糖尾帅 : другие произведения.

Весь мир узнает, что я хороший человек

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:

    Задача Ши Цина заключалась в том, чтобы быть защитником главного героя. И только после переселения в разные миры и в ожидании энергичной контратаки злодеев там он понял, что является самым ужасным злодеем из всех.


Весь мир узнает, что я хороший человек // 全世界都知道我是好人[快穿]

 Направленность: Слэш
     Автор: 糖尾帅
     Переводчик: В_сохранёнки (https://ficbook.net/authors/4873052)
     Оригинальный текст: https://www.shubaow.net/94_94289/
      Фэндом: Ориджиналы
      Рейтинг: PG-13
      Размер: планируется Макси, написана 941 страница
      Кол-во частей:200
      Статус: в процессе
      Метки: Счастливый финал, Переселение душ, Попаданцы: В чужом теле, Смерть основных персонажей, Романтика, Флафф, Повествование от первого лица, AU, Попаданчество
      Посвящение:
     Спасибо за награду, Инна Узумаки! Я очень старалась (◕‿◕)♡
     Спасибо за награду, All_in_are! (づ ◕‿◕ )づ
      Публикация на других ресурсах: Уточнять у автора/переводчика
     Примечания:
     Перевод новеллы с китайского на английский: Everyone Knows I'm a Good Person
     https://chrysanthemumgarden.com/novel-tl/ekigp/
     Всего 13 арок.
     Перевод осуществляется на бесплатной основе, но если захотите отблагодарить меня материально, то вот мой птичий кошелек https://qiwi.com/n/HEXLEYFROMFICB
     Описание:
     Задача Ши Цина заключалась в том, чтобы быть защитником главного героя.
     И только после переселения в разные миры и в ожидании энергичной контратаки злодеев там он понял, что является самым ужасным злодеем из всех.


Глава 1. Инопланетный захватчик.

     Бип- Биип-
     Ши Цин стоял перед больничной койкой, глядя на лежащего на ней пациента. У него были симпатичные черты лица, но из-за болезни он сильно похудел. Трубки и иглы торчали из различных частей его тела, и врачи до сих пор работают над его реанимацией.
     И часы, представляющий обратный отсчет до жизни, все еще тикали в его ушах, и рядом с ним слышен шепот, говорящий:
     - Хозяин, неужели ты откажешься выполнять задания? Тогда ты определенно умрешь. Да. Все, что тебе нужно сделать, это защитить главного героя мира и позволить ему следовать сюжету оригинальной книги, не вызывая подозрений.
     Увидев, что Ши Цин все еще интересовался только своим старым телом, система начала паниковать.
     - Хозяин, пожалуйста, соглашайся! Когда ты выполнишь все задания, твое тело будет живым.
     Ши Цин равнодушно ответил:
     - Уходи. Этот старик* хочет умереть.
     Система собиралась заплакать.
     - Мы уже связаны друг с другом, поэтому, если ты не примешь задание, я умру вместе с тобой. Прошу тебя, просто прими задания. Они очень простые. Я даже активирую золотой палец**, чтобы сделать тебя самым сильным в любом мире, хорошо?
     Ши Цин рассмеялся, затем указал на себя на кровати:
     - У меня все хорошо. Посмотри на меня.
     Несмотря на обещания Системы, он все равно будет находиться в больнице, вынужденно полагаясь на добрую волю других.
     Система сейчас действительно заплачет. Раньше она слышала только о хостах, желающих приступить к работе после привязки к системе. Почему её хозяин самодовольно ждал смерти?
     Она решила пойти ва-банк:
     - Я активирую для тебя самый большой золотой палец! Каждый раз, когда ты входишь в новый мир, ты будешь на вершине мира, никто не сможет тебя обидеть!
     Ши Цин бесстрастно взглянул на Систему:
     - Это все?
     Система наконец заплакала:
     - Ууууу... Это все, что у меня есть! Но даже у этого большого золотого пальца будут последствия...
     Когда Система перестала торговаться и просто заплакала, Ши Цин начал верить, что это было самым большим призом, который он может получить, и прямо протянул руку:
     - Тогда пойдем.
     Система с заплаканными глазами опешила:
     - А?
     Ши Цин взглянул на этот маленький круглый мяч:
     - Разве ты не говорила, что есть задания, которые нужно выполнить? Пойдем.
     - Ой-ой! Пойдем!
     Сюрприз пришел слишком внезапно, и система не могла долго думать об этом. Она поспешно полетела в руку Ши Цина и унесла его в другой мир.
     В одно мгновение они оказались в пространстве между мирами. По какой-то причине Ши Цин, казалось, знал, что хозяева имеют здесь абсолютный контроль. Пейзаж внезапно изменился на солнечный берег.
     А ее хозяин очень удобно лежал на шезлонге в солнечных очках, держал кокосовый орех и пил через трубочку.
     Увидев его очень удобную и расслабленную позу, в голове системы внезапно промелькнула мысль, и она слабо спросила:
     - Хозяин, ты не соглашался со мной раньше потому, что хотел получить выгоду?
     Ши Цин сделал глоток кокосовой воды и не стал отрицать:
     - В неизвестных ситуациях, конечно, нужно сначала убедиться, что ты получаешь максимальную выгоду.
     Система попыталась возразить:
     - Но я так хорошо отнеслась...
     - Даже если бы ты была самым милым человеком в мире, ты бы поставила меня на первое место, только если бы мы были в одной лодке, - Ши Цин постучал по маленькому круглому мячу, - расслабься. Теперь, когда я знаю, что мы в одной лодке, я ничего тебе не сделаю.
     Система: '...'
     Узнав, что хозяин все это время играл с ней, она начала сомневаться в своем жизненном выборе.
     Но, несмотря на это, у нее была работа: задачи должны быть выполнены.
     Система пыталась утешить себя. Её хозяин выглядел как большой босс, что было намного лучше, чем связываться с новичком. Она внимательно представила Ши Цину информацию о первом задании.
     Информация была загружена прямо в его мозг, но Ши Цин только приподнял бровь. Он внимательно изучил все, закрыв глаза.
     ***
     Этот мир когда-то был современным романом об убийстве монстров. Главного героя звали Инь Мин Чжэн. В основе сюжета лежит идея о том, что местонахождение Земли в 21 веке внезапно стало известно межзвездным хищникам. Для них такая технологически отсталая планета с хорошим климатом просто была подарком.
     Итак, захватчики пришли толпами. Их технологии были более развиты, чем на Земле, и они от природы были агрессивны. Так что это было все равно, что забрать конфету у младенца.
     После расправы с захватчиками многие люди смогли пробудить сверхъестественные способности и оказать достойное сопротивление. Главный герой Инь Мин Чжэн был самым грозным человеком среди них, одаренным как мозгами, так и силой.
     Он основал базу и защищал ее вместе со своими друзьями, постепенно повышая уровень людей, сражающихся с монстрами. Согласно первоначальному сюжету, Инь Мин Чжэн продолжал избивать захватчиков одного за другим, пока он не отразил все атаки.
     Но, к сожалению, поскольку книга написана слишком реалистично, пожелания читателей позволили ей стать реальностью. Однако в этом мире пришельцы не стали терпеливо ждать, пока главный герой вырастет. Они послали бесчисленное количество монстров, чтобы заполонить Землю.
     Сюжет уже изменился, но важные персонажи сохранили свои личности и достижения. Обнаружив, что они не могут противостоять элите человечества, пришельцы начали сеять раздор в их рядах. Каждый заботится о себе даже в лучшие времена. Кто-то вроде Инь Мин Чжэна, который сосредоточился исключительно на защите людей, независимо от собственной прибыли, был для многих занозой.
     Вдобавок, поскольку местоположение Земли уже было обнаружено, быстро прибыла группа новых захватчиков. Со временем Инь Мин Чжэн будет вынужден пожертвовать собой, чтобы положить конец второй волне захватчиков, оставив Землю без защиты от первой группы.
     Задача Ши Цина заключалась в том, чтобы охранять Инь Мин Чжэна и следить за тем, чтобы он дожил до финала.
     Когда система увидела, что он открыл глаза, она быстро напомнила ему:
     - Я наугад помещу тебя в тело сильного персонажа этого мира. Обещаю, что они будут самыми сильными. Если хочешь, можете просмотреть их истории.
     - Есть ли что-нибудь еще, что мне нужно сделать, кроме как присматривать за главным героем?
     Познакомившись с Системой за последние несколько дней, Ши Цин понял, что она не лжет ему намеренно. Хотя она показалось ему немного глупой.
     Конечно же, система на мгновение замерла и в панике сказала:
     - Конечно, конечно. Есть и другое. Хозяин должен быть осторожен, потому что этот мир сосредоточен вокруг главного героя. Те, кого он презирает, будут изгнаны из мира. Хотя это относится только к иностранным объектам, таким как переселенцы, такие как хозяин. Если тебя вышвырнут, задание будет считаться невыполненным. Будет предоставлен льготный период в один месяц. Независимо от того, что протагонист чувствует по отношению к хозяину в это время, мировое сознание не отреагирует. Поэтому хозяин должен быстро подружиться с главным героем. Если первая задача не удалась, твои баллы перейдут в минус, и потребуется в десять раз больше, чтобы вернуть его к нулю.
     - Понятно.
     Ши Цин щелкнул пальцами, и в его руке появился новый кокос.
     Он слегка прищурился. Он не слишком беспокоился о том, что его выгонят.
     Главный герой дружил со всеми главными персонажами в этом мире, поэтому с ним все будет хорошо, кем бы он ни стал.
     Пока Система ничего не упустила.
     Система все еще болтала:
     - Чтобы помочь хозяину снизить шансы быть изгнанным, система предоставит счетчик враждебности. Если оно выше 50%, хост будет вынужден уйти. Пожалуйста, будь осторожен! Хорошо, я начинаю! Не забудь получить воспоминания оригинального тела, чтобы лучше слиться с миром! 3- 2- 1--
     ***
     Большой защитный купол накрыл лагерь гражданских беженцев. Бесконечное море роботов, примерно вдвое меньше взрослого человека, безжалостно стреляли в барьер. Их было слишком много, и они уже пробили несколько слоев шестислойного купола.
     Внутри щита мирные жители съежились от страха, глядя в небо. Матери обнимали своих детей, мужья прикрывали своих жен, а дети прижимались к родителям. В их глазах было одно и то же чувство отчаяния и ужаса.
     Над роботами парил космический корабль, орудие которого было направлено вниз, размером больше всего защитного купола.
     Холодный механический голос неоднократно повторял свое послание:
     - Люди, сдайте Инь Мин Чжэна в течение шестидесяти секунд, или мы начнем нашу атаку.
     - Люди, сдайте Инь Мин Чжэн в течение пятидесяти девяти секунд, или мы начнем нашу атаку.
     - Люди, сдайте Инь Мин Чжэн в течение пятидесяти семи секунд, или мы начнем нашу атаку.
     Обратный отсчет сверху был подобен косе жнеца, нависшей над головами мирных людей. Им оставалось только кричать от страха и крепко обнимать своих близких.
     Это был шантаж с заложниками.
     Использование миллионов жизней, чтобы заставить Инь Мин Чжэна сдаться.
     Все знали, что случится с лидером Земли в руках захватчиков. Никто не был настолько невинен, чтобы думать, что Инь Мин Чжэн пожертвует собой ради них. В последние несколько мгновений им оставалось только плакать сильнее.
     - Пятьдесят семь...
     - Пятьдесят шесть...
     - Пятьдесят пять...
     Наконец, через несколько десятков секунд самолет приблизился издалека.
     Космический корабль, закрывавший солнце, наконец, замолчал, получив сигнал с самолета.
     - Мы принесли Инь Мин Чжэна. Пожалуйста, немедленно освободите заложников.
     Ши Цин, который уже 30 секунд сидел на троне космического корабля, опустил глаза и увидел, как человека вытолкнули из самолета. Его невероятно острое зрение позволило ему увидеть черты лица Инь Мин Чжэна, которые соответствовали его чувству прекрасного. Конечности этого человека были бессильны, и в глазах было глубокое негодование.
     Похоже, он был тайно накачан наркотиками, ровно настолько, чтобы сделать этого некогда грозного защитника Земли беспомощным. Его можно было только выбросить с самолета, как мешок.
     Ши Цин послал ближайший беспилотный дрон, чтобы поймать Инь Мин Чжэна. Он не умрет от падения с такой высоты, но все равно ему будет довольно больно.
     Он приказал дрону вернуться, продолжая усваивать воспоминания этого тела.
     Система была права. Он был достаточно могущественным, чтобы никто не осмелился с ним связываться, что бы он не сделал.
     Потому что он был сильнейшим врагом, когда-либо украшавшим этот мир с момента его образования. Он был лидером второй группы захватчиков, тех, которые ушли благодаря жертве Инь Мин Чжэна.
     Согласно воспоминаниям, даже другие инопланетные расы боялись приближаться к армии роботов, даже если они проходили мимо.
     И что эта первоклассная личность значила для главного героя Инь Мин Чжэна?
     Это было существо, которое сразу после прибытия на Землю угрожало жизням миллионов людей, просто чтобы заставить человечество покинуть его. Для него он был просто...
     ---- Захватчик.

     Примечание к части
     *Ши Цин говорит о себе.
     **обычно, золотой палец - это какая-то невероятная способность. Читерство в чистом виде.
     Знакомьтесь с моей любимой Системой ♡.♡
     В оригинале система "оно" (если я правильно перевожу)

Глава 2.

     Ши Цин сидел на троне с пустым лицом, его механическая рука постукивала по подлокотнику. Его голос был несравненно теплым и нежным:
     [Система, объясни мне, что заставило тебя отправить меня в тело того, кто чуть не взорвал сотню тысяч мирных землян? Ты ведь знаешь, что Мировое Сознание отвергнет меня, верно?]
     Система поняла, что она ошиблась, в первую же секунду их прибытия. Она была в испуге от вопроса хоста:
     [Я, я не это хотела. Я впервые выполняю задачу с хозяином. Я слышала, что самый большой золотой палец иногда может иметь непредвиденные последствия, но я действительно не знала, что это будет так...]
     Она боялась, что хозяин обвинит ее, но Ши Цин действительно не был так зол. Не было смысла злиться из-за того, что уже произошло. Лучше сначала подумать о решении.
     Более того, эта личность действительно была великолепна. Было неплохо быть всемогущим инопланетянином, пока люди были еще слабы. К тому же он только что прибыл, и у него еще не было возможности никому навредить, поэтому ему было легче начать все сначала.
     [Хорошо, я отпущу тебя на этот раз, но убедись, что это больше не повторится. В любом случае, одного месяца более чем достаточно. А теперь скажи мне значение враждебности.]
     Система немедленно приступила к работе.
     [Враждебность Инь Мин Чжэна: 100/100]
     Она почувствовала себя обескураженной, просто сообщая об этом.
     Она никогда не видела такого большого числа в файлах дел, которые она получила от своего предшественника. Неужели месяца действительно хватит, чтобы снизить враждебность до 50?
     Система действительно сильно облажалась. Это было только первое задание. Но хозяин уже потерпел поражение. Как печально...
     Ши Цин встал, не обращая внимания на плачущую систему. Он махнул рукой, и андроид тут же поднес зеркало.
     Перед зеркалом стояла гуманоидная фигура из серебряных деталей. Форма его тела была больше похожа на людей снаружи, чем на окружавших его андроидов.
     Ши Цин закрыл глаза, и серебро на его лице поплыло, превратившись в человеческое лицо.
     В зеркале появилось его собственное лицо, затем его туловище и конечности. В конце концов, Ши Цин предстал перед зеркалом в своем первоначальном виде.
     На его стройном теле была спортивная одежда. Его лицо было холодным, но красивым.
     [Хозяин, ты планируешь замаскироваться под человека, чтобы приблизиться к Инь Мин Чжэну? Неплохой способ.]
     [Нет, у меня есть способ получше.]
     Ши Цин поднял палец к линии глаз. Его черные радужки стали серебряными, а его наряд превратился в футуристический боевой костюм, подобный тем, что носили андроиды снаружи.
     Его холодные глаза слегка смягчились, и эти отчужденные губы тоже изменились. Его тело претерпело множество мелких изменений. Через минуту высокомерный молодой человек перед зеркалом был изменен на молодого юношу, возраст которого был лет семнадцать-восемнадцать.
     Ши Цин положил руку на свой мягкий живот и посмотрел в зеркало.
     Тьфу, он не видел своего живота с тех пор, как ему исполнилось двадцать, и он начал заниматься в спортзале.
     В этом возрасте он выглядел чистым и свежим, и в нем была невинность. Другие не могли не почувствовать к нему расположение.
     Различные андроиды вокруг космического корабля не обращали внимания на действия Ши Цина. Они были просто роботами без собственного сознания или воли; самые доверенные подчиненные оригинала.
     Вот почему вся галактика боялась этой расы. Это была механическая раса, чья планета могла развить только одну форму жизни, чтобы служить их королям. После того, как он родился, ему пришлось полагаться на себя, чтобы построить армию для выполнения своей директивы о вторжении.
     Кто бы не боялся безжизненного, бесстрашного и бесконечного вида? Если бы король захотел, он мог создать бесчисленное количество подчиненных. Он также мог использовать свои программы тактического моделирования для определения наилучшего курса действий на каждом этапе своего завоевания.
     Ситуация с заложниками на Земле возникла из-за того, что программа тактического моделирования определила, что Инь Мин Чжэн представляет наибольшую угрозу их вторжению. Она же предложила способ заставить людей отказаться от Инь Мин Чжэна.
     В конце концов, король только что родился. Даже если агрессия была инстинктом, Земля была первым полем битвы первоначального владельца. Король, который совершенно не имел опыта в этом, конечно, хотел быть в безопасности.
     Итак, это произошло, когда Ши Цин только что перешел, обратный отсчет снаружи заставлял людей сдаться.
     Конечно, люди Земли этого не знают. Они даже не могут отличить первого захватчика от второго захватчика. В любом случае, все инопланетяне.
     Их незнание различных рас галактики было ключевой частью плана Ши Цина.
     Система спросила после того, как наплакалась:
     [Хост, что ты собираешься делать?]
     Ши Цин вспомнил, как выглядел Инь Мин Чжэн, и улыбнулся.
     [Было бы позором не воспользоваться таким красивым мужчиной.]
     Он посмотрел на свое отражение и положил руку на зеркало.
     - Сообщите мой приказ. Отступление.
     Внезапные движения машин, которые замерли после передачи Инь Мин Чжэна, вызвали новую серию криков изнутри купола.
     Не обращая внимания на шум изнутри купола, десятки тысяч роботов повернулись и послушно вернулись на корабль.
     Они летели упорядоченно и организованно. Через пять минут в небе остался только гигантский космический корабль.
     Затем он начал медленно двигаться и исчез так же внезапно, как и появился.
     Люди под куполом были потрясены.
     Пришельцы на самом деле ушли. Они действительно ушли.
     Громкие крики раздались на базе не только потому, что они были благодарны за то, что избежали смерти, но и из-за трагической судьбы героя человечества.
     ***
     Инь Мин Чжэн получил транквилизатор, специально разработанный для обладателей способностей. Оно неэффективно для обычных людей, но может постепенно замедлять действия людей со сверхспособностями. Его разум был чист, но его тело какое-то время не реагировало.
     Ирония заключается в том, что он был тем, кто создал этот препарат и передал его лидерам базы. Оно было предназначено для подавления тех людей со способностями, которые стали опасными для общества, но вместо этого было использовано против него.
     Десять тысяч мирных жителей на одного человека. Для начальства это было легкое решение.
     Но никто не пришел сообщить ему решение и не спросил его мнение. Они злоупотребили его доверием к друзьям и устроили на него засаду, прежде чем сразу же погрузить его в самолет.
     Инь Мин Чжэн все время не спал. Ему даже не было места в самолете. Вместо этого его просто бросили на землю, как мусор. Все, что он мог делать, это смотреть, как мимо него проходят бесчисленные пары обуви. Кто-то даже воспользовался возможностью и ударил его ногой.
     Инь Мин Чжэн знал, что человеческая природа может быть пугающей, но он никогда не предполагал, что те, ради кого он поставил на карту все, будут относиться к нему так жестоко.
     Он мог со временем смириться с идеей отправить его умереть вместо них, но зачем лишать его последней капли достоинства?
     Да, мертвым это все-таки не нужно.
     Он вот-вот умрет. Похоже, нет необходимости придерживаться общей поддержки, на которой он всегда настаивал раньше, защищая человечество.
     Инь Мин Чжэн закрыл глаза, когда беспилотный дрон беззвучно перенес его в мягкую постель. Его мысли были насмешливыми. Даже инопланетяне обращались с ним лучше, чем люди.
     Затем он почувствовал, как ледяная механическая рука ввела ему что-то. Инь Мин Чжэн не сопротивлялся. Он не смог бы, даже если бы захотел.
     Он продолжал симулировать бессознательное состояние и позволял роботам делать то, что они хотели.
     Они заставили людей отказаться от него, но почему-то не убили его сразу. Планировали ли они вскрыть его?
     Инь Мин Чжэн продолжал размышлять, пока холодная рука не уложила его обратно на мягкий и удобный матрас.
     Затем роботы что-то внесли в комнату. Его уши слегка пошевелились, так как улучшенное чувство слуха позволяло ему улавливать звук тяжелого предмета, устанавливаемого в изголовье его кровати.
     Его нос вскоре сказал ему, что это растение в почве. Возможно в глиняном горшке, судя по издаваемому звуку.
     Но почему инопланетяне поместили в комнату заключенного растение в горшке?
     Использовались ли растения на их планете как форма унижения?
     Затем Инь Мин Чжэн услышал, как инструменты режут стену. Другой робот внес что-то еще в комнату и вонзил в стену, предположительно в дыру, которую они проделали.
     Ему было действительно любопытно, что делают эти инопланетяне, поэтому он открыл глаза.
     Инь Мин Чжэн был шокирован увиденным.
     Роботы на самом деле устанавливали окно, сделанное в стиле, который был распространен на Земле до вторжения.
     Они даже повесили голубую занавеску.
     В другой части комнаты два похожих на вид андроида ставили на стену нечто, похожее на телевизор. Еще двое принесли журнальный столик и поставили на него фрукты и закуски.
     Остальные стелили ковры, привозили мебель и даже расставляли кухонную посуду. Инь Мин Чжэн начал чувствовать себя не пленником, а почетным гостем.
     Даже на базе он не мог наслаждаться спокойной жизнью, он должен был быть готов уйти в любой момент, поэтому у него не было ни времени, ни места для предметов роскоши, которые были широко доступны до вторжения.
     Самым удивительным, что он заметил, было возвращение силы в его конечности.
     Транквилизатор был изобретен им, поэтому, конечно, он знал, как долго он продержится в его теле. Чтобы иметь достаточно времени, чтобы передать пользователей способностей кому-то, кто мог бы с ними справиться, одна доза была рассчитана на 24 часа.
     Руководство боялось, что он достаточно силен, чтобы сопротивляться, поэтому они дали ему пять доз. Он должен был начать двигаться только через пять дней.
     Инь Мин Чжэн сразу же вспомнил, что робот ввел ему что-то. Он быстро отклонил эту идею.
     Нет, это невозможно.
     У пришельцев и людей были отношения как между охотником и добычей. Зачем им ему помогать?
     Сила Инь Мин Чжэн очень быстро вернулась. К тому времени, как два андроида закончили установку телевизора, он смог сжать кулак и сесть.
     Рабочие андроиды, казалось, почувствовали его движения и в одно движение повернулись к нему.
     Одновременный пристальный взгляд стольких пар серебряных глаз заставил его боевые инстинкты встрепенуться. Он подозрительно посмотрел на них и приготовился к бою.
     Но роботы только взглянули на него, они не атаковали и не угрожали. Они сразу же вернулись к своим обязанностям.
     Инь Мин Чжэн не хотел атаковать, пока не понял, что происходит. Он скинул одеяло и осторожно встал с постели.
     Да, эти пришельцы даже накрыли его одеялом.
     Они не должны были так обращаться с пленником.
     Он попытался подойти к двери и положил руку на дверную ручку. Увидев, что его никто не остановил, он вышел в коридор.
     Коридор был длинным и широким, с серебряными стенами и серебряным полом. Все было серебристо-белым, включая боевые костюмы андроидов. Это относилось даже к роботам, убирающим мусор.
     И посреди этого белого моря из конца коридора медленно приближалась фигура.
     Он выглядел как человек, но, очевидно, не мог быть им, учитывая, что он был на этом космическом корабле. На нем был бело-серебристый боевой костюм, и он целеустремленно подошел к нему.
     Изначально занятые роботы остановились и почтительно поклонились ему, изображая полное подчинение.
     Все это было сделано тихо и серьезно. Инь Мин Чжэн почти чувствовал абсолютную преданность этих роботов этому человеку.
     Инь Мин Чжэн был уверен, что этот инопланетянин, похожий на человека, должен занимать почетное место на этом космическом корабле.
     Он осторожно прижал большой палец к ладони. Это был жест, который он использовал для активации своих способностей.
     Молодой человек с ясными серебряными глазами, казалось, не заметил напряженной и настороженной позы Инь Мин Чжэна.
     Он сладко улыбнулся, когда увидел, что Инь Мин Чжэн смотрит на него, и поспешил вперед, чтобы обнять его за локоть, прежде чем он успел среагировать.
     - Ты наконец проснулся, мой партнер!
     - ... Что? - все, что смог сказать Инь Мин Чжэн.
     Ши Цин не ответил и вместо этого начал тащить его обратно в комнату. Инь Мин Чжэн хотел бороться, но он обнаружил, что безобидный юноша перед ним, казалось, обладал нечеловеческой силой. Он не мог освободиться, как бы сильно он ни боролся.
     Разочарованный, он собирался активировать свою способность, когда понял, что она заблокирована.
     Как это было возможно? Он только что проверял, и все было нормально...
     Момент его отвлечения привел к тому, что его прижали к кровати.
     Он приземлился спиной на мягкую большую кровать. Странный юноша сел на него и ярко улыбнулся.
     - Подожди...
     Инь Мин Чжэн протянул руку, но Ши Цин захватил оба запястья и зажал их над его головой. Он был совершенно беззащитен.
     - Я не могу больше ждать.
     Мальчик с лицом ангела моргнул, его тон был невинным и нетерпеливым. Между его поведением и действиями был большой контраст.
     - Давай сделаем ребенка.

     Примечание к части
     [] - так будет обозначаться разговор с Системой, вслух они ничего не говорят.
     Ши Цин: 10 неожиданных поворотов из 10.

Глава 3.

     Сделать ребенка?
     Инь Мин Чжэн уставился на молодого человека, который залез на него. Это был первый раз, когда он почувствовал себя таким ошеломленным.
     Видя, что Ши Цин теперь нетерпеливо срывает его одежду, он начал бороться, как рыба, пойманная в сети:
     - Нет! Подожди! Я мужчина!
     - Да, я тоже.
     Ши Цин занялся одеждой Инь Мин Чжэна, отвечая весьма уверенно.
     Он действительно был очень занят. Чтобы снять одежду, ему пришлось ослабить хватку на руках Инь Мин Чжэна. Его нежные пальцы приблизились к рубашке, чтобы попытаться сорвать ее.
     Но так как он больше не держал руки Инь Мин Чжэна, мужчина немедленно начал бороться. 28-летний ветеран-герой, за свою карьеру так и не успевший лечь с кем-нибудь в постель, был полностью ошеломлен действиями Ши Цина. Его разум давно отбросил мысли вроде 'проникнуть в стан врага', 'собрать информацию' или 'выяснить, что происходит'. В его голове оставалась только одна жалкая мысль: сохранить в неприкосновенности свою невинность и свою одежду.
     Это было похоже на то, как будто они играли в игру, где Ши Цин наступал, а Инь Мин Чжэн защищался.
     У Ши Цин была огромная сила, но он был неопытен, в то время как Инь Мин Чжэн обладал большим боевым опытом, но меньшей силой. Через какое-то время ситуация зашла в тупик.
     Инь Мин Чжэн терпеливо защищал свою одежду, наблюдая за подростком над ним. У него были круглые миндалевидные глаза, небольшой приподнятый нос и бессознательная маленькая улыбка на рубиново-красных губах, которые сейчас были слегка сжаты из-за его сосредоточенных действий.
     Как будто он заметил взгляд Инь Мин Чжэна, он даже нашел время, чтобы поднять глаза и сладко улыбнуться этому человеку.
     Он выглядел безобидным и чистым юношей...
     Если бы он не продолжал выполнять свою извращенную задачу.
     Надо сказать, внешность этого странного человека действительно безобидна. Хотя ситуация все еще оставалась неопределенной; он был на космическом корабле, и юноша казался высокопоставленным инопланетянином. Но его сладкая улыбка и глаза, изогнутые в виде полумесяца, сделали так, что Инь Мин Чжэн не мог рассердиться.
     Конечно, даже при том, что он хотел бы отбиться от подростка и сбежать, у него едва хватило сил, чтобы не дать снять свою одежду.
     Ему оставалась только действовать, он не был в силах злиться.
     Инь Мин Чжэн продолжал блокировать руки Ши Цина, говоря:
     - Я думаю, что произошло недоразумение! Я не знаю тебя, поэтому я ни за что не буду твоим партнером.
     - Почему мой партнер должен знать меня?
     Молодой человек, оседлавший его, наконец остановился, и пара круглых глаз показала ошеломленный взгляд и даже легкую обиду:
     - Почему бы тебе не раздеться самому.
     - Почему я должен... Нет, погоди, ты должен встать.
     Ши Цин выглядит открытым для общения, мягким и послушным. Инь Мин Чжэн надеется на нормальный разговор.
     Однако оказывается, что он слишком рано почувствовал облегчение.
     Нежный юноша давил на него с давлением, от которого нормальных людей рвало кровью. Он не собирался вставать, и похоже, был очень недоволен происходящим.
     - Я не встану. Ты мой партнер, так почему бы нам не завести ребенка?
     Инь Мин Чжэн не мог двигаться под давлением в несколько тонн давящих на него. Он боролся еще немного, прежде чем перестать под недовольным взглядом юноши.
     После нескольких вдохов он скорректировал свои эмоции и попытался хорошо поговорить с подростком, которому, казалось, было всего около восемнадцати лет.
     - Мистер, это так. Во-первых, я не твой партнер. Во-вторых, мы с тобой оба мужчины, на 100% мужчины. Двое мужчин не могут иметь ребенка.
     - Я знаю.
     Ши Цзин снова сладко улыбнулся ему и приложил ухо к груди Инь Мин Чжэна, чтобы послушать стучащее внутри сердце.
     - Человеческие мужчины не могут зачать ребенка, но мой вид может.
     И без того учащенное сердцебиение ускорилось.
     Инь Мин Чжэн был натуралом, который никогда по-настоящему не смотрел на мужчин даже до апокалипсиса. Он никогда бы не подумал, что у двух мужчин может быть ребенок.
     Но он вспомнил некоторые фильмы, которые смотрел раньше.
     Монстры размножаются, откладывая яйца в людях. Затем, когда пришло время, маленькие монстры вырвались из тела хозяина, а человек кричал от боли...
     Когда он подумал о том, как этот сценарий может быть применим к нему, лицо Инь Мин Чжэн стало зеленым.
     Ши Цин почувствовал его бурные эмоции и удовлетворенно улыбнулся. Его тонкие пальцы прикоснулись к молнии на куртке Инь Мин Чжэна.
     - Когда мы объединимся, я войду в стадию зрелости. Древо-Мать на моей планете после получения сигнала о моем взрослении начнет воспроизводить следующее поколение. Когда я умру через 200 лет, родится ребенок с нашими генами.
     Его слова были невинными, но в них было сильное желание:
     - У тебя очень сильные гены, поэтому наш ребенок тоже будет сильным.
     Инь Мин Чжэн: '...'
     Он быстро перебрал то, что только что сказал этот инопланетянин с внешностью человека-подростка.
     На их планете было дерево, называемое Деревом-Матерью, которое начало размножаться после получения сигнала созревания от этого парня. Когда он умрет, родится следующее поколение, у которого будут гены тех, с кем он имел половой акт.
     Если бы эта чушь была сюжетом фильма, Инь Мин Чжэн подумал бы, что это нелогично, но это происходило с ним прямо сейчас.
     Он даже не подумал, что Ши Цин пытался его обмануть.
     В конце концов, он сейчас был похож на муравья, которого легко раздавить, в ладони пришельца. Врать незачем.
     Кроме того, с тех пор, как прибыли инопланетные захватчики, похожие на насекомых, земляне получили возможность из первых рук понять, что существует огромное количество вещей, о которых они не знают.
     По сравнению с самками насекомых, которые продолжали спариваться после обезглавливания самцов насекомых, у которых после спаривания был съеден орган. И низшими насекомыми, которые считали за честь быть съеденными своими собратьями, не было ничего странного в инопланетянах, которые могли зачать вдали от своих тел или имели период беременности двести лет.
     К счастью, тот, кого он встретил, кажется достаточно разумным и открытым для разговора.
     Как только он подумал об этом, юноша, послушно сидевший у него на груди, казалось, заскучал и потянулся к молнии на его одежде.
     Инь Мин Чжэн поспешил перехватить его руки.
     - ... подожди немного!
     - Что опять!
     Подросток был расстроен и прижал блокирующую его руку к изголовью кровати:
     - Если ты будешь так себя вести, я тебя свяжу. Это не повлияет на нашего ребенка.
     Инь Мин Чжэн посмотрел в эти серьёзные глаза и не сомневался, что он действительно сделает это. Он быстро сказал:
     - Ты говоришь, что ты мой партнер, но мы еще не знаем друг друга. Люди не занимаются сексом с незнакомыми людьми.
     - Я знаю тебя. Тебя зовут Инь Мин Чжэн.
     Может быть, он думал, что это рассуждение справедливо, но выражение раздражения исчезло с лица юноши. Он приложил руку Инь Мин Чжэн к своей щеке и потерся о ее слегка мозолистую кожу, как маленький котенок. Его глаза ярко сияли.
     - Я знаю, что ты меня знаешь. Я говорю, что я еще не знаю тебя.
     Инь Мин Чжэн немного смущенно отдернул руку, которую держал молодой человек. Он был холост до апокалипсиса, а потом был занят борьбой против расы насекомых. Даже если у него были поклонники, у него никогда не было времени на отношения. Это был первый раз, когда он был так близок с кем-то, и в его сердце начали накапливаться неконтролируемые эмоции.
     Он закашлялся и подавил их. Затем он продолжил медленно говорить, пытаясь стабилизировать ситуацию:
     - Ты говоришь, что мы партнеры, но я даже не знаю твоего имени, твоего возраста, с какой ты планеты, сколько у тебя родственников или даже почему ты выбрал меня своим партнером. На Земле оба человека должны знать это друг о друге.
     Подросток не рассердился, но на его лице было несчастье.
     - Вы, земляне, такие сложные. Ладно. Меня зовут Ши Цин, я робот. Моя планета находится в Галактике 312, и у меня нет родственников. Я выбрал тебя потому, что Земля была первой планетой, которую я нашел после своего рождения, а ты здесь самый сильный. Поэтому, естественно, я выбрал тебя своим спутником.
     Инь Мин Чжэн обдумал свои слова, продолжая отвлекать его.
     - У тебя нет родственников? Тогда кто управляет этим кораблем? Твой начальник?
     Система внезапно выскочила.
     [Хост! Он выуживает информацию, не поддавайся на это! Он хочет, чтобы ты рассказал все это, чтобы он смог спланировать свой побег! И зачем ему так много рассказывать? Как ты можешь рассказать ему о таких важных вещах, как размножение твоей расы? Он отвергнет тебя 100%!]
     Ши Цин: [Да, я знаю. Разве ты не поняла, что я все выдумал?]
     Система была в шоке. [Выдумал???]
     [Ага. В любом случае, я единственный представитель этого вида, все остальные не обладают разумом. Никто мне не сможет противоречить. Если я этого не сделаю, как я воспользуюсь - нет, уменьшу его значение враждебности?]
     Ошеломленная Система: ...вы, люди, так любите много лгать.
     Инь Мин Чжэн не заметил общения между Ши Цином и Системой. Он видел только улыбку Ши Цина, чьи глаза превратились в полумесяцы. Глаза Ши Цина были полны ясности и невинности. Он потер ладонь Инь Мин Чжэна, как маленький принц, который не знает ни о чем в мире.
     - Этот космический корабль мой, и все они подчиняются мне.
     [Хорошо, я сказал ему, что я начальник. Пора воспользоваться им.]
     Ши Цин снова удерживал руки Инь Мин Чжэна над его головой и сказал:
     - Теперь, когда знакомство состоялось, давай займемся зачатием ребенка!

Глава 4.

     Инь Мин Чжэн был подобен птице, попавшей в клетку.
     Его руки были связаны, а на ногах было несколько тонн веса. Не говоря о том, чтобы сбежать, было даже трудно встать.
     Но он не сдавался.
     Герой Человечества продолжал сопротивляться под руками Ши Цина, как будто он хотел вырваться.
     Он не сдавался, продолжая упорно вырваться. Даже когда он потерпел неудачу и упал на кровать, в следующую секунду он попытался снова приподняться и сбросить Ши Цина с себя.
     Итак, Ши Цин с интересом наблюдал, как этот человек, который полностью соответствовал его вкусам, снова и снова приподнимал свой торс, демонстрируя накаченные мышцы живота.
     [Это коварная медовая ловушка.] Ши Цин использовал свой сомнительный словарный запас с Системой. [Он демонстрирует мне свое обаяние. Тьфу, мужики.]
     Система: Не хочу говорить.
     Ши Цин наблюдал, как на лбу красивого мужчины выступил пот, что только усилило его черты, придавая ему очаровательный и сексуальный вид.
     - Ты такой красивый, - он не скрывал восхищения в глазах, - такой сильный и красивый. Наш ребенок определенно будет замечательным.
     Инь Мин Чжэн увидел, что Ши Цин уже собирался разорвать молнию, и сказал, тяжело дыша:
     - Подожди...
     Ему нужно было время, чтобы отдышаться от прежних бесполезных усилий. Его разум был пуст, но он сумел выдавить фразу:
     - Ты знаешь, как люди занимаются сексом?
     Инь Мин Чжэн спросил случайным образом. На поле боя ему посчастливилось увидеть несколько различных брачных ритуалов расы Насекомых. Лицом к лицу, из рук в руки, что угодно. Вариаций было столько же, сколько и видов. Но одно можно было сказать наверняка: ни один из насекомых не размножался так, как люди.
     Если раса насекомых была такой, то и раса Ши Цин должна быть такой же.
     Как и ожидалось, Ши Цин, жестоко давивший на него, остановился. Его серебряные глаза были несколько потерянными.
     - Разве мы не соединяем твою часть и мою часть вместе? Когда я впервые пришел на Землю, я увидел человеческое тело. Сначала тебе нужно снять одежду, а потом мы сможем соединить детали.
     Фух.
     Инь Мин Чжэн глубоко вздохнул с облегчением.
     К счастью, Ши Цин действительно подготовился.
     Получив передышку, он начал бешено размышлять.
     Сейчас самым главным было отсрочить это дело любыми средствами. Он мог поискать возможность сбежать позже.
     Придумав план, Инь Мин Чжэн сухо кашлянул:
     - Ши Цин, ты не до конца понял. Есть ряд событий, которые нужно сделать раньше. Человеческие отношения очень и очень сложны. Как насчет этого? Если ты отпустишь меня прямо сейчас, я тебе подробно объясню.
     Выскочила вечно ответственная Система:
     [Хозяин, он пытается тебя обмануть!]
     Ши Цин: [Я знаю. Тебе не кажется, что он чертовски хорошо выглядит при этом?]
     Система: [...]
     Она молча отправилась в магазин для систем, чтобы разместить заказ на противошумную мозговую машину. Она не должна позволять злым людям, полным странных мыслей, запятнать её чистое механическое сердце.
     Инь Мин Чжэн продолжил, увидев заинтересованный взгляд Ши Цина:
     - Ты говоришь, что мы являемся партнерами, равными друг другу. Я хочу, чтобы мы прошли несколько последовательных ухаживаний, как это принято на Земле.
     Выглядевший невинно инопланетянин моргнул и кивнул. Похоже, он слушал.
     Он снова медленно опустил ухо к сердцу мужчины. Его голос был очень теплым и нежным:
     - Хорошо, я сделаю, как ты говоришь. Расскажи мне, как это происходит на Земле, и я буду следовать этому.
     Инь Мин Чжэн почувствовал облегчение, но также почувствовал себя виноватым за то, что солгал кому-то, кто казался таким же невинным и доверяющим ему, как Ши Цин.
     Он никогда не лгал никому на базе, чтобы ни случилось. Но когда грянул кризис, его безжалостно предали.
     Напротив, Ши Цин, несмотря на то, что он был инопланетянином, верил в его слова независимо от того, что он делал или говорил.
     Когда в его сердце поселились сожаления, Инь Мин Чжэн в дискомфорте неловко подвинул верхнюю часть тела.
     Возможно, ему только казалось, но он чувствовал, что рука Ши Цин ощупывает его. Хотя это не было ни больно, ни раздражающе, рубашка на нем была не очень плотной. Инь Мин Чжэн почти чувствовал, что он касается мышц под его одеждой.
     Но инопланетный подросток показал свое невежество в подобных вещах. Поэтому Инь Мин Чжэн не мог сказать ему прекратить это. Не сумев подвинуться так, чтобы избежать чужих рук, он попытался заставить себя игнорировать чужие руки.
     Может, инопланетянина интересовала одежда людей?
     [Динь! Значение враждебности Инь Мин Чжэн 98/100]
     Система была достаточно счастлива, чтобы послать фейерверк: [Поздравляю, поздравляю, хост! Желаю тебе жить десятки тысяч лет и великих достижений!]
     Ши Цин: [Чувствую себя действительно хорошо.]
     Система: [...]
     Хорошо, хорошо.
     Пока задача выполнена, она может принять любые бесстыдные слова, угрожающие развратить её чистое сердце.
     Инь Мин Чжэн все еще пытался уговорить подростка слезть с него:
     - Ши Цин, встань, пожалуйста. Ты слишком тяжелый, и мне тяжело так говорить.
     - Тогда я уменьшу свой вес, - сказав это, Ши Цин уменьшил свой вес.
     Раса роботов могла свободно контролировать свой вес. Он намеренно сделал себя тяжелее, чтобы он мог прижать Инь Мин Чжэна, но не раздавить его.
     Инь Мин Чжэн был шокирован, обнаружив, что юноша, сидящий на нем, действительно стал легче. Но он все еще не пытался встать.
     Это была территория Ши Цина, и в комнате было несколько хорошо оборудованных андроидов. Как бы неудобно ни чувствовал себя Инь Мин Чжэн из-за того, что на нем сидит 'человек', он должен был позволить этому случиться, чтобы не рассердить своего похитителя.
     - Разве ты не говорил, что объяснишь человеческие процедуры, ведущие к сексу? Торопись.
     Инь Мин Чжэн открыл рот, но прежде чем что-то сказать, он услышал слова мальчика:
     - Поторопись, давай следовать процедуре.
     Он думал, как обмануть Ши Цина.
     Когда он строил правдоподобное объяснение, юноша, послушно сидевший на нем, внезапно встретился с ним взглядом.
     Глаза Ши Цин были серебристо-белыми. Из-за этого его безмолвный взгляд был довольно устрашающим, несмотря на то, что в остальном он был мягким и невинным.
     - Я знаю, что люди любят много лгать. Не лги мне, я узнаю.
     Его тело казалось бескостным, оно мягко прижималось к телу Инь Мин Чжэна. Он почти мог чувствовать нечеловечески низкую температуру другого через свою одежду. И вместе с этим слегка прохладным ощущением губы Ши Цина приблизились к его уху, как будто он прошептал секрет:
     - Никто во всей вселенной не посмеет солгать расе роботов.
     Тело Инь Мин Чжэн подсознательно напряглось. Это был автоматический защитный механизм, срабатывающий при наличии опасного врага.
     Только сейчас он понял, каким кротким и безобидным ни казался Ши Цин, он не человек. Он инопланетянин с огромным космическим кораблем, способным уничтожать планеты.
     Его бдительность не должна снижаться с самого начала.
     [Значение враждебности Инь Мин Чжэн 99/100]
     [Значение враждебности Инь Мин Чжэн 100/100]
     [Значение враждебности Инь Мин Чжэн 99/100]
     Система была напугана быстро меняющимся значением враждебности: [Что, что делать, Хост? Враждебность снова поднимается! Почему ты сказал такую мелочь?]
     [Это не мелочь.] Ши Цин продолжал пристально смотреть на Инь Мин Чжэна. Он был очень доволен его настороженным выражением лица. [Ты думала, что я продолжу действовать мягко, чтобы снизить значение враждебности? Я принадлежу к расе роботов, которой боятся во всей галактике. Если бы я слепо соглашался со всем, что сказал Инь Мин Чжэн, он мог бы 'обмануть' меня, заставив использовать мою армию для изгнания расы Насекомых. Уровень враждебности снизился бы только немного, так как я смогу защитить его до конца сюжетной линии? Даже если я действительно помогу, это должно произойти после того, как его враждебность ко мне уменьшится.]
     Просветленная Система все еще была обеспокоена: [Но если хозяин не будет действовать мягко, как может снизиться значение враждебности?]
     [Есть много способов. Я не собираюсь заставлять его, мне просто нужно, чтобы он знал, кто у нас главный.]
     Рука Ши Цин прижалась к месту над сердцем Инь Мин Чжэна, и он обнаружил, что сердце быстро бьется. Он послал ему знакомую милую улыбку:
     - Ты бы не стал мне лгать, правда?
     Инь Мин Чжэн заставил свои нахмуренные брови расслабиться. Он тоже улыбнулся:
     - Верно. Я твой партнер, поэтому я ни за что не солгу тебе.
     Система, которая следила за всем этим: два больших лицемера.
     Эти слова снова сорвали ход мыслей Инь Мин Чжэна. Теперь он знал, что юноша не был настолько доверчивым, как он думал, и поэтому возник вопрос, как его обмануть. Его взгляд внезапно остановился на телевизоре в комнате.
     - Ши Цин, я найду для тебя романтический сериал. Это очень похоже на процедуру, которой должны следовать люди.
     Инь Мин Чжэн уговорил Ши Цина встать с него и уверенно выбрал сериал, который, как он помнил, был о настоящей любви.
     Его нисколько не волновало, что Ши Цин научится чему-то, чему он не должен.
     Все это были семейные сериалы, поэтому в них не было ни одной интимной сцены.
     Он вставил диск и снова улыбнулся юноше:
     - Посмотрев это, ты должен понять человеческие процедуры.
     Он взглянул на количество серий и успокоился еще больше:
     - В этом сериале 88 серий. Почему бы тебе не начать смотреть, пока я осмотрю корабль? Так мы оба узнаем друг друга.
     - Хорошо.
     Согласие Ши Цина заставило его расслабиться.
     Он был уверен в своей способности найти лазейку и сбежать, если у него будет достаточно времени.
     88 серий по 40 минут хватит, чтобы задержать Ши Цин хотя бы до завтрашнего утра. У него было много времени...
     - щелк.
     Звук стыковки электроники привлек внимание Инь Мин Чжэна. Он оглянулся и замер.
     Ши Цин уже засунул руку в экран телевизора. Его глаза были закрыты, как будто он что-то чувствовал. Три секунды спустя он убрал руку и повернулся, чтобы улыбнуться Инь Мин Чжэну:
     - Я закончил.
     Инь Мин Чжэн: '...'
     Он забыл, что Ши Цин был роботом.
     Прежде чем он смог заговорить, инопланетный юноша уже повалил его на землю.
     Затем его левая нога согнулась, и он вернулся в привычное положение на теле Инь Мин Чжэна. Его губы без колебаний опустились.
     - Подожди...
     Услышав панику в голосе Инь Мин Чжэна, юноша, который выглядел хрупким, но на самом деле весил несколько тонн, послушно остановился и выпрямился. Он моргнул, как будто был сбит с толку.
     - Была ли моя осанка неправильной? - он снова приблизил свои красные губы к Инь Мин Чжэну, - я видел в этом обучающем материале, называемым сериалом, что люди должны это делать. Разве соединение моей части с твоей - это не необходимый шаг процедуры для вас, людей?
     Инь Мин Чжэн не мог достаточно быстро осмыслить то, что он сказал. Он видел, как юноша открыл рот и высунул маленький красный мягкий язык. Его рука указала на него.
     - Или ты говоришь, что моя маленькая деталь тебе не подходит?
     Продемонстрировав свой маленький язык, он обиженно посмотрел на Инь Мин Чжэна.
     - Ты такой разборчивый.

Глава 5.

     Инь Мин Чжэн: '...'
     Инь Мин Чжэн: '...'
     Его рот открывался и закрывался, но он сам не знал, что сказать.
     Прежде чем даже подумать о том, что они принадлежали к двум разным расам, находящимся в состоянии войны, юная внешность другого человека заставила Инь Мин Чжэна почувствовать себя виноватым.
     Он снова вздохнул и задал вопрос, который мучил его.
     - Ты взрослый?
     Ши Цин:
     - Что такое взрослый?
     - Например, сколько тебе лет? - Инь Мин Чжэн изо всех сил старался отодвинуться. К счастью, он набрался сил после того, как много раз был придавлен этой горой. Он все еще не мог сбросить Ши Цина, но он мог по крайней мере немного отодвинуться.
     Он мог двигаться только несколько секунд, прежде чем юноша скорректировал свой вес, чтобы снова стать тяжелее.
     Затем раздался чистый голос Ши Цина:
     - Прошло 50 000 лет с тех пор, как я родился.
     Он выглядел так, будто хотел, чтобы его похвалили.
     Инь Мин Чжэн:
     - ... Ты сказал, что только что родился.
     - Да, я только что родился, - Ши Цин сидел на мужчине с выражением 'я невиновен и говорю правду' на лице.
     - Время на самом деле не несет никакого смысла для механической расы. Я искал новую планету со своей армией с тех пор, как родился. Я начал двигаться только после того, как нашел Землю.
     Главный герой быстро нашел лазейку. Он спросил Ши Цина:
     - Сколько лет ты был на планете?
     - Согласно тому, как вы, люди, считаете время, почти неделя.
     Рука Инь Мин Чжэна расслабилась, и он с глухим стуком упал, ударившись головой об пол.
     - Так не пойдет. На Земле мы считаем возраст, исходя из первого дня прибытия каждого человека на эту планету. Ты здесь всего неделю, так что ты еще младенец.
     Лицо Ши Цина выглядело растерянным, как он и надеялся. Он склонил голову.
     - Я младенец на твоей планете?
     Чувства Инь Мин Чжэна были сложными, когда он встретился с ясными глазами юноши. Он не был уверен, чувствовал ли он себя более виноватым из-за издевательств над ребенком или испытывал облегчение, ведь он нашел способ сбежать.
     Технически он не лгал.
     Разве возраст детей Земли не отсчитывался с первого дня их появления на свет?
     В любом случае, у Инь Мин Чжэна было сложное выражение, когда он сказал:
     - Да. Люди могут заниматься сексом только с 18 лет и старше, но не в детском возрасте.
     Вот как.
     - Хорошо. Я буду слушать тебя, потому что ты мой партнер.
     Прежде чем Инь Мин Чжэн успел расслабиться, Ши Цин прижал свою руку к его груди сквозь одежду. На его лице было самодовольное выражение.
     - Если мы не сможем зачать ребенка, мы все равно сможем объединить наши маленькие части, как в традициях твоей планеты. Мне нравятся твои маленькие детали, так что тебе не разрешено не любить мои.
     Инь Мин Чжэн расширил глаза от решительного тона юноши. Он пытался оттолкнуть его.
     - Нет... Мммм!
     Он отважно боролся, на его мышцах вздулись синие вены, но все его усилия были тщетны. Тонкие белые пальцы юноши не давали ему уйти от поцелуя.
     Две минуты спустя Ши Цин выпрямился и приподнялся с удовлетворенным выражением лица.
     С другой стороны, человеческий герой на земле с тусклым и ошеломленным лицом лежал как есть, пока не сфокусировался на молодом человеке, который касался своих губ. Казалось, юноша довольно размышлял о послевкусии:
     - Удивительно, что на твоей планете есть эта традиция, она действительно удобна.
     С этими словами пятидесяти тысячелетний младенец Ши Цин посмотрел на мужчину с лицом, полным удовлетворения и радости, и предложил Инь Мин Чжэну, который даже не двигался в трансе:
     - Давай проходить этот сценарий каждый день, пока мне не исполнится восемнадцать!
     Мужчина, который всю жизнь прожил без поцелуев, уставился на другого человека, который казался вполне довольным собой. Его внешность была совершенно невинной, сейчас он просто светился от удовольствия и радости.
     Мужчины были склонны иначе относиться к тем, с кем были близки. Только после поцелуя Инь Мин Чжэн осознал, насколько красивой была внешность Ши Цина.
     Он видел на базе нескольких молодых людей с такими же тонкими чертами лица. Хотя они не были такими привлекательными, как Ши Цин, они все же могли стать звездами в современном мире до апокалипсиса.
     Но из-за своих стройных и слабых тел они были бесполезны против захватчиков и непригодны для ручного труда, поэтому они могли полагаться только на других. Их судьба - стать домашним любимцем, запертым в клетке хозяином, который ими хвастался.
     Были люди, которые и раньше предлагали подарить Инь Мин Чжэну любимца, но он наотрез отказался, ссылаясь на то, что у него нет на это времени.
     И теперь этот, казалось бы, слабый юноша прижал его к полу, и Инь Мин Чжэну может только почувствовать, как юноша использует 'свою небольшую деталь', чтобы неуверенно коснуться 'другой маленькой детали'.
     Его красивое лицо залилось сияющим румянцем.
     [Динь! Значение враждебности Инь Мин Чжэна: 97/100]
     Будучи вынужденным наблюдать, как Ин Мин Чжэн пытается обмануть хоста только для того, чтобы обмануть самого себя, Система спокойно активировала программу цензуры, которую она купила. Она сообщила хозяину, что эта программа может автоматически отфильтровать любую сцену, неподходящую для детей младше трех лет, и будет покрывать рейтинговые элементы мозаичным размытием.
     Торговая площадка в штаб-квартире также отправила бесплатную копию 'Как построить хорошие отношения с хостом'.
     Она взволнованно открыла книгу.
     Ши Цин спросил: [Почему ты это купила?]
     Система немедленно применила то, что прочитала: [Сегодня чистое сердце системы умерло мучительной смертью. Я купила это, чтобы спасти хоть что-то.]
     [Если хост утешит меня сейчас, я все равно буду маленькой системой, которая тебя любит!]
     Ши Цин чувствовал, что IQ его системы падает.
     Он помедлил несколько секунд, прежде чем попытаться успокоить:
     [Какой ужас. Мне нужно купить венок на могилу?]
     Система посмотрела на ту часть руководства, в которой говорилось: хозяин будет очень обеспокоен и спросит свою систему, хорошо ли она себя чувствует, и утешит ее...
     Она молча удалила руководство.
     Ничего страшного.
     Не нужно беспокоиться об этих деталях.
     Все будет хорошо, пока хост легко выполняет задания (мне совсем не грустно.jpg).
     ***
     Инь Мин Чжэн обнаружил, что с того первого дня Ши Цин начал вести себя как детеныш леопарда, впервые вкусивший мяса. Он всегда смотрел на него, как на добычу.
     Прежде чем Ин Мин Чжэн смог поесть, им пришлось пройти сценарий.
     Прежде чем Инь Мин Чжэн успел заснуть, им пришлось пройти сценарий.
     Прежде чем Инь Мин Чжэн смог насладиться моментом отсутствия в комнате всяких андроидов, им пришлось пройти сценарий.
     Если он не хотел делать это, этот 50 000-летний ребенок прижимал его к ближайшему полу / стене / кровати / окну, пока такой крупный мужчина, как Инь Мин Чжэн, не краснел, выглядя смущенным.
     Инь Мин Чжэн также иногда упоминал, что хотел, чтобы Ши Цин помог своему партнеру защитить Землю, отражая насекомых, но он без колебаний отказался.
     Инопланетный подросток убежденно сказал:
     - Механическая раса никогда не помогает другим.
     После этого, что бы Инь Мин Чжэн ни пытался сказать, он делал вид, будто не слышит его. Это предложение также вызвало его подозрения, и он начал запирать своего человека в комнате. Инь Мин Чжэн мог получить все, о чем попросил, но ему не разрешили выйти.
     На третий день, после того как Ши Цин закончил 'смотреть' романтический сериал, он очень рано утром вошел в комнату Инь Мин Чжэна и забрался к нему под одеяло.
     С того момента, как он вошел, он знал, что Инь Мин Чжэн притворяется спящим.
     Раньше, когда он сражался с расой Насекомых, он был героем, который должен был быть настороже в любой момент. Он уже овладел навыком быстрого пробуждения от подозрительных звуков. Как он мог не отреагировать, когда зашел Ши Цин?
     Ши Цин не возражал против того, чтобы он притворился. Он забрался в объятия Инь Мин Чжэна и поднял голову, чтобы посмотреть на его маленькую часть.
     Пока Инь Мин Чжэн продолжал изображать сон, он уставился на его длинные ресницы и дал оценку Системе: [Великолепное ощущение объятий. Я чувствую себя прекрасно. Посмотри на его длинные ресницы, тут даже девушка позавидует.]
     [Смотри, он смущается. Мне так нравится, когда он отдает мне инициативу позволяя делать все, что я хочу.]
     Ши Цин очаровательно улыбнулся и наклонился к лицу мужчины.
     Все, что система могла видеть с включенной программой цензуры, было мозаикой. Она спокойно скачала '300 детских песен'.
     Ши Цин был очень доволен мягкой и упругой кожей под его руками. Он был похож на агрессивного, но липкого маленького леопарда. Даже если его маленькая часть встретилась со своим товарищем, его тело продолжало пытаться приблизиться к Инь Мин Чжэну, пока у человека не было другого выбора, кроме как открыть глаза.
     Хотя Инь Мин Чжэн был закаленным в боях ветераном, но опыта в таких отношениях у него не было. Из-за своей неопытности он чувствовал себя все более скованно и стеснялся каждый раз, когда юноша цеплялся за него и просил соединить детали.
     По правде говоря, Ши Цин просто удовлетворял свои желания. Но, видя, что значение враждебности Инь Мин Чжэна упало всего на пять пунктов за три дня, он решил пойти на уступки.
     Итак, пока этот мужчина краснел, как помидор, позволяя Ши Цину делать все, что он хочет, юноша внезапно остановился и спросил несчастным тоном:
     - Почему ты никогда не принимаешь участие в этой традиции со мной? Почему я всегда один делаю всю работу?
     Инь Мин Чжэн мог безбоязненно столкнуться с захватчиком-червем высотой с небоскреб.
     Он также мог атаковать насекомое с 78 головами.
     Он даже прекрасно себя чувствовал в сражении с миллионами врагов низкого уровня.
     Но теперь, глядя на недовольного молодого человека, обращающегося к нему с просьбой, Инь Мин Чжэн не мог этого сделать.
     Может быть, это был первый раз, когда юноша поймал кого-то с тех пор, как родился 50 000 лет назад, поэтому маленький леопард перед ним очень хотел заключить добычу в ловушку и нежно кусать своими молочными зубами.
     Эти укусы не повредили добыче. Было больше похоже на то, что маленький леопард облизывал его. Теперь детеныш хотел, чтобы его добыча играла с ним точно так же.
     Инь Мин Чжэн чувствовал, что не может этого сделать.
     Было уже неправильно получать удовольствие от этого. Как он мог это инициировать?
     Что за человек сделает это?
     Ши Цин сразу понял его отказ.
     Поэтому он попытался вытащить согласие Инь Мин Чжэна, и соблазнил предложением этого человека с сильным чувством морали:
     - Разве ты не хочешь исследовать корабль? Если ты пройдешь со мной сценарий, я тебя выпущу.
     - Один раз хорошо, только один раз, - юноша дергал его за руку из стороны в сторону, изображая себя избалованным, - один раз, ладно?
     Инь Мин Чжэн подумал, что Ши Цин еще больше похож на леопарда, уверенно махающего хвостом, ожидая, пока его жертва попадет в ловушку.
     Хотя последние несколько дней Инь Мин Чжэну было нелегко, но он собрал ценную информацию. Он знал, что хозяином этого корабля был Ши Цин, и имел довольно хорошее представление о его характере.
     Невинный, но не наивный, невежественный, но быстро обучающийся. Хотя его было легко уговорить, он также знал, как вести себя испорченным, чтобы добиться своего. Чем больше времени он проводил с ним, тем больше Инь Мин Чжэн чувствовал, что действительно мог бы влюбиться в Ши Цина, если бы не их разные расы.
     Но в конце концов он был человеком.
     Независимо от того, насколько хорош Ши Цин был с ним или насколько он невинен, Ши Цин планировал пожизненно заключить его в тюрьму на этом корабле.
     Инь Мин Чжэн заставил себя отказаться от своей праведности и морали, заключая юношу в свои объятия. Он почувствовал свою слегка прохладную кожу и опустил глаза. Он слегка улыбнулся.
     От зависимости другого человека заболело сердце.
     Он знал, что он лжец.
     Однажды он оставит Ши Цина и этот космический корабль.
     Будет ли тогда грустить юноша? Слезы будут падать из его красивых и ясных серебряных глаз?
     Инь Мин Чжэн наконец отпустил подростка, нежно обнимавшего его. Он посмотрел в блестящие серебряные глаза Ши Цина, и его настроение стало еще тяжелее.
     Он солгал Ши Цину, доверчивому и симпатичному инопланетному ребенку.
     - Готово. Пойдем осмотрим корабль.
     Ши Цин моргнул и попытался вести себя мило:
     - Что ты имеешь в виду?
     Инь Мин Чжэн:
     - ... Ты только что сказал, что если я возьму на себя инициативу, ты меня выпустишь.
     Инопланетный юноша приподнял подбородок:
     - Я не говорил этого! Я сказал десять раз! Десять раз!
     Он показал все десять пальцев и согнул один. Его лицо было самодовольным, как будто его жертва попала в его ловушку:
     - Ты только что сделал это однажды. Осталось еще девять.
     - Хорошо, теперь ты можешь сделать это еще девять раз, - самодовольно сказал Ши Цин, смотря на Инь Мин Чжэна и выглядя так, будто он ждал поцелуя.
     Инь Мин Чжэн молча смотрел на него в течение нескольких секунд. Его губы скривились в неохотной улыбке. Он обнял юношу и, опустив голову к уху, тихо и весело произнес:
     - Маленький лжец.
     [Динь! Значение враждебности Инь Мин Чжэна: 90/100]

Глава 6.

     Инь Мин Чжэн удовлетворил просьбу Ши Цина.
     Когда инопланетный подросток убрал свою маленькую деталь с довольным выражением лица, его тело было немного слабым.
     Ши Цин не пытался стоять самостоятельно. Он без сил лежал в объятиях Инь Мин Чжэна. Он серьезно поделился своим анализом с системой: [Эти земляне обладают пугающей способностью к обучению.]
     Всего за несколько дней Инь Мин Чжэн научился целоваться.
     Система, которой только что восстановила зрение из мозаики, молча слушала детскую музыку: [Маленькая девочка, собирающая грибы, несла большую бамбуковую корзину...]
     Ши Цин не возражал против того, чтобы Система игнорировала его. Пришло время перейти к делу.
     Как и обещал, он позволил Инь Мин Чжэну покинуть комнату.
     Все снаружи было серебристо-белого цвета. Залы были серебристо-белыми, и машины - серебристо-белыми. Конечно, монотонная цветовая гамма дезориентировала людей.
     Ши Цин был похож на маленькую живую птичку, когда он с яркой улыбкой потянул своего спутника посмотреть свое гнездо.
     - Это фабрика. Здесь каждый день производят новые машины. Вся моя армия была создана здесь.
     Инь Мин Чжэн наблюдал, как серебристо-белые машины работали над созданием андроидов.
     У каждого из них были установлены сильные боевые способности и совершенные программы. Когда они только 'родились', машина, отвечающая за запись 'новичков', присваивала им серийный номер и выдавала оружие.
     В зависимости от скорости, с которой эти роботы могли 'родиться' и их силы, Ши Цин мог покорить Землю в любое время, когда захотел.
     Прежде чем он смог слишком много надумать, Ши Цин снова повел себя как маленькая птичка, потянув его в другой угол.
     - Это смотровая комната. Здесь моя армия может обследовать всю планету.
     Ши Цин прошел в этот широкий зал, потянув за собой Инь Мин Чжэна, который рассеянно смотрел на различные горящие дисплеи. Они подошли к трону посреди зала.
     Он встал первым и протянул руку Инь Мин Чжэну, как только тот успокоился. Его глаза были наполнены доверием:
     - Это трон. Здесь может сидеть только король механической расы. Теперь, когда ты мой партнер, ты можешь сесть здесь со мной.
     Инь Мин Чжэн посмотрел на протянутую руку со сложным выражением лица. Он знал, что должен решительно принять это, чтобы Ши Цин доверял ему больше.
     Но, глядя в радостные глаза инопланетного юноши, который, казалось, слишком хотел поделиться с ним всем, что у него было, он не мог этого сделать, ведь он хотел предать его доверие и сбежать отсюда.
     Мужчина закрыл глаза и заставил себя забыть собственную вину.
     По пути Инь Мин Чжэн полностью подтвердил свои прежние мысли.
     Этот космический корабль представлял собой кусок металла. Куда бы они ни пошли, везде патрулировало множество роботов-охранников. Даже если он смог убедить Ши Цина позволить ему свободно передвигаться, он все равно не мог сбежать.
     Поскольку сильная атака нежелательна, то ему придется искать другой выход.
     - Ши Цин, - Инь Мин Чжэн не взял протянутую руку, и спросил, - ты единственный разумный на этом корабле?
     - Конечно, нет.
     Ши Цин встал, как будто был избалован тысячами людей. Как и маленький принц, он поднял подбородок и указал на гуманоидные машины в комнате.
     - Они все мои подчиненные. У меня их много.
     Выражение его лица было очень довольным. Инь Мин Чжэн снова спросил:
     - Есть ли у них способность думать самостоятельно, как у тебя?
     Лицо Ши Цина застыло.
     Инь Мин Чжэн:
     - Раньше ты сказал, что ты король механической расы. Но все твои подчиненные - роботы. Они будут слушать тебя и делать что-то для тебя, но они не могут быть твоими друзьями.
     - Они могут!
     Сидящий на троне юноша сжал руки в кулаки. В его серебристо-белых глазах был вызывающий взгляд.
     - Они были моими друзьями все эти тысячелетия!
     - Но они вокруг тебя только потому, что ты им приказываешь. Если бы ты этого не сделал, они пришли бы по собственному желанию?
     - Да! Они придут!
     Инь Мин Чжэн посмотрел на Ши Цина на троне. Уголки его глаз уже были красными, а руки сжаты в кулаки. Он мог вести себя упрямо, но слезы уже собирались в уголках его глаз.
     Он видел, что сердце Ши Цина было чистым. Инь Мин Чжэн усердно работал, собирая информацию последние пару дней. Он довольно хорошо разбирался в расе роботов. В этой расе была только одна форма жизни - Король. Остальные были просто автоматами, созданными королем.
     Они не могли думать самостоятельно и могли только выполнять приказы короля.
     Чтобы передать свое наследие следующему поколению, каждый король изо всех сил старался защитить себя и построить космический корабль вскоре после своего рождения. Тогда вся их жизнь будет потрачена на это, в сопровождении только этих бездушных андроидов.
     -- До своей смерти.
     Хотя он называл себя королем, он был больше похож на пленника.
     А теперь он собирался обмануть этого пленника.
     Инь Мин Чжэн понизил голос, словно он был змеей, соблазнившей Еву съесть плод в Эдемском саду:
     - Ши Цин, ты действительно хочешь провести так всю свою жизнь? На корабле? Только с этими безжизненными роботами вокруг тебя, пока ты не умрешь?
     Глаза юноши наполнились слезами. Он упорно прикусил губу и молча уставился на человека.
     Инь Мин Чжэн посмотрел на него, но его глаза, казалось, смотрели в далекое будущее. Тогда одетый в серебристо-белое юноша все еще будет сидеть вот так на высоком троне. Он проводит каждый день в одиночестве в компании немых и безжизненных машин.
     До смерти.
     Ему было любопытно, почему Ши Цин был таким прилипчивым раньше. Он был совсем как детеныш леопарда, которого только что отняли от груди и он попробовал свой первый кусок мяса. Он не хотел оставлять свою добычу ни на мгновение и, если бы мог, провел бы весь день в объятиях Инь Мин Чжэна. Соединение маленьких деталей был просто вишенкой на торте.
     Теперь, когда он знал правду, сердце мужчины действительно болело за этого маленького принца.
     Если бы он жил в такой среде, он бы сошел с ума, какими бы сильными ни были его способности.
     [Динь! Значение враждебности Инь Минчжэн 75/100... Вздох...]
     Ши Цин: [О чем ты вздыхаешь?]
     [Я не знала, что раса хозяина была такой жалкой. Но какими бы жалкими они ни были, вторгаться на чужие планеты все равно нехорошо. Ну, по крайней мере, значение враждебности упало довольно сильно. Вздох...]
     [Неужели все системы так же невинны, как ты?] Ши Цин был очень возмущен: [Разве ты не можешь сказать, что я лгу? Какая раса будет достаточно тупой, чтобы запереться на корабле на всю жизнь?]
     Система: [... Но хост, разве ты не собирался сейчас плакать?]
     [Если я не буду сочинять для себя трагическую предысторию, как мне заставить моего возлюбленного посочувствовать мне и пожалеть меня? Ты получила вирус или что-то в этом роде и забыла, что мы выполняем задание? Хорошо, перестань вздыхать, я вернусь к работе.]
     Система: [...]
     Ши Цин больше не думал о своей сентиментальной Системе. Он услышал главную часть плана, на который Инь Мин Чжэн потратил много времени.
     - Как насчет того, что ты можешь вернуться со мной на базу людей. Там ты увидишь множество различных людей: женщин, мужчин, детей и даже различных животных. У всех есть свои мысли, и они будут твоими друзьями.
     Если бы он действительно был единственным представителем своего вида, который был одинок на протяжении тысяч лет, его действительно могли бы поколебать слова Инь Мин Чжэн.
     Но Ши Цин не был таким.
     Даже если ему было одиноко, он все равно надменно приподнял подбородок.
     - Механическая раса не взаимодействует с другими расами. Мне не нужны друзья. Мне нужна только твоя компания.
     Несомненно, это был очень трогательные слова.
     Если бы тот, кто говорил, был бы не инопланетянином, и не имел в виду, что хотел запереть Инь Мин Чжэна на этом корабле на всю его жизнь.
     Возможно, он видел нежелание Инь Мин Чжэна, и в глазах юноши промелькнул страх потери. Он спрыгнул с трона и взял своего партнера за руку:
     - Ты все еще хочешь вернуться на человеческую базу? Почему? В конце концов, они убьют тебя.
     Инь Мин Чжэн был поражен:
     - Убьют меня?
     - Я ошибаюсь? - по-видимому, пытаясь удержать своего спутника, Ши Цин замахал руками. Пролетел монитор размером с телевизор на Земле.
     Ши Цин дал ему команду:
     - Смоделируйте будущее пользователя способности первой базы Земли Инь Мин Чжэна, если он останется на Земле.
     После этого он повернул голову, чтобы посмотреть на Инь Мин Чжэна:
     - Это компьютер для моделирования будущего. Пока у него есть нужные данные, он может моделировать будущее любой формы жизни на планете.
     Инь Мин Чжэн посмотрел на этот компьютер. Он выглядел как обычный маленький телевизор, но имеющий круглую форму.
     Это просто не соответствовало его представлению о футуристической технологии, которой должны обладать инопланетные захватчики.
     И в этот момент этот 'маленький телевизор' отображал симуляцию, о которой говорил Ши Цин. Столбцы цифр летели по экрану, и он даже смог увидеть несколько знакомых имен своим улучшенным зрением.
     В конце концов, компьютер выдал результаты.
     Вероятность убийства Инь Мин Чжэна в возрасте до тридцати лет составляла 70%. Вероятность того, что он будет продан расе Насекомых, составляла 20%. Вероятность того, что его отправят в лабораторию для изучения, составляла 10%.
     Результат: он определенно не доживет до тридцати.
     Увидев результаты, юноша-инопланетянин знакомым образом прижался к окоченевшему телу мужчины. Он забрался к нему на колени и начал играть с руками.
     - Ты спас много жизней, но не все хотят, чтобы ты жил. Как и в этот раз. Я просто немного пригрозил им, и они легко выдали тебя мне.
     Он расслабил свое тело и, как колючая виноградная лоза, начал обнимать человека, который мертвым взглядом смотрел на результаты. Его лицо было заполнено невинной улыбкой маленького принца:
     - Они не хотят тебя, а я хочу. Разве ты не останешься здесь со мной навсегда?
     Колени Инь Мин Чжэна были заполнены мягким телом Ши Цина, но он продолжал только смотреть на экран.
     Его острые глаза потемнели.
     Мужчина крепко сжал руки, держащие Ши Цина.
     Спустя мгновение Ши Цин услышал его приглушенный голос.
     - Хорошо. Я останусь здесь и буду с тобой. Навсегда.
     [Динь! Уровень враждебности Инь Мин Чжэн: 80/100]
     Система была в панике: [Почему враждебность взлетела, ведь он согласился?!]
     Ши Цин мягко потерся лицом о свою добычу, как будто он был избалованным маленьким леопардом.
     Сладкая улыбка медленно расплылась на его лице.
     [Приготовься, Инь Мин Чжэн был стимулирован.]
     [Но настоящая стимуляция еще впереди.]

     Примечание к части
     Иногда я чувствую странную связь с Системой.

Глава 7.

     По небу плыл огромный инопланетный корабль, со всех сторон окруженный толстым слоем летающих роботов. Каждый из, как минимум, миллиона роботов обладал достаточной огневой мощью, чтобы превратить небоскреб в руины.
     Ши Цин стоял у прозрачного стекла и смотрел на лес внизу.
     Инь Мин Чжэн подошел к нему сзади и привычным образом обнял юношу. Прозвучал приятный низкий голос.
     - На что ты смотришь?
     - На лес.
     Ши Цин указал на лес, который казался таким маленьким с такого расстояния.
     - На моей планете было только Материнское Древо. Леса не было.
     Инь Мин Чжэн проследил за его взглядом. С превосходным зрением он мог различать фигуры расы насекомых, когда они пересекали пышный полог леса.
     Его сердце тяжело стучало. Раньше этот лес явно принадлежал людям, так неужели он был потерян?
     Ши Цин поднял глаза и увидел его ошеломленное лицо. Улыбка на его губах стала еще ослепительнее. Он ткнулся носом в руки мужчины, как избалованный детеныш леопарда, и тщательно посчитал на своих пальцах:
     - Через 17 лет 11 месяцев и 17 дней мы сможем родить ребенка.
     Также раздался отчаянный голос Системы: [Через двадцать дней нас вышвырнут из этого мира].
     [Хост, мы уже здесь десять дней, а показатель враждебности Инь Мин Чжэна по-прежнему составляет 80. Что делать?]
     Ши Цин: [Немного воды должно помочь.]
     [Что?]
     Система просто размышляла о том, что имел в виду хост, когда увидела, что он расслаблено опирается на Инь Мин Чжэна. Он произнес просьбу, как будто был маленьким ребенком:
     - Я хочу пойти в туалет с Мин Чжэном.
     Инь Мин Чжэн не считал просьбу Ши Цина слишком возмутительной. За последние пару дней он полностью привык к желанию Ши Цина быть всегда рядом. Он услужливо поднял юношу на руки.
     Когда пришло время объятий и поцелуев, похожий на цепкого осьминога Ши Цин постарался значительно снизить свой вес.
     Изначально на космическом корабле не было туалета, потому что он не нужен роботам.
     Он был построен после прибытия Инь Мин Чжэна. Поскольку мужчина пообещал остаться на корабле несколько дней назад, Ши Цин изменил свою пищеварительную систему, став более похож на человека, чтобы быть более близким с партнером.
     Он мог пить только масло вместо того, чтобы есть человеческую пищу. Ему нужно было только немного помочиться.
     В конце концов, это был просто способ для инопланетянина быть ближе к Инь Мин Чжэну. Не нужно было слишком сильно делать все в точности.
     Проведя Ши Цина в туалет, Инь Мин Чжэн увидел, как он взволнованно побежал мыть руки в раковине, вытер руки и встал перед ним, ожидая похвалы.
     С тех пор, как Инь Мин Чжэн согласился остаться, лицо Ши Цина почти постоянно улыбалось. Он кружил вокруг него, как маленькая птичка, которая никогда не уставала. Чтобы стать ближе к нему, он имитировал все, что делал мужчина.
     Ши Цин засыпал как человек. Инь Мин Чжэн просыпался каждое утро и видел юношу, притворяющегося спящим у него в объятиях.
     Каждую ночь перед сном подросток ложился первым и нетерпеливо гладил кровать своими длинными ногами, чтобы Инь Мин Чжэн 'заснул' с ним.
     - - Даже при том, что робот совсем не мог спать.
     Инь Мин Чжэн обнаружил это позже. Ши Цин без устали копировал каждое его движение, но это была всего лишь копия.
     Однажды ночью, когда он открыл глаза и увидел, как Ши Цин смотрит прямо на него, его сердце почти пропустило удар.
     - Почему ты не спишь?
     - Я не нуждаюсь во сне, - Ши Цин моргнул и нетерпеливо склонился над лицом Инь Мин Чжэна, внимательно рассматривая его рот.
     - Раз уж ты проснулся, давай еще раз пройдемся по процедуре.
     Из-за того, что некоторая энергичная маленькая фея занимала его всю ночь, обычно пунктуальный Инь Мин Чжэн спал до полудня следующего дня.
     Тогда Инь Мин Чжэн ничего не сказал. Однако с тех пор он не просыпался позже шести.
     Ши Цин увидел это в его глазах и пожаловался Системе: [Он боится, что не захочет вернуться, если проведет слишком много времени в моем Эдемском саду. Тьфу, мужики.]
     Он также намеренно проходил по процедуре, зная, что думает Инь Мин Чжэн, и преследуя его каждую ночь. Когда Инь Мин Чжэн пытался любезно отказаться, он смягчал свой голос и бесстыдно вел себя как котенок.
     У Инь Мин Чжэна не было выбора, кроме как подчиняться ему. Спустя несколько дней у некогда доблестного и хладнокровного героя человечества появились темные круги под глазами.
     Система чувствовала отчаяние, глядя на своего обрадованного хоста.
     Наконец-то она кое-что поняла.
     Его хозяин, похожий на большого босса, вероятно, просто играл с этим человеком. Вероятно, он совсем забыл о выполнении задачи.
     С его характером это не было невозможным.
     Всякий раз, когда Система хотела сделать дружеское напоминание, Ши Цин начинал беспокоить Инь Мин Чжэна и заставлял Систему активировать свою программу цензуры.
     Ничего не поделаешь. На этом корабле не было развлечений. Было много еды и питья. И Ши Цин не собирался сдерживаться, когда перед ним стоял такой вкусный образец.
     После нескольких раундов такого поведения Система была на пути к просветлению.
     Сегодня Инь Мин Чжэн спал, а Ши Цин свернулся клубочком на его груди. Его палец снова и снова кружил над сердцем мужчины. Для посторонних это была бы прекрасная сцена.
     Но на самом деле Ши Цин, который казался чистым на поверхности, развращал свою Систему: [Посмотри, какие красивые эти грудные мышцы, такие упругие. Это великолепный пример идеальной мускулатуры. Это так приятно.]
     Система: [Дао - это Дао, но не все - Дао...]
     [О чем ты бормочешь?]
     Система, которая обратилась в буддизм, засмеялась (в отчаянии): [Я скачала монашескую мантру. Время от времени чтение дает мне душевный покой.]
     Ши Цин: [Значит, у меня Система со вкусом. О, мой дорогой проснулся.]
     Первое, что Инь Мин Чжэн увидел, открыв глаза, (как и ожидалось) - это юноша-инопланетянин, прижимающийся к нему.
     - Я хочу почувствовать маленькую деталь Мин Чжэна.
     Система спокойно взглянула на экран, покрытый мозаикой: [Имена - это имена, но ...]
     В то время как система была занята мантрой, Инь Мин Чжэн, наконец, воспользовался предлогом завтрака, чтобы оторвать подростка от себя.
     Ши Цин не мог есть человеческую пищу, хотя он хотел подражать своему партнеру, поэтому он приказал роботам принести ему чистую чашку масла. Он потягивал его, составляя компанию Инь Мин Чжэну.
     Его сенсорная система соответствовала механической расе, поэтому разные масла имели разные вкусы.
     Например, сегодняшняя чашка имела вкус супа из акульих плавников.
     На лице Инь Мин Чжэна была снисходительная улыбка, когда он смотрел, как юноша пьет масло. Увидев, что все кончено, он даже внимательно промокнул рот салфеткой. Он был образцовым партнером.
     Как и ожидалось, после этого взгляд Ши Цин на него стал мягче. Его образ детеныша леопарда снова проявился, когда он лег на колени своему партнёру, чтобы посмотреть, как тот ест.
     Инь Мин Чжэн протянул левую руку и начал гладить его, как котенка. Его рука снова и снова пробегала по мягким волосам юноши.
     - Ши Цин.
     Он смотрел, как андроиды почтительно убирают со стола, и вытирал рот салфеткой. Он мягко спросил:
     - Разве ты не можешь заснуть, как человек?
     Ши Цин покачал головой:
     - Мне нужно сделать для этого специальную систему.
     Инь Мин Чжэн улыбнулся, приподняв юношу:
     - Почему бы не сделать её? Я чувствую себя виноватым, оставляя тебя одного ночью.
     Неуверенность расцвела на лице юноши. Он никогда не скрывал своих мыслей.
     Мужчина ласково посмотрел на него, не прекращая гладить:
     - Что случилось?
     - Я боюсь, ты убежишь, - Ши Цин остановился, прежде чем решиться сказать правду, - что, если ты убежишь, пока я сплю?
     - Я бы не стал этого делать, - глаза Инь Мин Чжэна потемнели, но его улыбка осталась прежней, - у меня нет разрешения покинуть корабль, поэтому я не могу уйти, даже когда ты спишь.
     Увидев сомнения, оставшиеся в глазах Ши Цина, его улыбка стала шире, когда он похлопал юношу по спине:
     - Хорошо, хорошо, не спать - тоже хорошо. Ты принадлежишь к расе роботов, и тебе все равно не нужно спать.
     Юноша послушно прижался к его груди, прислушиваясь к сердцебиению. Он сказал тихим голосом:
     - Если я добавлю систему сна, мне также нужно будет установить человеческое сердце для синхронизации мозговых волн. Если сердце ранено, я тоже буду ранен. Это стало бы моей слабостью, а раса роботов не должна иметь слабых мест.
     - Не волнуйся, я просто мимоходом упомянул об этом. Если ты не можешь заснуть, я просто останусь с тобой. Это вообще не проблема.
     - В самом деле? - юноша очень обрадовался. Его глаза загорелись, когда он крепко обнял мужчину, - ты такой хороший, Мин Чжэн! Ты мне нравишься больше всех на свете!
     Инь Мин Чжэн улыбнулся, отвечая на объятия, похлопывая Ши Цин по спине. Его глаза были покрыты тенями, когда он о чем-то глубоко задумался.
     С того дня мужчина действительно перестал спать.
     В первый день, когда Инь Мин Чжэн спал всего три часа, Ши Цин был действительно счастлив и играл с ним всю ночь. Но ко второму дню в психическом состоянии Инь Мин Чжэна произошло заметное ухудшение. Он был в оцепенении и часто не мог ответить Ши Цин на третьем дне.
     Ши Цин сказал ему отдохнуть, но он упорно отказывался, говоря, что хочет составить компанию Ши Цину.
     Улыбки на лице подростка появлялась все реже. Его часто счастливые глаза были покрыты слоем беспокойства.
     Наконец, Инь Мин Чжэн не увидел юношу-инопланетянина рядом с собой, когда проснулся. Он встал и спросил ближайшего робота:
     - Где Ши Цин?
     - Король в главном зале.
     Инь Мин Чжэн отправился туда. По дороге роботы, которые могли легко проделать в нем дыру, почтительно пропускали его.
     Он был партнером короля и высшим авторитетом после короля.
     Мужчина наконец прибыл в обсерваторию и отчетливо увидел внутреннюю сцену.
     В белом помещении на троне грудь юноши была открыта, когда несколько рук роботов установили внутри механическое сердце.
     - - Стук стук стук.
     Механическое сердце сразу же начало биться внутри тела Ши Цина.
     Его кожа зажила автоматически. Юноша быстро открыл глаза и широко улыбнулся Инь Мин Чжэну. Его глаза наполнились весельем:
     - Мин Чжэн, теперь у меня тоже есть сердце, как и у тебя! Теперь мы можем спать вместе.
     Инь Мин Чжэн смотрел на сцену перед ним в оцепенении. Ему удалось сжать губы в подобии улыбки.
     - Да, теперь мы одинаковые.
     Но его сердце было чистым.
     Они не были такими же.
     Он был человеком, а Ши Цин принадлежал к расе роботов. Это была правда, которую нельзя было изменить.
     ***
     Той ночью Инь Мин Чжэн открыл глаза в тусклом желтом свете.
     Он медленно встал и посмотрел на лежавшего рядом с ним Ши Цина.
     Ши Цин сладко спал. Его красные губы были слегка поджаты, а глаза закрыты. Это было похоже на то, что он был маленьким принцем, ничего не знающем о мире вокруг.
     Одна его рука все еще была на теле Инь Мин Чжэна.
     Взгляд Инь Мин Чжэна на него был сложным. Его рука медленно поднялась, когда его способности ожили, нацеленные прямо в сердце Ши Цина.
     Одним ударом механическое сердце, которое только научилось биться, остановится навсегда.
     Ши Цин, инопланетянин, который все это время мешал ему вернуться на Землю, также умрет.
     После его смерти все созданные им роботы перестанут работать.
     После этого Инь Мин Чжэн смог бы сбежать без каких-либо препятствий.
     Рука человека задрожала, когда он приближался к совершенно беззащитному телу, спавшему рядом с ним.
     Юноша не осознавал приближающейся опасности, продолжая спать.
     Он был таким тихим, послушным и невинным.
     Он никогда не обращался с Инь Мин Чжэном плохо, а вместо этого поделился всем, чем владел, с человеком, которого считал своим партнером.
     Инь Мин Чжэн внезапно сжал руку в кулак и убрал её.
     В тусклом желтом свете мужчина медленно поднялся. Он поправил одеяло подростку и молча покинул Эдемский сад, заключивший его в тюрьму последние десять дней.
     Он не знал, что Ши Цин медленно открыл глаза после того, как он ушел.
     По мановению его руки в центре комнаты появилась карта интерьера корабля.
     Красная точка двигалась от коридора до грузового отсека. Получив снаряжение для полета, он повернул к одному из пяти основных выходов корабля.
     Инь Мин Чжэн надевал летное снаряжение, осторожно поглядывая на гигантского робота краем глаза.
     - Запрос. Разрешить выход?
     Ши Цин обдумал это, принимая чашку масла, которое по вкусу напоминало цыпленка Гун Пао, от робота.
     - Разрешаю.
     - - Бип.
     Выход медленно открылся. Инь Мин Чжэн в последний раз взглянул на белый коридор позади него. В его глазах промелькнуло чувство вины, прежде чем он без колебаний спрыгнул.
     [Динь! Значение враждебности Инь Минчжэн: 60/100]
     Примечание автора:
     Изначально я хотел написать, что главный герой Инь ударил Ши Цин ножом в сердце, а затем сбежал, пока Ши Цин был ранен. Но потом я вспомнил, что писал не трагедию, я действительно хороший и порядочный писатель ~

     Примечание к части
     На этой неделе это будет единственная глава, потому что я ложусь в больничку. Главы будут, как только я получу доступ к компьютеру обратно. Наверное, это будет на этой неделе, но пока не понятно.
     Ничего страшного со мной нет (◕‿◕)

Глава 8.

     Инь Мин Чжэн шел один по безлюдной пустыне.
     Это была часть территории расы Насекомых, но из-за того, что здесь было мало населения, она плохо охранялась. Он старался вести себя сдержанно, потому что, если его обнаружат Насекомые, они обязательно будут драться.
     Он обнаружил, что его сила значительно увеличилась, только когда он пытался использовать ее. Его контроль над способностями также улучшился.
     Первой мыслью Инь Мин Чжэна было то, что он должен был обнимать Ши Цина, который весил несколько тонн последние десять или около того дней. Для этого он был вынужден использовать свои способности постоянно.
     Во время еды.
     Во время посещения 'туалета'.
     Во сне.
     Это было все равно, что находиться рядом с маленьким ребенком, который поднимает шум, когда его не держат на руках.
     Но, зная, как Ши Цин провел последние годы, Инь Мин Чжэн должен был признать, что его не беспокоит пребывание рядом с этим ребенком.
     Скорее его сердце болело за него.
     Увидев трехногого низкоуровневого пришельца с шестью глазами, Ин Мин Чжэн уничтожил его в пепел, прежде чем тот смог закричать. Его разум был занят образом растерянного и огорченного юноши, который не мог найти его после пробуждения.
     Ши Цин сказал ему, что космический корабль постоянно движется вверх. Из-за гравитационного притяжения планеты рост высоты был постепенным. Это не было похоже на искусственные сооружения, которые могли свободно перемещаться в небе. За день до побега Инь Мин Чжэн юноша сказал, что они могут покинуть Землю на следующий день.
     Именно из-за этих слов Инь Мин Чжэн внезапно изменил свои планы. Не дождавшись благоприятной возможности, он рискнул всем, чтобы сбежать в первую ночь, когда Ши Цин только научился спать.
     Он выбросил из головы мысль о том, что Ши Цин отправит за ним убийц после пробуждения.
     Лучший способ решить все будущие проблемы - убить Ши Цина. Но он просто не мог этого сделать.
     Каким бы безвыходным ни становилось его положение, он все еще оставался теплым и добрым героем человечества.
     Его главный принцип - никогда не убивать женщин или детей. И независимо от того, насколько высока позиция Ши Цина, сколько у него подчиненных или насколько сильным он был на самом деле, последние пару дней позволили Инь Мин Чжэну подтвердить, что он всего лишь ребенок.
     Точно так же, как сказал Ши Цин: ему было 50 000 лет, и он все еще был ребенком.
     Инь Мин Чжэн не мог спать спокойно в первую ночь, когда покинул космический корабль.
     Ши Цин постоянно находился рядом с ним в последние несколько дней, поэтому казалось, что они были вместе десятилетиями.
     Способ Ши Цина прилипать к своему возлюбленному, как клей, оказался очень эффективным.
     Инопланетного юноши больше не было здесь, и никто не был рядом с ним, преданно смотря в глаза, как маленький щенок.
     Также не было осьминога, цепляющегося за него ночью.
     Инь Мин Чжэн несколько раз просыпался и чувствовал пустоту в своих руках, как будто он что-то потерял.
     Когда он в полусне услышал звуки птиц, летящих по лесу, он даже по привычке протянул руку, чтобы успокоить юношу.
     Конечно, он проснулся, когда его руки не встретили ничего, кроме воздуха.
     Инь Мин Чжэн никогда не думал, что ему нравятся мужчины. Но после стольких попыток взаимодействия с явно влюбленным в него Ши Цином, самый важный инструмент воспроизводства, доступный мужчинам, несколько раз отреагировал. Это сделало его неуверенным в своей ориентации.
     После такого самокопания до рассвета он мог только вздохнуть и продолжить свое путешествие с тяжелым сердцем.
     Хотя его ум был занят, ноги неуклонно несли его вперед.
     Скрывшись от глаз, Ши Цин наблюдал за ним со своего корабля. Он потягивал 'фруктовый сок' из соломинки, пилотируя корабль, следуя на определенном расстоянии позади Инь Мин Чжэна.
     Он отличался от Инь Мин Чжэна, который мог путешествовать только в дневное время и находился во власти погоды, у Ши Цина было все, что он хотел, на борту корабля, и все, что ему нужно было сделать, это удобно лечь, чтобы следовать за этим человеком.
     После целого дня ему стало скучно. Он начал беспокоить Систему: [Я новый пользователь и это первый мир. Разве ты не должна подарить новичку стартовые бонусы или что-то в этом роде?]
     Система колебалась: [Кое-что есть, но это приз за прохождение первого мира. Тебе нужно добиться успеха, прежде чем получить его.]
     Ши Цин знал по тону её голоса, что Система может выдать приз раньше по усмотрению. Он улыбнулся и закинул наживку: [Думаешь, я не справлюсь с этим заданием?]
     Система посмотрела на степень отклонения 60 и немного засомневалась.
     Хотя при степени отторжения ниже 50 они не будут изгнаны из этого мира, но враждебность труднее уменьшить по мере того, как она опускается...
     Ши Цин, казалось, был разочарован молчанием Системы: [Ты так мало мне доверяешь? Ты действительно думаешь, что последние десять дней я просто баловался с этим красавчиком? Я просто плейбой в твоем сердце?]
     Система немного запаниковала.
     [Это не так, хост, конечно, нет! Ты определенно не такой человек! Вот, я сейчас дам тебе награду!]
     С этими словами она достала бутыль из белого нефрита и отдала ее Ши Цину.
     [Это порошок розмарина. Если ты наложишь её на кого-нибудь, он заснет, независимо от того, насколько он могущественен. Пока этот человек спит, их тело и психическое состояние улучшаются. Продолжительность - пять часов.]
     Ши Цин схватил бутылку. Его печальное выражение лица внезапно стало живым. Он откинулся на спинку стула. [Маленькая дурочка.]
     [Я именно такой человек.]
     Система: [...]
     Система: [Уууууу...]
     [Хорошо, перестань плакать. Поскольку я получил награду, я обязательно выполню это задание.]
     Ши Цин пару раз подбросил бутылку вверх и вниз.
     [Что я могу с этим сделать ...]
     Система, которая почти закончила плакать, предложила идею: [Хозяин может использовать это против расы Насекомых. Просто немного посыпь их, и ты сможешь делать с ними все, что захочешь!]
     [Все, что мне хочется, да...]
     Ши Цин покрутил в руке бутыль из белого нефрита. Его серебристо-белые глаза постепенно загорелись, когда он придумывал план:
     [Ты права, я могу делать все, что хочу.]
     Система, чье мнение редко принимается во внимание, была так счастлива, что для нее это было похоже на Новый год.
     Она знала, что все еще может быть полезной!
     ***
     Инь Мин Чжэн со сложными переживаниями обнаружил, что со второй ночи он смог нормально спать, но все его сны касались связи с юношей, словно он вернулся на корабль.
     Как будто он никогда не уходил в своем сне.
     Инопланетный юноша был по-прежнему липким. Он играл с застежкой-молнией, как котенок.
     И когда он проснулся на следующий день, Инь Мин Чжэн обнаружил, что часть, которую он так усердно защищал на корабле, сдалась во сне.
     Можно представить себе, какое влияние это оказало на человека, которому никогда раньше не снились подобные сны.
     С наступлением темноты количество насекомых в пустыне уменьшилось. Низкоуровневые насекомые сосредоточились в первую очередь на развитии своей боевой силы, поэтому их мозг и зрение были на среднем уровне. Ночью же они отдыхали.
     У Инь Мин Чжэна было довольно хорошее зрение из-за того, что у него были способности. Он нашел удобное место и создал там импровизированную кровать из своей одежды.
     Затем он установил ловушки в окрестностях, чтобы убедиться, что он проснется, если какие-нибудь насекомые приблизятся. Только тогда он лег. Инь Мин Чжэн знал, что этой ночью ему снова приснится этот сон, поэтому его эмоции были сложными.
     Не потому, что он сопротивлялся, а потому, что чувствовал предвкушение в своем сердце.
     Но его время почти истекло. Каждый день, пока он оставался в пустыне, добавлял опасности и неопределенности в его жизнь. Ему нужно было быстро отдохнуть и продолжить идти на следующий день.
     Дыхание Инь Мин Чжэна постепенно успокоилось, но его руки остались сжатыми. Этот, казалось бы, крепко спящий человек был готов убить при малейшем беспокойстве.
     Ветер пустыни обдувал его лицо.
     Прямо над ним бесшумно парил небольшой самолет.
     Хотя не было звука, Инь Мин Чжэн, казалось, что-то почувствовал и собирался открыть глаза в любой момент.
     - Ха...
     Ши Цин проворно выдул пыльцу из руки вниз.
     Нахмуренные брови Инь Мин Чжэна расслабились после того, как их коснулась пыльца. Он продолжал крепко спать.
     Система наблюдала, как Ши Цин спрыгнул и лег в объятия мужчины. Он поерзал, пока не почувствовал себя комфортно.
     Она попыталась сдержаться, но не смогла: [... хост, я не думаю, что это уместно.]
     [Почему нет? Я ничего не делал.]
     Ши Цин наслаждался своим упругим матрасом. Он закрыл глаза и собрался ложиться спать: [Видишь? Я ничего ему не сделал.]
     Система потеряла дар речи.
     Да, Ши Цин ничего не делал с Инь Мин Чжэн.
     Но Инь Мин Чжэн делал!
     Мужчина, который привык спать с Ши Цином, отреагировал, когда почувствовал рядом с собой мягкое тело. Он неосознанно обнял другого человека и начал проходить процедуру с закрытыми глазами.
     Система молча открыла свое хранилище, пока её зрение было заполнено мозаикой.
     [Дао - это Дао, но не все - Дао...]
     [Имена - это имена, но ...]
     ***
     После долгого (изматывающего) путешествия, охватывающего (заполняющего его разум) несколько (каждую) дней (ночь), Инь Мин Чжэн наконец вернулся на человеческую базу.
     Он не стал скрываться и небрежно подошел к главным воротам.
     Эти люди, вероятно, считали его мертвым после передачи, поэтому, естественно, они не стали бы делать ничего плохого.
     Поэтому ему лучше было просто войти прямо.
     Как и ожидалось, как только Инь Мин Чжэн показал свое лицо, люди у ворот были сначала ошеломлены, а затем обрадованы его возвращением.
     - Генерал Инь вернулся!!! Генерал Инь вернулся!!!
     - Что?! Генерал Инь действительно вернулся?!!!
     - Я так рад, что генерал Инь все еще жив.
     Атмосфера праздника была такой, будто это был Новый год. Прятавшись в своем корабле, Ши Цин увидел, как радостная женщина подошла и бросилась в объятия Инь Мин Чжэна.
     Хотя Инь Мин Чжэн избегал ее, ее действия были явно преднамеренными и расчетливыми, явно не содержали и доли демонстрируемых чувств.
     [Система, кто это?]
     Система провела сканирование: [Единственная дочь генерала Чжао. Генерал всегда хотел обручить ее с Инь Мин Чжэном.]
     Она добавила дополнительную информацию из сочувствия к действиям Ши Цина по отношению к Инь Мин Чжэну за последние несколько дней: [Не обращайте на нее внимания, хост. В оригинальной книге она так и не исполнила свое желание, поэтому позже она предала Инь Мин Чжэна ради расы Насекомых и была уничтожена им. Она похожа на босса среднего уровня, которому удалось прожить дольше, чем большинству.]
     [Плевать, мне, конечно, плевать.]
     Ши Цин смотрел на женщину в белом платье издалека. [Дайте угадаю, она персонаж белого лотоса*?]
     [Да, она белый лотос... хозяин, что ты делаешь?]
     Ши Цин спрыгнул с самолета и несколько раз надорвал свою одежду. Затем он взял с земли пригоршню грязи и осторожно нанес немного на свое белое лицо.
     [Я буду белым лотосом.]
     Система почувствовала тревогу.
     Интуиция встревожилась, поэтому она ловко вынула книгу мантр заранее.
     ***
     - Брат** Мин Чжэн, я так волновалась за тебя. Какое облегчение, что ты в порядке. Я даже не могла есть последние несколько дней, потому что боялась, что ты страдаешь...
     Несмотря на то, что Инь Мин Чжэн избегал ее, женщина по-прежнему жалобно плакала:
     - Ты стал таким худым...
     Она собиралась указать, насколько он похудел, но когда она подняла голову, чтобы посмотреть, то чуть не подавилась словами.
     В последние десять дней все, что нужно было делать Инь Мин Чжэну, - это спать, есть и проходить через процедуру с Ши Цином. У него даже была пыльца розмарина, чтобы повысить его силы в пустыне. Он выглядел даже сильнее, чем до того, как покинул базу.
     Женщина на мгновение была ошеломлена, прежде чем сменить тему:
     - Хорошо, что ты в порядке. Тогда мне больше не о чем беспокоиться, кхе, кхе...
     Ее подруга вмешались в разговор для её поддержки:
     - Генерал Инь, она была вне себя от беспокойства за вас. Она даже заболела.
     Женщина слабо покачала головой:
     - Я в порядке, я просто...
     - Кхе, кхе...
     Вдруг позади них послышался тихий кашель.
     Инь Мин Чжэн, который перед этим слегка хмурился, напрягся и быстро обернулся.
     Ши Цин стоял недалеко от входа на базу. Его одежда была в лохмотьях, а его обычно безупречная кожа была испачкана грязью. Его глаза были покрасневшими и смотрели на него обиженно.
     Увидев взгляд Инь Мин Чжэна, серебристые глаза юноши сразу же наполнились слезами. Его тело казалось достаточно хрупким, чтобы легкий ветерок сбил его с ног. Слезы на его глазах грозили упасть в любой момент.
     - Мин Чжэн, кхе, кхе...
     Разум Инь Мин Чжэна резко опустел. Он даже не подумал, как здесь появился Ши Цин или почему его внешний вид был таким изможденным. Его тело уже устремилось вперед, чтобы привычным образом обнять юношу. Он даже снял куртку и накинул ее на юношу, чтобы прикрыть обнаженную кожу, видимую из-за разорванной одежды.
     Он открыл рот и сказал голосом, дрожащим от душевной боли:
     - Ши Цин...
     Ши Цин мягко прижался к груди без единого намека на вину. Он поступил так же, как и на корабле, жалобным тоном сказал:
     - Куда ты пропал? Я искал тебя повсюду.
     Он был скромен и, как белый лотос, прижался к груди мужчины еще сильнее. Его голос был наполнен страданием:
     - Здесь так страшно. Я так много раз подвергался опасности, и моя одежда даже порвалась...
     Слова казались неправильными, но когда их произнес этот маленький принц, Инь Мин Чжэн мог чувствовать только вину и душевную боль. Он не мог не обнять юношу.
     После того, как Ши Цин закончил плакать, он взглянул на женщину, которая побледнела от ярости после того, как у нее на глазах её возможность была украдена. Он уткнулся головой в объятия мужчины, словно кролик, которого напугало ее выражение лица.
     Слабый, жалкий и легко пугающийся:
     - У... мне так страшно.
     Система, которая все видела: [...]
     Это было такое великолепное представление, что даже она могла бы быть обманутой, если бы она не видела, как Ши Цин играет в игры и спит весь день, наслаждаясь красавчиком ночью.
     Были ли все люди такими великолепными актерами?

     Примечание к части
     *сленг, невинный наивный человек.
     **Китайцы называют всех более-менее близких друзей братьями/сестрами.
     Ши Цин: я тут главный белый лотос! Это моя территория!
     Меня отпустили! Внезапно
     Сказали, что положат попозже, дней через десять.
     Так что главы будут (ノ◕ヮ◕)ノ*:・゚✧

Глава 9.

     Ши Цин легко сыграл роль белого лотоса.
     Он уткнулся лицом в грудь Инь Мин Чжэна и даже слегка дрожал, как будто он был испуганным зверьком. Он жалобно спросил обнявшего его человека:
     - Мин Чжэн, разве ты не обещал быть со мной вечно? Почему ты исчез, когда я проснулся?
     - Я...
     Сердце Инь Мин Чжэна было наполнено болью. Он не знал, что сказать дрожащему юноше в своих руках.
     Он придумал множество возможных вариантов поведения Ши Цина.
     Ши Цин мог в ярости послать за ним убийц.
     Или подумать, что он его предал.
     Но он никогда не думал, что Ши Цин покинет свой корабль и появится перед ним в этом изможденном состоянии.
     Несмотря на то, что Ши Цин прожил 50 000 лет, он все это время провел в одиночестве на корабле. Помимо способности регулировать свой вес, Инь Мин Чжэн никогда не видел, чтобы Ши Цин демонстрировал какие-либо другие боевые навыки.
     В этом был смысл. Королю механической расы не нужно было сражаться.
     Пока он оставался на своем корабле, бесчисленные роботы охраняли его и исполняли все его желания.
     Но теперь он оставил все это для Инь Мин Чжэна.
     Огромное количество вины и беспомощности наполнило сердце человека.
     Как он должен был ответить?
     Должен ли он признать, что он так долго планировал, чтобы Ши Цин создал слабое место для своего тела?
     Прежде чем Инь Мин Чжэн смог решить, что сказать, Чжао Мяомяо, которую ударила эта внезапная ситуация, отреагировала. Она не пропустила нежного отношения мужчины к Ши Цину. Она подавила темноту в глазах и шагнула вперед, чтобы поприветствовать Ши Цина дружелюбной улыбкой.
     - Откуда взялся этот ребенок? Он выглядит таким жалким. Брат Мин Чжэн, у меня есть лучший врач на базе. Почему бы тебе не отвести его ко мне, чтобы врач мог посмотреть?
     Инь Мин Чжэн тоже волновался, что Ши Цин был где-то ранен. Теперь, когда у Ши Цина были уязвимые органы, он был намного более хрупок, чем обычный робот.
     Конечно, ни к какому врачу он не пойдет.
     Ши Цин был особенным, поэтому он, очевидно, пойдет к врачу, которому доверяет Инь Мин Чжэн.
     Мужчина опустил голову и сказал теплым тоном:
     - Ши Цин, пойдем. Я отведу тебя к врачу.
     Ши Цин без реакции продолжал обвивать руками шею Инь Мин Чжэна:
     - Я не хочу никуда идти. Я хочу, чтобы ты понес меня.
     Лицо Чжао Мяомяо изменилось, когда она услышала, как Ши Цин приказал Инь Мин Чжэну. В ее сердце расцвело чувство радости.
     Пока Инь Мин Чжэн был на базе, она старалась изо всех сил приблизиться к нему, но каждый раз ее холодно отвергали.
     Чжао Мяомяо потратила много усилий, чтобы выяснить причину такого отношения. Оказывается, он был прямолинейным человеком, поэтому больше всего не любил избалованных людей.
     Кто-то вроде Чжао Мяомяо, которая продолжала следить за своей красотой и наряжаться в ужасных обстоятельствах вторжения, очевидно, заслужила его отвращение.
     Поняв, почему Инь Мин Чжэн так себя ведет с ней, Чжао Мяомяо больше никогда не упоминала перед ним свою новую одежду. Она даже поступила в медицинский корпус своего отца.
     Хотя это было всего лишь прикрытие, работа была работой.
     К сожалению, хотя Инь Мин Чжэн не согласился на брак с ней, его отношение стало немного лучше. Однако, когда насекомые атаковали, Чжао Мяомяо получила небольшую травму руки и потеряла самообладание из-за медицинского работника, который заботился о ней. Когда её рука ударила медика, это увидел Инь Мин Чжэн. С того дня он не только остался равнодушным, но и все больше избегал Чжао Мяомяо.
     Видно, насколько он не любит избалованных людей.
     Этот маленький неизвестно откуда пришедший ублюдок на самом деле хотел, чтобы Инь Мин Чжэн носил его на руках.
     Гнев Чжао Мяомяо сменился чувством злорадства.
     Она с нетерпением ждала его падения.
     Инь Мин Чжэн не мог не согласиться.
     Позади нее пользователи способности, которые бросились сюда после того, как услышали о возвращении своего лидера, также услышали слова Ши Цина.
     Все они остановились и отвернулись, как будто не могли увидеть то, что будет дальше.
     Они прошли через многие трудности со своим боссом, поэтому они понимали его даже лучше, чем Чжао Мяомяо.
     Он был строг к себе и возлагал аналогичные ожидания на других.
     Все знали, что Инь Мин Чжэн ненавидел брезгливых и слабых людей.
     Благодаря его честности его не любили некоторые люди, чьи родители были высокопоставленными людьми. После того, как на этот раз Инь Мин Чжэн 'добровольно' пожертвовал собой, чтобы спасти мирных жителей, многие из них даже устроили вечеринку, чтобы отпраздновать это событие.
     Теперь там был молодой юноша, который осмелился втиснуться в объятия их босса и командовать им.
     Использующие способности боялись смотреть на это.
     Даже босс не выбросил бы его за шею с базы, правда?
     Однако...
     Инь Мин Чжэн, который уже привык ухаживать за этим 50-тысячным ребенком, не рассердился и даже улыбнулся. Его низкий и мягкий голос ласково уговаривал ребенка в объятиях.
     - Будь хорошим мальчиком. Ты немного тяжелый. Ты не можешь пройти немного?
     Чжао Мяомяо: '...'
     Использующие способности: '...'
     Ши Цин оторвал лицо от груди мужчины и увидел группу людей с широко открытыми ртами. Он продолжал беспощадно требовать:
     - Нет, я не хочу. Если я стану полегче, Мин Чжэн сможет нести меня, верно?
     Люди, чьи челюсти чуть не пробили землю: '...' Что за глупость. Могут ли люди стать легче, когда захотят? Это просто ложь.
     Но больше всего шокировало то, что их лидер, равнодушный ко всем красоткам, кивал и подыгрывал странному юноше.
     - Хорошо, хорошо. Я отнесу тебя к врачу.
     Снова та же группа: '...'
     Возможно, это просто галлюцинации.
     Но юноша, казалось, действительно стал легче.
     В то время как их лица были такими: 'Черт возьми, мне снится, это действительно мой босс?', Инь Мин Чжэн уже успокоил юношу и бесстрастно взглянул на них.
     Все подсознательно выпрямились под этим знакомым взглядом.
     Инь Мин Чжэн подтвердил, что никто из его отряда не пропал, прежде чем расслабиться.
     Эти ребята были очень рады его видеть. Ни один из них не проявил никаких признаков гнева или разочарования. Кажется, они не знали, что тогда его предали.
     Это имеет смысл. Как могло высшее руководство выстрелить себе в ногу, делая из них врагов?
     Мужчина молча подтвердил сложившуюся ситуацию. Он спросил:
     - Где Лао Хуан?
     Лао Хуан был его знакомым врачом. У него была редкая целебная способность.
     Самый опытный в команде, Чжэн Лю, выступил вперед, заложив обе руки за спину. Он отсалютовал, прежде чем ответить:
     - Он лечит ранения в Третьей армии прямо сейчас.
     - Я собираюсь его найти. Сегодня вечером будет встреча, приходите.
     После этого холодный мужчина углубился в базу с юношей на руках. Он даже не взглянул на Чжао Мяомяо, которая искала возможность поговорить с ним.
     Группа пользователей способностей расслабилась только после ухода босса. Большинство из них обычно были раздражительными молодыми людьми, и они были особенно взволнованы теперь, когда их босс вернулся живым и невредимым.
     - Босс все еще босс! Я знал, что с ним все будет в порядке!
     - Почему-то босс выглядит даже сильнее, чем раньше. У меня нет сенсорных способностей, но я чувствую, что он стал лучше.
     - Эй, ребята, а кто это за парень? Я никогда раньше его не видел.
     Один человек был уверен:
     - Это, конечно, наша невестка.
     После нашествия насекомых человечество понесло огромные потери во время первой эмиграции. Слабые мужчины и женщины умирали массово. После создания базы нехватка женщин заставила некоторых мужчин обратиться к себе подобным. Было уже не так уж странно видеть двух мужчин вместе.
     Более странным было то, что их начальник действительно кем-то заинтересовался.
     Группа была слишком занята своими собственными разговорами, чтобы заботиться о Чжао Мяомяо, стоявшей рядом с ними.
     Лицо Чжао Мяомяо стало красным от гнева. Увидев, что они даже нежно называют этого хулигана своей невесткой, она с холодным лицом зашагала прочь.
     Какая невестка? Инь Мин Чжэн только что вернулся, так что у нее было много возможностей нанести удар!
     Остальные были рады ее уходу.
     Чжао Мяомяо и раньше безжалостно преследовала их босса. Они не могли разоблачить ее, поэтому им пришлось смириться с тем, что она станет их будущей невесткой.
     Но на второй день после ухода их босса она начала дурачиться с врагами их босса. Она практически праздновала его смерть. Ее отношение к ним тоже поменялось на 180 градусов. Она даже осмелилась предложить, чтобы такой отряд, как они, отправившийся на охоту на Насекомых, превратить в телохранителей для богачей на базе.
     Теперь, когда босс вернулся, кого она пытается обмануть своим фальшивым отношением?
     - Тьфу! Она должна хорошенько взглянуть на себя, прежде чем мечтать!
     Один из пользователей способностей презрительно фыркнул:
     - Я думаю, что мальчик, которого привел босс, довольно хорош. Несмотря на то, что у него, похоже, нет способностей и он немного избалован, все лучше, чем такая змея, как Чжао Мяомяо.
     - Я согласен. Раньше я изучал психологию. Такой волевой человек, как босс, хорошо подходит для более покорного партнера. Разве этот ребенок не отвечает всем требованиям?
     Свое согласие выразили и другие люди. Некоторые были немного обеспокоены:
     - Но он выглядит слишком мягким. Как насчет этого, если босс действительно настроен ухаживать за ним, тогда мы все займемся его охраной, когда босса нет.
     Ши Цин, которого описывали как 'мягкого' и 'покорного', был отнесен в комнату Инь Мин Чжэна.
     Он сразу же спрыгнул и увеличил свой вес, чтобы прижать Инь Мин Чжэна к стене.
     Юноша с детским лицом, не теряя времени, одной рукой закрепил запястья Инь Мин Чжэна, а другой расстегнул куртку.
     - Ши Цин, подожди...
     Инь Мин Чжэн изо всех сил пытался остановить его, но Ши Цин был слишком силен.
     - Подожди... Гм!
     Через минуту Инь Мин Чжэн смирился со своей судьбой, отказался от борьбы и начал проходить сценарий.
     Через пять минут Ши Цин послушно лежал рядом с мужчиной, как маленький насытившийся леопард. Тонкие пальцы остались на низу его куртки с видом удовлетворения.
     Инь Мин Чжэн, которого все еще прижимали к стене, наконец, восстановил контроль над своими руками. Он обернул ими юношу и хрипло спросил:
     - Почему ты покинул корабль?
     - Я искал тебя.
     Ши Цин улыбнулся, когда потерся о упругие грудные мышцы Инь Мин Чжэна. Он сказал обиженным тоном:
     - Когда я проснулся, тебя не было рядом. Корабль летел слишком медленно, поэтому я прилетел сам.
     [Система, порань меня.]
     Система, которая была поглощена чтением своих мантр с размытым мозаичным экраном перед ней, ловко нанесла травму.
     Ши Цин поднял руку, чтобы показать рану, которую 'нужно лечить немедленно, пока не стало слишком поздно' на тыльной стороне ладони. Это была царапина шириной с ноготь:
     - Видишь? Я даже поранился.
     Инь Мин Чжэн раньше был тяжело ранен.
     На его спине, рядом с его сердцем было множество ран, любая из них могла стать его смертью.
     Но это было не так больно, как выражение лица юноши, который показывал ему свою царапину.
     Взгляд Ши Цина был по-прежнему ясен.
     Он жаловался только потому, что не мог его найти.
     Не потому, что он ушел.
     Чувства Инь Мин Чжэна были сложными. Он виновато и легонько коснулся травмы своей маленькой деталью.
     - Я вылечу это.
     Мужчина обнял Ши Цина, как дракон, охраняющий свое сокровище.
     - Обещаю, что все будет хорошо.
     [Динь! Значение враждебности Инь Мин Чжэна: 40/100]

Глава 10.

     Комната, в которую Инь Мин Чжэн привел Ши Цина, была тем местом, где он раньше жил.
     С тех пор, как его принесли в жертву, база запечатала эту комнату. Никто ничего не трогал внутри, чтобы создать у других впечатление, что они уважают Инь Мин Чжэна.
     Мужчина планировал оставить Ши Цина в этой комнате, прежде чем привести Лао Хуана, чтобы тот взглянул на него.
     Но из-за того, что Ши Цин настаивал на том, чтобы Инь Мин Чжэн наверстывал упущенное, ему не удалось обратиться к врачу.
     Ши Цин прижал его руку к своей груди, чтобы он мог почувствовать механическое сердцебиение. Он сказал обиженным тоном:
     - Я даже не спал, пока тебя искал. Мое тело сейчас похоже на человеческое. Я чувствую себя несчастным, когда не сплю.
     Когда от природы хрупкий юноша смягчил голос и показал такое жалкое выражение, Инь Мин Чжэн не мог ему отказать.
     Тем более, что Ши Цин поднял тему механического сердца, которое Инь Мин Чжэн обманом заставил установить.
     Так что двое удобно устроились вместе на кровати и впервые за долгое время заснули вместе.
     - - То есть Инь Мин Чжэн.
     Ши Цин применял на нем порошок и прижимался к нему каждую ночь.
     Инь Мин Чжэн был истощен.
     На обратном пути его заживо съедало чувство вины, а также он беспокоился о том, что его поймает Ши Цин или Насекомые. Он был напряжён почти каждую секунду, пока не спал.
     Единственной причиной, по которой он смог добраться до базы, не упав, была его сильная сила воли. А еще порошок розмарина, который Ши Цин давал ему каждую ночь, снимал его физическую усталость.
     Единственным человеком, который мог справиться с его умственной усталостью, был он сам.
     Если бы Ши Цин не появился, Инь Мин Чжэн вытерпел бы сам и притворился бы, что ничего не произошло. Он бы продолжил свою жизнь, как всегда, только стал бы более осторожным.
     Но появился его маленький принц.
     Подобно маленькому упрямому леопарду, который не сдавался, не достигнув своей цели, он с победным ревом втиснулся в его объятия.
     Прежде чем он успел среагировать, маленький леопард вцепился в его одежду и начал скулить. Он не только не винил свою жертву в том, что она убежала, но и продолжал полагаться на него, как и раньше.
     Хотя из-за этого вина Инь Мин Чжэна только усилилась, он должен был признать, что это тоже очень хорошо.
     В ту ночь он был похож на гигантского дракона, обвившегося вокруг своего сокровища. Он крепко спал.
     Перед тем как заснуть, Инь Мин Чжэн решил кое-что.
     Поскольку Ши Цин покинул безопасный корабль, чтобы прийти к нему, он должен хорошо его защищать.
     Ши Цин получил из-за него слабое место, поэтому это была его ответственность.
     Проснувшись, он почувствовал себя отдохнувшим. Инь Мин Чжэн вспомнил вчерашнее решение. Он закрыл глаза и вспомнил, каким слабым и напуганным вчера выглядел Ши Цин. В его сердце вспыхнуло чувство жалости.
     Бедный парень. Он, должно быть, был так напуган, поскольку впервые покинул корабль.
     В конце концов, ему было всего 50 000 лет.
     Инь Мин Чжэн решил освободить немного времени из своего графика сегодня, чтобы по-настоящему утешить Ши Цина и развеять его страхи. Приняв это решение, он собирался открыть глаза, когда почувствовал, что с его телом что-то не так.
     Чувствуя знакомую прохладу под своей рукой, Инь Мин Чжэн медленно приоткрыл глаза.
     Он увидел Ши Цина, который сосредоточился на проведении исследования, используя свою маленькую деталь.
     Как будто он почувствовал на себе пристальный взгляд мужчины, он взволнованно поднял голову и посмотрел в ответ.
     - Ты проснулся. Давай пройдем сценарий.
     Герой человечества: '...'
     Глаза Ши Цин были полны ожидания. Затем мужчина согласился без жалоб.
     Час спустя довольный Ши Цин вернулся к своему невинному и мягкому виду избалованного принца. Он лежал на кровати с любопытством глядя на вещи на прикроватной тумбочке.
     Видя, как юноша с любопытством смотрит вокруг и заинтересованно поглядывает на стеклянный трофей на прикроватной тумбочке, Инь Мин Чжэн смущенно кашлянул.
     - Это твое? Что это такое?
     Как и ожидалось, Ши Цин быстро повернулся к нему и спросил, как любопытный ребенок, которым он и был.
     Лицо Инь Мин Чжэна было немного смущенно, но он все же ответил:
     - Это трофей, который я выиграл на соревновании.
     Когда планета все еще была мирной, он был обычным человеком с внешностью выше среднего и спокойным характером. Этот трофей он выиграл на соревновании, на которое его взяли родители, когда он был подростком. После того, как они скончались в автокатастрофе, Инь Мин Чжэн сохранил этот трофей на память. Даже после нашествия насекомых, когда человечество бежало, он никогда не забывал брать его с собой.
     Хотя у него была такая предыстория, все же было немного глупо хранить трофей так трепетно.
     Хорошо, что Ши Цин был инопланетянином и, вероятно, этого не понимал.
     Ши Цин задумчиво осмотрел трофей, прежде чем вернуть его на место.
     Он был сделан из стекла, поэтому Инь Мин Чжэн, должно быть, приложил много усилий, чтобы сохранить его. Было очевидно, насколько важен для него этот трофей.
     После того, как инопланетный юноша обошел всю комнату, как щенок, любопытствующий о своем новом доме, он рухнул обратно на кровать с удовлетворенным выражением лица.
     - Здесь повсюду запах Мин Чжэна.
     Он знал, что Ши Цин просто сказал это невинно, но уже не чистый Инь Мин Чжэн не мог не думать о неуместных образах в своей голове.
     Герой человечества изо всех сил пытался вытряхнуть пошлые мысли из своей головы и вернуться к делу.
     - Ши Цин, как ты покинул корабль? Ты собираешься вернуться?
     - Конечно. Я пришел забрать Мин Чжэна.
     Ответ Ши Цин был очень прямолинейным.
     Инь Мин Чжэн был поражен. Его слова стали несколько горькими:
     - Что, если... я не собираюсь возвращаться?
     Инопланетный юноша потерянно посмотрел на него. Пара серебристых глаз смотрела на него, как будто он его бросил. Он смотрел на мужчину, не говоря ни слова.
     Инь Мин Чжэн не выдержал его печального взгляда. Он добавил:
     - Если хочешь, можешь остаться на базе и жить со мной.
     Улыбка промелькнула в глазах Ши Цина, но он быстро поднял нос, говоря заносчиво:
     - Механическая раса никогда не помогает другим.
     - Я не прошу твоей помощи.
     Атмосфера должна была быть серьезной, но действия юноши рассмешили мужчину. Он протянул руку и притянул юношу себе на колени, успокаивая его мягким тоном:
     - Ты всю жизнь провел на корабле. Тебе никогда не было любопытно, что такое внешний мир? Тебе не нужно ничего делать, кроме как жить счастливо, если останешься со мной.
     - Я знаю, что ты боишься, что я тебя заберу, но все в порядке. Ты мой партнер, поэтому я тебя послушаю.
     Инопланетный юноша бесстыдно баловался на коленях у Инь Мин Чжэна. Он поднял свои красивые глаза и убежденно сказал:
     - Мой компьютер никогда не ошибается.
     Он поерзал на коленях мужчины, тихо пробормотал:
     - Думаю, я попробую остаться здесь с тобой. Но когда люди предадут тебя, тебе нужно послушно вернуться со мной.
     Глаза Инь Мин Чжэн потемнели.
     Раньше он всецело посвятил себя защите базы. Он никогда не подозревал, что кто-то нанесет ему удар в спину.
     Даже теперь, когда он знал, он не собирался отступать.
     - - Если на его пути стоит твердый камень, он его выкинет.
     - - Если кто-нибудь посмеет его остановить, он его убьет.
     В любом случае он уже умер однажды.
     Мужчина опустил голову и посмотрел на юношу, который баловался в его объятиях. Он погладил его по голове:
     - Хорошо. Подождем и посмотрим вместе.
     Ши Цин: [Почему мне кажется, что он всегда обращается со мной как с маленьким ребенком? Снизилось ли значение враждебности?]
     Система, читавшая свои мантры в течение часа, снова обратила внимание на происходящее. Голос её был мягким и ласковым: [Он опустился до 40, мой дорогой Хозяин. Согласно принципам значения враждебности, 50 и выше - это стандартная враждебность, а 50 и ниже - нормальная. Текущая 40 Инь Мин Чжэна по отношению к прекрасному Хозяину означает, что он испытывает к Вам поверхностную дружбу. Система советует способному Хозяину продолжать уменьшать значение, чтобы создать дополнительную страховку на случай сильных колебаний.]
     У Ши Цина пошли мурашки по коже от нежного тона Системы.
     [Что не так с твоим голосом? Быстро измени его обратно.]
     Система запуталась: [Хозяину не нравится? Это награда, которую я решила дать хозяину за то, что впервые снизилось значение враждебности ниже 50.]
     [Измени, быстро верни обратно!]
     Система неохотно подчинилась.
     Ши Цин играл рукавом Инь Мин Чжэна.
     Кто бы мог подумать, что Инь Мин Чжэн может так внимательно относиться к нему, но не считать его любовником в своем сердце.
     Обычно такие люди были либо подонками, либо слепыми.
     Но Инь Мин Чжэн явно не был ни тем, ни другим.
     Он только чувствовал большую ответственность за него.
     И если бы случилось что-то, что перевесило его чувство вины и ответственности по отношению к Ши Цину, его враждебность все равно возрастала бы.
     Другими словами, это все еще стратегическая игра.
     Система боялась, что Ши Цин окажется под слишком большим давлением. Она успокаивала: [Не бойся, хост. Значение враждебности обычно не повышается...]
     Она внезапно вспомнила последний раз, когда значение враждебности Инь Мин Чжэна резко возросло. Она закрыла свой рот.
     Ши Цин вообще не чувствовал стресса. Он бросился к Инь Мин Чжэну на колени от волнения, чтобы подавить смех.
     [Это так волнительно! Мне это нравится!]
     ***
     Благодаря поддержке такого авторитета, как Инь Мин Чжэн, Ши Цин спокойно жил на базе.
     Каждый день он пил 'чай', смотрел фильмы, его водили на прогулку, и он проходил сценарий с Инь Мин Чжэном.
     С тех пор, как значение враждебности упало до 40, и они больше не рисковали быть изгнанными из мира, Система была в экстазе. Даже если она весь день видела мозаику, она развлекалась чтением мантр.
     Ши Цин также пользовался большим успехом благодаря команде Инь Мин Чжэна.
     В текущем состоянии мира все обладатели способностей, которые могли сражаться, были мобилизованы независимо от их возраста. Даже подросткам приходилось делать взрослую работу.
     Хуже было для гражданского населения. Они весь день сидели на базе, выполняя изнурительный ручной труд. Когда вторглись насекомые, им оставалось только прятаться в своих домах и ждать спасения.
     В этих обстоятельствах маленький принц, такой как Ши Цин, был милым, изнеженным, с ласковыми разговорами и никого не беспокоил (кроме Инь Мин Чжэна) был очень популярен.
     Тем более, что он был сокровищем Инь Мин Чжэна. В любом случае пользователи способности должны были обращаться с ним хорошо из уважения к своему боссу.
     Кроме того, на второй день его приезда на базу маленький принц, вернувшийся с прогулки, взволнованно бросился в объятия Инь Мин Чжэна, объявив, что:
     - Я хочу обладать способностями!
     Мужчина умело обнимал его, как и всегда, и причесал его растрепанные волосы. Он улыбнулся, сказав:
     - Способности - это не то, что ты можешь контролировать.
     - Я могу. В моем теле есть части, похожие на человеческие, так что я могу обладать способностями, если захочу!
     Инь Мин Чжэн был ошеломлен. Он не думал об этом.
     Хотя он предлагал это раньше, Ши Цин отказался привести сюда своих роботов и настоял на том, чтобы остаться здесь в своем слабом теле, чтобы его защитил Инь Мин Чжэн.
     Инь Мин Чжэн больше ничего не сказал, потому что все еще беспокоился о том, что Ши Цин насильно заберет его обратно, если он будет несчастен.
     Но он больше не мог покинуть базу, не беспокоясь.
     Это было похоже на то, как у человека, который долгое время жил один, вдруг появился маленький котенок.
     Котенок был слишком молод и мягок. Он мог только пить молоко, ползать или плакать своим тихим голосом. Казалось, что он может жить, только если рядом есть кто-то, кто мог его кормить.
     Как Инь Мин Чжэн мог легко проводить свой день, не беспокоясь о том, чем занимается котенок дома? Он был голоден? Он испуган?
     Теперь, когда он знал, что Ши Цин мог обладать способностями, Инь Мин Чжэн смог вздохнуть спокойнее. Он обнял юношу и спросил:
     - Можешь ли ты контролировать, какие способности ты получишь?
     - Да. Я могу изменить свою внутреннюю структуру, чтобы привлечь частицы, дающие способности.
     Хотя это звучало немного смешно, Инь Мин Чжэн уже привык к правде, звучащей как что-то из научно-фантастического романа.
     Он задумался на мгновение:
     - Ты должен получить способность к молнии. Это самый сильный вид, к тому же ты можешь призвать молнию с неба, чтобы защитить себя.
     - Нет.
     Ши Цин сразу же отверг это.
     Инь Мин Чжэн терпеливо уговаривал его:
     - Будь хорошим. Сейчас не время вести себя своенравно. Обычно я за пределами базы, поэтому не могу защищать тебя все время.
     - Я хочу исцеляющую способность.
     Маленький принц гордо поднял голову, положив руку на сердце мужчины.
     - Я тоже хочу защитить тебя.
     Инь Мин Чжэн был поражен.
     В глазах многих он был героем человечества.
     Он был богом войны, который никогда не проигрывал.
     И единственной надеждой на победу над расой Насекомых.
     Но это был первый раз, когда кто-то сказал, что хочет защитить его.
     Когда его сердце перестало бешено биться, Инь Мин Чжэн успокоился:
     - Нет. Ты должен в первую очередь позаботиться о собственной безопасности!
     Ши Цин его не слушал. Он проворно выскользнул из его объятий и быстро убежал.
     - Поймай меня, если сможешь! Я все равно не собираюсь тебя слушать!
     Озорная фигура маленького принца была перед глазами мужчины.
     Инь Мин Чжэн увидел, как он украдкой оглянулся назад, чтобы увидеть, идет ли он за ним. Его губы скривились в неохотной улыбке. Как он может быть таким глупым? Он отказался от собственной безопасности, но все же хотел защитить других.
     Он улыбнулся, и глаза его наполнились теплом.
     - Он действительно маленький дурачок.

Глава 11.

     Инь Мин Чжэн вернулся только через три дня, но атмосфера на базе и среди гражданских уже была совершенно другой.
     Самым заметным изменением были частые улыбки на лицах.
     Особенно когда Ши Цин выходил поиграть. Маленький парень с целительной способностью, которую приобрел для Инь Мин Чжэна, любил гулять по улицам.
     На окраинах базы было полно людей, продающих свои товары. Большая часть их была смесью мусора, оставшегося после вторжения насекомых, и предметов, сделанных ремесленниками, чтобы поддержать их семьи после переезда на базу.
     У них часто были недостатки, такие как слабое тело или отсутствие конечностей, которые мешали им найти работу в качестве рабочего или солдата, поэтому они могли придумывать только о таких идеях, чтобы выжить.
     До прихода Ши Цин редко кто удосуживался купить эти вещи. В конце концов, у кого в эти дни есть лишние деньги, чтобы тратить их на безделушки?
     Но Ши Цин просто обожал их. Кузнечики, сделанные из травы, корзины, сплетенные из веток, и игровая приставка, созданная до апокалипсиса, которая казалась ему очень отсталой.
     Он мог высокомерно говорить:
     - Вы, люди, такие отсталые, когда дело доходит до технологий.
     Но затем он с радостью шел на рынок, чтобы купить все это. Он был похож на маленькую мышку, усердно работающую, чтобы накопить свой запас, покупая целую кучу странных безделушек каждый день.
     Инь Мин Чжэну пришлось выделить целую комнату в своем не слишком маленьком доме для растущей коллекции Ши Цина.
     Горожане приветствовали Ши Цина не только потому, что он был большим транжирой, но и из-за его целительских способностей.
     Хотя Ши Цин считался человеком Инь Мин Чжэна, он не стал частью его боевой команды. Его нельзя было отправить на поле боя. С того момента, как его способности проявились, если он не лечил раны Инь Мин Чжэна, то использовал свои способности в обмен на товары во время своего шоппинга.
     В глазах многих он получал только убытки.
     У него была целительная способность!
     Даже в отряде, который собрал всех элитных пользователей базы, был только один целитель.
     И так как был предел тому, сколько он мог исцелить, его услуги были ограничены только военным персоналом. Обычные гражданские не могли даже мельком увидеть его лицо.
     Затем появился Ши Цин.
     Этот красивый юноша с невинным лицом быстро согласился, когда лоточник попросил его подлечить ребенка во время его ежедневной прогулки.
     Когда Ши Цин стоял перед исцеленным ребенком, он стал похож на Будду для многих зрителей.
     Начальство базы быстро узнало про эту ситуацию и послало своего представителя намекнуть Инь Мин Чжэну, чтобы тот пристальнее следил за Ши Цином. Он обладал сверхспособностями, поэтому он не должен был вести себя так. Как он мог тратить свои силы на исцеление граждан, которые мало что сделали для базы? Кто-то с такой редкой способностью, как Ши Цин, должен вместо этого служить всему человечеству.
     Если бы это был он из прошлого, Инь Мин Чжэн определенно согласился бы.
     Раньше он был таким искренним и доверчивым человеком. До тех пор, пока кто-то говорил, что это принесет пользу всем, он был готов пойти на любые жертвы, необходимые для того, чтобы это произошло.
     Но теперь Инь Мин Чжэн увидел результаты моделирования компьютера Ши Цина.
     Он незаметно изменился.
     После того, как он вернулся, руководство базы немедленно отправило извиняться того человека, который напал на него, и отвез на космический корабль вместе с солдатами, управляющими самолетом.
     Инь Мин Чжэн по-прежнему улыбался им, выражая свое прощение.
     Он продолжал улыбаться, когда они дружно вздохнули с облегчением.
     Он не был слепым. Человек, напавший на него из засады, находился в подчиненном положении. Если бы кто-то с большим авторитетом не поддерживал его, как бы он осмелился напасть на Инь Мин Чжэна?
     Он простил этих людей, потому что они уже были мертвы.
     Он запомнил и тех, что остались ему верны.
     Они нанесли ему удар в спину, так как же он мог позволить Ши Цину стать одной из их пешек?
     Пока Инь Мин Чжэн не сможет полностью захватить власть, Ши Цин должен оставаться под его крылом.
     Поэтому Инь Мин Чжэн виновато улыбнулся, услышав топот ног подбежавшего юноши:
     - Ши Цин все еще молод и неопытен, поэтому я не собираюсь выводить его в битву.
     У посетителя сразу же появилось выражение 'даже герой человечества может испортить человека'.
     Но когда он посмотрел на послушного и красивого юношу, сидевшего на коленях у мужчины и смотревшего на него своими серебристыми глазами, он не смог удержаться и мысленно согласился не подвергать юношу опасности.
     Красивые люди уже были в дефиците на базе, но кто-то, кто был также невинен, как Ши Цин, определенно был единственным в своем роде.
     Неудивительно, что Инь Мин Чжэн так тщательно защищал его.
     Но, к счастью, чем тщательнее он охранял Ши Цина, тем более фатальной становилась его слабость.
     Человек, посланный проверить Инь Мин Чжэна, ушел. Ши Цин с любопытством посмотрел ему вслед.
     - Мин Чжэн, кто это?
     - Некто неважный.
     Инь Мин Чжэн закрыл дверь и ткнул Ши Цина в нос. Мужчина засмеялся:
     - Теперь ты популярнее меня на базе.
     Инопланетный юноша гордо улыбнулся.
     Мужчина хотел напомнить ему, чтобы он был осторожен, играя на улице. Хотя руководство базы, казалось, радовалось его возвращению, внутри у них все кипело. Они не сводили глаз с Ши Цина, который вернулся вместе с ним. Важно было дать ему знать, что его окружает, чтобы другие не воспользовались им.
     Но когда он увидел, что юноша смотрит на него своими радостными глазами, Инь Мин Чжэн не смог найти в себе сил произнести эти слова.
     Ши Цин изначально прекрасно чувствовал себя на корабле, где его защищали миллиарды роботов.
     Однако из-за его эгоизма Ши Цин был обманут, придя на базу. Он даже пассивно позволил Ши Цин наивно не вызывать своих роботов-телохранителей.
     Это все была его вина, так зачем же вмешивать сюда такого невинного, как Ши Цин?
     Инь Мин Чжэн проглотил слова, застрявшие у него во рту. Он снисходительно улыбнулся юноше:
     - Не забудь взять с собой несколько членов моей команды, когда пойдешь играть. Некоторые из них примерно того же возраста, что и ты, так что это хорошая возможность для них расслабиться.
     - Ладно!
     Ши Цин тут же согласился. Он увидел, что Инь Мин Чжэн застилает постель, и набросился на него сзади. Несколько тонн, внезапно обрушившихся на Инь Мин Чжэна, едва не привели его к смерти.
     Зрение Инь Мин Чжэна все еще восстанавливалось после того, как все потемнело, когда рядом с его ухом раздался голос юноши:
     - Давай пройдем сценарий!
     Он мог только беспомощно, но с большим трудом повернуться, чтобы заключить дикого маленького леопарда в свои объятия.
     Такой глупый маленький парень.
     Как он мог не беспокоиться о нем?
     ***
     Генерал Чжао вернулся с совещания с ужасным выражением на лице.
     Когда он увидел, что его дочь вернулась из магазина, выражение его лица стало еще более искаженным:
     - Я говорил тебе, чтобы ты заслужила доверие Инь Мин Чжэна и втянула его в наши дела, но все, что ты умеешь делать, это покупать вещи!
     - Конечно, я хочу быть с Инь Мин Чжэном. Но разве я виновата, что он любит мужчин? Папа, тебя там не было. Он обращался с этой маленькой крысой неизвестно откуда, как с сокровищем.
     Чжао Мяомяо чувствовала себя так, словно над ней посмеялись:
     - Я уже так много сделала, но Инь Мин Чжэн даже не смотрит на меня! Я больше ничего не могу сделать!
     Генерал Чжао презрительно фыркнул:
     - Тогда иди и развлекайся, покупая все подряд. Когда репутация Инь Мин Чжэна станет еще лучше, и он захватит лидерство на базе, просто посмотри, как он поступит с нашей семьей. Ты же знаешь, как он относится ко всем, кто не является его подчиненным.
     После этого он ушел с холодным лицом, оставив раздраженную Чжао Мяомяо топать ногами в отчаянии.
     Ее подруга рядом с ней не ожидала увидеть, как эти двое ссорятся. Она неловко попыталась утешить ее:
     - Мяомяо, не грусти. Он просто маленький негодяй, который привлек внимание генерала Инь, потому что он новенький. Скоро все изменится.
     - Думаешь?
     Она с энтузиазмом придумала схему:
     - Генерал Инь больше всего ненавидит тех, кто злоупотребляет своей властью, так почему бы тебе не сделать...
     С другой стороны, Ши Цин снова комфортно провел всю ночь с Инь Мин Чжэном. На следующий день мужчина снова ушел уничтожать насекомых, поэтому Ши Цин отправился с маленькой корзинкой бродить по рынку.
     Но как только он перешел на другую сторону улицы, к нему подбежал неряшливо одетый мужчина и начал отчаянно кланяться Ши Цину.
     - Маленький Господин, я больше не смею брать у вас деньги. Я больше никогда этого не сделаю, так что, пожалуйста, пощади меня. Моя семья не может так дальше жить.
     Он был уже взрослым мужчиной и плакал достаточно сильно, чтобы повлиять на настроение окружающих. Это было трагическое зрелище.
     Затем, прежде чем Ши Цин смог заговорить, он начал плести историю о том, как 'Ши Цин злоупотребил своей властью, забрав его товар без оплаты и разграбив его дом, когда он потребовал оплаты', все еще всхлипывая.
     Ши Цин: [...]
     [Я действительно начинаю сомневаться в IQ мисс Чжао.]
     Заговори о дьяволе, и он явится. Чжао Мяомяо появилась одетой в белую одежду. Ее святая аура была в полном разгаре. Она в шоке зажала рот после того, как увидела эту сцену, когда подошла.
     - Что здесь произошло? Пожалуйста, не плачьте, сэр. Ши Цин, быстро извинись перед этим человеком.
     Увидев, что кто-то пришел ему на помощь, мужчина начал грубо ругать юношу.
     Чжао Мяомяо украдкой взглянула на Ши Цина.
     Судя по тому, что она знала, у этого негодяя, которого баловал Инь Мин Чжэн, довольно вспыльчивый характер. Всякий раз, когда что-то шло не так, как он хотел, он устраивал истерику. Даже Инь Мин Чжэн не мог справиться с ним, и на самом деле его несколько раз ударили во время их споров.
     Сможет ли Ши Цин выдержать такое унижение?
     Поторопись и устрой шум.
     Чем дальше он пойдет, тем лучше.
     Если Ши Цин обострит ситуацию и убьет этого гражданского в драке, этот вопрос нельзя будет замять.
     Этот метод мог быть простым и жестоким, но Ши Цин действительно казался чистым (глупым) и невинным (наивным) типом, которого легко было спровоцировать.
     Затаив дыхание, она ждала, что Ши Цин сорвется.
     Под бесчисленными взглядами толпы юноша, хорошо известный своим вспыльчивым характером и худым лицом, отступил на шаг назад.
     - И заплакал от обиды.
     Чжао Мяомяо, которая ждала, когда он выйдет из себя: '...'
     Она обернулась и увидела, что окружающие гражданские смотрят на нее с презрением.
     Снова Чжао Мяомяо: '...'
     Почему-то все идет совсем не так, как она себе представляла.

Глава 12.

     Когда Инь Мин Чжэн услышал о случившемся и поспешил к Ши Цину, он увидел как группа людей, одетых как гражданские, собралась вокруг неряшливого человека, говорящего о чем-то. Сцена была в полном хаосе, но он смог сразу же заметить юношу посреди толпы.
     Ши Цин прятался за молодым человеком, который принадлежал к команде Инь Мин Чжэна. Он не плакал, но уголки его глаз покраснели, и он время от времени шмыгал носом. Эта пара прекрасных серебристых глаз испуганно оглядывалась по сторонам.
     Инь Мин Чжэн чувствовал себя так, словно в его сердце вбили гвоздь.
     Он подошел с ледяным лицом:
     - Что происходит?
     Голос Инь Мин Чжэна не был громким, но аура, которую он излучал, заставила всех невольно замолчать. Беспорядочная толпа утихла.
     В конце концов, именно тот член отряда, который защищал Ши Цина, решил ответить на этот вопрос. Он не осмеливался взглянуть на лицо Инь Мин Чжэна, когда рассказывал о ситуации:
     - Ши Цин пришел поиграть, но внезапно подошел этот человек и поднял шум из-за того, что Ши Цин не заплатил за товар.
     Выражение лица Инь Мин Чжэна оставалось неподвижным. Он взглянул на неряшливо одетого мужчину. Увидев, что он избегает его взгляда из чувства вины, он понял, что здесь происходит.
     Чжао Мяомяо, которую недавно оттеснили, тоже увидела, что он пришел. Она все еще не была удовлетворена, поэтому подошла и тихо сказала:
     - Когда я подошла раньше, то увидела, что этот человек умоляет Ши Цина пощадить его, поэтому я спросила его об этом. Кто бы мог подумать, что этот ребенок настолько робок, что начинает плакать? Раз уж ты здесь, Мин Чжэн, ты должен утешить его. Он плачет последние 20 минут, я так расстроилась.
     На первый взгляд слова Чжао Мяомяо могут показаться великодушными и благонамеренными, но основной посыл был ясен.
     Другой человек просил Ши Цин простить его, но он начал плакать. Мало того, ему пришлось плакать так долго. Ши Цин все еще был мужчиной!
     Неужели Инь Мин Чжэна действительно не беспокоит такое поведение?
     Инь Мин Чжэна это действительно не беспокоило.
     Когда он услышал, что Ши Цин плакал в течение 20 минут, он был ошеломлен, а затем его сердце начало болеть.
     Мужчина приблизился и притянул Ши Цин в свои объятия. Он нежно погладил его мягкие волосы. Его чувство вины становилось все более сильным, когда юноша посмотрел на него своими покрасневшими глазами.
     Ши Цин мог бы остаться на своем корабле навсегда в спокойствии и безопасности. Он мог получить все, что хотел.
     Но он был достаточно наивен, чтобы остаться на этой базе. Его положение уже не было таким незыблемым, как раньше, до такой степени, что даже случайный прохожий мог запугать его до такой степени.
     Его голос стал мягче, когда он подумал об этом. Остальным казалось, что он боится напугать юношу:
     - Ши Цин, ты испугался?
     Молодой человек, который сопровождал Ши Цин, вздохнул с облегчением, услышав тон своего босса. Он решил, что кто-то с таким темпераментом, как Инь Мин Чжэн, поставит справедливость выше личных чувств.
     Глаза Чжао Мяомяо чуть не вылезли из орбит. Она кричала в своей голове.
     Неужели Инь Мин Чжэн ослеп?!
     Или он глухой?
     Какой молодой человек плачет в течение 20 минут после того, как его несколько раз отругали? Он мог выглядеть молодо, но ему было по крайней мере 16 или 17.
     Вести себя так в этом возрасте означало, что он либо отстает в развитии, либо притворяется.
     Как мог Инь Мин Чжэн не видеть этого?
     В этот момент Чжао Мяомяо сильно подозревала, что она использовала не тот метод, пытаясь соблазнить Инь Мин Чжэна.
     Хотя время от времени ей приходилось помогать бедным, но поскольку она знала характер Инь Мин Чжэна, она не осмеливалась поступать так, как Ши Цин. Она только осмелилась щедро поддержать свой образ перед ним, притворившись нежной и доброй, и показывая сострадание.
     Но ее усилия никак не повлияли на Инь Мин Чжэна. Это было похоже на то, что мужчина полностью игнорировал ее существование, только потрудившись холодно сказать ей, чтобы она отошла от него пару раз.
     В то время она думала, что Инь Мин Чжэн был слишком прямолинеен, чтобы оценить кого-то вроде нее.
     Однако оказалось, что у Инь Мин Чжэна просто были другие предпочтения.
     Ему нравятся легко плачущие, драматизирующие и слабые люди?
     Инь Мин Чжэн вовсе не думал, что Ши Цин драматизирует. Напротив, он считал, что Ши Цин, должно быть, много переживал, чтобы так заплакать.
     Миллиарды мощных и смертоносных роботов были готовы служить юноше изо всех сил. Даже если Ши Цин не будет отдавать приказы, умные модели все равно будут автоматически обслуживать его.
     По мнению Инь Мин Чжэна, Ши Цин держал скипетр и носил корону, но на самом деле он был всего лишь ребенком, которого всю жизнь баловали.
     В чужой незнакомой среде даже малейшее пренебрежение было невообразимо ужасно для такого ребенка.
     - Мин Чжэн... - жалобно сказал Ши Цин. Он зарылся в объятия мужчины, как будто был напуган до смерти, - я всегда даю деньги, даже больше, чем они просят.
     Один штатский, стоявший рядом, не осмелился заговорить, когда Инь Мин Чжэн впервые появился.
     Увидев его намерение защитить Ши Цин, он собрался с духом и добавил:
     - Он говорит правду, генерал Инь. Юноша очень щедр.
     - Да, да. В прошлый раз мой муж сплел из травы кузнечика, и молодой хозяин заплатил за него больше, чем следовало. Все на этой улице это знают.
     Все больше и больше людей выступали от имени Ши Цина:
     - Он - хороший и разумный человек. Мой сын сломал ногу, сражаясь с насекомыми. Он не мог найти врача, потому что был всего лишь наемником, но юноша помог ему. Он целитель, так что если бы у него действительно не было денег, он мог бы просто продать свои услуги.
     - Точно! К тому же никто из нас не узнает этого хулигана. Он точно не с нашей улицы. Вся внешняя зона продает здесь свои товары, и я никогда не видел его раньше.
     Эти слова, казалось, вызвали гнев толпы.
     - Он пришел сюда только для того, чтобы доставить неприятности?
     - Он, вероятно, думал, что юноша - легкая мишень, раз он так молод и впечатлителен. Он даже ругал его! Тьфу!
     Инь Мин Чжэн не ожидал, что так много людей встанет на защиту Ши Цина. Он и раньше знал, что Ши Цин ладит с жителями внешней зоны и его здесь любят, но думал, что это из-за его репутации героя.
     Сцена перед ним заставила Инь Мин Чжэна почувствовать гордость, как родитель, наблюдающий за взрослением своего ребенка.
     Вот каково это - растить ребенка?
     Он крепче обнял Ши Цин и обратился к толпе:
     - Спасибо всем за то, что присмотрели за Ши Цином сегодня. Он все еще молод и наивен, так что это замечательно, что вы все помогли ему.
     Независимо от того, что произошло на самом деле, безопаснее сначала назвать Ши Цина молодым и невежественным.
     Теперь предстоит разобраться с этим негодяем неизвестного происхождения.
     Инь Мин Чжэн не говорил много, а сразу перешел к делу. Он мог быть терпимым по отношению к ни в чем не повинным гражданским. Он даже мог пожертвовать собой, чтобы защитить их. Но у него не было такого терпения к тем, кто искал неприятностей.
     Кроме того, вся база знала, что Ши Цин принадлежит ему, так как же обычный человек мог осмелиться противостоять ему таким образом?
     Мужчина поднял руку, и потоки черного тумана окружили хулигана.
     Его голос был ледяным:
     - Кто тебя послал?
     Этот человек почувствовал, как его колени стали мягкими, когда туман окружил его. Он не мог даже пошевелить ни одним мускулом.
     Ему было приказано заманить Ши Цина в ловушку и не дать ему уйти.
     И вот теперь он оказался в ловушке.
     Вдобавок он разозлил такую большую шишку, как Инь Мин Чжэн. Вся база знала, что он был самым могущественным из всех пользователей способностей. Ему даже не нужно было шевелить пальцем, чтобы убить. Даже если бы он попробовал сбежать, это было бы бесполезно.
     Этот человек был нанят Чжао Мяомяо, но через несколько доверенных лиц. Он также не знал, что стоявшая рядом богатая молодая девушка, которая казалась такой чистой, была его нанимателем. Не видя выхода из этой ситуации, он поспешил поклониться Инь Мин Чжэну:
     - Генерал Инь, генерал Инь, пожалуйста, простите меня. Кто-то предложил мне за это деньги. Они сказали, что хотят преподать молодому мастеру урок. Вы терпимый человек, поэтому, пожалуйста, смилуйтесь.
     Молодой человек из команды Инь Мин Чжэна знал, как читать настроение. Он тут же рассмеялся и попытался успокоить толпу, как только услышал, что существует заговор:
     - Поскольку здесь есть босс, все будет решено быстро. Все должны вернуться к тому, что делали, пока мы разбираемся.
     Поведение Инь Мин Чжэна, искренне защищающего своего Ши Цина, успокаивало гражданских. Однако они также испугались, услышав, что за этим делом стоит некий вдохновитель.
     Этот человек, вероятно, был могущественным или влиятельным, если он был готов пойти против генерала Инь. Если они разозлят такую выдающуюся фигуру, им остается только ждать смерти.
     Гражданские быстро разошлись.
     Неряшливо одетый человек на земле осторожно поднял голову, когда все ушли. Он случайно встретил взгляд Инь Мин Чжэна, наполненный холодом. Дрожь пробежала по его спине.
     - Генерал, вы должны мне поверить. Я действительно не хотел больше ничего делать с ним, я просто хотел напугать его! Просто немного напугать его!
     Инь Мин Чжэн не обратил на него внимания. Он взглянул на своего подчиненного, который все понял и тут же крепко связал хулигана с помощью своих способностей.
     - Босс, я заберу этого человека, чтобы допросить его.
     Чжао Мяомяо не волновалась, когда увидела, что его уводят. Чтобы быть уверенной, что он умрет при свидетелях, она приказала кому-то заранее накачать его наркотиками. Этот человек умрет через десять минут.
     Даже если им удастся что-то вытянуть из него за это время, убийства его непосредственного нанимателя будет достаточно, чтобы замести следы.
     Решив, что её участие не может быть обнаружено, женщина в белом платье побежала впереди мужчины.
     - Мин Чжэн, мы случайно встретились сегодня, так почему бы мне не угостить тебя обедом в одном из ресторанов моей семьи?
     Боясь, что Инь Мин Чжэн откажется, она добавила:
     - Ши Цин сильно испугался, так что это может быть как раз то, что ему нужно, чтобы успокоиться.
     Это действительно может помочь ему успокоиться, но он не может есть нормальную еду.
     Инь Мин Чжэн думал о том, чтобы найти новый тип масла для Ши Цин, чтобы успокоить его. Его лицо оставалось бесстрастным, и он решительно сказал:
     - Спасибо, мисс Чжао, но я отведу Ши Цина домой. До свидания.
     Чжао Мяомяо стиснула зубы от ненависти.
     Ши Цин случайно открыл рот, чтобы сказать:
     - Мин Чжэн, у меня болят ноги. Отнеси меня обратно.
     - Хорошо.
     Инь Мин Чжэн подхватил юношу и потер его лоб, почувствовав его прохладную и нежную кожу:
     - Спи, если устал. Мы скоро будем дома.
     - Да, - юноша послушно согласился и еще крепче прижался к груди мужчины.
     Чжао Мяомяо так его ненавидела! Так сильно!
     Разве это не просто случай, когда плачущий ребенок получает все внимание?!
     Любой может это сделать.
     Она заставила себя улыбнуться и пошла за ними:
     - Тогда давай вернемся вместе. Мы живем в одном направлении... ах!
     Женщина неловко покачнулась и рухнула на землю.
     Прежде чем Инь Мин Чжэн обернулся, она сильно ударила себя по лицу, чтобы вызвать слезы на глазах. Она жалобно держалась за левую лодыжку, жалобно глядя на мужчину.
     - Шшш... кажется, я подвернула лодыжку. Мин Чжэн, ты не поможешь мне вернуться домой?
     Инь Мин Чжэн согласился:
     - Конечно.
     Радость промелькнула в глазах Чжао Мяомяо, но выражение ее лица оставалось извиняющимся:
     - Извини, что доставила вам такие неудобства. Я знаю, что ты обещал отнести Ши Цина обратно, но теперь ему придется идти пешком из-за меня.
     Как она и думала, Инь Мин Чжэн предпочитал этот тип поведения.
     Юноша, сладко спавший в объятиях героя человечества, при этих словах открыл глаза. Он молча сжал два пальца и начал злобно щипать мужчину.
     С силой Ши Цина нельзя было шутить, но Инь Мин Чжэн даже не моргнул, когда достал свой телефон, которым можно было пользоваться внутри базы.
     - Здравствуйте, я на рынке внешней зоны. Дочь генерала Чжао ранена здесь, Пожалуйста, приезжайте и заберите ее.
     - Хорошо, спасибо, - коротко объяснив ситуацию, мужчина повесил трубку. Он посмотрел на Чжао Мяомяо, которая все еще лежала на земле, ошеломленная тем, что только что произошло.
     - Медицинская команда будет здесь через десять минут. Просто сиди и жди их.
     Инь Мин Чжэн вежливо кивнул и повернулся с Ши Цином на руках, чтобы уйти.
     Чжао Мяомяо:
     - ... подожди, подожди! Генерал Инь...
     - А, верно.
     Мужчина оглянулся через плечо. Чжао Мяомяо обрадовалась, подумав, что он передумал. Но Инь Мин Чжэн сказал с невозмутимым лицом:
     - Вызов скорой помощи составляет 1000 звездных монет. Не забудь вернуть мне долг.

Глава 13.

     Ши Цин больше не двигался после того, как Инь Мин Чжэн закончил говорить с Чжао Мяомяо. Он довольно лежал у него на руках.
     Инь Мин Чжэн почувствовал зуд. Он посмотрел вниз и увидел, как юноша виновато потирает место, которое только что ущипнул.
     Он потирал с закрытыми глазами, притворяясь спящим.
     Уголки губ Инь Мин Чжэна непроизвольно выгнулись в улыбке. Он сделал вид, что ничего не заметил, и молча нес его так всю дорогу домой.
     Характер Ши Цина Инь Мин Чжэну было очень легко понять.
     Он был честен и прямолинеен, хотя иногда и разыгрывал свои маленькие планы. Однако он никогда не пытался скрыть свои действия.
     Как и ожидалось, 'спящий' юноша сразу же проснулся после того, как его положили на мягкую кровать. Он перекатился и устроил беспорядок, как будто был новорожденным драконом, демонстрирующим свою чешую. Он скулил и умолял Инь Мин Чжэна, который собирался пойти принять душ, остаться с ним.
     Сегодня Инь Мин Чжэн патрулировал три слоя ограждений во внешней зоне. Основание имело 18 слоев, один поверх другого. Они обеспечивали защиту от низкоуровневых насекомых, которые попадали в ловушку, даже если попадали внутрь.
     Солдаты, патрулирующие там 24 часа в сутки, обнаружили, что там слишком много насекомых, пойманных в ловушку, поэтому они попросили кого-нибудь избавиться от них.
     У Инь Мин Чжэна было странное чувство, что его умственная сила и способности в последнее время стали намного лучше. Он собирался провести эксперимент с использованием этих низкоуровневых насекомых.
     Убивать их было утомительно. Несмотря на то, что он устранял их в ровном постоянном темпе, он все равно вспотел.
     Если бы он жил один, как раньше, он мог бы смириться с этим в течение одной ночи и принять душ на следующее утро. Но теперь в его постели был маленький леопард, который ценил чистоту у себя и у других. Он больше не мог делать так.
     Он мог только уговорить маленького леопарда, который хотел снова заползти на него, отпустить его сейчас.
     Пока мужчина мылся, Ши Цин играл, как маленькая кукла, катаясь по кровати и крича.
     - Поторопись, Мин Чжэн! Я хочу спать!
     - Я голоден! Ты еще не закончил?
     Это был уникальный способ Ши Цин приставать к людям. Он был вполне способен заснуть, как только закроет глаза и возьмет что-нибудь поесть с прикроватного столика, но он настоял на том, чтобы Инь Мин Чжэн сопровождал его, чтобы сделать все эти вещи.
     Инь Мин Чжэн мог только ускориться после того, как услышал его слова. Внезапно он понял, что голос, который вел себя испорчено с тех пор, как они вернулись, теперь затих.
     Мужчина выключил воду. Он собирался выйти после того, как наденет полотенце.
     - Щелк!
     Занавеска перед ним была раздвинута.
     Юноша с прекрасными серебристыми глазами просунул голову внутрь.
     - Мин Чжэн, давай вместе примем душ!
     Инь Мин Чжэн тормозил всего полсекунды, прежде чем сдернуть со стены полотенце, чтобы прикрыться в рекордно короткие сроки.
     Юноша, казалось, был ошеломлен тем, как быстро он отреагировал. Он склонил голову с растерянным выражением лица:
     - Что случилось?
     Мужчина наклонил голову, чтобы скрыть покрасневшие уши. Он почти запинался:
     - Я закончил. Ты, ты можешь идти следующим.
     Он выскочил из ванной в одном полотенце.
     Ши Цин стоял на месте и смотрел на его удаляющуюся фигуру с потерянным выражением.
     [Я готов поспорить, что он использует свои способности. Он бежит слишком быстро.]
     Система не понимала: [Вы уже целовались и обнимались, так почему же он все еще такой?]
     Хотя она могла видеть только мозаику, она могла сложить два и два.
     [Разве ты не видишь? Поцелуи и объятия - это просто способ успокоить меня. Пока ничего серьезного не происходит, он всегда будет искать способ отвергнуть меня.]
     Система: [...]
     Она была потрясена до глубины души.
     Ее удивленный голос был пронзительным: [Он все еще хочет оттолкнуть тебя после того, как вы, ребята, зашли так далеко? Я каждый день терплю все эти мозаики с участием вас двоих! Я читала свои мантры так много раз, что могу читать их даже во сне!]
     [Во-первых, ты не человек, так что ты можешь вспомнить все, даже если видела всего один раз.]
     Система не знала, как реагировать.
     Но она очень быстро снова начала говорить: [...но если он отвергает хозяина, то как насчет значения враждебности ах? Значение враждебности между людьми трудно оценить, 50 и выше - это в основном то, как незнакомцы на улице чувствуют себя друг к другу. Если вы, ребята, расстанетесь и больше не будете делать никаких мозаик, кто знает, когда его враждебность снова вспыхнет в ближайшие несколько лет? Даже если это всего лишь на мгновение, мы все равно будем отвергнуты миром.]
     Ши Цин неторопливо приготовился принять душ. [Тебе недостаточно опустить его до уровня незнакомца, ты настаиваешь на том, чтобы опустить его еще ниже, в зону абсолютной безопасности. Почему бы вам, ребята, не избавить себя от хлопот и просто не назвать это ценностью доброй воли?]
     Система смотрела на мозаику по всему экрану и бормотала: [Начальство установило правила, так что я не могу просто изменить их...]
     [Хозяин, ты уже в таких отношениях с Инь Мин Чжэном. Разве он не боится, что тебе будет грустно, если он тебя отвергнет?]
     [Мне так же грустно, как и твоей мамочке.]
     Ши Цин закончил намыливаться. Он сложил руки вместе, чтобы сделать огромный пузырь: [Смотри, отношения между Инь Мин Чжэном и мной точно такие же, как этот пузырь. Он может выглядеть сияющим и красивым, но на самом деле...]
     Он протянул тонкий белый палец и слегка ткнул в пузырь.
     Пузырь бесшумно лопнул.
     [Если бы я не прилипла к нему, как клей, неужели ты думаешь, что он мог бы обращаться со мной так, как сейчас? Не обманывайся его внешне хорошим и нежным поведением. Его склонность испытывать враждебность по отношению к другим в два-три раза выше, чем у среднего человека.]
     Система была ослеплена мозаикой: [...Тогда что же делать?]
     [Мы просто плывем по течению. А что еще остается делать? Я думал, ты знаешь, что происходит с того момента, как он обманом заставил меня установить сердце на корабле.]
     Система была в недоумении: [Что?]
     [Разве ты не чувствуешь, что его отношение тогда было таким же, как сейчас? Разница лишь в том, что раньше он полностью лгал, а теперь немного искренен.]
     [Хорошо, позволь тебе напомнить. Даже если сейчас он искренен, это только из-за чувства вины и ответственности, которую он чувствует по отношению ко мне. Это та же логика, как если бы ты случайно наступила на хвост котенка на улице, поэтому ты берешь его домой, чтобы ухаживать за ним.]
     Закончив, Ши Цин сделал заключительное замечание удивленным тоном. [Я думал, ты все поняла, потому что была такой тихой последние два дня, но ты была более невинной, чем я ожидал. Что мне делать с такой очаровательной девушкой, как ты?]
     Система: [...]
     Итак, она просто ждала так долго, видела, как хозяин и главный герой сладко взаимодействуют, выдерживала всю мозаику, которая появлялась каждый день, беспокоясь, что хозяин действительно пристрастился к герою.
     Получается, что оба эти человека только играли?
     Ши Цин смыл пену со своего тела. [Эх. Неужели я забыл принести полотенце?]
     У системы был сбой: [Он на самом деле обманывал хозяина, на самом деле обманывает хозяина...]
     Ши Цин: [Тск, не будь таким. Быть обманутым - это не значит остаться в дураках. Мне все равно, пока я могу воспользоваться им в ответ.]
     Система: [Обман хозяина...]
     [Хорошо, хорошо. Возвращайся к чтению своих мантр.]
     Успокоив прозревшую систему, Ши Цин открыл занавеску и сладким голосом позвал:
     - Мин Чжэн, я не взял полотенце.
     Инь Мин Чжэн как раз сушил волосы. Услышав слова юноши, он помедлил, прежде чем встать и найти полотенце. Когда он подошел к ванне, чтобы отдать его, то увидел, что Ши Цин полностью отдернул занавеску и стоит там, улыбаясь.
     Инь Мин Чжэн: '...'
     Отдав полотенце, он тут же отвернулся.
     Затем герой человечества с невозмутимым лицом вышел.
     Но у него не было никакого желания продолжать сушить волосы, когда он сел на кровать.
     Поначалу Инь Мин Чжэн намеревался только успокоить Ши Цина, чтобы тот импульсивно не привел его обратно на корабль.
     На тот раз ему удалось спастись благодаря доверию Ши Цина. Если его вернут обратно, он определенно никогда не сможет вернуться на базу.
     Убийство Ши Цина все еще было лучшим вариантом действий.
     Но Инь Мин Чжэн не мог этого сделать.
     Отношение Ши Цина как невинного ребенка и его чистосердечная уверенность в нем останавливали его руку.
     Однако нежелание Ши Цин оставить его тоже было плохо. Он также не мог оттолкнуть его холодными словами, как сделал это с Чжао Мяомяо. Если бы он сделал это, с личностью Ши Цина, он бы разрыдался, прежде чем вызвать своих подчиненных, чтобы похитить его обратно на корабль. Тогда он, вероятно, будет давить на него несколькими тоннами веса, чтобы заставить его проходить этот сценарий каждый день.
     Хотел он этого или нет, не имело значения. Инь Мин Чжэн и раньше пытался отвергнуть его, и на первый взгляд юноша мог показаться послушным, но в конце концов он всегда находил способ развлечь себя.
     Даже если Инь Мин Чжэн проигнорирует его, он сможет играть целый день.
     Он не мог найти выход.
     Кроме того, он мог бы обмануть Ши Цина с восемнадцатилетием на данный момент, но Ши Цин однажды узнает, ведь он живет на человеческой базе.
     Даже сегодня, поскольку они жили вместе, Ши Цин мог ворваться к нему, когда он принимал душ. Конечно, когда Ши Цин принимал душ, он также мог...
     Воспоминание об этой белой коже промелькнуло у него в голове. И без того красные уши мужчины покраснели еще сильнее. Он беспокойно потер их.
     Это был лишь вопрос времени, когда Ши Цин узнает правду.
     Возможно, он и не будет слишком зол, но было более вероятно, что он будет давить на Инь Мин Чжэна, чтобы пройти через более серьезный сценарий.
     Но в его глазах Ши Цин был просто ребенком...
     Хотя нормальные люди не стали бы проходить через сценарий с ребенком.
     Или проводить рядом с ребенком весь день.
     Они совершенно определенно не будут думать о том, как избавиться от ребенка после того, как сделали почти все то, что они не должны с ними делать.
     Инь Мин Чжэн на мгновение осознал все, сидя на мягкой кровати.
     Он был настоящим подонком.
     Нет!
     Это неправильно!
     Он больше не может так жить. То, что Ши Цин ищет, - это партнер, который может искренне полюбить его в ответ. Инь Мин Чжэн признает, что он не мог этого сделать.
     Единственным вариантом было найти кого-то более подходящего на базе, чтобы занять его место.
     ***
     На следующее утро, когда Ши Цин все еще комфортно спал в постели, Инь Мин Чжэн уже встал.
     - Ши Цин... Ши Цин, пора просыпаться.
     Он мягко и нежно разбудил юношу. Его решимость на мгновение ослабла, когда Ши Цин сонно взглянул на него, протирая глаза, но он быстро пришел в себя.
     - Ты все еще помнишь человека, который сопровождал тебя вчера? Его зовут Чэн Цзюнь.
     Ши Цин покачал головой, его голос был тихим:
     - Я не помню.
     Но в его голове:
     [Я помню! Этот симпатичный мальчик в шляпе! Тот, с большими глазами, задорным носом и солнечной улыбкой, которая была такой застенчивой! Но он слишком молод, как по мне.]
     Инь Мин Чжэн взъерошил волосы юноши и мягко утешил его:
     - Мне нужно отправиться в экспедицию по крайней мере на пять дней. Чэн Цзюнь - мой самый одаренный подчиненный, и он примерно того же возраста, что и ты. Почему бы тебе не пожить с ним немного? Он защитит тебя.
     Вчера он заметил, как странно Чэн Цзюнь смотрел на Ши Цина, но тогда он не придал этому значения. Чэн Цзюнь был сиротой на базе с тех пор, как ему исполнилось десять лет, поэтому для него не было ничего необычного в том, чтобы интересоваться кем-то таким очаровательным и солнечным, как Ши Цин.
     Он был примерно того же возраста, имел хорошую внешность, мощные способности и, похоже, действительно любил Ши Цина. Он был лучшим кандидатом.
     Все еще полусонный Ши Цин послушно кивнул.
     Хотя Инь Мин Чжэн хотел, чтобы тот согласился, его сердце все еще сжалось от того, как быстро юноша кивнул.
     Как он и думал, Ши Цин был еще ребенком. Ему было все равно, кто с ним.
     Умывшись, Инь Мин Чжэн быстро увел Ши Цин к Чэн Цзюню.
     Чэн Цзюнь едва мог сдержать волнение, вызванное этой новостью. Его лицо покраснело, когда он попытался украдкой взглянуть на сонного юношу, державшегося за руку мужчины.
     - Не беспокойтесь, босс! Я обязательно позабочусь о нем! Определенно!
     Инь Мин Чжэн беспокоился, что он будет колебаться из-за непонимания своей позиции. Он кивнул:
     - Хорошо. Я считаю Ши Цина своим младшим братом. Позаботься о нем.
     Брат!
     Глаза Чэн Цзюня загорелись. Он отчаянно закивал:
     - Не волнуйся, не волнуйся! Я обязательно присмотрю за Ши Цином!
     - Иди, Ши Цин.
     Инь Мин Чжэн легонько подтолкнул юношу к Чэн Цзюню:
     - Поиграй немного с Чэн Цзюнем. Покупайте все, что хотите, я уже перевел деньги на твой счет.
     - Мм...
     Ши Цин еще не совсем проснулся, но кивнул.
     Не видя даже следа нерешительности от другого человека, сердце мужчины было несколько горько.
     Это действительно бессердечно.
     Но это могло быть и хорошо. Если бы Ши Цин не думал о нем, он мог бы свободно развивать свои чувства к Чэн Цзюню.
     Инь Мин Чжэн потянул Чэн Цзюня к себе, чтобы дать ему подробный список инструкций:
     - Я уже приготовил еду Ши Цина, только не забудь доставить ее в нужное время. Ночью... вечером он может спать у тебя, но не на одной кровати. Кроме того, он любит играть и гулять на улице, так что не спускай с него глаз. Не дай ему попасть в беду с этими бездельниками, особенно с Ле Ююань.
     Ле Ююань был самым богатым бездельником на базе. Он был тем, кто играл больше всех. Он был самопровозглашенным заклятым врагом Инь Мин Чжэна и человеком, который организовал вечеринку в честь его 'принесения в жертву'.
     Чэн Цзюнь кивал после каждой фразы:
     - Босс, я буду охранять Ши Цина ценой своей жизни! Со мной он в полной безопасности!
     Он только что познакомился с ним, но уже считал себя достаточно близким к Ши Цину, чтобы обращаться к нему по имени.
     Инь Мин Чжэн чувствовал себя несколько неуютно. Он начал подозревать, что выбрал не того человека.
     Рот этого Чэн Цзюня был слишком скользким, он не казался надежным.
     Он начал сомневаться в своем подчиненном, полностью игнорируя тот факт, что всего несколько минут назад хвалил его.
     Каким бы неуверенным он ни был, Инь Мин Чжэн все равно покинул базу со своим отрядом.
     Ему нужно было позволить Ши Цин привыкнуть к жизни без него.
     В первую ночь без маленького леопарда, свернувшегося калачиком в его руках, Инь Мин Чжэн страдал бессонницей.
     На следующий день Инь Мин Чжэн размышлял о своем выборе. Чэн Цзюнь был слишком молод, а Ши Цин - слишком чист. Если они вдвоем сделают что-то возмутительное...
     На третий день из-за недосыпа Инь Мин Чжэн начал выходить из себя. Члены отряда боялись заговорить с ним и спровоцировать своего босса на изрыгание огня, как дракон.
     На четвертый день Инь Мин Чжэн с сосредоточенным лицом уничтожил всех окружающих насекомых и немедленно приказал всем вернуться на базу.
     Босс подталкивал водителя ехать все быстрее и быстрее на обратном пути. С лба водителя капал пот. Он вел машину, как будто это была гоночная машина, и когда вернулся, то рухнул.
     Черт, характер босса с каждым днем становился все более холодным.
     Первым сошел на базу герой человечества. С приставкой для видеоигр, которую он принес с собой, он с головокружительной скоростью зашагал на своих длинных ногах к базе.
     Он должен был убедиться, что с Ши Цином все в порядке.
     Если что-то действительно произошло между ним и Чэн Цзюнем за последние несколько дней...
     Инь Мин Чжэн внезапно замер. Он простоял на месте добрых две-три минуты. Члены отделения позади него тоже были напуганы и стояли позади него. Никто не осмеливался издать ни звука.
     Если бы у них действительно возникли какие-либо чувства, Ши Цину было много лет, будь то во Вселенной или на Земле, он был взрослым, и Мин Чжэн не мог бы вмешаться.
     В этот момент роскошный спортивный автомобиль, который можно было водить только внутри базы, подъехал перед Инь Мин Чжэном и высокомерно посигналил.
     Бип -
     Эта отвратительная красная машина была слишком хорошо знакома Инь Мин Чжэну. Она принадлежала самому высокомерному и с хорошими связями человеку на базе, Ле Ююаню.
     Как и ожидалось, из машины донесся знакомый голос плейбоя:
     - О, генерал Инь вернулся. Давно не виделись.
     У Инь Мин Чжэна не было времени возиться с ним. Он холодно посмотрел на него, прежде чем уйти.
     Но он замер, увидев человека на месте пассажира.
     Его Маленький Принц удобно устроился на переднем сиденье отвратительного красного автомобиля. Он даже радостно помахал Инь Мин Чжэну, как только увидел его.
     - Треск.
     Игровая приставка в руке Инь Мин Чжэна.
     Сломалась.
     Ле Ююань! Ши Цин был всего лишь 50 000-летним ребенком! Как можно лгать ребенку!

     Примечание к части
     Инь Мин Чжэн вернулся домой, а его сокровище нагло похитили! Куда вообще смотрел Чэн Цзюнь?

Глава 14.

     Человек, с которым, по мнению Инь Мин Чжэна, Ши Цин не должен общаться, был Ле Ююань.
     Ле Ююань можно было бы считать самым сильным и богатым бездельником на базе.
     Его отец был лидером одной из фракций, которая обладала реальной властью, и мужчина не боялся испачкать руки в борьбе с насекомыми. Когда насекомые впервые появились, Ле Ююань был в своем бунтарском возрасте. После стольких лет он все еще не повзрослел. Он жил ради вечеринок, и более половины увеселительных заведений на базе были построены им.
     Его уверенность была не только из-за репутации его отца, но и из-за того, что он обладал сверхспособностями, что редко встречается среди таких как он. И это была не слабая сила. Он обладал сильной способностью контролировать огонь.
     К тому же Ле Ююань умел делать деньги. Когда база была впервые построена, он сразу же приобрел гигантский участок земли. Когда началось строительство внутреннего и внешнего жилищ, он заработал много денег. Только когда в обращение начали поступать деньги, начальство базы обнаружило, что он даже богаче некоторых из них.
     У него были деньги, влияние, способности и даже поддержка отца. Жизнь Ле Ююаня протекала довольно счастливо.
     Каждый день он играл с группой бездельников. Даже если насекомые вторгались, для таких людей, как они, это просто означало, что они не могли идти туда, куда хотели. База была достаточно большой, чтобы удовлетворить их.
     Продолжающееся существование нескольких типов игровых консолей также было связано с этими ребятами.
     Инь Мин Чжэн с самого начала был врагом Ле Ююаня.
     Конечно, только Ле Ююань думал об этом именно так.
     Поначалу причина его ненависти к Инь Мин Чжэну была проста. Он едва мог видеться с отцом раз в месяц, и все, что отец делал, это критиковал его за то, что он только играл. Затем Инь Мин Чжэн появился и все время выполнял задания рядом с его отцом. Отец даже хвалил его, безжалостно сравнивая их обоих. Кто бы не возненавидел Инь Мин Чжэна в такой ситуации?
     Он был типичным 'сыном маминой подруги', хотя хвалил его отец.
     Когда они впервые встретились, Инь Мин Чжэн был сосредоточен на повышении своих способностей и защите человечества от расы насекомых. У него не было времени враждовать с этим подростком.
     Именно из-за этого пренебрежения Ле Ююань презирал Инь Мин Чжэна больше, чем кого-либо.
     Если Инь Мин Чжэн и был счастлив, то только он нет. Если Инь Мин Чжэн не счастлив, то он был счастлив.
     Когда он услышал, что Инь Мин Чжэн по глупости пожертвовал собой, Ле Ююань устроил банкет, который продолжался три дня. Если отец не поймал бы его с поличным, когда он вернется, то он смог бы продолжать в том же духе до того дня, когда вернется Инь Мин Чжэн.
     Хотя Инь Мин Чжэн раньше не боялся такого человека, целью жизни которого было доставление ему неприятностей, теперь он беспокоился, что он может запугать Ши Цина, пока его не будет.
     Он всегда старался, чтобы его подчиненные охраняли Ши Цина, куда бы он ни пошел. В конце концов, Ле Ююань все же смог найти лазейку.
     Мужчина все еще стоял перед красной машиной, держа в руках сломанную игровую приставку. Его лицо потемнело. Он проигнорировал самодовольного Ле Ююаня и смотрел прямо на Ши Цина. Он тихо сказал:
     - Ши Цин, слезай.
     - Хорошо.
     Юноша, который был одет в одежду, явно не купленную Инь Мин Чжэном, не чувствовал, что что-то не так. Он послушно начал отстегивать ремень безопасности.
     - Не надо.
     Ле Ююань рассмеялся, держа Ши Цина за руку. Его красивое лицо с вызовом смотрело на Инь Мин Чжэна:
     - Мы с маленьким Ши Цином уже договорились сегодня поиграть вместе. Даже если генерал Инь - старший брат Ши Цина, ты не можешь заставить его нарушить свои обещания, верно?
     Он особенно подчеркнул слово 'старший брат'.
     Его улыбка стала шире, когда лицо Инь Мин Чжэна исказилось еще сильнее:
     - Уже почти пришло время нашей встречи. Мы пойдем, генерал Инь.
     Он помахал рукой и нажал на педаль. Через несколько мгновений он был уже далеко. Ветер развевал крашеные рыжие волосы Ле Ююаня. Инь Мин Чжэн хотел избить его все больше и больше.
     Инопланетный юноша все еще плохо разбирался в происходящем. Он наивно послушал Ле Ююаня и остался в машине. Он даже обернулся, чтобы помахать Инь Мин Чжэну, как это сделал Ле Ююань:
     - Пока, Мин Чжэн.
     Ле Ююань, который в данный момент сидел за рулем, забавлялся тем, что Ши Цин копировал его.
     - Не провоцируй его больше, дорогой, иначе Инь Мин Чжэн разозли...
     - Бум!!!
     В мгновение ока человек, стоявший позади них, оказался перед машиной.
     Громкий шум был вызван тем, что его рука сильно надавила на капот, чтобы заставить машину остановиться.
     Красная спортивная машина беззвучно извергала белый дым.
     Когда Инь Мин Чжэн появился перед машиной, глядя на Ши Цина, он будто испугался, его руки крепко сжали руку Ле Ююаня, в его глазах промелькнул страх.
     Лицо мужчины было нормальным, и тон того, что он сказал, не был ни высоким, ни низким, и его можно было даже назвать мягким:
     - Ши Цин, выйди из машины.
     Ши Цин глупо уставился на мужчину, как будто не знал что делать.
     Этого следовало ожидать. В конце концов, это был первый раз, когда герой человечества продемонстрировал перед ним свою силу.
     Ле Ююань тоже был напуган до полусмерти.
     Инь Мин Чжэн никогда раньше не отвечал на его многочисленные провокации из уважения к его отцу.
     Только теперь он понял, насколько страшным может быть гнев Инь Мин Чжэна.
     Хотя его спина была покрыта холодным потом, он почувствовал жалость, взглянув на Ши Цин, который прижался к нему. Он быстро восстановил свое спокойствие и улыбнулся:
     - Генерал Инь, Ши Цин и я уже договорились. Он уже не маленький ребенок, так что тебе не кажется, что ты слишком властный?
     Он даже повернулся, чтобы спросить ошеломленного Маленького Принца:
     - Верно, малыш Ши Цин?
     Инь Мин Чжэн больше ничего не сказал.
     Он уставился холодными глазами на Ле Ююаня и слегка усилил давление на капот. На глазах у всех в капоте машины, которая и сейчас была ценной, появилась огромная дыра.
     Ле Ююань нервно сглотнул, глядя на эту дыру.
     Это была угроза!
     Это точно угроза!
     Испугается ли он угроз Инь Мин Чжэна?
     Он высокомерно вздернул подбородок:
     - Мои чувства к Ши Цину искренние. Ты ничего не можешь сделать, чтобы помешать мне ухаживать за ним.
     Слово 'ухаживать', казалось, открыло врата ада. Лицо мужчины внезапно стало откровенно демоническим. Без малейшего движения с его стороны раздался еще один громкий шум.
     Передняя часть машины была полностью испарена.
     Ши Цину было лучше, потому что он был пристегнут ремнем безопасности. Он просто наклонился вперед вместе с машиной, но его задница все еще твердо сидела на сиденье.
     Нельзя было сказать такое о Ле Ююане.
     Он не ожидал опасности, так зачем ему пристегиваться? Когда часть машины исчезла, он упал на землю. Он все еще держал в руках руль.
     Ли Ююань несколько раз кувыркнулся вместе с рулем, прежде чем сумел подняться. Он увидел, как мужчина в черной ветровке подошел к сиденью и отстегнул ремень. С этим юноша упал в его объятия.
     Инь Мин Чжэн легко поймал своего Маленького Принца.
     Мужчина нахмурился, почувствовав исходящий от Ши Цина аромат.
     Он никогда не пользовался духами, и Ши Цин тоже.
     Было ясно, кто распылил это на Ши Цин.
     Ле Ююань, было ли это раньше или сейчас, наслаждался качеством жизни выше среднего. Он явно не пользовался дешевыми духами с резким запахом. Все вещи, которые он давал Ши Цин, были дорогими брендами, которые он тщательно выбирал.
     Но от этого легкого и свежего аромата герою человечества стало не по себе.
     Было похоже на то, как если бы самец льва обнаружил, что другие животные пометили его территорию.
     Это была провокация. Если это был бы настоящий лев, то он пошел бы на многое, чтобы разорвать посмевшего осквернить его владения ублюдка в клочья.
     Инь Мин Чжэн не был животным. Он был человеком. Он мог держать себя в руках.
     Поэтому он только взял на руки своего Маленького Принца и свирепо посмотрел на Ле Ююаня, который ругался.
     - Инь Мин Чжэн! Ты действительно разбил мою машину! Не думай, что я, Ле Ююань, боюсь тебя! Сегодня ты заберешь Ши Цина только через мой труп!
     Он испугался, когда глаза Инь Мин Чжэна впились в него без каких-либо эмоций, но в следующую секунду он выпятил грудь:
     - Что? Думаешь, если ты будешь достаточно пристально смотреть на меня, я молча его отпущу? Не думай, что я не знаю, что ты сделал. Что ты сказал Ши Цину? Ты сказал, что он был тебе как брат, верно? Что за брат так обращается со своими родственниками? Я молчал до сих пор, потому что Ши Цин был слишком наивным, чтобы понять, но раз уж ты здесь, я все скажу. Ши Цин, то, что Инь Мин Чжэн сделал с тобой...
     Мужчина вдруг поднял руку.
     Ле Ююань резко закрыл рот.
     Его глаза чуть не вылезли из орбит, когда он замер, глядя на нижнюю часть своего тела.
     Вся база знала, что способности Инь Мин Чжэна проявляются в виде облака черного дыма. Все, к чему он прикоснется, будь то люди или насекомые, в считанные минуты превратится в пепел.
     И теперь самая важная часть его была окружена тонким слоем черного тумана. Казалось, она колеблется и движется, как будто в следующую секунду может коснуться его одежды.
     Один шаг может вызвать сожаление на всю жизнь.
     Ле Ююань не смел пошевелить ни единым мускулом, он даже неглубоко дышал. Это был вопрос, касающийся его счастья на всю оставшуюся жизнь.
     Виновник его дилеммы смотрел на него ледяными глазами. Он крепко держал Ши Цин в своих объятиях и предупредил:
     - Следующего раза не будет.
     Может быть, речь шла о том, как Ле Ююань соблазнил Ши Цина.
     Или его попытки разоблачить ложь Инь Мин Чжэна.
     Мужчина ничего не уточнил.
     Он просто зашагал прочь, крепко прижимая юношу к груди.
     Никто не издал ни звука, включая самого Ле Ююаня.
     Он напряженно смотрел, как рассеивается черный туман после ухода Инь Мин Чжэна. К тому времени, когда он поднял глаза, он мог видеть только уголок черной ветровки, который был пойман ветром.
     ***
     Инь Мин Чжэн молчал всю обратную дорогу. Юноша на его руках, казалось, понял, что он сердится, поэтому не стал болтать о том, чем занимался последние несколько дней.
     Только когда мужчина молча открыл дверь и положил его на кровать, он обнял его за шею и тихо спросил:
     - Ле Ююань сказал, что ты мне солгал. Это правда?
     Инь Мин Чжэн уже собирался снять для него обувь, но, услышав эти слова, остановился.
     - Он сказал, что ты сказал Чэн Цзюню, что я твой брат, потому что не хотел признавать наши отношения. Это правда?
     Он почувствовал что-то в молчании этого человека. Обычно щебечущий как веселая птичка он тихо молчал.
     Инь Мин Чжэн все это время сидел с опущенной головой, поэтому не видел выражения его лица. Только когда капля слез упала на тыльную сторону его ладони, он обнаружил, что Ши Цин плачет.
     - Ши Цин...
     Мужчина поднял голову и беспомощно посмотрел на сидящего перед ним человека. Ему хотелось обнять его, но он не знал, имеет ли он на это право.
     - Ты совсем не хочешь быть моим партнером.
     Уголки глаз инопланетного юноши покраснели. Его слезы продолжали падать на руки Инь Мин Чжэна. Они жгли его сердце, как магма.
     Было больно. Это было горько.
     Боль не давала ему говорить.
     Он хотел сказать, что это не так, но понял, что не может оправдать свои действия.
     Его сердце болело так, словно его сжимала гигантская рука.
     Инь Мин Чжэн никогда раньше не испытывал ничего подобного.
     Он не был дураком.
     Когда он обнаружил, что готов отдать все, чтобы остановить слезы Ши Цина, Инь Мин Чжэн понял, что произошло.
     Он действительно влюбился в Ши Цина.
     Когда эта мысль пришла ему в голову, герой человечества почувствовал несравненную радость в своем сердце.
     Все вдруг стало ясно.
     Ему не нужно было беспокоиться о будущем.
     Все будет хорошо, если он был с Ши Цином.
     - Ши Цин...
     Мужчина протянул слегка дрожащую руку, чтобы вытереть его слезы. Он посмотрел в эти покрасневшие глаза и сказал:
     - Я был неправ. Но уже понял это. Мне...
     - Значит, ты правда мне лгал!
     Рыдающий юноша быстро встал и прижал неподготовленного Инь Мин Чжэна к кровати своим внезапно увеличившимся весом.
     - Хх...
     Инь Мин Чжэн едва мог дышать, так как был раздавлен еще более тяжелым грузом, чем раньше.
     - Ши Цин, послушай меня...
     - Нет! Ты просто лжец!
     Белое лицо Ши Цин исказилось от ярости. Он ударил Инь Мин Чжэна подушкой.
     - Лжец! Лжец!
     Инь Мин Чжэн был полностью подавлен, и его били безо всякой силы. Он мог только попытаться прийти в себя между ударами:
     - Послушай меня, успокойся сначала... Успокойся...
     - Сам успокойся!
     Юноша швырнул подушку ему в лицо.
     - Если ты не хочешь быть со мной, я найду себе другого партнера!
     Он убедился, что ударил подушкой Инь Мин Чжэна в последний раз, прежде чем с раздражением спрыгнуть с него и уйти.
     Инь Мин Чжэн, который наконец выбрался из-под подушки, сказал:
     - Нет, Ши Цин, подожди....
     -Бах!
     Дверь захлопнулась.
     Грудь мужчины болела, когда он садился на кровати. Он сжимал свою ноющую грудь, но было похоже, что он также сжимал свои недавно открытые чувства.
     Внутри он чувствовал себя растерянным и беспомощным.

Глава 15.

     Ле Ююань только позвонил кому-то, чтобы отбуксировали его машину. Он оплакивал свою потерю и мысленно проклинал Инь Мин Чжэна за отсутствие элементарной человеческой порядочности. Как только он собрался вернуться, он увидел, что маленькое сокровище, которое только что у него украли, сердито пришло обратно.
     - Ши Цин!
     Ле Ююань был приятно удивлен. Он поспешил ему навстречу. Как преданный пес, он кружил вокруг Ши Цин, чье лицо было полно негодования:
     - Дорогой, почему ты вернулся?
     Ши Цин схватил его за локоть.
     - Теперь я бездомный. Отведи меня к себе.
     - Хорошо, хорошо!
     Выражение лица Ле Ююаня было таким, словно он внезапно выиграл в лотерею. На его губах появилась сияющая улыбка.
     Когда он впервые услышал, что Инь Мин Чжэн покинул базу и доверил наивного человека, которого он привез, своему подчиненному Чэн Цзюню, Ле Ююань был полон злых намерений. Он хотел привлечь любовника Инь Мин Чжэна на свою сторону и подарить рога Инь Мин Чжэну.
     Он даже придумал, как его обмануть. С помощью денег, конечно.
     Он слышал, что человек не был взрослым и что Инь Мин Чжэн привел его извне. Вероятно, он был неопытен и наивен. Нескольких подарков и ласковых слов должно хватить, чтобы очаровать его.
     В результате Ле Ююань был потрясен, когда впервые встретил Ши Цина. Мужчина, который был крайне неравнодушен к хорошеньким личикам, полностью отказался от всех своих прежних планов. После того, как он осторожно уговорил его встать на свою сторону, он хотел дать Ши Цин все, что у него было, чтобы завоевать расположение красавца.
     Сначала он был расстроен тем, что этот ублюдок Инь Мин Чжэн забрал Ши Цина, но потом его сокровище вернулось само.
     Ле Ююань чувствовал, что прямо сейчас может отправиться на небеса.
     - Когда мы вернемся домой, я построю для тебя парк развлечений и гоночную трассу. Ты ведь любишь играть в видеоигры, верно? Я построю большой игровой центр для тебя одного, и...
     Его взволнованный голос резко оборвался, когда он увидел Инь Мин Чжэна, медленно идущего позади Ши Цин.
     Даже если его тело было невредимо, определенная часть сразу же начала болеть.
     Ши Цин мог догадаться, кто стоит за ним, просто взглянув на застывшее выражение лица Ле Ююаня.
     Инь Мин Чжэн следовал за ним все это время.
     Он все это время пытался объяснить, но юноша просто заткнул уши и проигнорировал его.
     Честно говоря, даже если бы Ши Цин выслушал его, Инь Мин Чжэн все равно не смог бы объяснить.
     Он обманом заставил Ши Цина остаться, злоупотребив его доверием к своему партнеру.
     После этого он попытался снять с себя ответственность, толкнув его к Чэн Цзюню.
     Тогда Инь Мин Чжэн не понимал этого, но после того, как он осознал свои чувства, он понял, что сам бы не вынес того, если бы Ши Цин сделал то же самое с ним.
     При одной мысли об этом у него заныло сердце. Инь Мин Чжэн ясно осознал, как далеко он зашел раньше.
     Ши Цин не хотел ни слушать его объяснения, ни возвращаться домой вместе с ним. Но если бы Инь Мин Чжэн действительно захотел, он мог бы силой отнести юношу домой.
     Хотя Ши Цин определенно не был ему ровней, если бы они должны были сражаться, как Инь Мин Чжэн мог использовать силу против него? Вот почему он мог вести себя только как собака, которую бросил хозяин, и спокойно сопровождать юношу всю дорогу сюда.
     Ши Цин сейчас эмоционально нестабилен, и он беспокоится, что что-то может случится с ним в дороге.
     Он был эскортом, и Ле Ююань не осмелился забрать Ши Цина, увидев его.
     Увидев, что Ши Цин все еще бессознательно тянет его за руку, у Ле Ююаня волосы встали дыбом, и он внимательно посмотрел на человека в черном плаще позади Ши Цина.
     Если бы глаза могли превратиться в ножи, холодный свет в глазах Инь Мин Чжэна уже превратил бы его в фарш.
     Хотя он и не хотел изображать покорность, глаза Инь Мин Чжэна действительно были слишком пугающими. Ради своего счастья в оставшейся жизни Ле Ююань нервно сглотнул и предложил слабое напоминание:
     - Дорогой мой, оглянись.
     - Не обращай на него внимания, - юноша все еще злился. Он крепче сжал руку Ле Ююаня, - я его не боюсь, пойдем!
     Ле Ююань: '...'
     Дорогой, может, ты и не боишься его, но я боюсь!
     Видя, что он все еще не двигается, юноша как-то странно посмотрел на него. Его ясные серебристые глаза были полны сомнений:
     - Почему ты не идешь?
     Лицо, ясное и прекрасное, как чистый родник, было так близко от него. Ле Ююань чувствовал себя так, словно только что выпил освежающе холодную бутылку воды летом. Все его тело чувствовало себя комфортно.
     Его спина выпрямилась, плечи расправились. Инь Мин Чжэн уже не выглядел таким страшным, как раньше.
     Инь Мин Чжэн стоял позади, наблюдая, как Ши Цин тянет за руку того парня по фамилии Ле, который, казалось, получил новую дозу самоуверенности, пока они постепенно не исчезли из его поля зрения.
     Свет в глазах мужчины на мгновение потускнел. Вскоре выражение его лица вернулось к своей обычной холодности. Он молча последовал за ним.
     Ле Ююань держал правой рукой красивого молодого человека, а за ними следовал герой человечества Инь Мин Чжэн.
     Поначалу он дрожал, потому что чувствовал себя так, словно его преследует самец льва, чью территорию он нагло занимает. Но, проходя мимо, он заметил удивленные взгляды прохожих, и его подбородок постепенно поднялся.
     На что ты смотришь? Ты что, никогда не видел красавца в его руках, а позади злобного пса?
     Ши Цин был тем, кто хотел последовать за ним, так что же мог сделать Инь Мин Чжэн, даже если он был недоволен этим? Ха!
     Этот молодой господин* действительно был самым красивым в мире!
     Ле Юйюань постепенно становился все более и более высокомерным.
     Он даже самонадеянно вернулся к своему обычному заигрывающему тону. Повысив голос, он спросил юношу, стоявшего рядом:
     - Дорогой, можно я положу руку тебе на талию?
     Ши Цин:
     - Конечно.
     Ле Ююань: ха-ха-ха-ха, я так счастлив.
     Он потянулся к тонкой талии юноши, но тут почувствовал, как обжигающий жар прошел мимо его руки.
     Что?
     Ле Ююань подумал, что это странно, и поднял руку, чтобы проверить. Затем на его глазах кольцо, которое он носил на среднем пальце, поглотилось черным туманом и исчезло.
     Можно было сделать вывод, что если владелец черного тумана подумает об этом, его пальцы тоже могут исчезнуть.
     Ле Ююань: '...'
     Он медленно и напряженно повернул голову. Он просто случайно встретился взглядом с Инь Мин Чжэном.
     Герой человечества, который обычно был спокойным, легким в общении и не хотел использовать свою личность, чтобы причинить неприятности другим, сейчас не имел никакого выражения на лице. Над его ладонью сгустился черный туман.
     Ле Ююань: '...'
     Юноша, остановившийся рядом с ним, еще не понял, что что-то не так. Он даже спросил легким голосом, увидев, что тот остановился:
     - Что случилось? Разве ты не хотел положить руку мне на талию?
     - Нет-нет, на улице действительно жарко. Слишком жарко, чтобы держать тебя за талию.
     Ле Ююань быстро отвернулся от Инь Мин Чжэна. Осторожно высвобождая руку из хватки Ши Цина, он улыбался, уговаривая его:
     - Дорогой, давай все-таки не будем прикасаться друг к другу. Погода слишком жаркая.
     - О.
     Ши Цин послушно отпустил его.
     Ле Ююань почувствовал облегчение. Он слегка повернулся и увидел, что Инь Мин Чжэн все еще следует за ним, как призрак, не говоря ни слова. Он раздраженно стиснул зубы.
     Он не боялся Инь Мин Чжэна.
     Это было просто из уважения к его Ши Цину! Уважения!
     Как бы то ни было, Ши Цин последовал к нему домой по собственной воле. Инь Мин Чжэн не мог вломиться, верно?
     Просто подождите, даже если он не может победить Инь Мин Чжэна в честном бою, его способность очаровывать людей намного лучше, чем у этого старика.
     Ши Цин обязательно решит остаться с ним!
     ***
     Юноша, которого привел генерал Инь, отправился погостить в дом Ле Ююаня.
     Новость быстро распространилась по всей базе.
     Услышав о его возвращении, Чэн Цзюнь сразу же пришел просить прощения, низко опустив голову. Симпатичный молодой человек чуть не заплакал от чувства вины:
     - Прости, босс. Я просто не следил за Ши Цином всего лишь час, а этот Ле Ююань подошел и уговорил его уйти. Я хотел вернуть его, но Ши Цину понравилось играть с ним. Я мог только следовать за ними повсюду...
     - Все в порядке.
     Глаза Инь Мин Чжэна были темными, но его тон был спокойным:
     - Я уже проверил все. В то время Ле Ююань специально послал кого-то, чтобы причинить неприятности. Он пытался заманить тебя в ловушку. Даже если ты на это не купился бы, у него были и другие планы.
     Чэн Цзюнь был ошеломлен тем, что Ле Ююань все это спланировал. Затем он стиснул зубы:
     - Значит, он сделал это нарочно! Босс, он всегда искал проблемы с тобой. Он, должно быть, думает использовать Ши Цина для какого-то гнусного плана. Вы должны быстро вернуть его.
     Чэн Цзюнь не осмелился ничего сказать о том, как он мог бы искупить свою вину, вернув Ши Цина.
     Это прекрасно, если он просто имеет дело с Ле Ююанем, но Чэн Цзюнь ничего не мог сделать против юноши, который умел вести себя кокетливо, чтобы добиться своего.
     С самого начала ему нравился Ши Цин, так как же он мог устоять?
     Но босс определенно может это сделать!
     Инь Мин Чжэн взглянул на своего подчиненного, который смотрел на него глазами, полными доверия. Он отпустил его взмахом руки.
     Твой босс не может этого сделать.
     Твой босс тоже слаб по отношению к нему.
     Ши Цин ясно дал понять, что действительно зол на него. Сколько бы он ни извинялся и ни ходил за ним по пятам, он отказывался простить его. Он также намеренно прилипал к Ле Ююаню, как клей, каждый день. Они уже играли почти везде по всей базе.
     Инь Мин Чжэн едва мог притвориться, что все в порядке.
     Но на сердце у него было горько.
     Что может быть трагичнее, чем узнать, что ты любишь кого-то, только чтобы обидеть его за секунду до этого, что заставило его игнорировать тебя и искать утешения у другого мужчины?
     Инь Мин Чжэн считал себя человеком гетеросексуальным и был предан своей работе почти 30 лет. Он даже не мог придумать, как убедить Ши Цина дать ему еще один шанс.
     Единственный способ, который он мог придумать, чтобы справиться с этой проблемой, - это действовать в качестве телохранителя, когда Ле Ююань и Ши Цин были вместе.
     Но как бы он ни старался, Ши Цин даже не удостоил его взглядом.
     Инь Мин Чжэн вздохнул.
     На сердце у него было горько.
     Он страдал, но Ле Ююань страдал еще больше.
     Инь Мин Чжэн ничего не сделал бы Ши Цину, но он не оказал этой любезности своему сопернику.
     Он преследовал их весь день, как сталкер, и просто использовал свой строгий взгляд, чтобы следить за ним все время. Ле Ююань даже не осмелился прикоснуться к юноше, опасаясь, что это действие приведет к будущему без рук.
     Что может быть более горьким, чем способность только смотреть, но не есть?
     ***
     Самым счастливым во всем этом был Ши Цин.
     Он играл с разными забавными предметами, и он все еще был в состоянии прогуляться и купить все, что он хотел. Каждый день он переодевался в новый наряд, который не понравился бы Инь Мин Чжэну. Пока он говорил об этом Ле Ююаню, он мог получить все, что попросит. Ле Ююань всегда был щедрым парнем. Даже если он попросит у него экскурсию в Императорский Дворец, Ле Ююань найдет способ построить его.
     Плюс значение враждебности быстро падало.
     Люди действительно были такими.
     Значение враждебности упрямо отказывалось снижаться, пока он вел себя мило рядом с ним.
     Когда он убежал из дома, значение быстро упало.
     Ши Цин жил в самой большой и роскошной из комнат. Пол был покрыт пушистым белым ковром. Солнечный свет лился сквозь окно, занимавшее всю стену. Вокруг было разбросано несколько изысканных подушек. Во второй половине дня юноша всегда был одет в просторную рубашку, пока дремал на ковре.
     Пока он бодрствовал, ему нравилось потягиваться, как котенку, прежде чем удобно перекатиться.
     Он все больше и больше походил на любимого всеми Маленького Принца.
     Сегодня Ши Цин тоже счастливо катался. Он наслаждался приятным ощущением мягкого ковра на своей коже. Система, которая тоже была в экстазе, сказала:
     [Динь! Значение враждебности Инь Мин Чжэна: 15/100]
     Как обычно, он немного снизился.
     С этим уведомлением Ши Цин понял, что Инь Мин Чжэн снова подглядывает за ним.
     Юноша повернулся к окну и прищурился от обильного солнечного света. Он поднял воротник рубашки и понюхал ее. На его красивом белом лице появилось довольное выражение.
     Он даже потерся лицом об ткань.
     Инь Мин Чжэн увидел такую картину из соседнего здания в бинокль.
     -- Бум!
     Казалось, раздался громкий взрыв в голове мужчины. Его уши пылали красным.
     Огромная рубашка, которая была на юноше, принадлежала ему.
     Ши Цин любил носить большую одежду, особенно рубашки Инь Мин Чжэна дома и пальто на улице.
     Он надел эту рубашку перед тем, как уйти из дома.
     Естественно, он не проявлял привязанность к рубашке.
     Его действия были направлены на её истинного владельца.
     Инь Мин Чжэну пришлось некоторое время отвлечься, прежде чем его кровь перестала кипеть. Он продолжал жадно рассматривать в бинокль юношу.
     Чтобы помешать Ле Ююаню сделать что-то с его Маленьким Принцем, Инь Мин Чжэн, человек, который никогда раньше не заботился о том, где он живет, купил дом рядом с особняком Ле Ююаня.
     Его сильного слуха и интуиции было достаточно, чтобы следить и наказывать Ле Ююаня по мере необходимости 24 часа в сутки.
     Даже когда он был на задании, были и другие добровольцы, помогающие ему в этом.
     Они также хотели убедиться, что их будущая невестка не будет запутана таким развратником, как Ле Ююань.
     Ле Ююань вынужден был признать свое поражение.
     С этим парнем просто не поспоришь.
     С тех пор как Ши Цин переехал сюда, он постоянно находился под гнетущим наблюдением Инь Мин Чжэна. Прежде чем лечь спать, он всегда беспокоился о том, что Инь Мин Чжэн может сорваться и прийти к нему ночью.
     Возможно, они и жили в одном доме, но он не осмеливался войти в комнату Ши Цина.
     В конце концов, когда он в последний раз пытался туда попасть, под ногами у него вдруг образовался большой слой тумана.
     Он видит, но не может съесть, есть ли что-нибудь хуже этого?
     Ле Ююань ничего не мог с собой поделать: когда его обычная компания встретились, как обычно, он разразился гневной речью после того, как они выпили два бокала вина.
     Его друзья, которые слушали, было исполнены праведного негодования, а затем осудили Инь Мин Чжэна за то, что он долгое время вел себя так. На сердце у Ле Ююаня потеплело. Он поднял свой бокал и поставил его на стол:
     - Есть ли здесь кто-нибудь, кто мог бы подсказать мне, как с ним справиться? Я был бы благодарен всю жизнь!
     Его 'друзья', которые только что жадно высказывались, все замолчали.
     Они говорили об Инь Мин Чжэне. У кого хватило смелости спровоцировать его?
     Раньше они устраивали вечеринку только потому, что думали, что он мертв.
     Теперь этот человек был на 100% жив и здоров. Он мог легко уничтожить тех, кто раздражал его одним движением.
     Ле Ююань сказал в тихой комнате:
     - ...Большое спасибо, ребята.
     Какие хорошие друзья.
     Он вышел наружу один. Пока он осушал бутылку вина, чтобы заглушить свою печаль, к нему подбежал парень с подозрительными глазами.
     - Брат Ле, меня есть план.
     Увидев, что Ле Ююань заинтересовался, он лукаво улыбнулся и сунул ему в руки пакетик:
     - Этот препарат был создан из мутировавших растений. Люди, которые принимают его, испытывают невыносимое ощущение во всем теле, пока не делают сам знаешь что. Если ты отдашь это тому парню, он сделает все, что ты захочешь.
     Ле Ююань посмотрел на пакетик. Он улыбнулся и поманил парня к себе.
     Парень нетерпеливо подошел.
     Человек, который только что улыбался, за долю секунды изменил выражение лица и ударил его по лицу.
     - Ты просто зверь! Лао Цзы не сделает такое дерьмо. Убирайся на хрен с моих глаз!
     Парень на несколько секунд потерял сознание. Увидев, что Ле Ююань собирается хорошенько его избить, он поспешил прикрыть лицо и убежать.
     Ле Ююань впился взглядом в пакетик, упавший на землю. Он несколько раз яростно наступил на него, прежде чем уйти. Как он мог поступить так отвратительно с его любимым?
     После того, как он ушел, Чжао Мяомяо, которая пряталась за ближайшей колонной, подошла и подняла его.
     ***
     Один из подчиненных Инь Мин Чжэна, который вызвался защищать Ши Цина, связался с боссом со срочными новостями.
     Человек, который только что предпринял следующий шаг против насекомых, нахмурился:
     - Ты уверен в этом?
     - Да, - подчиненный ответил быстро и спокойно, - мы проверяем всю еду вокруг молодого мастера Ши Цина, включая и еду Ле Ююаня. Бутылка вина, которую Ле Ююань принес сегодня, показала реакцию. Она была отравлена.
     Мужчина внезапно поднялся. Прежде чем люди вокруг него успели отреагировать, он уже исчез.
     На вилле Ле Ююань как раз собирался радостно открыть бутылку вина, которую он принес из бара. Рядом с ним сидел закутанный в одеяла юноша и смотрел телевизор.
     Увидев, что он пьет вино, Ши Цин сказал:
     - Я тоже хочу.
     - Ты еще несовершеннолетний, так что не можешь. Я возьму тебя с собой, чтобы повеселиться, когда ты подрастешь.
     После того, как Ле Ююань закончил говорить, он странно посмотрел на деревянную пробку:
     - Почему это вино выглядит так, как будто его уже открывали раньше?
     Ладно, забудь об этом.
     Его это не волновало. Он налил немного в бокал.
     Он несколько раз покрутил его в руке, прежде чем сделать глоток.
     - Бум.
     Дверь распахнулась.
     Ле Ююань все еще держал стакан поднесенным к губам, когда встретился взглядом с мужчиной.
     Ши Цин, сидевший на диване, ничуть не удивился. Однако он был довольно раздражен:
     - Что ты здесь делаешь?!
     Инь Мин Чжэн расслабился, увидев, что только Ле Ююань держит в руке бокал вина. Его глаза потемнели, когда он услышал злой тон юноши.
     - Я...
     Его взгляд упал на Ле Ююаня, который все еще держал бокал вина. Свет в его глазах быстро стал ярче.
     Герой человечества шагнул вперед, сосредоточившись на бокале в руке Ле Ююаня:
     - Ты его выпил?
     Ле Ююань:
     - ...Нет.
     К нему также вернулось самообладание. Похоже, Инь Мин Чжэн был здесь не для того, чтобы убить его. Осознание этого придало ему внезапный прилив смелости:
     - Подожди, генерал Инь, что это за неожиданный визит сегодня? Ты следишь за Ши Цином? Ты пришел сюда в такой спешке, чтобы спросить, не пью ли я, потому что боишься, что я потом сделаю что-нибудь опрометчивое?
     Инь Мин Чжэн холодно смотрел на него, пока Ле Ююань снова не сдулся. Он сознательно заткнулся и перестал шевелить губами.
     Ле Ююань боялся его, но Ши Цин - нет.
     Юноша приподнял одеяло и встал на пол босиком. Он решительно направился к мужчине.
     Он был на голову ниже Инь Мин Чжэна. Независимо от того, насколько агрессивно он себя вел, ему нужно было поднимать голову, и при этом он был похож на рассерженного маленького пингвина:
     - Ты шпионил за мной!
     Взгляд Инь Мин Чжэна, похожий на айсберг, растаял сразу же после того, как он посмотрел на него. Он отрицал, даже не думая:
     - Нет.
     - Тогда почему ты вдруг пришел?!
     Ши Цин почувствовал, что его шея болит от постоянного взгляда вверх, поэтому он сразу же закричал на мужчину:
     - Почему ты такой высокий! Весело видеть, как я смотрю на тебя снизу вверх?!
     Мужчина, стоявший на том же этаже, что и юноша, молча сел на диван, чтобы Ши Цин мог смотреть на него сверху вниз.
     Ши Цин с удовлетворением посмотрел на Инь Мин Чжэна, но затем свирепо продолжал допрос:
     - Ты следил за мной?
     - Нет, - сказал Инь Мин Чжэн низким голосом.
     Он не думал, что то, что он делал, можно считать слежкой.
     Скорее это можно было назвать защитой.
     Ле Ююань с ликованием наблюдал, как Инь Мин Чжэн превращается из свирепого льва в побитую собаку. Он радостно разжег пламя конфликта:
     - Дорогой, не верь ему так легко. Этот старик очень хитер. Должна же быть причина, по которой он так внезапно ворвался. Он не может прийти просто потому, что скучал по тебе.
     Инь Мин Чжэн даже не взглянул на Ле Ююаня. Он просто сидел на диване и смотрел на рассерженного юношу.
     - Да, я скучаю по тебе.
     Сердитое выражение на лице Ши Цина на секунду исчезло, а затем он фыркнул. Хотя он явно хотел сделать вид, что сердится, его тон стал мягче:
     - Это естественно, что ты думаешь о таком как я. Так ты действительно не следил за мной?
     Инь Мин Чжэн упивался видом довольного юноши, стоявшего перед ним. Не было никакой необходимости думать об ответе:
     - Я действительно не следил.
     - Пф, - Ле Ююань был недоволен, поскольку атмосфера между ними постепенно становилась двусмысленной, - он может выглядеть серьезным, но его рот скользкий, как рыба. Ши Цин, ты не должен быть одурачен его поступком.
     С этими словами он поднес бокал ко рту.
     Инь Мин Чжэн внезапно обернулся и сказал:
     - Подожди!
     Ле Ююань вздрогнул. Затем он вспомнил, что Инь Мин Чжэн, вероятно, ничего ему не сделает, пока Ши Цин здесь. Он снова осмелел:
     - Что именно ты пытаешься сделать? О, понятно...
     Все тело Инь Мин Чжэна напряглось.
     Черт.
     Он только что уверял Ши Цин, что за ним не следили.
     Как он должен был теперь это объяснить?
     Однако-
     Ле Ююань:
     - Ты не мог видеть, как Ши Цин живет со мной, поэтому ты пытаешься убить меня ядом? Ты испортил это вино, не так ли?!
     Молодой человек вспомнил драматический сериал о междоусобицах в императорском дворце, который он смотрел раньше. Чем больше он думал об этой теории, тем больше в этом было смысла. Ведь были случаи отравления людей из-за борьбы за власть и деньги на базе:
     - Вот почему мне показалось, что бутылку открывали раньше. Смотри, Ши Цин! Этот старик такой злой!
     Инь Мин Чжэн: '...'
     Он встретил скептический взгляд Ши Цина.
     Прежнее счастливое выражение лица Ши Цин исчезло. Его глаза заслезились, когда он посмотрел на мужчину:
     - Ты снова солгал мне!
     Герой человечества почувствовал, как его голова опустела, когда он увидел его слезы.
     С другой стороны, Ле Ююань все еще самодовольно держал бокал:
     - Если я возьму это вино на пробу, все станет ясно. Рядом с моим домом есть лаборатория. Подожди немного, Ши Цин. Я быстро вернусь с доказательствами!
     Он уже собирался выйти с бокалом вина, когда сказал это. Не успел он сделать и шага, как человек, внезапно вскочивший, выхватил бокал из рук.
     Ле Ююань усмехнулся:
     - Нет никакого смысла воровать его. Чем больше ты так себя ведешь, тем более виноватым выглядишь! Я принесу тестовый набор сюда, если понадобится!
     Ши Цин наблюдал за происходящим. У Инь Мин Чжэна не было времени на раздумья.
     Если бы он сказал, что вино не было отравлено или что его отравил кто-то другой, это было бы все равно что назвать себя лжецом, подтверждая наличие слежки.
     Если бы он позволил Ле Ююаню проверить бокал и там оказался препарат, он все равно не смог бы никого убедить в своей невиновности.
     В его голове осталась только одна мысль.
     Он не мог позволить Ши Цин неправильно понять его.
     В следующую секунду Инь Мин Чжэн выпил весь бокал.
     Глоток, глоток.
     Он выпил все до последней капли вина с препаратом.
     Закончив, он бросил стакан в сторону ошеломленного Ле Ююаня.
     Голос героя человечества был низким и ровным:
     - Я доказал, что он не был отравлен.

     Примечание к части
     *Ле Ююань говорит о себе.
     Ух, эта глава была длинной. Удачных выходных~~

Глава 16.

     Ле Ююань тупо уставился на пустой бокал.
     - Ты, ты...
     Его пальцы дрожали, когда он указал на Инь Мин Чжэна. Он почти не мог удержаться от ругательств.
     Дело не в том, что ему не хватало словарного запаса. Он просто боялся, что Инь Мин Чжэн будет спровоцирован и может сорваться, если он будет слишком много ругаться.
     Пока Ле Ююань раздумывал, ругать его прямо сейчас или нет, человек, опрокинувший бокал вина, решительно сел. Он явно не собирался уходить в ближайшее время.
     Он такой властный!!!
     Ле Ююань открыл рот, чтобы прогнать незваного гостя.
     Один холодный взгляд от человека на диване заставил его замолчать.
     Инь Мин Чжэн спокойно сидел на диване, словно он тут хозяин дома.
     - Мне нужно кое-что сказать Ши Цину.
     Другими словами, убирайся отсюда.
     Ле Ююань очень хотел бы сказать что-то вроде 'если у тебя есть что сказать, просто скажи это'. Если это так важно, он просто заткнет уши.
     Однако он чувствовал, что в человеке, стоявшем перед ним, что-то не так. В эти дни он много раз провоцировал этого человека с помощью Ши Цина, но это был первый раз, когда такое выражение было на лице Инь Мин Чжэна.
     Он выглядел так, словно если Ле Ююань не уйдет прямо сейчас, то человек, который никогда раньше не инициировал конфликт, покажет ему, почему у цветов бывает кроваво-красный цвет.
     Хотя Ле Ююань был бунтарем, его способность зарабатывать так много денег и занимать такое высокое положение доказала, что он не так глуп, как кажется.
     Поэтому, как бы ему ни хотелось, Ле Ююань мог только покинуть виллу с грустным лицом, дав Ши Цину отеческие советы вроде 'позвони мне, если что-то пойдет не так' и 'не бойся его, я тебя поддержу'.
     Ши Цин молчал, пока Инь Мин Чжэн пил красное вино. Он вернулся на диван и свернулся калачиком под своим маленьким одеялом.
     Он только тихо фыркнул, когда Инь Мин Чжэн прогнал постороннего человека и еще сильнее вжался в диван.
     - Ши Цин.
     Инь Мин Чжэн увидел юношу, свернувшегося в шарик, как маленький котенок под одеялом. Заметив его пристальный взгляд, Ши Цин тут же отвернулся и закрыл лицо руками.
     Выражение его лица смягчилось. Он подошел ближе и притянул его в объятия. Только когда он почувствовал, что Ши Цин не проявляет никаких признаков сопротивления, его сердце, которое было подвешено в воздухе, упало.
     - Я лгал тебе раньше, я виноват в этом.
     Ши Цин снова усмехнулся. Но поскольку его внешность была мягкой, он выглядел скорее кокетливым, чем сердитым.
     Рука Инь Мин Чжэна легла на одеяло, и ему показалось, что он чувствует под ним мягкий живот юноши. Его сердце невольно смягчилось.
     Его голос звучал успокаивающе, словно он уговаривал маленького ребенка:
     - Я никогда не сделаю этого снова, ты можешь меня простить? Обещаю, что больше не буду обманывать тебя, и всегда буду с тобой, как твой партнер, хорошо?
     Ши Цин снова фыркнул:
     - Я подумаю над этим.
     Всего лишь мгновение назад он все еще слегка сопротивлялся напору мужчины, но сейчас перестал отталкивать его.
     Очевидно, у маленького парня были тяжелые слова, но на самом деле он смягчился.
     Сердце Инь Мин Чжэн стало мягче.
     - Тогда возвращайся со мной. Будет проблемно, если ты останешься здесь жить.
     Человек, который никогда не говорил плохо о других за их спиной, изменил свои правила, когда речь зашла о его сопернике, и сказал с невозмутимым лицом:
     - Ле Ююань все это время было неудобно играть. Ему было трудно привести домой своих партнеров.
     Ши Цин никак не отреагировала на это. Он с самого начала знал, кто такой Ле Ююань.
     Он был заключен в объятия Инь Мин Чжэна. Ши Цин играл с его большими руками, слушая речь. Он помассировал мозоли мужчины своими нежными пальцами.
     Это было похоже на то, что он прежде делал, когда они вместе смотрели телевизор дома.
     Пока они находились в состоянии мирного сосуществования, мужчина вдруг замер.
     Он почувствовал прилив жара, поднимающегося изнутри его тела и распространяющегося на все части тела.
     Особенно теперь, когда Ши Цин был в его объятиях. Первоначальные маленькие искры расцветали в адское пламя.
     Зрение Инь Мин Чжэна постепенно затуманивалось, но его воля все еще оставалась непоколебимой.
     Именно потому, что его разум был трезв, его тело сгорало.
     Ши Цин был в его объятиях.
     Его Ши Цин.
     Человек, который ему нравится.
     Мужчина все сильнее сжимал юношу в объятиях, словно гигантский питон, готовящийся сжать свою жертву до смерти.
     Мозг питона начал терять всякую рациональность, но его подсознание уже не удовлетворялось простым окружением добычи. Он хотел, чтобы жертва знала о его аппетите.
     Система уставилась на Инь Мин Чжэна, чье лицо было красным, а глаза затуманенными. Она смотрела, как его длинные пальцы начали расстегивать пуговицы на манжетах Ши Цина. Она тут же выдала предупреждение: [Хозяин! Он хочет...]
     [Я знаю. Хе-хе.]
     Смех Ши Цин был почти неприличным. Он повернулся и умело увеличил свой вес. Его тонкие запястья ощупали диван и сумели найти галстук.
     В конце концов, этот галстук связал запястья Инь Мин Чжэна вместе.
     Ши Цин тоже очень неторопливо завязал его бантом.
     Все это время Инь Мин Чжэн оставался неподвижным с красным лицом, наблюдая за тем, что Ши Цин делает.
     Ши Цин поддразнил его:
     - Ты же знаешь, что я связываю тебя, верно? Ты не боишься?
     У Инь Мин Чжэна закружилась голова. Его обычное самообладание исчезло. Он мог только смотреть на него, слегка краснея. Он даже покорно кивнул.
     Его низкий голос ответил медленно и неопределенно:
     - Я не боюсь. В конце концов, это Ши Цин.
     Ши Цин запечатлел поцелуй на его щеке.
     Он твердо держал под контролем человека, который смотрел на него ласковыми глазами. Ши Цин прижался лицом к рубашке и почувствовал под ней долгожданную упругость.
     [Маленькая Система, теперь ты можешь пойти и прочитать свои мантры.]
     Система: [...]
     Она стояла перед своим экраном, полном мозаики.
     Все в порядке.
     До тех пор, пока над хозяином не издеваются.
     Но почему это выглядит так, как будто хозяин издевается над кем-то?
     ***
     Когда Инь Мин Чжэн проснулся, его талия и ноги немного болели. По его рукам бегали булавки и иголки.
     Он хотел было поднять руку, но обнаружил, что оба его запястья связаны.
     Инь Мин Чжэн: '?'
     Он с большим трудом опустил глаза, чтобы увидеть спутанные мягкие волосы Ши Цина.
     Мальчик лежал на нем, прижавшись лицом к сердцу мужчины.
     -- Со всем своим немалым весом, давящим на него.
     Неудивительно, что ему было трудно дышать.
     - Ты проснулся.
     Почувствовав его движения, Ши Цин поднял глаза. Он подался вперед и, вытянув тонкие белые пальцы, ткнул кончиками пальцев в красивое лицо мужчины.
     Инь Мин Чжэн наконец понял, что произошло, когда его память вернулась к нему по частям.
     Честно говоря, когда он почувствовал действие наркотика, он подумал о том, чтобы завершить их отношения с Ши Цин.
     Но он потерял сознание сразу после того, как начал. О том, что произошло потом, можно было только догадываться.
     Более того, Ши Цин был занят, проходя с ним через последовательность в течение последних двух часов.
     Инь Мин Чжэн пошевелил губами. Ему показалось, что весь рот слегка распух.
     Должен ли он радоваться, что Ши Цин больше ничего не знал? Даже если Инь Мин Чжэн был полностью подавлен, они не зашли так далеко всего за два часа.
     Хотя движения процедуры были немного сложнее, чем обычно.
     И к этой процедуре добавилось несколько дополнительных шагов.
     Кроме того, король механической расы наконец-то успел детально изучить строение человека, что привело к полному подавлению Инь Мин Чжэна, который был одурманен наркотиками. Он решил похоронить тот факт, что достиг освобождения без чьей-либо помощи, глубоко в своем разуме.
     Это было слишком унизительно.
     К счастью, только Ши Цин был свидетелем его унижения.
     Мужчина изо всех сил пытался использовать свою способность развязать руки. Поскольку они были связаны так долго, конечности онемели и немного дрожали.
     Инь Мин Чжэн осторожно обнял лежащего на нем Ши Цина своими трясущимися руками.
     - Ты поедешь со мной домой, хорошо?
     - Ты сказал, что я твой брат.
     Сказав эту фразу, юноша с несчастным видом поднял голову. Он посмотрел прямо в глаза Инь Мин Чжэну:
     - Человеческие братья не могут стать партнерами.
     - Я был неправ. Ты мне не брат, а партнер.
     Инь Мин Чжэн опустил голову и нежно поцеловал дрожащие ресницы молодого человека:
     - Давай поженимся, чтобы вся база знала, что ты мой партнер, хорошо?
     - Ладно.
     Ши Цин радостно согласился, но вскоре снова сдулся:
     - Я слышал, что человеческие мужчины не могут жениться?
     Инь Мин Чжэн успокаивал юношу, чувствуя боль в пояснице. Он сделал в своем сердце пометку отплатить Ле Ююаню за это.
     Как и следовало ожидать, волки вроде него были амбициозны. Иначе зачем бы он стал рассказывать Ши Цин о таких вещах?
     Он крепче сжал руку молодого человека, как будто боялся, что в противном случае человек в его объятиях убежит.
     - Все будет хорошо, - тихо пообещал он, - все желания Ши Цина будут выполнены.
     В любом случае пора этой базе измениться.

Глава 17.

     Проницательные люди на базе начинали чувствовать, что что-то не так.
     Инь Мин Чжэн, который до этого сосредоточился только на борьбе с насекомыми, стал все больше и больше участвовать в делах базы.
     Никто не мог придумать причину, чтобы остановить его.
     В конце концов, он был генералом, который был одним из самых влиятельных людей на базе.
     Пока Инь Мин Чжэн хотел, его авторитета было достаточно, чтобы участвовать в любом деле.
     Просто раньше его интересовали только сражения с насекомыми, поэтому он никогда не принимал участия в остальных делах.
     Теперь герой человечества, который никогда не боролся за славу и богатство, начал вовлекать себя в дела базы.
     Руководство базы постепенно менялись.
     Честные люди были рады приветствовать таких же принципиальных людей.
     Те, кто был беспринципен или виновен, могли только бояться.
     Со временем по базе поползли слухи.
     Такие вещи, как то, как Инь Мин Чжэн издевался над людьми, Инь Мин Чжэн жертвовал мирными жителями без уважительной причины, Инь Мин Чжэн чрезмерно увлекался роскошью и так далее.
     Поначалу эти слухи распространялись только тайно, и большинство людей отказывались им верить. Все знают, что без Инь Мин Чжэна они все были бы уже мертвы.
     Тем не менее, было также несколько людей, которые жили в вечной тьме. Может быть, потому, что они не знали, когда будет их следующая еда или что они потеряли всех своих близких; но они живут так, будто они уже мертвы.
     Они отчаянно нуждались в козле отпущения.
     И заговорщики, спрятавшиеся в тени, бесстыдно свалили всю вину на Инь Мин Чжэна.
     Около года назад в городе произошла битва. Почти полмиллиона насекомых оккупировали город, и все люди внутри были убиты. Инь Мин Чжэн пошел с армией и убил всех насекомых, чтобы вернуть долг кровью.
     Теперь слухи о том времени тихо распространялись по базе.
     -- Не все люди в городе были мертвы с самого начала. Возможно, насекомые захватили некоторых из них в качестве заложников. Инь Мин Чжэн, который был озабочен только заслугами, проигнорировал этих заложников и приказал армии открыть огонь. Именно из-за его действий город остался без единого выжившего.
     Это была явная ложь, но некоторые люди, потерявшие в том городе кого-то, были достаточно отчаянны, чтобы поверить в это.
     В дождливый день на базу поступило известие, что насекомые устремились к границам города, где жили фермеры. Поскольку им нужно было заниматься сельским хозяйством, они не могли жить в относительной безопасности базы. Вместо этого они днем спали в своих подвалах, а ночью отправлялись на ферму.
     Насекомые, казалось, были возбуждены по какой-то причине. Они охотились за фермерами.
     Инь Мин Чжэн получил сигнал бедствия в 4 часа утра. Он вернулся за час до полуночи весь в крови.
     Ши Цин весь день играл в видеоигры с Ле Ююанем. Когда он подумал, что уже почти пора, он взял с собой небольшую скамейку, чтобы подождать человека у входа на базу.
     Охранники там были знакомы с ним, и один человек даже дал ему леденец, который он нашел во время миссии.
     Сейчас все базы остро нуждались в еде и одежде. Вещи, которые не могут наполнить желудок, такие как леденцы, не производятся и плохо продаются. В конце концов, на эти деньги люди могли бы купить больше вариантов сытной еды.
     Таким образом, ценность леденца была близка к нулю.
     Охраннику показалось забавным, что юноша, который сонно кивал головой, как курица, клюющая рис, настоял на том, чтобы подождать, поэтому он отдал леденец.
     Ши Цин поблагодарил его. Когда он открыл леденец, он увидел, что он был красочным. Он осторожно высунул язык, чтобы лизнуть, чувствуя сладость, а затем он удовлетворенно сузил глаза и положил его в рот...
     Он не может съесть слишком много человеческой пищи, но леденец все равно можно.
     Ожидая с леденцом во рту, он пересчитал муравьев на земле. Вскоре система выдала напоминание: [Хозяин, Инь Мин Чжэн вернулся.]
     Маленький принц поднял голову и широко раскрытыми глазами посмотрел на ворота базы.
     Инь Мин Чжэн вошел вместе с остальными.
     Он был весь в крови насекомых. Поскольку у насекомых была кровь самых разных ярких цветов, она сильно контрастировала с его мрачным поведением. Его и без того темные глаза были запятнаны усталостью.
     Его команда, следующая за ним, была такой же, особенно молодые и менее опытные члены. Некоторые из них даже дрожали на ходу. Чэн Цзюнь, красивый парень в знакомой маленькой шляпе, зевнул и оперся на плечи своих товарищей.
     Ши Цин встал и подбежал. Он уже собирался прыгнуть в объятия этого человека, но неподалеку выскочила фигура, которая была быстрее его.
     - Динь!
     Даже не дав ему времени среагировать, парень был отброшен щитом одного из команды. Его кинжал упал на камень на земле, издав чистый звук.
     Ши Цин остановился.
     [Это была попытка убийства? Обычный человек пытался убить человека с сверхспособностями?]
     Система также была сбита с толку: [Сюжет уже был изменен, поэтому система может видеть только общий ход событий. Мелкие детали, подобные этой, незаметны.]
     Человек, которого оттолкнули, попытался встать. Его глаза с ненавистью уставились на героя человечества. Он схватил кинжал рядом с собой и снова бросился вперед:
     - Умри, Инь Мин Чжэн!
     Чэн Цзюнь, который до этого дремал, теперь окончательно проснулся. Он шагнул вперед и прямо блокировал удар своей силой:
     - Кем ты себя возомнил? Ты знаешь, каково наказание за убийство?
     - Схватить его!
     После того, как человек был пойман, Чэн Цзюнь подошел к Инь Мин Чжэну:
     - Босс, я думаю, что он в сговоре с парнем, который в прошлый раз пытался обмануть Ши Цина.
     Этот парень умер прежде, чем его начали допрашивать. К счастью, на этот раз они поймали живого. Конечно, скоро они смогут выяснить, кто за всем этим стоит.
     Мужчина нахмурился, глядя на борющегося человека. В его глазах был намек на расчет.
     - Он выглядит как обычный штатский. Не похоже, чтобы кто-то подговорил его на это.
     - Тогда я спрошу его.
     Чэн Цзюнь подошел к нему и сказал:
     - Скажи нам, почему ты хотел убить генерала Инь!
     Человек был крепко прижат к земле, но продолжал сопротивляться. После этих слов его взгляд стал еще более решительным. Он закричал хриплым голосом:
     - Это он первым убил моего сына! Год назад, в городе, как мог погибнуть мой сын, если он не пренебрег жизнями заложников ради собственной славы! Инь Мин Чжэн, однажды ты получишь расплату за то, что легкомысленно отнял жизнь у простых людей! Может быть, я и потерпел неудачу, но кто-то другой однажды добьется успеха! Кто вообще назначил тебя героем человечества!
     Инь Мин Чжэн открыл рот.
     - В битве за город все люди погибли еще до нашего прибытия.
     - Тьфу! Ты все лжешь мне! Ты просто эгоистичное чудовище, готовое убивать ради собственных желаний! Инь Мин Чжэн, верни его, верни мне моего сына! Верни его!
     При виде его безумия Ши Цин понял, что этому парню промыли мозги.
     Когда человек теряет все и может видеть только отчаяние, пока кто-то дает ему цель, он может посвятить свою жизнь ненависти.
     Если бы он оказался в такой ситуации на месте Инь Мин Чжэна, то позволил бы этому человеку умереть.
     Неужели Инь Мин Чжэн заслуживал смерти из-за того, что этот парень потерял своего сына?
     За последние годы он был ранен при исполнении служебных обязанностей бесчисленное количество раз. Он едва избегал смерти много раз и спас более десяти миллионов человек. Несмотря на все свои достоинства, он жил в обычном доме с двумя спальнями. Чтобы дать Ши Цину место для своих игрушек, ему даже пришлось очистить гостиную от своих вещей.
     Он помогал другим только для того, чтобы они его обижали. Если бы это был кто-то, кто так же охотно затаил обиду, как Ши Цин, этим людям повезло бы, если бы они не стали жертвой одного из его планов.
     В конце концов, когда он посмотрел на Инь Мин Чжэн, тот был спокоен. Его лицо оставалось бесстрастным, но кулаки были крепко сжаты.
     Из-под нахмуренных бровей у него было мрачное и двусмысленное выражение.
     Хотя другим могло показаться, что Инь Мин Чжэн был таким же отстраненным и безразличным, как всегда, Ши Цин чувствовал его грусть.
     Обычно он не был бы так уязвим.
     Но он сражался без остановки почти 20 часов. Не было времени выпить даже глоток воды или съесть какую-нибудь еду. Он просто тащил свое усталое тело назад, и все, чего он хотел, - это хорошо отдохнуть. Вместо этого перед ним стоял один из тех самых гражданских, которых он так старательно защищал, поднимая на него кинжал.
     Кто мог остаться равнодушным?
     Более того, хотя Инь Мин Чжэн мог выглядеть холодным на первый взгляд, его сердце было мягче, чем у кого бы то ни было. В конце концов, прежде чем этот маленький мир обрел свою собственную жизнь, автор создал его с доброй и любящей душой.
     Жаль, что мир был запятнан реальностью. Люди, которые должны были быть добрыми рядом с ним, стали людьми.
     Человеческая природа всегда была глубоко укоренена во тьме.
     Издалека Ши Цин смотрел на человека, который, казалось, сливался с темнотой ночи. Эмоции, которые он должен был испытывать, не показывались посторонним. Он вздохнул: [Если бы я был на его месте...]
     Система всегда была недовольна Инь Мин Чжэном, но в данный момент она испытывала к нему некоторое сочувствие. Его тон был мягким: [Не бойся, Хозяин. Если это однажды случится с тобой, мы можем просто проигнорировать этого парня.]
     [Зачем игнорировать его? Он сказал, что я убил его сына, верно? Тогда не лучше ли будет, если я отправлю его воссоединиться со своим ребенком? Пусть он лично спросит, кто его убил.]
     Система: [...]
     После паузы она осторожно сказала: [...не слишком ли далеко это заходит? Этот человек делает это из любви к своему сыну, поэтому мы должны быть внимательны...]
     [К черту. Прощая его за то, что он хотел убить меня, я его отец или что-то в этом роде? Должен ли им что-нибудь Инь Мин Чжэн? Этот человек может жить только благодаря Инь Мин Чжэну. Теперь, услышав совершенно необоснованный слух, он подумал, что Инь Мин Чжэн убил его сына и пришел убить его. Он мог не знать, что он марионетка для кого-то, но он не мог защитить своего собственного сына или совершить самоубийство, поэтому он нашел оправдание, чтобы обвинить других. Вся проблема Инь Мин Чжэн в том, что он считает всех этих людей своей ответственностью. Он просто стоит там, потонув в своем горе, пока используется в качестве боксерской груши.]
     Ши Цин усмехнулся: [Я, наконец, понял, почему этот мир должен был рухнуть. Как может идеалистический образец истины, добра и красоты поддерживать мир, полный уродства реальности? Было бы еще удивительнее, если бы он не рухнул. Это как тогда, когда я поймал его в ловушку на космическом корабле. Я явно похитил его, но он не мог поднять на меня руку. Его сердце слишком мягкое и нерешительное. Если бы он был кем-то другим, а не главным героем, он бы уже умер 800 раз.]
     Система только что получила полную информацию, которая совершенно не соответствовала тому, чему ее учили. Только после воспоминания о недавно прочитанной книге о классической морали, она не запаниковала.
     [Я не ожидала, что хозяин будет смотреть на него так свысока. Я думала, он тебе очень нравится.]
     [Он мне очень нравится.]
     Ярко улыбающийся Маленький Принц, у которого, казалось, не было никаких забот, бросился в руки неподвижно стоящего мужчины.
     [Чем он глупее, тем милее становится. Просто очаровательно, какой он мягкосердечный и милый.]
     [Но ему достаточно быть глупым по отношению ко мне одному.]
     Ши Цин уткнулся лицом в его руки и сладко улыбнулся. Он почувствовал, как мужчина на мгновение напрягся, а затем постепенно расслабился. Он медленно поднял усталые руки, чтобы обнять его.
     В этот момент Инь Мин Чжэн был похож на бесцельно летающую птицу, которая наконец-то нашла остров, на котором можно жить.
     Он резко выдохнул с облегчением.
     Он был в состоянии занять высокое положение в базе.
     Он также мог в одиночку сражаться с тысячами насекомых.
     Но он не был столь искусен в таких тонких интригах.
     Как и раньше, когда он вернулся на базу, он знал, что кто-то организовал его жертвоприношение, но он не мог выйти и обвинить кого-либо.
     Или сейчас, когда гражданский, которого он всегда защищал, пытался убить его. У него хватило сил прикончить его одним ударом, но он не смог этого сделать.
     Тонкие пальцы Ши Цин легли на его руку.
     Мужчина позволил подтащить себя к гражданскому.
     Ши Цин задал только один вопрос:
     - Вы сказали, что Инь Мин Чжэн не волнует жизнь мирных жителей. Тогда почему он добровольно принес себя в жертву космическому кораблю, который угрожал сотням тысяч жизней?
     [Система, отрезви его.]
     Система: [Да.]
     Человек, отчаянно сопротивлявшийся, замер.
     Когда Ши Цин увидел, что он ошеломлен, он продолжил:
     - Если бы он действительно был таким, как ты думаешь, он мог бы просто убежать, верно? Он самый сильный человек в мире, и он пользуется высоким положением, так почему же он должен беспокоиться о гражданских лицах, таких как ты? Мы все знаем, что инопланетяне свирепы, и они, возможно, просто решили съесть его на борту космического корабля. Он был готов умереть за тебя, а ты клевещешь на него за его спиной. Неужели у тебя нет стыда?
     Этот человек потерял контроль над своими эмоциями. Он плакал и смеялся, ошеломленно хватаясь за волосы, прежде чем, наконец, разрыдаться:
     - Мне так жаль!!! Мне так жаль!!!
     Ши Цин удовлетворенно приподнял подбородок.
     Позади него болезненные эмоции в сердце Инь Мин Чжэн уже рассеялись.
     Он не мог не смотреть на этого самодовольного молодого господина, а затем подумал о том, как он описывал себя как злобного инопланетянина-людоеда.
     Что ж, правильно.
     Губы мужчины бессознательно приподнялись. Его глаза, обращенные к Ши Цин, были одновременно нежными и теплыми.
     Ши Цин все-таки съел его сердце.
     [Динь! Значение враждебности Инь Мин Чжэн: 0/100]

Глава 18.

     Нападение гражданского на Инь Мин Чжэна закончилось без дальнейших волнений.
     Согласно правилам базы, гражданского забрали правоохранительные органы и приговорили, после суда.
     В эти дни, если вы совершите преступление, вас не посадят в тюрьму, чтобы вы ели и пили, как хотите. Тех, кто совершал серьезные преступления, казнили на месте. Другие были посланы служить в армию, чтобы выполнять непосильную работу, которую другие люди не хотели делать.
     Инь Мин Чжэну было уже все равно, но Ши Цин объединил свои силы с Ле Ююанем, чтобы бороться с теми, кто распространял слухи по базе.
     Они говорили, что Инь Мин Чжэн становится все сильнее?
     Он пожертвовал собой ради миллионов людей.
     Они говорили, что Инь Мин Чжэн высокомерен?
     Он пожертвовал собой ради миллионов людей.
     Разве это оправдание не чертовски полезно?
     Маленький Ши Цин, которого 'сбил с пути истинного' Ле Ююань, счастливо играл.
     В любом случае, что бы там ни говорили, тот факт, что Инь Мин Чжэн был готов пожертвовать собой, чтобы спасти мирных жителей, был абсолютно очевиден. Бесчисленное множество людей были свидетелями этого события.
     Это была величайшая защита, которой обладал герой человечества.
     Тот, кто тайно замышлял против него заговор, совершил гигантский просчет. Общественное мнение было последним, что могло быть использовано для его подрыва.
     Преступный вдохновитель, генерал Чжао, чувствовал, что вот-вот упадет в обморок из-за гнева.
     Он посылал людей распространять слухи о том, что Инь Мин Чжэн позволил своему маленькому любовнику воровать и смотреть свысока на простых людей, но никто им не верил.
     Гражданские на посланных людей смотрели осуждающе и даже ругали.
     Это правда, что молодой мастер Ши Цин не дает денег, но он готов предложить взамен свои редкие целительские способности. Если бы Ши Цину приглянулась какая-нибудь безделушка в чьей-нибудь семье, они все были бы счастливы вручить ее ему.
     Только дураки позволят Ши Цину расплачиваться наличными.
     Когда он посылал людей распространять слухи о том, что Инь Мин Чжэн жаждет власти, все вспоминали о том времени, когда Инь Мин Чжэн пожертвовал своей жизнью ради простых людей.
     Генерал Чжао ненавидел все это, но не мог придумать подходящего ответа.
     Чтобы скрыть тот факт, что они подставили Инь Мин Чжэна, они сделали его героем.
     Глядя на свирепый инопланетный военный корабль тогда, казалось, что был 99,99% шанс, что Инь Мин Чжэн не сможет вернуться.
     Они не заботились о том, чтобы воздавать почести мертвецу.
     Но кто мог знать об этом.
     Инь Мин Чжэн действительно вернулся!
     Вероятность его успешного возвращения была одни десятая процента, если не одна сотая.
     Он действительно сорвал джекпот.
     Теперь люди, которых они пытались подавить, покрыты славой, которой они же и помогли достичь.
     Как же он сожалел!
     И ненавидел!
     Генерал Чжао сильно желал крикнуть всем людям на базе:
     Вы думаете, что он 'пожертвовал собой'?!
     Нет!!!
     Инь Мин Чжэн попал в засаду и был послан нами!!!
     Мы все сделали!!!
     Вы должны быть благодарны нам, хвалить и благодарить нас, а не его!!!
     В конце концов, он мог думать только о таких вещах в своем сердце. Если бы он действительно сказал всем, что приказал людям напасть на Инь Мин Чжэна и сбросить его с самолета, гражданские, которые следовали за Инь Мин Чжэном, вероятно, пришли бы за ним.
     Нет, не нужно ждать, пока они придут, сначала его убьет сам Инь Мин Чжэн.
     Генерал Чжао боялся смерти.
     В противном случае он не стал бы прятаться в тени и использовать бессовестные методы, такие как использование своей дочери для соблазнения Инь Мин Чжэна.
     Он отличался от других генералов того же ранга.
     Остальные сначала рассматривали общую ситуацию, а затем различные схемы. По мере необходимости они будут вносить детальные коррективы в свои планы. Генерал Чжао, с другой стороны, был готов отказаться от всего ради достижения своих целей.
     Видя, как Инь Мин Чжэн шаг за шагом поднимается к власти, генерал Чжао становился все более и более испуганным.
     Он ничего не мог с собой поделать.
     Он и раньше делал много неправильных вещей, но это было нормально, потому что не было никого с более высоким положением, чем он. Если Инь Мин Чжэн действительно получит власть, он рано или поздно обязательно разоблачит злодеяния генерала Чжао.
     На базе было всего четыре генерала того же уровня, что и Инь Мин Чжэн, включая генерала Чжао. После вторжения насекомых бывший президент погиб за свою страну. В то время у каждого из четырех генералов были свои планы, и ситуация стала запутанной. Они не были довольны друг другом. Более того, у них были почти одинаковое количество подчиненных. В конце концов, они решили управлять базой вместе, соблюдая свои собственные интересы.
     Инь Мин Чжэн был единственным генералом, у которого не было войск. Он также был самым могущественным из пяти.
     Силы людей со сверхспособностями было достаточно, чтобы шокировать большинство людей. Хотя Инь Мин Чжэн никогда не использовал свою силу, чтобы иметь дело с людьми, многие люди видели, как он справлялся с насекомыми.
     В самой знаменитой битве он уничтожил тысячи насекомых одной рукой.
     Раса насекомых отступила на 10 000 километров из страха.
     Только благодаря этому его движению человечество получило возможность спокойно дышать и жить на базах. Там они изучали высокотехнологичное оружие, оставленное насекомыми на поле боя, и применяли то, что они узнали, к своему собственному оружию.
     Помимо того, что он был опытным бойцом, Инь Мин Чжэн также имел талант к разработке нового оружия.
     Возьмем, к примеру, уже упомянутый транквилизатор.
     Он был как непобедимый бог войны. Его образ навсегда запечатлелся в сердцах уцелевших мирных жителей.
     Все верили, что пока Инь Мин Чжэн этого хочет, простые люди, считающие его божеством, без колебаний возведут его на трон.
     Это был всего лишь вопрос времени. Мирные жители, у которых не было возможности отомстить захватчикам, нуждались в надежде.
     Было время, когда генерал Чжао хотел бороться за пост главного, но он понимал, что, будь то его подчиненные, ученые, боевые способности или шпионская сеть, он во всем уступал другому человеку. Остальные три генерала тоже относились к нему пренебрежительно, так что у него не было никаких шансов заключить с ними союз.
     Поэтому ему было очень жаль себя.
     Нельзя винить его за тот обман. Инь Мин Чжэн был настолько самоотвержен, что все равно пошел бы на это. Он просто сделал шаг раньше его и спас миллионы жизней. Генерала Чжао следует восхвалять как героя.
     К сожалению, генерал Чжао мог попытаться обмануть себя, но он действительно не чувствовал себя слишком хорошо.
     У него было очень четкое понимание ситуации.
     Когда Инь Мин Чжэн поднимется на самый высокий пост, первым умрет он.
     Чтобы этого не случилось, он специально попросил свою дочь соблазнить Инь Мин Чжэна и попытаться создать с ним семью.
     Но Чжао Мяомяо оказалась полным разочарованием и напрасной тратой своей красивой внешности.
     Если пряник не сработает, тогда ему остается только вытащить кнут.
     Однако все его попытки не увенчались успехом. Инь Мин Чжэн все еще был прекрасен и незапятнан.
     Его усилия против Инь Мин Чжэна дали обратный эффект. Герой человечества не только не пал, но и его авторитет стал еще более высоким.
     Генерал Чжао видел не предстоящее восхождение Инь Мин Чжэна на высокий пост, а свою собственную неминуемую гибель.
     Он может только смотреть, как его волосы выпадают из-за стресса, и отчаянно пытаться найти выход.
     Он также призвал свою дочь быть более активной. На сегодняшней встрече он узнал, что на базе скоро состоятся президентские выборы. Как только генерал Чжао вернулся домой, он ворвался в комнату Чжао Мяомяо и хлопнул ладонями по столу. Он кричал на свою дочь, которая накладывала макияж:
     - Все, что ты умеешь - это постоянно краситься! Наши хорошие дни подходят к концу. Если мы не придумаем решение, мы оба можем просто ждать своей смерти!
     У Чжао Мяомяо тоже был вспыльчивый характер. Она тут же с силой швырнула помаду на пол.
     - Я пыталась! Когда тот парень по имени Ши Цин пришел в дом Ле Ююаня раньше, я специально дала им лекарство, чтобы они были вместе. Но Инь Мин Чжэн настаивает на том, чтобы притвориться слепым и вырастить целую кучу рогов на своей голове. Он все еще относится к этому Ши Цину как к сокровищу! Когда я иду перед ним, он ведет себя так, будто даже не видит меня. Что еще я могу сделать?!
     - Даже если нет никакого способа, о котором тебе нужно думать!
     Генерал Чжао снова хлопнул ладонью по столу.
     - Если он не смотрит на тебя, почему ты не можешь пойти к нему? Ты смогла достать такое лекарство для Ле Ююаня, так почему бы тебе не использовать его на Инь Мин Чжэне? В конце концов, он все еще мужчина. Если красивая женщина предлагает себя, пока он пьян, это, по сути, уже дело решенное!
     Он проанализировал ситуацию в соответствии со своим собственным мужским опытом:
     - Если тебе повезет, то после этого у тебя будет ребенок в животе. Маленький любовник Инь Мин Чжэна - мужчина, может ли он подарить ему ребенка?! Когда ты говоришь, что все, что ты хочешь - это родить ребенка, он будет чувствовать вину перед тобой. Мы будем родственниками этого ребенка по материнской линии. В древние времена мы были бы дядей сына Императора! Чего бы нам тогда бояться?!
     Чжао Мяомяо чувствовала, что ее отец увлекся своими фантазиями.
     - Протрезвей, папа. Мы говорим об Инь Мин Чжэне. На всей базе нет ни одного человека, который мог бы побить его. Когда его накачали успокоительными и отправили на космический корабль, полный инопланетян, он просто сбежал и вернулся. Ты просишь меня накачать такого человека наркотиками?
     - Подожди...
     Она вдруг остановилась с задумчивым выражением лица:
     - Папа, как Инь Мин Чжэн сбежал?
     - Откуда мне знать?! Я что, похож на самого могущественного человека со сверхспособностями?! - генерал Чжао сердито крикнул, - что толку спрашивать об этом, когда человек уже вернулся?!
     - Нет.
     Чжао Мяомяо нахмурилась:
     - Ты же видел, что случилось, папа. Инопланетян было достаточно, чтобы затмить небо, по крайней мере, десятки миллионов. Каждый из них был вооружен намного лучше нашего. Инь Мин Чжэну даже заранее дали успокоительное, так что он наверняка должен был умереть.
     Она все больше и больше говорила, убеждаясь, что это было так:
     - Инь Мин Чжэн никогда не упоминал, как он сбежал после того, как вернулся. Гражданские на базе были слишком одурачены его мощной внешностью, чтобы что-то спрашивать. Но в такой ситуации, даже если бы у него было три головы и шесть рук, он не смог бы убежать.
     Генерал Чжао все еще не понимал, о чем вдруг заговорила его дочь. Он был готов взорваться от волнения.
     - Ты можешь вспомнить что-нибудь важное для нас? А ты можешь?!
     - Разве не этим я сейчас занимаюсь?!
     Чжао Мяомяо в отчаянии встала:
     - Или мы умрем, или Инь Мин Чжэн умрет. Поскольку он убьет нас после своего повышения, мы не можем позволить ему туда добраться. Как насчет этого: найди людей, которые распространят новости о том, что Инь Мин Чжэн вступил в сговор с инопланетянами на базе. Главное должно заключаться в том, что он не мог сбежать от этих инопланетян только благодаря своей силе.
     - Сейчас вся база считает Инь Мин Чжэна идолом. Кто поверит тому, что мы скажем? Возможно, мы просто напрасно показываем слабость нашим противникам, - генерал Чжао высмеял ее причудливый мыслительный процесс, - не связывайся больше с Инь Мин Чжэном.
     Чжао Мяомяо вовсе не считала, что ее идею невозможно осуществить.
     Ее глаза были полны злобы:
     - Если они не верят этому, мы просто должны показать им доказательства.
     Она посмотрела на генерала Чжао и сказала:
     - Папа, мы все равно не можем быть первыми на базе. Может быть, пора двигаться дальше.
     Генерал Чжао был шокирован:
     - Ты имеешь в виду...
     - Да.
     Чжао Мяомяо подтвердила:
     - Раса насекомых. Причина, по которой насекомые не смогли построить базу в эти годы, была из-за Инь Мин Чжэна. Сразу после того, как он исчез, насекомые сразу же начали вторгаться на всех фронтах. Только после того, как он вернулся, они отступили. Есть высокоуровневые насекомые с интеллектом, сравнимым с человеческим, верно? Если мы покажем свою готовность иметь с ним дело, они, конечно, будут сотрудничать с нами?
     Эти слова глубоко проникли в сердце генерала Чжао.
     Насекомые были такими сильными. Это был только вопрос времени, когда они захватят Землю.
     Вместо того чтобы защищать базу до конца, лучше было присоединиться к темной стороне.
     Когда Земля будет покорена, насекомые должны относиться к людям, которые перешли к ним, лучше, чем к остальным, верно?
     Эта мысль нравилась ему все больше и больше. В конце концов, генерал Чжао кивнул:
     - Ладно, давай сделаем это.
     ***
     В последнее время Инь Мин Чжэн был очень занят. Ему нужно было бороться с насекомыми, управлять внутренними делами базы и готовиться к выборам. У него едва хватало времени на отдых.
     Даже с таким плотным графиком он всегда проводил свои редкие перерывы, обнимая Ши Цина и слушая его не напрягающую болтовню об интересных вещах на базе.
     Мужчина ясно чувствовал, как Ши Цин взрослеет.
     Раньше, если с ним что-то случалось, его маленький принц плакал в его объятиях.
     Теперь маленький принц, которого должны были баловать, засучил рукава и столкнулся со своими проблемами лицом к лицу. Независимо от того, была ли это битва слов или кулаков, он всегда будет выглядеть самым свирепым.
     Конечно, для Инь Мин Чжэна сердитый Ши Цин был больше похож на милую рыбу-фугу, раздраженную и очаровательную. Каждый раз, когда он видел его таким, ему хотелось ткнуть его.
     Хотя он думал, что это было довольно мило, это не мешало ему записать новую обиду на Ле Ююаня.
     Должно быть, именно он ввел в заблуждение очаровательного, невинного и разумного Ши Цина.
     Инь Мин Чжэн не знал, что в этот период Ле Ююань, который повсюду устраивал неприятности с маленьким Ши Цином, тоже по-новому понял его.
     Этот старик был таким мрачным.
     Он даже научил маленького Ши Цина своим злым путям.
     Как и следовало ожидать, нельзя доверять внешности человека.
     Им никогда не приходило в голову, что маленький Ши Цин, которого они должны были защищать, был таким с самого начала.
     Они мысленно ругали друг друга.
     Во время сегодняшнего перерыва Инь Мин Чжэн гладил мягкие волосы Ши Цина и уговаривал его тихим голосом, как обычно:
     - Оставь это другим. Тебе не нужно делать это лично.
     - Мне это нравится.
     Молодой человек потерся лицом о его грудь. Это была его фирменная манера вести себя избалованно.
     Когда они вдвоем обменивались теплыми мгновениями, появился Ле Ююань.
     При виде Ши Цина в объятиях Инь Мин Чжэна его сердце сжалось. Ему так хотелось избить этого старика, но он пришел обсудить официальные дела. Он мог только сдерживаться и сидеть рядом с ними с несчастным выражением лица.
     - Последний слух, распространившийся по базе, гласит, что ты заключил сделку с насекомыми, чтобы они освободили тебя. По моему мнению, люди, стоящие за этим, не собираются отпускать тебя в ближайшее время. Поторопись, найди их и покончи со всей этой чепухой, чтобы мы с Ши Цином не работали до изнеможения каждый день, чтобы отомстить за тебя.
     Ши Цин не встал. Он лежал так, словно у него не было костей. Пара красивых глаз закатилась, но другие не могли видеть.
     Ле Ююань все еще говорил:
     - Некоторые люди говорят, что Ши Цин - насекомое из-за его цвета глаз. Что за чертова шутка. Я видел красные и голубые глаза раньше, и эти люди были не более насекомыми, чем Ши Цин. Гораздо более правдоподобно сказать, что Ши Цин был роботом, как та последняя волна пришельцев. Разве они не носили серебряные боевые доспехи?
     В последнее время Инь Мин Чжэн стал более уравновешенным.
     Даже если бы Ле Ююань случайно наткнулся на правду, он мог бы вести себя так, как будто ничего не случилось.
     Ши Цин был еще более безразличен.
     Ле Ююань увидел, что ни один из них не отреагировал. Он хлопнул себя по ногам и сказал:
     - Да ладно вам, вы что, монахи из монастыря? Хоть какая-то реакция у вас должна быть!
     - Хотя ладно, это все равно не имеет большого значения. Мы даже реагировать не будем, все равно никто этому не верит.
     В этот момент внезапно зазвонил его мобильный.
     - Брат Ле, Чен Эр попал в аварию, - как только Ле Ююань ответил на телефон, послышался встревоженный голос, - поторопись и приезжай.
     - Черт. Где вы, ребята? Пришлите мне адрес и ждите меня!
     Чен Эр был другом Ле Ююаня с тех пор, как они были детьми. У них всегда были хорошие отношения. Он выбежал, как только повесил трубку:
     - Эй, Ши Цин. Я должен уйти первым. В следующий раз я возьму тебя поиграть.
     Сразу после его ухода зазвонил мобильный телефон Инь Мин Чжэна.
     - Насекомые проникли во второй слой?
     Он нахмурил брови и резко вскинул голову.
     - Собери наших людей. Я сейчас приду.
     Повесив трубку, он аккуратно положил молодого человека на мягкий диван, чувствуя себя виноватым. Он помог Ши Цину поправить одеяло и тихо заговорил своим глубоким голосом:
     - Ши Цин, снаружи чрезвычайная ситуация. Ты не против немного побыть один?
     - Хорошо.
     Ши Цин моргнул, соглашаясь. Человек в военной форме все еще чувствовал себя неловко. Он пошел на кухню, чтобы нарезать фрукты и воткнуть зубочистки в кусочки, прежде чем принести их ему.
     С тех пор как он обнаружил, что Ши Цин может есть человеческую пищу, Инь Мин Чжэн, который никогда раньше не пользовался привилегиями своего положения, покупал фрукты на заказ.
     - Я пойду. Если ты хочешь поиграть на улице, не забудь позвать кого-нибудь с собой.
     Юноша послушно кивнул и проводил взглядом уходящего мужчину.
     Прежде чем уйти, он несколько раз оглянулся на него с беспокойством.
     Как только Инь Мин Чжэн ушел, Ши Цин вскочил с дивана.
     [Увести тигра с горы*! Это, должно быть, план, чтобы выманить тигра с горы!]
     Система: [Выманить тигра с горы? Тогда, тогда давай поспешим и спрячемся. Кто-то идет?]
     [Настоящий мужчина встречает опасность лицом к лицу!]
     Ши Цин надел ботинки и выбежал за дверь. Он вышел на дорогу.
     [Самое время покончить с этим.]
     Он гулял около получаса, прежде чем пришли его похитители.
     В белую шею молодого человека вонзилась игла.
     Ши Цин, который ел леденец, остановился.
     Система выдала напоминание: [Хозяин. Это снотворное.]
     [Ой ой ой.]
     С точки зрения похитителя, действие наркотика, казалось, начало действовать. Молодой человек тихо закрыл глаза и упал.
     Он быстро потянулся к нему, а затем попытался поднять чудовищно тяжелое тело.
     Ши Цин тут же поправил свой вес.
     Этот человек едва успел встать. Он озадаченно уставился на бледного и нежного юношу в своих объятиях.
     Он был худым, как старшеклассник, так как же он мог быть таким тяжелым?
     Это не имело значения. В конце концов, его работа состояла только в том, чтобы доставить этого ребенка своему работодателю!!!
     Вначале Ши Цин притворялся, что потерял сознание, когда его несли. Но поскольку этот человек шел так легко и быстро, он зевнул, свисая с его спины и решил вздремнуть.
     Это было до тех пор, пока система не напомнила: [Хозяин. Хозяин. Мы здесь]
     Он неохотно проснулся.
     И был вне себя от радости, когда осмотрелся.
     Разве это была не пустыня?
     Он оставил здесь так много хороших воспоминаний.
     Когда он полагался на пыльцу розмарина в самом начале, он никогда не упускал возможности 'пошалить' с Инь Мин Чжэном.
     Он был еще счастливее, глядя перед собой.
     Разве это не его старая знакомая?
     Чжао Мяомяо просматривала свой телефон. Подняв глаза, она заметила, что Ши Цин проснулся. Злобная улыбка тут же расплылась по ее лицу.
     Она с самодовольным видом потрясла телефоном перед Ши Цином:
     - Ты знаешь, что там? Я послала сообщение, в котором просил Инь Мин Чжэна прийти и спасти тебя.
     Ши Цин не ответил.
     Чжао Мяомяо подумала, что молодой человек просто испугался.
     - Разве ты не славишься тем, что много плачешь? Прибереги это на потом. Не проливай слезы, когда Инь Мин Чжэн бросится прямо в засаду насекомых, чтобы спасти тебя.
     - Насекомые? Ты объединилась с ними, чтобы убить его?
     - Все не так просто.
     Она подняла подбородок и указала за спину Ши Цина:
     - Это территория насекомых. Если Инь Мин Чжэн придет сюда, насекомые вежливо встретят его и не причинят вреда. Если он не хочет, чтобы ты умер, ему остается только терпеть в нашей ловушке. Как ты думаешь, что произойдет, когда я запишу эту встречу и отправлю ее на базу?
     Смех Чжао Мяомяо стал громче. Она даже не могла больше стоять прямо от того, как забавно все это было для нее.
     - Герой человечества всех людей, вступивший в сговор с насекомыми!
     --Бум.
     Приземлился космический корабль.
     Насекомое с человеческими чертами лица и даже одетое спустилось с космического корабля вместе со своими странными подчиненными. Они подошли к тому месту, где стояла Чжао Мяомяо.
     Он небрежно бросил взгляд на молодого человека, привязанного к стулу, и нахмурил безволосые брови. Его голос был хриплым, как будто шипела змея:
     - Это тот человек, о котором Инь Мин Чжэн заботится больше всего?
     - Да, милорд.
     Чжао Мяомяо почтительно преклонила перед ним колени. Ее взгляд, обращенный к Ши Цин, был полон злобы:
     - Когда все это закончится, мы сможем убить его и заменить насекомым. Тогда доказательства предательства Инь Мин Чжэна человеческой расы действительно будут высечены в камне.
     - Да.
     Это насекомое презрительно посмотрело на Чжао Мяомяо.
     - Тогда сделаем так.
     Ши Цин, которого они все это время игнорировали, вдруг открыл рот. Его голос был ясным, быстрым и легким, как у простого и невежественного ребенка:
     - Заменить меня насекомым? Чья это была блестящая идея?
     Вожак презрительно обернулся.
     - Такой человек, как ты, должен быть польщен тем, что после твоей смерти ты можешь считаться частью моей расы насекомых...
     Его голос резко оборвался, когда Ши Цин неторопливо встал.
     Молодой человек покрутил затекшей шеей и закатал рукава, обнажив тонкие запястья. Он улыбнулся замершим перед ним насекомым и сказал:
     - Никогда бы не подумал, что во Вселенной есть такая забавная раса, как вы, ребята.
     Насекомое тупо уставилось в ясные серебристые глаза Ши Цин:
     - Ма-машина...
     Чжао Мяомяо не понимала, что происходит. Она с трудом поднялась с земли:
     - Милорд?
     Насекомые тряслись, как листья на ветру. Главное насекомое указал дрожащим пальцем на Ши Цина:
     - Он, он-машина, один из механических...
     - Механическое что?
     Жжжж
     Слова Чжао Мяомяо были прерваны.
     Все произошло в мгновение ока.
     Перед глазами высокоуровневого насекомого появились сотни миллионов гуманоидных машин, пришедшие на призыв своего короля.
     Они появлялись один за другим над горизонтом.
     Менее чем за две минуты пустынное небо заполнилось бесчисленными роботами.
     Чжао Мяомяо рухнула в полном ужасе.
     Стоя посреди невероятного зрелища, молодой человек улыбался своей обычной милой улыбкой. Его голос был мягким и нежным, как у мурлыкающей кошки:
     - Механическая раса, конечно.
     Пока Ши Цин говорил, сотни миллионов машин развернулись в оборонительную позицию позади него.

     Примечание к части
     *выманить главного (и наиболее опасного) врага из его дома, а самим в это время захватить его дом.

Глава 19.

     Чжао Мяомяо чуть не умерла от страха.
     Даже если она придумала эти слухи о том, что Ши Цин - инопланетянин, она никогда не думала, что это правда.
     Он был инопланетянином!
     Он действительно был инопланетянином!
     Она замерла на земле, тупо уставившись в небо, поскольку все больше и больше андроидов прибывали. Все они были покрыты серебряными доспехами, и каждый был примерно в половину человеческого роста. Любого из их разнообразного оружия было достаточно, чтобы уничтожить здание.
     Эти ребята были теми, кто окружил базу и принудил людей сдать Инь Мин Чжэна в самом начале.
     Когда Инь Мин Чжэн вернулся, он привел с собой Ши Цина.
     Почему она не поняла этого раньше?!
     Ши Цин взглянул на Чжао Мяомяо, которая напряженно о чем-то размышляла, его глаза были полны интереса. Он легко шагнул к женщине.
     - А!
     Раздался испуганный вопль женщины. Прежде чем Ши Цин успел что-то сделать, она уже отчаянно кричала:
     - Не убивай меня! Не убивай меня!!! Это были насекомые! Они заставили меня сделать это. Это все они виноваты. Пожалуйста, не убивай меня....
     Насекомые, на которых указала Чжао Мяомяо: '???'
     Они еще даже не обвинили Чжао Мяомяо в том, что она осмелилась похитить представителя механической расы, но эта человеческая женщина уже перевела всю вину на них?!
     Но сейчас было не время сводить счеты. Ши Цин уже повернулся в их сторону.
     Это была механическая раса!
     Механическая!!! Раса!
     Тот, что стоял перед ними, казалось, даже обладал разумом. Когда они подумали о том, что только король механической расы мог думать самостоятельно, а затем о том, как ужасны были предыдущие короли из их унаследованных воспоминаний, группа насекомых была готова упасть в обморок.
     Главный дрожал, не говоря уже о насекомых позади него. Люди показывали страх через свои дрожащие плечи. Их дрожащие тела выражали страх.
     Одно насекомое, стоявшее в самом последнем ряду, собиралось стряхнуть с себя все 18 своих ног.
     Они пробормотали:
     - Мой господин, мой господин...
     Насекомые еще не привыкли говорить на человеческом языке. Теперь они даже не могли выговорить ни слова из-за того, как были напуганы.
     Когда они увидели, что Ши Цин медленно приближается к ним, несколько насекомых сломались под психологическим давлением и в панике отрезали себе ноги, прежде чем неподвижно лечь на землю.
     Они притворялись мертвыми.
     Отрезание ног было высшим уровнем этикета для насекомых. Это выражало их высочайшее уважение к другому человеку.
     Ши Цин не обращал внимания на их самоповреждения. Он прямо уставился на их предводителя.
     Он имел гуманоидную форму тела и был почти двухметрового роста. Место, где должна была быть рука, было плотно прикрыто руками. Его слегка заостренное лицо теперь было покрыто зелеными капельками пота. Он повторял как заезженная пластинка:
     - Мой, мой господин. Вы. Вы...
     Возможно, он поторопился и перенервничал, но в спешке отрубил себе руку. Он немного успокоился после этого и продолжал дрожать, и пытался объясниться на человеческом языке:
     - Пожалуйста, не верьте этому, этому человеку. Мы все были обмануты.
     Смотря, как он трясся, как будто в следующую секунду упадет в обморок, Цин с любопытством спросил:
     - Вы, ребята, знаете меня?
     - Нет! Нет, нет, нет!
     Все насекомые по очереди качали головами, и некоторые даже испугали разноцветные слезы.
     - Мы не знаем, мой господин, пожалуйста, прости нас, прости нас, мы действительно ничего не знаем...
     Ши Цин мог догадаться о том, что происходит, по их действиям.
     Механическая раса любила совершать геноцид. Они часто прилетали на планету на своем космическом корабле, а затем убивали всех разумных существ на чрезвычайно высокой скорости.
     Вообще говоря, свидетелей не оставалось.
     Потому что все, кто видел механическую расу, были мертвы.
     Тогда как эти насекомые узнали об этом?
     Поразмыслив, Ши Цин приписал это их наследственной памяти.
     Наследование памяти может показаться людям очень загадочным. Вообще говоря, оно включало в себя ныне живущих старейшин, передающих важные впечатления из поколения в поколение, чтобы их потомство могло избежать опасности.
     Во Вселенной существовало бесчисленное множество рас. Некоторые из них передавали знания так, а некоторые нет.
     Тело Ши Цина только что родилось, так что у него еще не было времени ничему научиться. Однако он уже многое знал, и все благодаря наследственности памяти.
     Поскольку насекомые боялись его с тех пор, как увидели его глаза, они, должно быть, знали о нем уже давно.
     Ши Цин был заинтересован в том, чтобы еще немного напугать лидера:
     - Вы знаете о механической расе?
     После его слов андроиды, парящие в небе позади него, казалось, получили команду. Они направили свое оружие на этих насекомых.
     'Мертвые' насекомые оживали от страха.
     Главное насекомое так перепугалось, что стало отрубать себе руки одну за другой.
     - Мой господин, мы никогда не говорили ни одной другой расе о вашем существовании. Пожалуйста, пожалуйста, простите нас!
     Насекомые высокого уровня были похожи на людей.
     Они могут быть умными и мудрыми. Они также были готовы бороться за власть и интриговать против других представителей своего вида.
     Причина, по которой насекомые могли доминировать на Земле, заключалась в том, что они использовали бесчисленное множество низкоуровневых насекомых, которые могли только бездумно выполнять приказы с самоубийственной преданностью.
     Давным-давно их предками были как раз эти обычные низшие насекомые.
     Согласно унаследованной памяти, они были просто насекомыми, ползающими по земле в поисках пищи 100 000 лет назад. Все разумные существа на их планете жили в море, и 95% планеты было покрыто морской водой. Насекомые, которые не имели возможности жить в воде, могли оставаться только в других 5%, упорно работая, чтобы прожить еще один день.
     Затем пришла механическая раса.
     Все насекомые могли вспомнить это время в своей наследственной памяти.
     Орудия беспрерывно стреляли в море с неба. Король с серебряными глазами бесстрастно сидел на троне.
     Самой важной характеристикой андроидов было их, казалось бы, бесконечное количество. Если бы он захотел, король мог бы продолжать делать больше подчиненных вечно.
     Не прошло и недели, как планета насекомых была уничтожена.
     Тогда они не могли сформировать мысли, но все еще чувствовали инстинктивный страх. Они бежали под землю, пока стреляли пушки, и прятались, пока снаружи не стало тихо.
     Когда они снова вышли, то обнаружили, что все разумные существа, которые могли легко растоптать их до смерти, погибли.
     Насекомые стали новым доминирующим видом на этой планете.
     В то же время страх перед механической расой навсегда запечатлелся в их памяти.
     Когда они начали грабить другие планеты, они также тщательно собирали разведданные. За последние 100 000 лет они собрали воедино более четкое представление о механической расе.
     Им нравилось истреблять другие расы.
     Неважно, кто это был. Пока вы их видите, вы определенно не проживете долго.
     Унаследованные воспоминания, которые со временем только крепли, говорили им, что, увидев механическую расу, они должны выбросить из головы все другие мысли и спасаться.
     Просто беги. Беги, чтобы, может быть, горстка смогла выжить в предстоящей бойне.
     Когда они увидели Ши Цина, насекомым захотелось убежать.
     Но как они могли бежать, когда были полностью окружены этими андроидами?
     В данный момент они все боялись и хотели растереть Чжао Мяомяо в порошок, пока она не превратится в пыль.
     Где был человек, которого они согласились похитить?!
     Она действительно каким-то образом привела короля механической расы!
     И она толкнула на них вину!
     Пока насекомое боялось, он не забывал оправдываться.
     - Мой господин, во всем виноват этот человек. Этот человек обманул нас всех! Мы глубоко уважаем вас. Одно слово от вас и вы можете прибрать нас к рукам!
     Вау. Этот жук умел пользоваться фразеологизмами.
     Чжао Мяомяо вырвалась из оцепенения, как только услышала это предложение. Ее разум рухнул еще сильнее.
     Насекомые, с которыми она усердно пыталась установить отношения, были готовы следовать за Ши Цином.
     Тогда какая же жизнь ждет того, кто оскорбил Ши Цина, как она?
     В то время как у нее был психический срыв, черный туман внезапно появился и направился к насекомым. Он не собирался проявлять к ним милосердие.
     Насекомые могли бы увернуться, но один взгляд Ши Цин заставил их остановиться. Они не смели больше двигаться. Они могли только капать зеленым потом и пытаться выдержать черный туман, который был даже острее ножей.
     К тому времени, как Инь Мин Чжэн вышел из темного облака в полном военном облачении со свирепым выражением лица, у предводителя насекомых не осталось рук.
     - Мин Чжэн!
     Насекомые смотрели на происходящее с ошеломленными лицами. Механическая раса, которая предпочитала оставаться бесстрастной в соответствии с их унаследованными воспоминаниями, тот, который должен был убивать всех на своем пути, прыгнул в объятия человека. Он нежно потерся об него, как будто был таким хрупким и обиженным.
     - Почему ты так долго? Мне было так страшно. Ууу...
     Молодой человек выглядел испуганным. Будто маленький леопард, над которым издевались снаружи, повернул голову и увидел льва, который мог его поддержать. Ши Цин тем временем продолжал щебетать.
     - У меня трясутся ноги, обними меня.
     Группа насекомых: '...'
     Инь Мин Чжэн не заметил ошеломленные выражения лиц этих насекомых. На самом деле люди не могли расшифровать выражения лиц насекомых, как бы они ни менялись.
     Его разум и дух были полностью заняты Ши Цином.
     - Мне очень жаль, очень жаль....
     Человек, который всегда был непоколебим, испугался. Он крепко обнял молодого человека и запечатлел множество поцелуев в волосах Ши Цина. Его вина и жалость были ощутимы.
     Никто не мог понять, что он чувствовал, когда получил это сообщение.
     По дороге сюда Инь Мин Чжэн думал о многом.
     Если что-то случится с Ши Цином, люди, ответственные за это, должны будут сопровождать его маленького принца в могилу.
     Его сердце почти остановилось, когда он издалека увидел андроиды, заполнившие небо.
     Что случилось, почему эти верные подчиненные пришли к своему королю?
     Он бежал изо всех сил.
     Когда он увидел молодого человека, стоящего там без единой царапины, сердце Инь Мин Чжэна наконец начало успокаиваться.
     Мужчина прикрыл покрасневшие глаза, обнимая невредимого юношу.
     - Больше никогда. Я никогда больше не оставлю тебя одного.
     Он погладил Ши Цина по спине, как будто хотел успокоить мальчика теплом своего тела.
     Ши Цин, должно быть, очень испугалась.
     Он был еще так молод и невинен.
     Даже если он мог играть с Ле Ююанем, как с живым хаски на базе, это было только потому, что кто-то был рядом, чтобы защитить его.
     Насекомые практически разинули рты, когда король механической расы, который собирался убить их минуту назад, прижался к мужчине, притворяясь слабым. Голос Ши Цина дрожал:
     - Мин Чжэн, я боюсь. Защити меня.
     - Ладно. Я буду защищать тебя.
     Инь Мин Чжэн осторожно утешил человека в своих объятиях.
     - Не бойся. Они все скоро умрут. Они больше не смогут причинить тебе боль.
     После этого мужчина поднял глаза. Они были полны убийственного намерения по отношению к мокрым от пота и испуганным врагам.
     Черный туман внезапно поднялся и в мгновение ока поглотил насекомых.
     Насекомые: '...'
     Это не имеет к ним никакого отношения!
     Они просто оказались не в то время не в том месте!

     Примечание к части
     Персонажи "белые лотосы" чрезвычайно раздражают. Но Ши Цин отыгрывает как боженька просто.
     Мне стало немного жаль насекомых.

Глава 20.

     Если бы андроиды не закрывали небо, насекомые могли бы вступить в бой. Но как они могли противостоять превосходящей огневой мощи Ши Цина?
     Видя, что Инь Мин Чжэн собирается убить их, предводитель покорно лег на землю:
     - Я, мы ничего не хотели делать! Ничего не делали! Все дело в ней, она... Это она во всем виновата!
     Неужели этот женщина думала, что она единственная, кто может перевести стрелки?!
     Они тоже могли!
     Со лбом, покрытым зеленым потом, насекомое, который отрубил себе многочисленные руки, пыталось преодолеть свой страх:
     - Она сказала, что хочет убить вас, и похитила, мой господин. Мы, мы...
     Позади него насекомое с восемью глазами увидело, как главный не может найти слов. Он быстро и осторожно добавил:
     - Мы просто проходили мимо.
     - Да! Верно, верно!
     Главное насекомое ухватилось за спасительную соломинку. Он отчаянно закивал головой, и плоть на его толстой шее гротескно задрожала:
     - Проходили мимо! Мы просто пришли посмотреть!
     Инь Мин Чжэн никогда раньше не видел, чтобы раса насекомых вела себя подобным образом. Он видел старших насекомых в предыдущих битвах, и они всегда были кровожадными и злобными. Их глаза были полны презрения к людям, как будто они смотрели на примитивных животных, катающихся по грязи.
     Он впервые видел, чтобы насекомые вели себя подобным образом.
     Герой человечества не был самодовольным, поэтому он знал, что это не из-за него. Он, естественно, пришел к выводу, что это как-то связано с Ши Цином.
     Ши Цин легко пугался, и его внешность была совершенно безобидной. Хотя он настаивал на том, что он взрослый, эти насекомые ни за что не стали бы так бояться его.
     Было ли это из-за андроидов, которые заполнили небо?
     Инь Мин Чжэн огляделся. Это было очень вероятно.
     Раньше он знал только то, что Ши Цин был королем механической расы, а также некоторые подробности о его расе. Однако он так и не удосужился спросить о положении расы Ши Цина во Вселенной.
     Похоже, они были весьма влиятельны.
     Если бы насекомые знали о мыслях Инь Мин Чжэна, они бы почувствовали, что он недооценивает механическую расу.
     В конце концов, это была механическая раса!
     Они оставляли после себя только разрушение; не ради славы или выгоды, а исключительно для того, чтобы выполнить свою миссию по уничтожению всей разумной жизни.
     Андроиды были многочисленными и смертельно опасными. Машины были всецело преданы своему королю, который мог производить их бесконечно.
     Кто бы не боялся бесконечного потока врагов?
     Они не были исключением.
     Если они вызовут гнев короля, раса насекомых может быть просто уничтожена на месте.
     Несколько старших насекомых лежали на земле, дрожа. Вожак все еще пытался придумать, как выбраться из этой ситуации. Чжао Мяомяо тоже потеряла дар речи.
     Что еще оставалось сказать? Ши Цин видел ее настоящее лицо, насекомые переложили всю ответственность на нее, а андроиды в небе перекрыли все пути к бегству. Перед ней был еще один мужчина, который смотрел на нее с отвращением.
     Неважно, куда она посмотрит, её окружали враги.
     Чжао Мяомяо никогда не чувствовала такого отчаяния, как сейчас.
     Посмотрите, какой послушный и милый Ши Цин в руках этого человека, и посмотрите на немногих насекомых, которые даже не смеют заикаться о пощаде.
     Чжао Мяомяо могла только возлагать все свои надежды на Инь Мин Чжэна.
     - Брат Мин Чжэн! Ты должен мне поверить, брат Мин Чжэн. Я действительно ничего не знала. Брат Мин Чжэн, меня тоже похитили!
     Ее первоначальный план с генералом Чжао состоял в том, чтобы использовать Ши Цина как заложника, чтобы запугать Инь Мин Чжэна и принудить его встать на сторону насекомых. Затем они передадут его на базу, чтобы все увидели, что их драгоценный герой человечества в сговоре с врагом.
     Они даже не подумали о том, чтобы попытаться убить Инь Мин Чжэна. Этот человек был слишком силен. Если он станет серьезным, даже насекомые не смогут подавить его, и их попытки могут привести к обратному результату.
     Но разрушить его репутацию - совсем другое. Инь Мин Чжэн мог нападать на насекомых, но не на людей. Если герой человечества потеряет всю свою славу, он утратит способность мстить.
     Что касается того, почему Чжао Мяомяо была здесь, то это было потому, что насекомые не доверяли своим сообщникам. Они боялись, что эти люди пытаются подставить их, поэтому попросили Чжао Мяомяо в качестве заложницы.
     Раньше Чжао Мяомяо думала, что быть заложником не так уж плохо.
     Она планировала лично разорвать маленькое личико Ши Цина в клочья, чтобы посмотреть, сможет ли он все еще притворяться жалким и милым. Более того, она должна была разрушить репутацию Инь Мин Чжэна, чтобы заставить его пожалеть о том, что он ей отказал.
     Но теперь она может только плакать у ног Инь Мин Чжэна.
     - Брат Мин Чжэн, это насекомые. Как можно верить всему, что они говорят? Тебе лучше знать, что я за человек. Как я могла так поступить!
     Она протянула руку, чтобы потянуть его за штанину брюк, плача:
     - Неужели наши хорошие отношения будут уничтожены несколькими словами от этих насекомых?
     Инь Мин Чжэн почувствовал, как Ши Цин снова принялся яростно щипать его.
     Он поспешил отойти назад, держа в объятиях своего маленького принца. Он не позволял Чжао Мяомяо прикасаться к себе.
     У героя человечества было серьезное лицо и прямой ответ:
     - У нас нет никаких отношений. Не прикасайся ко мне.
     Пока он говорил, его руки осторожно прижали юношу крепче.
     Вид того, как он лелеет Ши Цин, но отбрасывает ее, привел Чжао Мяомяо в ярость.
     В эти дни она перепробовала все способы угодить Инь Мин Чжэну. Этот безжалостный человек не только не отвечал на ее лесть, но и активно избегал ее.
     Она даже не дотронулась до края его одежды. Каждый раз, когда она приближалась, он говорил ей, что у него уже есть партнер в лице Ши Цина и что она должна проявить некоторое уважение к себе.
     Даже сейчас, когда она так плакала, Инь Мин Чжэн обращал внимание только на Ши Цина, которого он так защищает!
     Ее смерть была неминуема, но Ши Цин мог получить защиту Инь Мин Чжэна на всю жизнь.
     Почему?!
     Что он сделал, чтобы заслужить это?!
     Чжао Мяомяо встала, как одержимая, и начала дрожащими пальцами указывать на юношу в руках мужчины:
     - Инь Мин Чжэн!!! Тебя обманули! Это не его истинная внешность! Он инопланетянин!
     Говоря это, она обернулась и указала на андроидов в небе:
     - Ты видишь всех этих инопланетян? Они все были вызваны им! Разве ты не знаешь, что у всех инопланетян есть свои мотивы?! Ты скорее поверишь ему и насекомым, чем мне?!
     Видя безразличие Инь Мин Чжэна к ее словам, она снова улыбнулась:
     - Ты был пойман им и вернулся вместе с ним, так что ты, должно быть, уже знаешь, что он инопланетянин.
     - Это вы послали меня туда.
     Мужчина наконец заговорил, его глаза наполнились острой насмешкой:
     - Ты действительно думала, что я не смогу узнать?
     Чжао Мяомяо была ошеломлена.
     Ей потребовалась минута, чтобы понять, что Инь Мин Чжэн знал, что именно генерал Чжао организовал нападение на него. Она начала яростно трясти головой.
     - Нет, это была не я. Это был мой отец. Он сделал это. Ты мне нравишься, так как же я могу замышлять твое убийство? Это действительно была не я...
     - Не беспокойся об этом.
     На лице Инь Мин Чжэна было очень мало эмоций. Он даже выдавил из себя улыбку. Это придавало его красивым чертам нежность.
     - Я не виню тебя, - сказал он.
     Чжао Мяомяо никогда раньше не видела, чтобы он так ей улыбался. Сначала она была поражена, но потом в ее глазах появилась надежда.
     Значит ли это, что Инь Мин Чжэн простил ее? Он был готов отпустить ее?!
     Однако в следующую секунду человек, похожий на благожелательное божество, опустил глаза. Они мягко упали на молодого человека в его объятиях. Его красивые губы приподнялись, и все его тело стало нежным, потому что он смотрел на Ши Цина.
     Герой человечества сказал:
     - Если бы вы не хотели убить меня, как бы я мог встретить Ши Цина?
     Чжао Мяомяо: '...'
     [О-о-о, он совсем вырос. Его рот стал таким сладким.]
     Лицо Ши Цин расплылось в лучезарной улыбке. Он обнял его за шею и поднял голову, чтобы чмокнуть в четко очерченную скулу. Считайте это наградой.
     Насекомые, съежившиеся на земле, были более чем смущены этой сценой.
     У расы насекомых не было привычки целоваться, и они никогда не заботились о том, чтобы понять местных людей. Они понятия не имели, что делает король механической расы.
     Один из насекомых с задних рядах спросил на своем языке:
     - Наш господин собирается съесть Инь Мин Чжэна?
     - У него только один рот, и он совсем маленький. Он ни за что не сможет быстро закончить. Стоит ли нам воспользоваться этим временем, чтобы сбежать?
     - И как ты предлагаешь это сделать? В небе так много машин. Почему бы тебе тогда не пойти и не попробовать!
     Главное насекомое не выдержал:
     - Заткнитесь!
     Он терпеть не мог этих захватчиков, которые не подготовились заранее.
     - Неужели никто из вас не читал разведданные? Это человеческий ритуал инициации совокупления.
     - Наш господин хочет заниматься сексом с человеком? Как он сможет заниматься любовью, когда его партнер другой расы?
     - Вы все - кучка идиотов!
     Главное насекомое снова беззвучно посетовало на свое несчастье:
     - Механическая раса размножалась, но мы никогда не слышали о том, как именно они размножаются. На мой взгляд, это должно быть путем употребления селекционного предмета! Поэтому они сначала занимаются любовью, а потом пируют!
     - Значит, так оно и есть. Насекомые, как правило, более расслаблены после совокупления. Наш господин должен быть таким же. Как вы думаете, мы получим больше шансов, если подождем, пока они закончат заниматься любовью, прежде чем просить о снисхождении?
     - Думаю, да.
     - Тогда мы будем ждать здесь, пока наш господин размножится.
     Они серьезно обсуждали на своем языке, как сохранить себе жизнь. Но все, что могли слышать Инь Мин Чжэн и Ши Цин, было:
     - Джиджи, джиджи?
     - Писк-писк-писк.
     - Джиджи!
     - Джи!
     Герой человечества нахмурил брови. Черный туман внезапно опустился на насекомых. Он спросил ледяным голосом:
     - Что вы делаете?
     Насекомые испугались и принялись лихорадочно объяснять:
     - Джи! Мы ничего не делали. Мы просто болтали, болтали.
     Они был так напуганы, что могли упасть в обморок на месте, но это было невозможно сказать из-за их чрезвычайно уродливой внешности, с его лбом, наполненным зеленым потом, глазами, которые были выпучены (от страха), и его ртом, наполненным клыками.
     Маленький принц Инь Мин Чжэна, казалось, испугался этого зрелища и с жалким лицом уткнулся лицом в грудь мужчины.
     Человек совсем забыл о том, как пугать насекомых. Он погладил Ши Цина по спине и успокоил его:
     - Не бойся. Я здесь.
     Тело юноши все еще слегка дрожало. Он крепко держался за Инь Мин Чжэна и, казалось, все еще находился в состоянии шока.
     Но в реальности, Ши Цин был вой системе:
     [Хахахахахахаха! Маленькая система, маленькая система иди сюда очень быстро!]
     Система, считавшая своего хозяина боссом, который не нуждался в его помощи, особенно с тех пор, как прибыл Инь Мин Чжэн, вышла из изучения 'классики даосской морали'.
     [Хозяин?]
     Ши Цин: [Хахахахахахаха!!!]
     Рассмеявшись, он передразнил насекомых, которых только что услышал: [Джиджи, джиджи!]
     Система: [Что?]
     [Писк-писк-писк.]
     Система: [?]
     В ответ Ши Цин только громче рассмеялся. Если бы его лицо все еще не было прижато к груди Инь Мин Чжэна, он бы просто катался по земле.
     Мужчине показалось, что он действительно испугался. Он впился взглядом в говорящее насекомое. Черный туман угрожающе поднялся:
     - Опусти голову.
     После этого он посмотрел на того, кто был в его объятиях. Выражение его лица снова стало мягким. Он легонько погладил его по спине и сказал тихим голосом, полным нежности:
     - Не бойся. Просто они немного уродливы. Они не посмеют шутить, когда я рядом.
     Насекомые, которые всего несколько мгновений назад были свидетелями того, как юноша был чрезвычайно властным, могли только молчать и тихо...
     Опустить свои уродливые головы.

     Примечание к части
     Джиджи?

Глава 21.

     Обеспокоенный тем, что Ши Цин все еще боится, Инь Мин Чжэн гладил и успокаивал юношу в своих объятиях. Его осторожные и нежные жесты совершенно отличались от внешнего облика далекого и сурового бога войны.
     Эта сцена заставила и без того завистливую Чжао Мяомяо возненавидеть Ши Цина всем сердцем.
     Ей хотелось встряхнуть Инь Мин Чжэна за плечи и закричать:
     - Ты что, слепой, что ли?!
     Как он был слаб! Десять минут назад этот негодяй по имени Ши Цин напугал группу насекомых до полусмерти!
     Как он мог бояться?! Как это было возможно с любой точки зрения?!
     Чжао Мяомяо даже не пыталась выразить свое недовольство. Инь Мин Чжэна уже нельзя было спасти.
     А ведь раньше она считала, что Инь Мин Чжэн не поддался на ее соблазнение только потому, что видел ее насквозь.
     Она слишком много думала. Инь Мин Чжэн был просто большим дураком!
     Инопланетянин врал напрямую, а этот парень верил ему!
     Кроме того, Насекомые, которые должны были быть ее союзниками и ранее вели себя дерзко, теперь свернулись калачиком в жалких позах.
     Ранее у Чжао Мяомяо были мысли о том, чтобы воспользоваться отвлечением внимания, созданным борьбой Насекомых, чтобы сбежать.
     Оказывается, все они довольствовались тем, что просто замерли на месте, как сидячие утки.
     Один за другим они ложились на землю лицом вниз, чтобы быть как можно незаметнее. Насекомые также изо всех сил старались преодолеть языковой барьер и переложить всю вину на Чжао Мяомяо.
     - У этой женщины злой и порочный ум. Мы, насекомые, верные и... праведные! Поверьте нам, милорд. Мы действительно просто проходили мимо.
     - Да! да! Мимо, просто шли мимо!
     Группа Насекомых эхом повторяла слова главного насекомого. Они практически зарылись в землю, настолько сильно кланялись.
     Из-за такой жалкой мольбы Ши Цин, наконец, поднял голову от груди мужчины. Может быть, раньше он действительно боялся. Уголки его глаз даже слегка покраснели. Он выглядел абсолютно жалким, особенно в сочетании с его красивым и мягким лицом и белыми пальцами, которые осторожно держали одежду Инь Мин Чжэна.
     Посмотрев на Насекомых, молодой человек откинулся назад в объятия Инь Мин Чжэна и тихо спросил:
     - Это те Насекомые, которые хотят вторгнуться на Землю?
     Герой человечества усилил хватку и холодно уставился на Насекомых:
     - Да.
     Ши Цин кокетливо потерся лицом об Инь Мин Чжэна.
     - Как может существовать во Вселенной такая ужасная раса, которая вторгается на другие планеты безо всякой на то причины?
     Лицо нескольких Насекомых на земле сразу же стало странным.
     Что они только что услышали?
     Неужели механическая раса, которая ради забавы уничтожала целые планеты разумных форм жизни, просто описывала их как злобных?
     Милорд, что вы говорите вообще?!
     Инь Мин Чжэн не уловил выражения этих Насекомых. Он тут же вспомнил, что Ши Цин жил в космическом корабле десятки тысяч лет, прежде чем прибыл на Землю.
     Даже при том, что он был защищен андроидами, кто-то столь невинный и слабый, как Ши Цин, мог сделать очень мало, если бы захватчики, такие как Насекомые, нацелились на него.
     Острые волны боли пронзали его сердце всякий раз, когда он думал о вполне реальной возможности того, что юноша бесшумно исчезнет из вселенной от рук ужасных захватчиков еще до того, как они встретятся.
     - Не бойся, - он нежно поцеловал волосы юноши и тихим голосом сказал, - мы прогоним их с Земли.
     Насекомые, все еще лежащие на земле, услышали это. Главное насекомое обрадовалось, и быстро подняло голову:
     - Не нужно этого говорить. Мы уйдем сами. Немедленно!
     - Да! Да! Мы, мы сами уйдем!
     - Мы уйдем. Сразу. Даже без него. Ни секунды промедления!
     Механическая раса присутствовала на Земле. Только те, кто сошел с ума, останутся здесь.
     Инь Мин Чжэн посмотрел на Насекомых, нахмурив брови. Он не был уверен, были ли они искренни или просто хотели уйти за подкреплением.
     Видя его нерешительность, предводитель насекомых стиснул зубы и пополз к ногам человека, умоляя его со слезами:
     - Пожалуйста, пощадите нас. Наше племя только что пришло сюда. Три дня назад. Все плохие вещи из прошлого. Все это было сделано не нами... Это было Племя Больших Глаз. Мне всего пять тысяч восемьсот шесть лет и двадцать три дня. Я еще молод. И глуп! Пожалуйста, пожалуйста, простите нас!
     Слушать, как говорят эти насекомые, было неприятно. Но смысл их слов был достаточно ясен.
     Это был первый раз, когда Инь Мин Чжэн узнал, что насекомые не были одной фракцией.
     Согласно словам этого насекомого, их раса запустила первую группу захватчиков после того, как они решили оккупировать Землю. Если бы все шло гладко, вторая и третья группы медленно тащились бы позади.
     Однако из-за присутствия такого сильного человека, как Инь Мин Чжэн, раса насекомых не смогла захватить Землю даже сейчас. Поэтому все больше и больше волн было послано, чтобы попытаться преодолеть гигантское препятствие, которым был Инь Мин Чжэн.
     Это плачущее насекомое было из многоногого племени, которое было послано три дня назад.
     По его словам, ему было чуть больше пяти тысяч лет. Молодой и невежественный, он впервые оказался на поле боя и жаждал проявить себя.
     Увы, во время первого задания он случайно попал в эту ловушку.
     Тот, к кому он обращался, был, конечно, не Инь Мин Чжэн, а юноша, которого он обнимал.
     Герой человечества не мог этого знать. Он мог только слушать насекомых, защищая молодого человека в своих объятиях. Он опасался сильного насекомого, стоящего перед ним на коленях.
     По правде говоря, было почти отвратительно наблюдать, как двухметровое насекомое со свирепым лицом и толстой шеей кричит, что он все еще ребенок.
     Инь Мин Чжэн с отвращением посмотрел на плачущее насекомое и сказал:
     - Заткнись.
     Насекомое икнуло. Он перестал говорить от страха.
     Ши Цин сжался в объятиях мужчины.
     Герой человечества почувствовал его поступок и взглянул на своего очаровательного и хрупкого 50 000 летнего ребенка. Его сердце наполнилось нежностью.
     Вот как должен выглядеть ребенок.
     Пока он нежно смотрел на Ши Цин, Чжао Мяомяо включила телефон.
     Она действовала в соответствии с первоначальным планом. Открыв приложение для прямой трансляции, она направила камеру в сторону Инь Мин Чжэна.
     Причина, по которой она могла организовать трансляцию в пустыне, была создана благодаря Ле Ююаню.
     Для собственного развлечения он собрал таланты на базе, чтобы разработать это приложение.
     Даже устройство, подающее сигнал, которым пользовалась Чжао Мяомяо, было разработано командой Ле Ююаня. Пока оно было установлено на земле, оно могло подключаться к ближайшим спутникам.
     - Неограниченный доступ в любое время и в любом месте. Универсальное сигнальное устройство для решения всех ваших проблем.
     Это был лозунг, который придумал лично Ле Ююань.
     Поскольку она уже планировала 'разоблачить' незаконные отношения между Инь Мин Чжэном и насекомыми, Чжао Мяомяо вставила устройство в землю раньше.
     Интернет был быстр, как ветер.
     Ле Ююань, который лихорадочно искал Ши Цина по всей базе, вдруг чихнул.
     - Черт побери! Я всегда был здоров и никогда раньше не чихал. Должно быть, это признак того, что Ши Цин страдает. Должно быть, он хочет, чтобы я его спас!
     - Брат Ле!
     Пока он бормотал себе под нос, к нему вдруг подбежал подчиненный с телефоном:
     - Что это?
     Ле Ююань взглянул на мобильный телефон:
     - Прямая трансляция? Мой дорогой Ши Цин был похищен, но ты хочешь, чтобы я смотрел прямую трансляцию?!
     - Нет-нет, брат Ле, посмотри поближе. Ши Цин там.
     Ле Ююань был потрясен. Когда он внимательно посмотрел на экран, то увидел, что Инь Мин Чжэн обнимает Ши Цина. Перед ними было несколько свирепых Насекомых.
     - Черт! Разве это не мой Ши Цин?!
     Он был напуган до такой степени, что не обращал внимания. Он придвинулся ближе, чтобы лучше видеть.
     Когда он приблизился, пронзительный и злобный женский голос, полный безумия, начал кричать:
     - Это так называемый герой, которому вы все поклоняетесь! Посмотрите на человека в его объятиях! Это инопланетянин! Это совсем не человек, как мы! Посмотрите на всех инопланетян в небе! Это все принадлежит этому парню!
     - Посмотри ему в глаза, посмотри на Насекомых, стоящих перед ним на коленях, а потом на роботов в небе! Когда Инь Мин Чжэна увезли, он вернулся с этим инопланетянином. С тех пор он потерял право называться героем! Он работает с инопланетянами, чтобы уничтожить нашу базу!
     - Ублюдок!
     Если бы он не знал, что это всего лишь телефон, Ле Ююань уже ударил бы кулаком по экрану.
     - Кто, черт возьми, придумал это дерьмо!!! Как мой дорогой может быть инопланетянином!
     Он не думал, что все это правда, но некоторые комментаторы были менее уверены.
     [Да, у человека, которого привел генерал Инь, действительно серебряные глаза. Как у людей может быть такой цвет глаз?]
     [Ребята, смотрите, инопланетяне в небе тоже носят серебряные одежды.]
     [Насекомые такие злобные, так как же они могут оставаться на месте так тихо? Может быть, то, что она сказала, правда.]
     Конечно, многие люди все еще не верили в это.
     [Вы все глупые? Что не так с серебряными глазами? Вы не видели катаракту?]
     [Как ты смеешь клеветать на моего Адониса? Он пролил столько крови и пота, чтобы спасти человечество, но кто-то просто должен говорить о нем плохо каждый день. Где твоя совесть?!]
     [Насекомые не двигаются, потому что там генерал Инь. Кто не знает о его доблести?]
     [К черту все. Некоторые идиоты действительно верят в это дерьмо]
     Ле Ююань бросил кинжальный взгляд на уродливо звучащие слова, которые прокручивались мимо. Он так разозлился, что засучил рукава:
     - Я собираюсь кое-кому позвонить, чтобы найти этих идиотов и избить их.
     Ведь все спутниковые телефоны и сигнальные устройства после апокалипсиса были проданы им. Даже это потоковое приложение было под его именем. Ему действительно было нетрудно найти любого пользователя.
     На пустынной стороне Инь Мин Чжэн сразу же пошел на убийство, заметив, что камера направлена на него, но его преградила одна из тонких рук Ши Цин. После этого он оставался неподвижен.
     Даже если Чжао Мяомяо тащил его имя по грязи, мужчина никак не отреагировал.
     Он доверял Ши Цину. Он предпочел верить в своего маленького принца.
     Молодой человек слушал, пока Чжао Мяомяо не закончила, прежде чем ловко освободиться из рук героя человечества.
     Он проигнорировал злобный и бдительный взгляд Чжао Мяомяо и направился прямо к камере.
     Чжао Мяомяо:
     - Нет смысла отрицать это. Я слышала от насекомых, что ты не человек. Ты и сам это признал, ты, очевидно...
     - Машина.
     Мягкий голос Ши Цин прорезал слова Чжао Мяомяо, как масло.
     - Я не человек, а представитель механической расы.
     Чжао Мяомяо была потрясена, прежде чем её охватила радость. Она завизжала, как сумасшедшая за камерой:
     - Вы, ребята, слышали это правильно? Ты ведь это слышишь?! Он признался! Он не человек!
     Ши Цин, похожий на красивого подростка, не обращал на нее внимания.
     Он лишь слегка приподнял бровь и продолжил:
     - Я машина, но я не насекомое. Земля никогда не исследовала девять главных галактик, так что вы, возможно, не знаете о различных расах, присутствующих во Вселенной. Позвольте мне объяснить вам это.
     Молодой человек слегка вздернул подбородок. Солнечный свет освещал его захватывающие дух черты, придавая ему несравненно святую ауру. Его голос был очень ясным:
     Ши Цин сказал:
     - Механическая раса всегда стремилась к миру, но мы также склонны к затворничеству. Мы путешествуем на нашем космическом корабле только для поиска опасных планет. Когда эти планеты окажутся в опасности, механическая раса прибудет и предложит помощь. Но из-за нашей замкнутой природы большая часть Вселенной знает о нас очень мало. Только горстка рас с унаследованной памятью, таких как насекомые, может понять нашу миссию миротворцев.
     Насекомые позади него вспоминали унаследованные ими воспоминания о механической расе, без разбора убивающей всех, с кем они сталкивались: '...'
     Юноша невинно улыбнулся в камеру.
     - Насекомых уже усмирили. Если вы мне не верите, можете спросить их сами.
     Сказав это, он отступил назад, чтобы показать насекомых, стоявших на коленях на земле позади него.
     Вне поля зрения камеры бесконечное море андроидов синхронно вращало своими роботизированными глазами, чтобы посмотреть на насекомых.
     У насекомых, которые видели небо, наполненное нацеленным на них оружием, по лбам стекал зеленый пот. Они дико закивали:
     - ...Да, да! Все, что он сказал, - правда!
     - Механическая раса - это... мирная раса!
     Сказав это, они почти рухнули без костей от облегчения, когда андроиды медленно убрали свое оружие.
     Один из насекомых был так напряжен, что даже его ноги потели зеленым потом.
     Только получив удовлетворительный ответ, Ши Цин вернулся на свое место перед камерой.
     На фоне нескольких насекомых, облитых зеленой жидкостью, он сделал краткий вывод.
     - Механическая раса - самая мирная раса во Вселенной.

Глава 22. Конец арки.

     Люди не могли так легко принять инопланетянина, внезапно объявившего, что он из мирной расы.
     Однако у Ши Цина была сильнейшая роботизированная армия, чтобы подкрепить свои слова.
     Именно они отправили насекомых с Земли.
     Инь Мин Чжэн объявил о союзе между человечеством и механической расой. Затем он повел людей со сверхспособностями и андроидов вместе на поле боя, чтобы нанести последний удар убегающим насекомым.
     Битва, в которой участвовала механическая раса, навсегда запечатлелась в сознании человечества.
     В тот день союз механической и человеческой расы 'мирно договорился' о перемирии с насекомыми.
     Насекомые не имели никакого реального права голоса в этом вопросе, потому что их 'убедили' раньше.
     В конце концов, они подписали договор.
     Раса насекомых никогда больше не вторгнется на другие планеты, пока они живы.
     Мало того, что они не будут захватчиками, они также должны учиться у механической расы и летать по вселенной, сражаясь с силами зла, куда бы они ни отправились.
     Невольно избранные представители стояли, дрожа, перед столом переговоров. Они бросали нервные взгляды на реальную силу зла (Ши Цин), заикаясь об условиях договора:
     - Насекомые станут мирной расой. Так же, как механическая раса...
     - Мы будем вечно охранять мир во вселенной!
     Прочитав, он вздрогнул и подписал бумагу, все время дрожа.
     - Вышеприведенное содержание навсегда будет запечатлено в наследственной памяти нашей расы джи...
     - Отлично, - в это время Ши Цин облокотился на Инь Мин Чжэна всем телом с лицом, полным удовлетворения, - насекомые все-таки могут быть разумными.
     Насекомые закивали головами, как цыплята, обильно потея, глядя на андроидов, заслонивших небо:
     - Да! Конечно!
     Большинство насекомых было изгнано с Земли, а остальных арестовали и приговорили к каторжным работам. Согласно контракту, пройдет десять лет, прежде чем они смогут вернуться в свои дома.
     Когда космические корабли насекомых покинули Землю, те, что остались позади, впали в отчаяние. Они рухнули на землю и зарыдали, оплакивая власть механической расы над ними.
     Они не могли не ожидать худшего. Передача и запоминание знаний были неотъемлемым образом жизни насекомых. Механическая раса была для них чем-то вроде бугимена, так что они не могли расслабиться ни на мгновение, пока они были рядом. Они отчаянно хотели отрезать себе все конечности каждый раз, когда встречались с одним из них.
     Как жить с этим!!!
     Улетающим насекомым было наплевать на своих товарищей. В любом случае, десять лет для насекомых - это всего лишь мгновение ока. Было бы лучше, если бы они сосредоточились на собственном побеге.
     Вернувшись домой, они сразу же собрали свои силы в свои лучшие космические корабли и...
     - ушли спасать другие планеты, попавшие в беду.
     Даже если они не хотели выполнять приказы механического короля, они должны были сделать это.
     Думая о том, как Ши Цин сказал им что механическая раса будет контролировать их на протяжении многих поколений...
     Мир!
     Они должны стремиться к миру!
     Если они не будут достаточно мирными, они будут уничтожены!
     На Земле люди также окончательно убедились, что механическая раса - это раса, желающая мира.
     В конце концов, Ши Цин был таким безобидным.
     Отец Чжао Мяомяо был приговорен к смертной казни, но у нее не забрали жизнь. После месяца заключения и изгнания насекомых с Земли суд осудил ее.
     Как та, которая похитила механического короля и вступила в сговор с насекомыми, чтобы убить генерала Инь Мин Чжэна, ее приговор привлек большое внимание.
     В конце концов, наступила эра мира. Люди, которые раньше боролись за выживание, теперь интересовались сплетнями.
     Может быть, она знала, что ее суд транслировался на международном уровне, но когда Чжао Мяомяо стояла в зале суда, она отказалась от защиты и сосредоточилась исключительно на том, чтобы затащить Ши Цина за собой.
     Она усмехнулась в камеру:
     - Почему вы все так стремитесь поверить этому инопланетянину? В самом начале именно он поставил на карту миллионы человеческих жизней в обмен на Инь Мин Чжэна. Он даже не потрудился скрыть свои проступки, но такие идиоты, как вы, просто верят всему, что он говорит!
     Слова Чжао Мяомяо вызвали бурную дискуссию среди собравшихся.
     Но прежде чем Чжао Мяомяо успела ухмыльнуться, она уловила несколько обрывков того, о чем они говорили.
     - Разве все это не было объяснено раньше? Хотя механическая раса жаждала мира, она не желала взаимодействовать с другими разумными существами. Вот почему они хотели, чтобы генерал Инь, самый могущественный землянин, объяснил ситуацию, когда они прибудут. В результате генерал Инь влюбился в их короля, который затем последовал за ним обратно на человеческую базу.
     - Наш генерал Инь так силен. Я имею в виду, что он соблазнил их короля. Механическая раса почитает своего короля как бога.
     Чжао Мяомяо сходила с ума от ярости:
     - Вы что, все ослепли?! Эти пришельцы окружили нашу базу! Они явно угрожали нам! Если они действительно хотят кого-то, почему они не могут попросить вежливо, как нормальные люди?!
     Один человек посмотрел на Чжао Мяомяо с открытым презрением, как на идиотку:
     - По сравнению с ними мы как муравьи. Если бы вы помогали муравьям избавиться от других муравьев, потрудились бы вы сказать им об этом заранее?
     - Совершенно верно. Кроме того, если бы в то время прилетел инопланетянин и сказал, что хочет помочь нам бороться с насекомыми, никто бы ему не поверил.
     - Какую выгоду они могут извлечь, обманывая нас? Они избили насекомых для нас, но ничего не просили взамен перед уходом. Оставшийся член королевской семьи даже состоит в паре с генералом Инь. Вы хотите сказать, что все это было ради генерала Инь?
     - В этой идее есть свои достоинства. Если бы такой замечательный человек, как генерал Инь, не был уже в отношениях с королем, я бы просто попытала счастья.
     Чжао Мяомяо: '...'
     Она уставилась на шепчущуюся толпу. Никто не обращал внимания на факты. Она чувствовала себя здесь единственным здравомыслящим человеком.
     За свои гнусные преступления Чжао Мяомяо была приговорена к смертной казни. Поскольку она не причинила серьезного вреда, ее наказание было приостановлено на три месяца.
     Эти три месяца больше походили на жестокое милосердие.
     В конце концов, мучительно жить, когда знаешь о своей неминуемой смерти.
     Так закончился инцидент с Чжао Мяомяо. Ее слова не произвели никакого впечатления на человечество.
     Честно говоря, если бы она сказала эти вещи два месяца назад, когда люди все еще были наиболее подозрительны к Ши Цину, тогда, возможно, все могло бы обернуться по-другому.
     Однако насекомые, пытающиеся захватить их родной мир, теперь были изгнаны. По той легкости, с которой механическая раса отбила этих захватчиков, было очевидно, что они могут завоевать Землю с минимальными трудностями, если захотят.
     Но они этого не сделали.
     Мало того, они даже дали Земле координаты Межгалактического Альянса, прежде чем бесшумно улететь.
     С их уровнем силы не было никакой необходимости устраивать шоу, если у них были дурные намерения.
     Кроме того, Земля успешно связалась с Межгалактическим Альянсом и зарегистрировалась.
     Там они узнали, что только относительно отсталые и незарегистрированные планеты были мишенью хищной расы насекомых. В конце концов, если зарегистрированная планета была в беде, все остальные члены были обязаны прийти и отомстить преступникам.
     Земля была в безопасности. По крайней мере, сейчас.
     Конечно, эта защита не была абсолютной.
     Сотрудники Межгалактического Альянса поведали им с намеком на страх в голосе: Вселенная была такой огромной с бесчисленными различными планетами и расами. Один из них, в частности, считался террористом, потому что они были гораздо более страшными, чем любые хищники, такие как раса насекомых. Насекомые грабили другие планеты в поисках ресурсов, но эта раса убивала разумные формы жизни ради забавы.
     Они прибывали без объявления и уходили без промедления, как только заканчивали.
     Что может быть ужаснее расы, которая уничтожает целые планеты только потому, что может?
     Что еще хуже, поскольку эти террористы действовали так тщательно, до сих пор не было ни одного выжившего. У Межгалактического Альянса до сих пор не было никакой информации об этой расе или каких-либо ее характеристиках.
     Они могли только бояться.
     После регистрации сотрудник вспомнил кое-что:
     - Верно, разве ваша планета не сообщала раньше, что мирная механическая раса вмешалась от вашего имени? Они еще не зарегистрировались? Мы никогда о них не слышали.
     После того, как Инь Мин Чжэн рассказал об этом Ши Цину, Ши Цин сказал, что все короли его расы были альтруистами, но также затворниками. Они уклонялись от установления связей с другими расами. Раз уж Межгалактический Альянс запросил, они вполне могут подать запрос.
     В результате в базу данных Межгалактического Альянса была добавлена новая запись.
     Механическая раса: миролюбивая. Имеет миссию помогать другим нуждающимся планетам.
     Предполагаемая степень вреда: 0
     Система, которая могла чувствует, что история переписывается: [...Хозяин, ты уверен, что это нормально?]
     [А? Что не так?]
     Ши Цин свернулся калачиком в объятиях мужчины. Он играл с пуговицами Инь Мин Чжэна.
     Система: [Этот мир будет продолжать существовать даже после того, как мы уйдем. Что, если следующий король будет убивать?]
     [Не волнуйся. Я уже принял это во внимание.]
     Молодой человек прилип к Инь Мин Чжэну, как клей. Своими маленькими, похожими на лепестки, частями он прижался к его подбородку.
     Из-за участия во всеобщих выборах мужчина долгое время не мог отдохнуть. Щетина на подбородке делала его еще более сексуальным, чем раньше.
     Любимым занятием Ши Цина в последнее время была игра с волосами на лице.
     Играя, он сказал: [Механическая раса также зависит от унаследованных воспоминаний. Пока я оставляю память о мире, следующее поколение тоже будет мирным.]
     Система подумала еще об одном: [Хозяин, ты ведь на самом деле не планируешь иметь ребенка с Инь Мин Чжэном, верно? Тогда этот бедный ребенок родится один на этой планете уже после того, как вы оба умрете. Как жалко.]
     Ши Цин: [Хахахахахаха джиджиджи!]
     Система: [?]
     [Ты действительно глупая, маленькая система. В каком-то смысле это даже мило. Ты действительно поверила мне, когда я сказал, что собираюсь размножаться с Инь Мин Чжэном? Механическая раса порождается материнским деревом, которое делает нового короля только тогда, когда чувствует, что предыдущий умер. Нет никакой необходимости в партнерах и прочей ерунде. Разве Вселенная не полна чудес?]
     [Ха-ха-ха-ха, маленькая дурочка.]
     Система: [...]
     Система: [...ну почему я такая глупая? Я возвращаюсь к своим мантрам.]
     На самом деле не только система считала это правдой.
     Инь Мин Чжэн тоже в это верил.
     Он тоже долго боролся с этим.
     Ши Цин однажды сказал ему, что он искал Инь Мин Чжэна, потому что он был самым сильным человеком на Земле. Вот почему этот маленький принц был таким липким и выбрал его своим партнером.
     Раньше, когда Инь Мин Чжэн был поглощен чувством вины и ответственности, он, естественно, не возражал против этого.
     Теперь все было по-другому.
     Он влюбился в Ши Цина, но Ши Цин был с ним только из-за его силы.
     Герой человечества мучил себя этим фактом в своем сердце.
     Он ни в малейшей степени не винил Ши Цина. Вместо этого он молча день за днем укреплял свою ментальную стойкость.
     После того, как это обнаружил Ши Цин, мужчина сначала молчал. Затем он тихо ответил:
     - Я хочу убедиться, что я самый сильный человек на Земле.
     - Ох. Тогда продолжай в том же духе.
     Ши Цин подумал, что он имеет в виду выборы. Он кивнул и подтащил кресло к тренировочной площадке. Рядом с креслом стоял чайный столик с соком.
     Ши Цин откинулся на спинку и наслаждался видом каждый раз, когда Инь Мин Чжэн тренировался.
     Ведь не каждый день можно увидеть такого красивого мужчину с равномерно распределенными мышцами, широкими плечами, узкой талией и длинными ногами, блестящими от пота от напряжения.
     Эта рутина продолжалась два месяца. Незадолго до выборов команда Ле Ююаня разработала прибор, способный измерять уровень мощности способности.
     Поскольку он был бесплатным для всех, почти все пользователи способностей в мире попробовали его из любопытства.
     Десятка была самой высокой.
     Когда поднимались другие, их было самое большее число было шесть или семь.
     Когда Инь Мин Чжэн попробовал, детектор взорвался.
     Он попробовал пять раз, и прибор взорвался пять раз. Наконец, Ле Ююань был вынужден признать, держа в руках свой личный детектор, что сила Инь Мин Чжэна намного превышала десятый уровень.
     Он сам был всего лишь семеркой!
     Еще более маловероятно, что теперь он сможет вернуть Ши Цина из объятий Инь Мин Чжэна.
     Как бы ни был подавлен Ле Ююань, Инь Мин Чжэн, от которого он яростно требовал компенсации, был в довольно хорошем настроении. Человек, который всегда представлял собой образ стабильности, даже приподнял уголки рта, чтобы показать улыбку, которую Ле Ююань считал очень высокомерной.
     Конечно, только сам герой знал, что он улыбается, потому что почувствовал облегчение.
     Похоже, что разрыв между ним и другими был довольно велик. Ему не нужно было беспокоиться, что его способности не могут сравниться или что его возлюбленный однажды сбежит.
     После выборов Инь Мин Чжэн был избран первым президентом Земли.
     Теперь он мог расслабиться и сосредоточиться на других занятиях.
     Он мог выглядеть так, будто небрежно смотрит телевизор, пока Ши Цин играет с его пуговицами, но на самом деле он был напряжен. Инь Мин Чжэн погрузился в свои мысли. Его глаза невидяще смотрели на экран перед ним. Наконец он заговорил с пересохшим ртом:
     - Ши Цин, ты хочешь увидеть большую часть?
     Юноша, которому до смерти надоело играть с пуговицами, вскинул на него сверкающие глаза.
     - Да, да.
     Тело Инь Мин Чжэна полностью расслабилось.
     Герой человечества слегка застенчиво улыбнулся, нежно держа юношу на руках.
     Ши Цин уменьшил свой вес и радостно уткнулся носом в его пальто.
     [Система, не выходи.]
     Система осторожно высунула голову: [Хозяин, ты... должен быть более нежным. В прошлый раз, когда он проснулся после того, как его накачал наркотиками, он весь день растирал поясницу.]
     С тех пор, хотя хозяин настаивал, что они действительно ничего не делали, у системы оставались сомнения в своих данных.
     Потом она послушно пошла читать свои мантры.
     Примерно через час она решила, что они уже закончили. Она осторожно высунула голову.
     Все было покрыто мозаикой.
     Она была так напугана, что снова уткнулась в книгу.
     На третьем часу Система, которая читала 'Сто домашних блюд', приготовилась отложить свою книгу.
     Трех часов должно быть достаточно для людей, верно?
     Она высунула голову.
     Потом её снова напугала мозаика.
     Наконец, через пять часов Система восстановила зрение.
     Она вышла и увидела Ши Цина, лежащего в объятиях Инь Мин Чжэна. На лице мужчины были написаны нежность и чувство вины. Он осторожно массировал больные ноги Ши Цина.
     Сцена казалась очень гармоничной. Уши Инь Мин Чжэна были даже ярко-красными от волнения.
     Однако система не знала, почему у Ши Цина болели ноги.
     Система посмотрела на хозяина, который, казалось, был в трансе. Она нерешительно окликнула его: [Хозяин?]
     Она услышала только слабый ответ Ши Цин почти минуту или две спустя: [Хмм...]
     [Ты устал? Тебе нужно что-нибудь для почек? Я только что прочитала о рецепте супа из шелковистой курицы и магнолии. Это очень питательно.]
     Ши Цин: [...]
     [Как насчет того, чтобы приготовить его для Инь Мин Чжэна?]
     Ши Цин: [...]
     Ши Цин: [Нет. Он достаточно силен.]
     Ши Цин: [Еще немного пищи, и даже кто-то из механической расы, такой как я, не сможет справиться с ним.]
     Система: [Что-что? Даже ты не сможешь выдержать?]
     Ши Цин: [Наконец-то я понимаю, почему Инь Мин Чжэн был одинок в оригинальной сюжетной линии.]
     [Почему?]
     [Потому что никто не мог с этим справиться.]
     Простодушная маленькая Система была сбита с толку: [Хозяин, говори более ясно. С чем они не могли справиться?]
     Ши Цин все еще бормотал себе под нос: [Слава богу, я не человек. Если бы это было так, для меня не было бы странным умереть прямо здесь и сейчас. Кстати, когда ты показывала мне файлы из прошлого, там был предыдущий Хозяин, который умер на кровати, верно?]
     Система, наконец, поняла, что подразумевалось, как только файлы были подняты. Её данные быстро нагрелись до расплавленного красного цвета. Она сказала приглушенным голосом: [Этот Хозяин покинул мир, потому что он закончил задание. Это не то, о чем ты думаешь.]
     [Это всего лишь предположение с твоей стороны. Не беспокой меня. Мне нужно отдохнуть.]
     Итак, система послушно ушла.
     В последний момент она с восхищением посмотрела на Инь Мин Чжэна.
     Сделать хозяина уставшим, он действительно заслуживает быть главным героем.
     ***
     На самом деле, за исключением первого раза, когда Ши Цин был настолько вымотан, потому что мужчина был слишком взволнован, Инь Мин Чжэн действительно хороший партнер.
     Он был нежен и внимателен, никогда не ревновал к физическому контакту с людьми обоих полов. Он принимал каждую черту характера Ши Цина.
     Конечно, кроме его мощных боевых и лидерских способностей, у героя человечества был один недостаток.
     Он был слишком мягкосердечен, нерешителен и слишком добр. Он был слишком хорош для этого мира.
     Например, после того, как они были вместе, Инь Мин Чжэн всегда испытывал чувство вины по отношению к своему будущему ребенку.
     По словам Ши Цина, срок службы короля был отрегулирован так, чтобы соответствовать их партнеру (100% ложь). Сколько бы ни прожил мужчина с Земли, сколько проживет и он.
     Другими словами, когда жизнь Инь Мин Чжэна закончится, жизнь Ши Цина тоже.
     В каком-то смысле это было хорошо. В конце концов, Инь Мин Чжэн будет чувствовать себя нехорошо, независимо от того, кто останется. Если он умрет, то никто не сможет защитить Ши Цина. Если Ши Цин уйдет первым, он обязательно последует за ним.
     Но его сердце все еще болело при мысли о том, что их ребенок родится в полном одиночестве двести лет спустя, и только бесчувственные андроиды составят ему компанию.
     Это ребенок его и Ши Цина.
     Инь Мин Чжэн был другим для Ши Цина, который мог уйти играть после того, как небрежно заявил, что все в порядке, потому что ребенок унаследует некоторые из его воспоминаний и всех андроидов, чтобы сохранить его в безопасности. У него было сердце традиционного и заботливого отца.
     Хотя он не мог сопровождать ребенка, он настоял на том, чтобы каждый год писать письмо, чтобы выразить, как сильно он и Ши Цин любят своего ребенка. Он также извинился за то, что не смог остаться рядом с ним, и пожелал ему долгой и счастливой жизни.
     После этого Инь Мин Чжэн тоже захотел записать видео. Человек, который был похож на божество для человеческой расы, всегда будет приветствовать камеру с улыбкой:
     - Привет, детка. Папа здесь.
     Затем камера поворачивалась к Ши Цин, которая всегда был занят играми, поеданием фруктов или просмотром телевизора:
     - Это твой папа.
     Он продолжал длинную речь о том, что они делали в последнее время, во что играли и что ели.
     Герой человечества тщательно записывал видео, чтобы их ребенок мог знать, что его любят и хотят защитить даже после того, как его родители ушли.
     Это можно было бы считать способом искупления Инь Мин Чжэна.
     В 3001 году по календарю Земли президент Инь Мин Чжэн ушел в отставку.
     В 3130 году Инь Мин Чжэн, первый глава государства после нашествия насекомых, испустил дух вместе с Ши Цином, своим возлюбленном из королевской семьи механической расы.
     Согласно их завещанию, они были кремированы вместе. Это было немного трудно из-за механического сердца Ши Цина, но, к счастью, самый мощный пользователь огневой способности, Ле Ююань, смог успешно завершить эту задачу.
     Учебники навсегда записали механическую расу как миротворцев, которые предложили помощь в самые темные времена Земли. Было также написано, что их король влюбился в первого президента и остался на Земле по сей день.
     Ле Ююань, который преследовал Инь Мин Чжэна, отнявшего у него первую любовь, сломался после того, как кремировал свою первую любовь и своего соперника. С лицом, испещренным морщинами, он проклинал Инь Мин Чжэна. Этот вопрос был исключен из книги истории.
     На механической планете далеко-далеко Материнское Дерево почувствовало уход Ши Цина и вскоре создало новую жизнь.
     Новый Механический Король лежал под деревом с закрытыми глазами, чтобы принять наследство памяти.
     Он принадлежал к механической расе.
     Он был Королем.
     Механическая раса была расой, которая стремилась к миру.
     Механическая раса могла самовоспроизводиться. Родственников у него не было.
     Он должен немедленно создать андроидов после того, как проснется. Ведь его предшественник ничего ему не оставил.
     Новый король открыл свои серебряные глаза.
     Затем он сразу же заметил горы конвертов, подарков и видео, окружающих его.
     Он встал из-за груды подарков с озадаченным выражением лица, когда посмотрел на андроидов, стоящих вокруг. К их головам были привязаны воздушные шары, и они размахивали светящимися палочками в руках, чтобы отпраздновать его рождение.
     Еще там был большой баннер, который подняли два робота, стоявшие перед ним, которые дрожали, как будто боялись, что он его не увидит.
     Там было написано: 'Поздравляю с твоим рождением. Папа и папа всегда будут любить тебя.'
     На обороте было даже нарисовано маленькое сердечко.
     Новый король, который только что унаследовал воспоминания: '...'
     Может быть, он родился не в том месте?
     Тем временем Ши Цин вернулся в пространство между мирами.
     Система взволнованно начала читать: [Поздравляю хозяина за успешное выполнение задания! Пожалуйста, выберите: 1. Переходите к следующему заданию или 2. Отдохните некоторое время]
     Ши Цин: [1111.]
     [Динь! Пожалуйста, приготовьтесь. Мы немедленно прыгнем в новый мир.]

     Примечание к части
     С одной стороны, Чжао Мяомяо та еще стерва. С другой стороны, она была единственным здравомыслящим человеком на всей Земле. У меня немного двойственное отношение к ней.
     Когда я читала первый раз, то первая арка мне не сильно понравилась. Хорошо, что я не бросила читать дальше: следующая арка мне понравилась куда больше.

Глава 1. Император кино.

     Когда Ши Цин снова открыл глаза, он обнаружил, что сидит перед зеркалом для макияжа, и кто-то шепчет ему:
     - Брат Ши, я добавил это к еде Цзин Юаньци.
     - Хм, - небрежно отвечает Ши Цин, просматривая свою кратковременную память.
     Это тело когда-то принадлежало императору кино. Обычно он просто выглядел несколько мрачным, хотя на самом деле он всегда завидовал тем, кто был талантлив и моложе его. Он не пожалеет денег, чтобы подавить таких людей, если они появятся.
     На ум пришел Цзин Юаньци, начинающий артист.
     Благодаря сочетанию его выдающейся внешности и высоких актерских навыков, он уже получил хорошую известность и много поклонников сразу после дебюта.
     Первоначальный владелец всегда завидовал ему, но он мог осуществить только несколько мелких и отвратительных планов, потому что за Цзин Юаньци стояла грозная сила.
     На этот раз они просто оказались в одной съемочной группе. Зная, что директор больше всего презирает тех, кто несерьезно относится к съемкам, и что Цзин Юаньци любит острую пищу, несмотря на то, что после этого у него всегда болит живот, первоначальный владелец придумал план. Он угостил Цзин Юаньци едой и велел своему помощнику добавить еще соуса. Он был сделан из дьявольского перца, и одного укуса было достаточно, чтобы прожечь дыру в кишечнике.
     Невозможно было увидеть, есть ли он там, но вкус был очень острым. Даже если Цзин Юаньци заметит, что что-то не так, пока он ест, он ничего не сможет с этим поделать. В конце концов, блюдо называлось 'острый цыпленок'. Было нормально иметь немного остроты.
     Может быть, это и был небольшой план, но уж точно отвратительный.
     Система также видела все это. Она начала паниковать: [Хозяин! Поторопись и прекрати это, или враждебность Цзин Юаньци взлетит до 100 после этой еды!]
     Ши Цин не торопился. Он откинулся назад: [Сначала проверь, сколько сейчас.]
     Система: [......Значение враждебности Цзин Юаньци: 100/100]
     Ши Цин не удивился.
     По воспоминаниям прежнего владельца, Цзин Юаньци казался очень бесстыдным и неуважительным по отношению к старшим. Но Ши Цин видел, что у Цзин Юаньци было плохое отношение к первоначальному владельцу, потому что он знал, что другой человек был склонен подавлять его.
     [Просто подожди и увидишь. Он придет сюда с минуты на минуту. Давай, у нас есть очки, которые можно потратить. Сходи в торговый центр и купи... А, ладно. Давай начнем с этого.]
     Через несколько секунд дверь раздевалки распахнулась.
     Вошел молодой человек. Он был очень хорош собой, с глазами формы цветов персика и высоким носом. Однако сейчас его лицо было холодным. Он подошел к Ши Цину и почти швырнул перед ним коробку, которую держал в руке.
     Его голос был жестким:
     - Ешь.
     Помощник рядом с Ши Цин был ошеломлен, прежде чем рассердиться:
     - Что ты делаешь?! Как ты смеешь так обращаться с моим братом Ши?! Почему он должен есть твои объедки?!!!
     Цзин Юаньци усмехнулся. Он скрестил руки на груди, глядя на Ши Цина, который молча смотрел на него:
     - Он знает, что сделал.
     Он думал, что Ши Цин встанет и отругает его за неуважение к старшим или снова начнет жаловаться директору.
     Но красивый мужчина в кресле только бросил на него равнодушный взгляд, прежде чем спокойно начать есть.
     Прошла минута. Потом две. Три.
     Десять минут спустя Ши Цин медленно и методично расправился с едой.
     Он даже достал носовой платок, чтобы вытереть рот. Он посмотрел на Цзин Юаньци, выражение лица которого постепенно становилось немного растерянным. Его тон был ледяным:
     - А теперь убирайся.
     После того, как Цзин Юаньци ушел, Ши Цин тоже выгнал своего помощника. В раздевалке остался только он.
     Только тогда он закрыл глаза и начал внимательно изучать информацию об этом мире.
     Это был роман, связанный с кругом развлечений. Главный герой Цзин Юаньци родился в богатой семье, но после окончания университета поссорился с родственниками. В припадке ярости бизнес-гений сбежал из дома, чтобы стать артистом. Менее чем за полгода он превратился из неизвестного новичка в самую горячую будущую звезду.
     Конечно, не только благодаря его усилиям. Возможно, он и поссорился со своей семьей, но у него все еще были связи с молодыми людьми из богатых семей. Все эти молодые люди были избалованы дома и имели довольно большое влияние снаружи. Их влияние было особенно ярко выражено в развлекательном кругу. Когда пришел Цзин Юаньци, они очень хорошо заботились о нем.
     Однако недостатком сокрытия его личности и наличия многих богатых сторонников было то, что люди могли принять его за кого-то, кто продал свое тело, чтобы продвинуться вперед.
     Особенно потому, что этот молодой человек был довольно хорош собой. У него гибкое тело с четко очерченными бровями и глазами формы цветов персика. Он выглядел так, будто всегда слегка улыбался, даже если это было неправда. Это, в дополнение к его великолепному телосложению, выделяло его даже среди других артистов.
     В результате некоторые люди, включая первоначального владельца, которые были нетерпимы к таким людям, как Цзин Юаньци, рассматривали его как просто пушечное мясо, который полагается на свою красоту.
     Первоначальная жизнь Цзин Юаньци должна была пройти гладко. Он достигнет вершины развлекательного круга, а затем будет упорно трудиться, чтобы построить свою собственную бизнес-империю.
     К сожалению, возможно, из-за того, что автор слишком много конкретизировал своего персонажа, роман обрел собственную жизнь.
     Реальность часто была даже более драматичной, чем вымысел.
     В конце концов, Цзин Юаньци погиб от рук самого большого босса в книге.
     В оригинальной сюжетной линии, хотя у самого большого босса была могущественная семья и преимущество в кругу развлечений, ни одна из его схем не увенчалась успехом, и в конце концов он был убит Цзин Юаньци.
     Но после того, как этот мир стал реальным, самый большой босс вообще не хотел ждать, пока Цзин Юаньци вырастет. Он нанял наемника, чтобы разобраться с ним на ранней стадии.
     Со смертью главного героя мир разрушился. Игра была окончена.
     Система терпеливо ждала, пока Ши Цин закончит переваривать сюжет. Она оживленно заговорила только тогда, когда он открыл глаза: [Хозяин, твоя задача очень проста. Нужно охранять главного героя и уменьшить значение враждебности до менее чем 50% в месяц!]
     Пройдя через последний мир, она полностью убедилась в доблести такого опытного Хозяина, как Ши Цин. Она терпеливо ждала победы, как будто победа была предрешена.
     Ши Цин откинулся на спинку стула. Его тон был мягким: [Угадай, малышка. Кто самый большой босс в этом мире?]
     У Системы вдруг появилось дурное предчувствие: [...Я не знаю.]
     [Это я.]
     Система: [...]
     [Какой сюрприз.]
     Листая воспоминания, Ши Цин продолжил: [В последнем мире, по крайней мере, у главного злодея не было времени что-либо делать. На этот раз все гораздо сложнее. До того, как мы пришли сюда, этот человек уже сделал то, что не должен был.]
     [Злоупотребляет своим положением, унижает младших. Позвольте мне проверить последнее дело. Да, в дополнение к этому инциденту с дьявольским перцем он также хотел тайно использовать свои связи, чтобы убрать Цзин Юаньци из этого фильма, узнав, что фильм станет большим хитом.]
     Система: [...]
     Она долго молчала, прежде чем осторожно спросила: [Он... не знает, верно?]
     Ши Цин безжалостно разрушил последнюю надежду Системы: [Он знает. Иначе почему бы его враждебность ко мне 100?]
     Система: [Ууу...]
     [Хозяин, может быть, нам стоит сдаться? В любом случае мы заработали очки с прошлого мира. Это не так уж и важно - можно оставить этот мир.]
     [Зачем уходить?]
     Ши Цин прищурился, глядя на себя в зеркало: [Тебе не кажется, что чем сложнее проблема, тем интереснее она становится?]
     [Но прежде всего замени мое притупленное чувство вкуса невосприимчивостью к боли. И достань мне железный желудок.]
     Как только Система услышала, что они остаются, она снова была счастлива. Она радостно открыла интерфейс обмена: [Хозяин, иммунитет к боли уже куплен, так что ты можешь обменять притупленные вкусовые рецепторы на железный желудок.]
     [Сделай это.]
     Система не могла следить за мыслительным процессом Хозяина, поэтому она с любопытством спросила: [Я могу понять железный желудок, но как иммунитет к боли помогает в этой задаче?]
     [Я забыл, что ощущение остроты пришло от боли. Мой рот был бы в огне, если бы я ничего не сделал.]
     Система, которая слушала его, который говорил все это ровным тоном: [...]
     Этот хозяин действительно слишком жесток.
     Ши Цин встал, поправил одежду и посмотрел на себя в зеркало.
     На самом деле, это лицо выглядит действительно хорошо, из-за правильного ухода цвет лица светлый, глаза ясные, хотя сейчас макияжа не было, но губы проявляют естественную нежность лепестков.
     Он был выдающимся красивым мужчиной, как ни крути.
     Просто оригинал всегда был таким мрачным. Он отказывался общаться с людьми более низкого статуса. Каждый день на его лице было одно и то же неприкасаемое выражение. Даже если бы его черты были десятью из десяти, они должны быть уменьшены до семи.
     Это было причиной того, что большинство его поклонников были привлечены их сочувствием к ролям, которые он играл, а не к его лицу.
     Ши Цин пропустил значительную часть до этого.
     Происхождение первоначального владельца было действительно более престижным, чем у главного героя. Однако его мать рано умерла, и его мачеха привела сына в семью после того, как его отец снова женился. Хотя этот сын не имел с ним кровного родства, отец первоначального владельца был очень дружелюбен к нему из-за его сладких речей.
     Первоначальный владелец ревновал. Он несколько раз выступал против своего сводного брата. Другой человек отомстил, настучав на него отцу. Как мог такой человек, как он, которого всегда баловали, терпеть, когда его ругают? Он убежал из дома в гневе, как Цзин Юаньци.
     Но ему также повезло больше, чем Цзин Юаньци. Его отец на самом деле не сердился на своего сына. Хотя первоначальный владелец покинул дом, чтобы пойти в круг развлечений, его отец всегда использовал свои собственные связи, чтобы защитить своего сына и позволить ему стать императором кино.
     Несмотря на это, первоначальный владелец становился все более мрачным из-за своего сводного брата. Он не мог видеть, как другие люди веселятся. В конце концов, его сводный брат казался таким веселым каждый день. Его рот был достаточно проворен, чтобы оживить мертвого.
     Кроме того, он ненавидел всех, кто был хоть немного талантливее его. Он подавлял их с крайним предубеждением, как только узнавал о них.
     Такие люди, как Цзин Юаньци, которые привыкли к публичности и обладали удивительным талантом, были тем типом, который первоначальный владелец презирал больше всего. Поэтому, найдя этого 'точно такой же, как его раздражающий младший брат', он сделал шаг, не думая ни о чем.
     После этого, чем больше он старался, тем больше ненавидел этого человека. Чем больше он его ненавидел, тем больше старался.
     Странно было иметь такую сильную обиду на человека, чье единственное преступление состояло в том, что он был талантливее его. Но первоначальный владелец не думал, что он делает что-то не так.
     С самого детства его воспитывали как самого лучшего. Он получал все, что хотел. Неужели так странно наступить на муравья, который его обидел?
     Цзин Юаньци был самым большим муравьем, которого он хотел растоптать.
     Когда Ши Цин открыл дверь гардеробной и вышел, ассистент уже ждал снаружи. Он поспешил поприветствовать Ши Цина, как только увидел его:
     - Брат Ши, ты закончил съемки на сегодня. Ты хочешь вернуться в отель?
     Судя по его воспоминаниям, этот помощник был новеньким. Все предыдущие были вскоре уволены первоначальным владельцем. Поскольку ни один из его помощников не продержался дольше месяца, он получил в кругу прозвище 'свободная рука'.
     Смысл этого был в том, что в то время как другие крепко держались за своих подчиненных, его хватка была настолько слабой, что он даже не мог удержать их в течение месяца.
     - Я не собираюсь возвращаться в отель. Я останусь здесь, - холодно ответил Ши Цин. Он взглянул на молодого помощника, - как тебя зовут?
     Помощник, который служил ему три дня, подумал, что этому господину потребовалось слишком много времени, чтобы спросить о его имени. Тем не менее, он сделал вид 'это нормально, что вы не знаете имени своего помощника через три дня'. Он ответил:
     - Меня зовут Гао Чжи. Брат Ши, ты можешь звать меня просто Сяо* Гао.
     - Эн, - пренебрежительно отозвался Ши Цин.
     Гао Чжи взглянул на ленивое поведение человека перед ним. Он думал, что слухи, которые ходили вокруг, были правдой.
     Этому человеку действительно было трудно угодить.
     Хотя Гао Чжи был здесь уже три дня, первые два он был занят, выполняя поручения. Сразу после сегодняшней встречи с Ши Цином ему было поручено добавить острейший соус из дьявольского перца в еду восходящей звезды в той же съемочной группе.
     Поначалу Гао Чжи почувствовал, что видит уродливую сторону развлекательного круга воочию. Он не встал и не сказал, что это неправильно. Вместо этого он послушно купил соус и накормил Цзин Юаньци.
     Когда он только начинал свою карьеру, старшие по званию предупреждали его, что в этом кругу есть много тайн. Если вы хотите сохранить свою работу, вы должны игнорировать то, что делают вышестоящие, если это не что-то незаконное.
     В конце концов, Гао Чжи никак не мог продолжать жить в этом городе, если он станет безработным.
     Раньше он испытывал симпатию к Цзин Юаньци, но последовавшая за этим цепь событий превзошла все его ожидания.
     Прежде всего, Цзин Юаньци, который был немного свежим актером, который должно было держать голову опущенной, был слишком упрямым.
     Затем Ши Цин, который был зачинщиком с предполагаемой обидой на Цзин Юаньци, на самом деле съел всю коробку для завтрака, в которую был добавлен соус из дьявольского перца.
     Это был дьявольски острый соус!
     Прежде чем Гао Чжи купил его, он просмотрел отзывы о нем. Комментарии были довольно пугающими, упоминая такие последствия, как опухшие губы, боль в заднице и даже язвы.
     Он лично добавил бутылку дьявольского перцового соуса, который гарантированно заставлял людей желать умереть с одного глотка.
     Но Ши Цин закончил есть все это с невозмутимым лицом...
     Гао Чжи бросил еще один взгляд на своего нового босса. Он очень беспокоился о его пищеварении.
     Ши Цин чувствовал себя более чем хорошо.
     Когда Цзин Юаньци снова увидела Ши Цина, император кино сидел, слегка откинувшись назад, в расслабленной позе. Его светлое выражение лица было невозможно расшифровать, когда он разговаривал с Гао Чжи, который был рядом.
     Тело Ши Цина было длинным и стройным. Он выглядел как приятная картина, просто развалившись на стуле. Под солнечным светом его кожа сияла. Казалось, каждая его часть была тщательно вылеплена. Немного мускулов там, немного здесь. Все это соединилось в совершенстве.
     К сожалению, чем привлекательнее он выглядел, тем более отталкивающим он казался Цзин Юаньци.
     Ему было неприятно, что человек с такой внешностью полагается на свою личность, чтобы подавлять молодое поколение.
     Возможно, это было связано с его необычными чертами лица, но Цзин Юаньци было несколько любопытно, что Ши Цин говорил своему помощнику. Он никогда не умел сдерживать себя. Цзин Юаньци не стал думать ни о чем другом, тихо придвинувшись ближе к Ши Цин.
     Когда его вырвало после того, как он съел один кусок риса, ему даже не пришлось гадать, кто это сделал. Этот неприкрытый саботаж на уровне начальной школы мог быть только работой того человека, который всегда был против него по какой-то причине, Ши Цина.
     Цзин Юаньцзи был очень зол.
     Откуда взялась вся уверенность императора кино? Он даже не потрудился скрыть свои действия.
     Неужели он действительно думает, что его семейного происхождения и статуса достаточно, чтобы защитить его от возмездия?
     Он не собирался терпеть дурные привычки этого человека.
     Он бросился агрессивно искать его, но Ши Цин без колебаний съел еду, от которой Цзин Юаньци не смог переварить даже один кусочек.
     Это заставило Цзин Юаньци, который был полон решимости преподать Ши Цину урок, потерять всю злость. Как будто он пытался ударить по воздуху.
     Он действительно хотел знать, притворяется ли сейчас Ши Цин или он действительно не реагировал на острую пищу.
     Как леопард на охоте, молодой человек плавно напряг мускулы и бесшумно шагнул за спину Ши Цина, не привлекая к себе никакого внимания.
     Император кино разговаривал с Гао Чжи. Его голос был холодным и отстраненным:
     - Этот соус был довольно вкусным. Купи еще одну бутылку.
     Гао Чжи: '...'
     Его разум был заполнен образами обожжённого кишечника, но любовь к зарплате заставляла его быть сильным:
     - Хорошо, брат Ши.
     Ши Цин:
     - Скажи режиссеру, что я тоже куплю ужин для всех. Возьми немного денег, чтобы заплатить за это.
     С мыслью 'как скажешь, босс' и другими идеями бескорыстной преданности своему начальству в голове Гао Чжи осторожно спросил:
     - Брат Ши, мне снова добавить этот соус к порции Цзин Юаньци?
     Цзин Юаньци тоже хотел это знать.
     С того места, где он стоял, молодой человек мог шпионить за человеком, который совершенно не подозревал о его существовании.
     Его спина расслабленно покоилась на стуле, а поза была совершенно ленивой. Цзин Юаньци видит его маленькие, белые и нежные мочки ушей, а также тонкий затылок под мягкими волосами.
     На него было неплохо смотреть.
     Тогда заговорил Ши Цин.
     Только теперь Цзин Юаньци понял, что голос Ши Цин был очень отчетливым. Он был прозрачным и холодным и напоминал ему нефритовые бусины. Это заставляло людей чувствовать, что это был человек, который держал всех на расстоянии.
     Его голос был холоден, и он казался расстроенным.
     - Ему это не нравится, зачем добавлять?
     Цзин Юаньци был доволен его словами.
     Содержание этих слов казалось недовольным.
     Услышав это, Гао Чжи долго молчал. Затем он осторожно напомнил своему боссу:
     - Брат Ши, гм. Большинство людей обычно не любят соус, приготовленный с дьявольским перцем... верно?
     Цзин Юаньци прятался прямо за Ши Цином. Он посмотрел вниз, когда эти нежные, похожие на лепестки губы слегка затрепетали.
     Ши Цин оставался таким же невозмутимым, но Цзин Юаньци почувствовал намек на уныние, исходящий от этого человека.
     Голос императора кино звучал тише, чем раньше, словно он бормотал что-то себе под нос:
     - Но мне это нравится.
     [Динь! Значение враждебности Цзин Юаньци: 99/100.]

     Примечание к части
     *Сяо переводится как маленький.
     Позиция Гао Чжи: любой каприз за ваши деньги, брат Ши.

Глава 2.

     Цзин Юаньци не мог долго прятаться.
     Когда Ши Цин закончил фразу, Гао Чжи непреднамеренно обернулся и заметил его.
     Помощник, который только начал работать три дня назад, сглотнул:
     - Брат Цзин?!
     Цзин Юаньци взглянул на него, и Гао Чжи невольно отпрянул. Он стоял неподвижно, потому что боялся пошевелиться.
     Он был в растерянности. Цзин Юаньци обычно был открытым и жизнерадостным. Он казался кем-то, с кем легко ладить. Как его глаза могли быть такими пугающими сейчас?
     Цзин Юаньци никогда не обращал внимания на тех, кто не мог вызвать его интереса. Ему было все равно, что думает о нем Гао Чжи, но он был немного расстроен.
     Словно леопард бесшумно спрыгнул с дерева. Он подкрался к своей жертве, не издавая ни звука, наслаждаясь трепетом охоты. Внезапно черная ворона издает громкое 'КАААР' и разрушает всю его тяжелую работу.
     Его интерес к засаде пропал, потому что добыча заметила его.
     Это больше не казалось захватывающим.
     Когда он увидел, что Ши Цин стоит и смотрит на него со знакомым безразличием, его настроение еще больше испортилось.
     Цзин Юаньци видел это выражение слишком много раз, чтобы сосчитать. С тех пор как он впервые встретил Ши Цина, этот человек всегда был таким мрачным.
     Все знали, что император кино - человек немногословный. Но каждый раз Цзин Юаньци чувствовал, что это не потому, что он был тихим. Выражение его лица практически кричало: 'Вы, муравьи, не достойны даже слушать, как я говорю'.
     Цзин Юаньци умел видеть других насквозь.
     Прежний Ши Цин был человеком без каких-либо положительных качеств.
     Этот так называемый король развлекательного круга и император кино с бесчисленными поклонниками были всего лишь маскировкой сломленного и озлобленного человека.
     Он был высокомерен, мрачен и всегда действовал против него безо всякой причины.
     Цзин Юаньци изначально пришел на прослушивание только для того, чтобы сказать, что он пытался. Но когда он узнал, что Ши Цин планирует убрать его из фильма, он решил, что он должен получить эту роль, несмотря ни на что.
     Если Ши Цин использовал свои связи, чтобы отстранить его от этой роли, то он использует свои собственные связи, чтобы получить ее.
     В конце концов, он был рожден бунтовщиком. Чем больше другие пытались остановить его, тем больше ему хотелось это сделать. Не говоря уже о том, что это был Ши Цин, император кино, с которым он никогда не мог ужиться.
     Когда Ши Цин посмотрел на него с тем знакомым выражением, которое он ненавидел, мятежная жилка Цзин Юаньци подняла свою уродливую голову.
     - Учитель* Ши Цин любит есть дьявольский перец?
     Когда равнодушный человек перед ним услышал это, его лицо немного изменилось. Цзин Юаньци заметил, что его брови сморщились и слегка изогнулись. Это была лишь малая часть, но он мог видеть это при внимательном наблюдении.
     Понаблюдав еще немного, он обнаружил, что брови Ши Цин имеют форму полумесяца. Он вспомнил, что однажды бегло просмотрел анализ бровей.
     В статье говорилось, что люди с серповидными бровями были мягкими, добрыми и доступными.
     Но вы могли бы сказать, что это полная ерунда, просто взглянув на Ши Цина.
     В тот день, когда императора кино можно будет назвать доступным, будет идти кровавый дождь.
     Ши Цин, казалось, проигнорировал его дружеский вопрос и продолжал угрюмо смотреть на него. Неужели его нежные губы не собирались произнести в ответ ни единого слова?
     Возможно, это произошло из-за того, что Цзин Юаньци уже видел это раньше, но Цзин Юаньци мог видеть след уклонения на лице актера, который был невыразительным и молчаливым.
     Чем больше Ши Цин старался не обращать на него внимания, тем больше Цзин Юаньци хотел общаться с ним.
     У молодого человека была хорошо отработанная яркая улыбка:
     - Хотя я не могу есть слишком острые блюда, я знаю друга, который выращивает дьявольский перец. Его урожай высшего качества и очень острый. Все они выращены естественным путем, без добавления пестицидов. Как насчет того, чтобы я принес учителю бутылку, чтобы попробовать?
     В глазах Цзин Юаньци Ши Цин поднял глаза с легким интересом. Однако он намеренно отвел взгляд, заметив его пристальный взгляд. В ответ он бросил только одно слово:
     - Да.
     Поначалу темперамент императора кино был довольно мрачным. Когда он не смотрел на людей, у других возникало ощущение, что он смотрит на них презрительно.
     Если бы это был он из прошлого, Цзин Юаньци уже был бы расстроен до такой степени, что ушел бы. Но теперь, возможно, из-за предчувствия, он думал, что этот человек избегает зрительного контакта, потому что он немного взволнован.
     Жизнь в съемочной группе была действительно слишком скучной. Обнаружив, что Ши Цин может отличаться от его первого впечатления, юноша внезапно чрезвычайно заинтересовался им.
     Он злобно улыбнулся про себя, намеренно неверно истолковав слова Ши Цин:
     - Учитель Ши Цин так холоден ко мне, потому что я тебе не нравлюсь?
     Перед ним незаметно застыл император кино, упрямо смотрящего не на него. Тонкие пальцы, лежащие по бокам, тоже слегка сжались.
     Цзин Юаньци мог понять, что ему было неловко из-за того, что он сказал.
     Ши Цин приоткрыл свои красивые губы, как будто собирался объяснить сложную концепцию. В конце концов, он просто снова закрыл рот.
     Спустя почти две секунды красивый мужчина с мрачным характером наконец поднял голову. Он нахмурился и холодно произнес одну-единственную фразу:
     - Думай что хочешь.
     Он повернулся и тут же ушел, выглядя абсолютно равнодушно.
     Гао Чжи на секунду задумался о том, что его босс на самом деле просто так ушел. Еще секунду он размышлял, стоит ли извиняться перед Цзин Юаньци от имени своего босса.
     Несмотря на то, что они и раньше конфликтовали в раздевалке, было не очень хорошо устраивать скандалы на публике перед всей съемочной командой.
     Вот почему он быстро сказал:
     - Мне очень жаль, учитель Цзин. Брат Ши плохо себя чувствует. Он может чувствовать себя неловко, потому что его старая болезнь снова появилась. Пожалуйста, простите нас за то, что мы ушли первыми. Я действительно сожалею об этом.
     С этими словами он повернулся и побежал за Ши Цином.
     Цзин Юаньци совсем не возражал.
     Старая болезнь, да?
     Скорее, ему не терпелось уйти.
     Цзин Юаньци встречал много людей, которые не были хороши в объяснениях. Поскольку он не знал, как объяснить, когда другие не понимают его, он сделал жесткий вид и позволил им верить во что угодно.
     Для Цзин Юаньци то, как Ши Цин только что ушел, было похоже на то, что он бежал, спасая свою жизнь.
     Ему это показалось очень интересным.
     Ши Цин всегда была известен своей властностью по отношению к внешнему миру. Может быть, его репутация была вызвана этим?
     Он еще немного подумал. Все считали Ши Цина крепким орешком, поэтому все избегали его и говорили, что он холодный, безжалостный, черствый и мрачный.
     Но на самом деле Цзин Юаньци был единственным, кто знал, что под этой жесткой внешностью скрывается нежное мясо. Он даже убежит в страхе, если его ткнуть. Когда его видели насквозь, он тщательно прятался за панцирем, как за щитом, и пытался отпугнуть противника своими шипами.
     Цзин Юаньци все больше и больше интересовался им. Такой противоречивый человек должен был быть твердо настроен на то, чтобы спрятаться и не создавать никаких проблем.
     Но он явно получил известие о том, что Ши Цин потребовал убрать Цзин Юаньци из фильма, не смотря на то, что он успешно прошел прослушивание.
     Ши Цин определенно промолчал бы, если бы он спросил его прямо.
     Но это не имело значения. Поскольку каждый день они проводили вместе в одном отеле и в одном актерском составе, у них было достаточно времени, чтобы все выяснить.
     ***
     Хотя в полдень он ушел в спешке, ближе к вечеру Ши Цин молча вернулся. Он сидел в своем кресле со своим обычным безразличием, наблюдая за людьми, которые в данный момент снимались.
     Сейчас снимался Цзин Юаньци.
     Этот молодой мастер действительно был одарен. Вне съемочной площадки все ясно видели его смелую и яркую натуру. Но как только камера начала вращаться, он стал мрачным злодеем в пьесе. Каждая его черта несла в себе мрачный и злой дух.
     Для остальных актеров 'император кино' был безмолвен и равнодушно наблюдал за игрой Цзин Юаньци.
     [Посмотри на эти длинные ноги.]
     [Черт, его тело твердое и привлекательное.]
     [Его низкий голос звучит так угрожающе. Лао Цзы может слушать его всю ночь.]
     Система: [Хозяин, кто-то идет.]
     Как только она сказала, из-за спины Ши Цина раздался загадочный голос.
     - Брат Ши так внимательно наблюдает. Малыш Цзин, конечно, хороший актер, но разве брат Ши не чувствует, что фраза 'старое лучше нового' действительно подходит именно сейчас?
     Ши Цин никак не отреагировал. Он сохранял свою расслабленную позу.
     Только когда говоривший встал перед ним, он смог назвать имя этого человека.
     Чжу Аньхэ, актер, вошедший в компанию одновременно с первоначальным владельцем.
     Была только одна причина, по которой Чжу Аньхэ мог продержаться до сих пор с кем-то, столь же склонным к ревности, как и первоначальный владелец.
     Чжу Аньхэ был слишком бесполезен.
     Внешность у него была хорошая, но в круге развлечений не было недостатка в симпатичных людях. Его личность и удача были средними. Самое печальное, что его актерские способности были особенно плохими.
     Первоначальный владелец был слишком ленив, чтобы утруждать себя сокрушением человека, уступающего ему во всех отношениях.
     Согласно оригинальной сюжетной линии, Чжу Аньхэ недавно очаровал старого генерального директора, что было единственной причиной, по которой он, наконец, поднялся с самого низа, чтобы получить роль в фильме.
     Но он позволил своему вновь обретенному статусу вскружить ему голову. Кроме того, поскольку он никогда раньше не занимал такого высокого положения, Чжу Аньхэ не знал многих негласных правил.
     Человек, который считал себя непобедимым просто потому, что соблазнил председателя развлекательной компании, быстро оскорбил и первоначального владельца, у которого была огромная поддержка, и Цзин Юаньци, который обладал не менее слабой поддержкой.
     Первоначальный владелец не проявил милосердия и окунул свою с трудом заработанную репутацию в грязь. Затем он свалил всю вину на Цзин Юаньци.
     К тому времени, когда их конфликт закончился, никто не заботился о том, что стало с Чжу Аньхэ.
     Ничего хорошего, это точно.
     Чжу Аньхэ выставлял напоказ свой грязный рот:
     - Я слышал, что малыш Цзин должен был подцепить несколько богатых наследников, чтобы попасть в этот фильм. Брат Ши, ты это знал?
     Ши Цин молчал. Его далекие глаза всегда были устремлены на Цзин Юаньци.
     Цзин Юаньци только что закончил съемку и снимал веревки, удерживающие ранее его в воздухе. Когда он приземлился, он снял свое древнее китайское облачение, и затем подошел.
     - Но нет ничего необычного в том, что ты не знал. В конце концов, ты уже далеко за пределами расцвета своего таланта, поэтому понятно, что ты не в курсе последних событий. Кстати, брат Ши, это правда, что в этом году ты не получил даже двух ролей? Ты ведь здесь пользуешься своими связями, верно? Кажется, что никто не может избежать хватки времени. Раньше ты вел себя так достойно. Теперь ты даже не можешь сравниться с безымянным актером вроде меня. Теперь, когда я думаю об этом, я действительно был занят в последнее время. Я не был свободен даже день, так как мое расписание заполнено. Есть несколько крупных компаний, конкурирующих за меня, и я должен уйти, как только закончу здесь. Я так завидую брату Ши за то, что у него так много свободного времени.
     Ши Цин тихонько заморгал на очень медленной скорости. Его лицо было пустым и совершенно не изменилось.
     Однако Цзин Юаньци просто случайно услышал последнюю фразу, когда он пришел. Он был взволнован. Съемки на съемочной площадке были настолько скучными, что он беспокоился о том, что ему нечем заняться. Подумай, сколько удовольствия он может получить, провоцируя этого парня.
     Пара персиковых глаз юноши слегка изогнулась, когда он выдал солнечную улыбку. Напротив, его слова были абсолютно беспощадны:
     - Если учитель Чжу Аньхэ действительно завидует учителю Ши Цину, то я могу замолвить за тебя словечко перед советом инвесторов. Думаю, они позволят тебе взять хороший длительный отпуск на несколько лет.
     - Замолвить словечко?
     Чжу Аньхэ живо скрыл свой презрительный взгляд. Его тон был глубоко саркастическим:
     - Когда, на их кроватях? Малыш Цзин, позволь мне дать тебе совет как младшему. Следи за тем, что ты говоришь, чтобы не обидеть не того человека.
     - Какое совпадение.
     Цзин Юаньци бессмысленно улыбнулся:
     - Я как раз собирался сказать то же самое тебе, старший. Ах да. Старший, позже у нас будет сцена, где мне нужно дать тебе пощечину. Пожалуйста, будь осторожен и не сопротивляйтесь моей руке слишком сильно, иначе этот младший не сможет жить с собой, если случайно оставит синяк.
     - Ты! - Чжу Аньхэ не был настолько глуп, чтобы не уловить скрытое в словах Цзин Юаньци послание. Сначала он рассердился, потом начал смеяться, - ударить меня! Ты осмелишься дать мне пощечину! Если сегодня у меня распухнет лицо, завтра можешь собирать свои вещи! Попомни мои слова!
     - Конечно. Я весь дрожу. Вы действительно не похожи на человека, готового дать себе пощечину, чтобы выглядеть более жалким перед своим пожилым любовником.
     Молодой человек расплылся в улыбке и, не обращая внимания на кипящего от злости Чжу Аньхэ, встал рядом с Ши Цин.
     - Учитель Ши, я помню, ты говорил, что любишь собак. Ты ведь хотел завести одну в будущем, верно? Один совет: избегайте тех, что поменьше. Особенно та порода, которая сейчас перед нами. Чем собака меньше, тем громче и яростнее лает на других.
     Это было оскорбление, которое мог понять даже дурак.
     [Ух ты, как жестоко.]

     Примечание к части
     *вежливое обращение, как к более опытному человеку. Разумеется, Ши Цин никогда не был учителем Цзин Юаньци.

Глава 3.

     Ши Цин продолжил говорить Системе: [Этот парень виновен только в том, что у него грязный рот и плохой характер. Нет необходимости заходить так далеко.]
     Система раньше читала рецепты. Она понятия не имела, о чем говорит Хозяин, но быстро подхватила: [Да, да, он слишком жесток.]
     - Хорошо! Хорошо! Цзин Юаньци! Только подожди!!!
     Чжу Аньхэ все еще носил одежду в древнем стиле. Он в гневе взмахнул рукавами и бросился прочь. Для Цзин Юаньци он был просто игрушкой. Ему было все равно, уйдет он или нет. Он улыбнулся и прищурил свои персиковые глаза, разговаривая с Ши Цином:
     - Учитель Ши, у тебя такой хороший характер. Ты совсем не выглядишь злым после того, как он так с тобой обошелся.
     - В этом нет никакого смысла, - кратко сказал он, - не все маленькие собаки такие, как он.
     Смена темы разговора была настолько резкой, что Цзин Юаньци едва успел среагировать. Когда он понял, что Ши Цин имеет в виду его прежние слова о том, что 'чем меньше собака, тем яростнее ее лай', он тихо усмехнулся.
     - Я сказал это просто назло ему. Если учитель действительно любит маленьких собак, то я возьму свои слова обратно.
     Ши Цин:
     - Ага.
     После этого его взгляд переместился на команду, которая снова начала снимать. Он вел себя так, словно больше не хотел разговаривать с Цзин Юаньци.
     Цзин Юаньци скучал здесь до безумия. Как только он подумал о мягком мясе под твердым панцирем великого императора кино перед ним, ему захотелось содрать всю его защиту, чтобы ткнуть в нежную плоть внутри.
     Но он знал, что в некоторых вещах не нужна спешка. Увидев, как ведет себя Ши Цин, молодой человек пожал плечами.
     - Тогда я больше не буду беспокоить учителя Ши Цина.
     - Ага.
     Когда Цзин Юаньци ушел, Ши Цин остался сидеть в своем кресле.
     Прошло несколько мгновений тишины.
     Ши Цин: [Хэй, ты слышала, что только что сказал Цзин Юаньци?]
     Система снова оторвалась от кулинарной книги: [?]
     [Он сравнил Чжу Аньхэ с собакой и сказал, что даст ему пощечину.]
     [О...я не слушала.]
     [Это так жестоко.]
     Система: [Да! Слишком жестоко!]
     Ши Цин: [Что сделали бедные собачки, чтобы заслужить использование в качестве метафоры для такого человека?]
     Система: [...]
     Через секунду она пришла в себя: [Да! Слишком жестоко!]
     [И эта пощечина. Его руки такие красивые, так как же он мог использовать их, чтобы бить других?]
     Система не понимала, как красивые руки связаны с ударами по лицу, но все равно была убеждена, что 'хозяин всегда прав. Если нет, пожалуйста, обратись к предыдущему пункту'. Она от всего сердца согласилась: [Точно!]
     [Вот почему мы должны избавить его руки от хлопот.]
     С этими словами Ши Цин медленно встал. Он последовал за Чжу Аньхэ.
     Он шел около 4-5 минут, он увидел Чжу Аньхэ, который прятался посреди двух комнат и заканчивал свой телефонный разговор.
     Ши Цин не скрывался, а прямо назвал его:
     - Чжу Аньхэ.
     Закончив разговор, Чжу Аньхэ пошел прямо в его направлении.
     [Система, помоги мне проверить, есть ли поблизости камеры, которые могут отслеживать нас.]
     Система быстро проверила: [Нет таких.]
     [Хорошо.]
     Ши Цин очаровательно улыбнулся, смотря на Чжу Аньхэ, который был озадачен этим.
     Обычно он не улыбается, при такой улыбке его красивое лицо так же ослепительно, как и свет солнца.
     Чжу Аньхэ сначала был озадачен, потом завидовал, потом снова был полон гордости. Он усмехнулся:
     - Что? Вы пришли просить пощады, чтобы я не велел президенту Лю вышвырнуть вас, ребята? Позволь мне кое-что тебе сказать! Даже не думай об этом.... Что ты делаешь у меня за спиной?
     Ши Цин встал прямо за ним и протянул правую руку. Он грациозно приземлился на нижнюю сторону правой щеки Чжу Аньхэ, прежде чем тот успел среагировать.
     --Шлеп!
     Громкий хлопок от руки, столкнувшейся со щекой.
     На правой стороне белого лица Чжу Аньхэ появился отпечаток ладони.
     Он был сбит с толку.
     Прежде чем он успел понять, что только что произошло, Ши Цин вытянул левую руку из того же положения, что и раньше, и замахнулся.
     -- Шлеп!
     Снова раздался звук пощечины.
     Левая сторона лица Чжу Аньхэ также была украшена отпечатком ладони.
     После пощечин Ши Цин сделал шаг назад, как будто ничего не произошло, и неторопливо ушел.
     Чжу Аньхэ простоял там несколько секунд, прежде чем прикоснуться к своему болезненно опухшему лицу и заорал:
     - Ши Цин, я тебя & * (¥% ##!
     Затем он тут же бросился в погоню.
     Ноги Ши Цина были обманчиво длинными. Даже когда он выглядел так, как будто двигался медленно, он все еще был в состоянии откинуться на спинку стула, прежде чем Чжу Аньхэ смог догнать его.
     - Ши Цин!!!
     Чжу Аньхэ бросился к нему и тут же поднял руку. Его быстро оттолкнул чертовски удивленный Гао Чжи, который только что вернулся из магазина, куда ходил за соком.
     - Что ты делаешь! Почему ты ходишь вокруг и бьешь людей просто так?!
     - Просто так? Я? Посмотри на мое лицо! Посмотри на мое лицо!
     Чжу Аньхэ был так зол, что больше не мог связно говорить. Он опустил руку, закрывающую его лицо, чтобы команда, собравшаяся здесь из-за шума, увидела, как оно распухло.
     - О боже! Оно так распухло!
     - Там даже есть отпечаток ладони. Пять пальцев можно различить очень четко.
     - Учитель Чжу, кто это с тобой сделал?
     Чжу Аньхэ чуть не расплакался от того, как сильно ему было больно. Старательно защищая лицо, он яростно смотрел на спокойного человека, сидевшего на стуле:
     - Кто же еще это может быть?! Ши Цин! Что я тебе сделал? Ты подошел и ударил меня без всякой причины! Ты совсем больной?
     Вскоре взгляды всех присутствующих упали на сидящего императора кино.
     Перед всей аудиторией актер, который всегда неохотно говорил, слегка нахмурился. Он выглядел несколько раздраженным:
     - Это был не я.
     - Что?! Ты думаешь, что все, что ты говоришь, станет правдой? Я лично был свидетелем того, как ты ударил меня! Разве ты не завидуешь моей популярности? Позволь мне быть кристально ясным, между нами еще не все кончено! Я ни за что не буду молчать об этом! Я собираюсь разоблачить тебя и показать твоим поклонникам, какой ты на самом деле!
     Цзин Юаньци протиснулся в переднюю часть толпы. Как только он вышел, он увидел холодного и слегка хмурого Ши Цин, которого жестоко оскорблял Чжу Аньхэ. Каждый дюйм его тела был полон нетерпения.
     Может быть, потому, что его раздражал весь этот шум, но Ши Цин заговорил холодным голосом с оттенком раздражения:
     - Думай, что хочешь.
     Это было именно то, что он сказал раньше, когда хотел уйти от Цзин Юаньцзи, когда тот беспокоил его. Этот человек был готов признаться в чем-то, чего не делал, только чтобы быстрее закончить разговор.
     Цзин Юаньци не верил, что Ши Цин лично кого-то ударит.
     Как он мог так испачкать свои руки?
     Как будто он избитый ребенок, он поднял шум:
     - Смотри! Он признался! Император кино ударил меня голыми руками! Просто подожди, я не успокоюсь, пока не расскажу всем-
     Шумный голос Чжу Аньхэ раздражал Цзин Юаньци. Ему захотелось дать ему еще дюжину пощечин, чтобы он заткнулся.
     Он быстро взглянул на обе щеки Чжу Аньхэ, затем усмехнулся и шагнул вперед:
     - Ты говоришь, что Ши Цин ударил тебя дважды, но как ты собираешься объяснить эти отпечатки пальцев на лице?
     - О чем, черт возьми, ты говоришь, Цзин Юаньци? Только не говори мне, что ты с ним в сговоре!
     Лицо Цзин Юаньци, на котором всегда сияла солнечная улыбка, в этот момент было наполнено презрением. Он небрежно посмотрел на Гао Чжи, который тщательно защищал своего босса.
     Они стояли лицом к лицу. Молодой человек протянул правую руку и указал на левую сторону лица Гао Чжи.
     - Если тебя действительно ударил кто-то другой, отпечаток большого пальца на твоем лице должен быть направлен наружу. Но посмотри на свое лицо, большой палец был явно направлен внутрь. Единственное объяснение - это то, что ты сам себя ударил. Гао-как-тебя-зовут? Покажи.
     - А, ладно.
     Гао Чжи осторожно положил правую руку на свое лицо. Его большой палец был повернут внутрь.
     Цзин Юаньци:
     - Видишь? Очевидно, что ты ударил себя и обвинил учителя Ши. Ты думаешь, мы все здесь слепые?
     Чжу Аньхэ: '...'
     - Это-это было не так! Он встал сзади и ударил меня! Сзади! Ты понимаешь?!
     - Ха, - Цзин Юаньци скрестил руки на груди и снова усмехнулся, - кто бьет людей сзади? Учитель Чжу Аньхэ, я знаю, что у тебя был небольшой спор с учителем Ши ранее. Я также пошутил, что твоя жалоба старому президенту, поддерживающему тебя, была бы более эффективной, если бы ты ударил себя. Я не ожидал, что ты будешь действовать так быстро. Но ведь я сказал, так что ты должен обвинить меня. Что? Ты боишься быть разоблаченным, если попытаешься подставить меня, поэтому нацелился на учителя Ши, который мало говорит?
     - Я! Ты! Вы!
     Лицо Чжу Аньхэ заболело, и слова застряли у него в горле. После долгого молчания он едва мог выдавить из себя фразу:
     - Вы все в этом замешаны! Вы работаете вместе, чтобы саботировать меня, не так ли?!
     Слова Цзин Юаньци были полны сарказма:
     - Да, мы, очевидно, работаем вместе. Учитель обошел тебя и дважды ударил сзади. Потом я вышел и сказал, что ты ударил себя, основываясь на направлении отпечатков ладоней на лице. Учитель Чжу Аньхэ, тебе не надоело вести себя так по-детски? Ты взрослый человек, а не какой-нибудь мальчишка из начальной школы. Можешь ли ты быть хоть немного рациональным и взять на себя ответственность за свои собственные действия? Мы все здесь просто пытаемся честно зарабатывать. Никто из нас не похож на учителя Чжу Аньхэ, который может пожаловаться своему сладкому папочке, когда не может выиграть свои битвы. Даже если ты так поступаешь, неужели ты не можешь, по крайней мере, подготовить приличные доказательства? Зачем прибегать к пощечинам? Если ты действительно хочешь подставить учителя Ши сегодня, почему бы просто не попросить кого-нибудь другого ударить тебя спереди? Тогда он не сможет объяснить, даже если попытается. Тебе не кажется унизительным для такого взрослого человека, как ты, провалить столь впечатляющую попытку подставить кого-то?
     - Ты! Вы двое!
     Чжу Аньхэ чуть было не вырвало кровью на публике. Он посмотрел на Цзин Юаньци, а затем на Ши Цина, который застыл как статуя, как будто это не имело к нему никакого отношения. Казалось невозможным опровергнуть его невиновность. Чжу Аньхэ затрясся от ярости, как вулкан, готовый взорваться. Он долго не мог говорить.
     - Я... Ты! Я... Я изобью вас обоих до смерти!!!
     Как только он потерял самообладание и бросился вперед, команда поспешила его задержать.
     - Учитель Чжу, учитель Чжу! Пожалуйста, успокойтесь!
     - Держите его!!! Поторопись и держи учителя Чжу!!!
     - Учитель Чжу, почему бы тебе сначала не позаботиться о своем лице?..
     Видя, что Чжу Аньхэ не может ничего сказать в ответ, рот Цзин Юаньци дернулся вверх в невеселой улыбке.
     Иметь дело с человеком с таким низким IQ было совсем неинтересно. Держать на него обиду было пустой тратой слюны.
     Он просто повернулся и подошел к Ши Цин.
     - Учитель Ши, ты испугался?
     Мрачный император кино был все так же спокоен и сдержан, как всегда, даже после того, как его ложно обвинили в нападении. Цзин Юаньци чувствовал, что он действительно не понимал этого человека раньше.
     [Динь! Значение враждебности Цзин Юаньци: 97/100]
     Глаза Ши Цин были устремлены немного вниз. Его голос был холодным и замкнутым. Он не собирался благодарить Цзин Юаньци за помощь:
     - Нет.
     Цзин Юаньци не возражал против его холодного ответа. Вместо этого его улыбка, обращенная к Ши Цину, стала шире:
     - В наше время все больше и больше психов болтают всякую чушь. Он даже думал, что мы работаем вместе. Его IQ поистине поразителен.
     Позади двое мужчин держали мертвой хваткой Чжу Аньхэ. Он не мог вырваться, как бы ни боролся. Он мог только кричать до хрипоты:
     - Цзин Юаньци! Ты помог Ши Цин оклеветать меня! Не думай, что я тебя отпущу!
     Время от времени доносились голоса других актеров:
     - Учитель Чжу, учитель Чжу. Пожалуйста, успокойся. Почему бы нам сначала не показать тебя доктору, хорошо?
     - Пожалуйста, перестань сопротивляться, учитель Чжу. Не делай себе больно. Ладно, давайте отвезем его к доктору.
     Чжу Аньхэ не желал сотрудничать, поэтому у команды не было другого выбора, кроме как поднять его в воздух. Его усилия были тщетны, поэтому он мог только кричать в отчаянии:
     - Отпусти меня! Вас всех обманули! Они вместе в этом замешаны! Отпусти меня! Поверь мне! Поверь мне! Почему вы мне не верите, ааа- Ши Цин действительно избил меня!!! Это действительно был он!
     Цзин Юаньци оглянулся назад, потому что было так шумно:
     - В наши дни редко можно встретить такого упорного лжеца. Мир действительно полон чудес.

Глава 4.

     Поскольку лицо Чжу Аньхэ распухло после того, как его ударили, его сцену с Цзин Юаньци днем пришлось пропустить.
     Цзин Юаньци был счастлив сесть и расслабиться. Он поставил стул рядом с Ши Цином и сел на него.
     Разница заключалась в том, что Ши Цин наблюдал за действиями других людей, в то время как он всегда наблюдал за Ши Цином.
     Цзин Юаньци всегда умел наблюдать за другими. У него была сверхъестественная способность анализировать характер другого человека. Естественно, он использовал свои навыки и раньше в этом фильме о своем учителе-императоре кино. Но после инцидента с соусом чили он внезапно обнаружил, что его анализ был в значительной степени ошибочным.
     Это был первый раз, когда Цзин Юаньци совершил ошибку.
     Это вызвало у него большой интерес к Ши Цину.
     Цзин Юаньци всегда был смелым и наглым человеком. Ему нужно было детально изучить то, что вызывало у него любопытство.
     Итак, молодой человек, который переоделся в свою обычную одежду, весь день открыто смотрел на Ши Цина.
     Он был похож на леопарда, который никогда раньше не видел водных существ, но однажды нашел мидию.
     Он не был голоден, поэтому не торопился есть. Он терпеливо крутил своим длинным хвостом, медленно втягивая острые когти обратно в подушечки своих лап. Он осторожно обошел мидию, пытаясь подождать, пока он не решит открыть свою твердую оболочку, чтобы обнажить мягкое мясо внутри.
     Чем больше раз он ходил, тем больше ему казалось, что его предыдущее впечатление было слишком поверхностным.
     Тело императора кино всегда было слегка напряжено под его взглядом, и вся его аура источала ощущение, что он находится далеко за тысячи миль. Каждый раз, когда Ши Цин смотрел на кого-то, казалось, что он снисходительно уделял им часть своего драгоценного времени.
     Но его нежные губы всегда оставались слегка поджатыми. Это был знак того, что человек нервничает.
     И хотя он так долго смотрел на него, Ши Цин не обращал на него никакого внимания. Он просто смотрел на съемочную площадку, но его тело, которое казалось спокойным и расслабленным, не двигалось все это время.
     Нормальный человек не мог оставаться неподвижным целый день. Следовательно, его нежелание двигаться должно быть вызвано внешними факторами.
     Цзин Юаньци был достаточно высокомерен, чтобы приписать это явление себе.
     Его невозмутимый взгляд явно доставлял неудобства императору кино.
     Но взгляд какого человека может сделать неудобным императора кино, который уже давно находится в центре всеобщего внимания?
     Вспомнив прежний острый соус, в голове у молодого человека незаметно возник ответ.
     Ши Цин относился к нему иначе.
     Вот почему он попросил кого-нибудь добавить к его еде соус.
     По этой же причине он отказывался двигаться под его взглядом.
     Почему он так относится к незнакомому человеку?
     Ответ, к которому он пришел, заставил глаза Цзин Юаньци загадочно заблестеть.
     Он всегда был превосходен во всех отношениях. У него было бесчисленное множество поклонников, как мужчин, так и женщин. Для него все они были одинаковыми.
     В конце концов, Цзин Юаньци не любил ни одного из них.
     Он либо недолюбливал их за несоответствие их слов и их же поступков, либо за их излишне прилипчивое и сладкое отношение.
     Другими словами, он был довольно стойким к близости с другим человеком.
     Но это не означало, что Цзин Юаньци не имел опыта в этих вопросах. Он был даже более опытным, чем большинство людей, из-за его сильных способностей к обучению.
     Но у него не было интереса к такому поведению раньше, поэтому он не мог сказать хорошо это или нет.
     Сейчас Цзин Юаньци небрежно отдыхал на стуле. Его персиковые глаза словно улыбались, что делало его ярким и солнечным юношей. Его взгляд легко упал на Ши Цина, который сидел рядом с ним.
     Император кино долгое время оставался в одном и том же положении: до прихода Цзин Юаньци он небрежно вытянул свое стройное тело. Но он был вынужден сидеть прямо, как доска, из-за присутствия юноши. Из-за того, как долго он сидел, белая рубашка, в которой он был, постепенно пропиталась потом.
     Спереди все было в порядке, но первоначально белая ткань на спине потемнела и плотно прилегала к спине Ши Цин.
     С точки зрения Цзин Юаньци, он мог ясно различить узкие очертания талии под влажной рубашкой. Плавная и нежная линия доходила до невидимого места.
     С медленным дыханием пропитанная ткань колебалась.
     Цзин Юаньци подумал, что это чрезвычайно увлекательно.
     Почему он не видел этого раньше.
     Этот высокий, мрачный персонаж, учитель-актер, который раньше был ему противен, на самом деле был настолько интересным, что его это заинтересовало.
     Больше всего его интересовало уклончивое отношение Ши Цина.
     Как было сказано ранее, Цзин Юаньци любил противоречить другим.
     Чем больше он нравился людям, тем более бесстрастным он относился к ним.
     С другой стороны, чем больше человек хотел избегать его, тем больше он хотел общаться.
     Ему нравилось манипулировать эмоциями. Этот молодой человек, который выглядел жизнерадостным и общительным, был на самом деле более безжалостным, чем кто-либо другой. Он не боялся использовать какие-либо методы или людей для достижения своих целей. После того, как он получал то, что хотел, он мог сказать с лучезарной улыбкой:
     - Кто этот человек? Я его не знаю.
     За несколько секунд юноша решил одно.
     Ши Цин был его новой целью.
     Цзин Юаньци не встал. Он просто улыбнулся, сидя на стуле. Он слегка наклонился, пока не оказался перед Ши Цином.
     Со спины казалось, что Цзин Юаньци прислонился головой к груди Ши Цина.
     - Учитель Ши.
     Юноша улыбнулся, как солнце, но его голос совершенно не соответствовал его внешности. Это было неописуемое магнетическое очарование, которое, казалось, привлекало сердца других.
     - Я забыл спросить тебя раньше, но почему ты прислал мне соус?
     Император кино, казалось, перестал дышать, когда Цзин Юаньци приблизился.
     Он молчал несколько секунд.
     Цзин Юаньци тоже не торопился. Он сохранил свою позицию и посмотрел на него с улыбкой.
     Молодой человек очень хорошо умел выставлять напоказ свою красоту. Его глаза были очаровательными глазами формы цветков персика. Когда он смотрел на человека и улыбался, он мог почти полностью улавливать мысли человека.
     Именно благодаря этому его движению Ши Цин мог смотреть прямо на него, даже если его глаза были опущены вниз.
     Цзин Юаньци наблюдал, как император кино на мгновение запаниковал. Его длинные ресницы быстро двигались довольно долго. Его холодный и снисходительный голос прозвучал немного быстрее, чем обычно.
     - Ты любишь острую пищу.
     Поскольку он любит острую пищу, он приказал кому-нибудь дать ему дьявольский соус.
     Цзин Юаньци расхохотался.
     Смех был не очень громким, но его веселье было видно всем.
     Сначала Цзин Юаньци просто рассмеялся, когда император кино несколько беспомощно посмотрел на него.
     Затем, постепенно, он естественно попал в объятия императора кино.
     Для других это выглядело так, как будто они были хорошими друзьями, шутившими меж собой. Цзин Юаньци потерял равновесие и, смеясь, опирался на императора кино.
     В этот момент Цзин Юаньци ясно почувствовал, что изначально мягкое тело под ним внезапно напряглось из-за его прикосновения.
     Но это не имело значения. Мясо могло быть плотным, но он все равно чувствовал, насколько оно нежное.
     Даже сквозь слой одежды.
     Цзин Юаньци отстранился меньше чем через минуту.
     Затем он моргнул, смотря на, казалось бы, холодного императора кино, который на самом деле в панике быстро моргал своими красивыми ресницами.
     Уголки его глаз сморщились, на его лице появилась улыбка.
     - Режиссер сказал ранее, что сегодня вечером у нас будет совместная сцена.
     Молодой человек протянул руку и осторожно помог застегнуть пуговицу перед ключицей Ши Цина.
     Тонкие пальцы были явно ловкими, но почему-то намеренно очень медленно застегивали пуговицу рядом с этой красивой ключицей.
     После этого Цзин Юаньци наклонился к уху Ши Цина. Края его губ были слегка приподняты. Он прошептал:
     - Не могу дождаться вечера.
     С этими словами молодой человек встал и снова лучезарно улыбнулся.
     - Тогда я сначала пообедаю. Увидимся вечером.
     Ши Цин молча смотрел, как Цзин Юаньци уходит.
     И только когда он больше не видел спины юноши, он вздохнул.
     [Он такой флирт.]
     Система: [А? Где?]
     Ши Цин молча склонил голову. Он смотрел на то место, где раньше лежал Цзин Юаньци.
     Белая рубашка теперь было заляпана потом.
     Он не мог не вздохнуть снова.
     [Действительно хорошее шоу.]
     Хотя Система ничего не видела, она все же пыталась утешить хозяина, который, казалось, не чувствует себя комфортно: [Цзин Юаньци не выглядит тем парнем, который избивает людей.]
     [Да, но он все еще может кусаться.]
     Система: [Хм...]
     [Действительно хорошее шоу.]
     Система успокоила его еще раз: [Хозяин, я могу активировать для тебя золотой палец...]
     Однако, прежде чем она закончила говорить, она услышала, как Ши Цин добавил еще одну фразу: [Но мне это нравится.]
     Система: [???]
     Система: [...]
     Ши Цин откинулся назад с удовлетворенным выражением лица: [Ты заметила, что он хочет переспать со мной?]
     [Этого не может быть.] Система с сомнением взглянула на показатель высокой враждебности. [Было вполне разумно сказать, что Цзин Юаньци не любит хозяина.]
     Ши Цин нисколько не удивился.
     [Посмотри на его значение враждебности по отношению к другим людям.]
     Система послушно достала эти файлы. После этого наступило долгое молчание.
     Ши Цин: [Что ты нашла?]
     Система: [...Они все на 100% ужасные.]
     [Но у него такое восторженное отношение ко всем.]
     Ши Цин: [Он притворяется.]
     [Цзин Юаньцзи может выглядеть солнечным и жизнерадостным, но все это он делает, чтобы развлечься. Это не имеет большого значения. В любом случае, он так привык к этому, что это стало для него второй натурой.]
     [По сути, он искатель острых ощущений, который отчаянно нуждается в развлечениях. Похоже, сейчас этим развлечением буду я.]
     После слов хозяина, Система снова запуталась.
     [Хозяин, что нам тогда делать?]
     [Мы сделаем то, что должны.]
     Ши Цин откинулся на спинку кресла и медленно закрыл глаза.
     [Абсолютно ничего. Зачем что-то делать, если у нас есть такой нетерпеливый доброволец, как Цзин Юаньци? Поскольку ему так нравится полностью контролировать ситуацию, я позволю ему взять бразды правления в свои руки.]
     Во всяком случае, ему это очень нравится.
     Цзин Юаньци хотел повеселиться, верно? Ши Цин хотел увидеть, когда этот парень поймет, что в наши дни найти развлечение не так просто.
     ***
     Вечером съемочная группа приступила к съемкам ночных сцен.
     Это была фэнтези-драма, основанная на чрезвычайно популярном сериале. Цзин Юаньци играл роль отчужденного юноши, который был влюблен в героиню и, в конце концов, стал главным злодеем.
     В этой сцене главный злодей похитил учителя героини, чтобы заставить ее выйти за него замуж.
     Ши Цин был тем невезучим учителем.
     За двадцать минут до начала съемок он был одет в развевающуюся мантию с нанесенными на лицо косметикой ранами. Он вкладывал в рот небольшой пакетик с искусственной кровью. Когда его ударил злодей, которого играет Цзин Юаньци, ему пришлось укусить его и сплюнуть кровь.
     Цзин Юаньци был одет во все черное, что должно было отражать черноту его характера. Он пришел со сценарием.
     Его грим сегодня представлял собой классический черный грим злодеев с кроваво-красной точкой посередине лба. Его и без того длинные брови были немного гуще, а глаза были подчеркнуты подводкой.
     Если бы он вел себя холодно, когда они начали снимать, Цзин Юаньци выглядел бы очень устрашающим и зловещим. Однако, когда он улыбался так же солнечно, как сейчас, он выглядел не так, как главный злодей, а больше походил на соблазнительного духа-лисицу.
     Дух лисы был прямо перед Ши Цином. Его покрасневшие губы были слегка приподняты:
     - Учитель Ши, почему бы нам не повторить наши строки?
     Было нормально, что актеры из одной съемочной группы повторяли свои реплики вместе. Как мог Ши Цин отказаться от такой естественной просьбы?
     Итак, император кино кивнул и достал пакет с кровью изо рта. Он изменил лицо согласно сегодняшнему сценарию. Его обычное равнодушное лицо стало окрашено гневом.
     - Ты сошел с ума! Такой дьявольский культиватор, как ты, никогда не может бы быть достоин Ру'эр! И ты даже готов прибегнуть к таким подлым методам. Если бы мое совершенствование не пострадало, ты бы уже был разрублен на куски и был бы на пути в подземный мир! Может быть, в следующей жизни ты станешь зверем!
     Цзин Юаньци, похоже, тоже быстро вошел в образ.
     Его лицо было пустым, когда он протянул руку и схватил Ши Цин за шею сзади. Его голос был тихим и мягким:
     - Может быть, но сейчас последнее слово за мной.
     Сценарист растерялся. Он взглянул на сценарий на столе и сказал ближайшему помощнику:
     - Разве здесь не сказано, что он должен держать его за шею лицом к лицу? Почему Цзин Юаньци стоит за учителем Ши?
     - Это нормально, ведь это всего лишь репетиция. Но я думаю, что стоять позади него - не такая уж плохая идея. Так нет необходимости объединять камеры под разными углами, потому что теперь они оба смотрят в одном направлении.
     Во время разговора Ши Цин внезапно почувствовал, что что-то не так. Позади него Цзин Юаньци холодно повторял свои строки, в то время как его левая рука, прикрытая широкими рукавами, медленно поползла к белому поясу на талии Ши Цина.
     Это было похоже на то, как леопард, который вытащил свои острые когти, теперь трогал раковину мидии перед ним.
     Император кино, всерьез притворившийся задыхающимся, внезапно остановился.
     Наблюдавший за ними со стороны Гао Чжи крикнул:
     - Брат Ши? Что-то не так?
     - Да, что-то не так?
     Правая рука молодого человека с глазами из цветущего персика, душившего собеседника, казалась неподвижной.
     Однако большой палец, прикрытый длинным париком Ши Циня, слегка погладил его горло.
     Это было похоже на легкое перышко.
     Цзин Юаньци стоял на своем месте. Он осторожно наклонился вперед, его лицо напоминало дух лисицы, к императору кино, который напряженно моргнул своими красивыми ресницами.
     В то же время он осторожно поднял скрытой левой рукой уголок пояса Ши Цина. Он был удовлетворен, когда тело человека перед ним напряглось еще больше. Его хриплый голос перешел в низкий гул.
     Он казался сбитым с толку, как будто он не имел никакого отношения к текущей ситуации.
     - Учитель Ши, что с тобой вдруг случилось?

     Примечание к части
     Цзин Юаньци такой флирт ('ಡωಡ')

Глава 5.

     Цзин Юаньци дразнил Ши Цина на глазах у всех.
     Согласитесь, он действительно талантлив.
     Нормальным людям уже было трудно делать сразу две вещи, а он сейчас делал три.
     Внешне он говорил невинные слова обеспокоенности, но у обеих его рук, казалось, были собственные мысли.
     Честно говоря, это было много.
     Цзин Юаньци думал, что мрачный император кино перед ним оттолкнет его или молча вырвется из его рук.
     Однако, хотя Ши Цин был жестким, он не сопротивлялся его действиям.
     Действия Цзин Юаньцзи становились все более возмутительными. В отличие от современной одежды древние одежды можно было легко снять.
     Но он не раскрыл их. Вместо этого он медленно прошел вниз по длине белого пояса.
     Его рука нежно и многозначительно обвела круг.
     - Хм...
     Ши Цин слегка пошевелился и тяжело вздохнул.
     Цзин Юаньци ясно видел, как его щеки покраснели.
     Гао Чжи нервно оглянулся:
     - Брат Ши?
     Император кино быстро скрыл выражение, которого не должно было быть на его лице. С точки зрения Цзин Юаньци, его темные глаза, казалось, вспыхнули, затем эти губы, похожие на лепестки, открылись и закрылись:
     - Все в порядке.
     Глаза Цзин Юаньци задумчиво сузились. С безобидной улыбкой он отступил, как только услышал это.
     Он медленно выпустил руку и немного отошел от Ши Цина как ни в чем не бывало
     - Уже почти пора, поэтому я пойду освежиться. Учитель Ши хочет пойти со мной?
     Ши Цин не ответил. Он продолжал читать сценарий, опустив голову.
     Гао Чжи немедленно помог своему работодателю:
     - Мне очень жаль, учитель Цзин - сказал он, - брат Ши всегда погружается в свои роли после того, как закончит играть.
     - Все в порядке, - улыбка Цзин Юаньци была щедрой и солнечной, - я тоже часто так делаю. Это совершенно понятно.
     Только когда Гао Чжи увидел, что молодой человек уходит, он вернулся к Ши Цину. Он протянул немного воды и прошептал:
     - Брат Ши, у учителя Цзин, кажется, хорошее настроение. Он даже ничего не сказал, когда вы его проигнорировали. Разве его не волнует то, что произошло раньше?
     Сказав это, он продолжил бормотать о том, как все это было странно:
     - Но сейчас его улыбка была слишком широкой. Он тоже казался слишком довольным. Если бы я не знал ничего лучше, я бы подумал, что он действительно близок с братом Ши.
     Ши Цин не ответил. Он сделал несколько больших глотков воды.
     [Он такой флирт. Мне стало чертовски жарко.]
     Поскольку не было видно ничего слишком мозаичного, Система немного забеспокоилась, увидев, как все это разыгрывается: [Хозяин, что, если вас используют?]
     [Нет.]
     Ши Цин не стал сдерживать слов: [Как ты можешь описать флирт как использование других?]
     Система: [Но значение его враждебности не снижается.]
     Пришлось наблюдать, как эти двое становятся горячими и флиртующими, но значение враждебности не снижалось!
     [Все в порядке.]
     Ши Цин выпил еще глоток воды, чтобы подавить жар в своем теле. Он отдаленно взглянул в том направлении, куда ушел Цзин Юаньци: [Оно скоро упадет].
     ***
     В вечерней съемке было использовано несколько камер, снимающими под разными углами. Руки Цзин Юаньци вели себя хорошо, и он не делал ничего такого, чего нельзя было бы делать.
     Эти двое снимались как обычно, и все было спокойным.
     Когда съемка закончилась, Ши Цин не пошел в свою личную гримерку, чтобы снять макияж, а направился в большую гримерку с другими и сел там, ожидая, пока кто-нибудь снимет с него макияж.
     Сцен, которые нужно было снимать вечером, было не так много, поэтому большая гримерная была малолюдной.
     Цзин Юаньци тоже был здесь, но его макияж был примерно такой же степени сложности, как и у Ши Цина. Когда Ши Цин закончил переодеваться, он все еще не закончил снимать макияж с лица. Ему оставалось только сидеть и смотреть, как мрачный, как и обычно, император кино встал и пошел в его сторону.
     Ши Цин был ближе к двери, чем он. Рядом с Цзин Юаньци вообще не было выхода. Сняв макияж, он не ушел, а пришел сюда, так что еще он мог делать, кроме как поговорить с Цзин Юаньци?
     Губы молодого человека слегка скривились. Его персиковые глаза сморщились, когда он улыбнулся. Он собирался открыть рот и позвать Ши Цина, который подошел к нему, но Ши Цин даже не взглянул на него, когда он проходил мимо.
     Затем прозвучал голос императора кино.
     Он назвал имя, но это было не Цзин Юаньци:
     - Цуй Юньцин.
     Улыбка на лице Цзин Юаньци исчезла. На мгновение на его лице было недовольство, но вскоре оно вернулось к норме. Он обернулся, чтобы очень небрежно оглянуться назад, как будто смотрел туда только из простого любопытства.
     Ши Цин стоял перед молодым человеком, которому было всего 16-17 лет. Когда собеседник показался слишком робким, чтобы ответить, он тихо сказал:
     - Приходи в мою комнату, чтобы попрактиковаться сегодня вечером.
     - Сегодня вечером?
     Лицо мальчика стало еще более испуганным. Он просто играл второстепенную роль. Включая сегодняшний день, он участвовал всего в десяти сценах с тех пор, как пришел на эту съемочную площадку.
     Несмотря на разницу в их статусе, в этом году ему было всего 18 лет, из-за чего он казался ребенком рядом с Ши Цином.
     Что получит такой император кино, как Ши Цин, от репетиций с кем-то вроде него?
     Он испугался еще больше, когда вспомнил слухи о том, что Ши Цин нетерпим к новым лицам в кругу развлечений. Некому было бы помочь ему, если бы он пошел на территорию другого человека посреди ночи.
     Он вспомнил всех сомнительных людей и дела в отрасли, о которых упоминали его учителя в школе искусств. Цуй Юньцин действительно не мог заставить себя уйти. Он внимательно взглянул на ледяное выражение лица Ши Цина, прежде чем сказать:
     - Учитель Ши, как насчет того, чтобы сделать это завтра? Я сегодня немного устал.
     - Нет, - голос императора кино был жестким, а лицо холодным, - ты должен прийти сегодня вечером.
     Если бы эту сцену увидели люди, которые любили много фантазировать в своей голове, они могли бы подумать, что он заставляет невинного человека заниматься чем-то неприличным.
     По крайней мере, так думал Цзин Юаньци.
     Сегодня он почувствовал сладкий вкус Ши Цина и был очень доволен тем, что держал в руках холодного императора кино.
     В конце концов, он был единственным, у кого хватило смелости сделать что-то подобное с Ши Цином.
     Кроме того, он также считал, что, по крайней мере, из всего актерского состава, он был тем, кто имел наибольшее значение для Ши Цина.
     В результате менее чем за сутки он получил пощечину своему самомнению.
     Ши Цин, который всегда делал вид, что 'вы все прах под моими ногами, недостойный даже моего взгляда' [добровольно] [пригласил] маленького актера второго плана войти в его [комнату] [ночью].
     Особый акцент на словах, отмеченных [] выше.
     Даже если этот император кино был просто средством скоротать время, его сердце все равно было расстроено.
     Это было все равно что найти красивую мидию и поверить, что она принадлежит ему. Когда он небрежно дернул хвостом и затащил её в свое гнездо, чтобы медленно её съесть, мидия убежала в чужую берлогу в тот момент, когда он повернулся спиной.
     Было бы странно, если бы ему это понравилось.
     Цзин Юаньци никогда не сдерживал себя. Если он не был счастлив, то не мог быть и никто другой. Он встал с сердцем, полным обид, и на своих длинных ногах подошел к разговаривающей паре.
     - Учитель Ши, Юньцин еще ребенок, поэтому ему нужно рано ложиться спать. Разве ты не можешь договориться о другом времени, если он не хочет идти?
     Говоря это, молодой человек обнял Ши Цина за плечи в очень естественном движении, наполненном братскими чувствами:
     - Мы тоже играем сцену завтра, так как насчет того, чтобы я сопровождал тебя вместо этого?
     - Незачем.
     Император кино мягко нахмурил брови, и линии его лица, казалось, стали более резкими из-за действий Цзин Юаньци:
     - У тебя уже все хорошо, поэтому тебе не нужно тренироваться со мной.
     - Но я думаю, что мне еще есть над чем работать, - когда Цзин Юаньци был сосредоточен на достижении цели, он мог быть настолько наглым, насколько это было необходимо.
     - Учитель Ши, ты - император кино. Конечно, я должен попрактиковаться в игре с тобой. Как насчет этого: давай пойдем в твою комнату сегодня вечером и очень внимательно изучим завтрашнюю сцену.
     Когда он упомянул слово 'сцена', Цзин Юаньци, казалось, бессознательно погладил спину Ши Цина, обхватив его за плечи.
     Его пальцы были очень длинными, поэтому ему было легко дотянуться до лопаток и неоднократно погладить их.
     Все тело Ши Цина отреагировало так, как будто его ударили током. Он дернулся и отбросил руку Цзин Юаньци в сторону.
     Первоначально весело улыбающееся выражение лица Цзин Юаньци потемнело из-за его действий.
     Через секунду молодой человек неохотно приподнял уголки рта, обнажив ту же беззаботную улыбку, что и раньше:
     - Учитель и раньше был готов сделать репетировать со мной в студии. Почему учитель не хочет даже позволить мне похлопать тебя по спине перед Юньцином сейчас?
     Сказав это, он взглянул на Цуй Юньцина, который был напуган и тихо стоял в сторонке. Его слова были наполнены скрытым смыслом:
     - Похоже, учителю действительно нравится Юньцин. Он так заботится о своем имидже перед ним.
     Цуй Юньцин не видел, что только что сделала рука Цзин Юаньци. Он думал, что Юаньци пришел помочь ему. Увидев безвыходную ситуацию, он быстро сухо засмеялся:
     - Мне очень жаль, учитель Ши. Я очень устал сегодня, поэтому вынужден отказаться от твоего щедрого предложения.
     Если он был таким настойчивым, то Ши Цину не нужно было усложнять ему жизнь.
     - Хорошо.
     Император кино снисходительно ответил, прежде чем повернуться, чтобы уйти. Можно было сказать, что он был таким же мрачным, как всегда, даже взглянув на его спину.
     - Брат Цзин, - когда он ушел, все тело Цуй Юньцина расслабилось. Он поспешил подойти к Цзин Юаньци, чтобы поблагодарить его, - я очень благодарен за вашу помощь.
     Цзин Юаньци отвел взгляд от спины Ши Цина. Он повернулся, чтобы рассмотреть прекрасное юное лицо перед собой. Из-за того, что Цуй Юньцин по-прежнему нервничал, он напоминал напуганного маленького белого кролика. Его настроение еще больше испортилось.
     Даже для него Ши Цин беспокоился лишь о том, чтобы изредка говорить 'ммм' в ответ. Как он мог сказать Цуй Юньцину 'хорошо'?
     Это был тот типаж, который ему нравился?
     Его действительно привлекало что-то настолько слабое.
     Цзин Юаньци скрывал на лице свое безразличие и презрение. Он легко улыбнулся:
     - Ничего. Я не знал, что у вас такие хорошие отношения с учителем Ши. Почему он внезапно пригласил тебя потренироваться с ним?
     - Я тоже удивлен, - Цуй Юньцин действительно был глупым маленьким кроликом. Он все рассказал только потому, что его спросил Цзин Юаньци, мимоходом поддержавший его.
     - Но когда я проходил прослушивание раньше, я почти не попал в проект, хотя и выступил очень хорошо. Когда мой учитель расспросил окружающих, он узнал, что виноват в этом учитель Ши. Я подумал, что у него не могло быть добрых намерений, когда он пригласил меня только что.
     - Он пытался использовать свои связи, чтобы не допустить тебя на съемки?
     Цуй Юньцин бессознательно вздрогнул от того, как внезапно застыл голос Цзин Юаньци.
     - Да. Брат Цзин, что-то не так?
     - Все в порядке.
     Цзин Юаньци все еще улыбался, но внутри бушевала буря.
     Раньше он действительно думал, что он особенный.
     Но теперь он знал, что с Цуй Юньцином обращаются так же, как и с ним.
     Молодой человек с трудом подавил нарастающее в сердце чувство неудовлетворенности. Его голос все еще был несколько холодным:
     - Он кормил тебя острым перцем?
     - Перец?
     Цуй Юньцин тупо покачал головой:
     - Нет, зачем бы ему это делать?
     Возможно, это просто игра воображения, но Цуй Юньцин почувствовал, что молодой человек перед ним, казалось, расслабился после того, как он признался, что не пробовал перец.
     Его ледяная отчужденность внезапно рассеялась, открыв того солнечного старшего, с которым он был знаком.
     После того, как он узнал, что Цуй Юньцин не такой особенный, как он, Цзин Юаньци снова стал легко улыбаться:
     - Не обращай на меня внимания. Продолжай. Что случилось после того, как он помешал твоему участию?
     - Мой учитель помог мне найти кого-то, кто впустил меня. Моя помощница, которая заботится обо мне, сказала мне наедине, что учитель Ши всегда был таким. Это был не первый раз, когда он портил прослушивание, на котором молодые актеры упорно старались выступить получше. Она также посоветовала мне по возможности избегать учителя Ши на съемочной площадке.
     После того, как маленький кролик пожаловался, в его глазах все еще оставалась робость. Было очевидно, что он считал Цзин Юаньци, который только что спас его от этого 'ужасающего императора кино', своим спасителем.
     - Брат Цзин, что мне делать? Какую причину я могу использовать, чтобы снова отказать учителю Ши, если он придет ко мне позже?
     Цзин Юаньци сказал этому маленькому дурачку еще несколько слов утешения.
     Когда он был уверен, что не может получить больше информации о Ши Цине, он 'внезапно' вспомнил, что еще не закончил снимать макияж. Он плавно извинился и сел на место, чтобы продолжить удаление макияжа.
     Но в глубине его сердца оставалось облако вопросов.
     Было разумно предположить, что такой император кино, как Ши Цин, который имел поддержку и стабильное положение на вершине, не имел реальных причин рассматривать Цуй Юньцина или его как угрозу.
     Так почему он хотел выгнать их из команды?
     Если такие вещи вылезут наружу, даже император кино не сможет избежать негативной реакции. Он не выглядел глупым, так почему же он сделал это?
     Если бы это было раньше, Цзин Юаньци подумал бы, что Ши Цин потерял разум, потому что он был слишком ограничен и завидовал своим младшим.
     Но после того, как он изменил свое мнение о человеке, он был уверен, что Ши Цин не такой человек.
     Тот, кто мог сделать что-то столь же глупое, как подарить другим дьявольский соус с серьезным лицом, не мог сделать этого.
     Что, черт возьми, происходит тогда?
     Цзин Юаньци обнаружил, что его увлечение загадкой Ши Цин становилось все глубже.
     ***
     [Видишь? Первоначальный владелец был переполнен ревностью. Он испортил карьеру по крайней мере 20 таким людям.]
     [Цуй Юньцину повезло, что у него был хороший учитель, который был готов помочь ему вернуть роль.]
     Система не поняла: [Тогда разве этот человек не злится на Хозяина? Почему мы должны проявить инициативу, чтобы найти его?]
     [Потому что он такой же, как Цзин Юаньци.]
     Ши Цин удобно устроился на диване. Он с удовлетворением налил себе бокал красного вина.
     Хотя съемочная группа была достаточно щедрой, чтобы предоставить всем одноместные комнаты, Ши Цин заплатил из своего кармана, чтобы перейти в роскошный люкс. Диван, который стоял в забронированном номере, был особенно удобным.
     [Его пытались выкинуть точно так же, как Цзин Юаньци. Он также попал на съемки, несмотря на саботаж предыдущего владельца.]
     Ши Цин сделал глоток красного вина и включил телефон, чтобы найти групповую фотографию.
     [В оригинальной сюжетной линии Цуй Юньцин оказался в центре скандала, потому что нелицеприятные фотографии появились как раз тогда, когда его карьера начала взлетать, когда ему было 20 лет.]
     Он постучал костяшкой пальца по изображению на экране: [Это был заместитель директора. Он воспользовался Цуй Юньцином и пробрался в его комнату, пока был пьян. Он был взрослым мужчиной, который навязал себя Цуй Юньцину, который в то время был еще ребенком. Он не мог сбежать после того, как был накачан наркотиками... И когда были сделаны неприличные фотографии.]
     Система, которая была связана с Ши Цином сразу после ее рождения, также была чистым ребенком в душе. Она кипела: [Заместитель директора - сволочь! Хозяин, ты собираешься помочь Цуй Юньцину?]
     [Конечно, я помогу ему.]
     Ши Цин лениво позволил своему телу погрузиться в мягкие подушки дивана. [Помоги мне присмотреть за ним. Дай мне знать, когда он придет.]
     Рано утром некоторые люди из съемочной команды, вышедшие выпить, вернулись.
     Система немедленно уведомила хозяина.
     Ши Цин встал. Но прежде чем выйти, он внезапно кое-что вспомнил и остановился.
     Система была сбита с толку: [Хозяин, ты больше не планируешь идти?]
     [Подожди.]
     Ши Цин открыл свой телефон и подтвердил, что геолокация включена, прежде чем положить его в карман. Он толкнул дверь и вышел.
     В соседней комнате компьютер Цзин Юаньци включил сигнал тревоги, как только маленькая красная точка на экране начала двигаться.
     Молодой человек, который только что принял душ, вышел, суша волосы. Он усмехнулся, услышав сигнал тревоги. Он смотрел, как маленькая красная точка переместилась вправо и начала опускаться, прежде чем закрыть компьютер и выйти.
     Когда он подошел к лифту, он увидел, что лифт действительно спускается. Наконец остановился на 18-м этаже.
     Молодой человек перестал сушить волосы. Его плохое настроение усилилось.
     Цуй Юньцин жил на 18-м этаже.
     Какое у него хорошее настроение.
     Мидия действительно убежала в чужое гнездо.
     Цзин Юаньци совершенно не колебался. Он протянул стройный и тонкий палец, чтобы нажать клавишу 'вниз'.
     Не имело значения, убежала ли мидия.
     Он просто вернет её обратно.
     Может ли такой глупый кролик, как Цуй Юньцин, действительно победить кого-то вроде него?
     Когда Ши Цин вышел из лифта, он ушел не сразу. Вместо этого он взглянул на дисплей лифта, пока не увидел, что лифт вновь остановился на 30-м этаже, где он остановился. Только после этого он приподнял бровь и продолжил идти.
     [Он проглотил наживку.]
     Он пошел прямо в комнату 1805 и постучал в дверь.
     Цуй Юньцин, который весело играл в видеоигры, открыл дверь без всякой бдительности. Когда он увидел Ши Цина, стоящего возле своей комнаты, его разум стал совершенно пустым:
     - Ши, учитель Ши...
     - Да.
     Ши Цин был внешне холоден, но его тело двигалось плавно. Он шагнул в комнату, как будто все было в порядке.
     Цуй Юньцин отреагировал только тогда, когда он устроился на маленьком диване и положил сценарий из руки на стол.
     Император кино Ши Цин, который раньше пытался выгнать его, неожиданно пришел в его комнату посреди ночи!
     Он подумал о том, как он сказал, что устал и ему нужно рано лечь спать. Затем он посмотрел на телефон в своей руке, который все еще весело объявлял такие вещи, как:
     - Спокойнее! Мы все еще можем победить!..
     Цуй Юньцин в панике нажал кнопку, чтобы выйти из игры.
     - Учитель Ши. Я на самом деле только что проснулся. Я начал играть в игры только потому, что после пробуждения мне нечего было делать.
     - Да, - Ши Цин спокойно открывает сценарий, - репетируй свои реплики, если тебе нечего делать.
     Цуй Юньцин осмелился сесть, дрожа.
     Прежде чем он успел сказать несколько слов, чтобы ослабить необъяснимо неловкую атмосферу, от входной двери внезапно послышался шум.
     Не стук в дверь, а звук открывающейся двери.
     Цуй Юньцин встал, чтобы взглянуть с озадаченным выражением лица.
     Он как раз успел увидеть, как повернулась дверная ручка, когда вошел Цзин Юаньци.
     Когда он увидел ошеломленный взгляд Цуй Юньцина, юноша сверкнул своей солнечной улыбкой и, естественно, поприветствовал его, взмахнув рукой:
     - Я пришел повидать тебя, маленький Цуй. Хорошо ли тебе спалось?
     Цуй Юньцин рассеянно ответил:
     - Это... хорошо, я думаю.
     - Гм, брат Цзин, что это у тебя в руке...
     - О, ты имеешь в виду это? - Цзин Юаньци небрежно засунул металлическую проволоку в карман, - не беспокойся об этом. Я боялся разбудить тебя, если постучу, поэтому сам открыл дверь.
     Цуй Юньцин: '...'
     Цзин Юаньци не тратил на него больше ни секунды. Он прошел мимо Цуй Юаньцина и сел рядом с Ши Цин.
     - Учитель Ши тоже здесь. Ребята, вы учите сценарий? Какое совпадение. Поскольку я тоже здесь, почему бы нам не сделать это вместе?
     Ши Цин нахмурился:
     - Ты принес копию сценария?
     - Конечно.
     Цзин Юаньци действительно взял сценарий, несколько раз сложенный из своего кармана. Он бросил его на стол.
     - Давай начнем.
     Император кино нахмурился. Нежные губы на его безупречном лице слегка сжались, как будто он не понимал, чего пытался достичь Цзин Юаньци. В конце концов, он решил не расспрашивать его и просто посмотрел на Цуй Юньцин. Его чистый и холодный голос слегка сказал:
     - Давайте пройдемся по нашим строкам.
     Цзин Юаньци вел себя так, будто только что понял, что Цуй Юньцин все еще стоит на месте. Он с улыбкой помахал ему:
     - Маленький Цуй, почему ты все еще стоишь там? Приходи уже. Не стесняйся, просто считай это место своим домом.
     Цуй Юньцин: '...'
     Но ведь это была его комната с самого начала...
     Он подошел с лицом, полным вопросов. Потом он обнаружил, что ему негде сесть, потому что диван слишком мал.
     Цзин Юаньци не обладал манерой добросовестного гостя. Вместо этого он с энтузиазмом предложил:
     - Ой, места больше нет. Что насчет этого, маленький Цуй? Я буду практиковаться с учителем Ши, пока ты займешься своим делом.
     Цуй Юньцин снова был ошеломлен.
     Прямо сейчас двое из его старших пришли в его комнату посреди ночи, чтобы просмотреть сценарий. Но ему самому велели поиграть в другом месте?
     Его учитель не говорил ему, что делать в такой ситуации.
     Наконец, Ши Цин решительно встал:
     - На кровати больше места.
     Цзин Юаньци немедленно последовал за ним. Его улыбка была загадочной:
     - Учитель Ши прав. На кровати действительно много места.
     Идеально хорошее предложение стало двусмысленным из-за его многозначительного тона.
     Он последовал за Ши Цином, который шел впереди, прежде чем повернуться, чтобы снисходительно помахать рукой все еще ошеломленному Цуй Юньцину. Смысл был в том, что он не должен идти за ними.
     Планировка одноместной комнаты Цуй Юньцина была очень простой. Снаружи была небольшая гостиная, а внутри небольшая спальня с перегородкой посередине. Из гостиной не было видно, что происходит на кровати.
     Ши Цин и Цзин Юаньци были там меньше секунды, прежде чем Цуй Юньцин услышал стук, как будто кто-то сел (лег?) на кровать.
     Цуй Юньцин мог только догадываться, что происходит. В этот момент он решил помолчать и остаться в гостиной.
     Внутри молодой человек прижал руки по бокам Ши Цина, поймав его в ловушку на мягкой большой кровати. Их лица были рядом друг с другом.
     Практически несуществующее расстояние между ними мгновенно разогрело атмосферу.
     - Учитель Ши...
     Цзин Юаньци слегка склонил голову, чтобы приблизиться к Ши Цин. Их дыхание казалось переплетенным.
     Он немного понизил голос и намеренно затянул слова. Пара очаровательно изогнутых глаз формы цветков персика внимательно смотрела на красивое лицо Ши Цина. Мягкий голос сказал:
     - Если я тебе интересен, просто скажи это прямо. Не нужно использовать сложные пути.
     Во время разговора молодой человек медленно поднял правую ногу и хитро потерся коленом о Ши Цина.
     - Пока ты хочешь, меня все устраивает.
     Ши Цин: [...]
     Он сейчас действительно возбужден.
     Его кровь кипела.
     [Серьезно, если бы это не означало крах миссии, я бы прямо сейчас прижал эту маленькую лисицу к кровати и заставил бы ее называть меня папой.]
     Система: [Управляй собой, хозяин. Ты должен держать все под контролем.]
     В конце концов, Ши Цину пришлось неохотно оттолкнуть другого человека с мрачным выражением лица.
     Цзин Юаньци приподнимает бровь. Он ослабил свои силы и позволил оттолкнуть себя.
     Но его колену просто пришлось потереться об это место в последний раз.
     Как озорная фея, он держал голову правой рукой и, улыбаясь, приподнял брови:
     - Почему ты так жесток со мной? Я знаю, что ты хочешь относиться ко мне по-другому.
     Лицо Ши Цина оставалось невыразительным после того, как его так безжалостно дразнили: [Ничего страшного, если я сделаю это с ним сто раз, верно?]
     [Успокойся! Хозяин, пожалуйста, успокойся!!!]
     Как только Цзин Юаньци изо всех сил пытался посылать волны чувственной харизмы, в дверь снова постучали.
     Цуй Юньцин, который даже больше не мог злиться после того, как снова и снова сегодня вечером в его дверь стучали, не придал этому большого значения, когда встал, чтобы открыть дверь.
     - Заместитель директора Ма?
     Он был немного удивлен, увидев снаружи лысого мужчину средних лет с здоровенным пивным животом.
     Какая у него удача? За одну ночь его разыскали император кино, будущая звезда и даже заместитель директора.
     - Маленький Цуй, я слышал, ты завтра не снимаешься? Сценарий только что прошел некоторые изменения. Я принес тебе копию, чтобы ты просмотрел.
     Толстый мужчина все улыбался, пока шел, окруженный запахом алкоголя. Он даже закрыл за собой дверь.
     Фамилия заместителя директора была Ма. Хотя он уже был женат и имел детей, в душе он все еще считал себя молодым человеком. Он часто полагался на свою личность, чтобы обращаться к новичкам.
     Цуй Юньцин давно был тем, за кем он следил, но у него не хватало смелости что-либо начать.
     В конце концов, хотя Цуй Юньцин выглядел как молодой, невежественный и легко вводимый в заблуждение, его учитель имел довольно большое влияние в кругу. Если он не будет осторожен, заместитель директора Ма может устроить себе беспорядок еще до того, как попробует товар.
     Но после того как он выпил сегодня, его грязное маленькое сердце не могло не забиться от волнения.
     Оно забилось еще быстрее, когда он подумал о лекарстве, которое он получил вчера от своего друга.
     В конце концов, это был мальчик. Даже если Цуй Юньцину не нравилось то, что он делал, заместитель директора Ма мог просто сделать несколько снимков, чтобы заставить его замолчать.
     Было много актеров, которых заставляли стиснуть зубы и глотать кровь, поднимающуюся у них в горле.
     Даже если они были знаменитостями, это не значило, что они не чувствовали стыда.
     Если фотографии просочатся, вся их карьера закончится.
     Чем больше он думал об этом, тем больше верил, что это сработает. Алкоголь в его организме и наркотик в его кармане придали ему столь необходимый прилив храбрости. Он отправил остальных, когда вошел в лифт. Но вместо того, чтобы поехать на свой этаж, он нажал кнопку этажа Цуй Юньцина.
     После того, как он так легко вошел внутрь, у заместителя директора Ма не было причин предполагать, что в комнате Цуй Юньцина будет кто-то еще посреди ночи. Его обзор был частично закрыт перегородкой. Он расслабился еще больше, когда дверь была заперта. Он немедленно повернулся, чтобы коснуться руки молодого человека.
     Цуй Юньцин обеспокоенно сказал:
     - Изменилась ли только моя роль, или учителя Ши и других тоже изменились? Если есть поправки к роли учителя Ши, он...
     Когда он собирался предложить им прочитать сценарий вместе, поскольку учитель Ши тоже случайно оказался в его комнате, заместитель директора Ма прервал его слова, махнув рукой вперед.
     - Маленький Цуй, ты хороший ребенок с хорошими актерскими способностями. Если бы у тебя был еще один надежный покровитель, ты действительно смог бы добиться чего-нибудь в будущем.
     Цуй Юньцин не почувствовал, что что-то не так, когда сначала к нему прикоснулись. В конце концов, он был мужчиной. Даже если он знал об этих невероятных вещах, он подсознательно предполагал, что они имели место только между мужчиной и женщиной.
     Он отреагировал только тогда, когда заместитель директора Ма попытался столкнуть его на диван, разговаривая и лаская его.
     - Директор Ма! Что ты пытаешься сделать?!
     По всему телу пробежали мурашки по коже. Он сбросил руки заместителя директора и попытался бежать, но тот схватил его за талию и бросил на маленький диванчик.
     - Маленький Цуй, ты мне действительно нравишься. Я был тем, кто помог тебе присоединиться к актерскому составу. Если ты сейчас будешь добрым и послушным для меня, я отплачу за услугу позже...
     - Вы пьяны, директор! Я тоже мужчина! Отпусти меня!
     У заместителя директора Ма не было причин отпускать.
     У него был значительный опыт в этих грязных делах. Ему потребовалось не более трех движений, чтобы прижать Цуй Юньцина к полу. Держа его там, он достал из кармана наркотик.
     Пока он рылся в кармане, он чувствовал, что что-то не так.
     Почему у него внезапно похолодела спина?
     Заместитель директора рассеянно повернул голову...
     -И увидел, что там стоят два человека.
     Ши Цин и Цзин Юаньци стояли прямо за ним, молча наблюдая за ним.
     - Ааааа!!!
     Толстый мужчина был так напуган, что упал с Цуй Юньцина.
     Цуй Юньцин, спасшийся от своей судьбы, поднялся с земли с бледным и бескровным лицом. Он быстро спрятался позади них двоих, как кролик.
     В то время как он был заморожен нерешительностью, Цуй Юньцин услышал леденящий голос Ши Цина:
     - Ты только теперь знаешь, что нужно быть осторожным? Почему ты заранее не выяснил, какой мусор был задействован в этом проекте?
     Маленький дурачок по имени Цуй Юньцин внезапно расширил глаза:
     - Учитель Ши, ты пытался снять меня с моей роли из-за заместителя директора Ма?
     - Да, - Ши Цин взглянул на заместителя директора Ма, который все еще лежал на земле, с явным отвращением в глазах, - он давно за тобой наблюдал.
     Заместитель директора Ма, на которого внезапно упало такое большое обвинение: '???'
     Да ладно?! Его злые намерения сформировались совсем недавно!
     Хотя он долгое время замышлял против других, Цуй Юньцин не был в его планах так долго.
     Он изо всех сил пытался встать:
     - Не говори ерунды. Я не...
     С мрачным выражением лица император кино безжалостно наступил на инструмент, который заместитель директора Ма использовал для совершения своих преступлений.
     - Подонок.
     - Ооооо!
     Невыносимая боль, которую не могло вынести ни одно живое существо, заставила заместителя директора Ма закрыть рот. Он прикрыл раненую область и завыл, катаясь по земле.
     Со стороны Цзин Юаньци прищурился.
     - Значит, ты решил не позволить мне войти в съемочную группу также из-за него?
     [Динь! Значение враждебности Цзин Юаньци: 78/100]
     Необъяснимая волна радости захлестнула сердце Цзин Юаньци, когда он подтвердил, что Ши Цин действительно не был плохим человеком. Однако было также чувство потери, потому что это означало, что он не действовал против него, потому что интересовался им.
     - Теперь ты просто клевещешь на меня!
     Заместитель директора Ма услышал, что сказал Цзин Юаньци, и с большим трудом заставил себя подняться с пола.
     Он не был дураком. Он никак не мог попробовать это на ком-либо, кого поддерживали влиятельные люди. С первого взгляда было очевидно, что Цзин Юаньци не из тех, с кем можно связываться. Каким бы красивым он ни был, его поддерживали как минимум пять молодых богатых наследников. Если бы он пришел за ним, он бы просто покончил жизнь самоубийством.
     Он дрожал, пытаясь объяснить:
     - Как я мог... Ооооооо!!!
     Мрачный император кино снова опустил ногу:
     - Говори правду.
     - Я действительно не... Ооооооооо!!!
     Ши Цин уперся ногой. Его голос оставался спокойным и ровным.
     - Вы пытаетесь заставить меня признаться в том, чего я не делал... Оооууу!!!
     - Да или нет?
     Ноги заместителя директора Ма дрожали. Он наконец понял, что на кону его здоровая будущая сексуальная жизнь.
     Пот и слезы текли по его лицу, он отчаянно кивнул:
     - Я делал! Я делал!!!
     - Прости, прости, я больше не буду этого делать! Ууууу...
     Слезы красивого мужчины были подобны успокаивающему бальзаму для глаз.
     Слезы лысого, толстого и непристойного мужчины средних лет были больше похожи на кислоту.
     Ши Цин убрал ногу.
     - Почему ты извиняешься передо мной? - сказал он.
     Со слезами и соплями на лице заместитель директора обернулся, дрожа без остановки.
     Его сердце было более горьким, чем лекарственные травы, и очень обиженным. Он хотел поклясться, что в июле скорее пойдет снег, прежде чем он осмелился иметь намерения в отношении Цзин Юаньци.
     Но он мог только зализывать свои раны и терпеть из-за угрозы уничтожения его родословной.
     Со слезами на глазах он извинился перед Цзин Юаньци:
     - Да, мне очень жаль...
     Он не выдержал и завыл:
     - Я тоже хотел сделать такое с вами.

Глава 6.

     Судьба заместителя директора Ма была предрешена в тот момент, когда он признался, что хочет Цзин Юаньци.
     Ши Цин больше не спрашивал. С этого дня никто больше не видел заместителя директора Ма в съемочной группе. Когда другие люди спросили об этом директора, он сказал только, что у этого человека неотложная ситуация в семье.
     После этого инцидента отношение директора к Цзин Юаньци стало гораздо более почтительным. Если бы он мог принести ему жертвы на алтаре, то, вероятно, так бы и поступил.
     В конце концов, человек, который мог полностью покончить с карьерой одним словом, не был тем, кого он мог позволить себе спровоцировать.
     Цзин Юаньци остался прежним. Он сиял перед всеми, как миниатюрное солнышко, и выглядел как веселый юноша.
     Но в углу, где никто не смотрел, он приобрел привычку наблюдать за небольшими действиями, которые делал император кино.
     По какой-то причине, хотя внешне неприкосновенный император кино всегда сохранял пренебрежительный вид, его тело было податливым.
     Цзин Юаньци просто объяснил это одной из чужих причуд.
     Юноша все больше увлекался этой игрой. Он чувствовал волнующий прилив эндорфинов, пробегавших по его телу и разуму, поскольку этот обычно отстраненный и бесчувственный мужчина позволял ему делать то, что ему было угодно.
     Как правило, после утра, посвященного съемкам, император кино любил уходить в свою личную гримерную, чтобы пообедать в одиночестве.
     Остальная часть съемочной группы, включая Гао Чжи, была очень внимательна и не беспокоила его.
     Но теперь Ши Цин услышал что-то позади себя, когда ел. Он обернулся и увидел, что запертую дверь открывают снаружи.
     Цзин Юаньци небрежно сунул отмычку обратно в карман. Он вошел так, как будто его пригласили, с картонной упаковкой с обедом в другой руке.
     - Учитель Ши, как насчет того, чтобы пообедать вместе?
     Нужно сказать, что он был еще более бесстыдным, чем Ши Цин.
     Когда император кино заявил, что не любит есть с другими, Цзин Юаньци мог спокойно ответить:
     - Тогда представь, что я не человек.
     Когда молодой человек достал свой обед, он очаровательно сказал Ши Цину:
     - Думаю, я был бы довольно красивым растением в горшке. Давай, учитель Ши, давай быть ближе друг к другу. Это растение в горшке поможет очистить воздух.
     Цзин Юаньци, который мог сказать это с серьезным лицом, сел еще ближе. Его длинные красивые пальцы легко коснулись бедра Ши Цина.
     Ши Цин: [...]
     Если бы Цзин Юаньци продолжал флиртовать с ним, Ши Цин мог бы просто воплотить в реальность сцены из своего воображения.
     Система: [Хозяин! Ты можешь, нет, ты должен держаться! Не провали миссию!]
     Даже если он действительно хотел научить эту лисицу некоторым манерам, Ши Цину все равно приходилось неохотно встать с холодным лицом и пересесть напротив него.
     Молодой человек не был слишком разочарован, увидев, как император кино продолжает молча есть в другом месте.
     Последние несколько дней он флиртовал с Ши Цином различными методами в разных местах. Его действия могут показаться просто недисциплинированными и высокомерными, но на самом деле он проверял Ши Цина.
     Хотя он так долго изучал его, Цзин Юаньци должен был признать, что Ши Цин все еще оставался загадкой.
     Он был холодным, мрачным и неизменно невежливым по отношению к другим. Он также избегал любого физического контакта.
     Но он терпел, когда Цзин Юаньци совершал разные возмутительные действия.
     При этом в глазах посторонних он выглядел очень пренебрежительным. Ему явно было наплевать на свой имидж.
     Но он всегда молча помогал новеньким.
     Он был из тех, кто оставался анонимным после совершения добрых дел.
     Цзин Юаньци не очень хорошо понимал такое поведение. Если бы это был он, когда он действительно делал что-то хорошее, об этом определенно узнал бы весь мир. Конечно, иногда он не против делать недобрые дела, но тогда он не оставлял бы свое имя.
     Самая противоречивая черта Ши Цина заключается в его отношении к Цзин Юаньци.
     Нельзя было назвать хорошим отношением, потому что он всегда был равнодушен. Также нельзя было назвать плохим, потому что он был терпимым.
     Когда вокруг были люди, Цзин Юаньци мог делать с Ши Цином все, что хотел. Было похоже, что император кино боялся быть обнаруженным другими.
     Но если это были только они двое, Цзин Юаньци не разрешалось даже держать его за руку.
     Как прямо сейчас. Император кино спрятался от него подальше, как будто он уйдет, как только Цзин Юаньци сделает что-нибудь чрезмерное.
     Цзин Юаньци не торопился, чтобы не спугнуть свою маленькую мидию.
     Он начал вести светскую беседу на тему, которая не была слишком горячей.
     Цзин Юаньцзи:
     - Учитель Ши, ты видел меня прошлой ночью во сне?
     Император кино на другой стороне опустил ресницы и молча ел.
     Юноша не прочь ответить сам, если его проигнорируют.
     - Я видел тебя, - сказал он, - ты знаешь, что мы делали во сне?
     Глаза молодого человека сузились, когда он намеренно понизил голос до чарующего шепота:
     - Я скажу тебе, если ты поднимешь голову, чтобы посмотреть на меня.
     Когда он увидел, что император кино не собирается двигаться, он сделал вид, что встает:
     - Хорошо. Поскольку учитель Ши явно не заинтересован, я собираюсь рассказать кому-нибудь, кто заинтересован.
     В конце концов, император кино был готов уделить ему минутку своего времени.
     Он поднял глаза. Они были похожи на два светлых пруда с нитью раздражения:
     - Не будь таким бесстыдным.
     - Если бесстыдство - единственный способ заставить учителя Ши обратить на меня внимание, я буду в сто раз более бесстыдным, чем сейчас.
     Цзин Юаньци не пострадал. Его брови даже гордо приподнялись от радости, когда он одарил Ши Цин улыбкой.
     Улыбка юноши была солнечной, заставляющая людей чувствовать, что он был большим, но невинным ребенком.
     Цзин Юаньци самодовольно наблюдал, как тлеющий гнев в угрюмых глазах Ши Цина постепенно утих.
     Он был горд до глубины души.
     Даже сам император кино, похоже, не осознавал, что одна улыбка Цзин Юаньци - это все, что нужно, чтобы рассеять его гнев.
     Цзин Юаньци всегда умел использовать свои сильные стороны. Он смягчил голос и сохранил намек на улыбку в уголках рта. Он медленно накрыл руку Ши Цина своей.
     - Учитель Ши, ты мне действительно приснился прошлой ночью. Вот почему я пришел к тебе, как только сегодня у меня появилось свободное время. Если ты будешь вести себя со мной так сдержанно, мне будет грустно.
     Когда он заговорил намеренно мягким голосом, неприязнь, присутствовавшая на лице императора кино, постепенно исчезла.
     Даже его лицо, вырезанное изо льда, казалось, немного смягчилось.
     Он не ответил, но и не избавился от руки Цзин Юаньци. Он просто продолжал спокойно есть палочками в правой руке.
     Цзин Юаньци пошел еще дальше, взглянув на куриные ножки в тарелке Ши Цина.
     - Я тоже хочу есть курицу, - жалобно сказал он.
     Палочки для еды Ши Цин остановились в воздухе. После некоторого колебания он толкнул коробку с едой вперед. Его тон был холодным:
     - Бери, что хочешь.
     Молодой человек обратился с еще более бесстыдной просьбой.
     - Я хочу, чтобы учитель Ши кормил меня.
     Цзин Юаньци взял Ши Цина за руку, когда он увидел, как император кино напрягся. Его указательный палец медленно и осторожно рисовал круги на ладони.
     Его глаза были прикованы к белым мочкам ушей Ши Цина, которые постепенно окрашивались в красный цвет. Когда он был удовлетворен, его взгляд стал еще более провокационным. Он растянул свои слова для более дразнящего акцента.
     - Пожалуйста, пожалуйста, покорми меня, учитель Ши. Я знаю, что ты лучший.
     В конце концов, Ши Цину не удалось устоять перед этим чарующем соблазном.
     Тонкий слой румян покрывал его щеку, когда Цзин Юаньци вел себя испорчено. Покрасневший мужчина взял кусок курицы и поднес его ко рту Цзин Юаньци.
     Глаза юноши из цветков персика слегка сузились. Они уже сделали его похожим на лису, так что прищуривание сделало его прямо сейчас еще больше похожим на дух лисицы.
     Этот дух лисицы был очень разборчивым. Он не сразу взял курицу, когда та попала ему в рот. Вместо этого он сначала высунул свой нежный красный язык и послал знойный взгляд Ши Цин. Кончик его языка медленно поднялся, лаская верхнюю губу.
     Ши Цин: [... Я хочу знать имя человека, который выдержит это, потому что я точно не могу.]
     Система молча оценила мозаику перед собой.
     Хотя они оба были полностью одеты, мозаика была немедленно нанесена, исходя из того, о чем думал Ши Цин.
     Система утешила хозяина: [Все в порядке, если он не знает, что ты почти на грани].
     Под столом Цзин Юаньци медленно вытянул свою длинную ногу с ясной целью.
     Он осторожно надавил ногой.
     Молодой человек очень скоро что-то почувствовал. Его глаза стали еще более довольными от гордости.
     Ши Цин: [Вот теперь он знает.]
     Разоблаченный император кино был несколько раздосадован. Он отодвинулся с видимым раздражением:
     - Ты собираешься есть или нет?
     - Конечно, я все съем.
     Цзин Юаньци продолжает намеренно растягивать слова. Он мог стоять лицом к лицу с куриным мясом перед собой, но он указал на ту часть тела Ши Цина, которая предала его.
     - Я съем все, что мне даст учитель Ши.
     Ши Цин: [Проклятье, как он умудрялся быть еще распутнее меня?]
     Хотя Система не понимала, она изо всех сил пыталась предложить заикающееся объяснение: [Может, он просто, ммм, от природы очень одарен].
     Цзин Юаньци, наконец, был удовлетворен, увидев, что лицо императора кино чередовало оттенки из-за его слов. Он открыл рот и засунул весь кусок в рот.
     После нескольких жеваний лицо молодого человека также изменило цвет.
     Кожа, которая обычно напоминала белый нефрит, окрашивалась в красный цвет со скоростью, видимой невооруженным глазом. Уголки глаз воспалились.
     Цзин Юаньци:
     - Шшш... дьявольский перец?!
     Он схватил воду со стола и стал пить, заливая пожар во рту.
     Ши Цин поспешил 'помочь'. Он удержал юношу и выхватил бутылку с водой из руки Цзин Юаньци:
     - Не стоит пить минерализованную воду. Чем больше пьешь воды, тем становится хуже.
     Ум Цзин Юаньци был слишком занят, справляясь с жаром, чтобы что-либо слушать. Он сразу схватил бутылку с водой.
     Эти двое боролись несколько секунд. Вся вода пролилась на Ши Цина.
     Цзин Юаньци был прижат к столу. Худшее ощущение жара прошло. Он взглянул на встревоженные и нахмуренные глаза императора кино над ним. Его взгляд был привлечен к каплям воды, цеплявшимся за красивую ключицу Ши Цина. Это зрелище оживило его разум.
     Его покрасневшие глаза были слабыми.
     - Слишком горячо. Я хочу выпить воды.
     Затем, не раздумывая, он наклонился вперед.
     Говоря более вежливо, юноша пытался слизать немного воды с другого человека своим языком.
     Это было похоже на то, что он подсознательно искал кого-то, кто мог бы удовлетворить его потребности, как невинный ребенок.
     -Тук-тук.
     На стук в дверь никто не обратил внимания.
     В следующую секунду Цуй Юньцин, который стал маленьким членом фан-клуба Ши Цина с тех пор, как его спасли в прошлый раз, открыл дверь и вошел.
     - Учитель Ши, похоже, есть фанаты, приезжающие...
     Он застыл, когда увидел сцену перед собой.
     С точки зрения Цуй Юньцина, это выглядело так, как будто идол, которым он восхищался и которому поклонялся, с силой удерживал Цзин Юаньци на столе.
     А у Цзин Юаньци, старшего, который всегда был ярким и солнечным, теперь были красные круги вокруг глаз, как будто он плакал. Казалось, что он полностью сдался на милость учителя Ши и в целом был очень слаб и жалок.
     Цуй Юньцин:
     - Ши, учитель Ши, брат Цзин, вы, вы двое...
     Цзин Юаньци отреагировал первым.
     Было неплохо позволить Цуй Юньцину поймать их с поличным. Может быть, теперь этот маленький глупый кролик будет держаться подальше от Ши Цина в будущем.
     Молодой человек слегка приподнял брови без малейшего намека на смущение. Он удобно прижался к Ши Цину. Движением, полным собственничества, он еще больше приблизил к себе императора кино.
     Он отмечал свою территорию на глазах у прохожего, уставившегося на его мидию.
     - Да. Это именно то, что ты думаешь.
     Цуй Юньцин: '...'
     Он долго собирался с мыслями, прежде чем неуверенно сказать:
     - Тогда я надеюсь, что вы двое будете счастливы. Я-я уйду первым.
     Перед уходом Цуй Юньцин покраснел, но смог сказать:
     - Учитель Ши, не забывай надевать презерватив.
     -Хлоп!
     Он был так взволнован, что громко хлопнул дверью, уходя.
     Цзин Юаньци: '???'
     Почему он решил, что Ши Цин будет надевать презерватив?
     Разве он не может прочесть ситуацию?

     Примечание к части
     Цзин Юаньци такой флирт

Глава 7.

     Ши Цин умирал от смеха.
     Конечно, его лицо оставалось серьезным. Он немедленно сбросил руку, которую Цзин Юаньци держал на талии, и встал, чтобы поправить одежду.
     Видя, что жирный кусок мяса у него во рту вот-вот убежит, Цзин Юаньци отложил вопрос 'кто сверху'. Он встал и мягко обнял Ши Цина.
     Нежный тон его голоса был до тошноты сладким:
     - Ты знаешь, меня это не волнует. Все равно, кто сверху.
     Это было ложью. С тех пор, как он заинтересовался императором кино, он хотел уложить этого человека под себя и делать с ним разные вещи.
     Конечно, он также подумал о том, что мог бы сделать Ши Цин, если бы император кино вместо этого сел на него.
     Но существовало ли правило, согласно которому нужно говорить правду о том, что на уме?
     Он сначала уложит Ши Цина в постель. Кто мог сказать наверняка, что будет дальше?
     Коварный Цзин Юаньци снаружи казался покорным. Сладкие пустяки лились из его рта:
     - Я согласен на все, что захочет учитель Ши.
     Ши Цин повернулся и сказал привычным холодным тоном:
     - На все?
     Цзин Юаньци был счастлив.
     Молодой человек неоднозначно потерся лицом о плечо императора кино.
     - Да. На все. Я буду следовать каждому приказу учителя Ши.
     Ши Цин:
     - Тогда убери от меня руку.
     Цзин Юаньци: '...'
     Ши Цин:
     - Ты сказал, что будешь послушен. Я сказал убрать руку.
     Молодой человек молча убрал руку.
     Он вел себя как кошка и ласково потерся головой об императора кино.
     Сердце Ши Цина было сделано из стали:
     - И голову.
     - Ты слишком жестокий, учитель Ши.
     Цзин Юаньци, наконец, выпрямился. Он надулся, как будто его обидели:
     - Даже такой дурак, как Цуй Юньцин, может видеть наши отношения насквозь, так кого ты пытаешься обмануть?
     - Не называй так Юньцина, - император кино нахмурился и возразил, - он просто молод.
     Уголки рта Цзин Юаньци дернулись. У него больше не было настроения приставать к нему:
     - Учитель Ши, мне только кажется, или ты действительно относишься к Цуй Юньцину намного лучше, чем ко мне?
     Руки Ши Цина, приводящие в порядок его одежду, остановились. Его ресницы опустились, и он говорил немного быстрее. Молодой человек услышал в голосе вину:
     - Вы оба мои юниоры. Я отношусь к вам двоим одинаково.
     Даже если его тон был нормальным, Цзин Юаньци все равно был недоволен.
     Он приставал к этому парню каждый день, когда мог. Ему даже пришлось съесть дьявольский перец. Но, по словам Ши Цина, он был на том же уровне, что и этот проклятый Цуй Юньцин?
     Молодой человек редко заменял очаровательную улыбку на лице насмешкой:
     - Ты хочешь сказать, что позволишь Цуй Юньцину делать то же самое с тобой?
     Император кино, который привел в порядок свой внешний вид, удивленно посмотрел на Цзин Юаньци.
     Когда Цзин Юаньци подумал, что он просто проигнорирует его, как раньше, Ши Цин сказал:
     - Не улыбайся так. Тебе это не подходит.
     Цзин Юаньци приподнял брови. Он давно знал, что Ши Цин любил видеть его улыбку.
     Ши Цин никогда не говорил почему, и он никогда не удосужился спросить.
     Его целью было просто насладиться азартом охоты. В конце концов, это было похоже на медленное разворачивание большого подарка: в конце концов, он уложит Ши Цина в постель и насладится им.
     Это было просто отмечено как одна из слабостей Ши Цина.
     Юная змея обвилась вокруг человека:
     - Если учителю Ши нравится видеть мою улыбку, то что тебе нравится в Цуй Юньцине?
     Ши Цин честно ответил:
     - Его брови.
     Цзин Юаньци не ожидал, что Ши Цин честно ответит на его вопрос.
     По его мнению, характер Ши Цина твердый снаружи, но мягкий внутри, но Цуй Юньцин улыбается, заботясь о нем.
     В конце концов, Ши Цин действительно ответил.
     Солнечная улыбка, которая только что появилась на лице Цзин Юаньци, снова медленно исчезла. Брови?
     Он вспомнил лицо Цуй Юньцина, который выглядел слабым, как маленький кролик.
     В отличие от острых бровей Цзин Юаньци, брови Цуй Юньцина были тонкими и нежными.
     - Тебе нравятся его брови? Это твой типаж?
     Ши Цин не отрицал этого. Он издал мягкий звук согласия.
     Цзин Юаньци был расстроен еще больше.
     Хотя он и не относился к этому серьезно, он все же не хотел, чтобы Ши Цин думал о других людях, глядя на него.
     Хуже всего было то, что это был маленький дурак Цуй Юньцин.
     Как такое глупый и слабый мог понравиться Ши Цину?!
     Сердце Цзин Юаньци кипело от негодования, но он притворился опечаленным, притворяясь щедрым:
     - Ты обидел мои чувства. У меня есть только учитель Ши, так почему я должен делиться с Цуй Юньцин? Это так несправедливо.
     Его слова были очень обиженными, как будто Ши Цин был подлецом, флиртующим сразу с двумя людьми.
     Однако император кино его полностью проигнорировал. Он снял руки молодого человека с талии.
     - Юньцин только что сказал, что к нам скоро приедут фанаты. Мне стоит пойти.
     Ши Цин безжалостно ушел, оставив Цзин Юаньци одного.
     Когда дверь закрылась, обида на лице молодого человека постепенно превратилась в мрачное выражение.
     Некоторое время он стоял в глубоком раздумье. Затем, как будто он что-то придумал, его персиковые глаза слегка сузились. На его лице вернулось довольное выражение. Он приподнял брови, открыл дверь и вышел.
     ***
     Это были первые съемки Цуй Юньцина с тех пор, как он закончил актерскую школу. Кроме того, он впервые увидел фанатов, которые пришли на съемочную площадку.
     Он не был знаменит, но он был очень любопытен и желал поклонников. Он спросил у проходившего мимо артиста:
     - Брат, чьи это фанаты?
     - Они здесь не для актеров. Все они поклонники оригинального романа, по которому был снят этот сериал. Здесь есть даже официальный фанат номер один. Мы почти закончили съемки, поэтому режиссер пригласил их сюда на живое выступление, чтобы получить бесплатную рекламу.
     Цуй Юньцин внезапно понял, что происходит.
     Его учитель сказал ему, когда он пришел на прослушивание, что этот фильм основан на широко популярном романе. Для актеров в этом были свои достоинства и недостатки.
     Преимущество состояло в том, что каждый персонаж уже имел своих поклонников.
     Недостаток в том, что если бы им не хватило таланта, поклонники романа наверняка разорвали бы этого актера в клочья.
     Роль Цуй Юньцина была второстепенной, но она также была любимой фанатами в романе. Его учитель подчеркнул, насколько важно прочитать оригинальную работу несколько раз. Это можно было считать его дебютом, поэтому он не должен все испортить.
     Как только он узнал, что придут фанаты романа, Цуй Юньцин захотел спрятаться в углу.
     Что ему делать, если фанаты остались недовольны им?
     Он собирался ускользнуть, поприветствовав своих старших, но вскоре был пойман Цзин Юаньци.
     Цзин Юаньци, казалось, был в хорошем настроении. Его персиковые глаза засияли, когда он улыбнулся Цуй Юньцину и мягко спросил:
     - Цуй, куда ты так торопишься?
     Цуй Юньцин на мгновение заколебался, когда увидел его.
     В конце концов, он только что видел этого солнечного старшего, слабо лежащего под учителем Ши.
     Но после того, как он услышал слова Цзин Юаньци, его смущение было полностью забыто. Он объяснил, что его беспокоит, не щадя ни одной детали.
     - О, так ты этого боишься, - Цзин Юаньци все еще улыбался и ласково продолжил, - я думаю, у тебя все хорошо. Нет причин беспокоиться о том, что фанаты разозлятся, когда увидят тебя.
     Цуй Юньцин все еще не был убежден:
     - Но сегодня у меня почти нет сцен. Я также ношу обычную одежду с короткими волосами вместо одежд из романа. Разве они не будут разочарованы тем, насколько я отличаюсь от своей роли?
     - Все в порядке. Твое лицо - самая важная вещь для этих фанатов.
     Молодой человек ласково похлопал Цуй Юньцина по плечу. Он сделал вид, что окинул его взглядом, прежде чем слегка нахмуриться.
     Цуй Юньцин был поражен его обеспокоенным выражением лица. Он быстро спросил:
     - Брат Цзин, со мной что-то не так?
     - Не так - не те слова, которое я бы использовал, но...
     Чем более неохотно говорил Цзин Юаньци, тем более нервным становился Цуй Юньцин. Он убеждал:
     - Брат Цзин, пожалуйста, просто скажи мне. Как я могу это исправить, если ты ничего не говоришь?
     - Что ж, раз уж ты так нетерпелив, я буду честен с тобой.
     Молодой человек, которому ничего не оставалось, кроме как говорить, вздохнул:
     - У тебя довольно хорошие черты лица и форма тела. Просто твои брови слишком изящные.
     - Брови?
     Цуй Юньцин глупо протянул руку и коснулся бровей.
     Цзин Юаньци очень серьезно кивнул.
     - Подумай о персонаже, которого ты играешь. Он молодой мастер секты и гений самосовершенствования. Как у кого-то вроде него могут быть нежные брови?
     Он убедительно сказал:
     - Твои брови слишком тонкие, к тому же они слегка изгибаются вниз. Когда ты наносишь макияж, разве визажист не делает брови густыми и не приподнимает их подводкой?
     Цзин Юаньци никогда не обращал внимания на макияж Цуй Юньцина.
     Но он был в кругу развлечений дольше, чем он. В целом, женские брови рисовались изящными, а мужские - густыми.
     Подъем был нормальным. В настоящее время было популярно поднимать брови независимо от пола и жанра.
     Цуй Юньцин этого не знал. Чем больше он думал об этом, тем больше в этом смысла. Он неоднократно кивал:
     - Да, визажист так делал для меня.
     - Видишь?
     Лицо Цзин Юаньци было таким: 'ты знаешь, что я прав' и 'это не имеет большого значения'. Он скормил Цуй Юньцину еще немного лжи, когда ребенок в замешательстве прикрыл брови рукой.
     - Знаешь, брови не особая причина для беспокойства. Остальное выглядят хорошо, так что фанатов это, вероятно, не будет беспокоить.
     - Нет, нет. Я впервые на прямой трансляции. Я должен отнестись к этому серьезно.
     Дурачок с горечью приподнял брови.
     - Брат Цзин, ты думаешь, визажист поможет мне исправить брови прямо сейчас?
     Цзин Юаньци сказал ему:
     - Визажисты сейчас обедают. Ты настолько высокомерен, что прервешь их перерыв?
     - Я, мне очень жаль. Я не должен... - лицо Цуй Юньцина поникло, - может, я сам исправлю...
     - Есть ли у тебя опыт? Иначе ты можешь сделать только хуже.
     Цуй Юньцин:
     - ...... нет.
     Глупый кролик очень растерялся. Он со слезами на глазах натянул рубашку Цзин Юаньци:
     - Брат Цзин, что мне делать? Что, если я наткнусь на этих фанатов, когда они ведут прямую трансляцию? Я не могу показывать свое лицо всем, когда это так.
     Цзин Юаньци осторожно освободился от руки Цуй Юньцина. Он сказал с некоторой неуверенностью:
     - Я на самом деле сам подравниваю собственные брови, но я не профессионал.
     Цуй Юньцин немедленно ухватился за эту спасительную соломинку:
     - Брат Цзин, брат Цзин, пожалуйста, помогите мне.
     Цзин Юаньци:
     - Наверное, это плохая идея. Я никогда раньше не поправлял чужие брови.
     - Пожалуйста, брат Цзин. Пожалуйста, исправь их для меня. Они почти здесь.
     Глаза молодого человека из цветков персика слегка сузились. Казалось, он не хотел.
     - Что ж. Поскольку ты в отчаянии, я помогу тебе. Идем в гримерку учителя Ши. Там никого нет.
     ***
     Ши Цин попросил Гао Чжи перезвонить своей охране.
     Причина, по которой первоначальный владелец имел репутацию властного человека, заключалась в этих парнях.
     Все были в строгих костюмах и солнечных очках. Это 10+ высоких и сильных на вид людей.
     Кроме того времени, когда он снимался, у первоначального владельца всегда были телохранители.
     Интервью? В окружении телохранителей.
     Рекламное объявление? В окружении телохранителей.
     Ванная комната? По-прежнему в окружении телохранителей.
     Причина, по которой первоначальный владелец сделал это, была очень проста.
     Он просто хотел показать себя как император кино.
     Он хотел продемонстрировать, насколько он неприкосновенен.
     В то же время он совершил много плохих поступков, которые заставили его опасаться за свою жизнь. Он волновался, что кто-то, кого он случайно ударил ножом в спину, может вернуться позже, чтобы отомстить.
     Кто-то однажды сделал снимок.
     На пустой улице, где двое или трое пешеходов занимались своими делами, не менее дюжины телохранителей окружили императора кино со всех сторон.
     Как только фотография была размещена в Интернете, она сразу же вызвала бурные обсуждения.
     У вас больше телохранителей, чем пешеходов, так зачем же вести себя так параноидально? Они даже не обращают на тебя внимания. Как жалко.
     Интернет был полон насмешек. Однако это совсем не оказало значительного воздействия, даже если его было больше. Пока у императора кино была его семья, поддерживающая его, он продолжал оставаться высококлассным актером.
     В глубине души Гао Чжи хотел отказаться, когда ему приказали вызвать охрану.
     Он не видел и намека на печально известный нрав Ши Цин в последние несколько дней, когда они были вместе. Его босс был просто частным лицом, любившим есть дьявольский перец и совершенно не заботившимся о своей репутации. Хотя ему нечего было сказать, он был очень щедрым, когда дело касалось зарплаты и премий Гао Чжи.
     Гао Чжи считал, что следить за такой знаменитостью - это очень хорошо.
     Поскольку он узнал Ши Цина немного лучше, Гао Чжи был готов думать в интересах своего работодателя. Когда он услышал, что Ши Цин хотел вызвать своих телохранителей, он посоветовал:
     - Брат Ши, это всего лишь несколько фанатов, которые ходят по съемочной площадке. Неужели нужно звать охрану? Люди могут принять это за властность. Как насчет того, чтобы держаться рядом со мной, когда приходят фанаты? Я защищу тебя.
     Ши Цин остался равнодушным к его благонамеренному предложению.
     - Позови их, - сказал он тихо.
     Гао Чжи смог только вздохнуть, доставая телефон.
     Его охранники остановились в соседнем отеле. Поскольку съемочная группа обычно занималась съемками, они находились поблизости, чтобы они могли быстро прийти, когда их работодатель позовет их.
     Эти хорошо обученные телохранители могли прибыть на съемочную площадку в течение пяти минут.
     Гао Чжи беспокоился о том, что в Интернете скажут о брате Ши, когда фанаты включат этих телохранителей в свою трансляцию. Вдруг в дверь постучали.
     Это был Цуй Юньцин.
     Поскольку он извлек урок из травмы, которую он получил, когда в последний раз вошел без стука, он крикнул снаружи:
     - Учитель Ши там? Это Цуй Юньцин. Могу ли я войти?
     Гао Чжи повернулся, чтобы посмотреть на Ши Цин. Он открыл дверь после кивка императора кино.
     Цуй Юньцин радостно вошел в комнату.
     Он спросил сидящего Ши Цина с восторженным выражением лица:
     - Учитель Ши, ты думаешь, мои новые брови хорошо смотрятся?
     Император кино поднял голову, чтобы посмотреть.
     Он сделал паузу. Брови Цуй Юньцина были красивыми, но не такими, как раньше.
     Он опустил взгляд, затем снова поднял.
     Убедившись, что это не иллюзия, на лице императора кино медленно появилось озадаченное выражение.
     Дверь снова открылась. Вошел Цзин Юаньци.
     Молодой человек радостно улыбнулся. Он махнул ножницами для бровей Ши Цина, словно демонстрируя.
     - Я помог ему, не взимая ни цента.

Глава 8.

     Ши Цин действительно не ожидал, что Цзин Юаньци сделает что-то подобное.
     Он должен был быть человеком определенного характера, но одного слова Ши Цина было достаточно, чтобы спровоцировать его на издевательства над невинным кроликом.
     Он ткнул Систему: [Хэй, посмотри. Насколько высока его враждебность?]
     Система: [Значение враждебности Цзин Юаньци: 63]
     Система: [Хозяин, я думаю, что скорость спада пока очень хорошая. Прошло всего несколько дней.]
     Ши Цин: [Вот как? Этот парень ведет себя так, будто жизнь - это одна большая игра. Я не думал, что враждебность вообще упадет.]
     Но теперь оно упало до шестидесяти трех.
     Ши Цин: [Он настолько заигрался, что сам не видит, что его чувства стали настоящими?]
     Система: [Разве это не хорошо? Тогда значение враждебности может быстро снизиться.]
     [Ты не понимаешь.]
     Ши Цин: [Он, вероятно, все еще думает, что это часть игры. Когда эта маленькая игра закончится, все вернется в норму.]
     Система была в недоумении: [Я не понимаю.]
     Ши Цин привел пример: [Сейчас у него 63 враждебности, но он думает, что у него 100. Когда мы расстанемся, значение враждебности будет зависеть от его мыслей и возрастет. Он определенно будет расти. Может быть, не до 80 или 90, но как минимум до 70.]
     Система: [...]
     Система осознала серьезность ситуации: [Мы не можем этого допустить! Если оно упадет, мировое сознание нас вышвырнет!]
     [Не волнуйся. Он настолько увлечен своим поступком, что это сделало его податливым.]
     Теперь, когда он знал, что эта лисица уже обыграла саму себя, Ши Цину не нужно было оставаться вежливым.
     Он отвел взгляд от бровей Цуй Юньцина и повернулся к Гао Чжи:
     - Их все еще нет?
     - Они скоро будут здесь. Очень скоро.
     Помощник быстро добавил:
     - Когда я отправил текстовое сообщение, они сказали, что находятся поблизости. Брат Ши, я пойду за ними.
     - Да.
     Услышав это, Гао Чжи ушел.
     На данный момент в комнате осталось всего три человека.
     Холодный и мрачный император кино Ши, яркий и солнечный Цзин Юаньци и милый, но глупый Цуй Юньцин.
     Как только Гао Чжи ушел, Ши Цин включил свой телефон и начал смотреть Weibo. Цзин Юаньци посмотрел на него с любопытством, но никто из них не заговорил, и атмосфера в комнате постепенно стала странной.
     Цуй Юньцин этого не заметил, он радостно подошел к Ши Цину и попросил его взглянуть на его брови:
     - Послушайте, учитель Ши, я просто посмотрел в зеркало и подумал, что мои брови выглядят намного лучше, чем раньше, это словно делает меня особенным. Цзин...
     Ши Цин даже не поднял взгляд. Он небрежно согласился:
     - Да.
     Цуй Юньцин полностью упустил из виду безразличие императора кино. Увидев, что Ши Цин, похоже, просматривает Weibo на своем телефоне, он с еще большим интересом наклонился:
     - Учитель Ши, что ты смотришь? Есть что-нибудь в новостях?
     Но Ши Цин отложил телефон и встал, как только Цуй Юньцин наклонился к нему.
     Его голос был холодным. Он никогда раньше не говорил с Цуй Юньцином таким тоном:
     - Я пойду первым. Делайте что хотите.
     Цуй Юньцин наконец понял, что отношение Ши Цин было странным.
     Он был ошеломлен, увидев, что император кино просто ушел. Затем он посмотрел на Цзин Юаньци, стоявшего рядом:
     - Брат Цзин, что случилось с учителем Ши? Вчера он пригласил меня посмотреть Weibo вместе.
     Цзин Юаньци не обрадовался, услышав это.
     Они даже смотрели вместе Weibo.
     Они что, были маленькими друзьями в детском саду?
     Конечно, он быстро успокоился после своего первоначального раздражения.
     Как он и ожидал, Цуй Юньцин не смог победить его без поддержки бровей.
     Что бы ни думал Цзин Юаньци, на поверхности он казался понимающим:
     - Учитель Ши плохо спал прошлой ночью, поэтому он немного капризничает. Просто пока избегай его, и все будет в порядке. Юньцин, твои новые брови действительно особенные. Не забудь сохранить их в таком стиле и в будущем.
     После похвалы Цуй Юньцин снова был счастлив. Он кивнул с глупой улыбкой:
     - Не волнуйся, брат Цзин! Я обязательно позабочусь о них. Я исправлю их снова, как только они вырастут!
     Цзин Юаньци улыбнулся, как волк улыбнулся бабушке в сказке про Красную Шапочку:
     - Хорошо. Такое отношение сделает тебя очень популярным в будущем. Пойдем, фанаты пришли.
     Цуй Юньцин счастливо вышел.
     Он понятия не имел, что он потерял, изменив брови.
     ***
     Цзин Юаньци был очень счастлив избавиться от соперника в любви.
     Когда он был счастлив, он хотел быть рядом с Ши Цином и делать с ним то, что будет подвергаться цензуре на телевидении.
     Самого Ши Цина найти было очень легко. Просто посмотрите вокруг, нет ли властного парня в окружении группы телохранителей в черном.
     Цзин Юаньци смотрел на хорошо защищенного Ши Цина издалека. Он чувствовал понимание в своем сердце.
     Такого красивого человека, как он, действительно нужно защищать так.
     Таким образом, его не может украсть бездомная кошка или собака. Никому не разрешалось касаться даже волос на его голове. В конце концов, это была его территория.
     К сожалению, не все были такими понимающими, как Цзин Юаньци.
     Фанаты, пришедшие сегодня в гости, имели сложные выражения на лицах, когда они были встречены этой сценой, когда они прибыли.
     Собственно говоря, знаменитости никого из них не интересовали. Все они были поклонниками романа.
     Они начали с создания группы поддержки и шаг за шагом управляли другими фанатами еще до того, как роман получил свою текущую популярность.
     Когда съемочная группа пригласила их в гости, девушки очень обрадовались, когда услышали, что это будет как оплачиваемый отпуск с полной оплатой. Им даже довелось встретиться с горячими звездами.
     Когда они приехали, режиссер с большим энтузиазмом устроил, чтобы они первыми увидели звезд. Поездка того стоит, если им удастся встретиться со знаменитостями.
     И это было первое, что они увидели.
     Поскольку они еще не начали онлайн трансляцию, они стали тихо и безудержно жаловаться друг другу.
     Девушка А:
     - Кто этот человек?
     Девушка Б:
     - Это Ши Цин. Я слышала, что он император кино. Я думал, что слухи в Интернете о его властности преувеличены, но, похоже, что они были правдивыми.
     Девушка C:
     - Он обычно такой на съемочной площадке? В окружении группы телохранителей?
     Гао Чжи услышал это предложение, когда подошел. Он быстро объяснил:
     - Нет, нет. Брат Ши обычно не такой. Он просто немного эксцентричен и не привык контактировать с незнакомцами.
     Выражения лиц девушек стали еще сложнее.
     - У него какая-то болезнь вроде страха толпы?
     - Э-э... - откуда Гао Чжи должен был знать? Он не мог придумать оправдания, потому что в конечном итоге мог принести больше вреда, чем пользы. Единственное, что он мог сделать, это сохранить неопределенность:
     - Не мое дело говорить об этом. Должно быть, красивым девушкам вроде вас было тяжело так долго путешествовать. Хотите поехать в отель отдохнуть? Я могу отвезти вас туда.
     - Нет-нет, мы только что приехали из отеля.
     Девушка А быстро замахала руками.
     - Мы заранее договорились начать трансляцию, как только приедем, так что начнем сейчас.
     Гао Чжи:
     - Тогда я должен найти комнату, чтобы все могли сесть или что-то в этом роде? Директор позвал всех, так что они все сейчас на месте.
     - Нет необходимости, мы будем снимать все как есть. Знаете, мы хотим снимать естественные кадры? Кстати, мистер Красавчик, вы не против показать свое лицо на камеру?
     - Нисколько. Вы собираетесь включить меня в свою трансляцию?
     - Ага. Естественно.
     Она открыла приложение для потоковой передачи на своем телефоне и сразу же начала. Камера была направлена прямо на Гао Чжи:
     - Всем привет. Я, Кролик, и я веду прямой эфир со съемок 'Прибытие Бога'. Этот красивый парень с энтузиазмом отвечал на наши вопросы. Хотите представиться публике?
     Время помощника Гао Чжи не было ни долгим, ни коротким. Это был первый раз, когда он был в прямом эфире. У него внезапно случился приступ сухого кашля:
     - Гм, меня зовут Гао Чжи. Я помощник учителя Ши Цин. Обычно я занимаюсь поручениями и другими делами. Эм, красотка, может тебе не стоит снимать меня на камеру. Я недостаточно хорошо выгляжу.
     Его слова рассмешили трех девушек.
     Они услужливо прошли мимо него с телефонами.
     На экране появлялось все больше и больше прокручиваемых комментариев. Новость распространилась со скоростью лесного пожара. Среди зрителей были не только поклонники романа, но и люди, кумиры которых участвовали в этом проекте.
     Кролик так прошла по всей площадке.
     Как только прямая трансляция пришла туда, где находился Ши Цин, на экране больше не было кучи комментариев, словно все потеряли дар речи.
     [Раньше я знал, что он властен, но не ожидал, что он будет вести себя так, пока фанаты будут в гостях. Если он станет более дружелюбным, он умрет?]
     [Я скажу вам, что Ши Цин всегда такой. В мае прошлого года я поехал в город Северный Гуанхай на экскурсию, пока он там фотографировался. Боже мой, его окружали высокие люди в черном. Три слоя внутри и три слоя снаружи. Я почти подумал, что он снимается в фильме о мафии.]
     [Я не могу понять, как он стал таким популярным. Что его поклонники видят в нем? Он привел всех этих телохранителей, когда узнал, что сегодня будет прямая трансляция. Он пытается показать, насколько он богат, или что-то в этом роде?]
     Некоторые фанаты Ши Цин пытались защитить своего кумира: [Брат Ши всегда был таким. Я слышала, что он происходит из очень известной семьи, так что, возможно, он боится похищения.]
     [Брат Ши - общественный деятель. Что не так с ним, защищая себя? Кто решил, что у знаменитостей не может быть телохранителей?]
     [Отвечая тому, кто сказал, что у артистов не может быть телохранителей: они могут, если хотят, но они должны читать атмосферу и быть более понимающими. Приводить так много охранников - не очень хорошо для него.]
     [Его поклонники должны знать, когда признать поражение. Ваш кумир не из тех, из-за которых стоит волноваться. Никто не ведет себя так, как он, во всем развлекательном кругу. Он слишком остро реагирует на прямые трансляции нескольких девушек.]
     Система незаметно отключилась от прямой трансляции: [Хозяин, многие люди вас ругают. Что нам делать?]
     [Все это часть моего плана. Просто сядь и посмотри шоу.]
     Ши Цин сидел за столом в окружении группы телохранителей. Его мрачный вид, казалось, предостерегал других от того, чтобы приближаться к нему.
     Цуй Юньцин хотел подойти и поговорить с ним, но он был слишком напуган сильными телохранителями в солнечных очках.
     Однако Цзин Юаньци с солнечной улыбкой похлопал по плечу ближайшего телохранителя:
     - Ты можешь немного отойти, чтобы я мог пройти?
     Телохранитель оглянулся на своего молчаливого работодателя, который играл со своим телефоном. Он нахмурился и сказал глубоким голосом:
     - Мне очень жаль, но учитель Ши не хочет ни с кем разговаривать.
     Цзин Юаньци не рассердился. Он все еще улыбался:
     - Могу я узнать, в чем конкретно ваша задача?
     Ши Цин брал этих людей с собой повсюду.
     Они не могли быть просто для демонстрации его авторитета, верно?
     Телохранитель молчал несколько секунд.
     Честно говоря, он тоже до сегодняшнего дня понятия не имел, чем занимается.
     В конце концов, каждый раз, когда их вызывали, их работодатель только просил, чтобы они следовали за ним. На самом деле не имело значения где.
     Хорошо, что сегодня работодатель дал им более конкретные инструкции.
     Поэтому телохранитель ответил серьезным тоном:
     - Чтобы защитить учителя Ши от вреда.
     Цзин Юаньци думал, что это ерунда. С таким же успехом этот парень мог вообще ничего не сказать.
     Он протолкнулся мимо телохранителя и вошел внутрь.
     Чтобы защитить себя, Цзин Юаньци изучал китайское боевые искусства. Из-за его постоянных тренировок ни один из этих телохранителей не мог остановить его.
     - Ты!
     Несколько телохранителей предприняли совместные усилия, чтобы поймать Цзин Юаньци, но юноша без особых усилий ускользнул от них. Он плюхнулся рядом с Ши Цин.
     - Учитель Ши, это нормально, если ты не хочешь разговаривать с другими людьми, но почему ты останавливаешь меня?
     Император кино отложил книгу, его глаза были холодными и равнодушными:
     - Отойди от меня.
     Цзин Юаньци был ошеломлен.
     Это был первый раз, когда Ши Цин говорил с ним таким тоном.
     В прошлом Ши Цин никогда не говорил так, даже когда пытался отогнать его.
     Молодой человек знал слабые стороны своей жертвы как свои пять пальцев. Он умело увеличил яркость своей солнечной улыбки и отодвинулся на миллиметр от императора кино.
     У него хватило смелости подразнить его:
     - Это достаточно далеко, верно?
     Брови Ши Цин напряглись еще больше. Его лепестковые губы слегка поджались, как будто он был очень недоволен.
     Цзин Юаньци почувствовал, что что-то не так.
     Что случилось?
     Почему Ши Цин внезапно проявил к нему такую нетерпимость?
     Было ли это из-за бровей Цуй Юньцин? Ши Цин отказывался от него из-за этого маленького дурачка?
     Цуй Юньцин, который в настоящее время болтал с людьми за пределами круга телохранителей, внезапно почувствовал мурашки, пробежавшие по спине. Он подсознательно сжался. Обернувшись, он увидел, что Цзин Юаньци смотрит на него изнутри круга из телохранителей.
     Цуй Юньцин сразу же забыл об этом странном ощущении и радостно помахал Цзин Юаньци.
     Цзин Юаньци: Ха-ха, дурак.
     Как могло из-за него измениться отношение Ши Цина к нему?
     Тогда что случилось?
     Пока он думал, подошли те девушки.
     Первым шагом к разговору со знаменитыми людьми было, конечно же, поздороваться. Девушки старались как могли игнорировать телохранителей. Они были веселыми, когда попросили о представлении.
     После этого пришло время поиграть в игры, чтобы оживить атмосферу.
     Для улучшения прямой трансляции отдел реквизита принес коробку с дротиками.
     - Это фирменные дротики 'древнего туманного монстра'. Каждый из них покрыт смертельным ядом. Будьте осторожны!
     Это была просто шутка.
     Древний туманный монстр был зловещим злодеем из 'Прибытия Бога'. Он всегда носил с собой дротики с ядом. Любой, кого поразит один из них, проживет максимум три дня.
     Очевидно, это была попытка угодить фанатам романа.
     Как ведущая, Кролик объяснила правила:
     - Все очень просто. Я собираюсь воткнуть дротик в землю. Участники будут бросать дротики по одному. Он должен стоять сам по себе и быть как можно ближе к моему дротику. Самый ближайший дротик будет победителем, а дальний - проигравшим. После этого победитель может задать вопрос проигравшему или позволить проигравшему сделать что-нибудь по своему усмотрению. Хорошо, теперь, когда мы все ясно знаем правила, кто хочет кинуть дротик первым?
     Цуй Юньцин очень хотел стать первым, но Цзин Юаньци был на шаг впереди.
     Цуй Юньцин:
     - Брат Цзин, хочешь сначала попробовать?
     Цзин Юаньци вытащил Ши Цина за руку:
     - Нет, учитель Ши будет первым.
     Цуй Юньцин: '??'
     Он немного напрягся, когда взглянул на хмурого учителя Ши.
     Он не выглядел желающим, как бы вы на это ни смотрели.
     Ши Цин ничего не сказал. Он взял один из дротиков, осторожно взял его в руку и тут же выбросил.
     Комментарии прекратились примерно на две секунды. Ни один дротик не смог бы приземлиться дальше от дротика Кролика.
     Вскоре после:
     [Хахахахахахахахаха!!!]
     [МОЙ БОГ!!! Почему он метнул дротик, как носовой платок?! Это совершенно бесполезно!]
     [Даже я могу сказать, что он не использовал силу. Он даже не очень сильно сжимал дротик.]
     [Как кто-то вроде него стал императором кино?!]
     По экрану прокатилась завеса насмешливых комментариев. Император кино, конечно, не мог этого видеть. Увидев огромное расстояние между двумя дротиками, он лишь молча отошел в сторону.
     Цзин Юаньци посмотрел на слегка опущенные ресницы Ши Цина. Его молчание, казалось, содержало в себе след разочарования. По какой-то причине разум Цзин Юаньци был в беспорядке.
     Он мог признать, что надеялся, что Ши Цин промахнется со значительным отрывом, когда вытолкнет этого человека, но он не ожидал, что Ши Цин просто бросит его так.
     Это было поймано на прямой трансляции, так что он определенно смущается.
     Цзин Юаньци никогда не хотел, чтобы над Ши Цином смеялись.
     Молодой человек осторожно уклонился от объектива камеры и потянул Ши Цина за руку:
     - Учитель Ши ...
     Ши Цин сказал мягко, легко оттолкнув его:
     - Я не злюсь.
     Цзин Юаньци внимательно смотрел на холодного, как и обычно, императора кино:
     - Ты, кажется, сейчас не очень старался?
     - Да.
     Цзин Юаньци не спросил его, почему он так поступил. Он тихо сказал:
     - Я могу легко выиграть в этой игре.
     Император кино наконец поднял глаза, его взгляд сосредоточился на Цзин Юаньци:
     - Ты так уверен в себе?
     - Конечно.
     Цзин Юаньци никогда раньше не чувствовал необходимости похвастаться своей силой и способностями.
     Но когда он посмотрел на Ши Цина, он не мог не хвастаться, как надменный леопард, демонстрируя все свои достижения.
     Цзин Юаньци действительно мог подтвердить свои слова.
     Он ждал, пока все остальные бросят дротики.
     Найдя нужное место, он взял дротик и бросил его.
     -Динь!
     Этот дротик приземлился прямо рядом с дротиком Кролика, размещенным так далеко. Раздался четкий звук.
     - Вау!!!
     Цуй Юньцин первым вскочил:
     - Ты такой крутой, брат Цзин!!! Ты лучший!!!
     Все вокруг зааплодировали.
     Даже комментаторы хвалили новичка разнообразными словами. Он был очень хорош в этой игре.
     Поэтому следующей частью игры было Цзин Юаньци против Ши Цина.
     Молодой человек этого с нетерпением ждал.
     - Правда или вызов? Как зовут человека, который тебе нравится?
     Ши Цин на секунду замолчал:
     - Вызов.
     Цзин Юаньци был немного разочарован.
     Если бы они играли наедине, он попросил бы Ши Цина сделать это с ним хотя бы один раз на кровати, на стене, на полу и на беговой дорожке.
     К сожалению, они транслировались в прямом эфире.
     Улыбка юноши достигла его глаз, которые озорно сверкали, как будто он был злым обманщиком:
     - Тогда я хочу, чтобы учитель Ши отрезал для меня кусок арбуза и лично покормил меня.
     Очевидно, это была альтернативная схема Цзин Юаньци для получения привязанности.
     Через пять минут член съемочной группы пришел с арбузом и ножом. Он издалека улыбнулся и крикнул:
     - Арбуз здесь!
     Может, земля была неровной или что-то в этом роде, но когда он оказался поблизости, сотрудник внезапно поскользнулся. Все его тело упало вперед.
     - Ах!!!
     Мужчина упал на землю. Арбуз и нож вылетели из его рук.
     Зрители трансляции только с ужасом могли наблюдать, как нож летит прямо в сторону Девушки С.
     Девушка С даже не успела закричать, как мужчина с большой силой столкнул ее с ног.
     На все это ушло меньше секунды.
     Когда все пришли в себя, Ши Цин лежал на земле. Он аккуратно защищал девушку, которая чуть не получила ножевое ранение.
     - Ши Цин!
     - Брат Ши!!!
     - Учитель Ши...
     Люди на месте происшествия быстро среагировали. Цзин Юаньци бросился к нему первым. Он почти инстинктивно подошел к Ши Цину и оттолкнул девушку в его объятиях. Его длинные руки коснулись тела Ши Цина, проведя вверх и вниз.
     - С тобой все в порядке? Ты где-нибудь пострадал?
     Девушка С не успела среагировать, как ее оттолкнули. Она все еще была в замешательстве. Только когда ей помогли друзья, колеса в ее голове снова начали вращаться. Когда она вспомнила, как близко нож был к ее лицу в последнюю секунду, ее сердце, казалось, замерло.
     - Учитель Ши, учитель Ши, ты в порядке?
     Она вспомнила, как Ши Цин только что спас ее. Но у нее хватило наглости жаловаться на его претенциозное поведение. Девушка C была переполнена чувством вины. Она заковыляла вперед на своих желеобразных ногах к Ши Цину, который все еще лежал на земле.
     - Я в порядке.
     Ши Цин сел с поддержкой Цзин Юаньци. Он взглянул на себя:
     - Все в порядке. Я не ранен.
     Выражение его лица было нормальным, а брови расслаблены, поэтому остальные поверили ему и поспешили помочь ему встать.
     - Слава богу, ты в порядке. Только что было так страшно.
     - Учитель Ши, давай поднимем тебя с пола.
     Аудитория трансляции увидела все, что произошло.
     [*, это ведь не постановка? Сначала я подумал, что Ши Цин был чертовски эгоистичным.]
     [Что бы это ни было, это было чистым инстинктом.]
     [Если бы не Ши Цин, лицо этой девушки, вероятно, было бы испорчено.]
     [Кто-нибудь это записал? Я хочу пересмотреть это.]
     Система была очень довольна просмотром комментариев: [Хозяин! Хозяин! Они полностью изменили свое мнение о тебе!]
     [Хозяин такой могущественный! Это было великолепно!]
     Ши Цин: [Прибереги свои похвалы на потом. Это еще не конец.]
     На виду у камеры император кино встал и отряхнулся, как ни в чем не бывало. Затем он повернулся, чтобы сказать несколько слов остальным.
     [*! *!]
     [О боже! Столько крови!!!]
     [Черт, это дротик, верно? Это из-за него?]
     Они могли видеть, что дротик, который использовался в качестве мишени в игре, почти полностью вошел в спину Ши Цина. Рана свободно кровоточила.
     Должно быть, он попал в Ши Цина, когда он бросился защитить девушку C.
     Комментарии взорвались, когда большая часть белой рубашки медленно окрасилась в красный цвет от свежей крови.
     Взорвалась и съемочная группа.
     - Почему так много крови? Кто-нибудь поскорее вызовите скорую!
     - Ты хорошо себя чувствуешь, учитель Ши? Учитель Ши? Как ты?
     - Почему вы не сказали нам, что получили травму?
     Среди множества людей, говорящих одновременно, Цзин Юаньци хранил молчание.
     Он глупо смотрел на бледное лицо Ши Цина. Его обычно холодное поведение сломалось, когда он увидел кровь со своей спины. Выражение его лица стало потерянным.
     В глазах, холодных, как лед, обнаружилась хрупкость, которой Цзин Юаньци никогда раньше не видел.
     Невозможно было сказать, грустил ли император кино, но Цзин Юаньци чувствовал, что этот человек вот-вот заплачет.
     Он опустил голову, избегая камеры телефона, и хрипло сказал:
     - Мне очень жаль, но, пожалуйста, прекратите снимать.
     Сердце Цзин Юаньци болело при виде этой стороны Ши Цин, даже если он не знал, почему Ши Цин был так уязвим прямо сейчас.
     Молодой человек сказал мягким голосом, которым никогда раньше не говорил:
     - Ши Цин. Все в порядке. Они больше не будут снимать тебя.
     Цзин Юаньци подошел к императору кино перед собой и укрыл его от камер.
     Но камеры продолжали следовать за ним.
     Голос Ши Цин был слишком тихим. Все были слишком заняты его травмой, чтобы замечать его мольбы.
     Так что император кино снова и снова бормотал хриплым голосом, избегая камер. Он почти умолял:
     - Не снимайте меня, не снимайте меня...
     Он смотрел, как Ши Цин, который раньше был таким резким с ним, охотно спрятался в его объятиях. Сложные эмоции наполнили сердце Цзин Юаньци.
     В остальном преобладали душевная боль и раздражение.
     Молодой человек подошел к Кролику, чтобы схватить ее телефон и закончить передачу:
     - Хватит снимать!
     Кролик была ошеломлена.
     Когда она собиралась спросить почему, ее глаза случайно встретились с глазами юноши.
     Они были острыми и очень холодными, как нож, оставленный на улице зимой. Внутри было скрытое обещание серьезных проблем.
     Она вздрогнула и больше не осмелилась ничего делать.
     ***
     Ши Цина доставили в машину скорой помощи.
     Поскольку все мероприятие транслировалось в прямом эфире, оно неизбежно распространилось по всему Интернету.
     Короткое видео, на котором он рефлекторно спасает незнакомую девушку, также начало распространяться в сети.
     [Я не ожидал этого от кого-то вроде него. Ши Цин всегда казался таким мрачным и скупым, но на самом деле он довольно крутой чувак! Я исправляюсь!]
     [Но разве никому не кажется странным, что он вообще не отреагировал на ножевые ранения? Неужели это не спланированное представление?]
     [Это была прямая трансляция. Почему бы тебе не попробовать что-нибудь перед таким количеством звезд и посмотреть, насколько хорошо получится спланировать.]
     [Раньше у меня было очень негативное впечатление о Ши Цине. Но то, что произошло, полностью изменило мое мнение о нем. Он неосознанно повернулся так, чтобы его тело упало на землю, а девушка не пострадала. Если бы не он, девушка наверняка была бы ранена этим дротиком.]
     Когда фан-база Ши Цин резко увеличилась из-за этого инцидента, тихо появился пост. Вскоре он попал в список горячих тем.
     [Бывший работник индустрии развлечений. Я здесь, чтобы сказать то, что я знаю о Ши Цине]
     Имя пользователя: Долгое время вне круга.
     Долгое время вне круга:
     [Я пробыл в круге развлечений достаточно долго, чтобы увидеть всевозможные звезды. Ши Цин, однако, остается уникальным.
     Многие знают, что его семья очень влиятельна. Когда он только начинал, он не везде водил телохранителей, как сейчас. Вместо этого он попросил своего помощника оставаться рядом с ним 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Их увольняли, если они уходили хотя бы на секунду.
     Мы еще не понимали почему, поэтому мы подумали, что он был настолько жесток, чтобы намеренно мучить людей вокруг него. Кто-то даже дал ему прозвище 'Свободная рука', потому что ни один помощник не мог прослужить у него больше месяца. В любом случае, Ши Цин оставил странный образ в нашем восприятии.
     Он был таким мрачным и далеким каждый день. Он давал короткие ответы и любил делать все в одиночку. Он уходил даже тогда, когда актеры обычно собирались вместе, например, во время обеда или когда наносили макияж. Он производил впечатление, что с ним действительно трудно ладить.
     Мне не интересно утомлять вас больше, поэтому сразу перейду к делу. В то время, в силу различных обстоятельств, я кое-что узнал. Ши Цин был нечувствительным к боли. Я очень хорошо помню пример, когда он сел на случайный стул после съемок особенно сложной сцены. Кто знает, может, он слишком устал, чтобы вернуться в гримерку. Я тогда отдыхал поблизости. И только когда он ушел, я обнаружил, что из этого стула торчит гвоздь.
     Это было недолго, но определенно хватило, чтобы пролить кровь. Если бы на него сел такой нормальный человек, как мы, мы бы тут же вскочили. Но Ши Цин просидел чертовски долгие десять минут, пока не отдохнул достаточно, чтобы уйти.
     Я обратил особое внимание на этот гвоздь и вытер его туалетной бумагой. На нем была кровь.
     Тогда я не знал, почему он не почувствовал боли. После периода пристального наблюдения я обнаружил, что он действительно не мог чувствовать боль, которую могли испытывать обычные люди. Ему не было больно, даже если он истекал кровью. Я видел собственными глазами, что много раз он реагировал на раны только тогда, когда замечал, что у него кровотечение.
     Позже, когда я пошел домой, чтобы провести небольшое исследование, я обнаружил болезнь, которая, казалось, соответствовала его симптомам. Это называется врожденной нечувствительностью к боли или что-то в этом роде. Люди с этим заболеванием не чувствуют боли. Вы можете подумать, что это хорошо, так как вы не почувствуете ни зубной, ни головной боли, ни других видов дискомфорта.
     Но это не так. Отсутствие чувствительности - это ужасно, потому что боль - это сигнал предупреждения нашего тела. Например, вы можете измерить температуру, если у вас болит голова, и вы обнаружите, что у вас жар. Затем вы можете быстро принять лекарство от этого.
     Но людям с такой болезнью трудно понять, что с ними что-то не так. Они не чувствуют головную боль, поэтому не знают, что у них жар, что может привести к более серьезным осложнениям, таким как пневмония.
     Если бы они были ранены ржавыми гвоздями, они бы не узнали, потому что не чувствуют боли. В результате они могут заразиться и умереть.
     В Интернете говорится, что людям с такой болезнью очень трудно дожить до 25 лет. Я не знаю, как Ши Цин прожил так долго, но для него это было нелегко.
     Чтобы защитить себя, он должен есть в одиночестве, отдыхать в одиночестве и даже делать макияж отдельно от всех остальных. Он не может сблизиться с другими, потому что любое неосторожное действие с их стороны может обернуться для него травмой. В любом случае, Ши Цин всегда был один, пока я был в съемочной группе.
     Люди в индустрии говорят, что он мрачный и отстраненный. Итак, позвольте мне спросить вас: если бы вы могли умереть не по своей вине, просто взаимодействуя с другими, как бы вы себя вели?
     Позже он стал повсюду публично брать с собой своих телохранителей. Люди думали, что он властный, и смеялись над ним за то, что он не мог соответствовать атмосфере, но я видел, что он просто хотел продолжать жить.
     Это все, что я хотел сказать. Я уже вышел из круга, но сегодня я увидел в новостях, что несколько комментаторов говорили, что это все рекламный ход. Вот почему я написал этот пост.
     Это одноразовый аккаунт, который скоро будет удален, так что не пишите мне.]
     После прочтения этого поста среди пользователей сети возникла новая волна обсуждения. Цзин Юаньци тоже прочитал это.
     Он надолго замер.
     Он не хотел в это верить, но это было очень логично.
     Ши Цин любил есть дьявольский перец.
     Общеизвестно, что ощущение остроты пришло не от вкуса, а от боли.
     Он мог есть невыносимый дьявольский перец с обычным лицом, потому что ему не хватало способности чувствовать боль.
     Он всегда был один.
     Один в гримерке. Один во время еды. Один во время отдыха.
     Когда он услышал, что будет прямая трансляция, его первой реакцией было позвать своих телохранителей.
     Он позвал их не только для того, чтобы обеспечить свою безопасность.
     Чтобы кто-то напомнил ему, что он ранен.
     Причина его действий была только одна.
     Ши Цин не хотел, чтобы другие знали, что не чувствует боли.
     Теперь, когда все знали, что он болен, в каком настроении был Ши Цин?
     В этот момент все мысли, казалось, исчезли из головы Цзин Юаньци.
     Молодой человек прибыл в больницу как можно быстрее.
     Гао Чжи стоял возле палаты. Он слабо улыбнулся с усталым видом, когда увидел его:
     - Брат Цзин.
     У Цзин Юаньци не было времени на пустые разговоры. Он тяжело дышал от быстрого шага и спросил:
     - Ши Цин в порядке?
     Гао Чжи покачал головой.
     - У брата Ши плохое настроение с тех пор, как он узнал об этом посте. Он сказал, что хочет какое-то время побыть в одиночестве, но уже провел там больше трех часов. Брат Цзин, я не думаю, что брат Ши вообще хотел, чтобы другие знали. Даже такой человек, как я, который постоянно рядом с ним, не знал об этом. Брат Ши явно намеревался это скрыть.
     Он вздохнул, продолжая говорить:
     - Но, учитывая его личность, это имеет смысл. Брат Ши всегда был очень сильным и независимым. Он совершенно не хотел, чтобы другие знали, что он болен.
     Цзин Юаньци глубоко вздохнул. При мысли о Ши Цине с таким хрупким выражением лица его сердце болезненно забилось.
     Он уже не думал о том, почему у него самого плохое настроение.
     Ши Цин был таким сильным человеком, но был вынужден публично показывать мягкое мясо, спрятанное под его панцирем...
     Молодой человек приложил руку к сердцу, и его чувства были странными.
     Человеку, разоблачившему болезнь Ши Цина, лучше надеяться, что он его не найдет!
     [Динь! Значение враждебности Цзин Юаньци: 49!]
     [Поздравляю хозяина! Поздравляю! Хозяин искусен как в литературе, так и в боевых искусствах. Пусть ты проживешь тысячи лет!]
     В палате нечувствительный к боли Ши Цин слушал аплодисменты Системы. Он приподнял бровь.
     Он включил компьютер и зашел на форум.
     Рядом с идентификатором [Долгое время вне круга]
     -Он нажал кнопку, чтобы уничтожить эту учетную запись.

     Примечание к части
     * ругается
     Цуй Юньцин такой милашка, а Ши Цин чертовски хорош.
     Надеюсь никто не думает, что Цзин Юаньци утешит Ши Цина и на этом арка закончится? Враждебность все еще целых 49! Что же будет дальше, ваши варианты?

Глава 9.

     Ночь прошла быстро, и весь Интернет уже был в курсе ситуации с Ши Цином.
     Зачем он нанял телохранителей.
     Почему он всегда выглядит необщительным и холодным.
     Почему у него не было друзей в развлекательном кругу.
     Черные фанаты*, которые раньше уничтожали его репутацию, исчезли всего за одну ночь. Теперь к нему многие относились с симпатией.
     [У него нет выбора, кроме как так жить. Кто хочет, чтобы окружающие все время ругали его?]
     [Я подумал, что отсутствие боли - это неплохо, когда услышал это название. Я имею в виду, кто хочет чувствовать боль? Но после того, как автор объяснил все минусы, лежащие в основе этого, у меня пошли мурашки по коже. Если бы я не чувствовал боли, я даже не знал бы, на плечах моя голова или нет.]
     Его мрачное безразличие также было объяснено.
     В конце концов, кто имел право просить неизлечимо больного смотреть на жизнь с улыбкой?
     В ходе их обсуждения часто поднимался один вопрос: 'Где сейчас Ши Цин? Он в порядке?'
     С тех пор, как появился этот пост, Ши Цин не появлялся на публике.
     Даже если фанаты изо всех сил стараются продемонстрировать поддержку, император кино все равно оставался затворником.
     Наконец, официальный аккаунт Weibo его компании дал ответ.
     Они заявили, что у Ши Цина действительно было редкое заболевание, из-за которого он не чувствовал боли, но он держал это в секрете, потому что не хотел, чтобы другие думали, что он отличается от них. Ши Цин сейчас выздоравливал. Они просили, чтобы фанаты больше не обсуждали его болезнь.
     Официальное сообщение вызвало еще одну бурную дискуссию в сети.
     Но каждый раз, когда кто-то преуменьшал тяжелое положение Ши Цина, говоря такие вещи, как 'ой-ой, он всего-то не может чувствовать боль', его фанаты толпами выходили, чтобы защитить его.
     Некоторые из них были давними фанатами, а другие стали фанатами из-за этого инцидента, который вызвал жалость и сочувствие.
     'Ши Цин не хочет, чтобы о нем говорили другие, так что вы, ребята, должны заткнуться'.
     'Если бы этого не произошло во время прямой трансляции, он бы унес этот секрет в могилу'.
     'Он уже достаточно жалок. Он так много работал, чтобы скрыть свое состояние, но теперь вся страна знает об этом благодаря этой прямой трансляции. Я не могу представить, что он сейчас чувствует'.
     'Да, раньше я думал, что он мрачный, потому что не любит разговаривать. Но из-за случившегося я начал смотреть компиляции его фанатов. Если будет обнаружено, что каждый раз другие участники выполняли действия по продвижению своего проекта; хотя он не участвовал, его глаза были полны зависти'.
     'Моя сестра была такой же, когда у нее в прошлом месяце поднялась температура. Она не могла играть на улице, поэтому просто смотрела в окно, чтобы с жалостью наблюдать за другими детьми. Моя сестра могла пойти и поиграть с ними, когда ей станет лучше, но Ши Цину придется жить со своим состоянием всю оставшуюся жизнь'.
     Многие фанаты придумывали различные теории, раскрывающие глаза на правду.
     Их кумир, должно быть, сейчас прячется в своей комнате с покрасневшими глазами, полными невысказанной печали.
     Все испытывают жалость, стоит им только подумать об этом.
     Это почти то же самое, о чем думал Цзин Юаньци. В конце концов, с тех пор, как вышел этот пост, Ши Цин заперся в палате. И врачей, и медсестер не пускали, не говоря уже о нем.
     Он только сказал, что хочет побыть один.
     Ши Цин молчал.
     Но сердце Цзин Юаньци было неспокойно.
     Согласно прежнему характеру Цзин Юаньци, он бы просто взломал замок и вошел внутрь. Он не мог упустить эту прекрасную возможность укрепить свое положение в сердце Ши Цина, пока он был уязвим.
     Но сейчас он только сидит на скамейке в коридоре больницы.
     Потому что он не знал, как утешить Ши Цина.
     Цзин Юаньци понял, почему он не вошел напрямую, почему его сердце так реагировало.
     Тот, кто всегда играл с миром вокруг, естественно, понял, что для него означала эта идея.
     -Он действительно влюбился в Ши Цина.
     Изначально ему было просто скучно, и он решил развлечься.
     Но в итоге он переиграл самого себя.
     Ему казалось, что в его сердце горит огонь. Цзин Юаньци хотел сжечь всех людей, из-за которых Ши Цин был огорчен. Он хотел сжечь дотла и тех, у кого были неправильные мысли.
     Цзин Юаньци чувствовал, что он не должен быть таким.
     Он просто хотел немного подразнить этого человека и добавить немного удовольствия в свою однообразную жизнь.
     Он никогда не думал, что кто-то сможет ему искренне понравиться.
     Цзин Юаньци с детства считал, что отказаться от целого леса и привязаться к одному дереву, было очень глупым способом.
     Он дразнил только одно дерево по имени Ши Цин.
     В этот момент в сердце Цзин Юаньци внезапно поднялся вопрос.
     Нравится ли он Ши Цину?
     Хотя он говорил себе, что был особенным для Ши Цина...
     -Ши Цин так и не ответил.
     После инцидента Цзин Юаньци проконсультировался с врачом.
     Это состояние ослабило восприятие боли пациентом. Однако, поскольку Ши Цин все еще любил есть дьявольский перец, он полностью отличался от тех пациентов, которые едва могли дожить до 25 лет. Вероятно, он все еще чувствовал некоторую боль.
     Возможно, сильная боль ощущалась слабо, поэтому он любил есть дьявольский перец. Потому что для него безумного огня этих перцев было достаточно, чтобы он что-то почувствовал.
     Он поделился своим дьявольским перцем, чтобы выразить доброжелательность по отношению к Цзин Юаньци.
     Однако, когда Цзин Юаньци неявно упомянул, что Ши Цин только устно отрицательно реагировал на его действия, но никогда не сопротивлялся, врач (который все понял) вежливо направил Цзин Юаньци к психологу.
     Итак, Цзин Юаньци отправился к психологу.
     Психолог:
     - В соответствии с характером и болезнью, о которых вы упомянули, весьма вероятно, что господин Ши боится сближаться с другими. Ведь любое непреднамеренное действие с их стороны может привести к травме господина Ши.
     - Он никогда не был близок с другими и медленно реагирует на раздражители. Несмотря на то, что, кажется, он держит людей подальше, он хочет, чтобы с ним кто-то подружился. Но большинство людей игнорировали его из-за его безразличного поведения.
     - И вот появляетесь вы, мистер Цзин. Вы сказали, что мистер Ши использовал дьявольский перец, чтобы показать свою любовь к вам, но он отверг вас, когда вы подошли ближе. Это потому, что господин Ши уже привык быть холодным по отношению к другим за столь долгое время, поэтому он не мог немедленно изменить свое отношение.
     - Но в то же время он также жаждет общения и взаимодействия с другими, поэтому он не отвергал физический контакт с вами, как вы упомянули. Ваше прикосновение дает ему утешение.
     После рассказанного проведенного анализа, врач добавил:
     - Конечно, большинство проблем в ваших отношениях вызвано тем, что вы... гм...
     Когда он подумал о деньгах, которые Цзин Юаньци платил ему, у него не хватило смелости произнести такие унизительные слова вслух.
     Он продолжил более нейтрально:
     - ... из-за вашего настойчивого поведения. У такого человека, как мистер Ши, нет возможности справиться с таким упрямым человеком, как вы.
     Цзин Юаньци понял, что он имел в виду. Он задал вопрос, на который он так жаждал узнать ответ:
     - Мы вместе уже почти десять дней, так что он что-нибудь ко мне чувствует?
     - Какие из ваших качеств были бы привлекательны для господина Ши? На мой взгляд, господин Ши - очень гордый и самостоятельный человек. Даже если он стремится к человеческому контакту, подойдет не любой. Что касается чувств... это должны выяснить вы сами.
     Отвечая на его вопросы, психолог вежливо напомнил ему, что любой, кому нравится беспокоить свою любовь таким образом, скорее всего, будет (психически) болен.
     Затем эвфемистически порекомендовал Цзин Юаньци обратиться к нему для профессионального лечения в будущем.
     Цзин Юаньци даже не притворился, что ему все равно. Он смотрел на этого человека, пока тот не подписал соглашение о конфиденциальности, прежде чем поспешить обратно в больницу.
     В настоящее время.
     Он сидел в коридоре с беспорядком в голове.
     По словам врача, Ши Цин не сопротивлялся его действиям, потому что был болен.
     Он также приставал к Ши Цину, потому что сам был психически нездоров.
     Какая ерунда.
     Цзин Юаньци выбросил слова доктора из головы.
     Даже если он был болен, он не был заинтересован в выздоровлении.
     Гао Чжи подошел:
     - Брат Цзин, я купил вино, которое ты хотел.
     Молодой человек потер лицо. Когда он снова встал, знакомая солнечная улыбка снова появилась:
     - Дай мне.
     Гао Чжи передал вино.
     Затем он смотрел со своего места в коридоре, как Цзин Юаньци вытащил кусок металлической проволоки и умело взломал замок на двери.
     Как только он вошел, молодой человек подбежал к Ши Цину на кровати и обнял его.
     Гао Чжи: '...'
     Возможно, это были только его мысли, но атмосфера между братом Ши и Цзин Юаньци была странной.
     Как будто Цзин Юаньци отдал бы все, чтобы жить в комнате брата Ши.
     Он отвел взгляд и закрыл за собой дверь.
     В комнате Ши Цин только что закончил смотреть телевизионную драму. Затем он лег и на какое-то время притворился спящим. Как и ожидалось, менее чем через десять минут кто-то обнял его.
     Цзин Юаньци обнял его вместе с одеялом. Из-за того, что они были близко, его горячее дыхание опаляло его мочку уха, когда он говорил.
     - Учитель Ши.
     Ши Цин услышал в его голосе, что Цзин Юаньци плохо отдыхал в последнее время. Его голос был хриплым и в нем был слышен след усталости:
     - Я слышал, что секс - хороший способ снять стресс...
     Говоря это, молодой человек медленно протянул руку к одеялу. Его слова закончились мурлыканьем.
     - Я схожу за белым халатом. Как насчет того, чтобы поиграть в доктора и пациента?
     Ши Цин: Ну, он такой же флирт, как всегда.
     Он пошевелил плечами:
     - Не дави на меня.
     - Как холодно, - Цзин Юаньци послушно встал и поднял сумку с кровати. Он пожал плечами:
     - Хорошо. Я действительно пришел выпить с учителем Ши.
     Ши Цин:
     - Я не пью.
     - Да ладно, одна бутылка не повредит, - молодой человек приблизился к императору кино. Его персиковые глаза смотрели на него сверху:
     - Учитель Ши пил с кем-нибудь?
     Безразличное выражение лица императора кино стало мрачнее. Он пошевелился, и его похожие на цветок губы открылись и закрылись:
     - Нет.
     Цзин Юаньци открыл две бутылки вина и протянул одну Ши Цину. Его глаза были очаровательны, как будто принадлежали лисе-соблазнительнице.
     - Тогда я буду у учителя Ши первым?
     Император кино посмотрел на бутылку вина перед ним. Его глаза вспыхнули, но в конце концов он взял бутылку.
     Нетрудно заставить расстроенного человека немного выпить.
     Даже если его внешний вид был таким же, как всегда, он стал более податливым.
     Выпив все вино, которое он купил, Цзин Юаньци был удовлетворен, увидев Ши Цина, опирающегося на кровать.
     Его яркие черные глаза, которые всегда были безразличны и холодны, теперь кажутся дрожащими и водянистыми. Они смотрели в потолок с некоторым недоумением. Его красные губы приоткрываются и слегка сомкнуты, как будто он беззвучно кричит.
     Цзин Юаньци медленно сказал:
     - Учитель Ши, ты меня звал?
     Император кино на мгновение был дезориентирован, но обычно отчужденное лицо вскоре стало немного радостным.
     Он что-то пробормотал, когда впервые взял на себя инициативу обнять Цзин Юаньци.
     Его маленький моллюск попал в сеть, но юноша не спешил есть.
     Он понизил голос:
     - Учитель Ши, я тебе нравлюсь?
     Император кино лениво моргнул, глядя на человека над ним. Его брови слегка нахмурились от сомнения. Он протянул руку и ущипнул мягкие щеки Цзин Юаньци.
     - Почему ты не улыбаешься?
     Цзин Юаньци приподнял брови и лучезарно улыбнулся. Его тон был торжествующим:
     - Тебе правда так нравится моя улыбка?
     Император кино послушно ответил:
     - Мне очень нравится.
     Так что молодой человек становился все более самодовольным.
     Пока он думал о том, какой он великий, пьяный император кино, который был гораздо более активным, чем раньше, встал и удержал его.
     Поцелуй коснулся его губ.
     [Система, посмотри, кого я только что поймал.]
     [Теперь ты можешь пойти читать свои мантры.]

     Примечание к части
     *черные фанаты отличаются от обычных тем, что предпочитают постоянно ругать своего "кумира".

Глава 10.

     После пьяной ночи.
     На следующее утро, когда медсестра принесла бинты и лекарства для смены повязки, Цзин Юаньци только что поднял скомканную одежду, разбросанную по земле.
     Молодой человек старался двигаться тихо, потому что Ши Цин все еще мирно спал на кровати.
     Он положил руку на больное место на спине, прежде чем медленно открыть шторы, чтобы впустить свежий воздух.
     Он действительно не ожидал, что Ши Цин станет таким жестоким после выпивки.
     Несмотря на то, что он получил то, что хотел, Цзин Юаньци не смог сделать ничего избыточного из-за травмы спины Ши Цина.
     Кроме того, нельзя было недооценивать силу пьяного Ши Цина. Каким-то образом Ши Цин взял на себя полный контроль.
     После пятого раза Цзин Юаньци почувствовал, что что-то не так.
     Но он не осмеливался слишком сильно сопротивляться, потому что боялся причинить вред Ши Цину. Кроме того, ему это тоже нравилось.
     В конце концов, человек, которого он дразнил, проявил инициативу и стал таким активным.
     Хотя смотреть, как император кино хмурится, забавно, этот необузданный Ши Цин понравился молодому человеку гораздо больше.
     Но как бы ему это ни нравилось, даже такой, как он, не мог выдержать семь раундов подряд.
     Независимо от того, что он раньше говорил, это был первый раз Цзин Юаньци.
     В первый раз, когда он играл в игру, его силой довели до вершины. Уже впечатляло, что ему удалось продержаться до рассвета.
     Но он был мужчиной, поэтому он не мог сказать 'нет'.
     Молодой человек, который из активного участника превратился в пассивного, мог только мягко уговорить пьяного императора кино.
     Раньше он мог говорить кучу сладких пустяков, не задумываясь.
     Прошлой ночью ему пришлось сказать все сладкие слова, которые он мог, в перерывах между вдохом и выдохом.
     Уговорить пьяного Ши Цина окончательно уснуть было непросто. К тому времени небо уже было ярким.
     Цзин Юаньци коснулся своего больного горла и повернулся, чтобы открыть дверь. Медсестра уже была знакома с ним. Ей не показалось странным видеть его в палате. Она внимательно посмотрела на Ши Цин, который все еще спал.
     - Мистер Цзин, господину Ши сегодня лучше?
     - Да. Почему бы тебе не дать ему лекарство.
     Цзин Юаньци потер свою больную талию. Ему с трудом удалось избежать выражения дискомфорта на лице.
     Его первоначальное намерение состояло в том, чтобы помочь императору кино раскрыться, используя его в самый уязвимый момент.
     Результат был тем, чего он ожидал заранее.
     Но почему он чувствовал, что именно им воспользовались, несмотря на то, что ему пришлось полакомиться мясом мидии?
     Цзин Юаньци решил, что он слишком много думает.
     Согласно личности Ши Цина, даже если он брал Цзин Юаньци, когда его разум был затуманен вином прошлой ночью, он не будет самодовольным, когда проснется.
     Он пошел купить завтрак и немного обезболивающих.
     Ши Цин разбудил нежный голос медсестры. Лежа на животе, он позволил медсестре сменить ему повязку.
     Один хозяин был очень горд:
     [Прошлая ночь была замечательной. Я и больничная форма, больничная форма и он... Хотя я много раз фантазировал о том, чтобы прижать эту маленькую лисицу к кровати, на самом деле это...]
     Прочитав мантры всю ночь, Система вернулась вовремя, чтобы услышать, что говорит ее Хозяин. Сбитая с толку система прислушалась к печальному вздоху хозяина и слепо догадалась: [Все было плохо?]
     [Нисколько. Я хочу сделать это еще сто раз.]
     Система: [...]
     [Эх, время летит так быстро, когда тебе весело. Только подумай, как он изо всех сил пытался встать, прежде чем я снова прижал его к кровати прошлой ночью. Его рот был таким красным и влажным.]
     Ши Цин вспомнил, как выглядел Цзин Юаньци, когда он кончил. Его персиковые глаза слегка сузились, когда он облизнул губы, как лисица.
     [Я действительно не думал, что он из тех, кто обладает сильным характером, но так покорен в постели.]
     Система: [...]
     Он думал, что чужая 'покорность' была больше связана с тем, что Хозяин проявил свою настоящую личность после 'опьянения'.
     Ши Цин: [Когда я увидел в отражении на подоконнике, что его глаза покраснели, мне показалось, что он плачет. С чего ему плакать? Потом я понял, когда он закашлялся, что он подавился.]
     Система: [......]
     [Хозяин, тебе действительно не нужно рассказывать мне мельчайшие подробности. Гм, кого-то моего возраста все еще считают младенцем среди систем.]
     Ши Цин: [Ты все еще думаешь о себе как о младенце после того, как следовала за мной более 200 лет? Хорошо, тогда я поделюсь с тобой этим счастьем, когда ты перестанешь быть младенцем. Как оценивается враждебность этой маленькой лисицы?]
     Система сразу же взбодрилась после смены темы.
     [Значение враждебности Цзин Юаньци: 22/100]
     Это вызвало еще один раунд укола Ши Цин: [Если бы только каждая ночь могла быть похожей на эту. Тогда мы могли бы резко уменьшить значение враждебности.]
     Система сказала мечтательным голосом: [Хозяин может попробовать].
     [Не нужно. Враждебность больше не упадет, сколько бы таких ночей ни было в будущем. Он забывает, как дорожить вещами после того, как попробует.]
     Система: [Но его показатель враждебности уже равен 22. Оно уже очень низкое.]
     [Без постоянной стимуляции она со временем будет расти.]
     Медсестра осторожно сменила ему повязку. Ши Цин не чувствовал боли, поэтому он повернул голову и спросил:
     - Рана снова открылась?
     Медсестра:
     - Не беспокойтесь, мистер Ши. Ваша травма на самом деле не такая уж серьезная. Все будет в порядке, если вы не будете выполнять изнурительные упражнения.
     Ши Цин согласился.
     В конце концов, Цзин Юаньци никогда не позволял ему перевернуться на спину прошлой ночью, поэтому не было движения, которое могло повлиять на рану.
     [Система, пора маленькой лисице стать демоном.]
     Система: [Демоном? Но его значение враждебности...]
     [Это не имеет ничего общего со значением враждебности. Его личность такая. Он начинает действовать недобросовестно после того, как получил то, что хотел. Если он увидит, что я холоден, он может пойти найти третьего, чтобы спровоцировать меня.]
     Система: [???]
     [Что-то не так с его мозгом? Зачем ему искать другого человека?]
     [Конечно, ты не понимаешь, как работает его мозг. Он не ищет другого человека, он ищет третьего. Даже если кто-то вам нравится, вы все равно хотите, чтобы он пришел и доставил вам удовольствие по собственному желанию. Не обманывайся его прежним энтузиазмом. На самом деле, по его мнению, все это была предоплата, и когда он получит свое, он сделает возврат.]
     Система: [...]
     Ши Цин спокойно лежал на животе: [Нормальные люди не стали бы так поступать, но его характер такой. Ты понимаешь, что я имею в виду, верно?]
     Только что система была погружена в ощущение 'мой хозяин действительно все продумал'.
     Она заикалась: [Система, Система не понимает.]
     [Какой характер? Я не слышала. Я не видела. Я никогда не слышала об этом раньше!]
     [Ты серьезно? Его отличительная черта - легкомыслие.]
     Система: [!!!]
     Ши Цин: [Инь Мин Чжэн был праведным.]
     Система: [......]
     Система: [Хозяин, мы уже пришли в новый мир. Давай не будем говорить о последнем мире, хорошо?]
     Ши Цин: [Тебе не интересно, как я узнал?]
     Система: [Идет к смерти.jpg]
     Система: [Расстроенная девушка.jpg]
     В конце концов, Система не смогла устоять: [Уууу, как вы узнали, что это один и тот же человек?]
     Тон Ши Цин был намеренно преувеличен: [Ого, это один и тот же человек? Я никогда этого не знал. Система, спасибо, что рассказала. Я бы никогда не догадался, если бы не ты.]
     [Ой, кстати, тебе нельзя мне говорить об этом? Не волнуйся, я просто сделаю вид, что не знаю. Ты не знала, что я делал вид, что не знаю раньше, потому что я знал, что ты не знала, что я знаю, что ты не знала, верно?]
     Система, чья голова была забита словами 'не знал': [???]
     Система: [...]
     Она, наконец, не выдержала и вскрикнула от ужаса.
     [Все в порядке, не плачь, не плачь. Я вернусь к главному.]
     [Личность Цзин Юаньци можно свести к одному. Чем больше для него недоступно что-то, тем больше он будет дорожить этим в своем сердце. Следовательно, есть очень простой способ уменьшить значение враждебности. Не позволять ему получать то, что он хочет.]
     Ши Цин прикрыл глаза:
     [Я позволял ему добиваться своего последние пару дней. Теперь мое время сиять.]
     ***
     Цзин Юаньци шел по коридору больницы с завтраком, его привязанность вернулась к прошлой показной демонстрации.
     Цуй Юньцин пришел рано утром. Он случайно наткнулся на Цзин Юаньци, когда вышел. Дурачок радостно улыбнулся ему:
     - Брат Цзин, ты тоже пришел увидеть учителя Ши.
     - Ага, я тоже купил кашу. В конце концов, у нас с учителем наилучшие отношения. Само собой разумеется, что я должен хорошо о нем заботиться.
     Пока Цзин Юаньци говорил, Цуй Юньцин с недоумением понюхал воздух:
     - Брат Цзин, ты использовал обезболивающее? Почему я чувствую запах лекарств?
     Цзин Юаньци: '...'
     Молодой человек тихонько погладил ту часть спины, которая болела из-за того, что прошлой ночью он много работал. На его лице была улыбка:
     - Ничего такого. Я просто немного повредил спину.
     - Учитель Ши проснулся?
     - Да, он сейчас разговаривает по телефону. Было похоже на то, что он разговаривал с членом семьи, поэтому я вышел, чтобы дождаться, пока он закончит.
     Глаза Цзин Юаньци вспыхнули, когда он услышал слова 'семья'.
     Его лицо по-прежнему улыбалось, как обычно:
     - Ну да. Цуй, я купил слишком много завтрака, чтобы сразу принести его, поэтому оставил его на столе на первом этаже. Ты можешь помочь мне с остальным?
     - Ой, ладно. Без проблем, - Цуй Юньцин действительно был достаточно глуп, чтобы поверить в это. Он снова надел маску и пошел к лифту.
     Из-за того, что случилось с Ши Цином, ранее неизвестный человек, вроде него, стал в некоторой степени известным. Лучше быть осторожным.
     Как только Цуй Юньцин ушел, Цзин Юаньци немедленно отложил все, что было у него в руках, и прислонился к двери, чтобы подслушивать.
     Голос императора кино был по-прежнему холодным, но в его тонах прослеживались следы отторжения и отвращения. Он редко произносил такую длинную цепочку слов:
     - Для меня нормально не говорить, что я болен. Ты когда-нибудь заботился обо мне? Сколько раз ты звонил мне с тех пор, как я ушел из дома?
     - Достаточно. Я не хочу больше об этом говорить. До свидания.
     Цзин Юаньци слушал, когда телефонный звонок, казалось, закончился. Он запомнил, что сказал Ши Цин, прежде чем толкнуть дверь и войти прямо:
     - Учитель Ши.
     Император кино уже повесил трубку. Когда он увидел Цзин Юаньци, он выглядел ошеломленным и бросил телефон на стол, как будто ему было что спрятать.
     Цзин Юаньци:
     - Думаю, я только что слышал, как ты разговаривал по телефону. Кто это был?
     Ши Цин сжал губы в тонкую линию:
     - Мой отец.
     Его тон указывал на безразличие к отцу.
     Это, наряду со словами во время предыдущего звонка, позволило Цзин Юаньци предположить, что отношения между Ши Цин и его семьей были плохими.
     Он поднял брови, когда в голову внезапно пришла идея.
     Цуй Юньцин, которого обманом заставили спуститься вниз, вернулся:
     - Брат Цзин, я ничего не увидел на столе.
     - Может, уборщик решил, что это мусор, и выбросил, - Цзин Юаньци солгал с серьезным лицом, - кстати, Цуй. Я слышал, что режиссер сказал, что тебе нужно переснять сцену сегодня утром. Как ты нашел время приехать в больницу?
     Цуй Юньцин выглядит сбитым с толку:
     - Переснять? Никто мне не сказал.
     - Может, они забыли, потому что были слишком заняты. Почему бы тебе сначала не взглянуть? Не волнуйся, я останусь с учителем Ши, так что он в порядке.
     Цуй Юньцин:
     - Хм, достаточно завтрака? Как насчет того, чтобы заказать еду на вынос?
     - Незачем, - Цзин Юаньци многозначительно взглянул на молчащего императора кино. Он слегка облизнул губы:
     - Учитель может поесть в одиночестве. Я уже поел кашу, она была очень белой.
     Ши Цин добавил: [И густой].
     Система: [...]
     Она действительно поняла. Она больше не была чистой?
     Среди присутствующих нескольких людях и одной системы только Цуй Юньцин действительно верил, что Цзин Юаньци говорит о рисовой каше.
     Он кивнул и мирно ушел, попрощавшись с Ши Цином.
     И снова в палате остались только Ши Цин и Цзин Юаньци.
     - Учитель Ши, позволь мне покормить тебя.
     Естественная улыбка Цзин Юаньци сияла как солнце.
     Ши Цин отодвинул первую ложку каши:
     - Теперь можешь идти.
     Улыбка исчезла с лица молодого человека.
     Он спросил:
     - Мы уже вместе многое сделали, но учитель Ши все еще отказывается принять меня?
     Он знал, что Ши Цин был из тех людей, которые молчали, даже если кто-то бил его палкой, но Цзин Юаньци настаивал на том, чтобы спросить:
     - Разве учитель Ши меня не любит? Почему ты не принимаешь меня, если я тебе очень нравлюсь?
     Он был похож на леопарда, который терпеливо виляет хвостом. Он сделал вид, что рассержен, и поставил своей жертве ультиматум.
     - Учитель Ши, у меня тоже есть предел терпения.
     Ши Цин не ответил.
     Ему тоже не нужно было отвечать.
     Этот человек был уверен, что Ши Цин не хотел мириться с его характером без дополнительной стимуляции.
     Цзин Юаньци ушел.
     Он больше не появлялся перед Ши Цин несколько дней.
     Конечно, это время он не бездельничал.
     По крайней мере, в последние несколько дней он усердно работал, исследуя все, что касается императора кино.
     Он хотел заставить Ши Цина принять его.
     Тогда лучше всего начать с врагов Ши Цина.
     ***
     В день выписки Ши Цина из больницы пришел Цзин Юаньци.
     Он не только приехал в гости, но и пришел в компании красивого мальчика.
     Чен Жун, сводный брат Ши Цина.
     Согласно найденной им информации, Ши Цин не ладил со своим сводным братом. Из-за него он ушел из дома, бросил карьеру в сфере финансов и присоединился к индустрии развлечений.
     Глубокая ненависть была слишком лёгкой фразой, чтобы описать их отношения.
     Чен Жун определенно был лучшим кандидатом, которого он мог найти, чтобы спровоцировать Ши Цина.
     Цзин Юаньци испытывал отвращение к этому Чен Жуну.
     Не только из-за заоблачных амбиций Чен Жуна и того, что он сразу стал дружелюбным, как фанатка, когда узнал о личности Цзин Юаньци, но и из-за презрения и превосходства в голосе, когда он говорил о Ши Цине.
     - Мой старший брат очень странный. Он никогда не любил меня и даже издевался надо мной с детства. Я был его целью всю свою жизнь.
     Цзин Юаньци: Ха-ха.
     С личностью Ши Цина уже было достаточно того, что другие люди не издевались над ним. Он не мог издеваться над кем-то.
     Чен Жун:
     - Брат Цзин, ты и мой брат - друзья. Должно быть, с ним было очень трудно ладить. У тебя доброе сердце, раз ты очень любезно приехал и забрал его из больницы, - его лицо внезапно озарилось веселой улыбкой, - хотя я немного боюсь своего брата, но с тобой рядом ничего не случится.
     Уголки рта Цзин Юаньци приподнялись. Он улыбнулся ему тонкой улыбкой.
     Цзин Юаньци мог видеть насквозь фальшивость Чен Жуна.
     Теперь он знал, почему Ши Цин оставил жизнь богатого молодого наследника, чтобы одиноко страдать в кругу развлечений.
     Разве этот его сводный брат не образец белого лотоса?
     Он, должно быть, так беспокоил Ши Цина дома.
     Когда Чен Жун заговорил, он попытался взять его за руку. Цзин Юаньци быстро уклонился от его руки.
     - Прибереги свои движения, когда сюда придет Ши Цин.
     Чен Жун недовольно нахмурился. Он хотел сказать что-то еще, но нетерпение на лице Цзин Юаньци лишило его смелости.
     Все, что он сказал, было правдой. Ши Цин использовал все возможности, чтобы издеваться над ним в детстве. В конце концов, он выплатил все долги и даже выгнал этого человека из дома.
     Но все это не имело значения, потому что он был всего лишь приемным сыном. Даже если Ши Цин порвал все контакты со своей семьей, а его мама помогла ему доставить удовольствие его отчиму, его отчим все равно намеревался оставить всё Ши Цину.
     Чен Жун не хотел об этом думать.
     Ши Цин рано ушел из дома, чтобы стать актером, поэтому об отце всегда заботились он и мама. Неужели так важно то, что они не связаны кровью?!
     Затем к нему пришел молодой наследник семьи Цзин. Ему пришлось воспользоваться этой возможностью, чтобы полностью разрушить Ши Цина.
     Пока они оба мысленно строили интриги, Ши Цин вышел.
     Лицо императора кино было румяным. Он тоже казался энергичным.
     Рядом с ним был Гао Чжи:
     - Брат Ши, будь осторожен, когда идешь. Сюда...
     Ши Цин прошел несколько шагов, прежде чем поднял голову и увидел их. Его шаги быстро остановились. В его глазах было ясно видно недоверие.
     - Брат!
     Чен Жун немедленно отреагировал тепло и с криком побежал вперед. Он крепко обхватил руками локоть Ши Цина. Его лицо было очень самодовольным.
     - Я слышал, что ты был ранен и нуждался в госпитализации, поэтому пришёл к тебе со своим парнем.
     Гао Чжи чуть не упал. Он недоуменно уставился на Цзин Юаньци:
     - Брат Цзин???
     Разве он не флиртовал с Ши Цином два дня назад?
     Цзин Юаньци с удовлетворением смотрел, как лицо Ши Цина внезапно побледнело. Он тоже выступил вперед:
     - Да. Я его парень.
     Ты еще не сожалеешь об этом?
     Человек может выдержать, когда его любовь, которую он отверг, строит отношения с другим.
     Но не с его заклятым врагом.
     Молодой человек радостно приподнял уголки рта. Он ждал, пока Ши Цин стряхнет руки Чен Жуна.
     В этот момент его эмоции, должно быть, достигли пика.
     Однозначно победа одним махом.
     Думая о моллюске, который скоро будет в его руках, лисий взгляд Цзин Юаньци был доволен.
     Однако Ши Цин не стряхнул руки Чен Жуна.
     Он просто смотрел на Чен Жуна, а затем на Цзин Юаньци с бледным лицом.
     - Вы двое... вместе?
     Даже его голос дрожал.
     Реакция императора кино была намного выше, чем ожидал молодой человек.
     Его глаза были полны удовлетворенности:
     - Верно.
     Затем в глазах Ши Цина появилась боль, которую он хотел увидеть.
     Это чувство, когда кто-то, кого вы любили, навсегда ускользнул от вас.
     В этой паре черных глаз был виден блеск слез.
     -Но Ши Цин направил этот взгляд только на Чен Жуна.
     Цзин Юаньци: '...'
     Он, не мигая, наблюдал, как ресницы Ши Цина начали дрожать. Его всегда равнодушное лицо теперь было хрупким. Он нежно заключил Чен Жуна в объятия.
     Холодный голос теперь был печальным и наполнен подавленными эмоциями:
     - Твой брат надеется, что ты обретешь счастье.
     Чен Жун: '???'
     Что это была за ситуация? Ши Цин принял не те таблетки?
     Цзин Юаньци, который хотел спровоцировать Ши Цина, был спровоцирован сам. Его лицо было жестким.
     В его голове быстро промелькнули его общение с Ши Цином за последние несколько дней.
     Ему нравились брови Цуй Юньцина.
     Ему понравилась улыбка Цзин Юаньци.
     Эти две характеристики, соединенные вместе, стали Чен Жуном.
     Белый лотос с парой изящных бровей и искусственно яркой улыбкой.
     Он хотел стимулировать этого человека.
     Но вместо этого его стимулировали.
     Маленькое пламя, которое раньше подавлялись в глубине сердца Цзин Юаньци, внезапно превратились в неудержимый огненный столп.
     В голове у молодого человека оборвалась нить разума.
     Он в ярости оторвал Чен Жуна и уставился на Ши Цин горячими глазами:
     - Что ты имеешь в виду? Какие у вас с ним отношения? Что вы двое делали?! Он твой сводный брат!
     Император кино отдернул руку:
     - Не говори чушь. Мы ничего не делали. Я думал только о...
     - Даже не думай! Это грязно, даже если ты просто думаешь об этом!
     Совершенно ошарашенный Чен Жун попытался потянуть Цзин Юаньци за руку:
     - Брат Цзин, что случилось...
     Цзин Юаньци вырвал свою руку, как будто его укусил крокодил.
     - Позволь мне сказать тебе, Чен Жун, тебе лучше больше не появляться передо мной. И особенно перед Ши Цином. Оставь его в покое.
     Чен Жун: '???'
     - Но брат Цзин, это ты сказал мне...
     - Что, черт возьми, я тебе только что сказал?! Убирайся!!!
     Цзин Юаньци просто взял императора кино на руки и быстро потащил его внутрь. Было похоже, что человека в его руках украдут, если он отвлечется хотя бы на мгновение.
     Чен Жун с ошеломленным лицом смотрел, как Ши Цин поднял голову через плечи Цзин Юаньци, когда молодой человек уходил с ним.
     Ши Цин приподнял брови, глядя на Чен Жуна.
     Хотя он ничего не говорил, Чен Жун мог различить намеки на злой план на этом невыразительном лице.
     Чен Жун: '...'
     Он не знал, что только что произошло, но чувствовал, что его подставили.
     Также есть вопрос о Цзин Юаньци. Они заранее согласовали план, но этот парень, должно быть, необъяснимо сошел с ума.
     Что случилось с этими двумя людьми?!

     Примечание к части
     Как же хорош Ши Цин ♡( ◡‿◡ )

Глава 11.

     Цзин Юаньци, державший Ши Цина на руках, примчался в больницу, оставив за собой искры.
     На его лице было мрачное выражение. Его ноги были длинными и тренированными, поэтому он был быстр, как молния, даже когда нес человека на руках.
     Слава богу, сейчас в больнице было мало человек, иначе фраза 'Император кино - принцесса, которую несет восходящая звезда' возглавила бы поисковые запросы.
     Медсестра, которая убирала в комнате, подскочила, когда дверь с грохотом распахнулась.
     Она удивленно обернулась и безучастно посмотрела на разгневанного молодого человека, который вошел с Ши Цином на руках:
     - Мистер Цзин? Мистер Ши?
     Не были ли оформлены документы о выписке?
     Кроме того, если она правильно помнила, разве мистер Ши не вылечил свою спину? Почему его принесли обратно?
     Хотя Цзин Юаньци был безумно зол, некоторые остатки его рациональности остались. Он заставил себя глубоко вздохнуть. Он жестким голосом сказал:
     - Мне очень жаль. Думаю, я кое-что оставил.
     - О, хорошо. Тогда вы можете поискать. Дайте мне знать, когда закончите.
     Медсестра ушла.
     Как только они остались вдвоем, гнев на лице Цзин Юаньци больше не мог сдерживаться.
     Он хотел бросить человека на руках на кровать, но через секунду вспомнил, что он недавно повредил спину.
     Ему оставалось только снова сдержать себя и осторожно опустить человека на кровать.
     - Скажи мне прямо сейчас. Что происходит с тобой и Чен Жуном?
     Ши Цин нахмурился и выпрямился на кровати:
     - Это я должен спрашивать, что происходит с тобой и Чен Жуном. Вы вместе? Он знает, что ты за человек?
     - Что я за человек?
     Цзин Юаньци полностью потерял уверенность, которую он приобрел после своей предыдущей победы. Он взорвался:
     - Что? Ты думаешь, я совершенно не похож на твоего сводного брата теперь, когда ты увидел, кто я на самом деле? Ты хочешь расстаться со мной сейчас?
     Хмурое выражение лица императора кино стало еще более суровым. Его глаза были серьезными, когда он смотрел в глаза Цзин Юаньци:
     - Даже не пытайся сменить тему. Что происходит между тобой и Чен Жуном?
     - Я и он? Я и он?! Больше похоже на тебя и на него!!!
     Цзин Юаньци был подобен разъяренному коту в бешеной ярости. Его мех встал бы дыбом.
     - если бы он был.
     После двух разъяренных кругов по комнате, он резко развернулся к Ши Цину. Его палец дрожал, когда он ткнул им в направлении Ши Цина.
     - Скажи мне ясно, что это был за взгляд, когда ты смотрел на него? Почему ты сказал ему эти слова! Он твой брат! Он юридически твой брат!!!
     Как будто его ударили ножом в сердце. Смущение отразилось на обычно равнодушном лице Ши Цина. Он опустил глаза и мягко сказал:
     - Мы не связаны кровью. Кроме того, я просто подумал...
     - К черту мысли! Нельзя даже думать об этом!
     Цзин Юаньци был так разъярен, что хватал ртом воздух. Чтобы успокоится, он мог только ходить по комнате.
     Молодой человек глубоко вздохнул и попытался успокоиться.
     - Единственная причина, по которой тебе понравились брови Цуй Юньцина, заключалась в том, что они напоминали Чен Жуна. Единственная причина, по которой тебе нравится видеть, как я улыбаюсь, - это то, что я улыбаюсь, как этот ублюдок Чен Жун...
     -- Стук!
     Слова застряли в его горле. Он яростно пнул тумбочку.
     Кто бы мог подумать.
     Дикие гуси, на которых он так долго охотился, вернулись, чтобы выклевать ему глаза.
     Его план состоял в том, чтобы схватить Ши Цина одним махом после такой сильной стимуляции.
     Но неожиданно другой человек даже не уделил ему ни капли внимания.
     Ши Цин вообще не заботился о нем. Он, вероятно, нанял бы целый оркестр, чтобы поздравить его с обретением нового любовника, если бы он мог.
     Цзин Юаньци резко выдохнул и снова подошел к императору кино:
     - Я знал, что что-то не так, когда ты был таким энергичным прошлой ночью. В твоих глазах это был совсем не я с тобой. Это был Чен Жун.
     - Нет, - Ши Цин внезапно поднял голову. Его прежде бесстрастное лицо было окрашено в красивый красный оттенок. Покраснели даже его белые мочки ушей.
     Его ресницы быстро заморгали. Его глаза были даже немного застенчивыми:
     - Я никогда... не думал о Жуне.
     Он определенно думал.
     Когда человек, похожий на айсберг, смущался, его красоты было достаточно, чтобы ошеломить других.
     Но Цзин Юаньци собирался взорваться прямо на месте.
     - Ты действительно думал о нем, когда мы... ?! Ты слепой? Я явно лучше него по всем параметрам?! Ты все время думал об этой *??? Он уродливый! И белый лотос! И эта * много лет строила козни против тебя!
     - Цзин Юаньци!
     Выражение лица императора кино потемнело. Он встал, переполненный неудовольствием:
     - Не оскорбляй Жуна.
     - И ты до сих пор не ответил на мой вопрос, - продолжил он, - что происходит между вами двумя? Ты солгал ему? Жун - невинный ребенок, поэтому он не видит, что ты за человек, но он у него есть такой брат, как я. Если ты посмеешь сделать что-нибудь, что причинит ему боль, я не оставлю тебя безнаказанным.
     - Он невинный?!!! Он невинный?!!! Он невинный?!!!!!!!
     Цзин Юаньци уже взорвался.
     - Ты знаешь, почему он пришел со мной?!!! Просто потому что узнал, что я хочу разозлить тебя! Он невинен?! Куда пропали твои мозги?! Почему ты слеп и глух, когда встречаешь его!
     Ши Цин выглядел ошеломленным.
     - Вы не вместе?
     Видя, что шанс еще есть, молодой человек попытался подавить гнев. Он энергично ответил:
     - Нет, он притворился, чтобы спровоцировать тебя. Он сделал это специально. Ты понимаешь?
     - Специально...
     Глаза Ши Цин постепенно просветлели.
     У Цзин Юаньци, внимательно следившего за Ши Цином, внезапно возникло очень плохое предчувствие.
     Конечно же, в следующий момент император кино посмотрел на него с надеждой в глазах. Его холодный голос не мог скрыть того факта, что он, казалось, мысленно прыгал от радости:
     - Зачем он хотел меня спровоцировать? Может быть, у него тоже есть чувства...
     Цзин Юаньци: '???'
     Цзин Юаньци: '...'
     Цзин Юаньци: 'Нет!'
     Он снова впал в ярость:
     - Ты слепой? Разве ты не видишь, что он коварная *? Он может тебе нравиться, но он тебя ненавидит!
     Молодой человек был далеко от того, чтобы скрыть то, что он тщательно изучил жизнь Ши Цина. Он сердито изложил все Ши Цину:
     - Когда вы были молоды, он намеренно притворился больным в день твоей церемонии награждения, чтобы ваш отец остался с ним. Когда ему было 15, он запер тебя в ванной. Когда тебе было 18, он украл машину, которую дал тебе отец, прокатился на ней и устроил аварию. Потом он подставил тебя за это! Когда ты учился в университете...
     - Это все недоразумения, - Ши Цин прервал слова Цзин Юаньци. Его глаза были полны неодобрения, - он простудился, потому что слишком спешил закончить домашнее задание и прийти посмотреть, как я получаю награду. Он запер меня в ванной только потому, что я раньше его дразнил. Для него было нормально злиться. И он попал в аварию только потому, что поехал купить мне подарок.
     Система выглянула: [Хозяин, это действительно произошло?]
     [Нет. Церемония награждения была сорвана им специально. И Чен Жун намеренно запер первоначального владельца в ванной, потому что он нанял группу головорезов, чтобы они избили Чен Жуна. Первоначальный владелец знал, что Чен Жун хотел ехать на его машине, поэтому он намеренно повредил тормоза, чтобы убить его. Чен Жун просто лучше справлялся с игрой и переложил всю вину на первоначального владельца.]
     Система: [...]
     Реакция Цзин Юаньци была аналогичной: '...'
     Молодой человек долго сдерживался, прежде чем, наконец, выплюнул слова:
     - Тебя нельзя спасти.
     Он никогда не был таким бессильным, как сейчас. Он думал, что это он контролирует их отношения.
     Оказывается, он был просто заменой, и для такого отвратительного существа, как Чен Жун. Было уже похвально, что он все еще не сошел с ума.
     Цзин Юаньци считал себя могущественным человеком со множеством хитростей.
     Но он встретил своего соперника в Чен Жун, хитрой * из белого лотоса.
     И Ши Цин, который был слеп и глух к интригам Чен Жуна, совсем не думал о чужих чувствах, дергая его за рукав яркими глазами.
     - Другими словами, ты и Жун не вместе?
     Цзин Юаньци:
     - ... ты собираешься ухаживать за ним, если я скажу 'нет'?
     Уши императора кино были цвета свежей крови.
     На самом деле он немного заикался.
     - Н-нет.
     Цзин Юаньци:
     - ??? Ты действительно хочешь ухаживать за ним?!
     Он снова взорвался.
     После взрыва гнев молодого человека превратился в отчаяние, когда он заметил, что Ши Цин ни в малейшей степени не ответил на его гнев.
     Он должен был к этому привыкнуть. Разве не все было так же, как всегда?
     Никакой реакции не было, как бы он ни дразнил или не беспокоил его.
     Раньше он предполагал, что это просто личность Ши Цина.
     Но где теперь было то холодное отношение?! Теперь ясно, что ему было наплевать на Цзин Юаньци!
     Если бы ему было все равно, то, естественно, эмоциональные всплески Цзин Юаньци не повлияли бы на него.
     Цзин Юаньци изо всех сил старался восстановить былое спокойствие.
     В его голове кружилась только одна мысль.
     Он должен был вернуть ослепленного Ши Цин себе, оторвав его от Чен Жуна.
     Молодой человек глубоко вздохнул.
     Он сел рядом с императором кино и медленно обнял человека. Он применил свое обычное обаяние, уговаривая его мягким голосом:
     - Учитель Ши, он твой младший брат. Даже если между вами нет кровного родства, вы - семья в глазах окружающих. Даже если у тебя есть... - Цзин Юаньци стиснул зубы, - иррациональные, нестабильные, слепые, импульсивные и ошибочные мысли, тебе все равно нужно знать, что для вас двоих невозможно быть вместе.
     Ши Цин толкнул его, но не смог оттолкнуть. Вместо этого его действия заставили молодого человека обнять его еще крепче.
     Цзин Юаньци продолжил:
     - Но между нами все по-другому. Мы пара, предопределенная самой судьбой. Что во мне хуже Чен Жуна?
     Он медленно опустился, чтобы опереться на колено Ши Цин. Он потянул неподвижного императора за руку, умоляя его прикоснуться к своему лицу слегка прохладными кончиками пальцев.
     В его голосе звучало очарование:
     - Разве я не красив? Я не силен? Этот Чен Жун выглядит слабым, потому что он слаб как телом, так и умом. Вчера я продержался семь раундов, он может сделать то же самое? Я не думаю, что он сможет продержаться даже три.
     - Также... - молодая змея медленно поползла вверх. Он намеренно растянул свои слова, шепча их Ши Цину на ухо.
     - Я очень люблю есть кашу. Особенно, если... её сделаешь ты.
     Ши Цин: [У него такие хорошие условия в этих переговорах. Я так сильно хочу согласиться.]
     Система, которая изменила и заблокировала свои собственные воспоминания, снова стала чистым и прекрасным ребенком.
     [Какая каша? Где каша?]
     Ши Цин был взволнован.
     Но ради будущего он решительно оттолкнул липкую молодежь. Его голос был холодным:
     - Не принижай Жуна.
     Цзин Юаньци: '...'
     Он чувствовал, что превратился в иглобрюха.
     Достаточно одного удара, чтобы он взорвался.
     - Хорошо! Хорошо!!!
     Молодой человек внезапно вскочил в неудержимой ярости:
     - Погоди! Я заставлю тебя рано или поздно понять, в какой мусор ты влюблен!
     --Хлоп!
     Хлопнув дверь на входе, он захлопнул дверь и на выходе.
     Ши Цин пожал плечами и тоже встал.
     Система тихо спросила: [Хозяин, это все было частью твоего плана?]
     Ши Цин: [Да, разве это не очень просто? Судя по характеру Цзин Юаньци, он обязательно найдет кого-нибудь, чтобы спровоцировать меня, если я не соглашусь с его требованиями. Что касается того, кого искать, то чем хуже их отношения со мной, тем эффективнее будет этот трюк. Когда он изучит информацию обо мне, только Чен Жун отвечает всем требованиям.]
     [Хорошо, что Чен Жун тоже возмутитель спокойствия. Я слишком ленив, чтобы иметь с ним дело, но Цзин Юаньци охраняет своё, как дракон охраняет свои сокровища. В этой ситуации он определенно расправится с Чен Жуном вместо меня. Может быть, морально неполноценный мозг Цзин Юаньци тоже проснется и выполнит обычные рутинные операции.]
     Система быстро записала: [Обычный распорядок дня].
     ***
     Цзин Юаньци и Чен Жун были неразлучны в течение следующих нескольких дней.
     Он тратил большое количество денег на Чен Жуна, и постоянно водил его играть и покупать предметы роскоши.
     Чен Жун был сводным братом Ши Цина. Каждый месяц он получал очень щедрое пособие, превышающее доход нормальной семьи, полученное просто за то, что льстил своему отчиму. К сожалению, ему также пришлось прикинуться умным сыном перед отчимом, поэтому он не мог потратить все это легкомысленно. Он лично думал, что его жизнь была очень горькой.
     Но затем появился Цзин Юаньци.
     В эти дни Цзин Юаньци ничего не скрывал о своей семье от Чен Жуна.
     Возможно, само имя старшего наследника семьи Цзин было недостаточно громким, но Цзин Юаньцзи оказался гениальным бизнесменом. Спустя столько времени его собственная компания была уже намного сильнее, чем у всей его семьи.
     Любого из его личных достижений, например, того, что он был основателем компании C или председателем группы N, было достаточно, чтобы дать семье Цзин пощечину.
     И поэтому, помимо необъяснимого гнева Цзин Юаньци в тот день, Чен Жун был чрезвычайно доволен им.
     Кроме того, Цзин Юаньци позже пришел к нему, чтобы извиниться.
     Чен Жун положил все яйца в корзину Цзин Юаньци. Он был слишком силен. Даже Ши Цин был актером по контракту с компанией C.
     Если бы он был с Цзин Юаньци, ему больше не нужно было бы постоянно ублажать отчима или пытаться избавиться от Ши Цина. Он сразу вознесется на более высокую ступень в жизни.
     Чем больше Чен Жун терялся в своих идеалистических мечтах, тем больше он заставлял себя верить, что чувства Цзин Юаньци к нему были искренними.
     Обычно, когда они были вместе, они либо играли в разных местах, либо он слушал, как Цзин Юаньци жалуется на Ши Цина.
     Чен Жун обычно присоединялся и подливал масла в огонь.
     Примерно через неделю Цзин Юаньци упомянул, что рана Ши Цина полностью зажила, и съемочная команда попросила их вернуться к съемкам.
     Он вздохнул и признался, что действительно не хотел работать с Ши Цин. Было бы здорово, если бы он прямо сейчас попал в скандал. Что-то вроде... избиение его брата или что-то в этом роде.
     Разве это не легкая вещь для Чен Жуна?!
     Он сразу же уверенно сказал, что не видит в этом проблемы. Он пообещал посетить съемочную команду завтра и позаботиться о том, чтобы репутация Ши Цина сильно пострадала.
     Той ночью Цзин Юаньци пошел туда, где они будут сниматься, и обыскал все. Наконец, он нашел хорошее уединенное место, которое не могли видеть камеры.
     Он хотел, чтобы Ши Цин увидел, кем на самом деле был Чен Жун. Он не собирался позволять Чен Жуну навредить его репутации.
     ***
     На следующий день Цзин Юаньци попытался пригласить Ши Цина на встречу, но получил отказ.
     Он попытался подавить бурлящую ярость, когда позвонил Чен Жуну и сказал ему попробовать.
     Чен Жун не был уверен, что добьется большего успеха, но все равно отправил сообщение. Но почему-то другой человек согласился прийти немедленно.
     Он все больше и больше чувствовал, что в эти дни Ши Цин принимает не те лекарства.
     Но это не имело значения. С сегодняшнего дня Ши Цин будет просто еще одной ступенькой для него, навсегда раздавленной под его ногами.
     Цзин Юаньци прибыл первым. Он воспользовался возможностью, чтобы осмотреться. Только после того, как он убедился, что за ним никто не следит, он попросил Чен Жуна снова пригласить Ши Цина. Он обязательно заверил его:
     - Не волнуйся, я поставил камеры. Тебе просто нужно подставить его, а я сделаю все остальное.
     Перепроверив все, он отошел, присел на корточки и стал ждать.
     Он мог довольно хорошо предположить, что будет делать этот белый лотос.
     Он манипулировал своим окружением, чтобы создать визуальный эффект, так что под определенным углом казалось, что Ши Цин ударил его. Тогда легкие раны на лице - все, что ему нужно, чтобы завершить иллюзию.
     Чен Жун стоял, полный уверенности.
     Он согласился встретиться с Ши Цин в этом заброшенном уголке. Он слишком хорошо знал, как спровоцировать своего сводного брата.
     - Позволь мне рассказать тебе секрет, брат. Папа сказал мне, что я намного лучше, чем биологический сын, как ты.
     Он планировал сказать еще несколько вещей, но не успел среагировать, потому что сводный брат тут же ударил его по лицу.
     Сила этого удара была поистине чрезмерной.
     Слезы и сопли Чен Жуна потекли одновременно. Его зрение начало темнеть, когда он упал на землю. Он изо всех сил пытался встать, вытирая кровь из носа.
     Стало ли легче спровоцировать Ши Цина с момента их последней встречи?
     Чен Жун не мог не рассмеяться от боли. Он поднял голову и посмотрел на сводного брата, которого никогда не мог превзойти:
     - Ты по-прежнему глуп, как всегда.
     Но у императора кино теперь было выражение паники на лице. Он опустился на колени и помог ему встать.
     - Жун, ты в порядке?
     Чен Жун: '???'
     Он стряхнул руку сводного брата и сам встал. Он усмехнулся:
     - Бесполезно. То, что ты только что сделал, было заснято на камеру. Просто подожди, пока твоя репутация не испортиться.
     Цзин Юаньци увидел, что все было сделано. Он самодовольно подошел к нему.
     - Брат Цзин! - Чен Жун поспешно подошел к нему, - посмотри, что он со мной сделал!
     Цзин Юаньци взглянул на сбитого с толку императора кино, прежде чем осмотреть окровавленный нос Чен Жуна и синяки на его лице. Он хлопнул в ладоши.
     - Очень убедительно. Ты в этом настоящий профессионал. Макияж почти такой, как будто он настоящий.
     Чен Жун быстро объяснил:
     - Нет, брат Цзин, это все по-настоящему. Ши Цин только что ударил меня. Ты должен помочь мне отомстить!
     Настала очередь играть Ши Цину. Он быстро шагнул вперед, чтобы потянуть Чен Жуна за руку. Выражение его лица было одновременно растерянным и измученным. В его голосе была легкая дрожь:
     - Жун, это был не я. Я тебя не бил. С тобой все в порядке? Тебе нужен врач...
     - Отвали! Теперь ты знаешь, что нужно бояться?! - Чен Жун скинул руки. Сейчас он чувствовал себя очень довольным.
     Цзин Юаньци тоже был очень доволен, когда увидел, что Ши Цин беспомощно стоит там.
     Он шагнул вперед и обнял Ши Цина сзади:
     - Учитель Ши, теперь ты видишь? Чен Жун не так прост, как ты думаешь. Он ненавидит тебя настолько, что желает твоей смерти. Чтобы подставить тебя, он не колебался ни в малейшей степени, придумывая этот план.
     Он крепче обнял Ши Цин.
     - Просто взгляни. Ты не ударил его, но он явно пытается настаивать на том, что ударил. Теперь ты можешь ясно видеть, кто лучший выбор.
     Чен Жун был застигнут врасплох, увидев эту сцену: '???'
     Чен Жун:
     - Что ты делаешь, брат Цзин? Он действительно меня ударил! Раны на моем лице из-за него!
     Было бы странно, если бы Цзин Юаньци поверил сказанному им.
     Ши Цин очень любил Чен Жуна. Как он мог по своей воле ударить его?
     Он только обнял свою маленькую добычу и нетерпеливо приподнял брови:
     - Как бы то ни было. Ты уже все сделал. Иди, смой с лица раны. Убирайся.
     Чен Жун:
     - ... Серьезно! Мои раны настоящие!
     Цзин Юаньци прищурился, рассматривая его внимательнее. Это действительно казалось правдой.
     - Я не думал, что в тебе это есть. Ты действительно попросил кого-то избить тебя по-настоящему, просто чтобы подставить учителя Ши. Я приветствую твою самоотдачу.
     Чен Жун: '...'
     Он собирался сойти с ума:
     - Ши Цин был тем, кто ударил меня! Ши Цин! Он просто ударил меня кулаком по лицу! Брат Цзин, разве ты этого не видел?
     Ему было больно даже говорить. Он попытался смоделировать то, что произошло только что:
     - Я только что просто сказал пару слов, когда он ударил меня. Брат Цзин, посмотри, сколько у меня кровотечения из носа! Посмотри!
     - Да ладно тебе. Зачем ты разыгрываешь эту драму? Прекрати уже притворяться. Убирайся отсюда.
     Сказав это, Цзин Юаньци посмотрел на окоченевшее тело в своих руках. Пара сияющих черных глаз потускнела, когда они посмотрели на уродливое выражение Чен Жуна.
     Сердце Цзин Юаньци было одновременно гордым и несчастным.
     Он нежно поцеловал императора кино в щеку.
     - Учитель Ши, посмотри на него как следует. Он все еще пытается подставить тебя даже сейчас. Это классический пример белого лотоса. Ты ошибался насчет него.
     Чен Жун с распухшим лицом наблюдал, как Ши Цин, который всего несколько мгновений назад без колебаний ударил его кулаком, теперь смотрел на него покрасневшими глазами и с печальным выражением лица.
     Кто, черт возьми, был настоящим белым лотосом здесь!

     Примечание к части
     * ругается
     Дубль два: Ши Цин ударил кого-то по лицу и вышел сухим из воды.
     В момент, когда Цзин Юаньци злится, действительно много знаков ! и ? Ну, я стараюсь сохранить авторскую пунктуацию и разбиение на абзацы. Иногда это выглядит довольно странно, но что ж ?(・~・;)'

Глава 12. Конец арки.

     Чен Жун чувствовал, что Цзин Юаньци внезапно ослеп.
     Он закрыл свое пульсирующее от боли лицо, его слезы текли непрерывно. Он не знал, плакал ли он от боли или от сокрушительного чувства в сердце:
     - Просто посмотри камеры наблюдения! Тогда все станет ясно.
     Чем больше Чен Жун настаивал на том, чтобы Ши Цин ударил его, тем счастливее был Цзин Юаньци.
     Он продолжал разжигать пламя сомнения Ши Цина:
     - Ты знаешь, почему он так настаивает на просмотре записи с камер? Это потому, что он уже снял фальшивое видео, чтобы опубликовать его позже, чтобы испортить твою репутацию.
     - Ты можешь думать о нем как о... - молодой человек посмотрел с давно сдерживаемой ненавистью на Чен Жуна, который стоял ошеломленно, пока весь его план рассказывали, - ...как о своем младшем брате, но для него ты просто препятствие на пути к наследству.
     - Все произошедшее очевидно, но он все еще настаивает на том, что ты его ударил. Учитель Ши, не пора ли взглянуть в лицо реальности?
     Печаль на лице Ши Цин стала еще более выраженной.
     Его глаза опустились, лицо помрачнело, и он ни сказал в ответ ни слова.
     Цзин Юаньци был полон решимости, когда он обнимал Ши Цина. Его желание выстрелить в Чен Жуна ракетой, чтобы тот немедленно убрался, было еще велико. Его совершенно не волновало, что этот человек смотрит на него с преданным выражением лица.
     Конечно, хотя в ракетных установках острой необходимости не было, его все же нужно было отправить хотя бы поездом.
     - Этого достаточно, Чен Жун. Твоя пьеса закончена. Тебе пора идти.
     Чен Жун сходил с ума:
     - Моя пьеса? Я????? Брат Цзин, он действительно ударил меня. Это действительно был он! Разве ты не смотрел сейчас?!!!
     - Да, я смотрел.
     Юноша нежно посмотрел на императора кино в его объятиях. Его глаза наполнились жалостью:
     - Это действительно выглядело так, как будто учитель Ши ударил тебя с того угла, под которым я был.
     Чен Жун:
     - ?? Тогда почему ты мне не веришь, раз видел это?
     Лицо Цзин Юаньци снова потемнело. Он с возмущением посмотрел на белый лотос перед собой. Его голос был ледяным:
     - Учитель Ши не повредил бы ни единого волоса на твоей голове.
     Он давно догадался, что Чен Жун, должно быть, использовал различные методы, чтобы, независимо от того, насколько безжалостно издевались над Ши Цинем, он продолжал искренне любить Чен Жуна и верить в него как самого доброго человека.
     Вид неправильного направления угла, который использовал Чен Жун, чтобы создать впечатление, будто Ши Цин ударил его, вероятно, не было чем-то новым.
     Чен Жун, который хорошо разбирался в углах, но на этот раз действительно был невиновен:
     - Я... он ударил меня вот так! Ты все еще...
     - Жун...
     Ши Цин внезапно окликнул Чен Жуна. В этом вечно холодном голосе была нотка печали. Его красивые черные глаза, казалось, обнажили его внутреннюю боль. Император кино ошеломленно посмотрел на сводного брата.
     - Если ты скажешь мне, что все это было недоразумением или что Цзин Юаньци заставил тебя, я не буду винить тебя. Я все еще могу тебя простить.
     Чен Жун, у которого все еще текла кровь из носа: '...'
     Да кто из них был ранен?!
     Человек, который испытывал такую сильную боль, что хотел умереть, и тот, у кого было кровотечение из носа, оба были им, хорошо?!
     - Отлично!!! Отлично! Вы работаете вместе, не так ли!!! - Чен Жун, наконец, оставил попытки заставить ослепшего Цзин Юаньци вернуться на его сторону. Он сердито завопил:
     - Я пойду домой! Я хочу, чтобы папа хорошо видел, как его сын унижает меня!
     - Конечно, иди.
     Ум и сердце Цзин Юаньци были полностью посвящены Ши Цину. Он даже не взглянул на Чен Жуна краем глаза:
     - Между прочим, я забыл сказать тебе, что записал и отправил наши беседы дяде Ши. Я надеюсь, что он по-прежнему будет тем добрым человеком, которого ты помнишь, когда вернешься домой.
     Чен Жун: '???'
     Чен Жун: '...'
     Он сердито закричал:
     - Ты просто слеп!!! Ши Цин лжет тебе! Почему ты столько для него делаешь?!!!
     Цзин Юаньци смотрел на императора кино, который становился все мрачнее с каждым словом. Хотя он знал, что заставить Ши Цина отказаться от Чен Жуна было единственным способом получить свой шанс, он не мог не пожалеть его.
     - Учитель Ши, - молодой человек нежно поцеловал Ши Цина в щеку. Он утешил, - не волнуйся. Я больше не позволю Чен Жуну причинить тебе боль. Я выгоню его из этого города навсегда.
     Он не мог дать Ши Цину еще один шанс влюбиться в такой белый лотос, как Чен Жун.
     Его даже не волновало, действительно ли Чен Жун ушел.
     Пока они уходили, Ши Цин оглянулся.
     Цзин Юаньци не сделал то же самое. Но хотя он и не повернул голову, он мог догадаться, что глаза императора кино, должно быть, были наполнены отчаянием, когда он взглянул на младшего брата, которого тайно любил столько лет.
     Позади них Чен Жун наблюдал, как Ши Цин высокомерно поднял брови, глядя на него: '...'
     Он знал это! Это был еще один план его сводного брата!
     Он попытался спасти ситуацию в последний раз:
     - Цзин Юаньци!!! Посмотри!!! Посмотри на выражение лица Ши Цина!!!
     Цзин Юаньци усмехнулся и не двинулся ни на дюйм. Его рука все еще была слегка прижата к спине императора кино. Он гладил и утешал его:
     - Учитель Ши, не грусти. Посмотри, как он все еще пытается облить тебя грязной водой.
     Чен Жун наблюдал, как Ши Цин продолжал высокомерно смотреть на него: '...'
     - Слепой!!!
      - Ты слепой *!!!
     Ахххххххххх он был так зол!!!
     Ши Цин и Цзин Юаньци вернулись вместе, но император кино закрылся в комнате, не издав ни звука, ни выйдя на завтрак, как будто он был аутистом.
     Сердце молодого человека стало более ревнивым и он возненавидел виновника, вызвавшего такое поведение Ши Цина. Он не просто выгнал Чен Жуна из города, а выслал из страны.
     Этот белый лотос должен отказаться от соблазнения Ши Цина в этой жизни.
     Изгоняя своего соперника, Цзин Юаньци в то же время был занят, пытаясь уговорить Ши Цина выйти из комнаты.
     Он заказал еду и лично отнес ее к двери императора кино. Мягким голосом он сказал:
     - Учитель Ши, пора обедать. Почему бы нам не поесть вместе?
     Система напомнила Ши Цину, который был занят видеоиграми: [Хозяин, Цзин Юаньци под дверью].
     Ши Цин: [Еще один раунд.]
     Цзин Юаньци, стоявший за дверью, не получил ответа. Он продолжал стучать в дверь и смягчил голос, чтобы убедить его:
     - Я знаю, что тебе грустно, но как бы тебе ни было грустно, твое тело все еще нуждается в еде. Все эти блюда очень хороши на вкус. Еще я добавил дьявольского перца специально для тебя.
     Ши Цин играл.
     - Может, пойдем вместе поплавать после обеда? Я хорошо плаваю.
     Ши Цин все еще играл.
     - Я купил торговый центр! Как насчет того, чтобы пойти туда вечером вместе? Никого, кроме нас, там не будет. Как насчет прогулки там? Только мы вдвоем?
     Ши Цин закончил игру.
     Как только Цзин Юаньци собрался снова постучать в дверь, она открылась.
     Перед ним предстал равнодушный император кино в пижаме.
     В этот момент молодой человек не знал, что именно он чувствовал.
     С одной стороны, его сердце болело из-за того, как все это повлияло на Ши Цина.
     С другой стороны, он рад, что Ши Цин теперь знал истинное лицо Чен Жуна.
     Он вошел в комнату и поставил еду на стол:
     - Я выбрал все твои любимые блюда. Еще добавил дьявольский перец. Гао Чжи сказал мне, что ты съел только две паровые булочки, тарелку рисовой каши и бутылку соевого молока, когда проснулся сегодня утром. Учитель Ши наверняка хочет пообедать?
     Ши Цин молча сидел на кровати, очевидно, все еще погруженный в свою печаль.
     Цзин Юаньци подошел. Это был один из тех редких моментов, когда он не играл. Он положил голову на колени императора кино и нежно погладил импровизированную подушку.
     - Не грусти. Он не достоин этого.
     Молодой человек чувствовал горечь, исходящую из глубины его сердца. Он хотел расчленить Чен Жуна за это чувство.
     И все же он не смог повредить ни единого волоса Ши Цина, который использовал его в качестве замены.
     Всегда был такой человек.
     Независимо от того, насколько сильную боль Ши Цин причинил ему или насколько отвратительными и чрезмерными были его действия, Цзин Юаньци не мог злиться на него.
     Конечно, даже если он не злился на Ши Цина.
     Это не помешало ему вынести все эти чувства на Чен Жуна.
     Размышляя о том, как поступить с Чен Жуном, Цзин Юаньци смиренно посмотрел на Ши Цина:
     - Я буду с тобой навсегда, так что не думай больше о нем, хорошо? Учитель Ши, разве мы не счастливы вместе? Я могу сделать это семь раз, когда никто другой не может.
     Ши Цин внезапно спросил:
     - Он... все еще дома?
     - Больше нет.
     Как только тема перешла к Чен Жуну, Цзин Юаньци заскрежетал зубами:
     - Он решил покинуть страну. Сейчас он должен быть в аэропорту.
     Тон Ши Цин был слегка мрачным:
     - Он ничего не сказал перед отъездом?
     Он сказал, конечно, сказал.
     Он продолжал ругаться.
     Но поскольку более дюжины телохранителей сопровождали его в частный самолет, независимо от того, насколько грязным был рот Чен Жуна, его все равно усадили на самолет.
     Цзин Юаньци:
     - Он ничего не сказал. Может, он боялся, что ты пойдешь за ним. Он внезапно ушел, не сказав ни слова.
     Выражение лица императора кино стало еще печальнее.
     Цзин Юаньци чертовски сильно ненавидел Чен Жуна.
     Как он мог быть таким слепым к тому, насколько Ши Цин был хорошим человеком?
     Но только благодаря слепому Чен Жуну Цзин Юаньци получил шанс войти в сердце Ши Цина. Иначе этот упрямый дурачок никогда бы не уделил ему и секунды внимания.
     Молодой человек тихо утешил императора кино:
     - Учитель Ши, я ничем не уступаю ему. Я выгляжу лучше, чем он, у меня лучше тело, чем у него, и большая физическая выносливость, чем у него. Мы с тобой оба актеры, поэтому понимаем друг друга. Самое главное, ты ему не нравишься. Но ты нравишься мне.
     Цзин Юаньци применил свой козырь.
     Молодой человек, как змея, медленно поднялся вверх, пока его губы не коснулись ушей Ши Цина. В его голосе была большая печаль:
     - Если ты не можешь забыть его, тогда я готов стать им для тебя.
     Он желает добиться расположения Ши Цина любыми способами.
     Кто-то другой может почувствовать отвращение, когда он узнает, что он заменил кого-то другого.
     Но Цзин Юаньци был другим.
     Вначале его отношение к Ши Цину было легкомысленным и игривым.
     Если даже он не воспринимал это всерьез, разве можно было бы обвинить Ши Цина в том, что он тоже его использовал?
     Конечно, сейчас он был очень серьезен.
     Цзин Юаньци не обладал сильной моралью, но это означало, что он мог легко отпустить вещи, которые были бы очень небезразличны обычным людям.
     Это правда, что Ши Цин сейчас не испытывает к нему чувств.
     Но чувства возникают в результате общения. Ши Цин и Чен Жун знали друг друга менее 20 лет. Он и Ши Цин проживут вместе всю жизнь.
     Им не нужна была чушь вроде романтики. Пока Ши Цин не отвергал его, он был уверен, что сможет приставать к Ши Цину до конца своей жизни. Он действительно проиграет паршивому белому лотосу?
     Через несколько лет имя 'Чен Жун' станет пережитком прошлого.
     Закончив свои небольшие расчеты, молодой человек прижался к императору кино. Он опустил свое тело, полностью отбросив свою гордость, чтобы действовать испорчено:
     - Соглашайся, обещай мне. Лучший способ забыть об отношениях - начать новые.
     Видя, что Ши Цин все еще колеблется, Цзин Юаньци добавил:
     - Учитель Ши, давай просто попробуем. Если тебе это не нравится, ты можешь отвергнуть меня без хлопот.
     Это не могло быть правдой.
     Когда Ши Цин, большая мидия, попадет в его сеть, он останется с ним 24 часа в сутки, 7 дней в неделю.
     Даже если Ши Цин передумает или почувствует себя неудобно, он никогда его не отпустит.
     Он будет настолько наглым и кокетливым, насколько это необходимо. Кто-то с личностью Ши Цина не мог иметь дело с таким упрямым человеком, как Цзин Юаньци.
     По мере того, как его убеждали, лицо императора кино постепенно наполнялось неуверенностью.
     Под выжидательными глазами Цзин Юаньци он медленно повернулся, чтобы поцеловать молодого человека в щеку:
     - Хорошо.
     [Динь! Значение враждебности Цзин Юаньци: 0/100]
     К сожалению, Система не успела поздравить хозяина, как обычно. Как только она сообщила о величине враждебности, мозаика покрыла весь экран.
     На этот раз Ши Цин не был пьян, поэтому они не так много раз сделали.
     Император кино заснул после пятого раза.
     Цзин Юаньци наводил порядок, как обычно.
     Он поднял их одежду и осторожно бросил грязные простыни в стиральную машину, не мешая Ши Цину. Затем он открыл окна, чтобы впустить свежий воздух.
     К счастью, на этот раз его спина не болела.
     Но хотя это не было болезненно, Цзин Юаньци все же решил регулярно пить больше супов, питающих тело.
     В конце концов, пять раз - это еще довольно много.
     Если бы не его сильное тело, любовь к физическим упражнениям и от природы высокая выносливость, он бы не смог выдержать это.
     Пока он думал, молодой человек стоял перед окном от пола до потолка и смотрел в полном удовлетворении.
     Посмотрим, как Чен Жун попытается его ограбить.
     Он, наверное, не смог бы продержаться даже три раунда со своим тощим телом.
     Он и Ши Цин созданы друг для друга.
     В этой жизни этот Чен Жун никогда больше не сможет увидеть Ши Цина.
     ***
     План Цзин Юаньци на всю жизнь сработал.
     Как только Ши Цин проснулся, юноша приставал к нему, чтобы он объявил публике, что они вместе.
     Если бы не то, что Цзин Юаньци не хотел получать иностранное гражданство, он бы уехал за границу только для того, чтобы получить свидетельство о браке.
     Но Цзин Юаньци удовлетворился тем, что просто объявил публике об их отношениях. Хотя они не могли состоять в законном браке, подобное объявление от двух знаменитых фигур в прессу был примерно таким же, как брак.
     Хотя он не возражал против того, чтобы сердце Ши Цина было временно [временно] закрыто для него, он никогда не позволил бы появиться другому Чен Жуну.
     Поэтому после этого объявления, когда внешний мир все еще не оправился от шока, Цзин Юаньци начал свою новую карьеру 'быть там, где был Ши Цин'.
     Если Ши Цин играл роль императора, он играл роль министра.
     Если Ши Цин был сыном аристократической семьи, то и он был сыном другой семьи.
     Даже если бы для него не было подходящей роли, он стал бы инвестором и выступал бы в качестве дополнительного фона.
     Когда его сцены заканчивались, Цзин Юаньци садился в студии и отказывался уходить.
     Никто не мог ничего сказать об этом, потому что он платил деньги, чтобы быть здесь. Он не крал еду изо рта. Кроме того, он принес свою еду.
     Для него даже не нужно было выделять жилье, потому что он всегда спал с Ши Цином.
     Поначалу их коллеги в кругу были немного озадачены этим.
     Было много людей, которые заявили о своих отношениях публично, но никто не вел себя как Цзин Юаньци, который не мог оставить Ши Цина в покое ни на мгновение.
     Но все, что они могли сделать, это привыкнуть. Сразу после объявления о своей любви Цзин Юаньци обнародовал свои активы, а также личность Ши Цина как единственного сына влиятельной семьи.
     Конечно, он сделал это не только для того, чтобы покрасоваться.
     Это должно было продемонстрировать: у меня есть деньги и власть. Если кто-то из вас осмелится иметь намерения по отношению к моему любовнику, приготовьтесь попасть в черный список.
     Кто посмел обидеть такого влиятельного человека?!
     Что касается Ши Цина, давайте оставим его статус единственного ребенка в могущественной семье. Цзин Юаньци, охранявшего его, как дракон свои сокровища, было достаточно, чтобы отступили все его поклонники.
     Дуэт уже был вместе в глазах публики, так что казалось, что это равносильно свадьбе. Даже если кто-то что-то попробует, на него будут навешивать ярлык 'разрушителя семьи' и приняты ответные меры.
     Любой из них двоих мог раздавить мешающегося человека так же легко, как муравья.
     Так началась сказочная история любви между Цзин Юаньци и Ши Цином.
     Спустя более шестьдесят лет жизни вместе Цзин Юаньци и Ши Цин подошли к концу.
     Не было ни болезней, ни боли. Просто следствие возраста. Пока они лежали в больнице, но предполагалось, что выздоровление маловероятно.
     Но что-то, что можно было рассматривать положительно, заключалось в том, что у них обоих были симптомы одновременно, и они вместе пошли в больницу.
     На улице грустили их фанаты всех возрастов.
     Но никто из них не жалел своих кумиров.
     [Брат Цзин был победителем всю свою жизнь.]
     [Я согласен с пользователем наверху. С тех пор, как брат Цзин объявил, что он с братом Ши, его жизнь, казалось, действительно началась. Позже он стал новым императором кино, что открыло ему еще больше возможностей. Позже он использовал новые технологии своей компании, чтобы заставить правительство легализовать однополые браки. Я был подростком, когда новости разлетелись в одночасье. Никто не ожидал, что у кинозвезды может быть столько активов.]
     [Да, он действительно бизнес-гений.]
     [Дедушка Ши тоже очень могущественный человек. Наш учитель сказал, что все люди, подобные Ши Цину, обладают талантами, которых можно считать национальным достоянием. Он сыграл роль Хэ Чанга 40 лет назад, но это все еще классика.]
     [Ребенок наверху, почему ты назвал его дедушкой Ши? Он всегда будет братом Ши. Мой брат Ши никогда не состарится!]
     [Что ж, вы все вспоминаете их достижения. Неужели только я вспоминаю сказочную историю любви между ними? Я провела небольшое исследование, и, очевидно, с тех пор, как они начали встречаться, они ни разу не расстались. Несмотря на то, что брат Цзин был очень занят управлением своей бизнес-империей, он проводил только видеоконференции с компанией, независимо от обстоятельств. Даже когда ему приходилось физически осматривать компанию, он брал с собой брата Ши. И как только он объявил о своих отношениях, он отдал половину своих богатств брату Ши. Насколько они доверяют друг другу?]
     [Сказочная история любви +1. Даже если я старею, я никогда не забуду момент, когда брат Цзин вышел на сцену, чтобы получить титул императора кино. Первое предложение, которое он сказал, было то, что он, наконец, может стоять на одной сцене с Ши Цином. В то время по моему лицу текли слезы. Не потому, что я была тронута, а потому, что мне было грустно. Почему я не могу встретить такого партнера? Брат Ши и брат Цзин сделали это.]
     [Я тогда тоже плакала. Брат Ши тоже был очень нежным. На нескольких шоу брат Цзин признал себя слишком липким. У брата Ши должно быть бесконечное терпение, чтобы мириться с ним 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Серьезно, я не думаю, что смогла бы вынести это, если бы мой партнер был таким навязчивым. Но они так долго жили счастливо. В заключение, горшок всегда соответствует его крышке.]
     [Они действительно ни разу не поссорились. Они тоже никогда не были замешаны ни в каких изменах. Их вполне можно было считать сказочной парой развлекательного круга. Теперь они даже живут вместе в больнице.]
     [Желаю, чтобы они также могли быть партнерами в следующей жизни]
     [Желаю +1]
     [Желаю +2]
     Пока фанаты обсуждали в сети, Цзин Юаньци лежал на больничной койке. Его дыхание было затрудненным, но он все еще держал Ши Цина за руку и, как и раньше, сжимал его ладонь.
     - Ши Цин, позволь мне спросить... Ты помнишь Чен Жуна?
     Ши Цин повернулся и лег на бок, чтобы посмотреть на Цзин Юаньци.
     - Кто такой Чен Жун? Я слишком стар, чтобы помнить о всех незначительных людях.
     Цзин Юаньци удовлетворенно улыбнулся.
     - Тогда я... не волнуюсь больше.
     Улыбаясь, он держал возлюбленного за руку, медленно закрывая глаза.
     Ши Цин наклонился вперед, чтобы нежно поцеловать его лицо. Его голова медленно опустилась на грудь Цзин Юаньци, чтобы прислушаться к слабому сердцебиению внутри.
     - Бум! Бум! Бум!
     - -
     Все стало тихо.
     Ши Цин закрыл глаза только после того, как перестал слышать биение сердца.
     Через некоторое время вошла медсестра и нашла Ши Цин на кровати Цзин Юаньци. Его голова лежала на груди возлюбленного, и они оба перестали дышать.
     Ши Цин вернулся в пространство между мирами.
     Система: [Поздравления хозяину! Пожалуйста, выберите: 1. Перейти к следующей задаче; 2. Отдых.]
     Ши Цин развернулся по кругу: 'Один, давай!'
     [Динь! Пожалуйста, приготовьтесь. Мы немедленно прыгнем в следующий мир!]
     ***
     Ши Цин открыл глаза и почувствовал удушающее облако духов.
     Он встал и осмотрел свое чрезмерно роскошное окружение. Он стал просматривать память первоначального хозяина.
     Хорошо. Похоже, на этот раз он денди.

     Примечание к части
     *ругается
     С одной стороны, мне немного жаль Чен Жуна, но с другой... это все довольно смешно.
     У кого есть идеи о следующей арке?

Глава 1. Молодой мастер.

     Ши Цин помахал рукой перед носом, чтобы рассеять приторный аромат, разносящийся по роскошно украшенной комнате, но безрезультатно. Этот запах все еще терзал его нос. Он мог только дважды кашлянуть и прикрыть нос рукавом, просматривая воспоминания, которые ему прислала Система.
     Это был древний мир императорского Китая.
     Главным героем был девятый принц Ю Ченнян.
     У императора было девять сыновей, из которых самым нелюбимым был Ю Ченнян. Причина в том, что, согласно роману, его биологическая мать была обычной дворцовой горничной. Однажды Император принудил её, когда был пьян, и Ю Ченнян родился несколько месяцев спустя.
     Просить императора, чей гарем состоял из трех тысяч красавиц, признать тот факт, что он был с этой горничной, было равносильно тому, что просить его принять желание поиметь свинью. Он пришел в ярость, как только проснулся. Он хотел казнить горничную, но добросердечная императрица убедила Его Величество пощадить жизнь горничной.
     В результате дворцовая горничная родила девятого принца. Говорили, что все цветы лотоса на дворцовых прудах увяли в ту ночь, когда он родился, и поэтому Император решил, что Ю Ченнян был символом несчастья, плохим предзнаменованием.
     По традиции, поскольку дворцовая горничная родила принца, было необходимо подарить ей титул. Однако император наотрез отказался это сделать.
     Он не хотел брать свинью в наложницу.
     Он казнил только что родившую горничную, и поэтому новорожденный Ю Ченнян очень быстро остался без матери. Более того, Император дал понять, что не хочет видеть этого своего сына. Таким образом, никто во дворце не вызвался воспитывать девятого принца.
     В конце концов, императрица, у которой не было собственного сына, вышла вперед, чтобы забрать этот горячий картофель по имени Ю Ченнян.
     С самого начала она не пользовалась благосклонностью, и, поскольку Ю Ченнян считался неудачником, они вдвоем все больше отдалялись от Императора.
     Затем императрица потеряла поддержку из-за гибели ее отца и братьев в бою. Благодаря успешной интриге, её сослали в холодный дворец. Ю Ченнян тоже последовал за ней. Все остальные относились к паре матери и сына холодно. Хотя Ю Ченнян мог учиться в Императорском кабинете, это никоим образом не было благословением, потому что его пять братьев унижали его при любой возможности. Хотя он был сыном Императора, даже самый скромный из дворцовых слуг жил лучше него.
     Когда он был подростком, товарищи принцев* вошли во дворец. Даже они были счастливы запугивать Ю Ченняня. Больше всего это любил делать сын премьер-министра.
     В этой династии премьер-министр был главой всех чиновников. Кроме того, этот премьер-министр тоже происходил из традиционно аристократической семьи. Император относился к нему с большим уважением, чем к собственным сыновьям. Можно сказать, что до тех пор, пока премьер-министр поддерживал принца, тот будет на полпути к трону.
     Таким образом, сын премьер-министра, естественно, стал тем, чье расположение принцы пытались завоевать.
     Высокомерный сын премьер-министра даже больше любил жестоко обращаться с Ю Ченняном, чем все пять принцев вместе. Словесное унижение было меньшим, что он делал. Он также планировал различные, казалось бы, безобидные розыгрыши, которые могли быстро стать смертельными.
     Например, однажды он положил змею на стол Ю Ченняня. В другой раз он умышленно уронил обед принца на землю, зная, что у девятого принца нет ни еды, ни одежды, но он намеревался сохранить часть своего обеда, чтобы передать его свергнутой императрице позже.
     Самый отвратительный инцидент произошел, когда из-за красивой и хрупкой внешности Ю Ченняня сын премьер-министра, который часто посещает всевозможные бордели, однажды заставил людей удерживать его, в то время как евнух изобразил за его спиной неприличные действия.
     Для него как для мужчины это было возмутительным позором.
     Это событие окончательно разозлило Ю Ченняна, который долгое время терпел. Он разыскал семью своей матери, семью свергнутой императрицы, при этом сохраняя свое тихое поведение. Когда пришли иностранные захватчики, несколько придворных генералов были последовательно побеждены, и Ю Ченнян, достигший к тому времени совершеннолетия, попросил отправить его к границе. Почти все думали, что он идет на смерть, но он прославился уже после своего первого боя. Он не только вернулся живым, но и принес голову принца-захватчика.
     Вначале Император был обеспокоен тем, что у этого сына были гнусные намерения, но Ю Ченнян всегда вел себя так, как будто он был мягким и безобидным. Он без шума вернул себе контроль над армией. Позже, когда их иностранные враги продолжали вторгаться, Императору ничего не оставалось, кроме как позволить ему снова сражаться. Ю Ченнян возвращался каждый раз с триумфом.
     Постепенно император признал, что его нелюбимый сын стал самым острым ножом, которым он владел.
     А через несколько лет нож уже не нуждался во владельце.
     Ю Ченнян пробился в столицу с армией, которую контролировал император. Он убил своих пятерых старших братьев и двух сестер, прежде чем взойти на престол.
     Конечно, он не забыл сына премьер-министра.
     Сначала он кастрировал мужчину, а затем оставил его на улице более чем на полмесяца холодной зимой, чтобы тот просил милостыню. После этого его обмороженное тело расчленили пятью лошадьми. Ю Ченнян даже скормил останки своей собаке. Его глубокая ненависть была очевидна.
     Но после этого роман обрел самостоятельную жизнь...
     Без ореола главного героя Ю Ченнян умер вскоре после этого, будучи укушенным ядовитой змеей, которую сын премьер-министра однажды спрятал в своем столе.
     Пройдя через воспоминания, Ши Цин совсем не удивился своей нынешней личности.
     Он был тем самым избалованным сыном премьер-министра.
     Поскольку его отец премьер-министр слишком могущественен, он с детства был избалован. Можно сказать, что во всей столице он самый богатый наследник.
     Ведь император даже принимал его, чтобы поесть вместе с ним, даже с принцами так не обращались.
     Денди было очень подходящим словом для описания его.
     В оригинальной сюжетной линии первоначальный владелец был злым.
     В то время как ему было всего 14 лет, он уже прогуливался по борделям, издевался над девятым принцем и играл с женщинами на улицах.
     Так как он родился преждевременно, он был относительно слаб и не мог заниматься боевыми искусствами, хотя ему уже было 14 лет. Так что он действительно просто прогуливался по борделям и флиртовал только с гражданскими девушками.
     Только когда ему исполнилось шестнадцать, он окончательно стал злодеем.
     Он проехал на своей лошади через многолюдный центр города и насмерть затоптал нескольких детей. Если гражданские девушки не хотели следовать за ним, он насильно похищал их и мучил со своими 'друзьями', пока они не умирали. Он намеренно приглашал ученых играть с ним и обманывал, чтобы они теряли все свои деньги. Затем он отрезал им руки в качестве уплаты за долги, разрушив их будущее.
     Он делал такие непростительные вещи только для собственного развлечения.
     Он был печально известен, но умудрялся держать свои действия в секрете от своей семьи. Император, конечно, знал, что он делал, но вместо того, чтобы наказать его, он послал людей, чтобы подзадорить его. В конце концов, чем ужаснее становился первоначальный владелец, тем больше контроля над ним имел Император. Он мог манипулировать премьер-министром, используя его любимого сына в качестве марионетки.
     Но прежде чем Император смог использовать это знание в своих интересах, Ю Ченнян ворвался в столицу, занял трон и подарил своему отцу быструю смерть.
     И теперь Ши Цин стал этим сыном.
     Юноша, который уже был печально известен в 14 лет. Маленький тиран, которого никто не осмеливался оскорбить.
     Он уже привык к тому, что каждый раз ему дают карту злодея, поэтому он опустил эту тему и прямо спросил Систему: [Какова враждебность Ю Ченняня?]
     Когда Система прыгнула в этот мир, она узнала, что хозяин снова получил задание сложности SSS, поэтому не осмелилась показать свое лицо. Теперь, когда она увидела, что Ши Цин не рассердился, она осторожно ответила: [Значение враждебности Ю Ченняня: 150/100]
     Ши Цин: [?]
     Ши Цин: [Может быть больше 100?]
     Система чувствовала себя немного виноватой: [Хм, в этом мире он как бы нетерпимый и мстительный.]
     Ши Цин: [Понятно.]
     Как только он прикрыл нос рукавом, чтобы встать с дивана, дверь открылась снаружи. Роскошно одетая женщина средних лет, которая в молодости была красавицей, встретила его улыбкой. Совершенно естественно она начала помогать Ши Цину одеваться.
     - На улице уже светло, молодой мастер Ши. Вы хотите хорошо провести время? Мне позвать несколько девушек, чтобы они сопровождали вас?
     - Нет, - Ши Цин зевнул, стоя с протянутыми руками, пока его одевали. Он лениво сказал, - я должен сегодня пойти в Императорский кабинет. Я приду поиграть вечером.
     - Тогда я скажу Цуй Цуй и остальным подождать вас.
     Мадам ответила радостно. Ее улыбка была искренней.
     Эти ребячливые юные мастера были их любимыми покупателями. Они были слишком молоды для чего-либо, кроме как обниматься и слушать музыку, но в то же время были очень щедрыми.
     Закончив одевать его, она пошла открывать окно.
     Как только окно открылось, внутрь ворвался холодный ветер. Ши Цин задрожал:
     - Почему на улице так холодно?
     - Я видела, как на улице идет снег.
     Снег?
     Ши Цин кое-что вспомнил.
     Разве не в первый день, когда выпал снег в том году, первоначальный владелец положил ядовитую змею на стол Ю Ченняня?
     Он зевнул и ушел, ничего не ответив мадам.
     Как только он спустился вниз, молодой слуга, наблюдавший за песнями и танцами, подошел к нему, чтобы поприветствовать его:
     - Молодой мастер, вы хотите поехать во дворец?
     Ши Цин подошел к зеркалу на стене и внимательно осмотрел себя.
     У него было хорошее лицо. Хотя он был молод, черты его лица были очень резкими. С легким наклоном подбородка его окружила аура испорченного и высокомерного человека.
     В бронзовом зеркале не было четкого отражения, но его кожа была явно очень белой.
     - Езжай на лошади в особняк и принеси мой плащ, красный.
     Этот слуга служил ему с детства. Ши Цин относился к нему снисходительнее, чем к другим. Он не мог не спросить:
     - Молодой мастер, я думал, вам не нравится этот цвет?
     Затем он увидел, как его мастер пнул его, как прежде:
     - Делай, как я говорю. Перестань говорить чушь.
     - Да, да. Этот слуга уйдет прямо сейчас.
     Молодой слуга быстро поклонился и убежал.
     Через полчаса Ши Цин в красном плаще сидел в карете, въезжая во дворец.
     Охрана Императорского дворца знала, кому принадлежит экипаж, и пропустила его, не останавливая.
     Как самый избалованный богатый наследник в столице, Ши Цин придерживался такого порядка.
     Он вышел из экипажа только тогда, когда был на крыльце. Он слегка приподнял подбородок и отказался ступать по заснеженной лестнице, как обычно. Он подозвал евнуха, чтобы тот отнес его к входной двери Императорского кабинета.
     В то утро там уже было несколько человек; всего пять. Ши Цин глянул мимо четверых из них и посмотрел на одного молодого человека.
     Он был одет в одежду, которая была старой по сравнению с одеждой его старших братьев. Шел снег, но его одежда была очень тонкой. Его длинные белые руки были слегка сжаты, а голова опущена, закрывая лицо. Любой мог видеть, что он был принцем с наименьшей поддержкой.
     - Ши Цин, ты пришел. Ты сегодня не опоздал.
     Первый принц поприветствовал его. Он наблюдал, как евнух осторожно опустил Ши Цина на расчищенную землю. Он подошел с веселым выражением лица:
     - Что случилось? Разве в Башне Жуйи не было весело?
     - Там были румяна и другие обычные товары. Конечно, это было не очень весело.
     Маленький хозяин, явно воспитанный в богатой семье, приземлился на землю. Он раскрыл руки, чтобы евнух смахнул остатки снега на его теле. Он слегка приподнял подбородок с брезгливым выражением на нежном лице:
     - Вчерашняя девушка якобы была их лучшей, но ее руки даже не такие мягкие, как мои. Я должен попросить Его Величество подарить мне красивую.
     Он казался щедрым по отношению к первому принцу:
     - Почему бы тебе не пойти со мной, я попрошу Его Величество подарить и тебе еще одну.
     Первый принц поспешно отказался. Он хотел улучшить мнение отца о нем, так как он мог осмелиться просить у него женщину в это время? Он заработал бы репутацию плейбоя!
     Только такой защищенный человек, как Ши Цин, осмелился бы обратиться к Императору с такой просьбой.
     Пока они разговаривали, третий принц в спешке подбежал. В руке у него была коробка для завтрака. Он немедленно направился к Ши Цину.
     - Ши Цин.
     Он не заметил, как скривилось лицо у старшего принца после его прибытия. Он отвел мальчика в сторону и прошептал:
     - Я нашел то, что ты хотел.
     - Ты сделал?!
     Ши Цин, казалось, закричал от волнения. Остальные принцы впились взглядом в третьего принца, угодившего Ши Цину.
     Только Ю Ченнян встретился взглядом с маленьким мальчиком, который оглянулся.
     На фоне сильного снегопада маленький мальчик, закутанный в красный плащ, невозмутимо посмотрел на Ю Ченняна яркими глазами. Затем он посмотрел на коробку для завтрака в руке. Его темные глаза были наполнены ожиданием.
     Сердце Ю Ченняна упало.
     Откровенный восторг Ши Цина ясно дал понять, что в коробке для завтрака было что-то, что должно было помучить его позже.
     Третий принц все еще тихо разговаривал с Ши Цином:
     - Я подержу его некоторое время. Просто отпусти его, когда захочешь.
     - Хорошо!
     Маленький мальчик взволнованно кивнул и ласково сказал:
     - Третий брат, в конце концов, лучший.
     Поскольку император дал ему особое разрешение, сын премьер-министра мог называть других принцев своими старшими братьями.
     - Со мной все будет в порядке.
     Прежде чем третий принц смог ответить и еще немного улучшить свои отношения с Ши Цином, Ши Цин уже выхватил у него коробку для завтрака и подошёл к Ю Ченняну.
     Третий принц все еще был ошеломлен, когда юноша подошел к Ю Ченняну. Ши Цин энергично поставил коробку с едой на землю, прежде чем высокомерно посмотреть на Ю Ченняня:
     - Третий брат хочет поговорить с тобой. Вам нельзя войти, пока вы, ребята, не закончите говорить.
     Третий принц: '...'
     Почему бы им просто не сказать прямо: 'Мы не позволяем тебе войти, потому что мы собираемся тебя разыграть'?
     Ю Ченнян молча посмотрел на замершего третьего принца, а затем на озорного Ши Цина, который всем своим видом выражал воодушевление.
     Он тихо опустил голову:
     - Хорошо.
     - Третий брат, он согласился. Быстро поговори с ним.
     Выражение лица мальчика стало еще более возбужденным. Он повернулся и побежал к дому. На полпути он остановился и побежал обратно, чтобы забрать коробку с едой с земли.
     Подняв его, он бросил бдительный взгляд на Ю Ченняня:
     - Ты не можешь войти, пока я тебе не скажу.
     Третий принц: '...'
     Теперь это не было большим сюрпризом, правда?
     Ю Ченнян поднял глаза и посмотрел на маленького мальчика, который вел себя гордо, как павлин. Он поджал губы:
     - Хорошо.
     Ши Цин был счастлив это слышать. Он вернулся внутрь с коробкой для завтрака.
     Евнух, который отвечал за его обслуживание, поспешил за ним:
     - Молодой мастер, пожалуйста, не бегите так быстро, вы можете упасть...
     Остальные принцы посмотрели друг на друга и последовали за ними.
     На какое-то время снаружи остались только третий принц и Ю Ченнян.
     Под сильным снегопадом они молча смотрели друг на друга.
     Ю Ченнян знал, что эти двое снова собирались подшутить над ним.
     Третий принц знал, что Ю Ченнян знал, что они планируют снова подшутить над ним.
     Как получилась такая ситуация.
     Они не сказали ни слова. Они просто стояли здесь и ждали, пока Ши Цин позовет их.
     Дул холодный ветер.
     В воздухе витало невыразимое смущение.

     Примечание к части
     *когда принцы обучались, обычно их сопровождали дети высокопоставленных чиновников. Я перевела их как "товарищи" (думала про "друзья" и "сопровождающие", но мне кажется это не то), если у кого-нибудь есть вариант получше, предлагайте.

Глава 2.

     Неловко стоя снаружи с третьим принцем, Ю Ченнян размышлял о том, что Ши Цин приготовил для него сегодня.
     Поскольку Ши Цин запретил ему заглядывать внутрь коробки для завтрака, было естественным предположить, что в ней не было ничего хорошего.
     Вероятно, это всего лишь несколько новых игрушек, которыми можно раздражать людей. Судя по защищающему отношению Ши Цина, третий принц определенно не дал бы ему ничего по-настоящему опасного.
     Глаза Ю Ченняна потемнели. Его сердце было холодным.
     Но что он мог сделать, даже если знает все это?
     Были времена, когда Ши Цин намеренно подшучивал над ним. Он мог ясно видеть ловушку, но у него не было другого выбора, кроме как войти внутрь.
     Если бы он не выставил себя дураком, как надеялись эти люди, он бы только усугубил ситуацию.
     Его мысли прервал испуганный крик из комнаты.
     Третий принц узнал голос Ши Цина. Он поспешно повернулся и вбежал внутрь.
     Ю Ченнян на мгновение задумался, прежде чем медленно последовать за ним.
     В комнате неподвижно стоял Ши Цин в своем красном плаще с бледным лицом. Его чернильные глаза округлились от страха, когда он смотрел на маленькую зеленую змею, ползущую к его ногам.
     Остальные принцы отошли как можно дальше. Рядом с ним был евнух, но он боялся потревожить змею, поэтому тоже не осмелился пошевелиться.
     Эта пара черных глаз заслезилась, когда Ши Цин увидел, что вошли двое мужчин:
     - Спаси меня, третий брат!
     - Не подходите сюда, ваше высочество! - прежде чем третий принц успел двинуться с места, евнух, который пытался увести зеленую змею, в спешке остановил его, - это зеленая бамбуковая змея, она очень ядовита!
     Как только эти слова прозвучали, третий принц немедленно отступил, не собираясь выходить вперед.
     Он тоже был сбит с толку. Он тихо спросил своего слугу:
     - Как это случилось?! Я сказал тебе найти обыкновенную змею!
     - Ваше Высочество, слуги поймали змею, которая не была ядовитой. Этот слуга видел собственными глазами, как черную змею кладут в коробку для завтрака.
     - У...
     Слезы маленького мальчика неудержимо текли. Он боялся пошевелиться, но тон его был как никогда высокомерен:
     - Все вы! Поторопитесь и уберите от меня эту проклятую змею!
     [Система, заставь эту змею ползти по мне.]
     Система послушно управляла зеленой бамбуковой змеей, побуждая ее высунуть язык и продолжить подъем. Она поднялась до плеча Ши Цина. Зеленая чешуя маленькой змеи очень выделялась на ярко-красной одежде.
     Теперь мальчик, казалось, был слишком напуган, чтобы даже дышать. Он больше не был высокомерен и начал тихо рыдать. Его белое и нежное лицо было полно страха.
     Евнух сбоку поспешил предупредить маленького хозяина:
     - Не плачь и не говори, маленький хозяин. Если ты не двинешься, она тебя не укусит.
     Поэтому маленький хозяин со слезами на лице не решился сдвинуться ни на дюйм.
     Но он не мог оставаться на месте вечно.
     Первый принц был хорошо защищен и поэтому мог сохранять спокойствие. Он сказал евнухам:
     - Поторопитесь и придумайте решение!
     Все евнухи вошли во дворец, чтобы служить, когда были детьми. Никто из них не умел ловить змей.
     Даже если они попытаются кинуть мышеловку или что-то в этом роде, если Ши Цин будет укушен в процессе, они не смогут искупить свои преступления, даже если им отрубят голову сотню раз.
     Это был тупик.
     Ши Цин: [Пусть змея заползет мне на лицо.]
     Первоначально тихая и неподвижная зеленая бамбуковая начала медленно двигаться. Она поползла к нежному лицу юноши.
     Присутствующие люди еще больше занервничали.
     Особенно третий принц. Он был тем, кто нашел эту змею для Ши Цина. Если бы Ши Цин умер здесь, он не смог бы избавиться от подозрений, которые на него возложили.
     Подождите минуту!
     Он подсознательно взглянул на Ю Ченняня, стоявшего позади него. Камень в его сердце медленно упал.
     Ю Ченнян был здесь.
     Если что-то пойдет не так со спасением Ши Цина, он сможет переложить всю вину на Ю Ченняня.
     Так было всегда. Четыре брата брали ответственность за все хорошее, но все плохое осталось Ю Ченняну.
     Даже если с Ши Цином действительно произойдет беда, как бы ни был зол его отец, он не принес бы в жертву принца, который достиг совершеннолетия.
     Но Ю Ченнян был другим. Их отец никогда не считал его сыном.
     Ю Ченнян, который был очень чувствителен к эмоциям других, естественно, не упустил злобный блеск в глазах своего третьего брата.
     Он не был дураком. После минутного размышления у него появилось приблизительное представление о плане третьего принца.
     Сердце Ю Ченняна упало.
     Если бы Ши Цин был убит этой ядовитой змеей, он определенно был бы обвинен.
     Ни один из братьев не посочувствовал бы ему.
     Если с ним случится беда, судьба его матери будет еще печальнее, а его сестра... В этом случае ее можно только пожалеть.
     Либо Ши Цин жив, и он жив.
     Либо Ши Цин умрет, но он тоже умрет.
     Ю Ченнян стиснул зубы и резко поднял голову, шагнув вперед. Он быстро протянул руку, затем точно и безжалостно схватил зеленую бамбуковую змею под ее головой, чтобы она не могла открыть пасть, и убрал ее с красного плаща юноши.
     Одним плавным движением он выбросил эту змею в окно.
     Зеленая змея дернулась после удара о землю и вскоре перестала двигаться.
     - Маленький мастер!
     - Ши Цин, ты в порядке? Давай, поднимем тебя.
     Как только опасность была устранена, принцы, которые раньше хотели быть где-нибудь еще, но не здесь, снова окружили его.
     Некоторые из них говорили с ложным беспокойством. Остальные помогли маленькому мастеру подняться.
     Те, кто не подошли к нему, ругали евнухов:
     - Что со всеми вами?! Как вы могли впустить ядовитую змею в Императорский кабинет?!
     Евнухи, убиравшие Императорский кабинет, быстро преклонили колени, чтобы просить пощады.
     Никто не осмелился сказать, что в Императорском кабинете змей не было, пока их кто-нибудь не принесет. Они просто умоляли сохранить свои жизни. Некоторые из них даже слишком сильно кланялись и вырубили себя.
     Маленький мастер Ши медленно поправлялся. Он отказался позволить другим помочь ему встать. Тот, кто осмеливался дотянуться до него, быстро получит по рукам. Был ли другой человек евнухом или принцем, не имело значения; удары предназначались для всех.
     Ю Ченнян стоял в стороне и смотрел, как мальчик, похожий на сердитого новорожденного котенка, всхлипывал и рычал:
     - Уходи! Уходи!
     - Никто из вас сейчас не пытался мне помочь! Теперь вы смеете беспокоиться обо мне?!
     Все принцы были несколько смущены. Евнух рядом с первым принцем быстро объяснил:
     - Маленький господин только что стоял спиной к старшему высочеству, так что вы, возможно, не видели этого, но он попытался броситься на помощь вам. Его остановили мы, слуги.
     Другой заговорил:
     - Да, маленький хозяин не должен неправильно понимать четвертое высочество. Если мы не остановим его, как могло четвертое высочество покинуть вас? Вы как родной брат Его Высочеству.
     Все евнухи, служившие принцам, знали, что маленький мастер Ши был тем, кому их хозяева должны были угодить. Они говорили от их имени, пытаясь унять гнев маленького хозяина.
     - Ваше Высочество также беспокоится о безопасности маленького мастера Ши. Если бы Его Высочество потревожило змею, она могла укусить маленького мастера.
     - Маленький мастер должен быстро встать. На земле слишком холодно.
     Но маленький мастер Ши не слушал их слова. Он яростно отбивал их протянутые руки:
     - Уходи! Уходи! Я не хочу никого из вас видеть!
     На его безупречно белом лице были слезы. Поскольку он был вне опасности, он снова воодушевился.
     - Где Ю Ченнян? Позови Ю Ченняня.
     Он привык к тому, что люди цепляются за каждое его слово, настолько, что ему было все равно, что он во дворце. Ю Ченнян все еще был сыном императора, но Ши Цин назвал его полное имя, как будто он был слугой.
     Все четыре принца были ошеломлены. В их глазах не было ничего хорошего, когда они смотрели на Ю Ченняна, который стоял далеко.
     Неужели они просто отдали этому парню возможность угодить Ши Цину?
     Какими бы холодными и пронзительными не были их взгляды, улыбки на их лицах были наполнены братской любовью.
     Первый принц был старшим братом, и он сориентировался первым. Его тон был добрым:
     - Девятый брат, ты боишься? Ши Цин зовет тебя.
     Ю Ченнян молча выступил вперед.
     Ледяные взгляды старших братьев впились ему в спину.
     Казалось, что они без колебаний устранят этого нарушителя, как только Ши Цин проявит к нему хоть малейший намек на благосклонность.
     Четырех принцев успокоил тот факт, что, хотя Ю Ченнян действовал раньше, он по-прежнему оставался глупым и безмолвным человеком.
     Он не воспользовался этой возможностью улучшить отношения с Ши Цином и не успокоил напуганного юношу. Он просто стоял перед Ши Цином, как статуя.
     Он даже не сел на корточки. Ши Цин, который все еще сидел на земле, должен был задрать голову, чтобы взглянуть на него.
     Никто никогда раньше не осмеливался так относиться к Ши Цину.
     Как будто этот человек больше не хотел жить.
     Принцы, которые прикидывались мертвыми, выбросили из головы тот факт, что он спас Ши Цина. Все, что оставалось, - это ожидание хорошего шоу.
     Конечно же, Ши Цин, который очень плохо переносил обиды, разозлился.
     - Почему ты стоишь, хотя такой высокий?! Спускайся сюда!
     Итак, молодой человек, которому было всего 17 лет, который никогда не ел полноценно, но все же был выше своих братьев, тихо присел на корточки, так что он был на уровне глаз с мальчиком.
     У него не было никаких надежд, что Ши Цин поблагодарит его, точно так же, как он не ожидал, что Ши Цин пожалеет о своей шутке.
     Конечно же, первое предложение из уст молодого человека было укоряющим:
     - О чем ты думаешь? Если бы не ты, меня бы не попыталась укусить змея!
     Остальные принцы сразу расслабились.
     Очевидно, Ши Цин был слишком высокомерным, чтобы придираться к себе. Маленький мастер свалил всю вину на Ю Ченняня.
     Ши Цин все еще не закончил:
     - Не думай, что ты спас меня потому, что ты убрал эту змею. Зачем мне бы нужна была змея, если не ты?! Если бы ты не поймал эту змею, я бы не испугался?!
     Очевидно, что в его логике не было ничего плохого.
     Это было всего лишь перепутанной причиной и следствием.
     Но другие принцы закрыли глаза на это и начали вместе ругать Ю Ченняня.
     - Правильно, девятый брат! Это все твоя вина!
     - Успокойся Ши Цин, не сердись больше. Вставай скорее. Разве ты не говорил, что тебе понравилась моя нефритовая тыква? Я попрошу кого-нибудь принести её тебе через минуту, чтобы успокоить твои нервы.
     Ю Ченнян молчал, сохраняя прежнюю позу. Он наблюдал, как юноша продолжал устраивать истерику и отказывался вставать, хотя все его терпеливо уговаривали.
     На маленьком мальчике все еще был красный плащ. Красная ткань делала его кожу еще более белой и нежной. Пара белых рук небрежно отталкивала людей, которые хотели ему помочь.
     - Я остаюсь здесь! Я хочу поговорить с Его Величеством! Его Величество попросил меня учиться в Императорском кабинете и сказал, что даже если я не являюсь принцем по имени, меня, по крайней мере, можно считать наполовину принцем. Как можно так обращается с принцем?! Если бы мне не повезло, я бы умер прямо сейчас.
     Он был своевольным и молодым. С детства он получал все, что хотел, поэтому никого не удивило, что он поднял такой шум в данный момент.
     Однако третий принц был весь напряжён.
     Если бы Ши Цин действительно привлек внимание Императора, тот факт, что зеленая бамбуковая змея была принесена им, был бы раскрыт.
     Он поспешно подтолкнул молчаливого Ю Ченняня:
     - Девятый брат, почему ты молчишь? Поторопись и извинись перед Ши Цином.
     Остальные принцы согласились.
     - Правильно, девятый брат, извинись перед Ши Цин.
     - Теперь ты почти взрослый мужчина, так как же ты можешь быть таким скучным? Если бы не ты, как бы Ши Цин мог оказаться в такой опасности?
     Он явно не сделал ничего плохого. Сцены, когда спасителя обвиняют те, кто ничего не сделал, чтобы помочь, было достаточно, чтобы кто-нибудь пожалел Ю Ченняня.
     Сам Ю Ченнян даже не расстроился. Он давно привык к такому.
     Высокий девятый принц смиренно склонил голову и послушно извинился:
     - Извини. Это моя вина.
     - Это все?
     Увидев, что он поклонился, испорченный высокомерный мальчик поднял нос еще выше.
     Он холодно фыркнул:
     - Все, уйдите с моей дороги. Я не хочу, чтобы мне помогал евнух, я хочу, чтобы он помогал мне.
     Он хотел, чтобы принц выполнял работу евнуха.
     Очевидно, это было сделано для того, чтобы унизить Ю Ченняня.
     Но ни один из его братьев не выступил от его имени. Они просто стояли и насмехались над ним.
     Маленький мастер расстроился, когда увидел, что Ю Ченнян не двигается.
     Его нога вытянулась, чтобы пнуть его:
     - Почему ты не двигаешься? Поторопись, отнеси меня в комнату. Мне нужно переодеться, я испачкался, посидев на этом грязном полу.
     Ши Цина баловали и лелеяли с детства. Слуги повсюду носили его до пяти лет. Как будто его ноги никогда не касались земли. Естественно, его ноги были легкими и не особо сильными.
     Словно котенок ударил Ю Ченняня мягкими подушечками на лапке. Было совсем не больно, но немного зудело.
     Ю Ченнян не очень рассердился.
     Он давно привык к чужому высокомерию. По его мнению, до тех пор, пока они не пытали его и не урезали его еду, он мог терпеть любые словесные оскорбления.
     Он в молчании преклонил колени и послушно положил руки на талию Ши Цина.
     Ю Ченнян замер, как только прикоснулся к Ши Цину.
     До этого Ши Цин и другие принцы никогда не хотели вступать с ним в физический контакт.
     Они подшучивали над ним и намеренно дразнили его, но все они также презирали его.
     Кроме того, его мать тоже не была его биологической матерью, и он слишком рано стал взрослым. Естественно, он никогда не мог вести себя как младенец на руках у матери.
     Никто из окружающих его людей не испытывал к нему искренних чувств. Поскольку его не одобряли, у окружающих были только холодные слова и жестокие поступки для него.
     Таким образом, это был первый раз, когда он был так близок с кем-то, с тех пор как он помнит себя.
     Первое, что он заметил, было то, насколько мягким был Ши Цин.
     Его тело было мягким и нежным. За ним тщательно ухаживали и баловали на протяжении всей его жизни.
     Во дворце Ю Ченнян однажды увидел помет котят, рожденных кошкой наложницы. Проходя мимо, Ю Ченнян заметил котят, перенесенных на солнце дворцовой горничной. Золотой солнечный свет сиял на их белом пушистом мехе, создавая впечатление, будто они светятся изнутри.
     Они тихонько мяукнули, перекатывались и ползали в своем удобном гнезде. Может быть, они знали, что о них кто-то заботится, и часто мяукали, чтобы привлечь внимание.
     Ю Ченнян, который в то время был еще ребенком, был очарован этим зрелищем.
     Он впервые видел таких хрупких и слабых существ.
     Он не мог не задаться вопросом, что было бы, если бы он мог их коснуться.
     Но он простоял там неподвижно полчаса, пока теплое солнце не стало палящим, и тогда дворцовая горничная унесла в дом котят. У него никогда не было возможности прикоснуться к ним так, как он хотел.
     После этого его приемная мать серьезно заболела. Его каждый день передавали между евнухами и дворцовыми горничными. Ему также приходилось иметь дело с издевательствами над ним старших братьев и холодным отношением слуг к нему. Он был слишком занят, чтобы снова думать о котятах.
     Теперь, чувствуя мягкость под его пальцами, Ю Ченнян сделал для него что-то очень нехарактерное. Он начал мечтать.
     Это то, что чувствуешь, когда трогаешь котенка?
     Мягкий, милый, обаятельный.
     Затем Ши Цин, к которому он прикоснулся, продемонстрировал свои свирепые когти и острые зубы:
     - Перестань стоять и неси уже меня!
     Ю Ченнян опустил глаза и скрыл свои мысли. Он молча поднял мальчика.
     Чем больше он держал его в руках, тем очевиднее становилось это чувство.
     Тело Ши Цина было настолько мягким, что никакие слова не передавали этого. Как будто у него не было костей. Он был нежным, мягким и очень легким.
     Он также, казалось, очень гордился тем, что его обслуживал принц. Ши Цин приподнял подбородок, на его нежном лице было видно, что, по его мнению, такое обращение с ним было естественным.
     - Я позволю Ю Ченняну служить мне, пока я переодеваюсь внутри. Вам, ребята, не обязательно приходить.
     Все в комнате кивнули с улыбкой.
     Они вели себя так, как будто принц служил своему подданному - это нормально.
     Ю Ченнян тоже не показал унижения на лице.
     Он просто держал мягкого юношу, шагая к внутренним покоям большими шагами.
     В задней части Императорского кабинета были дополнительные комнаты, в которых принцы обычно могли переодеться из испачканной чернилами одежды. Иногда, когда они уставали, они могли поспать там некоторое время.
     У всех принцев были свои комнаты, в том числе у Ю Ченняня. Но хотя его комната имела такую же планировку, как и у его братьев, в ней почти не было одежды.
     Само собой разумеется, что у Ши Цина тоже была своя комната. Сразу после входа в роскошно обставленную комнату стало очевидно, как много времени и денег было потрачено на меблировку.
     Земля была покрыта пушистым ковром. На кровати стояла небольшая курильница.
     Все в Императорском кабинете знали, что Ши Цин любит ароматы.
     Днем он сказал евнухам поставить курильницу на кровать, чтобы аромат благовоний пропитал постельное белье.
     Это была странная привычка, но никто не осмеливался обвинить его в женственности.
     Ю Ченнян молча положил юношу с рук на кровать.
     Ши Цин устроился на кровати и пихнул ногой принца. Его голос был испорчен:
     - Сними мои носки. Я больше не хочу переодеваться. Я был сильно напуган и теперь хочу спать.
     Он просил принца снять обувь и носки. Очередное унижение.
     Но Ю Ченнян остался равнодушным.
     Он покорно сел на кровать и нежно схватил юношу за щиколотку.
     Юноша дернулся и замер от его прикосновения.
     Конечности Ши Цина были узкими, но на его лодыжке было немного больше мяса. Но поскольку он был таким маленьким, это привело к нынешней ситуации.
     Лодыжка, которую держал Ю Ченнян, была маленькой и нежной, с небольшим количеством мяса на ней.
     Ю Ченнян медленно снял с маленького мастера туфли.
     Ши Цин был подростком и имел стройное телосложение. Естественно, туфли у него были небольшие.
     Его ноги никогда не наступали на землю снаружи. Евнух прошел даже по ступеням Императорского кабинета. Императорский кабинет был местом, которое дворцовые слуги подметали по несколько раз в день. Подошвы его туфель были не такими грязными, как раньше предполагал юноша. На самом деле они были очень чистыми.
     Если подошвы обуви были чистыми, носки внутри были безупречными.
     Ю Ченнян взял молодого человека за лодыжку и повернулся, чтобы посмотреть на него.
     Ши Цин увидел, что он оглядывается, и гордо приподнял подбородок. Он высокомерно ударил ногой по руке Ю Ченняня:
     - Чего ты ждешь? Ты думаешь, я грязный или что-то в этом роде?
     Его выражения и слова вызывали раздражение, но из-за понятного высокомерного характера Ши Цина и мягкости его руки Ю Ченнян не сердился.
     Он медленно стянул белые носки.
     Ши Цин подумал, что он двигается слишком медленно. Он поднял фарфоровую ногу и пнул молодого человека.
     Нога была маленькой и нежной, а стопы изящными. Таким образом, от удара глаза Ю Ченняня только потемнели.
     [Динь! Значение враждебности Ю Ченняна: 145/100]

Глава 3.

     Ю Ченнян закончил снимать носки Ши Цина.
     Он также молча помог ему снять красную одежду, обнажив стройную фигуру внутри.
     Избалованный молодой мастер нырнул в постель, пока не выглянуло только маленькое белое личико. Его длинные ресницы слегка завились, но он отказывался закрывать глаза.
     Он не отпустил Ю Ченняня, и Ю Ченнян тоже не двинулся с места. Он просто сидел у кровати с опущенными глазами, как кусок дерева.
     Посмотрев на него в течение нескольких секунд без ответа, Ши Цин был недоволен. Две бледные ноги вышли из-под постельного белья, чтобы ударить Ю Ченняня.
     Когда Ю Ченнян посмотрел на него, молодой мастер был, наконец, удовлетворен. Он убрал ноги и приподнял подбородок:
     - Я собираюсь спать. Спой что-нибудь для меня. Я хочу послушать красивую песню.
     Петь могла только куртизанка.
     Просьба Ши Цина поистине попирала гордость Ю Ченняня как принца.
     Ю Ченнян, который безропотно выполнял все его приказы прежде, не мог сделать то же самое на этот раз. Он слегка нахмурился. Пара темных глаз бесстрастно посмотрела на Ши Цин.
     Он родился с хорошими чертами лица, но его пустой взгляд все еще заставлял других чувствовать себя неловко.
     Когда несколько слуг во дворце, которые намеренно связались с Ю Ченняном, действительно разозлили его, этого выражения было достаточно, чтобы они поспешили прочь.
     Никто никогда не говорил ему резких слов или дисциплинировал Ши Цина с тех пор, как он был молод. Это был первый раз, когда кто-то обратил такое внимание на него.
     Белое и нежное лицо молодого мастера стало немного робким. Пара круглых глаз, которые отказывались признать поражение, расширились, чтобы выглядеть более устрашающе. Его нежные губы были плотно сжаты, и он спрятался за угол стеганого одеяла.
     - Я-я сказал тебе спеть!
     Он, очевидно, напуган, но сделал такой жестокий вид.
     Но Ю Ченнян знал, что из того, что он расстроит Ши Цин, ничего хорошего не выйдет.
     С этой мыслью Ю Ченнян медленно опустил голову. Его голос был глубоким и низким:
     - Я не умею петь.
     - Почему ты такой бесполезный?! Ты даже не можешь спеть короткую песню.
     Увидев, что его пугающий взгляд исчез, храбрость Ши Цина, казалось, вернулась. Он хмыкнул, снова ударив ногой по ноге Ю Ченняня.
     Он был не очень силен, и его ноги были мягкими и белыми. Нежное мясо почти не могло причинить вреда. Ю Ченнян прямо сделал вид, что ничего не заметил. Он просто сидел и позволял маленькому мастеру выразить свой гнев.
     Уже после десяти ударов молодой мастер утомился.
     Белое лицо слегка покраснело от его недавних усилий. Его дыхание тоже было немного неровным. И все же он с триумфом взглянул на Ю Ченняня. В результате, когда он увидел равнодушное выражение лица молодого человека, Ши Цин взорвался от смущения.
     - Что ты ешь весь день?! Твоя плоть такая твердая, что я даже не могу ее пнуть!
     Он был похож на маленького котенка, который пытается кого-то поцарапать, но обнаруживает, что у него недостаточно острые когти. Он обиженно мяукнул и закатил истерику.
     - И ты даже не можешь спеть песенку! Твое тело тоже такое твердое! Почему ты такой бесполезный!
     Его слова не были оскорбительны для Ю Ченняна, который с раннего возраста привык к худшему.
     Молодой человек даже подумал, что было неплохо слушать, как Ши Цин ругает его. По крайней мере, у него приятный голос, и его слова были совсем не страшными. Его удары тоже не могли повредить. Это было лучше, чем поддразнивание и унижение со стороны его императорских братьев.
     У всех его братьев есть товарищи по учебе, и, естественно, есть и у него, но этот человек не любит его, и несколько раз его императорские братья часто нацеливались на него. Каждый раз, когда они идут в класс, они сознательно задают ему несколько вопросов, чтобы он ответил.
     Если ты не сможешь ответить, товарищ будет наказан за принца.
     Хотя Ю Ченнян не был излюбленным принцем, товарищ по чтению, данный ему, был сыном высокопоставленного чиновника. Как он мог принимать такое наказание изо дня в день? Постепенно он перестал приходить, постоянно извиняясь, чтобы ему не приходилось посещать занятия и терпеть побои из-за Ю Ченняня.
     Без его товарища вместо этого наказывали бы Ю Ченняня.
     Его наставники никогда не проявляют к нему милосердия. В конце концов, у большинства из них были какие-то связи с другими принцами. У них определенно не было высокого мнения о Ю Ченняне, наименее любимом принце. Если бы один из других принцев потребовал этого, они бы даже приложили все свои силы для своих ударов.
     Поэтому, в то время как Императорский кабинет был местом, где учились другие принцы, но это был ад для Ю Ченняня.
     Независимо от сезона, он принимал на себя всю тяжесть наказаний. Холодной зимой его били, пока руки не покраснели и не опухли от обморожения. Его даже заставляли переписывать книги. Только он был вынужден писать и писать до рассвета.
     По сравнению с этими переживаниями слова Ши Цина ничего не значили для него.
     Евнух, служивший снаружи, услышал, как маленький мастер внезапно повысил голос. Он волновался, что что-то случилось в комнате, поэтому поспешил к двери и поклонился, как креветка:
     - Молодой мастер, вы звали этого слугу?
     - Да!
     Маленький мастер сердито ответил. Ши Цин яростно оскорблял Ю Ченняня, но не получил никакого ответа. Он уставился на Ю Ченняня, лицо которого было совершенно спокойным. Ши Цин неохотно уткнулся в одеяло.
     - Заходи.
     Евнух немедленно открыл дверь. Он склонил голову и почтительно вошел.
     Затем он услышал ленивый голос маленького мастера:
     - Я собираюсь спать. Спой мне песню.
     - Конечно.
     Евнух тут же открыл рот и умело запел. Очевидно, это был не первый раз, когда он делал это.
     Ю Ченнян только после этого вспомнил шутку, которую его императорские братья в прошлом рассказывали о Ши Цине. Он был большим ребенком, потому что ему нужен был кто-то, кто спел бы ему, чтобы он уснул.
     Понимая, что Ши Цин нацелился не на него конкретно, Ю Ченнян в глубине души стал относиться к этому двояко. Он просто сидел молча.
     Евнух какое-то время пел, но маленький мастер, который должен был спокойно заснуть, нахмурился и копошился под одеялом.
     Со своего угла Ю Ченнян мог видеть, как Ши Цин уткнулся лицом в одеяло.
     Через несколько минут беспокойный молодой человек в одеяле сел с лицом, полным несчастья. Он не был доволен.
     - Разве вы не принесли жаровню с углем? - он сварливо спросил, - почему так холодно?!
     Евнух, который служил ему, быстро перестал петь и осторожно ответил:
     - Молодой мастер, жаровня всегда была здесь. Я попросил кого-нибудь принести немного высококачественного красного шелкового угля. Он горит уже какое-то время.
     - Но в этой комнате совсем не тепло, - Ши Цин снова лег, недовольно продолжив, - я пролежал здесь долгое время, но мои ноги все еще холодные.
     - Этот слуга может принести вам грелку.
     - Я не люблю их использовать. Я могу обжечься.
     Этот избалованный маленький мастер нуждался в довольно тщательном уходе.
     Его круглые черные глаза блуждали по комнате. Казалось, они остановились, когда упали на Ю Ченняня. Его глаза загорелись, когда он отдал приказ Ю Ченняну:
     - Ты! Сядь рядом со мной.
     Ю Ченнян молча сел рядом.
     - Ближе! Я не собираюсь съесть тебя или что-то в этом роде?!
     Ши Цин не был удовлетворен тем, как далеко он сидел. Он проворчал, катаясь, закутавшись в одеяло, как детеныш тутового шелкопряда, подползая в направлении Ю Ченняня.
     Когда он почувствовал, что находится достаточно близко, Ши Цин удовлетворенно приподнял губы:
     - Такой большой парень, как ты, не должен бояться холода, верно? Помоги мне согреть ноги.
     Сказав это, молодой мастер вытянул свои белые ноги и погрузил их под одежду Ю Ченняня, не дожидаясь ответа. Его ноги теперь прямо касались талии молодого человека.
     Когда тело Ю Ченняня согрело его холодные ноги, дискомфорт и неудобство на его лице немного отступили.
     Ю Ченнян по-прежнему не проявлял никаких признаков сопротивления. Он слегка повернулся и посмотрел на юношу. Из-под одеяла торчала только его маленькая голова.
     На самом деле в этой комнате было уже очень тепло, по крайней мере, по сравнению с Императорским кабинетом.
     Из-за своего статуса Ю Ченнян никогда не мог получить свою долю древесного угля. Он отправлял все, что получал, своей прикованной к постели приемной матери.
     Поэтому в его доме почти всегда была такая же температура, как на улице. К тому же дом изначально не часто попадал на солнце. Каждую ночь его кровать казалась ледяной.
     Но здесь Ши Цин жаловался на то, что здесь недостаточно тепло, в такой уютной комнате, как эта, с множеством теплых одеял, которые заранее подогревали слуги.
     Этот избалованный мальчик никогда не был удовлетворен.
     После того, как его ноги больше не были холодными, благодаря Ю Ченняну, он начал жаловаться на то, что его лодыжки были слишком обнажены в этом положении.
     Евнух осторожно принес одеяло из кроличьего меха, чтобы прикрыть щиколотки Ши Цина, но его отругали.
     Если маленький мастер будет недоволен, он обязательно выйдет из себя.
     - Почему в этой комнате только одна жаровня с древесным углем? У меня дома их три.
     Евнух поспешил дать объяснение:
     - Молодой мастер, в этом году было произведено меньше красного шелкового угля, поэтому количество, которое можно использовать, регулируется. В вашей комнате можно использовать только одну. Даже в комнате Его Высочества есть только один.
     - Вы пытаетесь заставить меня умереть от холода?! Дома мне никогда не бывает так холодно!
     Его отец принадлежал к аристократической семье, насчитывающей сотни лет. Ши Цин был его единственным сыном, поэтому, естественно, ему была предоставлена вся роскошь, которую они могли предложить.
     У принцев могло быть только определенное количество красного шелкового угля, но Ши Цин мог иметь столько, сколько хотел.
     Евнух быстро предложил:
     - Как насчет этого? Этот слуга пойдет и спросит, не могли бы принцы сэкономить немного угля, чтобы молодой мастер мог спокойно спать?
     - Ни за что!
     Ши Цин прервал его, даже не подумав. Его лицо сморщилось от гнева:
     - Никто из них не пришел помочь, когда эта змея была на мне. Я тоже их проигнорирую.
     Маленький мальчик фыркнул, снова забрав ноги под одеяло. Он посмотрел на Ю Ченняня:
     - Из-за тебя меня чуть не укусила змея, поэтому ты должен мне компенсировать мои страдания. Иди сюда и спи со мной.
     Ю Ченнян был слегка шокирован.
     Услышав приказ отнести Ши Цина в его комнату, он сразу подумал, не придумал ли Ши Цин какой-нибудь новый трюк, чтобы издеваться над ним.
     В результате ли Ши Цин просил его поспать с ним?
     Может быть, потому, что удивленные глаза его не удовлетворили, молодой мастер поджал губы. Он вскочил и схватил Ю Ченняня за руку, намереваясь затащить его на кровать.
     Его цель не сдвинулась ни на дюйм.
     Ши Цин был ошеломлен.
     Он посмотрел на него своими круглыми черными глазами. Он посмотрел на свои руки, а затем на Ю Ченняня, который был застигнут врасплох, но остался неподвижным. Его лицо стало злым.
     Мягкий голос молодого мастера был полон гнева:
     - Я сказал, иди сюда!
     Ю Ченнян:
     - Учителя накажут меня, если не увидят меня.
     - Какая разница, увидят они тебя или нет? Ты просто пропускаешь пару занятий. В любом случае ты ничему не научишься у этих скучных придурков.
     Ши Цин фыркнул и обратился к евнуху, который все еще ждал:
     - Иди и скажи учителям, что я плохо себя чувствую. Обо мне заботится девятый принц. Мы просим прощения за свое отсутствие сегодня.
     Евнух почтительно удалился:
     - Да.
     Когда он вышел на улицу, он точно передал слова Ши Цина наставнику.
     Учитель согласно кивнул. Он не спрашивал, зачем такому товарищу по чтению, как Ши Цин, нужен принц, который позаботится о нем, когда он плохо себя чувствует.
     Не секрет, что Ши Цин занимал в сердце Императора положение выше, чем его собственные сыновья. Учитель был бы безумен, если бы подумал о том, чтобы оскорбить Ши Цина.
     Ни один из других принцев также не выразил несогласия.
     Ши Цин любил затаить обиду. Только что его чуть не укусила ядовитая змея, и поэтому они решили, что он целенаправленно решил унизить виноватого Ю Ченняна.
     Что означали пустые слова о его плохом самочувствии? О том, что Ю Ченнян заботится о нем?
     Из-за вспыльчивости Ши Цина он, вероятно, обдумывал способы отомстить Ю Ченняню.
     Все они знали это в глубине души, но никто из них не послал никого для расследования.
     Тем временем Ю Ченнян, которого, как все думали, пытали или издевались над ним, лежал под мягким одеялом в теплой комнате.
     Маленький мальчик, который изначально был в одеяле, почувствовал тепло, исходящее от него, и, наконец, перестал шуметь.
     Он комфортно закрыл глаза и втиснулся в объятия Ю Ченняня, как будто в этом не было ничего плохого.
     Это был первый раз в воспоминаниях Ю Ченняня, когда ему пришлось лежать в такой комфортной обстановке.
     Воздух был теплым, в комнате было чисто, и он даже чувствовал запах молока.
     Запах исходил не от постельного белья или курильницы. Это был запах маленького мальчика, удобно лежащего в его руках.
     Похоже, он очень любил пить молоко. Может быть, из-за его любви к молоку его кожа была такой белой, нежной и пахла молоком.
     Пока белый и нежный молодой мастер засыпал, его ноги все еще были беспокойны. Он закрыл глаза и прижался носом к источнику тепла и не остановился, пока не коснулся Ю Ченняня.
     Ю Ченнян, казалось, теперь обнимал его.
     Юноша в его руках был мягким и нежным. Он не осмелился сдвинуться ни на дюйм. Казалось, малейшее движение повредит гордому, но хрупкому существу в его руках.
     В глубине его сердца было странное чувство. Он чувствовал себя так, словно котенок тянулся к нему лапками, но без использования когтей.
     Это не больно. Просто немного чесалось. Но он уже с нетерпением ждал, когда он снова прикоснется к нему.
     В такой комфортной атмосфере Ю Ченнян медленно закрыл глаза. Впервые на своей памяти он заснул спокойно.

     Примечание к части
     Ши Цин, прошло всего ничего, а ты уже забрался в постель главного героя! Ну имей совесть! (⁀ᗢ⁀)

Глава 4.

     Снаружи тихо шел сильный снегопад. Растаявшие снежинки медленно капали, словно шел дождь.
     В комнате стоял легкий аромат. Теплая и толстая постель успокаивала Ю Ченняня, и в его руках была даже небольшая, мягкая и нежная грелка.
     Даже когда Ю Ченнян проснулся, он думал, что все еще спит.
     До сих пор он испытывал такой комфорт только во сне.
     Он слегка пошевелил рукой и почувствовал мягкость хлопка под руками. Ю Ченнян слегка опустил голову и увидел, что Ши Цин спокойно спит рядом с ним.
     Лицо спящего мальчика покраснело. Умные черные глаза, которые высокомерно смотрели на всех в открытом состоянии, теперь были скрыты под веками с длинными ресницами.
     Судя по одному этому моменту, он казался послушным ребенком.
     Естественно, Ю Ченнян знал, что это не так.
     Когда Ши Цин открывал глаза, он снова становился легко провоцируемым молодым мастером, который смотрел на него сверху вниз и подшучивал над ним.
     Над ним издевались с детства, но он не питал никаких чувств к своим мучителям.
     В характере Ю Ченняня было гордиться, и для него эти люди не заслуживали даже его ненависти.
     Он был подобен ядовитой змее, тихо прячущейся в темноте, ожидая возможности убить тех, кто встанет у него на пути.
     Но он не чувствовал ничего, даже счастья или вины, когда они умерли. Они не стоили усилий с его стороны.
     Ши Цин когда-то был таким же в глазах Ю Ченняня.
     Но теперь, глядя на покрасневшее лицо маленького мальчика и теплое дыхание, которое мягко ложилось на его руку с каждым вдохом Ши Цина, сердце Ю Ченняня было странно сложным.
     Он был таким гордым, но таким хрупким.
     Он был похож на котенка, которого когда-то он хотел завести, но не мог.
     [Динь! Значение враждебности Ю Ченняна 142/100]
     Молодой человек почувствовал, как мальчик в его руках слегка пошевелился. Эти нежные губы тоже шевелились, как будто он ел что-то вкусное во сне. Его красивые завитые ресницы тоже слегка дрожали.
     Ши Цин начинал просыпаться.
     Ю Ченнян закрыл глаза, как будто он все это время спал.
     Тело в его руках становилось все более и более активным. Он чувствовал, как Ши Цин крутится и вертится в его руках в полусне. Он невнятно бормотал.
     Через некоторое время молодой мастер проснулся. Он откинул одеяло и зевнул.
     В следующую секунду Ю Ченнян почувствовал, как мягкие ступни Ши Цина снова и снова пинали его по талии, как будто щекоча его.
     Голос молодого мастера, который только что проснулся, был все еще немного липким, а тон его был таким же высокомерным, как всегда:
     - Эй! Почему ты все еще спишь, вставай!
     Ю Ченнян послушно открыл глаза.
     Ши Цин, который уже сел, выглядел так, как будто выспался. Когда он увидел просыпающегося Ю Ченняня, он приподнял подбородок и фыркнул. Выражение на его нежном лице говорило: 'Ты хорошо поработал, служа мне. Этот молодой мастер очень доволен'.
     - Похоже, что от тебя еще есть какая-то польза. Ты не так раздражаешь, как говорят. Когда я в следующий раз я решу вздремнуть днем, ты согреешь мою постель.
     С таким властным тоном он, очевидно, не собирался давать Ю Ченняну шанс отказаться.
     Ю Ченнян тоже не хотел отказываться.
     По сравнению со своими императорскими братьями, он бы предпочел быть с этим избалованным молодым мастером.
     После того, как он отдал приказ, молодой мастер Ши позвал евнуха.
     Ю Ченнян смотрел, как он стоит с раскинутыми руками, ожидая, когда евнух оденет его. Затем он снова сел на кровать, и евнух натянул ему носки и туфли.
     Ю Ченнян учел тот факт, что Ши Цин, вероятно, никогда в своей жизни самостоятельно не одевался. Может, он даже не знал, как это сделать.
     Когда они прибыли в Императорский кабинет, было уже далеко за полдень. Все принцы тепло и сердечно приветствовали Ши Цина. Один принц даже договорился принести ему успокаивающий суп, чтобы показать, какой он нежный и внимательный.
     Они молчаливо согласились не обращать внимания на того, кто стоял рядом с Ши Цином. Ю Ченнян слегка опустил голову, заставляя себя казаться меньше.
     Никто не спрашивал младшего брата, пострадал ли он от Ши Цина, у которого был плохой характер.
     Никто не возражал против того, что его с самого начала ошибочно обвиняли.
     Однако с этого дня Ши Цин, казалось, нашел новый способ игры с Ю Ченняном, который отличался от его обычных шуток.
     Он начал заставлять такого принца, как Ю Ченнян, выполнять обязанности скромного слуги.
     Например, Ши Цин приказал ему приходить каждый день пораньше, чтобы Ю Ченнян мог перенести его из экипажа в Императорский кабинет, когда он приедет. Раньше это делали евнухи.
     Ши Цин не хотел отпускать Ю Ченняна даже во время обеденного перерыва.
     Он заставил Ю Ченняна последовать за ним в его комнату, и, согласно информации, полученной принцами от евнухов, служивших Ши Цину, Ши Цин приказал Ю Ченняну петь, как куртизанка, и даже пинал его ногами.
     И после того, как несколько принцев подстрекали его, молодой мастер даже сказал, что хочет, чтобы Ю Ченнян с этого момента служил ему.
     Служил!
     Он хотел, чтобы Ю Ченнян был слугой!
     Он нисколько не потрудился скрыть свои намерения.
     По крайней мере, Ю Ченнян был принцем. Даже если его биологическая мать была скромного происхождения, а приемная мать (бывшая императрица) была свергнута, он все равно оставался принцем. Даже его собственные братья не осмеливась так обращаться с ним.
     Но это было не потому, что они боялись Ю Ченняна. Они боялись, что их отец не будет благосклонно относиться к этому. В конце концов, все они были членами императорской семьи. Другие виды издевательств можно было игнорировать, но никто не знал, рассердится ли их отец, если они будут обращаться со своим братом как с дворцовым слугой.
     Но теперь все принцы втайне надеялись на гнев отца. Тогда они могли бы воспользоваться возможностью, чтобы утешить Ши Цина после того, как его отругают.
     Так прошло пять дней, но император, который всегда знал все, что происходило во дворце, не сказал ни слова.
     И поэтому они восприняли его молчание как одобрение.
     Как и ожидалось, положение Ши Цина в сознании их отца было даже выше, чем у его сыновей.
     В то же время положение Ю Ченняня было даже ниже, чем они предполагали.
     Некоторые из принцев, которые раньше издевались над Ю Ченняном ради забавы, теперь еще хуже смотрели на своего младшего брата с этим откровением.
     За спиной у него не было мощной семьи по матери, и как человек он был скучен. Даже их отец не любил его. Возможность дразнить его - единственное, в чем была его польза.
     На шестой день, когда Ши Цин подъехал к ступеням Императорского кабинета в экипаже, он обнаружил, что молодой человек, который должен был ждать под крыльцом, стоит на снегу.
     Сапоги на его ногах были наполовину засыпаны снегом, а на теле был слой белого. Он явно стоял здесь какое-то время.
     Брови молодого мастера сразу нахмурились.
     Этот избалованный и защищенный мальчик распахнул дверь и спрыгнул.
     - Пожалуйста, будь осторожен, молодой мастер! Молодой мастер...
     Его действия напугали евнухов. Они внимательно следовали за Ши Цином, как будто он был ребенком, который только что научился ходить.
     - Уходи!
     Ю Ченнян смотрел на приближающегося Ши Цина издалека, как на маленького разъяренного льва, ревущего и демонстрирующего молочные зубы, чтобы отогнать людей, следующих за ним. Он нахмурился и подошел к нему с высоко поднятой головой, чтобы расспросить его.
     - Кто заставил тебя стоять здесь!
     Его естественно мягкий голос был повышен из-за его несчастья.
     Котенок сердито мяукнул, как будто обнаружил врага, вторгшегося на его территорию:
     - Разве они не знают, что ты должен нести меня в Императорский кабинет каждый день! Как я могу позволить тебе нести меня, когда ты в снегу!
     Ю Ченнян был ошеломлен.
     Он не ожидал гнева Ши Цина. Он предположил, что в соответствии с непостоянным характером молодого мастера, он просто переключится на евнуха, увидев покрытого снегом Ю Ченняна.
     Молодой мастер еще больше рассердился от его молчания:
     - Говори!
     Ю Ченнян:
     - Первый императорский брат сказал, что, поскольку я пропускал занятия в эти дни, я должен стоять в снегу в качестве наказания и размышлять над своими действиями.
     Котенок Ши надулся еще больше:
     - Кто не знает, что это я просил тебя сопровождать меня? Не собирается ли он действовать против меня?
     На самом деле нет.
     Старший принц просто искал хоть какой-нибудь повод, чтобы помучить его.
     Так было всегда. Кто угодно мог посмеяться над девятым принцем, за которым некому было присматривать.
     Темные глаза Ю Ченняня были устремлены на мальчика, который злился за его наказание.
     Он был так зол, что его личико покраснело, и, как детеныш животного, обнаруживший, что кто-то совершил набег на припасы, которые он так усердно собирал, он восхитительно зарычал от ярости:
     - Ты мой слуга! Что дает им право наказывать тебя?! Я сказал, что ты мой! Мой!
     Молодой мастер зло посмотрел на Ю Ченняня.
     - Ты тоже бесполезен. Ты был со мной уже несколько дней, но все равно позволяешь им унижать тебя!
     Евнухи осторожно подошли к нему, когда увидели, что он несколько успокоился:
     - Молодой мастер, не стойте в снегу. Ваши сапоги намокают.
     Эти слова только разозлили Ши Цина еще больше:
     - Спина Ю Ченняна покрыта талым снегом! Как он может меня нести! Что под этим подразумевает старший брат?! Я здесь, чтобы быть товарищем по чтению, а не чтобы надо мной издевались! Ю Ченнян нес меня несколько дней, так кого же он на самом деле преследует, наказывая его!
     Евнухи: '...'
     Эта логика была не совсем правильной.
     Но маленького мальчика, который всю жизнь баловали насквозь, не волновало, логично это или нет. Закончив свою тираду на одном дыхании, он развернулся и в ярости бросился в Императорский кабинет:
     - Я не уйду, пока не получу объяснений!
     Но прежде чем он сделал даже два шага, он оглянулся на Ю Ченняня, который все еще в нерешительности стоял на месте.
     - Ты что, дурак?! Иди за мной!
     Ю Ченнян сделал два шага вперед и чуть не упал из-за онемевших ног.
     Но он быстро поправился, как всегда.
     После трех шагов чувство онемения постепенно прошло.
     Четыре, пять, шесть...
     Он погнался за яркой фигурой в красном плаще перед ним. Его глаза загорелись, и его шаги стали легче.
     [Динь! Значение враждебности Ю Ченняна: 100/100]

     Примечание к части
     Ух, Ши Цин в ярости. Не стоит его злить, даже когда он играет милого котенка.

Глава 5.1

     Ши Цин яростно ворвался в Императорский кабинет, шокируя сидящих там принцев своим взволнованным и заснеженным видом.
     Маленький мастер привык, что его балуют. Они ни разу не видели на нем ни капли дождя с тех пор, как встретили его.
     Ежедневно министры, приходившие к воротам дворца, должны были оставлять свои экипажи и входить внутрь на своих двоих. Даже принцам не разрешалось пользоваться во дворце экипажем*.
     И хотя члены гарема могли, внутренний дворец был полностью отделен от остальных зданий. Если они хотели выйти, они тоже должны были идти пешком в соответствии с правилами.
     Во дворце, кроме Императора, сидевшего на троне, только Ши Цин мог оставаться в своем экипаже.
     Избалованный молодой мастер не преминул воспользоваться милостью, которую не оказали даже принцам. Поскольку Император разрешил ему оставаться в экипаже, он всегда ехал до Императорского кабинета. Затем он приказывал, чтобы кто-то нес его по ступеням.
     Естественно, он был гордым человеком. После событий, развернувшихся после поимки змеи, молодой мастер Ши стал еще более верен своей природе. В конце концов, подошвы этих синих облачных сапог, вышитых золотой нитью, все еще были безупречно белыми. Было ясно, что его ноги почти никогда не касались земли.
     Но теперь нерастаявшие снежинки заполнили нежные чернильные волосы маленького мастера и покрыли его красный плащ. Даже на его обычно белых туфлях были пятна от воды от наступления в снег.
     - Ши Цин? Почему евнухи не внесли тебя?
     Все принцы встали, тепло расспрашивая вошедшего мальчика. Первым заговорил старший принц. Он улыбнулся и тепло протянул руку, чтобы помочь стряхнуть снег с плаща.
     Но Ши Цин увернулся от его руки. Его круглые глаза были полны неудовольствия:
     - Старший брат, что ты делаешь?!
     Первый принц: '?'
     Первый принц:
     - Что я сделал?
     Ши Цина, казалось, это сильнее разозлило:
     - Если я тебе не нравлюсь, просто скажи это мне в лицо. Почему ты должен так оскорблять меня?!
     - Оскорблять? Этот принц... Как этот принц тебя унизил?
     Первый принц, внезапно получивший такое обвинение, был ошеломлен.
     Кто здесь не знал о статусе Ши Цина?
     Он не был глупым или сумасшедшим, так зачем ему оскорблять Ши Цина?
     - У тебя все еще есть смелость утверждать, что ты не знаешь?!
     Молодой мастер рассердился еще больше. Он повернулся и, подошел к двери. Он затащил Ю Ченняня, который стоял снаружи из-за того, что был мокрый от снега, в комнату и зашел обратно.
     - Кто не знает, что с недавних пор я хочу, чтобы он нес меня из экипажа? Как он должен меня нести, если ты позволил ему так долго стоять в снегу, что он промок!
     Первый принц: '...'
     Он просто издевался над Ю Ченняном. Но как Ши Цин неверно истолковал его действия?
     Даже если в его сердце топали десять тысяч разозленных лошадей, он знал, что не может позволить себе обидеть Ши Цина. Он заставил себя успокоиться и подавил гнев.
     С улыбкой на лице он дружески потянул Ши Цина за руку:
     - Ши Цин, я действительно ничего не имел в виду под этим. Просто в последнее время девятый брат лениво выполняет свою работу. Как его старший брат, я, естественно, жду от него лучшего, поэтому и наказал его. Если девятый брат не может нести тебя, как насчет того, чтобы я попросил евнухов сделать это вместо него?
     - Нет!
     Обычные люди знают, что нужно идти на компромисс, но молодому мастеру Ши так и не пришлось усвоить этот урок.
     Он отбросил руку первого принца, и его голос все еще был разозленным:
     - Эти евнухи не так хороши как Ю Ченнян. Они худые и неудобные, и от них ужасно пахнет. Мне это не нравится! Мне нужен Ю Ченнян!
     Это соответствует характеру молодого мастера.
     Если у него есть что-то лучшее, он никогда не согласится на худшее.
     Евнухи во дворце были для него не лучше обычных слуг за пределами дворца.
     Все они были кастрированы в молодом возрасте, когда начали свою карьеру служения другим. Им приходилось вставать рано утром и поздно ложиться спать. Их еда была не очень сбалансированной, поэтому все они были худыми.
     На их спинах были твердые мышцы. Не совсем удобная поверхность.
     Кроме того, большинство евнухов после кастрации страдали недержанием мочи. Если они не будут двигаться достаточно быстро, что-то неизбежно просочится наружу.
     Чтобы не оскорбить чувства своих хозяев, большинство евнухов покупали порошкообразные ароматы извне дворца, чтобы использовать для себя.
     За исключением евнухов, находившихся у власти, маленькие евнухи, как и ожидалось, были довольно бедны. Купленные ими духи были дешевыми товарами, которые должны были подавлять запах.
     Но, в конце концов, все было лучше, чем позволить хозяевам почувствовать этот неприличный запах.
     По этой же причине люди за пределами дворца называли евнухов наполовину женщинами. Они были такими ароматными, куда бы они ни пошли. С их точки зрения, это делало евнухов очень женственными.
     Но вернемся к главному. Ши Цин был товарищем по учебе принца, поэтому, конечно, он не приводил своих слуг. Вот почему он часто позволял евнухам нести его из экипажа.
     В прошлом молодой мастер Ши Цин терпел, потому что другого выхода не было. Но как он мог позволить нести себя евнуху после того, как Ю Ченнян в течение последних нескольких дней носил его?
     Он был очень неразумным и ругал первого принца:
     - Все знают, что Ю Ченнян помогает мне в последнее время. Наказывая его, ты наказываешь меня. С тех пор, как я стал твоим товарищем по учебе, мне приходилось каждый день входить во дворец на рассвете и возвращаться домой после захода солнца. Учитель даже ударил меня по руке из-за тебя! Я старался изо всех сил для тебя, но ты оскорбляешь меня, используя Ю Ченняна. Почему ты это делаешь?!
     Первый принц чуть не рассмеялся от гнева:
     - Я наказал Ю Ченняна, но почему ты принимаешь это на свой счет?
     Ши Цин не отступил:
     - Если бы ты его не наказал, я бы не попал в снег!
     Никто другой не мог придумать такой запутанной логики.
     Но другие принцы были очень счастливы, когда эти двое ссорились.
     Они радостно подлили масла в огонь:
     - Да, старший брат, это твоя вина.
     - Ши Цин еще молод, и ему можно спокойно жить дома. Но теперь он должен прийти сюда и страдать как твой товарищ по учебе. Для него нормально быть расстроенным.
     - Старший брат, ты должен извиниться перед Ши Цином и пообещать, что больше никогда этого не сделаешь. Как ты мог так унизить его без причины? Так жаль.
     Ши Цину никогда не приходилось подвергать сомнению свой собственный выбор, потому что у всех вокруг него всегда было одно и то же объяснение в отношении него: Ши Цин не мог сделать ничего плохого. Всегда другие делали что-то не так. А если он сделал что-то не так, вернитесь к предыдущим предложениям.
     Когда Ю Ченняна, чье единственное преступление было связано с шутками Ши Цина, ложно обвиняли, первый принц не сделал ничего, чтобы помочь ему.
     Он даже злорадствовал.
     Теперь настала его очередь.
     Первый принц: '...'
     Только теперь он понял, как обидно извиняться за то, что не делал ничего плохого.
     Первый принц был старшим сыном, поэтому он всегда чувствовал, что пользуется большим авторитетом среди своих младших братьев.
     Он подлизывался к Ши Цину только из уважения к премьер-министру и императору.
     Но он никак не мог честно сказать, что не злился на то, что его так ругали тем более перед его младшими братьями.
     Но независимо от того, насколько он был зол, он мог вынести это только из-за того, что силы, поддерживающие Ши Цина, могли принести ему пользу.
     Он глубоко вдохнул и выдавил легкую улыбку. Он выдержал зуд в зубах и постарался сохранить доброе выражение лица:
     - Ши Цин, старший брат ошибся. Этот принц больше не будет этого делать, так что больше не сердись, хорошо?
     Только тогда гнев на лице молодого мастера начал медленно исчезать.
     Фыркнув, он гордо приподнял подбородок, как бы говоря 'посмотри, какой я снисходительный':
     - Хорошо. Поскольку ты признал свои ошибки, на этот раз я прощаю тебя.
     Это был классический пример посыпание ран солью.
     Улыбка на лице первого принца почти искривилась.
     Он огляделся и увидел, что, за исключением Ю Ченняна, который, как обычно, бесстрастно держал голову опущенной, другие его братья наслаждались смехом над ниим.
     Когда он когда-нибудь раньше испытывал такую обиду?
     Он пытался вынести это, но, в конце концов, не смог.
     С натянутой улыбкой на лице первый принц сухо сказал:
     - Этот принц немного устал. Этот принц пойдет в комнату, чтобы немного отдохнуть. Младшие братья, пожалуйста, проинформируйте наставников от имени этого принца, когда они придут.
     Сказав это, он повернулся и поспешно ушел.
     Даже со спины было видно, что он чертовски зол.
     Остальные три принца несколько раз переглянулись, прежде чем поговорить с Ши Цином.
     - Посмотри, какой ты мокрый.
     - У тебя такой по-детски вспыльчивый характер. Даже если ты злишься, тебе следовало сначала прийти в Императорский кабинет и поговорить об этом. Посмотри на весь растаявший снег на тебе. Что, если ты простудишься?
     - И твои ботинки. Они все мокрые. У тебя есть запасная пара? Если нет, пришли кого-нибудь ко мне домой за парой. Не волнуйся, они все новые.
     Ши Цин был подобен луне, которую балуют бесчисленные звезды.
     У всех вокруг него было выражение душевной боли, как если бы то, что он стоял в снегу какое-то время, было ужасным преступлением.
     Ю Ченнян, который стал настоящей жертвой всего этого, по-прежнему оставался тихим.
     Молодой мастер давно привык к такому обращению. Он чихнул и потер носик:
     - Все в порядке. Мы все здесь мужчины. Просто снег и ветер. У меня в комнате есть сменная одежда, так что я просто переоденусь.
     Он обернулся, чтобы посмотреть на юношу, который все время молчал, словно его не существовало.
     Его тон был не намного лучше, чем раньше:
     - Что ты делаешь там?! Иди сюда!
     Ю Ченнян, которого многие считали тупым, как кусок дерева, молча последовал за ним. Раньше он слишком долго стоял в снегу и оставил за собой водный след.
     Принцы 'любили' Ши Цина, но они не любили Ю Ченняна. Один за другим они уступали дорогу.
     Ю Ченнян сделал вид, что не видит презрения на лицах этих старших братьев. Он просто тихо смотрел на юношу перед ним и двигался вперед медленными и уверенными шагами.
     Выйдя, Ши Цин не пошел в свою комнату. Вместо этого он потянул за руку Ю Ченняна.
     Юноша бессознательно увернулся.
     Молодой мастер был потрясен. Его белое и нежное лицо сразу выразило недовольство:
     - Что ты делаешь?!
     Ю Ченнян опустил глаза. Он держался неловко:
     - Я грязный.
     - Это просто талый снег, так где ты грязный? Как хлопотно.
     Ши Цин, похоже, это не волновало. Он поворчал еще немного, прежде чем снова потянулся к руке Ю Ченняна.
     Он понизил голос и прошептал:
     - Я хочу услышать, говорит ли старший брат плохие вещи обо мне. Ты должен следовать за мной и защищать меня, если нас поймают, хорошо?
     - Конечно.
     Возможно, он чувствовал, что эта просьба заставляет его казаться слабым, или, возможно, он чувствовал, что Ю Ченнян нуждался в поддержке, но молодой мастер приподнял подбородок:
     - Я позвал тебя, потому что евнухи во дворце не мои люди. Это потому, что я высокого мнения о тебе. Хотя ты глупый, как дерево, ты достаточно высокий и сильный, чтобы не быть полностью бесполезным.
     Ши Цин, похоже, не осознавал, что именно наговорил. Сказав немного, он схватил Ю Ченняня за руку и внимательно огляделся. Он встал на цыпочки и легкими шагами пошел вперед.
     После двух шагов он почувствовал, что что-то снова не так. Оглядываясь назад, он увидел, что Ю Ченнян все еще ходит, как обычно. На его нежном лице появилось выражение крайнего разочарования.
     - Ты глупый? Я уже сказал, что мы будем подслушивать. Опусти голову, пока они тебя не увидели!
     Ю Ченнян машинально опустил голову.
     У него был глубокий взгляд, когда он смотрел на юношу перед собой.
     Ши Цин вел себя так, будто собирался кого-то ограбить. Он осторожно наклонился и двинулся вперед. Ю Ченнян видел, как Ши Цин шагал на цыпочках в своих маленьких и симпатичных ботинках, пока они мало-помалу продвигались вперед.
     Ши Цин явно делал что-то сомнительное, но Ю Ченнян не чувствовал злости.
     [Динь! Значение враждебности Ю Ченняна: 95/100]
     Система не поняла: [Но хозяин ничего не сделал?]
     Ши Цин: [Может быть, это потому, что я так хорошо выгляжу. Хи-хи-хи-хи.]
     Когда они подошли к дому первого принца, евнуха, который должен был стоять снаружи, не было.
     Чтобы показать свою бережливость, принцы, пришедшие в Императорский кабинет, брали с собой на службу только одного евнуха. В то же время евнухи, служившие товарищам по учебе, изначально работали в Императорском кабинете. Тогда на человека обычно приходился один сопровождающий.
     В отличие от товарищей по учебе, евнухи, служившие принцам, были их доверенными лицами.
     В конце концов, дворцовые горничные все еще могли уехать и выйти замуж, когда им станет 30, но евнухи оставались во дворце всю свою жизнь. Конечно, они были бы вернее и надежнее дворцовых горничных. Принцы также предпочитали, чтобы их обслуживали евнухи.
     Если евнух принца не был снаружи, то можно было сделать вывод, что он был внутри.
     Ши Цин взял Ю Ченняна за руку и прокрался к двери.
     Ю Ченнян молча последовал за ним и спрятался вместе с ним. Он увидел, как Ши Цин расширил свои большие круглые глаза, когда он осторожно прижал ухо к двери.
     На самом деле в этом не было необходимости. Первый принц был достаточно громким, чтобы его было слышно за дверью.
     Потому что он громил свою комнату.

     Примечание к части
     *внутри Императорского Дворца (он был на самом деле огромным комплексом, состоящим из множества зданий) никто не ездил на экипажах, разумеется. Император ездил в паланкине, остальные ходили пешочком. Наложницы (и Императрица, конечно же) тоже ездили в паланкинах, но они жили в отдельной части Дворца, куда был строго воспрещен вход посторонним.
     Глава 5 очень длинная, так что я разделила её на две части.

Глава 5.2.

     --Бах!
     Что-то керамическое, вроде чайника, рухнуло на пол.
     Первый принц зло закричал:
     - Кем он, черт возьми, себя возомнил?! Если бы не его отец, я бы показал ему!
     Затем последовал голос евнуха:
     - Ваше Высочество, Ваше Высочество, пожалуйста, не говорите так громко! Если вас услышат другие...
     - И что?! Он просто министр! Неужели отец откажется от старшего сына из-за премьер-министра?! Кто дал ему наглость так говорить со мной, принцем? Я немного польстил ему из-за его отца, но он действительно думает, что теперь он кто-то важный! Обычный товарищ по учебе осмелился так поступить! Когда этот принц взойдет на трон...
     Ю Ченняна нисколько не удивило то, что первый принц был таким, когда был уверен, что его никто не слышит.
     Из всех своих императорских братьев первый принц всегда был самым деспотичным. С детства и до текущего момента Ю Ченнян часто наказывался им без всякой причины.
     Некоторое время назад ходили слухи, что несколько дворцовых горничных необъяснимо исчезли из его дворца. Позже их нашли покрытыми ранами в высохшем колодце. Инцидент был внезапно пресечен только потому, что великий принц и наложница, мать первого принца, пользовались благосклонностью.
     Ю Ченнян был уже удивлен, что первый принц мог дождаться своего дома, прежде чем начать ругаться.
     Когда он увидел, что разъяренный Ши Цин намеревается войти, хлопнув дверью, Ю Ченнян схватил его за руку и остановил.
     Если бы этот вопрос привлек больше внимания, Ши Цин, который, по сути, делал большое дело из ничего, не получил бы благосклонного отношения.
     Даже если бы это дело дошло до императора, первый принц мог просто отказаться признать то, что он сделал. Как он мог проиграть молодому мастеру, которого с детства баловали?
     Евнух в комнате все еще пытался успокоить первого принца:
     - Вашему Высочеству нужно пока что смириться. Каким бы талантливым ни был молодой мастер Ши, в будущем он будет только министром. Ваше Высочество - истинный сын дракона и феникса. В конце концов, все зависит от будущего.
     - Да, в будущем, если будет возможность, этот принц выплатит свои долги по очереди. Я не хочу его жизни. Я собираюсь оставить его рядом со мной, чтобы он служил мне. Его лицо действительно выдающееся. Разве ему не нравится притворяться благородным? Посмотрим, каким благородным он может быть, когда каждую ночь будет прижимаеться ко мне как мой домашний питомец.
     Зрачки Ю Ченняна резко сократились.
     За всю свою жизнь он ни разу не бывал вне дворца, и император не интересовался им. Даже если бы его старшие братья решили поболтать с ним, они не потрудились бы поделиться такими вещами с ним.
     В книгах упоминались домашние животные-люди, но до сих пор эти слова ничего не значили для Ю Ченняна.
     Впервые он действительно услышал эту фразу, произнесенную вслух.
     И она использовалась для описания Ши Цина.
     Первый принц все еще мечтал, говоря непристойным тоном:
     - Тогда я заточу его во дворце в цепях и позволю ему носить только одежду из марли.
     Сердце Ю Ченняна постепенно забилось быстрее, пока первый принц продолжал говорить.
     Как будто он видел сцену прямо перед его глазами.
     Если надменный и гордый Ши Цин будет заперт во дворце, он обязательно выйдет из себя.
     Будет ли он яростно мяукать и пинать мягкими нежными ногами?
     Или он действительно разозлится настолько, чтобы нанести серьезный удар?
     Ши Цин вскоре дал Ю Ченняну ответ.
     В то время как Ю Ченнян был введен в транс словами первого принца, молодой мастер сердито распахнул дверь и ворвался внутрь:
     - Ублюдок!!!
     Прежде чем первый принц и евнух смогли прийти в себя, тонкий и сердитый мальчик осмотрел комнату. Схватив круглую табуретку, он поднял ее, и подошел к первому принцу.
     - Ты действительно хочешь сделать меня своим домашним питомцем?!
     Ши Цин взревел, нанеся три злобных удара табуреткой первому принцу.
     Он был так быстр, что евнух не успел среагировать. Он мог только наблюдать, как его хозяину несколько раз ударили по промежности.
     - Ааааа!!!!!
     Первый принц издал пронзительный крик и быстро прикрыл пострадавшее место, пытаясь избежать дальнейших травм. Его голос был почти хриплым, когда он крикнул:
     - Что ты делаешь, стоя там? Останови его!
     Ши Цин поднес табуретку для еще одного удара. Увидев, что евнух подходит, чтобы остановить его, он насмешливо пнул его ногой:
     - Уйди...
     - Ю Ченхао!!! Иди и сражайся со мной лицом к лицу! Я не остановлюсь, пока не изобью тебя!
     Зная, что его слова подслушали, первый принц перестал притворяться вежливым и добрым. Принц уворачивался от ударов Ши Цина, проклиная:
     - Я принц, ты бьешь принца, это смертельное преступление!
     Ши Цин не слушал ни слова. Он был полон высокомерия.
     - Какая чушь, принц! Я сделаю всем одолжение, покончив с таким мерзким грязным извращенцем, как ты!
     - Молодой мастер, молодой мастер, пожалуйста, успокойся! Молодой мастер...
     Евнух снова попытался остановить Ши Цина, но он оттолкнул его и заорал Ю Ченняну:
     - Ю Ченнян, что ты делаешь! Я говорил тебя защитить меня! Почему ты не останавливаешь этого проклятого слугу!
     Ю Ченнян машинально подошел к нему.
     Евнух также знал, кого ему здесь нужно опасаться. Он боялся Ши Цина, но этого нельзя было сказать о Ю Ченняне. Когда он увидел, что Ю Ченнян остановил его, евнух приложил все свои силы. Неожиданно Ю Ченнян оказался сильнее его и смог сдержать его силой.
     Ши Цин был похож на разъяренного берсерка. От ударов у первого принца ныло все тело, и ранее он пренебрегал развитием своего тела, отчего оно было нежное, как у женщины. На самом деле он был совершенно неспособен сопротивляться ударам Ши Цина, и его избивали, пока другие не подошли к двери.
     Когда другие принцы и учитель прибыли, услышав шум, они увидели в комнате четырех растрепанных людей.
     Однако евнуха и Ю Ченняна все дружно проигнорировали.
     Ши Цин запыхался. Он тяжело дышал, держась за стол. Рядом с ним стояла круглая табуретка.
     Первый принц свернулся калачиком в углу. На его лице не было никаких травм, но было очевидно, где он был ранен, исходя из положения его рук и видимой боли на лице.
     Когда он увидел, что прибыли другие, первый принц тут же схватил евнуха, который подошел, чтобы помочь ему подняться:
     - Не беспокойся обо мне! Поторопись в главный дворец и попроси отца прийти!
     Евнух огляделся. Когда он увидел, что Ши Цин не собирался останавливать его, он немедленно выбежал из комнаты.
     Чувствуя, что скоро прибудет подкрепление, первый принц снова приобрел боевой дух. Он изо всех сил пытался встать, опираясь на стену. Его лицо было полно ненависти:
     - Ши Цин! Ты посмел так безрассудно избить принца! Независимо от того, как сильно отец любит тебя, на этот раз он не встанет на твою сторону! Подожди!
     - Отлично! Я подожду! - молодой мастер по-прежнему оставался высокомерным. Он яростно посмотрел на первого принца, как будто не знал, насколько серьезными будут последствия его действий. Остальные принцы вспотели.
     Была причина, по которой первый принц имел хорошее положение в сердце своего отца, несмотря на то, что он был таким тираническим.
     Потому что у него был талант плакать.
     Перед своими младшими братьями он был великим авторитарным человеком.
     Однако перед отцом он был чрезвычайно послушным старшим сыном.
     В противном случае инцидент с мертвыми дворцовыми служанками так легко не разрешился бы.
     ***
     Император прибыл очень быстро.
     Первый принц, у которого очень сильно болело, загорелся, когда услышал, как евнух объявил о приезде его отца.
     Он поспешил встать с покрасневшими глазами и пошел встречать отца с лицом, полным обид:
     - Отец...
     - Ваше Величество!!!
     Прежде чем он успел пойти дальше, мимо него пробежала стройная фигура. Он даже кричал громче, как будто он был обижен даже больше, чем первый принц.
     Ши Цин, который всего минуту назад преследовал его по всей комнате с властной манерой поведения, подбежал к императору, рыдая:
     - Ши Цин приветствует Ваше Величество...
     Вся комната, полная принцев, растерялась при этой сцене.
     Они никогда раньше не видели, чтобы Ши Цин действовал подобным образом.
     Маленький мастер всегда был непослушным и сварливым. Он бы поднял нос к небу, если бы мог.
     Ю Ченнян тоже стоял в стороне. Он только что стал свидетелем того, как злой кот превратился в мягкого и жалкого котенка.
     Его глаза слегка потемнели, но он продолжал смотреть, не говоря ни слова.
     Плач Ши Цин был печальным, но милым. Его слезы казались особенно жалкими, когда они текли по его нежному лицу.
     Император был поражен заплаканным лицом Ши Цина. Ему сказали, что Ши Цин был тем, кто ударил первого принца? Почему тогда Ши Цин так сильно плакал?!
     - Вставай, вставай. Что случилось? Твое лицо все в слезах.
     - Спасибо, Ваше Величество, - Ши Цин немедленно встал и неохотно вытер слезы с обиженного лица.
     В этот момент вперед выступил раненый первый принц:
     - Этот сын приветствует отца. Отец, вы должны найти справедливость для...
     - Ваше Величество, вы должны найти справедливость для этого ребенка... Старший брат зашел слишком далеко, ууу...
     Первый принц подавился, когда его снова прервали. Он недоверчиво уставился на обиженного юношу рядом с ним:
     - Я зашел слишком далеко?!
     Лицо Ши Цин исказилось от испуга. Его глаза стали робкими, когда он осторожно отступил и робко спрятался за спиной императора.
     - Я слышал это собственными ушами. Старший брат сказал, что я всего лишь сын министра и не более того. Он также сказал, что когда он будет у власти, он... Он сделает меня своим домашним питомцем...
     Первый принц стиснул зубы:
     - Отец, не слушай его глупости. Как я мог сказать такие слова? Ясно, что это он ворвался и ударил меня без причины. Посмотри на мои травмы...
     Лицо молодого мастера наполнилось еще большей обидой. По его лицу, словно дождь, текли большие слезы.
     В его мягком и нежном голосе не было ничего из прежнего высокомерия:
     - Хотя этот ребенок не такой благородный, как принцы, он дитя придворного министра. Этот ребенок всегда знал этикет и манеры, которых от меня ожидали с детства. И я всегда глубоко восхищался Вашим Величеством и уважал принцев. Мое сердце всецело предано Вашему Величеству, но Его Высочество фактически сравнил меня с домашним животным! Я не мог вынести такого ужасного позора, поэтому и немного рассердился.
     - Не верьте ему, отец! Вы ведь лучше всех знаете, что за человек ваш сын, верно? Я всегда был нежным и терпимым!
     Ши Цин фыркнул. Его голос был мягким и робким:
     - Если Ваше Высочество не хочет признаться в том, что вы сказали раньше, то ответьте мне на это! Этот ребенок всегда был робким и слабым с детства из-за преждевременного рождения. Как я осмелился бы доставить неприятности Вашему Высочеству, если бы не услышал таких слов?
     У первого принца случился инсульт.
     Он был робким?!
     Он был слабым с детства?!
     Когда Ши Цин гнался за ним по комнате с табуреткой, он казался очень сильным и крепким!!!
     Его лицо снова содрогнулось:
     - Отец, я твоя плоть и кровь! Ши Цин искажает правду! Мы поссорились, потому что он использовал девятого брата как слугу. Каждый день Ши Цин заставляет его нести его по ступенькам к Императорскому кабинету. Я должен был что-то сказать, что привело к тому, что произошло сегодня. Если вы мне не верите, просто спросите дворцовых слуг, носил ли его девятый брат последние несколько дней.
     Ши Цин совершенно не выглядел виноватым и рыдал:
     - Ваше Величество, у меня хорошие отношения с девятым старшим братом. Он беспокоился о моем слабом теле, поэтому предложил отнести меня по ступенькам. Все в Императорском кабинете знают это. Сегодня... Сегодня я увидел девятого старшего брата, стоявшего в снегу неизвестно сколько времени. Он был весь мокрый. Это не устроило этого ребенка, поэтому этот ребенок спросил, почему Его Высочество хочет его наказать. Его Высочество был недоволен, поэтому он ушел один. Ши Цин хотел извиниться перед ним вместе с девятым старшим братом, но... но когда мы пришли, мы услышали эти вещи! Ууу...
     Молодой мастер не мог перестать плакать. Он энергично вытер слезы и выглядел очень жалким:
     - Ваше Величество однажды сказал, что принцы похожи на моих старших братьев. Я считал Его Высочество старшим братом, но он считает меня просто игрушкой. Оглядываясь назад, я понимаю, что ему никогда не нравилось иметь такую игрушку, как я, в качестве его товарища по учебе.
     Ши Цин снова всхлипнул:
     - Сегодня я ударил Его Высочество. Я не буду просить Ваше Величество не наказывать меня, я просто хочу больше не быть его товарищем по учебе. В противном случае, если бы я продолжал быть товарищем Его Высочества, я боюсь, что однажды он действительно заточит меня во дворце и заставит быть игрушкой, как он сказал!
     На протяжении всего этого объяснения лицо императора меняло цвет несколько раз.
     Он поверил словам Ши Цина. В конце концов, когда мальчик был молод, он всегда восхищался им. И даже при том, что у него был вспыльчивый характер, он никогда не начал бы драться с первым принцем без причины.
     В то время он назначил Ши Цина товарищем по учебе первого принца, потому что он высоко ценил этого сына и хотел заручиться поддержкой премьер-министра через мальчика.
     Он также знал, что за человек его сын, ему просто было наплевать. Достаточно хорошо, что он был послушен перед ним. Но теперь принц не оправдал его ожиданий.
     Он так глубоко унизил единственного сына премьер-министра и даже хотел еще больше втирать соль в рану, вызвав его в качестве судьи. Если бы Ши Цин был наказан после того, как его оскорбили сегодня, даже ему, как императору, было бы трудно объяснить все это премьер-министру.
     Император считал, что у его старшего сына характер схожий с его характером в юности.
     Но теперь кажется, что он был просто бесполезным ребенком.
     Он не мог даже уговорить такого маленького ребенка, как Ши Цин, и в итоге поднял большой шум из-за ничего.
     Первый принц понял, что дела у него идут не очень хорошо, когда увидел выражение лица императора. Он запаниковал и быстро опустился на колени:
     - Отец! Отец, этот сын на самом деле этого не делал. Все видели, как Ши Цин унижает девятого брата! Отец!
     Его жесты стали более беспорядочными. Когда он махнул руками, он случайно коснулся ноги Ши Цина.
     Молодой мастер немедленно закричал и бросился в объятия Ю Ченняна, как будто прятался от дикого зверя. Он непрерывно дрожал от страха.
     Увидев это появление, не говоря уже об императоре, даже другие принцы, видевшие его высокомерие, поверили, что он очень напуган.
     С этим пониманием они тут же открыли рты.
     - Отец, этот сын может засвидетельствовать, что Ши Цин и девятый брат входили и выходили вместе. Но у них хорошие отношения, в отличие от того, что говорит старший брат.
     - Да, отец, этот сын тоже может свидетельствовать. Ши Цин сегодня поссорился со старшим братом из-за того, что старший брат наказал девятого брата, заставив его стоять в снегу больше часа.
     Взгляд императора на своего старшего сына постепенно замерз:
     - Ты, кажется, ведешь себя так, будто ты больше, чем просто их старший брат. Даже мы ни разу не заставляли никого из вас стоять в снегу ни минуты.
     Первый принц посмотрел в глаза отцу, и ему стало внезапно холодно.
     - Отец, на самом деле все было не так. Ши Цин действительно издевался над девятым братом! Он заставил девятого брата прислуживать себе!
     Император взглянул на Ши Цина, который свернулся в руках Ю Ченняна. Он становился все более и более уверенным, что этот его сын был идиотом.
     - Если ты должен солгать, по крайней мере, убедись, что в твоих словах есть хоть какое-то подобие здравого смысла. Отлично. Поскольку ты категорически против обучения в Императорском кабинете, мы выберем для тебя благоприятный день, чтобы ты переехал из дворца и создал свою собственную семью.
     Первый принц замер.
     Вынудить его переехать из дворца и создать семью было равносильно лишению его права стать наследным принцем.
     - Отец! Отец!!! Пожалуйста, послушайте объяснение этого сына, отец...
     - Иди, отведи Его Высочество обратно в его дом. Следующие несколько дней он будет находиться под домашним арестом.
     - Отец!!! Ши Цин действительно издевался над девятым братом! Спросите любого из них! Мы все видели это собственными глазами!
     - Отец...
     Первого принца увели.
     Император утешил Ши Цина, прячущийся в объятиях Ю Ченняня. Он сказал, что причиной этого является его собственная небрежность по отношению к обучению своих сыновей, поэтому Ши Цин должен продолжать учиться спокойно. Выражение его лица почти говорило: 'как у меня мог родиться такой глупый сын?' когда он вернулся в главный дворец.
     Остальные принцы вышли, чтобы проводить его. Ю Ченнян оставился утешать Ши Цина, который был 'безутешным'.
     Как только император ушел, молодой человек, спрятавшийся в объятиях Ю Ченняна, осторожно выглянул и оглядел комнату. Увидев, что он действительно ушел, Ши Цин оставил руки Ю Ченняна.
     Он протер глаза и зевнул.
     Когда он увидел, что Ю Ченнян все еще смотрит на него, Ши Цин снова поднял подбородок и фыркнул. Он был своим обычным высокомерным 'я':
     - На что ты смотришь? Не думай, что ты особенный только потому, что помог мне только что. Тебе просто повезло. Поскольку я сегодня сказал, что у нас хорошие отношения, перед Его Величеством, я буду прикрывать тебя в будущем. Но тебе все равно придется носить меня каждый день, и ты будешь приходить ко мне домой каждый день. Тебе придется есть те блюда, которые мне не нравятся. И, ммм...
     Подумав некоторое время, мальчик снисходительно махнул рукой:
     - Я не могу придумать ничего в своей голове, так что пока все будет так, пока я не придумаю больше. Я хочу спать, поэтому возвращаюсь в комнату, чтобы вздремнуть. Когда они вернутся, скажи им, что я так устал от слез, что ушел в комнату, чтобы отдохнуть, а затем приди и найди меня.
     Когда он закончил, Ю Ченнян все еще молча смотрел на него. Безупречно белое лицо Ши Цина немного нахмурилось. Он вытянул ногу и легонько пнул Ю Ченняня:
     - Что ты делаешь, стоя в оцепенении? Я с тобой разговариваю!
     Ю Ченнян:
     - Хорошо.
     Он все еще стоял в комнате после того, как довольный молодой мастер ушел.
     Изменение отношения Ши Цина было очевидным.
     По отношению к людям, которые были выше его или тем, кому он был нужен, он был подобен новорожденному котенку: кокетливому и робкому, стремящемуся понравиться, притворяющемуся жалким и слабым.
     По отношению к людям ниже его он был высокомерным, властным и неразумным. Он заставлял других баловать себя и никогда не позволял им противоречить ему каким-либо образом.
     Когда Ши Цину нужно было, он легко спрятался в объятиях Ю Ченняна и очень естественно просил его защиты.
     У Ю Ченняна внезапно возникла мысль.
     Если бы однажды он мог получить власть и сесть на трон.
     Сможет ли Ши Цин в то время направить на него этот кокетливый взгляд?
     Котенка, к которому он раньше не мог прикоснуться, в будущем можно будет держать в объятиях, когда он захочет.
     Момент покоя, который он мог испытать только тогда, когда Ши Цин хотел вздремнуть, будет его навсегда.
     Глаза молодого человека потемнели. Выражение его лица больше не было таким унылым, как всегда думали принцы. В его глазах постепенно появилось честолюбие.
     Он опустил голову и посмотрел на свои руки. Внезапно ему захотелось взойти на трон, который олицетворял высшую власть из всех.
     В то время, как бы ни жаловался молодой мастер, этим рукам никогда не пришлось бы отпускать его тонкую талию.
     [Динь! Значение враждебности Ю Ченняна: 88/100]

     Примечание к части
     Как же хорош Ши Цин. Просто 10/10! (o_ _)ノ彡☆

Глава 6.

     С тех пор, как первый принц поссорился с Ши Цином и был изгнан из дворца императором, оставшиеся принцы относились к Ши Цину лучше, чем когда-либо прежде.
     В сердце императора первый принц всегда был самым достойным кандидатом на пост наследного принца. Но после того, как Ши Цин избил его, он не только не получил справедливости, но даже был изгнан из дворца.
     Раньше они просто хотели доставить удовольствие Ши Цину, но теперь они не осмеливались ни в малейшей степени обидеть его.
     Все знали, что властное высокомерие молодого мастера Ши проистекает из того, что его баловали с детства, ни в чем не отказывая. У него был дурной характер, и его было легко разозлить. Перед инцидентом другие принцы думали, что, хотя Ши Цин нежно называл их братьями, в глубине души он понимал, что он не может их обидеть.
     Урок, мучительно усвоенный первым принцем, послужил предупреждением для оставшихся.
     Конечно, все они молчаливо забыли, что тоже приложили руку к его падению. Принцы радостно убедились, что их старший брат больше не может бороться за трон.
     В конце концов, Ши Цину было всего 14 лет, и всю свою жизнь его баловали. Даже их отец явно благосклонно относился к нему. Он не мог выдержать даже малейшей обиды.
     В любом случае, быть осторожнее с ним было очень мудрым решением.
     Поэтому все трио решило игнорировать то, что Ши Цин все больше и больше командует Ю Ченняном.
     С того момента, как Ши Цин сказал перед императором, что Ю Ченнян был его другом, пока они находились во дворце, они почти всегда были вместе.
     Но, по мнению трех принцев, это было нехорошо для Ю Ченняна.
     До этого инцидента Ши Цин использовал Ю Ченняна в качестве слуги только изредка. После ухода первого принца Ю Ченнян должен был оставаться с ним весь день.
     Три принца видели, что Ши Цин в основном использовал Ю Ченняна как своего личного слугу.
     Согласно тому, что они слышали, Ши Цин каждый день спал с Ю Ченняном, когда он, по-видимому, использовал Ю Ченняна как грелку для ног.
     Ши Цин был разборчивым в еде, но дворцовые правила гласили, что министры должны доедать все трапезы, которые им подавали во дворце. Хотя другие делали вид, что не видят, как он выбрасывает пищу тайно, возможно, Ши Цин подумал, что Ю Ченнян - более безопасен. В каждый прием пищи он прятался в своей комнате с Ю Ченняном и отдавал ему блюда, которые он не любил есть.
     Что касается того, как они это узнали, то молодой мастер определенно больше не ел при них, каждый раз убегая с Ю Ченняном и едой.
     Даже в те редкие дни, когда у них не было занятий, Ши Цин отказывался отпускать Ю Ченняна.
     У него был жетон, позволяющий войти во дворец в любое время. В выходной Ши Цин по-прежнему ходил во дворец, как обычно, и 'играл' в саду с Ю Ченняном.
     Конечно, кавычки вокруг слова 'играл' были абсолютно необходимы.
     Он недавно начал учиться рисовать, всего три дня назад. Ши Цин сказал, что он учился иностранному стилю, который требовал, чтобы модель оставалась полностью неподвижной.
     Этой моделью, очевидно, был Ю Ченнян.
     Только с принцем в положении Ю Ченняна обращались бы так. Только потому, что его мать умерла рано, его приемная мать была свергнутой императрицей, отправленной в холодный дворец, и его положение было низким с детства, он мог терпеть такое обращение Ши Цина.
     Если вы попросите кого-то из других принцев согреть кому-нибудь ноги, съесть остатки еды или сохранить позу в течение часа, любой из этих вещей будет достаточно, чтобы разозлить их.
     Как мог добросовестный принц, сын императора, поступать так смиренно?
     Однако Ю Ченнян все это выдержал.
     Поэтому трое принцев чувствовали, что их младший брат действительно труслив и неинтересен.
     После того, как первый принц разозлил Ши Цина и был выгнан из дворца, остальные быстро поняли его новый статус. Никто не унижал Ю Ченняна так, как они это делали раньше.
     В конце концов, согласно логике молодого мастера Ши Цина, для него было нормально запугивать Ю Ченняна, как бы он ни хотел, но если другие люди делали это же, они оскорбляли его.
     Чуткий молодой мастер с коротким запалом обязательно раздавит любого, кто пренебрегает им, любой ценой.
     Они не думали, что их жизнь стала скучной после того, как они потеряли возможность запугивать своего младшего брата. В конце концов, хотя они не могли запугать Ю Ченняна, все равно было довольно весело видеть, как Ши Цин издевается над ним.
     Пока они думали об унижении и печали в сердце Ю Ченняна, а также о том, насколько он бессилен исправить ситуацию, они становились очень счастливыми.
     Снова наступило время обеда.
     Вся еда были почтительно отправлена евнухами к столу. Как обычно, Ши Цин приподнял подбородок и сказал:
     - Ю Ченнян.
     Молодой человек, спокойно сидевший в стороне, взял в одну руку свою коробку с едой, а в другую коробку с едой Ши Цина, словно личный слуга.
     Увидев его послушное поведение, Ши Цин удовлетворённо хмыкнул и зашагал наружу.
     Ю Ченнян последовал за ним, не сказав ни слова.
     Принцы, которые ждали, когда евнухи откроют их коробки с едой, сочувственно переглянулись.
     Они почти сочувствовали Ю Ченняну. По крайней мере, он был таким же принцем, как они. И все же он был так сильно унижен одним из своих подданных.
     Но их сочувствие длилось лишь долю секунды.
     Ю Ченнян, с другой стороны, совсем не чувствовал себя униженным, пока следовал за Ши Цином в его комнату.
     Как только они вошли, Ши Цин немедленно отпустил служившего ему евнуха. После того, как Ю Ченнян поставил две коробки на стол, он сел, скрестив ноги.
     Ю Ченнян сел напротив него. Он наблюдал, как молодой мастер нетерпеливо открыл коробки и палочками для еды начал класть все, что он не хотел есть, в тарелку Ю Ченняна.
     - Это говядина? - Ши Цин нахмурился, взял кусок мяса и легонько понюхал его. Его лицо тут же исказилось от отвращения, - пахнет рыбой! Разве на императорской кухне нет ни одного достойного повара?
     Уголки его рта скривились. С недовольным видом он отдал всю говядину из своей тарелки Ю Ченняну.
     - У этой рыбы слишком много костей. Ты съешь её.
     - Почему здесь вообще тарелка супа?
     Ши Цин открыл нижнее отделение и достал миску с дымящимся супом. Он помешал его палочками для еды, обнажив женьшень на дне.
     Женьшень был ценен даже на императорских кухнях. Тем более, что императорские кухни имели в распоряжении установленную сумму, выдававшуюся им каждый месяц. Редкость женьшеня сделала его ценным товаром.
     Было очевидно, что такой питательный суп с женьшенем подавать одному из товарищей принца по учебе было явно ненормально. Причина, по которой его вручили Ши Цину, заключалась в том, что на императорской кухне знали, что его положение во дворце было особенным. Особенно после того, как он так легко выгнал первого принца. Они знали, что с ним не стоит связываться, поэтому добавили это, чтобы понравиться.
     К сожалению, Ши Цин не был обычным товарищем по учебе.
     Он был молодым мастером, выросшим на всевозможных деликатесах. Простая тарелка супа с женьшенем была для него пустяком. Когда он увидел, что в нем есть женьшень, он с равнодушием отодвинул его в сторону:
     - Съешь и это тоже.
     Затем Ши Цин начал говорить о том, что императорская кухня была слишком плохой и что ни одна из поданной тарелки с едой не была хорошей. Все, что он не хотел есть, он отдал Ю Ченняну.
     Только после того, как он закончил рыться в своих тарелках, довольный молодой мастер начал есть.
     Хотя обычно он выглядел высокомерно и отчужденно, он действительно происходил из аристократической семьи. Он ел серьезно и медленно, очень элегантно.
     Ю Ченнян большую часть времени молчал. Иногда он говорил несколько слов Ши Цину, но только после того, как молодой мастер сначала спросил его. Ю Ченнян, который сидел с противоположной стороны и спокойно смотрел, как Ши Цин переставляет еду, начал есть только после того, как Ши Цин сказал ему начать.
     Сначала он съел то, что было изначально в коробке. Ю Ченнян взял палочкой для еды тушеный баклажан. Судя только по внешнему виду, это блюдо казалось очень вкусным.
     Но только те, кто его ел, знали, как трудно его проглотить.
     Масла было слишком много. Снаружи было обожжено, но внутри было сыро. Ощущение от жевания такой еды было трудно описать.
     Если бы такой хрупкий молодой мастер, как Ши Цин, попробовал это, его, вероятно, начало рвать после первого укуса.
     Но Ю Ченнян все еще жевал и глотал, как будто все было в порядке.
     Только те, кто жил во дворце, знают, насколько ужасна была жизнь человека без поддержки.
     Во дворце не было недостатка в людях, которые радовались чужим страданиям. Тем более, что приемная мать Ю Ченняна когда-то была императрицей, матерью нации. Даже если она не причинила вреда ни одному человеку, находясь у власти, она занимала положение, которого желали другие.
     Когда она была императрицей, те, кто злился на нее, ничего не могли с ней поделать.
     Но когда она впала в немилость и была сослана в холодный дворец, их месть пришла быстро.
     Так поступали не только мастера, но даже дворцовые слуги.
     Возьмем, к примеру, императорские кухни. Тем, кого так почитали, как Ши Цина, они по собственному желанию посылали суп с женьшенем, чтобы доставить ему удовольствие.
     Что касается таких людей, как Ю Ченнян, большинство слуг намеренно саботировали их питание. Они не особо заботились о содержимом и упаковывали еду только тогда, когда посуда уже остыла.
     Суп? У тебя действительно хватает наглости хотеть супа? Ты такого высокого мнения о себе.
     Это была схема вымогательства, которую использовали императорские кухни. Если хотите поесть еды горячей и вкусной, пришлите, пожалуйста, немного денег. Если не хотите передавать деньги, то наслаждайтесь этими холодными остатками.
     Обычно у унижаемых ими людей никогда не было возможности снова подняться.
     Ю Ченнян, как приемный сын свергнутой императрицы, вырос с таким обращением.
     Обычные вещи, с которыми он имел дело, были бы невообразимым оскорблением для Ши Цина, но для него это было нормальным.
     Он растет, и ему нужно было больше еды, чем отводилось ему каждый день. Если бы другие принцы были голодны, они могли бы просто попросить императорскую кухню доставить что-нибудь в любое время и в любом месте.
     Однако Ю Ченняна не одобряли, поэтому он определенно не мог этого сделать. У него почти не осталось денег, потому что разные люди брали свою долю. Ему не хватало на дополнительные обеды.
     В прошлом Ю Ченнян мог только вынести это. Днем было легче, но ночью живот ворчал и болел от голода.
     Но с тех пор, как Ши Цин поссорился с первым принцем и утвердился во дворце, его маленький хвостик поднимался все выше и выше. Он начал отдавать еду, которую не любил есть, Ю Ченняну безо всяких причин.
     Ежедневно получая почти полторы порции еды, Ю Ченнян больше никогда не просыпался посреди ночи от голода.
     Только после того, как он закончил свои собственные блюда, молодой человек начал есть те, которые дал ему Ши Цин.
     Хотя молодой мастер был очень разборчивым, все его блюда готовили главные повара императорской кухни.
     В конце концов, если он не будет доволен своей едой, он обязательно пойдет к императору. И императорская кухня обязательно будет наказана.
     На самом деле, все блюда, которые не любил Ши Цин, были роскошными. Даже ингредиенты были тщательно отобраны. После того, как Ю Ченнян закончил есть, он наконец выпил суп.
     Суп с женьшенем, казалось, послал приятное тепло, разливающееся по всему его телу.
     [Динь! Значение враждебности Ю Ченняна: 75/100]
     Ши Цин не был удивлен.
     Независимо от того, что он делал в эти дни, значение враждебности Ю Ченняня автоматически падало.
     Если бы не ограничение в один месяц, было бы неплохо немного расслабиться и подождать, пока оно само не опустится до 50.
     Когда Ю Ченнян закончил есть, Ши Цин не успел съесть даже половину. Он все еще медленно ел.
     Когда он увидел, что молодой человек положил палочки для еды, его лицо было немного недовольным. Он не мог не нарушить свое правило о разговоре во время еды:
     - Почему ты всегда ешь так быстро? У тебя явно больше тарелок, чем у меня.
     Ю Ченнян знал, что дурная привычка молодого мастера провоцировать людей, чем бы он ни занимался, снова поднимала свою голову.
     Ши Цин был избалован и горд. Он любил контролировать других.
     Ю Ченнян уставился на рассерженного маленького мальчика. Он сказал тихим голосом:
     - В следующий раз я не буду есть так быстро.
     - Ты думаешь, мне нужно снисхождение от тебя? - Ши Цин не был благодарен за уступку. Он отложил палочки для еды и отвернулся, чтобы лечь на кровать. Он скинул ботинки и нырнул под одеяла.
     - Они думают, что я буду есть, если в такой холодный день в комнате есть только один таз с углем? Я с трудом держу палочки для еды, - он высунул голову из одеяла и продолжил говорить, - я больше не буду есть!
     Ю Ченнян взглянул на его нетронутую еду.
     Хотя аппетит Ши Цина был слабым, он ел явно недостаточно.
     Молодой человек встал и сделал предложение:
     - Почему бы тебе не поесть в постели?
     - Как я могу есть в постели, закутавшись в одеяло?
     Молодой мастер превратился в маленького тутового шелкопряда.
     Маленький тутовый шелкопряд несчастно возился в кровати. Наконец, его маленькая голова выглянула. Его глаза, казалось, заблестели, когда он внезапно о чем-то подумал.
     - Корми меня, - сказал он избалованным тоном.
     Может быть, потому что боялся, что Ю Ченнян не согласится, поэтому, не дожидаясь его ответа, Ши Цин спросил:
     - Что ты делаешь в оцепенении? Ты хочешь, чтобы я замерз насмерть? Поторопись!
     Ю Ченнян посмотрел на молодого мастера, который плотно закутался в одеяло на кровати, и его глаза потемнели. Он послушно взял коробку с едой и сел у кровати.
     Поскольку в его ящике оставались только те блюда, которые нравились Ши Цину, молодой мастер поленился выбрать что-то конкретное, словами подсказав, что ему хочется.
     Он лег на спину, полностью укрытый толстым теплым одеялом, и выглянула только его голова. Он был похож на цыпленка, ожидающего кормления, открывающего рот в ожидании еды.
     Ю Ченнян редко имел возможность делать выбор от имени других.
     Сначала он взял пропаренный рис, высококачественного сорта из Уцзяна. Каждое зерно было кристально чистым, пухлым и круглым. Вкус должен быть мягким и нежным, как у Ши Цина, который прижимался к нему во время его послеобеденного сна.
     Когда ложка достигла рта юноши, он доверчиво открыл рот и начал жевать. Он был удовлетворен тем, что ему не приходилось держать палочки для еды в руках в холодный день.
     Ю Ченнян поднял фрикадельку.
     Ши Цин по-прежнему послушно съел.
     Он ел все, что ему давали, как милый и рассудительный малыш. Сердце Ю Ченняня постепенно наполнялось необычными чувствами.
     Этот нежный Ши Цин, который позволил Ю Ченняну кормить его, вызвал сладкий привкус во рту. Это было похоже на вкусный мед.
     И все же для Ши Цина он был всего лишь кем-то, кому можно было приказать.
     Это было похоже на вкус хурмы, на дерево которой Ю Ченнян залез, когда в детстве был очень голоден. Вкус был вяжущим, но все же облегчил боль в животе. Это было очень сложное чувство.
     Пытаясь разобрать свои тяжелые эмоции, молодой человек продолжал медленно кормить юношу, открывающего рот, пока Ши Цин не наелся.
     Ши Цин зевнул. Его детские глаза, всегда круглые от высокомерия, начали медленно, но верно опускаться.
     Он был сонным.
     Сонный мальчик не сразу лег спать. Он устроился в одеяле, пока не оказался на внутренней стороне кровати. Затем он похлопал по поверхности и сказал:
     - Я хочу спать. Поднимайся скорее.
     Ю Ченнян все еще молчал, когда залез в кровать отработанным движением.
     Как только он вошел, сонный мальчик повернулся к нему и умело распахнул руки, чтобы прижаться к его груди.
     Пока мальчик прижимался к нему, Ши Цин высунул голову и ткнул его рукой:
     - Почему я чувствую, что ты стал крепче?
     Тело Ю Ченняна непроизвольно напряглось, когда он почувствовал, как нежные руки юноши неоднократно касались его тела. В горле пересохло, но голос был нормальным:
     - Есть такое.
     В последнее время он хорошо ел и спал, а иногда даже выпивал тонизирующий суп. Это был тот возраст, когда скачки роста были обычным явлением. Менее чем за полмесяца он стал заметно выше и мускулистее.
     - Ты так быстро растешь, - тон Ши Цина казался немного завистливым, когда он рассеянно трогал Ю Ченняня, - я ел много хороших вещей с детства, но я все еще очень слаб. Было бы хорошо, если я только мог родиться таким же сильным, как ты.
     Ю Ченнян считал, что маленький мастер уже идеален.
     Каждая часть его тела была удивительно мягкой и нежной. Он выглядел худым, но было достаточно нежного мяса, чтобы сжать.
     Его талия была достаточно тонкой, чтобы обхватить её одной рукой.
     Возможно, это было потому, что с детства его всегда контролировали другие, но Ю Ченняну нравилось ощущение полного контроля.
     Очевидно, Ши Цин соответствовал его предпочтениям.
     Молодой мастер все еще говорил:
     - Хорошо, что я молод и еще могу расти. Когда я буду в твоем возрасте, я должен быть сильнее, чем сейчас.
     Его слова постепенно нарисовали в сознании молодого человека картину 17-18-летнего молодого мастера.
     Он определенно станет выше, и его лицо станет выглядеть взрослее. Поскольку его черты лица уже были красивыми, они не сильно изменились бы, когда он вырастет.
     Его тонкие кости невозможно изменить, но будет ли Ши Цин в будущем послушно лежать у него на коленях и нежно касаться его белыми, нежными и мягкими кончиками пальцев?
     Ши Цин говорил недолго. После этого он удобно лег ему на грудь и заснул.
     Только Ю Ченнян не спал. Необъяснимым образом будущее, которое показало его воображение, толкнуло его в огонь и вызвало сильную жажду.
     Он не двигался, чтобы не беспокоить Ши Цина, но больше не был сонным.
     Он мог только смотреть на балку крыши и оставаться неподвижным с открытыми глазами.

Глава 7.

     До истечения срока в месяц осталось всего пять дней, а показатель враждебности Ю Ченняна упал до 55 и перестал падать.
     Система начала беспокоиться.
     Она была в тревоге: [Хозяин, хозяин... все в порядке? Точно в порядке? Осталось всего пять дней.]
     Система, которая научилась беспокоиться за хоста, не могла смягчить твердое как камень сердце Ши Цина.
     Сейчас пришло время вздремнуть после обеда. Ю Ченнян еще не проснулся.
     Он комфортно наслаждался теплом, исходящим от Ю Ченняна, пока лежал в его объятиях.
     [Что за тревога? Ты заметила, что тело Ю Ченняна становится все более приятным на ощупь?]
     Он несколько раз трогал твердые мускулы перед собой, когда говорил.
     [Но...] Система с большим трудом сдержала слезы и жалобно сказала: [Но до конца месяца осталось всего пять дней.]
     [Значение враждебности все еще не упало до 50, так что мы будем выброшены мировым сознанием. Осталось всего пять очков, всего пять...]
     Если бы разница была достаточно большой, чтобы быть безнадежной, это не было бы так тревожно.
     Но осталось только пять!
     Одним последним толчком они могли это сделать!
     Жалко, что враждебность Ю Ченняна не снизилась еще на пять очков.
     Ши Цин по-прежнему никуда не торопился.
     [Иди-ка и почитай 'Книга гор и морей'. У тебя же было издание книги с картинками?]
     Система всегда была не в состоянии иметь дело со своим собственным хозяином. Увидев, что Ши Цин отказывается обсуждать текущую ситуацию, Система могла только убежать в слезах.
     Ши Цин продолжал трогать Ю Ченняна, как и прежде, после того, как она ушла. Он воспользовался спящим состоянием Ю Ченняна и постоянно трогал юношу, сколько душе угодно.
     Это продолжалось до тех пор, пока сильные мускулы его руки не двинулись и не напряглись. Затем подошла длинная и тонкая рука, схватив ладонь Ши Цина. Его хватка была сильной, но он лишь слегка обвел молодые, белые и нежные кончики пальцев, не прилагая никакой силы.
     - Ты проснулся?
     Молодой мастер, который делал с другим человеком разные вещи, пока он спал, совсем не чувствовал себя виноватым. Он естественным образом поздоровался, прежде чем вырвать руку из хватки Ю Ченняна и продолжить трогать:
     - Почему-то я чувствую, что ты еще крепче, чем раньше. Твой рост слишком быстрый.
     Ю Ченнян изо всех сил старался игнорировать его непрекращающиеся действия. Он ответил глубоким голосом:
     - В последнее время я ел больше еды.
     - Я тоже много ем. Но почему мой живот только стал жирнее?
     Ши Цин опустил голову и с несчастным лицом коснулся своего живота:
     - И еще я не стал выше.
     Ю Ченнян посмотрел на его плоский живот и честно сказал:
     - Ты не толстый.
     - Почему это не толстый? Ты-то вырастил много мяса, - молодой мастер снова вспыхнул, и он взял Ю Ченняна за руку и положил его руку на свой живот, - прикоснись к нему и сам посмотри.
     Положив руку Ю Ченняна на живот, белое и нежное лицо Ши Цин было полно несчастья. Он продолжал бормотать:
     - Это действительно странно. Мы делаем одно и то же и едим почти одно и то же каждый день, так почему же только ты можешь стать высоким и сильным? Твои мышцы тоже такие твердые. А я в это время могу вырастить только кусок жира.
     Уши Ю Ченняна наполнились нытьем и недовольством маленького мальчика, пока его руки чувствовали тот самой жирный живот, о котором говорил Ши Цин.
     Живот действительно не был жирным. На самом деле он был довольно плоским. Но изначально мягкий живот стал еще более мягким, когда кто-то согревает постель и хорошо кормит.
     Сквозь одежду Ю Ченнян мог представить, каким нежным и белым будет это место. Не должно быть много мягких мест, которые можно было бы ущипнуть, только немного.
     Его можно было описать всего тремя словами: пухлый, мягкий и нежный.
     Молодой человек почти бессознательно сжал кончики пальцев.
     - Ай!
     Тело под его рукой сразу же отскочило, как живая рыба после того, как ее напугали.
     Ши Цин возмущенно посмотрел на Ю Ченняна:
     - Что ты делаешь!
     Ю Ченнян понял, что он сделал, когда заметил сердитый взгляд. Его руки тут же отпустили, а голова слегка опустилась.
     - Прости.
     - Хм!
     Молодой мастер скинул теплое одеяло. Из-за того, что он спал, его белое лицо покраснело, из-за чего он выглядел довольно застенчивым.
     После того, как он сел, он заявил:
     - Сегодня у меня встреча с моим другом. Ты пойдешь со мной.
     Не дожидаясь ответа Ю Ченняна, он властно добавил:
     - Тебе не разрешено отказываться. Я уже поговорил с Его Величеством. Он также согласился отпустить тебя со мной.
     Ю Ченнян молчал несколько секунд.
     - Хорошо.
     Он видел, как Ши Цин был горд от его согласия. Его брови и глаза вскинули вверх, демонстрируя его высокомерие. Казалось, его гордость струится по всему его телу. Ю Ченнян смог угадать некоторые внутренние мысли молодого мастера.
     Он, вероятно, хвастался своим друзьям за пределами дворца о том, как принц прислуживает ему или что-то в этом роде.
     Молодой мастер, который хотел побыстрее похвастаться, слез с кровати и позвал евнуха с улицы, чтобы тот одел его. Он поспешно сказал Ю Ченняну:
     - Поторопись!
     Его тон явно был командным, но его естественно мягкий и нежный голос звучал так, как будто он был кокетливым.
     Ю Ченнян молча встал и тоже начал одеваться.
     Поскольку в последнее время он так часто останавливался в комнате Ши Цина, все его немногочисленные плащи хранились здесь.
     Возможно, сам маленький мальчик этого не заметил, но он стал все больше и больше привязываться к Ю Ченняну.
     Его должен был сопровождать Ю Ченнян, что бы он ни делал, иначе он бы злился.
     Но эмоции Ю Ченняня со временем становились все более сложными.
     Ши Цин был счастлив брать его с собой повсюду, и он также был счастлив проводить время с ним.
     Но в то же время в глубине его сердца был неразрешенный узел.
     Ши Цин видел в нем только слугу и товарища по играм, но он хотел быть чем-то отличным от этого.
     Он хотел большего.
     Ши Цин закончил переодеваться и услышал, что кто-то снаружи сделал чашу в форме цветка пиона, вырезанную изо льда. Он взволнованно выбежал посмотреть.
     В комнате остались только Ю Ченнян, евнух, который прислуживал ему, и евнух, пришедший сообщить о ледяных скульптурах.
     Молодой человек продолжал поправлять украшения на талии, как обычно.
     - Ваше Высочество, это...
     Евнух с опущенным лицом вышел вперед и начал серьезно помогать Ю Ченняну.
     Когда евнух, служивший Ши Цину, увидел эту сцену, его сердце наполнилось презрением.
     Это был просто бесполезный принц, над которым мог издеваться любой, но этот парень был таким услужливым. Разве он не мог ясно видеть ситуацию?
     Он также не хотел стоять и смотреть, как одевается Ю Ченнян. Он повернулся и ушел, чтобы найти Ши Цин.
     В комнате осталось всего два человека.
     Ю Ченнян раскрыл руки и лишь слегка приподнял голову, но его темперамент сильно отличался от того деревянного поведения, которого он придерживался обычно. Он легко спросил:
     - Как все прошло?
     Евнух ответил:
     - Все было так, как и предсказывало Ваше Высочество. Люди Ху неоднократно нарушали границу. Они уже взяли три города, но в любом случае все они были пустынными местами.
     - Пока это часть территории нашей страны, независимо от того, заброшена она или нет, другим странам все равно непозволительно завоевать её. Скорее всего, эта новость вызовет бурю негодования в суде, - на лице молодого человека не было лишних выражений. Он только спросил:
     - Кто главный из народа Ху?
     - Это их второй принц; тот, кто храбр и искусен в бою.
     - Вернись и скажи дяде связаться с некоторыми старыми министрами. Когда новости о войне появятся, пусть они ходатайствуют о том, чтобы принц возглавил наши силы в войне, поскольку народ Ху также посылает принца. Три города нашей страны были взяты. Скажите, что это лучший способ вернуть престиж нашей страны.
     - Да.
     - Кроме того, скажи моему дяде, что, в конце концов, именно я должен пойти на войну.
     Евнух удивленно поднял глаза:
     - Ваше Высочество?!
     Ю Ченнян сказал, помахав рукой:
     - Уходи.
     Евнух колебался несколько секунд. Но затем он почтительно поклонился и ушел.
     Постояв в комнате некоторое время, молодой человек вышел за дверь и прошел в конец коридора. Там он увидел, как мальчик с большим интересом разглядывает ледяные скульптуры.
     У него была яркая улыбка без тени гордости на лице, что было для него действительно редкостью. Как ребенок, он кончиками белых пальцев осторожно касался вырезанных изо льда лепестков.
     Хорошо проводя время, Ши Цин случайно оглянулся на него. Он сразу же улыбнулся и помахал ему рукой:
     - Ю Ченнян, посмотри, насколько эта цветочная скульптура похожа на настоящий цветок.
     Молодой мастер родился преждевременно, поэтому в прошлом - даже летом - его семья не позволяла ему прикасаться ко льду больше, чем было необходимо, не говоря уже о том, чтобы делать ледяные скульптуры, с которыми он мог бы играть зимой.
     Он впервые увидел ледяные скульптуры.
     Юноша подошел ближе.
     Он посмотрел на кристально чистую ледяную скульптуру, прежде чем внезапно спросил:
     - Ты любишь пионы? Или тебе нравятся ледяные скульптуры?
     Ши Цин фыркнул и легонько пнул Ю Ченняна ногой. Он высокомерно приподнял свой маленький подбородок:
     - Я не скажу тебе.
     Ю Ченнян не получил ответа, но не был разочарован.
     Он только смотрел на ледяные скульптуры перед собой.
     Он подумал, поскольку Ши Цин не уточнил, ему, вероятно, нравятся ледяные скульптуры пионов.
     Если однажды он заполнит дворец ледяными скульптурами пионов, то Ши Цин станет еще более счастливым, верно?

     Примечание к части
     Итак, ваши ставки. Куда Ши Цин собирается потащить принца?

Глава 8.1

     За пять дней до конца месяца Ши Цин и Ю Ченнян покинули дворец.
     Они пошли прямо в бордель с четкой целью.
     Когда Ю Ченнян последовал за Ши Цином к воротам публичного дома, выражение его лица изменилось к худшему. Когда он увидел выражение лица юноши, которого приветствовали несколько восторженных девушек, его глаза стали тяжелыми.
     - О! Это же молодой мастер Ши!
     Как только Ши Цин вошел, старая мадам появилась с улыбкой на лице. Ее тон не мог быть более дружелюбным:
     - Вы давно не были у нас. Цин Цин и Цуй Цуй давно ждали вашего визита.
     - Было так холодно, что я не мог выйти на улицу.
     Молодой мастер привык, что с ним обращаются с невероятным почтением. Он небрежно махнул рукой и сказал:
     - Сегодня я кое-кого привел с собой. Иди и выбери для меня несколько лучших девушек. Красивых, которые умеют хорошо петь и танцевать.
     - Конечно! Не волнуйся, молодой мастер. У меня много хороших девушек, - воскликнула старая мадам и увидела, как Ши Цин поднялся по лестнице раньше, затем с энтузиазмом схватила Ю Ченняна за руку:
     - Не думаю, что мы встречались раньше, господин. Из какой семьи ты?
     Ю Ченнян поднял голову и посмотрел на маленького мастера, который даже не оглянулся, поднимаясь по лестнице. Его лицо все еще оставалось спокойным, когда он стряхнул руку мадам.
     Старая мадам была ошеломлена.
     - Господин...
     Она встретилась глазами с юношей, который был полон гнева. Он выглядел просто недовольным, но все ее тело начало дрожать, и ее лицо лишилось всякого румянца.
     - Что ты делаешь, глупо стоя там?
     Ши Цин, стоявший наверху лестницы, наконец заметил, что Ю Ченнян не следует за ним. Нетерпеливый, он повернулся и посоветовал:
     - Поторопись. Я сейчас замерзну насмерть.
     Ю Ченнян убрал холодный взгляд, которым он смотрел на мадам, и молча поднялся по лестнице. Он последовал за Ши Цином до его обычной комнаты.
     Как только он вошел, его встретила волна сильного аромата. У молодого мастера случился непроизвольный приступ кашля. Он пробормотал, обмахивая нос веером:
     - Этот аромат слишком сильный. Я хотел сказать это еще в прошлый раз, но какие благовония вы используете? Это так раздражает. Измени их быстро.
     Ю Ченнян, который вошел после него, услышал его слова. Он легко спросил:
     - Ты часто сюда приходишь?
     - Конечно.
     Ши Цин сел в кресло как обычно. Он с серьезным лицом подвинул чайник в направлении Ю Ченняня.
     - Быстро налей мне чашку чая, чтобы я мог согреться. Сейчас слишком холодная погода.
     Молодой человек молча сел. Он налил чай, говоря:
     - Как может кто-то в твоем возрасте так часто бывать в таких местах?
     - Многие мальчики моего возраста уже помолвлены. Разве это не нормально для меня выйти и повеселиться?
     Повеселиться.
     Это слово заставило Ю Ченняна крепче сжать ручку чайника. В его сердце вспыхнул огонь.
     Верно.
     Может быть, потому, что Ши Цин постоянно приставал к нему в эти дни, но он забыл.
     Репутация Ши Цина как блудного сына была хорошо известна столице. Он никогда не удосужился скрыть это и выставлял это напоказ.
     Он даже раньше жаловался, что рука девушки в борделе была недостаточно мягкой. Он хотел попросить у императора красивую придворную даму.
     [Динь! Значение враждебности Ю Ченняна: 70/100]
     [Динь! Значение враждебности Ю Ченняна: 71/100]
     [Динь! Значение враждебности Ю Ченняна: 72/100]
     Система собиралась плакать: [Хозяин, его злоба растет, как сумасшедшая]
     Ши Цин отпил чай. [Не волнуйся.]
     Дверь открылась снаружи. Несколько девушек вошли с порывом аромата:
     - Молодой мастер Ши, наша последняя встреча была так давно.
     - Эта скучала по тебе. Как молодой мастер может быть таким жестоким? Вы месяц не приходили посмотреть на этих.
     Ши Цин выглядел очень непринужденно в окружении группы девушек. Он умело болтал и флиртовал с ними:
     - Что значит 'не был тут месяц'? Недавно было холодно, и я не был тут всего несколько дней.
     Улыбающиеся девушки ответили:
     - Молодой мастер шутит, эта очень скучала по вам. В прошлый раз, когда вы пришли, вы не искали эту, чтобы служить вам. Эта не видела вас целый месяц.
     - Да, молодой мастер, даже если на улице холодно, в комнатах тепло. Комната соответствует вашим предпочтениям, а печка работает круглые сутки.
     В данный момент Ши Цин казался очарованным красавицами. Он совсем не выглядел высокомерным. Его рот был очень сладким:
     - Хорошо, хорошо. Ты красивая, так что все, что ты скажешь, звучит правильно.
     Лицо Ю Ченняна становилось все более и более искаженным, когда он сидел и смотрел, как Ши Цин флиртует с красотками. Сухожилия руки, держащей чайник, постепенно становились более заметными.
     Он не ожидал, что у Ши Цина, которому приходилось проводить во дворце много времени почти каждый день, еще будет время побывать в публичных домах.
     --Треск!
     Раздался звук ломающейся ручки чайника. Ю Ченнян внезапно пришел в себя. Он молча бросил ручку на стол.
     Он взглянул на Ши Цина, который не обратил ни малейшего внимания на его действия.
     Если бы он сломал что-нибудь во дворце, молодой мастер пошутил бы, что он не умеет держать даже чайник.
     Но теперь Ши Цин был занят, болтая с группой девушек. Он даже не взглянул на него.
     Лицо Ю Ченняна стало еще темнее.
     Его окружала гнетущая аура. Девочки, которым не удалось протиснуться рядом с Ши Цином, испугались его присутствия. Они хотели подойти, но не смогли. Это было очень жалкое зрелище.
     К счастью, Ши Цин решил, что достаточно поговорил о прошлом. Он повысил голос:
     - У меня хорошее настроение, потому что я встретил вас сегодня. Я хочу послушать веселые песни.
     - Конечно!
     Ши Цин всегда был щедрым. Он был еще щедрее, когда был в хорошем настроении. Девочки были более чем готовы вставать и разбегаться, чтобы играть на музыкальных интсрументах, петь песни и танцевать.
     В комнате сразу стало оживленно.