Акайсева Анастасия: другие произведения.

Приходи

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


  • Аннотация:
       Приходи, приходи,
       Я приглашаю тебя в наш мир.
       Раз, два, три, раз, два, три,
       Я убегаю, а ты лови.
       Приходи, приходи,
       Буду я бегать взад и вперёд.
       Раз, два, три, раз, два, три,
       Кто проиграет, тот умрёт.
       Агитки - Самиздат
       Рассказ был написан для конкурса "Укол ужаса-6" и внезапно отхватил первое место в нём же. :)


Приходи

  
   - Эй-эй! - Детский голосок переливается, как звон колокольчика. - Есть такая старинная игра: "Приходи". Знаешь?
   Я верчусь на месте, пытаясь понять, откуда раздаётся голос. Бесполезно, кругом сплошная стена тьмы.
   - Кто здесь? - Я кричу во всё горло, но мой голос еле слышен. Такое ощущение, что темнота поглощает его.
   - Эй-эй! Есть такая старинная игра... - теперь невидимый ребёнок произносит эти слова вкрадчиво, будто бы делится большим секретом.
   - "Приходи?" - выкрикиваю я. - Да, знаю!
   - Эй-эй! - Голос будто не слышит меня. - Есть такая старинная игра: "Приходи". Знаешь?
   - Да знаю я!
   - Эй-эй! - Он снова повторяет ту же фразу.
   Я начинаю паниковать. Сколько раз я уже слышал эти слова? Сколько времени я здесь нахожусь? И где вообще это "здесь"?
   Выставив перед собой руки, я осторожно продвигаюсь вперёд.
   - Эй-эй! - Снова заводит голос, и я понимаю, что слышу его не в десятый, не в сотый, и даже не в тысячный раз. Я заперт в этой темноте уже много лет. И всё это время невидимый ребёнок спрашивает у меня одно и то же. Только я постоянно забываю об этом. Также как снова и снова забываю о том, что выхода отсюда нет. Уже бесчисленное множество раз я осознавал, и сейчас опять осознаю это. И каждый раз, стоит прийти пониманию, мной овладевает паника, а голос невидимки начинает сводить с ума.
   - Эй-эй! Есть такая старинная игра: "Приходи", знаешь?
   - А-а-а! - Вцепившись руками в волосы, я истошно воплю и...просыпаюсь.
  
   Я сижу в лекционной аудитории своего университета. Все взгляды прикованы ко мне. Профессор смотрит настороженно: кажется, он не сердится, скорее напуган.
   - Ты так страшно сейчас орал, - шепчет девушка, сидящая рядом со мной. Словно из тумана в моей памяти всплывает её имя, вернее, прозвище, которым я её всегда называю: Лиса. Мы знакомы с детства, сперва были просто друзьями, а вот теперь встречаемся. Её прозвище тоже пришло из тех лет, когда мы были партнёрами по бесчисленным шалостям и проказам. Нам нравилось представлять себя эдакой командой особого назначения, поэтому мы придумали секретные позывные, переиначив свои имена на "звериный" манер: она - Лиса, я - Кот. Даже теперь, спустя много лет, мы продолжаем называть друг друга этими прозвищами.
   - Прости, - нарочито беспечно говорю я. - Просто кошмар приснился.
   - Всё тот же? - обеспокоенно спрашивает девушка.
   Я не успеваю ответить - профессор делает нам замечание, - просто киваю и зарываюсь носом в конспект, делая вид, что занят учёбой.
   - Знаешь, - нерешительно говорит Лиса, когда после лекции мы сидим в столовой, размазывая по тарелкам не слишком-то аппетитный обед, - я подумала, что, может быть, тот голос, который ты слышишь во сне, принадлежит кому-то, кого ты знал в детстве.
   - Вполне возможно, - соглашаюсь я. - Но, даже если так, чей он - хоть убей, не помню.
   - Ну так вот, - Лиса шарит рукой в сумке. - Я подумала, что это может быть кто-то из наших общих знакомых, и прошерстила старые фотографии.
   - Нашла какую-нибудь зацепку?
   - Нет, но... - Девушка достаёт и кладёт передо мной выцветшую фотокарточку. - Вот. Ты знаешь, кто это?
   Я смотрю на фото. На нём запечатлены трое. Посредине стою я, справа от меня - Лиса, а слева - незнакомая девочка с длинными светлыми волосами. Всем на вид - лет по семь-восемь.
   - Так знаешь, кто это может быть? - повторяет вопрос Лиса.
   Я внимательно вглядываюсь в лицо девочки, но не могу вспомнить ни имени, ни каких-либо других деталей. Однако при взгляде на неё меня охватывает странное чувство: как будто грядёт что-то страшное и неизбежное.
   - Нет, - качаю головой, - без понятия. Так кто это?
   - Я тоже не могу вспомнить. Но когда смотрю на неё, у меня какая-то необъяснимая паника начинается.
   - Ага, у меня тоже. Как у запертой в клетке крысы при первых толчках землетрясения.
   - Чувствуешь себя крысой, хотя на самом деле Кот? - Лиса пытается пошутить, но её лицо остаётся напряжённым.
   - Мама тоже не знает, кто это, - после паузы продолжает девушка. - И ещё одна странность насчёт фотографий... Я хотела проверить, нет ли этой девочки на других наших снимках, и стала искать свой старый фотоальбом. Его нигде не было. Я спросила у мамы, где он, и она сказала, что его уже много лет, как нет. Сказала, что когда мне было десять, мы с тобою куда-то сбежали ночью. Я пропала на несколько часов, а когда вернулась, вела себя очень странно: ни с кем не разговаривала и чего-то очень боялась. Это продолжалось несколько дней, а потом ни с того, ни с сего меня будто прорвало: я визжала, бросалась на стены и кричала что-то вроде: "Она меня не простит", "Она заберёт меня с собой".
   - Кто, "она"?
   - Не знаю, - качает головой Лиса. - Но я думаю, это как-то связано с девочкой на фотографии. Мама сказала, что во время той истерики я сожгла фотоальбом. Наверное, боялась кого-то, кто был на снимках.
   - А сама ты что-нибудь помнишь?
   - Вообще ничего. Но когда смотрю на эту девочку...
   - Необъяснимая паника, да?
   Лиса кивает.
   Я снова внимательно смотрю на фотографию:
   - Дерево на заднем плане, это же наш секретный штаб?
   - Угу, - Лиса слегка улыбается. - Навевает воспоминания, да?
   - Надеюсь, навеет больше, когда увидим его воплоти.
   - Хочешь пойти к дереву?
   - Да, вдруг что-нибудь вспомним.
  
   После занятий мы с Лисой идём к огромному старому дубу, дупло которого когда-то служило нам тайным убежищем. С этим местом связано множество воспоминаний, но почему-то мы уже много лет не возвращались сюда. Я пытаюсь посчитать, как долго не был у дуба. Точно помню, что залазил в него перед тем, как лёг в больницу. Значит, до десяти лет мы здесь играли точно. А после? Напрягаю память, и голова начинает раскалываться...
   - Прости, - сбивает с мыслей голос Лисы, - собиралась помочь тебе, а в итоге только навешала дополнительных проблем.
   - Всё в порядке. Возможно, твоя потеря воспоминаний как-то связана с моими снами. - Я задираю голову, чтобы окинуть взглядом дуб целиком. - Ну как, припоминаешь что-нибудь интересное?
   - Много чего, но всё не по делу. А ты?
   - Тоже.
   Я обхожу дуб кругом. За эти годы он ничуть не изменился, разве что кажется каким-то более потрёпанным. Вон широкая ветка, скрывающая часть ствола от посторонних глаз, а за ней должно быть наше дупло. Я подпрыгиваю, подтягиваюсь на руках и усаживаюсь на ветку верхом. Верно, вот он, вход в наше секретное убежище, цел и невредим.
   - Осторожнее, - слышится с земли голос Лисы.
   Я угукаю в ответ и подползаю по ветке к дуплу. Да уж, раньше оно не казалось таким тесным. Внутри я занимаю почти все пространство, места едва хватает на то, чтобы присесть на корточки.
   - Ты там как? - кричит снаружи Лиса.
   - Нормально.
   - Нашёл что-нибудь?
   - Пока нет? - Я включаю фонарик и начинаю обшаривать убежище. По всем признакам после нас его никто не использовал. Даже дощечка, которую я выжигал, висит всё на том же месте. Как сейчас помню, что там написал:
  

Секретная база N 1

Вход запрещён всем, кроме:
Кот
Лиса

   Направляю свет фонарика на табличку, дабы проверить свою память и не верю собственным глазам. На табличке выжжено:
  

Секретная база N 1

Вход запрещён всем, кроме:
Кот
Лиса
Сойка

  
   - Эй, ты помнишь, кто такая Сойка? - кричу я оставшейся у дерева подруге.
   - А? Что ещё за сойка?
   Я выбираюсь из дупла и показываю табличку.
   - Может, кто-то дописал после тебе? - пожимает плечами Лиса.
   - Нет, это точно мой почерк. И по бороздкам видно, что всю надпись выжигали примерно в одно время.
   Мы долго гадаем, кто такая Сойка, зачем я выжег её имя вместе с нашими и почему ничего об этом не помню, но так и расходимся ни с чем.
   Вернувшись домой, я решаю провести своё расследование.
   - Мам, где альбомы с моими детскими фотографиями?
   - Дай подумать. - Родительница прикладывает руку к подбородку. - Мы, вроде, не распаковывали их после переезда в новый дом. Посмотри на чердаке.
   Я беру фонарь и поднимаюсь на чердак. Разбираю покрытые слоем пыли коробки.
   - А-апчхи!
   Ага! Вот, кажется, и она. Я тащу нужную коробку вниз, намереваясь отнести её в свою комнату, но дно проваливается, и фотографии разлетаются, засыпая весь пол в коридоре. Я становлюсь на колени и начинаю разглядывать их, выискивая светловолосую девочку. К горлу подкатывает неприятный комок: она есть почти на всех снимках со мной и Лисой. Она запечатлена вместе с нами во всех памятных местах моего детства, но я по-прежнему ничего не могу вспомнить о ней.
   - Мам!
   - Да? - Родительница прибегает с кухни.
   -Ты знаешь, кто эта девочка?
   Мама вглядывается в фотографии и отрицательно качает головой:
   - Нет. Странно, она есть на стольких фотографиях, которые снимала я, но я совсем её не помню.
   - А имя Сойка тебе о чём-нибудь говорит?
   - Сойка? Птичка такая?
   - Нет, мам. Я - Кот, Лиза - Лиса, а был с нами кто-то по прозвищу Сойка?
   Родительница хмурится и снова качает головой:
   - Если и была, то я не помню.
   - А я когда-нибудь вёл себя странно? Ну там, разговаривать отказывался, например, или фотографии жёг?
   - Нет, - уверенно отвечает родительница, но вдруг делает такое лицо, будто вспомнила что-то важное: - Хотя вру, было однажды, вскоре после того, как ты вышел из больницы.
   - Кстати, - я спохватываюсь, что забыл ещё одно важное событие из своей жизни, - почему я лежал в больнице?
   - У тебя было воспаление лёгких. Ты не помнишь? Вроде, взрослый уже был: десять лет.
   - Я помню только то, что лежал там осенью.
   - Я читала, что мозг иногда стирает из памяти болезненные воспоминания. Наверное, и с тобой такое случилось, - предположила мама. - Ты ведь так плакал, когда тебя туда положили. Боялся деда, который лежал с тобой в одной палате.
   - Деда? - В памяти будто что-то шевельнулось.
   - Да, старенький такой дедушка, выживший из ума немного. Я, бывало, уходить собираюсь, а ты вцепишься в меня и ревёшь: просишь забрать домой или перевести в другую палату.
   Сойка, больница, провалы в памяти... Лёжа в кровати я вновь и вновь перебираю загадки, вывалившиеся на меня за день, а, когда, наконец, засыпаю, вижу свой обычный сон: я блуждаю в темноте, а переливчатый детский голосок снова и снова спрашивает:
   - Эй-эй! Есть такая старинная игра "Приходи". Знаешь?
   Но на этот раз я не пытаюсь ответить ему, просто поворачиваю голову в ту сторону, откуда, как мне кажется, раздаётся голос, и кричу:
   - Сойка? Сойка, это ты?!
   Детский голосок обрывается, так и не закончив свой вопрос. С минуту я стою в полной тишине, потом слышу всхлип, и невидимый ребёнок растроганно произносит:
   - Наконец-то ты вспомнил, Кот.
   В следующую секунду я осознаю, что лежу в своей постели с широко распахнутыми глазами, и по моим щекам текут слёзы.
  
   Весь следующий день я хожу сам не свой. Лиса волнуется за меня, просит рассказать, что случилось, но я решаю не волновать её, пока сам во всём не разберусь. Перед сном я выпиваю стакан горячего молока, чтобы быстрее заснуть. Я жду, когда вновь окажусь к темноте и смогу поговорить с таинственной Сойкой. Но сегодня меня посещает совсем другое видение. Я больше не заперт во мгле, пейзаж вокруг имеет очертания. Я нахожусь на лесной поляне, заросшей клевером. По периметру её окружают высокие деревья с вылезшими на поверхность корнями. Затянутое тучами небо цедит сквозь плотную сеть веток холодный серый свет, по земле стелется плотный белый туман. Я чувствую, что озяб, и обхватываю себя руками. Вокруг - ни души, но я чувствую чьё-то незримое присутствие. В ушах звенит знакомый детский голос. Он больше не спрашивает об игре, просто смеётся.
   - Сойка! - зову я.
   Никакой реакции.
   - Сойка, где ты?
   Мне снова никто не отвечает, но смех становится громче. Теперь мне кажется, я могу разобрать, с какой стороны он доносится. Я разворачиваюсь, иду на голос и снова зову Сойку. На этот раз она откликается.
   - Спасибо, что пришёл за мной, Кот. Мне было так одиноко все эти годы.
   Голос раздаётся откуда-то снизу. Я опускаю взгляд и всматриваюсь в рваные клочья тумана, стелющегося у самой земли. Между ними что-то есть. Я нагибаюсь ниже, пытаясь это рассмотреть. Передо мной на постели из клевера лежит мёртвый ребёнок, девочка лет десяти. Светловолосый затылок, белое платье, обескровленные руки и ноги с тёмными трупными пятнами. Я хочу перевернуть девочку и посмотреть на её лицо, но ужас и отвращение мешают это сделать. Сам того не замечая, я начинаю пятиться к краю поляны, а затем вдруг проваливаюсь куда-то, падаю, и от этого ощущения просыпаюсь.
   Вскочив с кровати, я хватаю альбом: нужно зарисовать увиденное, пока образ не выветрился из памяти. Я учился живописи, поэтому весьма достоверно изображаю лесную поляну и деревья вокруг. Вот только какой в этом толк, если я всё равно не знаю, что это за место и существует ли оно в реальности?
  
   Мой набросок не даёт мне покоя. Я беру его с собой в университет, и на парах довожу до ума: прорисовываю ветки и корни, накладываю штриховку. Лиса смотрит с беспокойством, но по её взгляду я вижу, что она не знает, что это за место.
   - О, недурно, - внезапно доносится с задней скамьи. - Очень похоже.
   - На что? - спрашиваю у заглядывающего мне через плечо одногруппника.
   - На поляну рядом с заброшенной каменоломней. Это ведь она?
   - Похожа, говоришь?
   - Один в один.
   - Знаешь, как туда добраться?
   - Давай сюда листок, нарисую карту.
   После пары я прошу Лису идти домой без меня, так как мне надо кое-что решить в деканате, и убегаю первым. Спеша по коридору, я изучаю карту и прикидываю, как быстро смогу добраться до поляны. Но, едва я выхожу из здания, моя девушка нагоняет меня.
   - Кот! - В глазах Лисы плещется отчаянье.
   - Что?
   - Не ходи туда. У меня дурное предчувствие.
   - Если ты про деканат, то у меня тоже, особенно после того, как заглянул туда и увидел лицо декана.
   - Прекрати ломать комедию. Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Ты ведь сейчас собрался в то место с твоего рисунка, да?
   - Вовсе нет.
   - Тогда куда ты идёшь?
   - Просто... - я силюсь придумать какое-нибудь неотложное дело, но в голову ничего не приходит, поэтому, обречённо вздохнув, отвечаю: - Никуда.
   - Отлично, - Лиса обхватывает меня за руку, - тогда сегодня ночуешь у меня.
   Я чувствую разочарование, но ничего не говорю: мне не хочется заставлять любимую девушку волноваться. Сойка ждала уже много лет, подождёт и ещё один день. Подобными мыслями мне удаётся сдерживать себя до утра, но каждая клеточка моего тела будто вибрирует: "ты должен идти", и это чувство постепенно усиливается. До рассвета я лежу без сна, а, едва небо на востоке начинает сереть, аккуратно отстраняю спящую на моей груди девушку, собираю свою одежду и тихо выскальзываю из комнаты.
  
   Хмурое осеннее небо, набрякшее тучами, белый туман, стелющийся по земле, мрачные деревья с вылезшими на поверхность корнями, - всё точь-в-точь, как в моём последнем сне. Едва рассвело, но я уже могу разглядеть на поляне каждый листочек клевера. Я нахожу глазами место, где в моём сне лежало тело девочки, и направляюсь туда. С каждым шагом, что я делаю, окружающий пейзаж будто выцветает, становится монохромным. Такое ощущение, что я проваливаюсь в другое измерение. Внезапно, я понимаю, что нахожусь уже не на поляне. Я лежу на жёсткой больничной койке, и к моей руке прикреплена капельница. Мне снова десять лет. Воспоминания, преданные забвению, медленно возвращаются.
  
   Нас всегда было трое: я, Лиза по прозвищу Лиса и Соня по прозвищу Сойка. С самого раннего детства мы были неразлучны. Когда я попал в больницу с воспалением лёгких, обе девочки навещали меня каждый день.
   Я боялся оставаться в палате без близких и друзей. Причина заключалась в человеке, с которым я её делил. Это был сухонький старикашка с дрожащими руками и редкими почерневшими зубами. Но пугал меня не его внешний вид, а жутковатая привычка разговаривать с самим собой. Особенно страшно становилось на рассвете, потому что каждую ночь, едва небо на востоке начинало сереть, старик вставал с кровати и, раскручиваясь на месте, своим грубым, дребезжащим голосом напевал одну и ту же зловещую песенку:
  

Приходи, приходи,
Я приглашаю тебя в наш мир.
Раз, два, три, раз, два, три,
Я убегаю, а ты лови.

Приходи, приходи,
Буду я бегать взад и вперёд.
Раз, два, три, раз, два, три,
Кто проиграет, тот умрёт.

   После этого он подходил к окну и до восхода солнца смотрел наружу, словно ожидая кого-то. Поначалу меня будило его пение, но вскоре я стал просыпаться от страха ещё до того, как старик вставал. Я лежал, накрывшись с головой одеялом, и притворялся, что сплю. Я боялся, что тот, кого призывает старик, действительно придёт, а потому не смыкал глаз до тех пор, пока он не возвращался в кровать, разочарованно бурча что-то под нос.
  
   Оставалось всего несколько дней до выписки, когда у меня неожиданно начались осложнения. Вечером мне дали лекарство, от которого мгновенно начали слипаться глаза. Проваливаясь в небытие, я умолял сидевшую рядом маму остаться со мной на ночь, но, когда я проснулся, в палате её уже не было. За окном занимался рассвет. Я знал, что старик вот-вот встанет, но мне так сильно хотелось в туалет, что, поёрзав пару минут, я не выдержал и кинулся в уборную, которая находилась в конце коридора. Там я просидел минут сорок. Просидел бы и больше, но пришла медсестра и спросила, почему я не выхожу так долго. Рассказать про деда я постеснялся, поэтому мне осталось только заверить её, что всё хорошо, и вернуться в палату.
   Заглянув внутрь, я вздохнул с облегчением: старик спал. На цыпочках я прокрался к своей постели, откинул одеяло и уже собирался заползти под него, когда почувствовал на себе пристальный взгляд.
   Я поднял голову и увидел, что дед сидит на кровати, свесив ноги, и внимательно смотрит на меня.
   - Оно не приходит, - разочарованно проговорил он. - Наверное, отсюда слишком далеко до его поляны. А, может быть, старики его не интересуют.
   Я собирался притвориться, что не слышу, и спрятаться в коконе из одеяла, но язык задвигался сам собой:
   - Кто должен прийти?
   - Не знаю, - пожал плечами старик. - Я слышал правила игры, когда ещё был ребёнком. Нужно прийти на поляну у каменоломни в час, когда тьма встречается со светом, три раза обернуться вокруг себя и позвать его, пропев заклинание. Раньше мне никогда не хватало смелости на это, а сейчас... слишком стар стал, наверное. Поляна недалеко отсюда, но оно меня всё равно не слышит.
   Голос старика звучал вполне дружелюбно, поэтому я отважился задать ещё один вопрос:
   - Почему вы хотите, чтобы оно пришло?
   - Мне интересно, что будет, если выиграешь. В заклинании поётся, что если проиграешь, то умрёшь, но что будет, если оно не поймает тебя до рассвета? Уже столько лет прошло с тех пор, как я узнал об игре, а этот вопрос всё не даёт мне покоя. Раньше я боялся умереть, а теперь, видимо, ему моя жизнь, как и мне, даром не нужна.
   После разговора со стариком мне начали сниться необычайно яркие, реалистичные сны. То я видел себя королём, то хозяином личного луна-парка, то катался на лыжах по горам мороженого. И каждый раз во сне приходило понимание, что всё это я получил от существа, о котором говорил старик. Сам того не заметив, я начал думать, что если хозяин поляны существует взаправду, именно мне предначертано судьбой выиграть у него, а встреча со стариком теперь казалась мне судьбоносной.
  
   Когда я вышел из больницы, то рассказал об игре Сойке. Я выбрал её, потому что в отличие от вечно осторожничавшей Лисы, Сойка всегда поддерживала мои затеи. Тогда мне казалось, что она делает это из-за того, что ей самой интересно, но теперь, вспоминая её поведение, я понимаю: девочка просто была влюблена в меня.
   Я умолчал о старике, опасаясь, что тогда Сойка точно струхнёт, просто сказал:
   - Эй-эй! Есть такая старинная игра: "Приходи". Знаешь?
   Я объяснил Сойке правила и, хотя она вся побледнела от страха, уговорил сыграть. Лису мы просто поставили перед фактом: мол, завтра на рассвете идём на поляну у каменоломни, не хочешь с нами - настаивать не будем. Конечно, это была всего лишь уловка, чтобы заставить девочку согласиться: Лиса никогда не позволила бы нам с Сойкой ввязаться в приключение без неё. Теперь я знаю, что она просто не хотела оставлять нас одних, потому как уже тогда я ей нравился.
  
   Мы боялись опоздать, поэтому вышли ещё затемно. После пугающего ночного леса укутанная белым стелющимся туманом поляна показалась нам даже уютной.
   Когда серые утренние сумерки разъели клубившуюся в воздухе тьму, я глубоко вздохнул и сказал:
   - Ну что, наверное, пора начинать.
   - Угу, - с наигранной бравадой кивнула Лиса. - Начинай.
   - Я? - У меня противно засосало под ложечкой.
   - А кто же ещё? - удивилась Лиса. - Ты это всё затеял, значит, тебе и читать заклинание. Только не говори, что струсил.
   - Конечно, нет, просто... - На самом деле, всё было именно так, как сказала Лиса. - Просто я отвратительно пою. К тому же Сойка, наверняка, тоже хочет попеть, она ведь ходит в музыкальную школу.
   Я посмотрел на светловолосую девочку в поисках поддержки. Сойку трясло от страха, но, тем не менее, она сжала кулачки и чуть слышно выдавила:
   - Да, я тоже хочу.
   - Я вас умоляю. - Лиса закатила глаза, демонстрируя, что раскусила нас обоих. - Ладно, давайте решим всё, как обычно.
   Я кивнул, и мы с Лисой синхронно выкрикнули:
   - Камень, ножницы, бумага! Раз-два-три!
   Я показал бумагу, девочки - камень.
   С трудом сдержав вздох облегчения, я обратился к подругам:
   - Теперь вы между собой.
   Девочки сыграли ещё кон. На этот раз победила Лиса.
   Сойка рассеянно посмотрела на свою ладонь, всё ещё сжатую в принесший ей поражение камень, и бесцветным голосом произнесла:
   - Ура, я победила.
   Другой рукой она взялась за складку рубашки на моей спине. Судя по виду, Сойка едва сдерживала слёзы. Мне стало стыдно, и я собрался сказать, что прочитаю заклинание вместо неё, но, прежде чем я успел это сделать, девочка подняла голову и запела.
   Когда голос Сойки стих, мы выстроились спина к спине и, затаив дыхание, стали вглядываться в ползущий по земле туман. Пару минут всё было спокойно. А потом вдруг с деревьев вокруг поляны сорвалась и, хлопая крыльями, разлетелась в разные стороны целая туча птиц. Мы вздрогнули и плотнее прижались друг к другу. Но больше ничего не происходило.
   - Наверное, никто не придёт, - спустя минут пять осмелилась заговорить Лиса. - Может, пойдём домой уже?
   Я открыл рот, чтобы ответить, но меня опередила Сойка.
   - Кот, что это? - с обескровленным от ужаса лицом спросила она.
   - Где?
   Сойка дрожащим пальцем указала вдаль.
   - Там ничего нет, - внимательно всмотревшись в лес за поляной, заключил я.
   - Нет, там... - голос девочки сорвался, - там за деревьями шевелится что-то.
   Я снова вгляделся в сумрак между стволами, но ничего странного не заметил.
   - Хватит нас пугать! - заволновалась Лиса. - Нет там ничего.
   - Я не пугаю, я правда... Ой, они идут сюда. Огромные птицы, похожие на стволы деревьев. Кот, Лиса, разве вы не видите?
   Мы с Лисой озадаченно переглянулись. Ни она, ни я не видели того, о чём говорила Сойка, но от её слов нам стало жутко.
   - Давайте поскорее уйдём отсюда, - заныла Лиса.
   Я кивнул и дёрнулся было к тропинке, но Сойка крепко держала меня за рубашку.
   - Что такое? - едва сдерживая панику, спросил я.
   - Кооот! - Рот девочки искривила болезненная гримаса, и она всхлипнула.
   Я хотел повторить вопрос, но вдруг заметил в наполненных слезами глазах Сойки отражение того, что она видела перед собой: моя голова и плечи, а за ними - какое-то движение. Я придвинулся ближе. Разглядеть, что движется, было невозможно, но...
   - Оно приближается, - упавшим голосом сказал я. - Лиса, ты, вроде, носишь с собой зеркальце?
   - Да. - Девочка достала из кармана маленький металлический диск. - Вот держи.
   Я взял зеркальце. Сглотнул. А потом резко, не давая себе времени на колебания, раскрыл его.
   Через поляну прямо к нам двигалось несколько тонких, покрытых серыми перьями фигур. Затаив дыхание, мы с Лисой наблюдали, как они подходит всё ближе, и не находили в себе сил даже пошевелиться: ноги словно приросли к земле.
  
   Что было дальше - вспомнить не удаётся. Следующая картинка, возникшая перед глазами: истерично визжащая Лиса, несущаяся сквозь кусты впереди меня. Потом она же, согнувшаяся пополам: мы оба пытаемся отдышаться. Затем опять темнота перед глазами и мой собственный голос, эхом звучащий в голове:
   - А где Сойка?
   И ответ Лисы:
   - Я думала, она бежит за нами.
  
   После этого воспоминания опять обретают чёткость.
  
   Нам страшно было возвращаться в лес одним, поэтому мы решили позвать на помощь взрослых. Первым человеком, на которого мы наткнулись, была моя мама. Она заметила, что меня нет в кровати, и вышла на поиски. Я рассказал ей, что Сойка в беде, и нам срочно надо вернуться в лес, чтобы спасти её, но мама лишь нахмурилась и спросила:
   - Кто такая Сойка?
   - Мам ты что! - возмутился я. - Сойка - это же...
   И тут я осознал, что тоже не помню. Ни кто такая Сойка, ни где мы с Лисой только что были. Я хотел спросить подругу, помнит ли она, но Лиса стояла с таким потерянным видом, что я понял всё без слов.
   Ещё несколько дней после этого меня преследовало ощущение, что я забыл что-то важное. Память дрожала, как огонёк догорающей свечи, а потом этот огонёк вспыхнул в последний раз - ненадолго вспомнив о Сойке, я снова начал умолять всех идти искать её, а Лиса уничтожила фотоальбом - и потух.
  
   Я открываю глаза и понимаю, что всё ещё стою на поляне, но она изменилась. Теперь деревья, обрамляющие её, затянуты толстым слоем паутины.
   "Хочешь намекнуть, что ждала слишком долго?" - мысленно спрашиваю я у подруги, но она не отвечает. Я готов к этому. Я понимаю, что Сойка не покажется до тех пор, пока я не сделаю то, зачем пришёл. Набрав в грудь побольше воздуха, я пою:
  

Приходи, приходи,

Я приглашаю тебя в наш мир.

Раз, два, три, раз, два, три,

Я убегаю, а ты лови.

  
   Я сбиваюсь. Давно забытый страх вновь просыпается во мне. Но другого выхода нет. Хотя я и потерял память, все эти годы я подсознательно ощущал вину перед Сойкой. Это чувство душило меня, мешая двигаться дальше. Я стал пленником сновидений, и я не освобожусь, пока не искуплю свою вину. Именно поэтому я собираюсь встретиться с хозяевами поляны и, если удастся победить, потребую у них вернуть к жизни мою белокурую подругу.
  

Приходи, приходи,

Буду я бегать взад и вперёд.

Раз, два, три, раз, два, три,

Кто проиграет, тот умрёт.

  
   Стая напуганных птиц взмывает в воздух, но я не обращаю на них внимания. Мои глаза уже прикованы к лесу за поляной, откуда вот-вот должны появиться куда более жуткие существа.
   Они не заставляют себя долго ждать. Спустя несколько минут я замечаю между стволами деревьев движение. Несмотря на то, что я уже взрослый парень, тело сковывают тиски ужаса. Что же тогда при виде этих существ должна была почувствовать десятилетняя девочка? Мысли о Сойке помогают мне взять себя в руки. Я отрываю взгляд от тонких дымчатых фигур, плывущих мне навстречу, и мой разум сразу проясняется. Сердце стучит в висках, а в крови кипит адреналин. Я готов. Старик говорил, что для того, чтобы победить в этих салочках со смертью, надо продержаться до рассвета. Что ж, пусть так. Я не проиграю.
   Разворачиваясь, я бегу в сторону города. Фигуры быстро отстают, но стоит мне успокоиться и сбавить темп, целая вереница древоподобных птиц выступает из-за стволов в нескольких метрах впереди.
   Сменив направление, я бегу к опушке леса, за которой начинается поле, но здесь меня встречает новая шеренга древоподобных птиц. Та группа, что осталась позади, тоже неспешно приближается, а сбоку, там, где поляна, тоже маячат серые силуэты. Я оказываюсь заперт внутри гигантского, медленно сжимающегося коридора. Существа словно нарочно подталкивают меня к бегству в единственном оставшемся направлении - к заброшенной каменоломне. Я чувствую, что это ловушка, но у меня всё равно нет выхода. Главное сейчас - потянуть время. Уже совсем рассвело, и до восхода солнца, наверное, остались считанные минуты.
   Стены живого коридора продолжают сжиматься. Я уже могу различить лица древоподобных птиц, вернее, те места, где они, по идее, должны располагаться. Вместо голов у существ - шишкообразные наросты, как на деревьях, и кое-где на этих наростах виднеются проплешины без перьев. Ни клюва, ни глаз, ни каких-то других черт, присущих людям или животным, у них нет.
   Когда я подлетаю к поляне, где находится вход в каменоломню, коридор сжимается настолько, что мне приходится бежать строго по прямой, дабы не задеть тянущихся ко мне существ. Коридор обрывается ровно у края поляны, там, где кончаются деревья. Небо уже совсем светлое, тучи тоже разошлись.
   Воспрянув духом, я делаю рывок, а когда крайние в коридоре древоподобные птицы обрушиваются на землю, пытаясь преградить мне путь, перепрыгиваю через их туловища.
   Коридор уже позади. Я всё равно собираюсь бежать дальше, но после прыжка ноги, вместо того, чтобы упереться в твёрдую почву, продолжают движение вниз. Я проваливаюсь под землю до пояса, барахтаюсь, пытаясь уцепиться за что-нибудь, но всё равно падаю в прикрытую травой шахту. Удар. Белая вспышка. Совсем не больно. Я открываю глаза и скептически отмечаю, что приземлился на спину плашмя. Затем мой взгляд перемещается на кусочек неба, который виднеется в зияющей где-то очень высоко дыре. Верхушки деревьев купаются в золотистом сиянии. Солнце взошло. С моих губ срывается облегчённый вздох: значит, я победил.
   Огромная тень закрывает кусочек неба. Я не могу рассмотреть её, но понимаю, что это одно из существ, гнавших меня.
   - А... - Я силюсь озвучить своё желание, но язык не слушается. Делаю попытку поднять голову, но затылок утопает в чём-то тёплом и вязком. Сознание угасает. Я уже почти ничего не вижу. Слишком устал. Нужно немного отдыха. Игра закончена, значит всё в порядке: победа никуда не уплывёт. Вздремну, поднаберусь сил, а потом сразу же попрошу вернуть Сойку. Думая так, я проваливаюсь в небытие.
  
   Я открываю глаза и понимаю, что нахожусь в квартире Лисы. Как я сюда попал? Меня перенесли, пока я был без сознания? Или же я вообще никуда не уходил и всё, что случилось на поляне, сон?
   За окном сгущаются сумерки. Дверь в спальню Лисы приоткрыта, и я вижу, что она сидит на кровати, сжимая в руке смятый платок. Лицо моей девушки мокрое от слёз.
   Я подхожу к ней: надо скорее рассказать о Сойке, и о том, что случилось.
   - Лиза, - мой голос звучит непривычно высоко.
   Девушка оборачивается, и я вижу, как её глаза становятся круглыми от ужаса.
   Я смотрю в зеркало и вижу на месте, где должен стоять сам, маленького мальчика с мертвенно бледным лицом. На нём белая рубашечка и шорты на подтяжках, точно такие же, какие были у меня в детстве. Его лицо - точная копия моего в десять лет.
   Я поднимаю руку и машу мальчику в зеркале. Он машет мне в ответ. Я подношу руку к лицу и внимательно рассматриваю её: да, это точно рука, которая только что махала мне. Ясно... Значит, я тоже умер.
   Лиса ещё несколько мгновений таращится на меня, а потом закатывает глаза и без чувств падает на пол. Я подхожу к ней и сажусь на корточки. Рядом, из темноты появляется ещё один силуэт: бледная длинноволосая девочка в белом платье. Я мгновенно узнаю её - это Сойка. И, вместе с этим, я понимаю, что мы будем делать дальше.
   Мы оттащим Лису в лес и заставим сыграть в "Приходи". Мы примем форму древоподобных птиц, дождёмся других погибших детей, и все вместе будем гонять Лису до тех пор, пока она не умрёт. И когда это случится, мы трое наконец-то воссоединимся.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  


РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Д.Сугралинов "Level Up" (ЛитРПГ) | | О.Герр "Жмурки с любовью" (Любовное фэнтези) | | А.Гусарова "Там, где водятся мужья" (Любовное фэнтези) | | И.Солнце "Случайности не случайны, или ремонт, как повод жить вместе" (Современный любовный роман) | | Л.Миленина "Не единственная" (Любовные романы) | | Т.Катерина "Я - адептка. Книга 1" (Фэнтези) | | А.Грин "Курсантка с фермы" (Любовная фантастика) | | А.Минаева "Всплеск силы" (Любовное фэнтези) | | РосПер "Альфарим" (ЛитРПГ) | | Е.Гичко "Плата за мир" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Котова "Королевская кровь.Связанные судьбы" В.Чернованова "Пепел погасшей звезды" А.Крут, В.Осенняя "Книжный клуб заблудших душ" С.Бакшеев "Неуловимые тени" Е.Тебнева "Тяжело в учении" А.Медведева "Когда не везет,или Попаданка на выданье" Т.Орлова "Пари на пятьдесят золотых" М.Боталова "Во власти демонов" А.Рай "Любовь-не преступление" А.Сычева "Доказательства вины" Е.Боброва "Ледяная княжна" К.Вран "Восхождение" А.Лис "Путь гейши" А.Лисина "Академия высокого искусства.Адептка" А.Полянская "Магистерия"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"