на Хельми. Дракон сидел неподвижно, но вокруг него уже мерцало не только мягкое марево эльфийской магии. Хельми словно окутался в туманную дымку личного колодца. И с каждым разом, как посматривал на него Коннор, эта дымка вздымалась всё выше... И снова мальчишка-некромант возвращался к личному проникающему взгляду - наблюдению за мёртвым лесом и за смутно мелькающими в нём фигурами тёмных друидов.
   Вскоре края личного колодца Хельми исчезли в темноте наверху. Юный дракон продолжал окаменело сидеть, но в сиянии магических огней от грядок и собственным проникающим взглядом Коннор видел, как вокруг него продолжается работа его личной магии, "подогретой" и "подпитанной" магией эльфийской.
   Медленно, забыв об усталости, мальчишка-некромант поднялся из "лотоса", машинально стряхивая с штанов прилипшую грязь...
   Трое тёмных друидов шли к ближайшему капищу. Шли нехотя, внутренне удивляясь, зачем они туда идут. Мальчишка-некромант, затаив дыхание вслушивался в их личные пространства. И даже уловил отчётливую мысль одного из них: "Зачем нам сейчас нужен этот голодный камень? Он пуст и бесполезен..."
   Коннор безотчётно облизал губы. Была бы драконья магия, он был бы уверен в сделанном на все сто. Но исполнение заклинания он основывал на дикой магии, которой он слишком мало раньше пользовался, с добавлением некромагической, которой он опасался использовать слишком много, памятуя о том, что она однажды сама чуть не сожрала его. Так что вложенных сил маловато. Догадаются ли тёмные друиды, что впереди их ожидает ловушка? Или так и дойдут до капища, испытывая только неосознанную тревогу, но никак не насторожённость? Коннор в душе признавался себе: он не верит в излишнюю доверчивость тёмных друидов, так легко распорядившихся судьбой пятерых мальчишек и одного взрослого. Шестерых живых. Пятеро из которых - в начале своего пути. Даже не взрослых... А потому Коннор постоянно был настороже, прислушиваясь и "приглядываясь" к замкнутому пространству мёртвого леса.
   Он поднял руку, всунул её в ливневую стену. По раскрытой ладони ударило так, что пришлось поневоле опустить её. Не обращая внимания на бьющую ливневую стену, мальчишка-некромант шагнул в неё и мгновенно очистился от грязи. Вышагнув обратно, произнёс заклинание обсушивания и с невольной улыбкой ощутил, как быстро согрелось высохшее тело, а штаны стали лёгкими - без влаги-то. И вернулся к Джарри. Тот лежал на содранных с деревьев ошметьях коры.
   Снова проверка - и обзор мёртвого леса. Хмыкнул про себя. Теперь он знал, что в лесу всего шесть тёмных друидов. Их отличало тёмное, словно уходящее в себя сияние личных пространств. Были ещё трое. Правда, Коннор пока не вполне мог определить, кто это. Сияния, будто замкнутого на себе, уводящего глаз в чёрную пустоту, вокруг них не было. И, если друиды приближались к капищу, то эти трое продолжали оставаться в одном месте. Мёртвый лес, насыщенный древними заклинаниями, не давал возможности догадаться, кто это. А жаль... Впрочем, вскоре Коннор пожалел не только о том, что у него мало сил, но и о том, что из-за этого он не может настроить все три капища - и заставить тёмных друидов побегать от одного камня к другому. И забыть о похищенных на какое-то время. На время, пока братство (вместе с Джарри, когда он придёт в себя) не придумает все доступные ему пути-выходы из мёртвого леса.
   И вздрогнул, когда Хельми то ли что-то сказал хрипло, то ли выдохнул.
   И из "лотоса" юный дракон не встал - взлетел.
   С тем же хриплым вскриком Хельми обернулся прямо в воздухе и, расправив крылья, рванул к смутно серому небу, сам сияя обманчиво серым, обволакивающим его пространством... Чем выше, тем сильней дракон растворялся в вечерней тьме... И скоро из неясной небесной мглы донёсся яростный крик...
   ... И Коннор сам выдохнул. Потому что крик был именно яростным, а не отчаянным: Хельми пробился в драконье небо!
   Подошёл Мирт с магическими огнями на ладонях, за ним - Колин и Мика. Они могли бы наблюдать за происходящим от своих грядок, но мальчишка-некромант понял их желание быть рядом, дожидаясь юного дракона. Так легче - сообща передавать свои силы тому, кто пробивает чужие запреты и границы.
   - А помните... - мечтательно проговорил Мика, глядя в хмурое небо. - Как тогда прилетели драконы Вальгарда, а Хельми даже не знал об этом.
   - Они так летали под ним... - прошептал Колин, ероша волосы, чтобы убрать со лба. - Прямо так страшно было.
   - Тогда мы тоже все вместе стояли рядом, - вздохнул Мирт. - Теперь ничего не страшно. С драконьей силой мы и правда сумеем выбраться отсюда.
   - А если учесть... - задумчиво сказал Коннор и замолк, сообразив, что юный дракон начинает спуск. Но договорил: - Если учесть, что Хельми, оказывается, тоже кое-что интересное прочитал в нашей библиотеке, возможно, выбраться сумеем быстрей, чем сейчас нам кажется.
   - Не понял, - напористо сказал Мика.
   - Всё просто. Мёртвый лес битком набит различными запутывающими заклинаниями и результатами множества ритуалов. И не просто набит. Каждый ритуал, каждое заклинание вписаны одно в другое. Здесь такое вывязывание и плетение, что все узлы расплести - необходимо большое терпение. Если Мирт ещё не отказался от своего желания превратить этот лес в живой, потрудиться придётся столько, что... - Коннор развёл руками, показывая свою шутливую растерянность. - А драконий огонь может уничтожить всё враз...
   - А я читал, что взаимосвязанные заклинания имеют такое свойство, как... - Колин споткнулся и виновато улыбнулся, всё ещё глядя наверх. - Ну, в общем, надо найти главное заклинание, которое скрепляет все остальные, и тогда расплетутся все подряд.
   - Будем надеяться, что мы такое заклинание легко найдём, - пробормотал Коннор, не сводя глаз с тёмного пятна, которое спускалось медленно и сильно.
   - Идём к стволу? - спросил Мирт, ни на кого не глядя.
   - Необязательно, - ответил мальчишка-некромант. - Он добрался до драконьего неба и теперь может себя контролировать.
   - Откуда ты знаешь? - возразил Мика. - А вдруг?
   - Мика, прислушайся к себе, - с улыбкой посоветовал Мирт.
   - Ух ты... - шёпотом поразился мальчишка-вампир. - Я и забыл...
   И их ожидания оказались справедливыми. Хельми спустился не величаво, а словно озорной мальчишка, дорвавшийся до свободы. Словно мальчишка, который хочет похвастаться перед друзьями своими умениями. И на это раз ребятам не надо было прислушиваться к Хельми, не надо было спрашивать его ни о чём. Блокирующие браслеты у них давно отняли, и сейчас они отчётливо ощущали эмоции друг друга, если настраивались на них. Приземлился Хельми близко к древу с пещеркой и сразу совершил оборот. Всем им повезло, что грязь впитала, а то и просто увлажнила пепел от магически настроенных корней, сожжённых юным драконом. Будь пепел сухим, он бы взвился и не дал бы никому дышать... По-деловому собранный, Хельми подошёл к ребятам и кивнул:
   - С-с чего начнём?
   - Ты поможешь мне с Джарри, - безапелляционно заявил Мирт и добавил: - Я сумел вырастить все лекарственные травы, которые нашёл здесь. Их мало, но я усилю их действие. Джарри выживет.
   - Мне убрать с-структуру, поддерживающую временнУю с-стабильность Джарри?
   - Пока не надо. Он потеряет больше сил, если будет бороться с болью.
   Обговаривая лечение Джарри, мальчишка-эльф и дракон зашагали к грядке с травами. Мика и Колин чуть не вприпрыжку - за ними.
   Понаблюдав за ними, Коннор присел на корточки перед телом отца. Уже не худощавость, а острая худоба опавших щёк и синюшность закрытых век Джарри заставили его прошептать:
   - Потерпи ещё немного... Ещё чуть-чуть...
   Снова подумалось, почему же Джарри попал в мёртвый лес. Неужели из-за того, что он, Коннор, определил как оригинальность его магии? Только из-за этого... Вспомнилось, как Трисмегист учил его, находящегося в магическом полусне: "Ты не должен останавливаться в своём развитии! Изучай, читай, узнавай, усваивай!"
   "Любопытно... - улыбнулся вдруг Коннор. - А Трисмегиста тёмные друиды не пытались похитить? Он же вон какой..."
   Напоминание о тёмных друидах заставило мальчишку-некроманта вспомнить о своих обязанностях. Он встал от Джарри и в очередной раз пошёл по кругу "колодца", наполняя защиту теперь такой силищей, что теперь можно было выходить из границ "колодца", сохраняя их неприкосновенность и целостность. А закончив, вернулся к Джарри, над которым теперь хлопотали Мирт и Хельми... Он рассеянно смотрел на них, время от времени возвращаясь к состоянию проникающего взгляда и проверяя, есть ли какие-нибудь изменения в мёртвом лесу и с капищем. Заодно он примеривался к другим двум капищам, чтобы опять-таки на расстоянии превратить их в пожирателей собственных хозяев.
   Без Коннора, велев ему сторожить их, Хельми сам создал из краёв "крабовой" крышки парочку посудин. Младшие принялись бегать от костра к ливневой стене с водой, которой понадобилось очень много. Сначала промыли сквозную рану Джарри. Затем Хельми, как физически самый сильный, держал его тело, а Мирт очищал рану от грязи и возможной инфекции, а на костре тем временем постепенно закипала вода для отваров...
   Суматохи было много, и, в очередной раз проверив мёртвый лес, а затем капище, Коннор от усталости и рассеянности не сразу среагировал на то, что увидел. И только жест Колина, который вдруг погрозил Мике кулаком, заставил его встрепенуться.
   Он снова вернулся к капищу - это капище Хельми! Там был Хельми! - и вгляделся. Скривился от ненависти: друиды сняли его заклинания на вампирство против своих хозяев!.. Ничего. Сейчас Джарри придёт в себя - и тогда Коннор сумеет за какие-то несколько минут обратить капища "в свою веру!"
   Прошёл час... За это время наверху, в небесах "колодца", очертания туч исчезли во мраке ночи... Рубаху Джарри Мика и Колин очень аккуратно разрезали на полосы, простерилизованные мощнейшими заклинаниями. Стерилизовали в перерывах между ношением воды на костёр... А Коннор с едва уловимой усмешкой над собой снова вспоминал о том далёком теперь времени, когда он в своей группе был целителем, когда внутри него работала аптечка, придуманная Трисмегистом, и когда его собственные травмы легко заживали, благодаря диагносту в этой аптечке...
   Наконец два главных врача и хирурга в братстве осторожно отнесли Джарри в древесную пещерку и усадили его так, чтобы он полулежал. Мика и Колин заранее приготовили это ложе для "выздоравливающего" и теперь, сидя на корточках чуть поодаль от дракона и мальчишки-эльфа, радостно глазели на обещанное им следующее чудо - на выведение Джарри из беспамятства.
   А пока Мирт и Хельми готовились к этому чуду, обговаривая все детали, Коннор, прежде чем прыгнуть в пещерку, оглянулся.
   Темно. Магические огни, оставленные беспечными младшими "на улице", только подчёркивали странную опустошённость места и его тяжёлое... одиночество. "Ничего, - подумал Коннор. - Потерпите и вы ещё немного. Скоро здесь будет лес с живыми деревьями, с птицами - то есть всё то, о чём помечтал Мирт..."
   Возвращённый из небытия Джарри ожидаемо изумился, открыв глаза. Но ещё больше поразился, когда попытался что-то сказать. Кроме сипа, ничего не выходило. Умилявшиеся, глядя на него, мальчишки мгновенно преподнесли ему жестянку с не очень горячим питьём из трав.
   - Пей, - велел Мирт. - И не говори пока. И не дыши слишком сильно. И не пытайся встать. Если понадобится - сами поможем. Понял? Качни головой.
   Джарри, в процессе монолога Мирта обалдело хлопавший на него глазами, кивнул. И жадно прильнул к странной посудине - судя по всему, ему сейчас было всё равно, из чего пить... А все пятеро мальчишек любовно смотрели на взрослого, как он пьёт - и как одновременно очень внимательно осматривает всё, что доступно его взгляду при свете везде расставленных магических огней.
   Наконец он допил последние капли из жестянки и всё-таки выдохнул:
   - Где...
   Мальчишки оглянулись на Коннора, который стоял на коленях позади всех, но отцу был виден. Мальчишка-некромант уже составил в уме то, что должен рассказать, а потому спокойно приступил к истории похищения:
   - Нас всех закинули в мёртвый лес тёмных друидов. - Помолчал, выжидательно глядя на отца. Дождался, пока глаза Джарри сощурились, а потом распахнулись - вспомнил, понял! - и продолжил: - Хельми, меня и Мирта положили на здешние капища. Колина и Мику, как слабых магов, ранили и оставили умирать под дождём. Мы выбрались. Хельми нашёл тебя. Джарри, нам придётся некоторое время побыть в этом лесу, потому что он пронизан заклинаниями, отводящими не только глаза, но и память. Мы хотим расплести эти заклинания и выбраться.
   Джарри так осунулся при этом известии, что оглянувшийся на ребят Коннор понял, что они... разочарованы и даже обижены. Он чуть нервно не расхохотался, когда сообразил, в чём дело: они все, особенно младшие, ждали чуда в полном смысле этого слова! Они ждали, что Джарри, взрослый боевой маг, после сообщения Коннора немедленно воспрянет и займётся чем-то, о чём они, может быть, забыли, и ускорит их возвращение домой, в Тёплую Нору!.. А он...
   Подумав немного, покусывая губу, чтобы открыто и с горечью не улыбаться, мальчишка-некромант спокойно продолжил:
   - Чего мы от тебя ждём, Джарри. Мы ждём, что ты быстро пойдёшь на поправку. И поможешь нам хотя бы теми заклинаниями, которых мы можем не знать. А вдруг ты, боевой маг, увидишь в здешних заклинаниях те, которых не узнаем мы? И ещё. Я не сказал тебе, что Хельми нашёл тебя раненым. Не беспокойся о ране. (Он промолчал об укусах мёртвых крыс.) Мирт сумел найти нужные для исцеления растения, а кроме того, у нас есть пища. Мы вернули себе все виды магических сил. Огородили внутри этого леса площадку, в которой сейчас не идёт дождь.
   Он поглядывал на ребят, пока говорил, и видел, как их лица проясняются. Чудо чудом, но в первую очередь Джарри должен выздороветь! Об этом они как-то подзабыли, слишком горячо надеясь на взрослого мага. А потом мальчишка-некромант не выдержал сам - быстро наклонился к Джарри и сжал его безвольно лежавшую руку.
   - Джарри... Я так рад, что ты живой!.. Так рад!..
   И ребята наперебой заговорили о том, что они счастливы и что Джарри везучий!..
   Потом Джарри осипло, но уже внятно снова попросил пить, а когда выпил предложенный отвар, попросил рассказать более подробно, как они все здесь очутились.
   - Колин - лучший рассказчик среди нас, - улыбаясь, сказал Коннор. - Колин, давай, рассказывай. Ты наши истории знаешь. - А на вопросительный взгляд Джарри: "Почему, мол, не ты?" - ответил: - Мне пора на стражу. Надо отслеживать перемещения друидов.
   И вышел из древесной пещерки.
   Как и ожидал, за ним следом выскочили Хельми и Мирт. Из пещерки теперь доносились только два голоса - рассказывающий Колина и уточняющий - Мики.
   - Скоро он уснёт? - спросил Коннор.
   - Через пять минут попросит ещё питья, - сказал мальчишка-эльф, сразу направившийся к грядке с лекарственными растениями. - Вот после него уснёт.
   - Надо бы младшим сказать, чтобы потише ему рассказывали...
   - Скажу, - не оглядываясь, ответил Мирт.
   Какое-то время глядя на него, Коннор пытался понять: мальчишка-эльф тоже разочарован? Вслушиваться в его пространство не хотелось. Привык к личному деликатно относиться. Хельми как будто подслушал его раздумья:
   - Он поймёт - чуть позже. Мне кажетс-ся, они вс-се думали, что Джарри с-сразу вс-станет на ноги. А ему с-с такой раной... да в таких ус-словиях...
   - И как ты думаешь, когда?
   - Думаю - к завтраш-шнему вечеру.
   - Ты оптимист.
   - Реалис-ст. Я учитываю не только его рану, но и наш-ши вернувш-шиес-ся возможности. В каждое питьё Мирт добавляет не только травы, но и с-силу. Поэтому я думаю - Джарри вс-станет завтра. Что там с-с друидами?
   - Сейчас послушаю.
   - Я с-с тобой.
   Они нашли место, где лежал Джарри у костра. Сели на обломки коры спиной друг к другу и замерли, уходя в прослушку мёртвого леса. Точней, для начала Хельми "проследил" проникающий магический взгляд Коннора и нашёл главную точку его наблюдения - капище.
   - Это где я?..
   - Да.
   - С-сколько их-х?
   - Шли к капищу трое. Ещё трое сидят в противоположной стороне. Кроме них есть ещё трое живых. Про них ничего не знаю.
   Оба видели проникающим взглядом, как трое тёмных друидов обследовали капище и... проворно сняли с него заклинание, придуманное Коннором на основе древних некромантских. Даже Хельми хмыкнул:
   - Быс-стро они...
   - Ничего, - откликнулся Коннор. - Сейчас уйдут - я такую силу в капище вложу, что не то что снять - они вообще обо всём забудут. Пойдут на заклание, как будто так и надо... Смешно. Теперь я с нетерпением жду, когда они уйдут.
   - Что-то они и не с-собираются уходить...
   Оба с интересом следили, как двое друидов обходят вампирский камень, а третий, отвернувшись от капища, воздел руки - но не к небу, как решили сначала мальчишки, и явно не читая заклинание. Первым сообразил Коннор. Он проследил, как от третьего куда-то в лес протянулись невидимые линии, по этим линиям мальчишка-некромант провёл проникающий взгляд до точки, которой друид заканчивал своё внимание.
   - Вызывает ос-стальных? - заметил дракон, прошедший по линии взгляда Коннора.
   - Похоже на то... - Коннор с трудом удержался от зевка. - Наверное, они будут восстанавливать обычные вампирские функции капища. Ничего интересного. Пора спать, Хельми. Надо набраться сил за время сна. А завтра предстоит работа с плетением заклинаний. - Он вдруг улыбнулся. - Если нас к этому времени не найдут...
   - Хорош-шо бы... - мечтательно откликнулся дракон.
   Теперь Коннор усмехнулся. Они все так устали, что очень хочется, чтобы кто-то за них сделал самую тяжёлую работу.
   Когда они подошли к чёрному входу в древесную пещерку, их здесь дожидался Мирт. Мальчишка-эльф кивнул.
   - Защита даст спокойно поспать?
   - Да. Она не с-слабей наш-шей изгороди, - подтвердил Хельми.
   - Тогда выпейте по глоточку, чтобы выспаться. Мика и Колин уже дрыхнут.
   - Какие сны мы сегодня увидим, эх... - вздохнул Коннор и тихонько рассмеялся.
   Братья поддержали его, но недолго. Устали все... Они влезли в пещерку, быстро расположились так, чтобы не терять тепло во время ночного сна. И уснули мгновенно...
   ... Если бы ещё спокойно, как предположил Мирт.
   Коннор не знал, что видели ребята во сне и видели ли они его сон. Но перед глазами (он ещё пожалел во сне, что не загадал видения себе заранее!) постоянно мельтешили тёмные друиды, которые суетились вокруг своего камня... И он, Коннор, в этом сне превратился в заику. Но не в того, который растягивает слова. А в того, кто повторяет одно и то же: "Наверное, они будут восстанавливать обычные вампирские функции капища. Ничего интересного... Наверное, они будут восстанавливать обычные вампирские функции капища. Ничего интересного..."
   Питьё Мирта не сумело победить этот сон и странное заикание Коннора на словах, которые он сам недавно произнёс. И это страшно раздражало во сне. Настолько, что он всё-таки проснулся. Снял со своего плеча руку Мики и мягким, змеиным движением выскользнул из "коридора" древесной пещерки. Посидел на её краю, не решаясь спрыгнуть в холодную грязь и думая о том, что первым делом Мирт должен привести в порядок отвоёванную у друидов землю. Представил, как будет прыгать в зелёную траву, чувствовать под ногами растительную свежесть...
   Но сон не хотел оставлять и здесь. Пришлось прыгать... Мальчишка-некромант поймал себя на том, что его губы брезгливо кривятся. "Прекрати! Быстро просмотрел капище и друидов - и спать!"
   Он вздохнул и настроил проникающее зрение, предполагая увидеть, как друиды заканчивают ритуал восстановления капища...
   Холодом проморозило спину... ударило заснеженным льдом по сердцу!
   - Почему не с-спиш-шь? - Хельми ещё проговаривал слова вопроса, а его руки мгновенно трансформировались при виде стилета в руках мальчишки-некроманта. - Что, Коннор, что?!
   - Они... восстанавливают капища... Те трое, которых я не идентифицировал, но которые не друиды... Друиды их приковывают к капищам! Один... уже...
   Ничего не соображая от ярости на самого себя - себя, который так оплошал, который ещё раньше не сообразил, не додумался, каким образом друиды восстанавливают свои камни, Коннор бросился в ливневую стену. Движение рядом он сразу заметил - даже несмотря на ярость: юный дракон без раздумий бросился за ним.
  
   Глава двадцатая
  
   В доме Агаты и Отсаны Селена побывала лишь раз, когда пришлось посетить квартиры девочек, оформляя на них документы в Тёплую Нору. Но и тогда, и сейчас надо было проехать по пригороду. Хорошо, что в её машине, кроме притихших сейчас двух мальчишек-эльфов, собрались все самые интересные пассажиры: два усиленно размышляющих про себя учёных эльфа и отрешённо задумавшийся целитель Бернар. Даже молча было ехать... спокойно.
   ... Миновали дом девочек - Трисмегист сразу сказал, что отследил остаточные пространственные следы тех, кто поехал узнавать о судьбе братства, - и видит их далее. Так что проехали мимо дома Агаты, по указаниям эльфа-бродяги - не останавливаясь... И Селена чувствовала ирреальный страх на всём пути, несмотря на оживлённые улицы, несмотря на обыденность здешней жизни и на присутствие беспечных живых существ, которым не надо прятаться от ежесекундной опасности в лице магических машин.
   Вот узкий переулок, тёмный в подступающих вечерних сумерках. И внезапно - из него нарастающий тусклый свет. Селена замерла. А потом выдохнула: нет, это не живое серебро - это выезжает обычная машина с грязными фарами.
   Поворот дороги перед домом - навстречу группка существ, из-за внезапного появления которой Селена поймала себя на том, что поспешно сунула руку в карман с камнями. А минуту спустя, когда группка мирно и спокойно отошла к обочине, пропуская их машины, хозяйка места с облегчением осела на месте. Обычные горожане. Не одичавшие оборотни, как поначалу показалось.
   И больше Селена в окно не глядела. Своих переживаний хватает, чтобы ещё и от воспоминаний, вызванных страхом, вздрагивать и замирать.
   А через пять минут догадалась спросить:
   - И как мы найдём этот ваш мёртвый лес, если он отводит глаза и память?
   - Мы не собираемся искать лес, - спокойно ответил Трисмегист, не обращая внимания на её сердитое "этот ваш". - Мы продолжаем ехать по следам дракона Колра, храмовников и деревенских магов.
   Чуть набычившись, Селена ждала, что он понасмешничает над её тупостью. Могла бы и сама догадаться! Ведь старый эльф ещё раньше сообразил, что деревенские маги не зря так срочно уехали в пригород. Прямым текстом ей сказал: возможно, Колр уже знает, что братство похищено тёмными друидами.
   Но после небольшой паузы Трисмегист мягко сказал иное:
   - Леди Селена, я понимаю, что вы устали и взволнованы. Потерпите немного. Вскоре мы будем знать всё, что знают посланные на поиски. А пока я буду говорить Тибру, куда надо повернуть и как долго ехать, чтобы добраться до Колра и остальных.
   Она сглотнула комок в горле и кивнула:
   - Спасибо...
   Темнело всё быстрей. Селена, прикусив губу, вспоминала Тёплую Нору и злилась на себя, что не удосужилась посмотреть перед спешным отъездом на Стена. Одна надежда, что Каиса приглядит за её сыном. Да и Вильма наверняка потом о нём позаботится. Но что-то внутри чуть не грызло её из-за этого досадного промаха. Пока не поняла: страх! Это страх потерять ещё и младшего сына! А потом всю жизнь каяться, что не вспомнила о нём вовремя - перед отъездом, не попрощалась.
   Сумбурно вспоминался Джарри. Сумасшедшая жизнь с ним в первые дни, когда только в редкие минуты покоя она могла размышлять, не слишком ли быстро они сблизились. Эта скорость сближения... Она часто заставляла Селену со страхом думать, что же будет потом, когда война с магическими машинами закончится... И как он счастливо взглянул на неё, когда Вальгард отдал им документы на официальный брак!.. А она-то не верила...
   Состояние углубленного самоедства прерывалось вспышками надежды и мгновенным падением в слезливую безнадёгу, из которой вылезалось лишь в хрупкую мечту: "А вдруг Джарри и братство вот прямо сейчас встретят нас на опушке этого чёртового леса?!" Продолжалось внутреннее смятение недолго. Гарден, которого она машинально обнимала, чтобы он не падал, внезапно дёрнулся. А спустя секунды снова застыл в привычной позе слепого. Удивлённая, Селена наклонилась и взглянула на Вереска. Даже в полутьме машины стало видно, что мальчишка-эльф с трудом держит глаза открытыми. Наверное, клюкнул носом вперёд, усыплённый ровным ходом машины. А вместе с ним, естественно, вздрогнул и Гарден.
   Селена ещё решала в небольшой суматохе, что делать в этой ситуации, как её выручил Бернар, тоже заметивший, что Вереск задрёмывает.
   - Сидите, Селена, - вполголоса сказал старый эльф-целитель и в два шага пересел со своего места к Вереску.
   Удивлённый мальчишка-эльф, мгновенно проснувшись от необычного движения, оглянулся на него, и Бернар кивнул ему:
   - Пока есть время, прислонись к моему плечу и спи. Мало ли что нас ждёт впереди.
   Мальчишка-эльф на эти слова чопорно выпрямил спину. Но его гордости хватило ненадолго. Спустя минуты Вереск вновь ссутулился и прикорнул на плече Бернара.
   "А Коннор и его ребята не заснули бы", - скептически по отношению к Вереску подумала Селена. А потом пожала плечами. Вереск-то один. А ребята - братство. Им есть, о чём поговорить, какими впечатлениями поделиться... А Вереск до сих пор с трудом вживается в Тёплую Нору. Если Аманда права и он в самом деле хочет дружить с Агатой, возможно, эта дружба будет началом его настоящего привыкания к деревне...
   Вспомнив об Агате, Селена поневоле задумалась о Тёплой Норе и о том, как прошёл вечер дома без неё, без хозяйки. Она буквально увидела, как непреклонная и строгая Вильма загоняет свой ясли-сад в комнату спать, а Моди помогает ей, внося заснувших - чаще всего это малыш-эльф Корилус. Правда, сегодня... Сегодня хорошо, что маленькая Оливия устала после вечерних игр на улице, и Моди осторожно кладёт её на постель: если девочка-эльф не проснётся, не надо будет что-то выдумывать, объясняя отсутствие её старшего брата, а теперь ещё и среднего... Вильма, наверное, злится: а утром? Как объяснить Оливии утром, почему пуста кровать Гардена?.. И Вильма тоже порой очень сильно устаёт. Если волчишка, которая сейчас молча ложится спать, проснётся среди ночи и начнёт плакать, кто утешит её?.. Наверное, перед тем как уснуть, Ирма оглянулась на Берилла. А мальчишка-вампир только потупил глаза... Риган, небось, снова куксится: он не любит, когда в Тёплой Норе кого-то не досчитываются - даже временно... Анитра, привычно взявшая на себя обязанности временной хозяйки, возможно, ругается с недовольными мальчишками-рыболовами, только что узнавшими, что могли бы посидеть на пруду подольше, благо Селены нет. С ними наверняка ругаются подростки-оборотни - они в последние дни, как заметила Селена, взяли на себя обязанность охранять Тёплую Нору, хотя прекрасно знают, что деревня защищена. Скорей всего, подростки-эльфы тоже с ними. Поверившая в себя после проведённого урока живописи, Космея везде таскает за собой быстро устающего Мускари, который втихаря ноет, что спать охота, а над ним посмеиваются Пренит и Агата, сдружившиеся с парочкой оборотней - Сильвестром и Отсаной. Маев, пожалуй, сидит с Ладой, утешая её. Обычно самая нелюдимая и "прячущаяся", девочка-маг, сдружившись с Эрно, сейчас странным образом обрела уверенность, которой щедро делится с окружающими...
   Вздрогнув, Селена схватилась за поручень сиденья. Не сразу сообразила, что машина подпрыгнула на колдобине. Вереск тоже проснулся и непонимающе оглядывался. Но в салоне машины темно. Догадался ли мальчишка-эльф сразу перейти на проникающее зрение? Переход от глубокого сна к странной действительности любого из колеи выбьет...
   Колдобина. Они едут не по городской дороге? Или попали на такую, которую ещё не отремонтировали после войны? Селена посмотрела на небольшое квадратное окно сбоку. Нет, ничего не видно в ночной теми. И всматриваться не хочется.
   - Вилмор, поворот направо, - вполголоса, как всегда говорил в пути, подсказал Трисмегист водителю. - И сбавь скорость. Осталось немного пути до наших следопытов...
   Он оказался прав. Спустя какое-то время, в которое полностью проснулся и насторожился Вереск, но Гарден так и смотрел слепо в ничто, машина мягко встала на месте. Трисмегист первым вышел наружу, за ним - Понцерус и Бернар. С улицы донеслись невнятные голоса, и Селена спросила:
   - Вилмор, ты посидишь с мальчиками?
   - Конечно, Селена. Иди.
   Вилмор немедленно перешёл в салон машины и улыбнулся, когда хозяйка Тёплой Норы оставила на спинке сидений несколько магических светильников, а старший мальчишка-эльф, помедлив, свободной рукой добавил ещё пару огоньков.
   Она кивнула ничуть не испуганному, а заинтригованному Вереску и повернулась к дверному проёму. Вышагнув из машины в сырую, даже промозглую темноту, сразу съёжилась: неужели она в самом деле рядом с тем жутким местом, о котором ей говорили? Рядом с мёртвым лесом?
   - Селена! - позвали откуда-то со стороны - и из мрака выступила знакомая фигура. Бернар. - Я ждал вас. Держитесь за меня, я провожу вас к нашим магам.
   Она с благодарностью уцепилась за его предложенную руку и, неуверенно перебирая ногами, зашагала, ведомая старым эльфом-целителем. Вскоре она сообразила, что он ведёт её к громадному костру, который почему-то странно и ужасающе отбликивает с одного края, а порой и полыхает так, что не сразу можно догадаться, что глаз видит отражение огня. Между костром и его отражением бродили неясные теней, а чуть в стороне стояли несколько смутных фигур, которые активно общались. Бернар, который уже сориентировался в происходящем, пока она оставляла Вилмора и мальчиков-эльфов в машине, вёл Селену именно к группе.
   Чем ближе, тем легче было распознать в высокой широкоплечей фигуре Колра и двух учёных эльфов, которые что-то доказывали ему. Чёрный дракон вдруг поднял голову, словно стараясь разглядеть что-то или кого-то.
   - С-селена?
   - Да, я здесь.
   - Мне с-сказали, что здес-сь и Гарден с Верес-ском?
   Вопросительные интонации Колра не обманули. Он не спрашивал - злился. Селена тоже было разозлилась: он же не знает, почему они приехали, чего сразу налетел?! Но напомнила себе, что в случае несчастья с Джарри именно чёрный дракон... Впрочем, наоборот. Именно она именно его имя выкричала в первую очередь, когда Джарри упал... И Колр тогда откликнулся сразу. И, напомнив себе об этом, Селена поняла, почему он злой. Надо разбираться с мёртвым лесом, а тут зачем-то привезли мальчишек-эльфов и хозяйку Тёплой Норы - а в придачу к ним женщин! Ладно бы - только взрослых оборотней, умеющих драться... Нет, Колр знал, что и Аманда, его семейная, и Хоста, семейная храмовника Ильма, привычны к походным условиям, но сейчас для чёрного дракона они самые слабые и... вообще-то, бесполезные.
   Поэтому Селена быстро сказала:
   - Есть мнение, что уже сегодняшней ночью братство сумеет выбраться из мёртвого леса. Я нужна здесь, чтобы Коннор сумел сориентироваться, куда надо идти, чтобы выбраться из леса. Мальчиков Вереска и Гардена привезли, потому что братство добралось до дикой магии и теперь ищет выходы к эльфийскому лесу. И чем ближе мальчики к мёртвому лесу, тем легче братству добраться до необходимых им сил.
   - Откуда вы это... - начал чёрный дракон и тяжело замолчал.
   Выглядел Колр не ахти - честно говоря. "Будто всю ночь вагоны разгружал, - со слабой внутренней улыбкой подумала Селена. - Чем они тут без меня занимались?"
   - Гарден дважды застывал, но первый раз с ним это случилось не так, как бывает, когда он волнуется, - объяснила она, не дожидаясь продолжения вопроса. - А так, как было, когда он бежал по краю эльфийского леса. А потом... Орвар не сумел вывести его из этого состояния, но Гарден вдруг вышел сам и вцепился в Вереска.
   - А Верес-ск - проводник дикой с-силы, - закончил Колр и оглянулся на лес - точней на такую же стеклянную в ночи и в отсветах костра ливневую стену, какую Селена помнила по Лесной изгороди.
   Скосившись в сторону, Селена заметила, что Аманда стоит неподалёку, рядом с Хостой, явно не решаясь приблизиться к своему семейному. Надо будет потом подойти и попросить женщину не подходить ещё какое-то время. Аманда видела, что Колр жив и здоров, так что не надо бы его пока злить своим нежданным-негаданным появлением. Судя по всему, Колр подойдёт к ней сам, когда сочтёт нужным...
   И неожиданно почувствовала ревность к Аманде. Ей-то что... Она-то своего семейного увидела и уже успокоилась, что он в полном здравии...
   Помотала головой. Нет, не надо. Только не надо об этом сейчас!..
   - А вы? - торопливо спросила Селена, страшась, что снова её вбросит в не нужные сейчас мысли. - Что у вас? Почему утром Лотер забрал Ривера? Вы что-то нашли такое, что вам понадобились оба мага?
   - Ильм приехал с-сюда из деревни, а потом с-съездил в С-старый город, чтобы привезти с-сюда Перта. Здес-сь много некромагичес-ской с-силы. Это первое, что мы ус-своили. Перт нужен был, чтобы разобраться в ис-стоках этой магии. То ес-сть мы с-сначала не знали, что этот лес-с - дело рук тёмных друидов. Пока Ильма не было, маг Лотер обнаружил интерес-сные с-структуры заклинаний, которыми переполнен этот лес-с. Приш-шлос-сь привлечь Ривера. Он с-сильный заклинатель, а значит, должен легко найти возможнос-сть рас-сплес-сти их.
   Селена подумала-подумала и призналась себе, что не совсем поняла объяснение дракона. Потом мысленно представила себе всё, что тут происходило. Начало доходить.
   - А вы в сам лес заглядывали? Заходили в него? - уточнила она. - И... кто?..
   В неверном свете костра чёрный дракон ухмыльнулся. Ухмылка вышла не столько ироничной, сколько зловещей.
   - Перт. Храмовник некромагов с-слиш-шком с-самонадеян. Он решил: раз он понял, чьи с-силы здес-сь ис-спользованы, значит, он легко пройдёт хотя бы по опуш-шке. Он даже не предупредил нас-с, что с-собирается экс-спериментировать. И... одного ш-шага было дос-статочно, чтобы он... - чёрный дракон развёл руками. - То ли заблудилс-ся, то ли потерялс-ся.
   - Поэтому Лотер поехал за Ривером, - сообразила Селена.
   - Поэтому.
   Самонадеянность Перта была известна Селене. Правда, со слов Джарри. Когда Вереск вместе с хозяйкой Тёплой Норы вывалился из подземного города магов, он был настолько агрессивен, что не подпускал к себе и к Селене никого. Агрессивно не подпускал. Он пользовался для личной защиты дикой магией, что делало даже простенькие заклинания защиты смертельными. Но Перт посчитал, что справится с диким мальчишкой-эльфом. И едва не рухнул в небольшую пропасть, которая разверзлась под его ногами. Понадобился Коннор, чтобы оттащить храмовника от опасного места.
   И вот опять...
   - Перта спасли?
   - Да. Но для его с-спас-сения понадобилос-сь много с-сил и времени. - Дракон снова усмехнулся. - Храмовник Ильм пожалел, что с-съездил за ним.
   Селена давно подозревала, что Колр с бОльшим уважением относится к деревенским магам, чем к храмовникам. И его усмешка подтверждала её предположение. Глянув на стоящих возле ливневой стены магов, по вспыхивающему во тьме светлому цвету одежды узнала Белостенного. Где Перт - спрашивать не стала. Но невнятное подозрение заставило спросить, несмотря на нежелание быть в глазах чёрного дракона излишне, по-бабски любопытной:
   - Насколько понимаю, в спасательной операции участвовали только вы?
   - Понимаете правильно, - склонил голову Колр.
   И Селена не выдержала:
   - Что там, Колр? Что там такого страшного, на что обрекли наших мальчиков и моего семейного?
   - Ш-шаг в дождь означает немедленно потерятьс-ся. Прежде чем я вош-шёл в лес-с, меня по пояс-су обвязали верёвкой - идея мага Ривера. Поначалу эта идея казалас-сь глупой, но в мёртвом лес-су она с-сработала.
   ... Скептически усмехаясь примитивной верёвке на поясе, Колр шагнул в ливневую стену. Грохот дождя, который на опушке был слышен как обычный шум, здесь, внутри, бил по ушам и по нервам. Чувствуя себя мгновенно оглушённым и словно тающим под жёсткими струями воды, в первые секунды пребывания в мёртвом лесу Колр пожалел только об одном: надо было взять с собой военный плащ - из непромокаемой ткани. Но тот остался дома, в деревне.
   Потом он прислушался. А вдруг Перт кричит? Попробовал крикнуть сам:
   - Перт!
   Но в следующую секунду чёрный дракон понял, что он не слышит самого себя в этом ливне. Где уж услышать другое живое существо в этом грохоте... Непроизвольно поводя плечами от влажного холода, Колр прикинул: ему сказали, что Перт шагнул в мёртвый лес именно отсюда, с этого же места. Но храмовник мог на первых порах сделать ещё несколько шагов, а потом... А потом Колр понял, что сам заблудился. Именно так. Он не сделал ещё ни одного шага ни в сторону, ни вперед, но уже не помнил, куда надо двигаться, чтобы вернуться из леса. Сила, отводящая глаза и память, работала неимоверно результативно: чёрный дракон знал, что стоит ему только в один шаг попятиться - и он окажется вне зоны действия заклинаний тёмных друидов. На сухой опушке. Проблема оказалась в другом. Появилась навязчивая идея, что, чтобы вернуться, он должен шагнуть в сторону, а не назад. И это желание было настолько сильным и настойчивым, что Колр начал было разворачиваться, чтобы шагнуть в желанную сторону, как мелькнула мысль о том, что он сюда пришёл не для того, чтобы экспериментировать с движением, а чтобы найти Перта. Мысль не помогла.
   ... - По краю леса заклинания отвода глаз и памяти особенно сильные, - объяснил подошедший Ривер. - А у нас была договорённость. Для начала Колр должен был просто оценить обстановку. И, если только он попытается сделать хоть что-то, кроме единственного шага, мы его вытаскиваем.
   - Именно это и с-спас-сло меня, - подтвердил Колр. - Когда я начал поворачиватьс-ся, Ривер потребовал вытащить меня.
   Во второй раз чёрный дракон вошёл в лес, вооружённый сетью заклинаний против любого магического и колдовского воздействия. По новой договорённости с магами и Ильмом, Колр должен был описать полукруг, захватывая небольшую площадь леса. И в этом полукруге нашёл Перта, совершенно взбешённого и отчаявшегося вернуться.
   Когда Перт оказался у костра, заранее разожжённого Корундом (видели, в каком состоянии вернулся чёрный дракон), храмовник, отогревшись, повторил то же, что и дракон. На его сознание первым делом повлияла идея, что он неправильно понимает, откуда вошёл в лес, поэтому он пошёл следом за предложением леса пойти наискосок.
   - И к чему вы пришли? - со страхом спросила Селена.
   - Пока выводы таковы: чтобы спасти братство, мало войти в мёртвый лес, - задумчиво сказал Ривер, а подошедший Ильм кивнул. - Если мы всего лишь войдём, лес начнёт водить нас кругами. Единственное, чем поможем братству, если найдём мальчиков, это добавим им сил и начнём расплетение здешних заклинаний. С последним тоже проблема: этих заклинаний столько, что... голова кругом.
   Ривер вдруг оглянулся на Колра. Тот было поднял брови, но кивнул, будто понял.
   - Нам нужны драконы Вальгарда, - нисколько не чванясь и нисколько не боясь выглядеть слабым, сказал чёрный дракон. - В третий заход я пробовал воздейс-ствовать на этот лес-с огнём. Мой огонь сжёг час-сть заклинаний.
   - Такое возможно?! - поразилась Селена и вспомнила знаменитое здешнее присловье: драконы - сама магия! А потом представила, как стая драконов кружит над мёртвым лесом, уничтожая его огнём, и передёрнула плечами: то ещё зрелище!..
   - Возможно, - спокойно ответил Колр. - В целом я хочу с-сказать так: ес-сли мы начнём рас-сплетать заклинания тёмных друидов, это дело рас-стянется надолго. А ведь мы не знаем ещё, наш-шло ли братс-ство Джарри. И знают ли вообще мальчики о том, что он где-то здес-сь.
   В очередной раз взглянув на ливневую стену и изумившись мысли о том, что этот дождь льёт уже несколько веков, Селена заметила на подступах к лесу фигуру Бернара. Старый эльф стоял в шаге от ливневой стены и словно что-то изучал. Его необычно согбенная фигура встревожила Селену, и она быстро подошла к старому эльфу-целителю.
   - Бернар...
   Старик вздрогнул и оглянулся на зов. В следующий миг испуганная Селена подбежала к нему.
   - Что случилось, Бернар?
   Он опустил голову, а потом упрямо поднял, уже не скрывая слёз.
   - Селена, вы видите? Видите это?
   Она взяла его за холодную руку и сжала её. И только потом обратила магический проникающий взгляд на ливневую стену. Если старик эльф предлагает ей увидеть нечто, значит, он уверен - она увидит то, что его потрясло до слёз. И она вгляделась.
   Изощрённым её взгляд не был. Она уже изучила магию до тех пределов, которые ей нужны. Тёплая Нора и хозяйство не давали разучивать большее. Скажем так - пока. Но то, что она увидела и примитивным проникающим взглядом, заставило ещё сильней сжать ладонь Бернара. Чёрные от гнили деревья. Слой гнилой, безжизненной почвы, громадами пластов закрывшей слой плодородный. И чем дальше вглубь леса, тем деревья страшней и трухлявей... Зажмурившись, Селена попыталась отрешиться от виденного. Только что она была под чистым звёздным небом, вдыхала свежий ночной воздух с запахами костра... Нет, она хочет вернуться в эту чистоту! Очень хочет...
   По собственным впечатлениям, она ещё крепче сжала ладонь старого эльфа-целителя и повела его за собой к костру. Понурившись, Бернар послушно шёл за нею. А Селена вспоминала. Как закончилась война. Как Бернар, под напором согласившийся вырастить травы, чтобы бросить их под колёса магических машин, сидел у Пригородной изгороди и слабо улыбался, глядя на луговину, зазеленевшую травами и запестревшую цветами: все заклинания и все ингредиенты для претившего ему ритуала он потратил на восстановление травянистого покрова луговины, ранее превращённой машинами в пустыню. И вот снова потрясение для него. Там - бездушные машины. Здесь - друиды, которые по своей сути должны следить за процветанием леса и всего живого в них. Противоречие...
   Когда к ним двоим, следившим за живым огнём костра, подошёл Колр, Селена сухо спросила дракона:
   - Что надо сделать в первую очередь?
   - Мой крик для Вальгарда будет нес-слышным, - ответил Колр. - Я взрослый и потерял ту с-спос-собность, которая была у меня в детс-стве. Вам надо вернутьс-ся в деревню и попрос-сить Ригана позвать на помощь. И чем быс-стрей, тем лучш-ше.
   - Почему? - спросила Селена, боясь услышать от него страшные слова, но всё же желая, чтобы Колр произнёс их.
   - Мы уже знаем, что братс-ство готово противос-стоять тёмным друидам. Но мы не знаем, что с-с Джарри. А с-судя по той ране, которую он получил, с-счёт для него идёт не на час-сы. Поэтому я бы хотел, чтобы вы, С-селена, немедленно отправилис-сь в деревню.
   - Почему именно я? - мрачно спросила она, в душе сопротивляясь этому решению чёрного дракона. Хотелось быть здесь - в отчаянной надежде, что она дождётся Джарри. - Есть ведь и те, кто может съездить, кроме меня.
   - С-селена, будьте благоразумны, - хмуро сказал Колр. - Риган вас-с любит. Кто другой с-сумеет уговорить его кричать ради Джарри?
   Селена стояла неподвижно, но ощущала себя так, словно её жёстко дёргает из стороны в сторону. Да, уговорить Ригана ведь тоже не просто. Но ведь где-то здесь, за ливневыми стенами, среди чёрных мёртвых деревьев, лежит её Джарри! А она должна снова отдалиться от него!.. Душа рыдала и кричала, а рациональное требовало немедленно бежать к машине, чтобы скомандовать Вилмору ехать назад, домой...
   Колр шагнул близко-близко. Как делал обычно Хельми или Мирт, он просто опустил свою ладонь на её голову, словно освобождая от болезненной тяжести.
   - Джарри здес-сь вс-стретит помощь от людей, которые ему извес-стны, - спокойно сказал он. - Но, С-селена... Не тратьте его время понапрас-сну.
   Она стояла спиной к костру, он - лицом. Освещённое лицо чёрного дракона странно подёргивалось. Будто он страшно нервничал, и лицевые мышцы непроизвольно подрагивали. И очень отчётливо было видно, что Колр смотрит на неё, но сам прислушивается к чему-то другому - может, сам того не сознавая.
   А потом все, кто находился среди спасателей-следопытов, резко подняли головы к небу. До сих пор спокойный и неподвижный, воздух вдруг заволновался, неровными волнами опахивая всех, а чёрно-синее небо потемнело от высоко летящих существ.
   Колр всё так же неосознанно, договаривая последние слова уговоров, поднял голову... Тревога и напряжение на его лице будто смягчились, сменяясь чувством, более похожим на торжество.
   А Селена уже ловила возгласы магов и эльфов:
   - Не может быть! Но как...
   - Вальгард часто проверяет состояние Города Утренней Зари. Возможно, его привлекли странные искажения...
   - А может, он почувствовал мёртвый лес, потому что здесь собрались мы?
   Кажется, последнее предположил Ривер.
   Драконы, летевшие по ночному небу к мёртвому лесу, чуть заметно отклонились от курса и развернулись. Близко к опушке, наверняка заметив костёр, они не садились. Но один за другим приземлялись поодаль, а потом вышагивали из темноты и решительным шагом шли к огню. Впереди - естественно, глава драконьего клана, Вальгард.
   Селена вздрогнула, когда к ней подбежали Вереск и испуганный Гарден. Она даже на мгновения поверила, что это Гарден вызвал драконов своим состоянием. Но мальчики-эльфы взялись за её руки, а младший даже прижался, дрожа...
   Вскоре Вальгард быстро, но без суетливости дошёл до костра и осмотрелся, кивнув, как ни странно, только двоим - Риверу и Трисмегисту.
   - Добрый вечер, хозяйка мес-ста, - обратился он к Селене. - Ваш-ши вос-спитанники отличаютс-ся довольно развитым воображением и умением логичес-ски мыс-слить. И с-смелос-стью.
   После этой странной тирады, не успела Селена хоть что-то ответить, хоть поздороваться, он шагнул к ливневой стене и приложил руку к ней. Постепенно за его спиной встали двенадцать драконов. Не оглядываясь, старый дракон твёрдо сказал:
   - Джарри жив. Братс-ство тоже. Ривер, вы начинали рас-сплетение?
   - Только с краю.
   - Хорош-шо. Драконы начнут с-сжигать колдовс-ские плетения. Но площадь лес-са слиш-шком больш-шая. Поэтому идите с-сбоку и с-смотрите, как рас-сплести заклинания. Возможно, найдётс-ся та ниточка, дёрнув за которую, мы с-сумеем враз рас-спустить вс-сю паутину.
  
   Глава двадцать первая
  
   Казалось, с каждым шагом ледяной ливень не просто бьёт по плечам, а вбивает бегущих в землю, в скользкую, гнилую грязь. Порой, задыхаясь в потоках воды, мальчишка-некромант с трудом держал равновесие, когда и ночь, и небеса, и земля поневоле были против него - из-за манипуляций тёмных друидов. За ливневыми струями он не видел Хельми, но знал - юный дракон стремительно нёсся наравне с ним. Объединившееся братство, восстановившее свои неисчерпаемые запасы сил, позволило этим двоим чувствовать друг друга вслепую. Даже в этой ожесточённой чёрной воде.
   Более того. Теперь Коннор отчётливо видел все ранее либо невидимые, либо смутные символы и знаки, составляющие густую паутину заклинаний и ритуальных друидических сплетений. И пока равнодушно отмечал: достаточно бега его и Хельми, чтобы эти знаки тёмных друидов не просто пропускали их двоих, но разрушались... А ведь они всего лишь вновь обрели свои силы...
   Прикосновение он ощутил не сразу, а вот следом вопрос услышал чётко:
   "Ес-сли он умер, зачем мы бежим?"
   "Я некромант, - быстро, пока пальцы Хельми касаются его плеча, напомнил Коннор. - Если получится, я могу вернуть его душу!"
   Пальцы дракона пропали с его плеча
   Он заменил слово "успеем" на "получится", потому что чувствовал себя полностью виноватым. Забыть, что тёмные друиды могут принести в жертву живое, мало того - разумное существо, и спокойно думать о том, что время восстановления капищ - это время отдыха для братства! И радоваться этому отдыху!..
   Оба так спешили, что не стали и думать о том, что их может встретить на капище. Или кто. И как от них оборониться. Поскольку об оружии друидов - тёмных - им мало что известно... Мельком Коннор думал об этом, но впервые в жизни не собирался что-то планировать. Мрачной тенью возникала мысль, что он готов убить всех друидов, каких найдёт возле капища. И погубленная ими жизнь, жертва, принесённая камню-вампиру, - это хорошая отмазка для братьев, которым он обещал никого не убивать...
   Кажется, Хельми думал о том же. Коннор вновь вздрогнул от его прикосновения к плечу. Несколько неуверенно дракон спросил:
   "Что будем делать - там, у капища? Ес-сли там будут друиды?"
   И опять Коннор на бегу оскалился - злясь на себя.
   "Подожди, Хельми. Я сейчас прослушаю пространство!"
   "Жду!"
   Дракон проверять пространство не стал, доверившись мальчишке-некроманту. И Коннор понял его: не полностью трансформированные крылья с боевыми когтями надо поддерживать в определённом состоянии - на всякий случай, если придётся вступить в бой. А это трудно. Одно дело - полное перекидывание в драконью ипостась, другое...
   "Хельми, они уходят!"
   "Значит, там будет только..."
   Дракон оборвал себя на полуслове. Но Коннор знал, что Хельми хотел сказать. Да, там будет только жертва. И про себя решил, что так лучше: будет время для того бедолаги, который тёмным друидам попался...
   ... Через несколько минут они не споткнулись о вампирский камень только потому, что он даже сквозь воду, сбивающую информацию, почти лучился самодовольством.
   И Коннор встал перед капищем. Хельми напротив. Оба склонились над жертвой...
   "Я очень устал... - медленно и вязко подумал мальчишка-некромант, неверяще глядя на торчащие рёбра и уходящую в камень, обтекая кости, плоть, которая словно стаивала с тела. - Я и правда очень устал..."
   Чувство вины влезло в душу: камень жрал отданную ему жертву, и Коннор буквально слышал свистящий звук, с которым капище, только что снявшее с человека его личные пространственные силы, сейчас уже высасывало его плоть. Мальчишка-некромант отвернулся.
   Холодная ладонь дракона опустилась на его плечо.
   "Коннор, что не так?! - крикнул Хельми. - Я не понимаю! Объяс-сни! Почему камень так быс-стро с-сожрал его?!"
   Больше всего Коннору хотелось рывком сбросить его руку с плеча и сбежать в ливень. Он впервые чувствовал себя обескураженным мальчишкой, который понимает... что ничего не понимает!
   Вода била по ссутуленным плечам, и росло, наконец, не только понимание, что произошло, но и обида, что он своими руками устроил всё это... Тёмные друиды, небось, неплохо повеселились, глядя, как активно камень сжирал принесённую ему жертву... Обида на себя самого... Он думал, что повзрослел, а он... Селена же говорила: надо просчитывать результаты или последствия своих поступков - именно так поступают взрослые, а он... самоуверенный, он...
   "Коннор, не молчи!" - рявкнул Хельми, дёрнув его за плечо.
   "Это из-за меня... это из-за меня!.. - сквозь зубы сказал мальчишка-некромант, удерживая гнев, готовый вот-вот вырваться из-под контроля. - Когда я увидел, что тебя нет... Я обозлился, ударил по камню - и расколол его. И сейчас... эти трещины сожрали жертву... Из-за меня... А то бы успели..."
   "Забудь! - зарычал юный дракон. - Иначе ты будеш-шь виноват и в с-смерти второго! Бежим! С-с этим камнем разберёмс-ся позже!"
   Рыкнуть-то Хельми рыкнул - насчёт разборок попозже. Но, прежде чем отвернуться от капища, он бесцеремонно схватил человеческие останки за те же рёбра и отбросил жертву подальше от капища.
   Бросившийся от капища дальше, Коннор всё же с каким-то злорадством услышал неразличимый для обычных существ обиженный вой вампирского камня. И то же злорадство помогло ему прийти в себя, перестать кривиться из-за злых слёз. Перестать быть слабым. Хельми прав: впереди гонка по мёртвому лесу. Впереди - попытка спасения ещё двоих живых.
   Ноги шлёпали по грязи, порой вязли в ней так, что приходилось останавливаться и выдирать их чуть не из трясины. Дракон бежал близко, так что именно он снова первым начал разговор.
   "Ты узнал его?"
   "Кого?" - удивился Коннор.
   "Жертву. Это тот парниш-шка, за которым мы погналис-сь".
   - Что?! - не выдержав, вслух переспросил мальчишка-некромант.
   Но Хельми "услышал" его удивление и ответил:
   "Я узнал его по ос-статочному прос-странс-ству".
   "Это значит, что они настолько легко относятся к жизни даже собственных учеников?! Но ведь они... разумные существа..."
   "Вс-сё гораздо хуже. Это значит, что с-следующие двое - тоже подрос-стки!"
   "Это я знаю... Осторожно!"
   Дракону повезло: Коннор чувствовал его руку на своём плече, а потому успел схватиться за неё и дёрнуть Хельми в сторону, а потом покатиться в сторону, падая вместе с ним. Громадное, где-то в пять обхватов, как показалось Коннору, древо (деревом как-то неловко было называть этого исполина) рухнуло поперёк их пути. Впрочем, "рухнуло" - тоже неподходящее слово для того действия, которое увидели ребята, стремительно убравшись с места падения древа. Обрушилось - вот что произошло. Обрушилось, будто непрочное строение - частями, которые под ливнем уродливыми кусками разлетались повсюду. Один обломок даже шлёпнулся рядом с Коннором, чтобы тут же ввязнуть в гнилую почву.
   Тяжело дыша, сидя в жидкой грязи, они переглянулись.
   "Нет, это не ловушка, - оценил Коннор. - Оно должно было упасть. А то, что мы бежали мимо... Это совпадение".
   Оба начали подниматься. Мальчишке-некроманту было легче: он просто повернулся - перевалиться на колени, а потом - и на ноги. А вот Хельми начал подниматься как-то странно, потому что отказался от помощи обеих частично трансформированных рук, а старался вставать рывками, помогая себе лишь одной рукой. Коннор наклонился к нему, когда дракон в очередной раз постыдно шлёпнулся в грязь. Дотронулся до плеча, чтобы спросить, и почувствовал что-то болезненное.
   "Хельми, что случилось?"
   Старший брат поднял голову. Лицо напряжённое, губы подёргиваются.
   "Что-то с-с левой рукой. Кажетс-ся, я упал неудачно..."
   Драконы легко заживляют собственные раны, если они в полной форме человека или в собственной. Но частичная трансформация... И перекинуться в этом состоянии невозможно
   "Ноги целы?" - сухо спросил Коннор.
   "Целы".
   "Вставай. Я помогу".
   Новый рывок - Хельми, взявшись за руку Коннора, снова заскользил, но встал на ноги. Коннор с трудом расстегнул ему влажную рубаху и помог расположить в рукаве повреждённую руку таким образом, чтобы та не мешала на бегу. Затем мальчишка-некромант потянул дракона за собой - напоминая, что им нужно бежать дальше. Хельми побежал, но остаточное впечатление подсказало Коннору, что юный дракон испытывает странное ощущение - растерянности и недоумения. Бежал-то Хельми всё так же быстро, но что-то изменилось в его настроении. Может, ему не нравилось, что бежал теперь он, держа левую руку почти на весу? Неудобно... Одновременно Коннор прикидывал ситуацию, чтобы понять, как действовать дальше.
   Без прикосновения к коже голос бегущего рядом Хельми был еле слышен в ливневом грохоте:
   "Я бес-сполезен..."
   "Ты видишь пространство вокруг второго капища? Что там?"
   "Ты же с-сам..."
   "Мне некогда. Я думаю, как тебя использовать".
   Хельми вдруг пропал. По ощущениям, он резко отстал. Коннору пришлось тоже остановиться, да ещё вооружиться проникающим магическим взглядом. Но слегка ошарашенный дракон уже пришёл в себя, и вскоре они снова бежали вместе.
   "И... что ты придумал?"
   "Ты останешься со второй жертвой, я побегу к другой. Думаю, вторую жертву, если что, сумеешь защитить. Так что там, на втором капище?"
   После небольшого молчания Хельми откликнулся:
   "С-сумею! Возле второго капища никого. Жертва ещё дыш-шит!"
   "У неё странное личное пространство..."
   "Опоили", - после минутного прислушивания сказал дракон.
   "Тем легче..." - пробормотал мальчишка-некромант, не обращая больше внимания на состояние Хельми. Коннор и так знал: будет у дракона время, пока собрат бегает до третьего капища и обратно, рана будет тщательно обработана - не медикаментами, не травами, поскольку их нет. Достаточно небольшого покоя - и сил, которые у Хельми, как и у каждого из братства, теперь в достатке.
   Но, когда в следующий раз Хельми обратился к Коннору, в его мысленном голосе отчётливо чувствовалось сомнение:
   "Ты с-справиш-шься один? Их ведь ш-шестеро!"
   "Мы бежим, закутанные в такую защиту, что нас издалека трудно засечь. Не беспокойся, Хельми. Я не собираюсь вступать с ними в драку. Они активировали одно капище. Камень-то нажрался, убив первую жертву, и они думают, что ритуал завершён. Поэтому спокойно уйдут от третьего капища, а я... - он внутренне ухмыльнулся, - я устрою похищение!"
   А потом, когда они пробежали порядочное расстояние, Коннор задумчиво добавил:
   "Хотя подраться мне очень хочется. Догнать бы и..."
   И передал своё мечтательное озорство мысленными интонациями.
   Взбодрённый его боевым настроем, Хельми усмехнулся.
   "И что тебя ос-станавливает?"
   "Время".
   От дракона пришло впечатления понимания. Больше Хельми не разговаривал, всё внимание уделяя опасной дороге - опасной особенно для него. Коннор специально держался теперь рядом с ним - так, чтобы не просто проникающим взглядом видеть, как бежит дракон, а время от времени наблюдать, как Хельми неясно светлой в ночи, размытой дождевыми струями тенью мчится рядом.
   А Коннор бежал на автомате, раздумывая о том, что они все друг друга поддерживают, и это здорово, потому что в таком лесу так легко впасть в полное уныние. И в усталость. И в безнадёгу. Тем более это уже было. И это бывшее вставало за его, мальчишки-некроманта, плечами и не давало поддаваться сумятице чувств и давиться виной - что Хельми неловко упал из-за него, слишком неожиданно дёрнувшего его за руку... Мирт прав. Разбираться, кто из-за кого, можно будет тогда, когда всё придёт в ту норму, в которой они жили до сих пор...
   "А когда ты похитиш-шь третьего, ты с-сумеешь его донес-сти ко второму капищу?"
   "Ты же сказал - они опоены. Я "залезу" ему в голову и заставлю идти самостоятельно. Ты забыл? Мы же вместе читали об этом ритуале!"
   "С-сейчас-с я плохо ориентируюс-сь во всех наш-ших магичес-ских заморочках, - признался Хельми. - Когда думаю о с-ситуации, вижу лиш-шь наш-ше положение, а не с-спос-собы выбратьс-ся из неё".
   "Остановись!"
   Они стояли друг против друга, тяжело дыша, едва видя друг друга, обливаемые увесистыми струями дождя.
   "Повернись левым боком ко мне!"
   Хельми выполнил распоряжение, и Коннор, мрачно подумав, что такой досмотр лучше бы, конечно, сделать под крышей, тем не менее вгляделся в травму собрата. Чисто физически - сильный ушиб локтя, на котором грозно торчал драконий боевой коготь. С магической точки зрения... Коннор машинальной горстью снял с лица воду и стряхнул в сторону, словно не замечая напраслину этого жеста... Вот оно что... Ослабленный резкой болью, Хельми не сразу заметил, что здешние переплетения, которые в процессе их бега словно бы таяли от их стремительного появления, сейчас уплотнились вокруг травмы юного дракона и вкрадчиво, но довольно ощутимо тянули из него силы.
   "Садись! - велел Коннор. - И заживляй свой ушиб! Возьми, сколько сумеешь, сил у меня. Был бы здесь Мирт, он бы нас побил из-за твоей травмы!"
   "Не хочу с-садиться, - проворчал дракон, брезгливо глядя на грязь. - С-слякоть, отвратительно..."
   "Хельми, очнись! - насмешливо воззвал Коннор. - Над нами такой дождь льёт, что отмоешься от этой слякоти, едва встанешь!"
   Уговорил. Вообще-то, мальчишке-некроманту просто необходимо было, чтобы дракон сел. Хельми в последнее время так вытянулся, что был в их пятёрке выше всех. И Коннору не хотелось тянуться рукой, чтобы влепить ему ладонь между лопатками. Излишняя потеря силы. А когда дракон сел-таки на колени, мальчишка-некромант встал рядом, присмотрелся к структурам его личного пространства. И, когда Хельми начал работу над травмой, Коннор спокойно приложил руку к его спине, посылая такие силы, что дракон охнул от удивления. А Коннор стоял позади него, размеренно дышал в унисон с ним, с каждым выдохом вгоняя магически силовой концентрат в его тело.
   Что мальчишка-некромант всегда помнил: любая физическая травма любой сложности делает живое существо уязвимым. Утечка личных сил - вот что делает Хельми слабым. Но, продолжая вгонять силы в собрата, Коннор одновременно прислушивался к пространству мёртвого леса, мысленно обшаривая все его уголки...
   "Странно... - прошептал он. - В некоторых местах этого леса мой проникающий взгляд будто заворачивает назад. Не могу пройти кое в какие уголки. Что там, интересно? И почему мой взгляд, даже сейчас, когда все силы вернулись, не может проникнуть туда?"
   Прошла минута, если не больше, прежде чем отозвался Хельми:
   "На расстоянии могут с-сработать вс-се эти заклинания, которые вокруг с-себя мы с-сейчас-с уничтожаем. Меня интерес-сует другое. Там, где находитс-ся третье капище... Этот треугольник из капищ... Ес-сли этот треугольник обвес-сти кругом, то на дуге между третьим и моим капищем взгляд тоже отталкивает, но... Взгляд туда с каждым разом с-словно проталкиваетс-ся вс-сё глубже. Как будто получает больш-ше с-сил. Или... Как будто тамош-шняя защита пос-степенно с-слабеет".
   "Именно там я нашёл Мику, - задумчиво сказал Коннор, когда дракон мысленно протранслировал ему картинку странного места. - А он довольно скоро нашёл погибшего бумбума. Я решил, что там близок край мёртвого леса. Ещё думал проверить, но надо было искать ребят... А потом стало не до того. Надо бы запомнить это место. На дуге между твоим и моим капищами - запомним!"
   "Ес-сли лес-с с-снова не отведёт глаз и память", - недовольно напомнил дракон.
   "Ничего! Мы всегда будем помнить о дуге. Это определённое место. Ты готов встать и бежать дальше?"
   "Помоги поднятьс-ся".
   По недовольным ноткам в мысленной речи Хельми Коннор получил на свой вопрос ответ: дракон чувствует себя отлично. Путаться в первоочередных задачах больше он не будет. Да и рука больше не выглядит опасно сияющей алым - сигналом боли.
   Ещё через несколько минут они добрались до капища, на котором недавно лежал Мирт, и, ухватившись за руки-ноги, сняли с камня жертву. Снять её было легко: не было оков, заржавленных ранее Коннором, а жертва и в самом деле была опоена какими-то зельями, так что тёмные друиды просто оставили её на камне. При ближайшем ознакомлении с зельями выяснилось: они слишком сложные. Поэтому Хельми отказался их распознавать, а Мирта под рукой не было... Пришлось парня оттащить в сторону, к ближайшему стволу поваленного дерева, чтобы защитить его голову от ливня.
   "Как и договорились! - сказал Коннор. - Оставайся здесь и жди меня!"
   "А почему бы мне не с-сопроводить тебя?"
   "А что делать с этим парнем? - хмыкнул Коннор. - Оставишь здесь? А если друиды заподозрят, что первый камень начинает магически фонить неправильно? Если они вернутся, а потом пройдут по нашим следам сюда и обнаружат жертву вне капища?.. Или ты хочешь тащить его сначала в сторону третьего капища, а потом назад? Нет, это только зряшная потеря сил. Сиди с ним здесь и слушай пространство".
   "А ес-сли..." - начал Хельми.
   "Мы слышим друг друга уже на порядочном расстоянии, - напомнил Коннор. - Если понадобится, я позову! А если тебе кажется, что заняться нечем, - с усмешкой добавил он, - возьмись за расплетение вокруг этого бедняги. Зелья зельями, но именно заклинаниями создана паутина, которая вводит его в забытье".
   Хельми насторожённо взглянул на мальчишку-некроманта. Коннор сообразил, о чём думает дракон. Он боится, что Коннор видит в нём слабого. Но мальчишка-некромант был убеждён, что всё делает правильно. Путь в одиночку, конечно, тяжеловат. Случись маленькая неприятность, например, если вдруг ноги заскользят по грязи, когда он будет пробегать мимо овражистых мест, и если вдруг он, Коннор, свалится в какой-нибудь буерак, выбраться оттуда будет нелегко.
   Но что хуже всего - дозваться Хельми из оврага невозможно. Мысленная связь хороша, когда оба находятся на одном уровне. Но Коннор не стал говорить об этом. Дракон пришёл в себя и насторожён. Если Коннор попадёт в придуманную только что ситуацию, останется лишь изменить пространство над тем оврагом. И тогда Хельми найдёт его легко. Что - что, а изменения в пространстве всегда выручают.
   "Ты прослушал пространство над третьим капищем?"
   "Да. Ритуал ещё продолжаетс-ся. Ты дождёш-шьс-ся, когда он закончитс-ся?"
   "Ну... Наверное, когда я буду поблизости, он уже закончится".
   "Удачи, Коннор!"
   Нагнувшись к забившимся под древо (какой-никакой защите от ливня) жертве друидов и Хельми, Коннор кивнул дракону и бросился бежать дальше.
   Настроившись на монотонный бег и на тончайшую чувствительность к любым изменениям пространства вокруг, Коннор постепенно погрузился в транс. Он уже мог не просто вглядываться вперёд, а и размышлять. Тревога: как там, в той древесной пещерке? Успеют ли он и Хельми вернуться к своим до утра? Сработает ли защита вокруг "колодца", если вдруг кто-то из тёмных друидов захочет проникнуть свободное от ливня местечко?.. Беспокойство: наверное, в Тёплой Норе очень переживают из-за них и из-за Джарри. Бедная мама Селена... бедные Оливия и Гарден. Он представил себе взбалмошную Ирму. Ни разу не видел её слишком опечаленной, но... Он даже вздохнул от прилива странных, не испытанных ранее чувств... А Лада... Ждёт ли она его? Верит ли, что он вернётся?..
   Толчок в грудь. Коннор резко встал на месте. Что случилось?
   Быстро "огляделся". Застыл, всматриваясь: тёмные друиды закончили ритуал на третьем капище и, собравшись толпой, кажется, решили куда-то пойти. Куда? Если они решат вернуться ко второму капищу, к Хельми, Коннору и впрямь придётся дать им бой... Нет, не ко второму, потому что группа высоких людей в лохматых шкурах сгрудилась возле другого конца камня-вампира... Коннор придержал вздох: как они быстро перемещаются! По книгам Трисмегиста он помнил, что есть такое поверье - друиды используют собственный ветер, чтобы их переходы из одной части леса в другую были стремительны. Но это говорилось об обычных друидах. А в мёртвом лесу ветер хоть и был, но Коннор как-то не верил, что ливень даёт возможность тёмным друидам легко переноситься из одного конца леса в другой. Или... им помогает сам этот дождь? Но каким образом?
   Коннор помотал головой. Это его сейчас не должно интересовать! Внутренний Коннор хмыкнул: как это не должно? Он тоже хочет перемещаться не слабей ветра! Особенно если вспомнить, что сейчас ему придётся двигаться с грузом. Ну, если этот груз он не сумеет заставить топать собственными ножками.
   Друиды, вытянувшись цепочкой, не спеша зашагали от третьего капища. Коннор медленно двинулся к камню-вампиру, насторожённо следя за движением тёмных друидов и отслеживая их личные пространства так, чтобы они сами не заметили его направленного взгляда... Пришлось признаться самому себе, что очень хочется увидеть, что же у них в заначке, если они, в отличие от него и Хельми, так легко ходят от капища к капищу...
   Ага, вот в чём дело! Они направились к первому капищу! Слава стихийным богам, что камень не разумен! Завидя отброшенный полусъеденный труп, друиды решат, что в сторону его сбил ливень. А невнятные жалобы живого капища они примут за жадность.
   И чем дальше уходили тёмные друиды, тем быстрей шагал Коннор. Друиды проверяли капища. Значит, сейчас... они проверят первое, а потом пойдут ко второму. То есть мальчишке-некроманту придётся (он, сам не осознавая, уже не торопился, а бежал во весь опор!) добежать до третьего капища, дотащить тамошнюю жертву до второго - и удирать к древесной пещерке вместе с Хельми и оставленным ему пареньком!
   Жаль! Жаль! Жаль!
   Сожаление билось внутри Коннора с каждым его шагом, потому что его мучило не только любопытство, что помогает тёмным друидам перемещаться, но и слова дракона.
   Что такого Хельми заметил на гипотетическом краю мёртвого леса, о чём, то есть о гипотетическом крае, подсказывал лишь "труп" краба-бумбума? Почему проникающий взгляд дракона не уводило в сторону именно здесь? Почему он не забывал об этом месте? А вдруг тёмные друиды именно здесь проходили каждый раз и забывали порой "залатать" эти места ливневой защитой-ловушкой? Но дракон чётко сказал, что взгляд проваливается всё дальше и дальше. Значит ли, что эта граница мёртвого леса просто-напросто слабеет?..
   Или... Сердце Коннора бешено застучало. Он сам сказал братьям, что их, возможно, уже ищут! Он сам сказал, что в их деревне сильные маги! А если это не край мёртвого леса слабеет, а его делают слабым те, кто их, братство и Джарри, ищет?!
   Эта мысль не просто взбодрила Коннора. Она его буквально окрылила: он бросился бежать изо всех сил, потому что так нельзя! Нельзя, чтобы те, кто пытается их выручить, столкнулись бы с проблемой! Их защитники должны знать, что братство не сидело на месте сложа ручки и терпеливо дожидаясь помощи. Нет, братство теперь вообще сидеть не будет. Но в первую очередь надо стащить с капища третью жертву и унести её в "колодец", который для тёмных друидов недосягаем, потому что они привыкли действовать в старых канонах, а братство привыкло искать и находить новые пути и силы!
   Забывшись, взбудораженный мыслями о тех, кто их ищет, мальчишка-некромант чуть не ударился ногами о камень капища. Но эта внезапная остановка не обозлила его. "Моё капище", - вспомнил он, криво усмехнувшись, а потом... Выдохнув и даже рассмеявшись над собой - мечтателем, Коннор взялся за подмышки третьей жертвы - как и ожидалось, опоённого колдовскими зельями паренька, из которого капище торопливо выкачивало пока ещё только магические силы. Третья жертва, как и вторая, оказалась магом - или начинающим магом. Снова поразившись жестокости тёмных друидов - своих учеников на заклание?! - Коннор тут же, обрадовавшись, что и этот паренёк оказался одетым, взялся за воротник его рубахи из какой-то толстой ткани и просто поволок его по грязи, благо скользкая.
   Вдогонку он расслышал новый вой капища, который за это короткое время, как и остальные камни-вампиры, лишился второй жертвы!
   Таща за собой паренька-мага, Коннор вдруг вспомнил, как Мика несколько лет назад построил воздушную лодку, на которой они съездили в пригород. Сюда бы её... И едва заметно улыбнулся: именно тогда в пригороде они стали братством. А Селена - их старшей сестрой. Воспоминание грело душу, и Коннор прибавил шагу, кое-где скользя, а кое-где выдирая ноги из болотистой почвы. Про себя он решил: пройдёт триста шагов - заставит третью жертву дальше пойти своими ногами. И пожалел, что не отправил Хельми в "колодец" со второй жертвой - ведь была возможность.
   Нет, мёртвый лес и в самом деле сильно действует на мозги - заключил Коннор. Столько вариантов, а они так плохо организовали свои действия!
   Но улыбка не желала пропадать с его губ. Придумал ли он, что их ищут, - нет ли, но напоминание о Трисмегисте, о магах деревни, о храмовниках, о чёрном драконе Колре придавало сил! И мальчишка-некромант, мысленно смеясь над собой, решил: добравшись до древа с Хельми, он обязательно скажет юному дракону о своих догадках. "И посмотрим, как это его встряхнёт!"
  
   Глава двадцать вторая
  
   На месте, где его ждал юный дракон, задерживаться не пришлось. Выяснилось, что по предложению Коннора, брошенному вскользь: "Тебе всё равно заняться нечем!", Хельми вспомнил необходимые заклинания подчинения, сумел их ввести в личное пространство второй жертвы и заставил её встать на ноги. Так что, когда мальчишка-некромант вернулся не один, юный дракон и его подопечный были готовы к немедленному возвращению в "колодец".
   Но, прежде чем снова начать месить ногами тяжёлую грязь под убийственным ливнем, Коннор дотронулся до плеча Хельми:
   "Ты следишь за лесом? Они пошли к первому капищу!"
   "Видел. Но нам - в центр этого треугольника. Ус-спеем с-спрятатьс-ся в "колодце". И, Коннор, нас-с ждёт Мирт".
   "Проснулся всё-таки", - мысленно проворчал мальчишка-некромант, не скрывая, впрочем, радости: спасённых-то надо бы разместить в древесной пещерке, а вдвоём, ему с Хельми, это сделать трудновато - и разбудить всех спящих придётся. На "улице" же оставлять бывших жертв в таком состоянии - заморозить только.
   "Подслушав" его (всё же находились на небольшом расстоянии друг от друга), дракон хмыкнул и первым заставил личного подопечного идти следом, повторяя все движения своего недолговременного хозяина... А Коннор заставил своего спасённого топать за ними, поскольку знал, что Хельми сейчас очень осторожничает, помня о недавнем падении, а значит, выбирает, насколько это возможно, путь полегче: чтобы не задохнуться от бесконечного дождя, шли ссутуленными.
   Усталые, с ногами, подрагивающими от ливневого давления сверху и от цепкой хватки вязкой почвы снизу, они вывалились в "колодец" и чуть не со стоном выпрямили спины, освобождённые от бьющего по ним дождя.
   Мирт, стоявший неподалёку от границы "колодца", охнул при виде четверых.
   - Я понял, что вы не одни, но думал - показалось, - с изумлением проговорил он, подходя ближе и всматриваясь в отрешённые глаза бывших жертв капища, которые сейчас находились и под воздействием друидского зелья, и под паутиной заклинаний, лишающих воли и сознания.
   - Не разбуди младших, - вполголоса от той же усталости сказал Коннор.
   - Ничего, они будут спать без просыпу, - решительно сказал мальчишка-эльф, помогая перенаправлять первого спасённого к древесной пещерке: он сразу же просканировал его проникающим взглядом и увидел, почему незнакомцы выглядят необычно отстранёнными. - Когда я проснулся и увидел, что вас нет, я немного добавил им сонного заклинания... Кто это? Что с ними? Потерялись в мёртвом лесу?
   - Мы стащили их с капищ, - ответил Коннор, понимая, что уж Мирт-то мгновенно сообразит, что к чему.
   Мальчишка-эльф провёл первого спасённого ещё несколько шагов, прежде чем порывисто обернуться.
   - А... третий?
   - Не ус-спели, - угрюмо ответил Хельми.
   Допытываться, почему не успели, Мирт не стал. Он быстро сообразил всю обстановку с вновь прибывшими, сглотнул, чтобы спрятать появившуюся было гримасу сожаления, и тихонько скомандовал:
   - Сажаем на порог по одному - я мою им ноги, и вы втаскиваете их в тот боковой коридор, где пусто.
   Удивлённый, Коннор не сразу догадался, каким образом Мирт собирается мыть ноги их подопечным. Хотя эти двое и очищены ливнем, но ноги и в самом деле в увесистой грязи, и оставлять их так на несколько часов сна - простудить не хуже, чем оставить на "улице". Тем более в полом стволе древа сейчас, когда ребята подсушили его, тепло и можно спать без постельных принадлежностей, но свежая грязь может добавить сырости... Но Мирт быстро ушёл и вернулся с крышкой от краба-бумбума - с щербатыми краями, части которой пошли на небольшие "чашки". Вымыл он ноги неизвестным просто - выплеснув воды из крышки сначала на ноги одного, а потом - на другого.
   Когда двоих спасённых уложили в соседнем коридорчике, мальчишка-эльф принёс воду для Хельми, а потом велел Коннору:
   - Садись. Тебе придётся посидеть здесь дольше.
   - С чего бы это? - спросил мальчишка-некромант, то и дело падавший на боковую стенку входа и с трудом державший глаза открытыми.
   - Да ты посмотри на свои ноги! - возмутился Мирт. - Как ты вообще дошёл?! Ладно - Хельми! Он ступни трансформировал и защитил их драконьей бронёй! Но ты-то! Сам не видишь - все в крови?! А то я не помню, что вокруг капищ должно быть полно костей!.. Сиди! Я сейчас не только вымою тебе ноги, но и обработаю отваром из трав!
   - Отвар оставь для Джарри, - напомнил Коннор, уже не в силах открыть глаза.
   - Думаешь, я сидел просто так, пока вас ждал? - фыркнул мальчишка-эльф. - Да у меня грядка с травами так заросла, что я своим глазам не верю! Кстати, ты убрал из "колодца" некромагию? Ты обещал!
   Некоторое время Коннор смотрел на брата, стараясь понять, что именно было обещано. Вспомнил. Кивнул:
   - Да, почва "колодца" полностью очищена от некромагических сил. Как ты и пожелал - на двенадцать локтей вниз. Я вроде говорил тебе...
   - Поэтому так легко было вызывать травы... - пробормотал мальчишка-эльф.
   И в очередные секунды прояснения мальчишка-некромант догадался, что Мирт заговаривал ему зубы: за краткое время диалога ноги Коннора окатили водой, а затем намочили отваром, еле слышно пробормотав, что не хватает только перевязочных средств, на что Коннор, не открывая глаз, отозвался: "Сами затянутся". После чего Мирт снисходительно сказал:
   - Лезь спать! И спи до утра! Никаких заклинаний на свёрнутый сон!
   - Угу... - пробормотал Коннор и, задом вползая в "пещерку", с усилием взглянул, что же делает мальчишка-эльф.
   А тот сбегал снова за водой, плеснул воду на свои ноги и забрался в пещерку. Так что мальчишка-некромант с чистой совестью, пока тот отсутствовал, непослушными и неповоротливыми губами прочитал нужное заклинание да ещё спрятал его в своём личном пространстве. И, когда чистюля Мирт влез в прогретую пещерку спать, он ничего не заметил...
   ... Прошёл час, которого, как просчитал Коннор, должно было хватить, чтобы его организм отдохнул. Лёжа среди спящих, не открывая глаз, мальчишка-некромант проверил всех. Да, они будут спать ещё несколько часов до рассвета. Затем он "раскинул" внимание проникающего взгляда на мёртвый лес.
   Пока он торопился к Хельми с третьей жертвой, появилось время на такую же привычную разведку. И он уловил любопытный факт: шестеро тёмных друидов по дороге к первому капищу разделились. Трое продолжили путь к камню-вампиру, а другие трое пошли от него - к той самой дуге, о которой говорил Хельми... Сейчас, лёжа в древесной пещерке, проникающим взглядом Коннор следил за этими тремя до тех пор, пока заклинательная паутина друидов не начала отталкивать его... Значит, и тёмные друиды забеспокоились тем, что там, у потенциальной опушки мёртвого леса, происходит?
   Затем мальчишка-некромант проверил, что делают те друиды, которые должны были обнаружить отсутствие жертв, отданных на заклание камням-вампирам. И Коннор чуть не хмыкнул вслух! Те трое, которые дошли до первого капища, направились туда же - куда ушли первые трое друидов! Судя по всему, полусъеденное камнем-вампиром тело несчастного парнишки, пусть и сброшенное с капища, произвело на них нужное впечатление, и они решили не проверять другие камни... И идут эти, от капища, не торопясь, не используя что-то таинственное, что помогает им быстро перемещаться по мёртвому лесу. Итак, тревога из-за похищенных жертв пока не поднята!
   "У меня есть ещё один час для сна", - успокоенно решил Коннор и с облегчением закрыл глаза для следующего свёрнутого сна.
   ... Спустя этот час мальчишка-некромант выяснил, что ещё один из братства использовал заклинание свёрнутого сна.
   Проснувшись в очередной раз, Коннор полежал немного, бездумно глядя в шершавый "потолок" и слушая тихое дыхание и довольно беспокойное сопение тех, кому снился тревожный сон. Потом до него дошло - шершавый потолок. Он его видит. Что значит - на "улице" рассвело, хоть в самой древесной пещерке и застоялся сумрак. Полежал ещё немного, проверяя себя на травмы и ушибы, мысленно поблагодарил Мирта, а потом бесшумно выполз наружу.
   Свесил ноги с "порога пещерки". Замер. Сердце заколотилось больно-больно, а губы тронула недоверчивая улыбка.
   Под пасмурным небом, с которого в обычное время ожидалось бы явление обычного дождя, зелёная трава казалась нереально яркой. Держась за края выхода, Коннор чуть наклонился вперёд, чтобы оценить изменения в "колодце", начиная от одного конца древа до другого. Теперь он улыбался во весь рот. Трава плотно устилала всю площадь "колодца", и не только трава. Уставшие от монотонных красок серого, чёрного и коричневого цвета, глаза радостно впитывали гордо торчавшие из трав цветы с лиловыми колокольчиками, с небесно-голубыми соцветиями, с пушистыми белоснежными метёлками, с необыкновенно тёплыми оранжево-жёлтыми корзинками... Сколько их...
   А потом взгляд наткнулся на мальчишку-эльфа. Тот валялся среди высоких густых трав, глазея на облачное небо, и грыз какую-то травинку.
   Коннор съехал с "порога" древа и медленно подошёл к нему, свалился рядом. Переглянувшись, потом лежали и молчали, ухмыляясь этому самому небу. Так здорово! Можно лежать на чистой, свежей траве, а не на опостылевшей грязи! Чувствовать цветочные ароматы и запахи пряных трав!
   Растерянный писк от древа услышали не сразу. Мирт чуть приподнялся на локтях и издал такой короткий, но задорный смешок, что и Коннор перевернулся набок, потому что так удобней было наблюдать, как младшие, тоже выпрыгнувшие из древа, медленно бредут к ним, ошеломлённо озираясь по сторонам... И - свалились рядом со старшими, сдавленно хохоча и наперебой напоминая друг другу, что в древе всё ещё спят Джарри и Хельми и что не разбудить бы их своим несдержанным восторгом.
   Но бдительный Колин в одну из восторженных пауз влез с вопросом:
   - А кто лежит в другой... комнате?
   - Там кто-то лежит?! - чуть не подпрыгнул Мика и тут же уставился на вход в древо, словно предполагая, что эти неизвестные вот-вот выпрыгнут сюда же.
   - Двое, - таинственным голосом ответил Колин. И извиняющимся тоном, глядя на старших, продолжавших спокойно лежать, объяснил: - Я... учуял. Там темно, но запах...
   - Ух ты... - сказал Мика и тут же снова улёгся на траву. Кажется, зелень была поинтересней сообщения о незнакомцах, спящих в одном древе с ним. Или он сообразил по спокойствию старших, что потом все загадки всё равно будут разгаданы.
   - Э! - вполголоса то ли сказали, то ли позвали от входа.
   Все четверо обернулись. Там сидели двое - Джарри и поддерживающий его Хельми. Завидев, что его услышали, юный дракон махнул рукой:
   - Помогите вытащить Джарри!
   - Эти не проснутся? - встревожился Колин.
   - Нет, на них заклинание подчинения и сна, - ответил Коннор, который вместе с Миртом немедленно поспешили к Джарри.
   Несмотря на поддержку, боевой маг чуть не свалился в их руки, но на слабых ногах всё же сумел дойти до самого мягкого места на травах.
   - Подождите! Не рассказывайте! - крикнул Мика, улепётывавший к грядкам с белой морковкой. - Я сейчас! Завтрак принесу!
   - Я помогу! - следом вскочил Колин. - Ты выдирай, а я мыть буду!
   Мирт тоже вскочил, как ошпаренный, хотя только что лёг снова в зелень. Быстро глянув на довольного Джарри, который расслабленно лежал на специально согнутой для него волне высоких трав, он пообещал:
   - Мы сейчас тебе перевязку!..
   И убежал к грядке с лекарственными растениями.
   - Что у вас тут? - тихо спросил боевой маг.
   Интуитивно Коннор сообразил, о чём он спрашивает. Взглянул на Хельми, который озирался с невольной улыбкой, останавливая взгляд на слишком ярких даже в хмурой, серой облачности цветах, и сказал:
   - В основном всё хорошо. Подожди. Сейчас вернутся - и всё расскажем.
   И, пока ребята присоединялись к ним, устраивая на траве что-то вроде любимого Селеной пикника, оценил состояние отца. В целом, Джарри выглядел неплохо. Единственно - напрягаться ему, чтобы встать или сесть, было трудновато. Да и дышал порой затруднённо, отчего и говорил чаще вполголоса или совсем тихо. Во всяком случае, во время перевязки Мирт очень старался сделать так, чтобы Джарри не пришлось слишком много двигаться, тревожа жуткую рану.
   А потом прибежали младшие: "Подождите-подождите! Без нас не рассказывайте!", раздали всем завтрак - белую морковку, насыпали её же, помытую, поблизости, чтобы каждый мог взять добавку, и старшие, Хельми и Коннор, рассказали о внезапном даже для них ночном происшествии. Рассказывали спокойно, с паузами, в которых размышляли, всё ли важное вспомнили.
   И, когда замолкли, уставились на Джарри. Тот смотрел на траву, сдвинув брови, словно мучительно старался что-то разгадать.
   Но первыми оценили рассказ младшие.
   - Лучше этих пока не будить! - заявил Мика, оглядываясь на древо.
   - Почему? - удивился Колин.
   Вместо Мики, ухмыляясь, ответил Мирт:
   - Потому что их, разбуженных, кормить надо! А так сэкономить можно!
   Все грохнули кратким, но неудержимым смехом.
   - А что? - сам удивился Мика, вытирая выступившие слёзы. - Разве я не прав? Даже ты, Мирт, сразу понял, о чём я. Значит, ты тоже подумал об этом.
   - Я не подумал, - возразил мальчишка-эльф. - Я тебя знаю! Потому и сказал.
   - Ну и пусть! - фыркнул Мика.
   - А я согласен с Микой, - неожиданно сказал Джарри, и мальчишка-вампир расцвёл торжествующей улыбкой. Но боевой маг продолжил: - Только причина в другом. Этих двоих будить нельзя, потому что мы не знаем, как они себя поведут. Вы сказали - наверное, они ученики тёмных друидов. Если это так, существует возможность, что они уже приняли все правила игры от своих учителей. Другими словами, у нас здесь спят наши же враги. Если их разбудить, поведение их будет непредсказуемым - даже при условии, что вы можете их в любой момент вновь подчинить себе.
   - Почему? - не выдержал встревоженный Мирт. Его эйфория угасала на глазах.
   - Промытые мозги? - предположил Хельми.
   - Именно так, - подтвердил Джарри и замолчал, чтобы отдышавшись, объяснить: - Они видят ситуацию иначе. Сбегут, если что. Или попробуют навредить. Взгляните, - он обвёл рукой зелёные травы с сияющими разноцветными огоньками цветов. - А если эта радость для нас - для них сигнал к войне?
   - Но... - медленно заговорил Мирт, уже со страхом рассматривая собственное творение и даже машинально, но ласково гладя ближайшие травы. - Но оставлять их постоянно лежащими...
   - Связать их нечем, - с сожалением сказал Мика. - Моей верёвки на двоих не хватит, а одёжку из-за них портить не хочется.
   - Зачем связать? - не сразу сообразил Колин.
   - Можно их связать, чтобы покормить, а потом снова - в сон, - объяснил Мика.
   - Да покормить можно и в таком состоянии, - нетерпеливо сказал Коннор. - Джарри, что ты думаешь обо всём этом?
   - Когда ты рассказывал о том, как вы возвращались, мне показалось, ты забыл сказать что-то ещё, - испытующе глядя на мальчишку-некроманта, сказал Джарри. - Ты споткнулся на полуслове, когда начал говорить о том, что не только постоянно прослеживал ваше возвращение, но и наблюдал за мёртвым лесом.
   Коннор облизал губы. Да, отец быстро заметил то, что не заметили даже братья. Но... теперь он стоял перед выбором: рассказывать ли о том, что вселит во всех надежду? Причём пока ничем не обоснованную? Или не стоит, пока не прояснится ситуация? Одно дело - говорить о своих предположениях только Хельми, другое...
   Мирт, воспринимавший друзей чаще через эмоции, которые с них же и считывал, кажется, уловил его колебания.
   - Если даже это только твои выводы... - начал он, с отчаянным ожиданием глядя на Коннора. - Если даже это только твои личные выводы, которые ты боишься высказывать, потому что мы слишком обрадуемся... Коннор, расскажи! Нам нужна надежда! Хотя бы для того, чтобы поверить, что мы сумеем сделать что-то ещё, кроме выращивания трав в таком месте, которое ты так здорово очистил от некромагии! Коннор, скажи!
   - С-соглас-сен, - присоединился к его уговорам Хельми. - Мы должны знать вс-сё, Коннор. Даже ес-сли это заключения без ф-фактов!
   - Ты сказал, - глядя на дракона, начал мальчишка-некромант, - что определённая часть леса вызывает у тебя странное впечатление. Что твой взгляд проваливается всё дальше, хотя заклинания и ритуалы друидов всё ещё работают. Подумайте сами! Ведь не могли же все, кого мы знаем, не искать нас! Я думаю, что там, где взгляд Хельми уходил всё дальше, сеть друидических заклинаний слабеет, потому что её рвут наши взрослые - маги и Колр. И туда же, в слабеющую часть леса, пошли друиды. Все шестеро... Вот это я и боялся сказать...
   - Но почему?! - возмутился Мика. - Ведь теперь нам остаётся только дождаться, пока они порвут все эти сплетения - и дойдут до нас.
   - Я понял тебя, Коннор, - спокойно сказал Джарри, но по его глазам мальчишки догадались, что последует продолжение. - Самая главная часть твоего сообщения - шестеро пошли проконтролировать ту часть мёртвого леса, в которой слабеют заклинания. Что значит, нам сейчас придётся быть ещё более настороже. Мы никогда не сталкивались с тёмными друидами. Мы не знаем, какими навыками они обладают - в отличие от привычных нам друидов. Поэтому нам надо не только сидеть здесь в ожидании, пока нас спасут, но сделать всё, чтобы друиды сюда не прорвались.
   - А зачем им сюда, если они сейчас будут... ну, это... драться против тех, кто хочет к нам дойти? - с недоумением спросил Мика.
   - Мы не знаем их образа мыслей, - подумав, ответил боевой маг. - А если они захотят отомстить нам? Ведь именно с нас всё началось.
   - Ну ничего себе! - вновь возмутился мальчишка-вампир. - Они нас похитили - и мы же виноваты в этом? Они совсем дураки, что ли?
   - Я же говорил об их образе мыслей, - напомнил Джарри. - По их мнению, мы опасны, а значит, надо освободить от нас Город Утренней Зари. Так что наше похищение для них логично. Поэтому нам надо приготовиться, как минимум, к осаде или к обороне.
   - Тем более что однажды они уже напали на нас, - уже задумчиво сказал Коннор.
   - Но тогда здесь был участок с некромагией! - возразил мальчишка-эльф. - Сейчас некромагии нет, а границы нашего "колодца" защищены!
   - Не с-совс-сем так, - тоже задумался Хельми. - Там было нападение при помощи того, что нам извес-стно. А ес-сли будет нападение с помощью незнакомых нам с-сил?
   - Значит, надо подумать о том, какие силы неизвестны тёмным друидам, - холодно сказал Коннор. - Одна из таких - дикая магия. Она мало использовалась обычными магами - следовательно, мы можем включить её составляющую в стены "колодца". Но есть ещё один вопрос. - Он помолчал, прекрасно понимая, что этот вопрос вызовет у Джарри сильные возражения. - Мы точно не знаем, что происходит в той части мёртвого леса. А я не хочу просто так сидеть в этой... крепости, надеясь на... - он снова остановился, пытаясь выразиться мягче. - Надеясь на взрослых, которые, возможно, ищут нас где-то в другом месте.
   - Первое возражение, - спокойно сказал Джарри и попытался лечь набок. Хельми немедленно подвинулся к нему, чтобы боевой маг мог опираться на него. Мирт подполз с другой стороны. - А если, пока ты будешь бегать в разведку, тёмные друиды придут сюда и сумеют прорвать стены "колодца"? Ты подумал о последствиях?
   - Слушать пространство я умею, - с некоторым высокомерием отозвался Коннор: ему не понравилось, что его опять принимают за слишком... маленького. Кроме всего прочего, как он сам мысленно признавался себе, его обидело недоверие Джарри. И добавил: - Я уйду в разведку, но буду постоянно наблюдать за "колодцем" и за тёмными друидами. Так что - да, я подумал о последствиях.
   - Друиды перемещаютс-ся очень быс-стро, - медленно сказал юный дракон. Кажется, он начал не только раздумывать о разведке, но и серьёзно вслушиваться в то, что сказал Джарри. - А ес-сли так с-случитс-ся, что они будут опережать тебя? Ес-сли ты не ус-спееш-шь добратьс-ся до "колодца", а мы не с-сумеем что-то противопос-ставить им?
   - А бежим вместе? - азартно предложил Мика.
   - Мика, - предостерегающе пробормотал Колин, - а Джарри? Он же не только бежать - ходить не может! А те? Ну, которые жертвами были? Ученики?
   - Эх, не подумал, - вздохнул Мика. И тут же встрепенулся: - А что это ты тех вспомнил? С ними-то ничего не будет! Это же их ученики!
   - Которых они уложили на капища, чтобы усилить мёртвый лес, - напомнил Мирт.
   - И одно капище уже получило с-свою жертву, - сказал Хельми.
   Коннор вдруг вздрогнул. Аргументы Джарри для него были обидны. Но одна фраза юного дракона заставила вспомнить, что боевой маг прав. Из-за него погиб первый подросток на капище - из-за того, что камень треснул от удара по нему кулаком.
   - Ну... Ладно, - решил он и оглядел братство и отца. - Тогда давайте вспомним, что может помочь не только укрепить "колодец", но и в войне против тёмных друидов. Правда, опять встаёт вопрос: стоит ли их просто... убить.
   И вопросительно взглянул на Джарри. Боевой маг нахмурился.
   - Ты так легко говоришь об этом...
   - Ничего себе - легко! - вздохнул Мирт. - Мы такое пережили. У Мики, вон, до сих пор на запястье порезы не заживают. Джарри, их ведь не перевоспитаешь! Может, и правда?.. Покончить с ними? Они взрослые, очень взрослые! Переубедить, чтобы они перестали убивать... Мне кажется, не получится.
   - Я убил троих, - напомнил Коннор. - Хоть и не своими руками. Повторить этот способ и сейчас сумею. Мёртвый лес полон убийц, которых мне легко поднять. Дикая магия в сочетании с некромагической поможет.
   - Но сейчас они насторожены, - сказал Джарри и чуть тише попросил: - Помогите мне лечь - устал немного.
   Глядя на посеревшее, осунувшееся лицо отца, Коннор про себя вздохнул: Джарри слишком слаб даже для обычного движения. Сумеет ли Мирт вылечить-исцелить его за короткое время? Ведь Мика прав: если бы не Джарри - плевать на двоих неизвестных! - они бы и впрямь смогли бы добраться до подозрительного края мёртвого леса! Впрочем, на двоих тоже не плевать - по большому-то счёту. Нетрудно догадаться, что скажет мама Селена, узнав об этих подростках... Так что тащить теперь на себе не только раненого отца, но и тех двоих... Он поднял глаза и встретился со спокойными глазами Хельми. Тот сидел рядом - и наверняка сразу понял, какие мысли обуревают собрата. И... что бы сказал юный дракон на размышления Коннора? Скорей всего... Скорей всего? "Коннор, не забывай, что эти ребята не хотели стать тёмными друидами! А тем более не хотели попасть на капища в качестве жертв! Эти ребята - сироты той войны, которая отгремела недавно. Они не виноваты, что раньше не встретили ни Селену, ни тебя. Они не виноваты, что их нашли тёмные друиды, которые начали превращать их в своё подобие!"
   - И их-х ещё можно вернуть к нормальной жизни, - неожиданно сказал Хельми, словно не только подслушавший мысли Коннора, но и расслышавший собственный ответ, Коннором же придуманный.
   - Хорошо. Значит, на нас сегодня возведение защиты вокруг "колодца" - раз. Второе - кормление тех двоих. Под заклинанием подчинения, после чего снова читаем заклинание сна - чтобы не мешали. Третье...
   - А почему не сработали капища? - вдруг спросил Мика. - Ты же говорил, что сделаешь так, чтобы они звали к себе друидов!
   - Я... - начал Коннор и замолк. - Нет, это не первоочередное. Сил маловато вложил.
   - А что - первоочередное? - спросил Колин.
   И все остальные с любопытством уставились на Коннора. Только Джарри чуть улыбнулся, потому что Коннор полулежал с опорой на локтях и был виден отцу.
   - Это только предположение, - предупредил Коннор. - Но на всякий случай: почему бы и не сделать? В общем... Если там, у края мёртвого леса, и в самом деле наши маги и Колр пытаются пробить к нам дорогу и выручить нас... Я подумал: а что, если им помочь?
   - Каким образом? - заинтересовался и Хельми.
   - Тёмные друиды могут мешать им, заново строя свою сеть заклинаний. Одно капище-то сработало, а значит - силы у леса прибавились. Надо отвлечь тёмных друидов. Правда, потом я не знаю, как с ними воевать.
   - Коннор, не тяни! - уже сердито сказал Мирт.
   - Надо расширить "колодец"! - выпалил мальчишка-некромант.
   - И что мы получим? - не понял Хельми. - Ну, рас-сш-ширим, а дальш-ше?
   - Я понял! - обрадовался Мирт, который, кажется, уже представил себе эту картинку. - Мы расширяем "колодец", убирая из него некромагическую силу и заполняя его живыми травами и цветами...
   - ... и кустами... - вполголоса подсказал Колин.
   - Да, Колин, и кустами, и деревьями! Что нам это расширение даёт? Много чего! А особенно... Это же мёртвый лес! Подумайте, чем для него, такого, может быть цветущая поляна, которая постепенно расширяется! Рана! Рана, которая растёт!
   - Не знаю, что там, на опушке происходит, - задумчиво сказал Джарри, - но здесь, Коннор, ты прав. Жизнь, которая внезапно появилась среди мёртвого леса, привлечёт тёмных друидов сюда в обязательном порядке. Она ослабляет силы этого леса и становится настоящим оружием!
   - Тогда я ещё одну грядку сделаю, - хищно сказал Мика и шмыгнул носом. - Если даже одна грядка с овощами их ослабляет. Мирт, а ты сумеешь ягодки здесь найти?
   - На этом участке их нет! - расхохотался мальчишка-эльф. - Но, если мы и вправду расширяемся, я постараюсь найти их в другом месте!
   - И тогда у нас будет сладенькое, - подхватил Мика, - а ведь Селена говорила, что там эти есть - витамины! Значит, ягоды надо найти!
   - Ягоды - против тёмных друидов, - мечтательно сказал Джарри и засмеялся, тут же охнув и схватившись за грудь.
   Они все посмеялись такому странному, но действенному оружию против тёмных друидов, а потом начали обговаривать детали будущей диверсии. Поскольку беседовали в основном Мирт и младшие, а старшие внимательно их слушали, никто не заметил: Коннор принимает участие в беседе слишком отстранённо. А мальчишка-некромант вспоминал недавно сказанные слова ребят о том, что некромагические силы не так ему страшны, потому что помощь рядом. И хватит времени, чтобы выручить его самого, если что... И примеривал на себя ещё одну идею.
  
   Глава двадцать третья
  
   Этой ночью Селене довелось увидеть многое и очень впечатляющее - до мурашек. Мальчишки-эльфы (Гарден пришёл в себя полностью) стояли рядом и прижимались к ней, потому что видеть происходящее без поддержки было страшно... Порой Селена как-то отстранённо думала о том, что рядом Хоста - женщина-эльф. Почему же эльфы-мальчишки не ищут защиты в ней, в своей?.. И тут же ругала себя: а почему в Хосте они должны видеть защиту? Они вверились когда-то хозяйке Тёплой Норы и поэтому сейчас рядом с ней...
   Для начала все машины и тех, кто не принимал непосредственного участия в очистке, точней - в уничтожении мёртвого леса, оттеснили подальше от опушки. Это было необходимо, потому что драконы и присоединившийся к ним Колр, в своей изначальной ипостаси, мощней сжигали мёртвый лес, пропитанный водой так, что казалось - каждое его дерево можно скручивать и выжимать, словно бельё. Защищённые колдовством тёмных друидов, деревья неохотно поддавались драконьему огню. Но со стороны всё время чудилось, что лес вот-вот вспыхнет и загорится целиком: настолько жуткие и ослепительные потоки огня извергали на него драконы.
   Понаблюдав за ними, Трисмегист отошёл подальше и продолжил расплетать ту гущу заклинательных паутин, самые примитивные части которых видела и Селена, ужаснувшаяся из-за них до такой степени, что даже думать ни о чём не могла. А потому судорожно прижимала к себе мальчишек-эльфов, которые и так пытались спрятаться за ней от полыхающего драконьего пламени. И в то же время чуть не таращились, глазели на него, потому что оторвать взгляд от такого зрелища было трудно.
   Селена понимала, что происходящее чётко организовано, но оставалось странное впечатление сумятицы и неразберихи. Из-за полыхающего пламени... К ней раз кто-то подошёл и предложил сесть в машину хотя бы Вереску и Гардену. Но мальчишки вцепились в неё, и хозяйка Тёплой Норы замотала головой - говорить не могла: так стиснуло горло от напряжения. И всё ей казалось, что вот-вот между страшными огненными потоками во вспыхивающей темноте мёртвого леса появятся сначала две фигуры - Джарри и Коннора, а за ними - остальных ребят из братства... И понимала, что это невозможно: Трисмегист уже объяснил видение Вальгарда, что семейный и братство слишком далеко от опушки.
   Кто-то из мальчиков, кажется Вереск, оглянулся. Поэтому Селена не испугалась, когда за спиной крикнули:
   - Селена, идите в машину - мы отвезём вас домой! До утра! А потом обратно!
   - Разве мальчики не должны здесь оставаться?! - испуганно закричала в ответ она и сжалась: услышали ли её? Ведь она ответила в момент, когда драконы вновь затопили опушку ревущим огнём!
   - Нет! Не должны! А вас привезём сюда утром! - пообещали близко за спиной.
   Хватая мальчишек за плечи и заставляя повернуться к себе, Селена оглянулась и очутилась лицом к лицу с Вилмором. Рядом с ним стоял ещё кто-то, чьё лицо не разглядеть в быстрых ослепительных всполохах. Но неизвестный торопливо заговорил - и Селена узнала Бернара:
   - Леди Селена, уезжаем! Мы пока здесь не нужны!
   Она услышала его, но её взгляд неожиданно перетянуло на другое, и потому не ответила. Бернар, уловив, что она смотрит за его спину, тоже оглянулся.
   В ночной темноте к мёртвому лесу подъезжали одна за другой машины. Причём двигались они, по впечатлениям, бесконечной линией, конца которой не видать. Движущаяся светлыми точками дорога!.. И подъезжали они явно давно - просто рокота их моторов не слышно было в грохоте и рёве драконьего пламени.
   - Что это? - изумлённо спросила она.
   - Когда Ильм забрал Перта из Старого города, они оба объяснили причину своего отсутствия своим старшим. Сейчас сюда съезжаются не только преподаватели Старого города, но все маги Города Утренней Зари.
   - Но почему раньше... - начала она.
   - Потом! - перебил её Бернар, который на этот раз, кажется, не расслышал её, потому что поверить, что перебил её именно старый эльф-целитель, Селена не могла бы.
   Он повернулся и стремительно пошёл куда-то в сторону, наверное предполагая, что она немедленно последует за ним. Вилмор стоял близко к Селене - поэтому крикнул:
   - Идёмте же, леди Селена!
   Уставшая от суматохи, она всё же услышала его - даже не его, а его нетерпение. Вдруг подумалось, что мужчина-оборотень прав: теперь, когда на опушке воюют (именно воюют!) драконы, надо возвращаться в деревню.
   Оснований много. Во-первых и в главных, детям здесь не место. Вереск хоть и достаточно взрослый, но всё ещё подросток. Ему нельзя здесь быть, потому что у него неокрепшая, как сказали бы в её мире, детская психика и всё такое... Селена криво ухмыльнулась: кому - кому, а Вереску и не такое довелось пережить. А вот Гарден... Она почувствовала какое-то сглаженное более сильными чувствами удивление: почему мальчик-эльф всё ещё в сознании? В деревне и звука грома было достаточно, чтобы Гарден впал в столбняк, а здесь и сейчас идёт война - и он в полном порядке?!
   А ещё Вилмор напомнил о Стене. Сынишка, конечно, остался под присмотром если не старших девочек, то Каисы, но...
   Внезапно для себя Селена жёстко развернула мальчишек-эльфов и так же сильно повела их следом за обрадованным Вилмором... Если она останется ещё на минуту рядом с опушкой, которая её завораживает, гипнотизирует возможностью появления родных, она не сумеет отойти от мёртвого леса и позже. А дети устали...
   Фигура Вилмора то появлялась во вспышках драконьего пламени, то снова исчезала в кратковременной тьме. Потом его силуэт как-то раздвоился, и уставшая Селена не сразу поняла, что они догнали Бернара. А мимо них всё шли и шли - очень торопливо, чуть не бегом - люди, среди которых она с трудом отличала эльфов и - по красноватым отблескам в глазах - вампиров. И вся цепочка магов, тревожно спрашивающих и переговаривающихся, быстро ориентировалась на местности, обходя маленькую армию драконов и сразу же присоединяясь к Трисмегисту и его группе.
   Потом их машина, единственная, шла от мёртвого леса к пригороду. Сидели здесь не только Селена с мальчишками-эльфами, не только старый эльф-целитель, но и женщины, которым их мужчины втолковали, что эта война - не их. То есть деревенский десант оказался не у дел из-за появления клана Вальгарда. Впрочем, Сири с Вуком, отправив домой Элви, остались, также будучи единственными - с огнестрелом. У деревенских магов ружья тоже оставались, но главным их оружием сейчас стало умение расплетать заклинания и рушить последствия тёмных ритуалов.
   - Так почему они все едут к лесу? - не выдержала она, сидя напротив Бернара. - Почему раньше никто не подумал об этом лесе?
   - Особенность мёртвого леса в том, что он опутан заклинаниями отвода глаза и памяти, - напомнил старый эльф. - Если мёртвый лес каким-то образом и всплывёт в разговоре, то через какое-то время о нём забывают напрочь. Как и о месте его расположения. Теперь, когда, благодаря братству, это место стало видно для глаз и умов многих, оно открылось окончательно, и о нём вспомнили все. А едут... И до войны, и во время войны потеряны лучшие маги города. И не всегда их убивали магические машины. А это не просто живые существа, а часто родственники многих из нас. Мёртвый лес - это постоянная опасность, отлично замаскированная ритуалами и заклинаниями. И неизвестно, когда и на кого упадёт проклятие тёмных друидов. Поэтому город взбудоражен, и каждый маг хочет принять участие в уничтожении мёртвого леса. Тем более - он разрастается, как сказал уважаемый Трисмегист.
   Кивнув, Селена покрепче обняла мальчишек-эльфов и велела им:
   - Спите! Разбужу, когда приедем.
   Помогла на этот раз Хоста, севшая со стороны Гардена и велевшая ему прикорнуть на её плече. Теперь, не связанные магией, мальчишки мгновенно уснули, несмотря на тряску на плохой поначалу, с колдобинами дороге.
   Самым долгим оказался путь от мёртвого леса к пригороду - из-за плотного движения машин навстречу. Зато когда вырвались на сравнительно хорошие дороги пригорода, Вилмор немедленно газанул. Хорошим подспорьем стали и пустынные улицы. А после излишне оживлённой грунтовой трассы даже одинокие фонари показались роскошью... Насколько понимала Селена, Вилмор тоже торопился домой - к Ринд и к маленькому Фаркасу, которых не успел предупредить о своём отъезде. Неудивительно, что машина мчалась хоть и быстро, но ровно.
   А она дремала, как мальчишки-эльфы, и вспоминала... Джарри. Такой спокойный и привычный, что чудилось - он всегда будет рядом...
   В последнее время казалось: жизнь катится настолько упорядоченно, что ничто её изменить не может. Казалось, только-только начали забывать о невзгодах войны... "А ведь могла бы подумать, что такое, типа, преследование за инаковость, возможно. Видимо, это явление распространено не только в чисто человеческом обществе", - неожиданно решила она, просыпаясь от собственной странной мысли. И ни о чём больше не думала, бессмысленно глядя в тёмное окно сбоку.
   В деревню приехали далеко заполночь.
   Ещё в дороге Бернар предупредил, что спать собирается в гостиной либо в гостевом кабинете Тёплой Норы, как всегда делал, когда кто-либо из дома уезжал в опасное ночное путешествие... Вилмор остановил машину у дома. Окна Тёплой Норы темнели без света странным одиночеством, хотя дом был наполнен живыми существами, спящими сейчас. И Селене впервые стало жутковато. Она привыкла, что из опасных поездок обычно возвращались либо в полном составе, либо к тем, кто их ждёт... Правда, уже во дворе Тёплой Норы дрогнувшее сердце немного успокоилось: окна гостиной теплились, кажется, от свечи.
   Вилмор на руках внёс Гардена в дом. Вереск, сонный и утомлённый, с трудом тащил ноги, но зашёл сам - почти: Бернар старался идти рядом, держа спотыкающегося мальчишку-эльфа за руку.
   Ох, сколько народу дожидалось поздних путешественников в гостиной! Во-первых, Анитра дежурила - и не одна, а с Александритом, который принял эстафету у Вилмора и Бернара и собирался развести мальчишек-эльфов, спящих на ходу. Анитра помешала ему: напомнив, что сначала надо бы их накормить, она увела мальчишек вместе с Бернаром в столовую - на поздний ужин. Во-вторых, к Селене со взволнованными вопросами бросились семейные магов Ривера и Лотера. Пришлось объяснить им, что с магами всё в порядке, что они задерживаются на неопределённо долгое время. После чего её горячо уверили, что женщинам хватает и этой весточки, чтобы спокойно уснуть до утра. И семейные деревенских магов убежали... В-третьих, Каиса, выждав момент, передала Селене спящего Стена и, от порога улыбнувшись на прощание, ушла с Тибром, ехавшим в кабине с Вилмором и сейчас прихватившим своих старших и младшего сыновей.
   Стоя посреди гостиной, Селена, с ребёнком на руках, чуть покачивалась, чувствуя, как тепло спящего сынишки постепенно проникает к ней, заледеневшей за эти часы от страха и тревоги, и согревает её. В полутёмной гостиной было хорошо: стены вокруг, несколько свечей, уютный сумрак и мелькающие тени живых...
   Кто-то мягко подёргал её за рукав.
   - Селена, идём, - негромко сказал Аманда. - Надо поесть и отдохнуть.
   - Ты остаёшься? - ненужно спросила Селена, послушно шагая за направляющей её рукой. - Здесь?
   - Конечно. Мой сын и дочь спят здесь, наверху. Мы с Хостой устроимся, как всегда, в бывшей бельевой. Хоста сказала, что тоже останется здесь. Её дочь, пока Корунд рядом с мёртвым лесом, тоже спит у вас, на втором этаже.
   - Бернар...
   - Хоста стелет ему в кабинете. Идём. Ты устала, тебе надо отдохнуть.
   В столовой, какой-то странно незнакомой, свет показался тёмным и низким. Не спуская с рук Стена, Селена села за стол напротив Бернара. Тут же, за столом взрослых, оказались мальчишки-эльфы. Их пришлось постоянно будить, чтобы не падали со стульев. Селене казалось это диким и смешным до слёз... А потом, когда она съела что-то, что ей пододвинули, она вдруг обнаружила, что мальчишек нет.
   - А где?.. - удивлённо спросила она, крепко жмурясь и снова проверяя, не появятся ли они за столом.
   - Спят, - спокойно сказала Хоста - и хозяйка Тёплой Норы испугалась, заметив, что женщина-эльф успела забрать у неё Стена в одну из минут выпадения в сон. - Допивай козье молоко, Селена. И тебе тоже пора спать.
   Пришлось заставить себя проснуться, чтобы правильно реагировать на происходящее. Закончив с ужином, она проследила, как Бернар уходит, сопровождаемый Хостой, в гостевой кабинет. Затем выяснила, что не только Хоста с Амандой разместились в бывшей бельевой, но и ей приготовили там место, чтобы не оставлять её в одиночестве. Даже заставили Александрита перенести в комнатушку кресло из гостиной, где со всеми удобствами устроили спать Стена.
   Как сама представляла себе Селена, она болталась по всем помещениям первого этажа Тёплой Норы совершенно бесцельно. Почему-то на этот раз все её обязанности по гостеприимству взяли на себя её подруги. Причём хозяйничали идеально, как была вынуждена она признать... Правда, в гостиной была небольшая странность - отметилось это мельком. Хотя эта странность не относилась к стараниям женщин помочь ей, Селене. Но маленькая необычная деталь, которой не должно быть в детском уголке, продолжала преследовать её даже во сне.
   Глубокого сна не получилось. Она не видела кошмаров. Она не видела Джарри или братства. Пару раз приснилось сожаление, что не произнесла заклинание на свёрнутый сон... И ещё приснился мимолётный укор, что не обошла, как привыкла, спальни всех детей... И та самая странность... Подумалось ещё раз - и унесло в тёмные глубины сна... Так глубоко, что не осталось ни мыслей, ни эмоций.
   Может, поэтому она встала легко, выспавшейся. И первое воспоминание: "Что я заметила в гостиной?"
   Кроватей, как таковых, в бывшей бельевой нет. Есть нечто, похожее на топчаны. Так что Селена легко встала так, чтобы не разбудить подруг, спящих глубоким сном, судя по размеренному дыханию. Дверь тоже не должна скрипеть: домашний Веткин не любил неприятных звуков в ночной тишине - смазывал петли часто.
   Забрав с кресла сынишку, она вышла, плотно затворив за собой дверь.
   Стена она не боялась разбудить. Что - что, а сон у него всегда крепкий.
   И оставлять его в комнатушке не хотелось. Мало ли что ждёт её впереди? Так хоть побыть немного со Стеном...
   Она осторожно прошла коридор. Гостиная... Так. Что ей показалось здесь странным и даже подозрительным? Селена внимательно осмотрелась. Света канделябра на три свечи достаточно, чтобы увидеть всё. Нет, кажется, всё как обычно. Ах, вот в чём дело!.. Надо заглянуть в детский уголок.
   Детский уголок, чуть закрытый невысокой стеной, отделяющей его от гостиной, прятался в небольшом полумраке: половина уголка освещалась отчётливо, половина - темнела в тени той самой стены. Разглядывая уголок, Селена старалась понять, что же насторожило её, даже страшно уставшую от беспокойства?..
   Край стола, за которым дети рисовали или играли в настольные игры. Этот стол не журнальный, в отличие от тех, что стояли по всей гостиной, а потому накрывался скатертью. Скатерть эта была на тканевой основе. Когда Селена научила старших девочек вязать крючком, те постоянно искали, куда можно применить столь интересный навык. И обвязывали всё подряд. В дело шли скатерти, салфетки и даже шторы. Но сейчас обычно аккуратно расстеленная, скатерть выглядела несколько иначе. Край сбоку лежал на полу, а ещё чуть в стороне край этой скатерти слегка натянулся изнутри, как будто под столом лежал арбуз... Немного удивлённая, Селена присела на корточки, прижимая к себе Стена и попыталась вытянуть краешек скатерти, чтобы расправить его.
   Дошло.
   Вместо того чтобы вытягивать натянутый край, она сделала шажок в сторону и, приподняв свободно свисающий край, пригляделась.
   Стол довольно средних размеров, но, чтобы спрятать одного маленького дракона, одного маленького вампира и четырёх маленьких обернувшихся оборотней, его хватило.
   Не слишком удивлённая от усталости, которую всё ещё чувствовала, Селена некоторое время смотрела на странную компанию ("Риган среди них? И Вади?..") и пыталась сообразить: "И что дальше? Оставить их здесь спать до утра?"
   Решение, вообще-то, неплохое. Четыре маленьких оборотня оказались достаточно мягкими и тёплыми подушками для дракона и вампира. Да и в гостиной тепло, но... Почему Вильма, их нянька, не заметила отсутствия в своей комнате сразу столь огромной части своего мелкого народонаселения? Сбежали, пока она спала? Но девушка, наученная своими же подопечными, обладает очень чутким сном...
   - О-ох... - прошептали рядом.
   Селена оглянулась, всё ещё сидя на корточках. Веткин.
   - Что делать будем, Веткин? - прошептала она в ответ.
   Домашний похлопал глазами на спящих детишек и вздохнул.
   - Одеяло принести? - предположил он.
   - А если разбудить? - вслух поразмышляла она. - Сейчас глубокая ночь. Доведу до спален - снова заснут.
   Веткин скептически пожал плечами, а потом подумал и высказался:
   - Да, леди Селена, лучше так. Утром Вильма проснётся - напугается, что их нет.
   Они ещё немного поглазели на спящих малышей (впрочем, Ригана, Ирму и Берилла уже малышами не назовёшь!), а потом Селена, стараясь не напугать, потрогала за ладошку мальчишку-вампира, а потом - маленького дракона:
   - Просыпайся, Берилл! Риган, вставай!
   Мальчишка-вампир первым, покачиваясь и помогая себе руками, поднялся от своей мохнатой подушки, которая оказалась Ирмой. Затем проснулся Риган и сразу вылез из-под стола. Селена села прямо на пол, дожидаясь, пока вылезут остальные. Берилл сел рядом, а потом спохватился и снова вполз под стол, чтобы отдать волчатам их одеяния.
   Риган тем временем полностью проснулся и, вытаращив глаза на Селену, спросил:
   - Ты приехала?
   - Приехала, - невольно улыбнулась она. - А вы почему здесь?
   - А братс-ство? - допытывался мальчик-дракон.
   - Братство - пока нет, - покачала она головой. - Но наши мальчики живы.
   - А Джарри? - с тревогой спросил уже Берилл.
   - Джарри тоже жив, но не приехал. А почему вы думали, что они... должны быть здесь? Потому что здесь я?
   - Как это - их здесь нет?! - сердито сказала сонная Ирма, закручивая волосы и засовывая их за шиворот. - Мы так старались, а их нет?!
   - Та-ак, - уже сама проснувшись от неожиданного заявления волчишки, сказала Селена, - ну-ка, садимся на ковёр и рассказываем мне, с чем вы так старались!
   - Мы вызвали драконов! - сурово сказала Ирма. - Почему они нам не помогли?! Они обещали, что вернут нам братство и Джарри!
   А Риган понурился, жалобно распустив губы чуть не в плаче.
   Селена подумала немного, вспомнила странное высказывание Вальгарда и расставила всё по полочкам. Клан Вальгарда прилетел не сам по себе. Она-то думала, что Вальгард время от времени проверяет, как живёт Тёплая Нора. Но его фраза: "Ваш-ши вос-спитанники отличаютс-ся довольно развитым воображением и умением логичес-ски мыс-слить. И с-смелос-стью" теперь получила логическое объяснение.
   - Не помогли, да? - чуть не шёпотом спросила волчишка, и её губы тоже разъехались в плаксивой гримаске. - Они не нашли моего Колина? Но почему? Мы так надеялись, что они сильные! Что они найдут братство и сразу привезут их назад!
   - Вот как, - медленно сказала Селена. - Ирма, надо потерпеть. Там всё... сложно. Драконы сейчас вовсю воюют с теми, кто похитил братство и Джарри. Не плачь, Ирма, лучше расскажи мне всё. Как ты додумалась вызвать Вальгарда?
   - Мы-и...
   Всё. Губы волчишки скривились - и она разревелась.
   Через минуту, прижимая к себе не только Стена, но и попискивающую в рыданиях Ирму, Селена внимательно слушала сразу нескольких рассказчиков. Двойняшки-оборотни взахлёб рассказывали о том, что им сказала волчишка о подслушанном ею разговоре Селены с учёными эльфами у Лесной изгороди. Берилл объяснял, почему они не захотели брать с собой Вади. А Вади глянул исподлобья на рыдавшую потенциальную семейную и буркнул, объясняя, почему он сейчас вместе с компашкой Ирмы:
   - А вдруг она опять что-нибудь придумает и удерёт? Без меня!
   Кажется, последнее обстоятельство, что тесная компания волчишки ему не доверяет, здорово задело мальчишку-оборотня.
   А Риган, справившийся со своими чувствами обиды и страха перед Селеной из-за своего проступка, мрачно добавил:
   - А я кричал.
   И тут, разозлившаяся так, что перестала заикаться, Ирма довольно громко сказала:
   - Но ведь прилетели!
   - Тих-хо ты! - зашипел на неё испуганный Риган. - С-стен прос-снётс-ся!
   Волчишка высунулась из подмышки Селены посмотреть на Стена и вздохнула, но упрямо повторила уже тихонько:
   - Но ведь прилетели! Они сказали, что мы молодцы, что их позвали! Так чего?.. Селена, а мы молодцы? Ну скажи, Селена!
   - Молодцы, - решительно подтвердила Селена. - Без вас нам бы трудно пришлось там.
   - А там - это где? - тут же подловила её Ирма.
   - Не сейчас, хорошо? - покачала головой Селена, которая краем глаза видела возмущённого Веткина, который тыкал пальцем в настенные часы. - Вам надо поспать, а потом, утром, я всё расскажу.
   - Да мы спать не сможем! - возмутилась волчишка, и двойняшки-оборотни энергично закивали. - Ты нам хоть чуточку расскажи! Ведь там мой брат!
   - А с вами уехал Гарден, - напомнил Берилл. - Оливия его искала-искала - Вильма потом её утешала-утешала! Она так плакала!
   - Гарден приехал с нами, - ответила Селена, вставая и одновременно поднимая Ирму на ноги. - И Вереск приехал.
   - Они вам тоже помогли там? - с любопытством спросил Риган.
   - Очень даже! - искренне сказала она, поворачивая волчишку лицом к лестнице.
   - Не пойду спать, пока не расскажешь! - заупрямилась та.
   - Заколдую, - усмехнулась Селена. - Куда вы тогда денетесь?
   - Колин говорил - нельзя заколдовывать живое существо насильно! - заявила волчишка, которая упиралась, несмотря на то что Вади толкал её в спину.
   - Можно, если это существо маленькое и настырное!
   - Ну вот... - заворчала Ирма, становясь на первые ступени лестницы. Теперь её пихали в спину двойняшки-оборотни.
   - Ирма! - возмущённо сказала сверху Вильма, каким-то чудом проснувшаяся-таки.
   - Ты обещала! - грозно сказала волчишка, обернувшись к Селене.
   - Обещала-обещала, - улыбнулась та. - Спокойной ночи!
   - Спокойной!.. - вполголоса загомонила компашка, подталкиваемая уже нянькой в спальню.
   Вильма уходила с лестницы последней, а потому успела сверху обернуться и тихонько спросить:
   - Селена, вы... все приехали?
   Поняв, о чём спрашивает любимая нянька малышни, Селена покачала головой, и Вильма пропала в темноте коридора на втором этаже.
   - Как только Стен не проснулся, - вздохнул Веткин и напомнил: - Леди, пора спать!
   - Нет, Веткин, - твёрдо сказала Селена. - Сначала обойду комнаты, а уж потом...
   Домашний чему-то слабо улыбнулся и утопал в столовую - наверное, на кухню, где ждал его кто-нибудь из соседских домашних, например, Рыжий или Малиныч. Будет, наверное, жаловаться на неразумную хозяйку. Селена нехотя усмехнулась: "Круговорот дежурства в природе - то есть в Тёплой Норе. Я присматриваю за детьми, Веткин присматривает за мной..."
   Выждав время, пока, по её расчётам, компания Ирмы должна крепко уснуть уже по своим постелям, она, поудобней поправив спящего на руках сынишку, поднялась на второй этаж. Привычно полуоткрыв дверь в первую спальню, пригляделась: спят - и спокойно. Проследовала далее, везде открывая двери и проверяя состояние спящих. У двойной комнаты Вильмы постояла, не решаясь заглянуть: может, беглецы, которые намеревались дождаться ночных путешественников, всё ещё не спят?.. Но и в ясельном царстве Вильмы спали все глубоко и основательно. Даже Ирма, чья кровать ближе к двери, спала "без задних ног". Глядя на волчишку, Селена подумала, что она не успела расспросить Ирму, каким образом удалось компашке обхитрить свою любимую няньку? Что-то подсказывало хозяйке Тёплой Норы, что волчишка не зря запомнила высказывание старшего брата о том, что нельзя магически воздействовать на живое существо... Любопытно, кто помог компашке к ночи сбежать из спальни Вильмы? Риган? Берилл?
   Спускаясь со второго этажа, Селена виновато вздохнула: завтра Ирме расскажет про мёртвый лес и друидов не она, не Селена. Завтра обо всём расскажут мальчишки-эльфы. И потому, что Колин - неотъемлемая часть братства, а значит, Ирма имеет полное право знать обо всём, и потому, что Гарден там был и теперь много о том знает.
   Но она, Селена, утром, когда просыпаются дети в Тёплой Норе, будет уже далеко.
   ... За секунду до того, как над ней склонились, Селена открыла глаза.
   - Пора, Селена, - прошептала Хоста.
   Селена встала и взглянула на кресло со Стеном.
   - Аманда остаётся. Колр не хочет, чтобы она была там, - прошептала женщина-эльф. - Мы уже договорились, что она присмотрит за Стеном.
   - Каиса... - начала было Селена.
   - Нет, Каиса ночью может посидеть с твоим сыном, но не днём, - напомнила Хоста. - Днём с ним будет Риган. Как всегда.
   Селена кивнула. Да, мальчику-дракону нравится возиться с малышом, и на Ригана можно спокойно оставлять сынишку. Хотя Селена помнила и о том, что Вильма тоже вряд ли оставит Стена без своего внимания...
   Солнце ещё только поднималось - в чистейшем небе, без единого облачка, и Селена понадеялась, что такой восход может предзнаменовать хорошее...
   За домом, на деревенской дороге, уже стояла машина, за рулём которой сидел Тибр, а в салоне женщин дожидался Бернар. Селена и Хоста в последний раз оглянулись на Тёплую Нору и сели напротив старого эльфа-целителя. Напоследок Селена приглушила вздох, подумав, что никого не успела спросить о том, не предсказывала ли чего маленькая драконишка Люция. Хотя кто сейчас мог хозяйке дома рассказать об этом? Слишком поздно приехали. Слишком рано уехали... В неизвестное...
  
   Глава двадцать четвёртая
  
   "Колодец" возник в результате ритуала, выполненного Коннором и Миртом. Ритуала обратного вызова дождя. Почти оборотного. Чтобы расширить "колодец", сил Мирта уже не хватало, ведь ему приходилось заниматься ещё и "вытягиванием" трав из-под толщи гнилой земли. И опять-таки, точней - сил хватало. Не хватало времени...
   Коннор смотрел на осунувшихся братьев, на Джарри. Длинные разноцветные волосы Хельми чисты, но тусклые: вода есть - внутренняя утомлённость, увы, не проходит, несмотря на эйфорию, что не только выжили, но и могут что-то сделать.
   Мирт лихорадочно поблёскивает глазами, то и дело оглядываясь на свои грядки и невольно улыбаясь им, и не замечает, что пальцы дрожат и нервно вздрагивают, а движения резкие и порой неловкие.
   Утро, выспались - а Мика постоянно зевает, не подозревая: "колодец" чист от колдовства тёмных друидов, но с его ливневых стенок убийственная сила продолжает, зеркально отражаясь, влиять на мальчишку-вампира. И сделать с этим пока ничего нельзя.
   Колин то и дело ёжится, не замечая, что мёрзнет. Видно это лишь по тому, что время от времени он спохватывается, ловя себя на попытке оборота: волком легче переносить промозглую стужу внутри "колодца", но тогда его не будут понимать братья, и Колин терпит этот влажный холод...
   Джарри... Была бы здесь Селена, она бы не отходила от своего семейного, не позволяя ему даже вставать, не то что сидеть... Была бы здесь Селена... Да она бы ужаснулась при виде бледного боевого мага, который устал больше притворяться, что ему не больно, чем от самой боли...
   Притаённо вздохнув, Коннор сообразил: чем больше они, усталые, говорят, отстраняясь тем самым от предстоящей работы, тем меньше продвигается дело. Пора брать власть в свои руки - как иногда усмехалась Селена... И он принялся исподволь командовать всеми, кто был рядом.
   Обсудив первоначальные дела, мальчишка-некромант велел Мирту вместе с младшими заниматься растительностью на отвоёванной у мёртвого леса территории, очищенной от некромагической силы.
   Потом Коннор обсудил с Хельми возможность использования пентаграмм для расширения "колодца", незаметно поглядывая при этом обсуждении на Джарри. Тот пытался следить за ходом деловой беседы, но заметно уставал и часто терял нить разговора. Особенно когда Коннор начал использовать в беседе некромагические термины. Хельми, сидевший сбоку, почему Джарри и не видел его лица, сначала приподнял брови, глядя на брата, но продолжил беседу. Однако, поймав один из мимолётных взглядов мальчишки-некроманта на отца, юный дракон снова уставился на Коннора - на этот раз уже с явным вопросом. Когда Джарри оглянулся на громкий вопль Мики от грядок, мальчишка-некромант быстро шевельнул губами:
   - Помоги усыпить...
   Юный дракон впервые проявил изумление, но кивнул и тоже добавил термины в свои реплики. Глаза Джарри начали закрываться от утомления, пока наконец он не признался откровенно и немного виновато:
   - Я, наверное, слишком слаб, чтобы понимать то, о чём вы сейчас говорите. Пойду, полежу немного...
   "Пойду..." Он кривовато ухмыльнулся собственной реплике.
   Мальчишки немедленно вскочили и помогли ему подняться.
   Ворча, что на траве было бы лежать комфортней, Джарри доковылял до древа и, с предосторожностями втянутый вовнутрь мальчишками, тяжело лёг в обсушенной части "пещерки". Через две минуты он крепко спал. А ещё через минуту Коннор отлепил пальцы от его запястья и полез к выходу.
   Когда они вернулись к тому же участку, недалеко от грядок, на примятую траву, Хельми, помолчав, спросил:
   - Объяс-сниш-шь?
   - Потом. - Коннор опустился на траву и погладил какой-то цветок с сиреневым соцветием. - Сначала закончим с расширением "колодца"
   - Я не ранен так с-страш-шно, как Джарри, но от меня тоже начинает ус-скользать с-смыс-сл бес-седы, ес-сли я чего-то не понимаю! - довольно резко высказался дракон.
   - Я всего лишь хотел, чтобы он отдохнул, - непроницаемо сказал мальчишка-некромант, не поднимая глаз.
   Хельми мгновенно хотел было что-то ответить, но его взгляд прикипел к рукам Коннора, и теперь он уже нахмурился, пытаясь сообразить, что делает брат по крови. А Коннор, почти не глядя, сорвал тот самый цветок - росший на длинной зелёной плети, быстро размял его, благо плеть оказалась жилистой, и тут же принялся плести из него... Хельми распахнул глаза - перстень?! Ведь небольшое соцветие венчало миниатюрный зелёный обруч...
   Взгляд юного дракона скользнул по рукам мальчишки-некроманта - и Хельми насторожился ещё больше. Отцовскую рубаху Коннор только что отдал Джарри, потому что тот должен спать, а значит - не двигаться. Значит - мёрзнуть даже в прогретом помещении, где теперь его не будут греть тела спящих мальчишек. А Коннор сказал, что он постоянно двигается, так что ему теперь рубаха не нужна. Одёжку он отдал только что. Так что только Хельми видел, что руки мальчишки-некроманта, выше запястий, обвивают два зелёных браслета.
   Коннор не смотрел на старшего брата, правда отчётливо чувствуя его взгляд. Он сплёл браслеты, слабо блокирующие его от братьев, пока все валялись на траве. Теперь заканчивал кольцо, отводящее глаз и память - по паутинным линиям тёмных друидов отметив нужные заклинания и рисунок. Мирт, Колин и Мика браслетов не заметили.
   Но драконы - сама магия.
   И Хельми разглядел браслеты, хотя назначение кольца с сиреневым цветком - не дать увидеть то, что прячет хозяин артефактов. Впрочем, Коннор от Хельми и не думал прятаться. Именно дракон должен был помочь ему в одном деле.
   - Ещё что ты хочеш-шь? - не выдержал юный дракон.
   - Объясни мне одну вещь. Я знаю основной принцип создания пентаграмм. Мне необходимо знать, можно ли использовать пентаграммы таким образом, чтобы они были закрыты от врага, но имели... допуск для нас.
   - Ты имееш-шь в виду допус-ск с-силы? Как было с Джарри?
   - Да. Но мне нужен не личный принцип - для одного варианта, а... - Коннор смолк, пытаясь найти слово удачней, - а многовариативный
   - Я не с-совс-сем понимаю, что ты... - Хельми помялся, с досадой глядя на браслеты, скрывающие от него мысли Коннора.
   Мальчишка-некромант свою досаду спрятал: ему очень не хотелось, чтобы даже старший брат заранее знал, что именно задумано. Но делать нечего. И Коннор устроил настоящий допрос, выспрашивая детали своей совершенно невероятной задумки. По тому как Хельми перед ответом медлит, мальчишка-некромант сообразил, что дракон пытается уложить все его вопросы в единое "русло". Предпоследний вопрос заставил Хельми вновь вскинуть брови.
   - Я понял, что ты с-собираеш-шься с-сделать! Но это опас-сно!
   - Не было бы опасным, я бы не стал тебя спрашивать, - угрюмо сказал Коннор.
   - Ты... предполагаеш-шь, что с-самое опас-сное впереди?
   - Не предполагаю, а знаю. Тёмные друиды привыкли к безнаказанности, а их поймали. Они сейчас мечутся, как загнанные крысы. Им некуда идти, Хельми, пойми!
   Юный дракон остановившимися глазами уставился на мальчишку-некроманта, недовольного, но решительного.
   - Я с-с тобой, - спокойно сказал Хельми. - Буду подс-страховывать.
   - Это необязательно, - сухо сказал Коннор.
   - Обязательно.
   - Почему?
   - Ты думаеш-шь, что с-с налёту можеш-шь понять принципы с-сложной пентаграммы. Но это глупо - и ты с-сам понимаеш-шь это.
   - Мы можем сделать так, - безнадёжно (Хельми тоже упрям! Если он на чём-то зациклится - не уговоришь!) ответил мальчишка-некромант. - Ты поможешь мне с пентаграммой вокруг меня - и этого будет достаточно.
   Юный дракон медленно улыбнулся. Коннор в ответ мысленно пожал плечами: сейчас Хельми ему очень-очень напоминал старого, но хитроумного интригана Вальгарда! Всё ясно. Хельми не отстанет, потому что посчитает своим долгом участвовать там, где действует его пентаграммная разработка.
   - Как мы это с-сделаем?
   Фраза понятна без слов: Хельми тоже считает, что задуманное Коннором надо скрыть от братьев.
   - Мы начнём обещанное расширение "колодца", - ответил Коннор. - Для чего нам придётся обойти его по периметру. Когда окажемся за древом, ты создашь мне пентаграмму и объяснишь правила введения силы.
   - С-соглас-сен. Только не забудь, что в таком с-случае пентаграмма будет тянуть с-силы из тебя.
   - Не страшно, - пробормотал Коннор.
   Поляна, на которой возлежало древо с выдолбленной в нём пещеркой, была округлой. Мальчишка-некромант и юный дракон начали обходить её, обнося вертикальные ливневые стены пентаграммами, очищающими от колдовского дождя. Сила этих пентаграмм базировалась на недавно проведённом ритуале, так что братьям пришлось включать в них символы, притягивающие силы дикой магии, которые, в свою очередь, защищали "колодец"-поляну, "уничтожая" некромагические силы. Последнее - версия для Мирта и младших братьев.
   Едва только Коннор и Хельми скрылись с глаз тех, кто работал на грядках, юный дракон, уже сообразивший структуру необходимой Коннору пентаграммы, быстро принялся за дело. Мальчишка-некромант сел в зелень, а Хельми начал чертить вокруг него прямо на рыхлой земле и между травами необходимые знаки и слова.
   Подготовка заняла примерно полчаса. Оставался один символ - закрывающий некромагические силы и силу дикой магии в личном пространстве Коннора. Дракон остановился и нерешительно сказал:
   - Я не уверен.
   - Я - уверен, - отозвался мальчишка-некромант. - В конце концов, внутри меня они уже были задействованы одновременно. Выдержу. - А помолчав, усмехнулся: - Хельми... Или ты делаешь это сам, или заканчиваю твою пентаграмму я. Не забудь - я тоже учился их создавать. Пусть и не так целенаправленно.
   Дракон поморщился, но добавил недостающий символ. И замер, глядя на мальчишку-некроманта, сидящего в трудно уловимом обычным глазом сиянии. Тот посидел неподвижно с минуту, а потом подвигал плечами и заметил:
   - Пока я статичен, они уживаются. Не забывай, что в твоей пентаграмме есть ресурс, который добавляет силы по мере её появления рядом со мной.
   - Ты... - Хельми прикусил губу. - С-селена с-сказала бы, что ты пс-сих.
   - Не совсем так, - сказал Коннор, отворачиваясь и снова продолжая работу по расширению "колодца", - ведь я же допустил, чтобы ты меня оберегал. Это здравое решение. И потом, Хельми. Мы же заперты здесь, а значит, ты в любой момент можешь исправить ситуацию, если я переем эту силовую смесь.
   Он не видел, как Хельми с досадой покачал головой, но почувствовал тревогу и даже страх дракона. Предпочёл не замечать эмоций Хельми. Иногда Коннор думал, что после войны братство привыкло к комфортной жизни, а потому слишком расслабилось. А ведь жизнь - это постоянные проверки на "слабо"!
   Когда они заканчивали вписывать в ритуальный круг пентаграммы расширения, к ним подошёл Мирт, за которым чуть не скакали младшие братья. Судя по всему, это они его упросили вместе подойти к старшим.
   - С-сейчас-с будет готово, - упредил их вопросы Хельми.
   - Да мы не про это, - снисходительно сказал Мика, - но ничего! Подождём!
   И трое братьев снова уселись там, где ранее валялся радостный Мирт.
   Дождавшись старших, Мика хозяйственно сказал:
   - Вот мы их не хотим расколдовывать - ну, этих двоих, а если они... фу?
   - Что - "фу"? - не понял дракон.
   А Коннор рассмеялся и объяснил, что у всех есть свои естественные потребности, а в таком состоянии, как у двоих спасённых, они могут проявиться так, что бедному Джарри потом не полежать и не посидеть в древесной пещерке.
   - А потом можно и накормить, - простодушно добавил сердобольный Колин.
   Мика демонстративно поморщился, а потом пожал плечами.
   - Ладно, пойдём их вытаскивать, но так, чтобы Джарри не проснулся.
   - Кто придумал - тот пусть и тащит! - мстительно сказал Мика, уничтожающе глядя на мальчишку-оборотня.
   - Ты же сам сказал, что это необходимо! - возмутился тот.
   - Мало ли что я сказал, - заворчал мальчишка-вампир, а потом с подвывом вздохнул. - Пошли уж!..
   Мирт только довольно хихикал: ему, как главному по грядкам, разрешили не принимать участия в процессе вытаскивания спасённых из древесной пещерки.
   Туалет для спасённых решили сделать за древом - там, где Хельми спалил колдовские корни, прорвавшиеся в "колодец".
   - А чего мы их туда тащить будем! - фыркнул Мика, еле дыша после операции стаскивания обоих спасённых на траву. - Коннор, сделай так, чтобы они ничего не соображали, но своими бы ножками потопали, куда нам надо!
   - Мика прав, - посмеиваясь, решил Хельми. - Коннор, с-снимай с-с него первый с-слой колдовс-ского наведения.
   Когда младшие благополучно сводили спасённых подростков "в кустики" и вернули их к порогу древа, они усадили их на траву, и Мика побежал за белой морковкой.
   - Коннор, - полюбопытствовал мальчишка-оборотень, глядя на черноволосого парнишку с чем-то вроде небольшого клейма на скуле, - а как мы будем их кормить? По одному? Или ты им скомандуешь - и они будут есть всё, что мы им дадим?
   - Лучше по одному, - вмешался Мирт, всё ещё отдыхавший на траве и с интересом наблюдавший за заботами остальных. - Снять с одного из них ещё слой друидического колдовства и поэкспериментировать. А то мало ли...
   - Я, между прочим, согласен! - заявил Мика, добежавший с морковками и тут же быстро раздавший "лишнее" всем желающим: честно говоря, этот продукт уже надоел, но Мирт пообещал вскоре вырастить ещё кое-что более сытное. Правда, каждый из братства про себя - подозревал Коннор - надеялся, что до выращивания нового растения их уже найдут и спасут.
   - И мне, - попросил мальчишка-эльф.
   - Обнаглел! - буркнул Мика, склоняясь над ним, лежащим. - Встать ему лень!
   А Колин выпросил у Коннора стилет и быстро нарезал на маленькие кусочки две морковки, предполагая, что кормить безучастных к еде - это всё-таки опасно: а вдруг проглотить откушенное нормально не сумеют? Подавятся ещё. А тут - запихивай во рты кусочки и только следи, чтобы прожевали... Коннор, тая улыбку, хотел было сказать, что он может заставить подростков под заклинанием спокойно, как в обыденности, есть предложенное, но промолчал. Он только сделал всё, что надо: заставил подростков сесть - удобно для младших братьев, которые и собирались их кормить. А сам отвернулся к ливневой стене, которая пока незаметно для глаз начинала отодвигаться.
  
   - Коннор! - позвал Колин. - Давай мы сначала этого накормим!
   И указал на бритого налысо подростка. Обернувшийся Коннор догадался, почему именно с него хочет начать мальчишка-оборотень: то ли из-за бритой головы, то ли он в самом деле долго голодал, но спасённый этот выглядел... мягко говоря, недоедающим по жизни... Мальчишка-некромант даже вставать не стал: быстро снял с него слой друидического заклинания, после чего сказал Колину:
   - Командуй им!
   - Как? - удивился мальчишка-оборотень.
   - Просто! Скажи ему: "Открой рот!" Потом: "Закрой и жуй!"
   - Что-то я вдруг вспомнил Кама! - засмеялся Мика, свалившийся неподалёку от Хельми, который с удовольствием взял у него морковку. - Помните, как мы им командовали? А Селена всё время удивлялась!
   - Эй, Мика, чай завари, а? - предложил Колин, направляясь к бритому. - А то болтаешь много, а чай, наверное, все захотят. Да и Джарри пригодится.
   - Вот ещё... - буркнул Мика. Вставать ему явно не хотелось - больше хотелось глазеть на то, как Колин собирается кормить бритого. И насмешничать.
   Колин встал перед бритым, чуть склонился, чтобы удобней было передавать ему кусочки. И, вздохнув, неуверенно сказал:
   - Открой рот! - Секунды спустя, мальчишка-оборотень, изумлённый, проговорил: - Ой, он и правда открыл!
   - Чего застыл? - рассмеялся Мика. - Корми!
   Немного поколебавшись, мальчишка-оборотень сунул в открытый рот подростка кусочек корнеплода и уже уверенней велел:
   - Жуй!
   Какое-то неясное чувство заставило Коннора поднять голову.
   Хельми, очистивший новую морковь и улыбнувшийся приказу Колина, поднёс её ко рту - и в следующий миг внезапно прыгнул прямо с земли на взвизгнувшего от изумления Мику. Прыгнул прижать его к земле - и полностью закрыть своим телом.
   - Колин, назад! - вскрикнул Коннор за секунду до немыслимого прыжка юного дракона. И сам прыгнул к растерявшемуся мальчишке-оборотню сам, в кратком полёте ударив Мирта, который лежал, но на его крик поднимался сесть.
   Колин оглянулся на крик. Он даже не успел удивлённо поднять брови или открыть рот, чтобы спросить, что случилось.
   Коннор закричал, срываясь на хрип, когда выметнувшиеся изо рта бритого подростка чёрные змеи (так показалось в первые мгновения!) ударили Колина в бок и свалили его, тут же плотоядно впиваясь в его тело. Мальчишка-оборотень падал сипя, не в силах закричать: одна из "змей" пронзила его щёку и нырнула внутрь, в горло.
   Коннор, на ходу срывая с рук травяные браслеты и кольцо, подбежал к младшему брату и без раздумий обнял его, выдыхая слова некромагического заклинания. Закатившиеся глаза Колина медленно закрылись, и мальчишка-некромант чувствовал, как замирает пульс братишки...
   - Умри-и... - прошипел Коннор, держа одной рукой голову мальчишки-оборотня и продолжая жёстко прижимать его к себе.
   На происходящее в "колодце" он не обращал внимание. Остальные старшие справятся, а до древесной пещерки с Джарри "змеи" не успеют добраться. Поэтому он продолжал убивать Колина, а вместе с ним - недавно спрятанные в спасённом подростке ядовитые корни, натравленные друидами на любое живое существо.
   Он шептал жуткие слова и только теперь понимал, почему друиды не стали проверять остальные капища. Что убийство на камнях-вампирах, что убийство при помощи заколдованных мёртвых корней - всё шло на пользу мёртвому лесу. Всё впитывалось мёртвым лесом, а значит, усиливало тёмных друидов.
   Мальчишка-оборотень безжизненно повис на его руках - и Коннор даже не ощутил, что жутко кривится от боли в сердце, а когда почувствовал её, в голове пронеслось: "Так вот как мы будем чувствовать смерть друг друга!"
   Заклинание было прочитано. Коннор, ощущая пересохшее горло, оглянулся.
   Мирт потихоньку поднимался из-под выкинутого над ним крыла частично трансформировавшегося Хельми, а затем помог встать ошеломлённому до заикания Мике. Дракон, лёжа, вернул себе привычный человеческий облик, а потом тяжело поднялся. Коннор не испытал никаких чувств, обнаружив, что под крылом Хельми был спрятан и второй подросток. "Повезло", - бесстрастно решил он и больше не обращал внимания на всех, кто был на поляне.
   Для начала он осторожно вытянул омертвевший корень изо рта Колина. Затем попытался выдрать из него всех видимых "змей", но тело мальчишки-оборотня мешало: оно бессильно падало из его рук, а сосредоточенный на действе Коннор никак не мог понять, что надо уложить младшего брата на траву, чтобы было удобно освобождать его от мёртвых "пиявок"...
   Пошатываясь, подошёл Хельми. Он оставил плачущего Мику рядом с Миртом, который сам едва крепился, чтобы не заплакать. Коннор заметил на плече дракона содранную кожу, сочившуюся кровью, - мёртвые корни добрались и до Хельми. Но, не спрашивая, Хельми приподнял Колина за подмышки, принимая его вес на себя. Секунды мальчишка-некромант смотрел на дракона ничего не понимающими глазами, а потом кивнул и принялся вытаскивать мёртвые корни из мёртвого тела.
   - Побыс-стрей, Коннор, - прохрипел Хельми. - Больно...
   Мальчишка-некромант не ответил. Он быстро, но пристально просмотрел тело младшего брата. Яд мёртвых корней оставался в теле Колина, но был не слишком сильным. Пора возвращать мальчишку-оборотня.
   Вскинув глаза к пасмурному небу, Коннор положил ладонь на холодеющий лоб младшего брата и тихо, но с силой воззвал:
   - Колин, вернись! - и зашептал слова, призывающие отлетевшую душу.
   Собранные им совсем для иного силы некромагии разом загудели вокруг троих в неистовой круговерти...
   Стороной Коннор размышлял: за секунды до происшествия предвидение Хельми подсказало дракону, что сейчас случится. Сумел бы Хельми увидеть происходящее, если бы он не оглянулся в тот момент на Колина?.. Праздный вопрос...
   Мальчишка-оборотень в руках Хельми вздрогнул, открыл странно белёсые глаза... Секунда, другая... Глаза потемнели, а Колин закашлялся - до слёз.
   Коннор продолжал удерживать душу, которая рвалась вон из физического вместилища... Заклинание за заклинанием... слова срывались с пересохших губ, и мальчишка-некромант с каждым словом ощущал, что внутри него селилась необычная, тошнотворная пустота... Зато вокруг него, причудилось, будто встали сильнейшие маги - так мощно и неистово крутились силовые вихри.
   Перед глазами Коннора резко пропали все. Он почувствовал, как дрогнули его ноги. Из последних сил просипел последнюю фразу - и сердце, до сих пор трепыхавшееся так, словно в него воткнули тот же стилет, мягко легло на место и успокоилось.
   Замолкнув, мальчишка-некромант ждал, что произойдёт далее. Серое нечто перед глазами не собиралось пропадать. Как будто издалека он услышал утешающий голос Хельми, в котором смешалось облегчение со страхом, которого дракон не сумел подавить:
   - Ну? Вс-сё? Колин, говорить можеш-шь?
   И - то ли выдох, то ли всхлип в ответ. И дрожащий смешок подошедшего Мирта:
   - Живой!..
   Коннор зажмурился и снова открыл глаза.
   Слепота не проходила.
   Ответ. Это ответ. За то, что убил. А потом решил воскресить. Некромагия не прощает своим апологетам таких деяний. Пусть даже они старались во имя жизни...
   - Коннор, он вернулся, - неуверенно сказал где-то рядом Мирт. - Слышишь? Колин вернулся...
   А он всё стоял в этой слепой серости... и вдруг вспомнил, как радостно и серьёзно сказал ему Колин, когда Джарри устроил мысленное путешествие во времени, а потом вернул: "Мы тебя встречаем!" Или что-то в этом роде. Машинальная улыбка тронула его губы. "Колин вернулся..." И вдруг мальчишка-некромант подумал: "Мы все вернёмся!"
   Кто-то положил руку на его плечо. Судя по хватке - Хельми.
   - Мне это не нравитс-ся, Коннор. Что с-с тобой? Ты с-стоиш-шь внутри пентаграммы так, будто закрылс-ся.
   Коннор, сам помертвевший было из-за странности собственного состояния, от облегчения чуть не рассмеялся. Вот оно что! Пока он плачется внутри себя, оказывается, драконья пентаграмма работает в закрытом режиме.
   Он легко, теперь уже зная, в чём дело, перенастроил зрение, увидел пентаграмму, в которой после мощного выхода некромагической силы кое-что перенастроилось, и произнёс слова, которых в ней недоставало. Зрение вернулось. И он тут же спросил:
   - Что со вторым?
   - Лежит, - пожал плечами Хельми, заметно осунувшийся. - Пойдём - пос-смотрим?
   - Пойдём.
   Мирта и младших братьев попросили не приближаться. Так что, напуганные внезапной смертью, трое уселись подальше от второго спасённого. Они и сами бы не подошли. Потому что даже чисто внешне состояние погибшего ученика тёмных друидов было страшно: мёртвые корни, внедрённые в его тело, вырвавшись наружу, разорвали его самого в ошметья. Мирт боялся даже взглянуть на мертвеца и старался полностью сосредоточиться на обследовании здоровья Колина.
   - Почему мы раньше их не проверили? - прошептал Коннор, поглядывая в сторону Колина и Мирта. Он почему-то сам побаивался подходить к мальчишке-оборотню, чувствуя себя виноватым и смущённым.
   - Мы не думали, что они могут быть нас-столько... жес-стоки, - шёпотом же откликнулся дракон.
   - Или не думали о том, что надо отвечать адекватно, - вполголоса ответил мальчишка-некромант.
   - Что значит - адекватно?
   - Хватит, - отрезал Коннор. - Это была последняя капля. Хватит чего-то ждать. Я понимаю Мирта с его желанием навредить тёмным друидам с помощью расцветающего уголка в мёртвом лесу. Но этого слишком мало. Пора идти в наступление.
   - И что это значит? - настаивал дракон.
   - Это значит, что твои пентаграммы будут работать против тёмных друидов, - сумрачно ответил мальчишка-некромант. И зашептал над собственными ладонями, которыми он водил над последним учеником и жертвой. - Всё. Я убил все корни. Можно просто выдёргивать их из тела. Он выживет.
   - Я не дам тебе что-либо делать, пока ты не объяс-сниш-шь мне! - повысил голос Хельми.
   Коннор схватил его руку и положил ладонь себе на голову.
   - Смотри!
   У Хельми перехватило дыхание на первой же минуте. Потом он осторожно отнял руку и оглянулся на остальных.
   - Я хочу помогать тебе в этом.
   - ... Как ты думаешь... - Коннор тащил тело черноволосого подростка к полянке. - Мика не обидится?
   - Нет, - категорично сказал идущий рядом Хельми. - Характер у него такой, что, с-судя по вс-сему, ему будет любопытно пос-смотреть на то, что мы ус-строим здес-сь.
  
   Глава двадцать пятая
  
   Полное впечатление, что драконы сжигают уже сожжённый лес. Наверное, это потому, что уничтожение происходило при дневном свете. Ведь гнилые деревья чернели от многовекового погибельного ливня, а драконий огонь невыносимо ослепительный... Селена стояла и смотрела, порой удивляясь, что может смотреть, не боясь ослепнуть... Издалека видно, как деревья не сразу прогибаются под огнём клана Вальгарда, а поначалу чуть не шипят, на мгновения окутываясь облачками тумана, пока драконье пламя выпаривает из них влагу. Но всё это жуткое зрелище она видела тогда, когда отвлекалась от своих мыслей.
   От одной мысли.
   Там, где-то внутри мёртвого леса, её семейный и братья.
   Её уговаривали посидеть в машине, благо теперь мальчишек-эльфов не взяли и можно спокойно ожидать, когда драконы закончат уничтожать этот лес.
   Мысль. Она постоянно переключала сознание Селены на иное. И хозяйка Тёплой Норы, глядя на громадную толпу магов всех рас, идущую по сторонам от клана Вальгарда, снова и снова внутренне тянулась к братьям, пытаясь услышать их. Джарри ей не услышать, но она хотя бы теперь знала, что он жив. А вот братья... Братство, если они все вместе... Почему она их не слышит?! Это злило! Это раздражало!.. Нет, она знала, что мёртвый лес всё ещё сопротивляется. Что он полон заклинаний и знаков, не дающих пробиться сквозь него её магическому зову. Но что из того? Она, всегда слышавшая братство, просто должна ощутить его...
   - Леди Селена... - тихо сказал Бернар, стоявший рядом и наблюдавший за работой драконов и магов. - Успокойтесь...
   Она запрокинула лицо к небу, недоверчиво глядя на утреннее солнце, которое постепенно переходило в стадию дневного, на мелкие клочья белых облаков... Небесная громада всегда утешала, но не сейчас, когда Селена старалась пробиться к братству...
   - Я спокойна, - тем не менее, ответила она старому эльфу-целителю, снова чувствуя раздражение, потому что Бернар отвлекал от сосредоточенности на мальчишках. А ей так важно было услышать хотя бы одного из них!..
   Один раз её уже обругали - когда она только-только приехала и тут же помчалась к драконам, чтобы постоять на обожжённой земле и вслушаться, и послать собственный зов. Кровь не ответила, а Вальгард, бывший рядом, грязный, но не уставший, а озлобившийся, сквозь зубы велел ей уйти к машинам. А она смотрела на старого дракона и не понимала, почему он её гонит. И тогда подошёл Колр, взял её за руку, довёл до машин и велел Хосте не отпускать Селену, пока маги и драконы не позовут её сами.
   Хоста пыталась разговорить её, переключить, напомнив, какие дела без них сейчас делаются в Тёплой Норе. И замолчала, поняв, что Селене пока не до того...
   Она всё пыталась увидеть лица братьев. Но мысленные образы мелькали безо всякого ответа - и простое мельтешение этих образов вгоняло её в отчаяние.
   ... Раскалённой иглой её будто ударили в сердце.
   Селена не успела уследить за собственными чувствами - и закричала от боли, с ужасом понимая, что падает, что ноги её не держат. Что её руки, которые всё ещё пытаются ухватиться за раскрытую дверцу машины, стукаясь - попадают куда угодно, но только за опору уцепиться не могут. И рухнула, сама себе не веря, что может быть такой слабой и... убитой.
   Вскрик Хосты над головой. Женщина-эльф поймала-таки её в падении, но лишь для того, чтобы чуть сдвинуть точку падения, чтобы она не ударилась головой о машину.
   Перед глазами стемнело. Селена чувствовала, что упала. Чувствовала под ладонями затоптанную многими ногами землю. И - боль, тянущую так, что дышать полной грудью не давала... По движению воздуха понимала, что над ней склоняются, что чьи-то сильные руки берутся за её подмышки, но это не волновало. Чисто машинально то ли выдыхала с каждым набором воздуха, то ли стонала:
   - Колин... Не умирай... Колин...
   А когда дышать уже не сумела, вдруг услышала над собой шёпот, торопливый и, по ощущениям, бессвязный. Она не понимала ни слова из этого шёпота, но вслушивалась в него, и этот шелестящий звук странно пронизывал тело, отодвигая боль от сердца... А потом во тьме над ней кто-то ещё зашептал, и шепотки не останавливались, а множились - и их становилось столько, что... Будто к ней, к Селене, бежали (она даже слышала содрогание земли под этим бегом!) сильные-сильные маги и вставали над ней, чтобы начать свою ворожбу, вытаскивающую её из ледяного безвоздушного пространства в тёплую жизнь... И её обмякшее тело обливали волны, словно где-то недалеко открыли сразу несколько форточек... И в какой-то миг она рванулась к этим прохладным волнам - дышать, дышать!..
   ... - Вот и всё, - сипло сказал Трисмегист, провожая взглядом, как Селену поднимают на ноги и помогают утвердиться на них. - Наш мальчик провёл опасный... опыт. Но сделал он всё правильно.
   Колр молча подал ему руку и тоже поднял с коленей. А Трисмегист ещё тише сказал, вздохнув:
   - Но как он меня напугал...
   А Селена изумлённо оглядывала вставших вокруг неё драконов. Когда они успели окружить её?.. Правда, смотрели они на неё недолго. Вальгард кивнул и пошёл к мёртвому лесу. Драконы последовали за ним. Колр пошёл было следом, но оглянулся и кивнул - и Трисмегисту, и Селене, которую под руку держала Хоста.
   - Как вы себя чувствуете, Селена? - хрипловато спросил Трисмегист.
   - Ну... Хорошо, - ответила она, с осторожностью убеждаясь, что снова дышит. И тут же со слезами спросила: - Почему я не слышу их, живых?! Но чувствую смерть?!
   - Лес пронизан смертельными, некромагическими заклинаниями и результатом действия старинных ритуалов. Поэтому здесь, в этом месте, эхо и отклик по смерти сильней, чем по жизни.
   Эльф-бродяга кивнул ей и пошёл к своим коллегам.
   - Что... произошло? - вполголоса спросила Селена, которую Хоста крепко держала за руку. Ощущения такие, будто она только что тонула, но её успели выдернуть из воды.
   - Трисмегист сказал, что... - Хоста споткнулась на полуслове и торопливо закончила: - Что Колин... умер, но Коннор вернул его.
   Недоговорённость буквально витала в пространстве, но Селена приняла информацию и успокоилась. Что бы там на самом деле ни произошло - братство живо. И это главное... Правда, сердце с печалью сжалось, когда она вспомнила: "Бедный малыш Берилл... Хоть бы твой старший брат был в это время рядом..."
  
   Когда сердца и души успокоились, когда головы стали холодными и ясными, Хельми и Коннор всё же решили предупредить Мику, что его ожидает довольно жуткое зрелище... Колин всё ещё был бледен. Поглядывая на него всё так же немного виновато, но в то же время изучающе, Коннор отмечал, что черты лица мальчишки-оборотня пока ещё тяжелы и малоподвижны, когда он испытывает эмоции. И Мирт постоянно рядом с ним - на таком натянутом эмоциональном проводе, что буквально дёргался, если Колин хоть чуть-чуть проявлял чувства.
   Но, когда Хельми и Коннор подошли к грядкам и предложили влезть в древесную пещерку, к Джарри, для совещания, Колин отчётливо оживился, и мальчишка-эльф выдохнул с облегчением.
   Джарри разбудили. После хлопот Мирта (Мика в помощниках) с перевязками и новыми заклинаниями для заживления раны взрослому магу объяснили, что именно хотят сделать старшие братства.
   Одобрения от взрослого мага не ждали. Помощи - тоже: Джарри был очень слаб. Ждали критики, которая поможет увидеть уязвимые места задумки, и несогласия, если старшие не всё до конца учли. И ждали всё это только потому, что Коннор вдруг начал сомневаться в операции, продуманной вроде как до мельчайших деталей. Впервые в жизни он так подробно рассказал при всех, что именно задумал, а также обо всех личных опасениях, что даже Мика удивился. Но мальчишка-вампир первым же и высказался:
   - За себя скажу так: мне хочется это увидеть. Пусть оно даже пройдёт в таком виде.
   А Джарри после недолгого молчания проговорил:
   - Ты прав, Коннор. Если будем надеяться только на тех, кто идёт к нам (если идёт!) от опушки мёртвого леса, ждать спасения придётся долго. А у тебя есть доступ к силе. И ребята правы: если ты пропустишь через себя грязные силы и не сумеешь, как тогда же, избавиться от них вовремя, помощь-то будет рядом.
   С минуту Коннор непроницаемо смотрел на отца, а потом бесстрастно сказал:
   - Если ты надеешься на то, что я снова приму твою помощь, то зря. Ты не в форме, чтобы прочистить потом меня от дикой магии и некромагической силы.
   - Тебя остановит это соображение? - усмехнулся Джарри.
   - Нет.
   - И замечательно. - Джарри кивнул Мирту, чтобы тот помог снова уложить его: сидеть даже с опорой на древесные стены пещерки было тяжело до выступившего пота.
   - Ну что? - поторопил Мика. - Идём?
   - Идём! - в тон ему вторил Колин, уже настолько оживлённый, что движения мальчишки-оборотня выглядели привычно шустрыми.
   Коннор, полусогнувшись, стоял сразу за Микой. Поэтому, шагая за ним и машинально учитывая его скорость, он чуть не ударил его ногами, собираясь выскочить из древесной пещерки: мальчишка-вампир, вместо того чтобы выпрыгнуть из "помещения", внезапно сел на порог пещерки. Коннор опомниться не успел, как Мика поджал ноги и вновь юркнул в пещерку.
   - Ты что?.. - начал изумлённый Коннор, но сообразил осторожно выглянуть из древа - и замер на месте сам, держась за края "входа".
   Хельми тенью переместился в другой "коридор", где лежал последний спасённый ученик тёмных друидов. И тоже, остерегаясь, всмотрелся в сторону, которую изучал мальчишка-некромант. Мирт же присел на корточки и высунулся настолько, насколько показались из древа на свет Хельми и Коннор. И тихонько охнул.
   - Что там? - шёпотом спросил Джарри.
   - Тёмные друиды... - прошелестел Мирт, обернувшись к нему. - Стоят в дожде. Ну, в ливневой стене.
   - И, кажетс-ся, с-собираютс-ся к нам в гос-сти... - прошипел обозлённый дракон.
   Джарри больше не спрашивал, потому что происходящее начали вполголоса комментировать для него младшие братства, улёгшись прямо на "пол" древесной пещерки, под ноги старших.
   - Они трогают нашу защиту... - рассказывал Колин, машинально принюхиваясь.
   - И что-то с ней делают, - сосредоточенно всматривался Мика. - Кажется, корни пустили по ней. Хотят порвать её? Коннор, а защита выдержит?
   - С такой смесью сил они вряд ли сталкивались, - равнодушно сказал мальчишка-некромант, тем не менее цепко наблюдавший за попытками тёмных друидов сломать защитную стену "колодца".
   Прямо напротив древа с входом в него стояли два тёмных друида. В потоках ливня, одетые в какие-то шкуры и здоровенные звериные маски на головах, они будто расплывались и выглядели страшней, чем могли бы быть на самом деле. Словно страшные лесные чудовища из ночных кошмаров, они и в самом деле водили руками по защитной стене, явно вычерчивая на ней какие-то полузнакомые мальчишке-некроманту знаки и символы. Иной раз Коннор видел, что защита под руками кого-то из них искажалась, и тогда друид спешил добавить тех же знаков, даже внешне вливая в них силу, но защита дрожала и вновь успокаивалась.
   - Мы... - резко сказал Хельми. - Ещё долго будем чего-то ждать? Коннор, пора!
   - Мика, Колин - отойдите! - скомандовал мальчишка-некромант и выпрыгнул между потеснившимися младшими братьями.
   Следом - Хельми. Оглянувшись, Коннор велел:
   - Мирт, сидишь с Джарри!
   - Сидим! - отозвался Мирт, за шиворот втягивая в древо младших.
   Коннор постоял немного перед древом, потом медленно, в сопровождении Хельми обошёл его. Все шестеро друидов здесь. Встали на одинаковом расстоянии друг от друга и пытаются что-то сделать с защитой тех, кого недавно почитали жертвенным мясом. На стороне, где был вход в древесную пещерку, видно было сразу троих. Как и эти трое видели мальчишку-некроманта и юного дракона.
   - Не будем тянуть, - спокойно сказал Коннор и на миг сжал кулак.
   Стилет вылетел и был пойман за рукоять.
   Один из друидов, перед которым мальчишка-некромант встал напротив, застыл на месте при виде оружия, выскользнувшего, как, видимо, ему показалось, прямо из руки недавней жертвы. Коннор, не оборачиваясь к Хельми, негромко попросил:
   - Закрой меня от наших в древе.
   - Ес-сть.
   Мальчишка-некромант расслышал кожистый шелест крыльев, распахнутых юным драконом. На что Коннор и рассчитывал.
   Он вытянул руку со стилетом вперёд - кончиком лезвия вниз, в землю. Будто собирался поиграть в ножички и вот-вот разжать пальцы. Руку защипало, и по ней прошли мурашки, когда он в первый раз призвал дикую силу для выполнения старинного ритуала.
   Застыл второй друид, когда на его глазах тончайшее холодное оружие, почти игрушка, неожиданно вспыхнуло грязноватой зелёной дымкой и выросло в крепкий, с округлыми наплывами от когда-то бывших на нём сучков посох - длинный, по плечо своему хозяину. Мальчишка-некромант зашептал заклинания призыва и одновременно крутил, словно зонт, свой посох, который временами исчезал всё в той же тёмно-зелёной дымке... Коннор слушал защитный круг "колодца". Тот был, как и создавал его Хельми, исполнен пентаграммами, в прорехи которых можно пропустить силы дикой магии. И которые не дают враждебной магии ходу.
   Так Коннор начинал действо в Старом городе магов, приглашая мертвецов с кладбищ города на площадки храма некромагов.
   Но сейчас не было несущего столба храма, на котором можно было написать ритуальные символы и слова. Зато вырос и стал умней тот мальчишка, который однажды распробовал личные силы на страшный призыв. Теперь Коннор мог мысленно вписать нужные знаки в пентаграммы дракона. Что он сейчас и делал, кое-где всего лишь подправляя линии пентаграмм и превращая их из защитных в призывные.
   Когда защитный круг "колодца" был готов к действию, а тёмные друиды этого не заметили, а лишь, кажется, заподозрили что-то не то, Коннор затоптался на месте, продолжая держать посох на расстоянии вытянутой руки от себя.
   - Внемлите мне, зовущему! - с силой сказал он, одновременно впустив в себя дикую магическую силу и "спустив с поводка" накопленную некромагическую. - Призываю! И требую! Возьмите жертву свою!
   Вокруг кулака, сжатого на горбатом навершии посоха, зазмеилась зеленоватая дымка, поднявшаяся от земли.
   Тёмные друиды, наверное, что-то всё же учуяли. Уже не трое стояли прямо перед Коннором, а все шестеро, довольно нервно переглядываясь. Один ещё попытался снова пробиться сквозь защиту "колодца". Но его звериная маска заметно дрогнула и замерла, когда её владелец вновь сосредоточил своё внимание на посохе, который держал мальчишка-некромант. На какие-то несколько секунд, потому что спустя эти секунды в дневном свете "колодца" начало происходить что-то невообразимое.
   От всех границ "колодца" хлынули к посоху тёмно-алые струи. Это движение было стремительным и завораживающим. Все шестеро друидов, забыв о первоначальном намерении пробиться в "колодец", обеспокоенно следили за бешеным движением тёмно-красных линий, мчавшихся к посоху, взлетавших к нему, фонтанировавших, сталкиваясь с зелёным дымком, - и с навершия вновь падавших на землю, чтобы устремиться по всем границам "колодца". На зелёной траве "колодца" это кровавое движение казалось ещё более ужасающим...
   Тёмные друиды так и не поняли, что делает мальчишка-некромант, но сообразили, что это нечто будет чем-то страшным - и страшным для них. Они сгрудились в кучку, выстроившись спинами друг к другу так, чтобы отразить любую атаку со всех сторон. И в их руках, на которых покачивались ритуальные бусы-артефакты, появились не только посохи, уже бывшие при них.
   Коннор отстранённо наблюдал, как друиды вооружились топорами.
   Если бы он не продолжал ритуал, который здесь вынужденно был посложней, чем в храме некромагов, он бы усмехнулся. То, что насторожило тёмных друидов, гораздо опасней, чем они думают.
   Тёмные красные струи продолжали с огромной скоростью растекаться по всем сторонам "колодца", и только мальчишка-некромант знал, что за его пределами, в мёртвом лесу, струи дикой магии скоро сконцентрируются в три потока, направленных строго к капищам. Теперь, когда он, Коннор, может манипулировать всеми силами, привычными для него, он мог и поднажать, усилить составляющую обычной некромагической формулы... Он мысленно бежал с теми тёмно-красными струями по прогнившему лесу, контролируя то один поток, то второй, то третий.
   Впрочем, нет. Не контролируя, а просто следя, чтобы они получали необходимые силы.
   Первое капище, которое оказалось ближе всех, сопротивлялось недолго. Тёмные красные струи дикой магии окружили его разъярённой воронкой, выпили его самого, а потом подняли останки всех его жертв - всех от начала тёмных веков. Камень-вампир, поначалу вопящий от ужаса, постепенно стих, когда его сожрали, а потом сожранное пошло на материал, восстанавливающий все его давние и недавние жертвы...
   Второе капище попыталось защититься от дикой магии, хлынувшей на него так, что любое сопротивление показалось бы попросту смешным. Функция защиты работала недолго. Дикая магия, вырвавшаяся, благодаря Коннору, на свободу, легко сминала любой признак сопротивления и впитала камень, буквально растворив его в себе...
   И над третьим камнем-вампиром тоже, несмотря на грохочущий ливень, вскоре поднялось прозрачное облачко в кроваво-серых тонах. Эти серые тона мельчайших частиц, к которым так внезапно воззвали, постепенно сливались между собой, принимая определённую форму. И эти формы не просто сливались в фигуры. Нет, частички костей и иной плоти восстанавливались в крепкие тела, пусть и лишённые основного "мяса"...
   Коннор монотонно проговаривал слова заклинаний, время от времени добавляя в них привычное:
   - Внемлите мне, воззвавшему к вам!
   Но вот он застыл на полуслове, вслушиваясь в то, что происходило у трёх камней-капищ... Тёмно-красные струи столкнулись в последний раз у основания его посоха - и пропали за границами "колодца".
   Он видел, как торжествующее настроение убийц, с которым тёмные друиды остервенело рвались в "колодец", сменилось небывалым страхом. Привыкшие похищать с улиц мирных, ничего не подозревающих магов, они не сомневались, что всегда останутся безнаказанными. Но действия мальчишки-некроманта, худосочного, голодного и полуголого - выглядевшего смешным в ином случае и в ином месте, сейчас начали не просто пугать их, но и ужасать. Один не выдержал - рванул из тесного круга, где все шестеро охраняли спины друг друга, и снова вцепился рукавицами с чудовищными когтями в защитную стену "колодца". Когти неизвестного зверя проткнули защиту, но дальше не сумели процарапать её, хотя друид яростно терзал её "лапами".
   Кажется, один из друидов, оставшихся в группе, что-то крикнул ему - Коннору почудилось ли это? - и сорвавшийся с места друид вернулся к своим "друзьям" и вновь ссутулился, готовый драться. Но мальчишка-некромант даже из-за стены "колодца" почуял, что этот друид растерян и... испуган!
   - Сюда! - вскрикнул Коннор, когда почувствовал, что заклинание обрело не только силу, но и воплощение. И стукнул посохом в траву под ногами, добавляя силы в некромагический призыв. - Сюда! Они - здесь!
   И мысленно представил себе поляну с травой, павшее древо, ливневую стену - и кучку свихнувшихся магов, которые считали себя правыми там, где обычный человек наотрез отказался бы от привилегий карающих богов.
   Из-под страшных друидских масок, ему показалось, сверкнули злобные глаза.
   Но на мальчишку-некроманта тёмным друидам уже некогда было глядеть.
   Они суматошно замахали руками, вздымая вверх посохи и топоры, отбиваясь от чудовищных фигур, которые окружили их.
   Посох в руках Коннора пропал, вернувшись в форму обычного стилета, который мальчишка-некромант, не спуская глаз с творящегося за стеной "колодца", всунул на место - в естественные ножны.
   - Вс-сё? - спросил Хельми, убравший крылья и напряжённо наблюдавший за тем, как кричат люди в звериных масках, всеми силами обороняясь от странных существ - костлявых, с крыльями летучих мышей, с жуткими лицами, с кошмарным оскалом странных черепов, обнажающим ненормально длинные зубы.
   - Что ты имеешь в виду? - чётко спросил Коннор.
   - Тебе нужна поддержка? Как твои с-силы?
   - Своими обойдусь, - холодно ответил мальчишка-некромант, но не потому, что обиделся на предположение юного дракона, что он, Коннор, не может справиться сам. А потому, что продолжал смотреть, как вампиры-оборотни убивают тёмных друидов, в основном действуя собственными костями.
   - Такие скелеты... - заворожённо сказал подбежавший Мика, ошеломлённо таращась на кости собственных сородичей-предков, когда-то умевших оборачиваться в жуткое подобие гигантских летучих мышей.
   - Где Мирт и Колин? - не оглядываясь на него, спросил Коннор.
   - Сидят с Джарри, - ровно пробормотал мальчишка-вампир, лишь бы ответить. - Коннор, неужели я тоже в те времена таким был бы?
   - Иди к Джарри, - жёстко велел ему Коннор.
   А Хельми подкрепил его приказ объяснением:
   - Не надо тебе, Мика, с-смотреть на это! Иди!
   - Ага... - забывшись, сказал Мика, а потом резко отвернулся и кинулся к древу.
   А крылатые скелеты громадных летучих мышей-мутантов продолжали нападать на тёмных друидов. Они не только прорывались к сбившимся в кучку колдунам с земли, но и нападали сверху, взлетая над ними тогда, когда те не ожидали этого. И били их костями своих крыльев, стараясь пронзить ими людей, словно бы колющим оружием. Сила мертвецов была страшной - Коннор постарался влить в них дикую магию в таком количестве, чтобы скелеты выдерживали удары не только посохов, но и топоров и не рассыпались от ударов по ним.
   Первым убили того друида, который старался процарапать защитную стену "колодца". Видимо, именно он был самым слабым не только духом, но и физически. Глядя на тело, сплошь утыканное костями, словно маленькими копьями, Коннор беспощадно думал о том, что эти друиды, вполне возможно, и не готовились к тому, чтобы однажды держать оборону от тех, кого они высокомерно бросали на свои капища. И сейчас это им выходило боком. Они не могли даже по-настоящему драться своими боевыми посохами, хотя и отсюда, из-за защиты, Коннор видел, что посохи их - старинное боевое оружие. Но даже боевые топоры они держать не умели. Легко наводить на беспомощных мирных горожан страх, а вот что делать, если на тебя нападают те, кого ты даже врагом не считаешь?..
   - Тебе... - Коннор услышал, как стоявший рядом Хельми коротко вздохнул. - Тебе их... не жаль?
   - Это война, - бесстрастно ответил Коннор. - А на войне врагов не жалеют.
   - Ты так их рас-сцениваеш-шь?
   - А как иначе? Когда я смотрю, как останки древних вампиров убивают их, я вижу Мику, лежащего в воде - с перерезанными запястьями. Вот убит второй. А я вижу Мирта, которого я с трудом привёл в себя, потому что камень капища высосал из него почти все силы. Я вижу твои сломанные крылья, которые ты не можешь восстановить, потому что тебе не хватает сил. Я вижу умирающего от подосланных корней Колина. Что мы им сделали, из-за чего они решили нас умертвить? Мы всего лишь жили и учились! Мы не собирались ни с кем драться. Мы всегда только защищались! И то, если была какая-то несправедливость.
   - И ты... - начал Хельми и снова замолчал.
   - Я справедливей, - уже угрюмо ответил Коннор, следя, как последний тёмный друид яростно дерётся против десятков скелетов. - И я милосердней! Они бросили нас на капища - совершенно беспомощными, не дав нам даже возможности хоть как-то защититься. Я - дал им эту возможность. Так пусть защищают свою жизнь до последнего! А я буду только смотреть на это, потому что я не палач, а боец. И я, некромант, знаю, в отличие от них, цену жизни.
   В последнем усилии тёмный друид, упавший на колени и уже вяло крутивший посохом и топором, скрещёнными над втянутой в плечи головой, обернулся к "колодцу". Это движение стоило ему жизни: сверху на него свалился скелет летучей мыши и вонзил кости крыльев в его затылок. Друид повалился на тела соучастников по тёмным делам...
   Скелеты будто окаменели вокруг мёртвых тел и на них.
   Первым шевельнулся тот скелет, который убил последнего друида. Он не спеша, по одному выдрал из мёртвого тела кости своих крыльев, а потом, подпрыгивая, спустился с тела друида и отошёл в сторону... Коннору показалось, что скелет стряхивает кровь с костей... В какой-то миг мальчишке-некроманту почудилось, что скелет вот-вот поднесёт окровавленное крыло к ощеренным длинными зубами челюстям...
   Но действие заклинания и введённых для его исполнения сил закончилось.
   Как будто нескончаемый ливень заставил скелеты вампиров-оборотней растаять.
   Коннор смотрел на это жутковатое зрелище без единой эмоции. Единственное, что он чувствовал, это усталость. И внутри прорезывалось желание, чтобы весь этот кошмар наконец закончился.
   Вместе с таянием костей, лишённых силы, скреплявшей их, началось некое действо и по мёртвому лесу. В "колодце" вдруг начало явственно светлеть, а грохот ливня, привычный настолько, что на него не обращали внимания, привыкнув говорить громко, начал стихать. Спрыгнул с порога древа Мирт, подбежали младшие, задрали головы.
   - Коннор! Смотри! Солнце!! - завопил Мика.
   - И правда - с-солнце! - удивлённо проговорил Хельми, который медленно подошёл к редеющей ливневой стене и протянул к ней ладонь.
   А Колин просто запрокинул голову к очищающемуся небу и... заплакал. И даже Мирт, немедленно склонившийся к нему, утешать не стал. Просто посмотрел, что мальчишка-оборотень плачет, а потом выпрямился рядом с ним и закрыл глаза, тоже впитывая коснувшиеся его лица тёплые лучи.
   Коннор обернулся, почуяв взгляд. На "пороге" древесной пещерки сидел Джарри и блаженно жмурился на то же солнце.
   С трудом волоча невыносимо отяжелевшие ноги, Коннор дошёл до отца и сел рядом с ним.
  
   Глава двадцать шестая
  
   Драконий огонь внезапно полыхнул гораздо дольше, чем было до сих пор. Будто убрали все преграды, мешавшие клану Вальгарда пробиваться сквозь рушащийся ливень и сквозь деревья мёртвого леса. Кажется, необычная длина пламени стал неожиданностью и для самих драконов. После первого же такого огневого выброса драконы застыли. Затем полыхнул пламенем только Вальгард. Будто проверяя. Пробный огненный всполох тоже оказался далеко проникающим в лес. Минуту спустя драконы обернулись в человеческую ипостась и сгрудились вокруг Вальгарда, что-то обсуждая и показывая на лес.
   - Я... грежу? - вдруг проговорил стоявший рядом с Селеной Бернар. - Мне это видится? Что ливень постепенно заканчивается?
   Пока ещё только удивлённая, Селена уставилась на мёртвый лес и заморгала сама. Деревья, что впереди перед ней - что дальше, вглубь "чащи", виднелись сейчас отчётливыми чёрными фигурами. Пропал неровный дым, в клубах которого даже такой неопытный маг, как она, присмотревшись, мог разглядеть паутину колдовских заклинаний. Но теперь... Чистый, прозрачный воздух, в котором грохочущий ливень постепенно слабел, открывая новые пространства всё далее в лес. Проступали чёткие очертания деревьев - без намёка на то, что когда-то они являлись чьей-то замаскированной собственностью.
   С обеих сторон от клана Вальгарда толпы магов загомонили, закричали, потом успокоились.
   Селена оглянулась в поисках Трисмегиста.
   Учёный эльф быстро, насколько это возможно на топкой почве, шёл к Вальгарду. Селена нерешительно шагнула было следом, но её остановила Хоста.
   - Подожди! - взволнованно попросила женщина-эльф. - Видишь? За ним идут Ильм и Перт! Пусть сначала они!..
   Что именно - сначала, Хоста не договорила. Да и знала ли она... Но, глядя, как к Вальгарду подходят эльфы-маги, а рядом с ним уже встал до ужаса усталый Колр, Селена сообразила: отвлекать их сейчас от разговора глупыми поспешными вопросами - только тянуть время. Хоста права. Пусть обсудят происходящее и сами решат, что делать дальше. В конце концов, здесь собрались сильнейшие маги! В такой ситуации должны разобраться и работать дальше именно они!.. Успокаивала себя здравомыслящими доводами, а в глубине души была благодарна Хосте, что так и держала её за руку, не давая рвануть вперёд - к братству и Джарри...
   Мужчины совещались недолго. Трисмегист кивнул Вальгарду и вместе с храмовниками пошёл назад, к толпе магов. Трое эльфов смешались с этой толпой, а потом толпа разделилась надвое, а драконы вновь обернулись, но уже не широкой линией пошли далее сжигать мёртвый лес, а выстроившись парами, уничтожали лес следующим образом: первая пара сжигала гнилые деревья впереди, а следующие по бокам. Следом шли маги и тоже по бокам что-то делали. Но что? Селена забеспокоилась: не увлеклись ли они чем-то посторонним, вместо того чтобы продолжить искать братство и Джарри?
   Но Бернар вдруг взволнованно выступил вперёд, а потом досадливо посмотрел на Селену, одновременно как-то неуместно к этой досаде улыбаясь.
   - Если бы меня не оставили с вами... - заговорил он, странно счастливый, и вновь уставился вперёд, а потом, словно про себя и убеждая самого себя, проговорил: - Но мы же можем идти следом? Можем? Тем более...
   Когда Селена разглядела, что происходит впереди, она ахнула.
   Пока драконы уничтожали мёртвое, маги возрождали настоящую зелень! Вот почему так странно встревожился старый целитель Бернар!
   Нет, деревья и кусты пока не вздымались, да и дело продвигалось довольно неспешно, но за идущими толпами магов появлялись пока ещё бледно-зелёные пятна травяного покрова. Заворожённая этими пятнами после грязи и черноты мёртвого леса, Селена, сама того не замечая, машинально двинулась следом за всеми.
   Обрадованный Бернар шёл сбоку, окидывая ликующим взглядом не только траву, но и почву, которую время от времени пробовал ногой на твёрдость. И до Селены дошло, почему маги так медленно идут, отставая от драконов: они не просто озеленяют бывший лес, они высушивают почву и каким-то образом поднимают снизу нормальный, необходимый для растений жизнетворный пласт. Да, почва, по которой они шли, довольно упругая, но ещё и мягко мнущаяся под ногой - рыхлая. Селена, забыв обо всём, с улыбкой смотрела на старого эльфа-целителя: Бернар шёл, временами поднимая руку над почвой - то ли проверяя её жизнеспособность, то ли благословляя...
   Что-то заставило Селену оглянуться на Хосту, которая шла рядом. Женщина-эльф плакала. Изумлённая Селена спросила, сама уже подхватывая её под руку:
   - Хоста?
   - Я не знаю, как проходила здесь война с машинами, - всхлипывая, ответила та на вопрос, не озвученный хозяйкой Тёплой Норы. - Но сейчас мне кажется, что она закончилась вот-вот... Только что...
   - И Город Утренней Зари отвоевал ещё одну часть собственной земли, - сама чуть не плача, ответила ей Селена.
   Бернар услышал, обернулся, нахмурившись.
   - А ведь это правда, - ошеломлённо проговорил он. - Столько лет наше государство было лишено этого клочка земли - такого огромного, отошедшего в руки... - Он чуть не задохнулся от понимания: - В руки своих же, но... внутренних врагов, которые не хотели, чтобы оно процветало!
   И вновь заторопился вперёд, за остальными магами, а Селена слабо усмехнулась: политика обучения в Тёплой Норе - не она ли заставила Бернара поверить в то, что образованные дети - ядро процветания родного государства? "Какими выспренными словами я заговорила, - вздохнула она. - "Процветало"... Тоже мне - образованные дети... Но ведь есть же в этом какая-то основа моим мыслям?.." Но слишком много рассуждать она не хотела даже в мыслях. Хотелось другого... Она попросила:
   - Хоста, возьми меня за руку!
   Женщина-эльф вытерла последние слёзы и крепко взяла её за руку, понимая, чего добивается хозяйка Тёплой Норы.
   Глянув в последний раз под ноги и убедившись, что впереди - довольно ровная поверхность, Селена закрыла глаза для большей сосредоточенности и позвала: "Коннор!"
   И чуть не споткнулась, когда услышала в ответ: "Селена! Мы ждём вас!"
  
   ... Через два часа драконы взорвали первое старинное капище - в песок. Точней - взорвали то, что от него ещё оставалось - обломки камня.
   Ещё через час драконьи пары разделились, огибая единственный зелёный оазис в центре мёртвого леса. Уже знавшие, с чего началась демаскировка незаконно присвоенного тёмными друидами государственного участка, маги не стали заходить на этот островок, а продолжили трудный путь, возвращающий мёртвые земли к жизни.
   Селена при виде зелёного островка вырвала-таки ладонь из руки Хосты и бросилась со всех ног вперёд. Впрочем, Хоста не отставала. Как и Бернар. Но все трое опоздали хотя бы потому, что по густой и высокой траве оазиса решительно шагали храмовники Ильм и Перт, обогнав Колра, которого отпустил Вальгард.
   Мальчишки ждали их, стоя у длинного толстенного ствола древа, в котором была пробита довольно большая дыра - очевидно, вход в дупло. Младшие смеялись и орали, подпрыгивая на месте, а старшие братства просто неудержимо улыбались.
   И, только когда Коннор чуть отодвинулся от входа в дупло, Селена увидела Джарри. Она уже не знала, кого обнимать в первую очередь, а то и над кем плакать, а потому растерянно хваталась то за одного, то за другого из братства...
   Кажется, Бернар тоже растерялся. Он почти побежал вперёд, к древу, зачем-то на ходу срывая с себя сюртучок, который ему когда-то сшила Аманда. Изумлённая Селена, добежавшая до младших и плачущая, глядя на семейного, кивавшего ей (мол, со мной всё потом, всё потом!), поняла, что у неё нет слов, когда Бернар первым делом накинул свой сюртучок на полуголого Коннора - единственного из ребят без рубахи, а потом ринулся к Джарри - осматривать его рану. Хоста немедленно поспешила за эльфом-целителем. Селена только и успела схватить руку Джарри - хоть дотронуться и, к сожалению, тут же отпустить его...
   Потом Селену поразил храмовник некромагов Перт, который бессовестно отодвинул её от младших и вцепился в плечи Колина, с жадностью оглядывая его, слегка испуганного. Последнее неудивительно: Перт изучающий - это старая, но всё ещё хищная птица. Один хрящеватый нос чего стоит, как и едва заметно выпученные глазища - любой почувствует трепет...
   Ильм же, бегло осмотрев небольшой пятачок с зеленью и даже чуть проросшими прутиками кустов, движением подбородка велел Мирту и Хельми подойти к нему, после чего они втроём принялись обходить границы этого пятачка. Как поняла Селена, храмовника Белостенного заинтересовала защита вокруг оазиса. Кому что...
   Мика и Коннор встали рядом с ней - обернувшись к Джарри.
   - Вы как?.. - торопливо и суматошно заговорила Селена, прижимая их к себе, но не глядя на них: всё внимание к себе приковал Джарри, над которым уже хлопотали Бернар и Аманда. - Не заболели? Не ранены? Наверное, голодны? - Убрала руку с плеча Коннора, повернула набок сумку, висевшую на плече. - У меня тут с собой... Вот...
   И не выдержала, расплакалась, когда Мика привстал на цыпочки и заглянул в её сумку, отогнув её край. Мальчишка-вампир тут же бросился на шею - обнять.
   - Селена, мы не голодали! - убеждённо закричал он в ухо, словно боясь, что она не расслышит, а потому не поверит. - У нас морковка была! Белая! То есть не была, а есть! Хочешь попробовать?
   - Ага! - завторил ему Колин, выглядывая из-под рук Перта, который стал несколько раздражённым: жертва... ой, простите - объект его внимания не желал стоять на месте!
   Внезапно Коннор переместился к нему и вполголоса сказал:
   - Вы ещё не видели того, кто сидит у нас в дупле...
   Селена как-то не обратила внимания на его слова, сбитая с толку младшими братства: какая морковка? Что за белая?
   Зато Перт перестал мучить Колина и решительно залез в дупло.
   Селена как-то подзабыла о нём, пока, окружённая мальчишками, знакомилась с их отвоёванным уголком земли и слушала историю их похищения.
   - Но вы же братство! - в который раз удивлялась она, поспешно гладя по голове Мику, увлечённо жующего лепёшку из её сумки. - Как же вы не заметили похитителей?!
   - Мама Селена, я тоже не сразу понял, - признался Коннор, то и дело поглядывая на дупло, в видимом пространстве которого мелькали то Хоста, то Бернар - Джарри они уложили для удобства перевязки. - Хельми сказал, что он предвидел на несколько секунд вперёд. Но он просто не поверил, что с нами такое может быть, а потому не среагировал вовремя. Я потом ещё посмотрел прошлое... Мы с Миртом предполагали, что друиды изменили пространство, чтобы мы их не заметили. А я понял другое. Да, связано с пространством. Но по-другому. Они же друиды. Они использовали деревья и кусты. Ты же знаешь, что пригород до сих пор полон зарослей. Тёмные друиды устроили так, что деревья около дома Агаты оказались несущими информацию о безопасности улицы. И, когда тот парнишка поддразнил Мику клыкастым, мы побежали за ним. Даже не драться, а просто попугать... Был азарт. Было весело и даже смешно. И мы не ждали, что за углом дома может оказаться кто-то, кто нас ненавидит. - Коннор поднял руку и потрогал затылок. - Стреляли из арбалетов. Хельми в предвидении видел, что мы падаем, но почему и кто напал - не успел заметить. Потому что всё началось и закончилось очень быстро. А потом мы очутились на капищах...
   - А кто у вас там, в дереве? - встревоженно спросила Селена, разламывая следующую лепёшку для подошедших Мирта и Хельми и передавая им кувшины с заткнутым горлышком, в которых плескалось козье молоко.
   Её смутил Перт, который выглянул из-за края дупла и с каким-то испугом посмотрел на неё, после чего вновь скрылся в дупле - с другой стороны от той, куда Хоста и Бернар оттащили Джарри.
   - Последний ученик тёмных друидов, - усмехнулся Коннор, а Мика фыркнул.
   - А почему ты сказал ему об этом ученике чуть ли не по секрету?
   - Этот парень - сильный некромаг, - тихо сказал Колин. - Коннор разглядел линии его пространства.
   - И что? - не поняла Селена.
   Мика откровенно веселился, скептически оглядываясь на древо:
   - Он, Перт, боится, что ты заберёшь "бедного мальчика" к нам! В Тёплую Нору!
   - А почему мы не заберём?.. - снова растерялась хозяйка Тёплой Норы.
   - Мама Селена, подожди ты с мальчиком, - улыбаясь, сказал Коннор. - И не беспокойся за него. Пусть сначала Перт с ним разберётся. Он думает, что мальчик будет учеником храма, - посмотрим!
   - Всё равно ничего не понимаю... - прошептала Селена.
   - Ну, Селена! - чуть не обиделся Мика. - Сама подумай! Этого парнишку его хозяева (не могу назвать их ни учителями, ни мастерами!) опоили и уложили на капище. Коннор говорит - в полусне он знал, что его собираются принести в жертву. Причём он знал ещё, что, если мы его спасём, он убьёт нас всех - заговоренными мёртвыми корнями. Про это мы тебе потом подробней расскажем. И вот его пробудят в храме некромагов. И скажут, что он теперь ученик некромагов. Ты поняла всю красоту того, что с ним придумал Коннор?
   - Честно? Нет, - призналась ошарашенная Селена.
   - Да он их возненавидит, - снисходительно объяснил Мика. - И куда его Перт денет? Да всё равно к нам! В Тёплую Нору! Хотя я думаю: а вот такое чудо нам надо?
   - Селена, - напомнил о себе Колин. - Пойдём, мы тебе морковку дадим?
   Оглушённая новостями и событиями, Селена беспомощно взглянула на Коннора. Мальчишка-некромант твёрдо взял её за руку и успокаивающе сказал:
   - Идём. Пока мы смотрим эту морковку, Хоста и Бернар справятся с раной Джарри, и тогда ты будешь с ним.
   Пока Селена выясняла, что Мирт сумел вырастить белую морковку - целых две грядки, пока разглядывала грядку с лекарственными травами, посматривая на блаженно кутавшегося в сюртучок Бернара старшего сына, пока снова и снова слушала рассказы об их жизни в эти несколько дней, Джарри не только заново перевязали, вычистив его рану, но Колр успел перенести его в машину, которую подогнали к зелёному пятачку свои оборотни. Во вторую машину, машину храмовников-некромагов, поместили ученика тёмных друидов, так и не пришедшего в себя или не выведенного из своего состояния опоенности колдовским зельем - для его же блага, как сурово объяснил Перт, который довольно скалился, словно крылатый хищник, получивший в свои костистые лапы стоящую добычу. Третья машина - с деревенскими магами - поехала впереди всех.
   Селена постаралась пока выбросить из мыслей этого самого ученика тёмных друидов, слишком ошеломлённая предсказаниями Мики насчёт его судьбы. И полностью сосредоточилась на Джарри, с которым села рядом. С другой стороны от её семейного устроился Коннор, тут же привалившийся к здоровому плечу задремавшего в тепле отца. А с другой стороны от Селены устроился почему-то очень тихий Колин, сам пролезший ей под руку... Напротив сидели Мирт и Хельми - и дремлющий между ними Мика...
   И Селена, пока возвращались домой, еле сдерживала слёзы, глядя на своих страшно похудевших мальчишек, ободранных, но настроенных по-боевому. Правда, вскоре это горестное настроение начало пропадать, и Селена прикусила губу, понимая, что Мирт, который начал мечтательно улыбаться, думает о том, как его встретят брат и сестрёнка. Хельми всё поглядывал на потолок машины, мчавшейся уже по более или менее ровным дорогам пригорода: наверное, представлял себе деревню и заводь, над которыми так любил кружить в драконьей форме...
   Хоста сидела рядом с Миртом и время от времени поглядывала на младших братства, а когда она встречалась взглядами с Селеной, та замечала, как подозрительно поблёскивают глаза женщины-эльфа. И как потрясённо смотрит на мальчишек братства и на Джарри старый Бернар...
   Машина снизила скорость, но никто из ребят не кинулся к окнам, чтобы посмотреть, как она начинает спуск к дороге посреди кукурузного поля... И Селена со слезами, которые удерживала, быстро-быстро моргая, подумала: а скоро ли братство оправится до такой степени, чтобы вернуться к привычному?.. И как будто ответом - Мика поднял голову и радостно сказал:
   - К нашей речке подъезжаем! Видели?!
   Мирт и Хельми переглянулись и рассмеялись. А Коннор сонно проворчал:
   - Я только пригрелся, а тут Мика...
   - Ага! - звонко заявил мальчишка-вампир. - Я и тут, и там! Просыпайся давай! Ты представляешь? Нас сегодня никто встречать не будет! А ведь всегда из школы встречали!
   Но Мика ошибся.
   Едва только Ривер выскочил из своей машины, чтобы открыть калитку в изгороди, как Колин поднял голову и, прислушавшись, округлил глаза.
   С нарастающим воплем: "Ура-а!" на них покатилась громадная волна встречающих. Впереди - счастливая Ирма. Колин схватил сестрёнку - и та, подскочив и прыгнув на него, облила его радостными слезами. Мирт побежал навстречу Орвару, который вёл к нему Гардена и нёс на руках Оливию, махавшую руками.
   - Мика-а! - вопила бегущая вместе с толпой Эрика.
   Обалдевший Мика кинулся к девочке-вампиру.
   - Ты откуда здесь?! - ответно завопил он.
   - Мне в твоей школе сказали, что тебя нет! - кричала она, пока не добежала до него, а потом начала объяснять что-то уже вполголоса, а Мика только растерянно качал головой, подтверждая её слова. Но скрыть радости тоже не мог.
   Хельми тем временем уже шагал в толпе ясельников, неся на руках маленьких драконов Люцию и Ригана, которые возбуждённо ему о чём-то рассказывали.
   - Всех расхватали? - тихо спросила Селена и пошла рядом с машиной, в которой оставались Джарри и Коннор, Бернар и Колр.
   Толпа детей мгновенно окружила хозяйку Тёплой Норы, торопливо задавая свои вопросы, чтобы узнать, почему братство в таком виде и почему Коннор не вышел из машины... Селена смеялась, несмотря на зажатое горло, придумывала всякие небылицы, отшучиваясь. Не объяснять же детям, что мальчишка-некромант вдруг застеснялся Бернаровского сюртучка, хорошо известного всем обитателям Тёплой Норы, а снять его - неудобно быть полуголым при всех. Не на учебно-боевом же поле Колра!
   Так что Коннор быстро проскользнул в кабинет родителей, нынешнюю их спальню. И не один: вместе с Колром он занёс туда Джарри. Бернара в помещение, закрытое заклятием для всех, кроме семьи и драконов, пришлось провести, взяв его за руку. Мальчишки братства, угомонив родных, на некоторое время спрятались в своей комнате на мансарде, чтобы прийти в себя. Оттуда же спустившийся Хельми принёс одежду для Коннора.
   Взбудораженные обитатели Тёплой Норы забыли о том, что по расписанию должен быть тихий час, а хозяйка, естественно, и не думала напоминать об этом. Старшие дети снова взяли на себя обязанность проследить за младшими - благо, что целых три дня все пропускали уроки в школе. И Селена получила кусочек времени, чтобы в тишине посидеть со своими, обласкать семейного и старшего сына, который взял на руки младшего брата и держал его так, словно боялся: выпусти Стена из рук - и снова начнётся иная, слишком опасная и страшная жизнь... Младший не возражал, кажется, только потому, что по привычке (тихий час же!) немедленно заснул на руках брата.
   Ещё через час устроили торжественный полдник в честь возвращения братства.
   Дети собрались в столовой - и захлопали в ладоши, когда несколько смущённые ребята появились на пороге столовой, а потом уселись за свой стол. Им-то накрыли не полдник, а полноценный обед.
   Во время полдника несколько насмешливо Селена покосилась на Колра, который пришёл вместе с Амандой и впервые понял, довольно озадаченный, что его сын сидит не просто с дельтапланеристкой, соратницей по полётам, а с подругой.
   А потом Селена выскользнула из столовой, унося на себе лишь задумчивый взгляд Коннора. И побежала к Джарри, рядом с которым сидел Бернар. Близко к кровати был поставлен стол с подносами из столовой. И Селена сидела с обоими до тех пор, пока в кабинет не постучались. За дверью оказался Колр.
   - С-совещаемс-ся здес-сь - или переходим в гос-стевой кабинет? - немного насмешливо спросил он. - Трис-смегис-ст уже с-сидит там.
   - Но Джарри... - жалобно начала Селена.
   - Семейная моя, с такими целителями, как Бернар, я быстро пойду на поправку, - улыбнулся семейный. - И не забудь, что мне недавно дали выпить довольно сильное обезболивающее, так что мне бы надо помочь только подняться, а там уж я потихоньку дойду сам. Кабинет-то у нас - через тамбур...
   Тихо вошедший и тут же присевший, чтобы не мешать, Коннор немедленно вскочил и вместе с Бернаром, бурчавшим о беспокойном пациенте, помог отцу встать. Селена подхватила Стена и последовала за мужчинами.
   В гостевом кабинете помог и Трисмегист, перехватив у Коннора руку Джарри и усадив его в кресло, на низкой, широкой ручке которого уселась и Селена с младшеньким. Сиденье широкое, но тревожить раненого не хотелось.
   Кроме Трисмегиста, здесь сидели Ривер с Лотером. Деревенские маги всё порывались высказать своё неописуемое изумление по поводу громадной государственной площади, которой незаконно владели эти бандиты - тёмные друиды, а власти государства о той земле совсем забыли. Не успел Трисмегист присесть в любимое кресло, как появился Понцерус, а потом в кабинет привычным тишком-молчком просочились мальчишки братства. Колин выглядел довольно взъерошенным - судя по всему, Ирма излила на него не только слёзы из-за его пропажи на несколько дней. Мика счастливо улыбался. Отмытые волосы Хельми больше не висели печальной шваброй, а Мирт сиял синими глазами, умиротворённый... Последними вошли Ильм с Пертом, который разок подозрительно скосился на хозяйку Тёплой Норы, а за ними проскользнул Вереск, который тут же спрятался подальше от глаз Перта.
   Но храмовник-некромаг был доволен донельзя.
   - Готов поспорить, что вы хотели бы оставить того мальчика у себя, леди Селена, - сразу же высказался он. - Только боюсь, этот мальчик - настоящая находка для нашего храма. Из него вырастет и будет воспитан нашими мастерами настоящий некромаг! И я очень рад за ваших мальчиков... - Тут он сбился и посмотрел на Коннора то ли с благодарностью, то ли с недоумением (мол, и как это он отдал храму того парнишку?), а затем, видимо, в душе махнув на всё рукой, твёрдо закончил: - Думаю, эти тёмные друиды не успели испортить его замечательных талантов некромага!
   - Вы проспорили, - усмехнулась Селена и улыбнулась мгновенно встревоженному храмовнику. - Я и не собиралась оставлять этого мальчика в Тёплой Норе.
   После небольшого обмена колкими репликами братству было предложено вновь рассказать о похищении и жизни в мёртвом лесу. Потом Селена и Колр рассказали о том, как хотели похитить Эрно и Маев, летавших над лесной заводью; а Трисмегист и Понцерус - о том, как тёмные друиды хотели уничтожить молодой лес, выращенный эльфом Бернаром и его учениками.
   - Кому что... - тяжело сказал Коннор, который, как обычно, спокойно общался как в детской компании, так и во взрослой. - Кому растить - кому убивать...
   - Мы ещё не раз об этом вспомним, - задумчиво сказал Ривер. - У меня новости иного характера. Когда маги города стремительно уезжали к открывшемуся мёртвому лесу, об этом доложили главе города - Лофанту. А уж когда мы уезжали с опушки мёртвого леса - он приехал самолично.
   - И что? - не выдержал небольшой паузы Понцерус, учёный эльф.
   - Да ничего особенного, - улыбнулся маг. - Просто хочу сказать, что за открытие мёртвого леса вам, леди Селена, как хозяйке Тёплой Норы, можно будет потребовать у города некоторые привилегии.
   - Хм, - свысока сказала Селена - и тут же засмеялась. - Ладно, я подумаю, что можно будет потребовать у города за такой кусище земли!
   Её сердце таяло тёплым, мягким. Все дома. Все живы, пусть и не совсем здоровы. Но их дом - это место, где все помогут всем. Выздоровеет Джарри, который уже начал вслух рассуждать о том, что можно попросить для детей у главы города. Выздоровеют от пережитого ужаса ребята из братства. И она сама, потому что услышанное от них оставило что-то тёмное и болезненное в её душе. Но и её душа исцелится. Главное, что все они снова вместе, а остальное, как говорится, приложится.
  
   Конец истории.

Оценка: 8.66*37  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"