Дзыговбродский Дмитрий: другие произведения.

Бой над Прохоровкой

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 3.25*12  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Опубликован в сборнике "Наше дело правое", 2008 год, издательство ЭКСМО, тираж 25 000 экз.

  БОЙ НАД ПРОХОРОВКОЙ
  
   Небо клубилось низкими тучами.
   Придавливало к земле?
   Защищало?
   Где-то там, намного выше облаков, орбитальные платформы вели отчаянный бой с боевыми спутниками Соединенных Стран.
   Кто ж этого ожидал? Все шло тихо-мирно, легко-безмятежно. Разве что экономические квоты последние два года очень напоминали партизанскую войну. Вы нам ограничения на трубы большого диаметра, мы вам - на спутниковую аппаратуру. Вы нам - на мясо и сахар, а мы вам - на лес и редкоземельные металлы. Вы нам на транспортные средства, а мы оптической электроникой вас приложим. Да еще пропали все фильмы и программы Соединенных Стран в эфире, но это мелочи. Кто с такого войну начнет?
   - Си вис пасем, - буркнул капитан Могильников себе под нос. Взгляд бродил по неровной карте бетонной плиты под ногами - вот речка, вот впадинка, вот холмик странный, не то капонир, не то замаскированная шахта. Прям как взгляд с орбиты. На небо Могильникову смотреть совсем не хотелось. Все там будем, причем скоро...
   Но Аксенов, как ни странно, его услышал:
   - Пара беллум, командир.
   - Вот уж не ожидал, что латынь знаешь... - удивился Артем Могильников. Провел рукой по щеке - щетина уколола ладонь. Не успел привести себя в божий вид - сорвали прямо из постели. Хорошо хоть в последние дни, после событий в Москве, они ожидали чего-то подобного и не покидали базу.
   - Тебе в училище не достался Юлий Гай - он нас так вымуштровал по древней истории, что я во сне могу все триумвираты перечислить поименно, податно и покончинно.
   - Полковник Юлиан Гайчевский?
   - Он, - ухмыльнулся Аксенов. - Он нам сразу заявил... Мол, не будете знать латынь, не поймете римлян. Не поймете римлян - не выучите, как надо, историю. Не выучите историю - экзамен мне не сдадите и отправитесь в пехоту нужники чистить, пока ваши товарищи будут орбиты наматывать вокруг Земли-матушки.
   - Веский довод, - хмыкнул Могильников.
   - Юлий такой. Говорят, во время Панамского противостояния это он сразу предложил жахнуть чем-нибудь мегатонным по побережью, мол, все равно америкосы ничего понимать не хотят, а кроме силы для них аргумента нет - так у них цивилизация построена. Ковбои, м-мать...
   - Так это он сказал? - поднял взгляд Могильников.
   - Он, он, - подтвердил Боря Аксенов. - Мы тоже не знали, да на выпускной пьянке Юлий лично поведал. И еще кой-чего сказал - как только мы откажемся от их культуры, запретим 'эсэсовские' фильмы, книги, телевидение, тогда они начнут настоящую войну. Мол, это основное их оружие - формировать мышление новых поколений, создавая из них будущих 'эсэсовских' космополитов без родины и веры. Абсурдно - так нам тогда подумалось. А ведь прав оказался...
   Борис мрачно посмотрел вверх.
   - Он что, еще и дату предсказал?
   - Нет. - Аксенов выбил сигарету из пачки, зажал в зубах и невнятно продолжил: - Дату не сказал. Сказал только, что этим вот, - указал взглядом вверх, - всё и закончится. Нет альтернативы - ни у нас, ни у них. Особенно у них.
   - Бросал бы ты... - глянул на сигарету Могильников.
   - Зачем? - выпустил струю дыма Аксенов. - Здоровее буду? Нам бы эту ночь пережить, товарищ капитан...
   - Отставить пессимизм, товарищ старший лейтенант, - шутя прикрикнул Артем, взлохматив рукой рыжую шевелюру Аксенова.
   - Есть отставить, - отдал честь Борис, сплюнул на опору истребителя и махнул рукой чуть в сторону. - Глянь, командир, не наш ли это кадет идет?
  
  
   - А кто ж его знает, - лениво ответил Могильников. - Я видел только его фото в деле, а там такие обычно рожи получаются - тянут сразу по сто двадцатой и в пространство без скафандра.
   - Жаль, что Сашка...
   - Жаль, - глухо ответил Артем. - Кто ж знал, что эти гады попробуют очередную демократическую революцию устроить... еще и прямо в столице...
   Кадет, неуверенно озираясь, все же подошел к 'Су-55-КА' Могильникова. Неловко отдал честь:
   - Кадет Алексей Ерофеев для выполнения боевого задания прибыл.
   - Приветствую. - Могильников протянул руку. - Капитан Артем Могильников, старший лейтенант Борис Аксенов и... - махнул на истребитель, - наша птичка, пятьдесят пятая 'сушка', космоатмосферник.
   - Рад, очень... Мне про вас много рассказывали.
   - Расслабься, кадет, - усмехнулся Аксенов. - Ты уже в экипаже. Хотя... что тебе там рассказывали?
   - Ну, - смутился парень, - говорили, что вы из любой передряги способны выбраться.
   - Способны, - согласился Борис, - с такой-то фамилией, как у командира. Нас лихо да беда по гиперболической орбите обходят.
   Артем молча показал кулак развеселившемуся лейтенанту.
   Над полем пронзительно взвыли сирены боевой готовности.
   - Пора, - кивнул Могильников.
   - Пора, - довольно прищурил глаза Аксенов - его лицо просветлело. Артем знал, что Борис более всего не любит ждать и предпочтет променять одну неизвестность на три яростных боя.
   Алексей Ерофеев только кивнул и, судорожно сглотнув, полез вслед за пилотами в истребитель. Стальные перекладины лестницы позванивали по обшивке.
   Где-то в стороне глухо грянул оркестр... и вслед включились громкоговорители, усиливая музыку и донося ее до краев взлетного поля.
  
   Прощайте, скалистые горы,
   На подвиг Россия зовет.
   Мы вышли в открытое небо
   В суровый и дальний поход.
  
   А звезды сверкают и плачут,
   Касаясь бортов корабля.
   Растаяла в черном, далеком тумане
   Родимая наша Земля.
  
   Артем замер перед самым входом, вцепившись в край люка, приложил вторую руку козырьком ко лбу - яркое летнее солнце заливало серебристо-серые плиты космодрома - и всмотрелся во что-то видимое только ему.
   - Молодцы, сделали, как я просил, - улыбнулся Могильников. - Ну, как? Хорошо получилось?
   - Ты сочинил? - полюбопытствовал Аксенов.
   - Нет, это старая песня. Я ее немного переделал... под современные реалии. Не верилось, что штаб согласится.
  
   Корабль мой упрямо качает
   Ионного ветра волна.
   Подхватит и снова бросает
   В холодную бездну она.
  
   Ерофеев задумчиво согласился:
   - Хорошая песня и правильная, товарищ капитан. Моряки Второй мировой и мы, пилоты... У нас и вправду много общего.
   - Скорее даже всё... Молодец, кадет, что эту песню знаешь. Сработаемся! - еле заметно улыбнулся Могильников и нырнул внутрь истребителя.
   Пока Ерофеев и Аксенов забирались в корабль, песня окрепла и отчетливо зазвучала над полем:
  
   Наверно, вернусь я не скоро,
   Но хватит для битвы огня.
   Я знаю, друзья, что не жить мне без неба
   Как небо мертво без меня.
  
   - Как небо мертво без меня, - прошептал непослушными губами Ерофеев, задраивая люк. Глухо чмокнула гидравлика, и броневая плита отрезала экипаж от окружающего мира.
   Могильников скороговоркой бросал команды:
   - Занять ложементы... пристегнуть шлемы... подключиться к центральной системе жизнеобеспечения... загерметизировать скафандры.
   - Есть, - глухо ответил по внутренней связи Аксенов.
   - Есть, - прошептал Ерофеев.
   Ожило внешнее радио:
   - Проверка систем. Двухминутная готовность.
   - Есть проверка систем, - отозвался Могильников. - Борис, Алексей...
   - У меня все в норме, - бросил Аксенов. - Уже проверил.
   - Полный отчет, - перебил Могильников.
   - Слушаюсь, - проворчал Борис. - Системы вооружения в норме, двигательная система в норме, аэродинамическая система в норме.
   - Ерофеев?
   - Минуту... Барахлит дублирующий контур охлаждения. Товарищ капитан...
   - Могильников или командир... лучше просто Артем.
   - Так точно, командир. При неполадках в дублирующей системе жизнеобеспечения разрешение на взлет не дается.
   - Кадет, - мягко сказал Могильников, - какое к черту разрешение, какие к... матери неполадки в дублях? Война! Понимаешь?! Нам только нужно вытянуть на орбиту да сбить как можно больше 'эсэсовцев'[64]... И всё... А понадобится нам дублирующая система, хоть сортира, хоть системы регенерации воздуха, или нет - это никого не волнует. Главное, чтобы твердотельное орудие било и ракеты в подвесках не клинило! Еще вопросы есть, кадет?
   - Никак нет, командир. Система жизнеобеспечения в норме, система связи в норме. Правая лазерная турель не дорабатывает семь градусов поворота...
   - Забей, - прервал Ерофеев.
   - Есть забить... Противоракетная система в норме.
   - Молодцы, - улыбнулся Могильников, связался с диспетчерской. - Тридцать пятый норма. К бою готов.
   - С Богом, ребята, - в эфире появился командующий базы полковник Волков. - Покажите им, как русские воюют! Только что мне сообщили... Во время старта с Львовского космодрома 'эсэсовские' штурмовики были атакованы тремя украинскими экипажами этой же группировки - пока неприятель сообразил, что к чему, ребята сбили двадцать одну машину. Потом их расстреляло ПВО базы... свои же... Запомните эти имена - капитан Шовковый, лейтенант Володихин, капитан Дачевский, старший лейтенант Свердлов, майор Лобода, лейтенант Максименко, лейтенант Остапов, лейтенант Токарев, младший лейтенант Плахотный. Ребята показали себя настоящими славянами и воинами, когда пошли против своего ударенного на всю голову правительства. Слава героям!
   - Слава! - рявкнули в эфире две сотни глоток.
   Волков продолжил:
   - Что я могу вам сказать... Мы и первая юго-западная группировка должны сдержать практически все 'эсэсовские' истребители Восточной Европы. Неприятель ликвидировал наши орбитальные платформы на небольшом участке границы и, скорее всего, намеревается нанести удар по столице и внутренним взлетным полям. Европа отказалась поддержать агрессию Америки, но и помогать нам не спешит, Китай поднял все силы нам на подмогу, вроде бы подтягивается Индия... Северная, Сибирская и Тихоокеанские группировки уже вступили в бой, Европейская ожидает огневого контакта с минуты на минуту, орбитальные платформы северо-востока еще держатся. Ждем ядерного удара, но, судя по всему, 'эсэсовцы' надеются обойтись только штурмовиками - при атаке оружием массового поражения Европа встанет на нашу сторону. Так что, ребята, нам надо просто продержаться как можно больше: либо отбросить 'эсэсовцев' обратно за океан, либо вынудить к ядерному удару... Помните, что судьба России зависит от каждого из вас. Надеюсь, ещё свидимся! С Богом! Ура!
   - Ура! Ура!! Ура!!! - грянуло в эфире.
   Могильников положил руки на подлокотники, на мгновение прикрыл глаза. Пора!
   - Аксенов, старт!
   - Есть.
   Глухо заворчали двигатели. Могильников не раз видел, как стартовали другие истребители, и потому ясно мог представить, как четыре серебристо-желтых столба приподнимают 'сушку' над бетонной пустыней взлетного поля. Нос корабля медленно задирается, пока не достигнет угла сорок пять градусов против вращения Земли, - и затем резкий толчок включившихся маршевых двигателей бросает корабль против ветра, против неба, против гравитации. В космос...
   Вокруг - по бокам, спереди, сзади, сверху - поднимались в яростном сиянии строгие силуэты других кораблей второй юго-западной группировки. Семьдесят два истребителя. Холодная броня, ослепительное пламя двигателей, плети лазеров, спящие осы ракет, жала твердотельных пушек. И человеческий гений, объединивший все это.
   Сила.
   Но мало... слишком мало против 'эсэсовцев', против совокупной мощи страны, подмявшей под себя два континента, Северную и Южную Америку, контролирующей политику в большинстве стран Европы.
   Радио включилось с легким потрескиванием помех:
  
   Скользящей походкой пилотской
   Иду я навстречу врагам,
   А после с победой геройской
   К скалистым вернусь берегам.
  
   Пусть звезды и стонут, и плачут,
   Касаясь бортов корабля,
   Но радостно встретит героев Отчизна,
   Родимая наша Земля.
  
   - За Россию, Боря, - кивнул Артем.
   - И за Сашку, - добавил Аксенов.
   - Да... за Сашку в первую очередь.
   Алексей неуверенно кашлянул:
   - А... Саша... это...
   - Это наш навигатор и второй стрелок. Как понимаешь, ты вместо него.
   - Артем, рассказать, что ли, пока поднимаемся? - сказал Аксенов. - Все равно пареньку надо знать, за что и за кого мы будем бить гаденышей.
   - Я сам... Алексей, Сашка живет... жил в Москве. Когда 'желтые' пошли на Красную площадь, он с курсантами организовал оцепление, чтобы эти идиоты друг друга не передавили. Тогда и произошла та самая провокация - 'эсэсовские' наемники ударили по толпе в упор из автоматического оружия. Сашка успел завалить троих, потом в него всадили несколько десятков пуль - говорят, мать его с трудом узнала, никак не хотела признавать в том, что ей показали, своего сына. К слову, у заокеанских демократов так и не получилось повесить расстрел митинга на российское правительство - наши спецы постарались. - Артем помолчал. - Кто ж знал, что эти суки 'эсэсовские' посмеют очередную 'цветную' революцию прямо в столице устроить... Я за Сашку этих оппозиционеров сам бы перестрелял. А они еще и попробовали обвинить наших курсантов в теракте! Кадавры демократические!
   Борис Аксенов отстраненно добавил:
   - А через три дня война... Вот и цена их демократии!
   В кабине повисло молчание. Только автопилот деловито попискивал, отмечая километры высоты - до ближнего космоса осталось не более пятнадцати минут... А там уже будет не до разговоров - тактическая карта показывала приближающиеся колонны неприятеля. Судя по всему, стартовали со всех натовских космодромов Восточной Европы. Единственно, что успокаивало, Евросоюз отказался участвовать в этой операции...
   Ожил динамик. На ломаном русском языке кто-то воодушевленно вещал:
   - Русские, не сопротивляйтесь. Мы пришли освободить вас от деспотизма власти. Мы дадим вашей стране благополучие и демократические идеалы.
   - Как знакомо... А пачку печенья и банку варенья? - проворчал Могильников и, выводя истребитель на атакующую траекторию, затянул странную песенку:
  
   Медленно ракеты уплывают вдаль,
   Встречи с ними ты уже не жди,
   И хотя Америку немного жаль,
   У других все это впереди.
  
   Рядом перестраивались в плоскость атаки другие истребители группировки. Времени почти что не осталось - слишком близко вышли к 'эсэсовцам'.
   - Откуда песенка? - хохотнул Аксенов.
   - Наследие молодости... моего отца. В детстве он мне напевал - говорил, что у них на филфаке МГУ песенка была ой как популярна.
   - Любишь ты диковинки собирать.
   - Люблю, - пробормотал Могильников, всматриваясь в тактический дисплей. - Нам песня строить и жить помогает... Аксенов, готовься маркировать цели для ракет. Время огневого контакта - минута пятьдесят. Алексей, ты на управлении - пока что от тебя высший пилотаж не потребуется.
   В кабине сгустилось какое-то иррациональное спокойствие. Ерофееву даже стало жутко - он понимал, что меньше чем через минуту они выпустят ракеты, по ним тоже, скорее всего, ударят, и закрутится бешеный волчок боя, разбрасывая во все стороны обломки кораблей, лучи лазеров, снаряды твердотельных пушек, стремительные росчерки ракет. Но Алексей так и не решился нарушить тишину.
   Вместо него это сделал Могильников, затянув очередной куплет безумной песни.
  
   Тучки-облака уносит ветер даль.
   В них рентгены сотнями сидят.
   Нам урана-235 не жаль -
   Пусть получше трупы обгорят.
  
   - Борис, запускай ракеты.
   - Готово, - отозвался Аксенов. - Эй, кадет, не дрейфь - наш командир любит песни попеть во время боя. Привыкнешь!
   Истребитель задрожал, когда пять серебристых снарядов сорвались с направляющих и, опалив броню огненными хвостами, ринулись к невидимому пока строю 'эсэсовских' кораблей.
   - Да, ничего, - пробормотал Ерофеев, пытаясь унять дрожь в пальцах.
   Насмешливое пение Могильникова наводило на Алексея еще больший ужас, чем осознание того, что в любой момент 'сушка' может развалиться на несколько обломков под ракетным ударом какого-нибудь 'эсэсовца'.
  
   Засияло солнце над землею вдруг,
   А над головою дым стоит.
   Только что стоял с тобою рядом друг,
   А теперь он жареный лежит.
  
   - До поражения цели... десять... девять, - монотонно проговаривал Аксенов, - третья сбита... семь... шесть... пять... Ответный ракетный залп. Алексей, на турели. Вторая сбита... четыре... три... два... Попадание. Еще одно. Одна мимо - ищет, ищет... нет, сорвалась.
   На миг в истребителе повисла тишина.
   И вслед за ней радостный рев:
   - Есть же, есть! - завопил Аксенов.
   - Две машины!!! - счастливо орал Алексей Ерофеев - радовался безудержно, по-мальчишески, на мгновение забыв, что к ним уже движется вражеская ракетная контратака.
   Артем коротко рявкнул:
   - Ура!
   И сразу же осадил экипаж:
   - Рано еще радоваться. Управление беру на себя. Аксенов, Ерофеев, на турели. Если автоматика затупит, у вас будет очень мало времени. До удара восемь... семь... пускаю противоракеты... Держитесь, ныряем!
   Корабль ухнул вниз. На мгновение невесомость сменилась видимостью притяжения - Ерофеев вцепился в подлокотники, забыв про оружейный дисплей.
   - Кадет, - рявкнул Ерофеев, - за турели! На земле наблюешься!
   - До удара пять... - Могильников усмехнулся, - не кричи на парня, сам таким же был... три... на хвосте три ракеты. Остались две! Одна еще держится... Приготовиться!!!
   ...
   ...
   ...
   Но удара не последовало.
   - Фух, - выдохнул Аксенов. - Вот о чем тебе, кадет, рассказывали. Могильникова костлявая стороной обходит из уважения к фамилии.
   - Боря, заткнись, - незлобиво отмахнулся Артем, - надоел уже... Просто нам повезло. Собрались, ребята! Аксенов, второй залп - расставляй маркеры! Ерофеев, ты тоже поработай с целеуказанием. Время до огневого контакта главным калибром тридцать секунд.
   - Готов! - коротко ответил Аксенов.
   - Тоже! - вслед за ним Ерофеев.
   - Огонь!
   Еще две пятерки ракет сорвались с пилонов, холодным инстинктом радара отыскивая чужие корабли. Могильников подпевал себе под нос, на припеве к нему присоединился и Аксенов.
   - Дурдом, - обреченно прошептал Ерофеев. Он и подумать не мог, что ему так повезет - экипаж психов, распевающих песенки и относящихся наплевательски ко всему, что находится в обозримом пространстве.
  
   Может, мы обидели кого-то зря,
   Сбросив пару лишних мегатонн,
   Где теперь горит и плавится земля,
   Был когда-то город Вашингтон.
  
   - До поражение четыре... три... два... один... Есть!
   - Хорошо, - глухо засмеялся Аксенов. - Эй, кадет, мы с тобой хорошо поработали! Еще пятерочка отправилась в глубокий космос... Всего семь. Отчего же... неплохо...
   - Приготовились, - сухо оборвал его Могильников. - Неприятель в прямой видимости. Аксенов, на управление! Ерофеев, на турели и противоракеты! Хотя вряд ли стоит ожидать ракетного удара, но кто знает...
   На миг Артем задержал взгляд на экране, одним движением выделил цель и сразу же активировал главный калибр. 'Сушка' задрожала - три снаряда вырвались на волю. Хотя двигатели и постарались компенсировать очередь твердотельными снарядами, но все же полностью им это не удалось.
   Красная точка, обозначающая на дисплее боевую машину Соединенных Стран Америк, замигала, разделилась на пять сегментов и погасла.
   - Готов! - рявкнул Могильников. Горячая ненависть и жажда разрушения, так его охватившие, пока он наводил прицел на вражеский истребитель, куда-то пропали. Вернулось расчетливое рабочее настроение. Иррациональное внутреннее спокойствие берсерка - пламя снаружи, лед внутри.
   Песенка горчила на губах дымом войны:
  
   Водородным солнцем выжжена трава,
   Кенгуру мутируют в собак
   Вновь аборигены обрели права:
   Над Канберрой вьется красный флаг.
  
   Ерофеев не отрывался от управления турелями, время от времени отвешивая короткие плети разрядов, - лазер в основном использовался против ракет, но порой получалось и прожечь броню. Артем улыбнулся - ничего, из парня выйдет толк... Вот только бы вернуться. Короткие сводки на командирском дисплее оптимизма не внушали. Ракеты не тронули 'Су-55' Могильникова, но вторую юго-западную группировку проредили изрядно - в строю осталось в лучшем случае пятьдесят машин. Разменялись довольно-таки неплохо - где-то от полутора до двух машин неприятеля на одного нашего. Но все равно мало... Потери первой юго-западной были еще страшнее - они лишились половины кораблей.
   Рядом промелькнуло звено 'эсэсовцев' - Могильников еще заметил вспышки твердотельных пушек, но заряды прошли мимо. Снова... Снова...
   Перекрестье прицела прилипло к темному силуэту 'эсэсовца'.
   - Попался! - удовлетворенно выдохнул Артем.
   Корабль, в который прицелился Могильников, неожиданно начал разваливаться. Рядом промелькнул 'МиГ-70', красиво махнув короткими атмосферными псевдокрыльями, и ринулся вниз на перехват нижнего эшелона 'эсэсовцев'.
   - Молодца! - одобрительно заметил Артем, продолжая мурлыкать песню.
  
   На восток уходит краснозвездный 'МиГ',
   В Лувре разгорается пожар.
   Эйфелевой башни проржавевший пик
   С корнем вырвал ядерный удар.
  
   Перевел маркер на следующего врага, но Аксенов резко дернул истребитель, выводя машину из-под обстрела двух американских истребителей.
   Наступила небольшая передышка - они вырвались из центра боя на периферию.
   Вдруг Алексей напряженно прошептал:
   - Они что, не видят?
   - Кто? - спросил Могильников, не отрываясь от тактического дисплея.
   - В штабе! Это же классический 'кессельшлахт'. Три эшелона движутся параллельными курсами, широко нас охватывая. Потом просто раздавят нас ракетным огнем... И все...
   - Что есть кессельшлахт? - поинтересовался Аксенов, отмечая маркерами приоритетные цели для оставшихся пяти ракет.
   - Дословно 'котельная битва', операция на окружение, - ответил вместо Алексея Могильников. - Одно из тактических преимуществ фашистской Германии во Второй мировой. Что-то ты разленился, Боря. Вернемся, я лично Юлию Гаю скажу, что ты все на фиг позабыл!
   - Не надо! - в притворном ужасе прикрыл голову руками Аксенов. - Давай лучше решим, что делать дальше.
   Истребитель завис над битвой. Темные точки мельтешили на фоне бело-зеленой плоскости Земли. Все казалось каким-то ненастоящим, игрушечным. Отсюда было хорошо видно, что, несмотря на неразбериху в центральной части битвы, крылья 'эсэсовцев' уверенно охватывают русских.
   - Ты был прав, Алеша, - задумчиво заметил Могильников, коснулся клавиши связи. - Центр, центр, вызывает 'тридцать пятый'. Полковник Волков, это Могильников, тут нас, кажется, пытаются окружить. Как слышите? Вторая юго-восточная группировка вот-вот попадет в окружение. Полковник...
   Неожиданно четко прозвучал голос Волкова:
   - Артем, не мельтеши. Я все знаю - к нам идет резерв из Центральной группировки войск. И скоро подтянется первая юго-восточная - они разобрались со своим участком. Просто постарайтесь продержаться еще полчаса.
   - Так точно! - хмуро ответил Могильников и прервал сеанс связи. - Полчаса, как же! У них тут чуть ли не пятикратное превосходство против нашего первоначального состава.
   Требовательно запищал командирский дисплей. Артем склонился над ним и сразу же выругался:
   - Сволочи! Не смогли прорваться... Ребята, они все же это сделали - нанесли ядерный удар по военным объектам Дальнего Востока и по Камчатскому космодрому. Теперь Евросоюз с нами! Аксенов, возвращаемся на линию огня - теперь нам бы только продержаться до подхода Центральной группировки.
   - Сколько наших осталось? - поинтересовался Ерофеев.
   Могильников глянул на дисплей:
   - Двенадцать машин.
   - Это самоубийство, - пожал плечами Аксенов.
   - Это долг!
   - Да я и не спорю, командир... Просто... А, ладно, двейчи не вмыраты!
   Могильников подождал еще с десяток секунд, но больше никто не проронил ни слова.
   - Ну что, двинули? Ерофеев, на управление, Аксенов, на ракеты.
   Алексей нервно сглотнул, но все же положил пальцы на пульт управления двигателем.
   - Боря, ты как?
   Аксенов мотнул головой и с силой ударил по подлокотнику кулаком:
   - Поехали, командир!
   Могильников прошептал:
   - Всё вы понимаете, ребята... - Ему хотелось посмотреть в глаза каждому, чтобы увидеть... Решимость? Уверенность? Бесстрашие? То, чего сейчас так не хватало ему самому. - Не буду ничего говорить. Лучше споем, а?
   - Принимается, - мертвенно-спокойно отозвался Ерофеев.
   - И настрой передатчик на волну 'эсэсовцев'.
   - Командир, уверен? - переспросил Аксенов. - Они же нас засекут.
   - Пусть знают, кто их бить будет. Ключ на старт! Запевай! Огонь!!!
  
   Вставай, страна огромная,
   Вставай на смертный бой
   С фашистской силой темною,
   С проклятою ордой.
  
   Молодой человек неподвижно сидел в глубоком кресле, пытливо рассматривая темный экран визора. Светлые волосы безвольно сбились, прикрывая один глаз, но парень даже не попробовал их убрать. Руки замерли на подлокотниках кресла - только пальцы жили как будто отдельно от остального тела, пробегая по теплой коже кресла, словно по кнопкам невидимого пульта. Да еще улыбка время от времени появлялась на губах, чтобы мгновением позже растаять призраком прошлого.
   За креслом тихо остановились двое. Несколько минут разглядывали парня.
   - Это он?
   - Да, Петер.
   - Мы должны быть очень благодарны ему, - в словах улавливался легкий акцент.
   - Не только мы, Петер. Весь мир...
   - Ты знаешь, что кроме Героя России он удостоен еще Героя Земли? ООН позавчера учредило награду - этот парень будет первым, кто получит ее.
   - Только что ему от этого? - В голосе врача промелькнула грусть.
   - Михаил, спасибо, что... показал... нет, познакомил нас.
   - Мелочь, Петер. Он все равно тебя не видит. Как твоя работа?
   - Закончена подготовка документов обвинения - практически вся политическая и военная верхушка ССА получит высшую меру. Как государственное образование ССА будет ликвидировано. После Московского процесса начнется формирование национальных правительств... Мы больше не допустим такого.
   - Дай-то Бог, Петер. Но поверь мне - люди ничему не учатся.
   - Я постараюсь, чтобы этого более не произошло. Мне... очень стыдно... что моя страна сразу не выступила вместе с вами. Ты прав, Михаил, люди ничему не учатся... И моя страна тоже не помнит ошибки прошлого, повторяя их вновь и вновь.
   - История порой так причудливо повторяется, Петер, - задумчиво заметил врач. - Знаешь, где произошла битва относительно земных координат?
   - Мне говорили... Но я не запомнил, прости, - Петер развел руками, - ох уж эти ваши русские названия. Помню, что там тоже когда-то была битва...
   - Прохоровка, Петер. Так теперь этот бой и будет называться - битва над Прохоровкой.
   - Несколько тысяч ребят, навсегда оставшихся на орбите... полтора миллиона гражданских в зоне ядерных ударов... Михаил, нужно ли идти на такие жертвы, ведь...
   - Нужно, Петер, - прервал его врач. - Ради России... Мы за ценой не постоим!
   Они замолчали. Врач аккуратно убрал волосы с лица молодого человека в кресле.
   - Ты... - Петер запнулся, - сможешь ему помочь?
   - Не знаю, не знаю, - покачал головой Михаил. - Ты знаешь, что с ним?
   - Смутно, я проглядел документы по диагонали. Сам понимаешь, я сейчас загружен до предела.
   - Судя по телеметрии, их корабль подбили практически в первой же ракетной дуэли. Всех, кроме этого парня, убило сразу - иглы из обедненного урана искромсали кабину в клочья. Видимо, его психика просто не выдержала зрелища - когда мне показали фотографии, меня самого чуть наизнанку не вывернуло. Парень чудом остался жив, но реальность для него более недостижима.
   - И он после этого еще...
   - Да, после этого он принял управление 'Су-55', сбил еще семнадцать кораблей 'эсэсовцев'. С поврежденной системой жизнеобеспечения, с неработающими маршевыми, с пробитым в нескольких местах корпусом. На одних только двигателях ориентации, с полуживой системой наведения... Его прикрывали корпуса подбитых кораблей юго-западной группировки, и эсэсовцы никак не могли в него попасть. А он бил вовсю...
   Петер обошел кресло и пытливо заглянул в глаза парню:
   - Капитан Алексей Ерофеев, вы слышите меня? Люди Земли вам безмерно благодарны за подвиг! Вы награждены звездами Героя Земли и России!
   - Он не слышит тебя, Петер, - грустно улыбнулся Михаил, - он все еще там...
   Внезапно выражение лица молодого человека изменилось, его губы начали что-то нашептывать, и в глазах заискрились... Отвага? Бесстрашие? Вера?
   - Что он шепчет? - завороженно спросил Петер.
   - Песню, Петер, всего лишь песню.
  
   Пусть ярость благородная
   Вскипает, как волна.
   Идет война народная,
   Священная война...
  
  
  
  
  
  
Оценка: 3.25*12  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) А.Шихорин "Ваш новый класс — Владыка демонов"(ЛитРПГ) F.(Анна "Избранная волка"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia)) Д.Маш "Искра соблазна"(Любовное фэнтези) Е.Азарова "Его снежная ведьма"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"