E-7.13.D: другие произведения.

Огонь, который горит вниз. (Продолжение. Глава 2)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:

  ***
  Вышел во двор.
  - Я ядреный, как кабан, я имею свой баян. Я на нем панк-рок пистоню, не найти во мне изъян, - напел любимую песенку.
  Осенний ветер плюнул в лицо моросящим дождем. В такую погоду, кстати, удобно себя жалеть и медленно тащиться вдоль витрин, искоса поглядывая на отражение в промокшем стекле.
  Набросил капюшон, поежился.
  Посмотрел на окна своей квартиры, где Лиза в этот момент, вероятно трещит по телефону с какой-нибудь подругой и обсуждает, жалуется на мужа. Да-да, с подругой. А говорят нет женской дружбы. Есть, да еще какая! Сегодня материт подругу, по чем свет стоит, называет шалавой, сукой драной, а через денек-другой обнимает, души в ней не чает, на мужа жалуется - загляденье просто.
  Посмотрел и пошел прочь.
  Свернул в переулок.
  За ларьком "Ремонт обуви и зонтов" виднеется здание с надписью "Гуляка". Один из немногих баров, которые в этом напрочь иностранизированном городе, сохранили родное название, написанное привычными, покосившимися от старости, с выцветшей краской, но знакомыми буквами родного алфавита, на родном языке. "Гуляка" - питейное заведение такого толка, что человек, даже с самым не высоким достатком, может позволить себе приятно провести время за рюмочкой-другой недорогого напитка. Именно туда, и именно за тем дешевым напитком идет Вадим под мелкими каплями, перепрыгивая лужи.
  По дороге прокрутил диалог с женой, в котором удалось-таки подобрать подходящие слова, остроумно отшутиться, осечь Лизу и убедить ее в своей правоте.
  - Ага? Бага! Села быстро! И послушай, что тебе скажет мужчина.
  Пришлось ударить разок; не сильно, а так, как в старых фильмах про гангстеров, тыльной стороной ладони по щеке; просто что б почувствовала кто главный. Залепил, а она такая - "Прости. Не понимаю, что на меня нашло. Прости, любимый".
  Скоро это надоело, сел на мокрую скамейку под деревом, достал пачку, в которой сиротливо ютится последняя сигаретка, закурил.
  С первой же затяжкой, гнев испарился, исчез без следа, перестал пульсировать в висках; рассудок вернулся, в голове прояснилось. Остался неприятный осадок от беседы и ощущение, что жена права.
  Может и стоит подумать, куда устроиться...
  - Ну уж нет, - отогнал подальше глупые мысли. Лень - двигатель прогресса. Прикрыл от дождя сигарету, сделал еще несколько затяжек.
  Курить абсолютно не хочется, затянулся и выдул дым без всякого намека на удовольствие, просто - так надо. Этот ритуал за долгие годы перерос из привычки в рефлекс и стал частью личности. Так надо, и все. Достал, поджег, вдохнул дым, выдул колечко, снова вдохнул, и так до фильтра.
  Тело расслабилось. Бросил окурок под ноги.
  - А ведь полегчало.
  Улыбнулся сам себе и посмотрел на небо. Прищурился от капель. Поднялся со скамейки, раскинул руки в стороны, и как в голливудских мелодрамах покружился на месте.
  - Не все так плохо. А?
  Посмотрел на окурок. Дымящийся уголек погас, оставил на асфальте горстку пепла и расползшуюся бумажку.
  - Ты мой дешевый психоаналитик.
  Растоптал остатки и пошел прочь от скамейки, возле которой, надо сказать, была урна.
  Дождь усилился, Вадим ускорил шаг. Куртка промокла, липнет, зараза. Вроде и не холодно, но так противно.
  Клен шатается на ветру из стороны в сторону и роняет разноцветные листья - красотень; мокрые, они быстро валятся на асфальт, сыпятся, превращают серый тротуар в рыжую склизкую тропинку; желтый оторвался и упал прямо на капюшон, теперь писатель шагает в бар в фуражке - генерал-осень.
  Мокрая плащевка шуршит в такт шагов. От ритмичных звуков, в голове всплывает "Левой, левой, раз, два, три...". Мысли отключаются, цель добраться в кабак раньше, чем окончательно промокнуть.
  Погрузился в осеннюю депрессивную медитацию - звуки дождя, шуршание куртки и голос в голове отсчитывающий до трех слились; ноги самостоятельно маршируют, перешагивают грязь, обходят ямы, переходят улицу на зеленый.
  Возле писателя остановилась машина. Серый, старенький, но вполне ухоженный седан нарушил всю идиллию.
  Стекло опустилось, и на Вадима уставились две пары глаз на небритых лицах лощеных иностранцев. С навигатором в руке, на ломанном полу немецком полу английском языке, один из них, тот что сидел за рулем, попытался узнать, где здесь улица Луговая. Второй, что сидел на пассажирском, в ярких салатовых перчатках и с красным шарфом вокруг шеи, вел себя странновато. Бабские ужимки, голос неестественный, манерный весь.
  - Show me...
  Водитель поводил пальцем по экрану и протянул устройство Вадиму. Второй восторженно похлопал соседа по коленке своими салатовыми руками, восхищаясь храбростью, словно водитель не к прохожему обратился, а с мясом в руках, в клетку к голодному тигру залез.
  Писатель посмотрел на водителя, затем на навигатор, затем снова на водителя, затем на пассажира.
  Не хочется ни вникать, ни разбираться, чего от него надо, ни вспоминать где улица, с таким знакомым названием Луговая.
  Помогать лень.
  Да еще дождь лупит. Да еще мужики странные - женолицые, хоть и бородатые. С другой стороны, не хочется давать иностранцу лишний повод проклинать жителей этого унылого городка; ну, вроде того - маленький, грязный, вонючий село-город, да еще гостю никто не помог.
  Покажу куда-нибудь, пофиг, пусть поездят. Посмотрят достопримечательности, познакомятся с архитектурой, а как накатаются, решат, что сами меня не так поняли.
  Вернул навигатор, ткнул пальцем в направлении бара, и добавил:
  - Туда.
  Иностранцы от радости захлопали в ладоши, чуть ли не пританцовывают. Щебечут на своем, весело переглядываются, довольные такие.
  - Проедешь перекресток и сверни направо. Затем, через два квартала, опять направо и сразу налево. Понял?
  Гости города синхронно закивали налакированными чубчиками. Смеются, как дети. Ни слова не понимают, уверен, но хохочут, радости - полные штаны.
  Отступил на шаг, собрался попросить закурить, но как объяснить этим гей-туристам? Как спросить? Жестами? Начну показывать, подумают еще, что пососать прошу. Кто знает, что у этих в голове... Все. Давай, мужики, поднял кулак и слегка наклонился, в знак солидарности, мол не осуждает никого, ебитесь, как хотите. Мир вам, гомо-гости.
  Пассажиры переглянулись, опять обсудили что-то на своем языке и окно поднялось.
  - Проедешь, свернешь, и окажешься на Луговой. Ok? - крикнул в закрытое окно.
  Лицо заулыбалось, иностранец показал, что не слышит и жестом еще раз поблагодарил.
  - Давай, педрило. Обращайся, если что.
  Машина развернулась и уехала в заданном направлении.
  Постоял, помахал на прощанье.
  Ну вот, другое дело - помог иностранцам, молодец. Плюсик к карме. Пятерочка и в журнал, и в дневник. За это надо покурить. Пошарил в кармане - точно, закончились.
  С мыслями "а под дождем прогулка - отличный способ снять напряжение", дошел до бара. Остановился на пороге. Прочитал вслух покосившуюся вывеску "Гуляка". Застыл в нерешительности.
  Выпить, конечно хочется, но видеть все эти рожи... Каждая пьянь набивается в друзья. Друзья. Дружба исключительно крепчайшая, беззаветная, искренняя, но скоротечная; стоит выпить с новым дружбаном на рюмку больше нормы и этот новый почти брат подставит кулак к твоему лицу, с размаху подставит, с криком, несколько раз подставит, пока кровь не прыснет или пока компания таких же полу-братьев на вечер, не растащит по углам дерущихся. Плюс, каждый жаждет выпендриться, норовит дать совет, высказать свое исключительно экспертное мнение по любому поводу, по каждому поводу. Нет. Только не в этот раз.
  - Что ж, гуляка, дождись меня, - шепнул под нос, обращаясь к вывеске. - Я к тебе вернусь, обещаю. Но не сегодня. Сегодня мне хочется напиться в одиночестве. Никуда не уходи. И не обижайся.
  Свернул за угол, где расположился маленький магазин, с незатейливым названием "Продуктовый".
  Интересно, кто тот креативный мозг, что придумывает названия государственным магазинам? "Текстиль", "Хлеб", "Бытовая химия", "Заря", "Спорттовары" ... Вероятно, тот же, кто сочинил сотню шикарных однотипных названий деревенькам, добавляя к случайным словам, слово "Октябрь". "Красный октябрь", "Новый октябрь", "Северный октябрь", "Наш октябрь", "Заводской октябрь" ... Готов поспорить, где-то в этой стране существует село с названием "Октябрь октябрь". Креатив со всех щелей.
  Подошел ближе, поднялся на ступеньку, укрылся под козырьком.
  Дождь еще усилился. Капли приземляются с тучи на крышу, прилипают друг к другу, пробегают трусцой по водостоку, гремят, как кастрюльные крышки, бьющиеся друг о друга, выливаются ручейком из трубы, извиваясь подползают к газону, протекают через канавку в траве и растворяются в луже под окном.
  Застыл, засмотрелся на воду.
  Во все стороны летят брызги, оставляют на мокром асфальте вздувшиеся пузыри и грязно-серую пену по краям тротуара.
  Вспомнил, как в детстве пускал кораблики, как спокойно и беспечно жилось. Запах свежеиспеченных блинчиков с утра; пенная ванна с плавающими в ней игрушками; теплые варежки, заботливо оставленные с ночи на батарее любящими руками мамы.
  Тень улыбки мелькнула на лице. С легкой грустью, как всегда бывает от приятных воспоминаний, Вадим поднялся, преодолев еще две ступеньки.
  Приблизился ко входу, потянул за дверную ручку и прямо у порога провалился в лужу по щиколотку. Да твою ж мать! Выругался, поболтал ногой в воздухе, стараясь просушить ботинок.
  - Не надо мою мать, - прохрипел незнакомый голос.
  Рядом с урной, опершись спиной о перила, стоял мужчина. Высокий, сутулый, в черной куртке с засаленными рукавами, в вязаной шапке с бубоном и помятым пакетом с клетчатым узором в руках. С виду - типичный бездомный, любитель выпить, вернее, не любитель, а скорее абсолютный профессионал своего дела, не одно десятилетие проведший на улице и повидавший всякое.
  - Тем более, чего уже орать? - продолжил мужчина и перевалился с ноги на ногу. Прокряхтел, выпрямился во весь рост. - Вот, смотри - весь мокрый же. С ног до головы.
  - Нет-нет, я не Вам, - выставил руки вперед и улыбнулся. - Сам с собой говорю. Не обращайте внимания.
  Незнакомец разжал кулаки и снова оперся спиной о перила.
  - А. Я подумал мне что сказал.
  Вадим покачал головой избегая общения и собрался уйти.
  - Стой, любезный. - бездомный подхватился, приблизился и заглянул в глаза писателю.
  Вадим поморщился, приготовился к атаке неприятных ароматов. Задержал дыхание и зажмурился. Вот-вот запах грязного тела ударит в нос. Хоть бы не стошнило... Но, к удивлению, от бездомного не воняло.
  - Может угостишь сигареткой, или на хлеб поможешь?
  Какой наглый, подумал и отвел взгляд в сторону от разбитого, со сломанным носом, опухшего лица. Стараясь не размышлять, о том, как бомж заполучил такую физиономию, объяснил, что сигареты закончились. Для пущей убедительности похлопал себя по карманам. Сам за ними иду. Дернул за ручку магазина, чуть было снова не вступил в ту самую лужу, обернулся к бездомному и пообещал поделиться парочкой, если тот подождет несколько минут. Бомж развел руками - ну купи, раз настаиваешь. Отвернулся, отошел к урне и замер, как часовой на посту.
  - Подожду. Я никуда не спешу, - зевнул, обнажил наполовину беззубый рот.
  Какой же всё-таки наглый бомж.
  Вадим зашел в магазин.
  Из динамиков доносится приятная, ненавязчивая мелодия. Посетителей почти нет; пару человек бродит по отделу фрукты-овощи, еще несколько в молочном, и Вадим, рыскающий по ликерному.
  Достал с полки виски, рассмотрел этикетку:
  Ирландия, тройная дистилляция, семьсот миллилитров, сорок градусов крепость. Облизнулся. Не напиток, витамин.
  Затем посмотрел на ценник, вздохнул и вернул бутылку на место.
  - Кусаются, - подмигнул охраннику, пристально следившему за промокшим покупателем.
  Миновал витрину с элитными напитками, свернул к стенду с бюджетными спиртосодержащими.
  Взял с полки две бутылки крепленого вина и блок сигарет. Этикетки разглядывать не стал, выбрал самые дешевые. Что там читать? Меньше знаешь - легче пьется. Да и ежу понятно - за такие деньги, бурда-бурдой.
  По пути к кассе взял пачку чипсов, яблоко и пристроился в очередь.
  Перед ним стоит маленькая старушка в тёмно-бордовой вязаной шапке. От нее сильно пахнет помадой и лекарствами. В одной руке она держит зонт, другой прижимает к груди кошелек. Она чуть обернулась, краем глаза заметила Вадима, мгновенно оценила внешний вид, покупки и осуждающе причмокнула. Снова покосилась на Вадима и отступила на шаг. В пронзительном взгляде прочиталось - "алкаш ты Вадим. Мокрый, вонючий алкаш. Полный неудачник. Брысь!".
  Гадко, неприятно, но писатель не обиделся. Подыграл и отступил подальше от женщины.
  Она же совсем не знает странного устройства его тонко чувствующей натуры. Да и какое впечатление может произвести растрепанный мужик, с двумя бутылками чернила в руке, таким же количеством мешков под глазами; пачкой чипсов и блоком сигарет подмышкой.
  Наверное, чтобы как-то реабилитироваться перед старушкой, или просто, так сказать, сменить тему, взял с витрины шоколадку и пачку жвачки.
  Женщина, словно прочитала его мысли, покачала головой и в очередной раз одарила своим недовольным причмокиванием.
  Постоял, подумал.
  Да пошла бы ты, старая, на хер! Добавил к покупкам упаковку презервативов и мысленно продолжил - Да! Вот такой вот я. Пью, курю... Еще и трахаюсь. Я Сатана во плоти! А ты дальше чмокай своим беззубым, с напомаженными свистками, ртом и не оборачивайся в мою сторону, тварь, ни-ког-да. Еще раз только чмокни. Кто ты такая, что б меня осуждать? Только чмокни, я предупредил! Небось сама наркоманка героиновая.
  Весь монолог без слов, живописно отразился на лице писателя. Щеки раздулись, брови вытанцовывают чечетку, зубы скрипят, трутся друг о друга присвистывают, как пенопласт по стеклу, а глаза сверлят женщине затылок через напяленный на шиньон бордовый берет.
  Старушка взглянула на разложенные товары писателя, брезгливо отвернулась, расплатилась. Раскрыла зонт и, шлепая мокрыми резиновыми сапогами по бетонному полу, не оборачиваясь вышла из магазина.
  Нельзя в помещении зонт раскрывать - плохая примета, несчастье случится. Хотя. Тебе можно, карга!
  - Это все?
  Вадим посмотрел на девушку кассира, пробивающую чипсы. Кивнул и протянул карточку.
  Аппарат пикнул и выдал ошибку. Девушка еще раз повторила операцию. Снова ошибка - недостаточно средств. Быть не может. Попросил проверить еще раз. Продавщица послушно повторила процедуру.
  - К сожалению, нет.
  Пошарил в карманах, прокручивая в голове, куда успел потратить деньги. Достал намокшую пятерку и несколько монет. Маловато будет. Но не уходить же без сигарет...
  Вытащил из внутреннего кармана запасную карточку, завернутую в непрозрачный пакет с запаянными краями. Свой неприкосновенный запас. Припрятал немного сбережений, на черный день, так сказать. И вот, судя по всему, такой день настал.
  - Проверьте эту, - понизил голос и протянул другую, залепленную скотчем, с надписью "НЕ ТРОГАЙ, ИДИОТ".
  Транзакция прошла успешно.
  Распихал покупки по карманам, достал и приготовил сигарету.
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) Е.Решетов "Ноэлит. Скиталец по мирам."(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Священная война"(Боевое фэнтези) В.Каг "Операция "Удержать Ветер""(Боевая фантастика) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Д.Мас "Королева Теней"(Боевое фэнтези) В.Василенко "Стальные псы 6: Алый феникс"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"