Ефремов Андрей Николаевич: другие произведения.

Бычок-17

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В июне 1942 г. для перегонки американских боевых самолетов по договору ленд-лиз была открыта трасса Красноярск-Уэлькаль. До авиабазы Фербенкс на Аляске самолеты перегоняли американские летчики, а там их принимали советские пилоты. Перегоном занимались летчики первой Краснознаменной авиационной дивизии трассы Аляска-Сибирь. Боевые самолеты вылетали в Фэрбенксе и летели через Чукотку, Якутию и Красноярск до фронтовых аэродромов. Даже сегодня этот маршрут считается сложным, а в войну многие летчики так и не долетели до конечной цели, навсегда оставшись где-то посреди бескрайней тайги. Каждый из них в будничном порядке повторил тот же подвиг, за который экипаж Валерия Чкалова в свое время получил звезды героев.

Поддержать писательскую деятельность автора:
Счет на Яндекс Деньги: 41001809482629
 []
   ПОБЕДИТЕЛИ - Солдаты Великой Войны

"БЫЧОК-17"

Рассказ

    []

   - Всё, Уилли, повезло тебе, отлетался, отвоевался, - удовлетворённо потирая руки после осмотра пациента, говорит доктор Бенджамен пилоту, - можно выписываться и - домой. Сам-то ты, с какого штата?
   - Коннектикут... - растерянно отвечает Уилли, - ... как это домой, док? Я же здоров как бык осеменитель из ранчо моей любимой тётушки Лори.
   - Знаешь ли, Уилл, я с тобой спорить не буду: ты совершенно здоров, - по опыту ожидая подобной ответной реакции молодого, но бывалого фронтовика, отвечает врач, - с твоей ...м-м... ногой летать нельзя, а как осеменитель ты вполне сгодишься, - облагонадёживает парня Бенджамен, - ты сколько наци сбил?
   - Семнадцать...
   - Вот видишь, ты же у нас герой, - равнодушно восхищаясь, и механически делая быстрые записи в истории болезни бормочет, внезапно ставший таким ненавистным, доктор, - за тобой все красивые девушки Коннектикута стадами будут бегать, успевай только отбрыкиваться.  []
   Уилли действительно набычился, лицо старого доброго доктора стало вдруг невероятно отталкивающим, он заметил, до чего же оно до отвращения дряблое, покрыто частыми оспинами, и сам он до невозможности жирный, лысый, щёки трясутся, живот колышется, выпученные глазёнки даже большие круглые очки с блестящими толстыми стёклами не красят:
   - Из-за какого-то хренова сухожилия, док...
   - Да, Уилли, натворила пуля дел, - протирая салфеткой золотое перо авторучки "Паркер", отвечает врач, - кусок твоего хренова сухожилия пришлось вырезать, и ты это прекрасно знаешь.
   - Завтра меня здесь не будет... - невольно вырвалось у молодого человека.
   - Ну почему же именно завтра, - док прищурившись, на расстоянии вытянутой руки стал рассматривать перо, - где-то с недельку-другую ещё подлечим, придёшь в себя, - налюбовавшись пером, Бенджамен вновь приступил заполнять бумаги, - придёшь в себя, комиссия утвердит, домой вылетишь позже...
  
   Наутро Уилли в военном госпитале не нашли, потому-как тем утром он уже стоял навытяжку в офисе командира эскадрильи Дональда Хопкинса:
   - ...Из-за какого-то хренова сухожилия, сэр!  []
   Хопкинс конечно обнял бы своего лучшего боевого пилота, но по причине отсутствия левой руки, только ободряюще похлопал того целой правой по плечу:
   - Не переживай, сынок, неразрешимых вопросов не существует...
   - Да, сэр! - покладисто согласился подчинённый.
   - Прошу тебя, Уилли, не кричи так, я ещё не закончил, - поморщился старый кэп.
   - Да, сэр. - сбавив громкость, ответил почуявший доброе, бравый лейтенант.
   Внезапно в соседнем помещении заместитель командира завёл на патефоне модную грампластинку - "серенада солнечной долины". Хопкинс раздражённо пнул ногой в дверь, - музыка прекратилась:
   - Вот скажи мне, Уилли, какой такой нехороший человек придумал этот джаз?
   - Да, сэр! - мгновенно среагировал парень и даже, для того чтобы усилить эффект полного согласия с авторитетным мнением шефа, нахмурил брови, - совершенно нехороший!
   Ответ боссу явно понравился.
   - С госпиталем мы, конечно, договоримся... - вкрадчиво продолжил командир, подчинённый тут же изобразил на своём лице улыбку счастливого человека, - как ты смотришь на ленд-лиз?
   Парень изменился в лице:
   - В тыл, сэр, в Россию!?
   - Такие люди нужны в тылу, - попытался пошутить Хопкинс и, как бы задумчиво, продолжил, - да и не совсем уж и в тыл... ты ведь знаешь, людей катастрофически не хватает, а другого шанса летать у тебя не будет, - лишая пилота возможностей для дальнейших возражений более жёстко добавил, - и будь добр, ковбой, сделай милость, не спорь со мной.
   - Да, сэр... - совсем тихо ответил Уилл, - "при чём здесь ковбой? Сейчас и этот про осеменителя начнёт"...
   - Ты иди пока, парень, отдохни пару дней, оторвись где-нибудь. Маршрут - материк-Фэрбэнкс, там машины будут принимать русские. Самолёты разные придётся перегонять... да что я тебя учу, - осёкся капитан, - ты ведь у нас лучший из лучших, - кэп еще раз дружески похлопал парня по плечу, - ну, иди, иди уже...
   Пилот молча развернулся, неловко переставляя левую ногу поковылял к выходу.
   - Да, Уилли, поищи где-нибудь трость! - но обиженный на весь мир лейтенант даже не обернулся.
    []
   Каждый раз совершать одни и те же перелёты через океан на север до Аляски и обратно, перегоняя боевую технику, довольно однообразно и утомительно, даже, можно сказать, монотонно, жизнь скрашивает только то обстоятельство, что иногда летать приходилось на совершенно разных боевых самолётах: "митчел", "томагавк", "китихаук", отличная машина - "аэрокобра".
   При любых погодных условиях, и в зимний туман, и в летний дождь Уилл управлял машиной мастерски. Взлёт и посадка, посадка-взлёт, небольшой отдых, взлёт-посадка... кажется, уже выработалась мышечная память на все эти чередующиеся движения рук при работе на двух знакомых, чуть ли не родных, аэродромах. Пилот не сдержал улыбку: "Я мог бы летать и с закрытыми глазами, и даже без помощи карты": какая-либо ошибка совершенно исключалась, неоднократно пройденный маршрут он узнавал даже по мельчайшим складкам местности. Да он собственно в эскадрилии был не единственным таким асом.
   Конечно, бывали и трагические случаи, самолёты терялись, неизвестно что происходило с ними, с теми, которых не удавалось найти. Либо тонули в океане, либо пропадали в безбрежной заснеженной сибирской тайге. Однажды даже самому пришлось участвовать в поисковой операции, правда, безрезультатно. Бывали и счастливые случаи, в том смысле, что пилотов находили живыми, - либо на льдине, либо, по следам самолётных останков, где-то в тайге. Поговаривают: счёт погибшим русским парням на этих перегонах перевалил за девяносто.
   Но с Уилли, и в этом он был совершенно уверен на все сто процентов, никаких: ни трагических, ни "счастливых" случаев, здесь, в тылу, произойти не может. Он боевой пилот с огромным лётным опытом, и дома его ждут мама с младшей сестрёнкой, и он обязательно их увидит после войны.
   Уилли выгнул затёкшую спину, пошевелил плечами и бросил взгляд на приятно фосфоресцирующую приборную панель: "O`key... нет, если бы у Хопкинса были обе руки, я бы сейчас не летал, - с теплом вспомнил своего кэпа Уилл, - всё-таки я счастливчик... а ведь и он летать ужасно хочет! - осенила парня догадка, - поэтому я и летаю..."
  
   Навалилась усталость.
   Пилот энергично тряхнул головой, отгоняя опасную дремоту, открыл термос и не спеша выпил горячий ароматный кофе.
   Судя по всему, Уилли уже приближался к аэродрому. Оставалось каких-то неполных полчаса. Лейтенант вспомнил как некоторые невоевавшие молокососы, которым он передавал новенькие машины, с завистью смотрели на его награды и "доблестную" походку, а он в ответ лишь снисходительно улыбался и тщательно прятал за этой улыбкой уже свою зависть к людям, отправлявшимся на фронт. Да и было бы чем гордиться, ведь перегон - работа совершенно не героическая, обыденная, рутина.
   Без всякого перехода мысли переключились на другое: тихое, мирное и спокойное. Вспомнилось далёкое безмятежное детство: старый уютный домик примыкающий к маленькой зелёной лужайке, дружный семейный ужин; как мама, после молитвы, поправляет на нём одеяло и гасит в комнате свет...
  
   Свет... Свет... Приборная панель; компас...
   Прямо по курсу светит белая луна, сзади - холодное северное солнце. Мотор привычно и вполне надёжно монотонно-успокаивающе шумит, под крылом безмятежные ватные облака покрывают гладь океана. В просвете между ними на поверхности тёмной воды мелькают рубленые льдины айсбергов. "Зрелище довольно красивое, - отметил про себя Уилл, - как это я раньше не замечал?.. Кажется, скоро идти на снижение"...
  
   Лик луны как-то плавно изменил свои контуры и превратился в лицо матери: "Уилли, пора вставать, сынок!.." - Уилл раскрыл глаза...
   - Осеменитель хренов! - внезапно вслух выругал себя пилот, потянув на себя штурвал, - Боже мой!...
   - Что тебе, сын мой? - раздалось в наушниках гарнитуры, - ты что вытворяешь, это "Бычок-17"!?
   Оказывается, пилот уснул, и в дрёме пытался посадить машину на полосу! Но ответ дежурному радисту базы прилёта тут же нашёлся:
   - Я "Бычок-17", - назвал Уилли свой позывной, - почему не отвечаете?
   - Ты вызывал? - интонации явно виноватые, - может у тебя с радиостанцией неполадки?
   - Всё может быть, - уже более спокойно, философски ответил Уилл, - иду на посадку, подгоняй техников!...
  
  
  

 []

Выражаю благодарность бортмеханику Вальдемару Даувальтеру (Германия) за консультации
  
  
  
  
  

Фото из альбома И.Е.Негенбля "Аляска - Сибирь: Над тундрой и тайгой"

 []

 []

 []
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"