Эйвери Блесс: другие произведения.

Прийти, увидеть, покорить

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 9.28*22  Ваша оценка:
  • Аннотация:


    Много лет назад вирус скосил большую часть мужского населения Земли. Последствия этого сказываются до сих пор. Мужчин очень мало, они слабы и болезненны, поэтому каждого из них оберегают от рождения и до самой смерти. Ника привыкла их видеть хрупкими нежными созданиями, нуждающимися в опеке и заботе.
    Вступая бой с ксенами, девушка готова была погибнуть, прихватив с собой как можно больше врагов. Но кто же знал, что ей удастся не только спастись, но и благополучно приземлиться на неизвестной планете. Вот только в этом мире совсем другой уклад жизни. И, возможно, девушка смирилась бы с новым для нее положением, если бы несколько ксенов не выжило и не объявило себя Богами этого странного мира, возродив культ кровавых жертвоприношений.

    Обложку нарисовал чудесный художник Анна Хельме.

    Моя огромная благодарность за исправление ошибок Эльте.

Прийти, увидеть, покорить

   - Сержант Давиденко, приказываю вашему звену вступить в бой. Ваша задача - задержать противника до прихода основных сил флота и не дать им уйти из нашей солнечной системы.
   - Слушаюсь, адмирал.
   Мне с трудом удалось сдержать радостный вопль. Наконец-то именно то задание, о котором я так давно мечтала. Настоящий бой, а не обычная скучная зачистка территории от астероидов, чтобы пассажирские корабли могли благополучно пройти через опасный сектор.
   - Девочки, не подведите меня. Иначе до конца жизни будем распылять космический мусор со своих тральщиков*. Выстраиваемся клином и атакуем противника с фланга. Я в голове строя. Давайте научим этих членистоногих элементарным правилам приличия.
   - Каким именно, сержант?
   Судя по довольному голосу, раздавшемуся из коммуникатора, пилоты моего звена полностью поддерживали мое настроение.
  - Да хотя бы, что нечего в гости без приглашения лезть. А то ведь и отгрести можно. Так что выполнять приказ.
   - Есть, научить ксенов правилам приличия.
   С ксенами человечество столкнулось несколько месяцев назад. Это первая разумная раса, встреченная нами в космосе. Где их материнская планета, мы все еще не знаем. А вот где наша, они узнали. Точнее, узнал небольшой разведывательный отряд, так неудачно вынырнувший из гиперпрыжка внутри солнечной системы, как раз рядом с поясом астероидов, возле которого и работало наше звено. И это плохо. Очень плохо. Ксены - это раса членистоногих хищников, агрессивно настроенных ко всему живому. Их не интересует сотрудничество между нашими видами, так как мы, во-первых, живем примерно в одинаковой среде, а значит, должны делить одни территории и планеты, во-вторых же, и это самый неприятный момент, человеческие тела оказались очень хорошей основой для откладывания и инкубации их яиц, а так же для питания и развития личинок ксенов. Эти паразиты стараются не убивать людей, а брать нас в плен, после чего помещают внутрь человеческого тела свое яйцо. Через несколько дней из него вылупляется личинка, которая заживо съедает своего носителя. Смерть получается долгой, болезненной и мучительной. И вот эти жуки, очень похожие на земных богомолов, узнали, где находится Земля. Допустить, чтобы разведчики вернулись домой с координатами нашей праматери, было никак нельзя.
   Отряд противника состоял из двенадцати кораблей. В моем же звене было всего семь. И несмотря на то что наши летательные аппараты были близки по размеру, скорости передвижения и маневрированию, они довольно сильно отличались по вооружению. Тральщики все же не предназначены для ведения боя. Одно дело распылять медленно плывущие булыжники и другой мусор парящий в космосе и совершенно другое - вести прицельный огонь по быстро передвигающимся объектам. Но выбора у нас не было. Подобравшись на максимально близкое расстояние, которое нам позволила находящаяся рядом Веста**, мы атаковали противника с тыла, разделяя их группу на две части. Нашего появления не ждали, что помогло нам не только внести хаос в построение врагов, но и уничтожить три корабля противника. А еще зайти на новый круг для атаки.
   На этом наше везение закончилось. Дальше нам приходилось не столько атаковать, сколько уворачиваться от трассирующих снарядов*** и прятаться среди астероидов. Через небольшой промежуток времени у противника осталось семь кораблей, у нас же четыре. При этом два тральщика из моего звена, несмотря на попадание, чудом не разлетелись на куски и смогли уйти от преследования. Возвращаться в бой им уже не имело смысла. Поэтому я отдала приказ этим девочкам отступить и спрятаться. А флота все не было видно на радаре. Если я не хочу, чтобы смерть моих подруг была напрасной, надо предпринимать что-то неординарное.
   - Ленка, отвлеки их внимание на себя. Только постарайся не погибнуть.
   - Ника, это будет достойная смерть. Но я к ней все же еще не готова, так что не дам себя поджарить. Ты что-то задумала?
   - Да. Закрути спираль, пусть они собьются в кучу, а я подлечу к ним и сделаю гиперпрыжок.
   Лена была моим заместителем и лучшей подругой. Мы с ней познакомились еще на первом курсе в летной академии. Вот с тех пор и вместе.
   - Ника, это самоубийство. Наличие столь близко посторонних объектов в момент прыжка, в лучшем случае, собьет координаты и тебя закинет непонятно в какую дыру, а в худшем, разнополярность квантового поля между вашими кораблями просто разорвет твой тральщик, и никакие щиты не спасут.
   - Не только мой. Лен, у нас нет выбора. Кораблей флота все еще нет на радаре, а это значит, что эти жуки-переростки в скором времени смогут уйти восвояси. Вдвоем нам со всеми ними не справиться. Ты представляешь, что будет, если хоть один из них доберется до своих?
   - Да. Вскоре он вернется, но уже не один, а с дружками.
   - Вот именно, поэтому у нас нет выбора. Удачи, подруга. Если выживем, с меня бутылка Монти-Риана.
   - Ловлю на слове. Ради этого вина можно не то что с семью противниками сразите, а все два десятка на хвосте потаскать.
   Ленка сделала все как я и просила. Вот уже корабли противника в погоне за юрким тральщиком построились полукругом, в надежде захватить кораблик. Ну да, мы же им нужны живыми. Для себя давно решила, чуть что, взорву все нафиг вместе с собой, но не дам себя сожрать личинке этих уродов.
   Сделав замысловатый пирует, подруга уводит свой корабль в сторону, а я, разгоняю свою ласточку, выставляю координаты ближайшей звездной системы (все же тральщики не рассчитаны на скачки на большие расстояния) и оказавшись в окружении противника запускаю гипердвигатель. Мой корабль несколько раз хорошенько встряхнуло. Скорее всего, от ударной волны после взрывов разведчиков противника, что меня неимоверно порадовало. Все случилось именно так, как я и запланировала.
   Закрыв глаза, я стала считать про себя: один, два... десять...пятнадцать... двадцать. Я все еще жива, а корабль цел. На моих губах расцвета победная улыбка. Мы это сделали.
   Вскоре мой траулер выныривает из гиперпространства, и мне в последнюю секунду удается, вывернув штурвал, уйти в сторону от несущейся на меня каменной глыбы. Пояс астероидов? Какой, мать вашу, пояс астероидов в системе Альфа-Центавры? Уводя корабль от очередного столкновения (распылить летящие в мою сторону объекты я не могла, так как заряд пушки был на нуле), задала работу навигатору определить мое местонахождение и проложить обратный путь к Земле. Чтобы избежать опасного столкновения, пришлось побросать свою ласточку из стороны в сторону, на грани силовой тяги двигателей. Но мой кораблик и это выдержал. И вот, оказавшись в чистом и безопасном пространстве, я наконец-то смогла, откинувшись на спинку кресла, облегченно выдохнуть.
   Напряженный сегодня денек выдался, но еще рано расслабляться. Вот доберусь до бара, выпью с Ленкой по бокалу Монти-Риана, вот тогда можно будет и расслабиться. Возможно, даже, наконец-то, соглашусь на предложение подруги и куплю себе андроид на ночь. А если понравится даже не на одну. А то пока насобираю на выкуп настоящего мужчины, да на то, чтобы создать ему соответствующие условия и состариться успею. И хорошо если состарюсь, а не загнусь в космосе, так и не познав ни мужчины, ни любви. А так хотя бы аналог попробую, пусть и искусственный. Правда, знакомые говорят, что андроиды, в этом отношении, поинтереснее будут, чем живые парни, и удовольствия больше доставят. Вот только, детей от них не бывает. А еще за живым парнем самой ухаживать придется. Я представила, как буду его баловать и делать подарки, а он мне нежно улыбнется в ответ, скромно потупив взгляд. Нет, не буду размениваться по мелочам. Еще лет пять, и я смогу купить как большую квартиру (мой муж не должен стесняться своего положения), так и поискать для себя кандидата на ярмарке женихов. Можно было бы, конечно, сброситься с сестрами и купить одного на всех, создав множественную пару, как делает большинство девушек, все же тогда и ждать долго не надо и содержать мужа дешевле, но я хотела быть единственной у своего мужчины. Для этого можно и потерпеть еще немного. А если за сегодняшний бой мне еще и награду выплатят да к награде представят, то, возможно, уже и ждать не придется.
   Предвкушающе улыбнувшись, я взглянула на данные проступившие на экране и тут же выругалась. Мало того, что я непонятно где, так еще и топлива осталось на донышке. Ну что, Ника, по-видимому, ты свое отлетала. Не сбыться твоей мечте о своем уютном гнездышке с нежным прекрасным мужчиной. Вот же зараза. Окинув тоскливым взглядом открывшуюся панораму в иллюминаторе, я еще раз выматерилась. Ни одного знакомого созвездия. И куда меня забросило? И главное, как отсюда выбраться? Тральщики не рассчитаны на длительные полеты, поэтому и энергии, и припасов в них по минимуму, всего на пару дней, на случай непредвиденных обстоятельств. Но кто же знал, что обстоятельства будут именно такими.
   * Тральщик - небольшой космический корабль, оснащенный квантовой пушкой. Основная задача, уничтожение малых космических объектов и проводка кораблей через пояса астероидов.
   **Веста - второй по массе и третий по величине объект в поясе астероидов.
   ***Трассирующий снаряд - боеприпас особой конструкции, поражающий элемент которого светится в полете и оставляет ясно видимы след для стрелка.

* * *

   Следующие двое суток я провела в напряженном ожидании. Сигнал SOS, конечно же, послала, но мало верилось, что в неизвестной галактике, вдалеке от родной солнечной системы, на другом конце вселенной, его кто-то услышит и придет мне на помощь. Оставался маленький шанс, что кому-то удастся по остаточной эманации от корабля отследить мой маршрут. Но опять же, в это я тоже мало верила. Если мои предположения верны, то выброс энергии от семи взорвавшихся разведчиков противника должен был не только придать ускорение моей ласточке и сбить координаты гиперпрыжка, но и стереть все следы передвижения тральщика.
   Поэтому единственно на что мне оставалось надеяться, это на то, что в солнечной системе, в которую меня закинуло, есть подходящая для моего выживания планета. Хоть я и реалистка, но запретить мне верить в чудо никто не может. Тем более, что больше ничего другого не осталось, так как переместиться куда-либо еще у меня возможности нет. Элементарно не хватит топлива, даже на то, чтобы разогнаться. Про прыжок я вообще молчу. В баке едва-едва хватит на торможение и посадку на близлежащей планете. Да и то под вопросом, действительно ли хватит.
   Вот я и ждала в напряжении возврата малых исследовательских зондов. Они должны были проверить ближайшие от меня планеты. Зонда у меня было всего три. Два уже вернулись ни с чем. Точнее, принесенная ими информация меня абсолютно не порадовала. Две ближайшие планеты оказались мертвыми каменными глыбами. Можно было бы послать поисковики дальше, но это уже не имело смысла. Кислорода у меня осталось на семнадцать часов и сорок три минуты. Он закончится раньше, чем они вернутся.
   Многие хотели бы знать точное время своей смерти, чтобы иметь возможность к ней подготовиться. Вот только меня почему-то совершенно не радовало это знание. Отвернувшись от бегущих в обратном отсчете цифр, я, горько усмехнувшись, в который раз за эти двое суток, посмотрела на безразличный к судьбе маленького тральщика и его пассажирки космос. Ну что же, двум смертям не бывать... У меня же еще не самая худшая участь.
   Изменив спинку кресла пилота на полулежачее положение, я легла, закинув ноги на штурвал и достав кинжал. Перекидывая его из руки в руку, я сделала несколько обманных движений и выпадов, потом перехватов, наблюдая при этом, как на остром, блестящем лезвии играли блики от светодиодов панели управления. Отличное, хорошо сбалансированное оружие, которое я надеялась когда-нибудь передать по наследству своей дочери. Как бы это невероятно ни звучало, но мне его подарил отец, когда я закончила летную академию. Что здесь удивительного? Хотя бы то, что мой отец - пацифист с тонкой душевной организацией. Не зря же он согласился вступить в брак с моей мамой и тетушками. До сих пор удивляюсь, как в творческой среде художников, танцовщиц и музыкантов могла родиться такая девушка как я. Можно было бы подумать, что мама воспользовалась банком доноров, если бы я не была так похожа на отца. Лицом, не фигурой. Фигурой я вообще ни на кого из родни непохожа. Женщины в нашей семье все миниатюрные, маленькие, худенькие, стройные. Почти как мужчины. И только я одна метр девяносто три ростом и с крепким телосложением. Не зря же папа меня называет своей любимой амазонкой. Настоящий воин, который при необходимости легко защитит своего отца, мужа и других членов семьи. Именно поэтому, выбирая свою будущую профессию, я, ни секунды не сомневаясь, подала документы в летную академию. Тогда только отец поддержал мой выбор. Он первый смирился с тем, что мне не быть ни танцовщицей, ни художницей, ни музыкантом. Нет, он честно пытался мне привить любовь к искусству, и это ему почти удалось. Я его любила, но наблюдая издалека. Если с танцами все было не так уж и плохо, все же ловкость и плавность движения нужны и воинам, то красивым, мелодичным голосом и слухом природа меня не одарила. Танцевать мне нравилось, но на фоне моих миниатюрных партнерш я смотрелась как здоровая лошадь среди стройных газелей. И вызывала не восхищение, а недоумение и смех. Поэтому после нескольких детских выступлений завязала с этим делом и пошла заниматься спортом, делая акцент на рукопашной борьбе, стрельбе и фехтовании.
   Отец мне как-то рассказывал, что в далеком прошлом мужчины его рода именно такими крупными, какой я выросла, и были. Но мне в это мало верится. Я, конечно же, проходила историю в школе и видела старинные картины и скульптуры, но все равно с трудом верится, что мужчины древности могли так выглядеть. Я больше склоняюсь к мнению, что это неуемная фантазия творческих личностей создавших эти 'шедевры'. Крупные, накаченные мужчины мне не нравились в принципе. Они смотрелись гротескно. Да и как такая нереальная груда мышц может вызвать нежность? А еще, рассказывали что мужчины когда-то доминировали и всем управляли. Что их было настолько много, что они не могли поделить женщин и даже за них сражались и устраивали войны. Представив, как мой отец, сражается с кем-то другим за маму или кого-то из тетушек, я рассмеялась. Женщины нашего рода хоть и были миниатюрные, но даже они не меньше чем на полголовы выше любого из мужчин. Да и сильнее. Например, мне отец даже до плеча не достает.
   По истории, которую нам преподавали, несколько столетий назад, во время Третьей мировой войны, одна из сторон применила запрещенное биологическое оружие, ослабляющее иммунитет людей на генном уровне. В результате чего мужское население Земли начало вырождаться и умирать от всевозможных болезней. Даже таких простейших, как обычная простуда. И эта тенденция держится до сих пор. Девочек же мало того, что рождается значительно больше, чем мальчиков, так они при этом всегда (за очень редким исключением) рождаются здоровенькими и крепкими. А из десяти мальчиков, которых удается выносить и родить, до года, даже при самом тщательном уходе, доживает только половина. А перейти рубеж половозрелого возраста удается всего одному-двум. Да и живут они гораздо меньше. Единицы до семидесяти дотягивают. При том, что у женщин средняя продолжительность жизни, при теперешних-то технологиях, сто лет. Плюс-минус десять лет. Вот и получается, что над каждым мальчиком дрожат, окружая его опекой и заботой с самого рождения и до самой смерти. Некоторые семьи так и не могут себе позволить взять мужчину в семью. Во-первых, ему надо создать благоприятные условия, чтобы он не огорчался и радовался жизни (тогда мужчины меньше болеют), и главное, чтобы не захотел уйти к кому-то другому. Ведь насильственно удерживать в семье никого нельзя, потому что тогда они расстраиваются и чахнут на глазах, что опять же ведет к понижению иммунитета и болезням. Во-вторых, необходимо иметь средства, чтобы в случае необходимости позаботиться о здоровье мужа. А в-третьих, выкупить мужчину стоит очень дорого. Поэтому андроиды пользуются довольно большой популярностью у женщин, так же как и банк доноров.
   Мне же повезло. Моя профессия позволяла откладывать неплохую сумму с каждой зарплаты, благодаря чему к своим двадцати пяти я имела приличный счет в банке. Вот только на данный момент - это уже не имело значения.
   От печальных мыслей меня отвлек сигнал о возвращении последнего исследовательского зонда. Ну что же, дружочек, хоть ты меня не подведи. На секунду прикрыв глаза, я решительно их открыла и стала читать поступающую на экран информацию. И чем дольше я читала, тем шире становилась улыбка на моем лице. Все же есть справедливость в этом мире.
   В это солнечной системе было пять планет и на второй мало того, что была жизнь, так еще и, если судить по показателям датчиков разведчика, условия были приближены к земным. Судя по появляющимся на экране данным, сила тяжести на планете на десять процентов ниже, чем в родном мне мире, а воздух немного более разрежен, но при этом в нем присутствует достаточное количество кислорода без дополнительных опасных примесей (последнее может быть ошибочно, все же поисковик не опускался ниже верхних слоев атмосферы), чтобы дышать без защитной маски. Все вполне приемлемо для человеческого организма, что не могло не вызывать радость в моей душе. Ну что же? Значит еще поживу. Надо только дотянуть до этой планеты и приземлиться. Мой взгляд переместился на показатели топлива, после чего я непроизвольно скривилась. Как же его мало, но выбора нет. Надо умудриться как-то долететь, а с приземлением я что-нибудь придумаю.
   Ну что же, до планеты я дотянула. Мало того, даже смогла под нужным углом войти в атмосферу и задать такую траекторию полета, чтобы моя ласточка не падала камнем вниз, а хотя бы некоторое время снижалась по наклонной. И все, топливо закончилось. Ну а дальше... дальше главное было - точно рассчитать, когда стоит воспользоваться катапультированием, чтобы не разбиться вместе с тральщиком. Посадить его, даже если бы было топливо, не удалось бы. По одной простой причине: этот кораблик не предназначен ни для приземления, ни для взлета, ни просто для полетов в атмосфере. Поэтому я даже не уверена, в целостности ли он долетит до поверхности или начнет разваливаться еще по дороге. Именно поэтому так важно было свалить с него вовремя.
   Прихватив с собой необходимый минимум, пришлось катапультироваться на высоте трех с половиной километров от поверхности и приземляться уже на флайборт-эйре*. Отсалютовав своей ласточке, погибшей в морской пучине, я отправилась к виднеющемуся вдали берегу. Заряда доски вполне хватило, чтобы его достичь.
   Рассчитывала ли я, что на планете есть разумная жизнь? Не то чтобы рассчитывала, но все же надеялась. Надеялась ли я, что это будут люди или кто-то похожий на нас? Нет. Я, конечно же, верю в чудеса, особенно после всего, что произошло, но не до такой степени. И каково же было мое удивление, когда на меня, только приземлившуюся на небольшой поляне, из ближайших зарослей выскочила дико испуганная девчушка. Что-то выкрикнув, она, пересёкши поляну, скрылась в чаще фиолетового леса, а следом за ней из зарослей, рыча и роняя слюну, выскочили два огромных черных зверя. Заметив меня, они затормозили, после чего одно животное бросилось догонять убегающую добычу, а вот второе присело, приготовившись к прыжку. Недолго думая, я выхватила лазерный пистолет и проделала опасному хищнику аккуратную дырочку прямо между глаз. В том, что напротив меня стоит никак не травоядная живность, было понятно не столько по оскалившейся морде, сколько по двум рядам острых зубов и довольно внушительному набору когтей. Черная тварюка, так и не успев прыгнуть на меня, завалилась набок, а я тут же бросилась в ту сторону, куда убежал ребенок. Девочке явно нужна была помощь. И что она только делает одна в лесной чаще? Перед приземлением я достаточно хорошо осмотрелась по сторонам. Никаких городов, поселений или других признаков цивилизации мне увидеть так и не удалось.
   Догнала я убежавшую парочку довольно быстро и, главное, вовремя. Уставший ребенок, зацепившись за что-то, упал и покатился по земле. А непонятная шестиногая зверюга, издав победоносный рык, как раз приготовилась к решающему броску. Мой выстрел застал животное уже в прыжке, из-за чего, по инерции пролетев несколько метров, неподвижная туша упала, придавив собой ребенка.
   К моему удивлению, девочка не издала ни единого звука. Я сначала было подумала, что она потеряла сознание, но нет. Она просто закрыла глаза и, сжав рот, кулаками наносила удары по уже мертвому животному, пытаясь сбросить его с себя. Такая маленькая и такая воинственная. Молодец. Непроизвольно я улыбнулась, откидывая тушу в сторону и освобождая малышку.
   Поняв, что ее больше ничего не держит, девчушка резко перевернулась на живот и на четвереньках быстро поползла в чащу. Допустить блуждание ребенка по лесу я не могла. Поэтому, схватив ее за шкирку, слегка встряхнула, после чего поставила на ноги.
   И вот мы уже несколько минут стоим, внимательно рассматривая друг друга. На вид ребенку было лет одиннадцать - двенадцать. Мне она уже доставала до плеча. Значит, малышка будет довольно высокой. На темной коже лица и рук местами были видны царапины. Для себя сразу отметила, что опасных нет, но все равно надо будет их обработать. Огромные, карие, миндалевидные глаза, обрамленные густыми ресницами, смотрели на меня с испугом. Пухлые губы были плотно сомкнуты. Овал детского лица сердечком и аккуратный вздернутый носик делали малышку невероятно очаровательной, даже несмотря на насупленный вид и грозно сдвинутые брови. Длинная, ниже пояса коса из черных густых волос давно растрепалась, а одежда, состоящая из брючек и туники до колена, была не только грязной, но местами и порванной.
   Ну что же, первый осмотр проведен, пора уже и познакомиться.
   - Привет, я Ника. А тебя как звать? И как ты тут очутилась?
   Сначала я решила обратиться к ребенку на всеобщем. Мало ли. Раз на этой планете есть люди, то, вполне возможно, есть и космобаза. Должны же они были как-то здесь появиться. Если это так, то у меня есть неплохой шанс вернуться на Землю. Правда, тогда непонятно, почему мой навигатор не смог определить наше местонахождение. Возможно, произошедшие рядом с тральщиком взрывы не только сбили координаты гиперпрыжка, но и повредили систему навигации. Хотелось бы на это надеяться. В ожидании ответа я вопросительно смотрела на малышку. Та же сначала несколько мгновений удивленно смотрела на меня, после чего начала быстро что-то щебетать на непонятном языке. В моем мозгу сразу же включился чип-переводчик. Его вживляют всем детям в десятилетнем возрасте, как только они хорошо овладеют родным языком. В то, что ребенку нет десяти, я не верила. Но выводов пока решила не делать. Для начала надо получить больше информации.
   Ребенок что-то говорил и говорил, а мой чип все никак не мог перевести непонятную речь. Но вот наконец-то из слышимого мной сумбура стали появляться понятные слова. Напали, разрушили, мама, сбежал. И каково же было мое удивление, когда переводчик выдал, что это дардский** язык. Что может делать на неизвестной планете народ, разговаривающий на языке, исчезнувшем на Земле несколько тысяч лет назад?
   Чем больше ребенок говорил, тем лучше я его понимала. Кто-то напал на их селение. У них в доме был запасной выход. Мама, спасая малышку, успела ее туда вытолкнуть. Но захватчики пустили по следу ребенка равнов***. Спустя несколько дней они его выследили и догнали. И если бы не я, то его уже бы и сожрали. В этот момент на глазах девчушки все же появились слезы, которые она тут же начала размазывать по грязному лицу, искоса поглядывая на неподвижного зверя.
   Не выдержав, я обняла ребенка, позволяя ей выплакаться. Судя по всему, равны, это те две зверюги, которых я пристрелила. Обескураженно смотря на девчушку, я все пыталась понять, как можно на ребенка натравить зверя и что вообще здесь происходит?
   Ладно, с этим разберусь немного позже. Сейчас мне надо выяснить, что случилось в селении и к кому мне отвести ребенка. А еще заявить в правоохранительные органы о нарушении. Если они здесь есть, в чем я начинала сомневаться.
   - Солнышко, ты мне так и не сказала, как твое имя и имя твоей семьи. А еще ...
   Договорить мне не дали. Ребенок, возмущенно завозившись, вырвался из рук.
   - Как ты меня назвал?!
   Нахмурившись, я непонимающе уставилась на возмущенную девчушку. Что не так?
   - Малышка, в чем дело? Извини, если я тебя чем-то обидела. Я издалека, поэтому не знаю ваших правил и законов.
   - Обидела?! Ты женщина?! - девочка смотрела на меня широко открытыми удивленными глазами. - Не воин?
   Ну да, в защитном костюме с твердым нагрудником сложно определить пол.
   - Почему же? Я воин. Точнее, сержант военно-космических войск Земной Конфедерации.
   - Женщины не могут быть воинами.
   Высказалась малышка очень уверенно. Поэтому, не удержавшись, поинтересовалась у нее:
   - Почему же?
   Наш разговор начинал отдавать бредом. Возможно, из-за древности языка мой переводчик выдавал иное значение некоторых слов? По этой же причине некоторые слова просто непереводимыми. Их просто не существовало в древности. И из-за этого же мне не удается доступно для ребенка высказать свою мысль. Но то, что я услышала дальше, убедило меня в обратном.
   - Женщина - это тень мужчины. А тень не может сражаться.
   Услышанное меня очень удивило. Спорить и что-либо доказывать ребенку я не видела смысла. Мало ли кого как воспитывали. Поэтому, усмехнувшись, я примирительно спросила.
   - Тень или нет, это неважно. Ты мне главное скажи, куда тебя отвести, а то мало ли кто за тобой еще охотится.
   Оставить ребенка в лесу я не могла не только по морально-этическим соображениям, но также и из эгоистических побуждений. Если не удастся покинуть эту планету, то мне надо будет как-то обустроиться на ней. Хотелось бы надеяться, что семья ребенка в благодарность за его спасение поможет мне в этом. Хотя бы первое время. А дальше и сама справлюсь. Со своими навыками я, уж как-нибудь, да не пропаду. Не зря же закончила академию в рядах лучших и в свои двадцать пять уже командовала звеном. Пусть и тральщиков.
   - Ну, так как, в какую сторону нам идти?
   Малышка, услышав мой вопрос, тут же принялась озираться по сторонам, после чего уверенно показала направление. Скептически посмотрев в нужную сторону, я решила уточнить.
   - Уверена?
   - Да. Бакул находится там, где просыпается Марала.
   Нахмурившись, я непонимающе уставилась на ребенка. Невозможность перевода некоторых слов и их значений меня напрягала. Понятно, что чем больше я буду общаться с местными, тем в дальнейшем мне будет легче разобраться, о чем идет речь. Но до этого момента еще надо как-то дожить.
   Ребенок оказался смышленым и сразу же догадался по моему лицу, что я ничего не поняла. Поэтому тут же принялся объяснять, что именно он имел в виду.
   - Бакул - это мой родной город. Он, как прекрасный цветок, расцвел на склонах горы Банси. А Марала - это первая жена Анатрама. Она как раз сейчас появилась на небосводе и указывает, где находится Бакул.
   Рассказывая все это, малышка показывала на небо, где над деревьями появился один из спутников планеты. Так, теперь вроде бы все становится на свои места. Марала - это название местной луны, а Бакул- это селение, в котором выросла девчушка. Осталось понять, кто такой Анатрам. О чем я тут же и спросила.
   - Это бессмертный верховный бог. Он следит за нами с небосвода, даря за послушание тепло и свет и наказывая провинившихся зноем и засухами. Ты откуда пришла, если не знаешь элементарных вещей?
   Ребенок удивленно на меня посмотрел, я же только пожала плечами ограничившись коротким.
   - Издалека.
   - А не из подземного ли мира? - малышка, подозрительно посмотрев на меня, отступил на шаг назад.
   - Могу тебя заверить, что точно не оттуда, - я постаралась как можно более дружелюбно улыбнуться. Не хватало только, чтобы ребенок сейчас надумал себе всякого и бросился от меня убегать. Тащить сопротивляющуюся девочку через весь лес, не самая лучшая перспектива. Предпочитаю иметь свободные руки. Мало ли какие здесь животные водятся. Если судить по тем двоим, с которыми я уже столкнулась, мне лучше не расслабляться и иметь свободные руки. Да и раздающиеся по округе голоса зверей также внушали опасение.
   Несмотря на мои заверения, девчушка продолжала смотреть на меня с недоверием.
   - А почему тогда твоя кожа такая же светлая, как у червя, живущего в мертвых стволах старых деревьев, волосы белые, как у древнего старца, а твоя странная, черная как земля одежда на ощупь как кожа змеи?
   Ну и сравнения. Распинаться и пускаться в пространные объяснения о расах и их различиях я не видела смысла. Тем более что ребенок, судя по всему, раньше белых людей не видел. Теряя терпение и начиная злиться, я строго посмотрела на насупленную девочку.
   - Значит так, говорю тебе единственный раз. Хочешь верь, хочешь нет. Я такой же человек, как и ты, просто другой расы. Прибыла я издалека. Настолько издалека, что ничего о вас не знаю. Но при этом тебе я не враг. Наоборот, хочу помочь и отвести домой к родным. Если ничего против этого не имеешь, то давай я обработаю твои ссадины, чтобы они не воспалились, и пойдем. Если я тебя как сопровождающая не устраиваю, то мы с тобой попрощаемся и, пожелав друг другу безопасной дороги, разойдемся в разные стороны. Ну так что?
   Бросать девочку одну в лесу я не собиралась, но ей об этом знать необязательно. Надеюсь, испугавшись остаться одной, малышка станет более сговорчивой.
   Так и получилось. Оглянувшись по сторонам, она остановила свой взгляд на мертвой туше равна, после чего решительно посмотрела на меня.
   - Хорошо, можешь сопровождать меня. Когда же мы вернемся в Бакул, тебя соответственно вознаградят за помощь мне и за твои труды.
   Ну вот и договорились. Удовлетворенно хмыкнув, я полезла в рюкзак за аптечкой.
   - Подойди, я обработаю твои ссадины.
   Вместо того чтобы послушно сделать то, что я сказала, этот несносный ребенок, горделиво вскинув подбородок, заявил:
   - Это царапины. Ни один воин на них не станет внимание обращать. Сами заживут.
   Устало вздохнув, я, чтобы не сорваться, на несколько мгновений прикрыла глаза. Все же я не привыкла общаться с детьми. Посчитав до десяти и сделав несколько глубоких вдохов, открыла глаза, процедив сквозь сжатые зубы.
   - Как хочешь. Начнет что-то болеть или зудеть, скажешь.
   Засунув аптечку в рюкзак, забросила его на спину и тут же пошла вперед, надеясь, что девчонка без дополнительных подсказок додумается последовать за мной. Все же не такая она уже и маленькая, чтобы ее за ручку вести. Как-то же она забралась суда. Но не тут-то было. Сделав несколько шагов поняла - за мной никто не идет. Резко остановившись, я повернулась и зло поинтересовалась:
   - Тебе особое приглашение надо?
   Ребенок же, вместо того чтобы тут же побежать ко мне, только независимо сложил руки на груди, высокомерно посмотрев на меня.
   - Я же тебе сказал: женщина - это тень мужчины. Поэтому идти она должна сзади, а никак не наоборот.
   Все, мои нервы сдали. Сделав несколько шагов вперед, чтобы схватить девчонку за шкирку и толкать всю дорогу вперед, чтобы она наконец-то начала шевелиться, я резко остановилась. До меня внезапно дошло то, что я услышала.
   - Ты мальчик?
   В ответ услышала возмущенное сопение.
   - Я мужчина!
   - И сколько же тебе лет, мужчина? И еще, может ты уже, наконец-то, представишься?
   Гордо вздернув подбородок, парнишка пафосно произнес.
   - Я Камал, сын Иша из варны кшатриев****. Мне недавно исполнилось девять лет.
   Неверяще уставившись на стоящего передо мной ребенка, я еще раз внимательно прошлась по нему взглядом. Густые ресницы, пухленькие губы и длинная коса никак, ну никак не хотели у меня ассоциироваться с мужским полом малыша. Возможно, именно поэтому задала столь глупый вопрос.
   - А зачем тебе такие длинные волосы?
   Меня опять окинули презрительным взглядом, остановив его на моей короткой прическе.
   - Это показатель силы и храбрости воина.
   Сегодня у меня, по-видимому, день неожиданных открытий. Поэтому я продолжила задавать вопросы.
   - И как длина волос влияет на силу и храбрость кого-либо?
   Камал мне тут же ответили нравоучительным тоном, явно подражая кому-то из взрослых.
   - Победитель всегда обрезает волосы побежденному. Чем короче у тебя коса, тем чаще ты проигрывал в сражениях. Если же волосы длинны, значит воин несокрушимый. У моего отца и дяди волосы ниже колен. Они не проиграли ни одного боя. И у меня такие же будут. А вот ты, похоже, очень слабый воин, раз твои волосы меньше длины ладони. Хотя, чего еще ждать от женщины.
   - Бред, - снисходительно посмотрев на ребенка, я схватила его за косу и потянула на себя. Да, это неправильно, с мальчиками так себя вести нельзя. Но он должен понять ошибочность своего мнения.
   - Длинные волосы - это слабое место воина. Мало того, что они мешают, так противник еще за них и схватить может. Я уже молчу о том, как за ними ухаживать во время длительного похода. Мои волосы коротки не потому, что я плохой воин, а потому, что мне так удобно.
   Парнишка смотрел на меня, не сопротивляясь и не дергаясь. Судя по блестящим в глазах злым слезам, ему было больно и обидно, но при этом он не издал ни единого звука. Молодец. Выпуская волосы Камала, я отступила на шаг назад. Неважно кто он, мальчик или девочка, мне в любом случае надо довести его до родных. Я еще раз окинула взглядом ссадины на лице и руках ребенка. Все же надо будет на привале их обработать. У мальчиков слишком слабый организм и они больше подвержены разным инфекциям. Но это позже. Солнце уже прошло зенит и уверенно двигалось на запад. Светлого времени осталось немного, нам стоит поторопиться.
   - Пошли.
   - А как же... - Камал, по-видимому, хотел мне напомнить про тень и прочий бред. Поэтому, перебив его, я напрямую спросила:
   - Что ты будешь делать и как защищаться, если из чащи на тебя набросится еще один равн, или какая-то другая столь же милая зверюшка из обитающих здесь?
   Мальчонка ненадолго задумался, после чего неуверенно взглянул на меня.
   - Но я же мужчина и должен тебя защищать?
   Тяжело вздохнув, я обреченно посмотрела на ребенка. Мы так еще долго будем препираться. И зачем мне только это все? Но не бросать же его здесь.
   - Давай представим, что солнце у нас за спиной, а это значит, что тень падает впереди тебя. Вот я и буду идти, как твоя тень, впереди. А ты меня будешь защищать, прикрывая спину от неожиданного нападения. У меня же глаз на затылке нет. Поэтому, что происходит сзади, я не вижу.
   О том что я приучена все видеть и слышать на триста шестьдесят градусов вокруг себя, реагируя на любое движение, ребенку лучше не знать. А то мало ли, опять обидится. Зато, услышав мои слова, мальчишка, радостно кивнув, пристроился у меня за спиной. Дальше он всю дорогу шел на один шаг позади меня. А я, время от времени поглядывая на него, прикидывала в уме, если это девятилетний ребенок, то как у них тут взрослые выглядят. Я довольно крупная девушка, а Камал мне уже по плечо, в его-то возрасте. Скорее всего, из-за меньшей силы тяжести на планете люди здесь будут выше землян. Но все равно, как ни пыталась, представить себе не могла какого же роста могут быть взрослые представители местного общества. Да и вообще, этот мир какой-то странный. Женщина - тень мужчины. Еще и Боги. М-да. А эти длинные волосы. Посмотрев на растрепанную косу парнишки, я запустила пальцы в свою шевелюру. Раз-два и вот на голове уже порядок. Удобно и быстро. Не то что с косой. На миг представила, что было бы после нескольких часов полета, будь у меня длина волос побольше. Снимаешь шлем и все, можно бриться налысо. Нет, можно же, конечно, до того как его надеть, вначале укладывать долго и нудно прическу, но на это все надо время, которого и так ни на что не хватает. А если срочный вылет? Нет. Короткие волосы - это очень удобно.
   Подняв взгляд на Луну и убедившись, что мы идем в нужном направлении, я задумалась, а что меня ждет, когда мы дойдем. Что-то мне не нравятся вырисовывающиеся перспективы после того, что услышала сегодня. Во мне, конечно же, теплилась надежда, что то, что рассказал мальчонка, больше его фантазия навеянная сказками, чем реалии их жизни, но я отлично помнила двух равнов, которых пришлось застрелить. Их же кто-то натравил на ребенка. Да еще и мальчика. Ладно, сейчас нечего сушить себе голову непонятно чем. Буду разбираться с проблемами по мере их поступления. И одна из них как раз наметилась. Из кустов за нами следило несколько пар чересчур внимательных глаз. И они мне совсем не нравились.
   Не дойдя до засады метров десять, я остановилась и стала быстро оглядываться вокруг, ища или укрытие, или куда можно безопасно отступить. В нескольких шагах от нас росло довольно высокое и раскидистое дерево. Плавно отступая к нему, я достала пистолет, одновременно прикидывая уровень заряда в нем. Помимо кинжала это мое единственное оружие. Камал, догадавшись, что что-то не так, не задавая лишних вопросов, пятился назад, пока не уперся в ствол дерева.
   - Лезь наверх. Живо.
   Я подставила спину, чтобы мальчишка, забравшись на меня, смог достать нижние ветки дерева. Как только Камал начал карабкаться по мне, из кустов выскочило штук шесть ... штук шесть... я пыталась понять, что это. Вначале мне показалось, что среди травы, слегка приподняв головы, ползут змеи. Но вот, преодолев половину расстояния до нас, рептилии подняли половину тела вверх, где-то на метр над землей, и я смогла рассмотреть свисающую вдоль тельца пару лап и еще две пары, на которых они стояли. По спине пробежал неприятный холодок. Нацелив оружие на ближайшую особь, я поторопила Камала.
   -Быстрее.
   - Сейчас, сейчас. Я почти достал.
   Расставив ноги пошире для лучшего удержания равновесия, я ждала, что рептилии предпримут дальше, готовая в любую секунду открыть огонь. Но вместо того, чтобы напасть, непонятные животные, резко распахнув яркие капюшоны вокруг своих темных голов, подняли вверх хвосты и принялись издавать ими странный потрескивающий звук, одновременно с этим синхронно пошатываться из стороны в сторону. Я все еще не понимала, что происходит, поэтому оружие не опускала, но и не стреляла, чтобы не спровоцировать ненужную атаку. Наконец-то мальчишка, оттолкнувшись от моих плеч, ухватился за нижнюю ветку. Теперь можно и самой забираться наверх. Не отрывая взгляд от странной картины непонятного танца рептилий, я уже приготовилась подпрыгнуть, как раздался крик.
   - Ника, сзади.
   Поворачиваться спиной к противнику не хотелось. Поэтому, чтобы уйти от атаки, пришлось резко отпрыгнуть в сторону. Как бы быстро я не двигалась, но все равно почувствовала, как что-то вцепилось в мой рюкзак. А ведь это что-то собиралось вцепиться мне в спину. Сбрасывая вещмешок на землю, я открыла огонь. Вот же заразы. Пока одна группа ящеров отвлекала меня своим притягивающим внимание танцем, вторая обошла и напала со спины. Мне приходилось скакать как зайцу, петляя и бросаясь из стороны в сторону, при этом еще и отстреливая особо ретивых пресмыкающихся. Пока счет шел в мою пользу. То есть я все еще жива, а с десяток непонятных гадов уже отправились к праотцам. Вот только еще никак не меньшее их количество металось вокруг, нападая на меня. А заряд-то в пистолете подходил к концу. Никогда не жаловалась на свою меткость, но эти паразиты очень уж шустрые и юркие. А когда они опускаются на землю, их вообще не было видно среди травы. Подстрелить их удавалось, только когда они, как чертик из табакерки, выпрыгивали, чтобы вцепиться мне в ногу, руку, спину или бедро. При этом нападали они не по одному, а несколько особей одновременно и с разных сторон. Чувствовалось, что тактика атак у них давно отработана. И если мои ноги и спина были защищены прочным материалом костюма, то перчатки я давно сняла, из-за чего сейчас на моих руках уже было несколько кровоточащих ран. Хорошо хоть все пальцы на месте. Но мне надо быть аккуратнее. А то, неровен час, недосчитаюсь парочки. Уж очень острые зубы у этих ящеров.
   Когда в живых осталось шесть особей, мне пришлось отбросить, на тот момент, уже бесполезный пистолет и схватиться за нож. На меня сразу же прыгнули три зверя. Одного надеваю на лезвие, второго использую как футбольный мяч. Отлетая в сторону, рептилия сбивает с ног своего сородича. А я уже сама бросаюсь на ближайшую особь, распарывая ей брюхо, и откатываюсь в сторону. Вскочив на ноги, резко оглядываюсь по сторонам, чтобы не пропустить следующую атаку. Но на меня никто не нападает.
   Камал, спрыгивая с дерева, с радостным воплем бежит ко мне.
   - Ника, ты была великолепна. Я приношу свои извинения, что усомнился в том, что ты воин.
   - Камал, вернись на дерево. Еще несколько особей осталось в живых. Они могут напасть.
   - Нет. Они ушли. Я видел.
   Оглянувшись по сторонам я поняла, на поляне действительно нет живых рептилий, только трупы. Но это только пока.
   - Значит, и нам тоже надо уходить. Скоро на запах крови сбегутся падальщики. Вступать еще в один бой мне не хочется. Кроме того, это может быть опасным для тебя.
   - Ника, я кшатрий.
   - И? - задавая вопрос, я взглядом нашла рюкзак и пошла к нему.
   - Я из варны воинов. Меня не испугать боем. Я храбрый, как мой отец, и ничего не боюсь.
   - Камал, хороший воин - это не тот, кто ничего не боится, бросая вызов всем направо и налево. А тот, кто может победить, не вступая в ненужный бой. Да и ничего не боится только дурак. Сам подумай, зачем нам сейчас вступать в схватку с животными, которые захотят поживиться падалью? Не лучше ли, пока они будут тут заняты, отправиться в дорогу?
   - Я не подумал об этом.
   - А вот это неправильно. Воин всегда должен думать, просчитывая действия противника и свои на несколько ходов вперед.
   - О, это как в шатрандж?
   Пока разговаривала с парнем, я быстро обработала раны на своих руках. После чего, внимательно следя, не появится ли еще какой-то незваный гость, закинула рюкзак на плечи и тут же трусцой поспешила удалиться с поля сражения, поинтересовавшись.
   - А что это?
   - Это игра такая, - мальчишка, взяв мой темп, пристроился рядом. - В ней напротив друг друга в два ряда выстраивают армии из разных фигур. Соперники ходят по очереди, пока один не победит и не свергнет правителя своего соперника. Там тоже надо просчитывать свои действия на несколько ходов вперед.
   Заметив, что мальчишка легко поддерживает мою скорость и не сбивается в дыхании, решила ее немного увеличить.
   - Да. А теперь побежали. Нам надо уйти как можно дальше отсюда.
   Больше Камал со мной не спорил. Что бы я его ни просила в течение следующих двух дней нашего пути, он делал все сразу, не пререкаясь и не споря. Мальчишка оказался на удивление выносливым. Была заметна его хорошая физическая подготовка. Возможно, его семья нашла способ обойти генетический сбой, от которого страдает все мужское население Земли вот уже несколько сот лет. Хотелось бы в это верить.
  
   *Флайборт-эйр - турбореактивная доска для полетов.
   **Дартский язык - одна из групп индоиранских языков. Был распространен среди дартских народов населяющих горные и предгорные районы на севере Афганистана, Пакистана и Индии.
   ***Равн - опасное животное-охотник. Подчиняется только одному хозяину.
  ****Кшатрии - представители одной из варн (каст), состоящей из владетельных воинов.

* * *

   Мы довольно быстро двигались через лес и, на наше счастье, дальнейшее путешествие было без приключений. К концу второго дня мы оставили могучие деревья за спиной и вышли к обработанным полям. Вдали за пашней, у подножья невысокой горы, был виден небольшой городок. К этому моменту солнце своим нижним краем прикасалось к горизонту, а люди все еще работали на полях. Сами. Без машин или другой какой-либо техники. Используя только каких-то медленно передвигающихся животных.
   Чем больше я узнавала этот мир, тем четче осознавала: домой, на Землю, мне не вернуться. Не знаю, как и когда на этой планете появились люди, но с Землей они уже очень давно потеряли любую связь.
   Остановивших, я пораженно замерла на несколько мгновений. Мой мозг не хотел верить тому, что видели глаза. Как бы это невероятно не звучало, но на полях работали только мужчины. Я никогда не видела стольких одновременно. Да и не одновременно тоже. При этом ни одной женщины в округе видно не было. На мужчинах, кроме каких-то странных, темных, широких штанов и намотанного куска ткани на головах, больше ничего не было. Кто же их охраняет и оберегает? Как можно мужчин заставлять работать? Они и так мрут как мухи, а если еще и перенапрягаться будут, то вообще ни одного не останется.
   Мы медленно шли по дороге через поля. Сначала на нас никто не обратил внимания, но как только люди нас заметили, то сразу же начинали опускаться на колени, склоняя голову до земли, почти ложась на нее. Удивленно взирая на все это, я тихонько поинтересовалась у Камала.
   - Малыш, ты не знаешь, что происходит? Чего эти люди в пыли валяются?
   - Знаю. Они приветствуют своего господина.
   Я ошеломленно смотрела по сторонам. Чем дальше, тем больше понимая в какую за... сложную ситуацию попала. Вообще-то, если честно, я слышала о таком обычае приветствия. Да, слышала. На уроках истории. Древней истории. Мой взгляд переместился на уверенно идущего на шаг впереди меня Камала. Кто же его родители, если перед ним люди на колени падают? Посмотрев на стены приближающегося города, я стала задумываться, а стоит ли мне туда соваться? Не лучше ли будет передать мальчишку кому-то из этих коленопреклоненных людей, чтобы он довел его до дома? Но потом вспомнила двух равнов, от которых он убегал, и поняла, что лучше Камала самолично вручить в руки родственников. Во избежание, так сказать. Вдруг, тот кто натравил на него хищников поблизости. Но перед тем как мы дойдем до места назначения, я все же решила уточнить еще кое-что.
   - Малыш, а где женщины? Почему работают одни мужчины?
   - Женщины занимаются домом. Без сопровождения мужчины своего рода они не могут выйти на улицу. А мужчины все заняты. Им не до присмотра за женщинами. Им работать надо.
   - А если мужчина по какой-либо причине умрет. Что будут делать женщина, если ей нельзя выходить без сопровождения?
   - Если мужчина умирает, все женщины вместе со всем имуществом переходят под опеку к ближайшему живому родственнику мужского пола. Если же такого нет, то вершить их судьбу будет хозяин земель, на которых стоит их дом. Я же тебе говорил, женщина - это тень мужчины. Она не может самостоятельно передвигаться куда-либо или что-то решать сама. Она только следует за мужчиной, выполняя его волю.
   - Подожди, ваши женщины вообще не имеют права выбора, где, с кем и как им жить, что делать, куда идти и чем заниматься?
   - Нет, конечно, я же тебе...
   - Да, да, поняла, - прервав мальчишку, я нахмурилась. Мне не нравился ни этот мир, ни его правила. Оставалось надеяться, что где-нибудь подальше отсюда, в другой стране, люди живут по другим законам. Для себя точно решила, задерживаться здесь не буду.
   Мы прошли уже половину пути до городка, когда оттуда выехала группа всадников. Я остановила Камала, положив руку ему на плечо. Мало ли. Возможно это напавшие на него или на его селение.
   - Ника, не переживай. Это свои.
   - С чего ты взял? - продолжая хмуриться, я постаралась рассмотреть тех, кто там едет нам навстречу.
   - Люди спокойно работают на полях. Если бы нападающие все еще были здесь, они бы прятались или по домам, или в лесу.
   Логика в словах парнишки была, но я все равно предпочитала оставаться на месте, приготовившись на всякий случай к бою. Жаль пистолет разрядился, а с одним ножом много не повоюешь.
   Группа всадников резко затормозила в нескольких метрах от нас, и один из мужчин тут же спрыгнул с животного, напоминающего помесь буйвола и носорога.
   - Дядя, - скинув со своего плеча мою руку, Камал бросился вперед.
   - С тобой все нормально? - мужчина, окинув быстрым взглядом мальчика, перевел грозный взгляд на мою скромно стоящую персону, подавая знак свои людям окружить меня. Я видела, с какой скоростью эти довольно крупные животные передвигались по дороге. Уйти от них на своих двоих не получиться. Поэтому стоим спокойно и с независимым видом следим за развитием событий.
   - Да, дядя. Со мной все хорошо. Это Ника меня спасла и помогла вернуться. А где папа? Вы же вместе отправлялись к границе.
   - Мой мальчик, твой отец погиб в бою. Как и положено благородному кшатрию. Не опозорив своей смертью свой род. Ты можешь им гордиться.
   Я заметила как поникли плечи Камала, но дядя его тут же встряхнул.
   - Не смей ронять достоинство своего рода слезами. Не забывай, ты кшатрий рода Надкари. И несмотря на свой юный возраст, взойдешь на трон правителя Бакула.
   Я смотрела на окружавших меня мужчин и пыталась мысленно сравнить их с привычным мне образом нежных, ранимых созданий, которых привыкла видеть на Земле. Ничего не получалось. Эти не были ни ранимыми, ни тем более слабыми. Они были огромными. Благодаря своему немаленькому росту я привыкла смотреть на большинство людей сверху вниз. Сейчас же все было наоборот. Не могу точно сказать какой рост у всадников. Но дяде Камала я разве что до плеча доставала. А разворот этих самых плеч был раза в два больше моих. Чем они здесь кормят своих мужчин? Такие размеры не только уродливо смотрятся, но это и ненормально. Даже если брать более низкую силу тяжести планеты.
   - Да дядя. Я никого не подведу и прославлю наш род в веках.
   - Я в тебе не сомневаюсь, мой мальчик. А теперь нам надо вернуться во дворец и свершить возмездие над всеми, кто посмел напасть на твои земли.
   Пока шел разговор, я старалась не привлекать к себе внимание. Возможно, они вообще уйдут, забыв обо мне. Но не тут-то было. Сев на своего зверя, дядя посадил перед собой Камала и перед тем, как отправиться в город, отдал приказ:
   - В темницу ее.
   Услышав приказ, я опешила. Какие бы у них здесь ни были порядки, но хоть какое-то элементарное чувство признательности должно быть? Все же я спасла мальчонку и привела его домой в целости и сохранности, поэтому рассчитывала на другой прием и другую благодарность. Как минимум хотелось услышать простое спасибо. Про максимум, в данном случае, лучше даже не думать.
   Понимая, что сопротивляться бесполезно, я все же напряглась, но что-либо сказать или сделать не успела. Меня опередил Камал. В отличие от своего дяди он оказался более благодарным.
   - Нет!
   Окрик парнишки остановил спешившегося около меня воина.
   - Что нет? - задавая вопрос, дядя Камала, недовольно поджав губы, перевел раздраженный взгляд с темной макушки мальчика на меня.
   - Не смейте ее трогать. Она меня спасла и вернула домой. Поэтому находится под моей защитой. Я запрещаю к ней прикасаться и приказываю предоставить Нике лучшие комнаты на женской половине.
   - Камал, в силу своего возраста ты не понимаешь некоторых нюансов происходящего. Посмотри на нее. Я никогда не видел таких странных женщин. Кто она и откуда так удачно появилась, чтобы спасти тебя? Вполне вероятно, именно это задумывалось, когда происходило нападение. А произошло оно вскоре после гибели твоего отца. Я допускаю вероятность того, что она специально подослана, чтобы втереться тебе в доверие и заинтересовать своим необычным видом. Поэтому, как глава твоей безопасности, посоветую ее поместить в темницу и допросить в присутствии жреца. Если она ни в чем не виновна ни перед людьми, ни перед богами, девушку отпустят к ее господину достойно вознаградив.
   - Нет. Если бы она хотела мне навредить, то не помогала бы.
   Слушая перепалку этих двоих, я задумалась, а чего это вдруг дядя Камала решил меня сделать козлом отпущения. Точнее, козой. Случайно, у него самого рыльце-то не в пуху? Не он ли следующий претендент в очереди на трон? Или что у них тут. Зачем быть главой охраны, если можно стать главой земель? Сощурившись, я стала внимательнее следить за мужчиной, его мимикой и движениями. Иногда тело и лицо могут лучше любых слов рассказать об истинной сути человека и его замыслах. А этот мутант-переросток тем временем продолжал убеждать племянника в необходимости меня допросить. Надеюсь, мальчишка не поведется на его слова. Потому что, мне так кажется, попади я в темницу и окажусь виноватой во всех смертных грехах, чтобы ни говорила и какой бы невиновной ни была.
   - Ты не понимаешь. Про вред твоему телу ничего и не говорится. Вполне возможно, что в планы ее господина входит захватить с помощью девушки власть в Бакуле. Вот смотри, ее ты знаешь всего несколько дней и уже слушаешься и защищаешь. В то время как меня знаешь с рождения, при этом уже не слышишь. Что же тогда будет дальше?
   - Нет. Это ты, дядя, не понимаешь. Несмотря на то, что ты отвечаешь за безопасность Бакула и членов нашей семьи, именно Ника спасла меня от двух равнов. И не только от них. А еще и от стаи диваши. А это не каждому воину под силу. Она достойна уважения, почестей и множества подарков. Ты же мне предлагаешь в благодарность за ее деяния отправить девушку в темницу. Неужели моя жизнь, как твоего племянника и правителя, ничего для тебя не значит?
   - Мальчик мой, если бы я был в тот момент в городе, нападения бы не произошло.
   - Но тебя не было, а твои люди с защитой дворца не справились.
   - Как только расследование закончится, они за это понесут наказание.
   - И не только они. Это и твой просчет. Твой, а не Ники. Именно ты их нанимал. Так что не смей трогать девушку. Если с ней что-то случится, я отдам приказ тебя казнить. Поэтому теперь ты отвечаешь также и за ее безопасность. И именно ты, дядя, доведешь ее до дворца. Чтобы все видели, как она важна для меня. Дайте девушке накидку, чтобы она могла дойти до Марахама, не запятнав своей репутации.
   Я переводила удивленный взгляд с мальца на его дядю. Увидь я его сейчас в первый раз, ни секунды не сомневалась бы, кто именно здесь главный. А еще меня поразило, с каким достоинством он держался и говорил. Высказывал свои претензии и отдавал приказы Камал твердым, уверенным голосом. И что удивительно, взрослые мужчины его слушались.
   Пока я все это обдумывала, отряд во главе с парнишкой отправился галопом в сторону городка. При этом Камал самостоятельно сидел на спине гиганта, уверенно им управляя. А вот его дяде пришлось не только спешиться, но и остаться рядом со мной. Повернувшись ко мне он прожигал меня злым, я бы даже сказала, ненавидящим взглядом, держа в руках какой-то серый балахон.
   - Мой племянник еще молод и неопытен. Поэтому, что бы он ни говорил и как бы тебе ни верил, я уверен, что ты связана с этим нападением. Не знаю, люди тебя послали или демоны, да и неважно это, я все равно буду за тобой следить. И как только ты допустишь самую малую оплошность, поймаю. И тогда наказания тебе не избежать.
   Как только мужчина закончил свою 'воодушевляющую' речь, он тут же вручил мне балахон и, развернувшись спиной, отправился в сторону виднеющихся впереди стен. Вначале мне захотелось плюнуть на все и также, повернувшись к нему спиной, дать деру. Уверена, этот громила меня не догонит. Все же я значительно легче его и быстрее. Вот только стоит ли это делать? С одной стороны, если убегу, подтвержу направленные на меня подозрения, а этого мне бы не хотелось. Я всегда берегла свою репутацию, а также честь солдата, и не хотелось бы их терять даже в этой дыре, тем более из-за необоснованных, голословных обвинений дикаря. А с другой стороны, гордость и все остальное это хорошо, но вот жизнь и свобода важнее. Тем более, находясь на свободе, всегда можно доказать свою невиновность. А вот если меня запрут на замок, это вряд ли получится.
   Пока я колебалась с выбором, решая, что же мне делать дальше, мужчина, поняв, что за ним никто не идет, обернулся и посмотрел на меня с хищной предвкушающей ухмылкой:
   - Хочешь поиграть?
   Только взглянув в его темные, почти черные глаза, поняла - бежать не стоит. Не снимая рюкзак, я накинула на себя выданный мне серый, невзрачный балахон, наверняка превратившись в нечто горбатое, и последовала за провожатым.
   Окинув меня брезгливым взглядом, дядя Камала бросил резкое.
   - Одень капюшон, чтобы никто не видел твоего уродства.
   Кто бы говорил. Писаной красавицей я, конечно же, никогда не была, но до уродства мне так же далеко, как ему до нормальной мужской красоты. И забросило же меня к каким-то гибридам. У них не только ездовые животные - смесь буйвола и носорога. Они сами - смесь непонятно кого с кем. Возможно, именно благодаря этому мужчин здесь так много. Но я не уверена, что результат эксперимента того стоил.
   Попытка зацепить меня не удалась. Усмехнувшись, я спокойно одела капюшон. И не потому, что мне приказали, а потому что понимала, своим необычным видом могу привлечь ненужное внимание. Ускорившись, я поравнялась с идущим впереди провожатым, пристроившись рядом. И как только это сделала, он тут же остановился, грозно зашипев:
   - Что бы ты о себе ни возомнила, ты тень и только тень. А тень идет сзади.
   И не страшно ему оставлять такого противника, как я, у себя за спиной? Скорее всего, он еще не понимает, кто я и что умею. Но опять же, спорить не стала. Этим я только доставлю ему удовольствие. Зачем вступать в ненужный и заранее обреченный на провал бой? Часто тактическое отступление лучше любой лобовой атаки. Поэтому, как только я отступила на шаг назад, мы продолжили путь.

* * *

   Пока мы шли до городка, я внимательно следила за идущим впереди меня местным, отмечая его мягкую, пружинистую походку и четко выверенные плавные движения. Ни одного лишнего или резкого. Никакого мельтешения. Чувствовалась хорошая военная школа. Хотелось бы посмотреть, каков он в деле. Как бы невероятно это ни звучало по отношению к мужчине.
   На коленопреклонённых на полях людей дядя Камала не обращал никакого внимания, впрочем, как и на меня. Во всяком случае, так мне показалось. И это меня более чем устраивало. И не просто устраивало. Меня это очень даже обрадовало. Решив воспользоваться ситуацией, я стала замедлять свой шаг. Зря. Это мне только показалось, что он надменно вышагивает впереди, забыв обо мне. Стоило мне немного отстать, как мужчина, обернувшись, кинул на меня предупреждающий взгляд. Обычно так смотрит палач на тех, кого уже осудили и приговорили к смертной казни. Осталось только приговор привести в исполнение. Решила пока больше не экспериментировать.
   Следуя за аборигеном, я попыталась рассмотреть работающих в поле. Но у меня ничего не получилось. Люди вставали с колен, когда мы уже отходили на достаточно большое от них расстояние. Поэтому мой взгляд вернулся к тому, кто быстрым шагом шел впереди. Его волосы, такие же черные, как и у всех представителей местного населения, которых я уже увидела, были заплетены в тугую косу со странным металлическим украшением на конце. На тело надета длинная, почти до колен, туника темно-вишневого цвета, с разрезами по бокам от бедра и красивой золотистой вышивкой по краю. По низу его белых брюк была видна та же вышивка. На ногах надеты мягкие тканевые тапочки такого же темно-вишневого цвета, что и туника. Обувь опять же была вышита.
   Что могу сказать? Одежда хоть и необычная, но вполне соответствует привычному мужскому образу. Смотрится она довольно органично и гораздо лучше той непонятной тряпки, что носят работающие на полях вместо брюк. Кстати, у этих людей волосы едва доставали до плеч. А обуви у них вообще не было.
   Когда мы пересекли городские ворота, я оторвалась от исследования одежды мужчины и переключилась на строения. Все в городе было выполнено из камня одного цвета. Светло-серого. Им были выложены дороги, стены отдельно стоящих домов и высокие ограды. Мы шли по центральной улице. Ее ширина было около пяти метров. И по ней передвигалось довольно много людей. Точнее, мужчин в разноцветных одеждах, довольно ярких и по фасону схожих с одеждой моего сопровождающего. А вот за ними, в таких же накидках, как и моя, шли женщины. Или во всяком случае, мне так показалось, что это были они.
   Я удивленно оглядывалась по сторонам. Сколько же здесь мужчин и все, абсолютно все меня выше. Да что там мужчины. Даже те, кто следовал за ними неслышными тенями, и те были выше меня минимум на полголовы.
   - Не позорь своего господина и не крути головой.
   Услышав недовольное шипение над ухом, от неожиданности вздрогнула. Из-за усталости и обилия новых впечатлений я мало того что отстала, рассматривая все и всех вокруг, так еще и стала невнимательной. А ведь это мне может стоить жизни. Не то чтобы я всех окружающих воспринимала как врагов, но, судя по тому, как меня встретили, ничего хорошего от местных ждать не приходится. Как бы мне хотелось надеяться, что мое первое впечатление окажется ошибочным. Но что-то в это мало верится. Чтобы не навлечь на себя дополнительные проблемы, решила не показывать своего отношения к происходящему. Поэтому, посмотрев на нависающего надо мной мужчину, только вопросительно приподняла бровь в ожидании продолжения.
   Вообще-то, во мне уже кипело раздражение от хамского поведения приставленного ко мне индивидуума. Я очень терпеливый человек, но у всего есть предел. И еще этот намек на господина. О каком господине он говорит? Очень сильно, до зуда в пальцах, захотелось этого мужлана поставить на место. Но опять же, я воспитана так, что мужчин обижать нельзя (про то, чтобы врезать кое-кому хорошенько, вообще молчу), потому что это плохо сказывается на их настроении и в дальнейшем на продуктивности (точнее, репродуктивности), но и себя оскорблять не позволю.
   - Не отставай.
   Процедив приказ сквозь сцепленные зубы, дядя Камала быстрым шагом продолжил путь. Сжав руки в кулаки, последовала за ним.
   В отличие от людей на полях, городские жители не падали на колени перед нами. Точнее, не все. Многие застыли, согнувшись в поклонах. Кто-то, при этом, скрестив руки на груди, а кто-то, сложив ладони над головой. И поднимались или разгибались они, бросая на меня и моего спутника заинтересованные взгляды, когда мы отходили от них метров на десять.
   Вскоре дорога уперлась в широкие деревянные резные ворота и более высокую стену, чем те, что до этого встречала в селении. Над всем этим возвышалось несколько башен.
   Как только мы подошли к воротам, они сразу же открылись, впуская нас обоих во внутренний двор, тут же закрывшись за нами. По-видимому, это дворцовый комплекс из нескольких зданий. Строения оказались очень высокими (конечно же, их не сравнить с земными небоскребами, но все равно, для уровня развития местного населения - поистине потрясающая работа), но не это меня восхитило, а то, что стены всех зданий от земли до самой крыши были украшены рядами скульптур людей и разных животных. При этом повторений я не заметила. Это сколько же это все строилось? Следуя за своим сопровождающим, я восторженным взглядом осматривала все вокруг. Невероятно!
   От рассматривания достопримечательностей меня отвлек подбежавший к нам толстячок в развевающемся на ветру ярко-желтом наряде.
   - Добрый вечер, господин Виджей. Разрешите забрать наиру Нику?
   - Кого?
   И я, и мой сопровождающий вопросительно уставились на толстячка, отчего тот растерялся.
   - Ну как же? Мне передали, что вы придете со спасительницей нашего повелителя, наирой Никой.
   Теперь взгляды обоих мужчин были направлены на меня. Знать бы еще, кто эти наиры. Решила пока никак не показывать своей неосведомленности по этому вопросу, и просто пожала плечами. Вроде как, понимайте как хотите. Вот и поняли они каждый по-своему. Один низко склонился передо мной, скрестив руки на груди, второй, презрительно скривил губы, бросив:
   - Помни мои слова. Одна ошибка...
   Многозначительно промолчав, дядя Камала развернулся и ушел. А вот толстячок, счастливо улыбнувшись, выпрямился, попросив следовать за ним.
   - Мое имя Ракеш, госпожа. Я главный распорядитель в женской части дворца. Со всеми вопросами и пожеланиями сразу же обращайтесь ко мне. А сейчас прошу следовать за мной, - мило улыбнувшись, толстячок показал направление куда идти, пристроившись рядом. - Как же мы рады, госпожа, что повелитель Камал вернулся живой и здоровый, и все это благодаря вам. Что здесь творилось, что здесь творилось... Никто так и не понял, откуда далиты появились и как они проникли во дворец. Неблагодарные. И подобрали же момент, когда повелитель Иш умер, а господина Виджея не было...
   Мой новый сопровождающий, размахивая руками, эмоционально рассказывал о случившемся и даже всхлипнул слегка. Слушая причитающего Ракеша, я улыбнулась. Нет, меня не радовало нападение, но поведение этого мужчины было понятное и привычное. Несмотря на то, что он, как и все те, кого я сегодня встретила, был значительно крупнее меня, захотелось его обнять и успокоить, заверив, что все теперь будет хорошо. Что я его защищу и не дам в обиду. Все-таки есть здесь нормальные мужчины. Мне от осознания этого факта даже немного полегчало на душе. В то, что я смогу вернуться на Землю, уже не верилось. Слишком этот мир отстал в своем развитии, поэтому шансы, что тут есть космическая база, сводились к нулю. От мыслей же, что в будущем буду иметь что-то общее с такими типами, как дядя Камала или те, кто его сопровождал, мои плечи брезгливо передернуло. Но и оставаться на всю жизнь одной не хотелось. Толстячок же вселил надежду, что со временем я и в этом мире найду свое маленькое, или не очень, счастье.
   Я более внимательным взглядом окинула полную фигуру идущего рядом мужчины, его пухленькие щечки, большие темные глаза, в которых стояли слезы от пережитого. Какой же он эмоциональный! Мои губы растянула довольная улыбка. И идет мой сопровождающий рядом, не вспоминая о разных там тенях. И нет в нем высокомерия и пренебрежения. Значит, есть в этом мире нормальные мужчины. Скорее всего, именно этот уже занят, да и не время мне сейчас заводить кого-либо, сначала надо самой обустроиться и найти постоянный источник дохода, но мужчин здесь много, так что найду того, кто будет моим. Вот только уберусь с этих земель подальше.
   Уже в более хорошем расположении духа я стала внимательнее рассматривать, куда меня ведут. Мы прошли через несколько довольно больших и светлых комнат, в которых не было ничего, кроме нескольких низких столиков и множества разноцветных подушек, лежащих на полу. Разве что еще имелись статуи почти голых женщин в довольно своеобразных позах. Стены, потолок и колонны во всех комнатах были из белого камня. А вот пол везде был разного цвета, но из одного и того же материала, очень напоминающего мрамор. Окон было много, все они были стрельчатые, очень большого размера и затянуты тонкими, прозрачными тканями, которые отлично пропускали дневной свет, а вот пыль и разного рода мусор удерживали. Про стекла или пластик здесь не было и речи.
   По дороге мы так никого и не встретили, зато когда вошли в комнату, посреди которой имелся небольшой фонтанчик, вот здесь оказалось много девушек. Десятка два так точно. Возможно, даже немного больше. И все они были одеты в странные яркие полупрозрачные наряды, которые больше открывали, чем скрывали. А еще на них было много браслетов. Как на руках, так и на ногах. При каждом движении девушек, их многочисленные украшения мелодично звенели как колокольчики.
   - Госпожа Ника, теперь вы можете снять накидку. Здесь вашей чести ничего не угрожает.
   Ну, наконец-то. А то в этом мире довольно тепло, и таскать на себе помимо привычного костюма еще и этот странный балахон было не только неудобно, но и довольно жарко. Сняв накидку, я ее тут же передала в протянутую руку Ракеша, который взглянув на меня, испуганно застыл с приоткрытым ртом. Впрочем, такая же реакция была и у девушек вокруг. Кто-то застыл на месте, кто-то, испуганно взвизгнув, куда-то убежал, а кто-то принялся что-то бубнить себе под нос, делая странные движения руками, то зажмуриваясь, то вновь открывая глаза.
   Ну да, я несколько отличаюсь от них. У меня светлая кожа, а у них темная. У меня голубые глаза и светло-русые короткие волосы, у них почти черные как глаза, так и волосы. Последние у всех были очень длинные. Но ведь ни рогов, ни хвоста у меня нет. Так что чего пугаться? Физически-то я от них не отличаюсь. Точнее, почти не отличаюсь. Это первые женщины, увиденные мной в этом мире. Как и мужчины, они оказались выше меня минимум на полголовы, и это несмотря на то, что большинство из них были меня значительно моложе. Значит они, в отличие от меня, еще растут. Но не только рост нас отличал. Но и фигуры. Я не заметила ни одной спортивной или подтянутой девушки. Все они были несколько полноваты, с большой грудью и широкими округлыми бедрами, но при этом талия у них была на удивление тонкой. Смотрелось непривычно, но интересно. Я рядом с ними выглядела как нескладный подросток.
   Пока мы изучали внимательно друг друга, одна из девушек, сидящая отдельно от всех, единственная, у кого тело было полностью скрыто под белым непрозрачным нарядом, подошла ко мне и, опустившись у моих ног на колени, принялась целовать мои ботинки.
   - Эй, ты чего? - спохватившись, я тут же начала поднимать ее. - Встань. Не надо. Ты что творишь?
   - Спасибо. Спасибо, что спасла моего сына.
   Присмотревшись к той, что опустилась у моих ног, я поняла, в кого Камал пошел своей красотой. Он очень похож на мать. Которая, кстати, была ненамного старше меня. Несмотря на очень красивое и молодое лицо, взгляд у девушки был как у человека, умудренного жизнью. В нем читались доброта, скорбь, благодарность, а еще какая-то обреченность.
   - Камал - хороший мальчик. Я рада, что мне удалось его спасти. Поднимайся уже.
   Молодая женщина на меня удивленно посмотрела, но ничего не сказала. Ее действия и мои слова разрядили обстановку. Ракеш закрыл рот, а девушки хоть и старались держаться от меня подальше, но смотрели уже не с испугом, а с интересом.
   - Госпожа Ника, - отмерший Ракеш засуетился около меня, - нам надо поспешить. Скоро будет церемония прощания с погибшими. Мне надо успеть привести вас в порядок до нее.
   Не совсем понимая, причем здесь я, все же последовала за распорядителем в одну из комнат. Там уже находились две девушки. Они сидели на коленях, о чем-то весело между собой переговариваясь. Когда мы появились, они тут же уткнулись лбами в пол, молитвенно сложив руки над головой.
   Пока я, замерев на пороге, рассматривала эту странную композицию, Ракеш принялся отдавать приказы.
   - Сийке, Шали, быстро помойте и переоденьте госпожу. У нас мало времени.
   Обе девушки тут же вскочили, стремясь исполнить приказ, но, увидев меня, замерли. Впрочем, я тоже не сильно от них своей реакцией отличалась. Замерев, я переводила озадаченный взгляд с мужчины на девчушек с твердым намерением отказаться от услуг последних. Как-то привыкла я за свою жизнь себя самостоятельно обслуживать и менять свои привычки не собираюсь. О чем, нахмурившись, и сообщила.
   - Не надо меня мыть и переодевать. Я сама отлично справлюсь. Покажите мне только, где мыться и что одевать.
   Услышав меня обе девушки тут же с завываниями упали на колени хватаясь за мои ноги. Я и отскочить не успела. Да и некуда было, за спиной-то дверь.
   - Госпожа, не прогоняйте нас.
   Обводя комнату ошалелым взглядом, я не знала ни что делать, ни куда бежать.
   - Да что же здесь, вообще, происходит?
   - Наира Ника, не волнуйтесь, сейчас я пришлю новых служанок. С вами же, негодницы, разберусь позже, а сейчас марш на кухню.
   Последнее было сказано не мне, а двум лежащим у моих ног девушкам, отчего в их глазах появился страх и слезы, но ослушаться они не посмели. Несмотря на то, что на мой вопрос так и не ответили, я решила не акцентировать на нем внимание и разобраться во всем попозже как-нибудь самостоятельно. Или не совсем самостоятельно. Ну а пока пора исправлять ситуацию.
   - Не надо их отсылать.
   Обе девчушки с надеждой посмотрели на управляющего, и когда он кивнул им в знак того, что они могут оставаться, на их лицах тут же расцвели счастливые улыбки, несмотря на то что по их щекам все еще текли слезы. Которые они постарались незаметно вытереть.
   Что надо делать с детьми, чтобы вызвать у них такую бурную реакцию? Иначе на девушек я смотреть не могла. Им, наверное, было лет по четырнадцать, от силы пятнадцать. Посмотрев на Ракеша, я попыталась понять, чем он им угрожал и что за наказание ждало подростков. Вряд ли они испугались кухни. По-видимому, не так уж он добродушен, как мне показалось вначале. Мужчина, сощурившись, строго посмотрел на все еще коленопреклонённых служанок, после чего строго им приказал.
   - Наира Ника должна быть готова до заката. У вас не так много времени. Наряд и украшения я подберу сам.
   Заставлять детей работать - это неправильно, так же как и угрожать им. Но вмешиваться в местные порядки, не разобравшись сначала, что тут к чему, было глупо и недальновидно. Поэтому решила пока побыть сторонним наблюдателем.
   Ракеш ушел, а девушки, вскочив на ноги, бросились ко мне, но тут же остановились, растерянно осматривая мою одежду.
   - Госпожа, а как это снять?
   Ну да, с застежкой-молнией они незнакомы. Расстегнув костюм, я с удовольствием его сбросила. Надо будет простирнуть одежду. Но сначала хотелось помыться. На мне осталось удобное спортивное белье, которое вызвало очередные удивленные взгляды. Но мне уже было все равно.
   - Где тут можно помыться?
   - Прошу, госпожа.
   Далеко идти не пришлось. Оказалось, что ткани на стенах комнат служили не только украшением, они еще и скрывали двери в соседние помещения. Надо будет обязательно обследовать выделенные мне апартаменты, перед тем как лечь спать. Чтобы чей-нибудь неожиданный визит не оказался для меня неприятным сюрпризом.
   Соседнее помещение оказалось небольшим. Где-то три на три метра, но таким же светлым, как и все предыдущие. За счет все тех же огромных окон, которые выходили в чудесный сад. В углу комнаты, около двери, на небольшом постаменте стоял стул. Судя по всему, это было подобие унитаза. А посреди комнаты в полу имелся то ли небольшой бассейн, то ли большая ванная, которая уже была наполнена теплой водой. Как же приятно окунуться и смыть с себя пот и грязь, которыми покрылось мое тело за эти несколько дней!
   К моему удивлению, одна из девушек тут же скинула с себя коротенькую маечку, в которую была облачена, и широкие брюки (которые оказались длинным куском ткани, странным образом замотанным на бедрах и ногах) и тут же спустилась ко мне в ванную. Я решила пока не возмущаться такому произволу. Не то чтобы я никогда не купалась с женщинами (купалась и не только купалась), но это обговаривалось заранее и было по обоюдному согласию. У меня же пока никто ничего не спрашивал.
   - Разрешите, госпожа?
   Вот и спросили. Усмехнувшись, решила уточнить для начала, что именно от меня хотят и тут же получила ответ:
   - Искупать вас. Откиньте немного голову назад, чтобы я могла помыть ваши волосы.
   Оказывается, это очень приятно, когда тебя купает кто-то. Когда в тело втирают масла и делают массаж. При этом девушки все время спрашивали, не больно ли мне, ведь я такая маленькая и хрупкая. Последнее было очень непривычно. Раньше именно я было выше и крупнее большинства. Здесь же даже девочки-подростки оказались выше меня. От этого чувствовала я себя несколько непривычно и неуютно.
   И вот вскоре я стою усталая и разомлевшая посередине своей комнаты, а на меня одевают свободное длинное, достающее мне до пяток платье из тонкой белой ткани с золотистой вышивкой по подолу. Нижнего белья к этому наряду не прилагалось. Рассматривая интересный наряд и радуясь, что это не полупрозрачное безобразие, которое видела на девушках в большой зале, я поинтересовалась:
   - Э-э-э, что это?
   - Пату-падавай. Извините, другой одежды вашего размера не нашли. Но вы не переживайте, господин Ракеш уже приказал швеям заняться вашими нарядами.
   Ответ меня, мягко говоря, удивил. Поэтому решила уточнить:
   - Это детская одежда?
   Услышав вопрос, девушки отвели глаза в сторону, принявшись меня заверять, что ее носят не только дети, но и подростки. Получается, моя одежда непрозрачная только потому, что она детская. Замечательно. Хоть какая-то есть польза от того, что я здесь мелкая такая оказалась.
   Дальше мне на руки, ноги и шею одели множество браслетов, бус и других украшений, посетовав что уши у меня не проколоты и они не могут меня украсить в соответствии с моим статусом. А еще они не знали, что делать с моими короткими волосами. Но все же умудрились их уложить, нацепив на голову также какие-то украшения. Я же, слушая их, поставила себе на заметку узнать, что у меня здесь за статус и кто такие наиры.
   Мне очень хотелось бы взглянуть на конечный результат трудов двух приставленных ко мне девушек, но в связи с тем, что зеркала тут отсутствовали, возможности увидеть себя у меня не было. Не только у меня, конечно.
   Зашедший за мной Ракеш пришел не с пустыми руками. Он принес накидку. Не ту, в которой я была ранее, но похожую. И зачем было меня наряжать, если этого все равно никто не увидит? На ноги мне одели мягкие тканевые тапочки и повели через весь дворец.
   Торжественно-печальное лицо управляющего не располагало к разговорам. Да и, помнится, немногим ранее говорили, что сегодня будет вечер прощания с погибшими.
   Дворцовый комплекс оказался довольно большим. Чтобы пересечь его, нам понадобилось больше двадцати минут. Выйдя из очередного прохода, я удивленно воззрилась на большое озеро, раскинувшееся буквально в десяти метрах от стен дворца. Здесь уже было много народа. Все мужчины были в белой одежде. Женщины же, как и я, в светло-серых накидках, закрывающих их с головы до пят. И только мама Камала стояла все в той же белой одежде, в которой я ее уже видела сегодня, без накидки. Она не сводила грустного взгляда с возвышения из дров, сложенного на берегу озера, сверху на котором лежало тело. Чье это тело, я сразу же догадалась.
   Это было пусть и самое высокое, но не единственное возвышение из бревен с телом. Оглянувшись в обе стороны вдоль берега, я насчитала еще несколько десяток таких сооружений. Для чего они, я догадалась сразу. Люди будут прощаться со своими родными и в конце наверняка спалят тела. На Земле поступают так же. Вот только делаем это мы в печах, не тратя дорогостоящую древесину.
   Меня провели вперед, оставив стоять немного позади Камала с матерью, его дяди и еще какой-то фигуры в накидке, рядом с которой стояло две маленькие девочки в платьях, похожих на мое. На детей накидки не одевали. Оставшись одна, я не знала, что мне делать. Поэтому просто стояла, стараясь особо не крутиться, чтобы не привлекать к себе ненужное внимание.
   Через некоторое время послышались звуки барабанов. Скорее всего, это было сигналом для начала погребального ритуала, потому что как только они раздались, вперед вышло несколько абсолютно седых старцев с распущенными по плечам волосами и длинными белыми бородами. На них, кроме намотанной на бедра в виде брюк белой ткани, ничего не было. И вот эти старцы, напевая что-то и покачиваясь из стороны в сторону, начали обходить сооружения из бревен. Сделав несколько кругов, один из жрецов (именно так я их идентифицировала) подошел к Камалу, дав ему что-то, что он бросил в озеро. Теперь уже Камал ходил возле постамента, на котором лежало тело его отца. После того как мальчик сделал пять кругов, ему вручили горящий факел. Но к моему удивлению он не подошел к бревнам, а посмотрел на свою мать. В его взгляде читалось столько горя. Мне показалось, что он вот-вот расплачется, но парень держался. Его же мама, обернувшись к стоящей рядом с ней женской фигуре, обняла ее, а потом и двух девочек, подарив им браслеты, которые она тут же сняла с себя. Подойдя к своему сыну, женщина поцеловала его в лоб и, что-то шепнув на ухо, пошла к постаменту, на котором лежал ее муж. И вот она уже на него поднимается и садится в изголовье умершего, положив его голову себе на колени. Ее белый наряд, от лучей заходящего солнца, становится красным.
   Оглянувшись по сторонам, я посмотрела на другие постаменты с телами. Больше ни на один из них не взошла ни одна женщина. Мой взгляд вернулся к матери Камала. Женщина явно не собиралась уходить оттуда. Она спокойно сидела, перебирая волосы своего погибшего мужа. И вот ее сын делает первые шаги к сооружению из бревен. Я вижу, как дрожит горящий факел в его руках. Мальчик не сводит взгляда со своих родителей. Неужели он собирается поджечь сооружение? Затаив дыхание я испугано следила за происходящим, не веря в то что вижу.
   - Не вмешивайся?
   Вздрогнув, я посмотрела на стоящего возле меня мужчину. По мере того как Камал шел вперед, я также сделала несколько шагов следом за ним, чтобы остановить мальчика и не допустить свершения убийства. Вижу же, что он не хочет этого делать. Его явно заставили. Но зачем?
   - Его надо остановить.
   - Нет! Это ее выбор. Лучше умереть в очищающем огне, чем стать божьей рабыней, - в голосе мужчины послышались печаль и горечь. Значит и ему ничего человеческое не чуждо, и он не такой уж гад, как мне показалось вначале.
   - Кем, кем? - пока у дяди Камала нормальное настроение, я решила переспросить, что именно он имел в виду.
   - Неважно. Не вмешивайся.
   - Почему она должна это делать? - я все еще не могла понять, зачем молодой женщине сгорать заживо. Что может быть хуже этого?
   - Далиты осквернили ее. И теперь никто не впустит Дарху в свой дом и семью, чтобы избавить от позора.
   - А Камал? Он же ее сын?
   - Он правитель. Поэтому в первую очередь должен следовать традициям. А по традициям, вдова, оскверненная мужчиной, должна стать божьей рабой в одном из храмов. Только так она сможет очистить свою душу.
   - И все?
   Пока мы разговаривали, Камал дошел до постамента и поджёг один его край. Нехотя огонь стал пожирать предложенные ему дары. При этом я видела, как мальчик, рукавом свой туники вытирая слезы, пошел ко второму углу.
   - Нет. Если кто-то ее возьмет себе женой или рабыней, чтобы она служила новому дому, ее душа также может очиститься.
   - Так почему же вы или кто-то другой ее не возьмет к себе чтобы спасти?
   - Я близкий родственник ее покойного мужа. Мне нельзя. Ну а зачем она другим? Тем более опозоренная. За это можно вызвать гнев богов на свой дом.
   Вот уже и второй край строения горит. Огонь скоро доберется и до женщины. Наблюдать за этим я больше не могла. Как и допустить смерти несчастной.
   - Я не боюсь гнева ваших богов.
   Желая меня остановить, мужчина схватил на закидку. Недолго думая, я выскользнула из нее и задрав юбку повыше, бросилась вперед, спасая женщину от смерти и глупых предрассудков. Она начала кричать, прося ее отпустить. Но, несмотря на ее сопротивление и нашу с ней разную весовую категорию, мне все же удалось стащить ее вниз, до того как загорелась наша одежда. Как только мы отошли от костра, женщина опустилась передо мной на колени, сложив руки над головой.
   - Госпожа.
   Это ко мне обратилась спасенная, а вот остальные, испуганно отступив, шептали: 'Якша'. Вот еще одно непонятное слово, с которым надо разобраться.
   - До рассвета вы должны будете покинуть дворец.
   А это мне на ухо уже шипел, в своей обычной манере, дядя Камала. В отличие от счастливо улыбающегося мальчика, этот, как, впрочем, и всегда, прожигал меня злым взглядом. Подмигнув парнишке, я смело посмотрела в глаза нависающего надо мной мужчины.
   - Вот и отлично. Я все равно не собиралась здесь задерживаться.
   Это стоило сказать хотя бы ради того, чтобы увидеть удивленно вытянувшуюся физиономию этого шовиниста.
   Все тот же Ракеш отвел уже нас двоих ко мне в комнату. Увидев, с кем я пришла, обе девушки-служанки тут же, жалостливо посмотрев на спасенную мной маму Камала, сбежали. Управляющий же, бросив: 'На рассвете вас проводят', - также удалился. Устало опустившись на кровать, я грустным взглядом посмотрела на коленопреклоненную молодую женщину. Спасти-то спасла, но что мне теперь с ней делать?
   - Если я правильно поняла, то твое имя Дарха и ты мама Камала?
   - Да, госпожа.
   На несколько мгновений прикрыв глаза, чтобы не высказать вслух все, что я думаю по поводу местных правил (все же эта несчастная ни в чем не виновата), спокойно предложила:
   - Дарха, давай без этих 'госпожа' и паданий на колени. Мое имя Ника. Так, пожалуйста, ко мне и обращайся. А сейчас поднимись и присядь около меня.
   Молодая женщина, как послушная кукла, выполнила мою просьбу. Мне очень хотелось с ней поговорить, вот только выражения обреченности и какой-то жертвенности, а еще усталости и печали, никак не вдохновляли на разговор. Мучить вдову я не собиралась. Судя по ее виду, ей отдых нужен даже больше, чем мне.
   - Давай ложиться спать. Завтра будем разбираться, что нам делать дальше.
   Не говоря ни слова, женщина сползла на пол, свернувшись на нем клубочком. Нет, это никуда не годится.
   - На кровать ложись. Она довольно большая, так что обе на ней поместимся.
   Все так же молча, женщина выполнила и эту просьбу. Хорошо хоть, по два раза ей повторять не приходится. Обойдя комнату, проверила ее на наличие скрытых тканями дверей. Обнаружилось только две: в ванную комнату и та, через которую мы зашли.
   Как была, не раздеваясь, сняв только украшения, я легла поверх одеяла, положив нож под подушку и моментально заснула.

* * *

   Проснулась я резко. Вот вроде бы только закрыла глаза, а уже лежу с открытыми, прислушиваясь к окружающему пространству в поисках того, что же меня разбудило. Вокруг было не только темно, но и тихо. Дарха беззвучно спала рядом. Слушая ее равномерное дыхание, я опять стала погружаться в сон, когда услышала тихое поскребывание. Вот то, что меня разбудило! Перехватив поудобнее нож, я бесшумно поднялась и, подойдя к двери, резко ее открыла. У порога, испуганно озираясь по сторонам, стояла одна из тех девушек, что помогали мне днем.
   - Ты что-то хотела?
   - Госпожа, вам лучше поторопиться и уйти сейчас, до того как начало светать.
   - Почему? - нахмурившись, я вопросительно посмотрела на Сийке. Если мне память не изменяет, именно так звали служанку.
   - Поторопитесь, госпожа.
   Больше ничего не объясняя, девушка скрылась в темноте коридоров. Ну что же, если нам все равно уходить, то уже неважно, часом раньше или позже. И раз я уже проснулась, то почему бы не воспользоваться советом.
   Подойдя к кровати, я слегка дотронулась до плеча спящей женщины. Она почти сразу же завозилась.
   - Госпожа?
   Скривившись от обращения, я еще раз попросила.
  - Ника, никакой больше госпожи, договорились?
   - Как скажите, гос... Ника.
   Ничего, со временем привыкнет.
   - Дарха, собери свои вещи, мы уходим.
   - Мне нечего собирать.
   В голосе молодой женщины проскользнула горечь.
   - Но как же, - я непонимающе посмотрела на вдову, - ты же здесь прожила очень долго. Неужели у тебя нет ничего? Ни сменных платьев, ни обуви?
   - У меня ничего нет, кроме того, что на мне.
   - Нет, так нет.
   Я решила не настаивать. Вот свалим из этого городка, тогда можно будет спокойно поговорить. А сейчас, закинув подаренную мне одежду в рюкзак, переоделась в удобный и родной комбинезон, повесив кинжал набок. Неплохо было бы нормально перекусить, так как ела я последний раз почти сутки назад с Камалом в лесу, но времени на это нет. Достав из запасов два энергетических батончика, один протянула Дархе с приказом есть. Та взяла шоколадку и тут же принялась с отрешенным видом ее жевать. Было такое ощущение, что предложи я ей яд, она бы также его молча съела. Так тоскует по погибшему мужу? Я конечно же все понимаю, но у нее же есть еще сын, о котором надо заботиться. Буду надеяться, мне удастся растормошить мать Камала. Не хотелось бы, чтобы мальчишка остался совсем один. Хватит и того, что отца он уже потерял. При этом таскать за собой потенциальную самоубийцу я тоже не горела желанием. Но это все потом.
   Вчера я заснула, так и не постирав свою одежду, но это за меня сделали прислуживающие девушки. За что я им была очень благодарна. И вот Дарха уже ведет меня через дворцовый комплекс к воротам. Когда мы к ним подошли, только начало светать.
   К моему удивлению, нас сразу же выпустили, ничего не спрашивая и не говоря. Город еще спал. На улице не было видно ни души, что меня несказанно радовало. По-видимому, несмотря на все мои опасения, нам удастся спокойно покинуть Бакул. Возможно, я несколько преувеличила подстерегающую опасность, но лучше перебдеть, чем раньше времени встретиться со своими предками.
   Мы прошли уже половину селения, когда я заметила в тени одного из домов подозрительное движение. Моя паранойя проснулась с новой силой.
   - Дарха, а давай-ка свернем на соседнюю улицу и поищем еще одну дорогу, ведущую из города.
   - Как пожелаете, Ника, но не думаю, что это нам поможет.
   Как только, поплутав немного, мы спрятались в тени домов одного из переулков, я остановила молодую женщину, прижав ее спиной к стене, строго потребовав.
   - Рассказывай. Что здесь происходит?
   Уголки губ матери Камала дернулись в презрительной улыбке, но направлена она была не в мой адрес. И на том спасибо.
   - Не так часто жрецам удается заполучить женщин из варны кшатриев в божьи рабыни. Мы предпочитаем очищающий огонь этой 'высокой чести'. Вы же мне не позволили уйти с достоинством, так что теперь мне придется до конца жизни служить храму, чтобы очистить свою душу и тело, - объясняя, женщина бросила на меня обвиняющий взгляд. Но я все еще ничего не понимала. Поэтому решила уточнить некоторые моменты.
   - Зачем нужны божьи рабыни? В чем суть их служения храму?
   В удивленном взгляде Дархи, брошенном на меня, читалось обескураженность и отчаяние.
   - Вы совсем ничего не знаете?
   - Не знаю. Поэтому и прошу объяснить, чтобы решить, что делать дальше.
   - Божьи рабыни занимаются уборкой святилищ и омовением статуй богов. А еще они должны радовать жрецов, прихожан и паломников своими танцами и пением. Но не это их основная обязанность. Главное, для чего они нужны, это чтобы дарить благословение богов всем нуждающимся в этом. Ведь сексуальный контакт с божьей рабой приравнивается к слиянию с самим божеством. Чтобы получить прощение грехов, очищение души и благословение таким способом, паломники будут с радостью расставаться со звонкой монетой, принося прибыль храму. А если божья раба из варны кшатриев, да еще и бывшая жена самого повелителя, то желающих получить через меня благословение будет не просто много. Ни один храм не упустит такой возможности обогатиться. Поэтому из города нас не выпустят. Так что вы теперь понимаете, на что меня обрекли?
   В моем мозгу билась только одна мысль: 'Какая все это дикость!'. Такое мне даже в голову не могло прийти. Запустив руки в волосы, я пораженно смотрела на вдову.
   - Но почему? Почему ты должна стать этой божьей рабой?
   - Потому что во время нападения несколько далитов взяли меня силой, осквернив мое тело, мою душу и мою карму. Очистить все может погребальный огонь или служение в храме.
   - Подожди, причем здесь ты? Это же над тобой надругались, а не наоборот. Ты пострадавшая, а не виновница случившегося, - моему возмущению не было предела.
   - Это наказание и проклятие богов за мои грехи.
   - Забудь весь этот бред. Я не позволю тебя кому-либо к чему-либо принудить. Мы уходим отсюда.
   - Вы не понимаете. Нас не выпустят из города. Жрецы наверняка уже поджидают меня у всех выходов. И вы, Ника, если останетесь со мной, также пострадаете, так как ни один из достойных мужей не возьмет нас под свою защиту и покровительство. Поэтому для вас же будет лучше оставить меня. Одной у вас больше шансов спастись. Вы уж точно ни в чем не виновны.
   - Нет, - я была решительно настроена не только самой отсюда выбраться, но и вытащить Дарху. - Я тебя не оставлю. Лучше, пока еще окончательно не рассвело, расскажи, как устроен периметр вашего города.
   Но женщина ответить не успела. Меня привлек шум приближающихся шагов за углом здания, за которым мы прятались. Приложив палец к губам, я показала вдове, чтобы она помолчала. Сама же, тихо опустив рюкзак на землю, достала нож, приготовившись отразить нападение.
   - Не стоит начинать то, что не сможешь закончить, - мой бросок остановил знакомый пренебрежительный голос. - Следуйте за мной и желательно побыстрее.
   Ни слова не говоря, Дарха сделала шаг вперед, чтобы следовать за позвавшим нас за собой мужчиной. На ее лице промелькнули сначала растерянность, а после радость. Она явно доверяла этому типу. Она - да, а вот я - нет. Не нравится он мне. Выставив руку вперед, я остановила женщину. Она тут же на меня удивленно посмотрела, но послушалась.
   - В чем дело? - нахмурившись, самоуверенный тип бросил на меня недовольный взгляд. - Еще немного, и вам даже я не смогу помочь.
   - Что-то я не замечала за вами раньше самаритянских наклонностей. Что же изменилось сейчас?
  - Чего? - Надкари негодующе зашипел. Вот теперь я узнаю своего вчерашнего знакомого. А то уже засомневалась было, он ли это.
   - С чего вы вдруг решили нам помочь? Или не нам, а жрецам? Чтобы они не перетрудились, бегая за нами?
   Опять во взгляде, направленном на меня, читалось презрение вперемешку с брезгливостью.
   - Не вам, а госпоже Дархе. Она не заслуживает участи, на которую ее обрекла твоя глупость. Если бы ее можно было спасти без тебя, я бы так и сделал. Но вы теперь связаны богами, ну или твоей дуростью. Поэтому для всех будет лучше, если мы сейчас поспешим.
   В подтверждение его слов на соседней улице послышался шум, судя по которому, там шло человек пять-шесть, ругаясь между собой. Точнее, ругали они одного, того, кто опоздал к воротам дворцового комплекса и упустил двух беглянок. Из-за чего теперь им приходится прочесывать весь город, молясь всем богам, чтобы женщин не перехватили представители других храмов. О ком шла речь, было нетрудно догадаться. Дарха тут же испуганно заозиралась по сторонам в поисках путей спасения или укрытия.
   - Быстро.
   Недолго думая, Надкари закинул мать Камала себе на плечо (места там оказалось более чем достаточно) и, прячась в тени домов, кинулся бегом в переулок. Я молча последовала за ним. Несмотря на ношу, мужчина двигался быстро и, главное, бесшумно. При всей моей тренировке, не думаю, что смогла бы так же спокойно нести другого человека, даже если бы он был ниже меня на голову. Такая сила, тем более у мужчины, удивляла меня и внушала некоторое уважение.
   По дороге мы несколько раз останавливались или резко сворачивали на другую улочку, чтобы избежать встречи с очередной группой неизвестных, отправленной на наши поиски.
   К моему удивлению и радости, мы не возвращались во дворец, а двигались в противоположную от него сторону, к городским окраинам. В какой-то момент у меня даже мелькнула мысль что безопасник нас выведет из города. Но нет. Когда мы оказались у одного из не самых презентабельных домиков, Надкари, открыв дверь ключом, быстро юркнул в темный проход. Последовав за ним, я тихо прикрыла дверь.
   Зайдя в первую же комнату, мужчина поставил Дарху на ноги. Женщину, после не самой удобной поездки, слегка повело в сторону. Бросив возмущенный взгляд на брата своего покойного мужа, она глубоко задышала. По-видимому, ей было не очень хорошо. Но я отлично понимала дядю Камала. У молодой женщины походка была хоть и плавной, но не самой беззвучной. Кроме того двигалась она медленно. Да и реакция ее была не столь быстра, как у меня и Надкари. Поэтому, иди она самостоятельно, нас бы наверняка поймали.
   - Значит так. Сидите здесь. Из дома не выходить. Шума не издавать. Ставни не открывать. Считается, что хозяева ненадолго уехали к родственникам. Переждете здесь несколько дней. Как только уляжется шумиха, я вас вывезу. Сегодня вам придется потерпеть. Еду для вас принесу только следующей ночью.
   Несмотря на мою неприязнь к этому типу, я должна была признать, что ошиблась в суждении о нем. Не знаю для чего он нас спас, но точно не для того, чтобы отдать жрецам. Иначе зачем все эти сложности? Правда, на альтруиста Надкари не был похож и еще неизвестно, чем придется расплачиваться за оказанную помощь и во что она нам выльется. Но на данный момент мы относительно свободны и главное - живы. Свои ошибки я привыкла признавать.
   - Спасибо.
   Мой благодарственный порыв был тут же остужен волной холодного безразличия. Да, да, помню. Помогают не мне, а маме Камала. Но все равно, не сказать даже элементарного спасибо я не могла.
   - Если бы кое-кто не вмешивался, - знакомое недовольное тихое шипение резануло слух. Ну вот зачем все портить? Я уж было начала о нем думать лучше, чем он есть на самом деле, - мне не пришлось бы вас вытаскивать из этих неприятностей.
   - Если бы не мое вмешательство, - я также зашипела в ответ, стараясь вложить в свой голос все то возмущение, которое чувствовала к происходящему, - то Дарха была бы уже мертва.
   - Кшатрию лучше уйти из жизни с честью, чем прислуживать рабом.
   - Какая честь в том чтобы сгореть заживо, оставив своего ребенка одного в этом мире? Человек должен бороться за свою жизнь, а также благополучие, как свое, так и своих родных и близких. А не решать проблемы глупым самоубийством. Человек уйдет, а проблемы все равно останутся. Просто решать их придется другим. А вы, если уж так переживаете за Дарху, могли бы ее сами выкупить или заплатить кому-то, чтобы он ее взял в свой дом. Тогда бы всей этой ситуации не было и вам никого не пришлось бы спасать.
   - Не старайся казаться глупее, чем есть на самом деле.
   Выпрямившись, мужчина гордо кивнул на прощание жене своего покойного брата и ушел, закончив таким образом наш спор. Во мне же еще кипело праведное возмущение, не находя выхода. Тихо выругавшись, я закрыла глаза и постаралась успокоиться.
   - Он не мог заплатить, - грустный голос напомнил мне, что здесь я не одна, так что не стоит столь бурно реагировать на слова непробиваемого в своем снобизме типа. - Это грех, который испортил бы ему карму на несколько следующих перерождений. Да и некому было заплатить. Из высокопоставленных представителей ваоны кшатриев, кроме Камала и Надкари, в Бакуле никого больше нет. Как близкие родственники, они не могли меня взять назад в свой дом, а те, кто из более низкой варны, не посмели бы.
   - А сама-то ты почему не боролась за свою жизнь? - как же меня бесят предрассудки этих дикарей.
   - У жрецов во дворце очень много глаз и ушей. Меня бы просто не выпустили оттуда.
   - Ты даже не пробовала, - мне не хотелось ее осуждать, но все же я не смогла скрыть нотки неодобрения ее поступком в своем голосе.
   - Я не видела в этом смысла. Да и покинуть жизнь на погребальном костре с умершим мужем - это большая честь, за которую мне воздастся в следующем перерождении.
   Хотелось мне сказать, где именно я видела такую честь, не ограничивая себя в выражениях, но промолчала. Бесполезно спорить. Поэтому решила сменить разговор, высказав свое предположение.
   - А ты не думала, что Надкари спланировал заранее нападение на дворец?
   - Зачем? - молодая женщина непонимающе посмотрела на меня.
   - Скажем, чтобы стать здесь главным. Ведь именно он отвечал за безопасность ваших земель. Как я понимаю, нападение было неожиданным. И пусть с ним довольно быстро справились, но ты и твой сын пострадали. Тебя вот убрать решили одним методом. На Камала же натравили каких-то зверюг.
   Дарха, покачав головой, улыбнулась мне доброй материнской улыбкой, как маленькому неразумному ребенку, не знающему элементарных вещей.
   - Нет. Он не может претендовать на место правителя. Этого никто не потерпит. Ни из местного населения, ни из соседних земель. Он хоть и сын правителя, но не от жены, а от нати.
   - Нати? - пока есть возможность, я решила уточнить значение непонятных мне слов.
   - Мать Надкари была наложницей.
   - Дарха, а кто такие наиры?
   Теперь женщина уже открыто мне улыбалась.
   - Мой сын решил, что Вы из легендарного народа наиров. У них не только мужчины, но и женщины были доблестными воинами, прославившимися не только своей храбростью, но и любовью к свободе. Никого из них давно никто не встречал, но легенды об этих выдающихся людях живы до сих пор. Чем лучше я Вас узнаю, тем больше соглашаюсь с выводами Камала. Вы очень необычная. В хорошем смысле этого слова.
   Услышав объяснение, я немного расслабилась. Все оказалось не так плохо, как думалось мне в начале. Особенно после того как я увидела тех полуголых девиц во дворце. Осталось узнать значение еще одного слова.
   - Хорошо, а кто такие Якши?
   Услышав этот вопрос, Дарха нахмурилась.
   - А это демоницы, питающиеся человеческим мясом, пьющие кровь детей и истязающие мужчин. Они могут менять свой облик. Все же вы необычно выглядите, гос... Ника. И напугали людей, когда прыгнули за мной в огонь. Вот они вас так и назвали.
   М-да. Уж лучше быть наирой. Надо будет что-то сделать со своей внешностью, чтобы не так сильно отличаться от местного населения.
   Следующие несколько дней я, изнывая от скуки, рассматривала через щели в ставнях мимо проходящих людей. И так как дом, в котором мы прятались, был на отшибе, то смотреть особо было не на кого. Каждую ночь приходил Надкари, приносил еду и воду. На меня он не обращал никакого внимания, что меня радовало, так как нормально разговаривать друг с другом у нас не получалось. А спорить и ругаться я не очень-то и люблю. Поэтому я молчала, а безопасник, тихо перебросившись несколькими словами с Дархой, опять уходил. Что меня удивляло, приходил он сам, а не присылал кого-то из своих людей. Неужели никому не доверял? Вполне возможно.
   На четвертую ночь нам сказали приготовиться. Утром, как главе безопасности, Надкари предстояло возглавить караван, который будет вести наложниц бывшего правителя на торги. Около дома остановится группа вьючных животных, которая на выходе из города присоединится к общему кортежу. Наша задача будет забраться в паланкин, так чтобы никто не заметил. Отдав нам серые накидки, мужчина исчез в ночной темноте раньше, чем я успела задать хоть один вопрос по поводу каравана, торгов и того, что нас ждет в будущем.

* * *

   Все у нас получилось замечательно. И выскользнуть в сумерках из дома. И забраться незамеченными в закрытые носилки, которые располагались на спине одного из местных быков-мутантов. За счет более низкой гравитации все животные, впрочем, как и люди, на этой планете были значительно крупнее их земных аналогов. Поэтому мы вдвоем с Дархой спокойно разместились в одном паланкине. Оказавшись внутри, я хотела снять накидку. Несмотря на раннее утро, на улицу уже было довольно жарко. А внутри задрапированных тяжелой тканью носилок еще и душно. Но Дарха посоветовала ее не снимать. Несмотря на то что животные принадлежат к каравану правителя, кто-то все же мог заглянуть вовнутрь. Не хотелось за шаг от спасения попасться. Поэтому пришлось сидеть как в сауне, истекая потом, пока караван не удалился на достаточное расстояние от селения.
   На воротах никто из стражников так и не посмел проверить, кто именно является пассажирами каравана. И вот уже животные неспешным шагом удаляются от Бакула. Цепочка как из вьючных животных, так и из сопровождающих их всадников растянулась больше чем на сотню метров. И так как наш паланкин располагался почти в самом конце, о том, чтобы выглядывать в щелку в надежде хоть что-то увидеть, не могло быть и речи, ибо пыль стояла такая, что уже и самой хотелось поплотнее прикрыть ткани, накрывающие носилки.
   Было скучно. Удивительно, но я никогда не думала, что, попав в новый неизвестный мне мир, буду столько времени прятаться, вместо того, чтобы его исследовать. Моя действенная натура требовала движений. Я привыкла к ежедневным нагрузкам на тренировках, в спаррингах или на полосе препятствий. Здесь же я скоро покроюсь плесенью, мои мышцы атрофируются, и я превращусь в такое же слабое и беспомощное создание, которым будет помыкать и командовать каждый, кому не лень, как все те девушки, которых успела увидеть в этом мире. А мне бы этого не хотелось. Очень бы не хотелось. Хотя бы потому, что в этом случае я перестану уважать сама себя.
   Но если в доме в одной из комнат я могла хотя бы немного разминаться, то в паланкине, расположенном на спине у животного, можно было или сидеть, или лежать. Все. Если бы я не выспалась за ночь, то сейчас как раз был бы удачный момент это сделать. Но проблема в том, что спать мне не хотелось. Абсолютно. Так что единственной возможностью скоротать время был разговор.
   Посмотрев на Дарху и ее умиротворенное лицо, отметила, что за время нашего знакомства первый раз вижу ее спокойной и расслабленной. Удаление от стен Бакула отлично влияет на ее моральный дух. На лице матери Камала вместо маски обреченности, которую я привыкла видеть все эти дни, блуждала легкая улыбка. Пускай и печальная, но все же это гораздо лучше, чем настроение, под влиянием которого она готова была наложить на себя руки.
   - Дарха, а ты не знаешь, куда и зачем идет караван?
   Нет, я помню, что там что-то насчет торгов говорилось, но хотелось бы получить более полную информацию. В отличие от меня, женщина общалась с Надкари. Возможно, он ей что-то рассказал.
   - На торги.
   - Это я уже слышала. А можно поточнее? Неужели в Бакуле не было мест, в которых можно было приобрести все, что нужно? Для этого обязательно надо собирать караван и тащиться куда-то по такой жаре?
   До этого Дарха лежала с прикрытыми глазами, а сейчас она не только их открыла, но и удивленно посмотрев на меня, как на неведомую зверюшку, резко села.
   - Ника, вы откуда? Это не праздный интерес. Даже если не обращать внимание на ваш внешний вид и манеры, пусть и сложно, но это еще можно списать на то, что вы из народа наиров, то незнание самых элементарных вещей заставляет задуматься о вашем настоящем происхождении.
   Поджав губы, я из-подо лба посмотрела на молодую женщину с интересом взирающую на меня, думая, как подать ей сообщение о жизни на других планетах. Обманывать ее я не хотела. Это было ниже моего достоинства. Буду надеяться, своей откровенностью не испугаю Дарху.
   Вздохнув, я легла на спину, положив обе руки под голову и уставившись в темный потолок палантина.
   - Дарха, ты знаешь, что такое звезды, которые ты видишь на небе ночью?
   - Да. Это обитель богов.
   - Э-э-э, - я на несколько мгновений зависла, не зная, что сказать на услышанное только что. Я вообще еще не очень разобралась в этой их чуши с богами и верованиями. - Нет, Дарха. Звезды - это солнца, примерно такие же, как и ваше. Поэтому их свет виден на большие расстояния. И этих солнц во вселенной очень много. Вокруг многих из них по своим орбитам ходят планеты. На некоторых из них существует жизнь. С одной из этих планет я и прибыла.
   - Вы Богиня?
   Увидев удивленное лицо, с благоговением смотрящее на меня, от неожиданности даже икнула. На такой вывод я точно не рассчитывала. Не хватало ещё, чтобы она на меня молиться начала. Мы только смогли отойти от отношений хозяин-слуга, а тут на тебе. Спасибо, как-то не хочется.
   - Нет, Дарха, ты не поняла. Я такой же человек, как и ты, просто с другой планеты. Никакая я не богиня.
   - Так вы из мира наших предков?
   А вот это уже интересно.
   - Можно поточнее? О чем ты?
   - Ходят легенды, что наши предки были рождены в другом мире. Там они воевали с другим народом. Наши предки проигрывали. И вот, когда женщины и дети готовы были пройти обряд сати, чтобы вдохновить мужчин на последний бой, вселив в них ярость, в небе появились колесницы богов. Они пришли спасти наших предков. И они их не просто спасли, они всех людей перевезли в новый мир, где те все начали заново.
   - Дарха, а кто были эти боги, и что они попросили взамен за ваше спасение?
   Я слушала и не верила. Кто-то в древности увез население целого города с Земли. Еще бы узнать, кто и, главное, зачем? Надеюсь, в легендах и мифах этого мира есть ответы на эти вопросы.
   - Первые храмы в этом мире были построены именно этим Богам. Они стали верховными вершителями наших жизней и судеб. Они даровали нам новые законы и правила, по которым мы живем до сих пор. Иначе Боги могут прийти и покарать нечестивцев, посмевших нарушить их слово.
   - Постой, - в моем мозгу блеснула мысль, которую я тут же и озвучила, - они до сих пор появляются в вашем мире?
   - Нет. Их уже давно никто не видел. Но первые годы жизни наших предков Боги часто спускались с небес и брали лучших девушек себе в жены.
   - Даже так, - смотрю, чем дальше, тем все интереснее и интереснее. - Так ваши Боги похожи на людей?
   - Нет. На людей они непохожи.
   - А зачем им тогда девушки?
   - Чтобы родить сыновей.
   Ага. Непохожи, но совместимы. Это же надо. Разведка Земли так и не смогла обнаружить другие расы, кроме ксенов. А они, оказывается, мало того, что существуют где-то, так еще и вывозят с нашей планеты людей, используя их для воспроизводства своего потомства. Интересно было бы посмотреть как на самих гибридов, так и на их папашек.
   - И на кого похожи совместные дети?
   - Они полностью похожи на своих отцов. Поэтому, как только они рождаются, Боги их забирают.
   В последнем я даже не сомневалась. Получается, неизвестная раса создала для себя на этой планете бесплатный инкубатор для воспроизводства своего потомства с помощью людей. Наверняка они еще и запугали местных, а также не дают им развиваться, чтобы те не вышли из-под их контроля. Чем больше я узнавала, тем меньше мне нравилась эта планета и порядки на ней. Не задать следующий вопрос я не могла.
   - И как матери реагировали на то, что у них отбирали детей?
   - Ни одна из женщин не выжала. Они умирали во время родов.
   -Что? - от услышанного у меня даже дыхание сбилось. - Всегда?
   - Да.
   - Но как же так? Как родители могли отдать на это своих детей?
   - Стать избранницей Бога было большой честью. Кроме того, весь род тогда получал благословение и щедрые дары от храмов.
   - Короче, люди просто продавали своих дочерей.
   Все оказалось еще хуже, чем я думала. Какие-то неправильные моральные принципы у населения в этом мире. Даже если их им вдалбливают свыше, неужели у них нет никакого чувства самосохранения? Тут же вспомнилось, как Дарха собиралась сгореть заживо. Нет. Чувства самосохранения у них нет.
   Мне надо было срочно переключиться на другую тему, а все то, что услышала, хорошенько обдумать немного позже. Сейчас же я могу не сдержаться и, сорвавшись, обидеть своими словами единственного человека, с которым у меня налажены здесь более-менее нормальные отношения и который мне может помочь выжить, делясь необходимой для меня информацией.
   - Дарха, так все же, что с торгами?
   - А что с ними не так?
   - Да все так, зачем туда идет караван?
   - Как зачем? Чтобы продать наложниц моего мужа. Камалу они не нужны. Для него они старые.
   - Что значит продать? - я надеялась, что или ослышалась, или что-то не так поняла. Да на все что угодно надеялась. - Они же люди, а не товар. Как их можно продать?
   В ответ женщина только пожала плечами.
   - Я смотрю ваша жизнь очень отличается от нашей.
   - Она полностью отличается.
   Меня охватила растерянность. А еще в голову закралась крамольная мысль по поводу платы за наше спасение. Если Надкари рассчитывает меня с Дархой продать вместе с остальными девушками, то его ждет неприятный сюрприз.
   - Дарха, а ты не знаешь, сколько времени нам понадобится, чтобы добраться до торгов?
   - Трое суток.
   Отлично. Значит, у нас есть минимум две ночи, чтобы попытаться улизнуть. Доезжать до конечного пункта назначения я не собиралась. Но с этим буду разбираться ближе к ночи, а пока надо выудить как можно больше информации из матери Камала.
   - Продавать будут всех тех девушек, что я видела во дворце?
   Для начала мне надо было узнать, сколько наложниц в караване. Чем больше людей, за которыми надо следить, тем проще будет сбежать.
   - Нет, конечно. Гораздо больше. Вы же видели только малую часть наложниц. Самых красивых девочек оставили в гареме. Пусть Камалу они и не нужны как женщины, не тот еще возраст, но ему надо делать подарки другим правителям. А что может быть лучше прекрасной невольницы? - произнося последнюю фразу, Дарха печально усмехнулась. - Только смертельное оружие, изготавливаемое в личных мастерских правителя. Ну или болванки для его изготовления. В горах, у подножия которых раскинулся прекрасный Бакул, есть невероятный металл. Оружие из него получается легкое, крепкое и очень острое. Поэтому многие хотели бы захватить этот богатый город со всеми его рудниками и ремесленниками. И именно из-за него на границы наших земель так часто нападают. Еще одну часть девушек из нижнего гарема подарили отличившимся воинам последней битвы. Хороших танцовщиц и певиц также оставили. Надо же кому-то услаждать взгляд и слух высокопоставленных гостей. Ну а остальных везут на продажу.
   - Понятно. Дарха, неужели ваших женщин устраивает роль безропотного скота, которого продают или отдают на заклание? Это же все неправильно. Мужчины такие же люди, как и вы, так почему девушки позволяют так с собой поступать? И не только с собой, но и со своими дочерьми?
   - Так повелели Боги. Женщина - это только тень мужчины. Она принадлежит ему и делает все, что он посчитает необходимым или целесообразным, так как является частью его. Не может же рука отдельно от тела решать, как ей жить. Так и женщина не может поступать по своему желанию.
   Вступать в полемику после всего услышанного я не хотела. Человеку, которому с детства вдалбливали в голову, что он никто и зовут его никак, вот так сразу ничего и не докажешь. Только изменив его жизнь или показав, что есть другая, можно убедить кого-то в ошибочности его суждений. Надеюсь, у меня будет такая возможность. Сейчас же я решила тихо полежать, переваривая все услышанное.

* * *

   Ближе к полудню караван сошел с основного пути и остановился под сенью деревьев леса, вдоль кромки которого мы двигались. Во-первых, надо было дать животным отдохнуть, во-вторых, под прямыми солнечными лучами стало неимоверно жарко.
   Когда осела пыль, всем девушкам разрешили покинуть паланкины. Для них под деревьями были расстелены покрывала, на которых стояли кувшины с горячим кисловатым напитком и множество фруктов. Несмотря на то, что все наложницы были в накидках, охрана, окружив их плотным кольцом, развернулась спиной к девушкам, закрывая их от лишних глаз. Бывшие обитательницы гарема, сбившись в группки, утоляли голод и жажду, тихо перешептываясь между собой.
   С сомнением посмотрев на горячий напиток, я взяла один из фруктов, отмечая расположение стражи. Днем шансов сбежать нет. Но оно и не надо.
   - Ника, попейте, вам тогда легче станет.
   Хотелось сказать, что мне легче станет, если снять ту тряпки, что вынуждена носить. А еще лучше раздеться до нижнего белья и окунуться в каком-нибудь водоеме. Но я, промолчав, только отрицательно качнула головой.
   В наличие накидки был только один плюс. Это возможность наблюдать за людьми, при этом не выдавать своего интереса. К моему удивлению, девушки не нервничали и не переживали. При этом уверена, они точно знают куда и для чего их везут. Неужели их всех все устраивают? Или это все показное, от невозможности избежать своей участи? Это было первое, что я спросила у Дархи, когда мы отправились в путь.
   - А что их не должно устраивать? Они одни из самых дорогих наложниц. А это значит, что ни работать, ни думать о том, где достать еду для себя и своей семьи, им не нужно. Вся их забота в том, как обратить на себя внимание своего господина, чтобы попасть в верхний гарем. А если повезет родить ему сына, то тогда за ними до конца жизни будет закреплен привилегированный статус, и такую девушку уже не продадут.
   - И что, такая жизнь всех устраивает? Быть всегда зависимой, не иметь права высказать своего мнения, прятаться от всех, боясь показать свое лицо? Вам не скучно так жить? Мир же такой большой. В нем много всего интересного. А вы проводите ее взаперти, пытаясь обратить на себя внимание тех, кто вас презирает?
   Пожав плечами, Дарха поинтересовалась.
   - Госпожа, у вас есть возможность вернуться домой?
   Мне бы этого очень хотелось, но, этот мир не имеет достаточных знаний и технологий, чтобы построить космический корабль. Сама я этого также не смогу сделать. И даже собрать передатчик, чтобы послать сигнал SOS, который достигнет Земли, не смогу. Все же я не техник. Поэтому, печально усмехнувшись, качнула отрицательно головой.
   - Значит, привыкайте к нашему миру, его правилам, законам и укладу. Тогда вам легче будет здесь выжить. Как бы там ни было, но у вас не все так плохо, как могло бы быть. Да и ваш господин занимает довольно высокое положение. Поэтому если будете послушной и покладистой, то спокойная жизнь вам обеспечена. А я, чем смогу - помогу.
   Из всего услышанного я вычленила самое главное.
   - Господин? Я свободный человек. Я никому не принадлежу.
   Дарха посмотрела на меня полными сожаления глазами.
   - Спасая меня, вы отказались от защиты моего сына. Когда же Виджей Надкарни предложил вам свое покровительство, вы его приняли. А значит, стали его тенью. Теперь он ваш хозяин и господин. Вы должны его слушаться и выполнять все требования, так как принадлежите ему душой и телом. А он, в свою очередь, обязан о вас заботиться.
   Услышанное оказалось для меня большой неожиданностью. Очень большой и очень неприятной. Это же надо было так попасться. Незнание реалий нового мира, привели меня к тому, что кто-то уже умудрился заявить на меня права. А я этого даже не поняла. От осознания данного факта, во мне начала закипать злость. Я свободная женщина Земной конфедерации, сержант военно-космического флота, вдруг стала считаться бесправной тенью мужчины. Не быть этому никогда! Знала бы к чему привет мое согласие, ни за что не приняла предложенную помощь. Даже если допустить, что на тот момент у меня не было другого выбора, как последовать за Надкари. Лучше погибнуть сражаясь за свою свободу, чем стать вещью. Зная о последствиях моего согласия заранее, я попыталась бы найти выход из города самостоятельно. Я не собиралась ни сейчас, ни в будущем признавать ни Виджея Надкари, ни кого-либо еще, своим господином и хозяином. Поэтому единственный выход из создавшейся ситуации - это побег. И чем раньше, тем лучше. Потому что, во-первых, могу не сдержаться и высказать прямо в лицо все что думаю о том, кто посмел на меня надеть ярмо. А во-вторых, осуществить задуманное в дороге гораздо легче, чем совершить побег из защищенной и охраняемой территории. Сомневаюсь в том что у Виджея небольшой домик в котором нет никого кроме прислуги. Впрочем, так же сомневаюсь что с его характером его владения не охраняет защищенная до зубов стража. Кроме того меня напрягала ситуация с торгами и возможностью быть проданной кому-либо. Хотелось бы все обсудить сложившуюся ситуацию с Надкари. Но до сегодняшнего момента, нам так ни разу и не удалось спокойно поговорить. Наше же противостояние постоянно усугублялось и еще неизвестно чем оно закончится в следующий раз. Одна против всех я не выстою. Значит, придется уходить не попрощавшись.
   Куда? Не знаю. Конечно же глупо уходить не разведав всей ситуации, но оставаться также небезопасно. Хочется надеяться что нравы царящие в Бакуле и на прилегающих к нему территориям, не распространяются по территории всей планеты. И где-то есть условия жизни более приемлемые для меня. Выжить в лесу для меня проблемой не будет. Дархе будет сложнее. Но я ей помогу.
   Жара и духота изматывали. Во всяком случае, меня. Молодая же женщина, находящая рядом cо мной, переносила ее гораздо легче. Скорее всего, сказывается привычка. Для нее-то это обычная температура. Мне же было тяжело. Поэтому я постаралась заснуть. Во-первых, так быстрее время пройдет, а во-вторых, ночью мне понадобятся силы, поэтому будет лучше, если я высплюсь заранее. Дархе ничего говорить не пришлось. Она и так дремала под мерное покачивание паланкина.
   Проснулись мы, когда караван остановился. Но сразу же покинуть носилки нам не разрешили. Поэтому пришлось еще некоторое время сидеть внутри паланкина прислушиваясь к шуму снаружи. Когда же нам и другим девушкам наконец-то разрешили спуститься на землю, оказалось, что воины уже не только разбили небольшой палаточный лагерь, но также развели костры, на которых готовилась еда. Всех наложниц сразу же разделили на небольшие группки по четыре-пять человек, приставив к каждой из них молодого парня в одежде наподобие той, которую я видела на Ракеше, разве что другого цвета. И только мы с Дархой остались вдвоем.
   Нам достался молоденький парнишка в развевающемся синем одеянии. Он был ненамного выше меня, худенький, стройненький, а личико какое... м-м-м, одно загляденье. Мои губы растянула невольная улыбка. Какой же он хорошенький, аж глаз радуется. Даже немного жаль, что я решила сегодня убежать. С таким и позаигрывать можно.
   - Девушки, мое имя Ману, я буду обслуживать вас во время путешествия. А сейчас прошу пройти за мной.
   Ах, Ману, Ману, еще и голосок такой нежный, такой мелодичный. Он наверняка чудесно поет. Мне даже взгрустнулось немного. Встречу ли я еще такое чудо здесь? В отличие оттого же Виджея Надкари, да и других воинов, его и обнять можно, и приголубить. А какие у него огромные глаза... Печально вздохнув, я проследовала парнем, поглядывая на его пятую точку.
   Сначала нас отвели на несколько метров вглубь леса, где стояло несколько конструкций типа ширм, с отдельными кабинками и вырытыми в земле ямками. Для чего они, догадаться было несложно. Еще в кабинке находился кувшин с водой.
   Удивительно. Несмотря на дикие нравы этого мира, о гигиене люди здесь заботились. Что неимоверное радовало. А ведь я уже готовилась к тому, что придется прятаться по кустам, при этом поглядывая под ноги, чтобы не вступить в чужие экскременты.
   Я очень надеялась, что поблизости есть ручей или озеро, ну хоть что-нибудь, чтобы можно было ополоснуться или хотя бы умыться. Но если и было что-либо подобное рядом, нас туда не повели, а вернули назад в лагерь, поселив в одном из шатров, на входе в который тут же встал воин. Интересно, он там стоит, чтобы нас защищать в случае нападения, или чтобы мы не вышли наружу. Больше всего я склонялась к последнему варианту.
   Оставив нас одних, Ману выскочил наружу. Как только за ним закрылся полог, Дарха, скидывая накидку, проговорила.
   - Сейчас хейджада принесет воды, и я помогу вам освежиться.
   - Кто?
   Нахмурившись, я с подозрением посмотрела на вход в шатер, в ожидании неведомого посетителя. Ополоснуться действительно не помешает, но не рано ли открыла лицо Дарха? Или, так как мы удалились уже на достаточное расстояние от Бакула, ей больше ничего не грозит?
   - Ману. Он пошел за водой. Нормально помыться в таких условиях невозможно, но телу будет приятно, даже если его просто обтереть влажной тканью.
   Отвечая, молодая женщина показала на металлический предмет, стоящий посреди палатки и смахивающий на небольшую переносную ванную овальной формы. В длину она была метра полтора, шириной сантиметров семьдесят - восемьдесят и высотой мне по колено. Внутренняя поверхность этой конструкции была гладкой, а вот наружная сторона покрыта очень красивым рисунком. Моя рука сама потянулась к серебристой поверхности. Проведя пальцем по замысловатым завитушкам, я восхитилась работой неизвестного мастера.
   Оторвавшись от рассматривания орнамента на ванночке, я окинула взглядом внутреннее убранство шатра. От привычных мне походных условий тут не было ничего. Пол был застелен ковром с густым высоким ворсом, на котором в двух местах были накиданы подушки. Это, если я правильно поняла, наши с Дархой постели. Между своеобразными ложами был небольшой, невысокий деревянный столик, на котором уже стояла ваза с фруктами и кувшин с напитком. А еще имелось две чаши. Чтобы есть с такого столика, надо сесть на пол. Для меня это несколько непривычно, как и все в этом мире, но голод не тетка. Раз надо, значит, будем есть на полу.
   Еще имелся в палатке деревянный сундук. Вот только подойти и посмотреть, что в нем, я не успела. Вернулся парнишка с большим тяжелым кувшином. Увидев, как он c трудом переставляет под весом груза ноги, я бросилась к нему на помощь. Испугавшись моих действий, Ману дернулся, окатив меня теплой водой.
   - Госпожа! - парень сжавшись, сильнее обнял огромный кувшин, почти с него ростом, со страхом в глазах следя за мной. - Что вы делаете?
   - Помочь хотела. Тебе же тяжело. Давай сюда эту штуку.
   - Нет! - Ману опять резко дернулся, отворачиваясь от меня. Из-за чего в очередной раз расплескал содержимое кувшина. В этот раз уже на себя.
   - Ника, не надо, - Дарха слегка дотронулась до моего плеча, отвлекая мое внимание на себя, благодаря чему молодой человек, облегченно выдохнув, прошел на середину палатки. - Лучше раздевайтесь и садитесь в снаан.
   Теперь я знала, как называется их переносная ванная. Вот только что значит раздевайся? Нет, я не стеснялась своего тела, но как понять то, что мне всегда говорят прятать лицо, чтобы его никто не увидел, а перед Ману предлагают раздеться полностью. Или я опять что-то не так поняла? Что-то я запуталась в их правилах. Недолго думая, решила уточнить этот момент.
   - А как же этот? - кивнув на парня, я сняла накидку, после чего принялась за комбинезон, искоса поглядывая на Ману. Последний, хоть и старался казаться бесстрастным, но от меня не укрылся его заинтересованный взгляд, пробегающий по мне из-под опущенных ресниц.
   - А что с ним не так? - Дарха окинула внимательным взглядом молодого человека.
   - Это ничего, что я при нем раздеваюсь? - и вот я уже стою в одном белье, а Ману, не скрывая своего восхищения вперемежку со страхом и любопытством, уже открыто рассматривает меня. Внимание такого красавчика тешило мое самолюбие. Не так часто это происходило. Точнее - никогда такого не было.
   Молодая женщина сначала непонимающе посмотрела на меня, а потом весело рассмеялась. Это первый раз, когда я слышала ее смех. Он был очень красивый и задорный. Не удержавшись, улыбнулась в ответ.
   - Ника, он хейджада и приставлен к нам, чтобы помогать и присматривать за нами. Он не мужчина.
   - Не мужчина? - я еще раз внимательным взглядом прошлась по фигуре Ману. Он точно не девушка. Они меня что, разыгрывают? Нахмурившись, я вопросительно посмотрела на Дарху в ожидании продолжения. А она, повернувшись к молодому человеку, приказала.
   - Покажи ей.
   Опустив голову, парень быстро скинул с себя намотанное на него воздушное одеяние. Несмотря на то, что он явно стеснялся, ослушаться приказа Ману не посмел. Я с удовольствием начала осматривать его стройную фигуру. Даже удивительно, что при такой хрупкой комплекции он смог донести тяжелый кувшин полный воды.
   Мой взгляд опускался все ниже и ниже, пока не остановился... а где? Последнее, по-видимому, я спросила вслух.
   - Я был еще совсем ребенком, когда на наше селение напали. Всех мужчин убили, а детей и женщин продали в рабство. Меня, как и большинство мальчиков, сразу же оскопили.
   - Но как? Зачем? - от шока и возмущения после услышанного и увиденного я не смогла нормально озвучить все те вопросы, что у меня проносились вихрем в голове. Как можно так поступить с человеком? С мужчиной? С ребенком? Как при этом он выжил? Ему же отрезали все, почти под ноль. Даже на Земле нет технологий, чтобы полностью восстановить удаленные ему части тела. Точнее, восстановить бы получилось, вот только детей у такого мужчины все равно не было бы.
   - Ножом. Чтобы я мог прислуживать женщинам и при этом не мог посягать на их честь, - отвечая сквозь стиснутые зубы, Ману стал быстро облачился в свое одеяние.
   - Извини.
   - Вы-то тут причем? Это же не ваших рук дело. Да и мне грех гневаться на богов. Так бы я всю жизнь работал в полях с утра до ночи, зарабатывая на тарелку еды для себя и своей семьи, и еще под вопросом, дожил бы до своих лет или умер с голоду. Сейчас же я служу господину Надкари и живу в таких условиях, о которых раньше не мог бы и мечтать. Я хорошо одет и всегда сыт. У меня есть постоянная не очень тяжелая работа и крыша над головой. При этом не я, а мой господин заботится о моей безопасности. Моя же задача ему преданно служить.
   Но ты несвободен и всегда будешь одинок. Последнее я не произносила вслух. В голосе парня и так чувствовалась горечь потери, и усугублять ее своими словами я не собиралась. Поэтому, полностью раздевшись, опустилась в снаан. Дарха также скинула свою одежду и, отрицательно покачав головой, пресекая мою попытки ополоснуться самостоятельно, принялась обтирать меня, смывая пот и пыль с моего тела, а Ману помогал ей поливая сверху из чаши.
   Спустя несколько минут я уже сидела на полу у столика, завернутая в яркую ткань, закрепленную на груди, и утоляла голод фруктами, а хейджада помогал ополоснуться матери Камала. По-хорошему, мне не помешало бы простирнуть мою одежду, тем более что в сундуке оказалась несколько кусков ткани, служившие здесь платьями, называемыми мандум-нерьядхум, но в таком наряде с непривычки неудобно ходить, того и гляди свалишься, про то, чтобы бегать ночью по лесу, вообще молчу.
   Закончив с Дархой, Ману принес нам рагу из тушеных овощей и несколько кусочков жаренного на костре мяса. А еще плоскую лепешку. Несмотря на большое количество пряностей и специй, еда оказалось довольно вкусной. Когда мы закончили ужинать, на улице окончательно стемнело. Лежа на подушках, я, прислушиваясь к звукам, раздающимся снаружи шатра, ждала, когда большинство народа в лагере отправится спать. Именно тогда я попросилась у хейджада, расположившегося на ночь на выходе из палатки, проводить меня в туалет. Мне надо было еще раз проверить расположение постов и дозорных. Я еще днем отметила для себя, где именно стоят стража и воины, но ночью могло что-то поменяться, и будет лучше, если я это замечу сейчас, а не во время попытки побега, когда уже будет поздно что-либо предпринять.
   Посты остались на тех же местах что и днем. Расположены они были так, чтобы защищать лагерь от внешней угрозы, а не для того, чтобы препятствовать кому-либо покинуть его. Что не могло не радовать. В центре стоянки народа уже почти не было. У костров сидело всего несколько воинов, тихо переговаривающихся между собой. Думаю, часа через два можно будет собираться в путь.
   Снаружи стало совсем тихо. Больше не слышно было даже тихой болтовни воинов у костра. Уже давно все, кто не на дежурстве, разошлись по своим палаткам. Поднявшись, я тенью проскользнула ко входу в наш шатер где мирно спал Ману. Надеюсь, он не будет на меня слишком долго обижаться, но свидетели побега мне не нужны. В отличие от его одежды. В сундуке все платья были мало того, что неудобные, так еще и светлых ярких цветов. Убегать в таком - все равно что махать флагом, сообщая всем преследователям: вот мы, берите нас тепленькими.
   Одного точного удара хватило, чтобы парнишка отключился, не успев даже проснуться. Утром у него будет довольно сильно болеть голова, но что уж поделаешь.
   Бесшумно раздев хейджада, на всякий случай запеленала его в одну из тряпок, найденных в сундуке, еще и заткнув кляпом рот. Шум раньше времени мне не нужен. Хотелось бы иметь фору по времени побольше размером, чем пара часов, в течение которых он будет лежать без сознания. Перетащив парня на подушки, где мне, вроде как, нужно было спать, тихо подошла к Дархе и, зажав ей рот рукой, разбудила. У меня нет желания привлечь внимание воина, оставшегося сторожить нас снаружи, посторонним шумом. Женщина моментально задергалась у меня в руках.
   - Тише, это я, - Дарха услышав мой шепот, тут же притихла. Отпустив ее, всунула ей в руки одежду Ману и все так же тихо приказала. - Переодевайся.
   - Мне нельзя ничего носить, кроме белого вдовьего одеяния.
   - В белом тебя сразу же заметят. Поэтому или ты переодеваешься, или я ухожу без тебя.
   Кивнув головой, что поняла меня, молодая женщина стала быстро скидывать свою одежду. Я же принялась на ее ложе из подушек мастерить обманку для глаз на случай, если кто-то заглянет неожиданно к нам в гости. Не хотелось бы, чтобы незваный гость поднял тревогу из-за нашей пропажи.
   - Ника...
  - Тш-ш-ш. Все потом.
   Не дав Дархе договорить, я потянула ее к противоположной от входа стенке палатки. Радуясь тому, что никто не додумался меня обыскать, достала отцовский подарок и тут же разрезала им ткань, отделяющую нас от свободы.
   Аккуратно выглянув наружу, отметила, что все именно так происходит, как я и рассчитывала. Лагерь был пустой, а костры, разожженные посередине стоянки, уже почти потухли. Их только и хватало, что тусклым светом углей обозначать, где не так давно готовился ужин. Еще и обе луны висели на небе тонкими серпами, почти не освещая ночную темноту, всем своим видом не только подбадривая меня, но и внушая надежду, что все у нас получится и они не предадут нас, выдав своим светом. Довольно улыбнувшись, я полностью вылезла на улицу, потянув за собой Дарху. Молодая женщина додумалась спрятать косу под одежду, благодаря чему в ночной темноте, если ее кто-то и увидит из охраны, то спокойно примет за хейджада.
   Первоначально мы взяли направление в сторону туалетов. В том, что меня кто-то заметит, я сомневалась, а вот если заметят одинокую фигуру слуги в синих развевающихся одеждах, двигающуюся в направлении вырытых ям, это никого не насторожит. Так и получилось. Вот только, пока мы дошли до них я уже несколько раз пожалела о том, что взяла с собой Дарху. Она мало того что не могла тихо ходить, так еще и спотыкалась обо все на свете. Стражники, все же заметив одно из ее неуклюжих падений, только и сделали, что, рассмеявшись, отпустили несколько пошлых шуточек, даже не став что-либо спрашивать или выяснять личность, несчастного полуночника.
   Проверив все кабинки на наличие посетителей, я отошла от них чуть в сторону, присев у столба одного из лесных исполинов, решая, что делать дальше. Дарха же уже спустя нескольо минут выдаст наше присутствие. С таким балластом мне не уйти, но и бросать женщину на произвол судьбы не хотелось. Сжав зубы, я пробурчала несколько ругательств. Легче от этого не стало. Надо было думать, как быть дальше.
   - Извините, Ника, но я не привыкла ходить по лесу. Да и не вижу ничего в темноте.
   - Я это поняла уже.
   Получилось несколько грубее, чем я хотела сказать, но от правды же никуда не уйдешь. На данный момент Дарха для меня обуза.
   - Я вам это хотела сразу сказать. Если вы пожелаете, я вернусь назад в шатер и не буду обременять вас своим присутствием. Без меня вы легко сможете уйти. Но, Ника, если вы мне разрешите дать вам совет, то я предложила бы вернуться нам вместе, пока никто не заметил нашего отсутствия.
   - Это не вариант.
   Поджав губы я пыталась найти выход из создавшейся ситуации. По идее я могла некоторое расстояние пронести Дарху, но надолго меня не хватило бы. Все же она крупнее меня и весит значительно больше. Есть еще вариант. Спрятаться в кроне одного из исполинов прямо здесь, в лагере. Не зря же древняя пословица гласит: если хочешь что-то спрятать, положи это на видном месте. Вот только сомневаюсь, что мать Камала сможет залезть на дерево и просидеть на его верхушке неподвижно следующие полдня, а то, возможно, и дольше. Неужели действительно придется возвращаться?
   - Ника, я понимаю, вам тяжело привыкнуть к нашему миру, но поверьте мне на слово, на данный момент у вас очень хорошие условия для жизни. А со временем, если вам удастся добиться расположения вашего господина, то они станут еще лучше. Насколько я знаю, Виджей хорошо заботится о своих женщинах. Не бьет их, не издевается, злость на них не срывает, под каждого встречного не подкладывает. Он справедливый хозяин и ревностно относится ко всему, что принадлежит ему. Поэтому не стоит его злить. Но, я не знаю, как Виджей Надкари поступит, узнав о нашем побеге. Поэтому советую все же поторопиться с возвращением. А еще могу вас заверить, даже если наш побег все же удастся, впереди нас вряд ли будет ждать что-то хорошее. Увидев женщину без охраны, любой мужчина имеет право заявить на нее права.
   - Для того чтобы на меня заявить права, для начала надо со мной справиться. Поверь мне, не родился еще тот мужчина, который сможет меня победить. Во всяком случае в одиночку. Ну а если и сможет кто-то это сделать, то я предпочту достойную смерть в бою, жизни в неволе. Я свободный человек. Я такой родилась и такой умру.
   - А мне показалось, вы любите жизнь и будете бороться за нее до конца, - молодая женщина повернувшись ко мне, пыталась что-то рассмотреть в темноте на моем лице. После чего продолжила. - Вы честны и прямолинейны, как большинство мужчин. Девушке, если она хочет найти свое счастье, такой быть нельзя. Она должна быть гибкой как лоза, уметь подстраиваться под обстоятельства, если понадобится, отступить на шаг назад, чтобы позже исподволь сделать несколько шагов вперед. Только так, мягко и ненавязчиво, без грубого напора, женщины добиваются желаемого, изменяя жизнь под себя.
   Опустив голову на плечо рядом сидящей Дархе, я печально улыбнулась. Подстраиваться. Нет, это не для меня.
   - Я так не могу. Я воин и воспитывалась иначе. В моем мире нет господ, под которых надо подстраиваться. Там у всех равные права и возможности. Там все зависит только от самого человека, его желаний, стремлений и силы воли.
   - Ника, как же вы еще наивны. Возможно, в вашем мире и нет хозяев в нашем понимании этого слова, но люди с их страстями и желаниями везде одинаковые. Как бы это ни было печально, но я уверена, у вас также надо уметь исполнять приказы и требования того, кто выше в иерархии. Уметь подчиняться и подстраиваться если не под людей, то под обстоятельства. Только гибкий человек достигает вершин общества. Прямым напором мало чего можно добиться, если за твоей спиной нет силы, превосходящей силу твоего соперника.
   А ведь в чем-то она права. Печально вздохнув. Я поднялась. Надо было возвращаться, пока никто не заметил нашего отсутствия. Смиряться со своей участью я не собиралась. Просто сейчас сбежать не было возможности. Надо будет подумать, как это сделать в каком-нибудь городке или селении.
   - Пошли назад.
   В палатку мы заходили таким же путем, как и покинули ее. Через заднюю стенку. Дарха полезла первой и почему-то застыла на входе, не желая отодвигаться в сторону. Слегка подтолкнув ее, освобождая себе проход, я также проскользнула вовнутрь, облегченно выдохнув. Дозорные так ничего и не заметили и тревоги не подняли. Но рано я обрадовалась.
   - И как вам ночная прогулка?
   Над запеленатым Ману, который все еще был без сознания, стоял Надкари. Достав нож, я приготовилась к бою. Все же бежать придется сегодня. Ну, или умереть. Тут уж как повезет.
   Не знаю, заметил ли Надкари в моей руке оружие. Если и заметил, то вида он не подал, продолжая стоять расслабленно и неподвижно. Дарха же опустилась на колени, упершись лбом в пол и сложив ладони над головой. Если кто-то ожидал, что я последую ее примеру, так долго же ему придется ждать.
   Как всегда перед боем, адреналин заиграл у меня в крови, вызывая радость и нетерпение. Давненько я не разминалась. Не сдержав эмоции, даже предвкушающе улыбнулась. Поэтому мой ответ на вопрос прозвучал с задорными нотками.
   - Отлично. Даже возвращаться не хотелось.
   - Как вижу, здравый смысл все же победил, и вы вернулись. Обе.
   Сделав особое ударение на последнем слове, мужчина переступил через лежащего без сознания Ману, приблизившись к нам на шаг. Двигался он медленно и плавно, не сводя с меня пристального взгляда. Жаль, что из-за темноты, царящей в шатре, только и можно было рассмотреть, что фигуру мужчины, да блеск его глаз. А я не отказалась бы увидеть выражение лица Надкари, когда мы будем сражаться. Думаю, мне удалось бы его удивить.
  - А были другие варианты?
   Задавая вопрос, я сделала шаг в сторону, чтобы в случае чего не споткнуться об коленопреклоненную фигуру молодой женщины. Или не задеть ее. Все же в палатке не так много места.
   - Если бы решение принимала госпожа Дарха, я даже не сомневался бы в правильности ее выбора.
   Спокойно восприняв недвусмысленный намек в сторону своей особы, я только хмыкнула в ответ, сделав еще один шаг в сторону.
   - Только благодаря моему отношению к госпоже Дархе и тому, что вашего отсутствия не заметили, а также не была поднята тревога, я оставлю этот раз без положенного в случае попытки побега наказания. В надежде, что вы осознали, насколько это глупо, и не будете мне в будущем создавать проблем. Говорю сразу, второго предупреждения не будет.
   Понимая, что 'господин' решил нас пожалеть (или скорее не светить раньше времени перед всеми, кого именно он везет), чтобы не спровоцировать конфликта, убрала нож, при этом продолжая внимательно следить за Надкари. Мало ли. У некоторых людей слова очень сильно отличаются от поступков.
   Уже находясь у выхода из шатра, Виджей резко развернулся в нашу сторону, пренебрежительно бросив.
  - Переоденьте Ману и верните его на место. Завтра вам будет помогать другой хейджада. Он служит не мне, поэтому при нем запрещаю открывать лица. И еще, Дарха, судя по последним событиям, ваша госпожа далека от реалий нашей жизни, поэтому прошу вас, просветите ее, что именно с вами случилось бы, если бы вас поймали. А также, какое следует наказание за нападение на хозяина.
   Если до этого у меня еще были сомнения по поводу того, видел ли Надкари мою готовность нападать и защищаться, а также нож в моей руке, то после его слов все сомнения отпали.
   - Госпожа?! - как только за мужчиной закрылся полог, Дарха поднялась, испугано переспросив. - О каком нападении шла речь?
   - Успокойся, - отмахнувшись от подруги по несчастью, я пошла распутывать Ману. - Это так, на будущее.
   Молодая женщина, искоса взглянув на меня, принялась быстро переодеваться в свои белые одеяния, отдав синее платье хейджада мне. Распутывая парня, который продолжал находиться без сознания (по-видимому, я не рассчитала силу удара и приложила его несколько сильнее, чем собиралась), я решила последовать совету Виджея и узнать, что именно нас ждало в случае неудачи.
  - Так расскажешь, что там за наказание?
   Вздрогнув, Дарха громко сглотнула. Ей явно не нравилась тема разговора. Но приказ есть приказ. Поэтому женщина быстрым шепотом тут же просветила меня, коротко рассказав суть возможных последствий моих действий.
  - В случае неудачного побега нас отдали бы на несколько дней на потеху солдатам, а потом сделали бы храмовыми рабынями. За нападение на хозяина с живого человека снимают кожу, оставляя провинившегося привязанным на солнце, пока он не умрет.
   После всего, что я уже узнала об этом мире, меня не удивили методы наказания. Шокировали, но не удивили. И если Надкари думал, что, узнав о бесчеловечных пытках, я испугаюсь и стану послушной, то он глубоко ошибся. Теперь я точно знаю, сдаваться нельзя, второго шанса не будет, а это значит, что бороться придется не на жизнь, а насмерть.

* * *

   Утром, когда мы с Дархой вышли из шатра, оказалось, что наша охрана увеличилась на троих воинов. Теперь, куда бы мы ни пошли, рядом всегда находилось четверо вооруженных стражников.
   Следующие два дня Надкари к нам не подходил. И вот мы уже въезжаем в Джаврагельман. За время нашего путешествия Дарха меня просветила, что это самый большой торговый город на этом континенте. Именно сюда везли самый дорогие и редкие товары. И именно в этом городе находился самый большой рынок наложниц.
   Рассматривая через щель между тканями паланкина на торговый город, я первым делом отметила, насколько он отличается от Бакула. Здесь не то что двум девушкам легко затеряться, в нем можно разместить отряд наемников, и никто его не заметит.
   Сегодня нас разбудили очень рано. Солнце на тот момент еще нежилось в своей постели, даже не думая радовать своим ликом окружающий мир. Поэтому Джаврагельман мы въезжали как раз на рассвете. При этом в городе уже вовсю бурлила жизнь. На улице было множество народа. Кто-то шел сам, кого-то несли или везли в паланкинах наподобие нашего. Еще я заметила несколько небольших двухколесных закрытых тележек с навесами, которые тянули полуголые мужчины в странных широких штанах. При этом они довольно резво бежали трусцой.
   Со всех сторон слышались крики зазывал с огромными лотками на головах. Как я понимаю, они предлагали свой товар. Среди прохожих бегали юркие босоногие дети. Как мальчики, так и девочки. У меня сложилось впечатление, что даже ночью суматоха здесь не прекращалась, раз с первыми лучами солнца в городе было настолько оживленно и людно. При этом жизнь торгового городка явно очень сильно отличалась от порядков в тихом Бакуле. Мало того, что я увидела женщин, пусть даже в таких же накидках, в которых были и мы, которые ходили не позади мужчин, а впереди, гордо держа голову, так еще и были те, кто спешил по своим делам с открытым лицом, не стесняясь показывать окружающим людям свои яркие разноцветные платья. Значит, не все в их мире так плохо, как мне до этого доказывали. Возможно, Дарха до этого никогда не покидала родной город, поэтому просто не знает, что бывает другая жизнь? Желая ее обрадовать и вселить надежду, что все у нас будет хорошо, я ей предложила выглянуть наружу.
   - И что вы там увидели необычного? - молодая женщина всего несколько секунд разглядывала картину оживленной улицы, после чего вернулась на свое место, вопросительно посмотрев на меня.
   - Как что? - теперь пришла моя очередь удивляться, но уже ее спокойной реакцией. - Здесь женщины ходят свободно, а не прячась за спиной мужчин, и даже с открытым лицом. А мы всего-то в четырех днях пути от Бакула. Дальше может быть еще лучше.
   Дарха, услышав мои слова, печально улыбнулась.
   - Джаврагельман один из самых свободных городов. Замужние женщины из обеспеченных семей здесь могут ненадолго покидать дом без мужа или мужчины своего рода, но их все равно будет сопровождать охрана из нескольких воинов. Иначе любой мужчина, как и везде, может на них предъявить права.
   - Но как же, вон же ходят девушки одни, не прячась за накидками? Они свободно передвигаются, и никто на них не предъявляет прав, - растерянно смотря на отрицательно качающую головой молодую женщину, я, нахмурившись, еще раз выглянула на улицу.
   - Это женщины - девиа. Поверь мне, лучше быть божьей рабыней, чем родиться в семье девиа. Они никто. Это низшие люди, презираемые всеми. Они прокляты за прегрешения в прошлой жизни самими богами. Поэтому в этой жизни эти люди должны мучиться, чтобы очистить свою карму. По этой же причине они выполняют самую грязную и тяжелую работу. Убирают улицы, чистят выгребные ямы, выделывают и красят кожу. У них нет прав, только обязанности и множество запретов. Им нельзя посещать храмы, святилища и дома остальных людей. Им запрещено жить в городе, поэтому их лачуги находятся за городской стеной. Им нельзя пить из одного источника с остальными людьми и нельзя есть одну с ними еду. Им нельзя прикасаться к рожденным в варне, а также к их одежде и предметам обихода, за это провинившегося ждет мучительная смерть. Именно по этой причине они живут впроголодь. Их дети бегают по улице, прося подаяния и подбирая объедки и гниющие фрукты. А их женщины, чтобы заработать немного еды для своей семьи, продают себя любому, кто готов заплатить. Именно поэтому они ходят с открытыми лицами. Для них будет счастьем, если кто-то заберет такую девушку в свой дом. Последний нищий, принадлежащий к любой варне, имеет больше прав, чем рожденный девиа. Последних ненавидят и преследуют. Их могут убить, даже не имея повода и не понеся за это наказание, только потому, что в чем-то заподозрили. И неважно, обосновано или нет. А подозревают их во всех грехах и несчастьях. В богатых городах, таких как Бакул, им запрещено выходить из домов, когда светит солнце.
   Я слушала и не верила, что люди могут настолько унижать других людей ни за что. Просто так.
   - И как же эти девушки продают себя, если им нельзя притрагиваться ни к кому?
   - Это единственный повод для близкого контакта, когда не портится карма от прикосновения девиа.
   Смотрю, мужчины в этом мире неплохо устроились. Я уже начинала задумываться, что не просто так случилась пандемия на Земле, выкосившая большую часть мужского населения. Горькая усмешка искривила мои губы. Рассматривать улицу больше не хотелось.
   Через некоторое время караван остановился. Чтобы узнать причину, я выглянула в щель между тканями наружу. По-видимому, мы прибыли на место. Как только животное, на спине которого располагался паланкин, останавливалось у широких дверей ведущих в высокое (на фоне большинства местных строений) четырехэтажное здание, к нему подбегал хейджада, который помогал девушкам спустить на землю, после чего проводил их вовнутрь помещения. Мы с Дархой были последними и помогал нам спуститься Ману. Увидев парня, я даже обрадовалась. Его присутствие означало, что нам можно будет скинуть накидку, а не париться в ней весь день. Во всяком случае, я на это надеялась.
   Не успели мы оказаться на земле, как нас окружили все те же четверо стражников, которых к нам приставил Надкари. И если во время путешествия дополнительная охрана особо никого не интересовала, то сейчас я почувствовала заинтересованные взгляды тех, мимо кого нам приходилось пройти, пока мы дошли до выделенной нам комнаты. Охрана вовнутрь покоев за нами не последовала, оставшись снаружи.
   - У нас не так много времени, чтобы освежить вас, - Ману заметался по комнате, открывая двери в соседние помещения. - Отлично, вода уже набрана. Извините госпожа, но у вас нет времени на отдых, нам лучше поторопиться.
   Подойдя ко мне, парень стал быстро раздевать меня. За эти несколько дней я уже привыкла к тому, что меня одевают и раздевают. Поэтому не сопротивлялась и сейчас.
   С каким же наслаждением я опустилась в теплую воду! Но все тот же Ману не дал мне расслабиться, тут же принявшись намыливать мои волосы, постоянно извиняясь и объясняя свою поспешность желанием господина как можно скорее отбыть домой. Не удержавшись, язвительно поинтересовалась.
   - А как же девушки? Их же вроде как продавать собирались. Или Надкари решил сдать всем оптом?
   - Почему же оптом? Еще до того, как караван отправился в путь, были разосланы сообщения о продаже наложниц из гарема Властелина Иша. Сегодня на торги собрались самые богатые мужи или их представители со всех близлежащих земель.
   Так и хотелось спросить, а мы-то тут каким боком. Я уж точно не была ничьей наложницей. А Дарха - жена. Или тут и женами торгуют? Судя по местным законам, это вполне может оказаться их правдой жизни. Но ведь Ману ни в чем не виноват. Он человек подневольный и только исполняет приказ своего господина. Ни больше, ни меньше. А вот с его хозяином мне хотелось бы переброситься парой теплых слов. Да вот только он больше не 'радовал' нас своим вниманием.
   Пока мы были в ванной, в комнату доставили сундук с нашими вещами. Как бы мне ни хотелось одеть свой старый комбинезон, я все же этого не сделала, позволив хейджада сначала натереть меня маслами, а потом завернуть в нежно-розовую полупрозрачную ткань. В добавление к этому мне, как на руки, так и на ноги нацепили множество золотых браслетов, которые при малейшем движении и ходьбе начинали издавать мелодичный звон, ударяясь друг об друга.
   Если от комбинезона я еще отказалась, то подарок отца оставлять без присмотра не собиралась. Попросив Дарху отвлечь внимание Ману, я быстро прицепила нож с помощью ремней к внутренней стороне бедра. Ходить так не очень удобно, но другого места, чтобы оружие осталось при мне и при этом его наличие оставалось незаметным для окружающих, на моем теле не было.
   Мать Камала, ополоснулась после меня, облачившись, также как и ранее, в белые вдовьи одежды без единого украшения.
   Хоть комнатка и была небольшой, не более пятнадцати квадратов, возможности подойти к окну и выглянуть на улицу у меня не было. Ману не давал мне ни единой минуты покоя, производя с моим телом разные процедуры и манипуляции. Вроде бы он, на фоне остальным мужчин, был небольшим и щуплым, но при этом вертел мной как куклой, то купая, то наряжая, то украшая. Вот и сейчас он нарезал круги вокруг меня, окидывая мою фигуру оценивающим взглядом, отходя, вздыхая и цепляя на меня очередное украшение или заправляя вылезающие из общей прически короткие волосы, закалывая их очередным произведением ювелирного искусства местных мастеров. Судя по поджатым губам, своей работой он был недоволен, но исправить ничего не мог.
   От этого занятия его отвлек громкий звук, раздающийся снаружи и призывающий к вниманию.
   - Началось.
   Ману и Дарха бросились к затянутому полупрозрачной тканью окну. Любопытство потянуло меня последовать их примеру. Оказалось, что окно выходило ни на улицу, а во внутренний двор, в центре которого возвышался постамент, вокруг которого прямо на полу лежало множество уже занятых мужчинами подушек. И вот по проходу, зажатая между двух воинов, идет завернутая в накидку невысокая женская фигурка. Поднявшись на сцену, она замирает в ожидании. В ожидании чего? Я смотрела и не могла понять, по какому параметру и как мужчины собираются выбирать наложницу, если лица девушки не видно? Мало ли что там окажется за сюрприз.
   Но вот на постамент вслед за девушкой поднялось новое лицо. Сделав три громких хлопка руками толстячок громко произнес.
   - Сегодня перед вашим взором предстанут красивейшие девушки из гарема Повелителя Иша. Любая из них станет усладой для своего господина и будет радовать его своим видом и своими умениями. Итак, позвольте представить вам Вималу. Она все еще чиста и невинна, а еще она прекрасная танцовщица.
   Описывая достоинства девушки, мужчина сдернул с наложницы накидку, открыв ее для взгляда всех окружающих. В ту же секунду заиграла музыка и Вимала начала танцевать. Несмотря на то, что одежды на ней почти не было, только небольшой кусочек ткани перевязывал бедра, девушка не выглядела ни пошло, ни вульгарно. А когда наложница начала двигаться в такт музыке, я вообще забыла о том, в каком она виде, наслаждаясь необычным танцем.
   Но вот прозвучали последние ноты, и девушка замерла. В ту же секунду из зала стали выкрикиваться цифры. Цена все повышалась и повышалась и, спустя несколько минут, новый хозяин накидывает на наложницу накидку, уводя ее из зала, а на сцену уже ведут следующую девушку. И следующую, и следующую, и следующую. Наложницы пели, танцевали, жонглировали, показывали чудеса акробатики или играли на различных инструментах. Все девушки были молоды и красивы, а еще мастерами в том виде искусства, которым владели. Представление было невероятно захватывающим и красивым. Я увлеклась тем, что видела, забыв, где я и почему тут нахожусь, пока в дверь нашей комнаты не постучались. Ману тут же на меня и Дарху накинул накидки и только после этого пошел открывать дверь, за которой оказался Надкари.
   - Господин.
   Парень согнулся в низком поклоне, приветствуя своего хозяина, а мать Камала, как всегда, опустилась на колени. И только я осталась стоять, недовольно поджав губы.
   - Готовы?
   Вопрос предназначался хейджаде. На нас с Дархой мужчина даже не посмотрел.
   - Да, господин.
   Скользнув по нам безразличным взглядом, Надкари приказал.
   - Следуйте за мной.
   Сглотнув подкативший к горлу ком, я кинула быстрый взгляд в окно. Буквально несколько мгновений назад начались торги за еще одну из девушек. Неужели следующие - мы?
_____________________________________________________________________
   Уважаемые мои читатели, каждый из вас для меня дорог, но вас не так много на этом сайте. Будет ли вам удобно перейти на другие литературные порталы, чтобы продолжить чтение там? Я имею ввиду Лит-эру или Продаман. Или продолжать выкладывать произведение здесь? Напишите мне пожалуйста свой ответ в комментариях.
   Если все же выкладка на этом портале продолжиться, то в дальнейшем прода будет выкладываться не в основном тексте, а в отдельном файле.

Оценка: 9.28*22  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список