Дзиньштейн: другие произведения.

Ландскнехт. Часть четвертая

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


  • Аннотация:
    Ландскнехт. Часть четвертая. Для особо мнительных: У автора все в порядке насчет отношений в семье и с бабами вообще. Просто он по жизни такое гавно. Прода от 12.12

  ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
  
  Что такое повезло, и как с этим бороться.
  
  
  
  Глава первая.
  
  Утро, мать его, красит, понимаете ли, нежным светом... Хрен там. Ничего оно не красит, даром что окошко на запад. Настроение премерзкое. И во рту как говорится - "словно кошки насрали". Интересно, кто вот это придумал. До чего ж разносторонний и пытливый, увлекающийся человек был, наверное. Как там было у классика фантастики? 'Ибо неумеренность накануне, как подмечено мудрецами еще в незапамятные времена, уравновешивается разумной умеренностью наутро'? В общем, ели-пили веселились, а утро вечера с больной головы на любимую мозоль. Раствор коварен, да. Наливочки такие... так-ото пить легко, потом даже хорошо, но норму трудно удержать... Пошамкал губами пересохшими, шевельнулся, попробовал встать... Ну его вжопу. Обрушился обратно, как говаривала одна моя давняя знакомая с прошлой жизни "в позе убитого немца - "Камрады, я сделал все, что мог... Бросайте меня и бегите, я их задержу!"". Голова гудит, сушняк дикий, жарко... Осмотрел ся - однако, раздет до исподнего, а ведь вчера, как проснулся, едва не рухнув со стула в гостиной - часа в два ночи - приплелся и обрушился не раздеваясь, да так и вырубился... по моему. Не помню. Баба эта, значить, дрыхла уже, не знаю даж, проснулась ли. Поди, как ложилась, ждала, что я заявлюсь воспользоваться свежеобретенными рабовладельческими правами, хе-хе. А тут такая птица обломинго. Хотя, об что я - она поди все переживала, что я ломанусь дочечек ея развращать. Хе-хе еще раз, надо больно. Успеется еще. А три года впереди, как в песне пелось. Однако ж, не помню, то ли я сам разоблачился, то ли она помогла, да и проснулся я под одеялом, а ляпнулся как был поверх... Поди, из благодарности обиходила, что барин, значить, добрый, и дочек не тронул. Ничо. Это мы исправим, это у нас быстро. Только бы в себя прийти...
  - Ээээ... Хрм, кха, еп твою... - просипел как-то несолидно даже, прокашлялся - Эй! Алё!
  
  Грохнуло что-то на кухне, пара секунд - опа, нарисовалась, фря. Смотри, бля, причесана, вся такая свеженькая, так и тянет сказать что-то поэтическое - "как утренний цветок!" или типа того. Вырядилась. Когда я, можно сказать, погибаю тут на болотах...
  Однако ж окончательно озлобиться не успеваю, ибо эта стервядь, обойдя ко мне кровать, преподносит здоровенный глиняный стаканюгу какого-то морсу, прохладного и кисленького. Выдуваю его только что не залпом и сразу добрею.
  - Ну... Это... Как бишь тебя...
  - Мора
  - Это... Сам знаю, что Мора. Это... Жрать готовь, да?
  - Завтрак готов, Йохан - вот кажется мне, или это она так насмешливо: Сгною, крепостных, блять, запорю батогами нах...ух, я какой барин злющий! Ладно, хер с ними со всеми, настроение улучшилось, и, вылезши, отправился умываться, да и за стол.
  
  Вчерашнюю мою истерику усвоила. Приборы на обоих поставила, меня не жрамши чтоль ожидала, пока барин соизволит очнуться? Похвально-с... Правда, что и завтрак боле чем скромен, так, вареные яйца да что-то типа сырников али оладушков каких. Впрочем, сойдет, вчера ж ужинали и то хорошо. И это-то в пасть не лезет...
  - К приему пищи... Ладно, приятного аппетита - ворчу, махнув рукой. Далее трапеза прошла в недолгом молчании. Я просто прислушивался к организму а она не желала меня злить, наверное. Однако, больно уж чинно-благородно выходит, напрягает даже, и придраться не к чему....
  - Собака кормлена?
  - С утра каши холодной положила, так он морду воротит...
  - Вот сволочь... Ладно!
  - ...А он за ручей утром бегал, может, кролика поймал, их там много...
  - Хм... ясно, учтем. Малые в школе?
  - Именно так, утром ушли.
  - Хорошо... потом про это расскажешь, как там чего в энтой школе, как успеваемость...
  - Как скажешь.
  -Угу.
  - Можно мне сегодня на рынок сходить? Или... у тебя другие планы?
  - Чего?!... Иди уже на рынок... и вообще! Значит так. Малых, естественно, не касается, а ты, милочка - эка как ее передернуло от такого обращения-то, с чего б вдруг? Не похабень же какую сказал... - благоволи уж сама решать, куда когда по хозяйству ходить и что делать. А мне об этом, естественно, по мере возможности сообщай, а коли уж не уверена, то совета спрашивай, посоветуемся, и как я решу, так и станет. Все понятно?
  - Так точно! - ты посмотри, она еще и шутить вздумала! Ну ничего, настроение я ей все же потом испорчу, это я умею...
  
  Оделась-собралась она быстро, и вот как-то даже и ничего так, даже и вполне себе навевает на мысль, что и впрямь поход-то на рынок можно и отложить... нет, довольно симпатичный бабец мне достался. Только, конечно, ошейник этот с бляхой... Просто эстетически неприглядно смотрится. Нарушает гармонию. А я этого не люблю. Заказать, что ли, чтоб сделали там замочек, и дома снимать? На улице-то нельзя рабу без ошейника, даже при хозяине - не положено. При том хозяина оштрафуют же, если он сам велел снять. А если раб снимет, то типа попытки к бегству. Даже скрывать его не положено, шарф там намотать и подобное - могут счесть опять же попыткой к.
  Спровадивши Мору, составляю для себе план действий на ближайший день, и, принявши по-быстрому подобие бани и приведши себя в порядок, отправляюсь в город.
  
  Первым делом добрался до лавки и прикупил гражданской одежды. Выбрал неброскую, крепкую куртку, да брюки, не сильно-то от армейских покроем отличающиеся, темно-серого цвета. Сапоги у меня и так имелись с запасом, добротные, а ботинки и берцы всякие я издавна не люблю. Обзавелся и плащом, в плащ-палатке-то по городу рассекать невместно, хотя плащ от той отличался незначительно, и более всего опять же цветом Тоже из брезента - кожаный покупать жаба задавила. Как и куртку же кожаную... надо бы, но потом. Когда-нибудь. Зима уж кончилась давно, в следующий сезон. Купил себе и головной убор - без шапки ходить не люблю, да и не особо принято тут. Обзавелся на местную моду кепкой-картузом а-ля беспризорник тридцатых. Примерил, посмотрелся в небольшое волнистое зеркало - гопа, как есть гопа... Но тут много таких, сойдет. Почесал языком с довольным моими покупками хозяином лавки, покладистым спокойным толстяком с длинными усами. Договорился у него потом прикупить еще теплых вещей, да получил в подарок умилившую меня реинкарнацию казарменных карасей - кожаные домашние шлепки, да еще с прослойкой войлока - легкие и теплые домашние тапки. Подумав, прикупил из имевшегося тут же секонд-хенда несколько заношенных армейских солдатских штанов и рубах - стоили они копейки, а мне как домашняя и рабочая по дому одежда сойдут.
  Запаковав заказ и договорившись вечером доставить 'к дому Торуса, на Прибрежной' - вот же блин, и ничего не поделать, нумерованы дома только в центре а в остальном тут с этим бардак - отправился поправить здоровье в 'микрорайонный' кабак - то есть ближайший приличный шалман в округе от дома. Надо заодно освоить место, скорее всего если начну бухать - то сюда придется ходить, если не дома.
  Заведение понравилось, в целом - помещение просторное и светлое, публика довольно приличная - оно и понятно, только на местных и рассчитано - плотность населения при том тут невелика, проезда отсюда никакого нет, криминал тут специфический - контрабандисты и то осторожно очень. То есть скучноватая тут жизнь, но оно и хорошо. Кому охота приключений и веселья - тот может в злачный район Восточной Заставы отправиться - в Гнилую Пойму. Или в Припортовый. Там всего вдоволь - и грязь и шикарные бордели, и подпольные игорные дома, и торговля всем и всяким, и перестрелки по ночам, и возможность всплыть с ножом в спине на Южном Рейде через неделю-другую.
  Заказал кружку темного пива и нарезку из копченых свинячих ушей к ней, и, спросивши разрешения, подсаживаюсь, значит, к дядьке в полицейской форме. Как-то нехорошо вспомнилось знакомство с полицаем в Свирре... но то дело прошлое, просто вспомнилось. Дядька весьма средних лет цепко на меня глянув, кивает - мол садись, тут же спрашивает:
  - Никак, мастер, это Вы, стало быть, и прикупили дом несчастного Торуса?
  - Отчего бы и не я - отвечаю ему степенно, кружку принесенную румяной девкой принимая, и эдак, мол - вашего здоровья - салютуя - Очень даже и я, а нешто нельзя?
  - Отчего бы и нельзя? Очень даже и можно - в тон мне подхватывает мент, и мы оба смеемся.
  - А я-то только утром с управы бумаги получил, думал вот на днях навестить-проведать, а теперь и ходить не надо.
  - Ну так уж и не надо? Заходите, ежли что вдруг, да и вообще - мне ж скрывать от полиции нечего. Да и опять же, я в ланд-милиции на службе, мало ли какая служебная внеслужебная надобность, я подсобить всегда готов.
  - А, так вот я и думаю - где ж видел-то уже... Не иначе, когда через нас на облаву собирались...
  - Однако, уважаемый, и память у Вас...
  - Так, потому и на службе хоть и годы не те совсем - скромничает, поди, хоть и не сильно габаритен, а проскакивает эдакая ментовская жилистость. Поди и стрелять учен, и в драке не так просто сладить с ним. Да если еще такой талант, как фотографическая память... Опасный дядька. Или полезный. Как посмотреть.
  В общем, познакомились, и дело пивом не ограничилось, угостил я Сэма настоечкой, за знакомство же, и за обещание-таки посетить обиталище с визитом. Раз он теперь мой лесник - контакт надо налаживать. Подарю сувенир какой из трофеев - потом авось не пригодится. Он вскоре, распрощавшись - на службу отбыл - у нормальных-то людей уже обед был, это я все еще едва отзавтракавши - а я еще стакан пива взял. Короче, не поправил здоровье-то, лишь на стары дрожжи усугубил. Решил пока время есть - прогуляться снова до этого чудака-оружейника, главным образом - ради прогулки. Пока до Северной пешком доберусь, глядишь и проветрюсь. А там потом и обратно. А если запозднюсь, то и таксо взять не сложно. Все одно домой как-то... не очень. Там же эти. Ну, по крайней мере, лучше вернусь туда повечерее и трезвым.
  
  ...Долог путь до Северной, ох, долог путь... - сам себе, я значит, на басурманский манер напеваю, да тащусь пешочком. До Оборонного как-то легонько добрался, а там чегой-та уже и устал. Не, не то что устал как на марше например - а просто задолбало. Да и жрать захотелось - но я держался, и пару раз заворачивая в харчевни, перебивался местными кулебяками с чаем - всухомятку. Скоро должна голова начать болеть, а потом и вовсе расхочется, надо потерпеть. А то так на кочерге и просижу до следующей смены. Я же твердо вознамерился заняться делом. Ну, каким именно еще не решил - но, с завтрашнего утра - ранний подъем, зарядка, водные процедуры - и за работу. Дел у меня, наверняка, много. Не знаю, правда, каких, но уж точно много и важных. Там разберемся. С завтрева все будет по-новому, по порядку и по уму. Вот - сейчас до оружейника дойду, расскажу ему про ахтармат Калашникова, и завтрема и начнем.
  Под это дело добрелся я до улицы Старая Кузня, где и обитал помянутый оружейник, Хуго, Варенг-младший. Кузни тут давно нет, люди живут сплошь приличные, хотя часто и при своей мастерской или лавке - не фешенебельный район, конечно. Старшие братья, как я раньше слыхал, живут-то богато - старший и вовсе отдельно едва не в поместье за городом, а средний в центре в своем особняке. А этот хунвейбин понимаешь на окраине... впрочем, оно мне и лучше, не люблю особо богатых и влиятельных и места их обитания. Стремно там и неуютно. И люди там чаще всего гавно. А тут, глядишь, и сладим чего с этим Хугом...
  - Здравьичка желам Вашиему благородью! - о, Тихон, дворник здешний нарисовался, старый знакомец. Запомнил, видать, у дворников глаз наметан. Тихоном я его по привычке сам для себя прозвал, на дворника в исполнении Никулина малость похож, разве что покрупнее и чутка солиднее. А как его на самом деле звать - мне неведомо, да и ни к чему оно.
  - Здравствуй, любезный - говорю ему вежливо - А что, мастер Хуго-то - дома ль? Уж в этот-то раз мне б его увидеть, по делу-то поговорить...
  - От жешь незадача, вашему блаародию-то - огорченно сбивает картуз на лоб Тихон - Они-тось, стало быть, вчерамши только были, да вечор и уехамши снова...
  - По барышням, поди, на ночь-то глядя - усмехаюсь - Куда ж еще вечор ехать?
  - От, зря Вы, благородие, глупости говорите, не знамши! - даже обижается за оружейника дворник - Оне поехали в Улле насчет станка нового договор держать, вечерним дилижансом с почтарями отправились! Они по делу ездют, а глупых забав и тем более со всякими срамными барышнями не имеют!
  - Не серчай, любезны, не серчай, это же я в шутку, такой уж у меня манер глупый шутить. Нешто я не понял бы сразу, что мастер Хуго человек степенный, правильный!
  - Оччено правильный человек мастер Хуго, во всем! - горячится дворник, и, что-то мне кажется, не просто так - похоже, где-то поблизь тоже есть точка питания, где подают хорошее пиво или даже портвейн к бизнес-ланчу операторам метлы и совка - Даже мне полгривенный выдал - говорит, в награду, мол, премия... Токмо какая ж премия, если мне муниципалитет платит, а я ему не сказать, чтоб больше, чем иным пособлял. Знает он, помнит! Завтрема всем сказал и в управе выходной выправил, все они тоже уж и так знают! Ужо попраздную - без всякого, но с понятием! Даром, что ли, я три года в войсках господина Барона, да продляться его дни и слава, прошагал, пусчай и не выслужил особо, а все ж - причастен! Стало быть, День Рождения барона отмечу, как положено, уж в службу, бывало, как объявят всем, кроме караулов, ясное дело, увольнительные, да выдадут, еще, бывалочи...
  - Постой-ка, любезный, никак завтра уже день рождения нашего Барона, да продляться его дни и слава?
  - А как жешь! Именно что-с! А нешто Вы, вашбродь...
  - Та да... Еще в начале войны, недолго, потом в рисские перевелся... Так, ерунда - перевалы брал да в Южный Валаш ходил рейдом... - небрежно я ему так бросаю - Даже медаль имею, да знак штурмовой... да горелое мясо...
  - Здра-жла-ваш-бродь!!! - ...Ежли б не видел, не поверил бы - как подменили человека - аж вытянулся в струнку, на себя не похож стал, Тихон-то, и так четко под козырек отбил, в общем - и под одеждой штатскою, везде и всюду узнаю я выправку баронскую... Ажно оглушил, как рявкнул.
  - Да уж не тянись, не тянись, братец - посмеиваюсь, а сам, заприметив мальчишек, таращившихся на нашу беседу, знак им делаю - придется снова угощать табачком дядьку... да и пожертвовать на именины барона придется, а то ж не поймет... Кстати, надо завести портсигар, таскать с собой папиросок хорошего качества - на угощения, разговор поддержать - Не на плацу, чай.
  - Да как же ж можно, Вашбродь, ежли Вы офицером у господина барона...
  - Ну, положим, у господина-то барона я всего лишь сержантом был, офицером-то стал позже, и то только под конец войны...
  - Ну, тако што все равно - однако, видно, оттаял дворник. Оно и понятно - сообразил, что я из простых, раз у барона всего лишь сержантом был, да тут пацаненок и сигарет принес - видать, заранее накуплены и где-то припрятаны, до лавки не успел бы - Тако-то все, ж...
  - Перестань уж, говорю, братец, и вот тебе еще серебруха - и от меня. Завтра уж отметим... я то у себя буду, на Западной, а ты уж тут.
  - Так точно! - серьезно так козыряет дворник - Уж это мы непременно!
  - Ну, стал быть, любезный, на том и распрощаемся, да вот еще что - мастер Хуго - не говорил ли - когда вернутся думает?
  - Отчего ж не говорил, точно говорил - после выходных из Улле идет ихнего брату парусная 'Кефаль', с углем, знамо - так-ото на ней и придет, и привезет сабе той станок.
  - На той неделе, стало быть... Опять, однако, мимо. Ты уж, вот что, братец. Не в службу, а в дружбу - сообщи ему, мол очень я с ним заинтересован переговорить, и может, и заказать у него кое-что, взаимовыгодно. Да вот только, понимаешь, встретиться все никак. Я ить на службе, в ландмилиции, и на той неделе как раз за городом...
  - Так точно - снова вытянулся дворник - Вашбродь, так и передам, не сумлевайтесь!
  - Ну, бывай тогда, братец, отмечай завтра как положено - аккуратно, но сильно.
  
  ...До дома, плюнув на все, доехал на таксо. Голова разболелась сильно, но пить, как и рассчитывал, уже вовсе не хотелось. Тем более, что все планы о новой правильной жизни как-то резко пошли в утиль, и день завтра обещал с утра перестать быть томным. В воздухе витал страшный аромат праздника.
  Домашние (чорт, а как их еще называть? Крепостные разве, мол - мой дом моя крепость, а в крепости - крепостные...) встретили меня на крыльце, все четверо - при том трое из них с таким видом, будто только меня и ждали. Или, действительно, что ли, ждали? Хорошо хоть лохматый неспешно поднял голову, словно вопрошая - 'А, это ты? Ну и хрен с тобой...' - и снова улегся. Остальные же прошли следом за мною в дом, и, едва я обрушился на стул в гостинной, устроили форменный доклад. Разве что каблуками не щелкали и не козыряли. По очереди доложились, что в школе все хорошо, дома прибрано, собака вычесана, ужин готов, вещи из лавки получены.
  - Почему не ужинали, поздно же? - устало эдак их спрашиваю, сам-то сижу, голову откинув, глаза прикрыв пытаюсь как-то головную боль успокоить.
  - Со вчерашнего дня в этом доме все садятся есть вместе - насмешливо она мне, значит, эдак отвечает.
  - Убью. И к степнякам - по-русски ей, с улыбкой отвечаю, и продолжаю уже понятно - Вот и умница, подавай на стол... Девочки, помогите маме с глаз моих поскорее.
  
  Вечером как-то все думал - как бы засидеться, чтоб опять попозже спать пойти. Авось опять эта уже заснет. Засиделся, задремывая, но, когда пришел ложиться - она еще не спит. Шевельнулась под одеялом, подвинулась... Чорт, и ведь мысли-то какие бродят, мол баба-то в общем и ничего... Только вот как-то... В общем, залег спать, стараясь особо не думать ни о чем таком, да и не таком тоже, да и к счастью заснул вскоре. Утро вечера там видно будет, а в колодец не плюй, сам туда попадешь.
  
  ...День рождения Барона - этот тут, выходит, смесь двацатьтретего февраля с днем десантника. Ну, так Вергену повезло уж, родиться в местный леригиозный праздник, День Воинов. Оттого, возможно, барон себе и судьбу такую построил. Ну а уж поскольку почти в каждом уголке здешнего мира всегда найдется десантник так или иначе отслуживший у барона или под его началом или рядом или против - то ветераны завсегда имеют привычку барагозить в кабаках, бить легонько себе и гражданским морды, попадать в полиции и платить штрафы. Фонтанов тут на окраинах нет, а в центре барагозить не дают, оттого традиция неполная, но менять ее незачем. Мне вообще нет интереса что-то менять, мне надо просто соответствовать. Утром повозился разбирая наконец свое барахло, потом отобедал, тут явились уже и девчонки со школы - а там и мне пора. Обрядился в парадно-полевой комплект старой рисской формы, без знаков различия, но зато со всеми рыгалиями, наперед вывесив, естественно, баронские, да нашивку еще укрепил на рукаве. Подумав, перепоясался портупеей - но без кобуры. От греха-то. Мелкан, правда, в карман брюк сунул, мало ли. Тут вам не прошлая жисть, где оно все в мирное время без надобности. Тут всякое бывает. Собрался, осмотрел себя в невеликое зеркало - хорош, ветеран взятия плевы просто, герой-орденоносый... Вздохнул, погладил ее нежно:
  - Ничего, потерпи, милая, еще немного, и все будет хорошо, и ты отдохнешь...
  
  Печень, естественно. Свою. Кого ж еще. Денег с собой взял вовсе не много. В долг пить не приучен, угостят незнакомого-неместного вряд ли, бормотуху пить я тоже не стану, оттого есть шанс вернуться в сознании. Ключ от ворот брать не стал. Велел не запирать и собаку во дворе держать, а дома сидеть закрывшись, как вернусь - разбужу. Вдох-выдох, словно перед нырянием, и шагнул за ворота - как с обрыва об стенку горох. Пааанеслось! Он сказал - 'Поехали!', и запил водой...
  
  ...- За наши победы! - возгласил дряхлый седой дедушка, с космами и бородой брыльями, как у генерала Скобелева.
  - За победы! - гаркнули все, и синхронно булькнул алкоголь, выливаясь в глотки. Что мне нравится в местной культуре пития - тут нет никакого принуждения. Никто никого не вопрошает, уважает ли он его, никто не оскорбляется, если собеседник заявляет, что он больше не будет или пьет не до дна. Оттого, сразу заказав стакан хорошей водки, я его цедил как сраный лонг-дринк, больше налегая на закуску. В питие я решил не соблазняться ни на пиво ни на портвейн, не повышать градус и не маяться прочей дурью - а потреблять чистый продукт, не смешивая ни с чем, и постараться вернуться домой в сознании, для чего обильно же и закусывал. А закусить было чем! Понравился дорогущий салат навроде известного всем крабового, причем дорог он был не столько из-за крабов (а может, креветок? Я на вкус эту морскую живность не отличу, пожалуй...), сколько из-за риса и кукурузы - не местный продукт, дорогой. Я, обрадовавшись дороговизне, прикупил себе добрую порцию - меньше на водку останется. После первых тостов салатик все же окончился, и я перешел на грибочки - маринованные не то опята, не то козлята.. последние я во множестве видел в дюнах на бровках промоин. Но - ничего, очень душевно пошли маленькие хрусткие шляпочки, и маринад вполне в меру, не перебухано ни соли, ни сахару, ни уксусу. После грибочков настала очередь копченой рыбы, но она мне не понравилась. Пришлось доесть, тут и стакан опустел. Сделаем перерыв, решаю, и отвлекшись от трапезы как раз и начинаю интересоваться уже и окружающим. В целом вполне все цивильненько, ветеранов-баронцев набралось штук пять-семь на весь кабак - но с друзьями и родными, оттого гулеванили (большей частью на халяву за счет проставлявшихся ветеранов) всем кабаком, разбившись на несколько кучек, да и просто какие-то гуляки нейтральный присутствовали, правда раздавшись по краям малость. Я сел вроде как наособицу, за маленький столик, но ко мне никто не подсел - форма явно офицерская, а район не из богатых, тут офицерья мало. Да и не знает никто еще меня тут.
  Однако, накаркал. Видючи, что я отдыхаю, а может - просто от скуки, подсаживается ко мне рябой детина в мастеровом, со здоровенной кружкой какого-то ерша - видел я, пока жрал, как он себе туда сливал невырабатываемые остатки из всех цистерн. Морда мало что рябая, как топором рублена, руки что грейферные ковши... Надеюсь, драться не полезет, а то тяжко будет...
  - Звиняюсссс... Ты... Хм... Вы... Вашбродь... звиняюсссс... эта... стало быть - в этую, звиняюс, войну с бароном воевали? -довольно пьяненько, но стараясь выглядеть прилично, говорит он, и жест такой кружкой - мол - хлебнешь? Показываю мол - не буду, да отвечаю
  - Именно так, уважаемый, в эту. В начале.
  - А, звиняюс, награды-то за что? - слышу, притихли все в зале. Как же, конечно - 'Тише, господа - это интересно!'
  - Да ерунда... братец. Самую малость. Вот медаль - за рейд в Валаш, а штурмовой знак - за штурм перевалов. Укрепления брали, всего-то делов.
  - А... хм... - детина смутился, а в кабаке и вовсе тихо - Виноват, вашбродь... Звиняюс... а нашивка
  - Да там же, на перевалах. Каземат из огнемета сжег, на полминуты дела-то.
  - Аааа... - аж глаза выпучил рябой, а в зале гул прошел, зашуршали, перешептываясь - А Вы, стало быть, служили у барона в...
  - А ы с какой целью, уважаемый, интересуешься, позволь узнать - перебиваю его. Нет мне никакого интереса рассказывать где, как и почему я у барона служил, и чем это кончилось. Думал, обидится, в драку полезет, однако он лишь кивнул, снова извинился, и бочком к себе за стол полез, а остальной народ зашумел, и вроде как одобрительно. Неча, мол, с глупыми вопросами приставать! Наливай давай! Но - при следующем тосту мне косматый дряхлей кружкой махнул приветственно...
  Пришлось заказать еще водки, уже большую стопку. И мяса. Подали свиные ребрышки. Очень недурно. Помню, армянин знакомый уверял, что шашлык по-карски именно так делать надо - из ребер, мол, там мясо правильнее всего, где к кости крепится. Не знаю, я люблю пожирнее и без костей, но тут оценил. Очень даже хорошо пошло. Заодно уже повнимательнее послушаю, о чем базарят.
  - А во-тка таперя барон-то, звиняюс, у сабе в Свирре все как надобно устроит! Он там теперь ух как! Ранее-то все у него ничего а сейчас ого! Тама ён наведет, ууу! - агитирует рябой мастеровой.
  - Так-то да - задумчиво соглашается косматый пожилой дядя в морских татуировках и шкиперском прикиде - поди, рыбак с Примора - Так-то конечно да. Но вообще-то не совсем.
  - Че.. чегой-то...ик... Не совсем? А? - мотает головой мастеровой
  - Да господин барон, да продлятся его дни и слава, воевать-то конечно мастер. Однако вот - княжить, оно не войну вести...
  - Да ты, Прол, чего? Барон, звиняюс, ён - обще! Ён - во! А ты - што? О! А там, в Свирре этом, представляете, братцы, какая жисть станет! Никаких беспорядков, все хорошо, и...
  - А чего ж ты, рябая твоя рожа, туда не едешь-то? - ехидно спрашивает его кто-0то, спиной ко мне сидящий. И попадает метко - рябой тушуется, сникая
  - Ну... этого... Звиняюс, но мне того... Я ж тут уже у мастера... Да и это, двор-то... Ну, я бы... - но тут он машет рукой, и опрокинув в жерло кружку, крякнув, снова начинает митинговать - Да ён тама, братцы, налоги-то поди вовсе отменит! И пошлины все, и сборы, и...
  - А говорят, в Свирре теперь налоги едва не втрое от прежних - негромко бросает косматый моряк.
  - Так. Понял. - совершенно трезво произносит рябой - Ну-ка. Пойдем, выйдем.
  - Ты, никак совсем напился, Воробышек, берега не видишь - насмешливо отвечает шкипер - Али забыл чего?
  - Давай-давай. Пошли. Ща бока тебе поднамну, будешь знать - вылезает уже деловито из-за стола рябой.
  
  И они выходят - я уж поднапрягся, готовясь лезть под стол - такое в моем понимании нередко заканчивается дракой напополам и вдребезги за други своя, а мне в чужом веселье участвовать вовсе не резон - это они за своих друзей и родственников махать станут, и хорошо, если только кулаками. Но - обходится. Никто не дергается и не вопит 'Наших бьют!' или 'Ты кого сукой назвал?!'. Посмеиваются только, да подливают в кружки и стаканы. Думаю, отсюда родня большинство присутствующих жидким грузом заберет таким расчетом. Вскоре вышедшие следом пара гостей да громила охранник приносят с улицы побитого рябого, а чуть прихрамывающий космач с разбитой губой и довольной рожей выпивает залпом стакан вина, расплачивается и уходит, со всем церемонно попрощавшись. Да-с - культура!
  Однако, надобно и мне закругляться - благо и деньги почти все кончились. Остался полгривенный резерва. Ну, мало ли, не рассчитаю нагрузки - хоть до дома на таксо хватит. Потребовал чаю с пирожками, разрумянившаяся от жары и беготни девка принесла, едва успел остановить руку - хотел по привычке ее по жопе напутствовать - да передумал. Всеж, кабак из чистых, тут так не принято. По крайней мере пока - как-нибудь под утро - может быть, а сейчас еще все слишком благочинно. А задница у нее... Мысли всякие закрутились, вспомнил свою... хм, домохозяйку, ага. Из-заура хренова, вот доберусь до дому - устрою тебе немецкий кинематограф...
  ...Плохо, что не курю. Курил бы - так был бы повод выйти. Хотя там и так все курили, но все же. Тактической ошибкой было пить сидя. Не рассчитал я как-то этилового эквивалента мощности местной водовки. Или на вчерашнее. С позавчерашним вместе. В общем, как встал, так и дало в башку. Не то что повело, я даже прямо и зычно попрощался со всеми вежливо, наплел еще что-то мол - коли понадоблюсь - я всегда здесь, в доме покойного Торуса проживаю - и покинул здание на прямых ногах четким строевым шагом дэцэпэшника.
  ...А дальше было море. Раскинулось море широко. Наверное, и глубоко. И вонюче рыбой и водорослями. И сыростью. Пришел я в себя на здоровенном длиннющем волноломе на Приморе - хожу я по вовсе и не широкому, шага в полтора, навершию волнолома. Тут, конечно, рыбаками тропинка протоптана, но все же не очень ясно, почему я еще здесь а не там - в море.
  И мало того, что хожу, строевым шагом, конечно же, отбивая на всю подошву - так еще и песни распеваю. Про то, как нажмут водители стартеры, и по лесам, по сопкам, по воде... Разя, разумеется огнем, сверкая блеском стали...
  Очнулся я, осознал, ужаснулся - и продолжил петь, допев все до конца - и про Суоми-красавицу, и про героев былых времен... На выходе с волнолома на сушу меня терпеливо дожидались двое несчастных пролетариев, явно сильно страдающих от мировой буржуазии и вынужденных жить нетрудовыми расходами. Они. Надо полагать, услышали мое... гм... пение, и пришли, намереваясь оказать мне посильную помощь, но, будучи людьми глубоко интеллигентными и с тонкой душевной организацией - не решились прервать мои вокально-строевые экзерциции.
  Вот только, узрев меня, пролетарии, оказавшиеся щуплыми едва не подростками, заметно погрустнели. Отчего-то их не обрадовали баивые ордена вовсе. Я еще заканчивал приветственную речь, как я рад встретить работников пера и кисти...кистиня... - как их уже и след простыл. Ладно, ничего, мы подождем...
  Ждать лучше всего оказалось в кабаке. Но, не помню, как - в кабаке я оказался уже за Оборонным, практически в чистой части города. Впрочем, это не мешает ей быть весьма... оживленной ночью, и веселая жизнь тут просто бурлит. Кабак, отчего-то мне показавшийся просто маскировкой входа в какой-то тайный бордель или казино, или еще чего такое - я в злачных местах не специалист, был полон всякого народа, в том числе и хорошо, а порой - очень хорошо одетого, попадались и погоны, причем не только военные, играла музыка, танцевали разряженные женщины... Вот они-то меня и протрезвили. По правде сказать, выглядели они на мой не интеллигентский вкус отвратительно. Пышные наряды, изящный макияж, много украшений (бижутерия здесь имеется, но отчего-то думаю - могут быть и настоящими украшения на них), излишне оголенные грудь и ноги... Вспомнилась девка из кабака - надо было остаться до попозже, может и... Тут разозлился, да и как назло, начал трезветь, и голова побаливать - ну какая нахрен кабацкая подавала? У меня дома три... ну хорошо, пусть две-то точно годные к употреблению особи в полном пользовании! Ну какого, спрашивается хрена? Заказал на остаток денег пару стаканов лимонного сока (правильнее сказать - лаймового, но по мне тот же лимон и никакой разницы - и все одно - дорогущий...), выпил не морщась даже особо, и отправился домой.
  А вот путь домой оказался не так прост. Хорошо хоть - имелся ориентир - море шумит исправно, в ночной тишине. Иначе я бы в малознакомом городе до утра бы бродил. А тут хоть ясно куда переть - а там через Оборонный на Южный мост а оттуда полчаса вдоль берега по пустой дороге - и дома. Но легко сказать... Дважды юркал в арки от патрулей стражников и ландскнехтов - ночью тут шастать не очень приветствуется, и хотя ничего противозаконного, а лучше избежать встречи. Целее будешь или уж по всякой мере времени меньше потеряешь. Если первый раз спрятался весьма обыденно, то во второй, с размаху влетев в какую-то увитую чем-то перголу перед воротами какого-то двора, оказался там не один. Судя по сопению и сдавливаемому кашлю - и не вдвоем. Но все поместились. Подумал только, чувствуя дыхание над ухом - ща вот пику в спину сунут - и привет. Но - обошлось, никому лишние неприятности низачем, все по делу спешат. Правда, пока патруль небыстро удалялся, я почувствовал, как чьи-то нежные легкие руки аккуратно лезут мне в совершенно пустой боковой карман френча. Легонько двинул локтем назад - не сильно, и прошипел
  - Пусто!
  
  Сзади раздалось извиняющееся покашливание. А там и патруль скрылся за углом, и мы по-английски растворились каждый в своем направлении. Как ни стремал меня старый город - его прошел до канала вполне мирно. А вот на той самой пустой дороге вдоль моря и нарвался.
  Вышли аж четверо недобрых молодцев, причем сразу не с пустыми руками. У двоих какие-то дубинки или нунчаки, хрен поймет, у прочих - клинки, да зловещие по виду, в ширину ладони и длиной пол-аршина... Морды тряпками замотаны, граждане весьма целеустремленные и высокомотивированные. Хорошо хоть со спины никого нет - там пусто, а эти из-за развалин какого-то сарая выбрались. Видать, решили, что так проще - а убежать я не успею. Хорошо хоть - огнестрела не видать, и то ладно. А вообще - надо завязывать с ночными прогулками. Или - носить с собой хороший, большой нож. Благо до полуметра примерно клинки носить вполне можно без любых проблем, не то что огнестрел. Это я себе думаю, нащупывая в кармане мелкан, представляя вдруг какая дохлая убойная сила у картечины. А их всего шесть штук, если осечек не будет. Потому надо пожалуй только в голову, и то не факт... Нет. Надо носить с собой хороший нож. Или - нормальный армейский пистолет. И хороший нож.
  Однако, все же решил не обострять. Разумеется, разговаривать с гражданами не собирался - они явно ненастроены на диалог, так зачем попусту патроны тратить? Но и убивать сразу как-то не решился. А точнее - побоялся промахнуться. Потому, взведя курок еще в кармане, доставая, я сразу бахнул в сторону самого здорового детины с ножиком. На удивление, в ночной тишине мелкан грохнул оглушительно, и вспышка вышла в темноте весьма значительной. Еще удивительнее, то я попал. Разбойник охнул, выронил зазвеневший на камне клинок, и схватился за живот. В тишине отчетливо хрустнул заново взводимый курок - и ребята дали фальстарт еще до выстрела. Причем лидировал травмированный спортсмен. Подождав, пока они преодолеют минимум стометровку, решаю побыстрее сваливать, однако затрофеив, дрянного качества при ближайшем осмотре, свинорез. Пусть и полное дерьмо, но с ним сильно спокойнее. Что еще хорошо - протрезвел моментом весь, как и не было. Волчьим скоком за четверть часа уже дома оказался.
  На удивление, лохматая сволочь не дрых падиною как обычно, а бдел, яростно разоравшись, едва я свернул с дороги к воротам, причем лаял презлобно, и едва не кинулся, как я калитку приоткрыл. Тут же, правда, заткнулся, радостно заскакав вокруг и ко мне на грудь, потом от избытка чувств стал гоняться за своим хвостом, в итоге поймав его и свалившись бубликом мне под ноги. Молодец, сторож все-таки - потрепал его от души, что он аж на спину завалился. Полезная зверушка. Не то что остальные. Посидел еще, лаская пса, но потом замерз - пришлось идти в дом, благо дверь уже отомкнули, слыша мое бормотание.
  - Здравствуйте, девушки - буркаю с порога. Нет, ты смотри. Стоит такая, в халатике прямо. Твою ж мать. Вот еще немного и прямо здесь и изнасилую. После таких ночных прогулок организм требует... много он всего требует. Только рот открыл...
  - Мы очень волновались, Йохан.
  - Какого беса не спите?
  - Мы... я ждала, девочки легли спать, но... Мы натопили баню, нагрели воды, если захочешь помыться...
  - Баня?.. - и тут у меня аж слова в горле застряли. Из девчачьей спальни выглядывает Милка. В ночнушке. Которая едва собсно прикрывает... точнее говоря, едва ничорта не прикрывает! Надобно запретить девочкам-подросткам носить такие ночнушки в присутствии вообще насовсем! Это уму нерастяжимо и плохо сказывается на кровяном давлении, а у меня мигрени, между прочим.
  - Добрый... доброй ночи, дядя Йохан... ой, то есть... спокойной ночи...
  - С-с... спо-койной, деточка - хрипло эрегирую я в ответ. К счастью это создание моментально улетучивается прикрыв дверь. Фух, блять, так ведь и дуба врезать можно! Надо срочно... - Так. Молодцы. Ждали, хорошо. За баню - спасибо. Будете поощрены. Потом. Я - в баню, всем спать.
  - Мне... помочь тебе мыться?
  - Нет! Спать, я сказал! - бля, ну почему я взял так мало денег, не нажрался и не провалялся в какой-нибудь канаве до утра? Хоть бы я улетел в какой-нибудь другой город...
  ...Моясь в бане, чтобы отвлечься, старательно представлял во всех подробностях подетально автомат Калашникова...в этой короткой ночнушке... её ж мать... да и мать-то тоже... Сука! Нет, ну невозможно же! Надо срочно что-то делать... Желательно завтра. Или послезавтра. А еще лучше после смены. Главное не сейчас. Сейчас ничего делать не будем, с больной головы ногам покоя не дает. Сжать ягодицы в кулак и держаться, а завтра мелкие уйдут в школу, эту отправлю куда-нибудь на рынок, и во всем сам разберусь. Завтра, все завтра.
  
  
  Глава вторая.
  
  Строй солдат сиял медными кирасами, словно выставка самоваров. Усатые шотландские кирасиры в пожарных шлемах с перьями, плиссированных килтах и красных сапогах до колен, на огромных каблуках. Барон Верген, которого я до того видел только на картинке в газете, такой же черно-бежевый как и там, зычно крикнул, подняв руку:
  - Смиии-иии-рна! На каррр-а-уууу-л!
  Кирасиры синхронно выметнули из ножен огромные фаллоимитаторы с начищенными до блеска чашками гард, и вскинули их на плечо. Шеренги замерли в тишине.
  - Награждается.... Перед строем... Механик-водитель бронетранспортера штабного взвода... ефрейтор Кирьябабаев Рамсул Хабибуллаевич! ...За проявленные.... выдержку и спокойствие... в столкновении с многократно аморально превосходящим противником... ефрейтор Кирьябабаев.... мужественно сдерживавший либидо три часа кряду.... до последней капли... награждается... Орденом Святого Зигмунда Первой Степени!
  - Урррра!!! - разносится в тишине над плацем. Выносят огромный медаль размером со столовую тарелку - золото, сапфиры, в центре медальона барельеф - Самсон, завязывающий тройным узлом писающую змею. Орден вешают на шею стоящему навытяжку Кырбабаю, который так и стоит, как его убило - с прилипшим на губах окурком, в черном от кровищи бушлате и разорванном валенке. Рамик виновато улыбается, машет рукой и уходит куда-то в туман. А Верген все не унимается:
  Орррррденом Святого... Либидоборца Анатолия... Предпоследней степени... награждается... За проявленную смекалку, и за то, что проявил себя последним мудаком... рядовой штрафной роты Йохан, мать его, с севера!
  - Уррраааа!!!! - снова разносится над плацем, а ко мне несут орден - размером примерно с крышку люка, тоже весь в серебре и золоте, но в медальоне уже конная статуя святого Георгия, поражающего свои копьем трех девственниц сразу по очереди. Я хочу было возразить Барону - мол, я давно уж не рядовой и вообще его приказом и уволен, но Верген, вдруг выросши ростом и приобретя черты моего первого сержанта, орет:
  - А мине похер, чуешь, ни? Тому шо ти - мудак! Зрозумив? Усе, ща тоби пызда! - и, вырвав у ближайшего кирасира его орудие имитации воспроизводства, широченно замахивается, намереваясь треснуть мне этим хером в лоб.
  - Ай, бляяяяя!!!!! - только я и успел заорать.
  
  И, наконец, проснулся.
  
  ...Все же, видно, прогулка по ночному городу и встреча с лихими людьми хорошо подействовала - адреналин как-то нейтрализовал алкоголь, и последствий попойки почти не было. Что странно для того состояния, в каком я вчера был в разгар веселья. Понапрягал память, но так и не вспомнил, что было в промежутках воспоминаний. Потому после символического завтрака - таки решил 'жити по-новому' - сделал зарядку, и хотел вовсе к водным процедурам приступить, да, пока с колодца воду набирал, с непривычки ушиб локоть о не колотые дровы, сложенные под навесом, аккурат нервом, как положено. Помянув ту сволочь, что посрать пошла, раз меня вспомнила, со злости продолжил зарядку, же со спортивным снарядом 'топор-колун', с хэканьем и уханьем расхреначивая без излишних усилий какие-то старые брусья и доски - тут дрова с моря в основном. Но хоть колется и легко а все ж приятно. Да и полезно. Но - тут эта вылезла. Встала на крылечке, оперлась на столб, и так смотрит. Ну, бабы так умеют смотреть, когда мужик работает. Эдак не то оценивающе не то с гордостью. Это они умеют. Природой поди заложено. Ну, а я... не, ну наверное, тоже - природой. Когда практически любая баба, пусть и трижды чужая, так вот смотрит - ну любой нормальный мужик в обычной ситуации и грудь колесом выгнет, и мышцой игранет, а уж дрова колоть... Даром что я в солдатских портках только, босой да по пояс голый - только ж лучше... В общем, я даже не заметил, как весь запас переколол и молодецки сложил в поленницу. После чего, с урчанием и завыванием уэлльсовского марсианина облился колодезной водой, растер ее ладонями по телу и стал сохнуть - не холодно даже пока. Ну, все это, естественно, старательно не замечая её. Мол, это я так, для себя..
  - Йохан, а можно задать тебе вопрос?
  - Да легко! - настроение-то у меня хорошее, чому бы ни?
  - Ты не любишь женщин?
  - Ну... - я сосчитал до десяти и рявкнул - Почему собака не кормлена?!
  - А он опять пришел сытый, снова, наверное, кролика поймал - и как назло эта мохнатая скотина переворачивается на другой бок, показывая весьма набитое пузо. - Наплевать на него! Порядок должен быть! - ору на неё я, а она даже не дернулась, только смотрит как-то эдак вот... Ну, плюнул я, и пошел было в дом, думая про себя, что барон Верген, конечно, сволочь, но что-то такое он знает...
  
  А эта зараза в ответ лыбится, и так что-то мне вдруг захотелось ее наказать... В общем, я уже начал было двигаться к крылечку, прикидывая, как ее поудобнее сграбастать, да в спальню уволочь... Нет, ну что ж такое-то!
  Стук в ворота, собакен тут же вспоминает, что он сторож и начинает с ревом и подвыванием орать на всю округу, тут же добиваясь отзыва соседских собак. Сам, при этом, даже не встал на лапы - так лежа и брешет, кося на меня глазом - мол, ты дома, ты с врагами и разбирайся, а я свою службу исполнил. Правильный пес, весь в хозяина.
  - Доброго и вам здоровьичка, почтенный Сэм - приветствую я в ответ участкового. Вот же принесло ни свет ни заря в пол-одиннадцатого утра - Жив, как видите, и даже уже практически бодр...
  - Да уж, не ожидал - ответствует мне полицейский - Уж не думал-то, после вчерашнего, да еще, узнал, ночью Вас видели, так и забеспокоился - места у нас тут иногда бывают... неприветливые...
  - Так да, знаете ли... Угораздило как раз вчера нарваться на каких-то, шалопаев - вона, трофей - киваю ему на воткнутый с ночи в столб навеса тесак. Краем глаза вижу -эта чего-то в лице аж переменилась, видать до того не заметила ножик, а сейчас перепугалась что ли? - Дрянной, конечно, живопыр, но авось на что сгодится...
  - А ну-ка - живо подкатывается к навесу полицай - Ага... Эге... Ну, точно, все сходится... Вика-Толстяка нож. Как мне и говорили...
  - А? - на всякий случай уточняю, прикидывая варианты подлянок по привычке - а чего еще от мента ждать-то? Впрочем, авось отмажусь, тут с такими делами попроще - Я ж говорю, обронил один из этих... Я и прибрал.
  - Обронил, после того, как ему кто-то в пузо пулю всадил - так мне известно стало - спокойно щурясь, мент излагает - Я-то, признаться, на Вас и не подумал, хотя ведь - говорили же Вы про револьвер...
  - Я? Говорил? - аж даже от непонятки я даже забыл, что только-что хотел у мента уточнить - Когда же это? Я, вроде как...
  - Так как же - уже совсем хитро щурится ментяра - Ну, Вы, стало быть, как покинули почтеннейшее заведение 'Якорь и бочка', так и изволили на улице присесть и задремать...
  - Кгхм... - только и получается выдать, а сзади слышу фырканье - понятно, это Мора пытается не заржать...
  - А как кто-то из почтенной публики, выйдя, Вас увидел, то и постарались обратно завести, чтобы не простыли Вы, да не обобрал кто...
  - Это... весьма благородно! - пытаюсь я как-то выкрутиться - Благородно, и достойно похвал, и я...
  - Ага. А потом Вы вежливо отказались сидеть в трактире, заявив, что в помещении душно, а вам веселия хочется...
  - Надеюсь, я...
  - Нет, что Вы... в сравнении с иными ветеранами господина Барона...
  - Кгхм...
  - Ага. Ну, подумаешь, предлагали дочке уважаемого трактирщика Пола, толстой Юме совершить прогулку к вам в гости... - я тут отчетливо слышу, как хмыкает за спиной эта, а мент продолжает - Нет, нет, весьма и весьма пристойно, ей уж по ремеслу своему, в трактире-то отцу помогая регулярно приходится выслушивать различные предложения... и скажу честно, по моим данным - не все и отклонять... Но Вам она отказала, больно уж Вы необычно предлагали...
  - И что же? - от волнения я чуть прокашливаюсь, и Мора по жесту идет к колодцу, налить мне воды, при этом прикрывая лицо рукой - ржет же, зараза!
  - Да Вы ж ее приглашали пострелять в ночи из картечницы... уверяли, что у Вас с войны привезена... как Вы сказали 'на всякий случай', еще сказали какую-то северную поговорку, про то что запас в кармане не мешается и еще что-то... все очень смеялись, да... А у Вас, мастер Йохан, и впрямь есть картечница?
  - Да ну что Вы, мастер Сэм, ну откуда у меня, старого и больного картечница! Вона - и сами посмотрите - на сарай ему указываю - Нету вовсе никакой картечницы!
  - И гранат, стало быть, нет? А то, рассказывают, предлагали старичку Пату устроить салют...
  - Ну, что Вы, мастер Сэм! Ну на что мне тут гранаты?
  - Я тоже так подумал. А может, у тебя, Йохан, и бомбомет есть?
  - Вот - чего нема, того нема!
  - Ну и на том хорошо... так вот, после этого ты и предложил Юме, раз она не хочет ехать к тебе в гости - просто прогуляться к морю и пострелять чаек с револьвера... К твоему сожалению, она тоже отказалась... хотя и не препятствовала тебе похлопать ее по заднице на прощание.
  - Вот демоновы козни! Демон попутал. Однозначно.
  - Так да. А потом ты удалился, да по пути песню напевая... Интересную такую - и Сема напевает, на мотив баронской строевой песни, что нам Коля в Валаше на походе исполнял:
  
  Идет солдат по улице
  Да в незнакомом городе
  И от пожара отсветов
  Вся улица светла
  
  Не обижайтесь граждане
  Но для солдата главное
  Чтоб ненароком родина
  Врагом не назвала...
  
  - Ни разу такой песни не слышал - и смотрит на меня, значит.
  - А... ну, это... - на ходу обуваюсь - Так это, знаешь ли, на манер баронской, а слова... слова те мой солдат, Колл его звали, ныне кстати покойный - сам придумал. Это как раз в Улле было, может слыхал чего... ну, вот он нам там такое и спел - он же музыкант был, как раз из баронских, мы с ним вместе начинали воевать-то, в Валаш ходили. Вот он и любитель был слова всякие к песням придумывать. Да, так его там, в Улле, и убили вскоре...
  - А... Понятно. Только вот что, Йохан - ты таких песен, душевно я тебя прошу - не пой в городе больше. Даже в такой день.
  - Хм... Понимаю... Я же говорю - демон попутал - а тут и впрямь все понятно - слушать про пожары и граждан в Союзе вряд ли кому понравится, тут граждане только в Союзе и есть. Надо ж было так опять подставиться. Хорошо хоть на мертвого Колю теперь можно все легко свалить.
  - Ну, вот и хорошо... а нож этот тебе сильно надобен?
  - Да на что он мне - совершенно искренне, вдобавок радуясь смене темы, отвечаю - Забери его, Богов ради, начальник!
  - Ну и заберу - совершенно серьезно отвечает Сема, выдергивая тесак из столба - Может, еще придется его хозяина свидеть, спрошу - не скучает ли по своему ножику? - тут-то мы уж оба посмеиваемся, да на том и расстаемся. Однако, бухать надо завязывать...
  
  Дальше день не задался. С Морой как-то не вышло, сбил настрой мне полицай, да и вообще, она, такое мне кажется, все хихикает себе со смеху. Не срослось. Плюнул на это дело, да и окунулся в дела домашние. И тут понеслось. Оказалось, что в общем-то справное хозяйство находится если не в полном загоне, то давно требует вливаний и вложений. Из башки сразу к чорту вылетели все глупости и полетело все по буеракам. Пришлось срочно прикидывать хрен к нос, потрошить кубышки и даже смотаться в банк за деньгами с патента. Если б не эти поступления, то пожалуй, было б вовсе грустно в перспективе. Не голодать, конечно, но... Всеж еще три рта прибавились, а зарплата смешная. Даром что Мора, оказывается, что-то по шитью на дом брала... а я еще хотел себе пошить одежу на заказ, хорошо на потом отложил. С другой стороны, конечно, я по извечной привычке перестраховывался - решив забить и погреб жраньем, и дровяник топливом. За дровами пришлось вызвать Поля на завтра - дрова тут из моря. Прибыльный бизнес, кстати. Ну, для деклассированного элемента. Настолько, что регулярно находят в береговой полосе а то и вовсе кувыркающимся в прибое очередного самогубца, покончившего счеты с жизнью тремя ударами ножа в спину. Берег весь в черте города и в самых близких окрестностях, окромя естественно причалов и пляжей, поделен давным-давно, и низшие касты криминала контролируют и взимают с этого дань. А вот дальше - свободно. Но... кто туда сунется-то из бродяг? И тащить далеко, и сгинуть можно низахрен очень даже просто - увидишь что-то не то, чего ввек бы не видеть, или встретишься с кем - и пропадешь. Очень даже и запросто вовсе. Кто ж за оборванца какого будет особо искать? Вот и бегают туда разве вовсе отчаянные да отчаявшиеся, да малолетки всякие. А я вот так посчитал - что, с учетом бесплатного транспорта в виде Поля с его телегой - мне оно едва ни в треть дешевле станет, самому-то набрать плавняка, да еще учесть что и пилить сам могу да колоть - и вовсе хорошо. А что встретится кто не тот - да ему же хуже. Из-за этой дуры у меня настроение все хуже, и так и хочется ну хоть кого-то убить. Или, хотя бы, просто пострелять, пожечь патроны немного - а это как раз за город ехать стоит.
  За всеми этими хлопотами, пока больше финансово-организационными, и день минул. Из такого полезного еще удалось мне отловить мальчишку-газетчика и договориться насчет снабжения по вечерам бэ-ушной газетой. Тут есть такое дело - мальчонка-почтальон приносит газеты клиенту, но денег берет едва четверть от стоимости, а спустя пару часов прессу забирает - и несет дальше читать сдает. А под вечер пристраивает читанную газету совсем за копейки - тем, кому новости не сильно спешно надобны. Как мне, например - читнуть так вечером малость. Благо, здешняя пресса из повседневных - невелика в объеме, и по большей части состоит из объявлений, новости так сказать державные - на первой только странице, на обороте оной - городские да 'кулюторные' а остальное из раздела 'юмор и развлечение' да объявления.
  Вечером уже когда все собрались дома, стал я портить жисть домочадцам. Ну, точнее говоря попросту хулиганить стал. По жопе Милку разок огрел, что та ойкнула и тарелку чуть не выронила, потом спустя время еще разок, и подмигнул похабно. Так, то-то смотрю, мора занервничала, и всерьез так. Ну, а нечего было лыбу на меня корявить. Подумаешь, погулял малость. Мы должны иметь гражданский отдых. Да и попец у Милки, даром что сама она мелковата еще - очень даже и ничего... Вот всеж как бы все это так устроить-то... Эх, проклятое совковое воспитание все! Не получается вот так на ровном месте быть рабовладельцем в полной мере, все, понимаешь, комплексы... Ну, ничего, значит пойдем другим путем, в конце-то концов девки в таком возрасте в любом мире одинаковы, и вообще... Как говорится, будем вести осаду по всем правилам. Я старый солдат. И не знаю слов. Ваще...
  А ночером Милка мне отомстила. Перед сном снова вылезла пожелать 'спокойной ночи'. Снова в своей этой ночнушке. И еще сделала книксен. Ежли кто не в курсе - там положено подол придерживать эдак, ну, наверное, когда юбка до пола, чтоб не волочилась по пылюке-то... Но вот на и без того коротенькой рубашке... В общем, очень я сильно занервничал. А спать пошел, как лег, так под руку эта подвернулась... Что характерно - спать она легла голышом, без рубашки ночной. Ну, я это на ощупь определил, случайно бедра ее коснувшись. Потом - неслучайно. Потом - проверил. Дальше - еще проверил, может, думаю, просто задралась на ней рубашка? На живот ей, значить, лапу поместил. Нет, не задралась... Ну, еще разок решил проверить, чтоб уж точно убедиться, этак саму малость повыше провел, до сисек... примерно. На месте сиськи-то. И рубахи точно нет... Да... А сама она вроде как спит, лежит тихо, дышит ровно. Спит, думаю. Но решил проверить. Ну, и вот как-то так вот оно и получилось...
  Надеюсь, звукоизоляция тут хорошая. А то неудобно как-то, вдруг девчонки что слышали. Это я уж на утро себе так думаю, попутно с тем, что давно пора вставать, ибо дел по горло, а у меня сил нет. Чувствую себя как заезженный выдоенный козлик. Это ж надо так... Мысль еще пришла - что эта чортова баба так меня уделала, чтоб я на дочек ее не пялился... и, может, и верный расчет - я теперь об этом деле пару дней точно думать не смогу, из боязни копыта отбросить - возраст-то у меня вполне уж приличный, не шестнадцать лет, под и. А однако ж, неплоха, зараза! Вспомнил кое-что из ночного, благо ночь лунная была и видимость в комнате присутствовала... А тут и эта заходит. В халатике, понимаешь, каком-то, на поясок завязанном. Только не это, себе думаю, только вот этого мне еще и не хватало - а как рядом подошла, тут же ее разом на кровать и завалил... Прощай здоровье, лучше б наверное водку пил, штоле, чем так угробиться...
  
  В общем, даже пожрать до того как Поль со своим тарантасом явился, не успел. Прихватил что-то сухим пайком, взял ружье, собаку, да и покатили за дровами. Господи, хорошо-то как! И никакого секса...
  С дровами вышло неплохо - чем дальше от города тем словно дальше в лес. А толстых партизан нам бояться незачем, впрочем, я озвучил меры предосторожности. Поль, пусть и не блистал храбростью на войне, но и не прятался там, а тут и вовсе плевать хотел на мелкие сложности жизни. Потому, едва выехали из города - достал из-под сидухи короткую двудулку, сообщив, что еще и револьвером обзавелся, потому как временами и ночью ездит по подрядам в порту, а там всякое бывает. Даже жилет кожаный поддевает от ножа на такой выезд обычно. Впрочем, пострелять нам выдалось только по камням да пенькам - Поль тоже с удовольствием поупражнялся из своей гаубицы, картечью да на дымаре - любо-дорого глянуть. А дров набрали с избытком. И обкатанные морем корявые лесины, и обломки несчастливых кораблей (Поль рассказал, что в устье Студеной есть какая-то Барьерная Коса - там сильное течение, и если зазеваться, или штормом занесет, то утащит прямо на камни, настоящее кладбище кораблей) - брусья и доски, порой весьма внушительного вида. Из металла тут корабли не строят - безумно дорого, я так понимаю. Оттого и военные - деревяшки. Потому, наверное, и нет больших кораблей - броненосец нереален, крейсер морской не нужен, а все остальное может надеяться в защите только на скорость, маневренность и небольшие размеры - да на свой ответный огонь. Да и грузовые пароходы и парусники тоже из дерева, оттого и размерами не блещут, ни скоростью, но мореходность всеж имеют неплохую. Я, правда, пока так и не разобрался - как дело обстоит с заморской торговлей - видел же в порту множество больших по местным меркам кораблей - вряд ли все вдоль берега ходят. Но, как я пока знаю, все говорят одно - мол - на Юге - пираты. Непонятно, ну да мне о том пока думать незачем. Домой добрался под вечер, довольный, уставший, и пропахший мокрой псиной - эта лохматая сволочь, оказывается, обожает купаться в прибое. Я и сам бы искупался, пожалуй, но не хотелось рисковать, я все ж не товарищ Сухов, да и Поль на Саида вовсе не тянет. Надо будет потом организовать себе купание в море в безопасном месте в городе.
  Разгрузился уже в темноте, умаялся, таскавши потом дровы под навес, потому и спать завалился вовсе моментально, без всяких глупостей и даже раньше всех в доме. Хорошо-то как, и никаких глупостей!
  
  
  Субботним утром поднялся не слишком рано, без помех и зарядку произвел, и с колодца водой окатился, правда, как потом выяснилось, девчонки с любопытством за мной подглядывали. Интересно им, чем это придурошный дядька Йохан с утра пораньше заниматься будет. Ну да ладно. Настроение у меня хорошее, потому я благовольно ко всем настроен. Завтрак и вовсе прошел чинно-благородно, и даже вкусно готовит эта, похоже. Хорошо даже, так вот прям семейная идиллия. Но тут уже мой отдохнувший организм потребовал развлечений...
  - Итак... Хм... Девушки... Чем мы сегодня займемсо? Какие у нас, стало быть, будут нонеча планы? Ась? Делать-та што станем, а то дяде Йохану скуууучно... - откровенно придуриваюсь, ибо и впрямь скучно, хочется какую-то гадость устроить, но некому.
  - Мы... Если Вы, мастер Йохан, не против, я с девочками хотела бы посетить храм. Мы каждый выходной ходим...
  - Не продолжай! - картинно поднимаю ладонь - Я понял. Я тоже схожу, посмотрю... Хотя и не любитель. Надеюсь, там не долго будет...
  
  ...Нарядились все прилично, ну, кроме меня - у меня попросту нету приличного гражданского платья. То, что я прикупил, оно всеж простовато, повседневное. Надо будет задуматься потом и об этом. Выручал только условно-парадный, запасной комплект рисской формы. Со споротыми знаками различия, но со всеми побрякушками - смотрелся он вполне пристойно. Для сельской местности.. и пригорода - сойдет вполне. Эдакой ветеран всяческих горячих точек, грудь орденами раскуячена, с контузией на пол башки. Мора одела простое платье, даром что мало ношенное и в целом выглядела прилично вполне. А вот мелкие.. особенно старшая из них. Неужто японцем становлюсь, что такая вот реакция на малолеток в школьной форме? Хотя и форма тут, естественно, не в пример скромнее чем во всяких мангах с аниме и прочими тентаклями к пиву, ан все же... Наверное, сами девчули просто ой как хороши. Особливо старшенькая.
  Не удержался, и шлепнул таки её снова по попке, когда замешкалась, типа подгоняя. Хорошо так шлепнул, не с размаху конечно, но и не просто так. Ойкнула, а Мора аж вздрогнула, словно это я её приложил. Вид, впрочем, делает, что её не касается, типа не замечает. Тут мне и младшая подвернулась, и ей уж и по делу прилетело ибо копалась совершенно безалаберно, чисто по девичьи - "сколько тебе надо времени, чтобы быть через пять минут готовой?", ага. Выбесила малость, ну и приварил. За дело. Но, вышло-то так... В общем, вымелись после того из дома быстро, и шли, опять же, молча. Ну, зато со стороны - степенно. Прям - ветеран народного ополчения с семьей идет к пионерам на петтинг... или на митинг, чем там пионеры чаще занимаются?.. Я, все думал, шепчутся ли за спиной - вона, мол, рабов-тось повел - али нет? Ошейники-то заметны вполне, и надо сказать, сильно весьма диссонируют с общим видом. В глаза бросаются, проще говоря. Однако, пройдя с четверть часа усвоил - дело довольно обычное, и разве что приличная слишком одежда на рабынях вызывала некоторый вопрос - но лишь некоторый, ибо бывало, похоже, и покруче. А ошейник с биркой на шее - дело тут житейское. Наверное, примерно как желтая звезда на спине, хе-хе. Только там не повезло и навсегда, а тут на время, и куда меньше.
  Храм не впечатлял архитектурным стилем и размерами, но был как-то по-домашнему тих и уютен. Внутри было довольно людно, но не битком - Примор, как называли этот район Западной Заставы, отличался большими участками, а значит - относительной малолюдностью. Но, если так прикинуть - то большинство семей здесь так или иначе представлены. Мы, естественно, опоздали, что я выяснил еще по пути, и очередной раз нашипел на всех, что мол, разбудить пораньше не могли. Впрочем, кар небесных и суда инквизиции не последовало - вошли, кивками здороваясь с обернувшимися прихожанами, прошли и присели с краюшка на скамьи, и стали внимать пастырю. Ну, бабье стало внимать. А я, еще с форта сие умение натренировав, впал в транс, стремясь через проповедь проникнуть в нирвану. Проще говоря - заснул с открытыми глазами сидя с прямой спиной. И даже успевал автоматом просыпаться, дабы осенить себя знамением - а что, не сложнее, чем конспект караябать на лекции, или на брифинге пометки, обратно же, не просыпаясь. Однако, потом наскучило так сидеть, да и никто меня под наряд не поставил бы, если б и задремал - вон, впереди через ряд толстячок с намечающейся лысинкой дважды уже задремывал с оглушительным всхрапом, оба раза получая локтем в бок от сухонькой старушки-супруги, и оба раза священник лишь примирительно грустно улыбался в ответ на его извинительные бормотания. Я ж говорю, как-то уютно тут, по-простому. Потому, бросивши спать, начинаю прислушиваться и вникать. Ибо храм тут - это не только, а в выходные не столько лечебница для души, сколько политико-информационная передача Международное Обозрение и Вести Недели на Первом канале.
  
  В общем, наступает мир и благоденствие, золотой век, практически. В мире все зло побеждено, а которое еще не - то уползло по норам. Норы эти - в Степи за Западной границей, на Островах у пиратов на юге... ну, и в подполье бандитское, как без этого. Потому братьям и сестрам следует крепить бздительность, сообщать обо всем и всех подозрительных властям, помогать им всемерно не мешаясь, и самим не нарушать противозаконных преступлений, и вообще, быть белыми и пушистыми, и вовремя сдавать настриг шерсти.
  Ну, а в заключение проповеди священник, вдруг покосившись в сторону моих баб, а, как мне показалось, особливо на их ошейники поглядевши, вдруг выдал очень проникновенный спич про сочувствие, доброту и благородство. Про сирых и убогих, волею судьбы попавших... и так далее и тому подобное. Сукин кот, ему б новости вести - ни словом не обмолвил, а всем ясно, что про меня. Ну или по крайней мере, мне прям вот кажется, что все поняли, что про меня. В рыло бы тебе, дедуля. А с виду - приличный человек, на Лесли Нильсена похож даже.
  В общем, как все после проповеди встали, да к выходу - ну как назло получилось - на нас смотрят - мы-то выскочить не успели, и теперь сидим, пропускаем - а они все мимо, и все здороваются, с Морой и девками, ясное дело, меня-то не знают - то есть, здороваются, но только поклонами эдак, без слов. Мужики, естественно. А уж бабье на этих куриц - мол, как дела, как жизнь и прочее - как будто не видно, как у них жизнь. И все бабки-мамки морды такие скорбно -жалостливые делают, вздыхают... У, падлы, аж злость опять берет. Оно, конечно, это я барин, и вообще - но какого ж хера бабу-то доводить? Хотя, смотрю - Мора держится эдак, отвечает, как ни в чем, слово и не при делах. Молодца, выдержала. Однако, как вышли, тут я и психанул уж... Тем более что вспомнил некстати, как я позавчера ночью об эту дурацкую бляху щеку себе расцарапал, когда ее зубами за шею прихватить пытался... Ну, то есть, в общем, разозлился я изрядно. А в таком состоянии я склонен к гениальным решениям и даже могу совершить любую глупость.
  Ювелир как будто даже и не удивился. Дядя вида совершенно неряшливого, на старого еврея-сапожника из моего детства похожий. Косматый, неопрятный, глаза колючие из-под косматых седых бровей. Буркнул, означил цену, благо не слишком и великую - и спустя час - распишитесь, получите - вот вам три особи женского полу одна другой вдувабельнее - в даже так сказать изячных ошейничках, в виде тонкой серебряной цепочки и серебряной же бляхи, аккуратного и даже красивого вида. И смотрится такое даже как-то и... Короче, захотелось поскорее домой, и девок отослать гулять... или мать с младшей отослать, а старшую оставить? Эх...
  Пока шел домой, да на рынок завернули, да еще по мелочи по лавкам - подостыл малость. То есть до вечера отложил, благо чем заняться было. А уж потом... суббота, банный день, да-с. Мелких естественно первыми отправил, но уж когда они выскочили, в полотенцах замотавшись - чорт, неужто халатов им в доме нету? - тут уж я еле сдержался. Потащил Мору в баню мыться 'пока не остыло'. И снова подумал - что вот в бане-то точно звукоизоляция слабовата, а у девок дверь прямо напротив... Потом и думать-то стало как-то не до того. Как в том анекдоте про грузинскую школу - Нэт, Гоги! Прэдлог - это 'митьса'. А 'баня' - это нэ предлог! 'Баня' - мэстоимэния!
  
  В воскресенье и вовсе встал едва к полудню, прикидывая, что если так дальше дело пойдет, эта чортова баба меня затрахает досмерти, и благополучно решит все свои проблемы. И не докопаешься. И самое плохое - я и сопротивляться не буду, а даже наоборот...
  Днем откровенно отдыхал, решив таки ознакомиться с прессой. Из газет ничего нового и интересного не извлек, разве что описание празднования Дня Рождения Барона. Все газеты особо отмечали пышность и размах, с коим был сей день отмечен в Свирре. Деликатно говорилось, что подобное не свойственно было доселе Вергену, которого вряд ли можно было упрекнуть в аскетизме, но и тяги к роскоши за ним не замечалось. Между строк словно просматривалось слово 'через чур'. А местный 'оппозиционный' листок, который мне достался вообще бесплатно и в нагрузку от почтальона (такую дрянь у нас в районе мало кто читает, похоже) и попросту разливался помойкой, что празднование в Свирре превзошло подобные мероприятия в Эбидене при враге человечества Орбелии... С учетом того, что этот рупор оппозиции на самом деле насквозь ручной и прикормленный - симптомчик интересный... Будем таки посмотреть на это. В интересное время живем, товарищи!
  В начале шестого, с облегчением выдохнув, уже по полной форме и собрав все снаряжение - отправился наконец на службу. Хорошо-то как, наконец-то подальше от этих баб! Хоть отдохну немного душой. И телом.
  Отойдя от дома уж прилично, обернулся - стоит, смотри, у ворот, вслед смотрит, заррраза. Чорт, надо будет как-то неделю потерпеть, всего-то...
  
  ***
  
  В эту смену нам выпало дежурить на новом объекте... ну как - новом. Восстановили и привели в годность какую-то старую заставу на берегу Студеной, между началом канала и новой границей. За каким чортом это надо, мне лично не очень ясно, но, по-большому-то счету - и наплевать. До ночи все одно доедем, хотя, конечно, далековато - верст тридцать от города. Если сменщики так же поедут - то получается обратно наутро только выезжать будем, день отдыха теряем... надо поднять вопрос об доплате, пожалуй.
  
  Выезжая из города, обратил внимание на районную шибеницу - устройство отнюдь не пустовало, и там покачивалось аж трое клиентов, причем одна явно баба, судя по одежке. От дороги далековато, не разглядеть что там написано, да и не столь интересно. Но за пустяки тут не вешают - то ли украли много, то ли зарезали кого, или пытались.
  Как-то вдруг подумалось, что там, где человеческую жизнь ценят, там и цена ей известна. И цена это вполне конкретная, у каждого своя, порой вовсе и невеликая. А вот там, где жизнь "бесценна"... так она и есть без цены. И странное дело - вот ТАМ, у нас - государство всячески жизнь оберегало, права отнимать ее никому не давало... и даже само себе запрещало порой это. И что в итоге? Да то, что разучились вовсе это ценить. И как только чувствовалась где безнаказанность - то лилась кровушка, причем ладно бы лилась для дела - так ведь по дурному и почем зря. Ну а вот тут, где и войны, и рабство всякое, и бандитизм, и смертная казнь в праве любого деревенского головы, и никаких особых проблем с пальбой граждан по желающим их ограбить - как-то отношение к чужой жизни более трепетное. И отчего-то мне кажется и убыль населения тут от насильственной смерти поменее чем у нас в схожих условиях... Да ведь и сам начинаешь себя иначе вести, когда знаешь, что твоя жизнь не бесценна, а стоит вполне конкретную сумму.
  
  Глава третья
  
  Поскольку ехать долго, наслушался разговоров камерадов. Речь, конечно, зашла об новой точке.
  ...- И вот за каким хреном там кого караулить? Не пойму я... Степняки чтоль?
  - Степняков еще Орбель окоротил знатно. Сразу следом за Вольными. Так-то их поди-гоняй, для того Вольные и были - так-то тоже не бойцы на войну, хоть и служивые, а вот мелкие группы гонять - самое оно, охотники. А тут той Орбель Вольных собрал, чтоб легче бить было - да на них со степняками и насел. А потом також и степняков, пока те гуртом были - шрапнелями да ракетами, говорят и картечниц притащил где-то - в общем, сильно пощипал, не до набегов им стало. Говорят, и пару поселков их спалили тогда валашцы, а один крупный форт осадили, да не по зубам оказался - ну напоследок так искрошили артиллерией, что тоже забот вовсю хватит... Повезло им, что у степняков артиллерии нету.
  - Ну так и кого ж мы сторожить станем? А главное - зачем? Там же Студеная непроходима, считай от самой новой границы? А если севернее обойти по Вала... Риссу то бишь - то на границе и надо держать.
  - Так то и дело, что не так уж она и непроходима... Там, если так сказать - например пустить отряд охотников через... север значит, чтоб переправились и по той стороне, например, прошли - то потом им по течению какую веревку передать - так в иных местах можно и мост проложить. Ну, конечно, такой уж мост. Лошадь и не пройдет. Только на себе груз перенести, и, конечно, только летом переправа - как дождями вздует, так и не пройти. Вот как раз два таких места с той заставы и можно контролировать. Для того она там и появилась лет двадцать назад, рассказывали...
  - Да ладно! Кто ж пойдет охотником по тому берегу идти... да потом обратно, раз лошадей не переправить - и ради такого мосту, чтоб только пешим пройти?
  - Дак может, никто и не пойдет... степняки сами придут.
  - Чего это б степнякам на то идти?
  - Да всяко ж было... Отец рассказывал, что как раз лет сорок назад, когда я еще совсем малой был - со степняками вовсе замириться хотели, и торговать начать.
  - Иди ты!
  - А то. Там у них как раз новый Круг выбрали - ну, раз в двадцать лет они стариков собирают самых дряхлых, да старшими ставят, править, значит... дикари же. Ну вот, как раз новые старики пришли... молодые, хе-хе. И решили было и не воевать более, а торговать. Вот тогда и начали даже мост через Студеную строить, уже даже с нашей стороны быка, да посередке опору вгрохали, с бетону и камней. Говорили - мост с чугуна сделать даже хотели, как в старое время....
  - Это ж сколько металлу!
  - Именно! А иначе и никак, деревом там, даже мачтовой сосной - не обойтись. Но, вишь, хотели. Канала-то тогда еще не было, только строить начали - Студеная ниже в течении была и вовсе широка... А там, где сейчас застава - граница с Валашем шла. По правде сказать, никто точно ее там и не знал, где шла, но в те годы со Старым Князем-то отношения хороши у наших были. Вот и хотели там строить мост на ту сторону. Торговать все хотели, мирились... золотое, батя говорил, времечко было. Жаль, не долго.
  -А чего ж так?
  - Да... всякое говорят. Так-то, конечно - степняки. Все зло - от них. Ясно же, дикие люди. Ну старики там в страшном почете, их пальцем тронуть не моги, а промеж себя их старишие и на ножах порой дерутся. Говорят, побили тех стариков, кто за мир был, победили те, кому старый нрав был лучше. Но, слухи ходили - и у нас новой торговле... НЕ ВСЕ были рады. Да и в Валаше, поди, тоже. В общем - тем все и кончилось, а там наши и Канал достроили, а Старый Князь себе Вольных на присягу взял... они и до того там на границах жили, но так... то ли банда, то ли кто... А при том князе служба им стала, да туда любого вписать разрешалось после княжеской службы - да известно что: воля, да освобождение от любых налогов, только военная повинность. Но и то, вишь как ножом по сердцу иным оказалось, и поди тоже не одному лишь Орбелю...
  - Да уж, куме... Вот расскажешь ты такое и после сиди и думай, отчего человек такая паскудная животная, что мирно жить не хочет.
  - Да чего тут думать-то, куманек. Жадность все, а еще пуще - зависть...
  
  Под эту нехитрую жизненную философию я и задремал, успев только подумать, что здешние степняки как-то несколько выбиваются из того образа полудиких малограмотных кочевников, что у меня сложился. даром, что живьем я их и не видал ни разу. Как те хазары, чьи села и нивы за буйный набег, ага. Надо будет поинтересоваться...
  ***
  
  Служба на новой точке оказалась отнюдь не скучна и крайне утомительна. Оно и понятно - ничорта нет, топлива мало и взять особо негде, из еды только привезенные с собой сухпайки, отовсюду дует, даром что по ночам уже почти тепло, но сырость от реки тянет... Под общее ворчание старший смены пообещал накатать огромный рапорт, ибо это бардак и вообще-то даже нарушение контракта налицо. Из разговоров понял, что это может оказаться вовсе и не бесполезным - тут, конечно, все вскоре подправят и наладят, а вот нам за эту неделю докинут полуторную ставку. Я еще желчно заявил насчет оплаты дороги, и старший, чуть подумав, согласился и это добавить. Торгаши, город такой, да.
  В остальном же оказалось достаточно спокойно все и неинтересно. С пригорка, на котором располагался блокпост, форменный блокгауз, обнесенный валом, с вышкой-башней и образующими небольшой внутренний дворик хозпристройками, видно было и ту самую условно-проходимую излучину Студеной, где она играла перекатами, и остатки старинного недостроя, впрочем, неплохо сохранившиеся, и все подходы с обеих берегов. На Канале, к примеру, и то опаснее потенциально. Там степняки могут, теоретически, подойти камышами на вполне винтовочный выстрел и например срезать часового. Смысла в этом никакого нет... но тут даже теоретически такое малореально - местность полностью лишена укрытий. Да и вообще, сдается мне, нас сюда поставили стеречь не оттуда сюда, а наоборот... Однако, это не особо моего ума дело.
  Как обычно, когда дел много и сильно устаешь, без дураков - неделя промелькнула быстро, и вот мы, злорадно сдав вахту столь же неоснащенным сменщикам, да еще заранее настращав их тяготами и лишениями - уже катим, ежась от утреннего сырого сквозняка к городу. Я уже выстраиваю себе планы - ну, естественно, по приезду -устрою себе баню, отосплюсь... но не сразу... тут мысли пошли совсем в другую сторону, но я взял себя в руки. В общем, сегодня отдохну, а завтра - отправлюсь к оружейнику. Пора делом заняться. Тем более - несмотря на довольно плотный график, сглаживали мы неровности бытия разной болтовней, и об семействе Варенгов я сумел наполучать массу интересной, и, возможно, полезной информации.
  В общем, семейка в своем роде интересная. Одни из градообразующих людей. Концерн и впрямь мощный, не сказать что самый сильный - но в городах Союза крайне суровые антимонопольные законы, потому быть ОДНИМ ИЗ сильных - это в общем и есть высший результат, ибо первенство часто и без особых эксцессов переходит от одного промышленника к другому, и ни на что всерьез это не влияет. Концерн по сути поделен между двумя старшими братьями. Все производство - механический завод (он же и оружейный, и машиностроительный, он же судостроительный, кстати) а так же лесные склады, лесопилки и подобное - в ведении старшего, Дорана. А вот вся торговля, даом что все на тех же площадках часто происходит - под началом среднего, Витуса. Ну а младшенький ими обоими признан малопригодным для управления бизнесом, но ему отдана мастерская, да пособляют братья младшенькому как чем могут. И дело тут вовсе не в корысти старших, а скорее наоборот. Местные законы, опять же, крайне негативно относятся к факту разбазаривания капитала. То есть, конечно, гулять на свои деньги можешь как угодно, но вот коли ты это в ущерб производству начнешь творить... нет, никакой национализации. Просто признают недееспособным, и отстранят. Поставят городского управляющего, да будут всю выручку отдавать. Ну, почти всю. А потом или подберут кого из родни или наследнику по вхождении того в права передадут. Так что и дай братья младшему больше воли - скорее всего, из того что о нем известно - вскоре отобрали бы производство, да тем же братьям бы и вернули. Да и дробить капитал, разделяя его на всех наследников тут тоже законы не особо позволяют. В общем, Хуго не бедствует, но без помощи, или точнее сказать - покровительства братьев, пожалуй дело его было б вовсе худо. Концы бы с концами. наверное, свел, но уж точно пришлось бы ему хвататься за любую работу. А так братья, пользуясь положением, сбагривают ему "невыгодные подряды" - то, что формально на крупном производстве не интересно делать, да отправляют к нему всяких заказчиков со странностями - когда даже на заказ заводские не берутся ладить. Но такое бывает не часто и не регулярно, вот и перебивается Хуго как может. Сам, конечно, тоже ищет клиентов, но получается не очень. Выживает в основном за счет художественной отделки оружия - хотя и в этом у него полно конкурентов, так что и тут многие клиенты приходят "из уважения" к старшим братьям, рекомендовавшим Хуго.
  В чем еще была эта семейка интересна, так это их дела семейные и родственные. Старший брат был остальным не родной. Довольно сентиментальная история, какие и в жизни бывают, не только в романах. Молодой купец, ныне давно покойный Варенг-отец, повстречал когда-то красивую молодую вдову с малым ребенком. Наплевав на все, в том числе и на попреки родных - оженился, и признал дитя своим, хотя все знали, что он там не при делах. Любил он эту барышню сильно, и сына ее растил и впрямь как своего. Однако и своих детей хотел, да не сложилось. Померла его жена при родах, да и ребенок не выжил. Говорят, чуть с ума не сошел тогда бедолага-купец. После этого забросив все, ушел в дела, и за считанные годы, выкупив пришедшую в упадок литейку - превратил ее в пусть небольшой, но крепкий завод. А дальше и понеслось, купчина словно спасения в работе искал, никому спуску-продыху не давал, но к двадцати годам своего приемного сына уже выбился в Почетные граждане и был членом Совета. Тут-то его и накрыло - расслабился видать, да и повстречал ненароком немолодой уже дядька какую-то девчонку. Даже версий много разных, откуда она взялась - кто говорил - рыбачка из бедной семьи, кто - что из каких обнищавших благородных, кто и вовсе поговаривал о романтической истории про разбойницу или пиратку - чисто Сабатини, куда там. Да только зацепило по новой заводчика - да так, что плюнул он даже на мнение "общества" - иные-то и морды кривили (в основном конечно папаши девок на выданье, которым обломилось по всей морде). Женился снова, как в омут с головой. Что интересно - никакой неприязни промеж Дораном и мачехой не случилось, приемный сын больно уж уважал отца, и, похоже, вполне искренне радовался его счастью. А когда тот наконец смог обзавестись сначала Витусом, а спустя пять лет и и Хуго - братьев принял как родных, и всячески их опекал. Говорят, даже на дуэли с кем-то дрался, хотя может это просто городская легенда.
  Но старику-Варенгу как-то фатально не везло в жизни. Едва Хуго стукнуло два года, как в Рюгеле разразилась эпидемия какой-то дряни, что-то вроде пресловутой испанки, или еще чего. Не то чтоб совсем уж мор, но болел почти каждый, и смертность была довольно высока - ведь пусть и несколько процентов, но от всего населения. В общем, и вторая жена Варенга-отца покинула сей мир сильно до срока. Ну, тут уж старик взбеленился, и отыграл остаток жизни на всю катушку, грызя всех волчьей хваткой, создав детишкам неплохой задельчик. Собственно, с тех пор, как старик пять лет назад отправился догонять своих торопливых женушек, детишки ничего особо и не приумножили - да и трудно это сделать, коли и двигаться-то почти некуда.
  В общем, как ни странно для семей деловых, бизнесменов всяких - все братья живут душа-в душу, младшие старшего уважают, старший младших всячески опекает и поддерживает, и отношение скорее отеческое. Раз в месяц собираются все в родовом гнезде у старшего на посиделки, и никакой вражды промеж их нет, что, на мой взгляд, в таких семьях - редкость. Другое дело - что станет, как их уже дети подрастут - но то еще не скоро, у Дорана двое сыновей и старшему едва пятнадцать, а младшему и вовсе семь, у Витуса трехлетняя девочка, а Хуго еще и не приступал даже. Ну, остается только надеяться, что счет своим неизвестным прегрешениям старик-Варенг закрыл полностью, и этим ребятам не придется наследовать что-то от родни по причине безвременной и непредсказуемой...
  Вот такой, в общем, томик Шекспира в мягком переплете изготовления местной театральной фабрики с этими Варенгами получился.
  
  ***
   Долго ли, коротко ли - а всеж приехали мы, наконец, в город. Ну, старший смены, по должности - побежал докладываться и жалобы излагать. Вот собачья ж работа, всего-то за лишний полтинник в месяц. Ну, правда что, и премии у них пожирнее, и всякие формовые-оружейные им платятся чутка поболее... Ан все равно - не тянет в начальству, ну его так убиваться - так ведь и убиться можно.
  Наши все разом в ближайший кабачок, прямо у Заставы - как раз тот, где наша бывшая рота расходнУю праздновали. Я от винопития отмазался, резонно заявив, что им-то всем, почитай, до дома от силы четверть часа идти, а мне на Примор добираться аж пару часов. Посочувствовали, может даже и не притворно, да и разбежались.
  Всю дорогу домой, а если честно, то еще и с подъезда к городу мысли у меня крутились препохабные. Все как-то в голову лезла Милка в ее ночнушке. И воображение всячески разыгрывалось, что едва под дилижанс утренний не попал - эти парни гоняют лихо, и даже в городе хрен остановятся, во избежание ограблений. Переедут нахрен, раздавят, как лягуху. Но все равно, сплюнул только, и далее поплелся, мечтая и картины всякие себе из чешского кино вырисовывая... Вот, дождусь только как из школы вернется, и начнем занятия по патриотическому воспитанию молодежи...
  
  ... - Ну-с, барышни, и как у нас дела в школе обстоят? - больше для проформы вопрошаю - надо ж как-то пообщаться, раз уж заявились 'поздороваться'. Восседаю я в столовой, чай пью из шиповника, да от скуки книгу только-только взял полистать. 'Обширное описание прибрежья Рюгеля, а так же лоция с островами и подходами'. Солидный фолиант, самое то под настроение сейчас.
  - Все в порядке, дядя Йохан! - Алька рапортует а Милка просто стоит и кивает, улыбаясь. Веселые обе такие, понимаешь, а у меня тут вот горе...
  - Это хорошо - бурчу в ответ. Припомнив, что на той неделе Мора обмолвилась, мол приставали поначалу, дразнили и-за ошейников, спрашиваю - Как остальные-то там в школе? Не задирают более?
  - Нет, дядя Йохан! - воодушевленно вопят обе - А некоторые еще и завидуют!
  - Опа... С чего это?
  
  Из сбивчивого рассказа девок понял - теперь у них в школе офигенно высокий статус получился, и в плане безопасности тоже. Теперь все в курсе что они пусть и рабыни, но собственность дикого на расправу контуженного ветерана АТО, которого сам барон Верген из войска выгнал за жестокость, и который половину Улле спалил, когда там бунт усмирял. Лично, ясное дело. А вот к ним контуженый отморозок благоволит, и даже купил им вот такие серебрушки. Что и вызвало зависть некоторых девчонок. Ну, тут в школе довольно строго, как у нас при Союзе еще было, при коммунистах то бишь - никаких украшений, школьная форма неброская и строгая. А у этих - серебрушки на шее, и довольно изящные. И, вот ведь выверт местного закона - эту серебруху не то чтоб учитель им повелеть снять не имеет права - грабитель на улице иной и то три раза подумает - снять ли. Ибо вроде как совсем другая статья ломится враз - незаконное освобождение раба. Ну а эти, как же, хоть и мелкие, но бабы - конечно так и норовят показать, то-то не как раньше, все башку опускали - теперь гордый вид что герцогиня иная позавидует. Ох, порожденье крокодилов... Уяснив все, напутствовал не выделываться сверх меры, и милостиво отпустил, с сожалением посмотрев вслед Милке... Хороша конечно девка но...
  
  В общем, этая гадость, Мора, то бишь, устроила мне натуральную тихую истерику по приходу. Ну, они ж так умеют. Не, я понимаю, что ждали-то как обычно вчера вечером, кто ж знал. Но её-то какое собачье дело?! Она мне, бля, жена что-ли?! Какого, спрашивается, хрена?
  Нет... ну, чего уж там так врать - отчасти даже было немного глубоко в глубине глубин чуточку приятно. Ну, самую малость. Чуть-чуть. Ну... лет наверное сорок уже, как меня никто никогда вообще не ждал домой, вот так вот. В лучшем случае - со скандалом, где мол шлялся. Да... Но это все равно не повод! В общем - бесит.
  Ну а потом, оказалось, что всю ночь подтапливалась баня, и там и тепло и вода нагрета. Баня, баня... какая там нахрен баня. Даже не сказать, чтоб помылся толком, так, ополоснулся. Хорошо, что девок дома не было, не переживал насчет звукоизоляции. Не переживали, точнее. Как говорится - потом снял лыжи. То есть пожрать пошел, на всякий случай не обременяя себя одеждой, обойдясь полотенцем. Эта зараза поступила аналогично, и всякий случай естественно случился. Нет, я, конечно, взрослый мужчина, и ничто человеческое мне не чуждо, и вообще, что естественно то не безобразно и грех бы жаловаться...
  Но когда, после непродолжительного сна меня разбудили в третий раз самым нескромным образом, я, естественно был возмущен до глубины души и потому не стал возражать. Дурак я, что ли, возражать-то... Вот только - к приходу девок со школы на Милку я смотрел с толикой легкой грусти и почти отцовской нежности. Вроде того - 'эх, вдул бы я тебе, да сегодня я добрый'. М-да. В другой раз. Наверное. Потом, как-нибудь.
  А с бабой этой надо что-то думать. Затрахает же. На кумыс, как тем пионеры того жеребца, изведет. Подумалось еще - может она - того? Главою скорбная малость? Оттого и злоебуча? Это бывает - как мой друг один любил говорить: 'Коли у бабы крыша течет - то подвал завсегда мокрый'. Охохонюшки, этого мне только и не хватало...
  
  ***
  
  К Хуго отправился вырядившись, для солидности, по форме. Да и не ландмилицкой, а старую 'парадно-выгребную'. С рыгалиями, для авторитету. А то еще разговаривать не станет, сам-то из вон каких людей знатных. Хотя, конечно, иду-то я к нему скорее как заказчик, а заказчику смотрят только в одно место - в кошелек. Но - все же. Предварительно метнулся до банка, снял бабла на заказ, благо все ж Бару подливает средств не самым тонким ручейком, там же, заодно, и письмо ему отправил с очередными согласиями на выдачу лицензий. Подумав наперед - заказал себе у местного стряпчего нотариальную копию моего секретного патента - всеж, если что, будет какой-никакой козырь в разговоре с изобретателем - мол, мы тоже не лыком щи хлебаем, могем иногда.
  
  ***
  
  - И Вам доброго дня. Балкен мне о Вас передал, что Вы хотели непременно встретиться - Хуго оказался весьма аккуратного вида молодым человеком, не какой-то там взлохмаченный мэд-саентист, или высокомерный баловень из богачей. Вполне арийской внешности, гладко выбрит, одет аккуратно. Странно, что бабы у него нет. Не оказался бы, чего доброго, из этих, что ли. Так-то на морду вполне, девки-то должны б были давно охомутать. Разве что для того круга, где с братцами пересекается - неприлично беден, а в иных местах и не бывает? Может и так... Да и дом, по крайней мере, то что я уже видел - не впечатляет. Принимал он меня в обширной комнате, которую можно было бы посчитать лавкой... или студией художника по оружию. Ничего лишнего, добротный стол со скамьями, и стойки с несколькими образцами всякого стреляющего железа - не так и много, если присмотреться. Но наверняка это не все, и больше так сказать антураж. А Хуго тем временем продолжает: - Что же Вам угодно? Художественную отделку оружия:? Гравировка, насечка, серебрение? Лак под роспись? Накладки с перламутром? Есть очень красивое дерево на ложе - горный орех. Кость на рукоятки. Что-то еще?
  - М... Нет, уважаемый - отвечаю, а сам примечаю - морда лица у него, когда он все это великолепие отделки описывал - как-то поскучнела, хотя и полная доброжелательность, что в общем и иного менеджера по продажам переплюнет. И голос как положено поставлен. В общем - рекламирует хорошо. Однако от моего отказа чуть удивился, смотрю - Мне бы, знаете ли, другое надо. По, так сказать, механической части. Без украшательства даже и вовсе. Понимаю, что это не так и выгодно, но, в разумном пределе - я готов платить... а главное - подпускаю заслуженной лести - главное, мастер Хуго, если позволите, идти мне более куда, как к Вам - не к кому.
  - Хм... однако... Это интересно - как-то эдак осмотрел меня с ног до головы, словно в первый раз видит, Хуго - Позвольте, как Вас зовут?
  - Йохан... Я сам с севера, в Рюгеле недавно, знаете ли, осел тут после войны...
  - Да-да, Балкен мне о Вас говорил, Вы были офицером... Знаете, это очень интересно! Вам приходилось сталкиваться с картечницами в бою?
  - Еще как, уважаемый Хуго, еще как... и с той и с другой стороны дула, так сказать...
  - Это замечательно! Просто великолепно! - молодой человек довольно сильно разволновался, аж глаза загорелись - Знаете...ммм... Йохан... Независимо от Вашего заказа - не откажетесь ли потом побеседовать со мной? Мне хотелось бы узнать кое-что... Не возражаете? Потом, разумеется потом! И да - я Вас внимательно слушаю, что же Вы хотели бы заказать?
  - Знаете ли, я хотел бы приобрести Вашу самострельную винтовку. Да, я ее видел... в Улле, там, знаете ли, во время войны... Слышали, да? Ну, вот, я там тоже был. Так уж вышло. И видел вашу винтовку в действии. И очень, знаете ли, впечатлился.
  - Ну, любезный Йохан, зачем же заказывать? У меня есть сразу три готовые винтовки, и я с радостью готов продать вам любую, на выбор!
  - Понимаете ли... мастер Хуго... Ваша винтовка великолепна. Но, уж простите меня - не лишена недостатков. И, я хотел бы, чтобы Вы сделали для меня, на заказ, немного усовершенствованную винтовку... Нет, ничего такого... просто кое-что немножечко улучшить...
  - Ого! Вот как! - похоже, его зацепило и он если и не обижен, то изрядно раззадорен, перейдя на есколько даже ядовитый тон - И что же вы, мастер Йохан, желаете там у л у ч ш и т ь?
  
  
  ...Выслушав заказ Хуго уселся, смотря в одну точку где-то на плинтусе. Я малость занервничал, и начал суетливо излагать, что деньгами я, в общем, располагаю, и если цена не окажется заоблачной...
  - К демонам деньги! - хрипло вскрикнул Хуго - Вы, вы... Сколько Вы хотите за патент? На паях, поровну, оформим прямо сейчас!
  - Хм... Мастер Хуго... Я ведь еще не уверен, что все это у НАС получится...
  - - Получится!!! - я аж вздрогнул, как Хуго треснул кулаком по столу - Получится! У меня - получится! И как Вы только такое придумали?! Патент, давайте срочно оформим патент! Где ж Вас раньше демоны носили! Чтоб вот Вам оказаться у меня, скажем, год назад, до войны!
  - Ну, это не имеет значения, где носили - хмыкнул я (ну откуда Хуго знать, где такое место - Запорожье? Все равно не поймет и не оценит...) - А насчет патента... Если Вы так настаиваете - давайте оформим секретный патент. Уж какую долю, то Вы сами считайте, все ж производство-то ляжет на Вас...
  - Секретный патент? А Вы откуда о таком знаете? Нет, это не редкость, но...
  - Да, вот... - не удержался я бросить свой главный козырь - Сподобился, как раз там, в Улле...
  
  Хуго сцапал бумагу, едва не смяв, а прочитав снова впал в легкую задумчивость, потом посмотрел на красовавшиеся у меня на руке 'Бару', и хмыкнул - А я-то думал это дурацкая мода... А это, значит, и вправду удобно?
  - Крайне удобно. Сейчас на войне без часов плохо - а при этом винтовку или пистолет порой из рук ни на секунду выпускать не стоит.
  - Хм... Представляю, сколько это приносит Вам дохода...
  - Больше, чем я мог бы надеяться, но меньше, чем хотелось бы - усмехнулся я.
  - Так значит, Вы согласны на патент?
  - А чому бы ни? Давайте так: десять процентов мне, остальное Ваше - так Вас устроит?
  - Вполне!
  
  Неделя пошла кувырком. Уже к вечеру среды мы с Хуго успели три раза наорать друг на друга и перешли на 'ты'
  В четверг я ушел от него в пятницу утром, сильно на кочерге. Затянулось обсуждение, перейдя в ужин с пивом, а затем и на более крепкое перешли, благо тут вам не там, продают спиртное круглые сутки и без предъявления паспорта. Когда вернулся, Мора такое впечатление что обнюхала даже - ну чисто ревнивая жена! Хотя чего там было нюхать, перегар и так на весь дом, а не был ли я у бабы она проверила другим способом. Нет, эта кобыла меня точно заездит. Впрочем, когда я засел за стол с чертежами и несложными расчетами - смотреть стала как-то даже с уважением. Уселся я по началу в столовой, но потом прибежали девчонки. Я и мяу сказать не успел, как они сунули свои любопытные мордочки в бумаги, и радостно заверещали, увидев расчет объема тел, что они это проходили, и начали всячески показывать свои знания. А потом Милка натурально мне на колени уселась, отчего все мои конструкторские потуги пошли прахом и в паху дыханье сперло. Я еще сдуру автоматически ей лапу на бедро примостил, чисто на рефлексе. И даже благодарен был, когда эта мегера ворвалась, и нашипела на малых, загнав делать уроки. Чорт, так же и дуба дать можно, пульс, поди, за сотню точно. Нет, я эту Милку точно трахну, вот только не сейчас, но обязательно... Чортова зараза, ну как тут считать объем, массу и импульс откатных частей, если в мыслях только всякая похабень.... Так, Мора чего-то в спальню пошла... Надо срочно проверить, какого чорта она там делает. А расчеты подождут... Ага, ну так я и думал - вишь ты. Переодевается она тут! А ну, иди-ка сюда... Еще и трепыхается, зараза, специально, что ли, дразнишься? Ну я тебе устрою...
  
  В субботу концепция была готова, и Хуго согласился с планом - пока я на службе - провести опытно-теоретическую часть, отработать и проверить расчеты. В том числе и со стрельбой - оказалось, у него есть и свой полигон. Свой в прямом смысле - выкупленный на пару с каким-то фермером кусок невысоких безлесных дюн на самом берегу одного из притоков Студеной, недалеко от начала Канала. По согласованию фермер пас там своих коровок, уступая нужное место для пострелять Хуго. Выгода фермеру была весьма немалая, даже если б Хуго наладился кататься пулять через день. Из-за такого сомнительного гешефта, как с улыбкой поведал сам Хуго, братцы на него очень долго ругались, а потом все сидели, с сожалением вздыхая да укоризненно покачивая головами. Впрочем, пока до стрельбы на полигоне дело и не дойдет - у Хуго оказался и маленький тир - подвальная галерея метров на пятнадцать. Все отработки и тут вполне можно провести. Перед отъездом удалось только вытребовать с него обещание не гнать слишком темп, не торопиться, и временами все же ложиться спать. А то и так глаза как у кролика.
  
  Неделя пролетела незаметно, тем более что мы снова помогали жандармам гонять кого-то в предгорьях. Кого они гоняли мы так и не поняли, но нам-то какое дело - просто стояли постами и ходили на прочесывание без малейшего результата. А у меня башка была вовсе другим занята. И вовсе не вожделением малолетней рабыни. Ну, то есть - не только. Все еще раз просчитывал-пересчитывал, нашел, кажется, пару ошибок (интересно, Хуго обнаружит их?), и придумал пару интересных мелочей. Интересное оказалось дело, пришлось вспоминать школьные знания - институтов по этим тонкостям я не кончал, но стрелковое оружие-то вещь довольно примитивная, если, конечно, не гнаться за рекордами. Да и придумано все до нас, мое дело только вспоминать да на бумажке рисовать пытаться. Что я и делал. Товарищи даже начали интересоваться, что я там карябаю на бумажке - но отбился, заявив, что пытаюсь написать мадригал одной барышне. Посмотрели с разными выражениями морд, от сочувствия до легкого уважения - и отстали. А еще меня терзали мысли, что вообще-то, считай, третью неделю как все хозяйство в доме на бабу брошено, и надо бы им заняться, и самой бабой, кстати, тоже - при всем при том понедельная вахта имеет свой плюс в плане отдыха организма от нехороших излишеств... но и к Хуго надо обязательно наведаться! А еще Милку... нет, это точно потом - ну не разорваться же мне!
  
  ***
  
  Не знаю и сам, каким образом, но как-то удалось оптимизировать все, уладив и хозяйственные дела, и все прочие, и в итоге, спустя еще две недели я заявился к Хуго в понедельник, довольно свежим (а вот хрен у этой козы что выйдет - организм как-то стал даже привыкать!) и полным надежд. И они таки оправдались.
  Хуго таки смог. Сделал он то, что я так вожделел получить. Натуральный самозарядный карабин, причем приличного вполне качества. Не зря мы спорили до хрипоты - он переработал свое ружье полностью, и теперь его было не узнать. Хотя основные черты сохранились. Разбиралось оружие как и раньше, подобно известным мне помповым муркам - отвинчиванием гайки на конце цевья и снятием вперед из коробки ствола и затвора. Затвор так же остался свободным, тяжеленным, и так же взводился за выступающую пуговку, ходившую в пазу цевья, снизу, как на американских автоматах. Ложа и приклад теперь были отдельными частями, между которыми стояла ствольная коробка со спусковой скобой и торчащим магазином. Внешне теперь ружье напоминало помесь французской винтовки и английского ли-энфильда. От ли-энфильда я беззастенчиво спер двухрядный магазин, набиваемый с обоймы без всяких проблем и хитростей с отсечками. Чем вызвал дикий восторг Хуго. Вторым подобным решением, вызвавшим сначала жаркие споры, потом долгие эксперименты а потом снова восторги - было внедрение опять же спертых мною по памяти 'канавок Ревелли' - продольных рисок в патроннике, на уровне дульца гильзы. Не долго думая Хуго нарезал их так же, как нарезал канал ствола, словно продолжая нарезы - и надежность работы оружия резко выросла. Ну, пока патронник относительно чистый, конечно. Сам ствол остался относительно коротким, как у карабина - две с половиной пяди всего. Еще и мушку я уговорил Хуго перенести к узлу крепления ствола, на конец ложа - чем еще больше придал ружью 'современный' для меня вид. Все одно дальше трехсот метров и стрелять-то смысла нет. Мы и прицел поставили перекидной на сто и триста, без всяких волюнтаристских цифр на планке. Кроме того, добавил в конструкцию рычажок взвода курка - как на советском ижике-одностволке. Теперь и предохранитель не нужен - курок всегда можно спустить а если надо - моментально взвести. Этим же рычагом можно было и снять с затворной задержки. Оригинальное решение Хуго, что после выстрела затвор оставался в заднем положении, пока не отпустишь спуск - оставили. Теперь винтовку можно, при некоторой сноровке, дозаряжать, стреляя не торопясь и пихая свежий патрон в магазин после выстрела. Сам магазин сделали съемным, но больше для удобства обслуживания - делать сменные магазины казалось слишком дорого. И так-то выходило дороговато. Но и без этого емкость магазина была вдвое больше обычного тут - десять патронов против пяти.
  Отстрел провели в этот же день, на холмах, в итоге вернувшись запоздно. Домой отправил смску, чтоб не ждали. Тем более обмыть придется, хотя и в меру. Было за что. Ружье показало себя достаточно надежным - причем теперь на вычищенном стволе удавалось при любых патронах без задержек отстрелять сотню пуль. Потом начинались клины и застревания гильз. Патроны ручной сборки Хуго - давали в тех же условиях еще два-три десятка выстрелов сверх. С точностью, конечно, было не ахти, и бултыхавшийся внутри затвор, весом за килограмм не добавлял управляемости - но все равно с карабином обычным не сравнить по скорости прицельной стрельбы накоротке. А одиночными на триста метров - какая разница, как подбрасывает и уводит ствол. Ну, конечно, кучность отнюдь не снайперская, но на триста метров в грудь кладет весь магазин. Хватит для реального применения. Одно не радовало. Цена.
  ... - Скажи мне, Ху, какого демона винтовка вышла такой дорогой? Что там такого стоит? Мы же договорились - коробку заказать у твоего брата на заводе, там у него мощный механический молот... Ствол из стандартной заготовки для карабина, даже дешевле выходит. Ложа и приклад тоже дешевле - не надо длинного куска без сучков искать. Что же еще.
  - Йо, ты конечно хорошо придумываешь механизмы, но ничего не смыслишь в технологии. Металл, Йо. Металл. А самое дорогое - пружины. Ты же знаешь, что в армейской винтовке боевую пружину меняют три раза за срок службы - а служит она пока не расстреляют ствол, что на сотню шагов в полуаршинный круг попасть не могут. Воооот. А уж револьверную пружину, те кто часто стреляет, например жандармы и рейтары - они много тренируются - едва ли не каждый год меняют. Металл, все металл. Старого металла не стало лет сто назад. И сейчас-то пружины даже ломаные идут в переплавку отдельно - давно известно, что если много раз плавить, смешивая разный металл - в конце-концов он становится значительно хуже. Потому у нас такие слабые патроны - сто лет назад они еще были гильзы длиннее на полдюйма, и сами патроны мощнее раза в полтора! Но если ствол можно сделать потолще, а патрон послабее - то с пружинами и вовсе плохо. Ты сам мне рассказывал про валашские картечницы - они в первую очередь избавились от пружин в конструкции. Ты знаешь, я ведь пытался построить когда-то автоматическую картечницу. Как раньше. Даже чертежи старинные искал, но потом сам сделал - ну, потом вот в ружье переделал... Так вот, ничего не вышло! В нашем ружье и то пружина, даром что делают ее у брата на заказ, и стоит она ой как немало - думаю тысяч пять выстрелов выдержит. Это точно, а потом еще сколько-то, но я бы больше пяти не обещал. Но это только потому, что стреляет ружье не быстро. А когда я пробовал сделать картечницу... Пружина ломалась после пары сотен выстрелов. Лопались одна за одной, заказные, из лучшей стали! Как на меня тогда братья сердились!
  - Знаешь, Ху... Тогда у меня для тебя печальная новость. Ничего мы с тобой на этом не заработаем.
  - А вот и нет! Ты просто не знаешь. У меня со старшим братом уговор. Если я улучшу ружье, то он постарается посодействовать, чтобы его закупил город. Для жандармов или пограничной стражи. Или для охраны магистрата и личной охраны членов Совета. Он обещал, а он слово держит.
  - Ну... Весь вопрос в том, что он понимает под словом 'улучшить', и насколько улучшить...
  - То, что у нас получилось - это уже очень хорошо! Брат точно должен оценить!
  - Ну... дай-то Боги... только, все же, ты уж полностью отстреляй, да хоть бы и у себя в подвале - но те самые пять тышь выстрелов сделай... патронов я привезу, куплю в ландмилиции на складе. Полтыщи мы сегодня уже отбили - вот еще пять тышь, и будет славно. А теперь давай еще по одной, за успех!
  
  Вкушали мы в гостиной у Хуго, расположившись прямо на полу напротив камина. Стол имелся, но мы оба как-то решили, что на устилавших пол шкурах будет удобнее и к огню поближе - день выдался ветреный и пасмурный, хотя лето уже начинает вступать в права, и в целом тепло. Шкуры эти, кстати, как поведал Хуго, ему презентовали клиенты (по совместительству - друзья и коллеги старших братьев), все как один - члены Рюгельского Охотничьего Клуба. Как и полагается, в подобных местах, где с дичью и охотугодьями плохо, охотой занимались исключительно богатеи и сплошь ради развлечения. Ну и чаще всего эти охоты обставлялись серьезно - выезд на дальняк в угодья, масса народу, егеря, обслуга (и охрана - как без нее), разбивка лагеря на несколько дней минимум, банкет, облавы с уничтожением зверья... Все как у людей, короче... Вот эти благодарные клиенты и притаскивают в подарок шкуры волков да медведей. Уже хорошо вкусив, я заявил, что если Хуго не против, на этих шкурах я прямо тут и заночую. Уже засыпая упустил какую-то мысль навеянную беседой, решив, что авось на утро вспомню.
  Но на утро ничего не вспомнилось. Не беда, если умное чего - само всплывет. Расстался с Хуго, уговорившись, что он сам уже, не спеша, довершит полный цикл испытаний, и соберет еще несколько штук винтовок, отладив всякие мелочи, прежде чем пойдет разговаривать с братьями. А я покуда ему мешаться не стану, разве что, как и обещал, пришлю закупленный по льготе в ландмилиции ящик патронов. Или даже не один - на будущее пригодится. Больше я пока, пожалуй, ничем не полезен.
  По дороге домой завернул в ту же оружейную лавку, что посещал, когда был тут в первый раз. И прикупил на радостях себе тот самый малокалиберный револьвер. Копию боевого, как выяснилось - попросту старый револьвер, списанный по негодности уже (ствол, наверное, истерт весь, а на барабане в паре мест явные трещины видны), нехитрым путем установки вкладыша в ствол и втулок в каморы, превратили в малопульку. И патронов взял с запасом. Душа требовала пострелять на радостях, но от вчерашних испытаний в ушах звенело и винтовочных выстрелов не хотелось. В таком вот настроении и потащился домой, обреченно предвкушая встречу с Морой.
  
  ***
  
  Редкий лес за ручьем оказался очень полезным объектом. Мало того, что там оказалось просто хорошо гулять, так там еще можно было и охотиться. Не сказать, что кишел, но кроликов в нем водилось изрядно, и птички какие-то имелись. А чуть выше по ручью, похоже живут какие-то бобры. Но там, правда, дома рядом. Да и на что мне бобер. Мне и кролик-то не нужен. Убил одного просто так, из интереса - и как-то даже стыдно стало. После войны убивать просто так становится особенно мерзко. Ладно, если на пожрать - но Мора говорила, что мясо у этих кроликов невкусное, и костей мелких много, готовить плохо. Хотя вон собак - жреть их сырьем, и ничего... В общем, собак меня и выручил - отдал я ему добычу, угасив тем самым свои моральные терзания. Но зато пришла мысль оборудовать себе что-то типа стрельбища - хотя бы для револьверов. Не сильно далеко от дома, тут никаких таких норм нет, хоть сразу за город выйдя стреляй - но решил что метров триста отойти и хватит. Найти между дюн поуютнее распадок, да и оборудовать самую чуть.
  От скуки обмолвился сей мыслью за ужином - и внезапно оказалось, что у этих уже имелось эдакое 'семейное' место для пикников. И для пострелушек тоже. Покойник-то любил пострелять, оказывается, и что удивительно - оказывается не только эта, но и мелкие - стрелять умеют. Причем, с удивлением узнал - в местных школах вполне имеется урок физкультуры - где учат всякому и разному. Без излишней толерантности - и начальным навыкам мордобития, и как ножик держать, и как стрелять. Причем и девчонок тоже учат, с согласия родителей, но за дополнительную плату. И мелкие тут же взвыли, что они уже полгода не ходили. Ну, еще бы - денег-то откуда взять. Мора опять на них нашипела, и девки сразу заткнулись. Кстати сказать - вот еще месяц, и учебный год закончится - а осенью уже мне придется за них платить, обучение тут бесплатное только самое начальное, три класса. Мда, а оно мне надо? С другой-то стороны... как-то нехорошо получается. Ладно, посмотрим. Девки все сидели дулись на мать, что мне даже их стало жалко, и когда расходились - я из вредности прихлопнул по жопке Милку. Пусть этая мегера помучается, на такое глядя. Правда Милка эдак картинно скорчила мордочку, вздохнув и закатив глазки, типа : - 'Ой, ну опять!'. А эта ессесно задергалась. Ничего, усугубим... Будешь знать как выделываться. Из вредности же, уже на ночь, когда Милка традиционно уже вылезла спокойноночничать в своей аморальной ночнушке (а нервы-то у меня крепчают, хе-хе! Уже почти и не переживаю от сего зрелища) - я ее в ответ легонько чмокнул в щечку... а потом снова шлепнул по заднице. Надо сказать, силы свои я чуть переоценил - в смысле, вот тут я снова разволновался, конечно, надо как-то постепенно, что ли... Но зато на нервах этой поиграл знатно. За что и был буквально спустя час подвергнут всяческим моральным разложениям в особо извращенных формах. И очень даже с удовольствием.
  
  ***
  
  Местечко для пикничка оказалось самую чуть дальше, чем я рассчитывал - но тоже неплохо. Обычный 'шашлычник' - три бревна вокруг кострища, подобие стола на козлах рядом. Ну и метрах в тридцати, у довольно обрывистого склона - несколько столбиков вкопано. Как оказалось - для мишеней. Подумалось, что надо бы заказать пару гонгов, это здесь дорого, но для револьверов, особенно мелканов, не такое и толстое железо надо. Зато удобно, не надо бегать смотреть, если попал - сразу слышно. Ну а пока по деревяшкам...
  Стреляли все трое на удивление более-менее. Не блистали, но даже мелкая пистоль держала уверенно. Вообще, Алька какая-то более подвижная и резкая, а Милка наоборот с интересом всякими ученостями интересуется, пару раз заставал ее за чтением книг в столовой, в то время как сестренка носилась с собакой, вытаптывая огород. Уже чисто из интереса попросил их показать, чему там в школе учили прочему - ну, конечно девочка с ножом в руке смотрится смешно, но тыкать более-менее правильно ножиком их научили, хоть не порежутся. Ну и насчет морду бить... смешно, конечно, но тоже учат. Все лучше чем никак вовсе. Пообещал потом еще подучить - чисто так, от скуки пообещал - а эти сикухи аж запрыгали от радости. Особенно младшая. А мора рядом сидит и даже эдак прижалась по домашнему, словно прям законная супруга. И собака ошалев от радости вокруг всего этого кругами носится. Идиллия и пастораль, мать их. Отчего-то сразу выбесился, не наорал, конечно, но веселье прервал, велев устраивать пикник. Тоже мне, развели тут понимаешь. Сразу, видно от нервов, голова заболела. В общем, дальше как-то скомкано все пошло.
  А по пути домой выяснил, что это еще покойник и девок подучил и Мору, и кстати одно время Мора и старшая носили везде с собой малокалиберные пистолетики двуствольные. Какой-то там у Торуса был конфликт, и одно время он всерьез опасался. Потом, правда, разрулилось все, а пистолеты те они продали едва ли не первым делом, как тяжкие времена настали.
  До дома догребся уже с дикой головной болью. И тут сорвался - по какой-то мелочи наорал на девок, самую чуть промахнулся чтоб не дать пинка собаке, наорал на Мору. Потом уселся на крылечке, держась за голову - виски ломило и затылок - аж зубы стонут. И в дом идти не охота и сидеть плохо... в погреб, что ли, пойти? Там хоть прохладно. Только как-то притупилась боль, слышу дверь открывается. Только подумал - хорошо, что велел им пистолеты в дом унести, а то пристрелил бы сейчас запросто. Впрочем, эта сзади подошла, присела - и давай мне затылок массажировать. Дернулся было послать, но до того хреново было, что даже лень. Так посидели минут пять - вроде полегчало. Встал я, буркнул что-то благодарственное. Мол, я не просил лезть не в свое дело, и вообще спасибо - и свалил в дом, спать.
  
  ***
  
  Патроны Варенгу-младшему я отправил, как и обещал. Прикупил за копейки классического сюрпласа - десяток ящиков патронов военного выпуска, годных к использованию ближайший год - а потом разве на переснаряд, потому как стрелять ими станет опасно. А нам в ближайшее время как раз надо много отстреливать - половина считай сразу уйдет в испытании на ресурс нового ружья. Впрочем, пусть с братцев вытрясет хоть что-то - меня на складах заверили, что такого дерьма у них навалом, и чем дальше, тем дешевле. Надо будет, и будут деньги - хоть фургонами будем оттуда возить. Но в остальном помогать ему мне было нечем, только разве не мешать. В конце-концов, он все же взаправдашний мастер-оружейник, и своими руками не один десяток ружей построил, это не то что я, мне только чужие идеи по памяти воровать.
  Потому я до следующей смены и прохлаждался делами домашними, да прогулками в лесу. Насчет охоты больше как-то не складывалось, хотя собак и смотрел намекающе. Видел во множестве сусликов, из интереса попытался стрельнуть - не годится револьвер, не только мелкан, но и армейский наган не катит - не подпускает на точный выстрел зверюга. Осторожные. Задумался насчет винтовки-мелкашки, надо будет потом провентилировать вопрос с Хуго. На неделе дома еще дважды прихватывало головной болью - погода меняется, облака так и крутит, даже первая гроза была. Оба раза начинал психовать, и оба раза эта приходила и массажем немного успокаивала боль, после чего я мог нормально заснуть, и отоспавшись приходил в норму. И надо сказать, меня это дико выбешивало. Тоже мне, народная бля целительница на мою голову. Ничего, ничего - еще меньше трех лет потерпеть - и выпру к чортовой матери... До чего же она меня все-таки бесит. И дочки ее такие же. Особенно старшая. Впрочем, по попке я ее регулярно похлопываю, когда мамашка смотрит, иногда на ночь в щечку целую, а порой и за талию прихватываю. Должен же и я как-то этой бабе мстить за все ее гадости, что она мне делает.
  
  
  Глава четвертая.
  
  Уже по тому, как все удачно складывалось последние недели, я заподозрил какую-то задницу на горизонте. Это очень плохой признак, если все идет хорошо. Еще хуже - если все получается, как задумал. И совсем уж паршиво - если еще и лучше. Что неприятности будут крупные я уверился буквально накануне отбытия на смену, в воскресенье, как удалось мне, вроде как невзначай, не разминуться с Милкой в погребе, куда мы таскали прикупленные оптом припасы - и хорошенько так, смачно ее прижать к стеночке. При том девчонка вовсе и не рыпалась, и глазками даже хлопала по-моему не особо и испуганно. В общем, будь времени побольше, так и... Вот после этого я уже не сомневался - что-то будет. Наивно рассчитывал на какие-то косяки по службе или очередной выезд в неудобья какие. Но на удивление все шло благолепно, что еще больше напрягало.
  Выпихнули нас на старую заставу в предгорьях - раньше тут была таможня, на ней же и сидела группа ланд-милиции. Не самое и обширное строение, навроде заставы на Студеной, разве подряхлее и похлипче. Располагалось все это буквально под горами, не то что нависавшими, но ощутимо давившими пейзаж. Правда, в отличии от Студеной - тут условия были получше, да и климат другой - горы загораживают и ветра меньше, а поскольку южный склон то и пригревает вовсе изрядно. Какого хрена нам тут надо, никто не знал, даже старшой, но мы все люди опытные, потому не растерялись - нарезали смены с караулом у постоянно поднятого теперь шлагбаума (границы тут теперь нет, чего зря проезду мешать?), да на башне - сказать по правде, и не башне, а хлипкой, обшитой тоненькими гнилыми и рассохшимися досочками вышке, опиравшейся на крышу казармы. Стояла она, по-моему, только благодаря благосклонности природы - то есть отсутствию тут сильных ветров, и залезать и стоять на ней вахту мне лично было стремновато.
  Безделье закончилось в среду - прилетел десяток жандармов, занял часть казармы, а их начальник, аж целый капитан - тут же начал действовать нам на нервы. Своим присутствием, и тем, что не лез командовать. Это тем более напрягало. Но дальше вышло больше - на другой день примчалось из города уже наше начальство в сопровождении пары жандармов. Какой-то штабной хмырь в высоком звании - честно говоря, я откровенно путался в них, полагая, что мне с такими персонами и пересечься-то не придется. Получалось, то ли майор то ли целый подполковник, на мундире всяких золотых вензелей и листьев немеряно, да и держит себя так, что видно - никак не полевой товарищ, кабинетный на все стосорокшесть прОцентов. Впрочем, надо сказать, и жандарм тоже никак не производил впечатление боевика, скорее сыскарь какой. Что еще больше всех удручило и ввело едва не в панику - наш милицанер тоже лишь принял рапорт, морщась занял отдельный 'кабинет', пригласил туда жандарма, велев принести и еду, и более не донимал ничем. Даже выпивку они с собой привезли и нас не напрягали поручениями срочно смотаться в ближайшее село. Хотя, если б и поручали, то скорее конным жандармам. В общем, теперь это добром кончиться никак не могло.
  Утром пятницы начались кипиш и бестолковие, всех построили и выдали боевую задачу на прочесывание прилегающей местности. Кавалерия по дорогам, а пехота - по склонам в зеленке. Гениальностью от таких стратегии и тактики шибало минимум на версту, и операция просто-таки обречена была на успех. Особенно с учетом того, что цели ее никто никому не сообщил, выдав лишь ценнейшие инструкции стрелять на поражение, проявлять бдительность и осторожность, брать живьем и не поддаваться на провокации, при этом соблюдая законность и сберегая вверенное казенное имущество. Единственное, что меня радовало - я оставался на заставе - так уж выпало, что была моя смена торчать на дурацкой башне, и потому мне повезло. Кстати пост у шлагбаума снял еще капитан, это было, пожалуй, единственное его вмешательство в наши дела. Осознавая, как мне повезло, я очень хотел вякнуть, мол, а давайте и я с вами отправлюсь по жаре в горы лезть, а? Только не оставляйте меня одного с аж двумя старшими офицерАми в этом терновом кусту, а? Но, естественно, я ничего не вякнул, а смиренно поплелся сменять идущего со всеми в горы счастливчика. Оставалось только надеяться, что за отведенные на 'облаву' шесть часов ничего не приключится.
  
  ***
  
  ... - Такие вот наши дела, дружище Норг. Как сами видите, все идет к тому, что будет у нас заварушка. Не усидят спокойно эти. Аллерта пододвинуть, опять же, просто так не удастся. А он роет, что-то, похоже, пронюхал, и говорят - у него за рекой люди есть...
  - То не диво... не у него одного. Хотя, конечно, тяжко с ними...
  - Именно что, дорогой мой Норг, именно. И на Острова, поговаривают, он уже влез... И в Риссе... В н о в о м Риссе наверняка кто-то остался.
  - Неужели с Риссом все так плохо? Нт, я доверяю конечно советнику Варму, но все же... Неужели они решатся? Это же война!
  - Не решатся... пока - не решатся. И уж конечно, никакой войны. Вы просто не знаете - но каждый третий снаряд в рисской армии - был из Союза. И каждый десятый патрон. Это не так и много... но вот п о р о х - в каждом в т о р о м патроне был союзный.
  - Ха! А взрывчатка у всех нас почти вся - из Ирбе! Так уж повелось, что...
  - Именно. Да только в Совете недавно докладывал... не столь важно, кто. Эта война шла как-то совсем по-новому. Склады были пусты - что у валашцев, что у Рисса... и ДАЖЕ у нас они почти опустели. А с заводов на склады не шло НИЧЕГО. Все, что там сейчас скопилось, весь этот хлам военного выпуска, мало на что годный - все это вернули по сокращению войска. Вы понимаете, о чем я?
  - Без нас они не смогут воевать? То есть - ТАК воевать? По-новому, как Вы говорите?
  - Именно. Но, боюсь, и мы так не сможем. Нас выручило то, что, будем говорить откровенно, бОльшую часть войны вытянул на себе Рисс...
  - И получил львиную долю трофеев...
  - Заслужили...
  - Не спорю.
  - Но Вы же понимаете, что на самом деле наши силы, силы Союза - и силы Рисса - не сопоставимы? Они не то чтобы раздавят нас, но теперь для Союза единый Большой Рисс - серьезный противник. Он уже всерьез с п о с о б е н осложнить нам жизнь до невозможности.
  - То есть, все же - война?
  - Нет, дорогой Норг. Повторюсь - войны не будет. И не потому, что Союз, пусть и уступая новому Риссу, все еще очень серьезный противник. Просто Велиму нужны наши города и заводы. И он согласится чтоб они оставались наши, нежели пострадали бы при штурмах, но стали его. Он будет сотрудничать, это не его диковатый брат, помешанный на силе и крови. Этот стальной кулак завернет в мягкую перчатку...
  - Ха-ха, пропитанную ядом, как же...
  - Не без этого.
  - И все же, эти разговоры о повороте Студеной... Они ведь, по сути, и заставили Союз выступить на стороне Рисса. А если совсем честно - то в войну Союз втянул именно наш город. Ведь именно мы пострадаем больше всех, если Студеная обмелеет. Это же катастрофа! Встанет добрая часть заводов, кое-какие виноградники засохнут... А что будет с пастбищами? А неминуемое засоление колодцев? А, в конце-концов, Степь? Ведь начнутся снова набеги, от которых все уже попросту отвыкли, мелкие банды и одиночки не в счет...
  - Вы совершенно правы, мой дорогой Норг. И самое паршивое в этой ситуации именно то, с чего я начал наш разговор. Это этот демонов Аллерт. Вы же понимаете, что у нашего города нет никаких доводов, кроме своей выгоды, коими мы могли бы вразумить Велима не возобновлять этот проект Орбеля? Ведь от него Рисс... Новый Рисс прежде всего - только выигрывает. И всем очевидно - что надо что-то предпринять, иначе город так и будет в этом вопросе беззащитен перед волей соседского князя... А этот Аллерт блокирует любые наши попытки даже просто что-то начать делать. И при том нам никак не удается ДОКАЗАТЬ, что он так или иначе человек Велима ну или работает на него. А на таких высотах подозрениями и недоказанными обвинениями оперировать бесполезно...
  - Ладно, мастер Рино. Я подумаю над вашими словами. Когда начнется реорганизация, жандармов у меня заберут... формально. Но это ровным счетом ничего не значит. Они выполнят любой мой приказ... по крайней мере - какое-то время после того, как пройдет реорганизация. А вот с Вашими ланд-милиционерами будет сложнее. Вы сами знаете, сами в общем-то и проект готовили. Потому, пожалуй, озаботьтесь созданием группы проверенных людей... верных и благодарных ВАМ лично. Это будет не так и сложно и обойдется Вам не так и дорого. А пригодиться может серьезно.
  - Не думаю, что это слишком хорошая идея, Норг. Как бы не относились к нашей ланд-милиции в войсках и среди жандармов - но стоит признать, что мои подчиненные склонны к мелким правонарушениям в свой карман, и, возможно, не слишком воинственно настроены, да и навыки конечно не сравнить с ландскнехтами городских полков... Но вот насчет верности городу...
  - Боги с Вами, мастер Рино! В том-то и дело, что ГОРОД-ТО остается один и тот же - наш родной и благословенный Рюгель... А за кем останутся вопросы областной стражи - за этим дураком Олвином, или за кем-то еще... да хоть бы и за Вами - ну какая разница? В смысле - какая ИМ разница, Вашим подчиненным?
  - Хм... Все равно, об этом пока говорить рано, и к таким вещам стоит подходить осторожно и все обдумав. Слишком... упертые попадаются у нас люди. Может все сорваться из-за пустяка. А вот что мне пришло в голову - этот дурачина Олвин напринимал к нам всяких приезжих...
  - Ну, такое было всегда, особенно после войн...
  - Да, но в этот раз он их сиииильно озлобил своими поправками... И эти люди вряд ли так уж обожают наш Рюгель... Таких не много, но практически все они - только что с войны... и явно нуждаются в деньгах. Большую группу мне не набрать, но десятка полтора... в найм от города, почему бы и нет. Это и правда обойдется не так дорого, а то и вовсе можно копейку заработать. Ну а внутри команды уже можно провести работу, а там глядишь и сколотим группу специалистов для... разных дел.
  - А вот это и вправду отлично! И даже наверное - поторопитесь!
  - Постараюсь, я...
  
  Вот тут я и лажанулся. До того я стоял, аки статуй, слушая разговор выпершихся покурить фраеров. Так и есть, ну совсем они к полевым условиям не годны. Посмотрели, что никого не видать, тишина, и давай трепать языками. Про часового забыли. Если вообще помнили. На что оно им - старшина смены ж есть. Вот и грел я уши, сдуру начав вникать, вместо того чтоб сразу покашлять там, или прикладом стукнуть. Но как начали поминать всякое - стукнуть вовсе палевно стало. Мол, показать - я наверняка все слышал, что вы тут плетете, так что заткнитесь. Вот и стоял, замерев. А тут, дурак, шевельнулся, а то ноги затекли, да упустил карабин, прислоненный к перилам, он поехал и легонько в уголок тюкнулся. Слабенько совсем, но стук вышел явный. Чтоб он не скользнул на пол, я его прихватил, да толку-то. Внизу моментом замолкли, даром что меня не видать им, как башку не задирай - а я прям чую, как они там жестикулируют. Что совсем не понравилось - звуки какие-то послышались - то ли из ножен кинжал вытянули, то ли курок щелкнул. Вот здрасьте приехали. Уже нарисовал себе перспективы - грохнуть этих придурков не сложно, а вот отмазаться потом, имитировав нечто - хрен сумею... и далее или турма и виселица - или сразу в бега с оооочень туманными перспективами.
  - Э...эй! На вышке! - негромко окликнули снизу эдаким совершенно фальшивым голоском. Захотелось даже как назло припасенную с собой гранату из военных запасов вниз кинуть сразу. Нет, ну что ты будешь делать! Ну надо ж было именно мне и так глупо влипнуть...
  - Эй, часовой! - чуть громче уже другой - Эй, спишь ты там , что ли?
  
  Вот оно! Умница, мастер Норг! Спасибо тебе, сволочь ты эдакая! Сплю я! Сплю! Ничего не слышу! Хер с ним, что жалованье срежут а то и вовсе выпрут. Зато я ничего не знаю! Быстреньки тихонько опускаюсь на настил и приваливаюсь в уголок, для достоверности даж слюну на отворот пускаю с уголка губ. Сморило меня, бедолагу. От безделия. И так я старательно сплю, аккуратно поглядывая из-под надвинутой на глаза фуражки на лаз снизу. Ждать себя не заставили - слышно, как пыхтят внизу, легонько содрогается прочнейшая конструкция башни, первым, походу, лезет жандарм - шпоры звенят временами... нет, не полевой работник, не соображает в таких делах. На всякий случай прикинул, как дать ему каблуком в лоб, как появится, и добавить прикладом, а потом сверху вниз всю обойму всадить, а если мало с пистоля добавить. Гранатой страшно - осядем вместе с башней, как озимые, и разобьюсь как Чкалов к херам собачьим. Спишу на попытку нападения на часового - не разобрался, вот, да и собсно, имею некоторое право. Тут конечно тоже дело будет шито-крыто белыми нитками и крестиком, но шансы есть... Какого спрашивается хрену полез к часовому? Но это на крайний случай, а так - посмотрим, может и обойдется.
  Обошлось. Вылез капитан так, что я его мог бы три раза угрохать, да и то, не вылез даже, высунулся по грудь, рассматривая меня, 'спящего', судя по всему убрал что-то, что в руках держал, прокашлялся, да и давай меня за ногу теребить.
  - Эй! А ну - подъем! - ...А?! ...Что?! ...Кто здесь? Стойстреляю! - заполошно заметался я, махая карабином и дико тараща глаза. Потом 'увидел' капитана, ну и естественно начал 'осознавать' свой косяк. Далее разыгрался натуральный спектакль. Капитан сурово отчитал меня, потом приперся и милиционер, тут они вдвоем распекали меня с видимым облегчением, после чего, стали расспрашивать, кто я и откуда. Когда я рассказал, что сам не местный и отстал от поезда - мастер Норг многозначительно посмотрел на мастера Рино, и тот понимающе опустил глаза. Выспросив все, и выслушав мою исповедь насчет 'Я, вашвысродь, думал, что Вы отдыхаете, а наши-то вечером только вернутся - а от кого тут сторожить? Пятый день стоим и ничего такого и близко. А ночью комары заели, не выспался. Таки и решил прикорнуть, разом, как оне ушли, думал посплю да к их приходу уж всяко свежий буду...' - благородно меня простили, настрого впрочем запретив подобное на будущее. После чего оставили меня достаивать вахту и терзаться 'угрызениями совести'
  
  ***
  
  +++++++++++++++++++++++++++++++++++++++
  
  ...Честно сказать - пересрался я после того случая знатно. Все мерещилось мне, что вот-вот товарищи лишнего свидетеля уберут от греха. До конца смены спал плохо, и по дороге домой все озирался. Дома правда как-то отпустило... опят же эта меня встретила традиционной уже баней, да опять Милка вылезла перед сном приветствовать. Да еще в этот раз и Алька с нею - нет, мелковата еще конечно, но через пару годиков будет, пожалуй, и поаппетитнее сестренки - она эдакая спортивная, растет быстро... В общем - не до того стало думать. Потом стал уж логически рассуждать - да никто пока меня не тронет. Больно ж палевно им самим станет - только лишнее внимание привлечет. А там дальше уж всяко может быть, но, скорее - к тому времени уж посерьезнее проблем найдут. В конце-концов ничего такого сверхкриминального они и не обсуждали, что прохаживались всяко по высоким фигурам и отчасти начальству своему - таке быват, и ничего в том нет. Н а сам факт, что они 'случайно' пересеклись' тоже, поди, вскоре скрывать смысла не будет - и даже наоборот им никак это афишировать и привлекать внимание не надо - потому и не тронут меня. В общем малость охолонул, и даже как-то присмирел я. Даже Милку на всякий случай пока оставил в покое, довольствуясь Морой.
  У Хуго, как назло, тоже дела не то чтоб застопорились, но шли так себе - он отрабатывал технологию, иногда днями пропадая у братца на заводе, стараясь отладить все так, чтобы и отходы и расходы свести к минимуму. По его словам - в итоге все это едва ли не на треть сократит цену без утери качества. Я предложил было подсобить деньгами - как раз пришел очередной платеж от Бару, и весьма жирный. На радостях я вызвал Пола и загрузил его шаробан ящиками дешевых патронов со склада - тыщь тридцать, наверное, всего-то по двугривенному серебром за ящик. Дешевле только даром. Денег было весьма избытком, и я хотел простимулировать процесс. Но Хуго наотрез отказался. Я отчего-то прицепился, и вскоре мне перестало это нравиться - как-то он слишком рьяно отказывался. Продавец он хороший а вот бизнесмен наверное не ахти. Не умеет убедительно отмазываться и скрывать всякое. Пришлось грубить, напирая на то, что друзья так себя не ведут. Выяснилось, что он не хочет увеличивать мою долю в патенте и в общем в предприятии - но не из жлобства, а ибо имел неосторожность похвастать среднему братцу за то, какой выгодный патент он выправил. Братец не поверил, но обещал проверить все по завершении процесса - и еще обещал, что если младшенький и впрямь такой супербизнесмен теперь стал, то поговорит со старшим. Вот Хуго и не хотел теперь терять бонусы. Ладно, пес с ним, я и не собираюсь отнимать куска у него, мне наоборот денег девать некуда. Уверил его, что и не думал ни о чем таком, а просто хочу поскорее получить свой экземпляр винтореза. Из первой серии - опытный из-за постоянных доделок-переделок уже был весьма франкенштейнист. На том и расстались довольные друг-другом.
  А вот проблема, куда деть бабло - осталась. И если кто подумал, что это не проблема, было б бабло - то он сильно ошибается. Нет, есть те, кому это не вопрос. Одним из них завидовать не стоит, ибо у них нужда или беда - и действительно проблема лишь 'где взять денег?' (правда, если они внезапно получают столько, что могут свои беды решить - то эта самая проблема 'куда девать?' встает у них в полный рост и моментально). А есть те, которым сколько не дай - спустят весело и быстро без проблемы вовсе. Беда, что я немного не такой. С одной стороны в принципе на все это мне всегда было немного наплевать - а с другой жаба давит даже легкие деньги совсем впустую тратить. Вкладывать куда-то, чтоб заработать еще денег и вовсе не вариант - мне и эти-то мешают, а еще вместе с хлопотами так и ну его нафиг. Отдать каким сиротам - так я жадный. В общем, надо купить что-то полезное, но при том дорогое и не приносящее дохода. И расхода не сильно много приносящее, ага. Задачка...
  
  ***
  Лето все стремительнее вступало в права, и мне все больше хотелось нормально искупаться в море. Моря я не люблю, даже больше чем горы, наверное. Но выкупаться хотелось. Проблема в том, что прибрежная полоса на Приморе не сильно подходила для пляжного отдыха по многим причинам сразу. И потому что тут была малая глубина у берега, а дальше шли довольно острые каменные обломки, и зайти в воду можно было разве петляя между них. Впрочем, такое побережье почти до самой Ирбенской Марки. Но и пляжа как такового тут не имелось - сразу за узкой полоской темно-серого песка и вала из гниющих водорослей (порой с вкраплениями гниющих морских а то и сухопутных обитателей, прямоходячих в том числе, временами) - начинался невысокий но довольно крутой откос, поросший жесткой сухой травой. Ну а второй момент - это то, что в этом районе на пляж в основном ходили или сборщики плавняка, или всякое отребье - помыться. С них-то взять особо нечего, а вот с меня такого красивого станется - в лучшем случае в голом виде домой идти, хоть и недалеко, а то ведь и всплыть можно вовсе через неделю где-то за баром, или как там по-морски называют прибойную отмель. Даром что на пляже и так порой находят с периодичностью пару раз в месяц немножко неживых индивидуумов разного пола и возраста, чаще с колото-резанными и прочими несовместимыми с жизнью травмами разной степени тяжкости. А купаться хотелось все сильнее. Нет, можно, конечно, организовать, но... Ладно был бы еще пляж, а с этим запахом гнилья брести между камней по колено двести метров... В общем, очередную ошибку я совершил, решив обсудить этот вопрос в субботу за обедом, сильно намереваясь завтра хорошо оттянуться перед очередной сменой.
  - А что, Мора, где тут приличные люди у вашем городе купаются? Не на Приморском же бульваре, поди?
  - Ну, что ты, Йохан... Конечно нет. Там городская стража, коли кто, выпив, полезет - вытащит, да в участок оттащит, а та штраф назначат, или улицу убирать заставят. Кто победнее - тому штраф, а у кого денег побольше - того на недельку на уборку определят...
  - И?
  - На городском пляже, конечно, купаются. Ну, а кто побогаче, те на Западной половине в Красных Песках...
  - А там что?
  - Купальня частная. Золотой за два часа. Там так устроено, что никто не помешает хорошо искупаться. Охрана хорошая. Народу конечно за такие деньги не много - только самые богатые отдыхают. Там и красиво, и безопасно полностью.
  - Что, бывала там?
  - Да, мы... я там один раз была.
  - Ясно... Ну и отлично. Пески, так пески. Вот завтречка и поедем тудой, отдохнем...
  - А... Как...
  - И мы? - прямо-таки с придыханием вклинилась невежливо в разговор Милка - Мы тоже? Вы нас с собой возьмете, дядя Йохан?
  - А чего бы и нет - бурчу благосклонно, тем более что настроение у меня хорошее. В попытках найти на что тратить деньги - прикупил на рынке деликатесу свежезасоленной икры ручьевой форели, весна, самый сезон. Вот и наслаждаюсь, благо остальные наотрез отказались такое есть. Глупенькие, что сказать... - Все поедем, чай, там деньги не с человека берут?
  - Н-нет... Но... - чего-то Мора как-то нервничает. Сказать что-то хочет - Но... А как же...
  - А чтоб мне не скучно было - отвечаю - Поедем все!
  - Ура! - аж запрыгали девки, правда тут же покосились на мать и перестали, но тут же снова на меня вылупились восторженными глазюками. Видать, наобещал я им местный фешнебельнейший курорт. Как же - будет, чем снова в школе хвастать. Ладно, дяде Йохану не жалко, дядя Йохан сегодня добрый и пока еще богатый. Более того, даже такими темпами сумму, пришедшую от Бару мне ну никак не растратить. Отчего б не сделать всем приятного.
  
  ...Те самые Красные Пески местом оказались примечательным. Природа так пошутила - гранитный лоб, спускавшийся в море, был словно изрезан эдакими каменными площадками-пляжами, широченными плоскими ступенями спускавшимися в море. Эти площадки сама же природа разделила словно 'перегородками' из отвесных стен. А пространство под самым берегом было засыпано тем самым мелким песком ощутимо красного цвета, откуда и пошло название сего места. Образовавшиеся купальни от моря были словно огорожены грядой валунов, служивших волноломами, вдобавок неглубокие относительно спокойные купели неплохо прогревались солнышком. Подобные ландшафты я видел разве что на островах в северной Ладоге... только там вода раза в три холоднее самым жарким летом. А тут купайся сколько влезет. И загорай тоже - солнышко пока весеннее, не особо злое, то, что надо. Покосился на лежащую рядом Мору и чуть не фыркнул...
  Всю дорогу девочки пребывали в восторженном настроении, и этот факт оживленно между собой молчали, а мать и вовсе сидела с непонятным выражением лица на морде. С таким видом, что то ли что сказать хочет, то ли ждет что я чего-то спрошу. Но я вежливо молчал всю дорогу как последняя сволочь, и только ласково улыбался, отчего она нервничала еще больше.
  Мы выехали за город, и вскоре подрулили к изрядно заметному на довольно пустынной местности утесу, как оказалось - это и и есть цель поездки. С севера буквально в утес был вписан довольно симпатичный домик в классическом стиле, с колоннами и роскошными барельефами морской тематики. Перед входом как положено - круглая клумба с бассейном, а рядом парковка. Куда и загнали извозчика - Поля я не стал напрягать, решив шиковать по полной, и вызвал роскошное таксо. Велел извозчику ждать, вытряхнулся вместе со своей компанией, кивнул им, чтоб за мной поспешали, да и двинул шагом эдакого хозяина жизни напрямки в обитель купательных процедур.
  В огромном двусветном холле (пол - мрамор и гранит, мне в целом убранство отчего-то напомнило вестибюль метро 'Автово' в Питере') нас встретил весьма представительного вида гражданин. Тут, правда, случился казус - я вошел первым, сильно опередив бабье, которые приводили себя в порядок с дороги, наверное, и отстали чутка. Так что поначалу пребывал я в полном одиночестве, и на мое появление администратор сего оздоровительного учреждения поначалу меня оглядел неласково. Виной всему была моя 'гражданская' одежда - ведь прикупил я себе неброского платья, оттого тянул по виду максимум на хорошего работягу средней руки, ну, может на мастера какого. Они так одеваются. Варенг, как меня первый раз без формы увидел, так и не признал даже, принял за ищущего работу мастерового. Вот и тут - по пониманию администратора - не место тут таким пролетариям, не по карману им - минимум ползарплаты за пару часов прикосновения к миру богачей отдать. Он даже легкий жест сделал - и сбоку между колонн охранник обозначился. Что смешно - в нашей, милицейской то бишь, форме. Вот хохма будет, ежли меня опознают... слухи потом пойдут. Впрочем, не та я фигура, чтоб каждый знал, да и надеяться буду на свою маскировку под работягу как раз... Впрочем, тут все ж ведут себя корректно, подозревая в каждом примусе хранителя валюты, или просто порядок такой. В конце-концов, капиталистам все равно с кого брать деньги.
  - Уважаемый, желаете отдохнуть в нашем заведении? - самую малость эдак надменно вопрошает, с интонацией 'Вы, любезный, адресом не ошиблись ли?'
  - Желаю.
  - Вы знаете, у нас довольно дорогое место
  - Говорили, желтяк в два часа - или цены подросли?
  - Эм.. Нет, именно так - смотрю, подобрел дядя, на охранника взгляд кинул, тот не то что исчез, но чуть отодвинулся - Плюс, если желаете, можете заказать напитков, закусок... или... иные развлечения?
  - Не надо - барственно прерываю его, одновременно доставая кошель и как бы невзначай демонстрируя его содержимое - мол, я богатенький буротина (а может грабить захотят? Все развлечение, а мелкан я с собой прихватил, и финку недавно прикупленную тоже...). Узрев мою бюджетную состоятельность, админ и вовсе растаял. Снова глянул и охранник словно растворился. Ну а я продолжил понты выпячивать, заявив - Обойдусь без 'иных развлечений'... да, со мной еще трое... три рабыни, я так понимаю - на цену это не влияет?
  
  Тут двери открываются и как раз вплывают эти. Че-то у девок морды зашуганые, поди опять их мать тиранила. Зараза, вечно она мне испортит отдых, вот хотелось же перед сменой просто по-тихому... чуть не подумалось - 'по семейному' просто в санатории купнуться-позагорать... Вот же мегера. На дядечку однако их появление и вовсе произвело впечатление. Как подменили - стал учтив и отнюдь не высокомерен, правда что на младшую косил взглядом как-то непонятно - что тут, детям купаться не принято что ли? Пригласил он меня в офис, расплатиться-оформиться, предложив бабам подождать чутка. Девки тут же с радостью бросились разглядывать расставленные в нишах статуи всяких морских обитателей, каких-то мореходов и былинных персонажей с русалками, а мора так и осталась стоять. Чего-то с ней вовсе не то. Воспоминания что ли накатили, как со своим тут бывала? Вот же вредная баба, вечно портит праздник...
  В офисе я не торгуясь кинул золотой, завив, что больше двух часов пока не готов оплачивать, ибо в первый раз в ихнем аквапарке, и вообще. видно станет, вот со службы вернусь через неделю - а там посмотрим. Может, еще разок приеду, да тогда закажу и напитков и иных услуг... если в целом понравится. Такой подход, да услышанное про службу - еще более вдохновило распорядителя, он словно себе все сопоставил, видать принял меня за какого инкогнито, и более не нервничал. Предложил выбрать место, подведя к искусно сделанном макету заведения на большом столе. На нем сразу можно было понять масштаб всего учреждения оздоровления - природа потрудилась тут на славу, и человеки лишь самую малость подкорректировали ее труды. Самое интересное в этой природной поделке оказалось то, что почитай три десятка купален были надежно изолированны друг от друга естественными стенами, лишь в немногих местах дополненными людским трудом. И то, судя по макету - не слишком инородно. Люди добавили к этому лишь входной портал, в коем мы и находились, за ним скромный парк, или даже сказать - дворик, по бокам которого имелось два небольших флигеля - как я понял с точкой питания и 'иными развлечениями', а за двориком галерею с выходами к купальням. Особо представившийся Юлом распорядитель намекал на охрану, на общую безопасность и конфиденциальность - мол, все устроено именно так и охрана строго бдит, дабы никто никому не мешал отдыхать, как тот пожелает. Намекнул, что люди тут отдыхают очень и очень разные и потому охрана держит строгий нейтралитет, чем это заведение и дорожит и в целом их девиз 'Здесь разрешается вообще!'. Выбрал я одну из купален свободных (а несвободных-то и было всего пару, накрытых на макете платочками), подалее от занятых, чтоб никому не мешать и не слышать никого (увидеть и так не выйдет - тут все - приват!), на том и завершилось. Юл сообщил, что время наше пойдет как только за нами дверь закроют, а за четверть часа до истечения в колокольчик у двери же и позвонят, чтоб мы не просрочили. А коли просрочим, придется доплатить. И сразу еще за два часа. Капьитализьм. Юл заикнулся, что можно и в долг под вексель, но тут уж я малость похулиганил, посмотрев на него словно Ильич на буржуазию, и он тут же извинился за ляпнутую глупость. Вот так-то. Знай сверчок свой фрукт. Выпроваживал он меня в холл, постоянно дуя в уши, что мол, непременно мне понравится, и как он будет рад видеть еще раз (за чаевые-то в гривенник - и не рад?). Правда, еще он обмолвился, мол - нечасто нас посещают со столь молодыми и многочисленными рабынями, но я как-то мимо ушей пропустил. Деньги уже плачены, можно не рекламировать, я и так на сегодня все что хотел - купил, лимит моего желания исчерпан, менеджерам можно отдохнуть... Далее вывел он нас в скверик, и сдал на руки внутренним службам. Усатый охранник, на счастье не милицейский а местный, провел нас по галерее до выбранного 'нумера'. Причем дядя этот хоть и в возрасте, но движется хорошо, и обвешан всякими приспособлениями для нанесения горя людям изрядно, И впрямь тут эсбэ хорошая - ну да элитный же объект, ВИПы поди посещают... И я туда же. Уже, по правде стало стыдно этакой купеческой роскоши. Ну, все ж глупо получается, прожигать деньги от безысходности. Ладно, посмотрел на озиравшихся с любопытством девчонок, и решил - ну вот их побалую, вот на то и спишем. Эта только все портит, идет с каменной мордой, зараза.
  ..Прошли мы по темной недлинной арке, прорубленной в скале и вылезли на солнышко - как раз двенадцать, самое жарево... Девчонки аж ахнули, даже я засмотрелся - действительно, красиво и уютно. И море здесь пахнет морем, йодом и какой-то без шуток свежестью, никакой гнили... Курорт, да и только... Ну, раз бапки плочены - будем отдыхать! Эх, панеслась по оврагам!
  - Ну, пошли - указываю им на явно выделяющееся потоптанное место посередке пляжика - Доставайте полотенца, расстилайте, да переодевайтесь в купальное...
  - Как?
  - Что - как? Не надо меня бесить, Мора! Ты и так с утра меня сильно бесишь. Я что-то не ясно сказал?
  - Нет... То есть да...
  - Что еще неясно?
  - Как переодеваться? Зачем?
  - О, мать моя, йоханая мама... Переодеваться в купальное. Чтобы загорать и купаться. Или ты будешь это делать в платье?
  - Но...Йохан, я думала...
  - Это плохо. Не делай так больше. Что ты думала?
  - Но... Это же Красные Пески... частный пляж...
  - И ?
  - Ну... тут обычно купаются... без одежды...
  - Твою ж мать... А раньше сказать не могла?
  - Но... я дум... То есть, мне казалось, ты знаешь, это же всем известно... - Задушу, как Гитлер Еву Браун. Вбью, и тикану до флибустьеров на Острова. - ласково глядя в глаза, пообещал ей на русском, и добавил на местном - Морочка, милочка, ты понимаешь, что деньги они не вернут, а на секундочку, золотой это половина моей ланд-милицкой зарплаты... Помолчи уже, ты все уже сказала, когда молчала заранее. А вы чего смотрите? Сами виноваты... Значит, будем купаться и загорать так, как здесь принято... Что? То-то же...
  
  
  

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Д.Вознесенская "Игры Стихий" (Попаданцы в другие миры) | | Л.Свадьбина "Попаданка в академии драконов" (Попаданцы в другие миры) | | О.Лилия "Чтец потаённых стремлений (16+)" (Попаданцы в другие миры) | | М.Эльденберт "Девушка в цепях" (Романтическая проза) | | Э.Тарс "Б.О.Г. 4. Истинный мир" (ЛитРПГ) | | У.Михаил "Ездовой Гном -1. Росланд Хай-Тэк" (ЛитРПГ) | | Л.и "Хозяйка мертвой воды. Флакон 1: От ран душевных и телесных" (Приключенческое фэнтези) | | А.Ардова "Мужчина не моей мечты" (Любовное фэнтези) | | А.Черчень "Джентльменский клуб "Зло". Безумно влюбленный" (Романтическая проза) | | Р.Навьер "Эм + Эш. Книга 2" (Современный любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"